Собрать чемодан в другой мир оказалось гораздо тяжелее, чем в какой-нибудь отпуск. Целый семестр неизвестно где и лимит в жалких пять килограмм — больше магический портал не пропускал. В инструкции было сказано: «Превышение допустимого веса влечет за собой критические ошибки». Лучше не рисковать, последняя виденная мною критическая ошибка стерла с компьютера всю мою коллекцию выкроек для хаников. А тут целый портал. Сотрет еще меня, нехорошо получится…

Я уложила в чемодан ханика Ярушку — любимого, мягкого, с обнимательными лапками, славными рожками и большими ушами-локаторами. Вроде и маленький, а полкило дозволенного веса как не бывало. Собрала в пакет немного материалов для новых игрушек. Совсем немного, лишь самых необходимых. Одежды взяла прожиточный минимум, то есть почти ничего. Надеюсь, в волшебной стране есть магазины, а мне полагается стипендия. До сих пор не верилось, что это произошло. Всю жизнь мечтала найти дверь в Нарнию или получить приглашение в Хогвартс. Сбылось! В некотором смысле. На школьном последнем звонке обнаружила в рюкзаке запечатанный позолоченный конверт. Внутри на красивой бумаге с вензелями — поздравление с зачислением в магический университет Междумирья и подробная инструкция. Сначала я, конечно, подумала, что надо мной опять издеваются. Но, во-первых, кроме меня, никто текста на бумаге не видел — ни одноклассники, ни учительница, ни родители, — во-вторых, буквы аномально ярко переливались и искрили, в-третьих… Я всегда, всегда знала, что особенная!

Лето пролетело быстро, как и мой восемнадцатый день рождения, который посчастливилось провести в одиночестве, несмотря на мамины порывы устроить праздник и позвать моих друзей, не существующих в природе. Портал полагалось вызвать в первый день осени, ранним утром. Поджечь приглашение и потом шагнуть… куда-то. Когда этот самый портал появится. Можно было отказаться от обучения и не трогать лист, но… Нет, ни за что. Мечты должны сбываться! Родители будут думать, что я учусь в Москве, куда по их велению поступила — на экономический, и не волноваться обо мне благодаря какой-то там ментальной магии. Стандартные условия, если верить куче прочитанных книг и просмотренных фильмов… А теперь в них верилось.

Лист вспыхнул в пепельнице от первой же спички. Посыпались искры — пронзительно желтые, совсем не обжигающие. В пространстве соткался огромный шар из пульсирующих солнечным светом сгустков. Портал! А не зря ли я нацепила веселенькое платье в горошек и волосы распустила? Вдруг посерьезнее надо было — белый верх, черный низ, коса до пояса? Может, в волшебном мире холодно и следует захватить куртку? Или, наоборот, жарко, как в тропиках? В инструкции об этом не говорилось… Портал светился все ярче и требовательнее, увеличиваясь в размерах и заполняя мою комнату. Черт! Я зажмурилась и шагнула в него.

Стало тепло и невероятно светло, до слепоты в глазах. Опора пропала, словно на волнах качнуло. Только не критическая ошибка, только не она… Сияние враз потускнело, под ногами появился твердый пол. Вокруг был садик и каменные стены с обыкновенным на вид плющом. Готические скамейки по периметру, кусты роз, клумбы с розами, густой газон и беззвучно струящийся водопадом фонтан. Не особо магическое место. И ни души.

— М-м-м… — Обращаться неведомо к кому было проще, чем к настоящим живым незнакомцам. — Здравствуйте?

Кусты сбоку шевельнулись, из резной арки в стене, увитой розами, вышла девица. Стройная, в приталенном пиджаке, мини-юбке и гольфах с кружевными оборками. Все бордового цвета, в тон розам. Пышные иссиня-черные локоны по плечам, пухлые губы, большие глаза в обрамлении густых ресниц. Красивая… Она скользнула по мне ленивым взглядом и, задержав его на моем платье, насмешливо изогнула бровь. А мне ее гольфы не нравятся, вот! Хозяйка гольфов, не подозревающая о моих крамольных мыслях, протянула какой-то кексик. В золотой бумажке, с вишенкой на макушке. Я замешкалась, разглядывая оказавшееся на ладони угощение. Она закатила глаза и произнесла что-то непонятное, но интонации такие, что лучше не злить. Я проглотила кексик, почти не жуя. Вкус у него был противный, ни разу не вишневый. В ушах зазвенело, к горлу подступила тошнота. Невольно вырвалось:

— Бе…

— Подумаешь, подгорел немного, — донеслись как сквозь вату уже совершенно человеческие слова. — Главное, что сработал. Заклинание мгновенного понимания языков. Я — Мариса, а ты у нас кто?

— А… — Я икнула, закончив лишь через пару секунд: — …лёна.

— Лёна, — протянула она, будто пробовала на вкус каждую букву, и фыркнула. Поправлять ее не стала, сама виновата, что не смогла представиться как следует. — Между прочим, все первокурсники прибыли вчера. Встречающие отвстречали, меня тут могло уже и не быть.

— Но мне велели прибыть сегодня утром. Я четко инструкции следовала, которую вместе с приглашением нашла…

— Какая еще инструкция?! Тебя должен был разыскать в твоем мире провожающий, все объяснить, подготовить, портал для тебя сотворить.

Я смущенно пожала плечами. Неужели поздно шагнула в портал? Не настолько же я блондинка, чтобы напутать. И почему именно на меня провожающего не хватило?..

— Что-то новое. — Мариса надменно покачала головой. Изящно развернулась и бросила со спины: — Ладно, идем. Церемония открытия и посвящение в студенты через час, успеваешь. Так и быть, расскажу, что к чему.

Ура! Я не пропустила первый день занятий! И, кажется, не такая уж Мариса стерва, какой на первый взгляд показалась. И гольфы вполне симпатичные. Я схватила чемодан и поспешила за ней в арку. Как оказалось, это был вход в садовую галерею, битком набитую розами. Вместо потолка надувался радужный купол, эдакий мыльный пузырь. Запахло магией! Ну или розами. Кто ее знает, как она пахнет, магия эта. Зачем их тут столько? Даже в конце мощеной дорожки, по которой с жутким бряцаньем ехал мой чемодан, высоко на стене висели щиты с изображением очередной розы. Ровно под ними виднелись массивные створки двери. Мариса сделала молниеносный пас рукой, те отворились. О! Телекинез?! Я тоже так смогу? Меня ведь научат?.. Сама не заметила, как широко раскрыла рот. Мариса усмехнулась, я стиснула зубы и проскользнула за дверь, стараясь поменьше таращиться по сторонам. Или хотя бы не такими круглыми глазами.

За дверью раскинулся целый студенческий городок. Длинное, похожее на замок здание в добрых сорок этажей, несколько корпусов поменьше, но неизменно со стрельчатыми окнами, сказочными балконами, колоннами и фигурными шпилями, уходящими далеко в небо. Поодаль был огромный парк с лабиринтами кустов, за ними — россыпь домиков попроще. Сад с галереей оказался, если верить табличке, неким «Вокзалом-оранжереей» с сияющим на всю округу куполом. Мы миновали кованые ворота и вышли на дорогу, о которую колесики чемодана громыхали потише. Слава богу… На улице было довольно пустынно, лишь спешили куда-то редкие студенты: парни в похожих строгих костюмах и девушки в такой же форме, как у Марисы, только с юбками подлиннее и безо всяких кружавчиков на гольфах. Цвета были разными, кроме бордового встретились синий, зеленый, фиолетовый, черный и белый. Точно деление по факультетам! Рассматривать особо было некогда, Мариса, несмотря на высокие каблуки, шла с впечатляющей скоростью, я еле поспевала.

— Значит, так, — рассказывала она снисходительно, — церемония по случаю начала нового учебного года — скука скучная, потерпишь. Ректор толкнет приветственную речь, праздничный салют запустят. Обзорную экскурсию ты прогуляла, ориентируйся по указателям. Заблудиться сложно, на каждом углу сидят круглые птички, у них глаза светятся. Это магические навигаторы. Задашь вопрос — ответят, куда и как пройти.

Свернули мы не к замку, а серому неприметному корпусу. Над крыльцом висела растяжка с затейливыми символами, в которой я сразу опознала: «Добро пожаловать!» Магия кексика…

— Единое общежитие для мелких, — пояснила Мариса. — Распределение по факультетам происходит позже, в зависимости от личных качеств и наклонностей. Не бойся, пожелания учитываются… немного. Потом отселят к своим. Или в дом студенческого сообщества, если примут туда. Хотя тебе вряд ли светит.

Не знаю, что там не светит мне, а вот ей засветить захотелось. Прямо в идеально гладкий лоб, учебником хороших манер. Или в магических университетах не преподают такого?

Внутри общежития было уныло и шаблонно. Выдраенный холл, доска объявлений, стойка с поедающей булочку толстушкой средних лет. Мариса проплыла к ней и, небрежно кивнув в мою сторону, обронила:

— Вот.

— Что «вот»? — Та оторвалась от булочки и вопросительно моргнула. — Еще вчера всех первогодок приняли, я отчет по расселению сдала.

— Эта опоздала. Забирай.

— Придется же списки зачисленных поднимать!

— Не поднимай, — разрешила Мариса, — а то надорвешься.

— Раскес, какая же ты зараза… Кто тебя только подрядил детей встречать, а?

— Весь выпускной курс подрядили. Традиция. Не раздувай проблему, никому не нужны твои отчеты, чтобы их проверять.

Толстушка стукнула по столу, цыкнув на Марису. Отложила булочку и сердито уставилась на меня. Наверное, мест нет. Буду жить на чердаке. Или в подвале. Угораздило меня из портала именно к этой злюке вывалиться!

— Ладно, — буркнула толстушка. — Девочке и так уже не посчастливилось на тебя нарваться. Потом задним числом ее впишем.

Мне вручили маленький ключик с брелоком из бахромы, словно от секретера, сообщили номер комнаты и указали на лифт.

— Через полчаса будь у входа в зал Созвездий, — бросила Мариса мне в спину, — раз уж я тебя встретила с вокзала, придется вместе на церемонии посидеть. Сделай милость, хоть туда не опоздай.

Тон был такой, будто мне выпала невероятная честь, а она уж, так и быть, как-нибудь потерпит. Я сжала в ладони ключ и припустила вместе с чемоданом к лифту. Он оказался очень большим и обшитым бархатом, с прикольной лавочкой. Кнопок не было. Сначала я озадачилась, но потом вспомнила, что даже мой телефон реагирует на произнесенные слова, и просто сказала: «Седьмой». Сработало! На стене вырисовалась панель, светясь подозрительно радиоактивным салатовым светом. Зажглась названная циферка, двери закрылись и сразу открылись — уже на верхнем этаже. А мне тут нравится! Но, интересно, зачем им в этом лифте лавочка?..

Холл встретил столом с закусками и стопкой брошюр. «Магический университет Междумирья: помощь новичку и ответы на самые распространенные вопросы». Почему мне ее вместе с инструкцией не выдали?! Прихватив брошюру, я докатила чемодан до нужной двери. Ключ безо всяких фокусов отпер замок, пропустив в широкую комнату. Одна ее половина была почти пуста, а во второй… Кровать с балдахином, пушистый ковер, стол в замысловатых узорах, полка с десятком разноцветных коробочек, покрытое паутинообразной салфеткой кресло и шкаф, из которого торчал серый рукав. У меня определенно есть соседка… И она успела обжиться, мягко говоря. Нельзя ли попроситься в подвал?.. Особенно поразила статуя стоящего на дыбах единорога с меня размером. Попробовала поднять — фигушки, не папье-маше. За ограничение в пять килограмм стало очень обидно, появилось ощущение, что меня надули. Подсунули жлобский портал, еще и сломанный. Расстроиться не получилось. Я же в магическом университете! В волшебной стране! Вытащив из чемодана Ярушку, я рухнула на свою скромную узкую кровать. Та спружинила, легонько меня подбросив. Лучший друг, как обычно, был приятно мягким, с вылепленной из полимерной глины мордашки в самую душу смотрели глубокие стеклянные желтые глаза. Одна из первых моих удачных работ, не идеальная, но… Это любовь, а любимым многое прощают. Я взбила подушку, устроилась поудобнее и раскрыла брошюру. Понятия не имею, насколько распространенные мои вопросы, но они были, и ответы требовались срочно. А любую информацию куда удобнее узнавать из текстов, чем от людей…

Десять минут вдумчивого чтения, и многое прояснилось. «Междумирье» оказалось не для красивого словца, университет действительно располагался между шестью существующими мирами. На маленькой нейтральной территории, в магическом карманчике, и попасть сюда можно было исключительно порталом. Цифра шесть была сакральной, видимо. Шесть лет обучения, шесть факультетов. Насчет деления по цветам я не ошиблась. Белый принадлежал целительскому, студенты которого изучали светлую магию, черный — адептам оккультных наук, практикующим темную. Ритуалы и проклятия, ух. Зеленый цвет символизировал природников, будущих повелителей погоды, стихий и зверушек, синий отошел факультету пророчеств и предсказаний. Фиолетовый обозначал менталистов, практикующих управление сознанием, в том числе чужим, ну а бордовый был цветом боевых магов. Идея стукнуть Марису перестала будоражить фантазию. Она не просто стерва, а боевая стерва. Впрочем, как знать, вдруг факультет по цвету формы выбирала?.. Я невольно задумалась, где именно предстоит учиться мне. Жутко интересно, к чему у меня предрасположенность! Выбрать не получится, но если бы можно было? Глаза разбегались, исследуя изображенные на картинках корпуса, аудитории со старинной мебелью и вполне современные лаборатории. Поняла, что выбирать совсем не хочется. Оно такое вкусное, несите все! Я пролистала часть с факультетами, бегло изучила руководство для новичков. Выяснилось, что, как только у юного мага проявляется дар, к нему приходит провожающий и зовет учиться овладевать магией, а в двух мирах в принципе объясняет, что магия существует. После призыва портала свежеиспеченный студент попадает к случайному встречающему, который становится ответственным за новичка на весь первый год. Почему мне в том саду не парень достался? Желательно симпатичный. С факультета пророчеств, чтобы сразу знал, что он — моя судьба. М-м-м…

От фантазий и чтения отвлекла статуя единорога. Крутанулась вокруг своей оси и тоненьким голоском сообщила, что у нее одно новое сообщение. Божечки, так это аналог пейджера?! Я вскочила с кровати, с перепугу споткнувшись о чемодан. Запихала его под кровать вместе с брошюрой от греха подальше, а Ярушку по привычке сунула за подушку. Хотя моей соседки нет, и в общежитии пусто. Никого не встретила ни в холле, ни в коридоре. Очевидно, первокурсники заранее отправились на церемонию. Вот и мне хватит тут сидеть.

В прикроватной тумбочке нашелся единственный бумажный пакет с пропечатанной сверху розой, такой же, какую я видела на щите в галерее. Или в Академии окопался безумный садовник, или местный художник больше ничего рисовать не умеет. В пакете лежала новенькая форма мышиной масти. На вид она была откровенно мала размером, но налезла и села как влитая. Магия… Блузка с круглым вырезом и драпировка на пиджаке визуально добавляли объема там, где его не особо доставало, расклешенная короткая юбка открывала ноги, но макси-гольфы удачно скрывали острые коленки. Миленько, но серенько. Впрочем, не беда. Зато под цвет глаз. Я еще немного помедлила, зачем-то аккуратно расправила кровать, словно уничтожая следы пребывания в комнате, и выскользнула за дверь.

Как добраться до зала, где назначена церемония, понятия не имела: в брошюру не догадались включить карту студенческого городка или университетских залов. Придется осваивать навигаторскую птичку.

На выходе из общежития снова не было ни души, лишь уже знакомая мне толстушка уминала очередную булочку. Калорийная у нее работа, нервная, наверное. На улице было безлюдно, как после апокалипсиса или ранним утром первого января. Всегда бы так… Впереди возвышалось длинное величественное здание в окружении меньших братьев-корпусов, к которым вел поворот направо. Слева была невнятная тропинка, прямо — дорога с указателем «Торговый центр». На развилке вместо сказочного камня сидела птичка. Абсолютно круглая и красная, точь-в-точь как из той игры, где нужно швыряться в зеленых свиней в касках и без.

— Эй? — обратилась я к ней, чувствуя себя довольно глупо.

Вдруг меня попросту разыграли? Птичка вздрогнула, вспыхнули салатовым огнем глаза-бусинки. Проскрежетало магическо-механическое: «Уточните запрос».

— Где находится зал Звезд? — послушно уточнила я.

— Налево, — выдала птичка, — насквозь через парк, опять налево, вниз и до конца.

Тропинка уходила в сторону парка с лабиринтом из кустов. Они сгущались, будто вовсе смыкаясь на горизонте. Интересный путь из общежития в университет. Я-то думала, что мне туда, к красивому зданию, а никак не в сомнительные кусты! Спросила еще раз, получила ровно тот же ответ. Что ж… Магический навигатор лучше знает. С любопытством глядя по сторонам, я послушно потопала по тропинке, через витую арку ворот, в парк. Довольно живописный, но лабиринт подкачал: дорожки между кустами едва петляли, пройти насквозь несложно. Впрочем, разумно. Будь он позаковыристее, сколько бы студентов тут заблудилось по пути на учебу. Особенно утром! В островках посреди лабиринта встречались фонтаны, качели-лодочки и даже огромный газон с горой пледов под раскидистым деревом. Парк закончился не воротами, а малоприметной калиткой, еще и запертой. Вот так номер… Я перемахнула через нее, свернула налево и оторопела окончательно. Вниз уходил тоннель, наподобие перехода в метро, только пещера пещерой. Кажется, я поняла! Это испытание. Для новичков. Местный студенческий обычай, в сериалах видела не раз. Отказываться или чудить было чревато, тебя непременно запомнят, начнут подкалывать, оттачивать остроумие и превратят твою жизнь в кошмар. Нет, не буду я ничье внимание привлекать и выделяться. Хватило.

Ступени скользили, в самом тоннеле была темнота, и она уплотнялась. Я шла, шла, не встречая ничего и никого. Птичка ясно выразилась, что мне нужно «до конца», значит, дойду. Пригодился мобильный телефон, сеть не ловила, но фонарик получился сносный. В конце меня ждала дверь, овальная, практически иллюминатор. На ней поблескивала шестиконечная звезда, покрытая пылью. Я чихнула, подергала массивное кольцо, что было вместо ручки, постучала. Тишина. Не самая популярная церемония… Чуть поодаль в углублении стены угадывалась другая дверь. Сказочного в ней было мало, коробка щитка, ей-богу. Зато открылась. Я уткнулась в решетку, за которой шуршали мрачные нестриженые кусты. Может, нужно было что-то отгадать, нажать или потянуть, но я просто пролезла между прутьями. Для худосочной девицы вроде меня это не проблема.

Кусты разрослись не на шутку, колючие и густые. Они жались друг к другу плотно-плотно, сплетаясь скрюченными ветвями. Посреди стиснутого высокими стенами двора стоял колодец, накрытый криво сколоченной крышкой, поодаль была воткнута полустертая табличка указателя. Обойдя вереницу кустов и чудом не зацепив о колючки рукав пиджака, я попала в узкий коридорчик, а по нему в соседний двор, если можно было его так назвать. Стены выше, каменные, неотесанные и шершавые. Ни окон, ни дверей, примятая неведомо чем трава да свист ветра, гуляющего в этом открытом лишь ему месте. Нависали скрещенные края черепичных крыш, почти скрывая небо, в углу серела скамейка с уродливым обломком спинки. Немножко отличается от студенческого городка… Следующий проход перегораживала другая решетка, с прутьями помельче. При всем желании не просочиться. За ней виднелось крыльцо и железная дверь, безо всяких вывесок и опознавательных знаков. Сомневаюсь, что все это понастроили ради шутки над новичками. Я не туда пришла? Мне что, попалась бракованная птичка? Может, она право-лево путает? Или у нее батарейка села. Кто разберет эти магические девайсы… Но куда же я в итоге забрела?

Порыв ветра рванул волосы и принес шелест шагов, за деревьями мелькнули силуэты. Я отпрянула от решетки и прижалась к стене, спрятавшись за густыми кустами. Раздались неразборчивые голоса, приближаясь. Любопытство оказалось сильнее, и я осторожно выглянула.

У дерева, на вымощенной камнями дорожке увидела его. Темные, растрепанные ветром коротко остриженные волосы, сосредоточенный взгляд угольно-черных глаз, суровая линия рта с намеком на ухмылку. Таких парней следует запретить законом, они опасно притягательны — посмотришь и залипнешь навек. Высокая, идеально сложенная фигура, широкие плечи, сильные руки. В белых оковах. Ой… Тонкие серебряные браслеты на смуглой коже запястий выглядели даже красиво. Позади него появился кто-то еще, грубо подтолкнув к крыльцу. Только тогда я, наконец, заметила, что там еще четверо, самого серьезного вида, в строгой форме, похожей на военную, ни разу не симпатичные. Один из них, с седыми волосами до плеч и глубоким шрамом через всю щеку, настороженно повернулся в моем направлении, я быстро спряталась. Вот тебе и волшебный универ… Что тут происходит вообще?!

Мысли в голове скакали лихорадочно — одна другой кошмарнее. Это филиал тюрьмы и он маньяк? Они сектанты и у них жертвоприношение? Как ни крути, ничего хорошего. Надо убираться отсюда! Я попятилась и юркнула прочь. Бочком-бочком и обратно, откуда пришла. В узкий коридор, вдоль кустов, через первую решетку, в темноту тоннеля-пещеры. Пальцы судорожно пытались нащупать в кармане телефон, чтобы приспособить фонариком. Почувствовала сердитое дыхание на затылке, обернулась. Вспыхнул шарообразный огонек, осветив каменные стены и ту, что держала его парящим на ладони.

— Какого… — прошипела Мариса, — ты здесь делаешь?!

— Заблудилась, — промямлила я, окончательно осознав, что так оно и есть. — Не знаю почему. Спросила птичку маршрут в зал Звезд…

— Созвездий, глухое недоразумение! Я сказала — зал Созвездий!

О… Это многое объясняет.

— Церемония с минуты на минуту начнется, — она сурово сдвинула тонкие брови, — от общежития пять минут пути, угораздило же тебя… В этой части ошиваться запрещено!

— Все равно ведь закрыто. — Я покосилась на овальную дверь с пыльной шестиконечной звездой.

— На твое счастье, — рявкнула Мариса. — Как можно было перепутать?!

— Бывает, — пожала я плечами, не ощущая особой вины. Потому что волновало совсем другое! — А кто… там… ну…

Я кивнула в сторону решетки, Мариса непонимающе нахмурилась, но мгновение спустя изменилась в лице. Стала очень злой и какой-то растерянной. Сжав в ладони огонек, погрузила тоннель в полумрак и процедила:

— Уже никто.

Огонек метнулся ввысь из ее разжатой ладони и вновь засиял на весь тоннель. Больше и ярче, слепя беспощадно.

— Радуйся, что жива осталась, — заявила его хозяйка. — В том корпусе магической защиты наворочено по самое не балуйся. Давай в темпе отсюда, не то праздничную церемонию пропустим.

— Нет. — Я решительно сложила руки на груди. — Не пойду, пока не узнаю, куда попала. Что у вас за порядки?.. Чтобы вот так… кого-то. А ты — праздник, церемония…

— Ирония, — передразнила она взбешенно, — замели-то ровно на торжестве по окончанию курса!

Тут же взяла себя в руки и отчеканила:

— Все в рамках закона. Инциденты, произошедшие на территории университета, в нем же и расследуются. Приговор тоже приводится в исполнение здесь, так уж вышло, что сегодня.

Ого… Он там с конца прошлого учебного года? Наверное, его сочинение на тему «Как я провел лето» было бы очень грустным. Секундочку! Приговор…

— Казнят?.. — вырвалось само.

— Что у тебя с головой? — опешила Мариса. — Магии лишат. В половине случаев это проходит удачно, без тяжелых последствий.

Стало не по себе. Дара можно лишить? Вряд ли это безболезненный процесс.

— А что он сделал-то?

Взгляд мне достался столь испепеляющий, что засосало под ложечкой. Появилось подозрение, что сейчас меня порешат в этой запрещенной пещере, где никто не шастает, и скажут потом — какая еще Алена, не было такой… Я нервно сглотнула, шар резко погас. Ее пальцы впились в мое плечо, тряхнуло. Голова потяжелела, закружилась, и потухший мир вместе с ней. Центрифуга перед глазами, тошнота у горла… В лицо резко ударил свет, меня отпустили. Мигом рухнула и распласталась по полу. Прохладному, глянцевому, неприятно твердому. На стене, замедляясь, вращалась табличка с надписью: «Комната для перемещений университета Междумирья. Пожалуйста, не забывайте свои вещи». Эта злюка нас… телепортировала?!

— Повезло, не опоздали. — Мариса переступила через меня, на ходу поправляя прическу. — За мной. И да… Опозоришь меня перед сокурсниками — прибью!

Она вышла за дверь, я поднялась, пытаясь пригладить волосы. Бесполезно, торчком стояли, еще и шатало. Кажется, порталы — не ее специализация! Зато прибивание — наоборот…

За пределами комнаты все плыло кругами. Мельтешение бордового пятна впереди служило слабым ориентиром, еще и подло отдалялось. С каждым шагом видимость улучшалась, но толку с этого было мало. Я споткнулась и, нелепо взмахнув руками, врезалась в кого-то мягкого, щекотно пахнущего солью и морем… Меня ловко поймали и поставили на ноги, придержав за локти. От теплых рук по коже словно ток пробежал, в голове прояснилось — резко, как по волшебному щелчку. Перед носом маячила фиолетовая ткань формы, сверху с веселым любопытством смотрели ярко-голубые глаза. Ой… Что-то в этой академии опасная концентрация красавцев… В этом голубоглазом было что-то эльфийское, неуловимо утонченное. Аристократические черты лица, остро очерченные скулы, платиновые волосы, то ли просто гладко зачесанные, то ли собранные сзади в настоящий эльфийский хвост. Страшно захотелось зайти ему за спину и проверить: хвост все-таки или нет? Портили образ лишь небрежно закатанные рукава фиолетового пиджака. О, менталист!

— Какая прелесть, — усмехнулся почти эльф, окинув меня откровенно изучающим взглядом с головы до ног.

Щеки вспыхнули, но в животе порхнули бабочки. Прелесть? Я?.. Он повернулся к нарисовавшейся сбоку Марисе и продолжил:

— Ты в качестве няньки. Это даже волнительнее того твоего костюма зайки на Равноденствие.

Я вывернулась, освободив свои локти, и незаметно покосилась на его затылок. Не хвост! Просто зачесаны. В коридоре было пусто, впереди виднелись распахнутые парадные двери, за которыми пестрела толпа. Мариса уперла руки в бока и глаза прищурила, однако нарочито мило проворковала:

— Дарен, так часто тот костюм вспоминаешь… Хочешь, одолжу поносить?

— Опять эти твои непристойные предложения, — покачал он головой. — Помнится, ты собиралась прогулять день прибытия первогодок, прийти на следующий для галочки в ведомости, когда, цитирую: «Точно уже никого не будет». Облом, провалился гениальный план.

Она поджала губы, его бровь издевательски приподнялась. Интересно, все старшекурсники такие противные?..

— Потом тоже такой станешь, — любезно пояснил Дарен, и готова поклясться, краска дошла мне до самых ушей.

Он мысли читает? Черт… Черт. Черт! Я задержала дыхание, стараясь ни о чем не думать. Особенно о набитой рисом попе Ярушки и о том, искренне ли этот тип считает меня прелестью. Дарен выразительно мне подмигнул. Надо будет студентов в фиолетовом обходить стороной! За километр!..

Оба вдруг выпрямились, мимо шествовала неопределимого возраста дама в синей мантии. Остановилась, склонив набок голову со сложной прической.

— Раскес, Сатал, — кивнула она в приветствии, — церемония скоро начнется, и не в коридоре.

Те ответили уважительными кивками и поспешно направились к дверям, я — следом. Надеюсь, эта дама меня как опоздавшую не запомнила…

Зал был огромен. Нет, не так — огромен! Высокий, затянутый объемной звездной картой потолок, ряды широких кресел, сцена на возвышении в обрамлении бархатных занавесок, и люди, люди, люди. Всюду, практически везде! А есть ли свободные места?.. Я брела на неведомом автопилоте, перед глазами мелькали мантии и формы уже известных цветов, в том числе серая, выхватывались лица — радостные, испуганные, скучающие, такие разные… Сверху нависали массивные балконы, тоже заполненные народом, в несколько этажей. Кажется, весь городок собрался здесь. По центру висела многоярусная люстра, полноценный перевернутый замок. Отблески хрусталя, музыкальный звон подвесок. Я раскрыла рот и заработала от Марисы толчок. Она погнала меня между рядами, торопливо подталкивая в спину, и рывком усадила рядом с собой, на второе свободное кресло. Люстра погасла, зал залило нежным свечением звезд с потока, по всем признакам волшебным. Я заерзала в кресле, крутя головой. Невероятно! Еще лучше, чем представлялось!

Занавески окончательно разъехались, на сцену под шквал аплодисментов поднялась та самая важная дама из коридора. Журчащий фоновый голос, неизвестно кому принадлежащий, почтительно представил ректора университета Междумирья — Энару Нориус. Ректор — женщина?! В любовных романах про магические академии ими были мужчины, обычно страшно сексуальные, а тут… Впрочем, уверена, я это легко переживу.

Едва она заговорила, в зале воцарилась гробовая тишина. Я забыла, как дышать, боясь пропустить даже слово, хотя ничего такого Энара не говорила. Про честь находиться здесь и наше счастливое будущее. Банально, в общем-то. Но атмосфера! Сияли звезды, летали похожие на светлячков огоньки, магия чувствовалась в воздухе, искрилась, каждый вдох заставлял сердце биться чаще. Разве я могу быть недовольной? Несчастной? Обиженной на судьбу? Никак нет. Я в магическом университете! Буду учиться всяким чудесам, стану той, кем всегда втайне желала. Плевать на дурацкие опоздания, Марису с ее обещанием меня прибить и любые проблемы. Решу! Возможно, заведу друзей среди однокурсников… Попробую завести. На радость маме. Она постоянно ругалась, что я ни с кем не общаюсь, сижу дома и шью «эти кошмарные игрушки».

Речь закончилась еще более бурными рукоплесканиями, я тоже от души похлопала, до боли в ладонях. С потолка бабахнуло, взметнулись сотни вспышек, расцветая сияющими бутонами и рассеиваясь пыльцой. Я завороженно уставилась на самый настоящий магический салют, чувствуя себя абсолютно счастливой. Впереди новая жизнь! Мечты сбываются!

Раздался странный надрывный звон, будто сотня бокалов разбилась. Вспышки исчезли, воздух вмиг разрядился, не стало ни искр, ни опьяняющей радости. Зал погрузился в полную темноту. Ничего себе… Так по сценарию задумано?

Кто-то истошно завизжал, с переднего ряда запричитали. Мариса, тщетно щелкая пальцами, пробормотала себе под нос:

— Что за?..

Хм, кажется, в сценарии подобного не было…

Что тут началось… Шум, крик, переполох. Хлопки кресел, топот сотни ног. Дикий скрежет, очертания опасно накренившейся люстры в темноте. В уши раз за разом ввинчивалось чье-то монотонное «сохраняйте спокойствие», из-за которого только страшнее становилось. Я вскочила с места, кто-то больно ткнул локтем в бок, до звездочек в глазах, в толпе закрутило и вынесло общим потоком из зала. Дневной свет из окон, коридор, бесконечное мелькание лиц и затылков. Я вырвалась из давки и прижалась к подоконнику, пытаясь отдышаться. Смысл происходящего осознавался с трудом, вырванные из общего гвалта реплики ясности не добавляли.

Пропала магия. Взяла и пропала почему-то. Как так? За неуплату отключили, что ли? Представлялся малоприглядный магопровод в виде обыкновенной трубы с перекрытым ржавым вентилем. Здесь к подобному явно не были готовы! Из зала прилетел грохот с душераздирающим звоном, из распахнутых настежь дверей брызнули осколки стекла. Люстра все-таки рухнула. Хорошо, что народ успел выйти! Поток редел и вскоре иссяк, в опустевшем коридоре осталось несколько человек, судя по мантиям — из руководства. Я по-прежнему цеплялась за подоконник, слабо соображая, кто я и что делаю в этом месте. Ныл бок, вдыхалось с хрипом. Все казалось нереальным, придуманным, пришедшим из сна, вернее, из ночного кошмара. Сзади раздались шаги, осторожно тронули за плечо. Я оглянулась. Как его там… Дарен Сатал, любитель заек.

— Так, — он склонился надо мной, — ты в порядке?

Я кивнула. Раз люстра не приземлилась мне на голову, значит, полный порядок.

— А ну ответь, — прищурился Дарен.

— Живая, — пискнула я, радуясь, что в мыслях сейчас исключительно разброд, шатание и бегающая кругами буква «А».

— Идем, — он подхватил меня под руку, — до общежития провожу.

Точно, я понятия не имею, как добраться до общежития. Студенты разошлись, а птичкам-навигаторам веры никакой. И раньше-то были глючными, а теперь, наверное, и вовсе переклинило. Небогатый выбор: или еще раз заблудиться, или опозориться, потому что провожаться с менталистами лучше в шапочке из фольги или в бессознательном состоянии.

— Не надо, — взмолилась я, стараясь не подумать опять о чем-нибудь не о том.

Дарен озадаченно моргнул, но с места не двинулся. Видимо, нечасто девушки норовят от него отделаться, и он жаждал услышать причину, по которой я с ним, таким красивым, отказываюсь идти.

— У меня менталистофобия, — буркнула я, почти не соврав.

— Позволь напомнить, — усмехнулся он, — что магия не работает.

О! Ментальная магия — тоже магия. Ему не услышать, что за бардак творится в моей голове? Это же все меняет!

— Работает, не работает… — строго сказала я, — а читать чужие мысли неприлично.

— Неприлично без базовой ментальной защиты ходить и громко думать. Может, не особо-то и хотелось знать. Теперь прямо-таки мучает вопрос, кто такой бедный Ярушка и за что ты напихала ему какой-то рис туда, куда напихала.

Я покраснела, жалея, что меня не прибило этой клятой люстрой. Было бы неплохо и совсем не так стыдно! Ни за что не признаюсь, что Ярушка — моя игрушка. Следующим обычно спрашивают, зачем я ее с собой таскаю и как именно мы играем.

— Я не специально, оно само, — шепнул Дарен и потянул меня прочь от подоконника.

Рука у него была твердая и теплая, в искоса следящем взгляде мелькала странная заинтересованность. Вот ведь… Надо срочно найти себе занятие, пока не ляпнула то, за что потом никакими скачками мыслей не оправдаешься. Он пусть смотрит куда хочет, и я буду смотреть… Например, на широкую мраморную лестницу за поворотом, на холл с роскошным старинным интерьером, на картины на стенах. На последней в ряду картине маг симпатичный, с залпом искр какого-то заклинания. А выше… Что выше, я разглядеть не успела, потому что споткнулась на ровном месте. Не упала — Дарен поймал в полете и, придержав за талию, поставил на ноги. Отпускать почему-то не спешил. То ли ему надоели валяющиеся под ногами девушки, то ли решил, что так для него безопаснее. Второй раз за пару часов на него рухнуть пытаюсь. Еще подумает, что специально. Я отодвинулась, убедившись, что равновесие при мне. Жаль, то же самое нельзя сказать про мозги…

— Тебе лучше? — осведомился он очень серьезным тоном, за которым скрывался смех.

Я замотала головой так, что та еще сильнее закружилась, и торопливо пошла через холл. Дарен догнал и зашагал рядом, но под локоть заново не взял. Стало грустно. Немного, чуть-чуть… В коридоре, куда мы свернули, было по-современному обычно. Настолько обычно, что в жизни бы не догадалась, что это магический университет.

— Та часть корпуса историческая, — пояснил он, очевидно, списав мое уныние исключительно на смену интерьера, — для церемоний и всяческого официоза. Сегодня никто не дождался выступлений деканов факультетов, которые берут слово после речи ректора. Постараешься это пережить?

— Уже… И часто у вас магия пропадает?

— Впервые.

То-то изредка попадающиеся навстречу студенты выглядели бледно… Хотя несколько девиц, наоборот, обернулись нам вслед с таким видом, словно мой спутник поинтереснее пропажи магии будет.

— Нас отправят по домам? — предположила я. — Пока магия не включится?

— О мечтах и вслух… — томно вздохнул Дарен. — Из Междумирья без портала не выберешься. А те без магии, увы, не работают.

— Что?! — Я почувствовала, что тоже бледнею. — Мы застряли здесь?..

— Если тебя утешит, лучшие умы шести миров и гении магии застряли вместе с нами. Совет высших магов всегда на церемонию приглашают — позевать и отдать дань традициям. Решат проблему как миленькие, им побольше твоего домой хочется.

Надеюсь… Коридор кончился распахнутыми дверями и облепленным взволнованными студентами крыльцом. Думала, не протиснусь, но перед Дареном все волшебным образом расступились. Менталисты даже без магии внушают трепет!

— Ну и вопросы ты задаешь, — отметил Дарен, спускаясь по лестнице. — Твой олух, провожающий тебя, не только про ментальную защиту не предупредил, но и элементарных вещей не объяснил?

Я опустила глаза — так и ступеньку не пропустишь, и тему замять можно. Не рассказывать же про инструкцию и портал по бумажке! Нужно будет выяснить, за что меня коснулись столь обидные нововведения. Потом. Сомневаюсь, что в нынешних панике и переполохе кто-либо кинется разбираться с моими проблемами.

— Кстати! — услышала уже на мощеной дороге, уводящей нас от главного корпуса и толпы. — Мне тебя не представили.

— Аленка…

— Как с шоколадки? — улыбнулся он, и я опешила. — Был у меня один сокурсник с Земли, таскал их коробками, стресс на сессиях заедал. Правда, не помогло — отчислили.

— Всего один сокурсник с Земли? Студенты оттуда редкость?

— Маги в немагических мирах? Да, огромная. Но если попадаются, то талантливые, заразы. Завидных высот достигают. Например, Энара из Аулина. Прорицатель высшего ранга и самый молодой ректор в истории университета.

Аулин — это, видимо, второй немагический мир. А того сокурсника с «Аленками» не иначе как за талант и отчислили. Из зависти…

— А откуда ты?

Дарен посмотрел на меня изумленно, будто я предложила набить рисом его собственную… Неважно. Не ответил, еще и присвистнул. Больше от меня сегодня не услышит ни слова. Я замолчала и молчала всю дорогу до памятной развилки с указателями. Действительно, направо нужно было сворачивать… Вот оно, серое здание общежития.

— До комнаты сама доберешься? — совершенно серьезно спросил Дарен. — Или заблудишься?

Я кивнула. Пусть понимает, как хочет!

Он подмигнул и достал из кармана нечто вроде карандаша и записного листка. Быстро что-то нацарапал и, сложив листок затейливой розочкой, вложил мне в нагрудный карман пиджака. М-м-м… Номер его телефона?..

— Код кое-какой книги из библиотеки, — огорошила жестокая правда. — Почитай, восполнишь многие пробелы… начального образования.

Я снова кивнула и, развернувшись, потрусила в общежитие. Почему я в чемодан шоколадок не напихала, ну почему? С удовольствием бы сейчас стресс заела!

На крыльце общежития было полно взволнованных громких студентов, но на меня никто внимания не обратил и вслед не обернулся. Вот что значит без красивых менталистов ходить, сразу никому дела нет. Режим невидимки нравился мне гораздо больше, но мысли о том, как он все-таки провожает меня до комнаты, упорно лезли в голову. Лифт не работал, на дверцах висело печальное объявление, что до восстановления магии придется пользоваться лестницей. Надеюсь, воду не отключили… Поиски спрятанной в самом укромном уголке здания винтовой лестницы и подъем на седьмой этаж окончательно разрисовали жизнь мрачными красками.

В холле гудела толпа первокурсниц, ахала, охала и возбужденно вздыхала. И что им по комнатам не сидится?! Протискавшись к столу с брошюрами, я взяла из новой стопки листок. График дежурств, под номером моей комнаты единственное имя некоей Глэдис Брил. Ух ты, а в том, что я опоздала, и плюсы есть — можно не дежурить! Пока я крутила листок, наступила странная тишина. Девицы взяли меня в кольцо и молча таращились со всех сторон. Я что-то не то сделала? Может, этот лист нельзя брать? Он выпал из разжавшихся пальцев и приземлился обратно на стол. Не помогло. Взгляды липли настойчиво, и подозрительно любопытные. Ах да, новенькая же, которой вчера не было. Надо представиться, что ли.

— Здравствуйте, — выпалила на выдохе, — я…

Слова кончились вместе с решимостью, в горле предательски запершило.

— Мы знаем, знаем, ты Лёна! — взвизгнула кудрявая девица с ярко-салатовой помадой. — Тебе во встречающие досталась сама Мариса Раскес!

— Повезло-о-о, — протянула другая, утонченно-блондинистая, под стать Дарену.

— Она крутая! — высказалась третья, совершенно кукольная на вид, и восхищенно взмахнула ресницами.

Ага… Повезло так повезло. Может, предложить им поменяться? Одной таким везением наслаждаться никак нельзя — нужно непременно поделиться с ближними. Только что-то мне подсказывает, что обмены встречающими здесь не практикуются и я опять опозорюсь. Нет уж, на сегодня хватит, лучше оставлю на завтра.

Все эти мысли проносились у меня в голове, пока я осторожно просачивалась сквозь толпу, улыбаясь направо-налево. Наконец, выскользнула в коридор и помчалась в свою комнату, словно фанатки Марисы гнались за мной по пятам. Из комнаты доносилась приглушенная бодрая музыка. Рычаще-кричащая, просто боевой марш берсерков. А соседка у меня не гламурная. Собравшись духом, я приосанилась, вошла внутрь и тут же оказалась под прицелом прищуренных глаз. Мощная девушка, высокая, и размах плеч как у пловчихи. Криво заплетенная рыжая коса, грубые черты лица, ни намека на косметику. У студенческой формы вместо юбки — свободные брюки, блузка больше на рубашку похожа. Вдобавок кеды, ну или нечто вроде. В магическом университете тоже есть неформалы!

— Ты откуда взялась? — осведомились у меня низким грудным голосом под стать завывающему на фоне вокалу. — И что здесь делаешь?

— Живу!

Я приземлилась на свою кровать. Чертов седьмой этаж, лучше бы в подвале поселили… Музыка резко вырубилась, сверху нависла соседка, уперев руки в бока.

— В комнате никого, кроме меня, не должно жить. Это исключено! Они не могли нарушить договоренности.

— Могли. — Я покачала перед гневной физиономией законно полученным ключом. — Ну, или комендант что-то попутала.

— Сейчас выясню. Особо тут не устраивайся!

Она выскочила за дверь. Ничего себе начало… Я достала из-за подушки Ярушку и обняла. У него попа на ощупь приятная, успокаивает покруче все равно отсутствующих шоколадок. Эх, у меня хоть что-нибудь в этом заведении сложится нормально? Вселенская мудрость гласит: где-то убудет, где-то прибудет. По идее, мне теперь следом за неприятностями должно столько счастья привалить, что ой. С гору! Уверена, оно уже в пути. И вообще, нечего ныть и чувствовать себя несчастной. У некоторых дела обстоят гораздо хуже. Тот приговоренный парень наверняка посмеялся бы над моими проблемами… Кстати, когда его магии лишали, не отрубилась ли она у всех за компанию?.. Или отключение, наоборот, не позволило исполнить приговор? Второй вариант мне больше нравился.

Еще немножко потискав Ярушку, я извлекла из-под кровати брошюру. Отыскала в разделе путеводителя по универу информацию о бесплатной столовой и часах посещения. Затем убедилась, что вода в нашей общей ванной комнате имеется — и холодная, и горячая. Слава богу, водопровод не магический. Прямо чувствую, как жизнь налаживается.

По коридору пробухали тяжелые шаги, в комнату ворвалась Глэдис, сердито хлопнув дверью. Наверное, переговоры с комендантом успехом не увенчались.

— Это не ошибка. — Взгляд ее был столь мрачен, что на мгновение показалось, будто есть вероятность вскоре пропасть без вести. — В общежитии больше не было мест, поэтому тебя подселили ко мне. Придется с тобой как-то жить.

А уж я-то как рада…

— Ладно, — вздохнула гостеприимная соседка и сложила руки на груди, которой в наличии было еще меньше, чем у меня. — Это всего на месяц, до распределения по факультетам. Ты из какого мира? Где твои вещи?

— С Земли. Под кроватью.

— У вас там принято, — палец без малейших признаков маникюра указал на Ярушку, — выставлять такое при всех?

— Я с ним сплю…

В ее глазах застыл шок. Почти как у того важного дядечки со школьной выставки, который полчаса крутился у стенда с моими игрушками, а потом вежливо улыбнулся и вручил мне визитку. Я обрадовалась, думала, какой-нибудь ценитель талантов, а оказался детский психотерапевт… Конечно, я к нему не пошла!

А мне ханики нравятся. Бывают разные: добрые на вид и не очень, рогатые, крылатые, зубастые… Да какие угодно. Считается, что эти существа живут на чердаке и охраняют сон хозяев, а еще защищают от кошмаров и дурных мыслей. Три года назад я увидела их на картинках в интернете — и буквально влюбилась, принялась делать. Сначала не получалось, но кропотливость, усердие и умение весь вечер ковыряться над чем-то в одиночестве сильно помогли. Каждый ханик выходил другим, особенным, на вдохновении, по настроению, и каждый был по-своему дорог. Поэтому никому я их не дарила, лежали дома в шкафу. Мама считала их жутковатыми и исправно прятала подальше. Видимо, моя соседка того же мнения.

— Почему ты не в юбке? — не удержалась я.

— Потому! — оскорбленно вспыхнула она. — Это стереотипы, навязанные обществом! Я за естественность, удобство и индивидуальность! Тебе что-то не нравится?..

— Нет-нет, что ты, — торопливо пробормотала я. — Полностью согласна. Феминизм, равенство и братст… То есть сестринство.

— Я знаю, что нам делать, — объявила Глэдис.

Подошла к объемной длинной картине в рюшах, что висела между окнами, варварски дернула за кружавчик и потащила прочь от стены плотную широкую ленту. Комнату до самых дверей перегородила ширма высотой практически в человеческий рост.

— Без предупреждения не беспокоить, — раздалось из-за нее, — и вообще не беспокоить!

О… А она мне нравится. Наверное, мы поладим!

Глэдис чем-то зашуршала, включилась музыка, на этот раз потише. Интересный припев, состоял преимущественно из «р-р-р», «гр-р-р» и обещаний кого-то там покусать. Мило… В общем-то, против музыки я не возражала, в тишине бы опять в голову всякие мысли неуместные полезли. Например, о провожающих меня до комнаты менталистах. А с моей соседкой вряд ли стоит гостей водить, такая действительно покусать может. Ну, зато и фанатки Марисы сюда тоже не сунутся. Я улеглась поудобнее между подушкой и Ярушкой, с удовольствием вытянув уставшие от сегодняшних прогулок и подъемов ноги. Боль в боку проходила, пережитое на церемонии смазывалось, перестали, наконец, мерещиться крики и падающая люстра. Подумаешь, магопроводку коротнуло. Раз уж в Междумирье вместе с нами лучшие магические умы застряли, непременно ее починят.

Я лениво листала брошюру, читая и рассматривая картинки. Сколько классных мест в универе оказалось, не счесть! Залы с панелями для проекций, заставленные разноцветными зельями лаборатории, полигоны для практических занятий. А еще уединенные беседки в парке, клуб рукоделия и похожая на полноценный ресторан столовая. Меню даже на слух звучало вкусно. Что за шокогромада? Наверное, это что-то громадное и шоколадное, не терпится попробовать! Вводные лекции начинались уже завтра. Магическая кулинария, основы астрального проектирования, теория призыва потусторонних существ. Обалдеть… В конце брошюры имелась приписка: «В случае возникновения вопросов обращайтесь к вашему ответственному встречающему лицу». Ну, спасибо. Единственное, о чем хотелось спросить Марису, — что у нее за костюм на Равноденствие был, что Дарен так глубоко впечатлился. Или ему просто зайки нравятся?..

Пальцы невольно полезли в карман пиджака, подцепили бумажную розочку, с приятным шелестом развернули. На ней каллиграфическим почерком были выведены буквы и циферки. Взгляд уперся в раскрытую брошюру, на развороте красовалась фотография заставленного книгами старинного зала. Точно, библиотека! Любопытно, из каких миров эльфийские менталисты берутся… До обеда целых полтора часа, делать особо нечего. Время восполнять пробелы!

Читальный зал был огромен и пуст, видимо, кроме меня, никого в такой момент к знаниям не тянуло. Добраться сюда оказалось непросто. Птички-навигаторы закончились вместе с магией, пришлось у троих прохожих дорогу спрашивать, а глупее вопроса, чем «подскажите, как пройти в библиотеку», не придумаешь. Такой стресс удастся заесть нескоро…

Строгая библиотекарша записала продиктованный код книги, дважды попросив повторить и озадаченно округлив глаза за толстыми стеклами очков. Велела ждать и скрылась за дверью. Уже долго возится. Что же Дарен мне насоветовал?.. Редкое издание, видимо. Любопытство грызло изнутри, стрелки на круглом циферблате часов будто прилипли. Сидеть за деревянным столом, одним из множества таких же, было скучно, и я побрела по залу, рассматривая содержимое стеклянных шкафов и развешанное по стенам добро. Правила поведения в читальном зале, списки должников по книгам, подобия стенгазет с квадратиками заметок и вклеенными фотографиями многочисленных победителей каких-то магических турниров, научных конкурсов и спортивных состязаний. Надо же, сколько тут всего проводится! Даже гонки на мини-драконах. Мама родная, они существуют! Счастливые и гордые лица студентов чередовались со смущенными и испуганными, мелькали все шесть цветов форм и мантий. И вдруг мой взгляд зацепился и прилип намертво. Донельзя приметный, броско привлекательный брюнет, прищур чернючих глаз, лениво-торжествующая ухмылка. Минуточку! Это же… Под фотографией — прошлогодняя дата и подпись. Кеннет Дэлман, пятый курс факультета оккультных наук. Выходит, сейчас был бы на последнем… Если бы не очутился там, за той решеткой, где я его сегодня и видела живьем. В заметке говорилось, что он — капитан команды призыва, четырехкратный победитель ежегодного турнира по темной магии, почетный участник студенческого комитета и клуба демонологии. Что же могло случиться, чтобы быть всем вот этим и стать… уже никем.

Отворились двери, меня сдуло обратно за стол, хотя вряд ли в рассматривании публично доступных материалов было что-то постыдное. Но щеки почему-то горели, и сердце колотилось почти как тогда, когда мама застукала меня за зачитыванием любовных стихов Ярушке. У нее было та-а-акое лицо… А я просто наизусть учила, для урока. Библиотекарша положила передо мной тоненькую книжицу и, снисходительно улыбнувшись, удалилась. Я уставилась на обложку, чувствуя, что горят уже не только щеки, но и уши: «Мироздание для самых маленьких. Издание дополненное и иллюстрированное». Боже… Кажется, перестать позориться до завтра не вышло. Дарен посоветовал мне… сборник сказок? Интересно, и откуда он знает код этой книги наизусть?! Аннотация добила окончательно: «Рекомендованный возраст от трех лет». Ну, чего уж, мне можно. Едва сдержав бессильный стон, я открыла книгу.

Расписано в ней все оказалось неплохо. В центре сюжета — новорожденная фея, которой сородичи на пальцах объясняли устройство Вселенной, не понять что-либо попросту невозможно. Платьишко она носила замечательное, такой узор из крошечных лилий сложно связать… Черт, отвлекаюсь. Междумирье сотни лет назад создал великий маг, прямо в центре системы миров. Отсюда можно было легко и быстро попасть куда угодно. Ну, если порталы работали. Главным и самым продвинутым миром считался Ладос, где технологии целиком заменили магией. Большинство студентов прибывало в университет именно оттуда, чуть ли не половина. Маги были им жизненно необходимы, включая недоучек или со слабым даром, практикующих исключительно бытовые заклинания. Как сказала феечка — магомир. Бедные… У них там сейчас, наверное, истинный хаос и даже метла не заводится. Вторым, не менее могущественным миром был Гард — родина драконов, в котором наряду с магией чтили природу, достигнув с флорой и фауной небывалого единения. Эдакие безумные гринписовцы, оккупировавшие в университете природный факультет. На картинках фея летала над зубастыми бутонами, бесстрашно предупреждая, что хищные растения опасны для здоровья. Третьим миром значился Эсмир, где отсутствовало солнце, совсем. Мрачное место вечной ночи, мы с феечкой впали в шок! Сплошь песок и камень. Жители спасались бесперебойно сияющей Луной (или чем-то на нее похожим) и строили подземные города. Далее шли два лузера фактически без магии: Земля и переживший апокалипсис Аулин, ныне настолько высокотехнологичный, что смахивал на космическую колонию. В обоих мирах магов днем с огнем не сыскать, однако у одного на миллион дар все же проявлялся. Таким студентам после обучения предлагали переехать в Ладос, чтобы полноценно применять таланты и полученные знания. Неожиданно… О подобном меня не предупреждали! Впрочем, меня ни о чем не предупреждали. О Земле говорилось мало, показали лишь несколько картинок крупных городов. Да уж, феям не порезвиться — пугать местных магией запрещено. Шестым миром был Винар, целиком состоящий из воды. Ни кусочка суши, единое море, символически поделенное. Плавучие поселения — городки разной степени утопленности, окруженные шарообразными куполами. Обитатели выделялись яркой внешностью и действительно чем-то напоминали эльфов — молочно-бледные, утонченные, светловолосые. Умели дышать под водой и неизменно пахли солью. О-о-ох, господи! Кажется, спросить Дарена, откуда он, могла только я. Дар у меня такой, особенный, — задавать глупые вопросы!

Я отодвинула книгу на край стола. Хотелось провалиться сквозь землю. Кто, вот кто меня за язык тянул? Новорожденная фея и то преимущественно молча всюду летала. Лучше будет вовсе из библиотеки никогда не выходить и людям не попадаться. Буду здесь жить затворницей, Глэдис умрет от счастья. Спать можно вон на том подоконнике. Или в том углу. Ой, что это? Взгляд зацепился за неприметную электронную панель. С виду обыкновенный планшетный компьютер, над дисплеем надпись — «Вестник Междумирья, база данных». Рабочая? Через пару секунд проверила — от прикосновения включилась страница. Архив списком по номерам и строка поиска. Очевидно, «Вестник Междумирья» — средство массовой информации или вроде того. Любопытство воспалилось, в голове лихорадочно заскакали мысли. Пальцы вызвали виртуальную клавиатуру, вбили в поиск «Кеннет Дэлман». Результатов вывалилось с избытком, и все про победы да достижения. Странно. О громких происшествиях и скандалах наверняка должны были писать, а заметание почетного главы-капитана-победителя всего подряд в тюрьму вполне тянет на первые страницы с броским заголовком. Мариса упоминала торжество по окончании курса. Надо рыть там! Я отыскала в архиве последний выпуск прошлого учебного года, развернула во весь экран. Ага — на первой полосе, крупными буквами. Омраченное торжество, трагическая смерть двух студентов пятого курса в результате проведения запрещенного ритуала. Фразы были казенными, конкретики никакой. Объявлен траур, обстоятельства уточняются, ведется расследование и поиск виновных. Две фотографии в черных рамках — обыкновенные с виду парень и девушка, соболезнования близким и друзьям, информация о церемонии прощания. Остальные заметки в выпуске оказались скупым перечислением летних спецкурсов и мероприятий. Я отлистала обратно наверх. Сдается мне, это оно и есть! Кеннет имеет отношение к смерти тех двоих и запрещенным ритуалам? Факультет-то подходящий. Черт… Видимо, он все-таки маньяк. Я даже расстроилась, хотя изначально стоило догадаться, что не за преступно красивые глаза его арестовали.

Любопытство не удовлетворилось, настроение из-под плинтуса выбираться не желало. Ну-ка, поищем кое-кого еще… Нашла, причем в избытке. Дарен Сатал тоже напобеждал во всевозможных турнирах и вообще мастер спорта по астральным проекциям. А еще посол межмировой благотворительной миссии. Внушительно. А книжечки про фей — это его хобби? М-да… Какая-то я совсем блеклая даже для первого дня первого курса в этом звездятнике. У них тут все такие ух-ты-вау или только мне везет со знакомствами? Я набрала в поиске «Мариса Раскес», решив, что хуже уже не будет. Выпала куча фотографий глянцево-журнального вида. Студенческая форма чередовалась с умопомрачительными вечерними нарядами, блестели локоны, искрилось что-то в обхваченном наманикюренными пальцами бокале. Вечеринки, торжества… Заметки сообщили, что моя встречающая ненамного меня старше, поскольку была зачислена в университет в пятнадцать лет. А теперь председатель приемной комиссии женского сообщества, лицо университета Междумирья и королева каждого бала. Ой, ну ясно.

Я выключила планшет вместе с его базой данных и вернулась к книге. Несомненно, и меня впереди ждут великие дела и свершения, но для начала сборник сказок дочитаю. Крошка фея как раз закончила с путешествиями по мирам и задалась вопросом, откуда берется магия. Я перелистывала страницы с изображениями искр под астральным микроскопом, вникая в схемы циркуляции энергии. Получалось, что магия — это энергия, и была она прямо в воздухе. Буквально всюду, невидимая и неосязаемая. Как кислород или нечто вроде. Маги умели использовать эту энергию, творя с ее помощью заклинания. Способность сродни музыкальному слуху. Увы, собственных резервов у них не имелось, что объясняло, почему сегодня все и «сломалось». Нет энергии — нет магии. А распылялась она по мирам из некоего энергетического потока, хаотически циркулирующего по Вселенной. Процент волшебства в воздухе в четырех мирах был высок, а в двух — совершенно ничтожен. Теперь же поставки прекратились везде, совсем. С чего?.. Понятно, что ничего непонятно…

На выходе из библиотечного корпуса наткнулась на компанию студентов в серой форме. Они куда-то брели, взволнованно обсуждая, что будет, если магия не вернется. Долетали фразы: «конец цивилизации», «мы все здесь и умрем», «повезло Аулину с Землей, им-то пофиг». Ну да, а я как раз оттуда. Только я здесь, а везет — там… Услышав чье-то «после обеда зайдем в деканат и спросим», я встрепенулась. И совсем не из-за деканата. Обед! Увязалась за ними — на том расстоянии, когда вряд ли заподозрят преследование. Мысли немного пришли в порядок, и меня осенило, что студенты-то должны быть в курсе случившегося с Кеннетом. На трагическом торжестве было полно посетителей, та же Мариса знала побольше, чем в «Вестнике Междумирья» писали. Слухи никто не отменял!

В тяжких думах, как бы к тем слухам приобщиться, желательно при этом ни с кем не разговаривая, я дошла до столовой — точь-в-точь как с картинок в брошюре. Отдельный вход в старинном корпусе, череда столиков в широких окнах. Звякала посуда, аппетитные запахи сводили с ума. Огромный, поделенный на зоны зал кишел людьми, от разноцветной формы рябило в глазах. Я застыла на входе, пытаясь сориентироваться. Вот бы где-нибудь объявление повесили со стрелочкой: «Бесплатная еда для первокурсников тут». Но ничего такого разглядеть не удавалось, сзади кто-то толкнул, пришлось пройти вперед — еще и еще, чтобы не оказаться на пути у вырулившей откуда-то компании природников. В угловой зоне, уютной и относительно безлюдной, за изящным стеклянным столиком на диванчике с подушками восседала Мариса и разборчиво ковыряла вилкой в тарелке. Я попятилась, она подняла глаза и кивнула суровому дядечке в красной мантии:

— А вот и она.

Я невольно уставилась в ее тарелку. Никакого шоколада. Салатик уныло-зеленый.

— Следить нужно за подопечными, — строго сказал обладатель мантии, по всей видимости, преподаватель, — особенно в такое сложное время.

Мариса равнодушно подцепила лопуховый лист салата. По-моему, тот вариант, где меня пришибает люстрой, ее бы вполне устроил. С заставленного закусками бара донесся дразнящий пряный аромат. Оттуда можно утащить вкусняшек? Понять бы, где обещанная бесплатная раздача.

— А подскажите, пожалуйста, — буркнула я, ну или что-то в моем животе. — Где и как еду брать?

— Твоя встречающая тебе покажет, — любезно отозвался преподаватель.

Поднялся с дивана, прихватив свой поднос с пустыми тарелками, и был таков. Лучше бы просто ответил! Королева балов в мою сторону и не взглянула, с незамутненным лицом пыталась намотать на вилку слегка сбрызнутые маслом салатные листья. В угловой зоне нарисовалась группка студентов, в красной форме и с подносами. Опять любители салатов… Мода, что ли? Один парень — статно-спортивный, улыбающийся во все зубы, вальяжно приземлился напротив Марисы, та приподняла фигурную бровь и смерила его таким взглядом, что стало ясно: посадка несанкционированная.

— Исчезни, — бросила тоном, от которого захотелось исчезнуть мне, хотя вроде как не просили, — я уже сказала «нет».

— Тебе придется с кем-то идти, — возразил он. — На открытие без пары нельзя. Совершенно безвозмездно предлагаю свою кандидатуру.

— Я занята!

— Разве? — Парень многозначительно улыбнулся. — А по-моему, вполне свободна.

Она вскочила. Звук удара, глухой сдавленный вскрик. Салат оказался у него на голове, тарелка сползла с макушки вниз. Встреча с полом, звон осколков. Я отпрянула. Бонусно приложенный подносом парень свалился с дивана, оглянулись все. Абсолютно. У студентов в красном отвисла челюсть, публика ахнула и притихла. Мариса сжала вилку, будто намереваясь воткнуть ее отвергнутой кандидатуре в какое-нибудь очень чувствительное место. Расправила юбку и модельной походкой прошествовала прочь. Народ расступился, парень на полу пробормотал что-то про чокнутую психопатку, снимая лопухи с намасленных ушей.

Кажется, ничего она мне не покажет… И ладно. Вилка-то до сих пор у нее. Я примкнула к сборищу первокурсников, удачно затерявшись среди засилья серой формы. У раздачи стояла очередь студентов со скорбными лицами. Боже! Одни салаты разной степени порубленности и заправленности. Я встала за самым скромным на вид первокурсником, набрала на поднос того же, что и он, от души надеясь, что парень не окажется подпольным сыном миллионера и я не схвачу что-то очень дорогое. Мало ли из чего там намешано. В итоге торопливо давилась содержимым тарелок в углу, ожидая, что в любой момент предъявят счет и придется отрабатывать в столовой вместо волшебной посудомоечной машины, которая тоже наверняка сломалась. От этих мыслей к горлу тошнота подкатила, вкуса салата и не поняла. Он у него был вообще? За соседним столиком печально вздохнули: «Объяву видели у входа? Пока магия не заработает, ничего, кроме салатов, в меню не будет». Что-то мне здесь все меньше нравится.

После обеда я бесцельно бродила по парку, разглядывая газон под ногами. Обыкновенный газон, с копошащимися в траве божьими коровками. И не скажешь, что они из Междумирья, а не с нашей дачи, например. Уединенные беседки были нарасхват: в одной увлеченно обсуждали пропажу магии, в другой что-то распивали, счастливо икая, в третьей кто-то взахлеб рыдал и просился домой. Да уж… Согласно расписанию, у моего курса сейчас должна была идти вводная лекция по теории магии, но ее, конечно, отменили, как и все остальное. По территории университета нарезал круги мужик на тележке, транслируя на всю округу зацикленное объявление, что ситуация под контролем и руководство просит сохранять спокойствие, а при любых проблемах обращаться к штатным психологам. Выходит, психологи и громкоговоритель на колесиках у них есть, а запасного перехода между мирами нет. Предусмотрительно. Очередь за психологической помощью я видела — она на лестнице начиналась, и в ней творилось такое… Если до этого панической атаки не было, так там непременно начнется.

Места под раскидистыми деревьями тоже оказались заняты — шумной компанией целителей в испачканной белой форме, плетущим венок престарелым преподавателем и девушкой, завернутой в плед подобно рулетику. Зато можно больше не париться из-за того, что я странная… Хоть волосы на голове рви и вопи на всю округу, никого не смутишь. К слову, пара человек так и делала, в той самой очереди. Совсем иначе мне обучение в магическом университете представлялось, а фантазировала я о нем все лето, без перерыва. Теперь о долгожданных занятиях, тестах по выявлению способностей и распределение по факультетам и думать было глупо. Мечты и реальность — не одно и то же, по крайней мере, у неудачниц. Не удивлюсь, если из-за меня тут все и сломалось!

Толпы поредели, мужика на тележке стало слышно еле-еле. Это хорошо, тише. Толком не отдавая себе отчета, я направилась дальше вдоль живой изгороди, вдыхая успокаивающе свежий воздух и утрясая обед, который исправно просился наружу. На границе парка и озера кустов было в избытке, густых и нестриженных. Гладь воды до горизонта, внушительного размера кувшинки, кряканье уток. Звуки гитароподобной музыки, разномастная компания студентов у массивной арки входа в готическое здание из грубого камня. Склеп гигантский, окруженный буйной растительностью. Было в нем что-то неуловимо старинное и притягательное. Я подошла ближе, рассмотреть орнамент на стене. Расслышала текст песни — душераздирающей, про несчастную любовь — и обрывки реплик. Девица-пророчица деловито вещала, что наверняка так и было предначертано, парень-менталист, не особо симпатичный, возражал, что не настолько плохо — его впервые чужие эмоции и настроения не доканывают. Стоп! И без того измученный желудок болезненно сжался, холодный пот прошиб. Магия не работает. Любая. Везде, во всех мирах. Господи! Мои родители!.. На них ведь должны были ментально повлиять, чтобы они обо мне не беспокоились. Думали, что в Москве учусь, в целости и сохранности. Получается, заклинание утратило силу? Нет… Нет. Нет!

Я глупо кинулась назад, зацепившись рукавом о шипастую ветку кустов. Мне надо домой! Срочно! Когда мама решит позвонить с расспросами, как я доехала? Да счет на минуты идет! Узнает, что ее дочь не приезжала, полицию на уши поднимет. Расстроится, испереживается, поседеет. Папа не поседеет, он у меня лысый, но… Кто, ну кто заставлял тот лист портальный сжигать? Сидела бы в нормальном общежитии нормального университета сейчас, игрушки шила. Куда бежать? Как выбираться?! Неужели мы все состаримся в этом Междумирье?.. Ага, если доживем до старости. Выхода нет! Я здесь и умру!

Донесся шум. Хрупанье веток, плеск воды, крики неразборчивые. Эм-м-м? Что, того мужика с тележкой поймали и бьют?.. Дайте мне! Соседние кусты шевельнулись, сбоку промелькнула тень. В плечо вцепились чужие пальцы, мир крутанулся, впечатав в кого-то спиной. В стальном захвате воздух кончился, чувствовала лишь горячее дыхание на шее и холодный острый металл у горла. Накаркала…

— Не дергайся, — щекотно шепнули на ухо.

Дернешься тут… Перед глазами плясали яркие звезды вперемешку с испуганно перекошенными лицами. Треньканье гитары захлебнулось в чьем-то истошном визге и смолкло. Хватка чуть ослабла, позволив вдохнуть, подтолкнули к склепу. Студенты поспешили убраться от арки, набежали типы в военной форме. Спасите, пожалуйста!.. Вперед вышел неприятный седовласый с уродливым шрамом на щеке и велел:

— Отпусти девочку.

— Не-а, — усмехнулись в ответ, — она мне нравится.

В качестве жертвы?! По спине пробежала дрожь, ужасно захотелось заорать. Но даже пискнуть не получалось, дышалось-то с трудом.

— Уйди с дороги, — жестко прозвучали требования, — и ребят своих убери.

— Ну что за фокусы? — Тип со шрамом скривился. — Дэлман, все равно отсюда никуда не деться.

Что-о-о, как его назвали?!

— О чем вам тогда волноваться? — осведомился тот.

Седовласый сложил руки на груди, упомянутые ребята обступали со всех сторон.

— Зинбер, тебе третий труп нужен? — последовал следующий вопрос.

Лезвие вжалось в шею. Боже! Не знаю, кому там и что нужно, но я не хочу быть третьим трупом… Хочу домой, к маме! Зинбер неохотно посторонился и махнул рукой, военные типы остановились. Меня вновь толкнули к склепу, пришлось пойти, словно во сне переставляя ноги. Кошмарном, очень кошмарном сне! Проплыл мимо настенный орнамент, нависла арка, окутал полумрак склепа. В мраморном холле холод металла исчез, и я, скосив глаза, рассмотрела взлохмаченные темные волосы, точеный, немного хищный профиль, опасный блеск черных глаз. Маньяк, вылитый! Пустой коридор, поворот, распахнутая дверь. Вниз вели крутые ступени, по которым попросту стащили, из каменного нутра подвала дохнуло сыростью. Замутило, горло свело спазмом. Вот стошнит меня на него, так ему и будет надо!

Последняя ступень, узкий короткий тоннель, еще одна дверь. Кеннет втолкнул меня внутрь, развернулся и захлопнул ее за нами. Лязгнул засов с похоронным звоном, в голове промелькнуло невесть откуда взявшееся: «Замуровали, демоны…» Сверху прилетали звуки тяжелых шагов и эхо голосов, я вжалась в стену и огляделась. Не комната, а каменный мешок, со сводчатым потолком и плоской платформой на полу. Неясно откуда берется тусклый свет: ни окна, ни люка. Тупик — при всем желании никуда не денешься. Зачем он меня сюда приволок?.. Сам маньяк закончил возиться с дверью и теперь увлеченно поддевал острием кинжала выпуклый камень в кладке. Весь в готично-черном, еще и кинжал ритуального вида, точь-в-точь для кровавых жертвоприношений. А вдруг это для них комната?! Но тогда определенно чем-то не тем он тут занят…

Шаги и голоса становились громче. Камень в кладке поддался и выскочил, открыв крошечный тайник, из которого торопливо вынули… флешку? Или что-то похожее — литую золотистую коробочку с крышечкой. Кеннет с щелчком ее открыл, заискрило так, что я зажмурилась. Ударил яркий свет, налился огромным шаром. Знакомо полыхает, пульсируя солнечными сгустками. С опозданием сообразила, что уже стою в подвале одна, а шар света стремительно тускнеет и тает. Или я сошла с ума, или это портал! Копия моего, с приглашения в университет. И зачем я только сюда притащилась? Снаружи бухнуло, по лестнице словно таран скатили, дверь тряхнуло до посыпавшейся с потолка крошки. Вломятся, по допросам затаскают… Мамочка! Хочу к тебе, домой! Я отлепилась от стены и прыгнула в почти исчезнувший солнечный шар.

Потеплело, пол уплыл. Так же, как в прошлый раз. Мягкие волны, ласковое сияние. Пропало оно внезапно, под туфлями скрипнули доски длинной платформы, напоминающей железнодорожную. Внизу — высокая сочно-зеленая трава с крупными ромашками, на горизонте — густой лес, в ясном небе — барашки облаков. Безлюдное место, заброшенное. В двух шагах от меня стоял мой похититель. На лице его застыло выражение крайнего изумления, а в глазах — немой вопрос, который он спустя мгновение все-таки озвучил:

— Нафига?..

— Я не хотела… — Горло некстати свело, громко икнулось.

— Да? — скептически уточнил Кеннет. — И как это — случайно войти в портал между мирами?

— Я не хотела, — вторая попытка оказалась удачнее, — оставаться там…

— Знаешь… — Он изогнул бровь. Совсем без проблеска понимания, что немудрено. Вряд ли маньяки бывают чуткими людьми. — Лестница в обе стороны работает.

— Знаешь, — разозлилась я, — мне бы сто процентов пришлось с теми типами тесно общаться о том, куда ты делся и что я видела! А они не кажутся приятными собеседниками!

Кеннет нахмурился. Черт… Зачем я вообще рот открыла?.. Притворялась бы, что ничего не знаю, не замечаю и вообще дурочка.

— Ладно, раз ты больше не собираешься меня убивать, я пошла. — Я развернулась, не уверенная, что верно мысль сформулировала, и спрыгнула с платформы.

— Ку-у-уда?.. — раздалось в спину, а дальше как в замедленном кино.

Под ногами что-то жадно булькнуло, лепестки ромашек заострились. Ой… Сзади хапнули за шиворот и, словно котенка за шкирку, втащили обратно на платформу.

— О, и ты так по этому поводу расстроилась, — Кеннет убрал руки, — что самоубиться решила?

Я мотнула головой, потому что ничего такого не решала. Ромашки эти кровожадные, феи с табличкой не хватает. Мы что, в Гарде? Вдалеке, за полем и лесами, виднелись крыши бревенчатых домиков, напоминающих сказочные избушки. На деревянной платформе имелись занятные выступы под неведомые транспортные средства, как на той картинке… Нет, это не Гард.

— Ладос! — догадалась я, невероятно гордая своей образованностью.

— Правда? — восхитился Кеннет. — А вдруг с Винара всю воду умыкнули?

— После пропажи магии я бы не удивилась… — буркнула я и осеклась.

Взгляд по мне скользнул откровенно изучающий, я невольно поправила волосы, спрятав под ними красные уши. Вот зачем так смотреть?.. Это с мысли сбивает. Голова, не отвлекайся, работай! Что произошло, в общем-то, понятно. У Кеннета веский повод смыться из Междумирья, учитывая приговор. Не успели привести в исполнение? Последствий магической лоботомии не замечаю, а вроде как должны быть тяжелые. И я видела его под конвоем минут за двадцать до «глобального отключения», а без применения магии наверняка нельзя лишить кого-то магического дара. Не знаю, почему в Междумирье порталы закончились, но у него явно есть. Из той коробочки. Возможно, она многоразовая! Что ему стоит меня домой отправить? В качестве моральной, так сказать, компенсации.

Кеннет завершил пристальный осмотр утомленным закатыванием глаз, и стало ясно: о компенсации лучше не заикаться. С другой стороны, раз я его напрягаю, а оставить на растерзание ромашкам не хочет, вариант идеальный. Заложники уже сбежавшему маньяку ни к чему, без них гораздо удобнее скрываться от закона. Как бы намекнуть-то…

— Это самое, — сказала я, набравшись храбрости. Она мгновенно и подло улетучилась, остался лишь тоненький писк: — Можно мне портальчик в другой мир?.. Пожалуйста…

— А конкретнее? — вполне нормально отреагировал Кеннет.

— На Землю!

— Нехило, — оценил он, глядя при этом почему-то на мои ноги. — Координаты какие?

Ой. Действительно, Земля большая, порталы должны иметь заданную точку выхода. Как на вокзал в оранжерее или телепортационную комнату университета. Но мне-то нужно обратно домой.

— Не знаю координат… — Я беспомощно пожала плечами и заработала настороженный взгляд. Кажется, и координаты мой отсутствующий провожающий обязан был сообщить. Не хватало еще подозрительной девицей выглядеть, кидающейся от представителей закона в порталы за похитителем. — Не помню. Стресс! Когда хватают и тащат в подвал, и имя свое забыть легко, вот!

Я сделала очень несчастное лицо в надежде, что ему станет стыдно. Придумает, что можно сделать. Не зря же столько турниров навыигрывал…

— Значит, сюрприз будет, — ни капли не устыдился Кеннет.

— Не надо! — Я в ужасе шарахнулась.

Забросит в Северную Корею, с моей-то удачей. Примут за шпионку, посадят на веки вечные, и никогда я родителей не увижу!

— А как выяснить координаты? — уточнила я, предполагая, что не по глобусу.

— Эх, первокурсники… Замером остаточной магии от портала, которая сохраняется сутки. И отправить в исходную точку.

Интонации проскочили угрюмые, будто это делалось непросто и придется повозиться. Судя по недавнему оценивающему осмотру, я не стоила таких стараний.

— У меня другие планы на вечер, — томно поведали мне.

— Я поучаствую! — вырвалось само. От заработанной усмешки к щекам тотчас прилила краска. — В смысле, пригожусь. Как-нибудь. Постараюсь пригодиться!

Я умею вязать, шить и вышивать. Правда, вряд ли ему срочно нужны салфеточка, шарф или ханик…

— Сомневаюсь, что ты что-то умеешь, — до обидного уверенно заявил Кеннет.

— А если бы умела? — с вызовом спросила я, картинно щелкнув в немагическом ныне воздухе пальцами. — То что с того?

— Справедливо, — снисходительно признал он. Обогнул меня и пошел вдоль платформы, прочь от поля. Оглянувшись через пару метров, бросил через плечо: — Тебя если не тащат, ты сама не идешь?

Я сорвалась с места и потрусила за ним, пока не передумал. Толку-то от меня мало, зато обуза та еще. Но насчет справедливости — раз похитил, пусть и отдувается… Поможет с порталом, не отказался же. Несмотря на всеобщие уверения, что они не работают! Или у него какие-то особые? Почему в продвинутом университете Междумирья такими не запаслись? Великих магических умов и прочих застрявших гениев не осенило, в отличие от студента старших курсов? Поотправляли бы народ по домам, если порталы в золотистых коробочках — это нормально. Хотя, судя по темной личности Кеннета, не совсем нормально. Неспроста из тайника пришлось выцарапывать. Да уж, мечтала узнать, за что его арестовали, сплетни готова была собирать. А теперь вот он, первоисточник. Только спрашивать как-то не тянуло. Вдруг он расстроится и… закинет меня в Винар, причем безо всякого надувного матраса. Не думаю, что оттуда вместе с магией и воду умыкнули. Платформа кончилась шаткой лесенкой, ведущей в поле. С этой стороны ромашек в траве не белело, Кеннет спустился расслабленно. Почему-то упорно не верилось, что он так близко, настоящий, а не на фотографиях «Вестника» или издалека, украдкой подсмотренный. А недавно еще ближе был… Даже жалко, что такой красивый — и маньяк.

Я стойко вышагивала по влажной земле, норовящей зажевать то одну, то другую мою туфлю, и старалась не отставать. Получалось с переменным успехом, шел он быстро и не оборачиваясь. Надеется, что по дороге потеряюсь? Теряться я не собиралась, а наоборот, морально готовилась идти от платформы и до заката. Да и как тут потеряешься, взгляду залипнуть не на чем — на картинках Ладос выглядел гораздо круче. Пестрые мегаполисы с избушкоподобными небоскребами, парящие фонтаны и проплывающие в небе парусники. Что Кеннет забыл в этой… э-э-э… глуши?

Платформа осталась позади, поле перегородил сплошной высокий забор. Предупредительная надпись про запретную зону ботанического заповедника гардской флоры и фауны обещала преследование чудом выживших нарушителей карающими органами маглиции. Да какой браконьер в здравом уме к этим ромашкам сунется?! Кеннет невозмутимо постучал по одной доске, по другой, третью сдвинул, исчезнув в проделанной щели. Смелый. Или в ботанике Гарда разбирается. Но как же маглиция? Впрочем, о чем это я? У него и так проблемы с законом. А у меня со здравым смыслом, раз полезла на ту сторону следом…

Полями, лесами, с песней! Мысленно, конечно, да и в голове зацикленно крутилось исключительно «Мы бандито, гангстерито», которое петь вслух никак не стоило. Кеннет молчал, сосредоточенно выбирая тропинки в запретной зоне и периодически проверяя что-то в траве. На меня оглянулся разок. Когда я в кусты упала. Быстренько встала, отряхнулась, пошли себе дальше. Кровожадных ромашек более не было, да и вообще ничего кровожадного не встретилось. Еще бы, в такой глуши им и есть-то нечего. Померли, бедолаги. Ушибленное колено саднило сквозь испачканный гольф, ноги ныли, ужасно волновал вопрос, почему нельзя было портал поближе к пункту назначения поставить. Не везде срабатывают? Ну, или кое-кто не так хорош в пространственной магии, как в призывах, ритуалах и похищениях девушек. В любом случае сомневаюсь, что мне стали бы что-то объяснять.

— Кеннет, я больше не могу-у-у, — не выдержала я, споткнувшись о невесть откуда вылезшую корягу, и тут же закусила губу. Палюсь!

— Не моги, — как ни в чем не бывало разрешил он. Видимо, последнее, что могло его удивить, — так это то, что кто-то знает его по имени. — Почти пришли.

Тропинка, прощально вильнув между деревьями, привела прямиком к калитке. За аккуратным выцветшим заборчиком виднелся бревенчатый домик с распахнутыми резными ставнями, в открытых окнах покачивались занавески. Ни крыльца, ни дверей — похоже, мы подошли с тыла. С огорода. Правда, огород немного странный: вместо аккуратных грядок — заросли травы и впечатляющая яма. Надеюсь, не для уставших ненужных девиц? Вокруг — деревья да кусты, определенно не дачный поселок. Кеннет распахнул калитку, я пристроилась за ним. С парадной стороны дома в частично выкошенной траве валялась готическая, будто у мистера Смерти отобранная коса, на лавке у крыльца восседал старик самого сказочного вида. Серебристо-седой, бородатый. Сказочность портили разве что цветастый поношенный халат и дырявые тапки. Поперхнувшись, он вскинул густую бровь и пробасил:

— Вот те раз! Не думал, что когда-нибудь опять тебя увижу.

— Шансов было мало, — ухмыльнулся неожиданный гость, — вас сложно найти. Оказались в такой-то ж…

— Кто бы говорил, — перебил старик и перевел на меня странно одобрительный взгляд. — Повезло-о-о. Найти деву, что в подобных обстоятельствах последует за тобой!

— Да я сам в шоке, — ехидно ввернул Кеннет.

Мой детектор комплиментов замер на отметке «сомнительно», я натянуто улыбнулась.

— Это Лукаш, — представил он, — это Лёна.

— А?! — опешила я. — Откуда ты знаешь мое имя?

— Какая-то первокурсница орала дурниной за кустами: «Помогите, спасите, Лёну убивают!»

Запомнил же, как мило… Кстати, раз я претендовала на вакансию третьего трупа, значит, есть еще два. И не факт, что он имел в виду тех несчастных студентов с вечеринки! Вполне возможно, говорил про сегодняшних. И вообще, откуда мне знать, какое у него трупоисчисление.

— Лёнушка, не стой, проходи в дом, — ласково пригласил хозяин. — Правда, там пыльно слегка… Сама понимаешь, магическая уборка не запускается, и это при давней-то нехватке женской руки. Ты уж прости, не готовился к гостям. Располагайся в дальней комнате, вижу — ты с дороги устала.

Вероятно, меня хотели заботливо сплавить со двора, чтобы не подслушивала, но я была не против. Любопытство постыдно сдалось под натиском желания найти туалет. Я его нашла — типично деревенский, в конце поскрипывающего половицами коридора. Дальняя и ближняя проходная комнаты поразили до глубины души, кухня заставила нервно зачесаться. Наваленное барахло, затхлый запах, грязь, слой пыли на всех поверхностях и ее перекатывающиеся по полу комки. Магическая уборка не запускается, ага. Учитывая, когда отключили магию… Все это за несколько часов налетело-набралось? Я отыскала среди разномастных непонятных штук, напоминающих театральный реквизит, обыкновенную серую тряпку и, безысходно чихнув, взялась за дело. Одинокий старик, грех не помочь. Иначе я здесь задохнусь! К тому же после падания по кустам в лесу выгляжу немногим лучше этой тряпки, терять нечего.

В носу щекотало, вода в тазике чернела. Пол неожиданно оказался из светлого дерева, а на замусоленной скатерти проступили полустертые цветочки. Я орудовала тряпкой уже в коридоре, протирая вазы, шкатулки, рамки с фотографиями… За мутным стеклом одной из них, нещадно оцарапанной, удалось рассмотреть вырезку из знакомого мне «Вестника». Тот же старик, но более презентабельный, со стильно подстриженной бородой и в черной мантии. Штамп двухгодичной давности и подпись: ректор университета Междумирья Лукаш Янов. Что-о-о? От неожиданности я выронила тряпку, та плюхнулась в тазик, забрызгав мои и без того настрадавшиеся гольфы. Он бывший ректор?! Почему же прозябает в глуши запрещенной зоны? Оккультист, судя по всему. И первый, к кому кинулся Кеннет, вырвавшись из заточения. Господи боже, где я оказалась?..

В прихожей скрипнула дверь, я отпрыгнула от газетной вырезки и подняла тряпку. А вот прижимать ее к груди было лишним… На меня воззрился Лукаш безумно шокированным взглядом. Наверное, я сделала что-то не то. Совсем не то. Благими намерениями, как известно…

— Извините, — пробормотала я смущенно. — Это волшебная пыль, ее нельзя было трогать?

Он озадаченно шаркнул тапком по чистому полу и почесал в затылке, на пороге зашелся смехом Кеннет. И что-то мне подсказывало, что не от усталости с дороги бедненького так пополам согнуло!

— Извините… — веселился он, то ли прося прощения за невоспитанную меня, то ли передразнивая. И ведь даже смеется красиво, чтоб его. — Она с Земли.

— А-а-а, — отмер Лукаш, будто мое происхождение все объясняло. — Милая, спасибо тебе, но, право, не стоило. Уборка без магии — это варварский, давно отживший способ. Никто уже ее руками не делает.

— Пора снова начинать, вдруг магия обратно не включится, — сказала я обиженно. — А обычные люди у вас как убираются? Зовут магичек-уборщиц?

Он отрицательно покачал головой, Кеннет захлебнулся смехом. Так бы и кинула тряпкой, да боюсь, не сгодятся объяснения, что это земные варварские традиции. Убирать руками у них тут не принято… Готовить руками тоже не принято? Интересно, чем тогда они готовят? Чувствую, через пару дней весь мир на грани вымирания будет!

— Лёнушка, — произнес Лукаш менее приветливо, чем в прошлый раз, — брось сосуд для ритуалов и платок Дриады. За домом есть ручей, приведи себя в порядок.

Ой… Удачно все-таки, что магия не работает. Хоть не проклянет! Я бросила тазик и тряпку, которые вовсе не тазиком с тряпкой оказались. Опустив глаза, добрела до двери и проскользнула на крыльцо, мимо Кеннета и его выразительной донельзя ухмылочки.

— Держи себя в руках, стирку там не устраивай! — крикнул он мне вдогонку.

Я припустила быстрее через двор, по скошенной траве. Хочется верить, что у ручья нет бешеных ромашек или еще чего-нибудь местного, колоритного. В моей несамостоятельности уже убедились, а также в том, что одну меня оставлять чревато. Раз отправили без сопровождения, наверное, там ничего опасного нет. Ну, или они попросту решили от меня избавиться…

Обогнув дом, я очутилась между забором и высокими окнами. Никаких признаков ручья и близко. Не с той стороны обошла?.. Из распахнутого окна донеслись скрип половиц, вздохи и ворчание. Я пригнулась, затаившись под ним. Подслушивать — нехорошо, но быть ни в зуб ногой гораздо хуже. Надо хотя бы примерно представлять, во что я вляпалась.

— А я говорил, я предупреждал, — по-стариковски ворчал Лукаш, нарезая, судя по скрипу половиц, круги по комнате, — что запреты на основе пророчеств — чушь и манипулирование. А они — паранойя, старческий маразм, отставка! Тьфу! С чего они это взяли?

— Вы на вручение дипломов в банном халате явились, — напомнил Кеннет. — Признайте, вы ведь не отступились, иначе бы здесь не прятались. Я знаю, у вас есть.

— Отправлялся бы домой, — фыркнул бывший ректор, — раз судьба дала шанс целее остаться.

— Шанс довести до конца, — спокойно возразил он. — Слушайте, ну зачем вам одному столько? Солить?

— Экономить надо!

— На уборке сегодня уже сэкономили…

Уши вспыхнули, голоса стихли. Вероятно, в комнате сейчас шли обмены выразительными, оккультной силы взглядами, но я метнулась прочь от греха подальше. Застукают под окном, не обрадуются. Единственное, что было понятно, — Кеннету что-то нужно от Лукаша, а тот не очень жаждет это давать. О каком пророчестве идет речь и что оно запрещает? За нарушение этих запретов заметают в тюрьму? Не зря, раз от тех запретных ритуалов студенты помирают. И что Кеннет собрался доводить до конца? Вопросов только прибавилось! Раньше-то всего один был — что здесь, блин, происходит…

Журчание сбило с мысли, заставив вспомнить о цели прогулки. С другой стороны дома нашелся он — ручеек, бьющий из-под земли. Волшебно прозрачный, с круглыми, будто морскими, камушками на дне. Ромашки ниоткуда не подкрадывались, и я присела у берега. Опущенные в воду грязные руки мгновенно стали чистыми, кожу окутало приятной прохладой. Здорово… Но, думаю, пить эту супердезинфицирующую воду не стоит. Я прошлась влажными ладонями по пиджаку: ткань посветлела, пятно от обнимания тряпки испарилось. Особенности природы Ладоса или магия? Конечно, она не работает, но не факт, что наложенные ранее заклинания обязаны рассеваться. Нет… Факт! Потому что кексик! Враз полегчало, все показалось не таким уж ужасным. Я до сих пор понимаю языки других миров, хотя магия отключена. Значит, эффект колдовства держится. Возможно, ментальное успокоительное с родителей не соскочило и полиция меня не ищет. По крайней мере, земная…

Я наклонилась, зачерпнув побольше воды, чтобы умыться. Ручей возмущенно булькнул. Ладони странно потяжелели, равновесие не сработало… Бултых! Мамочки, я плохо плаваю! Вынырнув, судорожно вдохнула полной грудью и поняла, что воды по шею, а течение слабое. Впрочем, хомяки умудряются тонуть в поилках. Я торопливо выбралась на берег и воровато покосилась на дом. Видели или нет? Впрочем, если и не видели, то увидят. Волосы липли куда попало, с одежды и носа капало. Привела себя в порядок так привела! Перед глазами замаячила ехидная физиономия Кеннета. И тут от него покоя нет! Вот не вернусь в дом, пока не высохну! Я клацнула зубами, попрыгала, тщетно пытаясь согреться. Не особо помогло.

Через минуту затрясло так, что стало абсолютно плевать, что этот Кеннет скажет или подумает. Пусть хоть обхохочется! Я ринулась к крыльцу, просочилась в приоткрытую дверь. Прихожая была пуста, звуки доносились лишь с кухни. Отлично! Мимо нее удалось прокрасться незамеченной, комната ждала за поворотом. В туфле хлюпнуло, предательски скрипнули половицы.

— Зачет! — настиг сзади голос, а следом аплодисменты. — Теперь ясно, почему именно ты у тех кустов решила постоять.

Обернулась, угодив под прицел пытливо ощупывающего по сантиметру взгляда.

— Ты просил не стирать, — вздернула я подбородок, — что купаться нельзя — речи не было!

Кеннет расплылся в растроганной улыбке, я независимо зашагала дальше. Нагнал скрип половиц, чуть выше локтя легла горячая ладонь, плавно развернув к неприметной двери сбоку.

— Стоп! — скомандовал он без капли иронии. — Куда собралась?

Щелкнул замок, дверь распахнулась… Кладовка. Темная, в шкафах и полках. Под потолком висели слабо натянутые веревки, в углу валялись мешки, да такого размера, что труп поместится легко. Меня втолкнули внутрь, я шагнула, не в силах оторвать взгляд от мешков. Намертво прилип, и все тут! Выход нашла — зажмурилась, крепко. Тихо, тихо, спокойно… Как там кролик Роджер говорил? «Вам не сможет сделать ничегошеньки плохого человек, кого вы рассмешили». Я по итогам сегодняшнего неполного дня смело могу на полноценный цирк претендовать, а кролики редко ошибаются…

— В шкафу полотенце и другую одежду найдешь, свою сушиться повесь, к утру высохнет, — выдал указаний Кеннет. — И да, когда будешь переодеваться, глаза лучше открой. Так намного удобнее.

Я открыла, хотя переодеваться пока не собиралась. Он-то стоял рядом, на пороге, так близко, что чувствовалось тепло размеренного дыхания. Эффектно приподнятая бровь выражала не то вопрос, не то ожидание.

— Может, не надо? — Я еле сдержалась, чтобы не чихнуть.

— Имей в виду, мои целительские заклинания — не то, что кто-нибудь согласится испытать на себе добровольно.

А вот и не страшно, с магией-то напряженка! Его пальцы соскользнули с моей руки, вмиг стало холоднее. Кеннет медленно помассировал запястье, под рукавом рубашки на мгновение мелькнул багрово-круговой след.

— Все хорошо? — вырвалось невольно.

— По сравнению с утром, — сообщили мне доверительным шепотом, — просто сказка.

Я убрала назад мокрые волосы и решилась спросить прямо:

— Ты отправишь меня домой?..

— Ну… — Кеннет привалился к стене, поглядывая на меня сосредоточенно и как-то устало. — Зависит от хозяина этих апартаментов.

Вот о чем они говорили! Наверное, у Лукаша мешок порталов припрятан, наподобие тех золотых коробочек. Не хочет немножко поделиться? А вдруг не получится уговорить, такого экономного? Застряну тут навеки! С другой стороны, дом небольшой, а его хозяин немощный. Ой… Наговаривала на некоторых, а сама-то. Всерьез размышляю над ограблением одинокого старика. Ужас, как быстро я испортилась, всего-то за пару часов пагубного влияния!

Я опустила глаза, устыдившись собственных мыслей и направленного на меня пристального взгляда заодно, и заметила, что внизу набежала целая лужица. Над ухом выразительно покашляли. Я с подозрением покосилась на Кеннета, тот невозмутимо указал на шкаф:

— Сама справишься или помочь?

Картинка перед глазами вспыхнула яркая и красочная…

— Э-эм… — Я покраснела и яростно мотнула головой. Или, наоборот, надо было кивнуть? Черт. — Справлюсь!..

Он недоверчиво хмыкнул и вышел в коридор, оставив дверь чуть приоткрытой. Сквозь щель проникал свет, погружая кладовку в полумрак. Кажется, с немагическим освещением в доме проблемы. И с головой у меня тоже, раз постоянно о чем-то не о том думаю!

Я открыла дверь пошире, чтобы не совсем на ощупь ориентироваться, и исследовала шкаф. Словно в детство окунулась, с попытками отыскать в бабулиных вещах что-нибудь похожее на наряд принцессы. На сей раз повезло, среди халатов, пижам и странных балахонов нашла славную вязаную накидку. А еще мягкие тапочки с помпонами. Все черное, как и принято у приличных некромантов. Тьфу, оккультистов… Раздевалась я в спешке, путаясь в пуговицах и поглядывая на дверь. Напрасно, никто мимо не шастал и внутрь заглядывать не порывался. Изрядно подмокшую, но чистую форму развесила, где велели, прочее предпочла оставить на себе — быстрее высохнет! Да и стоило только представить болтающиеся тут труселя с веселыми черепашками и лифчик столь грустного размера, как меня кидало в панический ужас. Извлеченный из кармана пиджака мокрый телефон выключила и обтерла полотенцем, надеясь, что волшебная вода никаких контактов не перемкнет. С формы весело капало, но брать тряпку, чтобы постелить под веревками, я не рискнула. Не дай бог опять что-нибудь не то схвачу. Тщательно отжав волосы, я немного подергала накидку, пытаясь сделать ее чуть длиннее, а потом махнула рукой, решив, что до утра в таком виде как-нибудь дотяну.

В коридоре мне никто не встретился, приглушенные голоса доносились с кухни, и, судя по интонациям, разговор проходил нервно. Не став задерживаться и развешивать уши, я ушла в дальнюю комнату, в которой изначально и приглашали отдыхать. Диван! Мягкий, удобный, и неважно, что скрипучий. Не подозревала, что настолько устала. Чертов забег по университетским тоннелям, чертов седьмой этаж общежития, чертов лес! Все аукнулось, каждая мышца мстительно заныла. Пуховая подушка и натянутый до подбородка пушистый плед примирили с жестокой реальностью. Было тепло, за окном темнело, по венам разливалось умиротворенное спокойствие. Чувствовала себя не так уж плохо, даже в безопасности. Хотя в заложники взяли и убить грозились… Однако вреда не причинили, в этой глуши не бросили, еще и домой отправить хотят. Подумалось, что все-таки Кеннет слабо на маньяка похож, но додумать эту мысль я не успела — провалилась в сон.

Сладкой дремой окутывало недолго, обступили серые стены покинутого университета. Я металась между кустов лабиринта, усеянных цветками ромашек с лепестками-лезвиями. С неба, гремя подвесками, бесконечно долго падала люстра, всюду бешено сверкали глазами навигаторские птички, насвистывая механическим голосом: «Не туда, не туда!» Люстра звонко расхохоталась, и меня кувырком покатило по неведомо откуда взявшимся ступеням в сырое нутро склепа. Вскрикнув, я уткнулась носом в… твердое, но удобное плечо. Не поняла! Плечо плавно дернулось, я подпрыгнула.

— Веди себя прилично, — ласково попросили на ухо, — а то диван развалится.

Сон как рукой сняло. Во мраке вырисовывался силуэт, да и чувствовался сбоку неплохо. Лежу не одна. Ай… Ай. Ай!

— Ты, — пискнула я неуверенно, предполагая все что угодно, вплоть до галлюциногенного ручья, — тут?..

— В этом доме немного мест, где можно поспать.

И что? Ладно, допустим, под бочок к бывшему ректору Кеннет не захотел. Но неужели в Ладосе раскладушки не водятся и на полу матрасы не стелют?! Я аккуратно и ненавязчиво сползла с такого удобного плеча. Боже! А на мне только эта накидка ниочемная, едва прикрывающая то место, на которое я отхватила приключений.

— Кошмар… — простонала я, заворачиваясь в плед, словно в кокон. Даже в темноте рассмотрела вопросительно изогнутую бровь и спешно добавила: — В смысле, кошмар приснился.

Бровь вернулась на место, ее хозяин сонно вздохнул. И от этого вздоха волосы на затылке шевельнулись, вспугнув стайку мурашек. Интересно, давно он тут присоседился? В голову полезли разные неправильные мысли, и, чтобы не думать о всякой ерунде, я поспешно спросила:

— Лукаш поделился порталами?

— Какими порталами?.. И зачем они нужны при отключенной магии?

— Такими… в коробочках… Твой-то сработал.

Кеннет привстал и впился в меня совсем не сонным взглядом. Чувство самосохранения, которое где-то гуляло, вернулось и заставило вжаться в стену. Господи, ну почему я с краю не легла?! Удобнее было бы удирать!

— Так… — прозвучало жестко, в желудок скатился холодный комок ужаса. — Либо ты не в курсе элементарных вещей, либо просто слабоумная. А во втором я сомневаюсь.

Надо же, сомневается…

— Кто ты? — напирал он. — Зачем в портал за мной сиганула? То нырок в ядовитые цветочки, то уборка эта, то взбесившийся ручей, то порталы, мать их, в коробочках! Перво-наперво с провожающим обратные координаты наизусть учат. Почему ты их не знаешь?

— Потому что… — Я облизала пересохшие губы. — Его не было.

Глаза напротив округлились, потом презрительно прищурились.

— А-а-а… — протянул Кеннет. — Ты из этих. Которые, обчитавшись, как его там, Гарри Поттера, исхитряются и пробираются в университет?

— Что?! — От возмущения я забыла, что вроде бы испугалась. — Нет!.. Меня пригласили!

— Каким же образом?

— А вот таким! Приглашением, в конверте. С порталом и инструкцией!

Хм… Оказывается, в прошлый раз глаза у него не так уж выразительно округлились. С тем, что сейчас, ни в какое сравнение не идет.

— Чего?.. — переспросил он шокированно. — А ну, давай подробнее.

Подробнее? Ага, если смогу. Попробуй тут сосредоточься, когда чье-то дыхание касается шеи. А чьи-то глаза находятся в десяти сантиметрах от моего носа. А если я немного поверну голову, то чьи-то гу… Ой, все! Я немного повозилась, плотнее сворачивая свой кокон, и села, стараясь сильно из него не вылупляться. Рассказала. С затребованными подробностями. Тихо, обстоятельно, пусть и сбивчиво. Про неожиданную находку в рюкзаке на последнем звонке, неведомо откуда взявшуюся. Как сочла письмо чьей-то глупой шуткой, но никто, кроме меня, искрящегося на листе бумаги текста не увидел. О пунктах пространной инструкции, обещанном ментальном заклинании для родителей и активации портала после трех месяцев ожидания. Кеннет молча хмурился, а едва доложила, как шагнула в портал, категорично заявил:

— Не могло такого быть. В университет приглашают только лично, а для студентов с Земли существует особый, расширенный протокол. Мир немагический, люди непривычные. Работа начинается загодя, поэтапно, без объявления в лоб вызывающего смех или панику «вы маг». Перед началом обучения обязателен визит в Междумирье и Ладос, на пару недель — посмотреть, как там живется. Пока бы ты не приняла взвешенное решение покинуть родной мир, с подписанным соглашением, тебя бы не зачислили. Бумажки с инструкциями — чушь.

— Однако у меня было именно так. Может, пошутил кто?

— Дорогая шуточка, — покачал головой Кеннет. — Переносной портал, еще и для твоего мира… Чтобы ты понимала — вещь с наложенным заклинанием содержит вплетенный алгоритм действий, для срабатывания которого при активации берется магия извне. Именно поэтому теперь порталы бесполезны, как и любые артефакты. Для работы им необходима магия. А на Земле магии — пшик, поэтому для активации портала нужна впечатляющая энергоемкость и мастерски сжатый алгоритм. Отдельная песня — зачарованный на тебя одну текст, он три с лишним месяца поглощал вокруг магию. Надо быть очень сильным и изрядно потратиться — и энергетически, и материально. Это должно быть выгодно, иначе бессмысленно. Говоришь, утром в первый день осени прибыть велели?

— Да. Поэтому я чуть на церемонию не опоздала…

— Хотели сцапать по прибытии. На вокзале уже не караулили встречающие.

— Одна караулила, — возразила я и, заметив озадаченное выражение лица, пояснила: — Она прогуляла вчера, а сегодня пришла в расчете на галочку в ведомости, надеялась никого не встретить.

— О… — На его губах вместо привычной усмешки заиграла странная улыбка. — Мариса, что ли?

Я поморщилась. Конечно, он ее знает, местную королеву гламура! На одном курсе учились.

— Повезло тебе, — глубокомысленно отметил он. Приплыли, и этот туда же. Но мысль собеседника вдруг ушла в другую степь: — Просчитались те, кто тебя заманил. Если бы не неожиданная компания, спутавшая им планы, вероятно, тебя бы тут не сидело.

— Да ладно, — фыркнула я. — Сильные магические злодеи испугались студентку-старшекурсницу?

— Кхм, — Кеннет подавился смешком. — Скажем так, ее не стоит злить.

Еще бы. Один салат на ушах чего стоит. Или неизвестные злоумышленники вилки боятся? Ну ее, эту Марису, даже думать о ней не хочу.

— То есть меня не зачисляли?.. — просился не самый приятный вывод.

— Похоже на то. Но это быстро бы выяснилось, при сверке с первым же списком. При расселении в общежитии, на зачитывании имен первокурсников в конце церемонии, на вводной лекции.

Быстро бы выяснилось? Я совершенно по-дурацки рассмеялась. В общежитие меня вселили в обход списка, церемония прервалась, лекцию отменили.

— Ясно, — вывел он, — не сверяли. Странно, зачем ты кому-то понадобилась. Неучтенных магов на Земле наверняка немало, но тащить их в Междумирье… Что в тебе особенного?

Интонация была какая-то обидная. Взглядом окинул столь придирчиво-внимательным, будто впервые видел. Судя по задумчивому хмыканью, ничего такого не высмотрел, ради чего злодеям стоило бы хитрые планы городить.

— Не знаю, что во мне особенного, — буркнула я, — но похищают и похищают.

— Межмировые порталы не переносят людей без их добровольного на то согласия, — высокомерно ухмыльнулся Кеннет. — Не пробовала думать, прежде чем неведомо куда прыгать? Меньше бы влипала в сомнительные истории.

— Знаешь что, — с яростью прошипела я, — не тебе учить, как меньше влипать в… сомнительные истории!

Отвернулась и улеглась, натянув плед по самую макушку. Снаружи снова хмыкнули, на этот раз не задумчиво, а уязвленно. И ладно! Гуру побегов из тюрьмы при магических отключениях… Я сердито засопела, Кеннет тоже лег, но не так близко, как раньше. Правильно, предусмотрительно, а то прилипну и совсем не отлипну, такая влипательная! Никакими порталами не отделается, ага!

Посопев еще немного, я прислушалась. Тишина… Уснул? А вот мне не спалось. Может, потому что диван неудобный и скрипучий, а может, потому что Ярушки рядом нет… Я, вообще-то, привыкла спать с ним, а не со всякими бессовестно развалившимися типами. Кстати, следовало бы себя повежливее с Кеннетом вести, попаду ли я домой, во многом от него зависит. Увы, быть расчетливой у меня никогда не получалось, а теперь перегородка между мозгом и языком вовсе стерлась. В труху, пополнив запас опилок, тех, что у меня вместо мозгов! Ну и пусть… Все равно мама всегда говорила, что я не умею налаживать отношения с людьми и заводить друзей. Заводить… Будто это хомячки какие-то. Лизка — единственная, кого хотя бы с натяжкой можно было назвать моей подругой, в старших классах перестала со мной общаться. Сказала, я скучная, все разговоры об игрушках, пора взрослеть. Потом она стала самой популярной девочкой в классе и… Не то чтобы я о чем-то жалела: ее взрослость выражалась в сплошных тусовках и надменном поведении. С чего я решила, что другие миры устроены иначе? Магия магией, а люди те же. На этом меня вырубило и, слава богу, без сновидений.

Проснулась я оттого, что затекла рука. Комната была не моя. И штора, криво прикрывающая окно, за которым занимался рассвет, тоже была не моя… И диван был не мой. И совсем рядом со мной, на этом не моем диване, тоже было что-то чужое, большое и теплое. Так. Что происходит? Я крепко зажмурилась, потрясла головой и… вспомнила. Университет, похищение, портал, Кеннет. Моментально стало жарко, я приоткрыла один глаз, чтобы оценить обстановку. Плед разнузданно валялся в ногах, ехидно улыбаясь пушистой пастью. Вот тебе и кокон. Вылупилась все-таки. Хорошо, хоть накидка не на ушах! Сбоку раздавалось тихое сопение, я независимо скосила глаза, опасаясь увидеть очередную ехидную ухмылку. Ее не было. Кеннет безмятежно спал, обняв подушку и захапав две трети дивана. Красивый, вот просто с ума сойти, какой красивый. И как ему даже во сне удается так выглядеть?! Эти короткие густые ресницы, эти скулы, ямочка на подбородке. Этот изгиб губ… Ай, немедленно надо это прекратить. Но прекращать не хотелось. Когда у меня еще будет возможность его рассмотреть? Трезвый вопрос «а зачем мне, собственно, его рассматривать» был мгновенно изгнан из головы, потому что отвечать на него я не собиралась. Наоборот, приподнялась на локте и продолжила интересное занятие. Волосы Кеннета спутались, к виску прилипло влажное колечко, а еще одно круглилось за ухом. Слегка помятая рубашка обтягивала мускулистые плечи, стекала по спине и неожиданно заканчивалась складками задравшейся ткани. Больше между ней и брюками ничего не было. Ну, кроме голой спины. Вот туда-то мой взгляд и прилип. И куда бы я его ни отводила, он неизменно возвращался обратно, будто в целой комнате не на что было посмотреть. А потом еще и рука потянулась — то ли одернуть рубашку, то ли… Я даже пальцы в замок сцепила, чтоб не поддаться этому второму «то ли».

В коридоре что-то звякнуло, меня мгновенно сдуло с дивана и вынесло за дверь. Влетев в кладовку, я прислонилась к стене и только там вспомнила, что нужно дышать. Боже, что со мной творится? А если бы Кеннет проснулся? Воображение тут же услужливо нарисовало картинку с проснувшимся Кеннетом, и я застонала. Нет, это не он маньяк. Это я маньяк!

Моя одежда благополучно высохла, непотребная накидка вернулась в шкаф. Обратно надетая форма напомнила об университете, о котором я все лето мечтала исключительно в радужных тонах, а оказалось… На самом деле меня туда даже не звали! Вернее, звали, но явно нехорошие люди. Ясно, почему не позаботились просветить насчет элементарных вещей: не предполагалось, что буду долго на свободе гулять. Зачем же я им понадобилась? Выходит, им помешала Мариса, потом мои шатания мимо зала для церемонии, затем отключенная магия, а теперь Кеннет. Удачно похитил! При таком раскладе оставаться в Междумирье опасно. Остается надеяться, что злодеи, не желая лишнего шума, все-таки воспользовались ментальным заклинанием для моих родителей. Причем в безобидных масштабах, а не убедили, например, что у них никогда не рождалось дочери.

Я спрятала по-прежнему отключенный телефон в карман и высунулась в коридор. Из кухни доносилось звяканье посуды и шаркающие шаги. Не мне одной не спится! Потянуло аппетитными запахами, желудок требовательно булькнул и попытался прилипнуть к позвоночнику. Голод не просто пересилил стеснительность, а смел ее с пути напрочь. Я шла на умопомрачительный аромат выпечки, пока не уперлась в стол, на котором возвышалась целая башня… толстых блинчиков? Лукаш курсировал по заваленной хламом — или очередными артефактами — тесной кухне, помешивая что-то длинной ложкой в чайнике. Если это, конечно, чайник.

— О! — обрадовался он мне. — Кто рано встает, тот занимает второй свободный стул.

Я молча присела, твердо решив сегодня держать рот закрытым. Прямо с самого утра. Хватит вчерашних глупостей, лимит исчерпан. И вообще, лично мне рот лучше использовать по прямому назначению — есть!

— Как ты относишься к элианской кухне? — огорошили вопросом.

— Не пробовала…

Лукаш плюхнул на стол салатницы, разлил в них что-то похожее на чай. Я сцапала блинчик, заработав сраженный взгляд и уважительное: «Сильна, девица». Ай, была не была. Как дома, у мамы, со сгущенкой, только без сгущенки. Свернуть трубочкой, откусить. М-м-м… Блинчик блинчиком, только пожирнее. Чай отдавал травой, но был душистым и сладким. Думала, что голодна как волк, а едва осилила первый блинчик, и то с трудом. Объелась так, что казалось, одно неосторожное движение, и разорвет. Экономный народ эти элианцы с их кухней!

— Кушай, Лёнушка, — умилялся бывший ректор.

Ну точь-в-точь как моя бабушка. Она, как и все бабушки, пыталась напичкать внучку едой до отказа и очень радовалась, если это удавалось. Лукаш положил себе в тарелку малюсенький кусочек блинчика и поучительно добавил:

— Здоровый аппетит — это замечательно.

А по-моему, много лопать — как раз нездоровый аппетит…

— Спасибо, просто было очень вкусно!

Лукаш польщенно улыбнулся.

— Я в твои годы… — задумчиво начал он, и я навострила уши. Обычно после этих самых слов бабушка погружалась в воспоминания. Слушать их я любила. — … до того, как в университет попал, мечтал кулинарную магию изучать и целительство…

Кулинарная магия и целительство — удачное сочетание. Особенно если знаешь первое не так хорошо, как второе.

— … ресторан открыть в столице, прямо на крыше Башни Пика. Судьба иначе распорядилась, на темные ритуалы определили, там я и познакомился с будущей женой!

Среди ректоров Университета темных магов, как меня просветили, было мало — обычно ими назначали менталистов, которые прекрасно чувствуют людей и лучше умеют руководить. Я слабо поняла, зачем он мне об этом рассказывает, но потом — кажется, после истории увольнения редактора «Вестника Междумирья» за выпуск календаря со студентками в купальниках — до меня дошло: ему же просто хочется выговориться! Одинокий старик в глубинке, где ни души, что неудивительно — зона-то запретная. Беседы я не умела поддерживать, а вот слушать и кивать — легко. Здесь же именно такие реакции и требовались, вкупе с вниманием, которое даже не пришлось изображать. С Лукашем столько всего происходило, что тянуло воскликнуть: как же скучно я живу! Впрочем, вчерашний день многое компенсировал…

— А в первый год преподавания я познакомился с будущей женой, — с ностальгией протянул он, и я впала в ступор. Резко показания поменялись! — Обучал студентов темным ритуалам, особо карьеру не планируя. Ты, наверное, не знаешь, раз с Земли, но темные маги редко становятся ректорами…

Как это я не могу знать того, о чем пять минут мне подробно рассказывали? Намекает, я его не особо-то слушаю?

— … реже только прорицатели, будь они неладны. Ума не приложу, как та особа пролезла! Сидела тихенько-тихонечко, а после прошлой церемонии нате вам, выдвижение. И ведь Совет большинством голосов одобрил!

О, выходит, нового ректора лишь год назад назначили.

— Не любите прорицателей? — зацепилась я, вспомнив подслушанный разговор. — Из-за запретов на основе пророчеств?

— Их не оспоришь, — поморщился Лукаш, — судьбоносные видения держатся в тайне Союзом прорицателей, решения которого являются законом. Признаюсь тебе, милая… Не думаю, что мне удалось бы открыть ресторан! У элианской кухни мало поклонников, а аренда Башни Пика космическая.

И куда это его с нужной темы унесло?

— Считается, что запреты во благо, — не отступилась я, ненавязчиво возвращая ректора к тому, что меня интересовало больше, чем элианские кухни и рестораны. — Однако вы не согласны?

— Предсказания не точны. Из множества вариантов показывают самый вероятный. Без всяческих внятных доказательств они тормозят прогресс! Такие разработки загубить… А теперь посмотрю я, как они проживут без магических накопителей!

О! Магия существует не только в воздухе, но и в золотистых коробочках? Или это лишь сосуд для нее. Если на руках имеется запас энергии, можно создать из него хоть портал, хоть фаербол метнуть, хоть волшебную уборку запустить. Вот почему Лукаш призывал экономить! Ясно, чем именно не хочет делиться.

— Ваши разработки? — Я нетерпеливо облизала губы. — Их из-за пророчества запретили?

— Не только. — Он вздохнул. — Ритуал сжатия и сохранения магии требовал много сил и зачастую приводил к летальным исходам.

— Как с однокурсниками Кеннета, — мрачно сложила я два плюс два.

— Он неплохой парень, — вдруг заявили мне воодушевленно. — В общем-то… местами…

Перед глазами замаячила полоска кожи между ремнем и задравшейся рубашкой, в животе запорхали бабочки. Я судорожно сглотнула и тряхнула головой. Мозг, включись! Что за тайное пророчество такое, из-за которого притормозили прогресс? Подозрительно!

— Я однажды бывал на крыше башни Пика, на приеме у владыки. Кстати, там я и увидел впервые свою будущую жену.

Вот далась же ему та башня, а?! Зато понятно, почему Кеннет с ним так долго вчера разговаривал. Лукаш постоянно скакал с темы на тему, а порой он вовсе забывал, о чем недавно шла речь. Подозреваю, что явление на вручение дипломов в халате — далеко не единственный его подвиг перед отставкой.

— А как вы здесь оказались? — поинтересовалась я, надеясь, что не услышу в ответ, что здесь он познакомился с будущей женой.

— Чтобы не нашел никто! — выпалил Лукаш и заглянул под стол, словно там могли прятаться злоумышленники. Я на всякий случай поджала ноги. Он придвинулся ближе, перейдя на шепот: — Я не отступился. И не отступлюсь. Должен довести исследования до конца.

В голове эхом пронеслось: довести до конца…

— Кеннет тоже этого хочет?

— Нет уж, — категорично фыркнули. — Мне-то терять нечего. В отличие от твоего Кеннета.

— Он не мой, — робко возразила я.

— Ох-хо-хо… Знавал я одну похищенную девицу, из-под венца, правда. Она потом за меня согласилась выйти!

К чему это он?.. Ну Кеннет и встрял. Убедить Лукаша дать накопитель — нелегкая задача, ведь сначала надо в принципе суметь его удержать в рамках определенной темы. Хотя бы на какое-то время! Но оно того стоит: тут точно должно быть много магии припасено, не как в той коробочке, которой, очевидно, на один портал и хватило. Зато я, наконец, выяснила, за что «моего» маньяка замели. Запрещенный, смертельно опасный ритуал, угроза исполнения какого-то нехорошего пророчества. Нарушителей лишают магического дара, чтобы рецидивов избежать и чтобы другим неповадно было. Жестоко, черт возьми… Неприятная и необратимая должна быть процедура, как и ее тяжелые последствия. Совершенно не хотелось представлять, особенно применительно к Кеннету. Ради чего он всем рискнул? Почему попался? На идиота ни разу не похож, наоборот — столько всего знает и в победители магических турниров не за выдающиеся мышцы под рубашкой попал. Сейчас магические накопители спасли бы сотни людей, замурованных в Междумирье.

— Я тоже прорицателям не доверяю, — заявила я. — Им даже не удалось конец магии предотвратить.

— Лёнушка, ну что ты, — Лукаш нежно потрепал меня по голове, — магия вечна.

— Но… — Сказать, что я удивилась, — значит ничего не сказать. — Она ведь исчезла из воздуха.

— Значит, течение остановилось, — пожал он плечами. В голове все окончательно смешалось и взболталось. — Но она не пропадет с концами никогда. Чего грустишь?

— Домой не могу попасть.

— Я как-то тоже не мог! Код магической сигнализации забыл. Старость не радость.

Хозяин встал из-за стола и удалился с кухни. Меня вставать не тянуло. Вернее, вставать тянуло, но обратно к табуретке тянуло гораздо сильнее. Чертов блинчик, чертова жадность! Из комнаты доносились шарканье, возня и задумчивое бормотание. Чувствуя себя колобком, я потрогала живот, убедилась, что лопнуть уже не собираюсь, и осторожно, маленькими глоточками, допила чай. Лукаш вернулся довольный.

— Держи, — он поставил передо мной увесистую золотую шкатулку, — только в гости еще обязательно приходи! Там на десяток порталов хватит.

Ой…

Шкатулка поблескивала на солнце, но трогать ее было страшно. Вдруг из нее вылетит магия, что уже не поймаешь и назад не запихнешь? Или вообще испарится и исчезнет! Лучше сначала спросить. Я подняла взгляд и… передумала. Лукаш был доволен, как слон после купания. Вот пусть таким и остается. Все равно из его объяснений ничего не пойму, зато он сразу сообразит, что маг из меня никакой. Решит, что раз портал я наколдовать не в состоянии и даже координат не знаю, то шкатулка с магией мне без надобности. Нет уж, подарил так подарил! Бывший ректор допил чай, рассказав, как на ферме ездовых драконов познакомился с будущей женой, и ушел косить траву обыкновенной косой безо всяких заклинаний. Сложно все на этом Ладосе: косить без заклинаний не стыдно, а уборку делать — стыдно. Надеюсь, его жена не дракон. Многоглавый Змей Горыныч… Хотя это многое бы объяснило! Я набралась смелости и аккуратно потрогала шкатулку пальцем. Она была теплой и капельку наэлектризованной и гудела — тонко-тонко. Точно волшебная. В столь щедрый подарок судьбы упорно не верилось. Здоровенный накопитель получила, хотя и не просила. Мне от него толку ноль, но есть кто-то, кому будет, и этот «кто-то» собирался отправить меня домой, если Лукаш уговорится. Нужно пойти и осчастливить Кеннета! Я хихикнула, представив себе его лицо, когда вручу ему эту штуку. Посмотрим, что от его высокомерной ухмылки останется. М-м-м… Я так расфантазировалась, что потеряла счет времени и очнулась от хлопка входной двери. Лукаш с косой по-прежнему бодро гарцевал за окном по лугу, совсем забыв, как шаркать. Значит, это Кеннет проснулся и вышел. Черт!

Я подхватила шкатулку, неожиданно легкую, и выбежала следом. Кеннет стоял на берегу ручья, серебристая вода приветливо булькала и поднималась к нему вертикальной струей, изображая жест «дай пять». Ничего себе! Ручей разумный? Наверное, вчера просто обиделся, когда я в него начала руки бесцеремонно совать, будто он обычная лужа… Я потихоньку подобралась поближе, Кеннет не заметил. Он жмурился от удовольствия, подставляя лицо солнцу и ветру. Расстегнутые верхние пуговицы рубашки, закатанные рукава, влажные волосы с поблескивающими каплями. Такие же капли стекали по шее, скатывались по ложбинке между мышцами под распахнутый ворот, срывались с подбородка, падая на рубашку мокрыми круглыми пятнышками, сквозь которые просвечивало тело. Ой… Зачем-то же я сюда шла? Ах, да…

— Доброе утро, — елейно пропела я.

По мне мазнул задумчивый взгляд и потрясенно замер на шкатулке. В глубине черных глаз что-то вспыхнуло, лицо красноречиво вытянулось, брови уползли на лоб да там и приклеились, причем без намека на ехидные изгибы. О… Класс! Даже лучше, чем я представляла!

— Подарили, — скромно пояснила я, потому что Кеннет явно потерял дар речи.

— Что ты для этого сделала? — хрипло выдавил. Так хрипло, будто за горло его душила жаба.

— Позавтракала, похвалила блинчики, послушала увлекательных историй. Как Лукаш познакомился с женой… Несколько раз, и в разных местах.

— Неудивительно, — он шагнул ко мне, — жен у него было восемь.

Ох ты ж… Какая бурная личная жизнь. Силен!

— В общем, как этим пользоваться? — с издевкой поинтересовалась я, не отказав себе в удовольствии глупо взмахнуть ресницами. — Магия, шмагия, Авада Кедавра, а волшебной палочки нет.

— Пользуются те, кому подарили, — вкрадчиво ответил Кеннет. — Но можешь передарить.

Я протянула ему шкатулку, решив, что достаточно его подразнила.

— Боюсь, чтобы передача состоялась, — мне досталась ленивая усмешка, — понадобится ее подтвердить словами.

— Да легко, — фыркнула я. — О, дорогой Кеннет Дэлман! В этот знаменательный день примите безвозмездно этот нескромный и очень полезный подарок. Аминь!

Он поперхнулся, но взял. Как только шкатулка оказалась в его руках, из приоткрытой крышки знакомо заискрило. Сработало, видимо. Ну вот, я почти маг. Маг-передаватель…

Усмешка напротив стала хитрой, из шкатулки уже не искрило — вспыхивало… В желудок бухнулся холодный ком. Похоже, я не маг-передаватель, а маг-дурак. Круглый, круглейший… Зачем отдала?! Вдруг не зря Лукаш не уговаривался и делиться с ним не собирался? Что мешает Кеннету попросту бросить меня?.. Мало ли что он там обещал. Вот сейчас он исчезнет отсюда бесследно, а я пойду и утоплюсь в этом волшебном ручье, потому что ни за что не рискну вернуться к Лукашу…

— За глаза и за уши хватит, — оценивающе присвистнул Кеннет. — Сваливаем.

— Вместе?..

— Ну, если тебе тут настолько понравилось — оставайся.

Я отрывисто замотала головой и ухватилась за его локоть обеими руками. Не знаю, насколько это действенно, но…

— Не попрощаемся с Лукашем? — Я зачарованно уставилась на шкатулку.

— Он мне только что сказал: «Как жаль, что ты уходишь», — крышка открылась шире, высвободив искристый свет, — а ты, если хочешь, сходи попрощайся.

— Нет-нет! — Предпочла никуда не отлучаться, пока у слова «сваливаем» еще множественное число. — Какой план?

— Переместимся туда, где можно замерить, откуда ты. Выясним примерные координаты, отправим тебя домой. Сразу предупреждаю: Земля далеко, порталы на большие расстояния нестабильны, безопасных портативных точек немного. Доставку к порогу первым классом и мягкое приземление не обещаю.

— И на том спасибо, — буркнула я. — Главное, чтобы без критических ошибок обошлось. Не очень хочется в процессе телепортации голову потерять или еще чего…

— Критическая ошибка — это перенос объекта обратно в исходную точку, — снисходительно пояснил Кеннет. Сделал круговой пасс рукой и нахмурился: — Там, куда мы идем, неспокойно сейчас. Ничего не трогай, ни с кем не разговаривай, от меня ни на шаг.

Я вцепилась в него крепче. Пусть сам попробует от меня отойти, ага. Он умиленно улыбнулся, но улыбка эта быстро утонула в хлынувшем свете. Все остальное тоже утонуло, не стало ни деревянного дома, ни ручья, ни травы, ни опоры под ногами. Невесомость, яркость, тепло. И рука, которую я по-прежнему сжимала выше локтя, даже сквозь ткань рубашки чувствуя, как под моими ладонями нагревается кожа. Сияние потускнело, проявились очертания стен, а потом и сами стены. Неприветливо голые, с грязными разводами и следами облупившейся краски. Потолок вздулся пузырями, и вряд ли так и было задумано дизайнерами. Где мы? Видимо, еще в Ладосе, раз в портале долго не качало. В нос ударил запах мокрой штукатурки или чего-то очень на нее похожего, с пола что-то бумажно зашуршало. Кажется, обрывки газет, гоняемые ветром. Не знаю, куда мы переместились, но мысли возникали не то о заброшенности, не то о хроническом ремонте. Забитое досками окно, сквозная арка входа, в которой зияла темнота, единственный стол у стены. Сваленные на нем в кучу ножницы, отвертки, щипцы и еще что-то в этом роде выглядели жутковато. Вот уж логово маньяка как оно есть, нарочно не придумаешь…

— Инструменты для магических замеров, — таинственным шепотом поведал Кеннет. Пальцы разжались сами собой, я попятилась. Он закатил глаза. — Ну ладно-ладно, для магической реставрации. Ты так на все ведешься, что удержаться просто невозможно.

Я сжала ладони в кулаки, не зная, на кого больше зла — на него за идиотские шуточки или на себя за непроходимую наивность. Не буду больше вестись, вот! Ни на что, никогда! Стоит тут теперь с ехидной ухмылкой и самодовольно сложенными на груди руками. Стоп.

— А куда шкатулка делась? — заволновалась я.

— Как куда? — явно удивил его вопрос. — В карман.

Какой еще карман, нет у него никаких карманов. Во всяком случае, утром точно не было. Или я что-то просмотрела? Мой взгляд тут же пополз вниз, прощупывая по сантиметру чуть помятую рубашку, небрежно застегнутый ремень, довольно плотно сидящие брюки. Ни намека на карманы. И вообще, та шкатулка ни в один карман не влезет! Хотя… Может, с другого ракурса попробовать?

— Не знаю, что ты высматриваешь, — развеселился он, — но речь о пространственном кармане.

Я озадаченно моргнула, со странным сожалением отказываясь от поисков другого ракурса, и подняла глаза, перед моим носом щелкнули пальцами. Воздух прочертило зигзагом, вспоров его и явив содержимое скрытого пространства. Ух ты. Классная штука. Удобная. Но бардак там знатный, однако! Из-под вороха исчерканных непонятно чем бумаг выглядывали золотистая шкатулка, того же цвета коробочка и изящный кинжал. Вот куда он делся…

— Супер! — Я потрогала воздух рядом с карманом и наткнулась на невидимую преграду. Только хозяина пускает, очевидно. — Это очень крутое заклинание?

— Не-е-ет, — протянул Кеннет тем тоном, после которого обычно закатывают глаза, — базовое пространственное. На студентов из немагических миров его накладывают по прибытии вместе с ментальной защитой и обучению языкам.

Не опоздавшим. И легально приглашенным. Самозванцам карманов не полагалось, горелый кексик — и тот по ошибке достался. После второго щелчка пальцев карман захлопнулся и исчез, словно его и не было. Потрясающе все-таки! Ничего не теряется, посторонним на глаза не попадается, и с собой таскать не надо. Э-эх.

— Много туда помещается? — атаковало любопытство.

— Ты не поместишься, — подмигнул Кеннет.

— А если по частям? — не удержалась я и выразительно покосилась на стол.

— Хм-м-м. — Он приценился, переведя взгляд с меня на стол и обратно. — Надо попробовать.

Остервенелый порыв ветра разметал клочки газет по полу, Кеннет нахмурился.

— Что эт… — пискнула я, но закончить не смогла.

Он резко притянул меня к себе, рот зажала горячая ладонь. За аркой что-то странно чпокнуло, донеслись тихие, осторожные шаги. Мамочки!

— Тс-с-с. — Висок обожгло жарким дыханием.

Я кивнула, ладонь тут же исчезла. За дверным проемом вновь повисла мертвая тишина, будто там никого не было. По виду Кеннета читалось отчетливо: это не так. Кто там?.. Что происходит?! Я застыла, стараясь не шуметь и по возможности не дышать даже. Он медленно подошел к окну, дотронулся до досок. Те стремительно почернели, словно за мгновения сгнив, и осыпались на пол трухой. Ничего себе… Впрочем, оккультный факультет предполагает темную магию, а от нее не цветочки должны распускаться… За окном виднелся кусок двора. Глухой облезлый забор, нагромождения ящиков, гора булыжников. За забором — сплошная… э-э-э… промзона? Мрачно-серые здания, дым из труб во все небо. Кеннет выбрался на пожарную лестницу и, бегло оглядевшись, жестом поманил меня за собой. Страшно-то как! Шаг, другой, третий, поданная ладонь. Ухватилась за нее, рывком подняли на шаткий пролет. Ветер нещадно растрепал волосы, еще и юбку попытался задрать. Но это была ерунда, совершенная ерунда, меньшее, из-за чего стоило беспокоиться! Высота сумасшедшая, десяток пролетов вниз, а лестница ржавая и держится то ли на соплях, то ли… Нет, все же на соплях, потому что магическое притяжение ныне не работает. Меня затрясло от ужаса, вокруг талии мгновенно обвилась сильная рука, не дав скатиться кубарем по ступеням. Кеннет напоследок обернулся к окну и потащил меня к спуску. От кого или чего бы ни удирал, ему явно было бы легче сделать это одному, чем в моей бесполезной компании.

Он сосредоточенно смотрел то вниз, то по сторонам, ни капли не паникуя. В отличие от меня! Лестница беззвучно дрожала, платформы ходили ходуном. От медленно сокращающейся высоты кружилась голова, очень хотелось зажмуриться. Очень-очень… Нет! Не хватало еще оступиться и бесславно свернуть шею. И вообще, я храбрая! Где-то глубоко внутри… Когда одна нехорошая особа грозилась мне на уроке физкультуры волосы повыдирать, я совсем не испугалась и вполне себе быстро через окно по козырьку сбежала. Всего-то делов — повторить. Мелькали ступени под ногами, еще три пролета, сердце билось уже в горле. Воздух будто уплотнялся, странно электризуясь. Это точно нормально?.. Боже! Так, молчать, не паниковать, не думать ни о чем, кроме того, как переставлять ноги! Очередной пролет кончился провалом панорамного окна, в котором внезапно нарисовался патлатый тип. Ой! Кеннет остановился, и я тоже. Его рука напряглась, а потом и вовсе исчезла с моей талии…

— Мы знали, что дождемся, — довольно оскалился патлатый и шагнул на платформу.

Судя по мрачной морде и настороженной позе — ждал он вовсе не для того, чтобы вежливо поздороваться.

— В единственном месте близ столицы, пригодном для телепортации? — ухмыльнулся Кеннет. — Ребята, да вы гении. Догадались!

Я замерла, изо всех сил впиваясь в перила пальцами. То есть он догадывался, что тут засада может быть?.. Из окна шагнули еще двое, на голову выше патлатого, что совсем не внушало оптимистичных мыслей. Одеты все трое были обычно, если, конечно, считать обычным трех мужиков, нацепивших одинаковые старомодные плащи. Точно не маглиция, не военные и никакие не представители закона. Что им-то надо? Черт, ничего не понимаю! Я попятилась, патлатый взмахнул рукой, в нос ударил запах гари. Словно десятком спичек над ухом чиркнули, опалило жаром. Наверху заплясали красно-желтые всполохи, обратный путь перекрыло стеной огня. У них есть магия?! Как так?..

— Нет, польстил я вам, пожалуй, — лениво рассудил Кеннет, — насчет «догадались». Очередное видение было?

Самое время, блин, болтать! Утренний блинчик яростно просился обратно, под ногами клубилось что-то темное, вязкое. Наше добро? О, он просто время тянет?! Хоть бы шелохнулся! Типы осторожно поднимались по лестнице, между нами и ними оставалась лишь половина пролета, и количество ступеней сокращалось. Как в замедленной съемке или страшном сне, когда время тянется бесконечно, ты бежишь-бежишь-бежишь, а кругом будто вода. Только сейчас и бежать-то некуда… В голове пронеслось отчетливо: мне конец, в любом случае конец. Их трое, и у них магия, а Кеннет один. Ужасно захотелось крикнуть: бросай меня и спасайся! Звучит благородно, и не так обидно будет, вроде как сама же попросила… Но язык проглотился, а мир куда-то поехал вместе с перилами. Нет… Чертова лестница поехала! Отдельно от дома. Мама, мамочка, мамуля!.. Передо мной брызнули искры, что-то треснуло, сверху посыпались ошметки потревоженного огня. Типы благоразумно пригнулись. Между нами разрослась пропасть разорванного пополам пролета. Перила выскользнули из моих пальцев, все накренилось, с косой линии ступеней взметнулась чернота, скатываясь в воздухе здоровенным плотным шаром. Я попыталась дотянуться до Кеннета, которого обрушение лестницы отчего-то ничуть не смущало, но он увернулся. Толчок в спину, встреча с шаром, совершенно бессмысленная фраза: «Так и задумано». Что-о-о задумано? Жадное «чавк» оглушило, сомкнулась темнота. Ничего не стало, кроме клубящегося мрака, свиста в ушах и тошнотворного чувства падения. Словно с верхотуры вниз уронило. Словно… Господи боже, вправду уронило!

Кажется, я завизжала, не уверена. Ни в чем не уверена, совсем! Вся жизнь перед глазами пронеслась, сквозь тьму проявились очертания увеличивающихся и отдаляющихся одновременно зданий. Полет закончился внезапно. Меня мягко подбросило, тьма сгустилась и надрывно лопнула, испарившись. Поняла, что сижу на жухлой траве, под забором, у груды ящиков, и даже пятая точка, на которой я в панике ерзаю, не болит и не ноет. Удачное приземление… Высотное прямоугольное здание окутывал летающий пепел, догорали раскиданные всюду обломки лестницы. Вот точно на соплях держалась! Где Кеннет?.. Я протерла глаза, силясь высмотреть в бесконечных провалах окон его или тех гадов. Сзади что-то зашевелилось, но прежде, чем успела обернуться, над ухом бодро скомандовали:

— Подъем.

Вскочила тут же. Ура, он! Живой! Кеннет расправлял изрядно мятую рубашку и в целом выглядел так, будто вместе с той лестницей упал, но благополучно.

— Это было круче, чем в Диснейленде, — выдохнула я, с облегчением чувствуя, как отпускает страх. — А почему ты сам так не приземлился?..

— Дорого. Уходим, пока нас не догнали.

Дорого? Ах, да! Магии же ограниченный запас, тратить нужно разумно. Выходит, на меня не жалко было? Ух ты… Я растерянно улыбнулась и решила ему все простить: и похищение, и подколки, и вообще все. Сразу, оптом и авансом!

— Шевели булками, — бросил Кеннет и, вскарабкавшись по груде ящиков, перемахнул через забор.

Чем-чем?! Полезла за ним, оступаясь и цепляясь всем, чем можно, о занозистые доски. Нет, насчет аванса я погорячилась…

За забором груды ящиков не оказалось, внизу маячил твердый асфальт. При попытке спрыгнуть меня оперативно подхватили и спустили на землю, не дав расшибиться или ноги переломать. Оно понятно, в таком темпе двигаться дальше и с целыми ногами было трудновато. К счастью, бежать пришлось недалеко, через пару домов был вход в нечто похожее на метро, ну или на подвал с мини-поездами. Внезапно не магическими, а заводными, что ли. Благодаря пыльной табличке на стене темного заброшенного павильона выяснилось, что мы все еще в Ладосе и это экспериментальная зона для технических новшеств. Видимо, эксперимент не удался… Рельсы словно в воздухе висели и странно изгибались, в голову лезли дурацкие ассоциации с уровнями в Данки Конге, где нужно на вагонетках кататься. Помнится, там все жутко дребезжало, а я постоянно падала в пропасть. Но мы забрались не в поезд, а в вертикальный лифт, где даже сиденья были. Довольно узкие и жесткие, но — ура! — можно было сесть и перевести дыхание. Кеннет пощелкал кнопками на малопонятной панели сбоку, стеклянные двери захлопнулись, и лифт тронулся вдоль рельсов, смазав картинку удаляющегося павильона. За считанные секунды набрал бешеную скорость, меня вжало в сиденье.

— Это тоже так и задумано?.. — Я нервно сглотнула. — Как-то оно…

— Полный Диснейленд? — Кеннет нажал еще пару кнопок и сел рядом. Места было мало, пришлось потесниться. Сомневаюсь, что эта кабинка на двоих рассчитана. — Доедем, сбоев быть не должно.

Интересно, и засады после портала не должно было быть? Хотя он из-за нее не сильно переживал. Ему что, регулярно приходится от угрожающих типов отбиваться и лестницы с верхотуры вместе с собой ронять, что уже и не волнует? Я вот качественно перепугалась, до сих пор трясло. Впрочем, сама с ним напросилась. Изначально стоило догадаться, что компания тех, кто сбегает из тюрьмы, опасна для здоровья. Что за троица его поджидала?

— Почему нельзя было сразу переместиться туда, куда мы едем? — единственное, что я решилась спросить.

— В столицу владычества, когда магии официально нигде и ни у кого нет? Поразив до глубины души своим сияющим появлением кучу народа? — поинтересовался Кеннет раздраженно. — Отличная идея, не знаю, чего не воспользовался!

Я прикусила язык и принялась рассматривать собственные колени в измазанных бог весть чем гольфах. Не так грустно выглядели, как вчера после прогулки по лесу, но не помешало бы повторно в волшебный чистящий ручей упасть. Заодно перегретые пожаром на лестнице мозги охладить. О многом можно уже догадаться, а не задавать глупые вопросы с завидным постоянством. Некоторые выводы так вовсе напрашиваются сами. Лукаш и Кеннет далеко не единственные, кто занимался созданием накопителей. У тех типов тоже есть магия! Арестованными они не выглядели, еще и были в курсе новостей из Междумирья, раз засаду устроили. Однако мы сумели от них уйти… Либо Кеннет офигенно крут, что легко уделывает троих, либо у него накопитель помощнее. Думается мне, что все-таки второе, ведь тот патлатый определенно его знает и должен был понимать, с кем имеет дело. Что мог не просчитать — так это наш визит к бывшему ректору, который щедро поделился магической заначкой. Нападавшие… Обращаясь к ним, Кеннет упоминал видения, причем с издевкой. Они прорицатели? Если да, то ой. Именно из-за пророчества сжатие и сохранение магии под запретом. Выходит, другим не разрешают, а сами-то при накопителях. Нечестно! Пахнет заговором. И не связано ли все это с отключением магии? Кстати, уж очень удачно для Кеннета ее вырубило…

Лифт занесло на повороте и качнуло, подбросив меня на сиденье. Плечо Кеннета коснулось моего, расстояние между нами совсем растаяло. Сердце тут же ухнуло вниз, голова закружилась. Как же здесь тесно. И жарко! Тепло будто солнцем нагретой ткани, умопомрачительный терпкий запах. Все теории мигом вылетели из головы, мысли тоже. Осталось лишь это плечо, с впечатанным в ткань обугленным кусочком газеты. Пальцы невольно потянулись к нему, отлепляя. Я расправила складку под ним, на обтягивающем твердую мышцу рукаве, и поймала внимательный взгляд. Уши тотчас запылали…

— Какая-то ерунда прилипла, — торопливо сказала я, продемонстрировав чертову бумажку. Кеннет медленно кивнул, наклонился и сдул ее с моей ладони. Нет, тут не просто жарко, тут дышать нечем. Иначе почему у меня не получается? Чтобы хоть чем-то разбавить душное молчание, выпалила: — Нормально там магии в запасе осталось?

— На твой портал хватит.

— Координаты еще не выяснили.

— Ты что, — прошептал он со странно воодушевленной интонацией, — хочешь заниматься магическими замерами прямо… сейчас?..

Я поперхнулась. Будто не самое приличное предложение услышала.

— А как ими занимаются? — Голос звучал предательски хрипло.

— Приедем — покажу, — пообещали мне с энтузиазмом.

Я отодвинулась и сцепила свои шаловливые пальцы в замок. Сердце билось уже где-то в горле, уши горели похлеще лестницы. Мозг, ну-ка, живо включись! Единственные мысли Кеннета обо мне — как бы сплавить поскорее обещанным порталом. И нечего думать не пойми о чем и совать нос не в свое дело. Что мне до прорицательских заговоров, запрещенных накопителей и отключенной магии? Скоро, очень скоро я отправлюсь домой. Все это перестанет меня волновать от слова совсем.

Наконец, лифт остановился посреди кромешной тьмы, распахнул двери. Кеннет вышел наружу, я кинулась за ним — на ощупь, стараясь не пощупать случайно то, что не следует. Темнота сменилась полумраком, удалось разглядеть подобие станции, столь же заброшенной, как и тот павильон промзоны. Щербатая платформа, длинный тоннель, ведущие наверх сбитые ступени и… Ура, свет божий! Я протерла непривычные к нему глаза и ахнула от неожиданности. Неприметный люк, из которого мы выбрались, находился посреди аккуратной улочки. По одну сторону — сквер с ухоженными, сказочно пушистыми деревьями, по другую — ряды разномастных избушек с резными заборчиками. Всюду клумбы и желтые мощеные дорожки. Вдалеке высились избушечные небоскребы. Теперь Ладос куда больше напоминал картинки из книжки, если не считать полного отсутствия жителей, снесенной с петель покореженной калитки и летающего кораблика с проломленным дном у обочины.

— Здесь сейчас неспокойно, — Кеннет проследил за моим взглядом, — держись рядом и слишком уж по сторонам не пялься. Пиджак сними. Большинство жителей в курсе, как выглядит студенческая форма Междумирья, а привлекать внимание нам ни к чему.

Я послушно стянула пиджак, вывернув его наизнанку и повязав поверх юбки для двойной конспирации, и зашагала за Кеннетом сквозь сквер. Безлюдность пугала, уют спешно покинутых мест тоже. Будто вымерший городок, причем из разряда «заходи в любой дом и живи, если осмелишься». Однако вскоре за пределами сквера замелькали человеческие фигуры, донеслись шум и крики. На площади пригородного городка кипела жизнь, да еще как. Толпа обступила представительную избушку и громко скандировала, требуя перестать скрывать правду. Митинг перед зданием администрации? Одет народ был несколько старомодно, но никаких вам лаптей, рубах и сарафанов. Строгое стильное ретро, без выкрутасов. Собравшихся явно захлестывали эмоции, и по большей части панические. Дама в пышном черном платье рыдала на плече подруги, сморкаясь в платок, та стойко держала не самый позитивный транспарант: «Конец близок», остальные возбужденно размахивали руками, мало кто стоял безликой массовкой, а некоторые мужчины выглядели так, словно готовились брать здание штурмом. В чем его обитатели виноваты? Не они же магию украли и никому не дают! Черт, я даже не думала, насколько масштабные последствия могло иметь отключение. Если на меня чуть волшебная люстра не рухнула, что говорить о волшебном транспорте…

— Жуть, — пробормотала я себе под нос.

— Увы, — пожал плечами Кеннет, — Ладос самый зависимый от магии мир. Здравствуй, апокалипсис.

Тон был довольно отстраненный, стало ясно: не его родина. Откуда он, интересно? Я прикусила язык, оставив свой интерес при себе. Какое мне дело вообще? Да я одной ногой здесь, другой — в портале домой. Поймала приключений перед учебой в нормальном университете, чтобы больше неповадно было анонимным приглашениям верить. После таких чудес начнешь ценить комфорт и спокойную жизнь. Направление мыслей показалось мне очень взрослым и правильным, пусть и скучным. Митингующая толпа отдалялась, вновь зачастили домики, но уже не такие тихие. В одном из-за забора лаяла диковинной породы волосатая собака, прямо под объявлением о продаже щенков, «отличной замене магической сигнализации», в другом дворе на лужайке сидел грустный ребенок и шмыгал носом над отказывающейся взлетать игрушечной пчелкой. В похожей на супермаркет избушке висело объявление, что принимаются только монеты наличкой, поскольку магические кошельки временно недоступны. Господи, у них тут хоть что-нибудь без магии работает? Кажется, по сторонам я все же пялилась сверх меры, поскольку брела позади Кеннета, а потом вовсе отстала на пару метров. В итоге он все-таки остановился. Дождался, пока я доковыляю, и совершенно нормально сказал:

— До драконодрома немного осталось. Там в столицу подбросят.

Драконодром? С настоящими драконами?! Ух ты! Хотя мне-то что…

— Отправь меня домой, а? — попросила я, боясь растерять непонятно откуда обретенную решимость. — Готова заниматься магическими замерами хоть где, честное слово.

В его взгляде мелькнуло что-то неопределенное, похожее на смесь сомнений и интереса, но без тени насмешки.

— Хм, ладно, — Кеннет указал на отходящую от мощеной дороги грунтовку, — знаю одно укромное место.

А зачем укромное?.. Ах, точно. Светить портал посреди улицы — плохая идея.

Грунтовка привела к маленькому кинотеатру, облепленному броскими афишами. Они обещали блокбастер «Драконий рубеж», комедию о целительнице-недоучке «Не болей или пожалеешь» и эротический триллер про секретаршу-амфибию с Винара «Погрузись в мою страсть». Ну и ну! Пришпиленная к дверям бумажка гласила, что работает только бар и сеансы отменены. В холле было пусто, тело бармена лежало прямо на стойке со сложенными на груди руками…

— Ему плохо? — в ужасе спросила я и попятилась.

Кеннет принюхался.

— Ему хорошо! — усмехнулся он и зачем-то полез в электрический на вид щиток.

«Туши свет…» — почему-то подумала я, в тот же миг тело бармена всхрапнуло, перевернулось на бок и, с грохотом и звоном, обвалилось за стойку. Откуда донеслось недовольное бормотание, перешедшее в заливистый храп. Да, не каждый умеет справляться со стрессом шоколадками.

Не обращая внимания на бардак за спиной, Кеннет выдернул из щитка что-то похожее на предохранитель с длинными острыми ножками и придирчиво повертел в руках. И думать не буду, куда он собрался это втыкать… Видимо, решив, что кошмарная штука вполне подходит, он повел меня в зал с огромным стеклянным шаром вместо экрана и рядами плюшевых кресел вокруг. Запер дверь на защелку и кивнул на дальний ряд. Места для поцелуев… Тьфу, то есть для магических замеров. Вот что у меня в голове? И с головой?!

Я уселась в кресло, стараясь поменьше трусить и сконцентрироваться на грядущем возвращении в родной мир. В зале кинотеатра царил полумрак, свет пробивался лишь в щель над порогом. Кеннет прилепил «предохранитель» к стеклянному шару, будто на невидимый скотч, шар заискрил, рассыпая всюду мягкие ласково-солнечные лучи, которые плавно поплыли по залу, рисуя на стенах узоры. Красиво!

— Не вертись, — на кресло рядом приземлился Кеннет, — и постарайся не шевелиться. Получится погрешность — будешь из соседнего города топать, а то и страны.

Я застыла, запретив себе моргать и дышать. Как за миг до фотосъемки. Или на приеме у рентгенолога.

— Нужно около минуты, — предупредил он.

Ужас. Столько времени не дышать я точно не смогу. Его ладонь мягко легла мне на поясницу, сердце подпрыгнуло к горлу.

— Не бойся. Направлю энергетический отпечаток от твоих недавних перемещений на генератор координат… — Второй рукой Кеннет махнул в сторону шара. — Он поможет определить значение.

Ясно-понятно. Я сделала умное лицо. Остаток, генератор, значение. Доступно объяснили. Ладонь скользнула выше — на спину, прочертив линию и сминая ткань блузки. Жар прикосновения, приятное покалывание, перерастающее в пульсацию. Дышать?.. Я вообще забыла, как это делается. В висках стучало, умное выражение было безвозвратно утеряно вместе со связными мыслями. Горячие пальцы невесомо, чуть щекотно провели по коже и, расправив потревоженную блузку, нестерпимо медленно поднялись по тонкой ткани вдоль позвонков. Задержались между лопаток, ласково выведя какой-то символ, и замерли у шеи. Минута?.. А не могли бы эти координаты подольше не находиться… Блин! Воздух, мне срочно нужен воздух! И ведро ледяной воды!..

— М-да, — весьма озадаченно выдал Кеннет. Ладонь сползла прочь, стало обидно и немного холодно. — Не получится.

— Почему? — растерялась я. — По-моему, замечательно получалось.

Ай, что я несу?! Он встал, задумчиво посмотрел на шар, затем на меня и произнес:

— Способность управлять энергией формирует в маге внутренний поток для ее принятия, который хранит информацию о воздействии всех сотворенных заклинаний. Благодаря этому и можно узнать координаты пространственного заклинания — по остаточному следу от портала.

— А почему со мной не получится?

— Потому что у тебя нет магического дара.

Не поняла…

— Это точно? — пробормотала я, надеясь, что это какая-то ошибка, что ни на есть критическая. Увы, Кеннет кивнул, да с той стопроцентной уверенностью, сомневаться в которой не приходилось. — Может, он пока не проявился?..

— Проявляется он лет в семнадцать, раньше — бывает, позже — никогда. Да и замерами всегда видно заранее, еще в младенчестве, будет дар или нет.

— Но зачем тогда меня в университет приглашали?!

— Интересный вопрос. — По мне прошелся любопытный взгляд. — Не поверишь, никогда еще не был так заинтригован.

Шар коротнул ворохом искр и потух, лучи исчезли. Погруженный в темноту зал показался самым мрачным местом из всех, где мне довелось побывать. Я обняла себя за плечи, на глаза навернулись слезы. Нет магического дара. Нет дара. Конечно, нет. Приглашение это, надежды нелепые. Новая жизнь, волшебный мир. Неужели я поверила? Дура. Ничему жизнь не учит, сколько бы по асфальту наивной физиономией ни возило. Мало мне было Лизки и того ее дня рождения? Пригласила, якобы помириться, а там, с нашими одноклассницами… Ничего нового, впрочем, не сказали — и подарок мой глупый, и наряд, и я сама. Пора бы запомнить. Все хорошее лишь притворяется таковым, чтобы потом уколоть побольнее и посмеяться над тобой.

Кеннет молча сел обратно, на соседнее кресло, я задержала дыхание. Не хочу, не буду плакать, нечего тут сырость разводить! Зачем меня позвали в магический университет? Поиздеваться? Чем я привлекла того, кто мне приглашение подкинул? Может, это был коварный план, чтобы добраться до Ярушки, которого с собой везде таскаю? Рис у него в попе редкий, волшебный, не зря же Дарен заинтересовался. А теперь желаемое в злодейских лапах, потроши и доставай. При мысли о растерзанной Ярушкиной попе сердце сжалось, а щекам стало мокро. Чертовы слезы! Хлынули все-таки! Всхлип, и нос уткнулся в удобную твердую грудь, хотя я никуда не двигалась. Ой… Притихла, Кеннет потрепал меня по плечу.

— Да брось, подумаешь. — Интонации были не утешающие, без капли жалости. И хорошо. А то я бы сейчас та-а-ак разревелась… — Ну дар, и что? Многие и учиться с ним не идут. А в твоем мире оно нафиг не надо. Не из-за чего переживать.

— Ага, а ты бы не переживал… если бы без дара остался…

— Его обычно вместе с мозгами вынимают. А это, знаешь ли, уже критично.

Ляпаю что попало, идиотка! Я шмыгнула носом и отстранилась, попав под прицел насмешливых черных глаз. Кажется, не обиделся…

— Возможно, кто-то просто пошутил. — Я попыталась вытереть слезы, но вместо этого наверняка их лишь размазала. — Или школьниц перепутал. И это не мой конверт был.

— Исключено, переносные порталы строго именные, делаются на конкретного человека. Никто другой бы его не активировал. К тому же я говорил: дороговато для шутки. Что-то в тебе должно быть особенное…

Во мне — и что-то особенное. Привет, асфальт. Я демонстративно поморщилась.

— Ну да, — иначе истолковал мою реакцию Кеннет, — я бы тоже не слишком доверял словам того, кого в первый раз увидел с приставленным к моему горлу кинжалом.

— Во второй, — зачем-то поправила я.

Он откинулся на спинку кресла, изогнутая бровь явственно выразила недоумение вкупе со стопроцентной убежденностью, что до этого встретиться мы нигде не могли.

— В общем… — Я выдохнула и решила, что раз сижу тут вся в соплях и без возможности выяснить координаты родного дома, то терять особо нечего. Позорно хлюпнув носом, призналась: — Я тебя видела за залом Звезд, через два пролета, куда случайно забрела. За решеткой у кустов, с теми типами, ну…

— Круто, ага. Только туда нельзя пройти. До зала Звезд еще да, при должном везении. А дальше — заградительная магия, фактически тупик.

— А я прошла, — я дернула плечом, — не знаю как. Видать, ваша заградительная магия вперед обычной сломалась… О! Возможно, это моя суперспособность? Антимагия! Крушу заклинания. И вообще магию. Поэтому она и вырубилась везде. Ровно через час после моего прибытия. За этим меня и отправили. Какие-то магофобы.

Кеннет хохотнул — неприлично весело, прямо-таки даже заржал. Вот спасибо! У самого-то никаких идей не имеется!

— Между прочим, — не удержалась я, — уж больно удачно для тебя магия везде отключилась. Перед исполнением приговора. Уж не ты ли ее?.. Или из-за тебя…

— Лё-ё-ёна, — протянул он польщенно, — ты переоцениваешь мою значимость. На самом деле вырубать, как ты выразилась, магию, логичнее всего во время церемонии. Народа на территории нет — все там. Исполнения приговоров в закрытой зоне по той же причине одновременно с ней назначают, откатом никого случайного не заденет. А зачем отключать магию — причин масса. Полно людей оказалось в Междумирье заперто. Министров, верховных магов, представителей трибунала и прочих крайне значимых личностей. А еще ходят слухи, что в университете прячется наследный принц Гарда. У них там дележ трона и кровавые разборки.

— Принц? — переспросила я завороженно, как набитая дура.

— По слухам, — повторно отметил Кеннет. — Думаю, ты сможешь его узнать в общежитии по белому коню.

И снова заржал, как тот самый конь. Я насупилась и сердито сложила руки на груди. Вот как с ним можно серьезные вещи обсуждать?.. И многовато он земных фишек знает! Неужели…

— Погоди, — осенило меня новой мыслью, — в Междумирье заперты люди, без шанса домой к родным вернуться. А у тебя есть магия. Можно им помочь! Портал организовать какой-нибудь массовый… Такие бывают? Нельзя же их бросать вот так на произвол судьбы.

Веселье у Кеннета испарилось мгновенно. Посмотрел на меня странно, совсем не так, как раньше. Поднялся с кресла и сказал серьезно:

— У меня есть идея получше.

— Какая?..

— Получше, — ответил он уклончиво. — А ты, надеюсь, название своего города знаешь?

Я кивнула, слабо понимая, зачем ему название.

— В столичной библиотеке хранится огромный сборник координат по всем шести мирам. Раз не можем выяснить конкретные, просто отправим тебя в известную портальную точку в твоем городе. До дома-то оттуда доберешься?

Я снова кивнула. Не в таком уж большом городе живу, да и искупавшийся в ручье телефон не факт, что с концами сдох.

— Вот и договорились, — подмигнул Кеннет, — а теперь идем на драконодром, а то к обеду всех быстрых расхватают, придется тащиться на черепахе с крыльями.

С дурацкой улыбкой я совладать не смогла — она расплылась от уха до уха. Ура! Я все-таки увижу драконов!

Драконодром оказался обыкновенным с виду амбаром перед взлетной площадкой, зато каким крутым! И драконы, в загонах были драконы! Зеленые, красные, золотистые и даже фиолетовые. Упитанные ящеры размером со слона и впечатляющим размахом крыльев фыркали дымом из ноздрей. А хвосты… Длинные, мощные, с шипами! Картинки, фильмы и компьютерные игры отдыхают, живьем эти создания гораздо круче! Желающих воспользоваться драконом набралось больше, чем народа на митинге: очередь тянулась от входа и до самой дороги. Неудивительно, единственный доступный нынче летательный транспорт в Ладосе. Пока я во все глаза смотрела из-за забора на взлет красного дракона с бодрой бабулькой и тремя ее внуками на «багажнике», Кеннет невозмутимо обошел очередь и скрылся в амбаре. Догнала его, когда вручал погонщику сложенный пополам исчерканный лист бумаги, один из тех, что я видела в пространственном кармане. Погонщик почему-то невероятно обрадовался и пообещал выдать дракона вне очереди. Прямо сейчас! Что ж там за бумажка такая?! Кеннет жестом поманил меня на взлетную площадку, пошла завороженно, стараясь сохранить в памяти каждое мгновение. Хруст песка под туфлями, дуновение ветра от хлопающих крыльев, росчерки от когтей на посадочных дорожках.

Достался нам золотистый красавец, в полтора раза превосходящий размером остальных. С крученым хвостом, завитыми в кольца рогами и та-а-акими лапищами! Я не сдержала восхищенного вздоха:

— Здоровенный какой…

— Это мини-драконы, — рассмеялся Кеннет и дурацким голосом добавил: — Ма-а-аленькие.

— Бывают другие?

— Ага. Большие. Они… больше. — Он указал пальцем наверх, нас на секунду накрыло тенью. В небе полноценный лайнер проплыл, только с крыльями и извивающимся хвостом. О-о-ого! — Спроси что-нибудь еще, а? У тебя вопросы забавные.

Улыбочка у него при этом была умиленно-издевательская. Я из вредности замолчала, сделав независимое и совершенно не заинтересованное лицо, хотя вопросов была масса, а тут вроде как даже разрешили их задавать. Тоже мне гид. Большие драконы больше, подумать только!

Погонщик принес лестницу и приставил к дракону, который послушно улегся с философским выражением мощной морды. Надеюсь, не съест нас, задумавшись о тщетности бытия… Мне на пояс повязали широкий ремень с заклепками, Кеннет от такого же отказался. Погонщик пробормотал себе под нос, что надеется, что история с забытыми дома правами на управление драконом — хотя бы отчасти правда. Под это интересное замечание он подсадил меня на лестницу, я вскарабкалась, с трепетом дотронувшись до шершавой чешуи. Теплая! Обалдеть, я на драконе! Уселась на загривок, свесив ноги, как другие делали. Короткая юбка норовила задраться, но сейчас мне было совершенно на нее наплевать. От восторга просто дух захватывало. Скоро полечу, у-у-у! Главное, чтобы не вниз головой… Дракон лениво дернул крылом, видать, зачесалось, окатило волной жаркого воздуха, растрепав волосы. Скрутила их в узел и убрала назад от греха подальше. Не хватало еще ими на рога намотаться…

Кеннет забрался следом, уселся за мной. Близко, вплотную. Я невольно вздрогнула и чуть не сползла, но он ловко перехватил. Оказалась прижата к нему спиной, чувствуя щекотное дыхание на шее. Ой… Дракон поднялся на лапы, многократно отдалив землю. Мы что, вдвоем на нем полетим?.. Сильные пальцы оттянули мой ремень, пристегнув заклепкой к шлейке от драконьего ошейника. А я его и не заметила… Впрочем, это даже не ошейник, а что-то симпатичное под тон чешуи. Для безопасности наездников, очевидно. Собственная безопасность Кеннета почему-то не волновала.

— А что там насчет прав? — заволновалась я вместо него.

— Забрали, — последовал невозмутимый ответ.

— А-а-а… При аресте?..

— Нет, раньше. За вождение в нетрезвом виде и исполнение смертельной петли на недопустимой высоте. — Он грустно вздохнул, я испуганно заерзала на расправившем крылья драконе. Кеннет прижал меня к себе сильнее, шепнув на ухо: — Шутка…

Ну вот как так можно вообще!

Погонщик громко хлопнул в ладоши, что-то скомандовав, дракон взмахнул крыльями и, мягко оттолкнувшись, взмыл вверх. Взлетел, он взлетел! Площадка отдалилась, вместе с забором, очередью и амбаром, а после и городком. Поплыли крошечные домики, уши заложило, меня мягко качнуло. Объятия стали теснее и крепче, но не до такой степени, что не вдохнуть… А не вдыхалось. Вот взял бы тоже ремень — не понадобилось бы за меня держаться! Чешуя не была ни жесткой, ни скользкой, сиделось удивительно удобно, и обзор — ух! Не зная, куда деть руки, я вцепилась в лежащую на моей талии ладонь. Кеннет усмехался мне в шею и, кажется, на дорогу не то чтобы отвлекался. А ведь ничего похожего на поводья тут нет…

— Как ты им управляешь-то?.. — засомневалась я.

— Волшебной силой мысли, конечно, — прошептал он таинственно и добавил уже серьезнее: — Телепатически, считай.

О, ментальная магия! Но она ведь не работает теперь… Вряд ли мы стали бы при всех использовать ту, что из накопителя.

— Драконы сами по себе магические существа, — терпеливо разжевал Кеннет, — плевать им на потоки энергии. Они вырабатывают свою, всегда, все время. И контакт устанавливают сами, необязательно с магом.

Интересно! Не так, как его ладонь, переместившаяся с моей талии чуть выше, но… Я разжала пальцы и подвинулась чуть вперед, обняв шею дракона.

— Слушай, — тут же заскреблась в мозг дельная мысль, — получается, магия есть вне потока! В драконах и им подобным существах, например. Если поток не восстановят, не станут ли брать у них?

— Пустить драконов на магические накопители? Ну ты и придумала. Нет, никто не будет этого делать. Внутреннюю суть нельзя отделить от носителя. Только уничтожить.

Значит, можно не рассматривать вариант, в котором меня заманивают в университет Междумирья и подло крадут в столовой магический дар, пока я наворачиваю салат. Дракон резко наклонился, лавируя в воздухе, меня окончательно впечатало в Кеннета. Вдохнула поглубже. Так, все. Не думать о его горячей ладони и не менее горячем дыхании, наслаждаться видом. Вон какой красивый. Избушковые небоскребы, высокие шпили. Квадратики парков, линии длинных улиц и их пересечения. Явно обещанная столица уже. Хлопья облаков сверху, снизу, по сторонам… Покосившийся дом с торчащим сбоку носом корабля. Без аварий не обошлось…

Ловко пролетев между шпилями высотных башен, мы начали снижаться сквозь молочное облако. А ведь за весь полет я и не сползла с драконьего загривка ни разу. Ремень-то особо ни к чему. Страховка, видимо. Облако кончилось, показался бревенчатый небоскреб в добрую сотню этажей. Со стрельчатыми окнами в витражах и узорчатыми балконами. Ого, махина! Плавно спикировав вниз, дракон нарезал круг над приближающейся крышей. Столичный аэродром был прямо там, на вершине небоскреба! Кружение других драконов, аккуратные пристройки, взлетно-посадочная площадка. На нее мы и приземлились. Ветер приятно обдувал лицо, голова кружилась от высоты и впечатлений, ощущался жар от мужской ладони, прожигающий через блузку. Ладонь соскользнула, а жар остался. Кажется, летающий транспорт здесь с подогревом. Точно! Не замерзла же в полете.

Людей на крыше толпилось видимо-невидимо, очередь на взлет тянулась аж до лестницы. Оказалось, что спускаться с дракона гораздо тяжелее, чем подняться на него, особенно если забыл отстегнуться… Чертов ремень с чертовыми заклепками! Кеннет выпутал меня из этой сбруи, стащил вниз и торжественно объявил:

— Добро пожаловать в Башню Зла.

Я фыркнула, чтобы не думал, что вновь попадусь. Но тут взгляд упал на приветственную табличку: «Торговый центр БАШНЯ ЗЛА. Деньги — это зло, избавьтесь от него у нас». Занятное на Ладосе чувство юмора. Прямо как у Кеннета. Ну, зато честно!

— Мы за покупками? — заинтересовалась я.

— Не совсем. Здесь работает тот, с кем мне нужно увидеться. Поговорим, а потом в библиотеку заскочим, — Кеннет указал на невысокое здание сбоку внизу, с колоннами и заостренной крышей, — за твоими координатами.

Хороший план, хотя от прогулки по магазинам я бы не отказалась… Чисто поглазеть. На какую-нибудь лавочку для рукоделия. Мы спустились в холл последнего этажа по отдельной, почти пустой лестнице, и тут-то до меня и дошло. Сто этажей, отключенная магия… Лифт наверняка не работает! Господи боже! Я так впечатлилась перспективой бесконечного спуска по лестнице, что готова была даже выпрыгнуть с парашютом в окно. Слава богу, не пришлось: сквозь все здание сверху донизу проходили стеклянные трубы, смахивающие на пожарные столбы, с выходами на каждом этаже в отдельных комнатках с контролерами. Прокатилась до семьдесят седьмого, с ветерком. Волосы дыбом, про юбку промолчу… Не слетела, и то счастье. Надо было другой вариант формы требовать. Как у Глэдис!

Этаж усеивали вереницы магазинов, лавочек и ресторанчиков. Стандартный торговый центр, только вместо стекол и витрин — деревянные панели в мелкую сеточку, сквозь которую было замечательно видно одежду всех оттенков строгого ретро, умопомрачительные кукольные домики, книги из тончайшей, но плотной бумаги… Салон летающих корабликов, киоск говорящих обоев. Эти, конечно, закрыты. Оно и понятно — без магии много не налетаешь, а болтать со стен — жесть! Забавные вывески поблескивали впечатанными внутрь буквами. Цветочная лавка «Задобри дракона», фирменный магазин артефактов «Энброк и Артеил», музыкальная студия «Ноты на работе». Из соседнего киоска с треугольными цветными пончиками аппетитно пахло свежей выпечкой. Я сглотнула слюну и мысленно себя одернула. Нечего тут! Вообще неизвестно, имеются ли у нас… тьфу, то есть у него деньги. За дракона не платили, погонщика удовлетворила та непонятная бумага. Не факт, что продавец пончиков ею утешится.

Забрели мы в самый конец коридора, к неработающему ныне лифту, и остановились у входа в сувенирную лавку с глухой непрозрачной стеной. «Древности и сладости» — было подписано над сказочной полукруглой дверью. Сладости-то хоть не древние? «Не уверен — не стучись» — гласила мелкая приписка под вывеской. Гостеприимно…

Кеннет посмотрел на меня задумчиво и вдруг как спросил:

— А ты девственница?

Я аж поперхнулась. Направленный на меня взгляд никуда не делся. Определенно ждали ответа. Всерьез?..

— Это… — выпалила я. — Никого не касается, вот!

У них в Междумирье что, принято подобные вопросы задавать?!

— Ладно, как хочешь, — пожал он плечами и, проделав несколько решительных шагов, без стука толкнул дверь.

Та приоткрылась, внутри звякнул колокольчик. Я не стала дожидаться приглашения и юркнула следом. Тесное помещение было заставлено шкафами со всевозможной утварью и безделушками. Прокуренный полумрак, колыхание единственной занавески в углу, прилавок, за которым восседал… гном? Маленький, лысый, сморщенный и зеленый, словно кусочек рокфора. Я озадаченно замерла у двери, Кеннет подошел вплотную к прилавку. Гном снял очки и, протерев их рукавом безразмерного халата, водрузил обратно на крючкообразный нос.

— Ох ты ж, кого я вижу! — Рот без малейших признаков губ расплылся в довольной улыбке. — И я даже знаю, что тебе надо.

— Поэтому, Юв, с вами и приятно иметь дело, — хитро отозвался Кеннет.

Тот достал неведомо откуда толстенную книжищу и зашуршал страницами. Неожиданно выронил ее и остолбенел, принюхиваясь. Как у него выразительно носище-то ходуном ходит… Ахнув, Юв перемахнул через прилавок и, уставившись прямиком на меня в два широко распахнутых глаза, заголосил:

— О-о-о! Заступники-покровители, чтоб вас! Невинная дева… Священны визиты твои! Проходи-проходи.

Э?.. Я попятилась, но уперлась спиной в дверь. Где у нее ручка, где?! Кеннет стоял с невозмутимым лицом, но глаза его весело блестели.

— Давненько не захаживали, давненько, — ликующе бормотал хозяин лавки, двигаясь ко мне. — Истлел в ожидании весь сосуд!

Какой еще сосуд?! Сердце подскочило к горлу, пальцы продолжали панически нащупывать ручку.

— Не стой же на пороге. — Узловатая ладонь настойчиво ухватилась за мою. — Окажи честь тебя принять!

На буксире тащило от двери, Кеннет открыто давился смехом. Ну все. Вот теперь я зла!

— Не окажу! — Я стряхнула этого подозрительного гнома и уперла руки в бока. — Может, потому и не захаживали давно, что вы на них с порога кидаетесь?

И вообще, неприлично чужую девственность нюхать! Последнее я предпочла оставить при себе, но Кеннету и так хватило — согнулся пополам, схватившись за живот. Юв отпрянул, в его мутноватых глазах заплескался страх и, кажется, слезы. Ой…

— Прошу, дева, не гневайтесь, — взмолился он. — Не хотите — как хотите… Двери для вас всегда открыты, в обе стороны, никто не смеет задерживать! Ваше слово — закон.

А вот теперь мне тут даже нравится. Может, и останусь.

— Но, если решите все же почтить мою скромную обитель своим присутствием, — подхватил Юв, заметив, что я еще в лавке, — буду несказанно счастлив и польщен.

— М-м-м, — как-то даже растерялась я, — ладно. В общем-то, ничем сейчас не занята…

Повелитель сувениров просиял и, жестом попросив подождать, скрылся за шторкой. Видимо, было там еще какое-то помещение, причем заполненное чем-то стеклянным, судя по звонким звукам и подозрительному журчанию. Он что-то по рюмкам разливает и сам с собой чокается? Решив не думать об этом, я прошествовала к прилавку мимо старающегося делать равнодушное лицо Кеннета и от души пообещала:

— Я отомщу…

— Ну, прости, — протянул он без малейших признаков раскаяния. — Между прочим, я пытался предупредить!

— В следующий раз пытайся лучше! — Я покосилась на шторку, за которой гремели все громче, и в панике быстро прошептала: — О чем еще мне надо знать? Что за сосуд?

— Без понятия, мне его не предлагали, — грустно вздохнул Кеннет. — Не берут в невинные девы…

Я закатила глаза.

— Да ладно тебе, — он примирительно вскинул руки вверх, — Юв безобидный. Просто жадный до редкостей, денег и чужих долгов. А детектор юных дев у него встроенный после пропития лечебного курса от депрессии из пыльцы рога единорога. Дорогущая вещь, кстати, вон на третьей полке витрины баночка стоит, крайняя справа.

Баночка там действительно стояла, с радугой на этикетке, именно так и подписанная. Вроде не врет.

— А кто он такой, этот Юв? Какая раса местная? Типа гнома?

— Жаль тебя разочаровывать, но не бывает гномов, эльфов и прочих орков, только люди.

— Странновато он для человека выглядит… — недоверчиво хмыкнула я, тихо-тихо на всякий случай.

— Ему пятьсот лет, — пояснили тоже шепотом. — Заклятие вечной жизни имеет свои побочные эффекты.

Ужас какой! Не хотела бы я жить вечно маленькой, зеленой и покрытой плесенью, даже если она трижды волшебная. Не заклятие, а проклятие настоящее! Немудрено в депрессию впасть. Пока я ужасалась, шторка приоткрылась, просунувшаяся сквозь проем ладонь поманила войти. Я замешкалась, Кеннет легонько подтолкнул меня вперед:

— Расскажешь потом, что там было. Ну, если выживешь.

Я фыркнула и пошла, совершенно не собираясь ему потом ничего рассказывать. С сегодняшнего дня я ужасно злопамятная, вот!

За шторкой оказалась кладовая в три раза просторнее лавки. От всевозможных шкатулок, статуэток и баночек зарябило в глазах. Полки со всем этим добром уходили под потолок и выглядели кристально чистыми, будто хозяин регулярно и бережно протирал каждую безделушку тряпочкой. Юв торжественно провел меня через всю кладовую, усадил на кресло в углу, рядом с заваленным пирожными столиком, и протянул невероятной красоты флакон — хрустальный, с сотней блестящих граней, переливающихся безо всякого солнца. Я завороженно схватила его, с опозданием задавшись вопросом: а стоило ли?

— Это для слез, — объявил Юв, я ошарашенно моргнула, — искренних и горячих.

— Не повезло вам, — не удержалась я, — только с утра обревелась.

— Жаль, — печально обронил он, — что мимо сосуда. Но ничего, думаю, еще будет шанс повторить. С вашим-то спутником.

Сдается мне, они неплохо знакомы… Хотя в моей недавней истерике вины Кеннета не было. Да и вообще, он меня после визита в лавку домой обещал отправить. Я попыталась вернуть флакон, но Юв отрицательно замотал головой.

— Возьмите с собой и более слез зазря не роняйте. Приносите потом полный, платой не обделю! Вовек должен буду!

— А в чем их ценность? — прищурилась я, чуя подвох. — В Ладосе разве недостаток в девственницах, которые плачут?

— Отнюдь нет. Но дева должна быть невинна не только физически, а абсолютно вся. Редкость, такая редкость…

Ну ничего себе. Кто бы мог подумать… Может, поэтому меня в Междумирье и заманили? Унюхали единорогами и похитить вздумали, чтобы регулярно до слез доводить.

— Вы тут посидите, отдохните с дороги, — Юв попятился прочь, — угоститесь. Я пока с вашим спутником закончу.

Он улизнул обратно за штору, оставив меня с флаконом и пирожными. С виду были обычные кремовые розочки на коржике, весьма аппетитные, но прикасаться к ним я не рискнула. Все же в его интересах, чтобы я прямо здесь разрыдалась, мало ли что там намешано. Из лавки донеслось невнятное бормотание ее хозяина и что-то насчет проверенной информации, потом фраза Кеннета про обдираловку. Ого, еще и торгуется! Я с любопытством огляделась. С ближайшей полки на расстоянии вытянутой руки свисал моток массивных бус, мерцали диковинные камни. И не боится Юв меня одну без присмотра среди этой роскоши оставлять? Вдруг умыкну что-нибудь, магическая сигнализация-то небось не работает. Не подозревая о моих крамольных мыслях, тот долго вещал об эксклюзивно добытом приглашении, ему непреклонно отвечали скептическим хмыканьем. В итоге Кеннет припечатал: «Это уже завтра, и не с самыми удобными условиями», на что получил тяжкий вздох и причитания по поводу грядущего разорения.

Похоже, все же договорились…

Из лавки я вышла с флаконом для горячих слез, а Кеннет вроде как без ничего, но довольный. Ясно, чем-то ценным обзавелся и уже припрятал. Хитрые пространственные карманы… И почему мне такого не досталось? Но хрустальный пузырек поместился и в обычный карман пиджака, составив компанию выключенному телефону.

Кеннету я о таинственных делах Юва с невинными девами ни слова не обронила, хотя спрашивал. Про флакон сказала, что это для крови тех, у кого шуточки сомнительные. Он сделал непонимающие глаза и ответил, что как раз такого одного знает, но портал ради этого ставить не будет, вот если бы сосуд побольше был… Я бодро зашагала к межэтажному пожарному столбу и сполна насладилась спуском на первый этаж.

На выходе из торгового центра было свежо и зелено, маленький скверик посреди площади был полон. Несмотря на вызванный отключением магии апокалипсис, люди не желали киснуть дома: гуляли, сидели на резных скамейках с книгами и делали покупки, звеня наличными монетками из мешочков. Тяжело тут, наверное, быть богатым. Замучишься так вот деньги таскать. В голубом, пронзенном шпилями избушек небе плыли хлопьеобразные облака, пролетали драконы, по земле цокали копытами обыкновенные с виду лошади, как со всадниками, так и с похожими на кареты повозками. До библиотеки, хранящей справочники координат, было рукой подать, но Кеннет отчего-то не торопился. Жестом позвал вглубь сквера и уселся на уединенную скамейку меж фигурно стриженых кустов. С шеста неудачно спустился, что ли?

— А тебе очень срочно домой надо? — осведомился он, и я села так села, потому что ноги от его вопроса буквально подкосились.

— М-м-м… — вырвалось вместо логичного вопроса «зачем».

— Может, задержишься на денек?

— М-м-м… — Меня явно заклинило.

— Как ты относишься к частным вечеринкам в старинных поместьях с красивой музыкой и вкусной едой?

— Это приглашение? — уточнила я неуверенно.

— Именно оно.

В воздухе мелькнул зигзаг пространственного кармана, в моих руках оказался конверт. «Бал-маскарад в главном замке владычества Эллодиа» — гласила размашистая надпись на вложенном листе. Ничего себе частная вечеринка! Это действительно было приглашение. Выцарапанное у Юва, видимо. Волшебно сверкающее, не именное, зато на две персоны — явка строго парами. Вот зачем я понадобилась. Найти девушку на завтрашний вечер для него вряд ли проблема, но вот такую, чтобы неудобных вопросов не задавала…

— Ты там чисто развлечься собираешься? — недоверчиво прищурилась я. Взгляд черных глаз был слишком честным и… теплым. — Интересные у тебя планы.

— Составишь компанию? — спросил Кеннет и медленно улыбнулся. Я сглотнула. — А после домой отправишься. Соглашайся, иначе получится, что между мирами прыгала, чтобы отключение магии посмотреть, домик в глуши заповедника да унылый торговый центр? Обидно же.

Если он не перестанет так смотреть и улыбаться, то я опять смогу только мычать. Или он этого и добивается?! Провокатор! Я села ровнее, отдала приглашение. Понаблюдав, как оно растворяется в воздухе, уставилась на безопасное дерево и твердо заявила:

— Объясни, что будешь на балу делать, или я не пойду.

Нагло было? Пожалуй… Учитывая, что ему ничего не стоит встать и уйти. Другую девушку в замке вкусно кормить… Пока я гордо сижу на скамейке и думаю, как выжить в чужом мире. Но я имею право знать, на что подписываюсь! В конце концов, на той вечеринке может быть опасно. Не думаю, что он туда развлекаться идет, раз после того, как получил магический накопитель, первым делом приглашение добыл. Судя по мрачному вздоху рядом, я была права.

— Послушай, — сказала я уже не так требовательно, — не надо разбираться в устройстве ваших миров, чтобы не заметить очевидного. У тех типов в экспериментальной зоне тоже была магия, значит, кто-то еще помимо вас с Лукашем занимался ее упаковкой в накопители. Судя по всему, они прорицатели, а их руководство и ввело запрет. Не знаю, от конкурентов они избавлялись или чего похуже задумали, но история мутная. Особенно на фоне последующего исчезновения магии. Эти вещи связаны?

Кеннет с искренним удивлением приподнял бровь, но не с таким, будто я ляпнула глупость, а наоборот. Кажется, в точку попала.

— Связаны, — криво усмехнулся он, глядя куда-то в никуда, — так или иначе.

Я облизала губы и добавила осторожно:

— Подозрительно — запрещать что-то и не объяснять почему. Не понимаю, с чего люди верят пророчествам, которые держат в тайне.

— Видения доступны лишь пророкам высшего ранга — тесным кружком сильнейших собираются и призывают глючные картинки. Таких магов по пальцам можно пересчитать, и все они состоят в Союзе прорицателей, пользуясь неоспоримым авторитетом. Просто никто из них еще не попадался на вранье. Верить им на слово — незыблемое правило, пришедшее со времен сотворения Междумирья, когда благодаря пророчеству удалось избежать войны между мирами. Длинная история… Однако ничто не мешает им недоговаривать или трактовать увиденное в свою пользу. Правдивость пророчеств в принципе ничем не докажешь, но и никак не опровергнешь. Думаю, они либо знали, что магия исчезнет, либо сами же это и спровоцировали.

— Например, как? Она ведь раньше не отключалась.

— Не отключалась глобально, а вот для отдельного мира…

Я навострила уши. Интересные подробности выясняются!

— Много веков назад Аулин был магическим миром, — терпеливо начал Кеннет. Видимо, очередная порция общеизвестных истин. Но на этот раз без намека на поучительные интонации. — Собственно, конец света там из-за магии и приключился — массовое, убивающее все живое проклятие. Его распространение остановилось лишь благодаря изменению течения потока энергии. Ее стало недостаточно для того, чтобы проклятие работало и завершило начатое. Выжившие предпочли раз и навсегда забыть о магии. Уничтожили для своего мира свидетельства о прошлом и фактически построили новый, опираясь исключительно на технологии. Справились, процветают.

— А почему поток изменил течение и перестал поставлять целому миру магию?

— В том-то и дело, что неизвестно. Однако это спасло Аулин. Точнее, то, что от него оставалось.

— А Земля? — возник закономерный вопрос. — У нас раньше была магия?

— Сомневаюсь, — он развел руками, — поток тысячи лет огибает шестой мир, чем-то тот ему не нравился.

Да уж… Не во вкусе мы волшебного потока оказались. Впрочем, лучше игнор, чем массовое проклятие и конец света. Не завидую в этом отношении Аулину. Что же получается, если магия туда вернется, проклятие вновь активируется и прощай все живое? Жуть. Я бы на месте его жителей глобальное отключение предпочла, нежели смерть.

— О! — зацепилась я за пульсирующую в мозгу мысль. — Вдруг магический поток вновь начал менять течение и его отключили, ну или позволили ему отключиться, чтобы спасти Аулин? Одна шестая часть всего живого против магии, без которой вполне проживешь. Или теперь проклятие угрожает другому миру или даже всем мирам? Возможно, видение было как раз про это.

— Возможно, все и впрямь в высшей степени благородно… — Кеннет поморщился, и стало ясно, что не особо он в такое верит. — Но поток энергии не способен активировать старое проклятие в Аулине, оно давно рассеялось. Признаков нового проклятия не было нигде. Подло убирать магию заранее и без предупреждения, чтобы люди по всем мирам, а особенно в Междумирье, лишились порталов и шанса возвратиться домой. И зачем запрещать сохранять энергию в накопители? При этом сами прорицатели ею тайком запасались. Нет уж, не сходится. Тут что-то другое.

— А как они научились сохранять магию, если исследования Лукаша запретили? Вообще многие умеют делать накопители?

— Нет. Все или мертвы, или принудительно без магического дара, или в глуши заповедника травку косят.

Я промолчала. Ответить было нечего, идеи кончились. Кеннет посмотрел на меня странно, с непривычным замешательством и без малейшей насмешки. Перевел взгляд на куст за моей спиной, после — снова на меня, и сказал:

— Прорицатель, который изъял наработки Лукаша, перед закрытием проекта затребовал у него полный мастер-класс по сохранению магии в накопители, якобы чтобы убедиться в опасности этого процесса. Вот он будет завтра на том маскараде.

— Ага. И ты хочешь с ним… м-м-м…

— Поговорить.

Тон был такой, что просилась надпись как на пачке сигарет: «Минздрав предупреждает: разговоры могут навредить вашему здоровью».

— Поговорить? — уточнила я недоверчиво. — И он прям все и расскажет?

— Беспокоиться не о чем, — пространно отозвался Кеннет, — тебе ничего не угрожает, домой в любом случае попадешь, гарантирую.

Понятно. Лимит признаний достигнут и даже превышен. Я вздохнула и принялась разглядывать куст за его спиной. Мне почти доверились! От осознания этого внутри стало невероятно тепло, улыбка невольно расползлась до самых ушей.

— Лёна, ты сходишь туда со мной?

Я еще раз вздохнула и поняла, что схожу. Ну а почему бы и нет? Меня уже сводили в склеп, лес, кладовку и заброшенную промзону, пора в замок наведаться для приличия. Отвела глаза от скучных кустов и встретилась со жгучим нетерпеливым взглядом. По спине стадо мурашек пробежало, мысли спутались. Вместо «да» вырвалось другое:

— Мне надеть нечего!

— О, у нас есть целый день, — с пугающим энтузиазмом отозвался он, — чтобы решить эту проблему…

Я растерянно моргнула. Решить проблему — в смысле, найти платье и маску для маскарада, или что тут носить принято? Невольно уставилась на покинутый недавно торговый центр. Хотела же за покупками… Вот, пожалуйста! Нам ведь не придется на пятидесятый этаж по лестнице подниматься или того хуже — карабкаться по пожарному шесту?.. Наверное, лицо у меня было озадаченное, потому что Кеннет проследил за моим взглядом и покачал головой:

— Это как-то скучно.

Да он просто не знает, что именно я представила! Тряхнула головой, срочно возвращая себе осмысленный вид. Выходит, у нас все-таки нет денег и проблема будет решаться иначе. Перед глазами ютубовским роликом прокрутился вооруженный налет с мешком на голове и чемоданом для платьев. Ну а что, все равно его уже магическая полиция разыскивает, чего ему обычная?

— Расслабься, мне, знаешь ли, тоже нечего надеть, — подавился смешком Кеннет, и стало ясно: осмысленный вид мне не удался. — Есть одно место, тебе понравится. А в библиотеку за координатами заглянем прямо сейчас. Тебе так станет спокойнее?

Я согласно кивнула, хотя спокойнее мне не стало. Наоборот! Сердце колотилось где-то в животе, отчего там все сжималось и ухало, воздух будто выкачали. Вроде вдыхаешь, вдыхаешь, а толку ноль! Странная духота, и голова кругом. На что я только что согласилась? Вечеринки — это, мягко говоря, не мое… Последнюю, школьную, на которую меня принудительно отправила мама — общаться и заводить наконец друзей, — я провела, прячась в туалете с книжкой. В общем-то, неплохо отдохнула. На выпускной не пошла, как она ни настаивала, да и папа спас — сказал, что семейный бюджет целее будет без поездок на лимузинах и покупок новых платьев. Хотя от платья я бы, конечно, не отказалась, даже если его некуда надеть… Но когда к нему прилагается Лизка с этими своими подружками, то нет-нет-нет! В этот раз не прилагалась, значит, есть шанс не почувствовать желание испариться с вечеринки, да и вообще. К тому же маскарад на то и маскарад, что тебя вроде как не должны узнать. Для Кеннета — очень в плюс, для меня тоже. Под маской не так страшно будет — можно сказать, я не совсем я.

Центральная библиотека была огромной и практически безлюдной — видимо, во время магического апокалипсиса мало кого тянуло к знаниям. Больше к врачам. У психотерапевтов аншлаг на год вперед. Мероприятия на афише значились отмененными, автор бестселлера «Готовим вкуснятину с помощью артефактов» перенес встречу с читателями на неопределенный срок, и осуждать его не получалось. Бледный, пахнущий чем-то наподобие сердечных капель библиотекарь равнодушно выслушал запрос касательно справочников координат и пробубнил, что ничем не может помочь. Встроенные в каталог заклинания поиска книг не работают, а искать вручную он не в состоянии. Если мы настаиваем, то вперед! Библиотекарь махнул рукой в сторону отпертого книжного хранилища с размагниченным ныне магзамком, сказав, что побоку все правила и регламенты, все равно скоро погрязнем в хаосе, боли и безысходности. И на том спасибо!

Зал, до самого потолка заставленный шкафами и стеллажами, пугал размерами и количеством книг и походил на самый настоящий лабиринт. Ряды, ряды, ряды… Ни подписей, ни указателей. Стол с пудовым пухлым каталогом, сводящий с ума аромат тысяч будто совсем новых книг и гулкое эхо моих слов:

— Вот и нашлось занятие до утра.

— Оптимистичная, — оценил Кеннет, но посмотрел при этом почему-то чуть ниже моей спины. Всегда подозревала, что сосредоточение оптимизма у меня именно там! — Впрочем, я знаю, где могут быть справочники.

Склонился над столом. Его взгляд перекочевал на каталог, через тонкую рубашку вырисовался красивый рельеф мышц спины. Пальцы ловко поддели страницу, заскользили по строчкам оглавления. Мягкий шелест, странная пульсация в висках. Так, сосредоточиться на деле, срочно!

— Надеюсь, на моих родителей наложили ментальное заклинание, — выдавила я, пытаясь отвести взгляд от его пальцев, — чтобы не считали меня без вести пропавшей. Иначе они с ума сходят.

— Будь вы близки, вряд ли ты захотела бы переезжать в другой мир и в неизвестный портал прыгнула.

— Ну… — как-то даже растерялась я. — У нас были разногласия, конечно, порой серьезные, и мама с папой не особо меня понимали. Но исчезать бесследно я не планировала. В конце концов, любые родители любят тебя и волнуются.

— Не все, — внезапно жестко отрезал он.

Эхо разнесло голос по залу, повеяло холодом. Я попятилась от стола. Запомню: семейные темы не поднимать… Что у него стряслось? И откуда вообще Кеннет родом? Точно не с Винара — не эльфийский блондин ни разу, — и не с Ладоса — уж больно отстраненно о нем рассуждал. Зато подозрительно много знает земных шуточек и порядок зачисления студентов из немагических миров. Однако, будь он с Аулина, тоже на собственной шкуре такое зачисление испытал бы. И в недоброй природе Гарда разбирается неплохо, вдруг не понаслышке? А еще есть мрачный Эсмир, темным магам прям идеально подходит. Богатый выбор, в общем…

Долистав каталог, Кеннет захлопнул его и направился куда-то вглубь зала. Я увязалась следом в лабиринты шкафов, поглядывая ему в спину и по-прежнему не решаясь открыть рот. Не хватало еще снова задеть что-то личное. И вообще, чем перебирать столько книг, лучше снова попробовать магически позамерять. Вдруг он в прошлый раз что-то не так понял? Или, например, не нащупал как следует… На первой же развилке Кеннет затормозил, да столь резко, что не поймай он меня за плечи, я бы точно впечаталась в него вместе со всеми своими размышлениями. Он развернул меня и подтолкнул в ту сторону, куда сам идти явно не собирался. Мне было велено обыскать дальний стеллаж с изображением розы, пока Кеннет посмотрит в энциклопедиях, поскольку справочники могут быть и там, и там. Стойко не оборачиваясь, я прошла до конца ряда и уперлась в длинный высокий шкаф, сбоку которого была вырезана роза — копия тех, что я видела на вокзальной оранжерее в Междумирье: шесть темно-красных лепестков, обернутых вокруг золотой сердцевины, острейшие шипы на стебле. Хм… Содержимое шкафа так или иначе относилось к мирам. Все десять бесконечных полок, соединенных несколькими лесенками. Излазила вдоль и поперек, изучив все корешки. Никаких справочников координат, зато книг по истории навалом. «Шесть путей развития цивилизации», «Особенности энергетических потоков в немагических мирах», «Краткая биография Зерана Шелана, создателя Междумирья». Краткая, ага! Да ею убить можно. «Период возникновения и деления подпространства», «Хроника оформления энергетических контуров». Мрак и вывих мозга… Про феечку мне как-то больше нравилось. С краю, в тисках пудовых томов, жалась приятно тоненькая книжица — «Развитие коммуникации между мирами». А вот это интересно. Я спустилась с добычей, бросила на пол пиджак и, устроившись на нем, раскрыла книгу. Так, полистать немного для восполнения пробелов в образовании.

Выяснилось, что роза — символ связанных воедино миров, поскольку розы особых гардских сортов используются природниками для усиления порталов и смягчения эффекта от перемещения. Особый фон создавали, источая некие волны. Ясно, почему в Междумирье вокзал в оранжерее находится! Путешественники умудрялись скакать по мирам еще в древности, но осмысленные контакты состоялись сравнительно недавно — семьсот лет назад. Гард славился уникальными полезными растениями, Ладос — магическими изобретениями и знаниями в этой области. Не все было гладко: водный Винар и Эсмир без солнца были малопригодны для чужаков, а на Земле волшебство толком не работало. Дальше пошли конфликты, типично политические. В обмене бесценным опытом между мирами быстро наметились свои лидеры, начался нечестный дележ сфер влияния, возникли проблемы на местных рынках, участились несанкционированные миграции и прочее, что обычно плохо заканчивается. Так и случилось… Люди в одном-то мире дружно жить не могут, что уж про вот эту кучу говорить. Ладос с Гардом не поделили место главного сверхмира, на Аулине начался финансовый кризис, в Винаре мусорили туристы. Его власти, испугавшись экологической катастрофы, ввели жесткие ограничения на перемещения, преследуя нарушителей со всей строгостью. Эсмир, наоборот, безудержно поставлял всюду «понаехавших», которые образовывали чуть ли не свои мини-государства и вносили щедрый вклад в межмировую преступность. На Земле пришельцев вообще не принимали и не верили им, все попытки доказать существование магии потерпели крах.

Двести лет обстановка накалялась, в результате проклятием выкосило Аулин. Были теории, что оно предназначалось Ладосу или Гарду, однако бездоказательные. Началась массовая паника и взаимные обвинения, миры оказались на грани войны. Эсмир ответил агрессией прямо внутри чужих владений, все грозило скатиться в бездну. Вовремя выступили прорицатели, предсказав возникновение седьмого мира, который примирит враждующих и принесет столь необходимое равновесие. Готовый порвать друг другу глотки народ благополучно отвлекся, бросив силы на поиски этого самого неучтенного мира, и тут появился он — великий Зеран Шелан. Точнее, тогда еще никому не известный выходец из Винара, десятилетиями изучавший магию. Ему удалось создать в обнаруженном пространственном кармане посреди миров новый — особенный. И общий, и ничей. Пустующий ранее перекресток шести миров получил материальное воплощение, и перемещения между мирами стали возможны в ограниченных количествах, и только через него. Считай, Междумирье — обязательная станция для пересадки, а оттуда без разрешения и соблюдения ряда условий не портанешься. Что-о-о?! Меня о таком не предупреждали! Хотя оно даже и к лучшему — Ярушку все равно надо было забрать, а так хоть причин придумывать не понадобится.

Я вздохнула и уткнулась обратно в книгу. Дочитать оставалось немного. Итак, война не состоялась, хотя незначительные заварушки портили людям жизнь еще долго. Зеран стал спасителем и всеобщим героем, прорицатели получили высокий статус, аванс доверия и собственный Союз с правом устанавливать любые запреты, с расчетом, что они помогут избежать бед и в будущем. Поток энергии исключил из своего течения Аулин, сохранив жизни немногочисленным выжившим. Хм… Это все звенья одной цепи! После регулирования порталов отношения между мирами наладились — целую армию-то уже не переправишь, как и гору товаров для захвата рынка. Неконтактную Землю и добровольно оборвавший связи со всеми Аулин оставили в покое, тесно сотрудничая лишь четырьмя мирами. Со временем в Междумирье основали Университет магии, который стал не просто учебным заведением, а центром общественной жизни и резиденцией повышенной безопасности. Ха-ха. Возможно, так оно и было, пока там всех не заперли, отключив магию…

— У-у-у, помощница, — издевательски пропели над ухом.

Из мира мыслей и рассуждений вышвырнуло вон, с полпинка. Я вздрогнула, чуть не выронив книгу. Сверху возвышался Кеннет, довольный, с толстым справочником в руках. Кажется, пока я тут бессовестно прохлаждалась, другие делом занимались. Координаты для меня в поте лица искали. Впрочем, я тоже честно осмотрела весь шкаф…

— Ну, я нашел, — он уселся рядом со мной, водрузил находку поверх моей книги и раскрыл, — теперь ты ищи.

Справочник последнего года издания обещал самую актуальную информацию и был издан в десяти томах. Этот, десятый, являлся полным сборником координат по моему родному миру. На видном месте красовалось предупреждение, что Земля — дикое место, где про магию слышать не слышали. На себя бы сейчас посмотрели, цивилизованные, ага… Я зашуршала страницами под пристально внимательным взглядом Кеннета. Неужели ему тоже интересно, откуда я?.. По России имелся отдельный раздел, далее — города по алфавиту. Отыскала свой, ткнула пальцем в циферки и непонятные символы напротив названия. Видимо, это и есть координаты, хоть больше похоже на китайские надписи. Неужели мне такое полагалось помнить наизусть?!

— Отлично. — Кеннет закрыл справочник, очевидно, с легкостью запомнив эту абракадабру.

— Так уж и отлично? — прищурилась я. — Даже то, что иначе как через Междумирье на Землю не попасть?

— Начиталась. — Книге в моих руках достался косой взгляд. — Будет двойной портал с промежуточным закидыванием на вокзал университета на долю секунды. И не заметишь.

Эй, а Ярушка? Но, может, у меня все-таки будет капельку побольше той секунды?

— А разрешения?

— Лёна, — усмехнулся он, — какие сейчас могут быть разрешения?

Ах, да… Сомневаюсь, что ему разрешили бы портал в Ладос, особенно при побеге из тюрьмы. Стоило сразу подумать, что естественная магия исчезла вместе с установленными с ее помощью ограничениями.

— Еще что-нибудь почитаешь? — спросили весело. — Или пойдем отсюда?

Я встала с пола, подняв пиджак, вернула книгу на законное место. Все-таки хорошо, что я ее изучила. Многое узнала. А сколько всего еще не знаю…

— Не волнуйся, — подмигнул Кеннет, — завтра вечером будешь дома, как и хотела.

Хватило меня лишь на ответный кивок, весьма унылый. Это было совершенно глупо, нелогично и вряд ли адекватно, но радоваться почему-то не получалось. Зато Кеннет замечательно радовался за нас двоих! Но я ведь сама хотела домой, разве нет?..

Местное такси — запряженный лошадьми экипаж — цокало копытами по дороге, а я думала о Ярушке. Вернее, не о самом Ярушке, а о том, как бы уговорить Кеннета сделать немножко другой портал. Не тот, двойной, где «с промежуточным закидыванием на вокзал университета на долю секунды», а с остановкой, чтобы метнуться быстренько в общежитие университета и забрать любимого ханика. В Междумирье сейчас все заняты магическим апокалипсисом, страдают и бегают по психологам, никто в мою сторону и не взглянет. Или взглянет? Как на похищенную опальным звездным оккультистом, еще и пропавшим бесследно? Да ну, чушь. Не такая уж у меня впечатляющая внешность, незапоминающаяся совсем. К тому же можно замаскироваться. Замотаться, например, платком по самые брови или накрутить тот платок, будто зубы болят. Да-да, флюс… Нет, пожалуй, перебор. Как бы, наоборот, лишнее внимание не привлечь. Чем дольше рассуждала, тем отчетливее понимала, что готова рискнуть. Потому что друзей не бросают, и все тут! Осталось придумать, что такое ценное мне понадобилось прихватить из общежития, потому что честно говорить Кеннету про Ярушку, наверное, не стоит. Не поддержит, а то и у виска покрутит. Или вообще скажет, что это не друг, а всего лишь игрушка. Все так говорят. Всегда.

Экипаж плавно снизил скорость и остановился у готических кованых ворот, настолько высоких, что в окно целиком не помещались и, казалось, тянулись ввысь до самого неба. Вместо оплаты Кеннет вручил водителю — хм… или как там его — исписанную чернилами бумажку, тот невероятно обрадовался и, жадно сверкнув глазами, спрятал ее в карман.

— Что это? — поинтересовалась я шепотом, не выдержав накала интриги. — Аналог кредитной карты, долговая расписка, акции ладосского Магпрома?

— Нет, — усмехнулся он и, прежде чем выйти наружу, щекотно сказал на самое ухо: — Письменное обещание ответной услуги от владыки. Мне ими все равно не воспользоваться, мы с ним… слегка повздорили.

Ой… Владыка — это звучит круто. Кеннет знаком с ним? А не перебор ли такое на каждом шагу раздавать? Или он ужасно щедрый, или вопиюще неэкономный. Или просто издевается над этим владыкой. Небось, тот будет в шоке, когда к нему за услугами таксисты явятся. Озадаченная, я тоже выбралась из экипажа. Забор действительно возвышался на добрый десяток метров, огораживая территорию с высокой серой травой, голыми вековыми деревьями и мощеной дорогой, ведущей к готического вида башне с тонкими резными узорами на стенах и остроконечным шпилем. На воротах висела табличка.

— Башня Пика! — обрадованно прочитала я вслух. — На ее крыше Лукаш мечтал открыть ресторан элианской кухни!

— Было дело. Но потом он ограничился покупкой апартаментов, которые после развода отошли его третьей жене. К ней и направляемся.

Кеннет наклонился к моему лицу.

— Запоминай, — сказал он тихо и вкрадчиво, — меня выслали сюда официально, до отключения магии, успев исполнить приговор. Ты — моя девушка, отправилась со мной, чтобы проводить, да тут и застряла. У маглиции нет связи с Междумирьем, опровергнуть наши слова никто не сможет.

Я бестолково кивнула. Смысл услышанного доходил с трудом, в голове звенящим эхом звучало единственное слово. Девушка… Девушка? Его девушка?..

— А как мы познакомились? — Я облизала губы, силясь уместить в своей голове подобную мысль. Она не умещалась, ну никак. — Я с первого курса, а вчера был первый учебный день.

— Весной познакомились. В парке, на общем пикнике. Удачно, что ты с Земли. Должна была сильно заранее в университет на экскурсию попасть. Наличие дара у тебя проверить сейчас не смогут, к тому же Нэлла не маг. Лукаша знать не знаешь, ночевали мы в отеле у эллодианского портального вокзала, а вообще, ты плохо помнишь прошедшие сутки, пребываешь в истерике от случившегося с магией и боишься, что никогда не сможешь вернуться в родной мир. Так что преимущественно молчи и делай несчастное лицо.

Неплохо продумал. И насчет меня, и по поводу приговора. Получается, лишение дара подразумевает отправку на все четыре стороны. Ритуалить-то уже без вариантов, плюс от магической лоботомии возможны очень печальные последствия. Проводить его домой было бы логично, особенно близкому человеку.

— Запомнила? Есть еще вопросы?

— Да, один… — даже не верилось, что решилась произнести. — Что на торжестве в честь окончания курса случилось?..

Кеннет выразительно приподнял бровь и нахмурился, я торопливо выговорила:

— Твоя девушка должна такие вещи знать, верно?

Он привалился к забору и мрачно выдохнул, видимо, признавая мою правоту. Ну, ведь вправду странно будет для Нэллы, что я не в курсе подробностей его ареста. Стоит подстраховаться. И любопытство здесь совершенно ни при чем. Расскажет? Да?.. Я затаила дыхание.

— Тебя там не было, — категорично произнес Кеннет, и я не сразу сообразила, что это часть легенды, — ты знаешь лишь официальную версию.

— Какую? — спросила я, предчувствуя грандиозный облом. И не зря.

— Двое неизвестных тебе студентов решили провести опасный, запрещенный ритуал с созданием накопителя, за что поплатились жизнью.

— А с чего им взбрело в голову проводить ритуалы посреди вечеринки? Более подходящего места и времени не нашлось?

— Кто ж их поймет, темных магов, — недобро ухмыльнулся он, — выпили, и на подвиги потянуло. Самый трезвый пытался обоих в чувство привести, да поздно было.

М-да. Немногим больше информации, чем в «Вестнике Междумирья». Значит, пили вместе, потом двое того, а третий…

— Третьего и арестовали, — догадалась я. — То есть тебя. За участие в ритуале?

— А ты не веришь, — ухмылка стала ехидной, — в мою причастность.

Ладно, пора завязывать с вопросами. Если Нэлла нас на вранье подловит, то так ему и надо, конспиратору! Впрочем, кое-что из выводов напрашивалось. Как минимум, что свою вину Кеннет не признал, раз у кого-то есть возможность в нее не верить. Неспроста разбирательства на три месяца затянулись. Но в итоге же вынесли приговор, значит, доказательства были. Способ сохранения энергии, видимо, действительно смертельно опасный, раз уж два трупа в наличии. Неужели он все-таки имеет к ним отношение?..

Кеннет хмыкнул будто в никуда, отлип от забора и, отворив оказавшиеся незапертыми ворота, направился по мощеной дороге к башне. Догнала его у парадного крыльца, где бдила консьержного вида старушка. К резным двустворчатым дверям он не приблизился, остановился у ступеней и уставился вверх. Я тоже уставилась. Небо как небо… Темнеет, правда. Кажется, путешествие и поиски в библиотеке отняли немало времени. Серые облака заслонило округлым силуэтом, я ойкнула. Упитанный дракон! Увеличиваясь в размерах и рассекая воздух, спикировал вниз, прямо к нам. Сказочно фиолетовый, с прозрачными радужными крылышками, похожими на стрекозьи. Умильно состроил глазки и приглашающе присел, задорно ударив по траве длинным хвостом с сердечком-наконечником.

— Лифт прибыл, — сообщил Кеннет и, с легкостью вскарабкавшись дракону на спину, подал мне руку.

Я схватилась за нее и очутилась наверху, за его спиной. Фиолетовое чудо тут же выпрямилось и с веселым жужжанием расправило крылья. Ремня и страховки, очевидно, не предполагается… Ой! Дракон оторвался от земли, я в панике вцепилась в Кеннета обеими руками, уткнувшись носом в такое твердое и надежное на ощупь плечо. Испугаться толком не успела: «лифт» взмыл ввысь, за считанные секунды преодолел воздушные метры, превратив мощные деревья в игрушечные, и приземлился на полукруглом, устланном какой-то шелковой простыней балконе. Я икнула, дракон плюхнулся пузом на пол, намекая, что пора бы нам на выход. Легко сказать! Пальцы не слушались, не желая отцепляться от Кеннета. Дрогнули, лишь когда их накрыла его ладонь. Горячая… Он каким-то чудом развернулся, сгреб меня в охапку и ловко спрыгнул с дракона. В балконных дверях стояла импозантная дама, назвать которую бабулей попросту не повернулся бы язык. Вызывающе яркий макияж, черные, пышно уложенные волосы, того же цвета готическое платье в пол. Вылитая Мартиша Адамс, ожившая мечта любого темного мага.

— Кенни, — нежно пропела она, и я подавилась смешком. За это меня совсем не бережно поставили на пол, по-хозяйски одернув попытавшуюся задраться юбку. — Как же я рада тебя видеть!

— Это Лёна. — Кеннет улыбнулся столь томно, что любые пояснения стали излишни.

— О… — Нэлла с любопытством посмотрела на меня и одобрительно кивнула. — Эта милая!

Настроение сделало крутое пике и забилось куда-то под плинтус, несчастное лицо изображать и не понадобилось. «Эта»? То есть была еще какая-то другая? Здесь, с ним?.. Даже мысль, что она, очевидно, не милая, не утешала. Ни капли! Нет, конечно, я прекрасно понимала, что Кеннет постарше меня и весь такой ах. Как тут без девушек-то. Легко мог сюда и с целой девчачьей волейбольной командой заявляться. В школе я волейбол недолюбливала (вечно приходилось уворачиваться от поданного с целью меня пришибить мяча), а сейчас так просто люто ненавидеть начала, вместе со всей вымышленной командой. Чтоб их дракон уронил, замучившись такую ораву наверх тягать…

— Ох, бедная девочка. — Нэлла подхватила меня под руку и потащила прочь с балкона. — Сейчас тяжелее всего тем, кого застало в пути. Перебои с магией — подумать только! Власти никаких вразумительных ответов дать не могут. Неудивительно, энергетический поток-то им не подчиняется.

За балконной аркой был просторный зал с высоченным потолком. Плетеная мебель в дачном стиле и укрытые вязаными салфетками поверхности сочетались с наружностью башни как кружавчики с латексом. Ну, зато мило тут. По-домашнему…

— Не переживай, все наладится, — она усадила меня на диванчик, грациозно опустившись рядом, — и лучше уж здесь оказаться, чем в университете, словно в мышеловке. Никогда не любила это… Недомирье варварское. Кенни, скажи мне, что ты в порядке!

— В полном, — отозвался тот мрачно. — Жить буду.

— Молодец, что решил вернуться в Ладос. — Нэлла протяжно вздохнула.

— Всего два варианта было, — перебил ее Кеннет. — Завтра нам на прием в элодианский замок, а вещи обещали из Междумирья следом отдельным порталом доставить. Теперь, сама понимаешь, можно не ждать. В отеле дальше отсиживаться смысла нет. Поможешь?

— Конечно, разумеется! — невероятно воодушевилась та. — Серьезно, пойдешь туда? Неужели решил с владыкой помириться?..

— Да, — ответственно уверил он.

Помириться решил, как же. Поэтому массово его обещания раздает, как ненормальный промоутер.

— Давно пора, — одобрила Нэлла. — Уверена, предложение-то еще в силе и ты можешь согласиться…

Так! Не знаю, о чем идет речь, но явно о чем-то интересном. Я постаралась слиться с мебелью и развесила уши. Увы, напрасно. Кеннет уселся в кресло, стянув со столика вазу с похожими на эмэмдэмс конфетками и, выбрав из цветной кучи несколько черных, проглотил их, не жуя. Ответа хозяйка апартаментов не дождалась, лишь многозначительного взгляда, и мигом уловила намек:

— Ладно, сами разберетесь. Тем более есть темы куда более волнующие! — Она повернулась ко мне. — Лёна, милая, расскажи о вашем знакомстве.

Чего сразу я-то? Рассказчик из меня так себе, особенно если речь о вымышленных событиях. Нэлла нетерпеливо моргала, мой так называемый бойфренд хрустел конфетами, демонстрируя занятость.

— В парке, весной, — заученно отрапортовала я, — на общем пикнике. У меня там была экскурсия, ну, заранее, потому что я с Земли. И… ну…

— Важно не где, а как, — ее ярко накрашенные губы изогнулись в снисходительной улыбке, — я жажду подробностей!

Черт! Подробности мы не обсуждали… Кеннет уже половину вазы оприходовал и продолжал в том же духе, не собираясь приходить на помощь. Сама так сама. Главное — во вранье держаться поближе к правде, тогда меньше шансов запутаться. Я мило улыбнулась и заговорила:

— Я его и не заметила сначала, такой как выскочил из кустов! Схватил меня вдруг. И сказал, что я ему нравлюсь.

Кеннет подавился и глухо закашлялся, я улыбнулась еще шире. А нечего было на меня все сваливать! Могу такого наговорить, ух!..

— Ого, ничего себе напор, — впечатлилась Нэлла. — Решительные мужчины на вес золота сейчас. А дальше, что было дальше?

— Незабываемое свидание, — поделилась я, — в подвале склепа!

Он со стуком отставил вазу. Наелся внезапно?

— Ее впечатлило, — добавил вкрадчиво, — уходить не захотела. Даже когда свидание закончилось.

Слушательница озадаченно склонила голову набок.

— Следующее романтичнее было, — промурлыкала я. — Полянка, цветочки, ручеек.

— О да, — припечатали томной усмешкой. — У нее все шансы были первое место конкурса «студенческая форма в облипочку» взять.

Врет ведь… И вряд ли такой конкурс вообще существует!

— Какие страстные у вас отношения, — протянула Нэлла с ноткой ностальгии. — Но все равно предупреждаю: стелить в разных комнатах буду! Приличия прежде всего.

Я вздохнула с облегчением, а Кеннет с сожалением. Столь натуральным, что чуть не поверила! Артист, чтоб его…

— Знаю, что вам нужно, — объявила радушная хозяйка. — Отдых и ужин!

При слове «ужин» у него аж глаза загорелись. Ну да, в отличие от меня, не завтракал. Я и сама не прочь была подкрепиться, от утренних блинчиков остались одни воспоминания.

— Покажу Лёне ее комнату. — Нэлла чинно поднялась с кресла и поманила меня за собой. — А ты не в первый раз здесь, разберешься.

Кеннет кивнул и взялся уничтожать конфеты в вазе, уже не выбирая по цветам. Я последовала за хозяйкой в широкий светлый коридор. Нэлла довольно посматривала в мою сторону и понимающе усмехалась. Надо же… Я так боялась провала, а у нас этой глупой перепалкой, наоборот, получилось легенду подтвердить. Определенно не кажусь ей левой девицей-самозванкой! Значит, и история Кеннета про якобы исполненный приговор подозрений не вызвала. Все это хорошо, но есть одна странность: Нэлла с легкостью поверила, что его из Междумирья провожала я. Не родители, друзья или другие известные ей люди, а та, с кем он относительно недавно познакомился. Но я же ненастоящая девушка! В смысле, ему не девушка. Кто на самом деле должен был проводить? После предполагаемого лишения дара, которое в половине случаев заканчивается очень плохо и грустно. Неужели никто?.. Как так?

В следующую секунду абсолютно все мысли вылетели из головы, я остолбенела. В конце коридора, на стене в толстой золотистой рамке, красовалась поблекшая от времени фотография. Двое — он и она, в обнимку и в какой-то степени одетые. В очень скромной степени одетые, пожалуй… Девушка успела отвернуться, сквозь копну рыжих спутанных волос просвечивали красные уши, зато в кадр попала перекошенная физиономия мужчины. Узнаваемая, разве что на десятки лет моложе. Оу!..

— Мой бывший муж, — небрежно объяснила Нэлла. Кажется, меня выдала отвисшая челюсть. — Хорошо же получился, паршивец? Любимая магография, памятная. Благодаря ей я эти апартаменты и отсудила!

М-да. Очевидно, это Лукаш со следующей женой… Интересный ракурс, весьма эротично выглядело. Действительно хорош был! Наверное, мои собственные уши сейчас пылали сильнее, чем у застуканной врасплох рыжей девицы.

— Мужчины… — Меня покровительственно похлопали по плечу. — Особенно темные маги… натуры увлекающиеся.

Я сглотнула, надеясь, что Кеннет сюда все же не с волейбольной командой приезжал. Куда бы они поместились, в апартаментах, судя по количеству дверей, не так уж много комнат! В последнюю, граничившую с прихожей, Нэлла и пригласила войти. Внутри было мрачно и жутковато. Чего стоили только светильники в виде летучих мышей и массивная кровать. Серый мраморный пол без малейших признаков ковра эхом чеканил шаги и обдавал холодом.

— Чувствуй себя как дома, из шкафа бери, что хочешь, — посыпались инструкции. — Домашние артефакты и освещение не работают, пока магию не починят, сама понимаешь… Можешь расшторить окно! Ванная за боковой дверью, вода в банке. Маговидение недоступно, увы, как и магорадио, но на полке есть журналы.

— Давайте с ужином вам помогу? — робко предложила я, боясь представить, что еще тут не работает.

— Там не с чем помогать, — отмахнулась хозяйка.

Она тоже крутой кулинар и мечтала свой ресторан открыть или на ужин будет содержимое пакета «Еда для гостей, десять килограмм»? В общем-то, без разницы, лишь бы не салат!

— Платье на прием тебе завтра подберем и прочее подготовим. — Нэлла погладила меня по голове, задумчиво пропустив между пальцами длинную прядь волос. — Есть над чем поработать.

Не знаю, комплимент это был или наоборот, но я предпочла благодарно кивнуть. Те, кто застрял в чужом мире в одной лишь студенческой форме, не перебирают нарядами. Она прошлась вдоль заставленного журналами шкафа, явно не торопясь уходить, и у меня засосало под ложечкой. Вдруг спросит что-нибудь эдакое, о чем я должна, по идее, быть в курсе? Хоть бы не спросила! Абракадабра, тс-с-с…

— Лёна, милая, скажи, — ни капли не помогло мое никчемное заклинание, — Кеннет точно в порядке теперь? И я не про его самочувствие. Тут-то видно, что обошлось. Черт с ним, с даром, больше получит, чем потерял. Но вот сам арест странный был…

— Он не особо со мной делится, — я вздохнула, ни слова причем не соврав, — болезненная тема.

— Еще бы. Все так несправедливо! Целое лето разбирательств. Обвинения эти нелепые…

— Да, — выдавила я, — нелепые… очень…

— Кто бы в здравом уме брался за эти накопители. — Нэлла закатила глаза. — Разве что мой бывший муж, но он магистр оккультных наук и темной магии, что с него взять!

— Мне кажется, сейчас бы накопители пригодились… Когда магия исчезла.

— Ну да, обидно, что даже смыв в туалете не работает. Но этот гений не нашел безопасный ритуал утрамбовки магии в накопители, а с риском для собственной жизни какому магу оно надо-то?

Кеннет-то жив-здоров, хоть и не магистр. Может, он просто жутко талантливый? И порталы ставит, и лестницы роняет, и магические замеры мне организовывает. М-м-м… Стоп, отвлекаюсь! Те напавшие на него прорицатели тоже отлично огнем швырялись. Кто-то из них тоже крут и сумел запастись магией без риска для жизни.

— Кстати, — сбили меня с мысли, — а где Энара Нориус весной установила памятник бывшему ректору? Слышала, торжественное открытие было.

О-о-о-ох… Будь я весной в Междумирье, обязательно бы об этом знала. Провал близок. Я опустилась на край кровати и сделала единственное, что пришло в голову, — обхватила себя за плечи и громко всхлипнула.

— Ну как так могло получиться, — вырвались вполне натуральные причитания, — что магия пропала. А я здесь, а не дома, с мамой и папой. Зачем только согласилась на портал в университет?.. Неужели я их не увижу больше никогда!

— Милая, что ты, все наладится, — засуетилась вокруг меня Нэлла. — Магия вернется, вот увидишь! Здесь не твой дом, конечно, но Кеннет о тебе позаботится. Пока у меня побудете! А потом, вероятно, в замок переедете.

Чего-о-о?! Ничего себе перспектива… Владыка ему кто вообще? Какой-то родственник?.. Но Кеннет не из Ладоса. Хотя порочные межмировые связи никто не отменял. Тогда зачем понадобилось приглашение в замок через сувенирную лавку добывать? Ответ напрашивался лишь один: чтобы прибыть незамеченным. Маскарад же. Потому что на самом деле ни с какими владыками он мириться не хочет. Собирается прорицателя разыскать, который, по всей видимости, напрятал магии для своих в обход собственных запретов. Та еще вечеринка будет! Я бессильно застонала.

— Отдыхай. — Хозяйка потрепала меня по волосам и поспешно ретировалась.

Памятник Лукашу ее уже не очень волновал, и хорошо. Я соскользнула с шелкового покрывала кровати и заглянула в обещанную ванную. Внутри было темно, пришлось оставить дверь настежь открытой и раздвинуть в комнате шторы. Вид из окна был впечатляющим — высота такая, что желудок свело. Или это от голода? Ванная была готична: черный мрамор, чугунная полка, матово поблескивающие тазик и корыто на изогнутых ножках. Зеркало отразило мою неумытую физиономию. А уж волосы… Похожие на вентили рычажки воду из крана ожидаемо не явили, на полке среди прочих стояла небольшая банка с лаконичной этикеткой «вода». Чуть ниже я рассмотрела приписку: «Дары Гарда». Догадываюсь, что это за вода такая… Удивительно прозрачная, она поблескивала даже в полумраке и пахла волшебной свежестью. Подозреваю, что магия является неотъемлемой частичкой гардской природы, как и частичкой драконов, например. Плевать им на распыленную в воздухе энергию, когда своя есть.

Помня прошлые ошибки, я склонилась над тазиком-раковиной и осторожно открутила крышку банки.

— Здравствуйте… — пробормотала почтительно, хотя вряд ли эти пол-литра могли разозлиться и меня утопить. — Вы извините, если что, я неместная. Совсем. Не умею с вами правильно общаться и обращаться. Мне за это уже попало вчера! Там, откуда я родом, не бывает разумных ручьев и прочего магично-чудесного… А вы совершенно чудесный! Очень! Может, на полке для красоты стоите…

Вода странно булькнула и, запузырившись, поползла вверх, переливаясь через края. Ой! Я быстро поставила банку в раковину и отшатнулась. Та залпом выскочила наружу и по дуге выплеснулась в корыто-ванну, заполнив ее целиком. Я ахнула, вода в ванне приглашающе колыхнулась. С ума сойти! Приблизившись, я аккуратно коснулась ласково журчащей поверхности и отдернула руку. Холодина-то какая… Вода мгновенно зарябила и пошла мягким паром. Второе прикосновение показало — она идеально теплая. Как я люблю!

— Класс! — восхитилась я искренне, предвкушая грядущие незабываемо приятные мгновения.

Но, если бы не «Дары Гарда», фиг бы мне, а не ванна. У многих ли в Ладосе такое есть? Магопровод не работает, средства коммуникации и оплаты тоже. Сигнализация отключена, артефакты бесполезны, транспорт и лифты встали. Практически весь мир парализовало, и это только второй день без магии. Что будет дальше?.. Апокалипсис! Проклятие, когда-то давно выкосившее Аулин, возможно, предназначалось Ладосу. Сейчас именно здесь больше всего страдают от исчезновения энергетического потока. Какой уж тут сверхмир с лидерскими позициями… Выжить бы! Накопители решили бы проблему, запасись люди ими заранее, но прорицатели сделали все, чтобы это не случилось. Совпадение?..

Извлеченный из шкафа готический халат пришелся впору. Я немного побродила по комнате, не зная чем себя занять до ужина, потом обнаружила пачку журналов и улеглась с ними на кровать. Несмотря на кучу рекламы и глупых гламурных статеек, кое-что о Ладосе почерпнуть удалось. Например, что владычество Эллодиа — одно из крупнейших и самых продвинутых, а Элиан — их маленькие соседи, славящиеся уникальной кухней. Находилось все это добро на компактной отдельной планете, зелененькой из-за россыпи островов, тесно жмущихся друг к другу. Интересно, в рамках Вселенной она в другой Галактике расположена или где? Мы сможем когда-нибудь до нее безо всяких порталов долететь?.. А вдруг аулинцы уже могут? Корабли у них ого-го!

Пока я мучилась этими научными или, напротив, антинаучными вопросами и вертела в руках отказавшийся включаться телефон, в дверь настойчиво постучали. Учуяв за ней умопомрачительно аппетитный запах, я ответила таким протяжно-мечтательным «да», что оно могло бы считаться неприличным. Особенно учитывая, что за отворившейся дверью оказался Кеннет, с многообещающей ухмылкой и глубокой тарелкой. Я убрала телефон в карман, поспешно поднялась навстречу, прикрыв подушкой журналы. Поди докажи, что читала их сугубо в познавательных целях. И я не про ту статью «Как свести с ума мужчину за два часа»!

— Ужинаем тут, — отчего-то довольно сообщил Кеннет, переступив порог. На нем была новая одежда, почти не отличимая от старой, волосы блестели от влаги. — На кухне хаос из-за просочившейся сквозь потолок пыльцы соседских фей. Не спрашивай… Но убирать там не надо. Хотя сосуд для ритуалов у Нэллы где-то валяется!

Злопамятный, а! Пока я раздумывала, как мы будем есть за столом, если здесь всего один стул, Кеннет невозмутимо завалился на кровать и приглашающе похлопал по покрывалу рядом с собой. Я присела на край кровати и ахнула. В тарелке были… те самые треугольные пончики из торгового центра! Ну, вряд ли прям те самые, но все же.

— Это ужин? — изумилась я до глубины души.

— Наш фиолетовый друг метнулся, доставка из Башни Зла. А что, ты против? Тогда я сам…

Он играючи выхватил из тарелки один пончик и так резво откусил половину, что стало ясно: ужинать надо срочно, пока еще есть чем. Я решительно придвинулась, стараясь не думать о всяких тут, поверх покрывала развалившихся, и сосредоточилась на сцапанном из тарелки пончике. Вкусный, отдаленно клубничный. И пальцы не пачкает! Господи, как хорошо, что на ужин не салат! Любопытно, а продавец пончиков тоже в качестве оплаты бумажку от владыки получил?.. Несмотря на скоростную конкуренцию сбоку, успела наесться до того, как тарелка опустела.

Пока я хозяйственно отставляла ее на тумбочку, умудрилась из кармана выронить телефон. Товарищ маг с задумчивым интересом на него покосился. Ну да… Не припоминаю в Междумирье ни у кого мобильных, планшетов и прочего.

— Он был классный, — вздохнула я. — После ручья не включается. Сломался, наверное.

Кеннет хитро усмехнулся, провел над ним рукой. Воздух на мгновение наполнился крохотными искорками, телефон вздрогнул знакомой, подающей признаки жизни вибрацией. Моргнул и включился дисплей, бодро загружая систему.

— О! — восхитилась я. — Как ты это сделал?..

— Магия… Пыщ, и готово. У нас тут все так работает, в дремучих средневековьях, с лошадьми, драконами, артефактами и прочим мракобесием. — Мне достался укоризненный взгляд. — Аккумулятор вынуть сразу надо было, не замкнуло бы.

Ну, не совсем дремучее и не совсем средневековье: есть и птички-навигаторы, и нормальный водопровод, и аналог гугла в библиотеке, но…

— Магические миры не особо с технологиями дружат, — оправдалась я. — Телефонов в университете я ни у кого не видела. Как вы на расстоянии-то общаетесь?

— Ментальной связью, — просветили с той же хитрой усмешкой. — Входящие и исходящие вызовы бесплатно. С одобрения всех сторон на каждый конкретный сеанс голосов в голове. Довольно удобно, хотя смешных картинок не пришлешь, конечно.

— Вот это провал, — не удержалась я, — в них вся суть! И если ментально… То есть теперь, выходит, никак?

Он развел руками. Телефон загрузился, на заставке высветился Ярушка. В соломенной шляпке, нанизанной на рожки, и одуванчиком в лапке. Рука потянулась погасить дисплей, но Кеннет его уже вовсю рассматривал, озадаченно приподняв бровь.

— Что это за… — последовало до боли привычное начало, — … тварь такая симпатичная?

Тварь?! Но, с другой стороны, симпатичная же… Маленькая. Тварюшечка, вот. Всегда знала, что у темных магов должен быть хороший вкус!

— Ханик, — призналась я осторожно. Все же схватила телефон и, погасив, прижала к груди. — Игрушечный. На самом деле их нет.

— Еще как есть, — не согласился Кеннет. — Однажды мы на демонологии вызвали из глубин бездны нечто похожее. Оно сопело, царапалось и сожрало ковер.

Сердце пропустило удар.

— Врешь!

— Нет. — Он сделал честные глаза, я прищурилась. — Ну ладно, про ковер вру… А остальное — правда.

Я фыркнула. Нервно сглотнув, подобралась поближе, все еще не веря и прижимая к груди телефон, и спросила:

— Честное слово?..

— Может, лучше клятву? Ритуальный кинжал-то есть. — Кеннет попытался щелкнуть пальцами, но я вцепилась в его руку и яростно замотала головой.

На всякий случай. Вдруг это не очередная искрометная шутка, а какой-нибудь неизвестный мне местный обычай? Начнет сейчас кровать кровью заливать, а мне еще спать на ней!

— Во время изучения основ призыва нередко случается, что призывается не то, что планировалось. — Он улегся на спину и потянулся. — Хорошо, если безобидное. Бездна — это что-то вроде глубинного измерения, существующего вне системы семи миров, где обитают демоны и прочие, не приспособленные к нашей реальности, существа. Мы же, в свою очередь, не можем попасть к ним. Там своя атмосфера, не подразумевающая жизнь как таковую. Но по взаимно настроенной связи маг способен ненадолго протащить в наш мир потустороннее существо. Если правильно связь настроит и с тем, с кем надо. В тот раз промашка вышла, и вместо демона призвался… ханик. Пыхтел громко и, кажется, обиделся, что мы его мелким назвали. Когтями пол исцарапал в отместку, пробив ритуальный круг, и домой удрал. Выглядел не совсем так, как на твоей фотографии.

— В смысле, без шляпы? — с любопытством поинтересовалась я. — И без цветочков?

— Без рогов, уши подлиннее. Глаза черные.

— Один момент! — Я нащелкала галерею, развернула фотографию более подходящего по описанию ханика. Серенького, отдаленно напоминающего зайчика. Легла рядом, выставила впереди телефон. — Такой?

Кеннет задумчиво нахмурился. Я придвинулась еще поближе — ну, чтобы ему было лучше видно. Его плечо коснулось моего, сердце ухнуло куда-то вниз, в горле враз пересохло. Вот что это такое, а?! Не маленькая ведь, ей-богу! Подумаешь, лежим тут вдвоем. На кровати. В конце концов, куда уж приличнее и невиннее — вместе фотографии игрушек разглядывать?..

— Что-то общее имеется, — подытожил он, вдоволь насмотревшись. — Эти твои ханики определенно существуют в глубинном измерении.

Я машинально ткнула на кнопку возврата в альбом с ханиками. Загрузилась сетка с десятком рогатых, клыкастых или крылатых игрушек.

— Ого, — Кеннет присвистнул, — сколько их у тебя! Показывай!

Подтащил пару подушек и засунул их под голову, устраиваясь поудобнее. Ему интересно?.. Или кровать такая классная, что уходить не хочется? А вдруг ему не понравится? Хотя двоих он уже видел… И вообще, на них ведь не подписано «сделано Аленкой»… Жалко мне, что ли? Я развернула первую фотографию, он немного отполз, освобождая кусок подушки, обхватил меня за талию и подгреб к себе. Ай! Я уставилась на оказавшуюся так близко ямочку на его подбородке, чуть тронутые улыбкой губы и сглотнула. Как-то тут душно, в башне этой. Совершенно же нечем дышать. И жарко, очень жарко! Горячая ладонь убралась с моей талии, но легче не стало. Еще и голова закружилась.

— Так видно лучше… — шепнул Кеннет мне на ухо.

Его дыхание тоже было горячим и щекотным. Наверное, ему, как и мне, жарко. Надо срочно открыть дверь. Ну или окно, даже если там целая куча фей подстерегает со своей пыльцой!

— Хм, а этот больше на демона похож.

Вот, пока я смотрю непонятно куда, он-то смотрит куда положено — в телефон… Там был ханик, который мою маму особенно пугал. Кожано-латексный, с чернющими, без зрачков, глазами, с утыканной булавками мордочкой и подвесками из рыболовных крючков на цепочках.

— Это Пинхед, — хрипло сказала я и покашляла. Простыла, что ли? — Из ужастика. Образ такой.

— Суров… — выдали вердикт, и даже без намека на издевку. — Призовись у нас такой тогда, точно без ковра бы остались…

Я хихикнула и принялась медленно листать фотографии, искоса следя за реакцией Кеннета. Не хмурился, наоборот. Комментировал. И не каким-нибудь унылым «угу, дальше», а довольно обстоятельно. Про выражение морд, обнадеживающее отсутствие когтей и непонятное ему предназначение вязаных шарфиков — оказывается, потусторонние существа не могут заболеть. Ну, зато для красоты носить — вполне! Особенно Кеннета взволновало, почему у одних хаников есть ручки, а у других только ножки. Я ответила, что просто дизайн такой. Он потом ржал, что как так — дизайн есть, а ручек нет. Ох уж эти оккультисты с их чувством юмора!

Ханики кончились, а больше ничего интересного в телефоне не имелось. Разве что музыка, но его вкусы мне были неизвестны, вдруг Кеннет любит разнузданный «гр-р-р», как моя соседка по комнате? Тут мысль вильнула от Глэдис к Ярушке, и я решилась… Сейчас или никогда. Вряд ли будет момент удобнее этого.

— Понимаешь, — выдохнула я, совершенно не надеясь, что он поймет, — того ханика с заставки, своего любимого, я брала с собой. В общежитии остался…

— И ты хочешь его оттуда забрать, — закончил за меня Кеннет. — Это рискованно.

Я пожала плечами, готовясь услышать что-нибудь про вопиющую безответственность, идиотизм и обязательно о том, что это всего лишь игрушка. Вон у меня сколько их — полный телефон. Но он около минуты поразмышлял о чем-то, покачал головой и сказал:

— В принципе, можно устроить.

Кажется, у меня челюсть отвисла. Нет… Не кажется… Точно отвисла!

— Устроить что?.. — робко уточнила я.

— Отправить тебя в Междумирье. Заберешь своего ханика и кое-что еще, очень мне завтра вечером нужное.

Обнадеживает. Раз это «кое-что» ему нужно завтра на маскараде, значит, постарается сделать так, чтобы я не застряла, а благополучно вернулась. Только есть проблема!

— Появлюсь в университете — ой, что будет, — высказалась я, молясь, чтобы Кеннет предложил какой-нибудь выход, а не передумал. — Все эти дни меня наверняка ищут. То есть нас.

— О да. Еще как. Попадаться никому на глаза тебе нельзя, категорически.

— Боюсь, ниндзя из меня не очень…

Он усмехнулся и, знакомо щелкнув пальцами, вытащил из приоткрывшегося на мгновение пространства серую тряпку. Помнится, ею я мыла пол…

— Платок Дриады?

— Именно, — Кеннет вложил его мне в карман халата, — у Лукаша одолжил.

Ну-ну! Вместе с магией, наверное.

— Нам сейчас нужнее, — уверил он, — фактически невидимость.

Круто! Внутри все затрепетало от предвкушения. Вот это я понимаю, авантюра! Ярушка, держись там, я иду! Полностью обрадоваться помешала трезвая мысль:

— Артефакты ведь не работают без магии?

— Как и порталы. Накопитель маленький с собой возьмешь. Заряженные заклинанием вещи при использовании станут автоматически тянуть оттуда энергию. Отправишься сегодня, будет целая ночь и день на то, чтобы управиться и вернуться. Моим порталом переместишься в любой момент сюда же. Нэлла до завтрашнего вечера в отъезде, а соседи из-за утечки пыльцы фей вспышки магии все равно не почувствуют.

Хороший план. Продуманный. Но дьявол кроется в деталях.

— Что еще мне нужно знать? — спросила я с откровенным намеком.

— Не врезайся ни в кого, а оставшись с кем-то наедине, не кашляй. Палевно, знаешь ли.

— Ха-ха… Что за «кое-что» для тебя надо забрать? С этим могут возникнуть сложности?

— О, не переживай, — подмигнул Кеннет, — оно не тяжелое.

Будто я из-за этого переживаю!

— Если ты не скажешь, что это, — усмехнулась я, — то ничем помочь не смогу. Прямо как в сказочке: принеси мне то, не знаю что!

— Ну… да, — нехотя признал он, — задание в разы усложнится. Там маленький такой шарик, черный, с гравировкой из параллельных линий. В маленьком аквариуме с соленой водой. Вытащишь аккуратно, и все.

— А в чем подвох?..

— Придется за ним в закрытое хранилище лаборатории демонологии заглянуть.

Челюсть у меня отвисла снова. Ничего себе задание! Ничего себе шарик!..

— Сейчас хранилище не такое уж закрытое, — заявили как ни в чем не бывало, — защитная магия не работает, детектор артефактов невидимости тоже. Пустяковый вопрос на самом деле.

— А чего сам не сходишь? — засомневалась я. — Ну, раз он такой пустяковый.

— Это же платок Дриады. — Поймав мой непонимающий взгляд, Кеннет быстро спохватился: — Действует только на девочек.

— А зачем ты его прихватил тогда? Чтобы меня поменьше видеть, да?..

— Черт, так и думал, что догадаешься, — сделал он очень расстроенное лицо, ловко увернувшись от летящей в голову подушки.

Я завозилась, пытаясь стряхнуть его с оставшейся, но не тут-то было. Сопротивлялся, еще и плечом толкнул. Приходят тут всякие!

— Так что нечего тут валяться! Снимай этот ужасный халат и спасай своего любимого ханика из недр общежития, пока его не доели оголодавшие без магии первокурсницы.

— А зачем нужен тот шарик? — торопливо выпалила я, стараясь как можно быстрее вытряхнуть из головы все мысли, которые появились там после слов «снимай халат»…

— Нужно взять его и принести мне. Не роняя, по возможности.

Понятно, большего не добьюсь. Да и надо ли? У меня есть шанс вернуть лучшего друга, с которым я уже мысленно попрощалась. Ну захвачу по пути из закрытого хранилища непонятную демоническую штуку, делов-то. Подумаешь. Что ронять нельзя, ничего подозрительного. Ярушку вот, например, тоже ронять не стоит…

— Собирайся, переодевайся, — велел Кеннет и освободил подушку, а потом и кровать. Довольной меня это почему-то не сделало, наоборот. Боже, как сложно быть мной! — Я пока все подготовлю.

— В форму переодеваться? — приуныла я. — Меня же не увидит никто.

— Если действовать по инструкции — то да.

Пальцы невольно скользнули в карман, вынули платок, нервно сжали. Надеюсь, инструкция у него несложная…

Как объяснил Кеннет, подвести платок Дриады способен по двум причинам: если потерять с ним тактильный контакт, считай, выпустить из рук, или держать его на значительном от накопителя расстоянии, лишая возможности черпать магию. Сам накопитель — уже знакомую золотистую коробочку — он тяжеленьким кулоном повесил мне на шею и спрятал под пиджак, по-хозяйски погладив пальцами. Мгновенно стало жарко, я облизала пересохшие губы, едва удержавшись, чтобы не отпрыгнуть.

Итак, миссия яснее некуда: вот платок для невидимости, вот сложенный пополам лист бумаги с порталом, вот накопитель для их работы. Заберу Ярушку из общежития, заберу ту штуку из хранилища, и прыг-скок обратно зайчиком. Причем не позже обеда, потому что к этому времени должна вернуться Нэлла помогать мне собраться на маскарад. Ну с чем тут, право слово, накосячишь?

— Развлекайся в меру и народ особо не тролль, — лениво протянул Кеннет.

А ведь до того, как он это сказал, у меня подобного и в мыслях не было… Хм… Я хитро повязала платок на запястье, хорошенько проверив, что он держится прочно. Лист с порталом сунула в карман, к телефону, ключу от комнаты общежития и флакону для слез. Все свое ношу с собой! Особенно теперь. Подергав цепочку накопителя, я убедилась, что его можно только с головой потерять. Впрочем, по моим поступкам и не скажешь, что она до сих пор на месте.

— Да не волнуйся, попасться тяжело, — усмехнулся Кеннет, внимательно наблюдая за моими приготовлениями. Это ему тяжело, а мне запросто! — Готова?

— Нет, — выдохнула я, и не подумав храбриться, — но запускай.

Он сделал короткий пасс рукой, кожу под платком окутало приятным теплом. Легкое покалывание, потускневший самую малость мир. Кажется, работает!

— Меня уже не видно? — с любопытством спросила я.

— Зато слышно отлично, а трогается так вообще на ура. — Его пальцы вмиг обхватили мое запястье. Через долю секунды я оказалась прижата к теплой груди. Прямо перед носом заманчиво билась жилка в той самой ямочке между ключиц… М-м-м. — Не забывай об этом.

О чем? Ах да, я куда-то собиралась идти… Кстати, куда я собиралась? Ой…

— Пусти, я все поняла, — пискнула я. Вот что он делает? У меня и так с головой беда, а сейчас там и вообще ни одной умной мысли. — Помалкивать и по углам прятаться умею, справлюсь…

— Вперед, маленькое привидение! — довольно отозвался Кеннет. — Между прочим, любой маньяк обзавидовался бы.

Я фыркнула, он выпустил меня, отступил прочь. Полился свет, разрастаясь между нами сверкающим порталом, в желудке точно так же разрастался колючий ком страха. Вернуться добровольно в Междумирье, куда меня обманом заманили и откуда чудом улизнуть посчастливилось… Стоп, отставить сомнения! Пойду и справлюсь. За Ярушкой! За демоническим шариком! За добычей, в общем! Я шагнула в магическое сияние, кивнув Кеннету на прощанье. Поздно сообразила, что не увидит… Мне же его прикованный к порталу взгляд и задумчивую улыбку было видно прекрасно. Ни грамма насмешки, и проблеск… надежды? По-моему, мне доверили что-то очень важное. Надо сделать так, чтобы не зря. Именно. В другой раз опозорюсь, но никак не сейчас!

Яркий свет привычно ослепил, качнуло на теплых волнах. Отовсюду посыпались искры, выбросило вон. По лбу хлестнула ветка, за юбку уцепились острые колючки, а после нещадно впились в то место, которым я с перепугу плюхнулась на землю. Ну и начало! Похоже, портануло в заросли роз. Отовсюду выглядывали красные бутоны, вверху, за радужной крышей купола, голубело небо. Вокзал-оранжерея, опять. Уголок, конечно, укромный, но… Че-е-ерт, больно! Кое-как раздвинув ветви, я с хрустом вывалилась на мощеную дорожку, стараясь не оставить форму на цеплючих кустах. Так себе тайное появление. С тем же успехом можно было бить в барабан или вопить гимн Междумирья. Но парочку, которая облюбовала полянку рядом с зарослями, ничто не было способно отвлечь от того, чем они занимались. Уже наполовину раздетая первокурсница неуверенно вздыхала, парень в синей форме горячо шептал ей, что все равно они застряли здесь навеки и мало что способно скрасить столь скорбное существование. Ну и гады эти прорицатели! Отойдя к воротам, я не удержалась и жмакнула на переключатель под надписью: «Полив роз». Кусты щедро обрызгало водой, голубку мгновенно превратило в мокрую курицу, охладив пыл и вернув мозг. Вскочив с травы, она отвесила промокшему до нитки горе-пророку звонкую пощечину и с воплем: «Что же ты вот это не предсказал, умник?!» — потрусила на выход. Класс! Быть невидимой мне нравится!

Я выскользнула следом за ней в ворота, навстречу студенческому городку, который запомнила совсем другим. Нет, длинное здание университета в окружении многочисленных корпусов было на месте, но вот сам пейзаж…. Тревожный, мягко говоря! Сгустившиеся тучи, обнесенный заградительной лентой проход в парк. Пусто, будто всех эвакуировали, лишь скромная группка студентов-целителей сидела на ступенях своего корпуса, перекидываясь в карты. Есть и плюсы: врезаться по дороге решительно не в кого. Может, и в хранилище народа нет? Зайду себе спокойно, вынесу то, что надо, и ура! Угрызений совести почти не испытывала. Брать чужое некрасиво, но куда некрасивее заманивать сюда невинных дев, чтобы тем приходилось выпрашивать порталы у сбежавших из тюрьмы темных магов! А ведь у меня даже дара нет, зачем я каким-то злодеям понадобилась? Кеннет сказал: что-то особенное во мне должно быть… Что?.. Не армия же моих хаников им нужна, да и полно есть разных мастеров. Хотелось бы очень думать, что ханики неспроста стали моей любовью, и раз уж где-то живые существуют, то у меня с ними некая потусторонняя связь. Красивая версия, но… Я их не придумала и не в волшебном сне увидела, а на картинках в интернете. Откуда они там взялись? Пусть Земля обособленно от других миров существует, порталы-то никто не отменял, и земные маги в университете обучаются. Благодаря любому из них на родину могла просочиться информация об обитателях потустороннего измерения, а я просто случайно к ней приобщилась, вместе с миллионами других людей. Никаких в том моих заслуг или особенностей нет. Единственное, что тянуло на зацепку, — когда я в первый день сумела добраться до Кеннета через все магические ловушки. Там вроде как тюрьма, кто попало не пройдет. Однако Мариса, хоть и удивилась, выловив меня в тоннеле у зала Звезд, пальцем потрясенно не тыкала и в обморок не падала. Значит, ничего аномального. Просто повезло.

Первым делом я решила заглянуть в общежитие. Очень не терпелось забрать Ярушку. Здание показалось еще более мрачным, чем в прошлый раз. Серость в тон небу, неподвижные птички-навигаторы. Добавляли безысходности провисшая растяжка «Добро пожаловать» и выбитое окно на втором этаже, кое-как загороженное изнутри доской. Газон был глубоко взрыт внушительной надписью «SOS». Кто-то психанул… В холле объедалась булочками уже знакомая мне толстушка, не обратившая внимания на открывшуюся саму по себе дверь. На доске объявлений висело распоряжение деканата об отмене практических занятий и расписание лекций. Вот почему на улице и в общежитии пусто! Все на учебе. «Теория базовой магии, теория распределения энергетического потока, теория разделения миров». Сплошная теория, но интересно, черт возьми… Я мысленно отвесила себе затрещину, чтобы не забывала, какой из меня по-настоящему маг, и направилась к лестнице. Поперек лестничной площадки валялся измазанный землей первокурсник, уныло уставившийся в потолок. Газон не он ли, часом, расковырял? Аккуратно переступив его, я понеслась вверх, перепрыгивая через ступеньку. Семь этажей показались сущей ерундой! Коридор, стол с никому не нужными брошюрами, судя по их неизменному количеству, и, наконец, дверь комнаты.

Все-таки замечательно, что у меня ответственная соседка, которая сейчас на занятиях, а не здесь в депрессии единорога своего обнимает. Осторожно прикрыв за собой отпертую дверь, я на всех парах подлетела к кровати, отбросила подушку и… застыла в ступоре. Не поняла. Где-е-е?! За подушкой ничего не было, вот ничегошеньки. Ни Ярушки, ни записки от его похитителей. А что моего ханика похитили, стащили, забрали, сомнений не возникало. Точно тут его оставляла! Неужели тем, кто меня заманил, он и нужен был?! Господи, зачем?.. Что с ним сейчас, бедным? Глубоко вдохнув, я попыталась успокоиться и перестать думать о разобранном на запчасти Ярушке. Потому что вариант глупый, надо поискать другие. Второй и самый очевидный — малыша куда-то дела Глэдис. Вероятно, вообще выкинула. Он ей с самого начала не понравился! Бушующая во мне буря требовала мстительно вытолкнуть в окно единорога, а мерзавку отловить после занятий и трясти, пока не признается. К счастью, я догадалась заглянуть под кровать. Чемодана там тоже не было. Совсем. Оба варианта шли мимо. Вряд ли таинственным злодеям еще и мое нижнее белье понадобилось… Оно мало на кого налезет! А для Глэдис уже перебор вместе с Ярушкой и от чемодана избавляться. Комендант переселять тоже не стала бы, у похищенной девушки согласия не спросишь. Стоп! Ну конечно. Меня же похитили! Наверняка вещи изъяли местные полицейские, военные или кто они там. Кеннет пропал бесследно, я вместе с ним. Выяснение моей личности ожидаемо зашло в тупик, потому что никаких Аленок в университет Междумирья не зачисляли. Пролезшая не пойми откуда и зачем попаданка. Подозрительное стечение обстоятельств, как ни крути. На сообщницу похожа, а не на жертву. Скорее всего, и чемодан, и Ярушка в том напичканном магическими ловушками корпусе. Только теперь-то они точно не работают и дорогу я примерно знаю!

Само собой, шарить по зданию местной полиции опасно даже в невидимом виде. Расследующие преступления специалисты — это вам не пугливые студенты, списывающие странные шорохи на собственную паранойю. Всем составом сто процентов в курсе про накопители и возможность несанкционированного использования магии в Междумирье. Иначе как бы Кеннет из того склепа бесследно исчез? Обязаны сообразить, что порталом. Попадусь — мало не покажется! Значит, надо не попадаться. Быть максимально осторожной, красться по стеночке и не дышать лишний раз. Объективно говоря, шансы на успех есть. Ловушки и прочие сигнализации сломались, сотрудники при всем своем профессионализме тоже люди, которые застряли тут и испытывают по этому поводу всякие отвлекающие от работы чувства. Рискну… Потому что второй вариант — это бросить Ярушку, а на такое я пойти никак не могу. Друзей не бросают!

Дойдя до памятной развилки за общежитием, я повторила свой недавний маршрут до зала Звезд. В огороженном лентой парке не было ни души. Судя по разнесенным в клочья кустам, сорванным качелям и погнутым стволам деревьев, тут случилась жесткая потасовка. В беседке целую стену выломали, пол усеивали осколки стекла и клочки рыжих волос. Бр-р-р… Кажется, психологи не успевают. Я переступила через груду пустых бутылок, ветер бросил под ноги смятую листовку: «Конец света уже на пороге!» М-да! И это всего два дня прошло. Что будет спустя недельку-другую? Надеюсь, таинственная идея Кеннета сработает, та самая, которая лучше, чем создание порталов для вызволения отсюда людей. Иначе от них только клочки волос и останутся…

В длинном тоннеле, ведущем в зал Звезд, по-прежнему было темно и сыро. Подсвечивать путь телефоном я побоялась — продвигалась на ощупь по стеночке. Несмотря на то, что правила сейчас почти не соблюдались, желающих шастать по запретной зоне не нашлось. Впрочем, что здесь ловить, кроме пыли? А-а-апчхи! Я зажала рот ладонью, испуганно озираясь. Нет, никого. Балда, а не невидимка! Надеюсь, в обители представителей закона не пыльно. Иначе — провал… Оставшуюся дорогу я тренировалась быть тише воды, ниже травы и даже ступать беззвучно. Через решетку протиснулась с той же легкостью, что и в прошлый раз. Преодолела огороженный высокими стенами двор и узкий коридорчик, прокралась вдоль кустов.

Сквозь вторую решетку, за которой впервые и увидела Кеннета, просочиться было нереально — слишком частые прутья. Пришлось свернуть в следующий коридор и поплутать в поисках прохода. Ветер нещадно шевелил кусты, шуршал ветвями и свистел в каменных коридорах. Наконец, один из них вывел на тесную площадь, облепленную по периметру мрачно-серыми домами со скошенными крышами и крошечными квадратными окнами. Наверное, тюрьма в одном из них. Жутковатое место, разве что колючей проволоки не хватает. На крыльце самого большого дома под вывеской «Отделение Легиона Междумирья» курил тип в знакомой форме, похожей на военную. Легион… Вот оно как обзывается. Логично. Маглиция-то в Ладосе, а данная организация помасштабнее должна быть и межмировой, раз у нее и здесь «офис».

Я дождалась, пока тип докурит и откроет дверь, и юркнула следом. Внутри отделения тянулись безликие коридоры с одинаковыми дверями и яркими лампами на идеально гладком потолке. Народа — раз-два и обчелся. Успешно обошла их стороной. На вывешенной схеме эвакуации склад вещественных доказательств значился в подвале. Лестница последней ступенью упиралась в распахнутую решетку, за которой из будки то ли охраны, то ли справки выглядывала строгая дама. Она подозрительно щурилась прямо в моем направлении. Мамочки… А вдруг этот платок испортился и просвечивает? Вряд ли артефактам полезно, когда ими моют пол… Храбро отвернувшись, я просочилась мимо нее в забитый стеллажами зал. На каждой полке — коробки, коробки, коробки, большие, маленькие, длинные, короткие, высокие, низкие… Мал мала меньше. Мра-а-ак. Вовек не пересмотреть. И по кнопкам поискового терминала, что висел у входа на стене, щелкать не вариант — вдруг запищит? Меня ж тогда та дама здесь и прикопает! Я бродила в тоске между стеллажами, пока не осенило: чемодан! У меня ведь целый чемодан! Попробуй запихни его в коробку. Дело пошло веселей. На третьем от входа стеллаже между какими-то тюками торчал знакомый бок. Вот он, родимый чемоданчик. Я осторожно приподняла бессовестно расстегнутую кем-то крышку. Беспардонно перекопанное бельишко, пакеты с наполовину вываленным содержимым. Все. Где Ярушка?! Господи… Что они сделали с моим бедным хаником?! Дверь будки бахнула, оттуда вышла суровая дама, прочесывая цепким взглядом склад. Я попятилась от чемодана, она одернула юбку легионерской формы и, вывесив табличку «перерыв», прошествовала за решетку — по лестнице наверх. Уф… Апокалипсис апокалипсисом, а еда, видимо, по расписанию.

Я рванула к терминалу. Сложным интерфейсом он не отличался, да и пароля, к счастью, не потребовал. Отсортировав «поступления» по дате, отыскала вверху списка свое добро. Описание изъятого было столь подробным, что я почувствовала, как к щекам краска прилила. Могли бы и поменьше в отчете стараться по поводу моих личных вещей! Смутил их мешочек с тканями, упаковки полимерной глины и подозрительные стеклышки. Так прямо и написали в примечании: «Высокий энергетический заряд, возможно, оккультные материалы». Что-о-о? Это для глазок, гении! Заряд, скажут тоже…

Ничего похожего на самодельную игрушку в списке не было и близко. Куда эти нехорошие люди дели Ярушку и почему в отчет не включили? В карточке был указан изъявший мои вещи — некий Киллиан Зинбер. Знакомая фамилия! Это же тот седой тип со шрамом на щеке, кажется, не последний тут по должности. Высветился и номер кабинета, находящегося парой этажей выше. Наведаться, обыскать?.. Если ему глазки подозрительные, что уж о целом ханике говорить. Точно прикарманил, в исследовательских целях. Даже если на запчасти разобрал… обратно соберу… только бы найти…

Шмыгнув носом, я погасила терминал и кинулась из подвала прочь, наверх. Кабинет Зинбера находился в конце пустого коридора, по которому печально таскала швабру уборщица. Вот кому отключение магии точно вышло боком. Никакого волшебства — все ручками, ручками. Дождавшись, когда грустная тетенька проплывет мимо, я тихонько двинулась дальше, стараясь не поскользнуться на мокром полу. Хоть бы тряпку отжала, лентяйка! Напротив зинберовского кабинета зияла распахнутая дверь, и оттуда доносились возбужденные голоса. Властный мужской сердито выговаривал, что «за дебош пусть еще посидит, ишь чего в парке устроил, подстрекатель», а другой, женский, возражал, что «мальчик хороший, просто в стрессе». Угу, лучше бы он свой стресс шоколадками заедал, чем беседки громить. Судя по дальнейшим ответам мужского голоса, шансов выбраться отсюда у хорошего мальчика было мало, несмотря на заступничество… Энары Нориус?! Через дверной проем я отчетливо разглядела точеный профиль и синюю мантию. Точно, она. Ректор и прорицатель! Причем крутой и наверняка в Союзе состоящий. Уж не сообщница ли тех, кто магию в обход собственного запрета в накопители сохраняет?.. Может, у нее свои накопители имеются… Активирующие артефакты против невидимости! Я оперативно шарахнулась к кабинету Зинбера и влетела внутрь, запоздало сообразив, что не мешало бы сначала послушать, на месте ли хозяин. Да и дверь могла бы быть заперта. Приложилась бы о нее со всей дури и стекла на пол вместе со своей невидимостью! Но мне повезло — на месте его не сидело, а дверь беспрепятственно открылась. Видимо, появления коварных шпионов не ждали. Но едва я вошла, поняла: облом. В комнатушке толком ничего не было, кроме пустой вешалки, стула да заваленного бумагами стола. Аскет! Рыться бесполезно, ибо негде. Если господин старший легионер, как было подписано на двери, и забрал Ярушку, то прячет его в другом месте. В каком же, в каком?!

Я застыла у стола, пытаясь понять, куда дальше бежать и что делать. Отказаться от поисков? Ни за что! Взгляд зацепился за раскрытую папку, и я чуть не споткнулась. Отпечатанный сбоку заголовок, стройные абзацы, пометки на полях — глубокими росчерками чернил… «Свидетельские показания с торжества по окончанию курса». Бо-о-оже. Материалы по делу Кеннета! Толстенные и вовсе не хаотично разложенные, как сначала показалось. Я приблизилась, жадно уставилась на папку и бумаги, которые окружали ее целыми стопками. Головой понимала, что не стоит совать в них любопытный нос. Каждая проведенная здесь минута — риск. Ох. Это выше, выше моих сил… Зато, кажется, скоро вопросов у меня останется поменьше!

Я старалась быть максимально осторожной, никак не наследить и не выдать своего приобщения к «Делу номер 14Z», секретной маркировки уровня пять. Понятия не имею, что это значило, но звучало круто. Хорошенько запомнив, что где лежит, я каждую бумажку возвращала строго на прежнее место, поверхности стола почти не касалась, а страницы поддевала и перелистывала краем ногтя, затаив дыхание. Правда, последнее было искренней реакцией на прочитанное, а не частью шпионских игр…

Погибшие — Доминика Кэсс и Лиам Ардек — были студентами оккультного факультета и однокурсниками Кеннета. Согласно характеристике, звезд с неба не хватали, тихо-мирно учились на отлично и брали упорством, а не талантом. На третьем курсе прошли конкурс на места двух помощников бывшего ректора в проекте — тадам! — сохранения магии. Счастье длилось недолго. Стоило Лукашу обнародовать свое открытие и запустить исследования, как создание накопителей объявили опасным ритуалом. Прилагалось заумно сформулированное обоснование от целителей, но суть я уловила: он приводит к энергетическому истощению. Столь стремительному, что возможен летальный исход. Правда, тогда обошлось без смертей. Лукаш умел верно рассчитывать и свои, и чужие силы. Да-да, для ритуала можно использовать других магов, поэтому ему помощники и понадобились. Он рассчитывал усовершенствовать способ сохранения магии и свести риск на нет, но тут вмешалось оно… пророчество! Прорицатели свернули проект и впаяли запрет. Ритуал засекретили, а Лукаш вскоре отправился в отставку по состоянию здоровья. Чудить начал, забывать, где находится, и действительно явился на вручение дипломов в банном халате. А еще заклинания путал или вовсе забывал. Хм! Я-то в курсе, что колдовать хуже он не стал. Спрятался в укромном местечке и продолжил исследования, магии накопил в промышленных масштабах, не убившись в процессе. Получается, Кеннет догадался об этом и даже сумел разыскать. Немудрено — следствие отмечало их близкие отношения и тот факт, что его зачислили в университет с личной протекции ректора на полгода позже установленного срока, с погашением долгов по пропущенной программе, чего никогда ни для кого не делали ни до, ни после. О как! Касательно причин имелась скупая отметка: «по семейным обстоятельствам, отношения к делу не имеет». А детали?.. Эх! Зато дата рождения стояла. М-м-м, ему в прошлом месяце исполнилось двадцать четыре.

Роковой инцидент на торжестве по окончанию четвертого курса был расписан очень подробно. В разгар вечеринки с лоджии, где обычно уединялись парочки с известными намерениями, хлынула волна отката, означающая лишь одно: смерть мага. В данном случае двух магов… Прибежавшие на всплеск студенты обнаружили Доминику и Лиама — в состоянии, при котором ничем не помочь, — и Кеннета, обрывающего связь с бездной. По остаточной магии зафиксировали проведение ритуала по сохранению магии и призыв к демону, дающему силы в долг. В теории это могло бы спасти погибших, но не спасло. Следствие прорабатывало две версии. Первая, она же официальная, — ритуал проводили все трое, выжил самый умный и трезвый, сумев достучаться до нужного демона. Вторая — ритуал проводил Кеннет заемными силами погибших студентов, которых не сумел верно подстраховать. Бр-р-р… По сути, обе версии строились на том, что Кеннет был на месте гибели студентов и оперативно призвал правильного демона. Значит, железно знал, что за ритуал проводился и чем оно чревато. Значит, тоже умеет, практикует. Делу присвоили статус повышенной важности, публичное освещение свели к минимуму. Сам Кеннет вину не признал и настаивал, что нашел однокурсников без сознания и пытался привести в чувство, да не успел. М-да… Не вызови он того демона, ничем себя бы не выдал, и предъявить было бы нечего… Расследование затянулось на три месяца, новых доказательств не нашли, как ни искали. Поэтому приговор вынесли максимально мягкий из возможных — лишить дара, чтобы впредь гарантированно с запретными ритуалами дел не имел, и отпустить на все четыре стороны. Мягкий?! Очуметь… Пятьдесят процентов вероятности потери рассудка! Страшно подумать, какие у них немягкие приговоры!

В свидетельских показаниях не было ни грамма конкретики — никто ничего не видел, не слышал, не заметил. Даже раньше всех примчавшаяся на лоджию… Мариса Раскес?! Она утверждала, что тот вечер вообще помнит смутно — что подтверждали тесты на фейскую пыльцу. Кажется, я мало знаю о феях… Попытки повторного допроса успехом не увенчались, а последний кончился инцидентом, обозначенным как «случайное поджигание сотрудника Легиона, спровоцированное эмоциональной нестабильностью». У-у-у, это ему повезло, что у нее подноса не было… Марисе вынесли предупреждение и вызывали еще раз десять. На протоколе допроса имелась глубокая и весьма нервная пометка на полях: «врет, точно что-то знает, но не скажет, л.п.» Что это, блин, за шифр?! Или ругательство? Ленивая поганка?..

После фееричного побега приговоренного Зинбер возобновил дело «по причине открывшихся обстоятельств» и признал обе версии следствия несостоятельными. Потому что при таком уровне владения накопителями, чтобы порталы между мирами открывать, случайно никого не убьешь. Значит, убийства умышленные — Кеннет избавлялся от сообщников да попался. Что?! Отлично, еще лучше версия! Уж не потому ли товарищ старший легионер ему в склеп спуститься позволил, чтобы официально подтвердить использование накопителя? Видимо, рассчитывает поймать, но пока отключенная магия мешает. Да уж, расклад!

За дверью послышались шаги. Я невольно потрогала висевший на шее «кулон». Теплый, работал как часы — едва заметная пульсация вселяла уверенность, что невидимость не отключится внезапно. Интересно, а откуда накопитель в том склепе взялся? Неужели Кеннет настолько запаслив, что припрятал его до ареста? Но запасы скопились скромные, раз пришлось к Лукашу обращаться.

Думать и одновременно прислушиваться к шорохам оказалось сложно. К счастью, в кабинет никто не вошел. Я выдохнула и продолжила изучать разбросанные по столу бумаги. О, а тут и обо мне есть! «В списках студентов отсутствует, представлялась Лёной, настоящее имя неизвестно. Сообщница, иначе уходить вместе порталом незачем. Была замечена рядом с залом Звезд незадолго до назначенного срока исполнения приговора, изначальный план неясен. После воспользовалась ситуацией с отключением магии, накопитель для создания портала мог быть у нее с собой». Ничего себе… Поучилась я так поучилась. В первый же день — из студентки в пособницы террористов! Знала бы мама… «Как проникла на территорию Междумирья, до конца не ясно, показания Раскес в принципе вызывают сомнения, и ей на второй день караулить на вокзале уже не полагалось. Рассматривается вопрос о заключении под стражу до выяснения». Ой. И Марисе прилетело… «В вещах, за исключением стеклянных шариков непонятного предназначения, ничего подозрительного не обнаружено». Ярушку не он из общежития забрал? Кто же тогда? Опять вернулась, с чего начинала! Но одно очевидно: здесь делать больше нечего.

И попадаться никак нельзя. Кажется, доказать собственную невиновность Легиону — миссия невыполнимая. У Кеннета вот не получилось. А я действительно пособница, раз собираюсь ему непонятный демонический шарик из хранилища выкрасть. Рассуждать на эту тему почему-то не хотелось. Совсем, ни капли. Виновен, не виновен… Я не следователь и не из суда. В записях Зинбера прямых ответов нет, сплошные предположения, и порой совершенно неверные. Насчет меня, например! Даже если кто-то выглядит преступником, может оказаться, что он лишь не в то время не в том месте оказался.

Дверь распахнулась, я поспешно отпрянула от стола, с ужасом глядя, как входит хозяин кабинета с большой коробкой и зверским выражением и без того отнюдь не милого лица. Я вжалась в стену, забыв как дышать. Последнее — это хорошо и удачно, шума от меня меньше… Зинбер приблизился к столу, оглядел его задумчиво, принюхался и смачно чихнул. Сердце пропустило удар и ухнуло вниз. Я ведь не наследила, не наследила?.. С чего бы ему подозревать, что в материалах дела копошилась девица-невидимка? Он варварски сдвинул бумаги в сторону, уронив пару листов на пол, бухнул на стол коробку и принялся вынимать из нее толстенные папки, водружая их поверх уже имеющейся кучи материалов. Дверь снова отворилась, на пороге появился его суровый коллега — тот, который недавно курил на крыльце.

— Ради бога, — взмолился он с порога, — объясните ректору Нориус, почему дебоширы из парка останутся погостить у нас и чем нынче чреваты массовые паники. Меня она слушать не хочет. Никого не хочет.

— Предсказуемо, — ухмыльнулся старший легионер, — для прорицательницы, которая привыкла, что слушают ее.

Какая игра слов!

— Уверяет, что успокоит народ, — фыркнул визитер, — речь какую-то запланировала на утро. Ну-ну! Пока битый час сидит в моем кабинете, уговаривает и отказы не принимает. Не могу же я ее выставить…

— Намекаешь, что я могу? — не воодушевился Зинбер. Выложил еще пару папок из коробки и снова чихнул. — Не до нее.

— А до кого? — Измотанный Энарой тип подошел ближе и уставился на содержимое стола. — Опять Дэлман, чтоб его демоны слопали… Сколько можно-то?

— Сколько потребуется, — старший легионер нахмурился. — Что-то мы упустили.

— Надо было дожать эту стерву…

— В тот раз мало было? Еле потушили.

— Сейчас магии нет, — скривился тип, инстинктивно хватаясь за то место, на котором обычно сидят, — не отвертится!

— Соблюдай протокол, — отрезал Зинбер таким тоном, что даже у меня колени задрожали. — Идем, разберемся с Нориус, пока у тебя из-за нее окончательно мозги не выключились. Да не закрывай ты дверь, пусть проветрится. Пахнет не пойми чем…

Не пойми чем? Гад! Оба удалились, подперев стулом распахнутую дверь. На столе громоздилась стопка папок, по всей видимости, имеющая какая-то отношение к Кеннету. Заглядывать туда уже не хотелось. Глупо бродить среди полицейско-военных следователей, считающих меня преступницей при магических накопителях. Господи боже, как я вообще додумалась сюда сунуться?! Не хочу в тюрьму, вот совсем. Особенно учитывая, что Мариса там же рискует оказаться… Ой, нет, не надо. Жуть жуткая!

Я выбралась на отрезвляюще свежий воздух и припустила прочь — по дворам да узким проходам между зданиями, к залу Звезд, в тоннель и дальше. Лишь когда пересекла парк, наконец вдохнула свободно. Начинало темнеть, из-за заградительной ленты доносились голоса да мелькали подвижные тени. И что дальше? Где теперь Ярушку искать?.. Хорошо, хоть ясно, где искать демонический шарик. За ним, пожалуй, и схожу. Надеюсь, его-то никто не успел умыкнуть в неизвестном направлении!

Кеннет хорошо объяснил, где искать хранилище, досконально, вплоть до поворотов и мельчайших опознавательных знаков. Вот только дойти до главного корпуса было непросто: лекции кончились, и толпа студентов хлынула на улицы. Так напрыгалась, спешно убираясь с чьего-либо пути, что коленки подгибались, а в конце вообще пробиралась по кустам, изображая ветер. Хотя многие, по-моему, и слона, налетевшего на них, не заметили бы: атмосфера царила нервная, настроения упаднические. Из обрывков чужих разговоров я узнала, что Совет магов-гениев заседает уже больше суток, от салатов в столовой тянет по-козьи мекать, очередь к психологам растет, а кое-какому психологу самому понадобился психолог. Интересно, как Энара собирается народ успокаивать? Тут гарантированно поможет только общий наркоз…

Я прошла мимо оплетенной плющом веранды для медитаций природников, похожего на руины полигона боевых магов и векового дуба с веревочными качелями, ныне оборванными и переделанными в затейливо скрученную петлю. Позитивно! Резной указатель с застывшей птичкой-навигатором, последний поворот. Приземистое полукруглое здание хранилища встретило решетками на окнах и увесистым амбарным замком на обмотанных цепью дверях. Ничего себе новости… О таком Кеннет не предупреждал… У меня здесь хоть что-нибудь по плану пойдет?! Как внутрь-то просочиться? На стене рядом со входом белело объявление: «До полуночи вход закрыт из-за недавнего инцидента. На спецкурс просьба не опаздывать». Нужно прийти к полуночи и пробраться в хранилище вместе со спецкурсом. Отлично! Осталось где-то скоротать четыре часа.

Я бодро прошагала к следующему корпусу с вывеской над парадным крыльцом: «Объединенная кафедра истории шести факультетов». Прямо то, что мне надо! Аншлага там ожидаемо не было — все же время позднее, вечерних лекций раз-два и обчелся. Карта здания наглядно просветила, что, кроме аудиторий и туалетов, ничегошеньки я не найду, зато в холле стоял терминал исторических личностей. Не магический и в безлюдном углу! Я нащелкалась от души, отыскала ладосского владыку из Эллодиа. Рейналд Даос-Гриц оказался солидным дяденькой лет пятидесяти. Золотистый блондин, голубоглазый, с суровым подбородком и властной линией губ. Потомственный правитель, женат на дочери соседнего владыки, отец двух принцесс. Или правильно говорить юных владычиц? На фотографиях двадцатилетней давности был ух как хорош, одним словом — натуральный принц. С тем, кому пачку расписок об услугах презентовал, внешне ни капли сходства. Очень вряд ли родственник. Откуда они знакомы вообще, если Кеннет не с Ладоса? Что за семейные обстоятельства, из-за которых он на первый курс на полгода позже попал?.. Чтобы там ни было, Лукаша впечатлило, раз в обход всех правил принял.

Вдоволь поломав голову и насмотревшись на эллодианский замок с высокими аккуратными башенками, пышными садами и сказочным убранством, поняла, что очень хочу туда попасть. Хотя бы на месте выяснить что-нибудь! Владыческую семью я уже запомнила в лицо и по именам, а времени скоротала всего час. Изучив информационный стенд с расписанием, нашла дополнительную лекцию для шестого курса по малоизвестным фактам биографии создателя Междумирья Зерана Шелана. Не знаю точно, чем его личность меня заинтриговала, к тому же мне и известные факты не особо известны. Но должно быть интересно, он крут, целый мир создал! И примерно в то же время поток магический энергии изменил течение в обход Аулина. Совпадение? Не думаю! И сейчас поток тоже вполне мог изменить течение. Утек непонятно куда… Конечно, глупо ожидать, что я по фрагментам общеизвестной информации возьму и все раскрою да выясню, когда магические гении больше суток заседают в поисках ответа. Но еще глупее торчать в холле три часа или праздно шататься по территории университета, рискуя себя раскрыть.

Лекция шла уже полчаса, нужная аудитория была удобно распахнута настежь, из нее доносился бодрый голос лектора, в запале спорящего с каким-то чересчур деятельным слушателем. Я прокралась внутрь и обомлела. Ого, сколько народа! Студенты со всех факультетов сидели чуть ли не друг на друге, а кое-кто прямо на ступенях. Лишь скамью в конце ряда единолично занимала Мариса. С мрачным выражением лица и сурово сдвинутыми фигурными бровями крутила между пальцами остро наточенный карандаш. Да уж, понимаю, почему присоседиться никто не рискнул! Я пристроилась на противоположный край — больше некуда было, — молясь, чтобы в итоге этот самый карандаш мне никуда не воткнулся.

— … мастерство Шелана сильно преувеличено, — продолжал во всеуслышание фыркать студент смазливого вида в бордовой форме. Тот самый, который вчера от Марисы в столовой по голове огреб. Может, слишком сильно ударила?.. — Все его успехи обусловлены удачей и талантливыми соратниками. Он и сам понимал, что является посредственностью, потому, став живой легендой, избегал прилюдно творить заклинания.

— Он прилюдно создал Междумирье, вам этого мало? — насмешливо улыбался симпатичный лектор, который выглядел немногим старше собравшейся в зале аудитории. — Ему это стоило немало сил, столь высокого заряда энергии более нигде и никогда не фиксировалось. А на тот момент Зерану было почти сто лет.

Ох, многовато! В дедулю превратился, пока высот мастерства достиг и к тайнам мироздания приобщился. Стал легендой, а тут уж скоро и помирать. Обидно…

Рядом сердито фыркнули. Я вздрогнула и скосила глаза на Марису. Она изящно откинулась на спинку скамьи и рассматривала что-то в собственной тетради с бесконечно далеким от лекции видом. Я придвинулась ближе, заглянула туда аккуратно. Поверх тетради лежала записка: «После лекции, у колодца». Знакомый почерк… Точь-в-точь таким же мне записали код библиотечной книжки!

За оставшийся час лекции я многое узнала о Зеране Шелане, научные труды которого насчитывали столько томов, что из них можно было построить еще один корпус университета. Изучал он все подряд, влез абсолютно в каждую магическую науку и везде оставил след. Исключительно в области теории, кстати. Воплощать собственные смелые идеи и новшества предпочитал руками соратников. А еще Зеран писал стихи. Считался винарским классиком романтической поэзии, правда, это меркло на фоне статуса создателя Междумирья. Забавно, что главным его трудом — «Теорией рождения магии» — так никто и не смог воспользоваться на практике и даже понять, о чем там идет речь. Шифр сплошной! Ну, или плод старческого маразма.

Марису лекция совершенно не отвлекала от напряженных дум о чем-то своем. Куда это она с Дареном собралась?.. Зачем ему таинственность разводить, записочки передавать? Помнится, перед церемонией он открыто подходил и ничуть не стеснялся при всех болтать. Что-то тут нечисто, чувствую прям!

Едва лектор пожелал всем хорошего вечера и попрощался, Мариса молниеносно закинула вещи в сумку, первой поднялась с места и решительно вышла за дверь. Я еле за ней успела! Как она умудряется с такой скоростью на каблуках бегать и ноги не ломать?.. На улице я ее чуть не потеряла — тот поворот в глубину двора корпуса сложно было заметить невооруженным глазом. Узкий проход вдоль кустов привел к глухому забору с символически прикрытой досками дырой в земле. Наверное, упомянутый в записке колодец. Мариса прислонилась к забору, поправляя идеально сидящую оборку на гольфе и нетерпеливо оглядываясь. Укромное местечко, для свиданий самое то … Кажется, у меня мания преследования и я что-то не то вообразила про секретные встречи наедине. В конце концов, мало ли какие у этих двоих ролевые игры!

Я уже попятилась в направлении выхода, как с другой стороны вырулил Дарен собственной ослепительной блондинистой персоной. Расстегнутая у ворота рубашка, перекинутый через руку пиджак, следы почти прозрачной щетины на подбородке. В голубых глазах — заметное волнение.

— Лекции прогуливаем? — надменно поинтересовалась Мариса. — Ах да, помню, несут там всякую ахинею, наговаривают на великого предка.

Э-э-э… Зеран ему какой-нибудь пра-пра-прадедушка? Оба с Винара же.

— Надо возвращать магию, — заявил он, и я остолбенела.

Он что, ее брал, чтобы возвращать?!

— Герой… — насмешливо протянула Мариса. — Серьезно хочешь разобраться с тем, как ее вернуть? Ватага гениев над этим вторые сутки бьется! Думаешь, у тебя больше шансов?..

— Ну, учитывая, что кто-то из них ее и отключил…

Она сложила руки на груди и вопросительно изогнула бровь, мои так и вовсе на лоб уползли. Хорошо, что невидимая, ей-богу…

— Мозги включи, — посоветовал Дарен, — или профдеформация не позволяет? Если источник энергии действительно находится в Междумирье, то влиять на него можно только здесь. Значит, и тот гений, который вырубил магию, сам тоже тут. Ему невыгодно, чтобы его труды пошли прахом. Он будет мешать высшим магам. Запутывать, сбивать с верного пути. Думаю, с ними и заседает. А бесценное время уходит.

— Теория заговора. — Мариса закатила глаза. — И зачем кому-то отключать магию? Запирать нас здесь?

— Не знаю, но надо выбираться отсюда.

Она покачала головой, развернулась и направилась прямо на меня. Я поспешно шарахнулась в кусты. Ай, колючие!

— Особенно тебе, — ухмыльнулся Дарен, — пока не загремела туда, куда все лето безуспешно пыталась попасть.

Мариса резко остановилась. В одно мгновение снова очутилась перед ним, со сжатыми в кулаки ладонями.

— Шел бы ты… — прошипела она и развила тему, да так красочно, что посылаемый присвистнул. Затем с интересом осведомился:

— Все или что-то забыла?

— Чего ты от меня-то хочешь?!

— Источник. Надо его найти. Необходимо попасть на нижний уровень, а допуск туда лишь у избранных из женского сообщества. У тебя, например.

Мариса вытянула губы трубочкой и послала опешившему Дарену воздушный поцелуй. Зашагав прочь, замерла на секунду и бросила через плечо:

— Посмотрю, что можно сделать.

Дарен двинулся в другую сторону, и через минуту я осталась у забора одна, отдирать от юбки колючки. Что, блин, происходит? Что эти двое задумали? Почему считают, что источник магии берет начало в Междумирье? И если это правда, для чего кто-то отключил его?.. Бр-р-р!

Мариса права: раз лучшие умы шести миров пока безуспешно бьются над возвращением магии, то куда лезть студентам, пусть и старшекурсникам? Хотя она в итоге согласилась Дарену помогать. И еще мучила мысль: уж не связаны ли интриги предсказателей и глюки источника с тем, что меня сюда заманили? В смысле, вдруг это звенья одной цепи? Знать бы, какова моя роль, даже если она весьма скромная. Увы, догадки не посещали, да и думать было некогда — спецкурс в хранилище начинался с минуты на минуту. Упущу момент и не вольюсь с толпой — рискую вообще внутрь не попасть.

Я прошла вдоль забора обратно, до поворота, что вел во двор корпуса, и… вросла в ступоре в землю. В конце узкого прохода стоял Дарен. Основательно так стоял, ни обойти, ни протиснуться. Неотрывно следил за обозримым впереди пространством, будто присматривался. Откуда он тут взялся?! Он же уходил в другую сторону! Что-то заподозрил? Я все же громко в кусты отступала?.. Я задержала дыхание, надеясь, что у него, как у местной знаменитости, полно дел. Не будет же он тут до утра торчать. И вообще, если подозреваешь, что рядом кто-то шастает при артефактах и накопителе, лучше с ним в уединенном дворе не пересекаться. За попытку разоблачения можно же и фаерболом в лоб получить. Дарен постоял там еще с минуту. Крайне загадочно улыбнулся и обронил:

— Делать тебе нечего.

После чего направился прочь, не оборачиваясь. М-м-м… Что это было? И мне ли это было?! Ладно, главное, что с дороги ушел…

Я заторопилась к хранилищу. На улице стало совсем темно и людно, словно в общежитиях никому не сиделось. Пряталась и лавировала я не всегда удачно — таки врезалась в какую-то выскочившую наперерез девицу. К счастью, та ничуть не смутилась. Продолжила хихикать и блестеть розовой пыльцой на волосах. Пожалуй, она бы и прущего на нее танка не заметила… К дверям, уже лишенным амбарного замка, я успела вовремя. Спецкурс на толпу никак не тянул — десяток откровенно скучающих оккультистов. Я проскользнула следом за студентами и невысоким плотным преподавателем, которого проще перепрыгнуть, чем обойти. Впаянные в потолок лампы освещали просторный зал так слабо, словно свет дали взаймы. На полках и тумбах стояли сотни магических штучек. Да какие сотни — тысячи. Мамочки… Как тут можно найти малюсенький шарик?!

Спецкурс столпился вокруг тазика, преподаватель завел лекцию о том, что внешний вид для ритуальных сосудов совершенно неважен. Помню-помню. А еще из них пол мыть удобно. Я заметалась по залу, ища описанный Кеннетом шарик. Кубки, кинжалы, статуэтки, всяческие украшения и просто непонятные штуковины вроде компасов с пятью стрелками или абажура от торшера, под каждым название. Интересно, что такое «распределитель темной материи» и как он ее распределяет, если он — обыкновенная открывашка с деревянной ручкой? Осмотрев десяток полок и все тумбочки, я совсем приуныла. И тут увидела то, что искала. В дальнем углу, на самой высокой, обнесенной заборчиком тумбе. Небольшой круглый аквариум, а в нем — черный шарик с двумя опоясывающими его параллельными линиями. «Умножатель подпространственных частиц», если верить надписи на табличке, а если верить еще одной табличке с большими выпуклыми буквами, то и подходить к нему ближе, чем на три метра, не следовало. Ой-ой-ой. Вот вам и шарик. Надеюсь, без магии он не сработает. Надеюсь, не сожрет всю энергию из накопителя, лишив меня портала и невидимости, и не размножит меня на сотню глупых Аленок с бесполезными тряпками на голове. То-то спецкурс ошалеет… Надеюсь, Кеннет знает, что делает. Я перелезла через заборчик, убедилась, что стеклянная крышка не заперта. Вытаскивать шарик не стала, решив дождаться окончания занятия спецкурса. Дверь пока закрыта, а хапать экспонат раньше времени опасно: вдруг он чей-то любимый артефакт? Подойдет фанат полюбоваться и забьется в истерике. Так что я перестраховалась и заодно познавательно время провела. Удачная тема у спецкурса попалась! Оказывается, лишение магического дара — не ментальное вмешательство, как принято считать, а темный ритуал, причем завязанный на крови, и учат ему исключительно легионерских магов. Теперь понятно, откуда у Кеннета тот кинжал, которым он при побеге размахивал, — для исполнения приговора подготовили. Но, как говорится, кто к там с ритуальным ножичком придет, тот без него и останется… Или в оригинале не так было?

Преподаватель начал закругляться, а студенты подтягиваться к выходу. Я быстренько сунула руку за стекло, цапнула из аквариума шарик — холодный, металлический, маленький — на ладони легко бы два уместилось. Сделала, как учили: прижала к груди обеими ладонями, представляя, что он — часть меня. Платок на мгновение обжег запястье, накопитель кольнул кожу кучей мелких иголок. Значит, шарик тоже стал невидимым. Отлично! Затолкав добычу в карман, я спокойненько вышла через дверь со студентами. Смогла, провернула, не попалась! Я — супершпионка! Нет! Я — Лара Крофт… Нет-нет, бери выше! Я — Аленка, расхитительница хранилищ!

Эйфория захлестывала с головой, хотелось пританцовывать — жаль, непонятно, в каком направлении. Шарик оттягивал карман, все же многовато в него уже оказалось напихано. Приходилось придерживать, чтобы оттуда ничего не вывалилось ненароком. На улице властвовала ночь — темная, глубокая, но не страшная совсем. Рассеянный неуверенным светом фонарей мрак казался теплым и каким-то ненастоящим, будто его для галочки плеснули. Таяли очертания монументальных зданий, сливаясь друг с другом и с небом, мягко светились пронзенные насквозь арками дворы. За живой изгородью парка с задорным журчанием били фонтанчики, мерцали края мощеных дорожек. Наверное, при работающей магии здесь еще красивее. Мимо шастал народ, то ли страдая бессонницей, то ли решив компенсировать длинный нервный день приятной ночной прогулкой. Нарядные причесанные девушки под руку с кавалерами, компания на скамейке с ведром неизвестно где урванного мороженого, группа медитирующих студентов у входа в целительский корпус. Ветер гонял по земле россыпь флаеров, жизнерадостно цветных: «Перебои с магией — не повод унывать!» Штурмующая на спор фонарь менталистка явно не собиралась унывать. Под всеобщее улюлюканье добралась до верхушки и объявила, что кто-то ей теперь тридцать монет должен. Я невольно улыбнулась — во дает! Народ зарукоплескал, самые активные обступили фонарь, ловя решившую спуститься экстремальным способом девицу. На меня — ноль внимания. А ведь я всегда об этом мечтала… Быть незаметной, уметь растворяться в толпе. Ходить, где захочется, не боясь посторонних взглядов — косых или не очень, любых, — не беспокоиться, кто и что подумает, и самой не думать ни о чем таком. Просто гулять, наслаждаясь моментом. Как сейчас, если не считать партизанского ползанья вдоль стеночки. Но к этому мне не привыкать! Главное, что я в надежном укрытии, где меня никто не достанет. Можно делать что угодно, не опасаясь выглядеть глупо. Мечты сбываются, правда, странным образом! И на лекции сегодня было здорово. Что, если утром еще на какую-нибудь сходить?.. Для первого курса, например. А то являться на шестой и спецкурсы все же перебор, половину не понимаю. Здорово было бы здесь учиться по-настоящему… Университет Междумирья… Даже звучит вкусно!

Стоп, что это я, а?! Глупости какие-то лезут в голову. Никто меня сюда не зачислял, магического дара нет. А походила бы я тут днем без волшебных платков, живо бы пыла поубавилось…

Я постаралась выкинуть чужие лекции из головы и сосредоточиться на деле. Ярушка! Время истекает, заряд в накопителе не бесконечный, и второго шанса не представится. Где ханик до сих пор — неясно. Легион его не брал, а кто брал? Варианта два: либо Ярушка настолько очаровал кого-то, что был украден, либо его используют как наживку, поджидая меня. Второй вариант больше смахивает на паранойю: никто, кроме мамы, не знает, что я готова за любимым хаником лезть куда попало. В любом случае стащили игрушку до обыска. Эйфория сходила на нет, глаза слипались. Найти бы какой-нибудь укромный и желательно удобный уголок и поспать хоть немного, но где? Университетский городок я даже обойти не успела, сразу — хоп! — и похитили. Криминальное Междумирье! Все крадут: меня, магию, хаников… Жуткое место! Толком не заметила, как за всеми этими рассуждениями ноги принесли меня к общежитию первокурсников. Точно! Именно отсюда и надо начать поиски. Мало ли кого они в Университет натащили со всех миров! Вдруг тут рассадник клептоманов образовался. Бродят стаями, воспользовавшись переполохом из-за отключения магии, прикарманивая все симпатичное. А Ярушка очень симпатичный. Всего-то нужно прочесать комнаты… Подумаешь, семь этажей. Да хоть сто семь!

Несмотря на позднее время, в общежитии было отнюдь не сонно. В холле комендантская толстушка отчитывала виновато шмыгающую носом студентку, что апокалипсис — не повод игнорировать график дежурств. Седьмой этаж встретил хохотом и болтовней уже знакомых Марисиных фанаток, которые резались в непонятную карточную игру на столе со сдвинутыми на край брошюрами. Вот и славно, можно как раз обшарить их опустевшие комнаты… Но для начала заглянуть к себе. Все же Глэдис было бы проще всего его забрать, даже вламываться никуда не надо. Унести в свою часть комнаты перед обыском, и никто не докажет, что это не ее игрушка.

Из-за двери доносилась знакомая «гр-р-р» музыка. Соседка дома, и ей не спится. Зато громкость того уровня, что можно шуршать, не боясь быть обнаруженной. Аккуратно отворив на пару сантиметров дверь, я заглянула в щелку. Кружевная растяжка на половину комнаты, и никакого следящего за входом взгляда. Отлично! Я протиснулась внутрь, прикрыла дверь и, прокравшись за ширму, увидела склоненную над столом спину и небрежно свисающий со стула серый пиджак. Глэдис быстро-быстро что-то писала, постукивая пальцами свободной руки в такт музыке. Если у этой музыки, конечно, вообще есть такт… Кажется, занята. Я приблизилась к заставленному разноцветными коробочками шкафу, рассматривая полку за полкой. Глэдис шумно смяла исписанный лист и швырнула назад, в кучу таких же шариков. Тут же зачеркала на новом, раздраженно хмыкая. Что она там делает? Я шагнула к ней, заглянула через плечо. Лежащий на столе лист бумаги покрывали похожие на руны символы, только шире и заковыристее. Для чего они? Солист пропел особенно страшное «р-р-р», Глэдис резко развернулась. В сгиб локтя впились стальные пальцы, дернув на себя. А-ай! Поверх платка что-то защелкнулось, холодно-металлическое. Накопитель странно кольнул и перестал ощущаться, на меня уставились два прищуренных глаза. Черт. Черт! Черт!!!

— Ага, — протянула она столь выразительно, что сомнений не осталось: невидимость слетела. — Интересно…

Я мотнула головой, мол, ничего интересного, и попыталась выдернуть свою руку. Какое там! Хватка у нее оказалась железная. Локоть ныл, обещая скорую боль и синяки, на запястье сиял тонкий серебряный браслет. Копия тех, что были на Кеннете, когда я его впервые увидела. Господи… Так глупо попасться, слов нет!

— Привет, — сказала я, чтобы хоть что-нибудь сказать. — Как… э-э-э… дела?

— Лучше, чем минуту назад, — насмешливо ответила дорогая соседка.

Я попятилась, точнее — нелепо шатнулась, Глэдис сильнее сдавила мою руку и рывком усадила меня в кресло, угрожающе нависнув сверху.

— Кто ты? — последовал жесткий вопрос.

— Не узнала? — растерялась я. — Лёна, твоя…

— Соседка драгоценная, — ехидно подсказала Глэдис. — Которой в списках учеников отродясь не было. Которую Легион разыскивает. Которая при отключенной магии с запрещенным накопителем разгуливает, применяя запрещенные артефакты.

Что, и платочек тоже?! Это ей еще про шарик неизвестно. Впрочем, уже не страшно. Одной запрещенной вещью меньше, одной больше.

— Так получилось, — робко прошептала я, совершенно не представляя, как оправдываться. Да и все равно не поверит. — Я ищу Ярушку. Ну, игрушку свою. Ты не видела?

Глэдис растерянно моргнула, выпустив мой несчастный локоть. Карман пиджака оттопырился, шарик звякнул, стукнувшись о телефон, и покатился. Боже, нет! Я ойкнула, она ловко нагнулась и, на лету поймав беглеца, потрясенно уставилась на него.

— Спасибо, — выдохнула я с облегчением, — его нельзя ронять.

— Ты хоть знаешь, что это такое?!

— Конечно, — отрапортовала я тоном круглой отличницы, — умножатель подпространственных частиц.

— М-да, — пробормотала Глэдис и торопливо убрала шарик на стол, словно боялась, что он вдруг взорвется прямо в ее ладони.

Смотрела она на меня уже не так, как прежде. Без явной опаски, что ли. А почему?.. Я бы на ее месте побаивалась. У меня вон полные карманы всяких демонических штук, а в голове пусто — ни одной умной мысли, как выпутаться. Самое то, чтобы сотворить какую-нибудь глупость. А если бросить поиски Ярушки и добытый шарик, в темпе вытащив из кармана портал… Нет, не сработает. «Кулон» с магией не подавал никаких признаков жизни, зато браслет стал ужасно горячий. Очень горячий!

— Накопитель выложи, — посоветовали мне, — пока ожог не заработала.

Сняла, пристроив на подлокотник, что еще было делать. Запястье вмиг успокоилось, кожа под платком прекратила пылать. Уф… Глэдис ухмыльнулась, стало ясно: того и добивалась.

— Честное слово, я в ни в чем не виновата, меня похитили…

— Да-а-а, — она фыркнула, — именно поэтому ты бегаешь невидимой по Междумирью, помогая похитителю. Как это называется?

— Стокгольмский синдром?..

— Гон и бред!

Я набрала в легкие воздуха, чувствуя, что готова расплакаться — от обиды и беспомощности. Зачем меня дернуло сюда вернуться? И кто вообще моя соседка?! С такими мгновенными реакциями и браслетами наготове!

— Что ты теперь сделаешь?.. — прошептала я одними губами.

— Ну, если я сдам тебя Легиону, — обронила Глэдис, вселив надежду словом «если», — то они меня в лучшем случае поблагодарят. А мне от их благодарности ни жарко, ни холодно.

Я заерзала в кресле, пытаясь верно оценить услышанное. Это несомненно шанс! Раз устная благодарность Легиона ее не устраивает, значит, рассчитывает получить с меня что-то посущественнее. А что тут возьмешь, кроме магии? Она оценивающе уставилась на накопитель, подтвердив мою догадку. Думай, Алёна, думай! Пользоваться им может только тот, кому его отдали. Передаривать ей и надеяться, что вернет, категорически нельзя. Скорее всего, без магии останусь и застряну в Междумирье, прекрасно видимая. В таком случае Легион все равно сцапает, не суть важно, раньше или позже. Судя по задумчиво поджатым губам, Глэдис и сама понимала, что не отдам. Не похожа ведь я на совершенную идиотку…

— Чего ты хочешь? — спросила я прямо.

— Заклинание.

Ага. То есть она хочет, чтобы я… поколдовала?! Но я не умею! У меня магического дара-то нет! Провал, это провал. Не сумеем договориться, предложить мне нечего.

— Много энергии не потребуется, — вкрадчиво сказала Глэдис, по-своему истолковав мое унылое выражение лица. — Что бы вы там ни задумали, с вас не убудет. Мне просто нужно полученное межмировое сообщение прослушать. Разовой активации передающего артефакта будет достаточно. Справишься.

Господи боже! Ни слова не понятно! В углу блестела радужной гривой статуя единорога, устремлялся в потолок закрученный спиралью рог. Приемник, чтоб его… Я закусила губу, в голове панически заскакали мысли. Отказаться смерти подобно, а выполнить нереально. Пришло осознание, что терять нечего, неожиданно созрел план. Соглашаюсь, делаю вид, что колдую. А сама сматываюсь порталом. Зачарованная бумажка в кармане, необходимо лишь потянуться и разорвать. Не станут же за мной в неизвестный портал прыгать?.. У меня там маньяк, вот!

— Ладно, — независимо сказала я, пытаясь поддеть пальцем браслет. Без шансов, сидел плотно, и ни намека на застежку. Уже не обжигал, но дискомфорта доставлял прилично. — Как эту штуку снять?..

— Блокиратор? Тебе никак. Сплав рилия реагирует только на прикосновения владельца.

Та-а-ак. Существует металл, подавляющий магию! Точнее, он не дает использовать ее тому, с кем соприкасается. В том числе глушит артефакты. А огромной кучей этого рилия можно заглушить вообще всю магию? Хотя что-то я не наблюдаю нигде этих самых куч, и накопители работают…

— Пиджак сначала снимай, — велела Глэдис.

Я округлила глаза, она красноречиво изогнула рыжую бровь. Плакал мой план… Как во сне встала, стащила с себя пиджак, под столь пристальным наблюдением, что хитрить было безнадежной затеей. Его тут же выхватили и бросили на стол, к изъятому ранее шарику.

— Ничего больше снимать не надо? — насупилась я.

— М-м-м, нет… — отчего-то смутилась Глэдис.

Быстрым движением коснулась браслета и отщелкнула, стащив с моего запястья вместе с платком. Воздух моментально перестал давить, вдохнулось полной грудью. Я сдвинула платок и растерла ноющее запястье, на котором виднелся едва заметный, но все же след. Ну и гадость этот блокиратор! Глэдис ткнула мне в руки накопитель и подтолкнула к единорогу. Его стеклянные глаза, казалось, уставились прямо на меня. По спине стекал холодный пот, абсолютно бесполезную, до боли зажатую в ладони «флешку» хотелось отшвырнуть подальше и расплакаться. А толку? Флакон для слез тоже забрали!

— Как активировать твоего единорога?.. — спросила я неведомо зачем.

Нет, ну какое мне дело, что и как делают маги? Я не маг! Я… Круглая дура!

— Как любой артефакт, — нетерпеливо объяснила стоящая рядом Глэдис, — нащупываешь связующую нить и соединяешь с источником. В данном случае с накопителем.

Я кивнула, силясь нащупать некую нить. Или высмотреть — наверняка это имелось в виду. Очень хотелось справиться… Глупо. Невероятно глупо! Кеннет доступно разжевал, что без дара фигушки, а не способность управлять энергией. Не увижу я никаких связующих частей и не соединю их ни с чем. Едва Глэдис поймет это, сдаст меня Легиону, и конец. Окажусь в тюрьме, а Зинбер сто процентов не поверит в истории о неизвестных злодеях, заманивающих в университеты необучаемых девиц. В горле заворочался горький колючий ком. Спокойно! Вдох, выдох… Играть в гляделки с единорогом, чтобы ненароком не сморгнуть скапливающиеся слезы. А глаза у него, между прочим, красивые. Будто настоящие! Стекло с глубоким отпечатком зрачков, сияющие переливы радужки. Хорошо сделано, мастерски. Я протянула руку вверх, к морде, коснулась осторожно. Велюр? Нет, нежнее. На ощупь волшебно, до мурашек. Интересно, кто сотворил подобное чудо? Ладонь скользнула к густой гриве, ласково наглаживая, пропуская пряди между пальцами. Мягкие, шелковистые. Вон какая косичка симпатичная выходит. Глэдис смотрела на меня как на помешанную, но молчала. Ай, не до нее. Тут такой конь славный! Пейджер-единорог! Сообщения туда, сообщения сюда… Сквозь миры и пространства. Магический приемник сигналов. Проиграть уже полученное — раз, и все! По пальцам словно электрический разряд пробежал, окутало странным, почти осязаемым теплом. После резко бросило в жар, навалилась дикая усталость.

«Одно новое сообщение» — раздалось из недр единорога. Э? Почему этот магический приемник активировался?! «Получено вчера». До отключения магии, видимо, раз Глэдис прослушать не успела… «Кто-то из Легиона работает на них, будь осторожнее». Что-о-о? Ну, зато теперь она меня им точно не сдаст!

— Ну, вообще замечательно, — процедила Глэдис.

Я отступила от единорога. Почему-то качнулась. Или это не я, а комната? Ноги не послушались, мир крутанулся, точь-в-точь как на американских горках в Диснейленде. Все померкло и погрузилось в темноту.

Было тепло и мягко, по телу растекалось блаженное умиротворение. По лицу скользил настырный солнечный луч, слизывая остатки сна, сквозь шторку нежно просвечивал утренний свет. Утренний?! Я отлепила голову от подушки, приподнялась на локтях и сообразила, что лежу на кровати поверх смятого покрывала в комнате общежития. Рукав блузки задрался, пиджака нигде не было, туфли валялись на полу, поодаль друг от друга. Стоило сесть и спустить ноги, за кружевной перегородкой зашуршало, оттуда вышла Глэдис с криво забранным на макушке рыжим хвостом. Оглядела меня насмешливо с ног до головы и не менее насмешливо поприветствовала:

— Кто проснулся!

— Я… — голос звучал хрипло, будто неродной. — Уснула вчера?..

— Вырубилась. Перебрала с энергопередачей, видимо.

Отличная версия! Главное — ее придумали за меня. Поскольку я понятия не имела, что сделала с единорогом.

— Накопители, — виновато развела я руками, — сложные устройства.

— Угу, — как-то не особо прониклась она. — С такими сообщниками неудивительно, что Дэлмана замели.

Я оскорбленно вздернула подбородок, вскочила с кровати. Да мы познакомились-то с ним только на днях! И я даже не маг! А Глэдис вся из себя умная такая, а ни о чем не догадалась. К слову, интересные сообщения ей перед всеобщим отключением магии прислали. И сама она… интересная! Нацепив туфли, я одернула юбку и без капли страха заявила:

— А все равно ты меня не сдашь. Тебе внимание Легиона лучше не привлекать, советовали ведь быть с ними осторожнее.

Взгляд мне достался очень недовольный и мрачный. Явно не было расчета, что секретное сообщение слабо зашифровано и я услышу лишнее.

— Ой, да брось, — закатила я глаза, — можно подумать, до этого сообщения ты на обычную студентку походила. Которая мгновенно вычисляет невидимость и рилиевые браслетики с собой таскает. Есть кого опасаться?

— Я же не спрашиваю, — прищурилась Глэдис, — куда ты собралась и на кой тебе множитель бездны.

Бездны?! Мама… Подпространственные частицы — в потустороннем мире?..

— Вот и славно, — приняла она мое молчание за капитуляцию. — Забирай свое добро и проваливай.

Сначала я заглянула в ванную. Умылась, испугалась себя в зеркале. Да невидимость — прямо то, что мне сейчас парикмахер прописал! И не только он. Волосы спутались гнездом, мятая одежда бесстыдно намекала на то, что она вчерашняя, под глазами залегли темные круги, краше любых фингалов. Красавица. На маскарад мешок на голову натяну, во избежание.

Добро лежало там же, на столе. Кроме ключа от комнаты. Платок, шарик, погруженный в стакан с водой, накопитель на цепочке, пиджак с полными карманами. В общем-то, не так уж плохо, что ночью расходовать магию не пришлось. И выспалась нормально, и сэкономила. И какую-то неведомую ерунду с приемником межмировых сообщений сотворила… Единорог по-прежнему стоял в углу, с наполовину расплетенной косичкой. Не в ней ли секрет?.. Ха-ха! А если серьезно — возможно, магией из накопителей могут пользоваться не только маги, а еще и обычные люди? Поэтому прорицатели и запретили подобное, опасаясь разрушительных последствий. Вон я, как обезьяна с гранатой, даже не поняла, что колданула. Немудрено, когда не чувствуешь никаких нитей и связей.

Надев пиджак, я спрятала шарик в карман, повязала платок на запястье. Следа от блокиратора уже не было, лишь легкий зуд напоминал о нашем коротком знакомстве. Прежде чем повесить на шею накопитель и вновь стать невидимой, я повернулась к Глэдис и окончательно обнаглела:

— Так ты видела Ярушку? Я за ним и приходила.

— Легионеры забрали твои вещи, — сообщили мне безразлично.

— У них только чемодан, я проверяла.

Она округлила глаза, кашлянула и сказала крайне озадаченно:

— А ты отчаянная девушка.

— Кто-то мог его забрать до прихода Легиона?

— Наверное, ходят тут вечно всякие. — Меня смерили выразительным взглядом. — Может, у него ножки отросли и он убежал?

— А так бывает?..

Глэдис умиленно улыбнулась. Тьфу ты ну ты! Я забрала со стола накопитель, он отозвался теплом и почти незаметным покалыванием. Мир знакомо потускнел, намекая на вернувшуюся невидимость. Мне заботливо открыли дверь, жестом велев выметаться. Захлопнулась она, едва я шагнула в коридор. Напоследок прилетело предостерегающее: «Попадешься — я буду все отрицать». Обалдеть, соседка у меня. Хотя чья бы корова мычала…

Общежитие просыпалось, близилась первая лекция. Из комнат просачивались в коридор голоса, хлопки дверей и звуки сборов. Теоретически Ярушка мог быть в любой из них, но… Бесстрашности у меня как-то поубавилось, только что еле ноги унесла. Откуда знать, какие они на самом деле — мои однокурсницы? Напорюсь на еще одну шпионку, второй раз можно и не договориться. К тому же неизвестно, сколько магии ушло на единорога. Глэдис просила лишь каплю, а вдруг я израсходовала накопитель почти в ноль? И в следующую минуту невидимость спадет, а на портал вообще не останется? Хоть бы запаса хватило, чтобы до уютного вокзала добраться и переместиться с него! Скрепя сердце я направилась к выходу. Нельзя рисковать — настойчиво твердил разум, но на глаза слезы наворачивались. Я сделала все, что могла? Даже если и так, не успокаивало ничуть.

В пути я в приступе паранойи обтерла собой все стены, зато ни к кому не приблизилась. Обходила студентов за метр, а то и два, от преподавателей шарахалась вовсе. А ведь совсем недавно рылась в кабинете старшего легионера у него же под носом. Лишний повод считать лимит удачи превышенным и больше не испытывать судьбу! Последний поворот, и показалась ведущая к вокзальной оранжерее дорожка. Доска объявлений странно зарябила, вырисовался и пошел помехами крупный прямоугольник. Картинка выровнялась быстро, появилась заставка: «Университет Междумирья, экстренное прямое включение». Похоже на телевизор. Впрочем, здесь не Ладос, чтобы техникой не пользоваться… Заставка пропала, с экрана строго улыбнулась Энара Нориус. Точно, утренняя речь! Через дорогу включился еще один телевизор, тоже на доске объявлений, а поодаль располагался совсем огромный, на информационном щите, который ранее призывал студентов не волноваться, а позавчера поздравлял с началом учебного года. Что же такого скажет ректор? Грех не послушать!

Энара определенно питала любовь к длинным вступлениям. Долго и серьезно говорила про непростое время, призывала всех крепиться, не забывать о дисциплине и не устраивать дебоши в парках. Вместо этого с пользой провести время в университете, ожидая возвращения магии, которая обязательно вернется. Эм-м-м?..

— Магия вернется очень скоро, — повторила она и сложила руки перед грудью в жесте, похожем на молитвенный. — Это не надежда на лучшее, слепая вера или попытка вас утешить. Это правда. За то, что сейчас вам скажу, я беру на себя всю ответственность перед Союзом прорицателей с позволения Совета магов.

Ну и дела!.. Народ перед мониторами отреагировал бурно. Одни возбужденно загалдели, другие зашикали на них, третьи стояли в ступоре и бессмысленно моргали, четвертых попросту затрясло. Я на всякий случай попятилась ото всех подальше, тем более что и издалека было неплохо видно и слышно.

— Согласно пророчеству, — сообщила Энара, — однажды магический поток вновь перестроится ради нашего спасения, и дастся ему это тяжелее, чем в прошлый раз.

Прошлый раз? Речь о проклятии Аулина, видимо. Магия ушла оттуда, люди выжили.

— Десятилетиями это хранилось в тайне. Сроки и причины были неизвестны, хотелось избежать паники.

Уж не то ли пророчество, из-за которого накопители запретили? Не вижу связи между сохранением магии и изменением потока! Или у них куча секретных пророчеств?..

— Опасаться нечего, — объявила она столь уверенно, что эта уверенность чуть ли не полилась прямо из монитора. Слушатели вникали загипнотизированными кроликами. — Что бы ни происходило сейчас, оно к лучшему. Нам остается лишь спокойно дождаться, когда мы сможем вернуться к нормальной жизни, работе и учебе.

Вокруг облегченно вздыхали, кто-то недоверчиво хмыкнул, но он был в меньшинстве. Энаре Нориус удалось задуманное… Но правдивы ли ее слова? Звучат логично, и авторитет у нее ого-го. Но, черт возьми, почему в прошлый раз поток перестроился без отключений даже на минуту, а теперь аж на пару дней пропал? Нет, что-то совсем не так, как в случае с Аулином. И там проклятие свирепствовало незадолго перед спасительными переменами, а что стряслось сейчас? Кого спасать-то понадобилось, от чего?

Энара прощалась так же долго, как и здоровалась, прося заметно повеселевших студентов сохранять спокойствие и обещая по возвращении магии отпустить всех на неделю по домам на каникулы. Сомневаюсь, что еще что-то интересное услышу. Я поспешила к вокзалу, борясь с преследующим по пятам ощущением фарса. Все же я предвзята из-за Кеннета. А она, между прочим, в обход Союза прорицателей публично секретную информацию раскрыла. Поставила под угрозу карьеру, чтобы своих студентов и сотрудников успокоить. Это достойно уважения, а не безумных подозрений.

В галерее я отыскала укромное место за кустами роз, убедилась, что лишних глаз нет, достала из кармана дрожащими от волнения пальцами зачарованный листок. Задержанное дыхание, надрыв золотистой бумаги. Та мягко хрустнула и занялась ласковым свечением. Хватило, сработало, ура! В воздухе налился солнечный шар, который ни с чем не спутаешь. Бегло пригладив волосы, я придержала рукой оттопыренный карман пиджака и шагнула в портал. Вокруг все засияло, качнуло на невесомых волнах, сердце забилось где-то в горле. Скоро я увижу Кеннета! Отдам ему честно добытый шарик, расскажу о речи Энары. Поняла, что ужасно соскучилась. Хотелось к нему, побыстрее, прям вот сейчас и ни секундой позже. А ведь и суток с момента расставания не прошло.

Свет померк, вынесло в знакомую готическую комнату, прицельно на кровать. Кеннета рядом не было, да и странно ему караулить меня здесь. Наверное, он где-то у себя. По-прежнему зажимая ладонью карман, я вышла в коридор, надеясь, что не придется стучаться в каждую дверь. Не пришлось. Через несколько метров столкнулась с хозяйкой апартаментов.

— Проснулась, наконец! — всплеснула руками Нэлла. — Хотела уже тебя будить, а то не успеем на маскарад собрать. Ох… Милая, стресс и нервы — вовсе не повод выглядеть подобным образом.

Мне достался критический взгляд вкупе с выразительно поджатыми губами. Учитывая, что я видела недавно в зеркале, ее можно понять.

— Повезло, что Кенни тут нет, — она схватила меня за локоть, — улетел по каким-то делам, встретитесь на месте, в замке.

Что?! То есть я бегу такая вся, с перемножателем бездны и шпионскими новостями, а он… Ушел куда-то? Еще и до вечера?..

— Негоже перед мужчинами абы как появляться, — отчитала Нэлла, утягивая за собой, — для них без должной упаковки красота твоей души как-то меркнет.

Я хотела возразить, что Кеннет меня и в более плачевном виде успел неоднократно рассмотреть, а ей эти советы с Лукашем явно не помогли, но предпочла промолчать. Иначе рискую пойти на вечеринку в образе помятой студентки-первокурсницы, вместо маски напялив на голову пакет с прорезями для глаз.

Должным образом упаковывали меня в спальне у Нэллы. Просторная комната в будоражащих психику красных тонах больше напоминала гардеробную, где между массивными шкафами и полками каким-то чудом втиснули кровать. Сначала были водные процедуры в здоровенном корыте с нежной пеной, после которой я запахла чем-то аппетитно-клубничным, а волосы легли крупными локонами безо всякой укладки. Гардские ручьи бывают разные! Мне бы даже понравилось, если бы не сеанс садистской эпиляции похожим на жвачку воском. Аргументы, что у блондинок на теле волос толком не видно, на Нэллу не подействовали. Брови мои ей тоже не понравились, как и ногти. Макияж — отдельное испытание: не вертись, не моргай, не чихай. Вырваться удалось нескоро, причем в состоянии, близком к тому, чтобы расхотеть ползать в какие-либо замки на веки вечные.

Пока я уговаривала себя подойти к зеркалу в ванной, мучительница прокричала из комнаты, что идет обедать, а предназначенная мне одежда лежит на кровати. Страшно-то как. Может, получить шок от полного образа, а не делить на два микроинфаркта? Судя по тому, сколько со мной возились, я должна являть собой клон Марисы, гламурно-отштукатуренный. От мысли об этом становилось так уныло, что хоть вешайся на кружевной тесемочке. Я прошмыгнула мимо зеркала за дверь, добрела до кровати. Лежащая на покрывале салатовая тряпочка озадачила, уж больно маленькая была. На ощупь — нежнейший шелк, тонкий и летящий. Взятый кончиками пальцев, стек вниз платьем малопристойного вида. Полупрозрачный верх, длинная юбка из десятка отдельных лепестков. Село как родное, мягко лаская кожу. Прилагались туфли на шпильках с длинными ремешками до колена, оплетенный вьюнком клатч и маска по типу венецианской с фактурными сочными листиками. Ага, я как бы нимфа! Не лучше ли дриадой? Платок у меня уже есть. Воспользоваться им, что ли, снова, а?.. Я отогнала это навязчивое желание и стойко нацепила туфли. Смотря в пол и стараясь не запутаться в юбке, приблизилась к шкафу с зеркальной дверцей. Подняла глаза… Ой.

Отражение передо мной было, без сомнений, мое. Да, я. Никакого косметического кошмара. Ресницы чуть погуще, тон лица поровнее. Подчеркнутая линия губ, зеленые тени в тон платью. Рассыпанные безо всяких затей по спине светлые локоны. Платье лишь притворялось, что просвечивает, но при попытке что-то эдакое рассмотреть становилось ясно: не-а, фигушки. Многочисленные прорези юбки открывали ноги едва ли выше колена, отсутствие украшений, наоборот, только добавляло простоты и легкости. Класс… Не зря я столько мучилась! А Нэлла гений, как только Лукаш мог ее бросить из-за той рыжей, которая даже на фотографии повернуться постеснялась? Одно слово — дурак!

Я переложила в клатч содержимое кармана пиджака — телефон, платок, накопитель и демонический шарик. Идеальная косметичка получилась, угу… Забрав маску, я отыскала на кухне Нэллу и столь эмоционально выпалила «спасибо», что она неготично залилась краской и пожелала приятного вечера, очень выразительно подмигнув. Оказалось, что мне пора выдвигаться в замок. С ума сойти, вечер подкрался незаметно.

— Как я туда доберусь? — озадачилась я.

Все-таки у меня ни денег, ни владыческих расписок, да и попробуй сориентируйся в незнакомом мире.

— Одолжу тебе своего дракона, — известили радостно, и у меня тотчас желудок к позвоночнику прилип. — Не переживай, управлять им не понадобится, дорогу он знает. Раньше я частенько бывала на подобных мероприятиях. Кенни не особо любит торжественную часть, поэтому вы ее уже пропустили. Кстати, именно на маскараде я познакомилась с его…

Я взволнованно облизала губы, Нэлла запнулась и посмотрела на меня — пристально и внимательно.

— Наверное, ты не в курсе, — догадалась она.

Развернулась и быстрым шагом последовала на взлетный балкон. Еле угналась за ней! Были и плюсы — несмотря на шпильки, передвигаться в туфлях оказалось удобно, и никакого раздражающего цоканья.

— Ну, я в курсе, — удалось мне ответить, когда она подзывала дракона, — что у Кеннета какие-то… м-м-м… сложные семейные обстоятельства.

— Не спрашивай его, — обронила Нэлла. — Захочет — сам расскажет.

А я и не спрашиваю… Сама читаю личные дела, библиотеки перерываю и сплетни собираю. Ужас… Она надела на меня маску, аккуратно спрятав тесемку под волосами. На балкон залетел дракон, приглашающе уселся. Прежде чем я задумалась о страховке, его хозяйка повязала на меня страховочный ремень и, дождавшись, пока я оседлаю фиолетового красавца, прицепила кончик ремня к ошейнику, охватывающему мощную шею. На прощание она послала мне воздушный поцелуй и мечтательно вздохнула о чем-то своем. Дракон неторопливо взмыл ввысь и полетел, лениво махая крыльями. Никакой скорости, прическу не испортишь…

Внизу замелькали словно по линейке прочерченные линии улиц и ровные прямоугольники городских кварталов с вкраплениями аккуратных домиков. Ярко зеленели парки и скверы, проплывали громады небоскребов, жужжали распростертые рядом прозрачные крылья… Страшно почти не было. В конце концов, я девушка опытная, аж в третий раз на драконе лечу! Правда, чтобы сама, впервые. Дракона не смущали крепкие объятия, наоборот — урчал в полете, подобно гигантскому коту, а чешуя из прохладной становилась приятно теплой. Вот только на мое восхищенное аханье он так игриво и резко славировал влево-вправо, что пальцы намертво вцепились в клатч с драгоценным содержимым. Другие «ахи» я старательно сдерживала! Шелк юбки красиво развевался, волосы мягко колыхал ветер, локонами рассыпая по плечам и груди. Она даже как бы есть! Зеленый мне идет. Я вообще хорошенькая, просто лапочка, если верить тому отражению в зеркале. И Кеннет меня скоро увидит… При мысли об этом внутри целый пожар разгорался, хоть ледяной водой окатывайся. Нечего глупости всякие воображать, мы тут по делу!

Городские кварталы сменились сплошной зеленью деревьев, впереди показался высоченный кованый забор и каменный замок за ним. Точь-в-точь как с картинок, только лучше. Двор с клумбами, каскады лестниц и балконов, тонкие башни со скрытыми за облаками шпилями. Дракон начал снижаться и, не долетев до ворот добрый десяток метров, приземлился на тесной, скрытой деревьями платформе. Вниз вела мощеная дорожка, загадочно исчезая за поворотом. Меня точно правильно высадили?.. Для драконьей парковки как-то безлюдно…

Чешуйчатый красавец плюхнулся пузом на платформу, намекая, что полет окончен. Не было вариантов, кроме как отстегнуть ремень и спуститься на грешную землю. Нависало темно-голубое небо, умопомрачительно пахло свежестью леса, от волнения потряхивало. Совсем чуть-чуть. Дракон прощально взмахнул крыльями и взмыл ввысь, за мгновения превратившись из фиолетового пятна в маленькую точку на горизонте. Издалека доносились едва различимые голоса, но в той стороне стеной смыкались деревья, а дорожка уходила в другом направлении. Куда идти? И идти ли?..

Донесся шорох, кусты сбоку шевельнулись. Я повернулась и застыла, внимательно наблюдая за качающимися ветками. Наверное, просто ветер. Сзади мелькнула тень, на талии плотно сомкнулись руки, притянув к теплому знакомому телу. Ухо обжег шепот:

— Это похищение.

— Что, опять?..

Прилетел смешок, щекотный до мурашек. Объятия ослабли, и Кеннет быстро развернул меня к себе и немного отстранился. Ух ты, а он типа местный Зорро? Повязка похожа! Плюс шляпа и длинный плащ истинно героического вида. Все традиционно черное, типично разбойничья ухмылка прилагалась. Сквозь прорези маски загадочно блестели глаза. И было в их взгляде что-то такое, отчего сердце моментально рухнуло в живот, а в горле предательски пересохло.

— Ого… — хрипло протянул он.

— Это все Нэлла! — зачем-то выпалила я, испытывая дурацкое желание сказать хоть что-нибудь. Лишь бы не молчать, глупо краснея. — У нее потрясающее чувство стиля.

— Она двадцать лет была личным модельером супруги владыки, — отстраненно кивнул Кеннет, — пока в свободное плавание не ушла.

Ох, ничего себе! Выходит, я тут невероятно модная? Забытые на моей талии теплые руки и блуждающий по мне взгляд совершенно сбивали с мысли. Черт. И чего такого он рассмотреть хочет?.. Независимо тряхнув волосами, я поудобнее перехватила клатч и вспомнила о самом главном.

— Я принесла!

Раскрыла его, продемонстрировав лежащий сверху шарик. Кеннет наконец осмысленно моргнул, но не сразу, будто сначала усиленно вспоминал, о чем идет речь.

— Обалдеть, — пробормотал он потрясенно. — Ты его действительно достала!

Э-э-э… Он что, не верил в мой успех?! Прежняя я непременно бы обиделась. Но то прежняя, у нее не было такого замечательного платья. И вообще, я такая красивая, что обижаться как-то лень…

— Да, достала. — Я небрежно пожала плечами.

Кеннет аккуратно извлек шарик из клатча. Талии стало холодно и тоскливо, зато в голове прояснилось.

— А умножать подпространственные частицы — это весело? — не сдержалась я.

— Кому как, — усмехнулся он. — Тебе должно понравиться.

Заинтриговал! Умножатель опоясала третья параллельная линия, после чего сверкнула крошечная молния, и тот исчез в пространственном кармане. Я выразительно покосилась на платок с накопителем.

— Подержи пока у себя, — удивил Кеннет. — А где твой ханик, забрала?

Я захлопнула клатч и призналась:

— Кто-то забрал его раньше меня.

— Руки у кого-то загребущие. — Он подхватил меня под локоть, помогая спуститься с платформы к дорожке. — Ну, не расстраивайся. Наверняка этот кто-то воспылал к нему любовью, раз нагло стырить не постеснялся.

Слабо утешало. Надеюсь, этот ворюга будет любить Ярушку… К тому же поход в Междумирье был довольно удачным, и речь не только о добытом шарике.

— Есть новости о тайном пророчестве, — я понизила голос, и тон получился ужасно заговорщическим.

Кеннет притормозил перед ведущим неведомо куда поворотом и вперил в меня заинтересованный взгляд.

— Энара Нориус выступила утром в Междумирье, — сообщила я, — по… э-э-э… телевизору. Пророчество касалось исчезновения магии. Мол, энергетический поток перестроится, и все будет хорошо.

— Конечно, они не знали, когда и почему это случится? — ехидно спросил он. Кажется, вопрос был риторическим. — Молчали, потому что хотели избежать паники? А все перемены к лучшему?

— Ну… да.

— Как обычно. Много сказала, ничего не рассказав. Видимо, в университете совсем жарко стало, раз решила подобную байку скормить.

— Обстановка неспокойная, и в парке была потасовка, — вздохнула я. При любых раскладах очень хотелось верить, что ректор не отпетая злодейка и заботится о студентах. — Она по собственной инициативе пророчество раскрыла и взяла на себя всю ответственность.

— Ага, посоветоваться с коллегами же никак не могла, они заперты, бедные, по своим мирам, совсем без магии, и накопителями не запаслись заранее, — ухмыльнулся Кеннет, и я приуныла. Тоже мне сенсацию в клювике притащила. — Хотя…

Хотя? Что значит это задумчивое «хотя»? Ведь ни одному ее слову не верит.

— Им понадобилось экстренно смягчать углы и отмазываться, — рассудил он и довольно подытожил: — Что-то у них пошло не так.

— Мне показалось, она нервничает…

— Еще бы не нервничала! Столько готовиться и все равно где-то просчитаться. Нориус — прорицатель высшего ранга и состоит в Союзе. Ректором стала внезапно, после смещения Лукаша по состоянию здоровья. Нельзя сказать, что это было несправедливым, но раньше они к власти в университете не рвались. Уверен, дело в Междумирье. Существует теория, неподтвержденная, что источник энергетического потока берет начало именно там.

— Я слышала ее! — вспомнился подслушанный разговор Дарена с Марисой. — Источник на нижнем уровне, да?

— Где только его не искали. Не нашли. По крайней мере, официально. А на нижнем уровне тот еще лабиринт, никто целиком не проходил. Однако некоторых видениями периодически осеняет…

— Значит, — я попыталась упорядочить все наши догадки, — они предвидели очередную трансформацию потока, которая спасет мир, и следят, чтобы никто этому не помешал. Возможно, обнаружили и контролируют источник магии. Но раньше изменение течения не вырубало ее совсем.

— Именно. — Кеннет наклонился ко мне. Виска коснулось горячее дыхание, кожа тут же покрылась мурашками. — Особенно волнует, чем им помешали накопители.

Я машинально кивнула, хотя накопители сейчас волновали меньше всего, кому бы они там ни мешали. Если он сейчас же не перестанет шептать мне в ухо, то я… То я… Вообще перестану соображать. Вот как тут можно о судьбах мира думать?!

— В общем, Нориус либо врет, либо недоговаривает. — Он отстранился, мозг со скрипом включился. — Скоро выясним правду.

— О пророчестве?..

— Среди гостей есть тот, кто знает все.

Точно, изъявший наработки Лукаша прорицатель из Союза. Каким образом Кеннет собирается добиться признаний и зачем ему демонический умножатель бездны? Ой… И думать страшно. Он повел меня дальше, за поворот. За кустами оказалась развилка. Налево — петляющая вглубь леса тропика, направо — широкая дорога в обрамлении золотистого бордюра. В той стороне, за деревьями, виднелись очертания людских фигур, доносились голоса и хлопанье крыльев драконов. Вход в поместье! Но мы свернули не туда…

— Нам к главным воротам не надо, — невозмутимо заявил Кеннет. — Отключение магии — крайне неблагоприятное для владыки и высокопоставленных лиц событие. Как следствие — повышенные меры безопасности. А у нас анонимное приглашение, обыска не избежать. Я знаю другой путь.

Им мы и пошли, по тропинке, прочь от прибывающих гостей. Не очень люблю вечеринки, но эта начинается зажигательно!

Тропинка виляла между деревьями, лес становился все гуще. Очень ухоженный лес, где пришлось бы искать обо что споткнуться. Хотя я это и на ровном месте легко умею. Поэтому я на всякий случай крепко держалась за руку Кеннета, а чтобы в голову не лезла всякая ерунда, подробнее рассказывала об обстановке в Междумирье. Правда, самые волнующие подробности своего визита оставила при себе. Совершенно лишнее ему знать, что я полезла в Легион, сунула нос в его личное дело, а потом еще и за местной королевой красоты подглядывала в укромном дворике. Ужас, даже стыдно… немного.

Прослушанная мной от скуки лекция про Зерана Шелана вызвала такой интерес, что пришлось пересказывать все, что смогла вспомнить. Включая пререкания с преподавателем того парня с боевого факультета со смешным именем Зюзер. Имя мне Кеннет назвал, конечно. Это его курс был, пять лет вместе на общих лекциях сидели… Последний год отучиться оставалось. А теперь про диплом, ясное дело, речи не идет. У него по приговору и магического дара-то уже не должно быть, что и без учета возможных последствий очень грустно. Судя по достижениям в университете, магия ему больше чем просто нравилась.

— А этот Зюзер совсем не прав? — Я отпустила край придерживаемой юбки, та опала красивой волной. Класс! — Насчет переоцененности Зерана.

— Кое в чем прав, — отозвался Кеннет, явно не испытывавший к легендарной личности никакого благоговения. — С Шеланом работали талантливые маги, которые ему нехило помогли. О них теперь мало кто помнит. Но он себе всех заслуг не приписывал, преимущественно молчал и был крайне необщителен. А что не колдовал — ничего удивительного, создание отдельного мира должно было вытянуть все силы. При сотворении уровень заряда энергии зашкалил до немыслимых высот! А до того за ним никто пристально не следил, чтобы знать наверняка. Самому Шелану было пофиг, что о нем думают и говорят, становиться легендой не хотел. Сбежал от всех обратно на Винар и дожил оставшийся десяток лет с правнуками, и близко не подпуская к себе чужаков. Желающие приобщиться к тайным знаниям буквально преследовали. Он ни преемниками, ни учениками так и не обзавелся. Биографии во многом надуманные, зато научных трактатов оставил ого сколько.

— И ту загадочную книжку, которая многим покоя не дает!

— Ага, перед смертью наваял «Теорию рождения магии». Послание потомкам ни о чем. Описанное в ней неприменимо, неповторимо и вообще изложено крайне сумбурно.

— Ты читал?..

— Все читали, — насмешливо улыбнулся он. — Практически каждый убежден, что это другие ничего не поняли, а вот ты глянешь, и истина тебе ка-а-ак откроется. Ну-ну. Пока даже признанные гении лишь руками разводят. Есть мнения, что это шибко оригинальное художественное произведение с извращенными метафорами: «Магия рождается в сердце и обретает форму пустоты». Поэт! К тому же в почтенном возрасте был.

— Думаешь, его старческим маразмом накрыло и откровения народ ищет напрасно?

— Хочешь знать, что я думаю? — Кеннет заговорщицки понизил голос, пришлось прилипнуть к нему почти вплотную. Ну, чтобы точно расслышать. — Он терпеть не мог внимание, прятался от людей и не горел желанием объяснять, каким образом сотворил Междумирье. Эта книжка — якобы главный труд создателя миров, способная раскрыть его тайну… Да Шелан просто жестоко всех протроллил. Нагородил чуши и ухохатывался при мысли, что поколения магов будут над текстом голову ломать.

В словах Кеннета осуждения не было, скорее наоборот. Восхищение проскальзывало… Еще бы, такой уровень троллинга! М-м-м, а ведь я вполне могу понять старика Зерана. Похоже, он интроверт был. Доставали почем зря — получите нерешаемую головоломку. Справедливо? Да!

За деревьями показался забор, и вскоре над нами нависла его длинная массивная тень. Вблизи он был внушительный, как китайская стена. Высокий, глухой, белокаменный. Кеннет выпустил мою руку, сошел с тропинки. Сосредоточенно щелкнув пальцами, коснулся кладки камня. Я замерла, озадаченная. Дыру сейчас в заборе проделает?.. Бабах темным заклинанием, и готово.

— Альтернативную дверь наколдуешь?

— Нельзя применять что-либо серьезнее легких бытовых заклинаний, — покачал он головой. — Вокруг много магов, заметят колебания энергии, а это ни к чему.

Еще касание, два нажатия в углублениях между камнями, и… часть забора отъехала в сторону, открыв широкий проход вниз. Ничего себе тайные тоннели! Откуда ему о них известно?.. Кажется, не такой уж он неместный, как думалось. Я вытянула шею, пытаясь высмотреть, что там такое. Кеннет бросил предупреждающее «стой», метнулся на тропинку и спустя мгновение подхватил меня на руки. От неожиданности я пискнула и инстинктивно вцепилась ему в плечи.

— Туфли испортишь, — пояснил он невозмутимо.

Верно, правильно… Туфли надо беречь… Я уткнулась ему в грудь, не пытаясь выдавить в ответ что-нибудь вразумительное. Кеннет понес меня к проходу, прижав к себе крепче. Мельтешение травы, ступеней, запах сырого камня. Проход за нами бесшумно закрылся, в воздухе возник осветительный шар, сверху поплыл потолок. Не подвальный нисколько, позолоченный, с изящными светильниками. Пусть бы он был длинным-длинным, нескончаемым… Увы. Туфлям больше ничего не угрожало, и меня поставили на пол. Не тоннель, а помпезно-музейный коридор. У стен даже статуи рыцарей стояли! В зубастых шлемах, с длиннющими, похожими на копья мечами.

— Неофициальный вход в поместье, — подмигнул Кеннет и направился вперед, поманив за собой. — Выйдем прямиком к замку.

Шар света плыл за нами, разгоняя мрак. Я не удержалась и коснулась этого солнечного сгустка кончиком пальца. Ай, горячо и током бьется… Товарищ маг весело рассмеялся, и стало ясно, что совать пальцы в осветительные штуки все равно что в розетку.

— Упс, — прокомментировала я, приглаживая наэлектризованные волосы. Однако легкая встряска явно пошла мне на пользу, вспомнилось кое-что важное. — У меня есть вопрос, возможно, странный… Накопители позволяют колдовать обычным людям?

— Конечно, нет, — изумленно хмыкнул он. — С чего такие мысли?

С того, что единорога Глэдис я каким-то образом активировала!

— Мало ли, — не сдавалась я, — не проверяли же, небось. Вдруг той магией, что в воздухе была, пользоваться не могут, а с накопителем — другое дело. Собирать ее не надо, вот оно, готовое, — бери и вперед!

— Если у человека нет магического дара, ему плевать, откуда та магия. Он просто не чувствует потоков и не в состоянии наладить энергетические связи.

— А не налаживая, может какое-нибудь заклинание бахнуть? — не сдавалась я. — Случайно…

— Так. — Кеннет остановился, придержав меня за руку. Я встала как вкопанная под прицелом прищуренных черных глаз. — Лёна, в чем дело?

— Кажется, — отозвалась я неуверенным шепотом, — я что-то колданула в Междумирье. С твоего накопителя.

— Что-то? А подробнее?

Угу, подробнее. Про то, как глупо попалась собственной соседке по общежитию и откупалась заклинаниями. Позор, позорище. Пожалеет, что отпускал в университет. Надавал артефактов идиотке, которая чуть не подставилась. Впрочем, можно и не выкладывать все целиком…

— Приемник межмировых сообщений, — вздохнула я. — Потрогала его, а он как выдаст последнее сообщение, которое до отключения магии не успел.

— Это легко по накопителю проверить. — Он протянул мне раскрытую ладонь. Я быстренько вытряхнула из клатча «флешку» и отдала ему. Вернули мне ее быстро, сообщив: — Расход энергии был минимальный, только на платок и оба портала. Ничего ты не наколдовала, тебе показалось.

— Нет, не показалось! Приемник сообщение проиграл, и вообще его заглючило.

— Немудрено глючить, — отмахнулся Кеннет, — когда с потоком творится черт-те что. Неизученное явление, знаешь ли. Но наладить связь между накопителем и приемником ты бы не смогла, чтобы его активировать. Сам накопитель это подтверждает. Кстати, ты использовала гораздо меньше магии, чем должна была. Ночью снимала, что ли?

Я отвернулась, он усмехнулся. Однако допроса с пристрастием не последовало. Просто взял меня за руку и повел дальше по коридору, отправив шарик повыше к потолку. Видимо, чтобы я в него больше пальцами не тыкала…

Коридор был красив, но довольно однообразен, вскоре рассматривать настенные узоры и рыцарей-близнецов наскучило. Рот я благоразумно держала на замке, прикусив язык, потому что уж очень тянуло выложить все о своих незабываемых приключениях в Междумирье. А это ни к чему! Сказали же мне — не сотворяла я никаких заклинаний, по накопителю видно. Может, единорог у Глэдис действительно глючит. К тому же… в девушке должна быть загадка, вот. Если на то пошло, сам Кеннет со мной не так уж откровенничает. Подозрительный арест, семейные тайны, демонический шарик непонятного назначения. А его отношение к прорицателям? Большинство людей верит им вовсе не потому, что идиоты наивные. Энара Нориус сумела упомянутым пророчеством практически всех студентов успокоить. Разница менталитетов. Мне сложно понять, чужачке из техномира, у которой ясновидение ассоциируется с гадалками-шарлатанками, глядящими в волшебный шар и просящими позолотить ручку. Одна такая на дурацкой ярмарке предсказала, что в меня влюбится одноклассник. Угу… И застрелится, наверное, от счастья. Ай, неважно. В любом случае для меня странно принимать подобное за истину, а среднестатистический житель магического мира считает иначе. У них с пеленок единороги, артефакты и прочие чудеса. Откуда же у Кеннета взялись крамольные для местных мысли, что пророки врут? Либо он все-таки с Земли или Аулина, либо был в его жизни какой-то случай, заставивший усомниться в общепринятых взглядах. Какой?..

Впереди показалась лестница, коридор кончился у ее покрытых мягким ковром ступеней. Беззвучный подъем наверх, поворот рычага у перил, и глухая с виду стена отъехала, освободив путь в мощеный дворик. А там… мерцал ровной гладью пруд в окружении пушистых деревьев, высились башни, до кончиков острых макушек увитые густым плющом. Подступали рельефные стены с прорезями стрельчатых окон, сквозные арки множились друг в друге, словно отражаясь. С неба опускались сумерки, отсвечивали розоватыми огнями свечей подвесные фонари. Я ахнула. Красота…

— У нас целых два часа в запасе, — довольно сообщил Кеннет, — все дела — потом. Нам вон туда.

И указал за пруд, на самую высокую из башен. У ее подножия угадывались людские фигуры и лестница, по размаху главная. Широкие мраморные ступени, обрамленное колоннами крыльцо размером с драконодром. Всего два часа… Мигом расхотелось думать о расследованиях, отключенной магии и обо всем прочем, пропади оно пропадом. Надо развлекаться, пока есть время!

Я просунула руку под его локоть, такой теплый и удобный, и сполна насладилась прогулкой вдоль прудика.

— А кто ты? — не удержалась я, когда мы вырулили на ведущую к башне дорожку. Взгляд на меня кинули весьма напряженный. — В смысле — костюм!

— А… — Он удивился. — Персонаж известной ладосской легенды.

— Я девушка неместная и не знаю, чем этот тип легендарен.

— А ты угадай, — прозвучало как вызов.

— Благородный разбойник? — вырвались на волю ассоциации. — Который притворялся обычным парнем, а сам тайно вешал люлей злодеям и что-нибудь раздавал бедным?

— Ну-у-у, — отчего-то развеселился Кеннет, — отчасти. Темный Инвер, маг-самоучка тех времен, когда сложным заклинаниям здесь обучали лишь придворных магов. Междумирья с университетом не было, рядовые маги прозябали, заряжая артефактные веники и чиня магопроводы.

— Расскажи, — попросила я, проникаясь грустной судьбой магов прошлого, — чем он прославился?

— Тем, что по ночам смертельно проклинал нечестных заказчиков, любящих обидеть его коллег или вовсе не заплатить.

— О! Эпично проклинал, при всех? В маске и крутой шляпе?..

— Нет, ритуалом из дома. Возможно, в халате. А этот образ позже нафантазировала… м-м-м… партия рабочих магов, дела которых пошли в гору, поскольку количество недобросовестных клиентов резко убавилось. Вычислить народного мстителя не могли пару лет, маглиция за его поимку целое состояние предлагала, даже владыка подключился и обещал титул тому, кто прекратит беспредел.

— Ой, — разволновалась я, — предвкушаю драматичный, впечатляющий финал! Инвера нашли?

— Ага, — Кеннет ухмыльнулся, — мертвым, в собственном подвале. С остаточным зеркальным следом от темной магии.

— Потому что его кто-то сдал?..

— Потому что идиот. Отдачу от смертельных проклятий не учел. А она есть. Однако в глазах общественности темный Инвер принес себя в жертву, чтобы отомстить за угнетенных и притесняемых магов. В общем, остался героем. Конец.

— М-да, — впечатлилась я. — Погоди, хочешь сказать, что темная магия убивает того, кто ее использует?!

— Конечно. Для мощных заклинаний демонов вызывают, отдачу на них направить, им-то хоть бы хны. Но Инвера этому не учили, а сам он не догадался, вот и помер, не дав охотникам за головами сорвать куш.

— Да уж, — пробормотала я. Сплошное разочарование. Одно дело — героически со шпагой на обидчиков бросаться, а совсем другое — втихаря из подвала проклинать. Пф-ф-ф… — По-моему, он тебе не особо нравится. Зачем же ты им оделся?

Кеннет с улыбкой кивнул на толпу у лестницы, к которой мы неотвратимо приближались. Присмотревшись, я заметила нескольких мужчин, одетых точь-в-точь. Лишь детали незначительно отличались вроде изгиба полей шляпы или ширины повязки. Мой Инвер симпатичнее, пожалуй! И эти широкие плечи, обтянутые черной рубашкой… М-м-м, да, все-таки ему гораздо больше идет.

— Поняла! Чтобы не привлекать внимания.

— Дико популярный персонаж в этом году, — скромно пояснил он, — из-за нового фильма. На маскарадах атака клонов. Примерно как у вас с Харли Квинн.

У меня отвисла челюсть. Так и замерла, не дойдя до лестницы. Кеннет тоже остановился, очевидно, чтобы меня на буксире дальше не тащить. Интересные вещи ему про «у нас» известны! Он подмигнул, явно довольный произведенным эффектом.

— Ты что, с Земли? — не выдержала я.

— Не бывал там никогда, — протянул Кеннет польщенно. Посмотрел как-то странно, даже серьезно, и добавил: — Мать с Земли.

Оу. Неожиданно.

— Ее когда-то в университет Междумирья зачислили? — почему-то обрадовалась я. — Как меня? То есть… не как меня, а по-настоящему. А потом она переехала в другой мир?

— У нее нет магического дара, — покачал он головой, — длинная история. Но о жизни на Земле мне больше из ваших фильмов известно. Была в общежитии традиция их вечерами смотреть. Они забавные, особенно про магию и, как там его… суперпавер, ага.

— О суровых буднях секретарш надо было смотреть! — фыркнула я. — Вот где для вас фантастика.

— Не согласен, это ужасы и хоррор… Я после такого не усну.

Поднялся ветер, сдув длинную челку мне на лицо. Кеннет протянул руку… Сердце подпрыгнуло и стукнулось о ребра. Его пальцы коснулись моей щеки, прочертили дорожку к виску. Поддев выбившуюся прядь, убрали ее за ухо. Я облизала пересохшие губы и спросила:

— Идем?..

Пошли. По мраморным ступеням наверх, на крыльцо. Черт, зачем я это сказала? Так хорошо на лестнице стояли!

Внутрь нас пустили без каких-либо вопросов, по тому самому приглашению из сувенирной лавки. Из-за маскарада все приглашения, не только наше, были анонимными, охрана смотрела лишь на подлинность печати, а всех подозрительных личностей проверяли еще за воротами поместья. Если бы не секретный тоннель, там бы меня и замели, с содержимым-то моего клатча… Не знаю, что хуже — запрещенный накопитель или запрещенный артефакт. За оплетенной орхидеями аркой входа охраны оказалось не меньше, чем перед ней. С виду безучастные к окружающим, безлико одетые мужчины почти сливались с интерьером, но за гостями следили пристально. Я крепче сжимала клатч, росло желание спихнуть его в пространственный карман Кеннету. Он же не нервничал совершенно и, не обращая ни малейшего внимания на охранников, повел меня в холл. Блестящий пол отражал сияние утыканных свечами люстр, сквозь огромные окна была видна терраса, на которой кишела толпа. Оттуда доносились звон бокалов, смех и музыка, какой я никогда прежде не слышала. Звон колокольчиков, журчание ручья и переливы птичьих трелей сплетались в странную мелодию, удивительно нежную. Экзотика! Перед выходом на террасу висела картина в толстой золотой раме. Запечатлены на ней были владыка с супругой, в молодости и во весь рост. В углу картины стояла размашистая подпись: Рейналд Даос-Гриц и его невеста Летария Терри-Эил. Полноватая блондинка с затянутой корсетом талией и столь мягкими чертами лица, что из нее вполне могла бы получиться… м-м-м… пироженка? Рядом с суровым женихом выглядела сущим ангелочком.

— Миленькая, — пробормотала я, припоминая, что с возрастом Летария стала гораздо стройнее и грустнее. Диетами себя изводила, наверное. — А она, получается, кто? Королева-владычица?..

— Никто, — шепнул Кеннет, — просто жена правителя. В вопросах власти тут махровый шовинизм.

— О… Но у них ведь две дочери. Выходит, наследника как бы и нет?

— Не повезло, — ухмыльнулся он как-то слишком ехидно. — Хотя младшая порывается все изменить.

Я промычала что-то маловразумительное, пытаясь выискать в его словах подтекст. В голову приходили мысли одна другой невероятнее. Вдруг Кеннет родственник владыки Рейналда или внебрачный сын? Нет, они ведь совсем не похожи, фамилии разные, да и Ладос, судя по всему, не его родина. Что за предложение, по словам Нэллы, он до сих пор может принять? Уж не жениться ли ему на принцессе предлагали?! А с какой стати?.. Но с чего-то ему владыка расписок с обещаниями услуг надавал. Значит, причина была. Вот возьмет, согласится и женится… Бр-р-р. По-моему, все это бред и я конкретно пересмотрела сериалов!

На террасе всякие глупости живо вылетели из головы. Мерцали свечи в вычурных канделябрах, из ваз выглядывали не букеты, а маленькие шедевры. Еда, а еще еда! Струился шоколадом внушительных размеров фонтан, столы ломились от невообразимо аппетитных блюд, был даже торт в форме башни. Да уж, это вам не салатики из столовки. Местному повару отключение магии по барабану! По центру восседала дева в воздушном платье и играла на инструменте, напоминающем хрустальное пианино. Вот он, источник необыкновенной музыки… Вечеринка была в разгаре, приближаясь к той стадии, когда формальности уже соблюдены и всем неплохо в своих маленьких уютных компаниях. Несмотря на праздничную обстановку, ощущалась всеобщая нервозность. В брошенных гостями фразах и взглядах, в раскованных движениях кружащей у пианино пары. Чересчур страстный танец, будто последний. Не пир во время чумы, но все же… Немного пугающе, а если присматриваться к деталям, то и не немного. Впрочем, для этих людей магический апокалипсис не послужил поводом остаться дома. Развеяться хотят? Вряд ли. Это не обычный маскарад, раз проходит в замке владыки. Подозреваю, тут не столько веселятся, сколько ведут светские дела, которые не пропали на пару с магией. У стола с закусками крутилась девица, выряженная зайкой. Словно прямиком из плейбоя: меховой купальник, уши на ободке, игриво прицепленный сзади шарик меха. Похоже, еще один популярный персонаж…

Кеннет тоже уставился на эту поедательницу морковки. Очень так задумчиво уставился, причем куда-то под хвост. Ужасно захотелось его оторвать, желательно вместе с ушами.

— Любишь заек? — выпалила я, хотя какое мне было дело до его вкусов…

— Да, но в другом виде, — невозмутимо отозвался он и подвел к столу. Указав на тарелку с круглыми пирожками, усмехнулся: — Из зайчатины, фирменное блюдо личного повара владыки. Отличная штука.

О… Ну, ладно. Таких заек можно и потерпеть.

— Попробуй, не пожалеешь. — Его рука высвободилась из моей и переместилась мне на талию, легонько подтолкнув к тарелке с пирожками. — Я отойду… на разведку. Всего на несколько минут. Осмотрись тут, только далеко не уходи.

Я ответственно кивнула, хоть и обидно было, что на разведку меня не берут. Через минуту осталась у стола одна наворачивать хваленые пирожки. Отличные зайки! Всем бы такими быть…

Глазеть по сторонам оказалось увлекательным занятием. К счастью, рот был занят пирожками, а то бы так и стояла с раскрытым. Местная тусовка, явно привыкшая к замкам, чувствовала себя как дома и раскованно общалась между собой, не обращая внимания на маски. Либо узнают друг друга даже в костюмах, либо убеждены в отсутствии чужаков и шпионов. Хе… А я что, я ничего, меня сюда действительно позвали. Причем тот, кто и честным путем мог приглашение получить, не пожелай он прийти тайно. Уверен, что никто из местных его не признает? Последние пять лет Кеннет в университете провел, а о своем возвращении сообщил только Нэлле, а она не сплетница. Иначе рассказала бы, с кем «его» познакомилась однажды на похожем приеме…

Неловкость таяла вместе с нежным заячьим мясом, пальцы прекратили мертвой хваткой сжимать клатч с контрабандой. Платок без магии нерабочий, а накопитель непросвещенный человек от кулона не отличит. Долой панику, даешь веселье! Музыка лилась непрерывно, плескаясь в голове волшебным ритмом, я пританцовывала и глазела по сторонам. Какие тут невероятные прозрачные полы с радужными пузырьками… А навес из шелковых, будто застывших в воздухе платков, а резные перила, а вид с террасы! Острые далекие скалы, густое закатное небо, теплый соленый ветер откуда-то издалека. Хорошо-то как, и рядом никто не топчется…

Сглазила. В следующую секунду к тарелке с пирожками продефилировала выряженная не иначе как жар-птицей рыжая дева, а с ней — блестящий фольгой робот и припудренный аналог Дракулы. Я замерла с набитым ртом, судорожно ища пути отступления. Шарахаться в сторону будет подозрительно. Продолжаем жевать.

— О, мои любимые! — Огненная дева схватила пирожок и изящно откусила маленький кусочек. Не то что я. — А ведь может статься, что это наше с вами последнее приглашение.

— Да ну, брось, энергетический поток восстановится, — выдал робот не слишком уверенно, но с заметной надеждой.

— Если нет, — прошелестел вампир, — то она права. Магические разработки станут без надобности. Особенно военные.

— Закон подлости, — жар-птица задумчиво вздохнула, — и это именно тогда, когда Бренц обещал прорыв.

— Обрыв, — нервно фыркнул тот, — в который мы скатимся. Министерство полным составом пойдет производство палок-копалок осваивать. Или с чего там надо начинать…

— Только о себе думаете, — мрачно заметил парень в фольге. — Без магической защиты владычество сейчас очень уязвимо.

— Оно по всему Ладосу, — пожала плечами дева, — чего бояться? А нет энергии — нет порталов, нет угрозы от гостей из других миров.

— Моя сестра в Междумирье застряла, — бесцветно обронил Дракула, — третий курс целительского.

— А у меня мать в отпуске на Винаре, — протянул робот, — отдохнула, называется…

— Так! — Жар-птица решительно доела пирожок и подозвала официанта с искрящимся каким-то напитком бокалами. — Надо выпить. Причем срочно.

Троица взяла бокалы и, не чокаясь, резво осушила их до дна. Видно, там было что-то забойное, потому что вампир вдруг повернулся ко мне, кинув заинтересованный взгляд. Я боком попятилась от стола. Еще чего не хватало. Привлекать внимание — совсем не то, чем мне стоит заниматься даже без Кеннета. Допятиться до конца не удалось.

— Мы знакомы? — Упырь преградил мне путь, оставив коллег у стола. Он задумчиво поскреб затылок, отчего маска съехала набок. — У меня такое ощущение, что нет, и это надо немедленно исправить!

— Я здесь не одна, — пробормотала я, сраженная напором.

— Все не одни, — он ухарски подмигнул мне через перекошенную маску, — приглашения давали только парам.

— И где же ваша?

Вышло не очень учтиво. Надеюсь, это соответствует этикету?.. Вот почему не люблю вечеринки. Приходится разговаривать с людьми… Проблема! А сейчас так двойная. Ну почему я не догадалась спросить, как тут друг с другом общаться принято? Вдруг титулы предварительно перечислять требуется? Впрочем, это же маскарад. Вроде как тайна, и никто друг друга в упор не узнает. Да и Дракула не оскорбился и охране жаловаться не побежал.

— Моя нам ничем не помешает. — Он махнул рукой в сторону блондинки в пиратском костюме, приложившуюся к бутылке прямо из горла. — Очень занята. Дегустирует пятую по счету ромовую настойку.

Вот же семья алкоголиков.…

— Я тут почти всех узнал, — похвастался блондинкин муж. — А вас никак не могу. Вы та новенькая из расчетной палаты?

В палате меня уже заждались, только не в расчетной.

— Раскрывать личность не по правилам, — выкрутилась я, проверив маску. Как бы она не слетела ненароком.

— Правила — это ску-у-учно, — отмахнулся упырь и посмотрел так оценивающе, будто примерялся, на сколько тазиков крови я сгожусь. — Прочь формальности, давайте узнаем друг друга поближе.

— Э-э-э… — красноречиво возразила я, и продолжила: — Э-э-э… Извините, у меня сейчас голова совсем другим забита…

— Пропажей магии? — догадался он.

А еще шпионскими страстями, липовым приглашением в универ и незаконным содержимым сумочки.

— Все без исключения психуют по этому поводу, — покровительственно заявил вампир и хотел похлопать меня по плечу, но промахнулся и едва не упал. — Что могло бы вас успокоить?

И выразительно покосился на поднос с бокалами. Не отстанет. Что ж… Раз так, надо воспользоваться ситуацией, направить светскую беседу в нужное мне русло. Пока он еще говорить может. Главное — не спалиться, что я не местная.

— Успокоить? — Я выждала паузу для верности. — Даже не знаю… Возможно, вы в курсе, что прорицатели говорят на этот счет?

— Ничего. Они не способны предсказать всего на свете, к сожалению. — Вампир сцапал-таки два бокала и одним тут же принялся успокаиваться, протягивая второй мне. — Будете? Рекомендую.

Я взяла напиток и, сделав вид, что отпила, спросила:

— А прорицатели высшего ранга?

— Один сегодня здесь, и он тоже не в курсе.

— Здесь? — ахнула я. И прищурилась с недоверием…

— Конечно, — оскорбился Дракула. Повелся! — Заместитель главы Союза прорицателей Эрл Гатиус. В костюме волка. Можете спросить его, хотите, провожу?

— Что вы, что вы… — вполне искренне открестилась я. — С вами интереснее!

Болтун — находка для шпиона. Тот благосклонно кивнул и склонился к моему уху.

— Прозорливый Гатиус влип вместе со всеми… — пьяно хохотнул вампир. — Застрял вдали от родины, провидец хренов! Прощелкал отключение магии. — Он покачал пальцем перед моим носом. — Об-ла-жал-ся…

Икнул и заржал, хлопая себя по коленкам. Видимо, дошел до той кондиции, когда «покажи дураку палец». Народ заоборачивался, я поспешно пихнула в руки этому балбесу свой бокал, он сразу затих, увлеченно забулькав.

— Точно, — я бессмысленно хлопнула ресницами, стараясь принять совершенно глупый вид, — так смешно, что сам заместитель главы — и не с Ладоса.

— В Союзе нет прорицателей родом из Ладоса.

Столько магов, больше, чем в каком-либо мире, и ни одного крутого прорицателя не нашлось? Странно.

— Именно это я и хотела сказать, да…

Я печально вздохнула полной грудью, склонила голову набок и принялась накручивать на палец вновь выбившуюся из прически прядь. Вряд ли он меня услышал. Уставился на мою шею и завис. Ну точно упырь!

— Вот ты где, — настиг сзади голос Кеннета, на талию по-хозяйски легла горячая ладонь, — ни на минуту оставить нельзя.

— Тебя дольше минуты не было, — обиженно фыркнула я, хотя укор в его голосе мне очень понравился. Пусть он был лишь частью маскировки. — Думала, заблудился.

Он помахал растопыренной пятерней перед лицом впавшего в транс Дракулы, тот отмер и заморгал, недоуменно хмурясь. Кажется, силился понять, кто нас прервал.

— Ваша супруга лезет на стол танцевать, — доверительно сообщил ему Кеннет. — Туда охрана протискивается.

Вампир мгновенно протрезвел и обернулся на благоверную, которая действительно совершала крайне странные телодвижения, неуверенно опираясь о стол. Выругавшись сквозь зубы, он ввинтился в толпу, разом потеряв ко мне интерес.

— Она и в самом деле собирается танцевать? — потрясенно пробормотала я.

— Понятия не имею… — шепнул Кеннет, и волосы у меня на затылке тут же встали дыбом.

— Всех кавалеров мне разгонишь…

— Я их еще и проклясть могу!

А ведь действительно может! Привалившись к теплому плечу, я запрокинула лицо, чтобы спросить… И встретилась с внимательным взглядом черных глаз. В голове моментально стало пусто, а в животе холодно. Что? Что я хотела спросить?!

— Как прошла разведка? — вспомнила я.

— Нормально, но прорицателя пока не видно.

— Если ты про Эрла Гатиуса… то он в костюме волка.

Взгляд мне достался изумленно-восхищенный, приятный до мурашек, м-м-м… Ну и кто тут настоящий разведчик?

— Так… — Кеннет подтолкнул меня в направлении перил, где как раз никого не было. — Похоже, я случайно похитил настоящее сокровище…

Все яснее доносился плеск волн, веяло свежей прохладой и манило раскинувшимся до самых скал небом. Увидеть, что там, хотелось до безумия. Едва подошли, я вцепилась в перила и глянула вниз. Залив… Насыщенно-синий даже в опускающейся сквозь сумерки заката темноте. Полукруг отвесных скал, ежесекундные брызги громадных волн. Раз, и нет их. Лишь таяние пены на песчаном берегу. Одно слово — ах! Дыхание перехватило, голова закружилась. Я с трудом оторвала взгляд от волн и вернулась в реальность.

— Что ты там еще похитил? Какое сокровище?

— Лёна-а-а… — со смехом простонал Кеннет. — Да тебя. Накопитель достала ты, артефакт из хранилища принесла ты, про Гатиуса разузнала тоже ты.

— Да этот тип сам все выложил…

— А то, — припечатали усмешкой. — Еще немного тех жестов, и он бы тебе все явки-пароли министерства сдал.

Я густо покраснела, даже ушам стало жарко. Какие еще такие особенные жесты? Ничего подобного я не делала! Или делала? Кажется, волосы трогала вот так… Пальцы невольно потянулись повторить. Стоп! Надо срочно на деле сосредоточиться.

— Кто такой Бренц?

Кеннет присвистнул.

— Гляжу, ты с пользой время провела, — проводил настороженным взглядом проходящего мимо официанта и ответил: — Гарриот Бренц — глава всех военных ведомств на Эллодиа. Оборона и не только, магические разработки, все дела.

— Услышала случайно, что он недавно прорыв обещал, как раз по части магических разработок.

— Да? Ожидаемо…

— Ты об этом что-то знаешь?

— В общих чертах.

— Речь о каком-то магическом оружии?..

— Почти. — Он облокотился о перила, посмотрел куда-то вдаль. — Направленные проклятия массового поражения, их давно изучают. Наподобие того, которое настигло Аулин. До сих пор неясно, откуда оно взялось, как работало и существовала ли возможность нейтрализовать последствия. Его пытались изучать веками. По официальной версии, чтобы суметь, в случае чего, защититься. Но воссоздать проклятие такой силы не получалось даже в теории. Оно требует массового вливания энергии на старте. Ее рассредоточенная подача сбивает вектор, необходимого темного заряда не набирается.

По всей видимости, обилие незнакомых мне магических терминов его не смущало. Я медленно кивнула, хотя мало что поняла.

— Для запуска проклятия не хватает концентрации магии, — пояснил Кеннет, — в воздухе она разряженная.

— Накопители решили бы проблему, — осенило меня. — Много энергии в одном месте.

— Верно.

Вот! А что, если прорицатели это и предвидели?

— Но ты считаешь, что сохранять магию в накопители не опасно, — осторожно сказала я, — и запретили их зря…

Он криво ухмыльнулся, перевел на меня взгляд, в котором не было ни капли сомнений.

— Все что угодно можно применять во вред. Глупо не изобретать веник, потому что в теории кто-то использует его нехорошим образом и засунет кому-нибудь в…

Последнее слово осталось при нем, но суть я уловила. А Кеннет тем временем разошелся не на шутку, словно плотину прорвало:

— Запреты, недоговорки, вранье… Кучка самоуверенных самодуров, которым кажется, что им известно, как другим будет лучше. На основе каких-то там вероятностей. Пусть идут погоду предсказывать, толку больше. К тому же сохраненная магия — не единственный способ запустить проклятие. Есть демоны, которые многократно усиливают концентрацию магии, а правильный расчет позволяет взять из потока больше.

— Итак, аулинское проклятие однажды изменило поток энергии, накопители запретили из-за таинственного пророчества, в Союзе прорицателей никого нет из Ладоса — мира, самого богатого на магов, — а источник магии отрубило накануне прорыва по проклятиям, — перечислив, я перевела дыхание. — Не наводит на определенные мысли?

— Лёна, — хмуро вздохнул Кеннет, — у меня много мыслей по этому поводу. Но здесь есть тот, кто знает наверняка.

Прорицатель высшего ранга, да. Небо окрасилось догорающим закатом, багрово пылая, о берег разбилась очередная волна. Красиво…

— Хочешь вниз? — со странным азартом спросил Кеннет.

— Что, прямо отсюда?.. — Я крепче схватилась за перила.

— Ну, нет… — Он подавился смешком. — Магию светить нельзя, а без нее, пожалуй, экстремально будет. Вот там есть лестница.

Лестница была. Сбоку, между витиеватых колонн. Широкая, барочная, с щербатыми ступенями. Очарование старины, которую реставрировать — только портить. Внизу, по правую сторону, раскинулся грандиозный каменистый сад, пестрящий лабиринтами декоративных изгородей, узорчатыми крышами беседок, изваяниями статуй и, конечно же, гостями. Слева шелестел тот самый дикий пляж, омываемый заливом. Контраст… От гламурной цивилизации до первозданной стихии — всего несколько шагов. С каждой ступенью шум моря все больше заглушал музыку, воздух наполнялся соленой свежестью. Я ступала по лестнице осторожно, стараясь не подвернуть ногу в туфлях на непривычно высоких каблуках. Кеннет ответственно придерживал меня за талию, и от жара его ладони мутилось в голове. Как он сказал? Кучка самоуверенных самодуров, которым лучше погоду предсказывать… М-да. Тут явно замешано что-то личное. Совсем личное. Налетевший ветер всколыхнул волосы, легонько взметнул юбку, и та заструилась в воздухе, переливаясь невесомыми складками. Краси-и-иво… Вот так бы шла и шла…

Последняя ступенька, и лестница кончилась. Странно. Сверху она казалась гораздо длиннее… Дорожка раздвоилась, одна ее половинка побежала к заливу, другая — к каменной арке входа в сад. Там творилось что-то невообразимое. Облепившей фонтан пестрой толпе было явно весело: они наперебой тыкали в воду палочками, вопили и хохотали.

— Может, сначала заглянем туда? — Кеннет проследил за моим любопытным взглядом.

— А ты не боишься… — Я кивнула на заулюлюкавшую толпу. — Что тебя… ну… узнают?..

— Не-а, — нахально заявил он и улыбнулся. Ох, такие улыбки надо запретить, как оружие массового поражения. Срочно. — Во-первых, почти пять лет прошло, во-вторых, на нас рассеивающее чужое внимание заклинание.

— М-м-м… — отмерла я и, поняв, что все еще таращусь на его губы, торопливо отвернулась. — Маленькое бытовое? Из тех, которые не чувствуются?

— Именно. Беспокоиться не о чем. Гатиус до явления народу супруги владыки никуда не денется, а является та в конце праздника: вручает приз за лучший костюм и объявляет торжественное снятие масок. Вот, кстати, наш волк, палочкой размахивает.

Размахивал, склонившись над фонтаном и поднимая ворох брызг. В меховой жилетке и недобро оскаленной маске. Упитанный волчок, сосредоточенно-опасный, из тех, что непременно укусят за бочок, если близко подпустить. В эту загадочную игру он выигрывал — конкуренты досадливо причитали, а зрители за его спиной хлопали с азартом.

Кеннет потянул меня мимо фонтана в сад. Я вытянула шею и рассмотрела на дне его чаши, наполненной водой, дорожки лабиринта, по которым сновали ведомые палочками рыбки. Ух ты, дрессированные! Их в качестве соревнования выводят из лабиринта?..

— Это бесполезно, — шепнули мне на ухо, — винарцы всегда выигрывают.

Да уж, родная водная стихия — существенное преимущество! Выходит, прорицатель с Винара и имеет блондинисто-эльфийский вид? Тоже мне волчище, ха… Кеннет повел меня прочь, вглубь сада. Несколько поворотов, и я ахнула, силясь моргнуть широко распахнутыми глазами. О, сюда определенно стоило заглянуть! Увитые лианами изваяния печальных дев и фигурные огромные камни, сами словно статуи. Причудливо застывшие узоры на напольной плитке, поросшей мхом, островки густой зелени и стальной песок между ними, с которого ветер по крупице сдувал любовно нарисованные кем-то волны. Гармоничный симбиоз живого и вечного, аж дух захватывало. Свечей вокруг было много — внутри фонариков и фонарей и на плавающих в фонтанах блюдцах. Кеннет шел медленно, и я полноценно залипала на открывающееся по пути великолепие. Окончательно догорел закат, небо погрузилось в подсвеченную звездами темноту.

— Ничего прекраснее не видела! — выдохнула я.

— Скоро мы это исправим, — азартно пообещал он.

Пугающий энтузиазм. Впрочем, бродить тут с ним в свое удовольствие, без шпионских планов и расследовательских целей, было здорово, хоть и непривычно. К черту лишние размышления! Можно ненадолго забыть о подлых прорицателях, несостоявшейся карьере волшебницы, возвращении домой и объяснениях с родителями насчет того, почему я не в Москве. Сейчас-то я в чудесном магическом мире! Неважно, что с отключенной магией… Время расслабиться и отдыхать. Вряд ли меня когда-нибудь еще похитит убийственно красивый темный маг и поведет в замок развлекаться. Я повернулась к Кеннету и неожиданно встретилась с его пристально наблюдающим взглядом. Ой-ой-ой… Смотрит, он все это время на меня смотрит! Срочно надо перестать идти с раскрытым ртом и удивленно моргать…

За следующим поворотом открылась круглая платформа в окружении клумб, на которой лис и ангелочек собирали подобие каменной мозаики. Складывали детальку к детальке, споря о том, что на картинке получается — сдвоенные листья или чьи-то усы. По мне, так не то, не другое… Выкройка крыльев какая-то. Были у меня ханики с крыльями, знаю, о чем говорю!

— Когда собирают правильно, запускается салют, — просветил Кеннет, — точнее, уже не запускается. Что делает момент триумфа не столь эффектным.

— Без салюта неинтересно, — легко согласилась я.

Пазлы никогда меня не привлекали и нравились только в собранном виде, придавленными стеклом, под которым не могут разлететься обратно на сотни отдельных кусочков. Да и скучно воссоздавать то, что предопределено заранее до последнего фрагмента.

Дорожка вывела к крытой площадке, похожей на просторную каменную беседку. Со скамейками, пустующей сценой, полными аппетитных закусок столами и бассейном. Гладкий, шлифованный до блеска пол под ногами, вместо свечей — бесконечно искрящиеся бенгальские огни в вазах. Пятеро гостей собрались у статуи замшелого рыцаря и чего-то нетерпеливо ждали, перебирая в руках разноцветные карточки. Игра? Ролевая, видимо…

— А вот это интересно, — заявил Кеннет на полном серьезе и потащил меня туда, — и мы как раз вовремя.

— Нет-нет, — запротестовала я, вспарывая каблуками дорожку. Игры на вечеринках привлекали меня примерно так же, как укол булавкой в чувствительное место. — Не надо к ним, не люблю…

— Если ты не любишь людей, то тебе вдвойне понравится. Не бойся, там очень простые правила и сплошная импровизация. Если что, просто уйдем.

Не бояться не получалось, вот никак. Но внутри разгоралась странная решительность.

— Ладно, — выдохнула я, и пробормотала себе под нос: — Кто не спрятался, я не виноват…

В конце концов, на мне маска. Да и все равно меня тут никто не знает и больше никогда не увидит. Можно позволить себе немножко опозориться…

Правила оказались проще некуда — вытяни три листа бумаги из стопки у ведущего, из них узнай свою роль в игровом сценарии, линию поведения и особое задание. Никому не признавайся, какое оно, выполняй по ходу «пьесы» и угадывай, чего добиваются другие, стараясь им помешать. В общем, очень некомандная игра, каждый сам за себя. Кеннет свое задание прочел, странно улыбаясь и посматривая при этом на меня. В его взгляде плясали черти, те самые, наверное, которые отвечают за импровизацию. На что я подписалась?.. Желудок сжимался, недавняя смелость забилась далеко под плинтус и приносила оттуда тысячу извинений. Вот засада! И здесь не сработает мой извечный запасной план запереться в туалете и дождаться окончания вечеринки.

Проходящий мимо официант любезно предложил мне бокальчик чего-то весело искрящегося, и я решила, что хуже не будет. Взяла, отпила глоточек. Потом еще один. На вкус как шампанское, и пузырьки щекотные. Закончилось оно быстро, а в голову ничегошеньки не ударило. Кроме мысли, что стоит только шевельнуться, как все будут дружно надо мной смеяться. Хоть в школе такое не раз случалось, легче от этого не становилось. Преследовало ощущение, будто я опять стою в дальнем углу, перед кабинетом физики, и мечтаю, чтобы Лизка с подружками просто прошла мимо. Без косых взглядов, ехидных комментариев и летящих в меня скомканных записочек.

— Давай, смотри. — Кеннет нетерпеливо заглянул мне через плечо.

Уф, спокойно! Дрожащими пальцами я раскрыла первый сложенный пополам лист. Ага, я нимфа. Логично, не зря же костюмы. И это мой сад. Согласна, беру! Теперь второй лист. Линия поведения… негостеприимно-агрессивная. Хочу пустить гостей на удобрения, что ли?!

— Видишь, как удачно складывается, — прокомментировал сзади Кеннет, за что получил листком по носу. Нечего чужие карточки читать. — Пощади, я тебе пригожусь…

Я фыркнула и, прикрыв третий лист клатчем, посмотрела секретное задание. Мать моя женщина! Что значит «уронить мост»?.. Мало отличимый от статуи рыцаря ведущий громко хлопнул в ладоши, привлекая внимание шести собравшихся игроков.

— Итак, начнем, — объявил он торжественно и, обведя взглядом площадку, хорошо поставленным голосом профессионального рассказчика завел: — Волшебный сад, что скрыт от посторонних глаз и лишь на единственной карте отмечен, хранит несметное количество богатств. Веками первозданное умиротворение царило в сей обители. Но сегодня границы нарушены, покой утерян. Дракон приносит охотницу за сокровищами! Он силен, огнедышащ и в небе способен заслонить собою солнце. Спустив отважную деву на землю, складывает могучие крылья и…

— Ложусь и сплю, — пробасил шкафообразный качок в чешуйчатом костюме и драконьей маске, — я устал. Долго летел.

— Лентяй, — надулась его «хозяйка», одетая гибридом Лары Крофт и Индианы Джонса.

— Охотница злится и отвлекается от поиска сокровищ, — продолжил рыцарь-сценарист, из чего можно было сделать вывод, что вне очереди рот лучше не раскрывать. — Нимфа, прекрасная златовласая хранительница сада, что радеет за сохранность его, видит из-за своего фонтана незваных гостей и…

— Э-э-э… — вырвалась эта дурацкая буква, словно других я не знала вовсе. — Ничего не делаю?

— Нимфа коварно наблюдает! — отчего-то обрадовался он.

Кеннет расцвел одобрительной улыбкой. Угу, я просто само коварство. Огненно-рыжая девица в меховом купальнике такого же цвета и ободке с остроконечными ушами состроила ему глазки и игриво поправила длинный пушистый хвост. Еще одна! Интересно, а пирожков с лисятиной местный шеф-повар не печет?..

— Но алчный картограф, прежде чем отдать карту охотнице, скопировал ее и продал еще одной крайне заинтересованной клиентке, — поведал ведущий. — Пока охотница ругает спящего дракона, из окружающих сад густых лесов выбегает лиса-оборотень. Ее хвост огромен и пушист, а шаги беззвучны.

— Осматриваюсь, — с готовностью профессионального игрока отозвалась та. — Что я вижу?

— Фонтан, заросли кустов, цветочные клумбы, статую ангела, проход в тоннель, — доложили тотчас.

А мост? Где чертов мост?..

— Крадусь в тоннель, — мгновенно определилась лиса, — незаметно.

— Эй! — возмутился дракон. — А я могу принюхаться?

— Дракон глубоко спит и не замечает ее, — осадил его ведущий. — Статую пронзает трещиной, высвобождается туманный призрак давно почившего владельца сокровищ.

— У-у-у, — взвыл некто в незатейливо наброшенной простыне с прорезями для глаз. Судя по голосу — парень. Наверное… Да, с костюмом он явно не заморачивался. — Издаю страшные звуки, короче.

— Все присутствующие в саду крайне озадачены, — объявили нам, — кроме дракона. Ему снятся облака в форме дракониц. Открывается портал, и выходит темный маг, который тоже купил копию карты. С героически развевающимся плащом он появляется прямо перед охотницей.

— Нападаю на нее, — спокойно сказал Кеннет.

Так сразу?! Это же я тут должна быть негостеприимно-агрессивная!

— Самой простой атакующей магией, — быстро уточнил он, — не требующей расчетов и подготовки.

— Проклятие дезориентации выпущено, — кивнул наш сценарист, — и вот-вот настигнет охотницу. У нее есть секунда, чтобы решить, как реагировать.

— Бужу дракона! — выпалила она, насуплено глядя на Кеннета.

— Охотница пытается разбудить дракона, — ведущий сделал заметный акцент на слове «пытается», чем довел ее до нервного покусывания губ, — пихает локтем, кричит на него, дергает за хвост. И у нее получается! Дракон сонно трясет головой, открывает один глаз и…

— Плююсь огнем, — снисходительно зевнул тот.

Вот же! Кеннет странно улыбнулся, Лиса закатила глаза. В чем подвох?

— Дракон вскакивает на мощные лапы, — сообщили нам, — выпуская стену огня… в охотницу. Потому что ему не нравится, когда его будят, не дав досмотреть сон про дракониц.

У нее отвисла челюсть, призрак хохотнул. Виновник поджога озадаченно поскреб пятерней затылок.

— Она горит, — внес ясность ведущий.

— Бегу к фонтану, — выпалила потерпевшая, — чтобы потушить огонь.

— Охотница добегает до фонтана, — произнес он, издевательски медленно растягивая слова, — почти. Перед вожделенной чашей с водой попадает под проклятие дезориентации и не может сдвинуться с места. Нимфа наблюдает, прячась за фонтаном.

Сказав это, выжидательно уставился на меня. Я? А чего я-то?.. Черт! Я, конечно, агрессивная, но не бросать же человека в беде.

— М-м-м, — замешкалась я. — Толкаю ее в фонтан?

— Охотница падает в воду. И тонет, поскольку все еще находится под заклинанием дезориентации.

Ай! Но я же помочь хотела!.. Охотница побагровела, метнув в меня тяжелый, ни разу не благодарный взгляд. Очень хотелось сказать «упс», но я вовремя прикусила язык. Кажется, тут лучше лишний раз никаких звуков не издавать. Все сказанное тобою может быть интерпретировано самым неожиданным образом и вписано в сценарий…

— Балл за победу над врагом в схватке, — объявил ведущий, — уходит нимфе.

Что?! Я смущенно закусила губу, Кеннет наигранно покачал головой. Ага, увела победу из-под носа практически.

— Ну и ладно, — выбывшая охотница досадливо цокнула языком и направилась к столу с закусками, прошипев напоследок дракону: — А с тобой я дома поговорю…

Тот независимо засвистел, но выглядел подозрительно довольным. Наверное, любит домашние разговоры.

— Тем временем в тоннеле, — вновь окунули нас в пучину игры, — лиса прокралась в темноте к дверям подземной сокровищницы. Однако дверь — мощная и дубовая — оказывается заперта, хотя никаких замков с виду на ней нет.

— Ищу следы магического воздействия, — мигом сориентировалась рыжая, — своим волшебным нюхом.

— И находит! — Ведущий хлопнул в ладоши, громыхнув доспехами. — На двери запирающее заклятие. Столь сильное, что снять его смог бы лишь сотворивший — то есть бывший хозяин сокровищ. Не упокоенный поныне. Призрак чувствует, что сокровищница обнюхана и потревожена.

— Ву-у-у, — выдал некто в простыне, — все мое, никому не отдам.

— Он молниеносно является к дверям, — тут же учли высказанные пожелания, — туманом окутывая ее.

— Предлагаю договориться, — лиса вежливо и учтиво раскланялась, — при этом выставляю ментальную защиту.

— Защита выставлена, — подтвердил ведущий. — Призрак не может влиять или пугать ее.

Продуманно играет, зараза хвостатая! Чемпионка местная, небось. Один балл у меня уже есть, надо срочно ронять мост. Знать бы только, где его искать…

— Выставляю ей условие, короче, — провыл некто, качественно вжившись в роль призрака, — лежащее в центре сокровищницы забрать и закопать в саду под статуей. Тогда открою, пропущу и пусть берет там что хочет.

— Соглашаюсь, — проворковала лиса с приторно хитрой улыбочкой.

— Требую клятву на крови! — гаркнул тот, и улыбка ее враз стерлась. — Иначе никак. Без вариантов. Сиди под дверью, у-у-у!

— Клянусь, — прошипела лиса.

— Лиса-оборотень отважно приносит клятву на крови, — подключился ведущий, — и теперь, если данное ею слово будет нарушено — она упадет замертво. Призрак снимает заклятие, двери открываются. Внутри — зал с несметными сокровищами. Горы золота и сундуки с драгоценностями! А по центру — порванное ожерелье с выдранным из него камнем.

— Беру ожерелье и тащу в сад, — сосредоточенно сказала рыжая, — скрытно и осторожно, прячась по темным углам.

— Двери распахнуты, и призрак остается на страже их, — изложили расклад. — В саду же лишившийся хозяйки дракон откашлялся, наконец, дымом собственного производства…

— Ложусь досыпать, — быстро определился он, — сон про дракониц надо досмотреть.

— Дракон засыпает, — ведущий сделал драматическую паузу, — но снятся ему аулинские звездолеты, насмешливо бороздящие просторы космоса. А под его боком чешуйчатым выжидает темный маг, с облегчением понимая, что второй раз плеваться огнем не будут.

— Иду в тоннель, — Кеннет с каким-то явным намеком подмигнул лисе.

— Идет он в тоннель, — подхватил ведущий, — не зная еще, что за опасности там могут поджидать. И не замечает в темноте лису, что прячется по темным углам. Однако она-то его еще как замечает…

— Крадусь себе дальше на выход, — не поддалась та на провокацию, — держу путь к статуе.

— Темный маг достигает дверей сокровищницы, настежь распахнутых, и видит за ними блеск несметных сокровищ. И призрака, что сторожит их, едким туманом стелясь над сундуками.

— У-у-у, — потряс наброшенной на себя простыней некто. — Не пущу!

— Не пускает, — подтвердил ведущий, — заставляя всяк сюда входящих чувствовать страх, панику и желание закрыться в сундуке. У мага лишь минута до того, как это желание станет невыносимым!

— Пробую его упокоить, — пожал плечами Кеннет.

О… А так можно? Призрак прекратил трястись, видимо, озадачившись тем же вопросом.

— Для заклинания упокоения ему требуются все силы и личная вещь упокаиваемого, — просветил ведущий.

— Да тут полная сокровищница его вещей, — хмыкнул мой недружелюбный маг.

— Эй-эй, — пошел на попятную призрак. — А договориться?

— Сгинь, — театрально шепнул Кеннет.

— Заклинание упокоения свершается во тьме и безысходности! — Ведущий громыхнул доспехом, очень так страшненько. — Призрак развеян и упокоен, путь в сокровищницу свободен. Балл за победу над врагом в схватке уходит магу!

Лиса поморщилась, явно недовольная подобным поворотом.

— Ну, блин, — призрак упер руки в бока. — А в чем мораль?..

— Будучи призраком, избегай темных магов, — просветил его Кеннет.

— А, точно, — тот стукнул себя по лбу. — Учту на будущее…

И тоже пошел к столу с закусками. Ох. А что я знаю о своем персонаже? В голове какая-то каша из греческих мифов и детских мультиков. Проблема! Почему, ну почему в библиотеке мне вместе с книжкой про фею-путешественницу не досталось руководство по нимфам?..

— Тем временем лиса пробирается в сад, — неумолимо продолжил ведущий, — с ожерельем в зубах. Крадучись, достигает она статуи ангела. Несмотря на гибель призрака, клятва в силе и должна быть исполнена.

— Резво зарываю ожерелье там, где велено, — напряженно ответила она, — внимательно следя за тем, что творится рядом.

— Рядом пузом кверху спит, сладко похрапывая, дракон, — доложили ей, — а из-за фонтана выглядывает нимфа, видя, как в ее саду разрывают чудесной красоты клумбу. Комки земли летят веером, падают выдранные с корнем цветы.

— Нехорошо так делать, — высказалась я так возмущенно, будто на самом деле в происходящее поверила, — может, это моя любимая клумба!

Лиса криво ухмыльнулась в мою сторону. Ой. Последнее прозвучало как наезд? Или это он и был?.. Ладно, закуски на столе аппетитные, охотница с призраком еще не все умять успели…

— Нимфа гневается, — учли мои слова в сценарии, — лиса чувствует, как сад начинает излучать опасность.

— Закапываю ожерелье быстрее и поглубже, — фыркнула она, — а чтобы дурацкие заросли не мешалась, создаю огонь, расчищая этот участок.

Га-а-адина! Ну все! Я сейчас, я… Кеннет уставился на меня в оба глаза, со столь обжигающим любопытством, что в жар бросило безо всякого вымышленного огня. Нельзя так смотреть, совершенно с мысли сбивает! Насколько я поняла, лучше быть максимально конкретной, описывая свои действия, иначе что-то важное будет додумано за тебя. Охотница напрасно бросала реплики в никуда, а дракон не уточнял, в кого он плюется пламенем.

— Землю вокруг статуи ангела выжигает огнем, — раздался голос ведущего, — обращаются пеплом цветы и травы, развеиваясь безжизненно по воздуху. Лиса зарывает ожерелье на пепелище под статуей, на глазах у нимфы.

— Призываю силы природы и восстанавливаю потери, — пошла я ва-банк, заранее примеряясь к закускам на столе, — и долой цветочки, пусть у ангела будет дерево. Большое дерево, с бо-о-ольшими корнями.

Лиса встрепенулась, Кеннет продолжал сверлить меня выжидательным, полным въедливого любопытства взглядом. А мне нравится! Как сказала Глэдис, я отчаянная девушка, да.

— Для этого понадобится немало сил, — выдвинули мне условия.

— Ага, — согласилась я, решив, что сначала съем вон тот розовый кексик. — Вперед, во славу любимого сада! Паразитам бой!

Дракон приоткрыл рот, охотница у стола чем-то подавилась. Переигрываю…

— Зеленоватый свет магии природы окутывает сад, — продолжилась игра, — под статуей проклевывается росток, за секунды превращаясь в древо с мощным стволом. На ветви его повисает ожерелье, мутно поблескивая зияющей без камня дырой. Лиса замечает это.

— Прыгаю за ним! — не растерялась она.

— И падает замертво, — приложил ее ведущий, — ибо клятва была нарушена.

— Но… — рыжая округлила глаза. Поморщилась и покаянно выпалила: — Черт! Продолжительность в условиях не оговорила.

— Значит, условия действовали бессрочно, — развел он руками в латах. — Второй балл уходит нимфе, за победу над врагом в схватке.

Мамочки… Да я маньяк. Кеннет растроганно приложил руку к груди, не сводя с меня изучающих глаз. Кажется, голос ведущего его даже отвлек:

— Тем временем магу освободился путь в сокровищницу! Ничто теперь не отделяет его от несметных богатств.

— Возвращаюсь обратно в сад, — огорошил он.

И расплылся в многообещающей улыбке, от которой по моей спине стадо мурашек пробежало. Вот сейчас грохнет меня, и счет у нас живо сравняется.

— А дракону снова снятся облака, — поведал ведущий, — в форме дракониц, страстных и упругих.

— Класс, — мечтательно отозвался тот, — такой сон надо непременно досматривать, без вариантов.

— Дракон смотрит сон, безмятежно похрапывая. Нимфа оценивает потери в своем любимом саду.

Мой ход? Итак, что мы имеем. Кеннет идет сюда, а нас осталось трое. Он без сил, я без сил, дракон дрыхнет. Моста как не было, так и нет, ронять нечего. Особое задание Кеннета для меня загадка, но ясно, что интересуют его не сокровища. Зачем же спускался туда? К призраку, очевидно. Ожерелье! Оно связано с призраком!

— Забираю с ветви дерева ожерелье, — определилась я, — и прячу у себя.

Улыбка Кеннета враз стала менее самоуверенной, я не удержалась и показала ему язык. В ответ задумчиво наклонили голову набок, заплясавшие в чернючих глазах черти намекнули, что вызов принят. О-о-ой…

— Маг выбирается из тоннеля в сад, где новое могучее древо подпирает статую ангела да земля сотрясается от драконьего храпа, — весело сказал ведущий. — Небо затягивает темными тучами, открывается портал. Оттуда выходит… Тот, кого маг знает как алчного картографа, а нимфа — как древнего собирателя артефактов, некогда убившего хозяина сокровищницы.

Неожиданный поворот! Этот картограф, выходит, вроде Юва — зеленый и сморщенный?.. Пока я хлопала ресницами, история набирала обороты:

— «Глупцы! — хохочет он. — Ни тогда, ни потом я не смог добраться до сокровищ и снять заклятье с дверей. Наконец, вы сделали за меня всю грязную работу».

— Теперь проход свободен, — не смутился Кеннет, — иди, добирайся до сокровищ.

— Да, — поддакнула я, — если сад трогать не будешь, то я не против.

— Хр-р-р, — весьма качественно всхрапнул дракон.

Ведущий экспрессивно мотнул головой:

— «Никуда я не пойду, — сверкает демоническими глазищами злодей. — Я просто перенесу это место в свой замок». И тотчас в темном небе возникает магический мост, медленно затягивающий сад в себя.

Мост! Вот какой он. Ура, нашелся!.. Осталась самая малость — уронить его…

— Пространство начинает сжиматься и утекать, — уведомили нас, — при переносе все живое будет уничтожено. У мага нет сил на портал, нимфе бежать некуда. Дракон видит картографа в полудреме, сквозь марево облачных дракониц.

— Откусываю негодяю голову, — с готовностью ответил он.

— Откусывает, — кивнул ведущий, — во сне. Драконицы аплодируют ему. Нимфа чувствует, что рушится сад, и слабеет.

— Помещаю ожерелье под статую, — решилась я вместо атаки на мост, — природной магией.

Раз призрак об этом просил, а его убийца сейчас тут, вдруг что-то да выгорит?..

— Ожерелье в круге зеленого света плывет к древу, — приняли мой ход, — мимо мага.

— Хватаю ожерелье, — окончательно потерял совесть Кеннет, — оцениваю специализацию и мощь артефакта.

— Маг понимает, что перед ним легендарный пронзатель душ!

Лиса у стола сдавленно ахнула, призрак пробормотал что-то в крайней степени эмоциональное. Я же как дурочка натянуто улыбнулась. Что радовало — я была не одинока, дракон тоже выглядел непонимающим по части того, какие души требуется пронзать и зачем.

— С помощью него на могущественных магов накладывают смертельные проклятия, — расшифровали нам, недалеким. — Злодей видит артефакт и кричит: «Ныне это бесполезная безделушка, а когда-то она избавила меня от хозяина сокровищ. Но мстительный дух привязался к артефакту и не покинул законных владений. Как славно, что вы заставили его отворить двери». Хвост дракона начинает засасывать через мост в злодейский замок.

— Ложусь подальше, чтобы не засасывало раньше времени, — пожал он плечами.

— Дракон отползает и получает еще пять минут для спокойного и приятного сна, — констатировал ведущий.

Гад чешуйчатый! Мы тут нас троих спасаем, а он развалился и ухо давит. Нормально, а?

— Сад постепенно сметает и по листочку утягивает на ту сторону моста, — добавили мне проблем. — Нимфа слабеет и падает.

— Хватаюсь за того, кто хапает все подряд, — я выразительно покосилась на Кеннета, — ну, чтобы не упасть.

— Ей удается схватиться и не упасть, — одобрил ведущий, — а маг…

— Держу-держу, — елейно отозвался он, — и прикидываю силы для реактивации артефакта в направлении надувшего меня картографа.

В моей голове запустилась реактивная цепочка рассуждений. Злодей не знает, что дух хозяина упокоили! Призрак просил закопать ожерелье, чтобы то не уничтожили вместе с ним. Сейчас же артефакт свободен и не держит ничью душу. Может нацелиться на новую. Ура, мы не умрем!..

— Маг понимает, что сил нужно немного, но у него и того нет, — приложил ведущий, — все ушло на упокоение призрака. Из тоннеля вываливаются засасываемые сундуки с золотом и опрокидываются на дракона.

— Устраиваюсь поудобнее в этой куче. — Он радостно потер руки. — В золоте удобно спать!

— Дракон зарывается в кучу золота и чувствует себя прекрасно, — сообщили нам, будто мы за него, бедного, ужас как изволновались. — Нимфа же чувствует себя хуже не бывает.

— Могу я активировать артефакт? — спросила я, не уверенная, что разрешается по ходу игры вопросы задавать. К счастью, засчиталось за реплику персонажа.

— Можешь мне силу передать, — томно просветил Кеннет, — волшебным поцелуем.

Что?! Э-э-э… это шутка?..

— Она размышляет над поступившим предложением, — развеял мои сомнения ведущий, — пока от сада еще что-то осталось.

Господи боже! Поцелуй или жизнь… Беру все, пожалуй. Кеннет повернулся ко мне, сердце забилось часто-часто. Глаза напротив смотрели не моргая, и вспыхивало в них что-то жаркое. Я нервно сглотнула, облизала враз пересохшие губы. И хрипло выдавила:

— Да…

— Поцелуй нимфы прибавляет магу сил, — бодро отрапортовал ведущий. — Артефакт активируется.

И все?.. Впрочем, я же не падала, и никто меня не держал. И в фонтане мы никого по-настоящему не топили… А жаль. Не в том смысле, что надо утопить!

— Проклятие из артефакта настигает злодея, превращая в прах и пыль, — объявил ведущий. — Магический мост закрывается, остатки сада спасены. Тоннель вскрыт, сокровища разбросаны везде и всюду — знатный, знаете ли, бардак! От грохота упавших с исчезнувшего моста сундуков дракон просыпается.

— Потягиваюсь, — показательно зевнул тот, — спинку отлежал…

— Балл получает маг, — объявили торжественно, — за победу над главным злодеем.

Эй! Нечестно, мы же вдвоем его победили. Зато баллов у нас стало поровну. Выходит, ничья, победила дружба? Дружба с поцелуями… М-м-м… Кеннет по-прежнему смотрел на меня неотрывно, не обращая на подсчеты ни малейшего внимания.

— Пять баллов получает дракон, — ошарашил ведущий, — за выполнение особого задания.

— Какого еще задания?.. — опешила лиса.

— Такого. Выспаться, конечно! — Дракон продемонстрировал карточку, на которой именно это и было написано, только без «конечно». — Ну, кто тут молодец?

— Аплодисменты нашему сегодняшнему победителю, — повелитель сценария загромыхал рукоплесканием, к нему присоединились остальные. — Ура!

Кеннет странно мне улыбнулся — лично мне, будто вокруг и не было никого.

— Мой герой! — подпрыгнула охотница и кинулась герою на шею, очевидно, простив былые обиды. — Всегда знала, что ты у меня самый лучший…

— Чет я не понял, — упер руки в бока призрак. — Он же ни фига не делал. А в чем мораль?

— Так, это самое… — Я закусила неведомо с чего пылающую губу. — Если долго спать на берегу реки, то рано или поздно мимо тебя проплывут трупы твоих врагов…

— Дева мудра не по годам, — восхитился ведущий и отвесил мне поклон. Смогла наконец покраснеть до ушей, ни в чем себе не отказывая. — И для первого раза вы справились замечательно.

— Во второй раз, с ее-то фантазией, живым не уйдет никто. — Рядом оказался Кеннет, и к моему лицу прилипла дурацкая улыбка — от уха до уха. Обожгло щекотным шепотом: — Импровизация — это определенно твое.

Он взял меня под руку и повел… к столу. Точно! Сад спасли, сокровища отбили, злодея отпинали, можно и перекусить.

Я прилипла к корзиночкам с неведомой икрой и смела половину тарелки. Стресс заедаться не желал, пришлось запить вторым бокалом похожей на шампанское шипучки. Тоже не помогло. Подозреваю, что это местный аналог газировки! Не слишком голодный Кеннет терпеливо дождался, пока я дожую, и спросил:

— Так какое у тебя было задание?

— Уронить мост, — призналась я, — но мне лишь в конце стало понятно, что это значит. А у тебя?

Он отвел глаза и трагичным шепотом сообщил:

— Не допустить повторного использования артефакта.

— Но ты же сам его и… Оу, да. Иначе бы мы умерли. Ну, главное — не победа, а участие.

— К счастью, игра не та, где обязательно надо выиграть, — абсолютно серьезно заявил этот напобеждавший везде, где только можно, тип. — А почему ты не попыталась что-то сделать с мостом?

— Не знала что, — стушевалась я, — не разбираюсь в них. Ляпнула бы какую глупость при всех… Вот и не стала пытаться.

— Зря, — в голосе почувствовалось неподдельное сожаление, — у тебя полный порядок с мозгами, интуицией и фантазией. Все ограничения только в твоей голове. Да какая разница, кто там что скажет или подумает? Делай, что считаешь нужным. — Криво усмехнувшись, добавил: — Но лучше в рамках закона, а то возможны некоторые… проблемы.

Вроде обвинений в убийствах?.. Я вдохнула так глубоко, словно воздух в саду собирался закончиться.

— А я не верю, — вырвалось само, — что ты виноват в их смерти.

И вновь этот пристальный взгляд черных глаз.

— Почему?

— Ну… — прикусывать язык определенно поздно. Рассказала бы даже о своей ниндзя-вылазке в Легион, но… Дело было вовсе не в подсмотренных записях из личного дела или чем-либо еще. — Просто я думаю, ты бы ничего такого не сделал.

— Лёна… Ты меня всего три дня знаешь.

— Неважно, — упрямо сказала я, — не верю, и точка.

Остальное — детали! Понятия не имею, что произошло на той злополучной выпускной вечеринке, но наверняка этому есть объяснение. Какое — меня слабо касается. Думаю, Кеннет хотел их спасти, потому и подставился. Я могла бы найти в подтверждение своих мыслей сотню причин и доводов, например, что маньяки ведут себя иначе и похищенным собственноручно девушкам не помогают. Только подтверждений не требовалось. С доверием все просто — либо есть, либо нет.

Он ничего не ответил. Из-за маски выражение его лица наполовину оставалось загадкой, но усмешка исчезла. В небе раскатисто громыхнуло, я испуганно подпрыгнула. Отовсюду донеслись радостные вскрики и свист. Темнота над нами заискрилась, объятые сиянием облака уронили ворох разноцветных звездочек. Спустя мгновение они посыпались как из волшебного ведра, кружась и раскрываясь в полете фигурно выстроенными вспышками. Салют!

— Кто-то собрал мозаику, — пояснил Кеннет. — Не берегут запасы аулинской пиротехники. Какие оптимисты…

И хорошо, что не берегут, замечательно! Небо заволокло нежно-розовой подсветкой, я завороженно ахнула и вытянула шею, стараясь рассмотреть сияющие всполохи за деревьями.

— За мной, — его пальцы оплели мою ладонь, — знаю место, откуда гораздо лучше видно.

Обернулась, невольно уставившись на него. На четкий тонкий профиль, на движение красиво очерченных губ, на слегка разлохмаченные черные волосы. Мигом забылось, чем я секунду назад так интересовалась. Над ухом громыхнуло, в небе расцвел залп розовых брызг. Ах да, салют… Меня потянули прочь от стола, и я пошла, на предательски подгибающихся коленях. Все-таки высокие каблуки с непривычки — зло! Уже знакомая мощеная дорожка, шаг на неприметную с виду тропу, пара поворотов, окруженный густыми кустами пересохший фонтан. Видимо, совсем магический был и потому ныне пустовал, всеми забытый. Кеннет подвел меня к большой чаше, аккуратно подсадил на край. Едва встала в полный рост, он взобрался следом, развернул меня и прижал спиной к себе.

Вот это да… С трех сторон буйный сад, чернеющий на фоне неба, а прямо… Прямо на горизонте скалы, а над ними… На недосягаемо бесконечной высоте пылал салют, превращая точки искр во взлетающие ввысь шапки. Они слепили россыпью раскрывшихся лучей, мерцали молниями, осыпались вихрем сияющих снежинок. Как настоящие, хоть ладони поставляй… В небесную даль убегали зигзаги подсвеченных дорожек, падали звезды. Господи, у меня и желаний-то столько нет! Лишь одно: чтобы этот момент подольше не кончался. Сменялись сотканные яркими вспышками рисунки, сердце то замирало, то пускалось галопом, грозясь вылететь. Кажется, оно решило остаться здесь… В глубину неба со свистом ввинтился целый залп зарядов. Вздрогнув, я качнулась. Тотчас руки, крест-накрест поддерживавшие меня, напряглись и с силой притиснули к горячем телу. Мгновенно стало жарко, а воздух кончился, словно его спалило тем самым салютом.

— Какие нимфы пошли неустойчивые, — шепнул Кеннет над ухом таким голосом, что каждый волосок на моей коже встал дыбом, — весь вечер падают и падают…

— Тогда держи…

— Держу. Справлюсь. Недавно вон отлично получилось.

Наверху расцветали сплетенные из света цветы, а смотреть на них почему-то не тянуло совершенно. Пара секунд, и… развернувшись, я уткнулась носом в подставленное плечо.

— Падающие нимфы, точно, — пробормотала я и подняла голову, встретив странный взгляд. — Ну-у-у, жизнь-то не игра!

— Не так уж много отличий. Призраки, магические мосты и легендарные артефакты в наличии.

— Зато поцелуи волшебными не бывают.

— Бывают, — возразил он вкрадчиво.

То ли «шампанское» запоздало ударило в голову, то ли мне вовсе крышу снесло. Ответила с вызовом:

— А вот и нет.

Шею обожгло жаркое дыхание, скользнуло по щеке. Близко. Совсем рядом. Воздух совсем кончился, сколько ни вдыхай — бесполезно. Внутри поднялась горячая волна, захлестнула, вытолкнув куда-то за пределы сознания. Теснота объятий, легкое, невесомое касание его губ. С изучающей, сводящей с ума осторожностью. Нестерпимо долгие секунды, дрожь по коже. И поцелуй. Медленный, невыносимо нежный, напрочь лишающий чувства реальности. Я ответила… наверное. Ловила каждое движение теплых губ, тянулась еще и еще. Мои пальцы чертили дорожку на его раскаленной коже: от виска и вниз, за воротник жесткой рубашки. В небе исчезали последние всполохи салюта, погружая сад в полумрак. Я тоже исчезала, растворяясь в общем дыхании, ласковых прикосновениях, его запахе. Сколько это длилось? Вечность, мгновение?..

Ощущение твердой земли под ногами вернулось неожиданно, когда Кеннет подхватил меня, ловко спустив с фонтана. Я облизала припухшие губы, тщетно пытаясь отдышаться. Он сжал мою ладонь и потащил за собой, увлекая в глубину сада. Сначала поцелуи, теперь в кусты… Хм…

Голова кружилась, мысли плавились, будто я перегрелась. Казалось, температура подскочила под сорок, а то и выше. Либо это волшебство, либо безумие! Приходилось прилагать нечеловеческие усилия, чтобы не стечь лужей. Мозг, включись! Остановились мы в закутке между живой изгородью и каменным забором. Укромно… Стена густых ветвей, нависшие сверху кроны усыпанных белесыми цветками деревьев. Лишь отдаленные голоса напоминали, что вокруг полно народа. Кеннет отстранился, знакомо щелкнул пальцами. И вложил мне в ладонь согнутый пополам бумажный листок.

— Портал, — пояснил он в ответ на мое бессмысленное моргание. — Слушай внимательно. Здесь им пользоваться нельзя, вспышка магии будет заметная. Спустишься к пляжу, там, на пути к скалам, беседки закрытые, оттуда и переместишься. Энергии в твоем накопителе достаточно.

Я заторможенно переварила его слова. Ну да, конечно. Портал. Дом родной, долгожданное возвращение… Спрятав листок в клатч, я кивнула в подтверждение того, что все услышала и поняла. Порхающие бабочки в животе превратились в неподвижный колючий ком. Полученные указания подразумевают, что дальше я справлюсь одна. Мы… прощаемся?

— От главной лестницы направо, не заблудишься, — подбодрил Кеннет, — что-то пойдет не так — плюй на предосторожности и активируй портал. Не хочешь идти на пляж при всех — используй платок.

— Разве его не надо Лукашу вернуть?.. — единственный вопрос, который хватило сил озвучить.

— Легендарные артефакты находят своих хозяев даже из других миров. Сам вернется, если поток магии восстановится. Положи куда-нибудь в дальний угол, однажды исчезнет.

Я снова кивнула. Ком, казалось, подкатил к горлу и нещадно кололся. Вот и все. Конец. И вечеру, и нашему короткому знакомству.

— Эрл Гатиус ждет? — спросила я, чтобы оттянуть неминуемый момент расставания. Осенило внезапно. — Разве он не в курсе, что ты здесь? Те прорицательские типы, которые тебя прямо на выходе из портала караулили, в заброшенной зоне рядом со столицей… Догадались, куда ты направляешься. Вдруг сейчас они здесь?

— Здесь, само собой, — ответил Кеннет как ни в чем не бывало. — Один среди охранников, другой в костюме единорога, третий тоже где-то должен ошиваться.

М-да. Разведка тогда прошла успешно!

— Угрозы нет, — успокоил он. — Первыми не высунутся, и нас не могли узнать. Ждут, да.

— Им теперь известно, что запасов магии у тебя с лихвой. Наверняка учли прежние ошибки и подготовились. Не думаешь, что это… ловушка?!

— Она и есть. Но… — Кеннет загадочно улыбнулся. Миг спустя обрел непроницаемую серьезность и сказал категорично: — Поэтому тебе пора уходить. Скоро тут станет небезопасно.

Я опустила глаза, не в состоянии выдавить что-либо на прощание.

— Роняй мосты без стеснения, — его пальцы скользнули по моему подбородку, заставив запрокинуть голову и встретить прожигающий насквозь взгляд, — и не прыгай больше в непонятные порталы.

— Постараюсь, — буркнула я и набрала в легкие до боли много воздуха, чтобы никакая чушь следом не ляпнулась.

Отсчитанные секунды, выдох. Прикосновения не стало, как и Кеннета рядом. Кусты за ним сомкнулись, я осталась одна. От каменного забора веяло холодом, в воздухе не было ни следа былого жара. Клатч оттягивал руку, словно весил целую тонну. Хотела домой — получила. Выполненные обещания — это хорошо. Честно и правильно. Почему же слезы наворачиваются, и отнюдь не благодарности?.. Я задержала дыхание, не позволяя себе думать над ответом. Бормотала скороговоркой, как в детстве: раз, два, три, не реви. Раньше помогало… вроде бы…

Зачем, ну зачем он меня поцеловал?! Ах да, сама подбила. Этим своим «а вот и нет», провокационно-намекательным. Как же это было глупо! Слов нет, разве что одно: дура. Внутри все предательски сжималось, губы горели. Я ему вообще нравлюсь? Хоть чуть-чуть? Мозг соизволил включиться, вычисляя вероятность возможного «да». Ну, лето у него не на курорте прошло, с личной жизнью дело обстояло грустно. Три месяца без девушек. Может, теперь любая сойде-е-ет…

В глазах защипало невыносимо, покатились слезы — крупные, горячие. Щекам враз стало сыро, с подбородка капнуло. Стянув маску, я шмыгнула носом и, не в силах сдерживаться, полноценно и от души расплакалась. Хлынуло как из ведра. Черт! Вытерла сырость рукой и вспомнила откровения Юва про слезы невинных дев. Не пропадать же добру… Я вынула из клатча хрустальный флакон и, сняв колпачок, приложила горлышком к мокрой щеке. Соленую каплю тотчас всосало, приятно осушив кожу. Удобно… Только шанса заглянуть в лавку не будет. И ладно. Себе оставлю… Флакон собственных слез — отличный сувенир из волшебного мира! В придачу к флешке и половой тряпке, которая все равно исчезнет. А у Кеннета от меня не останется ничего, ничегошеньки… Судорожный вздох, прикушенная губа, и нимфа окончательно превратилась в реву-корову. Сосуд собирал слезинку за слезинкой, делалось сухо, хоть и ненадолго. Слезы не иссякали, флакон переполнился. Пришлось закрыть и спрятать. Ниочемный какой-то. Надо было два брать!

Отревевшись, наконец, я надела маску обратно. Расправила платье, крутанулась в нем, наблюдая за полетом шелковой юбки. Буду потом в старости вспоминать лучший вечер в своей жизни, вот. Все хорошее кончается. Считай, пробила полночь, вернув вещам истинный облик. Тыква вместо кареты, все дела. Пора домой, в привычную реальность, где нет никаких магических заговоров и злобных предсказателей.

Все-таки маска — это удобно и замечательно, опухшего от слез лица толком не видно. Я вернулась на тропу, прошмыгнула, не оглядываясь, мимо фонтана, навстречу шуму и мельтешению людских фигур. Вышла на мощеную дорожку близ памятной крытой площадки, заполненной народом. Аншлаг… Будто там разом собрались все гости. В честь чего?.. Сначала я пыталась рассмотреть что-то с этого расстояния, кроме чужих спин и голов, затем взгляд приковала сцена на возвышенности. Туда, под всеобщее рукоплескание, выплыла мощная дама в пышном платье и кружевной маске. Та, что недавно смотрела на меня с картины в холле, только на два десятка лет старше. Не узнать ее было невозможно — Летария, супруга владыки, которая не то чтобы королева. Вот и выходи в Ладосе замуж за принцев… Сплошное надувательство. Голос у нее оказался громким и хорошо поставленным, и объявила она, что пробил час вручить приз за лучший костюм. Я попятилась прочь, припоминая дорогу к лестнице, но Летария продолжила:

— Выбор был нелегким, но победитель выбран единогласно. Итак… Прошу подняться ко мне господина волка!

Хм. Неужели… Я замерла, на сцену взобрался упитанный волк в меховой жилетке и скалящейся маске. Без сомнений, тот самый, который гонял рыбок по лабиринту. Эрл Гатиус, предсказатель высшего ранга? Надо же, приз урвал. Ничего в его костюме особенного нет, и хвост как-то криво пришит. Что думала госпожа владычица — неизвестно, она по-королевски холодно улыбнулась и вручила победителю медаль с ленточкой, ну точь-в-точь как с собачьих выставок. Я чуть не прыснула, особенно когда он гордо приколол ее на грудь вместо ордена.

— А теперь настает… — Летария торжественно взмахнула руками, — … момент снятия масок!

И сняла свою, символически поклонившись. А то ее кто-то не узнал, ага… Гатиус вторым стащил маску с белобрысой головы, явив себя в профиль. Ну, прямо скажем, не Дарен Сатал. С виду совершенно обычный и… Минуточку! Он как раз повернулся лицом, и у меня отвисла челюсть. Не может быть!.. Я зашагала вперед, протискиваясь сквозь избавляющуюся от масок толпу и вглядываясь в откормленную физиономию победителя. В памяти всплыла школьная выставка, мои ханики на полке, за толстым стеклом. Пялящийся на них битый час мужик. Визитку детского психолога мне потом вручил, подумать только. Психолог, блин. Хорошо, что я к нему тогда не пошла! Это же он, он, точно он. Че-е-ерт…

Тем временем, маски слетели уже со всех окружающих, Гатиус прищурился в моем направлении. Я ринулась обратно, подальше от сцены, бесцеремонно распихивая локтями гостей. Кто-то возмутился мне вслед, а кто-то даже пихнул в ответ. Скорости прибавилось, из толпы я вылетела на всех парах, не мешали ни высокие каблуки, ни сбитая по пути фея. Она сама виновата, нечего было крылья метровые цеплять.

Народ вокруг поредел, потребность ронять гостей пропала. К счастью, всем было явно не до меня, охрану больше занимала подвыпившая пиратка, пытающаяся оседлать дерево. Я сбавила шаг, чтобы привлекать поменьше внимания. В голове билась единственная мысль — только бы не попасться…

— О! — бесцеремонно поймали за руку, заставив экстренно затормозить. Уже знакомый мне Дракула, ныне без маски. — А ты чего до сих пор шифруешься?

Да уж, выделяюсь из толпы, когда личности гостей официально открыты. Нехорошо. Но еще хуже попасться на глаза Гатиусу или одному из преследующей Кеннета троицы. Они видели нас вместе в той промзоне, запросто могут меня узнать.

— Прячешься от кого-то? — игриво подмигнул бывший упырь. — Зачем?

— Так я это, — вырвался нервный смешок, — по купленному на черном рынке приглашению.

— А-а-а, — протянул он, — девушки из расчетной палаты такие забавные.

И рассмеялся. Вот точно не в службе безопасности работает. Я высвободила свою руку, но это не особо помогло — кавалер придвинулся ко мне теснее. Надо отвязаться от него срочно! Кеннет не зря велел побыстрее уходить, но мне же приспичило в кустах посидеть, себя пожалеть. Что там в прошлый раз на приставучего Дракулу подействовало?

— Кажется, вашу жену с дерева снимают, — выпалила я.

Он обернулся, вперив взгляд в девицу, которую охранники снимали с дерева, я быстро юркнула за ближайшее ограждение и пошла дальше. На каком-то безумном автопилоте добрела до лестницы, свернула на пляж. Песок, кругом песок. Сойдешь с дорожки — полные туфли наберешь. Шум прибоя, пена на берегу. Обещанные беседки: закрытые, свободные, целый ряд — занимай любую. Я выбрала дальнюю, что была развернута к заливу. Дрожащими пальцами достала из клатча накопитель, надела на шею, ощутив кожей слабую пульсацию. Работает… Теперь листок. Разорву, шагну в портал и буду дома. Стоп!

Эрл Гатиус и «психолог» с выставки — одно и то же лицо. Бывают ли такие совпадения? Внимания он тогда мне уделил немало, хоть и не сказал толком ничего. Ладонь сжалась в кулак, смяв листок. С опозданием дошло: меня заманили в университет предсказатели? Что же это выходит… Липовое приглашение — их рук дело?.. А уж учитывая, что пропажа магии тоже, вероятно, на совести Союза прорицателей… Вдруг эти гады рыскают по всем мирам в поисках невинных дев для жертвоприношения? Как знать, чем они источник энергии затыкают, чтобы не фонтанировал из Междумирья. Бр-р-р… Бредовое предположение, конечно. Но из дома выяснить правду не светит.

Нет уж. Листок отправился обратно в клатч, созрело решение. Никуда я не пойду, пока не получу ответа на вопрос: какого черта?! Кеннет вроде как собирался побеседовать с Гатиусом по душам. Одним вопросом больше, одним меньше…

У лестницы никто не обратил на меня ни малейшего внимания. На всякий случай я специально покрутилась перед носом охранника и даже язык показала. Его каменная морда не дрогнула. Значит, повязанный на запястье платок работает и невидимость удалась вся целиком, без летающего в воздухе клатча или еще чего-нибудь подозрительного. Можно свободно передвигаться по замку. Главное, ни в кого не врезаться, а то загребут за магический терроризм только так, мало не покажется. Объясняй потом, откуда у меня запрещенные накопитель с артефактом. Милая Глэдис быстро меня отучила рот разевать…

Я затаилась за кустами, внимательно рассматривая окрестности. Со сцены, перед которой плескалась изрядно поредевшая толпа, импозантно-важный мужчина обещал, что дальнейшие мероприятия в замке все равно будут проведены, несмотря на отсутствие магии. Оптимисты. Аулинские салюты и гардская водичка не бесконечные же, и новых не предвидится. Или прорицатели собираются их контрабандой сюда завозить? По специальным грабительским ценам. Вырубили магию, получили супербизнес. Предприниматели года! Господи, почему в моей голове столько бредовых теорий?! Но гадать можно бесконечно, а тот, у кого есть ответ, сейчас здесь, и он знает правду. Гатиус — вот кто настоящий похититель!

Выступающий закончил свою речь и под дружные аплодисменты покинул сцену, народ начал утекать из сада. Нужно срочно найти Кеннета. Представляю, как он отреагирует… Сам виноват, следовало убедиться, что я точно ушла, ха-ха. Черт. Но у меня уважительная причина, вот! Прорицательский гад может быть причастен к моему «зачислению» в университет, а это многое меняет. Какое там… Это меняет всё! В любом случае мне так моя интуиция подсказывает, а Кеннет сам говорил, что с ней полный порядок. Правда, про мозги тоже упоминал… Нет, я должна, я просто обязана рассказать ему то, что узнала! Планы его не испорчу и не спутаю, а насчет моей безопасности… Ну, он мне не нянька. Остатки энергии в накопителе мне отдал, портал сделал, а остальное уже мое решение!

Кстати. А почему Кеннет мне листок с порталом еще в тоннеле не вручил? До последнего момента дотянул…

Среди бредущей к лестнице толпы темных Инверов была целая пачка, но ни один из них не Кеннет. Немудрено, с чего бы ему шастать без маски, когда тайно на маскарад явился. Как его отыскать? И позвонить нельзя, спросить! Чертов отсталый Ладос. Гатиуса тоже нигде не было видно, как сквозь землю провалился вместе с призовой лентой. Я растерянно огляделась по сторонам и тут заметила мрачного парня в радужном костюме единорога с пришпиленным на шапку рогом. О-о-о, один из тех типов, что поджидали Кеннета в промзоне! Тип торопливо шел от сцены вовсе не к лестнице, а куда-то вглубь сада. Так… Он должен быть вместе с Гатиусом, поэтому наверняка идет к нему. А там, где Гатиус, будет и Кеннет. Логично? Логично! Я выбралась из кустов и мышкой последовала за ним. Видимо, единороги — это моя судьба…

Яркая грива всех цветов радуги просвечивала сквозь деревья, и потерять цель из вида не удалось бы даже мне. Держась на безопасном расстоянии, я стойко вышагивала по мягкой земле вдоль кустов, чтобы каблуки предательски не цокали о каменную плитку. Остановился единорог у приземистого каменного здания, которое за живой изгородью не сразу заметишь. Повозился с ручкой и, отворив тяжелую дверь, скрылся внутри. Выждав для конспирации полминуты и убедившись, что рядом никого нет, я метнулась следом и… Заперто. В Междумирье как-то все удачнее складывалось! Я поискала глазами окна, нашла только табличку: «Владыческое хранилище семейных реликвий и исторических произведений искусства». Внушительно! Понятно, почему заперто. Но… Я Аленка, расхитительница хранилищ, или кто?.. Вряд ли здесь один выход и нет окон.

Я обошла здание кругом, миновав пышную клумбу, заросли кустов и курившего за ними охранника. Черный вход нашелся, тоже закрытый. И окно, с тонкой сетчатой фанерой вместо стекла. Что ж… Магические защиты и сигнализации сейчас не опасны. Позаимствовав из рокария камень поувесистее, я воровато покосилась по сторонам и со всей силы запустила его в окно. Стремительный полет, треск — и камень гулко стукнулся внутри об пол. Все стихло. Я осторожно взобралась на широченный подоконник и, расширив зияющую рваными краями пробоину в фанере, нырнула внутрь. В подобие кладовки. Сваленные на полках фигурки, стопки пыльных фолиантов, завешенные простынями картины — в общем, целая куча задвинутых прочь вещей. Не все экспонаты удостоились чести быть выставленными на всеобщее обозрение… Пройдя к двери, я тихонько приоткрыла ее и в щелочку смогла увидеть просторный зал, где с вылизанных до блеска тумб сверкали всяческие помпезные штуки, а на стене висел украшенный драгоценными камнями топор, явно не на случай пожара. Единорог топтался неподалеку, открепляя от стенда немаленький старинный ключ. Я попятилась, бесшумно притворив дверь. Лучше пока из кладовки не высовываться. Украдет, что хотел, и пойдет куда-то дальше. Лучше подожду тут, если что — метнусь в окно, а затем к главному входу.

Я затаилась, настороженно вслушиваясь в звуки из зала. Взгляд машинально уперся в картину напротив. Прикрывающая ее простыня немного съехала вбок, и с открывшегося уголка смотрел молодой владыка. Копия того, что на картине в холле! Поза точь-в-точь и мундир. Из любопытства я приблизилась, стащила простыню. Едва не ахнула. Картина действительно оказалась почти та же. Только девушка с владыкой была другая. Тоже белокурая, но стройная, словно тростиночка, с тонкой шеей и лукавой улыбкой, безумно далекой от улыбки ангельского создания. Но ей бы и не пошло. То ли художник был в ударе, то ли она редкая красавица. Правильные, точеные черты лица, жесткая линия приоткрытых губ. А глаза, какие у нее были глаза! Темные, почти черные, выразительно-глубокие, в обрамлении длинных пушистых ресниц. Чувствовался характер — во вздернутом подбородке, наклоне головы, в изгибе вызывающе обнаженных плеч. Роковая блондинка практически. Надпись на картине была частично зацарапана, но я все же прочла: Рейналд Даос-Гриц и его невеста Августа Риттер. Э-э-э… Вот это номер! У владыки была другая невеста? Ныне сосланная в кладовку. Жестоко.

В глубине зала что-то хлопнуло, с эхом раскатилось категоричное: «Вам не следует здесь находиться», загромыхали тяжелые шаги. Я мигом отлепилась от картины и выглянула в едва приоткрытую дверь. Жалко, что замочной скважины нет. Было бы куда удобнее. Ух ты, охранник явился! Тот, который недавно курил у хранилища. Теперь он угрожающе надвигался на копошащегося у стенда вора. Наглый единорог попался, и ухом не повел. Только громкий вопрос: «Какого черта вы делаете?!» заставил его отреагировать, правда, странным образом. Не отвлекаясь от ключа, он махнул рукой, словно муху отгонял. Воздух пошел рябью, охранник глухо вскрикнул и рухнул на пол как подкошенный. Господи!.. Прорицатели совсем страх потеряли, заклинаниями средь бела дня нападать?! То ли запасов магии прибавилось, то ли уже не заботятся ее от людей скрывать, то ли все сразу. Ой-ой, скверно это, очень скверно! Я прилипла к щели, подсматривая то одним глазом, то другим и позабыв, как дышать. Ворюга, наконец, завладел ключом и быстро зашагал к выходу. Зачем он ему? Что эта единорожья морда собрался им отпирать или запирать? Сдается мне, что ничего хорошего, и это должно быть связано с Кеннетом…

Едва прорицатель вышел за дверь, я выскользнула из кладовки и ринулась за ним. Затормозила у простертого на полу охранника, не в силах пройти мимо. Бедняга… Уж не я ли его привела? Он не видел, как фальшивый единорог спокойно проник сюда через главный вход. Охранник курил тогда с другой стороны здания, зато разнесенную в клочья фанеру на окне не заметить не мог. Вот и решил проверить. Не мог он еще покурить?.. Не всегда курение вредит здоровью… И что теперь делать? Как тут скорую вызывают и чем?! А может, он вообще умер? Мамочки… Обмирая от ужаса, я наклонилась, лизнула палец и поднесла его к носу охранника. Дышит! Или показалось? Пострадавший всхрапнул и, перевернувшись на другой бок, завозился, устраиваясь поудобнее. Спит! Слава богу… Интересно, каким заклинанием его приложили, ментальным? Вдруг таким, что он проспится и не вспомнит ничего… Ой… Прорицатель! Я сорвалась с места и кинулась к главному входу.

К счастью, изнутри дверь отпиралась без проблем. Юркнув в открывшийся проем, я вновь очутилась в саду. Абсолютно безлюдном… Единорога нигде не было видно, в кустах не мелькали ни радужная грива, ни хвост. Как сквозь землю провалился. Я его потеряла?! Че-е-ерт! Везение определенно кончилось. Ушел, куда-то ушел, и я без понятия, где его искать. Что же теперь делать?..

Холодало. Ветер трепал кроны деревьев, на спинке скамейки колыхалась оставленная кем-то шаль. Я схватила ее и укуталась. Немножко концентрации, и едва заметная вибрация накопителя подтвердила, что она стала частью моего наряда и летающей отдельно гости ее не увидят. Хотя кто бы увидел… В саду не было ни души. Со стороны башни доносились музыка и голоса, мерцали яркие огни окон. Вечеринка перенеслась туда, где теплее. Я зябко поежилась и побрела обратно к лестнице, пытаясь на ходу сообразить, как быть. Подняться и повысматривать Кеннета в башне? Вряд ли он там. Сдается мне, у них с Гатиусом уже в разгаре вечеринка на двоих. Глупо надеяться, что меня приведет к ним какая-нибудь дорожка из хлебных крошек. Вернуться на пляж и использовать портал я отмела сразу как вариант. Иначе точно больше с Кеннетом никогда не встретимся… Нет, должен быть способ понять, где темный маг устраивает нечто, описанное им как «скоро тут станет небезопасно».

Небо над башней странно заискрило, с террасы раздался звон посуды, следом — истошный визг. Еще чей-то, и еще. За перила вылетел поднос, стремительно спикировав в залив. Что за… Любопытство переселило страх, и здравый смысл заодно. Я кинулась по ступеням наверх, в гущу панических криков. На террасе творилось черт-те что, люди сшибали вазы и друг друга. Одни бежали прочь, другие пытались спрятаться за колоннами или под столами, третьи стояли столбами, недоверчиво моргая в направлении… О-о-ой! Над покинутым музыкантами роялем в воздухе наливался красно-черный шар, пульсируя молниями. Уплотнившись, они завязались узлом, и оттуда выпрыгнуло нечто, напоминающее полудохлого гремлина. Проскользив костлявой задницей по глянцевой поверхности рояля, оно ловко перепрыгнуло на стол, бухнулось прямо в тарелку и, подцепив вишенку с пирожного длинными когтями, довольно облизнулось, продемонстрировав ряд острых зубов. Мамочка… Абсолютно все гости кинулись врассыпную, кто-то швырнул в гремлина бокал с криком: «Демоны!» Ах вот оно что… Бездна размножилась?.. Пульсирующий молниями шар выплюнул новую троицу гремлинов мал мала меньше, мохнатого паука-переростка и рогатую летучую мышь. Выпорхнув к перилам, она уставилась на меня пылающими салатовым огнем глазами. Я замерла на последней ступеньке, желудок сжался от ужаса. Кажется, демонам плевать на мою невидимость и они чуют людей как-то иначе. Самое время отступать к пляжу… Демоническая мышь уселась на фонарь, задумчиво свесившись вверх тормашками, я медленно попятилась, шаря глазами по террасе. Кеннета нигде не было видно, хотя попробуй здесь что-то рассмотри. Шар с молниями разрастался, звякала посуда, по которой скакали демоны, подъедая с тарелок самое вкусное и кидаясь друг в друга невкусным. В вазе с печеньками копошилось, придирчиво их перебирая, весьма симпатичное существо. Упитанное меховое тельце, четыре толстенькие лапки, мордочка с глубоко посаженными глазками-бусинками и по-кроличьи выступающими передними зубами, маленькие рожки рядом с оттопыренными ушами-локаторами.

— Ярушка?! — воскликнула я, позабыв обо всем на свете.

Существо склонило голову набок. Пихнуло в пасть добрый десяток печенек и юркнуло под стол. Нет, определенно не Ярушка… Но похож. Очень! Я опустилась на четвереньки и поползла за ним, слабо соображая, насколько умно поступаю. Ханик, это живой ханичек! Лучше, чем представлялся! Какие у него глазки, а какие рожки… Лапочка! Лапочка сидел под столом в самом углу, чавкал с набитым ртом, отплевываясь крошками и изюмом, и тонко рычал в моем направлении.

— Кис-кис-кис, — прошептала я, хотя вряд ли демонов следовало подзывать именно так. — Не бойся, маленький. Кстати, я тоже изюм не люблю. Ты хорошенький, просто прелесть что такое!

Он недоверчиво прищурился, проглотил печенье. Господи, что я творю? Вдруг он не безобидный совсем? Сейчас как закусит мною…

— Извини, — я попятилась, — уже ухожу. Знаешь ли, надо разыскать организатора вашей вечеринки. Маг темный, ехидный, где-то здесь должен быть.

Демонический ханик радостно потер лапками и почти мультяшным голоском булькнул:

— Сде-е-елька?

А-а-а, он говорящий! Мечта!.. И лапку мне так мило протягивает. Стоп, какая еще сделка? Нет, найти Кеннета я, конечно, хочу, но сделки с демонами — перебор. Вот же, с виду маленькая славная козявочка, а вместе с печеньками ему мою бессмертную душу подавай, или что у них там в цене. Отрицательно мотнув головой, я поползла назад. Ханик резво потопал за мной, по-прежнему протягивая лапу.

— Спасибо, не стоит, — пробурчала я, надеясь, что подобный отказ соответствует демоническому этикету. — Как-нибудь сама…

На террасу выбралась, не разгибаясь и прикрывая голову клатчем. Между столами летали салфетницы и прочая утварь, пол усеивали осколки. Трехэтажный торт облепили вымазанные в креме бесообразные создания, а гремлины, подвывая, бренчали на рояле. Настоящая вакханалия! Однако не так пугающе, как казалось на первый взгляд. Не думаю, что эта мелочь опаснее каких-нибудь мартышек. Кеннет не выпустил бы кровожадных демонов, которые могли бы сожрать гостей. Пока единственная, кто рискует огрести клавишей рояля в лоб, — это я…

Ханик вылез следом из-под стола и, подергав меня за юбку, повторил настойчивее:

— Сде-е-елька!

— Фу, — цыкнула я. Демонологи от моих методов общения ухохотались бы. Или перекрестились. Но как еще ему объяснить? — Нельзя.

Он обиженно запыхтел и засучил лапками, издав звук, напоминающий высокочастотное «уняня». Милота невероятная… Но это не повод соглашаться на непонятную сделку! Я понятия не имею, как их заключают. Прильнув к стене, я двинулась вперед, пробираясь ко входу в башню. Очевидно, там еды не было, поэтому демоны туда и не рвались. По крайней мере, пока эту не доели. Буквально в паре сантиметров от моего носа просвистела вилка и воткнулась в стену. Ай-яй-яй! Я сильно недооценила мартышек! Схватив со стола поднос, прикрылась им. Увидит кто — не страшно. Ну, право слово, кого смутит летающий поднос среди нашествия демонов?

— Не ты, — озадачил меня снизу несостоявшийся партнер.

Ладно, у моих хаников вообще рис вместо мозгов… Молнии в шаре засверкали еще ярче, с подсвечника спикировала летучая мышь, опрокинув его. Пламя лизнуло занавеску, та вспыхнула, плавясь и брызжа искрами. Глупые недомаги, нарасставляли везде свечей, никто не подумал о пожарной безопасности!.. Гремлины заверещали, бесята зарылись глубже в торт. К перекинувшемуся на стол огню подлетел и встал на дыбы паук, изрыгнув кокон ледяных нитей. Пламя погасло, почерневшая занавеска свалилась на потекшие пирожные, гремлины выдохнули с облегчением. Хм! А демоны хоть и мелкие, но сообразительные.

— Не я, значит. — Я посмотрела на ханика, который все еще сопел внизу. — А кто?

— Он! — булькнули в ответ, утомленно закатив глазенки.

— Кеннет? — догадалась я. Конечно, просто так демонов из бездны не вытащишь. — У тебя с ним сделка?

— У на-а-ас, — поправил ханик, обведя выразительным взглядом террасу, и снова протянул лапку.

Лапка была прелестная, похожая на меховую варежку. Мягкая, наверное. Эх, была не была… Я присела, выставив поднос щитом, схватилась за нее двумя пальцами. Вправду мягонькая… Крошечная… Уи-и-и! Пронзило теплом, вырисовалась прямая красная тонкая линия, будто ниточка, ведущая от ханичка куда-то вперед и глубоко вниз. Связь с Кеннетом? Его в какое-то замковое подземелье занесло?.. Голова закружилась, мелкий отдернул лапку.

— Воть, — протянул он и демонстративно покосился на стол. Мол, пока до этих недалеких девиц дойдет, что к чему, все вкусняшки сожрут.

— Спасибо, — прошептала я, — а что у вас за сделка?

— Се-е-екрет, — заявили мне с высоты тридцати сантиметров.

— Да? — Стало обидно. — А показывать, где находится господин темный маг, не секрет?

— Тю, — сказал ханик снисходительно.

Обозвал, небось. Я однажды перемяукивалась с уличным котом, так он потом на меня долго смотрел, словно на дуру. Даже на кошачьем глупость какую-то ляпнула… Ай, неважно. Главное, что показали, куда идти. А сделка — как знать, вдруг это дело личное, исключительно между двумя? Ханичек моргал глазками-бусинками, косолапо переминаясь с ножки на ножку и кусая лапку. Прощаться с ожившим чудом не хотелось. Жаль, не Ярушка…

— Как тебя зовут? — поинтересовалась я, надеясь, что у демонов бывают имена. — Я — Алёна!

— Н-на. — Он вынул лапу из пасти и положил мне на колени обслюнявленную печеньку.

Развернулся и исчез под столом. Э-э-э… Может, это жест крайней симпатии был? Или его так и зовут? В конце концов, что я понимаю в демонах?.. Этажом выше в окне башни забрезжил черно-красный шар, заметались силуэты под аккомпанемент чьего-то визга. О, и там бездну прорвало. Что ни говори, Кеннет устроил незабываемую вечеринку, блин.

Демонический подарок я стряхнула на пол и, предусмотрительно прикрыв голову подносом, потрусила ко входу в башню. Куда именно идти — не знаю, но направление есть!

В холл башни я проскочила буквально в последний момент, благоразумно бросив поднос по дороге. Едва успела прошмыгнуть в арку, как охранники забаррикадировали ее здоровенным шкафом, пинком отогнав гремлина. Вряд ли этим остановишь демоническое вторжение, но задержать можно. Гости утекали прочь из замка, сполна впечатлившись вечерней программой. Из криков, стенаний и перешептываний я почерпнула, что «творится ужас что», «мироздание сошло с ума» и «слияние с бездной уже началось». То, что у кого-то может быть магия, никому и в голову не пришло! Информация о накопителях не слишком распространена среди населения? Эвакуация с верхних этажей шла полным ходом, там демоны заполонили кухню и лакомились первой неудачной версией праздничного торта. Охрана переговаривалась, что третий разлом бездны открылся прямиком в ложе владыки. У Кеннета к нему явно не самые теплые чувства! Еще я узнала, что отвечающих за салют техников забирают с крыши башни драконами. Волновало другое. Где тут вход в подземелье? Ну, или что в этом замке находится глубоко внизу? Демонический ханик примерно показал, куда идти. Лапочка меховая… Надо было его обнять на прощанье! А ведь получается, что Кеннет ни капли не врал и не издевался, говоря, что призывал из бездны похожее на Ярушку существо. Наверное, быть милым с господами демонологами оно не захотело. Не то что со мной! Может, поэтому меня и заманили в Междумирье? Точно. Я — повелительница хаников!

Размечтавшись, я замешкалась посреди холла. Мягкий удар в спину впечатал в стену, кто-то со стоном стек мне под ноги. Шаль соскользнула с плеч, спикировав на налетевшую на меня тетку. Та огляделась и, отбросив шаль, завизжала дурниной. Убивают ее, оказывается, спасите, помогите. Я шмыгнула прочь, удачно обогнув подскочившего к ней охранника. Да-да, правильная у нее версия, демоны окаянные и сюда добрались. Потерев ушибленное плечо, я ретировалась подальше от текучего потока людей. Мне-то не во двор нужно, откуда народ спешно разлетался по домам, а разведывать укромные места замка.

Помимо выходов на крыльцо и многострадальную террасу, нашлись неработающие лифты и не особо парадная лестница, которой, очевидно, до отключения магии пользовались редко. Сейчас по ней охранники выводили работников с верхних этажей. Мне ведь вниз?.. Схему эвакуации с планом здания повесить никто не соизволил. Сразу видно, проверяющих госслужб на них нет! Ориентироваться не по чему, и дорогу не спросишь. Представляю, как бы это было: «Не подскажете ли девушке-невидимке дорогу в подвал?» Последний выведенный с кухни повар с отпечатком в форме копыта на фартуке прокашлял, что осталась только одна официантка и она идет следом. Думать стало некогда, и я просочилась на лестничную площадку, помчавшись по ступеням вниз. Через минуту над головой раздалось громыхание приставляемого шкафа. Путь назад заказан… Хоть бы спуск в подземелье был здесь! Пока я брожу где попало, Кеннет может закончить свой разговор с Гатиусом и переместиться порталом куда-нибудь, где я его уже никогда не отыщу.

Я сняла туфли и, прижав их к груди вместе с клатчем, помчалась еще быстрее. Шершавый камень обжигал босые ступни холодом, зато никакого риска переломать ноги и предательского цоканья. Тем более что на нижних этажах эхо царило знатное. Услышала глухой скрежет сильно раньше, чем достигла последнего пролета. Дальше — как в фильме ужасов. Короткий коридор с пыльными вазами в стенных нишах, жуткий полумрак, разгоняемый слабым светом шара-огонька, и перекрывающая проход решетка, у которой крутился… фальшивый единорог с начинкой из гада-предсказателя! Он силился провернуть в замке украденный ключ, пыхтя и обругивая «чертову головоломку». Не знаю, в чем была проблема, но она-то его и задержала.

Я подкралась ближе, прикидывая, как бы юркнуть за ним следом, когда решетка откроется. Предсказатель снова выругался и вскинул ладонь, решетку словно электрическим разрядом пронзило. Я невольно отскочила к стене. Решетке хоть бы хны, а вот гад обернулся, с подозрением прочесав коридор цепким взглядом. Заметил?.. К горлу подскочила паника, воображение живо нарисовало, что случается с невинными девами во всяких подземельях. Швырять в решетку туфли было не самым умным, зато он отвернулся. Не мешкая, я схватила вазу из ближайшей ниши и огрела его по голове. Гад удивленно хмыкнул, звякнул оброненным ключом и стек на пол. Ох… Это была самооборона… Превентивная мера, ага. Он тоже того бедного охранника вырубил. Карма в действии, вот!

На всякий случай я оттянула плюшевые рукава его костюма и связала друг с другом узлом. Аналог смирительной рубашки получился. Если этот тип очнется, сразу не сможет руками размахивать и магичить. Летающий под сводчатым потолком шар света значительно потускнел, но не погас. Я надела туфли обратно, подняла ключ и, подойдя к решетке, смогла рассмотреть надпись на вековой с виду табличке. Владыческая усыпальница. Однако…

Интересно, что делает темный маг среди усопших владык. Вдруг он еще и некромант? Я же не разбираюсь. Ключ был тяжелым и царапался грубо инкрустированными камнями. В замок вставился, а вот проворачиваться — фигушки. Головоломка, значит. Да уж, мои познания в этой области сводились к кубику Рубика, который я в итоге собрала лишь после того, как в сердцах раздолбала об стол на запчасти. Возможно, с тех пор я поумнела… И так, и эдак пощупала ключ. Потом вертела его в замке, пока палец не онемел. Решетка стояла нерушимой преградой, даже не скрипнув. Нет, по поводу ума сегодня не ко мне. Предсказатель лежал себе спокойно без сознания, с безмятежной улыбочкой. Будто издевался! Прохлаждается, а мне тут мучайся. Не мог он сначала замок открыть, а потом на подозрительные звуки оборачиваться? Как теперь внутрь-то попасть?.. Светящийся на последнем издыхании шар света блекло заискрил и погас, погрузив коридор в кромешную тьму. Приплыли.

Я пнула дурацкую решетку, та с противным дребезжанием дрогнула. У-у-у, ненавижу! Именно эта груда металла отделяет меня от Кеннета. Он где-то там, сам за себя, против организованной группировки магов с накопителями. Что, если вовсе не собирался здесь оказываться? Говорил же, что догадывается про ловушку! Может, попался. Кто его спасет, кроме меня?.. На душе сотня кошек заскреблась, пальцы сильнее сжали ключ. Железная махина по-прежнему равнодушно преграждала путь. Я бессильно простонала. Глаза привыкли к темноте, начало казаться, что криво изогнутые прутья решетки надо мной откровенно насмехаются. А они не такие уж частые, кстати… И в одном промежутке расстояние побольше будет. Хм! Я положила свое добро на пол, примерилась. Встав бочком, протиснулась между прутьев. Наполовину, с трудом. Ступившая на ту сторону нога придала уверенности, плечо пролезло, голова тоже, а следом и я по пояс. Хорошо мне, грудь не мешает! А вот пятая точка подвела, хотя габаритов у нее — пф-ф-ф. Неужели на пирожках отъела?! Проклиная всех заек на свете, я попыталась дать задний ход. Какое там… Голова обратно пролезть не захотела, совсем. Не хватало еще застрять! Нет уж… Вперед и только вперед! Поднажать, рывок!.. Пропыхтев себе под нос очень мотивирующее «она у меня не толстая», я победно вывалилась наружу. Так-то. Выкуси, головоломка!

Забрав клатч и ключ, я прошла вперед, осторожно, на ощупь. Было темным-темно и более чем прохладно, но мурашки по спине бегали вовсе не поэтому. Затхлый воздух кружил голову, пахло сыростью и чем-то старым, даже древним, почти могильным. Склеп как он есть. Видимо, как с парнем познакомишься, так оно дальше и пойдет! Коридор сменился просторным пустым залом, преследовал шорох собственных шагов. В темноте виднелись крылатые монументы и провалы двух арок.

Я замерла, прислушалась. Эхо приносило невнятный шум с правой стороны, то ли голоса, то ли еще что. Свернув туда, очутилась в следующем зале, неотличимом от предыдущего. Разве что температура воздуха была как в морозилке, ну или это просто я начала замерзать. Стоп, не раскисать! Шевелить булками, двигаться к цели, ориентируясь на звуки. Залы не бесконечные, усыпальница не резиновая. Правда, покойных владык могло бы и поменьше быть… Под ногами таяли каменные метры, отголоски становились четче, превращаясь в обрывки фраз, произнесенных с очень знакомыми интонациями. Столько ехидного сарказма… Кеннет, он уже рядом!.. Внутри потеплело, да так, что даже зубы перестали стучать. Донесся напряженный, будто электрический гул, в очередной арке забрезжил свет, слабый, но ослепляющий с непривычки. Проморгавшись, я проверила повязанный на запястье платок Дриады и зашагала на свет. Невнятный бубнеж прорвался сквозь гул и оформился в слова:

— Это глупо, — заявил неприятный голос, — здесь же все рухнет.

— Ага, — подтвердил Кеннет, — так что вы бы не дергались лишний раз. Если, конечно, не хотите составить компанию почившим правителям.

Э-э-э… Рухнет? Как рухнет, почему?..

— Не дури, — присоединился кто-то третий, — не план, а форменное самоубийство.

— Вы оба только что говорили, что живым я отсюда не выйду, — парировал Кеннет. — Значит, терять мне нечего.

Что происходит?! Я осторожно заглянула в зал. Каменный мешок, подсвеченный зависшими под потолком энергетическими шарами, единственный ангельски-крылатый монумент у внушительного размера саркофага. Кеннет, уже без маски и плаща, непринужденно подпирал открытый колодец, насмешливо подбрасывая на ладони сгусток чего-то ярко пульсирующего. В одном углу, выставив перед собой руки, стоял псевдоохранник, в другом хмурился обычно одетый тип, в кривом круге, словно мелом начерченном. Двое на одного не самый честный расклад. Но теперь пришла я! Меня явно никому не видно, иначе бы как-то отреагировали на мое появление. Из-за гула никакое цоканье каблуков не выдаст, можно рискнуть войти. Из дальней арки раздался рык — злой, утробный и совершенно не звериный. Аж до печенок пробрало. Мама дорогая, что это за тварь?!

— А его ты все равно не удержишь, — псевдоохранник покосился на арку. — Больше сотни гостей в замке и прочего народа, со своим фоном. Расфокусировка гарантирована. Или ты учился хреново?

— Нам такое не задавали, — отозвался Кеннет с откровенной издевкой.

Ага… Людей-то эвакуировали, и гостей, и работников. Вот зачем он выпустил тех мелких демонов! А сейчас время тянет, чтобы даже охраны не осталось и замок наверняка опустел. Кто же там в соседнем зале?.. Лучше не буду заглядывать. Раз уж ханичку моя невидимость была нипочем, что о более крутых демонах говорить.

— Да врет он и рисуется, — обронил не удосужившийся замаскироваться предсказатель. — В прошлый раз ему просто повезло.

— А ты подойди, — подмигнул ему Кеннет, — и узнаешь.

Тот с готовностью выпрямился, я присмотрелась к нарисованному вокруг него контуру. Защитный, видимо. Точно, мелом нарисован. Или чем-то вроде.

— Не вздумай, — осадил коллегу якобы охранник, — на провокации вестись.

— Это необязательно, — покивал Кеннет, — упавший сверху потолок качественно круги размыкает.

Идея возникла неожиданно. Раз целостность круга способны нарушить предметы извне… Я скользнула к обведенному гаду. Ближе всех ко мне стоял, еще и спиной. В метре от него валялся отколовшийся от гробницы кусок, полноценный булыжник. Идеально! Приблизиться, подтолкнуть ногой камень. Еще, и еще. По сантиметру.

— Через три минуты потеряешь контроль над тем, что призвал, оно же тебя и сожрет, — покачал головой фальшивый охранник, — даже жаль, что не увидим.

— Три минуты вряд ли протянете, — легко согласился Кеннет.

Финальный толчок, и булыжник заехал на круг, ровно на линию. Та исказилась, пошла рябью.

— Какого… — выпучил глаза стоящий за ней предсказатель.

Не договорил. Отлетел к стене, окутанный коконом шипящей тьмы. Нехило так отлетел! Приземлился на крышку саркофага, отколов от нее здоровенный кусок. Ох… Больно, наверное… Неудивительно, что не поднялся. Второй предсказатель оторопело выругался и сцепил пальцы в замок, бормоча какую-то абракадабру. Я кинулась к Кеннету, точнее — к колодцу, что нас разделял, оперлась о его ледяной бок. Поняла, что «охранник» отбормотался и теперь беззастенчиво пялится. Прямо на меня. Кажется, плакала моя невидимость! И плакала для всех! Любые напасти разом перестали казаться страшными, в голове сгенерировались тысячи оправданий. Я перевела взгляд на Кеннета.

— О, ты не ушла, — сказал он как ни в чем не бывало, — тогда держи это.

И вручил мне пульсирующий сгусток. Я? Держать?.. Пока соображала, что да как, ладонь уже сжала непонятный комок спрессованного электричества. Горячего, но не настолько, чтобы обжечь. Оно искрилось, воздух трещал. Вот откуда гул!

Предсказатель сделал пасс рукой, Кеннет тоже. Под потолком закрутился огненный вихрь, от колодца наперегонки побежали зигзаги клубящегося черного дыма. Запахло пеплом и гарью, в лицо ударил ворох горячих искр. Господи боже, почему я с собой поднос не захватила?! Вражина исчез в густом облаке тьмы, на нас сверху посыпались ошметки огня. Мимо… Натыкались на невидимую преграду, отлетая в сторону. Пространство задрожало, полоснуло жаром. Согрелась так согрелась! Желудок подпрыгнул к горлу, внутри неистово боролись друг с другом оцепенение и желание нарезать панические круги. Победило первое, не под огненным дождем же бегать, со сгустком неизвестно чего в ладони! Чернильное щупальце ввинтилось в гущу пламени, все смешалось. Клубы дыма, искры, марево тумана, красное, рыжее, черное… Где чье?! Не разобрать! Пылало яростно, вихрь закручивался сильнее. Под ноги шмякнулся ошметок, безо всяких преград. Ай… Дым схлынул, гадский предсказатель вышел из кокона тьмы целым и невредимым. Паршиво это…

— Хорошая попытка, — констатировал он, небрежно стряхнув с рукава чернильные брызги тьмы.

Воронка огня взвилась ярче. Кеннет пожал плечами, повернулся ко мне.

— Подержала? — ловко, но бережно выхватил у меня сгусток. — Спасибо, молодец.

Занес его над колодцем, примеряясь. Поддельный охранник самоуверенно ухмыльнулся:

— Ты этого не сделаешь.

Бровь Кеннета вопросительно изогнулась, пальцы разжались. Сгусток на мгновение завис и улетел со свистом в непроглядную глубь, будто весил ценную тонну, а то и две. Глаза у охранника стали круглые, как пятирублевые монеты. Не к добру… Он шарахнулся, со дна колодца прокатились мощные вибрации. Стены дрогнули, опора поплыла. Я вцепилась в клатч и зажмурилась. Толком не поняла, как оказалась на полу, прижатая Кеннетом. Зал встряхнуло, из колодца вырвался вихрь. Снесло и огненную воронку над нами, и потолок. Дыру пробило, по ощущениям сквозную! Накрыло болтанкой, до тошноты и мельтешения, откуда-то посыпалась труха. Мамочки! Да все реально сейчас рухнет!..

Сбоку за завесой пыли сверкнула яркая вспышка, после еще одна. В третий раз свет ударил прямо в лицо. Подкинуло ввысь, до знакомого головокружения, в слепящее нечто. Врата рая?.. А, нет, портал! Секундное чувство невесомости, калейдоскоп искр. Вдох полной грудью, стихший грохот. Выбросило на что-то мягкое, теплое и заботливо поддерживающее меня за плечи. Кеннет! Каким-то неведомым образом поменялась местами. Оказалась сверху, в самой двусмысленной позе. Ой…

— Цела? — поинтересовался он, приподнимаясь со мной вместе.

— Д-да. — Зубы клацнули друг о друга.

Я на мгновение уткнулась ему в грудь, чувствуя, как отступает паника. Отстранилась и протерла слезящиеся от пыли глаза. Не особо картинка изменилась. Каменный коридор, сводчатый потолок, тусклое свечение зависшего там шарика. Тот же затхлый воздух, заваленный обломками проход с одной стороны, раскатистый гул продолжающихся разрушений. Мы совсем рядышком переместились?.. Кеннет стряхивал с волос пыль и вглядывался в арку. Точнее, в образовавшийся на ее месте завал.

— Те двое ушли? — вспомнились мне первые вспышки. — Порталами?

— Да, на поверхность. Но где-то может быть третий.

— Единорог? Он у входа в усыпальницу валяется…

На меня перевели изумленный взгляд.

— Я его вырубила.

— Как?..

— Вазой. У решетки. Этот гад пытался ее отпереть. Этим…

Клатч лежал в нескольких сантиметрах, я проворно сцапала его. Раскрыла и вынула ключ. Кеннет присвистнул.

— Лёна, я уже говорил, что ты сокровище?

— Вроде бы…

Выхваченный у меня ключ мгновенно растворился в воздухе. Очевидно, в пространственный карман отправился.

— А твой портал что, не работает?

— Без понятия… Не пробовала активировать.

Я смущенно заерзала. Тут-то и дошло, что до сих пор сижу на нем. Вот же… Сделала усилие и сползла на пол. Из противоположного, не заваленного конца коридора донесся злой утробный рык и чье-то приглушенное бормотание. Над потолком пугающе зашуршало.

— Я собиралась активировать, но…

— Потом, — перебил Кеннет.

Вскочил на ноги, помог подняться мне. Не дав опомниться, хапнул за руку и потащил вперед по коридору. Шарик поплыл за нами, едва успевая освещать путь. Гул следовал по пятам, вдалеке громыхало, пол ходил ходуном. Судя по звукам, подземелье рушится! Не зря предсказатели смылись… Что же такое он в колодец уронил?.. Рык стал злее и громче, мы влетели в зал. С треснувшего потолка просачивались тонкие струйки трухи, между изваяниями металась сотканная из дыма тварь. Ужас, какая она была огромная и черная! Пахло серой и опасностью, сощуренные провалы глаз сверлили объятый светом угол. Там, отгородившись каким-то блестящим куполом, стоял Гатиус. Удачно встретились… Заметив нас, он невозмутимо сложил руки на груди. Ни мускул на лице не дрогнул. А ведь должен был меня узнать, но нет — будто впервые видел. Каков гад, а?!

— Ты-ы-ы… — Я обличительно ткнула пальцем в его сторону. — Думал, зашифровался? А я тебя вспомнила!

Кеннет озадаченно нахмурился.

— На Земле, зимой, — пояснила я, — на выставке виделись. Психологом мне представился. Врал!

— Ну, он точно не психолог.

Гатиус усмехнулся. Впрочем, даже если бы и ответил, мы бы не услышали. Из-за рева дымчатой твари барабанные перепонки чуть не лопнули! Неизвестно, что именно сотрясало зал — этот жуткий звук или учиненные нами разрушения… Кеннет приложил палец к губам, демон замер и смолк, беззвучно раззявив подобие пасти. Боже, она бездонная! Как портал в никуда!..

— Дэлман, вот тебе бы психолог не помешал, — изрек Гатиус, косясь поочередно то на тварь, то на растущую в стене трещину.

— Расклад ты знаешь, — проигнорировал тот, — по условию договора призыва демон тебя отпустит, как только получит ответ. Поторопись, пока потолок еще цел.

Догадываюсь я, какой вопрос! Видимо, это демон-вымогатель признаний в обмен на свободу.

— Поторопиться, пока он не вырвался и не сожрал тебя? — скептически уточнил лжепсихолог.

— Не меня, — поправили его ласково, — а нас.

Э-э-э! Я нервно сглотнула, Гатиус поджал губы. Сотворить портал ему что-то мешало, раз до сих пор тут стоял. Коллеги-предсказатели смотались, спасая собственные шкуры, помощи ждать неоткуда. Выбора у него, получается, и нет. Точнее, выбор сводится к тому, чтобы выполнить условия или сохранить тайну ценой собственной жизни. Демон увеличивался в размерах, по залу густыми щупальцами расползался дым. Гул приближался, пол под ногами делался все неустойчивее. Хрустнул и поплыл, отколов от изваяния кусок крыла. Чудом на ногах удержалась! Желудок сжался до размеров крошечного комочка и прилип к позвоночнику. На упитанной предсказательской физиономии не отражалось готовности к идейному суициду, и Кеннет не то чтобы нервничал. Но его вопрос — далеко не единственный…

— Так что вам от меня нужно-то? — не выдержала я. — Это вы мне фальшивое приглашение в универ подкинули?!

Гатиус и ухом не повел. Сверлил взглядом моего спутника, странно ухмыляясь.

— Хочешь знать, чего мы добиваемся? — прозвучало сквозь нарастающий из коридора треск. — Того, чтобы история не повторилась. Если Ладос снова воспользуется проклятием, угробит всех.

— Что значит снова? — фыркнул Кеннет. — Это неизвестно наверняка.

Главгад устало закатил глаза, будто ему это как раз было известно.

— Не все видения про будущее? — предположила я.

— Прошлое предостерегает куда лучше, — подтвердил он.

О, неужели, все-таки слышит меня! Демон отмер, закрутился волчком, превращаясь в маленький смерч. Расчертил воздух молниями и исчез в мгновенно растаявшем красно-черном провале. Домой в бездну вернулся?! Наверное, условие выполнено… Кеннет облегченно выдохнул, будто долгое время задерживал дыхание. Ура, нас не сожрут! Я буду жить! Гатиус покачал головой и засветился вспышкой портала. Напоследок из его угла сорвался электрический импульс, с шелестом влетев в потолок. Свод качнулся и стремительно пошел трещинами, целой сетью. Раздался оглушительный грохот, в стене выросла полноценная пробоина, и оттуда изверглось густое облако едкой пыли. Я закашлялась и, едва держась на подкашивающихся ногах, вцепилась в Кеннета и взвыла в самое ухо:

— Может, и мы отсюда портанемся?..

— Ты же не в курсе… Пространственная магия перезаряжается около получаса.

А? То есть портал у него не наколдуется?! Я полезла в клатч. Пальцы дрожали и не слушались. Листок с порталом… У меня ведь есть листок с порталом… Отправимся ко мне, делов-то. Хаников ему живьем покажу. И свою маму, шокированную тем, что я не в Москве!

— Речь о внутренней перезарядке организма, — покачал головой Кеннет. — На готовые порталы она тоже распространяется.

— Вот почему этот гад так ухмылялся! — дошло до меня. — Видел, что мы из соседнего зала только что переместились. И еще на прощанье чем-то шибанул!..

— Лёна, если бы Гатиус допускал мысль, что мы можем отсюда выбраться, ничего бы не рассказал.

Так это что, был… план?!

Зал тонул в непроглядном пыльном мареве, вместе с трухой сыпались камни. Не на голову, а рядом, будто огибая нас по волшебной дуге, но надолго ли это?.. От рухнувшего потолка никакая магия не защитит, и нормальный воздух скоро кончится, дышать станет нечем… Плохо, плохо, все очень плохо! Я в панике вцепилась в Кеннета. Он оттащил меня в угол, где было поменьше трещин и сверху ничего не норовило отколоться. Пока что.

— Между прочим, подземелье не настолько хлипкое, — обронил Кеннет, сосредоточенно ощупывая стену, — фундамент ого-го. Карточным домиком не сложится, а есть пути, которые вообще не завалит. Я знаю, я тут много времени проводил когда-то. Честно, лучшая часть замка. Покойные владыки замечательно тихие люди, не мешают, не отвлекают. Можно подумать спокойно.

Странные откровения. Зубы мне заговаривает?..

— Сплетни по поводу того, чем я здесь занимаюсь, ходили у-у-у. — Он отдернул руку, стена покрылась чернильным слоем. Вся, от пола до потолка. — Если услышишь, не верь. Ничего подобного не было! А ту пентаграмму неучтенными костями я выложил исключительно шутки ради, ну и чтобы не спускались лишний раз по ушам ездить. Нечего во время страшных оккультных ритуалов под руку лезть и все такое.

— Разве… — выдавила я. — Ты тогда уже был темным магом? Позже ведь… Университет, тест, факультет… Там определяют…

— Ну… Другого их тест определить и не мог.

Сзади окутывало плотной завесой дыма. Не стало видно ни пыли, ни зияния трещин, ни увеличивающихся ежесекундно каменных завалов. Лишь долетали треск и грохот, и то едва слышно. Над головой сиял наколдованный светильник, не позволяя пространству погрузиться даже в полумрак. Я глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться. У Кеннета же имелся план, и вряд ли в него входило быть погребенным в усыпальнице вместе с добытым знанием о замыслах прорицателей. Варианты отхода есть, можно не сомневаться. Однако Гатиус далеко не дурак, а он, судя по ухмылкам, оценил наши шансы выбраться как нулевые. Что супермаг ух-ты-ранга не принял в расчет?..

— А я видела ханика, — зачем-то произнесла я, совершенно невпопад, — на террасе, со всякими мелкими демонами. Он настоящий… как ты и говорил… Похож на моих. Поболтали с ним. Лапочка…

— Лапочка? Серьезно?.. — удивился Кеннет.

— Да. Показал мне, где тебя искать. Сказал, у вас сделка. Но не сказал какая.

— При призыве договорились, что я их впускаю к нам, повеселиться и пожрать, но не людей. А теперь сходим к ним, ненадолго.

Что?! Кажется, челюсть у меня попросту отвисла. Кеннет щелкнул пальцами и достал из воздуха хорошо знакомый мне черный шарик, опоясанный двумя линиями.

— Составишь компанию? — весело поинтересовался он. — Только, чур, не визжать. Такие были условия.

Мы полезем в бездну? Которая не мир, а измерение демонов? Это нормально?! Пол подпрыгнул, за пределами завесы тьмы громыхнуло. Впрочем, остаться тут ничем не заманчивее! Я судорожно кивнула, прекрасно понимая, что не способна не то что визжать — даже пискнуть. В горле стоял ком, потряхивало безо всяких землетрясений. Пальцы невольно разжались, отпустив столь удобное плечо и едва не выронив клатч. Кеннет подбросил шарик, тот завис в воздухе и вылетел за пределы нашего «кокона», проложив вдаль непроглядный черный тоннель. Действительно бездна. Ладно… Ерунда, прогуляемся. Подумаешь, там нет жизни как таковой. Неприспособленных к человеческой реальности демонов призывают же, почему людям туда не призваться?..

— Это интересно работает. — Кеннет повернулся к тоннелю. — Глубинное измерение существует параллельно с нашим, практически изнанка мира. Вот по ней и выберемся. По ее краю, без полного перехода. Окажемся с той стороны усыпальницы, там выход еще не должно было завалить.

— Угу, — прошептала я, и без того догадываясь, что по краю ходим.

— Не останавливайся и меня не отпускай. — Он крепко сжал мою ладонь и шагнул вперед, увлекая за собой. — Можешь зажмуриться, но лучше смотри. Главное, не отключайся.

Я задержала дыхание. Переплетенные пальцы, выдох. Вдох через силу, шаг за ним — в черное марево. Оно сомкнулось. Мир потерял краски, запахи, границы. Это перестало быть тоннелем, пространством или еще чем-либо. Нечто бесцветное, пульсирующее. Шуршание телевизионных помех в ушах, под ногами — застывшая гладь мутного зеркала. Идти по нему было странно, как во сне — том самом сне, когда отчаянно пытаешься бежать, но вокруг словно вода. Кеннет виделся каким-то невнятным силуэтом, но рука у него была вполне настоящая. Тащил как на буксире — попробуй потеряйся. Я прикрыла глаза, шуршание превратилось в убаюкивающий плеск. Все сгинуло, вместе с ощущениями, чувствами, мыслями. Осталось лишь умиротворение. Странное, липкое, поглощающее.

— Уверен, великие владыки прошлого на нас не в обиде, — услышала бодрый голос Кеннета. — Им, в принципе, все равно, где именно и под чем лежать. На редкость неприхотливые, знаешь ли. Прошлый владыка завещал похоронить рядом с собой любимого кота, а не супругу, но поступили согласно обычаю. И ничего, не жаловался потом. Антимагическую решетку на вход установили, потому что многим ее призрак мерещился, завывающий, что она лучше Пушистика.

— О, так решетка антимагическая… А как вы тут оказались?

— Весьма феерично. Гатиус, бедный, устал ждать, когда я уже высунусь. — Силуэт передо мной зарябил, будто исчезая. Я сильнее сжала руку Кеннета, убеждаясь, что это не так. — Жался по углам после выступления Летарии, разве что таблички «бесплатная ловушка» не хватало. А в одном укромном месте в саду есть сквозной проход в подземелье. Если убрать фонтан и пол… Под иллюзией и пологом тишины очень даже незаметно получается. Предсказатели погоды бонусом свалились. Некстати, конечно. Одному-то Гатиусу проблематично с демоном на хвосте отбиться или смыться: пока не дашь той лапочке ответ на заданный призывателем вопрос — крепко будет за хитрую задницу держать. С товарищами он бы, вероятно, осилил освободиться. Да только двое были заняты мной, а третьему пришлось нормальный путь в усыпальницу искать.

— Единорог по лестнице к решетке спустился… Почему порталом не воспользовался?..

— Координаты конечной точки неизвестны, а наобум можно и в стене застрять. Предсказатели довольно, хм, предсказуемые. И рисковать не любят, особенно собой. Прямо скажу, не все прошло идеально. Но в целом удачно.

Удачно?.. За пределами пульсирующей серости что-то замельтешило, крупное. Под ложечкой засосало. Где мы?! Тихо, Алена, тихо. Без визга и паники! Кеннет знает, что делать. Не зря же был капитаном университетской команды призыва и в куче турниров напобеждал…

— А если бы я не достала шарик? — сосредоточилась я на возникшем вопросе. — В смысле, умножатель подпространственных частниц… Как бы ты выбирался?

— Ну, план был немного другим, — последовал невозмутимый ответ. — Но этот лучше, честное слово!

Вот оно что… Хорошо, что я все-таки разграбила хранилище Междумирья! Просто замечательно. Под ногами хлюпнуло, на мутной глади рядом с нами проявились чьи-то нечеткие следы. Кто здесь?.. Надеюсь, нас преследует ханик, маленький и славный, жаждущий угостить меня второй печенькой. Нет, судя по следам, совсем не маленький!

— А мне тоже приз за лучший костюм вручали, — радостно сообщил Кеннет. — К слову, заяц из меня был куда более убедительный, чем из той девушки у стола. Правда, Летария возмущалась, что можно было и побольше одеться.

Я поперхнулась, потому что воображение выдало таких картинок, что мама дорогая! Серое марево рассеялось, красно-черный провал убежал за спину и схлопнулся. Шарик плавно приземлился на пол. Мы стояли перед решеткой, за которой виднелся сравнительно целый коридор. Внезапно!

— Добро пожаловать обратно, — подмигнул Кеннет. Отпустил мою руку и ловко поднял шарик. — Почти выбрались.

Почти… Я обняла себя за плечи. Била дрожь, перед глазами по-прежнему проносилась рябь неведомых помех. Где мы были сейчас? Это нормально?.. Я мотнула головой, выкидывая пугающие образы из головы. Ну Кеннет! Экстремал безбашенный, блин. Ему действительно нечего терять, раз творит такое.

Коридор методично сотрясало, принося из глубин усыпальницы неправдоподобно приглушенные звуки. От разрушенной части нас отделяла густая завеса пыли, от которой совсем не тянуло чихнуть. Магию на это тратит, чтобы я меньше пугалась? Принесло помощницу…

— Прости меня, — вырвалось невольно, — за самодеятельность.

— За какую? — Кеннет удивленно вскинул бровь. — Сломанный защитный круг того предсказателя, которого удалось достать заклинанием? Их вырубленного третьего товарища? Или добытый ключ от выхода? Ну, так и быть, прощаю!

Я смущенно кивнула, он усмехнулся и вставил ключ в замок, сосредоточенно проворачивая. По ту сторону решетки мирно дремал тип в костюме единорога с завязанными рукавами. Я все-таки помогла, да! Логично, для того же и осталась. Жаль, не выяснила, почему получила липовое приглашение в университет. Не услышала об этом ничего ни от Гатиуса, ни от…

— Ты мне не веришь?.. — спросила я широкую спину перед собой. — Думаешь, обозналась или выдумываю?

— А? — Кеннет оглянулся, не переставая шуровать в замочной скважине, и нахмурился. — Ты о чем?

— О том, что я видела господина предсказателя высшего ранга на Земле, когда он следил за мной, — выпалила я. Прозвучало как-то самоуверенно. Тоже мне фигура первой важности для слежки и заманивания в другие миры. — Хотя… Вряд ли приглашение с порталом подкинул Гатиус. Не особо я ему нужна, раз запросто бросил здесь на верную, с его точки зрения, смерть. Совершенно дурацкие мои предположения.

— Лёна… — В меня впился пронзающий насквозь взгляд. — Предположения твои не дурацкие. Вероятно, так оно и было. Для Союза прорицателей испортить кому-то жизнь — раз плюнуть. Из-за идиотских додуманных видений, по недоразумению названных пророчествами. Я тебе верю. В их духе затащить в другой мир девушку, потому что им что-то там показалось, и потом забыть о ней. Не получили, на что рассчитывали, — свободна. Дело Гатиуса — мозги пудрить, а не за последствия отвечать. Пусть она разгребает как хочет, помрет — не жалко. Все равно не та избранная, ошибочка вышла.

Это точно обо мне было?.. Я растерянно моргнула, ключ со скрежетом провернулся в замке. Решетка дрогнула и отворилась, Кеннет победно подмигнул и торопливо пропустил меня вперед.

— А я не смогла ее открыть, — вздохнула я, проходя в ведущую к лестнице часть коридора, освещенного следующим за нами шаром света, — сквозь прутья пролезла.

— Я бы не пролез! Пришлось открывать. Слава бездне, Клелия давно научила как.

— Кто такая Клелия?

Ответа на этот вопрос последовать не успело. Я-то аккуратно переступила через валяющегося в проходе фальшивого единорога, а вот Кеннет наоборот. Тот дернулся и осовело распахнул глаза. Узрев нас, в панике заворочался, явно пытаясь что-то колдануть, но потерпел сокрушительную неудачу. Хорошо я рукава завязала, качественно…

— Интересная ситуация, — Кеннет цокнул языком и склонился над ним, — особенно с этого ракурса!

Волшебный кексик зажал мне перевод того, что ему ответили, но по выражению лица прорицателя и так было ясно. Он неловко уселся и поерзал на накладном хвосте. Вдалеке громыхнуло, с потолка посыпались знакомые струйки трухи. Ой… Кажется, скоро и здесь…

— Вкратце обрисую ситуацию, — невозмутимо сказал Кеннет, будто времени у нас было навалом, — башня рушится, твои друзья смылись. С порталом у тебя нынче напряженка, как и с тем, чтобы задницу почесать. Могу подкинуть наверх великодушно. Конечно, если будет чем…

Скрип зубов единорога отчетливо намекнул, что он думает о таком великодушии. О, «будет чем» — это же про магию! Накопитель отжимаем? Ну, а почему бы и нет… Я его уже приложила вазой по голове, почему бы теперь не обчистить… Тьфу, то есть довольно справедливо получается — с чего мы должны на спасение врагов свою магию тратить? А если просто развяжем его, неизвестно что сделает, гад.

— Не хочешь — как хочешь, — пожал плечами Кеннет и демонстративно подтолкнул меня к вибрирующей в такт толчкам лестнице. — Счастливо оставаться!

— Стой, — процедил единорог. — А какие гарантии?

— Поторгуйся еще.

Донеслись глухие раскаты, по стене поползла трещина. Черт! То есть — ладно, подумаешь… Все под контролем, наверняка под контролем. Прорицатель об этом не знал, оттого и выругался снова. Воздух расчертило электрическим зигзагом, из приоткрывшегося пространственного кармана вывалилась похожая на флешку коробочка.

— Дэлман, да подавись.

Хм… Такая формулировка засчитывается за передачу?.. Кеннет поймал «флешку» в полете, оценивающе подбросил на ладони и не остался в долгу:

— Было бы чем давиться.

Узнаваемый пасс рукой, и единорог исчез во вспышке света. Не бросил его тут, а ведь гарантий-то не давал никаких… Неправильный у меня маньяк. Правда, улыбка у него была подозрительно хитрая.

— Ты его в ров с крокодилами отправил, что ли? — робко поинтересовалась я.

— Хорошая идея, но нет. — Он спрятал флешку и, схватив меня за руку, потащил к лестнице. — В запертый подвал владыческого хранилища семейных реликвий, пусть стучит, ему охранники откроют.

Шикарно. Надеюсь, откроет тот самый, который его за похищением ключа застукал… Остановился Кеннет у первой ступени, из коридора прилетели грохот и пыль, уже ничем не сдерживаемые. Мама, мамочка!.. Лестничный пролет сотрясался все ощутимее, опора норовила уплыть из-под ног. Мне на спину легла горячая ладонь, я развернулась и мгновенно очутилась в тесных объятиях.

— А еще для того, что мы собираемся делать, — очень доверительно сообщил Кеннет, странным образом перекрыв тихим хриплым голосом раскатистый гул, — свидетели нам не нужны.

Оу…

— Если что, — ухо обжег шепот, — ничего такого не было.

Я сглотнула, стиснув клатч онемевшими пальцами. Колени задрожали, но вовсе не от нарастающего треска. Пол из-под ног уходил и в прямом, и в переносном смыслах, через невесомо тонкую ткань платья чувствовался жар его ладони. Что он имел в виду?.. Воображение воспалилось, лихорадочно подкидывая варианты один другого занимательнее. Губы и щеки запылали. Господи, о чем я думаю, мы же в рушащемся подземелье! И нам ни в жизнь не успеть подняться!.. Откуда-то спикировал внушительного размера обломок, бухнувшись в нескольких метрах и отрезав путь к верхней лестничной площадке. Ну всё… Конец… Кеннет прижал меня к себе крепче, взмахнул свободной рукой. Убегающая вверх лестница посерела, пролет за пролетом, до самого конца, до недостижимого верха. Вековой камень обратился чем-то мягким, рыхлым, стремительно увядающим. Стены, свод едва видимого вдалеке потолка, чертова глыба, контуры ступеней, линии перил. Не стало ни пыли, ни трещин, ни отголосков страшных вибраций. Мертвенное спокойствие, где нет места живому и настоящему. Пепел, сизый пепел. Отделялся, осыпался, разлетался всюду. Будто его слизывала сама вечность, неумолимо сжирая. А в пепел превратилось все — завалы, изгибы лестницы, ступень за ступенью, отделяющие от выхода пролеты и площадки. Оглушительное шуршание, вихрь сажи, аномально пролетающей сквозь нас. Раскаленный воздух пропитался духотой, наэлектризовался — странно, опасно. Кеннет был раскаленнее воздуха, словно температура у него подскочила градусов под сорок. Но меня держал… Понимала, нутром ощущала: отпустит — развеюсь так же, подобно тающим ступеням. Еще мгновение, и пепельных громад не стало. Вихрь рассеялся, пепел схлынул бесследно. Серость сошла со стен, каменный мешок был пуст — и вокруг, и на многие метры ввысь, без лестницы и обломков. Подземелье по-прежнему потряхивало, зато на месте далекого потолка зиял кусочек звездного неба. Точно неба, да… Я его вижу, вижу!

Кеннет обнял меня и второй рукой, нас резко подкинуло вверх. Высоко вверх, да так, что уши заложило. Скоростной лифт, только без лифта. Я зажмурилась, почти не взвизгнув, а когда открыла глаза, поняла, что стою на мраморном полу разгромленного холла у пробитой в углу дыры, за которой виднелся сад или нечто вроде. Выход наружу! Мы спаслись?.. По крайней мере, теперь снизу грохочет, а не рядом. Чихнув пылью, я с трудом сфокусировала взгляд на тянущем меня прочь отсюда Кеннете и выдавила:

— Что это было?

— Заклинание левитации, — он ослабил хватку, позволяя мне отдышаться, — пару минут может голова кружиться, потерпи.

— Я не об этом… — В глазах рябило, мерещился пепел и прыгающие Ярушки. — Перед полетом…

— А что там было? — Кеннет сделал очень непонимающие глаза, и намек я уловила.

— Ничего, — скопировать его тон мне удалось, — ничего такого!

Он улыбнулся и торопливо вывел меня в сад, к небу и свежему воздуху. Сквозь муть проклюнулась зелень деревьев, треск отдалился, отрезвляюще похолодало. Пара глубоких вдохов, и картинка выровнялась, мир перестал раскачиваться. Замечательное ощущение, и локоть, о который я опиралась, был таким твердым и удобным. Мощеная дорога не норовила уйти из-под ног, нависали яркие звезды, освещая зеркальную гладь пруда. Никаких подземных тоннелей, въедливого запаха сырости и погребальных статуй. Вот оно, счастье! Башня осталась позади, темная и покосившаяся. Основание ее подрагивало, на крыльце — ни следа гостей или кого-либо еще. Кажется, мы единственные здесь задержались… Кусты сбоку зашуршали, раздались шаги. Ой, не единственные.

Мы с Кеннетом синхронно обернулись, на дорожку вышел мужчина. Форменный мундир, золотые отливы в частично поседевших волосах, суровая линия недовольно изогнутых губ. Демонические ханики нас разбери… Владыка! На моего спутника смотрел тем взглядом, в котором при всем желании не заподозришь намек на радость или удивление, а на меня не смотрел вовсе. Даже хорошо, а то я совершенно не представляла, что говорить и насколько оно будет уместно в данной ситуации. Здравствуйте, ваше уважаемое эллодианское владычество Рейналд Даос-Гриц, прекрасный вечер и культурная программа, извините за замок, мы вам его уронили… немного.

Стихший было гул многократно усилился, уши заложило. Раскатистый рев, ей-богу! Башня вздрогнула и начала резко оседать, извергая грохот и волны пыли. Я закашлялась, прикрыла голову клатчем. Будто он мог меня спасти от дождя из булыжников!.. Сердце ухнуло в пятки, но Кеннет с места не сдвинулся, внушая надежду, что мы на безопасном расстоянии от эпицентра катастрофы. Пара секунд, и часть замка ушла под землю, оставив груду обломков и сиротливо торчащий из них шпиль крыши. Вот теперь я точно здороваться не буду…

— М-да, — изрек владыка, переведя мрачный взор с рухнувшей башни обратно на Кеннета, — мать бы тобой гордилась.

— А уж отец… — добавил он с такой небывалой концентрацией ехидства в голосе, какой я не слышала ни разу.

Рейналд изменился в лице, мигом растеряв властную невозмутимость, в прищуренных глазах загорелось что-то неприкрыто злое. Я машинально попятилась, но Кеннет моей руки не отпустил, поэтому отступление вышло незначительным. Кажется, ему хоть бы хны. Ни малейших признаков беспокойства, лишь ухмылка насмешливая.

— А я думал, ты это перерос, — на редкость спокойно для своего взгляда отметил владыка, — безобразие на светских мероприятиях, спровоцированные политические скандалы, куча постороннего народа с моими расписками на предъявителя. Доколе ко мне будут шастать эти распорядители драконьих станций, извозчики и продавцы булок?!

— Так девочки из кабака еще не приходили? — расстроенно осведомился Кеннет.

Рейналд напрягся, я тоже. Какие девочки, какой кабак?.. Когда успел? Пока я по Междумирью со спецзаданием рассекала? Нормально, а?!

— Ну хоть из Легиона больше не ходят, — рыкнул Рейналд, — по понятным причинам. Что происходит?

— У вашего винарского консула поинтересуйтесь, — хмыкнул Кеннет.

У Гатиуса еще и дипломатический статус? Вот устроился, гад! Со стороны пруда донесся шум приближающихся шагов и голоса. Кажется, правителям не положено долго в одиночку в развалинах бродить. Кеннет притянул меня к себе, окутало ярким светом портала. О, время перезарядки истекло! Последнее, что увидела, — ошарашенные глаза владыки, а мгновение спустя все утонуло в теплой белизне.

Качнуло на невидимых волнах, свечение быстро потускнело и рассеялось. Знакомая каморка, заставленные диковинными вещицами полки, длинный прилавок. И вытянутая зеленая физиономия Юва за ним. Ух ты… Лавка древностей и сладостей круглосуточно работает? Вряд ли, иначе бы ее хозяин сейчас в халате и шапочке для душа не стоял.

— Совсем уже? — возмущенно завопил он. — Про конспирацию слышал, нет?

— Бросьте, — отмахнулся Кеннет, отпуская мою руку, — а то вы не знали расклад.

— Я-то, положим, о многом догадывался, — скривился Юв, — а вот она…

Я скосила глаза туда, куда он указал скрюченным пальцем. Из-за занавески выглядывала девчонка лет пятнадцати в строгом платье. Вихры золотистых кудряшек, упитанная фигура, дерзко вздернутый нос в веснушках. Это еще кто?.. Спалились так спалились!

— Огонь! — выдала она то ли восхищенный вердикт, то ли команду на расстрел и расплылась в счастливой улыбке. — У тебя есть магия! И дар… Ура, хренушки Легиону!

— О, Клелия, — не то чтобы растерялся Кеннет. — Неожиданная встреча.

Та Клелия, которая показала ему, как отпирать усыпальницу? Интересно-интересно…

— Кому неожиданная встреча, кому не очень. — Она выскочила из-за занавески, победоносно подняв палец вверх. — Я была уверена, что ты в лавке еще появишься! Найти тебя здесь шансы выше, чем на маскараде, где ты наверняка зашифровался по самое не могу.

Кеннет пораженно изогнул бровь, Юв усмехнулся:

— А ты думал, откуда у меня взялось то приглашение?

— Коварно сговорились, — отметил тот безо всякого недовольства. — Ай-яй-яй, деточка. Приглашения на владыческие мероприятия поставляем, что же дальше-то будет?

Клелия показала ему язык, демонстрируя полнейшее отсутствие угрызений совести. В носу защекотало, я от души чихнула. Она в панике завертела головой, хозяин лавки вытянул шею, опасливо озираясь. Э-э-э…

— Между прочим, — весело сказал Кеннет, — заклинание рассеивания невидимости временное.

Тьфу! Гадский предсказатель рассеял мою невидимость, а теперь она снова включилась? Это объясняет, почему меня все игнорируют… Решив, что конспирация и так уже скончалась в муках, я стянула с запястья платок и изобразила улыбку. У Юва отвисла челюсть, его гостья непонимающе нахмурилась:

— Кто это?

— Лёна, — галантно представил Кеннет, — моя девушка.

Старой легенды придерживаемся, значит. Ладно. Нэлла вон купилась.

— О-о-о, заступники-покровители… — заголосил Юв, уставившись на меня в оба не моргающих глаза, — какая честь выпала второй раз, какая честь!

— А ну, не начинай! — цыкнула Клелия, наверное, наученная. Кеннету достался ну очень недоверчивый взгляд, а мне изучающий. — Что ж, будем знакомы…

— Проходи же, не стой на пороге, — продолжил хозяин лавки, но от ее повторного цыканья стушевался и пробормотал: — Молчу-молчу, ваше юное владычество.

Опаньки! Это дочка владыки? Очевидно, младшая. Ну да, идеальный возраст, чтобы менять устоявшиеся в мире порядки. Даешь феминизм! И табуреточку. Только сейчас поняла, насколько сильно устала. В глазах не рябило — они слипались, — а голова перестала кружиться потому, что чудовищно потяжелела и мечтала встретиться с подушкой. Хотя сейчас даже пол выглядел заманчиво. Вместо того чтобы платок снимать, надо было тихонечко улечься в уголке, авось не наступили бы…

— Происходит черт-те что, и это заговор! — сказала Клелия, по-хозяйски облокотившись о прилавок. — Бренц ходит довольный, истратив половину годового бюджета за последний месяц, Союз прорицателей отклоняет заявку на вступление от нашего придворного мага без каких-либо внятных причин, а сейчас бац, и магия куда-то делась.

— Отключилась, — доверительно сообщил Кеннет, то ли проверяя ход мыслей мятежной малолетней принцессы, то ли просто не собираясь подавать добытую информацию на блюдечке с золотой каемочкой. — Или отключили.

— Подобное уже было, — пожал плечами Юв, — тогда… перед Аулином. Всего на долю секунды, никто и не заметил.

Он же застал те события, целых пятьсот лет живет! Своими глазами все видел!

— Как это случилось? — не удержалась я. — Расскажите, пожалуйста!

— Желание ваше — закон для меня, — мигом уговорился почитатель невинных дев. — Так же случилось, энергетический поток замер. А после запустился вновь. Как позже выяснилось, изменив течение. Мимо Аулина. Давно уж было, в те времена только основали Междумирье и не отстроился еще университет… Не паникуйте, молодые люди, запустится поток, в течении суть его, никуда не денется.

— Конечно, запустится! — завелась почти принцесса. — Опять изменив течение, мимо Ладоса на этот раз. А мне никто не верит, не слушает! Сиди тихо, замуж выйдешь, потом поговорим. С твоим мужем, ага. Бесит!..

Есть с чего взбеситься…

— Нелегко приходится будущим великим владычицам, — насмешливо отозвался Кеннет. — Терпи, сама выбрала.

— Ага, не все такие магически одаренные, — обиженно фыркнула она, — чтобы свалить в Междумирье, послав всех в…

— Попрошу не выражаться, — перебил Юв, видимо, был в курсе грядущих выражений.

— Ну… — Ее щеки залил озорной румянец. — Ту-у-уда… да… И даже это не помогло! Его владычество действительно верил, что теперь ты передумаешь и согласишься.

Нэлла тоже упоминала некое предложение от владыки, которое до сих пор можно принять. Уж не жениться ли все-таки надо?.. Речь у них сейчас как раз про мужа зашла! Боже, о чем я снова думаю? В то время Клелии лет десять было. С другой стороны, есть же еще старшая принцесса… А-а-а! Как-то меня намертво зациклило!.. Срочно необходим отдых, на ногах стоять все труднее. Завалиться на прилавок, что ли?

— Нет уж, нет уж, — открестился Кеннет, — будем считать, что междумировая дипломатия — не мое.

— С этим сложно не согласиться. — Юв поправил шапочку для душа, явно утомленный разговором незваных ночных гостей. — А магии лучше знать, куда ей течь. В прошлый раз отключение целый мир спасло от вымирания.

— А почему тогда поток взял и перестроился мгновенно, — переключила я внимание на то, что нам прояснить пока не удалось, — а тут на несколько дней иссяк? А?

— Вот, интересный вопрос, — поддержала Клелия. — Нечисто дело. И кого нынче спасать? Нет, кто-то, наоборот, погубить хочет. Нас! Не удивлюсь, если Союз прорицателей магию и отрубил! Не зря накопители запретили…

— Справедливости ради, — вдруг возразил Кеннет, — накопители не обеспечили бы Ладос энергией. Их в таких объемах не напасешься, даже привлекая магов из всех миров.

— Но некоторые бы прикупили, — мечтательно протянул хозяин лавки, пытавшийся втридорога впарить предназначенное нам же приглашение на маскарад. Коммерсант, блин. — Не хочешь наладить эксклюзивные поставки магии?

Клелия поджала губы, потенциальный поставщик покачал головой.

— Нет! — Я строго пригрозила Юву пальцем, копируя маму. — Это нехорошо.

— Ну да, ну да, — спохватился он, — прости великодушно, дева, чья невинность столь прекрасна и бесспорна…

— Надо с этим что-то делать, — заявила юная владычица. Надеюсь, не мою невинность имела в виду. — Наверняка прорицатели в сговоре со шпионами из Гарда. Их наследный принц на все пойдет, чтобы отобрать власть у лояльного к Ладосу клана.

— У него есть повод, — зачем-то поддержал ее Кеннет, — неуютно живется, когда постоянно пытаются убить за то, что не отказываешься от собственного трона.

— А нельзя жить дружно? — вздохнула я, борясь с желанием зевнуть и отключиться подобно магии. — Она могла бы выйти за этого принца замуж, вот. Лояльность бы сразу как повысилась…

Юв глубокомысленно натянул шапочку на лоб.

— Чего?.. — Клелия икнула, уставившись на меня круглыми глазами. Совершенно неприлично хрюкнула и звонко рассмеялась, хлопая себя по коленям. — Ы-ы-ы… Кенни, а смешная у тебя девушка…

— Ты поосторожнее, — усмехнулся он, — у нее удар вазой по голове хорошо поставлен.

Она с трудом выпрямилась и вытерла подступившие от смеха слезы. Кажется, я что-то не совсем уместное сказала… Ай, плевать. Сошло вон за шутку. Способность переживать на сегодня была исчерпана вместе со способностью здраво рассуждать. Да и зачем мне их мутная политика? Я-то знаю, что всякие принцы ни при чем и все затеяли прорицатели, насмотревшись видений из прошлого. Ладос тот еще агрессор, то Аулин проклятием выкосит, то в государственные дела Гарда лезет…

— Ты понимаешь, что я права, — не унималась Клелия. — Не просто так ведь на маскарад ходил! Там Гатиус… Ну, скажи, что у тебя есть план.

— Есть, — подмигнул Кеннет, и мне тоже икнулось. — Можешь помочь.

— Могу, — с готовностью закивала та, очень ответственно, — кто-то должен спасти подданных владычества Эллодиа! И весь Ладос заодно. Отец живо перестанет говорить, как ему не повезло, что наследников нет…

— Выясни побольше про открытие, которое сделал Бренц.

Оу! Это было бы неплохо узнать. Особенно если речь идет об аулинском проклятии.

— Постараюсь, — воодушевилась она, — прямо с утра займусь.

В его глазах заплясали черти. Темных, почти черных, такой глубины, что хоть тони в них. В памяти всплыла увиденная в кладовке владыческого хранилища картина с той вызывающе красивой девушкой. Августа Риттер, да. Сходство имеется, бесспорное. А что, если… По словам владыки, мать Кеннета не прочь была замок обрушить. У Августы стопроцентный повод намечался — жених-то вместо нее женился на родовитой тумбочке… При мысли о тумбочке, идеально подходящей, чтобы на нее сесть, ноги подогнулись. Нет-нет, терпеть, не падать!

— Меньше надо вмешиваться в естественный ход событий, — сбило с мысли ворчание Юва, — мироздание само разберется.

— Вы бы лучше почетной гостьей занялись. — Кеннет ласково придержал меня за локоть, спровоцировав рой мурашек. М-м-м… — Лёна, ты как, в порядке?

С трудом поняв суть вопроса, я мотнула головой. Зря! Внутри будто два поезда на полном ходу столкнулись, полнейшее ту-ту, бабах и клочки размазанных по стенкам тоннеля мыслей. Древности на полках расплылись, зазвенела пустота. Ох, вечеринка, кажется, удалась на славу…

— Конечно-конечно, — засуетился Юв, молниеносно оказавшись рядом. — Что угодно, пусть только скажет. Чего дева желает?

Я уставилась на испачканную ладонь, с опозданием дошло, что остальное не лучше, да и платьем основательно подмела подземелье. Сыплющаяся с потолка труха ни разу не блестки. Вид у меня наверняка жуткий! Не та стильная помятость, что у Кеннета. Как он умудрился-то? Или к темным магам пыль не липнет?

— Желаю привести себя в порядок! И переодеться во что-нибудь тоже неплохо.

— А я думала, это часть образа, — вставила Клелия столь наигранным тоном, что совсем не поверилось, будто она могла так думать. — Нимфа из постапокалипсиса, все тлен.

Что-о-о? Да чтоб ее замуж за орка выдали, нахалку мелкую!

— Не завидуй, — насмешливо улыбнулся ей Кеннет, — может, в следующий раз Нэлла и тебе платье выдаст.

Клелия независимо передернула плечами, он легонько подтолкнул меня к хозяину лавки. Тот торопливо сцапал за руку и потащил за собой в угол, приговаривая, что у него есть «то, что мне нужно». Новый мозг в баночке? Сомневаюсь… Хорошо бы остаться и развесить уши. Из их обсуждений столько интересного почерпнула, вдруг они продолжат делиться намеками на прошлое Кеннета? С другой стороны, соображаю я сейчас туго, еще и ляпаю что попало, безопаснее будет прийти в чувство где-нибудь подальше от юных владычиц.

В углу помимо шкафа оказалась неприметная дверь, за ней — подобие малогабаритной квартирки с детской на вид мебелью и поразительным количеством забавных безделушек, занимающих все возможные поверхности. Практически склад. Ха, он действительно живет в лавке! А что, удобно. Юв добуксировал меня до ванной комнаты, вручил уже знакомую бутыль «Даров Гарда», указав на довольно вместительное корыто, и поправил сползшую на лоб шапочку для душа. Угу, сначала мешаем человеку водные процедуры принять, потом вообще ванну оккупируем. Мы, невинные девы, такие…

— Извините за наше вторжение. Надеюсь, это ненадолго.

— Что ты, что ты, освети подольше мою обитель присутствием своим! — выдал с придыханием Юв и попятился на выход. — А я пока проверю, как там эти, чтоб их… Заодно принесу, во что тебе переодеться.

Окончательно обнаглев, я добавила про переобуться и приблизилась к висящему на стене зеркалу. Вопреки ожиданиям, от отражения шарахаться не тянуло. Подумаешь, пылью слегка присыпало, зато макияж на месте и прическа растрепалась самую малость. Накопитель лег на тумбочку рядом с платком и клатчем. Я бережно сняла платье, убедившись, что нигде не порвала его и не испортила, лишь испачкала. Хорошие у Кеннета защитные заклинания! А вот вываливаться на пол пещеры из-за решетки аккуратнее следовало. С туфлями было хуже — прогулки по подземелью они не выдержали, один каблук стерся, второй шатался. Добегалась… Нэллу как бы удар не хватил! Она вроде ничего не говорила о том, что вся эта красота досталась мне в подарок… Отогнав вгрызающуюся совесть, я вылила воду в корыто, отвесив ей столько комплиментов, что она радостно зажурчала и превратилась в теплую ванну. Погружение было приятным и воистину волшебным. Гудящие ноги успокаивались, вымывался из волос песок. Даже в голове прояснилось.

Итак, что нам удалось узнать. Прорицатели своим немногочисленным Союзом решили восстановить историческую справедливость и лишить Ладос магии, но она почему-то отключилась везде и четыре дня как не включается, заперев людей в своих и чужих мирах, а также в маленьком Междумирье. Очевидно, Эрл Гатиус с Энарой Нориус и прочими сообщниками пока решают эту проблему. Кеннет прав, что-то у них пошло не так. Не было пятьсот лет назад подобной ерунды при исключении Аулина из течения потока энергии. Но тогда жил легендарный умница Зеран Шелан, а источник магии вроде как в его Междумирье и находится. С тех пор столь гениальных магов не рождалось, а без создателя миров с источником не справились и нафиг сломали. Исправят ли? Энара уверенно говорила, что да. Возможно, всего лишь утешала студентов, обещая возвращение магии. А возможно, трезво оценила объем… предстоящих работ. В любом случае судьбы миров сейчас решаются в Междумирье.

Далее — запрещенные накопители и устранение всех, кто умел сохранять в них магию. Убранный с должности ректора старик Лукаш, двое его погибших студентов-ассистентов. И Кеннет… Но вряд ли он ошибается, с помощью накопителей не обеспечить весь Ладос магией. Где же их взять в промышленных масштабах? Тем более редкий маг способен провести ритуал и не убиться. Концентрированная доза энергии как-то связана с возможностью создавать заклинания массового поражения, вот ее и запретили. Однако упоминаемый всеми подряд Бренц сумел найти другой способ для воссоздания аулинского проклятия. И прорицатели перешли к радикальным мерам, тщательно подготовившись. Недаром перестали брать в свой Союз прорицателей из Ладоса и допускать к супервидениям. Да уж, спасители Вселенной от мирового зла… Что мешает тому же Гарду заняться аналогичными разработками? А Винару или Эсмиру? Последние тоже не шибко дружелюбные. В итоге, чую, всем отрубят. Нет магии — нет проблем.

А еще кроме глобальных планов есть я. Какого черта заманили в магический университет, когда у меня ни дара, ни знаний о других мирах? У Гатиуса и обо мне видения были, что ли? А после как Кеннет описывал: не пригодилась — пошла вон. Или вообще ошибочка вышла. У него мама с Земли, может, с ней именно так и было? И где она теперь?.. С папой тоже не очень понятно. Владыка многовато внимания уделяет и предложения подозрительные делает. Для междумировой дипломатии странноватый выбор кандидатуры. Не в сфере его талантов, мягко говоря, и в списке многочисленных университетских достижений ничего похожего не помню. Вот у Дарена, например, полно было, а Кеннета гораздо больше интересуют демоны и магические исследования. К тому же укрепляется впечатление, что Ладос все-таки ему не родной. Действительно запутанная семейная история!

Я выбралась из ванны и едва успела закутаться в найденное безразмерное полотенце, как в дверь осторожно постучали. Просунувшаяся после моего разрешения зеленая лапа повесила на ручку пакет и ретировалась. Я тут же сунула внутрь любопытный нос. Ого! Джинсы, самые обыкновенные, художественно потертые на коленях. Футболка с Пинки Пай — ей-богу, глаза меня не обманывали — и кеды веселого зеленого цвета с такими же шнурками. Все моего размера! Чудеса, да и только… На душе сделалось теплее, повеяло чем-то родным и знакомым. Лишь надев обновки и довольно покрутившись перед зеркалом, я присмотрелась к пакету. «Горячая девушка с Земли» — было написано на нем, ниже стоял логотип из двух не самым приличным образом слившихся фигур. Э-э-э… Не поняла! Здесь, в Ладосе, земная одежда продается в магазине для извращенцев?! Божечки. Ну ладно, выглядит-то нормально, а за чужие странные фантазии я не в ответе. Впрочем, быть горячей девушкой не то чтобы плохо…

Теперь бы сдать вещи Нэллы в волшебную химчистку да отправить ей каким-нибудь курьером с извинениями и благодарностью. Я сложила платье и туфли в пакет и, освободив клатч, отправила его туда же вместе с бережно расправленной маской. Распихала телефон, накопитель, платок Дриады и листок с порталом по карманам, уставилась на хрустальный, переливающийся в свете зажженной свечи флакон. Тот, что со слезами. Дракон меня унеси! Ну я и балда! Совсем про него забыла…

Я выскользнула за дверь. Уже в прихожей услышала голоса — елейно-ворчливый Юва и категорично отказывающийся Кеннета. Опять о чем-то торгуются? На несколько минут оставить нельзя…

— Мне это невыгодно, — деловито вещал хозяин лавки, — ни с какой стороны.

— Источник энергии сам по себе не включится, что бы ни думали, — возражал Кеннет. — Или вы хотите тут всю свою вечность без магии сидеть?

А где Клелия? Я выглянула, но нигде ее не увидела. Неужели умотала домой, баиньки? Давно пора!

— Сидеть без магии я как раз не хочу, — покривился за прилавком Юв. С явным таким намеком меркантильного характера. — Поэтому…

— Много хотите, — жестко отмел Кеннет. — Давайте поскромнее.

— А сам-то мало просишь, что ли? — припечатал тот.

Нет, ну с одной стороны, лишний накопитель у нас вроде как есть — изъяли у предсказателя-единорога. С другой — магия не может быть сейчас лишней! Ясно, что мы не просто так сюда наглядно порталом нагрянули, раздразнив того, кто мигом задумался о поставках накопителей. На это Кеннет и рассчитывал, что-то ему надо от Юва, а взамен отдавать больше нечего. Эх, была не была. Я приблизилась и выложила на прилавок то, с чем пришла. Кеннет оглядел меня с ног до головы и присвистнул, Юв ахнул, неотрывно глядя на флакон. Глаза его загорелись, после влажно заблестели, наружу вырвался малопонятный хрип. Надеюсь, у него оно от радости.

— Ну, это самое, — сказала я смущенно, — вот.

Дрожащие зеленые пальцы потянулись к добыче и сцапали, прижав к груди. Кеннет непонимающе нахмурился. Не специалист по невинным девам, сразу видно…

— О-о-ой! — наконец последовала реакция от обладателя флакона. — Благодарность моя огромна, как и дар, данный мне тобою! Священнее всего на свете заполненный сосуд. Радость, счастье, такой шанс… Не обижу ни в чем, вовек в долгу буду!

— Ага, хорошо, спасибо, — пропела я, — все эти долги можете вернуть ему.

И кивнула на Кеннета. Тот наконец оторвался от лицезрения Пинки Пай на моей футболке и вполне осмысленно моргнул. Юв тяжело вздохнул, но радость с счастьем быстро одолели его вновь. Флакон отправился к нему за пазуху, трижды поцелованный, а Кеннету достался вердикт:

— Повезло тебе с ней.

Он многозначительно улыбнулся, я приосанилась. Так грудь лучше видно, и вообще!

— Единственная просьба от меня, — опомнилась я, — можно мои вещи из ванной отправить Нэлле в Башню Пика? Правда, перед этим привести бы их в порядок…

— Легко, запросто, — не отказался хозяин лавки, — соседняя мастерская вся в долгах мне, а уж прачечная… Отправлю славной Нэлле в лучшем виде, не переживай! Дары твои и большего достойны.

— Хм… — окончательно впечатлился Кеннет. — Что это за невероятно ценная жидкость? По эманациям на пыльцу из рога единорогов похоже.

— Гораздо лучше! Не пожалела невинная дева для старика слез своих, — сдал Юв с потрохами, — свежих, горячих, искренних! И столько сладкой безысходности… Не смел и мечтать.

Кеннет заметно помрачнел.

— Нельзя было их собирать? — вырвался испуганный шепот. Вдруг в магическом мире делиться слезами небезопасно? Теперь глаза выпадут, или что похуже случится. — Могут быть какие-то проблемы?..

— Вряд ли, — успокоил он. — Но когда ты успела поплакать? А главное, из-за чего?

— М-м-м… — замялась я, отчаянно избегая смотреть в черные глаза напротив. Не говорить же, что из-за поцелуя! К тому же не совсем поэтому… — Я же девочка! У меня все сложно… В голове…

С головой, блин! А ему не все равно, почему я расстроилась. Вот это да! Я подняла взгляд и тут же наткнулась на ответный — странный и пристальный. С трудом втянула в легкие воздух, память подкинула остальное. Жар дыхания, нежность прикосновений, мягкость приоткрытых губ. В горле пересохло, сердце забилось чаще. Тук-тук-тук! Заходите, открыто. Полнейший сквозняк, и, кажется, меня им сдуло…

— Где же оно было, где? — вернуло в реальность бормотание Юва. Оказалось, пока мы тут стоим, он зарылся под прилавок и шуршал оттуда чем-то да звякал. — А, вот!

Резко вынырнув, Юв выпрямился во весь свой скромный рост и нехотя вручил Кеннету потертый камушек. И что это за ерунда такая невзрачная? Уж не продешевила ли я, а? Но Кеннет выглядел довольнее всех слонов, вместе взятых, и быстренько убрал вещицу в пространственный карман. Видимо, пока ушлый торговец не передумал, выражение лица-то у того было очень задумчивое.

— О дева, осветившая мою обитель визитом повторным, есть еще один сосуд, — выдал Юв нараспев. Жадина, добавки захотел? Лопнет ведь. — Не возьмешь ли с собой, вдруг наполнится вновь…

— Не возьмет, — решительно отказался за меня Кеннет, — он ей больше не понадобится.

Э-э-эм?..

— Слезы из программы вычеркиваются, — добавил он.

А… Да… Я глухо кашлянула и кивнула.

— Что ж, что ж, — Юв суетливо улыбнулся, поправил на голове съехавшую набок шапочку для душа, — и так хорошо, может, и так хватит.

— А что вы будете с ними делать? — все же победило во мне любопытство. — Ну, со слезами. Какой с них толк?..

— Компонент, ключевой компонент, — к важному тону прилагался поднятый вверх зеленый палец, — сбудется давняя мечта, наконец! Откат энергетическо-структурной консервации.

Понятно, что ничего не понятно.

— Отмена заклинания бессмертия, — пояснил Кеннет.

— Оу, — только и смогла вымолвить я.

Выходит, он мечтает… умереть?! Слова кончились, чувства накатили противоречивые. Я отчасти помогаю самоубийство совершить! Но ему ведь самому этого хочется, его право. Вечная жизнь — то еще мучение, наверное. Пятисот лет существования в гномье-зеленом виде и врагу не пожелаешь.

— Ну, удачи, свершений, честных сделок, и не доломайте там ничего, — напутственно выговорил Юв и развернулся в направлении своей мини-квартирки. — Замок лавки отпирать не буду, только за ее владычеством запер. Все равно же вы дверью не воспользуетесь.

Поклонившись на прощанье, он забрал зажженную свечу с прилавка и, дошагав до угла, исчез. Собственно, все исчезло. В кромешную темноту погрузилось. Ни полок, ни стен, ни их очертаний в пространстве. Необыкновенно плотный воздух, пропитанный запахами благовоний, и шелест дыхания, не только моего. Рядом, так близко, что руку протяни, и прикосновения не избежать. Ох… Сцепив пальцы в замок от греха подальше, я отступила на шаг и уперлась поясницей в прилавок. Мгновение спустя под потолок улетел теплый шарик света, Кеннет сосредоточенно склонил голову набок. По мне заскользил откровенно изучающий взгляд, по сантиметру ощупывая. На мне точно что-то есть сейчас?..

— Что? — не выдержала я и оттянула край футболки, убедившись, что она существует, а пони на ней выглядит абсолютно прилично.

— Экзотичненько, — с задержкой последовал ответ.

— Не виновата я, мне принесли! И у нас на Земле такое продается везде, а не в…

Вспомнив логотип на пакете, я почувствовала, что к щекам прилила кровь.

— Ну-у-у, извини, — покаялся он, — это единственный магазин, который работает здесь ночью.

Одежду мне нашел не Юв? Ой.

— Пристроил последнюю расписку, — с чувством выполненного долга сообщил Кеннет, — продавщице. Надеюсь, придет требовать с владыки свое.

— Угу, — я невольно насупилась, — и девочки из кабака…

— Эти — нет. Но пусть ждет!

Не придут? Он их что, выдумал?..

— Знаешь, — Кеннет посмотрел куда-то на потолок, — в это время на крыше очень красиво. Идем, покажу.

Я кивнула. По-моему, уже после того, как нас озарило яркой и теплой вспышкой света.

Секундное парение, и под ногами вновь оказалась твердая поверхность. Крыша, огромная и безлюдная! Взлетно-посадочная площадка драконодрома, тени аккуратных пристроек, нежно-розовые всполохи в небе. Рассвет? Долго же я в ванной отмокала. Взгляд Кеннета отлип от моей футболки. Да-да, как бы ни прекрасна была пони, через бортик лучше перелезать, глядя себе под ноги. До края крыши там всего ничего… Он поманил меня за собой, невозмутимо встав у самой линии неба. Я полезла следом, убеждая себя, что так можно и ограждение поставили чисто для галочки. Вон какое невысокое, без колючей проволоки. Чтобы вниз свалиться, целый шаг сделать надо. И заклинание левитации есть, если что. Держась вытянутой назад рукой за перила, я глянула вниз. Сказочная мощеная площадь, избушковые домики, зеленые квадратики парка — все будто на ладони, в мягких лучах восходящего солнца. Были они какие-то не такие: мягкие, ласковые, как прикосновение обнявшей меня за талию руки. По коже пробежали сладкие мурашки, остатки страха испарились. Я отпустила перила, шагнула к Кеннету, в кольцо надежных рук. Вот теперь можно и падать… Я положила голову ему на плечо и вспомнила наконец, зачем мы сюда пришли. Действительно красиво! Мимо плыли рваные, подсвеченные розовым облака, похожие на хлопья волшебной ваты. Величественно-спокойный город медленно просыпался, рассеивалась темнота в окнах. Ни мигания вывесок, ни привычных огней мегаполиса. Лишь в сквере перед библиотекой светились голубоватые шапочки деревьев. Наверное, при включенной магии Ладос выглядит иначе.

— Ночной вид здесь довольно посредственный, — словно прочел мои мысли Кеннет, — а вот утренний хорош. Без мигания всякой магической мишуры даже лучше, ничего не отвлекает.

— Мне нравится, — прошептала я совершенно искренне. — Хорошо, что небо выключить нельзя.

Он странно усмехнулся. Эх, будь внизу хоть руины постапокалипсиса, все равно бы мне понравилось… В голове зашумело, и я поспешно ткнула пальцем в библиотеку вдали:

— Вон те деревья светятся. Старую магию впитали, что ли?

— Впитали обычный дневной свет, — его рука обвила меня крепче, видимо, чтобы я, тыкая пальцем вперед, не свалилась ненароком, — особая растительность из Гарда, осветительная, считай.

Вот оно что… А много он растительности Гарда знает. Ромашки те злобные в заповеднике умел обходить и в целом неплохо ориентировался во всяких кустах. Кстати, откуда такая осведомленность?..

— Круто, наверное, в том Гарде, — высказалась я, не решаясь спросить прямо. — Вода у них волшебная самонагревательная, деревья вместо светильников, охраны и бог весть чего еще. Не природа, а сказка! Понятно, почему передовым миром стали, с подобными-то ресурсами.

— Не такая уж сказка, — отчего-то развеселился Кеннет, — вспомни свой первый поход к ручью. Порой напрягает, когда у какого-нибудь куста на все имеется свое мнение и он может на тебя разозлиться и двинуть веткой промеж глаз.

— Личный опыт?..

— Я буду все отрицать, — глаза у него стали честные-пречестные, — а показания ручьев, кустов и прочих разумных неговорящих форм жизни в учет официально не принимаются, так и знай.

— Ладно, — хихикнула я, чувствуя, что почти нащупала что-то. И это не выпуклые мышцы под его рубашкой. Черт, отвлекаюсь! — Все равно они крутые, вон «Дары Гарда» чуть ли не в каждом доме есть. А что уникального у Ладоса…

— Магия. — Игривый тон как ветром сдуло. — Большинство талантливых магов отсюда, процент одаренных среди людей выше, чем в остальных мирах, вместе взятых. Эллодиа вообще исторический лидер по магическим разработкам. Тут изобрели порталы со всеми алгоритмами расчета, три четверти целительских заклинаний, всю артефакторику, мгновенное изучение языков, пространственные карманы и многое другое.

— Теперь не изобретут, — подытожила я печально. — Если она к ним не вернется…

Не представляла себе раньше масштаб катастрофы, если честно. Без летающих волшебных кораблей и магопровода еще как-то можно прожить, но когда даже вместо медицины магия… Это же сколько людей пострадает. Целый мир!

— Вернется, — заявил Кеннет, — а прорицатели всем Союзом пойдут исключительно погоду предсказывать. Хватит им уже людей дурить, вконец охамели.

Неужели он собирается… им помешать? Я открыла было рот, чтобы спросить, как сзади что-то громко зашевелилось. Из-за пристройки донеслось шуршание, захлопали крылья. Я вздрогнула.

— Одному из драконов не спится, — пояснил Кеннет, оборачиваясь и высвобождая свое плечо. — Вышел прогуляться по крыше.

— Что, целый настоящий никем не занятый дракон? — ахнула я.

— Сейчас проверим.

Он подхватил меня и поставил с той стороны бортика, перелез следом. Высоты под ногами не стало, как и поддерживающих объятий. Жаль… Зато там дракон, без хозяев и смотрителей! Может, удастся его погладить?..

За приземистой пристройкой, очевидно, служившей драконьим домиком, был внушительный бассейн со снующей по дну рыбой и кусок взлетно-посадочной полосы. В паре метров от ее границы, в куче обугленных рыбьих ошметков, валялся крылатый ящер, старательно почесывая спину об пол. То ли довольно мелкий по размеру, то ли еще молодой. Обломанные на кончиках изогнутые рога, вздыбленная красная чешуя, измазанный сажей хвост. Ух, ну и запах! Горелая рыба, целый букет. Счастье, что ветер в другую сторону. И то лучше дышать пореже. Сразу ясно — хулиган. Завидев нас, он резво поднялся на лапы, хлопнул крыльями и припал к земле, как нашкодивший щенок.

— Кататься на нем мы, пожалуй, не будем, — рассмеялся Кеннет.

— Воздержимся, ага… Все равно он милый, ты только посмотри…

Глядящие исподлобья миндалевидные глаза часто моргали и всячески намекали, что эта ужасная рыба сама покончила с собой подлым актом самосожжения и подставила такого хорошего и честного дракона. Поверилось бы, если бы не остатки струящегося из его ноздрей дыма. Смешной! Вряд ли опасный, особенно людям, раз на крыше торгового центра живет. Я шагнула вперед, он попятился. Кеннет посмотрел на дракона очень сосредоточенным взглядом и поманил к себе. Тот игриво отскочил назад, замотав хвостом. Вот вредина, что ему, жалко поближе подойти.

— Позови его ты, — азартно шепнул Кеннет. — Может, к тебе пойдет.

Вырвавшееся машинально «кис-кис-кис» на драконыша не подействовало, зато подействовало на кое-кого другого, вызвав умиленную улыбку до ушей. Черт! Про ментальную связь с драконами я слышала, и было понятно, что на нее способны не одни лишь маги, но и обычные люди. Иначе как бы та же Нэлла управлялась со своим фиолетовым драконом?

— Просто смотри на него и старайся услышать, — подсказал Кеннет, — это легко, главное, сконцентрируйся.

Кому легко, а кому не очень… Я смущенно уставилась на дракона, а он на меня — не виляя уже хвостом и не моргая даже. В озорных глазах плясали искорки, теплые и щекотные. Я задержала дыхание, и на этот раз вовсе не из-за рыбных ароматов. Будто волна жара накатила, мощная и стремительная. Смывая со своего пути любые мои мысли, проникая глубоко в сознание. Запахом пепла, силуэтами вершин далеких гор. Казалось, я парю где-то на невообразимой высоте и ветер свистит в ушах. А после все схлынуло, с небес опустило на землю. Точнее, на крышу… Вместо приятного наваждения пришло странное ощущение единения. Я поняла, что слышу застывший в воздухе вопрос или нечто вроде. «Иди ко мне, — позвала, — дружить будем». Сработало! Дракон гирькой плюхнулся рядом со мной, потеснив Кеннета, и беззастенчиво выставил пузо. Вот, пожалуйста. Хотела гладить — гладь… Пузо оказалось теплым, шершавым и чуточку грязным. Подумаешь, зато как он урчал в ответ… Как гигантский котик!

— Осторожнее, — таинственным шепотом предупредил Кеннет, и я отдернула руку, — а то мимимиметр разорвет.

— Не разорвет. — Я почесала чешуйчатого хулигана за ухом. — Представляешь, я тоже была драконом! Мысленно, минуту назад. Горы в голове проносились.

От воспоминаний закружилась голова. Ну, или от рыбного запаха, как знать…

— Правильно, — он зашел ко мне с другой от дракона стороны, — это так и работает, при установке связи ловишь ментальное отражение.

— Ах, вот как оно называется. Я говорю глупости?..

— Все первокурсники говорят глупости. — Горячая ладонь легла на мое плечо, ободряюще похлопала да там и осталась. — А мне как раз полагался мой собственный первокурсник. Справедливость восторжествовала!

О-ох. Точно, последний курс, традиция опекать новичков. Что же это выходит… В теории Кеннет мог бы встретиться мне на выходе из портала? Объяснял бы все, постоянно рядом был. Фантазия разыгралась не на шутку, в животе вспорхнули бабочки. Мы весь год вместе: в парке, в столовой, везде. М-м-м… мечта! Несбыточная. Потому что я на самом деле не маг, и в университет меня не принимали, а ему, мягко говоря, не до учебы теперь.

— Так и знала, — я облизала губы, — что ты меня у тех кустов по цвету формы выбирал.

— А вот и нет…

В горле невольно пересохло. Зачем он это сказал?! Его ладонь скользнула с моего плеча вниз, прочертив наливающуюся теплом полосу между лопаток, и замерла на спине. Стало ужасно жарко. Дракон обиженно фыркнул и, выпустив из ноздрей сердитую струйку дыма, упорхнул в раскрытые двери пристройки.

— Ревнивый, — насмешливо отметил Кеннет.

Объятия стали теснее, щеки коснулось щекотное дыхание. Я судорожно сглотнула, чувствуя, как бешено колотится сердце, а остатки сонливости тают. От его ладони по спине будто огненная лава растекалась, колени подгибались. Казалось, нет ни твердого пола под ногами, ни ярко-розового неба наверху. Лишь желание прижаться, повиснуть на шее. Чтобы еще ближе… Предательская дрожь, и губы к губам.

— Так что не стесняйся, — висок обожгло поцелуем, — спрашивай, что хочешь.

Кожа мгновенно покрылась мурашками, в голове воцарился полнейший бардак. Спросить… А что-то надо спросить?..

— Если драконы такие умные, почему живут здесь и возят людей?

Что я несу?! Зачем?.. Додумалась же! Кеннет отстранился и удивленно моргнул, будто подобного вопроса ожидал меньше всего. Но все-таки ответил:

— Эти драконы домашние.

— Бывают дикие? — прошептала я догадливо ему в ухо.

Он кивнул, горячая ладонь продолжила путешествие по моей спине. Задержавшись на пояснице, двинулась обратно вверх. Другая ладонь погладила по голове, зарылась пальцами в мои волосы. Тотчас из дверей прилетел недовольный рык, затопотали тяжелые лапы. Ой… Кеннет меня отпустил, в провале двери появилась сердитая красно-чешуйчатая морда. Кажется, ревнивый дракон залетел в домик исключительно, чтобы меня пристыдить. И раздумывает, не испепелить ли вместо рыбьих ошметков одного темного мага. Вредный ящер… А я ему еще пузо чесала. С другой стороны, вернуть мозг на место не лишнее. Потому что он у меня явно куда-то выпал!

— Драконы — да, — с самым сосредоточенным видом сказал Кеннет. — Если рождаются среди людей и ими же воспитываются, получается дружба навек, все дела. А когда на воле живут, то фиг приручишь, особенно больших. В Гарде таких полно.

Ну да, родина драконов. Опять этот Гард! Все-то он о нем знает. Даже что их преследуемый Ладосом принц скрывается в Междумирье. Не самая широко известная должна быть информация. Кеннет из Гарда? Может, он и есть тот принц?! О…

— Лёна, — сбил меня с мысли голос. Предельно серьезный, как и взгляд, в котором уже ни намека на чертей не наблюдалось. Под ложечкой отчего-то засосало. — А почему ты осталась?

— Я… По дороге на пляж увидела Гатиуса и… и…

Я запнулась, поняв, что не в силах внятно сформулировать причину. И невнятно тоже.

— Испугалась?

— Было такое…

— Ну еще бы. Знаешь, я думал о твоей ситуации. Гатиус тебе ничем не угрожает. По какой бы причине ни заманил в Междумирье, ты ему больше не нужна, иначе прорицатели пытались бы тебя вернуть или убить. А им было все равно, что в нашу с ними первую встречу в Эллодиа, что после. Искать не станут.

— А?.. — К чему он клонит, доходило с трудом.

— Ты можешь не бояться вернуться домой.

Слова эхом пролетели в моей пустой голове. Вернуться. Домой. Вдруг стало холодно. С опозданием дошло, что волосы у меня еще влажные, не до конца после ванной высохли. Правильно, все правильно. Просила портал — на, вперед. Он до сих пор в моем кармане, вместе с накопителем, готов перенести по назначению.

— Преследовать тебя им бессмысленно, — продолжил Кеннет, — на Земле магии и в лучшие дни крохи, а без твоего согласия портал не сработает. Будешь жить спокойно, как жила. Ничем не рискуя. В нормальном привычном мире.

Заманчиво звучит… Наверное. Я спрятала руки в карманы. Пальцы нащупали дурацкий листок, немного смяв.

— Но лучше получать ответы на волнующие вопросы, — заявил он твердо. — Пока не разберешься — не отпустит. Если у тебя так, не уходи. Выясним, какого черта им от тебя было надо.

Я застыла с раскрытым ртом под выжидающим взглядом. Поняла, что не ослышалась и захлопнула.

— В общем, зависит от того, чего ты хочешь.

— Хочу… — сказала я тихо. Мотнула головой и уже громче добавила: — Выяснить.

Кеннет покосился на бдительно следящего за нами дракона и сказал:

— Тогда давай сюда.

— Что?..

— То, во что вцепилась. Перенастрою.

А, портал… Я отдала листок, тот в его руках тут же засветился блестящим ореолом. Заметались строчки, вспыхивая золотом и исчезая. Вот как оно колдуется… Координаты меняет? Не колдовать же новый портал, заклинание-то сложное.

— Ты собираешься вернуть магию? — спросила я, хотя была абсолютно уверена в положительном ответе.

— Это в планах есть.

— В Междумирье отправимся, к источнику?

— Эй, горячая девушка с Земли, полегче, — он шумно выдохнул. — Сначала нужно подготовиться.

Значит, подготовка в планах тоже есть! Вот только… Зачем ему я? Несмотря на несколько удачных совпадений, оказавшихся полезными, помощница из меня посредственная. Наоборот, возиться со мной придется, опекать, разжевывать элементарщину всякую. Странно, что его не напрягает. Может, из-за матери? Вряд ли та многое знала о мире, в который попала. Раз не маг, сомневаюсь, что ей полагался провожающий, встречающий и прочие наставники. Интересно, где она сейчас?..

Листок вспыхнул последней строчкой и потерял сияющий контур. Кажется, готово.

— Что мне надо будет делать? Вдруг не справлюсь?

— Да все легко, — уверил Кеннет. — Просто прыгай в неизвестный портал. Ты умеешь.

Я фыркнула, он подмигнул и разорвал листок. Пространство побелело, передо мной налился гигантский шар портала. Ну, прыгнула. Я же умею! Небо отдалилось, мир качнулся, растворяясь в ослепительном сиянии. Знакомое чувство невесомости, направляющие волны. Кромешная тьма на выходе, разъехавшиеся ноги… Кеннет поймал меня за воротник футболки, как слепого котенка, и поставил ровно, я протерла глаза. Значительно не посветлело. Скользкая каменная платформа, силуэты темных скал на горизонте. Внезапно ночь… Разница во времени между мирами? Наверху разверзлась самая настоящая бездна. Ни звезд, ни просветов. Бесконечная, до дрожи пугающая глубина. Будто неба вовсе нет или его выключили. Травинок вокруг ноль, даже жухлых, как и любой растительности. Мертвый безжизненный мрак. Я нервно закусила губу, припоминая картинки из книги про фею-путешественницу. Эсмир, конечно же. Солнца нет, и дня тоже нет. В обыденном понимании.

— Как там у вас говорят? — усмехнулся Кеннет. — Дом, милый дом?

Э-э-э… Вот же. А я совсем не угадала!