В пещере было темно, лишь сквозь расселину проникал свет А отражение в священном зеркале истины казалось ярким, как в ясный день.

— Посмотри сюда.

— Что я там не видел?!

Мужчина в темной одежде резко отвернулся от широкой ритуальной чаши. наполненной кристально чистой водой, холодной как сама смерть.

Несколько стремительных шагов к расселине.

— Стой. — Большой белый наг скользнул за ним следом и замер за спиной. — Нет смысла отрицать очевидное.

— Что ты пытаешься мне внушить, жрец? — мужчина застыл, сдерживая порыв уйти.

— Вернись, — голос белого нага был спокоен.

Мужчина выругался. Хорошо быть тем, для кого ничего не значат знаки судьбы!

Потому что сам давно уже судьбе неподвластен и неспособен ничего испытывать.

Сидит в этой своей пещере, как…

Кулаки сжались до хруста. Снова взметнулись края темной одежды, через секунду он уже стоял у древней чаши. Однако, как бы он ни был скор, наг оказался у зеркала воды первым.

— Смотри, что ты видишь?

Зеркало истины показывало неприятную для глаза мужчины картину мертвого мира. Прямые линии, металлический блеск, отсвечивающее глянцевым светом прозрачное стекло, полуживые деревья. Металлические звери. скользящие по серым лентам дорог, странные мелькающие огни.

А поверх всего женщина. Она двигалась в толпе. Вокруг множество других фигур. все они казались смазанными пятнами. Отчетливо он видел только ее. И почему-то это видение вызывало в нем презренное чувство иррационального глубинного страха, какой-то трепет. И протест. Настолько сильный, что мужчине снова пришлось сдержать невольное желание поскорее отсюда убраться. Однако наг стоял рядом, и он заставил себя вглядеться.

Темные волосы, лица женщины за ними не было видно. Невыразительная одежда. штаны, обтягивающие по-мальчишески худые длинные ноги, ботинки, что-то вроде котомки за плечами. Непонятно даже, старая она или молодая. О том, что перед ним женщина, можно было только догадаться.

— Это она, — кивнул наг, не оставляя ему шанса.

Казалось, протест его просто задушит. Он правил в этом мире столько лет, а теперь вот ЭТО жалкое подобие женщины будет решать?

— Мне все равно, — резко бросил он и покинул зал.

Пусть попробует ошибиться. Пусть только посмеет его не выбрать, и она пожалеет. что родилась на свет!

— Ты знаешь правила, — прошелестел наг ему вслед.

Мужчина был уже снаружи, и все равно услышал.

— Да, будь ты проклят, — процедил он сквозь зубы.

Белый наг, остался у зеркала истины один.

Все эти строптивые, самонадеянные самцы, рвущиеся к власти, все они приходили сюда за одним — узнать, кто победит в этой войне, станет первым. И все получили один ответ.

Далекая женщина из другого мира, ее выбор сдвинет чаши весов судьбы. Победит тот, кого она полюбит и назовет суженым.

Но только вот… белой наг, не знал, кого из них выберет ее сердце.

Пришло время выслать за женщиной Проводника. Жрец отчетливо представлял, сколько будет на эту роль желающих. Но правила едины для всех.

Оставалось несколько последних вызовов, а потом Снежане еще предстояло высидеть прием. До поликлиники она шла пешком. Толпа, городской шум, мысли.

Парадокс. Здоровый образ жизни стал причиной того, что она потеряла здоровье.

Если еще учесть то обстоятельство, что Снежана сама была врачом, звучало это дико и смешно. Так глупо. Ее привычка ходить пешком, есть только здоровую пищу.

Никакой колбасы, никаких излишеств, тортов — копченостей. Все коту под хвост.

На самом деле, конечно, все было не так.

Просто она всегда была слишком ответственной. И в муниципальной поликлинике, где она работала педиатром, зная ее безотказность, на ней просто ездили. Снежка туда, Снежка сюда, затыкали ею все дыры. Три года бешеной загрузки, два участка.

Приемы, вызова, больные, больные, больные. Все это практически без отдыха.

Не выдержала щитовидка, в результате приступы тахикардии, хроническая усталость. Но самое неприятное — пропал интерес к жизни. Для кого, для чего? Не осталось сил, пустота.

На переходе было тихо и безлюдно, она не стала ждать, пока загорится зеленый, и перешла улицу. Вот и тяжелые резные двери поликлиники. Раньше здание Снежане нравилось, старый особняк в центре города, модерн. Сейчас было все равно.

Прошла в свой кабинет, переоделась и села за стол, просмотреть, что ей сбросили на почту. Вчера она разослала свое резюме в несколько частных клиник и теперь ждала ответ.

— Снежана Владимировна, — голос медсестры отвлек ее. — К вам тут посетитель.

Глянула на часы, до начала приема оставалось еще пятнадцать минут ее законного времени. Только собралась сказать, чтобы ждал в коридоре, ей тоже отдых положен, но тут медсестра добавила шепотом:

— Это по поводу резюме.

Резюме?! Снежана чуть не подавилась.

— Кхммм, пусть зайдет.

— Хорошо, ага. А потом можно я ненадолго выскочу? Мне тут рядом…

— Да, конечно, — ответила Снежана, нервно поправляя бумажки на столе. — Пригласи.

И уставилась на открывающуюся дверь.

Дверь скрипнула, и в кабинет вошел мужчина.

Лет тридцати пяти — сорока, темноволосый, хорошо одетый и интеллигентный на вид. Но при этом, до странности непримечательная внешность, какая-то обобщенная. У Снежаны мелькнула мысль, что она не узнала бы этого человека в толпе, хотя у нее была хорошая память на лица.

За его спиной маячила ее медсестра Ольга, делала круглые глаза, показывая, что ей надо выйти. Снежана умудрилась и посетителю улыбку изобразить, и ей дать понять, что отпускает. Гость этой маленькой пантомимы не заметил, он просто кивнул в ответ.

— Прошу вас, проходите, пожалуйста, — проговорила Снежана, прокашливаясь, и невольно обвела взглядом помещение.

За три года она успела сродниться со своим кабинетом, и не замечала ни выщербленного паркета, ни старой раковины с протекающим краном, ни потеков на потолке. Муниципальная поликлиника, она и есть муниципальная поликлиника.

Трудно сказать, почему, но сейчас она испытывала странное неудобство за бюджетную нищету. Как будто ее личная вина, что тут уже сто лет как не проводился капитальный ремонт.

— Спасибо, — мужчина учтиво поклонился и сел на предложенный стул.

У него был странный акцент.

Это почему-то сразу привлекло внимание Снежаны. Мысль пробежалась как сигнал в мозгу и затухла, отложенная на потом. Сейчас она выжидательно на него уставилась. Повисла короткая пауза.

— Позвольте представиться, Ноэл Этуэнн, — проговорил мужчина, протягивая ей визитную карточку.

Имя французское. Или не совсем. Но что-то похожее, немного более певучее и одновременно гортанное. Как и его акцент.

— А я Снежана…

— Да, я знаю, мисс Волшанская. Я по поводу вашего резюме.

О… Туту Снежаны все внутри затрепетало.

— Видите ли, мисс Снежана, вы позволите к вам так обращаться?

— Да, конечно, — закивала она.

— Я представляю организацию «Врачи без границ». Кстати, наше предложение уже должно было прийти вам на почту.

Она перевела взгляд на экран, в почте действительно было несколько писем, одно из них с пометкой МSF*. Волнение, предчувствие чего-то невероятного, Снежана невольно потянулась прикрыть горло и взяла в руку шариковую ручку.

— Я еще не смотрела почту, — пробормотала она, извиняясь. — По вызовам ходила.

Пациенты.

Мужчина прищурился:

— И много у пациентов?

— А? Да. Два участка, — отмахнулась Снежана и почему-то покраснела.

Он удовлетворенно кивнул, как будто удостоверился в чем-то, и спросил:

— Вы, наверное, знаете, чем занимается наша организация?

Конечно, она знала! Медицинская гуманитарная организация, у них волонтеры по всему миру! Было в этом что-то великое, во всяком случае, Снежане так всегда казалось. И что бы там ни говорили, что мол, это прикрытие шпионажа, подвиг людей, которые бросают свой дом и едут оказывать медицинскую помощь в горячие точки или в зоны бедствия, ничто не может умалить.

Хотела ли она для себя такого? Да, наверное, хотела. Это могло бы стать смыслом жизни, заполнить пустоту внутри. Но это было так неожиданно… Как снег на голову!

Она не могла опомниться.

Все это время он смотрел на нее, улавливая эмоции. Когда Снежана поняла, не могла избавиться от странной дрожи. Как будто ветер пронесся, сухой и жаркий. А мужчина начал:

— Не скрою, у нас мало времени. и прежде чем предлагать вам что-то. мы навели справки.

Когда это они успели, она же только вчера отправила резюме? Мелькнула и угасла.

Потому что мужчина заговорил снова:

— У нас сформирована команда, и все уже на месте. Но ситуация такова, что кроме хирургов, способных работать в условиях нехватки медицинского оборудования и имеющих опыт работы проживания в развивающихся странах, в команду требуется педиатр.

— Но… у меня нет опыта работы в развивающихся странах, — начала Снежана.

— Зато у вас есть опыт ведения двух переполненных участков и выживания в… — едва заметно усмехнулся мужчина, оглядывая ее кабинет.

Она не удержалась, хихикнула в ответ. А его глаза вдруг вспыхнули таким странным огнем, что…

Наверное, ей показалось.

— Мисс Снежана, подумайте над нашим предложением до завтра.

Он неожиданно поднялся. Шагнул к столу и положил перед ней какой-то талисман на крученом кожаном шнурке.

— А это вам сувенир на память.

— Спасибо, — пробормотала Снежана, беря в руки округлую бляшку из вулканического стекла.

— До свидания, мисс Снежана, — бросил на нее непонятный взгляд и вышел.

— До свидания…

Так странно, вот он ушел, и Снежана не могла вспомнить его лица.

А этот талисман из маслянистого темного стекла с непонятным значком посередине, который она держала в руке, он казался живым и теплым. Он притягивал. Завтра…

Снежана нахмурилась, вертя в пальцах витой кожаный шнурок. А потом, повинуясь внезапному порыву, надела талисман на шею и спрятала его под одежду.

___________________________________________________

*«Врачи без границ» (фр. Médecins Sans Frontières, МSF) — международная независимая некоммерческая медицинская гуманитарная организация, которая оказывает чрезвычайную медицинскую помощь людям, пострадавшим в результате военных конфликтов, голода, эпидемий, вынужденной миграции, природных катастроф более чем в 70 странах мира.

Стоило только этому предмету коснуться голой кожи, как ей стало хорошо. Даже самочувствие улучшилось, снялась усталость. А еще… как будто где-то глубоко внутри включились часы, начали отсчитывать время. И Снежану вдруг невероятно потянуло туда, в то неизведанное, что ей предлагал этот мужчина, которого так странно звали — Ноэл Этузнн.

Завтра?

На самом деле, она приняла решение уже сегодня, сейчас.

Снежана подскочила. Он не должен был далеко уйти!

Выбежала из кабинета в коридор, там уже начала скапливаться очередь из ее больных. Те немедленно загалдели:

— Снежана Владимировна, Снежана Владимировна, можно вас на минуточку…

Нет!

— Извините, — строго проговорила, отодвигая с дороги мамашу с великовозрастным сынком. — Извините, дайте пройти.

Продралась сквозь толпу и бегом по коридору к выходу, а по дороге глазами выискивала этого мужчину. Но его нигде не было видно, и так жаль. Надо было захватить его визитку, позвонить…

И тут она, наконец вылетела в двери и увидела его спину.

— Ноэл! — крикнула, желая его остановить. — Мистер Этуинн!

Мужчина замер на месте. Медленно повернулся и взглянул на нее. И снова ей почудился тот непонятный огонь в его глазах. Вспыхнул и спрятался в глубине зрачков.

— Извините, — она, наконец, добежала и теперь стояла рядом с ним, запыхавшись. — Я…

А теперь, когда пристально вглядывался в нее, Снежана вдруг смешалась.

— Я подумала, — прокашлялась она. — Я согласна поехать. Ну… поехать туда. В горячую точку.

Ей показалось, отблеск радости промелькнул в его глазах и затаенное торжество.

— Очень хорошо, мисс Снежана.

Губы едва заметно дрогнули в улыбке.

— Но что для этого нужно? Уволиться? А документы? Это три месяца готовить, да?

Теперь ей почему-то казалась досадной каждая минута промедления. А он еще секунду всматривался в нее, стоя неподвижно, а потом вдруг отмер.

— Нет. То есть, да. Вам нужно уволиться. А документы, об этом можете не беспокоиться. Мы позаботились заранее. Все готово, вам нужно будет только подписать контракт.

Это казалось невероятным. Невероятным и еще раз невероятным. Немыслимым.

Такая оперативность!

Снежану охватила эйфория, а все остальные мысли вообще вылетели из головы.

— Хорошо, — проговорила она, не в силах скрыть улыбку.

— Значит, вы согласны? — черты мужчины неуловимо заострились.

— Да.

— Извините мисс, но чтобы не было ошибки. повторите. Вы согласны? — чуть более напряженным тоном проговорил он.

— Да.

— И еще раз. Повторите, пожалуйста, вы согласны?

— Да, — повторила она в третий раз.

И снова это ощущение горячего сухого ветра и будто шум крыльев за плечами.

— Хорошо, мисс Снежана, — выдохнул он.

А ей хотелось рассмеяться, как будто успела запрыгнуть на подножку уходящего трамвая.

— Теперь вам надо уволиться, я принесу ваши документы и контракт, и мы можем выезжать.

— Ага, хорошо, я сейчас!

А потом вдруг опомнилась.

— Мне же нужно собрать вещи и позвонить соседке, чтобы цветы в мое отсутствие поливала!

Какое-то облачко пронеслось по его лицу, однако он не меняя тона выдал:

— Позвоните. А вещи вам не понадобятся, в дороге вы будете обеспечены всем необходимым. И потом… на месте тоже.

Мужчина учтиво, на странный манер поклонился ей и ушел, а она все смотрела вслед. И снова все казалось ей невероятным. И никаких путных мыслей в голове. А внутренние часы отсчитывали время, подгоняли ее, спешили.

Наконец очнулась и тут же побежала увольняться.

Опять пришлось продираться сквозь толпу, слушать вопли. А какими ее награждали эпитетами! Главврач поликлиники пыталась из последних сил пыталась убедить ее остаться. Говорила, многозначительно понизив голос:

— Снежка, послушай меня. Не делай эту глупость, какие горячие точки?! Там же пропадают люди! Ты что, телевизор не смотришь?!

— Я твердо решила, Марь Васильна.

— Да послушай же сюда. Снежка! Давай я тебя зав отделением сделаю. Только не уходи.

Ага, Снежана уже однажды была заведующей отделением. Еще в первый год работы здесь. Нужно было годовой отчет сдать и пережить комиссию. Как сдала отчет, так ее с зав. отделения и сняли. Но дело было даже не в этом. Даже если бы главврач посулила ей золотые горы, Снежана все равно бы не осталась.

Потому что она уже все для себя решила.

Но уволить ее не уволили, а как-то хитрым образом вывели за штат и оформили отпуск без содержания. А потом еще слезно причитали, чтобы после командировки сразу к ним вернулась. Снежана не сказала ни нет, ни да.

Попрощалась со своей медсестрой Ольгой, которая смотрела на нее вытаращенными от удивления глазами. Позвонила соседке. И все.

На все про все, чтобы кардинально изменить свою жизнь, ушел всего лишь час.

Оставалось только подписать контракт.

Потом Снежана долго не могла понять, как это вообще могло с ней случиться???

Почему отключилась ее голова… Но то было потом.

А в тот момент она поставила свою подпись в гербовом бланке с многочисленными печатями. И ее загранкомандировка в горячую точку началась.

Ноэл Этуэнн явился на транспорте.

Фургон с опознавательными знаками МSF. Они сразу же в него погрузились, спешка объяснялась тем, что на месте ситуация не терпит промедления. А Снежане и не хотелось задерживаться, оглядываться назад. Ее как будто подгоняло что-то изнутри.

Как только машина отъехала, провожаемая потрясенными взглядами сотрудников, сгрудившихся у окон поликлиники, мужчина сразу же протянул Снежане большой рюкзак.

— Здесь ваша дорожная одежда, и все необходимое. Переодеться можете вот там.

Он показал за перегородку в кузове фургона.

Сам он, кстати, уже был переодет в универсальную форму неопределенного, какого-то черно-серо-синего цвета. Форма показалась Снежане странной.

Просторная, чем-то похожая на одежду бедуинов. И головной убор.

Он объяснил, там, куда они едут, это наиболее приемлемый вид одежды. Снежана без вопросов пошла переодеваться. В рюкзаке оказалось много чего, в том числе плотное белье армейского образца, по виду и ощущению как хлопковое, такая же как у него форма непонятного темного цвета и полотнище, которое использовалось как головной платок. Форма пришлась ей впору, а платок она не стала пока повязывать, да у нее все равно бы так не получилось.

Потом они долго ехали за городом. Успело свечереть. Какой-то маленький армейский, как Снежане показалось, аэродром. Небольшой частный самолет, тоже с опознавательными знаками МSF. Перелет. Еще один маленький аэродром. Там их тоже ждал частный самолет, но уже без опознавательных знаков. Молчаливый пилот, разговоры на непонятном языке.

В контракте значилась Ливия. Какой-то там населенный пункт, они сейчас летели туда. Снежану сморил такой сон, что глаз не открыть. Она спала на рюкзаках, и сам ночной перелет вообще не запомнила.

Только уже на рассвете ее разбудил Ноэл.

— Прилетели. Надень это и выходи, — он протягивал ей головной платок.

Зябко поеживаясь, совсем одеревеневшая со сна, Снежана вылезла наружу, держа рюкзак за лямки. Вокруг, куда хватал глаз, была дикая пустыня! Камни, песок, в воздухе краснеющая дымка.

Пока она оглядывалась вокруг, раздался звук мотора. Она только успела оглянуться и увидеть, как исчез в этой дымке самолет, а рядом с ней остался только Ноэл Этуэнн. И пустыня кругом.

Стало так жутко…

Но не успела она, как следует испугаться, как из красноватой дымки перед ними появился отряд всадников в темных одеждах.

Снежана совсем растерялась, увидев неожиданных гостей. А мужчина рядом с ней тихо выругался на непонятном языке и разом напрягся. Она хотела спросить у него, что происходит, потому что это все слишком уж напоминало нехорошую картину из фильмов про боевиков или бандитов. В голове сразу пронеслись мысли, что их могут продать в рабство, ее так точно.

И тут от толпы отделился один всадник, подъехал ближе. Спешился и отвел мудрено накрученный темный платок от лица. Снежана смотрела на него во все глаза, хотя, наверное, надо было опустить голову и меньше привлекать к себе внимание. Потому что мужчина был опасен.

Но такое необычное лицо… Оно показалось бы ей слишком красивым, если бы не пренебрежение и гнев, сквозившие в каждом его взгляде и действии. Он подошел к ним вплотную и заговорил. И как ни странно, Снежана поняла. Потому что он говорил на русском. С акцентом, но… Бред…

— Как ты посмел, Ноэл?

— Она трижды дала согласие, — ответил тот.

Как будто ее здесь нет.

— Ты…! — последовало непонятное ругательство, от которого Ноэл дернулся, сжимая кулаки. — На ней твой амулет подчинения!

— Но я получил результат. Получил в кратчайший срок Раад! Она согласилась — подался вперед тот, в запальчивости сжимая кулаки.

— Ты. Не смел этого делать. Правила едины для всех! — рыкнул замотанный в темную ткань красавец.

Снежана слушала и не верила, что все это происходит с ней. А он подошел и протянул руку. Она невольно шарахнулась от него к Ноэлю, тот во всяком случае был ей уже знаком. Красавец неприязненно поморщился.

— Отдайте тот предмет, что он вам дал, — проговорил приказным тоном, все это не глядя ей в лицо.

Но она и так уже поняла, что мужчина имеет в виду амулет. Стянула его с шеи дрожащими руками и положила ему в ладонь.

— Вот, пожалуйста.

А тот не глядя, выбросил бляшку из вулканического стекла прочь.

— Как чувствуете себя?

Как она себя чувствовала? Весь идиотизм ситуации обрушился на Снежану разом.

Да лучше бы она послушалась Марь Васильну и стала завотделением! Да лучше бы…

— Господи, — прошептала она, мазнув ладонью по лицу. — Как я сюда попала? Зачем?

Потом дошло окончательно.

— Что… Что вы собираетесь со мной делать? — еле слышно выдавила, оглядывая отряд всадников.

— Ничего, что может грозить вашей жизни и здоровью, — поморщился красавец.

Ага. Только это можно было толковать как угодно! Снежану потихоньку охватывал ужас положения. Она же полностью в их власти.

Но тут мужчина проговорил:

— Успокойтесь, вас никто не тронет. Не надо бояться. Вот, возьмите это.

Он протянул ей какой-то амулет на шнурке, на этот раз нечто похожее на маленькую металлическую капсулу.

— Что это? Я не возьму, — Снежана испугалась, что ей подсовывают очередной амулет подчинения.

Кажется, он разозлился, потому что окинул ее пренебрежительным взглядом и выдал:

— Это позволит вам понимать язык. И… — еще раз скользнул глазами по ее телу сверху вниз. — Поможет поправить здоровье.

Снежана невольно покраснела. потому что от этих его слов почувствовала себя ущербной.

— Спасибо, — пробормотала, вешая его на шею.

Легче стало, но совсем не так, на этот раз эйфории не было. А мужчина что-то гортанно выкрикнул, Снежана поняла, что он что-то скомандовал отряду, потому что те стали разворачивать лошадей. А ей бросил:

— Умеете ездить верхом?

Снежана один раз была на ипподроме, но ездить она не умела.

— Поедете со мной, — безапелляционно заявил и свистнул, подзывая своего коня.

Если честно, конь был настоящий зверь, ей подойти к нему было страшно, не то что сесть верхом. Сейчас она, кстати, заметила, что двух лошадей вели в поводу. На одну из них сел недовольный надутый Ноэл.

— А можно мне поехать с ним? — показала Снежана на него.

— Нет! — рыкнул мужчина. — Ноэл потерял доверие.

Доверие… Вот как. Странные бандиты однако.

Но дальше особо размышлять не пришлось, ее как пушинку подняли с земли и усадили на спину коня, этого черного зверя. У Снежаны горло свело от ужаса.

Однако конь стоял смирно.

В отличие от остальных всадников. Среди них поднялся ропот, похоже, каждый намекал, что она должна ехать с ним.

— Хотите оспорить?! — резко повернулся ко всем этот красавец, которого она самом деле боялась куда больше остальных. — Я еще не потерял доверие!

Ропот утих, а мужчина одним махом вскочил в седло за ее спиной и тронул коня. А за ним весь отряд пошел шагом в сторону красноватой дымки. Сидеть рядом с этим человеком было неудобно и страшно. А его сильное тело за спиной откровенно ее смущало. Да еще его крепкие, будто стальные руки, зажавшие ее с обеих сторон, они касались боков.

— Что он тебе наплел? — спросил мужчина.

— Он… — Снежана прокашлялась. — Предложил мне контракт от организации «Врачи без границ». Я подписала контракт, и мы срочно выехали в командировку в горячую точку.

Теперь она сама понимала всю абсурдность произошедшего. Самое настоящее помрачение рассудка. Но было поздно. Она здесь совсем одна, кругом пустыня и эти страшные мужики.

— Так ты врач?

— Да, я педиатр, — тут же выпалила Снежана, подумав, что это может сыграть на пользу, и добавила для верности: — Детский врач.

— Не очень он тебя и обманул, — процедил мужчина. — Точка будет горячая.

А потом приказал:

— Закрой лицо! — и внезапно с гортанным выкриком пришпорил коня.

И они на всем скаку врезались в эту красноватую дымку, на деле оказавшуюся вязкой, как кисель. Вот теперь было страшно!

Сколько это длилось, Снежана не знала. Минуту, секунды, час? Она зажмурилась и, наверное, она даже орала от страха. Пока мужчина не сказал ей:

— Можешь перестать оглушать меня воплями и открыть глаза.

Действительно, по ощущениям вокруг уже был обычный воздух, только какой-то горячий. Снежана осторожно открыла один глаз, и первое, что увидела, была долина среди гор. И жерло вулкана с плескавшейся в нем раскаленной лавой, а над ним поднимающийся к небу столб пепла и дыма.

И драконы. Настоящие. Много. Они парили в воздухе над долиной.

Драконы над долиной…

Картина была настолько невероятной, что Снежана застыла, открыв рот и задрав голову.

— Добро пожаловать в наш мир, — проговорил у ее уха мужчина.

Тон был резким и имел мало общего с гостеприимством. Наверное, она ему очень не нравится, подумала Снежана, прежде, чем до нее начал доходить смысл сказанного. Но осознание все-таки наступило. Она сжалась и попыталась отодвинуться, а мужчина вдруг громко и протяжно что-то выкрикнул.

И тут же большой красный дракон подлетел к ним, отделившись от остальных.

Когда Снежана увидела, как огромные крылья, подсвеченные красно-золотым солнцем застилают небо, а когтистые лапы нацелены прямо на них, она упала в обморок.

Приходила в себя медленно и все не могла понять, где она и что происходит.

Последнее, что Снежана слышала, это был недовольный голос красавца, который ее вез. Бред, подумалось ей.

Драконы, вулканы, врачи без границ, чего только не приснится.

Надо проснуться, и все. Но…

Несколько лет назад ей повезло лететь с крутой лестницы вниз головой, вот ощущения были примерно те же. Глаза открыть страшно, потому что непонятно, жива ты, или уже нет. Вроде ничего не болит, но опять же, может быть, уже не болит, потому что болеть нечему?

Осторожно шевельнула одним пальцем, чтобы убедиться. Получилось. Тело слушается, ничего не болит, значит, она сейчас откроет глаза и приснившийся ей кошмар закончится.

— Госпожа, ты очнулась?

Мужской голос.

Снежана немедленно открыла глаза и уставилась на говорившего. Он… Опять эта темная одежда. Значит, не приснилось.

Вернулась реальность, а вместе с ней и страх. Обнаружить себя в каком-то шатре или палатке, лежащей на топчане? Брррр. Да еще в обществе постороннего мужчины, это, знаете ли, было слишком. Этого человека она еще не знала, скорее всего, один из отряда. Кто уж они там, боевики или бандиты… Тут же снова вспомнились драконы.

Ей хотелось застонать и отползти. Но что за намерения у этого типа неизвестно, не стоило будить в нем хищные инстинкты.

— Здравствуйте, — пробормотала Снежана, незаметно стараясь оглядеться.

— Госпожа нормально себя чувствует? — спросил он и улыбнулся.

Мужчина был хорош собой, даже красив. Сейчас, когда он откинул край головного платка, ей было видно его лицо.

— Да, — заставила себя выдавить Снежана, ощущая, что пересохло в горле и очень хочется пить.

А он как будто понял, протянул руку в сторону, взял с низенького стола резную чашу. Все это не отрывая от нее странно мерцающего взгляда.

— Выпей это, прекрасная госпожа.

Губы мужчины снова изогнулись в улыбке. Он чуть подался вперед, а у Снежаны промелькнула дикая мысль, он что, ее клеит? Уж свою-то внешность она знала. И до госпожи, тем более прекрасной, ей как до луны.

Пить это, непонятно что, сразу расхотелось.

Она все-таки чуточку отодвинулась назад на топчане, так, чисто на всякий случай, и спросила:

— Кто вы?

— Я Лонан. Клан верных.

— Что?..

— Госпожа, выпей это, тебе сразу станет легче, — понизил он голос до хрипловатого шепота и придвинулся к ней еще ближе.

У Снежаны по спине побежали мурашки. Вот точно не хотелось ей пить это.

— А где этот… Тот, с кем я ехала на лошади?

— Раад? — мужчина недовольно нахмурился. — Зачем тебе Раад, когда есть я? Выпей это и ты увидишь, как тебе станет хорошо.

Он протягивал ей чашу, держал уже почти у самых ее губ.

— Хассе! — вдруг раздался резкий окрик.

Мужчина дернулся, чуть не выронив чашу от неожиданности, и выругался сквозь зубы. В палатку шагнул Раад. Казалось, от гнева его глаза мечут искры.

— Отошел от нее! Быстро!

Следом за ним в палатку ворвалось еще двое.

Лонан, резко вскочил на ноги и попытался выплеснуть содержимое чаши наземь, Но Раад оказался значительно быстрее, одно неуловимое движение, и он уже держал его за руку. Тот яростно ощерился, и Снежана увидела, что у него небольшие, но самые настоящие клыки…

Раад презрительно хмыкнул, а остальные сгрудились вокруг.

Выглядело это жутко, казалось, разъяренные мужики сейчас вцепятся в глотку друг другу. Она съежилась на тапчане и забилась в угол.

Однако драки не последовало. Один из тех двоих, пришедших с Раадом, забрал чашу и отпил глоток. А потом сплюнул и кивнул Рааду.

— Я так и думал, что ты попытаешься.

— Пошшел ты в бездну! — зарычал Лонан, скаля клыки.

— Ты потерял доверие. Поэтому ты к ней больше не приблизишься.

— Ты здесь никто, чтобы мне приказывать! Правила едины для всех!

— И ты их нарушил.

Лонан вывернулся из рук державших его мужчин, бросил на нее, странный взгляд и вышел. За ним и те двое.

— Что… было в той чаше, — решилась, наконец, спросить Снежана. — Яд?

— Яд? — презрительно усмехнулся Раад. — Нет, можешь не бояться за свою жизнь.

Тебя никто не будет травить.

— Но что тогда?

— Тебе не надо этого знать, — резко бросил он ей и вышел.

Только что толпились эти опасные мужики, и сразу никого. Вроде бы надо радоваться, что ее оставили в покое. Но надолго ли? Снежана замерла, в замешательстве, потирая лоб. Вот же она влипла…

Что здесь только что было? Ее пытались чем-то опоить. Это понятно.

Но отношение?! Такое странное и различное.

Этот Лонан, с самого начала показавшийся ей приторным. Ноэл, который ее сюда обманом заманил. Всем им что-то от нее нужно.

Этих их правила. И это как-то связано с ней.

Раад уже два раза об этом говорил. В последний раз с таким презрением, что Снежане показалось, его от нее чуть ли не тошнит. Но он защитил ее от чего-то уже дважды. От чего? Что за опасность ей грозила, если сам же он сказал, что с ней не сделают ничего такого, что может грозить ее жизни и здоровью?

Значит, все-таки грозило???

Снежана просто перестала понимать, что происходит. И не у кого спросить.

Что это, образно выражаясь, «мир мужчин» она уже тоже догадалась. Но должны же тут быть какие-нибудь поварихи, прачки, прислужницы, женщины с тряпками, которых никто не замечает, они точно будут знать, что тут происходит. Но как назло, никаких женщин не было видно. Только она собралась встать и попытаться разведать, что там снаружи, в палатку вошел еще один мужчина.

— Госпожа.

Снежана невольно вздрогнула и подобралась. Но он не стал приближаться, замер на пороге. А потом откинул с лица край головного платка и представился:

— Я Аэд.

Это было вежливо. Она еще обратила внимание на то, что имена звучат немного по-разному. Ноэл Этуэнн имел двойное имя, Лонан — клана верных, а у Раада иу него такое короткое, но звучное имя. Наверное, это что-то значит?

— Снежана, — кивнула она в ответ.

— Это честь для меня, госпожа, — мужчина прижал руку к сердцу и поклонился.

И остался стоять у входа, не пытаясь как-то влиять на нее и затеснять и без того скудное жизненное пространство. Это создавало мнимое, но чувство безопасности.

Снежана немного расслабилась.

А мужчина был красив. Может быть, не так притягателен как Раад, но тоже очень хорош собой. Высокий и крепкий, но ниже Раада ростом. Похоже, они все тут красавцы как на подбор… Хотелось бы знать, что им всем от нее нужно?

Но только она собралась спросить, как он произнес:

— Если ты достаточно хорошо себя чувствуешь, нам надо продолжить путь.

— Куда? — пробормотала Снежана.

— В сердце гор.

Название ничего не говорило, ей оставалось только кивнуть. А он продолжил:

— Эту часть пути ты проделаешь со мной.

Куда они ее тащат, зачем?!

— Я могу отказаться?

— Да, госпожа. Тогда вместо меня тебя повезет другой.

Вот как. Выбора у нее на самом деле нет. Этот, во всяком случае, адекватный и вежливый.

— Хорошо, Аэд. Я поеду с тобой. И… зови меня по имени.

Он просветлел лицом и снова поклонился, прижав руку к сердцу. А потом показал на лежавший рядом с топчаном ее головной платок.

— Надо закрыть лицо, — но сам лица закрывать не стал.

Снежана быстро навертела из платка какое-то подобие их головного убора и встала с топчана. Мужчина терпеливо ждал, пока она закончит и только после этого предложил ей выйти.

Когда они оказались снаружи, Снежана стала оглядываться, потому что видела тут все только мельком, а потом сразу вырубилась. И с удивлением обнаружила, что лагеря или как такового не было. Кони стояли нерасседланные, никто не зажигал костров.

Получается, палатку тут разбили только из-за нее, из-за того, что она упала в обморок? Не удивительно, что Раад злился. Что он тут за главного Снежана уже догадалась. Правда, эти их странные речи о правилах… Ничего не понятно.

Стоило ей выйти, палатку тут же стали сворачивать.

— Аэд, — решилась она спросить. — Что это за место?

— Это граница, — покосился на нее мужчина.

Граница… Сразу всплыла ассоциация с контрольными пунктами пропуска, шлагбаумами и пограничниками. Но тут была дикая пустыня. Граница миров?

— Авы? Вы все, кто вы? — спросила с опаской.

Вдруг все-таки бандиты или контрабандисты. Она, конечно, не тянет на ценный товар, но кто их знает, может, продадут в гарем к какому-нибудь местному царьку.

Без вреда жизни и здоровью.

— Мы Проводники, Снежана, — ответил тот и поклонился.

— Снежана?! — услышала она сдавленный рык над ухом. — Аэд, как ты это объяснишь?

Она чуть не подпрыгнула.

Раад. Гневный. Аэд выступил вперед и спокойно сказал:

— Я не нарушил правила. Госпожа сама назвала мне своё имя.

Они замерли друг против друга, повисло звенящее молчание. Наконец Раад отошел, но напоследок так посмотрел на нее, что Снежане стало обидно до слез.

Как будто он обвинял ее в чем-то.

Настроение и без того было паршивое, а теперь вконец испортилось.

— Пора, — негромко позвал Аэд. — Снежана, нам пора ехать. Мы и так задержались.

— Хорошо, — пробормотала Снежана, опустив голову, и пошла за ним следом.

Движение вокруг, какие-то резкие шумы. Честно говоря, Снежане не хотелось даже оглядываться по сторонам. В двух шагах от нее шел Аэд, она слышала, как мерно позвякивает его оружие. Но внешне ничего не было видно, она еще подумала, что, наверное, он носит его под одеждой.

— Снежана, — окликнул он ее. — Остановись, мы пришли.

И тут она, наконец, подняла глаза. Сначала увидела когтистую лапу, край огромного серого кожистого крыла, увенчанный крючковатыми наростами… А потом дракон шумно выдохнул и переступил на месте. Она отскочила и зашлась криком.

— Куда ты меня привел?! Ааааа!

— Нам надо ехать, — протянул к ней руку мужчина. — Снежана…

— Нет! Нет! Нет!!! Уберите это животное! Оно меня сожрет!!!

— Замолчи. И не оскорбляй его.

Тихий голос Раада мгновенно погасил ее истерику, такая в нем звучала ярость.

Снежана съежилась и застыла глядя на него, все еще вздрагивая от ужаса. А он качнул головой и проговорил, глядя ей в глаза:

— Он не животное. Нерр великий воин. Это… честь.

А потом отошел, а она так и осталась трястись. Снежана прикрыла рот ладонью, на глаза наворачивались слезы. Дракон шумно выдохнул, поворачивая к ней голову, и ей стало вдруг так стыдно за свою дурацкую выходку. Она посмотрела в его огромный огненный глаз с узким черным зрачком и тихонько прошептала:

— Прости меня…

Наверное, ей показалось. Но ей действительно показалось, что серый гигант грустно ей улыбнулся, как бы говоря:

— Это ничего.

И снова выдохнул, вытягивая кожистое крыло так, чтобы по нему можно было влезть на спину. Только теперь Снежана разглядела устроенное на спине дракона нечто, напоминающее седло с тускло блестящими металлическими поручнями. Аэд подошел к дракону первым и протянул ей руку.

Все это молча. Неизвестно, что чувствовал он, но Снежане все еще было ужасно стыдно. Наконец они кое-как разместились. А дальше был взлет, Снежана намертво вцепилась в поручни и орала так, что дракон, наверное, оглох. Аэд-то уж точно. Но виду мужчина не подал, только когда иссякли ее вопли, сказал:

— Снежана, сейчас Нерр пойдет сквозь дым и пепел, тебе надо закрыть лицо.

Удивительное дело, стоило подняться в воздух, и страх почти прошел. Осталось любопытство и великое наслаждение от полета.

— А можно я буду смотреть? — шепотом спросила она.

— Можно, да, — и добавил: — Не бойся, ты в безопасности.

В этот миг мимо них, закладывая крутой вираж, пронесся тот огромный красный дракон, который так напугал тогда Снежану. На спине исполина в полный рост стоял Раад, а рядом с ним прямо у основания крыльев сидели, держась за гребни, еще двое. В одном она узнала Лонана.

— Что он делает?! — выпалила Снежана, глядя на них. — Он же упадет! Они упадут!

— Нет, дракон никогда не уронит. И этого не допустит Раад. А седло для тебя, госпожа.

Она примолкла от удивления, переваривая сказанное. А их пепельно-серый гигант завис, паря над долиной, словно давал ей возможность все рассмотреть.

Повинуясь внезапному порыву, она коснулась его горячей чешуйчатой шеи и пробормотала:

— Спасибо.

Он фыркнул. Честное слово, она отчетливо слышала, что гигант фыркнул ей в ответ! Это было… весело. Рядом пошевелился Аэд, снова звякнуло оружие. И ей вдруг пришло в голову, что пока есть возможность, надо бы его расспросить, он казался ей адекватнее остальных.

Взглянув вниз, она заметила, что улетели не все.

— А они? — спросила, видя, что часть отряда, вытянувшись вереницей, движется в том же направлении.

— Они из других кланов. Доберутся через скалы и приведут лошадей.

Еще несколько минут полета, и вереница всадников осталась далеко позади, а они уже огибали по большой дуге столб дыма над сопкой. Сверху раскаленная лава выглядела очень красиво.

— Скажи, а это сердце гор… Оно далеко?

— Получится два дня пути.

Он добавил, поясняя:

— Нам придется ждать остальных.

Два дня пути… Это хоть какое-то время на подготовку. Еще бы знать, как себя вести, все-таки другой мир, другие законы.

— Аэд, вы все время говорите про какие-то правила, ты не мог бы мне их объяснить.

Чтобы я не нарушала, а то…

Хотела сказать, что Раад макает ее носом на каждом шагу как котенка, а это не очень-то приятно. Но промолчала. Мужчина усмехнулся.

— Эти правила не для тебя госпожа. Они для нас. Для Проводников и… Для нас.

Круто. Но от этого было не легче.

— И все же, ты не мог бы их мне объяснить, что можно делать, а чего нельзя.

— Для тебя нет никаких ограничений, — мягко проговорил он.

Темнит, ох, темнит… Ладно, подумала Снежана и решила сменить тему.

— Аэд, ты сказал, проводники. Значит, это ваша работа, да?

— Нет.

— А кто вы?

— Мы воины.

Исчерпывающая информация. Но пока Аэд отвечал на ее вопросы, она попыталась выведать больше.

— Наверное, это опасно, вас потому так много? Ну… чтобы если что, отбиться?

— Обычно бывает достаточно одного Проводника, — усмехнулся мужчина. — и прежде, чем она успела спросить, пояснил: — Твой случай особый.

Очень нехорошее подозрение зашевелилось у Снежаны.

— Аэд, а женщины у вас есть?

— Женщины? — Аэд повернулся к ней всем корпусом. — Конечно.

В его голосе сквозило легкое недоумение, как будто она сказала несусветную глупость. А она смешалась. Действительно глупо, как это она сама не додумалась, что столько разных мужиков не могло появиться путем почкования. У них должны быть матери, жены, сестры, дочери. Возлюбленные. Наверняка, даже целые гаремы. Снежана поморщилась, ей была неприятна эта мысль.

— А почему ты спросила? — поинтересовался мужчина уже с легкой искоркой веселья в глазах.

Так, с открытым взглядом, он казался более привлекательным. Хотя Аэд и без того был красив, но этот намек на улыбку делал его понятнее и ближе. Теплее, что ли.

— Ну… — уклончиво повела бровями Снежана, не замечая, что неосознанно поглаживает кончиками пальцев чешуйки на драконьей шее. — Я просто пыталась понять, с какой целью меня похитили.

Веселье во взгляде сменилось серьезностью.

— Тебя не похищали, Снежана. — сказал он. — Ты сама сделала выбор и подтвердила согласие трижды. Троекратное согласие — это закон, его невозможно отменить.

— Это было под действием амулета подчинения! Ваш Раад же сказал!

— Нет, Снежана. Согласие было добровольным, иначе тебя невозможно было бы провести через границу. А амулет подчинения Ноэл собирался использовать с другой целью. Потому он и потерял доверие.

С какой целью? Как и тот Лонан, который пытался опоить ее каким-то зельем? Вот почему они все время об этом умалчивают?! Все!

— Аэд, скажи прямо, зачем я вам нужна?

Мужчина чуть сощурился, глядя ей в глаза с каким-то странным чувством. Потом отвел глаза и покачал головой:

— Этого я не могу тебе сказать. Но поверь, нужна.

Ну конечно! Снежана отвернулась от него, уставившись на сизую дымку, стелившуюся над долиной. Огненная сопка осталась позади, где-то там, внизу в скалах должна была двигаться другая половина отряда. Она не надеялась их увидеть, все равно ничего не разглядеть сквозь пепельную завесу. Дикое место, нелюдимое…

— Здесь кто-нибудь живет? — спросила она.

— Да, — голос оставался спокойным, но ей показалось, что Аэд отвечал неохотно.

— Люди?

— Нет, — покачал головой тот.

— А кто?

— Тебе не стоит этого знать.

Ну, вот опять! Это постоянное умалчивание было уже просто обидно. Навалилось такое разочарование… Ей надо было его выплеснуть. Хоть кому-нибудь. Хотя бы дракону, на спине которого сейчас сидела.

— Я думала, что смогу изменить свою жизнь, — тихо проговорила она, ни к кому конкретно не обращаясь. — Ваш Ноэл сказал, в горячую точку требуется детский врач. Я хотела помогать людям. А вместо этого…

Она прикрыла рот ладонью и обиженно выдохнула, вспомнив свою эйфорию.

Теперь Снежана понимала, что это эффект от амулета подчинения. Но если посмотреть трезвым взглядом. Что ждало бы ее в той же Ливии? Полувоенный лагерь посреди пустыни? Больные, раненые, беженцы. Голодные покалеченные дети. Грязь, нищета, болезни. Будь она хоть трижды врач, от этой картины Снежана невольно содрогнулась.

Но там она могла быть полезна! Пустая жизнь приобрела бы какой-то смысл. Что теперь говорить, если все было так глупо и напрасно. Ее обманом заманили сюда. куда-то везут. И неприятнее всего было осознавать, что все они держат ее за идиотку. Хорошо, хоть не убивают и не насилуют.

— Ноты и здесь сможешь помогать, если этого хочешь. — тихо сказал мужчина. — И здесь тоже есть дети.

— Что?

— У нас тоже есть города и поселения, ты их еще увидишь, потерпи немного. И потом, разве твоя жизнь не изменилась?

Неожиданно было посмотреть на все с этого ракурса. И это была хоть какая-то, но поддержка. Снежана повернулась к нему.

— Спасибо, Аэд.

— Не за что. Ты всегда можешь на меня рассчитывать.

Сказано было просто и очень по-человечески. Она посмотрела на него долгим взглядом и проговорила:

— Я запомню.

А мужчина уже виденным однажды жестом прижал руку к сердцу и склонил перед ней голову.

— Это честь для меня.

Вот сейчас Аэд был похож на рыцаря, средневекового паладина. Но Снежана велела себе не обольщаться, потому что всем им от нее что-то нужно. Не исключено, что он просто играет роль хорошего полицейского. И все же он давал хоть какие-то сведения.

Она уже повернулась спросить его еще о чем-то, как откуда-то сверху, даже не слетел, молнией рванулся и замер в воздухе перед ними огромный красный дракон.

Между его широких крыльев, скрестив на груди руки, стоял Раад. Секунду он прожигал Аэда взглядом, потом посмотрел на нее, и Снежане вдруг захотелось съежиться.

Мгновение показалось невероятно долгим, и хотя Раад был достаточно далеко. она, кажется, успела рассмотреть каждую ресничку и зелено-золотистые прожилки в его серых глазах. А в следующий миг он что-то выкрикнул, и красный дракон камнем ушел вниз.

У Снежаны аж сердце оборвалось.

Она резко обернулась к Аэду. Его взгляд вслед красному дракону был подобен стальному лезвию, да и сам мужчина казался напряженным как натянутая струна.

Э… Да они враги? Или соперники… Подумалось вдруг Снежане.

А тем временем их пепельно-серый Нерр стал снижаться, аккуратно закладывая виражи, видимо, ее щадил. Он вообще двигался удивительно мягко, и ветра на его спине не ощущалось или холода. Удивительно, как она не обращала на это внимания, надо будет потом расспросить.

— Первый привал будет здесь, — тихо проговорил Аэд.

Снежана заметила, что солнце садится, и зябко передернула плечами. Первый привал, значит, им придется здесь ночевать? Стоило подумать, что придется провести ночь в таком диком месте, да еще одной в компании стольких мужиков, стало откровенно не по себе.

Раад не мог сдержать своей досады и разочарования с самого начала. А уж когда увидел ее вживую, ему как будто когти по душе прошлись. Что за странный каприз судьбы? Почему судьба целого мира должна зависеть от одной глупой самки, которую идиоту Ноэлу без труда удалось обвести вокруг пальца.

Это она будет решать???

Он готов был взреветь от несправедливости.

Значит, варгу” под хвост все, чего удалось достигнуть? И теперь всякая шваль, вроде Клана Верных может претендовать на что-то? Верных!

Его передернуло, первые предатели и двурушники, не гнушающиеся никакими методами. Счастье, что он вовремя зашел, до того, как этот щенок Лонан успел опоить ее приворотным зельем.

Удивительно, как эта бестолковая и несуразная девица не повелась на его уговоры.

Хорошо, хоть на это ее птичьих мозгов хватило! А потом он чуть не сорвался, когда эта идиотка оскорбила Нерра. Женщина своим присутствием она создавала Рааду одни проблемы. Она постоянно выводила его из себя.

И все же, он с первой секунды испытывал какую-то болезненную потребность защищать ее.

Унизительно, неприятно.

Ему не хотелось об этом думать.

И без того хватало забот. Из-за нее им пришлось сделать остановку в пути. И из-за нее теперь придется ночевать в непредвиденном месте. А в этой сизой дымке часто шастает всякая нечисть. Да, Раад не боялся тварей Джейдока, обитавших в приграничных землях. Он мог бы в одиночку защитить и женщину, и остальных.

Но это война, и войне уже слишком много лет. И без того то шаткое перемирие, что они сейчас имеют, держится на волоске. Ему не нужны были лишние жертвы.

Здесь и сейчас они все равны. Пока правила не нарушены, у каждого есть шанс привлечь внимание этой невзрачной девицы. И это тоже было оскорбительно — ему тереться в этой толпе. Приходилось переступать через свою гордость.

Раад шумно выдохнул, глядя, как к нему приближается старый добрый враг и соперник, его брат Аэд. А тот остановился в двух шагах и замер, вглядываясь в пепельную дымку.

— Тихо, — пробормотал Аэд.

— Да, — Раад поморщился, не считая нужным сдерживать скепсис.

— Думаешь, он рискнет?

— Пусть попробует.

В отдалении стоял шатер, в котором должна была ночевать иномирянка. Охрану Раад распределил парами. Кроме Ноэла и Лонана, тех он оставил под надзором своего красного гиганта Ардо.

Но один из Проводников, Баэдан Кар, должен был сейчас находился с ней внутри.

Недолго, но даже за очень малое время можно многое успеть. Похоже, Аэд думал о том же. Потому что незаметно оглянулся. Рааду не надо было оглядываться, он и так это видел.

— Я смотрю, тебя зацепила девица? — ехидно поинтересовался она у своего старого соперника. — Надеюсь, ты не сболтнул ей лишнего?

— Нет, — ответил Аэд. — Должен признаться, она задавала не совсем удобные вопросы. И…

Он замолчал, и пауза затянулась. Раад не выдержал, обернулся всем корпусом:

— И?

— Она довольно необычная, — Аэд почесал правую бровь.

— И в чем же выражается ее необычность? В том, что она на женщину не похожа?

Он уже успел пожалеть, что позволил раздражению вырваться. Но сейчас Аэд своим глубокомысленным видом откровенно бесил его.

— Тем, что у нее идеи.

Раад не стал даже комментировать, только презрительно хмыкнул. Хотел сказать, что слишком хорошо знает женщин и все их идеи.

Но в этот момент со стороны палатки донесся женский крик.

Вторые сутки в дороге, сплошные стрессы и эмоциональные срывы. Снежана совершенно вымоталась за сегодняшний день. Ладно, хоть сообразили, что ей нужно уединиться, кое-как сбегала под охраной двух мужиков справить свои делишки, и то, рядом постоянно маячил Раад.

Ей спать хотелось до слез, а не спалось от дурных мыслей.

Да еще в ее палатку заперся один из этих мужиков. Представился.

— Я Баэдан Кар, — и откинул с лица край головного платка.

Красивый. Все они тут красивые, глаза хитроватые, масленые. Устроился у самого выхода, развалился, полулежа и начал свои речи.

— Госпожа, если тебе угодно, я мог тебе помочь расслабиться.

В первый момент она обомлела, глаза вытаращились.

— Что?

— Я мог бы развлечь тебя беседой.

Но его взгляд, скользивший по ее телу, жесты, все было слишком двусмысленно намекало на секс. Однако он сидел у входа и не приближался, Снежана сделала вид, что его сальных взглядов не замечает.

— Развлечь беседой, говоришь?

— Да, госпожа. Если тебе не угодно другое развлечение.

— Меня вполне устраивает беседа.

— Как угодно госпоже.

Он умудрился учтиво поклониться из своего положения полулежа. Ловелас хренов.

Однако он мог дать ей какие-то сведения. В частности, ей хотелось подтвердить одно свое предположение.

— Скажи Баэдан, а у вас есть гаремы?

— Да, госпожа. Есть.

И стал перечислять.

Как ни казалась она казаться равнодушной, эта информация сильно ее задела.

Хотелось, чтобы он замолчал и убрался отсюда, но он не уходил и не затыкался.

Тогда Снежана отвернулась от него и стала расковыривать щербинку в земле рядом с топчаном, на котором сидела. Отколупала комочек земли, потом еще.

— А самый большой гарем всегда был у Раада…

Рука дрогнула и вдруг наткнулась на что-то мягкое и шевелящееся. Это было последней каплей, она завизжала во всю мощь своих легких.

В следующую секунду Раад был уже в шатре.

Все так сумбурно, смазано промелькнуло перед глазами. Сначала земля под ее рукой зашевелилась и вздыбилась, а потом… Снежана не успела разобрать, как и откуда Раад возник в шатре.

Еще через секунду она уже оказалась за его спиной, а Раад рубил двумя короткими и изогнутыми отливающими белым огнем клинками нечто рвущееся из-под земли, какие-то извивающиеся то ли хвосты, то ли щупальца. Пока, наконец, это нечто не издохло, а земля всосала в себя даже обрубки.

Все кончилось так же внезапно, как и началось. Мужчина спрятал клинки в ножны и бросил на нее взгляд, далекий от восхищения. И тут она, наконец, поняла, что все еще продолжает визжать. Закрыла рукой рот, стало стыдно. И почему-то холодно.

Но Раад уже не смотрел на нее. Он испепелял взглядом распластанного в странной позе Проводника. Того, кто был с ней в шатре, Баэдана. Взгляд у того был напряженный и бегающий, как у загнанного зверя. И именно зверя он сейчас и напоминал. А в шатер уже успели набиться остальные.

— Ты подверг ее опасности, Баэдан Кар, — приблизился к нему Раад.

Тот только зашипел в ответ.

— Ты ведь обязан был почувствовать. Или ты не Проводник? Но ты был так занят моей личной жизнью, что поставил под угрозу ее жизнь.

— Я не нарушил правила, — ощерился Баэдан.

— Нет. Ты всего лишь покрыл позором свой клан.

Зрелище было не из приятных. Баэдан пытался сопротивляться, но его быстро скрутили и вздернули на ноги перед Раадом.

— Снежана, — тихо позвал ее Аэд и протянул какую-то теплую накидку.

— Спасибо, — пробормотала она, стуча зубами от холода и потрясения, а он кивнул в ответ и встал с ней рядом.

— Отправляйся в свой клан и передай, что они могут выслать еще одного взамен, — презрительно бросил Раад и мотнул головой. — Уведите.

Снежана не слишком хорошо понимала, что происходит.

— Почему он так сказал? Разве этот Баэдан мог знать, кого я выкопаю? — тихо спросила она у Аэда.

А тот мрачно усмехнулся.

— Это не ты выкопала, это тварь Джейдока пришла за тобой. Он с его чутьем должен был сразу среагировать.

— Что? — переспросила Снежана.

Но в этот момент Раад повернулся и так зыркнул на нее, что она невольно почувствовала себя виноватой во всем.

— Тебе придется покинуть шатер, — бросил о ней.

А потом смерил взглядом Аэда и вышел.

— Пойдем, Снежана, шатер надо переставить.

— Почему он никогда не зовет меня по имени, — пробормотала Снежана. — Как будто я неодушевленный предмет.

— Потому что по имени тебе может звать только тот, кому ты назвала свое имя, — мягко проговорил Аэд. — Надо выйти, здесь плохое место.

Такая странная информация, Снежана застыла с открытым ртом. Мужчины начали быстро сворачивать шатер, а она все осмысливала. Потом спросила:

— Это что, тоже ваши правила?

— Да.

Аэд поклонился, знакомым жестом прижав руку к сердцу, и ушел.

На смену ему рядом с ней возник другой мужчина. И процедура повторилась один в один. Мужчина отвел от лица край темного головного платка и представился:

— Я Сохтан. Клан быстрых.

Высокий, красивое бесстрастное лицо. Волос не видно, но кожа его показалась Снежане светлой. Желтовато-зеленые как у хищной кошки глаза едва заметно светились в темноте. И сам он казался гибким и хищным.

Он был хорош собой, но не разглядеть, что за чувства этот человек прятал за маской бесстрастия. Она уже поняла, что здесь надо быть осторожной, и потому на всякий случай не стала называть ему своего имени, а просто кивнула:

— Здравствуйте.

Мужчина стоял рядом, а ей хотелось дистанцироваться от него. И вообще, немного покоя хотелось после всех этих стрессов. Ей уже ставили шатер на новом безопасном месте, но Снежане вовсе не улыбалось снова лезть в замкнутое пространство. Тем более с этим Сотханом. Надоело все.

— Извини, но я хотела бы побыть одна, — сказала она и самым невежливым образом бросила его.

А сама отправилась искать Раада, раз уж он тут самый главный.

Снежана нашла его у драконов. Как всегда, командовал. Она слышала как Раад говорил Лонану, Ноэлу и Баэдану, чтобы отправлялись сейчас же и ждали их в сердце гор. А потом, когда те ушли в темноту, еще стоял и смотрел им вслед.

Подошла осторожно.

Нерр тут же повернул голову и фыркнул, а вот мужчина никак не отреагировал. Так и остался стоять спиной, скрестив на груди руки. Но Снежана была уверена, что ему прекрасно известно о ее присутствии, потому и обратилась:

— Раад.

Спина напряглась. А она вдруг припомнила, что он вообще-то не называл ей свое имя. Пересилила себя и всё же сказала.

— Меня зовут Снежана. Ты спас мне жизнь, я… хочу сказать спасибо.

Мужчина резко обернулся к ней.

— Пустое. Это был мой долг.

Он уже хотел уйти, но тут она все же сказала то, ради чего вообще пришла сюда искать этого типа.

— Я не хочу в шатер. Можно мне остаться здесь? И не надо мне присылать никого, во всяком случае, не сегодня.

Он прищурился, глядя куда-то в сторону, а потом уронил короткое:

— Хорошо.

И ушел.

Как только Раад исчез в темноте, к ней ближе подобрался Нерр, а за ним и остальные крылатые гиганты. От них исходило такое жаркое и приятное тепло, что Снежана пригрелась и наконец-то успокоилась.

Мужчина сначала смотрел, как иномирянка отправилась искать Раада. Потом имел возможность наблюдать, как говорила с ним. Немного напряг слух, и теперь он даже знал, о чем.

Назвала Рааду свое имя. И не захотела сидеть в шатре, предпочла ночевать на голой земле с драконами?

Едва заметная усмешка искривила губы Сотхана.

Он не сильно расстроился, что его обществу предпочли драконов, но это задело его самолюбие.

Вообще вся эта ситуация задевала самолюбие воина.

Но Сотхан из клана Быстрых был терпелив. Его не зря отобрали Проводником для женщины, на которую возлагается столько… Он бы хотел сказать ответственность, но само понятие ответственности применительно к ней не укладывалось в его голове.

Однако Зеркало истины показало именно ее и дало ответ:

И ради этого, ради победы в давней войне, кланы на время забыли о вражде и даже установили перемирие.

Их, Проводников, отобрали по одному из каждого клана. Лучших из лучших. Как племенных жеребцов, красивых, без изъяна и холостых. Сотхана корежило при мысли, что иномирянка будет выбирать из них кого-то, как на рынке постельных рабов.

И все же, если это позволит стать первым, он был готов был вытерпеть многое.

Но Сотхан был не так глуп.

Раад и так следит за всеми как коршун. Уже отсеял троих. Попробуй, ошибись, вылетишь тут же.

Впрочем, это было только на руку, меньше конкурентов.

А иномирянка удивила, оказалась не падка на мужскую красоту и силу. Потому что ни один еще не получил серьезного преимущества. Разве что Аэд. Это был серьезный противник, слишком умен, чтобы не считаться с ним. Но и кнему Сотхан не заметил у женщины сексуального интереса. Говоря попросту, от нее не пахло желанием. Страхом, усталостью, недоверием, обидой.

Для себя Сотхан сделал вывод, что в ее прошлой жизни было что-то, заставлявшее ее теперь с недоверием смотреть на мужчин. Означало это только одно, бдительность этой женщины придется усыплять долго.

Значит, это будет затяжная гонка. А судя по тому, как Раад неусыпно бдит за каждым, еще и предельно нудная, потому что придется соблюдать крайнюю осторожность.

Что ж, значит, так тому и быть.

Сотхан был барсом, он умел выслеживать и загонять добычу.

Он наблюдал за женщиной с самого начала, видел ее вблизи. Она казалась странной, какой-то заторможенной и одновременно излишне импульсивной.

Обычно женщины так себя не ведут. И уж точно ни одна, из тех женщин, кого Сотхан знал, не предпочла бы ночевать на голой земле с драконами.

Сам Сотхан крылатых выродков не любил. Слишком сильны, у его внутреннего зверя от них всегда шерсть вставала дыбом. Но он давно научился скрывать это.

Кажется, она действительно заснула.

Вглядевшись в маленькую фигурку на земле, мужчина в который раз подивился, кого им послало зеркало истины. Женщина была необычной, это осложняло задачу, но и к ней можно найти подход. Нужно просто не спеша ее изучить, понять, что она любит, найти слабые места, подстроиться под них. Чтобы стать желанным, драгоценным в ее глазах, незаменимым.

Но выглядела она, откровенно говоря, не слишком привлекательно. Сотхан мог сделать скидку на то, что у женщины шок. Она устала, грязна и напугана. Если ей дать прийти в себя, немного приодеть и умыть, возможно, впечатление будет лучше. Можно будет какое-то время терпеть ее рядом с собой. Но…

Пришлось отвлечься, потому что к нему направлялся Раад.

Он только что выслал троих неудачников в сердце гор. А теперь явно искал повод, чтобы придраться к нему. Сотхан не собирался давать ему повод.

— Что ты сказал ей такого, что она не захотела остаться с тобой? — сходу спросил Раад.

— Ничего, всего лишь назвал ей свое имя.

Раад на это раздраженно выдохнул и отвернулся.

— Я должен был охранять ее первую половину ночи, — проговорил Сотхан, глядя ему в спину. — Я встану на страже, и буду охранять ее здесь.

Тот глянул на него через плечо и бросил:

— Это твое право.

Конечно, это было его право, и Сотхан намеревался им воспользоваться. Пусть женщина привыкнет к его присутствию.

Раад больше задерживаться не стал, пошел придираться к другим. А Сотхану было смешно смотреть, как он бесится и рычит. Еще бы, сам Раад! Повелитель, сильнейший, могущественнейший а ему как простому воину в очередь становиться. Но правила едины для всех.

И тут у Сотхана были собственные амбиции. Потому что, если он станет у иномирянки первым, ему поклонится не только клан Быстрых, ему поклонятся все.

А когда он достигнет цели, в женщине уже не будет нужды.

Раад решил охранять женщину лично.

Потому что знал — для Джейдока все их договоренности пустой звук, а они сейчас слишком близко к его границам.

И просто, потому что Сотхан был ему подозрителен.

Все-таки, это очень интересно встречать первое утро в другом мире. Особенно, когда ты просыпаешься в компании шести громадных крылатых ящеров и долго не можешь понять, что вообще происходит, и кто пустил динозавров в твою спальню.

Проснулась Снежана внезапно и таращилась на драконов долго, хорошо, что не подняла визг как в прошлый раз. Потом было бы стыдно.

— Ой, простите, — пробормотала, наконец, окончательно приходя в себя.

Ей, правда, не хотелось никого из драконов обидеть. Тем более, они защищали и грели ее всю ночь. И вообще, у нее возникла мысль, что драконы как котики, умеют успокаивать*.

И тут же закатила глаза, слышали бы эти грозные гиганты, что она котиками обозвала! Хотя, Нерр так подозрительно фыркнул и скосился на нее, а огромный красный дракон, на котором летал Раад, откровенно затрясся, задрав рогатую голову. Да и остальные тоже странно на нее уставились.

— Э… Спасибо вам огромное. Доброе утро. И… я пошла, — промямлила Снежана и пошла искать подходящие кустики.

Чтобы тут же нарваться на окрик Раад:

— Куда ты идешь одна? Там может быть опасно!

Со злости и от испуга она чуть не выругалась, но как назло, слова все разом закончились, потому что он приблизил к ней свою высокомерно — презрительную рожу и вскинул одну бровь, как будто хотел сказать:

— Ну? Поговори мне.

И самое обидное, что она на него засмотрелась как идиотка. Так и стояла, разинув рот, а он что-то нечленораздельное, но обидное рыкнул и пошел дальше.

В итоге, в кустики, вернее, в эту дымную сизую дымку она ходила с двумя сопровождающими. Злая как черт. Никакой интимности!

Потом все-таки пошла в шатер, умыться и привести себя в порядок. Но этот злыдень Раад и тут не дал покоя. Возник в проеме и заявил, чтобы она закруглялась, потому что они опаздывают. Кроме этого он принес в небольшой корзинке еду и поставил на пол.

— Поешь в полете.

В полете, так в полете. У нее все равно пропал аппетит.

И еще к ней сегодня приставили нового Проводника.

Поздоровался, лицо открыл. Совсем молодой парнишка. Такой юный, нежненький и красивый, что ей захотелось спросить:

— Слушай, Трен из клана Зорких, а твоя мама знает, что ты здесь делаешь?

Но ничего этого она говорить не стала, а вместо этого спросила:

— Сколько тебе лет, Трен?

Парнишка немедленно подобрался, вздернул подбородок и ответил:

— Пусть госпожа не беспокоится, я достиг возраста мужчины.

Ну вот. Обиделся.

Снежана пожала плечами. Черти что делается! У них взрослых, что ли нет, прислали сюда этот… гитлерюгенд! Сейчас времени не было, потому что ее уже ждал оседланный Нерр, но потом она обещала себе задать этот вопрос Рааду, раз уж всем тут заправляет. Почему в Проводники берут детей? На каком основании?

Тут между прочим опасно! Сама видела вчера, какие твари могут водиться под землей.

Уже когда собиралась лезть в седло, мимо нее прошел Азд. Поклонился, прижав руку к груди.

— Здравствуй, Снежана.

Ей было приятно его видеть. Единственный, пока что, с кем тут можно нормально поговорить. Однако только она собралась его окликнуть, опять рядом с ней как из-под земли вырос Раад и процедил:

— Снежана. Мы. Опаздываем.

И еще добавил сквозь зубы:

— Здесь. Опасно.

Она стиснула кулаки, немея от злости, и полезла на крыло. Следом за ней взобрался этот парнишка Трен, а потом пепельно-серый Нерр мягко оттолкнулся от земли и поднялся в воздух.

Остальные уже успели взлететь.

Впереди Раад на своем огромном красном драконе. Стоя летел, как и вчера. За ним, тоже стоя, на матово-черном — Аэд. Сбоку пронесся еще один, на его спине сидел Сотхан. Он скользнул по ним странным взглядом, Снежане показалось, что его глаза как-то нехорошо блеснули. Но неожиданно для нее Сотхан прижал руку к груди и поклонился, совсем как Аэд. Она рефлекторно кивнула в ответ. Его дракон уже унесся вперед, а Снежана все думала, что бы эта перемена в поведении Сотхана значила?

Ее новый сопровождающий Трен сидел рядом молча и пристально всматривался куда-то в сторону и вниз. Снежана решила, ну не хочет разговаривать, и ладно, и тоже стала осматриваться. Было удивительно, что мир вроде другой, но то же солнце, горы… Горы были необычные, но такие похожие на земные.

Сейчас они уже летели высоко над долиной. Солнце поднималось, лучи пронизывали пепельную дымку, окрашивая ее розово-золотистым, а горы густо сиреневым до черноты.

Потрясающая красота.

И еще она заметила, в солнечном свете чешуя Нерра блестит и переливается, как темный перламутр. Она залюбовалась и погладила чешуйки, и только собралась сказать дракону, какой он красивый, как ее молчаливый юный спутник внезапно выбросил руку, показывая на точку внизу слева и что-то резко выкрикнул.

А потом началось ЭТО.

Снизу взметнулась гибкая черная плеть.

И не одна! Пять! Они были живые! И они разворачивались с низким шумом и шипением, совсем как языки гигантских хамелеонов. И это нечто, чем бы оно ни было, нацепилось на них!

Одним неуловимым движением крыльев Нерр вмиг поднялся выше, ее мальчишка Проводник, первым заметивший неладное, вскочил на ноги и теперь стоял в полный рост, сжимая в руке какое-то странное оружие. Снежана пришла в ужас. Он собирается биться? Вот с этим??? Она застыла, вцепившись в поручни, и как зачарованная смотрела вниз.

Туда уже неслись драконы. Впереди огромный красный, сразу за ним черный, а остальные трое выстроились под ними и закрыли собой несшего ее Нерра.

А внизу происходило действо, иначе не назовешь. Красный и черный драконы удивительно изящно и ловко маневрировали между этими жгутами, свивавшимися в адские петли, но то, что вытворяли мужчины… У нее в голове не укладывалось.

Идеальная слаженность движений, странный танец, красивый и смертельный.

Вот они разъединяются, всадник срывается вниз, чтобы перерубить извивающуюся жалящую плеть, а дракон выжигает обрубок огнем. В следующую секунду они снова вместе, дракон подныривает, и всадник уже стоит на его спине. И снова маневр.

Пока они не уничтожили все.

Сколько времени это длилось, Снежана понятия не имела. Просто в какой-то момент раздался низкий вибрирующий рев, и земля внизу под ними расселась трещиной, выпуская на поверхность лавовые потоки, и поглотила остатки жгутов.

Ее Проводник Трен что-то забормотал, крепче сжимая в руке свое странное оружие.

Снежана смогла разобрать только:

— Джейдок… Повелитель… Мог бы справится один.

Черный дракон завис, ловя восходящие потоки огромными крыльями, а красный дракон опустился ниже, к самой трещине, заполненной лавой. Казалось, его сейчас зацепит раскаленными брызгами. Но в этот момент что-то сорвалось с рук Раада, и трещина схлопнулась. Как будто ничего и не было.

Еще один вираж и красный гигант, заложив восьмерку над этим проклятым местом поднялся выше. К нему присоединился черный. А дальше… Дальше Раад пронесся мимо них, злющий как черт, рявкнул что-то ее Проводнику, показывая на нее пальцем, и унесся вперед. Необычно сосредоточенный Аэд за ним следом.

Такое чувство было у Снежаны однажды, когда какой-то мажор, пролетевший мимо нее на всей скорости на своем автомобиле, обдал ее грязью, да еще обматерил.

Все это время она не могла оторвать взгляд от этого жуткого и по-своему прекрасного зрелища, забывая дышать от восхищения и ужаса. Теперь она едва могла дышать от обиды. Да, она уже догадалась, что это все из-за нее. Но она не просила, чтобы ее сюда тащили!

Не просила…

Она закрыла глаза и отвернулась.

Парнишка рядом с ней тоже обиженно выдохнул и опустился рядом, понурив голову. Какое-то время они молчали. Потом Снежана спросила:

— Что тебе кричал Раад?

Трен повел плечом. Такой… мальчишеский жест.

— Он на меня рассердился.

— Почему? — искренне удивилась Снежана. — Ты же первый это увидел и всех предупредил.

— Да, — проговорил тот и отвернулся. — И я хотел сам…

— Ты? Сам хотел вот с этим биться? — у нее чуть не отпала челюсть.

— Да, госпожа. Я бы смог. А Раад рассердился, сказал, что я не имел права подвергать тебя опасности.

Что-то в этом во всем все время ускользало от нее. Однако Снежане хотелось поддержать парня хотя из солидарности. потому что им обоим только что несправедливо досталось.

— Ты очень смелый, Трен. И именно ты первым это чудовище увидел.

Парнишка снова повел плечом и буркнул:

— Я Зоркий.

Ну да, он же из клана Зорких… Это же так очевидно, да?

— Ты молодец, — пробормотала она.

Разговор как-то сам по себе иссяк. Потому что он снова в оба смотрел по сторонам, а ей было просто грустно. Уже не радовал прекрасный вид за крылом Нерра, потому что внутри все продолжало подрагивать от пережитого. Слишком уж врезался ей в память недавний бой.

Потом она попыталась анализировать.

Ее так охраняют, как ценный груз, а кто-то пытается отбить. А ценность груза в чем?!

Уж не в ее женских прелестях.

Как она поняла, с женщинами тут проблем нет. Кое у кого, вон, самые большие гаремы! Да и другие, надо полагать тоже не сильно отстают. Так в чем же для них ее ценность?

Черт?! Они что, хотят принести ее в жертву???

У нее аж глаза от внезапной догадки вытаращились. Снежана прикрыла рот рукой, чтобы не выпалить это вслух, и опасливо покосилась на Трена. Да нет, не может быть. Хотели бы в жертву, стали эти церемонии с официальным представлением каждого разводить? Запихнули бы в мешок и дело с концом. Версия с жертвой отпала, но озноб еще моментами пробегал по коже.

Она так погрузилась в свои мысли, что пропустила момент, когда они стали снижаться. Впереди сквозь золотистую дымку поблескивало озеро. Мимо них опять пронеслась красная молния, и Раад что-то выкрикнул.

— Что, что такое? — встрепенулась Снежана, глядя на его удаляющуюся спину.

— Остановка, — сказал Трен.

Ау нее уже разыгралось воображение. Там же озеро, ведь так? Можно будет помыться? В дороге третий день, сплошной стресс, вся пропахла потом. Ох, Снежана многое бы сейчас отдала за возможность помыться.

Нерр мягко опустился на землю последним, остальные уже рассредоточились и даже начали устанавливать шатер. Глядя на эту возню, Снежана быстро поблагодарила дракона, соскользнула по его расправленному крылу вниз и побежала искать Раада, чтобы спросить разрешения. Уж очень хотелось к озеру.

Но тут на ее пути неожиданно возник Сотхан.

Мужчина заступил ей дорогу и поклонился, прижав руку к груди.

— Госпожа, тебе не следует ходить одной.

И пристроился с ней рядом.

Черт! Только его не хватало! Ей разве не должны были дать другого Проводника?

Снежана огляделась, Раада, как назло, не было видно. А красивое лицо ставшего внезапно любезным Сотхана не внушало ей особого доверия. Однако ссориться тоже не имело смысла.

— Спасибо, — она кивнула небрежно. — Мне нужно найти Раада.

— Зачем? — снова этот цепкий интерес и прищуренный взгляд.

— У меня к нему дело, — проговорила Снежана.

— Дело? — Сотхан странно усмехнулся.

А потом склонил голову, как бы в знак уважения. Но уважением там не пахло, из него так и пер гендерный шовинизм. Однако он вдруг сменил тон и проговорил с сожалением и вкрадчиво.

— Не знаю, найдется ли у него время для твоего дела, госпожа…

Это так царапнуло почему-то. Снежане резко вспомнилась та кошмарная битва.

— Что случилось? — заволновалась она, понимая, что не видит ни Раада, ни его красного дракона.

— Ничего особенного. Просто Ардо зацепило, он сейчас с ним.

— Ардо? Кто это?

— Его дракон.

— Вот тот, большой, красный?

Мужчина кивнул. Не зря ей показалось тогда, что лава могла его достать… Она прижала ладонь к губам и стала оглядываться.

— Проводи меня туда, Сотхан.

— Зачем? — он удивленно склонил голову набок.

— Потому что я врач! — не выдержала Снежана. — Я могу лечить.

Да, она детский врач, но как говорила их преподша по оперативной хирургии:

«Врач, он ив Африке врач». И учила их так, что они должны суметь оказать любую помощь в экстремальной ситуации. Не зря же она ехала в горячую точку, черт побери!

Видимо, он что-то такое узрел в ее глазах, потому что дальше уже не спорил.

А Снежана сначала заторопилась назад к шатру, потому что где-то там должен был быть ее рюкзак, тот самый, с которым «ехала в командировку». Если, конечно, его не выбросили… Рюкзак оказался на месте, она кинулась проверять содержимое, пакет с лекарствами был внутри. Понятно, что дракону те лекарства как слону дробина, но ей хотелось сделать хоть что-то. Наверное, это нужно было прежде всего ей. Доказать себе, что она не груз, что все еще способна что-то контролировать в своей жизни. Но все равно, это было важно!

— Госпожа, — незнакомый голос.

Вскинула взгляд, теперь перед ней стояли уже два мужика в одинаковых темных одеждах. Один уже известный ей Сотхан, а вот другого она не знала. Снежана медленно выдохнула. Кажется, она хотела нового Проводника? Осторожнее надо со своими желаниями.

— Госпожа, я Бранвен Ленд, — мужчина кивнул по-военному и откинул головной платок с лица.

Красивый, крепкий, у нее проскочила ассоциация — типичный вояка. Потому что мужчина был весь какой-то сосредоточенный и обветренный, движения четкие. И в отличие от Сотхана, который был явно красивее и, наверное, многограннее, внутреннего отторжения у нее не вызывал. По нем видно было, что он просто на работе.

— Очень приятно, — проговорила она автоматически.

И сразу могла наблюдать проскочивший у Сотхана ревнивый острый взгляд. Этот Бранвен уставился на него, без слов давая понять, что ему тут не рады. Однако Сотхан и не думал отступать.

— Я обещал отвести тебя, госпожа, — он прижал руку к сердцу. — Я должен выполнить обещание.

Так втроем они и поперлись. И если честно, то Снежане было плевать на ревнивое недовольство мужчин. Она торопилась, потому что у нее было дело.

Обнаружился Раад со своим драконом недалеко от озера, там же было еще двое мужчин, которых Снежана тоже пока не знала. Красный гигант распластал крылья по земле, а Раад что-то рядом с ним делал. Увидев их, тут же поднялся и пошел навстречу.

Бросил резко:

— Что ты здесь делаешь? Иди в шатер!

Ну конечно! Кто бы сомневался! В этот раз он вообще не считал нужным хоть как-то сдерживать свою ярость. Но и Снежана отступаться не собиралась. Просто прошла к дракону мимо него.

Издали заметно не было, но вблизи она сразу увидела, что красные кожистые крылья дракона прожжены в нескольких местах. А у нее всего один тюбик, не хватит обработать все. Но она все равно выдавила немного в ладонь, и подошла вплотную. Дракон смотрел на нее внимательно.

— Я обработаю тебе раны, — показала она ему ладони и пробормотала: — Будет немного больно, но ты потерпи, ладно?

Встала на колени и начала осторожно, едва касаясь наносить на особо пораженные места противоожоговую мазь. Размазывала ее медленными поглаживаниями. стараясь не причинить боли. А мази действительно было мало, и ее совершенно точно не хватило бы. Просто в какой-то момент она неожиданно почувствовала, как с ее рук течет какая-то прохладная сила, и ожоги от этого бледнеют и затягиваются нормальной кожей прямо на глазах. Наверное, это была игра воображения, и сработала его собственная регенерация, но Снежане так хотелось думать, что она хоть немножечко, помогла.

Дракон неожиданно поднялся на ноги. поднес огромную рогатую голову прямо к ней и заглянул в глаза и шумно выдохнул, прежде чем опуститься снова.

— Он говорит, что отныне на нем долг жизни. Это значит, что он умрет за тебя.

Клятва.

Голос Раада. Какой-то отрешенный, почти нормальный И даже без злости.

Снежана невольно обернулась к нему, а потом снова к дракону и пробормотала:

— Яне… Ну что ты…! Ардо, нет…

— Это честь. Ты должна сказать, что принимаешь долг.

Как они тут живут? На все правила. Она прижала обе руки к сердцу:

— Я принимаю долг. Это честь для меня.

Все это было слишком необычно, и невозможно закрыться от эмоций. Молчаливые мужчины, что потрясенно уставились на нее, как будто у нее вырос третий глаз.

Долг Страшная клятва…

— Ты сказала, у тебя депо ко мне? — спросил уже спокойнее Раад.

Дело? Снежана наморщилась, а потом показала на озеро рядом:

— Можно искупаться? Я быстро. Пожалуйста…

Раад смотрел на эту женщину и не понимал, что с ней не так.

Оказалось, она сильный целитель, но даже не это потрясло его, а то, как она не сомневаясь бросилась на помощь дракону. Что-то сдвинулось в его сердце в этот момент. А реакция Ардо? Такой всплеск любви и искренней преданности, фактически, он подарил ей свою жизнь.

Сейчас она просила разрешения искупаться в озере.

Она просто не понимает, что это опасно? В том, что там будут твари Джейдока, Раад не сомневался. Но с ними он мог справиться. Его коробило и бесило другое.

Здесь кроме него еще семь мужчин, и все они будут пялиться на нее! Неужели не понимает? Хасссс! Как он устал отгонять их от нее, держать всех в руках!

Но она смотрела на него и ждала.

— Хорошо, — сказал Раад.

Разрешил.

Снежана сначала даже глупо захлопала глазами, и только потом среагировала.

— Спасибо! Я сейчас. Я быстро!

И снова побежала к шатру за своим рюкзаком

Раад мотнул головой и за ней тут же направились Бранвен Ленд и Сотхан. А он стоял, уперев руки в бока, и смотрел им вслед. Подошел Аэд, встал рядом. взглянул вопросительно. Понятно, что излишняя активность Сотхана не осталась незамеченной. На незаданный вопрос Раад ответил:

— Так безопаснее, они нейтрализуют друг друга.

— Уммм, — Аэд шевельнул бровями.

И перевел взгляд на красного дракона. О том, что Ардо принес иномирянке клятву знали уже все. Ардо воин, он имел на это право. Как к этому мог отнестись Раад — это дело исключительно Раада. Однако Аэд был удивлен. И все-таки заметил. оглядываясь по сторонам:

— Раны от подземного огня крайне болезненны и не заживают. А если и заживают, то не до конца.

— Знаю, я пытался лечить, — безэмоционально выдал Раад.

Он рисковал сегодня своим драконом. Не обязательно было закрывать ту трещину. просто он не мог оставить еще один открытый очаг. И без того их слишком много и становится еще больше. В результате Ардо получил ожоги и Раад с ума сходил. оттого что его магия не могла излечить друга.

— Но вылечила его она, — проговорил Аэд задумчиво. — Очень ценный дар.

Раад развернулся к нему всем корпусом.

— Она вообще очень ценна, не так ли?

Ему не нравилась эта тема, и всю эту возню он считал унизительной. А тот хмыкнул, подливая масла в огонь:

— Иначе мы бы здесь не оказались.

И тут же спросил.

— Это правда, что ты позволил ей купаться?

— Да, — отрезал Раад, прекращая разговор, и рявкнул: — Переставить сюда шатер!

Нет, конечно же. Снежана понимала, что вокруг полно мужиков. И что возможности помыться нормально ей никто не даст Ее вон, в кустики одну не отпускают. Поэтому идея, как это сделать, у нее была, надо было только добраться до своих вещей.

В рюкзаке, среди всего того, чем ее снабдил Ноэл, был ее собственный белый сарафан, тот самый, в котором она в тот день пришла на работу, и сандалии. Она все это запихнула в рюкзак, когда в фургоне переодевалась. Ну и фактически этот сарафан, сандалии и пакет с лекарствами — единственное, что у нее от привычной земной жизни осталось.

Прибежав в шатер, она быстро переоделась в этот сарафан. Он был на широких бретелях, вроде как приталенный, но все равно такой просторный на ее худоватой фигуре. С широкой юбкой, закрывавшей ноги почти до щиколоток. Самое то. А на ноги надела сандалии, чтобы не ходить босиком.

В этом и вышла. А снаружи… Снежана неосознанным жестом прикрыла лицо рукой, потому что перед шатром помимо двух ее сопровождающих, торчала целая толпа.

И стоило ей появиться на пороге, Бранвен и Сотхан сразу же шагнули вперед:

— Госпожа, позволь тебя сопроводить, — и замерли, недовольно глядя друг на друга.

Сопротивление бесполезно, да?

Она пожала плечами и ступила наружу. Как только она вышла, те остальные кинулись сворачивать шатер, да так шустро. Какой-то дурдом.

— А, плевать, — сказала себе Снежана и заторопилась, пока Раад не передумал.

У озера она оказалась быстро. там уже были Раад и Аэд. Аэд, кстати, радушно ее приветствовал и как всегда поклонился, вызвав у Снежаны невольную улыбку. Но пока она с ним переговаривалась, пытаясь игнорировать каменную рожу Раада, подоспели все остальные вместе с ее шатром.

Поставить его здесь умудрились буквально за считанные секунды, а потом вся эта команда проводников выстроилась вдоль берега кольцом. И Раад сказал:

— Купайся. У тебя есть десять минут на это. Больше не могу дать времени. Опасно.

Он был удивлен, когда увидел ее без платка и этом… наряде. Белое, руки открыты, плечи. Голые пальцы ног. Как ей пришло в голову в таком разгуливать? И зачем было бегать туда-сюда. тратить лишнее время? Потому и напомнил ей о том, что они, вообще-то, торопятся.

И только потом, когда женщина серьезно кивнула на его слова и пошла к озеру, понял, что она специально переоделась в это, чтобы не купаться голой. Разумно, подумал Раад. Иначе ему нелегко было бы держать в руках всю эту толпу.

Но вот женщина остановилась у самой кромки, распустила волосы и тряхнула головой, расправляя пряди. А потом стала заходить в воду. И он невольно застыл, глядя на нее.

Зрелище неожиданно оказалось захватывающим. Она не была похожа на женщин его мира и лишена женской красоты в обычном понимании. Слишком худая, высокая и плоская. Однако сейчас он не мог отвести глаз.

Женщина зашла в воду по бедра и собрала волосы одной рукой. Опустилась по шею и сразу же поднялась снова. Еще и еще раз, меняя руку. И наконец, вынырнула окончательно, тряхнула волосами.

Солнце подсвечивало ее всю, как будто принимало, забирало в объятия. Кончики волос светились. А этот ее просторный сарафан, раньше топорщившийся на бедрах, теперь плотно облегал фигуру, позволяя видеть…

Рядом шумно выдохнул Аэд.

Поняв, что сам ждет, затаив дыхание, Раад отвернулся.

Чтобы увидеть, как все они подались вперед и жадно на нее пялятся.

— Пора! Выходи! — рыкнул зло. — Бранвен Ленд, отвлекись, дай ей покрывало!

Это было обидно.

Бог ты мой! Ну что за человек…

Как будто хотя бы десять минут нельзя побыть нормальным! Обязательно надо облаять. Так неприятно было после его окрика выбираться, чувствуя себя мокрой курицей. Трястись, пока смущенный и какой-то расстроенный Бранвен неловко закутывал ее в покрывало.

Все настроение обгадил. И все же, проходя мимо Раада к шатру, Снежана задержалась рядом и ним и проговорила:

— Спасибо, что разрешили мне искупаться.

Он так странно на нее глянул и отрывисто бросил:

— Не за что.

И тут же добавил:

— Переодевайся быстрее. Мы слишком задержались.

Потом отвернулся и пошел дальше раздавать ценные указания. А Снежана еще несколько секунд смотрела ему вслед, ее просто душило от желания сказать ему какую-то гадость.

Рядом раздался негромкий голос:

— Снежана.

— А? — она резко обернулась, не заметила, как подошел Аэд.

— Тебе надо сменить мокрую одежду, — качнул головой мужчина.

— Да, сейчас. Я сейчас.

Аэд смотрел на нее доброжелательно, на дне глаз сдержанный интерес. Она еще подумала, что Аэд приятный и адекватный человек, не то что некоторые.

Улыбнулась ему и посеменила в сторону шатра. Не очень-то быстро походишь в мокрых сандалиях, да еще замотанная в покрывало.

А он пошел рядом, приноравливаясь к ее шагам.

— Как тебе понравилась вода в озере? — спросил, склоняя к ней голову.

— Вода была такая теплая, — оживилась Снежана, снова погружаясь в приятные ощущения от купания. — Я даже не ожидала. И очень мягкая, щелочная наверное. У нас такую воду иногда называют живая вода.

— Живая? — удивился мужчина.

— Да, а кислотная мертвая.

— Интересно, — протянул Аэд. — Кстати, хочу выразить тебе свое восхищение, ты вылечила Ардо.

И поклонился, прижав руку к сердцу. Снежана невольно покраснела от удовольствия.

— Ну, я же врач, — а потом проговорила, понизив голос: — На самом деле, я ничего особенного не сделала, у него просто хорошая регенерация. Но все равно, спасибо.

Они уже подошли к шатру. и сзади послышалось предупреждающее покашливание незаметно следовавшего за ними ее Проводника Бранвена. Аэд оглянулся на него. сузив глаза, между мужчинами произошел молчаливый разговор. Потом снова обратился к Снежане.

— Вот, возьми, это поможет тебе быстро высушить волосы, — он вытащил из-за пазухи и положил ей в ладонь артефакт, похожий на небольшую мужскую расческу. и оглянувшись добавил: — Я думаю, тебе стоит поторопиться.

Понятно. Со стороны уже слышался голос Раада и его приближающиеся шаги.

Сейчас опять начнет командовать. Снежана успела только быстро поблагодарить и быстро юркнула в шатер.

А женщина преподнесла сюрприз.

Во-первых, у нее редкий дар. И то, что красный дракон принес ей клятву, это само по себе было ошеломительно.

А во-вторых… Сотхан теперь смотрел на нее совершенно по-новому, и даже не мог определить точно свои впечатления. Потому что впервые за это время он увидел в ней женщину. Не только он, все увидели!

Странная, красотой это не назовешь, но было что-то непонятное. что заставляло на нее смотреть. И она не прилагает к этому усилий, скорее всего, даже не подозревает. Это оказалось неожиданно, и это заставляло задуматься. А в планы Сотхана вовсе не входило. чтобы иномирянка каким-то образом застряла в его мыслях. Мужчина должен думать о деле, а не о тех непонятных чувствах, что у него возникают.

Ему нужно было отстраниться на некоторое время. сделать выводы. Но одно Сотхан понял уже сейчас, женщина может быть опасна. Конкретно для него опасна.

Потому он наблюдал сейчас со стороны, как ловко плетет вокруг женщины свою сеть Аэд. А она явно склоняется к нему, доверяет. Однако в ней, как и раньше, не ощущалось сексуального интереса ни к одному из Проводников.

И это было хорошо. По-прежнему равные шансы у всех.

Но теперь ставки повысились.

У шатра, в котором переодевалась женщина, стоял Бранвен Ленд. Его очередь сопровождать женщину, и правил он не нарушил. Неплохая выдержка у ночного охотника, он не сойдет с дистанции из-за какой-нибудь глупости, как Ноэл, Лонан или Баэдан. Это упорный боец, закаленный воин.

Но ему нечего ей предложить, и поэтому она на него не посмотрит. Чтобы привлечь внимание женщины, надо быть интересным. Говорить с ней, как это делает Аэд.

Женщина как раз закончила переодеваться и появилась на пороге шатра. оглядываясь вокруг. Странное чувство возникло у Сотхана, когда ее взгляд остановился на нем. Как будто сердце чуточку быстрее забилось.

На какое-то короткое мгновение он смешался от новизны ощущения, потом пошел прямо к ней.

Когда зеркало истины дало это предсказание и показало женщину, всем казалось это будет легкая добыча. Бранвен вообще считал, что вся сложность в том, чтобы успеть первым. Не только он, многие считали, что получат победу, как говорится, в одно касание.

Они просчитались. Все гораздо сложнее. Трое уже отсеялись, а из тех, кого она видела, никто не получил весомого преимущества.

Иномирянка оказалась недоступной и неожиданно… волнующей.

Дело было даже не в том, что у нее редкий дар и необычная внешность, которую сразу было не разглядеть под одеждой воина. Бранвен Ленд был зрелым мужчиной и перевидал на своем веку многих женщин, ему были прекрасно известны их уловки, капризы и устремления.

А эта явно неприхотлива, как походная обувь. Проста, но не проста. И умна. Он специально прислушивался к ее беседе с Аэдом. Аэд мудрый воин, она разговаривала с ним на равных.

Бранвен проникся к ней определенным уважением.

Этот поход, суливший легкую победу, оказался гораздо опаснее, чем можно было предвидеть, зато он показал некоторую расстановку сил. Картина еще не вырисовалась, но Бранвен Ленд определил, пока из всех, кого женщина видела, шансы у Аэда или повелителя Раада выше, чем у него и остальных. Хотя бы потому, что им она позволила называть себя по имени.

Правда, повелитель Раад ведет себя так, как будто специально хочет ее от себя отвратить, но это его личное дело. А ему, Бранвену, возможно, следовало подумать.

К кому стоит примкнуть. Однако гонка только началась, и надежды он не терял. Все еще может быть, чем Джейдок не шутит.

Но количество конкурентов неплохо было бы сократить.

Бранвен Ленд искоса наблюдал, как Сотхан из клана Быстрых приближается к ним.

И ему не нравилось, что молодой оборотень из клана Быстрых нагло лезет без масла в любые щели. Заносчив, расчетлив, горд и глуп. И слишком навязчив.

Сейчас была очередь Бранвена находиться рядом с женщиной, а чертов оборотень упорно испытывал его терпение. Но терпение ночного охотника было бесконечно.

Правда, когда оно заканчивалось, убивал он мгновенно. Его так и подмывало намекнуть Сотхану, что, таких как у него пушистых шкурок он очень много снял за свою жизнь. Потому что мальчишка барс нарывался сегодня весь день.

Но уних перемирие, и пока не нарушены правила, все они тут Проводники.

Снежана оценила подарок Аэда. Замечательная расческа — сушилка, да к тому же еще и бальзам и кондиционер. Три в одном. Всего несколько раз провела ею по волосам, и волосы сразу стали мягкими и пушистыми.

Однако времени долго заниматься собой у нее не было. Уже одно то, что за тоненькими стеночками этого шатра торчат мужики, а она тут голая, не вдохновляло абсолютно. Правда, она вроде бы в безопасности, потому что никого из них с этой точки зрения не интересует. Но все равно как-то тревожно и дискомфортно.

Потому Снежана быстро переоделась в сухое и спрятала волосы под темный платок. А вот что было делать с мокрой одеждой, так и не придумала. Просто выжала, свернула и обмотала лямкой от рюкзака. Стирать и сушить решила уже как-то потом.

Собралась и вышла наружу. На всякий случай и рюкзак с собой вытащила, чтобы быть готовой. Не хотелось в очередной раз получить от Раада разнос. Его недовольное рычание и так слышалось где-то поблизости.

Перед шатром стоял Бранвен, ее Проводник на этом отрезке пути. Вполне себе приличный Проводник, ненавязчивый и молчаливый, идеальный телохранитель.

Она выдавила ему улыбку.

Только отвела взгляд — увидела, как к ним приближается Сотхан. И вздохнула.

А тот подошел, поклонился, прижав руку к груди. Затем бросил косой взгляд на Бранвена и спросил:

— Госпожа, ты готова?

— Как видишь.

— Ты позволишь тебя проводить?

Снежана уже и рот открыла, чтобы культурно отправить красавчика, но тут голос подал Бранвен. Очевидно, ему тоже надоело.

— У госпожи уже есть Проводник.

Сотхан замечание проигнорировал, только глаза нехорошо блеснули, но так же сразу и погасли. Взглянул на нее с какой-то жаждой и спросил:

— В таком случае, позволь понести твои вещи.

Черт… Вот есть же такие люди, их в дверь, а они в окно. И ведь не объяснишь.

— Хорошо, неси, — проговорила Снежана и бросила свой рюкзак перед ним на землю.

То, что последовало за этим, произошло неимоверно быстро и просто не уложилось у нее в голове.

Как только ее рюкзак коснулся земли, оттуда рванулись тонкие черные жгуты, вцепились в ее мокрую одежду, оплели и потащили вниз. А почва вокруг зашевелилась и вздыбилась, как будто что-то большое хотело из нее вылезти.

В следующий миг Бранвен отшвырнул Сотхана куда-то вбок, а ее задвинул за спину и выхватил клинки, приготовившись биться.

Но зарубил тварь Раад.

Он опять каким-то образом успел первым.

Еще не понимая, что происходит, Снежана, таращилась на его спину. Она даже толком испугаться не успела, испуг стал накатывать только теперь. Раад повернулся.

— Прости, твоих вещей больше нет.

Действительно, на том месте было сплошное крошево, и то, уже втянулось под землю. Так жутко… У нее зубы начали стучать.

— Н-ничего, — пробормотала Снежана. — Т-т-только лекарств ж-жалко.

Раад ей ничего не ответил. Кивнул Бранвену, а потом повернулся к бледному от злости Сотхану и процедил:

— СВОЕЙ очереди дождись, — и отвернулся.

Уже отойдя на несколько шагов, резко выкрикнул:

— Выступаем!

А через несколько минут они вылетели.

Снова горы в сизо-пепельной дымке были под ними, только теперь солнце склонялось к закату и подсвечивало все багровым. Честно говоря, от всех событий у Снежаны до сих зубы постукивали, и пробирала нервная дрожь. Она теперь сама уже не столько любовалась красотами, сколько высматривала, не мелькнут ли внизу опять эти кошмарные щупальца.

Нерр летел, мерно взмахивая огромными крыльями, остальные драконы тоже, как будто перестали отвлекаться на разные маневры и виражи, а строго нацелились в едином направлении.

А еще Снежана заметила, что пейзаж понемногу стал меняться. Потому что дымки становилось меньше, а горы уже казались менее дикими на вид, кое-где даже стала появляться какая-то растительность.

И напряжение, которое постоянно присутствовало там, пока они были в зоне приграничья, теперь немного отпустило. Почувствовав себя лучше, она решилась расспросить того, кто был сейчас с ней рядом, Бранвена. Надо сказать, что после того, как этот молчаливый воин на ее глазах так лихо управлялся с оружием, она прониклась к нему уважением.

— Скажите, Бранвен Ленд…

— Прошу, говори мне ты, госпожа, — коротко кивнул мужчина.

— Хорошо, Бранвен. Скажи, это всегда так опасно?

— Проходить через границу? — уточнил тот.

И дождавшись ее кивка, ответил:

— Нет, обычно это происходит быстро. и Проводник вполне может справиться в одиночку. Даже драконы не нужны.

Кхмымм… Получается, это ей устроили такую торжественную встречу?

— А вот эти твари… — она поежилась.

Мужчина нахмурился и отвел взгляд, поправляя оружие. Лицо приобрело нечитаемое выражение.

— Нет, они нападают не всегда.

Как-то Снежане все меньше это нравилось.

— А отчего зависит их активность?

Он как-то странно на нее глянул, потом отряхнул рукой свою темную одежду и проговорил уклончиво:

— Их влечет… светлое.

— Так это потому вы все в черном и закрываете лица?

Ее уже пронзила неприятная догадка, что твари там лезли из-за нее, но Снежана предпочла молчать об этом.

— Не совсем так, но да, госпожа.

Ответы были неполные, и этот человек о чем-то умалчивал, но то, что он говорил. было правдой. Снежана подумала, что если кто-то из другого мира явился бы к ним. она бы тоже давала информацию дозировано. Что ж, в чем-то он прав. Он ее не знает, откуда взяться доверию? Она решила проявить доверие со своей стороны.

— Меня зовут Снежана, — и шевельнула кончиками губ, изображая улыбку.

А мужчина отреагировал странно. Не знай Снежана, что они тут ею не интересуются, могла бы подумать, что… Он резко выдохнул и отвел глаза. А потом повернулся к ней, сверкнув взглядом, и прижал руку к сердцу.

— Благодарю, Снежана.

— Не за что, — удивилась она.

Все-таки многое в их поведении ставило ее в тупик. Спросила еще:

— Ты сказал, драконы. Я заметила, что красный Ардо и Раад всегда летают вместе.

Бранвен слегка насупился и выдал неохотно:

— Да. Это кровное. Но так не у всех. Тебе лучше спросить об этом самого Раада.

Снежану это смутило. Спросить Раада… Чтобы опять услышать, как он рычит?

Между тем, дикие горы остались позади, теперь они летели над долиной. И там была зелень, деревья и кустарники. А чуть дальше поблескивала река. Некоторое время Снежана молчала, потом решила расспросить мужчину о более мирных вещах.

— Скажи, а как вы живете? Какие у вас семьи?

Он пошевелился на месте, и глянул на нее искоса и весьма уклончиво ответил:

— Кланы живут по-разному. У всех свои обычаи и правила.

Вот это уже было интересно. Надо же было начать получать хоть какие-то сведения о новом мире.

— А как живет твой клан?

Мужчина неожиданно подался чуть ближе к ней и проговорил:

— Если ты поедешь со мной, сможешь увидеть все своими глазами.

— Э… Спасибо за приглашение. Я подумаю…

Договорить она не успела. Потому что откуда-то сверху молнией рванулся и завис перед перед ними в воздухе красный гигант Ардо. Раад, стоял на его спине, широко расставив ноги, и несколько долгих секунд смотрел на мужчину рядом с ней тяжелым взглядом.

Потом он вскользь взглянул на нее. Но как!

Как будто он в чем-то ее обвинял! Она вскинулась, не понимая, что опять сделала не так? Но Раад в ее сторону уже не смотрел. Он что-то гортанно выкрикнул, и красный дракон, круто забирая вниз, ушел земле.

Снежане было не по себе от всего этого, прямо дрожь по позвоночнику, а Бранвен, проводил его нехорошим взглядом и тихо сказал:

— Мы в сердце гор, Снежана. Сейчас будем снижаться. Не забудь о моем предложении.

И застыл, опять превращаясь в молчаливую статую.

Теперь они резко снижались. Все остальные драконы были уже на земле. Снежана видела внизу и тех всадников. с которыми они разделились, вторую половину отряда. Приличная толпа. Опять мелькнула мысль, зачем все это, и что они все тут делают?

Еще несколько взмахов, и Нерр должен был мягко опуститься на широком скальном выступе, за которым темнела пещера.

Бездна его пожри! Почему он должен каждый раз все это слышать?!

Почему его подбрасывает мгновенно, стоит понять, что ей грозит опасность?! Он не хотел этого, это выжигало ему душу не хуже яда арха! Раад устал от этого состояния.

Ардо сказал, это связь. Зачем, спрашивается, ему эта связь!?

Хассе…

Стоило взглянуть вниз, у него аж зубы заболели.

У входа в пещеру ждала та половина отряда, которую он отправил по земле с лошадьми. Глаза алчно горят у всех. Нерр еще не опустился, женщину даже не видно там, на его спине, а они уже вытягивают шеи. Спешат сунуться ей на глаза.

Хассс!

Пришлось озадачить всех, чтобы перестали бестолково пялиться и занялись делом. И прежде всего доложили обстановку. Они ведь добрались раньше. Из короткого доклада Раад понял, что еще и без всяких приключений, и только в очередной раз убедился, что твари реагировали на женщину. Означать это могло только одно.

Джейдок тоже мог включиться в эту гонку? Раад не хотел об этом даже думать. Проклятие! Охранять женщину теперь придется с утроенными предосторожностями.

Как он в этот момент ненавидел все!

Ситуацию, в которую его поставило это идиотское предсказание. Эту толпу желающих поиметь удачу на ровном месте, женщину. Себя.

Потому что это стирало депо всей его жизни. Все достижения, все победы в многолетней войне, где ему приходилось бороться одной рукой с черными порождениями Джейдока, а другой держать в узде кланы, постоянно норовившие воевать друг с другом, убивать и грабить.

А теперь все они подняли головы. У всех есть шанс. У каждого!

Иномирянка будет решать! И чья смазливая мордашка ей приглянется больше всех, тот и станет в этой войне победителем. В иные моменты у него опускались руки.

Но стелиться перед ней? Как вот эти? Пытаться понравиться, завлечь сладкими речами?! Хассс! Это было унизительно! Он просто не мог перебороть себя.

И все же, когда он слышал, вот как сейчас, когда Бранвен нашептывал ей, и она склонялась к нему, Рааду казалось, его выжигает изнутри. Она не должна была.

Не смела. Но она смела! И даже не хотела в его сторону смотреть.

Еще несколько взмахов, и Нерр должен был опуститься на широком скальном выступе, Раад не выдержал, повернулся спиной и пошел ко входу в пещеру.

Жрец ждал его перед залом чаши. Склонился в приветствии:

— Повелитель.

А у самого по губам так и скользит ехидная улыбка.

— Оставь, — резко махнул рукой Раад.

Белый наг, очень древний, чтобы вообще кому-то кланяться, выпрямился.

— Как скажешь, — сказал, и застыл, сложив руки на широкой груди, испещренной шрамами и татуировками. — Ты чем-то взволнован?

Взволнован?! Да Раад был зол как стая бешеных варгов! А жрец смотрел на него прищуренными глазами и, похоже, веселился. Раад заставил себя собраться.

— Твари Джейдока нападали трижды. И все три раза охотились за ней. Один раз отрылся разлом, пришлось закрывать.

Веселья в глазах нага поубавилось, а белый чешуйчатый хвост подобрался и застучал по полу кончиком.

— И если это то, о чем я думаю… — Раад не стал заканчивать.

Жрец шумно выдохнул.

— Что еще?

— Троим она позволила называть себя по имени, — отрывисто бросил Раад и неохотно добавил, потому что скрывать не было смысла: — Ардо принес ей клятву.

Он получил ожоги подземным огнем, женщина его вылечила.

— Даже так?! — кустистые брови нага вскинулись. Уж он-то знал, что раны от подземного огня не излечиваются. Это значило, что у женщины особый дар.

Жрец неуловимо быстрым движением придвинулся к нему, стоя на хвосте. Взгляд жадно скользил по лицу Раада. Наг увидел слишком много и снова шумно выдохнул. Раад сожалел, что не смог скрыть своего ни раздражения, ни сжигавшего его изнутри огня. Отвернулся и сказал:

— Мне она назвала свое имя.

— А ты?.. — спросил наг.

Он промолчал. Не вываливать же на ехидного жреца всю злость, что кипела в его сердце. Вместо этого он сказал другое:

— Она ничего не знает о нашем мире. Не понимает правил. Ведет себя, как…

— Хорошо, — сказал жрец, снова складывая руки на груди. — Пусть немного побудет с моими девочками, обвыкнется, а мы присмотримся. Но потом… Ты же понимаешь, никто кроме тебя не сможет обеспечить ее безопасность.

Почему же?! Хотелось ему рычать. Аэд такой же драконий принц!

Но Раад прекрасно понимал, что его сила значительно выше. Иначе повелителем был бы не он, а Аэд. Но держать ее в своем доме? Терпеть всех этих ублюдков с алчными глазами и сальными мыслями, пока она будет выбирать себе… кого-то?!

Хассс! Это было выше его сил!

— Я хочу, чтобы она посмотрела в зеркало истины, — проговорил Раад, отходя к противоположной стене и сжимая кулаки. — Ты ведь сможешь видеть то же что и она?

Жрец какое-то время молчал, глядя на него, потом промолвил:

— Хорошо, но ее надо подготовить.

Раад нервно кивнул, кулаки снова сжались.

— Готовь, — бросил и пошел наружу. Женщину надо было встретить и проследить за всеми этими ублюдками Раад шел быстро, однако белый наг выскользнул из расселины, открывавшей выход, раньше.

Пепельный дракон мягко приземлился на широкой площадке перед пещерой.

Собственно, это была даже не пещера, а широкая трещина в скале, уходившая вглубь. И у Снежаны сразу возникла жутковатая ассоциация со старым фильмом «Золото Маккены» Там тоже был похожий каньон, а в глубине этого каньона какое-то святилище.

Да еще внизу ее ждала целая толпа Проводников, половину из которых она вообще не знала. И все на нее глазели. Бранвен вылез первым, встал на крыло и теперь ждал ее, предлагая руку, чтобы помочь спуститься. Казалось бы, такое простое действие, а вся толпа уставилась на нее и аж вперед подалась.

Не понравилось Снежане это пристальное внимание… Она поискала взглядом Раада, так, чисто на всякий случай, чтобы не орал потом, что она какие-то там правила нарушила, но его нигде не было видно. Ну и ладно, подумала, и все же насторожилась. Вдруг она сейчас примет помощь, а у них это не принято? Да и не нужна была ей его помощь в том, чтобы спуститься. И до него никто не предлагал.

Но Бранвен упорно ждал.

— Спасибо, я сама, — проговорила она, изобразив ему улыбку.

Мужчина потемнел лицом, кивнул и отстал от нее. Даже как-то легче стало. Она наклонилась к шее Нерра и тихонько шепнула:

— Спасибо. — И ведь услышал!

Шумно выдохнул и повернул к ней голову, а потом ровненько так вытянул крыло. чтобы ей было удобно. Она быстро сбежала вниз.

И тут же чуть не кинулась обратно.

В чернеющем проеме скальной расселины стоял на свитом кольцами чешуйчатом хвосте высокий белый наг и смотрел на нее.

______________________________________

* архи — местные ядовитые насекомые, нечто среднее между пауком и скорпионом

** «Золото Маккенны» (англ. англ. Mackenna's Gold) — американский художественный фильм 1969 года.

Зрелище было не для слабонервных. К драконам Снежана уже привыкла, но это — наполовину человек, наполовину змей… Огромный толстый хвост, покрытый переливающейся белым перламутром чешуей. И торс мужчины, весьма иронично взиравшего на нее, сложив на груди руки.

Пялиться на него было неприлично. Снежана отвела взгляд, понимая, что ее поведение глупо и, по меньшей мере, неуместно. Чтобы не сказать, оскорбительно.

Следом за змеем из расселины показался хмурый Раад и все сразу встало на свои места. Вот уж кто недоволен вечно. Хотелось бы знать, какая у него улыбка, если он способен улыбаться в принципе. Снежана поймала себя на том, что слишком много о нем думает, и решила сменить тему.

Значит, это и есть сердце гор, и они сюда летели?

Аэд говорил, у них есть города и поселения, а тут все выглядело диким и совершенно нежилым. Никаких следов цивилизации.

Возможно, тут какой-то перевалочный пункт, этап, а этот дядечка с хвостом (ей припомнилось, что таких вот змеелюдей называют наги) — хозяин этого места?

Но если они называют это место «сердце гор», надо полагать, это какой-то важный этап?

Уфффф! От усиленной работы мысли у нее мозги вскипели.

Снежана уже поняла, что здесь лучше перебдеть, чем недобдеть, потому что они все называют себя великими воинами и ужасно носятся со своей честью. Поэтому она выпрямилась и с достоинством поклонилась этому… мифическому чудовищу.

Которое, однако, было живее всех живых и очень быстро перемещалось на своем огромном хвосте. Несколько неуловимых движений кольцами, и вот он уже стоял прямо перед ней.

— Приветствую тебя, дитя. Я Шаум, — он опустил руки склонил перед ней голову.

А Снежана невольно уставилась на его грудь, покрытую ритуальными татуировками и шрамированием. Впечатляющее зрелище, подумала она, поднимая взгляд. У нага было сухое лицо без морщин, но ему с одинаковым успехом можно было дать и сорок лет, и тысячу. Длинные белые волосы, под стать чешуе, такие же белые брови, густые, кустистые, а под ними живые черные глаза. Глаза выдавали мудрость, возраст и скрытое любопытство.

— Здравствуйте, — проговорила она. — Я Снежана.

На бесстрастном лице Бранвена Ленда ничего не отражалось, однако это был неприятный момент. Досадно было осознавать, что он расслабился и поторопился.

Вскружила голову возможность быстрой победы, в итоге чуть не выставил себя на посмешище. Женщина отказалась принять его руку.

Но он видел, что его приглашение вызвало интерес, и от этого было досадно вдвойне. Если бы Раад не спугнул, она могла согласиться. А там, уж он постарался бы, чтобы она осталась беременной через месяц. Бранвен знал, как ублажить женщину.

И все же он недооценил влияние, которое она могла оказывать на мужчину, оставаясь при этом полностью холодной и невозмутимой. Она его даже не осознавала. Опасное влияние, он сам не заметил, как поддался ему.

Об этом стоило подумать, если он не хотел сойти с дистанции.

Бранвен не спеша прошелся и встал рядом с Аэдом. Потому что имел на это право.

Имя свое иномирянка назвала троим. И Бранвен Ленд был из их числа.

На те косые взгляды, которыми его провожали, ночному охотнику было плевать. Он поискал глазами мальчишку Сотхана, тот смотрел на него с нескрываемой ненавистью. Вот кому бы он с удовольствием попортил шкуру и пересчитал зубы. В другое время Бранвен бы с удовольствием так бы и поступил, но…

Все они тут Проводники, и у них перемирие. Пока. Поэтому Бранвен отвел взгляд, презрительно хмыкнув напоследок, и плевать ему было, что оборотень дернулся и побелел от злости.

В отдалении стоял в толпе юный Трен из клана Зорких. Вокруг него сгрудились те, кто еще не получил возможности приблизиться к женщине, парнишка им вполголоса что-то рассказывал. Делился впечатлениями? Похоже, его больше впечатлил воздушный бой.

Бранвен отвел взгляд и переступил на месте. Куда этому птенчику женщину? Он еще в игрушки не наигрался. Однако и этого юнца не стоило списывать со счетов, у него еще оставались шансы.

Потом незаметно покосился на неподвижно замершего недалеко от него Аэзда.

Мудр, силен, красив, умеет обращаться с женщинами. Не удивительно, у него их в гареме сотни. Драконий принц, второй по силе после Раада повелителя. Серьезный противник.

Но вот из пещеры появился Шаум — жрец, а за ним Раад.

Однако!

Шаум тоже решил включиться в гонку за призом?! Это было против правил! Вон, как на него зыркнул Раад.

Все напряглись, уставившись на женщину.

Она всего лишь решила остаться в рамках вежливости и назвала свое имя, а все на нее так уставились! Иди и гадай теперь, что тут можно. а что нельзя.

В глазах нага промелькнуло интересное выражение, он скосился на подошедшего к ним Раада и произнес, приложив руку к груди:

— Это честь для меня.

Снежана могла поклясться, что от Раада в тот миг искры полетели, такой нагу достался взгляд. Да и все остальные аж примолкли на миг повисла звенящая тишина.

Зато белому змею, судя по тому, как дернулись его губы, было весело.

А ей стало немного не по себе, потому что она ничего не понимала в их местных заморочках. Снежана улыбнулась натянуто и застыла, бросив на всякий случай взгляд на Раада. Но по его каменной роже невозможно было понять, правильно ли она поступила.

Тогда она просто опустила взгляд и стала смотреть на кончик змеиного хвоста.

Достало уже все это самцовое высокомерие.

Наконец в тишина раздался голос нага, заставляя ее поднять глаза:

— Прошу, Снежана, отдохни в моем доме. Знакомство с Проводниками, — он обвел взглядом толпу. — Будет продолжено с утра.

Чуть посторонился и показал рукой на черневшую в скале трещину. черт… Ей совсем не хотелось туда идти.

Но она пошла.

Возможно, это был шанс узнать, для чего ее вообще сюда притащили.

В пещере оказалось не темно, как Снежана ожидала. Рассеянный свет, лившийся откуда-то с потолка достаточно хорошо освещал все. Чтобы попасть внутрь, им надо пройти извилистую расселину. На деле она оказалась не такой уж узкой и образовывала коридор примерно в четыре метра шириной.

Наг скользил рядом на своем хвосте. Снежана старалась не смотреть на него, он у нее почему-то ассоциировался с инвалидом, а это неприлично, пялиться на чужие увечья. Хотя, конечно, инвалидом он не был, и кажется, читал ее мысли, потому что выражение лица у него было весьма ехидное. Наверное, это ее и разозлило.

Наконец они выбрались из коридора в просторный зал. Снежана стала оглядываться, а наг скользнул дальше, остановился в центре зала и сказал, склонив голову:

— Добро пожаловать в мое жилище.

Жилище… Пустовато, однако. Она незаметно огляделась и пробормотала:

— Спасибо.

Опять этот ехидный взгляд, как будто он знал ее мысли.

— Здесь ты можешь отдохнуть до утра, — проговорил, разведя руки.

Вот прямо здесь, да, на голом каменном полу? Отлично. Возможно, это был верх змеиного гостеприимства, однако, чем тут торчать, Снежана предпочла бы ночевать с драконами. Под боком у Нерра тепло и безопасно, не то что здесь.

Ей не хотелось быть невежливой, но…

— Благодарю, я… — начала Снежана.

И тут наг расхохотался. По-мальчишески весело, несмотря на свой явно почтенный возраст.

— Что бы ты сейчас не подумала, но тебе не придется ночевать на голых камнях на пустой желудок, Снежана. Я отведу тебя к моим девочкам, там тебе будет удобно.

Но для начала… — он сложил руки на груди и склонил голову набок, изучающе глядя на нее. — Мы могли бы поговорить. Ты не против?

Вот же… Змей.

— Не против, — проговорила она, подавив желавшее прорваться возмущение.

Похоже, хвостатому доставляло удовольствие забавляться, а это было не слишком вежливо по отношению к ней.

— Для меня честь быть вашей гостьей, — проговорила, выпрямляясь и поднимая подборок.

Он как-то мгновенно стал серьезным и даже слегка нахмурился. А потом уже другим тоном проговорил:

— Прошу, здесь есть более удобное место для отдыха.

Там действительно было нечто вроде лежанки или софы, покрытое огромной лохматой шкурой, столик, какие-то фрукты на блюде, высокий кувшин и две чаши.

Он указал ей на лежанку.

— Присядь, в ногах правды нет, — а сам быстро отполз куда-то в сторону и остановился, разглядывая ее. — Угощайся. Или ты хотела бы прямо перейти к разговору?

— Да, я бы предпочла сначала получить ответы.

Он снова засмеялся.

— Хорошо, но на каждый твой вопрос будет один мой.

Как будто у нее был выбор. Снежана кивнула и задумалась, потому что вопросов было много. Решила начать с главного.

— Зачем я здесь?

Змей застыл, глядя на нее, и проговорил:

— Ответ на этот вопрос ты узнаешь позже. Спрашивай еще.

— Кто такие Проводники и почему их так много, если обычно, чтобы провести кого-то через границу вам достаточно одного? Что такого страшного творится в приграничных землях? Я видела самых настоящих чудовищ! И почему они все представлялись мне и открывали лицо?

— Кто, чудовища? — ехидно осведомился наг.

— Нет, Проводники.

— Много вопросов… Я отвечу на этот, а потом ты ответишь мне. Проводники открывали перед тобой свое лицо, чтобы могла его увидеть.

— Зачем мне было видеть из лица?

— Моя очередь, — возразил наг. — Что означает твое имя?

Снежана пожала плечами.

— Снежная, из снега.

— Что такое снег?

— Это замерзшая мелкими частицами вода, падающая с небес, господин Шаум. И сейчас моя очередь. Почему нападали черные твари? Это связано со мной?

Наг нахмурился и отвернулся, проведя по лицу ладонью.

— Тебе не откажешь в уме и наблюдательности. Да, это было связано с тобой. Но тебе ничего не грозило.

Вот опять! Опять эта фраза, что ей ничего не грозило! Врет же. А может, и не врет…

— Возможно. Но красный дракон получил ожоги.

— Да! — оживился наг. — Как тебе удалось его вылечить?

— Я врач, умею лечить. И у меня была противоожоговая мазь, правда, очень немного. Я думаю, просто сработала его природная регенерация.

Он снова странно на нее смотрел, потом спросил:

— Что ты думаешь о тех Проводниках, с кем успела познакомиться?

Что она думала… Она вовсе не собиралась говорить ему, что думала об этих красавцах на самом деле. Потому что в ее жизни уже имелся отрицательный опыт общения с одним таким вот самоуверенным красавцем. На всю оставшуюся жизнь ей хватит разочарования.

Сказать, что им всем что-то нее нужно, и она понимает это? Зачем, этот змей и сам бессовестно темнит. Нечестная игра. Wicked Game*.

— Среди них были разные люди, — ответила Снежана. — О некоторых мне бы не хотелось говорить вообще, некоторые вели себя достойно, — она отвела глаза. — Кстати, я еще у Раада хотела спросить, почему ребенку позволили участвовать в таком опасном деле? Но он же постоянно так раздражен… Не хочется лишний раз его беспокоить.

Она могла поклясться, что наг слушал очень внимательно, а когда она упомянула Раада, у этого змея глаза так и загорелись от любопытства. Однако он вопросов больше не задавал, поклонился ей и проговорил:

— Пойдем, я отведу тебя к мои девочкам, сможешь нормально помыться и поесть.

Сегодня тебя больше никто не побеспокоит, а завтра поищем ответ на твой первый вопрос.

Честно говоря, Снежана обрадовалась, что наконец-то увидит местных женщин, хоть пообщаться, нормально поговорить, а то одни мужики зыркающие кругом. Да и отдохнуть хотелось, и помыться.

Но когда наг привел ее на место, и она этих самых женщин увидела, поняла все.

Жрец увел женщину, а он чувствовал себя так, будто кто-то ворошит у него в груди раскаленной кочергой. Раад испытывал тревогу, ему казалось, он ощущает состояние женщины по этой проклятой связи, будь она неладна. А мысль о том, что Шаум мог просто обойти всех и воспользоваться ситуацией, была мучительной и обидной. Чтобы занять себя чем-то он ушел к Ардо, стоял рядом с ним, приложив ладони к горячему телу друга.

Ему надо что-то с собой делать. Рвать надо как-то эту связь. Он покачал головой и в ожесточении сжал кулаки. Чувствовать — надоело! Друг с шумом выдохнул, но не пошевелился.

А сзади послышался шорох. Раад обернулся, за спиной стоял белый наг.

— Я поместил ее в свой гарем. Там ей будет удобнее, сможет переночевать, заодно немного познакомится с нашими обычаями. А завтра попробую показать ей зеркало.

И уполз снова. Раад смотрел ему вслед и чувствовал себя идиотом. Но его немного отпустило.

____________________________________

* имеется в виду песня Криса Айзека Wicked Game (Жестокая игра).

Ключевая фраза песни:

Ты сыграла со мной злую шутку, заставив меня почувствовать любовь.

Бывает так, очевидное настолько очевидно, что просто ускользает от понимания. А ведь догадка все время бродила где-то рядом. Но только сейчас все как-то само сложилось и щелкнуло в голове.

Достаточно было увидеть женщин. Однако Снежана предпочла отложить эту мысль и додумать ее потом. И пока просто смотрела. Ей ведь неоднократно приходилось слышать, что у них тут гаремы. Но одно дело слышать и воспринимать как нечто «далеко в горах, не в нашем районе», а другое, увидеть воочию сейчас.

Наг привел ее в этакое пещерное гнездышко, все убранное и украшенное. Сразу видна женская рука, определенная эстетика, уют и даже стиль. Правда. Снежане это было чуждо.

Их тут было девять, замечательных красавиц. Все миниатюрные, ей примерно по плечо. По сравнению с приведшим ее сюда нагом. просто коротышки. Однако щедро одаренные природой в стратегических местах. Из одежды на всех были разнообразные и богато украшенные набедренные повязки и сандалии. А большие груди вообще не были прикрыты ничем, кроме многочисленных висюлек и ожерелий.

Очень красиво, черт побери! Прямо как героини порномультиков. Снежана сразу поняла, почему у нее просто не было шансов поразить тут кого-то своей красотой в кавычках.

Увидев их, красавицы дружно бросились к нагу и облепили его, а на нее уставились ревниво и подозрительно. И тут змей сделал заявление:

— Девочки, помогите нашей гостье Снежане расслабиться и отдохнуть с дороги.

Снежана заметила, как он интонацией выделил наша гостья. А у женщин во взглядах на миг отразилось презрительное недоумение. Ей даже смешно стало, ожидали чего-то другого? Ну, извините, что есть. Однако дамы реагировали быстро.

Головы тут же склонились перед хозяином, они разулыбались и прощебетали:

— Все будет исполнено, господин.

Ну вот.

Дальше наг ушел, или уполз, а ее приняли в заботливые женские объятия.

Сначала красотки кормили ее местной едой, нормальной, кстати, едой, не особо от земной отличалась. Немного другие фрукты и лепешки из темноватой муки с какими-то семечками. За ужином развязались языки, им интересно было узнать, как живут в другом мире. Когда Снежана сказала, что у нее нет мужчины и это нормально, на нее сочувственно покосились. Мол, с такой-то внешностью оно и понятно.

А вот то, что она умеет лечить, было очень интересно. Но интерес быстро сошел на нет.

Честно говоря, Снежане даже не хотелось их о чем-то расспрашивать, и так все было ясно. Местные дамочки разглядывали ее с любопытством и жалостью. Еще бы, такие тонкие и длинные ноги, совсем маленькая грудь, никакой задницы. А рост? Одна из них даже сказала:

— Сначала мы думали, господин привел мальчика. Но это… фууу.

Красотка замялась и состроила такую гримасу, что Снежана поняла, тут не приветствуются однополые отношения.

— И на тебе мужская одежда! Хотя, наверное, тебе не стоит обнажаться, потому что… Прости, но тебе не пойдет нормальная одежда.

И улыбнулась сочувственно так, остальные закивали. Чтобы отвлечь их от обсуждения ее нескладной по местным меркам фигуры, Снежана спросила:

— Извините, я устала с дороги, и хотела бы лечь спать. И если можно, искупаться перед сном?

Ей выделили альков, которых тут оказалось много, и отвели в купальню с термальной водой. Вообще, пещера у нага оказалась весьма благоустроенной, хотя по виду снаружи так и не скажешь. В другое время Снежана с интересом изучила бы все тут. Но сейчас она действительно устала.

А еще больше не давали покоя мысли, постоянно вертевшиеся на периферии. И потому, поблагодарив за все и избавившись, наконец, от женского общества, Снежана сидела в каменной купели одна и усиленно соображала.

Когда-то давно, еще в школе, ей неплохо давались логические задачи.

Вот теперь ей и надо было просчитать известные факты и уложить в кучки.

Мужская одежда, которая на ней. Ее ведь никак не выделяли в отряде, кроме того, что при ней постоянно должен был находиться Проводник. Ну и да, они ее тщательно оберегали. О, а белое платье? Она же тогда купалась буквально в оцеплении. Еще думала, зачем?

Ее прятали.

В связи с их утверждением, что твари черненькие и страшные появлялись по ее душу, но ей ничего не грозило. Надо полагать, что везли ее через приграничные земли (да еще на драконах!), чтобы… От кого ее прятали? От черных тварей?

Зачем, если ей ничего не грозило?

Хороший вопрос.

Теперь Проводники.

Все эти церемонии, правила, о которых так пекся Раад. И непременно открыть лицо, чтобы она его увидела. Ей просто совали под нос всех этих красавчиков.

Зачем? Некоторые из них недвусмысленно намекали, что готовы чуть ли немедленно ублажить ее, их надо только выбрать.

То есть, ей показывали товар лицом, чтобы она могла ВЫБРАТЬ?

Для чего?

Чеееерт! Как противно стало от мысли, что те предлагали ей себя. Она даже стукнула кулаками по воде. Долбаные извращенцы!

То есть, они притащили ее, уродливую по местным меркам, сюда, для того чтобы она с кем-то из них переспала? А может быть, со всеми, но по очереди?! А вечно злой погонщик Раад, значит, бдил там за всеми, чтобы они очередь соблюдали?

Снежану просто выворачивало от отвращения.

И пока не переспит, они таки будут мозолить ей глаза?!

А после того как переспит?

Вопрос на миллион.

Снежана ведь подозревала, что ее, возможно, собираются принести в жертву, выходит, рановато от этой мысли отказалась? Она еще думала, почему она? По каким же критериям ее выбрали? Да все очень просто! Вспомнилось, как в родной поликлинике вечно ею все дыры затыкали. Как же не пользоваться, если она идеальная жертва. Добровольная, блин.

Откинула голову на каменную полочку и расхохоталась.

«Врачи без границ»? Это же надо было сообразить… И ведь она сама сюда напросилась!

Но самым болезненным было даже не это.

Они ведь, эти мужчины, постоянно как-то соревновались между собой, старались оттеснить друг друга. Снова вспомнились те самые правила, которые не для нее, а для них. Но если есть правила, значит, это такая игра. Гонка. Кто первый встал, тому и тапки? Кто первый — тому и приз. А она приз.

Было это в жизни Снежаны когда-то. Спорили на нее парни на старшем курсе. За сколько времени в койку уложат. Один уложил, тоже такой вот красавец. Когда она потом узнала цену победы (до нее просто не могли не донести сердобольные подружки, правда, не до, а после того, как все уже случилось), оказалось, что ребята спорили на ящик пива.

Хотелось бы знать, а на что спорят эти?

Просто в глаза посмотреть и спросить.

А белый наг — жрец смотрел в тот момент в глаза своему отражению, пытаясь увидеть в зеркале истины будущее, которое их всех ждет. Кого она выберет? Все-таки, всегда хорошо знать заранее. Можно чуточку подправить, повернуть в нужную сторону, а если уж неизбежно. соломку постелить.

Но зеркало молчало, не желало являть картин.

Наконец он ушел. Завтра придется работать наугад, а это всегда немного волнительно.

Ночь прошла спокойно. Правда, Снежане в алькове за занавеской было не слишком комфортно, потому что все время не давала покоя мысль, вдруг нагу вздумается посетить свой гарем и устроить там оргию в лучших хентайных традициях. Однако он не появился, и ей кое-как удалось уснуть под утро.

И когда это случилось, в сон она провалилась мгновенно.

Сейчас, в своем сне, Снежана снова была там, в приграничных землях. Вот горы внизу, подсвеченные солнцем сквозь пепельную дымку, розовато-золотистое небо с легкими перьями облаков. Красиво, дико, дивно. Мерно машут крылья Нерра, рядом с ней кто-то, не видно лица. расплывается, как в мареве.

И вдруг тот момент!

Словно в замедленной съемке, чтобы она могла лучше рассмотреть.

Лучше… Рассмотреть?

Какая-то паранойя, ей уже и во сне начинает мерещиться этот бред. Но во сне удивительно красиво начинают раскрываться гибкие щупальца. Как экзотический цветок. И она не может отвести глаз…

А потом начинается ЭТО.

Смертельный поединок, Раад с клинками, огромные красные крылья Ардо, Где-то далеко угадывается Аэд, черный дракон, имени которого она так пока и не узнала.

Это же не просто бой, это война!

Проснулась она внезапно, с легким вскриком открыв глаза, и так и не успев понять, зачем ей это снилось.

А курятник, так она про себя окрестила гарем белого змея, уже проснулся. Красотки чувственно потягивались шикарными телами и переговаривались, сетуя шепотом на то, как им было ночью скучно без господина. Стоило им увидеть, что Снежана проснулась, жалобы прекратились, и пошли уже совсем другие разговоры. Но она была уверена, что говорилось это все исключительно для нее, чтобы прочувствовала, так сказать, всю глубину их жертвы.

Она состроила всем милую улыбку и убежала мыться.

Во-первых, потому что еще неизвестно, когда ей представится такая возможность.

А купаться как в прошлый раз, под стражей из одних мужиков. ей совершенно не улыбалось. Да и не в чем. А уж обнажаться она бы теперь точно ни перед кем из них не стала. Ей вообще хотелось держаться подальше от этих… Проводников.

Особенно после того, как она осознала, наконец, очевидные вещи.

А во-вторых, у нее появилась еще одна порция информации к размышлению.

Гарем. Женщины. Секс. Хотя, конечно, она плохо себе представляла, как с этим змеехвостым товарищем можно заниматься сексом, но его курочки, судя по всему были довольны. Впрочем, Снежану не интересовал этот аспект личной жизни Шаума. А вот собственное будущее — даже очень!

Надо было выяснить у нага, есть ли у них тут вообще свободные женщины. Как они живут? Она могла бы лечить и как-то жить с этого. Аэд что-то вроде этого говорил.

Снежана поморщилась, он ведь показался ей адекватным и приятным в общении, а туда же, в очереди стоял за призом, как и все они. Разочарование было сильным.

В любом случае, выбирать никого из тех мужчин, что толпились за пределами пещеры, она не собиралась. Рано или поздно им надоест играть в эту игру, и они от нее отстанут. Или найдут себе другое развлечение. А ей стоит самой позаботиться о себе.

И при этом не угодить в чей-нибудь гарем!

Да простят ее те шикарные порнобогини, что чирикали сейчас птичьими голосками в соседнем помещении, но такая жизнь Снежану не устраивала. И нет, это не снобизм, не попытка как-то возвыситься над чужой культурой и моральными устоями. Просто…

Раствориться целиком, отдать всю себя мужчине, срастись душой, стать половинкой — это надо любить его больше жизни. И чтобы он любил. И чтобы единственный. И она была у него единственной.

А тут такого не предвидится, значит, тема для нее закрыта.

Ну вот, теперь она готова была к общению со Змеем. Но красавицы из гарема прежде решили накормить ее завтраком. А за завтраком…

Она ведь говорила себе, да, что женщины любопытны?

О да, они любопытны во все времена и во всех мирах!

И сейчас они, поблескивая глазками и облизывая пухлые губки стали расспрашивать ее о Проводниках. Интересовало все! Но только Снежана собралась начать рассказывать, а заодно и попытаться выведать в процессе какие-то крохи информации, как появился наг. Вероятно, он слышал обрывки разговора, потому что сурово зыркнул на свой курятник и проговорил:

— Прошу следовать за мной, Снежана.

Змей казался серьезным, исчезли ехидные огоньки из взгляда.

Был в этом какой-то момент, предчувствие, что ли. Что-то тонкой диссонансной нотой задрожало в груди, как будто он ведет ее навстречу судьбе. Снежана вдруг совершенно четко осознала, что в этот уютный женский мирок уже не вернется и, скорее всего, никого из них больше не увидит. И неожиданно тепло и душевно попрощалась с женщинами, а они с ней.

А в следующую минуту она уже шла вслед за нагом по пещерным коридорам.

Двигались в полном молчании, только огромный хвост, свиваясь кольцами, тихо шелестел по полу. Его серьезность передалась Снежане, и хотя сейчас к разговору с ним она была готова, но нервничала все равно.

Через некоторое время она привел ее просторную залу, в которой у одной из стен была полная прозрачной воды большая каменная чаша природного происхождения, похожая на купель. А с другой стороны из расселины лился свет. У Снежаны брови на лоб полезли, он привел ее купаться? Это было как-то слишком…

Однако наг остановился в центре залы и проговорил:

— Настало время ответить на твой первый вопрос.

На Снежану будто холодным воздухом пахнуло, и будь она проклята, ее не затрясло от волнения. Сам наг тоже казался взволнованным. На каменном лице ничего не отражалось, но его выдавала энергетика. Странно было ощущать ее, как неспокойную воду.

Он выглядел слишком нервно для того, кто может дать четкий ответ. Возможно, дело в том, что ответ ей не понравится? Она отмела эту мысль, здесь с ней особо не церемонились, и нравится ей что-то или нет, никого не интересовало.

Как будто в подтверждение ее мыслей, наг едва заметно дернулся, а кончик хвоста задрожал, постукивая по полу. Снежана уставилась на своевольную конечность, выдававшую сейчас состояние хозяина, и подумала, что с таким вот аксессуаром не шибко-то удержишь покер фейс. А вслух сказала:

— Большое спасибо, но прежде я хотела бы…

И тут Змей уставился на нее с нескрываемым интересом.

— Что?

Эта внезапная перемена, облегчение в голосе нага. У Снежаны создалось впечатление, что он обрадовался ее словам. Вроде бы даже нервничать меньше стал.

Ну, самое время, значит.

— Я бы хотела прежде получить ответ на другой свой вопрос.

На миг он нахмурился, явно не то, на что он рассчитывал. Но возражать не стал.

Шаум сначала сложил руки на груди, а потом указал ей жестом:

— Конечно. Говори, Снежана.

— Вот мне интересно. Все это строгое соблюдение очереди, требование показать лицо… Это такая мужская игра, да? Спор, кто первый со мной переспит?

В первый момент он ошарашено на нее уставился и аж отшатнулся.

— Нет, ты не понимаешь…

— Не понимаю? Так объясните!

На лице нага застыло странное выражение, как будто у него зубы разболелись. А ее уже несло потихоньку.

— Правила игры, и все такое, — она медленно выдохнула, глядя ему в глаза. — А потом мне придется переспать со всеми, но по очереди? Или как? Или вы меня потом в жертву принесете?

Снежана обвела взглядом пространство. Они же зачем-то тащили ее в это сердце гор? А что, место здесь и впрямь подходящее!

— Послушай, Снежана, — он даже качнулся в ее сторону на своем гибком подвижном хвосте. — Никто не будет приносить тебя в жертву, и вообще, тебе совершенно ничего не угрожает! Ты уже должна была это понять!

— Да, мне всего лишь отведена роль приза в вашей интересной игре. Ведь так?

А ситуация нагу, похоже, не нравились. он отвернулся и вскинул руки, что-то бормоча.

— Когда вы собирались мне об этом сказать? Никогда? Или в ваших правилах нет упоминания о честности и чести?

— Снежана! — окрик Змея звучал сурово, только она не курочка из его гарема, чтобы ее пугать.

— Скажите, — она презрительно скривилась, вспоминая тот проклятый ящик пива. — Хоть что на кону стоит? Мне просто интересно свою цену узнать.

Наконец наг, повернулся к ней лицом.

— Все так, — кивнул.

Ну вот, услышала, убедилась.

Снежана отвернулась, пряча от него душевную боль. Так глупо. Неужели она все-таки надеялась на что-то другое?

— И все не так, Снежана. И ты не понимаешь, что стоит на кону! Ты думаешь. это просто приз?! — он нервно дернулся и взмахнул рукой. — А это нечто гораздо большее! Ты себе даже не представляешь!

— Да? И что же это? Что вам всем от меня надо?

Он выдохнул и насупился.

— Чтобы ты выбрала мужчину.

— Зачем?

— Снежана… — кажется, терпение у нага заканчивалось.

Однако он все же нашел в себе силы и начал объяснять.

— Идет война. Понимаешь? Давно. Это война на истощение. Она убивает наш мир!

Надо же, хотелось воскликнуть ей, миры разные, а войны все те же.

— От твоего выбора зависит исход войны.

— Что? — она с трудом сдерживалась, чтобы не рассмеяться. — Исход войны зависит от того, с кем я пересплю? Вы сами понимаете, как это звучит?

— Не переспишь. Полюбишь.

Слова были сказаны, и они словно перевернули некую страницу, перевели все на другой уровень. Наг застыл, сжимая кулаки, повисло тяжелое молчание.

— Вы понимаете, что я им даже не нравлюсь? Никому из них? — спросила она тихо.

Белый Змей долго смотрел на нее, сжимая кулаки, и наконец проговорил:

— Имеют значение только твои чувства.

— Значит, вам все-таки нужна от меня жертва…

На самом деле, им дела нет до ее чувств. Получить и выпотрошить ее душу. Не важно как, не важно, что с ней потом будет. Это жестоко. Может быть, еще более жестоко, чем если бы они просто собирались ее убить.

Кажется, он что-то понял, потому что уже другим тоном заговорил. Проникновенно.

— Ты не права. Ты не представляешь себе, как важен для всех нас твой выбор. Это судьба целого мира. Неужели…

Да. И это тоже она уже где-то слышала.

— Только не надо вешать на меня ответственность за судьбу ВАШЕГО мира. И выбирать никого из тех, кого вы мне подсовываете, я не собираюсь.

— Как же с тобой трудно, снежная женщина… — пробормотал наг, коснувшись рукой лба.

— Вы уж извините.

Опять молчание повисло.

— Хорошо, — сказал он, наконец. — Не хочешь выбирать, значит, будешь просто жить, как захочешь сама.

Она сначала даже не поверила своим ушам. Что, вот так легко от нее отстанут?

— Просто жить? — переспросила Снежана.

— Да, тебя по-прежнему будут оберегать, и вокруг тебя будут… Но никто тебя ни к чему не принудит.

Опять какой-то подвох. И опять он темнит. Но она хоть отвоевала право жить, как считает нужным! Эта призрачная свобода — уже что-то.

— А теперь я хочу, чтобы ты заглянула в зеркало истины, — проговорил наг.

— Зачем?

— Ответ на твой первый вопрос. Ты увидишь в нем свою судьбу.

Не хотелось ей заглядывать ни в какое зеркало, и уж тем более, видеть свою судьбу. Но наг только что пошел на значительные уступки, и Снежана согласилась.

Белый змей отодвинулся в сторону и заскользил в сторону чаши:

— Прошу.

— Но никакого зеркала здесь нет.

— Ты должна заглянуть в воду.

— Хорошо, — сказала она, пожимая плечами, и подошла к чаше с водой.

Со стены в чашу вливался тоненький ручеек, и от этого на поверхности была постоянная мелкая рябь. Звук стекающей воды, полумрак. Она еще подумала, что здесь вообще можно увидеть?

Но по мере того, как Снежана смотрела на мелкую рябь на поверхности, в глубине чаши стало формироваться какое-то движущееся изображение. Нечто, смутно напоминавшее ее недавний сон. Снежана хотела приблизиться, чтобы лучше рассмотреть…

И пропустила момент, когда наг успел вклиниться между ней и чашей.

— Довольно! — проговорил он и быстро провел перед ее лицом руками.

Отправляя за женщиной Проводников, жрец изначально волновался. Потому что зеркало выдало странное предсказание.

Далекая женщина из другого мира, ее выбор сдвинет чаши весов судьбы.

Победит тот, кого она полюбит и назовет суженым.

Однако белый наг был склонен анализировать и мыслить логически.

Война уничтожает их мир, ее надо как-то закончить. Да, Раад одержал много побед, он делает все, что в его силах, однако бесконечной вражде конца не видно. Это действительно проблема, и если проблему может решить привлечение некоей… жрец не готов был назвать ее избранной. С его точки зрения женщина была скорее инструментом. Средством, орудием.

До того, что повелитель Раад вынужден, будет проглотить свою гордость, и встать в один ряд со всеми, жрецу Шауму вовсе не было дела, молодым мужчинам это бывает полезно. Иначе лавры победителей начинают натирать им головы. Впрочем, он не сомневался в том, что женщина выберет повелителя. Шаум достаточно хорошо знал женщин, за свою очень долгую жизнь успел изучить и тех, и других.

И тут такой сюрприз.

Женщина из другого мира оказалась как… непреодолимое препятствие! Как камень, который не поднять и не обойти. Разговаривая с ней, он пытался проникнуть в мысли, понять, что ею движет. И ничего. Все его попытки подобны усилиям волны сдвинуть утес — бесполезны.

Он не смог понять мыслей женщины! Это заставляло жреца болезненно морщиться.

Отправил ее на ночь в свой гарем. думал, может быть. увидев ее среди ей подобных, сможет понять, что же с ней не так. Понял. Все не так!

Но хуже всего было то, что она самостоятельно сделала выводы. Совсем не те, что ему хотелось бы. Давно ему не высказывали в лицо таких нелицеприятных вещей.

Воистину, ни одна женщина из его мира не посмела бы так с ним разговаривать!

Женщины его мира знали как себя вести и что им делать. Их выбор, согласно логике, состоялся бы, еще в приграничных землях. Можно было вздохнуть спокойно и ожидать исполнения пророчества. Возможно не сразу, но все обязательно пришло бы в норму.

А сейчас все осложнилось до немыслимого.

Потому что женщина просто отказалась от выбора! Просто отказалась, превратив все в какое-то дурацкое представление. Обесценила и опошлила.

Как она сказала?

… Это такая мужская игра, да? Спор, кто первый со мной переспит?

И да, он не мог не признать, в чем-то она была права. Но.

…Не надо вешать на меня ответственность за судьбу ВАШЕГО мира.

Это был самый неприятный для жреца вывод! Потому что он не видел, как опровергнуть ее слова. Какие доводы привести, чтобы ее образумить.

Было и еще кое-что, что не укладывалось у него в голове. Драконы выбирают себе друга и кровника одного и на всю жизнь. Это священное побратимство уходит корнями далеко в прошлое, когда их роды были еще едины.

С тех пор, как погиб кровник Нерра, пепельный дракон так и не выбрал себе побратима, этот великий воин летал и бился один. А тут… Ардо, красный дракон повелителя Раада, его побратим, принес ей клятву. Отдал этой женщине свою жизнь.

У Шаума по этому поводу не было ни слов, ни мыслей.

Он просто не мог понять, за что им судьба послала такой подарок! В чем ее ценность для их мира?! И зеркало упорно молчало, отказываясь показывать ему истину. Хоть намек…

Оставалось только одно — увидеть будущее ее глазами.

А вот к этому Шаум оказался не готов.

Нет! Потому что жрец испугался той картины, что начала формироваться в священной чаше. У него при виде проявляющихся под водой черных щупалец зазвенело в ушах и волосы встали дыбом. Шаум внезапно понял простую истину — ей, этой женщине, предстоит сдвинуть чаши весов судьбы, и предсказание обещало победу не им, а тому, кого она полюбит. С таким же успехом это мог быть и… Он просто испугался и прервал ритуал.

Пусть будет там Будущего лучше не знать и не видеть. Пока оно не сформировано, все еще можно изменить. Или пытаться.

— Довольно! — встал он перед ней, стирая перед ее глазами картину.

Бездна его пожри! Он так не трясся от ужаса ни разу за всю свою жизнь.

А женщину следует беречь как зеницу ока.

Так странно, Снежана поразилась. Только что сам просил смотреть. Настаивал. И тут же мешать кинулся. И вид у белого Змея был такой, как будто у нее как минимум рог во лбу вырос или она собиралась эту их чашу осквернить.

— Что случилось? — спросила она.

— Ничего, просто достаточно. Будущее туманно, — проговорил, наг, оттесняя ее от чаши с водой подальше.

Отличная формулировка, подумалось Снежане. Однако Змей быстро заскользил к выходу, и поспевать за ним было трудно.

— Кстати, что ты видела? — спросил, наг, сосредоточенно глядя вперед.

— Мне это напомнило то, что я видела в приграничных землях, — проговорила она, задумавшись. — И сегодня во сне.

Змей зыркнул на нее, кивнул каким-то своим мыслям и продолжил путь по пещерным коридорам. Очень скоро Снежана поняла, что наг, ведет ее наружу.

Конечно, это ее обрадовало, наконец, удастся выбраться на свежий воздух. Все же пещера есть пещера, даже такая благоустроенная. Тут все давило ей на психику.

Зато там, за пределами убежища Змея ее ждала толпа этих… Проводников, с которыми еще предстояло знакомиться. Потому что они явно от нее не отстанут.

Сомнительное удовольствие, особенно после того, как она “случайно” узнала их маленький грязный мужской секретик.

У самого выхода наг, остановился, как-то странно глядя на нее.

— Вы обещали, что я смогу жить, как мне хочется, — на всякий случай решила напомнить Снежана.

Змей кивнул, скрестив руки на груди.

— Я обещал, что ты сможешь жить, как захочешь сама. Тебя никто ни к чему не принудит. Но тебя будут оберегать, снежная женщина. И ты должна понимать, это может наложить некоторые ограничения.

Сказав это, он снял с шеи один из амулетов и протянул ей.

— Что это? — Снежана застыла, не спеша брать у него из рук странную висюльку на витом шнурке. Ей уже как-то раз подсунули в подарок амулет подчинения.

— Это защита.

Наг вложил амулет ей в ладонь и, не оборачиваясь, двинулся к выходу. А она за ним, понимая, что неловко вышло. Однако все это скоро забылась, потому что они наконец-то выбрались на свет.

Тяжело далась Рааду прошедшая ночь. И не только ему, все остальные тоже нервничали. Косились друг на друга, оценивали силы. Плевать ему на все это было. Просто в груди росло странное чувство, будто с каждой минутой все больше натягивается нить.

Выдохнул спокойно только после того как женщина вышла из пещеры.

Сначала, когда они только вышли из полумрака на пещеры на свет, солнце буквально ослепило Снежану. Она стояла, щурясь и закрывая лицо ладонью, ждала, пока глаза привыкнут и перестанут слезиться. Рядом торчал белый Змей, кончик его хвоста колотился о землю и нервно подрагивал.

И вдруг знакомый резкий голос. Шаги. Раад. Давно его криков она не слышала!

Раад со Змеем отошли в сторону, наг что-то ему выговаривал тихо и настойчиво, Раад дергался и жестикулировал. А потом вдруг замер. И медленно повернулся к ней. А взгляд!

Снежане казалось, он прожжет ее своим взглядом, испепелит, такая там сквозила ненависть и почему-то… обида? Наверное, ей показалось. Но тут к нему опять склонился наг и стал что-то активно доказывать. убеждал, касаясь его рук ладонями.

Один короткий взгляд в ее сторону, потом наг довольно сильно толкнул в плечо Раада и двинулся к ней. А Раад застыл в напряженной позе, сжимая кулаки.

Снежана смотрела на его спину. Он казался сильно расстроенным. Злым. Резко дернулся, как будто почувствовал ее взгляд, а потом, ускоряя шаг, пошел к драконам.

Ей просто непонятно было, ЧТО опять происходит? И если честно, Снежана здорово устала, оттого что ей до всего приходится доходить самой. Хотела уже отвернуться, однако, тут до нее добрался наг.

— Снежана, ты останешься свободной и будешь жить, как сама захочешь.

Выдержал паузу, странно на нее глядя, как будто оценивал, и выдал:

— В доме Раада.

Ах, вот оно что! Теперь-то Снежане было понятно, с чего так бесился главный Погонщик!

— Нет, — категорически сказала она.

— Это не обсуждается, — наг, сложил руки на груди, голос его стал жестким. — Это единственное место, где тебе можно будет обеспечить достаточную безопасность.

— Нет. Я не поеду.

Говорила Снежана тихо, но внутри у нее все кипело от злости. И, похоже, не у нее одной, потому что Раад, до того стоявший рядом со своим драконом, вдруг что-то резко заорал, а потом швырнул на землю предмет, который держал в руках, и пошел раздавать ценные указания.

Наг проводил его взглядом и начал уже спокойнее:

— Тебе придется, снежная женщина. Это единственный выход. Помнишь, я говорил тебе, что обстоятельства могут наложить некоторые ограничения? Мне казалось, ты поняла и согласилась. Ты же умная женщина…

— Не опускайтесь до лести. И в гарем я не поеду.

— Речь не идет о гареме.

— А о чем тогда?

Наг шумно выдохнул, шевеля бровями, наверняка матерился в душе, а Снежане было все равно. Наконец он заговорил, потирая лоб.

— Ты будешь жить на его территории. но отдельно, — он особо подчеркнул это. — Тебя никто ни к чему не будет принуждать. Это временная мера. Только до тех пор, пока существует опасность. Потом… — он сделал неопределенный жест. — Сама будешь решать.

Снежана отвернулась, — Ты же видела опасность, и все понимаешь.

— Хорошо, — тихо проговорила она.

— Тебе также придется познакомиться с остальными Проводниками. И не только с ними. Рядом с тобой постоянно будет кто-то находиться. Не смотри на меня так, это необходимо.

Тон на этот раз был безапелляционный. Условия ее проживания здесь озвучены. приоритеты выставлены. Все решено, а ей можно молчать.

— Я не могу вернуться назад? Вы же видите, что я вам не подхожу, — заговорила она вдруг. жадно вглядываясь в холодную физиономию нага. — Отправьте меня обратно.

А себе найдете другую.

— Это исключено, Снежана. Зеркало истины показало тебя.

Всегда так. Черт побери, в ее жизни всегда так. Ее опять прогнули!

Хорошо хоть относительную независимость отстояла.

Но сама мысль, что ей придется жить в доме человека, который ее ненавидит. заставляла Снежану нервно передергиваться. Она дала себе слово, что есть его хлеб не будет. Она может лечить, а врач. он и в Африке врач. И даже в другом мире. Надо бы ей кого-то из местных лекарей повидать, может быть. подучиться. все-таки специфика.

Снежана была погружена в размышления, не заметила, как к ней подошел один из Проводников.

— Госпожа, — тихо окликнул он ее.

А когда она повернулась в его сторону, поклонился и открыл лицо. И она вдруг застыла, глядя в невероятные ярко-голубые глаза, и на мгновение зависла.

Молодой мужчина. Потрясающе красивый, будь он моделью в ее родном мире, все геи посходили бы с ума, а особо экзальтированные поклонницы резали бы из-за него себе вены.

— Я Алан, госпожа.

— Очень приятно, — она вовремя спохватилась и отвела взгляд.

Не надо пялиться на его красоту, из этого точно ничего хорошего не выйдет. Потому что в их глазах она непонятная, уродливая…

— Госпожа, — тихо сказал мужчина. — Я стоял второй слева. Там, у озера. Вы меня не видели.

— Что? — пробормотала она, не понимая, и уставилась на мужчину.

И вдруг, словно смерч пронесся — волна чужих эмоций. Взрыв. Злость.

— Долго вас ждать?!

Раад даже не смотрел в ее сторону, бросил ядовито:

— Вылетаем сейчас же. Кто не торопится, может отправляться с лошадьми.

Вот в его доме ей придется жить? За что, черт побери! За что?! Ее чуть не вывернуло.

— Я не тороплюсь, — проговорила, едва сдерживаясь.

А он наконец-то соизволил к ней повернуться лицом.

— Тебя. Снежана, это не касается. Прошу, госпожа, Нерр ждет, — процедил он язвительно, одарил стоявшего рядом с ней Проводника непонятным взглядом и ушел.

Она просто полыхала от ненависти, но через несколько минут они все же вылетели.

Снова мерные взмахи отливающих темным перламутром могучих крыльев Нерра.

Полет уже стал для Снежаны привычным, и если бы не обстоятельства, она могла бы испытать истинную радость.

Горы расступились, открывая зеленую долину, в самом низу блестела петлями река, озерца, водопады. Здесь все было иным, даже самый воздух, хрустальный и сладкий. Это приграничные земли были, как будто насквозь пропитаны пеплом, гарью и вулканическими выбросами, а тут экологически чисто. Хотя, конечно, своя красота была везде.

И если бы не маячившее впереди напоминание о ее зависимом положении, она могла бы насладиться и полетом, и этой красотой.

Все шесть драконов теперь летели строем, как истребители на авиасалоне. И никаких виражей и фортелей. Двое по бокам от Нерра, двое сзади и один впереди.

Впереди, разумеется, Раад на красном Ардо, Снежане приходилось любоваться на его спину. А справа Аэд на черном драконе, и его ей тоже не особо хотелось видеть.

Остальных она не знала. Потому что всех, с кем Снежана уже успела познакомиться, Раад отправил с лошадьми. Наверное, это была разумная мера, и он поступил верно. И Сотхана с Бранвеном Снежана уж точно не хотела бы видеть, как, впрочем, и Трена. Но ее невыносимо раздражал сам факт, что Раад лишил ее выбора.

А потом ей придется жить в его доме, и это уже неимоверно бесило.

— Госпожа, не надо грустить, — прозвучал тихий голос ее Проводника рядом.

Она резко обернулась.

— Я не грущу, Алан, — проговорила Снежана.

Он кривовато улыбнулся.

— Я чувствую, госпожа.

— Да, и как?

Он помялся, потом все-таки сказал:

— Я чувствую воду. Кровь — это в большей степени вода. Твоя кровь кипит, но она печальна.

Снежана отвернулась. Не сказать, чтобы это могло ей понравиться. А голубоглазый красавец оказывается, эмпат… Осторожнее ей надо быть с ними со всеми.

— Чувствуешь воду? — спросила она, переводя разговор.

— Да, госпожа, раньше в нашем роду были кровные побратимы водные драконы, — проговорил Алан. — Но сейчас они все истреблены.

— Как истреблены? — возмутилась Снежана. — Кем?

— Джейдок. Война, — неохотно ответил Алан и на какое-то время замкнулся.

А она задумалась. Джейдок… ей уже приходилось слышать. Только она так и не поняла, имя это, или нечто нарицательное.

— А кто э…

— Не надо, госпожа, — быстро вскинул руку он. — Не произноси.

Это было странное требование. но она подчинилась. Однако этот Алан выдал зараз много информации о мире. Надо. пользуясь моментом, расспросить его. А то опять вмешается злой погонщик и ушлет голубоглазого, а ей потом до всего доходить самой.

— Куда мы летим сейчас?

— На выходе из долины стоит сторожевой замок, при нем первое поселение.

Ночевка будет там.

— Да, а я думала, поселения начались уже давно, — удивилась Снежана.

— Нет, это просто… здесь опасно.

— Надо же, — пробормотала она. — А выглядело так мирно и живописно.

— Да, эти земли под защитой Раада. как и многие другие. Но селиться опасно, приграничные земли близко.

Если бы ее спросить, она бы тут и поселилась. Подальше от вечно недовольного товарища, который ее ненавидит.

— Вероятно, дом Раада где-то рядом? — спросила Снежана.

— Нет, госпожа, дом Раада по ту сторону соленого моря. Там… красиво, там еще сохранились города.

Города — это цивилизация? В городе она бы точно нашла себе применение и не зависела от милостей Раада. Снежана задумалась, новые перспективы тоже были не слишком радостными, какой-то бег по кругу. Жаль. Она совершенно забыла в эту минуту о Проводнике, а Алан вдруг приблизился и тихо заговорил, склонившись к ней:

— Госпожа, я понимаю, что сейчас у меня нет шансов. Просто позволь быть рядом, хоть иногда. Прошу…

Он готов был затыкать уши, чтобы не слышать, как этот недоносок ей шепчет. опутывает словами как сетью. А эти его слова и вовсе были последней каплей.

Стоило Рааду представить, что его дом наполнится вот такими шептунами, и они будут обхаживать, и соблазнять у него на глазах эту… женщину, а он вынужден будет терпеть… Ему дурно становилось.

Слышать это все, ощущать ее эмоции, чувствовать?! Он так сойдет с ума.

И без того он не в себе с того самого момента, как эту женщину увидел. Готов кидаться на всех бешеным варгом. Надо успокоиться. Хорош повелитель, если не может держать себя в руках.

Но женщина доводила его. Иногда ему хотелось просто ее придушить. Когда она чуть не приняла приглашение Бранвена. Когда Шаум сказал, что она видела в зеркале черные щупальца, и Раад реально осознал, что это может означать.

Сейчас, когда этот сопляк Алан выпрашивал у нее фактически…

Но она проговорила:

— Алан, я видела ваших женщин. Я же некрасивая для вас, зачем все это притворство?

Тот что-то начал плести в свое оправдание, а Раад невольно застыл, не веря своим ушам. Почему-то его кольнули ее слова, заставили ощутить вину. И он уже не считал ее некрасивой. Необычной — да.

Он резко сжал кулаки и рванулся вместе с Ардо вниз, а потом красной тенью полетел над самой землей в сторону видневшегося вдали сторожевого замка.

Подальше! Чтобы не видеть, не слышать. Может быть, с расстоянием ослабнет эта проклятая связь.

Ему действительно нужна передышка.

Алан смешался, когда она спросила, к чему все это притворство. Не ожидал.

— Это не совсем так. Ты не права… — попытался как-то объяснить.

И начал рассказывать, как видел ее у озера. Про солнечный свет и бла-бла-бла…

У нее пропало малейшее желание его слушать. Вдруг так тоскливо стало.

Неужели она была разочарована и зла. потому что впереди уже не маячит так раздражавшая ее спина Раада? Откуда это сиротливое чувство? Откуда?!

Она вдруг ощутила себя одинокой, беззащитной и окруженной толпой мужиков.

Пока Раад был рядом и рявкал на всех как цепной пес, его присутствие их как-то сдерживало. Чееерт..

Только что мечтала избавиться от вечно злобного погонщика, а тут он наконец-то улетел куда-то, и она уже чувствует себя без него неуверенно? Бред. Просто кто-то должен поддерживать среди Проводников порядок.

Снежана невольно схватилась рукой за горло и скосилась вправо, ища глазами Аэда.

— Госпожа, я чувствую твой страх. Тебе не надо бояться.

Кошмар какой-то, это что же, он так и будет лезть во все ее мысли? Снежана решила сменить тему.

— Скажи, Алан, — спросила он. — А у тебя большой гарем?

Чтобы наблюдать, как он изменился в лице, словно сработал тумблер в мозгу.

Мужчина замолчал, отводя взгляд.

Нет, ей не нужен был ответ.

Ей нужно было, чтобы ее хоть ненадолго оставили в покое.

— Далеко еще до замка?

— Нет, скоро мы его увидим, — проговорил ее Проводник.

— Хорошо, Снежана не хотела показывать, что ней неспокойно рядом с этим эмпатом. Потому что он темнит и лукавит, и потому что он улавливает ее эмоции. А неуверенность только росла, и чувствовала она себя ужасно глупо.

Между тем, строй драконов заложил вираж, и тут она, наконец увидела внизу сооружение, которое именовалось сторожевым замком. Высокий и широкий, он как будто вырастал из скального выступа у одного из краев долины. А у его подножия большое поселение. Домики лепились по склону, малюсенькие рядом с громадой замка.

Серые черепичные кровли, каменные стены, маленькие террасы садов. Все это казалось ухоженным и тоже выглядело вполне поземному. Поселение напомнило Снежане виденные на фотографиях городки, характерные для гористых местностей Южной Европы. Единственным отличием было то, что на отдельной площадке вместо привычных глазу экскурсионных автобусов, отдыхал красный дракон.

Как она поняла из сбивчивых комментариев Алана, замком владело несколько кланов. А главным здесь оказался некто Гайдиар, который был кем-то вроде военного вождя и осуществлял на месте военную и гражданскую власть. Крепкий жилистый мужчина с холодным цепким взглядом. Шрамы, застывшее на лице жесткое выражение. Он показался ей опасным.

Гайдиар встречал их внизу, когда все драконы опустились на площадку. С ним был отряд воинов, выглядело внушительно. На фоне этого отряда горстка Проводников, за спинами, которых она сейчас стояла, как-то не казалась Снежане надежной защитой.

А Раада нигде не было видно. И это уже становилось тревожно.

Мужчина едва мазнул по ней пренебрежительным взглядом и обратился напрямую к Аэду. Между ними состоялся короткий разговор. Из чего Снежана сделала вывод, что те самые пресловутые правила писаны были только для Проводников. А правила вежливости очевидно, на женщин не распространялись. Впрочем, оно и к лучшему, ей вовсе не хотелось привлекать к себе его внимание.

Пока происходили эти переговоры, Алан успел туманно пояснить, что Гайдиар не имел права стать Проводником, потому что он женат. И это лишило его неких возможностей. Что за возможности, Алан умолчал. Честно говоря, Снежана не могла понять, какая разница, женат он, или не женат, если у них у всех тут гаремы?

Оказалось, разница есть. Ритуал.

Прозвучало это все странно. Она дала себе слово додумать потом.

А хозяин замка, кажется, все-таки ее заметил, потому что взгляд его сделался острым. Он оставил Аэда и направился прямо к ней. И ей стало вдруг страшно.

Пересохло во рту, руки дрогнули, сжимаясь в кулаки.

Теперь их разделяло не больше десятка шагов. И Снежана видела, как дернулись его губы в странной жесткой усмешке, когда Алан подвинулся ближе и незаметным жестом положил руку на клинок. Как бы говоря, давай, вызови меня красавчик. По виду он показался Снежане старше и опытнее, и у него значительно больше воинов… То самое чувство, когда всеми силами пытаешься предотвратить неизбежное и чувствуешь себя беспомощной. Еще шаг другой.

Напряжение достигло пика.

Именно в этот момент появился Раад и неспешно пошел хозяину замка навстречу.

Тот сбавил ход.

Возможно, ей ничего и не грозило, но честное слово, Снежана испытала большое облегчение.

Здесь было безопасно, значит, он мог немного отпустить вожжи. Щенок Алан уж как-нибудь сможет справиться с тем, чтобы уберечь одну женщину. Тот, кто удостоился «чести» зваться Проводником, должен уметь воевать и быть достаточно сильным, чтобы побеждать.

Потому что каждый из них фактически претендовал на место повелителя.

Его место. Раад мрачно усмехнулся, его место хлопотное.

Он прилетел раньше остальных. Гайдиар встречал своего повелителя с должными почестями, попробовал бы он иначе. Сдержанно расспрашивал о том, как прошло их путешествие по приграничным землям. Слушал внимательно, улавливал детали.

Вскользь спросил о женщине, иномирянке, которая свела тут всех с ума. Ну, еще бы, такой шанс!

Раад видел алчный интерес в глазах хозяина замка. Волчью натуру не скрыть. Но не повезло Гайдиару, он не так давно привел молодую жену и по-быстрому провел с ней ритуал, ведь она могла принести ему неплохие земли. И принесла.

А теперь осознал, что поторопился? Ну что ж, бывают в жизни огорчения.

Повелителя бесило, что всем им глаза застит призрачный шанс получить все и сразу. И ведь почти никто не представлял себе, с чем им придется столкнуться.

Однако Раад уже успокоился.

Можно сколько угодно отрицать проблему, но она есть. Есть женщина, которая переворачивает их мир с ног на голову, потому что олицетворяет собой призрачный шанс. Победа в войне, власть над миром — все это всего лишь за ее любовь?

Конечно, в драку за призом полезет каждый! А его по-прежнему выворачивало от этой поганой необходимости. Не мог он вот так! Не мог.

Однако разговор ничего этого не коснулся, каждый оставил свои мысли при себе.

Повелитель милостиво выслушал доклад хозяина сторожевого замка и отправился отдыхать. Принять Проводников с ценной гостьей и расположить их в замке вполне могут и без него. И вообще, ему надо как можно меньше…

Он опять пришел на ее страх, натянутой струной зазвеневший в сознании.

Ее страх нарастал, и это непонятно откуда взявшееся чувство безнадежности. Что с ней могло случиться здесь?! Раада буквально выбросило рядом с женщиной.

Чтобы увидеть… Это?! Хассс!!

Гайдиар непросто шел к своему положению и могуществу. Он стал фигурой в этом мире, а недавняя женитьба только упрочила его положение, принесла новые земли.

Кто осудит воина за то, что он печется о благе своего клана? Наоборот, ему можно только позавидовать.

И тут это предсказание. Злая шутка судьбы.

Потому что даже захудалые кланы каких-то занюханных оборотней, которые пикнуть на общем совете не смели, даже они теперь выслали Проводников. У каждого есть шанс. Кроме него.

Гайдиар просто чувствовал себя обманутым.

Но опытный горный волк отлично понимал, что и повелитель Раад в этой ситуации должен чувствовать себя ненамного лучше. Он ощущал это в разговоре. Однако повелитель не прошел брачного ритуала и пока свободен. И это значительно повышало его шансы. Хотя, конечно, Гайдиар не мог понять, какого варга облезлого тот тянет, вместо того, чтобы просто взять женщину себе? Правила? Пфффф. На его месте Гайдиар наплевал бы на любые правила. Однако мыслей своих он озвучивать не стал.

Повелитель отправился отдыхать, а ему предстояло еще встретить и разместить гостей. И что греха таить, у него просто свербело в душе, так не терпелось увидеть иномирянку.

Но когда остальные пять драконов опустились на землю, он не заметил там женщины, хотя зрение у Гайдиара было хорошее. И пока приветствовал второго драконьего принца Аэда, все смотрел, но там стояли только Проводники из разных кланов. один вообще странный хилый мальчишка. Хотелось сплюнуть, нашли, кого послать.

Он даже поинтересовался у Азда:

— А женщина, вероятно, осталась в сердце гор?

— Да нет, — спокойно ответил тот, бросив взгляд назад. — Она здесь. Рядом с ней Алан, он ее Проводник, пока не сменится его очередь.

Вот теперь он, наконец, ее увидел! А страх, отразившийся в глазах женщины только подстегнул. Ему было плевать, как она выглядит, главное, что у нее между ног.

Желание заполучить иномирянку себе перекрыло все. А заодно возникла мысль, как это можно сделать быстро.

Он женат? Сейчас Гайдиару это казалось смешной проблемой Если его жена случайно разобьется, умрет от переедания или утонет, он будет снова свободен и сможет получить прекрасную возможность… Страх в глазах иномирянки только убеждал Гайдиара в том, что он мыслит правильно. Он умел обрашаться с женщинами, знал, что им на самом деле надо.

И надо же было, чтобы именно сейчас появился Раад!

Когда Раад понял замыслы Гайдиара, холодная ярость вскипела в душе. Пришлось мягко и ненавязчиво объяснить, чтобы тот присел на лапы. И намекнуть, если с его женой что-то случится, он потеряет не только замок. Присел. Потому что Рааду ничего не стоило сравнять этот замок с землей и отправить всех к Джейдоку на рога прямо сейчас.

Гайдиар правильно его понял и наконец-то решил заняться размещением гостей, а повелитель направился к женщине.

Он был зол и не мог простить ей, что привлекла внимание волка.

Здесь, на земле замка, Раад казался Снежане другим. Каким-то холодным и недоступным, он даже двигался иначе. Исчезла резкость и какой-то внутренний огонь, что-то неуловимо поменялось во взгляде. И он успел переодеться. Просто, она уже привыкла видеть Раада в черном, а сейчас на нем была золотистая одежда просторного кроя и белый головной платок. И наверное, светлое ему подходило больше, но не в этом дело. Снежана просто хотела поблагодарить, что он вовремя вмешался и не допустил драки…

Однако он остановил ее жестом и повернулся к стоявшему рядом с ней красавцу Алану:

— Что я вижу? Ты допустил, чтобы женщина тряслась за твою шкуру?

Голубоглазый аж побелел и молча, вытянулся перед ним. Раад мотнул головой, чтобы тот убрался, а сам, сложив руки за спиной, наконец, соизволил обратиться к ней. Говорил тихо.

— Впредь, госпожа, я бы просил не распространять свои чары на женатых мужчин.

Ограничьтесь Проводниками. Ваше легкомыслие едва не стоило супруге Гайдиара жизни.

Снежана просто замерла с открытым ртом, не в состоянии осмыслить. В чем он ее обвинял? За что?! Она была ему благодарна? Рада была его видеть???

Мужчина скользнул по ней нечитаемым взглядом и еще добавил:

— Надеюсь, я буду услышан. А теперь прошу. госпожа, располагайтесь.

И указал рукой на дорогу к воротам замка.

— Благодарю, — заставила она себя выдавить.

А потом пошла вперед, думая, что НИКОГДА не выбрала бы этого нелюдя. Даже если бы от этого зависела ее жизнь.

Отвратительное послевкусие, как будто он жевал камни, труху. ядовитую труху.

Женщина ушла вперед, за ней следом очередной соискатель, который даже не успел ей представиться, а Раад стоял и смотрел им вслед. Со спины подошел Аэд.

— Ты мог бы вмешаться, — проговорил Раад не оборачиваясь.

— Мог бы, — ответил тот. — Но в этом не было необходимости. И ты бы все равно успел раньше.

Раад обернулся к нему лицом. А тот спросил:

— Тебе не кажется, что мухи охотнее слетаются на мед?

— К чему это сейчас было? — Раад и без того был раздосадован, намек соперника его просто взбесил.

Однако голоса он не повысил и не изменил тон.

— Ни к чему, просто так.

— Вот и отлично.

Теперь он быстрым шагом направлялся за женщиной, скрывшейся в воротах замка.

Потому что был зол. Потому что ему надоело Аэда слушать. И потому что ему необходимо было ощущать ее присутствие.

Бездна его пожри! Почему он должен постоянно торчать рядом? Неужели она не может, хотя бы одну ночь прожить так, чтобы с ней ничего не случилось?! При мысли о ночи, Раад испытал новую волну гнева, потому что ночь опасное время, а он после сегодняшней выходки не доверял Гайдиару.

Женщину придется охранять.

Сначала, конечно, у Снежаны все тряслось внутри от обиды и возмущения. А потом она подумала, с какой стати ей переживать из-за того, что скажет или подумает этот злобный погонщик? Ее это должно мало касаться. И думать надо прежде всего о том, как устроить свою жизнь и ни в ком не нуждаться.

Она уже прошла сквозь замковые ворота, этакий тоннель в толще стены и ступила на первый двор, и только потом обнаружила, что за ней, отставая на шаг, идет мужчина. Резко остановилась и повернулась к нему.

— Вы кто?

Хотя спрашивать, наверное, было излишне. Темная одежда и черный головной платок говорили о том, что перед ней очередной Проводник.

— Я Хейнан Лиг, госпожа. Клан Песчаных.

— Очень приятно, — она смерила его взглядом, отмечая про себя, что оторвалась от всех, и сейчас с ней рядом только этот самый Хейнан.

Мужчина был красив, и, наверное, его красота должна была бы как-то тронуть ее сердце, но Снежана была слишком разражена, чтобы вообще это заметить.

Она чувствовала себя неуверенно и совершенно не знала, куда дальше идти. Надо как-то учиться владеть собой, мало ли сколько раз ее еще тут обидят или обольют грязью, для местных, как она поняла, женщина вообще существо третьего сорта.

Что угодно, разменная монета, выгодное вложение. инкубатор или отверстие для траха, только не человек.

И невольно порадовалась тому, что взяла с белого Змея обещание, что ей позволят жить так, как она захочет. А слово Змея, кажется. имело вес. Рука сама потянулась погладить амулет, который ей дал, наг Защита? Хотелось бы знать, как он действует. И ей надо научиться защищать себя самой, чтобы не зависеть от милостей…

— Госпожа! Госпожа!

Снежана обернулась на всполошенный крик и увидела, что ней быстрым шагом приближаются две женщины.

— Госпожа, мы вас искали там.

И замерли, разглядывая ее исподтишка. Как, впрочем. и она их. Женщины отличались от тех, кого она видела в гареме у Змея. Относительно крупные, но меньше ее ростом, широкие лица. крупные грубоватые черты. Бесформенные серые платья до пят, головные платки. Понятно, такое не годится для гарема. значит прислуга.

— Госпожа. пойдемте с нами, — проговорила одна из женщин. покосившись на ее сопровождающего.

И Снежана пошла. Потому что осточертело это все, хотелось нормально помыться и отдохнуть хоть какое-то время от всех этих мужиков.

Две прислужницы провели ее внутрь замка, как она поняла. на женскую половину.

Однако здесь она не увидела полуголых дамочек, как в гареме у Змея. В небольшом, красиво убранном дорогими тканями зале ее встретила молодая женщина.

Невысокая. и довольно невыразительная. Но. Горделивая посадка головы. богатая одежда и настороженный взгляд. Надо полагать, это и была жена хозяина замка.

Особой радости дама не испытывала, очевидно, ей уже все успели донести.

Она чопорно кивнула Снежане, потом проговорила:

— Рада приветствовать вас в доме моего мужа.

— Благодарю, — кивнула Снежана в ответ.

— Располагайтесь, надеюсь, вам здесь будет удобно.

Сделала знак прислуге и удалилась.

Не слишком вежливо, судя по всему, здесь ей не рады. Но Снежане было все равно.

Дальше ее вели по коридорам, и она невольно отмечала, что замок богат.

Убранство, дорогие ткани, несколько раз ей даже попадались подобия зеркал на стенах, искусно инкрустированные металлические светильники. И что характерно, здесь не было окон.

Они прошли еще три поворота, а потом одна из прислужниц попросила ее подождать, и исчезла за какой-то дверью. Другая замерла рядом с ней с отсутствующим видом.

Ожидание стало затягиваться. От нечего делать Снежана решила рассмотреть повнимательнее то, что она посчитала местным аналогом зеркала. Это был овальный щит из полированного белого металла. С вычурной резьбой по оправе.

Сама поверхность щита казалась маслянистой и чтобы разглядеть отражение, надо было подойти вплотную. Снежана могла поклясться, что видит какое-то движение в этом зеркале. И это было странно. Она хотела приблизиться, и в это же мгновение услышала:

— Госпожа!

Вторая прислужница уже вернулась и теперь они обе стояли у двери и выжидательно смотрели на нее:

— Госпожа! Следуйте за нами.

Снежана с неохотой оторвалась от зеркала, и подошла к ним. Одна прислужница ловко нырнула внутрь и поманила ее за собой. Вторая замыкала их короткое шествие и так же ловко и быстро закрыла за ними дверь.

И таки да. На сей раз это был гарем.

Отвратное райское гнездышко. Едва прикрытые набедренными повязками роскошные телеса миниатюрных порнобогинь нежились на пушистых шкурах или просто возлежали на подушках и диванчиках. Рядом столики с фруктами и всякими сладостями и напитками.

Появление Снежаны не осталось незамеченным. Она, кстати, обратила внимание, что при виде ее реагировали девицы почему-то всегда одинаково. С настороженным любопытством и пренебрежением. Но если честно, Снежане было глубоко безразлично, что они думают по поводу ее внешности.

— Госпожа, здесь вы будете в безопасности, — дружно пели служанки, ведя ее по перетекавшим друг в друга богато украшенным залам.

Залам с зеркалами на стенах, но без окон. Ей давно следовало догадаться, еще когда заметила, что в коридоре окон нет.

— Это самое надежно охраняемое место в замке, госпожа…

— Да? — спросила Снежана. — А супруга вашего… хозяина замка тоже живет здесь?

— Что? — побледнела служанка, обернувшись к ней. — Госпожа Линзд здесь не живет, она никогда не заходит сюда.

А вот это уже было интересно.

— Почему? Разве супругу хозяина не следует охранять и содержать в безопасности как главную драгоценность этого замка?

— Она не может войти сюда, это ниже ее достоинства.

Снежане хотелось вцепиться в рожу всем этим уродам Проводникам. То есть, жене войти в гарем — ниже ее достоинства, а иномирянке — самое то? В очередной раз поблагодарила судьбу, что выторговала у Змея себе право жить отдельно. Иначе заперли бы ее тоже в такой вот тюрьме без окон и забыли о ее существовании на веки вечные.

— Сюда входит только господин Гайдиар, хозяин этого замка.

— Что? — Снежана аж с шаге сбилась при мысли, что этот тип может в любой момент войти сюда.

— Но сегодня господин не войдет. В замке сам повелитель. И высокая гостья… Вы, госпожа.

Вот честно? Совершенно было непонятно, какими критериями определяется по их мнению понятие «высокая гостья». То есть, они считают, что поселив в этом курятнике, оказали ей великое уважение и честь?

Вот она логика иного мира! Очевидно, раз курятник охраняется надежнее всего.

Однако за вспыхнувшим в душе возмущением, Снежана что-то упустила, а потом мысль ушла.

— Мы пришли, госпожа, — служанки остановились на пороге спаленки, приглашая ее войти.

Помещение было относительно небольшое. Естественно, без окон, тоже украшенное тканями и безделушками. Огромное ложе — сексодром и два зеркала на стенах. В этой комнатке явно кто-то жил до нее, женские мелочи попались Снежане на глаза. Плевать, подумала она. Главное, что постель была свежая, только что застеленная.

Войдя внутрь, Снежана заметила еще одну дверь в глубине.

— Что там?

— Там купальня. Проточная вода всегда теплая, госпожа может принять ванну. Если угодно, мы можем прислать девушек помочь.

— Не угодно. А ужин путь принесут сюда, — сказала Снежана, отметив про себя, что быстро она, однако привыкла быть «госпожой».

— Как угодно госпоже.

А теперь закрыть дверь, снять с себя все это и наконец залезть в ванну.

Гайдиар был вынужден отступить, когда повелитель Раад намекнул ему, что иномирянку надо оставить в покое. Но он и не думал отступаться. Он проявил гостеприимство, приняв наилучшим образом воинов — Проводников и самого повелителя, а также почетную гостью. Он велел накрыть столы и выставил лучшие вина долины. Гайдиар даже распорядился предоставить им наложниц. Каждому. чтобы помогли помыться и привести себя в порядок перед началом пира. Мужчины несколько дней в пути, никто не откажется сбросить пар и расслабиться с хорошо обученной смазливой девицей.

Никто не скажет, что хозяин сторожевого замка плохо встретил гостей.

А сам Гайдиар сейчас стоял, приникнув к зеркалу. а зеркало там было особое, через него было видно, что отражалось в зеркалах внутри, и жадным взглядом следил за женщиной. Он и сам был поражен тем, как заинтересовала и завела его бледная, похожая на юношу иномирянка.

Она могла принести ему победу, богатство и абсолютную власть. И все это находилось у нее между ног. Именно туда, между ее ног ему надо было добраться.

А после того, как женщина прокричит под ним его имя, никто уже ничего не сможет оспорить. Но прежде он хотел увидеть это. Увидеть ее своими глазами.

Женщина раздевалась в купальне. Там было зеркало.

Вот она сняла с себя головной платок и стала снимать верхнюю одежду, Гайдиару казалось, от нетерпения он в это зеркало врастет.

— Что ты здесь делаешь? — холодный голос повелителя Раада раздался рядом с ним внезапно.

— Я делаю то, на что имею полное право, мой повелитель, наблюдаю СВОЙ гарем, — сдержанно поклонившись, проговорил Гайдиар.

— Сегодня у тебя этого права нет.

Раад стоял рядом, но даже не смотрел в его сторону.

— Почему? — горный волк зарычал от злости.

— Потому что там женщина, которая тебе не принадлежит.

В этот момент Гайдиару хотелось наплевать на все, обернуться и загрызть заносчивого ублюдка. Однако это была бессмысленная затея. Но огрызнуться. В этом он отказать себе не сумел.

— Я слышал, она будет жить в твоем доме, пока не сделает выбор? Там ты тоже не будешь на нее смотреть?

— Нет, не буду, — проговорил тот. — И она будет жить в моем доме, а не в гареме.

Женщина свободна.

Гайдиар едва не рассмеялся. Женщина? Свободна? Воистину им стоит сменить того, кто стоит у власти, потому что у этого труха в голове. Он посмотрел на Раада и спросил:

— Понравилась ли тебе та наложница, что тебе приспали? Может быть прислать еще? Одну, две, три?

— Лучше позаботься о себе, — усмехнулся повелитель.

И прежде чем уйти, бросил:

— Думаю, тебе лучше пойти к гостям. Негоже, когда хозяина нет за столом. Гости могут обидеться. Или подумать, что ты хотел их отравить.

Стоило вспомнить, как этот сын варга подглядывал за женщиной, его начинала душить дикая злоба, а желание разнести замок становилось просто неконтролируемым. Горный волк опасен, он рвется к власти. Иномирянка для него слишком лакомый кусок. Теперь он не оставит попыток заполучить женщину любой ценой.

А сколько их будет еще таких? И это только начало!

Раад шумно выдохнул и прикрыл глаза. Он так превратится в ее охранника.

Бездна его пожри…

Надо было действительно воспользоваться «щедростью» хозяина и взять себе наложницу.

Он в любой момент мог заглянуть в зеркало и увидеть ее. Тем более, что картины виденного на озере вновь и вновь вспыхивали в мозгу, заставляя Раада нервничать.

Именно потому он сказал себе, что женщину этой ночью никто не увидит.

Однако кое-кто ее все-таки видел.

Иногда мужчину может терзать голод. И чем проблемнее добраться до самки, которая этот голод вызывает, тем голод сильнее. Горный волк вынужден был проторчать на пиру с почетными гостями, большую часть из которых он хотел бы придушить. А вместо этого приходилось улыбаться. И изображать покорность Рааду.

Однако он не тратил время зря и смог преуспеть в том, что оценил возможности каждого и шансы. Из всех присутствовавших сейчас в его замке Проводников наибольшую опасность представляли Раад и второй после него Аэд. Алан, драконий принц из водных, не в счет. Сопляк трусоват, и ему она даже не назвала своего имени. Мужчина должен иметь кое-что еще помимо смазливого личика и того, что у него в штанах. Он должен уметь убивать.

Волновало Гайдиара и то, что он услышал о ночном охотнике. Бранвен Ленд оказался настолько удачлив и ловок, что выгодно показался перед иномирянкой.

Ему она тоже назвала свое имя.

Сотхан, Трен? Наглые мальчишки тоже могли быть опасны, но ему они не конкуренты. Но оставался еще Баэдан Кар, вернее, тот, кого его клан мог прислать взамен. И если это тот, о ком Гайдиар думал, то… Пока неизвестно.

Таким образом, основными фигурами, которых Гайдиар собирался устранить, были именно эти трое. Остальных, разумеется, тоже собирался устранить, а еще лучше стравить между собой. Чтобы они сами уничтожили друг друга. Но сейчас он сидел с ними за одним столом, пил вино, смеялся и шутил.

После этого Гайдиар пошел к жене, которую недавно привел в свой дом. Потому что попросту не мог попасть туда, куда ему сейчас хотелось. И всю ночь имел ее, доводя до визга.

А утром он послал иномирянке самую лучшую одежду.

Потому что женщины любят подарки, и потому что никто из этих, с позволения сказать, Проводников, не додумался этого сделать.

Она должна оценить. Должна думать о нем.

Ночь у Снежаны прошла тревожно. Сначала напрягала обстановка, отдаленный шум голосов, движение за дверью. А потом снились приграничные земли, щупальца и Раад. Она вовсе не хотела видеть его во сне!

Проснулась помятая и недовольная, а снаружи уже (или все еще?) доносились голоса девиц, обсуждавших на все лады, какое у кого из почетных гостей замка мужское достоинство. Ну да, им же выпало счастье обслуживать ТАКИХ мужчин!

Лучшие из лучших!

В конце концов ей надоело это слушать, и она выбралась из своей комнаты. Все эти красотки тут же смолкли на нее уставились. Из чего Снежана сделала вывод, что говорилось это все специально для нее. Порадовать или уязвить, а может, и то, и другое. Надо полагать, гаремные красотки ненавидели жен, и ненависть эта была взаимна. А она вообще не пойми кто, почетная гостья.

— Госпожа, вы проснулись, — засуетились прислужницы. — Мы не решились заходить, чтобы не побеспокоить вас. Сейчас подадим завтрак.

Снежана вернулась в комнату, служанки следом. Кстати, она заметила, что служанок там больше, но видимо, эти две были приставлены лично к ней. Одна держала широкое блюдо, на котором стоял завтрак Снежаны. А у другой в руках была одежда. Сложенное вдвое дорогое платье по виду напоминало то, что она было вчера на супруге хозяина замка.

— Наш господин послал это специально для вас, — с придыханием выдала служанка, протягивая одежду Снежане. — Он передал, что будет счастлив. если вы это наденете.

Что??? По направленным на нее выжидающим взглядам Снежана поняла, что предложение из ряда вон выходящее. И непристойное. Какой-то липкий подвох.

Стоило вспомнить реакцию Раада, просто на то, как этот тип на нее смотрел, и что он сказал про женатых мужчин.

— Благодарю, передайте вашему господину, что я не имею права принимать… — Снежана хотела сказать, подарки, но вспомнила, что ей уже несколько раз дарили артефакты, но тогда это не имело такой скользкий подтекст, потому она сказала: — Принимать в подарок одежду. Унесите, я не надену.

Звенящее молчание воцарилось, служанка на нее уставилась. Однако одежду, посланную хозяином замка, унесла. Вторая, молча, поставила перед ней завтрак, поклонилась и ушла.

Предоставив ей это счастье — несколько минут наедине с собой.

На широком круглом блюде — подносе была какая-то еда в чашках, а также ломоть хлеба из темноватой муки с какими-то семечками, фрукты и напиток в невысоком кувшинчике. Честно говоря, ничего этого пробовать не хотелось. Черт их знает, что могли подмешать в питье, ее уже однажды пытались опоить приворотным зельем.

А судя по тому, какие авансы ей делает хозяин замка, гадостей можно было ожидать любых. Снежана выбрала из всего, что лежало на подносе, уже знакомые фрукты и хлеб. И запила водой, взятой из купальни. Может быть она там и техническая, зато уж точно безвредная.

Однако она заметила одну странность и даже невольно засмотрелась.

В купальне здесь, как и в пещере, была каменная чаша, только там она была природная, а здесь вытесанная из камня ванна, или скорее, маленький бассейн, в который постоянно втекала струйкой вода. Отчего поверхность покрывалась рябью и кругами. Когда Снежана набирала воду, чтобы выпить, ей показалось, что по поверхности скользнула странная тень.

И исчезла, прежде чем она успела ее рассмотреть.

Она пожала плечами и вышла.

Служанки выводили Снежану из «особо охраняемого объекта» тем же самым кружным путем, только теперь обе почему-то смотрели на нее обиженно. А сразу же за дверьми коридора, ведущего в гарем, ее встречал хмурый Проводник, Хейнан.

Лиг из клана песчаных. Увидев ее, он резко выпрямился и просветлел лицом.

Наверное, она тоже была бы рада его видеть. Но стоило вспомнить, как наложницы в красках расписали, какое у него достоинство, улыбка как-то сама собой стухла. И дальше они пошли молча.

А во внутреннем дворе их уже ждали. Там было несколько Проводников, а перед ними спиной к крыльцу стоял сам хозяин этого замка Гайдиар и о чем-то тихо говорил с Аэдом. Но на этот раз тут присутствовала его бледная и осунувшаяся супруга. Она увидела Снежану первой, как-то странно выдохнула и…

В этот миг Гайдиар резко обернулся и впился в нее взглядом, Снежана видела, как сощуриваются и загораются нехорошим огоньком его глаза. Он подошел ближе.

— Тебе не понравился мой подарок, госпожа?

Хотелось послать этого нагло прущего танком мужика. Потому что Снежана видела, как становится жалким и беспомощным лицо его жены, вынужденной терпеть его выходки, как подались к ним все ее Проводники. Все, кроме стоявшего в стороне с равнодушным видом Раада. И что ответить? Черт его знает, какие у них тут порядки, что можно, что нельзя. Она просто сказала то, что обычно в таких случаях говорила в прошлой жизни:

— Благодарю, но я не принимаю подарков от посторонних мужчин.

Он хмыкнул. Вот теперь это был гнев в глазах, полноценное бешенство! Зато странно реагировал злобный погонщик Раад. Он буквально обжег ее каким-то непонятным взглядом. А потом повернулся к хозяину замка и проговорил, растягивая слова:

— Спасибо за кров, Гайдиар. Надеюсь, мы не слишком тебя стеснили? И прими мои поздравления, твоя супруга в тягости. Я говорю тебе об этом первым.

Тот на миг ощерился и бросил быстрый хищный и злой взгляд в сторону своей маленькой невзрачной супруги, но тут же овладел собой и поклонился:

— Спасибо, я тронут, мой повелитель.

Повелитель? Раад? Снежане показалось, она ослышалась. Но долго удивляться не пришлось, потому что они уже направились к драконам.

Красный Ардо почему-то нервничал, пару раз хлопнул крыльями, поднимая ветер.

Остальные драконы тоже. А пепельный Нерр, увидев ее, загодя вытянул крыло, даже не дал подняться, сам ее поднял и подсадил в седло.

И после этого они сразу взлетели.

Предстоял большой перелет, но Раад не хотел больше нигде останавливаться.

Женщину, наконец, надо было привезти в его дом, только там он мог быть как-то спокойным за ее безопасность.

Повелителю тяжело далась ночевка в сторожевом замке. С той самой минуты, как он понял, что Гайдиар сделал стойку на имномирянку, с той секунды, как почувствовал ее страх, он был постоянно на взводе. Ему постоянно приходилось сдерживать инстинктивное желание просто уничтожить здесь все, не оставить камня на камне, разметать в пыль.

Это было неправильно, Раад понимал, повелитель не имеет права срываться.

Наказывать следует только за совершенные преступления. Нельзя карать просто за нечестивые мысли. Поэтому он предпочитал работать на упреждение, но всегда давал шанс осознать, остановиться.

Однако, когда Гайдиар послал женщине одежду, это был предел.

Запретить этот жест «гостеприимства» Раад не мог. Но чувствовал как огненные змеи начинают шевелиться в его груди. И если бы женщина приняла подарок…

Не приняла.

Наверное, это было дикое облегчение. И… благодарность? Он не знал названия этому чувству.

А горный волк и не думал отступаться. Пришлось снова заставить его присесть на лапы. Но Раад понимал, что мера временная и сторожевой замок и его хозяин скоро станут проблемой. Но это будет потом. Сейчас он всеми силами души стремился скорей устроить женщину в безопасности. Потому что просто устал от этого чудовищного напряжения.

И еще на один короткий момент Рааду показалось, что он ощутил присутствие. Как будто приграничные земли каким-то образом дотянулись до сторожевого замка.

Ощущение промелькнуло и исчезло. Возможно. просто почудилось, потому что он был зол и напряжен, в таком состоянии много чего мерещится.

Но Раад понимал, что это может случиться рано или поздно. Джейдок не раз добирался до их земель, и тогда приходилось драться насмерть. А сейчас, когда женщина была здесь, это было опаснее вдвойне. Ее надо было укрыть, спрятать.

Обезопасить. Иначе…

Он закрывал глаза и выдыхал. Раад не хотел думать, что случится, если будет иначе. Потому и торопился скорее в свой дом. А там — пусть женщина делает что хочет. Ему плевать!

Хасссс! Как это все выворачивало душу! Плевать.

Красные крылья Ардо впереди, и Раад стоит на его спине, крепко упираясь ногами.

Они как будто срослись и оба так устремлены вперед, что кажется, их порыв тянет всю группу, как на аркане. Даже ее душу тянет.

Чтобы не думать об этом, она стала расспрашивать Хейнана.

— Ты из клана песчаных, так?

— Да, госпожа.

— А что это означает? — и пояснила: — Я же из другого мира, и ничего о вас не знаю.

— Мы живем в песках. Наши побратимы, — он замялся. — Они без крыльев.

— То есть… — переспросила Снежана. — Как драконы, но без крыльев?

— Да.

Хейнан отвел взгляд в сторону и отвернулся, покусывая губы. Комплексует из-за того, что в побратимах у них недодраконы? Однако.

— Знаешь, я думаю. вряд ли в песках им пригодились бы крылья. Так что все разумно, целесообразно и правильно. Природа никогда не ошибается.

Мужчина резко обернулся и уставился на нее, а потом выдохнул и стал поправлять одежду. Снежана скосилась на него. Красивый, рослый. Все они тут такие.

Наверняка ведь жил — не тужил. Вспомнилось, что наложницы про него рассказывали, теперь это воспринималось иначе. Молодой, сильный мужчина, были же и у него, наверное, любимые наложницы в гареме. Может быть, даже возлюбленная. Или невеста.

А тут она на их голову. Снежана никогда раньше не смотрела на проблему под этим углом. Ну и да, понятно, она для них приз и все такое, что там ей плел белый Змей.

Но как-то же они жили до нее?

— Скажи, Хейнан, у тебя есть сестра?

Секунду он смотрел на нее, потом проговорил:

— Есть. У меня две сестры. И маленький брат, госпожа. Я старший в роде.

Ну вот. Если он старший… А как же родители? Вспомнились слова Алана.

Джейдок. Война.

Снежана отвернулась, вглядываясь в горизонт. Солнце успело подняться в зенит и начало клониться к западу. Они давно уже летели над морем, покрытые лесом берега остались позади, и насколько хватало глаз, была одна сине-зеленая бархатная гладь. Красиво.

А еще неуютно, тоскливо и… если бы не спина Раада, которого она видела маленькой фигуркой между огромных красных крыльев Ардо, она бы сказала, что ей страшно. Удивительно. Он вызывал у нее чудовищное раздражение, и вместе с тем рядом с ним она ощущала себя в безопасности. Но это обманчивое чувство, и ей надо держаться от него подальше.

Повелитель. Она поморщилась. А стоило ей представить. какой у этого повелителя гарем, так совсем неприятно стало. И она будет там жить.

Единственное, что утешало — Змей обещал, что ее никто ни к чему не будет принуждать. И Раад это подтвердил. Значит, она выторгует себе домик где-нибудь на окраине. Совсем маленький, ей больше ничего не надо. А дальше работать.

Работать ведь можно в любом мире. И все будет хорошо. Рано или поздно от нее отстанут, вернутся к своей прежней жизни, и все наладится. Ведь, правда?

Она задумалась и не заметила, как задремала. Проснулась оттого, что почувствовала — Нерр пошел на снижение. Еще вдруг поняла, что уже близится вечер, солнце опустилось к горизонту, а вокруг по-прежнему ничего, кроме воды.

Только внизу виднелся небольшой клочок суши — торчавший среди волн островок.

Именно к нему драконы сейчас спускались.

Издали волны казались просто рябью на бархатной поверхности, но вблизи все было иначе. Соленые брызги долетали даже сюда, оседали на лице и губах.

Островок, вернее, группа скал, торчавших из воды, был маленький. Места на нем хватило не всем. Нерр и еще четыре дракона как-то разместились, Ардо завис над водой перед ними. Снежана смотрела на его огромные красные крылья, и ей было тревожно, он же тоже устал.

Неожиданно красный дракон подлетел ближе, к самой голове Нерра, и шумно выдохнул, как будто сказал, все в порядке. Ох уж эти сильные самоуверенные самцы!

Что-то громко скомандовал Раад, и Хейнан Лиг стал прощаться, а на смену ему в седло вскарабкался другой Проводник. Поклонился, прижав руку к груди, открыл лицо.

— Я Дионат, госпожа.

Так вот зачем была эта передышка? То есть, несмотря ни на что, даже в таких условия, ее подталкивали сделать выбор? Сейчас Снежана так вымоталась морально, что у не было даже сил разозлиться. Она сказала только:

— Я рада.

И отвернулась. Да, не рада она ему, не рада. Ничего не поделаешь. А драконы снова поднялись в воздух. Как же ее утомил бесконечный перелет.

— Госпожа, осталось немного. К заходу солнца мы прилетим, — негромко проговорил мужчина рядом с ней, вынуждая ее на него оглянуться.

Красивый, мужественный. Черт бы их побрал, все они тут красивые.

— Скажи, Дионат, кроме тебя остались еще Проводники?

Он чуть помедлил с ответом и прищурился, скользнув по ней взглядом.

— Из тех, кто встречал тебя у границы — нет. Но есть еще те, кого кланы пришлют на замену. Правила допускают замену, госпожа.

Что ж, уже легче. Значит, эта бесконечная очередь за призом все же имеет пределы.

Какое-то время они летели, молча, а солнце садилось, уже стало темнеть, а слева весь горизонт в темных облаках. И вдруг он вытянул туда руку:

— Вот. Там земля!

И тут же красные крылья блеснули в закатных лучах, Ардо стремительно ушел вниз, а за ним и остальные.

Земля! Снежане не верилось, что они, наконец, долетели. Огромное облегчение и столь же огромная усталость, и много еще других чувств. Они были уже почти над самым берегом, по правую руку виднелось большое поселение, настоящий город, обнесенный стеной. А у самой воды на скале большой замок с широкой площадкой перед ним.

К этой площадке драконы и подлетели. И пока они опускались по одному, из ворот замка навстречу им высыпали люди. Снежана смотрела, как они встречают своего повелителя, на его высокую фигуру впереди, и думала, что теперь главное как-нибудь доползти до постели, а потом ее не кантовать.

Раад уже вошел в ворота замка, она с Проводниками и толпой встречающих следом. Внутренний двор, один, второй. Главный двор был велик, целая площадь, на которую мог бы приземлиться даже такой большой дракон как Ардо. Она заметила много красивых вычурных входов, и впереди еще одно большое парадное крыльцо.

А кругом светильники и факелы, суета. Все, последний рывок, куда-то же ее определят, и можно будет поспать…

И тут из двери прямо напротив них отворились. Из них выбежала очень красивая женщина в богатой одежде и бросилась навстречу Рааду.

— Господин! Ты вернулся, господин!

От ее дрожащего радостью голоса как будто игла вонзилась Снежане в сердце. Она отвернулась, чтобы не видеть, как дамочка на нем виснет, и стала смотреть в другую сторону.

— Здравствуй, Эле, — мягко проговорил тот, отстраняя красавицу и повернулся к ней.

— Снежана! Подойди.

И снова обратился к красавице, в глазах которой уже начало возникать понимание.

— Эле, устрой нашу почетную гостью на ночь.

А сам ушел вперед.

Сон как рукой сняло.

Опять это ощущение кольнуло. Сиротливое чувство, что она осталась одна. Но гораздо хуже, словно обухом по голове, навалилось истинное положение вещей.

Она еще удивлялась, что этот человек (ей сейчас не хотелось называть его по имени даже мысленно} постоянно злится? Чееерт..! Да его можно понять! Его тут царицы соблазняют, а он вынужден возиться с какой-то иномирянкой.

Однако ей сейчас надо срочно абстрагироваться от усиливающейся боли где-то в груди. Снежане показалось, что даже шум куда-то отдалился, потому что красавица повернулась к ней, лицо ее окаменело и сделалось надменным. Проводник, стоявший рядом со Снежаной шевельнулся, она успела поймать жадный взгляд, направленный на эту Эле прежде, чем мужчина успел отвести глаза. Стало смешно.

Очень хорошо, что ее статус обозначен так расплывчато. Почетная гостья.

Тем временем красавица добралась до нее.

— Я Эле, любимая наложница повелителя Раада, — гордо представилась та.

Красивая женщина, с идеальным лицом и фигурой, довольно высокая по местным меркам, но все же её макушка не достала бы Снежане и до уха. И как бы она ни хотела сохранить строгую позу, ей пришлось задирать голову. Лицо не выражало ничего, а вот в глазах читались настороженность и вызов.

— Очень приятно, — ответила Снежана.

Женщина смерила взглядом с головы до ног и обратно, и неприязненно поморщилась. Естественно, Снежана в темной мужской одежде, уставшая с дороги и помятая, никак не могла составить ей конкуренцию. Такой красивой и нарядной.

Самое смешное, что Снежана и не собиралась. Но кому это докажешь?

— Следуй за мной, Снежана, — бросила та и пошла вперед.

Боже, как Снежане надоело это пренебрежительное отношение. Но хуже всего было то, что ее опять запихнут в гарем, потому что у них, видите ли, это самый надежно охраняемый объект Ложь, гарем — это просто тюрьма, чтобы держать живой товар под присмотром.

Она застыла на месте. Рядом шевельнулся Проводник, напомнил:

— Госпожа, надо идти.

А ее зло взяло.

— Спасибо, Дионат. Я сама знаю, что мне делать, — сказала и пошла следом за красоткой.

Любимая наложница повелителя шла впереди, гордо выпрямив спину. Держалась уверенно, вспомнилось, как выбежала встречать его с дороги. Надо полагать, занимает высокое положение в доме и в постели господина? Как жена того Гайдиара? Нет, куда выше, Гайдиар в сторону жены даже не смотрел. А эта ведет себя как хозяйка в доме.

Тем временем они поднялись на крыльцо и скрылись с глаз всей этой толпы. А двойная дверь надежно отсекла помещение от всего остального мира. Снова этот богато украшенный коридор без окон. Зеркала. Проклятое райское гнездышко.

А женщина вдруг остановилась и резко обернулась к ней.

— Запомни, он мой!

Ого. Вот так сразу и в лоб? Решительная девушка. В другое время и в другом месте.

Снежана может, и поборолась, поставила бы ее на место, дала отпор. Но здесь?

— Разумеется, — кивнула она прекрасной Эле. — Я здесь всего лишь почетная гостья.

Наверное, это оказалось слишком просто для ее понимания, потому что красавица нахмурилась и упрямо проговорила:

— Он на мне женится!

Ну конечно, хотелось сказать Снежане. Ему же, как и любому правителю, будут нужны наследники. И потому он женится. Не на этой, так на другой, а может, и не одной. Все это было слишком уныло и слишком напоминало земную историю.

Гаремы. интриги. соперницы…

Но ее это не касалось. Ей надо начать зарабатывать на хлеб и просто жить.

— Рада за тебя, Эле, — сказала она, привлекая внимание красавицы. — И если можно, я бы предпочла ночевать не в гареме.

— Ты ничего не понимаешь, — та дерзко выпрямилась. — Там удобно!

— Прости, но у меня свои представления о удобстве.

Женщина брезгливо поморщилась, снова окидывая Снежану взглядом.

— Не знаю. В этом случае я могу предложить тебе только временные помещения. Их редко используют, но…

— Там есть кровать и вода, чтобы помыться?

— Да, там есть, — Эле замерла в нерешительности и нахмурилась. — Я прикажу подготовить, но тебе придется подождать.

— Я подожду, — проговорила Снежана. — И еще одна просьба.

— Что еще?

— Мне бы хотелось комнату с окнами.

Женщина подозрительно долго смотрела на нее, наконец, промолвила:

— Хорошо. Пошли.

Коридор привел их в небольшой затончик, где стоял диван и низкий столик. Зеркало на стене прямо напротив. Женщина указала Снежане на диван и сказала:

— Жди здесь, пока комнату подготовят. Я прикажу подать тебе ужин.

А потом ушла, подняв голову и горделиво расправив плечи. Снежана еще подумала, что у повелителя достойная хозяйка, такая же заносчивая, как и он.

Ужин действительно скоро принесли. Фрукты, какая-то еда, хлеб, напиток. Пахло вкусно. Снежана уставилась на поднос. Приворотным зельем ее тут вряд ли будут поить, а вот отравить, конечно, могут… Но есть хотелось, а бояться вечно нельзя.

Было вкусно. Она доела, что смогла, потом отодвинула в сторону поднос и села, глядя невидящим взглядом на зеркало. Снова стало противно ныть что-то в груди.

Задумалась о том, что как то совсем уж злой шуткой судьбы выглядит то предсказание, ради которого они ее сюда вытащили.

И пропустила появление служанки.

— Госпожа, — проговорила та, едва кивнув. — Следуй за мной.

Тут конечно, не было в помине той услужливости, как в сторожевом замке. Похоже, у повелителя даже прислуга лопается от осознания собственной значимости. Хотя, возможно, все это потому статус почетной гостьи, за пределами гарема равен нулю?

Впрочем, ей было наплевать. Они долго шли как-то уж слишком по разным коридорам. пока наконец служанка не привела Снежану к какой-то двери.

Открыла и сказала:

— Здесь.

Кивнула чопорно напоследок и удалилась.

Стоило войти, под потолком сам собой зажегся светильник. Теперь помещение можно было рассмотреть. Комната небольшая, совсем простое убранство. Из мебели кровать, стол и два стула. На стене у двери виднелась доска с прикрепленными к ней маленькими рожками — вешалка. Снежана поискала взглядом и обнаружила вторую дверь, значит, местный аналог ванной тут есть. Она еще подумала, что временные помещения — это у них нечто вроде дешевой Гостиницы.

Зато тут было окно! А из него было видно колодец наружного двора и кусок звездного неба. Снежана подошла к окну и засмотрелась на чужие звезды, не такие, как в родном мире на земле. Она нашла защелку, толкнула створки и высунулась наружу.

Стук. Резкий. А потом дверь чуть не слетела с петель.

Эта почетная гостья не понравилась Эле с первого взгляда. Некрасивая, худая. слишком высокая для женщины. Она ничем не могла привлечь мужчину, и все же казалась опасной.

В то, что ей не нужен Раад. Эль нисколько не поверила. Это всего лишь слова. чтобы притупить ее бдительность, а потом ужалить.

Однако, то, что женщина не пожелала остаться в удобном и безопасном гареме и высказала пожелание ночевать во временных помещениях, да еще с окном, было на руку Эле. Пожелание почетной гостьи закон, и Эле его выполнила буквально. И если даже повелитель рассердится, это будет не ее вина.

А гостья изначально показалась ей странной. На ней мужская одежда, ходит как мужчина, смотрит как мужчина. И уже три ночи спит в обществе мужчин. Может, и не только спит? Может, ей так нравится? Почему нет?

Она велела приготовить для «почетной гостьи» комнату в верхнем ярусе мужского крыла замка. Там никто не жил в обычное время.

А сама отправилась к Рааду.

Идиотское состояние подтачивающей его тревоги. Раад не мог от него избавиться даже здесь, в собственном замке. Даже когда оказался в безопасном месте. Он уже не знал, что именно чувствует, его ли вообще это эмоции. Но на него как будто ложилось тяжелое одеяло, мешало дышать.

Сейчас он готовился к пиру в честь возвращения. В его доме гости, и как радушный хозяин, повелитель должен оказать им честь. Сидеть с ними за одним столом. делить кров и пищу. Но прежде ему нужно было убедиться, что женщина устроена.

Это висело на нем как тяжелый долг. Иначе заноза в груди так и не даст ему дышать свободно.

Раад знал, что Эле непременно придет, он одевался и ждал.

Пришла.

Скользнула к нему и стала ластиться:

— Господин, я так скучала…

— Эле, ты устроила гостью, как я просил? — он мягко отстранил ее руки и шагнул к зеркалу.

Было такое и в его покоях. Зачарованное особым образом зеркало, при желании повелитель мог видеть в нем весь свой гарем. Раад не смотрел в него принципиально, не хотел. Но какое-то время назад все же не удержался. скользнул по нему взглядом. Женщина сидела. сложив перед собой руки и, казалось. смотрела прямо ему в глаза. Он тогда почувствовал себя странно и тут же отвел взгляд.

Сейчас Раад хотел всего лишь убедиться, не больше. И не увидел ее.

— Эле?

Любимая наложница приблизилась, схватила его за руку и начала взволнованно:

— Мои господин, почетная гостья не пожелала ночевать в гареме, она просила комнату с окнами…

Он скинул с себя ее руки, даже не дослушав. Его мгновенно выбросило туда.

Потому что почувствовал ее страх! Хасссс!! Ощущение присутствия, как будто сюда дотянулись на миг приграничные земли!

Что за страшный грохот? Кто ломится к ней?! Сейчас дверь слетит с петель!

Снежана инстинктивно сжалась, оглядываясь по сторонам, что схватить, чем отбиваться. потому что дверь так и открылась. впечатываясь в стену, а на пороге возникли вооруженные люди.

— Кто ты и как ты посмел?! — взревел какой мужик, делая шаг к ней.

Боже… какой абсурд, пронеслось у нее в голове. И спрятаться некуда.

Но в ту же секунду между Снежаной и стражниками словно из-под земли выросла спина Раада. Все сразу замерло и стихло. Взгляд Снежаны уперся него, а Раад нарочито медленно шагнул вперед, складывая на груди руки.

— Повелитель, проникновение, — воин указал пальцем на Снежану. — Вот этот! Его здесь не должно было быть. Он открыл окно и подал сигнал!

Повелитель шумно выдохнул, потом неспешно пересек комнату, проделав разделявшие их несколько шагов, и остановился прямо перед стражником.

— Киан Мар, это почетная гостья, прибывшая сегодня в замок.

Слова падали тяжело, Снежане показалось, он раздавливает людей своей волей.

Потому что стражник согнулся и побледнел. И сразу подался назад, а те, кто стояли за ним, сбились в кучу.

— Отвечаете за нее головой и кровью рода. Каждый. Ясно?

— Ясно, повелитель.

— Охранять. — тихо рыкнул Раад.

Стражник мгновенно исчез, закрыв за собой дверь, в комнате они остались одни.

Тяжелое, звенящее гневом молчание. Он медленно прошел через всю комнату и демонстративно закрыл окно. А потом повернулся к ней, склонив голову набок.

— Почему с тобой так трудно, женщина?

Снежане хотелось сказать, что она, между прочим, не просила, чтобы ее тащили сюда, но от волнения и злости на идиотскую ситуацию у нее свело горло. Она молча, следила за ним взглядом. А мужчина, так и не дождавшись ответа. поморщился, как будто у него разболелись зубы, и спросил:

— Неужели нельзя было одну ночь провести в безопасном месте? Завтра я бы устроил тебя нормально. Почему ты отказалась ночевать в гареме? Ты же ночевала у Шаума и в сторожевом замке, что такого невозможного было здесь? Просто объясни, я хочу понять.

Ах, вот как. Мы снизошли до диалога? Хорошо.

— Потому что я не вещь и не живой товар. Потому что я не хочу знать ваши постельные секреты и не хочу слушать, как ваши наложницы будут расписывать в красках мужскую силу и достоинства Проводников. Тех самых Проводников, которые завтра придут мозолить мне глаза, — сказала Снежана, глядя прямо ему в лицо.

Тот неожиданно хмыкнул, снова складывая на груди руки.

— Так это ревность? Прости, но… — начал он с усмешкой.

— Это отвращение, Раад. Просто отвращение и ничего больше. А теперь я могу остаться одна?

Мужчина дернулся, как будто она его ударила, и сразу закрылся. Как будто холодная волна пронеслась, сдирая с нее эмоции.

— Разумеется. Прости, что потревожили твой покой, госпожа.

Кивнул, не глядя на нее, и вышел за дверь.

Господи… Что все это было…

Снежана осталась одна с этим звенящим обидой послевкусием. Потерла шею, огляделась по комнате. Тут даже как будто свет стал слабее, настолько все теперь казалось мрачным.

А потом словно очнулась, скинула головной платок и пошла в купальню. Смыть с себя все это, наконец.

Здесь тоже была купель, небольшая, но с высокими бортами. Вода, стекавшая в нее, казалась едва теплой. Ну да, мужчинам условия спартанские, а женщин надо прятать, беречь. Очевидно, этот мир имел свою логику, только она в эту логику не укладывалась. Снежана хмурилась, задумчиво водя по воде пальцами, вода с тихим журчанием сбегала в купель.

И вдруг она увидела, что в глубине начал формироваться мужской силуэт.

В первый момент Снежана удивленно замерла, глядя на дрожащий в глубине контур. Стало жутковато. А потом вдруг ей вспомнилось, как она смотрела в зеркало воды у белого Змея, и наг, не дал ей увидеть, что там было. Тогда ей не удалось рассмотреть, но сейчас-то ей никто не помешает.

Снежана стала всматриваться, и там понемногу проявилась фигура.

Голова опущена книзу, темные волосы закрывают лицо. Голый торс… Мужчина.

— Госпожа!

Женский голос зазвенел за ее спиной так внезапно, что Снежана дернулась и подскочила, плеснув по воде рукой. Обернулась, в дверях купальни стояли две девушки. Довольно миленькие девушки, судя по одежде, прислужницы. Обе поклонились.

— Госпожа, повелитель Раад прислал нас, чтобы…

Они переглянулись, и другая продолжила:

— Чтобы ты не чувствовала себя неудобно. Это мужское крыло и…

— Мужское крыло? — не поняла Снежана.

— Да, — служанка оглянулась. — Обычно комнаты тут пустуют, но вообще, в этой части замка живут мужчины.

А другая сказала:

— Мы принесли для тебя еду и сменную одежду. И остальное, что может понадобиться. Ты позволишь войти и помочь?

Это была неожиданная информация и объясняла многое. И беспардонность стражи, и то, что ее в мужской одежде приняли за мужчину. Оставалось непонятным, что не так с окнами, почему их нельзя открывать. Но это потом…

Девушки стояли на пороге и ждали, а она не знала, что сказать. И еще это отражение в воде… Мужчина. Черт, ей вдруг стало неудобно, как будто любовника прятала. Снежана оглянулась украдкой на воду в купели, но там уже ничего не было. Только блики дрожали на покрытой рябью поверхности.

— Хорошо, — проговорила она, отходя в сторону.

Девушки вошли, занося с собой какие-то банные принадлежности. Одна стала хлопотать с водой, макая туда какой-то амулетик на шнурке, от воды тут же пошел пар. Вторая притащила в купальню стул, положила на него большое полотенце, а на спинку повесила просторное платье из мягкой светлой ткани, нижнюю рубашку и белье. Закончив, обе они коротко поклонились и улыбнулись ей:

— Мойся госпожа, мы будем рядом.

И вышли за дверь. Снежана осталась в купальне одна, мало что понимая в происходящем. Но девушки казались доброжелательными и вели себя так ненавязчиво, будто их специально проинструктировали. Что само по себе было странно. А что, спрашивается, в этом мире не было странно? можно было, конечно, встать в позу и от всего отказаться, но она решила принять это все взаймы. Потому одежду действительно надо было сменить, все-таки четыре дня в походных условиях. И помыться не мешало.

Однако….

Она снова подошла к купели и осторожно в нее заглянула, даже не зная, что на самом деле хочет там увидеть. На этот раз никаких картин там не было, просто вода. Почудилось… Попробовала воду рукой — теплая, приятная, на поверхности ароматная пена. Снежана уже настолько устала от эмоциональных встрясок, что просто отказывалась анализировать.

Но в воду она залезла не раздеваясь. Одежду постирать, и так, на всякий случай.

Женщина открытым текстом сказала, что он вызывает у нее отвращение. Раад не был готов. Просто не ожидал, что это будет так обидно. Что его вообще можно ранить словами.

Всего пара минут у него была, чтобы успокоиться и подавить все чувства. Загнать вглубь внезапную острую боль. Спрятать.

Через пару минут это уже был холодный уравновешенный мужчина. Повелитель.

И у повелителя были дела.

Прежде всего, он вернулся в свои покои. Эле, как и ожидалось, ждала его здесь, бледная, нервная, и тут же бросилась нему.

— Мой господин, что случилось? Я так испугалась…

Раад уселся на диван, откидываясь на спинку. Позволил ей приблизиться и устроиться в ногах. А потом спросил непринужденным тоном:

— Испугалась? Почему, Эле?

Прекрасные глаза Эле забегали.

— Ты… так стремительно ушел, мой господин. Я подумала…

— Да? Это хорошо, — и кивнул, видя, что женщина успокаивается.

Значит, самое время задать вопрос. Потому что у нее могли быть сообщники.

— Скажи мне, Эле, ты сама придумала поселить почетную гостью в мужском крыле, или, может быть, тебе кто-то подсказал, помог советом?

Раад видел, как она мучительно пытается сообразить. Он даже дал ей возможность обелить себя в его глазах, переложив ответственность на других. Дал ей минуту на размышление. Однако он и так знал ответ.

— Эле, — проговорил он. — Что в твоем представлении означает уважение к воле своего господина?

— Я не хотела нарушить твою волю! Я не смела, это все она… Я выполнила ее пожелание в точности!

Повелитель не стал объяснять, что гнилая выходка заносчивой ревнивой идиотки чуть не стоила им… Не важно. С той опасностью, что им грозит, еще предстояло разобраться и усилить защиту. Он сказал просто:

— Нет, Эле, ты хотела. И ты предала меня. А теперь уходи. Я больше не хочу тебя видеть. Никогда.

Женщина рыдала, валялась у него в ногах, кричала, что сделала это из любви к нему.

Какой любви? Что они все вообще знают о какой-то там любви?

Раад просто отошел в сторону. Велел ее увести и вызвал смотрительницу над гаремом. Когда женщина пришла, дал ей несколько четких указаний и заставил поклясться кровью рода, что сюрпризов не случится.

Все. Время вышло. После этого повелитель отправился на пир, праздновать с гостями успешное возвращение домой. Улыбка превосходства на лице, уверенность, в глубине души — острый ядовитый шип.

А в голове вертелось:

…тот, кого она полюбит…

И отвращение.

Но был один момент, который следовало обговорить.

После всего, свалившегося на нее за этот день и вечер, Снежана не могла расслабиться. В воду теплую полезла купаться — вроде бы все хорошо, приятно, а чувство, неловкости и тревожности никак не оставляет. Она быстро вымылась. Ну как вымылась…

Как смогла, оставаясь в белье. Сначала волосы, потом все остальное. Выстирала одежду, выполоскала и отжала. Сама еще раз ополоснулась и вылезла, завернувшись в полотенце. Постаралась быстрее переодеться в чистое и вышла из купальни.

Девушки ждали ее за дверью. Одна сразу же бросилась к ней и посетовала:

— Госпожа, не надо было, это мы должны были позаботиться о твоей одежде!

— Ничего страшного, мы никому об этом не скажем, — рассеянно оглядываясь проговорила Снежана. — Давайте лучше как-нибудь развесим это здесь, чтобы высохло за ночь.

Втроем они управились очень быстро. Бельишко свое Снежана сама пристроила на спинке стула, а ее верхнюю одежду служанки развесили на рожках вешалки.

Удобно и функционально. Закончили и снова встали у стены.

— Теперь поешь, госпожа, и ложись спать.

На столе стоял поднос с едой. Снежана покосилась на него, на расстеленную постель. Как она успела заметить, девушки сменили постельное белье и завесили окно куском ткани, теперь все выглядело уютнее гораздо. Интересно, подумалось ей, это из соображений эстетики, или у них какая-то сакральная необходимость — делать жилье без окон?

Хотела задать вопрос, но подумала, завтра. Сейчас ей другой момент не давал покоя. Служанки так и продолжали стоять у стены, и не думали уходить.

— А вы? — спросила она, глядя на девушек.

— Мы будем здесь с тобой. Мы не оставим тебя.

— То есть, вы так и будете тут стоять? Всю ночь?

— Мы можем выйти и ждать твоего пробуждения снаружи.

Нет… Это уже как-то было за гранью понимания. И стало ее вконец утомлять.

— Как вас зовут, — спросила Снежана.

— Я Рейли, а это Тефи.

— Очень приятно, Рейли, Тефи. А я Снежана. И давайте ужинать и спать.

— Мы? С тобой вместе? — с легким ужасом переспросили они.

— Да, вместе. Кровать достаточно широкая, еды тут нам хватит. И не надо вопросов.

Мне так будет спокойнее. Иначе я не засну. Ладно?

Снежана с смотрела, как они осторожно едят, на обстановку вокруг. И думала, что ей все-таки создали относительно сносные условия. И вроде де бы надо радоваться, а настроение было хуже некуда. Осадок.

Наверное, она излишне резко высказалась. Снежана, поморщилась, вспоминая как Раад отреагировал на ее слова. А она ведь не испытывала к этому человеку отвращения. Да, злилась, но он не раз спасал ее, закрывал собой. Черт… Неудобно вышло. Просто эта Эле довела ее своим самодовольством и пренебрежением.

Завтра надо будет поблагодарить его за то, что прислал девушек. И вообще.

Девушки действительно оказались милые. Они немного разговорились за ужином и осмелели, а потом все втроем улеглись на этой кровати спать.

Пир был в разгаре и тянулся медленно. Рааду приходилось сидеть за столом с гостями, шутить, смеяться, пить вино, а на душе тяжесть. Но правитель был обязан принять изъявления радости от своих подданных, таков обычай. Однако празднования моментами раздражали его, вот как сейчас.

И судя по всему, не только его. Пристально поглядывал на него Аэд, как будто имел что-то сказать, а также и Алан. Раад подозревал, причина тут одна.

Как только появилась возможность, оба подошли к нему.

Аэд был спокоен и сосредоточен как всегда. Алан робел и опускал глаза, потому что сам был значительно слабее и неопытнее, да и недавно умудрился показаться перед Раадом в самом невыгодном свете. И тем не менее. Даже если у него нет связи с побратимом, он драконий принц. А драконьи принцы всегда обладали по сравнению с остальными большей силой и острее чувствовали присутствие.

Но Раад не хотел затевать разговор здесь. Отвел их в сторону. Оказавшись в безлюдном месте, спросил:

— Ощутили?

— Да, — сказал Аээд поморщившись. — Короткий момент, но проникновение было.

Алан добавил волнуясь:

— Вода, повелитель. Не знаю как именно, но это вода.

Раад отвернулся и прошелся туда-сюда, опустив руки. Вода? Замечательно! Прямо за стенами замка море, позади река. Значит, будет дело на завтра, искать эту воду.

И на сегодняшнюю ночь тоже найдется ему дело. Усилить стражу.

Он был даже этому рад. Возможно, потому что это был повод не ходить в гарем самому, и сказать, чтобы никого не присылали на ночь?

О причинах он задумываться не стал.

А Джейдоку нужен был всего лишь один короткий момент, и он его получил. Сбитый защитный контур, небольшая заварушка, переполох, несколько мгновений. Этого оказалось достаточно.

Среди ночи Снежана проснулась. Почему-то резко, как от толчка. В комнате было почти совсем темно, светильник на потолке давал сейчас приглушенный рассеянный свет. Она так и не поняла, как именно он работает. Магия какая-то.

Села на постели, откинув покрывало, глянула в сторону своих служанок. Девушки крепко спали, прижавшись друг к другу, они как-то умудрились вдвоем уместиться на меньшей половине кровати, чтобы ей не было тесно. Во сне они показались ей совсем молоденькими, лет по пятнадцать. не больше. Что-то такое шевельнулось у нее в душе. В ее родном мире они бы считались детьми и могли бы быть ее пациентками. Прикрыла их покрывалом и встала.

От окна, неплотно прикрытого куском ткани, лился свет Окно почему-то притягивало ее. Снежана тихо подошла и осторожно отодвинула в сторону импровизированную занавеску Она уже поняла, что открывать тут окна нежелательно. Правда, ей пока не объяснили, почему. но это она сбиралась выяснить завтра. А сейчас она просто смотрела вниз.

В колодце наружного двора сновали люди. Горели светильники и факелы, в их свете Снежана видела движение на стенах. И в центре всего этого Раад. Он стоял спиной и отдавал какие-то приказы, поза была напряженной. Отсюда не было слышно, но Снежане казалось, он злится. А рядом с ним Аэд. Мужчины о чем-то переговаривались.

Вдруг Раад. словно почувствовал, резко обернулся и бросил взгляд на окно. И сразу же отвернулся снова, чтобы снова отдать какую-то команду. а потом и вовсе ушел куда-то. Аэд повернулся к ней лицом, прижал руку к сердцу и поклонился. Она едва кивнула на его приветствие и сразу отошла от окна.

Застыла у стола, неосознанно водя по нему пальцами.

Что происходит в замке?

Хорошо, что он решил заняться этим сам! Раад был взбешен по-настоящему, а может быть, он просто искал повод дать выход гневу. В любом случае. За несколько дней его отсутствия, кто-то сумел повредить магическое плетение защитного контура. Маленький, волосяной зазор. Но этого было достаточно, чтобы сюда потянула свои щупальца черная гадость.

У повелителя в голове не укладывалось, как? Кто-то же пособничает. предает. протаскивает сюда ЭТО. Так может быть, вся его жизнь, его борьба вообще бессмыслены, и люди хотят видеть здесь у себя то же, что творится в приграничных землях? Смерть, пепел и черных тварей Джейжока? Или они просто не представляют себе, что будет с их прекрасными утопающими в зелени домами, с их семьями? Или думают, их минует?

Надо было срочно восстановить защитный контур, надо было искать предателя, и это, скорее всего, будет целая варгова сеть. А у него в замке женщина. И ему нужно было обеспечить ее безопасность.

Аэд вызвался ему помогать, Раад не мог не признать, его советы были ценными.

Он как раз высказался, что проверять нужно не только воинов. Раад и сам знал это, он собирался завтра с утра перетряхнуть весь свой дом, начиная с…

И вдруг почувствовал, что женщина на него смотрит. Как будто обожгло что-то между лопаток не удержался, обернулся, так и есть. Она стояла у окна и смотрела на него.

Хасссс! Какого варга!

Он немедленно отвернулся и ушел. Раад не хотел ее видеть. Особенно сейчас.

Утро было спокойным, ничего не напоминало, что ночью во дворе творился такой ажиотаж. Снежана поднялась довольно рано, а вместе с ней и две ее служанки.

Одна осталась хлопотать, а другая побежала за завтраком. Снежана ушла в купальню.

Честно говоря, к купели она приближалась с некоторой опаской и сначала с осторожным любопытством заглянула туда. А потом пристально вглядывалась некоторое время, однако, ничего не увидела. Вода и вода. Темное дно, чистая, чуть тепловатая проточная вода. Она пожала плечами и умылась, но перед уходом все-таки обернулась, чтобы заглянуть в купель еще раз. Ничего там не отражалось.

Значит, почудилось, решила она и вышла.

Девушки уже успели и все прибрать, и подсохшую ее одежду свернули, и разложили на столе завтрак.

— Поешь, госпожа, — поклонились и застыли.

А на завтрак была какая-то интересная каша в большом глубоком блюде. Похоже на рис. Лепешки и что-то такое, вроде меда в плошке. И еще дымящийся напиток в кувшине и две широкие чаши. Кстати, она заметила, что тарелки было две. И столовые приборы. Девушки жались по стенке, Снежана улыбнулась.

— Рейли, Тефи, садитесь, давайте, будем завтракать вместе.

Они сразу разулыбались, присели обе на один стул и стали есть из одной тарелки.

Другую, стало быть, ей. Ну-ну, детсадовские хитрости.

— А скажите, почему тут почти нет окон? И вот… почему окна открывать нельзя?

— Это старый обычай, госпожа, — проговорила Тефи, округляя глаза. — Нельзя окна, женщин похищали. Давно было, но обычай остался.

— Кто похищал?

Они обе замялись, потом Рейли попыталась объяснить:

— Это было до того как мир разделился, и люди потеряли вторую суть, но появились побратимы. Говорят, так было, но мы точно не знаем. А сейчас война. Джейдок…

— Тессс! Ты что?! — зашикала на нее Тефи.

И та сразу же прикрыла рот ладошкой.

Одно только из этого Снежана поняла, что с окнами — это нечто вроде местного табу. Никто не знает почему, но нельзя. А вот сочетание «Джейдок» и «война» встречалось ей вместе как-то слишком часто. Но, похоже, у девушек об этом ей больше ничего узнать не удастся.

После завтрака за Снежаной зашел ее вчерашний Проводник Дионат.

— Госпожа, повелитель хочет показать тебе несколько домов, — сообщил он с поклоном. — Чтобы ты могла выбрать, если не понравится, он найдет другие.

Быстро он, однако, подумала с неожиданной злостью Снежана. Конечно. Ему не терпится от нее освободиться, его же такие красотки окружают! Хотела было переодеться обратно в свою выстиранную, но безнадежно измятую темную одежду. а ему ту, что он послал, вернуть обратно.

Но потом она устыдилась своих мыслей. Она же сама об этом просила.

— Спасибо, я сейчас выйду.

И еще ей не хотелось прощаться с этими девчушками. Фактически. это первые люди, с которыми Снежана тут по-человечески общалась.

— Если я попрошу повелителя, вы будете со мной жить? — спросила она.

Они переглянулись, блестя глазами.

— Да, госпожа! Это честь, госпожа!

— Вот и славно.

И если получится заниматься лечением больных, на что она очень надеялась, то у нее будет две помощницы. Для начала совсем неплохо!

Теперь можно было отправляться к повелителю.

Девушки побежали относить обратно всю ту утварь, которую они сюда натаскали. А Дионат провел Снежану коридорами к выходу из мужского крыла прямо в большой двор замка. Там уже собрались Раад и остальные Проводники. Все верхом, кони нетерпеливо перебирали копытами, видать, долго ждали.

Дионат подвел ее к Рааду, сидевшему на здоровенном черном жеребце и поклонился:

— Госпожа, мое время вышло.

Она вдруг вспомнила, что Дионат-то в этой очереди Проводников последний.

Значит, ей опять ехать в обществе Раада? Как-то совершенно не хотелось. Тем более, что тот ее до последнего момента игнорировал. И только когда Дионат подвел ее совсем уж близко и отошел, холодно осведомился:

— Госпожа поедет со мной или изволит ехать сама?

Черт.

— Я бы с удовольствием поехала сама, — тихо проговорила Снежана. — Но, к сожалению, я не умею ездить верхом.

Он чуть откинулся назад и, судя по выражению лица, уже собирался ей сказать что-то колкое, однако, в этот момент прямо во двор въехали всадники, и все внимание Раада переключилось на них.

Это, наконец, добрались Проводники. Бранвен Ленд, Сотхан, Трен, еще четверо, которых Снежана не знала. Но самое неприятное и странное — в темной одежде Проводника впереди остальных ехал Гайдиар.

Снежана была поражена, она инстинктивно напряглась и замерла на месте. А у Гайдиара, который нашел ее взглядом, губы, искривились в торжествующей усмешке. Остальные Проводники тоже жадно на нее пялились. Захотелось исчезнуть, провалиться сквозь землю.

— Стоять, — сказала она себе.

Они не увидят ее страх. Много чести.

Всадники, между тем, проскакали по площади и остановились не доезжая. И каждый из них поклонился Рааду, как повелителю. А тот тронул коня и выступил им им навстречу. Всего несколько шагов. Снежане казалось, мужчина вдруг стал подобен острому клинку, от него прямо расходились волны гнева.

Однако голос повелителя был тих, а тон спокоен.

— Приветствую вас в своем доме, — обратился он ко всем.

И только потом он взглянул на хозяина сторожевого замка и спросил:

— Что неясного было в моих словах? Разве я тебя не предупредил, Гайдиар?

Объяснись.

Снежана вспомнила, как они уезжали из сторожевого замка, и это было совсем недавно! Практически вчера. Раад еще сказал ему, что у него жена в положении.

Снежана помнила эту несчастную, нервную Линэд…

Ни тени смущения на лице Гайдиара. Он коротко кивнул и сказал:

— Моя беременная жена скоропостижно скончалась.

— Гайдиар… — сейчас в голосе Раада отчетливо звучал гнев.

— От естественных причин, мой повелитель, — склонил голову тот. — К моему прискорбию, ее плоть отторгла плод, а вместе с этим прервалась и ее жизнь. И я не знаю, почему так вышло. Это случилось еще утром, сразу после того, как вы покинули замок.

— От естественных причин? От естественных… — протянул Раад, словно пробуя на вкус это слово.

— Да, мой повелитель. Жрец Шаум подтвердил это, он видел мою Линэд и засвидетельствовал смерть. Он также подтвердил, что я свободен, и дал мне свое дозволение.

— Отлично. — Раад улыбался, но страшно было от его улыбки. — Как ты все это провернул? Как смог добраться сюда так быстро?

Прямое обвинение в убийстве. Однако хозяин сторожевого замка не испугался и не подумал ничего отрицать.

— Достаточно было очень захотеть, — проговорил тот и перевел взгляд на Снежану.

Наверное, это должно было польстить, такое упорство со стороны мужчины, пожелавшего ее добиваться. Может быть, в этом чудовищном мире такие правила.

Но Снежана пришла в ужас. А тот, заметив это, только улыбнулся.

— Я крайний из первого списка Проводников, повелитель. И теперь, — его острый взгляд вновь метнулся к Снежане, а ноздри раздулись, как будто он втягивал в себя её запах. — Согласно правилам, твоя очередь.

Черт! Черт! Черт!!!

Эти их проклятые правила!

Кажется, Раад почернел лицом, однако проговорил спокойно:

— Разумеется, ты в своем праве. Если госпожа согласна.

— Благодарю, — ответил тот и подъехал к Снежане.

— Госпожа, я Гайдиар.

Этот кошмарный мужчина застыл перед ней, прижав руку к груди. Будь он неладен. ответа ждал. И не скрыться, не отвертеться. Эти их проклятые всесильные правила.

Ей придется самой защищать себя. Значит, прежде всего — подавить страх.

Она скользнула по нему тусклым взглядом и холодно проговорила:

— Очень приятно.

Тот хмыкнул, как-то слишком самонадеянно и радостно. А потом ловко соскочил на землю и замер прямо рядом с ней.

— Прошу, госпожа.

Жест, взгляд, голос низкий, хрипловатый.

Этот мужчина мог оказывать странное воздействие. Он подавлял. окутывал своей волей и страстностью. Трудно сопротивляться. И если не знать, что перед ней чудовище, можно легко повестись на эту страсть.

Она посмотрела на его протянутую руку, и выдала подобие улыбки.

— Благодарю, я поеду сама.

Что за минуты пришлось пережить Рааду… Он был на волосок оттого, чтобы сорваться. И тогда неизвестно, что бы тут началось.

Если даже допустить, что Гайдиар к смерти жены непричастен… Но Раад не верил в это. Он просто знал, что этот мерзавец убил свою беременную жену. Ради шанса.

Ради того, чтобы включиться в гонку и выиграть приз. Победить. Это смертельный враг, который ни перед чем не остановится.

Надо было еще понять, как он умудрился провернуть все так, что жрец не нашел нарушений. Но это позже. А сейчас повелитель задыхался от гнева.

И самым отвратительным было то, что проклятый волк припер его правилами. Если женщина согласится, Раад даже не мог вмешаться.

Не согласилась.

Бездна его пожри! Не согласилась. Не приняла!

В ту секунду Раад готов был преклониться перед ней.

Однако она обратилась к нему и бросила такой презрительный взгляд, что у него в душе всё перевернулось. Спросила холодно:

— Можно мне лошадь?

Он, молча, кивнул, чувствуя, как яд разливается в груди. По его приказу женщине подвели красивую кобылку золотистой масти. Раад подозревал, что женщина захочет проявить характер, поэтому заранее сам выбрал для нее смирную лошадь.

Сейчас это оказалось кстати.

А горному волку пришлось переварить прилюдное унижение от женщины уже второй раз. Он скрипнул зубами от злости, однако сразу овладел собой и вскочил на коня.

Как только женщина устроилась в седле, Раад дал команду выезжать. Подъехал к ней и повел своего коня шагом, он же знал, что она не умеет держаться в седле.

Гайдиар пристроился с другой стороны. И его пришлось терпеть, потому это было его время, бездна пожри эти проклятые правила.

Они пересекли внутренний двор замка, потом один за другим два наружных двора и уже выехали за ворота, когда им наперерез бросился всадник.

Снежана сидела в седле как окаменевшая. Потому что это был единственный выход, полностью абстрагироваться от ситуации. Он едут выбирать ей место для жилья — остальное не важно.

И вдруг это внезапное движение справа. Отряд встал, только повелитель резко выдвинулся вперед и развернул коня, полностью закрывая его мощным крупом Снежану и ее лошадку.

Маленький всадник вихрем летел на Раада, а тот перехватил коня под уздцы. Конь взвился на дыбы, всадник скатился с него. И тут же вскочил, сдергивая с головы большой повязанный по-мужски платок и открывая лицо и волосы. Вот тут-то и выяснилось, что это женщина. Снежана узнала ее, это была Эле.

— Повелитель! Ты не можешь вот так прогнать меня!

Сначала Снежана, конечно, поразилась. Он прогнал Эле? Что-то мстительное шевельнулось в душе. Вспомнилось, как Эле уже мнила себя себя женой и госпожой, ее высокомерная презрительность. А потом ей стало неприятно смотреть, как женщина выкрикивает ему какие-то слова, а он ей скупо отвечает или вовсе молчит. Аж зубы свело от неловкости и абсурдности ситуации.

Но само появление было эффектное. И главное, на виду у всех. Такой цирк устроить, блин…

Снежане даже в какой-то момент стало жалко Рзада. Особенно, когда та закричала:

— Если тебе нравятся женщины, похожие на мужчин, я могу носить мужской наряд!

Чееерт… Да тут разыгрывалось представление. достойное бразильского сериала!

Хотелось бы знать, она сама до этого дошла, или ее кто-то надоумил? Слишком уж четко сработано.

Чтобы отвлечься, Снежана повернулась к хозяину сторожевого замка, с презрительной улыбочкой наблюдавшему за сценой, и спросила:

— Скажите, Гайдиар, вы действительно убили свою беременную жену, чтобы приехать сюда?

Тот сначала дернулся, конь переступил ногами, зазвенела сбруя, но ответил совершенно спокойно и уверенно, даже растягива слова:

— Нет, госпожа, я непричастен к ее смерти. Такое иногда бывает. Мы слишком близко к приграничным землям, они могут брать… что хотят.

И улыбочка превосходства. Он снова пытался давить на ее волей и харизмой, а харизма у этого гада была. А у Снежаны была здоровая злость на этого беспринципного гада. Значит, правила допускают?

— И вы не смогли защитить свою жену? Это же долг мужчины, — спросила она в лоб.

Ей достался острый взгляд, которые непросто было выдержать и не отвести глаза.

Мужчина пожал плечами.

— Меня в тот момент не было в замке. Когда это произошло, моя супруга мылась в купальне.

— Однако это странно, — протянула Снежана. — Вот так просто взяла, и внезапно умерла. И именно в тот момент, когда вам это было нужно? Родственники вашей покойной жены могут не поверить, начнут разбираться, мстить.

Очень нехорошая ухмылка искривила его рот.

— Пусть попробуют.

И тут, словно услышав ее слова, к ним почти вплотную подъехали уже знакомые ей проводники Бранвен Ленд, Трен и Сотхан. Все трое поклонились ей и уставились на Гайдиара. А взгляды словно клинки, еще немного, и искры полетят.

— Рад видеть тебя, госпожа, — проговорил Сотхан, переводя на нее взгляд.

— Госпожа, — кивнул похожий на мальчишку подростка Трен.

А Бранвен прижал руку к сердцу:

— Здравствуй, Снежана.

Услышав, что ночной охотник назвал ее по имени, Гайдиар изменился в лице. Куда только делась самодовольная улыбочка. А Бранвен спросил небрежно:

— Да, очень интересно, как тебе удалось так быстро обернуться, ведь до сердца гор почти день пути, а обратно еще два?

— У меня был артефакт перехода, — процедил тот.

— И все же… Как ты объяснишь это все клану Быстрых?

Он оглянулся на Сотхана, а тот кивнул и подъехал ближе.

— Пусть клан Быстрых обращается к Шауму за объяснениями. Мне нечего объяснять, — рыкнул Гайдиар ощетинившись.

Повисло злое молчание.

Все это действительно было странно. И все же, слушая его речь сейчас, Снежана вдруг поняла, что хозяин сторожевого замка не врет в одном. Да, смерть жены была ему на руку. но он не убивал ее сам. А как? Это был большой вопрос…

И еще ей не понравилась упоминание о приграничных землях. И о купальне.

Однако додумать она не успела.

Потому что Рааду наконец надоело молча выслушивать вопли женщины, он отрезал:

— Эле. Я дал тебе земли и богатство. Ты свободная женщина. Возвращайся к отцу. выходи замуж или живи одна. Но никогда не позорься так.

— Ненавижу тебя! Ненавижу тебя! Ненавижу! — завизжала она.

Но его терпение действительно иссякло.

Резкий выкрик, и по знаку повелителя разъяренную Эле увела стража. Трудно сказать, что испытывала Снежана, глядя на это все. Жаль ей было эту… бывшую любимую наложницу? В какой-то степени, чисто по-женски… Потому что быстро у них все так.

Но нет, не жаль. Сама нарвалась, сама заслужила. Жестоко? Но это правда.

Когда Раад на мгновение обернулся, лицо было каменное, одни глаза горели каким-то странным огнем. Он тронул коня и дал знак остальным, чтобы ехали следом.

Вроде заминка с неприятной сценой исчерпалась, а осадок от всего остался. Даже на открывшееся слева море не было желания любоваться. Дальше ехали молча.

Вообще, ехать верхом оказалось не так уж сложно, наверное. потому что шагом. И Снежана, как-то приноровившись сидеть в седле, прокручивала в голове то, что узнала. Бойкие товарищи Проводники теперь были больше заняты тем, чтобы заставить друг друга потесниться. Но от нее отстали. Хотя мрачный Гайдиар по прежнему ехал рядом, даже не глядя, она ощущала его присутствие.

А среди Проводников появились новые лица, один даже показался ей интересным, потому что некрасивый. Но выражение лица у него было такое… Что называется, выпивоха и весельчак. Похоже, критерий в отборе “личика" изменился? Этак они методом проб и ошибок дойдут, пожалуй. и до ума, подумала Снежана и мысленно усмехнулась.

Отряд пересек площадку перед замком и мост через реку, а потом они свернули влево, огибая городскую стену. Минут двадцать езды берега реки, потом они углубились в скальный распадок. Но скалы вскорости расступились, открывая зеленую долину, в центре которой петлял широкий ручей. А на другом берегу ручья небольшой хутор.

Здесь было все немного иначе, как будто некая особая территория или резервация.

Намного прохладнее, в воздухе висела сладость цветущих трав. Простые деревянные строения, камни, покрытые лишайниками. Она невольно замерла.

— Снежана, — начал Раад, не глядя на нее. — Здесь живет…

Но тут из домика вышел пожилой, очень просто одетый мужчина в кожаном фартуке и с тряпкой в руке. Увидев их, выбросил тряпку и пошел по мосткам через ручей.

— Кого я вижу! Раад, давненько ты не заходил!

Раад спрыгнул с коня, они обнялись. Это выглядело неожиданно и немного странно. Снежана почему-то растерялась.

— Элкмар, рад тебя видеть! — похлопал его по спине Раад.

А тот отодвинулся и спросил:

— Кого ты привел, мальчик мой?

И огляделся, безошибочно остановив свой взгляд на Снежане.

Вслед за Раадом спешился и подошел к старику Аэд.

— Вижу, и ты здесь, парень? — проговорил его тот, ткнув его в плечо.

— Рад видеть тебя в здравии, — ответил Аэд и тоже обнял старика.

А Раад вернулся к ней.

— Снежана, это самое безопасное место. Когда-то я сам рос и учился у Элкмара. И Аэд… Мы все… — он замялся и сглотнул, как будто воспоминания были тягостны, потом сказал: — Ты можешь жить здесь, заниматься врачеванием. Если хочешь, он возьмет тебя в ученики.

Она оглянулась вокруг Деревянные домики, ручей, цветы, поют птицы. Так покойно, красиво, чисто. Но еще больше ее прельщала возможность учиться. Это было нечто действительно ценное.

— Да, — кивнула она. — Да!

— Хорошо.

— И можно со мной будут жить те две девушки, которых вы вчера прислали? — выпалила Снежана, волнуясь. — Рейли и Тефи?

Он смотрел на нее сведя брови, а она смутилась и проговорила уже тише:

— Пожалуйста.

Расстроившись, что, наверное, просила зря. Но он словно очнулся.

— Конечно. Если тебе угодно, они будут жить с тобой, Снежана.

— Спасибо, — пробормотала она уже ему в спину.

Когда вместе с Проводниками заявился Гайдиар, Раад понял, творится что-то непонятное и ему надо вмешаться. И заговор плетется прямо у него спиной. А он привязан здесь, потому что сейчас важнее всего была безопасность иномирянки.

Спланированная кем-то идиотская сцена на дороге только подтвердила его опасения.

Раад не был жесток и не любил бессмысленных смертей. Кто-то принял это за слабость? Он слушал вопли Эле и делал выводы. И одновременно слышал голос Снежаны.

За одно утро Раад восхитился этой женщиной дважды. Она просто приперла волка к стенке, у нее хватило ума стравить Гайдиара с представителями кланов. Но в том, что касалось его лично… Раад ощутил в ее взгляде, обращенном на него, жалость.

Хасссс! Это унижало.

В конце концов он принял решение.

Изначально повелитель собирался поселить женщину в городе. Выбрать дом, не слишком большой, но достойный. Поселить ее там, выставить усиленную охрану, накрыть защитным контуром, и пусть она живет, как хочет, раз не желает никого из них выбирать. Эта мысль даже принесла ему какое-то облегчение. Не надо было ничего менять.

Но это было до того, как здесь появился Гайдиар!

Потому и привез женщину сюда, в особое место, столь же уникальное, как и сердце гор. К учителю всех драконьих принцев Элкмару.

— Ну, говори, — сказал старый учитель, когда Раад снова подошел к нему. — Аэд уже рассказал кое-что, теперь ты. Чтобы я мог защитить ее, мне надо знать все.

Раад только шумно выдохнул, отводя глаза. Все? А учитель смотрел на него слишком пристально, казалось, видел его насквозь.

— У нее дар. Ожоги от подземного огня. Она смогла их вылечить.

— Это все?

— Нет.

Ему вдруг вспомнились слова женщины.

Потому что я не вещь и не живой товар. Потому что я не хочу знать ваши постельные секреты, не хочу слушать, как ваши наложницы будут расписывать в красках мужскую силу и достоинства Проводников, тех самых Проводников, которые завтра придут мозолить мне глаза.

И еще.

Это отвращение, Раад. Просто отвращение и ничего больше.

Так живо, так болезненно. Его от этих слов ожгло снова.

Но это было слишком личное, он не мог сказать это вслух.

— Я не знаю, как быть. Она… — Раад качнул головой. — Совершенно не такая, как…

Она не приемлет наш мир… — И снова шумно выдохнул. — Не хочет.

— Угу, — протянул старик, странно на него покосившись.

И вдруг добавил, показав глазами на горного волка.

— Однако же некоторые уже потеряли от нее разум?

Раад вздрогнул, уловив намек.

— Вы ожидали, что это будет легко? — проговорил Элкмар. — Подумай сам, если бы это было легко, дало бы зеркало истины такое предсказание? Послала бы судьба вам эту женщину? Это испытание. Раад. И пройти его сможет только тот…

Он вскинулся, желая услышать, но учитель только усмехнулся и сказал.

— Хорошо, я тебя понял. Оставляй ее, я смогу обеспечить ей безопасность. И еще. пусть хотя бы иногда к ней прилетает твой Ардо. И Нерр. Насколько я понимаю. пепельный одиночка тоже ее выбрал. Это… нужно для защиты и чтобы у нее окрепла связь с нашим миром.

— Спасибо. Потому что мне нужны свободные руки, я не могу быть привязанным к ней постоянно.

Элкмар негромко хмыкнул и покосился на толпу Проводников.

— Не повезло тебе, да?

Повелитель нахмурился, не желая касаться этой темы. Однако его старый учитель уже перешел на деловой тон:

— Поживет у меня, обвыкнется, а дальше видно будет. Пошли.

Снежана с таким волнением ждала, как они там переговорят, совсем как на экзаменах в медицинский. А когда оба на нее с такими серьезными физиономиями уставились, у нее прямо поджилки затряслись. Примут — не примут? Страшно…

Наконец они закончили. Раад отошел и занял свое место среди Проводников, а этот Элкмар выступил вперед.

Встал перед ними, заложив руки за лямки фартука, и строго проговорил:

— Значит так. Каждый получит по часу времени. И чтоб не толпились здесь. По одному в день, не больше. И там, — он махнул рукой. — Можете хоть поубивать друг друга, а здесь, у меня, чтобы был порядок. Вам ясно?

Снежана удивилась. Такой вроде простенький мирный дедушка, а все эти крутые мужики притихли, никто даже возразить не посмел. Хотелось бы знать, кто он такой…

Пока она во все глаза на него таращилась. Элкмар вдруг взял и перевел на нее взгляд. Снежана тут же смешалась.

— Ты целитель? — спросил он ее.

— Да, я врач. Вообще-то детский, лечу детей. Но да… Меня зовут Снежана.

Здравствуйте. Простите…

И замолчала, понимая, что несет ахинею. А старик вдруг засмеялся, по-доброму так.

— Покажешь потом, что умеешь. Будем учить тебя.

Боже, какое это было облегчение! Она как будто в свою студенческую юность вернулась. Но тот уже переключил свое внимание на мужчин. Подбоченился.

— Чье время сейчас?

Вперед вышел Гайдиар.

— Остальные убрались.

Было что-то завораживающее в той власти, которой обладал этот человек над всеми, потому что отряд проводников тут же развернулся, и все они ускакали обратно. Остался один Гайдиар.

Элкмар смерил взглядом хозяина сторожевого замка и сказал:

— У тебя час времени, и чтобы без глупостей. Понял?

И пошел по мосткам через ручей в сторону дома, оставив их одних.

У Снежаны было такое чувство, как будто ее голой вытолкнули на мороз. Только что вокруг было полно народа, а теперь… Они все просто уехали, а ее оставили тут с этим опасным мужчиной наедине? Черт…

Она чувствовала уязвимой и беззащитной. Не ожидала, что Раад привезет ее сюда и вот так бросит на произвол судьбы… Стало вдруг обидно и горько. А Гайдиар по-своему отреагировал на ее смятение, и неизвестно, что он там себе подумал, но глаза его сверкнули торжеством, и он подался к ней ближе.

— Госпожа.

Опять царапнул слух этот его низкий хрипловатый обволакивающий голос. подавляющий волю и желание сопротивляться. Победные нотки. Думает, уже поднялся на ступеньку к власти?

Наверное, именно это заставило Снежану очнуться и собраться.

Страх ушел, растворился в осознании того, насколько мало она сама для них значит. И как много значит ШАНС. Ради шанса можно и переступить через труп. всего лишь незначительная жертва, правда?

Снежане вспомнились чудовищные жертвоприношения из земной истории. Абсурд. бессмысленный кошмар. Но стоит сменить отношение — и это уже норма жизни.

Сменить отношение к ситуации, раз она не может ее изменить. Много разных мыслей. А этот мужчина смотрел на нее хозяйским взглядом, как будто уже примеривал, как будет пользовать в хозяйстве.

Правила? Они достали ее этими своими правилами и своим мужским шовинизмом!

Настало время повернуть их правила против них.

— Гайдиар, у вас всего одна фраза, — сказала она, глядя ему в глаза. — Подумайте хорошенько, что вы хотите мне сказать. Если меня не заинтересует, оставшееся время вы проведете в одиночестве.

Мужчина изменился в лице, как будто заново ее увидел. Несколько секунд пристально вглядывался в нее, а потом отвернулся, отошел на несколько шагов и застыл. Она видела его спину, видела, как он шумно дышит, как напряжены его плечи. Однако мужчина молчал.

Пауза. Звон напряжения в воздухе. Время тянулось медленно.

Она уже хотела уходить, когда он вдруг сказал:

— Я ранен.

— Что?

— Ты целитель.

Ах, вот оно что. Она выдохнула и сцепила руки перед собой. А он неплохой психолог, подумалось ей. После этих слов Снежана уже не могла уйти. профессиональные навыки и врачебная этика включились. Ему все-таки удалось втянуть ее в эту игру.

— Покажите. Рану надо обработать, — холодно проговорила она.

Странное промежуточное состояние, в котором они зависли.

Мужчина кивнул и стал снимать верхнюю одежду. На спине действительно была овальная ожоговая рана и еще две поменьше кляксами на груди.

— Садитесь, — Снежана огляделась и указала ему на большой покрытый лишайниками камень, торчавший из земли.

Было, похоже, что раны старые, но почему-то так и не зажили.

— Давно получены?

— Давно, — он искоса взглянул на нее через плечо.

— Почему не лечили?

— Подземный огонь, — пожал плечами тот, как будто это могла что-то ей объяснить.

— Хорошо, я попробую, — нахмурилась Снежана. — Но я вам ничего не могу обещать.

Рана на спине была больше, она решила начать с нее. Здесь не было никаких лекарств, но помня, как она лечила дракона, Снежана осторожно приложила к ране руки и стала водить кончиками пальцев вдоль краев, мысленно стягивая их. Не сразу, но появилось уже испытанное однажды чувство, что с пальцев течет прохладная сила, и рана стала бледнеть и затягиваться на глазах.

Мужчина выгнулся под руками и хрипло выдохнул, а потом застонал.

— Больно?

— Нет, — прошипел он сквозь зубы.

— Хорошо, — пробормотала она и зашла с другой стороны, чтобы заняться ранами на груди.

И точно также стала касаться, стягивая края. А он замер, не отрываясь, глядя ей в лицо, только крупное мускулистое тело вздрагивало под ее руками, и тяжелое дыхание поднимало грудную клетку. Раны затянулись.

— Все, — проговорила Снежана.

— Нет! — он перехватил ее за руку, пытаясь удержать.

Подался к ней, всем телом. И снова этот голос, и жадный взгляд, только теперь мужчина не играл, а был взволнован по-настоящему. Но попусту все, она уже знала о нем больше, чем достаточно.

— Отпустите, — сказала Снежана спокойно. — Правила не допускают удерживать меня против воли.

— Чего ты хочешь, женщина?! Я дам тебе все!

— Ты уже дал все, что мог своей мертвой жене, Гайдиар.

— Я не убивал ее! — выкрикнул он, сжимая кулаки.

Он что-то еще говорил, Снежана не стала слушать.

— Твое время истекло.

Повернулась к нему спиной и пошла к мосткам. Перебралась через ручей, и только потом увидела, что хозяин долины стоит в дверях деревянного домика, скрестив на груди руки, и смотрит на нее. В глазах читалось одобрение, щедро приправленное любопытством. Сзади послышался звон конской сбруи, а потом быстро удалявшийся топот копыт. Снежана не стала оборачиваться.

— А ты не так беззащитна, женщина, — проговорил Элкмар, смерив ее взглядом.

— А вы таки собирались смотреть? — у Снежаны постукивали зубы, волнение начало сказываться только сейчас.

— Согласись, это было интересно, — миролюбиво проговорил Элкмар и уже серьезнее добавил: — Тебе ничего не грозило, я был рядом.

— Угу. Спасибо.

— Знаешь, я впечатлен. Покажешь, как ты это делала? Ну… — он сделал неопределенный жест. — Лечила.

Неожиданная похвала заставила Снежану покраснеть от удовольствия.

— Да, конечно… Да, я на самом деле…

Она хотела сказать, что понятия не имеет, как это получилось, но вместо этого просто сказала:

— Все покажу, ага.

Элкмар по-доброму усмехнулся на ее слова, вокруг глаз сразу собрались лучики-морщинки, и показал рукой на открытую дверь:

— Ну, проходи в дом ученица.

Но ей трудно было сразу поверить, что все закончилось. Снежана все еще нерешительно стояла на пороге, а этот хитроватый дедушка уже хозяйничал внутри, гремя простой глиняной посудой.

— Заходи, чего стоишь. У меня, конечно, не так роскошно, как в разных замках, но жить можно. Сейчас накормим тебя, устроим. домик выберем.

Так мирно, обыденно. И ее, наконец, отпустило.

Неожиданно. Незапланировано. Непонятно. Потому что это ударило в него, не дав осознать, что именно перевернулось и в какой момент?!

Женщина просто выставила его, выбросила, как тряпку Гайдиар бесился, но он ничего не мог поделать. Он подчинился. И дело не в правилах. Плевать он хотел на правила.

Странные чувства теснились в груди. Странные мысли в голове. Он гнал коня во весь опор, спеша скорей убраться из долины. Потому что ему нужно было осмыслить.

Ближе к выезду из скального распадка ему перегородили дорогу.

Гайдиар не сразу заметил их, а заметив нехорошо перекосился. Шестеро, они перегородили без того не слишком широкий проезд. Все были здесь и даже кое-кто лишний.

Двое выехали вперед.

Бранвен Ленд и Ургенн Кар, брат Баэдана. Тот, кого клан Мохнатых прислал на смену бездарно провалившему миссию увальню. Сзади маячило красивое злое лицо Сотхана, он тоже выдвинулся вперед. Надо же, в другое время все они давно бы уже вгрызлись в глотку друг другу, а тут — спелись.

— Не ожидал, что мне устроят почетную встречу, — хмыкнул Гайдиар.

Горный волк не боялся по отдельности ни одного из них, да и скопом большой вопрос. сумели бы они его завалить. И все же они подкараулили его и это было неприятно, потому что допустил оплошность, позволил им подобраться спишком близко. Просто он все еще был переполнен странными переживаниями, которые в нем вызвала женщина. Гайдиар ждал их приближения спокойно, а руки как бы невзначай легли на парные клинки.

— Что-то быстро ты возвращаешься, — процедил с презрительной ухмылочкой ночной охотник. — Неужели тебя выставили?

Насмешка попала в цель, как ни владел Гайдиар собой, он не сдержался, едва слышно зарычал и дернул поводья, заставляя коня заплясать на месте.

— Ну, надо же, я все-таки был прав? — дробно рассмеялся Бранвен Ленд и обернулся к Сотхану.

Тот подъехал ближе, смерил его взглядом с ног до головы и спросил со смешком:

— Что я слышу, хозяин сторожевого замка, женщина тебя выставила? — и сочувственно поцокал языком. — Стоило ради этого убивать жену и своего нарожденного ребенка?

Опять!? Ему это вконец надоело! Да, он воспользовался моментом. А кто бы из них не воспользовался, когда выпадает такой шанс?! И его влекла сама женщина.

Уставился на всех с вызовом и проговорил:

— Стоило.

Сразу несколько Проводников рванулось к нему, взревев от ненависти. Однако Бранвен Ленд остановил их, вскинув руку. А сам подъехал ближе, уперев кулак в бедро.

— Она назвала тебе свое имя?

— Нет.

— Нет? — с насмешкой обернулся назад ночной охотник.

— Она касалась меня. Гладила своими руками. Трогала… — сказал Гайдиар, желая поддразнить его. И сам невольно задохнулся, вспоминая свои ощущения.

— Ты врешь! — бросился на него Сотхан.

— Нет.

Они обступили его молча. Еще немного, и бросятся к горлу.

— Она лечила меня. Старые раны, подземный огонь.

Сбивая общее напряжение, нервно рассмеялся ночной охотник Бранвен:

— Хе-хе! Она и ведь и красного дракона лечила. Трогала, как ты говоришь. Так чем тут хвалиться?

Мужчина все еще смеялся, а Гайдиар сказал негромко:

— И после этого красный дракон принес ей клятву. Значит, было чем.

Смех сам собой стих, снова повисло молчание, звенящее ревнивой завистью.

— Ну что, будете меня убивать, или дадите, наконец, проехать? — проговорил он. презрительно оскалившись. — А то столпились, как стадо тупоголовых…

Наверное, он сам хотел драки. Потому что после этих слов Сотхан все-таки бросился на него, перекидываясь барсом в прыжке. Но горный волк перекинулся тоже и готов был его встретить. Два зверя сцепились и катались клубком, только шерсть клочками летела.

Мучительная ночь перетекла в мучительный день. Рааду казалось. бездна вытягивает из него кровь по капле. Он знал, что так будет лучше, потому и отправил женщину в безопасное место. Знал, что ему нельзя постоянно ее слышать, срываться каждый раз, стоит только почувствовать ее страх.

Он все сделал правильно.

И теперь чувствовал себя так, как будто сам себе обрубил руки. Раад заставил себя уехать, но не находил себе места. Тысячи мыслей, грызущее в груди сожаление об упущенной возможности, досада, злость.

Как он мог оставить ее одну с волком?! Зная, на что тот способен? Да, Элкмар там. он убережет, никто не сможет сделать с ней ничего против ее воли. Священное место защитит ее. Но что если волк сможет..? Раад отказывался думать. представлять себе ЭТО.

Но что если волку удастся…?

Недолго он продержался вдали, а когда вернулся, увидел идиотски непристойную картину. Два Проводника, сменив ипостась, драли друг другу шкуру как животные.

— Хасссс!! — рыкнул он, выпуская волну силы. — Хватит пугать лошадей!

Этих двоих отшвырнуло в сторону. Как пришли в себя, перекинулись, отряхнулись и встали.

— Вы что, забыли о правилах? Так я вам напомню, — начал Раад, потихоньку зверея от злости. — Вы же Проводники, никаких конфликтов, помните? — и вдруг сорвался на крик. — Идиоты! Пока вы тут развлекаетесь, может случиться что угодно!

Все-таки Раад не зря повелевал ими столько лет. Только у него хватало силы сдерживать всю эту орду хищников. На лапы присели все.

— Еще одна такая драка, и оба отправитесь домой, поняли? — уже успокоившись проговорил он.

Оглядел остальных и бросил сквозь зубы:

— Убрались отсюда все. Каждый знает свою очередь, и чтобы без дела не появлялись.

Швырнул на прощание волной силы, так, чтобы каждого пригнуло к земле и уехал первым.

Мучительный день, и это пока только первый, а сколько таких будет еще?!

И что делать с огненными змеями, поднимавшими головы у него в груди? Он понятия не имел.

Они потянулись следом за повелителем. Потому что Раад пока еще повелитель, и потому что он сильнее их всех, взятых вместе. Однако Гайдиару никто не собирался спускать его чересчур ловкий ход. Раад вовремя напомнил им о правилах, но правила не будут действовать вечно.

— Запомни, чем бы это не кончилось, ты наш, — прошипел Сотхан, показывая на остальных.

Гайдиар в ответ только беззвучно зарычал, понимая, что теперь от него не отстанут точно. Но до конца всего этого надо дожить, а при таком раскладе, вполне может быть, что доживет не каждый.

Они уже отъехали немного, и между Проводниками завязался разговор.

— Ургенн, а почему сразу отравили брата, а не тебя?

— А я личиком не вышел. К тому же я в тот момент попался на чужой жене. Ну а сейчас меня выбрали как раз за… другие достоинства, — хохотнул медведь.

А потом, с удивлением оглянувшись на хмурого Гайдиара и бледного от злости Сотхана, спросил:

— Я вообще не понял, из-за чего такой сыр-бор? Женщина откровенно так себе, ни кожи, ни рожи, что вы так поплыли все?

Бранвен Ленд скосился в его сторону и проговорил:

— Придет твоя очередь, поймешь. А пока, — он сплюнул сквозь зубы. — Радуйся жизни и наслаждайся свободой.

— Хех! — хохотнул Ургенн. — Мне уже начинать бояться ее?

— Себя, придурок, бойся, — процедил Бранвен и отвернулся.

У Снежаны неожиданно случился практически первый день свободной жизни.

На хуторке у Элкмара было несколько пустующих строений, в которых на время обучения селились его ученики. Себе она выбрала маленький деревянный домик на отшибе. Сзади у домика была крохотная терраска, и прямо за ней небольшой водопад стекал открытую летнюю купель.

Еще одни домик попросила оставить для девушек, которых Раад обещал отпустить жить с ней. И уж еще один домик побольше Элкмар от щедрот своих определил ей для занятий. Сначала она обживалась, потом бродила по заросшему цветами лугу, знакомые по земной медицине лекарственные травки искала до вечера.

А вечером решила опробовать купель.

Гладкие спокойные струи стекали с серой скалы в неглубокую природную чашу, а оттуда каскадом маленьких порогов ручей огибал домик и уходил вбок. У самой воды вдоль порогов и вокруг чаши росли яркие голубые цветы. Ради тех цветов и все-таки, наверное, ради водопада она этот домик и выбрала. Очень красиво и Экзотично.

Конечно, Снежане хотелось иметь водопад в личном пользовании. В прежней жизни, когда ее изо дня в день окружали одни бетонные коробки, а водопад приходилось видеть только в душе, это было нечто из области недостижимой мечты. Сейчас, глядя на всю эту красоту, она невольно думала, что мечты сбываются. Правда, довольно необычным образом.

И потому — осторожнее надо быть со своими желаниями.

Она медленно подошла к воде и на всякий случай сначала заглянула в купель.

Зачем? Вообще-то, ей было любопытно и немного страшновато и от этого зябко. А если честно, она даже самой себе бы не призналась, но…

Чего она ждала? Что в воде покажется тот самый призрак, которого она не смогла разглядеть вчера? Пфффф. Снежана пристально вглядывалась в воду несколько минут, ничего там не появилось.

Ну почудилось и почудилось, сказала она себе и быстро влезла в купель. Вода была чуть теплая, бодрящая, Снежана быстро поплескалась и выбралась из воды.

Завернулась в простыню, и бегом в домик. А там сразу в постель под покрывало и прикрыла глаза.

Тихо, слышно как птицы поют, синий вечер, ветерок в открытое окно.

Это действительно было особенное место, оазис покоя. Наверное, она должна была сказать спасибо судьбе, что привела ее сюда, выдернув из суеты? Но Снежане было трудно сориентироваться, понять. Слишком мало времени прошло, чтобы привыкнуть.

Вспомнился ее первый день в этом мире. Драконы и Раад. Вечно злой, рычащий на всех и на нее. Другие Проводники, белый наг И те кошмарные черные щупальца, нацеленные на них. Она так и не поняла, что это было, но это было реально страшно.

А потом постепенно пришел сон.

Во сне был бетонный бункер, и она полуголая, босая на полу. Помещение, затянутое искрившей током сеткой рабица. Скрипучая сетчатая дверь с блестящим новеньким кодовым замком. Хотелось стать невидимой, сжаться в комок, слиться со стеной. Не слышать, не видеть, исчезнуть оттуда.

Приближающиеся шаги. И смех…

Проснулась в холодном поту. Открыла глаза, хватаясь за сердце. И снова откинулась на подушку, а по лицу стала расползаться глупая улыбка. Фухххх… Все хорошо, она здесь, в открытое окно льется утренний свет, слышно пение птиц, вода журчит, сладкий запах разнотравья.

А этот бетонный бункер — просто почудилось, приснилось. Сублимация сознания.

Просто слишком больно ударили ассоциации, стронули что-то внутри, заставили задрожать струны. Они и потом еще остаточно дрожали тревогой в душе, но Снежана уже встала, наскоро умылась и побежала к учителю Элкмару. День начался.

Обучение хитроватый дедушка проводил своеобразно, между делом. Снежана еще обратила внимание, что методика схожая. Примерно как начальное обучение детей в элитных частных школах в ее родном мире. Ассоциативно, с элементом игры. Так быстрее усваиваются навыки и понятия.

В том, что касалось каких-то нюансов местного уклада жизни или менталитета, это было нормально. Но в остальном, Снежана давно уже не была ребенком, п попытки оберегать ее нежную психику от грубой реальности заранее были обречены на провал.

А может быть, он просто, таким образом, вызывал ее на откровенность? Снежана заподозрила, что именно так, когда стала спрашивать Элкмара более предметно, а у того зажглись лукавые огоньки в глазах. Или может быть, он просто знал, что она нервничает, потому что время идет, приближается очередной визит Проводника, и этим Проводником сегодня должен быть Раад?

Она волновалась, да. Потому что не знала, как себя с ним вести. Насколько было проще с тем же Гайдиаром, или любым из них. Разве что Аэд стоял в стороне, потому что действительно стоял в стороне, выражаясь буквально. Он совершенно не докучал ей своим присутствием, был и неизменно вежлив и наблюдал за ней издали в ожидании своей очереди. Дружественно и прохладно. Снежану вполне устраивала установившаяся между ними дистанция.

Совсем другое дело Раад. Он вызывал множество противоречивых чувств и эмоций. И когда он рычал зверем, все было просто и понятно. Отчуждение, барьер, стремление защитить себя от его грубости было ее естественной реакцией.

Но потом, когда он сам так внезапно и странно закрылся и полностью отгородился от нее. Снежана вдруг растерялась. Уже не получалось становиться в обиженную позу. И это злило. Вроде бы надо благодарить за все, что он для нее делает. И почему-то тянет извиниться. Хотя, казалось бы, за что?! Это были не самые приятные чувства, Снежане не хотелось ничего такого испытывать.

А сейчас разговор у нее с Элкмаром пошел о побратимах. Этот странный аспект добровольной кровной связи. Потому что, как Элкмар объяснил ей, не во всех кланах было так. Например, мужчины клана Быстрых — это клан Сотхана, имели вторую ипостась.

Это было уже нечто из обрасти фантастики.

— Он может оборачиваться барсом? — с недоверием переспросила она.

— Да, а вчерашний твой гость Гайдиар, тот самый, которого ты вылечила, он волк. Из тех, кто живет в горах. Есть и равнинные, Трен — сокол.

— Что??? Парень что, серьезно оборачивается птицей?

— Кхммм, — прокашлялся дед, скрывая смех. — Да. А что тут такого?

— Э… ну, это потому у него такой… моложавый вид?

Надо же, а она думала, парнишка лет четырнадцати. Внешность обманчива, как говорится. Но странным и интересным было то, что не могли оборачиваться только так называемые драконьи принцы. Их среди ее Проводников было несколько: Разд, Аэд, Алан и песчаный Хейнан Лиг Элкмар рассказал:

— Когда-то это был единый народ. И они могли менять ипостась так же как и все остальные из живущих. Но потом случилась первая война. Ты уже знаешь, что драконы и драконьи принцы самые сильные в этом мире, основной удар они приняли на себя. Был страшный бой, запрещенная магия, подземный огонь. Тогда это и произошло, все разделилось. Одни, потеряв вторую ипостась остались людьми, а другие драконами. И те, и другие заперты в одной форме. Объединяясь кровной связью с побратимами, они в какой степени делаются едины.

То, как он это говорил, и выражение лица…

— Авы? — спросила Снежана. — Вы…

— Да, я был там тогда, — старик прикрыл глаза. — Я все это видел. И я потерял там половину себя. С тех пор вот… учу мальчишек. И девочек тоже учу.

Они оба молчали несколько минут от переизбытка эмоций. Потом Снежана спросила:

— Хейнан Лиг сказал, что он старший в роду. Двойное имя, оно что-то значит?

— Верно, — одобрительно усмехнулся Элкмар. — Двойное имя носит старший в роду.

И тут она подумала, что… Но тот озвучил прежде, чем сформировался ее вопрос:

— Ты верно поняла. Они не старшие в роду.

— Но кто же тогда?

— Старший в роду я, они потомки, — улыбнулся старик. — Раад и Азд братья, Алан из водных, родственная ветвь.

Черт… Это многое объясняло. Например, то, что этого милого и безобидного на вид дедушку безоговорочно слушаются все. А он смотрел на нее, и так странно сочетались смешинки с грустью и горьким знанием в его глазах, что Снежана невольно поежилась.

Но у нее назрел один важный вопрос, на который этот дедушка наверняка знает ответ. И только она собралась спросить, кто же такой Джейдок, как он вскинул руку и проговорил:

— Встречай гостя, Снежана.

И усмехнулся:

— На весь ближайший час будешь занята.

У нее аж сердце в горле заколотилась. Ну вот! И как себя теперь вести, что ему говорить? И про девушек напомнить надо…

Однако на поляну перед излучиной ручья выехал совсем другой мужчина.

Разочарование было сильным. Она сказала себе, что все это, оттого что она слишком много думала и морально готовилась, а оказалось зря. Просто перегорела эмоционально. На смену разочарованию пришло раздражение и злость. Здоровая холодная злость.

Впрочем. Снежана понимала, что этот незнакомый мужчина, похожий на этакого рубаху парня, в ее плохом настроении не виноват. Он ее вообще второй раз в жизни видит, как впрочем, и она его. И может быть, ему эта ситуация так же как и ей, не особо нравится.

Она перебралась через мостки и подошла к мужчине. Тот уже успел спешиться и шлепнув рукой по крупу, отправил лошадь пастись.

— Здравствуй, госпожа. — проговорил мужчина.

И уставился на нее как деревенский увалень на витрину магазина алкогольных напитков. Улыбка в пол-лица. Снежана вдруг поняла, а мужик-то хитрый.

— Здравствуй, — проговорила она.

— Ургенн Кар, к твоим услугам, — поклонился он и добавил: — Клан Мохнатых.

Снежане стоило определенного усилия, чтобы скрыть улыбку. Мохнатых… Однако.

— Очень приятно, — она сложила руки перед собой.

— Я рад. — И снова эта придурковатая улыбка, но цепкий изучающий взгляд.

А она вдруг вспомнила, что кто-то уже был среди Проводников с похожим именем, а вот про клан Мохнатых она слышала в первый раз.

— Твой клан прислал тебя на замену? — спросила она прищурившись.

— Да, госпожа.

— И кто был до тебя?

— Баэдан Кар.

Вот теперь она вспомнила. Однако Снежану интересовало другое.

Вчерашний разговор и явное соперничество других Проводников заинтриговали Ургенна. Особенно его поразил горный волк. Его-то Ургенн знал как хладнокровного, жестокого и умного воина. У Гайдиара был весьма большой гарем, но к самкам он всегда относился как расходному материалу.

И тут так поплыть просто из-за того, что какая-то иномирянка к нему прикасались?

Он же видел ее и откровенно не понимал, из-за чего тут было голову терять.

Тем интереснее было наблюдать ее вблизи, Ургенн смотрел во все глаза. Да, издали она казалась странной и невзрачной. Слишком худая, слишком высокий для женщины рост, он привык смотреть на самок с высоты своего немалого роста, а тут почти не надо было голову наклонять, она была ниже его всего лишь на полголовы.

Смотрела открыто, как мужчина, и в ее глазах он не видел ни страха, ни женского интереса.

Хммм. Вблизи она не казалась некрасивой. Необычной, да. Он наблюдал за ней, пряча интерес за улыбкой, но не спешил делать выводы. Женщина спросила о его безмозглом брате. И тут же задала другой вопрос.

— Ургенн Кар, Баэдан Кар. Вы оба старшие в роду и у вас одинаковые родовые имена?

— Нет, госпожа. Моему брату не повезло, теперь старший в роду я.

Он не стал вдаваться в подробности и рассказывать, что бывает с теми, кто опозорит свой род. С них просто сдирают шкуру и лишают родового имени. Шкура нарастает заново, зато на всю жизнь остаются шрамы. Так что да, его красавчику брату не повезло.

— Угу, — нахмурилась женщина, о чем-то задумавшись.

А Ургенн всматривался в нее, пытаясь все-таки понять, в чем дело, потому что если долго на нее смотреть, ее лицо уже начинало казаться… У женщины были серые глаза, которые в зависимости от освещения меняли цвет, становясь насыщенно синими. Аккуратный нос, рот неяркий, но губы похожи на лепестки цветка, упругие и гладкие. Ровная загорелая кожа, излом темных бровей…

Он заставил себя встряхнуться. На нее долго смотреть нельзя. Ургенн Кар, кажется начал понимать смысл того, что ему сказал ночной охотник. Себя бойся.

Однако, женщину надо было заинтересовать, привлечь. Иначе он просто потеряется на фоне остальных. Ургенн знал, что внешняя красота не столь важна, но нужно суметь завладеть вниманием женщины.

Онеще шире улыбнулся.

Снежана смотрела на этого хитреца, понимая, что он если и говорит правду, то все равно в чем-то темнит. Ей не давало покоя то, рассказал Элкмар. И почему Мохнатых?

В земной терминологии это имело разнообразные значения.

— Ургенн, а кем оборачиваешься ты? — спросила она.

Мужчина на мгновение застыл в ступоре, потом брови его удивленно поползли вверх. Однако он с готовностью кивнул. Пошевелил плечами, и вот уже на месте мужчины стоял большой светло-бурый медведь. В первый момент, конечно, хотелось удрать с визгом. Однако медведь смотрел так же хитро и так же точно улыбался во всю пасть.

Снежана подавила порыв сбежать, подошла ближе и осторожно коснулась его загривка. А потом уже смелее запустила пальцы в густую блестящую шерсть и стала гладить. Шерсть была на удивление мягкой и приятной на ощупь, от зверя не пахло зверем. Снежана еще подумала, что это видимо, это особенности магического превращения. Но больше она ничего не успела, глаза зверя прикрылись, он шумно выдохнул и вздрогнул всем телом. А через мгновение перед ней уже снова стоял мужчина.

Он хмурился и выглядел ошарашенным. Секунда растерянности, потом он сглотнул, отводя глаза и натужно рассмеялся.

— Понравилось, госпожа?

— Да. Интересно. Красивый мех.

На сей раз, улыбка была слабой.

— А скажи, женщины вашего клана, они тоже…

— Нет, госпожа, — серьезно ответил тот. — Женщины не оборачиваются вообще, только мужчины. Так заложено природой, потому что оборот уничтожит плод. Но женщина сохраняет силу своего рода и передает потомству.

Это была интересная информация. Значит, секс у них тут в животной форме невозможен. Уже что-то… Брезжила какая-то мысль на границе сознания, почему-то казалось важным то, что он сказал про женщин. Но она не сумела поймать эту МЫСЛЬ.

— Спасибо, было очень познавательно, Ургенн Кар. Всего доброго.

Женщина выдала ему подобие улыбки и ушла.

А он остался с дурацким чувством, что его только что использовали как сопливого щенка. И не мог отделаться от ощущений, что снова и снова накрывали его волнами. Волк говорил, она касалась его голого тела, Ургенн подавил острый приступ зависти. Зависти только не хватало в придачу ко всему тому, что он сейчас испытывал!

Это было неожиданно, и надо было поскорее уносить отсюда ноги, пока он окончательно голову не потерял.

— Ну что? — полюбопытствовал Элкмар, когда она вернулась в домик.

Снежана пожала плечами и вдруг спросила:

— Вот мне интересно, как это лошади не пугаются и не шарахаются, когда они оборачиваются зверями.

Старик долго и со вкусом хохотал. Потом выдал со вздохом:

— Ну… если после разговора с мужчиной женщину интересует только, почему от него не шарахаются лошади, то…

— А вы какого-то другого интереса ожидали? Я же знаю, что я для них всех всего лишь приз, ступенька к власти.

Он посмотрел на нее серьезно и сказал:

— Возможно, это так, Снежана. А возможно, ты и не права.

Больше они к этой теме не возвращались, и весь день настроение у Снежаны было подавленное.

А вечером все-таки появился Раад.

Ненадолго, буквально на несколько минут. Привез Рейли и Тефи, и пока Снежана, стараясь не смотреть в его сторону, обнималась с девушками, коротко пересказал Элкмару, что произошло.

Оказалось, много чего.

Уезжая вчера сюда с ней, он приказал начальнику стражи допросить Эле, прежде, чем отправить ее к отцу. Раад был уверен, что ею воспользовались, ему нужно было узнать, кто контактировал с ней, что предлагал. По возможности все. Ее должны были поместить в особые, изолированные и хорошо защищенные покои.

Когда он приехал, женщина была мертва. Ее нашли в купели, в воде была кровь.

Начальник стражи также оказался мертв, а те, кто должен был ее охранять. просто исчезли.

Эле была не простой наложницей. Свободная женщина из высокого рода. Ее родня немедленно подняла вопль, Раада чуть ли не открыто обвинили в ее смерти. Это было неприятно, но далеко не так страшно, как сам факт, что заговорщики уже действовали не скрываясь. Все это необходимо было пресечь жесткой рукой.

Рассказав все Элкмару, он подошел к ней. Проговорил, глядя куда-то в сторону:

— Приношу свои извинения, госпожа, мне пришлось пропустить свою очередь.

И замолчал, растирая попавшие под ногу мелкие камешки и песок. От него волнами шли непонятные эмоции, Снежана сначала задохнулась, потом хотела дать понять, что ничего страшного не случилось, тем более, такие дела, пусть приезжает завтра, а он сказал:

— Теперь по правилам мне придется ждать всех.

Сухо поклонился и, бросив на нее странный взгляд, ушел.

Она смотрела, как тот уезжает на своем черном жеребце, уводя в поводу еще двух лошадей, и думала, ну и черт с тобой. Потом болтала с девушками, помогала им устроиться на ночь.

А после снова ходила к своей личной купальне.

Смыть с себя все.

У повелителя был очень тяжелый день. И ночь. И следующий день тоже.

Приходилось делать то, чего он не любил. Выжимать из людей правду. А это всегда происходит болезненными методами.

После этого Раад чувствовал себя помертвевшим изнутри.

Но ведь кто-то идеально подготовился. Идеально выбрал момент, когда волна ажиотажа растет, а вместе с ней и брожение в умах. И каждый клан больше думает о том, как бы оторвать себе власть, а не о том, что это делает их уязвимыми для ударов врага.

А враг хитер и опытен, и их мелкие душонки для него открыты. Достаточно поманить, и они бегут у него на поводу, думая, что справятся с последствиями, стоит им только получить власть. Или договорятся. Рааду делалось смешно при этой мысли. Еда будет договариваться с едоком?

Бездна их всех пожри…

Когда зеркало истины дало им предсказание и показало женщину из другого мира, Раад был в ярости, потому что уже тогда все это предвидел. Он был безумно зол на женщину, которая одним своим появлением спутает им все карты. А потом понял, что это жестокая уловка судьбы, которая любит играть глупыми смертными.

Бросает кость в толпу и смотрит, как они грызутся. Кто выживет, кто будет прав?

Судьбе это безразлично.

Их обманули, вернее, они сами обманулись.

Нет ничего, а есть просто женщина из другого мира, которую они против воли притащили сюда. Он притащил. И теперь он сам привязан к ней как канатом какой-то странной связью. При мысли, что она выберет другого, его просто выжигало изнутри. Раад уже не знал, что это горит адским огнем в его груди, попранная гордость повелителя, амбиции мужчины или что-то другое, чему он не хотел дать название.

А на него она не смотрит, уже озвучила. Отвратителен. Хорошо.

Ему было плевать. Он встанет в очередь. Он все выдержит. Даже ее выбор, каким бы он ни был.

Раад видел медведя, тот выглядел присмиревшим и затихшим, как будто на него аркан накинули. Трепался мало, все больше молчал, в себе варил. А в глазах… трудно было не узнать это выражение во взгляде, Раад и сам не мог его спрятать.

В конце концов, он заставил себя отбросить все мысли, и как появилась возможность, выполнил обещание, привез ей девушек. Понимал, что с ними женщине будет не так одиноко, легче прижиться в их мире.

Все то время, пока был рядом, остро чувствовал ее присутствие, даже когда стоял спиной и не видел. Она изменилась, посвежела, яснее и ярче стали глаза. кожа…

Уехал сразу, потому что дольше задерживаться было нельзя, его ведет от одного только взгляда. Смертельно трудно было не оглянуться назад.

Потом они с Ардо летали в сердце гор. Надо было повидать жреца — белого нага.

Вторая убитая женщина подряд. Смута, вражда. Так они сами утопят себя в крови.

Джейдок единственный, кому это было на руку.

Чтобы не оставаться с учителем Элкмаром и не ловить на себе его странные взгляды, Снежана весь вечер проболтала с девушками. Они, конечно, были немного в шоке, не ожидали, что жить придется в таком месте.

— Да, тут не шикарный гарем повелителя, что поделаешь, — усмехнулась, разводя руками Снежана.

— Ты не понимаешь! Учитель Элкмар… Это же! Это великая честь! — в один голос заговорили они, округлив глаза. — И тут все так, как было до первой войны, священное место.

— Да? Значит. Вы на меня не в обиде, что вытащила вас сюда?

— Что ты, госпожа!

Но все-таки они ворчали, всеми силами благоустраивая свой домик. Окна, разумеется, завесили каким-то цветными полотнищами. Место-то священное, но на всякий случай. Так надежнее. Притащили большую бадью, чтобы было где купаться, потому что они наотрез отказались мыться в летней купальне. Мол, это только для мужчин, девушкам не подобает.

Еще много интересного пришлось услышать о том, чего девушкам не подобает.

Снежана смеялась, косность и предрассудки. Но вообще, ментальность местных дам, стремившихся, во что бы то ни стало устроиться за «широкой» мужской спиной, ей была понятна. Жестокий мир, война, надо выжить, дать сильное потомство. Но это категорически ее не прельщало.

А девчушки уже прониклись любопытством. Им было очень волнительно, хотелось одним глазком взглянуть, какие они из себя, Проводники. Они ведь не помнили, чтобы вообще такое было — женщине выбирать из стольких мужчин!

Хотелось Снежане сказать, они не замуж ее зовут и не в любви признаются, они жертвы от нее ждут. А потом глянула на девчушек и подумала… Чем черт не шутит, может, удастся пристроить их замуж за кого-нибудь из этих пернатых-мохнатых? А что, это была мысль.

Но от всего этого она чувствовала себя усталой. Выжатой. И этот их повелитель с его каменной рожей. Хорошо, что девушек привез, теперь ей есть о ком заботиться, но… Лучше бы он не приезжал вообще, только настроение ей испортил.

Когда она пришла к купели, уже почти наступила ночь.

Светляки, синие сумерки, журчание воды. прохлада. Цветы одуряюще пахли, у Снежаны даже закружилась голова. Она подошла к узкой вытянутой купели и застыла, глядя на то, как гладкими струями стекает в нее со скалы вода. Смотрела, и как будто не видела, куда-то сквозь, вглубь себя.

И вдруг гладкая стена воды чуть дрогнула, стала наливаться серебром и голубоватыми искрами, как будто и внутри зажглись светляки. Светляки-искорки манили, трудно было оторвать от них взгляд. Снежана какое-то время смотрела на это чудо, а потом ушла.

Была глубокая ночь, когда красный дракон опустился на скальной площадке перед узкой щелью входа в пещеру. Большой перелет, да еще с такой скоростью. Только могучие крылья Ардо могли его выдержать, и то. при поддержке силой, которую давал ему Раад.

Наг ждал его у входа. Стоял, покачиваясь на перпамутрово-белом хвосте.

Осунувшийся и потемневший лицом Раад соскочил по крылу на землю.

— Пришел, — прошелестел, наг — Я ждал тебя.

Раад молча кивнул, откидывая с лица край темного головного платка. Они оба прошли внутрь. К тому месту, где в просторной многозальной пещере нага было организовано нечто вроде уголка для гостей. Там были диваны, покрытые шкурами, Раад опустился на один из них.

— Что? — спросил наг.

— Это я у тебя хотел бы спросить, — стянул с головы кусок ткани мужчина и откинулся на спинку.

Правая рука разминала затекшую шею и механически ерошила короткие темные волосы, а левая отбивала на колене такт.

— Вот, выпей и расслабься.

Наг наполнил чашу тягучим рубиново-красным напитком из кувшина и протянул ему. Тот взял, кивнув:

— Спасибо.

Отхлебнул один глоток, другой. Напиток делал свое дело, снимал усталость, возвращал силы.

— У меня заговор, замешано несколько кланов, — проговорил Раад наконец. — Но с этим я справлюсь. Женщины?! Шаум, что происходит с женщинами?! Или наша защита уже недостаточна? Как ее усилить? Что ты знаешь? Говори.

Помимо этого был интересный вопрос, откуда у хозяина сторожевого замка вдруг появился артефакт перехода? Но с этим Раад мог разобраться и сам. Жрец шумно вздохнул, складывая на груди руки, кустистые белые брови шевельнулись и сошлись на переносице.

— Ты видел жену горного волка, ты сам засвидетельствовал ее смерть от естественных причин. Говори, прошу тебя, говори!

— Да, я видел ее, — откликнулся наг, наконец.

— Гайдиар клянется, что не убивал ее.

— Так и есть. Он не убивал Линэд.

— Тогда что произошло?! Как мог выкидыш на таком малом сроке убить ее?

— Раад… — наг, отполз в другой конец пещерной залы и остановился у стены вполоборота к нему. — Не просто выкидыш, я подозреваю, это был оборот.

— Оборот? Но женщины не оборачиваются, в них сущность спит, чтобы передаться потомству. Так было всегда!

— Да. Так было, — опустил руки наг и отвернулся к стене.

— Что изменилось теперь? — не выдержал, вскинулся Раад и застыл, сжимая ладонью лоб.

Потом спросил, понимая, что могут оправдаться его худшие догадки:

— Кто?

Наг невесело рассмеялся.

— Теперь я часто вижу его в зеркале, он улыбается мне в лицо.

— Как такое могло произойти вообще? Как, что могло запустить оборот, если это не заложено природой? Я не понимаю!

— Раад, я был ТАМ, — наг, потер руки и продолжил, не поднимая на него взгляд. — Тогда моя чешуя еще была чернее твоих волос. Я был мужчиной и змеем, могучим. гигантским. Один удар запрещенной магии, и я чудом выжил, застряв в половине оборота. Он владеет этой магией, и ты знаешь, что он за нее отдал. Все мы знаем.

— Ноу него же нет доступа в наш мир! Его держат приграничные земли.

— Теперь уже есть. С того самого мгновения, как в зеркало истины заглянула женщина.

— ЧТО???

— Не прямо. Но он может… воздействовать.

Раад чуть с ума не сошел, от этих новостей.

— Как у тебя с ней? — Змей прокашлялся. — У вас.

— Не спрашивай. Никак. Я поселил ее у Элкмара.

— Правильно, там она будет в безопасности. И не бойся ты так сильно, у нее же нет второй сути, чтобы…

— Я уже не знаю, что у нее есть! — Выкрикнул Раад. потом устыдившись своего порыва, сказал: — Прости. Ладно. Я займусь зачисткой у себя, что-то узнаешь, сразу дай знать.

Жрец кивнул и, вглядевшись в мужчину проговорил:

— Не вздумай этого делать ночью, понял?

— Хорошо, не буду, — согласился Раад.

Однако именно это он и сделал. Рванулся с Ардо в приграничные земли, и если б мог, вызвал бы Джейдока на поединок прямо сейчас. Но там было пусто и мертво, как будто нечисть никогда и не прорывалась из-под земли.

А Снежане снова снился тот сон, давний. Снова были черные щупальца, прекрасные, словно распускающиеся лепестки диковинного цветка. Но только… там был тот мужчина, которого она видела в воде однажды. Голый по пояс, его плечи и гладкая мускулистая грудь блестели от капелек воды. Голова опущена, длинные черные волосы закрывали лицо. С волос стекали капельки, падали вниз. Казалось, вот сейчас он сейчас поднимет голову, и она увидит его лицо…

Сон прервался.

За окном только светало. Снежана какое-то время лежала, хмуро глядя в потолок, потом попыталась уснуть и доспать еще немного. Ей даже удалось. Снилось разное, какой-то сумбур, мечи, свист и жужжание стрел. Когда она окончательно проснулась, воспоминания о снах уже изгладились.

Надо было вставать. Слышно было, как ее девчушки уже что-то там хлопочут, со стороны ручья доносился смех и плеск воды. Снежана выбралась из домика, щурясь на солнце.

Так и есть. Элкмар пристроил их к делу, девочки переговариваясь и пересмеиваясь полоскали белье в ручье. Увидев Снежану. учитель только лукаво вскинул брови и пригласил ее жестом к себе, для начала позавтракать, а потом тоже — обучение в процессе занятий по хозяйству.

За делами время пролетело незаметно. Отреагировала Снежана только тогда, когда в домик с тазами белья влетели Рейли и Тефи. Глаза круглые у обеих.

— Там… Там…

Ясно. Вышла из домика и направилась к мосткам.

А на поляну у излучины ручья выехал мужчина, Снежана его узнала.

Когда она спустя полчаса вернулась. девушки уставились на нее, приоткрыв от волнения рты.

— Это же сам принц Аэд! И ты…?

Снежана обернулась, взглянуть на мужчин. стоявших в сторонке. Ее сегодняшний гость Аэд разговаривал с Элкмаром, лица у обоих были серьезные. Заметив, что она на них смотрит, Аэд поклонился, приложив руку к сердцу. Ей еще подумалось. что проявления вежливости происходят у него на автомате. Это не умаляло его достоинств, но…

— Да, он очень хорош собой и замечательный собеседник, — проговорила Снежана.

— И он тебе совсем не нравится? — в голосе Тефи сквозило недоумение и легкий ужас.

И те же самый чувства читались у Рейли в глазах.

— Почему же, я думаю, что из него мог бы получиться хороший друг.

— Друг?

Очевидно, это было что-то за гранью понимания молоденьких девиц. А ей не хотелось объяснять, что этот красивый, выдержанный и благородный мужчина ее нисколечко не любит. Он дружелюбен, заботлив, предупредителен и прохладен. Он не обманывал ее, пытаясь изобразить несуществующие чувства, и это плюс.

Снежана ценила его ровное отношение и деликатность. И да, Азд мог бы стать ей хорошим другом, если бы в этом мире мужчина и женщина могли быть друзьями.

— Скажите лучше, а вам он нравится?

— Ой! — девчонки тут же покраснели и замахали на нее руками. — Он же принц. господин Азд на нас даже не посмотрит.

Вот именно, подумала Снежана, не будь она героиней этого странного фарса. взглянул бы он вообще в ее сторону? Хоть один из них посмотрел бы? Вспомнилась первая встреча, когда Ноэл Этуэнн привел ее на границу миров.

Как все они смотрели на нее тогда. Как на непонятного зверька.

Пренебрежение и гнев на красивом лице Раада. Свой страх. Его сильные, словно стальные руки, ощущение безопасности, когда…

Какого черта! Какого черта он должен каждый раз вторгаться в ее мысли!

Снежана медленно выдохнула, подхватила один из тазов с выстиранным бельем и пошла на задний двор развешивать. Девушки тут же увязались за ней, таща вдвоем второй таз. Правда, все назад на красавца принца оглядывались, и так увлеклись. что чуть не налетели на жердь, к которой была привязана бельевая веревка.

Ей все-таки стало смешно.

— Раад был этой ночью у Шаума.

Аэд должен был пересказать Элкмару все, что знал.

— Летал? — спросил старший в роду, ныне учитель.

— Да, — Аэд поморщился, переводя взгляд в сторону женщин, увидел, что на него смотрят, и поклонился.

Учитель несколько секунд молчал, потом проговорил полуутвердительно:

— Наверняка и в приграничные земли совался?

— Судя по тому, в каком состоянии утром был Ардо, да и он сам, да.

— Сумасшедший, соваться туда в одиночку. Всегда был таким…

— Ты же знаешь его, — Аэд изобразил улыбку.

Да, Раад был таким всегда. Потому что в нем горит живой огонь, огонь дает ему силу. И беспримерную дерзость. И власть. Аэд был старше и мудрее, но судьба так распорядилась, что в нем гораздо меньше силы и огня. Сначала это было обидно, потом он смирился, или делал вид, что смирился. Сейчас Аэд вообще уже не знал, ясно было одно, происходящее ему не нравилось.

Он помедлил, а потом добавил:

— От Шаума не самые радужные вести. Раад передал, чтобы ты усилил защиту.

— Почему не явился сам? — прищурился Элкмар, взгляд стал острым как лезвие.

Аэд пожал плечами, глядя на тропинку, уходившую в сторону заднего двора. Туда. где только что скрылись женщины.

Говорить, что этот упертый придурок вместо того, чтобы спать или как-то еще восстановиться, торчит сейчас здесь на дороге, его дожидается? Смысл? Все равно Раад никого не станет слушать. Моментами Азду хотелось как следует врезать брату за все. Хоть он и понимал, насколько бессмысленна теперь их вражда на фоне общей опасности.

Заметив, что Элкмар проследил его взгляд, Аэд натянуто улыбнулся.

— Он также просил передать, что сегодня ее навестят Ардо и Нерр.

Выражения лица Элкмара изменилось, он даже потер руки.

— А вот это хорошо, очень хорошо!

— Ладно, мне пора, — проговорил Азд. — И там… Люди проведали, что Снежана целитель. Их собралось уже прилично.

— Пропускайте, — уверенно кивнул старик. — Но с завтрашнего дня.

Старый учитель появился на заднем дворе, взгляд хитроватый, руки за лямки кожаного фартука заткнуты. Шикнул на девчушек, отправив их прибираться в доме и что-то такое мудреное заказал, чтобы они приготовили ему на обед. Снежана поняла, что Аэд уехал. А дед, судя по выражению лица, явно имел ей что-то сказать.

Вот только не надо ее за кого-то агитировать!

Но он вдруг сделал таинственное лицо:

— Сегодня у нас будут еще гости.

— Кто? — нахмурилась Снежана.

— Ардо. И Нерр.

— Что правда?! — она обрадовалась по-настоящему. это был неожиданный подарок.

Элкмар засмеялся и добавил, подавшись вперед:

— А завтра еще прибудут первые эти… твои пациенты. Я правильно сказал?

— Правильно! — Вот теперь она готова была броситься ему на шею.

И все ждала и выглядывала в окошко, боялась пропустить прилет гостей. Поэтому обучение проходило не слишком внимательно, и Элкмар с видимым удовольствием отпускал в ее адрес шпильки.

Потихоньку настал обед. Тут, кстати, и выяснилось, что мудреное блюдо, которое дед заказал девчонкам, оказалось обычной окрошкой, только из местных продуктов. Она уже почти заканчивала, есть, когда захлопали огромные крылья.

Снежана сама не помнила, как выкатилась из домика и перемахнула по мосткам через ручей.

Два дракона, красный и пепельный, по очереди опустились на поляну. И заняли ее всю. Но так ювелирно аккуратно и точно, не помяли и не разворотили ничего. Оба опустили головы к ней. Нерр, чуть помедлил, пропуская Ардо вперед. Красный гигант вдруг показался Снежане усталым, каким-то расстроенным и изможденным, что ли… Она потянулась к нему, коснулась ладонями пластин под глазами.

— Ну что ты, хороший мой, тебе плохо, ты болеешь?

А он уставился на нее янтарными глазами с вертикальным зрачком. Такой грустный, остро нуждающийся взгляд. С ее рук сама собой потекла живительная прохлада. Дракон прикрыл глаза и затих. Когда он снова их открыл, Снежана даже смутилась, увидев странное немое обожание в его взгляде. Клятва.

— Ну вот, — пробормотала она. — Тебе лучше?

Он шумно выдохнул и отступил, подпуская к ней Нерра. А тот… Его взгляд как бы говорил:

— Я соскучился, здравствуй.

И тут же подставил под ее ладони голову. От него пришло понимание, странное обещание и благодарность. Напоследок пепельный дракон насмешливо фыркнул и легонько ткнул ее носом и вытянул крыло, как бы приглашая полетать.

— Никаких прогулок, — строго проговорил Элкмар.

Она и не заметила, когда тот успел подойти. Оба дракона на него уставились. мол, какого черта?

— Пока существует опасность, ребята.

И такое странное чувство. Снежана вдруг осмыслила, ведь они же одного рода.

Просто разделены вот так. Это было трудно понять и принять.

Однако авторитет старого учителя был велик. Красный и пепельный драконы поднялись в воздух, заложили два виража над долиной и улетели.

Когда они скрылись из глаз, Снежана спросила:

— А Нерр мог бы стать моим побратимом?

Элкмар посмотрел на нее странным взглядом и проговорил, как отрезал:

— Нет. Ты женщина. Между вами возможен был бы только брак.

И пошел к мосткам.

А Снежана разозлилась. Женщина, значит?! Вот черта с два она даст ему сейчас уйти!

— Подождите! У меня есть еще вопросы.

— Да, слушаю тебя, — он обернулся со скучающим видом.

— О какой опасности вы говорили, и кто такой Джейдок?

Милый дедушка напрягся и вздрогнул, мгновенно превращаясь в воина. Но так же быстро и расслабился, возвращая себе прежнюю непринужденность. Не улови Снежана этот момент, могла бы подумать, что ей показалось. А он обвел глазами небо над ними, землю и воду, и только после этого взглянул на нее. Смотрел так пристально, как будто впервые увидел.

Вернулся и подошел ближе.

— Зачем тебе это, Снежана? Здесь тебе ничего не угрожает.

— И все же я хочу знать.

— Хорошо, — кивнул он и показал в сторону больших валунов.

На одном из этих камней, покрытых лишайниками, сидел Гайдиар, когда она его лечила. На него сел Элкмар. А ей пришлось сесть на соседний. И ждать.

Потому что дед молчал и хмуро смотрел вдаль. Повисла пауза, она уже собралась переспросить, когда тот, наконец заговорил.

— Наверное, надо начинать с самого начала, — шумно выдохнул он.

А потом резко перевел на нее взгляд. Снежану разом накрыло дрожью, как будто она сейчас услышит откровение. Ожидание снова затянулось и ей пришлось Сглотнуть.

— Он был одним из нас, — тихо говорил Элкмар.

Черт… Она почему-то таки думала… Мороз по коже.

— Джейдок — означает черный огонь. Раз уж ты хотела знать. Его огонь был черным, это и отличало его от стальных. черный огонь? Это не очень хорошо укладывалось у Снежаны в голове, потому что в ее родном мире огонь был, какого угодно цвета, только не черный. А Элкмар продолжал тихо говорить:

— И это сделало его изгоем. Точнее, изгоем он сделал себя сам, его амбиции. Война за власть, которую он затеял.

Снежану немного покоробили эти слова. Просто, она как никто другой знала, каково это, когда ты не такой как все. К тому же, слишком мало фактов, чтобы уловить суть.

Война… Развязать войну тут и без Джейдока хватало желающих. Она в этом мире неделю с небольшим, но уже успела насмотреться, на что люди готовы ради власти.

Достаточно было вспомнить Гайдиара. Да и остальных Проводников.

Стоило подумать о Проводниках, как ее мысли почему-то перескочили на Раада, снова всколыхнув неприятный осадок. Эта его сухая холодность. Не может ей простить, что из-за нее убили его любимую наложницу? Но извините, она-то тут причем?

Насколько проще было, когда он не скрывал своей ненависти и постоянно рычал на нее! Тогда можно было хотя бы высказать все ему в лицо. А теперь приходилось молчать.

Когда она поняла, что опять о нем думает, еще больше разозлилась на себя.

Опять повисла пауза. А Элкмар, как назло, внимательно смотрел на нее.

— А в чем опасность? — спросила Снежана. — Что вы имели в виду?

— Если бы мы знали, — тяжело вздохнул тот, шевельнув бровями. — Знай мы, в чем конкретно заключается опасность, давно бы предотвратили ее.

И как отрезал:

— Поэтому никаких полетов и прогулок за пределами этой долины. Пока. Все потом, когда это будет возможно, — а потом добавил, многозначительно на нее глядя: — Здесь ты в безопасности, и никто не сделает ничего такого, чего бы ты не захотела сама.

Он сейчас имел в виду Проводников? Снежана покраснела с досады.

Ночью ей опять снился тот мужчина, он медленно поднимал голову, капли воды бежали с волос на грудь, скатывались по гладкой коже вниз. Казалось, еще немного, она увидит его лицо и поймет что-то очень важное, увидит разгадку.

Но нет. Сон сменился.

Теперь ей снилось, что Раад бьется с кем-то немыслимо огромным, а рядом падает охваченный подземным огнем Ардо. Ей было очень страшно во сне, она кричала.

Проснулась, сердце колотится в горле, выпрыгивает. И осознание, что этот мир все же затянул ее в себя, у нее уже не получалось отрешиться от всего, дистанцироваться. Теперь она тоже часть всего этого.

Сердцебиение понемногу улеглось, Снежана встала и вышла наружу, к водопаду. где купель. Кругом ночь, тишина. Она застыла у текущей воды, опустила в воду руки и закрыла глаза. Смыть с себя все это. Хотя бы так.

Когда Снежана открыла глаза, гладкая стена водопада снова налилась подвижным подрагивающим серебром, а в глубине побежали голубоватые светляки — искры.

— Покажи мне правду, — шепнула она, вспомнив, как когда-то смотрела в зеркало истины.

Потому что ей надо было знать. Понять…

Серебристая гладь всколыхнулась, Снежана замерла, затаив дыхание. Однако ничего больше не произошло. И голубые светлячки постепенно растворились в ней.

Зеркало молчало. Раздосадованная Снежана постояла еще немного и ушла в дом.

Утром были хлопоты. Ей обещали первых пациентов, это уже было полезное и привычное занятие. Начать новую жизнь можно и с малого.

Выдраила домик, который ей под «амбулаторию» отвел Элкмар. А Рейли и Тефи посадила раздергивать на мелкие лоскутки чисто выстиранную ветошь вместо ваты. Лекарств правда не было, зато она успела подсушить кое-какие травы.

Попутно в домике обнаружились запасы какого-то алкоголя, бутыль немедленно была конфискована. Дед пытался ворчать, но Снежана была холодна и неумолима.

Еще надо было заранее прокалить ножи, завернуть в вымоченные в местной самогонке тряпочки, отложить это все в сторону и прикрыть другой чистой тряпкой.

А попутно она рассказывала девчонкам, как надо вскрывать и обрабатывать всяческие гнойники и нарывы. Те тихо взвизгивали от ужаса и смотрели на нее как исчадие ада.

Это здорово отвлекало от кошмаров и тревожных мыслей.

Приближался час посещения. Насколько Снежана помнила, сегодня в гости должен был наведаться Сотхан. Парень ей запомнился своей беспардонной назойливостью и тем, что по его милости она потеряла рюкзак. Но так и быть, десять минут разговора с ним она готова была вытерпеть. Может быть, даже почерпнуть из бесполезного общения какие-то полезные сведения.

Снежана увидела его издали. Стала всматриваться, а сердце вдруг зашлось и заколотилось где-то в горле. Всадник на здоровенном черном жеребце летел во весь опор, и ей даже не надо было видеть его лицо, чтобы понять. Это не Сотхан.

Приехал Раад.

Сначала Снежана взволновалась так. что ног под собой чувствовала. Ведь неспроста же он тах… Да еще не в свою очередь. Что-то опять случилось?! Или…

В душе вдруг трепыхнулась мысль, что если он так спешил к ней?

Идиотская мысль!

Идиотская!

Потому что, доскакав до излучины у мостков, Раад соскочил с коня и стремительно двинулся прямо к Элкмару, стоявшему на пороге своего дома. И они вместе скрылись. А по ней он только походя мазнул каким-то странным взглядом. Тяжелым и жарким, ощущавшимся потом как ожог на коже.

Ни тебе здравствуй, ничего… Как будто она предмет мебели, столб.

Снежана немедленно развернулась и ушла в свою «амбулаторию». Злая на себя как сто чертей. Тряслась от радости, что он приехал? Как можно так мозги растерять? Идиотка!

Перевела взгляд на девушек.

— Что?

На сей раз девушки ни одной реплики не отпустили, а стоило ей войти, тут же сделали вид, что заняты делом. Вот и хорошо, вот и правильно! Сейчас Снежана точно не была настроена на общение.

Потом, конечно, она смогла подавить иррациональную обиду. Злость остыла. полезли в голову совсем другие мысли. Ведь по какой-то же причине он прискакал вот так, сломя голову? Значит, не все в порядке в королевстве датском”? Что могло произойти опять?

Теперь она уже изнывала от волнения. Собственные чувства побоку, Снежане уже просто было неспокойно. Еще это постоянное умалчивание и таинственная опасность, которая как бы есть, но о которой они как бы понятия не имеют. Так и хотелось заорать:

— Все вы знаете, а мне зачем-то врете!

Но сейчас она молчала. Не на девчушках же свое раздражение срывать.

Он не должен был приезжать. Не должен был, как голодный варг бродить вокруг постоянно. Но это было выше его сил. Проклятая связь выматывала жилы, тащила его к ней как на аркане. Выжигала все внутри.

Малейший повод, и он им воспользовался. Проклиная себя и окунаясь с головой в этот яд. Видеть ее. Сердце мгновенно залилось неведомым чувством как отравой и затрепыхалось, разбиваясь о холод взгляда этой женщины.

Как будто получило вожделенный глоток и тут же болезненный укол. Раад знал, что не должен был себе этого позволять, что будет только хуже. Но не мог отказаться даже от малейшего шанса.

Тем более что повод был.

— Вчера на сторожевой замок было нападение, — сообщил он Элкмару. — Гайдиар срочно отбыл и по дороге попал в засаду.

— Где? — спросил тот, сразу сосредотачиваясь и становясь похожим на острый клинок.

— В том-то и депо, что в окрестностях своего замка. Очевидно, у него имелся еще один артефакт перехода. Кто их ему поставляет я выясню. А так же и то, чей он отрабатывает заказ.

— Он жив, я так понимаю?

Раад кивнул.

— Да, ранен. Восстанавливается медленно. Отравленные дротики. Яд сдерживает оборот.

— Надо было переместить его сюда. Он ценный свидетель. И Снежана могла бы его вылечить.

— Нет! — вырвалось у Раада раньше, чем он успел подумать.

Стоило ему представить, что горный волк будет постоянно ошиваться тут рядом с ней, что она будет его касаться… Хасссс! Никогда.

— Раад, ты понимаешь, как важно выяснить…

Но повелитель уже овладел собой. Да, он понимал, куда тянутся нити. и что подобный яд создать можно только с помощью особой магии, и не в этом мире. К тому же, он уже принял меры.

— Гайдиар не будет торчать здесь постоянно, — жестко проговорил Раад. — Им уже занимаются лучшие целители, состав яда будет выяснен.

— Но так было бы проще отследить его заказчиков, — проговорил Элкмар.

— А тебе не приходило в голову, что волк мог бы организовать покушение на себя специально?

Элкмар смотрел на него, потирая подбородок, потом проговорил:

— Если это так, то тебе, дураку, следовало бы брать с него пример.

Укол достиг цели. Раад испытал мгновенную боль в сердце и отвернулся.

— Возможно, — ответил он через несколько секунд. — Но я не могу так.

Говорить было больше не о чем. Элкмар сказал. что он он усилит защиту дополнительным кольцом. Рааду надо было уходить, но он не мог уйти просто так.

Еще хоть несколько секунд. Зрительный контакт. Бездна его пожри, он уже подсел на эту отраву.

Она в который раз проверяла и перекладывала прокаленные ножи, завернутые в проспиртованные тряпочки. Главное было руки чем-то занять, чтобы отвлечься.

Рейли и Тефи тихонько как мышки сидели рядом, и вдруг подскочили как по команде. И замерли.

Снежана немедленно обернулась, в дверях стоял Раад. Хмурился.

Секунда заминки, а потом девчушки без всякого напоминания быстро вышли. Он проводил их взглядом. Не сразу взглянул на нее. А у нее от волнения и неожиданности словно язык отнялся.

— Я… — он поморщился, голос звучал хрипло. — Спасибо, что помогла Ардо.

— Не за что, — смогла она выдавить.

Опять молчание. Напряжение повисло, тяжелое, хоть ножом режь.

— Что-то случилось? — наконец спросила Снежана. — Какая-то опасность?

Взгляд от него — как удар. Мгновенно ощетинился.

— Ничего, — сухо проговорил. — Можете не переживать. Вы под надежной защитой.

Поклонился ей не глядя и вышел.

Чеееерт!! Как она был зла! Замерла, сжав кулаки, потому что не совладай она с собой сейчас, ему в спину бы точно полетели те самые ножи.

Можете не переживать? Вы под надежной защитой?

Зачем вы все мне врете!

Боже, какая она идиотка… Как ей было обидно…

Пусть катится куда хочет. Она прекрасно слышала, как Раад уезжал, но даже не выглянула из домика. Девушки вернулись, боязливо на нее глядя, не решаясь заговорить. Уселись в уголке молча, и это было лучшее, что они могли сейчас сделать.

А вот у Снежаны назрели новые вопросы, поинтереснее тех, что она вчера задавала Элкмару. Как она вообще могла это упустить? Просто совсем растерялась от местной действительности и мозги отшибло?

Они же имели доступ в ее родной мир. Налаженный канал! Достаточно вспомнить, как к ней в поликлинику заявился Ноэл Этуэнн. Как он потом вез ее через несколько разных баз, а под конец на частном самолете. И как целая толпа Проводников встречала ее, между прочим, на этой стороне! Это уже потом они пересекали границу.

Они же вполне адаптированы в ее родном мире. Это как???

Хотелось сказать:

— Ну, милый дедушка, вы у меня на все ответите!

Но пришлось остыть и сбросить запал.

Пожаловал Сотхан. Хотелось ей поспать к чертовой матери прилипчивого наглого типа. Но Снежана все-таки к нему вышла.

Пока шла по мосткам, Снежана имела возможность хорошо разглядеть своего сегодняшнего гостя. Парень, без всякого сомнения, был красив. Но в лице и в позе читалось нетерпеливое ожидание. Она еще усмехнулась про себя, куда девались прежнее холодное безразличие и спесь. Сотхан изменился с момента их первого знакомства, вернее, изменилось поведение. Хотела было спросить:

— Что парень, боишься не справиться с заданием и получить выволочку в своем клане Быстрых?

Промолчала. Сотхан гордец, это был бы для него слишком обидный троллинг. К тому же злилась она не на него, а на Раада. Несправедливо было бы, если бы бедняга попал под раздачу, просто потому что у нее испорченное настроение.

Однако вид у Снежаны был угрюмый. Сотхан, сначала увидев ее, просиял, а потом спал с лица. Поклонился, ловя ее взгляд:

— Здравствуй, госпожа.

— Здравствуй, Сотхан, — буркнула она.

Вот поздоровались… и все.

Повисла неловкая пауза. Если честно, говорить ей с ним ни о чем не хотелось. Да.

Красивый парень, но он был ей неинтересен. Снежана уже собралась повернуть назад.

Одно текучее движение ей наперерез, и теперь перед ней стоял зверь.

Крупный барс, совершенно черный, антрацитовый. Лоснящаяся, словно шелковая, шерсть без единой пятнышка, а рисунок на шкуре напоминал узоры на панбархате.

Он был изысканно красив и изумительно грациозен. И смотрел на нее глазами Сотхана.

Очень неожиданно, было увидеть его в этом обличье. Завораживающе. Наверное, все дело в том, что барс был не рыжеватый или серебристый, а черный. И эти яркие светлые глаза. Контраст.

Снежана даже на какое-то мгновение пораженно засмотрелась. Зверь сделал к ней еще один текучий шаг другой. Она подняла руку, чтобы коснуться. Сзади, со стороны домика донеслось тихое ойканье и вскрик.

Зверь мгновенно сменил обличье.

Перед ней снова стоял Сотхан, напряженный, как будто его застигли врасплох за чем-то очень интимным, и исподлобья смотрел на девушек. Немного неловкий момент. Снежана тихо выдохнула, и вдруг поняла одну вещь. Но в этом еще надо было убедиться.

Махнула девушкам рукой, чтобы те шли в домик, а сама спросила у него:

— Скажи, вы обращаетесь перед вашими женщинами?

— Нет, — ответил тот. — Никогда.

— Почему?

Он нехотя ответил, теребя руки:

— Это слишком… Обнажить свою внутреннюю суть, все равно, что снять кожу.

Или публично раздеться, додумала про сеоя Снежана. и это было странно. В своей звериной форме Сотхан был попросту неотразим. Так почему же они стеснялись этого?

Она решила перевести тему в немного иную плоскость.

— Скажи, а как вы ухаживаете за вашими женщинами?

Удивленное выражение возникло у него на лице.

— Ухаживать? — Сотхан недоуменно повел плечом. — Когда мужчина берет женщину в свой дом, он дает женщине защиту. Заботится. Обеспечивает ее и ее потомство.

Женщина выбирает сильного. Что такое ухаживать? Я не знаю.

— Понятно, — коротко вздохнула Снежана. — Нет ничего. Спасибо, что показал себя, свою внутреннюю суть. Ты очень красивый.

Кивнула ему, собираясь уйти, а он быстро оглянулся на домик и проговорил:

— Ты… не коснешься меня? Как других?

В первый момент она опешила, потом согласилась:

— Хорошо.

И снова черный зверь стоял перед ней, изумительно красивый и грациозный. Но теперь это был просто «котик», которого она почесала за ушком. Барс тяжело вздохнул и закрыл глаза. Несколько секунд, и это уже был мужчина.

Мужчина что-то искал в ее глазах, но поздно, наваждение рассеялось.

Снежана выдала ему подобие улыбки:

— Всего доброго, Сотхан.

Развернулась и ушла. Он еще какое-то время смотрел ей вслед, Снежана чувствовала его взгляд. Потом сел на свою лошадь и уехал.

Девушки встретили ее, стреляя глазками, видно было, что их прямо распирает от желания высказаться. И все же они не решались.

— Ну? — проговорила Снежана. — Что вы так затихли?

— Госпожа… Мы раньше не видели. Это… — Рейли замялась, пытаясь найти определение. — Неприлично.

А Тефи закивала:

— Да.

— Что в этом неприличного? Это же его вторая суть, то. что он есть изнутри.

Странные они все тут, подумалось Снежане, с ее точки зрения в этом был элемент доверия. Но, видимо, с ее иномирным мышлением каких-то вещей понять просто не дано.

Дальше разговор на эту тему продолжать не пришлось. Потому что осторожно, по одному, а кто вдвоем, в долине стали появляться первые страждущие попасть к целителю. И заработала амбулатория.

За полдня приема у них была одна вправленная паховая грыжа у подростка, разной степени тяжести ожоги. И да, были нарывы, которых так боялись девчушки, и которые таки приходилось вскрывать. Было одно инородное тело в глазу.

После всего этого у ее помощниц уже несколько сместились понятия о том, что прилично, а что неприлично.

Наконец, когда уже стало темнеть, прием был окончен.

Проводив последнего пациента, Снежана отправила девушек прибираться и готовить ужин. А сама привела себя в порядок и пошла к Элкмару.

Настала пора задать хитрому дедушке пару вопросов.

Расследование велось уже несколько дней и продвигалось очень трудно.

Постоянно всплывали все новые неприятные подробности. Как бесконечные щупальца черных тварей Джейдока. Раад привык их рубить, а теперь предстояло распутывать, погружаясь все глубже в дебри.

Легче было биться с порождениями приграничных земель, чем снова и снова окунаться в людскую грязь и коварство. Ему всегда претили интриги. До тошноты.

Моментами просто хотелось вынырнуть из этого всего. Хотелось бросить все и махнуть с Ардо в долину. А вместо этого приходилось ворочать тут горы дерьма.

Тогда Раад поднимался на замковую стену.

Уже вечерело, когда к нему присоединился Аэд. Удивительно, но это соперничество за женщину, вместо того, чтобы развести их окончательно, неожиданно уничтожило вражду между ними и сблизило братьев.

— Гайдиар все отрицает, — проговорил Аэд, становясь рядом.

Раад кивнул.

Он видел горного волка. Измученный ядом, почти обездвиженный, тот рвался к женщине. И Раад, глядя на него, не мог уже с уверенностью сказать, что только власть влечет хозяина сторожевого замка. Потому что видел другое в его глазах. Да что говорить, Раад видел сегодня мальчишку Сотхана, когда тот от нее вернулся.

Видел, как меняется их взгляд.

— Его клан хочет прислать замену.

— Нет нужды, правила не нарушены, — сказал Раад поморщившись. — Гайдиар жив. К тому моменту, когда придет очередь его посещения, он встанет Им занимаются лучшие целители. Поднимут, выведут яд.

— Или она вылечит его, — тихо проговорил Аэд куда-то в сторону.

Как бы тихо это ни было сказано, Раад услышал и ощутил укол.

— Уже пошли слухи, что драконьи принцы избавляются от претендентов. Это я к тому, что нападения и засады нас еще ждут и не раз.

— Бездна их пожри! — чертыхнулся Раад. — Охрану теперь к каждому приставлять, что ли? Или, может, мне лично за ними присматривать?

Но Аэд продолжил, как ни в чем не бывало:

— Охрану стоило бы. И доступ в долину стоило бы перекрыть. Родственники убитых женщин тоже могут представлять опасность. Я бы не стал их недооценивать.

А потом покачал головой и тихо проговорил, вглядываясь в синюю дымку сумерек, накрывшую долину:

— Не нравится мне все это.

Как будто ему нравилось!

Обо всем этом Раад знал, Аэд просто еще раз очертил круг проблем, обходя при этом главную. Ту самую, которая давно уже стала для Раада личной болью.

Как будто он не хотел, чтобы идиотская ситуация, в которой они зависли, наконец разрешилась! Если так дальше продлится, огонь ревности просто сожжет его изнутри. Но пока еще он держался.

Раад взглянул на брата и сказал:

— Прикажи выставить усиленную охрану на дороге в долину. И в комнатах, где лежит Гайдиар, тоже. Вероятнее всего, его попытаются добить, а свалят на нас.

Те, кто в этом замешан… Раад сплюнул себе под ноги.

Они же не остановятся, им нужен масштаб. Надо стравить тут всех и вся, значит, смертей будет еще много. А нити заговора тянутся далеко за пределы этого мира, и не трудно вычислить, кому единственному это на руку. Рааду давно хотелось просто выступить против него в бою один на один, но тот упорно отказывался, принимал вызов.

Искать Элкмара пришлось недолго, он нашелся на заднем дворе. Сидел на колоде и смотрел на звезды. Снежана подошла и встала рядом.

Замечательный синий вечер, иномирные, но от этого не менее прекрасные звезды.

Тишина, покой.

И сотни невысказанных вопросов, которые сейчас дрожат между ними.

Дедушка даже не повернул головы, однако Снежана была уверена, что тот ее прекрасно слышит. Она не стала пока прерывать паузу. Пусть еще продлится этот миг, возможно, следующие ее слова этот самый покой нарушат.

— Ты сегодня задержалась с приемом больных, слишком много работаешь, — негромко проговорил тот.

— Не так уж много, — ответила Снежана, складывая на груди руки. — В моем родном мире мне приходилось работать в гораздо более плотном режиме и задерживаться дольше.

Специально заговорила о своем мире и о работе. Интересно было увидеть реакцию деда. Она мысленно усмехнулась, старый партизан остался невозмутим. Гордый профиль, взгляд устремлен вдаль.

Ну-ну, подумала Снежана. А вслух сказала:

— Как вам удалось меня найти?

Секунда, вторая. Никакой реакции.

— Я имею в виду, в моем мире? Там же все не так, — она сделала неопределенный жест, обводя рукой все вокруг — Население земли больше семи с половиной миллиардов. Да даже в одном отдельно взятом мегаполисе? Иголку в стоге сена легче было бы найти.

Только сейчас, наконец, Элкмар отреагировал, смерил ее взглядом и выдал:

— Зеркало истины показало, как тебя найти.

— Угу, — протянула Снежана. — Надо полагать, зеркало истины также снабдило вашего эмиссара всеми необходимыми знаниями и навыками. Читать, писать, пользоваться компьютером научило, машину водить, внедрило его в организацию «Врачи без границ», дало беспрепятственный допуск на секретные базы? Мне продолжать?

Он негромко рассмеялся, качая головой, и повернулся к ней:

— Все-таки вспомнила?

В первый момент Снежана обомлела. Потом пришла злость на них на всех.

— А не должна была?

— Вообще-то, ты сразу должна была забыть свой мир, как только пересекла границу.

Но… Все пошло не так, верно?

И не понять, чего в его голосе больше, сожаления об упущенных возможностях или печали.

— Элкмар, — не выдержала Снежана. — Теперь, когда я знаю, что у вас есть налаженный канал в мой мир… Вы не хотите мне ничего объяснить?

— Я не могу. Ты сама узнаешь все после того как сделаешь выбор.

— Как вы себе это вообще представляете? — взорвалась она. — Вы же все время умалчиваете. Специально держите меня в неведении, обманываете! Вы все!

Он даже отшатнулся. Оправил на себе одежду и пригладил волосы, и только потом ответил:

— Ты ошибаешься. Просто некоторые знания могут оказаться смертельно для тех, кто ими владеет.

Напряжение повисло между ними после этих слов.

То есть, они так и собираются держать ее в неведении и тупо взять измором?

Протест взвился в душе.

— А знаете, — прищурилась она. — Верните-ка меня обратно. Потому что я не стану делать никакой выбор.

— Почему?

— Слово доверие вам знакомо?

Элкмар смотрел на нее пристально и молчал.

— А без доверия не бывает любви. Извините.

— Прости, — проговорил старик спустя несколько мгновений. — Это невозможно. Этот мир не отпустит тебя, пока ты не примешь его, не станешь его частью.

И замолчал, снова уставившись на звезды. То есть, она обречена? На самом деле выбора нет, а есть только выбор. Парадокс.

Она зло усмехнулась:

— Да как же вы не поймете! Нельзя навязывать выбор насильно!

Дедушка странно улыбнулся, не глядя на нее.

— Разве тот парень, что приходил к тебе сегодня, навязывал тебе что-то? — проговорил он. — Он просил.

Снежана вдруг смутилась, потому что это была правда. Но к ней сегодня приходили двое, она так и не поняла, кого дед имел в виду. Элкмар встал.

— Устал я что-то. Если ты не возражаешь, я пойду спать.

— Да, конечно, — пробормотала она.

Ушел.

В итоге ей опять ничего не сказали и еще больше запудрили мозги. Потому что теперь ко всему дикому коктейлю чувств, что она испытывала, еще примешивалось идиотское чувство вины, которое он умудрился каким-то образом в ней взрастить.

Какого черта она теперь должна чувствовать ответственность?!

И кто был тот парень, про которого этот хитрый старый дед говорил?!

Сидеть там дальше одной не имело смысла. Она ушла к себя и долго лежала в постели с открытыми глазами.

А потом ей приснился этот сон.

Во сне капала вода. Звук в темноте.

Кап-кап. Кап-кап.

Не как дождь. Наверное, как… как будто трубы текут где-то в подвале.

Странная ассоциация.

Потому что она и бродила по каким-то бетонным коридорам. Как будто в бункере или в подвале, стены на ощупь шершавые. Капает вода, и мысль по кругу, одна и та же. Как она сюда попала?

Смех.

— Они тебе не сказали?

Движение воздуха, как будто кто-то обошел ее справа. Снежана тут же сжалась, почувствовав себя уязвимой, беззащитной и беспомощной. И снова движение.

Осязаемое, совсем рядом, а ей не видно. темно. Волосы дыбом от жути.

— Ты помнишь ящик пива?

И снова смех, обидный, издевательский.

Бог ты мой… Это был удар поддых. Снежану мгновенно отбросило в тот день, когда она узнала, что на нее поспорили, а на кону был ящик пива. Залило ядом обиды, так что стало трудно дышать.

— Жизнь ничему не учит.

Этот смех звенел в ушах, терзал ей душу. Как будто отрывал от нее куски. И не закрыться от него, потому что он звучал в голове, внутри. И так страшно! Темнота кругом и темное чудовище в темноте. Кажется, сейчас поглотит, растворит в себе.

Не спастись.

Отчаяние стало захлестывать ее. Бежать! Выход! Где-то же должен быть выход?! А грудь уже разрывает от сбитого дыхания. Слезы застилают глаза.

Вдруг яркая вспышка алого пламени.

И ее выбросило из сна.

Из сна вынырнула, а дышать так тяжело, как будто воды наглоталась. Долго еще лежала с копотящимся сердцем, невольно вздрагивая. Господи, к чему этот сон?

Почему опять память подбросила ей тот проклятый ящик пива, вытаскивая из души самое больное? Ту давнюю обиду, незаживший нарыв.

Боль подкатывалась к горлу. Заснуть сейчас Снежана была просто не в состоянии.

Быстро оделась и вышла на террасу домика. А ночь густая, черная.

Сначала она постояла там, потом, когда глаза привыкли, спустилась вниз, и вдоль ручья — к купели у водопада. А цветы сегодня как-то по-особенному пахли. Или у нее от всего пережитого обострилось обоняние?

Не хотелось об этом думать. Хотелось просто вдыхать в себя запах цветов, просто опустить руки в купель и закрыть глаза. Пусть вода унесет кошмар.

Прохладная вода сделала свое дело, постепенно Снежана успокоилась.

И надо бы открыть глаза, но ей не хотелось прерывать это состояние, еще немного продлить. Еще несколько мгновений, а потом она все-таки заставила себя взглянуть перед собой.

Колышущимся зеркалом из текучего серебра казался водопад. Гладким и плотным, словно это был жидкий металл. Серебристая стена качнулась, покрываясь рябью, и Снежана застыла, не смея дохнуть, пока в глубине зеркала сначала легкой дрожью, а потом, разливаясь по серебру пятнами темноты, стала формироваться картинка.

Пятна клубились, подобно призрачному дыму, а потом в этой дымке стала проявляться мужская фигура. Та, из ее сна. Она узнала его сразу. Блестящий капельками воды обнаженный торс, склоненная голова. Длинные темные волосы закрывают лицо, спадают мокрыми прядями на грудь. С волос стекает вода, и кажется, она слышит, как тяжелые капли срываются.

Кап-кап. Кап-кап.

А он поднимает голову.

Снежана замерла. Вот он момент истины. Сейчас она увидит его лицо, и если он хочет ей что-то сказать…

Камешек выскользнул из-под ноги, Снежана оступилась, невольно оглядываясь.

Когда она подняла глаза, мужчина уже смотрел на нее. Из-за длинных волос, закрывавших пол-лица, был виден глаз и краешек губ. Она отшатнулась от неожиданности, снова чуть не поскользнувшись на камнях. Даже хотела бежать.

А он мгновенно шевельнулся, или может быть, картинка волной пошла. И смотрел на нее, словно пытался донести какую-то тайну, что-то важное. Первая реакция прошла, Снежана начала вглядываться.

Мужчина был красив. Но весь какой-то темный.

Губы его шевельнулись, как будто он хотел сказать, и не мог прорваться сквозь толщу воды, он попытался протянуть руку… И картинка вдруг смазалась, исчезла так внезапно, как будто ее выключило. Снежана застыла в замешательстве, а потом долго стояла, приложив руку ко рту.

Пока не поняла, что ее бьет озноб, и побрела в домик. В постель она залезла прямо в одежде, а сверху еще укрылась зимним одеялом, которое нашла в сундуке. Кое-как согрелась и смогла уснуть.

Снилось ей странное. Объятия жаркие, как тот огонь. Как будто ее согревает кто-то во сне и шепчет, шепчет, зовет. А ей не понять слов, но хочется найти его губы.

Выпить его огонь, согреться, наконец, и отдать ему все до капли.

Утром у нее поднялась температура.

Температура поднялась, примерно тридцать семь и два. У нее всегда организм так на переутомление реагировал. Да еще и знакомое тянущее ощущение внизу живота. Месячные пришли раньше времени. Засада, блин…

Она быстро оделась и побежала в летнюю купель мыться, а потом в домик, где вчера принимала больных, за чистыми тряпочками, других-то гигиенических средств никаких.

И тут размер засады обозначился в полной мере.

Девчонки, стоило им ее увидеть. подняли истерический вопль и немедленно загнали Снежану обратно дом. Да еще развили бурную деятельность. Завесили все вокруг какими-то тряпками по какому-то местному феншую, все жерди вокруг обвязали лоскутками, как майские деревья.

— Девчонки, прекратите эти танцы с бубнами, вы что, спятили? — попыталась она возмутиться. — Это же простая физиология, самое обычное состояние женщины. Я сейчас встану и все будет в порядке.

— Нет-нет! Нельзя! — замахали руками они.

Кричали, что ей нельзя выходить, это неприлично, опасно! Никто не должен видеть!

Короче, бред и полный финиш.

Нет, полный финиш начался позже. Когда на той стороне у излучины скопились все Проводники. Нервные, у всех напряженные лица. Они расхаживали там, топтали траву. А стоило Снежане выглянуть через щелочку в занавешенном окне, тут же повернули головы и разом подались к ней. Она немедленно опустила занавеску.

Так на нее еще девицы зашикали:

— Не выходи! Они все там! Нельзя!

Она уже и сама поняла, что выходить наружу сейчас нежелательно. Но Снежана там видела носилки.

— А на носилках кто? — спросила она.

— Гайдиар. Он ранен.

— Так я его сейчас вылечу…

Ей даже договорить не дали, налетели Рейли и Тефи вдвоем- Тебе сейчас нельзя лечить.

— Выходить нельзя, опасно!

Кошмар какой-то. Абсурд. Бред. Но самое ужасное — твердая уверенность, что все эти мужики, которые там столпились, в курсе ее маленькой проблемы.

Чеееерт! Никакой приватности. Зла не хватало на них на всех.

Невольно вспомнилось, как ее сопровождали «в кустики». пока они были в приграничных землях. Но тогда этому еще было какое-то объяснение, опасность, твари со щупальцами. А сейчас-то зачем???

Это надо было прекратить.

— Найдите Раада или Элкмара, или еще кого-нибудь, кто может с этим разобраться, — скомандовала она. — Скажите им, пусть передадут остальным, что со мной все в порядке. И пусть они уйдут!

— Но госпожа, пока выбор не сделан, они имеют право тут находиться…

— ПУСТЬ ОНИ ВСЕ УЙДУТ.

Девчонки надулись, но все же, десять раз проверив ее жилище, увешанное тряпками, на предмет непроницаемости, вышли. И пока они отсутствовали, Снежана сидела внутри и бессильно злилась на свой дурацкий организм и на ситуацию. А снаружи слышался гомон, разговоры на повышенных тонах. Брань, крик. Она заткнула уши, чтобы не слышать.

Через какое-то время шум прекратился. Девушки вернулись. Все на взводе, глаза воинственно блестят.

— А сейчас объясните мне, какого черта это все было? — спросила Снежана.

— Они боятся за тебя, понимаешь?

Вот уж чего не ожидала услышать.

— Чего тут бояться? Это самое обычное дело.

— Обычное? — тут же вскинулись обе. — Нет! Что ты говоришь! За эту неделю две женщины так же погибли.

Но она-то жива и помирать не собиралась. А с другими могли быть просто совпадения. В конце концов, Снежана не выдержала.

— У вас что, не бывает месячных?

На это ей ответили, что говорить о таком неприлично. Ну да, а цирк устраивать прилично!

Вот она, ментальность другого мира в действии.

И пока она размышляла на эти темы, расторопные девицы приготовили ей поесть.

Потом даже позволили высунуть нос на террасу ее домика. Но делать ничего нельзя. Просто сидеть и отдыхать. И все.

Сначала Снежана откровенно страдала от безделья, а потом вдруг подумала, у нее же столько лет не было отпуска. Сначала училась, потом работала, потом вот, сюда попала. А тут вообще, сплошные гонки с препятствиями и нервотрепки.

Может, это и хорошо — позволить себе отдохнуть эти несколько дней? Просто не хотелось обставлять это все с такой идиотской помпой. И вообще, стоило представить каменную рожу Раада и остальных парней, ей аж дурно становилось от неловкости.

Снежана понятия не имела, но этим утром все стояло на грани войны.

Причина проста — кровь у женщины. Ее кровь. А до того две смерти за неделю, оба раза кровь в купели. Каждый первый рвался забрать женщину в свой клан, доказывая, что у них ей будет безопаснее. Мужчины, не желали слушать никаких доводов, и тут уже не помог даже авторитет Элкмара.

От кровопролития спасло только то, что ее прислужницы развесили везде традиционные добрачные женские метки, означавшие, что девушка вошла в пору зрелости и готова принять мужа. Это было не намного лучше. Теперь они, разгоряченные до сумасшествия, бродили голодными варгами вокруг.

Пока женщина через своих прислужниц не велела им убираться.

Всем.

Но никто далеко не ушел, все встали лагерем у устья долины.

Тех, кто дожидался там очереди к целителю, отправили в ближайшие деревни, все подступы к долине перекрыли. Кроме того, для охраны женщины кланы выслали дополнительные силы. Их разместили там же. И теперь их представители стояли в оцеплении наравне с воинами Раада, чем бесили его неимоверно. Потому что чем больше вокруг нее становилось людей, тем больше Раада мучило кошмарное предчувствие, что в этой суматохе может затесаться убийца.

Поэтому каждый, кто становился в заслон, клялся в верности кровью рода. А долину дополнительно накрыли тройным охранным контуром.

Старались предусмотреть все.

Но, как это обычно бывает, опасность пришла с другой стороны.

Вынужденный перерыв только выматывал силы, Раад оглядывался на эту все увеличивавшуюся толпу и понимал, что стал зависимым. Ему необходимо было видеть ее, хоть пару минут в день. Просто знать, что у нее все хорошо. Ничего не угрожает, не болит. И это уже не имело отношения к борьбе за власть, к амбициям.

Это просто было сильнее и выше его.

Ненавидел он ее по-прежнему? Да, он ее ненавидел! Потому что его выжигало пламя, горевшее внутри. И этому пламени не было выхода. Все оставалось внутри.

И самое ужасное было то, что он теперь не чувствовал ее. Сам же просил Элкмара закрыть долину куполом, чтобы не слышать, не знать, что она испытывает, что говорит. Потому что связь стала пыткой. А теперь мог думать только об одном — когда он ее увидит.

Взять ее за плечи и заставить смотреть ему в глаза. Встряхнуть и спросить:

— Что ты такое? Что ты делаешь со мной?

А потом просто утонуть в ней, раствориться, сгореть наконец до тла.

Три дня он выдержал. Три дня.

Нет, столько свободного времени для нашего человека — это реально много.

Снежана привыкла работать как заведенная, а тут — на тебе, день абсолютного отдыха, второй, третий. И ничего не надо делать, девушки держали ее на всем готовом, правда, из домика не выпускали.

Они притащили сюда деревянную бадью, чтобы было в чем мыться. Даже постель свою притащили и спали по обе стороны от нее на полу. Рейли слева, Тефи справа.

Снежана была бпагодарна девчушкам, что просветили ее, что к чему, а то бы вляпалась по самое не хочу. Просто это их вечное «неприлично» и «нельзя» вымораживало. Хотя, конечно, при таком отношение к женской физиологии, становилось понятно, почему у них женщины живут в помещениях без окон. А гаремы самое охраняемое место в мире.

Элкмар эти дни вообще признаков жизни не подавал, его домик как будто вымер.

Однако он был на месте. По вечерам Снежана, прогуливаясь на своей террасе, видела на земле отблеск света от окна.

С ней неожиданно произошло то, чего она от себя не ожидала — Снежана стала скучать без этих назойливых мужиков в первый же день. Вроде метлой поганой гнать была готова, а вот сейчас их рядом не было, и ей становилось тоскливо, особенно по вечерам, когда девчонки усаживались у светильника и начинали рассказывать байки.

А ее уносило в воспоминания. Снежана почти не видела в них свою прежнюю жизнь, все каким-то серым пятном теперь воспринималось, а приграничные земли почему-то так ярко. И Раад. Он появлялся перед глазами чаще всех. Наверное, потому что ненавидел ее, все время рычал и издевался. И все же всегда первым оказывался рядом, когда ей что-то грозило или было плохо.

Но ведь это просто, потому что у него сильно развито чувство долга, ответственность. И честность. Она не могла этого не признать. Странно, что такие качества сочетались в нем с отвратительным характером. Достаточно было вспомнить его огненную вспыльчивость и злой язвительный язык, Снежана поежилась.

Дура бы она была, если к нему какие-то чувства питала. Просто дура.

И сны ей снились странные, ни понять, ни рассказать. Тревожные такие, как будто надвигается что-то большое, темное. Бродит рядом, а у нее то глаза завязаны, то это что-то под личиной, и не разобрать. И только когда оно подходит совсем близко, вырывается пламя. Но что происходит дальше — ей не видно. Все всегда обрывалось в этой точке.

Сны угнетали ее и мучили, подсознательно заставляя искать разгадку. Ей казалось, если сумеет разгадать сон, поймет, как остановить это надвигающуюся на них опасность.

Вечером третьего дня карантин, к которому Снежана уже почти привыкла, неожиданно закончился вместе с ее физиологией. Обычно у нее могло быть по-разному, не так четко, а тут все почти прямо на глазах.

— Все, госпожа, теперь можно выходить, — сообщили девчонки.

Она даже не поверила сначала. Но когда они, щебеча что-то свое, стали собирать свои постели со словами:

— Ну вот, теперь снова сможешь спать свободно!

Даже не знала, радоваться, или как. Наверное, радоваться. Все-таки домик теперь был снова полностью в ее распоряжении, и даже можно было выходить уже не только на террасу, но и даже вниз.

Когда совсем стемнело, она спустилась вниз и пошла к водопаду, во-первых, ей порядком надоело мыться в бадье, а во-вторых… Завтра снова начнутся посещения, и это будет как бы уже другая жизнь. А ей хотелось еще немного побыть в этой.

В отдалении стоял мужчина и смотрел на женщину у водопада. Он в ней не ошибся.

Она смогла сдвинуть чаши весов судьбы.

Зеркало истины никогда не лжет.

Но пусть белый змей Шаум гадает по зеркалу истины и произносит пророчества.

Элкмар просто знал. Потому что он сделал ради этого ВСЕ.

Долгие, долгие годы подготовки. Тайный сговор с врагом. Много сил, потраченных на то, чтобы вырастить лучшего из лучших. А потом найти женщину, способную разжечь до предела его внутренний огонь. И спровоцировать взрыв.

Ему нужно было много огня. Очень много. Жертва должна быть достойной, чтобы откупить то, ради чего Элкмар затеял все это когда-то.

Момент настал.

Еще несколько минут ожидания, а потом он одним махом сорвал с долины защитный купол.

Синие цветы в темноте, запах такой, что кружится голова, журчание воды. И никого, ни одной души, тихо, все спят Снежана быстро стянула с себя верхнюю одежду. осталась в одной рубашке, все-таки совсем оголяться не решилась. И влезла в купель.

А вода теплая, кристально чистая. Она несколько раз присела в воду, окунаясь почти по грудь. Полила на плечи пригоршнями, а потом замерла с закрытыми глазами, вслушиваясь, как бежит вода, стекая в купель и дальше, по порожкам вниз.

И вдруг так явственно посреди всего этого:

— Кап-кап. Кап-кап.

Она сразу глаза открыла и встала от неожиданности во весь рост. Стена водопада светилась серебром, как огромное колеблющееся зеркало, и в нем отражался мужчина. Тот самый. Ей было видно его по пояс, остальное скрыто в темноте, как в дымке. Мускулистый торс, покрытый блестящими капельками воды, мокрые волосы, она могла поклясться, что капельки с его волос срываются и падают прямо в купель. И в этот раз Снежане видно было его красивое мрачноватое лицо.

Но даже не это было главным! А то, что находилось у этого мужчины за спиной. То самое помещение, которое она все время видела в снах. Разгадка! Она могла быть близка, ей просто надо услышать, понять.

Мужчина несколько раз попытался что-то сказать, но ей ни звука сквозь толщу воды не проходило, тогда он приложил к призрачному зеркалу раскрытую ладонь.

Снежана смотрела на его руку, а мужчина ждал. Потом перевел взгляд на свою ладонь и снова на нее, давал понять, что так она его услышит.

Быть так близко к разгадке тайны и не узнать?

Она подняла руку, раскрывая пальцы, и коснулась его ладони.

А дальше был рывок, преодоление вязкого марева пространства.

Ее просто втащили через призрачное водное зеркало. Снежану еще по инерции пронесло несколько метров и откинуло к стене, и только потом он отпустил руку.

Это было так внезапно! И дико, и немыслимо. Наверное, так ощущает себя мышь, попавшая в мышеловку.

Только что она была в зеленой долине там, а теперь… теперь она была в том самом странном помещении, которое столько раз видела во сне.

— Ну, вот ты меня и выбрала, — проговорил мужчина, склоняя на бок голову.

И смех. Такой самоуверенный.

— Но я тебя выбирала!

Успела подумать она, а потом сознание уплыло.

Белый наг — жрец давно уже не спал спокойно по ночам. С того самого дня, когда зеркало выдало пророчество и в первый раз показало женщину, которой предстояло сдвинуть чаши весов их умирающего мира. Смотрел в зеркало в поисках спасения и разгадок. Ведь у судьбы всегда бывает несколько дорог, когда она ставит перед кем-то выбор, Так и сейчас. Тревожные картины показывало зеркало, но он спрашивал снова и снова, надеясь уловить тот самый выбор, единственно верный.

Он и сейчас почти пол ночи стоял, над чашей, в которой ему виделись шевелящиеся черные щупальца и улыбающееся лицо его личного кошмара. Шаум был великим воином, однако даже и сейчас, глядя в лицо врага, он испытывал суеверный страх. И счастье, что их разделяет грань миров…

И вдруг эта грань, всегда стоявшая непроницаемой стеной, прорвалась, как поверхность воды на обычном водоеме. А из нее стремительно полезли гибкие черные жгуты, обвиваясь вокруг его туловища, шеи и рук. Обвили мгновенно и стали сдавливать, затягивая его внутрь. туда, где в глубине зеркала виднелась пасть.

Жрец застыл, опутанный щупальцами, напрягая все силы, и не стронулся с места.

— Прорвался таки? — сумел он выдавить сквозь зубы.

— А ты думал, этого не случится? Не надо было давать женщине смотреться в зеркало, женщины всегда рушат игры мужчин.

— Оставь, ты бы сам не справился.

Белый Змей был великим воином, и даже страх смерти, заставлявший его тело деревенеть от напряжения, не лишал его способности биться до конца, а главное, мыслить. Сейчас он заговаривал твари зубы, тянул время.

— Ты прав, мне помогли.

— Не буду спрашивать кто, ты все равно не скажешь, — прошипел Змей.

— Ну почему же, вы все равно проиграли. Могу сказать, порадуйся напоследок. Это Элкмар. Что, не ожидал?

Большого усилия Шауму стоило сейчас выстоять. В груди почти не осталось воздуха, и все равно он засмеялся, ответив теми же словами:

— Ну почему же. Ты меня не удивил, предают те, кому мы верим.

А сам наконец дотянулся кончиком хвоста до спрятанного среди его бесчисленных кос острого обломка драконьего гребня. И полоснул им по щупальцам раз, другой, третий, прошипев сквозь зубы:

— Не торопись трепаться, ты еще не победил. И сделай одолжение, убери от меня свою тварь, Джейдок!

Обрубки шлепнулись на пол, остальное немедленно втянулось вглубь зеркала, закрывая грань в другой мир. Шаум откинулся назад на хвосте, в изнеможении прикрыв глаза. Когда дыхание выровнялось, он осмотрел себя и мрачно усмехнулся. К старым отметинам на его теле добавились новые, похожие на татуировки отметины и шрамы. Но это мелочь.

Потянулся, нашаривая рукой один из амулетов и сжал его в ладони. Амулет налился огнем. 6се правильно, ему нужен был Раад.

Несколько дней выматывающего ожидания. Ночью оно становилось особенно невыносимым, потому что день повелителя может быть наполнен бесконечными делами, а ночью наступает время мыслей, их уже невозможно отогнать. И полог тишины, сквозь которую он пытался дотянуться…

Мгновение, и защитный купол, скрывавший долину, разорвало. На Раада разом обрушилось все. Все отголоски ее чувств, и под конец, финальной вспышкой — ее страх.

В тот же миг его выбросило к ней. Но слишком поздно в этот раз.

Он только успел увидеть, как закрывается, поглощая ее, зеркальная стена другого мира. А его отсекло на границе. Но связь осталась, она тянулась тонкой нитью сквозь толщу пространства. Уходила в никуда, но не обрывалась.

Ошеломление, бессильная ярость накрыла его.

И осознание.

Только сейчас Раад понял, что видит перед собой. Это было зеркало истины, такое же как в сердце гор, только гораздо мощнее. Зеркало, молчавшее столько лет. А может, и не молчавшее, просто его наставник хранил его в тайне для особого момента? Но если он способен был сотворить это здесь. что мешало точно так же открыть для Джейдока и другие купели. И смерти женщин без видимых причин в таком случае понятны.

Просто… Раад ведь, как и каждый из драконьих принцев, выросших в этой долине, не раз плескался в этой самой купели. Он обожал старого учителя…

И даже не подозревал.

Зачем? Зачем ему это было надо?!

— Элкмар, как ты оправдаешься? — тихо спросил он, до боли сжимая кулаки.

— Это был ее выбор.

Раад резко обернулся. Учитель Элкмар, которому он верил безоговорочно, стоял за его спиной.

— Ты лжешь. Я чувствую ее страх! — Раад шагнул к нему, проговаривая вслух слова пророчества:

«Далекая женщина из другого мира, ее выбор сдвинет чаши весов судьбы.

Победит тот, кого она полюбит и назовет суженым».

— Раад, мальчик мой, ты всерьез веришь, что судьба мира может зависеть от любви женщины? Я думал, ты умнее. Любовь вообще дешевый товар. А уж любовь женщины? Она вообще ничего не стоит.

— Но зеркало истины никогда не лжет.

— Конечно, мой лучший ученик, ни слова лжи. Ее выбор уже сдвинул чаши весов судьбы. И потом, — он двусмысленно усмехнулся и подмигнул. — Не стоит недооценивать Джейдока, в отличие от тебя, он мастер добиваться от женщин любви.

Слова казались потоками мерзкой грязи, еще более отвратительной, чем черные твари. Но отвратительней всего Рааду сейчас казалась его собственная глупость. А в душе разливалась отрава, горечь адская. Однако именно это и помогло отсечь эмоции и вернуть себе способность мыслить.

— Выбор должен быть добровольным, — проговорил Раад.

Улыбка на лице Элкмара стала шире.

— Выбор и был добровольным.

Рааду вдруг отчетливо вспомнился момент, когда он впервые увидел Снежану. Ее растерянность. И как эта падаль Ноэл Этуэнн кричал, что получил результат.

…Получил в кратчайший срок! Раад! Она согласилась!

Обман.

— Какая разница? — пожал плечами Элкмар. — Главное, что она согласилась.

— Но я чувствую угрозу для нее. Ее страх.

— Страх — это хорошо. Он обострит все чувства, поможет победить сомнения и сделает наслаждение острым. Должен же ей достаться утешительный приз?

Напоследок.

Каждым словом он поворачивал нож в ране Раада, кромсал ему душу. Он смотрел на Элкмара и понимал простую истину. Женщина для него, просто отработанный материал. Ей больше нет места в его планах, и что с ней дальше будет, даже спрашивать не имело смысла.

Но кое-что все же имело смысл.

— Тебя будут судить Элкмар — учитель драконьих принцев, — проговорил Раад. — А после суда казнят.

На что усмехнулся, смерив его взглядом:

— Сначала сумей меня поймать.

И раньше, чем Раад успел среагировать, исчез, словно растворился.

Пусто и темно, и только боль в душе и текущая в купель вода. Больше ничего.

Раад стоял, закрыв глаза. Сейчас ему претило ловить предателя. Потом. Все это потом. Сейчас его пожирал гнев на себя.

Как он мог допустить все это? Где была его голова? Почему не вник с самого начала?

Он один виноват во всем, потому что не уберег. И потому что он пока еще повелитель. Ему и отвечать.

Очнулся Раад внезапно. Рядом стоял мрачный Азд и тряс его за плечо, а сзади в стороне две заплаканные девушки, прислужницы-подружки Снежаны.

— Мы не знали! — всхлипывали они. — Мы бы ни за что не оставили ее одну!

— Что произошло, можешь объяснить? — спросил Аэд. — Где Элкмар? Где Снежана, что с ней?

— Произошло то, что я дурак, бездна меня пожри. — проговорил Разд, отрешенно глядя в пространство. — Она у Джейдока. Элкмар предал нас.

Аэд отшатнулся, еще потемнел лицом и отошел на несколько шагов. Потом спросил:

— Ты понимаешь, что это означает, брат? Она выбрала Джейдока?!

— Нет, ее просто заманили в ловушку. Так же, как тогда мерзавец Ноэл.

— Амулет подчинения?

— Я не знаю. Скорее всего нет. Тут что-то другое.

— И что теперь? Это же конец.

— Нет, — упрямо качнул головой Раад. — Я вытащу ее.

— Как?! Как ты себе это представляешь?! Если это был ее выбор! Или ты забыл предсказание?

— Я вытащу ее в любом случае. А предсказание…

Он хотел сказать, что предсказание, оказывается, можно читать по-разному. Это просто ложь, ловушка. Но в тот момент на его груди нагрелся брелок, который ему дал жрец Шаум в последнюю встречу. Защита, идентификатор и одновременно артефакт связи. Раад зажал металлическую пластину с выбитым на ней шифром в ладони. Она раскалилась и прожигала кожу, но боль сейчас была полезна, заставляла лучше работать голову. Сжал еще сильнее, крепче стиснув зубы, закрыл глаза.

— Ты уже в курсе, что зеркало работает как окно между мирами? — спросил он жреца.

— Теперь уже да, — саркастически хмыкнул жрец. — Приходи так быстро, как только сможешь. У меня есть кое-что важное для тебя.

Из бессознательного состояния Снежану вытолкнуло чувство опасности.

Глаза открылись сразу. Вокруг мрачно, голые стены. В полутьме восприятие обострилось до предела, звуки, оттенки запахи, энергетика.

Она даже не видела, чувствовала.

Присутствие. И остро — собственную беззащитность.

И негде скрыться. Она отползла к стене и прижалась к ней спиной, натягивая на колени рубашку. А мозг начал анализировать.

Ткань была все еще влажной, значит, не так уж долго она была в отключке. Стена ощущалась шершавой, но то, что она во сне приняла за бетон, вблизи выглядело природным камнем. А поскольку одинаковую фактуру имели стены, пол и потолок, Снежана пришла к выводу, что все это вырублено в породе. А вот над землей или под, сказать трудно.

Откуда-то неподалеку доносился звук капающей воды.

Кап-кап. Кап-кап.

Как в ее сне.

Сон оказался пророческим.

Чтобы не сходить с ума от беспокойства, она стала осматриваться дальше. Может быть, удастся обнаружить что-то такое, что даст надежду найти отсюда выход. Ведь был же сюда вход…

Подумала об этом и закрыла глаза, чтобы не расплакаться.

Да сколько можно уже! Ничему жизнь не учит. Опять те же самые грабли, только все стало хуже в разы. Раньше хоть относительная свобода была, а теперь она сидит взаперти и неизвестно, что дальше будет.

Вдруг откуда-то сбоку потянуло сквозняком, Она сначала дернулась в ту сторону, потому что куда сквозняк, там и выход, а потом инстинктивно замерла. Мурашки побежали по спине, ладони взмокли.

Потому что с той стороны послышались шаги.

Медленно. Неспешно. Он как будто каблуки впечатывал в пол.

Снежана невольно сжалась, стараясь казаться незаметнее. Но шаги замерли где-то на полпути, и она осталась в неведении. Еще больше подтянула ноги под себя, стараясь полностью закрыться рубашкой. А от страха и сквознячка уже зуб на зуб не попадает. Ее стала бить нервная дрожь.

Смех. Издевательский, знающий.

Как будто он видел, что с ней творится, и ему это нравилось.

И шаги. Снова.

Совсем как в ее сне.

Шаги приближались, а она ловила малейшее шевеление, движение воздуха.

Мужчина возник в проеме и замер, глядя не нее. Обнаженный торс блестел капельками воды и с длинных волос вода, как будто он только что из душа. В первый момент она дико испугалась, потому что она здесь в полной его власти, и вытанцовывать вокруг нее, называть госпожой и показывать личико он точно не будет.

Боже милосердный… Мгновенно вспомнились все ее Проводники, они сейчас казались такими милыми с их дурацкими правилами. Раад, которого ей моментами хотелось придушить. Колючим комом перевернулись чувства в душе, на глаза навернулись слезы. Как они там? Как там девчонки!? Она же оставила их одних!

Пусть с ними все будет хорошо, Господи…

Но вот мужчина сделал в ее сторону еще один шаг. И слезы высохли, а мысли все улетучились, осталось одно только напряжение затравленного зверька.

Она не могла отвести глаз, смотрела как на хищника, готового ее сожрать.

Красивое лицо было мрачным, взгляд скользнул по ней, остановился на груди. И снова волна страха, Снежана невольно потянулась прикрыться.

Четко очерченные красивые мужские губы дернулись в усмешке. Так снисходительно и пренебрежительно одновременно.

— Очнулась? — спросил он.

Узнаваемый голос из сна. Красивый низкий голос, рокочущий и бархатный. У нее невольно завибрировало под ложечкой. Снежана может и хотела бы ответить, но просто не могла. Язык отнялся. Сидела, закрываясь руками и настороженно на него смотрела. Не пропустить миг, когда он… Как будто она сможет воспрепятствовать, если захочет что-то сделать.

А мужчина был высок ростом и хорошо развит, под гладкой кожей перекатывались мышцы. И он просто наслаждался ее страхом, получал удовольствие от игры.

Мысль пронеслась и отрезвила. Надо заставить себя выпрямиться и не дрожать так явно, страх жертвы заводит хищника.

Еще пара шагов, теперь он стоял метрах в пяти-шести. И рассматривал ее как интересное насекомое. Но и себя показывал. Великолепный торс, сильные руки.

Длинные крепкие ноги были обтянутые брюками, материал на вид напоминал черную кожу, но странный рисунок. Снежана отвела взгляд.

Казалось, он окружает ее собой, запирает в кольцо, хочет поглотить. И от этого горло начинает сдавливать, так что трудно дышать, а глаза мечутся, ищут выход.

Он засмеялся еще громче.

Сделал еще пару шагов, заставляя ее буквально распластаться по стенке и замереть от страха. В руке у него неожиданно возникла тарелка из черного стекла, в ней какая-то еда. Мужчина поставил тарелку на пол. Следом положил на пол какой-то сверток, тоже, словно из воздуха вытащил.

— Переоденься, а то простудишься.

Сказал, и вышел, оставив ее одну с бешено колотящимся сердцем.

Экзекуция откладывалась.

Мужчина ушел, а ее долго потряхивало.

Кто бы он ни был, он прекрасно владел технологиями психологического прессинга.

Ведь вроде ничего не сделал, а нагнал такого страху… И снова оставил в неведении относительно ее судьбы.

Хотя чего сомневаться? Ее похитили. Теперь Снежана осознавала это совершенно точно. А вот зачем, что ему от нее нужно? Этого она не знала. Оставалось только догадываться и пытаться как-то морально подготовиться.

Она посмотрела на тарелку с едой, стоявшую на полу, на одежду, которую он ей принес. Судя по всему, убивать ее не он пока собирался. Насиловать тоже. Уже хорошо.

Но он обращался с ней как с пленницей или заложницей.

А заложников или пленников держат с определенной целью. И разброс тут небольшой. Получить выкуп или диктовать кому-то свои условия, или, что уж совсем малоприятно, могут хотеть чего-то лично от нее. А вот это было плохо.

В любом случае, ее продержат здесь, пока не получат желаемый результат.

Ей не раз приходилось видеть нечто подобное в кино про всяческие похищения и стокгольмский синдром. Мысленно сплюнула, подумав об этом. Плохо.

И никто ей тут не поможет, надо рассчитывать только на свои силы. Снежана мрачно усмехнулась, какие силы? Этот качок при желании ее двумя пальцами переломит. Но смысл сейчас корить себя? Надо было думать, как выбираться, а выходов виделось не слишком много.

Надеяться на то, что ей удастся каким-то образом сбежать отсюда? Может быть.

Она огляделась, помещение, которое она условно назвала «подвал», ощущалось пустым и огромным. Какие-то залы, переходы, коридоры. Он не стал запирать ее, и это тоже было хорошо. Свобода перемещений, уже что-то.

Однако силы-то для всего этого нужны, хотя бы для того, чтобы поддерживать себе в тонусе. Подумала и пододвинула к себе тарелку с едой. Вряд ли он стал бы ее травить, но все же, прежде чем попробовать, она внимательно осмотрела все выложенное на плоской тарелке из черного стекла, и даже понюхала. На тарелке было запеченное мясо, хлеб и какой-то овощ. Приборов не полагалось.

Еще один момент морального унижения, тарелка выглядела вполне цивильной и даже стильной, то есть, он демонстрировал определенный вкус. Но он вынуждал ее есть руками.

Плевать, это можно было пережить.

Мясо. Калории. А с голодухи да от стресса, есть вдруг захотелось истерически.

Осторожно подцепила мясо двумя пальцами и откусила маленький кусочек. Было вкусно.

Взяла еще, уселась поудобнее, пристроила тарелку на колени и стала второй рукой разворачивать сверток. Пол ощущался довольно теплым, но влажная рубашка неприятно холодила, ей действительно не мешало бы переодеться в сухое. Однако, когда она увидела, одежду, которую принес ее похититель, даже есть внезапно расхотелось.

Снежана нахмурилась, приложив ладонь к губам.

В свертке был классический садо-мазо костюмчик. Как положено, шортики, бюстье, состоящее из полосочек и ремешочков. Все из той же черной кожи со странной фактурой, как и его брюки. Очевидно, у ее похитителя фетиш — черный цвет и кожа.

Хотелось бы посмеяться, но она тут в полной его власти, потому лучше сдерживать эмоции. Просто это был неприкрытый намек, очередной элемент давления на психику. А костюмчик, кстати, красивый. Но если она наденет это, тем самым подтвердит, что приняла условия игры. Она поднялась, расправляя ладонями рубашку. Ничего страшного, тут вроде не так уж холодно, скоро все высохнет.

К сожалению, поздно, но Снежана поняла, что для них почему-то принципиально важно добровольное согласие. Значит, нет. Добровольного согласия не будет.

Сложила одежду аккуратно как было, убрала в сторону и уставилась на тарелку.

Мясо, колории… Специи, блин!

Сначала она не почувствовала, потому что мясо показалось ей очень вкусным, а теперь во рту полыхал пожар, и хотелось пить. Где-то здесь капала вода, значит, можно будет напиться.

Однако, сколько Снежана ни бродила вокруг. воду она так и не нашла, несмотря на то, что это раздражающее кап-кап слышалось отовсюду. Наваждение какое-то.

Ладно, подумала она и решила вернуться. Раз она зачем-то нужна живая, вряд ли ей тут позволят умереть от жажды.

Все стало ясно чуть позже, когда появился ее похититель.

Мужчина бросил косой взгляд на ее рубашку, на принесенную им одежду, которая так и осталась лежать в стороне и скептически усмехнулся. Потом вытащил откуда-то из-за спины, словно из воздуха, металлический стул и уселся на него, широко расставив ноги. Красивый, вальяжный. Он опять был голый по пояс, только в этот раз волосы были сухими и спадали на плечи волнами, как черный шелк.

Поймав себя на том, что разглядывает его, Снежана отвернулась.

Смех. Рокочущий, бархатный, самодовольный.

— Понравилось угощение? — спросил он.

Первым побуждением было отмолчаться и уйти в глухую защиту, потом подумала, нет. Говорить нужно, хотя бы для того, чтобы выяснить его планы.

— Да, спасибо, — выдавила она.

Снова смех. И низкий бархатный голос:

— Пить хочешь?

Снежана вздрогнула и быстро перевела на него взгляд. Мужчина по-прежнему сидел в расслабленной позе, только теперь держал в руке стакан с водой и смотрел на нее, склонив голову набок. А потом облизал губы и недвусмысленно похлопал себя по колену.

— Подойди и пей.

Прозрачный, запотевший стакан, полный кристальной чистой холодной воды.

Трудно было отвести от него взгляд.

Надо же, все подгадал заранее. Специально накормил ее острым, чтобы получить еще один рычаг давления. Если она сейчас выполнит его условие, будет ли это означать добровольное согласие на что-то? Судя по тому, как блеснули его глаза и весь он неуловимо подался вперед, будет.

Она изобразила ему одну из тех улыбок, которыми обычно встречала новые ценные указания главврача поликлиники Марь Васильны в прошлой земной жизни, и проговорила:

— Что-то не хочется.

— Как знаешь, — сказал он и отпил глоток.

А Снежана невольно сглотнула тоже. Но сразу спохватилась. потому что он смотрел прямо ей в глаза. И спросила, не прерывая зрительного контакта:

— Вы тот, кого зовут Джейдок?

Мужчина снова отпил из стакана, медленно, неторопливо. Специально запрокидывая голову так, чтобы капли воды побежали с его красиво вырезанных губ по подбородку, скатываясь на гладкую шею, а оттуда на грудь.

— Да, я Джейдок, — проговорил он, скользнув по ней раздевающим взглядом.

Значит, вот оно какое, древнее зло, подумала она. Так, в образе красивого мужчины, он был еще страшнее. Но страшно ей сейчас было от собственного идиотизма.

Думала, узнать что-то важное, предотвратить беду? Истерический хохот рождался в душе и тут умирал. Своим бездарным порывом он только облегчила ему задачу.

Крайне глупо и безответственно с ее стороны! Крайне. Невольно вспомнились все эти люди, которых она подставила, Снежане на миг сделалось дурно. А он смотрел на нее с нескрываемым удовольствием, как будто рылся в ее мозгу.

Надо взять себя в руки, справиться. Надо мыслить, выход искать. Выход должен быть. Выход… там же, где и вход. Почему она так подумала? Не важно. Нет времени.

Снежана сосредоточилась на том, что о нем знала лично. Он с самого начала не оставлял попыток до нее добраться. Все эти кошмарные твари в приграничных землях, ее сны, в которые он тоже умудрялся просочиться. Отражения, которые она видела в водных зеркалах. Значит, зачем-то она ему нужна.

Все это мгновенно пронеслось в ее голове, а вслух она спросила:

— Зачем я вам, Джейдок?

И пока он разглядывал ее, склонив голову набок и раздумывая, стоит ли отвечать, быстро добавила:

— Только не говорите, что из-за того дурацкого предсказания?

— Нет, конечно, — ответил он лениво. — Считай, что мне просто было скучно.

Но истина на короткий миг успела мелькнуть в его глазах. А она успела ее заметить.

Это уже было глупо и смешно. Похитил и будет в себя влюблять? Нет, серьезно?!

Чеееерт!

— Зачем было меня похищать? Неужели вы думаете…

— Я тебя не похищал, — перебил он ее. — Ты сама приняла мое приглашение. Теперь ты у меня в гостях.

Браво, хотелось ей сказать. Просто браво. И самое смешное, что он прав, она совершила эту глупость сама.

— Но если я в гостях, значит, я вольна в любой момент уйти? — спросила она, просто чтобы убедиться.

Потому что знала, что Джейдок ее не отпустит. У него есть цель, а она расходный материал. Но ведь и у нее есть возможности пока что. Как ни странно, это самое добровольное согласие тоже неслабое оружие, надо только научиться им правильно пользоваться. И неплохо было бы определить границу, когда согласие, полученное под давлением, перестает быть добровольным.

— Куда же ты торопишься? Мы же еще даже не познакомились? — проговорил он, непринужденно откидываясь на стуле. — Окажи мне честь, поживи немного у меня.

Возможно, тебе так понравится, что ты сама не захочешь уходить?

А ведь ему весело, подумала Снежана. И такое зло взяло… Она понимала, что нарываться нельзя, черт его знает, на что этот тип способен.

— Это вряд ли, — не сдержалась она. — У вас некомфортно.

— Только от тебя зависит сделать свою жизнь комфортной, — сказал он, поднимаясь.

И не спеша пошел к выходу. Разумеется, и стул, и стакан с водой, и даже тарелка с недоеденным мясом, все исчезло. Однако кое-что осталось.

— Подождите, — окликнула его Снежана.

Гибкая мускулистая фигура замерла, он слегка повернул в ее сторону голову.

— Заберите, — указала она на принесенную им одежду. — Большое спасибо, но я это не надену.

Быстрый взгляд, усмешка. Сверток исчез, вместо него возник другой.

— Любой каприз, дорогая.

Теперь он все-таки ушел.

Много сил отнял этот словесный поединок.

Снежана отошла к стене, опустилась на пол, подогнув под себя ноги. И механически, просто чтобы чем-то отвлечься, развернула сверток. Там была черная шелковая рубашка на тонких бретельках и изящное белье. Сложила это все обратно и прикрыла глаза. Вот именно чего-то такого она и ожидала.

А это навязчивое кап-кап выматывало нервы, заставляя ее все сильнее мучиться от жажды. Снежана снова встала, и пошла на звук. На этот раз она прошла чуть дальше и набрела на комнату, часть которой была отгорожена сетчатым ограждением, напоминавшим сетку Рабица.

Там, за этой сеткой была вода! Она стекала каплями в небольшую каменную чашу. Снежана замерла на месте, не веря своим глазам. Могло быть, что она этого помещения тогда просто не заметила? Или… он все-таки не такой урод?

Потом махнула на все рукой и бросилась к воде.

Стоило ступить за ограждение, за ней тут же закрылась дверь.

Дверь закрылась. Но ведь только что не было никакой двери! Снежана в этом была совершенно точно уверена.

Смех за спиной. Такой… снисходительный. У нее от этого смеха мурашки ужаса побежали по спине.

— Стало комфортнее? — низкий бархатный голос.

Снежана мгновенно обернулась на голос. Там теперь действительно была сетчатая дверь, она возникла словно ниоткуда, полностью отсекая ту часть помещения, где Снежана находилась.

Мужчина стоял по ту сторону ограждения, смотрел на нее и улыбался. Его веселила ее растерянность. Но еще больше его развеселило, когда Снежана бросилась к двери и стала пытаться открыть. Стоило схватиться за сетку, как ее основательно тряхнуло и обожгло руки, а по сетке ограждения побежали черные искорки.

Он смеялся. А у нее от досады стиснулось горло.

— Что смешного? — спросила Снежана, понимая, что он снова ее обманул.

Но Джейдок словно не слышал, прошелся вдоль, проводя пальцами по сетке, а следом за его рукой бежал черный огонь.

— Тебе нужно научиться покорности, строптивая женщина. — проговорил он наконец.

— А вместе с покорностью придет и любовь.

Что?! Она могла подумать, что это древнее чудовище «не такой урод»?! Его даже нельзя мерить обычными человеческими мерками, потому что в нем человеческого только оболочка.

— Вы понятия не имеете, что такое любовь.

— Я? Я знаю о ней все. А скоро и ты узнаешь, — мужчина засмеялся и смерил ее многообещающим взглядом с ног до головы. — Тебе понравится.

Бросил напоследок:

— Захочешь в туалет, скажи.

И ушел.

В первый момент Снежана просто не могла дышать. Опустилась на пол, сжавшись в комок у стены и замерла, понимая, что ее сейчас захлестывает отчаяние и злось.

Но надо успокоиться и привести в порядок мысли.

Как он сказал?

Покорность? Сделал ход конем и думает, что обыграл всех… Он сильно неправ в одном, любовь и покорность вещи диаметрально противоположные.

Потом постепенно сознание очистилось.

Они все повернуты на этом пророчестве, и совершенно не понимают его смысла.

Навыдумывали себе, что тот, кого она полюбит, сможет победить всех и получит власть. Кому что может дать ее любовь? Да и какая любовь, сплошной ящик пива.

Но они одержимы этой идеей, верят в нее. Черт побери, целый мир верит в нее!

И ей нельзя сдаться. Потому что…

На груди вдруг нагрелся и стал жечь амулет. Тот самый, который ей когда-то дал белый Змей Шаум Снежана удивленно на него уставилась и инстинктивно схватилась рукой. Стоило коснуться, как она услышала его далекий голос:

— Держись, снежная женщина. Подмога будет.

Голос затих, а она все еще сидела, крепко сжав в руке маленькую горячую пластинку, похожую на армейский жетон. И задыхалась от избытка чувств.

Вспомнилось, как между ней и опасностью в этом мире всегда вставал Раад. И другие.

И сны, ее сны! Они ведь сбываются… В этих снах всегда был он. Слезы хлынули, закрыла рот рукой. Она не одна.

Да. Она продержится. Она выдержит все.

Звук отвлек ее.

Кап-кап. Кап-кап.

Здесь, в этой загородке, похожей на клетку, была маленькая выемка в выступе стены, в нее стекала вода по капле. Может она стать зеркалом?! Снежана вскочила и бросилась к чаше с водой.

Той ночью, когда пропала женщина, у всех был шок. Они так охраняли ее, так оберегали от всего, и в первую очередь от правды. Больше всего боялись, что она может оказаться в лапах врага. Чего боялись, то и случилось.

Такое огромное чувство потери, с ним невозможно смириться. Невозможно поверить, что шанс, который был у них, украли. И понимание, что надеяться больше не на что, только на себя. Что за их спинами дом, женщины, дети.

Отступать некуда, только драться.

Первое, что сделал Раад, это оставил Аэда вместо себя. Брат мудр и достаточно силен, чтобы суметь скоординировать всех и повелевать. А сам Раад теперь был просто силой, способной противостоять Джейдоку И ему нужна была полная свобода действий.

— Куда ты пойдешь? — хмурился Аэд, он так всегда мечтал победить брата, занять его место. А вот же… Сейчас занял, и ему было муторно от этого.

— К Шауму. Жрец звал, сказал, у него есть кое-что важное для меня, — ответил Раад.

Как и что будет делать, он пока не знал. Он просто должен был, потому что иначе не сможет жить. У него в груди как будто пульсировала живая нить, и по ней он чувствовал все. Ее боль, неуверенность, страх. И эту нить оборвать нельзя.

Раад хотел уйти один, только он и Ардо.

— Куда? — перегородили ему дорогу сразу несколько Проводников.

Не все кланы. Но здесь были самые сильные. Оба драконьих принца, Алан и Хейнан Лиг Трен, Бранвен Ленд, Ургенн Кар и Сотхан. Ургенн Кар и Сотхан еще держали носилки, на которых, порываясь встать, лежал раненый Гайдиар. И здесь, рядом с Ардо, был пепельный Нерр.

— Мы пойдем с тобой, повелитель!

— Я больше не повелитель, — сказал он, качнув головой.

— Плевать, — усмехнулся ночной охотник Бранвен Ленд. — Ты поведешь, потому что ты главный.

Несколько мгновений Раад хмурясь смотрел, как медведь и барс держат носилки с волком, и думал, что наверное черное зло должно было нагрянуть, чтобы все они перестали враждовать и грызться.

— Ты, — обратился он к лежащему на носилках волку. — Сторожевой замок должен выстоять, что бы ни случилось, понимаешь? Ты останешься и защитишь проход из долины. Потому что некому кроме тебя.

Горный волк дернулся было, выражая свое несогласие, но потом кивнул. Гайдиар сейчас не мог драться сам, но он действительно был единственным, кто знал, как удержать сторожевой замок.

— Подожди. Вот возьми.

Он полез за пазуху и вытащил несколько артефактов перехода. В другое время Раад стал бы допытываться, откуда они у волка, сейчас он просто благодарно принял помощь.

— Дракона возьмет? — спросил он, рассматривая кристаллы, мерцающие тонкими светящимися нитями внутри.

— В один конец всех возьмет.

Дракона порталом? Нерр возмущенно фыркнул. Но это было хорошо. Это позволяло сэкономить время и силы.

— Увидишь ее, — с усилием проговорил волк. — Передай, что…

— Сам передашь. Она еще вернется и вылечит тебя.

Раад мог поклясться, что видел, как глаза волка блеснули от странного чувства. И отвернулся, потому что в груди у него самого горел тот же огонь. А потом заорал, мгновенно становясь самим собой:

— Хасссс!! Все, кто лишний, убрались с дороги, остальные со мной!

Говорят, дома даже стены помогают. Едва только портальный артефакт перенес их в сторожевой замок, Гайдиар почувствовал себя лучше, и даже смог сидеть на носилках. А уж судя по тому, как он бодро раздавал направо и налево приказы, понятно было, пошел на поправку.

Видя это, Раад вздохнул свободнее. Потому что он все равно считал безопасность земель по ту сторону от сторожевого замка своей задачей. Вроде, повелителем быть перестал, а привычка нести ответственность осталась.

А дальше, спасибо горному волку и его контрабандным артефактам, они почти мгновенно оказались на площадке перед пещерой Шаума в сердце гор. Белый наг жрец уже маячил в узком провале расселины. Окинул взглядом их всех, кивнул каким-то своим мыслям и подозвал Раада:

— Ты, заходи.

И добавил, обращаясь к остальным:

— А с вами, парни, поговорим чуть позже.

Внутрь шли, Раад слышал, как жрец бормочет:

— Семь и два. Всего девять, счастливое число. Шесть и один, разбивается на три двойки. Да плюс один. И еще…

— Что? — переспросил он.

— Ничего, это я так. Шансы подсчитываю.

За это время они добрались до зала, где было священное зеркало истины. Но на входе жрец вдруг остановился. Встал прямо перед ним и протянул руку, коснувшись солнечного сплетения. Раад не ожидал, ощутил странный толчок силы и отдернулся.

— Ты чувствуешь? — белый наг, подался вперед, сведя вместе кустистые брови и внимательно всматриваясь в его лицо. — Ее чувствуешь?

— Да, — ответил Раад, прикрывая грудь рукой, как будто хотел спрятать это сокровенное.

— Хорошо, — выдохнул жрец, прикрывая глаза. — Это хорошо.

И так и застыл изваянием. Раад сейчас не готов был выслушивать его загадки, но Шаум на этот раз снизошел до объяснений сам.

— Если ты ее чувствуешь, значит… — он замялся и сжал вместе руки. — Значит, у НЕГО не вышло. Это хорошо, что не вышло. Все еще есть шанс.

Раад, слушавший его с напряжением, отвернулся и выдохнул. Бездна его пожри…

Каково это, держаться за ниточку связи в кромешной тьме. И знать, пока ниточка цела, есть надежда. Но ведь она может оборваться в любой момент. Нет! Он не мог этого допустить даже мысленно. Он должен был верить.

— Надо спешить. Пошли, — заторопился, наг и привел его к зеркалу истины.

Увидев, что там, Раад в первый момент в ужасе отшатнулся, а потом взглянул на Шаума, только сейчас заметив, что разных отметин на теле у нага прибавилось.

— Что… — ему пришлось сглотнуть. — Что это?

В купели плавали обрубки, в которых он безошибочно узнал черные щупальца.

— Это, — Шаум покосился, на купель и погладил свежий шрам на щеке. — Джейдок в гости пожаловал. Прорвался через зеркало. Ну, я его приласкал.

— Но как? — изумился Раад. — Он же всегда свое дерьмо назад утаскивает.

Такого Раад не видел никогда, хотя порубил за свою жизнь черных тварей очень много. Они немедленно истаивали на месте и все втягивалось под землю. Жрец прищурился, глядя на него, и спросил:

— Раад, знаешь ли ты, что отдал Джейдок бездне за свою магию?

— Способность обращаться, — ответил он. — И нас этого лишил.

— Шшш-ш-шшиш, — прошипел Змей, качнувшись к нему. — Нет, это Элкмар вам всегда так говорил. Но я-то знаю правду. Нас немного было выживших в той битве.

Джейдок отдал за это внутреннюю суть. Теперь он мертв изнутри, его держит среди живых только черный огонь и проклятая магия бездны.

— Черные твари…? — начал что-то понимать Раад.

— Погоди, — остановил его жрец и потянулся искать что-то среди своих бесчисленных белых кос.

Вытащил острый обломок черного драконьего гребня Обломок был небольшой, размером с обычный нож.

— Он был черным драконом когда-то. Это все, что осталось от его истинной сущности, — Шаум мрачно усмехнулся. — В моем боку осталось. Вот. Хранил на память о том дне, когда чудом смог выжить.

Протянул обломок Рааду и сказал:

— Держи, может, тебе пригодится.

— А сэтим что? — Раад показал на мерзкие отростки, плававшие в воде.

— Это я… Ну в общем, чтобы он больше ко мне не лез.

— Кхмммм… — покосился на него Раад.

— Не смотри на меня так, да, я испугался. Что такого? Прекрати ржать, бесстыжий мальчишка! Никакого уважения к старшшш-ш-шим… — прошипел Змей и стал вытаскивать обрубки на пол.

— Шаум, как его найти? — тихо спросил Раад. — Он же может быть в любом месте в приграничных землях.

— Его искать бессмысленно. Искать будем женщину.

Проточная вода в каменной чаше быстро очистилась, и зеркало показало женщину.

Она сидела, скрючившись на полу посреди каких-то катакомб. В одной рубашке, босая. У Раада сердце сжалось.

— Далеко залез, — пробормотал Змей. — Это на самой границе. И вход с той стороны среди песков. Помнишь то место, с которого вы забирали ее?

Он помнил все до мелочей. Странно так судьба водит кольцами. Они опять вернутся в ту точку, с которой начинали этот путь. Прошло всего одиннадцать дней, а он за это время стал другим. Все стало другим, как будто мир изменился.

— Пошли, — поторопил его Змей. — Теперь пару слов для парней. Только не вздумай трепаться им про… Ну ты понял меня?

Раад кивнул, пряча усмешку:

— Да понял я, понял.

Уже после того как все девять ушли порталом в сторону приграничных земель, белый наг, выбрал из множества амулетов, висевших у него груди один, сжал в ладони и сосредоточился. Ничего не происходило долго, потом металлическая пластинка нагрелась в его руке. Получилось. Пошел отклик, но очень слабый, далекий.

Но женщина ответила, и он успел сказать ей, что хотел.

Ох, какой это был прорыв!

Все-таки не зря во сне ее все время преследовал этот звук. Он был таким раздражающе назойливым, что ей следовало раньше сообразить… Но сейчас Снежана поняла. Опустила руки в воду, ладони заняли почти всю чашу, но остался еще кусочек дрожащей от капель поверхности. Зеркало.

Кап-кап. Кап-кап. Вот так.

Закрыла глаза и, как тогда перед водопадом, шепнула:

— Покажи мне правду.

И затихла. Старалась даже не дышать. Когда она открыла глаза, от ее пальцев в воде появились маленькие светящиеся точечки. Получилось… Получилось!

— Что ты делаешь, женщина? — внезапно раздался голос за спиной.

Он наблюдал за женщиной с самого начала. С того дня, когда она пересекла границу и оказалась на его землях. Сначала ощупью, конечно. И на ощупь она казалась ему никакой, безвкусной.

Впрочем, нет. Иногда у нее случались всплески чувств, раздражение, страх, восхищение, ярость. И вот их Джейдок ощущал как нечто очень отдаленное, за гранью сгоревших рецепторов.

Но он это ощущал!

Для того, кто утратил способность чувствовать, даже крохотный импульс как подарок.

Когда-то давно. ради амбиций и жажды власти, ради желания быть первым, черный дракон Джейдок отдал вечно голодной бездне свою внутреннюю суть. Он получил за это, что просил — смертельную магию, которой не было равных.

Но бездна все-таки обманула его, бездна всегда лжет.

Потому что он лишился того, что делало его живым и настоящим. а взамен получил… Да. он получил целый мир, но он был заперт в этом мире под землей.

Изгой, мертвый изнутри. А ведь казалось, что его могучего черного огня хватит на все. А нечем было чувствовать, когда главного не стало — души. И бесконечно долгая жизнь. И бесконечная скука в придачу.

Раньше, до той войны, была просто грань между двумя мирами, обычная чистая мембрана, которую при определенных навыках было легко пересечь. Теперь грань стала воспаленной, а к ней прилепился пульсирующий как нарыв, порожденный бездной новый мир. Приграничные земли. Его мир, Джебдока.

Да, у него были занятия, он все время расширял приграничные земли, прорывался на поверхность черными цветами бездны. Да, у него всегда были женщины, как и прочее. чего бы он мог пожелать. Эти безвольные хрупкие создания жили у него, сменялись одна другой Он не помнил их лиц. Все так предсказуемо и однообразно.

Масштаб его скуки трудно было себе представить. И тут этою дурацкое предсказание! Конечно. как только Элкмар предложил ему содействие, Джейдок сразу уцепился за возможность выбраться из своего заточения.

Для этого всего-то нужна любовь женщины?

Джейдок знал о женщинах все. И уж тем более, знал, как добиться от них этой самой любви.

До нее всего лишь надо было добраться. А судьба неожиданно подкинула козырь.

У нее, пришедшей к ним из мира без магии, оказался особый талант — способность любую воду превращать в зеркало. И как только Шаум, этот недобитый полузмей, дал ей один раз взглянуть в зеркало истины, она открыла дорогу ему, Джейдоку, в этот мир.

Пусть только в зеркалах, но этого было достаточно.

Сейчас, когда она была полностью в его власти, это обещало стать интересной игрой. Ему впервые за множество лет было не скучно. А неожиданная строптивость женщины только добавляла остроты. Но он не собрался подобно Рааду и остальным недоумкам полагаться на ее выбор. Женщине вообще не нужен выбор, он только усложняет жизнь.

Принять волю мужчины и найти в этом счастье, вот смысл их короткой жизни.

И она, сколько бы не сопротивлялась, примет и полюбит его. А он получит долгожданную свободу. Джейдок просто знал это.

Однако он почему-то испытывал тревожность. Само по себе то, что он что-то испытывал, было ново, это заставляло его следить за женщиной. Не спускать с нее глаз.

Он обозначил для нее довольно жесткие рамки и ненадолго оставил одну. чтобы посмотреть, как она будет себя вести, какие сделает выводы. Должна была.

А вернувшись, ЧТО он увидел?

— Что ты делаешь, женщина? — внезапно раздался голос у Снежаны за спиной.

Она дернулась от неожиданности и с ужасом уставилась на свои руки, вокруг которых в воде уже стало образовываться дрожащее серебром зеркало. Он ни в коем случае не должен был это увидеть! Иначе запрет ее в таком месте, где нет воды…

Снежана немедленно повернулась к нему, загораживая спиной каменную чашу, и выставила вперед ладони:

— Я мою руки.

— Руки? Моешь? — он медленно подходил, давя ее взглядом.

ЕЙ хотелось присесть, сжаться в комок и зажмуриться, но этого нельзя было делать. Он мог увидеть зеркало, а это ее связь с внешним миром.

— Да, — проговорила она, поднимая подбородок.

Еще несколько шагов, медленных и неотвратимых, звук которых отдавался в ушах.

Снежана невольно уставилась на него и сглотнула, а мужчина замер напротив. Тяжелое шумное дыхание поднимает грудную клетку. Едва заметно подрагивает на гладкой шее жилка.

Джейдок был бы слишком красив…

Если бы не пугал ее так откровенно в эту минуту. От его мощной фигуры исходили ощутимые волны гнева, совсем как от Раада, когда тот злился. Воспоминание промелькнуло яркой вспышкой, кольнув ее в сердце. А Джейдок подался вперед, словно почувствовал, нехороший огонек вспыхнул в глазах.

Необходимо было что-то придумать, чтобы увести его отсюда. Срочно!

Снежана только шевельнулась, открыв рот, как он навис над ней и процедил:

— Я спросил, ЧТО ты делаешь?

Она невольно подалась назад и в сторону, потому что мужчина склонился к ней слишком близко, а его взгляд уперся ей за спину. Лицо окаменело, он перевел на нее острый как бритва взгляд и прищурился.

Боже милостивый, ну почему все развивается всегда по самому худшему сценарию…

Снежана осторожно скосилась на каменную чашу в надежде, что там уже все погасло. И чуть не задохнулась. Там явственно отражался Раад и рядом с ним она успела разглядеть драконов. И в отдалении еще несколько знакомых фигур, они куда-то слаженно двигались вместе. Сердце затрепетало и сжалось…

Словно порыв обдирающего до костей ледяного ветра пронесся. Джейдок развернулся к ней всем корпусом и сложил руки на груди. Вот теперь он сделался по-настоящему страшен!

— Вот, значит как? — проговорил он, растягивая слова. — Ну что ж, смотри, смотри внимательно. Потому что живыми ты никого из них не увидишь. Это я тебе обещаю.

Сначала Снежане показалось, что она ослышалась. Потом душным одеялом навалился ужас. Бессилие, и разъедающая душу досада. Хотелось закрыть глаза и исчезнуть отсюда, проснуться, черт побери! Он… Снежана сглотнула.

Он угрожал. И он не шутил, он издевался!

А теперь пристально смотрел на нее, наслаждаясь эффектом, который произвели его слова. Снова рылся в ее мозгах и упивался страхом.

Волна злости поднялась изнутри.

Чудовище, урод. Разодрать ногтями его красивую рожу, выцарапать глаза, добраться до сердца и вырвать его. Стереть эту самодовольную улыбку! Но ей надо было делать что-то, потому что боялась она не за себя. Загнать страх поглубже помогла холодная ярость.

Она сложила руки на груди и спросила:

— Скажите, Джейдок, это ваш истинный облик, или все-таки те отвратительные щупальца?

Мужчина дернулся как от удара и резко подался вперед, а глаза гневно сверкнули.

Он даже руки к ней потянул. А вот этого не надо!

Джейдока здорово взбесило то, что она, стоило ей добраться до воды, тут же кинулась смотреть в зеркале своих недоумков. И судя по тому, как отреагировала, кто-то из них ей нравился. Это взбесило еще больше. Это следовало пресечь сразу.

Женщина должна знать, кому принадлежит.

Ему казалось, он ее дожал. Джейдок видел дикий неконтролируемый ужас в ее глазах. После такого любая становилась сговорчивой.

Ну же, женщина, скажи это, признай его власть надо собой.

Он ждал, что она сдастся, а вместо этого получил самый настоящий удар. Любое напоминание о том, что он потерял. было крайне болезненно для Джейдока. За это женщину следовало наказать.

Встряхнуть, как следует, чтобы знала, с кем разговаривает!

Но она отступила на шаг, выставляя перед собой ладонь:

— Остановитесь, Джейдок, никаких прикосновений. Я не даю на это добровольного согласия.

Джейдок оторопел. Буквально замер на месте. А потом раскатисто расхохотался.

Сам от себя не ожидал такого всплеска эмоций. Теперь это уже был самый настоящий поединок. Он снова сложил руки на груди и проговорил снисходительно:

— Ты еще сама попросишь об этом.

Женщина качнула головой.

— Не дождетесь.

— Ну отчего же, — лениво протянул он. — Времени у меня много, а ты все равно отсюда никогда не выйдешь.

Сердце колотилось как бешеное, казалось, оно сейчас выскочит из груди. Снежану била нервная дрожь, но ей удалось отвести внимание этого чудовища от зеркала, переключить его на себя. Ее Джейдок не тронет. ему она нужна живая. А значит, надо и дальше обозначать границы, раз это сработало один раз.

— Вот, кстати, — она огляделась вокруг и нахмурилась. — Выйдите отсюда, я не даю добровольного согласия на то, чтобы вы тут находились.

Снова его издевательский смех и гнев, прорывавшийся в жестах и взгляде. Ничего, пусть гнев будет направлен на нее, не страшно.

— Это мой дом, — он обвел взглядом помещение. — Но так и быть, я удовлетворю твою просьбу, женщина.

И вышел за ограждение. Дверь за ним тут же закрылась и исчезла. Теперь та часть, где находилась Снежана, была отгорожена сеткой от остального помещения. Самая настоящая клетка. И никакого выхода. Вообще.

Зато ей удалось его отвлечь.

Женщина стояла за сеткой и смотрела на него. На мгновение Джейдок смутился под ее взглядом и только разозлился на себя. Нужно было сломить ее сопротивление, заставить признать его власть. Он подался вперед к сетке и издевательски поклонился, не без удовлетворения заметив, что женщина мгновенно напряглась.

— Любой каприз, дорогая. Можешь побыть здесь, раз тебе так нравится. Надоест — обращайся.

Джейдок специально выдержал паузу, и только потом проговорил, показывая глазами на чашу, в которую по капле стекала вода:

— А я подумаю, как именно убить этих недоумков, быстро или медленно.

Столько эмоций промелькнуло в ее взгляде. И снова страх. Его аж прожгло от удовольствия. Мало! Ему нужна была ее покорность.

— И даже оставлю тебе возможность любоваться на это в зеркало.

— Я ненавижу тебя, — прошептала женщина, сжимая кулаки.

— Отлично, — выплюнул он. — Мы уже на полпути к любви!

Развернулся и ушел, не осознавая, что на самом деле чувствует.

Когда Джейдок ушел, Снежану охватило отчаяние. Ненависть ее душила, но ненависть ослепляет, а ей нужно было найти выход. Сползла на пол у стены, обхватила себя руками и затихла. Страшно было, но не за себя. От собственного бессилия страшно.

Дыхание тяжелое, вот-вот потекут слезы. Слезы совсем уж признак поражения, она еще не готова была сдаться на милость судьбы и оплакивать себя. Пока есть силы, опускать руки нельзя.

Нащупала тот медальон, плоскую металлическую пластинку, зажала его в ладони и зажмурилась. Зашептала мысленно:

— Шаум, миленький, если ты слышишь меня, отзовись.

Без особой надежды, просто потому что ей необходимо было разделить это с кем-то, спросить совета, может быть. даже пожаловаться. А медальон неожиданно нагрелся. И далекий отклик от него, едва слышный:

— Ты плачешь? Что случилось?

— Он сказал, что убьет их, всех убьет. Шаум, миленький, верни их обратно! Не надо меня спасать.

Какое-то время слышалось непонятное шипение, как будто Змей ругался. Потом от него донеслось:

— Успокойся, Раада не так-то просто убить. А с остальными он не допустит…

Но дослушать она уже не смогла, слезы все-таки потекли, и эта странная связь прервалась. Она еще некоторое время сидела, привалившись к стене и вздрагивая.

Но страшная усталость навалилась, эмоциональная перегрузка отняла все силы, и Снежана уснула.

Она бы и не смогла увидеть, как Джейдок приходил смотреть на нее, потому что он закрылся невидимостью. Женщина спала, сжавшись в комок. Голова откинута к стене, худые руки обнимают колени, из-под рубашки видны босые стопы. Она некрасивая.

Джейдок видел множество красивых женщин, прекрасных как звезды. Они смотрели на него с обожанием, и он видел звезды в их глазах. А сейчас он смотрел на спящую и пытался понять.

Что делает ее особенной?

Сила? В ней силы никакой нет, кроме той, что дает ей характер.

Шанс, который через нее можно получить? Да, именно шанс.

Джейдок не верил в предсказание.

Но что-то заставляло его цепляться за этот смехотворный шанс. За НЕЕ. Он видел все ее душевные движения. Ее страх. И ей не обмануть его, он знал все наперед.

На кого бы их тех сосунков она не положила глаз, он умрет. Они все умрут.

А она не выйдет отсюда никогда.

Проговорив это про себя, мужчина немного успокоился. Но странное чувство. которое Джейдок ощущал за гранью сгоревших рецепторов души, осталось. Что-то от тех времен, когда он еще был настоящим черным драконом.

Все потому что он здесь заперт, а они лазают где-то по поверхности! Сейчас ему нужен был Элкмар, но Элкмар не отзывался.

А Элкмар, возможно, и не подавал признаков жизни, но следил за происходящим очень внимательно. Все немного не так, как он планировал. Накладывалось.

Потому что, к сожалению, некоторые моменты так и остались неузнанными и неучтенными, но, в общем и целом, все двигалось к цели. Правда, не так быстро как ему хотелось.

Строго говоря, никакого плана у Раада не было, и действовал он по наитию. Портал перенес их всех к самой окраине приграничных земель. Дальше уже располагалась скрытая плотным красным маревом граница.

Раннее, раннее утро, первые золотистые лучи сквозь пепельную дымку. Все розовато-сизое, а в тенях до черноты. Острые гребни гор, пылающий кратер.

Своеобразная дикая красота, но им было не до красот.

Здесь, в долине, было жарче, ощущалось раскаленное дыхание подземного огня. А красная пелена на границе клубилась не хуже того столба дыма. что вырывался из кратера.

— Сейчас пересекать нельзя, — негромко проговорил Сотхан. — с той стороны песчаная буря.

Раад бросил косой взгляд на барса. Тот кривовато усмехнулся:

— Приходилось бывать.

Он уже не повелитель, можно и не скрывать. Хотя, то, что кланы потихоньку занимались контрабандой, ни для кого не было тайной. Главное условие — не попадаться. Однако сейчас им могли пригодиться любые сведения и навыки.

— Кто еще бывал? — последнее слово Раад выделил особо.

Глянул на всех и невольно усмехнулся, только драконы не отводили глаза. И то. потому что им не дано пересекать границу. Для них она непроницаема.

И порталом грань между мирами пересечь нельзя, может непредсказуемо размазать. Несмотря на общее сходство, энергетическая структура у миров разная.

Потому и не хотелось никому, чтобы его голова при случае оказалась в одном месте, а зад в совершенно другом.

— Время, — пробормотал Раад.

Морщась, взглянул в сторону границы. Красная пелена совсем помутнела от долетавшего даже сюда песка. И как стояла стеной, так и не думала опадать.

Придется ждать. Сплюнул и хрипло выкрикнул, подзывая Ардо. Его почему-то влекло к себе жерло вулкана, хотел взглянуть сверху, может, тогда сумеет понять.

— Я скоро. Облечу, посмотрю сверху. Могут быть и другие проходы.

— Осторожнее над кратером, — бросил ему вслед Бранвен Ленд.

Даже с земли было видно, что вулкан активизировался, по стенкам кратера стекала лава, застывая с боков. А в одном месте у подножия широким столбом вырывалось подземное пламя.

— Постараюсь, — буркнул в ответ Раад.

И повернулся к остальным:

— Сами тут осторожно, он в любой момент может ударить. Не разбредайтесь и как можно меньше шумите. Нерр, присмотришь за ними.

Никаких других проходов через красную пелену границы Раад не обнаружил, потому что их и не было. На самом деле ему просто невыносимо было оставаться в бездействии. Время как будто текло сквозь него и выматывало жилы.

Однако облететь долину и взглянуть на все новым глазом тоже оказалось полезно, Кое-что интересное он заметил.

Уже снижаясь, Раад видел, как все шестеро сбились в круг и что-то обсуждали, а пепельный дракон внимательно вслушивался. Когда Ардо мягко и почти бесшумно сел, они всей командой двинулись, впереди Хейнан Лиг, за ним остальные. Вид у песчаного был возбужденный, глаза блестели, он подошел вплотную и шепотом выдал:

— Повелитель, есть мысль.

Для двух драконов, пепельного и красного, Джейдок был сверстником. Они помнили его сначала вздорным юнцом, которого звали просто Джей. потом вечно мрачным заносчивым мужчиной, и наконец, он стал тем, кто поставил их мир на край гибели.

Безумцем, переполненным амбициями и идеями собственной исключительности и неоцененности.

Нерр мог припомнить, как они с Ардо намяли бока Джею. за то, что тот соблазнил одну красивую ночную охотницу, которая нравилась Ардо. Как давно это было. Как. когда все дошло до абсурда, а они в один прекрасный день стали такими… какими стали?

Пепельный дракон слышал, о чем сговаривались эти молодые воины, и понимал. что будет опасно, мало кто из них вернется обратно. Нерр был против. Но не ему решать.

Красные крылья Ардо несколько раз прошли в опасной близости от столба подземного огня, Нерр каждый раз мысленно чертыхался. А Раад все что-то высматривал. Впрочем, пепельный дракон знал, что. Он давно это заметил. просто не было случая применить свои знания.

Наконец, заложив напоследок еще один крутой вираж, как бы примериваясь. красный дракон пошел на снижение. Стоило ему сесть. Раада тут же облепила толпа. Нерр шумно выдохнул. Сейчас начнется. же Повелитель. Они все еще называют его повелитель. Раад даже не знал. как к этому относиться. Когда-то было важно. А сейчас…

Он оглядел всех шестерых.

— Выкладывайте.

План был прост. Пересекают границу, как только утихнет песчаная буря, все на своих двоих, Трен в истинном облике — наблюдать сверху, чтобы не нарваться на шатающиеся там банды или отряды военных, которые тоже иногда забредали в эти края. А дальше — Хейнан Лиг из песчаных, он может, что угодно нашарить среди песков.

— Находим вход и прорываемся!

Глаза горят энтузиазмом. Раад слушал парней и понимал, что план ему не нравится. Они только войдут, и Джейдок положит их там же. Им не выстоять в замкнутом пространстве против его черного огня. И не помогут ни сила, ни скорость, ни даже магия. Шанс был только у него, потому что его живой огонь мог сравниться по силе с мертвым черным огнем.

— Мы сделаем не так, — сказал он.

И коротко объяснил. Его план сначала встретили в штыки, но в итоге с множественными оговорками приняли. Одно оставалось неизменным при любом раскладе. Песчаную бурю придется переждать.

Но день только начался, а буря и не думала стихать.

Раад нервничал, душу захлестывало чувство, что ей плохо, чем дальше, тем он ощущал это явственнее, Остальные тоже места себе не находили. Влияние приграничных земель, вынужденное ожидание. Все это выматывало. Надо было срочно искать всем занятие.

Все-таки разгуливать босиком и в мокрой рубашке не прошло для Снежаны даром.

Хоть там, В «хоромах» Джейдока и не было холодно. она наверное, переохладилась. А может, это была реакция организма на переутомление и нервное истощение. У нее опять поднялась температура, на этот раз высокая.

Жар чувствовался, а проснуться она не могла.

И сны такие тяжелые, вязкие. Под стать состоянию Снежаны.

Что-то из детства, когда она однажды обгорела на речке и у нее был солнечный удар. Водоросли под ногами, гибкие, плотные и почему-то черные.

До Элкмара так и не удалось достучаться, и это вызывало у Джейдока глухое раздражение. А беспокойное чувство, которому он не знал названия, тянуло его к женщине. В конце концов, Джейдок бросил все и вернулся взглянуть на нее, может быть даже перекинуться парой слов.

Женщина спала, но выглядела она странно.

Если раньше защитно сворачивалась в тугой плотный комок, то теперь безвольно сползла по стенке, голова запрокинулась. Щеки и губы покраснели, дыхание с шумом вырывалось из полуоткрытого рта.

Да она же просто больна…

Когда Джейдок понял это, сто раз пожалел, что вообще позволил ей проявлять строптивость и оставаться в этой мокрой рубашке. Ему надо было поместить в тепло сразу же, а не оставлять на голом полу!

Но он так привык, что женщины беспрекословно подчинялись, да и пробыла она без сознания совсем недолго. Потом он планировал поместить женщину в своей спальне. Все должно было быть не так Обычно бывало не так. Обычно они соглашались на все, ему хватало одного взгляда.

Теперь не важно.

У нее со стуком упала на пол рука и вывернулась ладонью вверх. а она даже не отреагировала, не шевельнулась. Мужчина потрясенно замер. Это было неправильно. Мысль, что она может умереть, казалась дикой и почему-то пугающей.

Но отгороженное сеткой пространство напоминало о том, что она выставила условия, а он эти условия принял. Джейдок какое-то время хмуро смотрел на сетку. моральное противоречие, с которым он не сталкивался.

Плевать он хотел на ее дурацкие условия. Он ей огнем своим не клялся, бездну в свидетели не призывал. Значит, обещание никакой силы не имеет.

Просто убрал сетку и понёс её к себе.

Что-то такое шевелилось на границе сознания, но проникнуть туда он не мог. Как будто там стоял блок, или еще хуже. Джейдок помнил, что там должно было быть.

Но это было отсечено. Только отмершие ошметки, по которым каким-то чудом бежали искры жизни.

Но бежали они в никуда. Не было того, что делало его целым. А без этого лучше было ему не просыпаться, не бередить обрубки души.

Изначально он хотел вырваться из заточения, вернуться победителем. И это был шанс. А теперь он держал женщину на руках, и она ощущалась так странно.

Вот это, безвольно обмякшее тряпочкой тело, шанс?

Воспринималось издевкой судьбы.

И все же. Джейдок смотрел на женщину и понимал, что сдвинулись чаши весов судьбы, процесс не остановить. Уже случилось то, что спучилось. Теперь он уничтожит любого, кто попытается отнять у него этот шанс.

У женщины был жар.

Элкмар сказал, она целитель. Что мешает ей исцелить себя? Дышит с трудом, губы обметало…

Джейдок принес женщину в свою спальню и устроил на постели, внимательно рассматривая. Такое хрупкое создание, в чем только держится душа. Зато характер.

Столько новых чувств кипело в его груди сейчас.

Выбешивало то, что Элкмар молчал, а эти мелкие ублюдки во главе с щенком Раадом ошивались где-то поблизости. Он ощущал их присутствие по легкому фону магии Шаума. Но этот же фон их от него и укрывал.

Отвратительно чувствовать себя слепым, зная, что к тебе подбираются! Все это время охотником был он сам, а теперь его обложили в собственном доме. Это было оскорбительно. Вызывало раздражение, смятение, неуверенность, страх. Страх!

Когда он вообще в последний раз его чувствовал?! Пусть только покажутся, пусть только покажутся на секунду, чтобы он их уничтожил.

Но в том то и дело, что они не показывались.

А женщина, как назло, была без сознания, и он не мог ее оставить.

У него тут каждая минута на счету, а она, как назло… Джейдок подавил приступ ярости, потом отпустил немного черного огня. Осторожно подправить потоки в ее организме и стабилизировать. Надо же было привести женщину в нормальное состояние! Он себе врал. На самом деле, ему надо было привести в нормальное состояние себя.

Он никогда раньше не пытался лечить. но черный огонь помог Через минуту женщина задышала спокойнее, исчез болезненный румянец, пошло восстановление. Жар спал.

Наконец она с открыла глаза.

Горячий провал стал понемногу отпускать, и странные черные водоросли из сна стали ощущаться прохладными, как речная вода в жаркий полдень. Уже не сдавливало грудь, стало легко дышать.

Сквозь сон Снежана начала понимать, что лежит на чем-то мягком. Черт?! На мягком?

Она мгновенно вынырнула из сна.

Лицо Джейдока прямо над ней.

Мужчина опирался ладонями по обе стороны от ее головы и не сводил с ее взгляд.

Она еще не поняла, что происходит, но попыталась отшатнуться. Куда там! Его рука мгновенно поймала ее за плечо и прижала к кровати.

К кровати? Одного беглого взгляда хватило, чтобы понять, она больше не в той. отгороженной сетью клетке. Это спальня! Чееееерт! Спальня… Его спальня, его кровать…

Паника, как костлявая рука, схватила ее за горпо.

А у него в глазах стали закручиваться черные смерчи. Его же заводит ее ужас.

Чееееерт… Черт! Черт!!!

— Отпустите меня, — с трудом смогла выдавить Снежана. — Я не давала согласия…

— Плевать я хотел на твое согласие, — проговорил он хрипловато.

Но отодвинулся и дал ей возможность ускользнуть к изголовью широченной кровати. А потом и вовсе встал.

— Чувствуешь себя получше? — спросил, поворачиваясь к ней спиной.

Она все еще была в шоке, но ужас отступил. Снежана огляделась. стянув на груди рубашку.

— Как я сюда попала? Почему я здесь?

Мужчина хмыкнул, отошел еще дальше, все так же не поворачиваясь к ней лицом.

— Тебе было плохо. Жар.

— И вы принесли меня сюда… и вылечили?

Короткий нечитаемый взгляд.

— Спасибо, — проговорила она. — Но теперь я бы хотела вернуться обратно…

— Нет! — рявкнул он, оборачиваясь.

А Снежана вздрогнула, вжимаясь в изголовье.

— Сначала ты нормально поешь и приведешь себя в порядок, — он указал глазами на боковую дверь.

И усмехнулся, его бархатный смех прошелся по нервам наждачкой.

Очевидно, ему доставляло удовольствие держать ее в нервном напряжении постоянно. Снежана покосилась туда, куда он показал. За этой дверью у него купальня? До того момента она как-то запретила себе думать о естественных надобностях, но сейчас все это разом напомнило о себе.

А они не подумал выйти, бессмысленно было ждать. Хорошо, хоть спиной стоял.

Снежана бочком слезла с широченной кровати и юркнула за дверь купальни. Дверь, разумеется, не запиралась. Оставалось только надеяться, что он не войдет и даст ей возможность привести себя в порядок. Раз уж насиловать ее не стал.

Однако. увидев комнатку внутри, Снежана была поражена. У него тут была не купальня в обычном для этого мира понимании, а шикарная земная ванная. Как в лучших рекламных проспектах ее родного мира. Черная плитка, белоснежная керамика, самый настоящий унитаз, биде, раковина и прочее, чему полагается быть в ванной.

Работает с земными поставщиками? Впрочем, чему удивляться, сама же она как-то сюда попала. Вот и получается, «врачи без границ», «дизайнеры без границ», «межмировые связи»…

Но в утопленную в пол ванну, полосой стекала по стене вода. Зеркало. И это уже было не из земного мира. Первая мысль, которая ее посетила, стоило его увидеть — это сюда он смотрелся, когда приходил к ней в отражениях и в снах? То-то с него вечно капала вода. Однако она не стала зацикливаться на этом. «Благородство» Джейдока могло закончиться в любой момент, ей надо успеть хотя бы умыться.

Хотелось искупаться, рубашку, успевшую запачкаться, сменить. Но рисковать Снежана не стала. Быстро справила свои дела, быстро умылась и…

Замерла, глядя на себя в настоящее зеркало над раковиной.

Что делать теперь? Поводок укоротился, она уже не на своей территории, и он прямо сказал, что церемониться с ней не намерен.

…Плевать я хотел на твое согласие.

Хотя о чем она вообще говорит?

С той самой секунды, когда она приложила ладонь к отражению, она на его территории и в полной его власти. А ему нравится играть в игры. Отпустит поводок, затянет, и для его игр она нужна живой и здоровой.

Медленно выдохнула, глядя в глаза своему отражению, и вышла из ванной.

Джейдока в комнате не было, зато из соседнего помещения слышались голоса, так странно, Снежана почему-то была уверена, что здесь нет никого, кроме…

Никого и не было.

Обнаружилось это легко. Снежана осторожно подошла к дверному проему, и выглянула в щелочку. Джейдок был там, в соседней комнате, стоял перед водным зеркалом. А с той стороны в нем отражался Элкмар, милый дедушка Элкмар, учитель драконьих принцев. Они говорили как старые приятели.

ЕЙ даже удалось уловить обрывки последних фраз Элкмара:

…Явится Раад.

… Ты знаешь, что с ним делать.

…Не будет другого шанса.

Снежана не выдержала, ее просто вынесло в комнату, открыла дверь и вошла.

Чтобы увидеть, как мгновенно напряглась его спина. Джейдок почувствовал ее присутствие, один пасс рукой, и картинке в зеркале исчезла. Обернулся, сумрачно на нее глядя.

— Зачем ты вышла из комнаты?

И пошел к ней.

А она все не могла переварить увиденное. Не было слов, Снежана просто молча повернулась и вышла.

Шок. Самый настоящий. Как можно вот, так, и нашим, и вашим…

Это же люди, жизни. Ей проще было понять и принять Джейдока, он же зло, виновник войны. Это из-за него мир умирает, драконы потеряли возможность обращаться, а женщин и по сей день прячут в каменных мешках.

Но Элкмар?

Вспомнилось, как вел себя милый дедушка, когда она спрашивала его о Джейдоке.

Все так уклончиво, дозировано, вроде и отвечал на ее вопросы, но всегда умалчивал о главном. И еще, когда она спрашивала, о том, как им удалось интегрироваться и наладить канал в ее мире, у него проскочила издевка.

Все-таки вспомнила?

…Все пошло не так, верно?

…Ты сама узнаешь все после того как сделаешь выбор.

Она еще тогда заметила двусмысленность, но не смогла понять.

То, что она приложила ладонь к отражению в воде. это что ли был выбор? А сейчас ей предстоит узнать? Но была и другие загадочные фразы:

…Некоторые знания могут оказаться смертельно для тех, кто ими владеет.

…Этот мир не отпустит тебя, пока ты не примешь его, не станешь его частью.

У нее мороз по коже подрал. Неужели, ей придется провести в этом гадском подвале остаток дней и принять принуждение? Если за ней не придет Раад, так и случится. А если придет. этот… Она взглянула на Джейдока. Он убьет его. И она себе этого никогда не простит.

Лучше было умереть сразу.

Джейдок в ее сторону не смотрел, и вообще. выглядел сосредоточенным и мрачным. Он быстро сервировал маленький столик, вернее, просто вытаскивал откуда-то из пространственного кармана еду и расставлял на столике. На этот раз были и приборы, и даже напиток в красивом бокале.

— Тебе надо поесть, — проговорил он, глядя в сторону.

Но она так и стояла в прострации, приложив руку ко рту.

— Сядь и поешь, тебе надо подкрепить силы, — повторил Джейдок устанавливая столик перед кроватью.

И сразу отошел в другой конец комнаты, как будто нервничал. или ему что-то не нравилось. А на Снежану нахлынула апатия. Опустилась на краешек кровати. сложив руки на коленях. Ей много чего было сказать ему, но она спросила именно это:

— Скажите, это вы убили жену Гайдиара и любимую наложницу Раада?

Элкмар появился в неподходящий момент, когда Джейдок его уже не ждал и не хотел видеть. Не сейчас, когда все мысли в голове были о женщине, о собственных странных реакциях. А тот как всегда, о великих планах.

Просто Джейдок только что понял, что планы его больше не интересуют. И менять что-либо уже поздно, потому что он не сможет существовать вне этого места. Он мертв везде. А здесь и сейчас, когда женщина рядом с ним, он… почти жив.

Женщина вышла некстати. Джейдок не хотел, чтобы она слышала его разговор с Элкмаром. Это было лишнее. Его здорово злило, что она начинает реагировать. стоит только услышать имя сосунка Раада. Но она выглядела потерянной, даже не упрямилась, и это беспокоило его, вызывало тревогу. Джейдоку совершенно не нравился ее изможденный вид. Ее надо как следует накормить и снова уложить в кровать, чтобы набралась сил. И вообще.

ЕЙ надо поесть.

Что?

Джейдоку показалось, он ослышался. Он убил двух женщин? Ее вопрос прозвучал настолько невероятно, что он чуть не сказал:

— Милая, я не убиваю женщин. Я их трахаю.

Но он сдержался. А та проговорила, как-то отрешенно глядя в пространство и делая неопределенный жест рукой:

— Ну. Чтобы создать весь этот ажиотаж, обстановку.

Что?! У него не было слов. В конце концов, это было даже оскорбительно. Думать. что он стал бы марать себя чем-то подобным.

— Не говори ерунды. Нет, я их не убивал.

— Просто обе женщины были убиты в купели. Я подумала, ты приходил ко мне, значит…

Она не договорила. А Джейдока это задело за живое.

Объяснить бы ей толково, что никому кроме нее подобную честь не оказывал! Но вместо этого он провел рукой по волосам, убирая от лица темные пряди, и заметил язвительно:

— Что-то я не видел в твоих глазах страха, когда ты смотрела на меня в зеркале.

Джейдоку было досадно и обидно. Хотелось вытрясти из Элкмара, кто на самом деле занимался такими вещами, и почему это дерьмо теперь липнет к его имени?!

Его мало волновало, кто о нем что подумает. Но это и впрямь было мерзко.

Повисло молчание. Женщина хмурилась. Он разозлился и рявкнул:

— Ешь! Иначе я найду твоему рту другое занятие.

Она испуганно вздрогнула и, протянув руку, быстро взяла с тарелки кусок. А ему вдруг сделалось тоскливо. И так паршиво. Как будто волшебный момент утекал сквозь пальцы, а он ничего не мог сделать.

Джейдок предпочел бы не задумываться о словах Элкмара, о том, что наверху песчаная буря, и это его шанс. А вернуть ее в постель, в ту позицию, когда она была под ним, и продолжить начатое.

И тут она спросила:

— Джейдок, что от тебя нужно Элкмару? Зачем он приходил?

Снежане казалось, надвигается катастрофа, а она ничего не может предпринять. чтобы ее предотвратить. Остается только ждать, когда это случится. Но зато так ясно вдруг заработали мысли, сами собой сложились в картину.

Очевидное настолько очевидно, что просто ускользает от понимания?

Она ведь из другого мира, ей лучше видно то, что для них уже срослось, стало обыденным и привычным и не бросается в глаза. Потому и спросила про Элкмара.

Джейдок помрачнел еще больше и отошел в дальний угол.

— Ешь, — бросил ей, махнув рукой. — Тебе надо набраться сил.

Даже не хотелось думать, для ей эти силы могут понадобиться. И провоцировать его на какие-то действия тоже не хотелось. Потому что, когда он обернулся, обжигая ее быстрым взглядом, в нем безошибочно читался мужской интерес.

Снежана тут же отвела глаза, потянула к себе тарелку и стала есть.

Он подошел ближе и почему-то уставился на нее, приоткрыв рот, а потом сглотнул сам и провел языком по нижней губе.

— Вкусно?

Опять это жаркий взгляд. Чееерт!

— Спасибо, очень вкусно.

Мужчина только кивнул в ответ и снова отошел. У Снежаны немного отлегло от сердца. Говорить! Надо говорить о чем угодно. Главное, отвлечь его.

— А где вы берете… — она огляделась. — Еду… И все остальное?

— Тебе, правда, интересно знать, где я добываю пищу? — скривился он скептически.

— Да, — честно ответила Снежана, потому что это была правда.

И потому что все это было из ее родного земного мира. Джейдок хмыкнул.

— Думаю, ты уже догадалась.

Он смотрел так выразительно.

А ей даже не нужно было спрашивать ничего дальше. Это было настолько очевидно сейчас, что просто невозможно не заметить, куда тянутся нити!

То, что они неплохо интегрированы в земной мир, Снежана поняла сразу. Еще бы. ей ли не понять, когда ее переправляли четко налаженным каналом секретными базами через три границы. А ведь за всем этим скрывается нехилый бизнес, спецслужбы, агенты влияния. Всякие независимые международные организации, типа МSF, оно же «Врачи без границ». И никто в итоге достоверно не знает, чем все они в горячих точках заняты, да и не только в горячих. Люди вообще не интересуются тем, что у них под носом происходит не то что где-то «далеко в горах». Или в пустыне.

Но кто-то же этим всем управляет.

И кто заподозрит милого дедушку, который сидит безвылазно в своей священной, словно накрытой стазисом долине, обучает юных драконьих принцев владеть магией, когда имеется самый настоящий злодей, имя которого у всех на устах?!

Тихо и незаметно, а сотканная им паутина уже накрыла оба мира. Только зачем это милому дедушке надо?

— Джейдок, — попросила она. — Расскажи мне о войне.

Ему надо было взять ее. Просто разложить на этой постели, развести стройные ноги и трахать до умопомрачения. Так, чтобы она имя свое забыла.

Тем более, что он хотел ее по-настоящему, и Элкмар прямо на этом настаивал.

А не получалось так.

Что-то на грани обрубленной души противилось, не допускало. Как будто, если он сделает это сейчас, что бы ни случилось потом, он навсегда потеряет то живое, что в нем еще осталось. А он готов был цепляться за эти крохи, искорки жизни. Они стоили всего. Всех планов мести и мирового величия!

Этого не понять тому, кто не знает, что это значит — быть мертвым изнутри.

И потому он рассказывал ей о войне. Думал, удовлетворит любопытство женщины, а оказалось, это нужно было ему самому. Что так полезно иногда бывает собственные воспоминания переосмыслить.

А женщина слушала. Странное состояние, как будто они опять смотрели друг на друга по разные стороны зеркала. Как будто чаши весов его судьбы сдвинулись, но время замерло, пока длится песчаная буря.

Джейдок много говорило себе, вспоминал, иногда захлебываясь. Сбивался, возвращаясь к чему-то снова и снова. И нет, он вовсе не собирался ни в чем оправдываться, или казаться лучше. Он то, что он есть, и все это время делал то, что делал. Но ему важно было, чтобы она выслушала и поняла. Важно было ее мнение.

Наконец, когда закончил, она вздохнула, хмуря брови:

— Это все так сложно… Я не могу судить. Но неужели ничего нельзя сделать? Как-то это прекратить?

Он хотел возразить, что не он первый все это начал, а женщина неожиданно зевнула, опустилась головой на подушку и, прикрывая глаза, пробормотала:

— Я не знаю… Вот ты говоришь, что заперт тут… А что бы делал, если бы вдруг получил свободу?

Как же она умела точно ударить в самую суть. Он обернулся ответить, но женщина уже спала. Уставился на нее и замер, невысказанные слова дрожали в душе. Что бы делал, если бы вдруг получил свободу? Еще недавно он стал бы мстить всем, доказывать, утверждать свою власть. А сейчас он хотел бы начать жизнь заново.

Просто жить. Но таких шансов не дает судьба.

Наверху закончилась песчаная буря, время снова пошло, пронеслось как порывом ветра по плечам особое ощущение выброса силы и магии.

К нему пожаловали названные гости?

Джейдок сжал кулаки и направился встречать.

Всемером они за три часа сложили из валявшихся вокруг камней полукруглую стену в человеческий рост и успели частично перекрыть. Получилось довольно приличное укрытие от долетавшего даже сюда горячего пепла. И руки были чем-то заняты, и польза.

А песчаная буря, как назло, длилась и длилась, и стихать не думала нисколько.

Раад слонялся снаружи, все больше ходил или сидел, привалившись к боку красного дракона. Красный дракон был неподвижен, просто смотрел в одну точку и ждал. А остальные шестеро забились за стену и травили байки.

— Смотри, — в который раз начал песчаный. — Пересекаем границу…

— Придется пешком, — в который раз остужал его пыл Алан из водных.

— Понятно, что на своих двоих, впрочем. Сотхан и Ургенн Кар на четырех могут. — лениво заметил Бранвен.

— Угу, — с важным видом выдал медведь Ургенн. — А Трен и Бранвен Ленд на крылышках.

В родном клане Ургенн Кар прославился страстью к подколам и остротам. Про него так и говорили, мол, Ургенн ради хорошего подкола, если надо, и жизнью рискнет.

А ночной охотник в истинном облике имел короткие кожистые крылья с краями острыми как бритва. Мало кто это имел счастье эти крылья видеть, а точнее, тех, кто это видел, как правило, уже не было в живых.

И сейчас глазки медведя хитровато блестели, вызывая ночного охотника на словесное состязание. Однако ночной охотник не повелся.

— Заткнись, и не узнаешь, как именно будешь пересекать границу ты. — сухо бросил он.

Медведь вздохнул, складывая руки на животе:

— Да как угодно, лишь бы Снежку вытащить.

Снежку? Сотхан был удивлен, но ему понравилось. Даже пепельный дракон. сидевший тут же, положив голову на лапы, фыркнул. Сотхан ни драконов, ни драконих принцев никогда не любил. Слишком сильны, у его внутреннего зверя от них всегда шерсть вставала дыбом. Но сейчас их сила была как нельзя кстати. А еще, глядя на Раада и его побратима Ардо, на Нерра, одинокого дракона, он неожиданно понял кое-что.

— Суть в другом, — проговорил Сотхан. — В каком виде пересекаешь границу, в том там и остаешься, Там оборот не работает.

— Ты уже проверял? — спросил его Алан.

— Слышал, — уклончиво ответил тот.

— Трен сверху посмотрит. Он легкий. его через границу можно на руках пронести.

Трен закатил глаза, понимая, что спорить бесполезно.

— Итак, мы пересечем, — в который раз вернулся к теме Хейнан и замолчал, оглядывая всех их. — Я нахожу вход в нору Джейдока…

— Угу, — протянул Ургенн. — Пару раз промахнешься…

— Щассссс! — обиженно зашипел песчаный. — Нашу родовую магию я где угодно узнаю!

А потом нехотя признался:

— Наши ему там… поработали.

— Атомы не знали, — бросил ночной охотник, глядя в сторону.

Все кланы понемногу отличились, втайне помогая изгою. чтобы заручиться его поддержкой. Все так запуталось в их мире, что теперь не найти концов.

Для него песчаная буря длилась годы. За это время дважды ослабевала связь, и дважды Раад был на грани. Но оба раза она выравнивалась. И что он пережил и прожил за это время, иные не проживают за всю жизнь.

Его собственная жизнь, она словно прошла перед глазами. Ошибки, их было много, сейчас он это видел. Оглядываясь назад, Раад знал, что их можно было не совершать вовсе. А теперь надо было исправить.

Шестеро, которые пошли с ним, он должен был о них позаботиться, не допустить, чтобы они погибли. Потому что…

Смешно сказать, они все еще по привычке звали его повелитель. Они не раздумывая доверились ему. А он никто. Цели, которыми когда-то все это оправдывалось, амбиции, победы, гордость — все ничто.

Сейчас, когда на одной чаше весов дело всей жизни, власть, мировое господство, а на другой — женщина, он без сомнений выбрал женщину. Потому что без нее его жизнь потеряет смысл. Впрочем, что там будет с его жизнью, было сейчас вторично, важно было вытащить Снежку, как ее назвал медведь.

Как только красноватое марево начало немного опадать к земле, а значит, стала стихать песчаная буря. Раад пошел к укрытию, байки немедленно прекратились, глаза все уставились на него, а взгляды напряженные. Как перед боем. Ждут.

Наверное, это и был самый главный бой в его жизни.

— Повелитель… — начал песчаный Хейнан.

Но в этот момент на груди Раада нагрелся и стал жечь амулет. Шаум вышел на связь, означать это могло только что-то экстренное. Раад жестом остановил Хейнана и сжал амулет в ладони:

— Что? Говори.

— Ты можешь отойти в сторонку? И на месте не стой, а то засечет.

— Могу, — проговорил Раад, поднимая Ардо.

Через несколько секунд они с драконом были уже в воздухе. А еще через минуту красный дракон спикировал вниз, с него кубарем скатился Раад. Резкий, черты лица заострились.

— Повелитель! — разом подскочили и кинулись к нему остальные.

— Вы ждете меня здесь.

— Э, ней так не пойдет! — посыпались возражения.

— Хасссс! Со мной никто не идет! — рявкнул он — Ждете час. Если у меня не получится, будет ваш черед.

Потом обернулся к пепельному:

— Нерр, поведешь, — мотнул головой. — Ардо покажет.

Красный дракон поднялся в воздух, взмахнув широченными крыльями. А он оглядел всех, застывших в напряженных позах, зачем-то поклонился и пошел прямо к стене красного марева.

Началось.

То, что сообщил ему Шаум, полностью меняло планы. Пока Раад облетал долину над вулканом, он успел засечь множественные глубокие трещины, как будто земля вспучивалась, отказываясь держать в своих недрах заключенный там мир.

Но подземный огонь, против которого невозможно устоять. прорывался только в одном месте. Остальные извилистые трещины были как будто мертвы. Безопасны.

Или кто-то сделал их безопасными для своего удобства. Шаум даже сказал, как именно и кто. Зеркало дало картину.

И потому Раад не стал тратить время на то, чтобы пересекать границу, искать вход и снимать магические запоры. Он просто воспользовался силой и открыл одну из трещин, ту, что была ближе всего. Как только земля перед ним разошлась в стороны, обнажая скрытые внутри стены переходов, толкнулся силой в первый же из них и вошел.

Он успел только закрыть за собой образовавшийся проем, как перед ним возник мрачный и злой Джейдок. Раад невольно поразился. Он много раз бился с черными тварями, но никогда не видел самого Джейдока вот так лицом к лицу. Он и сам не знал, что именно ожидал увидеть. Черные щупальца? Отвратительного страшного старца, жестокое чудовище, в облике которого нет и не может быть ничего человеческого?

Перед ним стоял молодой мужчина, едва ли не моложе его самого. Красивый. Он был слишком красив, его враг и соперник. Невольный укол бессильной ревности.

Если бы не связь, которая ощущалась так же явственно, как и прежде…

Раад ведь даже не знал, что женщина к нему чувствует. Нравится ли он ей вообще.

Хоть сколько-нибудь, хоть немножечко. В душе все еще жгло огнем это самое ее:

…Отвратителен…

И то, что она смотреть на него хочет.

Но он был здесь не за этим. Ему надо было вытащить отсюда Снежку, и потому…

— У меня есть к тебе деловое предложение, — быстро проговорил Раад, глядя, как Джейдок поднимает стену черного огня.

Главное было не сорваться и выдержать роль. Джейдок услышал его, черный огонь по-прежнему клубился вокруг него, но теперь он сложил руки на голой груди, демонстрируя гладкую кожу и бугрящиеся мышцы.

— Торговаться пришел? Ну-ну.

— Женщина у тебя? — спросил он прямо.

— Да, она в моей постели, — кивнул Джейдок и презрительно усмехнулся.

Удар достиг цели. Рааду показалось, этот низкий бархатный смех утыканным иглами скребком прошелся по его душе, раздирая в кровь. Однако связь была, он явственно ее чувствовал.

— Рад за тебя, — проговорил Раад, делая шаг в сторону.

Джейдок отреагировал мгновенно, руки опустил и двинулся наперерез. Не так уж он, стало быть, спокоен?

— Говори, что хотел, и убирайся, мальчишка, пока я добрый! — рыкнул тот.

— Вот кстати, — состроил непростое лицо Раад. — Как тебе удалось так хорошо сохраниться? Столько сотен лет прошло.

Во-первых, ему надо было как-то притупить бдительность Джейдока, а во-вторых, Раада действительно интересовал этот вопрос. Потому что в драконьей форме жизнь была бесконечно долгой, а в человеческой — они жили не намного больше, чем обычные люди. А Джейдок драконьей формы был лишен.

Тот снова сложил руки на груди.

— Так и быть, удовлетворю напоследок твое любопытство. Потому что кушал на завтрак таких шустрых мальчиков как ты.

Раад рассмеялся, оценив шутку, а потом спросил:

— Ты ведь не настолько наивен, чтобы поверить в предсказание?

Мальчишка Раад несказанно бесил Джейдока, чесались руки стереть сосунка в горстку пепла, однако, что-то удерживало его. И да, в предсказание Джейдок не верил. А самонадеянный мальчишка вдруг выдал:

— У меня предложение к тебе. Ты ведь давно уже понял, что предсказание никакой силы не имеет. Поэтому отпусти ее, просто отпусти.

Отпустить? Джейдок расхохотался.

— А я останусь вместо нее. Получишь мой живой огонь. Я отдам добровольно, — ронял слова мальчишка, подходя ближе. — И силу.

Живой огонь, отданный по доброй воле! Джейдоку показалось, что сейчас он загорится изнутри от забытого ощущения. Но так же быстро и потух. К чему это все теперь, ему все равно не возродиться. Нечем. Не осталось ничего. Только разочарование и гнев.

— Ты мне надоел! — отрезал он, поднимая черный огонь волной.

И оглянулся назад, туда, где в его спальне была женщина. Странное чувство чужого присутствия обострилось.

Кончать надо с мальчишкой. И быстрее!

— Погоди. Посмотри, что у меня есть, — сказал Раад, вынимая из-за пазухи нечто.

Какой-то черный обломок, размером не больше ножа.

Когда Джейдок увидел, что мальчишка Раад держит в руках, у него задрожало все внутри. ЭТО было частью его самого. Осколком того драгоценного, утерянного когда-то.

А с живым огнем… Он как во сне потянулся к этой частице самого себя.

Снежана проснулась резко, как будто что-то вытолкнуло ее из сна. В комнате опять никого не было, но откуда-то издали доносились голоса. Она узнала Джейдока и…

Раад!

Взрывом радость, и тут же сердце сжалось за него тревогой.

Она вскочила, бежать скорее туда, сказать, чтобы не…

И тут чья-то цепкая рука удержала ее, зажав рот.

— Не спеши, красотка.

Язвительный голос «милого дедушки» Элкмара раздался над самым ухом. Одна рука по-прежнему зажимала рот, а другая крепкая, словно стальная, рука прижала ее к его телу. Снежана попыталась вырваться, забилась. Ее только притиснули сильнее, зажимая на этот раз и рот, и нос.

— Что ж ты такая прыткая, а? Запомни, женщина, один звук, и я сверну твою тонкую шейку. Если поняла, кивни.

Чеееееерт… Сейчас Раада убьют из-за нее, а она даже знак подать не может, чтобы предупредить его! У Снежаны слезами налились глаза. Но она закивала тут же.

— Вот и правильно, я всегда подозревал, что ты умная женщина. Ну-ка, пойдем к зеркалу. посмотрим, что там происходит. Тебе же интересно? Вот и посмотрим.

Нет! Ей хотелось заорать, но рука, зажимавшая ей рот, не давала даже нормально дохнуть. Боже, как она сейчас поганого дедушку ненавидела… А он уже тащил ее в ванную.

Так быстро все! Снежана даже испугаться толком не успела. Элкмар, этот старый гад, оказался таким сильным! Пара мгновений, и они уже стояли против водного зеркала, в котором отражались Джейдоки Раад.

Из трех братьев Элкмар был младшим. Любимым младшим братом, старшие братья и кузены обожали его и всегда берегли. Потому что по странной прихоти судьбы Элкмар был силен, но не мог обращаться.

И каково это было из года в год видеть, как крепнут драконы, его родные и двоюродные братья? Как растут и набирают силу их дети, а он остается ущербным? Постепенно он возненавидел всех.

Зато Элкмар неожиданно нашел себя в исследованиях тайн магии и здорово преуспел в этом. Он так и не привел в дом жену, не прошел ни с кем ритуал.

Вместо этого Элкмар поселился в долине и стал обучать детишек.

Элкмар — великий учитель, стали звать его. Этого было ничтожно мало для его амбиций, но позволяло ему чувствовать себя исключительным. Однако все приобрело совсем другой смысл, когда среди его племянников и воспитанников объявился еще один «ущербный».

Если быть точным. Джейдок был вполне нормальным, и его исключительный по силе черный огонь тоже не являлся ничем ужасным. Но он отличался от остальных, и его вечно задирали и дразнили мальчишки. А с таким горделивым и заносчивым характером… Да еще с таким учителем и идейным вдохновителем, каким для него был дядя Элкмар!

Джейдок сам себя сделал изгоем, а Элкмар только подогревал его больное самолюбие и эгоистические устремления. Много ли мрачному юноше надо было, чтобы проникнуться идеями собственной исключительности и пожелать обрести запрещенную магию, чтобы захватить власть?

Но ведь и тут было все непросто.

Вот где не пропали даром тайные исследования. которыми Элкмар все это время занимался, а конечная цель его была — победить собственную ущербность и стать сильнейшим. Властвовать над всеми.

Для этого и был придуман тайный ритуал.

Разумеется, Джейдока он посвещать во все детали не стал. Но бездне нужна была жертва. За смертельную магию, которой нет равных. Джейдок отдал черной бездне внутреннюю суть, драконью душу истинное «Я». Он и не подозревал, что получить все это собирался Элкмар. а если результат вдруг выйдет неожиданным, всегда можно было списать на издержки эксперимента.

Но бездну обмануть невозможно. Ритуал пошел не так как Элкмар рассчитывал.

Ему в итоге от всей принесенной в жертву драконьей сущности не перепало ничего.

Получив смертельную магию, Джейдок тут же развязал войну. Думал, теперь-то заставит всех склониться перед ним, займет положенное ему место на вершине мира. Но стоило ему эту проклятую магию применить, как сдвинулось что-то в сферах, и возник порожденный бездной новый мир, в который его же и затянуло и погребло под землей. Занял свое место. Вот она, насмешка судьбы.

А что же Элкмар? Все его братья погибли, остались лишь племянники. из которых двое теперь были людьми, а шестеро оказались заперты в драконьей форме. Это если не считать остальных кланов и высших родов. Теперь он был в роду старшим, но все равно не смог стать повелителем — для этого не хватило ни огня, ни сил.

Раскаяпся ли он, опустил руки? Нет, он прожил колоссально долгую жизнь и продолжил исследования. Воспитывал одно за другим поколения юных драконьих принцев, подпитывался их молодой энергией и силой. И ждал.

И разумеется, тайно поддерживал Джейдока, потому что все-таки надеялся правильно завершить ритуал. Но нужно было много, очень много огня. И жертва.

С бездной всегда можно договориться, но ей нужна жертва.

Момент был идеальным.

Женщина в его руках.

Когда зеркало выдало то предсказание:

“Далекая женщина из другого мира, ее выбор сдвинет чаши весов судьбы. Победит тот, кого она полюбит и назовет суженым”.

Элкмар пришел в восторг. Потому что кого бы она не выбрала, означать это могло только одно — будет война. И кто бы не победил в этой войне, выиграет он.

Правда, женщина оказалась какой-то неправильной и, как назло, все поворачивала к миру. Пришлось здорово постараться, чтобы направить их в нужное русло.

Задействовать свои тайные каналы, ослабить защиту на замке Раада. Убить двух женщин, чья смерть будет особенно заметной и всколыхнет всех. Но сделать это чисто, так, чтобы все указывало на Джейдока. Нагнать тревожности и вызвать панику.

И Раад сам привел ее прямо Элкмару в руки. Теперь он мог контролировать все. И попутно интриговать, устроить нападение на сторожевой замок и на его хозяина. Стравить их всех, посеять раздор.

Самое смешное, что они, вместо того, чтобы начать войну, объединились.

Но так вышло даже лучше!

Женщина сама выполнила самую трудную часть работы. И теперь, благодаря ей, все силы сконцентрировались в одном месте. Оставался только финальный аккорд. Элкмар был уверен, что Раад явится за ней, его одержимость женщиной и идиотское благородство было только на руку. Неожиданным оказалось, что и Джейдок вдруг тоже проникся идиотизмом и стал играть в благородство. Смешно и глупо.

Но это уже не имело значения. Не важно, кто из них кого убьет, бездна в любом случае заберет обоих, а также и тех шестерых недоумков снаружи, и двух драконов.

Это будет достойная жертва! И тогда он, наконец, получит все. Самое смешное, что даже женщина не помешает. Элкмар собирался на какое-то время оставить ее себе в качестве наложницы.

В конце концов, должны же исполняться пророчества!

Ситуация была опасной до предела, сейчас Снежана не могла думать о себе.

— Смотри, — шептал ей на ухо Элкмар, задевая губами волосы, а ее аж перекашивало от отвращения.

Но она, не отрываясь, смотрела в зеркало, в котором отражались Джейдок и Раад. и…

Нет. Они не убивали друг друга.

Снежана поразилась, они разговаривали, почти как нормальные люди. В душе все взволновалось, может быть, удастся…

— Знаешь, что с ним будет, с твоим Раадом, если он добровольно отдаст силу и огонь?

Смех раздался у самого ее уха. Холод в груди. Снежана инстинктивно потянулась и наугад сжала оба амулет, висевшие у нее на груди. Один из них, металлическая пластинка от Шаума нагрелась.

— Он умрет медленной страшной смертью. Но Джейдоку это не поможет, мертвое оживить нельзя, он пойдет туда, куда ему и дорога — в бездну. А ты, милая, — весело проговорил Элкмар, плотнее прижимаясь к ней телом. — Ты будешь моей.

И тут он, весьма довольный собой, захохотал. У Снежаны слезы покатились из глаз, потому что это был конец. Конец!

Но этот момент Раад что-то протянул на ладони, и Джейдок замер, глядя как завороженный… А дедушка вдруг разразился проклятиями.

Она едва успела подумать, что-то пошло не так?

Не таки! Все опять пошло НЕ ТАК!

Проклятый Шаум! Элкмар был уверен, что это его рук дело. Только этот старый ползучий гад мог утаить и хранить ЭТО столько времени. Теперь и вправду может быть, возможно, то, что мальчишка предлагал! А он опять останется в дураках?!

Ну, нет. Не для того Элкмар всю свою долгую жизнь ждал!

Тряхнул ее как следует.

— А вот теперь кричи, женщина! Кричи громче, чтобы они тебя услышали!

Ему нужен был выплеск огня, и он его получит, во что бы то ни стало!

Рванул женщину в сторону от себя и выхватил короткий острый клинок.

Как будто кто-то замедлил время.

Острие медленно приближалось к ней. Было очень страшно, что она сейчас умрет, но ни за что в жизни Снежана не стала бы кричать. Только успеть посмотреть в зеркало, в последний раз взглянуть на него. И увидеть, как они оба, и Джейдок, и Раад разворачиваются в едином порыве и…

Раад успел первым.

Он всегда успевал первым. Закрывал ее собой. И сейчас, увидев перед собой его спину, она чуть не задохнулась от счастья, что он пришел.

Что он просто есть. Такой, какой есть, раздражительный, вечно орущий на всех.

Самый лучший в мире. Ее любимый “злой погонщик".

И тут же чуть не умерла от страха за него!

А время вдруг отмерло, и стремительно понеслось рывками, как будто наверстывало. Вот Раад закрывает ее собой, принимая удар на себя, а Элкмар отлетает к подоспевшему Джейдоку, и они сцепляются в клубок. И сплошная пелена огня.

Мертвый черный огонь смешивается с живым алым. Вокруг все ревет и вспучивается, трескаются, расседаются трещинами стены. Покрытие над ними лопается и разлетается на части. И вот уже над головой красноватое небо!

Их вынесло наружу секундами раньше, чем в пол ударил. прорываясь откуда-то из бездны. столб подземного огня. А потом они стремительно падали вниз, и все красно было вокруг…

Что это было, смерть?

Нет, это были защищавшие их от подземного огня красные крылья Ардо.

Удар о землю, хлопок, их какое-то время еще протащило по инерции в сторону и подбросило. Когда Снежана смогла открыть глаза, их было на земле четверо. Но Элкмара среди них не было.

Сначала она проморгалась и еще раз попыталась осмыслить. кого же она видит.

Пересчитала дважды. Она, Раад, лежавший в стороне от них Джейдок и…

Это без сомнения был мужчина, человек. Но странный какой-то, такие пропорции…

И весь, весь обгорелый! До мяса, до черноты!

— Ардо! — кинулся к нему сам полуживой Раад.

А до Снежаны наконец дошло.

Скорей поползла к нему на коленях, подавляя рыдания. Лечить! Спасти! Он же отдал за нее жизнь, как и обещал! Потоком хлынула с рук прохладная голубоватая сила. Ей не было видно от застилавших глаза слез, но кажется, сгоревшие ткани стали восстанавливаться. Потом и вовсе ожоги исчезли, затянулись новой розовой кожей.

Но он все не шевелился, а Снежана боялась его выпустить.

— Все, Снежка, все, — услышала она, понимая, что ее трясет за плечо Раад. — Все хорошо, он просто спит.

Откинулась ему на грудь и закрыла глаза, задыхаясь от простого чувства.

Все хорошо. Они все ЖИВЫ.

Нельзя недооценивать силу пророчеств. Они сбываются как должны, а не так, как кому что хочется. И нет никакого особого волшебства, а есть просто любовь.

А зеркало истины никогда не лжет.

Когда-то Элкмар своим ритуалом вызвал к жизни порождение бездны — голодный неспокойный мир, приграничные земли. Но бездну обмануть нельзя. Ей не нужен был глупый дракон, отдавший душу. Ей нужен был тот, кого она избрала сама.

Она долго ждала, и все-таки дождалась свою жертву.

Чаши весов судьбы качнулись обратно, и порожденное темным ритуалом исчезло. А мир остался, просто мир.

— Где Элкмар? — пробормотала она, наконец, когда смогла нормально дышать.

Раад встал, ничего не ответив. И тут она поняла, что долина-то изменилась, даже как будто прохладнее стало. Исчез столб подземного огня, на глазах светлело красноватое марево границы, и будто выключенная лампочка, погас вулкан.

Вдалеке виднелись фигурки приближавшихся людей. Ну не совсем людей, она узнала медведя и барса. А совсем недалеко от них на камне сидел седой мужчина, весь какой-то пепельный. Наросты странные на голове и…

— Нерр? — Снежана не поверила своим глазам и оглянулась на лежавшего неподвижно Ардо.

— Элкмара больше нет, — тихо проговорил Раад, махнув куда-то рукой. — Там остался.

Повернулся и подошел к сидевшему на земле Джейдоку, а тот при его приближении немедленно встал на ноги.

— У тебя два пути. Или пожизненное заточение, или… — Раад уставился на небо. — Чтоб я тебя больше не видел. Никогда.

Джейдок мрачно усмехнулся и расправил руки.

— Не увидишь.

В следующее мгновение его не стало, на его месте был черный дракон. Живой, настоящий. Дракон поднялся в небо, несколько мощных взмахов широких крыльев, и черная точка исчезла в пелене за скалами.

А Раад повернулся к ней.

Боже… Эта ревнивая рожа…

Снежана не выдержала, отвела глаза и прикрыла рот рукой, чтобы он не видел, как она смеется.

Нет, правда, тут только что кошмар, что творилось! Они все чуть не разлетелись в клочья от страшного взрыва, а потом чуть сгорели в неумолимом подземном огне. А ей было смешно. Оттого что они все чудом выжили, что опасности больше нет, и еще…

Оттого что некоторые вещи не меняются.

Сердитый взгляд Раада теперь был устремлен на шестерку приближавшихся к ним Проводников. Руки уперлись в бока, брови сошлись на переносице. Ни дать ни ВЗЯТЬ, «злой Погонщик». А он скользнул по ней странным, обжигающим взглядом и отвернулся.

Снежана встала и как-то вдруг поняла, что она по-прежнему в той самой нижней рубашке, которая к тому же вся перепачкалась и местами порвалась. Подошел Раад, стянул с себя широкую темную рубаху и протянул ей. Все это на нее не глядя.

Ну Снежана-то его рассмотрела. Идеальный торс, словно выточенный, ничего лишнего, не перекачанный, не такой мощный и массивный на вид, как Гайдиар или мишка Ургенн. Но это ему и не было нужно, Раад дышал силой.

Надо было перестать на него пялиться.

Остальные шестеро добрались уже достаточно близко, Снежана слышала, что они кричали:

— Так нечестно!

— Вечно эти драконы лезут вперед!

— Опять все сделали без нас!

Раад только хмыкнул, отворачиваясь. Снежана понимала, что у ребят, сунься они туда вместе с ним, просто не было шансов. И пробормотала, пока Раад еще стоял рядом:

— Спасибо.

Он резко вскинул на нее горящий странной жаждой взгляд, выдал:

— Не за что. Это был мой долг — и пошел навстречу остальным.

Ах, долг?! Где ее швабра? Треснуть его разок по упрямой башке, чтобы мозги вправились.

Но потом вдруг поняла.

Они ведь вернулись в исходную точку. Сейчас снова была она и строй Проводников напротив. Только совсем другие теперь были взгляды, и совсем иного они от нее ждали. Да и она сама теперь была другой. Невозможно было пройти через все это и остаться прежней.

Но кое-что неизменным все-таки осталось.

Выбор.

Только теперь она была к этому готова.

— Я… Благодарна всем. Всем вам, правда. Но…

Она невольно оглянулась назад, туда. где грань между мирами постепенно становилась прозрачной и вздохнула. В принципе, ее миссия в этой «горячей точке» завершена. Можно уйти сейчас.

Обернулась и увидела, как разом напряглись все мужчины.

Уйти навсегда… Отказаться? А как потом жить?

Сжал кулаки и подался к ней Раад. И так кристально ясно — ну вот же ОН, посланный судьбой, чтобы беречь и защищать ее. Суженый Самый лучший.

Красивый, сильный, умный, благородный… Снежана даже слегка покраснела и поперхнулась, потому что достоинств у ее суженого получалось как-то уж слишком много.

Но так это если закрыть глаза на его недостатки! Один гарем чего стоит! И это если не считать того, что он вечно недоволен чем-то и вечно на всех орет. А так…

Обвела глазами всех и продолжила:

— Теперь я знаю вас всех, и все мне дороги, но…

И снова оглянулась назад, туда, где была дорога домой. Мысленно попрощалась.

Самые тяжелые минуты были, когда она пропала? Или когда он шел и не знал, выберет она Джейдока или ему удастся вытащить ее раньше?

Нет. Самые тяжелые, рвущие душу минуты, были сейчас. Когда Раад смотрел на нее и понимал, что она может уйти обратно в свой мир. И тогда у него сердце сгорит в груди.

Он мог бы принудить, взять по праву сильного… Раад готов был хохотать себе в лицо, потому что он никогда так с ней не поступит. Судьба сыграла с ним в жестокую игру, заставив узнать любовь.

Но он готов был дать ей любой выбор.

— Я не могу выбрать всех вас, — проговорила она. — Вы же понимаете, и надеюсь, не будете держать зла?

Момент истины. Сейчас она скажет, и все… будет для них закончено.

Сотхан из клана Быстрых слышал, как медленно выдохнул рядом ночной охотник, как шевельнул кистью и сжал кулак. Как переминается с ноги на ногу медведь, пряча горечь за своей всегдашней усмешкой.

Все они, притихшие и строгие. Сейчас решится их судьба.

Сотхан сам смотрел на женщину, не в силах отвести взгляд. А понимание уже пришло. Он не приведет ее в свой клан.

Никто из них не приведет ее в свой клан. Потому что…

В какой момент разбивается надежда?

Можно даже услышать звон, с которым осыплются в душе осколки.

В тот момент, когда ты шел к цели и почти достиг. Почти. Но ты видишь, что другой пришел первым. И тяжелее всего принять, что тот другой оказался не просто быстрее, сильнее или ловчее тебя.

Нет, он лучший по праву. Не потому что он повелитель, нет. Потому что он — лучший. И ты видишь, как ОНА на него смотрит. И как на нее смотрит он. Какие искры между ними летят.

Сдыхаешь от ревности и зависти к нему, и понимаешь, что все правильно. И самое смешное, в глубине души ты знал, что так будет, с самого начала. Но была надежда. Проклятые правила. Правила уравнивают.

Но она…

Как, когда, в какой момент она из невзрачного средства для достижения цепи превратилась в драгоценную ЖЕНЩИНУ, ради которой, и умереть не жалко? И ты понимаешь, что начисто забыл первоначальные честолюбивые замыслы возвысить свой клан, возвыситься самому, стать первым, подмять всех под себя.

Теперь все те, кому ты хотел доказать свое право властвовать, стоят здесь, рядом собой. И ты видишь те же чувства в их глазах. Теперь они тебе как братья.

Прежней цели просто нет. А новой ты не достиг.

Это… грустно. Недостойно мужчины? Поражение?

Нет. Это испытание судьбы для всех.

Признать победу достойного — это честь. Честь стать ему другом. Честь сохранить то, что было в этом испытании достигнуто.

Момент слабости прошел Сотхан из клана Быстрых тряхнул головой и расправил плечи.

Да свершится выбор.

Молчаливое ожидание. Можно было уловить эмоции каждого. Тяжелый вздох изобразил варгов хохмач медведь, покорно опустил голову и сказал, хитро на нее глядя:

— Как не понять, госпожа.

Бледная улыбка пробежала по ее губам, она кивнула всем разом, а потом Раад понял, что она смотрит на него. Сначала просто замер в ступоре, боясь, что понял неправильно. И только когда вокруг него стали поворачиваться спиной и отходить в сторону другие, очнулся.

Подошел медленно, не спеша, как будто давал ей время передумать, на самом деле четко отслеживал малейшие движения.

Потому что, все. Выбрала его, теперь ей от него не уйти.

Это было немного страшно. И волнительно.

Когда он подошел и молча замер перед ней. А глаза…

— Я? — спросил хрипло.

— Ты… — нервно сглотнула она.

Только что он стоял близко, и…

Когда только она успела очутиться у него в руках? Как?! Она и охнуть не успела. а он уже прижимал ее к себе, горячо шепча на ухо:

— Хасссс! Женщина, знаешь, что ты со мной сделала, когда сказала, что я тебе отвратителен? Я думал. что сгорю изнутри. Знаешь, что я с тобой за это сделаю?

Снежка, Снежкааа… А когда ты трогала их всех! Мммм! Коснись меня, коснись…

Ау нее мурашки по коже, закрываются глаза от его горячего шепота. Кажется. расплавится сейчас…

— Юскхммм, — голос у него за спиной.

Чееерт! Забыли, что они тут не одни.

Подошли трое, Бранвен Ленд, Ургенн и Сотхан, остальные стояли в стороне.

— Извини, что беспокоим, повелитель, — начал Бранвен, стрельнув глазами в нее.

Раад медленно спустил Снежану на землю и задвинул за спину. А сам повел руками:

— Я не повелитель.

— Не важно, кем ты себя считаешь, важно, кем тебя считаем мы, — с грустной усмешкой проговорил ночной охотник. — Но это к делу не относится. Мы возвращаемся в сердце гор. Вы с нами, или…

Честно говоря, Снежане сейчас никуда не хотелось. Опять толчея, люди, им даже не дадут побыть вдвоем. И вообще, не хотелось возвращаться в его столичную жизнь. Потому что она не знала, что будет и как. Пусть уходят Снежана хотела остаться хоть ненадолго.

— Нет, — проговорил Раад. — Вы идите. Мы потом.

— Тогда… Кхммм, — Бранвен кашлянул в кулак и оглянулся. — Мы тут пока добирались, заметили одну пещеру.

— Да, знаю, я сам ее видел.

— Ну и… Тут кое-кто сказал, что если вас не запереть на пару дней. ничего не получится.

Снежана готова была провалиться сквозь землю, а Раад сначала закрыл лицо рукой, а потом подбоченился и грозно выдал:

— Умнее ничего не придумали?!

— Заметь, это не я сказал, это Нерр! — выпалил медведь Ургенн.

Нерр возмущенно вытаращился на любителя приколов, показывая рукой на горло.

А Бранвен прокашлялся и положил перед ними на землю узел:

— Вот, тут есть еда и одежда, и один портал, если вдруг что. И… Три дня, больше мы нервного волка не удержим.

— Спасибо, парни, — усмехнулся Раад. — И валите уже.

Неожиданная забота, грубоватые шутки. Парни отводят глаза.

Это ведь был целый этап для каждого. Этап, который они запомнят на всю жизнь.

Наконец вся команда собралась вместе. Ургенн выдал:

— Исторический момент, медведь везет дракона! — и обернулся, а на его широкую спину, покрытую густой мягкой шерстью, аккуратно пристроили спящего Ардо.

— Ничего, ничего, Шаум поколдует, будет как новенький.

Потом все дружно поклонились Снежане, приложив руку к сердцу.

— Счастья тебе, госпожа. А ты повелитель, помни, три дня…

Больше ничего сказать не успели, сработал портал.

Только что была толпа, а теперь они неожиданно остались одни.

Волнительно. Горячо…

И самое время прояснить кое-какие важные вопросы.

Все так неожиданно и быстро. Трудно поверить. Но теперь они вместе, да?

Раад все еще стоял несколько секунд, глядя вслед исчезнувшему порталу, а потом повернулся и пошел к ней. Снежана невольно залюбовалась, как он движется, как перекатываются тугие мышцы под гладкой загорелой кожей. И слегка смутилась.

Красивый. Даже слишком. Ее?

Все настолько быстро, теперь трудно понять себя.

А он ее смущение расценил по своему. И пусть физиономия все еще хмурая, в глазах все еще плещется огонь, но на губах уже обозначилась многообещающая мужская улыбка. Еще бы, они наконец-то остались одни. Будет приводить в исполнение обещание наказать? О-о… Снежана нервно хихикнула и отвела взгляд.

Но он был уже рядом.

— Снежка. Снежка моя… Анио эве*. Анио*…

Хрипловатый шепот, крепкие объятия, теплые губы.

Так хорошо и немного страшно.

И так до странности неловко. Казалось бы, они же здесь одни.

А он понял ее состояние. Выпустил из объятий, поднял с земли узел и протянул руку.

— Пошли?

Можно было, конечно, переместиться. Силы Рааду всегда хватало на то, чтобы перемещаться на небольшие расстояния без портала. Но это было интересно, просто идти ногами по земле, держась за руки. Вот так, вдвоем.

Но под конец он все-таки переместил ее, потому что видел, Снежка устала.

Последние метры и еще немного по пещере Раад нес ее на руках. Она смущалась, а он не спешил, хотел дать ей время, чтобы горела так же как и он, отвечая на его страсть. Это было мучительно, гореть на медленном огне, но сладко.

— Я на минутку, — стрельнула в него глазами.

— Куда ты? Подожди, я с тобой.

— Но Раад! — недовольно сведенные брови. — Ведь нет никого!

Она хотела маленькой свободы, приватности, хотела права на свои маленькие тайны. Раад понимал, что все время это время они грубо вторгались в ее личное пространство, а она ведь женщина. Конечно, ее это смущало. Он должен был дать ей эту маленькую свободу, женское право, потому что она этого хотела. Но только в этот раз.

— Хорошо, — медленно выдохнул Раад. — Иди, я пока тут обустроюсь. Но смотри, если тебя долго не будет…

— Да! Я быстро! Я сейчас. А ты не подглядывай.

Раад закатил глаза.

— Хасссс! Женщина!

Убежала. Только стройные подыжки засверкали. Он не смог сдержать улыбку А потом сглотнул, мысленно представляя, как ее тонкие ноги обовьются вокруг его стана, и зашипел. Это было очень горячо, на грани. Медленно выдохнул и закрыл глаза.

И вдруг знакомое ощущение…

Ее страх?!

Раада вынесло к ней мгновенно.

Он смотрел и не мог поверить своим глазам. Перед ним был Элкмар, вернее это было энергетическое тело, но слишком плотное для призрака. Старик здорово изменился, но тем не менее, его можно было узнать.

— Ты же не думал, что от меня будет так легко избавиться, мой мальчик?

Так вот почему его преследовало ощущение, что все получилось слишком просто.

— Я ничего не думал, Элкмар, — ответил Раад, медленно отступая назад и оттесняя Снежану к входу в пещеру.

Призрак расхохотался, глядя на его маневры:

— Ты всегда был излишне горяч и ничего толком не продумывал.

У Раада от его смеха волосы дыбом встали.

Бездна его пожри… Как это чудовище смогло вырваться?!

Как же это тяжко. Он думал, счастье уже в руках. А главный бой оказался впереди.

Все потом, сейчас надо было обезопасить Снежку.

— Быстро в пещеру! — шепнул он ей не оборачиваясь. — Среди вещей есть портал, уходи в сердце гор. Сейчас же!

— А как же ты? — она пыталась возразить.

— Женщина! — шикнул на нее. — Хасссс! Уходи!

А сам сложил руки на груди, склонил голову набок и, лениво растягивая слова, спросил:

— Как тебе удалось вырваться, Элкмар? Тут же все мертво?

Раад не обольщался, договориться не удастся, Элкмар пришел убивать. Но он должен был дать Снежке время.

— А ты как думаешь, малыш? — Элкмар картинно вскинул брови и развел руками. — Тебе все-таки надо было пройти через границу и открывать ход с той стороны. Но ты ведь не подумал, ты так торопился. Боялся, что Джейдок поимеет ее раньше тебя?

Он смеялся. У Раада в груди все переворачивалось, но он молчал.

— Вы разворотили все здесь, умники. А там, по ту сторону выход остался. И я ушел туда.

— Надо же, — изобразил недоумение Раад. — И бездна отпустила тебя?

Элкмара перекосило от злости, однако он усмехнулся:

— С ней можно договориться, нужна всего лишь достойная жертва. А ты, кстати, зря отпустил Джейдока. Без него тебе со мной не справиться, малыш.

— Посмотрим, — проговорил Раад.

Главное, чтобы Снежка успела уйти.

В первый момент, когда Раад втолкнул ее в пещеру, Снежана инстинктивно кинулась к узлу с вещами и выхватила артефакт перехода. И вдруг замерла, понимая, что просто не может сейчас уйти и бросить тут его одного.

А депо плохо! Боже милостивый… неужели все было напрасно?

Она слышала все.

Как Элкмар самодовольно лил яд.

— Ты все-таки дурак, Раад. Всерьез думал, исполнилось предсказание, выбрали тебя из толпы идиотов, и все? Какая любовь? Очнись, глупец, это всего лишь благодарность. Разве женщина вообще не способна любить? А ты? Пришел спасать ее? Не смеши меня. Тобой двигала всего лишь гордыня, желание быть первым, самоутвердиться. И ты думаешь, что победил?

Смех. Хотелось заткнуть уши. Ужасно. Ужасно!

Этот смех рвал ей сердце. Она как будто снова оказалась в лапах этого чудовища.

Хотелось крикнуть:

— Нет! Не верь ему! Он лжет!

Но горло перехватило, а в глазах закипели слезы.

— Ты лжешь Ты все извращаешь! — зарычал Раад.

Злой издевательский смех был ему ответом. А через секунду энергетическое тело Элкмара было уже рядом с ней. Он успел вклиниться между ней и Раадом и теперь держал ее за горло.

Дежавю. Кошмар вернулся.

— Отпусти ее, — напрягся Раад. — Возьми, что хочешь и отпусти.

— Присмирел, мальчик? Я возьму. И даже отпущу ее, раз ты так хочешь. Более того, я даже дам вам попрощаться. Но сначала ты принесешь мне клятву. Ты знаешь какую.

— Только если ты поклянешься, что отпустишь ее.

— Как скажешь, — Элкмар усмехнулся и поднял руку.

Вот сейчас был идеальный момент, Не тогда.

В тот раз Элкмар немного просчитался, не учел коварство Змея, и это стоило ему многого. Его плоть сгорела в черном пламени Джейдока, уцелело только энергетическое тело — внутренняя сущность и его огонь.

Но главное, что он остался жив, а договариваться с бездной Элкмар умел.

А сейчас ему нужна была сила, чтобы возродиться в новой ипостаси.

Могущественной, мощной, И, конечно же, жертва.

Однако были и свои плюсы в том, чтобы не иметь плоти, потому что Элкмар четко видел связавшие этих двух молодых идиотов энергетические потоки. Нити судьбы?! Ему было смешно.

Они же такие предсказуемые оба. Элкмар даже не торопился, знал, что женщина никуда не уйдет, а Раад, ради того, чтобы спасти ее, отдаст ему.

ВСЕ. Добровольно, до капли. То, что ему нужно.

Страшное, темное творилось на глазах у Снежаны, и она никак не могла помешать.

Они что-то говорили, вокруг искрило от магии, а ее просто прижало к стене, не пошевелиться, слова не сказать. А потом Раад, ее могучий и гордый Раад, покорно замер, а Элкмар обернулся к ней:

— Все, женщина, ты свободна. Уходи. Но сначала, как я и обещал — можете попрощаться.

Сказав это. Элкмар исчез из вида. Снежана наконец сползла по стене и пошла на негнущихся ногах к Рааду. Слезы текли, а в груди так пекло, как будто ее проткнули раскаленной кочергой. Он смотрел на нее и грустно улыбался.

— Не плачь, Снежка. Анио зве*, не плачь.

— Но… Он же убьет тебя! — у нее дыхание срывалось.

— Это ничего. Главное, что, — Раад сглотнул, вытирая ей слезы ладонью. — Ты любила меня. Я уйду счастливым.

— Нет!

— Почему ты не ушла, Анио эве*, любимая моя?

— Я не могла оставить тебя.

У нее слезы хлынули из глаз. Господи, какая же она дура! Если бы она ушла, как говорил ей Раад, ему теперь не пришлось… Но она же не могла уйти!

Замкнутый круг. И как назло. они здесь совершенно одни. Никто не поможет. Никто.

Снежана обвела взглядом пещеру. На три дня она должна была стать местом их любви. А вместо любви будет смерть?

Нет.

— Что ты обещал ему, в чем поклялся?

— Время вышло!

Внезапный окрик. Мороз по коже.

Они прозевали появление Элкмара.

— Нет! — вскинулась Снежана.

— Нет? Ну, оставайся, смотри, как он умрет, если хочешь, — рассмеялся старик. — А можешь уходить. Ты не нужна мне, ты свою миссию выполнила.

Нет. Нет. Нет!

— Подожди! Что ты будешь с ним делать?

— Женщина, тебе никто не говорил, что ты назойлива и любопытна? — спросил Элкмар и сделал пасс рукой.

Раад дрогнул, упираясь на месте, и одними губами прошептал:

— Уходи.

А от него к отвратительному жестокому старику уже потекли потоки силы.

Нет!

— Подожди! Я… — заметалась Снежана, видя, как вместе с этими потоками из любимого уходит жизнь. — Я могу тебе кое-что предложить!

— Женщина! Уходи! — заорал Раад, — Уходи сейчас же!

Но Элкмар оживился.

— Что ты можешь предложить?

— Я могу…

Господи… Что же, что??? У нее же ничего нет. Нет, почему же?! Есть…

— Я могу отдать свою силу, я могу лечить. И… я могу отдать свою кровь. Всю.

Добровольно.

— Снежка! Не смей!

— Если ты поклянешься, что отпустишь его живым. Я отдам. Добровольно.

— Хммм, сила… От иномирянки? — усмехнулся Элкмар, пожевав губами. — Это достойная жертва.

— Не смей, слышишь! Снежка! Не смей!

— Ты поклянешься, что не причинишь ему вреда и отпустишь его живым!

— Хорошо, я поклянусь, и даже отпущу его, как ты хочешь. Но зачем ты это делаешь, женщина?

— Да потому что я люблю его!

Элкмар хохотал. Долго. Обидно. Потом пробормотал:

— Глупцы.

Повернулся к Рааду, произнес какую-то формулу, от которой опять все заискрило магией. Но напоследок все же рванул с него столько силы, что тот повалился как подкошенный. Но живой, неровное дыхание поднимало грудную клетку.

— Ну вот, женщина. Он будет жить, все как ты хотела, — теперь Элкмар обернулся к ней. — Твоя очередь.

Страшно было. Не так она думала закончить свою жизнь. И все же.

— Я, Волшанская Снежана Владимировна, — начала она, закрыв глаза. — Обещаю добровольно отдать данную мне в этом мире силу исцелений…

— О, ну надо же, я и забыл! — умилился Элкмар и захлопал в ладоши. — В вашем мире так любят формальности. Можно было и покороче.

— Можно!

Раад?! Снежана тут же разлепила веки.

С той самой секунды, как Элкмар появился. Раад понял, что должен убить его любой ценой. Потому что Элкмар безумен и никогда не остановится. Особенно сейчас, когда от него фактически остался только его огонь и энергетическое тело. Ему нужна сила, и он будет тянуть ее отовсюду.

Трудно было принять это решение. Старый учитель. уважение, память детства. Раад предпочел бы отпустить его так же как и Джейдока. Но Эпкмар просто не оставил ему шанса, он добрался до Снежаны.

Надо было заставить его отпустить ее. Клятва.

И с него потянули силу.

Но сквозь прозрачное энергетическое тело Раад видел, как пульсирует нечто маленькое тускло светящееся синеватым огнем — сердце Элкмара. До него надо добраться и уничтожить. Он выжидал удобный момент.

И как назло, вмешалась Снежка. Раад чуть с ума не сошел! Что она делает, глупая?!

Безумный старик отвлекся, это было его последней ошибкой.

Раад стоял за спиной у Элкмара, а его рука была прямо внутри его энергетического тела, сжимала что-то бледно светящееся и пульсирующее. И от руки Раада распространялся огонь. Живой, алый! Сначала странное затишье и треск, как треск электрического разряда, а потом энергетический сгусток загорелся изнутри.

Секунда — и пламя уже пожирало Элкмара целиком.

— Надо было брать с меня клятву, что я не убью тебя, — проговорил Раад, глядя, как энергетический сгусток догорает.

Догорел. Исчезло все, только запах озона остался. Как после грозы.

Не стало? Чудовища не стало?!

Она не могла поверить… Все закончилось, они живы?! Бросилась его обнимать, а он осел на пол, дрожа от усталости. Зарылся в ее волосы руками:

— Снежка, любимая моя… Что ты хотела сделать? А?! Снежкаааа… Анио эве*… Я тебе по заднице надаю.

Потом отдышался:

— Где портал?

Она заметалась, ища где обронила его, оказался у стены. Нашла.

— Вот!

А он уже встал, подхватил узел и протянул ей руку:

— Пойдем отсюда, — и потянул ее наружу. — Я только запечатаю это место, и все.

Чтобы запечатать пещеру, им пришлось выйти. Когда отошли достаточно далеко, Раад вскинул руки, посылая силу. Земля на этом месте схлопнулась, а вокруг над этим местом стал образовываться упругий прозрачный купол.

Снежана стояла сзади, уцепившись за него обеими рукам, потому что страшно было отпустить хоть на минуту. И страшнее всего на свете было его потерять.

Страшнее, самой смерти.

— Готово, дальше пусть это место очищает Шаум, — и, обернувшись к ней, выдохнул: — Давай портал.

Вот чего не ожидала, так этого того, что их вынесет к тому самому озеру, где она купалась когда-то под конвоем. И точно так же как тогда, близился закат, окрашивая воду розовым. Снежана глазам своим не поверила.

Но она помнила, что в озере замечательная теплая вода. Искупаться сейчас, после всего этого кошмара, было бы просто здорово! И здесь было так… Свободно!

Обернулась к нему, Раад смотрел на нее таинственно и улыбался уголками губ.

Потом опустил на землю узел, потер шею, щурясь на солнце, и выдал:

— Знаешь… Я сейчас скажу что-то, но ты не смейся, ладно? Я в первый раз влюбился в тебя, когда увидел здесь. Когда ты купалась в этом озере.

Смеяться? Да она сейчас готова была лопнуть от счастья. Наверное, потому и сказала:

— А я… наверное, в первый же миг, как только тебя увидела.

Странная смена чувств отразилась на его лице. Потом его руки как-то подозрительно удлинились, а он аж зашипел:

— Хасссс! И ты столько времени мучила меня, женщина?! Наказззание будет страшным!

Но она увернулась и побежала к воде, смеясь и сбрасывая на ходу одежду.

Недалеко убежала, сзади уже слышалось, его шумное дыхание. Снежана только успела зайти в воду по бедра и замерла, понимая, что больше ничего не слышит.

Невольно встревожилась и обернулась, Раад стоял на берегу, он тоже успел раздеться, но в воду не заходил. Смотрел на нее, и такой странный у него был взгляд…

Она вдруг смутилась.

— Не смотри, я некрасивая.

Отвернулась и постаралась закрыться. Слышно было, как он привычно чертыхнулся, а потом по воде зашлепали его ноги, и вскоре он мягко обнял ее за плечи.

— Анио эве, ты глупая.

— Я не такая как ваши женщины, я видела их. Они гораздо красивее.

Раад все также стоял за ее спиной, мягко держа за плечи.

— Да, ты не такая. Ты не похожа на наших женщин. Но знаешь, что я вижу. Когда смотрю на тебя? — спросил он.

В его голосе было столько скрытого огня, ее зацепило.

— Что? — робко проговорила Снежана.

Улыбка, она почувствовала ее, когда его губы прикоснулись к ее волосам.

— Я вижу, как солнце подсвечивает твои волосы. Твои волосы темные, но они горят бело-золотым огнем на кончиках. Солнце золотит тебя, отражается в глазах.

Забирает в объятия, и я схожу с ума от ревности, когда лучи целуют длинную шею и обнимают тебя за талию и бедра и забираются туда… горят звездой. Это…

Захватывает, — он невольно сглотнул, а его руки скользнули по ее телу лаской. — Да, ты не такая как наши женщины. Слишком худая, высокая и плоская. Но я не могу отвести от тебя отвести глаз. Понимаешь?

Больше не было слов. И не было сомнений, неуверенности в себе.

ЕЙ так давно хотелось провести кончиками пальцев по краю его красиво вырезанных губ, запустить пальцы в короткие густые упрямые волосы. Упрямые, как и он сам. Коснуться гладкой кожи, выпить губами капельки воды. Ощутить, как вздрагивает его сильное тело под ее руками, как сбивается его дыхание.

— Снежка… Анио эве. Жизнь моя, любовь моя…

Больше не было слов.

Раньше Снежана никогда не понимала смысла, зачем стелить поля влюбленным”, зачем им петь во сне и наяву? И все так ясно стало теперь, когда они лежали обнявшись на плаще, расстеленном прямо на голой земле, тут же, у озера.

Отхлынули первые волны страсти, немного насытив их. Этот голод никогда не насытить до конца, только притупить. Но все же.

Солнце село, наступил синий вечер.

Настало время разговоров.

Конечно, оторваться друг от друга нельзя, потому она чертила кончиком пальца петельки у него на груди.

— Вот я все время хотела спросить… Ты же всегда приходил ко мне на помощь, даже когда был далеко и не знал, где я. Как?

Раад пошевелился. удобнее устраивая ее на голову у себя на плече и подтянул повыше плащ. А потом выдал:

— Связь. Ну… — он замялся. — Я слышу тебя, знаю, что ты чувствуешь, когда боишься, или касаешься кого-то… Иногда просто слышу.

— Что?! — она аж подкинулась.

Так это он все чувствует и слышит? Какой кошмар!

А потом стукнула себя по лбу.

— Ну да! Конечно связы! — И схватила висевшие у нее на шее амулеты. — Вот! Это же ты мне дал. Потому и связь.

Правда, по амулету Шаума связь была в обе стороны, а тут только односторонняя.

Раад нахмурился и сел.

— Вот из-за этого? — ткнул в амулет пальцем.

Снежана так и не поняла, почему он вдруг рассердился, но потянула с шеи шнурок, на котором висел амулет, который он ей дал когда-то.

— А теперь как? — и замерла.

Он недоуменно покосился на нее, на амулет, лежавший между ними на плаще. И вдруг заговорил быстро и громко. Правда она теперь почти ничего из его гортанного говора не понимала. Потом ткнул себя в грудь и подхватил ее на руки.

А когда Снежана снова надела эту штуку на шею, сказал:

— Амулет не при чем. Связь! Что с ним, что без него, я все равно чувствую.

— Может, это потому что ты мой суженый?

Назвала его суженым.

Исполнилось пророчество от первого слова до последнего.

Он вдруг почувствовал, словно ветер вечности пронесся по его плечам, наделяя силой. Немного страшно. Ощущение было странно знакомым, Раад уже испытал это однажды. Когда Шаум заставил его посмотреть в зеркало, и он впервые увидел ее. Ему тогда тоже было страшно, как будто его коснулась судьба.

Раад закрыл глаза и расхохотался.

Бездна его пожри… Какой же он идиот!

А потом была теплая звездная ночь, горела страстью до утра.

Но утром их, конечно же, нашли.

Три дня?

Явились полным составом товарищи экс Проводники. Еще Шаум, Азд, и сними все драконы. И Гайдиар больной примчался, здоровее всех здоровых, живее всех живых.

Гвалт подняли страшный.

Раад орал, размахивая руками. На него орали.

Снежана судорожно пыталась одеться прямо под плащом.

Прекрасное утро после ночи любви.

Однако именно тогда ей впервые в голову пришла одна мысль…

Но обо всем по порядку.

Оказалось, когда объявился Элкмар и стал тянуть силу из Раада, у Шаума сработал амулет. Он же все свои амулеты еще и на защиту замыкал. Как сигналки. А уж когда Снежана начала клятву приносить, так вообще трезвон поднялся. У всех Проводников шерсть дыбом (у некоторых буквально).

И это было так дико, потому что магический фон приграничных земель показывал, что там чисто, нечего бояться. Потому они и оставили их одних, дать немного уединения. А тут такое! И как назло, зеркало молчало, а артефактов перехода не осталось.

Пока Шаум связывался с Гайдиаром и Аэдом. Пока те переворачивали все вверх дном. Пока горный волк вытрясал из своих тайных поставщиков артефакты, ушло время.

К тому моменту, когда они вывалились в долину перед границей, Раада со Снежаной там уже не было. Зато на месте пещеры был обнаружен запечатанный купол, содержащий эманации смерти и непонятный энергетический шлейф, ведущий через границу в другой мир.

В общем, после того, что произошло, реакция на это все была предсказуемой и неоднозначной. Разумеется, сначала все проклятия пали на голову Джейдока, прежде чем кое-как разобрались, что тут другой след.

Их искали как сумасшедшие весь остаток дня и всю ночь. Сначала в доме Раада, потом в долине, не найдя там, мотались по всем приграничным землям, даже за границей шарили. А утром, наконец, набрели на мирно спящую сладкую парочку. И то, потому что про это озеро вспомнил Ардо!

Естественно, Раад получил страшный разнос. Повелитель он, победитель, или еще кто, на него хором насели все. Орали, что он не должен был биться Элкмаром в одиночку! И уж тем более, не должен подвергать опасности Снежану! А тот орал, что он мужчина, и за СВОЮ женщину должен биться сам!

— А вы все, — резко махнул руками. — Катитесь! У вас был шанс? У каждого! Хасссс!

Но потом, конечно, все утихомирилось, и его уже поздравляли и подкалывали со всех сторон. Потому что все это сдружило их. Таких разных, из разных кланов.

А пока все это шумело и галдело, к Снежане подошли двое. Люди, без сомнения, но слишком многое напоминало о том, что они совсем недавно сбросили обличье драконов.

— Ардо? Нерр? — воскликнула Снежана, узнав пепельного и красного, и тут же зажала рот рукой.

Ардо взял ее руку двумя своими большими ручищами и с трудом выдавил:

— Спасип…

А потом показал на горло. Нерру удалось немного лучше, он проскрипел:

— Трудн… Отвыкл…

Показал на небо и лукаво прищурился, мол, полетаем?

Полетать было бы здорово, просто она была совсем ошарашена сейчас. Кроме того, к ним с жутко ревнивой рожей приближался Раад. А рядом с ним шел Шаум — Змей. Ногами своими шел, ногами!

Нерр весело просипел, глядя на Раада:

— Ревнует.

Они с Ардо пошли ему навстречу, Раад обнялся со своим побратимом Ардо, потом с пепельным. А к Снежане тем временем подошел Шаум. Поздоровался, прижав руку к сердцу:

— Здравствуй, снежная женщина.

— Здравствуйте, Шаум. Вы… эээ… — Снежана хотела сказать что-то по поводу его ног, но постеснялась, сказала просто: — Поздравляю.

— Это все благодаря тебе. — и поклонился ей в пояс.

И вдруг этот почтенный белый Змей (ныне вполне себе человек) оживился, совсем как мальчишка.

— Ты представляешь, что со мной было, когда я со своего хвоста вдруг свалился, и у меня ноги?! Ноги! Знаешь, что это значит для нас? — он показал на Нерра и Ардо, и остальных драконов. — Теперь мы все сможем иметь потомство. Потомство…

Понимаешь?! Это ты сделала, снежная женщина.

Снежана вконец смутилась.

— Ну, я-то ничего не сделала, это все Раад. И другие ребята. Это они.

— Нет. Ты помнишь, я говорил о твоем предназначении? Ты его исполнила, и вот… — он показал широким жестом на мир вокруг. — Ты видишь?

Нет, она конечно видела. Но столько вопросов!

Вот, например.

— Шаум, скажите честно, — она прищурилась. — Ведь вы с самого начала знали, что я выберу Раада. Вы даже ему подсуживали, когда отправили меня жить в его дом!

Старый мудрый наг, качнул головой:

— Подожди, подожди. Я всего лишь подозревал, ну, может быть, сильно надеялся на это.

— Это потому что у него со мной связь? Или вы и это нахимичили?

— На… что, прости? — вскинул он кустистые белые брови и повел руками. — Нет, Снежана, не так. Зеркало истины ведь не зря дало ТЕБЕ выбор. На самом деле, нечто похожее на эту связь испытывает каждый из Проводников, с которым ты хоть немного была рядом. И чем дольше, тем сильнее. Потому и правила, правила уравнивают. Так заложено судьбой, иначе невозможно было бы исполниться пророчеству. А Раад…

Он усмехнулся, глядя куда-то в сторону, как будто что-то вспомнил.

— Раад был твоим с той минуты, как в тебя в зеркале истины увидел.

Это было так неожиданно и странно, Снежана насупилась, осмысливая. И случайно поймала тоскливый взгляд. На нее смотрел Гайдиар. Увидев, что она заметила его, мужчина прижал руку к груди и поклонился. И остальные тоже.

Нет, это как-то…

Ведь потрясающие же мужчины! Все как на подбор. Умереть, как хороши. А ей они не нужны, у нее есть Раад. И что теперь будет?

Это все казалось ей как-то совсем неправильно.

И тут Снежане в голову пришла мысль. Но только она открыла рот, чтобы начать:

— Кстати, о Проводниках…

Как сзади раздалось недвусмысленное энергичное покашливание. Разд. Притянул ее к себе, склонился к лицу, легко касаясь губами виска. А потом обратился к Шауму:

— Проведешь нам ритуал? Обвенчаешь нас?

Змей улыбнулся и важно тряхнул всеми своими бесчисленными косами.

— Это честь для меня, повелитель.

Это было замечательно, но…

— А как же твой гарем?! — выпалила Снежана.

Нет, Снежана конечно ожидала какой-то реакции, но чтобы так…

Вроде негромко говорила, а все мужчины разом вытянули шеи и подозрительно затихли. Жрец Шаум сначала открыл рот, закрыл, снова открыл. Потом как-то странно покосился на Раада и крякнул, проводя по лицу ладонью. И потряс пальцем.

— Э…Кхммм… Кх-кхммм… Я отойду. На это. Кхммм.

Раад проводил его взглядом и хмуро взглянул на остальных. Мужчины сделали вид, что вернулись к разговорам, но Снежана же видела, что они все прислушиваются, прямо уши шевелятся от любопытства. Он повернулся к ней, брови сведены, на губах непонятная улыбка.

— А что не так с моим гаремом?

Проговорил тихо, так, будто она спросила несусветную глупость. Снежане вдруг стало горько и так обидно. Небольшой всплеск, немного эйфории от свободы, а по итогу ее будет ждать каменный мешок без окон? Ах, да!

Вспомнилась умершая жена Гайдиара Линэд. Какими глазами эта несчастная смотрела тогда на нее, когда поняла, что ее супруг неравнодушен к «высокой гостье», как ее там называли. Горечь, боль, ревность.

А его бывшая наложница Эле с ее угрозами и интригами?! Ради того, чтобы остаться в фаворитках у господина она готова была на все. На бесчестье, на убийство. В итоге так глупо погибла сама.

Это ее ждет? Гарем?

Делить любимого мужчину с кем-то еще. Знать, что он спокойно может оказаться в постели у любой из этих гаремных красоток, потому что это его право, а ты со своей любовью — так, статусное украшение. Далекая женщина из другого мира… бла-бла-бла…

— Ты помнишь Эле, Раад? — спросила Снежана. — Она ведь была твоей любимой наложницей.

— Я помню, но при чем сейчас это? — он сразу напрягся и помрачнел. — Твоей безопасности ничего не угрожает.

Ну, конечно. Безопасности. Где-то она это уже слышала. Снежана замолчала и ушла в себя.

— Анио эве, что с тобой? — легонько тряхнул он ее за плечи.

Анио эве?

— Не называй меня так. Я Снежана.

Такое чувство, будто порыв ледяного ветра от него пронесся. Он убрал руки и отошел на шаг, сжимая кулаки.

— Что случилось, почему ты отвергаешь меня? Я хочу знать.

И вдруг сорвался, схватил ее плечи:

— Хасссс! За что ты так со мной?! Я имею право знать!

На нем лица не было, а у нее навернулись слезы.

— Я не хочу как Эле, не смогу так жить. Я не смогу делить тебя с кем-то еще. Я умру от этого, понимаешь?

По мере того как она говорила, его брови ползли вверх, а лицо прояснялось.

— Делить? О чем ты? Тебе не придется делить меня ни с кем.

— Но как же! У тебя же гарем! — она взмахнула рукой вокруг. — Самый большой! Ты же повелитель.

Она все-таки заплакала. Секунду он ошарашенно молчал, а потом притянул ее в объятия и прижал к груди.

— Снежка, Снежка, Анио эве, глупая моя.

Слезы все текли, а он прижимал ее к груди и тяжело шумно дышал. Потом стал говорить.

— Я уже не повелитель, Снежана. Не только ты сделала свой выбор.

— Как… — она подняла на него заплаканные глаза.

— А вот так, — он качнул головой. — Я передал власть брату. И в дом свой я больше не вернусь. Теперь повелитель Аэд, пусть он с гаремом и разбирается.

— Что? — Снежана все не могла поверить.

— По традиции весь гарем целиком переходит к новому повелителю, — усмехнулся Раад. — Правда, обычно это происходит после смерти старого правителя, но правила наследования есть правила наследования.

И оглянулся в сторону Аэда, которому еще не известно, повезло, или свалилась на голову лишняя куча проблем. Снежана как представила, весь курятник Раада, да плюс у Аэда наверняка был собственный курятник, и невольно рассмеялась.

— Так вот почему у тебя был самый большой гарем!

— А ты как думала? — криво улыбнулся он.

Потом нахмурился и, глядя в сторону, проговорил:

— Я устал от этого, понимаешь? Постоянная грызня между кланами. Приграничные земли, Джейдок Война. Я долго правил ими, боролся, усмирял, побеждал. Но сейчас. — Раад развел руками. — Наконец, после стольких лет, мир. А с миром Аэд лучше моего справится, он справедлив и мудр.

Ага, и не орет на всех, подумалось Снежане. Но радость уже вернулась, затапливая ее. Она уткнулась носом в его крепкую шею и шепнула:

— И что же ты будешь делать?

— Построю дом в приграничных землях, должен же их кто-то возрождать.

Он сказал так просто. А Снежана вдруг поняла, ей все нравится!

— А я буду лечить.

— Ну, так что? — спросил он. — Ритуал?

Снежана глубоко вдохнула полной грудью и кивнула:

— Ритуал.

И тут Раад наконец расслабился, подхватил ее. стиснул крепко-крепко и беззвучно расхохотался. А потом легонько куснул ее за ухо и прошептал, посылая волну мурашек:

— Женщина… Хасссс… Ты опять заставила меня поджариваться на медленном огне.

Ммммм! За это — наказание!

А она вспомнила, как он ее ночью наказывал, и аж поперхнулась. Покраснела вся, улыбка глупая в пол-лица. И тут еще все эти Проводники… Усиленно делали вид, что не слышат, а сами все слышали! Она была уверена. Кошмар.

И опять ей в голову пришла эта мысль… И тут же снова убежала.

И тут Раад наконец расслабился, подхватил ее. стиснул крепко-крепко и беззвучно расхохотался. А потом легонько куснул ее за ухо и прошептал, посылая волну мурашек:

— Женщина… Хасссс… Ты опять заставила меня поджариваться на медленном огне.

Ммммм! За это — наказание!

А она вспомнила, как он ее ночью наказывал, и аж поперхнулась. Покраснела вся, улыбка глупая в пол-лица. И тут еще все эти Проводники… Усиленно делали вид, что не слышат, а сами все слышали! Она была уверена. Кошмар.

И опять ей в голову пришла эта мысль… И тут же снова убежала.

Какие тут мысли, когда все разом пришло в движение!

Все шесть драконов уже были в своем прежнем обличье. Огромные, крылатые, великолепные, у Снежаны дух захватило. Все как первый день, когда они ее от границы забирали. Казалось бы… две недели всего. А изменилось все! Вся жизнь.

ИХ и ее.

И так же, как и тогда, драконы понесли всех на своих могучих крыльях. А невесту по сложившейся уже негласной традиции нес Нерр.

Конечно, можно было все сделать прямо здесь. По-быстрому. Но Шаум хотел провести ритуал в сердце гор, у зеркала истины. Торжественно. И можно было пойти порталом. Но этот перелет был как шикарный свадебный кортеж.

Могла ли Снежана думать, когда ехала в «горячую точку», что у нее будет такая свадьба? Ой, нет… Млела от счастья и смотрела не отрываясь, как выделывает рядом пируэты красный гигант Ардо. А на его спине стоит как влитый и смотрит ей в глаза Раад.

Потом был ритуал. Ради этого случая девочки Шаума надели свои лучшие украшения, и вообще, одежду надели. И даже ненадолго вышли, невесту сопровождать.

А их, бледных от волнения, венчал жрец, стоя у широкой ритуальной чаши, наполненной кристально чистой водой, холодной как сама смерть.

Обмен кровью.

Обмен клятвами.

Обмен дыханием.

Вместе.

«Пока смерть не разлучит нас».

У обоих еще были брачные ленты на запястьях. Закрывали следы от порезов, хотя все затянулось быстро, не осталось даже следа. Просто они оба как-то изменились внутренне, как будто душами обменялись.

Их поздравляли. Девочки Шаума уже скрылись в недрах его необъятной пещеры.

Остались одни мужчины. Раада подкалывали, отпускали шуточки, но Снежана видела их грустные глаза. Особенно, когда последним подошел Гайдиар и сказал, пожимая руку Рааду:

— Теперь я вижу разницу.

И криво улыбнулся, бессильно шевельнув плечами.

Без любви нет смысла проходить ритуал. По-настоящему не свяжет.

— Если чем обидел, не держите зла, — поклонился Гайдиар, мазнув по ней взглядом, и приложил руку к груди.

И это было так тяжко, блин… Как будто все на ее ответственности.

Ей казалось, так не должно быть, неправильно, чтобы такие замечательные мужчины с разбитым сердцем остались.

— Я на минутку, — шепнула она Рааду.

А сама пошла, пытать Шаума. Что-то же можно сделать? Не может быть, чтобы было нельзя!

Змей долго смотрел на нее, потом проговорил:

— Что ты хочешь сделать, скажи точнее.

— Шаум, ты говорил, нечто похожее на эту связь испытывает каждый из Проводников, с которым я хоть немного была рядом. И чем дольше, тем сильнее.

Так?

Вообще-то, это было очевидно, он только повел бровями.

— Я хочу, чтобы ты нашел способ эту связь снять.

Жрец воззрился на нее с легким испугом.

— Как ты себе это представляешь? — спросил он, складывая руки на груди. — Да и вообще, зачем снимать? Подумаешь, пострадают чуток, потом все само собой развеется. Молодые еще!

— Шаум. Если это наведенное, значит, это неправильно. Я хочу, чтобы ты снял.

— А если это чувства? Ты об этом думала, женщина?

Она наморщила лоб и закусила кулак.

— Вот если чувства, тогда и будем решать, что делать. А пока — снимай.

ОЙ, как старому змею не хотелось этим заниматься, аж челюсти сводило.

— Если надо, я сама посмотрю в твое зеркало…

— Нет! — тут же вскинулся он. — Не надо! Я сам.

Наг вовсе не забыл, что было после того, как она заглянула в его зеркало! У Шаума были самые неоднозначные воспоминания.

Все они сознательно избегали упоминать Джейдока. Табу. Во-первых, это была своеобразная дань уважения к узнику, чье наказание исполнилось. Во-вторых, признание своей неправоты в чем-то. Ну а в-третьих, как говорится, не буди лихо.

Джейдок исчез для всех, вот пусть так и будет всегда.

Но ее больше к зеркалу истины подпускать нельзя! Ибо, неизвестно, что она в следующий раз оттуда вытащит.

Поэтому он сделал все сам.

Правда, Змей упустил один маленький нюанс…

У Снежаны имелся особый талант — способность любую воду превращать в зеркало истины. Но сейчас это к делу не относилось.

И все-таки она оказалась права. После того как жрец шаманил у зеркала, а потом еще долго и нудно что-то вычислял, перебирая свои бесчисленные амулеты, даже змеем зачем-то оборачивался, связь сошла на нет у части Проводников.

Осталось пятеро.

Гайдиар, Бранвен Ленд, Сотхан, Ургенн Кар и, как ни странно, Алан.

Остальные наутро решили уехать.

— Что будем делать, снежная женщина? — спрашивал насупленный Шаум у Снежаны, пока Раад прощался с братом.

— Новую судьбу будем для них искать. Знаешь, как у нас говорят, клин клином вышибают. Чтобы излечить старую, нужна новая любовь.

Жрец покосился на нее. Ей хорошо говорить, а ему опять у зеркала торчаты.

Никакого покоя. Потом недовольно буркнул:

— С кого начинать? Кто будет первым?

Она перевела на него взгляд и сказала:

— Конечно Гайдиар. Он… Короче, он самый.

Стоило представить, что будет, когда горный волк об этом прознает. Он же не слезет с него, пока… Пождал губы и сказал:

— Хорошо.

— Но Шаум, миленький, ты и остальных не забывай, может, кому-то повезет раньше.

Ты же знаешь, как это бывает.

Змей только закатил глаза.

А Снежана хитро посматривала на ребят. Часть идей осуществила, но самое главное пока осталось.

Праздник закончился, и в тот же день они с Раадом тоже покинули сердце гор.

Девочки Шаума завалили Снежану подарками, получилось вполне приличное приданое и припасы на первое время. И даже шатер. Ей было прямо неудобно.

— Бери-бери! — прощебетали девчонки, стреляя глазками в сторону Змея. — Не обеднеет.

А потом шепнули по секрету:

— Ты нам такой подарок сделала…

И дружно закатили глаза. Ну да. судя по тому, как они нежно касались руками и перекладывали среди вещей распашонки, Снежана поняла. Родятся теперь у Змея змеенята, будет новая жизнь.

Ардо и Нерр проводили их и попрощались.

Ну и вот. Остались они одни.

Место, которое Раад выбрал, было не так далеко от пещеры Шаума в сторону приграничных земель. Зеленая поляна недалеко от реки. Деревья, скалы.

Раад поставил шатер, а потом они сидели вечером у костра. Тишина, небо, полное звезд. В его объятиях было тепло и надежно.

— Почему ты отказался от власти и отдал все Аэду? — спросила Снежана.

Он хмыкнул:

— А ты что, хотела, чтобы мы вернулись в замок? Там, между прочим, гарем, забыла?

Куснул ее за ухо и тихонько рассмеялся.

— Нет. Нет. Ты не подумай, мне здесь нравится намного больше. Просто я хочу понять. Ты был повелителем, а сейчас придется все начинать с нуля.

— Я воин, — серьезно сказал Раад, но все же улыбнулся. — Если честно, я почти не жил в своем замке, так что мне не привыкать ночевать на земле. Ну и еще… Мне хотелось попробовать что-то новое в жизни. И не волнуйся, Анио эве, я сумею устроить тебя с комфортом. М? Снежка моя.

Она затихла, глядя в пламя костра.

А ведь и правда. Раад был повелителем, но даже внешне ничем от остальных не отличался. Носил ту же одежду, спал на земле, ел со всеми из одного котла.

Нет, он все же отличался.

Он всегда первым бросался в бой. И да, он не управлял, сидя во дворце, он предпочитал все делать сам. Конечно, это не самая правильная жизненная позиция для правителя, но он такой, какой есть. Ему всегда надо быть впереди, на острие атаки. Первопроходец.

Ох, наверное, это здорово быть женой первопроходца…

Если бы еще камни в бока не впивались.

Но черт с ними, с камнями, главное, чтобы не пошел дождь!

Была и еще одна причина, почему Раад отказался от всего, что имел, и пришел жить сюда. В это уединенное место.

Его внутренняя суть.

Раад видел, как на его глазах обратился драконом Джейдок. Он был потрясен тогда.

Видел, как обрели себя Нерр и Ардо. и остальные драконы. И Шаум — змей. Понял. что теперь смогут вернуть себе желанный облик и оставшиеся в живых песчаные, жаль водных больше нет.

И он не сознался в этом никому. но пробовал обратиться сразу. как только Джейдока увидел. Да только не вышло. Но он же чувствовал это в себе!

Шаум сказал:

— Не сравнивай. Для Джейдока, для Ардо, для меня — это было все равно что встать и пойти. У нас это в крови, мы это умели, и навык сам собой восстановился. Но с тех пор слишком много времени прошло. Слишком много поколений драконьих принцев не оборачивались вообще, и трудно сказать, не утратили ли они эту способность. Твоя внутренняя сущность спит. Как разбудить? Не знаю. пробуй.

Прошло еще немного времени.

Теперь Снежана могла бы сказать. что тогда это была еще не любовь. Начатки чувств, притяжение, потребность. Этого хватило, чтобы уцепиться друг за друга всеми силами души, потому что потерять — смерти подобно.

И все же, это еще была не любовь.

Да и откуда? У них же просто не было времени даже нормально познакомиться.

Любовь, большая, настоящая, пришла потом, когда они стали узнавать друг друга.

Постепенно, тихо и незаметно проникла в души и заполнила собой все «пустоты».

А пока была просто жизнь.

Он построил ей дом с террасами. Как и обещал.

Красивый и уютный дом над водопадом. Вид из окон такой, что просто обалдеть.

Райт отдыхает. И кстати, так круто продумал внутренний дизайн, что завел небольшой поток в дом, и теперь у Снежаны был маленький личный водопадик в купальне.

И еще она могла целый день наблюдать, как Раад работает. Это хорошо, когда муж под присмотром.

А вокруг него снова начали сплачиваться люди. Прибавлялось народу в долине, прибавлялось работы. Он пристраивал их к делу, расселял. Орал на всех, командовал. Это особенно умиляло Снежану, ибо можно отказаться от власти и богатства, можно поменять все, но характер изменить невозможно. Зато в приграничных землях, на почвах, обильно удобренных пеплом, сняли первый урожай. И там, в диких мертвых землях начали появляться первые настоящие цветы.

Но среди всех своих занятий Раад обязательно выкраивал время и уходил на два часа в уединенное место. Медитировал. Снежана догадывалась, зачем он это делает, но никогда не спрашивала. Возвращался всегда спокойный, просто она чувствовала, знала.

Так продолжалось довольно долго. А однажды он не пришел к ужину.

Не пришел к ужину. Не пришел и после…

Снежана себе места не находила. Потом бросилась его искать с факелом, на ночь глядя. Она же знала его тайное место. Но пока искала, от нервности десять раз споткнулась. А под конец и вовсе растянулась. Охнула, села потирая коленку, стала оглядываться. Какой-то толстенный корень, его здесь раньше точно не было. И вообще, гора какая-то странная. Рельеф тут, что ли изменился? Подняла факел.

И вдруг эта гора пришла в движение, к ней повернулась ошарашенная драконья морда. А потом на его месте оказался растерянный Раад.

— Анио эве? Я что, заснул? Я… что… Анио эве! Я!!!

Он хохотал как безумный мальчишка и носился с ней на руках. Чего потом стоило загнать его в постель спать.

И совсем отдельная история, как этот здоровенный бронзовый драконище, ее муж, учился летать под руководством сразу шести старых опытных драконов. А как известно, у семи нянек…

У Снежаны самой хватало дел. О ней прослышали и толпами приходили лечиться, учиться, а то и просто поглазеть на диковинную иномирянку, женщину, которая смогла изменить их мир.

В общем, народу становилось все больше, и рук уже попросту не хватало.

Собственно, тогда она и решилась привести свой старый план в исполнение.

Дело в том, что после смерти Элкмара связи с ее родным миром не исчезли. Они остались, и занимался теперь этими каналами на правах повелителя Аэд. А граница практически очистилась, превратившись снова в вполне обычную мембрану между мирами. Разумеется, теперь границу надо было как-то охранять, и даже были созданы формирования приграничной стражи, оберегать их мир от несанкционированных вторжений. И надо ли удивляться, что Раад тоже принимал в этом самое непосредственное участие.

Но не о том речь.

Связи остались, канал работал по-прежнему. А Шаум со своим зеркалом истины как-то пробуксовывал. Не давало зеркало четких указаний насчет парней. А они изнывали и маялись, и выносили старому жрецу последний мозг.

И тогда Снежана решила дать объявление. Чисто в целях производственной необходимости.

«Требуются незамужние участковые врачи. Возраст — от двадцати пяти до тридцати лет».

Потом задумалась и добавила про достойную оплату и про то, что предоставляется бесплатное жилье в замечательном по красоте экологически чистом районе.

Горный воздух, прекрасный климат… Хотела еще про мужчин пару строк черкнуть, но передумала. Сюрпризом будет.

И подписалась:

Новая некоммерческая организация «Врачи без мировых границ».

Объявление было должным образом оформлено и запущено по каналу связи в сеть Интернет.

Через три недели пришел первый отклик. Резюме. Девушка, голубые глаза. рыжеватые волосы, веснушки. Двадцать семь лет, участковый врач терапевт.

Уже через три дня ее встречал на границе полным составом строй Проводников.

Странные звуки доносились снаружи. Умммм… Вжууух… Бум!

Пациент, сидевший на процедурном топчанчике в Снежаниной амбулатории вжал голову в плечи и жалостно покосился на окно. Снежана медленно выдохнула и тоже оглянулась туда, а потом перевела суровый взгляд на потерпевшего и вскинула бровь. А Рейли, зажав в руке иглу, грозно прикрикнула:

— Будешь вертеться, и швы выйдут неровные. Будешь уродом — кто потом на тебя посмотрит?

Тот еще больше скукожился, но сидел дальше смирно. Рейли под руководством Снежаны быстро закончила шить ему разбитый лоб, и мальчишка, обрадованный тем, что экзекуция закончена, умчался. А ассистент доктора сложила использованные инструменты в специальную посуду на стерилизацию.

Все это добро, а так же кое-какие лекарства, ей через свои контрабандные каналы раздобыл хозяин сторожевого замка. Раад раздувал ноздри от ревности, но за подарок сказал Гайдиару спасибо. Потом он уже добывал расходники для жениной амбулатории сам.

Дверь скрипнула.

— Уже все?

В процедурную, опасливо оглядываясь, заглянула Тефи. Она и раньше не слишком охотно принимала участие в «кровавых операциях», а в последнее время вообще не могла ничего подобного видеть. ее мутило. Снежанины помощницы — подружки одними из первых приехали в долину. И сразу же выскочили замуж за молодых волков, которых Гайдиар откомандировал для охраны границ из сторожевого замка.

— Все, заходи, — позвала ее Рейли. — Вот это надо прокипятить.

А Снежана хмурилась и поглядывала в окно. За это время вдалеке над долиной еще несколько раз мелькнули бронзовые крылья. Да и звуки разные раздавались.

Но когда характерный «бум» повторился, Снежана не выдержала.

— Девчонки, продолжайте без меня!

И понеслась быстрым шагом в то самое место, где ее муж отрабатывал сейчас мудреные приемы воздушного боя.

Шесть почтенных драконов не без удовольствия наблюдали, как Раад в очередной раз заваливается в штопор. Они еще и радостно комментировали:

— Выправится.

— Не выправится.

— Вправо добирай! Докручивай хвостом!

— Ветер лови! Крылья не схлопывай!

— Тормози!

— Пошел-пошел-пошел…

— Ээээ! Ну что же ты! Лапы! Лапы вперед выставляй! Переворачивайся…

— Готов.

И потом со знанием дела:

— Но как летел. Нет, вы видели?!

— Ага, как булыжник.

Дальше обычно следовал дружный хохот. а здоровенная бронзовая туша, запутавшись в лапах, крыльях и хвостах, опять таранила каменистую почву долины.

Однако Раад на подначки не реагировал, поднимался, отряхивался и все начиналось снова.

Но прежде разбор полетов.

А какие они давали советы. Все сплошь ценные, и, как правило, диаметрально противоположные. Но это не со зла, на самом деле, весело было всем.

Для этих шестерых с момента, когда они снова обрели возможность оборачиваться людьми, вообще настала замечательная и интересная жизнь. Еще бы! Снова ходить на двух ногах, разговаривать, носить одежду, пользоваться столовыми приборами, есть человеческую пищу. И женщины…

Женщины! Мрррр..!! После нескольких веков вынужденного целибата драконьих мачо было просто не остановить. Вот тут очень кстати нашел применение огромный гарем Раада. Повелитель Аэд, которому и своего-то было много. предоставил его в их распоряжение. Дамы никогда не были так востребованы, а главное, довольны.

Но, конечно же, помимо развлечений были и дела.

Ибо Азд. глядя на брата, тоже предпринимал попытки пробудить свою драконью сущность. Но управление государством, отнимавшее все его время, да еще ценные указания почтенных драконов, которых он легкомысленно назначил членами большого Совета… Короче. Рааду повезло намного больше.

И потому, как только выяснилось, что стараниями Снежаны в скором времени прибудет еще одна иномирянка. Аэд бросил все на Совет, а сам помчался к Шауму. записываться в Проводники.

И сейчас большой драконий Совет полным составом сидел на скалах.

Пепельный Нерр.

Красный Ардо.

Черный Гайро (побратим Азда).

Черный Фиорг.

Белый Авелир.

Серебристый Крайс.

Старейшие и мудрейшие как раз наблюдали, как молодой бронзовый дракон в очередной раз заходит на вираж, чтобы исполнить сложную фигуру высшего пилотажа «хвостом вперед в штопор», и делали ставки, грохнется Раад на этот раз или нет.

Ну и попутно, поскольку по всем расчетам уже завтра должна была начаться новая великая охота за иномирной невестой, члены Совета сплетничали и перемывали косточки Аэду и за компанию остальным Проводникам.

— Как думаете, наш парень девочку приведет?

— А тебе что, приглянулся его гарем?

— Ну… цыпочек никогда не бывает слишком много.

— Смотри не рассыпься, древний.

— На себя посмотри, «молодой»!

— Не-а, — лениво протянул Нерр. — Думаю, волк у нашего парня девчонку перебьет.

— Да, ладно, все они там подобрались ушлые и шустрые, — хмыкнул Ардо.

— Угу, и опыт уже есть.

Гайро делал вид, что его это не касается, а остальные дружно хохотали.

И чуть не упустили момент, когда Раад полетел камнем вниз, запутавшись в конечностях. Сколько было опять детской радости и ядовитых комментариев!

Но кое-что они все-таки прозевали.

Внизу. уперев руки в бока, с грозным видом стояла Снежана и качала головой, наблюдая за творившимся безобразием. Когда наконец ее заметили, веселье резко сошло на нет. У всех шестерых вдруг обнаружились разные государственные дела, и большой Совет как-то подозрительно заторопился назад, в столицу.

Через пару минут шестерых старейших и мудрейших след простыл. а к сердитой Снежане подошел Раад. Улыбнулся, взяв ее лицо в ладони.

— Что ты, Анио эве, Снежка моя?

А она внезапно задохнулась от волнения:

— Ты что, не понимаешь, это же опасно? Раад?!

Он прошептал, прижимая ее к себе.

— Не бойся за меня, что мне сделается?

Как это не бойся!? Она прижалась теснее и буркнула- А этим старым летающим ящерам я покажу, как над тобой смеяться. Я им всем хвосты накручу!

Раад расхохотался, поцеловал ее.

— Иди домой, я скоро буду, — и огляделся кругом. — Я скоро. Еще разок — и все.

Как мальчишка. Все никак не наиграется своими новенькими крыльями. Погрозила ему пальцем:

— Смотри, еще раз голову разобьешь…

— Да, да, я знаю, ты сама потом мне ее сломаешь. Но сперва починишь.

— Ты…

Но ему пришла в голову идея получше. Подхватил ее на руки. глаза загорелись лукавым огнем:

— Хочешь, покатаю? Клянусь, буду лететь ровно!

И вот уже все забыто. а они вдвоем, хохоча во все горло, до вечера носились над долиной

На закате Раад принес Снежану домой. Завис у края террасы и прямо туда ее высадил. А сам умчался.

— Я на минутку — и все!

Нет, это почти безнадежно. Взрослый мужик, бывший повелитель! Кланами командовал, народами… Впрочем, Снежана понимала, что это по человеческим меркам Раад взрослый, а по драконьим он пока совсем ребенок.

Но вернулся Раад скоро. А она тогда как-то отвлеклась, зато сейчас вспомнила, о чем хотела его спросить.

— Слушай, они говорили правду?

— Ты про что? — нахмурился Раад.

— Ну. что гостью ждут уже завтра. И что Аэд тоже решил попытать счастья?

— Да. Все так. Они сегодня в ночь выступают.

— ОЙ, — заволновалась Снежана. — Нам надо срочно туда!

— Это зачем?

— Ну как зачем? Встретить ее! Я объясню. что к чему. чтобы она не волновалась..

И тут он сгреб ее в охапку и усадил на колени.

— Нет, Анио эве.

Поцелуй, еще и еще. Выпустил только когда немного успокоилась.

— Но почему?

— Потому, любимая моя, что это уже не наша судьба, а ее. И их. И пусть она сама выберет того, кто будет для нее лучшим.

— Но…

— Не бойся, все будет хорошо. Никто из них никогда ее не обидит Ты же знаешь. правила едины для всех.

Ага! Ей хотелось возразить, потому что поначалу столько пришлось натерпеться.

— Они справятся, — мягко сказал Раад. — Мы ведь с тобой справились.

Ну, если так… Наверное, в его словах был смысл.

— Ладно, — вздохнула Снежана и ушла в ванную.

В утопленную в пол купель набиралась вода, а Снежана стояла рядом и задумчиво смотрела на воду, стекавшую по противоположной стене. И вдруг…

Знакомое ощущение. Трепет.

По воде как будто побежали искорки. А стена водопада как будто уплотнилась, превращаясь в колеблющееся серебристое зеркало. И в этом зеркале стала проявляться мужская фигура.

Чееееерт! Снежана сразу его узнала.

Джейдок.

Они замерли, глядя друг на друга.

Надо бы разозлиться. поднять шум. Наверное. Но он улыбнулся уголком рта и пожал плечами, как бы извиняясь. И да… В общем. несмотря ни на что, Снежане неожиданно приятно было его увидеть.

И ведь не изменился нисколько, опять с него капает вода и голый по пояс. Мужчина подался вперед, как будто хотел что-то сказать. А она махнула ему рукой и шепнула одними губами:

— Ты иди, иди.

Но вместо того чтобы уйти он приложил руку в зеркалу. Ну, уж нет. На такую удочку.

Снежана попалась уже однажды. Она покачала головой.

— Нет.

Зеркало поблекло.

Купаться как-то расхотелось. Снежана постояла там еще какое-то время и ушла на террасу. Проветриться.

И не заметила, как в ванную за ней следом зашел Раад. Замер перед стеной водопада, скрестив руки на груди. Зеркало ожило снова, с той стороны на него смотрел Джейдок.

— Сказано тебе было, чтоб я больше тебя не видел? — едко осведомился Раад.

А Джейдок поманил его, приложил руку к водной глади зеркала и насмешливо на него уставился, как бы говоря.

— Слабо тебе?

— А не пошел бы ты? — процедил сквозь зубы Раад и приложил к его руке ладонь.

Резкий рывок. И…

Ничего за этим не последовало, оба так и остались стоять, крепко держась за руки. только каждый по свою сторону зеркала.

— Зачем пожаловал? — спросил Раад. — В темницу захотелось?

Джейдок только ухмыльнулся, показывая крепкие белые зубы.

— Пошел ты.

Но потом все же сказал:

— Я пришел предупредить, что тоже буду участвовать.

Неприличный жест на прощание, и Джейдок исчез.

Раад шумно выдохнул. Вот это новость… Интересно, Шаум в курсе? Сжал в ладони амулет, он нагрелся, на другом конце ответил Шаум:

— Ну? — недовольный голос. Тот, похоже, был занят чем-то приятный.

— Ты в курсе? — спросил Раад.

— Что девушек будет две?

— Нет, я про Джейдока, он тоже…

Тут, наконец, до обоих дошло, и оба дружно выпалили:

— ЧТО???