Было морозное февральское утро. Выйдя из дома, я сразу влилась в пеструю толпу, спешащих по своим делам людей.

Казалось, что город никогда не спал, в любое время суток на улицах было много народу и машин. Светящиеся витрины притягивали взгляд, рестораны манили вкусными запахами, а магазины притягивали многообещающими вывесками акций и скидок.

Так было и в это утро. Лавируя в людском потоке, я приближалась к метро. Ехать до работы было несколько остановок, поэтому была возможность отогреть окоченевшие от холода руки.

Работала я в маленьком магазинчике одежды. Это был мой не единственный источник дохода, но я все равно старалась никогда не опаздывать и нареканий от начальства не получать.

Рабочий день начался как обычно и казалось, что ничего не предвещает его необычного исхода. Включив кассовый аппарат я пробежалась по рядам одежды, поправляя вещи. Сегодня ожидался приход новой партии товара, начальник с вечера дал распоряжение переодеть манекены, стоящие на входе в магазин и протереть стеллажи, поэтому я незамедлительно принялась за работу.

Время шло к обеду, все поручения были выполнены, а машина с партией одежды задерживалась, попав по пути в очередную пробку, поэтому я решила на минутку сбегать в кондитерскую палатку через дорогу от моей работы, чтоб побаловать себя вкусной выпечкой на обед. Накинув куртку и закрыв магазин, я, добежав до ближайшего пешеходного перехода, устремилась на запах свежей порции мучного.

Отходя от палатки с тремя, набранными с голодной жадности сдобами, я предвкушала сытный перекус, когда вдруг увидела, как с заднего сидения из припаркованной через дорогу машины выскакивает ребенок. Это была девочка лет 5–6, в яркой розовой куртке и белой шапке с вышитым рыжим котом.

Его я разглядела, конечно, не сразу. На самом деле все случилось очень быстро, я видела как девочка резво выскакивает из машины, говорит что то по всей видимости отцу, стоящему у машины и разговаривающему по телефону, показывает пальцем на палатку с выпечкой, и стремительно бежит через дорогу. Девочка видела только манящую вывеску разноцветных донатсов, а вот я увидела, как ей наперерез несется большой грузовик, водитель кажется тоже заметил ребенка и начал тормозить, но в условиях зимы и гололеда это было делом не быстрым.

Я бросила купленный обед на землю и выскочила навстречу девочке на проезжую часть, схватив ребенка, я толкнула ее к спасительной обочине и в следующее мгновение подлетела на воздух от силы удара снесшей меня машины.

Обдумывая в дальнейшем свой импульсивный поступок, я часто гадала, успела бы девочка перебежать дорогу, остановилась бы, увидя грузовик или еще случилось бы что то, спасшее ребенка, не выскочив, я на дорогу.

Но дело было сделано и последнее, что я помнила, проваливаясь в спасительную от боли темноту, это кричащая и зовущая папу девочка с вышитым рыжим котом на белоснежной шапке.

Приходить в сознание было болезненно и мучительно. Мне казалось, что я попала в ад за все прегрешения и теперь черти радостно зажаривают меня на сковороде. Тело нестерпимо болело, было безумно душно и горло горело огнем от жажды — так было всякий раз, когда я выныривала в сознание. Веки будто налились свинцом и не размыкались, мышцы не слушались, будто сведённые судорогой и мне оставалось лишь прислушиваться к окружающей меня действительности, стараясь как можно дольше остаться на поверхности сознания.

По ощущениям, в месте, где я находилась, пахло тлеющим воском. На слух казалось, что потрескивают то ли свечи, то ли дрова в камине. Проанализировав ситуацию, на сколько было возможно в моем состоянии, я решила, что такое невозможно, ведь я должна после произошедшего находиться в больнице, облепленная проводами и капельницами.

Кажется, в дверь тихонько поскреблись, и затем я услышала скрип петель и шепот:

— Госпожа еще не очнулась?

На что некто возле моей кровати тихо ответил:

— Еще нет, но все потоки ауры активно восстанавливаются. Я думаю, что ждать осталось не долго.

Только попытавшись обмыслить услышанное, мой и так сильно ослабленный организм потратил последний заряд энергии и отправил меня в спасительную темноту.

Приходить в себя было уже привычным делом, поэтому стойко выдержав первую волну боли я стала снова прислушиваться к окружающей обстановке и пытаться открыть глаза. Несмотря на гудящую голову, новая попытка осмотреться оказалась более удачной. Сквозь ресницы я смогла оценить богатое великолепие помещения, где я оказалась, шелковый изумрудный балдахин над кроватью, огромный камин в отдалении и зацепить взглядом дремлющую женщину в кресле рядом с моей кроватью.

Ожидание больничной обстановки совсем не подтвердилось. Тело меня практически не слушалось, я попыталась позвать кого-нибудь, но рот как будто онемел и я не смогла произнести ни звука. Удалось только немного пошевелить пальцами рук и ног. Как оказалось, легкого шороха было достаточно, чтобы еще недавно дремлющая женщина, в кресле у моей кровати, проснулась и с неописуемой радостью принялась хлопотать вокруг меня.

— Слава Праматери вы очнулись госпожа! Какое же счастье! Ваш отец отправлял слуг справляться о вашем самочувствии каждый час. Страшное дело, какая напасть приключилась с вами перед самой свадьбой. Советник голову бы с него снял за недосмотр за будущей женой. Слава Праматери все удалось скрыть! Ох, что ж я все болтаю неразумная, видно утомила вас госпожа, давайте переодену, постель перестелю и целителя позову вас осмотреть.

Дальше под монотонное кудахтанье женщина принялась за дело, а я во все глаза удивленно наблюдала за происходящим вокруг меня и силилась понять, что же в конце концов происходит. Женщина была няней по имени Марта, как я поняла из ее сумбурных причитаний, и была приставлена ко мне еще с раннего детства, с целью присматривать и всячески оберегать. Но ровно неделю назад недосмотрела за своей воспитанницей, и та, оседлав свою любимую лошадь, в одиночестве уехала к прибрежным скалам, где ее и нашли спустя пару часов лежащую в неглубоком ущелье без сознания.

Я честно силилась понять, почему женщина, рассказывая про свою воспитанницу, воспринимает, будто это я. Но когда, подоткнув мне под спину подушки, она принялась расчесывать мои волосы, я даже обрадовалась отсутствию голоса. Имея от природы смуглую кожу, зеленые глаза и последние 15 лет, благодаря подруге-парикмахеру, волосы цвета вороньего пера и неизменной длины до плеч, увидеть в заботливо подставленном передо мной зеркале, длинноволосую голубоглазую блондинку, было, по меньшей мере, шоком.

Я с огромным любопытством рассматривала красивую молоденькую девушку в зеркале. Практически кукольная внешность, и юный возраст, делали ее нереально красивой.

— Вот ведь везет некоторым! — с долей досады подумала я, и тут же вспомнила, что это вообще-то сейчас и есть я. Непонятно только, как и почему.

Тем временем няня, привела новую меня в порядок, и отправила, явившегося по звону колокольчика, молоденького мальчишку за целителем. Обещанный светила медицинской науки, явился буквально через пару минут и полностью оправдал мои ожидания в условиях вынужденно столкнувшейся со мной местной реальности. Длинная опрятная борода, расшитая золотом мантия и дальнейшее движение надо мной светящими ладонями, с целью, как он пояснил, восстановить потоки ауры, только подтвердили, что я без сознания в реанимации, и мне видится слишком реалистичный сон. В какой-то момент свет от ладоней целителя стал ярче, потом произошла, будто вспышка света и я потеряла сознание.

Открывать глаза в неизвестном месте и первым видеть изумрудный шелковый балдахин уже становилось привычным делом. Мне стало казаться, что через пару таких вот пробуждений я ни за что не захочу возвращаться в свою маленькую съемную квартирку. А если здесь еще и кормят бесплатно и вкусно, и не всякой ерундой из ближайшего супермаркета эконом класса, то я определённо готова тут задержаться.

Осторожно открыв глаза, привстав и осмотревшись вокруг, с радостью обнаружила отсутствие деятельной женщины, утверждавшей, что являеется моей няней. Или не моей. В этом предстояло разобраться. Если вначале у меня была уверенность в том, что меня явно с кем то перепутали и после аварии отправили в дорогущую клинику, то после увиденной в зеркале новой себя, вся уверенность испарилась. Меня даже родная мама наверно не узнала бы, но она умерла при моем рождении. Отца я никогда не знала, говорили, что он бросил маму только узнав, что она забеременела и уехал. Моим вопитанием занималась бабушка, скончавшаяся почти пятнадцать лет назад. Мне тогда едва исполнилось восемнадцать и реалии детского дома удалось избежать, но спрятаться от жизненных невзгод не удалось. Через месяц из-за долгов пришлось продать ветхий бабушкин домик и перебраться в столицу в поисках работы и лучшей доли.

В итоге к тридцати двум годам у меня была хоть и съемная, но уютная однокомнатная квартира недалеко от центра города, две работы и один аквариум с рыбками. Тогда в начале хоть и не сразу, но удалось поступить в вуз на заочку и вот три года назад я стала счастливой обладательницей диплома экономиста. Чтоб оплачивать квартиру, учебу и прочие расходы приходилось работать на двух-трех работах, но я привыкла, что рассчитывать в жизни могу только на себя и не опускала руки перед лицом проблем.

Вот и сейчас, смотря на отражающуюся в зеркале незнакомку, надо было бы в ужасе кричать и прятаться под кроватью, но мне почему то даже нравился такой расклад дел. Все пластические хирурги мира передрались бы за обладание секретом мгновенного результата омоложения и красоты. А я вот пожалуйста, счастливая обладательница молодого подтянутого тела, симпатичного смазливого личика и возможной бездны проблем прилагающейся ко всей этой красоте.

Я бы наверно еще долго стояла перед огромным во весь рост зеркалом и предавалась воспоминаниям и мечтаниям, но мой относительный покой был прерван требовательным стуком в дверь.

Я едва успела забраться обратно под одеяло, как дверь отворилась, впуская в комнату высокого статного мужчину. Воспоминания о моей новой внешности еще были очень свежи, поэтому не составило труда понять, что этот подтянутый, словно высеченный из камня этакий эталон мужской красоты, несомненно является родственником девушки, в теле которой я волею судьбы очутилась. Хотя достаточное количество морщин и усталый умудренный жизнью взгляд, выдавал его далего не молодой возраст, но мужчина был явно хорош собой, а лет двадцать назад так вообще можно только представить сколько сердец разбил этот Апполон во плоти.

Незнакомец тем временем, видимо подтвердив какие-то свои мысли на мой счет, презрительно скривив лицо, вольяжно уселся на занимаемое ранее няней кресло.

— Элинель, меня уведомили об отсутствии у тебя голоса, что в сложившейся ситуации даже идеально — незнакомец одарил меня принебрежительной ухмылкой — Твой поступок не имеет оправдания. Он поставил под угрозу все то, чего я достигал годами. Ты не выйдешь из этой комнаты до самой свадьбы, которая непременно состоится, как бы ты не желала обратного. Дело решено. Ты должна быть мне благодарна за такого богатого жениха. Если будешь хорошо себя вести и не раскрывать рта, когда этого от тебя не просят, то до конца жизни не будешь ни в чем нуждаться, остальное можно и перетерпеть. — завершив свой монолог, мужчина окинул меня долгим пронзительным взглядом, будто впиваясь в меня и пытаясь понять только ему ведомые вещи.

Я же в свою очередь неподвижно сидела на кровати, пытаясь переварить и осмыслить только что услышанную мной информацию. Очень хотелось ответить какой-нибудь колкостью этому нахалу, но голос меня подводил, а выражать свое отношение к происходящему физическими методами я не решалась, хотя хотелось хотя бы запульнуть подушку в этого хама. Поэтому продолжала стараться держаться внешне спокойно и рассматривать мужчину, ожидая продолжения театра одного актера.

Видимо не дождавшись нужной или ожидаемой реакции, он быстро встал с кресла и направился к двери. Уже выходя из комнаты мужчина неожиданно обернулся и тихо, но внятно и уверенно произнес — Ты точная копия своей матери, такая же недалекая и падкая на деньги. Моя огромная ошибка, что я поздно раскусил ее и не смог вовремя вмешаться в твое воспитание. Эта гадина слепила из тебя точное подобие своей гнусной натуры. Но твой будущий муж столь богат, что любые твои материальные запросы не составят для него проблемы. Только вот зная его характер, не думаю, что он долго тебя вытерпит. Мне тебя жаль дочь. — и бесшумно закрыв дверь мужчина ушел.

Замок громко щелкнул в образовавшейся тишине, отгораживая меня от неизвестности, находящейся за пределами успевшей надоесть комнаты.

— Даа, вот так расклад. Оскорбили, обвинили ни весть в чем, под домашний арест посадили, замуж насильно выдают. И все это буквально за пару минут. — продолжая неподвижно сидеть на кровати, только уже под впечатлением от услышанного, я рассуждала и кипятилась от оправданной обиды.

Несомненным плюсом от встречи был результат того, что теперь картина прорисовалась куда более четче. Девушку, в тело которой я попала, зовут Элинель и мужчина, заходивший сейчас для разговора, несомненно является ее отцом. Девушку, а теперь получается, что меня, выдают замуж, вот только без её согласия и воли, за какого-то богатого и своенравного экземпляра, которого все боятся. Еще её вместе с матерью за что то сильно ненавидит отец, считая чуть ли не злом во плоти. Ну собственно не удивили, мой так вообще меня еще до рождения бросил, а этот вон расстарался как, судя по убранству комнаты и забитому до отказа шкафу, девушка ни в чем не нуждается. Еще и замуж дочурку выдает, за какую-то важную шишку. Правда еще не известно, что из этого брака может получится, хорошо если тут разводы предусмотрены, а то закончить как Анна Болейн не сильно претит. Конечно есть вариант постараться найти общий язык с мужем и получить довольно сностное существование, но зная, что по характеру смириться и плыть по течению я явно не смогу, в случае противоположенности характеров и взлядов с человеком, оставалось надеется на то, что можно будет тихо и мирно разойтись. А уж начинать жизнь с нуля для меня не в первой, прорвусь, не важно куда меня занесло.

Няня, передав заботу обо мне служанке, отправилась отдыхать, после бессонных ночей, проведенных у моей постели.

Мне кажется тоже дали передых и в этот день неожиданных визитов больше не было. Приходившая служанка, исправно приносила несколько раз еду, поправляла постель и спрашивала о пожеланиях госпожи. Я, помня, что за пределы комнат меня не выпустят, решила заняться самообразованием с целью понять куда же меня занесло. Поскольку говорить я до сих пор не могла, то знаками попросила лист бумаги и принадлежности для письма, надеясь, что этот навык остался мне от прежней хозяйки тела. И, о чудо, рука сама вывела замысловатые знаки местной письменности, с просьбой принести все имеющиеся книги по истории, географии, экономике и политике страны.

Ради этого даже пришлось стойко перенести не скрываемый потрясенный взляд и открывшийся в немом удивлении рот служанки. Хотя, судя по описанию меня отцом, удивляться действительно было чему. Видимо кроме интереса к последним сплетням, дорогущим тряпкам и камешкам другого от меня не ожидали.

Оказалось, что в доме имелась достаточно обширная библиотека и уже к вечеру мой прикроватный столик ломился от количества разнообразных книг.

Начала я с географии и была приятно удивлена, что планета на которой я оказалась, очень похожа на землю. Почти идентичное расположение океанов и материков, климатические зоны, природа, разнообразные расы.

Единственное, что заставило насторожиться так это отсутствие хоть какой нибудь страны без сочетания со словами королевство, царство и тому подобное. Чтож, о демократии тут видимо и не слыхивали. Остается надеется, что законы страны не слишком суровы, а нравы прогрессивнее средневековых веяний Европы и меня как самозванку или ведьму не сожгут на костре, обвинив в колдовстве.

Большим потрясением для меня стало открытие существования в этом мире магии. Только обладали ей не все люди, а только рожденные в браке с потомком мага. Считалось, что изначально мир создали 6 великих магов. Они разделили сушу на шесть континентов и поселились каждый на своем материке. От них по древним приданиям и происходили все существующие ныне обладатели магии. Наследовать магию мог только первенец, рожденный в семье где оба родителя или только мать являлись магами. Все маги носили высший титул, именуемый "лои". Он был сопоставимый с королевским, и передавали его первенцу, а женщина магиня еще и мужу, если тот сам не был магом. Поэтому титулованные девочки, наделенные магией, были на вес золота. Их тщательно оберегали, чтоб по достижению совершеннолетия, которое наступало в шестнадцать лет, повыгоднее выдать замуж. А точнее сказать, продать, тому кто предложит большую сумму.

Чтение я закончила уже на рассвете, уснув в обнимку с недочитанным увесистым толмутом новейшей истории Соединенного королевства Сельвия.

— Госпожа, просыпайтесь скорее! Госпожа, Праматерью молю, проснитесь. По приказу вашего отца, приехала лучшая портниха королевства и уже дожидается вас в гостиной, чтобы снять мерки для свадебного платья.

Просыпаться под чьи-то надрывные вопли было не очень радостно, да и какое черту свадебное платье… Сунув голову под подушку и накрывшись одеялом, я буркнула — Отстаньте! — и собиралась снова попытаться заснуть, когда меня осенило, что во-первых, я попала в другой мир, а во-вторых, у меня вернулся голос. Тут же резко сев на кровати, я перпугала служанку, принявшуюся что-то лепетать про строгий приказ отца.

Вспомнив, все что приключилось со мной за последние сутки я призадумалась как дальше себя вести. Девушка, в теле которой я оказалась, явно была капризна и не особо умна. И как бы не обидно было вспоминать слова ее (ну а теперь и моего) отца, многое кажется правдой, судя по реакции на меня служанки. А она бедолага кажется уже напридумывала себе невесть чего.

— Госпожа, смилуйтесь, не выгоняйте меня. Праматерь за вас молить буду до конца жизни. От господина строгий приказ в течении получаса проводить вас к портнихе. Смилуйтесь, госпожа! — девушку уже явно трясло от страха.

— Чтож за мигерой меня тут считают. мда, вот так дела..- думала я, поднимая служанку с пола, где она уже успела оказаться.

— Успокойся! Никто тебя не выгоняет. Просто я спросони не сразу поняла, что от меня хотят. Да и пока кофе с утра не выпью, человеком не чувствую себя. У вас тут кофе есть? — только закончив фразу, я поняла, что кажется сильно разболталась после вынужденного молчания.

Болтушкой я никогда не была, но потребность в общении периодически возникала, и я удовлетворяла ее присоединившись к коллегам во время обеденного перерыва. Полученной порции информации и сплетен, с лихвой хватало на месяц вперед. И я привычно перекусив на рабочем месте, погружалась в нескончаемые бумаги. В магазине, где я подрабатывала только в выходные, можно было перекинуться парой слов с некоторыми словоохотливыми покупателями. Здесь же видимо последствия пережитого стресса дали о себе знать и я не думая наболтала лишнего, а ведь не стоит забывать, что полученные знания об этом мире, дали понять: равенство, свобода слова и мысли — понятия чуждые здешним обитателям. Что ж, надо как-то исправлять ситуацию.

— Подзабыла, как тебя зовут? — обратилась я к служанке.

— Ника, госпожа. Но вы и не интересовались никогда за эти два года, что я вам прислуживаю. — девушка испугано, потупила взор, видимо решив, что последний комментарий был лишним.

А я снова впала в ступор. Что то слишком часто за последние сутки.

— Ммм…послушай меня, Ника. Наверно тебе кажется странным мое поведение, ведь ты знаешь меня уже два года. Но дело в том, что после падения у меня проблемы с памятью… Точнее я совсем ничего не помню. Я не хотела бы об этом никому говорить, ведь судя по всему я и так доставила отцу проблем, и сейчас дальнейшее любое промедление со свадьбой, может плохо повлиять на сложившуюся ситуацию.

Девушка удивленно на меня посмотрела.

— Госпожа, вы вообще ничего не помните? — неуверенно проговорила служанка.

— Вообще ничего. Очнулась и не понимала кто я и где нахожусь. Я уверена, что память ко мне скоро вернется, — решила успокоить ее я — Но мне необходима твоя помощь. И я надеюсь что моя потеря памяти останется нашим с тобой секретом. — я улыбнулась обескураженной девушке и решительно добила — Ведь ты хочешь и дальше работать на меня и не желаешь неприятностей мне и моей семье?

Знаю, что не хорошо поступаю, но ситуация безвыходная. Мне нужен союзник и чем скорее я его найду, тем быстрее подстроюсь под выпавшую на мою долю ситуацию. Судя по прочитанным мною книгам, попаданки тут в изобилии не водились, и в существование других миров никто безоговорочно не верил, значит признаваться в подмене было опасно. Придется подстраиваться и выдавать себя за Элинель.

Служанка тем временем, судя по выражению лица, принимала решение.

— Ну же. Давай. Не подведи — мысленно повторяла я, смотря на сосредоточенное и задумчивое лицо девушки.

— Я буду очень стараться вам помочь, госпожа. — наконец- то уверенно проговорила Ника, — конечно я знаю о вас немного. В мои обязанности входило одевать вас для выхода и выполнять мелкие поручения, но я поделюсь с вами всем что знаю сама.

— Отлично! Тогда начнем прямо сейчас. Без завтрака я ни за что не выйду из комнаты, а пока я ем и одеваюсь, ты начнешь вводить меня в курс дела. — обрадованно потянувшись на постели, проговорила я, и с радостью принялась уминать предложенный завтрак, под радостное щебетание служанки, которая кажется так прониклась идеей общего секрета с госпожой, что готова была вывалить всю известную информацию одним махом.

Через полчаса к моменту выхода из комнаты я уже знала, что меня зовут лои Элинель де Коратто из рода Гератольга. И поскольку я была единственным ребенком в семье, где оба родителя были магами, то и сама обладала магией. Каким образом проявлялась моя магия, служанка не знала, лишь слышала однажды, что магии во мне совсем чуть-чуть и отец надеялся, что она пробудится после свадебного обряда. Но тем неменее я происходила из рода одного из шести магов основателей и охота за шанс стать моим мужем началась чуть ли не с моего рождения. Ника слышала сплетни, что ранее я была обещана другому, но месяц назад от короля прибыл гонец с приказом немедленно явиться в столицу и сочетаться браком с советником короля.

О советнике короля Риднанде Дейме ходили всякие страшилки. Единственное вразумительное из того, что пересказала служанка, было его низкое происхождение, отсутствие титула и близкая дружба с королем. И вот как раз таки брак со мной, и как следствие получение титула лои, сметали последние препятствия на пути к должности вице-короля, на которой и хотел видеть его правитель, судя по последним сплетням дошедшим от приближенных королевского двора.

Отец был в ужасе от приказа, но противится не смог. Так начались мои скорые сборы в столицу для свадьбы с Деймом. Во время этих сборов меня и угораздило провалиться в ущелье. За ту неделю, что я валялась без сознания, отцу удалось упросить советника самому приехать к нам в поместье для бракосочетания в местном храме, под предлогом невозможности в такой спешке добраться до столицы и подготовить приданное и платье для невесты.

Теперь же оставалось три дня до назначенного дня свадьбы, а платье даже не начали шить. Поэтому и такая истерика с приездом портнихи. Ей с помощницами за эти дни предстояло сделать невозможное — сшить шикарное свадебное платье для жены будущего вице-короля Соединенного королевства Сельвия. А с учетом моего невыносимого характера, известного на всю ближайшую округу, задача угодить была практически невыполнима.

Портниха была вежлива и ненавязчива, поэтому с фасоном свадебного платья удалось определиться достаточно быстро. Я с детства мечтала о пышном белом платье, поэтому пользуясь случаем не стала отказывать себе в исполнении давнишней мечты, ведь судя по рассказам Ники, денег у моего отца было более чем предостаточно, а у будущего мужа и того больше. Вообщем не разорятся. Тем более, что я считала себя потерпевшей стороной и хоть какая-то моральная компенсация мне полагалась.

Ни жениха ни свадьбы я не боялась, глупо в моем возрасте переживать из — за такого, конечно будь мне действительно шестнадцать лет, извелась бы, а тут абсолютное спокойстивие. Конечно было обидно, раньше я считала, что если и выйду замуж, то только по большой любви, а тут насильно и за незнакомца. Но я не унывала. Сначала попытаюсь наладить отношения, если совсем никак, буду думать что делать дальше. Как научила меня жизнь — выход есть из любой ситуации, стоит только приложить усилия.

— Госпожа может быть расшить корсет камнями большими по размеру? — портниха все таки решилась внести свои коррективы.

— Однозначно нет. Оставьте те маленькие, что я выбрала. — новогодней ёлкой на собственной свадьбе я быть не желала. Со мной благоразумно не стали спорить и согласились. Все таки репутация взбалмошной девицы иногда играет на руку.

Когда все мерки были сняты, а ткани и материалы выбраны, портниха вежливо откланялась и поспешила уйти. Ника, обеспокоенная моим долгим перерывом в приемах пищи, торопилась провести в столовую, накрытую к обеду.

— Вот так обеденный перерыв! — я не удержалась от удивленного возгласа, входя в малую столовую, как назвала ее служанка.

Помещение было не меньше помещения конференц-зала большой солидной строительной фирмы, в которой я, теперь уже в прошлой жизни, работала экономистом. А количество золотого блеска, струящегося со стен и потолка помещения, превышало воображение.

У длинного, заставленного разнообразными блюдами стола, склонились в низком поклоне две услужливых женщины, лет сорока пяти — пятидесяти, готовых по первому взгляду выполнить любое мое желание. Ника, передав меня с рук на руки заботливым женщинам, исчезла, а меня наперебой стали кормить. Через час я кое-как выползла из — за стола, но мучений совести по поводу количества полученных калорий не испытывала. С такой фигурой, да в таком возрасте, начинать думать о лишнем весе было глупо.

На выходе из столовой меня встретила Ника и проводила до моих комнат. По дороге я впервые обратила внимание на двух рослых мужчин, безликими тенями сопровождающих нас. Как оказалось, это охрана, приставленная ко мне по приказу отца.

— Что то я совсем рассеянная стала. Видимо последствия аварии и в новом мире на мне сказываются — ругала я сама себя по пути в комнату. — Расслабляться нельзя ни на минуту. Всякое может приключиться, а с моим незнанием элементарных правил и обычаев поведения, не трудно попасть в какую-нибудь неприятность. Мне пока вон и свадьбы хватает, с мужем бы отношения наладить.

Догнав Нику, которая шла первой, показывая дорогу, я полюбопытствовала — А с чего бы вдруг меня в столовую пустили обедать? Я же на домашнем аресте.

— Приказ господина, — спокойно ответила служанка.

— А теперь значит опять под замок. — грустно констатировала я. Любопытство тянуло погулять и осмотреть место где я очутилась, но что-то требовать и истерить я не собиралась. Нет, так нет. Займусь чтением книг и самообразованием.

Ника посмотрела на меня как- то удивленно и задумчиво и лишь кивнула в ответ на мою фразу. Что то мне подсказывает, что у предыдущей меня, эта служанка не пользовалась популярностью, слишком явное проявление эмоций и никакого преклонения перед госпожой. Видимо мне ее специально прислали, в качестве дополнительного раздражителя к наказанию. Только вот просчитались, для новой меня такое поведение прислуги, только удобней.

Зайдя в комнату, я увидела как охрана в коридоре занимает место по обе стороны дверей, отрезая мне путь.

— Чтож, зато защита, еще и бесплатно для меня. Часто мечтала о таком, торопясь с очередной работы, к закрывающемуся метро. Или возвращаясь ночью домой, прокрадывалась в потьмах к своей квартирке, снятой далеко не в самом благополучном районе города, поскольку на большее денег по началу не хватало.

Пока я мысленно рассуждала, Ника уже успела пробежаться по комнате и смахнуть только ей видимую пыль, и теперь стояла передо мной в ожидании дальнейших указаний.

Окинув взглядом комнату, я спросила — Скажи пожалуйста, а где женщина, что была у моей постели во время болезни? Я ее не видела с тех пор как пришла в себя.

— Дари Марта приходила проститься с вами сегодня ранним утром, видимо вы еще спали и не помните этого. Она отбыла в обитель Праматери молиться о вашем благополучии и счастливом браке. Вернется к самой церемонии.

— Ммм…а напомни мне пожалуйста, в каких отношениях я была с ней? Не хотелось бы огорчать женщину, которая заботилась обо мне во время болезни, — попросила я рассказать служанку.

Ника не удержалась и на секунду бросила на меня удивленный взгляд, после чего уставившись на свои сцепленные на переднике руки, ответила — Мне кажется вы ее всегда ненавидели, ровно столько же сколько она вас любила и боготворила.

— Ну что ты будешь делать, — я расстроено опустилась в стоящее рядом кресло, — а она то мне чем не угодила?

— Дари Марта была приставлена к вам няней после смерти вашей матери. Но вы тогда всех обвиняли в ее смерти, хотя это был несчастный случай. Вот и Марте досталось как самой приближенной к вам. Один раз она высказалась против двух новых нанятых вами служанок, с тех пор ваше отношение к ней стало еще хуже. — монотонно поведала Ника.

— А что за две новые служанки? Я их видела? — спросила я у притихшей расстроенной чем то Ники, видимо ей не очень приятна была эта тема.

— Служанки уволены, после несчастного случая с вами. Ходили слухи, что это они помогли вам уехать незамеченной. Но никто точно не знает. Пока вы лежали без сознания, господин вызвал их к себе в кабинет на разговор, после чего их в сопровождении охраны вывели за ворота замка и посадив в повозку увезли. Им даже не разрешили взять их личные вещи, поэтому все решили, что это они виноваты в случившимся с вами и господин их выгнал.

— Тааак все интересней и интересней — думала я про себя, смотря на грустную и притихшую Нику. — Может и хорошо что я через три дня уеду от сюда навсегда, судя по всему вряд ли здесь осталось много людей лояльно относящихся ко мне.

— Что служанок больше нет в замке мы выяснили. А что не так было с ними до того как они помогли мне с побегом на прогулку? Ведь не стала бы Марта высказывать недовольство просто так. — продолжила я выпытывать у служанки после короткой паузы.

Ника неожиданно покраснела и замялась. Не поднимая взляда от нервно сжатых рук, она все же ответила:

— Они помогали передавать письма и по ночам пробираться к вам в комнату вашему любовнику.

Упс.

Солнечный луч настойчиво проглядывал через шторы и светил мне в глаза уже добрых полчаса. А я все отчаянно не хотела вставать и встречаться с реалиями нового дня.

Вспоминая разговор с Никой, я долго не могла уснуть ночью. И хоть я была девушкой, выросшей в окружении современной вседозвоненности и даже в чем то безответственности, но все же привыкла просчитывать, чем обернется для меня то или иное действие и в дальнейшем отвечать за свои поступки. С учетом патриархальности мира в котором я очутилась, такое поведение моей предшественницы вряд ли можно назвать обыденным. А ситуация с тем, что мне придется разгребать не мной созданную проблему и отвечать за чужие огрехи, угнетала до бессильной злобы.

— Еще и любовничка себе пригрела. Малолетка бестолковая. — кипятилась я на хозяйку тела в котором очутилась. — Вот возвращайся и оправдывайся перед мужем в первую брачную ночь. Очень надеюсь, что он отнесется к такому нюансу лояльно. А если нет, я тебя с того света достану.

Мои стенания и переживания были прерваны тихонько зашедшей в комнату Никой. Девушка кажется с утра была в отличном настроении и старательно сервируя стол к завтраку еле слышно напевала какой-то бодрый мотивчик.

— Что за песня? — решила отвлечся от нерадостных мыслей и поинтересоваться у служанки я.

Ника испуганно ойкнула и чуть было не выронила из рук блюдце, которое в это время пыталась втиснуть в мой заполненный до отказа столик.

— Доброе утро, лои Элинель! — поздоровалась девушка и смущенно улыбнувшись добавила — Кухарка все утро эту песню напевала, вот и запомнилась. Простите, я думала вы еще спите.

— Нет, что ты не извиняйся. Я рада, что у тебя сегодня отличное настроение, так что хочется петь, надеюсь и я подхвачу твой настрой — я улыбнулась Нике и отправилась на утренние процедуры чтоб быстрее начать завтрак, поскольку от аппетитного запаха, наполнившего мою комнату уже стало сводить живот.

Очень вкусно поев и относительно повеселев я принялась за толстый учебник этикета, прочтение которого оставила напоследок. Сидя на подоконнике я наслаждалась солнечной погодой и легким ветерком, так что даже нудные главы книги давались без особых усилий.

Отвлек меня от вмеру приятного занятия, прилетевший в окно бумажный свиток. Подняв глаза от книги я увидела мальчишку, убегающего со двора, вслед ему махал лопатой и кричал ругательства садовник, чьи труды были попорчены мелким озорником. Спрыгнув с подоконника, я с любопытством развернула бумагу и тихо выругалась. На листе крупным витееватым почерком было написано: "Сегодня ночью все получится. Люблю тебя безумно. Мы будем вместе навсегда".

Судя по всему объявился недавно забытый любовничек. И мне теперь остается только гадать, чтоже задумывалось и должно теперь получиться этой ночью. Скомкав бумажку я бросила ее в камин и подожгла. Смотря на догораюшие остатки письма, решительно стала планировать действия на остаток дня.

Во-первых, я решила, что менять советника и без пяти минут вице-короля на сомнительного рода авантюру не буду. Кто его знает с каким проходимцем бывшая взбалмошная Элинель крутила роман.

Во-вторых, рассудив, что безродный человек при отсутствии мозгов вряд ли смог бы подняться до таких карьерных высот, то хоть поговорить мне будет о чем с будущим мужем, остальное будем решать по мере возможности. Выбор у меня не велик.

Пригладив волосы и расправив складки платья, я выглянула за дверь, где ожидаемо меня встретили два приставленных ко мне охранника.

— Ребята, сегодня ночью я планировала сбежать со своим любовником, но теперь передумала. Не поможете сделать так, чтоб меня не выкрали в ночь перед свадьбой? — напрямую заявила я.

Надо отдать должное выдержке моих охранников, хотя судя по всему на такое поведение подопечной им инструкций не давали, но они быстро вышли из ступора и организовали мое абсолютно безопасное пребывание и небывалое усиление охраны. В итоге на примерку свадебного платья я отправилась в сопровождении восьми до зубов вооруженных рослых детин, чем довела портниху и ее помощниц до нервного тика. Единственные две минуты без их зоркого взгляда, я провела за ширмой как солдат на скорость влезая в свадебное платье, поскольку большего времени мне не выделили, объяснив, что моя безопасность важнее, чем всякие там девичьи прелести.

Платье оказалось великолепным. Я долго вертелась перед огромным зеркалом и осыпала портниху комплементами ее мастерству.

Самое большое потрясение ожидало вечером Нику, ведь по моему замыслу, с легкой руки одобренному начальником моей охраны, ей пришлось укладываться спать в мою постель и старательно изображать меня. На подмогу ей остались два рослых охранника: один из которых пристроился в шкафу, а другой за тумбочкой у кровати. Еще несколько человек дежурили в коридоре и соседних покоях. Меня же под усиленной охраной проводили в гостевые комнаты этажом выше, где я позволила себе немного расслабится.

Побродив из угла в угол около часа и изучив каждую деталь интерьера, я решила скрасить время в ожидании ночного гостя в компании с никак не заканчивающейся книгой по этикету. Удобно устроившись в кресле у камина я погрузилась в чтение.

— Лои Элинель! Госпожа! — в каком-то состоянии полусна я слышала, что кто — то настойчиво меня звал.

Пытаясь открыть глаза, я повернула голову, и шею резко прострелило вспышкой острой боли, застонав от неожиданности, я испытала еще большее неприятное удивление, от того, что все суставы и мышцы свело в судроге от первого же движения. С трудом разлепив глаза я поняла, что нахожусь в том же кресле, где устроилась вечером. И в моих руках судорожно сжата книга по многострадальному этикету.

— Госпожа, что же вы не легли в постель. Сегодня день вашей свадьбы, а вы… — Ника, видимо не смогла подобрать слов, и в отчаянном порыве взмахнула руками.

— Да уж, совсем не так я себе представляла пробуждение в столь важный день — подумала я, разминая затекшую шею и пытаясь встать.

— Ох, Ника! — внезапно меня осенило, с какой же целью я засела в кресло в ожидании — Как все прошло? Его поймали? Ты в порядке? — засыпала я вопросами вмиг стушевавшуюся служанку.

— Госпожа, давайте я вам помогу принять ванну и в процессе все расскажу — рассудительно решила она, — Времени уже совсем мало.

В ожидании последних новостей, я практически бегом отправилась в ванну и удобно устроившись в приятно горячей воде в ожидании уставилась на Нику, с нетерпением желая услышать о ночных приключениях.

Аккуратно намыливая меня чем-то душистым, Ника рассказала, что ночной гость явился около трех часов ночи, ожидаемо пробравшись в окно. Поскольку вся стража замка была в курсе замысла, то ему безпрепятственно дали осуществить задуманное. Схватили моего, точнее не совсем моего, любовника, когда он, приблизившись к постели начал будить, накрывшуюся одеялом девушку, обещая скорую встречу со знакомым ему жрецом в соседнем селении. Якобы он ждал нас для совершения обряда бракосочетания.

Сейчас мой горе любовник, которым, кстати оказался сын соседнего землевладельца, томился в подвале замка и грозил карой своего отца всем подряд.

Ника поведала, что слышала от слуг, о жестоком нраве соседнего с нами господина и о том, что слуги в ужасе бегут от него, пытаясь уберечь своих жен и подросших дочерей, к которым местный хозяин по слухам имел непозволительную слабость.

Усмехнувшись про себя, я пришла к выводу, что приняла правильное решение, и стала тщательнее готовиться к предстоящей свадьбе.

Да — не по любви, да — расчетливо, но жизнь никогда не была со мной справедлива, и в условиях постоянной борьбы давно пришлось снять розовые очки и сейчас, в тот день, что я грезила пройдет по-другому, хотелось хотя бы радоваться своему отражению в зеркале и знать, что из возможных вариантов, я выбрала самый приемлемый.

Выйдя из ванной, я замерла от неожиданности, как оказалось за время моего отсутствия здесь скопилась куча народа и все, судя по всему, ждали именно меня.

Пока я приходила в себя, в комнате воцарилась полная тишина, люди стояли, склонившись в низком поклоне, и лишь некоторые позволяли себе быстрые взгляды из-под лобья на меня. Чего все ждут, я сразу не сообразила, и продолжала рассматривать неожиданных посетителей. Прервала затянувшееся молчание, выпорхнувшая из ванной Ника. Увидя открытое окно и меня, стоящую босиком на паркете, она в ужасе заверещала от возмущения, что заставило наконец-то отмереть эту кучу народу, приведя их в неистовое движение. Мне казалось, что я попала в эпицентр хаоса, такого даже в дни аврала не наблюдалось в моем офисе крупной строительной фирмы.

Следующие четыре часа показались для меня просто адскими. Мою бренную тушку передавали из рук в руки, крутили, вертели, чем то мазали и натирали. От калейдоскопа лиц уже кружилась голова, а от подвываний, явившейся из обители Праматери, няни Марты, голова еще и раскалывалась на части. Судя по ее, доносившимся из углу причитаниям, выдавали меня как минимум за вселенское зло, жующее на завтрак младенцев и запивающее все кровью девственниц. Вот если б не мой жизненный опыт и вечно оптимистичный, боевой настрой, валялась бы в обмороке однозначно.

Спустя, как мне показалось вечность, меня наконец-то временно оставив в покое, решили накормить. Пока, невесть откуда взявшаяся толпа служанок, накрывала на стол и прибирала комнату, я, вытянувшись в большом удобном кресле, с удовольствием нежилась под лучами солнца, так удачно светящего в открытые створки окна. Погода была похожа на позднюю весну, что придавало мне отличного настроения.

Сколько помню себя, всегда любила весну. Это время года носило для меня какое-то сакральное значение, все положительные события или зигзаги судьбы, принесшие в дальнейшем приятные перемены, случались со мной именно в это время года. И хоть сейчас я не была уверена в завтрашнем дне, но точно знала одно — пусть не сразу, пусть нелегко, но сегодняшнее событие приведет меня к чему-то хорошему и радостному. По-другому и быть не может, я это чувствовала.

— Мне нечем дышать — мои стенания и жалобы, кажется, не имели никакого воздействия на моих мучителей.

— Лои Элинель, потерпите, без корсета никак нельзя — пыталась успокоить меня стоящая рядом Ника.

— Мне правда нечем дышать. Боже, снимите с меня это пыточное устройство. Или дайте нож — настойчиво шептала я. Кто-то из служанок рядом испуганно охнул.

— Госпожа, не надо так, хоть и рассказывают про вашего будущего мужа много страшилок, но его богатство разве что соизмеримо с королевскими сокровищницами. Будете ни в чем не нуждаться до конца дней. Говорят он владеет единственной в стране добычей иллузорскх алмазов, только представьте, какое колье..

— Стоп! — прервала я мечтания слишком разговорчивой служанки. Имя ее я не знала, ведь если в начале этого сумасшедшего дня, я еще пыталась выяснить у Ники имена всех этих людей, наводнивших мою комнату, то потом просто махнула рукой. Делайте что хотите, только быстрее бы все закончилось.

— Мне нож нужен не для того чтоб убить себя, а для того чтобы разрезать корсет. Мне реально нечем дышать! Как можно вообще в этом ходить. Это бесчеловечно! — кипятилась я, стоя в сопровождении нескольких служанок под дверью в кабинет. Кажется, стоило мне только ступить за порог комнаты, как мне тут же стукнули по голове в напоминании о патриархальных замашках этого мира. Вот сейчас например, я должна была уже целых полчаса стоять во всей готовности под дверью, с целью явиться по первому требованию отца, который в данный момент занимался обсуждением и подписанием моего брачного контракта. А я была нужна, для возможного удовлетворения желания в последней оценки покупаемой вещи.

Этот факт меня безумно злил, но сделать я ничего не могла. Поэтому дышала через раз в туго затянутом корсете и желала только окончания этого торга. Иначе и не назовёшь.

Спустя как казалось час, дверь кабинета немного приоткрылась, и оттуда выскользнул высокий суховатый мужчина, оказавшийся секретарем моего отца.

— Лои Элинель, вы можете пройти в храм для совершения обряда. Ваш отец и жених вскоре присоединяться.

— Привыкай женщина! — сама себя поддразнивала я на пути к храму. Меня сопровождала толпа слуг и охраны, ни одного родного лица в столь значимый день. Осталось только вздыхать, что мне тоже давалось с трудом из-за корсета, зато талия была настолько узкой, что заставило обзавидоваться самой себе.

Стоя в мрачной прохладе храма, я с интересом смотрела по сторонам. В месте, видимо служившим алтарем, стояла огромная статуя женщины, в просторных развивающихся одеждах. Голова ее была украшена венком из живых цветов, что заставило меня улыбнуться, представляя как долго плести всю эту красоту, а потом пытаться поднять так высоко.

Вся моя огромная процессия осталась за дверьми, так что я с радостью наслаждалась тишиной и некой умиротворённостью помещения. Как оказалось, процесс бракосочетания проводился в присутствии только жениха и невесты, о чем рассказала мне утром Ника. Как объяснила служанка, нам необходимо будет порезать друг другу ладони, а потом взяться за изножье статуи и произнести слова брачной клятвы. По местным верованиям, тем самым сама Праматерь скрепит наш союз, а пролитая кровь, подтвердит слова клятвы. Брр…ну хоть жертвоприношений тут нет и то хорошо, утешала я сама себя, но в ожидании поножовщины, все равно было не по себе.

В моих раздумьях наверно прошло достаточно времени, как дверь неожиданно скрипнула и открылась, впуская в помещение высокого широкоплечего мужчину. Поскольку глаза уже успели привыкнуть к сумраку, царившему в храме, то я жадно вглядывалась в уверенно шедшего ко мне человека.

Мужчина неотвратимо приближался, заставляя меня забывать дышать в попытке как можно скорее осмотреть и оценить доставшегося мне волею судьбы мужа.

Не знаю о вкусах местных женщин, но вот мои современницы явно передрались бы за такой аппетитный мужской экземпляр. Уверенная четкая походка выдавала военное прошлое мужчины, а прямой взгляд, казалось, забирался прямо под кожу, не оставляя места для каких-то недомолвок.

Советник Риднанд Дейм был, несомненно, хорош собой. Четкие линии мышц явственно проглядывали под одеждой, а кубики пресса казалось, проступали даже через нечто похожее на военный китель, в который был облачен мужчина.

Лишь на секунду, в обращенном на меня взгляде, мелькнула толика удовлетворения, заставившая меня надеется, что увиденное мужчине всё же понравилось. Столько часов сборов как никак!

Инспектируя тело и улавливая эмоции в глазах будущего мужа, я не сразу заприметила шрамы на его лице. И как оказалось очень зря, поскольку как только он остановился напротив меня и повернулся лицом, подставляя его под тускло пробивающиеся в храм лучи солнца, я явственно вздрогнула от неожиданности. Огромный, казалось бы выворочевший кожу шрам проходил от вершины лба, через переносицу, левую щеку и скрывался за воротником. На правой стороне лица тоже имелся жуткий шрам, немного деформировавший правое ухо и также уходящий ниже по шее.

Потом, уже после церемонии, я еще долго корила себя за невнимательность и столь явное проявление испуга. Но произошедшее было не вернуть, видимо советник привык к столь явным проявлениям по отношению к своему лицу, поэтому лишь презрительно скривил губы и окатил меня пренебрежительным взглядом. Видимо моя реакция только подтвердила его ожидания на мой счет.

— Да уж, вот и познакомились — досадно подумала я, но деваться было некуда и пришлось стойко выдержать заслуженный отклик.

Советник протянул мне нож, который пришлось взять внезапно начавшими подрагивать руками. Не поднимая больше взгляд на ничуть не поддерживающего меня в столь ответственный момент «без пяти минут мужа», я крепко схватилась правой рукой за приятно холодящую рукоятку ножа. Изо всех сил пытаясь сдерживать тремор мышц, я аккуратно провела лезвием по раскрытой руке мужчины. Не успев отнять руку, советник поймал ее, перехватив сверху своей рукой и сильно надавив на лезвие, сделал больший порез, что оставила я. Кровь закапала из раны, заставив подступить к горлу удушливый ком, и если бы не отрезвляющая прохлада помещения, то не думаю что смогла бы избежать обморока. Тем временем советник, забрав у не сопротивлявшейся меня нож, аккуратно порезал и мою ладонь, заставив опустить ее на изножье статуи.

Стараясь отдышаться после произошедшего я даже не сразу сообразила, что моя экзекуция почти закончилась. Как и я, опустив свою раскрытую ладонь на каменное изваяние, советник начал произносить слова клятвы, которые резко и отрезвляюще подействовали на меня.

— Клянусь до конца жизни обеспечивать эту женщину и приплод, что она принесет от меня. Обещаю защищать и оберегать ее жизнь как свою, да покарает меня Праматерь если не исполню обещанное.

Видимо это было все, поскольку советник теперь выжидающее уставился на меня, а я кажется, растеряла все красноречие от услышанного. Конечно, я подготовилась и выпытала у Ники всю известную ей информацию, но точно не оказалась готова к такой формулировке клятвы советника. Служанка, поскольку сама замужем не была, не могла мне точно сказать, что необходимо говорить, но поведала известное ей, о том, что слова клятвы, будущие супруги произносят на свое усмотрение. Но для мужчин является обязательным поклясться в обеспечении и защите жизни будущей супруги, все остальное на усмотрение молодоженов и должно идти от сердца, а слова клятвы, по поверьям закладывает в них сама Праматерь в момент бракосочетания. Все слова клятвы, сказанные супругами в момент обряда, должны четко соблюдаться на протяжении всей жизни и оставаться тайной для окружающих.

Судя по всему, мой жених решил ограничиться только требуемыми фразами клятвы, не добавляя ничего лишнего от себя. Ну что ж, вполне логично, свадьба то у нас не по великой любви.

На секунду задумавшись под прожигающим взглядом начавшего уже терять терпение советника, я выдала свою версию «долго и счастливо»:

— Я клянусь любить и уважать этого мужчину. Быть ему верной женой и надежной опорой в жизни. Клянусь стать хранительницей семейного очага, дарить ему заботу и ласку, создавать домашний уют. Клянусь стать самой лучшей женой и любящей матерью для наших детей. Клянусь сделать это в случае появления взаимных ответных чувств супруга. В случае отсутствия взаимности, оставляю за собой право не исполнять обещанного.

Получите, распишитесь.

В очередной раз, пытаясь безуспешно размять затекшие мышцы, я подняла взгляд на мужа. В полутьме кареты, в которой мы тряслись уже битый час, его лицо было практически не разглядеть, но я не теряла надежды уловить хоть какие-то эмоции, нечаянно просочившиеся за маску невозмутимости, которую нацепил на себя мой новоиспечённый супруг еще в храме. Надо отдать ему должное, держался он прекрасно. После моей сногсшибательной клятвы, ему хватило не более минуты, чтоб выражение лица снова стало холодное и без эмоциональное.

Но зато этой минутой я насладилась сполна. Казалось, вся гамма чувств отразилась на лице некогда непрошибаемого советника. Злость, удивление, ярость и даже как мне показалась какая-то толика надежды, взрывным коктейлем сорвали с мужчины маску спокойствия.

Я же очень надеялась, что сделала все правильно. Слова каким-то необъяснимым образом вторглись в мой разум, и я решила ничего не мудрить, а сказать то, что, казалось, идет от самого сердца. Сентиментальной я себя никогда не считала, но тот момент в храме казалось навсегда останется в моей памяти, ни смотря на то, как сложится в будущем наша семейная жизнь. Слова, будто вложенные кем-то в меня, заставили задуматься о возможной правдивости верований мира, в который я попала. Да и вообще сам факт моего попадания в чужое тело, наводил на определенные мысли. Так что я решила для себя, что когда все уляжется и мое место жительства определиться, то схожу в ближайший храм пообщаться с этой Праматерью. Ведь она получается тоже женщина, должна меня понять, ну или хотя бы выслушать. Рассказ статуе о моем иномирном происхождении куда безопаснее, чем например, признаться в этом мужу. А душа требовала выговориться и я, кажется, нашла внимательного слушателя.

Внезапно с наружи раздались голоса, и карета плавно остановилась. Советник, сложив бумаги, которые занимали его внимание на протяжении всей дороги, поднялся и, открыв дверцу, вышел, напоследок соизволив пояснить мне:

— Сидите, ждите. Сейчас решу с ночлегом, и за вами придут.

Долго ждать меня не заставили, и буквально через пять минут к карете подошел мужчина из сопровождавшей нас охраны, подав руку, он предложил помочь выйти из кареты и проследовать за ним. Вылезала из ненавистного транспортного средства я с отчаянным стоном, кажется, на теле не осталось места, которое я бы не отсидела или не отлежала. Кроме чувства боли, ужасно хотелось есть, и посетить дамскую комнату.

Идя за мужчиной, я с интересом осматривалась вокруг. Видимо мы остановились в одной из придорожных гостиниц, находящихся на пути в столицу. Как соизволил объяснить мне муж, когда мы усаживались в карету еще в отцовском замке, жить мы будем в столице и путь туда лежит не близкий. Насколько не близкий я полностью успела оценить в первый же день.

Здание, к которому мы подходили, напоминало средневековый постоялый двор, но место было явно не из дешевых, все сверкало чистотой и опрятностью.

Внутри помещение оправдало мои ожидания и на первом этаже меня встретил просторный зал, видимо служивший столовой. Только вместо официантов, разносили еду уставшим путникам пышногрудые девушки, мило хихикающие и спускающие с рук шалости подвыпивших гостей заведения. Вдалеке зала я успела увидеть отгороженное небольшое помещение, которое в спешке прибирали. Это место зацепило мой взгляд потому, что у камина я успела увидеть широкоплечую фигуру мужа, с бокалом в руке он, что то говорил низко склонившемуся перед ним человеку, по всей видимости, хозяину заведения.

Меня же провели на самый верхний этаж. В отведенной мне комнате уже хозяйничала служанка, наполнявшая ванну горячей водой. Она же помогла мне стянуть пыльное платье, после чего удалилась по моей настоятельной просьбе. Принимать ванну и заботиться о естественных потребностях я однозначно собиралась сама и без наблюдателей.

Спустя час, я наконец-то почувствовала себя человеком. Надев приготовленные на кровати халат и ночную сорочку, я присела в кресло.

— Интересно если в процессе выполнения супружеского долга, я упаду в голодный обморок, меня накормят? Или завершат начатое и бросят на волю судьбы — весело размышляла я. Отчаиваться и опускать руки от чего то совсем не хотелось. Будем держать удар и осматриваться в новой обстановке.

— Думаю все же накормят. — решила я. Советнику как никак нужен от меня магически одаренный наследник. Для этого я должна быть как минимум жива, а желательно еще и здорова.

Закончив свои оптимистические рассуждения я решила ждать. Побродив по комнате и рассмотрев все интересное, я уже вновь собиралась усесться в кресло, как вдруг в дверь постучали.

Не зная кого и чего ждать от желающих попасть в мою комнату, я решила присесть. Мало ли какие новости меня ждут.

— Войдите!

— Госпожа, ваш ужин — приоткрыв дверь, проговорила с поклоном уже знакомая мне служанка.

— Ну наконец-то! — не сдержав эмоции воскликнула я. Служанка тут же отреагировала на мой вскрик. Согнувшись еще ниже и отчаянно покраснев, девушка принялась тараторить слова извинений.

— Опять тоже самое — приуныла я. К такому отношению мне кажется привыкнуть, быстро не получится.

— Все хорошо — постаралась успокоить служанку — Просто очень проголодалась и устала с дороги. Расставляй все что принесла.

Служанка, кажется, немного успокоилась, поскольку извиняться перестала и, шикнув на маленькую девочку, оказавшуюся у нее за спиной, принялась расставлять принесенные тарелки. Девочка держала в руках огромное блюдо с множеством разнообразных булочек и пирожных и послушно стола рядом с девушкой, не отрывая восторженного взгляда от горы сладостей. Служанка, расставив принесенные блюда, забрала у девочки тарелку и уместив ее на переполненном столе, с поклоном стала пятиться из комнаты. Я же увидев отчаянный прощальный взгляд ребенка на пирожные, не удержалась.

— Держи! — схватив по парочке разных сладостей, протянула девочке, у которой при виде угощения, радостно заблестели глаза.

— Поблагодари госпожу, Майли! — зашептала ребенку служанка. Девочка, не растерявшись, сделала неуклюжий реверанс и, развернувшись, шмыгнула в дверь. Видимо отправилась прятать полученные сокровища, пока не отобрали.

Забавное происшествие заметно подняло мне настроение, и я с удовольствием принялась за ужин.

Примерно через час, уже лежа в кровати с найденной на полках книжкой, я прислушивалась к сторонним шумам. То и дело хлопали двери в коридоре, иногда доносились в отдалении голоса. Но ничего было не разобрать, и я оставалась в неведении.

Наверно, даже хорошо, что в теле девушки сейчас тридцати двух летняя я, а не прежняя хозяйка. В шестнадцать лет такие события и потрясения явно выбили бы девушку из колеи. Например, взять теперешнее ожидание выполнения супружеского долга в непонятно где находящемся постоялом дворе. Хотя если маленькая зараза пригрела себе любовника под носом у отца, то может и не стоит ее жалеть, ведь теперь именно мне отвечать перед мужем за возможные претензии после первой брачной ночи.

Я вообще не питала радужных надежд по поводу супруга. Мне он показался человеком замкнутым и суровым. Но чтоб достигнуть таких карьерных высот, надо обладать большим умом и хваткой, поэтому если я и захочу что то наладить в наших отношениях, то придется проявлять себя делом, а не словом. Красивым личиком его видимо не привлечешь. Человек с таким влиянием должен быть пресыщен всякими удовольствиями, не смотря на страшные шрамы на лице, ведь за то количество денег что в его карманах, купить можно многое.

Промаявшись в думах до глубокой ночи, я не заметила, как уснула.

Просыпаться пришлось еще засветло. Разбудила меня все та же служанка. Завтрак ожидал уже на столе.

— Рань то какая — ворчала я, вылезая из-под теплого одеяла.

— Госпожа, давайте я поскорее помогу вам умыться. Господин советник приказал собрать вас в дорогу в течение получаса — всплеснула руками перепуганная служанка.

— Да уж. Задание не из легких — усмехнулась про себя я — Собрать изнеженную лои за полчаса выглядит невыполнимой миссией.

— Успеем — подбодрила я опечаленную служанку. Не хватало еще, чтоб у нее из-за меня были проблемы.

В дверь постучали, когда служанка практически закончила плетение незамысловатой прически на моей голове, а я практически допила ароматный чай. После моего разрешения войти, на пороге показался вчерашний знакомый сопровождающий.

— Лои Элинель карета подана, пожалуйста, спускайтесь — сказал он и застыл в ожидании у открытой двери. Видимо у всех четкие указания по времени моего перемещения и поблажек давать мне не собирались. Выждав минуту, требуемую служанке для завершения прически, я поднялась со стула, одела протянутую мне накидку и подошла к двери.

— Я готова. Показывайте дорогу — кажется, я немного удивила мужчину, поскольку на секунду он не удержался и бросил на меня удивленный и заинтересованный взгляд, но потом поспешно повернулся и предложил следовать за ним.

Спускаясь по лестнице, я решилась на вопрос:

— Представьтесь, пожалуйста, кто вы и как вас зовут? — обратилась я к идущему впереди меня мужчине.

— Сейм Ритто, госпожа — по-военному четко отрапортовал он — начальник охраны господина королевского советника лои Риднанда Дейма де Коратто.

— Вау — только и смогла подумать я, услышав полное имя моего супруга.

И после секундного замешательства ответила — Приятно познакомиться, Сейм Ритто.

— Уже строите глазки моим подчиненным, лои Элинель — внезапно раздался рядом притворно спокойный голос советника и я, вздрогнув от неожиданности, подняла глаза на невесть откуда появившегося у подножья лестницы мужа.

Сидя в карете, куда меня сразу же препроводили, достаточно больно прихватив под руку, я пыталась переварить обозначенные мужем реалии нашего брака.

Все оказалось до банального просто: не сплетничать с кем бы то ни было, а предпочтительнее вообще молчать; не позорить мужа, а лучше вообще нигде лишний раз не показываться; не заводить любовных связей на стороне — взгляда ни на кого не поднимать, чтоб ни дай бог никто не подумал, что я заинтересована в чем то большем, чем обычное проявление вежливости; ну а также с меня требовалось беспрекословное послушание и скорейшее рождение одаренного наследника.

— Лучше бы собаку завел, честное слово — дулась я, наблюдая проносящийся за окном уже опостылевший пейзаж.

Муж после своего монолога, произнесенного сразу же после того как я очутилась в карете, уткнулся в бумаги и не обращал на меня ни малейшего внимания. Он даже не удосужился спросить, согласна ли я с его мнением или хотя бы, что я об этом думаю. Видимо советник нисколько не сомневается в том, что купил послушную жену.

— Что ж не буду разочаровывать его раньше времени — мстительно подумала я, а вслух спросила

— Скажите, пожалуйста, дорогой муж, что за бумаги занимают вас второй день поездки? Может быть, могу быть вам чем то полезной?

Стойко выдержав скептический и неприязненный взгляд супруга, я застыла в ожидании ответа и примерно спустя минуту, не отрывая взгляд от бумаг, мне соизволили пояснить:

— Лои Элинель, вы верно плохо расслышали то, что я сказал вам совсем недавно. Повторять я не люблю, запомните это раз и навсегда. Мне не нужна ваша помощь и не интересно ваше мнение. Все что необходимо от вас в браке я уже обозначил. Не выполнение будет строго наказываться, поэтому советую слушать и запоминать с первого раза. А если вы действительно хотите быть полезной, то будьте добры помолчать до конца поездки.

— Ну, вот и поговорили — грустно думала я, невидящим взглядом уставившись в ненавистное окно. Четко обозначенные рамки поведения, дали понять, что идти на контакт и строить семейные отношения со мной не собираются. Обычный договорной брак, вот только договорились мой отец и муж, мое мнение никого не интересовало. И ладно бы, если существовало элементарное общение, тут глядишь, и общие интересы нашлись, а там и до взаимоуважения не далеко. О любви, конечно, глупо мечтать, но обычного понимания и уважения хотелось достичь.

В раздумьях время пролетело не заметно. Была уже ночь, когда наша карета наконец-то въехала во двор столичного дома королевского советника. Измотанную меня, муж, кажется с радостью, сдал трем подоспевшим служанкам и исчез. Со всевозможными почестями меня проводили в шикарно обставленные покои, как я успела рассмотреть, на порядок богаче комнат отцовского замка, раздели, умыли и уложили в кровать. Сопротивляться и бороться за самостоятельность, сил не было, поэтому я даже с благодарностью приняла помощь расторопных девушек и уснула, едва голова коснулась подушки.

Было темно, как говорят «хоть глаз выколи». Я долго блуждала в этой темноте ища выход, как вдруг увидела, что вдалеке зажегся маленький огонёк. Я побежала на свет, но огонёк, хоть и увеличивался в размерах, но все же отдалялся от меня. Протянув к нему руку, я кричала: — Постой! Не оставляй меня снова в темноте! Казалось, будто услышав меня, огонёк замедлил движение. И вот я наконец-то близко, протягиваю руку, желая быть ближе к свету, желая получить хоть каплю тепла в этом кромешном мраке, но огонёк неожиданно, как магнитом притягивается к моей руке и исчезает в раскрытой ладони, заставляя меня пронзительно вскрикнуть от сильнейшей боли.

Кажется, я проснулась от собственного крика. Мокрая от пота ночная сорочка, раскуроченная постель и обожжённая в волдырях ладонь, напрочь прогнали остатки сна. Кое-как выбравшись из-под одеяла, я устремилась в ванную комнату. Умывшись ледяной водой, я подняла лицо к зеркалу: бледная кожа и полопавшиеся капилляры глаз наглядно демонстрировали последствия моей «безмятежной» ночи.

Возвращаясь в комнату, я с удивлением рассматривала свою ладонь. Казалось, будто бы ожог пропадает прямо на глазах, и к моменту как я присела на кровать, осталось лишь легкое покраснение на коже.

— Вероятно, прежняя Элинель выросшая в этом магическом мире, смогла бы объяснить происходящее со мной — с досадой подумала я — Ведь кроме протаскивания любовника под носом у отца, учили же чему-то эту девчонку. Мне же сейчас спрашивать у кого-либо о произошедшем — значит привлечь к себе не нужное внимание. А на неудобные вопросы о своей неосведомленности я тем более не готова отвечать — рассудила я, решив не паниковать, раньше времени, и попытаться отыскать сведения в книгах, если в доме имеется библиотека.

— Приятного аппетита, лои Элинель — бесстрастным голосом, не отрывая взгляд от тарелки, пожелал мне муж. И честно говоря, от такого пожелания аппетит только убавился.

— Вам тоже приятного аппетита, советник — в тон ему проговорила я.

— Вдох-выдох, Эля — сама себя подбадривала я — переживем, наладим все. Как-никак обедать под пристальным взором начальства было куда хуже. Не дай бог, кому-то из глав отделов покажется, что его подчиненные медленно пережевывают пищу. Демагогия, продвигаемая начальством, гласила, что обед только для принятия пищи в качестве поддержания жизнедеятельности организма, но никак не для отдыха, разговоров и тому подобное. Некогда отдыхать, когда на счету компании, не завершенные многомиллионные контракты. Зато уж в отсутствие надсмотрщиков, офисные сотрудники отрывались по полной, и мне казалось, обеденный перерыв растягивался часа на три как минимум.

Развлекая себя воспоминаниями, я не заметила, как закончился в тарелке некогда ненавистный суп. Как оказалось, я проспала до полудня и вместо завтрака сразу попала на обед. Такой необходимый мне поутру кофе служанки наотрез отказались приносить, сославшись на приказ советника о контроле над моим правильным питанием.

— Ну-ну, правильное питание для потенциальной матери. Прям племенной скот какой-то. Будет тебе правильное питание и ребенок — мстительно думала я, вспоминая, как еще в отцовском замке бережно прятала в ворохе платьев бутылочку настойки, всеми правдами и неправдами выпрошенную у местной знахарки через Нику. Проблемой местной контрацепции я озадачилась сразу, как выяснились обстоятельства моего скорого замужества. Ребенок должен родиться в крепкой и дружной семье, и хоть у меня такой никогда не было, но мечтать, как говориться не вредно. Оттянуть время и постараться создать нечто подобное стоило.

— Уже мечтаете, как побольше денег вытрясти с меня, дорогая супруга? — прервал поток моих воспоминаний и размышлений муж. Честно говоря, я действительно погрузилась в себя и на автомате уже дожёвывала десерт, оказавшийся наивкуснейшим, стоило сосредоточиться и вернуться в реальность.

— Что вы дорогой муж — неловко возвращая ложку в тарелку, ответила я — думаю о том, чем бы полезным заняться. Скучающая жена, это опасное существо знаете ли.

— Не думаю, что вы способны, на что то полезное — скептически усмехнувшись, советник поднялся из-за стола, и уже выходя из столовой, обернувшись, добавил — Хотя нет, будьте любезны сегодня не ложиться рано спать и дождаться меня. Будите приносить пользу, раз вам так угодно — и быстро развернувшись, этот нахал исчез за дверью, оставив меня кипятиться от праведного гнева.

— Один ноль в его пользу. Вот и надо было мне рот открывать — корила я себя. Конечно, перспектива брачной ночи меня нисколько не пугала. Только морально давила не ясность с девственностью прежней Элинель и реакцией советника на ее вероятное отсутствие.

— Что ж будем решать проблемы по мере поступления — решила я, и быстро завершив обед, отправилась на поиски библиотеки. Ночной сон и утреннее происшествие с рукой не давало покоя. У меня было предположение, что так просыпается в моем теле магия. Ведь не зря, отец говорил о такой возможности после брачного ритуала. Но прежде чем обращаться с этим вопросом к кому-либо, хотелось получить элементарные знания о магии, дабы не выдать своей полной неосведомленности. На данный момент мои познания ограничивались только знанием факта, что магия тут существует, и это может показаться довольно странным обстоятельством для шестнадцатилетней девушки магини.

Остановив первую попавшуюся служанку, я выяснила наличие в доме библиотеки и меня проводили до самых дверей. Конечно, до списка крупнейших библиотек мира ей было еще далеко, но площадь помещения и количество книг поражало воображение. Передо мной раскинулся целый книжный город с рядами и лабиринтами книжных шкафов и полок, очень похожих на улицы.

Как оказалось, библиотека занимала четыре комнаты. От центрального зала, где помимо полок с книгами, располагался камин и несколько уютных кресел, отходили три не уступающих ему в размерах помещения от пола до потолка заставленных не кончающимися стеллажами книг. Побродив около часа, я без сил вернулась в центральный зал и, упав в кресло, отчаянно вздохнула:

— Боже, да тут штат библиотекарей нужен, чтоб помогли разобраться в хитросплетении «книжных джунглей»!

— К сожалению, я один, но зато отлично ориентируюсь в библиотеке и смогу с радостью стать вам незаменимым помощником — неожиданно раздался голос рядом со мной. Подскочив от неожиданности, я во все глаза уставилась на невысокого пожилого мужчину приятной наружности, бесшумно появившегося рядом с моим креслом. Я уже хотела немного по возмущаться на какую-то неприятную закономерность с бесшумными и неожиданными появлениями около меня, как услышав следующую фразу из уст мужчины, была вынуждена медленно сползти в кресло, хватая ртом воздух.

— Чем тебе помочь, Эльвира?

Откуда он знает моё настоящее имя?!

— Ну, вы скажете то же! — смеясь, отмахнулась я от Родрига — Конечно испугалась! Скажу больше, я была просто в ужасе! Потоки ауры, скорая свадьба — этого было достаточно чтоб выбить меня из колеи в первые моменты возвращения в сознание — взахлеб тараторила я так нечаянно найденному внимательному слушателю.

Как же мне не хватало простого человеческого общения. Забившись в свой панцирь и пытаясь просто выжить и освоиться в новом мире, я совсем забыла, как приятно просто посидеть и пообщаться, не думая ляпнуть чего-то лишнего.

Конечно, наш душевный разговор у камина за чашкой чая возник далеко не сразу. Видя мое шоковое состояние, мужчина с завидной проворностью принес мне стакан воды и, поддерживая дрожащую руку, помог сделать пару глотков. Видимо мой взгляд стал более осмысленным, поскольку, присев в кресло напротив меня, он произнес:

— Лои Элинель, я прошу простить меня за столь неожиданный порыв, но я был так рад нашему случайному скорому знакомству, что не сдержался. Надеюсь, вы не будите держать зла на меня, видимо годы берут свое и я стал слишком впечатлительным.

Я все еще продолжала таращиться на мужчину отчаянно желая услышать его объяснения, и в тоже время безумно боясь последствий этого откровения.

— Ох, что-то я совсем заржавел тут — мужчина подскочил с кресла — Снова вынужден просить прощения за свою бестактность. Разрешите представиться, Родриг Файмос, секретарь вашего супруга, лои Элинель. И хочу вас сразу успокоить, никто не знает и никогда не узнает, того, что я вам сейчас расскажу.

С этой фразы начался длинный рассказ Родрига, а именно так он просил себя называть. Суть была такова. Родриг являлся дядей нынешнего короля Соединенного королевства Сельвия и поскольку его мать была магиней, а он первым и единственным ребенком в семье, то так же был наделен магией. До того, как уйти в отставку Родриг был командиром элитного королевского магического спецотряда. Как поведал мужчина, в отряд входили исключительно маги с боевым даром. В этот момент я очень пожалела, что не добралась до данной темы и теперь придется срочно наверстывать упущенное.

Решив сложить с себя полномочия, Родриг хотел поселиться в тихом отдаленном от столицы местечке, но его планы кардинально изменились после одного происшествия. Отправившись с небольшим отрядом в свое последнее патрулирование границы с враждебно настроенным к Сельвии королевством Горган, мужчина и его товарищи попали в засаду. Некоторые из противников также обладали магией, поэтому завязалась ожесточенная схватка. Отряд Родрига уничтожил всех нападавших, не потеряв никого из своего отряда, но многие были в разной степени ранены и добраться до близлежащего города были не в силах. Поэтому Родриг принял решение оказать первую помощь и перевязать раны пострадавшим в небольшом заброшенном храме Праматери, так кстати находившимся недалеко от места происшествия. Там же они и заночевали, меняя друг друга ночью в карауле. Мужчина дежурил последний уже под утро. Внезапно он услышал будто кто-то зовет его. Осмотревшись вокруг, он увидел свечение, исходившее от остатков разрушенной статуи Праматери. Подойдя ближе, он протянув руку, дотронулся до светящегося основания статуи и в тот же момент потерял сознание. Утром он очнулся от теребящих его воинов, те списали все на общую усталость и не донимали командира расспросами. Родриг же после случившегося неожиданно для всех поменял свои планы и остался на службе, только уже у Риднанда Дейма. Решение Родрига было встречено в штыки многими, не привечавшими безродного «выскочку», но мужчину это не смутило и он буквально напросился к ставшему недавно королевским советником Риднанду Дейму на должность секретаря и поселился у него в столичном доме. Долгие десять лет Родриг помогал и поддерживал советника, став с ним хорошими друзьями.

— Я знаю, многие считают меня сумасшедшим — с грустной улыбкой проговорил мужчина — потратить столько лет на становление карьеры совершенного чужого для тебя человека. И хотя за это время мы стали очень близки, это не оправдывает в глазах общества мое изначальное решение. Но мне было все равно тогда, не волнует меня это и сейчас — махнув рукой, Родриг усмехнулся и, посмотрев мне прямо в глаза произнес — Видели бы они то, что тогда в разрушенном храме увидел я.

— Вы ведь не просто потеряли сознание? — догадавшись, воскликнула я

— Нет — по-доброму улыбнулся мужчина — Я видел тебя Эльвира. Тебя в твоем мире.

Мы проговорили ни один час. Обсуждали, спорили, но пришли к одному общему решению ничего не рассказывать ни советнику, ни кому либо. Родриг обещал во всем помогать и поддерживать, и мне этого было достаточно.

Конечно, многое из утверждений мужчины я подвергала сомнению, часть казалась просто нереально осуществимой, но весь мой скептицизм трещал по швам, стоило вспомнить, кто я и где сейчас нахожусь. Я — Воронова Эльвира Александровна, тридцати двух лет от роду, образование высшее экономическое, семейное положение — не замужем.

Поужинав прямо в библиотеке вместе с Родригом, я вернулась в спальню поздно вечером, таща внушительный толмут по основам магии.

Я засиделась с книгой практически до ночи, а когда услышала открывающиеся ворота, выключила свет и позволила себе крепко уснуть, да так, чтобы не проснуться, когда муж зайдет в комнату.

Утро началось уже с привычного:

— Приятного аппетита, лои Элинель.

Разница была лишь в том, что узнав вчера от Родрига многое о своем муже, я смотрела на него уже другими глазами. Мне показалось, что у нас много общего. Взять хоть ту же жажду и стремление к жизни, а шквал неурядиц и проблем попеременно сваливавшийся на каждого из нас, возможно, сделал нас внешне черствее, но не искоренил желание душевного спокойствия и умиротворения. Ведь так хотелось кому-то довериться и открыться. Быть может, я ошибаюсь и тешу себя обманчивыми надеждами в отношении Риднанда, но, что бы там ни было, уважение к себе он заслуживает.

— Доброго утра и приятного аппетита, лои Риднанд — да, он получил от меня этот долгожданный титул, надо признать заслуженный, судя по рассказам его секретаря.

Удобно усевшись за стол, я принялась за аппетитный завтрак, улыбнувшись про себя замеченному секундному удивлению, проскочившему на лице советника.

— Сегодня вечером состоится бал, на котором вас представят ко двору, а меня объявят вице-королем. Будьте готовы к вечеру, карету я за вами пришлю — оповестил меня супруг, уже вставая и направляясь к выходу из столовой.

Что за дурная привычка, говорить, повернувшись спиной и уходя. Как будто сбегает, бросив гранату напоследок.

Не посчитав нужным дождаться моего ответа или возможных вопросов, советник ретировался, оставив меня в разрозненных чувствах.

Бал…интересно, мои танцевальные навыки стрип пластики и гоу гоу дэнс пригодятся. Вот черт меня дернул записаться на эти направления танца, ведь не хотела, но как назло попавшийся на ресепшене преподаватель сразил меня наповал своим обаянием, и я даже не запомнила, как заполнила заявление. Пришла в себя, только выйдя из здания школы танцев. Деваться было некуда, и я целый год исправно посещала занятия. Как оплачивала годовой абонемент, тоже плохо запомнила, радовало одно, вместе со мной было еще двадцать пять таких же, дурочек, видимо поведшихся на внешность и харизму этого демона искусителя.

Преподаватель честно сказать он был так себе, но обаяние и шарм перекрывали все огрехи. Первые два месяца велась ожесточенная борьба за его внимание, девчонки испепеляли взглядами и метали молнии в, как им казалось, более удачливых учениц. Война закончилась внезапно, торопясь на занятие и спеша первыми прибыть на танцы и быть может успеть пообщаться с обворожительным преподавателем, мы толпой ввалились в зал становясь свидетелями страстного поцелуя тренера по гандболу и нашего по танцам. Оторвавшись друг от друга, гандболист по-хозяйски похлопал нашего преподавателя по заднице и, бросив — До вечера — отправился на выход из зала, пружинистой походкой проходя мимо нас.

Следует сказать, что на следующее занятие не пришло и половины состава группы, зато заниматься все стали более вдумчиво и результативнее, нужда отвлекаться резко отпала.

После происшествия, я, купив разовые абонементы, все же посетила уроки венского вальса, слоустепа и квикстепа, но убедившись, что это не мое, вернулась на стрип и гоу гоу.

Отбросив переживания, я доела завтрак и стремглав отправилась в библиотеку, надеясь застать там Родрига, но к моему разочарованию мужчины в залах не было. Побродив по дому и переполошив слуг, я все же выяснила, что Родриг отбыл с моим мужем во дворец и раньше вечера не вернется. В расстройстве я вновь вернулась к книгам, думая найти хоть что-то вразумительное и наткнулась на самоучитель по танцам, заботливо лежащий на столике у камина. Видимо Родриг знал о предстоящем бале и решил хоть как то мне помочь. Улыбнувшись приятной заботе, я, забравшись с ногами в кресло, принялась за чтение.

Время наверно было уже послеобеденное, когда двери библиотеки отворились, впуская троих служанок, заставших меня за вальсированием с книгой.

— Госпожа, пора обедать и начинать собираться на бал. Времени осталось не много — произнесла одна из служанок.

Вздохнув, я вернула книгу на столик и отправилась за сопровождающими меня девушками.

Пообедав и вернувшись в свои комнаты, я попала в ураган по наведению красоты. И естественно стала его жертвой. В три пары рук меня несколько часов терли, скоблили, натирали и намывали. Только расправив лишь им видимые складки на платье, служанки завершили все приготовления, притащили огромное зеркало и поставили передо мной.

Надо сказать, девушки были мастера своего дела. На меня из зеркала смотрела королева и никак не меньше. Платье темно изумрудного цвета прибавляло годков, но я стала чувствовать себя в нем уверенней и спокойней. Пусть к своей внешности я еще привыкала, но расправленные плечи, открытый взгляд и спокойное выражение лица были моими спутниками и в новом теле. Тем более сейчас, когда я решительно настроилась выйти в свет и выдержать любой удар. А его я думала, следовало ожидать, судя по тому, как обычно описывают придворные перипетии в книжках.

Поблагодарив служанок и бросив последний взгляд в зеркало, я уверенно отправилась к уже ожидавшей меня карете.

Я чувствовала себя Золушкой отправившейся на бал. Золоченая карета и вышколенные сопровождающие, тоже казались наваждением, развеющимся с боем часов.

Вертя головой в разные стороны, я с почти детским восторгом осматривала сначала шикарный парк, а потом и дворец, показавшийся из-за крон зеленых насаждений. Все было волшебно красивым и сказочным.

Минуя целую вереницу богато украшенных экипажей, меня подвезли прямо к подножью огромной лестницы, ведущей во дворец. Дверца кареты отворилась и, опираясь на протянутую руку лакея, я вышла наружу.

Стараясь принять спокойный и невозмутимый вид, я стала медленно подниматься по лестнице, настраивая себя и подготавливая к предстоящему мероприятию. Судя по количеству транспорта, здесь собралась, по меньшей мере, добрая половина столицы. И мне не хотелось ударить в грязь лицом, ведь кроме того, что я новенький свежий кусочек для обсуждений, и сплетен, так из-за назначения мужа, еще и в центре разворачивающихся событий.

Все та же поддерживающая меня рука лакея оказалась очень кстати, крепко вцепившись в нее как в последнюю опору, и, сделав глубокий вздох, я поднялась на последнюю ступеньку. Навстречу мне уже спешил невысокий пухленький мужчина. Не доходя несколько шагов до меня, он начал беспрестанно кланяться и сыпать приветствиями и комплементами. Натянув дежурную улыбку я кивнула на его приветствия и повинуясь движению сопровождавшего меня лакея вложила свою руку в его. Мужчина довел меня до входа в зал и, проведя через двери, отпустил мою руку. Отойдя на пару шагов, он громогласно объявил:

— лои Элинель Дейм де Коратто из рода Гератольга

Видимо, я должна была, что-то сделать или как то отреагировать на представление, но я понятия не имела что делать, а с учетом тысячи глаз направленных на меня, банально растерялась. Стараясь сохранить невозмутимое выражение лица, я металась глазами по залу в поиске подсказки, что же дальше делать. Стояла оглушающая тишина, и пролети сейчас какое-то насекомое, точно было бы слышно.

У самого подножия трона я наткнулась на пронзительный взгляд мужа и остановила свое внимание на нем, желая уловить хоть малейшую подсказку в его взгляде. Но все было тщетно. То же, что смотреть на глыбу льда, не единой эмоции в застывшем равнодушном взгляде.

Начиная паниковать, я наконец-то перевела свой взгляд на короля.

Королем Соединенного королевства Сельвия оказался мужчина приятной наружности, лет сорока, сорока пяти. Спокойный, уверенный взгляд, внушал спокойствие и доверие, но и не оставлял вариантов для того чтобы четко понять кто здесь главный.

Видимо отчаяние все же отразилось на моем лице, поскольку король немного нахмурившись, метнул сначала взгляд на моего неподвижно стоящего мужа, а потом, поднявшись, провозгласил на весь зал, протягивая мне ладонь

— Рады приветствовать тебя, лои Элинель

Уставившись на раскрытую ладонь монарха как на спасательный круг, я пошла через весь зал к трону. Проходя через вмиг расступающуюся толпу, я краем уха улавливала удивленные шепотки и вздохи. Видимо личного приветствия от короля тут удостаиваются не каждый день.

Подойдя к подножью немного возвышающегося трона, я попыталась изобразить подобие реверанса, отчаянно краснея, от представления как это жалко наверно выглядит со стороны. Снова подняв глаза на короля, я уткнулась в широкую грудь, а потом в ответный чуть смешливый взгляд правителя, надеясь, что его позабавила не моя неуклюжесть.

— Я, правда, рад познакомиться с вами Элинель. Надо отдать должное я чертовски устал смотреть на хмурую физиономию своего советника, а теперь сделав его вице-королем, я обрек себя видеть его еще чаще, поэтому надеюсь, что вы разгоните все темные тучи в жизни Риднанда, и я скоро увижу улыбку на лице этого несносного ворчуна — добродушно усмехнувшись, проговорил король, чье имя к своему ужасу никак не могла вспомнить.

— Сделаю все возможное и невозможное для выполнения вашего поручения Ваше Величество — улыбнулась я, решив поддержать его веселый настрой.

— Я не сомневаюсь в этом ни минуты. А теперь поскольку место первой леди пустует, то вам Элинель выпала незавидная честь открывать бал вместе со мной — и быстро подцепив опешившую меня под локоть, король направился в центр зала.

Начиная осознавать, что сейчас произошло, я еле удержалась от того, что бы не упереться пятками и не заголосить по-детски — Не хочууу.

Стараясь ровно дышать, я тихо прошептала, когда король развернул меня к себе лицом в центре зала

— Это большая честь для меня. Но я должна предупредить вас, что не сильна в танцах.

— В вас чувствуется природная грация Элинель. Следуйте за моими движениями, я хороший партнер — и, подхватив меня, король двинулся в танце.

Надо сказать, что отчасти он оказался прав и, повинуясь его движениям, я танцевала очень даже сносно. По крайней мере, ног королю не отдавила и сама не растянулась на паркете.

Наш танец закончился довольно быстро, видимо это была часть церемониала для открытия бала, поскольку как только мы отошли в сторону, танец подхватили другие пары, ранее стоявшие в стороне. По сторонам стали слышны разговоры, смех и непринуждённые беседы. Подхватив меня под локоть, король огляделся по сторонам и так же как и я наткнулся невдалеке на спину моего мужа, увлеченно что-то обсуждавшего с пожилым важным мужчиной. Вздохнув, король пробормотал:

— Черствый сухарь

Я удивленно уставилась на правителя, а он по-мальчишески подмигнув мне, сказал

— Позвольте, я буду вашим сопровождающим сегодня и представлю вас свету

— С огромной радостью Ваше Величество — искренне обрадовалась я, не представляя, что бы делала сейчас одна в этой толпе народа, и крепко держась за протянутую руку, уверенно шагнула навстречу водовороту лиц.

Стоя на открытом балконе, я жадно вдыхала воздух и отпивала прохладный сок. Время потраченное на обход и знакомство с присутствующими растянулось на несколько часов и видя, что мужчине уже пора заняться своими королевскими обязанностями, я дабы не чувствовать себя обузой, попросила оставить меня у столика с прохладительными напитками, перед этим искренне поблагодарив за оказанную помощь и сопровождение.

— У меня свои цели, дорогая Элинель и я ничего не делаю просто так. Теперь вы будите исполнять обязанности первой леди, поэтому должны являться на все важные официальные мероприятия. Ну, а что мне нужно от вас касаемо Риднанда, я уже озвучил — проговорил мужчина.

— Ваше Величество, я наверно не лучшая кандидатура на столь важную должность и тем более не хотела занимать чужое место — в попытке избежать нелюбимой мной публичности, попыталась убедить я короля.

— Я не желаю с вами препираться лои. Все решено. Супруги у меня нет и жениться я не планирую, моя мать, ранее исполнявшая обязанности первой леди уже очень стара и с радостью отойдет от столь обременительных для нее дел.

Растеряв все аргументы, я склонила голову в согласии

— Как скажите Ваше Величество.

И вот теперь стоя на балконе, я пыталась прийти в себя и осмыслить последствия свалившейся на меня чести. Сомнительного характера честь, откровенно говоря, но деваться было некуда.

Неприятно вспоминались и разговоры за спиной, а уж прожигающие взгляды, кажется, проделали во мне брешь. Перешептывания, слились в один сплошной гул, долетая до сознания обрывками фраз поливающих грязью Риднанда, жалеющих меня или наоборот считающих продажной расчетливой стервой.

Но собраться с мыслями и отдышаться мне не дала компания трех девушек, уверенно подошедших ко мне

— Приятно познакомиться лои Элинель. Поздравляем Вас с удачным замужеством.

— Ох, и натерпелись вы наверно страху.

— Моя матушка говорит, что будь жива лои Инесса, не допустила бы такого позора для своей дочери.

— Господи, как базарные девки — простонала я про себя, силясь не схватиться за вмиг заболевшую от бесконечного пустого щебетания этих кумушек голову. Но смысл сказанного ими, пусть и не сразу, но стал доходить до меня.

— Что, простите? — перебила я их бесконечную болтовню, и посмотрела в упор на ту, что говорила о некой лои Инессе.

— Ну как что — немного замявшись, проговорила девушка, а потом, гордо расправив плечи, продолжила — Ваша матушка, будь жива, не допустила бы этого позора. Где это видано, чтоб благородная лои выходила замуж за безродного урода.

— Да, да — подхватили остальные — Вы всегда сможете с нами поделиться вашими горестями и несчастьями. Мы очень сочувствуем вам лои, ведь на советника смотреть то противно, а вам приходиться с ним…

— Стоп! Стоп! — прервала я их пламенную речь, явно уже перешедшую все дозволенные границы — Давайте определимся раз и навсегда. Семейные проблемы и вопросы я не обсуждаю, с кем бы то ни было, кроме собственного мужа. А во-вторых, о человеке не судят по его внешности. Это глупо и низко. Вы хоть один золотой сами заработали за всю свою жизнь? Легче всего обсуждать других сидя на всем готовеньком.

Вылетая с балкона, как пробка из бутылки шампанского, я чувствовала неимоверную усталость и какое-то чувство брезгливости. После разговора с этими недалекими сплетницами, хотелось скорее принять ванну и смыть всю грязь, обильно полученную за столь короткий разговор.

— Прошу прощения! — воскликнула я, неожиданно влетая носом в чью-то широкую мужскую грудь.

— Доброго вечера, лои Элинель. Вы бежите так, будто за вами несется стая диких зверей.

— Родриг! — радостно воскликнула я.

— О, я, кажется, понял причину вашего бегства — проговорил Родриг, смотря мне за спину.

— Ммм…не могли бы мы поговорить в другом месте — умоляюще посмотрела я на мужчину.

Пройдя по мне оценивающим взглядом и глянув обратно на балкон, Родриг подхватил меня под локоть и, идя в противоположенную сторону от зала, сказал:

— Быть может вам лучше отправиться домой лои. Официальная часть бала завершена, а вы выглядите уставшей и измученной. Хотя мне бы хватило и минуты разговора с этими девицами, чтоб мои нервы окончательно сдали — посмеиваясь, Родриг продолжал вести меня прочь из зала. Решив, что на сегодня мне действительно хватит всей этой мишуры и негатива, я послушно плелась за мужчиной, вцепившись в его руку.

— Скажите, а вы их знаете? А что мне нужно было сделать в зале, после того как меня объявили? И где были вы в это время? Я вас не видела — я засыпала вопросами мужчину, спускаясь с лестницы дворца.

— Ох, Элинель — покачав головой, ответил Родриг — я в это время заканчивал работу в личных выделенных Риднанду во дворце покоях, но о произошедшем наслышан. Я не буду лезть в вашу семейную жизнь и взаимоотношения, достаточно того, что я рассказал вам тогда в библиотеке, но прошу не рубить с плеча, а все обдумать, взвесить и дождаться объяснений супруга. Долго избегать вас у него все равно не выйдет, что бы он себе там не напридумывал.

Очень хотелось уточнить, что же там напридумывал себе мой дорогой муж, но решив, что Родригу и так частично пришлось взять на себя роль моей няньки, еще свахой его делать не хотелось.

— Что касается тех девиц, что попались вам на балконе. Это дочери королевских министров. Надо признать очень склочные девушки, охочие до сплетен и интриг.

Опираясь на руку Родрига, и забираясь в карету, я обернулась:

— Значит, эти лои очень богаты и знатны?

— Богаты и знатны, да. Но они не имеют титул лои. Иначе бы каждая рвалась быть на вашем месте. Хотя — вздохнул Родриг — Они и так старались сделать все возможное. Но для дальнейшей успешной карьеры советнику нужен был титул лои и никак не меньше — усмехнувшись, проговорил мужчина, а я уставилась на него вытаращив глаза и перебирая еще дюжину взявшихся вопросов и уточнений. Видимо мой мыслительный процесс отразился на лице, поскольку мужчина, засмеявшись, подтолкнул меня к сиденью, и, закрывая дверь кареты, произнес:

— На сегодня хватит информации. Отдыхай Элинель.

— Подождите! — крикнула я в окно уже отъезжающей кареты — Что же я должна была сделать при входе в зал дворца?

— Ряд шесть, полка номер три. Книга по дворцовому этикету, глава двадцать два — недовольно хмурясь и качая головой, крикнул мне вслед Родриг.

— Боже, как он это запоминает — удивляясь всю дорогу, я беспрестанно повторяла местонахождение заветной книги.

По приезду домой, прогоняя сон, я уверенно зашагала в библиотеку. Не узнай я хоть эту правду, все равно сегодня не усну.

Аккуратные ровные строчки текста, неумолимые в своей точности и безаппеляционности отражали скупые и четкие правила, но никак не могли передать, то, что творилось в этот момент в моей душе.

Текст главы двадцать второй четко и ясно давал понять, что при первом представлении на балу или ином официальном торжественном мероприятии, представленный склоняет голову в знак приветствия публике и уважения королю, а далее, если это мужчина, то сам подходит к трону. А если это женщина, то ее встречает супруг, отец или кто-то из близких родственников мужского пола, под чьей опекой и защитой находится женщина и подводит ее к трону для личного приветствия короля.

Казалось все просто и логично, но что теперь мне делать с этим знанием я не имела ни малейшего понятия.

То что мой муж был в курсе дворцового этикета не вызывает ни малейшего сомнения. Только что и кому он хотел показать и доказать своей выходкой остается большим вопросом.

Металась я достаточно долго. Раздираемые душу чувства не давали спокойно все осмыслить, понять и прийти к какому-то решению.

Наступила ночь и я, будучи в раздумьях не заметно для себя вышла из библиотеки. Только дойдя до темного коридора, ведущего в сторону комнат слуг, я осознала, что отправилась бродить дальше залов библиотеки. Развернувшись и пытаясь найти дорогу до своих покоев, я наткнулась на большую гостиную. Тусклый свет освещал комнату и отражался в резной стеклянной поверхности графинов, стоящих на столике у окна. Любопытства ради я решила посмотреть, что это за графины.

Надо признать любопытство всегда выходило мне боком, не оставила меня эта нерадостная традиция и в новом мире, поскольку унюхав в емкостях запах алкоголя, я решила сделать самое простое в данной ситуации — напиться. В тот момент мне казалось, что это самый логичный и удобный выход из моей душещипательной ситуации. К тому же произошедшее невольно навеяло воспоминания юности, первой влюбленности, неудачных попыток строить отношения и в итоге безнадежного одиночества к тридцати двум годам.

И вот теперь я прямо из горла допивала содержимое уже второго графина, и с удовольствием уминала свежую выпечку, которую стащила, прокравшись на кухню. Сдоба была намного вкуснее, чем подавали на ненавистном балу, поэтому с утра я решила начать знакомство с прислугой и поварами. Чтобы хоть как то сгладить мое нелицеприятное занятие, я читала. Разумеется всю ту же многострадальную книжку по дворцовому этикету.

Стоит сказать, написана она была очень интересно, поэтому чтение захватило меня с головой, и я раскупоривала третью бутылку, уже прочитав более половины внушительного талмута.

Выцедив последние капли и отставив в сторонку графин, я решила скромненько отправиться спать, но тут мой помутненный взгляд выискал в тексте неожиданную фразу. Кажется, вмиг протрезвев, я внимательнее перечитала текст, заставивший меня захлопать в ладоши и исполнить победный танец.

В последней главе книги говорилось об исключениях из правил или об исключительных случаях, когда сии правила дворцового этикета могут быть изменены. Отдельный абзац касался момента первого представления человека придворным и другим королевским гостям.

Так вот, там был интересный момент, описывающий, что если женщина по статусу сопоставима с королевским или своими заслугами перед королевством заслужила почести, сопоставимые с королевскими, то король на свое усмотрение и в целях показать свое высочайшее расположение к даме, мог встретить ее личным приветствием, не дожидаясь или не пользуясь услугами сопровождающих до трона.

Последний такой случай в истории страны произошел с матерью нынешнего короля Соединённого королевства Сельвия Георга II. Будущая супруга тогда правящего короля Рейма III прибыла в столицу для бракосочетания с монархом, но в дороге случилась беда и сопровождавший ее дядя скончался. Поскольку из оставшихся в сопровождении лиц никто не мог быть ровней будущей королеве и соответственно считаться ее родственником или опекуном, то было принято решение о подобном роде исключении и действии не по дворцовому протоколу.

Получается, что мне была оказана высочайшая честь… Это объясняет удивленные и пораженные лица и вздохи придворных, пока я проходила до трона. Вот только было ли это спланировано заранее или король принял решение неожиданно, видя бездействие моего мужа, остается загадкой.

Часы в моей комнате пробили два часа ночи, когда я решила так сказать отметить найденную мной информацию. Доставая четвертый и последний на сегодня сосуд с алкоголем, я снова пустилась в рассуждения.

Волей или неволей, но произошедшее не кинуло на меня тень в глазах общества, а, кажется даже наоборот возвысило. Открытие бала в качестве первой леди, личное сопровождение короля всю официальную часть мероприятия, не могло не сгладить первоначальную заминку. И хоть что-то мне подсказывает, что все произошло спонтанно, поскольку мой распрекрасный муженёк решил выкинуть нелицеприятный номер, но в итоге получилось очень даже не плохо.

Родриг просил не рубить с плеча, и я решила принять этот совет умудренного жизнью человека. Отчасти мое самолюбие не пострадало, и хоть поведение супруга было обидно и даже унизительно, но в качестве опыта семейной жизни сгодится. Сделаю соответствующие выводы, поумерю ожидания, попридержу свои попытки сблизится, и наладить отношения, раз от меня этого категорически не ждут.

Приняв окончательное решение, я успокоилась, вылила остатки алкоголя в рот и попыталась отползти на подушку, поскольку ноги меня уже не держали.

В пути до заветной подушки меня застал сильный грохот и отменная брань из коридора. Любопытство превысило градус моего состояния, и я довольно таки резво очутилась за дверью своих покоев. В противоположенном конце коридора кто-то силился подняться с пола и громогласно сыпал при этом ругательствами.

Приблизившись к мужчине, я спонтанно и не думая о последствиях, решила помочь ему подняться и подхватила под локоть, уже почти стоявшего на ногах товарища по несчастью, но поскольку сама не сильно держала равновесие, то покачнувшись, вцепилась ему в рукав и мы дружно с грохотом и его ругательствами оказались на полу.

Падая, мужчина успел выставить руки и развернуться, так, что я оказалась сверху. Поднимая голову с широкой мужской груди, я потрясенно уставилась в лицо мужа, и, судя по всему, он был без сознания.

— Вот черт меня дернул высунуться в коридор! Это все любопытство, до хорошего никогда не доводило! — ругая себя, я затаскивала тушку моего чудесного супруга в комнату.

В коридоре было достаточно прохладно, по полу так совсем дуло, а советнику пришлось пролежать там достаточно долго. Ведь сначала мне нужно было время прийти в себя, а потом перестать истерично хохотать, поскольку более патовой ситуации трудно себе и представить. И вот теперь я, терзаемая муками совести и пагубным чувством бабьей жалости, вцепившись в дорогую ткань, тянула бесчувственное мужское тело.

Как показал поверхностный осмотр, причиной потери сознания стала передозировка алкоголя и удар головой о твердую поверхность пола при падении. Утром королевского советника будет ожидать неприятный сюрприз в виде приличного размера шишки на затылке. Еще мной был обнаружен не маленький такой фингал вокруг глаза новоиспечённого вице-короля. Съедаемая любопытством, я даже поднесла подсвечник, снятый со стены в коридоре, чтоб получше рассмотреть новомодное украшение мужа. Судя по всему, он наткнулся на чей-то кулак…

Периодически нервно хихикая, я кое как разместила мужа в комнате на ковре, подложила под голову подушку и укрыла одеялом, взятым с кровати. Решив напоследок убедиться, что супруг точно жив, я просунула руку к шее нащупывая пульс.

— Я тебя ненавижу

Отскочив на полметра от советника я испугано посмотрела на мужчину, ожидая того что он очнулся. Но видимо это были бормотания во сне, поэтому я вернулась обратно, и легонько тронув Риднанда за плечо спросила:

— Кого ты ненавидишь?

Уже не ожидая получить ответа, я стала подниматься с пола, когда мужчина, переворачиваясь на другой бок пробормотал

— Её. Марфу. — и тяжело вздохнув, продолжил спать.

Возвращаясь в свою постель, я приказала себе ни о чем не думать. Просто не вникать, не рассуждать и не обдумывать. На сегодня явно был перебор. Забираясь в кровать с первыми лучами солнца на горизонте, я горестно подумала, что знакомство с прислугой явно откладывается, раньше обеда я не встану.

Как оказалось, я проснулась ни к обеду, а сразу к ужину. Отрывая болящую тяжелую голову от подушки, я проклинала вчерашнюю идею напиться, но припомнив, что советник должен чувствовать себя не лучше меня, значительно приободрилась и с помощью служанок привела себя в достаточно приличный вид.

Узнав, что лои Риднанд сегодня дома, я к шести вечера спустилась к ужину и не прогадала. В столовой обнаружился мой муж и кажется, ему было очень не хорошо. Стараясь не шевелить головой, он аккуратно тянул вилку ко рту и морщился при каждом постороннем звуке.

Бодро зайдя в помещение, я громко пожелала супругу доброго вечера и приятного аппетита, при этом усаживаясь по удобнее за стол нещадно скрипела ножками стула по паркету. Болезненные судороги советника отлично меня позабавили, и я с аппетитом принялась за еду.

Из-под ресниц разглядывая мужа, я отмечала его бледный цвет лица, опухший синюшный глаз и красноватые припухшие росчерки шрамов, ярко просматривающиеся на побледневшей коже. Неожиданно мне пришла в голову мысль, что если б не его болезненный вид, после вчерашнего мероприятия и мое явственное разглядывание, то в остальные моменты шрамы я и вовсе не замечаю.

При воспоминании о вчерашних речах компании девиц я даже поморщилась. Уж кем-кем, но уродом я собственного мужа не считала. Хам и нахал — да, но вот его внешность мне даже нравилась. Широкие плечи, сильные мускулистые руки, мышцы, явственно проглядывающие даже под одеждой — все это заставляло меня восхищаться до сладостного томления внизу живота и бурных фантазий, где мы явно не отстраненно и холодно ведем себя сидя за ужином. Разглядывая мужские ладони, я мечтала почувствовать, чтобы они могли со мной сделать, хотела увидеть, как топится эта глыба льда, ведь сама, кажется, уже пропала…

— Гхм..

Подскочив на стуле, я подняла глаза на предмет своей недавней фантазии и шокировано распахнула глаза. Видимо я настолько ушла в свои мысли, что забыла, где и с кем нахожусь.

Муж, вцепившись пальцами в стол, не отрываясь смотрел на меня почерневшим взглядом, который бесстрастным и без эмоциональным не назвал бы даже слепой. Вытаскивая ложку изо рта, я начала понимать, что замечталась о мужчине, сидящем со мной за одним столом, облизывая с ложки холодное мороженое, что подали нам на десерт.

— Боже мой — отчаянно краснея, я подскочила с места и пулей вылетела из столовой. Приложив ладони к горящим щекам, я забежала к себе в комнату и, закрыв дверь, сползла на пол.

Судя по всему, мне предстояла очередная бессонная ночь и тема на сегодня — как я докатилась до того, что мечтаю о собственном муже.

Гоняя суп в тарелке, я уныло смотрела в окно. На улице затянули который день дожди, будто погода решила подстроиться под мое душевное состояние.

Три дня прошло с происшествия в столовой. Три дня как я больше не видела мужа. Наладив отношения со служанками и подловив саму разговорчивую из них, я выяснила, что советник в тот злополучный день провел дома. Был он здесь и на следующий день, только просидел, не выходя из кабинета. Служанки по очереди носили туда еду. А поздно вечером он отбыл во дворец и с тех пор домой не возвращался.

Родриг так и подавно со дня бала не показывался в доме, но со слов служанки — это было его привычное поведение. У секретаря Риднанда, а тем более еще как дяди короля имелись собственные покои во дворце. Где он жил большую часть времени и работал.

Терзала мне душу и загадка о некой Марфе, которую Риднанд во сне сказал что ненавидит. Кто она для моего мужа? Бывшая любовница? Несчастная любовь? Или быть может нынешняя зазноба, с которой он развлекается во дворце, а она проедает ему мозг за то, что не сделал своей женой.

Поизводив себя невесть откуда взявшейся ревностью, я решила прекратить свое бесцельное существование и отправилась на знакомство с управляющим домом. И хотя мне казалось, что знакомство со всеми живущими и работающими в доме должен был устроить мне муж, если не в первый то на второй день после приезда, но, по всей видимости, он в очередной раз не посчитал нужным что-то делать. Приняв очередное игнорирование супругом, взяла инициативу в свои руки. С тараканами Риднанда я обязательно разберусь со временем и только тогда стану решать был ли он хоть, сколько то прав в своем поведении со мной.

Управляющим оказался приятный мужчина пожилого возраста. Маленький рост, пухлые щеки с ямочками, россыпь веснушек и большое количество мимических морщин, навели меня на мысль о веселом и добродушном характере мужчины.

Кажется, мои первые выводы оказались верны, поскольку к обеду мы расстались лучшими друзьями, а то, сколько я смеялась за эти часы, не поддается подсчету.

Осмотрев все помещения дома, прилегающую территорию и вспомогательные постройки, я пришла к выводу, что управляющий отличный профессионал и все работает как четкий механизм. И хоть моего мужа все расхваливали на все лады, мне показалось, что у него не было столько времени заниматься управлением дома, и большая часть решений принималась непосредственно управляющим.

— Я хотела бы внести изменения в меню — завила я при знакомстве с работой кухни.

— Как пожелает лои Элинель — стушевавшись, произнес повар.

— Не переживайте! Ваши блюда прекрасны! Я хотела добавить несколько новых, что сама люблю есть, надеюсь и вам они придутся по вкусу — ободряюще улыбнувшись повару я получила ответную несмелую улыбку и решила, что с ним мы тоже найдем общий язык.

С управляющим, которого, кстати, звали Сенд Алмон, мы продолжили ревизию дома и после обеда. Только теперь очередь дошла до бумажной рутины. Здесь стоило признать, что все так же было в идеальном порядке. И моя надежда о помощи развеялась. Влезать в отлаженную и структурированную работу управляющего и его помощников я не решилась.

Время до ужина и после него я коротала в компании книги по основам магии. Чтение казалось волшебной сказкой, ведь что может еще думать девушка техногенного мира двадцать первого века о сгустках энергии, магических потоках, ауре и магическом резерве.

Интересно, что магия делилась на два вида: целительскую и боевую. Несколько столетий назад маги обладали обоими зачатками магии и могли развивать их в себе в равной степени. Но со временем дети, рожденные от магов, все реже становились обладателями обоих направлений магии. На сегодняшний день уже более ста пятидесяти лет как не рождалось ни одного мага с целительской и боевой магией одновременно.

Вообще ситуация с каждым годом становится все хуже. Магия стала проявляться в носителях только в одном из видов и все слабее и в более позднем возрасте, когда ее сложнее обуздать, а в итоге и использовать практически не возможно.

Сейчас самому молодому магу было около сорока лет. И это было катастрофой для мира, поскольку медицина и армия веками держалась на магах, а с их вырождением последовало много проблем. Целители стали на вес золота, а вооруженные конфликты и локальные войны все чаще и ожесточеннее.

Дойдя до глав с упражнениями по практическим магическим тренировкам, я старательно до ночи медитировала в попытках уловить внутри себя теплоту магии, но все усилия были тщетны, и я уставшая и разочарованная улеглась спать.

Утром проснулась, от того что одна из служанок меня усиленно трясла за плечо и взывала к моему благоразумию. С трудом разлепив глаза, я удивленно оглядела комнату.

— Лои Элинель, просыпайтесь скорее. Времени очень мало, мы можем не успеть вас собрать — в отчаянии молила служанка.

— Куда собрать? И что происходит? — прерываясь от наблюдений, перепуганных слуг носящихся по моей комнате, я посмотрела на девушку.

— Через четыре часа во дворце официальный прием посольства королевства Горган. По приказу короля Вам непременно необходимо быть.

Второй раз ехать во дворец было не так страшно. Радовали появившиеся знания дворцового этикета, поэтому конечно не идеально, но надеялась больших промахов сегодня избежать. Но больше всего воодушевляла перспектива увидеть мужа. Стоило вспомнить нашу последнюю сумбурную встречу, так щеки вновь вспыхивали красным, однако это нисколько не останавливало и я, тщательно покрутившись перед зеркалом несколько раз, отправилась на прием.

У ступеней лестницы меня встретили и проводили до залы. На входе взяв услужливо предложенный бокал с незнакомым напитком, я осмотрелась. В зале были в основном женщины, видимо мужская половина еще занята государственными делами, решила я.

Многие лица казались знакомыми и, решив не стоять в стороне, я планировала примкнуть к какой-нибудь компании. Собираясь шагнуть к ближайшим дамам довольно приветливо кивнувших мне, я неожиданно увидела стоящих с ними двух девиц, интенсивно сочувствовавших мне на балу, и резко развернулась в противоположенную сторону.

Оказалось, что навстречу мне уже приближалась дама в возрасте с доброй улыбкой на лице, заставившей и меня улыбнуться в ответ.

— Добрый день, лои Элинель. Вы верно меня не запомнили, я жена министра финансов и экономики, мьяр Нинель Шейли. Если не возражаете, то составлю вам компанию, пока подготавливают обеденный зал, а наши мужчины заняты переговорами с послами.

— Добрый день — поздоровалась я с женщиной, вспоминая, что действительно король знакомил меня с ней и ее мужем на балу. И они были одними из немногих, кто показался мне искренне доброжелательными, без лести или зависти в глазах — Буду рада вашему обществу. А как долго нам ожидать окончания переговоров?

— Я не думаю, что очень долго. Муж говорил, что посольство прибыло на несколько дней. И сегодня скорее официальный обмен любезностями, чем конкретное решение назревших вопросов.

И действительно, нас пригласили пройти в обеденную залу не позднее чем через двадцать минут. За это время я успела оценить острый ум и образованность собеседницы, однозначно достойная супруга министра, с которой я надеялась продолжить начавшуюся дружбу.

Столы были уже накрыты, и при входе в зал, меня встретили, проводили и, выдвинув стул, помогли усесться. Видимо рассадка приглашенных была строго определена, поскольку каждого из гостей слуги встречали и провожали до соответствующего места.

Я сидела вначале стола, слева от меня, а также напротив места пустовали, хотя людей прибывало все больше и свободные места кое-где остались только за моим столом по центру зала.

Неожиданно разговоры стихли, я обернулась к дверям и увидела стремительно приближавшихся мужчин, двое из которых были король и мой муж. К моему удивлению я оказалась сидящая по левую руку от короля, Риднанд разместился напротив меня, а место рядом со мной занял глава посольства Горган. Так начался изнурительный обед.

Ловя взгляд мужа, и пытаясь разобрать его эмоции, я практически неотрывно смотрела через стол, но видимо у сидящего рядом посла были другие планы. Мужчина безостановочно сыпал слащавыми комплементами и рассыпался в благодарностях судьбе, что свела нас за обеденным столом. Еле сдерживаясь уточнить, а вообще в курсе ли он что я замужем и мой супруг сидит прямо напротив меня, я старательно улыбалась, иногда что-то отвечала и продолжала свое занятие — наблюдение за мужем.

Риднанд сегодня на удивление признавал мое нахождение за столом, ведь целых два раза я заметила его взгляд, обращенный на меня. Первый был практически в самом начале обеда, когда посол слишком громко начал свои хвалебные речи. Желая провалиться сквозь землю и тем самым спастись, я в надежде глянула на мужа и заметила его хмурый взгляд, переходящий от меня к сидящему рядом мужчине. Видимо посол тоже почувствовал этот не предвещающий ничего хорошего взгляд и громкость речей поубавил.

Второй раз, изучающему взгляду мужа я снова оказалась обязана благодаря послу, а еще своему неуместному любопытству, ведь уловив в речах посла слово о рабстве я на свою голову решила уточнить, после чего мне провели полный экскурс в тонкости рабовладения в королевстве Горган, пообещав подарить не меньше сотни рабов, если я окажу великую честь и выйду замуж на главу посольства.

— Я уже замужем! — судя по обернувшимся к нам не менее двадцати лицам, сообщила я об этом слишком громко…

Выслушивая следующий час лоснящиеся комплементы главы посольства, который кстати хоть и оказался в курсе моего замужества, но не посчитал это важной причиной для отказа.

— Перед лицом моего короля вы будите свободной женщиной лои Элинель, поэтому одно ваше слово, и мы завтра же будем далеко отсюда.

Не имея возможности сбежать, я как болванчик кивала и мило улыбалась уже онемевшими губами, а когда король предложил мне открыть танцы в качестве первой леди, с огромной радостью вцепилась в его руку.

— Прекрасно выглядите, лои Элинель — добродушный взгляд и искренняя улыбка короля, вмиг подняли мое настроение.

— Благодарю Вас, Ваше Величество — улыбнувшись, ответила я.

— Надеюсь, ты знаешь Элинель, что всегда и по любому поводу можешь обратиться ко мне за помощью и советом — серьезно глянув на меня, король завершил танец и передал меня ушлому главе посольства, которому еще за столом пришлось пообещать второй танец.

Все еще не отошедшая от неожиданного заявления короля, я, нацепив дежурную улыбку, что-то невпопад отвечала послу и кивала на очередной поток льстивых речей о моей красоте и уме, поразившем его в самое сердце.

Остаток вечера прошел в приятном обществе мьяр Нинель, иногда прерываемом танцами с особо настойчивыми партнерами. Король с Риднандом и несколькими членами посольства удалились практически сразу после начала танцев, видимо продолжать решать государственные дела.

Уезжала с приема я поздно вечером, так и не дождавшись возвращения мужа.

Потянулась долгая неделя отсутствия мужа. Как удалось выяснить у Нинель, ее супруг практически не уезжал из дворца, участвуя в сложных переговорах, что же касается новоиспечённого вице-короля, то его присутствие было и вовсе обязательным, а поскольку должность советника также осталась за ним, то у Риднанда была нечеловеческая нагрузка. Нинель искренне мне посочувствовала и пыталась поддержать, не зная, что в большее расстройство меня привело то, что чужие люди знают о Риднанде Дейме больше, чем собственная жена.

Завтракая в гордом одиночестве, я с грустью смотрела на свободное место мужа и честно скучала по этой ледышке. Не понятно, что и как, но меня тянуло к этому человеку, где то на уровне инстинктов. Разум истошно кричал и возмущался, но что можно доказать сердцу, которое в какой-то непонятный момент просто пропало, без объяснения причин, не ища доводов и не стремясь оправдаться.

В один из вечеров я, уже переодевшись ко сну, сидела в кровати и читала очередную найденную в библиотеке книгу по магии. Немного продвинувшись в своих исследованиях, я выяснила, что мой ночной сон и последующий ожог на руке, мог являться предвестником пробуждения боевой магии, поэтому радостно напав на след, я выискивала всю доступную информацию.

Открывшаяся без стука дверь в мою комнату, заставила меня подскочить и предпринять бессмысленную попытку прикрыться одеялом, но увидев влетевшего как вихрь мужа, я забыла обо всем. Изучая уставшее, похудевшее и изнеможенное лицо Риднанда я наткнулась на ответный взгляд, прошедший по мне.

— Ох, в кой-то веке не стыдно перед мужем показаться — лукаво думала я, радуясь, что надела сегодня новенький полупрозрачный пеньюар, пошитый мне по спецзаказу.

Нижнее белье всегда было моей слабостью, а изучив ассортимент здешних магазинчиков, я поначалу приуныла от обилия бабушкиных рюшечек в горошек, но по совету Нинель познакомилась с рекомендованной ей портнихой, с которой после нескольких часов споров, рисования эскизов и подбора тканей мы расстались практически лучшими подругами.

Конечно, вначале она была сражена на повал моими идеями и запросами, благо буклеты последних коллекций La Perla и Agent Provocateur я помнила наизусть. Еще час она, попеременно бледнея и краснея, рассматривала мои наброски и уточняла детали, зато потом вошла в кураж и, предлагая те или иные изменения, стала править мои угловатые эскизы. В итоге получилась своя собственная коллекция нижнего белья, приведшая нас в неописуемый восторг.

И вот теперь результат творческого тандема был во всей красе неожиданно представлен на оценку мужа. Судя по взгляду, было очень даже не плохо, поскольку советник пару раз пытался открыть рот, потом опять его закрывал и снова меня рассматривал.

— Гкхм. добрый вечер, лои Элинель

— Добрый вечер, лои Риднанд — ответила я, давая передышку, видимо пытающемуся собраться с мыслями супругу.

— Должен сообщить вам, что отбываю сейчас в королевство Горган.

— Как сейчас? В Горган? Это же далеко и опасно… — ошарашенно я завалила мужа вопросами, пытаясь понять, как теперь быть одной и начиная переживать о еще более долгой разлуке и опасностях грозящих мужу в таком долгом пути во враждебно настроенную страну.

— Уже подсчитываете сколько времени свободы от уродливого мужа у вас будет? — поддел меня этот нахал.

Взвившись на кровати, я вскочила перед Риднандом и, хватаясь за завязанный вокруг его шеи платок, не сдерживая эмоции практически прокричала:

— Вы самый бессовестный нахал и беспросветный тупица которого я только встречала! Зачем было женится, раз терпеть меня не можете? Хотя конечно титул и наследник того стоили. Но решите сами, кого вы хотите получить страстную любящую вас женщину или бревно в постели, ведь процесс производства наследника может быть очень пренеприятным. Знаете ли, господин вице-король, обиженная и отвергнутая женщина может быть очень изобретательна.

Смотря к глаза рассвирепевшему супругу я отчаянно боялась, но решив идти до конца, резко рванула мужа за шейный платок, притягивая к себе и впиваясь в него таким желанным поцелуем.

Губы все еще горели от страстного поцелуя, на который муж, хоть и не сразу, но ответил, да еще как ответил! Словно путник пустыни он вцепился в меня как в глоток живительной влаги и если бы не стук в дверь и оповещение охраны о готовности кареты, не думаю, что мы смогли бы остановиться. У меня была всего секунда, чтоб увидеть горящие глаза мужа, когда он оторвался от меня и прошелся еще раз взглядом. Будто пытаясь запечатлеть в памяти. Отступив на шаг и вернув себе привычную холодную маску, советник коротко поклонился и стремительно покинул мою комнату.

Прильнув к холодному стеклу, я смотрела вслед уезжающей карете и понятия не имела, как быть дальше. Кажется и без того сложные и непонятные отношения с мужем только еще больше запутались с этим поцелуем, но я не жалела ни минуты и будь возможность повторить все заново, сделала бы точно также.

Наверно мой организм в конец утомился моими душевными терзаниями, поскольку уснула я на удивление быстро.

— Доброе утро, лои Элинель — поприветствовала меня одна из служанок — Завтрак готов, а последняя часть заказа портнихи дожидается вас в гостиной.

— Показывай скорее, завтрак подождет — велела я девушке и обрадованная побежала смотреть оставшуюся часть присланного нижнего белья.

Надо отдать должное мастерству дари Тиссо, ведь комплекты были сногсшибательные. Под восторженные вздохи женской части моей прислуги я долго прикладывала к себе обновочки и крутилась перед зеркалом.

Спускаясь к завтраку, я столкнулась на лестнице с управляющим.

— Доброе утро, лои Элинель. По распоряжению лои Риднанда к вам прибыл преподаватель магического искусства. После завтрака вас проводят в зеленую гостиную.

— Преподаватель магического искусства?! — в удивлении переспросила я управляющего — А что за распоряжение лои Риднанда?

— Лои Риднанд перед отъездом распорядился нанять вам лучшего в королевстве преподавателя магии — бойко отчитался Сенд — Можете не волноваться госпожа, лои Александр Дросс непревзойденный маг во всей Сельвии!

— Ну, хоть наконец-то имя человеческое — ошарашенно думала я, пытаясь переварить информацию о неожиданно свалившейся на меня заботе мужа в виде обучения магией. Хотя стоит признать я и сама задумывалась об этом. Прецедент с проявлением зачатков магии уже был, и хотелось бы быть готовой к следующему разу и не спалить советнику дом.

Быстро поев, я практически бегом отправилась к ожидающему меня магу. Заходя в зеленую гостиную, я ожидала чего угодно, но не яркого шарика света летящего в меня. Инстинктивно выставив руку, я поймала шарик, который соприкоснувшись с кожей, буквально прошел сквозь меня, растворяясь и не создавая никаких болезненных ощущений. Поднимая взгляд на возмутителя спокойствия, я столкнулась с пронзительными зелеными глазами моего нового учителя.

— Хм, очень интересно — задумчиво протянул маг, и, подойдя ко мне с поклоном произнес — Разрешите представиться, Лои Александр Дросс, ваш преподаватель магического искусства и боевой магии.

— Приятно познакомиться, лои Александр. Очень рада приступить к обучению, правда сказать это все так неожиданно, но собственно как и ваше приветствие меня. Не подскажите, что за светящийся шарик вы в меня кинули и зачем?

— Проверял вашу реакцию и способности — ухмыльнувшись, проговорил мужчина, а затем, широко улыбнувшись, добавил — Простите, не сдержался. Уж больно не терпелось узнать, что за силой обладает супруга нового вице-короля.

— И что же за сила у меня?

— Несомненно, сила красоты в вас доминирует и сражает наповал — и, усмехнувшись на мой скептический взгляд, продолжил — Но и огромный потенциал боевой магии нельзя не отметить. Я бы предложил начать с огненной магии, что то наводит меня на мысль, что она будет для вас ближе всех.

С лёгкостью и даже радостью соглашаясь на обучение, я и понятия не имела, что отдаю свою многострадальную тушку в полное распоряжение этого садиста.

— Активнее, лои Элинель! Я знаю, что вы можете! — подгонял меня этот паршивец после трех часов изнурительных тренировок. Задний двор уже представлял собой жалкое зрелище, напоминая поле после бомбежки, но лои Александр не унимался и заставлял меня отражать бесчисленные удары огненных сфер, запускаемых им беспрестанно.

— Может, пообедаем — жалостливо заикнулась я, в ответ, получая большущий огненный шар, который с трудом отбила, немного обжигая руки.

— Враг ждать не будет, пока вы трапезничаете — жестко ответил мужчина и тренировка продолжилась.

— Какой враг? Вы будто на войну меня готовите — рассмеялась я, но ответом мне был лишь мимолетный хмурый взгляд преподавателя и вот в меня уже летит очередная огненная сфера.

В тот день я все-таки пообедала, но когда добралась до столовой потная и еле дышащая, солнце уже садилось и моих сил оставалось лишь на то чтобы бездумно закидать все предложенное поваром и под вздохи обеспокоенных служанок позволить себя вымыть и уснуть, только коснувшись подушки.

Следующие дни проходили у меня по одному и тому же распорядку. Было явственное ощущение, что я попала как минимум на военные сборы, только будучи единственным новобранцем, отдуваться приходилось за всех.

Утро начиналось с раннего подъема, закаливающих процедур и завтрака. Потом начинались занятия по теории и истории магии, сменяющиеся обедом и дальнейшими практическими тренировками. Лои Александр был настоящим деспотом и спуску я не знала. Порываясь пару раз сообщить ему, что я вообще-то женщина и воевать мне абсолютно ни к чему, натыкалась на хмурый взгляд, молчание и, не дождавшись пояснений замолкала. Но где наша не пропадала, подбадривала я сама себя и, сцепив зубы, терпела все невзгоды.

Служанки только ахали и вздыхали, обрабатывая мазями мои синяки и ушибы, а потом, дружно вытаскивая меня из ванной, несли до кровати. Вот сами виноваты, я бы просто доползла сразу до кровати и плевать, что знатной лои так не положено. В моей жизни бывали всякие времена и безработица и безденежье куда страшнее, тем более, когда ты понимаешь, что о тебе абсолютно некому позаботиться и поддержать.

От Риднанда вестей не было совсем, поскольку во дворце я с того дня не была, а узнавать у Нинель времени не хватало чисто физически, то оставалось надеяться на благополучную поездку супруга, иначе я надеюсь мне все же сообщили бы.

На сердце было какое-то ощущение тревоги и неправильности происходящего, но замученная бесконечными тренировками я списывала все на общую усталость и неопределенность семейных отношений.

— Молодец! — от неожиданной похвалы я даже удивленно открыла рот, пропустив удар справа. Схватившись за ноющую руку, я подняла взгляд на Александра и снова впала в ступор, увидев спешащего ко мне испуганно преподавателя.

— Что, сильно больно? Прости, не предусмотрел, что ты отвлечешься.

— Не больнее чем обычно — ошарашенно ответила я — А что собственно случилось, что я заслужила вашу похвалу, одобрение и вот теперь переживание?

Весело рассмеявшись, мужчина щелкнул меня по носу

— Прошла проверку на прочность. Дальше легче будет — и добавил, повергая меня в очередной шок — А давай сегодня выходной устроим, а? В таверне «Восходящая звезда» сегодня собираются мои боевые товарищи, хочешь, сходим, познакомлю с ребятами. Мы раньше служили вместе, и всем будет интересно познакомиться с женой старого боевого друга.

— В смысле? Вы с Риднандом вместе служили? — в удивлении я уставилась на лои Александра, теперь уже оценивая его в свете открывшихся событий.

— Да, мы вместе воевали. С тех пор прошло правда почти пятнадцать лет, но многие из нас до сих пор в строю, охраняют границы королевства, учат молодое поколение или занимают руководящие посты в стране.

— И что, сегодня все собираются посидеть в таверне? Вот так запросто?

— Конечно не все. Вот хотя бы вашего мужа не будет. Но будут многие. Это наша своего рода традиция, собираться раз в год в этой таверне, которой владеет сейчас наш бывший сослуживец — ответил маг, снова переходясо мной на «вы»

— А я не помешаю? Это все таки так сказать вечер встречи боевых товарищей, а тут я… — метаясь в принятии решения проговорила я.

— Нет, что ты — перебил меня мужчина — Ребята наоборот будут в восторге познакомиться с боевой подругой Риднанда.

На слове о «боевой подруге» я скривилась, уж кто кто, но я на такое точно не тянула. Мне до безумия хотелось хоть с краешку оказаться в мире небезразличного мне человека, но не зная наверняка имею ли я на это хоть какое-то право, терзалась в сомнениях. Любопытство, в конце концов, все же пересилило, и вот в сопровождении охраны карета мчала нас к таверне.

Количество охраны сопровождавшей меня поначалу элементарно испугало, привычных двух телохранителей сменил десяток вооружённых до зубов головорезов во главе с начальником охраны советника Сеймом Ритто.

— Сейм, я думала вы отправились с лои Риднандом? — обратилась я с вопросом к мужчине.

— По его распоряжению я отвечаю за вашу безопасность, лои Элинель.

— Мне кажется, вы перестарались — нервно усмехнулась я, рассматривая десяток рослых детин два на два метра, собравшихся сопровождать меня для небольшой поездки.

С надеждой переведя взгляд на лои Александра, подумала, что хоть он вразумит Сейма, но безрезультатно. Обменявшись многозначительными взглядами, мужчины без слов пришли к общему решению, и вот теперь я дожидалась, когда охрана закончит осмотр таверны и прилегающей территории и мне наконец-то разрешат выйти.

— Лои Александр, я чего-то не знаю? — допытывала я мага — Обучение боевой магии, увеличение охраны в пять раз, такие беспрецедентные меры безопасности. Мне что-то угрожает?

— Вам не о чем беспокоится, лои Элинель. Все под контролем — спокойно ответил мужчина, не отрывая взгляда от окна.

— Я вам не верю — устало проговорила я. Вернулось опасение за мужа и такое противное чувство беспомощности — Опасность угрожает Риднанду?

— Все хорошо, иначе сейчас мы бы с вами никуда не выехали из дома советника — мужчина обнадеживающе улыбнулся и со вздохом — Наконец-то — выпрыгнул из кареты, подавая мне руку.

Пройдя пустынный двор, маг открыл дверь и я, нервничая и одновременно сгорая от любопытства, шагнула внутрь таверны.

— Ну за что мне все это — ворчала я, раздумывая как избежать этого праздника жизни.

В руках я держала приглашение на королевский ужин в честь дня рождения монарха и, вспоминая вчерашний вечер, с грустью мечтала не ехать на это пафосное мероприятие.

Надо сказать, переживала я вчера зря, друзья Риднанда приняли меня как родную. Некоторые были с женами, поэтому скучать или чувствовать себя неудобно мне не пришлось. Единственным едким чувством, не покидавшим меня весь вечер, было осознание, что будь муж в столице, меня бы на этой встрече не было.

Среди бывших сослуживцев советника оказались нынешние генералы и полководцы армии, зажиточные землевладельцы, промышленники и обычные рядовые вояки, до сих пор несущие службу, защищая на передовой границы королевства. Все эти разноперые и разночинные люди так удивительно и по простому взаимодействовали и общались, что я, проникшись этим духом всеобщего единения и дружественной поддержки, казалось впервые за время попадания в этот мир чувствовала себя легко и свободно.

Многое мне удалось узнать и о прошлом Риднанда. Оказалось, что в армию мой супруг попал в возрасте восемнадцати лет, а через год состоялось большое сражение с напавшим на страну королевством Горган. Командир отряда мужа погиб в бою и юный Риднанд взял командование на себя. Выведя отряд из окружения, и нанеся сокрушительный удар по рядам противника, будущий советник снискал себе славу и первую боевую награду. В том же бою Риднанд прикрыл собой от удара, тогда еще наследного принца Георга, что положило началу их близкого знакомства, а в дальнейшем и дружбе.

С тех самых пор его карьера развивалась стремительно, и не смотря на препоны со знатностью и титулом, Риднанд Дейм стал военным министром в двадцать пять лет, а советником короля в двадцать восемь.

Рассказ о военном прошлом мужа произвел на меня огромное впечатление и впервые заставил задуматься о возрасте супруга. О том, что мне самой шестнадцать до сих пор не укладывалось в голове и, смотря в зеркало на этакую блондинистую Барби с кукольным личиком и пухлыми губками, я безумно радовалась такой красоте, но привыкнуть к ней так и не удавалось. Невольно примеряясь ко всем с точки зрения своего тридцати двух летнего возраста, я и не думала, как быть может, это выглядит со стороны, но теперь уже деваться было некуда, и я бросила попытки переживать. Что сделано, то сделано. В конце концов, никто еще не тащит меня на площадь к костру с криками — Лои Элинель то не настоящая!

Мне всегда казалось, что Риднанд немного старше меня и это собственно вполне меня устраивало, вот только с учетом возраста юной девушки, в теле которой я оказалась, разница может быть весьма существенной. Что если это одна из причин не однозначности отношения мужа? Для шестнадцатилетней девочки он практически старик, да еще шрамы, осуждение общества за отсутствие титула и не принадлежности к знатному роду, делали его отнюдь не принцем из сказки. Но ведь и я не принцесса. Настоящая я, так вообще практически нищая сирота, добивавшаяся всего в жизни сама, так что, по сути, мы отличная парочка.

— Ммм…лои Александр, а сколько Риднанду лет? — решилась я на мучавший меня вопрос, только когда мы возвращались домой. Удивленно посмотрев на меня, маг после минутного молчания ответил:

— Тридцать восемь, исполнилось в тот день, что вы были представлены ко двору — изучающе смотря на меня, мужчина больше ничего не произнес за всю дорогу, а я бездумно уставилась в окно кареты, пытаясь осмыслить услышанную информацию.

Вот и сейчас, бродя по комнате и комкая в руках многострадальное приглашение на королевский ужин, я до сих пор не решила, как мне поступить с новыми знаниями. Возраст Риднанда был вполне ожидаем, но для шестнадцатилетней Элинель разница в двадцать два года была мягко скажем большой.

— Слава Богу, мне тридцать два — нервно рассмеялась я — в моем возрасте вообще проблема нормального мужика найти и замуж выйти. Всех еще по молодости разобрали. А тут целого вице-короля отхватила.

Решив относится к ситуации с юмором, я отправилась в гардеробную подбирать наряд для вечернего торжества.

Мое предчувствие стало бить тревогу к вечеру и я, не понимая в чем может быть дело, жутко волновалась. Рассудив, что объективных причин для переживаний быть не должно, я списала свое состояние на неизвестность относительно поездки мужа.

Привычно поднявшись по лестнице, я в сопровождении услужливой королевской прислуги прошла в небольшой уютный зал.

— Видимо королевский ужин намечается в очень узком кругу — думала я, разглядывая помещение. Стол был уже накрыт. В затейливых подсвечниках мирно горели свечи, создавая романтичную и непринуждённую обстановку.

Недоуменно оглядывая пустой зал, я вспоминала, что прибыла ровно к указанному на приглашении времени. Решив ожидать остальных гостей, я аккуратно положила на ближайший стул подарок для короля, который мне торжественно вручил управляющий, когда я уже садилась в карету. Не удержавшись от разочарованного хлопка по лбу, я с благодарностью приняла подарок, оказавшийся ценнейшей древней книгой, удачно купленной Родригом в одной из поездок и теперь по его поручению очень кстати выручившей меня.

С благодарностью думая о мужчине, я успела только осмотреться по сторонам, как дверь, через которую я попала в зал, снова открылась, впуская внутрь пожилую женщину. Горделивая осанка и уверенный взгляд явно выдавали в ней титулованную особу. Склоняясь в реверансе, я размышляла, верны ли мои предположения относительно статуса и титула незнакомки и ответ не заставил себя ждать.

— Добрый вечер, дитя мое. Мы с тобой еще не успели познакомиться. Я лои Жанель, мать сегодняшнего именинника — улыбнувшись, проговорила женщина, полностью подтверждая мои догадки.

— Рада знакомству с вами Ваше Величество — склонилась я в очередном поклоне, надеясь, что ничего не напутала по этикету. Поднимая глаза, наткнулась на одобрительный взгляд и выдохнула. Кажется, все сделала правильно.

— Давай присядем Элинель. Я хотела бы с тобой поговорить, пока никого нет.

Присев на указанный мне стул я замерла в ожидании. Разбушевавшееся ранее предчувствие лишь усилилось, когда я начала понимать, что кажется, меня специально пригласили раньше, чтобы о чем то поговорить.

— Элинель — уверенно начала женщина, не отрывая от меня взгляд — Все, что я скажу тебе сегодня, должно остаться между нами.

Дождавшись моего уверенного кивка, она продолжила.

— Поскольку тема очень непростая и кроме меня, Георга и Риднанда никто не посвящён в нее, то твое согласие на молчание необходимо магически подтвердить.

Сняв с шеи странного вида кулон, королева протянула его мне, велев сжать в ладони и повторить слова клятвы молчания. Чувствуя себя очень неуютно под пронзительным взглядом женщины, я произнесла все веленые мне слова и застыла в ожидании продолжения разговора.

— Я думаю, ты знаешь, что в народе ходят слухи о том, что меня прокляли в молодости.

Судорожно вспоминая все что знаю, мне приходили на ум только обрывки болтовни моей бывшей служанки Ники, и то, посчитав это очередными сплетнями и домыслами я тогда не очень-то внимательно слушала.

— Что-то похожее слышала, Ваше Величество — неопределенно пожав плечами, ответила я.

— Так вот, это не слухи — горько усмехнувшись, сказала женщина — Только проклятье, относится не только ко мне, но и к моему сыну.

Королева поведала мне, что, будучи юной девушкой и принцессой одного из соседних королевств, она по воле отца, прибыла в Сельвию, для брака с только вступившем на трон королем Реймом III. Их брак был полостью договорным. Она грезила об одном из министров своего отца, а Рейм имел постоянную любовницу. Но как говорится, долг есть долг и свадьба так необходимая для обоих королевств состоялась. Прошло время и, будучи беременной Георгом, королева узнала, что любовница мужа тоже понесла.

— Наверно во мне взыграла какая-то обида или ревность, я не знаю. Мы не обещали друг другу любви и верности, а об отсутствии взаимных чувств, было понятно сразу, но… — вздохнув и переведя на меня задумчивый взгляд, королева хлестко проговорила — Я подкупила служанок любовницы мужа и они отравили ее.

Ожидавшая чего-то похожего, я, практически не дыша, молча смотрела на королеву, ожидая продолжения.

— Я хотела только вытравить плод. Наличие любовницы у мужа меня ничуть не смущало, поскольку я и сама не была ему верна — снова переведя взгляд в окно, женщина на несколько минут замолчала.

Не торопя и не подгоняя, я смотрела на эту красивую и статную женщину, пытаясь понять какое отношение, рассказ имеет ко мне.

— Она мучилась десять дней, буквально сгорая изнутри. В итоге яд убил и ее и ребенка. Я тогда первый раз увидела, как мужчина плачет, кажется, король ее действительно искренне любил. Думаю, тебе не стоит говорить, что моему мужу доложили, кого стоит винить в смерти любимой женщины и не рождённого ребенка.

— Он наверно был в ярости — осторожно поинтересовалась я.

— Нет. Как не странно он был на удивление спокоен, отдавая распоряжение переселить меня в дальнее крыло дворца. Через прислугу мне передали о запрете посещения любых королевских мероприятий, за исключением официальных торжеств, где присутствие королевы было строго необходимо. Я относительно легко перенесла эти события, но вечером дня похорон любовницы мужа, мне передали конверт. Беря его в руки, я ощутила какое-то странное чувство страха, но будучи очень слабой магиней не предала этому значение и как оказалось зря. Едва взяв в руки извлеченное из конверта кольцо, я упала без чувств. Обнаружили меня только к ночи и вызванный целитель, ничего не мог поделать. Очнулась я через сутки и узнала, что кольцо было проклято. В записке прилагаемой к нему, говорилось, что я никогда не познаю любви и радости семьи, а мой ребенок будет бездетным, не оставив после себя продолжение рода.

Смотря на задумавшуюся королеву, я приходила к мысли, что женщина так и не раскаялась в содеянном и даже спустя столько лет не испытывает чувство сожаления.

— Не осуждай меня — заставив вздрогнуть от неожиданности, королева прервала мои мысли.

— Я не..- но наткнувшись на ее взгляд, замолкла.

— Что случилось, то случилось. В любом случае я за это давно поплатилась, да и расплачиваюсь до сих пор — резким движением сняв с правой руки перчатку, женщина протянула мне раскрытую ладонь.

Не сдержав изумленного вздоха, я как завороженная рассматривала черную, будто выжженную кожу руки. И судя по всему черное пятно ладонью не ограничивалось.

— Я умираю — спокойно проговорила королева — Мне осталось не больше месяца, поэтому было так важно поговорить с тобой сейчас.

— Вы ведь не все мне рассказали. Это была только пред история? — отрывая взгляд от руки, спросила я.

— Разумеется. Ты ведь понимаешь, что проклятие исполнило свое предназначение не только в отношении меня, но еще и сына. Георг не может иметь детей, а для короля это очень большая проблема — замолчав на пару секунд, королева устремила на меня сосредоточенный и не предвещающий ничего хорошего взгляд — Королевству нужен наследник и родишь его ты.

Праздничный ужин пролетел не заметно. Погрузившись в свои мысли, после тяжелого разговора с королевой я практически не замечала происходящего и если бы не сидевшая рядом Нинель, совсем бы выпала из реальности.

Мать короля ясно и четко дала понять, что моя задача заключается в скорейшей беременности. Слава богу, от мужа! Я уже была рада и этому, поскольку первоначально мои мысли судорожно стали высчитывать потенциальную кандидатуру отца будущего ребенка, подобранного для меня королевой. Мало ли, что может прийти в голову отчаявшимся королевским особам?!

После рождения ребенка, она хотела, чтоб его переселили во дворец для дальнейшего воспитания и обучения уже в качестве наследника. О каких-то моих желаниях и мнении естественно речи не шло. Конечно перспектива того, что ребенка у меня, по сути, отнимут, меня полностью не устраивала, но подумав, что женщина попросту не доживет до этого момента, я не стала пороть горячку в надежде, что смогу в дальнейшем уладить данный вопрос с мужем и королем. Да и вообще, сначала следовало узнать, что обо всем этом думает мой распрекрасный муженек.

Также оказалось, что королева была дружна с моей матерью. На слова восхищения ей, я усиленно старалась, не морщится. Что-то подсказывало мне, что лои Инесса, была не столь уж однозначной личностью. Вот хотя бы вспомнить отзыв о ней отца… Хотя может женщины, что-то нашли друг в друге на фоне неудавшихся браков, жизнь ведь вообще странная штука..

— Интересно, королева в курсе, того, что мой муж так усердно исполняет королевскую волю, что я первой брачной ночи до сих пор дождаться не могу — усмехнулась я про себя.

— Лои Элинель, может быть, сядете в карету? — тронув меня за локоть, настороженно проговорил начальник теперь уже моей охраны.

Кивнув Сейму, я взялась за предложенную им руку и залезла в ожидающую карету.

— Боже, что у меня за привычка, в стрессовых ситуациях сначала задумавшись выпадать из реальности, а потом переводить все неприятности в шутку или обмусолив все, начинать относится к произошедшему с юмором — откинувшись на сиденье, я смотрела в окно. На город уже опускалась ночь, качались от порывистого ветра кроны деревьев, начинал накрапывать дождь и мое состояние, будто в тон погоде, оставляло желать лучшего.

Наутро возобновились мои тренировки, и уставший вымотанный организм не давал мозгу срываться на размышления. Лои Александр был, как обычно сосредоточен и деспотичен в методах обучения, но надо отдать ему должное, результат превосходил все ожидания. Я уже достаточно сносно могла не только отразить магическую атаку, но и сама применять магию. В очередной раз, пустив учителя в полет, я заслужила похвалу и разрешение пообедать, чем с удовольствием тут же воспользовалась. Черт знает этого мага, вдруг еще передумает, а мне умирай с голода, ловя невероятные запахи с кухни, часть окон которой, выходило во двор, где мы занимались.

Наскоро искупавшись, и смыв с себя пыль, я переодетая спускалась к обеду, как внезапно вцепилась в перила лестницы из-за неожиданного сильного головокружения. Постояв с минуту и отдышавшись, я продолжила спуск, решив, что все это последствия жесткого режима тренировок или из-за ожидающихся в ближайшее время женских днях.

Аккуратно ступая и придерживаясь за перила, я почти спустилась на первый этаж. Оставшиеся пара-тройка ступеней уже казалось не вызовут неприятностей, как вдруг резкая безумная боль судорогой пронзила мое тело, заставив изогнуться в немом крике. Теряя сознание от невыносимой боли, я, ожидаемо отпустив перила, и полетела вниз.

Дальнейшее происходящее вокруг меня взрывалось мгновениями сознания, чтобы дальше унести в пучину боли. Наверно, я сорвала голос от крика, ведь в дальнейшем могла лишь хрипло поскуливать, держась то за голову, то за живот, которые казалось, разрываются на части.

Калейдоскоп испуганных лиц прислуги, оттеснило лицо лои Александра. Маг в ужасе тряс меня и что-то кричал, но я как не силилась, не могла понять, что он от меня хочет. Боль, кажется, вытеснила все чувства и рецепторы, обвив меня плотным коконом не дающим вздохнуть.

Я понятия не имела, сколько все это продолжалось. Кажется, несколько раз я теряла сознание на достаточно продолжительное количество времени, поскольку в очередной раз, отрывая глаза, обнаруживала все новые лица у моей постели. Вновь теряя сознание от новой волны боли, я ощутила неожиданное чувство страха и паники за мужа, не до конца осознав пришедшее чувство, я отключилась.

Сквозь намечающее проясняться сознание я слышала голоса. Пытаясь расслышать, о чем говорят, я отчаянно прорывалась сквозь морок сознания.

— Ну как она?

— По-прежнему без сознания, господин. Уже третьи сутки пошли…Скажите, она очнется?

— Обязательно. С ней физически все в порядке, а что касается остального, то все образуется.

— Это хорошо. Поскорей бы.

— К сожалению, я думаю, что чем дольше она не приходит в себя, тем лучше..

— Почему?!

— Есть большая вероятность того, что Риднанд погиб

— Я должна ехать! Просто обязана! — кричала я.

Полностью осознавая, что криком ничего не доказать, я просто уже не могла по-другому. Никто и слушать меня не желал, а ведь только я могла помочь отыскать Риднанда. Я чувствовала, что ему плохо, его боль каким-то немыслимым образом отголосками отражалась во мне, но вместе с тем я чувствовала и его самого. Будто компас, ориентированный на мужа, я знала, что он точно жив и чувствовала, что на месте смогу понять, где его нужно искать.

— Это исключено! — упорствовал Александр, не желая слышать ни одного из приведенных мной доводов — Поисковый отряд выехал по предполагаемому маршруту следования Риднанда и сопровождавших его людей. Мы будем ждать вестей от них, и до этого момента никто никуда не поедет.

— Но я чувствую, что ему плохо! Возможно, Риднанду нужна помощь. Может быть, он вообще умирает, и любое промедление может иметь фатальные последствия!

— Ваша поездка, куда-либо в любом случае невозможна — устало вздохнул маг — Все пути из города перекрыты королевской стражей. Вас никуда не выпустят из столицы.

— То есть как? — возмущенно вскричала я — Я свободный человек. Я имею право ехать куда захочу.

— Почему то король думает совсем иначе — горько усмехнулся Александр, и, поднимаясь со стула, вышел из моей комнаты. Дверь за ним закрылась, оставляя меня в одиночестве и давая увидеть охрану, теперь уже привычно подпирающую двери в мои покои.

Утирая навернувшиеся слезы, я невидящим взглядом уставилась перед собой. Сил злиться и доказывать свою правоту, больше не было.

Пленницей в собственном доме я оказалась сразу после того как пришла в себя. Оказалось что, в бессознательном состоянии я провела две недели и, разумеется, за столь большой промежуток времени случилась целая куча событий.

Во-первых, появление Ники и няни Марты, которых я первыми обнаружила, как открыла глаза. Не зная, что со мной делать, и склоняясь к какой-либо психологической или ментальной травме, решено было обеспечить мне максимально комфортные условия. С этой целью и были вызваны люди наиболее приближенные ранее ко мне.

Во-вторых, это известие о нападении на отряд Риднанда. Оно пришло через два дня после моего знаменательного падения с лестницы.

Одного из оставшихся в живых, подобрал проходящий мимо караван и доставил до ближайшего города на границе королевства. Придя в себя, мужчина рассказал о нападении и вести тут же отправились в столицу. Отряд по поиску советника выехал незамедлительно, но новости были неутешительные. На месте нападения были найдены тела более половины из сопровождавших Риднанда, но ни его самого, ни Родрига и еще нескольких человек найти не смогли.

Поскольку происшествие случилось на территории королевства Горган, то поиски были существенно затруднены, не просто не желанием местных жителей идти на контакт, а откровенно проявляемой ненавистью.

В надежде, что раненых могли подобрать такие же проезжавшие мимо торговцы, обследовались все ближайшие к месту нападения поселения, но результатов это не приносило.

Король Горгана выразил соболезнования в связи с произошедшим, и обещал помощь в расследовании нападения и поиска возможных выживших, но на словах все и закончилось.

В-третьих, я оказалась заперта в собственной комнате без права покидать ее. Дверь подпирали королевские стражники, якобы для охраны меня, но было стойкое чувство, что ничем хорошим это не обернется.

Придя в себя и узнав все произошедшее, я пришла к четкому убеждению, что приступ боли случился со мной в момент нападения на Риднанда. Не знаю, каким образом, но я была уверена в некой связи между нами, дающей возможность чувствовать мужа на расстоянии. У меня до сих пор случались приступы острой мигрени, будто если плохо ему, плохо и мне. Радовало во всей этой кутерьме одно — я точно знала, что Риднанд жив.

Ника и няня Марта ухаживали за мной как могли, стараясь предугадать любое мое желание, сделать комфортной любую мелочь и я была за это им безмерно благодарна.

Прошло пять дней с момента как я очнулась. Был поздний вечер. Меня накормленную, вымытую и переодетую уложили в кровать, но сон абсолютно не шел. Смотря в беспроглядную темноту, я решала, как мне быть дальше.

Сегодняшние вести, по сплетням с кухни, переданные мне Никой, были не утешительны. Слуги поговаривали, что поиски советника не увенчались успехом, и их пришлось прекратить из-за возросшего недовольства местных жителей в нескольких поселениях переросшего в кровопролитные стычки.

Поскольку ближайшая территория была обследована, то отряду отдали приказ возвращаться.

Лои Александр последние дни не появлялся, и я склонялась к мысли отправиться завтра во дворец, для встречи с королем. Он говорил, что я могу обратиться к нему с любой просьбой. Кажется, время пришло.

— Лои Элинель

От неожиданно открывшейся двери и шёпота я подскочила на кровати.

— Кто здесь?

— Это я, Александр — отозвался в темноте мужчина, приближаясь ко мне — Собирайтесь. Мы уезжаем.

Благодарю моих читателей за отзывы и звездочки! Очень приятно!) Спасибо!!!!))))

— С Никой и няней Мартой точно ничего не случится? — взволновано в сотый раз уточняла я, жуя наивкуснейший пирожок, из запасов провизии, старательно собранных мне женщинами и поваром.

— Точно — спокойно ответил мужчина — Вот твоим горе-сторожам точно не повезет — было темно, но я почувствовала, как Александр пренебрежительно ухмыляется.

Конечно, королевским стражникам придется долго объяснять свой непробудный сон на посту.

— Нам долго еще ехать?

— Пару часов. Встретимся с Луисом и Баргом на окраине города и найдем где переночевать.

— Я думала, ты снова как в столице построишь портал, и мы быстро доберемся до границы с королевством Горган — вздохнула я, стараясь не выдавать голосом усталости свалившейся на меня с этим побегом.

Все мышцы нещадно болели, про пятую точку на которую я отправилась искать приключения, так и вообще молчу. После нескольких часов в седле моя попа находилась в плачевном состоянии. Хотя я искренне возблагодарила одну из подруг, которая в прошлой жизни затащила меня на уроки верховой езды. В виду отсутствия у меня излишка денег, занятия не продлились долго, но и полученных навыков, хватило на то, чтобы сейчас более менее сносно держаться в седле и не задерживать наше передвижение.

Мы выбрались из столицы очень быстро, поскольку Александр построил переход в паре кварталах от моего дома. А вот дальше дорога затянулась. Взяв парочку лошадей в затрапезном городке, в котором мы очутились, наше бегство продолжилось. Мы ехали всю ночь и на рассвете были у одной из многочисленных деревень, что встречались нам на пути. В доме на окраине проживал давний знакомый Александра и здесь мы нашли приют на несколько часов. Было огромным блаженством подремать пару часов на сытый желудок. В полдень меня разбудили и, нырнув в портал, построенный магом прямо во дворе, мы отправились дальше.

— Порталы оставляют остаточный след, по которому нас могут отследить. Не хочу рисковать лишний раз. Ну и конечно все рассчитывают, что мы подойдем к границе рядом с местом нападения на советника, и будут ждать нас там — усмехнулся мужчина — Придется их разочаровать.

По плану Александра мы делали большой крюк, захватывая по дороге нескольких из друзей Риднанда, пожелавших отправиться с нами и подходили к границе на расстоянии нескольких дней пути от нападения. Я была согласна с планом и хоть я не знала, будет ли результативным такой вираж, но с каждым часом приближения к границе, все больше чувствовала мужа. Злость, ненависть, боль, упрямство — страшный коктейль чувств порой проносился в моей душе, накаляя нервы до предела и заставляя сердце заходиться в бешеном ритме. Только дождись, молила я.

Предполагалось, что мы начнем поиски Риднанда с нескольких крупных городов, на территории которых находились одни из самых больших невольничьих рынков в Горгане. Да, мужчина высказал предположение, что следует искать и там. Я была в ужасе, от перспектив погрузится в этот ад, но переживания за мужа перечеркивали любые сомнения.

— Что это за сооружение? — спросила я попутчика, всматриваясь в пыльную даль

— Храм Праматери. Их очень много было построено несколько веков назад. Сейчас большая часть из них заброшена — пояснил мужчина.

— Давай заедем — уверенно попросила я. Не опуская глаза под пытливым взглядом мужчины, я дождалась его кивка и повернула лошадь в сторону храма.

Александр проверив помещение храма, остался караулить снаружи, а я прошла вовнутрь. Как и в первый раз меня встретила мрачная прохлада и тишина. Пройдя к полуразрушенной статуи Праматери, я дотронулась руками до каменного изваяния и закрыла глаза.

Я не знала местных молитв или обрядов, да и в прошлой жизни вся моя вера сводилась к знанию особо крупных праздников и примитивных основ религии.

— Здравствуйте! Я не знаю, существуете ли вы или нет, но одно мое появление в этом новом теле говорит о многом. Я знаю, что мое предназначение в возрождении магии в этом мире и я готова его выполнить, только дайте понять, что мне делать. Взамен я хотела бы попросить любви и семейного счастья. В прошлой жизни у меня этого практически не было и я надеюсь, что этот мир исправит прошлую несправедливость.

Я стояла неподвижно, приятное ощущение умиротворенности будто окутывало меня, давая такое желанное спокойствие и уверенность в себе. Нехотя открыла глаза и опустила руки. Александр ждал, и я знала, что задерживаться нам нельзя.

Уже на выходе из храма я последний раз обернулась, как вдруг услышала:

— Ты все делаешь правильно. Твоя любовь — это и есть возрождение.

В неверии осмотрелась по сторонам

— Кто здесь?

Ответом мне была тишина. Вернувшись опять к статуе, я, как и прежде положила руки

— Поясните, пожалуйста. Какая любовь? Что мне делать?

Не знаю долго ли я простояла, ожидая ответа, но спустя какое-то время пришлось обернуться на тактичное покашливание

— Лои Элинель, нам пора — настороженно проговорил Александр.

Понимая, что и так задержалась здесь непозволительно долго, я опустила руки и пошла, не оборачиваясь к выходу.

— Ты уверен в этом? — удивленно спросил мужской голос.

— Слышал собственными ушами — подтвердил Александр

— Так уж и собственными — хмыкая, проговорил второй неизвестный мне голос — Как будто можешь обходиться без магии хоть минуту. Ты скажи еще, что чисто случайно оказался под дверью покоев старой королевы.

Хмыкнув, Александр ничего не ответил, и в гостиной повисла тишина.

Надо сказать, что свидетельницей мужского разговора я стала чисто случайно. Поздним вечером мы наконец-то добрались до поселения, где должны были встретиться с будущими попутчиками. Отсюда до границы с Горганом было рукой подать, поэтому мой боевой настрой заметно возрос.

Александр снял на ночь две просторных спальни, соединенных между собой гостиной. Покои видимо предназначались для богатых семейных пар и я, чувствуя себя крайне не уютно, под всезнающим взглядом хозяина постоялого двора спешно ретировалась в свою комнату. В моей ситуации речь о семейной паре, даже в случае с Риднандом, прошла бы с большим скрипом.

Душу гложило чувство, что с мужем мы практически чужие, а судя по его выходкам в адрес меня так и вообще в состоянии военных действий. И вот я, срываясь под носом у короля, несусь незнамо куда выручать этого нахала. Только устало вздохнув на предавшее меня сердце и разум, я, быстро приняв ванну с помощью здешних служанок, добралась до кровати и моментально уснула, чтоб наутро проснуться от голосов в соседней комнате.

Первой реакцией был испуг, подумалось, что нас нагнали королевские стражники, но в итоге любопытство пересилило и я, подкравшись к двери в общую гостиную стала подслушивать. Как оказалось не зря…

- Даа…Ну и расклад, Алекс. Куда это Риднанд полез, да теперь и нас за собой втянул.

— Полез он известно куда. Когда этого паршивца хоть что-нибудь останавливало на пути к славе и деньгам — раздалось ворчание одного из неизвестных мужчин.

— Но человеком слова и чести он был всегда, Барг. Ты и твоя семья только и выжили благодаря его заступничеству, связям и деньгам. А скольким нашим он еще помог? И это только то, что мы знаем. Так что не осуждай его. Из такой грязи вылез, но остался при этом человеком.

— Согласен. Если б не Риднанд, болтаться мне на виселице, а Люси с детьми в шахтах гнить. И все из-за богатенького поганца, решившего перекинуть на меня свои грешки. И ведь всем было понятно, что меня подставили, но куда уж тягаться с сыном местного градоправителя. Слава Праматери, Риднанд успел вмешаться — тяжело вздохнул мужчина, которого видимо, звали Барг.

Во вновь наступившей тишине было слышно тиканье часов в гостиной, а я так и не решалась дать знать, что проснулась. Не оставляло чувство, что есть вероятность услышать что то важное и еще смущало что мужчины разговаривали достаточно громко и не таясь. То ли были уверены, что я крепко сплю, то ли не собирались обсуждать что-то не для моих ушей

— Так ты говоришь, девушка его чувствует и сможет помочь в поисках? Что-то не хочется встревать в королевские распри, хоть и из-за такой красотки — проговорил оставшийся неизвестным голос.

— Луис, я не дурак, чтоб ради прогулки воровать девушку из-под носа королевских псов и тащить через пол страны рискуя собственной шкурой. Элинель каким-то образом чувствует Риднанда, и я уверен будет незаменима в поисках. Не знаю, чем наш сухарь ее приворожил, но она, кажется, на многое готова ради него — уверенным голосом проговорил Александр — А в свете информации о проделках королевы, по скорейшей свадьбе Элинель с министром Крейтом, так и вообще девушку надо хватать и прятать. Такого жениха и дочери врага не пожелаешь. Да и Риднанду как потом в глаза смотреть, я за нее головой ручался. Коли буду уверен в смерти друга, так пусть идет своей дорогой. Раньше никуда не отпущу.

— Вообще очень странная ситуация. Я бы на месте короля с землей сровнял это королевство Горган, но нашел бы Риднанда. Сколько всего он сделал для народа, сколько раз спасал нашу страну и в бою и за столом переговоров. Он просто незаменим, чтоб вот так сдаться — возмущенно проговорил Луис.

— Выбросили за борт как расходный материал — поддержал его Барг — Ну хоть Родриг нашелся.

— Я слышал, что в решении о прекращении поисков Риднанда не обошлось без королевы — со вздохом проговорил Александр.

— А король? Что все такой же мягкотелый как судачат в народе?

— Он всегда находился под сильным влиянием матери. Отец им практически не интересовался, впрочем, также как и женой.

— Говорят все дело в погибшей любовнице короля, которая перед смертью прокляла королеву — поделился соображениями Луис.

— Да кто их там разберет этих королей и всю знать! — возмущенно проговорил Барг — Ищут, как повыгодней перепродать своих детей, а потом муж с женой готовы глотки друг другу перегрызть, как доходит до семейной жизни.

— Но все-таки действия и подначивания королевы вызывают опасения — вздохнул Луис

— Вот не зря Риднанд так к женщинам относится — перебил его Барг — Куда ни глянь одни стервы, да предательницы. Да, что хорошего вообще можно ожидать, когда главное божество в мире женщина!

— Ну, знаешь Барг, посмотрел бы я на тебя, как ты стал бы относиться к женщинам, когда собственная мать в рабство продала.

— Луис не напоминай его историю. Паршиво становится. Жаль, мертва шлюха, найти да еще убить пару раз — злобно проговорил Барг — Этой Элинель хоть доверять можно? Я слышал, Риднанд на людях делал вид что жены и вовсе не существует, а она вон рвется его спасать. Что за чертовщина у них творилась?

— Не знаю, Барг, не знаю… Я познакомился с Элинель, когда Риднанд уже уехал и хочу сказать, что она замечательная девушка, а еще и маг из нее выйдет отличный. Будешь задирать ее, почувствуешь на собственной шкуре. Подпалит и пикнуть не успеешь — рассмеялся Александр.

— Такой куколке надо было магию целителя давать — заворчал Барг — Глянула на тебя разок и все, здоров!

— Я не понял — убийственно спокойно начал Александр — Вы к ней в комнату что ли заходили пока я распоряжался на счет завтрака? Только о ее красоте и разговариваете, хотя не видели ни разу…

— Ну, мы это, комнаты перепутали. Думали твоя, а оказалось..- смущенно пропыхтел за обоих Луис

— Я же сказал вам ждать в гостиной!

— Тише, тише, разбудишь девушку. Сам сказал, что она вымоталась в дороге, отдохнуть надо — шикнул Барг.

— Я полог тишины поставил. Не разбужу, пусть высыпается, раз уж мы тут еще на день застряли в ожидании Риза — отрывисто ответил Александр, судя по голосу еще злясь на моих незадачливых посетителей.

Дальше беседа мужчин перетекла в обсуждение того, что необходимо купить в дорогу, какое оружие лучше взять и так далее, но я уже не слушала. Аккуратно ступая, я тихонько отошла от двери и села на постель. Услышанную информацию стоило обдумать.

— Почти приехали — обнадежил меня Александр, чутко следивший за моим состоянием всю дорогу.

С благодарностью ему, улыбнувшись, я стала пристальнее всматриваться в дорогу, желая поскорее увидеть стены города. Мы пересекли границу Сельвии еще два дня назад, и все это время обследовали мелкие деревушки и поселения, встречавшиеся нам на пути.

Я была благодарна мужчинам за покупку для меня местной одежды, которая полностью скрывала тело и лицо, не давая масленым взглядам местных мужчин рассмотреть хоть кусочек кожи. Отгороженная ото всех плотным кольцом из четырех рослых мужчин я в сотый раз поблагодарила высшие силы, не занесшие меня в чье-нибудь тело в этой ужасной стране.

Кроме рабства в Горгане царил жесткий и деспотичный авторитарный режим, устанавливающий попрание любых прав и свобод женщин. Казалось, что женщины здесь имеют прав не больше чем рабы. Все редко встречающиеся на улице женщины были одеты как я в полностью скрывающие тело одежды и не поднимая головы пробирались по улицам с таким видом, будто ожидая удара или какой другой неприятности в любой момент.

Спустя пару часов мы наконец-то въехали в большой город. Он являлся одним из крупных центров пересечения торговых путей в Горгане и здесь мужчины решили начать поиски Риднанда.

На меня возлагались большие надежды, которые я пока никак не могла оправдать. Если будучи в Сельвии меня четко тянуло на юг в сторону этой страны, то перейдя границу, мой компас замолк. Нет, я не перестала чувствовать Риднанда, не перестала мучатся от редких приступов точечной боли или выматывающей мигрени, но вот ощущения присутствия мужа стало каким-то приглушенным. Я знала, что он жив, чувствовала, что он где-то здесь, но ничего конкретного выдать не могла. Мужчины дружно меня подбадривали, объясняя это общей усталостью, потрясением от вида уклада жизни этой негостеприимной страны и обещали, что вскоре все наладится. Но я-то знала, сколько надежды на меня возлагалось и что мое участие в поисках было полностью обязано открывшимся способностям.

Сняв небольшой дом на окраине города, мы решили передохнуть после дальней дороги, а с утра отправится на поиски.

Поздно вечером мужчины, сидя на кухне, обсуждали завтрашние планы. Я, примостившись с краю, тихонечко их слушала и думала о своем. Встрепенуться меня заставило упоминание короля, и я решилась встрять с вопросом

— Скажите мне, почему король Сельвии пытается вести мирные переговоры с ТАКИМ соседом? — в очередной раз, насмотревшись на будничную жизнь одного из поселений, спросила я попутчиков — Ведь это как бомба замедленного действия под боком. Взорвется однозначно. Вопрос только во времени. Да и действительно жалко женщин и детей, они ни в чем не виноваты.

— Не все так просто — вздохнул сидевший подле меня Луис — В последней войне с Горганом погибло много наших, но все что мы смогли, так это прогнать захватчиков с наших земель. После огромных потерь, не могло быть и речи о продолжении войны на чужих землях.

— Местные мужчины, кажется, рождаются в седле и с саблей в руках — присоединился к разговору Риз, еще один из бывших сослуживцев Риднанда, смогший присоединиться к нашей поисковой компании — Плюс огромное количество магов.

— У них рождается много магов? — заинтересовано спросила я.

— Нет. Рождается магов у них, как и везде, даже меньше, поскольку в таких нечеловеческих условиях, многие женщины просто не успевают дожить до момента произведения потомства — покачал головой Луис — Магов они находят в соседних странах. Подкупают, шантажируют или просто похищают, заставляя работать на себя.

— Это ужасно — вздохнула я — А дети? Бедные дети. Сколько голодных глаз смотрели на нас пока мы проезжали через деревни. Сколько тощих рук тянулось в надежде получить хоть кусок хлеба… Я не представляю, как они выживают в этом аду. Ведь человек прошедший через такое навсегда оставляет в своей душе отпечаток этого адского места. И я уже не говорю о рабах, которых не то что за людей не считают, а даже относятся хуже, чем к скоту.

— Да — задумчиво протянул Барг — Такие впечатления потом на всю жизнь.

— Поскорей бы найти Риднанда. Он уже месяц в этом ужасе и я не представляю, как держится до сих пор — вздохнула я и в недоумении осмотрелась, ловя на себе задумчивые взгляды мужчин

— Он справится — уверенно произнес Барг — Десять лет тут в рабстве выжил. Выживет и сейчас.

— Это не моя история, Элинель — в ответ на просьбу рассказать о прошлом мужа, устало проговорил Александр, стоя у окна моей комнаты, куда кто-то из мужчин меня перенес, после обморока на кухне.

Мне и сейчас было дурно просто от мысли, что Риднанд был рабом, да еще и в этом забытом богом месте. С учетом разговора о продаже его в рабство собственной матерью, так вообще мое мнение о советнике подлежало полному пересмотру. С такими психологическими травмами и потрясениями жить нормальной жизнью не представляется реальным. И если первоначально информация о рабстве, которое имело место быть в жизни мужа, просто не укладывалась в моей голове, то после слов Барга, все будто встало на свои места, и перегруженный мозг потребовал передых, в который я и отправилась, погружаясь в обморок.

Мои обиды на невнимание, игнорирование и грубость мужа теперь казались детскими капризами по сравнению с тем, что ему выпало пережить. Наверно и правда не мудрено возненавидеть женщин и ждать от них только всего плохого.

— Баргу вообще не стоило тебе этого говорить — продолжил задумавшийся на время мужчина

— Нет, нет! Хорошо, что сказал. Я должна знать. Не думаю, что Риднанд мне когда-нибудь сам об этом поведал — с грустью закончила я.

Кивнув в ответ, Александр пожелав мне спокойной ночи, вышел из комнаты, прикрывая дверь.

Дни наших безрезультатных поисков проходили друг за другом. Меня уже стало накрывать отчаяние, которое я старательно скрывала от попутчиков, но, кажется даже они, уже теряли надежду.

Мы были в Горгане уже месяц, и я к своему ужасу начала привыкать к окружающей обстановке. И если после первого посещения рынка рабов я несколько раз прочистила желудок, согнувшись пополам в первом попавшемся переулке, куда меня оттащил, внимательно следивший за мной Александр, то сейчас я будто абстрагировалась от действительности и нестройные ряды рабов на очередном рынке не трогали мою душу. Внимательно вглядываясь в бесконечную череду лиц, я желала только одного — поскорей найти Риднанда.

Мужчинам удалось выяснить, что кто-то кроме нас также занимается поиском советника. Проведенное расследование и внушительная куча золота, перетекшая в карманы различных людей дали нам понять, что нападение на отряд было делом рук господина Шейда, одного из приближенных короля Горгана, по интересному стечению обстоятельств бывшего главой последнего посольства в Сельвию.

Вспоминая этот масленый взгляд и бесцеремонное отношение, я старалась гнать мысль о возможной причастности меня к охоте за Риднандом. Ведь, по сути, я малодушно никак не ответила на притязания мужчины, сообщив лишь свой статус замужней дамы и сбежав при первой возможности.

Хотя, кто я такая чтоб за мной гонялись мужчины соседнего королевства. В зеркало на меня смотрела красивая кукла, но не более, таких везде хватает.

Решив не надумывать того чего и быть не может, я в сотый раз сосредоточилась на своем внутреннем состоянии в надежде все же почувствовать присутствие мужа. Но все было тщетно, несмотря на то, что мы находились в нескольких часах пути от места нападения на отряд советника.

Ближайших поселений здесь не было, и мы остановились на ночлег в полуразрушенном сооружении, к моему удивлению оказавшимся храмом Праматери.

— Храм Праматери на территории радикального притеснения женщин? — скептично спросила я у Александра, пока другие мужчины занимались обустройством ночлега.

Александр вообще оказался отличным собеседником, и я с наслаждением проводила время в пути, беседуя с мужчиной. Конечно, стоит признать, что большая часть нашей беседы состояла из моих вопросов и его ответов на них. Но надо отдать должное, до сегодняшнего дня Александр терпеливо и обстоятельно относился к роли моего просветителя.

— Конечно, в это сложно поверить, но еще несколько столетий назад Горган был вовсе не таким, как сейчас — вздохнув, ответил мужчина, а потом, нахмурившись, спросил — Элинель, кто занимался твоим обучением в доме отца?

— Ммм…ну много кто, уж и не помню — расплывчато ответила я, начиная судорожно понимать, к чему могло все-таки привести мое любопытство и неосторожность в поведении.

— Твой отец, очень неосмотрительно подошел к подбору для тебя учителей. Если бы до тебя донесли все положенные для лои знания, то таких вопросов у тебя не возникало — задумчиво проговорил Александр, внимательно вглядываясь в меня.

Кажется, версия с моим плохим прилежаниям к наукам его бы сейчас не устроила, поэтому, не сообразив ничего другого, я как можно наивнее хлопала длинными ресницами и ждала ответа на заданный мной вопрос.

— По приданиям, шесть великих магов, создавших этот мир, были сыновьями Праматери, поэтому Праматерь общее божество для всех живущих в этом мире. И как само собой разумеющееся, ее храмы находятся по территории всех существующих стран. Другое дело, что со временем люди ожесточились, и стали нарушать все заповеди Праматери, за что и были наказаны вырождением магии, засильем ранее неизвестных болезней, которые с уменьшением целителей и лечить то стало практически некому. Вымирающие деревни стали доступной добычей для захватчиков. Беспрестанные войны на протяжении последних лет перекраивают границы государств, несут огромные человеческие жертвы. Люди в своей злобе и жажде наживы не могут остановиться и подумать над тем, что стало первоисточником всех проблем мира.

— А что стало первоисточником? — затаив дыхание спросила я примолкшего мужчину.

— Люди перестали любить — ответил Александр, поднимая на меня взгляд, от которого мне стало жутко не по себе. Будто мне заглядывают в душу и пытаются вытащить оттуда самые укромные секреты.

Спрятавшись от проницающего взгляда, я потупила глаза и стала с повышенным энтузиазмом рассматривать манжеты своего платья.

— Все готово — отрапортовал, незаметно и очень вовремя подошедший Луис. И я с радостью последовала за ним, к месту моей импровизированной кровати, трусливо отводя взгляд от все еще смотревшего на меня Александра.

— Риднанд! — кричала я, пытаясь отыскать мужа в плотном слое тумана. Я готова была поклясться, что видела силуэт супруга, но окликнув его, наблюдала лишь, как он растворяется во мгле.

Я бежала долго и упорно. Горло жгло от беспрестанного крика, глаза слезились, но ускользающего мужчину догнать не удавалось. Он будто дразня меня, появлялся и исчезал, давая ложные надежды на скорую встречу.

Уставшая и измотанная я, наконец, упала на колени и заплакала. Сказались видимо отчаяние и безнадежность последних дней поиска. Размазывая по щекам никак не прекращающие литься слезы, я внезапно услышала голос.

— Все будет хорошо. Твоя любовь его спасет

— Как она его спасет? — крикнула я удушающую пустоту — Зачем вообще эта моя любовь ему нужна?!

Но ответом мне снова была тишина.

На рассвете меня разбудил Барг, предложив перекусить и собираться в дорогу. Осмотревшись, я увидела, что все мужчины уже проснулись. Александр с Луисом что обсуждали, стоя в стороне от развалин храма, послужившего нам ночлегом; Риз сосредоточено проверял оружие, а Барг видимо отвечал сегодня за мое пробуждение и завтрак.

Стараясь не задерживать мужчин, я, наскоро приведя себя в порядок и поев, готова была к отправлению. Садясь на лошадь, я покачнулась от внезапно ворвавшегося в мою голову звука голоса. Беспорядочные картинки и обрывки чьих то мыслей, заполнившие мою голову, ужасали и сбивали с толку.

— Элинель! Элинель! Услышь меня!

Не удержавшись в седле, я все-таки соскользнула с лошади.

— Элинель! — последний раз голос ворвался в мой разум и смолк, но этого было достаточно.

— Я знаю, где искать Риднанда — уверенно проговорила я, поднимая взгляд на подхвативших меня мужчин.

Загнанных до предела лошадей неминуемо пришлось сменить. Я как гончая поймавшая след вела мужчин через всю страну, к горам Эльтахо, служившие Горгану естественной границей с соседним государством. Горы были могучи и неприступны, поэтому с юга и юго-запада границы Горгана были закрыты от прямого взаимодействия с соседними государствами, способствуя устремлять свою жажду к войне на страны, располагающиеся по другим сторонам границы.

В число трех «счастливчиков», постоянно отбивающих нападки Горгана входила и королевство Сельвия. Не найдя поддержки от товарищей по несчастью, Сельвия в одиночку отражала набеги войск, имея передышку в промежутки, когда силы врага перенаправлялись на других соседей.

— Почему мы не объединяемся с другими страдающими от воинственного Горгана странами? Это очевидно было бы результативнее, чем биться в одиночку? — спросила я Риза, с которым мы заметно сдружились за последние дни.

Если честно, причиной этого стало мое избегание Александра, который слишком проницательно стал смотреть на меня после нашего последнего разговора. Конечно, и до этого его взгляды буквально препарировали душу, но сейчас казалось, что он на пороге какого-то важного для себя открытия или решения. Я была в неведении, но чувствовала неотвратимость приближающейся развязки.

Не желая объяснять ему истинные причины моих «провалов» в памяти и избегая лжи под вспарывающим кожу взглядом мага я не нашла ничего лучше чем прекратить наше доверительное общение. Бесспорно, я скучала по его рассказам, четким ответам на целую кучу моих вопросов и терпеливым разъяснениям.

И вот сейчас застряв в захолустном постоялом дворе в ожидании смены лошадей я трусливо завладела вниманием добродушного Риза.

— Одной Праматери известно, почему мы до сих пор не объединились! — эмоционально ответил мужчина на мой вопрос — Попыток было предпринято несметное количество. Но все безрезультатно. Проклятие прям какое-то. То не смогли договориться о разделе Горгана после победы, то на переговорщиков случились нападения, и стороны обвинив одна другую разошлись.

— Ясно. Значит, пока каждый из правителей ищет выгоду, простой народ страдает — горестно вздохнула я. Видимо в любом мире одни и те же насущные проблемы.

— Лошади будут только к утру — заискивающе улыбаясь, проговорил подошедший к нам хозяин постоялого двора — Вы можете переночевать у нас. Я распоряжусь выделить для вас лучшие комнаты!

Досадливо поджав губы, я огляделась по сторонам, видя схожие эмоции на лицах своих попутчиков.

— Распорядитесь принести нам сытный ужин — поднимаясь, проговорил Александр — И пойдемте, покажите ваши лучшие комнаты.

Мужчины удалились, а мы остались за столом в ожидании ужина. Видимо наш скорый перекус Александра не устроил. Ну что ж, лишние килограммы мне ближайшее время точно не грозят. А мужчинам и правда нужна более сытная пища, ведь в погоне за моим внутренним «компасом» мы и забыли, как можно нормально высыпаться и есть. Вынужденный простой даже наверно лучший вариант, силы нам еще пригодятся.

Рано утром выспавшись на удобной кровати и приняв ванну я чувствовала себя великолепно и оседлав лошадей мы вновь отправились в путь. Мое чутье вело нас в сторону крупного города, раскинувшегося у подножья гор, и следующие два дня мы провели в пути, прерываясь только на несколько часов сна в лагере, разбитом на первой попавшейся полянке, скрытой от посторонних глаз стеной деревьев.

На закате уставшие и измученные дорогой мы въехали в Гирсун.

Как рассказал мне в дороге Риз, город был некой столицей промышленности Горгана. Располагающиеся в окрестностях подобия современных заводов, фабрик и предприятий занимались добычей, обработкой и производством львиной доли всего, что производили во всем королевстве, а для работы на таком огромной количестве предприятий естественно использовали рабский труд, поэтому караваны с живым товаром нескончаемой рекой стекались в город, и рабов продавали тут буквально на каждом повороте, в чем я лично смогла убедиться.

Клетки с сидящими в них рабами стояли на пересечении почти всех крупных улиц. В ужасе вглядываясь в изнеможённые лица невольников, вдыхая удушливый запах исходивших от клеток нечистот, я надеялась на скорейшие поиски Риднанда и избавление его от этого ада. А там, пусть относиться ко мне как хочет, если честно было уже не до былых обид и противостояний.

Практически в потемках мы проезжали по улицам в поиске приличного ночлега, когда из подворотни раздался чей-то стон.

— Вы слышали? — окликнула я своих попутчиков.

Александр хмуро кивнул мне и отправил Барга посмотреть что там. Спустя пару минут напряженного ожидания, мужчина вынырнул из темноты, держа на руках ребенка. Стараясь из последних сил чтоб не расплакаться, я подбежала к Баргу, осматривая страшную находку.

Это оказался мальчик, на вид лет десяти не больше. Страшные шрамы, ссадины и синяки были доказательством явного ужаса, что пришлось пережить ребенку. Страшную картину завершал толстенный железный ошейник на шее, отметающий любые сомнения о статусе его владельца.

— Что ж это за нелюди, такое с ребенком сотворить — шептала я, не зная как притронуться к мальчишке, чтоб не сделать еще больнее — Его избили? — обратилась я с вопросом к мужчинам — Почему он в таком состоянии оказался на улице?

— Скорее всего, его выбросили, вдоволь перед этим наигравшись — свозь зубы ответил Александр, бегло осматривая мальчика.

— В смысле выбросили?! — оторопело воскликнула я

— В прямом. Парень уже не жилец, а траты на мага-целителя как минимум втрое превзойдут покупку нового раба. Так что выбросить действительно проще и дешевле — закончил свой страшный монолог Александр и, поворачиваясь, окинул меня внимательным взглядом, ставшим уже привычным за последние дни.

— Немедленно отыщите целителя! Мы не можем его бросить умирать! — отчаянно воскликнула я, не отводя взгляд от мага.

— Разумеется — кивнул в согласии мужчина.

Время близилось к утру, когда я наконец-то осталась у кровати мальчика одна. Ушедший целитель обещал, что мальчишка к моменту пробуждения будет как новенький, и я очень на это рассчитывала, видя сколько золота пересыпал в карманы мужчины Александр.

Последний раз, проведя рукой по отмытым служанками таверны, где мы остановились, шелковым волосам ребенка, я уже собиралась вставать, как глаза мальчишки распахнулись. Ошарашенно таращась в неземной красоты небесно-голубые омуты, я чуть не пропустила мимо ушей фразу, сказанную тихим шёпотом и заставившую меня замереть в неверии

— Наконец-то ты пришла. Теперь все будет хорошо.

— Я самая что ни на есть обычная, Ричард — смущенно отбивалась я от хвалебных речей и благодарностей мальчика, которого с моей подачи теперь звали Ричард. Не знаю почему, но мне казалось ему подходит это имя, а парнишка и не вздумал возражать, заявив, что это лучшее имя, которое только можно придумать.

Надо сказать, что спать я так и не легла. Да и разве можно было уснуть после рассказа мальчика.

Оказалось, что парнишка родился в публичном доме от местной проститутки и отец понятное дело был не известен. Прожив до четырех лет с матерью, он питался объедками со стола ее клиентов и прятался под кроватью в моменты, когда мать «работала». Поскольку ребенок был только обузой, то мать даже имя не стала давать малышу, зовя его неизменно — «Эй!» или «Эй ты!»

В один из дней Ричард по неудачному стечению обстоятельств, попался на глаза одному из клиентов своей матери, и это закончилось для него плачевно. Тот уговорил мать продать мальчишку ему, и та охотно согласилась получить легкие деньги, а заодно и избавиться от лишнего рта. Так Ричард стал рабом.

Как оказалось позднее, купивший его господин держал специфический бордель, где оказанием услуг занимались исключительно мужчины, а из мальчика он хотел вырастить отличного постельного раба.

— Господин говорил, что те, кто продаются на рынке, не имеют столько эмоций и блеска в глазах — спокойно поведал мне Ричард, пока я в шоке и, открывши рот, слушала его рассказ.

— Но как ты оказался в той подворотне?

— Господа, арендовавшие меня на ночь, переборщили с играми, поэтому чтоб не тратиться на целителя, просто решили выбросить — пожав плечами, ответил Ричард.

— Но ведь хозяин стал бы тебя искать? — уточнила я, все больше поражаясь услышанным вещам.

— Нет, не думаю. За смерть раба из борделя полагается штраф, так что, получив с моих клиентов деньги, он бы только озадачился покупкой нового, но выплаченная сумма покрыла бы все его неудобства.

— Это безумие — твердо заявила я.

— Быть может — с легкостью согласился мальчик — Но здесь все к этому привыкли. А я даже благодарен тем господам, что выбросили меня в подворотню, если б не они, то я никогда, быть может, тебя не встретил — радостно заявил парень, ввергая меня еще в больший шок.

— Ричард, послушай, не все в мире такие плохие, как попадались тебе. Есть и хорошие люди, и если бы ни я, то кто-то другой встретился тебе и спас!

— Вот именно кто-то другой, но не ты! — упрямо возразил мальчишка — Праматерь обещала, что меня спасет та, что возродит наш мир и магию. И я тебя дождался!

— В смысле Праматерь обещала? — ошалело спросила я, начиная понимать, что видимо, являюсь центральной фигурой в игре этой Праматери, решившей с помощью меня восполнить образовавшиеся огрехи. Вот только в курс дела меня упорно вводить не желали.

— Я молился Праматери — серьезно заявил Ричард — Сколько помню, всегда ей молился. Молился когда было страшно, больно, холодно, когда безумно хотелось есть или спать, но очередной мамин клиент все никак не хотел уходить, а я был вынужден жаться на ледяном полу под кроватью, мечтая только о том чтоб меня не нашли. Я знал, что меня некому защитить, поэтому молился ей, ведь больше у меня никого не было.

Утирая слезы, я привлекла мальчика к себе.

— Теперь у тебя есть я! — уверенно произнесла, глотая горькие слезы и мечтая стереть из памяти ребенка весь этот ужас — Я никогда тебя не брошу и не дам в обиду!

— Я знаю — радостно отозвался Ричард — Праматерь сказала, что скоро в наш мир придет светлая душа. Она спасет меня и возродит магию. Я так рад, что дождался тебя! — воскликнул мальчик и судорожно вцепился в меня.

Зареванная, не спавшая, в обнимку со счастливым и улыбающимся ребенком, я наверно представляла то еще зрелище, раз вечно спокойный Александр, рано утром ворвавшийся в комнату, вытаращился на меня как на восьмое чудо света.

— Я тебя потерял — выдохнул он, не отводя взгляд от нашей фееричной парочки — Пора ехать искать Риднанда. Ты сможешь? — с сомнением осматривая меня, спросил мужчина.

Наверно я и правда выглядела жалко, но вот в душе чувствовался небывалый подъем и энергия. Я счастлива была спасти хоть этого одного ребенка, а еще чувствовала, что Риднанд совсем рядом и мы непременно его найдем, поэтому улыбнувшись, я уверенно ответила:

— Смогу! Выезжаем через пять минут — и, взлохматив напоследок волосы Ричарда, я чмокнула его в лоб и под удивленный взгляд мага побежала собираться.

Ноги гудели от усталости, но я не сдавалась, чувствуя, что успех сегодня непременно на нашей стороне.

Мы обошли все центральные улицы Гирсуна и сейчас прочесывали огромнейший рынок рабов, расположившийся на выезде из города.

— Элинель, ты ведь понимаешь, что перед знакомством с тобой я постарался выяснить о тебе как можно больше? — неожиданно ошарашил вопросом Александр, с которым мы вот уже на протяжении нескольких часов усердно обходили каждого торговца и осматривали каждую клетку в поиске Риднанда.

Луис и Барг, в надежде на ускорение поисков, начали прочесывать рынок с противоположной стороны. А Риза мы оставили присматривать за новым членом нашей команды — Ричардом.

— Александр, я не понимаю к чему этот вопрос. Тем более место и время ты выбрал абсолютно не подходящее — нахмурившись, и с досадой ответила я — Мы занимаемся поиском Риднанда, при чем тут собранные обо мне сплетни?

— Я бы так не сказал — протянул Александр, приводя меня одной своей фразой практически в бешенство. Развернувшись к нему лицом, я выдохнула

— Говори!

Не выспавшаяся, утомленная и изведенная поисками мужа, вымотанная до предела происшествием с Ричардом, я уже больше не могла терпеть эти всезнающие взгляды мага, который неожиданно решил, что знает обо мне лучше всех.

— Хорошо, если ты так желаешь — усмехнувшись, проговорил мужчина

— Я желаю?! Единственное чего я желаю, это поскорей найти мужа и вернуться к найденному вчера ребенку! А вот почему ты так себя ведешь и чего добиваешься от меня?

— Я знаю, что мы скоро отыщем Риднанда. И я пытаюсь понять, кто ты для моего друга?

— Жена я ему — простонала я, надеясь на скорейшее прекращение этого разговора.

Александр будто в разочаровании покачал головой:

— Избалованная девчонка, воспитанная всеми известной в свое время стервой Инессой. Девчонка, родившаяся с золотой ложкой во рту, не знавшая ни в чем отказа, и интересовавшаяся только последними сплетнями, новыми платьями и украшениями — резко и эмоционально проговорил мужчина — Конечно, как только твою мать отлучили от тебя, то отец вплотную занялся твоим воспитанием и образованием. Но если твою прелестную головку и смогли напичкать знаниями, то вот характер было уже не изменить. Ты никогда не видела ничего кроме себя. Заносчивая красавица, ненавидящая и презирающая всех вокруг — распалялся Александр, все больше повергая меня в шок своей эмоциональной тирадой — Служанки разбегались от тебя как от проказы, ведь ты и за людей их не считала — Александр со вздохом мотнул головой и продолжил — И вот эта девчонка, бросает все, и мчится спасать навязанного ей безродного мужа-урода, от которого шарахается каждая женщина высшего света. Ты не находишь это странным, Элинель?

— Не смей так говорить о моем муже! — прокричала я, утирая брызнувшие слезы — Каждый человек имеет право на ошибку, каждый может измениться и переосмыслить свою жизнь, что собственно и произошло со мной — кажется, безрезультатно попыталась оправдаться я.

— Нет, Элинель — упрямо проговорил Александр — Такое объяснение мне не подходит.

— Что значит не подходит? — устало проговорила я, осматриваясь по сторонам и видя, что мы своей ссорой привлекли не нужное внимание — Почему ты веришь не мне, а тем, кто собрал про меня сплетни?

— Потому, что это мои собственные выводы, Элинель. Около года назад, я был с тобой знаком — тихо проговорил мужчина, всматриваясь в мои расширившиеся от удивления глаза — Отец надеялся, что в тебе просыпается магия и попросил меня присмотреть за тобой, чтоб не пропустить неожиданного выброса. Но все оказалось бесполезно. Я общался с тобой около месяца, но ты была абсолютной пустышкой, лёгкие всполохи и ничего более.

Мы стояли посреди рынка, молча смотря друг другу в глаза. Не знаю, о чем думал Александр, но я пребывала в глубоком шоке. Он был знаком с прежней Элинель — набатом било в моей голове. Знаком целый месяц…

— Зачем ты представился тогда, в доме мужа, раз мы были уже знакомы? — спросила я, в надежде на что-то.

— Я представился полным именем и как ваш преподаватель магического искусства и боевой магии. В нашу первую встречу я был представлен просто как Алекс, друг вашего отца, пытающийся помочь при первом проявлении магии — пояснил Александр и вновь уставился на меня в ожидании

Судорожно мысля, что ответить магу, я неожиданно вспомнила один момент

— Почему в разговоре с Баргом и Луисом, ты соврал, что знаешь меня не долго? — уперев руки в бока, спросила я. Лучшая защита — это нападение, и попыталась вывести на чистую воду самого мага.

— Хм — удивленно приподнял бровь Александр — Да ты еще и мой полог тишины обошла. Как ты это сделала??

— Да никак — хмуро ответила я — Просто проснулась и услышала ваш разговор

— И решила подслушать? — хмыкнул маг

— Разговаривать надо по-тише — парировала я — А лучше магичить получше.

Кажется, громкими криками мы привлекали куда меньше внимания, чем сейчас, когда Александр громогласно расхохотался посреди рыночной площади.

— Не думаю, что я соврал ребятам — отсмеявшись, ответил маг — Я действительно не знал раньше ТЕБЯ.

Смутившись от взгляда мужчины, я опустила глаза.

— Я не могу ответить — покачала головой я — Не сейчас, когда еще сама не разобралась во всем до конца. Но я не враг — убежденно проговорила я, поднимая взгляд.

— Я тебе верю — кивнул Александр — Я переживаю за Риднанда. Как ты успела понять, ему сильно не везло с женщинами, и я не хочу, чтоб ты стала очередной его неудачей, воткнувшей нож в спину.

Раздумывая, я смотрела на мага.

— Кто такая Марфа?

— Мать Риднанда — удивленно хмыкнув, ответил мужчина — И я даже боюсь спросить, как ты о ней узнала.

— Риднанд взболтнул лишнего — отмахнулась я от искрящегося любопытством мужчины, не желая рассказывать отнюдь не красящие советника обстоятельства — Давай определимся так, я обещаю, что ни словом, ни делом не причиню какой-либо вред Риднанду, а ты обещаешь молчать о нашем разговоре. Хорошо? — с надеждой уставилась я на мужчину.

— Договорились — кивнул Александр к моему облегчению — Но я буду ждать объяснений в дальнейшем.

— Божее… — простонала я, злясь на упорство этого несносного мага — Зачем тебе это?

— Ну, хотя бы для того, что бы понять, почему ты говоришь «Боже», когда в НАШЕМ мире принято говорить «Праматерь» или «Богиня» — подмигнув и подхватив под локоть вконец ошалевшую меня, этот деспот бодро зашагал вдоль рядов невольников — А теперь идем искать твоего мужа!

Какие поиски, я, кажется, на ногах не стою!

Риднанд

Будто и не было долгих лет свободы…

Свист, хохот, крики боли, зловония немытых тел и гнетущая обреченность смешались в одну пугающую субстанцию не дающую забыться кто ты теперь. Первоначальные мысли о скором побеге улетучились со скрипом надеваемых магических браслетов и монотонным голосом мага, оставляющего в прошлом последние надежды.

Меня искали. Искали расчетливо и методично. Искали, чтобы убить.

Вообще возвращаясь назад, я отчетливо понимал всю абсурдность требований посольства Горган, желающих нанесения ответного визита послов Сельвии при непременном участии вице-короля, но что мне оставалось делать тогда, когда долгожданный мир был так близок. Учитывая активизацию наших северных соседей, то хотя бы временная передышка с Горганом была жизненно необходима.

Разумеется, вся поездка была бессмысленна и, кажется, сам король Занд никак не мог придумать адекватной причины моего нахождения здесь. В сотый раз, обсудив условия мирного договора между нашими странами, я с отрядом отбыл обратно.

Понимая, что подвоха определенно предстоит ожидать, мы нашим небольшим отрядом спешно возвращались на родину. Вооруженные, наготове в любое время отразить атаку и с повышенной бдительностью относясь ко всему, мы оказались бессильны против шайки бандитов, оказавшихся как на подбор магами.

Сельвия вот уже много лет не могла похвастаться таким количеством боевых магов в рядах своей армии, да и вообще в стране, а опустевшая от бесконечных войн казна, не готова была оплатить необходимое количество наемников. Я только надеялся, что кто-то смог выжить в этой кровавой бойне.

Бандиты, похитившие раненого и сильно потрёпанного меня, не скрываясь, мечтали, куда потратят несметные богатства, обещанные им господином Шейдом. Возможно, они не были в курсе моих знаний местного языка или просто были уверены в удачном исходе дела, но как бы то ни было, ко второй ночной стоянке я выяснил, что некто Шейд был главой недавно вернувшегося из Сельвии посольства.

Если я и надеялся на вмешательство и помощь местных властей, то в свете последних открытий на такое не стоило и надеяться. Я бежал в ту же ночь, но раненый, голодный и обессиливший не смог успешно добраться до границы, перехваченный торговцами живым товаром. Так началась мой путь в ад…

Рабская участь была не жизнью, а выживанием — об этом я ведал не понаслышке. И вот сейчас, скованный магически подпитанными браслетами и не имеющий абсолютно никакой возможности сбежать, я наделся только на волю случая и помощь друзей.

Георга я тоже считала своим другом, но понимая возложенное на него королевское бремя, не питал иллюзий. Я всегда знал, что при определенных обстоятельствах моя жизнь не встанет в приоритет и воспринимал это спокойно.

Интересно, что освобожденный от груза обязанностей советника и вице-короля я стал чаще думать о жене. В бессилии, что-либо предпринять, я гадал, неужто она так и останется для меня непознанной тайной, понять которую мне не будет суждено.

Поверив на слово, не дающему надежд описанию отцом ее характера, наклонностей, предпочтений и образа жизни, я был приятно удивлен рассудительности, спокойствию и несвойственной годам мудрости Элинель.

Но ослепленный предрассудками я даже не пытался сделать собственные выводы и как мне теперь кажется зря. Никто не давал мне права заочно и под гнетом прошлого судить о жене.

Не знаю, верил ли я, что она не такая как все, но определенно должен был убедиться или сделать свои собственные выводы.

Оставляя ее под присмотр Александра, я убивал сразу двух зайцев. Элинель была не только под надежной охраной, не давшей совершить бы ей что-то неразумное, но и эта самая охрана должна была вымотать девчонку так, что на сплетни, козни и нелицеприятные действия сил и вовсе не оставалось. Александр уверял, что магии в ней не наберется и капли, но вот измотать ее физически стоило.

Интуиция била в колокола, но я не понимал, что меня в ней настораживает…или влечет… Красота жены была безусловной, такое заметил бы даже слепец, но вот взгляд. Ее отличал взгляд. В храме, дома за завтраком, во дворце — на меня смотрела вовсе не шестнадцатилетняя избалованная девочка, а умудренная жизнью женщина.

Такая женщина наверно смогла бы воспитать мне достойного наследника, но в своих метаниях я даже не решился на первую брачную ночь. Вообще женщин в моей жизни было много, но никто и никогда не задерживался в моей постели больше одного раза. Конечно, по большей части женщины были проститутками, поскольку с таким разукрашенным шрамами «красавцем» мало кто хотел переспать, но с увеличением денег в моих карманах, стали появляться все более знатные девушки.

Взять хотя бы, дочерей министров короля, вешающихся на меня при первом удобном случае, но Георг настойчиво требовал моей женитьбы на лои, и пришлось уступить другу. Я понимал, что из-за проклятия он не мог иметь детей, и страну ожидает хаос после смерти правителя, поэтому согласился. Мне, безродному, королем не стать, но я вполне мог стать регентом при объявленном, при жизни Георга, наследнике из знатнейшего рода Гератольга.

Элинель попутала все мои планы, своим поведением, красотой и умом. Мои расчеты летели к черту. Будь она ожидаемой мной стервой, то сделал бы все не задумываясь и сослал на край королевства, отобрав ребенка как родит. Здесь же я просто не смог. Коря себя всеми возможными словами, я не решился вовлечь в свой идеальный, казалось бы, план ту, что не мог понять, ту, что задела что то, как думалось, не существующее в моей душе.

Георг, видимо раньше меня самого, поняв ситуацию, предложил переиграть планы, но я тянул время. Тянул, то ли боясь ошибиться, то ли отчаянного этого желая.

Несколько дней назад выдался сложный день, а точнее даже ночь и только к утру свежа избитый, ютясь в углу клетки, в луже собственной крови я по какому-то наитию мысленно позвал ЕЁ. Конечно это бред, но в ту минуту мне казалось, что она услышит меня. Услышит и найдет. Прибежит, мягко ступая, с развевающимися светлыми волосами, в которые так хотелось уткнуться, вдохнуть ее цветочный запах и забыться ото всех невзгод.

Наивный глупец!

Свист кнута и резкая боль прервали мои размышления и мечтания.

— Эй, ты, что заснул что-ли. Вставай! На тебя, урода, хотят взглянуть.

С трудом поднимаясь, я, не дожидаясь еще ударов, поплелся ближе к решетке куда указали. Да, там покупателям лучше будет видно товар, да и унизить осмотром никто не упускал случая, и все это мне предстояло сейчас снова пережить.

Мы провели в поисках еще около часа, прежде чем меня будто магнитом притянуло к одной из клеток.

Следует сказать, что за время хождений по паутине рядов рынка я успела прийти в себя и успокоиться. Надо отдать должное Александру, ведь после фееричного разговора он больше не поднимал болезненную тему и вел себя так, будто и не было словестных недомолвок последних дней.

Мне оставалось только надеяться, что все его стремления разобраться в ситуации, продиктованы исключительно заботой о друге и никакого подвоха тут нет. Ведь, по сути, он мог быть человеком короля, а еще хуже — королевы, и тогда спокойной жизни мне не видать.

Хотя, что переживать, ведь мой муж, которого я так усердно ищу на протяжении уже нескольких недель, может полностью поддерживать королеву и не то, что ребенка заберет, так еще и подложит под кого-нибудь, чтоб этого самого ребенка сделать, раз сам так предвзят в отношении к женщинам.

Вспоминая наш единственный поцелуй, я только наделась, что смогла разбудить в нем хоть какие-то чувства. Да и смотрел на меня он явно заинтересовано… Что ж будем верить в лучшее.

— Здесь! — уверенно сказала я, меняя направление нашего с Александром движения и направляясь в сторону, казалось бы, пустынной клетки в самом углу ряда.

— Ты уверена? — переспросил Александр, пытаясь поймать мой взгляд.

— Возможно сейчас я совершаю самую большую ошибку в своей жизни, но переполняющее меня чувство правильности происходящего, затмевает любые доводы разума — повернув лицо в сторону мага, и ловя его удивленный взгляд, ответила я.

Внезапное осознание, что Риднанд именно здесь, наполнило меня целиком, сметая все вопросы, противоречия и давая надежду, что все будет хорошо.

— Чем могу служить, господа? — к нам суетливо подскочил «продавец».

Александр, предусмотрительно отодвинув меня в сторону от сомнительной наружности мужчины, сам вступил в диалог.

— Мы хотим увидеть того, кто находится в этой клетке.

— Ммм…господин, не думаю, что вас заинтересует данный товар. К тому же он уже обещан мной за очень большую сумму другим покупателям, которые должны прибыть в город завтра ранним утром — оценивающим взглядом осматривая нас, ответил мужчина.

— Если там то, что нам нужно, ты получишь в десять раз больше, чем было предложено другими — возразил Александр.

Видя как сначала округлились, а затем заискрились хищным блеском глаза торговца, я в испуге взглянула на Александра. Господи, он что, королевскую казну перед побегом разграбил?

— Как пожелаете — склонившись в поклоне, мужчина кивнул парню, стоящему поодаль и тот, открыв замок, нырнул в темноту клетки.

Стараясь унять дрожащие руки, я вглядывалась в темноту через прутья решетки. Я знала, что он здесь, чувствовала его каждой частичкой своей души и, затаив дыхание ждала.

Хохот, свист и пошлые шуточки рабов из соседних клеток слились в фоновый шум и не отвлекали меня от цели.

Единственным громким звуком стал звон цепей и шаги. Жадно вглядываясь в знакомую фигуру подходившего мужчины, я до ужаса боялась поверить, что наши поиски все же увенчались успехом.

Не поднимая взгляд, Риднанд подошел к прутьям клетки и замер. Внезапно очутившийся рядом торговец, противно рассмеявшись, рукоятью кнута поднял его лицо за подбородок

— Смотрите, какой красавчик, госпожа. Берите, не пожалеете.

Его хохот поддержали еще несколько голосов, но мне было абсолютно все равно. Смотря в расширившиеся от удивления глаза Риднанда, я, радостно улыбнулась сквозь полившиеся слезы:

— Я тебя нашла

Александр, быстро оттеснивший торговца, пересыпал ему обещанное золото и получил ключи от ошейника и цепей, а я все никак не могла оторвать взгляд от мужа.

Теперь уже спокойный и уверенный ответный взгляд, давал надежду на то, что все не так плохо, поскольку по внешнему виду советника такое сказать было сложно. Кроваво-грязные лохмотья вместо одежды, цепи на руках и ногах с проглядывающими стертыми до мяса конечностями и два новых шрама украшавших и без того изуродованное ранее лицо, производили ужасающее впечатление.

Пока Александр возился с замками оков, вовремя подоспевшие Барг и Луис, накинули на плечи Риднанда скрывающий все тело плащ.

Я наивно переживала за состояние мужа, после таких событий, но видя, как Риднанд уверенно кивнул в приветствии мужчинам, решила, что абсолютно зря волновалась.

Наконец-то ненавистные цепи были откинуты в сторону, и мы быстрым шагом направились к выходу с рынка. Кажется упоминание других покупателей, прибывающих поутру, ни одну меня навели на соответствующие выводы. Вот только насколько мое мнение отличалось от мужского, я узнала уже вернувшись в снятые комнаты.

По возвращению в таверну, где мы днем ранее, с избитым до полусмерти Ричардом на руках, в спешке сняли сразу целые крыло на верхнем этаже, я около часа провела в своей комнате, давая время мужчинам привести себя в порядок.

Для Риднанда оплатили того же целителя, что занимался Ричардом. Наверно со стороны мы вызывали некоторые подозрения у окружающих, но количество денег рассыпаемых Александром направо и налево, заставляли закрыться любой рот.

С мужем мне, разумеется, поговорить не удалось, но очень обнадеживали его частые взгляды в мою сторону. С учетом поведения ранее — это был огромный прорыв. Конечно, я боялась тешиться надеждой на налаживание отношений, но пообещала сама себе сделать все от меня зависящее.

Ричард мирно спал в выделенной ему комнате, и я обрадованная заверениям Риза о его отличном состоянии и самочувствии, не стала мешать ребенку, наконец-то спокойно отдохнуть.

Слоняясь по комнате в ожидании, я, услышав Риднанда и другие мужские оживленные голоса из соседней комнаты, резво бросилась туда, но была крайне ошарашена услышанным мной разговором.

— Это безумие — испуганно воскликнула я, слушая обсуждение мужчинами плана по самоубийству. По-другому язык не поворачивался назвать их дерзкие задумки.

Конечно, очередная куча золота и вот муж в полной боевой готовности строит планы мести. Вроде бы надо радоваться, что травмы оказались подвластны лечению, но что-то не хочется, чтоб он снова рисковал своей жизнью.

— Тебе ничего не будет угрожать — уверенно проговорил Александр — По построенному мной порталу, ты перейдешь сразу на земли Сельвии.

— О, там для меня крайне безопасно! — всплеснула руками я — Я не для того несколько недель искала Риднанда, чтоб вот так позорно сейчас сбежать. Тем более как вы собрались на столь рискованное действие с единственным магом, у которого постройка портала заберет весь резерв?!

— Я не собираюсь бежать от опасности, тем более уверенный, что пока не разберусь в ситуации, она может угрожать мне в любом месте — хмуря взгляд, решил все-таки пояснить мне Риднанд.

— Только к тому моменту как ты разберешься в ситуации, я уже буду замужем за другим и беременна — упрямо воскликнула я, заслужив в удивлении вскинутую бровь советника.

— Я чего-то не знаю, Алекс? — обратился он к магу.

— Поверь мне, я тоже многого не знаю — подняв руки в защитном жесте, ответил Александр — Но Элинель действительно права. Министр Крейт с подачи королевы ждет не дождется похода в храм.

— Не дождется — леденяще спокойно проговорил Риднанд, переводя взгляд на меня — Что предлагаешь?

В первую секунду я даже не поверила, что вопрос задан мне. Но оглядевшись по сторонам и поежившись от направленных на меня заинтересованных взглядов, я, нахмурившись, снова повернулась к мужу.

— Я хочу остаться. И я тоже могу сражаться. Спроси у Александра! — воскликнула я, видя скептический взгляд Риднанда.

— Элинель отличный боевой маг — подтвердил мой недавний учитель, не дожидаясь вопроса советника.

— Вот видишь! — торжествующе посмотрела я на мужа — Только что делать с Ричардом…

За всей этой кутерьмой я и забыла рассказать Риднанду про мальчика, наверно все еще мирно сопевшего сейчас в своей комнате.

— Ричард — это кто? — требовательно спросил муж.

— Ох, забыла тебе рассказать. Это маленький мальчик, которого мы нашли. Ричард был рабом и его умирающего бросили в переулке, здесь в Гирсуне. Мы случайно наткнулись на него, и теперь он… — я запнулась, подбирая слова. Сказать просто «он мой», означало опять-таки присвоить парнишку себе, но я-то хотела для него свободы. Сказать что он с нами, но в качестве кого? Попутчик из десятилетнего ребенка в чужой стране, скажем сразу так себе. И оставлять его я здесь не планировала. Мальчику нужна забота и поддержка. И пусть повзрослев, он будет волен сам решать свою судьбу, но сейчас…

— Теперь он мой сын! — уверенно произнесла я то, что и так уже решило мое сердце при первом взгляде на ребенка. Разум в очередной раз помахал ручкой, но с кем не бывает. Вот только от повисшего в комнате ощутимого удивления всех мужчин стало не по себе. Риднанд молча меня рассматривал, видимо что-то для себя решая. Затаив дыхание я ждала.

— Отличный маг говоришь..- хмыкнул муж, глянув на Александра — Если мне не изменяет память не так давно ты был абсолютно другого мнения.

— Теряю хватку — улыбнулся мужчина, подмигивая мне.

Риднанд лишь вскинул бровь на такое панибратское заигрывание, но комментировать почему-то не стал. Я же нахмурившись, внимательно следила за мужем, очень недовольная сменой темы. Что он думает о Ричарде? Разрешит ли его забрать с собой в Сельвию? Кажется мои вопросы придется оставить до того момента как смогу подловить супруга наедине.

— В паре часов езды от Гирсуна есть заброшенный храм Праматери — проговорил советник, обращаясь ко мне — Там и будете нас дожидаться.

— Выезжаем через час — уже обращаясь к мужчинам, продолжил Риднанд — Встретим наших «друзей» на подъезде к городу. Алекс — маг вскинул голову — до отбытия научишь лои Элинель строить порталы.

Александр не стал возражать, но взглядами, что они обменялись с советником, красноречиво сказали о том, что думает маг по этому поводу. Поднявшись, Риднанд стремительно вышел в коридор, поворачивая в сторону комнаты Ричарда. Но накручивать себя переживаниями по поводу первой встречи моих мужчин оказалось некогда.

— Пошли — проговорил со вздохом Александр, поднимаясь — У нас час, чтоб научить тебя тому, чему я учился лет десять.

— Звучит очень обнадеживающе…

Риднанд

— Это они — шепнул я Алексу, вглядываясь в рассветную даль.

Затаившись у валунов, в таком изобилии рассыпанных у дороги, мы несколько часов провели в ожидании, и сейчас потраченное время было с лихвой вознаграждено.

Еще ранее мы условились напасть внезапно и постараться выиграть за счет неожиданности. Я предполагал, что «несостоявшиеся покупатели» могут быть той самой шайкой магов-наемников, напавшей на отряд посольства, и отмстить, для меня было делом чести. Разумеется, учитывались наши неравные шансы, и, подстраховавшись, я нанял несколько магов, которые в жажде наживы промышляли в Горгане. Этой идее я был обязан неожиданному союзнику в лице десятилетнего мальчика-раба, усыновленного моей женой. Ричард не только предложил взять с собой подкрепление, но и указал где в городе лучше найти их.

Вообще я понятия не имел, как относится ко всей ситуации с Элинель, а теперь еще и Ричардом. Находясь во враждебной чужой стране, я мечтал только отомстить и вернуть людей невредимыми домой, поэтому лишние эмоции и решения оставил на потом.

Наш небольшой отряд, рассредоточившийся вдоль дороги, повинуясь моему сигналу, занял боевую готовность. Они приближались…

Элинель

Нет ничего хуже ожидания, понимала я, вот уже битый час, слоняясь по развалинам храма. Меня с Ричардом привезли сюда глубокой ночью и, оставив, уехали.

Сейчас было утро, и вестей от Риднанда, наверное, было ждать еще рано, но сердце отбивало барабанную дробь и сжималось от нехорошего предчувствия. Решение мужа оставить меня отсиживаться в стороне очень возмущало, но все взвесив, решила не противиться. В конце концов, меня могли молча запихнуть в портал и отправить восвояси, здесь же оставили дожидаться поблизости и даже научили относительно сносно строить порталы. Конечно до Сельвии за один замах я не намагичу, но оказаться подальше от этого места смогу.

Александр предлагал уходить порталами в несколько заходов. На добытой у хозяина трактира карте Горгана, маг обозначил мне пути переходов, с расчетом на кратковременный отдых и восстановление сил в относительно безопасных местах. Конечно, это был крайний вариант, да и мои магические умения были крайне скудны, но лучше так, чем оказаться беспомощной в чужой стране. Александр обещал мне уберечь Риднанда всеми возможными способами и я, не имея других вариантов, верила.

Ричард, свернувшись калачиком мирно посапывал, пристроившись в углу помещения, раздражая меня своей безмятежностью. Я знала, что у него с Риднандом состоялся какой-то разговор, и если выспросить у мужа не представилось возможности, то мальчика я закидала вопросами, сразу по приезду в храм. Сгорая от любопытства, я к своему огромному возмущению наткнулась на глухую стену молчания.

— Это мужской разговор, Элинель. Мы все обговорили и решили, так что беспокоится тебе не о чем — спокойно и по-взрослому ответил Ричард на мои расспросы и завалился спать, сказав, чтоб я тоже отдыхала и набиралась сил.

От возмущения я даже не нашлась, что ответить и в растерянности бродила, рассматривая древние развалины, некогда величественного архитектурного сооружения.

Я даже подходила к разрушенной статуе Праматери и пыталась поговорить с местным божеством, но ответом мне и здесь была тишина, поэтому высказав, потерявшей былой вид, скульптуре все, что я думаю, о ней и об этом мире я вновь принялась бесцельно бродить. В некотором роде это успокаивало, к тому же заснуть у меня точно не вышло бы.

— Почему не спишь? — вздрогнув от неожиданности, я обернулась, натыкаясь на вопросительный взгляд небесно-голубых глаз.

— Как тут уснешь — вздохнула я, вновь устремляя свой взгляд на посветлевший горизонт. По моим расчетам все уже должно было закончиться, но Риднанд все никак не возвращался.

— Мне тоже неспокойно — прошептал Ричард.

— Хм, ты так самозабвенно дрых, что я и не думала, что ты можешь о чем-то переживать — беззлобно пожурила я притихшего парнишку.

— Тогда я был уверен в благополучном исходе дела, а сейчас чувствую, что что-то пошло не так — со вздохом проговорил мальчик.

— Так, подожди, ты что маг? — удивленно воскликнула я

— Нет….мне кажется…я точно не знаю… — замялся Ричард.

— Подожди, подожди. Ты можешь быть магом, если твоя мать была..

— А она им не была — перебил меня мальчик

— Значит ты не маг — как новоявленный знаток здешнего мира, уверенно проговорила я.

— Но иногда я предчувствую будущее — упрямо возразил Ричард — И у меня бывают сны, которые впоследствии случаются в реальности. А еще, еще я смог вылечить тетю Лану — запальчиво проговорил мальчик — Она ведь единственная кто была ко мне добра!

— Хорошо, хорошо — остановила я разволновавшегося парнишку, прижимая его к себе и поглаживая по спине — Допустим это какой-то сбой или воля Праматери и ты действительно маг. Расскажи, что с тобой происходило необычного и что ты можешь?

Видя, что я верю ему, Ричард поведал о своих сбывшихся снах и о том, как вылечил гниющую руку, одной из проституток борделя, где он жил с матерью. Терпеливо выслушивая подробности получения раны от одного из клиентов и дальнейших проблем, связанных с этим, я старательно кивала и пыталась не расплакаться от ужаса того, в каких условиях приходилось жить этому ребенку.

— Так ты не водил руками? Ничего там светящегося и искрящегося? Просто захотел и все? — переспросила я Ричарда.

— Да — уверенно произнес мальчик — Она в очередной раз принесла мне кусок свежего хлеба и рассказала, что наутро ее выгоняют из борделя, поскольку работать в таком состоянии она больше не может. А я так захотел, ей помочь — отчаянно произнес Ричард — И я чувствовал, что могу это сделать! Ты мне веришь?

— Конечно, верю — ответила я, успокаивающе гладя шелковые волосы мальчика — И что потом?

— Ничего. Я просто сказал ей, что все будет хорошо. Что ее не выгонят и что рука к утру заживет.

— Она потом рассказала тебе, как произошло излечение?

— Нет — нахмурившись, произнес Ричард — С тех пор, она стала меня избегать и мне кажется бояться….Смотри! — неожиданно вскрикнул мальчик

Разговорившись, я совсем перестала смотреть на горизонт, и как оказалось зря. К нам приближался отряд всадников.

— Сосредоточься! — смотря мне в глаза, уверенно проговорил муж.

— Я…я пытаюсь — глотая слезы, и пытаясь унять, дрожащие руки ответила я.

Кровь, очень много крови…и лицо, белое как мел лицо Александра не давали мне возможности здраво мылить и соображать, но буквально ощущая в воздухе приближающуюся опасность, я старалась изо всех сил, понимая, что это наш, быть может, единственный шанс.

Надеясь увидеть среди скачущих всадников Риднанда, я никак не ожидала, что он буквально вывалится на меня из портала, держа на руках раненого Александра, и требуя строить портал подальше отсюда, поскольку приближающийся отряд всадников — это люди некоего Шейда.

— Что произошло? — пытаясь отвлечься и унять дрожь, спросила я у Риднанда, старательно выплетая магическое кружево будущего портала.

— Не думаю, что сейчас это уместный вопрос — напряженно ответил Риднанд, внимательно следя за моими действиями.

— Отвлеки меня — взмолилась я, сквозь пелену слез взглянув на мужа — Меня трясет всю. Ты не видишь что ли?! Ну, хоть пощечину мне дай…

Ошалелый взгляд супруга в ответ как ни странно подействовал на меня умиротворяюще. Вспомнив наши былые препирания и пикировки, я наконец-то смогла относительно успокоиться и взять в себя в руки. Остались последние плетения, когда я чуть не выпустила все из рук, никак не ожидая почувствовать на талии крепкую руку Риднанда и его шёпот:

— Я в тебя верю, Элинель. Ты справишься…

Пробежавшая по позвоночнику дрожь ничего общего со страхом грозившей нам опасности не имела.

— Просила же отвлечь… — нервно усмехнулась я про себя, наконец-то открывая портал.

Все вокруг меня тут же пришло в движение. Луис и Барг, до этого окружавшие нас, подхватили раненого Александра, Риз взял за руку Ричарда и по кивку Риднанда они первыми шагнули в портал. Замыкали процессию мы с мужем, все также держащим руку вокруг моей талии.

— Где мы? — одновременно удивленно спросили Барг и Ричард, лишь только портал захлопнулся за нашими спинами.

Прекрасная зеленая лужайка, полная разнообразных полевых цветов и лес вокруг, не давали ни малейшего представления о нашем местонахождении.

Смущаясь устремленных на меня глаз, я потупила взор.

— Я просто хотела оказаться как можно дальше от того места — переминаясь с ноги на ногу тихо ответила я.

— Хм…в любом случае это у тебя получилось — ободряюще погладив меня по спине, Риднанд стал раздавать указания ребятам о подготовке места для ночлега и оказании помощи раненому Александру.

Приходя в себя от неожиданной ласки мужа, я не сразу сообразила, что наш маленький отряд собирается остаться на некоторое время здесь, тогда как истекающему кровью Александру требовалась немедленная помощь.

— Мне страшно — прошептал неожиданно оказавшийся около меня Ричард и, проверяя мою реакцию, аккуратно обнял и уткнулся головой мне в подмышку.

— Ох, ничего не бойся — уверенно ответила я мальчику, нежно проводя рукой по взъерошенным волосам — Мама, тебя в обиду не даст.

— Мама?! — шокировано прошептал мальчик, ошарашенно поднимая на меня взгляд.

— Да, мама — кивнула я, серьезно глядя на Ричарда — Если ты этого хочешь, я буду твоей мамой. Но в любом случае ты всегда можешь на меня положиться.

— Хочу — радуясь, словно новогоднему чуду, он закивал головой.

— Ну, вот и отлично — подмигнула я Ричарду — Давай я немножко покомандую тут, а то, что то не то происходит и, заручившись его улыбкой и одобрительным кивком крикнула — Подождите! Мы не можем тут остаться на ночь. Александру нужна помощь.

— Элинель — терпеливо как к ребенку обратился ко мне муж — Ты исчерпала свои силы, строя портал. Тебе нужен отдых. Когда восстановишь силы, мы снова попробуем переместиться через портал, а пока…

— Нет, нет — перебила я, Риднанда — Я чувствую себя полной сил и готова сейчас сосредоточится и построит портал в уже конкретное место.

Я, правда, чувствовала небывалый прилив сил. Будто мой внутренний резерв не осушился, как должно было быть, а наоборот стал больше…странные, невероятные ощущения переполняли меня, но разбираться со своим самочувствием было некогда. Я как никогда хотела быть полезной.

— Ммм…наверно сказывается недавно грозившая нам опасность, Элинель, ты просто..

— Риднанд! — в очередной раз, перебив нахмурившегося мужа, я отступила от него на несколько шагов и стала строить портал.

Это действительно давалось мне легко, хотелось даже рассмеяться от счастья, выводя затейливые магические линии, я ощущала, что не отдаю, а наоборот получаю энергию, и это чувство было опьяняюще восхитительно.

Сделав последние движения, я открыла портал и торжествующе посмотрела на всех. Эмоции на лицах моих спутников были не подряжаемы, и можно было бы еще долго торжествующе смотреть на вытянувшие лица, но протяжный стон Александра, стал громче выстрела, в стоящей тишине.

Подхватив раненого и с молчаливого кивка Риднанда подойдя к порталу, Барг, замявшись на секунду, все же решил уточнить:

— Теперь ты точно знаешь, где мы окажемся?

— Да — усмехнулась я — Мы появимся в тронном зале дворца короля Георга II — и, взяв под руку Риднанда, я стала подталкивать ошеломленных ребят к порталу — Не спрашивай меня, как это получилось — улыбнулась я мужу — Понятия не имею, как тут все действует.

Нежась в лучах солнца, я беззаботно улыбнулась, откладывая книгу в сторону. Время близилось к вечеру, и я была в ожидании возвращения мужа.

Прошел всего месяц с того дня как мы нашей дружной компанией ввалились через портал прямо на королевский совет, но за столь короткий срок моя жизнь успела перевернуться с ног на голову и теперь полным ходом набирала обороты. Вспоминая шумиху, которая случилась, после нашего появления, я снова улыбнулась. Жаль я застала только часть всей кутерьмы, Риднанд практически сразу, оберегающе обняв меня за плечи, подозвал одного из слуг, и меня в сопровождении охраны доставили в отдаленные покои дворца.

Подробностей всех произошедших событий я смогла добиться только через пару дней, передав советнику через служанку, что строю портал и где он меня, потом будет искать — его забота. В душе скреблись кошки от такого прямого шантажа, и проскакивала здравая мысль, что, судя по отношению супруга ко мне ранее, он может не то что не препятствовать, а радоваться моему исчезновению, но резко врезавшаяся в стену дверь, и безумные глаза мужа, кажется, говорили об обратном. Уставший, с кругами под глазами, он выглядел, кажется даже хуже, чем, будучи в плену в Горгане.

— Элинель — выдохнул муж. Убедившись, что я на месте, он спокойно прикрыл за собой дверь и прошел в комнату — У меня полно дел, и я был бы рад, если бы ты проявила терпение и дала мне время все решить.

Пристыженная, словно нашкодивший ребенок, я потупила глаза, мысленно ругая себя за такой импульсивный поступок — Извини — прошептала я — Просто находится в неведении, нет больше сил. Я не знаю как Александр, я не знаю, что происходит во дворце, я вообще ничего не знаю… — неожиданно подступившие слезы и прорвавшийся всхлип, заставили меня сцепить руки перед собой, отчаянно теребя кружево платья — Быть может, ты уже договариваешься на мою свадьбу с министром Крейтом, а я тут сижу и…

Попав в сильные объятия мужа, я прервала свою сбивчивую речь. А рычание, донесшееся из груди мужа, заставило сердце сильнее забиться в груди.

— Никогда, Элинель, никогда ты не должна так говорить и тем более думать. Этому не бывать. Я знаю, мы начали, совсем не так как стоило, но дай мне время, и мы вернемся к этому разговору — проговорил Риднанд, не отпуская меня из крепких объятий.

— Извини — в очередной раз, пробормотала я.

— Прекрати извиняться — хмыкнул муж, невесомо целуя меня в макушку. Сердце казалось, выпрыгнет из груди, а когда я подняла голову, то наткнулась на грустный взгляд мужа, и где то в плещущуюся в глубине глаз нежность. Задохнувшись от увиденного, я затаив дыхание смотрела на Риднанда, отчаянно надеясь на поцелуй, но муж лишь аккуратно погладил меня по спине и отошел на шаг.

— Мне нужно идти, Элинель — вздохнул он — Но я обещаю, что загляну к тебе перед сном и расскажу все последние новости. Обещай, что дождешься, и не будешь снова пугать слуг — задорно подмигнув, попросил меня Риднанд, и я с радостью пообещала терпеливо ждать его вечером.

— Кстати, с Алексом все в порядке и он передает тебе привет — уже выходя в дверь, обернувшись, сказал мне муж, и тихо прикрыв створку, ушел, оставляя меня счастливую и нетерпеливую ждать его обещанного прихода.

Сдержав слово, советник явился поздно вечером, предложив вместе перекусить, и как только слуги накрыли столик в моей комнате, и вышли, он принялся рассказывать все произошедшее в Сельвии за последнее время.

Оказалось, что начальник охраны мужа, Сейм Ритто, был взят под стражу и находился в темнице по приказу королевы с того самого дня как стало известно о нападении на отряд возвращающего из Горгана советника. Я в то время пребывала в бессознательном состоянии после падения с лестницы и не заметила пропажи моего главного охранника, а потом все так быстро завертелось..

— Я была уверенна, что Сейм отправился на твои поиски — покачала головой я — А он все это время томился в темнице!

— Не кори себя за это — участливо похлопал меня по ладони муж — Ты бы все равно ничего не могла сделать.

— Но я даже не спросила, не поинтересовалась его местонахождением — досадливо поморщилась я, ругая себя за такое безответственное отношение к окружающим меня людям.

— В любом случае сейчас он на свободе и с ним все в порядке — утешил меня Риднанд — Я пытался отправить его в отпуск, но он категорически отказывается покидать свой пост, пока не закончится все это безобразие — усмехнувшись, проговорил супруг.

— А королева? Королева разрешила отпустить его? — встрепенулась я.

— Королева мертва.

— Ох, если я скажу, что рада этому событию, будет очень плохо? — покачав головой, спросила я, встречаясь с мужем взглядом.

— Она получила по заслугам — уверенно проговорил он, и я, успокоенная, кивнула ему в ответ.

— Шейд и те, что напали на вас тогда, в Горгане, они…

— Все мертвы — сурово отчеканил муж — Король снарядил большой карательный отряд союзников, пронесшийся по землям Горгана словно смерч, истребляя причастных к нападению.

— Но ведь это практически объявление войны?! — в испуге вскрикнула я.

— Видишь ли — вздохнул Риднанд — Это давно назревшая проблема и иного пути, к сожалению, я не вижу.

— То есть будет война… — опустошенно проговорила я — Но ведь там много магов и наши шансы на победу минимальны?

— Над этим работали наши дипломаты последние несколько лет и собрали внушительную коалицию противников тиранических и захватнических действий правителя этой страны — пояснил муж — Я не имею права тебе всего рассказывать, но могу заверить в одном, кровопролитной, ужасающей войны не будет.

— Я не понимаю… — растерянно проговорила я.

— Скажем так, шах и мат можно поставить сидя за столом переговоров и не вступая в кровопролитные стычки — серьезно глядя на меня пояснил Риднанд — Удавка вокруг Горгана затягивалась давно, сейчас в свете последних событий все просто ускорилось. В любом случае тебе не о чем волноваться — улыбнувшись, закончил муж.

— Ох…Хорошо, тогда я надеюсь сейчас будет вопрос позитивнее — Родриг?

— Родриг, израненный очнулся в придорожной канаве и смог даже добраться до ближайшей дороги, где по счастливой случайности его подхватили проезжавшие мимо путники. Раны Родрига были достаточно серьезными, и когда он впал в беспамятство, подобравшим его, ничего не оставалось делать, как взять с собой и выхаживать несколько недель в деревушке недалеко от столицы Сельвии. Придя в себя, Родриг едва встав на ноги, тут же рванул во дворец, и узнанные известия последних событий привели в шок, этого, кажется уже познавшего со всех сторон жизнь вояку — Риднанд задумчиво покачал головой глядя в окно и вздохнув, продолжил — Я пропал без вести, ты сбежала из-под охраны королевской стражи. Но хуже всего было то, что в народе начались большие волнения по причине долгого отсутствия короля. Георг с момента нападения на мой отряд, пропал из виду и в народе стали ходить упорные слухи, что он тайно был в составе посольства в Горган и погиб при возвращении. Добавь еще беспрестанное мелькание непопулярной старой королевы и ее возросшее влияние на всю знать — Риднанд хмыкнул — Как только до бунта дело не дошло…Родриг подоспел очень вовремя.

— Что он сделал? И где был король все это время? — любопытствуя, спросила я, замолчавшего и задумавшегося о чем-то мужа.

— Ммм…возможно ты слышала сплетни о проклятье, что лежит на королеве? — осторожно спросил он.

— Это не сплетни. А слышала и видела я все своими глазами — нетерпеливо ответила я, желая поскорее узнать, что было дальше.

— Откуда? И..- не дав удивленному мужу договорить, я перебила его.

— Скажем так, я имела с королевой очень личный разговор, после которого у меня появилась к тебе огромная куча вопросов. А поскольку вы, дорогой муж, в это время решили пропасть без вести, то пришлось ехать вас разыскивать. Не хорошо, знаете ли, оставлять неудовлетворенным женское любопытство — кокетливо улыбнувшись Риднанду, закончила я и в ответ услышала заливистый смех мужа.

— Да, уж, действительно, женское любопытство аргумент сильный — отсмеявшись, ответил он и добавил серьезно глядя мне в глаза — Мы обсудим это позже. Я обязательно отвечу на все твои вопросы, но точно не сегодня или ближайшие дни. Я думаю… — Риднанд замолчал, будто собираясь с мыслями — Я думаю, ты смогла меня немного узнать, как бы я этому не противился — грустно улыбнулся муж.

— У тебя не было и шанса отсидеться в стороне — беззаботно махнув рукой, ответила я.

— Разумеется — он усмехнулся, но потом вновь став серьезным, продолжил — Я не чувствую в тебе той легкомысленной, пустоголовой девицы, что ожидал увидеть по информации со всех сторон. Я виноват, что доверился сплетням и не посчитал нужным удостовериться самостоятельно. Но возвращаясь к тому, что ты определенно успела немного узнать меня, я прошу дать мне время и мы обязательно обсудим все позже.

— Договорились — соглашаясь, я кивнула головой — Но про короля я все-таки хотела бы узнать сейчас — нахмурившись, вспомнила каким галантным и заботливым, мне показался этот мужчина первоначально.

— Не все так просто — будто прочитав мои мысли, сказал Риднанд — Кроме проклятия бездетности на короле лежит тоже проклятие, что и на его матери. Георг умирает. Медленно и неотвратимо. В момент происшествия со мной с ним случился очередной приступ, который скрывали от народа. Воспользовавшись ситуацией, королева взяла все в свои руки. К тебе приставили стражу, Сейма отправили в темницу, поиски выживших — свернули. Поправившись, король был возмущен самоуправством королевы и отправил новый поисковый отряд в Горган, ну а королева понесла наказание за свои действия не от правителя, а от судьбы. Болезнь дала обострение и вскоре она скончалась.

Риднанд ненадолго замолчал. Я тоже больше не задавала вопросов, пытаясь обдумать неожиданную информацию.

— Родриг появился в самый разгар событий — хмыкнул муж, продолжая рассказ — И, разумеется, вспомнив былые годы возглавил значительную часть действий.

— Я думаю, что это замечательно — поделилась я своими нехитрыми соображениями.

— Конечно — согласился он — Родриг отлично справился с задачей по прочистке королевских мозгов — по-мальчишески задорно улыбнулся муж и я, не привыкшая к его такому раскованному поведению, удивленно на него уставилась.

— И что… — но договорить мне не дал неожиданный стук в дверь и голос, зовущий советника по неотложному делу.

— Сейчас приду — крикнул Риднанд и, вздохнув, поднялся.

— Удачи тебе! — искренне пожелала я и, смотря на осунувшееся уставшее лицо, заботливо добавила — Береги себя и не забывай отдыхать.

Задумчиво окинув меня взглядом, муж кивнул и, повернувшись, покинул комнату, оставляя на ночь глядя с целым ворохом мыслей и дум.

— Элинель! — окрик заставил меня подскочить на месте, мысленно вернувшись в события месячной давности, я и не услышала, как Риднанд вернулся с королевской службы. Спеша на голос мужа, я покинула уютное кресло, облюбованное мной на веранде нашего столичного дома, и радостная забежала в гостиную.

— Риднанд, наконец-то ты… — но осеклась на словах приветствия, не договорив.

— Элинель, у нас гости — хмыкнув, проговорил самый бессовестный муж на свете, явно забавляясь за мой счет.

За ту неделю, что я провела во дворце, ко мне успели перебраться няня Марта и Ника, аргументируя это тем, что с привычной обслугой мне будет легче пережить последние потрясения. Разумеется, я не стала возражать ведь втроем дворцовую скуку, а по сути, заточение в выделенных мне покоях, было сносить намного легче.

Всю неделю, что шли разбирательства, муж уходил на рассвете и возвращался поздно ночью, возвещая о своем передвижении хлопком двери соседней со мной комнаты. А к концу седьмого дня, я подпрыгнула в кровати от неожиданно раздавшегося стука. Разрешив войти, я была приятно удивлена, увидев мужа и еще больше обрадовалась, узнав, что на утро мы перебираемся жить обратно в наш столичный дом.

Няня Марта с утра помогла собрать мои скромные пожитки и, выходя из комнаты, я столкнулась с явно нервничающей и мнущей передник Никой.

— Что случилось? Почему ты еще не собралась? — недоуменно спросила я Нику.

— Ммм…госпожа.

— Ника, брось — перебила я ее — Ну какая я госпожа — расстроено проговорила, беря за руку явно чем-то расстроенную девушку и заводя ее к себе в комнату — Садись, рассказывай что случилось.

— Вы столько для меня сделали и я вам так благодарна…

— Ника, давай ближе к делу. Я не кусаюсь — хмыкнула, пытаясь подбодрить.

— Я хотела бы остаться здесь! — решительно поднимая голову, проговорила Ника.

— Ох… — от неожиданного заявления я даже растерялась — Ника ты имеешь полное право поступать, так как считаешь нужным — успокоила я, начавшую уже всхлипывать девушку — Просто это очень неожиданно. Ты уверенна? Тебе здесь предложили работу? Ты знаешь, что можешь обратиться ко мне по любому вопросу? Тебе никто не обижает тут? — завалила я вопросами Нику.

Хихикнув, девушка вытерла слезы.

— Честное слово, все в порядке и меня никто тут не обижает — улыбнувшись, проговорила она — Элинель, ты точно не будешь против, если я останусь во дворце?

— Конечно, нет. Я просто волнуюсь за тебя. Мне кажется, ты что-то не договариваешь — судя по вмиг покрасневшему лицу, я была очень близка к правде — Но я хочу, чтоб ты пообещала мне, что если тебе будет нужна любая помощь, ты сразу обратишься ко мне или Риднанду.

— Обещаю — серьезно кивнула Ника — Спасибо Вам огромное! — бросаясь мне в ноги и обнимая колени, воскликнула девушка, пугая меня.

— Ника! Ника, поднимайся сейчас же — ухватив девушку под руки, мне все-таки удалось оторвать ее от пола — Ты пугаешь меня! — отчитала я ее, искренне недоумевая поведению Ники.

После всего произошедшего, мы, наконец-то распрощались, и я растерянная уехала в дом, оставляя загадочно смущающуюся девушку во дворце. Риднанду я разумеется, рассказала о случившимся и не оставила его в покое, не заручившись обещанием приглядывать за Никой. И вот теперь, моя загадочная пропавшая, кажется теперь уже точно «бывшая» служанка, стояла посреди гостиной, держа за руку, улыбающегося во все тридцать два бессовестного мага Александра.

— Ты знал! — вскричала я, обвиняюще тыкая пальцем в уже открыто смеющегося и забавляющегося Риднанда.

— Прости, Элинель — продолжая улыбаться, проговорил Александр, и что-то мне подсказывало, что он нисколько не раскаивается в содеянном — Я просил Риднанда ничего тебе не рассказывать, пока все было очень зыбко.

— А теперь значит, все прояснилось?! — воскликнула я, указывая на крепко сцепленные руки этой парочки. Ника потупила взгляд и я, испугавшись, не правильно быть понятой, сдала назад — Ребята, поймите меня правильно, я безумно рада и счастлива за вас! Просто это очень неожиданно, я столько времени переживала за Нику, оставленную, как я думала, в одиночестве во дворце. Но оказалось, что она под надежной защитой. Могла бы хоть намекнуть — хмыкнув, пожурила я девушку — Ты мне как сестра и я действительно за тебя волновалась.

В ответ на мою пламенную речь, Ника всхлипнув, бросилась мне в объятия, а мужчины удивленно уставились на меня. Смущаясь, я спрятала лицо в волосах девушки.

— Не плач, не плач. Ты мне только пообещай, что немедленно расскажешь, если Александр тебя чем-нибудь обидит — хихикнула я.

— Элинель, он не… — начала было говорить, растерявшаяся Ника, но я ее перебила.

— Конечно, он тебя не обидит, но все же, для жалобы подойдет любая мелочь. Жду не дождусь попрактиковать мою боевую магию и стереть улыбку с лица этого самодовольного хлыща — растягивая губы в приторной улыбке, пропела я, подмигивая напрягшемуся магу.

— Договорились — рассмеялась Ника.

— Ну, вот и отлично — хлопнув Александра по плечу, ухмыляясь, проговорил мой муж — теперь самое время поужинать и обсудить детали вашей завтрашней свадьбы.

— Завтрашней?!

Глядя в окно кареты я вспоминала, как буквально недавно эта же карета везла меня с новоиспечённым мужем в столицу. Тогда впереди меня ждала абсолютная неизвестность, позади, оставалось не меньше вопросов, чем ожидалось в будущем, но я была уверена, что хуже, чем было в прошлой жизни, уже не будет. Возможно, в мою судьбу заглянуло чудо, не только давшее возможность начать почти все сначала, но и приведшее в мою жизнь семью. Да, тогда мне казалось, что отец ненавидит меня ничуть не меньше чем муж, но они у меня были, остальное все зависело только от меня, и я не хотела упускать из рук появившееся возможности.

Вспоминая наш с Риднандом разговор по душам, я до сих пор покрывалась мурашками. Столько всего было обсуждено, столько вех жизни мы переворошили, что иногда становилось жутко. Муж не отмалчиваясь поведал мне всю свою жизнь. Рассказал и о причинах согласия с королевой отдать ей на воспитание планируемого от меня ребенка. Считая ее куда более лучшей кандидатурой, чем меня, ведь что ему только обо мне не доложили, предварительно подостланные в дом отца соглядатаи. К тому же зная о проклятии королевы, муж рассчитывал, что уже подрастающего сына будут воспитывать профессиональные наставники и учителя, которые не допустили бы каких либо промахов и ошибок. Под конец откровений, Риднанд взяв за руку, зареванную меня, предложил начать все сначала.

Я крепко задумалась, поскольку услышав столько откровений от мужа, о своих событиях по перемещению в этот мир умолчала. Наконец решив, что если начинать все сначала, то точно не с обмана, честно рассказала Риднанду о своей скучной серой жизни и дальнейшем необыкновенном попадании в тело Элинель. Сказать, что супруг был счастлив, это ничего не сказать. Риднанд безумно обрадовался, что я все-таки вообще другой человек, а не исправившаяся сумасбродная девчонка, потому, что ведете ли, он все равно до конца не верил, что я в одночасье так изменилась. Ох, подушкой за такие разговоры он все-таки получил, а потом ошеломленному от такой дерзости советнику и по совместительству вице-королю я сообщила о своем согласии начать все сначала.

— О чем задумалась? — заботливо укрывая меня пледом, спросил супруг.

— Наверно о том, как мне с тобой повезло — улыбнулась я мужу.

— «Наверно»?! — в притворном ужасе воскликнул он — Неет, дорогая супруга тебе определенно точно со мной повезло. Можешь даже не сомневаться!

— Самоуверенный тип — толкнув в бок этого хвастуна, проговорила я.

— Имею полное право — подмигнул мне Риднанд и крикнул кучеру остановиться — Пойду, узнаю на счет ночлега.

— Конечно — ответила я, неожиданно зевая. Время и правда, было уже позднее.

Перебирая в уме все те вещи, что заботливо упаковали для меня в дорогу, не оставшиеся в стороне и явившиеся на сборы, няня Марта и Ника, я с предвкушением вспомнила несколько маленьких кружевных ночнушек и пижамок пошитых моей вошедшей во вкус портнихой дари Тиссо. Белье было выше всяких похвал, и я отдельно заказала несколько вещиц для Ники, по-тихому подарив ей буквально перед самой свадьбой, в тайне надеялась, что Александра хватит, по меньшей мере, удар.

Вообще все складывалось как нельзя лучше, и я надеялась, что удача теперь заняла прочное место в моей судьбе.

За все время, проведенное во дворце, а потом и в нашем доме, в ожидании пока Риднанд уладит накопившиеся дела, у короля не случилось ни одного приступа, что было странно и удивительно, ведь последнее время они мучали его беспрестанно.

В один из дней, на пороге моей комнаты появился с повинной монарх, и я с радостью его простила, да и как было не простить, раз часть событий была абсолютно не по его вине, да и вообще все мы имеем право на ошибку, главное как мы к этому относимся и какие делаем для себя выводы.

Но самое необычное и удивительное произошло при встрече Ричарда и короля Георга. Я корила себя за невнимательность, ведь когда я впервые увидела Ричарда, мне показался очень знакомым этот выразительный взгляд небесно-голубых глаз, но учитывая обстоятельства, размышлять и анализировать было некогда, а вот когда два абсолютно одинаковых взгляда встретились, я, кажется, забыла, как дышать.

Никто так и не знает, что это — проделки Праматери или еще какие-то немыслимые обстоятельства, но особенный цвет глаз короля Георга и профиль, точь-в-точь повторяющий очертания лица почившего короля Рейма III, изображенного на портрете, висевшего в тронном зале, не оставляли вариантов для раздумий.

Встретилась я и с Родригом. В один из дней, слоняясь по излюбленной мной библиотеке я услышала хлопок дверей и любопытства ради, выглянув из-за стеллажа, увидела вошедшего в зал Родрига.

— Я искренне рад за тебя, Элинель, и за Риднанда. Вы оба заслужили быть счастливыми — после долгого разговора и обмена новостями на прощание сказал мне Родриг.

— Но я все еще не понимаю — озвучила я давно мучавший меня вопрос — В чем мое предназначение? Зачем Праматерь забрала мою душу в этот мир?

— Ох, Элинель — по-доброму рассмеявшись, вздохнул мужчина — Не всегда можно изменить мир, став его властителем или завоевателем. Иногда можно спасти мир искренними чувствами и правильными поступками.

— Все равно не понимаю — упрямо покачав головой, прошептала я

— Все просто — ответил Родриг — Ты смогла полюбить ненавидящего тебя мужа, потом отправилась спасать его из смертельной опасности, по дороге сжалившись и подобрав мальчика-раба. Ты простила всех, ты щедро излучаешь добро вокруг себя и искренне любишь этот еще до недавних пор чужой для тебя мир. Мир, наполненный магией, если ты забыла.

— И что с того? — все еще не понимая спросила я.

— Вот ответь, как ты себя чувствовала, после того как дважды построила порталы? Смогла бы сразу сделать так еще раз? — поинтересовался, улыбаясь, мужчина.

— Конечно! — воскликнула я — Мне кажется, я под завязку наполнена этой магией и она неиссякаема.

— Хорошо. Но ты ведь чувствуешь, что она обновляется в тебе и находится в постоянном движении.

— Вы хотите сказать…

— Да, я хочу сказать, что ты стала неким неиссякаемым источником магии, подпитываемым твоей любовью и в итоге, делясь с окружающими своей любовью, ты подпитываешь магически и их — похлопав меня о плечу, проговорил Родриг.

— Ух ты — удивленно проговорила я — Прям как вечный двигатель.

— В любом случае в волнах исходящего от тебя добра и света хочется купаться беспрестанно — смеясь, проговорил мужчина — Но, к сожалению, меня ждут неотложные дела во дворце, да и твой муж вряд ли оценит мое желание быть непрестанно подле тебя — подмигнул мне Родриг, вызывая ответную улыбку.

Расставшись на такой доброй ноте и пытаясь переварить полученную информацию, я еще несколько дней витала в облаках и думах, а когда наконец-то неотложные дела были решены, а все впечатляющие события, встречи и скорая свадьба Александра с Никой произошли, мы с Риднандом отправились в отпуск. Да, да. Отпуск!

Воспарявший духом и со значительными улучшениями в здоровье король вернулся к полноценному управлению государством. Родриг остался верным помощником при нем, непрестанно ворча, что такого взбалмошного племянника и на день нельзя оставить без присмотра. Георг сносил все это безропотно, кажется, очень радуясь возвращению дяди. Ну и конечно Ричард. Это был главный символ успеха, кажется заново возрождающейся страны. Мальчик значительно окреп на хорошем полноценном питании. У него были лучшие учителя королевства, заботливый король, официально объявивший об усыновлении ребенка и признании его наследником, ну и конечно я.

Однажды пришедший ко мне Ричард, серьезно глядя в глаза, спросил:

— Ты разрешила называть себя мамой. Я все еще могу рассчитывать на то, что ты будешь моей мамой?

Расплакавшись, я пообещала ему, что буду ему матерью всегда, лишь бы он нуждался во мне и моей любви. На том и решили. С тех пор Ричард, не стесняясь, звал меня мамой, а короля папой, первое время, вызывая шок и неверие придворных, но кто что скажет? Желающих возражать не нашлось.

— Пойдем скорее — окликнул меня Риднанд, вырывая из воспоминаний — Это отличный постоялый двор, горячий ужин и готовые комнаты уже ждут нас.

Воодушевленная предвкушением сытного ужина и мягкой постели я торопливо выскочила из кареты, поддерживаемая мужем.

Он действительно не обманул и, завершая сытную трапезу, я практически выкатилась из-за стола. Галантно проводив меня до комнаты, Риднанд пожелав спокойной ночи и, поцеловав руку, удалился в свою комнату напротив, оставив меня в разрозненных чувствах.

Да, после нашего откровенного разговора, на его предложение подождать с более близкими отношениями и пока просто поближе познакомиться, я ответила согласием. Но вот теперь тысячу раз проклинала себя за столь поспешное решение, поскольку ожидание потихоньку начало сводило меня с ума.

Оказавшись в комнате, я с удовольствием нырнула в постель и быстро уснула, предвкушая скорые радостные изменения в моей уже счастливой супружеской жизни. Не зная точно, что ожидает меня дальше в этом мире, в одном была уверена точно — я наконец-то чувствую себя дома.

— Мама, можно мне поиграть с Роланом? — звонкий голос сына отвлек меня от тщательного помешивая каши, которую, не смотря на причитания повара и няни Марты, я решительно и собственноручно варила для дочери. Вообще я была в не себя от счастья, и после рождения четырех сыновей подряд, была готова днем и ночью холить и лелеять мою ненаглядную красавицу. Сыновей я любила, разумеется, ничуть не меньше, но сначала ожидание, а потом и некая одержимость иметь дочь, после череды мальчиков, сделали меня курицей-наседкой для этого долгожданного комочка счастья.

— Конечно, поиграйте, Рейм, только не под окнами комнаты вашего отца. Папа поздно вернулся со службы, пусть поспит — ответила я сыну, потрепав его по шелковистым волосам, пока он выбирал булочку порумянее из предложенных ему заботливой няней Мартой.

Доварив кашу, я переложила ее в отдельную тарелку и, взяв ложку, отправилась в детскую к моей малышке Розе. Поднимаясь по лестнице на второй этаж, я окинула взглядом дом. Все в нем за время как мы сюда переехали, а это уже почти десять лет, претерпело преобразования, бесчисленные перестройки и пристройки. Но главное были не стены, главное было то что, наши с Риднандом отношения за эти десять лет, также претерпевали все возможные метаморфозы и сейчас я могла наконец-то сказать, что все было идеально.

Понимание с полуслова, чуткость, нежность, как и дом, который мы совершенствовали вместе с нашими отношениями, наконец-то был готов. Спокойные пастельные гаммы стен, мягкость тканей и обилие света — все было отражением нашей с Риднандом совместной жизни.

— О чем задумалась, любимая? — неожиданный тихий голос и я резко поднимаю голову на пролет выше.

— Риднанд…

— Он самый — журит меня муж, и его полусонный, взъерошенный вид поднимают во мне волну любви и обожания — Ты кого-то другого ждала? — в притворном ужасе вопрошает муж, пускаясь ко мне.

— Нет конечно! Просто задумалась… — отвечаю я, поднимая голову за порцией утреннего поцелуя и муж не заставляет меня ждать.

— Так о чем задумалась твоя прелестная головушка? — не желая отпускать тему, вновь интересуется Риднанд.

— Ох… — смущаясь, я снова перевожу взгляд на огромный холл и ответвления коридоров и комнат, отлично просматриваемых со ступеней лестницы — Я думала о том, как прекрасно у нас получилось перестроить этот дом, как замечательно мы подобрали интерьер и цвета. Мне даже не вериться, что все это мы сделали сами.

— Мне тоже не вериться — соглашается со мной муж, только смотрит исключительно на меня — Мне тоже не верится, что все так замечательно получилось.

— Почему то мне кажется, что ты говоришь сейчас абсолютно не о доме — усмехаюсь я, а потом, взглянув в полные обожания глаза мужчины, неожиданно теряюсь и нахожу спасение, уткнувшись носом в его грудь.

— Абсолютно не о доме — тихонько посмеивается Риднанд и приглаживает мои растрепанные волосы. Да, даже со штатом нянь и прислуги, с пятью детьми-магами в доме справиться и все успеть очень не просто — Я говорю о нас с тобой — между тем поясняет муж.

— И что в этот раз тебе не вериться? — бормочу я — Кажется, о том что люблю, я говорю тебе, по меньшей мере, пять раз на дню.

— Ха-ха-ха — не удержавшись супруг смеется — Да, да, в этом деле тебе нет равных. И мне правда до сих пор не вериться, как так может повезти.

Отобрав у меня тарелку с кашей, муж ставит ее на перила лестницы и сам притягивает меня к себе ближе.

— Я безумно, безмерно счастлив — тихо шепчет на ухо он — У меня есть самое главное счастье в жизни — моя семья и этим я полностью обязан тебе.

— Не правда — пытаюсь возразить я.

— Правда, правда. Я лучше знаю, я старше тебя — смеется муж, вспоминая наш постоянный спор

— Ты старше меня всего лишь на шесть лет! — упрямлюсь я, невольно улыбаясь и сильнее обнимая мужа за талию.

— А вот и не правда — не уступает муж — Я старше тебя на много-много лет. Даже страшно сказать на сколько — вновь смеется этот задира и я, не видя его лица, знаю, каким задором горят его глаза в этот момент.

— А вообще, я думаю, что старше все-таки я — безапелляционно заявляю и отступаю от мужа на шаг.

— Это еще почему? — удивленно спрашивает он.

— А потому, что я умнее! — и смеясь, подхватываю тарелку с кашей и пытаюсь убежать, что, разумеется, у меня не выходит. И вот подхваченная на руки я перемещаюсь снова в объятия мужа.

— Сейчас отпущу — шепчет он — просто должен тебя кое-о-ком предупредить.

— Если ты об Александре и Нике, то я знаю, что они приедут к нам завтра на день рождение к Розе. Ника писала мне, что очень соскучилась и хочет увидеться, пока срок беременности не слишком велик, и можно еще отправиться в дорогу. А еще у их двоих старших с Александром детей открылся дар магии. И судя по тому, как восторженно писала об этом Ника, они с мужем были безумно этому счастливы.

— Я не об этом — вздыхает муж, заставляя меня перебирать в памяти все важные моменты приготовления к празднованию первого дня рождения нашей малышки.

— Ричард приедет?! — радостно восклицаю я — Он говорил, что сообщит, когда будет уверен наверняка, что сможет выбраться к нам.

— Ричард обязательно приедет. Ты и так это знаешь, Элинель — усмехается муж — Этот мальчишка отложит корону в сторону, бросит все свои королевские дела, но обязательно примчится к тебе хоть на край света.

— Ох, да. Я так переживаю за него с тех пор, как он стал королем… — в очередной раз делюсь своими переживаниями с мужем. Я, правда, сильно привязалась к Ричарду и когда мы переезжали в загородный дом, купленный нами, сразу по возвращению из мини-отпуска, взятого Риднандом для нового начала нашей супружеской жизни, как выразился он, я безумно хотела, чтобы Ричард поехал с нами, но он проявил не дюжее упорство и остался жить во дворце.

— Не спорь — одёрнул тогда меня Риднанд — Он справится.

И он действительно справился, два года назад величественно выходя на балкон королевского дворца и уверенно приветствуя жителей Сельвии, огромной толпой собравшихся на коронацию нового правителя.

— Георг? — пытаясь снова отгадать, высказала я другой вариант.

— Элинель, Георг не пропустил ни одно из дней рождений всех наших многочисленных детей — усмехнулся муж — А на день рождение долгожданной девочки, он явится непременно, бросив все свои тепличные опыты.

— Боже мой, кто бы подумал, что из ушедшего в отставку короля выйдет отличный садовник — хихикнула я, внутренне радуясь за тихую и спокойную жизнь бывшего правителя.

— Родриг? — предприняла последнюю попытку я.

— Родриг, занимается восстановлением храмов Праматери по всему королевству, но также как и Георг свято чтит наши семейные праздники. Так что приедет обязательно.

— Сдаюсь — вздохнула я, мысленно перебрав все возможные варианты.

— Твой отец… — крепче прижимая меня к себе, прошептал Риднанд.

— Что, мой отец? — хмурясь, спросила я, не понимая о чем речь.

— На день рождение к Розе хотел бы приехать твой отец — спокойно и внятно объясняет мне муж, и я понимаю, что меня начинает трясти — Тихо-тихо. Ну что ты — Муж садится на ступеньки лестницы и, не выпуская меня из рук, начинает аккуратно поглаживать по голове — Если ты скажешь, нет, он не приедет. Не переживай.

— Я очень хочу чтобы он приехал — уже сквозь слезы говорю я — Но он же меня ненавидит.

Отношения с отцом, то единственное, что не давало мне покоя на протяжении многих лет и мучало меня нещадно. Я как сирота в прошлой жизни, безумно завидовала прежней Элинель, в том, что у нее был отец. Что же делать сейчас, чтобы наладить безвозвратно потерянные взаимоотношения с единственным родным человеком, я понятия не имела.

— Он все знает, Элинель, не переживай — попытался успокоить меня муж, чем вызвал еще большую истерику.

— Ты что, рассказал ему правду?! — в ужасе воскликнула я — Он теперь еще больше меня ненавидит, если такое вообще возможно.

— Напротив — уверенно возразил мне Риднанд — Я общался с ним на протяжении последних пяти лет. И сказал ему правду совсем недавно, когда был уже точно убежден, что этой пойдет ему на пользу. Вам обоим пойдет на пользу.

— Я не понимаю… — растерянно сказала я, шмыгая носом и поднимая на мужа заплаканные глаза — По сути, ты сообщил ему, что его настоящая дочь вот уже лет десять как мертва, а ее тело заняла некая самозванка, безумно желающая наладить с ним отношения.

— Я понимаю, что это звучит, не очень хорошо, но за годы общения с ним, я понял, что ему очень нравишься новая ты, а по той, что была прежде он совсем не скучает и не хочет видеть, а поскольку он упорно считал, что так радикально человек измениться не может, то упрямо не хотел налаживать с тобой отношения, ожидая подвоха.

— Глупость какая — возмутилась я — Получается, прежняя Элинель для него ничего не значила?

— Давай не будем судить, о том, что было до твоего появления здесь. Мы многого абсолютно точно не знаем — примирительно прошептал муж — Давай дадим шанс на ваши новые взаимоотношения отца и дочери, как давно ты дала новый шанс нашему браку.

— Как будто у меня был выбор — лукаво улыбаясь, я прижалась к мужу покрепче — Он точно хочет со мной познакомиться? — Еще раз неуверенно уточнила я.

— Шутишь что ли — хмыкнул муж — Мне пришлось его долго уговаривать повременить и не мчатся к нам домой сразу после разговора. Он абсолютно точно хочет с тобой встретиться. И знаешь что — тихо поделился Риднанд — Кажется за маской этакого самоуверенного, неприступного мужчины, кроется безумно одинокий, не единожды преданный своими близкими, человек.

— Ну, у меня опять глаза на мокром месте — всхлипывая, упрекнула я мужа.

— Это правильно, поскольку кашу для ребенка, ты проморгала, и она теперь ледяная — хихикнул Риднанд.

— Каша! Совсем забыла про завтрак для Розы — коря себя всеми возможными словами, я подскочила к тарелке, убеждаясь, что она действительно уже холодная.

— Не волнуйся, я уверен, что няня Марта варит сейчас еще одну порцию кашу для нашей принцессы, ведь она никак не может смириться с тем, что ты хоть что-то понимаешь в готовке — смеясь, проговорил Риднанд и, поднимаясь, подал мне руку — Пойдем, проверим?

— С тобой, хоть на край света

Конец