Когда подруга ушла, я впервые за эту неделю почувствовала, что мне тошно в четырех стенах. Да еще и Прядущий, как назло, принялся доставать.

— Ну и чего ты теперь убиваешься? — без капли сочувствия поинтересовался паучок. — Сама ведь во всем виновата.

Ну да, сама, тут и возразить нечего. Руслана и вправду интересовал только талисман. Наивно мне было надеяться на что-то иное. Похоже, мы даже больше не друзья. Ведь мог бы хоть раз за эту неделю позвонить и поинтересоваться, как дела. Просто, по-приятельски. Но нет. Видимо, с тех пор как я отдала талисман, я перестала для Руслана существовать…

Несмотря на позднее время и упомянутый Ритой мороз, я все-таки решила выйти прогуляться, пока еще с тоски на стены не полезла. Прядущий отказался составлять мне компанию, заявив, что ему и в тепле замечательно. Так что на улицу я отправилась в гордом одиночестве.

Но одиночество мое было недолгим — недалеко от дома я встретила Олега.

— О, Карина, привет! — Он улыбнулся. — Ты куда по такой холодине?

— Привет. Да в общем-то никуда, просто прогуливаюсь. А ты?

— Я домой шел. Но раз уж мы встретились, предлагаю дружно в кофейню зарулить. — Олег кивнул на другую сторону дороги, где призывно мерцала вывеска упомянутой кофейни. — Пойдем, я тебя горячим шоколадом угощу. Ну и погреемся заодно.

— Пойдем, — я кивнула.

Пусть я сейчас и не особо хотела с кем-либо общаться, но, с другой стороны, вдруг с Олегом настроение хоть немного улучшится. Несмотря на то что у меня имелись веские основания на него злиться, я все равно считала Олега близким другом. Да и прояснить до конца кое-что надо было.

В кофейне посетителей почти не оказалось. Лишь парочка влюбленных примостилась за столиком в углу. Видимо, тоже гуляли и примерзли.

Мы с Олегом сели у окна. Тут же подскочила миловидная официантка, кокетливо стреляя Савину глазками, выслушала заказ и так же спешно ушла.

— Как ты себя чувствуешь, Карин? — спросил Олег. — Лучше?

— Нет, — я не стала врать. — Не лучше.

А точнее, после сегодняшнего известия о Руслане и Жене, мой мир в очередной раз рухнул. Но озвучивать я это не стала.

— Плохо, — Олег помрачнел. — То-то вид у тебя такой пасмурный.

Он хотел добавить что-то еще, но так и замер в изумлении.

— Что? — не поняла я.

— Где твой талисман? — выдохнул Олег ошарашенно. — Или ты его просто дома оставила?

— Нет, — ответила я невозмутимо, — я его отдала.

— Отдала? — Он закашлялся, будто бы воздухом подавился. — Отдала талисман? Ты серьезно?

— Ну я бы не стала шутить на эту тему, — сама поражалась своему спокойствию.

Олег не меньше минуты смотрел на меня в немом ступоре. Наконец, все-таки снова вспомнил родную речь:

— Но зачем? И кому? Господи, Карина, как тебе такое только в голову пришло!

— А что такого-то? Я его Жене отдала. Ну помнишь, у нее еще вторая половина талисмана воздуха была…

— Я знаю, кто такая Женя, — мрачно перебил Олег. — Ты мне объясни, зачем ты это сделала!

— Затем, что мне все это надоело. — Я начала раздражаться. — Самое прекрасное время проходит мимо меня! Да я, блин, последние четыре года вообще не живу, а просто пытаюсь выжить! А все потому, что когда-то дернуло меня найти огненный талисман! — Я перевела дыхание, пытаясь успокоиться. — Ну отдала я его и что? От меня и так толку особого никогда не было, одни проблемы, как Андрей говорит. Так что все теперь. Я — обычный человек. Я хочу нормальной жизнью пожить, понимаешь?

Олег устало помассировал виски с таким видом, словно у него внезапно дико разболелась голова.

— Карин, я понимаю только одно: ты совершила катастрофическую глупость. Извини, но от того, что ты отдала талисман, самой собой ты быть не перестала. И уж никак ты не обычный человек. Единственное, чего ты своим поступком добилась, это стала совершенно беззащитной. Нормальная жизнь… — Он невесело усмехнулся. — Да что вообще такое нормальная жизнь? Покой и безопасность? Так в чем проблема, у тебя есть целых два билета в такую жизнь: Андрей и Эридан — выбирай любого, все равно не прогадаешь.

Я хотела возмутиться, но Олег продолжил, уже спокойней и даже чуть виновато:

— Карин, пойми, твое решение отдать талисман — это просто всплеск эмоций. Причем далеко не лучших. Поверь, я как никто представляю, что у тебя на душе творилось после всех этих событий. Ты же знаешь, я прекрасно чужие чувства различаю.

Подошедшая с заказом официантка поставила передо мной чашку с горячим шоколадом, а перед Олегом кружку с чаем. Едва она отошла, Савин продолжил:

— В общем, ты была явно не в том состоянии, чтобы принимать настолько серьезные решения.

Я не стала ничего отвечать. Да и что толку говорить об этом? Наверняка ведь половины талисмана уже соединены. Но Олег все не унимался.

— И все-таки, Карин, зачем ты его отдала?

Я сделала глоток горячего шоколада. Напиток оказался чересчур приторным, ну или просто мне в теперешнем состоянии ничего не нравилось.

— Если ты распознаешь чужие чувства, то должен понимать зачем.

— Я-то понимаю, — Олег не сводил с меня внимательного взгляда, — но хочу услышать, как ты сама это трактуешь.

Я некоторое время молча смотрела в окно, пытаясь собраться с мыслями. Наконец, тихо пробормотала:

— Просто я… я хочу, чтобы все было по-настоящему. Не из-за артефактов и заклятий.

Олег аж чаем подавился.

— Что? — Я мрачно усмехнулась. — Не ожидал?

— Как ты догадалась? — изумленно спросил он.

— Все-таки за эту неделю у меня было предостаточно времени, чтобы обо всем поразмыслить. Вот и дошло наконец, что некоторые совпадения совсем не случайны. И выводы, знаешь ли, оказались неожиданными. Даже странно, что я раньше не догадалась… А картинка-то запросто вырисовывается! Ведь стоило мне сдуру рассказать тебе об Андрее, как ты на правах старшего и мудрого тут же заверил, что это стопроцентно любовь. Да еще и гарантировал, что я сама вот-вот это пойму. И в ту же ночь во сне некий свет милостиво так предложил мне спасение непонятно от чего. Я, естественно, согласилась. Сама балда, конечно, но откуда мне было знать, в чем это самое спасение заключается. И вот, пожалуйста, свалилась на меня так называемая любовь. Плюс бонусом кошмары про кандалы из света. Тебя совесть-то хоть мучает?

Олег шумно вздохнул.

— Карин, это было для твоего же блага.

— Меня уже коробит от этой фразы, — я чуть не взвыла. — Вмешиваться в чужую жизнь — это, по-твоему, благо? Тем более таким гадким и подлым образом!

Сколько я из-за этой треклятой «любви» пережила! Сколько нервов она мне стоила! И вот ведь удивительно, несмотря на это, я все равно не могла на Олега толком разозлиться.

— Карин, я понимаю, такому не может быть оправданий, но постарайся понять, — он говорил устало и чуть виновато. — Твоя безопасность превыше всего. От слишком многого тебя необходимо уберечь. Не только ради тебя самой — ради существования самой Вселенной.

Мне тут же вспомнились слова шаманки о том, что я сама в итоге все уничтожу. Стало совсем не по себе. А Олег между тем продолжал:

— Потому и надо было как-то привязать тебя к твоему защитнику. Любовное заклятье показалось наилучшим вариантом. Честно говоря, я ума не приложу, как у тебя хватило сил его разрушить.

Зато я прекрасно понимала. Все-таки в том сне, когда я смогла испепелить кандалы света, боролось не только мое пламя. Я ведь уснула, держа Руслана за руку. Не знаю, каким образом, но именно это связало наши половины скрытого огня. Одна бы я никогда не справилась.

— Но все же, Карин, если по большому счету, что в этом заклятии плохого? Пусть такая любовь не настоящая, но разве это так важно? Все ведь ощущается так же, как и при настоящей. К тому же есть еще один важный момент. Заклятие было только с твоей стороны. Ни Эридан, ни Андрей о его существовании не подозревают. Их чувства к тебе как раз таки искренние, безо всякой магии и фальши. А учитывая, способность магов любить один раз и на всю жизнь, итог вырисовывается довольно печальный.

— Это ты к чему сейчас клонишь? — с подозрением поинтересовалась я.

— К тому, чтобы ты хорошенько подумала, — Олег смотрел на меня так серьезно, будто решался вопрос о судьбах мира. — Заклятье нельзя вернуть без твоего согласия, но…

— Знаешь, что, Олег, — я чуть не задохнулась от возмущения, — идите вы все лесом со своими заклятиями! Я больше никому не позволю мною манипулировать! Ни тяге половин талисмана, ни вам, добреньким Паладинам, с вашими тухлыми методами!

— Вот зря ты так, — он покачал головой. — Наши методы как раз таки всегда правильные. Просто тебе это сложно сейчас понять. Паладины всегда действуют верно, исключительно во благо.

— Верно? — Я не удержалась от нервного смешка. — Да даже если закрыть глаза на твою подлянку с заклятием, то как насчет Эридана? Он мою память в свое время блокировал тоже из чисто благих побуждений?

— Ну-у, — Олег улыбнулся, — думаю, Эридан искренне считал, что так для тебя будет лучше. А если в целом, манипулирование памятью — весьма распространенный и чуть ли не самый безобидный метод. Ведь нередко кто-либо является большой угрозой для мирной жизни. Как в такой ситуации поступать нам? Грубо говоря, ликвидировать. Но убийство, сама понимаешь, это последний вариант. Зато можно лишить человека памяти или вообще часть его воспоминаний заменить другими — и все, проблемы нет, — он немного помолчал и продолжил: — Да и любовные заклятия, Карин, явление весьма распространенное. Не у нас на Земле, конечно, но в магических мирах активно ими пользуются. Не спорю, ничего хорошего в этом нет, но факт остается фактом.

На несколько минут повисла тишина. Олег задумчиво смотрел в окно. С таким отрешенным видом, будто видел там не суетливый городской пейзаж, а какие-то свои воспоминания. И, скорее всего, не самые радужные. Наверняка не от хорошей же жизни Паладинам приходилось прибегать к таким гадким методам. Может, потому я на Олега толком и не злилась.

Но мысли одолевали все равно невеселые. Я ведь не сомневалась, что мои чувства к Руслану пройдут, едва я отдам талисман. Но почему-то ничего не изменилось. И что самое странное, теперь все казалось по-другому. Совсем не так, как было с Андреем и Эриданом, хотя Олег и говорил, что эмоции от ненастоящей любви точно такие же, как и от настоящей. Но с Русланом все ощущалось иначе. Как-то острее, сильнее и… непонятнее. Если и любовь, то какая-то не такая.

— Олег, — тихо позвала я, — ответь мне, пожалуйста, на один вопрос. Я помню, что из-за клятвы солгать ты мне не можешь. Но и не промолчи, ладно?

— Смотря, что за вопрос, Карин, — он вздохнул. — Спрашивай, конечно.

— Просто сама я никак понять не могу, что со мной происходит… — я замялась. — А ты ведь распознаешь чужие чувства…

— Ты про Руслана? — перебил он странным голосом, словно затронутая тема была явно не из тех, на которые он хотел говорить.

Я кивнула.

— Это не любовь, Карина, — прозвучало как приговор.

— Не любовь? — Я окончательно растерялась. — Но что тогда? У меня же теперь нет талисмана, он не может создавать мне никаких иллюзий чувств! Ты, наверное, что-то путаешь.

— Извини, Карин, но я знаю точно. Ты не любишь Руслана. И уж тем более он не любит тебя. Поэтому постарайся не натворить никаких глупостей, хорошо? Поверь, это совсем не тот случай, когда стоит слушать собственное сердце.

Я не сомневалась, что Олег говорит правду. Вот только что-то мне подсказывало — это явно не вся правда. Будто бы нечто крайне важное он все-таки умолчал.

— Карин, — он смотрел на меня с искренним сожалением, — поверь, я так же как и ты считаю, что подобное вмешательство в чужую личную жизнь — самое что ни на есть зло. Но в твоем случае любовное заклятие — настоящее спасение. Прошу, даже умоляю, хорошенько подумай об этом. С твоего согласия все вернется на круги своя. Ты снова будешь любить одного из двойников, кого уж сама выберешь, и ты даже будешь счастлива. Не торопись пока с ответом. Не сомневайся, я как никто желаю тебе только хорошего.

— Да я и не сомневаюсь, Олег, — я отвела глаза, — но лучше я буду по-честному такой как сейчас, чем наколдовано счастливой.

— О, привет! Наконец-то я вас нашел! — К нашему столику подошел Андрей.

Я от неожиданности даже вздрогнула. Хотя чему удивляться, сидела же ко входу спиной, потому и не заметила, как он появился.

— Ты уже вернулся? — Олег пожал Андрею руку.

— Ага, сбежал при первой же возможности, — тот сел на стул рядом со мной и, жестом подозвав официантку, заказал кофе. — Вот всем в Орбагане хорошо, но некоторых деталей все равно для полного счастья не хватает.

— Кофе, к примеру? — Я улыбнулась. Андрей так заразительно источал отличнейшее настроение, что даже мне повеселее стало. Ну или так подействовало мгновенно накатившее умиротворенное чувство полной безопасности.

— Вообще-то я тебя имел в виду, — он засмеялся, — но кофе, да, там не хватает тоже. Малыш, может, тебе какое-нибудь пирожное заказать или еще что?

Яду. Литра два. Желательно со вкусом ванильного мороженого.

— Нет, спасибо, — я покачала головой, — я еще горячий шоколад не допила, больше пока ничего не хочется.

— Как там в Орбагане дела? — спросил Олег.

— Да ничего веселого. — Андрей поморщился. — Завтра торжественная церемония прощания с Мадхитом. Эридан, конечно, аж зубами скрипит, но против традиций не попрешь. Да и не объявлять же во всеуслышание, что родной брат светлейшего калифа был распоследней скотиной.

Даже косвенное напоминание о совершенном мною убийстве резануло по ушам. Все-таки слишком мало времени прошло, чтобы я смирилась с собственным, пусть и правильным поступком.

— У нас тоже новости есть, — невозмутимо сообщил Олег. — Карина талисман Жене отдала.

— Правда? Вот это точно отличная новость! — Андрей аж просиял. — Правильно, малыш, давно пора, теперь хоть лезть никуда не будешь.

— Ты рано радуешься, — мрачно возразил Олег. — Теперь с Карины вообще нельзя глаз спускать. То, что она не полезет в какие-либо неприятности, еще не значит, что эти неприятности не найдут ее сами.

— Не переживай, глаз я с нее теперь точно не спущу, — довольно заверил Андрей.

— Эй, Паладины, а мое мнение вы случайно спросить не забыли? — возмутилась я. — Нечего за мной присматривать!

Но они мое возмущение дружно проигнорировали, принявшись деловито обсуждать, какие, возможно, дальнейшие планы у Совета. Я допила остывший шоколад и совсем приуныла. Мысли о Руслане упорно не выходили из моей головы. Если это не любовь, то что же?..

Боялась я все-таки не зря. Хоть и предполагала, что встретиться с Русланом для меня будет непросто, но не думала, что до такой степени. Да и получилось все неудачно. У Андрея в очередной раз обострились собственнические замашки. Он нагло приобнял меня за талию, пока мы шли по школьному коридору. А у окна напротив дверей нужного кабинета в обнимку стояли Руслан с Женей. Меня тут же накрыло целой лавиной чувств, я от растерянности даже Андрея не оттолкнула. Женя и вправду светилась радостью, даже приветливо улыбнулась мне. Видимо, я во врагах народа для нее больше не числилась. А Руслан… Складывалось такое впечатление, что ему все равно. Как всегда невозмутимый, на счастливого влюбленного он никак не походил. Мы с ним встретились взглядом всего на мгновение, а у меня аж дыхание перехватило. Да что же это такое со мной происходит, в конце концов, если это не любовь?!

Андрей еще подлил масла в огонь:

— Хорошо, что Полянский теперь от тебя отстал. А то меня это уже начало не на шутку напрягать. Пойдем в кабинет.

— Иди без меня. Я хочу с Русланом и Женей поздороваться.

— Обойдется он и без твоих приветствий. — Андрей взял меня за локоть.

— Хватит уже мной командовать, — возмутилась я.

Но прозвучавший звонок сам разрешил наш спор. Пришлось заходить в кабинет.

Первым был урок культурно-эстетического воспитания. Наталья Андреевна начала с того, что восторженно вспомнила наше выступление с вальсом. По Ритиным словам, она об этом каждый раз вспоминала. Потом учительница принялась рассказывать тему урока. Но про зачатки культурности в первобытно-общинном обществе мне послушать не удалось. И желания не было, и с Ритой как всегда разболтались шепотом.

— Да ты что?’— выдохнула моя блондинистая подруга. — Серьезно, что ли? Шариб собственной персоной?

— Зуб даю, — приглушенно ответила я, опасливо поглядывая на вещающую у доски Наталью Андреевну. Та вроде бы была так увлечена собственным рассказом, что нашу болтовню не засекла.

— Во дела, — Рита нахмурилась. — Может, тебе показалось?

— Вот и Андрей то же самое сказал, — мрачно пробормотала я. — Неужели и ты мне не веришь?

— Верю, не переживай, просто удивлена малость. Так значит, вы с Андреем сегодня вместе ночевали? — с лукавой улыбкой спросила она. — Ну и как?

— Никак. Что ты глупости-то спрашиваешь?

— Да я не про то, о чем ты подумала, — Рита тихо захихикала, — я про твое отношению к нему. Надеюсь, Полянского из твоей головы уже как ветром сдуло? Ха, в связи с Деккером фраза «как ветром сдуло» приобретает особенный смысл.

— Пока все без изменений. — Лично мне уже казалось, что мое странное отношение к Руслану никогда не исчезнет.

— Это лишь вопрос времени, — авторитетно заявила Рита. — Главное, чтобы Деккер с его психованностью и кровожадностью не просек. Для него даже то, что Руслан на тебя смотрит, уже будет поводом для прибивания.

— Да он вообще не смотрит на меня, Рит.

— Ни фига подобного, — фыркнула она. — Я с начала урока тайком наблюдаю. Уже пять раз на тебя посмотрел. И взгляд, знаешь ли, странный такой… Недобрый… — Она на пару секунд задумалась. — Так о чем я? А да, о Деккере. Он хоть у тебя и псих, но далеко не дурак, быстро скумекает, что к чему. Кстати, о психах. Ты не в курсе, где опять наши Паладины?

— Так вроде бы все на своих местах. Олега с утра вот видела, но про Шариба спросить забыла, совсем из головы вылетело. Ну а насчет Вадима даже не знаю.

— И еще из разряда «необъяснимо, но факт», Эридан-то где?

— В Орбагане, само собой, — ответила я. — Что тебя удивляет-то?

— То, что он не прискакал сюда по твою душу сразу вместе с Деккером.

— Такой вариант, что между нами уже ничего нет, ты не рассматриваешь? — мрачно поинтересовалась я.

— Это у тебя в мозгах очередной временный сдвиг, — парировала Рита, — а Эридану как-никак уже за двадцатник перевалило, у него с мозгами все в порядке, и его отношение к тебе стабильней, чем пространственно-временной континуум.

— Давай не будем об этом. — Я вздохнула. — Мне сейчас для полного счастья только Эридана не хватало.

Вернулся он часа через три, хотя я уже надеялась, что не появится. И буквально тут же пришел Андрей.

— Хоттабыч, а ты случаем не собрался здесь оставаться? — с подозрением спросил он, едва увидев Эридана.

— А что тебя удивляет? Если ты не в курсе, мы с Кариной любим друг друга.

Андрей побагровел. Я испугалась, что он сейчас попытается прибить своего двойника прямо на месте.

— Андрей, — быстро вмешалась я, дабы предотвратить взаимоубийство, — Эридану просто негде остановиться, ничего криминального.

— Негде? — клокотал от возмущения Андрей. — А квартиру снять не судьба? А как насчет Вадима?

— Вадим с девушкой живет. Эридану действительно некуда идти.

Нагло улыбающийся Эридан утвердительно кивнул.

— Ах, идти ему некуда?! — взорвался Андрей. — Так он у меня сейчас полетит! Вверх своими орбаганскими тормашками!

— Деккер, зависть — удел слабых духом. И вообще, поздно уже, давай откланивайся, наконец, мы хотим уединиться.

— Чего вы хотите? — от голоса Андрея у меня едва волосы дыбом не встали. — А ну, Хоттабыч, повтори.

— Ребята, спокойно! — Я встала между ними. — Андрей, Эридан ведь специально тебя дразнит, разве ты не понимаешь?

— Так он действительно останется у тебя? — мрачно спросил Андрей.

Я кивнула.

— В таком случае я тоже буду жить здесь, — заявил Андрей.

— Нет, я против! — возмутился Эридан. — Ты нам только мешать будешь!

— А ты что думал, я это так оставлю? — нехорошим голосом поинтересовался Андрей. — Если ты забыл, Хоттабыч, Карина меня любит.

— Если ты забыл, Деккер, — парировал Эридан, — ко мне она относится точно так же.

И хоть бы один из них для разнообразия поинтересовался моим мнением… Сил спорить все равно не осталось. Я устало вздохнула.

— Ребят, я спать пойду, — пробормотала я. — А то вы так и до утра ругаться можете.

— Да все, малыш, мы успокоились. Где ты нас разместишь?

— Один в зале, другой в комнате моих родителей, — ответила я.

Быстро организовав спальные места, я ушла в свою комнату и заперла дверь. Не без оснований догадывалась, что один из них может заявиться среди ночи. Не с какими-то там намерениями, а исключительно чтобы охранять от второго. Да и им видеть меня в рубашке Руслана явно не стоило, для их же душевного равновесия.

До последнего урока ничего особенного не происходило. Даже Рита сегодня не страдала особой болтливостью. День тянулся скучно и уныло. На Руслана же я старательно не обращала внимания, хотя взгляд его чувствовала на себе чересчур часто.

Вообще, после вчерашнего, меня буквально переполняла злость. И на его за этот проклятый поцелуй, окончательно выбивший меня из колеи. И на себя за то, что никак не могла со своими чувствами совладать. Да и настораживало меня сильно, что ощущения при поцелуе были такие же, как и раньше. А ведь я не сомневалась, что все это «волшебство» из-за тяги половин! Увы, ошиблась. Хоть талисман и отдала, но ничего не изменилось.

А последним уроком у нас было культурно-эстетическое воспитание. Я вообще с него сбежать хотела, ведь предстояло вальс репетировать. А смотреть на то, как Руслан будет танцевать с Женей, я не рвалась ни разу. Вот только обстоятельства сложились против меня. Как раз когда я на перемене перед уроком вознамерилась уходить, мне в коридоре встретилась Наталья Андреевна.

— Карина, будь добра, передай остальным ребятам, чтобы в актовом зале собирались, — попросила она. — Сегодня там будем заниматься.

Чуть не заскрипев зубами, я кивнула. Ну и как теперь сбегать, если учительница меня запалила? Хоть как пришлось идти на урок.

Но если бы я заранее знала, что меня там ждет, сбежала бы, забив на все.

Руслана на физре не было, но сейчас он пришел. А вот Женя как раз отсутствовала. И пока Наталья Андреевна чего-то там разглагольствовала, я все-таки решила прислушаться ко вчерашним словам Прядущего и набралась храбрости с Русланом поговорить. Мы как раз сидели парами по вальсу…

— Привет, — как ни в чем не бывало поздоровалась я. — Ты чего не пришел на физру?

Руслан смерил меня странным взглядом. Похоже, не ожидал, что я вообще рискну с ним разговаривать. Но все же лесом не послал. Ответил вполне спокойно:

— Проспал, — и весьма двусмысленно добавил: — у меня просто была очень бурная ночь.

— Очень за тебя рада. — Хоть я и постаралась сдержать эмоции, но, боюсь, они были очевидны.

Руслан насмешливо на меня смотрел.

— Вот так и знал, что ты мне завидуешь.

— Я? Завидую? — Я смерила его презрительным взглядом. — Чему тут завидовать, Полянский? Твоему моральному разложению?

Он тихо засмеялся.

— Нет, Лагинова, тому, что у меня, в отличие от некоторых, в словарном запасе нет таких слов как «обязательства» и «правильность».

— А еще у тебя нет таких слов как «порядочность», «совесть» и «нравственность», — ехидно добавила я.

— Зато есть «свобода», «смелость» и «страсть», — не менее ехидно парировал Руслан. — Правда, боюсь, ты таких слов даже не знаешь.

— Что ты этим хочешь сказать, Полянский? — во мне мгновенно заклокотала ярость.

— Ничего особенного, — он невинно улыбнулся. — Только то, что ты — редкостная трусиха и что от твоей занудной нравственности на несколько километров вокруг постоянно киснет молоко и тухнут яйца.

— Ребята, ну хватит, — вмешалась в нашу тихую перепалку Наталья Андреевна. — Нужно быть терпимее друг к другу. Давайте все по местам, начнем репетицию.

Во время вступления я всеми силами пыталась успокоиться и быть невозмутимой, тем более ясно понимала, что Руслан явно намерен старательно выводить меня из себя и дальше. Похоже, это доставляло ему несказанное удовольствие. Ну вот какого лешего меня вообще дернуло пытаться с ним поговорить? Пожалуйста, поговорили. Что б я еще хоть раз Прядущего послушала!

Пришло мое время. Я вышла из-за кулис и спустилась по лесенке к Руслану. Судя по довольной улыбке, у него был уже такой запас ехидства в мой адрес, что хватило бы еще десятка на три Карин. Но я сбила его прямо в полете.

— Чего ты так бесишься, Полянский? — как можно спокойней спросила я, когда мы закружились в вальсе. — Что с соединением талисмана все равно пролетел?

Говорила, конечно, наобум. Уверенности в том, что он не в курсе опустошения моей половины, не было. Но оказалось, что я попала прямо в точку. Про изменения в талисмане Руслан явно не знал.

Усмехнулся.

— Карин, не смеши меня. Сама ведь прекрасно знаешь, что стоит мне только захотеть, и я все получу. И талисман, и тебя.

— Я бы на твоем месте не была так уверена, — возразила я.

— Ты зря меня недооцениваешь, я тебе не твои белые и пушистые Паладины, — невозмутимо парировал Руслан, — но можешь еще пожить спокойно, я пока не принял окончательного решения.

Больше не сказали друг другу ни слова. Хотя меня так и подмывало спросить, почему же тогда он не соединил талисман с Женей? Ведь если ему до сих пор нужен целый, то зачем сказал половину мне отдать? Но я промолчала. Предпочла просто насладиться мгновениями. Как бы я на Руслана ни злилась, но вальс с ним отдавался затаенной радостью. Быть просто рядом, чувствовать тепло его рук… И искренне надеяться, что он о моих чувствах не догадывается.

Мой план был гениален и прост. Учитывая, что все Паладины сейчас толклись на Земле, я не сомневалась, что и добытые черепа они хранят именно здесь. Вариант пришел в голову только один.

— Эмм… Карина? — Вадим растерялся, открыв мне дверь.

— А ты ждал кого-то другого? — невинно поинтересовалась я, нагло минуя его и проходя в прихожую. — Что-то ты не слишком мне рад, как я погляжу.

Судя по приглушенным голосам, Паладиновская компания как раз заседала сейчас в зале.

— Ну как-то малость неожиданно, — выдавил Вадим, явно лихорадочно соображая, как бы меня поделикатнее и поскорее выдворить.

Прядущий тем временем незаметно выбрался из моего кармана, перескочил на висящее на вешалке пальто Вадима и спрятался в складке.

— Высадка десанта прошла успешно, — прозвучал в моей голове его голос.

— Ладно, — я весело похлопала Вадима по плечу, — расслабься, я уже ухожу.

Паладин малость завис.

— А ты чего вообще приходила? — обомлел он.

— В гости к тебе. Дай, думаю, навещу по старой дружбе. — Я с деланым расстройством вздохнула. — А ты меня даже чаем не напоил.

— Я к тебе приду вечером, и мы вместе попьем чаю, лады? — С вежливой улыбкой хронического джентльмена Вадим легонько подталкивал меня в спину к входной двери.

— Ну нет, — я усмехнулась, — считай, я на тебя смертельно обиделась.

— Ну, Карина! — проскрипел зубами Вадим с досадой. — Мне сейчас не до гостей!

— А чего так? — живо поинтересовалась я.

— Я кое-кого жду, — нехотя выдавил он.

— Кое-кого это кого? Трамвай? — не унималась коварная я.

— Девушку я жду, — буркнул Вадим.

— Девушку? — Я демонстративно схватилась за сердце и с коварной улыбкой добавила: — А если я все Рите расскажу?

— Не надо. — Вадим даже покраснел.

— Ага! — ликующе завопила я. — Вот ты и попался! Я так и знала, что ты на Риту глаз положил, старый развратник!

— Почему старый-то? — насупился Вадим. Видимо, против «развратника» возразить было нечего.

— Так ты на сколько ее старше! — продолжала возмущаться я.

— На пять лет, — мрачно ответил он.

— Целых пять лет? Какой кошмар! Так тебя уже пора в запас списывать! И нечего на молоденьких блондинок засматриваться! Да в твоем возрасте уже пора о пенсионном фонде думать, а не о девушках!

Вадим смотрел на меня как мухобойка на муху.

— Так что, друг ты мой негостеприимный, имей в виду, нам, молодым и красивым, такие великовозрастные типы неинтересны, — убийственно подытожила я.

— Ну-ну, — Вадим усмехнулся, — я Эридану так и передам.

— Ну и передавай, — фыркнула я. — Мне все равно. Мы с ним просто друзья.

— Ага, друзья. Очень смешно. Ладно, давай дуй домой. — Терпение Вадима иссякло, он открыл входную дверь и сделал мне приглашающий жест.

Обиженно сопя, я вышла из квартиры, и противный Вадим тут же закрыл дверь.

Видимо, без сознания я пробыла совсем немного. Сначала навалились все звуки.

— Что-то извне смягчило удар, — тревожный голос принадлежал Эридану, — иначе бы Карина умерла мгновенно.

— Но кому нужно ее убивать? — пробормотала Рита.

— Пока не знаем, — мрачно ответил Андрей. — Но когда мы найдем этого подонка, он очень пожалеет, что не сдох раньше.

Я открыла глаза. Судорожно вздохнула и огляделась. Я лежала на диване в тренерской. Удивительно, но у меня ничего не болело. Но тут, наверное, надо сказать спасибо целительским способностям Эридана или Андрея. Так что о произошедшем напоминало лишь легкое головокружение.

— Карин, ты как? — обеспокоенно спросила Рита.

— В порядке, слабость только немного… Слушайте, давайте не будем опять нагнетать, — я перевела взгляд на хмурых двойников, — никто меня убить не пытался. Мне просто поплохело. Такое бывает.

— Ничего подобного, — возразил Вадим, они как раз с Олегом вошли во время моих слов. — Мы засекли, откуда тебя атаковали.

— Над трибунами есть балкон. Сила хлынула именно оттуда, — продолжил мрачный Олег, — но кто там был в то время, выяснить не удалось.

Вот только по его пристальному взгляду на меня, я мгновенно поняла, что он явно догадывается, кто там был.

— Что с тобой? Ты так резко побледнела. Тебе плохо? — Эридан коснулся моей руки, словно прикосновением состояние проверял.

— Просто слабость, — выдавила я, вяло улыбнувшись.

— Ребят, давайте выйдем, — мрачный Олег кивнул на дверь.

Едва мы остались с Ритой вдвоем, я быстро встала, кое-как справившись с головокружением.

— Линять надо. Они по-любому сейчас решают, кто из них сегодня со мной останется, пока остальные будут череп добывать.

— Но, может, тебе на самом деле лучше побыть дома? — Рита вздохнула. — Ну правда. Фиг с ними с этими черепами и охамевшими Паладинами. Карин, честно, я уже боюсь за тебя. Ведь явно кто-то пытается сейчас воспользоваться твоей беззащитностью. Так зачем зря рисковать?

— Рит, тебя какой Паладин укусил? Хоть ты не начинай, а. И так уже Эридан с Андреем достали. Если кому-то хочется меня прибить, он и дома прибьет. Так что нет смысла прятаться.

Рита не успела ответить, в тренерскую вошел мрачный Саныч.

— Проиграли? — спросила я.

— Ага. С треском. За оставшиеся минуты умудрились растерять все преимущество по очкам и пропустили еще десяток мячей сверху. Да я и не удивлен. Ты-то как?

— Лучше. Извините, подвела я вас. — Я вздохнула.

— Подвела? Нет, ты-то как раз сегодня была молодцом, Лагинова. — Саныч даже улыбнулся, а потом привычно рявкнул: — Но это ничего не значит! И только попробуй мне в понедельник не явиться на тренировку!

— Все, поняла, — пискнула я и быстро вышла из тренерской следом за Ритой.

В коридоре нас ждали парни.

— Поехали домой. — Андрей взял меня за руку. По всей видимости, охранять меня оставался именно он.

— Так, Деккер, прочь от Ринки свои загребущие ручки! — тут же вмешалась Рита. — Я забираю Карину до завтра!

— Блондинка, не говори глупостей, — отмахнулся от нее Андрей.

— Это не глупости, — возразила я. — Мы еще давно договорились выходные вместе провести.

— Карин, ты хоть понимаешь, в какой ты опасности? — сердито смотрел на меня Эридан. — Тебе нельзя оставаться без защиты.

— А мы со Светиком чем не защита? — возмутилась Рита.

Парни дружно переглянулись со снисходительными улыбками.

— Что такого смешного я сказала? — тут же насупилась блондинка.

— Чему ты удивляешься, Рит? Нас просто не принимают всерьез, — мрачно пояснила я.

— Зря вы нас недооцениваете, — Рита явно разозлилась.

— Рит, мы вас не недооцениваем. — Олег примирительно улыбался. — Мы просто пытаемся уберечь и оградить от опасности столь восхитительных и чудесных девушек, как любящий садовник оберегает прекраснейшие, редкой красоты цветы в оранжерее от холода и непогоды.

Рита растерялась. Менее восприимчивая к повальному обаянию Савина, я смотрела на него со скептической улыбкой. Олег, видимо, понял, что на меня воздействовать смысла нет. Взял Риту за руку и вкрадчиво говорил:

— Разве эти прелестные руки созданы для того, чтобы держать оружие? Нет, они созданы для того, чтобы их целовали в восхищении неземной красотой их обладательницы…

Поддавшаяся его речам Рита расплывалась в улыбке. Я незаметно пихнула ее локтем в бок. Но никакого эффекта.

— У каждого в этом мире свое предназначение, — продолжал коварный Олег, — есть вы, которые созданы исключительно для любви. И есть мы, для которых самое главное — это оберегать вас от всех бед и напастей. Так позвольте нам быть вашими героями. Позвольте совершать подвиги в вашу честь.

Я едва сдержала хихиканье, заметив, как Вадим чуть ли не пыхтит от зависти. Увы, вряд ли он был способен повторить цветастые речи Савина. Но явно очень хотелось, видя, какой эффект они оказывают на Риту. Андрей и Эридан с улыбками наблюдали за Олегом.

— Потому все опасности и риск предоставьте нам. Ни в коем случае зло этого мира не должно бросить тень на столь прелестные создания, как вы.

Ну-ну, это Олег так вежливо сказал нам сидеть дома и не лезть куда не просят.

Воспользовавшись тем, что он на мгновение замолчал, я невозмутимо вставила:

— Вы просмотрели миниатюру «Удав и кролик».

— Блин, Савин, — тут же очухавшаяся Рита забрала свою руку, — чуть не заболтал меня, подлый тип!

— Я всего лишь говорил что думаю. — Олег невинно улыбнулся. — Но надеюсь, вы сделали верные выводы.

— Ага, лично я сделала вывод, в любом случае я сегодня к Рите, — безапелляционно заявила я.

— Карина, — хмуро начал Андрей, но я его перебила:

— Да ничего плохого не случится! Тем более со мной девчонки будут! Слушайте, устала я уже от вашей постоянной опеки. Можно хотя бы один день мне отдохнуть?

Эридан и Андрей переглянулись, кивнули друг другу.

— Ну хорошо, — явно нехотя согласился Эридан. — Но если вдруг что…

— Все будет хорошо! — уверенно заявила Рита. — Мы просто посекретничаем полночи да вам косточки поперемываем. В общем, пошли мы, всем до завтра!

Не дожидаясь дальнейших возражений, мы с Ритой поспешили в раздевалку. Девчонок из команды уже не было, я быстро переоделась.

— Скорее! — поторапливала меня Рита. — До электрички всего двадцать минут! Если опоздаем, потом еще три часа ждать придется!

К счастью, мы все же не опоздали. Уже когда разместились в вагоне, Рита вдруг спросила:

— Карин, а тебе не кажется странным то совпадение, что покушения на тебя начались с возвращением талисмана? Андрей рассказал, что тебя еще и до игры сегодня убить пытались.

— Я не знаю, Рит, — я вздохнула, по привычке коснулась холодного камешка на сережке, — связано это как-то с талисманом или нет. Даже думать об этом не хочется, если честно.

— Боишься, что выводы не обрадуют? — От проницательной Риты сложно было что-то утаить.

— Да, боюсь. — Я перевела взгляд на темное окно, демонстрирующее мне лишь мое собственное унылое отражение. — Я знаю, кто был сегодня на том балконе.

— Кто? — изумилась Рита.

— Руслан.

Она так растерялась, что в первые мгновения даже не сказала ничего.

— Но я не верю, что это он пытался меня убить, — продолжила я тихо. — Не верю и все тут.

— Карин, извини, но из-за своего отношения к нему, ты явно не способна трезво оценивать ситуацию, — возразила Рита даже немного сердито.

— Ну сама посуди, зачем ему моя смерть?

— Не знаю, — мрачно ответила она. — Но лично мне кажется, что он неспроста сказал Женьке вернуть тебе талисман. Может, и раньше что-то химичил через свою половину, но не выходило, ведь вторая не у тебя была. А Руслан не знал этого, вот и бесился, что ничего не получается.

— Рит, прекрати, — устало попросила я. — Даже если ты и права, сейчас я не хочу об этом думать.

— Ой, Карина, — Рита покачала головой, — ты меня извини, конечно, но, оказывается, не зря тебя Паладины опекают. Пока эта дурость, которую ты считаешь любовью, не пройдет, тебя вообще нельзя из дома выпускать. Обязательно же каких-нибудь глупостей натворишь. Карин, — она вздохнула, — я просто боюсь, что все это для тебя плохо закончится.

— В любом случае пообещай, что не расскажешь Паладинам про Руслана.

— Ну обещаю, — нехотя буркнула она. — Но и ты давай уже бросай его идеализировать.

— Я вообще-то и не считаю Руслана идеальным, — не согласилась я.

— Ну-ну. Оно и видно. Совсем вскружил тебе голову, гад такой.

Я не стала возражать. Просто потому, что и возразить-то было нечего. Да, возможно, Руслан специально меня в себя влюбил. Да, возможно, именно он теперь пытался меня убить. Но несмотря на все это, от одной мысли о нем, все внутри трепетало и становилось тепло-тепло, словно в душе разгоралось неведомое пламя.

Битый час ушел на прихорашивание. Сначала служанка проводила меня в купальню, где я с удовольствием приняла горячую ароматную ванну. Потом с помощью Тииры переоделась в изящное темно-зеленое платье с открытыми плечами и причудливой вышивкой по облегающему лифу. И в довершение образа мне уложили локонами волосы, вплетая жемчужные нити. Наверное, итог получился вполне себе симпатичный, но из-за отсутствия зеркала оценить не получилось. И только Тиира в восхищении хлопнула в ладоши и искренне заметила:

— Вы сейчас такая… такая… ну вот смотрела бы на вас и смотрела!

— Спасибо. — Я даже смутилась.

Чувствовала себя как минимум сказочной принцессой. Прекрасной и безгранично счастливой. Вот только слова Прядущего все равно не давали покоя. Чувствовала ведь, что паучок не лжет. Пусть не поясняет, но знает куда больше, чем я, включая все возможные последствия… Неужели все-таки творится что-то неправильное и мне и вправду стоит быть осмотрительнее? Я даже головой замотала, чтобы отогнать эти сомнения. Нет уж! Хватит с меня всех этих всезнаек! Теперь я буду слушать только свое сердце.

Я поспешила в зал с камином, который мне здесь так нравился, потом заглянула и в обеденный, где слуги сейчас как раз накрывали стол к ужину, но Руслана нигде не оказалось. Недоумевая, куда он мог подеваться, я побрела на балкон, который опоясывал северное крыло замка.

В этом мире уже потихоньку опускались сумерки. Я вдохнула прохладный воздух и в очередной раз поймала себя на мысли, что просто не перестаю улыбаться. Отсюда открывался прекрасный вид на рощу и поросшие лесом холмы вдалеке. На темнеющее небо неспешно высыпали первые звезды, и из-за горизонта уже показался тоненький серп ночного светила.

— Прекраснее и быть не может… — выдохнула я осчастливленно.

— Не то слово, — раздался за моей спиной знакомый голос.

Стоя позади, Руслан легонько сжал мои плечи, обжигая прикосновением на контрасте с прохладным воздухом опускающейся ночи.

— Я бы даже сказал, само совершенство, — прошептал он, едва не касаясь губами моего уха. По коже мгновенно побежали толпы мурашек.

— Я вообще-то про пейзаж, — смущенно пробормотала я. Все-таки не привыкла к комплиментам. Особенно от Руслана.

— Ну да, пейзаж тоже довольно мил, — он тихо засмеялся. — Все-таки я старался, когда его создавал.

И тут же, вдруг резко посерьезнев, добавил:

— Я очень рад, что тебе здесь нравится.

Прозвучало немного странно, но я не стала заморачиваться. Может, мне просто показалось.

Мы собрались дома у Светы.

Наш темноволосый гений выглядела довольной до безобразия.

— Вот так и знала! — с демонстративным укором заверещала Рита. — По-любому: заявился подлый тип Берестнев, и ты тут же забила на спасение мира! Ах, как ты могла?! — И трагичное воздевание рук к небу.

— Нет, Рит, — возразила Света, смеясь, — хотя твой вариант времяпрепровождения гораздо более заманчивый, но я устояла и все-таки решила спасать мир.

— И как успехи? — поинтересовалась я, крутясь на стуле.

— Девочки, поздравляю вас, нам крындец.

— Ну это не новость, — усмехнулась я, — это наше нормальное состояние.

— А почему на этот раз крындец-то? — спросила Рита. — Череп наш с детонатором оказался и через пару минут рванет? Ай, зараза, а я так и не успела поцеловать Вадимчика!

Мы с Ритой сели на диване рядышком, Света же вышагивала по комнате и разглагольствовала:

— У меня для вас три новости: одна плохая, вторая еще непонятная и третья хорошая, но она немного не в тему. С какой начать?

— Давай с плохой, — попросила я. — Что там за крындец нас опять ожидает?

— Ничего особенного, — Света пожала плечами, — возрождение мертвых богов, орды жаждущих нашей смерти психов и массовое уничтожение всех миров.

— Так, а чего там с черепами? Что именно вы с Наташиком выяснили? — Мне хотелось поскорее с этой темой расквитаться.

— Мы выяснили практически все, — Света посерьезнела. — Такой информацией вряд ли владеют даже наши Паладины. Кстати о Паладинах, нам нужно объединиться.

— Нет уж, — мгновенно насупилась Рита.

— Ты разве забыла, что они о нас сказали, Свет? — мрачно возразила я. — Что мы им только под ногами мешаться будем. Так что пусть теперь одни тусуются, герои эти недоделанные. Мы и без них справимся и мир спасем. Чем мы хуже их?

— Ну мы слабее, — скептически напомнила Света.

— Ни фига, — не согласилась Рита, — Свет, вспомни ту схватку осенью, когда парк разнесли. У шайки Полянского тогда были лишь половины талисманов и то они смогли дать Паладинам по башке.

— Рит, нас ведь просто тогда врасплох застали, — возразила Света. — У парней была два варианта: либо сражаться, либо защитить в тот момент слишком уязвимых нас. Потому они и не дали отпор, ведь нас спасали. И при всей моей любви к вам, девочки, истина дороже. Паладины сильнее нас.

— Ну и что, что они нас сильнее? — пробурчала я. — Зато мы знаем то, чего не знают они. Так что мы на шаг впереди. А то, что у них гематитовых черепов больше, чем у нас, еще не показатель.

— Насчет черепов ты точно сказала, — Света кивнула. — Они имеют силу только собранные все вместе. И если не будет хватать хотя бы одного, то уже ничего не получится.

— А что именно должно получиться-то? — спросила Рита. — Очередной конец света?

— Ну типа того, — Света поморщилась, — я пока это не могу понять. Это, кстати, как раз та новость, которая непонятная. По идее, черепа эти Совету вообще не сдались. Ну или я чего-то не знаю. Но это вряд ли.

— Обожаю твою скромность, — засмеялась я.

Света смущенно покраснела.

— Да просто мы с Наташей нашли очень достоверный источник информации… — пробормотала она.

— Это какой? — полюбопытствовала Рита и захихикала: — Интернет?

— Круче, — усмехнулась Света, — помните Зеркало Сущности? Так вот, мы с Наташей провели один ритуал и с помощью этого Зеркала выяснили все касательно гематитовых черепов. Представляете, девчонки, это черепа реальных людей.

— Да ну? — не поверила я — Черепа из гематита? Неужели у меня настолько большой пробел в анатомических познаниях?

— С утра людские черепа вообще-то из костной ткани состояли, — скептически добавила Рита, — или с тех пор ситуация в пространственно-временном континууме изменилась?

— Вы зря иронизируете, — Света покачала головой, — дело-то очень серьезное. Когда я говорила «людей», я не имела в виду таких людей, как, допустим, мы с вами или там парни наши. Долго и сложно объяснять все тонкости… В общем, если уж очень грубо говорить, то это типа мутации.

— Круто, — мрачно констатировала я. — С мутантами мы еще дела не имели.

— Да не совсем уж мутанты, Карин. Эти люди… А точнее, девушки, — задумчиво продолжала Света, — тринадцать юных девушек. Избранных еще на заре культа Дарующей. Они были жрицами ее храмов. Мертвая богиня наделила их огромной силой. Пока не знаю, в чем именно заключалась эта сила. А еще она сделала их бессмертными. Правда, учитывая, что черепа-то откуда-то взялись, этот пункт пока под большим вопросом… И эти тринадцать избранных служительниц должны были в предрешенный день собраться вместе для особого очень древнего ритуала, предназначение которого… — Света запнулась.

— Что там? — спокойно спросила я. — Массовое истребление? Искривление времени и пространства? Нас уже ничем ведь не испугаешь.

— Зря ты так думаешь, Карин, — Света покачала головой, — у страха нет верхней планки. Так вот, если бы жрицы собрались вместе, ну а в нашем случае, если бы кто-то собрал вместе тринадцать гематитовых черепов и совершил некий ритуал, то конец света бы не настал. По крайней мере, мгновенно. Хотя в данном случае лучше, если бы настал…

— Ну не тяни! — взвыла Рита. — Что будет-то, если черепа собрать?

— Все просто, — ровным голосом ответила Света. — Дар смерти вернется к мертвой богине. Люди вновь станут бессмертными.

На несколько секунд воцарилась тишина.

— Ну и чего в этом плохого? — не поняла Рита.

— Света права, — севшим голосом пробормотала я, — ты только представь, что будет. Все люди бессмертны, никто сам по себе не умирает, вследствие — перенаселение, постоянные непрекращающиеся войны… Жизнь как таковая теряет смысл…

— Ну да, — Рита все равно не слишком впечатлилась, — невесело как-то. Тогда какого лешего вдруг вздумалось эти черепа собирать?

— Вот это и есть непонятная новость, — Света развела руками. — Совету больше, чем кому-либо, невыгодно это массовое бессмертие. И я даже представить не могу, зачем они это начали. То-то и пугает, ведь Совет никогда не действует себе в ущерб. Значит, есть что-то, чего мы с вами еще не знаем.

— И как бы нам это выяснить? — расстроенно пробормотала Рита. — Похоже, действительно, придется объединиться с парнями, дело слишком серьезное.

— И еще кое-что, — Света очень серьезно на меня смотрела, — Карин, череп не должен был на тебя так реагировать.

— В каком смысле не должен? — мрачно поинтересовалась я. — А как он должен был отреагировать? Протянуть мне руку для рукопожатия?

— Ты же вроде говорила, что это он от того, что Каринка его первая за сколько-то там тысяч лет хапнула, — Рита нахмурилась.

— Я не знаю, в чем именно дело, — Света покачала головой, — но то, что череп так отреагировал, это неспроста!

— Супер, — угрюмо буркнула я. — Очередной кирпич на мою голову. Ну спасибо тебе, Вселенная, в который раз я уже оценила всю оригинальность юмора.

Нет-нет-нет, скорее к Руслану и забыть обо всех этих проблемах!

— Давайте не будем спешить с выводами, — легкомысленно отмахнулась Рита, — мало ли что это было. Может, типа сигнализация такая своеобразная, мол, «помогите, спасите, воруют!». Сразу ведь после этого полудурки в красных колпаках появились.

— Тогда давайте проведем следственный эксперимент, — предложила Света.

— Это, интересно, какой? — насторожилась я.

— Ты просто еще раз возьмешь его в руки.

— Как-то не очень хочется повторять, — тоскливо ответила я.

— Каринка! Исключительно ради дела! — Рита была настроена очень решительно. — Свет, где этот несчастный черепок?

— Он… — Света запнулась, огляделась по сторонам и, растерянно глядя на нас, пробормотала: — А ведь действительно, где он?

— Света, не пугай так… — Я похолодела.

— Да на столе ведь в пакете лежал буквально до вашего прихода! — взвыла Света. — А теперь пакета нет!

Началось массовое метание по комнате и переворачивание всего подряд в поисках злополучного пакета. Но розыскные работы прекратились неожиданно — на кухне что-то загрохотало.

— Свет, — прошептала я, — разве у тебя дома сейчас есть еще кто-то?

— Нет, мы одни, — шепотом ответила Света.

— Значит, сейчас кто-то получит по воровской морде! — Рита рванула из комнаты, мы за ней.

Замерли на пороге кухни. Картина нам предстала душещипательная. Загрохотало, по всей видимости, мусорное ведро, которое сейчас тоскливо лежало на боку и в которое изо всех сил упирающийся маленький серебряный паучок пытался запихнуть гематитовый череп. Вопрос, как Прядущий умудрился незаметно утащить тяжеленный для мелких габаритов моего ручного мертвого бога череп и докатить его до кухни, относился к разряду философских.

— Прядущий, горе ты мое, — я вздохнула, — ну что ты делаешь?.. — взяла паучка.

Высказав на слишком древнем языке, чтобы кольцо Элдина его мне перевело, все, что обо мне думает, Прядущий уже вполне доступно заявил:

— Избавьтесь от нее.

— Ты можешь подробно объяснить, что нам грозит?

— Нет уж, — насупился он, — знаю я тебя. Я тебе расскажу, как все есть, и ты тут же рванешь ее спасать и умрешь. Потому что сама же толкнешь его на это.

— Понятней некуда, — мрачно изрекла я. — Дохлый номер, девчонки, он не скажет.

Прядущий соскочил с моей ладони и подрапал рыть норы в булочках на столе. Но мы про него уже забыли.

— Готова? — очень серьезно спросила у меня Света.

— Готова, — я кивнула и взяла протянутый Ритой гематитовый череп. Он тут же засиял настолько ослепительно, что с перепугу я разжала пальцы и, тут же погаснув, череп шлепнулся на кафельный пол. И даже не подумал разбиться.

— Опять! — взвыла я. — Вот теперь мне действительно страшно!

— И когда ты только научишься слушаться старших? — мрачно поинтересовался Прядущий, высовываясь из вырытой им норы в булочке.

Утром я проснулась раньше всех. Чувствовала себя как разбитое корыто. Шлепая босыми ногами по линолеуму, добрела до кухни и согрела чайник. Горячий кофе немного привел в чувство, но веселее все равно не стало.

Я сидела, поставив локти на стол и обхватив голову руками. Мысли посещали одна мрачнее другой. Очередное несостоявшееся «самоубийство» меня волновало мало. А вот Руслан… Если бы я сама вчера не видела в талисмане отраженное пламя второй половины, ни за что бы не поверила. Да даже несмотря на это неопровержимое доказательство, все равно бы надеялась, что найдется какое-то объяснение. Ну не мог Руслан желать мне смерти! Ведь не мог?.. Да только вчера он так и не появился. Что уже само по себе о многом свидетельствовало.

Иссушающая, жуткая тоска нахлынула резкой волной, я едва не взвыла.

— Ничего-ничего, — лихорадочно прошептала я самой себе. — Главное, что все прояснилось, и я не успела натворить никаких глупостей. Пусть сейчас тошно, но я обязательно с этим справлюсь.

— Ой, ну да, ну да, — ехидно заявил болтающийся на люстре серебряный паучок, — какие мы самоуверенные.

— Вместо того чтобы иронизировать, лучше поддержал бы, — насупилась я.

Мрачно проследила взглядом, как он спрыгнул на стол передо мной и теперь внимательно смотрел своими рубиновыми глазками.

— Я просто хотел сказать, что тебе с этим не справиться, Карин, — голос Прядущего был очень серьезным. — Это ведь не любовь.

— Я знаю. Олег вчера доходчиво просветил. Вот только так и не объяснил мне, что такое это элаивиеллокнариель.

— Ну чего тупишь? — эту фразу он явно у Риты взял на вооружение. — Это то, что ты к Руслану чувствуешь. Само собой, Олег не будет тебе ничего объяснять, это слишком рискованно и даже опасно. Да и ладно ты, а что, если эреклонар узнает? Тогда точно всему хана! Нет, я вот просто в восторге от всего этого! — Паучок вдруг захихикал. — Это даже не ирония судьбы, а чудо настоящее! Они-то думали, что все предусмотрели, до самой последней мелочи! Но ни у кого не возникло и мысли, что может возникнуть элаивиеллокнариель!

— Кто они? — не поняла я. — Паладины?

— Да твои Паладины — лишь мелкие пешки в этой игре. Речь о куда более вышестоящих силах.

Я окончательно запуталась. Одним глотком осушила всю чашку кофе и пробормотала:

— Прядущий, будь человеком, объясни все толком.

— Во-первых, я не человек, не надо так меня оскорблять, — паучок явно обиделся. — А во-вторых, мне очень за тебя стыдно, что ты не знаешь столь элементарных вещей, — спрыгнув со стола, Прядущий удрал из кухни, едва не попав под ноги сонному и малость лохматому Андрею.

— Доброе утро, малыш, — тот зевнул, — уже выспалась, что ли?

— Ага, — я кивнула. — Доброе утро. Тебе чаю или кофе?

Мне было жутко перед ним стыдно. Даже в глаза смотреть не могла. Нет, нужно во чтобы то ни стало справиться с чувствами к Руслану! Одно дело, если бы страдала только я, но плохо ведь и тем, кто искренне меня любит.

— Пока ничего не хочу, спасибо. Еще толком не проснулся, чтобы завтракать. — Андрей улыбнулся и уже серьезно спросил: — Как ты себя чувствуешь, Карин?

— В полном порядке. — Я тоже попыталась улыбнуться. Не вышло.

— Вот и замечательно! У нас с тобой как раз на сегодня большие планы.

— Это какие? — не поняла я.

— Увеселительная прогулка, смена обстановки — в общем, сама все увидишь.

— Андрей, ну не хочу я никуда ехать, — я вздохнула.

— Хочешь, — безапелляционно заявил он. — Карин, это не обсуждается. Тебе просто необходимо отвлечься. Поверь, сразу станет легче.

Я не стала спорить. Может, Андрей был и прав. Хотя лично я очень сомневалась, что меня можно чем-то отвлечь.

Я обосновалась в своей спальне. Девчонки же угодили в другое крыло дворца. Просто потому, что эта часть считалась половиной калифа, и кроме него, никто не имел права тут жить. Ну кроме, конечно, его жены, которой, как оказалось, меня по-прежнему здесь считали. Эридан почему-то не спешил открывать никому правду. Так что я обитала в соседней с ним комнате, как и прежде.

Правда, теперь кроме меня тут обитал еще и Прядущий. Где паучка носило все эти дни, он рассказывать не стал. Только лишь пообещал, что в ближайшее время уж точно не пропадет.

Проснулась я от голоса Авенсиса. Сонно разлепила глаза, на горизонте занимался рассвет. Получается, проспала несколько часов, и каким только чудом не свалилась? Хотела поблагодарить Авенсиса, что летел так осторожно, но осеклась, едва глянула вниз. Всю сонливость как рукой сняло. Под нами был лес перемежаемый полянами. И на одной из них с десяток воинов в красных одеяниях наседали на одного отчаянного храбреца.

— Авенсис, снижаемся, скорее! — тут же попросила я.

Грифон тут же ринулся вниз, завихрением воздуха от крыльев снес несколько Красных Монахов, и я тут же спрыгнула на землю. Клинок Истины угрожающе засветился багровым светом в моих руках.

— Здорово, Асиф! — крикнула я олимцу, отбиваясь от ломанувшегося на меня громилы в красном балахоне. — Ну почему мы с тобой всегда встречаемся при таких обстоятельствах?

Мы кое-как пробились друг к другу и встали спина к спине. Точнее, рюкзак к спине. Рюкзак с плащом мне страшно мешался, но снимать его было некогда.

— Приветствую тебя, Карина, — Асиф хотел поклониться, но его чуть не зарубили, — безумно рад нашей встрече.

Но светские разговоры пришлось пока отложить. Я была горда собой до безобразия. Ведь сейчас я сражалась без помощи своего талисмана. И хотя Клинок Истины был мощнейшим артефактом, но в силу того, что пользоваться им я не умела, в моих руках он был просто хорошим мечом. И честно говоря, я все равно бы предпочла свой огненный.

Наконец, Красные Монахи кончились. Большей частью удрали. И то в основном вся заслуга принадлежала Авенсису, который просто-напросто разметал их как шар кегли.

Только теперь я Асифа как следует рассмотрела. Олимец сильно изменился. Теперь не было и следа той вековой усталости и обреченности в его глазах. И не знай я его раньше, ни за что бы не поверила, что большую часть жизни он провел в затхлой пещере посреди мертвого мира.

— Я так полагаю, ты здесь не просто так. — Асиф был очень серьезен. — Это как-то связано с этими людьми в красных одеждах?

— Ага, напрямую, — я кивнула. — А с чего это они на тебя напали-то?

— Я не знаю, — Асиф пожал плечами. — Я возвращался в наше поселение и попал в их засаду. А я ведь дал клятву светлейшему калифу, что буду оберегать эти земли.

— Значит, я как раз вовремя, — пробормотала я. — Далеко до твоего дома?

— Нет, пойдем, все будут очень рады тебя видеть.

День пролетел очень быстро. Лес не кончался. Не зная, куда именно идти, просто шли в обратную сторону той, где, по утверждению Прядущего, были Красные Монахи. Лия весело скакала по траве и что-то себе под нос напевала.

Видимо, проголодавшись, она по ходу срывала и запихивала в рот все попадающиеся ягоды, я едва успевала испуганно вопить: «Лия! А вдруг они ядовитые!» На что каждый раз получала логичный ответ: «А вдруг нет?»

— Вот видишь, какая самостоятельная жрица смерти попалась, — хихикнул сидящий у меня на плече Прядущий, — иначе бы с голоду скопытнулась с такой нянькой, как ты.

Тут же, получив щелбан, он слетел в траву и теперь вприпрыжку скакал за мной. Я же была мрачнее тучи. Ситуация складывалась, конечно, безрадостная. В неизвестном мире, практически без оружия, еды и каких-либо ориентиров, вдобавок с маленьким ребенком и преследуемые маниакальными фанатиками — есть от чего впасть в депрессию. И помощи ведь ждать неоткуда — путь нашей телепортации не проследить.

— Хватит ныть. — Прядущий снова забрался ко мне на плечо.

— Хватит мои мысли подслушивать, — буркнула я.

Забежавшая вперед Лия вернулась и протянула мне целую пригоршню мелких красных ягод.

— Они не ядовитые! — с жаром уверила меня она. Судя по перемазанному личику, она сама в этом убедилась.

Голодная я проглотила ягоды разом. Они оказались чуть кислые, по вкусу чем-то напоминали костянику.

— Ну или ядовитые, но яд действует не сразу, — весело добавила Лия и поскакала дальше.

Под истеричное хихиканье серебряного паучка я закашлялась.

— Ну и как спасаться-то будем? — поинтересовался Прядущий.

— Без понятия, — мрачно ответила я, — давай помогай. Ты же у нас старый и мудрый, вот и придумай, как нам отсюда выбраться.

— Понятно как, через портал в Коридор, — ответил Прядущий.

— Ты издеваешься? — я чуть не взвыла. — Где нам портал искать? Всю планету пешком обойти?

— Ты же была в этом мире, — напомнил паук, — тебе ли не знать, где портал.

— Да я в стольких мирах уже поперебывала! — я схватилась руками за голову. — Я не могу понять, где мы!

И вот так вот в перепалке с мертвым богом и прошел день. На ночлег остановились прямо посреди леса. Костер разводить не стали, дабы нас кружащие в небе даи не засекли. Зрение у этих созданий было, конечно, не ахти, но огонек они бы увидели. Чтобы Лия не замерзла, я закутала ее в свой плащ и обняла. Сама же легла на траву и мгновенно замерзла. И мое и без того упадническое настроение достигло атомарного нуля.

Прошло около получаса. Лия завозилась в плаще.

— Замерзла? — тихо спросила я.

— Нет, — она высунулась из плаща и смотрела на меня блестящими черными глазами, — ты не бойся, ладно?

— Я не боюсь, — выдавила я.

— Папа говорит, что обманывать не хорошо.

Я засопела.

— А еще папа говорит, что ты очень смелая, — продолжала Лия, — что ты в одиночку удерживала целую армию.

— Тогда у меня был талисман, — пробормотала я.

— Талисман стихии?

Я кивнула, по инерции дотронувшись к прикрепленному на левой сережке безжизненному и холодному красному камушку.

Лия молчала.

— Я тебя разочаровала? — не удержалась я.

— Нет, сила ведь в человеке, а не в чем-то там. Папа говорит, что главное, верить в себя и свои силы, и тогда все-все получится.

— Хороший у тебя папа, — прошептала я с улыбкой. — Ладно, спи давай, завтра сложный день.

— Мне папа всегда перед сном сказку рассказывает. Расскажи, а то не усну, — попросила Лия.

— Эмм… — я растерялась. Вряд ли бы она поняла весь самобытный смысл сказки про колобка.

— Расскажи мне мою любимую, — тут же добавила Лия.

— А это какую?

— Про главное счастье.

— Я такую не знаю, — по крайней мере ничего подобного в голову не приходило.

— Как это не знаешь? — удивилась Лия. — Ты, наверное, просто забыла, да?

— Ну напомни, — я невольно улыбнулась.

— Давным-давно на заре времен, — воодушевленно начала девочка, — когда еще мир был един, но пуст и тих, появились четыре стихии. Они наполнили реки и моря водой, выпустили в небо ветра и покрылась безжизненная земля цветами и травой. Возрадовались бессмертные люди, что мир их так красив и светел. Но не было у них главного счастья.

— И в чем это главное счастье? — полюбопытствовала я.

— Разве ты не знаешь? — Она засмеялась.

— Ну как бы пока не в курсе.

— Главное счастье — это дети, — просветила меня Лия.

— Это тебе папа сказал или так в сказке говорится? — скептически поинтересовалась я.

— Это папа сказал, что так в сказке говорится.

Ну да, для Асифа явно главное счастье — это его дочь.

— Ну ладно, проехали. А дальше что?

— У людей не было детей, потому что они не любили друг друга, — пояснила она. — Любви еще не существовало тогда. И люди были несчастны и не радовались ни яркому небу, ни теплому ветру, ни прекрасным цветам. Они бродили в одиночестве, и их бессмертие стало для них тяжелой ношей. Ведь каково жить вечность, но при этом никого не любить?

— Думаю, невесело. — Я попыталась улыбнуться, но не получилось. Невольно Лия затронула самую больную для меня тему.

Она между тем продолжала:

— И тогда один из людей увидел сон. Что на вершине самой высокой горы, куда не добраться ни одному смертному или бессмертному, стоит алтарь, а на алтаре горит огонь. Но что такое огонь, люди тогда не знали, так что он не понял, что это огонь. Он решил, что это чудо.

— Дай угадаю, что было дальше. Он пошел на эту гору, принес людям огонь, они завели себе детей и жили долго и счастливо.

— Нет, не так, — Лия замотала головой, — увидев этот сон, эреклонар…

— Что? — у меня дыхание перехватило. — Что ты сказала?

— Что эреклонар увидел сон про огонь, — ответила Лия, — ну про алтарь на вершине самой высокой горы и…

— Лия, погоди, что значит «эреклонар»?

— Ну это такой человек, очень-очень особенный, — она даже растерялась, пытаясь объяснить то, что для нее было сформировавшимся образом, — который может совершить что-то крайне для всех важное. Вот больше никто не может, а он может. Ты дальше-то слушать будешь?

— Буду, — я кивнула. Даже мерзнуть перестала, стараясь не упустить ни одного слова.

— Эреклонар не знал тогда, что такое этот огонь, но решил добраться до волшебного алтаря и увидеть это чудо собственными глазами, — продолжала Лия.

— А звали его как? — осторожно спросила я.

— Не знаю, папа не говорил. — Лия пожала плечами. — Долго-долго эреклонар скитался по миру в поисках этой самой высокой горы. И когда уже совсем отчаялся, увидел он на горизонте окутанную плотными облаками самую высокую в мире гору. И поднялся эреклонар на ее вершину. А там на алтаре из черного кристалла горел огонь. Коснулся огня, и огонь не обжег его, и почувствовал эреклонар странное тепло в сердце. Всего на один миг, но забыть его он уже не мог. Огонь тут же исчез, и отправился эреклонар искать его по всему свету. Зло и Тьма пытались остановить его, посылая страшных чудовищ, но он победил их всех, сулили ему несметные сокровища, но он презрел их.

— И нашел он огонь? — тихо спросила я.

— Не, не нашел, — сонная Лия зевнула. — Всю свою бессмертную жизнь искал и так и не нашел. А потом еще и смерть была подарена людям. Так что умер он, так и не найдя тот огонь.

— Какая-то неправильная у тебя сказка, — насупилась я. — Эреклонар должен был найти огонь, влюбиться в хорошую девушку, и они жили бы долго и счастливо. Давай такой конец сделаем.

— Это будет исторически неправдоподобно, — едва ли не по буквам выдала Лия.

Прядущий истерично захихикал.

В ответ на мой изумленный взгляд девочка пояснила:

— Папа так говорит.

— Грустная сказка, — подытожила я.

— Ну почему грустная-то? — пробормотала Лия, уже засыпая. — Эреклонар ведь все равно не сдастся, он найдет. Вот расцветут огненные цветы, и найдет…

Ее ровное дыхание свидетельствовало о глубоком сне.

— Прядущий, — шепотом спросила я, — это ведь не просто сказка? Ну не может же быть таких совпадений!

— У каждого человека есть ответы на все свои вопросы, — философски изрек серебряный паучок.

— Ну, Прядущий! — тихо взвыла я.

— Сама думай, — отмахнулся он и впал в свою спячку, повиснув у меня на сережке.

— У-у, предатель, — обиженно засопела я.

Но несмотря на хороводы лихорадочных мыслей и холод, я заснула практически сразу.

Мы с Андреем сидели на ступеньках на крыльце. Девчонки прогуливались по Коридору.

В Башне было совсем тихо, она вся окуталась странным сиреневатым мерцанием, которое подрагивало и едва слышно звенело.

— Неделя до января, — вдруг произнес Андрей.

— Да? — Я очень удивилась. — Совсем во времени потерялась…

— Что бы ты хотела на Новый год?

— Чтобы вы наконец-то стали считаться с моим мнением. — Я невесело улыбнулась. — Или такой подарок был бы слишком шикарным?

— Кстати, о подарках. — Андрей полез в карман джинсов и достал знакомое колечко. То самое, которое он подарил мне на день рождения. Я же потом подарок этот Вадиму отдавала с просьбой Андрею вернуть.

— Возьми, — он протянул кольцо мне.

— Андрей, — я вздохнула. Хотела уже пуститься в объяснения, но он перебил:

— Просто возьми. Я понимаю, ты на меня сейчас, возможно, в обиде. Да и последние события вполне могли у тебя окончательную кашу в голове устроить. Так что я не прошу ни о чем. Просто оставь его у себя. Когда ты его наденешь, я буду знать, что ты меня простила.

Андрей говорил так устало, будто бы даже с искренним раскаянием. Я не стала ничего возражать. Взяла злополучное кольцо и спрятала в карман.

Дверь Башни открылась, вышел мрачный Олег.

— Ну что? — обеспокоенно спросила я.

— У вас получилось? — добавил Андрей.

Олег покачал головой.

— Ребенок слишком напуган. Она закрыта на ментальном уровне. Пока Лия не будет чувствовать себя в безопасности, нам не пробиться через барьер ее магической силы.

Я встала и задумчиво пробормотала:

— Олег, может, я помогу?

Он некоторое время молча на меня смотрел.

— Попытаться стоит, — он кивнул. — Пойдем.

Пока поднимались в гостиную, я спросила:

— Олег, тут такое дело, может, ты в силах объяснить. Когда я беру гематитовый череп в руки, он начинает светиться со страшной силой. У Лии тоже светится, но совсем не так. Честно говоря, меня это очень пугает.

— Ничего удивительного, Карин, — он вздохнул. — Череп просто-напросто реагирует на близкую ему силу смерти. Потому так и светится у Лии.

— Ну а почему у меня-то ярче? — не поняла я.

— Потому, что твоя сила смерти намного больше.

Я даже замерла на ступеньке.

— Но… но… как так-то… Да, мне, конечно, приходилось убивать, но только всяких монстров и злодеев…

— Карин, да не в этом дело. — Олег помолчал, будто бы раздумывая, говорить мне или нет, и все же продолжил, не сводя тяжелого взгляда: — Череп так реагирует на тебя, потому что ты — алаис. Поверь, сколько бы смертей не несли в себе жрицы Дарующей, до тебя им далеко. Тебе никогда не приходило в голову, что я не просто так пытаюсь тебя уберечь? Не только от всех опасностей, но, может, от тебя самой? И не только тебя. А весь мир уберечь от тебя… Ладно, неважно, — он покачал головой, — сейчас уж точно не время для таких разговоров, пойдем.

Кое-как собравшись мыслями после его слов, я поспешила следом за ним в гостиную. Олег прав в одном: сначала надо помочь Лие, а потом уже думать, как самой жить дальше.

Лия сидела в кресле и гладила Васятку. Кот довольно урчал, подставляя девочке то спину, то живот. Эридан с Вадимом стояли у окна и тихо переговаривались. Увидев меня, они вопросительно посмотрели на Олега. Я же подошла к Лие.

— У меня не получается, — она виновато вздохнула. — Я закрываю глаза, а перед ними такая жуткая темнота, которая хватает меня и тащит куда-то…

— Помнишь, ты сама мне говорила, что главное — это верить в себя и свои силы? — Я улыбнулась.

— Я же еще маленькая, — ответила Лия. — Я пока верю только в папу. И в тебя. Но я ведь не такая смелая, как ты.

— Не такая уж я и смелая, Лия. — Я взяла ее на руки и села с ней на кресло, предварительно выгнав наглого кота. — Но, я думаю, вдвоем у нас с тобой обязательно получится.

Паладины переглянулись. Встали треугольником вокруг. Три сверкающих меча зависли в воздухе без всякой опоры напротив них. То же странное сиреневатое свечение, которое я видела у Башни, окутало нас. Лия закрыла глаза и обмякла в моих руках, словно уснула. Воздух вокруг тихонечко зазвенел.

Я тоже устало закрыла глаза. И не поняла, что закрыла. Сиреневатое свечение никуда не исчезло, и в его свете все вокруг преобразилось до неузнаваемости. На руках у меня вместо Лии был светящийся сполох, опутанный черными шипящими нитями, похожими на змей. А Паладины… Три ослепительно ярких пульсирующих столба света разных оттенков. Стало любопытно, как здесь, на ментальном уровне, выгляжу я, но на себя смотреть не получалось. Причудливые искры метались вокруг. Лия светилась все ярче. Было так странно осознавать саму себя одновременно в двух измерениях — ментальном и физическом.

Искры вокруг вертелись все быстрее, облепляя ребенка на моих руках в плотный кокон. Лия дрожала, я прижала ее к себе крепче. Нахлынул резкий страх, хотелось бежать отсюда, едва сдержала этот безумный порыв. Звон усиливался и стал уже нестерпимо громким. Вихрь искр подхватил нас и куда-то потащил, я уже не видела Паладинов, все смешалось. Сквозь сверкающую пелену резко нахлынула тьма. Я сразу поняла, что именно про нее мне говорила Лия. Черные путы взвились вверх и захлестнули ребенка на моих руках. Лия закричала. Ее вырывали из моих рук.

— Прочь! — Я даже не знаю, закричала я или только об этом подумала.

Тьма охватила нас с Лией в кокон. Я поняла, что Паладинам к нам не пробиться. И чуть не взвыла от ужаса. Одно дело, когда враг материален, и совсем другое — сражаться непонятно как непонятно с чем на ментальном уровне.

Лия была опутана уже так, что из-за плотных черных щупалец ее даже не было видно. Она становилась частью окружающей нас тьмы. Собственное бессилие вогнало меня в ступор. В дикой панике я не знала, что мне делать.

— Папа! Папа! Мне так страшно… — голос Лии прозвучал, как будто она была на многие километры от меня.

А во мне словно что-то оборвалось. Тьма вокруг задрожала, когда ослепительно-яркое бордовое пламя рвануло от меня по черным нитям. Они отступили от Лии. И тут же зародившийся в недрах светящегося создания, которым сейчас виделась мне девочка, алый сполох вдруг направился ко мне. Я не думала о том, что происходит. Я вообще ни о чем не думала. Осталась лишь четкая уверенность: нельзя допустить, чтобы этот алый сполох вернулся к Лие. Я потянулась к нему, он исчез на моей ладони. Я не почувствовала прикосновения, но тьма вокруг на мгновение вспыхнула алым.

А потом резко хлынул свет. Даже не знаю откуда. Он был настолько ярким, что даже больно было. Наваждение отступало. Я не сразу поняла, что это я просто-напросто открыла глаза.

Лия была без сознания. Бледный как привидение Эридан подошел ко мне и коснулся ладонью ее лба.

— Все, она теперь свободна, — пробормотал он едва слышно.

С посеревшим лицом Вадим опустился на диван и устало закрыл глаза. Мрачный как туча Олег подошел ко мне. Они с Эриданом переглянулись.

— Что-то не так? — растерялась я.

— Ты хоть понимаешь, что ты сделала? — внимательно смотрел на меня Эридан.

— А что я сделала? — перепугалась я.

Ответить мне не успели. В гостиную поднялся Андрей и следом девчонки.

— Как Лия? — тут же спросила Света.

— Она избавилась от Дара, — ответил Олег. — Ее лучше немедленно отвезти отцу. Когда она придет в себя, просто необходима спокойная привычная обстановка.

Эридан осторожно взял Лию из моих рук. Их окутало сияние, и они исчезли.

А я чувствовала себя смертельно уставшей. Что-то изменилось во мне. Пока не могла понять, что именно, но это очень пугало.

— А давайте попьем чаю? — вдруг предложила сердобольная Наташа. — Карин, ты когда вообще в последний раз ела?

— Вчера. Ягоды в лесу.

— Ой, да это не еда, — подхватила Рита. — Сейчас что-нибудь сообразим.

Девчонки засуетились, накрывая на стол. Такое впечатление, что они старались этой обыденной беготней снять повисшее напряжение. Я и вправду отвлеклась, так что непонятные чувства даже отступили.

Эридан вернулся через полчаса.

— Лия у Асифа, все в порядке, — сообщил он. — Красных Монахов в Орбагане больше нет. Но теперь они и не станут девочку преследовать.

— Похоже, история с гематитовыми черепами закончилась, — Света улыбнулась. — Если Совет рассчитывал, что в столкновении с Красными Монахами мы уж точно погибнем, они опять просчитались. Но с другой стороны, не поведись мы на эту их провокацию, не спасли бы в итоге Лию.

— Черепа — это ладно, но есть еще одно дело, — напомнила Рита. — талисманчики-то наши неплохо бы вернуть. Да и, как я смотрю, все вы тут про календарь забыли. Так что, скажите спасибо, что у вас есть я.

И в ответ на дружные непонимающие взгляды, она выпалила:

— Мы, между прочим, завтра в три часа дня должны на городском фестивале выступать!

— Ой, и правда, — пробормотала Света, — совсем про это забыли…

Я хотела сказать, что пусть идут лесом все городские фестивали вместе взятые, но с другой стороны, талисманы и вправду надо как-то возвращать.

— Значит, срочно на Землю, высыпаемся и к трем часам на выступление, — я кивнула.

— Вы что, это серьезно? — Андрей нахмурился.

— Ты, Деккер тоже участвуешь, между прочим, — напомнила Рита. — И Вадим.

— Девчонки, вы что, совсем сдурели? — Вадим тоже не пришел в восторг.

— А вы случайно ни про кого не забыли? — мрачно смотрел на меня Эридан. — Например, про Полянского и его дружков.

— В том-то и дело, — пробормотала я. — Талисманы ведь каким-то образом возвращать нужно.

— И каким именно, интересно, образом ты собралась их возвращать? — скептически поинтересовался Андрей.

— Все очень просто. Я поговорю с Русланом, и он талисманы вернет.

На несколько секунд воцарилась мертвая тишина.

— Карин, — ошалело выдал Вадим, — ты на самом деле такая наивная?

— На самом деле, — в один голос за меня ответили мрачные Эридан и Андрей.

Я насупилась. Рита тихо захихикала.

— Неужели ты действительно считаешь, что Полянский вот так просто отдаст талисманы? — не сводил с меня глаз Андрей. — Разве ты до сих пор не поняла, что он за человек?

— В том-то и дело, что поняла, — возразила я, — поверьте мне, Руслан вовсе не плохой.

— Ага, а талисманы он забрал исключительно на реставрацию, — хмыкнул Вадим. — А то, что Андрея едва не убил, это уже не считается?

— Сейчас дело не в том, зачем он это сделал, а в том, как теперь талисманы вернуть. Я действительно могу переубедить Руслана, — пробормотала я. — Просто дайте мне шанс.

— Это слишком рискованно, — возразил Андрей.

— Я согласен с тобой, — Эридан кивнул, — девчонки сейчас слишком беззащитны. Тем более мы не знаем, что у Полянского и его дружков на уме. Он ведь не просто так это все затеял.

— Так мы, может, зря опасаемся, — возразила Света, — ведь не факт, что они сами явятся на выступление.

— У вас у всех уже мания преследования! — Рита весело похлопала Эридана по плечу. — И я с Ринкой согласна. Стоит попытаться.

— А я не согласен! — в один голос возразили Андрей, Эридан и Вадим.

Я умоляюще посмотрела на все это время молчавшего хмурого Олега. Он вздохнул.

— Ребят, быть может, попытаться стоит, — задумчиво произнес он.

— И ты туда же? — нахмурился Эридан. — Ладно девчонки опять себе чего-то нафантазировали, но ты-то должен понимать, как это опасно.

— Послушайте меня, пожалуйста, — Олег поднял руки, прося тишины. — И не перебивайте. Особенно это вас двоих касается, — он красноречиво посмотрел на Андрея и Эридана. — Карина права.

— В чем? — скептически поинтересовался Андрей, проигнорировав просьбу не перебивать. — В том, что Полянский — ангел сизокрылый?

— Ну, я бы так не сказал, — Олег усмехнулся. — Руслан далеко не ангел. И способен он на многое. Но если кто-то и в силах его переубедить, то только Карина. Тем более магический запрет Эридана, если что, защитит ведь ее от телепортации. Ну а от пламени она и так защищена. Да и мы все рядом будем.

Олег говорил так убедительно, что даже Эридан с Андреем сдались. Мне все же дали шанс попытаться уладить все миром. Вот только сама я в это уже не очень-то верила.

Я открыла глаза и увидела Прядущего. Он словно парил. Сложно описать то, что было вокруг. Как в Коридоре, безграничное необхватное звездное небо со всех сторон. Только вместо звезд хаосом переплетений подрагивали светящиеся нити. Я сидела на коленях сама не знаю на чем, без всякой опоры, просто зависнув в воздухе. Руслан лежал на спине, положив голову мне на колени. Его глаза были закрыты, едва заметная улыбка на губах. Странно и страшно было осознавать, что он мертв, что я мертва. Хотя тут скорее применительно «не живые».

— Это Паутина Вечности, да? — спросила я, ласково гладя Руслана по темным волосам.

— Да, — ответил Прядущий. — В сильно упрощенном виде для твоего несовершенного примитивного сознания.

Я даже не обиделась.

— Это и есть жизнь после смерти, про которую ты говорил? Поэтому мы с Русланом здесь?

— Нет, ты должна кое-что увидеть. И еще, с тобой хотят поговорить, — туманно ответил Прядущий и буквально растаял в воздухе.

Я поняла, что их четверо. Не видела, просто почувствовала их незримое присутствие.

— Приветствую тебя от имени Четырех, алаис, — голос был мужской. Спокойный и уверенный. Поняла, что говорить со мной будет только он.

— Здравствуйте, — растерянно пробормотала я, инстинктивно сжав пальцами ладонь Руслана, так было спокойней.

— Тебе нечего бояться, — голос потеплел. — Мы не причиним зла ни тебе, ни ему.

— Разве нам теперь можно причинить зло? Мы ведь мертвы.

— Природа смерти непостижима для вас, людей, — ответил голос. — И возможно все.

Он немного помолчал и продолжил:

— Ты пыталась спасти его, зная, что погибнешь сама. В последнее мгновение у него еще оставались силы, чтобы телепортироваться самому, но он остался с тобой. Вы пожертвовали ради друг друга самым бесценным сокровищем — собственной жизнью… Не жалеешь?

Я даже улыбнулась.

— Извините, не знаю, кто вы или что вы, но любили ли вы когда-нибудь? Тогда вы могли бы меня понять.

— Вы не любите друг друга, — возразил голос.

Я проигнорировала это уточнение. Не поверю я в это. Больше никогда не поверю.

— О чем вы хотели со мной поговорить?

— О будущем. О вашем будущем.

— Будущем? — я растерялась. — Разве оно теперь есть?

— Оно есть всегда и наступает каждую секунду. И ты должна сделать выбор, Карина. Взять на себя ответственность сделать выбор за вас обоих, — сообщил голос очень серьезно.

— Что за выбор? — я насторожилась.

— Сейчас я тебе кое-что покажу.

Пространство вокруг смазалось на мгновение, и я увидела тонкую одиночную светящуюся нить, которая находилась немного в стороне от хаоса переплетения других.

— Что это? — спросила я.

— Это ваша с Русланом Нить. На всю безграничную Паутину Вечности единственная, на которой вы с ним остаетесь вместе. Но заметь, эта Нить в стороне от других. Все потому, что слишком много бед и смертей принесет такое будущее.

— Но если наше будущее все еще существует, значит вы намерены вернуть нас к жизни? — догадалась я.

— Все зависит от твоего выбора, — ответил голос. — Ты вернешься к жизни в любом случае. Но возвращать эреклонара слишком рискованно. Мы пойдем на это только при одном условии. У вас не будет общего будущего. Никогда и ни при каких обстоятельствах вы не сможете остаться вместе, стать едиными. Подумай, Карина, слишком многое зависит от твоего выбора.

— Это жестоко, — мой голос дрогнул. — Жестоко нас разлучать…

— Вы в любом случае будете разлучены. Мы же даем тебе возможность сохранить Руслану жизнь.

Я затравленно молчала. Смотрела на Руслана, и сердце щемило от безумной иссушающей тоски.

— Одна просьба… — прошептала я срывающимся голосом. — Руслан… Пожалуйста… Пусть он забудет… Пусть забудет то, что чувствовал ко мне… Я не хочу, чтобы он мучился…

Голос некоторое время молчал.

— Хорошо, — наконец, ответил он. — Я исполню твою просьбу. Твой выбор?

— Я согласна на ваши условия, — ответ дался с трудом.

— Прядущий! — тут же позвал голос.

Серебряный паучок мгновенно материализовался на той самой одиночной нити.

— Прости… — прозвучал у меня в голове его голос.

С едва слышным печальным звоном светящаяся нить оборвалась, разлетевшись золотистыми сполохами, но через мгновение погасли и они. Я едва не закричала от отчаяния.

— Возвращайтесь в мир живых… — говоривший будто бы удалялся.

Пространство вокруг смазывалось пятнами. Я уже не чувствовала рядом Руслана, словно он тоже исчез. И последнее, что я услышала, это знакомый голос. Едва слышно Кариан произнесла:

— У меня тоже будет одна просьба. Пусть она разделит его участь, забудет все…

Окончание фразы я не услышала. Почувствовала лишь как с нестерпимой тяжестью снова защелкнулись на моих запястьях знакомые ненавистные кандалы любовного заклятия. Все вокруг залил нестерпимо яркий свет…