Укладываете ребенка спать, а к вам на перила балкона садится ангел. И не для того, чтобы сказку рассказать. А чтобы голову срубить. А вы ему сами, хрясь, и сдачи даете.
Да, это сказка про попаданку. И про принца. А еще Аравилат и большую любовь.
В тексте есть: приключения, попаданка, властный герой
Ни одной живой душе по своей воле, не мечтается оказаться в тишине долины смерти. Ее смертоносная плоскость, ночью наполненная стелющимся туманом, а днем сверкающая двумя белоснежными острыми каменными фигурами, похожими на изогнутые рога черта, всегда, почти всегда остается пустынной.
Изредка здесь устраиваются дуэли между некромантами или чернокнижниками. Они взывают из недр долины воителей и воительниц смерти, которые, сразившись, случается, хватают зазевавшегося, унося его в царство тьмы.
На рассвете, когда мгла тумана особенно плотно укутывает дно от любого, даже самого острого, магического зрения, нужно быть либо воином смерти, либо настоящим безумцем, чтобы появиться там.
Пара ангелов не относилась ни к тем, ни к другим. Черноволосая девушка и белокурый парень торопливо шли навстречу друг другу по краю долины. Их крылья скрывали плащи, и от этого они казались похожими на обычных людей.
Они встретились, их губы слились в поцелуе. Оторвавшись, девушка посмотрела на застежку на плаще юноши в виде эмблемы рода: два скрещенных черных крыла. Она с тревогой заглянула ему в глаза, погладила по щеке, коснулась белых локонов.
- Ты уверен?
- Как никогда, - их лбы соприкоснулись. – Не волнуйся, она лишь смертная. Ничего не...
Эта женщина умрет раньше, чем ночной туман снова ляжет на дно долины.
- Хорошо, - черноволосый ангел улыбнулась. – И мы снова будем вместе. Кедра держит слово. Не забудь про ребенка.
- Куара, - юноша взял ее за руку, вглядываясь в полутьме в прекрасное лицо. –
Поклянись! Хотя бы теперь…
Девушка, вздрогнув, произнесла:
- Я принесу клятву розы, но не здесь. Слишком опасно. Обещаю.
- Ку-аа-ара…
- Теперь иди… иди… и убей!!!
ХХХ
Старый король Аравилата сидел в широком резном стуле в личных покоях и смотрел на огонь в камине. Он поглаживал короткую бородку, и отблески пламени зловеще отражались в его холодных, как север, глазах. Бледное лицо умирающего короля все еще казалось величественным. Черный волос зачесан назад. Заскрипела старинная дверь, впуская в комнату высокого с заросшим лицом мужчину, одетого в кожаные доспехи, поверх которых на мощных плечах лежал тяжелый меховой плащ с прорезью для рукавов, украшенный богатым серебряным кантом, с черной кожей с внешней стороны. На безымянном пальце его правой руки поблескивало кольцо с символом дома Аравилата: ромб в спирали. Он был одним из немногих, кому во дворце
разрешалось носить оружие.
Король повернулся. Плечи властителя всех земель Овинги покрывал тонкий плед бултамских мастериц огня, способный укрыть человека от холода в самую свирепую вьюгу. Но несмотря на жар в помещении его морозило, и не согревало вино.
В помещении не хватало свежего воздуха, пахло огнем, прогорающими поленьями, чем-то жареным и сладким, аравилатским вином. Аромат вин здешних виноделен легко узнавался, источая яркий цветочный запах с примесью острых горьких нот трав из лесов древлян.
Мужчина поклонился:
- Отец.
- Сын, - покровительственно произнес король и снова повернулся к огню.
Принц снял толстые перчатки, подошел к столу, небрежно бросил их, налил из кувшина вина.
- Завтра прибудет посольство ангелов?
Король кивнул.
- Разведчики докладывают, что измеры подтягиваются по континенту.
- Я звал тебя не за этим.
Мужчина отпил и выжидательно посмотрел на отца. Он полагал, что тот возможно хотел получить более свежую информацию о развязывающих войну измерах.
Король вглядывался в огонь, словно там, в обжигающих языках, мерещилось нечто зловещее.
- Много лет назад, когда я вступал на трон, у предыдущей королевы родилась дочь.
Слова отца удивили принца. Он отпил вино, обдумывая. Он не знал, что у рода
Квитвордов были живые дети.
- Я думал, что у предыдущей династии нет наследников.
Он знал, что родившиеся позже оказывались мертворожденными. Ходили упорные слухи, что бывшая королева Аравилата сошла с ума после отказа от трона.
- Лиан пыталась забрать ребенка, но ей не удалось, - произнес король, снова погружаясь
в размышления.
- Зачем?
- Мы хотели вырастить ее как невесту для тебя.
- И она до сих пор жива?!
Король усмехнулся, кивнул, о чем-то вспоминая. Арвил ждал. Всем известно, что Лиан, родная сестра королевы, бесплодна. Говорили, что это проклятие первой жены короля, за предательство и измену. На самом деле, неспособность подарить наследника послужила причиной развода короля Аравилата со второй женой.
Сегодня пришло донесение об убийстве Лорда Стефана Аравилатского, двоюродного брата Лиан, а это означало одно – следующей возможной наследницей на трон по линии рода Квитвордов должна стать принцесса Аравилата. Должна, но только в том случае, если на трон не взойдет Арвил или у него не будет наследников.
- Она не прошла обряд самоотречения?
- Ей было около года. И теперь она представляет угрозу. Если принцесса встанет во главе полчищ измеров, народы Аравилата не будут биться за нас.
Отец многозначительно посмотрел на сына. Принц Аравилата тридцати лет от роду, был умен и коварен. Советники докладывали, что лучшего и более безжалостного убийцу в королевстве, а может и на всей Овинге, не сыскать.
-Ты хочешь, чтобы я ее убил? – с неохотой спросил он. Арвилу откровенно не хотелось носиться по Овинге и разыскивать наследницу рода Квитвордов. Сейчас других забот хватало – нужно было готовиться к войне, укреплять границы, формировать запасы. Принц тяжело вздохнул. Король кивнул.
- Арвил, сын мой. Она не на Овинге, - сообщил он, рассматривая недовольство сына, его наследника и будущего короля.
- Измерское отрепье, - выругался Арвил и, поставив бокал, снова налил вина. – И где она?
- На Земле.
- Земля - мир без магии?
Принц погладил бородку: значит наследница скорее всего не маг. Любой маг,
оказывающийся в подобном мире, через некоторое время чах, становился болезным и, случалось, умирал от потери жизненных сил. (За исключением хранителей, они умели получать и сохранять энергию магии, обучаясь этому в ордене на острове Карнахай с юношества).
– Зачем ты сохранил ей жизнь?
- Это было основное условие в договоре между мной и Хейвьерой при отречении.
Арвил удивился еще больше. Он никогда ранее не замечал за отцом милосердия.
- Но зачем?
Сохранять в живых наследницу рода Квитвордов, пусть и в другом измерении, было, по меньшей мере, неблагоразумно. Арвил терялся в догадках.
- Пять лет назад хранитель вернулся. По его отчетам, это простая тридцатишестилетняя чернавка. Убрать ее не составит труда. Она ничего не знает, не умеет. Обычная прислуга.
- Поручи это ассасинам, полуночникам, вукодлакам. Кому угодно. Ювалу.
-Нет, только не род Квитвордов, - король нахмурился, ему не нравилось, когда с ним спорили. А те, кто еще и смел возражать, быстро заканчивали свои дни казнью. - К тому же Ювал не сможет осуществить быстрый переход.
Арвил вздохнул, не совсем понимая, зачем отцу понадобилось удалять его с Овинги. Враги превосходят по военной мощи и силе Аравилат многократно, нарушили договор Единства уже несколько месяцев. Какой прок со смерти одной наследницы Аравилата, да к тому же не мага. Если измеры выиграют войну, они сами уничтожат людей.
- Я помог бы ему.
- Повелеваю, чтобы это сделал ты. Потеряешь пару дней, быстро обернешься. На ситуацию это не повлияет.
Арвил кивнул, поставив бокал на стол рядом с кувшином. Приказ отца не обсуждался.
Король продолжил:
- Сегодня же. Данные возьмешь у Слейли, отправляйся на Землю и убей ее.
Король Аравилата принял поклон сына, отвернулся к огню и снова погрузился в холодные думы.
ХХХ
Арвил покинул покои отца, прошел через помещение охраны и оказался в королевской приемной – полукруглой зале, отделанной роскошным белым со сверкающей крошкой мрамором, добываемым у гор Тиффуитов. На него посмотрели два десятка глаз.
Советники, послы, шпионы и придворные. Они здесь находились в надежде, что король Аравилата соблаговолит принять их. Ожидающие не преминули отметить, что одеяния принца дорожные и, следовательно, он, вернувшись издалека, сразу же направился к королю. В приемной чувствовалась тревожность от нависшей над королевством угрозы.
Арвил кивнул нескольким знакомым, другие ожидающие поспешно отвели взоры, не желая встречаться с серым, веющим ледяной смертью легендарным взглядом принца Аравилата, направлявшегося в личные апартаменты. Не пройдя и двух шагов от приемной, он столкнулся с посыльным советника Слейли. Паж низко поклонился, стараясь унять дрожь от страха и не смотреть в глаза принцу.
- В-ва-ше вы-высочество, советник Слейли желает узнать, когда в-в-аа-ам удобно будет встретиться.
- Прямо сейчас, - рявкнул принц, проследовав за пажом.
Советник Слейли худощавый черноволосый мужчина семидесяти лет стоял у окна своего кабинета и смотрел на улицу. Омерзительность бушующей дождливой погоды, сочеталось с его настроением.
- Его высочество принц Аравилата, - громко объявил паж и тут же выскочил из комнаты.
Советник обернулся и сухо поклонился принцу, смерив тяжелым взглядом. Тот кивнул в ответ. Было видно, как советник с напряжением пару секунд обдумывает что-то.
- Его величество поручил мне ввести его высочество в курс дела, - наконец выдавил он скрипучим старческим голосом, в котором было еще много властных нот, свидетельствующих о твердости духа. Затем советник, словно кукла, неестественным дерганым шагом проковылял к столу.
Взяв магический сверток, Слейли протянул его, но в последнюю секунду «случайно» уронил. Свиток глухо шлепнулся на ковер между ними. Советник страдал параличом спины и не мог наклоняться.
С минуту мужчины молчали, рассматривая друг друга в желтом свете множества свечей, не обращая внимания на свиток. В этот момент в глазах старика проскользнула разъедающая душу ненависть к наследнику дома Аравилата. Всем было известно, что именно принц послужил причиной смерти единственной любимой дочери советника Слейли. Старик не боялся его и уж тем более не собирался извиняться за допущенную оплошность.
Арвил проигнорировал намеренную дерзость главного советника, но и доставлять старому ублюдку удовольствия не стал. Выпрямив руку, он пошевелил пальцами, и сверток поднялся с пола, устремившись в ладонь. Принц приложил к магической печати кольцо, и та треснула с характерным скрипнувшим звуком.
- Вы отправляетесь сегодня, - сообщил советник, медленно, с кряхтением усаживаясь в кресло за столом и тем самым оскорбляя принца во второй раз.
Арвил пробежался глазами по донесению. Ему доводилось бывать на Земле пару раз. Но эта планета не притягивала его из-за отсутствия магии. Миры без магии крайне редко пересекались с мирами, подобными Овинге. Им нечего было дать друг другу и потому не представляли интереса. К тому же этот мир в прошлом пережил два катаклизма, его природа была скудна, цивилизация предпочитала техническое развитие, что делало ее совсем непривлекательной.
Виера Мар Квитворд принцесса Аравилатских земель и наследница Северных атоллов в возрасте одного года совершила переход, тридцать пять лет назад по земному летоисчислению была отдана на воспитание непосвященным людям и находилась под постоянным контролем Хранителя, некоего Лорда Ванки. Четыре года назад произошла
смена. Хранителем стал некий Дэйв Олтан. Год назад контроль сняли после вступления потенциальной наследницы в фазу совершеннолетия. И с этого момента принцесса находилась под покровительством своего дяди Стефана Аравилатского, поручившегося, что принцесса никогда не будет претендовать на престол Аравилата и не покинет Землю, а также не узнает своего истинного происхождения.
Все было верно, до сегодняшнего дня.
Теперь род Квитвордов имел право требовать вернуть единственную наследницу по праву выживания. Род Арвила не мог отказать им и не вернуть изгнанницу, а измеры могли воспользоваться ситуацией. Даже находясь в изгнании, лишенная знаний о собственном происхождении, не получившая должного магического образования принцесса оставалась опасной ему и его королевскому роду Одвинов. И потому принцесса должна умереть.
Глава 1
Марине показалось, что за окном послышался глухой шлепок. Как будто голубь, не рассчитав траекторию, на полной скорости врезался в стену балкона. Голуби их спальника были закормлены до состояния, при котором взлет выше метра без разгона – трудная задача. Но с координацией у этих тяжеловесов было все в порядке. Так что это мог быть и не голубь, подумалось ей, пока она укачивала Юльку на руках.
Слишком уж закомуристый послышался звук. Например, что-то тяжелое или мокрое. Простыня, снесенная ветром с верхних этажей. Помидор или сырое яйцо, прицельно отправленное в допоздна засидевшихся обитателей двора.
Глаза Юльки осоловели, веки закрылись, и малышка ровно засопела. Марина снова прислушалась. На балконе ни шороха, лишь звуки улицы - отдаленный стихающий гул транспорта, болтовня прохожих, цвирканье кузнечиков, чуть слышно работали телевизоры в залах, передающие концерт «Новой волны».
Переложив ребенка в кровать, она подошла к окну, из которого виднелся край зального балкона. Вдруг и правда какой-нибудь бедняга не вписался? Взглянула…
Странно!!! В ее душе нехорошо зашлось. Не совсем поняв, не мерещится ли ей, Марина сдвинулась максимально в угол комнаты и выгнула шею.
Голубь оказался высоким, двухметровым, белобрысым и одет во все черное.
На ее балконе – на шестом этаже – стоял человек!? Он не двигался перед открытой дверью в зал, и на поясе у него поблескивали ножны с большим метровым мечом с крупным хвостовиком.
Первое, что ей подумалось – вор? Но она тут же отказалась от этой мысли, средние этажи панельных девятиэтажек популярностью у домушников не пользуются. Да и что красть в двушке? Старый телевизор, советскую стенку с сестринским сервизом, мобильный телефон? Вряд ли кто-то позарится.
Мужчина не спеша, как в замедленной съемке, обнажил клинок. Острие тускло отлило металлом.
А может наркоман? От этой мысли голова Марины закружилась, мышцы рук и ног задрожали, а в районе живота все сжалось. Не залезают воры и наркоманы с мечами на шестые этажи. Бред! Следующей галопирующей мыслью пронеслось подозрение, что это не вор, а псих.
«Ох, ты, блин, черт! Что ж ты тут релаксируешь!?»
Ее сердце рванулось вверх, куда-то в горло, застряв, стуча в ушах. Сознание возопило от потрясения. И, очнувшись, она кинулась в прихожую, неслышно сняла со стены меч. Ей шурин подарил, когда она выиграла кубок области по фехтованию на спортивных саблях.
Все шутил, что от бандитов отбиваться удобно будет – мол, отскакиваешь от входной двери, а тут раз, на стене сабля с шашкой висят. Дошутился…
Замерев, она прислушалась. Девичьи ладони сжали рукоять точной копии казачьей шашки позапрошлого века. В зале тихо, ни звука. На секунду, пока сердце успокаивалось, в голове Марины проскользнула опьяняющая мысль: «Показалось!» Глюки! С кем не бывает?
Она покосилась на спортивную саблю и тоже сняла ее со стены, поставив за угол перед туалетом. Облизала губы.
Она точно видела на балконе вооруженного человека. Нынче психов полно. Но как часто они оказываются на балконе? В полицию позвонить бы. Да сотовый лежит у телевизора.
Но пока он стоит и медлит, можно выскочить на площадку и к соседям в дверь
забарабанить, шум поднять. А вдруг она за Юлькой не успеет. А декоративную дверь в детскую одним плечом на раз плюнуть сломать.
Сделав пару шагов назад, Марина одной рукой, не сводя глаз с проема в зал, держа боевую позицию, прикрыла дверь в детскую, замок ручки глухо щелкнул. Она вернулась на прежнее место.
Хороша – стоит в неосвещенном коридоре в атласной ночнушке в персиковом халатике с шашкой наперевес и трясется от страха. «Пора пить пустырник», - решила про себя Марина. - «Дозами (?) Лошадиными!» Шорох. Нет, не показалось. Девушка на секунду прикрыла глаза, подумав, а может и не пустырник, а что-нибудь покрепче.
Мужчина обрушился в узкий коридор и, атакуя, рассек мечом воздух. В следующую секунду лезвия звонко схлестнулись, скрежетнули, высекли в темноте яркую искру.
Незнакомец чуть колыхнулся назад.
«Не ожидал,» - мелькнуло в голове Марины. Не подозревал, гад, встретить
сопротивление. Он снова атаковал. Бил агрессивно, стремительно. Где-то в ее солнечном сплетении родилась ярость, сердце забилось с утроенной силой.
Отразив удар, она нанесла второй. Удар! Еще один. Оттеснила астерявшегося «гостя» в зал. Его техника была ей незнакома. В голове Марины промчалось «Это не вор, не псих, не наркоман - это убийца! Он пришел убивать!»
Он перестроился, перестал отступать и технично отразил атаку, теперь отжимая девушку в коридор. Она не возражала, в зале было больше места для маневров. Снова коридор! Еще выпад! Он теснил ее. Уже дверь детской!
Резкий поворот, подсечка и мощным ударом его меч выбил из рук девушки шашку, та, совершив кульбит, задела зеркало, рассекла отражающую поверхность на паутину серебристых трещин, и гулко упала на линолеум.
На секунду в темноте квартиры воцарилась тишина летней ночи. «Сейчас он меня убьет,» -подумала Марина. Страх свел судорогой ей горло. Волна адреналина прошлась по телу.
Словно зверь девушка отпрыгнула на два шага назад и, когда мужчина занес руки в смертельном ударе, Марина схватила спортивную саблю за углом и, уходя в пол, сделала выпад «с прорезью».
- Сдохни, скотина!
Мужчина не по-человечески ловко отскочил, его меч в узком проходе коридора
обрушился на косяк стены и остался в руках. А она так надеялась на обратное. В полутьме коридора трудно было разглядеть чужое лицо.
Часто дыша, свободной рукой она быстро стерла со лба пот. Мгновенно
сгруппировавшись, вскочила на ноги и кинулась на противника, не давая возможности опомнится.
Незнакомец отступал в зал до самого балкона. Затем дал вытеснить себя на него. Неожиданно прытко вскочил на заграждение и расправил крылья. Крылья! На секунду Марина опешила, остолбенев, хлопая глазами. Этого не могло быть в действительности.
Ангелов не бывает!
И этого хватило крылатому, чтобы провести в воздухе свободной рукой странный знак, спрыгнуть вниз и воспарить.
Не успела девушка вздрогнуть, как неведомая сила вырвала ее из квартиры и выбросила вниз. Все что успела она увидеть, это мужчину в центре двора, втыкающего большой меч, от которого кругом расходилась золотистая волна. В голове Марины проскользнуло:
«Вот и конец!»
Она не разбилась о твердую поверхность дороги, а упала на нечто, походящее на не слишком мягкий спортивный мат. Открыв глаза, Марина ошалело поняла, что лежит на асфальте, распластавшись в позе убиенной. Но живая! И в ее руке до сих пор сабля.
Первая мысль, которая появилась в ее голове: «Куда делся ангел?» Перевернувшись, она посмотрела вверх. На ночное звездное небо, круглую луну, на свой балкон, боковое зрение зацепило мужчину вытаскивающего меч из земли. Лет сорока, одетый в какие-то средневековые шмотки.
«Юлька!» Она подскочила, не чуя ног и рук, кинулась назад в квартиру, налетев на закрытую подъездную дверь, всю в ободранных старых объявлениях. Марина начала второпях набирать соседский код, пальцы не слушались, скользя и пропуская нужную цифру.
- Вот черт! – взревела она.
- Вам помочь? – спросил мужчина за ее спиной, тот самый, с мечом, но Марине было не до этого.
- Алло, - раздался заспанный голос соседки Галины Анатольевны.
- Галина Анатольевна, эта Марина! Откройте.
- Что ж так поздно, - проворчала женщина, нажав на кнопку, и замок домофона лязгнул.
Марина кинулась внутрь, проносясь мимо двух парней, удивленно уставившихся на босую девушку с оружием в руках, в одном коротеньком халатике, с царапиной на щеке. Взмыв словно ракета на шестой этаж, Марина не сразу осознала, что за ней вслед бежит мужчина с мечом. Она зазвонила в дверь соседки, не в силах ждать даже одну секунду.
- Галина Анатольевна, вызывайте милицию, срочно. МЧС. В квартире вор! С Юлькой! - закричала Марина на весь подъезд, как только та открыла дверь квартиры.
Перепуганная соседка в одной сорочке с наспех натянутым халатом открыла общую приквартирную дверь, взирая на безумного вида девушку, искренне не понимая, что стряслось.
-Ох, мы горим?
Марина с разбегу навалилась на старую дверь, пытаясь выломать. Дверь не поддалась.
-А вы кто? - спросила соседка, разглядывая вошедшего следом странного высоченного мужчину в кожаном камзоле, рейтузах и сапогах. У него была густая, но ухоженная борода и странные серые глаза, из которых исходил леденящий душу могильный холод.
-Боже помоги, - взмолилась Марина вслух, наваливаясь с силой во второй раз. Дверь не шелохнулась.
- Дайте мне, - произнес мужчина.
-Да что происходит? – повторила вопрос соседка.
Марина отступила, принявшись кусать ногти. Мужчина пару раз навалился, с откосов посыпались пыль и штукатурка, от рамы побежали трещинки, дверь начала поддаваться.
Он навалился в третий раз, с силой дернув на себя, замок, перекосившись, врезался глубоко в косяк, и дверь поддалась. С четвертого рывка он распахнул ее.
Марина кинулась в квартиру, в детскую, на секунду-другую обомлев, с ее губ сорвался громкий выдох. Может быть она ошиблась квартирой. В квартире не было детских вещей, в квартире не было ребенка!
Она метнулась в коридор, заглянула в зал, на кухню, затем снова в коридор, чувствуя, как дурнота подкатывает к горлу, а в глазах стремительно темнеет.
-Этого не может быть, - прошептала она, обернувшись к перепуганной и настороженной соседке, к странному мужчине. В ее глазах стало темно, и она соскользнула в обморок.
ХХХ
-Ма… Мариночка, тебе лучше?
Резкий запах нашатырного спирта ударил в ноздри Марины, заставив поморщится и вынырнуть из темноты. Она лежала на диване, рядом сидела соседка и водила перед носом смоченным тампоном.
-Вы милицию вызвали? – спросила она, пытаясь встать, но голова сильно кружилась.
-Полицию?
-Юльку украли. Вы что, ослепли, - игнорируя головокружение, Марина шатаясь, подошла к стенке и взяла в трясущиеся руки сотовый.
-Да бог с тобою. Нет у тебя никого, – обернулась Галина Анатольевна. – Никогда не было.
На секунду Марина замерла, события пятнадцатиминутной давности пронеслись с ужасающей ясностью перед глазами. Она открыла рот, чтобы возразить, но перед глазами встал коридор. Целое зеркало с висящей саблей и шашкой. Если она начнет рассказывать о нападающих ангелах и падениях с шестого этажа ее примут за сумасшедшую. Но как же быть с Юлькой? Как можно за пятнадцать минут изменить целую комнату.
Она косо взглянула на соседку. Голова закружилась с новой силой, девушка
почувствовала непреодолимую потребность избавиться от содержимого желудка. В несколько прыжков добравшись до туалета, она выползла из него, чувствуя, как сходит с ума.
- Ну, я пойду, - поспешила сообщить соседка, чувствуя, что у Марины точно не в порядке с головой. – Уже поздно, завтра на работу. А вы оставайтесь.
Из коридора, она услышала, как соседка обращается к мужчине:
-У нее два года назад муж умер, - доверительно сообщила она чужому человеку. – И выкидыш был, кажется, за год до этого. Вот, малость не в себе.
Она быстренько ретировалась из квартиры, и было слышно, как тщательно
проворачиваются в соседской двери все замки и засовы с цепочкой. Выйдя вслед за нею в коридор, Марина обнаружила стоящую у стены саблю. Она взяла ее в руки, вернулась в квартиру, убедилась, что на стене висит еще одна ее копия. Все происходящее казалось немыслимым, нереальным, и в то же время Марина готова была поклясться, что не сошла с ума.
- Кто вы такой? И что здесь творится? – игнорируя тошноту, спросила она воинственно мужчину, который вышел из детской с задумчивым видом. Меч в руке, он держал оголенным.
– Вы знаете, где моя дочь?
Незнакомец внимательно взирал на нее. Выглядел он странно, недружелюбно, одет тоже, но самое главное, он вообще находился в квартире.
-Он вернется?
- Сколько вам лет? – спросил мужчина, не двигаясь. Его голос был глубок, басист и спокоен.
- Двадцать шесть. А вам?
Он нахмурился и не ответил, но убрал оружие. Затем он вскинул правую руку и провел в воздухе, выразительно кивнув. Марина посмотрела на зеркало, трещины вернулись на место, на полу лежала ее шашка, сабля на стене исчезла, а в детской появились Юлькины вещи.
Марина почувствовала, как бледнеет, не веря глазам, забыв, что ей нехорошо.
- Это магия?
-Это иллюзия, – пояснил незнакомец, хмурясь еще больше. Он снова взмахнул рукой, и иллюзия вернулась. Отчего Марине стало зябко и не по себе. И обидно.
- Где моя дочь? – ее голос задрожал, срываясь на истеричные ноты, слезы подступили к глазам. – Вы знаете, кто это был? Он вернется?
- Не говорите никому о произошедшем, - приказал мужчина, направившись к выходу.
– Иллюзия привязана к эмоциональному носителю. Пока вы тут, иллюзия будет сохраняться. И вы ничего не докажете.
- Бред!? Есть же куча документов.
- Запритесь и ждите моего возращения.
Марина подняла руку с саблей, преграждая ему путь. Ее голос прозвучал решительно, но слезы давили ее изнутри. В голове засела мысль, что отпускать незнакомца нельзя.
- Прошу вас, ответьте на мои вопросы. Кто вы? – упрямо выговорила она.
Стоило тому сделать шаг, как острие жестко надсадило мужчине горло, заставив остановиться.
– Я не отступлюсь.
Он недовольно поднял руку и медленно отвел лезвие от себя. В эту секунду Марине подумалось, что она в жизни не видела более хладнокровного взгляда, как у него. Такой был у убивающих, так не блестели глаза у мертвецов. Ей стало не по себе. И вел он себя крайне подозрительно.
- Что вы здесь делаете?
-Вы пешка, которая не в состоянии ничего изменить, - уничижительно пробасил мужчина, шагнув мимо девушки, которая, дрожа, продолжала сжимать эфес сабли, шокированная и замороженная его взглядом. Переборов нерешительность, словно стряхнув ее, она обернулась ему вслед:
- А вы, значит, король! И можете изменить все. Ладно, разберемся в полиции.
Он оглянулся, удивленно и недовольно посмотрел на нее, сурово изрек:
- Сонтейн тарьян туэлай.
Марина и сама не заметила, как провалилась в глубокий сон.
ххх
Арвил ловко подхватил девушку на руки, не дав упасть на пол. Вытащил из ее безвольно повисших рук саблю и отнес в комнату.
Он положил Марину на кровать, только теперь рассмотрев ее.
Не верилось, что такая хрупкая девушка могла в одиночку противостоять ангелу. Не каждый воин в его дружине способен выстоять в спарринге с чернокрылыми. Она же смогла оттеснить его назад и выжить. И только что с легкостью преодолела собственный страх перед его взглядом.
Красивая, настолько же насколько красивы все женщины ее рода. А в том, что перед ним настоящая Квитворд, он не сомневался. Она являлась точной копией своей матери.
Яркие карие глаза, изящные черты лица, прекрасные губы, только волосы не светлые, как у большинства ее родственниц, а каштановые, блестящих кофейных тонов. Тонкая благородная кость, длинные аристократические пальцы, лебединая шея, в ней текла истинно королевская кровь, сочетающаяся со смелостью и мужеством.
Он разберется с ней позже, а сейчас у него были другие дела. Нужно было найти этого ангела, пока он не совершил переход и выяснить, зачем ему все это. Арвил закрыл балкон и нанес на помещение печать неприкосновенности.
ХХХ
Арвил вышел на след уже за городом. В этом проклятом технологичном мире с
использованием электромагнитных полей и всякой фонирующей дряни,
слаборадиоактивной техники было трудно уловить след хоть каких-то магических излучений. Тем более ангелы, в отличие от магов-людей, пользовались не природной энергией, а более тонкой космической. И без усилий трансформировали любую энергию в некое подобие магической, едва уловимой даже для такого мага, как он.
Нагнав его в предрассветных сумерках, недалеко от деревушки, затерянной среди березовых рощ, он отметил, что ангел сильно спешил. Иначе магический шлейф был бы не таким ярким. К тому же повезло, что девушка умудрилась ранить его. Именно кровь ангела, сама по себе являющаяся сильной магической субстанцией и помогла Арвилу.
Тот стоял на излучине реки, у самой воды и готовился. В слиянии двух рек находился переход, который магическому взору ясно прорисовывался в изгибающихся электромагнитных природных волнах и отражался пульсирующим линзообразным искажением пространства в виде дуги, уходящей в небо. Арвилу никогда не доводилось видеть, как ангелы совершают переходы из скудных магией миров.
-Стой, - проревел он, очерчивая полукруг мечом в воздухе, стараясь захватить ангела по максимально далеко уходящей линии дуги.
Ангел обернулся. У его ног, скрытая черным плащом спала трехлетняя белокурая девочка, укутанная в детское одеяльце, в розовой пижаме с белыми зайчиками. Ангел развернул крылья и, сотворив магические знаки в воздухе, произнес:
- Лорд Смерти, наши пути не пересекаемы. Не мешай.
-Отдай мне пленницу, - потребовал Арвил, указывая на спящего ребенка. – Она принадлежит дому Аравилата.
- Она вам не принадлежит, - парировал ангел, но, тем не менее, не рискнул повернуться спиной к убийце и одному из сильнейших магов Овинги.
- Поклянись кровью народа ангелов, что она не дочь принцессы Аравилата. И если не можешь, верни то, что наше по праву родства.
Ангел наклонил белесую голову, повернул шею, как будто разминал. Но на самом деле, в утренние часы кончающейся июльской ночи, он произносил про себя заклинание, открывающее портал. Он не мог нарушить обещание, данное Куаре. Он и так не смог убить наследницу Аравилата. Он запятнал свою честь и достоинство, и теперь весь род отвернется от него и будет проклинать навечно.
Тем временем Арвил занял боевую позицию, готовясь к схватке. Он узнал в
светловолосом парне сына одного из высокопоставленных чинов ангелов в их строгой и жесткой иерархии внутренней системы жизнеобеспечения. Один из
последнерожденных. Ангел был молодым, лет 400 не больше, и горяч. «Молодой дурак!» – подумал Арвил, понимая, что если тот пошел на такое, как отказ возврата чужого, у него должны были быть веские причины.
- Поклянись! Я отступлюсь!
-Не могу, - произнес он, обнажая меч.
За спиною ангела открылся портал, и Арвил не поверил глазам. Из него вышла девушка. Не девушка, а ангел. И он мог присягнуть – беременная. Ангелы не имели потомства уже более 300 лет. Их осталось на Овинге не более полутора-двух тысяч. Спящий ребенок поднялся в воздухе, нарушая все законы природы на планете, детское сиреневое одеяльце соскользнуло и, намокнув, исчезло в водах рек, а он поплыл в сторону портала.
Арвил нанес удар. Сначала схлестнулись их астральные двойники, увеличенные в размерах от носителя в полтора раза. Сероватый астральный воин Арвила и белый, почти прозрачный, двойник ангела. Там, где пересекались их клинки, расцветали желтые магические искры, долго оседающие на землю и впитывающиеся в нее, как капли воды в пустыне. Там, где у ангела алела царапина, в атмосферу шел серебристый дымок. Его
называли в народе дыханием ангелов, способных спасти жизнь больному человеку, продлить стареющему годы, зачать бесплодной паре.
Исход поединка решился быстро. Как только девушка с безмятежно спящим ребенком на руках зашла в портал, тот закрылся за нею, и энергия магического мира иссякла. Теперь они сражались физическими телами. Ангел, молодой и самоуверенный, дрался слишком отчаянно, но ему явно не хватало опыта в схватах в немагических мирах. Прошло двадцать минут, и все было кончено. Клинок Арвила беспощадно уперся в грудь крылатого юнца. Меч того лежал на дне реки.
- Я хочу получить ответы на вопросы, – сурово произнес Арвил, жизнь поверженного теперь принадлежала ему.
-Я не могу тебе их дать, лорд Смерти, - ответил Ангел, ехидно, почти победно,
улыбнувшись.
- Тарная эхраньяфо тулай, - почти торжественно прошептал парень, воспламенившись.
Он знал, что у лорда смерти не хватит на немагической земле энергии блокировать последнее заклинание побежденного. Напоследок он вскинул руку и, словно хлыст, язык магического всепожирающего огня облизнул подбородок Арвила, заставив того отскочить и выругаться на грязном овингском диалекте.
ххх
Арвил вернулся в квартиру, когда солнце над горизонтом стояло уже в зените. Сняв печать неприкосновенности, он ругнулся. Дверь со сломанным замком не открывалась.
Еще раз грязно выругавшись, он с силой потянул за шаткую ручку двери и вырвал оную с корнем.
Он навалился на дверь. Та не поддалась. Некто прибил ее изнутри гвоздями и
загромоздил шкафами.Через минуту послышалось шарканье, соседская дверь
приотворилась на цепочке, из-за нее выглянул перепуганный мужчина средних лет.
- Вам кого? – спросил он, за его спиной маячила вчерашняя соседка.
- Добрый день. У нас дверь снова заклинило. Можно я пройду через ваш балкон? – ответил Арвил, дико про себя бранясь за то, что приходиться снова и снова тратить и так скудную в этом мире магию на расположение этих людей. Вид мужика с опаленной бородой и кровавым рубцом, усталого, грязного и злого не располагал к доверительным беседам. Арвилу потребовалось усилие, чтобы внушить, что перед ними стоит новый друг
одинокой соседки, приятный и молодой человек.
Мужчина за дверью некоторое время раздумывал, затем зашуршал замком и открыл дверь.
- Покорно благодарю, - недовольно произнес Арвил, бесцеремонно пройдя внутрь.
ххх
Ей снилось падение с шестого этажа. Она проснулась от толчка. Часы показывали одиннадцать. Вскочив, она, как спринтер, метнулась в детскую, стремглав пронеслась по квартире, убедившись, что находится одна.
Схватив сотовый, Марина набрала номер полиции, но телефон не реагируя, показал, что находится вне зоны доступа. Не веря глазам, она пошла на балкон, где связь должна быть лучше и не смогла выйти! Проход загораживала невидимая стена. Предприняв несколько попыток, она окончательно убедилась, что не может выйти ни на балкон, ни в окно, ни в подъезд, ни даже в вентиляцию. Этот урод ее запер.
Ничего не оставалось делать, кроме как приготовиться к его приходу. Чем она и занялась. Забаррикадировав как следует дверь, Марина наша альпинистскую веревку, с которой ходила в походы и приготовила снаряжение у балкона, на всякий случай. Вдруг он умеет ходить сквозь стены, как в старом советском фильме. Затем в течение получаса она просматривала шкафы и документы на предмет хоть каких-нибудь признаков присутствия в ее жизни Юльки. Не обнаружив ничего, она выпила лошадиную дозу пустырника и все-таки переоделась. Еще то было бы зрелище – лезущая по веревке с
шестого этажа девушка в коротком халатике.
Умывшись, перекусив и сложив необходимые вещи и документы в рюкзак, она села на диван в ожидании, прокручивая в голове раз за разом вчерашние события. Кто бы ни был этот мужик, хорошего от него вряд ли можно ожидать. Его последние слова вызывали у Марины непреодолимое желание врезать по бородатой роже. Голова шла кругом. Похищение Юльки, иллюзии, слова соседки и эта невероятная невозможность выйти из квартиры заставляли паниковать. Страх удобно расположился где-то в центре грудной клетки девушки. Надо было сразу звонить в полицию, а не слушать соседку и болтать с незнакомцами, подумала она, чувствуя себя пешкой.
Время преломилось и потекло невыносимо медленно, казалось, оно попало в черную дыру, растягиваясь бесконечно. В четыре дверь кто-то дернул, и Марина, словно очнувшись от транса, вскочила на ноги и кинулась к балкону. Проход освободился.
Она выскочила на балкон, закрыв дверь на щеколду, ловко закрепила веревку на внешней обрешетке на альпинистский крюк и, сбросив вниз, зафиксировала вторую, более короткую, для подстраховки. Надев рюкзак, она с ловкостью спортсменки перемахнула через ограждение балкона, начав спускаться под возгласы игравших на площадке детей.
- Смотрите! – показывали они, щурясь на ярком солнце и застыв на местах. –
Сорвешься!!!!!
Между четвертым и пятым этажами натянутая веревка дрогнула, сползая. Марина уперлась в шов и задрала голову. Декоративная обрешетка отогнувшись на 45 градусов, приняла почти горизонтальное положение, не выдерживая веса. Как же она не догадалась перенести центр тяжести на дополнительное крепление. А страховочный трос на той же хлюпкой обрешетке. Ее прошиб пот. Она посмотрела вниз. До балкона четвертого этажа еще сантиметров семьдесят и зацепиться, как назло, было не за что.
Горячий ветер пахнул в лицо, Марине стало жарко. Девушка сделала еще несколько осторожных движений вниз, решетка в тишине двора угрожающе заскрипела, двинулась и неумолимо накренилась, закрепленный крюк предательски начал сползать.
Еще одно осторожное движение, обрешетка лязгнула и крюк со скрежетом прополз на двадцать сантиметров вниз, на секунду лишив ее ноги опоры.
- Измерское отродье! Да что ж ты… - выругались над головой, и, наклонившись с шестого этажа, кто-то потянул обрешетку вверх.
Мгновенно потеряв опору, Марина почувствовала, что болтается в воздухе, задрала
голову и посмотрела. Вчерашний незнакомец тянул решетку к балкону, а затем, поймав
взгляд неудавшейся альпинистки, крикнул: - Закрепись, я тебя вытащу!
- А может подержишь, а я спущусь! – огрызнулась она, пытаясь прикинуть, это какой
силищей нужно обладать, чтобы с легкостью придерживать решетку и тянуть ее. Может
спрыгнуть на пятый этаж, подумала она, но затем все-таки благоразумие взяло вверх.
Шансов, что она сорвется, было больше, а второй раз за сутки испытывать судьбу
прыжками с шестого этажа ей как-то не хотелось.
Достигнув своего балкона, она зацепилась за край, ахнув. Половина лица мужчины была
опалена, виднелся свежий рубец от ожога.
-Это, кто ж так уделал… – испуганно пролепетала она, перебираясь с помощью его
сильных рук внутрь. Но как только она оказалась на твердом полу, мужчина тут же взял
ее за шиворот джинсовой куртки и словно котенка сильно встряхнул.
-Ай! – вскрикнула Марина, попытавшись вырваться, продолжая болтаться в воздухе.
- Почему я тебя спасаю? - прорычал он, оттолкнув ее в угол так, что девушка чуть не
шлепнулась на заднее место.
-А что, нужно было убивать что ли?
Марина встала на ноги и, отряхиваясь, начала развязывать веревки.
-Я тебя дважды спас! – рявкнул он.
- Ну, сейчас пороюсь в шкафу, найду медальку, – огрызнулась она, потирая ушибленное
место и прикидывая, каковы шансы выйти из квартиры живой. Раз спасает, вроде не
должен ничего сделать. Тогда почему запер? Хотелось быстрее свалить и попасть в
полицейское отделение. Этот незнакомец пугал ее.
- Дайте пройти, - произнесла Марина, пока тот пялился на хамку, относительно которой и
в самом деле получил приказ «Убить!».
Не сказав ни слова, Арвил толкнул балконную дверь, вырвав шпингалет с гвоздями, и
протащил возмущенную ошалелую Марину в квартиру, усадил на диван. К ее страху
присоединился ужас, что обладая такой силой, этот мужчина может убить голыми
руками.
- Это чужая собственность, между прочим.
19/269
Она достала телефон, но Арвил одним рывком забрал его, недружелюбно и
раздраженно глядя на нее. Ловко извернувшись, Марина вернула телефон. Он снова
наклонился и потянулся за ним, но девушка вскочила на диван и выхватила из-за спинки
спрятанный нож.
Их взгляды пересеклись. Секунду они оценивали друг друга. Она отлично владела
саблей, и, вероятно, хорошо управлялась с ножом. Еще секунда, и Марина не успела
глазом моргнуть, как оказалась на спине, придавленная тяжелым мужским коленом в
бедрах и сведенными руками над головой.
Арвил угрожающе навис над нею. Захлебываясь от адреналина, с бешено колотящимся в
груди сердцем, Марина почувствовала, что не может дышать, кровь прилила к лицу,
терпкий пряный мужской запах его кожи окутывал ее. Зрачки в глазах Арвила
расширились, и холодные серые глаза приобрели жизненный блеск.
-Что у тебя с глазами, - спросила она со страху, удивленная едва уловимыми изменениями
в глазах мужчины, превосходящего ее в силе и ловкости. Глубокий ожог на лице
вероятно причинял боль, но он вел себя так, словно его не существовало.
Арвил с секунду молчал, глядя словно гончая на добычу. Затем резко отпустил, забрав
нож и телефон. Он отошел на пару шагов, принялся ходить по залу туда-сюда под
удивленным взглядом девушки, затем, развернувшись, представился:
- Мое имя Арвил Генуи Одвин. Я, - он замешкался, смерив Марину странным взглядом. –
Ты не должна меня бояться. Я твой провожатый.
- Куда? На тот свет?
Марина села, язвительно продолжив:
- Извини, не впечатлил ни именем, ни званием. Вот если бы у тебя отросли крылья, то да,
пожалуй, я прониклась бы. Почему мне нельзя позвонить? И кто был тот, с крылышками?
Арвил замер, пристально обозревая девушку. Может быть принцесса Аравилата
невменяемая на всю голову. Безусловно, люди верят в то, во что они хотят верить. Эта
явно уже объяснила себе как-то научно то, что она видела вчера.
- Твоей дочери уже нет на Земле,- сообщил он.
Слова вызвали неожиданную реакцию. Девушка начала хватать ртом воздух, словно
задыхаясь, и, только согнувшись пополам, быстро и часто задышала, из ее глаз хлынули
слезы. Арвил возвел глаза к потолку. Не хватало ему еще истерик.
-Я не сказал, что она мертва, - быстро произнес он. Но и эти слова подействовали не так,
как он ожидал. Вскочив на ноги, она рванула в прихожую и схватила со стены саблю.
- Не приближайся ко мне, псих! Или я тебя убью. Я олимпийская чемпионка, - заорала
она, отступая на кухню.
20/269
- Ладно, - успокаивающе произнес Арвил. Он поднял руки, только сейчас осознав, как
ловко его обманули. Она хорошо владела собою. С этой мыслью пришло понимание, что
она успешно борется со своими страхами. – Я друг.
- Нет, - отрезала Марина, схватив во вторую руку нож с тумбы, которым разрезала скотч,
баррикадируя вход в квартиру.
- Твоя дочь жива, – Арвил шагнул к ней. Девушка отступила.
- Поклянись!
-Я не могу этого сделать. Я спас тебя вчера и сегодня. И не причиню зла.
Арвил неторопливо наступал на пятящуюся девушку. Он был на голову выше ее, было
видно, как она боится его.
- Тебе что-то нужно, - догадалась она, не веря ему ни на йоту.
-Я пришел помочь. Ты же хочешь вернуть дочь?
-Как ты узнал про нападение?
-Мне дано задание перехватить убийцу и защитить тебя. Я не знал, что у тебя есть дочь,
- не колеблясь солгал Арвил, приближаясь. Его голос звучал обманчиво спокойно, мягко.
Но в глазах чувствовалось столько железа, что Марина могла запросто принять его за
убийцу.
- Зачем?!
- В моем мире, ты важная персона, - расплывчато объяснил он, не решаясь дать новую
информацию.
-Нет, не это. Зачем им моя дочь?
-Я не знаю. Мое задание лишь сопроводить тебя, обеспечить проход, доставить по месту
назначения.
-Куда? – Марина ощутила, как уперлась спиной в кухонный подоконник.
- Овинга. Город Аравилат, - Арвил остановился, перестав двигаться, как только сабля
уперлась ему в кожаный камзол, и наблюдая за сменяющимися выражениями на лице
девушки.
- Я единственная связь с твоей дочерью.
-А страна?
- Аравилат.
21/269
-Такой страны нет.
-Есть. Поверь мне.
- Отойди, - потребовала Марина, не зная чему верить.
Арвил послушно сделал несколько шагов назад и оперся о дверной косяк.
- Расслабься.
- Меня вчера чуть не зарезал какой-то ненормальный «типа ангел» и выкинул с шестого
этажа, а затем этот псих украл мою дочь! А теперь в квартире шастает странно
разодетый запыленный мужик с опаленной мордой, несет какой-то бред и не дает
позвонить в полицию! Уйди по-хорошему.
- Если ты позвонишь в полицию, тебя запрут в психушку, ты больше не увидишь дочь.
Никто не поверит и не вспомнит, что она была у тебя, - Арвил протянул телефон. –
Проверь. Позвони тем людям, которым доверяешь, и которые не солгут тебе. Только
аккуратно.
- Может быть это снова какая-то магия! - Она сощурила глаза, пытаясь понять, врет он
или нет, почуять подвох.
- Клянусь честью дома Аравилата.
Марина недоверчиво взяла телефон и набрала номер матери, продолжая держать саблю
наготове. Послышались гудки.
- Алло?
- Мама, это я, Марина.
- Здравствуй, солнышко, как у тебя дела? – оживилась мать в обычной для себя
радостной манере.
-Мам, скажи, - от волнения у Марины запершило в горле. – У меня Юлька, Юля есть?
- Какая?
Пара секунд показались Марине вечностью.
- Подружка, что ли? Не знаю никакой Юльки. А что?
Марина нажала кнопку отключения, пораженно уставившись на мужчину. Он был прав.
Она опустила оружие и уселась на табуретку. Этот псих, разодетый, словно театральный
персонаж времен Шекспира был единственной ниточкой между той чертовщиной, что
сейчас творилась вокруг нее, и ее теперь официально не существующей дочерью. Как бы
безумно это ни звучало.
22/269
Она посмотрела на Арвила, ожидавшего ее решения, расстроенно потерла лоб и солгала:
- Ладно, я тебе верю.
***
-Как тебя зовут? - спросил Арвил, пока Марина ставила на плиту чайник и доставала из
холодильника снедь. В ее голове крутилась тысяча вопросов. Но больше всего терзали
мысли о Юльке. Где она? С кем? Наверняка она испугана и ей плохо. А что делает она:
спокойно пьет чай с незнакомым психом. Она с отчаяньем глубоко вздохнула, пытаясь
взять себя в руки, которые к тому же нервно подрагивали.
- Марина, - ответила она, бухнув тарелкой с нарезкой из колбасы и сыра о стол. – Но все
меня зовут Мар.
- Есть братья, сестры?
Марина нахмурилась, подозрительно глядя на Арвила. У нее была сестра.
- Нет, - солгала она, решив, что так будет надежнее, и наблюдая теперь, как он
нахмурился. – Я единственный ребенок в семье.
- Ты замужем?
- Нет.
-И тебе двадцать шесть?
-Могу паспорт показать, если не веришь.
Арвил хмурился, наблюдая, как она режет хлеб. Не могла принцесса быть моложе на
десять лет, да и выглядела она как девчонка. Но она Квитворд, и у нее есть ребенок. А,
следовательно, и муж. В отчете Слейли об этом не сказано ни слова. Если б ребенок был
полукровкой, ангел не похитил бы его. Значит, муж был не просто землянином. Сестер у
нее нет, если она не лжет. И, вероятно, где-то существует еще одна принцесса
Аравилата. Но пока стоило разобраться с этой. Почему она живет по адресу другой
принцессы. Возможно, их было сразу две, но их разделили. Путаница отчетов шпионов
отца? Но кто тогда ее хранитель, и где же он теперь? Орден Хранителей подчинялся
только отцу, он не мог не знать о назначении. А без хранителя эта девочка не выжила бы
на Земле. Как так вышло, что никто из шпионов отца не доложил о том, что есть еще
одна принцесса Аравилата?
- Кто твой муж?
Марина остановилась, сжав кухонный нож в руке, и негодующе посмотрела на него:
- Знаешь, я не буду отвечать на твои вопросы. В конце концов, какая разница?! Лучше
скажи, зачем кому-то понадобился мой ребенок? А? Что это за место такое, остров что
ли?
23/269
- Нет.
В кухне повисла наряженная тишина, чайник пыхтел на плите, и со двора доносились
детские крики. И каждый из них приходился тупой болью в сердце Марины.
- Послушай, все произошедшее похоже на бессмыслицу, потому будь добр, не грузи меня
лишний раз, - выговорила она, судорожно вздохнув. – Я даже не знаю, жива она или нет.
-Она жива,- ответил Арвил.- И уверяю тебя, с ней обращаются, как и положено с членами
королевской семьи.
- Королевской! Семьи? - повторила Марина, не веря ни слову.
- Да, - он встал. – Скажи, где у тебя можно умыться и обработать рану.
Марина показала пальцем в сторону ванной, видя как, Арвил взял нож со стола, и с
брезгливостью разглядывая рану на его лице. Наверное, ему лет сорок, подумала
Марина, может у него тоже есть дети.
-У тебя найдутся ножницы?
-Что ты хочешь делать?
-Мне нужно побриться и подстричься, здесь жарко.
Она недоверчиво кивнула, подумав: еще бы, на дворе не меньше тридцати градусов
тепла. Он прошел в ванную и закрыл дверь. Одежда у него тоже была не летняя. Из
плотной ткани бриджи, кожаный камзол, да еще и плащ с сапогами как-то совсем не
вписывались в жаркий сезон.
Закипел чайник, и она сняла его с плиты.
Марина не поверила не единому слову. Аравилат? Может он состоит в какой-то секте. Но
магия, как объяснить магию. От всего этого Марину пробирала нервная дрожь. Кто бы он
ни был, доверять ему не стоило. Она решила дождаться, пока он включит воду, чтобы
она могла позвонить, и взяла сотовый. Все что нужно – это чтобы он остался тут до
приезда полиции. Девушка еще некоторое время раздумывала над сказанным, а также
над тем, стоит ли ей проявить «гостеприимство» или нет. В конце концов, она решила
все-таки проявить.
Пройдя в зал и порывшись в шкафу, она отыскала джинсы шурина и футболку.
Поразмышляв еще пару минут, она робко постучала в дверь ванной. За дверью стояла
тишина, затем щелкнул замок, и недовольный Арвил высунул голову.
Молодое лицо было чисто выбритым, на квадратном волевом подбородке совершенно
здоровая кожа, каштановый волос коротко острижен. Прошло всего десять минут!
- Я, - забыв, что хотела сказать, произнесла Марина, разглядывая правильные черты
24/269
мужчины, оказавшегося на десять лет моложе, чем казался до этого.
– Гм, одежда, - быстро выговорила она, пока взгляд сползал вниз на широкую грудь, где
на золотой цепи висел медальон в виде плоской спирали в ромбе.
- Спасибо, - ответил он и взял стопку, закрыв дверь. Через минуту послышался звук воды.
Марина чувствуя, как нарастает жар в груди, прошла на кухню и уселась на табуретку,
пытаясь унять неизвестно откуда взявшееся волнение и примешавшееся к тревоге
чувство фатума. Посидев минут десять, она вспомнила, что собиралась позвонить.
Побежав в зал, она набрала заветные «02». В трубке послышались гудки.
-Дежурное отделение. Лейтенант Цвигридов слушает.
Девушка открыла рот, но ответить не успела, связь с щелчком оборвалась. Телефон
выключился. Просто сдох в руках. Марина испуганно обернулась. В дверях стоял
полураздетый Арвил, как-то странно вращая кистью руки.
-Это ты кончил телефон, - возмутилась она.
Он вздохнул и сердито произнес:
-Ладно, видимо по-хорошему никак.
Марина попятилась от разводящего руки в разные стороны незнакомца.
- Подожди! Остановись.
В следующую секунду Арвил начал произносить слова. На ее лице отразился ужас от
предчувствия, что он сейчас сделает с нею что-то страшное, непоправимое.
- Ты неправильно понял, - только и успела пролепетать Марина, чувствуя, как голова
вместе с комнатой начинают кружиться, все кружится, кроме красивого, жестокого лица
мужчины с серыми, как смерть, глазами. Чужака. Он говорил и говорил, пока девушка не
соскользнула в обморок, упав на ковер.
25/269
Глава 2
- Очнись, Мар, - не громко позвал кто-то.
Марина открыла глаза, не понимая, где находится, и кто тот парень, стоящий у шкафа в
джинсах и помятой серой майке. В комнате стоял полумрак. Вечерело.
- Где я?
Пару секунд она не могла сообразить, что происходит.
- Ну, ты даешь. Сильно, однако, ударилась, - парень дружески усмехнулся, и присев на
край дивана, взял ее за руку, помогая сесть. – Что, правда, ничего не помнишь?
Марина отрицательно покачала головой.
- Ну, как тебя зовут, помнишь?
Парень ласково улыбнулся и сжал ее ладонь второй рукой.
- Нет, - она попыталась вспомнить хоть что-то, но тщетно. – И тебя я тоже не помню.
- Серьезно? – на лице парня отразились озабоченность и тревога.
- Да, - честно ответила Марина, обнаружив на себе желтую летнюю ночнушку на
бретельках. Взяв пододеяльник, она натянула его на себя.
– Я ничего не помню.
- Наверное, амнезия, - произнес задумчиво парень, наблюдая, как она смущается. – Ты
поскользнулась в душе и ударилась головой. Похоже сильно.
- Мы живем вместе? – спросила Марина, разглядывая прокачанные мышцы, улыбающееся
лицо, странные глаза.
- Да, - он встал, подошел к шкафу и достал с книжной полки фотоальбом. – Я Дэн, на -
убедись.
Марина взяла в руки альбом, открыла. На фотографиях симпатичная брюнетка в обнимку
с парнем висела на обрыве горы в альпинистском снаряжении, в купальнике, загорелая и
счастливая, обнималась с ним же на фоне моря, гоняла на квадрациклах по пустыне и
так далее. Она любила путешествовать. Нашелся даже снимок у новогодней елки в
компании людей, которых она тоже не помнила. Она подняла полный растерянности
взгляд, покачав головой. Часы у телевизора показывали полдвенадцатого ночи.
- Не помню.
- Может, вызовем скорую помощь?- спросил Дэн, потянувшись к телефону.
26/269
- Нет, не нужно, - Мар испугалась, посильнее натягивая пододеяльник. – Мне нужно
поспать. К утру все пройдет.
- Ты меня не разыгрываешь? - спросил он, рассматривая ее бледное лицо и убеждаясь,
что все идет, как нужно. Заклинание, как и любая магия, действовало на жителей
немагических миров, как сильный токсикоз и отравление. Он испугался, что девушка не
выдержала заклятия, на откачку ушло почти шесть часов.
– Может воды?
- Нет, - Мар повернулась к стене и, укрывшись, сомкнула глаза.
Но сон к ней не шел. Дэн встал и вышел из комнаты, а Марина, напрягая память,
пыталась вспомнить хоть что-нибудь. Единственной наградой ей стали головная боль и
ноющий затылок. Она слышала, как парень ходит по квартире, что-то делает на кухне.
Наверное, хорошо она шарахнулась, раз все разом забыла. Слезы подступили душащим
хомутом к горлу, и Марине стало жаль себя. Не сдержавшись, она неслышно заплакала.
Дэн вернулся, снял одежду, и диван, скрипя, прогнулся под крупным мужским телом.
- Ты спишь? - приглушенно спросил он, прислушиваясь к затихшей девушке.
- Нет, - всхлипнула она, вытерев скатившуюся на переносицу слезу. – Я ничего не могу
вспомнить.
Она завозилась и повернулась.
- Вообще ничего, - пробубнила она сквозь слезы и, подвинувшись, прильнула к нему, ища
утешения и ласки.
Пару секунд Арвил молчал, затем нерешительно занес руку за спину девушки и погладил
ее. От нее исходил приятный чуть сладковатый с горчинкой аромат.
- Я не помню ни мамы, ни папы, ни кто я, - всхлипывала она в полголоса, ощущая щекой,
как его горячая кожа становится влажной от ее слез, а его сердце забилось чуть
быстрее. – Понимаешь?
- Да,- с некоторой задержкой произнес он, прижимая ее к себе. - Давай, я тебе
расскажу, кто ты.
- И кто?
Марина подняла заплаканное лицо, в темноте вглядываясь в лицо «своего» парня,
послушно легла к нему на грудь, устраиваясь поуютней.
- Ты, - он ласково провел рукой по ее волосам, вдыхая их аромат, – маленькая принцесса,
из далекой-далекой страны под названием Аравилат, со старой-старой, как этот мир,
земли Овинга.
Марина хихикнула и подняла голову.
27/269
- Какие смешные названия, - прошептала она, перестав плакать и соглашаясь слушать
сказку. Арвил усмехнулся и рукой вернул ее голову к себе на грудь, ему не хотелось,
чтобы она видела противоречивое выражение его лица. Ему нужно было доставить ее на
Овингу. И было бы лучше, чтобы она сделала это по собственному желанию. Ну, почти
собственному.
- Смешные, - согласился он, расслабляюще поглаживая девушку по спине, и продолжил:
- Когда-то твои папа и мама, происходящие из древнейшего рода этих земель, рода
Квитвордов, правили Аравилатом мудро и справедливо. Твоя мама была сильной
королевой и красивой, как ты. А твой отец был ловок и силен и не было равного ему в
тактике воина. И у них появилась ты.
- Я? – девушка заерзала, переложив руку на грудь Арвилу, провела пальцами по коже,
неосознанно рисуя ромб.
- Ты, - Арвил перехватил пальцы Марины и сжал, не давая шевельнуться. – Самая
прекрасная принцесса на свете. И они были счастливы в полной мере, но пришла беда.
Полчища моров терзали земли Овинги, не подчиняясь никому, ни королю подземелья, ни
наместникам четырех земель. И тогда твоя мать собрала под знамена войска. Война
была кровопролитной и длительной, народы устали от нее, дворянство мечтало о мире.
Сыскался сильный воин, который поставил твоим родителям условие. Он выиграет и
закончит войну, а взамен они отдадут власть и корону.
- Это же шантаж, - возмутилась Марина, потеревшись щекой об Арвила. Тот вздохнул,
незаметно нажимая рукой определенные точки на теле девушки и погружая ее в сон по
мере продолжения сказки.
- Да, это был сильный и жестокий воин. Королева Аравилата согласилась взамен на
обещание неприкосновенности к ее роду. И воин выиграл войну, но слово не сдержал. Он
начал преследовать и уничтожать род Квитвордов, пока в мире не остался лишь один
человек.
Марина, засыпая, сонно пробурчала: - Кто?
- Ты, - чуть слышно произнес Арвил, помня о дочери Мар и продолжая успокаивающе
ласкать ее по спине. – Потому ты ничего и не помнишь о себе.
- М-м-м, я помню - прошептала Марина, заснув.
Некоторое время Арвил продолжал гладить спящую девушку, слушая ровное дыхание,
испытывая странную смесь разочарования, злости и нежности.
Он планировал уже сегодня вернуться в Аравилат, но теперь его планы изменились. Он
прекрасно знал, что не каждый магический переход подойдет для двоих, и потому
только завтра у него появиться возможность поискать подходящий. Пока Марина
приходила в себя от заклятия, он успел раздобыть машину, затем найти хозяина и
внушить ему, что тот продал ее ему. Оформить купчую, и создать иллюзию разрешающих
28/269
водительских документов. Люди в немагических мирах легко подчинялись недолгим
внушениям, если бы такое можно было проделывать на Овинге, на землях Аравилата
царили бы мир и покой.
Его мысли снова вернулись к девушке. К сожалению, рожденная на Овинге, она плохо
поддавалась внушениям, а потому пришлось прибегнуть к заклинанию. И завтра ему все-
таки придется внушить, что все, что с нею происходит – яркий, красочный,
правдоподобный сон. Это позволит без угрозы для жизни провести девушку через
портал и решит массу проблем по ее доставке в Аравилат.
ХХХ
Марина проснулась от шума воды. Дэн мылся в ванной. А она не помнила ничего.
Откинув пододеяльник, пару секунд она обозревала комнату, вспоминая. В голове
странным образом всплывал только вчерашний разговор перед сном. Но что-то не
сходилось. В душе присутствовало стойкое чувство, что она не знает его. Она так ничего
и не помнила. Чувство усиливалось.
Встав, она прошлась по комнате, но ни зал, ни содержимое стенки не вызывало отклика.
Выйдя в коридор, девушка увидела висящие шашку и саблю, озадаченно остановилась
перед ними. Предметы казались смутно знакомыми, особенно сабля. Сняв оружие со
стены, она ощутила приятную и как будто знакомую тяжесть в ладони. Порассекав
воздух, она двинулась дальше, не выпуская ее из рук.
В соседней комнате стояли стеллаж с книгами и кресло. Чего-то не хватало. Постояв
пару минут, прислушиваясь к себе, она вышла и прошла на кухню. Кухня не вызвала в ней
вообще никаких эмоций. Вероятно, она не очень любит готовить, решила Марина. Она
вернулась в коридор, остановившись и прислушиваясь к себе. Однозначно, оружие
волновало ее, как и зеркало.
В голове родилась мысль, что никаких признаков постоянного присутствия Дэна в доме,
кроме альбома с несколькими фотографиями, она не увидела. Не было предметов
одежды, лишней обуви. Здесь не пахло им. Словно искра, пришла уверенность: он чужой!
Повинуясь порыву, она кинулась к ванной и, дернув дверь, которая оказалась не
закрытой, распахнула ее. Влажные клубы пара обдали Марину, расступаясь. Она
открыла занавеску, в пене перед ней стоял голый Дэн и что-то шептал. Красивый,
самобытный, рельефный, как Давид.
- Я тебя заколю, - произнесла она, пока ее разум цеплялся за последние блеклые остатки
вспышки озарения, взгляд скользил по прекрасной мужской фигуре, сбивая ее дыхание,
заставляя дышать глубже и чаще, забыть о том, что хотела сказать.
Пару секунд они напряженные стояли друг напротив друга. Оценивая и рассматривая,
пока душ смывал последние остатки пены с бронзовой мужской кожи.
- Я тебя тоже, - хрипло произнес мужчина, взглядом опустившись на то, что встало ниже
его живота и заставило девушку покраснеть.
Затем окончательно покрывшись красками стыда, Марина смущенно отвела взгляд и,
29/269
видя, как Дэн борется с улыбкой на лице, медленно, с как можно большим достоинством
произнесла:
- Пойду приготовлю завтрак!
Арвил вышел из ванной полностью одетый, с мокрым волосом и сразу же прошел на
кухню. Марина стояла у окна и грызла ногти, отчаянно пытаясь понять себя.
- Ну и что ты хотела этим сказать, - спросил он, раздраженно рассматривая
устыдившуюся девушку. Удивительно, как ей удалось даже на столь короткое время
пробиться сквозь его иллюзию и внушения.
- Слушай, я не знаю, что на меня нашло, - призналась она. – Я не помню ничего и никак не
могу вспомнить. И нас тоже. Мне показалось, что ты опасен.
Арвил смерил ее серьезным взглядом и, подойдя к ней, крепко обнял. Стирая из ее
памяти даже отблеск воспоминания об этом прозрении. Марина обняла его, доверчиво
прижавшись к еще влажному, пахнущему шампунем телу.
- Я хотела тебя попросить, - произнесла она нерешительно, заглядывая ему в глаза.
- Что? – осторожно спросил Арвил, уже не зная, чего ожидать. Теперь он не был уверен,
что его магия действует на нее полностью.
-Я хотела бы, чтобы ты, ну, - она замялась, – если это не поможет, то пойдем в больницу.
Арвил недовольно вздохнул, а ведь он внушил ей страх перед врачевателями и
целителями. И вот она с легкостью говорит об этом. Он покрепче обнял ее, намереваясь
слегка придушить, если она еще что-нибудь вспомнит. Тратить магию он больше не хотел.
Столько хлопот с этой принцессой.
- И?
- Понимаешь, я уверена, что мы уже делали это неоднократно и даже больше, - она снова
слегка покраснела, вспомнив его великолепное тело в ванной. - Но все же, вдруг
поможет.
- Говори уже! – терпение Арвила лопнуло – столько возни.
- Поцелуй меня.
Марина подняла глаза. Арвил смотрел на нее несколько удивленно-обескуражено.
Поцелуй никак не мог рассеять его магию. Это было нелепо.
- Забудь, - быстро произнесла она, отталкивая его, чувствуя себя попрошайкой. Арвил
удержал ее в объятиях, чуть улыбнувшись.
- И даже больше, - подразнил он, найдя смешным ее жалкие попытки вспомнить и
смущение его наготой. Девушка явно не относилась к представительницам прекрасного
пола, которые с легкостью заводили интрижки. Скорее всего, она встретила земного
30/269
мужчину, вышла замуж, родила ребенка и теперь вдова. Неискушенная и неиспорченная.
И благодаря ему ее раздирают противоречия от внушения и глубинной правды, которую
осознать она не в силах, но чувствует.
- Отпусти, - попросила Марина, пытаясь вырваться из стальных, нерушимых объятий.
Арвил не разжал руки.
- Извини, - он примирительно улыбнулся. – Я уже подумал.
Марина отступила, вытянула руку, останавливая Дэна, затем, постояв пару секунд, вышла
из комнаты. С ней происходило что-то неладное. С одной стороны, ее тянуло к Дэну, что
было вроде бы нормальным, с другой, отталкивало. Но до зала дойти она не смогла,
соскользнув в магическое беспамятство, навеянное Арвилом.
=====
Ей снилось, что она проснулась. Чувствуя будоражащую легкость, она откинула
пододеяльник и улыбнулась новому дню. Сегодня Дэн обещал отвести ее на озера. И
показать волшебный переход в сказочную страну ее предков. Марина захихикала. Во сне
можно все. Она встала, на секунду ощутив, как ее странно качает из стороны в сторону.
Снова рассмеялась и, слыша шум воды, прошла по коридору до ванной. На стене висели
шашка и сабля. Это вещи Дэна. Он ходит в кружок, занимается. Она открыла осторожно
дверь и заглянула.
- Ты проснулась? - спросил он из-за занавески сквозь шум воды.
- Ага, - произнесла, хихикнув Марина, стаскивая с себя ночнушку, и залезла в ванную,
обняв его со спины. – Пусти помыться. Умираю от жары.
- О, - простонал Арвил, оборачиваясь. – Похоже, с этим ничего не поделаешь.
- С чем с этим, - спросила игриво девушка, прижавшись к широкому телу упругой грудью,
скользя руками по мужскому торсу. Она подняла глаза на Дэна, тот стоял, замерев.
Глаза девушки неестественно странно блестели, щеки раскраснелись, зрачки были
слишком расширены. Похоже, иллюзия опьяняла ее! Она игриво улыбнулась, дразняще
прошлась пальцами по его позвоночнику, талии, чувственно задела мужское
достоинство. Арвил задохнулся от возбуждения и такого наглого распутства.
- М-м-м, кажется, кто-то застеснялся? – спросила она, улыбаясь и беззастенчиво
прижимаясь к нему.
Арвил подумал, что, кажется, заблуждался насчет верной, любящей, скромной женушки.
- М-м-м, какие завитушки, - пробурчала Марина закольцовывая его черные волосы на
груди, нарочито касаясь сосков.
Арвил поймал ее руки, остановив, чувствуя, как желание мощной волной сметает
разумные доводы на своем пути. Его серые глаза заблестели жизнью и страстью.
31/269
- Кажется, кто-то думает, что ему предлагают что-то большее? - она кокетливо
улыбнулась, прошагав пальцами, по которым стекала вода, от сократившихся мышц на
животе до груди, где под ладонью неистово билось сердце.
- Разве нет? - хрипло спросил Арвил, переставая дышать.
- Нет, - ответила она, лаская руками, возбуждающе скользя ладонями по груди Дэна,
жарко прижимаясь и соблазнительно покачивая бедрами. – Только душ.
У Арвила закружилась голова, он чуть прикрыл глаза. Шум воды стал казаться громче,
оглушая его. Он никогда не сталкивался с таким побочным эффектом от заклятия
иллюзий сновидения.
- Мар, остановись, - чуть слышно попросил он. - Ты меня искушаешь.
- Это же сон, - беззаботно сообщила она и многозначительно улыбнулась. – Хочешь, я
сделаю тебе приятное?
Он простонал, понимая, что руки против воли опустились на ее талию, прижав к себе.
Как горячее тело хочет ее ласк, хочет быть с ней. Испытывая непреодолимый соблазн,
Арвил закрыл глаза, не зная каких богов проклинать за ниспосланное испытание.
- Если мы сейчас этим займемся, то никуда не поедем.
- Почему?
- На одном разе мы не остановимся.
Марина остановилась, наблюдая за тем, как Арвил замер, и не шевелится. Он продолжал
обнимать ее, но не действовал. Она обольстительно улыбнулась ему и, дотянувшись до
кончика носа, чмокнула.
- Хорошо, уговорил. Я хочу посмотреть на переход.
Она легко отступила и выскочила из ванной, завернувшись в полотенце.
- Не смей остывать, радость моя, - пошутила она, направившись на кухню готовить
завтрак.
Арвил заставил себя открыть глаза и переключить выключатель душа на холодную воду.
Второй раз из забвенья она вынырнула уже в джипе. Ей снилось, что они едут за
городом среди березовых рощ и редких зарослей кустарника. Дэн уверенно вел машину,
сосредоточенно глядя на дорогу. Усердно гудел кондиционер, охлаждая салон, негромко
играла музыка по ретрорадиоканалу. Марина осмотрела себя, на ней были джинсы,
кроссовки и футболка с олимпийской символикой. На Дэне джинсы и серая футболка,
кроссовки, во рту он держал зубочистку. Они ехали на озера.
- Нам еще далеко? - спросила она, отмечая, что часы на капоте показывают семь вечера.
– Кажется, я уснула.
32/269
- Мы почти приехали, - сухо ответил он, не сводя глаз с дороги.
- О, - Марина игриво свела брови. – Какие мы не в настроении. Устал?
Он кивнул. Скоро они съехали с асфальта на проселочную дорогу, а через минут сорок
выехали к озеру, заросшему тростником и кувшинками. Горячий летний ветер гладил
водную поверхность, создавая мелкую зыбь. У песчаных берегов росли большие ивы,
бугристыми корнями уходящие в озеро. Было тихо. Не слышно пения птиц. Только ветер и
шелест травы с листьями.
- Тут? – спросила она, разминая ноги и радуясь возможности покинуть автомобиль.
Арвил обошел машину и открыл багажник. Марина посмотрела на него, затем на озеро,
не понимая, в чем причина его злости, но допытываться не стала, наблюдая, как он
резкими движениями выкидывает дрова, уголь для костра, занявшись обустройством.
Марина подошла и ласково коснулась его напряженного плеча.
- Принеси сухих веток, если тебе не трудно, - произнес он, не обернувшись.
Марина побрела вдоль берега озера, пока не вернулась назад с венком, сплетенным из
цветов, вместо веток и снова не исчезла в забытье.
Третий раз она очнулась ночью. Она спала у костра, закутанная в два одеяла. Открыв
глаза, Марина увидела роскошное звездное небо, казалось, стоит протянуть руку и
можно зачерпнуть звезды. Рядом сидел Дэн, смотрел на костер и крутил во рту
травинку. Лицо его было задумчивым, взгляд ушедшим в себя.
- Сколько время? - спросила она, видя, что он не замечает ее.
Он встрепенулся и посмотрел на нее.
- Ночь.
- Я не могу понять сплю я или нет.
Арвил усмехнулся и подбросил в огонь несколько веток. Еще бы столько спать.
- А ты как думаешь?
- Ну, кажется, сплю, но сны не бывают такими последовательными, - произнесла Мар
задумчиво, потягиваясь. На одеяле рядом с нею лежал сплетенный венок. Она взяла его
и, повертев в руках, улыбнулась, глаза ее все так же блестели неестественным глянцем.
-А знаешь, какой сегодня день?
- Седьмое?
- День Ивана Купала, - сообщила она, а затем добавила, вставая. – Ну, во всяком случае,
33/269
во сне.
- Что за день?
- Не может быть, чтобы ты не слышал, - она улыбнулась. – День, когда вода дружит с
огнем и травами, а девушки гадают.
- Гадают?
Марина подошла к костру и, выбрав в собранных ветках щепу, запалила от огня.
- Что ты делаешь? – голос Арвила был удивленным и несколько озабоченным.
- Хочу узнать любит ли меня суженый, - сообщила она, втыкая щепку в венок и
направляясь в сторону озера. Она скинула кроссовки, носки и вошла в воду по колено.
Пока Арвил стоял на берегу, наблюдая. Венок послушно поплыл по водной глади, и,
доплыв до середины озера, погас.
- Что это значит?
– Говорят, если сразу тонет, значит суженый разлюбил, и замуж мне не выйти, -
ответила Марина, наслаждаясь прохладой воды и звездной ночью. – Но, похоже, у нас
все окей!
Они вернулись к костру. И Марина села поближе на бревно, чтобы обсушить ноги и
согреться. Дэн накинул ей на плечи одеяло и сел рядом.
- Странно, я думала во сне люди не мерзнут, - заметила она, сама не уверенная в этом. –
Как ты говоришь, называлась та земля, откуда я родом?
- Овинга, - произнес Арвил, глядя на кончики языков костра и искры, летящие вверх.
- Знаешь, мне давно не снилось таких ярких снов, - Марина вздохнула. – И с тобою.
Арвил с сомнением посмотрел на нее.
- Со мной?
- Да, я не помнила об этих снах, а во сне помню. Необычно, да? – она хмыкнула.
- Когда это было? – спросил он быстро, с придыханием в ожидании ответа.
- Несколько лет назад.
- Ты об этом помнишь?
- Нет, я просто это поняла, - пожала плечами Марина. – Расскажи мне лучше о переходе.
Где он? Неужели стоило тащиться в такую даль ради озера?
34/269
- Давай проверим, - Арвил поднялся на ноги, – что с источником силы. Отойди к машине
для безопасности.
Она встала и неохотно отошла от костра, часы показывали двенадцать, и хотелось спать.
Рядом с ухом раздался с детства знакомый комариный писк.
То, что произошло дальше, не вписывалось ни в какие человеческие рамки реальности,
только сновидений. Арвил скинул верхнюю одежду и обувь, оставшись в джинсах,
развел в стороны руки и, что-то прошептав, стремительно свел ладони и хлопнул. Огонь
в костре колыхнулся и, подскочив на метр над пепелищем, завис огненным шаром,
завораживающе и пугая одновременно. Разведя руки и растопырив пальцы, Арвил
сделал крутящее движение и шар, подрагивая, набирая скорость, поплыл в воздухе по
дуге в сторону озера.
Марина не отрывала взгляда, испытывая страх и восхищение одновременно.
Он сделал движение пальцами, похожее на то, что показывают дети, изображая тень
утки на стене. И шар, расплывшись, полыхая, растекся по водной поверхности озера
кругом диаметром в три метра, опускаясь в воду. А в воздухе на его месте замерцали
желтые, похожие на электрические разряды, узоры.
- Сегодня пойдем, - удовлетворенно сообщил он, беря в руки одежду. – Через час.
Несмотря на то, что это был сон, Марина села, с опаской глядя на него, разводящего
огонь. Она и не знала, что ее парень маг. То, что он сейчас показал, было пугающим,
красивым и очень реалистичным. Ей стало страшно. Страшно идти через портал, страшно
покидать знакомый уютный мир и страшно за себя, даже во сне. Если в том мире такие
сильные маги, да их там в порошок сотрут и по воздуху развеют. Ситуация
представилась в полном масштабе угрожающим опасным кошмаром. Как и все во сне.
- Ты дрожишь? – заметил он и сел рядом. – Испугалась?
Марина не ответила, в ее мыслях набирало силу желание отказаться и срочно
проснуться. Он с беспокойством разглядывал ее. На лице девушки явно угадывалась
паника.
-Ты сейчас сорвешься, я не подумал, что ты так отреагируешь. Давай согрею.
Он обнял ее, прижав покрепче, покачивая.
- Не волнуйся, все хорошо. Там ты будешь под защитой, - успокаивал он. – Ты сильная.
Потихоньку дрожь исчезла, и Марина стала проваливаться в сон, уснув. Через некоторое
время что-то всколыхнуло ее.
- Мар.
Она подняла голову и посмотрела на Дэна. Его красивое лицо, зовущие губы, ямочка на
подбородке. Он смотрел на ее рот. Жаркая близость тел, горячие объятия кружили
35/269
голову. Зрачки парня стали огромными, под ладонью Марины ощущался бешеный ритм
его сердца, мощно вздымающаяся грудная клетка.
– Так не должно быть, - вырвалось у нее неизвестно откуда.
Пару секунд он колебался, принимая какое-то решение, затем произнес:
- Пора собираться.
Марину пронзила новая волна паники, напрягая тело, как будто это был вовсе и не сон.
- Не бойся. Все нормально, - пообещал он. – Поверь. Первый раз всегда не по себе.
Арвил раскрыл объятия, и она оказалась на ночном холоде. Стали собираться. Убрали
посуду, сложили палатку, вещи, достали оружие. Марина надела черные хлопковые
штаны с множеством карманов, мешковатый черный свитер, который протянул ей Дэн
вместе с креплением для меча и портупеей для сабли.
- Я никогда не носила оружие. И вообще не носила, - сообщила Марина, с удивлением
разглядывая крепление. Арвил переоделся в похожую одежду, подошел и взял в руки
портупею.
- Саблю повесишь сюда, - деловито произнес он, надевая ей на пояс ремень и закрепляя
оружие. – А меч вот так.
- Какой реалистичный сон, - произнесла она, поразившись в очередной раз.
- Расслабься, - ответил Арвил, от его нежной заботливости не осталось и следа. Он
сосредоточенно двигался вокруг костра, собираясь и ни на что не отвлекаясь.
- А зачем нам оружие?
- Неизвестно, где мы окажемся.
- Уж проще было взять пулемет и гранаты, - пробурчала она, но больше спрашивать не
стала.
- Это ненадолго, как доберемся до города, купим местные вещи. Чтобы не выделяться, –
сообщил он и, взяв бутылку из-под минералки с озерной водой, вылил на костер. Тот,
зашипев, погас. Оценивающе посмотрел на Марину, сидящую на коряге и испуганно
взирающую на озеро.
- Я тебе советую убрать волосы, - сказал он и затушил последние красные угольки
ботинком.
Пока Марина возилась с косой, он подошел к краю берега и, разминая пальцы и
запястья, затем вытянул их перед собою. За спиной у него висел рюкзак, на поясе сабля,
на правом мизинце появилось кольцо какого-то золотистого металла с камнем, похожим
36/269
на янтарь, тускло отблескивающий свет звезд и луны.
- Готова? - спросил он и приглашающее протянул руку. Борясь сама с собой, Марина
поплелась к нему, не сводя глаз с протянутой широкой мужской ладони, произнося как
заклинание: - Это просто сон! Просто сон!
Ее рука тряслась, когда она вложила пальцы в горячую ладонь, посмотрела в его
уверенное лицо.
- Пошли.
Он, крепко сжав пальцы, повел их вперед по воде. Прямо по воде! Сначала двигаться
было дико, но, сделав пару осторожных шагов, Марина убедилась, что они идут по очень
твердой поверхности.
- Мы не падаем, - вырвалось нервно у нее. – Дэн!? Я только про одного чувака знаю,
шастающего по воде.
Арвил покачал головой.
- Он плохо кончил!
- Я создал довольно широкий мост. Это магия.
- Магия воды?
- Пара заклинаний магии леса, – зачем-то рассказал он. - Большего пока у меня на стыке
с магией воды не получается.
Озираясь по сторонам, крепко вцепившись в руку, Марина вглядывалась в бездонное
звездное небо, отражающееся в озере, в оправе из черных ив, колышущегося на ветру
камыша. Марина испытывала почти первобытный страх перед неведомым. Инстинкты
кричали остановиться, повернуть назад. Они шли к центру озера. Арвил обернулся к ней.
- Жаль, что ты не видишь того, что вижу я, - произнес он, приблизившись вплотную,
хрупкие плечи девушки подрагивали, испуганные глаза широко открыты.
– Доверяй мне, - попросил он и взял вторую руку, не отрывая от лица девушки взгляда.
Он положил ее ладони к себе на грудь и крепко обнял, прижав так, что Марина
прочувствовала каждый изгиб его мускулистого тела. Ей стало трудно дышать.
- Что ты делаешь? – спросила она, понимая, что он сейчас ее поцелует. По тому, как его
правая рука легла ей на затылок, запрокидывая голову, и как он клонится к ней.
Ее бедное сознание, за последние дни получившее бешеный объем магии, зашкаливая от
страха, выплеснуло стресс в нервный призыв срочно расслабиться. Кровь переполнилась
эстрогеном. Никогда Марину еще так не вело от стремления ответить на поцелуй. Пылко
обвив ладонями шею парня, она потянулась вперед. Его губы коснулись ее,
прикосновением рождая желание продолжения. Ласки. Нежность сменилась страстным
натиском. Язык жадно проник в рот, даря усладу, завоевывая пространство.
37/269
Еще пару секунд всецело поглощенная ощущениями, Марина не понимала, что совершает
перемещение. Открыв глаза и оторвавшись от губ Дэна, она с удивлением обнаружила
вокруг них белое марево тумана и блеск разноцветных вспышек над головами. Марина
посмотрела на него, он смотрел вверх, продолжая сжимать ее в объятиях, так что
девушка ощущала его легкое возбуждение.
-Красиво.
-Так всегда?
-Да.
Огоньки над ними перестали взрываться, кружась, стремительно гасли, пока совсем не
исчезли в тумане. Арвил отпустил ее, дымка развеваясь, поредела, и вокруг посветлело.
Они совершили переход.
38/269
Часть 3
- Где мы?
Они стояли на ковре из выгоревшей травы, зеленого мха и мерцающей сети паутины. С
четырех сторон их окружали исполинские деревья, устремленные в небо гладкими,
серыми, похожими на колонны, стволами. Воздух был сухим и теплым. Марина смотрела
на ветви, которые на самом верху становились обыкновенными и шелестели драной, не
до конца опавшей листвой, сквозь которую пробивался тусклый свет.
Арвил отодвинулся от нее, настороженно озираясь по сторонам.
- Мы не одни, - сообщил он, обнажив меч. – Достань оружие.
Марина осмотрелась, вокруг не было ничего подозрительного. Только деревья, растущие
сплошной стеной, под ногами плотный мшистый дерн, над головой крона.
- Мне так не кажется,- произнесла она, тем не менее озираясь, с каждой секундой все
больше проникаясь мыслью, что сон слишком уж реалистичный. В воздухе плыли запахи
земли, цветочной пыльцы и горечи опавших листьев. В дальнем сером углу
проскользнуло что-то похожее на дымку.
- Смотри,- Марина вскинула руку, показывая в угол. Тень метнулась и сформировалась в
бестелесного призрака девушки.
- Привидение?!
В том месте, где только что находился призрак, заскрипели корни деревьев. Шурша
сухой листвой, со скрежетом вытягивающейся коры, они, подобно змеям, поползли в их
направлении.
– Похоже на духа леса. Мы в лестном храме, - враждебно произнес он, заведя рукой
девушку за спину. - Это стражник! Арла веста ри, комуравы кохра! Толей!
Арвил с силой воткнул меч в землю, от лезвия разошлась волна золотистого цвета, и мох
с паутинкой, очертив овал под ногами, замерцал желтыми оттенками.
- Не выходи из круга, - предостерег он, доставая из-за спины второй клинок.
Прошло несколько минут, корни замерли, потемнело над головами, и в храме
установилась гнетущая тишина. Послышался шум, и справа от них две колонны,
расступившись, открыли выход. С той стороны стоял мужчина.
У мужчины был воинственный, странный кошачий взгляд, глаза почти без белков, с
огромными желтыми зрачками, длинные русые с зеленоватым оттенком волосы, бородка
и усы. В руках он держал высокий деревянный извилистый посох, а по плечам одежд и
плаща из грубой кожи и коры вился плющ. Растение, извиваясь, жило собственной
жизнью.
39/269
- Какой-то он недружелюбный, - заметила Марина, рассматривая его.
- Еще бы, мы на их святой земле, - сказал Арвил, не оборачиваясь.
- Дэн, давай вернемся. Нехороший сон, - произнесла Марина, по-настоящему осознав
опасность, и достала из ножен оружие.
Мужчина резко гаркнул и заговорил. Арвил отвечал сдержанно, не заискивая. Они
перекинулись еще парой фраз, и он обернулся к Марине.
- Ты раньше здесь была?
- Я не помню, что мне по ночам снится, - возмутилась она.
- Доступ в храм изнутри возможен только тем, кто уже проходил здесь или был раньше,
то есть имеет разрешение. Или мы враги, – пояснил он.
- Чем дальше, тем страшнее, - произнесла Марина, не зная, что еще ответить. – Дэн, они
нас что, убьют?
Воин что-то сказал и протянул руку. Арвил поморщился, обдумывая услышанное, глядя на
траву. Корни, замершие в ожидании, противно заскрипели, ожив. Воин нетерпеливо
повторил свои слова с угрозой в голосе. Арвил кивнул, соглашаясь, и повернулся к
девушке.
- Я не думаю, что нам удастся выстоять против армии леса вдвоем. Нам придется пройти
обряд прослеживания. У тебя или у меня есть пропуск.
- Пропуск?
- Метка, которая скажет, что народ леса ему доверяет, раз пропустил в святая святых.
-То есть сюда, - произнесла Марина, пробурчав себе под нос: - Гранаты с пулеметом
лучше подошли бы.
Арвил смерил ее странным взглядом:
- Сначала я. Потом тоже самое сделаешь ты. Поняла?
- А потом? Дэээн?!
Воин рявкнул, Арвил, шагнув из золотистого круга, пересек храм по диагонали и подошел
к ползущим корням. Они обвили его ноги. Арвил растопырил пальцы опущенной правой
руки, и тонкий ус одной из ветвей полоснул по раскрытой ладони. На его лице не дрогнул
ни единый мускул.
Марина дернулась, не веря происходящему. Все казалось каким-то нереальным и в тоже
время кошмарно-натуральным.
Кровь с пальцев закапала в траву. Из нее поднялась стражник храма и, скользя по
40/269
корням, провела рукою.
Этот жест показался Марине знакомым. Жест, создающий иллюзии. Она напрягла
память, пытаясь вспомнить, где могла его видеть.
Призрак посмотрела на грозного воина и отрицательно покачала головой. Корни
заскрипели, безжалостно сжимаясь вокруг Арвила, опасно поползли вверх по телу,
плотно обвивая его, жестоко вдавливаясь в кожу, оставляя воздушные клапаны в
свободных местах одежды.
«Они его задушат,»- с ужасом подумала Марина. Их глаза встретились и, видя в них
протест против всего происходящего, Арвил предостерегающе закачал головой.
- Отпустите его, - закричала она, собираясь атаковать ползущие корневища.
- Не выходи из круга! – прорычал Арвил, корни достигли горла, обвивая его. – Порежь
руку и высунь.
- Это же сон, что будет, - возмутилась Марина, видя, как корни душат его. Воин смотрел
исподлобья, угрожающе обхватив посох двумя руками. Дух протянула к Марине руки,
приглашая присоединиться.
- Это не сон, - выдавил Арвил, краснея и белея одновременно.
- Что!? Ты серьезно? – переспросила Марина, чувствуя, как уже поверила ему. Она не
спала. Ну не бывает таких натуральных кошмаров.
- Ты не спишь, - прохрипел он почти задушенно. – Охнаааи, лок винбей.
Девушка растерянно огляделась. Все происходящее было реальным. Воин даже с места
не сдвинулся. Она уставилась на парня. Сердце сжалось от ярости и жалости, но
размышлять было некогда.
Полоснув по ладони саблей, она вскрикнула, от боли пальцы сжалась в кулак, на глазах
проступили слезы. С ненавистью посмотрев на лесного воителя, на Дэна, она вытянула
руку из золотистого круга, раскрыв ее.
Кровь медленно наполнила ладонь, протекла между пальцами и закапала вниз. Воин с
секунду смотрел на нее, кивнул. Дух подплыл и коснулся рукою травы, утонув в ней,
словно там не было земли, и провел рукою в воздухе.
Перед глазами ожила иллюзия. Русоволосая женщина сидела на траве храма. Рукав
белого платья ободран. На испачканном лице запечатлелось отчаянье, в глазах,
смотрящих на ребенка на руках, страх. «Это моя мать,»- подумала Марина, осознав
простую истину. Неподалеку от матери стоял мужчина. В руках он держал короткий меч
и длинный. Это отец. Он так же, как и она с тревогой на лице прислушивался. Кажется,
стены храма штурмовали. Стволы вздрагивали от мощных натисков или волновых ударов,
но стояли. Между мужчиной и женщиной открылся портал. Но был еще третий, в
доспехах, которого Марина не разглядела. Маленький белый играющий морок,
41/269
разросшийся до тумана. Белая дымка обволокла их, скрывая из виду. Иллюзия
рассеялась.
Марина сжала кулак, вернув руку в круг. Перед глазами остался стоять образ мужчины и
женщины. Ее родителей.
Воин произнес несколько слов, чуть качнул посохом, и корни отпустили полузадушенного
Дэна. Тот упал на траву, заходясь от кашля, сипло и жадно хватая воздух. Дух вился
вокруг него.
Воин войдя в храм и уважительно склонив голову, с почтением опустился на одно колено
перед потрясенной Мариной и забубнил.
- Что он говорит? – спросила она, слишком шокированная, чтобы попытаться понять.
- Он приносит извинения, - объяснил Арвил, еще кашляя, поднимаясь на ноги и теряя
равновесие. – Можешь выйти из круга, они не причинят вреда.
Он оперся на колени, положив кулаки на бедра, восстанавливая дыхание. Марина вышла
и, пройдя мимо преклоняющегося воина к Дэну, со всего маху врезала пощечину так, что
на щеке осталась ее кровь.
- Ну ты козел! Скотина! – выдохнула она, задыхаясь от гнева.
Она пнула его под дых, наконец сводя в голове все воспоминания с того момента, как она
«поскользнулась в ванной».
- Зачем?! - Марина набросилась, ухватив за ворот свитера, намериваясь врезать кулаком
по лицу. – Где? Мои! Родители? Зачем…
Арвил рывком перевернул девушку на спину, сбросив с себя и блокировав.
- Я маг, - процедил он, в глазах стояла злость.
Марина дернулась от него, застыв от новой истины.
- Ты не Дэн, - произнесла она, поняв, что просто не знает человека, нависшего над нею,
прошептав: - Ты враг!
- Я Арвил, - больше он ничего не успел сказать, воин схватил его за шкирку и оттащил от
ошарашенной девушки подальше, в другой угол храма, громко произнося:
- Дахрабо рай интерй ре нако ти семьяро до лу як нейти зарай арова хоти.
Марина поднялась, отряхиваясь от сухой листвы и паутины, бешено смотря в их сторону.
- Кто ты такой!? – заорала она. - Отвечай, или я не сдвинусь с места.
Арвил тоже поднялся, отряхиваясь.
42/269
- Ты принцесса Аравилата. Твои родители умерли. Я должен тебя сопроводить.
- Умерли… Куда?
- В Аравилат. Ты… - он снова закашлял, – должна предстать перед королем.
Он что-то ответил воину, тот, кивнув, отступил от него.
- Мы сейчас пойдем в деревню.
Он обернулся к Марине, продолжающей стоять, силясь собрать разбегающиеся мысли
воедино. В мире есть магия, на Земле остались родные, и этот псих приволок ее сюда
обманом. Она посмотрела на воина, на Арвила и демонстративно, с вызовом достала
свой меч.
- Ты шутишь, - не поверил Арвил, прищурив глаза.
- Нет, - ответила она, полная решимости выяснить все здесь и сейчас. – И я никуда с
тобой не пойду, маг!
Арвил, сжимая меч, смерил с головы до пяток принцессу Аравилата, и взгляд его серых
глаз приобрел недобрый оттенок.
- Ты не умеешь драться, - заметил он резонно.
Девушка ответила ему полным отваги и упрямства вызовом.
- Я испытаю судьбу. Лучше умереть стоя, чем идти с врагом на собственную казнь. Ведь я
правильно понимаю, это тот самый король? Тот, что вырезал весь мой род?
Этими словами он не смог не восхититься.
- Прояви благоразумие. Мой меч – первый на Овинге, - сообщил он как можно более
примирительней, получив от Марины в ответ еще один высокомерный хлесткий взгляд.
- Если ты считаешь благоразумным сдаться и оттянуть неизбежное, я предпочту
обратное.
Арвил повернулся к Двадабру и прояснил ситуацию. Воин смерил недовольным взглядом
принца, посмотрел в сторону принцессы, соглашаясь, кивнул.
- Пусть будет так, как ты хочешь, - произнес Арвил.
- Если победа моя, ты вернешь меня назад и восстановишь память. И поклянешься, что
никогда не будешь применять ко мне магию.
- А если нет? – Арвил усмехнулся, понимая, что одно дело владеть мечом, а другое знать,
43/269
что ты им владеешь. – Ты добровольно поедешь со мной в Аравилат. Согласна?
Марина осознавая безумство попытки обрести свободу в схватке, тем не менее, не
видела иного выхода. Как можно убежать от мага, с легкостью внушающего, что угодно.
- Иногда ничего не остается, кроме как драться, принцесса, - с восхищением произнес
Арвил, вставая в боевую позицию.
- Честный поединок, - предупредила она, принимая его позу.
Она с издевкой откланялась ему, и Арвил не преминул отметить выражение смятения на
ее лице, отчаянную наглость и борьбу за перелом сложившейся ситуации, за контроль
над случившимся. Перед ним стоял боец. Недаром ее предки были королями и
королевами. Он уважительно склонил голову перед нею.
Затем собрался, лицо приобрело сосредоточенность и внимательность. Взгляд
ожесточился. Он стал ходить из стороны в сторону, словно примеряясь, с какой стороны
начать. Затем одним стремительным движением бросился вперед, разрезая мечом в
воздухе восьмерку.
Марина отскочила, отражая удар по низу, полностью перегруппировавшись и с тайной
радостью осознав, что владеет оружием. Он солгал. Это воодушевило ее и разозлило.
Арвил стал рубить мечом, рисуя кончиком идеальную правильную бабочку, заставляя
девушку отражать его удары, отскакивая. В воздухе зазвенели клинки. Техника его была
классической. Он не отрывал ног, проволакивая одну за другой, чтобы в любой момент
совершить выпад или добить соперника с ноги.
Он снова остановился, обходя ее по дуге, оценивая. Марина попробовала его атаковать
обратной восьмеркой, но он, просчитав, развернул оружие, грозя смертельным ударом по
животу, ей пришлось отступить. Затем он совершил выпад вперед, доставая ее острием,
и Марина, выбрасывая руку по дуге, и прикрывая возможный удар, уклонилась в сторону,
опасно пропуская противника за спину. Его разворот, ее разворот. Марина получила
легкий удар в бок под грудью.
- Туше, - произнес он, довольный собой.
- Ты солгал, - бросила она, стирая пот с лица, кивнула.
Они встали в позицию. Арвил нападал, ей пришлось отбиваться снизу. Еще пара выпадов
с его стороны. Она пошла в атаку, и когда Арвил достаточно размахнулся, не успевая
опустить руку вниз по боковой дуге, Марина низко пригнулась, ловко уходя от ударов и
нанося свой в его плечо, резанув его по правой руке. Он отошел на безопасное
расстояние, закрывая порез ладонью. Марина с превосходством улыбнулась.
- М-м-м, кажется, кроме того, что ты лгун, ты еще и хвастун, - позлила она его, обходя по
кругу, подобно дикой кошке.
Арвил развернулся и пошел на нее, действуя беспощадно и жестко. Девушка
превосходила его мастерством и выносливостью, подобно тени уходя от его меча, ловко
выгибаясь над острием. А посему, резко вскинув руку, Арвил произнес заклинание.
44/269
Мгновенно с земли под ее кроссовками поднялся белый смерч, сбив с ног.
- Это нечестно! – возмущенно заорала она, глядя, как неведомые силы удерживают ее на
земле, не давая подняться и атаковать. Арвил подошел к поверженной и приставил к
шее меч.
- Ты не на Земле, принцесса. Это Овинга. Здесь магия существует наряду с законом. И
если не владеешь ею, не связывайся с магами. Ты сдаешься?
Марина с ненавистью посмотрела на Арвила, промолчав. Тот смерил ее суровым
взглядом. Мокрая, без сил, в два раза меньше, не маг, но все-таки проявляет
безрассудное упрямство. Кажется, он впервые встретил достойного противника. Он
отвел меч и отступил, движением повелев смерчу развеяться.
- А теперь мы пойдем в деревню,- произнес он, убирая меч и повернувшись спиной к
поверженной принцессе.
Марина встала, отряхнулась, убрала меч и, гордо вскинув голову, потопала за Арвилом и
Двадабром.
- Бесчестный ублюдок, - оскорбленно выругалась она, не в силах больше ничего сделать.
- Я все слышал, - донеслось до нее.
За стенами лес выглядел приятнее. Марина перелезла через высокую насыпь, подобно
высокому порогу преграждающему путь в храм, Арвил протянул ей руку.
- Не смей прикасаться ко мне, - холодно процедила она, надменно и грациозно
спустившись сама. Арвил сухо поклонился.
Солнечный, с высоченными лиственными деревьями, лес переполнялся пением птиц и
мягким журчание родников. Воин пошел впереди, а Марина с Арвилом следом, за ними
еще два воина. Некоторое время они шли в тишине.
В голове ее крутились события последних суток. Она просыпается и ничего не помнит.
Рядом стоит Арвил и говорит, что он Дэн. Затем ситуация в душе. Почему она хотела его
заколоть? Она попыталась вспомнить за что и не смогла. Потом навеянная иллюзия сна
до самой Овинги. Кто она? Она напрягла память, но ничего не вспомнила. Отсчет
событий начинался для нее два дня назад. А родители? Умерли. Те люди точно были ее
родителями.
Одно ей было ясно – за всем этим стоял Арвил. Она припоминала сказку. Она последняя
из рода Квитвордов. И он ведет ее к королю, который убил всех ее кровных
родственников. Она посмотрела на Арвила. Он шел рядом с суровым выражением, еще
красный от удушья, на шее виднелись кровоподтеки, на руке небольшая рана от ее меча.
Сволочь недобитая, выругалась она про себя. На голову ее выше и в два раза шире, от
такого не убежишь. И куда бежать? Она без языка, без денег, без всего. Отчаяние
закружило ей голову. Вот уж влипла, так влипла.
45/269
- Ты можешь вернуть мне память? - спросила она идущего рядом Арвила.
Тот поднял голову, посмотрел на нее леденящим взглядом, не ответил.
- Сколько раз ты применял ко мне магию? – попробовала она снова.
В ответ ей было молчание.
-Ну, и иди нафиг, - сердито пробурчала она, отвернувшись от него и больше не задавая
вопросов.
Те люди, которые им встречались, были одеты в грубые коричневые ткани разных
оттенков. Украшения были в основном из дерева и коры, похожей на тонко выделанную
кожу. Женщины носили платья, закрывающие плечи, а на голове обруч или что-то типа
шапочек из искусно вырезанной бересты, крепящейся деревянной спицей. На мужчинах
кожаные сапоги, темные рубахи и широкие пояса, на которых неизменно висело
холодное оружие.
Сама деревня была не меньше, чем в двести бревенчатых домов, поросших травой и
увитых плющом. Дойдя до площади в сто квадратных метров, застеленной доской с
щербинками и рисунками прямо поверху, они остановились. По одному краю стоял три на
три метра колодец, по другую – навес, утопающий в зелени, с лавочками и столами. За
ним сидели старики. Они дружно застольничали. За ними виднелся вход в таверну или
что-то в роде того.
Центральная сторона была домом с большим балконом и широкой лестницей, не похожим
на жилой. Весь его фасад украшали деревянные изразцы филигранной работы.
Арвил стоял и ждал, к ним подошел воин со старцем. Старец поклонился, приветствуя и
отдавая дань уважения. Воин обратился к Арвилу, тот выслушал. Отрицательно кивая,
возразил. На заднем фоне таверны появилась девушка с берестяной шкатулкой, но
ближе она не подошла. Мужчины заспорили.
- Что это? - произнесла Марина, подойдя к резному барельефу и зачарованно
прикоснувшись к нему ладонями. Он казался старинным, таким, что дерево от времени
осеребрилось и отвердело подобно камню. На барельефе изображенные драконы,
извергали пламя, люди-маги защищали дома, русалки сидели на колодцах, а на одном был
изображен материк, похожий по форме на ромб. В его основании был вырезан лес,
рядом шла цепочка гор, потом равнина и в самой шапке еще горы, но не такие высокие и
более извилистые. А вокруг вода.
- Овинга, - испытывая странное благоговение, прошептала девушка, пальцами скользя по
поверхности. На равнине был почти стерт большой круг в форме чаши. Рисунок уже не
угадывался, но пальцы еще ощущали не ровность.
Старец жестом прекратил спор и что-то произнес. Арвил, уже достаточно взбешенный,
кивнул и недовольно посмотрел в сторону Марины.
46/269
- Тебе помогут с языком, - холодно сообщил он, в этот момент казалось он их всех
ненавидел. – Они проведут обряд, чтобы ты стала понимать. Двадабр тебя проводит.
Они прошли в дом с резным фасадом. Высокие узкие окна, похожие на бойницы без
стекла, слабо пропускали свет. За широкими деревянными дверями оказалось несколько
пустых зал с открытыми очагами в центре, бежевыми сухоцветами, свисающими вдоль
стен, и тотемными столбами. Резьба была искусной, украшая все помещение от пола до
потолка.
Они зашли в самую дальнюю крошечную комнатушку, где в углу располагался тлеющий
очаг. Напротив него в кресло-качалке сидела маленькая, иссохшая от старости женщина.
Она смотрела на красные угли и побрасывала на них сухоцветы.
Ей в нос ударил одурманивающий резкий запах, но через пару секунд раздирание
сменилось приятной истомой в голове.
- Ну, тут и кумар, - не удержалась Марина, прикрывая лицо рукавом свитера.
Мужчина отступил и закрыл дверь. А Марина, едва дыша и справляясь с першением в
горле, принялась разглядывать старушку.
У той на ногтях росли листья. И вся одежда, казалось сотканной из растительного
волокна, шею плотно обхватывал деревянный искусный браслет. В седых волосах,
убранных в сложную прическу, густо вилось растение, похожее на зеленый вьюнок.
- Ох, и плотный здесь дым, бабушка, - произнесла Марина, чувству, как глаза слезятся от
разнотравья, а ноги подкашиваются. Она присела на лавочку, стоящую на входе у дверей.
Дым был таким насыщенным, что устоять было не возможно. Старушка посмотрела на
нее, глазами цвета леса и продолжила бросать цветы и травы. Что-то тихо начала
распевать. А в подоле лежал еще ворох цветов.
Марина лежала на мягкой кровати в той же одежде, только кто-то разул ее. От подушек
исходил тонкий аромат. Над ее головой висели гирлянды трав. В комнате на окне цвел
ярко-красный цветок, выполняя обязанности ночника. Она посмотрела на порезанную
руку, обнаружив, что порез затянулся, не осталось даже следов.
- Как себя чувствуешь?
Она повернула голову на шорох. Арвил сидел в углу комнаты в кресле с высоким стаканом
с перевязанной рукой. На небольшом столике стоял кувшин.
- Тебе не все равно, - огрызнулась она с ходу, приподнимаясь. Похоже, на пьяную голову
он забыл, что они враги.
- Учитывая, что мне все время приходится тебя спасать и откачивать, нет.
Его голос показался ей чуть более тягучим и глубоким, чем обычно.
47/269
- Ты о том, как лишил меня памяти?
- О том, что пришлось снова откачивать тебя.
- Я не помню такого, - ответила она, встав и шнуруя кроссовки. – Что ты, вообще, тут
делаешь?
- Куда ты собралась? - и голос не предвещал ничего хорошего.
- На кудыкину гору!
Марина повернулась к нему, смерив презрительным взглядом, намереваясь покинуть
помещение. После обильных благовоний хотелось чистого воздуха.
Она вышла из комнаты и, пройдя по коридору, по лестнице, спустилась на первый этаж.
Внизу за столом сидели два воина. Увидев ее, оба подскочили и, преклонив колени,
опустили головы. Марина, на секунду замерев, решила, что вряд ли они кинутся на нее,
поэтому внаглую прошла мимо.
- Мар, холодает, - произнес Арвил на русском, задержав ее у двери.
- Ты мне еще шаль предложи, - взорвалась она, развернувшись. В руках Арвил держал
теплое покрывало. Его серые глаза маслились опьяненной поволокой.
-Ты что, больной?
От такой издевательской заботы у нее в жилах вскипела кровь.
- Послушай, хватит! Хватит претворяться добреньким. Мы с тобою враги, кто бы ты ни
был. То, что произошло в моем доме, в ванной, у костра, при переходе – ничего не значит.
Все это дело твоих поганых рук! Не обаяния!
Арвил промолчал, любуясь прекрасными королевскими чертами в гневе.
- Так что прекрати заботиться о всякой фигне или делать вид.
Она шагнула к двери, но снова наткнулась на протянутую руку с шалью. Подняв полные
злости глаза, она посмотрела на мужчину, на смягчившееся от алкоголя не бритое лицо,
на мужской подбородок, выдающий сильный характер.
- Скажи, а кто был третий в той иллюзии в храме? – вдруг спросила она, решив сменить
тему спора, под осоловелом взглядом Арвила.
- Третий, - повторил он, напрягая память.- Хранитель.
- Хранитель?
- При ссылке детей в немагические миры назначается хранитель, - произнес он, язык его
48/269
уже заплетался. – Чтобы не умерли…
- От чего?
- Без магии.
Он отпил вина. Марина бросила взгляд на двух стражников, наблюдающих за ними с
интересом, но не понимающих ни слова.
-А кто мой хранитель? – спросила Марина, разглядывая его из под полуопущенных
ресниц.
- Не знаю. У твоей… двойника, не знаю… был лорд Ванка. И этот Дэйв не помню как там
дальше.
- Двойника, - Марина замерла, обдумывая информацию.
- Надень,- он протянул шаль.
- Что я сказала непонятного? Хватит!
Арвил вышел в тамбур за ней следом.
- Это не ложь, - произнес он медленно и негромко. - Я гарантирую твою
неприкосновенность в Аравилате. Тебе нечего бояться, - добавил он, едва удерживаясь
на ногах.
- Верни мне память! Отпусти. И я поверю, что мне нечего бояться.
Он не ответил.
- Ты обманом и силой приволок меня сюда, где одного за другим истребили моих
родителей. Ведешь к королю, который, не задумываясь, повторяю, не задумываясь,
снесет мне башку, но при этом переживаешь, что я простыну?
- Надень, - угрюмо протянул он шаль.
Марина зло отпихнула его и, протиснувшись в узкий проход между косяком и Арвилом,
вышла в дверь. Свежий воздух окутал ее, приятно ворвавшись в ноздри и наполнив
легкие.
Она огляделась. Маленький двор был застелен доской, за забором вдалеке виднелись
дымки, идущие из труб спящих домов. Над головой висело ночное небо, с которого летели
редкие снежинки.
- Мар, вернись в дом. Ты забыла о сегодняшнем поединке?
Это было сказано абсолютно трезвым, другим, голосом. Марина удивленно обернулась.
Секунду назад пьяный в дупель, Арвил стоял совершенно трезвый. Серые глаза
смотрели изучающе, внимательно, словно хотели понять, на что еще она способна.
49/269
- Я не давала слова, что не попытаюсь просить о помощи других, - заносчиво произнесла
Марина.
- Если ты собралась сбежать, учти, - произнес он с некоторой угрозой в голосе. – У тебя
ничего не выйдет. Дальше храма не уйдешь.
- Это почему?
- Древляне не будут мешать мне.
- Но и помогать. Ты им не очень симпатичен, если не заметил.
Он схватил ее за руку и прижал к себе.
- Запомни одно принцесса. Если ты попросишь о помощи, а они ее тебе окажут, народы
Леса перестанут существовать на картах Овинги только благодаря тебе. Даю слово
Лорда Смерти.
Марина побледнела, но выдержала могильный взгляд серых глаз. Прозвище ему шло.
Затем осторожно вытащила руку из сильных пальцев и, дрожа, молвила:
- Тогда я даю слово принцессы Аравилата, враг, где бы ты ни был…
На секунду она задохнулась от ярости и незнания чем бы его задеть, с отчаянной
досадой понимая, что угрожать ей нечем.
Наблюдая, как на лице Арвила появилась ехидная усмешка. Он догадался, о чем она
думает. Она набрала побольше воздуха.
- Обещаю тебе одно. Я никогда тебе этого не прощу. В моем лице ты приобретешь
вечного врага и борца. И я стану другом твоих врагов, лишь бы достать тебя.
Она видела, как переменился взгляд Арвила от последней фразы, каким серьезным
стало выражение лица. Он грубо схватил руками ее за лицо и тряхнул предупреждающе:
- Никому никогда не рассказывай об этом принцесса Аравилата. Поняла?
Он круто отпустил ее.
- Почему? - вырвалось у Марины, пока она, ловя равновесие, оперлась о стену.
- Ты подпишешь себе смертный приговор, - изрек Арвил и, не глядя больше в ее сторону,
вернулся в дом.
С секунду постояв, Марина обнаружила на плечах шаль. Сдернув ее и выругавшись, она
подошла к одному из охранников, стоящих у ворот.
- Вы меня понимаете? – спросила она его и, дождавшись кивка, сказала: - Отведите меня
к Двадабру.
ХХХ
50/269
Двадабр находился в доме с барельефами. В больших залах горели костры, вокруг
которых сидели старцы и что-то горячо обсуждали. При виде Марины они замолкли, и
даже самый дряхлый из них преклонил голову.
- Приветствую тебя, принцесса земель Аравилата. Меня зовут Двадабр, - произнес воин
встретивший их у храма.
Марина, растерявшись, кивнула, не зная, что сказать. Не зная, может ли она говорить
прямо.
- Чем мы можем тебе помочь, Знародная? – спросил воин, видя, как она стоит и молчит.
- Мне нужна помощь и совет.
- Пойдем в малую залу, - предложил Двадабр, показывая путь.
Оказавшись в одной из маленьких комнат, Двадабр указал ей на кресло возле горящего
огня, а сам сел в соседнее, уставившись кошачьими глазами.
- Могу ли я среди вас найти мага, который поможет мне вернуться назад? – спросила она
без обиняков. – И память.
Двадабр помолчал.
- Среди нашего народа есть маги, подобные лорду смерти, - произнес он задумчиво.- Но
зачем ты хочешь вернуться?
Марина удивленно приподняла бровь.
- Домой я хочу, - ответила она, не понимая, что собственно не понятно.
- Ты уже дома. Овинга твой дом и твоя чаша.
- Лорд Смерти отвезет меня в Аравилат, и меня там просто прибьют, хороша чаша! – от
переживания она встала, обхватив себя руками.
- Если он наложил заклятье беспамятства, то только он сможет снять его. Это очень
сложное заклятие, невозвратное. А без прошлого нет будущего, - задумчиво добавил
воин.
- Вот и хорошо, я проживу настоящим, - вздохнула тяжело Марина, не собираясь
переживать из-за беспамятства, когда головы можно было не сносить.
- Понимаю, ты боишься. Но чаша уже наполнена, твоя судьба ее осушить.
- Так вы поможете? Или нет? Мне очень хочется прожить долгую счастливую жизнь.
Марина уставилась на воина, который смотрел на костер. Затем он ударил посохом
дважды о пол, и через минуту в комнату вошел охранник с берестяной шкатулкой. Он
51/269
передал ее Двадабру и удалился. Воин встал.
- Прежде чем узнаешь ответ, прими от моего народа дар.
- Что это? – осторожно поинтересовалась Марина.
Он открыл шкатулку. На большом зеленом листе лежал тонкий золотой волос.
- Может не стоит, - усомнилась Марина, скептически сведя брови на переносице.
- Мы хранили это со дня твоего первого перехода, - сообщил он. - Сними верхнюю
одежду, - попросил воин и сделал уважительный поклон.
Он взял волос, поднес его к руке девушке и аккуратно перевязал вокруг бицепса. Волос
ожил, заблестел, расправил узел и превратился в тончайшую золотую татуировку на
коже.
- Красивая, - произнесла Марина, рассматривая ее.
Воин одобрительно взглянул и снова поклонился.
- Это позволит народу леса знать, что перед ними Знародная и проявлять вовремя
должное уважение.
- В смысле? Теперь каждый будет знать, кто перед ним? - охнула Марина, запрокинув
голову и безнадежно опустив ее. Это все равно, что клеймо носить на лбу. Дура, она
дура! Арвил был прав, они не хотят ей помогать. И не поддержат.
-Да будет твой путь светлым и чистым, Знародная, - пожелал Двадабр и низко
поклонился.
- Вот спасибо, - кисло произнесла она, опрокинувшись в кресло.
Воин раскланялся и протянул ей руку, предлагая встать и удалиться. Она неохотно
прошла до двери, но у входа обернулась и спросила:
- А почему Арвил Лорд Смерти?
- Он очень сильный маг огня и смерти. Он умеет как забирать жизнь, так и даровать ее.
Сильнее его в магии подземелий нет. Связываться с ним дороже себе, Знародная. Он
очень опасный человек. Мы его опасаемся.
-Ну, хоть чем-нибудь вы можете помочь?
Двадабр помолчал, а потом, понизив голос до шепота, быстро заговорил:
- Найди своего хранителя. Он единственный на всей Овинге имеет законное право
укрывать тебя, Знародная. Хранители приносят клятву на крови, и никто, даже сам
король, не может запретить им защищать опекаемого. Он может дать законное убежище,
52/269
- тихо закончил Двадабр, а затем добавил. – Этого совета не было.
Марина вздохнула, понимающе кивнув. Получалось, единственный способ вернуться
домой, это сбежать при первой же возможности, найти хранителя, а потом по
обстоятельствам. Что ж, уже план, все лучше, чем прогулка в объятия смерти. Обещание
добровольно умереть она не давала.
Выйдя из дома с барельефами, она вернулась назад в сопровождении воина. Охранники
стояли у дверей. Подойдя к ним, она попыталась выйти, но ей преградили путь.
- Приказ старейшин, Знародная, - пояснил тот, что провожал ее к Двадабру. Ее
сопроводили под охраной до гостевого домика.
- И вы меня не пропустите? – уточнила она, просчитывая в уме другие варианты.- Мне в
туалет нужно.
Сработало. Оба расступились, пропустив ее. Но во дворе стояло еще двое охранников и
на заднем дворе тоже. Похоже, Двадабр времени не терял, со злостью подумала
Марина, прогулявшись до пункта назначения, а затем вернувшись назад. Арвил сидел в
кресле, ничего не сказал, лишь смотрел на нее недовольным взглядом. Марина
проигнорировала его. Ладно, у нее еще будет возможность, решила она, повалившись на
кровать, в чем была.
Утро принесло бурное многоголосье, доносившееся из окна. Открыв глаза, Марина
обнаружила, что в комнате одна. Встав, разминая мышцы, она выглянула. За воротами
гостевого дома стояла толпа женщин с детьми разного возраста, с какими-то корзинами
и котомками.
В комнату вошла женщина с пустым ушатом и кувшином воды, на ходу низко поклонилась.
На плече у нее лежало белая холстина. Марина кивнула ей в ответ.
- Чего они хотят? – спросила она, выглянув в окно.
- Осенения тайным словом, Знародная, - почтительно произнесла служанка, переложив
холстину на руку и беря в руки кувшин.
- Я не знаю никаких тайных слов, - Марина подставила руки, умывшись, вытерлась,
шутливо добавив: - Разве только матерные.
- Матерные тоже сойдут, - усмехнулся Арвил, наблюдавший за ними все это время у
дверей.
- Позволь переплести тебя, Знародная, - предложила женщина, достав простой гребень.
Усадив ее за стул, она начала заплетать волосы в две косы, начинающиеся от боков
головы, изредка вплетая в волос мелкие белые цветы, которые доставала из кармана на
подоле.
53/269
- Я смотрю, тебя похмелье не берет, - сказала Марина, бросив в его сторону едкий
взгляд, вид у Арвила был бодрый.
- Тебе нужно их благословить, - произнес он. - Я пришел сказать, что мы оправляемся
через час, так что сильно не играй в святую.
- Кто бы говорил, - Марина отвернулась.
Арвил вышел, служанка продолжила заплетать ей волосы.
- Знародная, вы так смелы с Лордом Смерти, - зашептала она. - Вы выбрали в спутники
очень плохого человека. Берегитесь. Он может убить вас лишь одной мыслью.
Марина кивнула. Она и сама уже убедилась, но выбора у нее не было.
- Ходят слухи, он владеет магией ангелов.
- Ангелов?
Женщина заплела ее и, убрав гребень, отошла, замолкнув. Марина встала и, спустившись
вниз, вышла к толпе. При виде ее люди замолчали, склоняя головы, чем смутили ее.
Женщина средних лет в вышитом платке, приподняв голову, протянула младенца,
завернутого в одеяльце, шепча:
- Осени, Знародная, молю тебя.
Что-то в груди Марины при виде ребенка екнуло, и она несмело прикоснулась к
крошечному лобику, проведя пальцами по нежной коже.
- Пусть у тебя все будет хорошо, - пожелала она от чистого сердца. – Да будет твой путь
светлым и чистым.
Кажется, так говорил Двадабр. Следующий час она благословляла людей, желая им
счастья, здоровья, благополучия. К толпе подъехал Арвил на вороном жеребце. У него
за спиной висел здоровенный лук с колчаном стрел. Толпа при виде Лорда Смерти
расступилась, преклоняя колени. По ней прокатились почти физически ощущаемые страх
и ненависть.
Арвил не заметил этого, протянув Марине руку. Та осталась стоять, как вкопанная, не
сводя глаз с лошади. Затем перевела негодующий взгляд на Арвила:
- Я не езжу на лошадях! Я…
Он бесцеремонно схватил ее за шиворот, а потом за плечо, больно и грубо усадил перед
собой под ахнувший и притихший шепот толпы. Марина, едва сдержавшись, сохранила
изо всех сил лицо, но пара слезинок скатилось по ее щекам. Лошадь тронулась, цокая
копытами.
- Мы забыли мое оружие, - давясь обидой, произнесла она, вспомнив, что кроме него у
нее с собою ничего, в общем-то, и не было.
- Оно тебе не понадобится, - колюче отрезал Арвил, направив лошадь из деревни.
54/269
Через четыре часа они выехали из леса на сопки, покрытые желтыми луговыми цветами.
Марине казалось, что она слишком высоко находится от земли, каждое движение
животного отдавалось в седло, а за спиной прижимался Арвил, горячий, могучий,
властный и ненавистный. Где-то за головой ощущалось его дыхание, как он, ведя
поводьями, касается руками ее плеч. Через час Марина почувствовала, что с непривычки
у нее заболели ноги и заныл живот.
Когда он остановился разбить привал, у Марины не было сил даже слезть с животного.
- Не смей трогать меня, - обессилено прорычала она не в силах пошевелиться.
Арвил стащил гордячку с лошади и, не сказав ни слова, поставил на ноги. Она сделала
пару шагов и опустилась на землю. В животе неприятно заурчало от голода. Марина
гнетуще вздохнула, так она далеко не убежит.
Он развел костер и, достав в одном из баулов на лошади хлеба с мясом, разложил на
небольшой вышитой тряпице. Затем принес два закупоренных бурдюка. Подошел к
девушке и протянул руку.
- Я же сказала, не трогай, - заявила Марина, продолжая лежать на траве. – Тронешь и
пожалеешь.
Арвил ответил ей таким же холодным взглядом, руку убрал, продолжая стоять. Марина,
собрав всю волю в кулак, поднялась, гордо выпрямила плечи и поплелась за ним к
костру.
- Сколько нам еще до Аравилата? - спросила она, насытившись едой и откупоривая один
из бурдюков.
- Мы доедем до Бултама, а оттуда на дирижабле доберемся за несколько дней, - сообщил
он, растянувшись на траве, вытянув длинные ноги и не спешно крутя травинку в руках.
- Бултам?
- Это город. Торговый. Самый крупный у народов Огня.
-И много здесь народов? - спросила Марина, вспоминая, что на Земле их было
предостаточно.
- Пять, - Арвил откинулся на спину и с интересом посмотрел на девушку. Для нее все это
было экзотикой. – И еще два чужих – измеры и ангелы.
Но ее в данный момент интересовало не это. Ей становилось не по себе от одной мысли,
что «там» ее убьют. Ее передернуло. Она встала на ноги, обхватив себя руками.
- Далеко до Аравилата?
55/269
- Несколько дней пути по воздуху, - казалось, Арвил расслабился окончательно, но на
самом деле он внимательно наблюдал за девушкой.
- Может, у меня есть что-то, что я могу тебе предложить? - спросила она скорее от
отчаянья, чем из надежды. Арвил смерил ее заинтересованным взглядом, от удивления
приподняв одну бровь.
- Например?
- Должны же у тебя быть какие-то меркантильные интересы, - растерялась она, в
глубине души разрываясь отчаянной мольбой, чтобы они были.- Деньги, например. На
Земле я очень богатый человек. Я могу продать квартиру и откупиться.
Арвил захохотал, откинувшись на спину, закрыв лицо руками. И этого оказалось
достаточно, чтобы Марина мгновенно среагировав, выхватила его меч, и приставила к
горлу.
- Или жизнь за жизнь, - гордо произнесла Марина, стараясь контролировать свою
радость.
Арвил открыл глаза, продолжая самодовольно улыбаться. Серые глаза, обычно
безжизненные и холодные, блестели игривостью.
Ситуация явно забавляла его. Он развел руки в стороны, и слегка пошевелил пальцами,
от костра родился небольшой огненный шар.
- Думаю, договориться не удастся, - изрек он самодовольно, приподнимаясь. – Пока у
мага не связаны руки, он свободен, принцесса!
Марина попятилась от него, с опаской и ужасом смотря на горящий шар, остановилась и с
силой воткнула меч в землю.
- Арла веста ри, комуравы кохра! Толей!- произнесла она фразу, услышанную в храме.
Меч осенился желтым кругом, разошедшимся на метр вокруг. Арвил встал, хмыкнул,
кивая головой, улыбнулся.
- Ты быстро учишься.
Он обошел круг, затем отошел за костер, не отпуская огненного мяча.
- И способности к магии у тебя есть. Давай проверим. Сколько продержится твоя
защита?
Он несильно хлопнул, в воздухе из костра подпрыгнули маленькие диаметром два-три
сантиметра шарики, он метнул их в ее сторону. Но даже эти жидкие мерцающие капли
были страшными. Они достигли круга и врезались в невидимую преграду. Та расцвела
голубыми зимними узорами, заставив Марину вздрогнуть и выдохнуть с облегчением.
Шары отскакивали и возвращались к хозяину, отправляясь в огонь.
56/269
- Страшно, - поддразнил он, видя ее облегчение. Она все еще боролась, не зная, что
хозяину именного заговоренного меча проще простого разрушить подобное магическое
заклинание. Следующие шарики были крупнее. На шестой раз шары достигли размера
футбольного меча. Уверенность, что круг защищает, гасил страх. Когда шар достиг
преграды, она не удержалась и протянула руку.
- Не трогай! – в голос закричал Арвил, но было поздно, пальцы девушки достигли
невидимой преграды. Шар коснулся круга и взорвался.
Сноп голубых и белых искр, обжигая, отшвырнул Марину на землю. Побледневший Арвил
подбежал, резким движением отсылая шар в костер, схватил ее, осматривая.
- Ты цела?
Она села, хлопая глазами, оглушенная, не чувствуя боли от мелких ожогов. Лишь
отметила появление мелких дымящихся дырочек на черном свитере. Перед глазами все
мутнело и резало, поплыло, кружась.
Арвил стащил с нее свитер, быстро перевернул на спину, сдавил желудок. Ее стошнило в
траву. Согнувшись, она села на коленки, упершись в него спиной.
- Контактировать напрямую с энергиями нельзя. Это как удар током.
Он говорил что-то еще, не давая раскачиваться, обняв ее за пояс и плечо. Марина снова
рванулась вперед, ее снова вывернуло.
- Через пару минут полегчает, - пообещал Арвил, разворачивая и кладя под нее свой
рюкзак.
Через пару минут в голове прояснилось и стало легче. Марина подняла голову, похоже,
прошла не одна пара часов. С темного неба на них смотрели мириады больших, размером
с жемчужины, звезд. Они здесь были ближе.
Арвил сидел у костра, погруженный в себя, и о чем то думал. В зубах он держал
травинку. Марина заворочалась, пытаясь встать. На лице была какая-то липкая жижа.
- Это мазь от ожогов, - Арвил подошел, помогая сесть. Он зачерпнул в походном котелке
кружкой и протянул. Марина отхлебнула.
- Боже, что за дрянь, - сморщилась она от травяной тошнотворной жидкости, просящейся
обратно. Подавив рвотный спазм, Марина выплюнула, морщась.
- Пей. Это восстановит силы, - приказал он, глядя на нее осуждающе колючим взглядом.
Она недовольно и зло посмотрела на врага. Ну, нет у нее воли заставить себя пить эту
гадость. Арвил окинул ее полным презрения взглядом и напористо всучил кружку.
- Пей, - грубо велел он. – Или я заставлю тебя.
57/269
И так с ней будут обращаться до самой смерти, подумалось ей. Гнев переполнил Марину,
и она выплеснула жидкость.
- Пей свою отраву сам.
Зеленоватое варево стекло с лица Арвила, и оно стало жестким, свирепым. Пару секунд
они мерились по ярости взглядами. До этого было очевидно, что он не в настроении, то
теперь он пришел в настоящее бешенство. Марину поглотило страстное желание свалить
подальше и как можно быстрее дистанцироваться.
Арвил кинулся, опрокинув ее на землю. Она расслабилась, давая мышцам
перегруппироваться и свалить себя. Ногами Марина упиралась куда-то ниже пояса. В
следующую секунду, резко подняв ноги и руки, она толкнула его со всей силы вперед, так
что лорд Смерти отлетел на метр в сторону. Опешил. Он же не знал, что она вложила в
удар всю силу, какая была в предательски слабом теле. Вскочить у Марины уже не
хватило сил. Кувыркнувшись в сторону, она драпанула, куда глаза глядят. На луг,
подальше от взбешенного мужчины. Чувствуя, как раскаленные мышцы сводит острая
режущая судорога от бессилия и натуги, неистово колотится сердце и легким не хватает
кислорода.
Арвил настиг ее и, в броске повалив на траву, перевернул на спину. Марина еще
попыталась сопротивляться, но быстро затихла, давая скрутить себя, больно завести
руки за голову.
- Гад! – вырвалось у нее почти на выдохе в последнюю секунду борьбы.
Лицо Арвила, еще секунду назад гневное, вдруг расслабилось и он, уткнувшись в ее шею,
захохотал. Тело Марины, наконец, получило отдых от нежданной нагрузки.
- Второй раз ты отражаешь мои атаки, - сказал он, смеясь. Марина тоже улыбалась,
сменив тактику, и стараясь дотянуться до ножей на его поясе.
- Ты быстро восстанавливаешься,- сообщил он, чуть ослабляя хватку. Его взгляд
смягчился, став обволакивающе-чувственным, действуя на нее странно, гипнотизируя.
- А ты бегаешь, - ответила Марина, ощущая, как в теле против воли возникает сладостное
покалывание от горячего, распаленного волнения. Эх, дотянуться бы до ножа.
-Тебе никто не говорил, что ты самая упрямая из всех женщин?
Взгляд мужчины опустился на ее губы. Марина постаралась как можно более
обворожительнее улыбнуться ему, отрицательно поведя очаровательно задранным
носиком. Ей хотелось сказать, что она не помнит, а он настоящий урод и грубиян, но не
успела. Арвил захватил ее рот своим. Властвуя, непристойно возбуждая. Даря
наслаждение и требуя еще. Чувствуя вес его тела на своем, скользящие нежные объятия
сильных ласковых рук, Марина почти отдалась во власть поцелуя красивого, сильного
захватчика. Она испытала настоящее ликование, наконец выхватив нож. Победа!
58/269
Рядом с ними оказался мужчина, схвативший ее за запястье с занесенным ножом, не дал
нанести смертельный удар. Безнадежно подавив момент ее триумфа. Мужчина в черном
плаще и широкополой шляпе выкрутил ее кисть и отобрал нож. Марина застонала.
Над костром всплыл небольшой огненный шар и, поднявшись ввысь, взорвался снопом
искр, высвечивая ромбовидный знак в спирали.
- Ваше высочество, смотрю, развлекается? – спросил он, протянув Арвилу нож, пока тот
поднимался. От отчаянья и досады Марина сморщилась, закрыв глаза. Мужчина чинно
поклонился.
- Лорд Страквир, - произнес Арвил, рассматривая свой собственный нож. Хитра чертовка.
Он не мог вспомнить случая, когда противник заходил бы так далеко в попытках убить
его.
- Ваше высочество, - произнес мужчина, пожимая руку Арвилу, обнявшись, они похлопали
друг друга по плечу.
Марина открыла глаза и с ужасом уставилась на Арвила. Он принц! Сын того короля! От
безвыходности ситуации девушка застонала вслух, не в силах представить, куда уж
хуже. Теперь понятно откуда манеры и такая настойчивость.
- Не стоит дорогая. Это слишком привлекательно, - пошутил он, повернувшись к лорду
Страквиру. - Быстро вы. Не прошло и суток.
- Мы были недалеко, перехватили послание, - сообщил мужчина, с интересом глядя на
девушку. - Думаю, пересекать пустошь в компании будет намного веселее.
К ним подошел еще мужчина.
- Лорд Страквир, Ювал. Позвольте представить. Принцесса Виера Мар Квитворд,
принцесса Аравилатских земель и наследница Северных атоллов.
Мужчины низко поклонились, но коленей не преклоняли. Оба были в шляпах с широкими
полями, в темных камзолах, перчатках и высоких сапогах, при мечах. У одного, как у
пирата, в ухе была серьга. Мужчина средних лет с серьгою, с бородой, черноволосый,
рассматривал Марину с нескрываемым плутовским любопытством. Второй, ровесник
Арвила, худой, безбородый, смотрел с некоторой неприязнью, но сдержанно-
уважительно. Она села, но Арвил тут же придержал ее за плечо.
- Принцесса, - Арвил обратился к Марине, показывая на подошедшего вторым. –
Позвольте представить – Ювал Одвин, младший принц короля Аравилата. И Род
Страквир, первый вассал короля Аравилата.
- А ты значит, старший принц, сын того короля, - произнесла она на русском, враждебно
глядя ему в лицо. – Из сказки?
- Да, сказочный принц, - Арвил сдерживая ухмылку, кивнул и издевательский, почти
шутовски, поклонился и протянул ей руку. Чувствуя обиду, так что слезы подступили к
глазам, Марина поднялась и, сколько было сил, врезала ему. Звонкая пощечина
разнеслась по лугу.
59/269
- Думаю, ничего более ты не заслуживаешь!
Мужчины в изумлении уставились на них. Арвил вскинул голову, сдержавшись, лицо
стало по-королевски непроницаемым, но не отпустил ее. Кажется, этого он и добивался.
Она замахнулась снова.
- У тебя появилась плохая привычка лупить меня, - Арвил завел ей руку за спину. –
Осади!
-Измерское отродье, - вырвалось у Марины, непонятно откуда, но слова достигли цели.
Ему неприятно было их слышать.
- Ты моя пленница, - властно выговорил он.
Она ловко выкрутилась из захвата, врезав еще раз справа кулаком по щеке. Удар вышел
смазанный.
Мужчины вдвоем перехватили руки девушки, пленив.
– Будь ты проклят!
Арвил выпрямился, на скуле проступило красноватое пятно: - Уже давно, принцесса!
60/269
Часть 4
- Вяжи покрепче, - приказал Арвил под ненавидящим взглядом Марины. Лорд Страквир
потуже затянул веревочный узел на тонких запястьях девушки.
Ее лошадь привязали к лошади Рода Страквира. В ночь оседлали лошадей и двинулись в
путь. Довольно быстро они спустились в долину и далее, по косой дуге, в низину обрыва.
Ехали не спеша. Света от звезд вполне хватало, чтобы видеть путь и возможные
опасности, скрывающиеся за большими каменными валунами, отбрасывающими пугающие
тени. Мужчины внимательно смотрели по сторонам и почти не разговаривали.
Становилось холодно. Почва в долине была твердой, и лошади копытами выбивали
мерный глухой стук, вгоняя в дремоту.
Мысли Марины лихорадочно кружились вокруг последних событий. Теперь она
понимала, что все было одной большой ловушкой. Хотелось выть.
Она бросила взгляд на человека, с которым два часа назад боролась на траве и
позволяла целовать. А еще она приставала к нему в душе. Марина густо покраснела,
закрыла глаза, вдыхая сырой воздух как можно глубже. Сделать она все равно ничего не
могла. Против магии она бессильна. Но не это было самым скверным, а то, что она так
ничего и не вспомнила. Все происходящее ее мозг воспринимал, как обычную данность.
Даже то, что у нее есть магические способности. Сюрприз. И она по уши в
неприятностях. Какое-то время она развлекалась подобными мыслями, пока полностью
не погрузилась в тревожный сон под мерный стук копыт.
Арвил ехал немного впереди и смотрел прямо. Лошадь лорда Страквира сблизилась с
лошадьми принцев, и стало слышно, о чем они негромко переговариваются.
- Древляне вас встретили нормально?
-Они нас чуть не убили, - голос Арвила переполнялся повелительными и
пренебрежительными нотками. – Нам повезло, что у принцессы хватило ума
подчиниться. Переход пришелся на храм.
- Она не выглядит строптивой, - сообщил Ювал, рассуждая: – Скорее оскорбленной. Она
же спокойно позволила нам увести ее. И, пожалуй, хрупкой.
- У нее нет выбора, - безжалостно констатировал Арвил и, помолчав, добавил: - Она в
нечестном бою победила ученика чернокрылых.
-Да ну?!
Ювал явно был впечатлен.
- Он напал на нее, а она блестяще владеет саблей. И то, что вы видели у костра…
Думаю, она и драться умеет.
- Неужели в ее мире такое позволительно!? Женщина, дерущаяся лучше ангелов.
61/269
- В ее мире все позволительно, - ответил Арвил, и на некоторое время они замолчали.
Затем он обернулся и круто гаркнул: - Страквир.
Девушка встрепенулась, распахнула глаза, чуть не потеряв равновесие – не доводилось
ей ездить на лошадях – встретилась с недовольным взглядом Арвила.
- Возьмите ее к себе, - приказал он, приостанавливая лошадь. – Пока не свалилась.
Во взгляде Ювала к неприязни примешалось любопытство. Теперь он рассматривал ее,
как диковинную зверушку. Род Страквир приблизился и сделал легкий кивок:
- Прошу прощения, ваше высочество, - произнес он, с легкостью сгребая девушку под
руку и пересаживая к себе.
- Подождите, - скомандовал Арвил, поравнявшись с ними.
Он посмотрел на Марину раздраженно. Глаза девушки горели дерзким вызовом. Он
перевел взгляд на ее плечи.
- Лорд Страквир, обнажите правое плечо принцессы, - приказал он.
Мужчина послушно оттянул свитер Марины с горла на правую руку. Взгляд Арвила
посуровел. На руке сияла татуировка. Он гневно посмотрел ей в глаза.
- Знак, - удивленно произнес лорд Страквир, рассматривая на тонком золотом кольце
королевские ромбики в спирали, - королевского дома Аравилата. Как в старину…
- Откуда это? – рявкнул Арвил так, что Марина непроизвольно вжалась в лорда
Страквира.
- Отвечай! Подарок древлян?!
- Нет, сама нарисовала, - огрызнулась она, со злостью посмотрев в ответ.
- Никогда не видел ничего подобного, только на портретах, - произнес подъехавший
глянуть Ювал. - Ее можно убрать?
- Только если оторвать с рукой, - сурово сообщил Арвил и, яростно взглянув на Марину,
пришпорил лошадь, поскакав вперед.
- Н-да, - ответил Ювал, поклонился Марине, тоже пришпорив коня. Лорд Страквир
отпустил ткань свитера.
- Такие делали 100 лет назад, ваше высочество. Не думал увидеть в жизни.
Марина промолчала. Устроившись на груди лорда Страквира, убаюканная цокотом копыт,
согревшись и больше не опасаясь грохнуться, Марина задремала, твердо решив, что как
только они окажутся в городе, она тут же сбежит. А пока ее продолжало с силой тянуть
в сон.
62/269
---
Лошади заржали, топчась на месте, и в панике начали отступать назад. От земли
слышался низкий гул. Свободная лошадь встала на дыбы, испуганно перебирая в воздухе
передними ногами. С Марины слетели остатки сна.
Земля разверзлась и обваливалась, в один миг образовывая провал. Только что твердая
почва стала вязкой, словно песок, всадники едва удерживали лошадей, которые в
смятении били копытами, еще больше проваливаясь, пятились назад.
- Коня держи! – закричал Ювал, он неумолимо погружался в обвал, но показывал в их с
лордом Страквиром сторону. – Понесет!
Арвил развернулся и бросился наперерез к ним. Свободная лошадь, забыв о привязи,
брыкаясь, тянула их в сторону от обвала. Грохот от движения земли, падения каменных
валунов, звуков животных усиливался.
- Измеры! Моры! - заорал Сраквир, смотря в чернеющий обвал. Марина посмотрела в ту
же сторону.
Из обрыва выкарабкивались белые в пыльном мареве существа на костяных лапах,
похожие на помесь скелетов саблезубых тигров и волков. На них сидели белые
безволосые всадники. У них были тонкие, слишком прямые, тела, в руках пики, на острие
наконечников которых светились белые кристаллы. Плечи и грудь всадников укрывали
клубящиеся полоски пара, переходящие в плащи из дыма, ниспадающего и снова
поднимающиеся тонкими конусами высоких воротников за их головами. Рядом с ними
лезли с примитивными пиками низкорослые пепельнокожие седовласые существа с
безобразными лицами и заостренными ушами на манер эльфов.
Арвил перехватил лошадь, осаживая ее, но было поздно. Почва приобрела зыбкость, и
лошадь Марины с лордом Страквиром повело, та, не удержав равновесия, завалилась на
бок. Страквир, вытолкнув девушку вперед, теперь выбирался сам, придавленный
перепуганным, съезжающим в пропасть, воющим от страха животным. Арвил подлетел к
ним, галопируя вокруг, удерживая свободную лошадь.
- Руку, давай руку, - прокричал он ей, одновременно кидая веревку Страквиру. Девушка
даже не подумала протянуть, с ужасом наблюдая процессию. Как конь Ювала,
проваливаясь, пронзительно издавал предсмертные агонизирующие крики.
К ним подкралось несколько низкорослых существ, намереваясь атаковать. Полетели
копья.
- Берегись, - закричал Арвил. Существо метнуло копье, принц выстрелил из лука. Тот
отливал зеленым, а кончики стрел светились золотом. И не промахнулся.
- Защити принцессу! – отдал он приказ Ювалу, который выбравшись из обвала, подбежал
к Марине, наспех разрезал связывающую ей руки веревку. Он протянул ей меч. Одно из
63/269
копий полетело в нее, задев между шеей и плечом, мгновенно выводя ее из шока. И,
чиркнув по коже, полетело дальше. Яд впитался в верхние слои, разливаясь болью.
В следующую секунду нападавшие моры завизжали, попадав и корчась. В голове
раздался приказ: - Принцессу не трогать!!!
Издали приближалась девушка-призрак. В длинном платье, босая, она плыла в воздухе.
Ее белый волос развевался на ветру долины, на лице застыла ухмылка, в голубых глазах
сверкали синие всполохи энергии. Только тонкие брови чернели на полупрозрачном лице.
Трудно было сказать, живая она или нет.
- Кедра! – предупреждающе закричал Ювал, его атаковали со всех сторон.
Арвил рванул лошадь. Девушка приближалась. Страквир выбрался из-под
погружающегося в бездну коня, удерживаемого от падения другой лошадью.
Спрыгнув с лошади, освобождая нож, Арвил на ходу перерезал веревку, соединяющую
животных, подбежал к Марине, бросил взгляд на кровавую рану. Он стремительно
схватил ее за шиворот, игнорируя вскрик, и в броске усадил на свою лошадь.
- Не слушай ее, - приказал он, не сводя глаз с девушки-призрака.
Страквир оседлал свободного коня, спеша на помощь Ювалу, который уже перестроился,
и над ним расправил плечи его боевой астральный двойник.
- Отдайте пленницу, - шелестели слова в голове, как навязчивая мысль.
- Гони, - приказал Марине Арвил, хлопая лошадь по бедру, не сводя взгляда с ползущих
из-под земли мор. – В обход. Быстро!
- Мы друзья, - вкрадчиво шептала в голове девушка. – Я друг. Ты пожалеешь об этом,
принц Одвин.
- Уходи! Город там, несколько часов пути, – крикнул Арвил, ударяя животное еще раз. На
секунду их глаза встретились: живые, карие, как сама земля, и серые, холодные, как
смерть. «Я найду тебя!» читалось во взгляде принца.
Марина пришпорила животное, уходя в сторону от обрыва.
Обернувшись влево, (вправо ее шея не двигалась), она увидела как вокруг Арвила и его
двух спутников возникла голубая магическая сфера, за пределами которой возвышаются
три астральных воина. Там кипел бой. Марина осознала, что у нее проявилось
магическое зрение. Магия этого мира пропитывала все, оживляя, леча, возрождая то,
что было ее по праву.
Лошадь несла Марину несколько часов. К рассвету она достигла стен города. Судя по
стенам и башенкам, в городе преобладал восточный колорит. Когда она приблизилась к
воротам, солнце уже встало, обещая жаркий день. У открытых ворот стражники несли
караул.
Плечо опухло и нестерпимо ныло. Хотелось слезть с лошади и отдохнуть, пить, но
64/269
стражи преградили путь.
- Зачем едете в город? – спросил один из них, с подозрением разглядывая смертельно
бледную девушку со спекшимися губами, в иноземной одежде.
- По делам, - вяло ответила Марина, изнывая от желания упасть с лошади и не двигаться.
- Что везете? – стражник указал на два мешка на боках животного.
- Личные вещи.
Марина понятия не имея, что в них вез Арвил.
- Спешьтесь.
Не в силах более выносить жар, через не могу, игнорируя ломящую боль, она стащила с
себя свитер. Стражники уставились на девушку, рану, татуировку и пали ниц. Та только
удивленно глазами захлопала. Давно бы так, подумала она, решив, что если слезет, то
обратно не заберется.
- Прости нас, Знародная. Мы считали, что принцесса Аравилата мертва, - лепетали они,
опасаясь гнева.
- Ну, вы недалеки от истины, - понуро сообщила она, скосив взгляд на плечо. На руке в
утренних лучах солнца золотилась татуировка. Обруч разросся, став шире на пару
миллиметров.
- Дайте воды, - попросила она, едва держась в седле, решив, что королевской особе
можно потребовать такую малость.
Один из стражей принес медную чарку, полную воды. Выпив и почувствовав, что,
пожалуй, еще на пару часов ее хватит, прежде чем свалиться, она проехала в город.
***
Город, покрытый каменным булыжником, встретил ее полупустыми улицами, вдоль
которых ютилось множество торговых лавочек. Было видно, что Бултам, словно один
большой базар, перекресток всех путей. Выстроенный как бастион, он был готов к осаде
– имел две крепостные стены. Каменные дома украшали маленькие витражные окна,
деревянные двери с резьбой. У дверей стояли глиняные сосуды с небольшими зелеными
растениями.
Поверхностный осмотр вещей Арвила показал, что путешествовать без денег он не
любил. В одном из баулов она нашла золотые монеты с искусной сканью и профилем,
вероятно, короля Аравилата. Направляя лошадь наугад, Марина выбрала таверну
победнее, обессилено спешилась и постучала в двери.
Дверь открыл мальчик восьми лет, одетый в холщевую рубашку и короткие штаны, в
шлепках.
65/269
- У вас свободные комнаты есть? - спросила она устало, игнорируя глаза мальчика,
округлившиеся при виде татуировки. Он закивал, скрывшись за дверью.
Через две минуты из дверей показался среднего роста мужчина азиатского типа в белой
рубашке с красной вышивкой от правого плеча по диагонали и темных штанах
шароварного типа, на манер украинских гопаков с широким поясом, но из-за брюшка пояс
терялся где-то внизу.
- Чем могу служить, госпожа, - спросил он, кланяясь в пол после того, как заметил
татуировку.
- Мне нужна комната, возможность помыться, поесть. Уход за лошадью.
Мужчина кивнул мальчику, тот резво выскочил и снял баулы, передав их владелице, взял
за уздечку лошадь, уводя. Марина с мешками прошла за мужчиной.
За дверью располагался внутренний двор с множеством столиков. Пол устлан каменной
плиткой с вкраплением цветной крошки. Вдоль стен и арок росли черные деревья,
листьев на них уже не было.
Они прошли через двор в арку, оказались в другом зале, побогаче, чем первый, с
помостом для выступлений, нырнули в узкую дверь, за которой сразу начиналась
лестница на второй этаж. И там, на открытой террасе, завешенной цветастыми тканями,
было несколько гостевых дверей. Мужчина открыл самую дальнюю, провожая ее и
кланяясь.
- Знародная, вам прислать кого-нибудь в помощь?- учтиво поинтересовался он, глядя на
протянутую монету. Очевидно, плата в один золотой оказалась выше его ожиданий. Но
Марине было уже все равно. Она умаяно кивнула, входя внутрь.
Обстановка помещения состояла из кровати, ширмы со шкафом и небольшого круглого
стола, покрытого цветной плиткой, как и полукруглая скамья с подушками, в углу
располагалась маленькая печка. В ванной стояла металлическая лохань, тумба с двумя
кувшинами и тазом. Окно выходило на площадь, за которой открывался великолепный вид
на ту часть города, где вставало солнце.
Марина бросила вещи на пол. В изнеможении, забыв закрыть дверь, она упала на мягкое
покрывало, облегченно закрыла глаза и мгновенно провалилась сон. На секунду в ее,
еще не до конца забывшееся, сознание ворвался образ трехлетней очаровательной
белокурой девочки с шариком в руках.
***
Резиденция королевского дома Аравилата располагалась в Бултаме, потому что именно
здесь была самая крупная на Овинге Арена. И именно здесь проводилась самая крупная
ярмарка магии. И если столицей Овинги был Аравилат, то, без сомнений, торговой
столицей являлся Бултам. А посему, и резиденция короля, выстроенная с размахом и
учетом местного колорита, находилась в самом его центре.
66/269
После того, как принцы с лордом Страквиром оттеснили измеров с Кедрой и мор, загнав
обратно в их же нору, они вынуждены были залечивать раны. Добравшись до Бултама к
вечеру следующего дня, Арвил тут же распорядился, несмотря на предстоящую ярмарку,
осматривать все обозы и суда на предмет документов. Через час после их приезда весь
Бултам обсуждал случившееся ночью в пустыне, и все знали, что принцы ищут молодую
женщину, за которую назначена весьма щедрая награда в десять тысяч золотых.
Ювал, развалившись в кресле, терпеливо ждал, пока местный врачеватель обрабатывал
ему бок. Он смотрел на брата, изучающего за столом последние донесения и новости с
границ. По данным разведчиков, измеры стянули довольно большое количество морских
судов на севере в ледяных водах, что не могло не вызывать подозрение в сговоре
последних с королем Подземелий. Моры подозрительно образцово вели себя последние
пару дней. Не было даже случаев грабежей.
- Где твой лекарь? - не выдержал Ювал, в очередной раз скрипнув зубами от неприятной
процедуры и рук местного целителя.
- Он прибудет через неделю, - ответил Арвил, не отрывая глаз от бумаги, провел над нею
ладонью и прошептал разрешительное заклинание. Текст донесения изменился,
открывая истинное послание.
Врач закончил обработку раны, низко поклонился и вышел из кабинета.
- Ты знал, что в предгорьях Тиффуитов замечены большие караваны измеров с рудой?
- Нет, а что?
- Возможно, они продвинулись в технологиях огнестрельного оружия.
- Ну и что? – не понял Ювал, прекрасно понимая, что для мага не проблема остановить
летящую пулю и развернуть ее в сторону стрелявшего. Арвил бросил недовольный
взгляд на брата.
- Возможно, они готовят нападение не только на Аравилат.
- Ты думаешь, они хотят получить еще и земли народов Огня.
- Не знаю, - Арвил положил донесение на стол. – В любом случае, предупредить
наместников стоит. Через неделю, как только затянется рана, займись. Я уже отправил
Страквира к Слейли. Укрепи границу и начинай призыв магов огня, пусть будут готовы
оказать нам поддержку в случае чего.
- А ты?
Арвил повернулся к окну, разглядывая цветущий сад резиденции.
- А я займусь принцессой, - сообщил он, там за садом и высокими стенами где-то
пряталась Марина. – Кстати, как вы здесь оказались? Вряд ли приехали ярмарку
67/269
посмотреть.
- Закупал порох, и до отца дошли слухи, что кто-то продал Инемии Акашу. Отец послал
ее выкупить.
- Успешно? – спросил Арвил, понимая, что перед войной иметь в заложницах младшую
дочь Короля Подземелий – хороший козырь.
- Пока нет. Ее привезут через несколько дней. О цене выкупа договорились. На нашу
удачу, они не знают, кто она такая.
Арвил кивнул. Ювал посмотрел на брата. Ему здесь было не место. Он должен был
помогать отцу.
- Мы можем поменяться, - предложил он, видя, что Арвил продолжает смотреть в сад. –
Я займусь поисками принцессы и Акашей. А ты укреплением границы и закупками. Все
равно лучше тебя никто не видит картины, кроме отца.
- Нет, - Арвил повернулся к брату. – Ты ее не удержишь.
- С девчонкой как-нибудь справлюсь.
- Она победила не только ангела, - Арвил повернулся и, пройдя к закрытому шкафу,
достал из него бутылку с крепким огнивом, налив по рюмке себе и брату.
- Она победила меня, - признался он, пока Ювал осмысливал услышанное. – Меня!
Первый меч на Овинге.
Ювал, никогда прежде не слышавший ничего подобного от старшего брата, не поверил
ему, несколько секунд не сводя с него взгляда. Арвил выпил, чуть поморщился. Напиток
был очень крепким.
- Она настолько хороша?!
Тот кивнул, убирая бутылку в шкаф.
- К тому же к ней возвращаются магические способности. И уж как-то слишком быстро, -
Арвил снова сел за стол, намереваясь продолжить работать. – Нужно выяснить, кто ее
хранитель. Отправь кого-нибудь на Карнахай. Пусть доставит его сюда.
В зал вошел слуга и монотонным тоном сообщил:
- Намо-рин Рафара по вашему приказу доставлен и ожидает в приемной.
- Пригласите его сюда, - распорядился Арвил.
В комнату вошел мужчина и низко поклонился. Неопрятная длинная челка свисала ему на
лицо и мешала смотреть.
68/269
- У меня для тебя есть работа, - сообщил Арвил без церемоний. – Я ищу молодую
женщину, на вид двадцать шесть лет, худая, длинноволосая шатенка, очень красивая. У
нее сильно ранено плечо. В город она прибыла утром через южные ворота. Из примет, у
нее на правой руке золотая татуировка, и она очень хорошо владеет холодным оружием.
Найди мне ее, приведи живой, и я удвою награду.
Мужчина снова поклонился и вышел.
- Мне кажется или это известнейший вор в Бултаме?
Ювал удивленно посмотрел на брата.
- Ты прав. Он лучший в этом деле. Думаю, к утру мы будем знать, где прячется наша
милая принцесса.
В комнату снова вошел слуга.
- Ваше высочество, советник Изра находится в отъезде, но как только вернется, он
прибудет во дворец.
Арвил кивнул, и Ювал понял, что брат рассказал ему далеко не все. Советник Изра был
единственным выжившим существом, родившимся от союза ангела и измера. Полуангел,
полуизмер, он был вхож во все миры. И мог связать зачастую несвязываемое. Он был
стар, но пользовался большим авторитетом у королей Аравилата вот уже несколько
поколений.
- Почему бы ее просто не убить? - спросил Ювал, наблюдая за братом. Насколько он
помнил, Арвил получил приказ отца убить. – Зачем нам живая принцесса?
- Затем, что у нее есть дочь. И мы не знаем, выиграем ли мы от ее смерти или нет. Если
ты ответишь мне, зачем ребенок дома Аравилата ангелам и при чем тут Кедра, возможно,
тогда мы будем знать.
- Кедра всегда мечтала получить трон Аравилата.
- А может быть это не она, а Эрик, - не согласился Арвил, понимая, насколько все может
оказаться серьезней, чем они предполагают.
- Думаешь, за измерами и морами стоит наш младший братец? – Ювал сощурил глаза,
прикидывая расклад.
- Не знаю, но беременные ангелы – это серьезный повод задуматься о новых врагах.
Ювал встал.
- У меня назначено несколько встреч с местными торговцами. Кстати, леди Сафири
просила узнать, когда будет иметь счастье лицезреть тебя. Она, кажется, расстроена
тем фактом, что ты отложил свадьбу до мирных времен.
Арвил улыбнулся, вспоминая прелестное личико невесты.
69/269
- Передай, что я скоро буду.
- Ах, да! – лицо Ювало приобрело хитроватое выражение. – Хотел еще узнать, что это мы
видели у костра на границе древлян? Мне показалось, или вы там совершали
прелюбодеяние?
Арвил вздохнул, повел бровью.
-Не бери в голову. Доказать свое превосходство перед противником можно разными
способами.
-У-у-у, - ответил оскалившийся Ювал и, с ехидством глядя на брата, вышел из кабинета.
Арвил откинулся на спинку стула. «Превосходство над противником». Где она сейчас?
Где-то здесь. И скоро он найдет ее. Конечно, есть вероятность, что она не пережила
ранения, но он в это не хотел верить. Она боец. Она должна выжить. При этой мысли он
вспомнил поединок в храме и заулыбался. Ни одна женщина не бросала ему вызов, ни
одна не побеждала, ни одна не была так ослепительно красива и бесстрашна. Опасная и
беззащитная. Какое редкое сочетание.
Он найдет ее. И когда это случится, он не даст ей больше выскользнуть из цепких
пальцев, из своих смертоносных объятий.
***
Немолодая мулатка в белом сидела на табуретке в углу комнаты. Плечи, грудь и пояс с
висящими украшениями перетянуты позолоченной, испещренной мелким рисунком, кожей.
На коленях у нее рукоделие. Блестящие нити золотистых, серебристых, красных цветов,
а на пальцах по два кольца, соединенных меж собою дугой проволоки. Тонкая ткань с
искусным рисунком в виде перекатывающегося огня, притягивала взгляд. Она поправила
ткань, вдела несколько нитей в дуги, отбросив хвосты на пол, так что получалось по три
нити с каждой руки и начала ими водить, как трещоткой туда-сюда, вверх-вниз. При этом
между нитями от рук женщины проскакивала искра, сплавляющая тонкий узор.
Марине с трудом удалось разлепить спекшиеся губы и никак не удавалось вспомнить,
как она здесь оказалась.
- Где я?
- Ты приехала вчера, рано утром, - женщина отложила рукоделие, ее голос был спокоен и
глубок, лицо красивым: большие агатовые глаза, маленький носик и пухлые губы.
- Да, Бултам.
Она вспомнила. Марина подняла голову, шея поворачивалась вправо, хотя и с некоторым
трудом.
70/269
- Кто вы? – спросила она.
- Мара.
- А мои вещи, оружие?
- Здесь. В сохранности.
- Вы служанка?
Женщина изумленно приподняла черные брови.
- Я целительница.
Женщина опустила глаза и добавила:
- Для меня честь служить Знародной. Как мне тебя называть?
-Мар, - ответила Марина, обратив внимание, что лежит в кровати, в одной белой тунике,
рана перехвачена повязкой, как и на месте татуировки. Волосы переплетены в косу.
- Что у меня с плечом? Кажется, рана загноилась, - спросила она, вспоминая уродов с
копьями. Лицо Арвила в момент, когда он садил ее на лошадь, его строгий, озабоченный
взгляд.
- Когда Богун прислал за мною, от твоей раны смердело за арат, - сообщила женщина,
складывая рукоделие в овальную корзину у ног. – Тебе сразу нужно было сказать, что ты
ранена копьем смерти.
Девушка с трудом перевернулась на спину, тяжело вздохнув. Ей бы еще кто сказал, чем
она была ранена. Мара помогла подоткнуть подушки.
- Тебя ищут принцы Аравилата. Рыщут по всему городу. Обещали щедрую награду.
Она испуганно дернулась, но Мара успокаивающим движением погладила ее по плечу.
- Не беспокойся, ты правильно выбрала двор, - женщина усмехнулась. – Из всех дворов
Бултама ты выбрала самый верный.
- Как это?
Судьба дала ей еще один шанс на спасение, и упускать его Марина не собиралась. Если
Арвил найдет ее, он не пожалеет. Одно заклятие Забвения чего стоило или иллюзия сна.
Он мог всю жизнь управлять ею, как марионеткой, то стирая память, то воскрешая ее.
Это страшный, опасный, коварный враг, от которого следовало бежать, не жалея сил.
Может быть, стоило затеряться на этой планете до лучших времен, а потом найти мага и
совершить переход. Жить без прошлого легко, но вдруг в нем остались те, кто дорог.
71/269
Марина содрогнулась.
- В этом доме род Свирауна ненавидят так сильно, что готовы помогать его врагам, как
родным. Кроме того, я так понимаю, вы нарвались на мор, - рассказывала Мара.
Поймав удивленный взгляд Марины, она пояснила:
- Твои враги залечивают раны. Я точно знаю. Их лекари покупают зелья в одной лавке со
мной.
- Как сильно они ранены?
- Младший принц сильно, он излечится не раньше, чем через семь солнц.
- А Лорд Смерти? – при этих словах лицо Марины приобрело суровость, похоже, она
училась ненавидеть. Мара понимающе кивнула.
- У него, к сожалению, легкая рана. Думаю, он уже здоров. Хочешь есть? Я принесу.
Марина взглядом показала на забинтованную татуировку.
- А здесь что?
- От лишних глаз, - пояснила целительница и вышла.
Последние двое суток казались ей неделей. Она оглядела комнату, припомнив
обстановку. Здесь появились цветы. Лепестки почему-то предпочитали расти чуть ли не
от основания по стеблю до конца, насаживаясь словно бусины, создавая причудливую
композицию. Желтые, похожие на розы, плотно вросшие в стебель. Их крупные пестики,
словно сережки, свисали из глиняной вазы. На окне сменили занавеску на толстую,
темную с цветными вкраплениями в тон столу. На пол бросили несколько сотканных
циновок. Вернулась Мара, поставила на стол поднос.
Она подала ей металлическую чарку с рисунком по краю. Марина выпила все, чувствуя
перенасыщение. Вкусное, мясное варево.
- Еще вот это, - женщина протянула ей маленький металлический стаканчик, похожий на
крупный наперсток. Но перед тем как отдать в руки, провела ладонью, жидкость
вспыхнула пламенем. – Лекарство, - пояснила она.
Марина отпила, ожидая вкуса горькой дряни, которой пытался напоить ее Арвил. Но
напиток на вкус оказался сладким и пекущим. Ее глаза стали слипаться.
- Тебе нужно спать, - улыбнулась женщина, наблюдая за ее борьбой с сонливостью.
- Меня ищут, - на последнем вздохе, зевая, пробормотала Марина, беспокоясь. Ей нужно
было двигаться дальше, покинуть город, раствориться на Овинге. Ей нужно было
спастись.
- Ищут. Но здесь ты в безопасности. Спи, найденная принцесса Аравилата, - негромко
произнесла Мара, укрывая девушку и занавешивая окно. Впереди было еще столько дел.
72/269
Часть 5
- Что значит, Вы не можете найти?!
Арвил рвал и метал. Десять дней и никаких результатов. Она как мираж растворилась в
стенах Бултама. Он даже не был уверен, в городе ли она еще. Прошло слишком много
времени.
Начальник дворцовой охраны, сглотнув ком в горле, не завидовал капитану королевской
армии Аравилата сэру Мрайнефу. Тот был готов выдрать последние волосы на
лысеющей макушке, лишь бы не попадаться под горячую руку Лорда Смерти.
- Ее нигде нет. Никто не видел, - повторил он дрогнувшим голосом. – Но я могу
гарантировать, что она не покидала стен города.
- Гарантируйте, - прошипел Арвил, восстанавливая спокойствие. – Если это не так, вы
будете в переднем ряду в первой же битве с измерами, сэр Мрайнеф.
- Город напоминает бочку, переполненную рыбой, которую только наполняют, найти в
такой толпе сложно, - голос Мрайнефа окончательно задрожал, мужчина покрылся
испариной.
- Мне плевать на ярмарку. Мне нужно, чтобы вы нашли всего одного человека. Обыщите
каждый дом, каждый подвал, каждый притон, в который обычно не суетесь, но найдите
ее. Вам ясно?! Я не думаю, что трудно найти человека с такой яркой приметой.
-Но, но мне не хватает лл-юдей!!!
- Возьмите часть дворцовой охраны, - приказал Арвил, наблюдая, как краснеет капитан.
- А-а, что делать с теми, кто хочет покинуть Бултам, у ворот скопилось несколько сотен
торговцев, - спросил он.
- Выпускайте только после тщательного досмотра. Без магических проверок не
выпускать. Любых подозрительных девушек ко мне.
Мужчины поклонились и покинули покои принца. Арвил посмотрел на вошедшего слугу.
- Советник Изра, - объявил тот.
В кабинет вошел двухметровый гигант с седыми бакенбардами чуть ли не до рта. Глаза
советника Изры были слишком раскосы, нос крючковат, а рот широк. Годы его не особо
старили. Видимо сказывалась кровь ангелов. Он поклонился принцу, придерживая кулон,
оформленный в виде когтя дракона, и, отбросив белый плащ от рясы, прошел к столу.
- Приветствую советник, как прошло ваше путешествие?
Советник сел и склонил голову. Руки с нечеловеческими когтями, поросшие седым
волосом, он положил на подлокотники кресла.
73/269
- Благополучно. Огонь моей жизни еще ровно горит. Слышал, вы разыскиваете по всему
городу некую особу с татуировкой на руке.
Арвил кивнул. Слуга внес поднос и поставил на стол между мужчинами кувшин, кубки и
чашу со сладостями.
- Поговаривают, что это пропавшая принцесса Аравилата. Истинная наследница. Так?
Арвил взял кубок, отпил вино и, кивнув, поставил на место.
- Что ж, весьма любопытно, - советник задумался.
- Мне хотелось бы узнать ваше мнение. Что вы думаете об этом?
- Мне ничего не известно, кроме тех сплетен, которые я озвучил. Но это многое
объясняет. Можно подробности?
Следующие пятнадцать минут Арвил рассказывал советнику то, что знал сам. И чем
больше он говорил, тем больше мрачнел советник. Затем, обдумав услышанное, спросил:
- Вы можете гарантировать, что король выполнит свои обязательства перед народами?
Ведь ритуал не применялся более двух тысяч лет, и никто не видел его демонстрации.
- Да, - ответил Арвил, не задумываясь. – Король Аравилата залог и зеница Единства
народов. Он же гарант.
- Как давно был собор пяти народов? Вы знаете? – казалось, Изра прозрачно намекнул
на что-то, но Арвил не понял его.
- Пятьсот лет назад, - ответил он, пытаясь припомнить, что было на последнем соборе, из
уроков истории.
- История гласит, что в древние времена зеницей Единства становился достойный
владыка всех четырех типов магии, и он являлся проводником пятой, в качестве которой
выступала сила его желания и намерения служить своему народу.
- К чему эти уроки истории? - спросил Арвил, прекрасно зная, как образовались
династические роды Овинги, а из них королевский.
- К тому, что в любом случае наследница-полукровка лучше, чем ничего. Я думаю, что
вашим врагам необходима кровь, чтобы иметь возможность нейтрализовать ритуал, -
произнес Изра, со скрытым удовольствием наблюдая, как на лице невозмутимого,
уверенного в своей власти и престолонаследии старшего принца Аравилата появилось
выражение полнейшей озадаченности и недоумения.
- Этого быть не может, - произнес он, не представляя, как такое возможно.
- Может. Двух тысяч лет достаточно, чтобы покопаться в архивах, поискать артефакты и
найти способ обойти то единственное препятствие которое стоит перед тем, чего вы
74/269
страстно желаете, - советник Изра взял кубок и отпил из него. – Война неизбежна.
Измеры хотят свободы, как и моры, с их-то злопамятностью. Ангелы – вымирающий вид,
но если у них появилась надежда, они не будут сдерживать измеров, а просто уйдут в
другие миры. На ту же Землю. И тогда на Овинге произойдет смена власти. Один вид
вытеснится другим.
Арвил взял кубок, погрузившись во внутренние расчеты. Он не сомневался в том, что
отец защитит и выполнит свой долг короля. Но мало кто знал, что король Аравилата был
смертельно болен. И уже много лет шел к смерти. Если он умрет невовремя, Овинга
останется беззащитной. Для того, чтобы Арвил стал полноценным правителем, ему не
хватало всего трех-пяти ничтожных лет овладения другими видами магии, и мешала
начинающаяся война.
- Ведь кроме Вас, - словно угадав его мысли, произнес Изра, внимательно разглядывая
принца, – никто из наследников не владеет способностями ко всем четырем видам. И,
кажется, вы тоже не все их освоили. Разве нет? Дом Аравилата уязвим, как никогда!
- Измерам нечем воевать против нас, - поднял голову принц. – Технологии запрещены. А
моры уже пробовали и, видимо, не извлекли уроки. Даже если ангелы нас не поддержат,
мы все равно выиграем эту войну.
- Я думаю, - советник поставил кубок на поднос, – моры будут пушечным мясом, ребенок –
защитой от ритуала, если он, конечно, не бездарен. А технологии всего лишь вопрос
времени. Овинга – удивительное место, за нее стоит бороться. Мой совет: избавьтесь от
наследницы рода Квитвордов, потому что, если ребенок окажется неспособным к магии,
за ней начнется настоящая охота. И еще, Куара, которую вы видели, дочь главного
хранителя ангелов. Насколько мне известно, его отпустили из плена в обмен на что-то.
Думаю, на эту девочку, а, значит, она уже у измеров и время теперь работает против вас.
- Если они уже не добрались, - добавил Арвил, начав подозревать самый худший вариант
событий. Может быть, именно по этой причине его люди, перевернув весь Бултам с ног
на голову, так ничего и не нашли.
- Хуже всего то, что уже очевидно, что принцесса способна к магии, - произнес Изра. –
Причиной быстрого восстановления способностей можно предположить лишь одну.
Принцесса жила на Овинге, а затем ее переселили. Либо с вами все-таки оставался
хранитель.
- Это невозможно, - Арвил отмел этот вариант. - Я видел иллюзию призрака в храме
древлян. Она покинула Овингу в младенчестве. Они всегда показывают последний
переход.
Вариант с хранителем тоже отпадал. Хранитель бы не допустил нападения ангела и его
вторжения в жизнь подопечной. Только если перед этим его не убил ангел.
- Если она в городе, кто-то здорово ей помогает и хорошо прячет. Возможно, даже кто-то
из моих приближенных, - Арвил испытывал настоящее беспокойство каждый раз, думая о
том предателе, который помогал укрывать принцессу.
75/269
- Я советую найти того, кто ее лечит. В Бултаме наберется с десяток людей, умеющих
лечить последствия Копья смерти. А это, согласитесь, сужает круг поисков. В разы!
***
Старьевщики на Овинге были чем-то средним между хранилищем и ломбардом. К ним
приносили вещи и оставляли на хранение. Они не являлись магами, но владели сложным
заклинанием неприкосновенности, передаваемым от отца к сыну из поколения в
поколение, и обучались ему с детства. После его применения вещь становилась
неприкосновенной, а ее содержимое невидимым.
Снять заклинания мог только хозяин вещи с любым из старьевщиков и, конечно, это
вызывало большие неудобства для воров, которые никогда не знали, что они украли и не
могли сбыть украденное. К тому же старьевщики неплохо оберегали вверенное им
хозяйство. Проблемы также возникали и у членов семей, где случалось так, что хозяин,
оставивший вещь, умирал, и семья не могла воспользоваться непосильно нажитым
добром.
Один раз в десять лет старьевщики свозили все бесхозные пятидесятилетние вещи на
самую большую площадь города, и жителям и приезжим города разрешалось подходить
к ним и трогать. Если человек, а это мог быть внук, правнук или кто-то еще, вызывал у
вещи магический отклик, тогда старьевщик вскрывал заклинание за определенное
вознаграждение. Ходили упорные слухи, что старьевщики всегда знают, что за
содержимое они вскрывают, и потому плата за них была разная. Но как бы там ни было,
они хранили огромное количество старых вещей и именно за это получили свое прозвище.
Один из них находился в комнате Марины и, слушая целительницу, нервно поглядывал на
больную девушку, спокойно сидящую за столом в толстом восточном халате. Молодой
черноволосый парень с пушистыми, как у девушки, ресницами и красивыми глазами
притягивал взгляд.
- Нет, это абсолютно невозможно, - отказался он, категорично подняв руку. – То, что вы
просите, просто никто не делал. Это может плачевно окончиться.
- У нас нет выхода, - настояла Мара и, посмотрев на Марину, кивнула. Девушка,
приспустила перед упертым взглядом парня рукав с плеча и обнажила правый бицепс.
Глаза молодого старьевщика округлились, и он прошептал:
- Измерское отродье!
Посмотрел ошалело на Мару, потом снова на Марину, которая опять надела халат, и
низко поклонился.
- Прости, Знародная. Я рад служить, но просьбу выполнить не могу. К тому же вы
слишком слабы. Никто не знаете, как поведет себя живое под заклинанием. Были случаи
смерти.
Марина посмотрела на парня, затем на Мару. После первой встречи с целительницей,
76/269
она проспала весь остаток дня и всю ночь, а утром, когда Мара пришла перевязывать ее
и обрабатывать рану, рассказала все, что с нею случилась. Целительница слушала и не
верила ушам.
- Бедное дитя, - повторила она несколько раз, пока Марина рассказывала о том, что
помнила и о чем догадывалась. Мара принесла не только лекарства, но и листок бумаги,
который протянула ей после того, как выслушала.
- А он даром времени терять не любит, - произнесла девушка, рассматривая собственное
изображение в черно-белом цвете. – Очень оперативно. А десять тысяч золотых это
много?
Мара кивнула, принявшись за лечение.
- Можно купить большой загородный дом с десятком прислуги или открыть лавку.
- То есть много, - расстроилась Марина. – Скажи, а осуществить переход между мирами
может каждый маг?
- Нет, - Мара сняла повязку. – Такое под силу лишь единицам и ангелам. Иначе б все
шастали туда-сюда.
- Как же мне выбраться из города, - Марина совсем расстроилась.
- Пока никак. Нужно спрятать тебя. А когда все успокоится, принц убедится, что тебя
здесь нет, тогда и покинешь Бултам.
И вот она смотрела на старьевщика. Это единственный шанс. А иначе ей просто конец.
- Если не можешь выполнить просьбу, выполни приказ, - произнесла она решительно. –
За вознаграждение, конечно.
Старьевщик побледнел, но все же кивнул.
- Я наложу заклинание неприкосновенности на всю комнату, не на вас. Никто не узнает,
что вы тут есть, или что есть эта комната. Все будут видеть только стену. Но учтите, с
меня никакого спроса не будет. Во всем вы будете виноваты сами. А перед этим
подпишите бумагу.
Марина вздохнула, кивнув. В городе начались массовые обыски домов.
- На два дня. Затем Богун пошлет за тобою, и вы снимите его. И если все будет хорошо,
продолжим, - произнесла Мара, вставая.
Через пятнадцать минут, когда формальности были улажены, Богун принес большую
корзину съестного и два отхожих ведра. Мужчины вышли из комнаты. Старьевщик
наложил заклинание.
Как только в комнате стало темно, она зажгла несколько лампадок и достала рукоделие.
77/269
- Вроде живы, - прошептала Мара. – И что он так долго разгорался, непонятно.
Марина легла на кровать. В корзине с едой оказалось несколько книг в кожаном и
тканевом переплете. Спать ей совершенно не хотелось. Она взяла одну из книг, начав
рассматривать картинки, и обнаружила, что, несмотря на то, что понимает, читать не
может.
- Почему ты мне помогаешь, - спросила она Мару. Та отложила рукоделие.
- Скажи, как много ты знаешь об Овинге?
- Почти ничего. Знаю, что есть народы Леса и Огня, маги и король Аравилата. Измеры,
моры. Что родители правили Аравилатом до войны.
Мара пересела к Марине на кровать, открыв книгу с репродукцией ромбовидного
материка, но затем взяла руку девушки.
- Народ огня владеет кровью и руками, - сказала она, ведя пальцами от внутренней
стороны локтя к запястью. Там, где она остановилась двумя пальцами, на коже
становилось тепло. – Мы хорошо лечим органы, связанные с кровью, и конечности. Народ
смерти, моры – нервы и позвоночник. Народ леса – дыхание и легкие, иногда другие
органы. Но не все становятся магами и знахарями. А за что отвечают народы Аравилата?
- Не знаю, - растерялась Марина. – На моей Земле мы прекрасные разрушители и
убийцы. Иногда созидатели. Ну, с точки зрения природы.
Мара грустно улыбнулась.
- Здесь тоже, – она встала и налила воды. – А знаешь, был пятый народ. Воды. Ведь
Протейма очень большая. Они исчезли много столетий назад.
- Ты имеешь в виду русалки, водяные, эти…
- Драконы, да. Но это не главное, главное, что ты должна знать, что все мы люди. И
когда человек понимает, в чем его предназначение, - она сделала паузу, пристально
посмотрев на Марину, - например, стать магом, он не выбирает стихию. Она выбирает
его.
- Так я не поняла, в чем специализация народа Аравилата?
- Такая же, как и у всех, среди них есть убийцы, обслуга, ремесленники и власть, - Мара
снова принялась пить воду.
- А маги в чем специализируются?
- Всего понемножку, но редко достигают мастерства в чем-то одном. Хотя надо сказать,
что магия символов им дается лучше, чем всем остальным.
- А как человек понимает, что он маг?
78/269
Этот вопрос совсем озадачил целительницу, она поперхнулась, закашлялась, глядя на
нее, как на слабоумную.
- Хранитель огня, ты не знаешь, маг ты или нет?! Ты же прошла инициацию! И не знаешь
этого? Ты сталкивалась с открытыми источниками магии?
Марина пожала плечами.
- Что ты имеешь в виду? Типа, касание энергии магии или Копья смерти?
Целительница закачала головой, вытаращив глаза, и прикусила нижнюю губу.
- Да, что-то типа.
- Мне показывали в защитном круге меча огненные шары, - Марина сощурилась, не горя
желанием признаваться. – И я случайно коснулась края круга в тот момент, когда шар
врезался в защитный слой. А до этого одна бабушка у древлян учила меня понимать
языки Овинга. Я на весь остаток жизни поняла, что такое настоящий кумар.
Мара энергично кивала, глядя на девушку, как на несмышленого ребенка.
- И никто тебе не объяснил, что это было?
- Магия?
- С бабушкой была магия. А вот прикосновение было инициацией. Только человек,
именуемый магом, способен за счет определенной энергетики тела рождать, гасить и
вообще переносить энергию магии. Видела вьюнок?
Марина непонимающе уставилась на целительницу. Та откинула одеяло, открыв ее
ступни. На правой ноге с внешней стороны, у щиколотки, была еще одна татуировка -
крошечный зеленый листочек. Пять миллиметров, не больше. Марина удивленно
уставилась на него, рассматривая.
- Да я смотрю, на мне клейма ставить некуда! – возмутилась она. – Это что хобби такое у
древлян, рисовать татушки без спроса хозяина тела.
- Так помечают начинающих учеников магов леса. Когда обучение заканчивается, лист
исчезает.
- Зачем?
- Чтобы видеть рост силы ученика. Не переборщить или наоборот подогнать.
Они замолчали, каждая обдумывала услышанное. Значит, древляне обучили ее языкам и
метку заодно поставили. Ладно, пусть, подумала Марина. На Земле татуировки умеют
прекрасно сводить. Если, она, конечно, вернется туда.
79/269
- Я могу тебя обучить, - предложила Мара. – Когда поправишься. Магии огня. Если
захочешь.
- Это будет экспресс-курс, - мрачно ответила Марина, понимая, что нет у нее времени на
обучение. И вообще, не было уверенности, что она сможет вернуться домой.
- Экспресс-курс???
- Ну, очень-очень быстрое обучение, - пояснила Марина, расстраиваясь мыслям о
невозращении.
- Быстро только огонь горит, - Мара улыбнулась, вставая. - Давай посмотрим, насколько
ты вообще близка к магии огня.
Марина точно знала, что не очень. У нее только вчера до конца зажило лицо от искр того
шара на лугу.
- Не бойся, - предупредила Мара, рождая круговыми движениями рук огонек между
ладоней. – Это фантомный огонь.
- Иллюзия?
- Да, хочу посмотреть, как будет реагировать твоя энергия жизни. Выстави ладонь так.
Она повернула к девушке одну ладонь вертикально, внутренней стороной к Марине,
второй удерживая огонек. Марина подняла свою руку.
- Не бойся. Не для того лечила, - пошутила она и отправила огонек в плаванье к ее
ладони. Огонек не жег. Он, как и любая иллюзия, ровно прошел насквозь, исчезнув.
Мара недовольно поджала губы, чуть покачав головой.
- Да, как-то не очень. Ну, это может быть реакция на плохой опыт. Потенциальный маг
огня, коснувшись, оттолкнул бы даже фантомный огонь, - пояснила она.
-Ну, может быть, я просто не маг огня, - сказала Марина, абсолютно не разочарованная.
- Но ты должна им быть. Возможно, эта магия не твоя базовая. Ведь магию леса, ты
приняла.
- А кто такие измеры и ангелы?
- Они пришли к нам несколько тысячелетний назад. Вообще, эти два народа имели одних
предков, но затем разделились. Они давно живут на Овинге, отдельно и не вмешиваются
в дела людей.
- Зачем они тогда напали на нас?
80/269
- Я не знаю. Но если есть возможность, лучше с ними не иметь дел. Это очень опасно.
- Не опаснее, чем с принцами Аравилата, - усмехнулась Марина и, встав, подошла к
сундуку у стены, в который Мара сложила ее баулы. – Хотела тебе кое-что показать.
Утром, пока Мара ходила за старьевщиком, Марина осмотрела вещи, которые привезла
на лошади в Бултам. Кроме личной одежды, кольца, денег и нескольких книг по физике,
химии и биологии, была целая сумка снадобий. Достав небольшой сундук, она протянула
его Маре.
- Эта какие-то лекарства, кажется. Мне они ни к чему, – произнесла она, забираясь снова
на кровать, пока та его открывала.
Мара осмотрела баночки и ахнула, удивленно посмотрев на Марину.
- Да тут целый арсенал против нежити, - сообщила растерянно она, рассматривая и
нюхая их. – Откуда у тебя это?
- Это было на лошади Лорда Смерти, - сказала Марина. – Во время нападения была
суматоха, и он пересадил меня на свою лошадь. Вот.
- Любопытно, зачем ему все это? Очень странно.
- Может он не человек, - предположила Марина, вспоминая холодный серый взгляд. –
Хотя, температура у него человеческая. Что думаешь?
- Думаю, тебе они точно не понадобятся.
Мара пожала плечами, закрыв сундук.
- И еще вот это, – Марина протянула ей кольцо Арвила, которое было в вещах.
Целительница взяла его в руки, рассмотрела и вернула Марине.
- Это магическая именная печатка дома Аравилата. Такие есть у всех членов
королевской семьи. Очень ценная. Но вот предназначения я не знаю. Убери подальше и
не показывай никому, за него могут и убить.
Марина достала кольцо из сундука, вспоминая этот разговор двухнедельной давности.
Старьевщик оказался перестраховщиком. Они прекрасно укрылись его магией от
обысков и ищеек. За эти дни Мара вполне сносно научила ее читать и продолжала
тщетные попытки обучения магии огня. Также она успела договориться о встрече с
человеком, готовым отвести Марину к тому, кому Мара доверяла, и кто мог помочь найти
ее хранителя. Или хотя бы указать имя или местоположение.
Встреча была выбрана в странном месте, на Арене. Но толпа могла служить и защитой.
Так что, подумав, они согласились. Она натянула нить и надела кольцо на шею.
81/269
- Садись, осмотрю рану, - сказала Мара в день встречи, открывая свою шкатулку. –
Сегодня на Арене будет представление, ты туда пойдешь с Кахи. Мне кажется, за мной
следят, поэтому встретимся уже там. Возьми оружие, может быть опасно. Там я тебя
познакомлю с одним человеком, его зовут Намо, он тебя проведет к Изре.
Она сняла повязку, обработала, но накладывать новую не стала. Марина обернулась.
- Кому?
-Изра полуизмер, полуангел. Такой один на весь свет. Он знает твоего человека и много
чего другого. Платить ему не нужно. Потом тебя проводят. И собери вещи, на всякий…
Она закончила и закрыла лекарства. Встала, посмотрев на Марину с заботой.
- Там в ванной готова вода, поешь и отдыхай, за тобой придет Кахи. Если что-то пойдет
не так, беги. Найдешь притон, в нем Хогвина. Скажешь, что я прислала. Он поможет
тебе. Но особо не доверяй ему.
Она принесла крем для тонирования открытых частей тела.
- Ты слишком бледная и светлая. У народов огня кожа намного темнее. Нанеси его
сейчас, смоешь перед выходом.
Марина кивнула, волнуясь. После двухнедельного нахождения в помещении ей
нестерпимо хотелось на свежий воздух. Уже на пороге Мара добавила:
- Знародная, будь осторожна, там будет много охраны, шпионов Аравилата и просто
разного люда. Осторожно. Пока ты не обучена магии, ты легкая мишень даже для
простого убийцы. Береги свой огонь жизни. Овинга очень нуждается в сильной
королеве.
- Ты так и не ответила на мой вопрос? Почему помогаешь?
Марина посмотрела на целительницу, та печально улыбнулась.
- Король Аравилата вырезал всех, кто отказывался признать его власть законной и
требовал доказательств. Моя семья была одной из них.
***
В молодости советник Слейли любил путешествия. Теперь же, когда старость с
болезнями сковали его некогда сильное тело, он терпеть не мог покидать стены
родового дома в Аравилате. Он вздохнул, ступая на крышу из большого королевского
дирижабля. Предстояла грязная работа.
После того, как карета остановилась у королевской резиденции, он сразу прошествовал
в кабинет старшего принца. Слуга объявил его. Принц Арвил сидел за большим столом и
читал донесения.
82/269
- Ваше высочество, - произнес старик, не склонившись.
- Советник Слейли, - принц поднял голову от бумаг. – Что вы тут делаете?
- Меня прислал король выполнить за вас работу, с который вы не справились.
Старик прошел и сел в кресло напротив стола, протянул свиток с личной печатью короля.
Арвил не сомневался, что это гневный приказ отца закончить дело побыстрее.
- Что вы имеете в виду?
- Вы получили четкие указания касаемо наследницы рода Квитвордов, но
проигнорировали их. Я читал ваш отчет о перемещениях. Король отстраняет вас и
требует возвращения в Аравилат немедленно. Ваше путешествие затянулось, вам не
кажется. Ваша новая задача подготовить восточное побережье к войне.
Арвил сжал челюсти. Да как смел этот советник являться сюда и отчитывать его словно
мальчишку.
- Я и отсюда прекрасно справляюсь со своими обязанностями, - произнес он суровым
тоном.
- Вам приказано передать все дела касаемо выкупа принцессы подземелий и поиска
пропавшей наследницы, - продолжил старик, с нескрываемым удовольствием наблюдая
за недовольством принца.
- На каком основании отец отстраняет меня?
- Вы не контролируете ситуацию. Вы в курсе, что советник Изра является двойным
агентом и служит не только нам.
- Это чушь. Советник Изра уже многие поколения служит королевскому дому Аравилата.
- Вот именно, многие поколения! И только последние тридцать лет королю. Наш шпионы
докладывают, что он помогает укрывать наследницу и планирует помочь ей бежать.
Взгляд серых глаз приобрел замораживающую силу, руки Арвила непроизвольно
сжались в кулаки.
- Кто ваш доносчик?!
- Вы пренебрегли прямым приказом короля и не устранили наследницу. Не подчинились
приказу передать властям вашего оруженосца.
- Ияра предан семье Одвинов две сотни лет, советник, - его голос понизился, став
похожим на звук металла по льду. – Это маразм!
- Он ангел, следовательно, предатель, - прошипел старик.
83/269
- Мне неизвестно его местоположение. Что касаемо принцессы: именно ваши доносчики
дали неправильную ориентировку, - презрительно произнес Арвил, мечтая стереть
наглое выражение с лица старика. - Это ваша ошибка, советник, а не моя.
Слейли заносчиво задрал нос, гордо сохраняя молчание.
- Вы указали, что переход был совершен тридцать пять лет назад, и наследнице,
соответственно, тридцать шесть лет. Но я не нашел предполагаемой принцессы по
данному месту. Зато я нашел другую наследницу Квитвордов, двадцати шести лет с
трехлетним ребенком. А что касается поисков, по-вашему, лучше было сразу отдать ее
измерам, нашедшим способ противостоять ритуалу единства?
- Вы не знаете, существует такой способ или нет. И вряд ли ребенок наследник
Аравилата, на немагических землях невозможно выполнение обряда посвящения, -
рявкнул старик, ненавидя принца всем своим существом.
- На нее у меня не было приказа убивать, - Арвил смерил его высокомерным взглядом.
- Теперь такой приказ есть у меня! Вы проявили удивительную недальновидность,
сохранив ей жизнь.
- Переживаете за мою репутацию первого убийцы в королевстве, советник?
Советник сузил глаза, но все же взял себя в руки.
- Переживаю, ваше высочество за ваше место на троне. Не хотелось бы видеть на нем ни
измеров, ни кого-либо другого.
- Благодарю, о нем я позабочусь самостоятельно, - произнес холодно Арвил. – Дела я
передам через несколько часов. Можете отдохнуть. А сейчас вы свободны.
Советник, не скрывая ненависти к принцу кивнул, покряхтывая, встал и, ковыляя,
удалился.
Арвил пару минут обдумывал услышанное, затем кивнул вошедшему слуге.
- Пошлите человека в дом советника Изры. Мне нужно с ним срочно увидеться, но не
здесь. И пригласите Инемию.
В кабинет вошла раздраженная женщина человеческого роста. Кожа ее была серой, с
серебристым отливом, радужка в глазах красноватой, а волос, как у мор, серебристо-
седым. Инемия была полукровной вампиршей от союза мор с измерами. Последние, как и
ангелы, оказались неспособными к деторождению на Овинге, но, в отличии от ангелов,
они нашли народ, который давал иногда выживающее потомство. В силу того, что и те и
другие не являлись полноценными живыми, потомство нуждалось в свежей крови как в
качестве пищи, так и для поддержания жизни в почти бездыханных телах.
- Ты не сказал, что девочка дочь короля Смерти! – выпалила она, сев в кресло, в котором
только что сидел советник Слейли.
84/269
- А ты, что твои продавцы вампиры, - парировал Арвил, рассматривая женщину.
Та прикрыла глаза, словно погрузилась в себя.
- Как интересно, советник, который только что сидел здесь ненавидит тебя больше
собственной жизни и думает, - женщина игриво улыбнулась, обнажив клыки, не открывая
глаз, – что ты глупый мальчишка! Он не знает твоей истинной сущности, Лорд Смерти.
Инемия обладала редким даром читать мысли людей, о которых они думали. Стоило ей
только занять их место или просто походить вокруг. Это сделало ее серым кардиналом
преступного мира Овинги и союзником, облегчающим жизнь. Главное, при ней не стоило
размышлять про себя.
- Инемия, - прикрикнул Арвил, заставив женщину открыть красные глаза. – Я тебя не за
этим звал. Что с продавцами? Почему я вынужден ждать.
- Они заломили баснословную цену, - сообщила женщина, обиженно откинувшись в
кресло.
- Какую?
- Хотят обмена. Принцессу Короля Смерти на принцессу Аравилата.
Арвил вздохнул. За вампирами стояли измеры. Значит, они тоже разыскивали принцессу
и не могли найти, раз пошли на обмен.
- Ей ведь, кажется, все равно конец? - спросила Инемия, разглядывая Арвила. Он всегда
ей нравился. Мощный, мужественный, красивый, особенно красивый в ее постели. Он
как-то изменился, уловила она, до конца не прочувствовав, как именно.
- Назначь вечером встречу у тебя. Я буду.
Инемия улыбнулась.
- Я всегда тебе рада, Лорд смерти, буду ожидать с нетерпением.
Она встала и слегка картинно поклонилась.
- Увидимся.
Арвил кивнул. Его люди сбились с ног, но так и не нашли ее. Теперь искал не только он.
Неужели ребенок оказался бездарен к магии. Ох, как невовремя все это произошло.
Донесения с Севера были самые тревожные. Похоже, советник Изра был прав, измеры
проигнорировали главный пункт соглашений. Они будут использовать технологии.
В комнату вошел слуга и передал маленький сверток с печатью Изры. Арвил провел
рукой, прошептал заклинание. Послание открылось ему.
---
85/269
Через несколько часов Марина рассматривала себя в зеркале. На нее смотрела ученица
огня. Смуглая, с карими глазами, хрупкая воительница. Пора было идти. Она посмотрела
на шаровары и тунику с капюшоном, с несколькими заворотами вокруг шеи плотной
коричневой ткани с легким золотистым отливом. На поясе крепился скромной отделки
плотный замшевый ремень.
- Это обязательная одежда Хейаров, учеников огня. Их все опасаются. Так тебя никто не
тронет, даже стража, - пояснила Мара и достала маленький кинжал, лезвие которого
было всего десять сантиметров.
- Он отравлен, - пояснила она, вдев кинжал в ножны на поясе за спиной Марины. – Ты
уйдешь пораньше, чтобы не привлекать внимания. Если спросят твое имя, говори Хейара.
У учеников магии огня нет индивидуальных имен в период обучения. Перед пламенем все
равны.
Кахи был мальчиком, который открыл ей двери в день приезда. Они вышли через черный
вход, мгновенно смешавшись с толпою. Свежий воздух кружил ей голову.
Постепенно они вышли к торговым рядам. Торговали здесь всем, зазывалы кричали
надрывая глотки, торговцы бегали за покупателями. В пестрых одеждах людей
доминировали восточные нотки. Чужие выделялись издалека. Они остановились у
ювелирных рядов. Марина вгляделась в кольца и украшения. На прилавке лежало много
всяких колец разных форм, металлов и искусности обработки, но такого, как кольцо
висящее на ее шее не было.
Затем они отправились посмотреть на местную живность и зайти в пару книжных
лавочек. Кахи рассказывал, что там есть занятные книги с магическими вставками.
Людей на улицах становилось больше, цвета одежд становились насыщеннее. Красных,
малиновых, фиолетовых, оранжевых оттенков. Прибавилось и чужих. Были древляне,
измеры и воины всех мастей от лучников с ассасинами до рыцарей.
Увидев первый раз измеров-гражданских, Марина поразилась их росту. Не меньше двух
метров, их одежды были богаты и более современны, чем у народов огня или леса. Более
средневековые, что ли. Мужчины носили белые волнистые волосы, имели скуластые
лица, не лишенные привлекательности. Однозначно несимпатичных лиц среди них не
встречалось. На руках у них росли длинные ногти, заточенные до остроты когтей. У
женщин красивые миндалевидные, чуть раскосые глаза бирюзовых оттенков, без белков,
волосы же они явно красили, отдавая предпочтение темным цветам. Но все равно,
каждое движение, поворот головы, плеча, взгляд говорили, что перед тобой не человек.
Держались они обособленно и с превосходством.
- Сегодня первый день ярмарки магов, - объяснил Кахи, ведя по лабиринтам улиц. – На
Арене будут состязания. Пускают всех.
Они скоро достигли старой площади, которая находилась недалеко от центральных
городских ворот. Животные были разные, от обычных коров, свиней и кур до
причудливых маленьких птичек, сумчатых щенков, дронтов, огромных черепах и
переростков-мышей. И тут до Марины дошло – на Овинге не было ледниковых периодов,
и те животные, которые кажутся неземными, просто выжили, в отличие от своих земных
86/269
собратьев, которые вымерли. Наверняка, у них тоже были и динозавры, которые
вымерли, но, вероятно, не из-за глобальных холодов.
Они шли по рядам, глазея, пока не свернули в узкий переход и не вынырнули на
папирусной улице. Здесь стояли более закрытые лавочки, на которых лежали свитки,
карты, ручной и типографской работы толстые книги. Определенно, ручная работа
выдерживала конкуренцию. Вероятно потому, что магические книги невозможно было
выполнить на станке. Тут же непредусмотрительно стояла бадья с водой. Наверное, для
желающих испить. Только кружка отсутствовала. И горел огарок толстенной свечи,
накрытый стеклянным колпаком с отверстием. Кахи показал пальцем на один из
старинных манускриптов.
- Открой, - попросил он.
Продавец, разрешающе, кивнул. Марина открыла наугад с середины. На ней были
картинки драконов и магов огня. Мальчик выжидающе посмотрел на нее, а она на него.
Продавец сообразил, чего ждет ребенок.
- Давайте я, Хейара.
Он положил ладонь на картинку, а второй ладонью обнял стеклянный колпак, и тут же
пламя, ярко взыграв, вырвалось из отверстия, превратившись в объемную картинку
дракона с листа. И пока продавец смотрел в книгу, читая, огненное действие оживало,
рождая красочную иллюзию.
- Здорово, - сообщил ребенок и хитро предложил. – Может, купим?
Марина отрицательно покачала головой. А вот карты ее интересовали. Но пока они были
ни к чему. Они направились дальше. По дороге Кахи обиженно молчал, повесив голову.
Марине было жаль, но идти на поводу у ребенка она не собиралась.
- Давай купим что-нибудь вкусненького, - предложила она, видя впереди продуктовые
лавки. Ребенок тут же ожил и повеселел. Он хихикнул и, вытянув вперед руку, указал:
- Смотри.
За углом, у начала продуктовых лавок, стояла пара. Воин в богатых металлических
кольцевых доспехах с мечом на поясе. Измер с примесью крови мор?! Очень высокий,
беловолосый, остроухий и пепельнокожий. А рядом с ним смеялась девушка. Обычная
девушка из ремесленного сословия, судя по переднику и фиолетовому платку. По тому,
как он склонился над ней, было очевидно, что она ему нравится. Воин опустил левую руку
и сделал вокруг ручки меча круговое движение. Пара стала размываться, теряя четкость
на глазах. Мальчик снова захихикал.
- Оборотное заклинание, сейчас будут облизываться, - довольно рассмеялся он, видя
маринино недоуменное лицо, стремясь впечатлить ее, и, добившись, рванул к
продуктовому ряду. Она прошла мимо пары, стараясь не глазеть, но все равно
удержаться было сложно. Даже сквозь полупрозрачную пелену, укрывающую пару, было
видно, что девушка обнимает мужчину, целуя его.
87/269
Постепенно плотность толпы увеличилась, и они вышли к Арене.
Арена была огромна, размером с футбольный стадион. Наверное, здесь было все
население города и еще столько же приезжих. Ярмарку магии праздновали со столичным
размахом. Тут состязались и воины, и маги. А все потому, что Бултам находился
максимально близко к границам Аравилата и народа Леса. Северные земли народа
смерти начинались сразу же за Аравилатом. Бултам был удачнее всех и в торговле.
Мара ждала их на третьем ярусе из четырех. Первый предназначался для богатых
вельмож, второй – для приближенных к власти, третий и четвертый – для простого
народа. Они прошли перед ограждением, за ними за таким же ограждением стояли люди
и так по пятнадцать-двадцать рядов в каждом ярусе.
-Он опаздывает, - сообщила Мара.- Будем ждать.
Началось представление, затрубили трубы, с шести сторон с верхних ярусов маги
запустили струи огня, которые столкнулись, соединившись в кучных облаках над Ареной.
Человек, стоящий в центре арены, ударил копьем по земле, и молния чистой энергии
устремилась в небо, разбивая красно-оранжевые струи, превращая его в огненное море.
Толпа восхищенно ахнула.
С неба ударила молния, как раз в то место, где только что стоял человек с копьем, и
разразился гром. Начался ливень. На арену выбежал другой человек, быстро поклонился
и взмахнул руками. На крыше четвертого яруса около сотни человек подняли руки вверх,
активно жестикулируя ладонями. Нижних рядов достигли лишь малые капли. Остальные
застыли слоем воды над людскими головами, Ареной, на них падали другие, создавая
сначала шум дождя, а потом музыку, такую же прекрасную, как человеческий голос,
способный петь без всякого сопровождения и завораживать. Стало слышно, что где-то,
вторя музыке, стали подпевать женские голоса, сливаясь и оттеняясь, подобно
симфонии.
- Ты говорила, магов воды нет, - спросила Марина целительницу, когда они закончили,
выплескивая скопившуюся воду за стены Арены.
-Они способны лишь играть. Шуты, - ответила Мара, тревожно оглядываясь по сторонам в
поисках человека.
На арену выехала запряженная лошадьми колесница, на ней стояли два человека в
легком вооружении с мечами и щитами. Они поклонились друг другу, толпе и под
нарастающий бой барабанов, нетерпеливый гул толпы, начали схватку. Обыкновенная
схватка, кровавая и жестокая, не вызвала интереса. Марина крутилась по сторонам,
разглядывая окружающих, проглядев как один из воинов занес меч и поразил
противника в грудь. Толпа ахнула, мужчины загудели. Удар был смертельным,
поверженный тяжело упал на колени. С небес снова пробила молния, превращаясь в
крутящийся рог, и на огромных переливчато-фиолетовых крыльях спустилось существо с
косой, инкрустированной драгоценными камнями. Было отчетливо видно, как жизнь
отделяется от поверженного тела воина, еще сохраняя очертания, а в руке существа
88/269
возник яркий белый огонек – энергия жизни проигравшего.
- Какой кошмар, - ужаснулась Марина. – Кто это?!
- Смертник.
Мара бросила на нее любопытствующий взгляд. Толпа заревела: Смерть! Смерть!
Смертник потряс косой и безжалостно сжал огонек, тот мгновенно погас. Он повел рукой
и исчез в вихре.
Еще около часа они смотрели бои. Марина в очередной раз поразилась схожести
человеческих культур Земли и Овинги.
- И так каждый бой? - спросила она Мару, шокированная жестокостью представления.
Каждый раз, когда смертник спускался с небес, толпа бесновалась. Каждый радовался,
что не он на месте бедняги и тут же требовал смерти.
- Нет, только в случае смертельного исхода, - ответил мужчина, вставший рядом с ними. –
Пять или шесть раз за вечер. Но есть шанс остаться в живых.
Он низко поклонился. Вид у мужчины был неопрятный, худощавое тело, скользкий цепкий
взгляд.
-Это Намо, - представила Мара. – Он вор.
Мужчина ни грамма не смутился, лишь убрал слишком длинную челку с лица, выросшую
до губ, и осклабился.
- Он должник чести и не причинит вреда.
Когда Мара упомянула о чести, мужчина посмотрел на Марину и сказал:
- Я вор, а не убийца. Не нужно на меня смотреть так неприязненно, искроблещущая
Хейара.
Марина опустила взгляд, но инстинктивно схватилась за рукоять меча.
- Идите. И берегите свой огонь жизни, - сказала Мара.
Они с Намо стали пробираться сквозь толпу. Толпы зевак заполняли все, вплоть до
лестничных ярусов, лишь бы небо было видно. Намо, словно угорь в водорослях, скользил
меж людских тел, таща девушку за собою. Та только и делала, что держала свой меч,
боясь поранить или пораниться сама.
Они выбрались с Арены, и воздух показался бодряще свежим. Пройдя под арками, они
спустились с каменной лестницы, как вдруг перед ними на еще мокрой площади
показались двое мужчин. Один старый высокий лежал мертвый на земле на собственных
крыльях, белоснежный полуизмер полуангел. А над ним склонился другой мужчина,
89/269
черноволосый, в длинном черном плаще. Он что-то шептал, держа в руке кулон в виде
когтя.
Намо порывисто схватил ее за руку и увлек за колонну. Он молниеносно приставил к
горлу Марины нож.
- Не было речи о вампирах, - процедил он, зло свернув глазами, и, оттолкнув ее, скрылся
сначала в тени колонн, а затем в темноте.
Отдышавшись, Марина чуть выглянула из укрытия. Вампир озирался, его привлекли
звуки со стороны колонн, за которыми скрылся Намо. Он встал, медля. «Сейчас подойдет
и как укусит!» – подумала Марина, представив, как истекает кровью и встает из гробов
по ночам. В душе девушки пробежал холодок.
Она двинулась назад, за колонну, чуть не вскрикнув от неожиданности. Перед ней стоял
Арвил. Он быстро закрыл ей рот ладонью, а вторую поднес к своим губам, прося не
шуметь.
В черном кожаном камзоле со штампованным рисунком, поверх которого было одето
длинное и широкое без рукавов, с прорезями для рук, отороченное серым мехом с
большим воротником пальто. В высоких сапогах с каблуками он казался еще выше. Меч
висел на бедре, на мизинце правой руки было золотое кольцо, но без королевских
признаков. Выглядел он богато и властно, и совсем иначе.
Вытаращив глаза, Марина испуганно рванулась, но тот удержал ее на месте, осторожно
выглядывая из-за колонны.
- Как ты меня нашел? – пискнула она, оценивая шансы на новый рывок.
- У меня была назначена встреча, - кивок его головы был направлен в сторону лежащего
мертвеца.
– Ты хорошо выглядишь, – вполголоса сообщил Арвил, смотря на нее сверху вниз.
Однозначно, видеть ее он был весьма рад.
- Ты, к сожалению, тоже, - буркнула она в ответ, предприняв вторую попытку к побегу.
- Не дергайся, - приказал он, прислушиваясь и доставая оружие из ножен.
Вампир напал с той стороны, куда ушел Намо. Арвил отразил удар, оттолкнув рукой
Марину к ступеням. Хорошо, что он левша. Дрался вампир мастерски. Арвил нападал, тот
успевал не только отразить удар, но и подсекал.
Ей бы взять, да убежать, но думать было некогда. Марина достала оружие. Отступив на
достаточно безопасное расстояние, вампир вытащил вторую саблю и приготовился
атаковать их обоих, отражая сыплющиеся удары двух противников. Им никак не
удавалось его оттеснить. Реакции вампира были быстрее, и он успевал игнорировать
финты Марины в голову, уклоняясь от ударов вбок.
К тому же рука Марины после ранения вела себя, как механическая, которую забыли
90/269
смазать. Ударов Арвила он опасался больше. Меч Арвила поблескивал, словно был чем-
то обработан. Арвил заехал упырю по правой руке, задев запястье. Противник взревел,
отступил вниз по ступеням, не ослабляя напора движений. Ступени обагрились первыми
каплями крови. Раздался громкий заунывный звук трубы, как и перед представлением.
Вампир облизал губы и, воспользовавшись марининым замешательством, попытался
вломить ей острием в лицо, но промахнулся. Арвил тут же ударил по нему, оттесняя от
девушки. Распахнулись врата, выпускающие зрителей с Арены. Вампир отбежал,
обернулся, и скрылся. Марина убрала меч, переводя дыхание. Арвил схватил ее, с силой
прижав к стене за дверью Арены.
- Сейчас выйдет куча народу, ненавидящая короля Аравилата, - дернулась она, отчаянно
стараясь въехать Арвилу в пах, выдавить глаза, укусить в шею. Несколькими
движениями он скрутил девушку, разворачивая лицом к грязной пыльной стене, заводя
руки за спину, и ударом сапога расставил ее ноги.
- Я усвоил урок, принцесса, - произнес Арвил, обводя пальцем вокруг ручки меча и шепча
оборотное заклинания. Они стали почти невидимы для выходящей толпы зрителей.
- Отпусти меня, - выдохнула она, не в силах вырваться из кольца сильных рук, чувствуя
вес мужского тела на своем и проклиная себя за то, что осталась.
Мужчина рывком повернул девушку лицом к себе, властно сжимая, низко склонился,
создавая видимость поцелуя, невыносимо интимно коснулся губами ее губ.
- Не могу.
Это ж как ей не везет. Она не хотела быть заложницей, не хотела сидеть и ждать у моря
погоды. Глаза Марины защипало от просящихся слез, заставляя зажмуриться.
- Я не причиню тебе вреда, обещаю, - в голосе Арвила звучала такая кристальная
честность, что Марина почти задохнулась от обиды и бессилия.
Арвил покачал головой, стирая пальцем грязь с ее щеки. В его глазах появилось нечто
похожее на сострадание. – Ты перепачкалась.
- Я для тебя умерла!
- Я думал, ты погибла, - Арвил погладил ее нежно по шее, плечу, где еще был шрам. – Или
тебя схватили измеры.
Марина дернулась, попытавшись освободиться. Сердце ее было готово вырваться из
груди от испуга, адреналина и трепета.
- Прекрати! Не надо!
Она старательно отодвинулась, в голове стучало. Он предатель. Враг. Обольстительный
змей, действующий на нее, словно гипнотизер, завораживая, лишая воли. И от этого
Марине становилось страшно. Арвил отодвинул ткань шарфа, рассматривая шрам. Мара
обещала, что он через месяц исчезнет.
91/269
- Я ведь нравлюсь тебе, - вымолвил он, зная, что нравится.
- Послушай! – по щекам Марины скатились первые слезы. - Мне наплевать на все ваши
дела. Отпусти. Клянусь, я исчезну!
- Это не возможно. Путь нужно пройти до конца, - Арвил улыбнулся, возвращая шарф на
место.
- Каждый раз, когда ты появляешься, у меня сплошные неприятности! - заплакала
Марина, изображая полное отчаянье. – Ты предал меня. Обманом заманил сюда.
Арвил понимающе улыбнулся, ослабляя хватку. Все-таки у него были штаны из простой
ткани, и Марина это ощущала, и не только это. Ей нужно было, чтобы он ослабил хватку,
хотя бы еще чуть-чуть. Арвил, абсолютно уверенный, что никуда она от него не денется,
уже не таранил ею каменную стену Арены, а просто прижимался к ней. Ласково
поглаживая девушку по щеке там, где только что была пыль. Он ждал, когда пройдет
народ.
- Я сейчас заору, - сквозь слезы пообещала Марина, добавив ретиво: – Ненавижу! Я
ненавижу тебя!
- От ненависти до любви один шаг! – подразнил он, глядя в распахнутые карие глаза с
мокрыми ресницами. В них плясали дьявольские огоньки, и было что-то еще. Что-то,
отчего ему хотелось ее поцеловать.
Марина демонстративно открыла рот, и тут же мужская горячая ладонь накрыла его. Что
есть силы она укусила. Извернувшись, Марина выпростала руку в сторону, выдергивая
маленький кортик. Коленом в пах и уклоняющегося отскока Арвила хватило, чтобы
нанести удар, резануть его по ладони. И бежать, в гущу толпы. Он выругался, кинувшись
за нею.
Марина бежала, не оглядываясь, лавируя между спинами прохожих, задыхаясь, в какой-
то момент ей бросилась в глаза открытая лавочка торговца книгами. Продавец стоял у
прилавка, убирая их. Он признал ее, когда девушка, не спрашивая, как ненормальная
сиганула через прилавок, где на полу стоял бочонок с водой. Несколько книг глухо
свалилась на каменный пол.
- Я оплачу,- скороговоркой пообещала Марина. – Не выдавайте!!!
Торговец кивнул, так и продолжив стоять с открытой книгой. Люди шли не спеша.
Аккуратно выглянув, Марина через некоторое время увидела идущего в человеческом
потоке Арвила. Он шел и не глядел по сторонам. Шел и о чем-то нерадостно думал.
От усталости она опустилась на пол, поверх книг и руками, плевать, что они грязные,
зачерпнула из бочонка воду. И в эту же секунду, в руках девушки прямо на воде возник
образ каких-то лесов и воинов. Она обалдело уставилась на объемную мерцающую
картинку. Продавец заглянул за прилавок, задумчиво осмотрел картинку и
92/269
глубокомысленно изрек:
-Да, временами совсем не важно, через какое место к нам приходят знания.
Марина выпила воды и подумала, и правда, какая разница, через какое, главное, чтобы
они, эти места, оставались целы!
***
Вернуться в таверну она не могла. Наверняка, там ждали. Даже странно, как так вышло,
что у Арены Арвил оказался один. Вряд ли из-за задержки или из-за неудержимого
желания охраны посмотреть шоу. Была ли вероятность, что они случайно столкнулись?
Была вероятность, что Изра сам хотел ее сдать лично Арвилу. И может быть это ее и
выручило, включая вампира. Как бы там ни было, Марина была благодарна
прозорливости Мары. Перед представлением, они с Кахи зашли к старьевщику и
оставили вещи.
Выбравшись из книжной лавки, она забрала их и отправилась в притон. Добравшись, она
его едва не пропустила. На дворе стояла ночь и в свете звезд и редких уличных
огоньков, висящих в растяжках посредине улицы, легко было пропустить неприметную
металлическую дверь. В этой части города дома тянулись сплошной каменной стеной,
перемежаясь металлическими дверями, только на вторых этажах были окна или оградки,
скрывающие террасы. Ни номеров, ни опознавательных знаков. Ищущий должен точно
знать, куда он идет и где ему нужно остановиться.
Дверь в притон имела рисунок в виде кругов, между которыми расходились прямые
линии, без колокольчика или ручки. В кругах на темном фоне слабо фосфоресцировали
рунические символы. Марина коснулась пальцами дверей. В ее душе возникло только
одно желание – оказаться подальше отсюда. Место было темным, недобрым. Но куда ей
идти ночью. Тем более, когда она уже пересекла весь город. И если до этого Арвил не
был уверен, что она жива, то теперь он будет искать с утроенным усердием.
Пока Марина стояла и мучилась с решением, круги и линии налились красным светом,
поблескивая яркими огоньками на пересечении линий, дверь зловеще заскрипела и
открылась. Ей ничего не оставалось, кроме как войти. Она положила руку на эфес.
Сразу за дверью начиналась широкая комната с каменным полом, в котором в хаотичном
порядке утопали деревянные дощечки с вертикальными руническим иероглифами. В
тускло освещенном центре стоял низкий шестиугольный стол, кажется, из гранита с
синим отливом, а за ним на подушках, брошенных на пол, сидели трое. Две юные
обнаженные беловолосые девушки и мужчина в красной тунике с длинными рукавами, с
сине-серебряной окантовкой по краю и красных сапогах. Уши у всех троих были
заострены, как у измеров, волосы серебрились. На столе стояли кубки с красным вином,
лежал кортик, несколько книг в переплете.
- Чем могу порадовать, искроблещущая Хейара, - спросил мужчина, но уже по голосу
слышалось, что он прекрасно знает, что перед ним не ученица магии огня.
93/269
- Хорошенькая, - шептались девушки, чуть покачиваясь, словно не в себе.
- И вам огня, - поприветствовала Марина, не решаясь двигаться дальше. – Я ищу Хогвина.
- Он перед тобою, - произнес мужчина. Только сейчас, приглядевшись, она заметила, что
у всех троих красноватые белки глаз. В душе екнуло. Неужели вампиры? Она опустила
глаза в пол, лихорадочно соображая, что же делать дальше.
- Я от Мары, - решилась, наконец, она, понимая, что если уж вляпалась, то вляпалась.
Девушки перестали раскачиваться и хихикать. Мужчина подался вперед, поднял палец
руки, отсылая их. Они встали и, потряхивая длинными, до пояса, белыми локонами,
ласково поглаживая друг друга по спинам, удалились.
- Что ты хочешь? – спросил он, выставив одну ногу вперед.
- Мне нужен безопасный ночлег и выход из города, - ответила Марина, с некоторым
облегчением переводя дыхание.
- Ты та, кого ищут принцы Аравилата?
Она промолчала.
- Что ж, враг моего врага - друг мне. Как нам тебя величать?
- Хейара, - Марина решила, что так будет безопасней.
- Я дам тебе ночлег, а утром вывезу из Бултама…
- Хогван, - низкий, мягкий, но властный женский голос из соседней комнаты заставил ее
вздрогнуть. – Покажи ее!!!
Мужчина встал и протянул руку в направлении, куда предлагалось пройти. Она
последовала за ним.
В соседней комнате на широком деревянном кресле с резной спинкой и подлокотниками
сидела женщина с моро-измерскими признаками. В одной руке она держала свернутую
плеть, в другой бокал с кровью(!). Ну не могло это быть вино! И зрачки в глазах отливали
кровью. Она была скорее раздета, чем одета. Серебристая ткань обтягивала грудь,
живот и таз. На ногах длинные из тончайшей кожи сапожки. В ушах и на волосах золотые
украшения. Шею украшал кожаный браслет. Хогвин входить не стал, остановился в
проеме.
- Ты, Знародная, - проговорила женщина, с любопытством разглядывая.
Марина промолчала.
- Можешь не отрицать, - сказала она, отпила, наблюдая, и приподняла удивленно брови.
– Ты хочешь знать, вампиры ли мы?
Марина уставилась на нее, сообразив, что ее читают. Читают, как раскрытую книгу.
94/269
- Вампиры.
Она неуютно поежилась, сжав посильнее эфес.
- Мы падшие, - сообщила женщина, кажется, упиваясь собой. – Мы моры-полукровки, те,
которые унаследовали черты измеров и народа смерти. А ты человек с другой Овинга.
Хм…
Она отбросила плеть на пол, поставила бокал на подлокотник и, встав, приблизилась.
Марине захотелось бежать. Она никогда не чувствовала себя более голой. И зачем Мара
отправила ее сюда.
- Хм, принц Одвин, как интересно, - произнесла она, обходя ее кругом неслышным шагом.
– Сними платок.
Марина подчинилась, стащив с головы коричневую ткань. Женщина заглянула в глаза и
вернулась в кресло, взяла бокал, продолжая смотреть и поглаживать себя по открытой
стороне бедра острыми ногтями свободной руки.
- Хогвин, утром будет поздно. Отдай ее Дюпии. Но не говори, кто она, - вынесла вердикт
женщина, предупреждающе подняв руку на ошеломленный взгляд девушки. – Он не
продаст тебя в рабство, успокойся. Он поможет бежать. Корабль отправляется на
Карнахай, в орден служителей четырех стихий. Твой путь туда.
- Но откуда вы знаете, – начала Марина, не понимая, однако женщина остановила ее
взглядом.
- Тот, кого ты ищешь, может быть только там. Орден четырех стихий это место
паломничества всех хранителей. Там их обучают, внушают, чтобы служить
законнорожденным. Твой хранитель долго жил на другой Овинге, он обязан пройти
очищение. И еще, помни, что старший принц убийца. Не приближайся к нему.
Она замолчала и снова отпила кровавого напитка, белки женщины наливались кровью.
Марина шагнула к Хогвину, тот кланялся женщине, когда она проговорила в след:
- Передавай Виларрии привет, когда свидитесь. Скажи, Инемия передала. И помни,
будущая королева Аравилата, мы, вампиры, умеем ценить кровь и хранить огонь наших
друзей.
Они вышли и, пройдя через приемную комнату, подошли к скрытой в стене за ковром
двери. Хогвин приподнял ковер и открыл ее. За дверью тянулась длинная подвальная
зала, разделенная ширмами. Освещение почти отсутствовало, подобно краю тени
отбрасываемой единственной свечой в темноте. Воняло чем-то едким, кровью, тяжелыми
благовониями.
Они пошли вдоль одной из стен, и чем дольше они шли, тем хуже ей становилось. Душа
уходила в пятки. Желудок начало выворачивать нервной судорогой, и к горлу стал
подбираться рвотный спазм. На коврах среди подушек и на кушетках за ширмами сидели
95/269
вампиры, полуморы, моры, иногда люди. Они пили кровь других, совокуплялись, мрачно
посмеивались, но эти звуки тонули в пространном трансе, издаваемом двумя
музыкантами, играющими на инструментах, похожих на контрабас и гитару.
В одной из ниш, в пламени крошечных свечей, в окружении трех вампиров сидел Арвил.
Он держал кубок перевязанной рукой, и на губах его была кровь. На секунду они
столкнулись взглядами, казалось, он не узнал ее тут же отвернувшись. Марине не
удалось рассмотреть его соседей. За несколько метров до следующей двери ее
закачало. Хогвин, поддержал ее сзади, наклоняя вперед.
- У-тю-тю!
Содержимое желудка выплеснулось на пол. Полукровка, продолжая сжимать девушку,
проволок ее последние метры и вытащил за дверь. Осенний холод колко выветривал
запах рвотных благовоний.
- Сейчас, сейчас станет хорошо, - обещал он, опуская ее на каменный пол.
И правда, тошнота отступила, Марина подняла голову. За дверью начиналась лестница,
ведущая на вверх второго этажа. К ним на встречу шел другой полумор, перед ним брела
девочка со связанными руками. Лет десяти. Вид у нее был отстраненно-апатичный. На
тонких запястьях тряпки, пропитанные кровью. Марина в ужасе уставилась на нее.
Только что за одной из ширм она видела не менее пяти-шести людских мертвых тел у ног
небольшого росточка женщины-полумора бесноватого типа. Она схватила за руку
Хогвина.
- Ее можно купить?
Хогвин удивился, отшвырнул руку.
- Нет.
- У меня есть деньги. Сколько?
- Нет, - сказал Хогвин, пропуская пару вперед.
- А кольцо Знародной пойдет?
Он уставился на нее, пока Марина вставала, уже немного оправившись от шока. Полумор
с девочкой остановились.
- Покажи!
Она сунула руку за шиворот и достала кольцо Арвила. Глаза у ее провожатого жадно
заблестели. Он бросил взгляд на другого полумора и кивнул:
- Забирай. Она твоя. Рабыня.
96/269
- Как ее зовут?
- Акаша.
- Пусть ее доставят к Маре, - попросила Марина, глядя на замученного ребенка и
протягивая кольцо. Хогвин кивнул, взяв его.
- Скажешь, что сбежала, - приказал он полумору, который развернулся с девочкой и
снова пошел наверх за ними.
На террасе их пути разошлись. Ночной воздух был уже холоден, и ветер пробирал до
самых костей.
Город спал. Лишь редкие тусклые огоньки лампадок, освещающих холмистые улицы
Бултама, кое-где отсвечивали яркому сиянию небесных звезд. Марину еще била дрожь от
увиденного. Но все равно хотелось подумать, перевести дух. Вид Арвила, пьющего кровь
с вампирами, шокировал. Вид девочки вызывал отчаянное сострадание. У всего есть
вторая сторона.
Хогвин вывел ее по лабиринтам узких улиц к пристани. Корабль оказался настоящим,
морским, типа когга, но над ним на вантах висел огромный, овальной формы, полинявший
желтый шар. И таких кораблей вокруг было не меньше десятка, разных размеров, типов и
цветов оболочки. С гербами, на металлических корпусах, с гарпунами по бокам, совсем
маленькие, не больше воздушного шара, и лодочками внизу, с мачтами и парусами для
морских путешествий. У многих от оболочки до кормы корабля тянулась защитная сетка.
Зрелище впечатляло.
Корабль был не из новых. Кроме старой оболочки, он имел потрепанного вида корпус.
Очевидно, он бывал в переделках, во многих местах присутствовали заплаты в виде
молодой и светлой доски. Длиной примерно метров тридцать, высотой не меньше десяти.
Его переделали из обыкновенного, ходящего по воде. На его носу и корме располагались
башнеподобные площадки на случай атак или нападения. Горели ночные фонари.
Пристань была устроена прямо на крышах домов, на них строились толстые стены
высотой пять метров, а на них возводилась еще одна лестница, ведущая на борт корабля.
Поэтому, если посмотреть вокруг, практически на всех крышах этой части города что-то
стояло, лежало или было свалено в кучи.
Хогвин просвистел незатейливый мотив, и они стали ждать. Спустя пару минут к ним
спустился юноша лет двадцати пяти. Высокий, голубоглазый, его коричневый волос был
перевязан на лбу красной лентой, в одном ухе висела серьга. Одет он был в темные
штаны, легкие сапоги из мягкой выделанной кожи и синюю жилетку. На шее на шнурке
висел кулон в виде бурого камня, на поясе небольшой кортик. Белая кожа от постоянного
нахождения на солнце лоснилась бронзой. Глаза смотрели жестко.
- Что у тебя, - спросил он Хогвина без приветствия.
- Пассажирка. Надо в Карнахай доставить. Инемия прислала.
97/269
Парень осмотрел Марину.
- Она же Хейара, Виларрия будет недовольна. Нет.
- Я могу доплатить, - предложила Марина, понимая, что ей нужно попасть на корабль и
добраться до Хранителя. Не факт, что он будет там, но иного выхода нет. Да и из города
не помешало бы убраться.
- Сколько?
- Один золотой, - ответила она, абсолютно не представляя сколько нужно. Хогвин и
юноша высокомерно заржали. Юноша достал кортик, и стал им поигрывать, осматривая
ее, как волк зайку. Хогвин предусмотрительно отошел назад.
- А может быть я заберу все? - заносчиво спросил парень.
Дважды Марину просить не пришлось. Она вытащила меч, скинула вещи. Он сделал
несколько выпадов, она отразила. Каждый оценивал противника. Замахнулся раз,
замахнулся два. Драться он не умел. Сделав пару движений, девушка выбила кортик из
его рук, приставив кончик к груди и с превосходством вскинула голову.
- Один золотой и обучение, - предложила она внятно, не желая ссориться по-
настоящему.- Договорились?
Он скосил глаза на лезвие и кивнул.
Марина убрала оружие, посмотрев на Хогвина. Похоже, этой парочке не в первой
обчищать таких вот, как она, горе-путников.
- Добро пожаловать на борт «Русалки», - пробормотал парень, поднимаясь на корабль.
- Если девочку не доставят к Маре, я об этом узнаю и найду тебя, - грозно пообещала
Марина на всякий случай Хогвину, взяла вещи и стала подниматься вслед.
***
Советник Слейли разъяренно смял свиток донесения в комок и отшвырнул на пол.
Исторгая грязные ругательства, он направился в апартаменты старшего принца. У двери
его встретил новый оруженосец, в котором Слейли признал одного из слуг персонала
принца Арвила.
- На дворе ночь! Его высочество почивает, - предупредил жалобно тот, преграждая путь
советнику, покрытому красными пятнами гнева.
Тот злобно сузил глаза и изрек: - Мне плевать, даже если он там умирает! Он двинулся
вперед, опрокинув хлюпенького оруженосца, и вошел внутрь.
Принц Арвил сидел в кресле и смотрел на огонь в камине, подперев голову перевязанной
рукой. На мизинце другой руки сверкал именной перстень королевского дома Аравилата.
В этом ракурсе он так сильно походил на короля, что Слейли даже остановился, но тут
98/269
же взял себя в руки, избавляясь от наваждения.
- Мне только что доложили, что вы упустили обеих принцесс! Да как вы смеете чинить
препятствия!
Взгляд Арвила ему не понравился. Тот прошелся тяжелым катком по старику и снова
устремился в камин.
- Я, кажется, передал Вам, советник, все дела, - произнес он тихим загробным голосом. –
Так что это ваши принцессы, а не мои.
- Это вы устроили побег принцессы Акаши. Вы сегодня были в притоне Хогвина. И вы
помогли бежать принцессе Аравилата на площади у Арены, - выплюнул старик, много лет
ждавший момента, когда он сможет обвинить принца в измене королевству и неверности
отцу. Его доносчики видели стычку своими глазами.
Арвил встал и зло посмотрел на советника.
- Вы перехватывали мои донесения и убили советника Изру. Как давно, Слейли, вы
работаете на измеров и моров? Как давно вы не служите моему отцу?
Старик попятился, от страха его глаза округлились. Принц не мог знать. Не мог. Он был
так аккуратен. Арвил угрожающе приблизился к нему.
- Вы знали, что мой младший брат будет там, и рассчитывали одним махом убить двоих.
- Вы не должны были вмешиваться, - прошипел старик, отступая. – Девчонка должна
была умереть.
- А вы не должны были продавать секреты короны, - Арвил навис над советником. – Намо
признался во всем и сейчас на пути к смерти.
- Не-е-ет, - пролепетал Слейли, опускаясь на колени. Принц схватил предателя за голову
и одним движением свернул ему шею.
- Овинга замечательное место, за нее стоит бороться, - повторил Арвил слова, сказанные
Изрой.
Вошел слуга. Принц бросил взгляд на труп и снова направился к креслу.
- Уберите это. И передайте приказ Ияре, пусть подготовит дирижабль, мы собираемся в
погоню.
99/269
Часть 6
Парень протянул руку, помогая Марине вскарабкаться по деревянным перилам на борт
шириной семь метров.
- Дюпии, - представился он.
На палубе они дошли до капитанского мостика и спустились в каюты. Дюпии постучал и
они зашли на женский возглас:
- Входите.
Каюта была большой, справа шла стена с двумя дверьми, окна выходили прямо на корму
корабля. Из мебели: рабочий стол, в идеальном порядке, шкаф с книгами и бумагами за
стеклом. На стенах висели картины с подводными пейзажами. На полу толстый ковер с
орнаментом.
К ним вышла высокая женщина в черном шелковом платье до полу, с закатанными на
рабочий манер рукавами. На платье на груди была вышита роза. Тонкий, сплетенный из
двух, желтого и красного, шнуров пояс вокруг талии спускался тесемкой внизу. Ее
длинный черный блестящий волос убран в сложную прическу. Женщина имела строгие,
правильные черты лица и цепкий проницательный взгляд голубых глаз.
- Капитан, - Дюпии поклонился. – Новый пассажир.
Она оглядела Марину с ног до головы, протопала каблуками до ковра, затем к столу.
- Оставь нас, - приказала она, привыкшим к командам голосом.
Парень вышел. Она села, разглядывая Марину.
- Вы не Хейара, - наконец проговорила она.
Марина отрицательно покачала головой.
- Кто вы? Почему носите эту одежду? Это дорогой материал, его не так просто купить, -
пояснила она, не сводя с девушки взгляда.
- Я, - Марина запнулась, осознав, что с таким человек не стоит мямлить. Она не потерпит
слабостей. Марина гордо подняла голову, расправила плечи и, не отводя взгляда,
убедительно произнесла:
- Меня зовут Виера Мар Квитворд. Я принцесса Аравилата, наследница всех земель
Овинги и каких-то там северных атоллов.
- Правда?- недоверчиво спросила капитан, подавшись слегка вперед, с любопытством
глядя на ее.
- Да, - Марина почувствовала, что после утверждения что-то переменилось в душе. Она
100/269
словно начала верить в то, что только что сказала.
- Докажите принадлежность.
Она обнажила татуировку на руке. Брови капитана взлетели вверх, и, откинувшись на
спинку кресла, женщина потерла подбородок.
- У меня могут быть неприятности из-за вас?
- Очевидно, - ответила Марина, чуть улыбнувшись. Эта женщина ей нравилась. - Но
гарантий дать не могу.
Капитан улыбнулась в ответ, кивнув и жестом приглашая сесть.
- Вы маг огня?
- Нет, - ответила Марина, усаживаясь. – Это не моя стихия.
- Какая же ваша?
Капитан сощурила один глаз, склонила голову набок.
- Не уверена, но, кажется, вода.
Взгляд женщины сменился на удивленный, даже несколько недоверчивый.
- Как вы прошли инициацию? – спросила она, разглядывая девушку.
- Убегала от погони, уселась на книги, зачерпнула воды, возникли голубые картинки, -
просто ответила Марина.
- И давно?
- Примерно шесть часов назад.
Виларрия закивала, начав ритмично сжимать и разжимать пальцы правой руки, о чем-то
думая.
- Как вы узнали про мой корабль?
- Инемия послала.
Капитан пристально посмотрела на письменный стол, затем на Марину, затем
произнесла: - Зовите меня капитан или Вила. Приятного путешествия, леди Мар. Дюпии
проводит Вас в каюту. Мы отшвартовываемся.
Марина вышла из капитанской комнаты несколько удивленная. Женщина-капитан. Да
еще в средневековом мире. Бывает же такое. Передала слова Дюпии. Он кивнул и
101/269
проводил ее чуть ли не в соседнюю каюту, сообщив, что завтрак принесут через час. У
Марины, не евшей со вчерашнего дня, пробежавшейся по улицам Бултама и
распрощавшейся с остатками содержимого желудка в притоне, заурчало в животе.
Устроившись, она рухнула в сон, а когда проснулась, завтрак уже стоял на маленьком
столике. Она вышла из каюты, понятия не имея куда идти, поднялась на палубу.
Дирижабль находился в воздухе, плывя на высоте не меньше пятидесяти метров над
землей. Холодный ветер трепал волосы, неприятно ударяя в лицо. Под ними все еще
простиралась земля. В носовой части корабля на башенке стояла капитан, отдавая
приказы. Было тошно, противно и кружилась голова.
- Капитан, а где у вас отхожее место?
Виларрия хохотнула, посмотрела вверх, где на вантах болтались матросы, что-то
регулируя, и крикнула:
- Дюпии, отведите леди Мар к Ирралив.
Дюпии ловко, словно родился на мачте, спустился на палубу и направился вниз к каютам.
Ирралив оказалась служанкой капитана. Невысокая, русоволосая, молодая женщина.
Она улыбнулась и вывела ее в кормовую часть корабля, показав дверь. За дверью
оказалось лишенное каких-либо изысков помещение метр на метр, представлявшее из
себя дощатый пол со сквозным отверстием, в котором можно было разглядеть
проплывающие внизу равнины.
После этого Ирралив сопроводила Марину в каюту, забрала ее дорожную одежду,
сказав, что постирает, выдала другую. Светло-голубое платье в пол с длинными
рукавами. Немного ей великоватое. Она предложила Марине меховую жилетку, заметив,
что та непривычна к осенним путешествиям. Девушка, борясь с головокружением и
скверным состоянием, согласилась, что непривычна, зеленея с каждой минутой.
- Через несколько дней мы войдем в южные воды, и станет тепло, - пообещала служанка,
убирая ее длинный волос в замысловатую прическу. В каюту постучали, заглянул Дюпии.
- Я ваша нянька, - недовольно промычал он, оглядывая женщин.
- Сколько мы будем плыть до Карнахая? - спросила Марина, сдерживая очередной
рвотный приступ.
- Семнадцать-двадцать дней пути. Давайте, покажу корабль.
- Не стоит, - выдавила Марина, ощущая накатывающую тошноту.
- Приказ капитана, леди. Нарушать нельзя, - злорадно сообщил матрос, и, поклонившись,
вышел за дверь.
- Что, правда? - Марина посмотрела на служанку, закончившую ее заплетать. Та кивнула.
102/269
Дюпии провел ее по кораблю, показывая, где камбуз и многое другое. Он изобиловал
терминами, которые Марина не успевала запоминать и, в конце концов, сдалась и
бестолково пялилась по сторонам, борясь с недомоганием и устало плетясь за ним.
– Я смотрю, с таким видом обучение может затянуться, - едко сообщил Дюпии.
На нижней палубе она готова была уже проклясть матроса, отставая от него на пару
шагов, чувствуя себя все хуже и хуже, когда ее окликнул мужчина.
- Хейара! Хранитель огня снова пересек наши пути.
Она удивленно остановилась, увидев в маленьком оконце с решеткой вора, тяжелый
засов запирал дверь.
- Помоги мне выбраться, - его пальцы просунулись сквозь решетку, он прошептал: – и я не
останусь в долгу.
Марина, глянув на удаляющегося, довольного ее мучениями Дюпии, который, кажется,
ничего не заметил, посмотрела на Намо.
- Как ты тут оказался?- спросила она, разглядывая его челку.
- Мара забрала долг, - он плюнул. – Стража схватила, продала в рабство. Но ты ведь
знаешь, что я не виноват.
- Ты бросил меня в компании с вампиром, - напомнила Марина, приложив руку к груди,
согнувшись пополам и перебарывая спазм. – Нарушил долг чести. Иди ты лесом.
- Ты еще пожалеешь, - угрожающе прошептал вор. – Я вырву твои глаза и скормлю их
птицам.
Она не дослушала его, двинувшись дальше, едва доплетясь до своей каюты. Воздушная
болезнь выбивала из колеи.
Первые дни пути она только и делала, что ела и спала. Морской воздух действовал на
нее, как убойное снотворное.
Ирралив только приносила и уносила подносы, а ее передвижения по кораблю
ограничивались путешествием до кормовой части с клозетом.
На третий день Марина почувствовала, что морской воздух, который теперь стал знойно
горячим, больше ее не пьянит. Спать не хотелось, а желудок ничего не раздражало. А
еще на ее столике появилась книга по практике в водной магии.
На следующий день она вышла на корму. Корабль жил собственной жизнью. Матросы
без лишних команд выполняли работу, капитан смотрела вдаль, стоя у руля, а солнечный
свет приятно ласкал кожу, вырываясь из белых облаков знойным ветром. Они шли на юг,
к экватору, под ними простиралась водная гладь Протеймы.
103/269
- Леди Мар, вы умеете плавать? - спросила капитал, стоя на корме и глядя, как на
горизонте показалась дуга маленьких песчаных атоллов, покрытых зеленью.
- Не знаю, - ответила Марина, не в силах оторваться от голубых окаймлений,
окружающих крохотные зеленые островки, подобно оправам.
- Думаю, умеете. Маги воды обладают этим навыком с рождения. Хорошо, - сказала
капитан. – Пойдемте со мною. Мне бы хотелось кое-что Вам показать.
Когда дирижабль снизился почти до уровня воды, Марина увидела на самом большом из
островков две большие мачты, вогнанные в землю. Пришвартовавшись, моряки спустили
веревочные лестницы, и команда дружно отправилась на остров.
- Я не вижу здесь жилья, - сказала Марина, отмечая, что отсутствуют признаки
человеческого присутствия вообще.
- А здесь его и нет, - капитан в длинном платье ловко спустилась по лестнице вниз,
Марина же чуть не оборвала весь подол.
Команда корабля, словно малые дети, разбрелась в несколько минут, и на пляже
остались она, Виларрия и Ирралив. У служанки за плечом висел огромный кожаный
непромокаемый мешок. Они пошли вдоль пляжа, пока не вышли к точке, от которой
удобнее всего было добраться до соседнего атолла.
- Снимайте одежду, – приказала капитан, бодро раздеваясь до нижнего белья. –
Ирралив ее заберет.
Для человека, выросшего на Земле, подобное предложение звучало весьма нормально,
потому Марина с легкостью скинула плотное жаркое платье. Нижнее белье, которое
носили на Овинге, она слегка подкорректировала. Виларрия, посмотрев на ее шортики и
обрезанную под грудь майку, лишь вскинула брови и, взяв кожаную сумку у служанки,
вошла в воду по пояс, бросившись вплавь. Марина последовала за ней, выяснив, что
плавает она великолепно. Будь этот Арвил неладен со своим заклинанием забвения.
Доплыв до атолла, она отдышалась, отжала волосы.
- Может быть, мы перейдем на ты, - предложила Марина, подойдя к растянувшейся на
белом песке Виларрии, и села рядом. - Зачем мы тут?
- Здесь я забираю груз, - ответила та, блаженно щурясь солнышку. – Я торгую с морским
народом.
- Их же не существует. Мне так сказали.
- Они есть. Не могу сказать, что много. Но это не единственный мой атолл. Продают
редкие травы, кораллы, животных, а я им плачу книгами, новостями, другими травами и
много чем еще.
104/269
- А почему не плаваете? А летаете?
Марина никак не могла понять, зачем дирижабль, когда есть Протейма.
- Потому что океан коварен. К тому же в нем много крупных хищников, безопасно плавать
можно только у берегов.
- Насколько больших?
- Больше семидесяти метров, – Виларрия перевернулась на спину.
- А куда отправилась команда? - спросила Марина, не находя особо интересным валяться
на пляже, хотя после пребывания в небе почувствовать землю под ногами было более
чем приятно.
- У нас контрабанда спрятана в центре острова, выпивка и все такое. Пока мы в воздухе
сухой закон, - пояснила капитан, продолжая наслаждаться. – Ты отдышалась?
Она явно сделала над собою усилие и, открыв глаза, встала. Марина кивнула. Место
здесь расслабляло наркотически.
- Тогда нам нужно еще два острова преодолеть. И все.
- Зачем?
- Ни одному пьянице в голову не взбредет плыть за нами за три атолла. Протрезвеет, -
сообщила она, засмеявшись и заходя в воду. – Тем более это запрещено.
Добравшись до пятого атолла, они с удовольствием растянулись на песке. Расстояние
получалось немалое. Отдохнув, они набрали сухих веток для костра к вечеру.
- Мы долго здесь будем? – спросила Марина, наблюдая, как Виларрия ловко ставит
самошитую палатку, а сверху приваливает листвой.
- Хочу выяснить, какие у тебя способности и обучить основам магии воды. Так что тебе
придется здесь пожить парочку недель, а может больше. Я слетаю с товаром на Ола и
вернусь.
От перспективы жить Робинзоном Крузо на махоньком атолле Марина побледнела.
- Нет, - произнесла она, упавшим голосом, не в силах передать, как ей этого не хочется.
Виларрия хохотнула.
- Да не бойся ты! Ты будешь не одна. К тому же, наверняка, тебя уже там ждут.
- Но кто ты? Зачем?
105/269
- Я, - Виларрия потупилась, посмотрев на песок, но затем решительно сказала: - Иногда
мне кажется, что я последний человек на Овинге, владеющий этом видом магии в
совершенстве. Не знаю, может быть, мне не везет. Но за двадцать лет странствий я так и
не встретила ни одного полноценного мага.
- А как ты стала капитаном?
Женщину грустно улыбнулась, как будто вспомнила что-то печальное.
- Мне его подарила Протейма. Хватит болтать, вечером еще будет время.
Виларрия зашла по щиколотку в воду, наблюдая, как пенная волна лижет ей ступни,
прикрыла глаза. Подняла руки и мягко, словно играя на арфе, стала перебирать
пальцами. Вода заколебалась и отхлынула от ее ног на полметра, образовала полукруг,
накатывая, но не пересекая невидимой преграды. Потом она подняла ладони до уровня
глаз, словно несла сосуд с водою и стала выливать его на себя. Воды, образовав зигзаг,
поднялись кругом, постепенно формируясь в малые бьющие фонтанчики. Виларрия
обернулась.
- Чего ты ждешь? Иди сюда, - позвала она. – Опусти руку в воду и ласково толкни.
Марина приблизилась, окунула ладонь в воду, и в тот же миг волны взметнулись на
полтора метра ввысь, обрываясь и стекая на освободившееся дно маленькими
водопадами, заполняя полукруг у их ног. Виларрия с торжеством посмотрела на
опешившую Марину.
- Ого.
- Это просто невероятно, - прошептала Марина.
Она не верила глазам, потрясенно встав на колени, и опустила вторую руку, теперь
волны стали завихрятся внутрь. Ее охватила радость изумления, подобная детской,
когда ребенок впервые обнаруживает, что он может сам над чем-то властвовать.
- Как это вообще возможно?! Это означает, что я маг?
Виларрия вытащила из воды руки и, подойдя к ней, взяла лицо девушки в ладони:
- Ты маг. Потенциально очень сильный! И даже больше, среди народов Аравилата
больше двух столетий не рождалось сильных магов воды.
Она взбудоражено хохотнула.
Но откуда ей было это знать. Припомнились слова Арвила о том, что природные
способности к магии восстановятся в течение нескольких недель. Мара говорила, что
если природных способностей нет, но предрасположенность к магии у человека имеется,
может помочь магия заклинаний и годы тренировок. Правда, такой маг никогда не станет
великим. Но сейчас, сидя в воде, Марина ничего не произносила, а вода слушалась ее. И
106/269
это было подобно чуду.
- Русалки появятся через пару дней, за это время я обучу тебя азам, - пообещала
Виларрия, наконец отпустив ее и поднимаясь. – Раздевайся.
- Еще, - удивилась Марина, – куда уж больше.
Виларрия, посмотрев на нее оценивающе, махнула рукой.
- А, ладно, пока не нужно. Пошли в воду, обойдемся так.
Через два часа она поняла, зачем нужно было раздеваться.
- Вода тяжелый материал и очень пластичный, - рассказывала Виларрия, перебирая
руками и держась на воде. – Когда она в спокойном состоянии, то кажется управляемой,
когда в буре - неподъемно тяжелой, в небе и воздухе она неуловима. Опытный маг
способен управляться с любой, потому что человек и есть вода. Ты должна ее
чувствовать в любом состоянии, даже во льду. Должна быть ее частью. Считается
высшим мастерством управлять водой движением мысли. Но этого достигали лишь
единицы магов. Тебе же это дано от природы. Может быть, поэтому у тебя нет
способностей к другим магиям.
- У меня есть способности к магии древлян.
-Да, но слабые, - сообщила Виларрия. – Иначе бы твой листик разрастался бы. Ведь
энергия магии единая, всепроникающая и взаимосвязанная, это управляющие магией
люди разные.
Следующие двенадцать часов, пока команда самозабвенно пьянствовала на первом
атолле, Виларрия обучала Марину основным упражнениям магии воды. Теперь ей было
проще заниматься без одежды, которая мешала чувствовать любое колебание волны.
Уставшая донельзя, она повалилась на песок, радуясь, что ее учитель взял на себя труд
развести огонь и приготовить ужин.
- Так кто ты?
- Я маг воды и капитан корабля, - Виларрия ловко подманила и выловила рыбу, и сейчас
на костре жарилась парочка. - Давняя история.
- И ты всегда такой была?
- Нет. Я была дочерью барона. У моего отца начались крупные проблемы после того, как
на трон взошел нынешний король Аравилата. Мне было двенадцать лет, брату десять.
Нас тайно вывезли, чтобы мы избежали расправы, когда мой отец отказался присягнуть
роду убийц. Но нас поймали. И вот, таких же несчастных детей, как мы, ожидала не
лучшая участь. Нас продавали в рабство, отдавали в прислужники, самых маленьких
позволяли забирать в чужие семьи. А тех, кто старше двенадцати лет, просто убивали.
Бросали со стен тюремной крепости на скалы. Нас с братом продали в услужение
107/269
богатому купцу из Тиффуита.
Виларрия замолчала, снимая рыбу с огня, и подавая ее Марине на большом зеленом
листе. Протянула стручок толщиной в палец, мерцающий в темноте желтоватым светом.
- Зачем? Какой-то он радиоактивный.
- Это лиайта. Попробуй.
Марина чуть нажала на стручок, выдавив несколько капель. На языке капли припекали,
это было что-то среднее между белым перцем с молочным привкусом. Пока они ели, она
обдумывала услышанное. Король Аравилата не вызывал у нее симпатии, имел множество
врагов, раз до сих пор у нее получалось ускользать от принцев. Но может быть это
только в чужих землях. Поужинав и убравшись, они растянулись на одеялах, которые
Виларрия достала из кожаной сумки.
- А что было дальше?
- Ничего. Нас переправляли на таком же корабле, как мой. Один из матросов решил, что
я достаточно взрослая, чтобы познать любовь. Брат вступился, его убили, а меня
выкинули за борт.
Женщина посмотрела на костер, лицо затуманилось горькими воспоминаниями.
- И вот, барахтаясь в воде, отчаявшись, обессилев, я увидела во тьме атоллы. Не эти.
Доплыла до них, так и осталась жива. Ты совсем засыпаешь, - заметила она, видя, как
Марина изо всех сил старается не уснуть. – Завтра поговорим, спи.
Марина не стала возражать, день упражнений в воде кого угодно уморит. Хотя, похоже,
на Виларрию это правило не распространялось, она продолжала сидеть и смотреть на
горящий костер.
Следующие два дня они так больше и не поговорили. Тренировки разбили на занятия на
суше и в воде. Сначала Виларрия показывала движения на суше, затем, чтобы процесс
шел быстрее, она повязывала им на запястья ленту и, соединив их, они шли в воду. Там
руки Марины становились продолжением ее рук. Некоторые движения были настолько
сложны, что повторить их без этого способа было бы невозможным. К вечеру Марина
изматывалась так, что поев, сразу же засыпала не в силах вести светские беседы.
У нее не все получалось, но основные движения она выучила быстро и то, что делали с
водой музыканты на Арене, уже смогла бы сделать легко после некоторой тренировки в
последовательности манипуляций.
Но до мастерства Виларрии было еще далеко. Та показывала разные возможности,
начиная от простых приемов перемещения воды в воздухе, ударов волнами до
изумительной красоты подводных фигур. В ее руках вода послушно меняла структуру.
Свет искрился в каплях, отражаясь и переливаясь подобно алмазам. Эти алмазы она с
кажущейся легкостью превращала в кристаллы снежинок самых невероятных форм и
размеров. Особенно эффектно это выглядело под водой – снежинки, группируясь,
108/269
формировали ажурные арки, троны, достойные королей, сады, в которых замирала душа
от кружевной красоты. И когда Марина поднимала голову, глядя на протирающуюся
водную гладь, за которой начиналась воздушная среда, и тонул, тускнея и отражаясь,
солнечный диск над Овингой, она жалела, что у нее нет жабр.
А на четвертый день к ним приплыли русалки.
Они приплыли днем и радостно помахали им, не приближаясь, загорая на пляже
соседнего атолла.
Они были именно такими, как их описывают народные поверья. Русалки, приплывшие к атоллу, имели светлую кожу с синеватым оттенком, покрытую местами тончайшим слоем чешуи, разглядеть которую сразу было невозможно. Казалось, будто кожа просто переливается и блестит на солнце. Читай книги на _к_н_и_г_о_ч_е_й._н_е_т_ И только проведя по ней пальцем, можно было почувствовать некоторую ребристость поверхности. От глаз с поволокой трудно было оторваться. Волосы у них были прямыми и жесткими, как тонкие деревянные веточки сероватых и зеленоватых оттенков. Но стоило русалке провести на отмели пару часов, как они меняли цвет, становясь схожими с человеческими.
- Они знают тебя? – спросила Марина, не в силах оторваться от разноцветных бьющих хвостов.
- Да, - Виларрия провела рукой, делая сложный пирует и поднимая руки из воды. Вода просела на полметра вокруг нее.
- Они не опасны? - Марине было уже не до занятий. Она с любопытством глазела на сказочное чудо.
- Как правило, нет, - ответила Виларрия, глядя в их сторону. - Они бывают не в себе. Но сейчас нет.
- А у них есть города? Какие они, - не унималась Марина, выбираясь из воды на берег и неотрывно глядя на них.
- Они кочевники. Плавают вслед за теплыми течениями. Не слишком общительные, но бывают игривыми, могут заиграть до смерти. Забывают, что мы люди. И они плохо видят вдаль, так что если боишься, просто не приближайся.
- А сколько они могут вот так, без воды?
- Пять-шесть часов, я больше не видела. Они не знают наш язык, но бывают довольно полезны. Например, могут предупредить о приближающихся бурях, спасти человека.
- А между собой? У них же есть семьи, не знаю…
Виларрия посмотрела на них, растягиваясь на песке, потом на Марину.
- Ты как ребенок, - произнесла она, а потом вдумчиво, расстроено сказала:
109/269
- То, что ты видишь, одичавшие остатки. Умирающий народ.
- Что с ними случилось?
- Никто не знает. Ру рассказывал, что у них еще есть маленькие города. Но он видел
огромные руины некогда великих подводных городов. Они возводили их из камня, песка
и сцепляющих фиол. Это помогло им развиться и защититься от морских чудовищ. Еще он
показывал мне места, где в скалах вырублены надписи. И они все владели магией воды.
- Ру?
Виларрия улыбнулась так тепло, что стало ясно, что это кто-то близкий ей.
- Увидишь, - загадочно пообещала она и закрыла глаза. Лицо ее просветлело.
Ру оказался русалом. Молодой, мускулистый, крупный с зеленым хвостом и такого же
цвета чешуйками на груди, тыльной стороне рук и щеках, мужчина. У него были темно-
каштановые волосы до лопаток и взгляд с поволокой.
Он напугал ее, когда через пару часов Марина оттачивала сложное вращение, пока
Виларрия собирала фрукты. На атолле росло довольно много растений и деревьев. И
пока Марина усердно добивалась от воды послушания и снижения хотя бы на стабильных
десять сантиметров. Вода, вдруг взбесившись, встала стеной, закрываясь куполом над ее
головою. Растерявшись, Марина порывисто тянула руки вперед, стараясь разрезать
купол, но он упрямо срастался. И так целую минуту. Пока неожиданно сильно купол не
просел над ее головою, грозя потоплением. Вода отхлынула на полметра понизу, и купол,
потеряв жесткость, обрушился на нее, затягивая в воду. Она вынырнула, глотая воздух.
В воде стояла улыбающаяся Виларрия и смотрела сквозь Марину, опуская руки. Та
обернулась и увидела юношу, он смеялся. Затем он проплыл мимо Марины и жарко обнял
Виларрию, целуя и гладя по лицу. На правой лопатке виднелась татуировка золотисто-
зеленого дракона.
- Я скучала, - прошептала женщина, томно прижимаясь к нему. Затем она повернулась к
Марине.
- Знакомься, это Ру. Ру, это моя ученица Мар, - представила она их. Не то чтобы Марина
смутилась, но чувствовала себя неуютно от исключительной наготы.
- Я видел, - голос у Ру был низкий, басистый, взгляд доброжелательный.
- Ру прекрасно владеет магией воды, - гордо сообщила Виларрия, не отпуская юношу и
ласково гладя его по груди. – Думаю, тебе с ним, будет интересно потренироваться. А
сейчас извини нас.
Она улыбнулась и обняла Ру за шею со спины, прижимаясь. Они поплыли куда-то в
сторону от атолла, где, примерно в километре, была еще одна коса. Вернулись они через
несколько часов довольные и счастливые.
Вечером, сидя у костра вдвоем с Виларрией, Марина спросила:
110/269
- Как вы с ним познакомились?
- На атолле, - Виларрия откусила кусочек коралла. Сегодня у них был ужин из мидий,
ракообразных и кораллов.
- Когда я спаслась, то стало понятно, что мне предстоит там жить, пока меня не заметят
и не подберут. Шансы нулевые. И где-то месяца через три, когда я уже освоилась и
смирилась, меня нашел Ру. Давно это было.
- А почему он не такой, как все?
- Он и еще несколько русалов – последние из рода. Они не знают, почему их народ
теряет магические способности. Но я тебе скажу, что отсутствие магии убивает их
стремление к развитию и к жизни.
Виларрия замолчала, глядя на костер. Марина позавидовала ей, подумав, как здорово
иметь любимого. Близкого человека, такого, кто будет ждать, скучать, нуждаться,
отдавать себя. Защитит от злобных озабоченных Лордов Смерти.
- А помнишь, ты спрашивала про корабль? – вспомнила Виларрия, находясь в плену
воспоминаний. – Его мне поднял Ру, с соплеменными. Протейма жестока и добра.
- Скажи, а вы когда, ну, делаете это… - Марина покраснела, но все же продолжила: -
Как вы это делаете? У него же хвост.
Виларрия удивленно уставилась на Марину, но улыбка уже начала пробиваться на ее
лице.
- Ты про что?
- Ну, про это! Как? – Марина окончательно смутилась. – А?
- Он икру мечет, - захохотала Виларрия, больше не в силах сдерживаться от смущения и
непонимания на лице Марины. Просмеявшись она сказала: - У мужчин на Овинге есть
крайняя плоть?
Марина кивнула.
- У русалов она не крайняя. Так понятно?
- Так он что, втягивает его? - спросила Марина, пытаясь представить, как это работает.
Виларрия снова заржала.
- Ну, типа того.
- А что за татуировка у него? – спросила Марина, вспоминая рисунок на плече русала.
- Это его дракон, - ответила Виларрия, перестав улыбаться и уже с тревогой
111/269
вглядываясь в море и ночное небо. – Завтра я поплыву обратно, нужно забрать груз и
отдать товар, а ты оставайся с Ру и постарайся запомнить все, что он покажет. Жаль,
что так мало времени на этот раз.
Марина вопросительно посмотрела на нее, отложив коралл. Нет, не любитель она
морепродуктов.
- Ру обещает сильный шторм, - объяснила Виларрия. - Такой, что пару лет здесь будет
нечего делать. Побудешь с ним, а потом я тебя заберу.
***
Портовый Ола располагался посредине побережья на территории народов Леса. Это был
последний торговый город, где процветала работорговля. Только отсюда можно было
отплыть на Карнахай и купить экзотические товары. Ола являлся единственным портом,
куда свозились товары, дарованные Протеймой. И он по праву носил прозвище «Города
морских бродяг», потому что только здесь можно было нанять первоклассную команду
или конченых головорезов, увидеть капитанов всех мастей, найти предложение на любой
уровень законности. Здесь, как ни в каком другом городе, царили самые разнообразные
нравы и возможности для жизни или смерти.
Арвил прибыл первым. В нос ударил запах плесени и рыбы. Город по утрам утопал во
влажном тумане. Как только ноги его высочества коснулись мокрой каменной
поверхности воздушного порта, к нему тут же подъехала карета с гербом Ола, в которой
сидел начальник города.
- Мне нужен полный отчет о вашей боеготовности, - сообщил Арвил, усаживаясь в карету.
Сорокалетний мужчина в широкополой шляпе с намокшим пером кивнул.
- Нужен начальник городской стражи. В порт должен прибыть корабль под названием
«Русалка», капитан женщина. У нее на борту находится опасный для королевства
человек. Необходимо оцепление и охрана.
- Все говорят о войне с измерами, ваше высочество, - спросил мужчина, желая услышать
ответ из уст самого Лорда Смерти.
- Да, - кивнул Арвил. – Война неизбежна. Вербуйте всех. Я хотел бы получить
информацию по защите города и запасам.
- Но разве наш король не защитит нас?
- Защитит, - согласился Арвил. – Но кто вас сохранит, пока ритуал не будет совершен. Вы
же понимаете, что все будет происходить не в один момент. Так что вычистите все
колодцы.
Они подъехали к дому правосудия и правления.
112/269
- Как вы узнали, что я прибуду,- спросил Арвил, предполагая, что вряд ли так хорошо
работает система доносов правителя Ола вне стен города.
- Вас ждет высокопоставленная особа, - ответил начальник города, сделав загадочное
лицо и вызывая приступ раздражения у Арвила.
Он вышел, прошел внутрь мимо ряда охранников и вошел в апартаменты,
предназначенные для аудиенций с королевскими особами. Вторая жена короля,
королева Лиан Квитвордская, предпочитая держаться от бывшего мужа как можно
дальше, выбрала Олу местом своего проживания.
Но в гостевой зале его ждала не она. Он вошел в помещение, по шикарности не
уступающее королевскому дворцу в Аравилате, и посуровел.
- Что ты тут делаешь? - спросил он сидящую на диване Кедру. Лицезреть ее в
непризрачном облике было редким событием. К тому же для нее не слишком
комфортным. Но раз уж она здесь, да еще и одета в придворное платье, значит ей что-
то очень сильно от него нужно.
- И я тебя рада видеть, братец, - улыбнулась она с ехидцей, рассматривая его пальто с
серым воротом, сапоги, шляпу с пером, заколотую дорогой брошью. – Ты ранен?
Она перевела взгляд на перевязанную ладонь Арвила, когда тот снял перчатки.
- Мне казалось, что из нашей последней встречи ты вышел без царапины, - заметила она,
разглядывая руку.
- Нет, этот подарок достался мне не твоими стараниями, - произнес Арвил, скидывая
верхнюю одежду и шляпу. – Что тебе нужно?
Кедра встала и, подойдя к столу с едой, налила кубок вина.
- Хочу поговорить, - сообщила она.
- Поговори с отцом.
- Не могу. Ты же знаешь, он не доверяет мне, - она подошла, протянув Арвилу кубок.
- То, что ты делаешь, называется измена, - проговорил он, отпив.
- Я знаю, - спокойно ответила Кедра. – Не меньшая, чем то, что он сделал со мною. С
нами!
Арвил согласившись, кивнул. Кедра имела право на месть.
- Ты на стороне измеров? – спросил он прямо.
- Я на стороне Эрика. Я знаю, что люди никогда не примут призрака, как Зеницу
113/269
Единства и не принесут клятвы.
- Вампиру они тоже вряд ли будут служить. О чем мы говорим?! Он не владеет четырьмя
видами магии и никогда не будет.
- Вот именно, - она обошла кресло, в которое сел Арвил, и положила руки ему на плечи. –
Но ты владеешь. Мы могли бы править вдвоем. Что скажешь?
Арвил промолчал.
- Мы бы объединили Аравилат и подземелья. Покорили бы народы. И обошлись бы без
клятвы. Эрик стал бы наместником подземелий и успокоился.
- Эрик никогда не успокоится. Всегда будет хотеть большего. А земли и так принадлежат
Аравилату. Ты понимаешь, что предлагаешь?
- Конечно.
- А измеры и ангелы?
- Ты мог бы от них избавиться.
- От всех?
Сердце Кедры не знало жалости.
- Зачем нам чужие? – ее голос приобрел шелковую мягкость, руки ласково поглаживали
плечи и шею Арвила. – Помнишь те времена, когда мы были вместе?
- Тогда зачем тебе принцесса Аравилата?
Кедра резко оторвала руки, шумно вздохнула и, подойдя к столу, взяла с подноса
виноградную гроздь. Арвил подумал, что раз она до сих пор здесь, значит Мар пока нет
на Ола.
- Король Подземелий в курсе того, что вы делаете за его спиной?
- Кто мы?
- Ты, Эрик, измеры.
Кедра капризно поморщилась, отщипнула ягоду.
- Ему все равно. И давно. Знаешь ли, от долголетия устают. Если Эрик получит власть, он
любом случае начнет в войну. Если измеры победят, появится шанс выжить.
- Ты же знаешь, что есть отец. Они никогда не победят. А ты проиграешь.
- Значит, ты отказываешься? – на лице Кедры промелькнула досада. – И пока отец на
троне, ты будешь до последнего дыхания служить ему и защищать?
- Это называется преданностью семье. Ты сюда явилась неспроста. Скажи, что измеры
обещают за живую принцессу Аравилата? И почему им мало ребенка. У него не
оказалось дара магии.
114/269
- Ребенок одарен, - созналась Кедра.
- Тогда в чем дело?
Кедра отщипнула еще одну ягоду, промолчав. Арвил наклонился вперед.
- Ты не любишь людей и ненавидишь отца. Но неужели настолько, что готова отдать
Овингу чужим?
Кедра покрутила ягоду, но не понесла ее в рот.
- Они прислали узнать, готов ли ты рассмотреть обмен. Они хотят получить принцессу
Аравилата, а взамен они обязуются после захвата выделить территорию людям и
назначить тебя наместником.
- Она им так нужна? – поразился Арвил. – Но зачем живая? После уничтожения
защитников Аравилата кровь принцессы станет бесполезной.
- Я не знаю, - надула губы Кедра.
- А что получишь ты и Эрик?
- Эрик – власть над морами, я останусь при нем и буду фактически править вместо него.
- Какие у тебя основания полагать, что отец не сможет защитить Овингу, - спросил Арвил
вздохнув. Кедра могла быть кем угодно, но не сумасшедшей. – Ты так веришь, что они
смогут противостоять ритуалу единства.
- Да, верю, - просто ответила Кедра.
- И зачем ты предложила править вдвоем!?
- Ведь ты почти такой же, как я.
Арвил допил вино, и, встав, посмотрел на сестру.
- Передай, что наследницу они не получат. В подачках я не нуждаюсь. И скорее сам убью
принцессу голыми руками, чем они ее получат живой.
Кедра вздохнула, отложила гроздь винограда и молча, покинула зал.
Арвил устало потер небритое лицо. Как он умаялся бегать за Мар. Вот тебе и обернешься
за пару дней. Он закрыл глаза, вспоминая последнюю встречу с Изрой. Он что-то
говорил про собор пяти народов. Сейчас это казалось важным. Что он хотел сказать. Он
подошел к окну и посмотрел в него. Туман на улице почти рассеялся, и в облаках
пробивались редкие лучи солнца. Сегодня он ее схватит. Как только «Русалка»
пришвартуется, его люди обыщут судно, и он увезет ее в Аравилат. Отец требовал
немедленной доставки, но Арвил решил поступить по-своему. Он повезет ее на галеоне
по воде, надеясь, что этого времени будет достаточно для прояснения ситуации с
ребенком и измерами. И этого времени хватит, чтобы понять. Понять, почему эта девочка
115/269
так странно на него действовала, волнуя его сны, не покидая мыслей днем, заставляя
нервничать из-за опасений за ее жизнь.
- Арвил? Ангел мой.
В комнату вошли две женщины. Одна – молодая и красивая шатенка, с глубоким мягким
взглядом голубых глаз и полным, чувственным ртом. Вторая – холенная, лет пятидесяти,
моложавая блондинка с раскосыми, зелеными, словно трава, глазами с хитрецой и совсем
юным взором. У нее был с легкой горбинкой нос и тонкие губы. Но вкупе с жизненным
опытом и подвижностью лица взгляд притягивался к ней сам собой. Платья их были из
дорогой материи, богато украшенные и расшитые.
- Лиан! Сафири!
Арвил галантно поклонился экс-мачехи и невесте.
- Это удивительно. Мы не думали тебя увидеть здесь. Ты приехал, чтобы сделать нам
сюрприз? - спросила шатенка вне себя от счастья.
- Сафира, милая, - улыбнулась Лиан, материнской улыбкой. – Не думаю, что у старшего
принца нет дел.
- Но счастлив человек, который получает приятные подарки судьбы, - ответил Арвил,
улыбнувшись невесте. – Как вы здесь оказались?
- Мы идем вокруг Овинги, спускаемся от Аравилата вниз, затем на юг и снова наверх до
северных земель и в Аравилат, - радостно защебетала Сафири. – Я в восторге.
- Не самое лучше решение в преддверии войны, - серьезно выговорил Арвил, глядя на
Лиан.
Та лишь улыбнулась. В зал вошел босой прекрасный юноша, одетый в черную рубаху и
брюки, в летнем плаще, скрывающем за спиной крылья. У него были длинные волосы
вороного цвета, на поясе висел меч, а на лице играла улыбка.
- Ваше высочество, ваше величество, леди, - поклонился он всем троим.
- Где твои сапоги? - спросил Арвил, давно свыкшийся со странностям своего оруженосца.
- Потерял по дороге, - ответил тот, ухмыльнувшись.
- Дамы прошу нас простить, - поклонился Арвил и вышел с ангелом на балкон.
- Отправляйся на север к долине Смерти, собери как можно больше преданных людей.
Не меньше двухсот человек, и ждите меня там. Вас не должны обнаружить. Будьте
готовы к серьезному столкновению с измерами и морами.
116/269
- Сколько ждать?- спросил Ияра, привыкший к такой форме поручений.
- Пока не дам отмашку.
Ангел кивнул, скинул плащ, вскочил на перила балкона и, спрыгнув вниз, воспарил в небо.
Арвил вернулся в помещение.
- Твой ангел не перестает меня удивлять, - проговорила Сафири. – Какие-то они не от
мира сего.
- Ты права, - согласился он. – Лиан, мне нужно, чтобы ты в течение трех-четырех дней
добралась до Моромонги и оставалась там в одной из бухт.
Лиан, улыбнувшись Арвилу одной из своих обманчиво-безмятежных улыбок, кивнула.
- Но там же холодно, - пожаловалась Сафири.
- Конечно, я думаю, вам стоит прикупить новый теплый гардероб, - Арвил хитро
улыбнулся, и поцеловал руку Лиан. – Я распоряжусь казначею. Пять тысяч золотых
сойдет для начала.
Дамы остались более, чем довольны. Сафари поспешила в покои переодеваться, а Лиан,
задержавшись, подошла к Арвилу.
- Мне укомплектовать галеон в боевом составе?
- Ты же сказала, что вы просто путешествуете, - усмехнулся Арвил, в очередной раз
отмечая проницательность Лиан и кивая.
- Но ты же сказал, что сейчас преддверье войны, - шутливо парировала она. – Мы
отправимся завтра. Где будешь ты?
- Мне нужно посетить Карнахай, я дам знать, когда из Моромонги вы сможете
отправиться дальше или, если станет небезопасно, вернуться домой.
Лиан покинула приемный зал. Арвил подумал, что если Кедра перехватит Марину, то
придется штурмовать долину Смерти, наверняка она потащит ее к Эрику. В зал вошел
слуга.
- Что тебе? – спросил Арвил, ожидая лишь сообщений о прибытии корабля.
- Ваше высочество, Лорд Ванка просит об аудиенции. Он говорит, что он хранитель…
- Я знаю, чей он хранитель, - оборвал его Арвил. – Зови.
В зал вошел человек в официальных доспехах рыцарей-хранителей Карнахая.
- Ваше высочество, - произнес он уважительно и склонил перед Арвилом колено. – Прошу
простить меня за дерзость и просьбу принять в столь ранний час. Но у меня мало
117/269
времени, корабль на Карнахай отправляется через несколько часов.
- Я вас рад видеть, - произнес Арвил официальным тоном, разглядывая его. Металл
доспехов изумрудно-зеленого цвета смотрелся невероятно богато с золотыми кантами на
краях деталей. Мужчине казалось около шестидесяти пяти лет, однако глаза его цвета
мутной воды не утратили еще живости, он был седовлас и носил круглую бородку. – Что
вас привело ко мне?
- Я слышал, что принцесса Аравилата на Овинге и вы ищете ее?
- Да, вести у нас распространяются мгновенно, - заметил Арвил, вздохнув, надевая маску
равнодушия. – Это так. Я ищу ее на Ола.
- Я должен официально заявить, что принцесса Аравилата умерла, - сообщил мужчина,
искренне глядя в глаза Арвилу.
Арвил кивнул и, подойдя к столу, налил в фужеры вина.
- Как давно вы были на Земле, лорд Ванка? – спросил он, протягивая вино Хранителю.
- Пять лет назад.
- Не подскажете, в каком возрасте умерла принцесса?
- Ей шел тридцать первый год, - ответил лорд, совершенно не сомневаясь в своих словах.
- И вы сами видели ее смерть?
- Нет. Но мой приемник видел. Ему я доверяю, как самому себе. Клянусь честью
хранителя.
Арвил жестом пригласил хранителя на диван и сел в кресло. Все совпадало, ей бы сейчас
было тридцать шесть лет. Но Мар только двадцать шесть лет. Кто ж так играет с
короной в игры? Человек, стоящий перед ним, искренне верил в то, что говорил.
- Расскажите о принцессе. Чем занималась, болела, какую вела жизнь. Что за человек
она была?
Просьба удивила хранителя, но, пожав плечами, он пригубил вина и кивнул.
- Милая, спокойная, одинокая. Как будто подозревала о своем настоящем
предназначении. Я был ее тренером по фехтованию. Работал в секции, где маленьких
мальчиков и девочек обучают владению холодными видами оружия. Дар фехтования у
нее был не особо выражен, но имелась природная способность притягивать людей
добротой. Ничем не болела. Не замужем. Вела обычную жизнь учителя физкультуры.
- Кто вам сообщил о ее кончине?
118/269
- Хранитель, который оберегал ее после моего ухода.
- Вы ушли по собственному желанию?
- Ваше величество не знает, но хранитель оберегает тридцать лет, затем он
возвращается в Орден и проходит обряд очищения. Если он стар, как я, то он может
освободиться от этой ноши и стать свободным от клятв ордену и Аравилату. Мое время
пришло.
- Кто ваш преемник?
- Дэйв Олтан.
- Где он сейчас?
- Это тайная информация. Наверное, выполняет долг перед орденом. Хранит.
- Подопечные всегда знают, кто их хранит?
- Нет, чаще не знают.
Арвил сощурил глаза, прикидывая картину, но та упорно отказывалась складываться
воедино.
- Скажите, а среди ваших учеников в школе фехтования были одаренные девочки?
Младше принцессы лет на десять?
- На Земле немало одаренных детей, - ответил Хранитель, не видя подвоха. – Очень
много детей простолюдинов с раннего детства проходят обучение различным видам
мастерства и получают навыки в разных видах искусств. Конечно, среди моих учеников
были талантливые девочки.
- А не было ли одной? Особенной! – допытывался Арвил, внимательно наблюдая за
реакциями Хранителя, ведь тот, защищая подопечного, способен был на любую ложь.
- Нет. Было несколько мальчиков, - ответил тот, не моргнув глазом.
- Лорд Ванка, - Арвил встал и приблизился к хранителю. – Скажите, могу ли я найти
Дэйва Олтана на Карнахае?
- Вряд ли. Я там живу уже пять лет и выбираюсь на материк лишь по делам Ордена. Его
там нет.
- Что ж, - произнес Арвил, изображая на лице торжественность. – Могу вам сообщить
добрую весть. Король Аравилата желает наградить вас личным домом и родовым
поместьем в землях Аравилата за доблестную службу короне. Завтра утром с
королевской пристани по воде пойдет галеон, думаю, вы сочтете за честь принять
награду из рук короля Аравилата лично.
119/269
На лице хранителя отразилась гамма чувств, но отказаться он не мог.
- Почту за честь, - произнес он растерянно. – Я улажу дела и буду вовремя.
- Замечательно, - холодно произнес Арвил, принимая поклон лорда Ванки.
***
«Русалка» пришвартовалась поздно вечером, когда Олу накрыли темные сумерки,
пронизываемые моросящим дождем. Виларрия собрала бумаги; товар, привезенный с
атоллов, уже ждал покупатель. Она даже не стала отпускать команду на берег,
планируя потратить от силы часов шесть на разгрузку, необходимые закупки и получение
нового заказа. Внезапно с палубы через открытое окно долетели странные вопли. В
кабинет вбежала Ирралив.
- Там люди принца Аравилата, - сообщила она испуганным голосом.
- Иди к себе, - приказала ей Виларрия, продолжив спокойно складывать купчие.
Из коридора послышались шаги, дверь распахнулась, и в проеме возникла огромная
фигура Лорда смерти, старшего наследного принца Аравилата Арвила Генуи Одвина.
Она гордо подняла голову, недружелюбно взглянула. За его спиной стоял начальник
стражи Ола, а за тем прятался начальник порта.
- Чем могу служить ваше высочество? – холодно произнесла Виларрия.
- Капитан?! – пробасил принц. – Вы задержаны до выяснения обстоятельств. Прошу не
сопротивляться и проявить благоразумие.
- В связи с чем?
- На вашем корабле скрывается человек, представляющий угрозу для короны Аравилата
и всех земель Овинги. Прошу, выдайте его без сопротивления, - произнес начальник
стражи отрепетированным голосом.
- Приведите моего старшего матроса.
Через две минуты в кабинет вошел Дюпии.
- Дюпии, приведите к господам нашего гостя, - приказала Виларрия. – Не снимайте
кандалов, он слишком опасен.
В кабинете повисла гнетущая тишина. Виларрия сухо смотрела на мужчин, они на нее.
Никогда не видевшая принца вживую, она отметила, что рассказы про странные глаза не
выдумка. От них и в самом деле веяло нежитью, чем-то бездушным. Послышались шаги, и
в кабинет вошли Дюпии с пленным. Арвил узнал его, недовольно вздохнув.
- Речь шла о принцессе Аравилата, а не об обыкновенном воре, капитан.
120/269
- Приношу извинения, ваше высочество, но больше на моем корабле посторонних не
имеется, не считая вас, разумеется.
В глазах Арвила плескались ненависть и гнев. Он смерил женщину уничтожающим
взглядом сверху вниз.
- Речь идет о принцессе Виера Мар Квитворд. Мне известно, что Бултам она покинула
именно на вашем судне. Это вы не будете отрицать?
- Разумеется, буду, - ответила Вилария, подарив ему ничуть не менее высокомерный
взгляд, чем тот, которым принц смотрел на нее. - Но если вам угодно, вы можете
обыскать корабль. И спросить команду.
Арвил тут же кивнул головой, и оба начальника побежали выполнять приказание, а
Дюпии с пленным вышли за дверь, оставив их одних. В кабинете повисла тишина.
- Выдайте мне принцессу Аравилата, и я верну вам титул и восстановлю доброе имя
вашего отца, - произнес Арвил, разглядывая ее, на платье была вышита роза. Герб дома
Дазро. Богатое баронство, выросшее из оружейников. Предки этой женщины были
храбрыми воинами и верными Аравилату людьми.
- Я не могу этого сделать, потому что ее нет на борту. И никогда не было, - процедила
Виларрия.
- Ваша цена? – спросил Арвил, понимая, что давление здесь вряд ли поможет. – Назовите
ее?
В комнату вошел начальник стражи Ола.
- Капитан говорит правду, команда никого не видела, - отчитался он.
- Предложите награду в тысячу золотых за информацию о местонахождении принцессы,
- приказал Арвил, не сводя глаз с Виларрии. – Каждому.
Через полчаса в кабинет вошел начальник порта и сообщил, что на борту принцессы нет.
- Подождите за дверью, - приказал Арвил и недобро посмотрел на Виларию. – Мне
ничего не остается делать, как применить заклинание правды.
Виларрия даже бровью не повела. Она знала, что принц Арвил прекрасно владеет
магией смерти и магией огня. Заклинания дублировались в разных видах магии, но
немало было уникальных. Это относилось к уникальным. Воздействуя на нервную
систему человека, маг мог добиться любой правды от плененного.
Она незаметно опустила руки под стол и стала шевелить пальцами. Арвил поднял руку
перед собою, словно просил подати и начал шептать слова, но не успел закончить
предложение. Мощная струя воды выстрелила через окно, превращаясь на принце в
ледовый панцирь. Он перестал творить речь. Огнем, схваченным со свечей в комнате и
усиленным магией, он растапливал стремительно нарастающую и сковывающую его
броню, пока минут через пять не расколол ее надвое, соединив с разрушительным
заклинанием смерти.
121/269
Тут же присоединилась вторая волна, зажав его с двух сторон. Принц произнес
заклинание, продолжая противодействовать атакам, пока дерево корабля за спиной
Виларрии, зажив собственной жизнью, не начало заращивать окна кабинета. Через
пятнадцать минут в ее распоряжении осталась только та вода, которую она успела
влить в помещение.
- Хватит, - вскинул руку Арвил, останавливая ее. – Я пришел не убивать!
Виларрия перестала атаковать, но продолжала удерживать водный барьер между ним и
собой.
- Признайтесь, что вы проиграли, капитан. И я откажусь от применения силы.
Виларрия опустила руки, и вода схлынула на пол, растекшись по кабинету. Пару секунд
они молча взирали друг на друга. В кабинет робко постучались.
- Вы признаете поражение? - спросил Арвил, теперь в его голосе слышалось уважение.
Виларрия кивнула. В кабинет снова постучали.
- Войдите, - рявкнул принц.
- Тут пленный вор, говорит, что видел принцессу на корабле, - сообщил начальник
стражи, нерешительно просунув в дверной проем только голову.
- Что ж, - Арвил понимающе кивнул. – Что и требовалось доказать. Ведите его сюда.
- Он лжет, - спокойно сообщила Виларрия.
В кабинет вошел Намо, оглядывая опаленные стены и мокрые поверхности кабинета,
заросшие окна. Арвил выжидающе посмотрел на него.
- Я видел ее, - сказал он противным, довольным голосом. – В день отплытия из Бултама.
- Он лжет, - еще раз с нажимом произнесла Виларрия.
- Если ты скажешь правду и докажешь ее, я подарю тебе свободу, - пообещал Арвил.
- И снятие всех обвинений, - тут же потребовал вор, нагло пользуясь возможностью.
Арвил кивнул.
- Мы причаливали на атоллах, три дня назад. Капитан оставила ее там, - сообщил он. –
Посмотрите путевые записи.
- Он просто лжет, оттягивая неизбежное, - нажала Виларрия, с презрением глядя на
Намо.
122/269
- Покажите ваши записи капитан, - потребовал Арвил.
Та прошла к столу и, открыв его, достала оттуда бортовой журнал и, не сдержавшись,
швырнула им в принца. Тот ловко поймал его, открыл, просмотрев записи.
- Что вы там делали?
- Пьянствовали, – ответила она после некоторой паузы, по-прежнему с ненавистью глядя
на вора.
- Вы? – Арвил поднял на нее любопытствующий взгляд.
- Не я, а моя команда. На небольшом острове трудно вляпаться в неприятности, -
сообщила она, вызвав на лице принца улыбку.
- Если ты лжешь, - Арвил повернулся к вору. – То клянусь честью, ты проведешь на тех
островах остаток жизни, принадлежа всей команде по очереди.
Арвил захлопнул журнал и протянул его Виларрии.
- Мы отбываем немедленно. Идем на двух кораблях, на привязи.
***
«Она не лгала», думал Арвил, стоя на одном из атоллов спустя три дня. Маленькие
островки были совершенно пустыми. Даже странно, зачем вор так безнадежно врал.
Скорее всего, он сказал правду. Или принцесса была здесь, но ее уже успели забрать.
Либо, каким-то невероятным способом, она покинула корабль и осталась в Ола. Он
пришел к выводу, что скорее первое, чем второе, было возможным.
А это значило, что он окончательно потерял ее след.
123/269
Часть 7
Рано утром Виларрия уплыла на корабль, а Марина с Ру приступили к тренировкам.
- Ты не должна сомневаться в воде. Она твое начало. Начало, - русал так часто и
ритмично повторял эти слова, что Марине стало казаться, что он зомбирует ее. – Больше
всего в мире воды. И, владея магией, которая везде, ты можешь стать сильнее других.
Он поднимал хвостом песок, чтобы она видела не только магические вихры, рождаемые
движениями, но и куда вода течет, как оказывает сопротивление магическому влиянию.
Более того, песок визуализировал маринины усилия, позволяя понять, что она делает,
ускоряя процесс обучения.
Во время упражнений Ру активно использовал хвостовой плавник, и в этом была
проблема. У Марины были ноги, и она на них стояла. Тогда русал перевязал их
водорослями, заставляя девушку держаться на воде только за счет рук или на спине,
вызывая магические потоки и усмиряя их.
- Может так статься, что ты будешь тонуть или уплывать от опасности. И тогда тебе
нужны будут не только руки, но и ноги. Важно уметь пользоваться и тем и другим.
Через три часа занятий Марина выползла на берег обессиленная. Оказывается, магия
может появляться не только из рук.
После обеда, как и во время утренних занятий, за плечами Ру все время тянулся
непонятный зеленоватый шлейф, который Марине никак не удавалась разглядеть.
- Что это такое? – полюбопытствовала она, когда терпение иссякло.
Русал приподнял плечо из воды, и на нем не оказалось татуировки. По спине, карабкаясь
на крыльях, полз маленький живой дракончик. Он занял место на плече и влился в кожу,
на глазах становясь татуировкой.
- Это морской драк, - пояснил он.
- Можно потрогать? - Марина протянула пальцы. Ру усмехнулся, кивнув. Дракон тут же
отделил голову, стараясь укусить. Она отдернула руку.
- Кусается.
Ру улыбнулся.
- Они не отличаются хорошими манерами.
Затем он почесал лоб и, сомневаясь, сказал:
- Я знаю, ты побаиваешься меня, и мы мало знакомы, но... Мне бы хотелось помочь тебе.
Виларрии не будет семь дней, и этого достаточно, чтобы обучить тебя не только азам, но
всему остальному. А закрепить ты сможешь позже, когда закончишь свой путь.
Марина вопросительно посмотрела на русала.
- Но для этого нам нужно туда, - он показал в сторону Протеймы.
124/269
- Куда? – Марина уставилась в горизонт, ища землю.
- Под воду.
-Ну, знаешь, у меня нет жабр. И дышать под водой я не умею, – сообщила она
возмущенно.
- Тебе и не надо. Воздуха в кожухе хватит, чтобы добраться до завоздушенных фиол.
Там, под водой, наша магия наиболее сильна, у меня будет возможность передать часть
своих умений через Дыхание жизни, - уговаривал Ру, видя, что Марина колеблется.
- Ты бы за пару дней освоила то, на что уйдет год. Эти малые знания самое ценное, что
осталось от моего умирающего народа. Не считая Вилы, ты последний сильный маг воды.
Ей вдруг стало стыдно. Марина сама удивилась странному щемящему чувству,
возникшему где-то одновременно в носоглотке и солнечном сплетении. Как будто ее
виной было то, что морской народ умирал, а знания магии воды утрачены почти
повсеместно. Будто ответственность от слов Ру легла ей на плечи и стала бременем ее
сердца.
- Хорошо, - кивнула она, направляясь к берегу за палаткой.
Ру помог связать кожух таким образом, что тот превратился в небольшой парашют.
Верхнее отверстие оставили развязанным.
- Залезь в него и растопырь, - попросил он.
Как только он вошли в воду по шею, он утянул его глубже. Плыть в темноте было
страшно. Сердце Марины безудержно колотилось, инстинкты кричали о спасении, но
воля приказывала терпеть. И она, закрыв глаза, стараясь дышать как можно ровнее,
вспомнила лицо матери. То самое, что видела в иллюзии в храме. Доброе, озабоченное,
несчастное лицо, имеющее почти полное сходство с ее лицом. Может она и не помнит
прошлого, не знает настоящего и боится будущего, но ее родители бились за ее жизнь. И
она должна стремиться быть не хуже их. Ее не прельщали ни корона, ни власть. Но
ответственность за целый народ, который, умирая, не мог даже передать знания, потому
что на Овинге уже двести лет не рождалось сильных магов воды, мгновенно
взбудоражила королевскую кровь в ее жилах, отдаваясь голосом предков, идущим
сквозь поколения, и облагородила сознание. Она обязана делать все, что может, во
благо всех народов Овинги. Она дочь своих родителей и ее очень любили. А она, в свою
очередь, истинная принцесса Аравилата и настоящая наследница. От этих мыслей в
полной темноте, Марина расплакалась, и стало легче, как будто кто-то разрешил ей
дышать глубже и свободнее.
Скоро они приплыли к подводной завоздушенной пещере. Вода вытолкнула ее в
воздушное пространство. Она стащила кожух, осматриваясь. Стены пещеры слабо
фосфоресцировали желтым, красным и зеленым светом.
- Отдохни немного, - предложил Ру. – Мы отправимся дальше, я только сплаваю за
фиолой.
Он нырнул в воду и исчез, оставив Марину, но минут через сорок он вернулся. В руках у
него был купол, по виду похожий на светопроницаемую шапку медузы, полую изнутри и
бесцветную, ссужающуюся книзу. Внешне она походила на стекло, на ощупь – на
тончайшие пленки.
125/269
- Оставь кожух здесь, - сказал он и помог забраться Марине внутрь по грудь.
Они снова двинулись в путь. Воды Протеймы были чисты и прозрачны. Солнечный свет
проникал глубоко, давая его обитателям освещение с ограниченным пределом
видимости. Теперь Марина поняла, почему русалки плохо видят. Оптические свойства
воды не позволяли видеть далеко.
Плыть стало намного веселее. Через несколько часов они добрались до места
назначения, и, приближаясь, Марина все больше переставала дышать от восхищения.
Город русалок был каменным. Светлые стены домов без окон украшались резьбой, между
ними росли изумительной красоты посадки из морских цветов и водорослей. Узкие входы
внутрь располагались понизу. Ширина проходов была больше, чем высота.
Правильные геометрические линии улиц указывали на то, что некогда этот город был
оплотом великой цивилизации. Во многих клумбах стояли искусные скульптуры,
выполненные в мельчайших деталях. Поверх плоских крыш тоже росли клумбы, они
окружали фиолы, служащие окнами. Вдоль улиц дома соединяли гирлянды маленьких
фиол со светящимися рыбками внутри.
Русалки общались жестами, периодически заплывая и выплывая из зданий. Они плыли
по своим делам и во многом были похожи в поведении на людей. Они украшали себя
ракушками и плетениями из кораллов, волосы заплетали плотно к голове.
Ру завел фиолу Марины внутрь одного из зданий, там под самым куполом был воздух.
Обстановка дома состояла из ниш с местами для еды, сна и многих других вещей,
присутствующих в обычной человеческой жизни, вроде книг, зеркал, кухонной утвари и
круглого очага, располагающегося на большом камне в центре дома, из которого, сквозь
тонкий слой воды, шли пузырьки воздуха.
- Это мой дом, - сказал Ру, помогая Марине забраться в самую большую нишу, четыре на
четыре метра. Он подошел к очагу и разжег его. Пузырьки воздуха оказались природным
газом.
- Слушай, а я тут не угорю, - спросила Марина, памятуя об опасностях угарного газа.
Ру показал рукой вверх, на фиолу.
- Она дышит огненным дыханием и дает воздух. Не бойся. Мне нужно пообщаться со
старшими. Я скоро вернусь, никуда не выходи.
Он нырнул под воду и уплыл, а Марина, осмотревшись и привыкнув к мягкому отблеску
огня и свету, пробивающемуся с поверхности Протеймы, уселась ждать.
Через несколько часов она проснулась от запаха жареной рыбы, детского шепота и
возни. Она открыла глаза. На нее удивленно уставились три пары детских глаз. Три
хорошеньких девочки, по-разному заплетенные, замерев, смотрели на нее, а она на них.
У очага хозяйничала русалка возрастом старше Марины.
126/269
- Ты проснулась, Знародная? - спросила женщина, не оборачиваясь и переворачивая
рыбу. – Мой сын скоро будет.
Марина села, скидывая тонкое полотно, послужившие ей одеялом. Девочки разом
загомонили, заулыбались, толкая в ладони ракушки и морские бусы. Русалка
прикрикнула на малышек на незнакомом языке. Те, обиженно вздохнув, еще раз
взглянули на Марину и, соскользнув в воду, неохотно выплыли из дома.
- Прости их. Они никогда еще не видели живого человека и любопытны, как все дети.
- Откуда вы знаете, что я Знародная? – спросила Марина, рассматривая еще больше
разросшуюся татуировку. Этак она скоро будет ходить с золотой рукой. – Из-за нее?
- Древний знак. А наш народ чтит древних.
Марина улыбнулась. Женщина протянула расписанную красками плошку с горячей рыбой
и подала деревянную вилку с двумя зубцами. Затем положила на круглую сковороду еще
две рыбины.
- Спасибо. Умираю с голоду, - призналась она, накинувшись на еду. Это понравилось
русалке. Она села в нише напротив, свесив хвост в воду, распустила волос и украдкой
стала наблюдать за Мариной, пока та ела.
- Скажите, а много таких городов у народа воды, - спросила Марина, решив, что лучше уж
пусть она говорит, чем смотрит.
- Это последнее крупное селение. Но несколько сот лет назад нас было множество, -
женщина печально улыбнулась. – А самый крупный соединял не один арат воздушных и
водных подземных пространств. Люди жили среди нас, а мы могли быть свободными
наверху.
- Что произошло?
- Никто не знает. Но среди нас стало все меньше и меньше рождаться магов. Мы стали
болеть.
- Похоже на какую-то эпидемию, - задумчиво произнесла Марина, продолжая кушать.
- Да, теперь нас совсем мало, не считая одичавших.
- А почему они такие?
- Никто не знает. Но все, что их волнует, это веселье и теплые течения. Их не интересует
прошлое, они не заботятся о потомстве, бросают на месте, не создают ничего. Очень
агрессивны, если голодны.
В воде послышалось колебание, и на поверхности появился Ру.
- Мам, почему девчонки прилипли к фиоле, - он показал на три маленькие рожицы,
виднеющиеся над куполом дома. - Наша гостья задохнется.
Русалка быстрым движением собрала волос и нырнула в воду.
- Освоилась? - спросил Ру, видя, как Марина доедает ужин.
- Твоя мама гостеприимная женщина.
- Она любит людей, - Ру перевернул рыбу. – На ее руках не одна спасенная жизнь.
Всплески воды обозначили возвращение матери Ру с девочками. Она усадила их на
дальнюю нишу и выдала одну рыбу, разделенную на троих. Ру тоже взял ужин.
127/269
- Что мы будем делать?- спросила Марина.
- Посмотрим старые пещеры и предков, - сообщил Ру, пока русалка хлопотала с
обустройством детских спальных мест, вероятно, самая большая ниша в доме была
детской, и ее отвели Марине.
Девочки не столько ели, сколько не могли оторвать взгляда от Марины, а когда она им
улыбалась, они заливались детским смехом, вызывая у Ру усмешку. После ужина Марина
нырнула с Ру и вынырнула уже у дома, у его стен собралась куча зевак. Девушка не
нашла ничего лучше, чем поклониться русалкам. Те поклонились ей, начав улыбаться.
Поднырнув в фиолу, она вздохнула, к ней присоединился Ру.
Он вывел их по улице за селение, через стену водорослей, разросшихся кверху до самой
поверхности Протеймы. И скоро они подплыли к полю, заполненному каменными
скульптурами людей. Ноги каменных изваяний увязли в песке, глаза закрыты. Позы
поражали разнообразием. И все до одной фигуры были людьми.
- Здесь несколько тысяч, наверное, - произнесла Марина, понимая, что вряд ли они все с
затонувших кораблей. – Их специально собрали вместе?
- Нет, - ответил Ру. – Это наши предки. Те, кто был до русалок. Те, кому мы обязаны
своим существованием. Протейма добра и жестока. Я тебе покажу.
Они поплыли дальше и скоро достигли входа в пещеру. Внутри они плыли наощупь
метров десять, пока перед ними не показались отблески света. Приблизившись, они
оказались в огромной пещере со свисающими сталактитами, с подземной рекой
посредине. Высотой грот казался не менее пятнадцати метров в высоту. Вдоль его стен
на малых островках горели костры. От их количества в пещере было светло. У берега
качалась лодка. Марина непонимающе посмотрела на Ру и, вынырнув из фиолы, вышла
на берег.
- Здесь много фиол, - произнес он, тоже выползая на берег на руках. – Видишь очаги
огненного дыхания. Они питаются им. Но эти фиолы молоды и еще живы. Могут ужалить
молнией.
- А эта? - Марина, показала на ту, в которой они приплыли.
- А эта старая, ей все равно. Пусть подышит, а мы на лодке.
Они забрались внутрь. Ру взял в руки весло и оттолкнулся от берега. В пещере было
тихо. Стены переливались игрой желтых отсветов и синих, переходящих в черные тона,
теней.
- Здесь очень красиво, - негромко произнесла Марина, рассматривая свисающие с
потолка гроздья каменных сосулек. Мутная желтая вода реки отражала пещеру в своей
глади, умножая отсветы костров.
- Это ваше святилище?
- Это наша память о предках.
128/269
Они свернули в узкий коридор и достигли широкого грота, вытянутого и чем-то
напоминающего средневековый зал с арочным сводом.
- Это дело рук человеческих, - восхищенно прошептала Марина, понимая, что таких
ровных стен природа не вырубила бы.
Они проплыли его и, нырнув в нишу, оказались в другом зале, где на стенах, освещенных
вечным огнем, были вырублены картины, подобно изразцам в деревне древлян.
- Я такие уже видела, - произнесла она, разглядывая их.
- Где? - взволновался Ру.
- В одной деревне народа Леса. Что это? – Марина показала рукой в правый верхний
угол, не отводя взгляда.
- Это то, зачем я тебя сюда привел. Это наши легенды.
- Легенды?
-То, что важно сохранить перед тем, как мы исчезнем.
- Ру, - Марина серьезно посмотрела на русала и взяла его за руку. – Ты понимаешь, что я
могу погибнуть, и тогда знания будут утеряны. – Ведь вы же не одной мне передаете эти
знания? Должны же у вас быть другие хранители.
- Они есть, но все они не маги воды, - убежденно произнес русал и второй рукой накрыл
ладонь Марины. – Один маг воды стоит тысячи хранителей. Тем более Знародная.
Марина вздохнула: каждый верил в то, во что мог.
- Ладно, рассказывай свои легенды.
Ру улыбнулся, сказав:
- Когда чаша полна, кажется, что ее не выпить. И сомнения сильнее любой веры. Когда в
ней половина, кажется, что она - то наполовину пуста, то наполовину полна. Тогда
сомнения равны вере. Но когда она почти пуста, иногда начинает казаться, что сомнения
– это то, что на дне, а все остальное достается вере. И только одна любовь в сердце к
дому, народу, семье подскажет тебе, что есть истина, а что есть ложь. Верь своему
сердцу, Знародная.
После этого он, в течение нескольких часов рассказывал Марине легенды народов воды.
Их историю и бедствия. И Марина снова встречала высеченный двойной овал, похожий
на колодец в центре Овинги, такой же, как и у древлян.
- Что это за круг? – указала она на него.
- Ты не знаешь про обряд Единства? Хм. Это интересная легенда, - Ру подплыл поближе
к фрескам и показал пальцам на одну из них, далее Марина только следила по рисункам
за его рассказом.
- Были времена, когда на Овинге наступило темная пора. Один властитель Аравилата
мечтал о бессмертии и всевластии. Он так возжелал этого, что нашел средство,
позволяющее жить вечно. Так на Овинге появился народ Мор. Кровожадные,
обращенные самим правителем, они стали полунежитью, получеловеками, для которых
кровь была необходимым условием для выживания. Они ее впитывали. Иначе тело
129/269
обращалось в прах. Первые моры, как и сам обращенный король, не могли остановиться.
Им казалось, что наступит момент, когда они впитают так много, что снова станут
людьми. Но этого не происходило. Их черная магия росла и, по мере их усиления, гибли
народы на Овинге.
- Какой кошмар, - ужаснулась Марина, всматриваясь во фрески с вопящими младенцами
и кричащими женщинами.
- Так появился темный народ и магия смерти. Они не знали покоя. Им требовалось все
больше и больше. А людей на Овинге становилось все меньше и меньше. И, в конце
концов, часть из них скрылась в подводных пещерах, зная, что жизнь без света все-таки
лучше, чем ничего.
Ру тоже разглядывал фреску.
- И много? – спросила Марина, вспомнив о скульптурах.
- Почти полмиллиона, - ответил Ру. – И тогда моры стали рыть проходы к гротам, их гнала
жажда. Они согнали остатки людей в небольшие поселения, чтобы не рассыпаться в
пыль. Но им этого было мало. Женщины от отчаянья душили собственных детей,
убивались сами. Были очень страшные времена. И тогда самые сильные маги, объединив
свои силы заклинанием «купол мира», превратили страждущих спасения людей в
русалок. Так появился народ воды. И предки.
- Предки?
- Те, кто не смог обратиться. Они замерли на века.
Ру замолчал. Марина с печалью осматривала картины.
- А что было потом?
- Потом те, кто были согнаны в хлевы для откорма, от отчаянья стали развивать магию
леса и огня. Они приручили драконов и поднялись в воздух. Несколько тысячелетий шла
кровопролитная борьба за право существования на Овинге. Развивалась магия. Они так
и не простили народ воды. Нашелся маг, который овладел всеми четырьмя видами магии:
жизни, смерти, воды и огня. Он провел обряд Единства, победил темного властителя и
стал первым королем Аравилата, Зеницей Единства.
- Но как?
- Наши легенды об этом не рассказывают, известно одно: король смерти – это тот же
самый король, который и по сей день правит в Подземелье.
- А заклинание? - Марину аж передернуло от мысли о возможной встрече с этим
монстром.
- Обряд Единства применялся после этого трижды. Дважды, чтобы уберечь Овингу от
потопа и столкновения с небесным телом. И когда на Овингу пришли измеры с ангелами.
Это было две тысячи лет назад.
130/269
- Но как это происходит?
-Энергия магии и Овинги смешиваются, и она очищает от бедствия, - сказал Ру,
показывая на изразец, где у колодца стоял человек, вскинувший к небу руки, а из
колодца бил поток. – Но это то, что было. У нас есть легенда о том, что будет.
Марина удивленно посмотрела на русала. Он взял весло, и они поплыли в маленький зал,
где лодке можно было только крутиться на месте.
- Зеница Единства это всегда великий маг, способный объединить все разъединенное на
некоторое время вместе, - Ру показал на картину. – Наступит день, когда на Овинге
появится маг, который сможет вернуть к жизни мор и ноги народу воды. Он будет
владеть пятью магиями: воды, жизни, смерти, огня и еще одной. И тогда мы снова станем
одним народом.
Он помолчал, разворачивая лодку, и они поплыли назад. Было поздно, когда они
вернулись, русалочий город спал. В доме Марина обнаружила мягкий губчатый лежак в
ее нише, мать с детьми спали на подобных лежанках. Ру улегся прямо на каменный полог
и тут же погрузился в сон. А Марина еще долго ворочалась, не в силах сразу успокоиться
от полученных за день впечатлений.
На следующий день после похода в пещеры дорога к «Дыханию жизни» заняла полдня.
Ру привел Марину к отмели, где на берегу атолла виднелся проход в грот. Проход
представлял собой расщелину, уходящую во тьму. Марина, покачиваясь, вышла на
крошечный каменистый берег.
- Туда? – спросила она, испытывая некоторый страх перед каменными жерновами.
- Нам придется ползти, - сказал Ру, обматывая вокруг тела длинные водоросли.
-Так что это такое? – спросила Марина, разглядывая грот.
- Древнее капище маготворения.
- Я думала, оно будет под водой.
Марина поежилась от дуновения ветра.
- «Дыхание жизни» доступно для всех. Но, кажется, знания о нем утрачены другими
народами.
- Почему ты так думаешь?
Ру закончил обматываться водорослями и указал рукой в сторону чуть левее входа в
пещеру.
- Видишь?
131/269
Поодаль стоял большой кусок камня, сточенный в виде ромба, метра два в высоту,
вероятно, он означал континент Овинги. Вокруг него пять темных жертвенников, такие
же, только меньше, со сколотыми верхом и иероглифическими письменами.
- Люди Аравилата не маги. Зачем пятый жертвенник? - спросила Марина, разглядывая
темные пятна на камнях и солевые отложения от многолетних столкновений с волнами.
На одном из них лежали останки рыбы.
- Магия доступна всем. И немаги могут приносить жертвы и просить Овингу или
Протейму о чем-либо. Это старые поверья. Обернись этим.
Он протянул ей несколько длинных водорослей. Марина обмоталась водорослями,
пахнущими рыбой, Протеймой и непонятно чем еще.
- Ты хочешь сказать, что об этом месте забыли?
Ру кивнул и на руках пополз к пещере. Марина последовала за ним. Через десять минут
протискивания по узкой расщелине стало ясно, зачем нужны водоросли.
- Это что, единственный вход? - спросила Марина, чувствуя как влажная грязь сползает
по ней, известняковые наросты царапают кожу.
- Он последний, известный моему народу. Были другие, но их завалили моры, - ответил
Ру. Голоса в узком лазе звучали неестественно глухо. Послышался шлепок в воду,
всплески и Марина едва разглядела выход из галереи. Он неожиданно обрывался в
подземное озеро, свод которого освещался так же, как и в глубоководной пещере, где
они оставили палатку. Она шлепнулась в воду, но руки Ру ее тут же подхватили. Вода
была холодной.
- Залезай мне на спину, - сказал он, разворачиваясь.
Пока он плыл, Марина старалась разглядеть во мраке мрачные и страшные полутени
каменных выемок различных форм, гигантские гроздья свисающих сталактитов и редкие
фигуры сталагмитов, которые они с русалом огибали.
- Здесь страшно и холодно, - стуча зубами, сказала Марина, вцепившись в его шею. Они
достигли тесной щели.
- Задержи дыхание.
Ру нырнул в нее и, словно через сифон, вынырнул в другой галерее, где отчетливо
слышался шум подземного водопада. Так они преодолели три озера и выплыли в тихую
галерею с озером и узким крутым берегом, уходящим вверх. Окоченевшая девушка слезла
с Ру.
- Поищи, там, в одной из расщелин, лежат сухие камни. Древние маги огня прятали там
искроделы.
Марина пошарила рукой вдоль стены, чувствуя под ногами скользкий край берега. Ее
132/269
рука нащупала выемку, в которой лежала горсть сухих камней.
- Нашла, - выдохнула она посиневшими губами и протянула парочку Ру.
- Закрой глаза, - произнес он, поплыв на середину озера. Марина так и сделала. Он
чикнул камнями, и искры, высеченные им, тут же воспламенили поверхность воды,
заставив Марину вскрикнуть, прикрыться руками. Пламя прошло по ней, не опалив, и
когда она испуганно открыла глаза, то увидела огонь, горящий в центре озера на воде,
освещая все вокруг.
Она огляделась, озеро оказалось неглубоким, вода в нем была настолько прозрачной,
что казалось, отсутствовала, стены белыми, а купол залы ровным, почти без наростов. Ру
стоял у огня и тоже осматривался.
- Ты был здесь раньше? - спросила она его.
- Да, отец брал нас сюда, когда я был маленьким, – сказал он.
-Это и есть «Дыхание жизни»?
- Нет, - Ру улыбнулся. – Это огонь для ритуалов магии огня. Но сейчас, когда ты
согреешься, мы продолжим. Здесь свершались разные мистерии, то, что снится нам
теперь только во снах. В таких местах, как это, создавались народы Овинги, и
рождались учения о магии. Отец рассказывал, что на этом месте когда-то была суша и
великий храм, затем он погрузился в Протейму. Но кусочек старой магии сохранился.
Смотри!
Он провел руками по воде, и на поверхности заплясали картинки битв, поселений,
подобно тем, что Марина видела в книжной лавке. Они плясали синими оттенками, среди
них были сцены праздников древлян, ярмарки магов Огня, битвы у гор Тиффуитов, бури
Протеймы, плач по предкам и печаль народов моря, стоны моров в их поражении за
власть Аравилата, здесь был целый мир грандиозной Овинги. Огромный и прекрасный.
Марина смотрела, затаив дыхание, чувствуя себя крошечной перед этим величием. Затем
все стихло. И в зале снова горел красно-желтый огонь, убивающий тьму. Она потрясенно
посмотрела на Ру.
- Овинга, - проговорила она. Он кивнул, разглядывая свернувшуюся в комочек принцессу
Аравилата. У его народа были большие надежды, связанные с ней, о которых он не мог
ей сказать.
- Приступим, - произнес русал, подплыв к ней, вглядываясь в карие глаза и пушистые
ресницы. – Ты согрелась?
Марина спустилась в воду, твердо уперевшись ногами, Ру расположился напротив и
вытянул руки вперед, начав шептать заклинание. Девушка повторяла за ним. Вода
взметнулась, встав стеной за их спинами, шумя подобно водопаду и срываясь вниз, пока
не оголилось дно озера, и огонь между ними не опустился на крошечный алтарь,
погаснув. На его месте родилась капля. Она увеличилась в размере до полуметрового
133/269
шара и зависла над ними на три метра, с нее струилась вода, капая на алтарь. Шар,
переливаясь гелеподобными неровностями, сиял изнутри пронзительно-ярким голубым
светом.
Русал продолжал говорить, позади них из стены воды вышли фигуры, повторяющие
форму и очертания их фигур. Они заняли противоположные места, образовывая вместе
с Ру и Мариной квадрат, подняли руки. Шар вращался все сильнее и сильнее, становясь
овальным диском, взорвался, разойдясь куполом во все стороны, замерев и освещая все
вокруг. Шум воды стих, как будто время замерло.
Марина удивленно огляделась, опустив руки. Ее двойник, целиком состоящий из воды,
тоже.
- Что произошло?
- Мы в куполе мира, - произнес Ру. – Место, где мы с тобою встретились.
- На воде?
-Да, потому все вокруг нас замерло и кругом вода. Не обращай внимания на водяных.
- Это фантомы?
- Да, они нужны для имитации других видов магии. Твой лес, моя вода, это огонь и
смерть.
- И что теперь? - спросила Марина, подойдя к своему двойнику и трогая его пальцами,
они легко входили в водную гладь.
- Садись, вот так. И ничего не бойся. Доверяй сердцу своему, Знародная.
Он подошел к месту, где находился маленький алтарь, и сел к нему спиной. Марина
прижалась спиной к русалу, их двойники сделали то же самое, но лицом друг к другу.
Они обнялись, соприкоснувшись лбами, накрыв Ру и Марину. Русал произнес заклятие.
Купол над ними начал вращаться, сужаясь в диск, диск в шар, тот опустился на них,
поглотив.
Оставшиеся шесть дней они потратили на тренировки. Эти дни перевернули
представления Марины о магии, об Овинге и ее народах. И теперь, на берегу атолла,
Марина понимала, что сердце ее всегда будет болеть за народ Протеймы.
- Что-то случилась, - произнесла Марина, понимая, что не к добру у атоллов стоят два
дирижабля. «Русалка» была пришвартована на привязи у мачт, а второй дирижабль с
королевской символикой в ста метрах от нее качался на волнах Протеймы.
Они с Ру всплыли на поверхность, как и было договорено с Виларрией, через семь дней.
134/269
- Эй, красотка, что ты там делаешь с этой рыбой? Иди ко мне, - Намо зло осклабился. Ру
придержал Марину за руку.
- Пока ты в воде, ты в безопасности, - посоветовал он.
- Что происходит? - крикнула она.
- Выходи, скажу.
Марина посмотрела на русала. Все равно Намо никуда не деться с атолла.
- Поплыли к кораблю, - решила она, цепляясь за спину Ру.
- Эй! Ты куда?! - заорал Намо. – Я вырву твои глаза!!!
Они добрались до атолла, где пришвартовалась «Русалка», но на берегу стояли
незнакомцы в черных плащах.
- Ваше высочество, - произнесли они, низко склонившись, не обращая внимания на
довольно фривольную одежду принцессы. Та была одета в хитон ярко-оранжевого цвета
с искусной росписью в виде морских цветов, неприлично прилипающий к телу. На ощупь
он казался шелковым, но на самом деле народ воды делал его из кораллов. По фасону он
был похож на то, во что были одеты их окаменевшие предки, только без пояса.
Распущенные волосы украшал ободок из ракушек и разноцветного жемчуга,
переливающегося на солнце.
С «Русалки», пришвартованной низко к воде, спускался деревянный трап. Марина
поднялась и ступила на борт. Команда Виларрии почти в полном составе работала на
палубе. Мужчины взглянули на принцессу недобро, предупреждающе. Она встретилась
взглядом с Дюпии. Матрос покачал головой, давая понять, что лучше сразу сигануть за
борт, чем идти внутрь.
- Будь он неладен, - произнесла Марина, смотря на шестерых вооруженных людей,
преграждающих вход во внутреннее помещение корабля к каюте капитана. На борт
взобрался взмыленный, мокрый Намо, тяжело дыша и злорадно улыбаясь.
- Ну вот мы и встретились, огонек мой.
Он схватил Марину за руку.
- Расступись! Это та, кого ищет Лорд смерти, - заявил он, толкая девушку вперед.
Охранники расступились, и они прошли внутрь. Он со смаком пнул дверь капитанского
кабинета и втолкнул ее. За столом сидела Виларрия, с яростью взирая на Арвила,
нависшего над нею. Оба были красные от гнева. Принц выпрямился.
- Ну и кто из нас лжет, капитан? - победно выкрикнул вор, подталкивая девушку вперед,
но не выпуская ее.
- Отпусти руку принцессы, - приказал Арвил, опершись на стол и довольно оглядывая
Марину.
-Но я, - начал Намо, желая получить овации своему «подвигу».
- Оставьте нас, - приказал Арвил, взглянув на Виларрию, ее хладнокровное лицо. Намо
вышел. Та осталась сидеть в кресле. – Даю слово, я ничего не сделаю принцессе.
135/269
Виларрия встала и вышла вслед за Намо, оставив Марину и Арвила одних. Марина
подняла глаза на Арвила, рассматривая загорелое лицо и уставший взгляд человека,
втянувшего ее во все это. Со дня их встречи у Арены прошло почти две недели.
Арвил молчал. Тончайшая ткань соблазнительно облегала фигуру девушки, ничего не
скрывая от взора. Арвил залюбовался, как торчат девичьи замершие соски, и
подрагивают от холода бедра.
- Тебе идет это платье, - тихо произнес он.– Где ты была?
- У народа воды, - ответила Марина, разглядывая перевязанную руку.
- Их больше не существует.
Неслышно отворилась дверь, ведущая в личную комнату Виларри, в проеме стояла
Ирралив.
- Их мало, - согласилась Марина, взяв у Ирралив полотенце из льняной ткани. Дверь тут
же плотно закрылась.
- Но они существуют, - закончил Арвил, что-то обдумывая. Для него было новостью
узнать, что народ воды все же не вымер, как многие считали. Безусловно, маги воды
встречались, но их становилось все меньше. На Овинге не существовало больше ни
одного дома учений магов воды. Виларрия оказалась для него полной неожиданностью в
Ола. Это являлось одной из причин, по которым она до сих пор не была подвергнута
заклятию правды. Он давно искал хорошего учителя магии воды.
Марина завернулась в полотно, вытирая мокрые пряди волос.
- Ты взял Виларрию в плен, чтобы добраться до меня? – спросила она, наблюдая за его
задумчивостью. – И добрался.
- Да, тебе придется поехать со мной в Аравилат, но лучше если ты это сделаешь в
качестве гостьи, а не пленницы.
- Твой отец убьет меня, – произнесла Марина, не надеясь на понимание. Все, что ей
требовалось, это оказаться на воде. Она уплывет, спрячется у Ру, а потом ее сможет
забрать проходящий мимо корабль.
- Это не обязательно, - сказал Арвил, следя за тем, как она промокает волосы. В этом
было что-то притягательное, уютное. - Ты пройдешь обряд отречения и сможешь
избежать казни.
Марина замерла, вглядываясь в лицо Арвила, попытавшись понять, лжет он или нет.
- Клянусь тебе честью короны Аравилата, тебе ничего не грозит.
- А если ты лжешь?
136/269
- Не лгу. Но другого выхода у тебя нет, только выбор, в качестве кого ты будешь
сопровождать меня в Аравилат.
- Ну, мне кажется, это ты меня будешь сопровождать, - усмехнулась горько Марина.- И с
моим статусом мы тоже давно определились.
Арвил улыбнулся. Упрямая до невозможности. Он шагнул в ее направлении.
Дверь распахнулась, и в комнату влетел Намо, волоча изо всех сил сопротивляющуюся
Виларрию.
- Там бунт!
- Присмотри за ними, - приказал Арвил, кинувшись на палубу и обнажая меч.
То, что он увидел снаружи, поразило его. Королевский дирижабль – перевернутый! –
лежал на собственном шаре на водной глади. Люди, охраняющие вход, перебиты, а те,
что были на дирижабле, вплавь добирались до атоллов. Он тут же ринулся назад, застав
Намо, борющегося с Виларрией. Капитан яростно защищала Марину. Девушка пятилась к
выходу.
- Сдалась вам эта девка! – прошипел он, нанося Виларрии удар ножом.
Арвил оттащил его от женщины и с силой швырнул в окно, пробив стекло его головой.
Марина кинулась к Виларрии, оглядывая рану и бледнеющую кожу.
- Ирралив, - закричала она истошно, призывая на помощь.
- Это легкая рана,- прошептала Виларрия, быстро теряющая кровь.
В кабинет с устрашающим криком в полном составе ворвалась команда «Русалки».
Обозрев картину, матросы, рыча, кинулись на принца. Арвил застыл в боевой позиции,
готовый принять бой. Марина, вскочив меж ними, вскинула руки, закрывая Арвила, и
закричала во все горло.
- Не убивайте его!!! Это не он. Это вор!
Оторопев от такого отчаянья, мужчины на секунду остановились.
- Он за бортом. Убив принца, вы подпишите себе смертный приговор!
Дюпии перевел взгляд на Виларрию, та слабо кивнула. Над ней уже суетилась служанка.
Команда развернулась и вышла за дверь. Но скоро они услышали крики матроса.
Намо вылетев в окно, запутался в страховочной сетке. Не долго думая, он забрался по
ней и теперь распарывал, что было сил, шар «Русалки», выпуская драгоценный газ, садя
корабль на мель. Матросы сорвали его и убили, но было слишком поздно.
Мар вернулась в кабинет, наблюдая, как Виларрия приходит в себя, пользуясь какими-то
137/269
настойками, которые принесла Ирралив из комнаты. На небе, час назад безмятежном,
сгущались тучи, и надвигалась гроза. Арвил, не убирая меча, продолжал оставаться
рядом с Мариной, ни на секунду не выпуская ее из виду.
В кабинет вошел посеревший Дюпии. Виларрия села за стол.
- Капитан, дирижабль поврежден, - сообщил он. – Корабль сел на мель, а на горизонте
шторм. Он будет здесь через два-три часа.
Виларрия посмотрела на Дюпии и вздохнула. После бурного разворота событий,
казалось, время замедлило ход. Она повернулась к Арвилу:
- Ваше высочество, я так полагаю, излишне говорить, на чей стороне преимущество в
сложившихся обстоятельствах? С нашей стороны будет, наверное, справедливо
предложить вам присоединиться к вашей немногочисленной команде.
Арвил сжал челюсти, было видно, что ему неприятно признавать себя проигравшим. Он
мог раскидать людей Виларрии, но это не сдвинуло бы корабль с мели. А рисковать
принцессой он не хотел. Он кивнул, не сводя взгляда с Марины.
- Я так полагаю, выбор прост, - продолжила Виларрия. - Или вы мирно покидаете мой
корабль, или «Русалка» останется на мели. Не думаю, что принцесса Аравилата
переживет предстоящую бурю. Но мои люди могут обеспечить проход к морю, и она
примкнет к народу воды.
Арвил кивнул.
- Прошу вас о милости, капитан. Окажите мне личную любезность, приняв моих людей на
борт. Это простые верные офицеры, они заслуживают жизни, - произнес он и подошел к
Марине, шарахнувшейся от него.
Виларрия благосклонно кивнула, отдав безмолвный приказ Дюпии о людях принца и о
том, чтобы Ру готовился поднять «Русалку» с мели.
– Могу я просить о возможно последнем желании, ваше высочество?- спросил ее Арвил.
Марина кивнула, не понимая, шутит он или издевается. Может за этим стоял какой-то
подвох. Слишком уж ехидным был взгляд. Словно Арвил знал больше, чем они могли
представить.
- Проводи меня, принцесса.
Марина моргнула, не понимая к чему это. Но все же кивнула. Они покинули кабинет, и он
вдруг взял ее за руку. Она попыталась освободиться, но Арвил не отпустил ее. Они
вышли на палубу, дошли до трапа. Поднимающийся ветер тут же растрепал волосы, суша
их. Арвил повернулся к ней, закрывая мощной фигурой от солнца и команды.
- Ты довольна, что выиграла? - негромко спросил он, не отпуская, глядя в глаза, так что
138/269
Марине некуда было деться от странного сероглазого взгляда. Сейчас он ей казался
таким же, каким был, когда он водил ее по иллюзиям сновидений.
- Кто-то должен был, - ответила она. – Либо я, либо ты. Если не сейчас, то рано или
поздно мы встретились бы у трона Аравилата.
Принц усмехнулся, если бы она знала всю правду. У них не было и никогда не будет ни
единого шанса встретиться у трона Аравилата за власть.
- Ты многого не знаешь.
- Я учусь, - спокойно произнесла Марина. – И ты знаешь, что удача на моей стороне.
- У нее есть и оборотная сторона, принцесса.
- У всего она есть. Я уже не та, какой ты меня сюда привел. Мы враги. Ты помнишь?
- Враги, - повторил за нею Арвил. Они посмотрели друг другу в глаза. - Те самые,
которые спасают друг другу жизнь?! Принцесса…
Арвил наклонился и галантно поцеловал ее руку.
- Я тебя найду, моя… Обещаю.
Он развернулся и спустился с трапа. Марина покраснела.
- Ваше высочество, вас зовет капитан, - сказал негромко Дюпии, подойдя к Марине,
которая продолжала стоять, потрясенная, прислушиваясь к своим растрепанным
чувствам, глядя в сторону уходящего принца Аравилата, Лорда Смерти, заклятого врага.
139/269
Часть 8
- Ставьте мачты! Поднимайте паруса! Быстрее! – отдавала приказы Виларрия после того,
как Ру поднял судно с отмели и вывел его в лагуну.
- Слат, Терми, наведите порядок на палубах. Собрать оружие. Дюпии, раненных вниз,
мертвых за борт, - кричала она, с тревогой вглядываясь в пока еще белые пушистые
облака, плывущие по серому небу.
Погода за бортом стремительно портилась с тех пор, как они подняли паруса и отбыли с
атоллов, стараясь уйти от бури. Ру развалился, как король, в большой бочке, намертво
прикрепленной рядом с мостиком, и наблюдал за всем. Вероятно, он уже так плавал.
Марина, переодевшись в сухое платье, стояла на мостике и подавала Ирралив тряпки и
мази для обработки раны Виларрии. Перед глазами стоял взгляд Арвила, назвавшего ее
«Своей».
- Что у тебя с ним? – спросила Виларрия, когда Марина вернулась в каюту капитана.
Марина пожала плечами, сама не зная, как назвать подобные отношения.
- Боюсь, мы не уйдем от этой бури, - сообщила Виларрия, вглядываясь в подзорную
трубу.- У нас слишком маленькая скорость. Идите вниз.
Она посмотрела на Ру, тот молчал.
- До ближайшей безопасной земли день по воде. Будем надеяться на чудо.
Ветер усиливался, небо темнело, постепенно сгущаясь до ночных сумерек. Волны
становились крупнее и разбивались о борта «Русалки» белоснежной пеной все
неистовее.
Марина с Ирралив сидели в кабинете капитана и молились, чтобы кораблю удалось
выстоять. К ночи небо, закрытое черной пеленой облаков, яростно разразилось
раскатами грома с плотным дождем, отчего казалось, что оно слилось с океаном. Его
расчерчивали молнии, разрывая на куски. Через несколько часов в каюту постучал Слат,
мокрый, со смертельно усталым, измученным видом.
- Леди Мар. Вас зовет капитан. Вы нужны там, - сказал он.
Он протянул что-то типа робы из шкуры животного и перевязал, натянув на девушку
поверх нее страховочный трос.
- Для надежности, - объяснил он, завязывая сложный морской узел.
Корабль болтало из стороны в сторону, словно качели, и с каждой секундой видимость
становилась все хуже. Марина выползла в коридор, цепляясь за все, что попадало под
руки. На палубе шум Протеймы оглушал мощным грохотом. Судно летело, побрасываемое
волнами, немилосердно качаясь, словно поплавок. Когда его нос врезался в следующий
вал, все вокруг мгновенно окутывало белой пеной, разлетающейся словно пыль,
140/269
заставляя кашлять и отплевываться. Марина пыталась хоть что-то увидеть, пока до нее
откуда-то со стороны не долетел возглас Виларрии. Подняв взгляд, она увидела
привязанного к мачте Ру. Вилария стояла ниже, закрепленная точно так же.
- Лови, - она кинула ей трос, и Марина, держась за него, поскальзываясь на мокрой
палубе, пошла к ней. «Русалка» нырнула носом в океан, и ее сбило ледяной волной,
заливая глаза, уши и рот. Отнесло, развернув, и больно ударило о борт кормы. Корабль
вынырнул, новая волна отшвырнула ее, словно куклу, к Виларрии. Та ухватилась за
маринину одежду, помогая встать на ноги.
- Нужна помощь, - перекрывая ветер, прокричала она, крепко держа ее. Корабль опять
нырнул, загребая носом и рискуя получить мощный удар по палубе и мачтам, который не
достиг их. Это Ру отвел волну.
- После этого ты не будешь новичком, - хохотнула она.
Она привязала Марину рядом и закричала: - Делай как я. Сейчас будет пять!
С правого борта, накреняя корабль, поднималась высокий, пятиметровый вал. От
могущества стихии захватывало дух, приходилось щуриться, уклоняясь от хлещущих
волн, колкого ледяного ветра и соленой пены.
Деваться было некуда. Перед ними бушевал океан, способный с легкостью забрать
жизни. Крепко стиснув зубы, подняв голову, злясь и ужасаясь, Марина вытянула
трясущиеся руки. Нужно выжить! Прикрыла глаза, чтобы видеть магический узор и,
поймав энергию волны, напрягаясь, оттолкнула ее. Чувствуя, что рукам больше не
холодно. Энергия магии разливалась по венам и жилам.
Океан свирепствовал в ответ, волны, буйствуя, поднимались одна за другой все выше и
выше. Молнии разрывали небо, словно желали помешать судну найти выход из бури.
Марина увидела, как поднятый стене волны песок, сверкая облизнула обжигая молния,
превращая его в миллиарды кристаллов. Ру круговым движением напряженных
мускулистых рук сдержал огромный десятиметровый вал.
Виларрия, вторя ему, разворачивала метающиеся волны под кораблем, давая Марине
гасить их.
Остов судна, не выдержав натиска волн, затрещал со страшным скрежетом, и палуба,
стоная, развалилась напополам. Волны бились о корабль, раздирая его в разные
стороны, таща за собой, с ненасытной безжалостностью дробя на доски и щепки.
- Отвязывайся, - истошно заорала Виларрия.
Марина началась освобождаться, но мокрый узел не слушался. В мгновение ока они
оказались под толщей ледяных волн. Вода заполнила легкие Марины, словно
пластиковый мешок, растягивая изнутри. Наконец, она отвязалась, чувствуя, что не
хватает сил всплыть, как меркнет свет, и сильная рука схватив ее за талию, поволокла
наверх.
141/269
Ру вытолкнул ее на поверхность, и Марина, прокашлявшись, отбиваясь от волн, глубоко
вдохнула. Русал тут же исчез в волне, а ей под руки попалась какая-то вещь, руки
инстинктивно сжали ее, лицо заливало водой. Теперь не корабль, а она была поплавком.
«Русалка» не пережила бури. Потопленная дважды, она вряд ли когда-нибудь будет
вновь поднята со дна.
Буря не унималась несколько часов, мотая Марину из стороны в сторону и укачивая в
безумных объятиях. В конце концов, ее выбросило на темные скалы. В тот момент
Марине показалось, что нет более везучего человека на свете, чем она. Уцепившись за
мокрую полированную поверхность камня, она, все еще держа в руках кусок доски от
«Русалки», карабкалась изо всех сил, не обращая внимания на ушибы и синяки. С трудом
преодолев первую гряду, она доползла до безопасного места и без сил опустилась на
серый песок, обнимая спасительный обломок. Океан, не утихая, шумел.
К утру буря исчезла. Отдышавшись и придя в себя, она открыла глаза, осматривая
местность. Утро было пасмурным и темным. Марина побрела вдоль берега, пока ее глаза
не наткнулись на лежащих у самой воды Виларрию и Ру. Волны ласкали их, принося
грязь с водорослями, какие-то обломки, веревки – все что осталось от «Русалки». У
головы Виларрии сидела рыдающая Ирралив. Она обнимая ее за шею, перебирая
распущенные черные волосы хозяйки.
Марина подошла к ним и тоже опустилась на колени, вглядываясь в безжизненные глаза
Виларрии, трогая посиневшую кожу Ру.
- Их нужно похоронить, - сказала она, понимая, что другого выхода нет.
- Нет, - женщина зашлась в глухом рыдании, со стонами качая голову Виларрии на руках.
- Ирралив, они умерли, - мягко произнесла Марина. Слезы потекли по ее щекам.
Ветер трепал мокрые волосы, Марина с ненавистью посмотрела на океан, не зная, куда
деть возникшую злость. Чувствуя себя слабой и злой, она вошла по колено в воду и
ударила ее кулаком со всей силы. «Протейма добра и жестока», вспомнились слова Ру.
Упав на колени, она прокляла жизнь за посланное испытание, плача от жалости и
бессилия.
- Смотри, - Ирралив уставилась на Ру, глаза женщины удивленно расширились. Марина
обернулась, вытирая слезы.
С плеча русала слезал драк. Он издавал жалостливые писклявые звуки, расправляя
перепончатые крылышки и выгибая полуметровый хвостик. По спине он соскользнул в
пришедшую волну и исчез в воде. Через пару секунд он выпрыгнул из волны в нескольких
метрах от Марины. Он издавал звуки, похожие на китовые, разрастаясь у них на глазах
до полутора метров.
Несомненно, дракон был магическим существом. Он сделал круг над водой, нырнул и
снова вынырнул. Его зеленая чешуя переливалась золотисто-огненными оттенками.
142/269
- Он ищет хозяина, - прошептала Ирралив.
Дракон описал еще пару кругов в воздухе. Опустившись и уменьшись в размерах, он
подплыл к Марине, нарезая вокруг нее круги.
- Опусти, опусти руки, - прошептала Ирралив, с удивлением глядя на них.
Марина опустила ладони в воду, мгновенно почувствовав, как что-то тянет ее целиком
под воду. Опустив голову, она изумленно увидела, как дракон заползает на ткань платья.
Его острые когти на крыльях больно царапали кожу. Драк полз по одежде вверх до шеи,
добравшись до нее, он взмахнул хвостом, пытаясь примоститься на плече девушки.
Пронзительно закричав ей в ухо, он затянул хвост вокруг шеи, душа ее, и резко повалил в
воду, пытаясь укусить. Один из когтей чиркнул Марину по виску, совсем рядом с глазом.
Она только вскрикнула, схватившись за хвост и пытаясь отодрать, уходя под воду. Пару
секунд они боролись, пока ей не удалось схватить его за хвост, ослабляя удушье. Другой
рукой, гоня на него волну ногами и не давая себя укусить, отшвырнула его от себя, не
выпуская хвоста. Вынырнула, жадно дыша, и только затем отпустила засранца, беря его
в водный купол, с силой подгребая ногой песок и создавая ловушку. Драк бесновато
заметался, яростно маша крылышками. Спустя несколько минут он покорился,
опустившись на водную гладь, и поклонился. Обвив бедро Марины и больше не
царапаясь, он полез до открытого участка кожи на ее руке, становясь татуировкой и,
безболезненно передвигаясь по правой руке, занял место посредине золотого кольца.
Там ему, видимо, было уютней.
- Так-то лучше, - облегченно произнесла Марина, стряхивая с лица капли соленой воды и
посмотрев на застывшую, пораженную этим зрелищем Ирралив. Марина вытерла кровь,
стекающую с виска по лицу. Порез щипало от соленой воды.
- Их нужно похоронить в Протейме, - сказала она, целуя Виларрию в лоб.
Но похоронить они не успели. К ним с одной стороны приближалась Кедра, а с другой –
немыслимо истощенная, с неестественно полной грудью, мертвецки бледной кожей,
белками без зрачков и растрепанными серебристыми волосами женщина. Одета она была
в белое, отдающее синевой платье, с накинутым поверх плеч плащом с меховой
оторочкой. С губ до самой груди текли струйки свежей человеческой крови. Обе плыли в
воздухе.
Марина попятилась в воду, чувствуя, как на руке нервно ерзает драк. Значит, спасся кто-
то еще, мелькнуло у нее в голове. Крик Ирралив разрезал реальность. За спиной
служанки со стороны скал лезли низкорослые моры с копьями. От ужаса она еще сильнее
прижалась к мертвой голове хозяйки, как будто та могла ее защитить.
- Идем с нами, - крался в голову шепот Кедры. – Мы не причиним вреда.
- Ирралив, ко мне, - прокричала Марина, отступая в океан, дракон пощипывал ей руку.
143/269
Служанка, парализованная страхом, впала в ступор, озираясь вокруг бессмысленным от
ужаса взглядом. Моры приблизились к ней на расстояние трех метров. Женщина с
серебристыми волосами подплыла к Ирралив, та не реагировала.
- Не трогайте! – сорвались слова с марининых губ, голос от напряжения просел. Та
наклонилась и с жадностью укусила Ирралив в шею, наслаждаясь муками еще живой
служанки. Марина отвернулась. Опустив руку в океан, она подняла волну, с силой
направив ее на вампиршу. Вода прошла сквозь нее, лишь опрокинув на песок уже
мертвую Ирралив. Теперь там лежало трое. Кедра приближалась.
- Нас много, - прошептала она, улыбаясь. – Магия воды не влияет на нас, смертная.
Оставалось только утопиться.
- Пойдем с нами. Мы сохраним жизнь.
Вода уже была по грудь Марине, когда с двух сторон от скал появились солдаты с
кристаллами на копьях, которых ей уже доводилось видеть в Желтой пустыне. Они
исчезли в воде с макушками, беря ее в кольцо. Марина кинулась в Протейму, полагая, что
лучше утонуть. Натянув сеть, они взяли ее в плен, не давая выбраться. «Господи,
помоги» подумала Марина, посмотрев на мглистое небо. Может быть, она его видела в
последний раз.
Вход под землю выглядел как лаз, внутри которого произошел обвал земли. Он был
узким, но достаточно высоким, чтобы в него могли пройти измеры. Моры связали
веревками руки девушки и, натянув сеть вокруг нее, тащили вперед. В тонких сапожках
еще хлюпало, но так идти намного удобнее, чем если бы она шла босиком. Преодолев
несколько крутых спусков, вырытых по принципу пространной норы, они оказались в
вытянутой зале. Воздух здесь чувствовался могильно сырым и холодным, с примесью
каких-то корений. Далее шли сплошные переходы, освещенные кристаллами, висящими
на стенах, с нанесенными кругом восемью ромбами, внутри которого располагались круги
поменьше и так до самого маленького. Аналогичные рисунки были повсюду.
Процессия состояла из нескольких беловолосых воинов, полусотни мор и нескольких
пленных. На берег выбросило не только Марину, но и еще двух моряков. Периодически
пленных подгоняли, норовя ткнуть пиками. Затем к ним стали присоединяться моряки с
других кораблей, потерпевших бедствие. Через пять дней пути процессия состояла уже
из двенадцати человек и сотни мор. За это время они прошли не меньше десятка
перемещающих арок, за которыми, стоило в них войти, оказывалось другое пространство,
а не тот коридор, который был виден сквозь нее.
Шли в гробовой тишине. Никто из людей не разговаривал. Кедры и вампирши с ними не
было. На очередной развилке Марину отделили от процессии, и два воина с десятком
мор повели ее в другом направлении. Через несколько дней они оказались перед
каменным заслоном. Один из воинов провел по узорам шестиугольника кристаллом, и
заслон отворился. Ее пропустили вперед и заперли.
144/269
Небольшое каменное помещение имело прямоугольный выступ с меховой лежанкой. В
углу стояло ведро. В верхнем дальнем углу помещения зияла дыра, сквозь которую
поступал воздух. На одной из стен висел кристалл, тускло освещая камеру.
Марина села, пытаясь привести мысли в порядок и не дать страху окончательно
победить. Больше всего ее страшила мысль, что она тут останется навсегда. Вот уж
впору пожалеть, что не послушалась Арвила.
Прошло около суток, прежде чем каменная дверь с шуршанием отъехала в сторону. За
ней стояла темноволосая девочка, одетая в черное платье из тончайшего кружева. Ее
кожа была белоснежной, почти прозрачной, сквозь нее виднелись рисунки. Словно они
были нанесены с внутренней стороны кожи.
- Знародная, - поклонилась она, отступая. - Следуй со мною.
Девушка с легкостью открывала лазы, ведя ее по лабиринту переходов, пока они не
оказались в высоком коридоре, поддерживаемом колоннами вдоль стен. Здесь было
намного светлее, хотя свет оставался тем же бело-синеватым. Пол представлял собой не
утрамбованную глину, как в служебных коридорах, а был выложен гладким камнем.
- Куда мы идем? – спросила Марина, озираясь.
- Вас хочет видеть принц Эрик, - девочка обернулась, замедлив шаг. – Вы меня не
узнаете?
- Нет,- Марина покачала головой.
Девочка подняла руки за голову и, отбросив назад волос, показала запястья.
-Я Акаша. Притон Хогвина, помните.
Конечно, Марина помнила. Но девочка, стоявшая перед ней, никак не вязалась с образом
грязного несчастного ребенка, которого она выкупила у Хогвина.
- Спасибо, - произнесла она.
- Но… но как ты тут оказалась? – спросила все-таки Марина.
- Это мой дом, - ответила Акаша, улыбнувшись и открывая двери.
Больше она ничего сказать не успела. Они вошли в мрачный зал с высоким сводчатым
потолком, украшенным растительной лепниной и несколькими фресками. На всех были
изображены подземные пещеры со свисающими сталактитами и огромными кристаллами
самых разных расцветок. На одной изображалась полулежащая обнаженная молодая
женщина. Каштановые волосы прикрывали ее грудь, а небольшой отрез ткани – естество.
На голову надета медная перевернутая диадема в виде круга и расходящихся от него
металлических лент, огибающих голову. Руки женщины разведены в стороны, их
держали шесть черных человекоподобных существ, у которых вместо лиц имелись только
145/269
узкие прорези глаз. Они тянулись к ней со всех сторон.
- Нравится?
Марина обернулась. В пяти метрах от нее стоял знакомый вампир. Сейчас он был
практически раздет, если не считать бридж, сапог и царственного плаща с богатой
вышивкой на широком воротнике. В левой руке он держал саблю, правая была прикрыта
его плащом. На шее у него висел кулон в виде когтя.
- Она красива, - внутренне напрягаясь, ответила Марина.
- Вы тоже, - ответил он, продолжая стоять на месте. – Я надеялся на новую встречу. Как
мне показалось, мы не закончили начатый разговор. Как ваша рука, разработали? –
спросил он, немного приближаясь.
- А ваша? Зажила? – парировала Марина, вспоминая, что Арвил ранил его.
Вампир зло осклабился. Провел рукой, и в центре зала материализовались стол и восемь
стульев. Дизайн у них был похож на рисунки на стенах коридоров подземелья.
- Садитесь, - предложил он.
- Спасибо, постою, - ответила Марина, чувствуя себя без оружия беззащитной.
- Меня зовут принц Эрик. А вас, как я слышал, Виера Мар Квитворд. Или Марина.
Она кинула.
- Приветствую вас в Подземельях народов смерти. Как вам у нас?
- Неуютно.
- Здесь нет тепла, но чем глубже, тем жарче. У нас есть и красивые места. Можно
узнать, что означает ваше имя?
- Морская, - ответила Марина, стараясь отойти как можно дальше от принца, несмотря на
то, что их разделял стол.
- Вы не очень любите вампиров. В вашем мире они есть?
- Существуют поверья.
- Расскажите.
- Говорят, они боятся солнечного света, спят в гробах и пьют человеческую кровь.
Вампир пренебрежительно усмехнулся, но промолчал. Марина напрягла память, силясь
вспомнить что-нибудь еще. Не рассказывать же, как убивали ему подобных.
146/269
- Их в нашем мире не приветствуют, - добавила она, решив больше не углубляться в тему.
-В нашем тоже.
Возникла пауза.
- Вы знаете, что мы молодая раса. Смесь народа смерти – мор – и измеров. Но моры нас
боятся. Измеры не хотят. А люди, как вы заметили, ненавидят. Как вы думаете, мы
заслуживаем занять свое место в этом мире?
Вопрос был с подвохом, Марина опустила глаза в пол. Совершенно определенно, вампир
провоцировал ее. Ответит «нет», он разозлится. Ответит «да», это обоснует его
поступки. Ответит «не знаю», рано или поздно загонит в угол.
- Все зависит от того, насколько вы хорошо сосуществуете с этим миром, - ответила она,
еще немного отступив.
- Вы раньше сталкивались с магией смерти? - спросил вампир, еще немного
приблизившись.
- Нет, - отступила она. – Но слышала, это очень эффективно в лечении позвоночника и
нервов. Наверное, вы непревзойденные психотерапевты.
Или психопаты, подумала она про себя, нервничая от того, что вампир сокращал
дистанцию.
- Лекари души, - Эрик захохотал, не в состоянии сдержаться. Отсмеявшись, он произнес:
- Кедра и в самом деле не шутила, когда рассказывала о вас. Вы забавная!
- Откуда ей знать?
Эрик недобро посмотрел на Марину.
- Мы превосходные убийцы, принцесса Аравилата. Умеем поднимать мертвых из могил.
Убивать все живое. Возвращать жизни. Сводить с ума. Мы можем жить очень долго.
Эрик посмотрел на нее кровожадно. Многозначительно перевел взгляд на ее шею.
- Вы знаете, зачем вы здесь?
Марина отрицательно покачала головой.
- Вы здесь, потому что должны умереть.
Марина паникующие начала осматривать стены в поисках возможности отступить.
147/269
- Кедре стоило некоторых усилий перехватить вас. И, как вы знаете, ей сильно мешали.
– За что, почему? – она отступила на шаг назад.
- Вы не даете моему народу получить то, что он ДОЛЖЕН получить по праву.
В зал сквозь стену вплыла Кедра. На лице ее блуждала привычная отстраненная
полуулыбка-полуусмешка.
- Эрик, преступно издеваться над живым в предсмертный час, - произнесла она,
проплывая за спиной девушки, едва ее не задев. Она приблизилась к Эрику, намеренно
прошла сквозь него и развернулась к Марине. На ее фоне отчетливо было видно какое
злобное лицо у принца.
- Что вы готовы отдать за жизнь? – поинтересовался Эрик.
- Многое.
- Это правда, - прошептала Кедра, рассматривая ее. – Но есть еще кое-что… Арвил.
- Кедра, не начинай, - жестко осек Эрик, раздражаясь.
- Я хочу получить ответы, - выговорила она и, приблизившись сквозь стол к Марине,
начала нарезать вокруг нее круги.
- Виера Мар, дорогая, вы не знаете, - вкрадчиво произнесла Кедра, игнорируя сердитые
взгляды брата. – Принц Аравилата был послан к вам, как ВАШ… убийца.
Для Марины все сказанное было новостью, кажущейся бредом. Она уставилась на
Кедру.
- Что произошло? Почему лучший убийца на Овинге сохранил вам жизнь?
Эрик цокнул.
Кедра недовольно посмотрела на него.
– Так почему вы живы до сих пор?
- Он сказал, что мне ничего не грозит. Нужно пройти обряд Отречения, - честно ответила
Марина.
Эрик и Кедра посмотрели друг на друга и рассмеялись.
- О, какая милость. А вы знаете, что после обряда отречения лишь единицы остались
сами собой. В основном сумасшествие, летальные исходы и тому подобные неприятные
вещи, - сообщила Кедра, наблюдая смятение на лице девушки.
148/269
- Так что вы готовы отдать за свободу? – повторил вопрос Эрик.
Марина промолчала, ей стало понятно, что эти двое играют с ней и в конце концов если
захотят, то убьют.
- Давайте, подскажу. Я хочу драка, - требовательно произнес Эрик.
- Арвил, - прошелестела Кедра, томно прикрывая глаза. Эрик дернулся, запах плаща
отлетел, открывая руку. На месте пореза запястье было стянуто кожаным браслетом.
- Я готов совершить обмен, - произнес он, недовольно посмотрев на Кедру.
- Дракон сам выбирает хозяина, - заявила Кедра, блаженствуя. – По доброй воле он не
уйдет к тебе, брат.
- Но ты можешь ему приказать, - настаивал он, глядя на Марину.
Девушке было все равно. Дракон, так дракон. Жизнь стоила тысячи драконов.
- Попроси гарантий, - она не сразу поняла, кто это сказал.
- Перси, замолчи! - рявкнул Эрик. Он надменно посмотрел на фреску за спиной Марины,
затем перевел взгляд на нее:
- Знакомьтесь, моя жена Перси.
Фреска пришла в движение. Темные существа стоная, тянули девушку к себе. Той было
больно, но она не обращала на них внимания. Она смотрела на Эрика и Кедру.
- Он лжет, - вкрадчиво произнесла она.
- Замолчи, Перси. Не смей ничего говорить, - кулон на шее Эрика засветился, поднимаясь
в воздухе и принимая горизонтальное положение.
- Спроси о полуизмере…
Эрик резко махнул рукой, кулон зазвенел, и фреска, подернувшись, застыла. Марина так
и стояла, не в силах найти взглядом дверь, через которую вошла в зал. Стены были
словно литые, без каких-либо углублений или неровностей.
- Семейные размолвки, - подразнила Кедра, проплывая мимо них.
- Она говорит об Изре? - спросила Марина, чувствуя беду.
Кедра улыбнулась.
- Изра был помехой, - ответил принц. – Мог лишнее наболтать.
149/269
– Заканчивай, Эрик. Акаша уже наябедничала отцу, - сообщила Кедра и скрылась,
пройдя сквозь стену и оставляя их одних.
Марину обуял страх. Тело пронзали мелкие иголочки от дурного предчувствия. Сердце
исступленно зашлось в тревоге, отдаваясь где-то в животе. Эрик начал неторопливо
огибать стол.
- Так что с ним? - в отчаянье, находясь на грани истерики, вымолвила она, отступая к
стене.
Вампир надменно усмехнулся, приближаясь.
- Перси говорила о твоих настоящих убийцах, - он высокомерно хмыкнул. – Об измерах,
которым ты больше не нужна живой. Я убью тебя, а они мне за это заплатят.
Он подошел почти вплотную, загнав ее в угол. Страх победил Марину, заставляя
дрожать и чуть не плакать.
- Подожди, подожди, - вытянула она руки, умоляя всем видом больше не приближаться. –
Стой, Эрик!
Вампир снисходительно остановился, в ожидании наклонил голову. Марина спешно
подыскивала, что сказать, и шарила глазами по телу принца. Можно ли выхватить его
оружие и увернуться. Как убежать? Ее рука сама потянулась к шее, потирая
потенциальное место укуса.
- Зачем им моя смерть?
- Считай, что ты очередная конкурентка на трон.
У него кончилось терпение, он больше не собирался говорить. Последний шаг сократил
между ними дистанцию до минимума, заставив ее рыдать от ужаса.
- Я отдам тебе дракона, - выпалила она, упершись руками в ледяную и твердую, словно
замороженное мясо, грудь принца. Он остановился, угрожающе навис над ней.
- Хорошо.
Он чуть отступил. Марина выпрямилась, стирая с лица липкий пот и облизывая губы,
оттягивая время, надеясь непонятно на что.
- Ну, - рявкнул вампир, в нетерпеливом ожидании взирая на нее.
-Я, - ком в горле не давал говорить, она сглотнула. – Я не знаю, не знаю как!
Принц высокомерно возвел глаза к сводчатому потолку и шумно вздохнул.
- Нынче маги воды непростительно тупы, - вымолвил он, схватив Марину за руку, и
швырнул на стену.
150/269
Резкая боль прошла по всему телу, словно эхо, вонзаясь в нервные окончания острым
шилом, звуча некоторое время глухим набатом в голове. Существа с фрески Перси тенью
переметнулись по стене, схватив ее за руки и за ноги. Они удерживали девушку лицом к
стене, издавая гортанные зудящие звуки.
- Давай, думай, чтобы он переполз ко мне на руку, - раздался приказ за спиной.
Марина закрыла глаза, стараясь не обращать внимания на боль, и представила дракона.
Тот неуютно заерзал на ее руке, пытаясь поплотнее вжаться.
- Прикажи ему!
Одно из темных существ больно дернуло правую руку, вытянув ее вдоль стены так, что
теперь дракон был перед глазами. Принц взялся за татуировку. Дракон хлестанул по его
пальцам хвостом. На них появились красные пятна, как от ожога.
Вампир схватил Марину за голову и саданул лбом о стену. В ее голове зазвенело, из носа
потекла кровь, на глаза навернулись слезы. Она сосредоточилась на драконе, мысленно
приказывая ему переползти к Эрику на руку. Дракон, дергаясь, переполз по шее на
лопатку.
- Я зря теряю время, - проревел голос за ее спиной, и острый клинок заставил ее дико
заорать. Принц вонзил острие меча под кожу Марины, вырезая дракона с лопатки.
Дракон кусался и грыз клинок, проворачивая острие в мышцах.
Внезапно послышались звуки сражения, звон мечей, принц вынул клинок. Дракон,
обезумев, неистово кусал темных существ, расшвыривая их по стенкам, и шипел.
Последнее существо отпустило Марину, и она глухо шлепнулась на каменный пол,
выворачивая голову, чтобы посмотреть, что же происходит.
Устрашающего вида воин метал огненные шары. На нем были когтистые доспехи, которые
под огненной массой докрасна накалились. Глаза его пылали. Волосы, словно застывшая
вулканическая лава, торчали зубцами назад, перерастая в наплечники, из нутра воина
извергалось пламя. Он яростно метал в принца огненные заряды, оттесняя от Марины.
На заднем фоне сражался рыцарь в доспехах, отливающих магическим светом, и давил
назад ломящихся в зал через проем мор. Он совершал различные круговые движение
свободной рукой, и моры, корчась, выгибали позвоночники в обратную сторону, падали,
агонизируя, визжа, пока не переламывались пополам. Из проема доносились глухие
звуки то ли тарана, то ли рушащихся стен. Марина попыталась подняться.
В зале раздался едва уловимый противный свист, закладывающий уши. В центре круга,
высеченного в камне, где ранее стояли стол и стулья, возник столб земли. Из-за спины
Марины выплыла Кедра. Она обхватила ее призрачными руками и прошептала:
- Подарок.
Она поцеловала открытую рану Марины, вырвав у той громкий выдох, и отступила.
Девушка упала на колени, опершись на руки. В голове пронеслось, как же она ненавидит
151/269
Овингу.
Столб земли разлетелся на мелкие кусочки, засыпав все вокруг. На его месте стоял
Властитель смерти, сомневаться не приходилось. Золотая корона в виде трех рогов,
череп с голубыми, как у Кедры, глазами, жезл с ярким синим кристаллом и длинные
пепельные волосы. Одет он был в черную рясу с нанесенными поверх нее тонкими
иероглифическими письменами.
- Принц Одвин, прекратите вторжение, – проревел он, перекрывая остальные звуки. Он
взмахнул пальцами, унизанными перстнями, и мор с собачим визгом отмело за пределы
зала. Эрик посмотрел на сестру и поклонился. Кедра тоже приспустилась на землю,
опустив голову. Воин огня остановился, но шар не погасил. Рыцарь отвесил поклон, снял
шлем.
Лицо Арвила было мокрым от пота, волос взъерошенным, взгляд решительно-злым. Кедра
посмотрела на принца, причем не с ненавистью, а как-то с вызовом, приветливо.
- Мы требуем возмещение своего, – потребовал он. – Вы дважды нарушили
территориальный договор, вмешиваясь в дела Аравилата и покушаясь на членов
королевской семьи.
Король Смерти бросил взгляд на Эрика, Кедру и стоящую на коленях Марину.
- Виновные понесут наказание, - пообещал король, громыхая голосом. – Вы можете
забрать то, что принадлежит дому Аравилата.
- А ребенок?
- В моих владениях его нет, - ответил Король Смерти.
Воин огня погасил шары и подошел к Марине.
- Знародная, Вы можете идти? - спросил он и, не дожидаясь ответа, взял ее на руки. От
воина опаливало жаром. Когтистые доспехи были горячими. Арвил поклонился королю,
развернулся и вышел, идя впереди них. Моры, шипя, расступались в коридорах,
пропуская вперед. Кроме мага и Арвила в проходах было еще с два десятка магов огня и
мечников из королевской гвардии.
Когда они вышли наружу, то оказались в каменистой долине с двумя рогами, изогнутыми
вверх. Между ними вертикально стояли две плиты, на которых было барельефное
изображение бюста Короля Смерти. На обледенелую землю падал снег, бежала поземка.
С ночного неба сыпала крупа. Долина была полна рыцарей смерти в черных рясах, моров
и полуморов. Им противостояло около сотни чернокрылых ангелов и магов-людей,
прикрываемых лучниками и тяжеловооруженными рыцарями. Никто из врагов не
осмелился перечить своему властелину. Пропускали, тяжело дыша, с ненавистью, а
встречали со вздохами облегчения и радостью.
Воин так и не выпустил Марину из согревающих объятий, только усадил поудобнее на
своего коня. Арвил подъехал к ним и, взглянув на Марину, скомандовал:
152/269
- Лорд Страквир, заплатите людям. Сэр Свираяк, заберите раненых, мертвых верните их
семьям, пусть похоронят. Оплатите ущерб, если таковой взыщется. Благодарю вас за
службу королю Аравилата.
Он сухо кивнул Страквиру.
– Увидимся в столице, - произнес Арвил ему и пришпорил коня.
За ним последовали с десяток рыцарей и два мага. Погода стояла скверная, все время
сыпал колкий снег. Мужчины гнали коней сквозь снежную пургу, пока через шесть часов
пути они не достигли каменистых, обледенелых берегов океана.
Ветер облизывал их лица, оставляя скованность мышц и неприятное ощущение
замерзшей влаги. По воде бежала белая дымка, разбиваясь о ледовые панцири берега.
Белые громады айсбергов, плывущих неподалеку, выглядели на фоне темной воды и
сизого пасмурного неба одиноко и брошенно. На берегу людей ждали две лодки, каждая
вместимостью десять-двенадцать человек.
Спешившись, Арвил погрузился в лодку и отбыл с первой группой людей. Воин помог
Марине залезть в лодку и, взяв одеяло у одного из ожидающих с лодками мужчин,
накинул на нее. На воде к леденящему холоду добавилась пронизывающая сырость.
Правое плечо Марины в районе лопатки просто разваливалось. Поездка окончательно
вымучила ее, абсолютно все мышцы ныли, и Марина была несказанно рада, что, наконец,
они слезли с лошадей и можно нормально присесть. Лодка равномерно покачивалась,
убаюкивая и погружая в тревожный сон. Ей подумалось, что хоть Арвил и зло, хорошо,
что он есть в ее жизни.
Прошло около двух часов, когда Марина, открыв глаза, увидела перед собой гигантский
корабль. Он был не меньше двухсот метров в длину. На нем размещалось три этажа, а на
самой верхней палубе располагались четыре огромных мачты. В кормовой части имелись
окна с балконами, а ее верх украшало деревянное панно с королевским гербом Аравилата
в виде витиеватой спирали с ромбом внутри, вокруг было что-то наподобие солнца,
другие символы власти: флаги, звери, похожие на волков.
Его размер, искусная отделка, огромные дула пушек, все впечатляло. Хорошо
вооруженный корабль выглядел, как плавучая крепость.
Им помогли взобраться по перекинутому деревянному трапу. Внутри корабля, пройдя по
узкому коридору, Марина оказалась в небольшой проходной комнате, освещенной
лампадками, вдоль стен стояли деревянные лавки. К своей радости она увидела Мару.
- Что ты тут делаешь? - спросила она, протягивая ей руки и слабо улыбаясь.
Целительница тоже улыбнулась, приобняв Марину, глядя на воина через плечо.
- Хвала огню, ты жива, - произнесла она, с тревогой вглядываясь. – Только мертвенно
бледная.
153/269
- У меня на спине порез, - объяснила Марина.
Они прошли в заднюю часть корабля, оформленную, как дворец, и отделенную от всего
корабля. В глаза бросалась роскошь обстановки, охрана у дверей и яркий свет. Марина
ступала по мягкому ворсистому ковру. Богатые люстры из сверкающего хрусталя, резная
позолоченная мебель, картины и гобелены на стенах, отделанных дорогими сортами
темного дерева и тонкой шелкографией. Они поднялись по широкой парадной лестнице
на второй ярус.
- Первый ярус официальный, - рассказывала Мара, ведя мимо залов. – Второй частные
апартаменты, библиотека, зал для тренировок и общий зал. Третий ярус – королевские
апартаменты. Туда вход запрещен, но по парадной лестнице можно попасть на
прогулочную палубу.
Миновав коридор, они вошли в небольшую комнату.
- Спасибо, Котх. Дальше мы сами, - поблагодарила Мара, беря Марину за талию.
Молчаливый воин поклонился и вышел, а они прошли дальше.
- Это ваши покои, Знародная, - сообщила она, видя, как Марина разинула рот от
удивления.
Они вошли в гостиную, наполненную свежими цветами. Напротив входа стоял мягкий
белый диван, по бокам кресла, отделанные позолотой, а в центре – резной позолоченный
столик. На полу лежал плотный ковер с искусной вышивкой. Стены украшали панно с
пейзажами. У левой стены был встроен небольшой камин, справа располагался ряд окон.
- Пойдем, - сказала Мара, и они прошли мимо камина в следующую комнату. Там имелась
небольшая спальня с кроватью, закрытой круглым балдахином серебристо-зеленоватого
оттенка, и еще один камин. У окна стояла кушетка с круглым столиком, на нем сундучок
Мары с лекарствами. Напротив кровати стоял столик, на нем круглая тарелка с
фруктами. У Марины глаза округлились и потекли слюни, когда она поняла, что они
очень похожи на земные яблоки и груши.
- Там ванная, - показала Мара рукой на дверь справа.
Ванная была проходной, без окон. Золоченая люстра со свечами прекрасно освещала
помещение. В углу стояла лохань, полная горячей воды, и столик, покрытый тонкой
работы тканью, на котором имелось зеркало, фарфоровый таз и кувшин. Стены ванной
были покрыты листовым материалом и расписаны растительными узорами блестящей
краской на серебристом фоне. Также имелся стульчик с ведром, завуалированный под
обыкновенный.
Мара постучала.
- Тебе помочь? - спросила она за дверью. Марина открыла ее, кивая.
154/269
- Полей, пожалуйста. Сил уже нет, - пожаловалась она, понимая, что несмотря на то, что
ужасно хотелось отдохнуть, нужно обработать рану и помыться.
Мара полила, и Марина впервые за несколько дней умылась пресной водой.
Целительница, усадив ее на кушетку, начала обработку раны. Марина уставилась в окно.
Взгляд уперся в темные воды Протеймы, далекий ледяной берег и кружащийся за
стеклом снег.
- Второй раз мы встречаемся, и мне приходиться лечить тебя, - заворчала Мара,
обезболив плечо мазью. – Как бы не вошло в привычку. Ты сильно похудела, да и
загорела.
- Как ты тут оказалась? – спросила Марина, чувствуя наступающее облегчение.
- Могу спросить тебя о том же?
Она промолчала, Мара вздохнула:
- После твоего ухода к Богуну нагрянула охрана. Я не знала, где ты. Думала, тебя
схватили люди принца. На следующее утро ко мне привели девочку, сказали от тебя. И
тогда я поняла, что ты ушла. Я хотела узнать твою дальнейшую судьбу и пошла к Изре.
Узнала, что его убили ночью у Арены. Тогда я обратилась к Инемии. Она рассказала о
тебе. Меня схватили в лавке, Богун про меня все рассказал. Не знаю, будешь ли ты
сердиться, но я отпустила девочку, чтобы ее не забрали. Пойдем, промоем рану.
Они снова вернулись к лохани.
- Принц пообещал, что все равно достанет тебя, даже из под земли. Он предложил мне
наняться в служанки для тебя.
- И ты так просто все бросила?
- Нас обвинили в измене королю Аравилата. Это был хороший вариант.
Марина наклонилась, и Мара стала поливать из кувшина, но уже на плечо.
- Все пошли, буду зашивать.
Они снова вернулись на кушетку.
- И как далеко зашел принц? Как вообще удалось найти меня? – спросила Марина,
представляя, как же она нужна королю Аравилата, если потрачено столько усилий.
- Он узнал, на каком корабле ты покинула Бултам, и отправился в Ола на дирижабле. Но
по дороге, он потерял твой след. Ты бы видела его бешенство. Нам пришлось переждать
бурю на Ола, она нас немного зацепила, и дирижабль получил повреждения.
155/269
Он должен был с Ола доставить тебя в Аравилат. И только потом через своих шпионов
принц выяснил, что ты попала в плен к народом Смерти. И, организовав несколько групп,
они атаковали долину Смерти.
- Интересно, как он пережил бурю на атоллах?
- Он же маг. Что ты меня спрашиваешь?
- Да уж, - только и ответила Марина, едва ощущая прикосновение рук Мары к плечу. – А
этот корабль откуда?
- Он стоял в Ола. На нем совершала путешествие королева Лиан. Принц воспользовался
им за неимением лучшего.
Марина устало потерла лицо левой рукой.
- Давай я тебя искупаю, - предложила Мара, накладывая повязку. – Мочить плечо пока
нельзя. О, у тебя на кольце дракон? Он боевой?
- Нет, - девушка покосилась на повисшего на татуировке дракончика. Не боевой, как она
недавно выяснила. – Это драк. Я познакомилась с русалками, пока добиралась до
Карнахая.
- Не может быть, - возглас Мары был переполнен искренним удивлением. Марина с
трудом, подобно столетней старухе, со скрипом и стонами опускалась в полную горячей
воды лохань, испытывая непередаваемое блаженство.
- Может, даже очень, - от удовольствия и расслабления она прикрыла глаза. - И знаешь,
некоторые из них весьма искусные маги воды.
- Хранитель огня…
- Да. Драк достался мне от русала.
- Но как?
- Мы попали в эпицентр шторма. Судно развалилось пополам. Он вытаскивал людей до
последнего, не знаю, что конкретно произошло, но уже на берегу я увидела его мертвым.
Драк переполз ко мне. Слушай, не могу. Так спать охота, сейчас свалюсь.
Мара помыла ее и помогла надеть длинную сорочку из тончайшего шелка. Перед глазами
Марины плыл образ Виларрии, Ру, рыдающей Ирралив. Жутко это все было.
Провалившись в мягкую перину, Марина забылась тяжелым сном.
156/269
Часть 9
Мара тихонько сидела в полумраке на кушетке и занималась рукоделием, когда Марина
открыла глаза.
- Умираю от жажды, - произнесла она, наблюдая, как яркая полоска света пробивается
из-под тяжелой шторы.
- Уже дважды заходил его высочество и один раз его телохранитель, - сообщила Мара,
поставив на кровать столик с завтраком.
- Зачем?
Марина накинулась на еду.
- Он был крайне раздражен, что ты так долго спишь.
- У его высочества часто бывают заскоки по части настроений. Придет и в третий раз.
Сказав это, Марина сообразила, что последнюю фразу Мары можно отнести к разряду
предостерегающих.
- Он очень сильный маг, - заворчала Мара, снова берясь за рукоделие. - В совершенстве
владеет магией Смерти. Это его дар. И хорошо обучен магии огня. Котх, воин, который
тебя провожал, его наставник. Это самый сильный маг огня в землях Аравилата.
- И?
- Он опасен. Его высочество описывают как умного, расчетливого и безжалостного
соперника. Он принц, который станет королем. Если он чем-то недоволен, жди беды.
Она замолчала, пока Марина, с наслаждением жуя плюшку, обдумывала услышанное.
- Расскажи, что ты знаешь о нем?
- Говорят, он, - она запнулась, – пьет кровь своих врагов. Что он потому и сильный маг
Смерти, потому что король Аравилата не его отец. И что он вовсе не человек. Все его
невесты гибли страшной смертью. Говорят, что это он.
- Прямо Синяя Борода, - пробормотала Марина, хотя притон Хогвина она помнила
отлично.- И как он их убивал?
- Высасывал из них жизнь поцелуем!
Марина захлебнулась чаем, поставила кружку и откашлялась.
- Бред! Сказки это все. Он обыкновенный человек. Я сама его один раз порезала.
У целительницы округлились глаза.
157/269
- Случайно, - объяснила Марина, решив больше не откровенничать и представив, какие
она сделает большие глаза, если узнает, что она с ним еще и целовалась. И вот, сидит
тут живая после поцелуя смерти. Да еще к тому же, надо было признать, это пришлось
ей по вкусу.
Мара встала и вошла в соседнюю с ванной комнату. Вынесла оттуда тяжелое зимнее
платье.
- В любом случае, не стоит испытывать его терпение. Говорят, измеры напали на селения
возле гор Тиффуитов.
- На корабле тепло? – уточнила Марина, хмурясь при виде груды ткани юбок и
подъюбников. Мара кивнула. – Тогда принеси другую одежду, как для тренировок и
поездок на лошади. Я здесь не в гостях, все-таки.
- Но ты же дама.
- В платьях неудобно тонуть. А учитывая последние события, не хочу даже думать о
подоле.
Мара всплеснула руками, но, ничего не сказав, ушла в комнату. Вернулась она минуты
через три, когда Марина окончательно расправилась с завтраком. В руках у нее были
бриджи, белая рубашка с жабо, толстый ремень и мягкие сапожки.
- Твоя верхняя одежда совсем порвалась, - объяснила она, протягивая вещи.
Марина нашла меховую безрукавку, посчитав, что так ее наряд будет завершен.
- Мне бы сабельку, - пошутила она, смотрясь в зеркало гардеробной комнаты после того,
как Мара обработала ей рану. Волосы она убрала в обыкновенный хвост.
- И где мне найти его высочество? – спросила она Мару, намереваясь изучить
окрестности корабля и позадавать вопросы.
- Наверное, у себя. Не знаю, - ответила она, с опаской косясь на ее одежду.
Марина вышла из апартаментов и осмотрелась. Напротив были еще одни апартаменты.
Пройдя вглубь корабля, она набрела на небольшую библиотеку, возле которой
располагался тренировочный зал. На стенах висели сабли, мечи, рапиры, имелась даже
шведская стенка, а в углу несколько матрасов. Вдоль одной из стен тянулся ряд зеркал.
За этим двумя помещениями, располагалась комната, судя по диванчикам и столикам со
стульями, для общения. А напротив –столовая с большим вытянутым столом на двадцать
четыре персоны. Были еще помещения, но за дверьми было не ясно для чего они.
Возможно комнаты для гостей. После этого коридор расширился, выводя в вестибюль с
большой лестницей. Места для королевских нужд на корабле не экономили.
Марина осмотрела скульптуры на столбиках парадной лестницы: та же спираль с ромбом
– на стене лестничного пролета висел королевский герб Аравилата. А вокруг герба
четыре фигуры разных цветов, изображающие народы огня (красный), леса (зеленый),
смерти (черный) и воды (синий). В углах пролета несли караул четыре стражника с
пиками в руках. Она поднялась, не сводя глаз с одежды охраны. Они были в
четырехцветных камзолах с гербом, на головах каски, в которых, вероятно, было очень
жарко. Они не остановили ее. Марина поднялась на королевский этаж.
158/269
Здесь все казалось еще роскошнее, чем на первых двух. И планировка была иная. В
вестибюле стояли двое мужчин в черной бархатной одежде прислуги. Один что-то
объяснял другому. Он обернулся. Это был седовласый мужчина лет пятидесяти,
сухопарый, с сосредоточенным взглядом. Оба поклонились.
- Ваше высочество, - произнес он хорошо поставленным голосом слуги. - Чем могу
служить?
От такой вымуштрованности Марина оторопела.
- Я ищу его высочество, принца.
- Он в тренировочном зале, - сообщил он и, протянув руку, слегка поклонился. – Фрако
вас проводит.
Она прошла за молодым слугой. Он вывел ее из вестибюля через пару вытянутых зал.
Один был с королевским троном и навесом над ним в тех же четырех тонах с гербом.
Затем они оказались в малой комнате, из которой вели две двери – в тренировочный зал
и в библиотеку, которые за счет отсутствия других помещений, были больше, чем на
втором этаже. Апартаменты принца, видимо, занимали все остальное пространство.
Они зашли в тренировочный зал, в тамбуре сидел слуга. Слышались удары клинков.
Слуга поклонился и, войдя раньше Марины, громко сообщил:
- Ее высочество, принцесса Виера Мар Квитворд.
Слуга вышел, и она прошла в тренировочный зал. Арвил стоял с саблей в руках, вытирая
пот с лица белым полотенцем. Одет он был в белую рубашку и черные бриджи с
сапогами. Второго мужчину она не знала. Молодой, черноволосый, с черной бородкой, на
шее у него виднелись старые шрамы. Он тут же поклонился.
- Сэр Мрайнеф, на сегодня довольно, - сухо произнес Арвил, оглядывая девушку с ног до
головы. Сэр Мрайнеф низко поклонился и вышел.
- Выспалась? - спросил он, как только они остались одни.
Она хмуро спросила:
- Долго нам еще грести на этом корыте?
- Сегодня вечером будет ужин в твою честь. Ты должна присутствовать на нем, -
сообщил Арвил, бросив полотенце на пол и убирая оружие в ножны.
Марина сунула руки в карманы. Может она и пленница, но сидеть за столом с людьми,
которые затем придут поглазеть на ее же смерть, совершенно не хотелось.
- Я не пойду.
Арвил недовольно взглянул на нее и подошел так плотно, что Марина почувствовала,
159/269
насколько он выше и мощнее ее.
- Ты пойдешь! – произнес он с нажимом.
- Нет!
- Пойдешь.
- Нет, не пойду, - ответила она ему в тон, задрав нос и не собираясь отступать ни на йоту.
– Если ты забыл, мы враги, и ты везешь меня к убийце моих родных! Я не буду сидеть за
столом с человеком, который сам убийца.
Взгляд Арвила приобрел недобрый оттенок.
- Ты пойдешь, - тихо произнес он. - И будешь прилично одета, как подобает твоему рангу
и положению, - добавил он с холодным презрением.
- Ты, правда, полагаешь, что я буду праздновать непонятно что с человеком, который
пришел в мой дом убивать и лишил меня памяти?
Несколько секунд глаза Арвила источали холод, пока он изучал горящий отвагой взгляд
прекрасных глаз, упрямое личико.
- Ты все сказала?
- Нет, не все, - Марина чувствовала, как с каждой секундой распаляется сильнее. – Я не
знаю, почему ты меня не убил, а притащил на Овингу, но ритуал отречения я проходить
не буду. Легче сразу умереть.
- Может, начнем сейчас.
Арвил грубо схватил ее за безрукавку так, что драк на плече зашевелился. Лицо девушки
побледнело. Затем он приподнял ее, словно котенка, и с силой встряхнул.
- А теперь послушай вот что, - прорычал он. – Мы прибудем в столицу и начнем
переговоры с измерами. Ты пройдешь отречение и станешь безопасной, тогда будешь
делать все, что захочешь, а пока ты в моей власти, будешь слушаться и выполнять
каждый мой приказ. Я выражаюсь ясно?
По щекам Марины покатились слезы. Как же сильно она ненавидит его. Она попыталась
вывернуться, но Арвил удержал ее.
- Я не слышу ответа.
- Ты редкостный, королевского масштаба, козел, - выплюнула она, глотая слезы.
- Предпочитаешь умереть здесь и сейчас?!
160/269
- Стоя, - сдерзила она.
Он резко развернул ее к стене с зеркалами. Их взоры встретились. Испуганное
выражение лица Марины и рассерженное Арвила сошлись в отражении. Марина отвела
взгляд, ощущая горячее дыхание на макушке. Он смягчился.
- Я спасал тебя не единожды, - голос его снизился до поучительного. – Потерял уйму
времени. Из-за тебя погибла куча народу! Преданные и любящие отцы, сыновья. Больше
сотни людей только в долине смерти. Ты пойдешь на этот ужин. Ты меня поняла?
- Они шли на смерть ради твоего места на троне, мерзавец.
Арвил разъярено сверкнул глазами, и снова крутанув ее к себе, слегка припечатал к
стене. Марина поморщилась от боли.
- Они шли на смерть ради принцессы Аравилата!
- Значит, ты их использовал! С чего вдруг такая преданность? Это же твои люди!
- Люди идут на смерть не только ради приказа. Они верят во что-то. И те, кто выжили,
заслуживают, чтобы ты с ними поужинала и таким образом поблагодарила их за свое
спасение. Такова традиция!
- Я не просила спасать меня, - Марина в запале лукавила, из злости отвечая Арвилу в
пику. - С меня довольно твоего лицемерия!
Арвил отпустил ее. От напряжения у Марины заныли виски, и свело судорогой живот.
Завтрак попросился наружу. Она наклонила голову, чтобы он не видел слез.
- Я надеюсь, тебе хватит благоразумия явиться сегодня в семь и выглядеть, как
положено. И пока ты находишься в моей власти, подчиняться беспрекословно. Или я за
себя не ручаюсь. До скорой встречи, ваше высочество, - он отвесил галантный поклон и
вышел из зала, стуча каблуками сапог.
Марина тяжело вздохнула, сползла по стене на пол. Ее руки нервно подрагивали, слезы
норовили снова скатиться по щекам, она бессильно сжала кулаки, уткнувшись лицом в
коленки. Как же сильно она его ненавидит!
Некоторое время она продолжала так сидеть, приходя в себя. Собираясь. В голове
мысли о бунтарстве боролись с мыслями о благодарности людям, которые храбро
сражались за ее жизнь.
- Мар, тебе плохо?
Над ней склонился парень, одетый в зеленый камзол, поверх накинут рыжеватый, может
быть лисий, без рукавов плащ, а на груди ожерелье из фиолетовых камней. Он носил
черные усы.
- Нет, я в порядке. Спасибо. Помогите встать.
161/269
Парень протянул руку и помог ей подняться.
- Что произошло?
- Очередной приступ ярости Лорда Смерти. Ничего более.
- Ты меня не помнишь? – спросил он, рассматривая кровавое пятнышко на плече.
Марина внимательнее присмотрелась к парню. Он не казался ей знакомым.
- Я Дэн, ну то есть Дэйв Олтан. Твой хранитель.
- Кто?!
Марина сделала круглые большие глаза.
- Подожди, повтори. Что ты сейчас сказал, Хранитель?
- Ш-ш-ш, - зашикал он, поспешно приставляя палец к губам. – Разговор есть. Пойдем,
поговорим в библиотеке.
Он обхватил ее за талию, «помогая идти», и они вышли из тренажерного зала.
Добравшись до библиотеки на втором этаже, Дэйв усадил Марину на стул и тщательно
закрыл дверь.
- Ты что, совсем меня не помнишь? – спросил он, вглядываясь в ее бледное лицо.
- Извини, нет. Заклятие забвения никак не способствует хорошей памяти, - съязвила
Марина. – Что ты хочешь?
- На этом галеоне находится твой первый хранитель лорд Ванка. Принц устроит вам
очную ставку, чтобы выяснить, кто твой хранитель. Ты должна сделать вид, что не
знаешь ни его, ни меня, - сообщил Дэйв.
- Зачем? Я и так ничего не помню.
- До сих пор королю Аравилата было известно о существовании лишь одной принцессы и
наследнице рода Квитвордов, - его голос снизился до шепота.
- Зачем вообще мне что-то рассказывать, если я и так ничего не помню? – повторила
вопрос Марина.
- Ты не помнишь, но Хранитель тебя помнит. Лорд смерти будет наблюдать за его
реакциями. Так что…
- Послушай, может, начнешь с начала. Я ничего не поняла.
- Хорошо. После того, как король Аравилата объявил род Квитвордов вне закона, твою
162/269
сестру спрятали на Земле, а хранителем назначили лорда Ванку. Но затем, спустя восемь
лет, ваша мать снова забеременела и родила еще одну дочь. Ее тоже решили спрятать,
но так, чтобы никто вообще не знал о ее существовании.
- То есть меня?
- Нет, тоже твою сестру. Король Аравилата преследовал их, распространяя слухи о
мертворожденных детях. После твоей старшей сестры она родила мальчика, но его сразу
же забрали и убили. Твоя мать не знала, что уже носит тебя под сердцем, когда они
совершили переход с твоей второй сестрой. Ребенку было больше года. Он не перенес
перемещения. А чуть позже родилась ты. Тебя удочерили в ту же семью, где уже росла
первая принцесса. И никто о тебе не знал.
- И где она теперь? – продолжая путаться и пытаясь разобраться, спросила Марина.
- Пять лет назад, когда лорд Ванка сильно заболел, я сменил его. А через два года твоя
сестра родила дочь. Сейчас она у измеров.
- А сестра? – для Марины все, что рассказывал ей этот человек, было каким-то
неправильным.
- Она скончалась при родах. Ты удочерила ее дочь.
- А кто отец? – спросила Марина, все равно не понимая, что к чему.
- Я не могу тебе назвать его имени. Но обещай одно. Не признавайся никому, что мы твои
Хранители.
- Почему?
- Потому что, как только это станет известно, нас тут же убьют, и мы не сможем тебе
помочь. А чтобы помочь, мы должны тебя спрятать на Карнахае. Но сейчас мы ничего не
можем сделать. Пока не можем. Никому ничего не рассказывай. Может и хорошо, что ты
ничего не помнишь. Для тебя же безопаснее будет.
Он замолчал, пока Марина с обалдевшим, недоверчивым видом переварила услышанное.
Все равно было неясно, зачем Дэйв все это рассказал, если она и так ничего не помнила.
- А мои приемные родители на Земле? – спросила она.
- Они живы. Это простые люди, которые ничего не знают.
- А чем я занималась там?
- Ты олимпийский чемпион по фехтованию, спортсменка.
Марина посмотрела еще раз на хранителя, устало потерла лоб.
- Ладно, пойду я, пока меня не хватились. Потом еще поговорим, - предложила она, не
чувствуя сил для продолжения беседы.
163/269
---
Дойдя до своих апартаментов, Марина обессилено рухнула на кровать, так и
провалявшись в ней весь день, то просыпаясь, то засыпая по-новой. Внутренний
биологический хронометр сбился, и вместо того, чтобы бодрствовать, она уснула.
Проснулась от того, что ее будила Мара, обработав, пока она спала, плечо и наложив
швы. Она трясла ее за здоровое плечо.
- Пришел слуга принца. Хочет узнать, когда ты будешь готова?
- Никогда, - девушка сонно потерла глаза, чувствуя, как головная боль разрывает лобную
кость. – Скажи, что я заболела и умерла.
- Он не одобрит этого, - произнесла Мара, с тревогой вглядываясь в ее лицо.
- Мне наплевать. Скажи, что я приношу извинения.
Марина снова уткнулась лицом в перину, не желая ничего видеть и слышать. Мара ушла.
Головная боль перестала бить набатным колоколом и потихоньку перешла в зудящий
звон. В помещении казалось прохладно. Надо бы Мару попросить затопить камин и не
зажигать слишком много лампадок. А еще попросить вина и напиться. Ее мысли
медленно вернулись в свое старое русло о прошлом, о хранителях, об Овинге, когда в
апартаменты ворвался Арвил, громко хлопнув дверью.
- Она выглядит неважно, - лепетала Мара, семеня следом.
Принц вошел в комнату. Марина устало подняла голову. Он грубо, одним движением
стащил ее с кровати на пол, круто развернув к себе.
- Я тебя предупреждал! – голос его рокотал от злости. – Вставай!
- Нет, - разозлилась Марина в ответ, потирая руку. Сил на что-то большее почему-то не
было.
Арвил снова схватил ее за руку, бросил взгляд на застывшую Мару.
- Я кому сказал? Несите платье. Живо!
- Ты рехнулся? – возмутилась Марина, пытаясь выскользнуть, пока Арвил рывком
поставил ее на ноги. Мара принесла из гардеробной платье мягкого глиняного оттенка,
положив на кушетку.
- Вон! – заорал Арвил на вздрогнувшую целительницу, та ретировалась из комнаты.
Он швырнул девушку на кровать.
- Выбирай, - весь его вид говорил о том, что шутить он не намерен. – Либо я тебя возьму
прямо на этой кровати, либо ты пойдешь на ужин.
От ужаса и возмущения у Марины расширились зрачки, и она забыла о боли. Да он с ума
164/269
сошел.
- Щас! - произнесла она с вызовом, внутри нее вдруг взыграл ополоумевший вредный
чертик, но сама она при этом перелезла на другую сторону кровати. - Нашел, чем пугать!
А, может, я люблю грязный развратный секс! А?
Взгляд Арвила посветлел. На лице появилась усмешка. Марина снова полезла на
кровать, надеясь перебежать на другую сторону.
- Ты же не насильник! – охнула она уже стоя на подушках, не зная, когда рвануться
бежать и, главное, куда. Он смерил ее взглядом охотника и обошел кровать, в глазах
появился огонек в ответ на ее предыдущую реплику.
– Я и правда плохо себя чувствую,- сообщила Марина, готовясь к прыжку.
Арвил бросился прямо посередине кровати и одним скачком перехватил ее бросок,
повалив с края кровати на пол.
- Нет, - завопила Марина, чувствуя, что еще мгновение, и все выйдет из-под контроля, и
закрываясь от сильного мужского тела. Арвил замер, продолжая лежать на ней, шутливо
заглянул в глаза.
- Ты пообещаешь слушаться, - предложил он, перестав злиться, видя ее испуг.
- Я обещаю ненавидеть тебя, - честно произнесла Марина, чувствуя яростный стук крови
в венах, не отводя взгляда от серых оживших глаз. – Слезь, ты тяжелый.
Она завозилась под ним, пытаясь выползти, но Арвил тут же прервал все ее попытки,
небольно стиснув. Ласково поцеловал в ушко, пока она изогнувшись уворачивалась от
поцелуя.
- Пообещай, - потребовал он, нежно прикусив край мочки уха, замечая, как волна
возбуждения прошлась по телу девушки, лихорадя ее. Он начал размеренно целовать ее
от мочки по шее вниз, отмечая ускорившийся пульс, изменение дыхания. Никуда не
спеша, он задержался у основания ее шеи, рождая краткими прикосновениями губ к коже
приятное головокружение.
- Как же я тебя ненавижу, - прошептала она, не в силах сопротивляться его странному
влиянию на себя, обуявшей ее сладостной взвинченности. – Ты воздействуешь на меня
магией?
- Магия смерти – это магия страсти, принцесса, - прошептал Арвил, улыбнувшись,
страстно удерживая ее в объятиях, с трудом контролируя свое собственное желание. –
Я буду тебя целовать, пока ты не согласишься, или мы не окажемся в постели.
Марина прикрыла глаза, сдаваясь и вздыхая.
- Я обещаю, - произнесла она, не в силах вздохнуть, как следует, под тяжестью его тела.
Арвил неожиданно резво встал, протянул руку, подняв ее с пола.
165/269
- Одевайся!
Марина нервно пригладила волосы. Руки совершенно не слушались. Она подошла и
опустилась на кушетку.
- Двадцать минут! Или я приду и сам тебя одену. И обещаю, это будет весьма чувственно.
Арвил вышел, следом за ним в комнату влетела Мара.
- Моя госпожа, - произнесла она, забыв про обычную независимость, – он ничего не
сделал?
Марина закрыла глаза, приходя в себя и растирая лицо.
- Он играет со мною, - прошептала она больше для себя, в ужасе от реакций
собственного тела.
Через пятнадцать минуть Марина была одета, умыта, прическа была уложена. На слабых
ногах, но с прямой спиной, она вышла из апартаментов. За дверью стоял Дэйв.
Он вежливо поклонился:
- Ваше величество, пройдемте со мною, - произнес он, и Марина неохотно поплелась за
ним, чувствуя себя совершенно разбитой.
За столом королевской столовой среди нескольких десятков мужчин сидели только две
женщины.
- Господа и леди, принцесса Аравилатских земель и северных атоллов Виера Мар
Квитворд.
Все ей поклонились.
- Принцесса, позвольте представить, королева Лиана, ваша тетя,- представил Арвил.
Старшая женщина поклонилась и улыбнулась. Марина села на предложенное место.
-И леди Сафира, моя невеста, дочь лорда Страквира.
Марина покраснела, не в силах посмотреть ей в глаза. Двадцать минут назад Арвил
целовал ее на полу спальни, а теперь спокойно, как ни в чем ни бывало, представляет
своей невесте. Она посмотрела на мужчину, которого не понимала, ненавидела и,
похоже, желала. Какой позор, подумала она, перестав, пожалуй, понимать и себя.
Она кивнула леди Сафире, не вызвав взаимной симпатии. Надо было признать, подумала
Марина, что старший принц Аравилата очень эффективно добивался поставленных
целей, и, похоже, моральная сторона вопроса его интересовала меньше всего.
Арвил представил всех мужчин от старшего чина к младшему. Из всех представленных ей
166/269
запомнились сэр Вайртон и сэр Страин. Оба были молоды, милы и весьма дружелюбны.
Подавали восемь перемен блюд. Марина ковырялась вилкой в тарелке, не в силах
проглотить даже кусочек, предпочитая пить обыкновенную воду. Беседа текла вокруг
дворцовой жизни, путешествий, новинок мастеров огня и оружия. Периодически она
ловила на себе изучающий взгляд Арвила, и ее прошибал озноб. Маловероятно, чтобы он
сдержал свое слово и изнасиловал ее. Но все же угроза возымела действие. Она стала
его бояться. В целом же, он был так увлечен беседами с невестой, точнее
выслушиванием ее монолога, что почти не смотрел в ее сторону. Лишь задумчиво
поглядывал куда-то, поверх красиво горящих свечей в изысканных, тонкой работы,
подсвечниках.
По одну сторону от Марины сидела королева Лиан, с другой – сэр Вайртон.
- Вы не притронулись к еде, - заметила Лиан, улыбнувшись.
- Что-то не хочется, наверное, мой желудок запутался во времени с этими
путешествиями, - отовралась Марина, оставив вилку в покое. – И вообще, восемь перемен
блюд лично мне могут грозить несварением от переедания.
Лиан засмеялась.
- Да, кормят тут так, будто собираются скармливать нас морским чудовищам, - пошутила
она.
- А мы однажды видели русалок, вдалеке. Говорят, они слабоумные. Выродившийся
народ, - серьезно сообщила Сафира, включившись в разговор.
- Вы правы, - подхватил сэр Мрайнеф. – Ну что взять с вечно плавающих дикарей.
- Они не дикари, - выпалила Марина оскорбленным тоном, вспоминания добродушное,
умное лицо Ру скорее для себя, чем для окружающих ее собеседников. За столом
повисла тишина. Даже огни свечей перестали плясать из сторону в сторону и
вытянулись вверх.
- У них есть города и письменность, - ровно произнесла Марина. Мужчины с удивлением
уставились на нее, словно она сама превратилась в русалку.
- Ваше высочество, вы общались с русалками? – спросил, усмехнувшись, сэр Страин. –
Вы, вероятно, шутите? Они же не подпускают к себе никого.
- И магов воды давно не существует, - сказал кто-то из присутствующих.
- Я маг воды.
За столом повисла гнетущая тишина. Люди смотрели на Марину, странно затихнув.
Марина посмотрела на Арвила, тот смотрел на нее. Она подняла руку над столом и
щелкнула пальцами, вино в кубках подпрыгнуло, сформировавшись в конусообразные
сосульки.
167/269
- Капитан, который вез меня из Бултама в Ола, торговала с ними. И среди них есть
сильные маги воды,– произнесла она, понимая, что люди в гробовой тишине смотрят на
нее, опустила глаза, разглядывая кружево скатерти, снова щелкнула пальцами, и вино
послушно вернулось в кубки, затем добавила: – Он спас мне жизнь. Как и вы, господа!
Она обвела взглядом собравшихся мужчин, игнорируя Лиан и Сафари, и с
признательностью опустила голову.
- Благодарю, - произнесла она, неловко улыбнувшись.
- За истинную принцессу Аравилата! – воскликнули мужчины, один за другим поднимая
кубки с красным вином. Взгляд Марины натолкнулся на одобряющий взгляд Арвила. Он
поднял кубок с вином. Произошла очередная перемена блюд.
- Ваше высочество сказали, что плыли из Бултама в Ола? - спросил сэр Вайртон
достаточно громко, чтобы привлечь соседей по столу. - Вы не могли бы поведать нам, как
оказались в руках народа смерти?
Марине захотелось спрятаться под стол, лишь бы не привлекать больше внимания, злясь
на Арвила за это испытание. Он же чему-то ухмылялся, любезничая со своей невестой.
Марина испытала странное чувство обиды, он использовал ее. В то время, как она
приставала к нему в ванной, а он рассказывал ей аравилатские сказки о ее родителях,
самозабвенно целуя на лугу древлян и сегодня, все это время у него была невеста.
- Ну, я попала в бурю, на берегу меня взяли в плен, – уклончиво ответила она, сердито
гоняя кусочек мяса по тарелке.
- А где вы были до этого? Мы просто с ног сбились, разыскивая вас, - сообщил сэр
Страин. - Думали уже, вас ру…чудовища уволокли.
- А до этого я была в Бултаме, смотрела шоу на Арене по случаю ярмарки магов и не
могла дождаться, когда же его высочество схватит меня, - беззаботным голосом
сообщила она, от злости готовая воткнуть вилку в стол.
За столом раздались нервные смешки. Арвил отстранился от Сафиры и посмотрел на
принцессу с холодной заинтересованностью.
- В конце концов, с той суммой денег, которую принц выдал мне на содержание в Желтой
пустыне, можно было многое позволить, - с издевкой произнесла она, глядя на Арвила и
намекая на стычку под Бултамом, о которой были осведомлены, вероятно, все
присутствующие мужчины, потому что они захихикали, тоже поглядывая на принца. – Но
я подумала, что неразумно тратить все на женские мелочи, и решила устроить принцу
грандиозную охоту… На себя. До Ола.
Рыцари больше не сдерживались и заржали в полный голос. Леди Сафири покраснела,
но вовсе не от смущения. Королева Лиан откинулась на спинку стула и внимательно, с
удовольствием, следила за происходящим. Арвил продолжал строго смотреть, но в его
глазах загорелся веселый огонек.
168/269
- Но вы не прибыли на Ола?
- Нет, мне нужно было загореть, отдохнуть, потом я решила отправиться на дирижабле в
Карнахай. Знаете, свежий морской воздух весьма благотворно действует на мужской
аппетит и здоровье.
Мужчины продолжили ржать, прекрасно понимая двусмысленность сказанного.
- Правда, нервы страдают.
Арвил, сузив глаза, многозначительно посмотрел на Марину, предлагая ей заткнуться.
Леди Сафири демонстративно встала и изъявила кроткое желание отдохнуть.
- И что же вы делали на отдыхе? – не унимались мужчины, желая продолжения банкета.
- Ну, как вам сказать… Молилась, чтобы у его высочества нашлись более неотложные
дела, чем охота на королевскую шатенку. Одной, видимо, оказалось мало.
Мужчины снова заржали.
- Но, как видите, зря. И вот я здесь с вами, господа, - Марина подняла кубок с вином.
Когда ужин вернулся в свое русло, Марина еще несколько раз ловила на себе
оценивающий взгляд Арвила, но уже предпочитала помалкивать и не болтать лишнее.
Постепенно ей все больше становилось не по себе, она чувствовала то невыносимую
духоту, то непонятные сквозняки, от которых бросало в дрожь. Головная боль снова
колокольным набатом изводила ее. Наконец, ужин закончился, мужчины собрались в
игральной комнате, а женщины направились в библиотеку.
- Пойдемте ко мне, попьем чаю, - пригласила Лиан, когда они дошли до библиотеки.
Марине хотелось одного - снова оказаться в кровати, но она согласилась, полагая, что
если Арвил надумает ее воспитывать, то он не догадается искать ее у Лиан.
Когда они вошли в ее покои, сразу стало понятно, что Лиан любила роскошь.
Апартаменты представляли собой коллекцию всего самого лучшего, что могло быть
предложено ее миром. Все было несколько чересчур, а с учетом того, что это был всего
лишь корабль, то и подавно. Слишком много золота, хрусталя, драпированных элементов,
мебели. И картин с ее юным изображением в полный рост.
- Вы тут постоянно живете? - спросила Марина, осматриваясь.
- Да, - ответила Лиан, наливая чай в чашки из тончайшего фарфора. – Предпочитаю
путешествовать.
На маленьком чайном столике стояли сладости, фрукты и ажурная выпечка, покрытая
169/269
разноцветной глазурью.
- Ваши портреты изысканны, - сообщила Марина, разглядывая изображения. Лиан
немного откинулась и, положив руку на колени, спросила:
- Вы с Земли. Во что у вас верят?
Марина хотела сказать, в бога. Потом подумалось, что в деньги. Но, в конечном счете,
она ответила:
- В расчет.
Лиан понимающе улыбнулась, как будто это было само собой разумеющимся.
- У нас тоже. Добро пожаловать домой.
Марина села и осторожно взяла блюдце с чашкой. Похоже, Лиан не относилась к тем
людям, которые ходят вокруг да около, и предпочитала прямой разговор без скругления
острых углов.
- Так вы и есть моя тетя, - произнесла девушка, отпив чаю. Та изучающе кивнула.
- Может, расскажете, что такое обряд отречения. Кажется, вы его прошли?
Марина помнила, что король был женат три раза. Второй женой была Лиан.
- Это больно, - сообщила Лиан и взяла свой чай. – Четыре мага растягивают вашу
жизненную энергию и вырывают из линий жизни то, что дано вам Овингой. А именно,
мелко посеянные по всему телу семена единства. То, что связывает ваши умения в
четырех магиях. При традиционных условиях вы их получаете многократно за всю жизнь.
Большую часть при рождении - по крови родителей, при замужестве, при коронации и
рождении детей. Если, конечно, ваша жизнь складывается. Так что не ждите, что вам
будет приятно.
- Долго? - спросила Марина, отставив чашку. Чай пить расхотелось.
- У всех по-разному. Самое длительное отречение в истории Аравилата заняло сутки.
Она смерила ее безмятежным взглядом, как будто говорила не о пытках, а о погоде.
Марина сглотнула. Лиан оставила чашку, встала и, подойдя к окну, повернулась к ней.
- Но я вас не за этим пригласила, - произнесла она, - а затем, чтобы выполнить обещание,
данное вашей матери, когда она была на смертном одре.
Она убедилась, что Марина внимательно ее слушает, и повернулась к окну. Вероятно, ей
было трудно об этом говорить. Она положила руку на шею, начав рассказ:
- Я была молода, когда встретила Генуи. Молода, обворожительна и, безусловно,
неопытна. А Генуи уже был немолод. Он был женат, я была обещана другому. И мне было
трудно устоять против его обаяния. Он обольщал меня, играя, как коты играют с
170/269
пойманной мышью. Соблазнил. Его внимание кружило голову. Он привез меня в замок,
где уже жила его жена Имертал. – Лиан цокнула, продолжив смотреть в окно.
- Имертал была сначала вежлива, потом, когда я стала официальной любовницей, стала
вынужденно вежливой, а когда поняла, как далеко простираются планы короля, все
стерпела. Сейчас я знаю, что она была мудрой женщиной и относилась ко мне, как к
неизбежному злу. Как к молодой, глупой жене короля. Генуи готов был пойти на все ради
трона. Потом я забеременела. Мы были счастливы тогда. В ту ночь, когда я узнала, что
жду его ребенка, я танцевала босиком в тронном зале. Его жена грезила о свободе. Она
хотела освободиться от Генуи, от нас. Я не знала, что происходит у них на самом деле. И
когда много месяцев спустя, будучи с ним разведенной, она не добилась его разрешения
покинуть двор, она потребовала права самоотречения – «Права ангелов». Уйти к
чужакам и нести нашу культуру. Люди не могут жить среди измеров, человек сгорает за
три-семь месяцев. Я тогда была на шестом месяце. Он убил ее прямо на моих глазах.
Генуи был в таком гневе и ярости на нее, что не контролировал себя. Ни одну женщину
он не любил так, как ее. Несмотря на то, что у них не было детей, что она отказывала ему
во всем.
Лиан замолчала, посмотрела на Марину, убедившись, что та слушает, и продолжила:
- Я потеряла нашего ребенка. Это была девочка. Затем, когда мы поженились, у меня
были выкидыши один за другим. Король разочаровался и перестал обращать на меня
внимание. А я с каждым днем все больше сходила с ума от страха, что он убьет меня, как
первую жену. В народе ее прозвали первой королевой. Я решилась на подмену. Я
заявила, что беременна. Купила целителей, магов. И когда моя сестра родила дочь, я
забрала ее у нее, выдав за собственную.
Она повернулась. В глазах Лиан блестели слезы, на лице застыла горечь. Сейчас она
выглядела на все шестьдесят.
- Король, конечно, узнал об этом. Хейвьера и Квитворд тайно вынесли ее из дворца и
укрыли на Земле. Генуи назначил хранителя. А меня за предательство и ложь заставили
пройти обряд самоотречения. Король был в ярости и долгое время не мог оправиться. Он
пил, убивал, развратничал несколько лет, пока однажды ночью он не отправился к
жрецам смерти, и те сказали ему, что он свой шанс упустил. Он возненавидел меня,
обвинил в том, что я убила наших детей. А потом решился на последнее, что ему
предложили жрецы смерти.
Она замолчала, переводя дух, пока Марина осмысливала уже сказанное.
- Он взял себе в жены воительницу смерти. Некроманты вызволили ее из глубин и
заковали в цепи. Безумную нежить, бывшую когда-то сильной ведьмой, держали в клетке
день и ночь. Меня обязали ухаживать за ней. Генуи совокуплялся с ней, рискуя жизнью.
И у них появился первый мертворожденный ребенок – девочка-призрак, Кедра. После
этого она еще два раза приносила ему мертвых детей. И только с четвертого раза, когда
она родила мертвых близнецов, у нее был последыш, но живой, с человеческой
внешностью – Арвил.
Марина выронила чашку, и та стукнулась о стол, но к счастью не разбилась, только чай
171/269
разлился по поверхности. Так вот зачем Арвилу нужно было столько лекарств. Он делал
все, чтобы сохранять облик человека. Полунежить-получеловек.
- Затем было еще четыре мертвых ребенка, - продолжила рассказ Лиан. – И родился
Ювал. Он оказался самым нормальным из всех, рожденных от этого союза, но, к
сожалению, со слабыми магическими способностями. Потом были еще дети, один из них с
человеческими признаками. Но она не отдала его. Она умудрилась родить его тайно и
укусила. А когда ребенок перестал проявлять признаки жизни, несколько дней никому не
отдавала. Тогда Генуи сам вошел в клетку, чтобы забрать и похоронить сына. Она
вцепилась ему в грудь, разодрала до сердца. Мы думали, он умрет. Но король выжил,
хотя так и не оправился. Ее отправили назад. Кедру отдали на воспитание Королю
Смерти. А мне, - она вздохнула, освобождаясь от данного сестре обещания, – достались
два прекрасных мальчика, которым все равно нужна была мать.
Лиан повернулась, лицо ее приобрело надменную суровость.
- Так что Ювал и Арвил мои сыновья. И то, что Арвил делает для вас, мне кажется
неверным. Обряд самоотречения крайне жесток. Лучше сразу умереть.
- А что стало с третьим мальчиком? – спросила Марина, пораженная чудовищностью
рассказа.
- Королева так его и не отдала. Его увезли с ней в клетке.
Марина подумала об Эрике.
- Вот, собственно, и все, что я хотела рассказать, - произнесла Лиан. – Могу добавить,
что Арвила с рождения готовили стать королем. Не пытайтесь занять его место. Вам это
не удастся. Он, не раздумывая, сотрет любого в порошок. Он вам не по зубам.
Марина открыла рот, чтобы сказать, что и не собирается, но тут же закрыла его.
- Спасибо за чай. Я все поняла, - сказала она, вставая. – Ваше величество.
- Ваше высочество.
Она развернулась и вышла из апартаментов королевы, подумав, что уж простым
смертным такие скелеты в шкафу просто не снятся. Хорошая у нее тетка. Наверное, в
королевских семьях других не бывает.
В коридоре она столкнулась с Арвилом, направляющимся на ее этаж. Марина уже
размечталась прошмыгнуть в библиотеку, но он заметил ее на лестнице и взял под руку.
- Благодарю за ужин, - произнес он, учтиво поклонившись.
- Угу, - ответила она, высвобождая руку из его пальцев. Мечтая отделаться от него
быстрее, она чересчур сильно дернулась и поскользнулась на ступеньках, полетев на
королевского охранника. Тот только и успел, бросив пику, подхватить девушку. Арвил
одним прыжком пересек лестницу.
172/269
- Что с тобой? - спросил он, принимая Марину из рук перепуганного мужчины. – Ты
слишком горячая. У тебя жар.
- Даже если у меня белая горячка, и я буду умирать, не смей больше трогать меня,
отталкивая его и поправляя одежду, заявила Марина. – У тебя для этого есть невеста. Я
знаю, где мои покои.
С достоинством она добрела до своих апартаментов и утомленно опустилась в кресло в
гостиной, забывшись в нем.
Утром зашел королевский лекарь. Моложавый мужчина средних лет, с орлиным носом,
тонкими губами и узкими глазами цвета мглы, его волос состоял из мелких кудрей,
который он стриг очень коротко. На плечи было накинуто длинное черное пальто из
гладкой черной ткани, скрывающее всю фигуру до пола. Выглядел он удивительно
космополитично.
- Так, что тут у нас? - басистый голос разительно не шел к его щупленькой, несколько
субтильной внешности. Он осмотрел Марину с ног до головы, поводил руками,
обследовал рану, заглянул в рот, нос и уши. Озадаченно воззрился на нее, слегка
поглаживая себя пальцами по груди. Температура оставалась запредельно высокой.
- Я затрудняюсь определить, что с вами, - наконец произнес он недовольно. – Но долго
это продолжаться не будет.
- Жар спадет? – спросила Мара.
- Нет. Нужно выяснить причину и как можно быстрее. Вы заметили, что от раны отдает
магическим фоном? – спросил он Мару, не сводя с Марины глаз.
- Да. Но я не вижу источника.
- Я тоже… Я тоже… Но, кажется, причина может быть только в этом.
- А у вас нет никакого там талисмана, сдерживающего магию? - спросила Марина
заплетающимся языком, плохо двигая спекшимися губами.
- Нет. Это все равно, что попросить талисман от вредоносных бактерий у нас на родине,
принцесса, - произнес он, улыбнувшись.
- Вы с земли? – Марина уставилась на него.
- Да. Мы с вами земляки. Расскажу вам как-нибудь свою историю. А сейчас отдыхайте. Я
зайду через пару часов, - сказал он и вышел.
173/269
Марина откинулась на подушке, посмотрев на расстроенную целительницу.
- Что со мной?
- Ты теряешь жизненную силу, - ответила задумчиво она, протягивая стакан с водой. –
Тело переживает, думает, что ты заболела, вот и горишь.
- Такое бывает?
- Очень редко, - ответила она, садясь на кушетку. – Как прошел вчерашний вечер?
- Скучно, – отвела Марина, вспоминая сцену на лестнице.
- А как принц Арвил?
- Он делал вид, что меня нет в помещении, - ответила Марина, расстроено глядя в окно,
за которым хмурилось серое утро. – Грубый, безжалостный и эгоистичный.
Мара понимающе улыбнулась.
После вечернего осмотра доктор направился в кабинет Арвила, тот оторвал глаза от
бумаг.
- У нее ничего не болит, но тело продолжает гореть и потихоньку сдает позиции,
температура растет, - сообщил он прямо со входа. – Организм быстро обезвоживается.
- Каков твой прогноз? – спросил Арвил, отложив бумаги.
- Если так будет продолжаться, организм протянет в лучшем случае еще сутки, - сообщил
доктор. - Она физиологически здорова, только рана на спине. И в тоже время девушка
теряет жизненную энергию. Порез магически фонит, но это не похоже ни на копье
смерти, ни на что-либо другое.
- Что предлагаешь?
- Предлагаю снять с нее заклятие Забвения, это высвободит некоторые силы, но
ситуацию не переломит. Смотри сам.
Арвил встал и пошел вместе с доктором в апартаменты Марины.
Любые попытки вылезти из-под одеяла приводили в неистовой дрожи во всем теле.
Забывшись в тяжелой дремоте, Марина услышала, как Мара открывает двери. В
апартаменты вошли. Она с трудом разлепила глаза, кожей ощущая сухость, сердце
бешено колотилось, заходясь от перенапряжения. На нее смотрели Мара, доктор и
174/269
Арвил.
- Совсем осунулась, бедняжка. Посмотрите, какие круги под глазами, - Мара положила
холодную ладонь на лоб девушки. – Как уголек.
- Зачем он здесь? - спросила Марина, сердито рассматривая Арвила.
- Снимите с принцессы одежду, переверните на живот, - приказал он, серьезно и
внимательно глядя на нее. – И подождите за дверью.
Мара и доктор помогли Марине снять одежду и перевернуться. Обнажение привело к
конвульсии, зубы застучали еще сильнее. Она ощущала себя марионеткой, которая
ничего не могла сделать. Трясясь от холода, она с трудом удерживала глаза открытыми.
- Не входите, даже если она будет кричать, - предупредил принц, снимая с себя камзол,
рубашку и стаскивая сапоги. Он оставил только бриджи, залез на кровать и склонился
над девушкой.
- Уходи, - из последних сил попросила она.
- Я хочу помочь, - произнес Арвил.
- Ты уже помог, притащив меня сюда.
- Поверь, не притащи я тебя сюда, ты уже была бы мертва.
Положил холодные ладони на пояс.
- А я ни за что на свете не могу этого допустить, сладкая моя.
- Слезь с меня, - слабо запротестовала она.
- Сейчас будет, очень больно, терпи, радость моя, - предупредил он, гладя ее по спине.
- Мне все равно, - прошептала Марина, сквозь дрожь. – От тебя хорошего не дождешься.
- Это ты так думаешь, - спокойно ответил Арвил.
Сначала она почувствовала, как нагревается затылок, затем тепло превратилось в жар,
начав мучительно припекать.
– Лежи ровно, - скомандовал он. – Это спасет тебе жизнь.
Но как лежать ровно, когда все тело горит, а под кожей разливается адское пекло.
- Больно, - простонала Марина, сгребая кулаком простынь и утыкаясь лицом в перину,
чувствуя, как пот струится по коже.
Жжение усиливалось и переросло в настоящую муку. Она застонала, извиваясь, пытаясь
уйти от жрущей, убивающей, всепоглощающей боли.
175/269
- Хватит! Ты убьешь меня!
В порыве Марина умудрилась вывернуть голову и ужаснулась. Над нею стоял
сосредоточенный Арвил и, манипулируя руками, удерживал сияющую дымку,
сохраняющую образ Марины. Как у тех воинов на арене.
- Нет, - закричала она, опрокидываясь в панике, пытаясь изо всех сил увернуться. –
Хватит!
Арвил быстрым движением уперся ногой девушке в шею, удерживая в лежачем
положении, и с силой вжал в перину.
- Не шевелись,- рявкнул он.
Марине ничего не оставалось делать, как истошно кричать, обливаясь слезами.
Неожиданно боль прошла, принося глухое облегчение от наступившего покоя.
В комнату вошли люди, со страхом глядя на стоявшего на кровати принца и лежащую
лицом вниз, замученную девушку. Белая простынь порозовела от потеков крови с потом.
- Пригласите Дэйва, - приказал он, шурша одеждой. – Нужна чистая простынь.
Марина открыла глаза. На нее озабоченно смотрел доктор, злой Арвил накидывал
рубашку на голый торс. Мара достала чистую простыню, что-то шепча себе под нос.
- Это поцелуй милосердия, - бросил он доктору. – Кедра, видимо, постаралась.
Пришел Дэйв.
- Приготовь отвар равновесия, - приказал он ему, пока Дэйв с ужасом рассматривал
кровать и разводы на простыни.
- Нужна будет еще одна простынь, на мою кровать. Пригласите Котха. Быстро. Доктор,
проводите Мару. Я сейчас ее принесу.
Арвил слез с кровати и осторожно перевернул Марину, закутав ее в одеяло. На лицо
было больно смотреть.
- Мар, - он несильно тряхнул ее. Она открыла глаза, встретившись с серым серьезным
взглядом, по ее щекам скатились слезы. – Ты меня слышишь?
Она слабо кивнула, не замечая слез, рассматривая его высокие скулы, квадратный
подбородок, каштановый, слегка вьющийся волос, красивые жестокие губы, нос с
горбинкой.
- Не закрывай глаза, послушай меня. Я знаю, что ты мне не поверишь. Но ты должна
знать,- он низко склонился над ней, ловя карий взгляд. – Я люблю тебя!
176/269
В первую секунду Марина не поняла, что именно он сказал, рассматривая его. Наконец,
до нее дошел смысл сказанного. Она слабо качнула головой. Поверить в то, что сказал
Арвил, было невозможным.
- Нет, - произнесла она чуть слышно. – Не может быть.
- Правда. Не знаю, почему так. Но ты должна это узнать, хотя бы сейчас, - сказал он,
прижимая ее к себе. Взгляд Арвила, твердый, уверенный, спокойный, говорил о том, что
он не лжет. – Я люблю тебя. Сам не понимаю, как так получилось. Ты должна знать. Тебе
придется поверить мне.
Марина отрицательно замотала головой, отказываясь принять услышанное. Но
оттолкнуть его у нее не хватало сил.
- То, что тебе подарила Кедра, это… - Он тяжело вздохнул. – Неизлечимо. Ты умираешь.
Мы попытаемся поставить защитное противодействующее заклятие, и если ты не
поможешь себе, то к утру умрешь. Ты меня понимаешь? Ты умрешь.
Девушка измождено кивнула, продолжая плакать. Он встал, держа ее на руках, и вышел
из апартаментов. В коридоре стояло несколько рыцарей, Лиан и Сафири.
- Что с ней? - спросила Лиан, прижав руки к груди. От истошных криков сбежалась
половина обитателей королевской части галеона. Арвил не ответил. Дойдя до своих
апартаментов, он приказал:
- Никого, кроме Котха, Мары, Дэйва и доктора не впускать. Поставьте пятерых стражей
на входе.
Он отнес Марину прямиком в ванную. Это была не ванная, а целый бассейн четыре на
десять метров. Он вошел в него прямо в одежде, погружая в воду, окутывая ледяным
хладом. Дракон оживился и соскользнул с ее плеча. Она вцепилась в рубашку Арвила,
заметавшись в простыне. Он удержал ее.
- Тише, Мар, тише, - успокаивал он, сжимая девушку.
Марина беспомощно зарыдала, страдая от холода, обжигающего раскаленное тело.
Пришел Котх. Воин взглянул на них и, пройдя в дальний угол бассейна, тоже вошел в
воду, в чем был. Понимающе кивнув Арвилу, Мара открыла окна, впуская морозный
ночной воздух в помещение, и встала ровно посередине бассейна, с одобрением и
жалостью глядя на них. В купальню заглянул Дэйв, но сразу исчез.
- Сейчас ты должна сказать защитное заклинание воды. Слышишь? Ты можешь это
сделать!- он потряс ее, вызывая всплески, отпуская на середину. – Это сдержит заразу.
Понимаешь?
Арвил вытащил ее руки из простыни, взял лицо девушки в ладони.
- Ты в состоянии это сделать! – произнес он еще раз. Марина безвольно кивнула.
177/269
- Потерпи, скоро станет лучше, - пообещал Арвил, целуя ее в раскаленный лоб.
Посмотрел на Мару и Котха.
- Это твой шанс.
Он отпустил Марину, толкая к середине бассейна. Котх уже играл двумя маленькими
шариками огня. Втроем они разожгли огонь в своих руках, недвусмысленно собираясь
спалить ее заживо. Марина, как дохлая креветка, вяло смотрела на них, готовая просто
сдаться и утонуть.
- Заклинание, - заорал на нее Арвил, подхлестывая. – Давай!
Она опустила руки в воду, слабо борясь с желанием умереть. И стала поднимать купол
пальцами вокруг себя, и как только он замкнулся над ее головой, пламя со всех сторон
окрасило его в яркий оранжевый цвет. От бессилия Марина снизила уровень воды до
голени, измождено опустилась на колени, продолжая держать купол на чистом
инстинкте самосохранения. Из-за ее плеча вырвался синий огонек. Она разрастался,
заставляя жмуриться, но держать купол, так как за ним стояла стена огня. Огонек
заполнил все пространство и, слившись с водным куполом, неожиданно беззвучно
взорвал его, отнимая последние силы девушки и рассыпаясь на тысячи огненно-водных
брызг. Вода в бассейне заходила ходуном, качая ее из стороны в сторону.
- Все закончилось, - подхватил ее Арвил, не давая утонуть или нахлебаться воды.
Он отнес Марину в свою спальню. Стащив мокрую простынь, он укутал девушку в сухую и
посадил на кровать, сверху натянул белую рубашку. Протянул бокал, приготовленный
Дэйвом.
- Нужно выпить.
Марина послушно выпила гадкую травяную жижу, пока он придерживал бокал,
заставляя выпить все до дна. Она подумала, что все его варево сплошная отрава.
Измученно подняв на него глаза, она отметила, с каким искренним беспокойством он
смотрит на нее, в глазах светилось облегчение.
- Теперь все будет хорошо, - пообещал он тепло, возвращая бокал Дэйву, придерживая
пошатывающуюся вперед-назад девушку. Марина бухнулась носом прямо в его грудь и
уснула.
Проснулась она через несколько часов, уже за полночь. Ей стало гораздо лучше. В
комнате было сильно натоплено, она спарилась. Марина лежала в королевской кровати,
та была такой широкой, что на ней легко уместились бы пять человек. Вот откуда,
спрашивается, у всех королей такая любовь к огромным размерам. Марина осмотрела
себя. На ней оказалась хлопковая плотная рубашка с широкой кулиской, регулируемой на
плечах.
178/269
На другом краю постели спал Арвил, укрытый легким покрывалом. Вот теперь ей
открылся буквальный смысл выражения: вместе спать и не встречаться. Пусть спит,
решила она, присматриваясь к обстановке в комнате.
Комната освещалась слабым светом звезд. Вероятно, окна забыли зашторить из-за
вчерашних событий. Марина спустила ноги, кровать была высокой, и босиком вылезла из
нее на мягкий, ласкающий ступни, ковер. Нашарив столик с кувшином, она наощупь
налила его содержимое в бокал. От души хлебнула, не подумав, что там может быть
очередной душевыворачивающий отвар Арвила, чуть не выплюнула все обратно,
сморщилась. Но это оказалось лишь сладковатое вино. Ну что ж, вино так вино. Пить все
равно хотелось нестерпимо. Мгновенно осушив кубок до дна, она сразу почувствовала,
как оно дало ей в голову. Да так, что Марина присела на кресло рядом со столиком.
Посидев немного, решила, что второй бокал ей не помешает. Затем, когда она
подумывала о третьем, Арвил заворочался и, сонно повернувшись к ней, спросил:
- Что ты там делаешь?
- Пью, - ответила Марина, еще не совсем пьяная, но уже и не трезвая.
Он не придал этому значения.
- Как ты себя чувствуешь? - спросил он, явно еще находясь во власти сна.
Будь она трезвой, вряд ли бы вернулась в кровать. Но алкоголь уже взял под контроль
ослабленный организм. За окном стояла ночь, так что Марина прошлепала к кровати и
залезла на свою половину.
- Хорошо, - ответила она, не испытывая особой охоты засыпать. – Арвил, а почему я сплю
здесь?
Он не ответил, вероятно, уснув. Она подползла поближе, вглядываясь в него, в его
расслабленное лицо. Во сне черты Арвила смягчились, приобретая еще более
притягательный характер. Она выбралась, села, и, разглядывая его, подалась вперед.
Марина наклонилась, преисполненная благодарности и желания поцеловать его в щеку.
Но, не рассчитав, ткнулась прямо в шею, хихикнув. Когда она подняла голову, на нее
смотрела пара внимательных серых глаз.
- Извини, - прошептала она, глупо улыбаясь. – Я хотела поцеловать тебя в щеку, сказать
спасибо. Но промахнулась.
Арвил промолчал, вглядываясь в ее лицо. Пьянящая легкость смешалась с
эндорфинными выплесками в крови, даря смелость и игривость.
- Нам же не обязательно все время ссориться, - сообщила она доверительным голосом.
Арвил поднялся, садясь поудобней и продолжая изучающе разглядывать девушку.
- Ты мог бы быть помягче, - сказала она, игриво теребя кулиску на своей ночной рубахе. –
179/269
И мог бы иногда улыбаться. Тебе идет улыбка.
- Мар, что ты пила? – спросил он, подозрительно глядя на нее.
- Вино, там, на столике. А что?
Ее признание почему-то вызвало у него улыбку.
- Много?
- Два бокала, - сообщила она, безмятежно расправляя складки на ночнушке. – Нет, три.
Он кивнул и продолжил слегка улыбаться.
- Я хотела сказать, что благодарна тебе за те три раза, – ответила она, стараясь
выглядеть как можно более важной и трезвой. – Я просто злюсь на тебя, злюсь…
Она запнулась. Ну не говорить же ему, что злиться за обман и поцелуи.
- За что? – мягко подтолкнул Арвил, в его глазах заблестели смешинки.
- Ну, злюсь за то, что ты спас меня четыре раза, а я тебя ни одного. Это, в конце концов,
нечестно, - она показалась себе просто неотразимо находчивой.
- И не нужно так улыбаться, - сообщила Марина, не рассчитав и затянув тугой узел на
распущенной кулиске. Она дергала ее, пока ночнушка не свалилась с плеча,
соблазнительно обнажая его. - Я, между прочим, равна тебе по положению. Я
принцесса. А, значит, обязана вернуть долг.
Арвил засмеялся. Она завозилась, натягивая на плечи ткань, но при этом обнаружила,
что у нее непристойно выглядывает грудь.
- Достаточно будет, если ты будешь слушаться и перестанешь капризничать, - сказал он,
ласково глядя на нее.
- Вот еще, у жены будешь просить послушания, – ответила она ворчливо, вызывая еще
один его смешок, приспуская ткань с плеча и закрывая грудь. – А я обойдусь чем-нибудь
другим.
- Чем ты обойдешься, Мар? – в глазах его сквозило веселье, на лице играла
мальчишеская улыбка.
- Ну, не знаю, - ночнушка опять непокорно сползла с плеча. – Я могу убить для тебя
парочку драконов.
Арвил засмеялся, Марина обнаружила, что грудь опять открыта, чуть ли не до сосков, и
стала растягивать ворот по плечам.
- Обычно принято наоборот. И больших драконов на Овинге не водится.
180/269
- Ну, ладно, задушу парочку крокодилов в зоопарке. Черт!
- Давай помогу, - предложил он, протягивая руки к узлу на кулиске. Глядя на его руку,
Марина почувствовала странное искушение согласиться.
- Нет, не стоит, - произнесла она, добавив: - Как рука?
Стараясь справиться с обуявшим ее странным чувственным волнением, он протянул
ладонь, показывая шрам. Марина взглянула, рассматривая тонкий рельефный порез.
- Почему ты его не залечил? – спросила она, проведя по его ладони кончиком пальца и
борясь с собою, чтобы не извиниться.
- На твоем клинке был сильный яд, - произнес он. – Шрам останется не меньше, чем на
десять лет.
- Ну, тогда не парочку крокодилов, а четыре. Два в качестве извинения.
Он снова засмеялся.
- Боюсь тебя расстроить, но на Овинге нет крокодилов.
- Какой ужас! – Марина сделала вид, что искренне расстроилась. Она кое-как усмирила
слишком широкий строптивый ворот ночнушки и заканчила возню. Арвил смотрел на нее
очень игриво. В его глазах разгорался пылающий огонь желания.
- Может быть, ты просто скажешь спасибо?
Она посмотрела на него, чувствуя, что пора остановиться. Сейчас между ними возникло
то же чувство близости, что и раньше. Она опустила глаза и кое-как собралась с
мыслями.
- Так что я тут делаю? – спросила она.
- Ты тут спишь. Нельзя было тебя сразу трогать, ты потеряла слишком много сил.
- А почему тогда ты тут спишь?
- Это мои покои.
Потупившись на его обнаженную мускулистую грудь, она подняла взгляд. Что–то было в
его глазах, какой-то соблазн, что-то маняще-горячее. Алкоголь туманил разум. На нее
снова накатила беспощадная волна сладостного влечения.
- Арвил, что со мной было? – спросила она, понимая, что ее бросает в жар при виде его
губ.
- Кедра подарила тебе поцелуй милосердия. На такое способна только она.
181/269
- Что это?- спросила Марина, ее рукам-таки не было покоя. Она взяла край покрывала
Арвила, смятенно начав комкать его.
- Это тяга к смерти, Мар. Каждый раз, когда ты будешь оказываться в смертельной
ситуации, тебе будет легче сдаться, будет тянуть умереть. Отныне и навсегда.
Арвил волнующе смотрел на нее, не отрывая взгляда от разрумянившегося лица, пока
Марина отбрасывала назад волос и пыталась справиться с нахлынувшим чувством
возбуждения.
- Вчера ты прошла обряд, блокирующий смертоносное распространение. Иначе бы ты
просто умерла. Даже удивительно, как быстро ты восстанавливаешься.
- Слушай, тебе не жарко? - озабочено спросила она, растирая кожу декольте, чувствуя,
как твердеют соски под тонкой хлопковой тканью, испытывая непреодолимую тягу
сбросить ночнушку, едва удерживаясь от этого неприличного порыва.
- Жарко, - просто ответил Арвил, вожделенно поглядев на ее губы.
Она чуть прикрыла глаза, стараясь справиться с нахлынувшим наваждением, с чем-то
горячим между ног.
- Что со мной?
- Похоже на отходники, - пробормотал он, быстро подавшись вперед и опрокидывая
Марину на спину. Арвил придавил ее своим телом, вжимая в матрас и давая ощутить его
набухший член.
- Тише, Мар, сейчас пройдет, – пообещал он, шепча, склоняясь над нею, крепко
прижимая, заставляя забыть обо всем.
Она страстно потянулась к нему, зарываясь пальцами в кучерявый волос, гладя по
плечам, широкой мускулистой спине.
- Ты бы видела свои зрачки, в них утонуть можно, - хрипло произнес он, учащенно дыша,
вглядываясь в лицо.
Девушка изогнулась, вжимаясь в него, мечтая влиться. Он перехватил ее руки, не давая
ласкать себя, выжидая.
- Ты же хочешь меня, - простонала она, не помня себя, не желая принимать отказ. –
Арвил.
Сердце бешено колотилось, руки жадно прижимали ее тело. От внутреннего напряжения
он на минуту закрыл глаза, пережидая и давя в себе порыв отдаться вожделению, сжал
зубы.
- Это отходняк. Тело готовилось умереть, а теперь пытается выполнить биологический
долг. Ты не хочешь меня, Мар, поверь, - он произнес на одном дыхании, едва
182/269
удерживаясь от небольшого поворота головы, где его губы неизбежно столкнулись бы с
ее.
- Нет хочу!
Крепко держа и борясь с собою, он тяжело сполз с нее, и прижал к себе спиной, зарылся
лицом в волосах, продолжая удерживать подрагивающее, жаждущее любви тело,
исступленно вжимаясь мужским естеством. Через полчаса волна желания схлынула,
отпуская вожжи инстинктов и позволяя разуму работать. Тело расслабилось, Марина с
облегчением закрыла глаза. Судорога разочарования прошлась по телу. Ей подумалось,
что она еще никогда никого так не хотела. Но нигде ей не было так хорошо и уютно, как
сейчас в сильных объятиях этого мужчины.
- Отлегло? - спросил Арвил, ослабляя хватку.
- Угу.
- Так бывает, - тихо произнес он, совсем отпуская. Она не отодвинулась, предпочитая
чувствовать его рядом.
- Мы никогда не станем любовниками, - Марина, ощутила неожиданное разочарование.
- Нам нельзя, - Арвил, снова прижимал ее к себе.
- Спасибо тебе, - сказала она, не поворачиваясь, ощущая смешанное чувство
благодарности и сожаления. – Спасибо, что не бросил.
- Похоже, это моя судьба, - пробормотал Арвил, целуя ее в затылок, чуть покачивая и
погружая в сон.
183/269
Часть 10
Ястребиная почта не приносила хороших новостей. Утром прилетел королевский ястреб с
тайным посланием отца. Он был в бешенстве от решения Арвила отправиться по воде,
призывая сына как можно быстрее вернуться в столицу. Несмотря на то, что
приготовления к войне закончены, и первые бои у Тиффуитских предгорий со стороны
земель Аравилата приносили победы, король желал быстрее увидеть подле себя
главного наследника.
Он согласился, что если принцесса Аравилата пройдет обряд отречения, не будет
смысла настаивать на казни, во всяком случае, до получения исчерпывающей
информации о ее происхождении. К тому же у нее не было дара ни к магии огня, ни к
магии смерти. Если у нее не будет наследников, она станет безопасной для короны.
По заданию отца они с Ювалом занимались приготовлением к войне на разных берегах
Овинги. Ювал на западном, малонаселенном и гористом, Арвил на восточном, где были
расположены почти все портовые города. От брата давно не было вестей. Это означало
одно – он занят каким-то тайным поручением отца. Арвил тяжело вздохнул, в Аравилате
ему было бы легче следить за дворцовыми интригами. Отец до сих пор скрывал место
проведения ритуала Единства. В любом случае, ему по традиции предшествовал собор
пяти народов. И до того, как они прибудут в столицу, и Арвил окажется занятым по
самую макушку, у него была всего неделя, чтобы убедить Мар поменять решение. Она
должна будет пройти ритуал отречения.
В кабинет вошел Дэйв Эдан. Он уже несколько лет служил у Арвила личным секретарем
и устраивал принца целиком и полностью.
- Пригласите ко мне лорда Ванку и принцессу Мар после того, как она проснется и ее
осмотрит доктор, - приказал он. – Отмените мою тренировку с сэром Вайртоном и
занятие с Котхом. Передайте леди Сафире, что я приглашаю ее на ужин.
Дэйв послушно кивнул и низко поклонился.
- Ваш лекарь уже осмотрел ее высочество и ждет в приемной, - сообщил он, удалившись
и пригласив доктора.
- Что скажешь? - спросил Арвил, как только они остались одни.
- Все прекрасно, - ответил врач, усаживаясь в кресло напротив стола принца. –
Температуры нет. Принцесса еще слаба, но жизненную силу она терять перестала и
отлично восстанавливается.
- К ней вернулась память?
Доктор кивнул.
- Она выдержит очную ставку? – Арвил постукивал пальцами по столу, разглядывая
перстень.
- Ну, если ты ее не будешь швырять по стенам и зеркалам, как пару дней назад, то
184/269
вполне. Сидеть и отвечать на вопросы она способна.
Арвил предупреждающе посмотрел на доктора, тот развел руки.
- Как она восприняла случившееся?
- Если ты спрашиваешь, изменилось ли что в поведении, то уволь. Я врач, а не психолог.
Реагировала она сдержанно, даже отчужденно. Но если будут наблюдаться странности
в поведении, не удивляйся. Такое бывает при больших объемах магии у землян, или у тех,
кто долго жил в немагических мирах.
- Хорошо.
- Но, - доктор поднял палец вверх, – я настаиваю на своем личном присутствии, если ты
применишь к ним заклинание Правды. Считай, клятва Гиппократа обязывает.
Арвил кивнул.
Первое, о чем она подумала, проснувшись, это о том, что происходит с людьми, которые
пропали. Наверное, родители уже подали на нее в розыск, на работе сначала уволили, а
теперь ждут новостей. А Юлька? Марина подскочила, как ужаленная. Юлька у измеров.
И Дэйв!!!
После осмотра доктором и завтрака она все еще думала о нем, сидя в кровати, когда в
комнату вошел Дэйв. Марина сощурила глаза, посмотрев на него с презрением.
- Доброе утро, ваше высочество, - произнес он хорошо поставленным голосом. – Их
высочество, принц Одвин, хочет вас видеть в своем кабинете. Он просил одеться и зайти
к нему.
- У тебя совесть есть? - спросила Марина, наблюдая за ним.
- Что-то случилось?
Похоже, он действительно не понимал.
- Случилось! Вчера принц Одвин вернул мне память, и я вспомнила абсолютно все, Дэээн!
Мужчина замер, побледнел.
- Скажи, что будет, если он узнает, что отец Юльки – ты? А? Я так понимаю, именно
поэтому ты больше не хранитель.
Марина пришла в ужас, когда паззлы сложились в единую картину. Пять лет назад ее
сестра встретила очаровательного парня в секции по фехтованию. Он отлично владел
спортивной саблей, водил туристические группы по горным маршрутам. Он очень быстро
стал ее мужем. А через два года родилась Юлька.
185/269
- Ты пропал без вести, как только узнал, что она беременна. Какая же ты скотина!
Дэйв побледнел еще сильнее и сел в кресло, опустив руки.
- Я не мог остаться. Хранителям запрещено иметь семью. Для меня это был шанс
обрести, пусть ненадолго, семейное счастье. Я же не знал, что вы принцессы.
Марина вспомнила, как он не торопился с ребенком. А Юльке хотелось. Вскоре умерла их
бабушка, и родители решили отдать квартиру молодым. Юлька оставила ребенка. И
буквально через несколько недель после этого Дэн пропал в горах. Тело так и не нашли.
- Ты ее использовал.
- Я любил ее.
- Ты ее бросил!
Дэйв закрыл глаза и прикусил нижнюю губу, затем с расстановкой произнес:
- Я ее не бросал. Меня отозвали.
- Ты мог ей все рассказать! Ты вообще в курсе, что твоя дочь у измеров? А!?
- Да, - ответил Дэн, начав приходить в себя.
- Не знаешь, зачем она им нужна?
- Я незаконнорожденный сын Свирауна.
- Кого?
- Короля Аравилата. Моя дочь истинная принцесса Аравилата. Прошу, не говори никому,
что я ее отец. Если девочка выживет, ее убьет король, как те…
Он осекся, замолчав, со страхом глядя на Марину. Та смотрела на него, понимая, что не
за дочь он боится.
- Кто был моим первым хранителем? – спросила она, понимая, что рано или поздно Арвил
столкнет их вместе, раз о Дэйве он ничего не знает.
- Валерий Дмитриевич, твой первый тренер. Лорд Ванка.
- Что меня ждет на очной ставке? – лицо Марины стало жестким, почти каменным.
- К вам будет применено заклятие Правды. Вы не сможете не сказать друг другу правду,
- произнес Дэйв. – Но о том, что я отец, никто не знает. Клянусь. Ты ведь никому не
скажешь?
186/269
В спальню вошла Мара, держа в руках платье синего цвета с оторочкой из белого меха.
Марина промолчала, наблюдая, как Дэйв встал и на негнущихся ногах вышел из
королевской спальни. Она откинулась на подушки, прикрыв глаза.
Получалась, Юлька была даже более опасной для Аравилата, чем она. Наверное,
девочка уже мертва. На глаза Марины против воли навернулись слезы. Как страшит
неизвестность. И она тоже была бы мертва, если бы не… она задумалась, на самом ли
деле Арвил ее любит. Зачем он вообще ее спасал? Неужели только разница в возрасте с
сестрой и ее мимолетная ложь на кухне до сих пор сохраняли ей жизнь? Он везет ее в
Аравилат к королю. Разве любящий человек поступил бы так? Вряд ли.
В любом случае, получалось, что Дэйв прав. Она уже мертва. Будет это смертный
приговор или сводящий с ума ритуал. Марина подтянула ноги и закрыла лицо руками,
стараясь справиться с нахлынувшим страхом.
- Что стряслось?
Мара подошла к ней, приобняла. Марина, прижалась к плечу целительницы.
- У тебя есть наркотики? – пробубнила она сквозь проступившие на глазах слезы.
- Чего?
-Ну, что-нибудь, что сделает меня на вид безумной, ополоумевшей, - Марина оторвалась
от плеча Мары и заглянула в широко распахнутые удивленные глаза. – Хочу убедить
принца, что сошла с ума.
- Зачем? – Мара с искренним беспокойством смотрела на нее.
- Мне по-любому конец, - после секундного колебания произнесла Марина. – Так если все
равно, почему бы не повеселиться. Есть?
Мара заколебалась, не зная, что ответить.
- Знаешь, чему учит спорт в первую очередь?
Целительница покачала головой, она и слова-то такого не знала. Неужели принцесса
Аравилата совсем отчаялась, или это поцелуй Кедры надломил ее непокорный дух.
Марина гордо вздернула подбородок, сверкнув глазами.
- Борись до конца.
Арвил провел рукой, прошептав сложное заклинание на непонятном языке, и посреди
комнаты появилась невидимая стена, разделяющая помещение на две части.
187/269
- До сих пор не могу привыкнуть, - восхищенно прошептал доктор.- Как ты этому
научился?
Магия иллюзий ангелов была невероятна сложна. На Овинге ею владело всего несколько
магов, да и то не в полном объеме, а лишь некоторыми заклинаниями. Арвил, проведя
много лет в компании с Иярой, постигал их искусство с пятилетнего возраста, но не
освоил и десятой части.
Причиной являлось то, что этот вид энергии был не сроднен с магической энергией
Овинги, и чтобы ее постичь и воспроизводить, человек должен был сам изменяться на
краткие секунды маготворения. Это стоило огромных трудов, да и то после многих лет
тренировок.
В кабинет вошел лорд Ванка, зеленое рыцарское платье смотрелось намного скромнее,
чем его доспехи. Сейчас он был похож на рядового дворянина Аравилатского
королевства. Слуга попросил его подождать и предложил ему вина.
Арвил произнес заклинание правдивости. Оно было совершенно незаметно для
получателя, за исключением того, что человек начинал чувствовать необыкновенную
легкость и раскованность.
Марина выбрала мужские бриджи и рубашку из грубой льняной ткани, завязав ее узлом
на животе. Распустила волосы, повязала вокруг шеи цветастый платок и обернулась к
Маре. Та стояла поодаль и бормотала то ли заклинание, то ли молитву за успех
мероприятия.
- Ну, и как я тебе? - спросила она, неестественно лучезарно улыбаясь.
- Выглядишь, как матрос, - Мара скрестила руки на груди, тяжело вздохнув. – Ты
уверена, что в порядке?
- Все просто замечательно.
После того, как Марина выдула полпузыря настойки огонь-травы, ей было все равно.
Исчезла тяжесть от страхов ожидания скорой смерти, прошли переживания о судьбе
приемной дочери, не беспокоило даже то, что она на Овинге. Она, мурлыча,
протанцевала мимо целительницы и, обернувшись у дверей, помахала рукой, не
вписавшись в дверь, и только со второго раза покинула апартаменты.
Пол качался, как во время бури на Протейме. Пару раз приложившись к стенам, Марина
хихикнула и побрела на третий этаж к кабинету Арвила. Увидев охранников, она
рассмеялась и подошла к ним.
- Привет, мои хорошие, - дружелюбно заулыбалась им принцесса, повиснув на столбике,
украшенном резьбой. – И не скучно вам стоять тут цее-еелыми днями?
188/269
Она подняла голову и увидела направляющегося к ней Дэйва.
- Ваше высочество, вас просят, - начал он, опешив от расплывшейся улыбки.
- Это ты. Блыдный сын…
Девушка упала ему на руки и, вздохнув, заявила:
- Вот скажи мне, ни со-овести у тебя, ни чести.
Дэйв взглянул еще раз на шатающееся существо и, не припомнив ни одного случая такого
странного поведения, кивнул охране.
- Я провожу ее высочество, - сказал он.
Как только они поднялись на королевский этаж, он взял ее под талию.
- Марин, ты понимаешь, что ты творишь? - спросил он шепотом, не зная, куда ее деть.
- Если ты меня сейчас не отпустишь, я заору, - пригрозила Марина, продолжая улыбаться
и цепляясь за него.
- Я веду тебя в кабинет принца, - проговорил Дэйв, с ужасом представляя, что будет
после того, как она войдет внутрь. И боясь представить, что будет после того, как она
выйдет оттуда. Если выйдет.
- Вот и отлично, - пропела она, удивляясь, как стремительно пол начал подниматься
прямо к ее лицу. Чьи-то руки схватили ее, удержав в нескольких сантиметрах.
- Э-ээ, верни стены обратно! Во-от так-то лучше.
Она остановилась в дверях приемной, слуга объявил о ее присутствии.
- Пожелай мне удачи, - она повернулась к Дэйву, который выглядел так, словно съел что-
то крайне противное и ужасное.
- Удачи, - сипло произнес он, отпуская ее.
Стены снова зашатались вокруг Марины.
- Э-э-э, - она похлопала его по груди. - Ну ты стены-то держи.
Затем, выпрямив спину и максимально широко улыбнувшись, она вошла в распахнутую
дверь. В этом помещении она еще ни разу не была. Обозрев его, она отметила, что у
принца Одвина скромный вкус. Пол покрыт простым паркетом, вдоль стен книжные
полки. У окна располагался рабочий стол с двумя креслами, недалеко от дверей
диванчик перед камином и поодаль – круглый стол на четыре персоны.
189/269
В одном из кресел сидел Дмитрий Валерьевич, которого Марина узнала с трудом, так как
видела его последний раз лет пятнадцать назад.
- А где принц? – спросила она, чуть пошатываясь, напрочь забыв об этикете. Затем
удивительно ровно дойдя до кресла напротив хранителя, она неестественно плавно
уселась в него. Ее накрыла удивительная легкость, и она, не успел хранитель открыть
рот, захохотала.
- Простите меня, - сообщила она, отсмеявшись. – Я подумала, что Арвил пригласил меня,
а сам прячется где-нибудь за шторой, как аравилатский зайчик? Что скажете?
- Ну, принца Одвина трудно представить аравилатским зайчиком, - усомнился хранитель.
- Ну да, он по своей природе больше похож на тиффуитского козла, - покачала головой
Марина, хранитель, не удержавшись, улыбнулся.
- Вы видели тиффитских козлов?
- Я видела аравилатского принца. А еще я встретила по дороге Дэйва, представляете. Он
говорит, что я слишком много улыбаюсь.
- У вас очаровательная улыбка.
- Спасибо, мне многие говорят, - Марина продолжала ему улыбаться.
Хранитель разглядывал молодую женщину, которая точно была не в себе. Он понимал,
для чего их сюда пригласили, но где был принц, не знал.
- Виера Мар Квитворд, - она протянула руку и снова улыбнулась. – А вас зовут…
- Лорд Ванка, хранитель, - представился тот, продолжая ошарашенно ее разглядывать.
- О, я слышала про хранителей. Мне древляне рассказывали. Хотела побывать на
Карнахае. И далеко ваш остров?
- Это не остров, ваше высочество. Это орден четырех стихий. Он находится в центре
Протеймы.
- Нет, я все-таки проверю. Не возражаете? - встала Марина, направившись к окнам. На
цыпочках она подошла к длинной тяжелой портьере и рывком, с криком «Б-бу!»,
заглянула, отчего, не удержав равновесия, повисла на ней, закачавшись.
- Что вы делаете, ваше высочество?
- Охочусь на тиффуитского козла, - пробормотала Марина, озадаченная собственными
покачиваниями.
- В горах Тиффуитов не обитают козлы, только беншиты.
190/269
- Угу.
Портьера снова качнулась, с ее шеи слетел платок. Она наклонилась вниз. Платок исчез
в тяжелых волнах шторы.
- Ваше высочество? - произнес хранитель, услышав странный шлепок за тяжелой тканью.
===
Арвил посмотрел на доктора, который, хмурясь, смотрел на хранителя, сидящего в
нескольких метрах от них.
- Это нормально?
- Ну, странности могут быть. Но, может, на нее вообще так действует данное заклинание,
- произнес он, переводя глаза на качающуюся штору.
- В любом случае стоит закончить этот спектакль, - раздраженно произнес Арвил,
произнося заклинание, развеивающее иллюзию.
Хранитель в изумлении уставился на материализовавшихся принца и доктора. Арвил
подошел к шторе.
- Что вы там ищете? – с раздражением спросил он, оглядывая зад принцессы, вихляющий
из стороны в сторону.
- Вашу поруганную честь, - огрызнулась она, вылезая из-за портьеры с выуженным
платком. – А вы что думали?
- Ну, может быть аравилатского зайчика.
Она усмехнулась, усевшись на пол и задрав голову, которая, наконец, перестала
кружиться.
- Их давно переловили горные, то есть тиффуитские…
К ним подошел доктор и, присев рядом, взял девушку за руку, считая пульс.
- Не стоит доктор. Я мастерски ставлю фингалы, - сообщила Марина, отдергивая руку.
Доктор улыбнулся и посмотрел на все больше раздражающегося Арвила.
- Ладно, вставай, придется использовать старые методы, - произнес он, поднимая
Марину за шкирку.
- Э-э-э, отпусти, - запротестовала она, оказавшись в кресле напротив хранителя.
191/269
Арвил, сев в свое кресло, строго смотрел то на хранителя, то на розовощекую Марину.
- А теперь я хочу получить твердый ответ на вопрос от вас обоих. Лорд Ванка, это ваша
подопечная? Вы были ее хранителем?
Хранитель, находясь под действием заклинания, не смог не кивнуть.
- Виера Мар Квитворд, это твой хранитель?
Марина, которая до сего момента разглядывала свои сапоги, обнаружив царапины на
носках, подняла голову и, посмотрев на лорда Ванку, покачала головой.
- Нет. Он мне вовсе не хранитель, - заявила она, беззаботно улыбнувшись. – Он…
- Она что, пьяная?! - не выдержал Арвил, покосившись на доктора, тот почему-то
улыбался и отрицательно качал головой.
- Ты его знаешь? – спросил Арвил Марину.
Она сощурила глаза и ответила голосом киношного детектива.
- Ну, мы же познакомились. Элементарно, Ватсон! Я и тебя знаю, между прочим. В
разных обличиях.
Доктор подошел и, не спрашивая, запрокинул голову девушки, внимательно осмотрев
глаза.
- Это огонь-трава, - он отпустил качающуюся Марину. – Ей нужно выспаться.
- Что?!
- Трава, блокирующая нервные узлы таким образом, что они становятся не вполне
рабочими, - он хмыкнул, поглаживая подбородок и с любопытством глядя на нее. - Ты
ничего не добьешься от нее в таком состоянии. Отправляй ее спать.
Арвил еще раз смерил Марину негодующим взглядом, она что-то искала под ногами, и,
соглашаясь, кивнул.
- Проводи ее, а я пообщаюсь с лордом Ванкой.
Доктор взял Марину под руки и направился к двери. При виде охранников она
притормозила и громко, командным голосом, приказала:
- Отдать честь, служивые!
Стражники вытянулись и отдали честь. Марина довольно улыбнулась. Уже дойдя до
апартаментов, она снова остановилась.
- Я забыла платок, - произнесла она, шаря рукой по шее. – Вы не сходите за ним. Я в
192/269
состоянии дойти сама.
Доктор еще раз оглядел ее с ног до головы и кивнул. Как только он скрылся за углом, она
развернулась и побрела в другую сторону. Оказавшись в малом тренировочной зале,
Марина сняла со стены саблю и начала рассекать ею воздух. Затем ее привлекли звуки
музыки, доносившиеся из салона.
Там на диванчике сидели Лиан, Сафира и сэр Вайртон.
- Добрый день, - поприветствовала она их.
- Присоединяйтесь к нам, - предложила леди Сафира, внимательно рассматривая
Марину.
- Благодарю, но я устала и хочу пораньше лечь, - благоразумно произнесла та,
разглядывая двух музыкантов и смешные инструменты.
- Ну что, вы уделите нам пять минут вашего времени? Говорят, вы поразили всех
чувством юмора после моего ухода на ужине в вашу честь? Может быть, вы нам споете
или станцуете, наверняка, вы узнали что-нибудь новое от народов воды.
В голосе Сафиры было столько едкости, что Марина не смогла пропустить это мимо
ушей. Она улыбнулась и приблизилась к женщинам.
- Как прошла ночь в спальне принца Арвила? – спросила Лиан, тоже заметив, что Марина
не совсем в себе.
- Замечательно, - ответила Марина, не вдаваясь в подробности. – Вам бы так, леди
Сафира.
- Я не думаю, что Арвил удостоит даже взглядом женщину, способную доставить столько
неприятностей, - брезгливо произнесла покрасневшая Сафира. Она не знала, что же на
самом деле происходило в спальне за закрытыми дверями, и теперь с превосходством
оглядывала несуразный с ее точки зрения наряд Марины.
- Почему вы так решили? - спросила та, продолжая стоять, ковыряя кончиком сабли
ковер.
- Потому что вы враг короны и вы не в его вкусе.
- Ладно, так и быть. Щас я спою, - объявила Марина, решив, что раз уж бить, то бить
насмерть. Она покажет ей врага короны. Марина подошла к музыкантам.
- Я напою мелодию. Вы сможете ее воспроизвести?
- Ваше высочество, достаточно проиграть ее в голове, и я смогу ее считать.
Марины сто раз пела в караоке, а посему, проиграв в голове мелодию и послушав, как
193/269
музыканты настроили под нее инструменты, многообещающе улыбнулась.
- А можно погромче?
Сэр Вайртон, оценив взрывоопасность ситуации, предпочел ретироваться.
Он встретил доктора, направлявшегося в королевские апартаменты.
- Доктор, вы не знаете, где его высочество? – взволнованно спросил Вайртон, глядя на
платок в его руках.
- Он принимает лорда Ванку.
- Там принцесса и леди Сафира, - по его тону стало понятно, что что-то происходит. –
Она совершенно не в себе.
Арвил вышел из кабинета, посмотрел на мужчин.
- Сафира столкнулась с Мариной, - сообщил доктор.
- Они что, подрались? – спросил принц, слыша странные непривычные звуки на втором
этаже. Мужчины направились в салон.
- Нет. Но у нее было оружие... и такой недобрый взгляд, - заметил сэр Вайртон. – Боюсь,
она применила магию.
- Пьяный маг хуже смертника, - заметил доктор, начиная опасаться самого худшего.
- Я сомневаюсь, что она вспомнит хоть одно из них, - обронил Арвил.
Из салона доносился голос принцессы, горланящей что-то на русском.
- Слышите, она творит заклятие, - произнес упавшим голосом сэр Вайртон. – Она их там
поубивает! – он бесстрашно распахнул дверь в салон.
Мужчины застыли на пороге.
Подобно разбушевавшемуся сайгаку, Марина скакала на диване и опасно размахивала
саблей, звонким голосом душевно надрываясь над уже помолившимися перед смертью,
близкими к истерике Лиан и Сафирой.
«Раз не видишь по глазам,
Читай по губам –
Я тебе его НИКОГДА не отдам!»
194/269
Доктор заржал, опершись на косяк.
- Сэр Вайртон, это точно магия, - прохрюкал он, сползая вниз.
В первые секунды не понимая, что происходит, Арвил наблюдал за Мариной и дамами, в
состоянии шока взирающими на острие клинка, затем сгреб ее в охапку и перебросил
через плечо.
- Отпусти. Я еще не закончила!– завопила Марина, жаждущая концертной вакханалии,
поняв, что музыканты не только эту песню «скачали» из головы. - У меня нашлись
благодарные слушатели!
- Запру! – прорычал Арвил, вынося ее из салона под музыку и гогот доктора.
- Русские не сдаются! – завопила Марина, брыкаясь и роняя саблю.
И пока Арвил тащил под удивленным взором прислуги горлопанящую принцессу: «Хоть я
не ангел, Но я хочу быть с тобой!», доктор продолжал ржать. Кое-как отдышавшись, он
посмотрел на сидящих в ступоре дам и подмигнул им:
- Да-да, истинные принцессы Аравилата, они такие!
---
Просыпаться было приятно. Марина сладко потянулась и, открыв один глаз, поняла, что
находится не в своих апартаментах. Она привстала на локти и огляделась. Снова покои
Арвила. Недалеко в зашторенном полумраке на диванчике сидела Мара и занималась
рукоделием.
- М-м-м, доброе утро, - произнесла она. – Что мы тут делаем?
Мара отложила рукоделие и тоже улыбнулась.
- Принц посадил тебя под домашний арест, - сообщила она.
- Да?!
Точно, после того, как он донес ее вчера до комнаты и сгрузил к ногам перепуганной
Мары, она вскарабкалась на кровать, продолжив песнопения.
- Кто дал ей огонь-траву, - спросил он так грозно, что Маре самой захотелось выпить
чего-нибудь подобного.
- Я, - призналась она. – Я не думала, что оно так сильно подействует на принцессу.
Арвил обвел глазами помещение.
195/269
- Принцесса под домашним арестом и вы тоже. Но не здесь, а в моих апартаментах.
- Это вызовет массу слухов, - начала Мара.- Почему?
- Они лучше охраняются. И там нет широких карнизов.
Арвил снова сгреб сопротивляющуюся Марину и перекинул через плечо, направившись
под взглядом кучи зевак в свои апартаменты. Девушка распевала: «О, боже, какой
мужчина!»
Теперь Марина вспомнила. Она улыбнулась, понимая, что коварный план удался даже
лучше, чем она предполагала. Неизвестно, что рассказал лорд Ванка, но зато она ничего
не рассказала. Что уже было хорошо. Максимум чего добился от него Арвил, это истории
с ее братьями и сестрами. После того, как на смену заступил Дэйв, хранитель ничего
больше не знал о ее последующей жизни. А значит, Юлька была в сравнительной
безопасности, если она еще жива. Конечно, концерт был однозначно лишним, но тут
ничего не попишешь. Душа требовала музыкального насилия.
Фишка заключалась в том, что заклинание настолько тяжело воспринималось психикой,
что его не применяли чаще одного раза в неделю. А через неделю они будут в
Аравилате. Преимущества от этого конечно никакого. Но уступать врагам даже пядь
Марина не собиралась. Для них с Юлькой будет лучше, если никто никогда не узнает
правды.
В комнату постучал слуга и внес завтрак. После завтрака пришел доктор, отпустил Мару
поесть.
- Как вы себя чувствуете, ваше высочество, - спросил он, проводя стандартный осмотр.
- Свежего воздуха не хватает, доктор, - наигранно вздохнула Марина.
- Проведите несколько дней в постели, - улыбнулся доктор. – Восстанавливайтесь. Для
обряда отречения вам понадобятся все силы.
- Я не буду проходить его добровольно, - сообщила Марина, помрачнев.
- Не слушайте никого. На самом деле, обряд достаточно безопасен, если провести его
правильно, - убедительно произнес доктор.
Она, промолчав, тяжело вздохнула.
- Хотите, я вам расскажу историю? - спросил он, усаживаясь на край кровати.
Марина кивнула. – А, ваша история. Ну, валяйте.
- Знаете, кем я был на Земле? Математиком.
196/269
- А имя? – спросила его Марина, рассматривая профиль.
- Зовите меня Роман. Так вот, из школьного курса вы знаете о теории строения
мультивселенной или мультиверсума?
Марина кивнула.
- Представьте, что пузырек нашей вселенной, как и другие, имеет свое течение и
колебания. На краях мультиверсумного облака энергия довольна стабильна. В этих
вселенных существует магия, потому что энергия очень спокойная. Я бы даже сказал,
статичная. И когда наша вселенная приближается к краю, совершая колебания,
возникают точки перехлестов, переходы из одного мира в другие. Понимаете?
- Вы математически это доказали, и вам дали нобелевку, - пошутила Марина,
разглядывая доктора.
- Нет, выдали путевку в психбольницу, - изрек он. – И там я познакомился с биофизиком.
Мы нашли несколько точек перехода. Смотрели «Достучатся до небес»? Что я буду
рассказывать на небесах, если не видел других миров? Вот я и совершил переход.
- И что, оказались на Овинге и не смогли вернуться? - Марина улыбнулась. – Эти
колебания бывают постоянно?
- Для того, чтобы совершить такой переход без магических усилий, придется ждать
примерно сто двадцать пять лет с момента последнего перехода. А вот мелкие переходы,
многоходовые, так сказать, есть постоянно. И оказался я не на Овинге. Сначала я
подумал, что умер и попал в ад. Было очень похоже. Примерно полгода я так и думал.
Вулканическая планета с тусклым солнцем, кучей тварей и длинными ночами.
Доктор замолчал, вспоминая, вид его приобрел угрюмость.
- А потом я встретил Арвила.
- И он вас спас? – Марина скептически подняла бровь.
- Нет, друг друга мы спасали с завидной регулярностью. Я уже не говорю о том, что мне
быстро пришлось научиться шить не только на себе, но и на нем, вправлять кости и не
замечать боли. На такой вот планетке мы и выживали примерно два года. А потом он
нашел-таки переход, и мы свалили.
- Давно это было?
- Двенадцать лет назад. Мальчишками были, - доктор встал.
- Зачем вы мне все это рассказали? - спросила Марина.
- Затем, что обещал, и затем, что бывают в жизни ситуации, когда кажется, что все,
конец. Не стоит бояться. Выход есть везде. Подумайте о своем решении еще раз. Я зайду
197/269
вечером.
- А что там делал Арвил?
Слова Марины долетели до него уже у дверей, доктор обернулся.
- Он искал своего незаконнорожденного сына.
- И нашел?
Доктор покачал головою.
- Ребенок уродился в мать и был призраком, а планетка из железа. Он не выжил.
Марина осталась одна, подумав, о том, что нужно будет потом узнать у доктора, кто же
так поступил с ним.
198/269
Часть 11
Три дня Марина сидела взаперти в апартаментах Арвила, все свободное время
тренируясь в бассейне. Доктор заходил утром и вечером, справляясь о здоровье, и
больше никто ее не беспокоил. Из слуг разрешалось общение только с Марой. На
четвертый день, после обеда к ней зашел Арвил, отослав целительницу. Марина сидела
в кресле, изучая книги по магии воды, которые нашла в королевской библиотеке.
Дорога Арвилу пошла на пользу. Марина отметила, что у него исчезли круги под глазами,
внешний вид приобрел свойственный его харизме лоск. Несколько минут они молчали,
сидя в креслах.
- Ну и? – не выдержала она, решив прервать молчание.
- Нужно поговорить, - сообщил он, разглядывая ее перешитое платье, похожее на брюки
с укороченным кимоно теплого бежевого цвета. «Давно следовало», подумала Марина,
откладывая учебник.
- О том, что ты должна пройти обряд отречения. Ты должна согласиться.
Она шумно вздохнула, на лице Марины появилось упрямое выражение.
- Тебе не кажется, что смертный приговор и обряд одно и то же?
- Ты сохранишь себе жизнь, - спокойно произнес Арвил, наблюдая перемены в ее лице. –
Умерев, ты не поможешь дочери.
- А сумасшедшая, ну очень помогу, да? – Марина встала, начав расхаживать по комнате
взад-вперед. – Знаешь, чего я действительно хочу? Забрать дочь и вернуться на Землю.
Домой!
- Твой дом здесь! – произнес он, и в его голове промелькнула мысль: «Рядом со мной!»
- Нет, - она всплеснула руками. – Ты не понимаешь. До этого у меня была нормальная
семья, нормальный дом и никто за мной не охотился. Обыкновенная жизнь!
- Никто не говорил, что принцессой быть легко. Но ты родилась такой.
- Ты спасаешь мне жизнь, чтобы ее смог забрать твой отец. Зачем? – Марина
остановилась и вопросительно посмотрела на Арвила. Тот расслабленно сидел в кресле,
закинув ногу на ногу. – На Карнахае я была бы в безопасности.
- На Карнахае, ты была бы, как в тюрьме, - возразил он. – Я же хочу, чтобы ты была
свободной. У тебя есть родовой замок, и, думаю, Квитворды умеют прятать свои
сокровища. Но для этого ты должна пройти обряд!
- Ты считаешь, что все люди на земле живут ради власти. Но мне она не нужна!
199/269
Арвил вздохнул.
- Ты рождена для нее. И даже без воспитания и обучения ты чувствуешь ответственность
за тех, кто живет на Овинге. Не можешь не чувствовать. Разве нет?
- Нет!!!
Она подошла, села в кресло и доверительно наклонилась.
- Я ничего не могу изменить. Почему так нужно, чтобы я прошла этот чертов обряд. Для
чего? Если и так ясно, что у меня нет нужных способностей.
Арвил отвел взгляд и, вздохнув, снова поднял глаза на Марину.
- После прохождения обряда ты не сможешь иметь детей. Никогда.
Марина откинулась в кресле, находя эту мысль весьма неутешительной. У нее-то не было
детей. Но зато король Аравилата будет уверен, что род Квитвордов сгинет навсегда. Он
и так и так сгинет.
- Отец свершит обряд Единства, и тогда твоя дочь вернется в Аравилат. Я надеюсь, что
именно так и будет. После того, как мы выясним, кто ее отец, я скорее всего женюсь на
ней. Ты должна знать, - минорно сообщил Арвил, наблюдая, как Марина тягостно
вздохнула, ерзая в кресле и о чем-то расстроенно размышляя. Она подняла на него
округлившиеся глаза, полные возмущения.
- Ты же старше ее на несколько десятков лет! Ей три года!
Она заглянула ему в глаза. Их серый цвет был холодным. В ее мыслях проскочило его
признание: «Ты же сказал, что любишь меня».
- В королевских браках, не это важно. Овинга ее дом. Аравилат может стать ее
королевством, - произнес Арвил, зная, что так и будет.
Марина задумалась, нервно перебирая в голове варианты. Возникало ощущение
безвыходности.
- Ты уверен, что она останется жива? Почему измеры ее не убьют?
Он кивнул.
- Потому что они до последнего момента будут надеяться на то, что ее кровь защитит их.
А когда произойдет обряд единства, не останется никого, кто бы причинил ей боль.
- Откуда такая уверенность? Что это вообще за обряд?!
- Обряд очищения Овинги существует примерно восемь тысяч лет. Он хранится в секрете
и передается только от Зенице к Зенице, либо будущему Зенице, если тот проходит
200/269
определенный ритуал владения четырьмя стихиями. Поверь, я знаю, о чем говорю. Я его
проходил, - сообщил Арвил.
- Ты же не владеешь магией воды!
- Да, но сейчас есть Зеница Единства. У меня несколько лет в запасе, - ответил Арвил. –
Эта практика введена для того, чтобы ритуал не потерялся, и всегда оставалась
возможность уберечь Овингу любой ценой. А если гибнут оба, такое тоже было, то его
письменный вариант хранится глубоко в недрах подземелий, сохранность его
обеспечивается Королем Смерти. Такое случалось дважды за историю Аравилата.
- Поэтому просто так королем Аравилата, только завоевав его, стать невозможно, -
сыронизировала Марина лекторским голосом, думая о своей семье.
- Именно, - кивнул Арвил. – Когда две тысячи лет назад измеры и ангелы пришли на
Овингу, первые пытались захватить нас. О чем сильно пожалели. От миллиона измеров
осталась десятая часть. Этого хватило, чтобы они подписали договор о перемирии на
наших условиях. Вероятно, урок забылся, или они уверены, что противодействие ритуалу
им поможет.
- А почему нет?
- Я не уверен, что эта версия верна. Но других объяснений, почему им понадобилась
принцесса Аравилата, у меня нет.
Марина пришла в ужас.
- То есть, на самом деле ты ничего конкретно не знаешь?!!!
Он сжал челюсти, качая отрицательно головой, вздохнув:
- Никто не знает. Но могу сказать тебе одно. Когда отец взошел на трон и долго не имел
наследников, он разыскивал подобный ритуал, много лет. Он не хотел передавать власть
обратно Квитвордам.
- Поэтому нас истребляли, - прошептала Марина.
- Он ничего не нашел, - сообщил Арвил. – Я не думаю, что у измеров что-то есть. Потому
ты можешь мне не верить, не доверять, но выхода у тебя нет. Если ты согласишься, это
отсрочит время!
- Что будет, если я откажусь?
- Тебя принудят, и, поверь, это будет стократ хуже, - сообщил он, наблюдая за ней.
- Я подумаю, - произнесла Марина, действительно собираясь все основательно взвесить.
Арвил кивнул, встав.
201/269
- Я снимаю домашний арест. Ты можешь вернуться в свои апартаменты.
- Мне и тут неплохо, - съязвила Марина, вызвав улыбку Арвила.
- Скажи, то, что ты сказал тогда в спальне, - она посмотрела ему в глаза. - Это правда?
- Да, - лицо Арвила осталось бесстрастным. – Это ничего не меняет. Ни то, что я
чувствую к тебе, ни то, что ты ко мне. Я связан обязательствами долга, короны и чести.
Впрочем, даже если ты этого не хочешь, рано или поздно тебе придется сделать выбор.
- Зачем же ты мне тогда сказал? – спросила Марина, опустив голову и глядя на него из-
под ресниц.
- Чтобы ты боролась и выжила.
Он вышел из апартаментов, оставив Марину в смешанных чувствах. У нее осталось
ощущение, что несмотря на то, что все было выяснено, оставалась странная
недосказанность. Как будто между ними есть нечто, что было не прояснено,
непоколебимо. И это нечто причиняло ей боль.
К вечеру Марина, не в силах сидеть в замкнутом пространстве, несмотря на почти зимний
ветер и осенний холод, решила прогуляться. За окнами уже было темно, когда она
попросила Мару приготовить одежду для прогулки. Мара, узнав, куда она собралась, да
еще и на ночь глядя, недовольно посмотрела на нее, но все же ушла в гардероб. Она
принесла теплое платье из грубой бордовой валяной шерсти с корсетом, отделанным
цельным куском меха, горловина платья закрывалась красной шерстяной тканью с
высоким меховым воротничком. Сверху к нему прилагалась меховая накидка с муфтой.
- Там не минус тридцать, - заметила Марина, скептически разглядывая наряд.
- Кем ты себя воображаешь, белым оборотнем? С поцелуем смерти и раной на плече. Там
сыро!
- Скарлетт О’Харой, блин.
- С кем это ты собралась встречаться так поздно? – поинтересовалась она, но получила в
ответ лишь загадочную улыбку.
- Приготовь, пожалуйста, горячую ванну часам к десяти, - попросила она, натягивая
меховую шапку-боярку из того же меха, что и весь костюм.
Мара кивнула и протянула перчатки из тонкой кожи. Марина отправилась на палубу,
наткнувшись у выхода на спину Арвила.
Он стоял, опершись о бортик, глядя в темные воды океана, полностью погруженный в
202/269
себя. Его мрачный отрешенный вид поражал чувством одиночества и тягости. Словно
почуяв, что за ним наблюдают, он стремительно обернулся. В первые доли секунды
Марине показалось, что на его лице, обычно строгом, сосредоточенном, лежала печать
обремененного тяжкой участью человека.
Она бросила взгляд вдоль палубы, упираясь в высокие, уходящие ввысь толстые стволы
мачт и сероватые паруса. Та казалась пустой. На корме, за которой возвышался
барельеф, зажглись большие желтые фонари, от которых шло тепло. Из их ртов и носов
шел густой пар.
- Вышла прогуляться? - спросил Арвил. Марина кивнула.
Она подошла к нему и встала рядом, опершись о борт, вглядываясь в мрачную ледяную
Протейму. И в ночном холоде, в шуме волн, обмораживающем влажностью ветре, они оба
чувствовали единение с Овингой.
- Смотрите! – донесся до них сверху голос смотрящего. Забил колокол. Они вгляделись в
темную даль, съедающую горизонт в ночной полутьме. Через пару минут вдалеке
загорелся неясный отблеск электрических огней морского корабля. Современного,
хорошо вооруженного, быстроходного.
- Что это? – Марина не поверила глазам.
- Это измерский корабль, - ровным голосом произнес Арвил. К ним подошел матрос.
- Так далеко от своих территорий? - он посмотрел на принца.
- С таким вооружением нас никакая магия не спасет, - заметила Марина. – Нас сметут.
- Нет, - холодно возразил Арвил, посмотрев на матроса. – За принцессу отвечаешь
головой.
Он повернулся и решительно направился внутрь.
- Куда он? - спросила она, с ужасом думая, что возможно их ждет неравный бой.
- К капитану, - расстроено ответил матрос.
Они спустились вниз, на королевский этаж, и прошли в гостиную, которая выходила на
правый борт, из окон виднелся приближающийся корабль. Сняв шапку и перчатки,
Марина, нервничая, посмотрела на мрачного мужчину.
- Что сейчас будет? - спросила она, расхаживая из стороны в сторону.
- Не знаю, - ответил он. – Я никогда не видел, чтобы измерский военный корабль так
далеко заплывал. Я думал их всего несколько штук.
203/269
- Почему? – удивилась Марина.
- Ваше высочество, измеры живут в подземельях. Они не любят воду.
В гостиную вошел Котх и молча сел в одно из кресел.
Было видно, как от корабля отделился и приближается катер с тремя фигурами на
борту. Они поднялись на галеон. Марина спарилась, но встать и уйти в апартаменты не
решилась. Прошло около часа, когда в гостиную вошел тепло одетый Вайртон.
- Пойдемте со мной, - сказал он ей, направляясь на верхнюю палубу. От волнения она
забыла вещи на диване. Он прихватил их и уже при выходе на палубу прошептал:
- Если будет возможность, тяните время, как можно дольше. Мы готовим корабль к бою.
Марина вышла на палубу, освещенную газовыми фонарями, там уже была целая
делегация.
Капитан корабля, вооруженные люди и Арвил, напротив них стояли три измера, которым
было все равно, что на улице минус и дует ледяной северный ветер.
- Господа, позвольте представить – принцесса Виера Мар Квитворд, - произнес Арвил
металлическим голосом.
Измеры почтенно склонились. Они сильно походили друг на друга, в одинаковых длинных
рясах, поверх которых были надеты мантии с капюшонами. У всех на лбу поблескивали
обручи с камнями, белые волосы доставали до локтей, вместо ногтей традиционные
декоративные когти. У Марины тревожно забилось сердце. Не к добру они приперлись
именно к ночи. Она чаще задышала от волнения, и морозный воздух стал бить ей в
ноздри, подмораживая их.
- Нам стало известно, что Знародную силой удерживают на этом корабле, - вкрадчивым
голосом произнес стоящий в центре измер. – Мы хотели бы предложить помощь и свои
услуги.
Он поклонился Марине. Девушка повернулась к Арвилу, тот молчал и смотрел
предостерегающе. У древлян он тоже смотрел на нее таким же взглядом.
- Скажите, моя дочь у вас? - спросила она, вглядываясь в без эмоциональное лицо
измера.
- Вы не мать девочки, - ответил он, глядя куда-то вдаль.
Марину чуть не затрясло от искреннего непонимания и возмущения, от ненависти и
ярости. Арвил незаметно взял ее за руку, удерживая.
- Я ее мать!!! – прокричала Марина.
204/269
- Не биологическая.
- Зачем она вам?
- Она гарант нашей безопасности.
- От чего?
- От угрозы уничтожения.
- Она всего лишь ребенок. Какой вам с нее прок? – спросила она, злясь, но сдерживаясь.
- Она носитель.
- Чего?
Измер молчал. Марина посмотрела на Арвила, тот глядел на них с нескрываемой
враждой. Ночной воздух кружил вокруг людей танцующим паром, растворяясь в темноте.
Марина взглянула на Дэйва, тот пялился в пол. Черт, он даже сейчас боится только за
свое разоблачение. Что же с ее ребенком не так?
- Что вы с ней сделаете, если я откажусь?
- Мы вырастим ее в нашей культуре, как равную нам, – голос измера остался ровным и
бесцветным. – Мы предлагаем убежище и безопасное существование.
- Тогда почему вы мне не предложили это сразу, а послали убийц?
Слова было сказаны с беспредельным отвращением и агрессией. Измер посмотрел на
нее, и Марине впервые показалось, что в глазах чужака она увидела какой-то отблеск
эмоций. Злых намерений. Иной расы. Если Аравилат желал ей смерти, то измеры, желая
смерти, боялись ее и ненавидели. Но за что?
- Я не принимаю ваше предложение - произнесла она с презрением. - Мой дом среди
людей.
Измеры разом чуть поддались вперед, но Арвил одним движением руки завел Марину за
спину, заслонив собою, те попятились, поклонились.
- Что ж, нам придется атаковать, - прошипел измер. - Помните, это был Ваш последний
шанс.
Делегация направилась к веревочной лестнице. Марина почувствовала, как Арвил
положил руку ей на плечо. Она со страхом и отчаяньем посмотрела на него. Он
показался ей высоким. Конечно, он был выше Марины, но до этого не казался таким.
Арвил смотрел на нее с пониманием и поддержкой.
205/269
- Не волнуйся, - произнес он. – Отобьемся. Мы неплохо вооружены, и у нас есть маги.
- А у них?
- Измерская магия иного рода. На Овинге она почти мертвая. Иди вниз и жди.
Раздираемая страхом и ужасом перед предстоящим боем, Марина послушно спустилась
вниз.
Каждый раз, когда она сильно нервничала, дракон на руке ерзал. Они сели в гостиной и
стали ждать. Через час раздались первые выстрелы пушек. Затем все затихло. На душе
становилось все невыносимей.
- Принеси мне штаны, теплый верх и сапоги, - произнесла Марина.
- Ты собираешься наверх?
- Не могу сидеть и ждать. Я же маг, помнишь.
- Но не боевой, - возразила Мара, боясь.
До них долетело эхо взрывов, теперь интервалы между ними сократились, началась
канонада. Мара принесла одежду, пока Марина стаскивала платье.
- Ты так замерзнешь, - заметила она.
- Не замерзну.
Она переоделась и пошла наверх. Звуки выстрелов сливались. И только на палубе
Марина оценила картину происходящего. Грохот выстрелов орудий, рокот и шипение
воды взрывающихся иногда на поверхности снарядов, завывающий ветер, сливались в
едином хаотичном гуле, оглушая. Два корабля стояли бортами друг к другу и вели
обстрел на расстоянии полутора километров. Вдоль борта галеона выстроились маги и
воины.
Вода, словно подсвеченная многочисленными цветными лампочками, переливалась на
глубине, расцветая огненными всполохами. Их торпедировали, в ответ маги огня
взрывали снаряды на глубине, не давая приблизиться к судну.
Для человека, никогда не бывавшего в местах военных действий, она пару минут не
решалась ступить на палубу, остро, как ни разу до этого, ощущая реальность и ужас
происходящего. Марина чуть прикрыла глаза, видя, как маги создали узорную пылающую
синевой стену подобно той, что она видела в желтой пустыне. Галеон тоже вел обстрел
измеров. «Рано или поздно тебе придется сделать выбор». Она нашла глазами Арвила.
Он был с магами, смелый, не отступающий. Решительность наполнила до краев все ее
осознание мира, всей жизни.
Ступив на палубу, она подошла к краю борта и встала рядом с принцем. Он бросил на нее
206/269
мимолетный взгляд и снова сконцентрировался.
Марина расставила ноги пошире, принимая устойчивое положение, и вытянула руки.
Дракон заерзал, спускаясь по ее руке на перила, и прыгнул в океан, разрастаясь на
глазах, превращаясь в огромное морское чудовище. Она почувствовала тяжесть волн на
ладонях и погнала их к кораблю измеров. Порывы ветра лупили по щекам, словно плети,
волосы растрепались, лицо сковала легкая наморозь.
Драк помогал ей, подобно музыканту повинуясь движению каждого пальца
дирижирующих рук Марины. Он описал круг вокруг корабля измеров, и ей стало легче
просаживать воду, разгоняя толщи в разные стороны от бортов судна. Вода,
переливаясь, страшно шурша, отхлынула от него. Марина почувствовала, как пот
заструился по спине, и рукам трудно удерживать магические вихри, управляющие
тоннами воды. Гудящие рокочущие волны, наводя ужас, медленно расступались,
слушаясь ее.
Звуки выстрелов смолкли, взрывались последние торпеды, направленные в их сторону,
маги вылавливали их в стремительно приближающейся к ним водной массе, волна
ухнула, и измерский остов беззвучно просел, скрываясь под расходящейся водой,
подымающей галеон вверх.
Дракон с пронзительным криком взмыл ввысь, перелетая через неприятельский корабль,
размеры его достигли семи метров в крыльях, и нырнул в воду. Судно провалилось, вода,
мощно отхлынув от бортов галеона, смела его, похоронив в глубине. Галеон, скрипнув,
просел, и ударная волна окатила его борт, а затем корабль, как пробка, всплыл и, легко
покачиваясь, затих. Она сделала это.
Маги, воины смотрели, оторопев, открыв рты, не веря своим глазам. И после секундной
паузы, когда Марина, мокрая, замерзшая, опустила уставшие руки и подняла взгляд, по
палубе покатились вопли ликования. Арвил обнял ее, закружив в радостных криках и
поздравлениях. Чувствуя его крепкие объятия, тепло тела, опьянение победы, она
засмеялась, обнимая его в ответ.
Дракон, уменьшившись в размерах, прилетел на борт и, прыгнув на рукав, вскарабкался к
шее и превратился в татуировку.
Арвил улыбнулся:
- Ты молодец, - произнес он, горячо целуя ее в лоб и кланяясь на глазах у людей. –
Похоже, мне придется сделать еще один ужин в твою честь.
Увидев, как она напряглась, счастливо засмеялся.
– Ладно. Не буду. Пошли, нужно согреться и отпраздновать.
Но провел он ее в общую часть корабля. Внизу их встречали люди, не меньше трехсот
человек. Когда они шли, их встречали бурными овациями. Люди уважительно приседали
и кланялись, поварихи и служанки, утирая слезы, кричали вслед. – Ваше высочество, вы
наша принцесса! Да будет славна избранная Аравилатом! Благослови вас четыре стихии!
207/269
Среди нас снова маги воды! Воины отдавали честь.
Арвил спускался все ниже, пока они не оказались в трюме. Там он взял факел и по узким
проходам между различными товарами и снедью привел ее в кормовую часть. У
небольшой двери стоял охранник. Он поклонился и с благоговейным страхом, почти не
веря, нерешительно, спросил: - Мы победили?
Арвил улыбнулся. – Да, мы победили.
Они прошли в следующий маленький коридор. Арвел, проведя рукой, открыл дверь в
небольшую комнатку. Войдя, он разжег лампадки.
- А что, члены королевской семьи всегда таскают с собой столько денег? – восхищенно
спросила Марина, рассматривая как притягательно блестят золотые монеты,
переливаются драгоценные камни в украшениях, жемчуг и дорогое инкрустированное
оружие отбрасывают богатые тени.
- Ну, иногда требуется снарядить небольшую армию, - улыбнулся Арвил. – Например,
чтобы отбить у злобных негодяев строптивую…
Он замолчал, подбирая слово. Марина вопросительно посмотрела на него.
- Волшебницу, - он усмехнулся и тут же подразнил. – Которая только учится.
Затем повернулся к драгоценностям, щелчком пальцев открывая несколько сундуков.
- Выбирай, - произнес он, проведя рукой по сокровищам и с любопытством глядя на
Марину.
Та смотрела по сторонам, не зная, что выбрать. Затем в глаза бросилась изящная
диадема из золота, выполненная в филигранной технике, в центре которой были красиво
закрученные спиральки, а на них висели маленькие капельки жемчужин.
- Вот эта.
Арвил улыбнулся, одобряя выбор. Он взял ее в руки и, подойдя к ней, торжественно
водрузил на голову. Украшение казалось таким невесомым, что ей стало неловко
повернуть голову.
- Мне кажется, я уроню, - призналась она, застыв.
- Эта диадема принадлежала твоей прапрапрабабушке, когда она была еще юной. Она
была последним магом воды в королевском роду Аравилата,- произнес он, с теплом и
гордостью глядя на нее. – Интересный выбор, правда.
Марина кивнула, глазами ища поверхность, в которой могла бы увидеть собственное
отражение. Арвил взмахнул рукой, прошептал слова, и на одной из стен возникла
отражающая поверхность.
208/269
- Ты в нем прекрасна, - вымолвил он, тоже смотря на нее.
- Я чувствую себя девочкой, мечтающей стать принцессой, - произнесла Марина,
смущаясь, разглядывая.
- Ты и есть принцесса, - он улыбнулся.
Его руки опустились на талию девушки и властно притянули к себе.
- Сейчас упадет, - она непроизвольно подняла руку, стремясь удержать диадему.
- Держи голову прямо и не шевелись, - Арвил приблизился, их глаза встретились.
Он едва коснулся ее губ, целуя и вызывая в ее душе волнующее замирание. Марина
застыла, борясь с собою, чтобы не ответить, не в силах отвести взор от серых влекущих
глаз. Пока его руки ласкали, слегка массируя ей шею, а сильные пальцы гладили
затылок.
- Не шевелись, - посмеиваясь, предупредил он. – А то упадет.
Он снова наклонился, мягко раскрывая ее губы. Дразня деликатными прикосновениями.
От этой чувственной близости ею овладело раздирающее, возбуждающее ожидание.
Арвил отошел и оценил результат.
- Так-то лучше, - шутливо произнес он, глядя с восхищением.
Марина улыбнулась и только сейчас поняла, что на ней другая одежда. Широкий высокий
кружевной воротник, корсет, расшитый драгоценными камнями, на платье из бархата
изумрудно-зеленого цвета, с плеч свисала мантия, по краю которой шла золотая тесьма с
символами дома Аравилата.
- Теперь видишь? - спросил он, наслаждаясь результатом иллюзии. – Я ее портрет видел
много раз. У тебя ее глаза.
- Очень красиво, - произнесла Марина и снова посмотрела на него. - Но я предпочла бы
свободу.
В его взгляде проскользнула обычная для него отрешенность. Марина уже не раз видела
это. Взгляд становился затуманенным, мрачным, выражение лица меланхоличным.
- Знаю, - произнес он, и от былого участия не осталось и следа. Он отодвинулся.
- И ни один потопленный корабль измеров не изменит твоего решения, - с горечью
произнесла Марина, наблюдая, как он гасит в сокровищнице свет.
– Распоряжусь ее почистить и завтра доставить тебе.
209/269
Он развеял иллюзию, и к радости победы примешалась горечь, они поднялись наверх,
там их тоже встречали радостным ликованием, но Марину это больше не волновало.
Арвил завел ее в комнату и поклонился:
- Благодарю вас, принцесса Аравилата и Северных атоллов, вы проявили настоящий
героизм и мужество в схватке с врагом, примите благодарность и признательность
королевского дома Аравилата.
Он поцеловал ей руку и вышел. Мара приготовила ванну, Марина с блаженством
опустилась в нее.
- Что с тобой? – спросила она, с беспокойством глядя в лицо. – Ты же потопила корабль
измеров, разве это не победа?
- Ничего, - произнесла Марина и, закрыв глаза, скрылась под водой, подумав, что жаль,
что в этом королевстве нет волшебной палочки.
210/269
Часть 12
Галеон вошел в гавань Аравилата ближе к середине ночи, когда большая часть его
обитателей мирно спала. Через час к нему подъехала черная карета без
опознавательных гербов, и на борт поднялся человек. Его встретили и сопроводили в
кабинет принца.
Арвил ждал Ювала. Они не виделись больше месяца, и им было, что рассказать друг
другу.
- Ты не представляешь, как все плохо, - начал говорить Ювал, оказавшись в кабинете,
как только они закрыли двери. – Измеры и моры ведут очень грамотные бои. Их
стратегии великолепны, не говоря о вооружении и выучке. Даже магия не помогает.
Арвил расстелил небольшую карту Овинги на столе.
- Покажи расположение сил.
- Вот здесь, - Ювал провел черту посередине материка, – стеной стоят наши войска и
армия народов огня. Вот тут скопление врагов, - он провел черту у начала границ
Северных земель магов огня. – Практически вся их территория подчинена измерам. Они
ее используют, как сырьевую и перевалочную базу. Народы леса рассредоточены по
своей территории, предпочитают вести партизанскую войну, надо сказать эффективную.
Но на север они не сунутся, там нет лесов.
- А береговые линии? - спросил Арвил.
- Там ничего, - Ювал поднял на него взгляд. – Думаешь, они будут нападать оттуда?
- Не сомневаюсь. По дороге на нас напал их корабль из металла, превосходящий нас раз
в пятьдесят по мощности, - сообщил он, рассматривая карту Ювала.
- И как вы его обошли?
- Магией, как еще. Нашелся среди нас маг воды.
Ювал удивленно поднял брови.
- Кто?
- Угадай с трех раз.
- Принцесса Аравилата?!
Арвил закивал.
- Она самая. Глазом не моргнула, потопила, как игрушку в луже.
211/269
- Но прошло же всего ничего. Сколько она на Овинге? – удивился Ювал и сам же
ответил: - Два месяца!
Арвил молча кивал.
- Ты разобрался, кто она такая?
- Принцесса. Только младшая. Я так полагаю, королева не проходила ритуал отречения.
- Есть еще?
- Были. Как я понял из слов хранителя, была еще одна девочка, она не перенесла
перехода, и мальчик, с ним разобрался отец.
- Думаешь, он заставит ее пройти обряд отречения? – спросил Ювал.
- Не знаю. Но зато могу тебе рассказать о переговорах с измерами. Это отрепье
предложило ей перейти на их сторону. А когда она отказалась, нас атаковали.
- Странно, почему она не перешла? Наверняка они гарантировали ей безопасность.
- Потому что знала, что ее убьют, - Арвил устало потер чуть небритое лицо. – И обряд
она отказалась проходить.
- Что теперь будет? - спросил Ювал, глядя на задумавшегося брата.
- Это нужно не у меня спрашивать, - сказал он.
Город находился не в глубине страны, а на ее восточной границе, на берегу океана. И
первое, что бросалось в глаза при приближении, его величие и размеры. Огромный,
простирающийся вдоль океанского берега на многие километры.
Королевский дворец располагался на самом его берегу, что само по себе было странным.
Но, как рассказала Мара, в старые времена во время отливов и с помощью магов воды
строители возвели несколько рядов оборонительных стен, верхний край которых был
чуть ниже уровня моря. Потому корабли, желающие атаковать замок, должны были
иметь весьма дальнестрельные орудия.
Сам королевский замок красивым назвать язык не поворачивался. Укрепленная цитадель
с тремя защитными стенами, по второй стене шло шестнадцать крупных высоких башен с
толстыми стенами и узкими бойницами. Внутри крепости виднелась еще одна стена,
отгораживающая королевский замок от вторжения. Мара рассказала, что этот замок не
всегда был королевской резиденцией. Он таковым стал после прихода на трон
последнего короля Аравилата Генуи Свирауна Первого. Будучи профессиональным
воином и стратегом, он счел предыдущий замок, находящийся в центре страны, плохо
защищенным и больше подходящим для увеселительных мероприятий и легкомысленных
правителей.
И уже в южной части города находилась огромная городская пристань со множеством
212/269
разнообразных причалов: для пассажирских судов, грузовых и даже ремонтных, с
причальными пушками и деревянными балками для выгрузки товаров. Это было умным
решением – расположить таможню за городом, позволяя товарам и грузам попадать в
город под присмотром властей.
Их корабль причаливал ночью, но когда Марина утром вышла на палубу, жизнь на
пристани уже вовсю крутилась. Она вглядывалась в красноватые крыши и серый камень
домов Аравилата, пытаясь уловить разницу между ним и Бултамом.
Аравилат походил на среднеевропейский город, хотя некоторые нотки восточности в
виде купольных закругленных крыш и кое-где встречающихся минаретной формы башен в
нем тоже угадывались. Город был плотно застроен преимущественно двух- и
трехэтажными домами. Но в нем не было уюта, исходящего от резных желтых стен домов,
мозаичной плитки и красочных узоров в одеяниях народа огня.
Причалив, они не покинули корабль, дожидаясь указания Арвила, который со вчерашнего
дня прислал к апартаментам Марины двух конвоиров и странный приказ одеться тепло и
по-мужски. Ей разрешалось передвигаться по королевской части корабля, но не
покидать ее. Через два часа после полудня, к кораблю подъехала карета, и оттуда
вышли двое мужчин. Они поднялись на корабль.
Марина надела черные штаны, белую рубашку и легкий жакет сине-серебристых цветов,
отделанный по краям коричневым мехом. Наверх она накинула плащ до пола с
капюшоном, скрывающим лицо. Мара заплела волосы в косу и убрала ее в строгий пучок,
оставив несколько прямых локонов у лица и лихо закрутив их руками. Временами Марине
начинало казаться, что нет более идеальной жены, чем маг огня. На Земле ей не
требовалось бы ни фена, ни утюга, ни скалки.
- Все готово? - спросил у Мары присланный слуга.
Марина пошла вслед за ним. Они спустились в тамбур, через который поднимались в
самый первый раз. Трап уже был переброшен от корабля к причалу. У входа ждали лорд
Страквир и Ювал.
- Ваше высочество, - поклонились они.
Полукругом через каждые полметра стояли королевские гвардейцы, поверх одежды
которых были натянуты доспехи, в руках у них были ружья. Из-за их спин, выглядывали
люди. За время с момента захода корабля в порт, здесь собралась огромная пестрая
толпа зевак, сбежавшихся поглазеть на Знародную. Среди простого люда встречались
богато одетые мужчины и дамы с сопровождением. Они пялились на нее, тыча пальцами.
Кто-то из толпы пронзительно-истошно заорал «Ведьма!» И толпа, как по приказу,
словно сорвалась с цепи, волной подавшись вперед, давя на спины охраны, выкрикивая:
- Убейте ее! Она принесла нам несчастья! Измерское отродье! Сдохни, как твоя мать!
От нежданной агрессии девушка побледнела, остановившись, как вкопанная, смотря на
213/269
толпу. Лорд Страквир схватил ее за локоть и потащил к карете. В их сторону полетели
первые камни, палки и гнилые овощи. Нырнув внутрь, она с ужасом слушала и смотрела
на разъяренных людей, не понимая, чем вызвана эта злоба.
- Что я сделала? – растерянно и ошарашено произнесла она, боясь выглянуть в окно.
- По всей стране идут военные приготовления. Измеры объявили о намерении войны.
Народ во всем винит вас, - сообщил Ювал, ехидно ухмыляясь.
- Но это лживая пропаганда!
Ей никто не ответил. Карета тронулась, она откинулась в мягкое сидение. Через минуту к
ним присоединился Арвил. После боя прошло несколько дней, у него заметно отросла
щетина, и он немного осунулся. На лицо легла печать усталости, под глазами синеватые
круги. Вид у него был привычно отстраненным, казалось, он не замечал ее. Во всяком
случае, старался изо всех сил. Лицо ничего не выражало.
Ехали они на большой скорости, через весь город, и когда достигли королевского замка,
Марине стало ясно, что им не туда.
- Я думала, мы едем в королевский дворец, - заметила Марина, видя, что мужчины как-то
странно напряжены и молчаливы. Никто из них не улыбался, не разговаривал и не
смотрел друг на друга.
- Мы едем в таверну, - проронил Арвил сквозь сжатые зубы.
- Зачем?
Ей снова никто не ответил. Карета свернула на один из узких переулков, затем еще
несколько раз и остановилась. Таверна оказалась глинобитным зданием, по размерам
больше похожим на гараж с тяжелыми деревянными воротами и металлическими
кольцами вместо ручек, на одном из которых висел потушенный фонарь. Справа от двери
виднелся деревянный щит, на котором было написано название таверны – «Эрватах».
Такое же название было у их тюрьмы. Марина с беспокойством посмотрела на мужчин.
Лорд Страквир толкнул массивную дверь, отворяя ее. Вниз вела лестница. Зал таверны
был на два метра ниже уровня земли, пол каменный, на серых, грубо оштукатуренных
стенах небольшие лампадки. Убранство зала было простым: семь деревянных столов с
крепкими скамьями, в углу напротив лестницы стояла печь, а дальнем углу – проход в
другие помещения. В помещении царил полумрак, кое-где прорезаемый солнечными
лучами, пробивающимися сквозь небольшие, цокольного типа, окна. Всего за двумя
столиками сидели несколько солдат, делающих вид, что пьют.
За невысокой стойкой, у которой стояли бочки, склонился неопрятный маленького роста,
пузатый человек, нос которого был уродливо сплюснут, словно его хорошенько
припечатали к ровной поверхности, и теперь нос имел форму овала. Лицо его
побагровело и отекло от большого количество употребляемого алкоголя. Перед ним
стояла глиняная кружка грубой работы. Запах в таверне бил в нос кислым пивом и чем-то
затхлым.
214/269
- Мы закрыты, - недружелюбно прокаркал он, но, узнав входящего лорда Страквира, тут
же низко поклонился, чуть не достав лбом до щербатой поверхности стойки.
Они прошли через зал в дальний угол, где за маленьким коридором и лестницей,
ведущей наверх, располагались еще две комнаты с нормальными окнами.
Ювал, шедший последним, плотно закрыл дверь. В комнате были два стола со скамьями,
расположенные буквой «Т», на столах расставлены глиняные кружки и оловянные
тарелки. Под потолком висела люстра с несколькими свечами. В углу подставка с бочкой,
в которую был врезан кран. На стены прибиты доски с гвоздями для одежды.
В другой комнате находилась кухня с несколькими печами, столами для разделки и
приготовления еды. Висели туши, лежала убитая птица. Над окнами висели веники
сушеной травы и корнеплоды, похожие на имбирь. На полках, расположенных вдоль
одной из стен, стояли большие глиняные кадки. Массивная дверь с мощным засовом вела
на улицу.
Кухня была рассчитана на таверну. Окно в ней закрыли белой тряпкой.
Марина не заметила нигде ни разделочных ножей, ни топоров. Она обернулась и
посмотрела на вошедших следом Арвила и Ювала. Из-за их роста и низких потолков
таверны они выглядели громилами.
- Что мы тут делаем? – спросила она, чувствуя, что не к добру ее привезли именно сюда.
За дверью раздался стук, лорд Страквир открыл ее. В комнату заглянул охранник и
ожидающе посмотрел на них. Арвил кивнул. Он скрылся, а вместо него в комнату зашел
еще более высокий, чем принцы, мужчина с бледным, величественным лицом, голубыми
внимательными и властными глазами. Он носил бородку, черный волос его был зачесан
назад. Шаг стремительный и решительный. Одет он был в удлиненный камзол цвета
мокрого красного дерева со сложным рисунком на бархате, высокие сапоги-ботфорты, на
портупее висела сабля, выглядывающая эфесом из-под черной меховой мантии без
рукавов. На правой руке его была печатка с символом королевского дома Аравилата.
Все присутствующие мужчины поклонились королю Генуи Свирауну Первому. Король
кивнул им.
- Господа, - произнес он, разрешая говорить, глядя при этом на девушку и отмечая ее
удивительное сходство с матерью.
- Ваше величество, позвольте представить вам принцессу Виера Мар Квитворд, -
официальным тоном произнес Арвил.
215/269
Король сложил руки на груди, прищурил глаза, постукивая большим пальцем по нижней
губе. Он был чем-то недоволен.
- Нормально добрались? - спросил он, обратившись к Арвилу.
- Мы потопили одно измерское судно, - ответил беспристрастно он.
- Вот как, - король вскинул брови. – А у нас в порту стоит еще сотня. И требует вашу
голову, леди Мар, на блюдечке. Что скажете?
- Что она у меня одна, - сухо проронила Марина, в груди появилось тревожное
предчувствие. Дракон нервно заерзал на руке. Она покосилась на Арвила, тот
безучастно смотрел на стену.
- Она у всех одна, - заметил король. – У всех жителей Аравилата и его земель. Прежде,
чем мы что-либо решим, хотелось бы выяснить некоторые подробности. Ваша племянница
находится у измеров, что в ней такого, чем она так ценна?
Марина пожала плечами.
- Может, скажете, кто ее отец?
- Я не знаю, - холодно ответила Марина, видя, как король посмотрел на принцев,
багровея, затем снова на нее и леденяще изрек:
- До недавнего времени мы считали, что ребенок – бастард и не имеет реальной
возможности взойти на престол. Нас устроило бы ваше отречение. Но теперь все
изменилось, - произнес он с угрозой в голосе.
- Изменилось? - эхом повторила Марина.
- Нам объявлены намерения о начале войне. Войны, в которой нам не выстоять, если я
вас не казню. Немедленно! И не только вас, но и всех, кто помогал вам.
Он говорил это так, как говорит ветеринар бешеному животному, собираясь вколоть ему
дозу яда. У Марины отхлынула кровь от лица, дыхание сперло, стало нечем дышать. Она
отступила на шаг и с ужасом посмотрела на Арвила. Он, замерев, смотрел в стену. На
Страквира, он смотрел в пол. На Ювала, тот с пониманием глядел на нее.
- Если только вы не назовете имя отца ребенка, - проговорил король.
- Господи, да зачем вам это? – изумилась Марина, не понимая, зачем нужна подобная
информация. - Как это может повлиять на ход войны?
- На ход войны – никак, - ответил король. – А вот на продолжительность жизни ваших
друзей даже очень. На ваших руках окажется их смерть.
- Как на ваших – смерть моих родных?! – огрызнулась она, сорвавшись, часто задышав.
216/269
Король уперся губами в свой кулак, не сводя глаз с принцессы, а затем засмеялся,
посмотрев на мужчин.
- Да, она ретивая! Думаю, не стоит ждать!
Вид короля говорил о том, что он в ярости и плохо контролирует себя, вероятно, и в
самом деле виня во всех бедах ее. Он кровожадно обнажил кинжал.
- Вы не можете, - попятилась она назад и наткнулась на запертую дверь, испуганно
дыша.
- Могу и давно хочу, - процедил король, приблизившись.
- В ваших интересах сказать, принцесса, кто отец ребенка. Сомневаюсь, что то, что вы
рассказывали до этого, правда, - произнес лорд Страквир, подталкивая ее, готовую
метнуться в сторону, вперед. Слезы, душившие Марину, потекли по щекам. Капюшон
слетел с головы девушки.
В комнате резко подскочило напряжение и стало душно. Все четверо приближались к
ней с разных сторон. Выражение их лиц, фигур говорило о намерении убить прямо
сейчас, за исключением отрешенности на лице Арвила.
- Кто он? – рявкнул король, смотря на нее с нетерпением и раздражением.
- Имя!
Марина вытерла слезы тыльной стороной, понимая, что ей крышка. Арвил рванулся
первым, закрывая ее от мужчин, взяв за плечи. Марину начала бить мелкая нервная
дрожь.
- Мар, назови имя. Одна жизнь против десятков, - настойчиво произнес он, глядя ей в
глаза.
- Имя, принцесса, - заорал король. – Или я за себя не ручаюсь!
– Имя!
Она подняла заплаканные глаза на Арвила, смотрящего ей в лицо, учащенно дыша, боясь
и не помня себя от ужаса перед возможной казнью.
- Имя! – заорал король.
- Имя, Мар! – Арвил слегка тряхнул ее, участливо глядя в глаза. – Пожалей других.
- Дэйв, - выдохнула она, не сводя с него взгляда. – Твой секретарь.
Взгляд Арвила ожесточился, потяжелел, став почти неподъемным.
217/269
- Дэйв? - переспросил он.
Она закивала. Мужчины снова посмотрели друг на друга, пока Марина, рыдая, тряслась
от нервного напряжения. Арвил отпустил ее, и она тут же обняла себя руками.
- Он бастрад, - холодно изрек король, глубоко, с облегчением втягивая носом воздух. -
Ребенок не может наследовать трон.
- Она жила с ним гражданском браком? – подозрительно спросил Арвил, голос его стал
таким низким, каким бывает затишье перед бурей.
Король взял кувшин и налил себе выпить.
- Он был ее мужем, - сообщила Марина, кое-как взяв себя в руки, продолжая глотать
слезы.
- Законы другого мира не действуют на территории Овинги, - пояснил зачем-то Ювал,
наблюдавший за всем со стороны. Арвил не сводил с Марины взгляда, в котором было
написано: Это все!?
- Они венчались, - призналась она, опуская глаза. Арвил закрыл на секунду глаза,
закусив нижнюю губы, сжав челюсти, тяжело вздохнув, словно от удара. Король замер с
кружкой в руках, косо глядя на него. Ювал уставился на них в понимании, что сейчас
будет что-то нехорошее. Арвил обреченно произнес:
- У них есть законный наследник!
- У кого?
- У измеров. Это двоевластие, - констатировал он.
- У них законный наследник, - вторил ему потрясенно Ювал, глядя на них по очереди.
- Как такое возможно? – проревел король, готовый наброситься на Марину.
- Вероятно, обряды энергетически похожи, - объяснил Арвил. – Если Дэйв твой
незаконнорожденный сын, то инициировав брак с принцессой Аравилата и сделав его
законным, они родили пусть не совсем традиционного наследника престола Аравилата,
но законного носителя Единства. И пока она несовершеннолетняя и будет находиться у
них, будет повод не соблюдать договор.
Король с ненавистью швырнул кружку на пол. От удара глина разлетелась на мелкие
осколки вместе с пенной желтой жидкостью, обрызгав всех стоящих на кухне.
Потрясение от слов Арвила было подобно удару стокилограммовой гири с высоты
девятого этажа.
- Род, - обратился король к Страквиру. – Объявляй всеобщую тревогу. Ювал, ты
218/269
занимаешься эвакуацией и обороной северных территорий. Арвил, ты едешь со мной. Ее,
- он взглянул на Марину, – казнить, завтра же.
- Может, стоит повременить с казнью? – произнес Арвил, продолжая стоять между ними.
Арвил посмотрел на отца, который уже открыл дверь.
- Нет, - король чуть обернулся. – Ни измерам, ни нам не выгодна живая принцесса
Аравилата.
Он вышел за дверь. За ним проследовали лорд Страквир и Ювал.
Марина, часто дыша, надсадно посмотрела Арвилу в глаза.
- Ты знал, что так будет?
Он шумно вздохнул, сглатывая. В его серых глазах стоял холод, неизбежность, на шее
пульсировала вена. В комнату вошли два вооруженных охранника. Слезы брызнули из ее
глаз, Марине стало нечем дышать.
- Я сделал все, что мог, - отрывисто выдавил он.
У нее даже не хватило сил сразу ответить. Стражники надели на нее кандалы, и, взяв за
плечи, поволокли к двери. У девушки не было сил сопротивляться. В дверях она
обернулась и встретилась с мрачным, полным сожаления взглядом:
- Мне жаль, что я вообще встретила тебя, - бросила она, позволяя стражнику утянуть
себя за дверь, не увидев, как Арвил закрыл глаза, содрогаясь от внутреннего
напряжения, и бессильно оперся о стену.
Ему потребовалось десять минут для того, чтобы взять себя в руки и сесть в карету отца.
Та тронулась.
- Прощался с маленькой принцессой? - спросил он, вглядываясь в каменное выражение
лица сына. Он уже видел такое лицо, когда у него с Кедрой родился ребенок. Откуда
мальчику было знать, что они кровные брат с сестрой. От ребенка пришлось избавиться.
Жаль, что вышло тогда не совсем удачно. Измеры использовали ситуацию себе во благо,
заманив Арвила на ту планетку. Вернулся он оттуда совсем другим. Холодным,
отчужденным, бесчувственным, таким, каким и должен быть настоящий король.
- Ты прав, - примирительно сообщил король. – Измеры обвинили нас в двоевластии. А
вторжение объяснили ожидаемой с моей стороны агрессией. Будет собор на Сугве. Ты
поедешь со мной.
- Ты собрал собор? - спросил Арвил, проявив хоть какие-то эмоции.
219/269
- Не я.
Король посмотрел на сына.
- Король Смерти.
- На соборе собираются пять представителей власти. Что мне там делать?
- Ты мой сын! - нежданно взорвался король, побагровев. – Ты следующий Зеница
Единства и король Аравилата! Может, похороны еще устроишь этой девчонке?!
Арвил промолчал.
- Она опасна!!! И не только для нас с тобой! Пока она жива, всегда найдутся те, кто
начнут вспоминать старые времена. Как застарелый гной, никогда не переводящийся в
ране. Убьем ее, это неизбежно!
Арвил перевел на отца тяжелый взгляд.
- Неужели ты не понимаешь, что болезнь точит меня, – произнес король, немного
успокаиваясь. – Я не знаю, хватит ли мне сил. Я хочу жить. Обряд проводился
тысячелетия назад. Без нее Лиан удочерит девочку, ты женишься на принцессе и
станешь Зеницей Единства. Этих лет хватит, чтобы овладеть всеми четырьмя видами
магии, а затем избавиться от измеров.
Он назидательно поглядел на безучастного сына, добавив:
-Да и от ангелов тоже.
В карете повисла тишина.
Охранник вывел Марину во внутренний каменный двор таверны, за которым открывался
бедный, за гранью нищеты, район. У входа ждала мрачная, закрытая со всех сторон,
обшарпанная черная карета с решетками на окнах.
- Эй, Лай, сегодня что – обед отменен? – спросил сидящий на козлах возничий. – Никого
не видно.
- Сегодня вместо обеда постный день измерской ведьмы, – пошутил охранник, открывая
дверь Марине, раздевая ее скользким взглядом. – Симпатичной ведьмы, - добавил он,
пока мужчина на козлах хихикал.
Марина залезла внутрь и села на деревянную скамью, обтянутую кожей. Наверное, на
ней возят в тюрьму аристократов, подумалось ей, когда карета тронулась.
220/269
Она прикрыла глаза, стараясь справиться с внутренним состоянием бессилия и паники.
Конечно, она знала, что так будет. Возможно. Но она так отчаянно надеялась на
правосудие, на чудо. Не в силах сосредоточиться на какой-нибудь одной мысли. В голове
молоточком стучало «Я умру!» И эта мысль парализовала и лишала рассудка.
Через тридцать минут карета снизила скорость. Затем, проехав еще немного, карета
остановилась совсем, дверь открыли. Она вышла, оглядываясь. Это был внутренний двор
какой-то крепости.
- Эрватах, - сообщил охранник и, взяв цепь, завел ее в одну из внутренних дверей.
В помещении стояли стол и два стула. У самого потолка располагалось маленькое
зарешеченное окошко. Ноги не держали ее. В комнату вошел среднего роста
черноволосый человек, чем-то похожий на цыгана. Одет он был в черный камзол,
бриджи, чулки и башмаки. В руках он держал папку и перо.
- Позвольте представиться, - сказал он садясь. – Меня зовут Лауке Фонтпа.
Видя, как Марина смотрит в пол и не реагирует, он деловито открыл папку и начал бойко
читать:
- «Я, король Аравилата Генуи Свираун Первый, повелеваю на рассвете казнить Виера
Мар Квитворд, принцессу аравилатских земель и Северных атоллов, за государственную
измену и попытку переворота в стране, а также за нарушение моего личного приказа и
неявку ко двору в указанный срок, что рассматривается, как пренебрежение к
королевской власти и воле. Король Аравилата, всех земель Овинги, главный сюзерен
Подземелья народов Смерти и властитель океана Протеймы – зеница Единства и
защитник всего живого и неживого на Овинге - Генуи Свираун Первый». Заверено лично
подписью короля и королевской печатью.
Он перевел дух, затем продолжил:
- Вам не положено иметь свободные руки, потому что вы маг. Приказано заковать ваши
пальцы в «железные перчатки ведьмы». К вам приставят человека, который будет
помогать вам в ваших нуждах до свершения казни, пока вы будете находиться в Эрватах.
Он встал и вышел, в комнату вошел другой охранник, одетый в доспехи. Он взял цепь и
потащил ее. Во внутренней части тюрьмы, темной, грязной, вонючей, царила
антисанитария. Марину завели в относительно чистое помещение, где стояли кровать,
стол и стул. На стуле сидела тюремщица, в сером платье, поверх которого грубой ткани
передник. Она подошла, поклонилась, сняла цепи:
- Снимите накидку и жакет.
Марина подчинилась, не слушающимися руками стянула плащ и серебристо-синий жакет,
оставшись в одной рубашке и штанах.
221/269
- Ваши руки.
Тюремщица взяла со стола металлическое приспособление, крепящееся на манер ремня
на поясе, от которого в стороны отходили цепи с кольцами для каждого пальца таким
образом, чтобы человек, растопырив их, не мог пошевелить ими. Она отрегулировала
цепи по длине рук.
- Ведро там, - указала она в угол комнаты, поднимая вещи с пола. – Если что надо,
зовите.
Она вышла, оставив Марину одну. Та присела на кровать, ссутулившись, положив руки на
бедра и придирчиво рассматривая их. Маникюр на руках никакой. Почему такие мысли
лезли в голову. В течение следующих нескольких часов на нее нашло оцепенение.
Эмоции удивительным образом притупились, уступив место бесконечной апатии. Не
хотелось ни есть, ни пить, только сидеть и смотреть в одну точку. Засов шаркнул, и в
камеру вошла тюремщица.
- К вам посетитель.
В дверь вошла Лиан, на ней было черное платье с красной бисерной вышивкой, поверх
которого наброшено роскошное коричневое манто. Золотистые волосы были собраны на
затылке. Видя, что Марина не реагирует, она подвинула стул и села рядом. Тюремщица
вышла.
- Моя дорогая, - произнесла она вкрадчивым мягким голосом. – Жаль, что все так
обернулось.
Марина перевела взгляд на стену. Ей было неинтересно, зачем она пришла.
- Королевская жизнь весьма коварна. У меня для тебя хорошие новости. Вот.
Она достала из манто исписанный лист бумаги и перо. Марина безучастно посмотрела на
нее.
- Короля Аравилата гарантирует, что если ты подпишешь отказ от дочери, он пощадит ее
и воспитает, как свою собственную.
Марина прочла, перевела на нее угрюмый взгляд.
- Ты уйдешь в другой мир, зная, что есть, кому позаботиться о ней.
Лиан протянула бумагу и перо. Марина перечитала текст, смысл слов ускользал от нее,
затем перевела взгляд на Лиан.
- Я надеюсь, - выговорила Марина, глядя тетке в глаза и разрывая бумагу на мелкие
куски. - Измеры убьют его, и он сдохнет, как последний нищий где-нибудь в канаве.
- Не переживай, ты не одна об этом мечтаешь, - голос Лиан остался безмятежным, только
в зеленом взгляде блеснула сталь.
222/269
- Это не вы, случайно, отравили мою мать? – зло спросила Марина. Историю смерти
родителей ей рассказал лорд Ванка в последние дни пути. Она спросила просто так,
желая ее задеть. Лиан улыбнулась, встала и подошла к дверям.
- Я, - произнесла она, продолжая улыбаться. - Ну, всего тебе хорошего.
Уже переступая порог, она едко добавила:
- И пусть все четыре стихии тебе благоволят.
Марина снова осталась одна, в окружении валяющихся кусков только что разорванной
бумаги. Ближе к вечеру пришла Мара. Охранница не оставила их наедине. Едва войдя в
камеру, она охнула и всплеснула руками.
- Бедная, на тебя страшно смотреть, - сказала она, присаживаясь рядом.
- Как тебя пропустили? - спросила Марина, удивляясь ее присутствию.
- Деньги. Все любят деньги, - она печально улыбнулась. – Что я могу для тебя сделать,
Знародная?
- Если так получится, что моя дочь окажется в Аравилате, позаботься о ней, - попросила
Марина, зная, что просит от простой целительницы слишком многого. Но других друзей у
нее тут просто не было. – Прошу тебя.
Она обняла ее за плечи. Марина замученно склонила голову, не в силах даже плакать.
- Может, ты хочешь на ведро? - спросила Мара, многозначительно глядя в глаза. – Всяко,
лучше я тебе подсоблю, чем она.
Марина кивнула. Они поднялись и отошли в угол. Мара принялась расстегивать ей штаны
и, быстро достав пузырек из-за пазухи, сунула его в карман Марины, торопливо шепча.
- Это огненный яд. Попроси палача, он даст его тебе. Будет легче.
Марина благодарно кивнула, пока Мара застегивала ее. Когда она ушла, охранница
покормила ее какой-то кашеобразной мазней и, заперев, ушла. А Марина осталась одна,
не в состоянии заснуть в последние часы перед смертью. Перед глазами стоял Арвил,
его странный взгляд, когда на нее надевали наручники. Юлька, играющая в песочнице во
дворе. Виларрия и Ру на берегу океана и много чего другого, достаточного, чтобы
провести бессонную ночь, встретить серый рассвет и хоть как-то принять мысль о
смерти.
Утром сняли цепи, но «железные перчатки ведьмы» оставили. Ее усадили в ту же карету
223/269
и в сопровождении тюремщицы повезли на городскую площадь. Марина нервно
засмеялась. Тюремщица покосилась на нее, как на сумасшедшую.
- Простите, - обратилась она к женщине. - Я даже не знаю, как, собственно, меня будут
казнить. Мне отрубят голову или повесят?
Почему-то мысль об этом показалось смешной, та ничего не ответила.
Погода с утра портилась, собирался идти дождь, и в воздухе висел белый тумана. Но
даже в этот утренний час на площади было не протолкнуться. Дорогу к месту казни
оцепили.
Марина смотрела на людей, на их коричневые и черные плащи, смешные шляпы с перьями
и без; встречались даже дети. Вспомнила, как однажды на море ей гадала цыганка, она
тогда предсказала, что девушке суждено умереть от старости в теплой постели. Ага!
По дороге встречались голые деревья, готовящиеся к зиме. Черные стволы выглядели,
словно ободранные веники метлами вверх, и казались мрачным предречением скорой
смерти.
Карета остановилась, Марине подали руку, она вышла. Перед глазами высился огромный
голый помост примерно двенадцати квадратных метров, расположенный вплотную к
высокой каменной городской стене. Не было на нем ни гильотины, ни виселицы, ни даже
плахи. С двух сторон от помоста толпились люди. С третьей стороны к нему примыкала
невысокая лестница. На помост взобрался Лаук Фонтпа. Охранники стали снимать с
девушки «железные перчатки ведьмы». Марина подавила неуместный смешок. Один из
них уставился на нее.
- Что смешного, Знародная? – спросил он, высматривая, пытаясь отыскать на бледном
красивом лице признаки безумия.
- Представляете, я до сих пор не знаю, как меня казнят, - сообщила она, нервно
улыбаясь.
Он странно посмотрел на нее, но все же решил ответить:
- За вами придет Смертник, Знародная.
Марине перестало быть смешно, сглотнув, она посмотрела на небо, висящее над головой
тяжелыми дождливыми облаками, потом перевела взгляд на охранника.
- Спасибо, - ответила она, повернувшись к помосту и разминая затекшие пальцы, потерла
лицо, поправила выбившиеся волосы и ступила на лестницу. Толпа, шумевшая до этого,
стихла, и на площади улеглась неестественная тишина. Взойдя, Марина со страхом
осмотрела толпу.
Взгляд наткнулся на Дэйва в первом ряду, рядом с ним стоял Арвил. Ее настоящие
палачи. Ей не удалось заглянуть в глаза ни тому, ни другому. Лаук Фонтпа протянул руку.
224/269
- Встаньте здесь, ваше высочество, - произнес он, указывая на дальний правый от
лестницы угол. – Лицом к народу.
На площади было так тихо, что были слышны крики птиц в облаках. Пока он зачитывал
приказ короля, Марина глубоко вдыхала влажный морской воздух, кожей ощущая
висевшую в нем мокрую туманную взвесь, и смотрела на двух мужчин. Лаук Фонтпа
закончил читать и добавил:
- Вы можете сказать то, что считаете нужным.
Марина промолчала. Он кивнул и сошел с помоста. Раздались раскаты грома, обещая
дождь. Она прикрыла глаза, чтобы не видеть людей, не думать о Смертнике, зная, что ее
ждет. Толпа ахнула от зрелища, развернувшегося за ее спиной, женщины вскрикивали,
дети кричали: - Смотри, мама!
Она почувствовала знакомое тепло на затылке и плечах, зная, что за ней последует боль.
В какафонии звуков послышался громкий мужской выкрик: «Обмен!!!»
- Обмен!!!
То, что грело ее, отпустило, и она упала на колени. Перед глазами стоял Дэйв и смотрел
на нее безумным взглядом.
Толпа заорала: «Нет! Смерть ведьме!», словно это было шоу, а не лишение человека
жизни. Дэйв закричал, стараясь переорать толпу, и поднял правую руку, сжатую в кулак:
«Обмен!» Ничего не понимая, Марина обернулась и увидела за спиной огромное
существо, парящее в воздухе в метре от помоста. Лицо у него было самым обыкновенным,
только голубой блеск в глазах без зрачков.
Дэйв запрыгнул на помост и, пройдя мимо нее, так и стоящей на коленях, подошел к
Смертнику.
- Я незаконнорожденный сын короля Аравилата, правителя всех земель Овинги,
главного сюзерена Подземелья народов Смерти и властителя океана Протеймы – зеницы
Единства и защитника всего живого и неживого на Овинге, Дэйв Вейси, всей душой
желаю обмена.
Он поднял правый кулак, стукнул им по груди и снова поднял.
- Нет, Дэйв, – прошептала ошеломленная Марина, понимая весь ужас происходящего. В
высшей степени несправедливого. Их убивали ни за что.
Толпа бесновалась, требуя смерти. Что-то заклинило в ее голове от этих криков, вызвав
протест, перекрывающий разум и чувства, оставляя только злость. Сметрник провел
рукой вдоль тела Дэйва и грозным басистым голосом изрек:
- Обмен равноценен.
Не помня себя, чувствуя дикую несправедливость и безумие всего происходящего,
Марина посмотрела в небо. В тот момент она возненавидела весь мир, короля Аравилата,
225/269
людей, кричащих о смерти, Смертника.
От внутреннего напряжения время вокруг нее сжалось. Она перестала слышать выкрики,
не видела прорубающей себе дорогу королевской гвардии. Только черные волосы Дэйва,
как ветер колышет их на вспотевшем лбу. Как он встает на колени и заводит руки за
спину. Как Смертник склоняется над ним и заносит косу, вытягивая в сторону свободную
руку ладонью вверх. Сидя на коленях, она сжала кулаки и, прижав руки к себе, стянула
всю воду, до какой смогла дотянуться.
Смертник рассек воздух косой, и в его руке зажегся крошечный огонек жизненной
энергии Дэйва. Тучи сгустились, вокруг потемнело, словно ночью. Где-то на краю
сознания слышался голос Арвила: - Нельзя! Остановись!
Но она уже не могла этого сделать, вся несправедливость, боль потерь
сконцентрировались в ее ладонях, и, с трудом преодолевая притяжение, она встала и
ударила руками над головой. Широкая десятисантиметровая молния, взорвав небо
оглушительным треском, обрушилась на Смертника, рассекая его пополам. Толпа в
панике завизжала, с визгом разбегаясь в стороны, давя падающих людей. Те, кто
остались, не помня себя от ужаса, не могли сдвинуться с места, глядя на них.
Вестника смерти покосило, раздирая надвое, он чуть не выронил белый огонь жизни
Дэйва. Марина уже готовилась ко второму удару. Он стремительно срастался на глазах,
только дымкой подернулся, и занес косу, чиркая в воздухе. Боль пронзила все ее тело,
заставив упасть на колени, согнуться пополам. В этот момент синеватый энергетический
образ Дэйва оторвался от его тела, и он замертво рухнул перед Мариной.
Смерть занесла косу для второго удара, он должен был отсечь ей голову. Но что-то ему
не дало. Марина повернула голову и увидела Арвила, призрачного, словно Кедра. Он
смотрел синими, как у Смертника, глазами и сдерживал косу, не давая свершить
возмездие.
- Обмен состоялся, - произнес он ровно, с силой отталкивая от нее косу. Смертник,
успокоившись после вспышки гнева, посмотрел на них и произнес:
- Состоялся.
В небе разразилась еще одна молния, и в голове раздался шум: - Я не забуду этого,
принцесса Аравилата! Он метнул белый шарик ей в грудь, опрокидывая к ногам
призракоподобного Арвила!
Народа на площади почти не осталось. Королевская гвардия прибывала. Их было не
меньше двухсот человек, но они боялись не Смертника, а принца. Тот, соскочив с
помоста, принял человеческий облик и быстро провел руками, вызывая воздушную волну,
которая оттеснила охрану на пятьдесят метров.
С высокой каменной стены на помост спрыгнул Котх, готовый атаковать любого, кто
приблизиться к ним. А посередине опустился ангел с широкими черными крыльями.
226/269
- Не бойся, это Ияра, друг, - произнес Арвил, помогая очумевшей в конец Марине
подняться. – Много сюда стягивается охраны?
Ангел кивнул. Котх внимательно осматривал солдат.
- Пошли, - сказал Арвил и, переступив через бездыханного Дэйва, протащил ее к ангелу.
Марина чуть не растянулась рядом с телом бывшего шурина и хранителя.
- Иллюзию создал?- спросил его Арвил. Тот ехидно ухмыльнулся.
- Спрашиваешь. Видят демонов смерти в самом устрашающем виде.
Марина прикрыла глаза, но ничего не увидела, никакой магической завесы.
- Дальше мы сами, - сказал Арвил, отпуская ее и направляясь к Котху.
- Арвил,- окрикнула его она в полном смятении и радости от спасения. Он обернулся.
- Потом, - кивнул он и снова отвернулся, сосредоточившись на площади.
Ангел взял девушку на руки. Марина обняла его за шею. Без малейшего усилия, легко
оттолкнувшись и плавно взмахнув крыльями, он взлетел, унося их от городской площади
и смертоносного эшафота, на котором стояли Арвил с Котхом.
Ювал вбежал в кабинет отца, принимающего каких-то просителей. Вид у него был
шокированный, шальной.
- Арвил увез принцессу с места казни, - сообщил он, не в силах объяснить себе ни
мотивов, ни поступка брата.
Король посмотрел на него, на людей и сдавленно изрек:
- Все вон.
- Но отец!
- Я сказал, все вон, - тихо повторил король, и только сжатый в кулаке свиток с приказом
говорил об его истинном состоянии.
Оставшись один, король продолжил смотреть в пустоту, не двигаясь. Истошно заорав, он
одним яростным движением снес со стола все, что на нем лежало. Затем схватил
стоящий у кресла меч, вскочил, начал бешено рассекать, что не попадя, проклиная всех и
вся!
227/269
Часть 13
- Она спит, - сообщил Ияра, сидя на крыше с лесенками для дирижаблей. Арвил и Котх,
разобравшись с охраной, немного припоздали. Сквозь бурый заслон облаков пробились
первые лучи красного осеннего солнца. Ияра провел рукой, и в воздухе
материализовался десятиметровый дирижабль. На его покрытой лаком деревянной
обшивке виднелся герб дома Одвинов.
На палубе в кормовой части чернел вход в трюм, возле которого стояли бочки с водой.
Дальше располагался мостик. В носовой части поднят небольшой парус. В трюме
находились туалет, кухня, она же по совместительству столовая, и комната отдыха, в
которой висели три гамака.
Мужчины поднялись на судно и отшвартовались. Дирижабль поплыл в воздухе. Арвил
спустился вниз, убедившись, что Марина на месте. Девушка спала в одном из гамаков,
заботливо укрытая одеялом. Он поправил локон, упавший ей на нос, погладил по щеке,
затем развернулся и направился на палубу. Котх гремел посудой на кухне.
Арвил подошел к Ияре, стоящему у руля и выводящему судно на нужный курс.
- У нее воздушная болезнь. Я снял часть симптомов, – сказал ангел.
Арвил сел на пол рядом с ним, устало потянулся.
- Когда ты ей скажешь?
- Никогда. Если она узнает, то погибнет.
- Надеешься вернуть все на круги своя?
Арвил кивнул, зевнув.
- Отец выступит против нее. Ты перехватишь ее у Северных гор и отнесешь к древлянам.
Они совершат переход. Измеры будут считать, что бой выиграл отец. Все пойдет по
накатанной.
Влажный осенний ветер обдувал их, шевеля волосы.
- На этот раз все по-другому, - заметил Ияра.
- Знаю, - Арвил запрокинул голову, упершись в бортик, прикрыл глаза. – Виларрия все
изменила.
- Ты каждый раз проходишь этот путь снова и снова. Неужели, она того стоит?
Вопрос вызвал улыбку на губах принца.
- Я каждый раз, думаю, зря ли погиб Уэли, ведь Куара все еще надеется, - пояснил ангел.
228/269
- Каждый делает свой выбор сам, - Арвил открыл глаза, серьезно взглянул на Ияру. –
Она стоит всего.
Марина проспала шестнадцать часов. Проснувшись ночью, она увидела спящих по
соседству Арвила и Котха. Повертевшись в гамаке, она встала и, взяв у выхода с вешалки
чей-то кафтан, вышла на палубу.
Дирижабль тихо плыл в ночи под звездным небом, обдуваемый холодными ветрами. У
руля стоял ангел, одетый в одну рубашку и брюки, босиком.
- Привет. Иди сюда, - позвал ее ангел, дружелюбно улыбнувшись. Марина приблизилась
к нему.
- Есть хочешь? На кухне на столе стоит чашка для тебя.
Марина сходила до «кухни» и взяла оставленную чашку. Снова вышла на палубу и
поднялась к ангелу, усевшись на пол. Блюдо по консистенции напоминало мясное рагу и
пахло, как каша с мясом. На вкус оказалось похожим на что-то среднее между рисом и
нутом вперемешку с кусками мяса. В общем, вкусно, особенно после тюремной размазни.
Ияра тоже сходил и сел рядом, свесив ноги над дверным проемом. Улыбнулся.
- Будем, - произнес он и принялся за еду.
Марина улыбнулась.
- Я вижу, ты не стесняешься, - сказал он, поглядывая на нее.
- Да где уж мне. После того, как меня только ленивый не попытался пришлепнуть, -
пошутила она, уплетая.
– Ну, спрашивай. Дежурство это всегда так скучно.
- Ты не любишь воздухоплаванье? - усмехнулась она.
- Нет, я люблю летать. Я еще молод и меня тянет вверх.
- А-а! А мне бы вот хотелось уже приземлиться где-нибудь. И чтобы меня не трогали, -
сообщила Марина, зачерпывая очередную ложку каши. Он засмеялся.
- Ты идешь тернистым путем, и тебе не хватает крыльев.
- Уж не знаю, чего мне не хватает, но временами, кажется, что везения и ума. Сколько
тебе лет? – спросила Марина, затрудняясь ответить на этот вопрос. - На вид лет
двадцать пять-тридцать.
229/269
- Триста. Я один из последних рожденных, - сказал ангел, вызвав удивление в ее глазах.
- То есть последние триста лет вы больше не…
- Да, больше среди нас не рождаются ангелы, - во взгляде парня появилась тень печали.
- Странно? А сколько вы живете?
- В среднем, две с половиной - три тысячи лет. Так что, как видишь, я совсем молодой. И
красивый.
- Если бы не было крыльев, вас бы нельзя было отличить от людей.
- А наши предки и были людьми, - сказал Ияра, снова улыбаясь, поймав удивленный
взгляд Марины. - Мы пожелали себе крылья.
- Что ж вы не пожелаете себе всего остального?
- Мы желали, - ангел грустно усмехнулся. – Но Овинга не принимает нас и не исполняет
наши желания.
- Почему не найдете более щедрый дом. Там где будет хорошо.
- Мы не можем. Пока наш враг здесь, мы обязаны быть рядом. Мы пустили его на Овингу.
Наши судьбы связаны. Наша энергия жизни едина.
- А вы пробовали? - спросила Марина, но не дождалась ответа. Ангел встал, спрыгнул
вниз и отнес тарелку, затем вернулся и встал у руля.
- В тот день, когда мы бросим наших врагов, мы умрем, - сообщил он загадочно и стал
сравнивать курс. – Долг дороже всего.
- Чего же вы ждете – пока все измеры сами собою передохнут?
Ияра рассмеялся.
- Мы ждем. Мы надеемся, что однажды Единый укажет нам путь.
- Как? Спустится некто добрый Единый с небес и даст знак?
- Единый – это хозяин Овинги и всего сущего вокруг.
- На Земле Единый – это Бог. И поверь, никто никогда его не видел. Ну, кроме совсем уж
в ранние времена, когда все формировалось. Так, во всяком случае, утверждает один
источник.
- Ты не понимаешь, - ответил Ияра и посмотрел вдаль.
230/269
Марина подумала, что они так и умрут в ожидании знака свыше, в отличие от своих
агрессивно-предприимчивых врагов. Тем не нужно было во что-то там верить. Они,
похоже, шли к цели напролом. И их цель была такой же, как и всегда – полная гегемония.
- То есть, измеры и ангелы были людьми? – вернулась она к интересующей теме.
- Да. Давно. Мы и сейчас рождаемся людьми. У нас только на третий день прорезаются
крылья.
- Прямо, как зубы, - заметила Марина, вглядываясь в ночное звездное полотно.
-Да, что-то типа того. Они к десяти годам приобретают нормальные пропорции, а затем
растут уже вместе с хозяином.
- А почему измеры не такие, как вы?
- Они выбрали другой путь, - ответил Ияра, не став объяснять.
Они замолчала.
- А ты не знаешь, почему вымирает народ воды, - спросила Марина просто так, ну мало
ли.
- Я думаю, их измеры истребляют. На Овинге очень много воды. К тому же мне кажется,
они полагают, что если будут утеряны знания одним из народов, это ослабит магию в
целом.
- Какая глупость, - рассмеялась Марина. – На Овинге магия едина. Исчезнет один народ,
будет утерян пласт культуры, но сама магия не изменится.
- Откуда ты знаешь? – Ияра лукаво улыбнулся ей. – Может, эволюционируя, она так
сильно изменяется и разделяется. Может, сильна она будет только при сохраняемом
многообразии.
- Нет, - Марина улыбнулась в ответ. – Энергия планеты однородна, только люди на ней
разные. Измеры глубоко ошибаются, полагая, что истребив народ, они что-то выиграют.
- Не знаю, но как же тогда факт, что если утеряны знания хотя бы об одной магии,
невозможно выполнить обряд Единения планеты. Король Аравилата должен хотя бы
номинально владеть всеми четырьмя стихиями, а лучше очень хорошо. Потому что
уровень владения напрямую сказывается на мощности его защиты.
Марина промолчала. Затем, зевнув, она встала.
- Пойду я спать,- сообщила она, решив больше не спорить. – А куда мы вообще плывем? -
вспомнила она, зачем вообще пришла на палубу.
- Мы плывем на Сугву.
231/269
- Куда?
- Это остров, – пояснил Ияра. – На нем живут ангелы. Там мой дом.
Марина, терзаемая вопросами, спустилась вниз, залезла в гамак и еще какое-то время
размышляла над беседой, незаметно для себя уснув.
---
Проснувшись, Марина увидела в соседнем гамаке читающего Ияру. Она встала, умылась
и снова побрела на палубу. За бортом был солнечный теплый день, наверное, последний
на Овинге в эту осень. За рулем стоял Арвил.
Она посмотрела на него, подумав: «Не друзья и не враги. Кто же мы друг другу?» За ней
следов вышел Ияра, он кивнул принцу, сменив его. Арвил спустился и остановился перед
Мариной.
- Пойдем вниз, - произнес он, разворачивая ее. Она не стала возражать. Они прошли
мимо Котха, зашли в комнату, Арвил запер дверь.
Как только они остались одни, между ними сразу установилось сладостное напряжение,
похожее на притяжение, волнующее обоих. Марина подошла к нему и прижалась. Он
обнял ее, испытывая странное облегчение и успокоение. Девушка уткнулась носом в его
шею, чувствуя, как пальцами одной руки он зарылся в ее волосы на затылке, а второй
прижал к себе, не отпуская. Некоторое время они стояли, слушая, как бьется сердце
другого. Затем Марина подняла голову, заглянула в серые глаза, разглядывая
мужественные черты лица, курчавый волос, дуги бровей.
- Мы летим на Сугву? - спросила она.
Арвил кивнул, слегка отпустив ее, погладил по щеке.
- Там ты сможешь укрыться. Там нет власти Аравилата, - он смерил ее спокойным
взглядом, продолжая обнимать.
- Совсем?
- Остров принадлежит ордену «Света».
- Он что, тайный?
- Закрытый для посещений. В основном, там живут ангелы.
232/269
- А как же хранители?
- Они, так или иначе, подчиняются отцу.
- Дэйва ты заставил?
Лицо его посуровело, он отпустил ее.
- Дэйв заслужил это, - жестко произнес он. - В твоем мире мужчины не имеют ни
малейшего представления о чести и достоинстве. Они легко берут на себя
обязательства, а потом отказываются от них. Поэтому у вас столько сирот, обездоленных
женщин и обманутых бедняков. В этом мире все по-другому.
Марина промолчала. Спорить с этими словами было бессмысленно. В конце концов,
жизнь ей тоже была дорога.
- Что тебе сделает король за то, что ты ослушался его?
Ей вспомнился взрывной характер короля, она, поежившись, посмотрела на Арвила, его
суровый, устремленный вдаль, взгляд, мощную челюсть, плотно сжатые губы.
- Ничего он не сделает, - сказал он так, словно они говорили о пустяках. - Отречется и
лишит трона.
- Но ты все потеряешь, - Марина, поразившись, посмотрела на него. – Ты же сам говорил
о долге, чести и короне. А измеры?
- Я поступаю так, как велит моя совесть. И мое сердце.
- Спасибо, - произнесла она, положив руки ему на грудь и ласково поглаживая.
- Скажи, что мы там будем делать?
- Ты попросишь убежища и будешь молиться, чтобы мы выиграли в этой неравной войне.
А когда мы выиграем, ты, может быть, даже вернешься домой.
- А ты?
- А я вернусь в Аравилат и буду защищать королевство до конца, как это делают мой
отец и брат.
- Неужели у измеров хватит сил захватить всю Овингу? Ведь если так прикинуть, это
какие нужно иметь войска, чтобы поработить целую планету!
- Они много лет вынашивали эти планы. Может быть с самого начала. Готовились,
изучали нас.
- Но ведь планета не принимает их! Почему же они остаются.
- Может, не нашли лучше. А может, хотят эту. В любом случае, они получат нас, только
233/269
если истребят вчистую.
- Почему король Аравилата не защитит всех прямо сейчас. Он же гарант безопасности.
Арвил промолчал, тяжело вздохнув.
- Он очень стар и болен. Я не знаю, - признался он. - Последний раз ритуал защиты
Овинги совершался тысяча восемьсот лет назад.
- И что, все забыли, как его выполнять? Все посвященные умерли в один день?
- Нет, конечно. - Арвил горько усмехнулся. - Но никто не может гарантировать, что он
сработает. К тому же, одно дело природные катаклизмы, другое живые существа. На
Сугве будет собор пяти народов. Его не собирали уже пятьсот лет.
Они замолчали. Марина села на один из гамаков, он – на противоположный.
- Интересно, почему Овинга не получила такого же развития, как и Земля?
- Ничего интересного в этом нет, - сообщил он. – Такое решение было принято на общем
совете старейшин, когда стало ясно, к чему приводит высокая технологичность. Хотя
планеты не идут абсолютно одинаковыми путями развития, измеры убедили старейшин,
что такой путь развития лучше, чем земной. Как видишь, возможно, уже тогда
вынашивались планы о захвате.
- Ты уверен, что на Сугве будет безопасно?
- Остров принадлежит ангелам. Они придерживаются нейтралитета.
- Что-то не заметила, - ехидно сообщила Марина. – Один из них вломился в квартиру и
пытался зарубить меня, затем выкрал дочь и выкинул в окно. А так да, полный
нейтралитет.
- У вас есть хорошая поговорка, - задумчиво произнес Арвил, посмотрев на нее. – Чужими
руками жар загребать. Это как раз такой случай. К тому же, по большей части Ангелы
миролюбивы.
- Если они так миролюбивы, почему тогда разнесли свою планету? Или это измеры
нападали, а они оборонялись, да перестарались, так что ли?
- Примерно так. Суть конфликта сводилась к тому, что две расы пошли разными путями
развития. Измеры, абсолютно не способные к магическим манипуляциям, развивались
технически. На Овинге тоже не все маги, заметь. А ангелы способны на очень тонкие
манипуляции высокими энергиями, не такими грубыми, как у нас. Иллюзии – это магия
ангелов. И их иллюзии становятся реальностью. Представь, что ты не знаешь, где
реальная иллюзия, а где природное бытие. И какая разница между ними? Ангелы
открыли некий вселенский рог изобилия. Каждому воздастся, просите только. Измеры не
могли этого пережить. Началась вражда.
- Так им и надо, - ответила Марина, думая о своей собственной дочери.
234/269
- Знаешь, ангелов осталось совсем мало. В отличие от измеров, они не нашли симбиоза.
На Овинге их сегодня не больше тысячи. Это все что осталось от них. Поверь им не до
вражды.
- Сэр Ванка говорил, что люди не могут долго жить среди измеров. Почему?
- Они ядовиты, - неуверенно произнес Арвил. – Но никто не изучал.
- А как же тогда Юлька? – спросила Марина, ужаснувшись.
- Не переживай, особо ценных заложников они держат в специальных помещениях, где
нет риска прямого контакта.
Марина представила, как маленькая, беззащитная девочка живет, словно звереныш, за
стеклом. А измеры учат ее писать, читать и кормят через небольшое отверстие в стене,
чтобы она случайно не отравилась.
- Как они вообще оказались здесь? – возмутилась она, жалея, что раньше не особо
интересовалась.
- Когда две тысячи лет назад они появились на Овинге, это были два усталых,
изможденных народа. Их смертоносные войны привели к тому, что десять тысяч ангелов
и миллион измеров, успели пройти через открытые ангелами переходы, после чего их
планета погибла. Так во всяком случае, они говорят. Измеры, оценив отсталость, тут же
развязали войну и пожалели. Они стали чужаками, которых Овинга, в отличие от людей,
так и не приняла. Но они остались, попросив еще раз убежища, пока не найдут новый
дом.
- И вот результат, - закончила Марина, думая, как жаль, что они успели совершить
переход. Лучше б дружно сдохли на своей планетке все вместе взятые.
- А почему Ияра помогает тебе? – спросила она, вспомнив о дежурящем ангеле.
- Мы вместе с моего рождения. Ты можешь доверять Котху и ему, как самой себе. Они
будут охранять тебя ценой жизни.
- А Котх тоже рос с тобой?
- Нет, - Арвил усмехнулся. – Он служит долг чести. Он с семьей попал в плен к морам
несколько лет назад. Я вытащил его. С тех пор мы вместе.
- Он говорить-то умеет?
- Он определенно не немой. И очень хороший воин.
Они замолчали, глядя друг на друга.
- Ты самый странный человек, какой мне когда-либо встречался, - откровенно призналась
235/269
Марина. – Ты бьешь и жалеешь, ведешь на казнь и спасаешь, любишь и не подпускаешь.
Может быть, у тебя раздвоение личности? Я тебя не понимаю.
Он сидел напротив нее, смотря куда-то в пол, не вправе сказать правду, не в силах
помочь в догадках. Арвил поднял глаза на Марину, которая думала о том, что сказала.
- Ты что-нибудь чувствуешь ко мне? - спросил он.
Так много испытаний и боли, так много недоговоренностей и лжи, такой путь и что? Ради
нее он пошел против отца, против Аравилата. Марина, подумала, что если она скажет да,
то он бросит все. Она почувствовала то, что чувствует любая женщина, точно знающая,
что мужчина, стоящий перед нею – ее вторая половина.
Она прикрыла глаза, народам Овинги нужен сильный правитель. Тот, кто их защитит.
Она подняла на него глаза и отрицательно покачала головой, осознав, как сильно любит
его. Их взгляды встретились, и Марина впервые прочла боль в его глазах, становящихся
живыми, стоило ей оказаться рядом.
- Может, оно и к лучшему, - медленно произнес он, вставая.
Он вышел, оставив ее. Девушка откинулась на гамак, ощущая невыносимую горечь,
разрывающую тяжестью сердце.
236/269
Часть 14
Круглый зал был выполнен в белых и серебристых тонах. В центре возвышался
двадцатисантиметровый круглый подиум. На нем полукругом стояли стулья с высокими
спинками, расширяющимися кверху веером. У их изголовья были нанесены золотые
символы из трех скрещенных кругов, символизирующих три народа: ангелов, измеров и
овинговцев.
Зал предназначался для переговоров и последний раз использовался по назначению
почти две тысячи лет назад. В нем не было окон, вместо них на потолке простирался
прозрачный купол, украшенный ажурной ковкой. В зал нельзя было войти, только
переместиться через небольшой круг, утопленный в полу в стороне от подиума.
Среди собравшихся были три ангела, два короля и два наместника, представляющих
народы Леса и Огня. Ангелы, старейшины рода, одетые в белые шелковые рясы с
капюшонами, с позолоченными металлическими накладками, закрывающими лица и руки,
чтобы никто не видел их истлевшей сухой плоти. На груди у каждого был щит,
украшенный гербом в виде двух перекрещенных черных крыльев. Король Аравилата и
король Смерти, как и наместники, были в традиционных одеждах, говорящих об их
статусе.
- Здесь собрались те, кто может решить судьбу Овинги, - провозгласил Старейшина. –
Так решите ее.
- Измеры вторглись на территории трех народов и ведут захватнические войны, отравляя
земли, нарушают согласие «Пяти народов», благодаря которому нашли приют, -
провозгласил Король Смерти, исторически ведущий соборы. – Пора, мои братья и
сестры, что-то с этим делать.
- Собор не является правомерным без представителя пятого народа, - произнес король
Аравилата, вынужденный присутствовать на нем. И он был прав, без наместника народа
воды собор не имел силы.
- Значит, - произнес Старейшина ангелов. - На Овинге остается лишь одна правомерная
сила, Зеница Единства. Все присутствующие согласны?
- Как правомерная сила и Зеница Единства, я считаю собор оконченным, - произнес
Генуи Одвин, являющийся уже почти сорок лет королем Аравилата.
- Овинга нуждается в защите, - возразил наместник народов Огня, девяностолетний
старик, одежды которого больше походили на одежды жреца народов Огня, нежели
правителя. – Наш народ покинул почти все свои земли. А без гор мы теряем в силе.
- Как Зеница Единства, только я могу решать, когда применять силу! Только если среди
нас не найдется представитель народа воды.
Король Аравилата обвел присутствующих властным надменным взглядом. Никто не смел
ему указывать.
237/269
- Такой представитель есть, - произнес Король Смерти, смотря на короля Аравилата с
недовольством и так же властно.
Генуи рассмеялся.
- И кто же? Какая-нибудь полоумная русалка в бадье? Как вы знаете, этого мало!
- Старейшина, – обратился Король Смерти к ангелу. – Правда ли, что в ваших стенах
гостит принцесса Аравилата Виера Мар Квитворд?
Ангел кивнул. Генуи откинулся в кресле, с превосходством глядя на Короля Смерти.
Прекрасно, Арвил притащил ее на собор.
- У принцессы есть доказуемое право быть представителем народа воды?
- Да, - ответил Король Смерти и, протянув вперед костистую руку в пустующий между
присутствующими круг, потер пальцами, рассыпая пыль останков. Ангел провел над нею
рукой, и перед присутствующими поплыла объемная иллюзия, в которой драк переполз с
плеча русла к Марине. Русал передал ей символ власти. Таких драков даже в хорошие
для народа воды времена было не больше пяти на всю Протейму.
- Древний обычай народов Протеймы гласит: драки власти переходят к тем, кто лучше
всех владеет магией воды.
Генуи раздраженно вздохнул и, глянув исподлобья на старого соперника, произнес:
- Пригласите пятого представителя народов Овинги.
- И будущую Зеницу Единства тоже, - произнес Король Смерти.
Генуи внимательно посмотрел на него, тот явно что-то замыслил.
Остров был каменист и угрюм. Его суровые пикообразные горы возносились в небеса и
терялись в облаках. Глаза блуждали по его обрывистым скалам и не могли отыскать хотя
бы пятнышко зелени. Шапки конусов были покрыты снегом, подножья чернели,
ощетинившись острыми каменистыми клыками.
И только приглядевшись, можно было заметить, что некоторые пики не покрыты снегом.
Это были здания, расположенные на вершинах, соединенные с ними и отличающиеся
только острыми дополнительными звеньями башен, подобно зубам хищника.
- Вы явно не ценители красоты, - заметила Марина, содрогнувшись от сурового пейзажа.
- Они просто не любят гостей, - сказал Ияра, которому похоже нравился здешний вид.
Волны Протеймы накатывались, вгрызаясь в каменистый берег, и вертикально стекали
вниз белой пеной. Сюда можно было попасть только по воздуху.
- А когда здесь весна, вид гостеприимнее?
238/269
- Здесь всегда так, - Ияра посмотрел вниз. – Ни растительности, ни животных, ни птиц.
Только ангелы, иногда измеры и служители ордена.
- Ты хорошо знаешь местность?
- Это мой дом, - ответил он и посмотрел на Арвила, стоящего у руля: – Сообщу-ка я, что
мы прибыли.
Тот кивнул и, отодвинув заградительную сетку, ангел сорвался вниз, расправляя крылья.
- Ты раньше тут был? - спросила его Марина.
- Давно, в глубоком детстве. Отец привозил нас с братом посоветоваться с местными
целителями.
Марина поежилась, поплотнее запахнувшись. Странные эти ангелы. Мастера иллюзий, а
при этом предпочитают мрачные пейзажи. Дирижабль приблизился к одному из зданий,
у основания которого был расположен небольшой выступ с торчащими по краю
остроконечными балясинами без перил. У самого здания во всю длину было множество
створок, которые могли, повернувшись плашмя, закрыть его окна и стены еще одним
защитным слоем. И хотя часть из них были открыты, за темным стеклом ничего нельзя
было угадать.
Стоило им причалить и спуститься, как из ворот вышли две фигуры – мужчина и
женщина. Они были не то каменными, не то металлическими, за спинами виднелись
своеобразные крылья. Совсем не похожие на те, что Марина видела раньше. У мужчины
крылья начинались от плеч и высоко поднимались над головой, с острыми когтями на
сгибе. Женские крылья, наоборот, были подобны волосам, волной спускающимся чуть ли
не до щиколоток. Оба ангела отливали бронзой, на их телах были ажурные узоры лат и
брони.
- Добро пожаловать, принц и принцесса Аравилата, - произнес мужчина утробным
гудящим голосом. – Наше дите сообщило о вашем приходе.
Они развернулись и направились обратно.
- Кто это? – тихонько спросила Марина Арвила, никогда до этого не видевшая подобных
существ.
- Стражники, - ответил он, серьезно глядя на них. – Идем.
Они пошли за ними. Котх не пошел, оставшись на дирижабле.
Войдя внутрь, они оказались на широком подвесном мосту, под которым зияла бездонная
пропасть. По мостикам можно было попасть еще в один круг, в центре которого в воздухе
висели шесть огромным ромбообразных вытянутых пластин, сложенных на манер цветка.
Из середины каждой пластины исходил яркий свет, подобно прожектору, а изнутри
239/269
лилось светло-голубое свечение. Лучи, преломляясь, освещали здание изнутри, создавая
атмосферу таинства.
- Это переход в обитель, - сказал Арвил, видя как Марина осматривается по сторонам.
Стражники остановились, пропуская вперед.
- А что, они живут не здесь?
Арвил подошел к пластине и ступил между ними на круглый диск, парящий над
пропастью, который даже не поколебался. Он протянул ей руку, пока Марина со страхом,
сделав шаг на диск, переступала через невидимый голубоватый барьер.
- Место ангелов в небесах, - сказал он. – Закрой глаза.
Диски начали движение вокруг них, набирая скорость. Свет над головами засветился
сильнее, заставляя жмуриться. Она уткнулась в грудь Арвила, пока он, обнимая ее,
закрыл глаза.
Они стояли в металлическим кольце, утопленном в мраморный пол. Вокруг них была
комната с арочными окнами от пола чуть ли не до потолка, за которыми виднелись
зеленая листва и голубое небо, колонны, двери.
- Это иллюзия? – спросила Марина, рассматривая жилки мрамора.
- Да.
В комнату вошел Ияра, его одежда изменилась. На ангеле были темные штаны, башмаки,
рубашка, плащ. На спине и застежке плаща знак двух скрещенных черных крыльев, на
боку висел меч. Волос был распущен и хорошо уложен назад. Выражение лица Ияры
стало более торжественным и важным.
- Пойдемте, вас ждут, – произнес он.
Они вышли из залы, прошли по обходной каменной галерее вокруг маленького
внутреннего двора с зеленным садиком и колоннами между арками. На каменном полу
стояли лужи, в воздухе еще было свежо, очевидно недавно здесь прошел дождь.
- Вас примет старейшина чернокрылых ангелов, - сообщил Ияра.
- А кто он?
- Ну, это что-то типа министра иностранных делам, - шутливо объяснил Арвил, хотя
самому было совершенно не смешно. Внутренне он оставался напряжен.
Они вошли внутрь в другом конце двора и оказались на переходном балкончике,
открывающем вертикальный пятидесятиметровый спуск стены на крыши маленьких
трехэтажных домов, зеленых газонов и каменных площадок, за которым начиналась
водная гладь.
Пройдя по нему, они вошли в приемную, затем в вытянутый зал, в конце красной
ковровой дорожки на высоком серебряном троне сидел человек. На нем была белая
шелковая ряса с капюшоном, его лицо и руки частично прикрыты золотистыми
накладками, но местами виднелась истлевшая, сухая плоть. На груди был щит,
240/269
украшенный двумя перекрещенными черными крыльями. Они поклонились.
- Рад приветствовать вас, дети Аравилата, - сказал он глухим, густым басом, исходившим
из груди, а не изо рта.
- Мы просим убежища и защиты, - произнес Арвил.
- От кого?
- От короля Аравилата и измерского народа.
- Почему?
- Принцесса Аравилата – последняя из рода Квитвордов, исконных королей и защитников
Овинги.
Ангел выдержал паузу.
- Мы не можем предоставить убежище, - наконец изрек он ровным голосом.
Марина посмотрела на Арвила, было видно, что он сильно, очень сильно надеялся на
обратный ответ.
- Но наш народ возвращает свои долги, - продолжил тем временем старейшина. – Мы
знаем, что и на крыльях бывают пестрые перья. И мы вырываем их, снося боль смиренно
и добросовестно. Наш долг перед принцессой Аравилата будет оплачен сегодня же. Вы
можете пользоваться нашим гостеприимством, пока совет Света не решит судьбу
Аравилата.
- Спасибо, старейшина, - произнес Арвил, лицо его стало каменной маской. – Пусть
крылья жизни несут вас к свету.
Они поклонились и, развернувшись, вышли.
- Что это значит? - спросила она, взволнованно посмотрев на него.
- Не знаю, - ответил Арвил, тоже пытаясь понять, что все это значит. - Ангелы просто так
рта не открывают. Все, что было сказано, что-то да значит.
В помещение вошел ангел без признаков высоких чинов и поклонился.
- Выше высочество, - обратился он к Марине. – Собор просит немедленного вашего
присутствия, как официального представителя народа воды.
- А-а, это он обо мне? - растерялась Марина, глядя на нахмурившегося Арвила.
- Ваше высочество, - ангел повернулся к Арвилу. – Как официального будущего Зеницу
единства, собор приглашает вас принять участие в его совете.
241/269
Марина посмотрела на принца. Он взял ее за локоть.
- Пошли, - сказал он негодующе, недобро.
- Мы не можем сдерживать их в своих лесах. Их просто выжигают, - говорил негромко
наместник народа Леса, когда они переместились в зал. Марина столкнулась с
холодными глазами короля Аравилата, посмотрела на окружающих.
- Приветствуем тебя, новая наместница народа Воды, - произнес Король Смерти. На
подиуме стояло два свободных кресла. – Приветствуем вас, принц Арвил.
Он снова повторил, зачем они все собрались.
- Итак, нам нужно принять решение, применять ритуал очищения или нет, - произнес
Король Смерти.
- Думаю, целесообразнее решить, готовы ли мы терять полукровок, рожденных от союза
измеров и мор? – произнес Генуи. – А также новый темный вид магии и вампиров. Они
тоже дети Овинги.
- Мы потеряем больше, ничего не делая, - сказал наместник Леса, он чем-то походил на
Двадабра, только был старше.
- Как представитель народов Смерти, могу сказать, что мне дороги все мои дети, –
произнес Король Смерти. – А посему, я хотел бы знать причину, по которой измерский
народ попирает наше гостеприимство.
- Не вижу в этом никакого смысла, - произнес Генуи.
- Нам хотелось бы знать, - произнес Старейшина ангелов. – История гласит, что в
прошлом при применении ритуала нашего народа тоже коснулось наказание. Как это
отразиться ныне?
- Кто за то, чтобы выслушать захватчиков, - произнес Король Смерти, оглядывая
синеоким взглядом присутствующих, подняв руку вверх.
Руки подняли наместники Леса и Огня, старейшина ангелов и Марина. Арвила никто не
спрашивал, а король Аравилата воздержался.
- Пятеро против одного, – произнес король Смерти. – Что ж, считаю совет отложенным
до прибытия послов измерского народа.
- Послы прибудут завтра, - произнес ангел.
Все встали и по одному, пройдя в круг, покинули помещение.
242/269
Они вернулись во внутренний дворик с колоннами.
- Мама! - закричала Юлька, скачущая в садике, и бросилась к ней.
У Марины сердце оборвалось. Юлька со всех ног кинулась к ней, радостно повиснув на
шее. Маленькие ручки, животик, пухлые щечки – Марина все готова была зацеловать,
забыв об Арвиле и ждущем в стороне Ияре, обнимая дочь и не веря своему счастью.
- Мама, ты так долго не забирала меня, - серьезно сказала девочка, косясь на мужчин.
- Знаю, ласточка, - Марина с благодарностью посмотрела на Арвила. – Но дядя меня
привез сюда, и мы снова вместе.
Не в силах отпустить дочь, Марина взяла ее на руки, и они пошли в покои.
- Скоро конец, - произнес Арвил, глядя на Ияру.
- Завтра утром состоится совет, - произнес ангел. – На нем будут все.
Покои стояли из трех комнат. Детская с маленькой кроваткой и кучей развивающих игр,
судя по тому, как Юлька бросилась искать какие-то вещи, чтобы срочно
продемонстрировать, она здесь уже давно находилась. Спальня с широкой кроватью на
двоих и зала для приема гостей. У комнат были большие окна с видом на водные
просторы. Арвил хмурился все больше.
- Что с нами будет? - спросила Марина, имея в виду себя с Юлькой.
- Не знаю, - честно ответил ангел. – Официально вы гости, но реально…
- Мама! – в комнату вбежала Юлька с полными руками игр. Марина посмотрела на
мужчин.
- Пойдем в мои покои, сейчас их время, - произнес Арвил Ияре, понимая, что из нее не
лучший собеседник. – Я зайду через пару часов, тогда поговорим.
- Подожди, - произнесла Марина и, подойдя к нему, заглянула в глаза, затем тихо
сказала: - Я солгала.
Он кивнул, весь напряженный, словно сжатая пружина.
- Отдыхай.
Он поцеловал ее в лоб, и они вышли.
243/269
- А почему дядя поцеловал тебя в голову? – тут же спросила Юлька.
Марина тяжело вздохнула.
Несколько часов пролетели, как пара минут. Юлька сбивчиво, кусками рассказывала, где
она была, с кем играла и что делала. За ней хорошо присматривали и, судя по всему, все
время играли. Ребенок был вполне счастлив и доволен. Она немного подросла и даже
поправилась. Что, с ее отвратительным аппетитом и непоседливостью, было сродни
подвигу.
Когда зашел Арвил, она уже сладко спала.
- Пойдем, нужно поговорить, - произнес он. – За ней присмотрят.
Марине не хотелось отходить от ребенка ни на шаг. Мимо Арвила прошла маленького
роста женщина. Она поклонилась ей.
- Меня зовут Шарми Гоя. Как только девочка проснется, я сообщу.
Они прошли в соседнее помещение – покои Арвила. Там был накрыт стол.
- Хочешь есть? - спросил он, пока Марина рассматривала еду, есть не хотелось.
- О чем ты хотел поговорить?- спросила она, пройдя к окну и сев на подоконник.
- О совете, - Арвил подошел к ней и, подвинув к себе, прижал, глядя в темные воды
Протеймы за ее спиной.
Марина кивнула, тягостно вздохнув в его руках. Теперь, когда Юлька была рядом, жить
стало несравнено проще, но не легче.
- Послушай, я хочу, чтобы ты знала, - произнес он предостерегающе. – Может так статься,
что измеры продолжат жаждать твоей крови. Им это выгодно, без защитников Овинга
ничья. И ты будешь вынуждена пройти обряд отречения, чтобы выжить. Отцу это
выгодно.
- Да, я понимаю, - произнесла Марина, выдавливая из себя слова, словно засохший клей.
Арвил тоже вздохнул.
- Потом ты сможешь жить при дворе, - ответил он, но эти слова ее не утешили.
Марина сглотнула, закрыв глаза. Это все никогда не кончится. Ставки сейчас были так
высоки, что не хотелось дышать.
Хотелось, как в детстве, задержать дыхание до синих чертиков в глазах, а потом
244/269
открыть их и понять, что она пугает себя просто так.
- Неужели на планете, где возможна магия, нет волшебной палочки? - с горечью сказала
она.
- Нет. На Овинге нет, - Арвил отвечал на полном серьезе.
- Мы можем сбежать? – спросила Марина, посмотрев в окно.
- Нет, - твердо произнес он. – Это цитадель в небе. И поверь, это еще не конец.
- Что будет завтра?
- Ничего хорошего, - он сглотнул, всматриваясь в ее лицо. Ей столько пришлось
перенести. - Одно хорошо, у них нет ничего против ритуала Единства. Иначе бы ребенка
здесь не было. И скоро все закончится. Отец применит ритуал, и они отступят.
Марина слабо улыбнулась, гладя его по широким плечам.
- Мы увидимся снова? Потом?
Арвил поднял на нее серые глаза. Завтра отец вызовет ее на поединок, и она вернется
домой. Он отрицательно покачал головой.
- Почему ты тогда в квартире меня не… - спросила Марина, вглядываясь в тревожное
лицо. – О чем ты думал тогда?
Арвил слегка улыбнулся, погладив ее волосы, стараясь запомнить черты лица.
- Что ты самая упрямая женщина на свете. Красивая. Бесстрашная.
- Мы не можем быть вместе? – Марине очень хотелось, чтобы он не останавливался и
поцеловал ее, а потом снова и снова.
- Нет, - произнес Арвил, нежно целуя ее в висок, сжимая в горячих объятиях.
- Близкие враги, - уныло произнесла Марина. Он кивнул, чувствуя, как сердце бьющееся в
его груди, стонет от гнета.
Пора было идти спать. Завтра предстоял важный день. Марина спрыгнула с подоконника
и вернулась к себе. Сев у кровати ребенка, она с печалью посмотрела на мирный детский
сон.
В белых рясах измеров с их капюшонами что-то перекликалось с одеждами ангелов. Два
245/269
посла, прибывшие утром на Сугву, предстали перед собором и ангелами, не склонив
головы. Серокожие, окутанные белой дымкой, они стояли перед ними, подобно
победителям, а не агрессорам. Лица их были спокойны и неэмоциональны.
- Эфракахракусах, вы вторглись на территории трех народов Овинги, проводите
захватническую войну против мирных земель. Наше требование – немедленно отступите
и прекратите нарушать договор «Согласие пяти народов», благодаря которому ваш
народ находит приют на Овинге в течение двух тысяч лет, - произнес Король Смерти.
Ангел сообщил:
- Договор, гласит, что два чужеземных народа, именуемых ангелы и измеры, могут
находиться, жить и размножаться на территории Овинги, пока во главе пяти народов
стоит Зеница Единства, являющийся гарантом сохранности и безопасности. Каковы
причины вашей агрессивной экспансии?
- Согласие нарушено людьми, - произнес измер, посмотрев на короля Аравилата и
Марину. – Мы обвиняем людей в двоевластии и геноциде.
- Поэтому вы похитили одну из принцесс Аравилата? – спросила Марина, понимая, что
сейчас ей, наконец, назовут причину.
- Мы поступили так, потому что на Овинге остался всего лишь один потенциальный
защитник. Мы придерживаемся нейтралитета, - нагло заявил второй измер.
- Нейтралитета?! - наместник Огня вскочил. – Вы безжалостно вытеснили нас с наших
земель. Это вы называете нейтралитетом?!
- Кто он? – спросил ангел.
- Ребенок, - произнес измер. Возник гомон.
- Это гнусная ложь! – заорал Генуи. – Я защитник Единства.
- Но это не единственное нарушение договора, - упрямо продолжил измер. – Мы имеем
право нарушить договор и сделаем Овингу новой землей, потому как считаем, что
традиция «Единства» упразднена и утратила свои умения в защите планеты.
- Кто вам такое сказал?! - взорвался представитель народа Огня.
- У вас есть доказательства? - вторил представитель народа Леса.
- Традиция существует много веков и нерушима! - прогремел Король Смерти.
Марина, вжавшись в кресло, которое казалось огромным, смотрела на короля Аравилата.
Тот смотрел по сторонам, вид его был безумным. Что-то было не так. Она перевела
взгляд на Арвила. Он тоже смотрел на отца.
246/269
- Мы предлагаем мирный путь, - поднял руку измер.
- Вы уже захватили большую часть территории, это захватническая политика, а не
мирная!!!
- Королю Аравилата было направлено несколько петиций с просьбой мирно
урегулировать этот вопрос. Он проигнорировал их.
- И потому вы развязали войну! Это политика неблагодарных убийц!!! - проревел
представитель народа Леса.
- Мы поступили так, как считаем нужным!
- Да кто вам дал такое право!
- Король Аравилата - не маг четырех стихий! – перекрыл обвиняющим тоном измер.
В зале воцарилась безмолвие. Все смотрели на короля Аравилата, который медленно
поднял тяжелый взгляд на сына. У Марины буйно забилось сердце, сжимаясь от страха и
шока.
- Это правда? – спросил Король Смерти. Вопрос повис в загустевшем воздухе. Измер
продолжил:
- Вы сами истребили всех возможных истинных претендентов на трон. Поэтому мы
посчитали нужным укрыть последнего, сохраняя тем самым ему жизнь, -
Эфракахракусах посмотрел на королей и наместников. Это была откровенная ложь.
- Планета без Зеницы беззащитна от всех природных стихий, от магов и вторжения.
Сохраняя Зеницу, мы требуем взамен возможность править. Мы хотим мира на Овинге и
хотим выжить любой ценой.
- Это правда, отец? – спросил Арвил, не сводя с него взгляда. Глаза Генуи покраснели от
внутреннего напряжения, лицо побагровело и приобрело зверское выражение.
Молчание давило могильной плитой. Было слышно, как дышат люди, ангелы и измеры,
шелестят края ряс. Король закрыл глаза и откинулся на спинку, скрестив ноги внизу,
прикрывая лицо рукой.
Марина перевела взгляд на Арвила. Тот смотрел на отца, как будто видел его впервые,
так смотрят на человека, который только что ударил тебя ножом и оставил его в твоем
сердце.
- Нас всех уничтожат, - едва слышно произнес представитель древлян. – Расы
несовместимы.
Марина обвела глазами окружающих. Это был конец Овинги. Из-за обмана одного
человека, жаждущего власти любой ценой. Вытеснение одних другими.
247/269
- Когда уменьшится ваша численность, энергия нашей жизни придет на Овингу, и мы
сможем, наконец, вздохнуть.
- Это ваша благодарность за то, что мы вам дали? - вздохнул Король Смерти, смотря на
измеров с ненавистью. – Ведь мы не уничтожили вас.
- Мы не можем уйти.
Люди, шокированные исходом, не находили, что сказать. Они пригрели змею у себя на
груди, и теперь она их кусала.
- Что вы предлагаете взамен? - спросил ангел.
- Рекреации и ограничение магии, - сообщил измер, посмотрел на ангелов. – Вам мы
предлагаем покинуть Овингу. Вы можете скрытно жить на Земле. Народы Аравилата
тоже могут покинуть планету, если не хочет оставаться под нашим правлением. За
исключением всех наследников Единства, включая тех, кто прошел отречение.
В зале снова повисла тишина. Марина потрясенно посмотрела на Арвила. Он, согнувшись
на стуле, расстроено тер лицо, опершись на локти. Правда заключалась в том, что у
Овинги не было защиты от иноземных захватчиков и теперь выбирать не приходилось.
Короли смотрели в пол, ангелы на измеров. Те смотрели над головами угнетенных людей
и ангелов. Молчание длилось несколько минут, пока Эфракахракусах не произнес:
- Остается один вопрос. Кто уполномочен официально передать власть над Овингой
нам? Должна быть соблюдена чистота процедуры. Король Аравилата имеет право это
сделать, будучи коронованным и прошедшим инициацию. Но он не истинный правитель.
Люди переглянулись и посмотрели на Марину.
- Двоевластие, - тихо проронил представитель народа Огня.
- Двоевластие, - подтвердил старейшина ангелов.
- Принцесса Виера Мар владеет одним лишь видом магии, - произнес измер. – Для
передачи нужно хотя бы две.
- Она владеет двумя, - произнес ангел, обращаясь к представителю народа Леса. – Вы
инициировали ее после того, как она совершила второй переход, и в сжатом виде
передали ей свои знания. Раскрытие их лишь вопрос времени. Так?
Тот, посмотрев на девушку, кивнул. Марина не поняла его. Арвил поднял глаза на ангела,
на представителя и с надеждой посмотрел на Марину.
- Таким образом, мы предлагаем разрешить это противоречие, - сообщил измер. – Даем
вам час.
248/269
Измеры встали в круг и переместились. За ними вслед ушли ангелы. Властители остались
одни.
- Вопрос можно разрешить поединком, - произнес Король Смерти. – Ребенок мал, его
интересы будет защищать опекун. Если только ты не откажешься добровольно.
Генуи оторвал руку от лица и, выпрямившись, встал. Он с ненавистью посмотрел на
Марину, с надеждой на сына. Его первенца, доставшегося немыслимой ценой, лучшего в
его роду.
- Я не уступлю корону добровольно, - произнес он, глядя исподлобья на принцессу.
- Значит, так тому и быть, - согласился Король Смерти. – Вас рассудит поединок.
Марина растерянно посмотрела на Арвила, тот кивнул, безмолвно прося ее согласиться.
Это был ее единственный шанс вернуться домой. Король Аравилата перехватил взгляд
между ними, сжав челюсти.
- Виера Мар Квитворд, вы согласны защищать интересы вашей племянницы в
притязаниях на трон и положение Зеницы Единства?
Сжав подлокотники кресла, уперевшись ногами в пол, бледная девушка кивнула.
- Согласна.
В зал снова вернулись измеры и ангелы.
- Наше решение – поединок, - сообщил Король Смерти.
В центре материализовался камень, похожий на алмаз размером с кулак.
- Сие будет закреплено и нерушимо в камне и остановит кровопролитную войну, -
произнес Старейшина ангелов.
Король Смерти встал и, подойдя к нему, положил руку.
- До сих пор, пока на Овинге не появятся защитники, клянусь.
К нему подошел представитель и наместник народа Леса, приложив ладонь:
- Клянусь, - произнес он с горечью.
- Клянусь, мы будем биться до последнего вздоха - последовала за ним клятва иного
рода от народа Огня.
К камню подошла Марина и, посмотрев на собравшихся, положила ладонь на холодный
жгущий камень:
249/269
- Клянусь защищать Овингу до последнего вздоха и принять поединок власти.
К камню подошел король, но не положил руку на камень. Он повернулся к старейшинам:
- Я, Генуи Свираун Первый, имею право просить защиты у будущего Зеницы единства.
- Нет, - выдохнул Арвил, бледнея на глазах. – Ты не можешь!
Генуи посмотрел убийственным взглядом на сына. Марина смотрела то на одного, то на
другого.
- Я прошу защиты!- выплюнул король. – Мой сын, Арвил Генуи Второй будет моим
представителем.
- Отродье, - прошипел Король Смерти.
- Принц Арвил Генуи Одвин, вы не имеете права отказаться, - подтвердил ангел.
- Мы будем драться друг против друга? - потрясенно спросила Марина у тяжело
дышащего и смотрящего на отца Арвила. Он поднял на нее взгляд, полный отчаянья,
видя, как ее глаза наполняются слезами.
- Прости меня, - прошептал он и шагнул в круг. Сердце Марины остановилась, каждый
его шаг отдавался в душе, он поднял руку и положил ее на камень.
- Клянусь принять поединок, - горько произнес он, не отрывая взгляда от распахнутых
карих глаз, полных ужаса.
- Какая же ты сволочь, - сорвалась она, набросившись на короля, повалив. – Трус!
Тот победно заржал. Ее оттащили. Арвил стоял у камня, с трудом сдерживаясь, понимая,
что теперь всему конец.
- Ты хочешь, чтобы он убил меня, - обвинила Марина, захлебываясь слезами, ненавидя
поднимающегося короля.
- Никогда род Квитвордов не будет править, - произнес он с презрением. – Скорее
ангелы принесут клятву розы.
Марина неестественно дерганым движением выпрямила спину, по ее щекам катились
слезы. Она потянула дрожащую руку и, глядя в злые глаза короля, положила ее на
камень.
- Клятва принята, - произнесла она с ожесточением. – Если я выиграю, ты сдохнешь. А
ангелы принесут эту клятву.
- Остановись, - Арвил оттащил ее от камня.
250/269
- Смотреть, как нас убивают? – сорвалась она. – Он специально. Ему на все плевать!
- У тебя нет иного выхода, - сквозь зубы процедил Арвил, развернув ее к себе. – Ты
принцесса Аравилата и ничего с этим не поделаешь. Это поле битвы сильнейших.
Слова привели ее в чувства. Она взяла себя в руки и, перестав истерить, посмотрела на
окружающих.
- Согласие скреплено, - изрек ангел. – Мы не оставим людей без защиты.
- Поединок состоится завтра, - прогремел Король Смерти, глядя на Марину и Арвила. – И
пусть удача принесет победу достойному и легкую смерть самому слабому из вас.
Уложив Юльку спать, Марина взяла кувшин с вином и устроилась на темном подоконнике
с подушками, предпочитая последние часы жизни смотреть на что-то живое, вечно
меняющееся. Протейма шумела далеко внизу, в ночном небе светились миллиарды звезд.
В комнату вошел Арвил. Он подошел к ней и тоже стал смотреть на небо. Марина
протянула ему кубок. Он отпил.
- Завтра, - начала она, не решаясь продолжить. Тяжело вздохнула.
- Завтра, - повторил Арвил, продолжая смотреть на небо, – будет завтра.
Он решительно поставил кубок и, взяв девушку на руки, понес в спальню, положив на
постель.
- Нам же, наверное, нельзя, - неуверенно сказала Марина, которой на самом деле было
уже давно наплевать на все запреты.
Арвил скинул сапоги и лег сверху, вжимая ее в постель, настойчиво раздвинув своими
губами ее рот, проникая языком, разгорячено поцеловал, недвусмысленно обнимая.
- Теперь нам можно все, - хрипло произнес он, продолжая ласкать и раздевать ее, так
что она скоро перестала различать, где заканчивались тревожные мысли, и начиналось
вожделение.
- Ты моя, - властно прошептал он, любуясь в полумраке ее формами, срывая одежду с
себя, возвышаясь над ней. Сладкая дрожь предвкушения охватило все тело девушки,
унося от страхов и боли.
Он склонился над ней, целуя. Сильные руки Арвила ласкали каждый интересный ему
изгиб тела девушки, сжимая, потирая, проникая пальцами глубоко внутрь. Заставляя
захлебываться от удовольствия, произносить его имя, зарываться пальцами в курчавых
волосах. Его губы прокладывали горячие дорожки из поцелуев от вершины подбородка
по шее до сосков, прикусывая их кончики, страстно сжимая, вызывая горячее томное
увлажнение между ног, спускались ниже, заставляя ее стонать, извиваясь в сладостных
251/269
флюидах разгорающегося нетерпения.
Когда он почувствовал ее готовность принять его, он поднялся над нею. Прогибаясь под
ним, вытягиваясь, словно ива под напором ветра, она приняла его в себя, продолжая
жаждать сладостных движений. Пока их горячие, совместные ритмичные усилия не
достигли апогея, растворяясь в яростном жарком поцелуе, дарящем блаженство и
усладу, наполняя их удовлетворением, ощущением совершенности, единства.
Какое-то время они, затихнув, не двигались, не желая разрушать волшебство, но, в конце
концов, Арвил опрокинулся на спину, одновременно подгребая Марину к себе под бок.
- Я желал тебя с той самой минуты, как увидел в том дворе - признался он, ласково
поглаживая ее кожу. Марина молча потерлась об него носом, снова начиная ощущать
горечь от предстоящих испытаний. Он тягостно вздохнул, и она обняла его рукой.
- Кто-то из нас обязательно умрет завтра? – спросила она, рисуя на его груди ромб.
- Я не знаю, что будет завтра. Все пошло не так, - произнес Арвил, не решаясь сказать
правду, разглядывая потолок над кроватью.
- Иногда ты так говоришь, как будто знаешь, что будет впереди.
Они помолчали.
- Завтра, - начал он, – нас ждет два испытания. На физическую силу и магическую.
Первое –выживание на местности. По идее, мы должны будем пытаться убить друг друга.
- Но мы же не будем? - Марина тревожно поднялась на локти, вглядываясь ему в лицо.
- Нет, конечно, - он улыбнулся, успокаивающе положил голову Марины себе на грудь. – Я
просто не знаю, где это будет происходить. И это нехорошо. А потом будет обряд
магического воздействия. И это самое плохое.
Он замолчал, прижимая ее к себе.
- Почему?
- Это похоже на весы. На одной чаше твоя сила, на другой моя, кто перевесит, тот
забирает силу другого. Обряд происходит в трансе, сделать почти ничего невозможно.
Природа моей магии намного агрессивней и разнообразней твоей. Я не думаю, что ты
выстоишь.
- Ты сможешь ее не применять? - спросила Марина, понимая, что все не так просто, как
хотелось бы.
Арвил молчал.
- Расскажи мне про обряд Единства, как его совершают?
252/269
- Довольно примитивно, на самом деле, - ответил он после некоторого усилия над собою.
– По всей Овинге стоят светодонные колодцы. Ты видела некоторые из них.
- Как в деревне у древлян?
- Да, как у них. Для того, чтобы совершить ритуал, достаточно знать заклинание и иметь
нужные способности.
- Давай не будем об этом больше говорить, - Марина приподнялась и потянулась к нему,
целуя. Арвил вожделенно сжал девушку в объятиях, отвечая на поцелуй, растворяясь в
нем сам и завладевая ею.
253/269
Часть 15
Утром за ними пришли. Два ангела сопроводили их в помещение, где на выбор
предлагались одежда и оружие. Нашлись даже костюмы для спортивных соревнований
по фехтованию. Марина выбрала простые штаны спортивного кроя, темную водолазку и
ветровку, на ноги она обула удобные, с хорошей подошвой, башмаки. Как ни странно,
Арвил тоже выбрал земную одежду. Кроме сабли взял лук и пару коротких ножей. Такой
же комплект он протянул ей. Затем их проводили в зал, где их уже ждали представители
собора. Перед тронными креслами в полу появился знакомый диск для перемещений. Они
встали в него друг напротив друга, глядя в глаза.
- Все будет хорошо, - обнадеживающее произнес Арвил, Марина, нервничая, кивнула.
Затем они переместились.
Вокруг простиралась вулканическая местность. Воздух был так тяжел и раскален, что
его перемещения были видны невооруженным глазом. От жара мгновенно стянуло кожу
лица, припекая.
За спиной Арвила извергался вулкан, за спиной Марины шумела Протейма. Дрожь почвы,
грохот, гул от сотрясания земли перекрывали все шумы. Между ними было метров
двадцать. Они стояли друг напротив друга. Раздался взрыв, вулкан, дрожа, извергся.
- Бежим, - крикнул Арвил, рванув с места и хватая ее за руку. Они кинулись в
направлении, перпендикулярном стекающей лаве. На ходу Марина подхватила, не особо
стараясь, край волны из Протеймы и направила ее на пытающуюся преградить путь лаву
впереди. Стихии, шипя, столкнулись. Они бежали по наклонной местности минут пять,
быстро выдохшись и забив легкие.
- Ты можешь его остановить? - спросила Марина, сгибаясь пополам и кашляя.
- Нет, - покачал головой Арвил. - Но могу задержать.
- Нужно выбираться, - произнесла она, натягивая на лицо горловину водолазки. – Нечем
дышать.
Примерно через час бега дышаться стало легче. К счастью для них, извержение было
несильным, и они двигались, несомненно, быстрее потоков лавы, совместными усилиями
останавливая мешающие им потоки. Удалившись на безопасное расстояние, они устроили
привал. Отлежавшись с час, они поднялись и отправились в путь.
- Не расслабляйся, - предупредил Арвил. – Будь внимательна.
- Где мы? – спросила Марина, оглядывая все чаще встречающиеся вдалеке околки
засохшего леса.
- Где-то в горах Тиффуитов, это территория народа Огня. На Овинге только на их земле
есть вулканическая деятельность.
254/269
- А кто нападет?
- Может быть, животные или наемники, не знаю.
Они двигались почти бегом.
- Нам нужно попасть к друидам, на территорию народа Леса.
- Зачем?
- Там есть открытый переход.
Так вот почему он так легко принял решение совета. Он знал, что есть выход.
Когда они вошли в один из обугленных перелесков, Арвил резко остановился и обнажил
оружие. Марина поступила так же, встав спиной к спине и расставляя ноги в боевую
позицию. С обеих сторон из-за деревьев медленно выползли две твари каждая размером
с корову. Они выглядели как дикая помесь саблезубого тигра с ящером – длинные хвосты
с шипами, такие же шипы на лапах, огромные клыкастые морды.
- Не подпускай ближе метра, зашибет, - предостерег он.
Марине никогда не доводилось драться со зверем. Взгляд этих тварей не был диким, их
глаза изучали противника. Черные зрачки расширены до предела, скрывая радужку глаз.
Звери приближались, все время принюхиваясь.
- Кто это? – спросил она, беря саблю двумя руками.
- Огненные беншиты. Хвостами высекают искры.
Зверь зарычал, приближаясь к Арвилу, тот разжег огненный шар в ладони и
предупреждающе метнул его. Зверь пригнул морду и утробно зарычал, не отступив.
- Сейчас я пущу второй и рокировка, поняла? Он нападет.
Марина не сводила глаз со своего монстра.
Арвил зажег второй шар и направил в голову хищнику. Монстр отскочил, взвыл, они
поменялись местами, беншит бросился на Марину. Она рассекла зверя саблей, полосуя
его по вытянутым когтистым лапам и одновременно уклоняясь от удара хвоста, в то
время как Арвил оглушил еще одним огненным шаром второго монстра, переходя в атаку.
Беншиты шипели, издавая кошачьи режущие звуки, неистово лупцуя по покрытой листвой
поляне хвостами и высекая искры.
- Давай еще раз, - Арвил разогревал шар.
Они повторили рокировку. Животные бросились в бой. Теперь оставалась работать
саблей до боли в запястьях, рубя и прикрывая друг друга. Через пять минут все было
255/269
кончено. Оба беншита лежали на листве мертвые, омерзительно пахло обгорелой
шерстью и обугленной шкурой. В висках девушки еще стучала кровь, а руки, подрагивая,
гудели, пока Арвил перерезал им глотки. День перевалил за половину, солнце стояло
высоко в небе, пробиваясь сквозь мглистые облака пепла действующих вулканов.
- По-крайней мере, можно поесть, - проговорил Арвил, вспарывая кожу одному из
монстров и отрезая кусок прямо с грудины. Он протянул ей мясо, пальцы его были в соку.
- В момент смерти температура тела беншита достигает трехсот градусов, - пояснил он,
видя, как скептически Марина смотрит на него. – Когда мы поедим в следующий раз –
неизвестно.
На вкус мясо было чем-то средним между вареным и тушеным, вполне съедобным.
Наспех перекусив, они снова тронулись в путь. Идти стало веселее. Несколько часов их
никто не беспокоил. Они быстро двигались к границе земель народа Леса.
Стало холодать, земля под ногами замерзала настолько стремительно, что еще
разогретая подошва обуви прилипала к ее поверхности.
- Что это? – спросила Марина, несколько сбившись с темпа.
- Похож на воина смерти, - Арвил тоже остановился, приводя дыхание в норму. – Тебе
нужно спрятаться. Похоже, старейшинам надоело выживание в паре.
Но куда? Их окружала равнина и сопки, до границы было еще несколько километров. С
неба густыми хлопьями повалил снег, завьюжило так, что видимость снижалась до нуля
на расстоянии пяти шагов. Марина зябко застегнула ветровку, натягивая капюшон и
стягивая резинки по краям.
Из снежной мглы выступил высокий человек. Его глаза были синими, руки по локоть
обнажены, с них свисали сосульки, в когтистых руках он держал жезл с голубым
кристаллом. На лице по замерзшей коже вырублены татуировки вокруг глаз. Он принял
боевую позицию. Арвил завел Марину за спину.
- Иди дальше без меня.
- Но*?
- Я тебя догоню. Быстро!
Она не стала спорить. Но куда идти в такой пурге?
- Иди прямо и смотри за своими следами, чтобы не сбиться, поняла? - произнес он,
толкая в нужном направлении.
Ветер поглощал все остальные звуки. Дрожа, она все время смотрела под ноги, сверяясь
со следами, боясь чуть повернуть и, в конечном счете, сбиться. Только пройдя несколько
мучительных десятков метров, она осознала косность своего мышления. Снег – это тоже
вода!
256/269
Опустившись на колени и засунув в наметенный сугроб руки и ноги, она легла в него,
мысленно вспоминая движения Виларрии, когда она показывала ей подводные сады.
Марина повторяла их, пока не почувствовала, как снег принимает нужную форму,
превращается из внешних теплых потоков в воду. Она вернулась.
Арвил дрался с воином, выныривая и снова ныряя в снежную мглу, пока она не стала
превращаться в пар вокруг них, тая и опадая к их ногам, освобождая пространство
между ними для возможности боя их астральных призракоподобных воинов. Как бы там
ни было, без пурги и снежной вьюги драться было проще. Противник был как на ладони.
А воин смерти лишался своего обычного преимущества внезапности. Он хорошо владел
магией смерти, но через несколько секунд все решилось одним ударом острого клинка.
Воин упал к ногам Арвила, превращаясь на глазах в человека. Клинок того снова
светился зеленоватым светом. Он глубоко и устало дышал.
Марина отталкивающим движение опустила всю воду вниз, и буря мгновенно улеглась,
покрывая всю землю на километр вокруг них мокрым снежным покровом.
- Ты цел? – спросила она, глядя на Арвила. Он улыбнулся, сначала сев, а потом упав на
землю, остывая.
- Ты когда-нибудь будешь меня слушаться? - спросил он, усмехнувшись.
- Он мог тебя убить!
- Но не убил же.
Марина неопределенно закивала головой. Воздух стремительно теплел, было видно, что
звезда Овинги движется к закату.
- Долго нам еще идти? – спросила она, рассматривая воина смерти, его странные узоры
на лице и боевой жезл.
- День пути. Ты что, так и не видишь магических линий? - кажется, Арвил был удивлен.
- Каждый маг их видит?
- Да.
- Значит, я не каждый маг.
Они двинулись в путь, находясь совсем рядом с границами народа Леса. И от этого ей
становилось не по себе. Здесь, на равнине, все опасности были, как на ладони. А в лесу
все будет иначе. И она не ошиблась.
Стоило им отойти на полкилометра от границ Леса, которые было легко различить по
более зеленой траве и еще цветущим поздним васильковым цветом лугам, как они
оказались в окружении небольшого отряда. Они выскочили словно из-под земли,
257/269
замаскированные луговой травой.
Воины были одеты в доспехи. Их шлемы украшали оленьи и бычьи рога, шкуры служили
плащами, а на руках виднелись накладки костей животных. Вооружены они были мечами,
булавами и топорами. У многих воинов в ногах лежали желтоглазые волки.
- Принц и принцесса Аравилата, мы не причиним зла, - прогремел один из них. – Мы
присланы сопровождать вас для следующего испытания. Не оказывайте сопротивления.
Воины были странными, но их было много. Потому Марина с Арвилом согласились.
- Кто они? – спросила она Арвила, идущего рядом.
- Наемники народа Леса. Видишь, они не очень хорошо вооружены.
Он указал на их оружие.
- Но не обманывайся, все они хотя бы немного владеют магией леса, а их волки очень
хорошо натасканы. Лучше, чем сами наемники. Было несколько случаев, когда волки
загрызали всю семью убийцы их хозяина. Безнаказанно. Среди народа Леса есть такое
выражение «Волчья месть». Кажется, именно это ты пообещала моему отцу.
- Типа сдохну, но из-под земли достану? - невесело усмехнулась Марина. Арвил кинул.
- Интересно, нам дадут помыться и отдохнуть? Я, кажется, сегодня выполнила всю свою
Олимпийскую программу.
Арвил положил руку на ее плечо и грубовато привлек к себе, поцеловав в висок.
- Ты молодец, - сказал он. – Пусть измеры знают, что не так-то легко убить людей
Аравилата.
- Мне кажется, они и так знают. Если ты помнишь, они так и не смогли…
Эта легкомысленная болтовня помогала им снять напряжение, накопившееся за день. Но
поспать им не дали. Как только они прибыли в первую же деревню, их встретили
местные старейшины – седовласые старики с белыми бородами до пояса. Они
предоставили возможность смыть с себя грязь, почистили их одежду и накормили. Затем
проводили в общинный дом с изразцами на центральной стене. У камина в дальней
комнате на деревянном настиле были постелены шкуры животных. Марина вопрошающе
посмотрела на хмурящегося Арвила.
- Нас положат головами к камину и погрузят в специальный транс, где мы должны будем
находиться, пока один не передаст энергию жизни другому.
- А как же переход? - теряя надежду, спросила она.
Он посмотрел в пол. Марина взяла руку Арвила, поцеловала шрам на ладони.
258/269
– Ты и так сделал, все что мог.
Они легли на шкуры, с двух сторон женщины стали подкидывать в огонь траву и веточки.
Один из старейшин встал у ног между ними и, протянув руки, пошевелил пальцами. Из
шкуры животных прорезались голые древесные ветки, крепко сплетая их руки, подобно
веревке. Арвил взял маринину ладонь в свою, нежно сжимая пальцы, глядя ей в глаза
любящим, ласковым взглядом. Один из них должен был умереть.
- Доверяй мне, - произнес он. Она кивнула, чувствуя, как медленно погружается в сон,
ощущая во рту и в легких запах душистых одурманивающих трав, слыша тихий
медитативный напев женских голосов, звуки птиц.
Ее окружал лес. Красивый, сказочный, изумрудно-зеленый густой лес. Она был не одна.
В волшебной тишине четко слышался звонкий, переливающийся, словно колокольчики,
женский смех. Трава под ногами была мягкой, приятной для голой ступни. Воздух словно
соткан из света, прозрачный и переполненный сладковатыми запахами листвы, травы,
цветов, грибов и еще чего-то приятного.
Марина вдохнула поглубже. Одета она была в ту же одежду – темную водолазку и
штаны, только ноги босые. На бедре висела сабля. Волос был распущен, хотя после
купания, она четко это помнила, заплетала его в косу.
Она обернулась и увидела голую женщину, вместо волос у нее на голове росла густая, до
бедер, листва, частично прикрывающая ее наготу. Взгляд у нее был задумчивым, не
мирским. Она подняла руки до уровня лица, и сверху стали падать святящиеся огоньки.
Плавно, словно мыльные пузыри, они исчезали, не долетая до земли. А затем, посмотрев
на Марину, она двинулась вперед, ведя к лесному храму.
Там на траве сидел Арвил, тоже босой, в окружении двух девушек-призраков, которые
кружили вокруг него, заигрывая и весело хохоча. Во рту у него была травинка.
- Мы давно тебя ждем, - произнес он, пока Марина ревниво смотрела на девушек. Ну и
что с того, что они призраки, с ним тоже такое случается. Они вошли в храм, и женщина,
взяв каждого за запястье, соединила их пальцы вместе, застыв, окаменела на глазах.
- Что теперь будет? – спросила Марина. Через пять минут она почувствовала, как начала
кружиться голова, затем в районе груди стало слегка покалывать, словно что-то
оборвалось. Кровь отлила от лица, руки посинели, ей стало трудно дышать, в глазах
появились блики солнечных кругов, и Марина начала оседать на землю. Она перестала
чувствовать конечности и, отведя взгляд от Арвила, закрыла глаза.
- Люблю тебя, - подумалось ей, но сказать не хватило сил.
Чья-то сильная рука обняла ее за талию и притянула к себе, губы нашли ее губы, и кто-то
вдохнул в нее жизнь. Она с усилием открыла глаза и увидела перед собой серые глаза
259/269
Арвила. Он смотрел исступленно, устало, жадно.
- Дыши со мной, - не отрывая губ, произнес он, прижимая сильнее. Она кивнула, не в
силах ответить ему, чувствуя, как с каждым вздохом становиться чуть лучше. С каждый
вздохом каменная нимфа деревенела, и в какой-то момент рассыпалась в прах,
освободив их руки. Арвил перехватил Марину, притягивая к себе, поддерживая
освободившейся рукой голову.
- Не умирай, - умоляюще проговорил он, со страхом глядя на нее. – Ты должна жить.
Осталось немного.
От бессилия она уплывала в сон. Он взял ее на руки и вынес из храма. Несколько минут
он целенаправленно куда-то шел. Затем остановился и положил на траву, затряс со всей
силы.
- Мар, очнись!
Марина с усилием вынырнула из забытья, смотря вперед, пока Арвил поддерживал ее за
плечи.
- Видишь?
В глубокой чернично-синей лощине, между двух скал, уходящих в небо, сидели существа.
Их головные уборы по силуэту напоминали закрученные ракушки. Они имели вытянутые
марсианоподобные тела. Они сидели кругом вокруг необычного растения, похожего на
гигантский цветок-переросток фуксии, обращенный в небо. Были видны только плохо
очерченные силуэты в синей дымке.
- Что это? - спросила она, облизывая губы.
- Это древо жизни, - вдохновенно произнес Арвил. – Помнишь ночь Ивана Купала? Ты
рассказывала о подобном празднике у землян. Венок помнишь?
Он замолчал, Марина слабо кивнула.
- Вода, трава и огонь дружат, - проронила она.
- Ты можешь загадать любое желание. Вернуться домой. О тебе просто забудут в
Аравилате навсегда. Ты сможешь освободиться.
- А ты? - спросила она, оборачиваясь и цепляясь за него. – Овинга?
- Я хочу, чтобы ты была счастлива, - произнес он, помогая подняться и подталкивая ее в
лощину.
- А ты не можешь пожелать?
260/269
- Не забывай, я не только принц Аравилата, но и лорд смерти. Друиды не принимают в
свой круг чужаков. А ты маг леса. Иди же.
- А измеров можно выгнать?
Он покачал головой.
- Магия дерева жизни исполняет только те желания, которые напрямую относятся к
тому, кто загадывает. Иди уже.
Она в нерешительности продолжала стоять, испытывая странное чувство дежавю.
- Это уже было! – произнесла она, потрясенная своей догадкой, глядя ему глаза. - Ты
помнишь?
Арвил не отвел взгляд.
– Я каждый раз вспоминаю тебя, - он взял ее за плечи, прижав. – В этот раз все по-
другому. Я боюсь, что-то изменится. Не теряй времени, принцесса. Это твой путь на
свободу. Иди.
- Сколько раз? – она не шелохнулась с места, вглядываясь в его лицо, – это было…
- Трижды, - ответил Арвил, рассматривая карие глаза, высокие скулы, упрямый
подбородок, развевающиеся каштановые волосы. У нее на глазах заблестели слезы.
– Это петля времени, Мар. При первом прохождении так получилось.
- Но как, как такое вообще возможно? - прошептала она потрясенно.
- Как и перемещение между мирами,- произнес Арвил. – Все возможно.
Он нежно погладил ее по щеке.
- Если нам улыбнется удача, ты вернешься в точку начала, - проговорил он, не скрывая
своей печали, – и будешь в безопасности, будешь счастлива.
- А ты? Юлька?
Арвил промолчал, погладив Марину по голове.
- Ияра наложит иллюзию. О вас забудут.
- На целую планету?!
Он кивнул, взгляд его стал жестким, сильным, уверенным: - У ангелов классные
технологии. Иди же!
- Ты забудешь меня? – спросила Марина, не отпуская его рук.
261/269
Арвил улыбнулся.
- Только не во снах. Каждый раз, вспоминая тебя, я чувствую одно и то же.
- Что?
Он поцеловал ее руки.
- Все, что я пережил с тобой, имеет значение. Я люблю тебя.
Лицо Марины посветлело.
Марина еще раз посмотрела на него и, не сказав больше ни слова, ступила в лощину.
Арвил остался за кругом тени.
Каждый шаг давался ей с трудом. Ей хотелось освободиться от этого кошмара, снова
стать прежней, забыть обо всех, кто встречался ей на пути – вот что помогало ей идти
вперед, передвигать ноги.
И чем ближе она подходила к друидам, тем больше понимала, что перед ней не
человеческие существа. Древо жизни росло вовсе не из земли, а из плоского камня, под
которым тлели раскаленные угли. И замысловатый цветок, как шелковая ткань,
сложенная слоями в три лепестка и поднимающаяся прямо в небо спиралью,
переливался синими, зелеными, коричневыми и розовыми оттенками, мерцая ими то там,
то здесь по всему стволу. Его многочисленные корни спускались с камня и уходили в
стороны, в землю, поверх них рос мох, и копошилась какая-то живность из букашек,
червей, малых птиц. Они сползались к нему, как к живительному источнику энергии.
Преодолевая себя, Марина вступила в круг друидов. Один из них протянул свою
конечность без пальцев, словно варежку, помогая не упасть и дотянуться до цветка.
Марина обернулась и посмотрела на темнеющий вдалеке силуэт Арвила.
Она коснулась одного из корней древа и тут же почувствовала, что становиться легче.
Постояв так пару секунд, она вздохнула полной грудью. Цветок дарил жизнь. Она
загадала желание.
262/269
Часть 16
Арвил вопросительно посмотрел на Марину.
- Это Карнахай.
Она рассматривала все вокруг. Они находились в цветущем саду за высоким круглым
каменным забором, с высоты которого по стене спускалась крутая лестница. Вокруг
цвели всевозможных расцветок цветы. По забору вился плющ, виноград и другая зелень,
а в центре сада на небольшом круглом постаменте располагался светодонный, из
белоснежного камня, колодец шириной метр. Небо было прозрачно-голубым, ветер
ласкал теплом. Высоко парили птицы.
- Тебе виднее. Мне нужно было древнее капище маготворения, - произнесла она,
поражаясь красоте сада.
- Зачем?
- Я тоже люблю тебя, - просто ответила Марина.
- Нам не укрыться здесь.
- Я не хочу этого. Я хочу, чтобы ты воспроизвел ритуал Единства, - произнесла Марина. –
Доверяй мне.
Арвил пристально посмотрел на нее. Было видно, как его раздирают противоречия.
- Мар, я не Зеница Единства. Как? Как мы это сделаем? У нас у каждого даже не по
половине. Твоя вода и мои огонь, смерть и лес.
- Ну и что?
Его глаза стали огромными, он посмотрел на нее как на сумасшедшую.
- Это не поможет, - произнес он убежденно. – Ты не понимаешь. Это просто безумие.
Марина подняла на него взволнованное лицо:
- Я знаю, что говорю. И верю, что Овинга мудра. Не зря она защищает нас от бед. И мне
плевать, сколько моей крови прольется. Пока я принцесса Аравилата, я буду защищать и
биться так же, как и ты.
Он потрясенно молчал.
- Что, ты предлагаешь бросить все и сделать вид, что нас это не касается. Отдать ее
измерам. Она и так у них в руках.
Арвил закрыл глаза, вздохнул и отвернулся. Марина посмотрела в спину любимому.
263/269
- Ты ни минуты не колебался, защищая меня, держишь целую планету в плену иллюзий,
переживая каждый раз все по-новой, мучая себя и меня.
Она замолчала, вспоминая последние месяцы.
- Я не хочу больше бегать,- произнесла она, разглядывая сад. - Ты сам говорил о тысячах
людей, которые верят нам и ждут защиты. Мы рождены для этого. Это наш долг.
- Мы погибнем, - сообщил он, поворачиваясь к ней, Марина отвела взгляд.
Ей было трудно это произнести, но, подняв глаза, она посмотрела на него и твердо
выговорила:
- Значит, так тому и быть. Без жертв, без боли не бывает побед. Если суждено
погибнуть, мы будем знать, что сделали все. Все, что могли.
Арвил посмотрел в небо, на нее и порывисто прижал, поцеловав в макушку. Сердца
бились в унисон.
- Овинга прекрасное место, за нее стоит бороться, - прошептал он, глядя на небо. – Даже
ценой смерти.
- Иногда ничего не остается, кроме как драться. Помнишь? - вымолвила она, напоминая
их первую схватку в храме, чувствуя, что он уже принял решение.
- Как ты хочешь это сделать?
Марина подняла голову, посмотрела в его живые серые глаза, полное решимости лицо.
***
Собор заседал в той же круглой зале в ожидании ответа, наблюдая происходящее через
видение ангелов, когда на их глазах растворились тела принца и принцессы Аравилата.
- Что ж, - один из измеров встал. – Я думаю, это можно понимать, как отказ заключения
мира. Захват займет один час.
Они покинули залу.
- Ты всегда знал, что так будет! - прорычал Король Смерти, обращаясь к потрясенному
королю Аравилата. - Ты отдал им Овингу!
- Я Зеница Единства! Я король! – взорвался он в ответ, вскидывая руки и направляя
заклинание Смерти в сторону Королю подземелий.
Тот взмахом руки отшвырнул его. Король Аравилата, перелетев через тяжелый стул,
264/269
упал мертвый у полукруглой стены.
- Овингой правил не король! - проревел Король Смерти, побежденный когда-то точно так
же Зеницей Единства.
***
Измеры напали в ту же секунду, как только посланники покинули Сугву. Битвы
разгорались по всему континенту, подобно пепельным цветкам смерти.
Ювал и другие маги стояли стеной, прикрывая магическими щитами воинов, идущих на
верную смерть. Среди них был Ияра. Доктор и Мара, помогающая в госпитале, спасали
то, что было можно спасти.
Они ворвались в деревню, где проводился обряд поединка, не найдя там следов принца
и принцессы, убивая стариков и женщин, не щадя детей.
Кахи вышел из таверны на улицу и ему на плечо что-то опустилось. Мальчик поднял
глаза в небо и поднял руку. Ему на ладонь упал кусочек пепла.
Стон и вой прошелся по Овинге.
***
- Через заклинание «Дыхание жизни».
- Оно утеряно!
- Только не у народа воды.
Марина улыбнулась.
- Те четыре дня на атоллах я шлифовала это заклятие. Как будто Ру знал, что оно
понадобится, - сказала она. – Используем ту часть, которая объединяет магии. А там
твоя очередь.
- Снимай оружие, - повелел Арвил, поверив, наконец, в реальность идеи, и отстегивая
свое. В руках остался только короткий нож. – Залезай. Закатай рукава.
Марина влезла в светодонный колодец, на полметра заполненный студеной водой,
собирая волосы в хвост. Арвил взял ее портупею и влез следом, обхватывая их вместе в
поясе ремнем.
265/269
Она посмотрела на четыре неглубоких отверстия в стенах колодца, меж которых были
красивые балюстрадные рисунки о четырех народах Овинги. Арвил поднял ее правую
руку и посмотрел в глаза:
- Если ты ошиблась, мы сейчас совершим самоубийство.
Он резанул лезвием ножа по запястью. Марина вскрикнула, на глазах выступили слезы.
Он сделал то же самое со второй рукой, затем со своими запястьями. Когда первая
острая боль прошла, он перехватил их руки разрезанной пополам портупеей.
- Мы не истекем тут? Спросила она, глядя на клинок.
- Нет, требуется совсем немного. Начинаем от той, что перед нами, по часовой стрелке, -
предупредил он, сводя их руки вместе перед Мариной. Первые капли упали в маленькое
углубление стены. – Давай.
Марина начала произносить заклинание, вода в колодце забурлила, разогреваясь,
поднимаясь по ним, подобно воде по стволам деревьев, пока они поворачивались по
лункам, заполняя их.
Арвил начал читать свое заклинание. До тех пор, пока углубление не наполнилось до
краев. Затем еще раз, еще раз и еще раз. У Марины закружилась голова.
Вода поднималась, между ними возникла крохотная капля воды, наливаясь голубым
гелем, вытягиваясь вверх, затем взорвалась, накрыв куполом, оглушив безветрием,
тишиной.
Арвил читал и читал, пока вода над ними не начала светиться белыми отсветами,
превращаясь в чистую энергию, и та стала впитываться в землю под ногами. С трудом
сохраняя сознание, Марина поняла, что они охвачены этим светом целиком, и он,
устремляясь ввысь, исчезает в небесах.
Она принялась шептать вторую часть заклинания, заставляя водный купол сжиматься,
соединяя их магии воедино.
Кровь из лунок влилась в эту энергию, окрашивая ее, наполняя магией. Раздался
оглушительный взрыв, поднимая вихры вокруг них, срывая листья и цветы с деревьев
садика, унося вверх.
От натуги и усилия он заорал, зажмурившись, продолжая стоять на ногах и держа
Марину. Арвил поднял их руки над головой, произнеся последние слова заклинания:
- Арла веста ри, комуравы кох ра! Толей!
По всей Овинге из придонных колодцев вырвался свет, окрашивая небосвод планеты,
переворачивая корабли измеров, обжигая захватчиков немилосердным огнем, круша
крепости, уничтожая. Заставляя остановиться воинов Аравилата, прикрыть глаза,
выбегать людей на улицу и падать на колени плача, благодарить небо за нежданное
ниспосланное спасение.
Они были планетой, единым целым. Затем Зеницы Единства без сил рухнули в колодец.
Планета умылась. И безмятежно поплыла в розоватой дымке облаков.
***
Спустя несколько часов Марина открыла глаза. Она лежала на Арвиле, привязанная к
нему. Их окружал опустевший голый сад. Коричневые ветки жались к оголившейся стене
высокого забора.
- Мы живы, - слабо произнесла она, на нос ей опустился тончайший алый лепесток.
Коснулся и расплылся в красное пятно крови, мгновенно впитался в кожу.
- Что это? – удивилась она, подняв голову с груди Арвила, рассматривая вальс
кружащихся лепестков.
Он очнулся и, сведя руки, развязал их. На запястьях остались вмятины и красные
потертости от натуг.
На забор садились ангелы, рядышком, один за другим они выдергивали у себя черное
перо, и оно на глазах становилось белым. Они касались им руки чуть ниже сгиба, там
проступали вены, из запястий распускались алые лепестки, похожие на лепестки роз.
- Это клятва розы, - произнес Арвил, прижимая ее к себе, пока некоторые лепестки
опускались на них, впитываясь.
– Это означает, что они будут служить нам до самой смерти, Мар. Теперь они свободны!
Такую клятву же они приносят, когда выбирают себе спутника до конца жизни.
-Это не навредит?
Он развернул их порезы к лепесткам, и раны тут же начали затягиваться.
- Это вернет силы, - он откинул голову и блаженно закрыл глаза, вдыхая полной грудью
чистый, прохладный воздух Овинги.
- И что это значит? – спросила Марина, не совсем придя в себя. - Что теперь будет?
- Возвращение, коронация и долгие годы правления, со мною, конечно. Тебе будет
скучно.
- Сомневаюсь.
Марина улыбнулась, глядя на безмятежно летящие лепестки. Арвил повернул ее к себе,
устало и довольно улыбнулся, нежно поцеловав ее в висок:
- Это означает, да?
267/269
- Это означает, может быть…
- Упрямая, - произнес он, рассмеявшись.
268/269
Эпилог
Марина загорала под весенним майском солнцем, не зная куда деть беременный животик
от чужих глаз. Малыш доставлял кучу неприятностей, временами предпочитая
становиться призрачным и шаловливо выглядывать из живота, корча ей смешные
рожицы. Когда это произошло впервые, она подумала, что сошла с ума, не на шутку
перепугавшись.
Арвил с Юлькой вышли из кинотеатра, дочь висела на нем, довольная до невозможности.
Еще бы, это был ее первый киносеанс в жизни.
- Мама, это круто, - заявила она, продолжая скакать на одной ножке.
- Ну что, заведем ее к твоей матери и домой? – спросил Арвил, видя ее разомлевший вид.
- А может, заскочим еще в пару мест? - протянула Марина, как обычно мечтая расширить
программу пребывания на Земле до невероятных размеров.
- Что ты хочешь? – спросил он, явно подумывая о компромиссе.
- Ну, я хочу в итальянский ресторан и в детский мир, кое-что для малыша докупить и
девочкам Ру. Мне так хочется нормальной еды, – заканючила она, зная, что ему не
устоять.
Арвил улыбнулся, в прыжке перехватывая Юльку и, под восторженный визг,
перекручивая вокруг руки.
- Ну, думаю, пару лишних часов Овинга может прожить и без короля с королевой, - сказал
он, сдаваясь в плен беременным капризам и с любовью глядя на жену. Марина,
улыбнувшись, сладко потянулась:
- Да, пару часов она точно подождет.