Как только Пит Джэйкобс вышел наружу, туман мгновенно поглотил его дом, и он не видел ничего, кроме белого покрова вокруг себя. Появилось странное чувство, что он – единственный человек на земле.

Внезапно Пит почувствовал головокружение. Его желудок перевернулся. Он почувствовал себя как человек в падающем лифте. Затем все прошло, и он пошел дальше. Туман начал рассеиваться и глаза Пита широко открылись с испугом, трепетом и удивлением.

Он был в самом центре города.

Но до ближайшего города было сорок миль!

Но что за город! Пит никогда не видел ничего подобного.

Красивые здания с высокими шпилями дотягивались прямо до неба. Люди передвигались по движущимся конвейерным лентам.

На угловом камне здания была надпись: 17 апреля 2007. Пит попал в будущее. Но как?

Внезапно Пит испугался. Страшно, ужасно испугался.

Он не принадлежал этому месту. Он не мог здесь остаться. Он побежал за удаляющимся туманом.

Полицейский в странной форме зло окликнул его. Странные автомобили, которые ехали на высоте 6 дюймов (~15 см – прим. переводчика) или около того над землей, едва не задели его. Но Питу повезло. Он вбежал обратно в туман и скоро все помутилось.

Потом опять пришло это чувство. Это странное чувство падения… затем туман начал рассеиваться.

Было похоже, что он дома…

Внезапно раздался оглушительный визг. Обернувшись, он увидел огромного доисторического бронтозавра, тяжело ступающего в его сторону. В его маленьких глазах-бусинках читалось желание убивать.

В ужасе он побежал обратно в туман…

Келсо Блэк рассмеялся.

Он смеялся до тех пор, пока у него не заболели бока и из бутылки с дешевым виски, которую он сжимал в руках, не полилось на пол.

Тупые копы! Это было так просто. И теперь у него в кармане было 50 штук баксов. Охранник был мертв, – но это была его вина! Так уж получилось…

Все еще смеясь Келсо Блэк поднес бутылку к губам. Тогда он и услышал их. Шаги на лестнице, ведущей на чердак, на котором он отсиживался.

Он вытащил свой пистолет. Дверь распахнулась.

На незнакомце было черное пальто и надвинутая на глаза шляпа.

– Привет, привет, – сказал он. – Келсо, я следил за тобой. Ты весьма меня радуешь.

Незнакомец рассмеялся, и волна ужаса захватила Келсо:

– Кто ты?

Человек вновь рассмеялся.

– Ты знаешь меня. Я знаю тебя. Мы заключили договор около часа назад, в тот момент, когда ты застрелил того охранника.

– Убирайся! – голос Блэка переходил на визг. – Убирайся! Убирайся!

– Пришло твое время, Келсо, – мягко сказал незнакомец. – Как-никак, нам предстоит долгий путь.

Незнакомец снял свое пальто и шляпу. Келсо Блэк вгляделся в его Лицо.

Он закричал.

Келсо Блэк кричал и кричал и кричал.

Но незнакомец всего лишь рассмеялся, и в тот же момент в комнате воцарилась тишина. И пустота. Остался лишь сильный запах серы.

Джордж Джэйкобс закрывал свой офис, когда пожилая женщина свободно зашла внутрь.

В эти дни мало кто входил в его дверь. Люди ненавидели его. В течение пятнадцати лет он очищал чужие кошельки от денег. Никто не был способен поймать его на этом. Но вернемся к нашему небольшому рассказу.

У пожилой женщины, вошедшей в офис, был уродливый шрам на левой щеке. Ее одежда была, по большей части, грязными лохмотьями из грубого материала. Джэйкобс считал деньги.

«Вот! Пятьдесят тысяч девятьсот семьдесят три доллара и шестьдесят два цента».

Джэкобс всегда любил точность.

«В самом деле, большие деньги, " сказала она. «Жаль, что ты не сможешь их потратить.»

Джэйкобс обернулся.

«Почему… Кто ты такая?» спросил он полуудивленно. «Какое право ты имеешь шпионить за мной?»

Женщина не ответила. Она подняла свою костлявую руку. В его горле вспыхнул огонь, и он закричал. Затем, в последний раз булькнув горлом, Джордж Джэйкобс умер.

– Быстрее! – сказал Томми Ривьера. – Быстрее!

– Я и так уже еду на 85-ти, – сказал Келсо Блэк.

– Копы прямо за нами, – сказал Ривьера. – Жми под 90.

Он высунулся из окна. Позади удирающей машины пристроилась полицейская, со включенной сиреной и мигалкой.

– Я сворачиваю на боковую дорогу, – буркнул Блэк.

Он повернул руль, и машина съехала на извилистую дорогу, покрытую гравием.

Полицейский в форме почесал свою голову:

– Куда они подевались?

Его напарник нахмурился.

– Я не знаю. Они просто исчезли.

– Смотри, – сказал Блэк. – Впереди свет.

– Это отель, – удивленно сказал Ривьера. – Черт побери, отель! Это же все решает! Полиция никогда не додумается искать нас здесь.

Блэк не щадя покрышек с силой нажал на педаль тормоза. Ривьера дотянулся до заднего сиденья и достал черную сумку. Они вошли внутрь.

Отель выглядел как декорации к началу века.

Ривьера нетерпеливо позвонил в колокольчик. Шаркая ногами, из отеля вышел старик.

– Нам нужна комната, – сказал Блэк.

Мужчина безмолвно уставился на него.

– Комната, – повторил Блэк.

Мужчина развернулся, чтобы уйти назад в свой офис.

– Слушай, старик, – произнес Томми Ривьера. – Я не потерплю этого ни от кого.

Он вытащил свой тридцать-восьмой:

– А теперь ты дашь нам комнату.

Мужчина все еще собирался уходить, но, наконец, произнес:

– Комната 5. В конце коридора.

Он не дал им журнала, чтобы расписаться, поэтому они вошли внутрь. Комната была пустой, если не считать железной двуспальной кровати, разбитого зеркала и грязных обоев.

– Аа, что за убогий притон, – с отвращением сказал Блэк. – Готов поспорить, тараканов здесь хватит, чтобы наполнить пятигаллоновую банку (~23 литра – прим. переводчика).

Когда Ривьера проснулся на следующее утро, он не смог встать с постели. Он не мог пошевелить ни одним мускулом. Его парализовало. В это же время появился старик. У него была иголка, которую он воткнул в руку Блэка.

– Проснулся, значит, – сказал он. – Ну надо же, вы двое – первое прибавление к моему музею за 25 лет. Но я хорошо вас законсервирую. И вы не умрете. Вы присоединитесь к остальным экспонатам моего живого музея. Отличные экземпляры.

Томми Ривьера не смог даже выразить весь свой ужас.

– Итак, – сказал Джимми Келлер, глядя на платформу, на которой покоилась ракета посреди пустыни. Одинокий ветер дул через пустыню, и Хью Буллфорд сказал:

– Ага. Пришло время отправляться на Венеру. Зачем? Зачем мы хотим попасть на Венеру?

– Я не знаю, – сказал Келлер. – Я просто не знаю.

Ракета коснулась Венеры. Буллфорд проверил атмосферу и изумленно сказал:

– Да ведь это старая добрая атмосфера Земли! Совершенно пригодная для дыхания.

Они вышли наружу, и настала очередь Келлера удивляться:

– Да здесь как весной на Земле! Все так пышно и зелено и красиво. Это же… Рай!

Они побежали. Фрукты были экзотическими и восхитительными, температура безупречной. Когда пришла ночь, они заснули на улице.

– Я назову это место Садом Эдема, – сказал восторженно Келлер.

Буллфорд уставился на огонь.

– Не нравиться мне это место, Джимми. Здесь все не правильно. Здесь есть что-то… злое.

– Ты космический счастливец, – усмехнулся Келлер. – Выспись, и все пройдет.

На следующее утро Джеймс Келлер был мертв.

На его лице читался такой ужас, что Буллфорд не хотел бы увидеть его снова.

Похоронив Келлера, Буллфорд позвонил на Землю. Ответа он не получил. Рация была мертва. Буллфорд разобрал ее и собрал снова. С ней все было в порядке, но факт оставался фактом: она не работала.

Тревога Буллфорда возросла в два раза. Он выбежал наружу. Пейзаж оставался таким же радостным и счастливым. Но Буллфорд видел в нем зло.

– Ты убил его! – закричал он. – Я знаю это!

Внезапно земля раскрылась и заскользила к нему. Почти в панике он побежал назад к кораблю. Но в него попал кусочек земли…

Он проанализировал землю, и паника захватила его. Венера была живой.

Внезапно корабль накренился и опрокинулся. Буллфорд закричал. Но земля поглотила его, и было похоже, что она облизнулась.

Затем она успокоилась, поджидая следующую жертву…

Оглторп Крэйтер был уродливым, маленьким жалким человеком. Он до нежности любил мучить собак и кошек, выдергивать крылья у мух и наблюдать, как извиваются черви в его руках, когда он разрывал их на части. (Это перестало быть забавным, когда он узнал, что черви не чувствуют боли).

Но мать его, по глупости, закрывала глаза на его недостатки и садистские наклонности. Однажды повариха раскрыла дверь почти в истерике, когда Оглторп и мама пришли домой из кино.

– Этот ужасный маленький мальчик натянул веревку поперек лестницы в подвал, и когда я спускалась туда за картошкой, я упала и чуть не убилась на смерть! – закричала она.

– Не верь ей! Не верь ей! Она ненавидит меня! – завопил Оглторп со слезами на глазах. И бедный маленький Оглторп начал рыдать, как будто его маленькое сердце было готово разорваться.

Мама уволила повариху и Оглторп, дорогой маленький Оглторп, отправился в свою комнату втыкать иголки в своего пса, Спотти. Когда мама спросила, от чего кричит Спотти, Оглторп ответил, что ему в лапу попали осколки стекла. Он сказал, что вытащит их. Мама подумала, что дорогой маленький Оглторп был добрым самаритянином.

Однажды, когда Оглторп был в поле в поисках очередных жертв для пыток, он обнаружил глубокий, темный колодец. Он крикнул в низ, в надежде услышать эхо:

– Привет!

Но ему ответил мягкий голос:

– Привет, Оглторп.

Оглторп посмотрел вниз, но ничего не увидел.

– Кто ты? – спросил Оглторп.

– Спускайся, – сказал голос. – И мы здорово повеселимся.

И Оглторп спустился вниз.

Прошел день, а Оглторп не возвращался. Мама позвонила в полицию, и были организованны поиски. Больше месяца они искали дорогого маленького Оглторпа. Они нашли его, когда уже почти сдались, в колодце, мертвого как дверной гвоздь.

Но как же он умер!

Его руки были выдернуты как крылья у мух. Иголки торчали из его глаз, и было еще много ужасного, о чем лучше не говорить.

Когда они накрыли его тело (то, что осталось от него) и унесли его прочь, им казалось, что они слышали смех, доносящийся со дна колодца.

«Что я здесь делаю?» – внезапно удивился я. Я был ужасно напуган. Я ничего не помнил, но я был здесь, на сборочном конвейере атомного завода. Все что я знал, было моим именем – Дэнни Филлипс. Было такое ощущения, что я только что пробудился ото сна. Это место охранялось, и у охранников было оружие. Они выглядели так, словно были готовы ко всему. Здесь также были и другие работники, и они выглядели как зомби. Они выглядели как пленные.

Но все это не имело значения. Я должен был выяснить, кто я… что я делал.

Я должен был выбраться отсюда!

Я рванул с места. Один из охранников пронзительно крикнул: «Вернись сюда!»

Я пробежал на тот конец помещения, сбил с ног охранника и выбежал из двери. Я слышал выстрелы оружия и знал, что стреляли по мне. Но настойчивая мысль не покидала меня:

Я должен выбраться отсюда!

Другую дверь тоже блокировали охранники. Было похоже на то, что я в ловушке, но тут я увидел, как опускается стрела крана. Я схватился за нее и был перетянут на расстояние в 300 футов (~ 90 метров) на следующее место посадки. Но ничего хорошего в этом не было. Там был охранник. Он выстрелил в меня. Я почувствовал слабость и головокружение… Я провалился в огромную черную яму…

Один из охранников снял свою шляпу и почесал голову.

«Я не знаю, Джо, я просто не знаю. Прогресс – великая штука… но эти 'x-238A'… Дэнни Филлипс зовут… они отличные роботы… но выходят из строя, как сейчас, так и тогда, и такое ощущение, что они ищут что-то… совсем как люди. А, ладно».

Грузовик уехал прочь, и надпись на его боку гласила: «АКМЭ. РЕМОНТ РОБОТОВ».

Двумя неделями позже Дэнни Филлипс вернулся на работу… с бессмысленным, ничего не выражающим взглядом. Но внезапно…

Его глаза прояснились… и непреодолимая мысль пришла к нему: Я ДОЛЖЕН ВЫБРАТЬСЯ ОТСЮДА!!