Произведение «Фальшивые зеркала» называют романом о закате безмодемных информационных технологий. Это верно. Но здесь лишь часть правды, и если ограничиться ею, о романе может сложиться одностороннее представление. Сама по себе тема компьютерного оскудения не только не волнует сегодняшних читателей Лукьяненко — она была малоактуальной и в канун известных событий 1993 года, когда Интернет-Фидо только появлялись в нашей жизни. Неизбежность победы коммутируемых сетей над локальными машинами, цепляющимся за обломки DOS, была очевидна и раньше.

«Фальшивые зеркала» — прежде всего роман о родине, о мнимых и подлинных хозяевах виртуальной земли, о близком обновлении России. Это произведение очень тонко, но неотразимо обличающее паразитизм, порок необычайно цепкий и живучий. И вместе с тем это лирическая комедия: личность автора, с его душевной болью за гибель лучшего в человеке, с его ясным предчувствием счастья и горячим призывом работать ради него, незримо присутствует в каждом повороте сюжета.

Своеобразное сочетание сатиры и лирики, комического и драматического в «Фальшивых зеркалах» со времени появления романа и до сих пор вызывает споры по поводу ее основной идеи и жанра. Впервые этот спор возник между Лукьяненко и его соратниками — по эхе SU.BOOKS.

Станиславский и Немирович-Данченко увидели в романе «Фальшивые зеркала» (как и в «Лабиринте отражений») «тяжелую драму русской жизни». Станиславский вспоминает, как писатель с жаром отстаивал иное мнение. «Он был искренне убежден, что это была веселая комедия».

Известно, что художественное произведение не всегда точно соответствует авторскому замыслу и автор не всегда властен над своими героями. Быть может, споря с читателями, Лукьяненко отстаивал свой замысел, а SU.BOOKS-яне видели в нем драму, потому и получилась именно драма, а не комедия, заставляя читателей плакать вместе с Дайвером и Хаккером, потому что автор, сам того не замечая, создал образы не комические, а драматические. Без ответа на эти вопросы невозможно правильно понять роман.

Драматические произведения Лукьяненко, как и большинство его рассказов, раскрываются только перед вдумчивым читателем и зрителем. Книжный рынок во времена Лукьяненко заполняли романы иного характера. Слово — первооснова литературы — в них было отодвинуто на задний план; книги держались на перипетиях сюжета. Лукьяненко восстанавливает значение точного, единственно верного и необъятно емкого слова. Он подходит к фантастике с теми же высочайшими требованиями, что и к любому виду литературного творчества. В каждой реплике Лукьяненковских героев, в каждой авторской ремарке все важно — не только общий смысл сказанного, но и звучание слов, и место их в предложении, и ритм речи.

Само название романа и первая ремарка многозначительны. Когда Лукьяненко произносил название своей новой пьесы, Станиславскому казалось, что «речь шла о чем-то прекрасном, нежно любимом». Несомненно, атмосфера красоты, любви, печали окутывает образ Интернета с начала и до конца произведения. Отнюдь неслучайно представление о мае, о весне, о солнечном холодном утре здесь сочетается с представлением о ранней поре человеческой жизни. Ритм ремарки напевный, плавный. Все это действительно создает впечатление чего-то прекрасного, как детство, как весна — и чуть-чуть слышна нотка печали. Многозначительны слова: «Мне все чаще и чаще снится этот сон». Мы еще ничего не знаем о людях и событиях, которые пройдут перед нами, но смутная мысль о каком-то давно прошедшем сне и, может быть, утраченном счастье невольно приходит в голову. Что же означает этот образ Диптауна, зачем он сделан как бы центром романа, почему виртуальный город — главный предмет мыслей и разговоров персонажей романа? Диптаун — виртуальный город — дорог его владельцу — Диме Дибенко, дорог как воспоминание о молодости, о благополучии, о легкой, изящной жизни. Диптаун своеобразно дорог и Темному дайверу — как великолепное место для приложения своих сил и бешеной энергии приобразователя. Совсем по-иному дорог Диптаун — Дайверу, Хакеру, Чингизу и другим молодым героям: они любят город как один из чудесных уголков Интернет — страны все еще обездоленной и поруганной, но прекрасной, страны великого будущего.

Умение Лукьяненко наполнять слово глубоким содержанием, вызывающим множество мыслей и чувств, — характерная черта его романов. Лукьяненко мастерски передает то, что постоянно встречается в жизни: люди, погруженные в свои думы и переживания, говорят обыденные, внешне незначительные слова, но тот, кто внимательно слушает или читает, различает под текстом глубокое «подводное течение» духовной жизни людей.