Екатерина Скибинских

Получив исполнение своей самой заветной мечты, Арина вновь вынуждена бороться за своё долго и счастливо. Тайны её перемещения в чужой мир не спешат открываться. Что или кто так настойчиво звало её сюда? И нужны ли ей эти знания, когда в друзьях некромант, дракон, наг и доминантная белка? А на руку и сердце претендует самый могущественный чародей этого мира.

КНИГА 2

АРИНА

День не задался с самого утра. Все началось с вестника от рода Ваенгов с обещанием предоставить мне свою дочь для ритуала уже к закату солнца. Я несколько раз перечитал послание, все же надеясь, что ошибся, и только после этого позволил вырваться эмоциям наружу, разразившись длинной тирадой на оркском наречии.

— Ну что, я был прав, отдают принцессу на откуп? — заинтересовался мой друг и по совместительству советник Шантар, проводив взглядом опадавшие клочки пепла от сожженного письма.

— Угу. Единственную дочь, между прочим, которую холили и лелеяли с самого детства, — скривился я и устало потер переносицу.

Человеческая низость, пожалуй, никогда не перестанет меня удивлять.

— Ну, учитывая поставленный тобой ультиматум — либо все они, либо дочь — выбор очевиден. К тому же, у них остался еще сын, — заметил Шантар, философски пожав плечами.

За что всегда любил нагов — они никогда не скрывали своих намерений. Любить — значит любить, дружить — значит дружить, мстить — о, тут им и вовсе не было равных. Если змеелюду наступили на хвост — он не успокоится, пока не отдавит все ноги, но перед этим вежливо предупредит. Никаких игр, лицемерия. Но и на окружающий мир смотрят через призму собственных убеждений. Возможно, именно поэтому их и осталось так мало. И, разумеется, я благодарен мирозданию, что судьба свела меня с одним из них.

— Им всего-то и грозило свержение династии, жизни я бы оставил, — проворчал, налив в бокал эльфийского вина.

Поболтав его, полюбовался переливами алого на свету и щедро плеснул туда же настойку дроу.

— Фу, как ты можешь так бездарно переводить эти два напитка? — возмутился Шантар и, отобрав у меня обе бутылки, поочередно хлебнул и из одной, и из другой, на что я лишь хмыкнул.

— На ритуале будешь присутствовать? — деловито поинтересовался у него, сев обратно за стол и пододвинув к себе отчет из королевства гномов.

— Таки проведешь? Не жалко деваху? Совсем же юная, — заметил он без особого сожаления в голосе, просматривая доклад внутренней разведки.

— Главное условие — добровольная жертва. Не думаю, что девица окажется настолько склонной к самопожертвованию, чтобы добровольно лечь на алтарь. Пока еще ни одной такой не нашлось, сам знаешь. Но в любом случае, посмотрим, не во всех ритуалах жертва непременно должна умереть.

— И что за ритуал будешь проводить? Разве не ритуал подпитки силы или дополнительной привязки к нашему миру? — друг удивленно приподнял бровь.

— Сам еще не решил, с поимки последнего наемного убийцы прошло не так уж много времени, мне пока достаточно, срочно ритуал не требуется. В любом случае, не я такой, мир такой. И родители этой принцессы, что предали ее, предпочтя сохранить власть, — пробормотал, вчитываясь в бисерный почерк гномьего короля.

— Нет, это, пожалуй, без меня. Все эти крики, слезы… Предпочту провести вечер в объятьях какой-нибудь знойной красотки, слушая стоны совсем иного характера… — он мечтательно улыбнулся, зажмурившись.

— Помнится, именно ты предложил построить едва ли не храм, набрать в него послушников и замаскировать все под особый ритуал, чтобы жертвы, впечатленные антуражем, выделяли как можно больше энергии ужаса, — напомнил отстраненно, делая на полях отчета заметки.

— Ну, так и ты раньше не проводил «ритуал» над невинными жертвами.

— Дочь Ваенгов — и вдруг невинная? Да они там все ядовитые с самой колыбели и люто ненавидят даже друг друга. В конце концов, даже у этой юной девицы была сестра на год младше, которая вдруг «случайно» утонула в пруду на следующий день после того, как обстригла под корень волосы этой «невинной» малышке. Ничего так совпадение, не думаешь? — фыркнул я, брезгливо скривившись.

— Как знаешь, — не стал спорить Шантар, — как знаешь. Но ритуал проводи без меня.

До самого вечера я больше особо не вспоминал о девице Ваенгов, и без нее забот хватало. И едва не пропустил начало — один из новых послушников просто боялся меня отвлечь от государственных дел, сказывалась тщательно созданная определенная репутация. Поэтому торжественную хламиду я напяливал уже на бегу. В ритуальный зал ворвался как раз вовремя, чтобы услышать возмущенные крики из комнатушки, где готовили жертв.

Сами крики — совсем не удивительны, но вот их смысл…

— … Я тебе эти труселя стремные сейчас знаешь, куда засуну? Прочь ручонки загребущие! Что ты говоришь, в моих попу видно? Так платье надо было нормальное давать, а теперь нечего смотреть туда! Я сейчас по-быстрому на алтарь сгоняю — и мне вообще будет пофиг, в каких я труселях! Куда идти? Туда? Ну, так отойди, чего мешаешь? — доносилось из-за неплотно прикрытой двери.

Я в изумлении обернулся к ближайшему послушнику, но тот даже не отреагировал, как зачарованный уставившись на ту самую дверь. Впрочем, как и все остальные, находившиеся в этом зале.

Внезапно дверь отворилась, явив нашим взорам невысокую девушку с длинными прямыми темными волосами. Она что-то сосредоточенно поправляла у себя на поясе, бормоча под нос:

— И какой идиот додумался сделать низ платья абсолютно прозрачным? Вот как в этой ерундени ходить? Дурдом…

Споткнувшись о какой-то выступ, она наконец-то обратила внимание на собравшихся в зале людей и нелюдей. На ее симпатичном лице медленно проступил шок. Я ожидал увидеть еще и ужас, но вот с ним как-то не сложилось.

— Ого, сколько вас здесь… Привет, что ли, — она вяло шевельнула пальцами в воздухе, но тут заметила алтарь и ее глаза загорелись азартом. — Это алтарь? — деловито поинтересовалась она у ближайшего послушника.

Тот судорожно кивнул, всматриваясь в кружева, заменявшие девушке нижнее белье, но принцесса тут же потеряла к нему всяческий интерес, практически пробежав оставшееся до алтаря расстояние. Секундная пауза — и она забралась на него, недовольно пискнув что-то о холодной каменюке.

— Ребятушки, я только очень вас прошу, сократите ваш ритуальчик и сделайте все побыстрее, а то почки, чай, не казенные, — пробормотала она, вытянувшись в струнку.

К ней шагнул один из послушников с зачарованными веревками в руках, но вместо того, чтобы привязать девушку, почему-то просто протянул их ей.

— Вы тут совсем, что ли, обалдели? Или сам привязывай, или уйди подальше со своими канатами, и без тебя тошно, — фыркнула она, дернув ножкой.

Означенную первой и привязали, как-то излишне тщательно проверяя, плотно ли охватывают путы узкую лодыжку. Но поймав мой взгляд, парень исправился и быстро привязал вторую ногу и руки. Тут же поспешил отойти в сторону, затерявшись за спинами остальных послушников.

Подчиняясь моему знаку, ритуал начался. Вернее, то, что все обычно считают ритуалом. На самом деле, присутствие всех этих послушников совсем не обязательно, главные слова и действия все равно совершаю я. Да и алтарь не особо нужен, как и определенный кинжал, но антураж — наше все.

И вот что мне делать с принцессой? Испуганной она не выглядела, пришла добровольно… Грех упускать такой шанс. Конечно, это все весьма относительно, не исключено, что несчастную просто накачали каким-то зельем. Впрочем, это уже не имело значения, я знал, как действовать дальше. И выступив вперед, провел ритуал, предвкушая будущее веселье. Кто же знал, что будет весело настолько?!

Возмущение по поводу отмены ритуала, зачем-то брошенный куда-то в сторону камешек, разбитая коленка, поездка у меня на руках, уговоры довершить начатое на алтаре… Всего этого оказалось чересчур для одного вечера, но больше всего убивало отсутствие фальши в девушке! Чем они ее там напоили?

Заперев принцессу в комнате, поспешил убраться подальше.

Нет уж, разбираться с этим всем буду уже завтра, посмотрим, как она себя поведет. Но с каждой минутой вопросов к ней копилось все больше. Кажется, людям все же удастся меня удивить.

Следующие несколько часов я безуспешно провел над документами, усиленно отгоняя мысли о принцессе, появившейся в моем замке и, судя по всему, задержавшейся здесь не на один день. А когда все же решил уже лечь спать, наконец-то избавившись от своего балахона, по замку пронесся крик:

— Нежить! В замке нежить!

Что за ерунда?! Все входы и выходы зачарованы, нежити никак не проникнуть. Что примечательно, крик шел с нижних этажей. Мимо моей двери пробряцали латами стражники, спешащие на голос.

— Что здесь происходит? — рявкнул я, показавшись из своего кабинета.

Ближайший стражник моментально стал бледным, как полотно, стиснув свою секиру до побелевших костяшек пальцев. Парень явно сейчас мечтал оказаться подальше от меня, можно даже с нежитью в обнимку.

— М-милорд, на нижних этажах обнаружили нежить… Не извольте беспокоиться, все наши прочесывают замок, ее скоро обнаружат и уничтожат! — выпалил он поспешно.

Ху… Худо, очень худо!

— Классификация нежити? Жертвы? Кто ее заметил?

— Она напала на одного из послушников, дежуривших у входа в ритуальный зал. Второй успел убежать. Парень, перепуганный вусмерть, видел, как она грызла шею его друга, — стражника передернуло, видимо, представил эту картину. — Других жертв, кажется, нет, нежить ищем.

— Хорошо. До рассвета предоставьте мне полный отчет, каким образом нежить пробралась в мой замок. Пусть виновные понесут строгое наказание, иначе я сам им займусь. Предателей, если таковые обнаружатся, сразу в пыточную, я навещу их позже, — приказал я и, больше не обращая внимания на перепуганного стражника, вернулся обратно в свой кабинет.

Подобные происшествия не такая уж и редкость, за последнюю сотню лет я привык и не к такому, но злиться от этого меньше не стал. Насколько сильно стоит сдавить их всех, чтобы они наконец-то успокоились и смирились со своим положением? Почему гномы, дроу, наги, вампиры, орки и оборотни безоговорочно вступили под мои знамена, осознав открывшиеся для их народов перспективы, а все прочие расы сопротивляются, принося вред самим себе?! Дерьмо!

От переизбытка эмоций схватил со стола чернильницу и запустил ее в стену, с мрачным удовлетворением проследив, как по светлой поверхности расплывается безобразное темно-фиолетовое пятно. Стало немного легче.

Следом почему-то пришла мысль о гостье. Наверняка ведь ее тоже разбудили крики стражи. Конечно, я запер комнату и даже навесил дополнительную защиту, но вдруг захотелось навестить ее, удостовериться, что с ней все в порядке, успокоить испуганную девушку.

Решив не отказывать себе в сиюминутных желаниях, открыл портал прямиком в ее спальню. Но принцессы там не обнаружил. Моему взору предстали лишь смятые простыни и скомканное одеяло, валявшееся на полу.

Выругавшись сквозь зубы, выскочил за дверь и только в коридоре понял, что комната не была заперта. Кто-то выманил девушку из ее спальни? Посреди ночи?

Вкупе с внезапно объявившейся в замке нежитью дело принимало нехороший оборот. Похоже, у нас тут пригрелся очередной предатель, а ведь чистку рядов проводили всего пару лун назад…

Но все равно непонятно, зачем кому-то понадобилась девица Ваенгов? Кто-то узнал, чего для меня стоит добровольная жертва? Нет, об этом знаем только я и Шантар. День, когда я засомневаюсь в друге, станет началом конца для этого мира.

Тогда что? Кто-то выпустил нежить, а девушка, воспользовавшись переполохом, выскользнула из спальни? Могла ли она быть с кем-то в сговоре? Чисто теоретически — могла. Тогда либо она сильный маг, сумевший развеять мою магию, либо ее сообщник. Что, в любом случае, не обещало ничего хорошего.

Вместе с тем вспомнилось, как она усиленно настаивала на возвращении в ритуальный зал, да и покидать его не хотела. Ваенги что-то подозревают? Или просто верят в бродившие по миру слухи об источнике моей силы? Похоже на то, учитывая, что нежить появилась именно на нижних этажах, где ритуальный зал.

Поймав в коридоре пробегавшего мимо стражника, передал ему дополнительный приказ о поиске принцессы, сам же порталом переместился в свой так называемый «храм».

И почти не удивился, обнаружив у алтаря хрупкую темноволосую фигурку, закутанную в балахон послушника. Но что мне совсем не понравилось — заострившиеся черты лица принцессы и бледный до синевы оттенок ее кожи. Похоже, я опоздал, и сообщник, не обнаружив искомого, наградил девушку каким-то проклятьем и сбежал.

Осознав это, выдал длинное ругательство на оркском наречье. Присев возле девушки, нащупал слабый пульс. Любопытно. Проклятье не смертельное или просто отсроченного действия? В любом случае, принцесса, спрятаться от меня за вратами смерти у тебя уже не получится — слишком много вопросов к тебе накопилось.

И подхватив девушку на руки, открыл портал…

С некоторых пор я и любила, и ненавидела утро. Любила, потому что впереди у меня еще один день, которым могу насладиться сполна, ненавидела — ослепляющая головная боль приходила обычно во второй половине ночи, ближе к рассвету, затихая лишь под действием препаратов. Да и пробуждение нередко сопровождала утренняя рвота.

Но сегодня я проснулась в удивительно прекрасном настроении — от ночной изматывающей боли не осталось и следа! Более того, давно уже не чувствовала себя так хорошо.

Открыв глаза, в недоумении уставилась на незнакомый потолок нежно-голубого цвета. Удивленно моргнула, осознав, что он был выполнен в виде неба и можно было даже рассмотреть редкие перышки облаков, что, готова поклясться, двигались! И тем не менее, это был именно потолок! Все же, магия — это весьма и весьма практично.

Осмотревшись, поняла, что нахожусь в комнате, очень похожей на больничную палату. По крайней мере, на это указывали еще три кровати, находившиеся чуть дальше, только не в пример роскошнее привычных коек. Вдоль одной из стен стояли шкафы со стеклянными дверцами, за которыми расположились ровные ряды каких-то разноцветных баночек. У окна примостился секретер, заваленный какими-то бумагами. Что удивительно — кроме меня в палате больше никого не было.

Сев на кровати, первое, что обнаружила — на мне все то же проклятое платье! Могли бы уже выдать какой-то халат, право слово, еще и балахон отобрали, изверги. Второе — от непонятного браслета на моем правом запястье тянулась тонкая цепочка, прикрепленная к спинке кровати. Я несколько раз дернула рукой, но та лишь отозвалась мелодичным позвякиванием.

Интересный поворот! Это еще что за элементы бдсм? Я так не играю. Типа, чтобы я лунатизмом не страдала, что ли? Или все же властелинья морда решила довершить начатое, но вняла моим пожеланиям, предоставив вместо неудобного алтаря мягкую кровать с теплым одеялом и даже подушечкой? Если так, то уважаю!

Если бы еще так дико не хотелось в туалет, я бы даже порадовалась. Но в данный конкретный момент кандалы совсем не входили в мои планы. Еще раз оглядевшись, приметила невзрачную дверь. Вот чуечка у меня — там определенно должен быть туалет!

Спрыгнув с кровати, обнаружила, что эта цепочка еще и короткая, хватает впритык до двери. А дальше?!

Попрыгала на месте, мысленно проклиная и свой организм, и всю воду, выпитую накануне, и властелина темного, и мымру ту чернявую… Но легче вот совсем не стало!

У-у-у, гады, знают толк в пытках! Попыталась сдвинуть кровать с места. С жутчайшим скрежетом она съехала на полсантиметра к двери, а у меня заныла поясница. Да и от перенапряжения едва не случился конфуз.

Полезла под кровать, в надежде обнаружить там хотя бы ночную вазу, или как они тут называются, и едва не получила инфаркт, уткнувшись носом в чью-то оскаленную морду. Лишь томительную секунду спустя опознала в этой гадости свои вчерашние тапочки. Уже что-то!

Поспешила напялить их, но проблема оставалась той же. И с каждой секундой становилась все весомее. Вот где эти темные, когда они так нужны? Хотя нет, в любом случае нужно успеть сходить в туалет до ритуала, не хватало еще мне добавить им спецэффектов. Не хочу быть первой жертвой, которая обделается, да еще и не от страха, а потому что кому-то не хватило ума все учесть!

С досадой покрутила охватывающий запястье браслет и замерла. А ведь он рассчитан явно не на женскую руку. Да и не зря Пашка с детства дразнил меня Сонькой Золотой Ручкой как раз за узкие кисти. Ну-ка, ну-ка… Есть!

Немного усилий — и я сумела выдернуть руку из захвата этого браслета, даже не ободрав кожу. Но радоваться было некогда — я уже шаркала своими тапочками по направлению к туалету. Вбежав туда и закрыв за собой дверь, едва не прослезилась при виде унитаза, хоть и немного другой конструкции, все же хорошо узнаваемого.

Только примостилась и приготовилась расслабиться, как в моей палате послышался какой-то шум, а сразу же за ним жуткий грохот и озверелый крик:

— Где она?! Как избавилась от антимагического браслета?! У нее сообщник, ищите!

От этого озлобленного рявка я со всеми своими делами справилась намного быстрее, чем планировала. И искренне порадовалась, что успела сесть на унитаз.

Пару минут за стенкой раздавались еще крики, я же затихарилась, не спеша расставаться с моим фаянсовым другом. Выждала пару минут, пока все стихнет, и только тогда покинула свое убежище.

В ужасе замерла, рассматривая перевернутые кровати. Моя и вовсе была согнута едва ли не пополам. Это что за Кинг-Конг тут только что порезвился?

Страх тут же исчез, ему на смену пришло любопытство. Я подошла ближе, рассматривая покореженную мебель. Интересно, а здесь все владеют магией? И кто тут такой несдержанный оказался?

Запоздало пришло понимание, что, вероятнее всего, я пропустила появление местного темного властелина, который и должен был меня ухайдокать. Вот черт! Спросонья не сообразила, да и в тот момент мысли были заняты совсем другим…

Немудрено, что он так разозлился. Небось, проснулся в хорошем настроении, наточил ножичек свой, насвистывая попсовую песенку, напялил выглаженный балахон, притопал сюда, зная, что жертва прикована к алтарю… Ну, ладно, почти к алтарю. А ее и нетути тут.

Неловко как-то получилось. Мужик старался, организовывал все, предвкушал…

Кстати, а как я тут вообще оказалась? Нашел, решил, что корчащаяся от боли жертва — не то, что ему нужно, дал обезболивающего и притащил сюда? М-м-м… Хороший же мужик! Цепочку подлиннее сделал бы — вообще цены не было б. А так — сам дурак, мог бы и подумать о моих низменных потребностях!

Ладно, это все хорошо, только где мне его теперь искать? С тяжелым вздохом подошла к другой двери. Открыв ее, выглянула в пустой коридор. Прячутся они тут все, что ли? Властели-ин, я иду искать!

В животе согласно заурчало. Хм… Или никуда он от меня не денется и стоит сначала поискать кухню? А то своим голодным урчанием испорчу ему все убивательное настроение. Нет уж, в этом деле лучше без риска! И я, определившись с направлением, пошоргала своими жуткими тапочками дальше по коридору.

И снова длинные пустынные коридоры… Вот задолбали, честное слово! Тут вообще люди водятся?

За очередным поворотом услышала какой-то шуршащий звук, будто по полу тащили мешок с песком или…

Выскочив из-за угла, во все глаза уставилась на парня, нижнюю часть тела которого заменял огромный змеиный хвост!

— Мамочки… — прошептала я, оцепенев.

Парень, удивленно приподняв бровь, проследил за моим взглядом и тяжело вздохнул, обреченно закатив глаза с вертикальными зрачками.

— Еще одна невоспитанная человечка… — пробормотал он себе под нос, едва заметно скривившись.

Но мне уже было все равно. Ну, и пусть невоспитанная!

— Божечки, какая прелесть! Можно погладить? — я скорчила умильную рожицу, поджав ручки к подбородку, и сделала небольшой шажок к нему.

— К-кого? — уточнил он, слегка заикаясь, в свою очередь вылупившись на мои тапочки.

— Хво-ост! — радостно завопила я и, сократив расстояние, резко присела и обхватила конец обеими руками.

От неожиданности парень дернулся и стряхнул меня, отчего я упала, больно ударившись своими многострадальными коленями. А наг оказался в нескольких шагах от меня, перепуганно вжавшись спиной в стену.

Я же с сожалением уставилась на вторую разбитую коленку, где из царапин проступили уже капельки крови.

— Ну, ешки-матрешки, аккуратнее нельзя было? Не любишь, когда трогают — сказал бы, а то как дикарь какой, — выдала я сокрушенно, подув на коленку.

— Кхм… Прости. Ты просто так быстро рванула вперед, что у меня сработали рефлексы, — смутился парень, тем не менее, отлипать от стены не торопился.

— Угу. Вчера у одних тоже сработали рефлексы — уронили. И ночью еще у одного рефлексы — завалился вместе со мной, — проворчала я, оценивая повреждения. — Только у властелина вашего рефлексы вообще не работают, кинжал в грудь так и не воткнул…

— Принцесса? — выдохнул парень полуудивленно, полувосторженно.

— Где? — я молниеносно обернулась, но никого не увидела.

Во взгляде нага, направленном на меня, прибавилось подозрительности, что помогло мне принять верное решение.

— В смысле, да, я, — и даже приосанилась, насколько смогла сидя на полу.

А ведь точно, та грымза говорила, что я заменяю девушку из королевской семьи, и даже имя называла, вспомнить бы еще. Кажется, что-то на «с».

— Да так, ничего… А ты разве не должна быть в целительском крыле? — уточнил он, подозрительно сощурившись.

— А что мне там делать? Я себя чувствую хорошо, там никого нет, даже кровати поломали, пока выходила в туалет. Да и мне там скучно, грустно, и вообще, я есть хочу, — пожаловалась ему, скорчив рожицу.

В подтверждение моих слов в животе заурчало.

— Да, конечно, прости, что уронил. Давай руку, помогу встать, — опомнился парень и подошел… м-м-м… подполз… ко мне, подав руку.

Я первым делом украдкой погладила его теплый шероховатый хвост, отчего наг поперхнулся воздухом, и только после этого ухватилась за предложенную кисть, поднявшись на ноги. Его возмущенно-удивленный взгляд проигнорировала, ослепительно улыбнувшись.

— Спасибо. И еще я пить хочу. Со вчерашнего утра ничего не пила и не ела, между прочим! Покажешь, где у вас тут кухня? А то ни черта не ориентируюсь! — затараторила, тем временем.

Вот парень и попал, когда у меня стресс — уровень моей болтливости возрастает в разы, теперь меня фиг заткнешь! Но он и не пытался, пребывая еще в некотором шоке, лишь кивнул в ответ и галантно подал локоть. Я тут же радостно уцепилась за него и мы пошли-поползли куда-то.

— Коридоры у вас тут дурацкие тоже, ночью почти не освещаются, и холодина жуткая. Не, ты не подумай, что я тут взялась непонятно откуда и только и делаю, что поливаю вашу архитектуру, просто сам посуди: неужели нельзя установить факелы какие или, не знаю, огоньки ваши магические? С отоплением, опять же, что-то придумать? А то сами ткнули мне вот эти вот обрывки вместо платья, еще и на носках сэкономили, жуть же! Пришлось с какого-то парня сдирать балахон, чтобы как-то согреться. Не смотри на меня так, он без сознания тогда был, а мне нужнее. И не осуждай, он сам упал. Почти. Еще и придурок какой-то заорал: «жрет его, жрет…», а не удирал бы так быстро, я бы ему сказала, что эти дурацкие тесемки никак не развязать озябшими пальцами, только перегрызть… — вываливала я все на своего провожатого, радуясь хоть какому-то собеседнику.

В ответ раздался всхлип.

Обернувшись, в изумлении уставилась на скривившегося парня с дрожащими губами.

— Эй, ты чего? Плачешь, что ли? — поразилась я.

Блин, ну не хотела же человека доводить. Что я такого-то сказать страшно-печального успела? Остановившись, даже утешающее погладила его по плечу, лихорадочно прокручивая в голове все, что успела ему сообщить. Что-то же было в моих словах… Точно!

— Того парня таки загрызла нежить? — ахнула я, пошатнувшись от страшной догадки. — Бли-ин, надо было его все же потащить с собой…

— К алтарю? — провыл-простонал мой собеседник.

— Почему сразу к алтарю? Я там в комнатку какую-то ввалилась, но голова болела жутко, даже не рассмотрела толком, куда… Так что с тем парнем? Умер, да? — последнюю фразу почти прошептала дрогнувшим голосом.

На глаза навернулись слезы. А ведь если бы не думала в первую очередь о себе, а затащила бы парня в ту комнату, он бы остался жив. Невольно всхлипнула.

— С утра еще был живой, только заикается слегка… Эй-эй, не плачь, принцесса, я утешать не умею, — выдал он поспешно, повернувшись ко мне.

— Аргумент, — согласилась, передумав разводить сырость. — Точно живой? Уф, слава всему святому… А чего заикается, нежить увидел, да?

Наг смерил меня внимательным взглядом, после чего вздохнул украдкой, а его губы снова затряслись… Болеет, что ли, чем?

— Увидел… Слушай, можно вопрос? Что за бубуйня у тебя на ногах? — выпалил он почти возмущенно.

— Тапочки. Нравятся? — опершись на его руку, подняла ногу повыше, чтобы продемонстрировать ему сие произведение чьей-то больной фантазии.

— Нравятся, — произнес он охрипшим голосом, глядя гораздо выше тапочек, как раз туда, где задралось платье.

Можно подумать, эта полупрозрачная газовая ткань до этого что-то скрывала. Мужчины…

— Убедил, завещаю их тебе после моей смерти, — улыбнулась я, похлопав его по локтю, и опустила ногу.

— Бр-р… Надеюсь, они к тому времени успеют истлеть, — парня аж передернуло от подобной перспективы.

— Не надейся, если все пройдет удачно, ваш темный властелин прикончит меня уже сегодня, так что можешь уже заранее настраиваться на нужный лад — тебе вскоре владеть этой прелестью, — заявила довольно и едва не споткнулась, когда наг замер как вкопанный.

— Темный властелин? Аркенус, что ли? С чего ты взяла, что он тебя убьет?

— Я на это надеюсь, — легкомысленно пожала плечами и дернула парня за руку. — Ну, чего застыл? Я голодная, забыл, что ли?

— Забудешь тут… Мы пришли уже, — указал он на тяжелую дубовую дверь с позолотой.

— Это кухня? — усомнилась я, с интересом рассматривая необычную вязь узора.

— Лучше. Это мой кабинет, куда нам сейчас принесут еду, где мы с комфортом сможем покушать, — усмехнулся парень.

— Да? Ура-ура! — обрадовалась я, захлопав в ладоши, но тут же нахмурилась. — А не маньяк ли ты, часом, заманивающий невинных девиц в свои покои?

О том, что я уже не совсем невинная, уточнять не стала. Как и о том, что согласна на любого маньяка, если он меня покормит.

— М-м-м… С утра за таким замечен не был, но вообще, хорошая идея. Жаль только, что не пришла мне в голову раньше и я уже привел всего лишь в кабинет, — вздохнул он деланно сокрушенно и открыл передо мной дверь.

С интересом заглянув в комнату, убедилась, что змеелюд не врал, даже испытала легкое разочарование — маньяков в своей не очень долгой жизни я еще не встречала… Ну, да ладно, наг — всяко лучше маньяка. Наверное. И я, еще раз ему улыбнувшись, переступила порог.

Жизнь определенно удалась! Это я поняла после того, как с комфортом разместилась в глубоком мягком кресле, а на письменном столе передо мной, потеснив какие-то папки с бумагами, слуги принялись выставлять тарелки с умопомрачительно пахнущими блюдами.

— Передай, пожалуйста, булочку, — попросила, откусывая от куриной ножки. — М-м-м… Кайф!

Зажмурилась от удовольствия и довольно простонала, размахивая окорочком, словно дирижер своей палочкой.

— Вкусно? — заинтересованно уточнил парень.

— Божественно! — довольно промычала я, но вспомнив об одном важном моменте, перевела на нага взгляд. — Слушай, а как тебя зовут вообще?

— Шантар, — ответил он и замер, ожидая моей реакции.

— Шанта-ар… Красиво! Я думала, у вас должны быть имена с обилием шипящих. Ты не подумай, я не расистка и не навязываю какие-то свои дискриминационные взгляды, просто мало знаю о таких, как ты, — призналась честно, похрустывая свежим огурчиком.

— Вина? — предложил Шантар, с интересом наблюдая, как я планомерно уничтожаю завтрак или обед.

Сам же лишь катал в руках большое румяное яблоко да изредка откусывал от него, с комфортом устроившись на каких-то восточных подушках, свив свой хвост в кольца.

— Не, спасибо, сок, если можно, — улыбнулась, замотав головой. — Мне еще вашего темного властелина искать, какое вино?

Парень негромко хмыкнул, но послушно наполнил мой стакан яблочным соком.

— А почему ты называешь Аркенуса властелином?

— А что, он не ваш властелин разве? — удивилась, отпивая из стакана.

— Он наш император.

— Ну и? Император разве не может быть властелином? Самый настоящий властелин и есть, — заявила категорично, с сытым вздохом отодвигая опустевшую тарелку. — Он владеет этим замком, землями, на которых он стоит, ему подчиняются все королевства… Властелин!

— М-м-м… Допустим. А темный почему? — усмехнулся парень, покручивая в руках яблочный огрызок.

— Властелины светлыми не бывают, значит — темный, — отчеканила авторитетным тоном, посматривая на блюдо с фруктами.

Интересно, влезет в меня еще один персик, или хорошего понемножку и пора уже выдвигаться искать этого властелина неопределенного оттенка?

— Если только темный, то, может, имеет смысл опустить эту приставку и оставить лишь титул «властелин»? — предложил парень, уже в открытую забавляясь.

— Не-а, не звучит. Властелин Аркенус… Фи! А вот Темный Властелин Аркенус… Тоже, конечно, фи, но что поделать — против правды не попрешь, — я сокрушенно развела руками.

— Можно взять по цвету магии, — предложил он воодушевленно, явно увлекшись идеей определиться с цветовой гаммой своего правителя.

— И какого она цвета? Я в его исполнении видела голубоватую дымку, что теперь, кричать на каждом углу, что у нас голубой властелин?

— Нет! — выпалил наг поспешно. — Голубого властелина нам не нужно!

— Вот и я о том же. Так что соглашайся на темного, неопределенного оттенка. Но властелин, к нему еще вернемся. Расскажи о себе! А лучше — покажи! — я моментально переключилась на более интересную для меня тему.

В конце концов, умирать по естественным причинам прямо сейчас не собиралась, судя по моему самочувствию. А мои близкие все равно забудут все, связанное со мной, как только властелин довершит начатое, значит, могла себе позволить еще с полчасика побалдеть в приятной компании. Опять же, подождать, пока в животе все уляжется…

— Что показать? — меня одарили подозрительным взглядом и на всякий случай отодвинулись чуть дальше.

— А что ты можешь? Ну, не знаю, язык, что ли, покажи… — протянула заинтересованно, все же цапнув с подноса аппетитный персик с бархатистой шкуркой, источавший тонкий аромат.

— Зачем? — подозрительности в глазах и голосе значительно прибавилось.

— Жалко, что ли? Хочешь, тоже покажу? — предложила легкомысленно, укусив сочный плод.

Сладкий липкий сок тут же потек по подбородку, шее, пара капелек попали на грудь… Черт! Отложив коварный персик в сторону, схватила льняную салфетку со стола и, вполголоса ругаясь на саму себя, принялась тщательно вытираться.

— Хочу… — в голосе парня появились обволакивающие бархатистые нотки.

Серьезно хочет? Ну, ладно, мне не жалко. Тут же радостно высунула язык, помычав пару секунд. На лице нага отразилось удивление и едва ли не обида.

— Все, показала. Теперь твоя очередь. Давай, демонстрируй язык! — заявила непреклонным тоном, прикидывая, куда бы бросить скомканную грязную салфетку.

Подумав, скрутила из нее что-то типа корявой розы и водрузила на край стола.

— Так ты серьезно про язык?

— Да я вообще сама серьезность! Ну?

С тяжелым вздохом парень послушно высунул язык. И едва не прикусил его, когда я издала громкий восторженный писк.

— Милота какая! Зачем спрятал? — огорчилась, когда парень плотно сжал губы, спрятав свой черненький, тонкий, раздвоенный, как у змеи, язык.

— Фтруг потрохать захочеш-шь, — прошепелявил он.

Таки прикусил? Или от стресса змеиные повадки проснулись, вот и полезли все эти шипящие?

— Да ну, там слюни, фу… Кстати, а яд у тебя есть? А клыки? А какой длины сам язык? Открой рот, — скомандовала, все же встав с кресла, и двинулась к своему новому знакомому.

Но тот был начеку и одним слитным движением практически перетек в другой конец комнаты, встав так, чтобы между нами был письменный стол.

— Шанта-ар, куда же ты? — пропела ласково, пытаясь обойти препятствие, но и наг не стоял на месте.

— Фсе у меня ес-сть! У других нагов пос-смотри, пош-шему я?!

— Ну, Шантар, друзья так не поступают! Ну, я даже подходить не буду, покажи только! — практически взмолилась, скорчив просительную мордочку.

— Только яс-сык? — уточнил он с подозрением.

— И клыки. И все… Наверное. А что у тебя еще есть необычного? Кста-ати! А как вы размножаетесь? — меня осенило очередной идеей и я с нездоровым интересом уставилась на край его туники, из-под которой виднелся его змеиный хвост.

В ответ от Шантара донесся полустон-полувсхлип. Что, неужели все настолько плохо? Бедненький…

— Ты не переживай, у многих представителей иных рас, уверена, бывает, просто не получается. Живут нормально и без этого. Опять же, не зря придуманы платонические отношения… Ты прости, если затронула болезненную тему, я ж не знала… — начала сокрушенно, испытывая некоторую неловкость, что наступила на его больную мозоль.

Правда же не хотела!

— Что не знала? Нормально у меня все! — от возмущения Шантар даже шепелявить перестал.

— Да? Вот и хорошо, а то у меня с утешениями тоже как-то не очень… А ты можешь только с представительницами твоей расы? — заинтересовалась, прикидывая, как бы потактичнее спросить, как у него там все устроено под туникой.

Правда, тактичность тоже никогда не была моим коньком.

— Все я могу! И со всеми могу! И сколько угодно могу! — выпалил парень полуистерично.

— Бабник! — припечатала разочарованно, заставив его поперхнуться следующей фразой. — И вообще, кричать о таком неприлично. Или считаешь, что женщины — это второй сорт?!

Я аж задохнулась от возмущения. Тут, понимаешь ли, со всей душой, а он вот какой, оказывается…

— Я уже ничего не считаю… — пробормотал наг совсем тихо с несчастным видом. — Слушай, давай я дам тебе еще раз потрогать мой хвост и мы закроем на этом тему, а?

— Давай!

Не упускать же такую возможность? К тому же, сам предложил. М-м-м… Какой же он классный на ощупь! Теплый, чуть шероховатый от твердых чешуек… Кстати!

— А можно я отдеру одну чешуйку на память? — и не забыть умильно похлопать ресницами.

И нечего сразу смотреть на меня с таким ужасом! Я просто спросила…

— А ты не линяешь, не? Шкурки не осталось? — вопросы у меня и не думали иссякать, пока я продолжала наглаживать прибалдевшего Шантара.

— Эм… Не то, чтобы я против, но ты бы не могла не лезть мне под тунику? — уточнил он несколько напряженным голосом и осторожно попытался отпихнуть мои ручонки загребущие.

— Не отвлекай, я пытаюсь понять, как у тебя тут все устроено, на каком этапе змеиное тело превращается в человеческое… А ты бы не мог снять тунику? — пробормотала, полностью погрузившись в исследования.

Но, кажется, все же перегнула палку, потому что в следующий момент меня бесцеремонно стряхнули с себя. Правда, в этот раз проследили, чтобы упала я на подушки. Ну, и ладно.

— Слишком настырная, да? Извини, увлеклась. Мир? — я покаянно улыбнулась и протянула руку.

Шантар смерил меня подозрительным взглядом, но все же пожал мою ладонь и усмехнулся.

— Ты забавная… И да, я согласен стать твоим другом, — заявил он почти торжественно.

— О, круто… — я аж икнула от удивления. — Никогда еще не дружила с нагами.

Шантар самодовольно хмыкнул, но ничего обидного в этом не было. Возможно, из-за его искренней улыбки, так похожей на Пашкину. Как раз она и заставила меня встряхнуться и вспомнить о главной цели моего пребывания здесь.

— Ладненько, и так я с тобой тут подзадержалась. Где мне найти вашего властелина? — уточнила с сожалением и поднялась со своего места, оправив свое многострадальное платье.

Действительно ведь неплохо провела время с Шантаром, хоть и зашугала немного бедного. Не отказалась бы провести с ним еще несколько вечерков, поболтать о том — о сем, может, прогуляться где-нибудь…

После моей фразы парень мгновенно посерьезнел, дурашливость и беззаботность исчезли из его взгляда, передо мной теперь стоял будто совершенно незнакомый наг.

— Зачем он тебе?

— Да он там вчера ритуал один не завершил, было бы неплохо с ним обсудить некоторые детали… Мелочи, право слово, — я чуть натянуто улыбнулась.

После прозвучавшего заявления о дружбе было бы как-то неловко сообщать, что разыскиваю их властелина, чтобы при его помощи благополучно суициднуться.

Шантар несколько долгих мгновений всматривался в мои глаза, будто искал там ответ на какой-то конкретный вопрос, но, в конце концов, усмехнулся и отвел взгляд.

— Так что, проводишь? А то, боюсь, снова заблужусь, — тяжко вздохнула я.

— А знаешь что? Провожу! Ко мне тут друг с минуты на минуту должен прийти — у него тоже дело к властелину, вот вместе и пойдем, — вдруг воодушевился парень, задорно мне подмигнув.

— О, здорово! Так может, мне пока пойти прогуляться, вам не мешать, а потом вы меня позовете? — спохватилась я.

Все же и так обнаглела: пристала к незнакомому парню в коридоре, облапала, вывалила на него историю о своих ночных похождениях, напросилась на обед, оккупировала его кабинет, облапала повторно и, насколько поняла, совсем уж неприлично облапала, уболтала стать моим провожатым, еще и сейчас испорчу встречу с другом. Нет, Арина, хватит издеваться над хорошим человеком… пардон, нагом.

— Не-не, уверяю тебя, друг будет просто счастлив познакомиться с тобой! Давай, присаживайся обратно. Хочешь, еще хвост потрогай, — меня за руку потянули обратно к подушкам на полу и, усадив, ткнули в руки кончик хвоста.

Но я уже оскомину сбила и меня больше интересовали вертикальные зрачки Шантара. К его счастью, не успела я придумать, чего бы такого спросить о его глазах, как дверь отворилась, пуская, так понимаю, этого самого друга.

В следующий миг мысли о наге несколько поблекли, выметенные из головы новыми впечатлениями.

— Вау! Эльф! Настоящий! — воскликнула я восторженно и спешно попыталась вскочить с подушек.

Но запутавшись в подоле собственного платья, едва позорно не брякнулась на пол, спасибо моему новоиспеченному другу, успевшему меня подхватить. Правда, судя по красноречивому громкому треску, платью повезло меньше.

Эльф же и вовсе попятился и явно с трудом поборол порыв выскользнуть обратно за дверь. Впрочем, свой взгляд, полный шока, он устремил почему-то не на меня, а на Шантара. Может, это все же не его друг пожаловал, а эльф просто раньше тоже не видел нагов?

— Ты впервые увидела эльфа? — тут же заинтересовался Шантар, помогая мне восстановить равновесие.

Я с сожалением осмотрела полуоторванный подол. М-да… Властелину срочно нужно покончить с ритуалом и прибить меня, а то мне уже тут ходить не в чем!

— Живых не видела, — ляпнула, имея в виду только виденных в фильмах.

— А мертвых? — заинтересовался эльф и все же отлип от двери.

Не желая разочаровывать парней, уставившихся на меня со здоровым интересом, многозначительно промолчала. К тому же, сейчас мои мысли были заняты совсем другим.

Эльф выглядел совсем не так, как их представляли наши киношники. Да, высокий, но при этом вполне такого себе спортивного телосложения. И волосы нормальной длины, хоть и патлатенький. И брюнет, а не блондин. Красивый — тут не поспоришь, но не кукольной красотой, а… а… Черт! Даже толком не опишешь. Просто хочется смотреть и смотреть, не в силах насмотреться. И глаза удивительного синего оттенка, я аж подзависла. Но это все меркло перед одним: уши! О, мой Бог, что это были за уши, м-м-м…

— Можно потрогать? — поинтересовалась невинно, делая к вновь прибывшему ма-аленький шажочек.

Эльф уставился на меня совсем дикими глазами, а Шантар подавился воздухом.

— У него нет хвоста! — выдал он.

— Да? Ну ничего, и без хвоста люди живут, к тому же, я другое хочу пощупать…

— Что?! Вот что ты собралась уже трогать у него? — не удержался наг.

— Завидно, что ли? Я у тебя уже все потрогала, — отмахнулась я и сделала еще один небольшой шажочек к эльфу, едва не облизываясь на мою прелесть.

Теперь дикий взгляд эльфа достался уже Шантару.

— Но-но, это не то, что ты думаешь! — тут же поспешил заявить он. — Принцесса, ну, скажи ему.

— А я откуда знаю, о чем он думает? Тунику снять ты не захотел. Если ты об этом, то подтверждаю. Но там, где я хочу пощупать эльфа — у тебя все равно не лезла, — выдала, пытаясь решить для себя, этично ли хватать людей, точнее, нелюдей за уши или нет.

Чисто технически, за хвосты лапать их тоже неприлично, но с Шантаром все равно ж разобрались, чего думать об этом?

Секундная пауза, чтобы осознать, что я только что ляпнула, и шаг в мою сторону уже делает эльф, оказавшись почти вплотную возле меня.

— Только я не эльф, — шепнул он вкрадчивым голосом, от которого мурашки табуном пробежали по коже.

— Да мне пофиг! Можно, я потрогаю твои уши? — застенчиво улыбнулась я, залюбовавшись глубочайшим удивлением напополам с разочарованием, расплывшимся на его лице…

— А что ты дашь потрогать взамен? — эльф быстро справился с потрясением и на его лице заиграла предвкушающая улыбка.

Взгляд медленно пополз с моего лица вниз, чуть задержался в районе декольте, скользнул ниже, где я уже практически в открытую сверкала нижним бельем сквозь прорехи в порванном подоле…

— Хвост Шантара. Годится? — предложила без лишних раздумий.

Больше ничего экзотичного для обмена у меня не было.

Змеелюд тут же поперхнулся воздухом и в ужасе уставился на меня:

— При чем тут мой хвост?!

— Ну, не будь букой, жалко, что ли? Смотри, как ему хочется, глаза так и горят вожделением… Дай ему разочек погладить, — принялась уговаривать друга, переключив внимание вновь на него.

— Я не буду трогать хвост Шантара! — возмутился эльф, но я только шикнула на парня.

Стараешься тут ради него, а в ответ никакой благодарности! Как это можно не хотеть потрогать хвост настоящего нага?

— Цыц! Нельзя сдаваться в самом начале, учись идти до конца, — заявила нравоучительным тоном. — Тем более, что Шантар уже почти согласился.

— Да ничего я не соглашался! — возмущенно откликнулся наг, отползая от меня подальше, и на всякий случай даже выставил красную атласную подушку в качестве щита.

— Ну, пожалуйста, ну, ради меня… А давай, ты дашь ему хвост и мы вместе потрогаем его уши? — я даже готова была пойти на компромисс.

Уверена, в конце концов, я бы убедила их! Но эльф, который не эльф, сдался раньше.

— А давай ты потрогаешь мои уши, если уж так невтерпеж, и никто хвост Шантара трогать НЕ будет? — предложил он.

Ну, и ладно. Мне больше ушей достанется. Но, на всякий случай, сделала вид, что задумалась. После моего неуверенного кивка в комнате раздалось сразу два облегченных выдоха.

— Убедил. Садись куда-нибудь, а то ты высокий, мне тянуться неудобно, — скомандовала тем временем.

Эльф смерил меня внимательным взглядом, от которого стало несколько не по себе. Как будто рентгеном просветил, ей-богу! А еще в душе шевельнулись сомнения: не слишком ли нарываюсь? Мне, конечно, нечего терять, и уже сжилась с лозунгом «получать от жизни все и наслаждаться каждым мгновением», но трепать нервы всепрощающему Пашке — это одно, а нервировать незнакомых нелюдей, которые еще должны провести меня к их властелину, — совершенно другое!

Если честно, я бы на их месте уже далеко послала бы явно неадекватную девку, вне зависимости от того, принцесса она или нет…

— Ладно, — отмер ушастик и уселся на восточные подушки.

Шантар, негромко хмыкнув, устроился в кресле напротив, наверняка, чтобы не пропустить ни единой детали. Правда, этим самым сбил меня с мысли. Это что же получается, зад у него все же человеческий, раз там сидит? Тогда и перед должен быть тоже вполне нормальным… Хм… Интересно, а оно все в чешуйках или нет?

— Уши, принцесса, уши, — напомнил змеелюд, забеспокоившись от моего задумчивого взгляда.

А, точно, у меня ж еще эльф, который не эльф. Мотнув головой, забралась на подушки рядом с парнем под жалобный треск продолжавшего рваться подола, на который я случайно встала одним коленом. Застенчиво улыбнулась, сделав вид, что вообще не в курсе, откуда идет звук. И не надо на меня так смотреть, я смущаюсь! Где-то глубоко в душе. Очень глубоко.

С благоговением потянулась к заинтересовавшей меня части тела нового знакомого. У того на лице вновь проступило опасение, но он стойко даже не попытался отодвинуться от меня, лишь вздрогнул, когда мои пальцы коснулись уха.

— Теплое… — прошептала восторженно и осторожно погладила. — А кончик холодный.

— В замке сквозняки просто, вот и… — пробормотал парень, вглядываясь в меня со все возраставшим недоумением.

— Вот! И я о том же! Ваш властелин явно экономит на отоплении! — я аж подпрыгнула на месте, обрадовавшись, что нашла единомышленника. — Вот скажи, разве нельзя разобраться с этими сквозняками, а? Щели в окнах заделать, или еще что.

— Ай, ухо! — зашипел парень, поморщившись, когда я от переизбытка эмоций стиснула длинное ухо сильнее, чем планировала.

— Ой, прости, — тут же ослабила хватку, ласково погладив, но съезжать с благодатной темы не собиралась. — А полы? Это же ужас! Разве ж так можно?!

— А что с полами не так? — уточнил он осторожно, склонив голову так, чтобы мне было удобнее гладить его ухо.

Парень определенно наслаждался моими ласками. Да пожалуйста, я сама балдею! Это даже круче, чем трогать хвост Шантара.

— Они каменные! И холодные. Можно же сделать их с подогревом, у вас всех есть магия, сложно, что ли? Ну, или хотя бы ковры теплые постелить. А то приходится в этом ужасе ходить, — я кивнула на свои тапочки, которые, несмотря на их жуткий вид, снимать пока не собиралась — теплее все же.

Парень проследил за моим взглядом и вздрогнул, только сейчас заметив кошмарные тапочки. А в следующий миг его лицо озарилось пониманием вперемешку с недоверием. Взглянув на чему-то улыбающегося Шантара и сам улыбнулся. Вау! Какая улыбочка, а-а-а, я балдею…

— Ай, ухо!

— Прости, — пискнула и поспешно вновь ослабила хватку. — Классные уши, прямо антистресс! Хорошо успокаивает.

Парень аж поперхнулся воздухом, а быстрый взгляд вновь достался Шантару. Я, на всякий случай, тоже уставилась на него, рожи он там корчит, что ли? Но ничего подозрительного не заметила.

— Никогда не думал вставить золотые колечки в уши? Было бы красиво… — протянула мечтательно.

— Не думал.

— А сейчас? Хочешь, я проколю? — тут же загорелась новой идеей. — Ты не думай, я уже не раз это подружкам делала, совсем не больно!

— Пожалуй, воздержусь, — и у меня из пальцев выдернули ухо.

Ладно, хорошего понемножку. Вздохнув, поднялась с подушек и мимоходом подмигнула Шантару.

— Когда мы пойдем к вашему властелину? Или вы пока заняты? Можете просто мне сказать, куда идти, как-нибудь дойду, — предложила миролюбиво.

Под задумчивым взглядом посерьезневшего ушастика я беспокойно завозилась и, вспомнив о надорванном подоле, подтянула немного ткань и завязала в узел.

— Как тебя зовут? — спросил парень, тем временем, продолжая рассматривать меня с недюжинным интересом, заставляя нервничать еще больше.

Я промолчала, усиленно делая вид, что все еще поправляю узел на платье, расправила складки, выдернула торчавшие ниточки, смахнула какую-то соринку…

— И? — поторопил эльф.

Я с досадой посмотрела на Шантара: надежда, что он ответит вместо меня, не оправдалась. Тот в ответ лишь улыбнулся, не предпринимая попыток помочь.

— Принцесса я, из королевства… — но как назло, ни имени принцессы, ни названия королевства я не вспомнила.

И если при мыслях об имени в памяти еще всплывали смутные образы, вкупе с уверенностью, что имя начинается на «с», то по королевству и вовсе полный штиль.

— Это титул. А имя? — в голосе ушастика появились вкрадчивые нотки, от которых вновь стало не по себе.

Да что пристал-то?! И змеюка хвостатая не помогает, лишь смотрит с интересом, а еще друг, называется… Вот Пашка мне бы уже давно подсказал!

Ладно, имя. Что я, не вспомню какое-то паршивое имя? На «с», на «с»… Сигизмунда? Синдирэлла? Сильвия? Сиракуза, мать ее так? Сангрия? Блин, это, кажется, и вовсе название вина… Кстати, не отказалась бы сейчас, вкусненькое… А эти все смотрят, уже вдвоем!

— Вы меня просто поражаете! Вам же называли мое имя! — выдала я возмущенно, решив, что лучшая защита — это нападение.

Наверняка же называли, не могли не называть, хотя бы Шантару, раз уж опознал во мне принцессу!

— Я забыл.

— А я не расслышал.

Выдали эти два гада практически одновременно. Хм… Ладно, пойдем по другому пути.

— Как? Как вы могли забыть мое прекрасное имя? Да это же… это же… — от обиды у меня задрожала нижняя губа, но выдавить слезу так и не удалось.

Черт! Организм, и тут меня подводишь!

— Имя, принцесса. Уверяем, в этот раз мы его запомним и никогда не забудем, — пообещал эльф вроде как серьезно, но я успела уловить насмешливый блеск в его глазах.

Может, ну его, признаться как есть, что я не принцесса, и вообще… Ага, а вдруг меня тогда просто выбросят из замка, а мне еще самоубиваться при помощи их властелина…

— Я Си… кха-кха… — выдала, оглушительно закашлявшись. Помолчав с пару секунд, на всякий случай добавила еще окончание, нагло глядя ушастику прямо в глаза, — …ла!

Парень с самым серьезным видом кивнул, но готова поклясться, в его взгляде смешинок прибавилось.

— Для друзей можно просто Си. И вообще, кому нужно это длинное имя? Это мама с папой выпендрились, я предпочитаю попроще. Поближе к народу, всякое такое… — добавила, на всякий случай, и напряглась: прокатит или нет?

Едва заметная улыбка, скользнувшая по его губам, и он продолжил, как ни в чем ни бывало:

— Как скажешь… Си. Говоришь, нужно к нашему императору? — поинтересовался он тем временем.

— Ага. Кстати, у вас нет, случайно, лишнего балахона или еще чего? Задолбалась уже ходить по вашим коридорам под пронизывающим холодом в этом трындец каком непрактичном платье! К тому же, оно порвалось, — я с сокрушенным вздохом дернула за узел, который ни капли не спасал положение: платье свое уже явно отжило.

— Я сейчас принесу. А вы тут пока поболтайте! — выпалил поспешно Шантар и одним слитным движением уже оказался у двери. — Не скучайте.

Я в недоумении уставилась на закрывшуюся за ним дверь. Чего это он? Пожав плечами, перевела взгляд на эльфа, или кто он там. Парень смотрел на меня все с тем же задумчивым ожиданием. Бр-р… Интересно, а эльфы бывают маньяками?

Ладно, черт его знает, когда Шантар вернется. Вздохнув, вернулась к креслу и забралась в него с ногами. Потянула с подноса персик, передернулась, представив, как вновь липкий сок потечет по подбородку, и остановила свой выбор на яблоке. Эльф, подозреваемый в маньячных наклонностях, молча устроился по другую сторону стола.

— А тебя как зовут? — поинтересовалась, чтобы как-то поддержать разговор.

— Марк.

— Марк? — удивленно приподняла бровь.

Не думала, что тут в ходу наши обычные имена.

— Да. Имя из другого мира, — пояснил парень, чуть улыбнувшись, и взял с блюда виноградную кисть.

Бр-р… Терпеть не могу виноград! Пожалуй, как раз с момента, когда мне сказали, что опухоль в моей голове размером с виноградинку… Фу!

От неприятных воспоминаний настроение тут же пропало. Жевать яблоко больше не хотелось и я аккуратно примостила его на край стола. Еще и вчерашние царапины на груди начали жутко чесаться. Наверняка ведь их властелин свой кинжал не дезинфицировал, небось, заразу мне какую занес!

— Слушай, ты не знаешь, что это за хрень мне выцарапали на груди? Чешется жутко, — спросила без особой надежды.

Откуда бы ему знать, что за тараканы водятся в голове их пришибленного властелина.

— Чешется? Покажи, — заинтересовался Марк.

Ну, кто бы сомневался, что мужик не откажется поглазеть на сиськи, раз уж предлагают. Да пожалуйста! Чуть приспустила платье, демонстрируя вязь припухших царапин.

Марк заинтересованно перегнулся через стол, рассматривая… на удивление, действительно царапины, а не то, что ниже! Даже встал со своего места и подошел поближе.

— Можно? — уточнил, протянув руку.

Что «можно»? Полапать грудь? Чего ручонки загребущие тянешь-то? Но вслух ничего не сказала, лишь милостиво кивнула. В конце концов, я его за уши трогала, он не сопротивлялся. Да и хороший способ проверить: маньяк передо мной или нет.

Марк осторожно накрыл ладонью мою грудь… Маньяк-таки! Я даже почти обрадовалась и приготовилась возмущаться. Но царапины вдруг закололо сотней иголочек, а рука Марка засветилась. Вау! Магичит что-то!

Неприятные ощущения почти сразу пропали, и да, чесаться тоже перестало. Но когда парень убрал руку, я не сдержала разочарованный стон: царапины исчезли, но рисунок на коже так и остался, будто выполненный темно-коричневой краской.

— Оно у меня навсегда, что ли? — возмутилась я.

— Похоже на то, — Марк тоже выглядел весьма озадаченным.

— Вот черт… Всегда хотела сделать татуировку, но не на груди же! — признала, продолжая рассматривать узор, выглядел он действительно вполне симпатично.

— А где бы ты хотела? — ворвался в мои размышления задумчивый голос парня.

— Ну, не знаю, хотя бы вот здесь, повыше, на ключице, — я провела пальцем там, где была согласна на это тату.

— Сейчас попробуем устроить, — выдал он непонятную фразу и протянул ко мне руку.

Но я была начеку и поспешно вскочила с кресла.

— Что «устроить»? Взять кинжал и нацарапать на мне что-то новое?! — воскликнула с нешуточным подозрением.

Ну, точно, маньячелло!

Парень в ответ лишь смешливо фыркнул, покачав головой.

— У меня даже ничего нет острого в руках, чем бы я нацарапал? — заявил он резонно.

— Когтями! У тебя есть когти?

— Откуда бы у меня взяться когтям?

— Сам сказал, что не эльф, откуда мне знать, кто ты и что у тебя еще есть? А ну покажи руки!

— Мой отец эльф, я полукровка, — признался Марк, едва заметно усмехнувшись.

Мне продемонстрировали обычные человеческие пальцы с аккуратно обрезанными ногтями. Я даже позавидовала — у меня после ночной борьбы с тесемками балахона половина ногтей обломалась, а подпилить нечем. Кстати, если меня сегодня не ухайдокают, можно будет попросить пилочку у Марка. Судя по виду его пальцев, она наверняка должна у него быть!

— Я не причиню вреда, обещаю, — продолжал убеждать он тем временем.

— Ладно. Делай, что там хотел, — проворчала, позволив ему коснуться.

Марк ласково погладил новоиспеченную татуировку раскрытой ладонью, из которой вновь струился мягкий свет. Провел пальцем по линиям узора, обрисовывая их, насыщая теплом. От этого невинного прикосновения у меня проступили мурашки, а в животе приятно защекотало.

Марк, тем временем, слегка надавил на кожу и повел пальцем вверх. Медленно, но верно, рисунок пополз вслед за его движением! Я как завороженная следила за манипуляциями эльфа, даже дышала через раз, чтобы что-то не испортить.

— Так? Вон зеркало, посмотри. Или выше? — спросил он, убрав руку.

Я тут же ломанулась к зеркалу, любоваться новоиспеченной татуировкой. Не знаю, что обозначают эти каракули, но выглядит очень красиво. И да, я была права: на ключице смотрелось не в пример лучше!

— Нравится? — вкрадчивый голос Марка раздался совсем рядом со мной.

Обернувшись, с радостным визгом повисла у него на шее, звонко чмокнув в щеку. Парень сначала опешил, но уже в следующий миг приобнял за талию.

— Да! Класс, очень круто, спасибо! — выпалила и еще раз чмокнула в гладкую щеку без малейшего признака щетины.

— Пожалуйста… Так зачем тебе к императору? — поинтересовался он с легкой полуулыбкой, не торопясь размыкать объятья.

— Да он там ритуал один не закончил, переживает, наверное, — я сморщила нос и с сожалением отстранилась.

Марк не стал препятствовать, позволив отступить на шаг, и продолжил:

— Ритуал завершен по всем правилам.

— Тебе откуда знать? Или ты там был? — я смерила его подозрительным взглядом, пытаясь понять, кем он мог быть из присутствовавших балахонщиков.

Тот, кто вел к алтарю? Или кто привязывал к той каменюке? А не тот ли гад, что выдал мне это платье?!

— Был. И прости, что остались следы от кинжала — они должны были исчезнуть за ночь. Похоже, я чуть перестарался с вливанием силы, — он виновато пожал плечами, будто признавался, что всего лишь сожрал мою булочку.

— Марк? Аркенус? — я недоверчиво помотала головой, отступив еще на шаг.

— Аркенус. Арк. В одном из миров привычнее представляться Марком, — и этот гад улыбнулся, разведя руками.

Еще и обаятельно так улыбнулся, скотина ушастая! А ведь Шантар знал, кто к нему пожаловал. У-у-у, аспид чешуйчатый!

— Так зачем ты меня искала? И кто ты? — продолжил маг, тем временем, уже без тени улыбки.

— Принцесса…

— Принцесса Риссуэлла? Не думаю. Особенно, учитывая, что я с ней знаком лично, даже имел сомнительную честь беседовать с ней пару раз. Она бы не забыла свое имя, как и меня. Внешность у тебя та же, но вот наполнение… — протянул Аркенус, с интересом рассматривая меня, будто только увидел.

— Амнезия! На камне холодном перележала, вот от страха и забыла все! Тонкая душевная организация, понимаешь ли! — огрызнулась, уже открыто паникуя.

На «с», на «с»… Нормальным именем обозвать принцессу нельзя было?!

— Ты — не она, — припечатал Аркенус холодным тоном. — Кто ты?

Трындец подкрался незаметно, хоть виден был издалека… Впрочем, может, и к лучшему?

Оглядевшись, заметила на столе нож для фруктов. Тут же бросилась к нему с радостным возгласом. Аркенус смерил его скептическим взглядом, похоже, решив, что я с этим на него буду нападать. Что я, совсем неадекватная, что ли?

— Самозванка я! Самое время казнить меня за этот вопиющий факт! На! Коли в сердце, только на этот раз уж не промахнись! — скомандовала, вручила ему нож и, крепко зажмурившись, выпятила грудь.

А может, я и погорячилась с заверениями в собственной адекватности…

Целители практически всю ночь боролись за жизнь принцессы, пытаясь понять, что с ней происходит и почему она испытывает кошмарные боли. Мне пришлось не единожды влить в нее свою силу, чтобы облегчить мучения. Ради чего я это делал — так и не смог признаться даже сам себе.

Это ведь дочь Ваенгов, самовлюбленная капризная принцесса, с пеленок грезившая стать королевой, не понимая, что она абсолютно пустая внутри. В ее состоянии виноват кто угодно, но не я — моя совесть чиста при любом исходе. И тем не менее, цедя сквозь зубы ругательства, снова и снова служил проводником для целительской магии…

Ближе к рассвету только оставил ее на попечение других магов и ушел к себе в надежде поспать еще несколько часов. Но как только закрыл глаза, в памяти возникли образы прошлого, заставляя переживать мой самый страшный кошмар снова и снова, в который раз испытывать ту всепоглощающую ненависть, жажду мести и отчаяние…

Не могу точно сказать, сколько я спал, но в какой-то момент понял, что просто не вынесу больше, и рывком поднялся. Выбор, куда идти, даже не стоял.

За окном мир только-только окрасился рассветными лучами, когда я вышел из портала в спальне Шантара. Небольшой пульсар, взорвавшийся над его ложем, помог проснуться и другу, и двум девицам в его кровати. Последние с громким испуганным визгом поспешили покинуть комнату нага.

— Ну, ты и сволочь! — с чувством выдал он, погасив активированное было защитное заклинание.

— И тебе доброе утро, — махнул ему рукой и завалился с ногами на небольшой диванчик.

Поерзав, вытащил из-под спины чей-то забытый корсет. На всякий случай, прикинул на глаз — для друга размерчик маловат, можно спокойно и дальше заваливаться в спальню, не боясь за свою психику.

— С чем пожаловал? — вздохнул Шантар, сцеживая зевок в кулак.

Подозреваю, в данный момент он меня едва ли не ненавидел, тем не менее, уже сполз с кровати и даже принялся неспешно одеваться.

— Ночью на нижних этажах видели нежить, — отозвался задумчиво, пялясь в потолок, где в красках были изображены обнаженные девушки и мужчины, переплетенные в объятьях…

Шпаргалка, что ли, на случай, если вдруг ночью забудет, что делать дальше?

Шантар выругался, выронив пояс туники, с глухим стуком брякнувшийся на мраморный пол.

— Какая классификация? Сколько жертв? — бросил он отрывисто, мгновенно посерьезнев.

— Классификация — неизвестная. Жертв нет, — отозвался я, продолжая рассматривать занятные картинки на потолке.

Друг повторно выронил пояс. Выругавшись, подобрал его и наконец-то повязал поверх туники.

— Тогда с чего взяли, что нежить? Да и откуда бы ей взяться?

— Меня тоже интересует этот вопрос. Но послушник, на которого будто бы было совершено нападение, твердит, что на него бросилось что-то большое, голодное, злобно рычащее. Повалило на пол и принялось срывать одежду, намереваясь сожрать…

— Может, он просто уснул?

— Парень был перепуган едва ли не до седых волос. И его напарник подтвердил это — видел, как на него из темноты метнулось что-то большое, в светлом развевающемся тряпье, что-то выло. А после видел, как оно склонилось над шеей потерявшего сознание друга.

— Выдумали, покрывая друг друга? — усомнился Шантар, вызывая артефактом слугу.

Я подождал, пока друг сделает заказ на завтрак, и только тогда продолжил:

— Не похоже. Сначала появился заикающийся напарник, орущий о нежити, только потом нашли второго послушника, по-прежнему пребывавшего без сознания. Опрашивали их по отдельности, но описание нежити примерно совпадало. И наличествовала еще одна деталь: вместо ступней у твари были две оскаленные морды. Но были ли ее продолжением или она зачем-то натянула на ноги тушки монстров поменьше — неизвестно. Тем не менее, на послушнике лишь несколько синяков и царапин от падения, других жертв нет, а нежить больше никто не видел, — закончил я со вздохом.

От того, что я пересказал весь этот бред вслух, менее бредовой ситуация выглядеть не стала.

— Так понимаю, об этих послушниках мы больше никогда не услышим, как и об ответственном за безопасность дворца? — осторожно уточнил Шантар, зная мой нрав.

— Да нет, мне было как-то не до них. Разберись сегодня с ними, хорошо? Выясни, кто прав, кто не прав, что там произошло, назначь наказание виновным…

— И чем ты таким был занят? — друг недоверчиво уставился на меня.

— Не чем, а кем. Принцессой. Не поверишь, всю ночь помогал лечить ее в целительском крыле, — хмыкнул, покачав головой.

В это мне сейчас верилось еще меньше, чем в байку о разгуливающей по замку мирной неголодной нежити.

— Шутишь? Это что за ритуал такой, что нужно столько времени восстанавливаться?

— А я здесь вовсе не при чем… — и пересказал другу все, начиная с эффектного появления принцессы в ритуальном зале, заканчивая обнаружением ее в том же ритуальном зале. — Что скажешь? — поинтересовался значительно позже, когда нам уже принесли завтрак.

— Скажу, что хочу увидеть эту принцессу, — хмыкнул он.

Некоторое время мы еще обсуждали насущные дела, а когда я все же решил проведать принцессу в больничном крыле, ее там не оказалось! От вспышки неконтролируемой злости некоторая часть моей магии вырвалась наружу, разметав там все вокруг. Я же телепортировался к начальнику охраны, грозясь всеми бедами, если он не найдет девушку в течение часа.

Степень моей ярости достигла того предела, после которого уже летели головы, когда ко мне по мыслесвязи постучался Шантар.

— Что?! — вызверился я.

— Бушуешь? — в его мыслях присутствовал едва сдерживаемый смех, что заставило меня насторожиться.

Нага сложно было назвать шутником, что у него там происходит?

— Что тебе известно?

— Твоя принцесса брюнетка в светло-сиреневом платье с прозрачным подолом?

— Да! Ты ее нашел? — я испытал одновременно и облегчение, и подозрение.

Где они встретились? Только ли встретились? При каких обстоятельствах?

— Нашел, не беспокойся. Подходи минут через сорок в мой кабинет. Кстати, нежить можешь не искать — ее нет, — и вновь мыслеречь сопровождала волна веселья.

— Как «нет»? И почему не сейчас? — я даже споткнулся на ходу от такого заявления.

— Говорю тебе, нет. Потом сам все поймешь. Девочка голодная. Ты, изверг, даже не додумался покормить ее, она, бедная, вынуждена была ночью сама отправляться на промысел… — выдал Шантар совсем непонятную фразу и в конце даже хрюкнул от смеха. — В общем, подходи, сам все увидишь.

Следующие полчаса я места себе не находил от сотни предположений, но все они казались бессмысленными и нелогичными. Знал бы я, что реальность окажется еще бредовее…

— Ты там? Давай, приходи к нам. Только, умоляю, не через портал. Войди через дверь. Уверяю, ты не пожалеешь об этом, — раздался голос нага у меня в голове.

Сказать, что меня это удивило — это не сказать ничего. Но Шантару я привык доверять безоговорочно, да и заинтриговал, в конце концов! Теряясь в догадках, открыл портал в коридор и через пару секунд уже толкнул дверь в его кабинет. Чтобы сразу же наткнуться на восторженное:

— Вау! Эльф! Настоящий!

Да что за ерунда тут происходит?!

Первые несколько мгновений я просто стоял на месте, не в силах поверить, что все это происходило на самом деле. Принцесса жизнерадостно настаивала на том, чтобы потрогать мои уши! Какого демона?! Мелькнула мысль, что это какой-то глупый и неуместный розыгрыш или попытка соблазнить меня. Тогда такой расклад хоть немного вписывался в то, что знал о принцессе.

Желая проверить догадку, даже немного подыграл ей. Был практически уверен, что знаю, как она поступит дальше… Но девушка предложила потрогать хвост моего друга и советника в обмен на разрешение коснуться моих ушей!

— Спокойно. Просто расслабься и наслаждайся происходящим, — донесся смеющийся голос Шантара по мыслеречи, когда я уже готов был вспылить и призвать этих двоих к ответу.

— Это ты все подстроил?

— Смеешься? У меня бы и фантазии не хватило. Она действительно такая. Я тебя прошу, подожди и просто присмотрись к ней. Интересно, к каким выводам придешь. И дай ей уже потрогать свои уши, с тебя не убудет — не оторвет же, в самом деле, — добавил он, правда, последняя фраза звучала уже не так уверено.

Ладно… Это всего лишь прикосновение безоружной девушки под присмотром моего друга… Лучше не комментировать вслух, а то звучит даже хуже, чем представлялось изначально.

И на фоне всего этого обсуждение методов утепления моего замка! Дурдом.

— Что за ритуал ты вчера провел? — Шантар вновь воспользовался мыслеречью, с явным наслаждением наблюдая, как принцесса деловито ощупывает и едва ли не пробует на вкус мое ухо.

— А что?

— Да ничего. Просто она упоминала, что ты его не закончил…

— Я закончил, — прервал его, наслаждаясь нежными поглаживаниями.

Если бы еще от переизбытка эмоций не дергала за ухо — цены бы ей не было!

— Угу. И еще она почему-то уверена, что ты ее прикончишь, только страха по этому поводу, кажется, не испытывает. Скорее, надеется на это…

А это уже интересно. На ту, что готова к смерти, девушка никак не тянула. Тем не менее, я прекрасно помнил, как она вчера возмущалась, что ее не убили на алтаре. Следовательно?

— Думаешь, Ваенги дали ей какую-то конкретную установку на это, чтобы точно не сбежала и легла на алтарь добровольно?

Это вполне в их духе. Если уж отдали свою дочь на откуп, то почему бы не прицепить к ней какую-то гадость, чисто для подстраховки?

— Все может быть… Возможно, какое-то отсроченное проклятие, из-за которого ее и пришлось спасать ночью. Я не целитель и не малефик, у меня не спрашивай. Так, просто строю предположения, — по лицу Шантара пробежала тень беспокойства, но он тут же улыбнулся, как только девушка стрельнула в его сторону задумчивым взглядом.

— Я тебя понял, принцессу проверят. В ее поведении слишком много странностей…

— Когда мы пойдем к вашему властелину? Или вы пока заняты? Можете просто мне сказать, куда идти, как-нибудь дойду, — попросила девушка, отпустив мое многострадальное ухо.

А до меня только сейчас дошло, что больше всего смущало в нашем с ней разговоре с самого начала. Она понятия не имела, кто я!

Всмотрелся в нее пристальнее, отмечая каждую мельчайшую черточку лица, каждую родинку, каждую едва заметную мимическую морщинку от частых улыбок.

Мне не раз приходилось встречаться с принцессой Риссуэллой на торжественных встречах. Я знал, как она выглядит, и не мог ошибиться. Да и готов поклясться, голос тот же. Вот только сейчас он звучал более звонко, а сама манера говорить претерпела кардинальные изменения. Но поменялось не только это.

Я не знал ни одного заклинания, что могло бы настолько изменить характер человека. Принцесса стала жизнерадостнее, непосредственнее, в ее глазах светилась жажда приключений, а неожиданные выводы ставили в тупик.

И все же, внешне это была она… Кажется. Я по-новому взглянул на ее длинные волосы. Если присмотреться, было заметно, что с одной стороны они чуть короче, буквально на пару сантиметров, будто их даже не остригли, а подпалили слегка. У Риссуэллы же каждый волосок знал свое место. И мимических морщинок в уголках глаз от частого смеха у принцессы точно не могло быть. Как и белесого кривоватого шрама на запястье, который, судя по виду, был получен еще в далеком детстве.

— Это ведь не принцесса Риссуэлла, я верно понял? — уточнил практически спокойно, испытав нечто сродни облегчению, что хоть что-то станет вскоре понятно…

Как же я ошибался!

— Ты мне скажи. Я видел ту малолетнюю стерву лишь раз или два, и то издали. Но да, гложут меня смутные сомнения…

— И кто же это?

— Вот у нее и спроси.

А потом мне нагло заявили, что это она — принцесса Си… Ей что, даже не сказали, как зовут настоящую принцессу? Надеялись, что убью несчастную до того, как ей позволят слово сказать? Чем же ее запугали?

Тут же вспомнилось, с каким рвением она неслась к алтарю в ритуальном зале… Нет, на запуганную девушка точно не походила. Тогда что ей пообещали?

— Шантар, покинь нас, — скомандовал мысленно.

Девушка как раз снова завела все ту же речь о сквозняках в коридорах. Дались они ей, будто больше обсудить нечего!

— Арк, ты же ее не убьешь? Пообещай сначала разобраться с причинами, побудившими ее поступить подобным образом, прежде чем предпримешь какое-либо решение на ее счет, — внезапно попросил друг, бросив на девушку обеспокоенный взгляд.

— И когда ты стал таким жалостливым?

Не то, чтобы у меня в планах было заняться умерщвлением одной конкретной особи в порванном платье, но хотелось прояснить все до конца.

— Я назвал ее своим другом.

Час от часу не легче! Да когда она успела-то?!

— Посмотрим. Иди.

Подспудно я ожидал, что как только за Шантаром закроется дверь, поведение девушки изменится, но она спокойненько устроилась в кресле и с задумчивым видом принялась катать в ладонях яблоко.

Кто же ты, та, кто добровольно легла на алтарь, довела едва ли не до заикания двоих послушников, переполошила весь замок, заставила меня потратить силы на исцеление, умудрилась стать другом нагу — и все это меньше, чем за сутки? Я уж молчу о том, что последствия проведенного ритуала почему-то не исчезли, более того, кажется, пошло отторжение. Просто замечательно!

Поймав себя на мысли, что девчонка меня откровенно забавляет, заставил себя собраться и задать самый важный вопрос: кто же она? Вот только вместо признания на меня сначала наставили довольно тупой нож для фруктов, после чего попросили им же прирезать. Вот уж чего я точно не ожидал. Да что там Ваенги с ней сделали, что несчастная настаивает на собственном убийстве?!

— Я же обещал, что не причиню тебе вреда, не надо бояться, — постарался произнести как можно мягче, с толикой сочувствия в голосе.

Она тут же распахнула глаза и уставилась на меня в изумлении.

— Когда это ты пообещать успел?! — возмутилась девушка.

— Перед тем, как перенести рисунок на ключицу, — подсказал услужливо, покрутив в руках нож.

Несмотря на ситуацию, я с трудом сдерживал улыбку. Откуда же ты взялась такая?

— То не считается. Я не расслышала, ты не соображал, что говоришь, не знал еще, что я не принцесса… И вообще, тебя не учили ответственнее относиться к обещаниям? Радуйся, что я такая добрая и бескорыстная, не воспользовалась. А теперь все, давай, коли, — заявила она непреклонным тоном и шагнула ко мне.

Крепко сжав в моей же руке нож, приставила к своей груди с левой стороны. Мне пришлось приложить усилие, чтобы чуть отодвинуть острие и не ранить нежную кожу. Девушка же словно не заметила этого, глядя мне прямо в глаза.

— Сюда. Резко и быстро. Давай же, темный властелин, я в тебя верю, — шепнула она и на ее губах на миг промелькнула грустная улыбка, отразившаяся в ее бездонных серых глазах.

Я на самом деле была готова, а эта зараза просто улыбнулась и, легко преодолев мое сопротивление, высвободила руку с ножом. Стремительный бросок — и плохо заточенный нож вошел почти по самую рукоять в деревянную раму окна.

Я ошалело перевела взгляд с чуть подрагивавшего несостоявшегося орудия убийства на эльфа, который не эльф.

— Да что не так с твоей меткостью, а?! Леголас ты недоделанный! — воскликнула вне себя от негодования.

Конечно, понимала, что маг сделал это нарочно, ну не может же он, в самом деле, быть таким мазилой? Но мне-то от этого вот ни разу не легче!

— Как тебя зовут? — спросил он вполне миролюбивым тоном, с легкой полуулыбкой продолжая меня рассматривать, будто хотел запечатлеть в памяти мой образ навечно…

Лучше бы в тир походил или взял уроки метания ножей!

— Арина, — буркнула, настороженно глядя на него исподлобья.

Чего уже скрывать? Тем более что имя принцессы, созвучное с крупой, использовать уже все равно не имело никакого смысла.

— Арина… Ари… — протянул этот гад, будто пробуя имя на вкус. — И зачем же ты пришла на мой алтарь, Ари?

В его голосе все больше преобладали вкрадчивые завлекательные нотки, а когда он, все так же глядя мне в глаза, ласково провел тыльной стороной ладони по моей щеке, испытала даже непривычное щемящее чувство нежности в груди. Да и в животе вдруг защекотало, будто я снова сидела на мотоцикле позади Пашки, крепко прижималась к нему, щурясь чуть слезящимися глазами, и мы вместе неслись навстречу ветру…

Последняя мысль отрезвила и заставила отступить на шаг. С возмущением выдернула прядь волос, которую Аркенус пропускал между пальцами. И когда только успел схватить? У-у-у, пиявка приставучая!

— Не твое — не трожь! Что еще можно делать на алтаре? Лежала и ждала, пока ты меня прикончишь, — фыркнула, с подозрением осматривая локон, побывавший в его руках.

В чем прикол хватать за волосы? Пальцы вытирал, что ли?

— Неужели ты хотела умереть? — протянул он недоверчиво, с едва различимой насмешкой в голосе.

— Да! — выпалила едва ли не торжествующе.

На лице властелина отразилось нешуточное удивление. Не ожидал? Ха-ха, я еще и не так удивить могу! Наверное.

— Посмотри мне в глаза и скажи, что хочешь умереть, — тогда поверю, — выдал он неожиданное предложение.

И все? Так просто? Даже неинтересно…

— Легко! Я хочу… умереть, — выпалила, чуть запнувшись на последнем слове.

Все же, как оказалось, произносить такое непросто, внутри все будто противилось. Разумеется, как и всем, мне хотелось жить долго и счастливо, но толку мечтать о несбыточном, если все равно не дано?

— Врешь.

И вновь этот спокойный и даже чуточку скучающий голос. У-у-у, гад властелиний!

— Не вру! Мне надо умереть! — почти выкрикнула с нотками отчаяния и упрямо вскинула подбородок.

Правда ведь надо…

— Теперь говоришь правду. Только вот между «хочу» и «надо» лежит бездонная пропасть…

— Много ты понимаешь, — проворчала, пренебрежительно дернув плечом.

Но что ответить на это — сразу не нашлась. А как попугай требовать, чтобы он меня все же прикончил, ну… Особого смысла в этом тоже не видела. Мной медленно овладевало мерзкое чувство, сродни отчаянию на фоне всеобщей растерянности. Как-то представляла себе встречу с местным властелином по-другому.

— И все же? Что тебе пообещали за то, что ты заменишь принцессу на алтаре? — и зыркает своими синими глазищами.

Соблазняет или запугивает? Фиг поймешь!

— Какая разница? Это личное, — постаралась ответить спокойно, но голос выдавал смятение.

— Ладно… А кто именно предложил? И почему ты как две капли воды похожа на принцессу? Внебрачная дочь?

— Но-но! Вот родителей моих трогать не надо, брачная я! Тьфу ты! Родилась в браке и никакого отношения к вашей принцессе не имею, даже не видела ее никогда. Просто я из другого мира, — призналась и замолчала, бросив на мужчину настороженный взгляд.

Мысль, что иномирцев тут могут не любить, пришла только сейчас. С другой стороны, что это меняло? Аркенус определенно не планировал прямо сейчас заниматься моим убийством.

Расправив плечи, уже спокойнее рассказала о встрече с той чернявой мымрой, опустив некоторые подробности. В частности, где она меня нашла и почему я все же согласилась на столь сомнительное предложение.

Воспоминания о мымре повлекли за собой и другие, связанные с родителями и Пашкой, на душе стало совсем тоскливо. Впервые я осознала абсолютно четко, что при любом раскладе больше никогда их не увижу…

И этот еще продолжает стоять тут, сверлит взглядом, будто понимает, что у меня на душе творится!

— Что? — буркнула враждебно, машинально шмыгнув носом.

Ну, класс! Еще разреветься тут не хватало!

— Вина хочешь? — предложил он, как ни в чем не бывало, чуть улыбнувшись одними уголками губ.

— А давай! — махнула рукой, признавая временное поражение.

И не обращая внимания на донесшийся смешок от Арка-Марка, протопала обратно к подушкам на полу. Все же пить вино, гордо возложившись… м-м-м… возлегаясь… в общем, пить вино, гордо валяясь на подушках — явно круче, чем цедить его, раскинувшись в кресле. Ну, я так думаю. Может, конечно, ошибаюсь, но под аккомпанемент дурацких мыслей уже успела завалиться на подушки на фоне предательского треска продолжавшего рваться платья.

— Ты какое вино предпочитаешь: дриадское зеленое или фейское голубое? — уточнил властелин, доставая из шкафа две бутылки с означенными жидкостями.

— Это что они там со своим виноградом делают? — выдала, оторопело уставившись на подозрительное пойло. — А красного нет?

— Эльфийское.

— Ну, давай тогда эльфийское…

Интересно, а если я подсыплю яд в бутылку, а он потом нальет мне вина из этой бутылки и я отравлюсь — будет считаться, что он меня убил? Хм… Идея заманчивая. Осталось найти яд, отобрать у него бутылку и заставить его напоить меня из нее. Ладно, признаю, некоторые недочеты в моем плане были, но если все обдумать…

— Держи, — властелин ткнул мне бокал с вином нормального цвета и с комфортом устроился рядом со мной на подушках.

Я настороженно кивнула и пригубила напиток. И едва сдержалась, чтобы не выплюнуть его обратно. Всегда подозревала, что эльфы извращенцы, но чтобы настолько!

— Не нравится? — участливо поинтересовался Арк, отметив мое перекошенное выражение лица.

— Да как такое вообще пить возможно? — я в ужасе уставилась на бокал с приторной сладостью, напоминавшей сироп от кашля.

— Многие девушки предпочитают именно его, как раз из-за сладости, — улыбнулся мужчина, с явным наслаждением делая глоток из своего бокала, где плескалась тоже красная жидкость, но немного темнее.

— Я не «многие»!

— Да я уж заметил… Налить дриадского? Или фейского? — не стал спорить он.

— Ну, давай то, что зеленое… — протянула с сомнением, все больше присматриваясь к его бокалу: там, небось, не приторная гадость… — А еще что-то есть, помимо вин?

— Настойка дроу.

Дроу… дроу… Те же эльфы, но, кажется, чернокожие? И не такие чопорные, как их светлые собратья, если верить фэнтезийным книгам. Ладно, отравить не должны.

— Ну, давай настойку…

В этот раз Аркенус вставать поленился и, выполнив незамысловатый пасс рукой, извлек из воздуха металлическую флягу. Вау! Такая магия мне нравится. Ну что, еще один пасс — и будет бокал?

Но тут эльф меня разочаровал и все же подошел за ним к столу. Налив угольно-черную густую жидкость на самое донышко, протянул мне бокал. Но только протянула за ним руку, придержал.

— Только осторожно: очень крепкая, — предупредил маг, не торопясь отдавать.

Угукнув, отобрала бокал и осторожно принюхалась. Почему-то ожидала, что запах будет затхлым, как у плесени или болота, но у настойки был свой, довольно тонкий, хоть и специфический, но приятный аромат.

— И на чем она настояна? — уточнила, сделав маленький глоточек, и поняла, что с вопросом несколько запоздала, ощутив вяжущую терпкость, как после недозрелой хурмы.

Глаза тут же заслезились.

— На пещерных грибах, — услужливо подсказала темная зараза, с явным любопытством наблюдая, как я пытаюсь сглотнуть.

— М-да… Сомнительное удовольствие, — просипела, сморгнув слезы.

Потянувшись, взяла с пола отставленный ранее бокал с приторной сладостью и осторожно пригубила, надеясь, что эльфийская дрянь перебьет дрянь дроу. И удивленно замерла, распробовав получившуюся смесь. Желая проверить свою догадку, перелила вино к настойке и, поболтав получившийся коктейль, сделала глоток. Импровизированный коктейль по вкусу напоминал гранатовый сок, только менее кислый. Приторная сладость компенсировалась небольшой терпкостью, придававшей ей пикантности.

— Ну, другое же дело! — воскликнула довольно и сделала еще глоток. — Кстати, а ты что пьешь?

— Не поверишь — то же самое: смесь вина и настойки, — усмехнулся Арк и отсалютовал мне бокалом.

— Вот ты гад темный! А мне такое почему не предложил?!

В ответ он лишь загадочно улыбнулся и, осторожно коснувшись своим бокалом моего, тихо провозгласил:

— За первую встречу.

И глядя мне в глаза, отпил из бокала.

Гад! Определенно, гад! Но вместо возмущения, так и просившегося сорваться с языка броскими словами, лишь эхом повторила:

— За встречу…

Интересно, когда я последний раз вот так просто сидел в саду на резной каменной лавочке, с удобством вытянув ноги, и наслаждался теплыми лучами летнего солнца и легкими прикосновения ветра? Уже и не припомню, все как-то не до того было. То сильфы очередное восстание поднимут, то у орков вдруг какая-то эпидемия возникнет из ниоткуда, то очередной наемный убийца решит, что самый умный и в состоянии справиться со мной… Да и ритуалы немало времени отнимают, пропади они пропадом!

— Двинься, я тоже сяду, — голос Шантара вторгся в мои размышления, а в следующую секунду меня бесцеремонно сдвинули на самый край скамьи.

Фыркнув, беззлобно пихнул нага в бок, принимая более удобное положение.

— И не страшно вот так нагло вести себя с… Как там Ари сказала? Темным властелином? — хмыкнул, вспомнив необычный титул, коим меня одарила девушка.

— Знаешь, темного властелина не так страшно двигать, как голу… Впрочем, не суть важно, какого цвета. Тирана двигать не боялся, а тут какого-то властелина — фи…

Я с интересом покосился на змеелюда, прикидывая, стоит ли мне знать, какие еще версии титула у меня были изначально.

Мимо, весело крича, пробежала Ари, прижимая к себе свои кошмарные тапочки. За ней с восторженным урчанием мчался дракончик, радуясь предложенной хозяйкой игре.

Я тут же задействовал магию, убирая все твердые и острые предметы с пути девушки, чтобы не поранила босые ноги, и ностальгически улыбнулся, вспомнив свою первую встречу с моим драконом. Помнится, испытывал тогда некоторую робость, особенно пока привязка полностью не сформировалась.

Но Ари с этим справилась намного быстрее, чем я думал, сразу же установила связь со своим драконом. Впрочем, чего еще ожидать? В ее мире ведь уже владела драконом…

— Ты нашел брешь в защите? Как Арина попала в замок? — отвлек меня Шантар от воспоминаний.

Я досадливо поморщился, продолжая наблюдать за девушкой, зачем-то забравшейся на дерево. Дракончик озадаченно сел на землю и обиженно взревел.

— Вчера был открыт только один портал. Вечером. Прямиком из замка Ваенгов, — поделился своими наблюдениями с другом.

— Но Арина сказала, что переместилась к тебе в замок сразу из своего мира. Соврала? — усомнился тот.

— … понял? Не вкусная я, не вкус-на-я! — донес ветер крик Арины.

Девушка все еще сидела на дереве и что-то втолковывала дракону. Тот ее внимательно слушал, склонив голову набок и высунув длинный раздвоенный язык. Судя по тому, как она судорожно терла подолом платья ногу, дракошка умудрился дотянуться и, выказывая свою признательность, лизнуть за голую пятку.

— Нет… Знаешь, только сейчас понял: помимо заверения, что она принцесса Си, Ари пока еще не сказала ни слова неправды. По крайней мере, сама верит, что оказалась в моем замке прямиком из своего мира… — протянул, задумчиво похлопав себя по колену.

Вся эта ситуация мне здорово не нравилась. Особенно тот факт, что Ваенгам каким-то образом удалось пробиться в иной мир и забрать оттуда представителя, идеально подходящего им по параметрам.

Но ладно, допустим, это еще реализуемо, хоть и крайне сложно. В конце концов, я сам знал парочку трудоемких ритуалов, что могут пробить путь в другой мир… Больше волновало другое: а со своей дочерью они что планируют делать? Прятать всю жизнь?

— Думаешь, Ваенги стерли у нее часть памяти? — предположил змеелюд, тоже наблюдая за игрой девушки и ее дракона.

— Похоже на то… По крайней мере, не хотелось бы думать о других вариантах. В любом случае, надо наведаться к Ваенгам, сидя на месте, я вряд ли что-то узнаю, — поморщился я, отмахнувшись от прожужжавшего рядом шмеля.

— Наведаешься неофициально или…?

— Или, — усмехнулся, не сводя взгляда с Ари, продолжавшей что-то объяснять дракону, размахивая при этом тапочкой.

Мы некоторое время помолчали, думая каждый о своем… Ну, или же об одном, учитывая, что и я, и друг по-прежнему смотрели исключительно на Ари. Помимо прочего, мне не терпелось узнать причины, толкнувшие ее добровольно шагнуть на алтарь. Но уже понял, что давить на девушку не имело смысла: рано или поздно расскажет сама, если посчитает достойным доверия…

— Слушай, а что за ритуал ты над ней провел? — поинтересовался Шантар, будто бы между прочим.

Но я лишь усмехнулся, отметив легкую напряженность в его голосе. Беспокоится? Было бы забавно, если бы я сам уже не чувствовал некую ответственность за одну взбалмошную и непредсказуемую особь.

Но только собрался поделиться подробностями ритуала, который явно пошел не совсем так, как планировалось, когда сад потряс громогласный рев дракона, полный отчаяния. А вслед за ним громкая ругань Ари, которая все же спустилась с дерева. Да что у них там происходит?

— Ну, отвали, а? Ну, пожалуйста… — протянула я тоскливо, с грустью осматривая порванный подол платья.

Ободранные о жесткую древесную кору ладони саднило и неприятно пощипывало, что не прибавляло хорошего настроения, но зато, на удивление, немного примирило с действительностью.

— Уррр… — раздалось снизу обиженное.

Но не настолько, чтобы я спустилась с дерева к этой кровожадной скотине! Мне и здесь удобно. Ну, почти. Если бы еще сучок больно не впивался в поясницу и волосы не цеплялись за ветки — вообще было бы отлично!

— Сам ты «уррр», не слезу я! Это ты мне платье порвал? — с подозрением покосилась на дракончика, пытавшегося вилять чешуйчатым хвостом, как большой пес.

О-очень большой пес!

«Сюрприз» тяжело вздохнул, совсем как человек, и посмотрел на меня, как мне показалось, с укором. Ну, ладно, и так знаю, что платье сама порвала, пока взбиралась на дерево, цепляясь полупрозрачным подолом за сучья и немилосердно дергая его под жалобный треск ткани.

А может, зря я так? Аркенус не стал бы мне дарить совсем уж опасное животное… Или стал? Темный властелин он или где?

Страх куда-то делся. Возможно, потерялся еще во время моего забега к дереву. Но остатки инстинкта самосохранения вяло шевелились глубоко в душе. Хм… Спуститься или нет, вот в чем вопрос…

Дракончик вдруг шумно чихнул, привлекая мое внимание. Несколько секунд я отстраненно рассматривала тлевшую траву, куда пришелся эпицентр чиха… Желание покинуть насиженное место исчезло, так толком и не родившись.

— Слушай, а чего ты ко мне пристал, а? Вон там, на лавочке, Аркенус сидит. Иди к нему, он же тебя откуда-то притащил… — предприняла очередную попытку спихнуть «подарок» подальше, даже указала направление тапочкой, зажатой в руке.

В какой момент я умудрилась их не только снять для ускорения, но еще и схватить, сама не знала. Как и не находила ответа на вопрос: каким образом умудрилась забраться на дерево с ними в руках… В зубы их точно не брала! Наверное. И все равно одну умудрилась потерять где-то по пути. Обидно.

— Уррр…

— Не хочешь? Жаль…

И сидим дальше. Я молчала, размышляя, как бы спуститься по итогу с дерева и накостылять одному ушастому властелину, а заодно и его хвостатому другу. Дракончик же периодически взрыкивал, то просительно, то обиженно. Возился там внизу и периодически пытался дергать своими крылышками.

— Не мешай мне думать, — шикнула на него, когда он с жалобным урчанием пихнул лбом ствол дерева, и лишь покрепче обхватила ветку, на которой сидела.

Возможно, стоило позвать на помощь Аркенуса и Шантара? Здравая мысль. Жаль, пришла поздно. Да и я слишком привыкла полагаться лишь на себя. С другой стороны, они же видели мои забеги с этой образиной, но и не подумали помочь! Так что думаем дальше.

Но, как назло, думалось лишь о том, с каким наслаждением мои руки сомкнутся на шее Аркенуса…

В мое бедро вдруг ткнулось что-то мокрое, отчего я едва не свалилась с дерева. Обернувшись, увидела драконью морду совсем рядом со мной. Эта образина умудрилась подняться на задние лапы, упираясь передними в ствол дерева, и таки дотянулась до меня носом!

От неожиданности я шлепнула его по этой же морде тапочкой, по-прежнему зажатой в руке. Драконыш удивленно моргнул и грузно осел на землю. А в следующий миг сад потряс его громогласный обиженный рев.

Я снова едва не свалилась с ветки, но не столько от неприятного звука, сколько от волны эмоций, захлестнувших меня с головой. От обиды и тоски, переходившей в отчаяние, стало трудно дышать. А еще пришло осознание: это не мои эмоции.

— Я не хотела, ты меня просто испугал, — пробормотала растерянно.

Но рев не утихал, более того, дракоша закрыл глаза и принялся со скорбным видом раскачиваться из стороны в сторону, его крылышки уныло поникли. Меня же с неистовой силой принялась долбать совесть. Вижу ведь, что это не взрослый дракон, а малыш, мать его так! И вот, пожалуйста, довела ребенка до слез. С ума сойти…

— Спускаюсь я, спускаюсь… Имей в виду, сожрешь меня — обеспечу несварение желудка, — проворчала, покидая свое убежище.

В реве дракона мне послышался всхлип. Ну, ешки-матрешки, вот за что мне это?

Осторожно приблизилась к лобастой башке и, внутренне офигевая от собственной смелости и мысленно прощаясь со своей рукой, положила ладонь на его нос и слегка погладила. Дракон вздрогнул и, перестав издавать противный звук, распахнул глаза.

— Давай так: ты меня не жрешь, а я больше не прячусь от тебя на деревьях, — предложила ему, судорожно вздохнув.

И тут же меня едва не оглушило шквалом радости, еще и эта скотина чешуйчатая таки пихнула меня мордой, отчего я, не удержавшись, упала на попу. А дракончик, невзирая на мое слабое сопротивление, принялся активно выражать свою признательность, с довольным урчанием вылизывая мое лицо.

Когда ко мне подошли Аркенус и Шантар, дракоша как раз оставил меня в покое и куда-то потрусил. Я же уже просто лежала на спине и бездумно пялилась в небо.

— Ари, у тебя все хорошо? — осторожно уточнил наг.

— Лучше не бывает… — отозвалась отстраненно и все же сумела найти в себе силы повернуться к Аркенусу. — По-хорошему прошу, добей, а?

Как только за Ариной закрылась дверь в ванную, я позволил себе выдохнуть. Чего-чего, но такого точно не ожидал. Чувствовал же, что что-то не так в ее эмоциях. Да, и радость, и восторг, и недоумение, возникавшее в некоторых ситуациях, были искренними. Девушка не врала, открыто выражая все, что чувствовала. Но помимо этого легким флером угадывалось что-то еще. Что-то совсем далекое, практически неуловимое, за что я никак не мог зацепиться.

Еще на моменте с драконом удивило ее искреннее заверение, что она испугалась. Но как мне в тот момент казалось, страха не было.

Даже подозревал, что это свидетельствовало о каких-то дополнительных заклинаниях, навешанных на ее ауру, для проявления которых требовалось время. Потому и старался не задерживаться рядом с ней надолго.

Только сейчас все встало на свои места. Арина слишком привыкла к эмоции всепоглощающего ужаса, сопровождавшего ее каждую минуту жизни, и не позиционировала страх как отдельное чувство.

Я и подумать не мог, что то проклятие, от которого мы с целителями избавили ее, висело над ней уже давно и девушка жила, зная, что скоро умрет. Причем, судя по всему, смерть ожидалась не из легких.

Поглощенный размышлениями о личности магички, притащившей Ари в этот мир, даже не стал расспрашивать ее о нем, уверенный, что этот «подарок» от того же персонажа.

И сейчас чувствовал себя последним гадом, что не сказал девушке об излечении сразу. Собирался использовать это против Риссуэллы, как гарантию, что принцесса будет действовать в наших интересах в обмен на будущее излечение. Но узнав Арину, также промолчал, по привычке предпочел сохранить козырь в рукаве… Гадство!

Глубоко вздохнув, устало потер переносицу, прислушиваясь к плеску воды из ванной. Губы тронула горькая усмешка. Герой… Как же!

С точки зрения правителя, я сделал все правильно, выжидая и присматриваясь к девушке, прибывшей из другого мира. Разве что дракон выбился из этой картины. Но… Мне все равно не составило особого труда его достать. Только на душе теперь скребли кошки.

Шум воды стих, затем раздался довольно громкий чих, отвлекший меня от тяжелых раздумий. Затем дверь открылась и на пороге показалась смущенная Арина.

Чуть улыбнувшись, поправила пояс халата и прошлепала босыми пятками к креслу, оставляя на полу мокрые следы. У кресла на несколько секунд замерла, бросила на меня быстрый осторожный взгляд и чинно уселась, сложив руки на коленках, отчего мои брови поползли вверх, а на губах невольно появилась улыбка.

— Аркенус, я тут подумала, — начала она официальным тоном.

А я с удивлением понял, что от этого ее «я тут подумала» стало как-то не по себе. Особенно учитывая исходившее от нее волнение. Тем более, на фоне некоторых зашуганных послушников и ошалевших от общения с ней и ее драконом драконюхов. О Шантаре, решившем признать ее своим другом всего лишь спустя час их знакомства, и вовсе предпочел не вспоминать особо.

— Вернее, я долго думала, пока была в ванной… Ну, не то, чтобы совсем долго, но… — рассуждала Арии, тем временем, но прервалась, чтобы вновь звонко чихнуть.

— Почему ты босая и мокрая?

— М-м?

Девушка с глубочайшим интересом взглянула на свои ноги, пошевелила пальцами, словно только заметила сей досадный факт. Но я уже успел узнать ее достаточно хорошо, чтобы понять: кое-кто просто тянул время.

— Марк резко рванул в коридор, я побоялась, что он заблудится, и побежала следом. Обуться не успела, а мои тапочки почили смертью храбрых. Вернее, одна, которую Марк таскал в своей пасти, — все же выдала она, досадливо поморщившись.

М-да. Одна история шикарнее другой. И почему я не удивлен? Покачав головой, сдернул с кровати одеяло и накрыл удивленно пискнувшую Арину. Завозившись, она устроилась поудобнее и, помедлив, все же забралась в кресло с ногами, удовлетворенно вздохнув.

— А мокрая почему?

— М-м-м… В замке просто полы грязные…

— Угу. И холодные. И вообще темно. Я помню, — закончил с тяжелым вздохом, испытывая нечто сродни смущению.

Около сотни лет ни о чем таком не задумывался, никто не жаловался, а тут…

— И еще двери скрипят, — Ари тут же добавила еще одну претензию в список.

Ну, разумеется! Почему бы и нет…

Но все же попытался вяло оправдаться:

— Между прочим, я отдал приказ о подогреве и освещении коридоров.

— Кстати, да, делаешь успехи! — воскликнула она обрадованно, но тут же сникла, задумчиво почесав нос. — Так вот. Раз уж я не умираю… В общем, я не знаю, что мне делать. То есть, когда только попала сюда, думала, что у меня просто глюки. Я, конечно, и сейчас не исключаю этой возможности, но все же. И тогда казалось все просто: ложусь на алтарь, ты меня укокошиваешь — и все счастливы. После пришлось внести небольшие изменения, вычеркнув алтарь, но суть та же. А вот сейчас… Раз уж меня дома все забыли, я не умираю, а ты убивать не собираешься… Не собираешься же?

На меня подозрительно покосились.

Тут же поспешил заверить ее, что не горю желанием.

— Вот и я о том же. Получается, я в этом мире неприкаянная. И ладно я, мне еще трехтонного ребенка содержать!

— Это ты про Марка? В нем от силы полтонны… А то и всего треть, маленький еще.

Невольно задумался, а действительно, сколько в драконыше живого веса? Их в той кладке было штук шесть, но этот показался самым смирным. Сидел себе мирно, жевал что-то, пока взрослые драконы учили его братьев и сестер летать…

— Это сейчас, а в перспективе? Где мы столько белок наберем? Придется переходить на сусликов, кротов, птичек разных… Это ж повальный геноцид среди них устроим! Представляешь, как это скажется на местной экосистеме?! — на меня обвиняюще наставили указательный палец с обломанным ногтем.

Я не представлял. Судя по озадаченному молчанию — у Ари с этим тоже было как-то слабо.

— Кстати, у тебя пилочки для ногтей нет? Или хотя бы напильника? — тут же задала следующий вопрос, рассматривая свою руку.

— Ари, ты моя гостья, тебе не нужно об этом беспокоиться — я в состоянии обеспечить и тебя, и дракона всем необходимым. Составь полный список, что тебе требуется. Завтра прибудут швеи, полностью соберут тебе гардероб, заодно и по мелочам тоже: шпильки, пилочки, расчески, что там еще… Также тебе пришлют несколько камеристок на выбор, — заверил ее мягко и чуть улыбнулся, уверенный, что это решит многие проблемы.

Но я недооценил упрямство Ари.

— Во-первых, я даже не знаю, кто такие камеристки. Во-вторых… И сколько я буду твоей гостьей? Неделю? Месяц? Год? Два? Не до старости же сидеть у тебя на шее, да и не привыкла полностью зависеть от кого-то, не мое это. Может, у тебя в замке есть какая-то вакантная должность? — выдала она и, пока я приходил в себя после ее неожиданного заявления, принялась перебирать возможные подходящие ей вакансии. — Только не поломойкой. И не кухаркой. И конюх из меня тоже никакой, про драконюха вообще молчу… Я бы могла быть каким-то писарем! Писари есть же? Только если у вас в ходу грифельные карандаши или шариковые ручки… М-да, откуда бы им тут у вас взяться? Ладно, забудь. Все равно у меня почерк не очень…

Первые несколько минут я просто смотрел на нее с немым изумлением, не в силах поверить, что она серьезно. Но Ари деловито перебирала различные профессии и искренне огорчалась, когда приходилось их отметать по тому или иному несоответствию.

Хотел было прервать ее и вновь заверить, что не обеднею, если буду содержать ее всю жизнь, и даже на приданое найду средства, но вовремя остановил себя. Если для нее это так важно — почему бы, в самом деле, не придумать под нее какую-то непыльную высокооплачиваемую должность по ее интересам? И я спокоен, что кое-кто не рушит мой замок, и ей приятно, что есть независимость.

Пока же просто с интересом слушал ее предположения. Было любопытно узнать, как она сама видит свое место в этом мире.

— Слушай, а у вас тут отели есть? Я вообще училась на специальности «Туризм и сервис», мечтала потом стать управляющим отелем. Может, есть на примете какой-нибудь небольшой отель? Я бы туда устроилась помощником управляющего, поднабралась бы опыта, а там, может, и до управляющего доросла бы, — выпалила Арина с воодушевлением.

— Что такое «отель»? — заинтересовался, услышав незнакомое название.

Тот, кто перенес девушку в наш мир, а конкретно в мой замок, позаботился, чтобы она знала язык, на котором тут говорили. Но вот некоторые определения, похоже, Ари использовала из своего родного.

— М-м-м… Это что-то типа таверны, постоялого двора, только побольше… О, вспомнила! Гостиница! Такое слово у вас есть? — озадачилась она.

— Постоялый двор, я понял… Насколько больше? Больше моего замка? — уточнил, задумчиво прищурившись.

Ари с каждой минутой удивляла меня все больше, а ведь мы знакомы всего пару дней. Что же будет дальше?

— С ума сошел? Где замок и где отель… Я тут даже еще не успела все облазить. А что? Твой управляющий, кстати, тоже плохо справляется со своими обязанностями! Ему бы пройти курсы повышения квалификации, — проворчала Ари, а в ее глазах тут же зажегся огонек азарта. — Слу-ушай! Так, может, твой управляющий не справляется со всем этим, потому что у него мало помощников? А я вот как раз… Ты не думай, я третий курс закончила, не только в теории подкована! Мы даже с группой ездили в один из самых крупных отелей нашего города, нам наглядно показывали и рассказывали, как там все устроено. И училась я хорошо!

Ари аж подпрыгнула на месте от нетерпения, заверяя меня в своей профпригодности. От нее веяло такой чистой и незамутненной надеждой и радостью, что я с трудом сдерживал улыбку.

— И много помощников требуется управляющему?

— Эм… На одного больше, чем у тебя есть! Ну, сам посуди, в коридорах грязь, на потолках паутина, некоторые картины висят в совсем уж неосвещаемых местах, какой в этом смысл? В моей комнате даже не было полотенца, когда ты меня туда в первый раз притащил. Холодина стояла жуткая. Опять же, вечно пустые коридоры без указателей, ну это вообще ни в какие ворота! И это только то, что я успела заметить в первый день. Уверена, если поднять отчетность, там вообще ничего не сойдется. А ведь наверняка на это все выделяется немаленький бюджет… — зачастила она, делая паузы лишь для того, чтобы вдохнуть воздуха.

От переизбытка эмоций ей явно стало жарко и она отбросила одеяло. Подол халата задрался почти до самых бедер, демонстрируя мне и аккуратную узкую ступню с маленькими пальчиками, и тонкую лодыжку, округлую коленку, покатое бедро… Но девушка этого даже не заметила, увлекшись.

Ари все продолжала говорить, бурно жестикулируя. Я же любовался ее раскрасневшимися щеками, горящими воодушевлением глазами, наслаждался звуками ее голоса…

— Хорошо.

— Хорошо? Я прошла собеседование и получила должность помощника управляющего замком?! — выдохнула она едва слышно, уставившись на меня глазами, полными надежды.

— Ты получила должность управляющей замком. Тебе выдадут все, что скажешь. И пришлют помощников, выберешь, кто подходит, — усмехнулся я, наблюдая, как Арина то краснеет, то бледнеет, а в эмоциях больше преобладает смятение.

— Я же не настолько разбираюсь во всем этом, ты чего? Это же такая ответственность… — пробормотала она растеряно. — А как же твой нынешний управляющий?

— Сама сказала: плохо справляется со своими обязанностями, да и ему давно пора на покой. Думаю, он будет только рад. Не переживай, первое время поможет и подскажет все, что нужно, — поспешил успокоить ее, подметив зарождающуюся панику.

— А… А он не будет злиться на меня, что подвинула его с этой должности?

— Уверяю, не будет, — усмехнулся, практически умилившись такой постановке вопроса.

— Хорошо тогда… Я постараюсь не подвести… А ты, случайно, не казнишь тех, кто плохо выполняет свои обязанности в силу неопытности, например?

— Уверяю, тебе ничего не грозит.

— Угу, значит, такой профессиональный риск тоже присутствует… — пробормотала она, нахмурившись, но тут же улыбнулась. — Ладно, разберемся. Когда приступать?

Не успела в голове как следует укрепиться мысль, что у меня теперь вся жизнь впереди, как тут новое потрясение: я теперь управляющая этого замка! Да как так-то?! Да я ж ни черта не смыслю в здешних реалиях! Примерных цен на рынке — и тех не знаю!

Вот сколько, к примеру, стоит отрез ткани, достаточный для того, чтобы пошить шторы? А масло, которым следует смазать дверь? А ковры или полироль для мебели? А?..

Ладно, хрен с этими мелочами. Тут еще как-то можно разобраться. Как быть с магией? В какую сумму обходится хотя бы обогрев полов? Это же не электричество, счетчик не поставишь! Или поставишь? Мамочки, как сложно-то!

Нет, я рада, в самом деле, несмотря на свалившуюся ответственность. Верю, что пусть не сразу, но сумею разобраться во всем этом и навести порядок, но… Это же насколько нужно отчаяться, чтобы на такую ответственную должность взять человека без законченного высшего образования, практически с улицы? Да что там с улицы, из другого мира!

Нет, тут определенно был какой-то подвох…

Я с подозрением покосилась на Аркенуса. Может, он так просто пошутил, а я уже и уши развесила?

Под моим требовательным взглядом властелин несколько смутился и отвел взгляд. Та-ак. Мне это уже совсем что-то не нравится…

— Ари… Прежде чем ты займешь этот пост, я хотел бы попросить об услуге, — начал он издалека.

Вот это поворот! Чувствовала же, что тут что-то нечисто!

— Надеюсь, не личного характера? — нервно хохотнула, пытаясь развеять напряженную атмосферу.

— М-м-м… Можно и так назвать. Мне нужно, чтобы ты изобразила мою невесту.

С минуту я молчала, пытаясь переварить услышанное. А после еще несколько минут молчала, пытаясь сдержаться и не высказать все, что думаю об этой заразе властелиньей! Во кобель! Догадываюсь я, в каких позах придется «изображать невесту». А с виду казался приличным…

И вот серьезно ожидает, что я с радостью ухвачусь за это «лестное» предложение?! Думает, раз место фаворитки вакантно, так все, можно теперь и поприставать к несчастным обездоленным попаданкам? Да я на него Марка натравлю! Скажу, что он его булочку сожрал!

— Ненадолго, буквально несколько дней, — добавил он, не дождавшись ответа.

Ну, не сволота ли?! А что ж «дней», а не сразу «ночей»?

— Я не хотел сначала тебя впутывать, думал, сам справлюсь, но это менее эффективно, да и не уверен, что достигну нужного результата…

— А вот давай без подробностей! — не выдержала я и плотнее прижала к себе одеяло.

Конечно, самому этим заниматься неудобно! А не надо было всех девушек выставлять из замка, вот и не было бы таких проблем!

Но признаться честно, я была готова при первом же намеке бросить этим одеялом в Аркенуса и… хм… И что потом? Бежать по коридору, звать Марка? Заблужусь ведь…

Хотя, пока Арк будет выпутываться из-под одеяла, я могла бы схватить вон ту бутылку с зеленым вином и треснуть его по макушке…

И ведь сама же поперлась ночью в одном халате в спальню к неженатому мужику, что еще он мог обо мне подумать? Вот и предложил тепленькую должность. У-у-у, бабник!

— Конечно, если не хочешь, я и слова не скажу, сам к Ваенгам отправлюсь на эти несколько дней…

— Так ты еще и предлагал мне сделать это у Ваенгов?! — выдала я, почему-то зацепившись именно за эту фразу.

Не то, чтобы принципиально, где именно он предлагал мне заняться непотребством, но…

— А где еще я могу предложить изображать принцессу Риссуэллу? В этом весь смысл. Нужна веская причина отправиться к Ваенгам, не вызывая особых подозрений. А что может быть весомее, чем заявление, что я беру в жены их дочь Риссуэллу, которую ты и будешь изображать? Если согласишься, конечно.

— А-а, так вот что значит «изобразить невесту»… — протянула я, чувствуя, как кровь прилила к щекам.

— Ну, да. А ты о чем подумала? — в глазах эльфа отразилось недоумение.

— М-м-м… Да так, в общем-то, и подумала. Сразу. Как только ты заговорил, сразу все и представила. Прям цельная картинка возникла в голове, — поспешила заверить его, натянуто улыбаясь.

Несколько секунд Аркенус рассматривал меня с явным подозрением, после чего едва заметно улыбнулся и покачал головой.

— Так ты согласна?

— А для чего это нужно? Кто вообще эти Ваенги?

— Королевская семья, которая правит на человеческих землях. Ты заменила их дочь. И мне нужно знать, кто именно из них причастен к твоему появлению в моем замке… — в голосе Арка промелькнули угрожающие нотки, отчего мне стало несколько не по себе.

Неуютно завозившись в кресле, подтянула одеяло повыше. Вот такой Арк мне не очень нравился.

— И что будет, когда найдешь? В благодарность пожмешь шею, за то, что познакомил с такой катастрофой, как я? — хмыкнула, чтобы развеять обстановку.

Арк невольно улыбнулся в ответ, отчего его лицо тут же преобразилось, и он вновь напомнил мне того эльфа, которого я так самозабвенно тискала вчера за уши… М-да уж, подозреваю, с властелиньими ушами еще никто так не обращался.

— В первую очередь, мне нужно узнать, каким образом им это удалось провернуть. Путешествовать между мирами способны единицы, а еще и перетаскивать кого-то из чужого мира в наш — по пальцам можно пересчитать. И я среди них не знаю никого, кто подходил бы под описание той магички, с которой ты заключила сделку. И что мне не нравится больше всего, она после этого каким-то образом пробралась в мой замок, не задев охранную систему. Конечно, скорее всего, задействованы древние ритуалы, парочку я и сам знаю, но хотелось бы убедиться наверняка…

— Уверен? Может, я просто описывать не умею, а на самом деле ты прекрасно знаешь эту мымру? Нельзя ли как-то пробраться в мой мозг, посмотреть… Магия на это не способна?

— Не уверен, что получится без последствий для тебя. Ты — дитя чужого мира, наша магия может негативно сказаться на тебе, — поморщился Арк, но прежде чем я задала закономерный вопрос, поспешно добавил: — Нет, целительство — это совсем другое, не пугайся. Я говорю о вмешательстве в ауру и сознание. Так что только по старинке — наведаться в гости к «твоим» родственничкам, побеседовать с ними в приватной обстановке, кто покажется знакомым — ткнешь пальчиком. Заодно узнаем, куда делась настоящая Риссуэла…

— А сам ты все это узнать не сможешь, да?

— Почему же? Могу. Но вся эта ситуация с Ваенгами тянется уже очень долго. Если честно, их интриги и попытки свергнуть меня уже основательно надоели. Я могу просто стереть их замок с лица земли, но так и не узнаю, ради чего все это было и на что они рассчитывали, провернув эту аферу, — Арк мрачно улыбнулся, буквально источая холод и порождая у меня желание все же треснуть его бутылкой по кумполу.

— Да ты совсем тиран… — протянула я задумчиво.

— Осуждаешь? — тут же живо заинтересовался он, а в его глазах промелькнула непонятная мне эмоция.

— Да я вообще дико толерантный человек… Думаю, тебе виднее, чего они там заслужили, а чего нет, — пожала плечами я. — Но знаешь, эти Ваенги спасали свою дочь, их можно понять… Впрочем, при этом они подсунули меня на алтарь, а себя мне жальче. С другой стороны, я все равно умирала и сама согласилась на сделку. Опять же, это все привело к тому, что ты меня спас… Но они не могли этого предвидеть, да и зачем тогда настаивать, чтобы я обязательно умерла от твоих рук?

Арк не торопил, с интересом слушая мои рассуждения. Понять по его лицу, о чем он в тот момент думал, было практически невозможно. Но вот с простым эльфом его сейчас точно не спутать — темный властелин и есть.

— Ладно, убедил, едем к ним в гости. Буду этой их Ристанэллой, твоей невестой. Только, чур, на честь девичью не посягать — отношения между подчиненной и работодателем недопустимы! — заявила непреклонным тоном, мысленно прикидывая, стоит ли теперь таскать с собой бутылку, которой можно треснуть по голове в случае непредвиденной ситуации, или и вовсе подготовиться как следует — найти где-нибудь неприкаянную ножку от табуретки…

— И почему ты не отправил ее порталом? Пришли бы туда, Ари указала бы на ту, кто перенес ее сюда, и к вечеру вернулись бы уже обратно. Ну, ладно, допустим, Арину вернул бы в замок, а сам остался наводить порядок… И к утру все равно был бы уже здесь. Да и какой смысл вообще устраивать весь этот фарс с объявлением невесты, возможной свадьбой и прочим? — недовольный голос Шантара отвлек меня от размышлений.

Карета с моей необычной гостьей уже покинула территорию замка, а я все еще стоял и смотрел вслед, сбросив полог невидимости. Обернувшись к другу, не сдержал улыбку от вида нахохлившейся потрепанной белки, сидевшей на его плече.

— Может, я просто хочу поразвлечься?

— Ты? Развлечься? Ха-ха три раза! Серьезно, Арк, ты меня удивляешь. Я надеюсь, ты не решил сыграть по-крупному и спровоцировать Ваенгов на нападение, пустив Арину в путешествие одну? — насторожился наг, попытавшись снять белку с плеча, на что та тут же отреагировала пронзительным криком и попыталась вскарабкаться ему уже на голову, нещадно царапая его когтями.

Ругнувшись, оставил ее в покое, позволив вновь умоститься на плече, лишь недовольно сверкнул глазами в ответ на мой смешок.

— Серьезно. Если Арина пострадает… — начал он, но я его прервал, моментально посерьезнев.

— Ты сомневаешься во мне? — голос прозвучал неожиданно холодно.

Но Шантар знал меня не первый год, и если при первых признаках моего недовольства все, кто находились в саду, поспешили убраться подальше, то друг лишь хмыкнул, скрестив руки на груди.

— Скорее, проверяю, насколько сильно ты увлечен девушкой. Арк, для чего это все?

— Все для того же. Ваенги что-то задумали, слишком много нестыковок в их плане, чтобы решить, что перемещение Арины было лишь с единственной целью — защитить Риссуэллу. У них появился покровитель. Уверен, Арина в замке не опознает ту, кто ее перенес, поэтому сыграем по правилам. Вынудим их совершить ошибку, выдать себя, а то и получим полноценное признание, — продолжил уже спокойнее, покосившись на присмиревшего дракончика, что явно уже тосковал по своей хозяйке.

— Думаешь, тут причастен кто-то из твоих? Зачем бы им это?

— Очень надеюсь, что нет. Но… Не знаю, посмотрим, в любом случае нужно удостовериться наверняка.

Шантар задумчиво покивал, отчего белка едва не свалилась с его плеча и что-то снова возмущенно застрекотала. Дракон тут же заинтересованно повернул голову в их сторону и завилял хвостом. Чувствую, проблем с ним не оберутся, пока Ари не вернется.

— Ари сегодня выдала здравую мысль: Ваенги теперь наверняка мечтают убить ее. Допустим, на их территории ты защитишь ее, а сейчас, в дороге? — Шантар смерил меня изучающим взглядом и машинально почесал грудку притихшей белки, удивленно пискнувшей в ответ на неожиданную ласку.

— В дороге никто не рискнет напасть в открытую. Тем более, сразу, даже не пообщавшись с ней. Ваенги никогда не были глупыми противниками, сперва им нужно изучить ее, попробовать склонить на свою сторону… Но в любом случае, на карете наложены все возможные защитные чары, Ари в безопасности.

— Ладно. Один вопрос: почему ты резко передумал ехать с Ариной в одной карете и подсунул вместо себя Оливия? Парень едва в обморок не упал от свалившегося на него счастья, — поинтересовался наг насмешливо.

Я вспомнил, как впервые увидел недовольную Арину в этом платье, что безумно ей шло, с высокой величественной прической… И поймал себя на желании выдернуть из ее волос все шпильки, позволяя им волной рассыпаться по спине, да и само платье хоть и было достойным принцессы, но наверняка жутко неудобным — в таком явно не побегаешь с драконом наперегонки, да и на дерево вряд ли залезешь.

Вместе с тем, неожиданно понял, что даже закованная в рамки придворного этикета и выглядящая как истинная принцесса, Ари оставалась все той же жизнерадостной и непредсказуемой Ариной, что беззаботно ощупывала мои уши, рассуждая о методах утепления замка, а затем ворвалась посреди ночи в мои покои в одном халате, требуя, чтобы я ее убил. И находиться с ней наедине в течение нескольких часов в тесном пространстве кареты — то еще испытание. С ней рядом я чувствовал себя слишком… живым. И пока не мог сказать, нравилось мне это или нет.

Не став отвечать, просто широко улыбнулся, мимоходом легонько шлепнув по морде дракона, подкрадывавшегося к Шантару и плотоядно косившегося на его нового зверька.

Сад тут же оглушил возмущённый рев несправедливо обиженного сиротинушки, а в следующий миг я едва успел выставить перед нами щит, в который ударилась волна пламени. Удивленно округлив глаза, уставился на питомца Арины, чья мощь уже сейчас достигала мощности взрослого дракона. Кажется, я что-то где-то не учел со своим «подарком»…

— Вот бери эту образину и забирай ее с собой! Можешь на Ваенгов натравить. Что это вообще за дракон такой, откуда ты его взял?! — вскричал Шантар, неосознанно прижимая к себе несчастную белку, оторопевшую от такого расклада.

— Из соседнего мира… У нас просто не знаю, где искать золотых, а так все равно надо было туда наведаться, заодно посмотрел в ближайшей драконьей кладке, — пробормотал, удивленно осматривая драконыша, что уже с грустным видом уселся тучным задом на клумбу с какими-то редкими цветами и натуральным образом захныкал, будто и не он только что едва нас не поджарил.

— Каллерия или Сантарана?

— Каллерия.

— И что ты там вдруг забыл? Там же все животные малость неадекватные из-за нестабильных магических потоков, разве забыл? — на лице Шантара отразилось явное сомнение в моих умственных способностях.

— Вождь орков заключил долговременный и взаимовыгодный союз при условии, что добуду им белоголового грифона. А такие точно водятся только там. Вот и Марка заодно прихватил. Да и что значит «неадекватные»? Драконыш был самым спокойным. Сидел себе тихо, жрал что-то… — вяло отмахнулся я, уже совсем по-другому рассматривая его.

— Да это его перманентное состояние! Пока жрет — тогда и спокоен!

Белка согласно что-то застрекотала, поддерживая хозяина. Что она от Шантара теперь уже никуда не уйдет, по крайней мере, пока рядом дракон, можно было сказать совершенно точно.

— Зато ты заметил, насколько прочная у него с Ариной образовалась привязка? Никогда такой не видел, — поспешно перевел разговор на другую тему.

— И не увидишь, если оно нас испепелит! На него же не действуют никакие магические формулы дрессировки!

— Да ладно, не паникуй, в этом есть и свои плюсы. Марк понимает человеческую речь, с ним можно договориться. Правда, чешуйчатый? — заговорил ласково, сделав к нему шаг.

— Урр… — профырчал он, вновь устремив кровожадный взгляд на белку, у которой, казалось, даже шерсть побледнела.

Зато к Шантару жалась как к родному, да и тот неосознанно наглаживал спинку зверька.

— Что тебе Арина сказала? Чтобы ты слушался Шантара и дружил с белкой! А ты? Не стыдно? Ари узнает — расстроится… — протянул укоризненным тоном, шагнув еще ближе.

Марк тут же встрепенулся и смерил меня задумчивым взглядом.

— Арк, ты бы поосторожнее. Сейчас как решит избавиться от свидетеля в твоем лице…

Но дракончик лишь горестно вздохнул в ответ, наконец-то отвернувшись от нага с белкой, и посмотрел на меня грустными глазами, в которых едва ли не блестели слезы.

— Уруру-у-у… — выдохнул он с умирающим видом, невольно вызвав улыбку.

— Шантар, ему грустно и он голодный. Покорми его просто. И не ссорьтесь. А мне нужно еще наведаться в одно место, пока Арина не приехала к Ваенгам.

С этими словами я создал портал и шагнул в него, уже не обращая внимания на возмущения друга, посыпавшиеся мне вслед.

— А еще, помню, когда была маленькой, с папой тоже ездили за город, вот точно так же трясло на проселочной дороге и меня укачивало сильно. Тебя не укачивает? Цвет лица у меня тогда был точно такой же, как у тебя… — разглагольствовала я, предаваясь воспоминаниям о детстве.

В карете нещадно трясло, а на вид удобные золоченые сиденья оказались на диво жесткими, еще и в спину постоянно упирались какие-то металлические завитушки, украшавшие салон изнутри.

Оливий сидел на таком же сиденье напротив меня и стоически слушал и даже кивал на особо трепетных моментах. Переспрашивать о чем-то явно опасался. Но я и не настаивала, болтать могла часами и без участия собеседника. Особенно сейчас, когда злилась уже на всех на свете.

— Король Ричард Ваенг брал вас с сестрой в путешествие? — Оливий вдруг все же решил вступить в разговор, чем сбил с мысли.

Удивленно взглянула на него. У меня, то есть, у этой овсянки, еще и сестра есть? Черт! Значит, талдычить мне, с какой ноги нужно ступать, выходя из кареты — они могли, а уточнить комплектацию семьи — нет?!

— Ну-у… Не то, чтобы брал… И не то, чтобы прям в путешествие… Да и с сестрой все не так однозначно… — протянула на всякий случай и тут же осеклась.

А ведь я представилась ему своим настоящим именем, не принцесскиным! И… кто я, по его мнению? Ладно. Может, я просто такая странненькая, представилась ему чужим именем… Не нежить — и на том спасибо. Кстати, где там мои тапочки?!

Скинуть туфли удалось, не прибегая к помощи рук, а вот с тапочками дела обстояли похуже. Как бы я ни изворачивалась, проклятое платье не пускало, даже нагнуться толком не могла!

Шумно выдохнув, попыталась поднять подол повыше, но напоролась на полный паники взгляд Оливия и решила не травмировать его нежную психику. Хотя, хоть убей, не понимала, в чем разница между почти полностью прозрачным подолом, сквозь который было видно мои ноги вплоть до труселей, и обычным подолом, задранным до бедер. Но, видимо, разница была весьма существенной. Да и треклятое платье трещало, но задираться не желало.

Как раз в этот момент карету тряхнуло на очередной колдобине и я от неожиданности выронила обе тапочки! Проклятье!

Прошипев себе под нос все, что думала по поводу местного транспорта и одного остроухого властелина, отправившего меня в путешествие, попыталась полулечь и так дотянуться до своих зубастиков…

— Принцесса… А что вы хотите сделать? — жалобный голос дриада отвлек от размышлений, как я буду надевать тапочки.

— Тапочки хочу надеть. Не дотягиваюсь, — ответила емко, сердито сдув выбившуюся из прически прядь волос.

— Позволите помочь?

Вместо ответа просто пожала плечами. Может, мне для того и отправили Оливку в компанию? Тапочки надеть, из кареты вытащить, отвлечь от продумывания кары для Аркенуса, в конце концов.

Дриад тут же наклонился за тапочками, закатившимися под мое сиденье, но именно в этот момент карету снова тряхнуло, отчего парень весьма ощутимо приложился лицом о мою коленку. Взвыв, схватился рукой за правый глаз.

— Блин, прости, что ж ты такой неудачливый-то, а? Дай посмотрю, что с глазом! — тут же среагировала, потянувшись к нему.

Но еще одна коварная колдобина, попавшаяся на пути нашей кареты, придала мне ускорения, бросив на бедного парня. И словно этого было мало, моего слуха достиг красноречивый, уже хорошо знакомый треск ткани…

— Да твою ж мать! Ну, вот какого ежика лысого, а?! — завопила, практически лежа уже на дриаде, зато карета остановилась.

— Принцесса, у вас там все в порядке? — тут же раздался обеспокоенный голос одного из стражников, сопровождавших нашу карету верхом, и в следующий миг дверца кареты распахнулась.

— Не видите, что ли?! Мы заняты! — рявкнула, не предпринимая пока попыток подняться. — Езжайте лучше спокойнее, а то никакого тебе маневра в этой карете!

— Простите, — пробормотали в ответ и дверь тут же захлопнулась.

Пользуясь временным отсутствием тряски, быстро осмотрела глаз Оливия, но ничего страшного не обнаружила. Лишь неглубокая царапина над бровью от жесткой вышивки моего платья… Или же острым камешком пропороло, да кожа чуть потемнела. Возможно, будет фингал. Ну, опасная это работа — сопровождать принцессу. Наконец-то поднявшись с Оливия, села обратно на свое место.

— Ты это, прости, я не специально, — извинилась, на всякий случай, смущенно рассматривая его царапину.

А кровь, кстати, действительно красная, но поярче, чем моя. Правда, думаю, не самый подходящий момент просить у него капельку на исследования…

Неловко отвела взгляд и едва не подпрыгнула на месте, заметив крошечную капельку на одном из бриллиантиков на платье в районе моей коленки. Вот же оно! Интересно, сильно странно будет, если я все же лизну? Представила. Передернулась. Фу, что за мысли? Ну, ее в баню, поверим на слово: горчит и горчит…

Карета вздрогнула и мы вновь продолжили свой путь. Оливий уже сел удобнее и, глядя остекленевшим взглядом прямо перед собой, что-то едва слышно шептал, раскачиваясь взад-вперед. Я отвлекать не стала, мало ли, медитирует человек или молится своим богам — кто я такая, чтобы мешать?

Вместо этого наконец-то решила осмотреть повреждения, нанесенные платью, и по спине пробежал холодок. М-да… Похоже, предстояло мне теперь несколько месяцев, а то и лет работать управляющей бесплатно, выплачивая из жалованья стоимость платья.

Практически от пояса и до самого низа по платью теперь шел разрез с неровными краями, обнажая одну ногу. Ну-у, зато теперь я могла спокойно наклониться и обуть тапочки…

Невольно подумалось, что я очень вовремя сделала эпиляцию неделю назад, мохнатые ножки выглядели бы не так выигрышно в обновленном варианте платья… Хм… А если сказать, что оно изначально таким и было?

Бормотание Оливия, тем временем, становилось все громче, и меня это уже несколько напрягало. Особенно после того, как разобрала слова «император» и «убьет». Это за платье-то?! А не надо было мне его давать!

Или же Оливий просто паникер. Несколько нервно на него покосилась и, на всякий случай, отодвинулась в дальний угол кареты. Вроде же был относительно адекватным парнем, чего это его вдруг так переклинило? Хотела было спросить, но решила не связываться — вдруг он буйный, еще отреагирует как-то не так? Нет уж.

Минут через пять Оливий тяжело вздохнул и наконец-то замолчал, уставившись в окно с обреченным видом. На всякий случай, тоже туда посмотрела. Лес и лес, ничего особенного.

— Нам долго еще ехать? — все же не выдержала примерно двадцать минут спустя.

— Часа полтора-два… — выдал дриад замогильным голосом.

— Угу, ты не в настроении, понятно, — констатировала и тоже вздохнула. — А останавливаться мы будем?

Оливий наконец-то перевел на меня взгляд и в нем даже мелькнуло относительно осмысленное выражение.

— Нет, зачем?

— Мне надо.

— Куда?

— В кустики.

— Зачем?

Похоже, вопросы пошли на второй круг. В другое время я бы с удовольствием включилась бы в такую беседу и все же взяла бы измором, но не сейчас, когда выпитый утром чай активно просился наружу.

— Вдохновилась примером Марка, буду белку себе ловить! — съязвила, чувствуя, как краснеют уже щеки.

На лице дриада отразилось понимание и он тут же позеленел, смутившись.

— Император не давал никаких распоряжений по поводу остановок, — все же предпринял он жалкую попытку. — А до замка Ваенгов вот совсем никак?

— Боюсь, не довезу.

Оливий несколько секунд рассматривал мое мрачное выражение лица, но все же сдался и выглянул в окошко кареты. Всего пара слов и мы остановились.

Не дожидаясь, пока ко мне вновь подойдут стражники с глупыми вопросами, выбежала из кареты и бросилась к ближайшим кустам. Только и крикнула на ходу, чтобы ко мне не подходили.

К счастью, ребята попались понятливые и за мной следом не сунулись. Я, в свою очередь, тоже постаралась побыстрее покончить со всеми своими делами, еще раз порадовавшись удобному разрезу на боку платья. Черта с два смогла бы что-то сделать тут в кустах в том изначальном варианте.

Уже значительно повеселевшая, вернулась к карете и успела как раз вовремя, чтобы увидеть недовольного Аркенуса, вокруг которого опадали золотистые искорки портала, и побледневшие лица спутников. Взгляд властелина не выражал ничего хорошего и я нервно сглотнула, когда он остановился на мне.

Первой мыслью было развернуться и броситься бежать обратно к кустам, очень уж недобро на меня смотрел Аркенус. Но я собрала все свое мужество, расправила гордо плечи и ме-едленными шажочками продолжила приближение. Властелин удивленно моргнул и принял озадаченный вид.

— Ари, все хорошо? — уточнил он обеспокоено, отчего я даже споткнулась от неожиданности.

— Лучше не бывает! Ты решил составить нам компанию в поездке? — поинтересовалась бесхитростно, осторожно повернувшись немного боком, скрывая порванный подол платья.

— Вроде того… — протянул он задумчиво и нетерпеливо мотнул головой. — Ну что, продолжаем путь?

Да я, в общем-то, и не рассчитывала на длительную стоянку. Так, прогулялась кое-куда, можно ехать дальше, с пополнением в виде темного властелина. Только больно уж мне не нравилось его каменное выражение лица. Сразу начало снедать чувство вины за испорченное платье. И даже на Марка вину не спихнуть, эх…

Первые пять минут мы ехали в полной тишине. Мне пришлось потесниться и сесть рядом с Оливием, Аркенус же устроился напротив. Дриад пытался вдруг заверить нас, что его призвание — остаться в лесу, связь с природой, все дела, но сделал это как-то неубедительно.

По крайней мере, на меня не произвело никакого впечатления, что он при задумчивом взгляде Аркенуса на него вдруг повалился на землю как подкошенный и попытался уползти к ближайшим кустам. Да и одного повелительного жеста оказалось достаточно, чтобы его подняли, отряхнули и запихнули в карету.

Дожидаться, пока со мной проделают то же самое, я не стала и добровольно села рядом с парнем. Чувствую, нескоро мне захочется в кустики при таком раскладе. Вернее, как раз захочу скоро, но даже не пискну об этом.

— Что с твоим платьем? — негромкий голос Аркенуса заставил меня вздрогнуть.

А может, это просто передалась дрожь от Оливия. Он вибрировал с момента, как властелин сел с нами в карету. А после прозвучавшего вопроса перешел на усиленный режим вибрации.

Черт! И ведь старалась сесть так, чтобы не было видно разрыва, у-у-у, зараза глазастая! В голове тут же замелькала сотня мыслей в оправдание. Новый дизайн! Писк моды! Все приличные принцессы так ходят! Да так и было, в конце концов, вечно вы, мужчины, ничего не замечаете…

Но вслух я выдала:

— Проветриваю, — хмурым тоном, сопроводив тяжелым взглядом исподлобья.

Аркенус от неожиданности даже поперхнулся воздухом, изумленно уставившись на меня. Я же в свою очередь невольно покраснела, представив, как можно было интерпретировать это заявление.

— Жарко просто, вот и… — добавила значительно тише.

Эльф лишь смешливо фыркнул, но ничего не ответил на это. Еще некоторое время мы ехали в полной тишине. Разговор как-то не клеился. Я все пыталась понять, будет мне что-то за платье или нет, Аркенус думал о чем-то своем, будто забыл о нас с дриадом, а Оливия вновь потихоньку начала колотить крупная дрожь.

— Что с твоим глазом? — прозвучал следующий вопрос, адресованный уже не мне.

Но реакцией стал лишь судорожный хрип от Оливия, которого внезапно перестало так трясти. Правда, цвет его кожи почти сравнялся с моей. Похоже, таки укачало сердешного. Потому решила ответить вместо него:

— Он просто упал неудачно.

— Где? — заинтересованный взгляд вновь достался мне.

Подумаешь… Мне скрывать нечего.

— В карете, — смело взглянула в ответ прямо в глаза.

— И обо что же он умудрился удариться?

— О мое колено, — с видом, будто это само собой разумеющееся.

— Так понимаю, платье тоже порвали тогда же? — уточнил он проницательно, тяжело вздохнув.

О, вроде не злится, начал оттаивать. Отлично! Может, и выплачивать стоимость моего наряда из жалованья не придется…

— Не, платье порвалось, когда я сверху на Оливие была! — выпалила почти радостно.

Во внезапно наступившей в карете тишине неожиданно громко прозвучал обреченный всхлип дриада, а сам парень как-то обмяк и потихоньку начал сползать со своего места на пол.

Я удивленно покосилась на закатившего глаза спутника. Ешки-матрешки!

— Останови карету, Оливию плохо! — воскликнула, принявшись обмахивать его ладошками.

— Зато, похоже, совсем недавно ему было очень хорошо, — процедил Аркенус замораживающим тоном, вновь превращаясь в аристократичного говнюка.

От такой резкой перемены даже отвлеклась и бросила на него взгляд, полный укоризны. Оливий слабо шевельнулся и я тут же вернулась к нему, подув на лицо, и снова замахала руками.

— Не думаю. Что-то он совсем невезучий. Каждый раз, как с ним вижусь, вечно с ним что-то происходит. То падает, то давится, теперь вот я на него упала и ударила случайно… Может, на нем какое-то проклятье висит? В вашем мире такое бывает?

— Угу. Иномирное… Так вы с ним тут… М-м-м… — начал Аркенус и вдруг замялся.

— Что «мы с ним»? — уточнила с подозрением.

— Когда стражники заглянули к вам, вы с ним…

— Так вот почему ты примчал?! Эти придурки водить не умеют, трясет немилосердно, не шевельнуться лишний раз, чтобы не упасть, а они вообразили невесть что и поспешили осчастливить тебя новостью, что твоя невеста тут в карете насилует послушника? — от переизбытка эмоций я возмущенно взмахнула рукой и случайно заехала по носу слабо застонавшему Оливию.

— Скорее, добивает его… — пробормотал он задумчиво. — Вообще, я среагировал на то, что ты покинула карету раньше, чем вы прибыли к Ваенгам. Забеспокоился, что что-то случилось, и открыл портал к вам.

— То есть, стражники тебе ничего не говорили? — на миг мне даже стало неловко, что возвела на хороших людей напраслину.

— Они отправили сообщение через артефакт, — усмехнулся он.

Вот же сволочи! Правда, тут же представила, как это все выглядело со стороны, особенно с того ракурса, что открылся несчастным стражникам, как только распахнулась дверь, и мне стало немного неловко.

— И тебя не смутило, что я…

— Насиловала Оливия, — продолжил, откровенно веселясь.

— Да не трогала я его!

— Ничего не было! Не убивайте меня! — вдруг заорал пришедший в себя дриад, отчего у меня едва сердце не остановилось от испуга и проснулось кровожадное желание добить его собственноручно.

— Вот и я так подумал, — резюмировал Аркенус, улыбнувшись одними уголками губ.

На этом наш разговор прервался. И я честно собиралась молчать до самого приезда, но…

— Вот разве нельзя сделать карету поудобнее? Трясет — просто ужас! И почему мы не пошли порталом? Для статуса, да? Так если ж для статуса, могли бы сделать сиденье помягче! И дороги получше, — разглагольствовала я уже спустя полчаса совместного пути.

Оливка почти сразу максимально отодвинулся от меня, как только убедился, что никто не будет его казнить прямо здесь на месте, практически вжался в дальний угол кареты, Аркенус же благосклонно взирал, слушая мои претензии. А я с каждой минутой заводилась все больше, предлагая уже варианты модернизации транспортных средств.

Так-то понимала, что наверняка задолбала Аркенуса своим трындежом, но я нервничала перед грядущей встречей с «родственниками», следовательно, перекрыть словесный поток не в силах.

— Могу предложить сесть ко мне на колени, будет удобнее, — не выдержал он еще спустя полчаса.

Я осеклась и недоверчиво на него посмотрела. Скептическим взглядом пробежалась по его коленям, прикидывая их мягкость.

— Я серьезно, раз уж мы с тобой помолвлены и собираемся вскоре пожениться, нечего стесняться, — продолжил маг, коварно ухмыльнувшись.

Угу. Оливий, похоже, не знает, что все фиктивно, вон как испуганно хлопает глазами из своего угла, а эта зараза эльфячья решила меня подразнить? Да пожалуйста!

Независимо фыркнув, поднялась со своего места, слегка покачнувшись, и с довольным видом уселась на Аркенуса. Поерзала, устраиваясь поудобнее. А и вправду, ничего так, удобнее, чем на жестком сиденье…

— Вообще-то я пошутил, — тихо прошептал он мне на ухо, обдав горячим дыханием, от которого зашевелились мелкие волоски.

— Поздно, я уже пристроилась, так что терпи, жених, — бросила насмешливо и положила ему голову на плечо.

М-м-м… Так вообще отлично. А еще от мужчины пахнет морем. Обожаю этот запах! Это что, кусочек водоросли за ухом? Да и волосы влажные…

— А где ты был? И почему мокрый? Шантар сказал, у тебя дела были, ты с русалками встречался? Или океанидами? Наядами? Водяными?! Поэтому не отправился с нами сразу? — вновь забросала его сотней вопросов, предвкушая интересную историю.

— А знаешь, оно и к лучшему, — выдал эльф непонятную фразу вместо ответа и бережно погладил меня по волосам.

И я успела еще увидеть голубоватую вспышку от какого-то заклинания прежде, чем меня с неистовой силой заклонило в сон. Зараза! Темная властелинья зараза! Однозначно…

После детального разговора с этими идиотами меня просто переполняла злость. Они даже не понимали, что натворили! Их попытки совершить очередной переворот в империи зашли слишком далеко.

— Откуда узнали слова призыва? — процедил обманчиво спокойным голосом, отчего король, королева и ее сестра, что все это и затеяли, практически вжались в стену, надеясь оказаться как можно дальше от меня.

— В старых хрониках нашли… К кому нам было еще обратиться в столь сложной ситуации? Нашей кровиночке угрожала смерть! — воскликнула королева.

Бывшая королева. Что ее срок правления подошел к концу, я догадывался до начала разговора. После него же убедился наверняка, оставался лишь открытым вопрос насчет жизненного срока всего этого змеиного клубка.

— У вас был выбор. Вы могли просто отказаться от короны, — обронил все тем же мрачным тоном, заставив королеву заткнуться.

Но тут уже не выдержал король:

— И потерять все?! — вскричал он, забыв, с кем разговаривает.

Впрочем, одного моего взгляда оказалось достаточно, чтобы мужчина смешался и замолчал.

— Что такое «потерять все» вам только предстоит узнать… — пробормотал, активируя заклинание.

На моей раскрытой ладони вспыхнуло голубое пламя. В груди разлилось мрачное удовлетворение от того, что собирался совершить.

Со стороны Ваенгов раздались всхлипы и тихие причитания. Молить о спасении они не стали, понимая, что после того, что они мне тут наговорили, это все тщетно. Да и моя репутация говорила сама за себя.

Легкое раздражение вызвало понимание, что даже сейчас они не попытались заикнуться о своих детях. И если принцесса, возможно, тоже в этом замешана, уверен — принц уж точно ни при чем. Но и перед страхом смерти Ваенгам оказалось плевать на судьбу дочери и сына, что лишний раз убедило меня в справедливости наказания.

В коридоре вдруг раздался какой-то невнятный взвизг, после чего там что-то упало, отвлекая меня на миг. Первой мыслью было, что это Ваенги что-то устроили, но они с таким же удивлением покосились на дверь.

Раздраженно хрустнув шеей, развеял заклинание. Нет, убить их — слишком легко. В первую очередь — для них.

— Титул и все регалии переходят вашей «дочери» — сестре-близняшке Риссуэллы, Ариэлле, которую вы долгие годы скрывали. Именно она взойдет на трон и будет править человеческим королевством. Всей вашей семье надлежит покинуть замок в ближайшие несколько дней. Насколько знаю, у вас есть поместье далеко в горах — отныне это и будет вашим домом, — отчеканил, наслаждаясь их смятением.

— Позвольте, но покушения как такового и не было, мы просто молились богам — и нас услышали! — не выдержала сестра бывшей королевы, еще на что-то надеясь.

Быстро же она пришла в себя, как только осознала, что прямо в этот миг не умрет. Или же потеря всех титулов страшнее смерти?

— Так и я вас не убил. Пока не убил. Вы сами сделали свой выбор, не выполнив мое условие. Риссуэлла не взошла на мой алтарь, значит, вы выбрали отречение от короны, все справедливо. До встречи за ужином.

И уже поднялся, чтобы покинуть кабинет, как у меня за спиной раздался надломленный усталый женский голос.

— Позвольте хотя бы принцессе остаться здесь. Ссылка в горы полностью перечеркнет всю ее жизнь, у нее не будет ни единого шанса выйти там замуж. Мы во всеуслышание признаем Ариэллу еще одной нашей дочерью, подтвердим все, что нужно, только позвольте Риссуэлле остаться здесь, в родном доме, — попросила тихо королева.

На миг я замер, удивившись прозвучавшей просьбе. Не ожидал, что хотя бы в ком-то из них проснутся родственные чувства. Впрочем, я невесело усмехнулся, просьба прозвучала лишь по отношению к принцессе. Судьба юного некроманта, похоже, по-прежнему абсолютно никого из них не волновала…

— Я подумаю, — все же бросил отрывисто и решительно вышел из кабинета…

Чтобы тут же замереть, в изумлении уставившись на Арину, склонившуюся над вновь потерявшим сознание Оливием! Маячившему рядом с ней и тут же нахохлившемуся при моем появлении принцу я уже почти не удивился.

— Ваше Величество… Принцесса пропала… — простонал дриад, не приходя в себя.

В первый миг меня даже посетила мысль, что рядом с ним тогда Риссуэлла, но быстрый осмотр Арины тут же убедил меня в обратном. Чуть подпаленные концы выбившихся из прически волос с одной стороны, кошмарная тапочка, зажатая в левой руке, все то же порванное платье, нелепая и двусмысленная ситуация… И ради всего святого, почему это чудо снова босое?!

Дальше я соображала быстро. Еще миг — и моя ладонь накрыла рот Оливия, открывавшего в этот момент глаза.

— Нашлась! — воскликнула преувеличенно радостно и, обернувшись к Аркенусу, продолжила. — А мы тут в прятки играем!

Властелин смерил меня внимательным взглядом, отметил ужас в глазах посеревшего уже Оливия и настороженный интерес Мартина, у ног которого смирно пристроилась ожившая тапочка.

— Не стыдно врать? — уточнил с бездной укоризны.

— Стыдно, — призналась честно, раз уж спросил.

Аркенус, не ожидавший подобного признания, поперхнулся воздухом и просто покачал головой.

— Я так и понял… — пробормотал он себе под нос и перевел взгляд на вжавшегося в каменный пол дриада. — Оливий, отправляйся к карете, прикажи доставить вещи моей невесты, если этого еще не сделали. И, пожалуй, езжай обратно в замок, мы немного задержимся.

Выпучивший глаза дриад поспешно закивал и из того же положения «лежа» рванул куда-то вперед по коридору. Вот как обрадовался, что домой поедет… Подозреваю, больше всего радости принес факт, что он хотя бы несколько дней проживет без меня. Ну, не специально я, правда…

Тем временем задумчивый взгляд Аркенуса переместился на меня и застывшего рядом принца. Тапочка и вовсе притихла, делая вид, что она лишь обувка. Но ее выдавали по-прежнему горевшие алым огнем глаза.

— А это мой друг, Мартин, он мне по замку экскурсию устроил, залы с фонтанами показывал… — выпалила поспешно, заметив, что мальчик чувствует себя неуютно под взглядом императора. — Ты знал, что у них тут около десятка таких залов? Может, и тебе в замок фонтан поставить? Хотя, мороки, наверное, до черта… А если во дворе ткнуть? Красиво будет…

Вместо ответа Аркенус тяжело вздохнул и, наклонившись ко мне, резко подхватил на руки, я лишь пискнуть успела. Удивленно на него уставилась.

— И зачем? — все же уточнила.

— Разве нужен повод, чтобы взять собственную невесту на руки? — отозвался он, спокойно направившись куда-то со мной на руках, и добавил значительно тише. — Особенно, если она босая и умудряется на каждом шагу во что-нибудь вляпаться.

— Аргумент… Мартин, увидимся за ужином! — крикнула мальчику уже на ходу, выглянув из-за плеча императора.

И не сумела не улыбнуться, отметив, как мальчик тут же просиял и помахал мне рукой. Правда, больше всего меня беспокоили тапочки, потянувшиеся за нами. И если одну просто волокло, похоже, заклинанием, наложенным Шантаром от возможной потери, то вторая топала вполне себе самостоятельно, с интересом принюхиваясь ко всему по пути.

Интересно, каковы шансы, что Аркенус этого не заметит? Раздавшийся в унисон моим мыслям истошный визг не вовремя появившейся в коридоре придворной дамы ответил на этот вопрос.

Темный властелин остановился и все же обернулся. Смерил взглядом притихшую обувку, после чего молча уставился уже на меня.

— Правда, Мартин талантливый мальчик? — искренне улыбнулась я.

До нашей комнаты мы дошли молча. Аркенус на меня почти не смотрел, практически замкнувшись в себе, полностью уйдя в свои мысли. Я лишь раз заикнулась, что могла бы и сама дойти, но меня лишь сжали в ответ покрепче. Больше напоминать о себе не стала. Не в настроении эльф, сама вижу. Тапочки — и те это поняли, стараясь ступать как можно бесшумнее.

В комнате же меня бесцеремонно сгрузили на кровать, как мешок картошки. Что примечательно, чемоданы с моей одеждой уже были здесь. Это Оливка действует столь оперативно? Или же я в принципе зря потянула его на выход из спальни, и вещи и так принесли бы в ближайшее время? М-да… Ну, глупо поступила, признала же уже…

— Как прошел разговор с Ваенгами?

Тишину я соблюдала недолго. Да и видела, что Аркенуса что-то гложет. Сложить два и два было несложно.

— Нормально. Лучше, чем я ожидал, — тем не менее, заявил он, сбросив свой камзол и расстегивая манжеты на рукавах рубашки.

Я удивленно приподняла бровь, забравшись на кровать с ногами. Во-первых, меня заинтересовала веточка водорослей, прилипшая к его плечу — правда, что ли, с водяными или русалками общался перед тем, как телепортироваться в мою карету? Во-вторых, особо довольным властелин не выглядел, несмотря на произнесенную фразу. И в-третьих… Он тут совсем раздеваться собирается? Не то, чтобы я против, но…

— А по виду и не скажешь. Небось, отрицали в духе «я — не я, а дочь моя»? — негромко фыркнула, с интересом проследив, как пальцы Аркенуса пробежались по ряду мелких пуговиц на рубашке и замерли на верхней.

Ну-ка, ну-ка, обнаженный торсик местного властелина я еще не видела. Давай же, мне так, чисто в исследовательских целях… Ну, и эстетических тоже.

— Да нет, почти сразу признались во всем. Мы немного поболтали и нашли выход из ситуации, который устраивал бы всех нас, — Аркенус едва заметно улыбнулся, а первая пуговица, тем временем, оказалась расстегнутой, а за ней и вторая…

— Не хочешь поделиться со мной, до чего по итогу договорились? Кстати, узнал, кто та мымра, что перетащила меня сюда?

Мой взгляд прикипел уже к четвертой пуговице, которая вот-вот также должна была сдать свои позиции. Да-а! Есть! Осталась последняя и не мешало бы и вовсе скинуть рубашку. Но я уже и так через полураспахнутые полы тонкой ткани успела оценить торсик эльфа. И таки да, врут создатели фильмов про эльфов! Все там очень даже и очень… м-м-м…

Увлекшись рассматриванием властелиньего торсика, даже не сразу услышала ответ Аркенуса.

— … ничего ведь не имеешь против имени Ариэлла? — донесся обрывок его фразы.

Недоуменно нахмурилась и наконец-то подняла взгляд на лицо Аркенуса.

— М-м-м, прости, прослушала. Почему я должна быть против этого имени? Обычное русалочье имя, — пожала плечами, вспомнив любимый диснеевский мультик.

— Русалочье? Да нет, у них больше в ходу имена вроде Рирарилин или Тирралириэльна.

Я беззвучно попыталась повторить услышанное, но язык запутался еще на первом имени, а со вторым и вовсе не рискнула связываться.

— Ну, и ладно. Так ты с русалками сегодня с утра встречался, вон и водоросли потому остались на одежде? — заинтересовалась, вновь вернувшись взглядом к последней пуговице, которую Аркенус не спешил расстегивать.

— Нет, с нереидами, нужно было уладить некоторые вопросы.

Я озадаченно притихла, напрягая все свои познания о водных обитателях. Есть русалки, есть океаниды… А еще? Что за нереиды? И какая между ними всеми разница? Я наивно считала, что это слова-синонимы.

Как назло, на запрос к памяти «кто проживает на дне океана?» всплыл лишь Губка Боб вместе с прилипчивой песенкой, заклинившей прочие попытки вспомнить. Но да ладно. В этот момент Аркенус все же расстегнул рубашку и я едва не захлопала в ладоши.

Правда, он тут же изменился в лице, наткнувшись на мой внимательный взгляд.

— Прости, задумался. Не против, если я тут сменю рубашку? Она высохла и от морской соли ткань стала несколько некомфортной. Или мне идти в ванную? — уточнил он, материализовав из воздуха чистую рубашку.

— Нет-нет, раздевайся тут! — тут же выпалила я.

Секундная пауза на осознание того, что только что ляпнула, дрогнувшие уголки губ Аркенуса в легкой усмешке и лукавый взгляд его глаз.

— Ой, да все ты понял правильно, — смущенно сморщила нос. — Меняй рубашку.

Еще пара секунд бездействия понадобилась мне на то, чтобы осознать, чего от меня ждут, и я наконец-то отвернулась. Можно подумать, властелиний торсик — то, что прям капец как травмирует мою психику!

Память неожиданно подбросила воспоминание нашей первой встречи у алтаря, когда я уверяла его, что являюсь самой лучшей кандидатурой на роль жертвы — невинная девица, все дела… Может, и правда тогда поверил, а теперь не желает смущать? Или же наоборот, опасается, что стоит мне увидеть его без рубашки — и я тут же наброшусь на него, как на Оливия, но с иными намерениями?

Хм… Чем больше об этом думала, тем больше хотелось все же посмотреть на этот волшебный торсик, на который мне сейчас почему-то нельзя смотреть!

— Так что там с Ариэль? — напомнила, чутко прислушиваясь к шороху ткани за спиной и усиленно пытаясь переключиться мыслями на что-то другое.

— Ариэлла. Твое имя.

— Мое… Мое что? Чем уже мое родное не устраивает?!

— Тем, что у Ваенгов принято своих отпрысков называть именами с окончанием «элла» или «эль». Тебя официально признают родной дочерью Ваенгов, сестрой-близняшкой Рисуэллы, чтобы ни у кого не возникли сомнения по поводу твоего происхождения, да и сходство с принцессой объяснялось, — терпеливо объяснил он.

— М-да, делать вам больше нечего. И стоило так заморачиваться ради пары дней, или сколько мы тут пробудем? Сомневаюсь, что когда-нибудь еще навещу эти места, — проворчала, испытывая небольшую горечь, что, получается, и Мартина тогда не увижу.

Хм… Может, поговорить с Аркенусом насчет дальнейшего обучения мальчика в другом месте? Видно же, что он здесь несчастлив…

— Боюсь, тебе вскоре предстоит надолго задержаться в этих краях. Как иначе ты будешь править этим королевством? Ты не расслышала? С завтрашнего дня ты станешь королевой, — голос Аркенуса был все таким же спокойным, словно он просто пересказывал мне сводку погоды.

— Очешуеть! Какого хрена?! — выпалила, молниеносно обернувшись.

И в этот момент мне уж точно было плевать на чьи-либо торсики!

— Тебя что-то не устраивает? — точеная бровь удивленно приподнялась.

— Что, так заметно? Да что с тобой не так? Сначала назначаешь управляющей целого замка, потом предлагаешь изобразить принцессу, теперь короновал… Кроме шуток, что за игры, Арк? — спросила предельно серьезно, с тревогой всматриваясь в его глаза.

— Какие могут быть шутки? Что тебе не нравится?

Мужчина скрестил руки на груди, уже не пытаясь застегнуть рубашку, и уставился на меня с каким-то новым интересом. Я бы даже сказала, с исследовательским.

Раздраженно мотнув головой, сползла с кровати и шагнула к нему, не отрывая взгляда.

— Все. В самом деле, хватит. Я до этого момента не верила, что ты в самом деле назначил меня управляющей, все ждала, пока сообщишь о нелепом розыгрыше, сейчас же ты и вовсе перешел все границы… Зачем это все? — я с усилием помотала головой, в кои-то веки став той серьезной и недоверчивой Ариной, с которой распрощалась уже очень давно.

— Почему ты думаешь, что это все не на самом деле?

— Потому что я тебе никто, мы знакомы всего несколько дней, да я из другого мира, в конце концов. Просто девчонка, свалившаяся из ниоткуда. Да ты даже не объяснил до сих пор, что за хрень выцарапал у меня на груди! Почему я, Арк? — скривилась, с замиранием сердца ожидая ответа.

— Почему бы и нет?

От этой простой фразы, сказанной предельно спокойным голосом, внутри все будто замерло и мной неожиданно овладело спокойствие.

— Ты ведь просто играешь, да? В том и дело. Весь мир вокруг — просто твое развлечение, потому тебя так и боятся? И сейчас со мной ты тоже просто забавляешься. Увлекся игрой пешки и щелчком пальцев решил отправить ее в дамки? — пробормотала медленно, всматриваясь в его безмятежно спокойное лицо.

Я на самом деле сейчас говорила то, что зрело у меня в голове последние несколько дней и что легкомысленно отгоняла, без труда переключая внимание на что-то другое, но от правды никуда не деться. Да и нужно ли?

В ответ Аркенус несколько цинично усмехнулся, в его глазах промелькнула непонятная мне эмоция, но злости или обиды, чего подспудно опасалась, не было. Вместо этого, мужчина шагнул ко мне и ловким движением заправил за ухо прядь волос, будто ненароком погладив мою щеку кончиками пальцев.

— А ты боишься ответственности, — тихо произнес он.

— Не смешно! Быть королевой — это не просто напялить на голову корону и раздавать приказы направо и налево, тебе ли не знать!.. — завелась я, но Аркенус в ответ улыбнулся еще шире и покачал головой.

— А я не о королевстве сейчас, а вообще, раз уж у нас зашел этот откровенный разговор. Признай, что ты боишься ответственности, в первую очередь за свою жизнь. Ты привыкла жить, зная, что каждый твой шаг может оказаться последним. Я это понимаю и мне жаль, что тебе пришлось через это пройти. Но сейчас тебе ничто не угрожает, а ты упорно создаешь опасные ситуации. За твоим поведением скрывается нечто большее, чем простое легкомыслие или капризы. Больше похоже на жест отчаяния, попытки цепляться за то, что привычно в твоем восприятии мира. И я только сейчас понял: ты делала так и раньше. Зная, что время на исходе, искала встречи со смертью, заигрывала с ней, ускользая в последний момент. Скажи, что я ошибаюсь, — последнюю фразу эльф почти прошептал, отчего меня будто прошило разрядом, отчего встали дыбом все мелкие волоски на моем теле, и я отдернулась от властелина.

Каким-то чудом Аркенус нашарил самую суть. Мне было страшно в этом незнакомом мире, где, прекрасно понимала, я нужна окружающим лишь пока остаюсь бесшабашной Ариной, постоянно влипающей в различные казусы. Это нормально. Всегда интересно наблюдать за чем-то забавным, необычным, непредсказуемым.

И это не являлось маской, я действительно такая, просто не всегда. Иногда и мне хочется побыть просто обычной посредственностью, окунуться в комфортную обыденность. Вот только такие личности редко вызывают интерес у незнакомцев, тем более, у долгоживущих, наделенных безграничной властью незнакомцев…

— Какая разница, как я смотрю на этот мир? Арк, ты заигрался: я для тебя никто. Я для всех жителей этого мира никто. Даже если мой жизненный путь оборвется по глупости, кому от этого холодно или жарко? — тяжело вздохнула, не скрывая горечи в своих словах и позволяя вездесущему страху все же отразиться в моих зрачках.

Аркенус продолжал все так же испытующе смотреть на меня, но его улыбка куда-то делась, оставив лишь спокойную задумчивость.

Покачав головой, он все же ответил:

— Мне.

И, шагнув ко мне, уверенно накрыл мои губы теплым ласковым поцелуем с солоноватым привкусом морской воды…

В первый миг я застыла и неожиданно для себя ответила на поцелуй, наслаждаясь его умелыми нежными губами. Прижалась к мужчине крепче, касаясь обнаженным участками тела его груди, чувствуя, как неистово бьется его сердце, согреваясь теплом. Сколько там у него было фавориток? Десяток? Два? Сотня? Плевать, оно того действительно стоило!

И все же я нашла в себе силы отступить, несмотря на пробудившееся желание. Никогда бы не подумала, что настолько зависима от собственной физиологии. Черт, Арина, соберись!

— Продолжаешь играть? — настороженно сузила глаза, безуспешно пытаясь скрыть смятение.

— А ты — нет? Чего ты боишься, Ари? — спросил он тихо, оставаясь все таким же серьезным, словно это не его бешено стучащее сердце я только что чувствовала под своими ладонями, и не его руки бережно, но крепко прижимали меня к нему.

И это еще больше сбивало с мысли. Сколько живут эльфы, пусть и полукровки? Три-четыре сотни лет? Больше? Сколько из них Аркенус уже отсчитал? И насколько, должно быть, сложно развеселить темного властелина, найти ему забаву по душе?

Просверлив эльфа яростным взглядом, дернула плечом, стремительно подошла к ближайшему баулу с моими вещами и, практически не глядя, выдернула оттуда какое-то платье.

— Даже не ответишь?

— Я не буду местной королевой, разбирайся с прямыми наследниками. Назначил управляющей замком — я и буду выполнять свои обязанности, когда вернемся. Мы договаривались только на «изобразить принцессу» — все, — процедила сквозь зубы и поспешила скрыться в ванной, пока Аркенус не успел возразить или задать очередной неудобный вопрос.

Там уже, откровенно психуя, принялась выпутываться из разорванного платья, но шнуровка на спине упорно не поддавалась, как бы я ни пыталась подцепить ее, заведя руки назад. Чертыхнувшись, выглянула из ванной.

Аркенус, тем временем, успел уже застегнуть рубашку и, присев в кресло, о чем-то напряженно размышлял, постукивая пальцами по деревянному подлокотнику.

— Помоги мне, пожалуйста, раздеться, — попросила предельно вежливо, за что удостоилась удивленного взгляда.

Но я не стала оправдывать двусмысленность моей фразы и просто молча повернулась к мужчине спиной.

Скрип отодвинутого кресла, звук шагов, едва уловимый сквозняк от движения позади меня и моей кожи коснулись горячие пальцы, заставив невольно вздрогнуть. В полной тишине прочертили невесомую линию по позвоночнику, вызвав мурашки, пока не коснулись кромки платья.

— Там… — начала я сдавленно, но тут же разозлилась на себя за такую реакцию и, прокашлявшись, добавила уже нормальным тоном: — там со шнуровкой что-то.

— Вижу…

Минута — и я едва успела прижать ткань к груди, когда платье едва не свалилось с меня. Молниеносно обернулась к этому темному гаду, не скрывая возмущения.

— Издеваешься?!

— Прости, я не специально, — мягко улыбнулся он, не отводя оценивающего взгляда от моих ключиц, опустил его ниже, заставив меня невольно прижать корсаж платья покрепче к груди.

Угу, как же, случайно он, ага! Зыркнув на него исподлобья, молча протопала обратно в ванную, придерживая платье обеими руками и чувствуя задумчивый взгляд Аркенуса буквально лопатками.

Захлопнув дверь, привалилась к ней спиной. И вот как себя теперь с ним вести? Королевой сделать решил — вот просто супер, всю жизнь мечтала, блин! Что ж с тобой не так-то, что практически все поголовно боятся тебя до ужаса, а ты еще и абсолютно незнакомых безродных девчонок, свалившихся из другого мира, пытаешься наделить такой властью?! Совсем уже нехватка кадров, что ли?!

Судорожно вздохнув, мотнула головой, пытаясь утрясти мысли, но в памяти, как назло, вместо этого возник наш поцелуй. Словно издеваясь, помимо воспоминаний еще и накрыло теми же эмоциями. Да что за на фиг?!

Невольно облизнула губы, чувствуя томление внизу живота. Черт, умеет же, стервец! Небось, десятилетиями оттачивал умение! Но вместо злости испытала едва ли не восхищение. А-а-а, соберись, тряпка! Какой-то ушастый полудряхлый мужик поцеловал — и все, поплыла…

Словно в ответ на мои мысли что-то с грохотом ударилось в мою дверь. Округлив глаза, тут же распахнула ее.

— Ты чего ломишься, потерпеть не можешь? — пробормотала растерянно, обнаружив Аркенуса все в том же кресле.

А кто стучал?

Вместо ответа эльф красноречивым жестом указал на что-то у моих ног. Но я уже и сама услышала тихое рычание, отчего опускать взгляд совсем уж не хотелось.

— Я бы советовал тебе обратиться к юному некроманту за помощью, я отправлять демонические сущности обратно не умею.

— В каком смысле «демонические»?! — я в ужасе воззрилась на чересчур активную тапочку, вцепившуюся клыками в подол моего платья. — Совсем-совсем не умеешь?

Арк, несмотря на спокойный тон и деланное безразличие, поспешил подойти ко мне и присел рядом с тапочкой, уставившись на нее с исследовательским интересом.

— Призыв осуществлен по всем правилам, мальчик действительно талантливый… Могу разве что испепелить обувку.

— Нет-нет, не надо! Жалко же… А оно меня не сожрет?

Маг фыркнул и покачал головой, не торопясь подниматься.

— Тебе, кстати, он не навредит, слишком сильна привязка, — заметил он между тем, — более того, будет защищать, в случае чего, до последнего.

Вот только еще одной привязки не хватало! Мне достаточно одной чешуйчатой прожорливой хрени, что дожидается меня в замке Аркенуса. Кстати, как он там без меня, бедняж? Скучает, небось… Так, я отвлеклась!

— А можешь с тапок снять заклинание, наложенное Шантаром? Ну, против потери? Чистыми пусть остаются. Я Мартину обещала их подарить.

— Этих уродцев? Впрочем, так понимаю, как раз он и оценит… — пробормотал Арк и провел рукой над тапочкой.

Я едва успела наступить босой ногой на задник тапки, когда она подпрыгнула и попыталась вцепиться эльфу в запястье. Хотя искушение отпустить ее и позволить совершить свое темное дело было слишком велико. Не замечала раньше за собой подобной кровожадности. Наверняка это тлетворное влияние Марка.

— Все.

Пока я предавалась размышлениям, Аркенус уже закончил и поднялся с пола. Я с сомнением покосилась на продолжавшую шевелиться тапочку. На пробу отступила от нее на пару шагов — ничего. Осмелев, вежливо поблагодарила властелина и вновь скрылась за дверью ванной.

В этот раз вообще ничего сделать не успела, как услышала обиженный скулеж, и дверь снова содрогнулась от удара.

— Если что, за тобой он бегает не из-за заклинания Шантара. Ему грустно без тебя, — донесся голос Аркенуса.

Он? Так там еще и демоническая сущность мужского рода?!

— И что мне делать?!

— Впусти. Ну, или не обращай внимания…

— Легко сказать!

Но все же открыла дверь, впуская возмутителя спокойствия. Тапочка тут же влетела внутрь, затормозив у самой ванны, где смиренно уселась, сверля меня своими горящими алым глазами. Ну, хоть вторая, обездушенная, не потащилась сюда, покорная заклинанию, и на том спасибо.

Не обращая больше ни на что внимания, скинула опостылевшее платье и наконец-то набрала себе пенную ванну. С наслаждением выдернула шпильки из волос, все равно прическа уже распалась практически, не выдержав нашего с Мартином забега, и опустилась в горячую воду. М-м-м… Хорошо.

А теперь настала пора подумать: во что я вляпалась и продолжаю вляпываться с каждой секундой все больше, находясь рядом с Аркенусом, в какие игры он играет и есть ли у меня шанс выплыть из всего этого без особых потерь?

Тоскливо вздохнув, покосилась на неподвижно замершую зубастую тапочку, не сводившую с меня взгляда своих мертвых глаз. Передернувшись, окунулась в ванну с головой. Чтобы охарактеризовать мое отношение к произошедшему сегодня, очень не хватало емкого и категоричного «урурррру» от Марка…

Выкупавшись, я все же пришла к кое-каким выводам, а конкретно: нужно поговорить наконец-то с Аркенусом начистоту и прояснить некоторые моменты.

Первое: тиран он или нет. Ну, серьезно, мне нужно знать, вдруг тоже нужно его бояться и в обмороки падать? Не уверена, конечно, что смогу, но, по крайней мере, попробую. Второе: для чего меня все же притащили в этот мир. Наверняка же знает, гад такой! Третье: ну, он же просто так нелепо пошутил насчет Ариэллы и прочего, да? И что за неудобные вопросы вдруг посыпались? Фу таким быть! Четвертое: и все же, где так учат целоваться?

Одевшись в выбранное платье, что, хвала всему святому, было без корсета, нашивок и даже не прозрачное, откинула влажные волосы на спину и решительно направилась к двери.

— Зубастик, за мной, — скомандовала тапочке, с воинственным видом распахивая дверь…

И тут же сдулась, не обнаружив в комнате Аркенуса. Ну, ешки-матрешки! Опять?!

АРКЕНУС

— Можно вопрос? — уточнила слабым голосом и, дождавшись небрежного кивка, возопила: — Какого хрена?!

— «Какого хрена» что?

Овсянка озадаченно склонила голову набок, не ожидая такой реакции.

— Просто «какого хрена»?! Что за бубуйня тут происходит? Не, я знала, что меня притащили из моего мира, потому что я похожа на тебя, но не настолько же! — и не удержавшись, осторожно потыкала пальцем в Овсянку, тут же сердито зашипевшую и отскочившую в сторону.

— Не трогай меня! Вдруг у тебя руки грязные, мне иномирную заразу еще передашь… — проворчала она, высокомерно вздернув нос, отчего я аж задохнулась от возмущения.

— Это я-то?! Да ты сама иномирная зараза та еще! И вообще, откуда у тебя мой дракон? Отдай! — и попыталась выхватить из ее рук фигурку.

Но Овсянка неожиданно отскочила в сторону и вдруг начала истошно визжать, будто ее режут.

— Совсем ненормальная? — я красноречиво покрутила пальцем у виска. — Да забирай, у меня дракон покруче есть.

И уже особо не обращая внимания на эту шизанутую, присела у своего рюкзака. Потянув слегка заедавшую молнию, привычно погладила чуть выпуклый гладкий рисунок мультяшного котика, слегка потертый на мордочке — это я с мотоцикла Пашки умудрилась свалиться на спину, благо, мы уже не ехали тогда.

Грустно улыбнувшись своим воспоминаниям, открыла рюкзак, принявшись перебирать до боли знакомые вещи. Пачка влажных салфеток, несколько пластырей, антисептик, магнитик от акционного йогурта, рассыпавшаяся начатая упаковка мятных леденцов, какие-то чеки, фантики, полузасохший маркер…

Из более-менее важного были лишь полупустой баллончик с зеленой краской и новые носки с цветными единорожками, как раз купила их в метро в тот день, когда с Пашкой пошла прыгать с парашютом. Вот последним я искренне обрадовалась.

— Там ничего особенного нет, мусор только, — фыркнула успокоившаяся Овсянка.

— Много ты понимаешь… — отмахнулась, нащупав ключи от дома с висевшим брелоком в виде полицейской будки из моего любимого сериала «Доктор Кто».

Горько вздохнув, сжала его в руке покрепче, чувствуя, как впиваются в ладонь острые углы. Тем не менее, на душе стало легче от прикосновения к моему талисману удачи. Больше ничего особо важного там действительно не нашла.

Вот если бы я была типичной попаданкой, у меня бы в рюкзаке лежали перочинный ножик с кучей насадок, веревка, обязательно весь запас золотых украшений, что-то еще из техники, mp3 с полным зарядом… А тут даже телефона моего нет! Зато есть носки. Ну, вот какая попаданка без носков и влажных салфеток?

— Откуда у тебя мои вещи? — спросила требовательным тоном у Овсянки, но та лишь пренебрежительно фыркнула, не ответив.

Выбрав тактику игнора, отошла к зеркальному трельяжу, где принялась расчесывать волосы красивым гребнем, усыпанным драгоценными камнями, бросая на меня взгляды через отражение. Угу. Вот совсем незаметно.

Закатив глаза, побросала свои вещи обратно в рюкзак и нацепила его, чувствуя привычную тяжесть. Оставлять свои вещи в комнате этой психички, как бы они сюда ни попали, я точно не собиралась. И кстати…

— Почему у тебя на ключице точно такой же рисунок, как у меня? Я его получила уже в этом мире. Кстати, неровно — у меня повыше, — подметила, присмотревшись к рисунку.

Вернее, изначально он был нанесен туда же, куда и мне Аркенус потыкал ножом, но позже он заставил надпись переместиться выше по моей просьбе.

Услышав это, мой двойник отложила гребень и стремительно пересекла комнату, приблизившись почти вплотную. Так и подмывало съязвить на тему «иномирной заразы», но да ладно. Чуть сдвинула край неглубокого выреза, показывая узор. Та сосредоточено рассматривала его несколько секунд, после чего вздохнула… с явным облегчением?

— Нас теперь точно не перепутают! — радостно выпалила она, улыбнувшись практически искренне, чем удивила меня до глубины души.

— Вот теперь я вообще ни черта не понимаю. А разве не в этом весь смысл? У тебя же даже волосы подпалены справа, как у меня! — обвиняюще указала пальцем на ту самую прядь, подозрительно прищурившись. — Кстати, чем?

— Свечой, — буркнула она неохотно, скривившись.

— Ну, вот! Видно же, что добивалась полного сходства со мной! Подменить хотела?

— Да не хотела я ничего, больно надо… Ты меня на алтаре заменила — и ладно, даже выжить умудрилась. И вообще, это ты ко мне в комнату ввалилась!

На последних словах Овсянка воинственно уперла руки в бока. Образ сильной и несокрушимой женщины портила только капризно надутая, чуть подрагивающая нижняя губа. А кстати, ничего так смотрится, в чем-то даже мило. Надо запомнить, как она это делает…

— Ты меня кривляешь?! — задохнулась от возмущения принцесса, некрасиво вытаращившись.

Нет, вот так вот точно делать никогда не буду. По крайней мере, осознанно.

— Слушай, ты вообще мою фразочку украла, я же молчу! Сомневаюсь, что в твоем лексиконе было мое любимое «божечки-кошечки», явно же узнавала информацию обо мне, и когда только выведать успела?

— Вот еще, буду я тратить время, разбираться в твоей биографии… Кому надо, тот и сказал, — фыркнула она и несколько нервно подтянула повыше платье, частично скрывая узор.

Угу. Значит, здесь все же есть заинтересованная личность, которая, видимо, как раз и планировала осуществить обмен, помогая принцессе стать полной моей копией… Или Овсянка просто хорошая актриса и сейчас лишь отводит от себя подозрения?

— И этот же «кто-то» поджог твои волосы и выцарапал узор?

— Не твое дело! И вообще, я тебя не звала, дверь там, — и насупившись, красноречиво указала на выход из комнаты.

Меня же с каждой минутой все больше увлекал разговор. Вернее, то, что за ним крылось. Почему-то я с первого момента воспринимала принцессу как некую подлую змеючку, сейчас же видела просто избалованного сверх меры подростка, даром, что дылда здоровая. Осталось выяснить: маска это, или в семье Ваенгов пострадал от «воспитания» не только Мартин?

— Может, я решила просто заглянуть в гости? Поболтать о своем, о женском? — легкомысленно пожала плечами, сделав шаг к Риссуэлле.

Та, в свою очередь, от неожиданности отступила, но тут же взяла себя в руки и гордо вскинула голову, прямо встретив мой взгляд.

— Нам не о чем с тобой разговаривать! Думаешь, заинтересовала его — и всё, все двери перед тобой открыты?!

— А тебе завидно?

— Да я счастлива, что мне теперь не грозит быть его невестой! — выпалила она неожиданно искренне.

И вот тут я и вовсе натуральным образом подзависла. Да ладно! А чего ж тогда с детства собирала всю информацию о нем? И вообще, хватит меня настраивать против моего Темного властелина! Сама потом разберусь, гад он или нет!

— Ну-ну… Прямо-таки совсем не думала занять мое место, выйти замуж за Аркенуса, стать королевой… — протянула я, скрестив руки на груди.

— Думаешь, оно мне надо? Я и так принцесса, в накладе не останусь, зато больше шансов выжить. А будучи невестой кровавого императора — кто знает, когда это звание станет посмертным. От одного только его взгляда мороз по коже и вся жизнь перед глазами… Ах да, совет вам да любовь, — ехидно осклабилась эта зараза.

Ага, прям от души пожелала! После ее емкой характеристики Аркенуса — вот взяла и поверила в искренность пожелания.

— И что же такого страшного говорят об императоре? И раз ты так усиленно не хотела становиться его невестой, что же с детства собирала все сведения о нем, его деяниях, а? — поспешно добавила, вспомнив слова Мартина.

— Потому что с детства знала, кому в жены меня прочат, вот и изучала! Просчитывала свои шансы выжить, тут любая информация будет актуальной! — выкрикнула принцесса полуотчаянно.

Я аж растерялась. Да ладно. Вот только не надо говорить мне, что Овсянка просто боится Аркенуса? А-а-а, как все сложно-то!

— Хорошо, раз мы выяснили, что тебе это уже не грозит, поделись информацией со мной. Почему его боятся, называют кровавым, кого и за что убил, что за история со свержением эльфийского владыки? — перечислила вполне миролюбиво.

— Библиотека в помощь! И я бы на твоем месте поторопилась — часики-то тикают, кто знает, сколько тебе осталось? — пакостно протянула эта зараза.

Тьфу ты! Я ж мысленно почти признала ее относительно вменяемой и достойной сочувствия!

— Ну, и ладно, буду умирать — из последних сил оставлю предсмертную записку или прохриплю Аркенусу, чтобы после меня женился на тебе, — мило улыбнулась ей в ответ, окончательно убедившись, что ничего нового тут не узнаю, и повернулась к двери.

— Эй-эй! Все, не будет ничего такого! Он выбрал тебя, на меня уже в любом случае не посмотрит, — забеспокоилась Овсянка, в ее голосе промелькнула едва ли не паника.

— Почему бы и нет? А знаешь, я прямо сегодня начну его убеждать, что в случае моей смерти лучшим вариантом будет, если он возьмет тебя в невесты… Ты, кстати, любишь пауков? У него их в коридорах толпы просто, и все зубастые… Ну, после моей смерти познакомишься, — весело подмигнула ей и взялась за дверную ручку.

— Стой! Ладно, убедила. Доживи до утра — я тебе завтра дам все книги и заметки про нашего императора, — выкрикнула она поспешно, схватив меня больно за запястье.

Да ладно? Я, как бы, просто прикалывалась… Правда, что ли, до такой степени боится Аркенуса?

— Да уж постараюсь дожить, — пришлось пообещать, аккуратно отцепляя ее руку по одному пальцу.

— И рюкзак оставь. Он мне нравится, — добавила принцесса уже увереннее, противным капризным тоном.

— Ага, щаз! Другой себе найди, клептоманка несчастная!

— Я буду кричать!

— Да ради всего святого. Сейчас я уйду — и кричи на здоровье, — фыркнула и, уже не обращая на нее внимания, покинула комнату.

Как только вышла за дверь, тут же заметила Мартина, увлеченно что-то рассказывавшего Зубастику. Но тапочка стоически игнорировала его и продолжала что-то меланхолично… жевать?! И эта хрень тоже плотоядная? Да оно ж даже неживое! Вот куда, куда оно жрет?!

— О, поболтали? А я уж начал беспокоиться. Пытался взломать защиту от некромантии на комнате сестры, но мне пока ни сил, ни опыта не хватает. Зато я придумал, как обмануть! Достаточно внушить заклинанию, что Зубастик живой — и оно его пропустит! — обрадованно воскликнул Мартин и просиял довольной улыбкой.

Его щеки раскраснелись, волосы растрепались, глаза горели шальным блеском, а на полу в пыли виднелись нестройные столбики каких-то расчетов. А мой названный братец в самом деле юное дарование, непризнанный гений…

— И как? Удалось внушить? — уточнила, с подозрением покосившись на чавкавшую чем-то тапочку.

Вот и хочется раскрыть этот секрет, и не уверена, что мне нужно знать подробности.

— Пока только внушил Зубастику, что он живой, но уверен, дело за малым! А еще смотри, какая прелесть! На нем по-прежнему очищающее заклинание! А значит, органические отходы его не пачкают, тут же очищаются после того, как он их прожует. Здорово, правда?

Но я не оценила его энтузиазма. Воображение тут же нарисовало жуткие картины, как ожившая зубастая тапочка бегает по замку и жрет всех подряд. Крики ужаса, стоны раненых, хрипы умирающих… А если это еще и заразно? Зомби-апокалипсис, причиной которого стала ожившая тапочка. Жуть!

— Очень удобно! Ты бы видела, как Зубастик поймал этого паука! А пойдем в подземелья крыс ловить? Представь, как он ловит одну такую и… — продолжал, тем временем, Мартин, едва не подпрыгивая от воодушевления.

— Не хочу! Ни идти, ни представлять. И вообще, я мышей боюсь, если что. Послушай, мне кажется, это не очень правильно, что Зубастик в принципе что-то ест. И в первую очередь, некрасиво по отношению к нему. Получается, ты его обманываешь, внушая, что он живой. Нельзя ли как-то обернуть это заклинание вспять? — начала осторожно, внутренне выдохнув с облегчением, убедившись, что тапочка в самом деле пережевывала всего лишь паука.

— Вообще можно… Но это было бы весело, только представь! — снова завелся мальчик, глядя на меня умоляюще.

Зубастик наконец-то перестал жевать и заинтересованно повернулся в мою сторону. Да ну на фиг!

— Нет, Мартин. Если хочешь — можем просто погулять завтра по подземельям, но предупреждаю, увижу мышь — хлопнусь в обморок и тебе придется меня тащить. Но жрущая все подряд ожившая тапочка — не очень хорошо, могут пострадать невинные люди. К тому же, он громко чавкает, — честно перечислила все весомые аргументы.

Не знаю, какой из них оказался для юного некроманта самым весомым, но понуро вздохнув, Мартин что-то пошептал, поводил ладонями с исходившим от них зеленоватым сиянием над Зубастиком и… И, как бы, ничего не изменилось. Эм…

— Это все? Он теперь не будет никого жрать?

— Вообще не должен… Но у меня Мохнатик тоже никого не жрет без приказа, — поспешил заверить меня мальчик.

Угу. Значит, Мохнатик — это тоже нечто неживое. Впрочем, разве могла я рассчитывать на какой-либо другой вариант? Кстати, об этом.

— Надеюсь, Мохнатик не огромный паук? — уточнила, живо представив огромного тарантула по колено. Но Мартин, загадочно улыбаясь, покачал головой. — Крыса?

Снова мотание головой.

Ну, по крайней мере, сразу в обморок не хлопнусь. Наверное.

— Вот и славно. Ну что, прогуляемся еще немного? — предложила, подмигнув.

— Ты хочешь еще? Здорово! А давай я покажу тебе пыточную? — с небывалым воодушевлением.

— Эм… Если честно, предпочла бы избежать визита в это безусловно гостеприимное место.

— А, точно, ты же девочка… — Мартин с досадой хлопнул себя по лбу.

— А есть сомнения?

— Ну, ты такая… такая… — он пошевелил пальцами в воздухе, подбирая слово.

Я заинтересовано уставилась на него и развесила уши, ожидая комплимент.

— Нормальная! — выдало это чудо.

Угу. Ну, это лучше, чем ничего.

— В общем, ни разу не Риссуэлла! — добавил он.

О! А вот это по праву могу считать комплиментом! Одним из лучших.

— Спасибо. Пошли, что ли, к фонтанам. Там рыбки, вроде, были. А то пока искали Оливия, я даже не рассмотрела ничего толком, — усмехнулась, вспомнив, как мы с принцем носились по коридорам в поисках дриада.

— Тебе нравятся рыбки? Но они же живы-ые, — протянул он едва ли не брезгливо, но послушно повел меня по широкому, хорошо освещенному коридору.

— Разве это плохо?

Мартин вместо ответа просто пожал плечами. Некоторое время мы шли молча. Мимо туда-сюда сновали слуги и придворные, но завидев Мартина, дружно вжимали головы в плечи и норовили проскочить как можно дальше, словно от прокаженного. М-да. С таким подходом и я бы испытывала брезгливость к живым существам.

— Мне приятнее общаться с мертвыми, они меня не боятся, — буркнул он спустя несколько минут.

И мне тут же захотелось пнуть фрейлину, только что промчавшую мимо нас и заметно побледневшую, когда взгляд принца остановился на ней. А заодно вернуться к Риссуэлле и настучать ей по шее, что не общается с братом. Совсем задавили ребенка.

Ну, милаш же… Нужно лишь следить, чтобы не оживлял никакую зубастую пакость, внушая ей жрать все подряд. Вполне адекватный мальчик, которому не хватает общения.

— Я, представь себе, тоже. Как по мне, это безумно интересный дар. Только ты можешь по-настоящему узреть красоту и жизни, и смерти, касаясь грани, что их разделяет, — заметила, тем временем. — И ты молодец. Очень круто получилось с этим заклинанием. Тебя кто-то обучает некромантии? Наверное, учителя очень хвалят.

— Ты правда так думаешь? Тогда тебе точно понравится Мохнатик! — обрадовался мальчик, едва ли не подпрыгивая рядом от переполнявших его эмоций.

Так, что там за Мохнатик такой, черти бы его побрали?! Пусть это будет котик, а? Не совсем живой, плешивый, но ко-отик… Зря надеюсь, да?

— Вообще некромантов очень мало. Их же раньше предпочитали сжигать на кострах как потенциально опасных существ. Наги только относились более-менее лояльно, а вот на человеческих землях с этим было совсем тяжело. Так что учитель у меня всего один. Его дара едва-едва хватает, чтобы оживить дохлую гусеницу, но зато он в теории разбирается хорошо, объясняет мне, насколько может, — добавил Мартин, тем временем, бесхитростно.

И уже даже не обратил внимания на какого-то лакея, вжавшегося в стену при нашем появлении. Я же отстраненно заметила, что у Ваенгов народу побольше бродит по замку. У Аркенуса вечно все прячутся где-то… Правда, возможно, это связано с тем, что я и бродила там ночью. Хм… Стоит это обдумать.

— На голой теории далеко не уедешь… А если не из человеческих земель? Может, того же нага-некроманта найти? Тебе все равно нужно развивать твой дар.

— Ага, делать нагам нечего, только с людьми общаться, — фыркнул принц. — Наги вообще людей не считают за разумных…

Э? Так Шантар еще и расист, оказывается? А я ему белку и Марка оставила на попечение, у-у-у, научит же их плохому!

— Вот фонтан. Подойдут такие рыбки? — отвлек меня голос Мартина от размышлений, как буду бороться с расистскими замашками нага, назвавшего меня своим другом.

Или же он все же исключение? Со мной-то общался…

О, а мы тут, кажется, даже не были, когда Оливия искали! Я осторожно присела на резной каменный бортик и ахнула от восторга, увидев причудливое разнообразие ярких рыбок всех возможных расцветок. Они сновали меж каменных миниатюрных башенок, что-то там выискивали на дне, отщипывали от водорослей… Вау! Красота какая!

— Ари, смотри, одна сдохла! — заорал Мартин восторженно и прошептал восхищенно: — Кла-асс!

М-да… Кому что. Но сама же сказала несколькими минутами ранее, что он может видеть красоту и в жизни, и в смерти. С одной стороной у него явно проблем не было, осталось полюбить и вторую. Послушно пересела ближе к нему, уставившись на голубоватое брюшко всплывшей рыбки.

— Оживишь ее? Только, пожалуйста, так, чтобы она никого тут не жрала, — добавила поспешно, покосившись на Зубастика, смиренно сидевшего рядом с нами.

— Да, сейчас!

Мартин взобрался на бортик коленями и, покачнувшись, едва не нырнул в фонтан. Едва успела ухватить его за ткань рубашки. Убедившись, что он падать больше не собирается, игриво щелкнула по носу и уже почти привычно взъерошила его волосы. И улыбнулась в ответ на его солнечную улыбку, будто осветившую его изнутри.

— А расскажешь, как ты это делаешь?

Искренне заинтересовалась, вместе с ним склонившись над лениво покачивавшимся на искусственных волнах трупиком. Принц, обрадовавшись моему вопросу, тут же осыпал меня целым ворохом непонятных зубодробительных терминов, для верности припечатав еще и блоком чисел, за что-то там отвечавших…

На всякий случай с глубокомысленным видом покачала головой. Но тут Мартин начал творить, пустив тонкой струйкой свою мерцающую зелеными искорками магию, и мне даже что-то стало понятно.

Я как завороженная застыла, наблюдая за процессом оживления рыбки. Это действительно было удивительным, слегка жутковатым зрелищем. С тапочкой и близко не так — все же я ее не воспринимала чем-то, что раньше было живым. А тут самая обычная рыбка… И вдруг шевельнула плавниками и поплыла!

— Вау! Ты гений! — рассмеялась я, порывисто обняв Мартина и быстро чмокнув его в порозовевшую щеку. — А почему она плавает на спине? И по кругу?

Все же уточнила, наблюдая, как рыбка заходит уже на второй круг по фонтану, даже не пытаясь перевернуться, как все нормальные рыбки.

— Почему бы и нет?

— М-м-м… И не поспоришь. В чем-то даже прикольнее. Креативно так… — признала, продолжая следить, как ожившая дохлятина, при этом, таранит других жителей фонтана.

— Но вообще, если честно, я, кажется, что-то напутал в потоках, неправильно перераспределил ману, отмерил не то количество, — признался он сокрушенно, после того, как рыбка вдруг выпрыгнула из фонтана и так же, на спине, пошлепала к ближайшей стене, о которую принялась биться с упорством бывалого камикадзе.

— Может, просто похороним ее? — протянула с сомнением, искренне надеясь, что Мартин умеет упокаивать оживленную им живность.

— Ага, хорошая идея. Посторожи ее пару минут, я за лопатой. Не переживай, я быстро — моя комната в этом же крыле! — заверил меня принц и умчался куда-то дальше по коридору.

Я же тяжело вздохнула, вновь присев на бортик фонтана. Рыбка пока вела себе не очень агрессивно, продолжая размазываться о стену, оставляя на ней влажные следы и тускло поблескивающую чешую, но занятие по уровню веселья — два из десяти. И то, только за спецэффекты.

К счастью, Мартин вернулся довольно быстро. С лопатой. Подозрительно удобной, под его рост, с золоченным черенком и выгравированной на ней небольшой черепушкой…

Принц, у которого есть именная лопата, что хранится у него в комнате, — почему бы и нет? Наталкивало на размышления, что рыбка — не первый его неудачный опыт.

И когда мы вышли в сад, довольно большой участок которого был огражден радужной пленкой, слабо мерцавшей в сумерках, только убедилась в этом.

— Пойдем! Эта территория полностью моя. Король когда-то нанял одного заезжего дроу, тот постарался и выставил защиту: войти можно, а выйти — нет, — заявил Мартин обрадованно, за миг до того, как я пересекла невидимую черту, почувствовав на коже легкое покалывание, как от электростатики.

— А?! — только и смогла выдавить, выдавая свое возмущение и беспокойство.

— Не переживай, это защита только от мертвых, живых она пропускает! Так, сейчас, вспомню, где тут еще осталось место… Кажется, справа от тебя… Хотя нет, там голубь! А вот слева… Не, слева бычий череп. Может, в том углу? — принялся бормотать принц, сосредоточено изучая землю, сплошь укрытую небольшими холмиками.

Где-то ухнула сова, что-то зашелестело в кустах. Мартин с довольным возгласом нашел свободное место и с неприятным скрипом вонзил туда лопату, выкапывая ямку. Мальчик явно чувствовал себя в своей стихии. И чего дергаюсь? Вон десятилетка чувствует себя комфортно, я хуже, что ли?

Повеял ветерок, от которого я тут же покрылась мурашками. Впрочем, ему даже обрадовалась: теперь можно смело заявить в случае чего, что у меня дрожат коленки и стучат зубы не от страха, просто я замерла.

— Тебе определенно нужен нормальный учитель-некромант, — констатировала, ошалевшим взглядом окинув эту территорию, сбившись в пересчете количества холмиков.

— Да не, я нормально вообще справляюсь. Учитель Ларсен хороший… Отойди чуть в сторону, там, где ты стоишь, закопан дикобраз. Он иногда вылезает и стреляет иголками…

Я тут же шарахнулась в сторону, с подозрением уставившись на то место, где стояла. Но, кажется, было тихо. Заодно отметила еще несколько холмиков с взрыхленной землей, будто оттуда периодически что-то выбирается. Мамочки… Они еще и не все тут упокоены?!

Интересно, Шантар может быть некромантом? Да пофиг, он определенно должен знать других нагов-некромантов! И если не найдет Мартину учителя, собственноручно натравлю на него какую-нибудь рыбку-камикадзе или дикобраза с замашками снайпера, пусть потом выдергивает иголки из разных мест.

— Ну, вот и все. Пойдем? А то уже темно как-то, у меня Мохнатик скоро должен проснуться, он спросонья слегка не в духе… Кстати, хочешь, прямо сейчас и познакомлю вас? — воодушевился принц, отряхивая прилипшие комья земли с брюк.

— Давай ты подготовишь своего Мохнатика ко встрече и я завтра с ним увижусь, хорошо? Сегодня уже поздно, день выдался насыщенным, а у меня еще по плану скандал… — честно призналась по пути в замок, уже прокручивая в голове разговор с одним тиранистым властелином.

— Скандал?

— Я хотела сказать: «Обстоятельная светская беседа двух условно адекватных взрослых людей»… Кстати, ты не знаешь, где можно одолжить набор посуды? Желательно легко бьющейся и очень громкой? Разговор просто предстоит очень уж серьезный…

Портал привел меня в холодный неприветливый каменный остов, в который превратился некогда величественный замок. Трудно поверить, что он был одним из самых прекрасных строений этого мира.

Тронный зал пострадал больше всего. Взбугрившийся пол, покрытый трещинами, смятый, покореженный золотой трон, валявшийся у дальней стены, проваленная крыша… Не удивлюсь, если под слоем пыли кое-где можно рассмотреть пятна крови, которые не успели убрать после того, как я позволил своей ярости выплеснуться наружу.

Те, кто писали хроники, используя фразу «Аркенус Кровавый занял трон вместо сверженного им эльфийского короля Айвэендина», явно не видели, во что превратилось это вычурное, никому не нужное кресло. Впрочем, те, кто видел, как раз и не выжили.

Давно я сюда не заглядывал. Пару десятков лет? Сотню? Больше? Первые годы часто наведывался, бродил по этому, по сути, кладбищу. И вспоминал, вспоминал… А после давал волю эмоциям, уничтожая тех, кто шел против меня, дабы не допустить повторения картин прошлого. Время лечит — это правда, но как-то слишком медленно…

— Я так и думала, что рано или поздно встречу тебя здесь. Неприятное местечко. Бр-р! Не верится, что ты провел здесь большую часть своей жизни, — услышал я смутно знакомый насмешливый голос.

Молниеносно обернувшись, материализовал на ладони энергетический сгусток, намереваясь пустить его против той, кто ко мне пожаловал.

— Даже так? Надо же, какой неприветливый. И что, прямо так в меня и бросишь? — надула губки Каро, картинно приложив ладонь к груди.

Несколько мгновений я рассматривал ее, прикидывая шансы. В последнюю нашу встречу она была сильнее меня. Но я не зря все эти столетия совершенствовался, развивал свой дар, черпал знания из источников не только этого мира, не чурался различных ритуалов. Впрочем, кто сказал, что и Каролина все это время сидела, сложа руки?

— Да брось! Я не ссориться пришла, — она закатила глаза, демонстративно сложив руки на груди.

— Чего ты хочешь? — поинтересовался враждебным тоном, но заклинание все же развеял.

— Столько лет не виделись — и это все, что ты мне скажешь? Ну же, Марк, где радостная улыбка, где предложение обняться? Нет, не дождусь? — протянула она глумливо, сделав шаг ко мне, брезгливо переступив через какие-то обломки, придерживая подол платья двумя пальцами.

— Это не твой мир, Каролина.

Я даже не пытался скрыть, насколько не рад видеть ее здесь.

— Но и не твой. Я такая же гостья, как и ты, — подмигнула она.

Одним взмахом руки расчистила небольшой пятачок зала от обломков и материализовала мягкое роскошное кресло, в которое тут же грациозно села. Каждый жест, поворот головы, даже малейшая эмоция, отразившаяся на ее лице, — все было идеально выверенным, безупречным. Каролину по праву можно было назвать самим совершенством. И она такой была, сколько ее помнил.

Но тут же на контрасте вспомнилось, как всего несколько дней назад Арии умостилась в похожее кресло в моей спальне, забравшись в него с ногами. И растрепавшиеся волосы, и блестящие тревогой вперемешку с любопытством ее серые глаза, и розовая пятка, выглядывавшая из-под подола… На душе тут же потеплело, а на губах мелькнула улыбка.

Каро тут же слегка нахмурилась, недоуменно приподняв бровь. Было видно, что такая моя реакция ее несколько сбила с толку.

— Зачем ты здесь? Только серьезно, — повторил вопрос уже гораздо спокойнее.

Каро несколько секунд молчала, изучающе рассматривая меня и постукивая аккуратно подпиленными ноготками по подлокотнику кресла. Задумчиво подперла второй рукой подбородок.

— Помочь хочу, — она мило улыбнулась.

Я же, не выдержав, расхохотался. Покачал головой, все еще улыбаясь, подошел к ней и, бесцеремонно спихнув одну ее руку, сел на подлокотник. Уперся рукой в спинку кресла и навис над ней, глядя в бесстыжие глаза.

— Ты? Не смеши меня. Нет, Каро, я слишком хорошо тебя знаю. Для всех вас я умер, когда покинул ваш мир.

— Марк, не льсти себе. Для всех нас лучше бы ты и вовсе не рождался, — фыркнула она, вернув свой привычный стиль поведения.

— Вот именно. Так что, еще попытка?

— Зря не веришь. Я не лгу. Ну, хочешь, выпью фейского вина? У тебя всегда под рукой эта зеленая бурда, вынуждающая говорить только правду, мне ли не знать? — поморщилась девушка, не скрывая раздражения.

В целом, она была права, но конкретно сейчас у меня фейского вина с собой как раз и не оказалось. Как-то не планировал два откровенных разговора за один вечер. Хуже, что и на меня оно все еще действовало, хоть и намного слабее, частично выветрившись. К счастью, Каро об этом не знала.

— Ладно, я слушаю. В чем заключается твоя помощь?

— Твои ритуалы не срабатывают. Мир не хочет тебя, отказывается принимать привязку.

Я поморщился. Слова Каролины попали в цель.

— Зато они дают силу, что тоже немаловажно.

— Утешай себя этим. Осуществив привязку, ты станешь практически всемогущ… В рамках этого мира, конечно же. Но увы. Ни один ритуал тебе не подходит. А знаешь, почему? Ты совершил ошибку. Зря не убил ту девицу, добровольную жертву, еще и королевской крови… — вкрадчиво произнесла она, хищно улыбнувшись.

— Не держи меня за дурака. Мне прекрасно известно, что это не принцесса. Ты притащила Арину из другого мира, заключив с ней сделку.

На лице Каролины тенью пробежала легкая досада.

— Уже знаешь, да? Ну, ладно, я не очень-то надеялась, что эта недобитая пташка удержит язык за зубами. Она забавная, ты заметил? Такой себе жизнерадостный мотылек-однодневка. Жаль, что закат не за горами…

В тот же миг я схватил эту гадину за шею, довольно ощутимо стиснув.

— Если ты хоть пальцем ее тронешь, я… — начал я угрожающим тоном, но Каролина вдруг рассмеялась, не пытаясь освободиться.

— О-о-о, а мотылек делает успехи! Надо же, как зацепила тебя. Не ожидала. Успокойся, делать мне больше нечего — трогать твою игрушку. Она уже была сломана: видел бы ты, из какого места я ее забрала… Ай! — с презрением выдала Каро, но осеклась, когда я сжал ее шею чуть сильнее.

— Я вылечил Арину, влил немало своих сил. Теперь она абсолютно здорова, а срок ее жизни значительно увеличился. Ты же, как всегда, врешь, — поморщился и наконец-то отпустил ее, брезгливым жестом вытерев ладонь о рубашку.

— Ну-ну, ты еще расплачься. Где это я тебя обманула? Ты в самом деле совершил ошибку, просто я не стала уточнять, какую. И девицу зря не убил. К ритуалу, правда, она действительно не имеет никакого отношения.

Каро с независимым видом пожала плечами, устремив на меня торжествующий взгляд. Я же, не сдержавшись, выругался. Когда живешь столько лет, умение играть словами оттачивается до совершенства.

— Я не понимаю, какой тебе смысл притаскивать мне на алтарь девушку из чужого мира? Ритуал не состоялся — я передумал. Зачем ты убедила Арину, что она должна все равно умереть от моей руки? Я уже молчу о том, что сделка изначально была нечестной.

— Конечно, нечестной! Я свою часть выполнила сразу, а она — нет!

— Вы даже не заключали никакого договора. Аура Арины чистая, без следов магической печати, подтверждающей сделку. Просто устная договоренность. Каро, какой смысл? — я устало покачал головой.

— О, ты даже помнишь, как сокращали мое имя родные и близкие? Прия-ятно, — протянула она, ехидно ухмыльнувшись.

Но я никак не отреагировал на эту подколку, ожидая ответа.

Досадливо вздохнув, Каролина все же неохотно заговорила:

— На это несколько причин. Первая: это забавно. Ну, в самом деле, встряхнуться тебе давно не мешало бы, а у девчонки виртуозно получается выводить всех из себя. Вторая: мне стало скучно, захотелось поиграть. А потом я вспомнила, что уже очень давно не играла с тобой… — она состроила обиженную мордочку.

— Это сопутствующие причины. А основная?

— Вот надо тебе до всего докопаться… — скривилась Каролина, но отметив мой раздраженный вид, продолжила: — И третья причина: у нас недавно вышел новый закон, запрещающий убийство жителей чужих миров. На самом деле мелочи, просто шлепают метку на твою ауру, которая держится в течение пары десятков-сотен лет, в зависимости от тяжести совершенного преступления. В твоем случае продержалась бы не больше полусотни.

— Почему именно такой срок?

— Одно дело, когда ты приходишь в чужой мир и убиваешь там кого-то, другое — когда к тебе приводят кого-то из чужого мира. А перетащить кого-то просто так из чужого мира я не могла. Нужна была та, кого для ее мира практически уже нет, та, кто не один день стоял на пороге смерти. Попотеть, кстати, пришлось знатно, пока нашла подходящую кандидатуру. Больше сотни миров облазила, между прочим, — заявила она, досадливо поморщившись.

— И в чем подвох, чем чревата метка?

— Да ничем особо. У нас не займешь руководящую должность с ней, считается позорно, не получишь разрешение на эксперименты, могут возникнуть проблемы при оформлении какого-либо имущества, особенно касается вступления в права наследства… И главное, с этой меткой не осуществить привязку, — усмехнулась Каро, наконец-то озвучив то, из-за чего, похоже, и затеяла все это.

Вот оно что, значит. Теперь многое становилось понятным. Я задумчиво кивнул, принимая ответ. Похоже, я многое упускаю, перестав следить за основными событиями в их мире. Это незнание могло мне знатно подпортить жизнь. Осталось прояснить один момент. Вернее, даже два.

— А тебе какой резон? Чисто досадить мне? — я недоуменно приподнял бровь.

— На подобные мелочи уже давно не размениваюсь. Просто вдруг подумалось, а не забрать ли этот мир себе, раз уж выпала возможность. Вполне неплохой такой, не хуже прочих.

— И почему же передумала и рассказала мне об этом законе?

— Не вижу смысла скрывать. Своего живучего мотылька ты не убьешь — это я уже поняла. Другого иномирянина я тебе не потащу — хорошего понемножку. Так что хоть похвасталась, какая я продуманная умничка. Ну, оценил? Вижу, что оценил. Не скучай, — и послав мне воздушный поцелуй, просто испарилась, осыпавшись лепестками роз, которые тут же подхватил сквозняк, разметав по тронному залу.

Несколько минут я продолжал сидеть на оставленном Каролиной кресле, пытаясь устаканить свои мысли. Мало верилось, что она просто так оставила меня, не добившись своей цели. Либо это обманный маневр, либо изначально ее цель была совершенно в другом. И это мне уже совсем не нравилось.

Но разбираться с этим буду уже не сегодня. Слишком насыщенным выдался день, а мне еще выполнять данное Арине обещание: проверить, как там поживает ее чешуйчатый обжора…

Мне снилась моя спокойная и размеренная жизнь. Теплые и уютные вечера с мамой и папой, насыщенные дни в университете, посиделки с друзьями… А затем что-то во сне изменилось и в нем появился Пашка.

Он с детства подтрунивал надо мной, дразнил трусихой, но всегда приходил на помощь, подбирал слова для утешения, когда мне было плохо, и, не задавая вопросов, с готовностью ввел в мир экстремальных развлечений, когда моя жизнь разделилась на две части.

Мне снилось, что мы сплавились на байдарках и мокрые, грязные, замерзшие, но безумно счастливые пытались согреться в двухместной палатке, жутко вонявшей резиной. Пашка как всегда шутил, что теперь я как честная девушка обязана выйти за него замуж, раз уж оглушила его своим визгом, когда мы перевернулись. Кто ж за него, «инвалида», теперь пойдет? Я же привычно отмахивалась, пытаясь хоть как-то согреться.

Наскоро поужинав, развесили одежду у костра сушиться и забрались в один спальный мешок, чтобы быстрее согреться. Лежать в его объятьях было тепло и уютно, но глубоко в душе я осознавала, что это всего лишь сон, пропитанный светлой грустью. Черт! Кто бы только знал, насколько по нему соскучилась…

Жаль, что сон длился недолго. Организм устроил мне подлянку, напомнив, что кое-кто выпил много жидкости вчера вечером. Сонно проворчав что-то Пашке из сна, выбралась из его объятий и пошлепала в ванную. Уже занимаясь там своими делами, окончательно проснулась и только тогда осознала, что Пашка был во сне, а обнимал меня кто-то здесь. Какого черта?

Встряхнувшись, вернулась обратно в спальню и уже совсем не удивилась, увидев растрепанного хмурого властелина, сидевшего на краю кровати. Кто бы сомневался?

— Кто такой Пашка? — первое, что он спросил.

— Ну, ешки-матрешки! — я на эмоциях всплеснула руками. — О чем бы мы еще поговорили посреди ночи? И вообще, скрывающим все о себе интриганам с маньячными замашками нечего делать на моей кровати! В замке что, мало спален? Бедствуют? Сдают комнаты студентам и гастарбайтерам?

А вот не надо меня грузить вопросами, я вредная спросонья. А если прибавить к этому, что еще и злилась на него вечером, то вообще…

— Ты назвала меня этим именем. Кто это? У тебя был жених? — все тем же напряженным тоном, начисто проигнорировав мое возмущение по поводу кровати.

У-у-у, изверг! Окинула его скептическим взглядом, отметив, что лежал поверх одеяла, даже не раздевался, на честь мою не посягал, обувь снял, носки на люстру не забросил… Ладно уж, пусть лежит. Пашка ему мой покоя не дает, видите ли!

— А с чего я должна вдруг отвечать на твои вопросы? Ты со мной был откровенным? Нет. Вот и я ничего не скажу — будешь знать, — проворчала и даже показала ему язык.

Больше не обращая на него внимания, пошлепала к своим вещам, намереваясь поискать там что-то, в чем можно спать, а то сама не заметила, как уснула в платье. Плюсик в карму Арка, что додумался укрыть меня. Правда, с обнимашками лезть его точно не просила… Ну, да ладно.

— А если расскажу о себе? Могу рассчитывать услышать, как складывалась твоя жизнь до того, как попала в этот мир?

Неожиданный вопрос заставил меня замереть и удивленно воззриться на эльфа. Я, как бы, пошутила… М-да, пора уж привыкнуть, что местные жители не доросли до моего чувства юмора, воспринимая каждое мое слово как-то очень уж всерьез.

Так-то мне особо и не о чем рассказывать. Родилась, жила, училась, заболела, заключила сделку. Не наблюдалась, не привлекалась. Пожалуй, все. И то, о сделке и болезни Арк и так все знает. Да пожалуйста, мне не жалко, особенно, если он сам не шутит и все расскажет.

— Идет! Ща, погоди, я быстро!

И выдернув все же из сумки что-то, отдаленно похожее на ночнушку, помчалась в ванную переодеваться, пока Арк не передумал. Правда, при свете оказалось, что эта ночная рубашка состояла сплошь из полупрозрачных кружев. М-дя… Ладно, черт с ней, там сейчас Арк откровенничать начнет, а я переживаю, не сверкну ли вдруг какой стратегически важной частью тела.

— Не смотри, не смотри… — скороговоркой прокричала, выскочив из ванной и прямиком побежав к кровати, намереваясь сразу нырнуть под одеяло.

Не учла, что этот свинтус, во-первых, не послушается, с интересом проследив за моими перемещениями взглядом, а во-вторых, еще и сидел таким образом, что до одеяла ну никак не добраться.

— Что это у тебя на ногах? — поинтересовался он вместо этого, пока я пыталась выдернуть из-под него край одеяла.

— Носки с единорожками, — пропыхтела, дергая несчастный край. — Двигайся, давай! Кстати, а у вас тут существуют единороги?

— А, прости, — он привстал, дав мне наконец-то добраться до одеяла и нырнуть под него. — Да, конечно, единороги есть.

— Что, правда? Ва-ау! — протянула восхищенно, от переизбытка эмоций даже подпрыгнув на месте.

— Ага, только называются они коровами, которым кто-то отпилил или сломал один рог.

Блин! Разрушил мою детскую мечту, а я уж было поверила. Нет в жизни справедливости…

— Так откуда у тебя эти носки? — не отставал Аркенус.

— Что, завидно? Тоже себе такие хочешь? — я смерила его подозрительным взглядом, особое внимание уделив его ступням минимум сорок пятого размера, и заявила авторитетно: — Не налезут.

Аркенус аж подавился смешком от неожиданности и, улыбаясь, покачал головой.

— Ты неподражаема.

— Да есть тут одна, как раз подражает… Кстати, мои носки у нее и были, вместе с моим рюкзаком. Представляешь, даже дракончик мой у нее! Только эта коза уже, похоже, хвост где-то посеяла, еще и фигурку отдавать не захотела, — тут же наябедничала я.

Ну, а чего? Я передумала, завтра заберу дракошку своего. Я у врача его едва выпросила, в конце концов, он меня манил с первой встречи…

— Ты виделась сегодня с Риссуэллой? Когда успела?

Что мои вещи были у нее, его, похоже, совсем не удивило. Я и не сомневалась, что без той чернявой мымры тут не обошлось.

— Меньше шастать надо непонятно где. Так что там по откровенности? Кто эта мымра, которая притащила меня в этот мир и, так понимаю, отдала мои вещи Овсянке? Что за ритуал ты провел? Эта татуировка у меня теперь на всю жизнь? — тут же засыпала его вопросами, перебивая саму себя. — Хотя, не-ет! Это все потом! Самое важное: что произошло тогда, фиг знает, когда… Короче, как ты стал Аркенусом Кровавым и сколотил империю? Ты ведь не убивал того эльфийского короля?

На последнем вопросе в моем голосе вновь отразилась неуверенность, густо замешанная на надежде. Я была практически уверена, что поняла все правильно, но все равно было страшно услышать ответ.

Арк криво усмехнулся и медленно покачал головой.

— Нет. Я бы никогда не убил Айвэндина, — ответил он, глядя мне прямо в глаза.

Несколько секунд я переваривала эту новость, после чего, неожиданно даже для самой себя, с радостным возгласом повисла у него на шее.

— Ура-а! Слава всему святому, ты все же не циничный маньячелло, лишь притворяющийся другом, который крошит всех подряд! — возопила ему прямо на ухо, основательно так оглушив.

Пока он ошалело моргал своими длинными ресницами, пытаясь осознать, что это только что было, я подтянула одеяло и, закутавшись в него, села практически впритык к Арку.

— Ну все, теперь я точно готова слушать страшную сказку на ночь, давай! — скомандовала, внутренне ликуя.

Почему-то в груди зрела уверенность, что самое страшное уже узнала и сам рассказ теперь не вызовет таких уж сильных эмоций, скольких бы там Арк не убил…

М-да. Давно я так не заблуждалась.

Некоторое время мы помолчали. Я, затаив дыхание, готовилась узнать страшную тайну, то бишь, биографию Аркенуса. Он же, похоже, собирался с мыслями…

Молчание затягивалось. Я хотела было съязвить, но одного быстрого взгляда на словно окаменевшее лицо Арка и промелькнувшую в его глазах боль оказалось достаточно, чтобы я присмирела. Когда в жизни случается что-то на самом деле паршивое, поделиться с кем-то — подвиг.

Украдкой вздохнув, подсела к нему ближе и осторожно погладила по тыльной стороне ладони, отчего он вздрогнул и уставился на меня с недоумением.

— Не знаешь, с чего начать? — спросила с ноткой сочувствия.

Арк невесело усмехнулся, перехватив мою ладонь и погладив подушечкой большого пальца нежную кожу запястья.

— Вроде того…

— М-м-м… Начни издалека. Или и вовсе с чего-то отвлеченного. Например, кто твои родители? Один из них эльф, а второй… — предложила бесхитростно, вызвав внезапный приступ смеха Арка.

— Умеешь ты задать вопрос, — покачал он головой, но все же ощутимо расслабился. — Да, верно. Мой отец эльф, а мать — нет. Детство провел как раз с матерью и ее сородичами, но полукровок редко где-то любят.

Я сочувственно покивала, внутренне негодуя на этих расистов, обижавших маленького Аркенуса. Небось еще и вякали что-то по поводу его рождения вне брака. Насколько знаю из книг, в фэнтезийных мирах это просто идея фикс, блин!

Мне было дико интересно, что там произошло у родителей моего темного властелина, но допытываться не решилась. Все же не совсем этично. Да и что там думать? Наверняка юная и прекрасная собой человеческая девушка, может, даже принцесса какая-нибудь, закрутила шашни с ветреным эльфом. А мерзавец бросил ее, как только узнал, что у их страсти появился плод, и помчался «опылять» другие «цветочки». О своем же сыне и бывшей возлюбленной и знать больше ничего не хотел…

— Отношения с родными не складывались, поэтому, как только достаточно подрос, сбежал от них всех к отцу. Мать, помню, возмущалась поначалу, требовала моего возвращения, но я для себя уже все решил. Да и отец поддержал, посоветовал поступить в Межрасовую Академию Магии, где всем плевать на мое происхождение и расу и дают хорошие знания. Постепенно мать успокоилась и смирилась с моим решением, позволив строить свою жизнь с чистого листа, — усмехнулся Аркенус, весело блеснув глазами.

Эм… Ладно, не мерзавец папулик, беру свои слова, точнее, мысли обратно. Ну, не сложилось, значит, у людей, не созданы друг для друга и прочее… Бывает. Наверняка эльфийские родственники-снобы были против брака, а может, и чувства оказались не столь глубокими…

Интересно, а как папа и мама Аркенуса относятся к репутации своего сынули? Впрочем, чего предполагать, если можно спросить?

— А сейчас общаешься с родителями?

Аркенус, грустно усмехнувшись, покачал головой. И прежде чем он ответил, я все поняла, в который раз прокляв себя за несдержанность и беспардонность. Могла бы и сама догадаться…

— Их уже давно нет в живых.

— Оу… Прости… — окончательно смутилась я, отведя взгляд. — А они?.. Их?.. Хотя, глупости, прости.

В последний момент осеклась и все же не спросила, сами они ушли из жизни или им помогли. Последнее было бы логичнее. Объяснило бы, как никому особо не нужный, насколько поняла, полукровка заработал себе такую репутацию. Вернее, не как, а почему…

— Нет, они умерли по естественным причинам, трагедии здесь нет, — понимающе усмехнулся Аркенус, запутав меня еще больше.

Ладно. Не смерть родителей стала порывом. Предательство возлюбленной? Смерть возлюбленной? Внезапно меня озарила мысль, заставившая внутренне похолодеть от ужаса. А что если все намного трагичнее? Вдруг Арк тут все же обрел уже когда-то семью, но ее у него подло отобрали?

Фантазия мигом нарисовала картинку, где совсем юный Арк прижимает к себе хрупкую светловолосую красавицу с эльфячьими ушками, а рядом крутятся двое остроухих ребятишек. И они все такие милые, улыбчивые веселые…

Но тут вмешался эльфийский король, желающий разрушить хрупкое счастье Арка по причине… Да хоть бы и зависти. Или же эта эльфийка его бывшая возлюбленная, которая предпочла не его. И он зверски убивает их на глазах у безутешного Аркенуса. А после тот долго мстит…

От представленной картинки я невольно шмыгнула носом, так грустно вдруг стало, чем заработала подозрительный взгляд Аркенуса.

И все же тоска в его глазах стала лишь острее, несмотря на кажущуюся беззаботность. И на миг сжал ладони в кулаки до побелевших костяшек, утихомиривая бурю эмоций, бушевавших внутри.

Во мне все так же бродило любопытство, но расспрашивать перехотелось. В конце концов, это уже больше вопрос доверия. Как ни странно, кто бы что ни говорил, но я верила, что Аркенус хороший…

— Друг, — коротко бросил вдруг он.

— Что?

— Ты явно мысленно тасуешь различные варианты моего прошлого. Я мстил за смерть друга, — произнес Арк совсем тихо, скривившись, будто от боли.

— Айвэндин? Король эльфов?

Он лишь кивнул в ответ, уставившись на свои раскрытые ладони с едва заметно подрагивавшими пальцами. В этот момент он не был похож на темного властелина, того, кого все боялись, кровавого императора. Просто парень, искренне скорбящий по своей утрате.

На миг я представила, что чувствовала бы, если вдруг с Пашкой что-то случилось, и едва не задохнулась от острой боли, пронзившей сердце. Украдкой вздохнув, выпуталась из одеяла и просто молча прижалась к Арку, обняла его, выражая поддержку.

В первый момент он вздрогнул от неожиданности, после чего едва слышно хмыкнул, одним неуловимым движением вдруг усадил меня себе на колени в кольцо своих рук и одарил невесомым поцелуем в макушку. Устроился повыше на подушках и накрыл нас обоих одеялом.

— Уверена, что в самом деле хочешь знать все?

Его проникновенный шепот, в котором угадывалось едва слышное волнение, что-то затронул внутри меня, заставив сглотнуть внезапно возникший в горле ком, и я лишь поспешно кивнула, прислушиваясь к гулко колотящемуся в его груди сердцу.

И Аркенус заговорил, все так же крепко прижимая меня к себе, рассеянно поглаживая мои волосы. Так понимаю, едва ли не впервые в самом деле делясь наболевшим, тем, что съедало его все эти долгие годы, преследуя в кошмарных снах.

Его голос был пропитан неимоверной тоской, когда он рассказывал о задиристом светловолосом эльфе, с которым они умудрились подраться в первый же учебный день в Академии, чтобы повторно отмутузить друг друга уже позже, отрабатывая положенное за драку в Академии наказание. И Арка тогда совсем не смутило, что перед ним наследный принц эльфов. Впрочем, и сам Айвэндин воспринял ершистого полукровку как равного противника.

А я только сейчас поняла, что от своих родных он сбежал, будучи еще совсем мелким подростком, едва ли намного старше Мартина. Еще один недолюбленный ребенок…

Так началось их негласное соперничество. Каждый пытался доказать другому, чего стоит на самом деле, соревнуясь во всем, чем только можно, доводя этим до истерики преподавателей, которым эти двое срывали занятия.

Сложно сказать, в какой момент это все перетекло в крепкую дружбу. Возможно, когда Айвэндин внезапно для всех в столовой врезал в нос одногруппнику, вздумавшему позубоскалить на тему происхождения Арка, списав все на свое плохое настроение. А может, раньше, когда Арк предложил тому позаниматься с ним после уроков и научить строить порталы, которые никак тому не давались, ибо «соперничать с неумехой скучно».

К выпускному курсу эти двое стали в самом деле неразлучны. И когда Айвэндин взошел на престол, никто особо не удивился, что Аркенус стал его советником…

— Он верил, что если править достойно и справедливо, в королевстве никогда не будет никаких склок, оно будет только процветать. Да и я, дурак, поддался его увещеваниям, потерял бдительность… — на этих словах Арк замолчал, судорожно вздохнув.

— Как это случилось? — все же подала я голос, когда молчание затянулось.

— Иногда после особо тяжелого дня мы с ним могли посидеть за бутылкой вина на террасе с видом на море, ведя праздную беседу. Иногда даже без разговоров, просто наблюдали, как солнечный диск плавно, но неуклонно опускается за горизонт… В тот вечер нам не суждено было увидеть этот момент. В вине был яд.

Последнюю фразу он почти прошептал, прижав меня еще крепче к себе, вновь взглянув призраку прошлого прямо в лицо.

— Айвэндин даже не успел ничего понять. Просто в какой-то момент бокал выпал из его ослабевшей руки, а в глазах навеки застыло по-детски беспомощное удивление. Это последнее, что я увидел, прежде чем потерять сознание. Те, кто затеял покушение, собирались одним махом убить и короля, и его советника. И им бы это удалось: после принятого яда я некоторое время был беспомощнее котенка, но они совершили ошибку… — закончил он ледяным тоном и я скорее почувствовала, чем увидела, как на его губах промелькнула неприятная усмешка.

Невольно зябко передернулась и меня тут же успокаивающе погладили по плечам.

Тяжелый вздох и Арк продолжил:

— Они решили, что будет очень удобно повесить это преступление на меня, а после казнить, как того, кто убил своего короля. Первые дни я ведь даже не приходил в себя, рискуя не дожить до суда. Но он им особо уже и не был нужен, какая разница, когда и как я умру, если почти каждый уже знал, что именно я пытался свергнуть Айвэндина и захватить власть? Пока они разносили эту клевету по всем углам, обеспечивая себе, как они считали, широкую ровную дорогу к трону, я метался в беспамятстве, борясь с ядом, все еще текшим в моей крови…

Перед моим взором проносились картины прошлого моего темного властелина. Как наяву увидела еще теплое тело эльфийского короля, чьи светлые волосы трепал равнодушный ветер, а в глазах отражался последний для него закат. И лживые ухмылки тварей, сделавших это, которые они прятали за скорбными масками, щедро расплескивая деготь лжи. И бледного изможденного Аркенуса, валявшегося без сознания на грязном каменном полу темницы…

Историю пишут победители. Эта история писалась теми, кто слишком рано поверил в свою победу.

Страшно представить, какую ошеломляющую боль испытал Арк, когда все же поборол яд и пришел в себя. Она же трансформировалась в жгучую ненависть и ослепляющую ярость. Гонимый жаждой мести за смерть друга, он в самом деле пролил немало крови, убивая виновных одного за другим…

— Когда я наконец остановился, убив последнего причастного к покушению, оказалось, что успел заработать себе репутацию узурпатора, жестокого тирана, который ради власти уничтожит любого. Моим именем запугивали детей, — у него вырвался горький смешок. — И знаешь, я вдруг подумал, а почему нет? Если им всем плевать на правду, если ни один из них даже не попытался докопаться до истины, почему я должен кому-то что-то доказывать? Им удобнее было верить, что я просто обезумел от жажды власти и решил подчинить себе королевство эльфов, а за ним и другие. И я решил оправдать их надежды, создать империю, стать во главе всего и править жесткой рукой… А заодно удостовериться, что больше ни в одном королевстве не произойдет ничего подобного. Такова моя история. Аркенуса Кровавого. Жестокого тирана. Темного властелина…

— Мне жаль… — прошептала, подняв голову и всматриваясь в его лицо.

Осторожно погладила по щеке, вынудив удивленно моргнуть и перевести на меня взгляд. Его губы тронула грустная улыбка, а в следующий миг Арк перехватил мою ладонь и, бережно поцеловав в запястье, неуловимо изменил положение, так что я по-прежнему сидела у него на руках, но могла беспрепятственно смотреть ему в глаза, не задирая голову.

— Это было давно, — хмыкнул он, глядя на меня с непонятной эмоцией в глазах.

— Но здесь все еще болит, я же вижу, — я осторожно приложила раскрытую ладонь к его груди слева, ощущая жар кожи через тонкую ткань рубашки.

Аркенус ничего не ответил, но готова поклясться, в его глазах увидела признательность с едва уловимым облегчением. Похоже, для него в самом деле было важно, как я отреагирую на его рассказ, поверю ли…

— Расскажешь мне о своей империи? Какие королевства в нее входят, какие земли, как далеко она простирается? И вообще об этом мире? — я бесхитростно улыбнулась, склонив голову набок. — Обычно попаданки, если верить книгам, узнают все это в первую очередь, а я вот как-то все не сподобилась.

Мне действительно было интересно, а еще безумно хотелось сменить тему на более спокойную, что отвлечет Арка от грустных воспоминаний. В его глазах блеснул огонек любопытства, а на губах вдруг расползлась предвкушающая и немного ехидная улыбка.

— Угу, слишком была занята мыслями о своем ритуальном самоубийстве с моей помощью, — фыркнул он.

— Не вредничай. Так что по миру, расскажешь?

— Обязательно! Но сейчас твоя очередь отвечать: кто такой Пашка?

Ешки-матрешки! Я уже и забыла, с чего все началось, заслушавшись и проникнувшись рассказом. Теперь аж неловко после таких откровений рассказывать о своей скучной и ничем не примечательной жизни.

Фыркнув, независимо дернула плечом, устраиваясь поудобнее. Слезать с эльфа не торопилась, пригревшись у него на руках. Да и мягонько так было, уютненько, и пахло от него приятно…

— Пашка — мой друг. Вот как для тебя был Айвэндин. Мы с детства проводили время вместе. Единственный человек, которому могла рассказать все, что угодно, и быть уверена, что он меня поймет, поддержит… — я украдкой вздохнула, вспоминая белозубую улыбку на таком родном обветренном лице и вечно лезущую ему в глаза непослушную светлую челку.

— Он был твоим женихом? — уточнил Арк напряженным голосом.

— Э? С чего такие выводы? Просто лучший друг, — для верности помотала еще и головой.

Многие наши знакомые задавали нам тот же вопрос, но нет. Мы не рискнули испортить дружбу отношениями — кто знает, получилось бы у нас что-то или нет?

— Прости. Просто с твоих слов, сказанных спросонья, воспринял, будто вы неоднократно ночевали вместе, едва ли не в одной постели, — Арк ощутимо смутился.

— А, это да, бывало не раз, — подтвердила, широко зевнув, и недоуменно нахмурилась, услышав звук, отдаленно похожий на рычание.

Покосившись на Арка, удивленно приподняла бровь. Чего это он так пристально смотрит на меня?

— Друг, значит… — процедил он голосом, от которого аж холодок пробежал по спине.

Одеяло, что ли, сползло?

— Ну? И что тебя смущает? Как и прочие снобы, не веришь в дружбу между парнем и девушкой? — тут же надулась я.

— При которой они спят в одной постели?

— Всякое в жизни случается. Мы вот с тобой тоже на одной кровати дрыхли, — заметила, рассеяно ковырнув ногтем зацепку на его рубашке.

— А мы друзья? — в глазах Арка блеснула искра интереса, а губы дрогнули в подобии улыбки.

— А что, нет?! — я аж задохнулась от возмущения.

Я тут, понимаешь ли, душу ему раскрываю, в постель свою пускаю, от Овсянки завтра буду его репутацию защищать, а он даже…

— Друзья, конечно же, друзья! — выпалил он поспешно, широко улыбаясь.

Я смерила его недоверчивым взглядом, но фальши не уловила. Ну, ла-адно…

— Ты права, дружба между мужчиной и женщиной в самом деле существует, — добавил он спокойнее уже.

Вот! То-то же! Умиротворенно вздохнув, с удобством устроилась у него на груди, сдув непослушную прядь, лезущую в нос и рот.

— Я уже больше века могу назвать своей подругой одну нереиду… — продолжил он, тем временем.

Ого, немало… Стоп! Чего? Совсем охренел?! Какую такую нереиду?! Я возмущенно вскинулась, надеясь, что он шутит.

Но Арк, глядя куда-то поверх моей головы, с мечтательной улыбкой продолжил:

— Надо бы вас как-нибудь познакомить. Уверен, вы с Лириллианой найдете общий язык и подружитесь…

Да я ей все патлы повырываю! Это что еще за утопленница вертится вокруг моего темного властелина? Его и так жизнь не баловала, и без всяких водяных тошно!

— Вы чем-то похожи, кстати…

Ага, есть у меня уже одна такая «похожая» с замашками клептоманки! Спасибо, мне одной хватит.

— Может, характером… Ты ревнуешь? — осекся вдруг Арк, уставившись на меня с бездной удивления.

— Вот еще! Просто… Просто… Спать хочется, и вообще… И ты мне про империю не рассказал, а обещал! — тут же выкрутилась я, смутившись.

Вздохнув, все же слезла с него и просто улеглась рядом, прижимаясь к его теплому боку. Он тут же приобнял меня, дав возможность положить ему голову на плечо.

И ничего и не ревную. Было бы к кому! Просто чешуйчато-хвостатые хладнокровные Арку точно не подходят… Но себе врать сложнее. Правда, что ли, заревновала? Да ну, быть того не может! Или?..

— Да нечего особо рассказывать. Мир как мир. Одну половину занимает суша, другую — океан, соответственно, расы делятся на сухопутные и водные… — принялся рассказывать Арк, рассеянно вновь наглаживая меня по волосам.

Я, расслабившись, с интересом слушала, представляя и высокие горы с живущими в них троллями, и цветущие холмы с населявшими их лепреконами, и непролазные чащи с обитавшими там оборотнями, и светлые рощи с дриадами… Практически все расы, о которых я когда-либо слышала хотя бы вскользь, существовали в этом мире.

И, с точки зрения империи Аркенуса, делились на три категории. Первая: те, кто всецело был за него, верил в него как в императора, и радовался его манере правления. Вторая: также входили в империю, но воспринимали это больше как гнет тирана, улыбаясь ему в лицо и перешептываясь за спиной. И третья: те, кто категорически отказались входить в состав империи, предпочтя простое сотрудничество, сохраняя независимость.

Надо отдать Аркенусу должное, он на такие королевства не давил, войной не шел, заключал выгодные для обеих сторон договора… Но постепенно империя все равно расширялась, некоторые королевства меняли свое мнение, желая получать те же преимущества, что и имперцы.

— А к какой категории относятся водные королевства? — спохватилась, осознав, что о русалках, океанидах, нереидах и прочих хладнокровных мне рассказать забыли.

— Водное. Оно одно, по расам не делится.

— О, как. То есть, по сути, у водных тоже империя, как у тебя? Потому они и не могут относиться ни к какой категории?

— Не совсем так. Они в принципе не делятся на фракции или отдельные какие-то государства, у них изначально одна королева, которой подчиняются всецело. Я с ней уже не один десяток лет веду переговоры как раз об объединении, — в открытую улыбнулся Арк, вспомнив что-то свое.

— Ого. И как же эта королева справляется со всем одна? Наверное, имеет целый взвод министров каких-нибудь? Или и вовсе почти ничего не решает, просто сидит ради статуса?

— Все несколько сложнее. Лириллиана связана с каждым водным жителем, вне зависимости от того, какой он расы, да и правит не один век. Конечно, есть советники, министры тоже… Но думаю, она в состоянии справляться со всем и сама.

А? Вот та загадочная подруга-нереида? Королева, которая планирует слиться с Аркенусом?! И я очень надеюсь, что речь исключительно об империях! Сколько она там веков правит уже? Старая, небось, совсем…

Аркенус вдруг искренне рассмеялся, заставив уставиться на него с недоумением.

— Что? — поинтересовалась, на всякий случай.

Я же не вслух это все только что сказала?

— Ты всегда такой была? — спросил он вместо ответа и подтянул сползшее одеяло повыше, накрывая мои обнаженные плечи.

Арк все так же бережно прижимал меня к себе. Тепло, исходившее от него, посылало волны умиротворения и уюта. Хотелось лежать так рядом с ним вечность…

— Какой?

— Задорной, бесстрашной, живущей одним мгновением… — перечислил он, не торопясь убирать руку с моих плеч, ласково поглаживая, посылая мурашки удовольствия.

— Угу. Беспардонной, придурошной, легкомысленной и вообще неадекватной, говори как есть, — хихикнула я.

Арк хотел было убрать руку, но я нетерпеливо мотнула головой и сама уже вернула его ладонь обратно себе на спину, пусть дальше гладит.

— Нет. Не поверишь, я раньше была осторожной, серьезной и вообще трусихой. Продумывала каждый шаг, просчитывала, что будет, если то, а если это, а если вдруг вообще вон то… И до ужаса боялась ошибиться. Будь то выбор шоколадки в магазине или поступление в университет… — я смешно сморщила нос, улыбнувшись, но подозреваю, улыбка вышла грустной.

Арк ободряюще прижал меня к себе чуть крепче, вновь легко поцеловав в висок. И я, вздохнув, продолжила.

В конце концов, этим я не делилась даже с Пашкой…

— А потом пришел он — страшный диагноз. И тогда я решила: какого черта? Почему я тормозила так долго, почему не могла наслаждаться жизнью, зная, что у меня впереди еще десятки лет?! Не бывает неправильных решений, есть лишь упущенные возможности. И я свою как раз едва не упустила, очнувшись так поздно. Мой врач сказал, что легкомысленность и сиюминутность действий в принципе свойственна людям с моим диагнозом, но даже если и так — конкретно об этом я не жалею. Мне всю жизнь не хватало именно этой свободы действий…

— А сейчас?

— Что «сейчас»? — я нахмурилась, подняв на него взгляд.

— Теперь у тебя полная свобода действий и вся жизнь впереди. Сейчас не страшно делать выбор? Ведь теперь тебе есть что терять, — резонно заметил Арк, не сводя с меня задумчивого взгляда, в котором сложно было прочесть эмоции.

— Сейчас… — задумчиво протянула я, будто пробуя это слово на вкус. — А что изменилось сейчас, кроме того, что у меня стало намного больше времени? Я больше не собираюсь упускать ни единой возможности.

И бесшабашно улыбнувшись, потянулась к Аркенусу и впилась в его губы требовательным поцелуем, явно дававшим понять, как мне хочется провести остаток этой ночи. И судя по тому, с какой жадностью он мне ответил, не упускать возможность решила не одна я…

Жаркие объятия, неимоверно нежные поцелуи, чувственные ласки — все сплелось в один сплошной поток удовольствия. Я чувствовала себя особенной, желанной, единственной. Все заботы и проблемы отошли на иной план, все недосказанности казались теперь такими несущественными. Даже если у нас была только эта ночь…

Впрочем, кого я обманывала? Это мой темный властелин! Что бы ни случилось в его прошлом, для нас двоих существовало только «здесь» и «сейчас»…

— Ари? — позвал Арк меня осторожно чуть хриплым голосом.

— М-м-м?

Говорить не хотелось. Я расслабленно лежала рядом с моим недоэльфом, закинув на него одну ногу, и рассеянно водила пальчиком по груди, вырисовывая невидимые узоры с мечтательной улыбкой на губах.

— Я… М-м-м… То, что произошло между нами… — начал он напряжённым тоном.

А? Это что, серьезные разговоры?! Фу-фу-фу, они же испортят все послевкусие после нашего замечательного времяпровождения!

— Только не говори, что после того, что между нами произошло, я как честная девушка обязана выйти за тебя замуж! — перебила его с нервным смешком.

— А ты бы не хотела? — мужчина заинтересованно сверкнул глазами, подтянув одеяло повыше, чтобы прикрыть мои голые плечи.

Эй, я так не играю! Мне теперь не видно его торсик. Хотя это мне не мешало продолжать исследовать тело властелина на ощупь… Да и в самом деле начала подмерзать уже, моя фривольная ночнушка исчезла куда-то ещё во время нашего первого поцелуя. Хорошо хоть носочки остались.

Невольно хихикнула, осознав, что теперь являюсь прообразом типичного мужлана из анекдота, который в постели не снимает носки. Ы-ы-ы…

Тэкс, чего это мой властелин так напрягся вдруг? А, он же спросил что-то.

— Увы. Замужество после проведенной ночи предполагается при потере девственности. А ты какой-то слишком опытный для девственника, так что увы, — фыркнула я и в качестве утешения легко поцеловала Арка в уголок губ.

— То есть, ты выйдешь замуж только за девственника? — уточнил он все тем же серьезным тоном, а в глазах проскользнула смешинка.

— А что, есть на примете?

О, снова слышу знакомый скрип зубов.

Интересно, как у них тут обстоят дела со стоматологами?

— А раз нет, то и обсуждать нечего, — припечатала, со вкусом зевнув.

— Ты невозможная… — выдохнул он даже почти с гордостью и, прежде чем я успела вякнуть ещё что-то неуместное, стремительно перекатился и навис надо мной.

Вглядываясь в мои глаза, медленно склонился и приник губами к моим, заставив застонать от пронзившего меня удовольствия. Вау! Ну, я тоже ж так хочу научиться! И готова повторять это занятие на практике снова и снова… Но этот изверг вдруг отстранился, несмотря на мое протестующее мычание.

— Вряд ли девственник будет уметь такое… — протянул Арк искушающим тоном.

— Научим! — рыкнула, попытавшись вновь завладеть его губами, но этот гад как-то так хитро прижал мое тело к кровати, что я сумела лишь возмущённо поерзать под ним. — Или это ты таким образом демонстрируешь преимущества опытного?

— Именно, — на его лице отразилась самодовольная ухмылка.

Которая пропала сразу, как я вновь поерзала под ним, но уже целенаправленно. Ага…

— Ну, так продолжай меня убеждать, мой темный властелин, — выдохнула, медленно проведя языком по губам. — Я готова выслушать все твои аргументы. И не один раз…

В конце концов, за окном только-только занимался рассвет, окрашивая краешек неба в розовый, а монаршие особы наверняка имеют право проспать завтрак, а то и обед. Особенно когда тут такая жаркая во всех смыслах дискуссия намечается, даром, что без слов…

До самого рассвета я так и не уснул. Вернее, даже и не пытался: слишком многое стоило обдумать.

Ари сладко посапывала во сне, трогательно обняв мою руку, словно мягкую игрушку. Пробивающиеся сквозь неплотно закрытые шторы первые солнечные лучи окрашивали ее кожу в нежный персиковый цвет, добавляя таинственности, ощущения некой нереальности. Казалось, коснись ее — и это видение растает, словно мираж…

Словно в ответ на мои мысли, Ари заворочалась, помянув какого-то «сдохляцкого волосатика», которого век бы не видела, и перевернулась на другой бок, попутно окончательно стащив с меня одеяло и укутавшись в него полностью.

Невольно хмыкнул, с умилением рассматривая этот «кокон» с торчащей из него прядью темных шелковистых волос. Нет, это чудо определенно было материальным. Чуточку забавная, местами нелогичная, временами настырная и непосредственная, и такая «живая». Буквально фонтанировала жизнерадостностью, заражая ею остальных.

Даже не помню, когда и с кем я столько смеялся, как за последнюю неделю. Не цинично усмехался или зубоскалил с иронией, а именно искренне веселился, не в силах сдерживать смех. Арина… Моя Ари… Тем страшнее будет ее потерять. Но я и не позволю этому случиться.

Поправив чуть сползшее одеяло, обнажившее острое плечико, не удержавшись, ласково провел самыми кончиками пальцев по бархатистой коже. Проведенная ночь была просто потрясающей и я даже не вспомню, когда так радовался тому факту, что девушка в моей кровати не девственница. Впрочем, в любом случае был готов тут же потащить ее к алтарю, правда, в планы Арины это не входило.

Но может, и к лучшему: вначале не мешало бы окончательно разобраться во всей этой ситуации с ее появлением в моем мире и интригами Ваенгов. А уж тогда можно будет с чистой совестью взяться покорять этот непредсказуемый бастион.

Покачав головой в такт своим мыслям, осторожно поднялся с кровати, пытаясь не разбудить девушку, и так же тихо оделся.

Мне все не давало покоя появление Каро в моей жизни. Не ожидал ее увидеть… Да, в общем-то, вообще не думал, что когда-либо еще увижусь с ней. Ее попытка подставить меня, подсунув на жертвенный алтарь жителя из другого мира, вполне в ее духе. Но я знал эту стерву слишком давно, чтобы быть уверенным, что у нее нет запасного плана. Да и под конец нашей встречи она выглядела слишком довольной… Пожалуй, настала моя очередь навестить ее.

Вот только оставлять Арину хотелось меньше всего. Глупо, наверное, надеяться, что она проспит как раз до моего возвращения? Но и брать с собой — не лучшая идея… Впрочем, защитный перстень все равно при ней, среагирует на опасность.

И бросив еще один взгляд на спящую девушку, открыл портал в другой мир, искренне надеясь, что это неугомонное чудо не успеет за время моего отсутствия никуда вляпаться.

— Хочешь его погладить? — голосом, преисполненным благоговения и неподдельного детского восторга.

Э? Я, вжавшаяся в стену, стоявшая на столе и прикидывавшая, как бы добраться до двери, в самом деле произвожу впечатление человека, который жаждет погладить эту мохнатую хренотню?!

— Мечтаю просто! — все же выдавила из себя с изрядной долей сарказма, но заметив, как тут же засияли глаза принца, поспешила исправиться: — Я пошутила. Мартин… м-м-м… А ты не мог бы отогнать его подальше от… Мамочки, оно ползет сюда!!!

Моя попытка донести до мальчика, что я боюсь всех вот этих червей, личинок и гусениц, с треском провалилась, когда, прости Господи, Мохнатик задумчиво качнулся в мою сторону.

Мартин удивленно покосился на меня и успокаивающе положил руку на… Ы-ы-ы… на эту гусеницу… Вот за что? Почему именно гусеница?!

— Ты его боишься, что ли? А Мохнатик так хотел с тобой познакомиться… — пробормотал принц растерянно, наглаживая своего питомца, отчего тот начал издавать какие-то фыркающие звуки.

Это вообще нормально?! Разве гусеницы не исключительно молчаливые существа? Или к вот таким вот переросткам это не относится?

Перевела взгляд на явно расстроенного мальчика и тяжело вздохнула. Где-то внутри противно заскреблась совесть. И это я еще Марка при первой встрече боялась? Да мой драконыш по сравнению с этим ужасом няш-милаш, и вообще…

— Ну, прости, но я в самом деле боюсь их жутко. Помню, в детстве с Пашкой как-то поссорились, он набрал дождевых червей и пулял в меня ими из рогатки… Бр-р-р… — я передернулась от воспоминаний.

Снова тяжело вздохнула и осторожно присела, стараясь не смотреть на Мохнатика, мерзко шевелящего усиками. Нет, если не думать, что это гусеница, смотрелось оно ничего так. Как большая темно-коричневая мохнатая подушка. За которую, кстати говоря, я в первый момент его и приняла, особо не рассмотрев.

— Понимаю, — грустно кивнул Мартин, низко опустив голову. — От него все шарахаются. Просто думал, что уж ты-то точно ничего не боишься…

Ну вот, из-за какой-то треклятой гусеницы еще и ребенка расстроила. Ну, ешки-матрешки!

— Ох, Мартин, чтоб я так верила в себя, как ты в меня… — пробормотала, устремив взгляд в потолок.

Подумав, даже спустила ноги со стола, краем глаза отмечая малейшее движение со стороны Мохнатика. Но тот только продолжал пофыркивать и шевелить своими усиками. Да периодически по его телу пробегала волна дрожи. Фэ!

Попыталась успокоить себя тем, что гусеницы, в принципе, травоядные ребята, на ядовитого он не смахивал, да и зачатками разума уж точно не может быть наделен. Насекомое — и насекомое, или к какому там классу относятся гусеницы? Но мантра помогала слабо, меня буквально передергивало от взгляда на него…

С негромким шлепком на пол со стола свалилась пачка каких-то листов бумаги, что я ненароком задела рукой. Тут же с шорохом разлетелась по ковру. Я виновато улыбнулась Мартину, вскинувшему голову в ответ на неожиданный шум.

— Прости. Я сейчас все соберу. Вот только слезу… — заверила его, с тоской покосившись на отныне не очень безопасный пол.

Не то чтобы я чувствовала себя в безопасности на столе, но хоть какая-то иллюзия защиты.

— Не надо, я сам. Попросить Мохнатика спрятаться, чтобы ты могла спуститься? — уточнил он безэмоциональным тоном, принявшись собирать рассыпавшиеся листы.

От этих слов гусеница как-то особенно печально загудела и мелко завибрировала. Вот просто нокаут для моей совести! На миг зажмурившись, коротко выдохнула и все же слезла со стола.

— Ладно. Давай попробуем еще раз. Но если он оттяпает мне руку или ногу — это будет на твоей совести, — проворчала слегка дрожащим голосом и сделала крошечный шажочек к Мохнатику…

И этот маленький шаг для меня стал огромным шагом для… Ну, в общем-то, тоже для меня. Но раз переборов себя, мне стало как-то проще воспринимать Мохнатика. Для себя я решила думать о нем исключительно как о необычной мягкой игрушке, которую Мартин оживил, вот как мои тапочки. И действительно стало легче.

Коснуться этой хрени Мартин меня так и не убедил, но, по крайней мере, мне уже не хотелось орать каждый раз, как Мохнатик менял свое положение. К счастью, он ползал себе в дальней части комнаты, играя с тапками, почуявшими в нем собрата и увлеченно фырчащими что-то, то принимаясь тереться об него, то наскакивая, как игривые щенки на взрослого сторожевого пса. Пару раз подползал к мальчику, напрашиваясь на ласку, один раз даже заинтересованно шевельнул усиками в мою сторону, но Мартин вовремя одернул питомца.

И я даже вполне комфортно провела следующие пару часов в комнате принца, болтая о чем угодно, рассказывая заодно и о Пашке, и о червях, которыми в меня пуляли, и с интересом слушая рассказы самого Мартина, окончательно расслабившегося в моей компании. Мальчик с упоением делился воспоминаниями о том, как он нарочно или не очень оживлял кого-то и как на это реагировали окружающие. В основном, конечно, негативно, но некоторые моменты и вправду были довольно забавными.

— А откуда у тебя вообще взялась эта гусеница? Они в самом деле такие огромные водятся? — все же спросила я, внутренне передернувшись, представив, что где-то ползают собратья Мохнатика.

— Да нет. Помнишь, я говорил, что моему наставнику по силам оживить что-то совсем мелкое, не больше гусеницы? Он на гусеницах и показывал, когда проводил практические занятия. Ну, когда мы только начали обучение. Но там потоки такие мелкие, энергетические петли почти не видно, я никак не мог понять, что к чему. Вот он и попросил придворного королевского мага увеличить обычную гусеницу в несколько раз и уже на ней начал показывать, что к чему. Но, естественно, гусеница не оживала, так как габариты были уже не те. И мне ее как-то вдруг так жалко стало, что спасение вот рядом, но к жизни ее не вернут… — Мартин горестно вздохнул, явно переживая вновь те эмоции.

— И ты влил свои силы, тем самым оживив Мохнатика? — предположила, усмехнувшись.

— Не совсем. Мне было проще подселить в него одну из неприкаянных душ, бродящих по замку. Оно получилось больше интуитивно… Как когда я оживлял Зубастика! — просиял принц, а у меня внутри все похолодело.

— Хочешь сказать, в этих оживших дохляках чьи-то души? — прохрипела я, забыв как дышать.

— Ну-у… Можно и так сказать.

— То есть, люди?! Кто-то, наделенный собственным сознанием, кто был мужчиной или девушкой при жизни, а сейчас заперт в теле гусеницы или, того хуже, тапка?!

От представленной картины мне стало и вовсе нехорошо и я едва не сползла с кровати, на которой сидела, на пол.

— Что? Нет, конечно! Это работает совсем не так. Душа — это остаточная энергия, слабый слепок того, кто жил здесь раньше. Грубо говоря, сгусток энергии, сохранивший какие-то самые примитивные понятия о жизни, вследствие чего, внедренный в тело неживого существа, может наделить его слабыми зачатками разума, — менторским тоном наставительно заявил Мартин.

А может, и вовсе процитировал какое-то правило из учебника.

Фух, ну, хоть это радует. А то фантазия уже успела нарисовать жуткие картины…

Еще немного поболтав с Мартином и даже пообедав вместе с ним, я все же попрощалась и поспешила в нашу с Арком комнату.

Внутри начало зреть смутное беспокойство и типично женские заморочки в стиле: а чего это он сбежал от меня после совместно проведенной ночи? Вроде все было хорошо… А если нет? Скорее всего, у него дела, но… Гад, короче!

Я честно пыталась не накручивать себя, но женская натура — она такая. Немного спасал ситуацию блокнот, реквизированный у Овсянки. Не терпелось уже почитать и убедиться: о том ли Марке идет речь, о котором я думаю, или нет? Недаром же Арк представился именно этим именем?

Так, пребывая в своих мыслях, дошла до своей комнаты и удивленно уставилась на тетку Риссуэллы, с недовольным видом вышагивавшую по коридору у моей двери туда-сюда.

Остановилась, удивленно уставившись на нее. Она же, наоборот, обрадовалась моему появлению. И не успела я что-то сказать, как подскочила ко мне и вцепилась в мою руку, больно сжав пальцами предплечье.

— Ну, наконец-то! Давай быстрее, у нас мало времени, он может вернуться в любой момент! Что за книги ты таскала сегодня? Впрочем, неважно. Ты сделала все, как я сказала? Девочка, это твой шанс… Наш шанс возвыситься, вернуть былое величие… — шипела она себе под нос, таща меня куда-то по коридору, не давая и слова вставить, но в какой-то момент осеклась и резко остановилась.

Развернула меня и прижала спиной к стене, больно стукнув об нее. Несколько мгновений пристально всматривалась в мое лицо, после чего на ее губах зазмеилась неприятная улыбка.

— И ты не Риссуэлла… Девчонка разочаровывает все больше, — пробормотала она с досадой. — Впрочем, это ничего не меняет.

А в следующий миг мне в глаза полетела какая-то пыль, я даже не успела заметить, откуда эта мымра ее достала, и мое сознание погрузилось в темноту…

Хорошо знакомая портальная площадка в ином мире, где я когда-то провел больше десятка лет, встретила меня знакомым пейзажем проплывавших мимо облаков. И над головой, и под ногами виднелась лишь бескрайняя небесная синева, если то, что меня окружало, можно было назвать небом. Тот клочок уплотненного воздуха, что заменял мне опору, особой уверенности не внушал, создавая иллюзию, будто я вот-вот упаду в бескрайнюю пустоту.

Едва заметно поморщился. Всегда раздражало это однообразие и чувство собственной никчемности на фоне окружающего пространства. Нет уж, жить в облаках точно не для меня.

Чуть в стороне переливался всеми цветами радуги сказочно прекрасный замок, каждая вычурная башенка которого словно была соткана из хрусталя, украшенного мириадами драгоценных камней… Впрочем, почему «словно»? Каро и в детстве тяготела ко всем ярким цацкам, с возрастом ее желание лишь усилилось, особенно когда возросшие силы позволили перекраивать материю этого мира под себя, создавая из нее все, на что хватало фантазии.

— Не пойми меня неправильно, я безусловно рада тебя видеть, но я не люблю гостей, — пропела Каролина, не успел я толком осмотреться.

Даже не сомневался, что она почувствует мое прибытие и появится встречать за доли секунды. Как всегда с идеальной прической, идеальной осанкой, идеальной улыбкой, приклеившейся к губам… Интересно, хоть кто-нибудь когда-нибудь ее видел растрепанной со сна, с отметиной от подушки на щеке, отчаянно зевающей и жмурящейся?..

Перед глазами тут же встал нарисованный подсознанием образ… Но не Каролины. Далеко не Каролины.

— И вообще, у меня дома бардак… — продолжила она деланно сокрушенно, не скрывая насмешливой улыбки.

Подманив к себе ближайшее облачко, грациозно уселась в него, словно в мягкое кресло, а не обыкновенное скопление водяного пара.

— Поэтому будешь держать меня на пороге? — я скептически приподнял бровь, скрестив руки на груди.

Один из огромнейших минусов этого мира, что передвигаться по нему можно лишь при помощи таких вот портальных площадок размером метр на метр. И попадешь либо в общественное место, закрепленное за советом старейшин, где каждый твой шаг отслеживается и каждое твое слово и действие тут же будет использовано против тебя, либо на частную территорию, где правила устанавливал уже ее владелец. В данном случае, Каролина.

— М-м-м… Заманчиво, признаюсь честно, — она задумчиво постучала ноготком по подбородку, капризно надув губки. — К тому же, ты особым гостеприимством не отличался, когда я тебя навещала…

Я, начиная уже злиться, прошелся вдоль невидимой черты площадки, за которой начиналась уже бескрайняя пропасть.

— Я почти весь день убил, рыская по вашему идиотскому миру, пытаясь разыскать координаты твоего дома, — процедил сквозь зубы, понимая, что этой фразой уж точно ничего не добьюсь.

— Даже так? Оу, это так ми-ило. Сам Марк… ох, прости, Аркенус, пожаловал ко мне прямо домой и даже не случайно перепутал порталы, а целенаправленно искал… Ну, как я могу отказать? — с этими словами картинно взмахнула рукой и мы оказались посреди ее просторной светлой гостиной.

Где, на удивление, ни ожидаемой лепнины, ни позолоты, ни ворсистых ковров, ни обилия сверкающих камней… Просто стены в белых и шоколадно-коричневых тонах, темный паркет, большой белоснежный кожаный диван, два кресла в тон и стеклянный столик между ними. Одна из стен полностью стеклянная, за ней же вновь раскрывался все тот же ненавистный пейзаж лазурного неба с пушистыми клочками облаков.

— Минимализм нынче в моде, — фыркнула Каролина, поймав мой удивленный взгляд.

Я на это лишь пожал плечами, не став развивать тему. В конце концов, прибыл сюда не за этим. Остановившись у одного из кресел, облокотился на него и прямо посмотрел на Каролину.

— Что тебе нужно?

— Вот так сразу? Ни «я так соскучился по тебе, Каро», ни «дорогая, это платье тебе безумно идет», ни «какой изумительный пейзаж за окном»?.. — она картинно прижала ладонь к груди, а ее прекрасные глаза наполнились слезами.

— Век бы тебя вообще не видел, платье — очередная нелепая тряпка, уверен, еще и жутко неудобная, а с таким видом за окном и вовсе умереть со скуки можно, — поморщился я. — Заканчивай спектакль.

— Фи, как грубо. Право слово, эта иномирянка на тебя дурно влияет… И не надо на меня зыркать так злобно, говорю как есть, — фыркнула она, тут же перестав изображать из себя жертву.

— Если ты тронешь… — начал я угрожающим тоном, чувствуя, как встрепенулась магия внутри, но Каро перебила меня:

— Да не трону, угомонись. Сказала же. Сам разбирайся со своей бабочкой-однодневкой, мне она уж точно не нужна, — поморщилась она.

Помедлив, вдруг совершила какой-то замысловатый пасс руками, задействовав немалое количество магии, откатом которой меня едва не сдвинуло с места. А тем временем, пейзаж за окном сменился на какой-то сосновый лес.

— Что? От твоих кислых взглядов на красоты нашего мира у меня аж скулы сводит. Так что держи, любуйся своей зеленью.

Бросив на нее очередной удивленный взгляд, подошел ближе к окну, осматривая очень уж реалистичную картину. Коснулся прохладного стекла пальцами, пытаясь прощупать через него природу возникшего изображения. Но оно отозвалось пустотой. Не стекло? Экранизирующий магию хрусталь? Хм… Умно.

— Иллюзия?

— Окно в один из знакомых миров, — ответила Каро, не скрывая самодовольства.

Но и было от чего. Как и думал, уровень ее силы в самом деле значительно подрос с нашей последней встречи.

— С правом перехода? — закинул удочку, просчитывая, какими еще умениями успела обзавестись моя давняя знакомая за время, что мы не виделись.

— Ну, нет, я, конечно, девушка способная, но не настолько, чтобы за минуту создать полноценный статичный переход в другой мир! — отмахнулась она, с улыбкой покачав головой, будто я сказал какую-то очень смешную шутку.

Я же отметил ее оговорку «за минуту». А за сколько сможет? Статичный переход — это далеко не брешь между мирами, которая держится всего несколько секунд, пока ты проходишь через нее.

— Каролина, что тебе нужно? Зачем ты объявилась в моей жизни? — спросил практически спокойно, с толикой усталости, находясь от девушки на расстоянии в пару шагов.

На миг на ее лице промелькнула растерянность, но она ее тут же спрятала за очередной ослепительной улыбкой.

— С чего ты взял, что мне что-то нужно? Проведала тебя, проверила, могу ли забрать себе тот мир… Не удалось — ушла, — пожала плечами она, немного нервно оправив поясок платья.

— Так просто ушла? Не ври. Мне ли тебя не знать? Ты никогда не отступала от своих целей. Не думаю, что сейчас что-то изменилось. Значит, присвоение мира не было твоей целью. Тогда что? Хоть раз в жизни можешь просто ответить, без своих уловок, честно признаться, объявить войну, в конце концов? — произнес совсем тихо, не отрывая от нее взгляда.

Каролина замешкалась, на ее лице вновь отразилась явная растерянность. Она несколько неуверенно облизнула нижнюю губу, собираясь что-то сказать. Возможно, что-то важное, а не очередную колкость, но нас прервали.

Ауры робко коснулся чей-то магический зов и тут же переключился на Каролину, усиливаясь с каждым мгновением. А я осознал, что он появился не только сейчас, просто вначале не обратил на него внимания, ведь зов и направлен не на меня.

— Прости, оставлю тебя на несколько минут, только выясню, что за гады отвлекают меня, — поморщилась Каролина.

— Все играешь в божество? Вполне в твоем духе, — заметил отстраненно, досадуя на незнакомых просителей, прервавших наш разговор так не вовремя.

Каро лишь закатила глаза в ответ на мою реплику и исчезла в портале. Я без особого интереса прошелся, тем временем, по комнате, оценивая, насколько у девушки изменился вкус в лучшую сторону за века, что мы не виделись. По крайней мере, хотя бы в плане интерьера. Даже не скажешь, что снаружи это все выглядит как кукольный домик капризной семилетней девочки.

Невольно провел аналогию с самой Каролиной. Могла ли и она измениться? Разумеется, могла. Вот только глупо надеяться, что «обновленная» Каролина означает что-то хорошее для меня. Скорее поверю, что за красотой и беззаботностью скрывается хитрая и расчетливая интриганка, у которой продуманы все ходы наперед.

Вновь вернулся к окну, всматриваясь в видневшийся передо мной лес. Окно-то окно, но все же Каро открыла его слишком привычно и не задумываясь. Значит ли это, что данный пейзаж не такая уж редкость? Но за чем или за кем так любит наблюдать эта могущественная эгоистка?

Мысль додумать не успел, как Каролина уже вернулась. На ее губах светилась предвкушающая улыбка, как у человека, узнавшего о каком-то готовящемся розыгрыше, но изо всех сил сдерживающегося, чтобы не выдать себя раньше времени. Я недоуменно уставился на нее, но она лишь улыбнулась еще шире и безмятежно пожала плечами, усаживаясь на диван.

— Итак? Ты не ответила, — напомнил о прерванном разговоре, заняв кресло напротив нее.

Ее улыбка погасла, словно и не было, девушка непривычно посерьезнела.

— Что мне нужно от тебя? Ничего… Я не вру, Марк. Мне в самом деле ничего не нужно. Может, я просто считаю, что некогда была несправедлива к тебе, и лишь хочу, чтобы ты был счастлив? — тихо ответила она, рассеянно погладив кожу дивана рядом с собой, а я вдруг ощутил смутное беспокойство.

Какое-то легкое чувство тревоги, от которого быстрее колотилось сердце и перехватывало дыхание, а кончики пальцев покалывало от магии, что тоже вела себя неспокойно, будто реагируя на какой-то неясный раздражитель.

На всякий случай, проверил связь с перстнем-артефактом, но он пребывал в спящем режиме: Арине опасность не грозила.

— Каро, прекращай, это уже даже не смешно, — поморщился, словно от зубной боли, в ответ на реплику девушки. — Ты всегда меня ненавидела.

— А ты всегда видел только то, что хотел видеть. Да, мы никогда не были друзьями… Но и врагами тоже. Возможно, пора что-то изменить в наших отношениях? — проронила она задумчиво, крепко стиснув одну руку в кулак, будто у нее там что-то было.

— То есть, я прав, тебе в самом деле нужно что-то именно от меня, — констатировал я, на что Каро полыхнула раздраженным взглядом.

— Какой же ты зануда! И как тебя твой мотылек терпит? Или тебе все равно, что она думает, это так, развлечение на пару дней? — фыркнула она и расслабленно откинулась на диван, по ее лицу на миг пробежала непонятная мне эмоция.

— Ты уже и сама прекрасно поняла, что это не так. К чему ты ведешь? — нахмурился, чувствуя, как беспокойство с каждым мигом становится все сильнее.

— К тому, что если уже заводишь дорогую и чрезвычайно хрупкую игрушку, не стоит оставлять ее там, где ее могут сломать те, кто тебя не любит… Кстати, а я тебе не говорила? Я знаю, как ты можешь привязать наконец-то тот мир к себе. И даже поделюсь с тобой. Что-то на меня нашла минутка откровений… — протянула она с лукавой улыбкой.

— Ты о чем? Что-то с Ариной? — тут же вскинулся я.

Вторая фраза, разумеется, тоже нашла отклик в моей душе, но сейчас мне было не до того.

— О, как спохватился… Возможно. Но я не хочу сейчас говорить о ней. Если она тебе дорога, наверняка ведь обезопасил ее, верно? Да, кстати, кажется, это твое, — с этими словами она небрежно бросила что-то на стеклянный столик, что с неприятным грохотом и звоном проехалось через всю поверхность и остановилось у меня, сверкнув на свету гранями драгоценного камня.

Я в тот же миг узнал перстень-артефакт, что должен был находиться на пальце Арины и сообщать мне о любой опасности, грозившей ей.

— Ты же мальчик умный, понимаешь, что на кону? Я в самом деле могу рассказать о привязке, у тебя больше не будет проблем, обретешь свой дом, как о том давно мечтал. А потом уже заведешь другого мотылька… Решайся, Марк, иного шанса не будет… — продолжила Каро искушающим тоном.

Но я уже не слушал, лихорадочно строя портал обратно к Арине.

— Глупо, Марк, очень глупо! — донесся мне вслед крик Каролины, когда я уже шагнул в сверкающий ореол портала.

И я был полностью с ней согласен: глупо и крайне безрассудно было оставлять то, что неожиданно стало мне безумно дорого.

В первый же миг, как оказался в своем мире, прочувствовал волну всепоглощающего страха, переходящего в панику, и вместе с тем, какой-то отчаянной надежды. По ментальной связи буквально шибануло воплем: «Арк, спаси, зараза темная!». Арина даже в этот момент осталась верной себе.

Не раздумывая, сосредоточился на этих эмоциях и рванул туда, чувствуя, как магия рвется наружу, стремясь уничтожить любого, кто только подумал причинить вред той, кого я…

Дальше мыслей уже не было, как только увидел привязанную к пыточному креслу зареванную перепуганную Арину и короля, склонившегося над ней с кинжалом. Но сделать он ничего не успел, как и удивиться толком.

То темное, что всегда жило во мне, вновь взяло верх, напомнив, почему меня боялись. Но в этот раз мы действовали в одном порыве, осознанно. Я не убивал бездумно и кроваво, как тогда, когда мстил за смерть Айвэна, стремясь заглушить боль утраты. Нет, я просто хладнокровно забрал жизни тех, кто покусился на самое дорогое, что сейчас у меня было… Могло быть.

Король рухнул замертво первым, не успев осознать, что произошло. За ним королева и ее сестра, которые попытались что-то крикнуть в свое оправдание, но я не дал им шанса.

Так же молча шагнул к замершей Арине, смотревшей на меня перепуганными глазами-блюдцами, видевшей эту расправу. Не желая пугать ее еще больше, осторожно присел рядом, бережно расстегнул ремни, освобождая ее. Нежно провел по багровым следам на коже от чересчур сильно затянутых пут, чувствуя, как внутри вновь всколыхнулась ярость, а вместе с ней вина за то, что не все предусмотрел, не обезопасил в должной степени, едва не потерял…

В эмоциях Арины царила полная неразбериха. Страх, надежда, облегчение, обида, даже злость… Приобняв ее, открыл портал в нашу спальню, подальше от пыточной, где лежали еще теплые тела бывшей правящей семьи человеческого королевства.

Не уверенный, что поступаю правильно, отступил от девушки, пребывавшей в полушоковом состоянии. Очень непривычным было ее молчание. И оно пугало. Я не знал, что делать, что говорить.

В полной тишине неожиданно громко она икнула и заторможенно моргнула. Всхлипнула, а следом еще раз икнула и уже окончательно разрыдалась, бросившись мне на шею.

— Га-ад… Ик… темны-ый… Ик… Только тебе… Ик… можно меня… Ик… того… Ик… не оставля-яй меня-я… Ик… никогда-а… — прорыдала Арина, судорожно цепляясь за меня руками, щедро орошая слезами рубашку.

Я же выдохнул с облегчением, прижимая ее к себе крепче, готовый обещать уже все, что угодно. Но главное знал наверняка: не оставлю. Никогда и ни за что. Теперь уже точно.

Какая привязка мира, зачем? Вот мой мир — сопливый, дрожащий, попеременно называющий меня то заразой властелиньей, то гадом темным, но при этом доверчиво прижимающийся к моей груди, несмотря на то, что только что у нее на глазах убил троих людей, даже не касаясь их. И этот «мир» я буду защищать всегда, чего бы мне это ни стоило.

Не могу сказать, что обычно я абсолютно спокойная девочка, но сегодня и вовсе скатилась в банальнейшую истерику, не в силах успокоиться. Впрочем, и было от чего!

Что там говорила? Готова к смерти, чтобы меня убили, храбро заявляла об этом Аркенусу? Да ни черта подобного я не готова! Перепугалась до ужаса — и когда король завис надо мной с этим кинжалом, и когда Аркенус кокнул их там всех…

В последнее, правда, совсем не верилось. Ну, как такое может быть? Они просто стояли и упали. Вот и все. Как куклы, ниточки которых вдруг упустил кукловод. Разве смерть может выглядеть так? Может… Может, мне просто показалось? Или Арк усыпил их каким-то заклинанием?

Сейчас, когда мы вновь находились в нашей светлой просторной спальне, больше похожей на музей дорогих антикварных вещей, а сквозь большое окно вовсю светило солнце, из-за которого хрустальная люстра отбрасывала сотни зайчиков на пол и стены, это все казалось и вовсе каким-то страшным нелепым сном.

И вот же он, мой Арк, моя властелинья ушастая зараза, что бережно обнимает меня и терпеливо позволяет сопливить его рубашку. От него все так же приятно пахло свежестью с едва уловимыми морскими нотками. В его теплых объятьях я все так же чувствовала себя в безопасности.

Взял на руки, как маленькую, уселся вместе со мной в кресло, бережно поглаживая по волосам и чуть раскачиваясь, будто убаюкивал. И даже покорно соглашался сопровождать теперь везде, где только можно, в душ и тот… Э!

— Нет, в душ я все же сама. И в туалет тоже, — прогундосила, шмыгнув носом.

Некстати подумалось, что выглядела я сейчас наверняка хуже не придумать. С красным распухшим носом, блестящими от слез щеками, красными глазками-щелочками… Бр-р-р… А, и ладно, сейчас уж точно не до этого.

— И ты от меня снова утром сбежал, — проворчала едва слышно, совсем не в тему, бросив на него осторожный взгляд исподлобья.

Просто вдруг возникла мысль, что если бы он не ушел, может, мы бы с утра еще поговорили о том, что произошло ночью, или поговорили и повторили, а можно было и просто молча повторить, не портить серьезными разговорами прекрасное утро…

Не о том думаю. Факт в том, что я бы тогда не бродила по коридору одна… Или бродила? Бродила бы, я себя знаю… Но может, тетка Риссуэллы не похитила бы меня? Впрочем, какой смысл сейчас думать, что было бы, и искать виноватых, если все уже случилось?

На самом деле, я нарочно пыталась занять мозг всякой ничего не значащей ерундой. Но мои мысли то и дело возвращались к картине, накрепко запечатлевшейся в памяти: как здоровые, полные сил люди вдруг падают на пол пыточной сломанными марионетками. И чем больше об этом думала, тем больше деталей вспоминала.

Например, таких, как распахнутые глаза короля, в которых навеки застыло легкое удивление, а в самой глубине только-только начал зарождаться страх… Которому уже будет не суждено вырваться наружу. Это определенно было не усыпляющее заклинание и не парализующее…

Резко мотнув головой, пытаясь выбросить это из памяти, чуть заторможенно моргнула, фокусируясь на Аркенусе, попыталась сосредоточиться на его словах.

— Прости. Я был уверен, что артефакт тебя защитит… Да, признаться честно, был уверен, что тебя никто не посмеет тронуть, и надеялся, что ты проспишь подольше и я успею вернуться к твоему пробуждению. Прости, это в самом деле моя вина, — покаянно покачал он головой, в его глазах блеснуло искреннее сожаление.

Я несколько смутилась. С одной стороны, не тот момент, чтобы ободряюще похлопать его по плечу и сказать что-то типа: «Да ладно, че уж там, что я, королей-маньяков с острыми предметами в руках не видела?». А с другой, понимала, что Арк в принципе мне ничего не должен. Чудо, что успел так вовремя.

И как бы там ни было, понимала, что насколько бы страшным ни было то, чему мне довелось стать свидетельницей, он поступил правильно. Ваенги знали, на что шли, когда устраивали заговор против Аркенуса, их финал закономерен…

— Главное, что ты меня спас. Спасибо, — озвучила я свои мысли и даже попыталась улыбнуться.

Но меня по-прежнему потряхивало от пережитого и, подозреваю, улыбка выглядела жалко. Арк быстро наклонился и прикоснулся к моим губам невесомым, практически целомудренным поцелуем.

— Еще раз прости, — шепнул он и заправил мне за ухо прядь волос, чуть задержав ладонь на моей щеке.

Я вздрогнула от невольной ласки, отвлекаясь от мрачных мыслей. Было в этом жесте что-то такое интимное, что я едва не покраснела, будто и не вытворяла сегодня ночью с ним… кхм… всякое.

— Как ты потеряла артефакт?

Неожиданный вопрос заставил меня нахмуриться. Что он, совсем уж меня за идиотку держит, думает, я легкомысленно оставила то единственное, что могло меня защитить, и ушлепала куда-то гулять?! Но не успела высказать все, что думаю, подбирая слова поприличнее, как Арк вдруг неожиданно выругался.

— Не теряла, значит, — процедил он сквозь зубы. — Каролина?

Уже не спрашивая, скорее, утверждая. Это он таким образом хочет узнать, что именно там произошло? Странно, что до сих пор не прозвучало вопроса, чего от меня в принципе хотели, учитывая, что теперь королевскую чету не допросить, ведь… ведь…

Судорожно вздохнув, кивнула и, прежде чем Арк все же задал уточняющий вопрос, сама как можно подробнее рассказала о похищении, появлении Риссуэллы, разговорах о подмене, ее обещании сообщить ему потом о заговоре, о странном ритуале, появлении Каролины, ее подставе с артефактом и попытке короля убить меня.

Перед глазами вновь пронеслось воспоминание, как в пыточной возник разъяренный до ужаса Арк, от которого буквально исходила аура власти и смерти, а затем Ваенги просто упали.

Я нервно сглотнула. Кажется, в мою копилку кошмаров теперь добавился еще один.

— Ари? — осторожно позвал меня Арк, чуть ослабив объятья. Видимо, для того, чтобы дать мне вскочить с его рук, если мне того захочется. — Ты… Ты меня испугалась? — спросил он практически спокойным, безмятежным голосом, но я почувствовала, как тело подо мной напряглось.

Шумно выдохнув, обернулась к нему с толикой возмущения. Разумеется, я испугалась! А сам бы не испугался на моем месте, нет?! Тут безумный маньяк с маньячками приковали к креслу в пыточной и собирались убить, так еще и темный властелин, убивающий взглядом, появился! И попытки ерничать даже мысленно звучали жалко и ни черта не расслабляли!

Несколько раз глубоко вдохнув и выдохнув, чуть успокоилась и устроилась удобнее, доверчиво прижавшись к его груди щекой. Как ни странно после случившегося, но теперь мне еще меньше хотелось отходить от него хоть ненадолго. Казалось, одно его присутствие внушало мне чувство безопасности, комфорта и какой-то непривычной правильности, что ли…

— Угу. Но не тебя в целом, а того тебя… — путанно начала и осеклась, сообразив, насколько бредово прозвучало.

Но Арк не засмеялся, даже не шелохнулся, внимательно прислушиваясь к каждому слову и ожидая продолжения.

Вновь вздохнув, предприняла еще одну попытку донести мысль:

— То есть, вот сейчас я полностью осознаю, что это ты, мой Арк. А в тот момент… — меня аж передернуло, как вспомнила его в тот миг. — Мне тогда даже показалось, что вот-вот прольются реки крови, о которых я читала в хрониках. Нет, я понимаю, что твоя ярость была направлена не на меня, но это в самом деле жутковато. Особенно то, как они стояли, что-то говорили, чего-то жаждали, а потом раз и… и ничего… И осознание, что ты тому причина. Вот это страшно, пожалуй. Само понимание, а не последствия совершенной казни… Это же казнь, правильно понимаю? Правда, тебе и по статусу положено таким быть, не зря ты темный властелин…

У меня невольно вырвался нервный смешок. Нет, передать свои ощущения я так и не смогла, но Арк каким-то образом уловил, что я пыталась донести, и тоже расслабился, с нежностью погладил по спине, прижимая меня к себе.

— Не хотел пугать, прости. Предпочел бы, чтобы ты этого не видела, но не было времени как-то все обставить по-другому… И они заслужили свою судьбу. Все Ваенги должны быть казнены, — заявил он твердо.

— Угу. Вот ты их и казнил, — вздохнула, пытаясь отогнать эту мысль и, снова-таки, не вспоминать… И тут же осеклась, в полной мере осознав прозвучавшую фразу. — То есть, казнил всех, кто причастен. Все!

И замерла, когда Арк без тени усмешки медленно покачал головой, заставив меня недоверчиво ахнуть.

— Не всех. Не волнуйся, Мартина не трону — он в самом деле не имеет к этому никакого отношения. Да и я бы не тронул ребенка, в любом случае, — и даже попытался улыбнуться.

— И Риссуэллу!

— Нет. Ари, послушай, она тоже угроза…

— ДА! Ты не слышал, что я сказала? Она не с ними! Даже пообещала, что сообщит тебе первым делом о подмене. Принцесса здесь такая же жертва, как и Мартин, — заявила непреклонным тоном, вновь внутренне обмирая от ужаса.

Аркенус нахмурился, глядя на меня непроницаемым взглядом.

— Однажды я тоже недооценил угрозу… — обронил он, словно между прочим, заставив меня судорожно вздохнуть.

Не нужно быть гением, чтобы понять, о каком «таком» случае он сейчас напомнил.

— Риссуэлла даже не хотела всей этой подмены.

Тем не менее, отступать я не собиралась. Какой бы стервозиной она ни была, девушка не заслуживала смерти. Не говоря уж о том, что я в самом деле уверена в ее невиновности.

— Это она тебе так сказала? — тяжело вздохнул Арк, явно давая понять, что об этом думает.

— Арк!.. — начала я беспомощно и осеклась.

Вот что я могла ему сказать? Ведь в самом деле доказательств никаких, лишь слова, да и знаю ее всего второй день. И была бы принцесса в этом замешана, говорила бы все точно так же, желая запутать… Но ведь я чувствовала, что она говорит правду! Ну, не ошибаюсь я обычно в людях, если оно гнидотное — сразу вижу!

— Ари, ты ведь сама знаешь, что наивность не всегда благо? Впрочем, если ты действительно этого хочешь… — Арк покачал головой, решаясь. — Хорошо, я не трону Риссуэллу. Обеспечить тебе безопасность сумею. Но ты в самом деле зря ей веришь.

— Спасибо, — искренне выдохнула, несмело улыбнувшись. Сердце, сдавившее невидимой рукой, как только заговорили о казнях, постепенно отпускало. — То, что она капризная стерва, еще ни о чем не говорит. У нее есть проблески адекватности, — добавила я.

— Ари… У Риссуэллы была сестра, которая погибла в детстве. И многие факты указывают на то, что принцесса причастна к этому. Если она с детства была такой, то… — все же произнес Аркенус, едва заметно поморщившись.

Я же нервно сглотнула, не зная, как реагировать на свалившуюся информацию. Устало потерла заломившие вдруг от всего этого виски. Слишком много негатива за сегодня. Чересчур… Но ведь это не повод опускать руки и посыпать голову пеплом, правда?

— Сам сказал, неизвестно наверняка, просто указывают факты… — начала неуверенно и тут же выпалила, как мне показалось, убедительную фразу: — На тебя, вон, тоже многие факты указывали, что ты маньяк тот еще.

От неожиданности Арк даже поперхнулся воздухом и смерил меня удивленным взглядом. Похоже, возразить ему на это было нечего. Конечно, ситуации не совсем похожи, но все же.

Желая закрепить успех, я продолжила, вскочив с его колен:

— Да и о Мартине чего только ни говорят, по той лишь причине, что талантливый мальчик оживляет… — и внезапно осеклась, вспомнив кое-что очень важное, о чем забывать не стоило ни в коем случаем.

— Ари? — тут же насторожился Арк.

— Арк, а что будет, если один очень талантливый мальчик попытается оживить сдохшего дракона? При условии, что у него не всегда все получается так, как надо, а оживленные им создания не всегда его слушаются? — пробормотала я совсем слабым голосом.

Но прежде чем Арк ответил мне, замок вдруг содрогнулся от мощного толчка, похожего на землетрясение… или удар тарана в стену. А за окном раздался громогласный рев…

По всему телу блуждала приятная истома, где-то в животе порхали бабочки испытанного ночью удовольствия… И не один раз испытанного. На душе было так хорошо, так тепло и радостно, что даже шаловливый солнечный луч, упрямо светивший прямо в глаза, не мог меня расстроить. Вот только дико хотелось спать. Еще хотя бы пять минуточек. Имею же право в свой единственный королевский выходной?

— Урр…

Так понимаю, нет. Я еще на что-то надеялась, пытаясь накрыть голову подушкой, но и Марк был не один.

— Скре-ке-ке-ке… — мерзко застрекотало что-то, прыгая сверху по подушке.

И вот что Арку стоило оставить меня в долине драконов? Они же даже не подлетали близко, хищников тоже не было, а сон на траве, где ползала всякая мошкара, я бы пережила, как и утреннюю росу, от которой с уходом Арка его магический барьер перестал бы защищать. Но нет. Спи, Арьюшка, досыпай в мягкой постельке, ага!

— Урурру-у-у…

— Сам такой, — вяло отмахнулась, все же выбираясь из-под подушки, и хмуро уставилась на драконыша.

Тот же, наоборот, буквально просиял и, негромко уркнув, полез вперед и лизнул меня прямо в лицо.

— Ну, фу-у! Марк! — тут же завопила я, отплевываясь от его слюней.

Но драконыш в следующий миг и вовсе чихнул, умудрившись с чихом выпустить несколько искр, что прожгли одеяло, коснулись моей кожи… И ничего не произошло. Я почувствовала лишь легкое приятное покалывание, прежде чем успела испугаться в полной мере.

— Я надеюсь, ты знал, что мне твои огненные сопли не повредят? — просипела севшим голосом.

— Урр?

Я лишь горестно застонала, хлопнув себя по лбу. Нашла кого спрашивать. Зато проснулась. Остатки сна вымело просто моментально.

— Скре-ке-ке-е! — сердито прострекотала Лексара, явно высказывая Марку все, что о нем думает.

Тот виновато потупился и вздохнул почти по-человечески. А я по-новому оценила небольшие проплешины на спинке белки. Угу, так понимаю, Марк «чихать хотел» не только на меня.

— Вот-вот, полностью с тобой согласна. Я попрошу Арка, чтобы как-то сделал тебя огнеупорной, что ли, — пообещала белке, ласково погладив рыжую по бархатистой шерстке.

Потянувшись всем телом, вскочила с кровати и, мимоходом потрепав дракона по лобастой башке, получив еще одно довольное «уррр» в ответ, пошлепала в ванную. Арк сегодня работает и в обед уже я приду к нему коварно его похищать, но до того момента наслаждаюсь своим законным выходным!

Поскольку сегодня я была ограничена территорией замка, решила не выдумывать ничего нового. Забежав на дворцовую кухню, благо, уже относительно нормально ориентировалась на местности, отдала несколько распоряжений и отправилась на поиски Мартина. Уже практически привычно вскарабкалась на спину Марку, сдвинув недовольно зафырчавшую белку, и скомандовала направление.

Домчали с ветерком и моими чертыханиями: как-то уже успела забыть, что транспорт из драконыша не ахти. Но не упала по дороге — и на том спасибо.

Уговаривать принца позавтракать со мной в саду, устроив импровизированный пикник, не пришлось. Мальчик обрадовался уже одному только факту, что я вместе с ним проведу время на улице, тут же принявшись с упоением рассказывать, чему научился за последние несколько дней со своим новым учителем.

Дождавшись, пока он ловко вскарабкается на спину заметно подросшего Марка и устроится позади меня, скомандовала своему питомцу двигаться в сад. Чувствую, скоро придется либо расширять все двери в замке, либо убеждать Марка, что отныне он живет с другими драконами… Подозреваю, более вероятный все же первый вариант.

— … и тогда он просто оживает, исполняет мои команды, но я не подселяю туда ничью сущность, представляешь? — с упоением рассказывал Мартин, явно наслаждаясь поездкой на Марке.

Я с интересом слушала, довольная, что Аркенус сдержал свое слово и в самом деле подобрал хорошего учителя для мальчика.

— А что сказал о твоем Мохнатике?

Сама же порадовалась, что поймала Мартина в коридоре без этой ползучей хрени. Понимаю, друг, любимый питомец, первый эксперимент, все дела, но я до сих пор с трудом сдерживала визг, особенно когда гусеница подкрадывалась незаметно, да еще и внезапно повисала перед моим лицом, спустившись откуда-то с потолка.

— Что это недоразумение и по-хорошему его нужно упокоить, — пробормотал мальчик едва слышно, вцепившись крепче в мою талию. — Но я ведь не обязан это делать, правда?

И в довершение ко всему едва слышно шмыгнул носом. Вот же ж! А я только обрадовалась…

— Разумеется, нет. Это твой питомец, никто не отберет его у тебя. Захочешь — будет жить тут десятилетиями… — как смогла, постаралась заверить Мартина, но последняя фраза прозвучала как-то очень уж тоскливо.

— Я знал, что ты меня поддержишь! Ты лучшая! — обрадованно воскликнул мальчик, от переизбытка чувств обняв меня крепче, отчего мы оба едва не свалились со спины дракона.

Но в следующий момент мы завернули за поворот и едва не столкнулись с Риссуэллой и Оливием. Меня прямо посетило чувство дежавю.

— О, Оливка! — вырвалось у меня.

Как-то успела уже даже соскучиться за этим дриадом, хоть не так уж и много времени мы провели вместе. Реакция последовала незамедлительно: дриад попытался заскочить обратно в какое-то боковое ответвление коридора, судорожно дергая принцессу за рукав.

— Ты чего? — удивленно вскинулась Овсянка, уставившись на парня с недоумением.

Но тот лишь молча пытался утащить ее подальше от нас. И чего это он, в самом деле? Марк, конечно, подрос, но пока тут коридоры для него достаточно просторные, спокойно можем разминуться, не задев друг друга… Кстати!

— Рисса, пошли с нами?

Мартин удивленно икнул у меня за спиной, а драконыш резко затормозил, попытавшись обернуться и посмотреть на меня. Ну, в самом деле, почему нет? Ей скучно тут, небось, а с нас не убудет взять ее с собой. Да и уверена, нормальная она девка, просто притворяется гадиной. Хорошо так притворяется. Достоверно, я бы сказала… М-да.

— Куда это? — она подозрительно прищурилась, все же выдернув свой рукав из рук Оливия.

— Мы с Мартином запланировали завтрак в саду, небольшой пикник на свежем воздухе. Посидим, покушаем, поболтаем, может, поиграем во что-то… Ты как, с нами?

— Опасно! — выдохнул наконец-то дриад.

А, так он не просто ее сопровождающий, а охранник? Хм… Либо я недооцениваю Оливия, либо у Аркенуса (или Шантара?) весьма специфичное чувство юмора.

— Она же будет не одна, с нами, — постаралась успокоить его.

— Опасно! — крикнул Оливий, уже полуистерично.

За моей спиной хихикнул Мартин. Та-ак. Подозреваю, кое-кто продолжил свои фокусы по запугиванию придворных и в этом замке. Или Оливию хватило оживших Зубастиков? Помнится, они его очень уж впечатлили, будучи еще просто моими тапочками.

— Ну, пошли с нами тогда, убедишься, что все в порядке, — предложила, не скрывая раздражения.

Можно подумать, я с ним непонятно что творила при наших встречах… Перед глазами калейдоскопом пронеслись воспоминания, как я сиганула на дриада, пытаясь отобрать его балахон, знатно приложив затылком о каменный пол, затем дразнила в кабинете, пока он думал, что я нежить, на полном серьезе хотела проверить, какого цвета его кровь, поставила парочку синяков в карете… Всего-то! А, ну и еще у Ваенгов потеряла разочек. Но так нашла же! При помощи Зубастика. И даже привела в чувство, неблагодарный какой…

Судя по побледневшему Оливию, он тоже все это вспомнил, потому и замотал головой еще неистовее.

— Опасно… — практически простонал он.

— Ну, и трус! А я пойду. Хоть какое-то развлечение в этом дурацком замке, — фыркнула Риссуэлла, решительно шагнув к нам.

— Тогда слазим, Марк всех не повезет, дальше пешком, — скомандовала я и первой слезла с дракона.

Тяжело вздохнув, всем своим видом показывая, что он не очень рад такому раскладу, Мартин спустился следом.

Я молча указала принцессе направление, благо, мы уже и так почти дошли до выхода в сад, и она, гордо вскинув голову, пошла вперед, словно делала нам одолжение. Обернувшись, посмотрела на принца и дракона, что выражали своими взглядами редкое единодушие.

— Принцесса, подождите! — все же решился Оливий и бросился за ней следом.

О, а я уж было решила, что все же смоется куда-то от греха подальше или пойдет жаловаться кому-то… Интересно, долг взыграл, или просто в самом деле беспокоится о девушке? Я проследила взглядом, как он догнал Овсянку, но та на него даже не взглянула.

— Она всегда такая, — предупредил Мартин, чуть скривившись.

— Уррр… — подтвердил Марк.

— Ой, а ты откуда знаешь? Видел ее всего пару раз и то издалека, — возмутилась на заявление этого врунишки. — А ты, Лексара, что скажешь… — начала я, но осеклась, не увидев на голове Марка белку.

Обернувшись, увидела, что та своим ходом тоже поскакала к выходу и уже практически догнала Риссуэллу.

— А вот Лексаре она нравится, видите? — заявила нравоучительным тоном, но белка уже обогнала принцессу и поскакала мимо нее дальше. — По крайней мере, она ничего не имеет против нее.

— И зачем ты ее позвала с нами?

— Урр!

Надо же, как спелись! И когда только успели?

— Я твой опекун, а следовательно, фактически сестра. Риссуэлла точно твоя сестра. Следовательно, моя сестра тоже. А в семье все должны дружить, иначе что это за семья? По крайней мере, в моей семье дела обстоят именно так, — заявила нравоучительным тоном.

— Думаешь, она действительно станет тебе подругой?

— А разве у нее есть шансы избежать этого?

— Аргумент… Так что же мы стоим? Пикник-пикник! Марк, догоняй! — воскликнул Мартин и совсем не «по-принцевски» вдруг сорвался с места и побежал.

Марк с секундным опозданием азартно взревел и погнал следом, сотрясая пол. Откуда-то спереди раздался чей-то визг. Риссуэлла или Оливий? Я бы не утверждала наверняка… Так, а чего это я вдруг в отстающих оказалась, это же моя идея с завтраком в саду!

— Эй, меня забыли! — завопила радостно и, подхватив поудобнее подол платья, побежала вслед за всеми.

У меня сегодня выходной — имею право веселиться как мне того хочется! А потом непременно пойду похищать Арка!

На душе было крайне паскудно. За последние пару месяцев я уже успел забыть, каково это… Зря!

Память вновь услужливо подбросила воспоминания того, как пару дней назад Арина вечером ворвалась в мой кабинет, требуя объяснений и ответов. Только какие могут быть объяснения, если, в общем-то, она права?!

Гадство! Меньше всего хотел, чтобы она обо всем узнала так. И ладно о моей принадлежности к демиургам или попытках привязать мир к себе. Ее даже не особо волновало мое родство с Каролиной, нет…

— Просто скажи, что за ритуал ты провел?! Давай же, опиши его свойства, что он делает… или должен был сделать. Ну же, Арк! — кричала она, а по ее щекам безостановочно текли слезы.

Больше всего хотелось подойти к ней, обнять, прижать к себе, пообещать, что все будет хорошо, а после переместить в какое-то безумно прекрасное место, пусть бы и то, в котором мы уже побывали, без разницы, этого или чужого мира. Но к сожалению, это так не работало…

— Ари… — я все еще на что-то надеялся, пытаясь подобрать слова.

— Правду, Арк! Она мне соврала? Перепутала узор с каким-то похожим?

В глазах той, кто в краткие сроки успел стать для меня всем, плескалась отчаянная надежда, что я в самом деле сейчас скажу что-то, что убедит ее в абсурдности предположений Каролины и все будет как прежде… И кто бы только знал, как мне хотелось в тот момент соврать, но… Довольно лжи.

— Нет. Это действительно был ритуал привязки сердец. Но он не сработал так, как надо, клянусь! — поспешно заверил ее, едва не задохнувшись от волны душевной боли, хлынувшей от нее.

— И как же он сработал? Узор появился. Если ритуал не работает, никаких последствий и быть не может, Арк! Только такая идиотка, как я, могла не задумываться об этом раньше!

— Я просто стал лучше тебя чувствовать…

— Чувствовать в плане чего?

Я почти физически ощутил, как внутри нее всколыхнулась настороженность. Слипшиеся от слез мокрые ресницы дрогнули, глаза чуть расширились…

— Да не молчи же ты! — стремительно подскочив ко мне, от переизбытка эмоций она шлепнула раскрытой ладонью по груди, продолжая всматриваться мне в глаза снизу-вверх, отчаянно пытаясь найти там ответы.

— Все, что ты испытываешь: страх, боль, недоверие, азарт… С того момента, как царапины от кинжала превратились в татуировку, — все же признался я отстраненным тоном, хотя внутри все заледенело от предчувствия ее реакции.

Арина недоуменно нахмурилась и тут же, резко выдохнув, невольно отступила на шаг.

— Ты читаешь мои мысли? — прошептала она.

— Нет… Только эмоции. Прости, я должен был раньше сказать об этом…

— Должен. Но не сказал. Но это и не имело смысла, правда? Да и зачем, когда под боком такая забавная зверушка обитает. Как там твоя сестра сказала, бабочка-однодневка? Да, знаешь, и правда подходит, — Ари нервно хохотнула и с невеселой улыбкой покачала головой. — Вам, наверное, я и кажусь таким себе жизнерадостным легкомысленным мотыльком… Знаешь, это не плохо. То есть, не хорошо, конечно, далеко не хорошо… Но и не кошмарно. Наверное, в чем-то даже нормально. Имею в виду, такое суждение, взгляд на других. Кто ты, а кто все мы… И просто замечательно, что я узнала все сейчас! Вот правда, веришь?

— Ари, все не так. Послушай, пожалуйста. Все, что говорила Каро…

— Ложь?

— Нет, она не врала, просто… Все не так. Ты для меня очень много значишь!

Почему-то именно сейчас, когда каждое слово могло оказаться решающим, в мыслях было пусто, а изнутри зрело предчувствие чудовищной ошибки, которая вот-вот произойдет… Или уже произошла, когда я посчитал не особо нужным рассказать обо всем Арине раньше, опасаясь ее негативной реакции?

Но… Факт остался фактом. Арина попросила о возможности проводить для Мартина занятия в замке Ваенгов. И предложив принцу и своему драконышу выбор, в их компании покинула мой замок. Я так и не сумел подобрать нужных слов, впрочем, как и накануне вечером, собираясь ей предложить…

Да какое уже имеет значение, что собирался, если все равно шанс упущен?

— Действие ритуала как-то можно обратить вспять? — спросила она напоследок, прежде чем покинуть мой кабинет навсегда.

Я медленно покачал головой, чувствуя опустошение. И не мог сказать наверняка, кому из нас оно принадлежало.

— Почему-то я так и думала… Перестать меня чувствовать по желанию ты, конечно же, тоже не можешь, да? Можешь не отвечать, и так вижу… Один вопрос. А если бы на моем месте была Риссуэлла и ритуал прошел так, как надо, что бы это изменило? Для чего тебе это вообще надо было?

Я горько усмехнулся. Подозревал, мой ответ Арине также не понравится. Впрочем, что уже терять?

— Ваенги организовывали не первое покушение и не первый заговор. Вопрос времени, когда споткнутся, и тогда мне нужен был бы свой человек на троне. Риссуээла же, как мне казалось, истинная дочь своих родителей, но еще не успела запятнать себя в заговоре. После ритуала стала бы именно тем лояльным человеком на троне, который мне был необходим. По крайней мере, до совершеннолетия принца…

Арина негромко хмыкнула, скривившись, словно от зубной боли. Но ее голос был удивительно спокойным:

— Неплохой план… Считай, что он тебе удался. У тебя теперь действительно есть свой человек на троне до того момента, как Мартин вырастет… Я… Я не хочу решать что-то сгоряча, устраивать какие-то безобразные скандалы, разборки… Но и находиться здесь больше не могу. Не сейчас, после того, как… — она судорожно перевела дыхание, а по щекам вновь потекли слезы, но закончила все так же твердо: — Просто позволь мне уйти.

И я не стал ее останавливать…

Знал, что в любой момент смогу телепортироваться к ней, но очень хорошо запомнил ощущение беспомощности и какого-то даже легкого страха с нотками едва ли не отвращения, которыми повеяло от нее, когда я все же попытался обнять ее на прощание. Ощущать эти ее эмоции снова, зная, что все может только ухудшиться, хотелось меньше всего.

Артефакт защиты все еще был на ней, я теперь получал каждый день отчеты от ее советников и учителя Мартина, по которым мог сделать вывод, что она в порядке. Насколько может быть. Я же…

Горько усмехнувшись своим же мыслям, покачал головой и поболтал в бокале дорогой коньяк, прежде чем сделать глоток.

Слева краем глаза уловил какое-то движение и резко обернулся, надеясь на… и сам не знал, на что. Но это было просто отражение в зеркале. Несколько секунд я рассматривал себя, отмечая осунувшийся вид, бледную кожу, круги, залегшие под глазами, всклокоченную шевелюру.

Скривившись, бросил бокал в зеркало, с готовностью осыпавшееся осколками, что звенели в унисон тем, что сейчас мерзко хрустели внутри моей души, напоминая об утраченном…

— В этом весь ты. Только крушить, ломать… Какой же из тебя тогда демиург? — услышал я знакомый и ненавистный в этот момент голос.

Вскочив с кресла, молниеносно бросил в Каролину сгусток чистой энергии, но она почти играючи отбила его, выставив хитроумный щит.

— Неужто совсем не рад меня видеть? До сих пор убиваешься по своему мотыльку? — хмыкнула она, совсем не расстроившись.

— Зачем ты это сделала?! Тебе доставляет удовольствие рушить мою жизнь?

— Мотыльки всегда летят на свет, но там же и сгорают, не знал? Я просто решила предостеречь твою бабочку, пока не опалила крылышки, — пожала плечами Каро и лишь поморщилась, принимая на свой чуть дрогнувший щит еще один пульсар.

— Почему ты просто не можешь оставить меня в покое?! Тебе ведь даже мир не нужен!

— Ты прав. Не нужен, — не стала спорить она, скупо улыбнувшись.

На такой прямой ответ я даже не нашелся, что сказать. Устало махнув рукой, просто телепортировался из замка в долину драконов, где чаще всего бывал с Ариной. Но побыть в одиночестве мне не дали. Уж мне ли не знать: если Каро чего-то решила добиться, то не отступит.

— Даже не пошел к своей нереиде крушить скалы? Делаешь, однако, успехи… — заметила она, с интересом осматриваясь. — Красивое место.

Но я не стал ей отвечать. Просто лег на траву, уставившись в звездное небо. Возможно, если ее игнорировать, она сама вскоре уйдет.

— Ма-арк… Это так по-мужски, винить в своих бедах кого-то другого. И чего, спрашивается, убиваешься? Заведешь себе другую забавную зверушку, мало их, что ли, населяет этот мир?

— Не смей так говорить об Арине! — процедил я сквозь зубы.

— Почему же? Неужели она какая-то особенная? — прощебетала Каро преувеличенно удивленным тоном.

— Ты и сама прекрасно знаешь ответ.

— О-о, я много чего знаю. Вопрос в том, знаешь ли ты? Даже сейчас не в силах признаться, что любишь ее… И правильно делаешь. Ведь это неправда, — голос Каролины приобрел вкрадчивые нотки, сладкой патокой вливаясь в уши, заставляя слушать. — Если бы любил, то не врал бы… И не скрывал правду, отодвигая на мифическое «потом». «Потом» — это отговорки, если есть что сказать, говоришь здесь и сейчас, нет — не так уж и нужно. Ты зациклился на ритуале привязки мира и потерял то, что тебе важно… А так ли уж важно, Марк?

Можно было подобрать сотни аргументов в ответ, но… Что-то в ее словах было.

— Зачем тебе это все, Каролина? Смысл лишь в том, чтобы поиграть со мной? Или настолько ненавидишь, что не можешь успокоиться, пока не разрушишь мою жизнь? — лишь спросил устало, готовый к любому ответу…

Почти к любому.

— Может, дело не в ненависти? — ее голос прозвучал непривычно серьезно и в нем также можно было уловить нотки грусти и сожаления.

— Что ты имеешь в виду?

От удивления я приподнялся на локтях, желая видеть ее лицо. Но рядом со мной уже больше никого не было…

Тяжело было первую неделю. И вторую. И следующий месяц. Два… Ладно, чего скрывать, мне до сих пор хреново! Но усиленно улыбаюсь всем, в первую очередь, моему драконышу и Мартину, которые и так были удивлены моим решением перебраться в замок Ваенгов на постоянной основе. Объяснила это принцу тем, что дел много, тяжело мотаться туда-сюда, хоть и порталами, да и вообще…

Не знаю, насколько убедительна была, но Мартин не стал упорствовать. Да и через портал все равно в замок иногда наведывался, к сестре, да и так просто. Сама Риссуэлла и вовсе на пару недель переселилась тоже ко мне, когда понадобилась ее помощь в организации моего первого торжественного приема. Да что там, вовсе взяла все на себя.

Больше удивило, что Оливий и тут хвостиком возле нее вертелся, стыдливо краснея, когда она ненароком касалась его. Впрочем, и сама она не менее смущенно хихикала в ответ на некоторые его реплики.

Конечно, задала мне пару неудобных вопросов по поводу наших с Арком натянувшихся отношений, но я кое-как выкрутилась. Впрочем, девушка явно проживала конфетно-букетный период с одним небезызвестным дриадом, так что меньше всего обращала внимания на чужие переживания.

Сюрпризом стало, что на этом балу мажордом после перечисления моих титулов также упомянул, что я являюсь невестой императора. Но не успела его поправить, как появился Арк, который вел себя так, как и раньше, когда мы изображали жениха и невесту. И я не стала спорить на публике. Зачем портить людям праздник и рождать пищу для сплетен?

По той же причине приняла его приглашение на танец. И еще одно. И еще…

Ложью было бы сказать, что я по нему не скучала, но… Слишком много «но», на самом деле. Да и все еще была не уверена, насколько сильно я ему нужна. То есть, как забавное создание, которых такие, как он, могут клепать сотнями, или как девушка, которая… которой…

Черт возьми, я даже не знаю, собирался он тогда разорвать помолвку или же… Да нет, даже думать об этом глупо. Наверное.

И на фоне всего этого постоянные сомнения: насколько сильно повлиял ритуал на мои чувства? Что они были, сомневаться не приходилось. Но что там моё, а что наведенное ритуалом? То есть, конечно, Арк стоил того, чтобы в него влюбиться, однозначно, стоил. Но… Снова это треклятущее «но»…

— Ты великолепна… — шепнул он мне во время танца.

— Сегодня? Да, платье подобрали красивое и прическа мне идет… — ответила я неловко, едва не начав пересказывать, как и в какой последовательности мне наносили искусный макияж.

— Всегда.

Немного нервно улыбнувшись, я не нашлась, что ответить, и дальше некоторое время мы кружили по залу молча.

— Ари… Я скучаю по тебе… И я тебе не сказал, я…

Но последние звуки музыки смолкли и я, не желая застывать в тишине посреди зала под умиленные взгляды толпы, как в дешевых слезливых мелодрамах, поспешила отступить. Возможно, это и вовсе выглядело как бегство… А может, им и было.

Мне все еще было трудно определить, что конкретно чувствовала к этому полубогу, что выбрал меня своей игрушкой… Или возлюбленной? Сложно. Мне нужно было время, чтобы разобраться.

Арк больше не стал возвращаться к этому разговору, но после бала не раз присутствовал на собраниях с моими министрами, внося дельные предложения. И я не отказывалась после этих сборищ отужинать с ним в дружеской компании — с Мартином, Шантаром, который изредка тоже меня навещал, и по делам, и на правах друга, и Риссуэлла временами забегала…

Наедине с ним я больше не оставалась, но и Арк особо не стремился это устроить. Всех устраивали установившиеся дружеские отношения. Наверное, это в самом деле было лучшим выходом… Что не мешало мне по ночам изредка плакать в подушку и чувствовать себя в такие моменты до умопомрачения хреново…

Не знаю, как долго бы это все длилось, если бы однажды утром, когда я после завтрака не заглянула за чем-то в свою комнату, не услышала подозрительный плеск из ванной.

— Кто там? — крикнула погромче и, подхватив довольно увесистый канделябр, толкнула дверь, намереваясь проверить, кто там купается в мое отсутствие.

И оторопело замерла.

— Вообще-то адекватные люди в таких случаях сразу же торопятся покинуть комнату и зовут охрану. Особенно, если эти люди являются венценосными особами, — заметила Лирриллиана, окинув скептическим взглядом мое импровизированное оружие.

— Я никогда и не претендовала на роль адекватушки… А ты чего это маньячишь по чужим ваннам? — пробормотала оторопело.

Меньше всего ожидала увидеть здесь ее. Ладно еще Каролина, которая шастала по моим комнатам как у себя дома, но и нереида туда же?

— Да вот, есть у меня два знакомых чурбана, которые не в силах поговорить друг с другом, потому страдают каждый в одиночестве, — фыркнула она и прошла в мою комнату, оставляя мокрые следы.

Я, на всякий случай, заглянула в ванну, проверяя, не притаился ли там еще кто, и только после этого опустила канделябр и тоже вернулась в спальню.

— У Арка тоже в ванной в засаде сидишь? — уточнила, на всякий случай, отчего нереида замерла, удивленно округлив глаза, и искренне рассмеялась.

— Нет уж, с ним я вижусь, преимущественно, когда он приходит крушить скалы на одном небезызвестном берегу. Скоро уже ничего не оставит, — пожаловалась она.

Но на меня не подействовало. Я все еще ожидала, безусловно, увлекательного рассказа, суть которого — какого же ежика лысого нереида забыла в моей ванной?

— Зачем ты здесь?

— Слушай, может, помиритесь уже с Марком, а?

— Это он тебя прислал? — я удивленно приподняла бровь.

— Сама-то в это веришь? — и в меня кинули комком водорослей.

М-да. Ладно, действительно, глупый вопрос. Ни Арка не могу представить, подсылающего ко мне парламентера, ни королеву водного царства, находящуюся у кого-то на побегушках.

— Может, хватит уже корчить из себя гордых и неприступных, а после страдать наедине? Ты-то хоть молча слезы в подушку льешь, а он мне ландшафты там меняет. Поговорили бы уже, выяснили все, помирились, поженились, детишек наклепали и жили бы долго и счастливо.

От обрисованного нереидой будущего я даже закашлялась, скинув водоросли на пол.

— Мы не ссорились, чтобы мириться. Просто разошлись, как взрослые люди. Да и о какой женитьбе и детях может идти речь, если даже ни разу не было разговоров просто о том, кто и что чувствует? — выпалила я.

Неожиданно для себя вывалила на нее вообще все сомнения, которые бурлили внутри, — и по поводу демиургов, и ритуала, и «забавной бабочки-однодневки», и все прочее в этом же духе. Похоже, слишком долго все это зрело, а тут подвернулась возможность выговориться.

И чем больше говорила, тем больше распалялась, размахивая все тем же канделябром. Во время одного такого взмаха с него даже сорвался огарок свечи и метко пульнулся в нереиду, но она на миг пошла рябью и огарок пролетел сквозь нее. Я же неожиданно поняла, что после того, как высказалась, мне стало легче.

— Вот если ему реально плохо, неужели так сложно просто прийти и поговорить?! — выпалила я под конец, угрожающе наставив на Лиру канделябр.

С негромким чпоком вывалился еще один огарок и упал мне под ноги. Мы с нереидой задумчиво проследили за его полетом.

— Сложно. Ты рассуждаешь с позиции человека, который вырос в полной семье, имел кучу друзей и всеми был любим. Думаю, не ошибусь, если предположу, что и через предательство ты никогда не проходила. И близких не теряла. Разве нет? — заметила она проницательно.

Я неуверенно кивнула, не понимая, при чем тут это.

— А теперь представь. Марк жил в мире, где таких, как он, презирают просто по факту рождения. Полукровка никогда не сравнится с чистокровным демиургом, хотя бы потому, что лишен многих расовых особенностей. Тепла материнской любви недостаточно в случае, когда все прочее окружение против твоего существования. Старшая сестра — и та нередко устраивала с ним склоки, больше ревнуя к матери в силу возраста. Это научило его с самых пеленок огрызаться и искать подвох в каждой дружественной улыбке. Побег в мир матери стал для него именно тем, что нужно, чтобы поверить в себя, раскрыться полностью… И научиться хоть немного доверять. Но чем это закончилось — ты и сама знаешь… Я просто прошу тебя подумать еще раз, дать ему шанс на разговор. Ничего больше. Но поговорить по душам вам обоим не мешало бы. В конце концов, выскажи ему все, что ты сказала мне, — закончила Лира.

Я некоторое время помолчала, обдумывая ее слова. Похоже, я была как никогда права, когда в разговоре с ним о Мартине подумала о еще одном «недолюбленном ребенке». Но в его случае у него в детстве только и была, что любовь матери, в остальном же полнейший изгой…

— Кто он тебе? Брат? Двоюродный брат? Дядя? — вдруг озарило меня.

— Племянник. Как догадалась? — нереида склонила голову к плечу, внимательно рассматривая меня, в ее глазах плескалось удивление вперемешку с изумлением.

— И ты полукровка, — теперь окончательно все стало на свои места.

— Браво, — она похлопала в ладоши. — И все же?

— Тебе слишком хорошо известно, как относятся к полукровкам в мире демиургов, притом, что ты с Арком увиделась впервые не в вашем мире, а здесь. То есть, ты не была очевидцем тех событий… и сам Арк тебе вряд ли об этом рассказал. Это сразу наводит на мысль, что ты имеешь отношение к этой расе. Раз ты сама предпочла жить в сотворенном его матерью мире, значит, существует веская причина… Как та, что сподвигла и Арка покинуть тот мир. Ну и, уж прости, я мало разбираюсь в местных расах, но какая-то ты уж чересчур могущественная. Странно, что Арк не задавал раньше вопросы — ты одна управляешь водным царством, которое занимает половину этого мира и в котором немало сугубо водных рас? Какая такая связь с каждым водным жителем? Не, может, я, конечно, что-то просто не так поняла… Но звучит чересчур уж мощно. Твое появление окончательно меня убедило. Каролина, исчезая, оставляет после себя лепестки роз. Ты же превращаешься в волну, что смотрится уместно на берегу моря, или же просто оставляешь после исчезновения воду. Потому и к Арку не телепортировалась ни разу, иначе он бы тоже догадался. Теперь что касается вашей родственной связи. Если насчет того, что ты демиург-полукровка, я догадалась, то тут, признаюсь, было больше пальцем в небо. Просто отметила, что об Арке искренне заботишься. Не только сейчас — я читала дневник Айвэндина. Ты там упоминалась на многих страницах, но не как возлюбленная. И видно, что Арк тебя интересовал больше, чем эльфийский король. Тем не менее, никакого прямого флирта, что было бы ожидаемым, так, дружеские подколки. Можно было сделать вывод, что просто очень хорошие друзья… Ну, и я проверила, только ли друзья, — я обезоруживающе улыбнулась и развела руками.

— Браво… Арк в самом деле не знает о нашей родственной связи. И я бы попросила тебя не говорить ему. Лучше сама потом ему скажу…

— Ох уж это «потом»… — не удержалась я от вздоха, чем вызвала скупую улыбку нереиды.

— Да-да, давать советы проще, чем следовать им же…

— Так как получилось, что ты королева морского царства в мире… М-м-м… Так понимаю, твоей сестры?

Нереида вновь благосклонно улыбнулась. Я же наконец-то оставила канделябр в покое, вернув на место, и устроилась в кресле, подозревая, что беседа затянется надолго. Да и сама нереида, ни капельки не смущаясь, с удобством умостилась на моей кровати.

— Знаешь, я в тебе действительно не ошиблась — и это радует. У нас с сестрой тоже одна мама была, только моим отцом был нереид, встреченный ею в одном из других миров. Мы даже жили некоторое время все вместе… Когда родителей не стало, сестра вернулась в мир демиургов, но я там не прижилась. Поэтому она в своем первом успешно созданном мире сотворила для меня идеальные условия, отдав в распоряжение ровно половину, вторую оставив себе для развлечений. Но водное пространство населяла под моим руководством, советуясь по поводу тех или иных рас… Изначально все это планировалось как игрушка, но мне неожиданно понравилось тут жить. Здесь я не чувствовала себя изгоем. А когда сотни лет спустя Арк сбежал сюда же — негласно присматривала за ним. Когда сестра умерла, была с ним рядом, но на правах друга, как и Айвэндин. Признаться, что я его тетя, тогда почему-то не решилась, а потом и подходящего момента уже не было.

— А что насчет покушения? Так понимаю, Айвэн по-своему тебе тоже был дорог? — не смогла не спросить я.

— Да, забавный паренек. Очень жаль, что так получилось. В день покушения я отсутствовала — как раз посещала мир демиургов, общалась с племянницей…

Я же на этих словах моментально скривилась. Подозревала я, с какой такой племянницей она общалась, век бы ее не видела… Интересно, Арк знает, что Лира поддерживала с Каролиной общение? Ну, да ладно, это уже точно не мое дело. Разберутся.

— Так что, дашь Марку шанс?

— Да какой шанс? Ну, то есть, как ты это себе представляешь? Он ведь даже не пробовал со мной встретиться наедине, тоже как-то поговорить, убедить, там, не знаю… — я неопределенно пошевелила пальцами в воздухе, не в силах подобрать слова.

Повторять, что у меня все еще остались сомнения в том, нужно ли ему это все, не хотелось. Но оно и так незримо повисло в воздухе.

— Он рассказал тебе все, разве нет? А что не договорил — выяснилось после вмешательства Каро. Будет теперь молча страдать, вновь замкнулся в себе… И вообще, откуда пошло поверье, что только мужчины должны всегда делать первый шаг? Раньше — да, так и было, сейчас же, в эру равноправия… На то оно и равноправие: если чего-то хочется, необязательно ждать, пока у твоего возлюбленного все тараканы усядутся на свои места и проголосуют за верный выход. Конечно, если тебе это в самом деле нужно, — и Лира понимающе усмехнулась. — Марк дал тебе выбор.

Безусловно, слова она подбирала какие-то удивительно правильные, об них даже разбивались сотни моих «но»… И все же, я по-прежнему не могла избавиться от сомнений.

— У него была уже неудачная история любви, которая разбила ему сердце? — зачем-то спросила я неуверенно.

— У тебя есть все шансы стать частью этой его «истории любви, разбившей сердце». Насколько знаю, так сильно он ни к кому не привязывался.

И пожалуй, это стало решающим моментом, чтобы я все же попросила ее перенести меня к Арку. В конце концов, от одного разговора еще никто не умирал, верно? По крайней мере, я теперь буду знать наверняка, есть у нас шанс на будущее, или нереида, а заодно и я, наслушавшись ее, просто придумали себе красивую историю, не имеющую ничего общего с реальностью…

И совсем не удивилась, оказавшись на уже знакомом плато. Порыв ветра тут же растрепал мою прическу, залепив волосами лицо. Да и юбки платья, естественно, рванули вверх. Еще и сверху поливало противным мелким холодным дождем.

Но спустя несколько секунд ветер вокруг стих, а меня окутало теплым воздухом. Отплевавшись, откинула спутанные волосы назад и уставилась прямо в глаза удивленному Арку, что стоял почти вплотную.

Не знаю, зачем, огляделась, отмечая все тот же знакомый пейзаж, которому ну очень не хватало солнышка.

— Эта площадка мне не очень нравится. Ветер, все дела. Нужно построить беседку. И пляж облагородить. Да и замок… это не место, где случилась трагедия, а память о друге и днях, когда вы с ним были счастливы… — начала я раздавать указания, сопровождаемые осторожными, все более удивленными кивками Арка, и без перехода продолжила: — И я терпеть не могу, когда мне врут! Еще раз соврешь — уши оторву, так и знай!

— Это все?

— Нет. Я соскучилась…

— Ты не представляешь, насколько я соскучился… И я идиот, который так и не успел сказать, что тебя люблю. Не знаю, как долго. Если начинаю задумываться, кажется, что всегда. Или как только увидел тебя, деловито расталкивающую послушников на пути к алтарю… В общем, это все неважно. Ты же понимаешь, что теперь я тебя ни за что на свете не отпущу? — выдохнул он с лихорадочно блестящими глазами, в то время как меня просто-таки колотило от волнения и ожидания…

И только потом до меня дошло, что эти эмоции принадлежали не мне. Ритуал действовал в обе стороны? А как давно, что я этого не замечала? Хотя… А не все ли равно?

— Вот только попробуй отпустить! — заявила я и поцеловала…