Истинная в цепях, или Мы ещё поспорим, кто из нас попал!

Пролог

— Марина, я богатырь, — Никита насупил тёмные брови, ожидая моей реакции.

Я безвольно кивнула, чуть улыбнувшись в ожидании продолжения странной шутки. Не этого ждёшь, когда парень, с которым вы встречаетесь целых три месяца, заявляет: «Нам надо поговорить». По крайней мере за те пять минут, которые он собирался с мыслями, я успела передумать сотни вариантов и предполагала расставание, учитывая мои сложности со здоровьем. Признаться, я считала, он встречается со мной из благотворительности.

— Богатырь… — поторопила его я. — Ты хочешь пригласить меня в кино? — высказала предположение, вспомнив, что как раз вышла новинка на сказочную тематику.

— Нет же, я правда богатырь, — в подтверждение Никита выскочил из-за кухонного стола и сразу же подхватил его снизу под столешницу.

Обеденный предмет мебели без особых усилий со стороны моего здоровяка-парня поднялся вверх. Мне же оставалось ловить покатившиеся вниз яблоки, апельсины и бананы. Последней понеслась вниз ваза. Её падение остановил сам Никита.

— Прости, я волнуюсь, — пробормотал он, возвращая стол на место.

— Никит, понимаешь, этот стол и я подниму, — я вернула фрукты на столешницу и устало опустилась на диванчик. Становилось ясным, что это не розыгрыш. — Если хочешь меня бросить, не надо придумывать глупости.

— Бросить? — опешил он, чуть не выронив многострадальную вазу.

Она и так вечно летает по кухне из-за моей некоторой криворукости на фоне слабости.

— Ну да. Я же всё понимаю, — краем глаза я поймала своё отражение в экране выключенного телевизора.

От былой красоты осталась только тень. Волосы потускнели, став из золотистых почти серыми, кожа шелушилась, щёки впали, под глазами пролегли тёмные круги. Одежда висела из-за резкой потери веса. И ведь ничего не предвещало беды. Всего два месяца назад я наслаждалась жизнью, каталась на велосипеде, валялась на пляже, а потом запас сил будто стал иссякать. Обследования велись, но медицина пока не могла найти причину недуга. А время ведь шло, пронеслось лето, наступила осень. Предстоял второй год учёбы в институте. Это когда мне сложно просто встать утром с постели.

— Ты не так поняла, я правда богатырь, Марин, — зелёные глаза Никиты наполнились беспокойством. — Не плачь, ты чего?

— Ничего, — подорвавшись с места, я рванула прочь из кухни.

Чуть не навернулась в коридоре от слабости и нырнула за дверь ванной. Там заперлась, подошла к зеркалу, рассматривая своё бледное отражение.

— Красавица, — фыркнула одновременно разозлённо и грустно.

Ладонь налетела на зеркальную поверхность. Я расстроенно выдохнула, опершись на раковину.

— Марина, открой, — в дверь забарабанил Никита.

— Подожди, — я судорожно вздохнула, вновь подняв взгляд к зеркалу и отшатнулась.

Вместо моего отражение из серой глубины на меня смотрели золотые глаза. Запястье вспыхнуло болью. Металлический скрежет окружил давящей какофонией.

— Что?! — моё запястье сковал голубоватый наручник, от которого медленно формировалась цепь и тянулась к зеркалу.

— Марина? — Никита выломал дверь.

Та ударила меня в спину, толкая вперёд. Всё что я успела, это выругаться на неуклюжего парня. Следом цепь рванула меня прямо в зеркало. К этим золотым глазам…

Меня кидало из стороны в сторону, бросало в звенящем круговороте. Тошнота подобралась к горлу, я оглохла от гула и охрипла от крика, но это ужасное перемещение продолжалось. Приземление было не лучше, меня буквально припечатало к земле. И только потом этот ужас завершился. Наверное, полчаса я просто лежала, пытаясь привести дыхание и мысли в порядок, прежде чем сумела отыскать в себе силы, чтобы подняться. Тело ныло, голова продолжала кружиться. И, судя по всему, у меня случились галлюцинации. Потому что находилась я не в своей ванной, а в… пещере. Вокруг высились огромные клыки скал, тени играли в высоких сводах, свет поблёскивал в падающих вниз каплях воды. Золотистые лучи солнца спускались с самого потолка, пронзая тьму через узкие щели. Именно они позволяли в полной мере полюбоваться масштабом моих глюков. Похоже, вот и новый этап странной болезни. Не удивительно, что Никита решил меня бросить.

И тут реальность решила меня добить. Послышался пугающий рёв. Руку потянуло в сторону. Нет, она не ожила. Я только сейчас вспомнила про наручник и цепь. И этот странный аксессуар решил показать мне новую порцию ужасов. Безапелляционно! Я упиралась ногами, хваталась за попадающиеся на пути камни, но всё без толку. Меня тянуло цепью туда, где рычал и ревел странный зверь. А глюк был таким реальным… Я совершенно не хотела узнавать, что же ждёт там за поворотом. Но цепь была неумолима. В какой-то момент меня резко дёрнуло и опрокинуло на каменистую землю. Потом по ней же протащило, расцарапывая колени. Я взвыла от боли… и цепь успокоилась!

— Хватит, пожалуйста, хватит, — взмолилась я, потому что и звуки затихли.

Зато на скалы упала крылатая тень. До слуха донёсся грохот шагов, сопровождаемый звяканьем цепи. Из-за скалы показалась пугающая рогатая морда с горящими на ней золотыми глазами. Следом в поле зрения появилось и остальное. Мне предстал настоящий дракон. Кожистые крылья за спиной, бритвенно-острые клыки, длинные рога, когтистые лапы, поблёскивающая алым с бирюзой чешуя. Полный комплект психологических проблем на всю жизнь. И пусть я понимала, что это нереально, всё равно придушенно всхлипнула, подскочила на ноги и попыталась дать дёру. Только цепь натянулась. Я рухнула обратно на землю, теперь ушибив и попу. Сначала не поняла, что случилось, а потом осознала, что лапу ящера украшает такой же наручник, идущий цепью к моему.

— Меня приковало к дракону, — нервно усмехнулась я. — Как падать в обморок?

— Ты… — вдруг выдохнул зверь и склонил ко мне огромную голову.

Щеки коснулся горячий язык. И меня чуть не снесло его выдохом. Дыхание, надо сказать, отдавало далеко не мятной свежестью.

— Он ещё и говорящий… — пробормотала я, прикрыв нос ладошкой от запаха.

А этот ящер вдруг вздёрнул меня за цепь над землёй. Коготь ткнулся мне в живот, разворачивая меня к нему лицом. Я повисла перед его клыкастой и, как мне показалось, задумчивой мордой.

— Хилая какая-то. Болеет что ли? Мда… Но дарёной истинной под хвост не заглядывают, да? — философски изрёк он.

Как отключить этот глюк?!

Глава 1

/Марина/

— Оп-пуст-ти м-мен-ня, — тело начинало бить нервной дрожью.

К такому меня жизнь не готовила. Я вообще не знаю, кого могла подготовить. С подобными галлюцинациями можно и не проснуться, сразу умереть от сердечного приступа.

— Она ещё и заикается, — расстроенно вздохнул дракон, но просьбу выполнил.

Он аккуратно опустил меня на землю. Ещё и под попу поддержал, чтобы я не упала на слабых ногах.

— Уй-ди-ди, пож-жалус-ста, — проклацала я зубами и прикрыла рот ладошкой, потом и палец закусила, пытаясь успокоиться.

— Не могу. Мы скованы, разве не видишь? — он приподнял в ироничном выражении бровь, точнее бровную костяную дугу. — Она ещё и глупая, — пробормотал приглушённо, но я, само собой, услышала!

— Сам ты тупой!

— И невоспитанная, — качнул он головой.

Надо сказать, его поведение подействовало, я больше не дрожала от ужаса. Теперь меня распирало от ярости и обиды. Приглючился тут, ещё и оскорбляет. За кого он себя принимает вообще?

— Я невоспитанная? — процедила зло. — Это ты оскорбляешь незнакомую девушку. Тыкаешь в неё когтями и… хватаешь её за задницу, вот!

— Разве? — он вновь приподнял надбровные дуги в изумлении.

Только золотые глаза оставались ехидными и немного снисходительными.

— Да, — я гулко вздохнула, заставляя себя говорить ровно и не срываться на крик. — Впредь не прикасайся ко мне. В идеале вообще исчезни.

— К сожалению или к счастью, я не способен на такую магию. Мы связаны, — он приподнял скованную наручником лапу, отчего звонко напомнила о себе цепь.

— И кто из нас хилый? Возьми и порви, — я скрестила руки на груди, глядя на него с вызовом.

— Точно не умная, раз не понимаешь. Эта цепь привела тебя ко мне, связала нас. Думаешь, её так просто порвать? Она создана Лесным Царём. Волшебная, — пояснил проще, заметив моё недоумение.

— Как же я попала! — взвыла, схватившись за голову.

— Куда попала, имеешь в виду? — нахмурился он. — Ты в скалистом лесу на…

— Нет же, это выражение такое. Попала в неприятности. Попала, — объяснила я, помассировав виски. — Эта болезнь, теперь и слишком реальные глюки.

— Глюки? — вопреки моей просьбе, дракон вновь пытался меня коснуться.

На этот раз поддеть когтем волосы.

— Галлюцинации, — я отмахнулась от огромной лапы и отступила от ящера. Правда цепь позволила отдалиться лишь на три метра. — Ты не настоящий, а плод моего воображения.

— Ненастоящий? — хохотнул он. — Почему ты пришла к таким выводам?

— Например, потому что драконов не существует? — саркастически улыбнулась я, но мой собеседник продолжал посмеиваться.

— Это из какой ты глуши, раз про драконов не слышала?

— Само собой глюк так скажет, — махнув на него рукой, я устало откинулась спиной на камень и присела прямо на землю.

Меня потряхивало после пережитых волнений, но странно, чувствовала я себя не так уж и плохо, хотя утром с трудом поднялась с кровати.

— Я не глюк, — оскорблённо фыркнул дракон. — Как можно считать это нереальным?

Кончик его хвоста опустился мне на макушку, а потом ещё и пронёсся пушистой кисточкой по лицу.

— Фу, что ты делаешь? — я замотала руками, пытаясь отбиться.

А дракон не сдавался, подхватил меня за талию, вновь вздёргивая в воздух, и куда-то понёс. Надеюсь, не кушать… Такого моё сердце точно не выдержит. Только наглый ящер не замечал моего испуга и упрямо шёл вперёд. Постепенно становилось светлее, пока солнце не начало слепить. Я часто заморгала, потёрла веки ладонями, пытаясь привыкнуть к новому освещению, а когда открыла глаза, обомлела. Передо мной в десятках километров внизу простиралась долина. В небо, пронзая пушистые облака, поднимались скалы, горы и необычайно высокие деревья. Среди них с громкими криками носились птицы и другие драконы. Только моему новому знакомому не удалось мне ничего доказать. Такой пейзаж можно увидеть разве что в фэнтезийных фильмах, на артах, но никак не в реальной жизни.

— Вон, аспиды, воздушные ящеры. Они не умеют обращаться, но тоже наши дальние родичи. Почти драконы же. А ты говоришь, не существуют.

— Это невозможно. Драконы, такие высокие деревья. И людей не утягивает в зеркало из ванной.

Я скорее пыталась убедить себя, потому что кое в чём дракон был прав, происходящее слишком реально. Сны же, они всё равно расплывчатые, а тут, я даже ощущаю полученные при перемещении синяки, хватку на талии, несвежее дыхание дракона. И почему-то совсем некстати вспомнилось признание Никиты.

«Марина, я богатырь»

— Я умерла, да? — уточнила расстроенно.

Выходит, жизнь после смерти всё же существует, но как же обидно умирать. А мама с папой, а сестрёнка? Как же они теперь?

— И точно глупая, — дракон откровенно закатил глаза.

Оказалось, что при свете солнца они не полностью золотые, а всё же пересечены чёрным узким зрачком. И лишь в темноте светятся.

— Ты жива. Цепь мне даровал Лесной Царь. Она привела тебя ко мне, — теперь он пояснял происходящее будто ребёнку. — Это сильная магия. Она перенесла тебя. Ты не умерла, это всё реально.

— Хорошо, — сдержанно кивнула я. — Предположим, я верю.

Что мне ещё остаётся? Происходящее не спешит развеиваться, а его реальность сталкивает с необходимостью мириться с происходящим и подчиняться новым обстоятельствам. Если даже это глюк и послесмертие, тут всё очень даже ощутимо. Не хотелось бы снова чувствовать боль и ужас.

— Хоть что-то, — пробурчал дракон.

— Тогда выходит, я здесь по твоей вине. Зачем тебе подарили эту цепь? Почему притянуло меня?

— Ты обязана помочь мне снять проклятие с моего дома, — заявил этот несносный ящер. — Это великая честь стать освободителем властелинов неба, драконов. В награду я на тебе женюсь, — и он горделиво выпятил грудь, судя по всему, ожидая моих аплодисментов и громких слов благодарности.

Секунду я смотрела на дракона, а потом громко расхохоталась. Умеет же… Но ему удалось помочь мне окончательно прийти в себя.

— Шутка удалась, спасибо. Я успокоилась. А теперь правду.

Дракон чертыхнулся, оскорблённо приоткрыв пасть, напичканную острыми зубами.

— О, это она и была? — догадалась я, глупо усмехнувшись.

Мда, действительно попала…

— Что я сказал такого смешного? — почти обиженно насупился дракон.

— Как бы тебе объяснить? — я озадаченно почесала кончик носа. Правда что ли не понимает? — Ты дракон!

— Это очевидно, — рыкнул он, ударив хвостом по земле.

— А я человек. Мы не… хм… стыкуемся, вот, — убеждённо заглянув в золотые глаза зверя, я постучала указательными пальцами друг об друга, и сама же смутилась этого жеста.

Как-то не в ту степь понеслись мои пояснения. Вдруг ещё ринется доказывать…

— Что не делаем? — он начинал злиться, потому чересчур сильно стиснул мою талию лапой.

— Аккуратнее! — взвыла я, задёргавшись в хватке.

— Ещё ведь и хрупкая, — досадливо фыркнув, этот наглый ящер опустил меня на землю.

И я на всякий случай отступила от обрыва. А то ноги не держат, вдруг сорвусь.

— Мы несовместимы. Это же очевидно. Большой ящер и маленький человек. Неужели непонятно?

— Это одна из моих форм. Я смогу превращаться в человека, когда… — он резко замолчал, недовольно стиснув челюсть.

— Когда, что? — поторопила его я, удивлённая его поведением.

— Неважно. Мы совместимы! — рыкнул он, снова позволяя мне оценить запах из его рта.

— И кто из нас ещё из глуши? Ты зубы сколько раз в год чистишь?

— Что ты имеешь в виду? — оскорбился он.

— Ну, как бы тебе сказать… — я зажала нос пальцами, красноречиво сообщая о его проблеме.

Мне показалось, чешуя на его щеках заалела, он подскочил на задние лапы, прорычав что-то нечленораздельно.

«Наверное, зря я злю дракона» — подумала про себя и попыталась нырнуть обратно в пещеру.

Но споткнулась о цепь под ногами. Хорошо хоть на этот раз обошлось без пересчитывания моих многострадальных косточек. Дракон подхватил меня раньше, чем я упала и… сиганул с обрыва.

— А! — иных способов выражения эмоций не нашлось.

Ветер бил в лицо, дёргал растрёпанные волосы, забирался под домашнее платье, а скалы внизу приближались. Очень быстро! Но тут дракон распахнул крылья, и полёт пошёл по прямой. Но я так и застыла, вцепившись в огромный палец ящера, и мысленно прикидывала, сколько пережила микроинфарктов за это падение. А дракон стремительно нёсся дальше. Ещё и круги нарезал, видимо, пытаясь произвести впечатление.

— Я высоту боюсь! — взмолилась, когда, наконец, обрела дар речи.

— Ещё и ущербная, — пробурчал дракон, начиная снижение.

Хоть приземление прошло гладко. Он мягко опустился на берегу лесной речушки, обрамлённой с обеих сторон яркой зеленью и скалами.

— Больше. Никогда. Не смей! — я нервно выкарабкалась из лапы дракона и даже попыталась сбежать, но снова напомнила о себе цепь.

А этот странный зверь решил… почистить зубы! Он набрал полную пасть воды, с громким бульканием прополоскал глотку, потом же отыскал среди травы бревно, разгрыз его и принялся натирать свои клыки размахрившейся частью. Это выглядело так странно, что я просто застыла на месте, наблюдая за действом. В завершении водных процедур дракон зажевал листья, снова прополоскал пасть и обернулся ко мне.

— Нет, — я выставила перед собой ладонь.

Да только этому воздушному гаду было всё равно. Он на меня дунул. Да так, что чуть не снёс с ног. Я как в мультиках боролась с потоками ветра, пока чешуйчатый гад не прекратил издеваться.

— Как теперь? — ехидно поинтересовался он.

— Ты… Ты…. Мы не просто несовместимы, мы полные противоположности, понял? Невозможный, противный, даже не представляю, кто решится выйти за тебя замуж! — пропыхтела я зло, пытаясь отдышаться. — Верни меня домой!

— Человечка, — проревел он, вновь поднявшись на задние лапы, отчего цепь натянулась и вынудила меня приблизиться, чтобы не рухнуть на землю. — Думаешь, ты мечта любого мужчины? Или считаешь, я сам рад связать свою жизнь с незнакомкой? Но пути назад нет. Цепь сделала свой выбор. Мы найдём мою страну и снимем с неё проклятие.

— А ну спустись вниз, — я дёрнула цепь, вынуждая дракона обратить на меня внимание. — Как тогда от неё избавиться? — поинтересовалась, указав на свой наручник.

— Возможно она исчезнет, когда мы снимем проклятие, — он опустил свою попу на землю, глядя на меня задумчиво.

— Давай всё же попытаемся найти… сварочный аппарат, — предложила я, оценив крепкость звеньев.

Металл отдавал голубым сиянием, а сами наручники были не просто кандалами, а вполне симпатичными браслетами, выполненными в шипах. Носить такие к стильному наряду — круто, но даже не представляю, как в них спать. Так можно и без глаз остаться.

— Что найдём? Какая ты странная, — поморщился он. — Откуда ты?

— Думаю, о таких местах ты не слышал, — я меланхолично пронаблюдала, как над нами пронеслась стайка крылатых ящеров, больше похожих на динозавров. — А имя у тебя есть?

— Радагаст, — гордо объявил он.

— Рада… что? Тебе хоть самому нравится?

— Не запомнишь? — язвительно уточнил он.

— А я Горячёва Марина Евгеньевна. Надеюсь, запомнишь, — процедила сквозь стиснутые зубы.

— Марина, какое простое имя, — хмыкнул он. — Зато сама не забудешь, да?

— Вот твоё имечко сложное. А я же такая тупа-ая. Буду звать тебя Радион.

Радион Дуркович про себя. Уверена, мне всё это видится под наркозом в психбольнице. Никита хотел меня бросить, а я начала выдумывать про богатырей, драконов. Так и застолбила за собой место в местной лечебнице. Интересно, я тут единственная невеста дракона или есть и другие?

— Радагаст, — повторил он упрямо.

— Какая гадость? — пропела я и показала дракону язык. — Так как от цепи будем избавляться? — вернулась к главной проблеме.

— Говорю же, она создана Лесным Царём. Возможно, мы навсегда привязаны друг к другу, — страдальческий провыл он, обратив тоскливый взгляд к небу.

Артист…

— Мы же ещё не пробовали. Давай, ты вон какой большой, явно не слабак.

Смешно фыркнув, дракон схватился за цепь двумя лапами и рванул её в разные стороны. Она порвалась мгновенно. Несколько звеньев упало на землю, пролетев возле моей радостной мордашки.

— Вот, я же говорила! — победно воскликнула, посмеиваясь над ошеломлением на морде дракона.

Только радость моя была недолгой. Порванные концы цепи засветились, потянулись друг другу и мгновенно соединились.

— Ну ты что? Не давай им восстанавливаться. Ещё раз. И потом бежим в разные стороны, — подхватив цепь, чтобы не споткнуться, я приготовилась нестись прочь от дракона.

Пожав плечами, он вновь порвал наши путы. Я сорвалась на бег, он же так и остался сидеть, с интересом наблюдая за моим отступлением. Мне удалось радоваться свободе целых полминуты, потом цепь потянула назад. И вскоре меня отконвоировало обратно к дракону. Ладно хоть трава смягчила моё позорное возвращение.

— Она ещё и короче стала, — сообщил Радагаст, продемонстрировав мне сломанные звенья.

— А если их все повредить?

— Хватит, — повелительно взмахнул он лапой. — Мы найдём мою страну и снимем с неё проклятие. А ты…

— Давай ещё разок. Только на этот раз и ты попытаешься улететь? — предложила я, глупо улыбнувшись.

— Хорошо, — легко согласился он и тут же расплылся в ехидной улыбке-оскале. — Тебя так смешно тащит обратно по траве.

Вот гад!

***

— Тридцать сантиметров, — выдала я, грустно вздохнув.

— Что? — переспросил Радагаст, меланхолично глядя на темнеющее небо.

— Говорю, мы стали ближе на тридцать сантиметров, — я указала на повреждённые нашими стараниями звенья волшебной цепи.

Да, я была готова признать, что она волшебная! Вообще много чего признать, лишь бы вернуться домой, в тепло и уют.

— Какое стремительное сближение, — он смешно фыркнул и завозился, располагаясь удобнее на траве. Вот уж кому тепло и комфортно. — Что ты решила, Ма-ари-ина-а?

Ещё и акцент на имени делает, будто я ему разрешала так к себе обращаться.

— Нам нужен этот Лесной Царь. Пусть забирает свою цепь обратно. И возвращает меня домой.

— Ты ещё и сумасшедшая, — неодобрительно покачал он головой. — Кто в здравом уме будет злить Столпа? Он и так смилостивился, подарив мне цепь.

— И обрёк меня на мучения! — расстроенно всплеснув руками, я откинулась на спину.

Острый камушек впился между лопаток. И это стало последней каплей. На глаза навернулись слёзы.

— Я неизвестно где, с дурацким драконом…

— Я не дурацкий, — оскорбился он.

— Всё болит, мне холодно, голодно и страшно. Во всём виноват ты! Не дурацкий. Совершенно ужасный!

Бедняга так растерялся, что я на секунду опешила, а потом заплакала ещё горше, наблюдая, как ящер откровенно паникует.

— Ты… это… Марина эта… Как её?!

— Евгеньевна! Он ещё и не запомнил! — взвыла я, схватившись за голову.

— Евгеньевна, не плачь. Не надо. Всё хорошо будет. Мы снимем страну, найдём проклятие и я выйду за тебя замуж, — ящер с топотом засеменил вокруг меня. — Болит говоришь? Где болит? Я заклинания знаю.

Он поднял над моим телом засветившуюся лапу. Я икнула от ужаса, даже плакать перестала. Раздавит же. Только увернуться не успела. Лапу он опустил. Правда так и не коснулся. Меня объяло золотистое сияние, прошедшее от его огромной конечности. Жар прошёл от макушки до самых пят. Стало так тепло и хорошо. Боль совершенно ушла. Да и слабость отступила.

— Ты ещё и лечебный? — моему удивлению не было предела. — А все болезни лечишь? Или хотя бы диагностируешь? — ухватилась за важное для себя.

— Что ты имеешь в виду? — отвечал с энтузиазмом, явно обрадованный тем, что слёзы прекратились.

— Три месяца меня мучает странный недуг. Врачи не могут определить, что это.

— Я был прав, ты ещё и больная, — качнул он головой. — Хотя… нет. Все повреждения, что нашёл, я уже исцелил, — он задумчиво почесал когтем подбородок.

— То есть я не болею? — прислушавшись к себе, поняла, что не ощущаю слабости.

Только это ничего не значило. Дракон-то ведь не подтвердил наличие недуга.

— Серьёзные болезни иногда идут от ауры, — нахмурился он. — Я проверю, если ты больше не будешь реветь.

— Не буду, — честно соврала я, скрестив пальчики на руках и даже ногах.

Реветь мне и самой не нравится, но его реакция бесценна.

— Давай посмотрим, — он прищурил золотые глаза, будто вглядываясь вглубь меня. — Твоя аура-а-а, — он поперхнулся воздухом будто от шока и замолк.

— Всё так плохо? — заволновалась я.

— Нет, истощена твоя аура, но повреждений нет. Восстановится, — кашлянув, пробормотал он, только смотрел как-то иначе.

— Что? — я села, обняв колени руками.

— Откуда ты, говоришь, прибыла?

— Из другого мира, — скорчила я гримасу и хихикнула над своей шуткой.

Мир-то этот существует только в моей голове. По крайней мере, это самое простое объяснение. Иначе придётся верить в параллельные миры, колдовство. А ещё это означает, что меня унесло из дома в неизвестном направлении. Родители будут в ужасе. Да и Никиту после его рассказа могут упечь в психушку вместо меня либо в тюрьму, обвинив в моём исчезновении.

— О, это многое объясняет, — серьёзно закивал дракон. — Я ощущал, что границы миров размыло.

— Вот и объяснение, — кисло улыбнулась я и снова расстроенно всхлипнула.

— Что опять? — Радагаст даже отступил от меня будто в испуге.

— Холодно и есть хочу, — в подтверждение я обняла себя за плечи и следом потёрла урчащий живот.

В лёгком домашнем платье было зябко. Судя по мелькающим в кронах кустов цветным листьям, здесь тоже царила ранняя осень. А поесть не удалось. Мы только засели с Никитой за стол, когда он решил признаться… Божечки, он же может оказаться настоящим богатырём!

— Холодно, холодно, — забормотал дракон, озадаченно оглядываясь.

Он отошёл на длину цепи и выдохнул пламя себе под ноги, утрамбовывая лапами вспыхнувшую траву.

— Вот! — гордо объявил он. — Я согрел тебе землю.

— Ты издеваешься?!

— Нет, — кончики его губ дрогнули в ухмылке. — Драконы всегда так согреваются.

— Но я не дракон!

— Невеста дракона, — осклабился он.

— Ладно, — я поднялась и протопала к выжженному пятачку земли.

Осторожно поставила голую ногу. Не горячо, действительно тепло. Но вообще…

— Ты про походные костры не слышал?

— Я же отойти не могу. Цепь, — напомнил он. — Потому и охота не выйдет.

— Тут всё просто. Невесту надо посадить на шею. Все мужчины так делают, — убеждённо закивала я, но Радагаст отнёсся к моим словам со скепсисом.

— Не шею садись, но только в прямом смысле, — он опустил передо мной свою огромную тушу. — Эх, давно на мне девушки верхом не скакали, — ехидно выдал он, стоило приблизиться.

— Ты ещё и извращенец? — садиться на него как-то резко расхотелось.

— Что ты там себе придумала? Кто из нас ещё извращенец? — он оскорблённо приоткрыл пасть.

Но я уже научилась читать эмоции по этой наглой морде. И видела, что он прикалывается. Только всё равно его заявление вылилось в яркий румянец на моих щеках.

— Не урони, — я забралась на его спину, устроилась на плечах, крепко схватившись за роговые наросты, тянущиеся вдоль позвоночника. — Вперёд, мой верный конь!

— Ножками крепче держись, — фыркнул он, аккуратно поднимаясь. — Так теплее, — хохотнул он, а я теперь покраснела до кончиков ушей, пониже натянув задравшуюся юбку.

Гад. Ещё и озабоченный!

Но решение было правильным. Так дракон перемещался быстро. Вскоре он собрал в пасть несколько крупных брёвен. Ещё и отыскал уютное место возле берега реки. Его окружали скалы и кусты, что обеспечивало хорошее прикрытие от ветра и взглядов других ящеров. Вскоре я уже отогревалась у большого костра, а Радагаст копался в соседних кустах, временами ударяя лапой по воде.

— Снова зубы чистишь?

Наверное, зря я это сказала, потому что в меня полетела лягушка. Или даже жаба, учитывая размеры.

— Фу! — взвыла я, отталкивая от себя бессознательную зелёную тушку.

— Не фу, а кушать подано, — Радагаст гордо выскользнул из-за кустов.

С морды стекала вода, с рогов сползала тина, но выглядел он довольным.

— Лягушку кушать?!

— Жабу, — качнул он головой. — Приятного аппетита.

Как-то снова захотелось плакать…

/Радагаст/

— Ешь, говорю, — я подхватил жабку когтями и протянул его девчонке.

Она смешно выпучила карие глаза, закрыла рот ладошками и активно замотала головой, отчего серые пряди растрёпанных волос упали на её бледное лицо.

— Ешь, помрёшь ещё с голоду, — я искренне пытался не расхохотаться.

— Знаешь, я тут вспомнила, что на диете и вообще не ем после шести, — затараторила она, начав отползать от меня по траве. — А ты угощайся, — и с ожиданием вперила в меня взгляд.

Повезёт же с истинной… Про внешность лучше вообще не говорить, болезная она какая-то. Но и сама сообщила, что мучает её какой-то недуг. Я не столь силён в целительстве, потому отыскал лишь слабую прореху в ауре, которая уже восстанавливалась. Но внешность не главное, мне после тридцати лет в чешуе вообще все люди кажутся странными. Две ноги, две руки, ни когтей, ни клыков, ни рогов. Как выживают только? Признаться, воспоминания о жизни в иной ипостаси почти стёрлись. В конце концов и я не умер на двух ногах, да без когтей. А вот характер… Марина выводила из себя каждой фразой. В драконов не верит, но ладно, мы выяснили почему. Девка из другого мира. И соответственно, драконов она не боготворит. Когда я сообщил о нашей скорой свадьбе, что она сделала? Расхохоталась! Сам Радагаст, наследный принц королевства Драко собирается взять её в жёны, а она смеётся. Могла бы хотя бы просто кивнуть из приличия, но нет… Никакого уважения. Только всё же есть в ней кое-что особенное. Её аура излучала золотой свет. Слабый из-за болезни. Похоже, ко мне притянуло последнюю жар-птицу. Но не скажу, что для меня это столь важно. Драконы и сами волшебные существа.

Лесной Царь упоминал, что цепь поможет мне отыскать истинную. Может, имелось в виду что-то другое? Потому что наша с Мариной истинность вызывала сомнения. Она мне не нравилась, вот вообще. Даже волшебные перья жар-птицы не прельщали. Да и того, что писалось в книгах, не возникало. Где жар мгновенной любви, где притяжение невероятным ароматом, где идеальная совместимость, в конце концов? Нет, тут явно Царь постарался. Видимо, Марина должна привести меня к истинной. Ну не верю я, что она станет спутницей моей, между прочим, очень длинной жизни. С такой женой сразу захочется вздёрнуться.

— Я мелочь не ем, — насмешливо фыркнул, отбросив прочь жабу. — Предпочитаю добычу покрупнее, — и плотоядно облизнулся, глядя на девушку. — Тебе ноги, кстати, очень нужны? Насколько часто пользуешься?

— Чувством юмора тебя обделили, как и чувством такта. А достоинства есть? — рыкнула она, пытаясь спрятать коленки под коротким подолом платья.

Если то, что было на ней можно так назвать. Какая-то цветастая тряпочка, длиной чуть выше колен. Интересно, коленки у неё красивые? Раньше я любил женские коленки. И грудь. Приблизившись, я аккуратно поддел интересующую часть тела когтем.

— Извращенец! — Марина церемониться не стала, подлетела и залепила мне кулаком по носу.

— Можешь ещё и левее почесать, — лениво протянул я, нацелившись теперь на подол платья.

Не удивлюсь, если она и белья не носит. Это откуда же она свалилась, что девушки позволяют себе так срамно одеваться?

— Прекрати! — теперь мне чуть не досталось по глазу, еле успел прикрыть веко.

— Что с твоей одеждой? Куда смотрят твои родители?

— Что с моей одеждой? — озадачилась она.

— Короткая, руки открыты и грудь видно.

— Где там что видно? — она даже приоткрыла рот от удивления. — И вообще, странно слышать подобное от голого дракона.

— Голого? — настал мой черёд приоткрывать пасть.

— А какого ещё? Что-то не вижу на тебе трусов, — и эта заноза направилась в сторону моего хвоста. — Вот, голая жопа! — победно объявила она, похлопав меня по названной части тела.

— Я же в чешуе, невежда, — оторопел я от её наглости.

— И там чешуя? — ехидно улыбнулась она, указывая на зону под хвостом.

— Хочешь посмотреть? — широко улыбнулся я и развернулся, приподнимая задницу.

— Ой, нет! — она сразу прикрыла глаза, и была сбита с ног хвостом.

Девушка ойкнула, рухнув на траву.

— Нет там ничего, — закатил я глаза. — Мы в животной ипостаси не размножаемся.

— И не какаете что ли?

— О чём ты вообще? — зло потоптавшись на месте, я отошёл от этой недоистинной.

Ни чувства такта, ни воспитания. Как можно спрашивать о таком?

— Скоро узнаешь, — пробурчал я, опаляя кружки травы дыханием, чтобы удобно разместиться на ночлег. — Да и я тоже. Мы теперь вынуждены сблизиться, — язвительно напомнил, дёрнув цепь на себя.

И только поднявшаяся девушка пробежала вперёд, пока не налетела на мою подставленную лапу.

— Я и тебе подготовил, — указал на чёрный пятачок по другую сторону костра.

— Мне там спать? На голой земле, без одеяла? — она так расстроенно вздохнула, что я испугался нового сеанса слезотечения.

— Могу укрыть тебя хвостом.

— Ты зубы раз в год чистишь, а тут хвост, — пробурчала она, присаживаясь у костра.

Обняв плечи руками, она вытянула голые ступни к огню.

— На всякий случай, ты хладнокровный ящер или теплокровный?

— Что?

— Грудное вскармливание практикуете?

— Какая же ты странная, человечка, — удобно расположив голову под крылом, я прикрыл глаза.

И даже сумел заснуть, несмотря на сотни мыслей, роящихся в голове. Мне предстояло отыскать свою скрытую заклятием Столпа родину, снять с неё проклятие. А перед этим уговорить эту несносную человеку на сотрудничество. Впрочем, не согласится, буду тащить силой. Я крупнее, могу нести её в лапе. Сама и будет виновата, раз не понимает, какую ей оказывают честь. Повелители неба, драконы готовы принять от неё помощь, а она артачится.

Разбудила меня какая-то возня под лапой и злое пыхтение.

— Что тебе надо? — провыл я, приоткрыв один глаз.

Совсем стемнело, судя по всему, костёр потух. А человечка решила меня разбудить.

— Дрова закончились. Мужчина, о девушке позаботиться не можешь, — пробурчала она, упрямо протиснувшись под крыло.

Она расположилась на моей лапе, прижав ступни к моему боку.

— Теплокровный, — выдохнула она счастливо, и тихо засопела.

— Странная, — я лучше укутал её крылом и тоже заснул.

Разбудила меня тоже она, тянула мою лапу с наручником в сторону.

— Ты что делаешь?

— Мне надо в туалет, вытяни руку, — она ещё и по пальцу меня ударила. — Проснись уже! Очень надо. А цепь короткая.

Ну вот как она может быть моей истинной? Я уткнулся носом в живот девушки и глубоко вдохнул её запах. Пахнет, кстати, вкусно. Может и не всё потеряно…

— Радион, ну же, — взмолилась она.

— Радагаст. Когда ты уже запомнишь? — пришлось вытянуть лапу, позволяя девушке сбежать в кусты.

Дальше лучше не принюхиваться.

Кажется, я снова ненадолго заснул, а когда проснулся, не обнаружил рядом Марину. Чертыхнувшись, огляделся, потом потянул цепь на себя. Передо мной сформировалось несколько метров магических пут, прежде чем я рванул на поиски. Нёсся, ориентируясь на цепь. С моим передвижением она укорачивалась, плутая через кусты, потом через равнину, пока не исчезла в небольшом пролеске.

— Ох, спасибо вам большое. А то мне достался самый ужасный из чешуйчатых, — донёсся до слуха голос Марины. — Только и делает, что язвит. Ещё и шутит про женитьбу. Будто кто-то в здравом уме пойдёт с ним под венец.

Я миновал сеть кустов и замер, наблюдая интересное зрелище. Девушка ела лесные ягоды, иногда угощая крутящегося в её ногах малыша огненного аспида. А рядом сидела, любуясь играющимися детьми, его мама. Воздушная змея растянула своё длинное чешуйчатое тело под лучами солнца и довольно щурилась.

— Почему ты сбежала? — пророкотал я, выбираясь из-за кустов.

Марина подпрыгнула от неожиданности, а аспид прижался к её ногам. Только мать не шевелилась, лишь взглянула на меня с предупреждением.

— Я хотела есть, — девушка упрямо вскинула подбородок. — И ещё выяснила, что цепь удлиняется.

— Ещё раз сбежишь…

— Что ты сделаешь? — глядя с вызовом, она забросила в рот ягоды.

— Отшлёпаю, — рыкнул я.

— Только попробуй, — разъярилась она. — Ты и так моришь меня голодом и холодом. Злой драконище, — и показала мне язык, словно маленькая девочка.

Но её слова развеселили.

— Мне нужна нормальная еда. И обувь, — она продемонстрировала мне испачканные ноги. — И тёплая одежда. И одеяло. И гребень. И…

— Понял, я понял.

Сколько же с девушками проблем. То ли дело с аспидами. Принёс ей тушу посочнее, она и довольна. Как же жаль, что драконы не размножаются в животной ипостаси.

— Залезай на шею. Летим.

— Куда?

— Искать тебе гребень, — прошипел я сквозь стиснутые зубы.

— О, я озвучила не весь список, — погладив малыша по макушке, она поклонилась матери аспиду и поскакала ко мне. — Мне ещё надо и ванную тёплую, и кроватку.

— Не наглей. Надо попытаться раздобыть самое необходимое, — я опустился на землю, ожидая, когда она расположится.

— Почему попытаться? Нельзя просто купить?

— На что? Людям нужны деньги.

— Разве у драконов нет сокровищниц?

— Есть, в нашей стране. Она под проклятием. Как только его снимем, покажу, — пробурчал я раздражённо.

— То есть ты ещё и нищий дополнительно к тому, что беспардонный и бесчувственный извращенец? — невинно поинтересовалась она.

— Я передумал, — схватил её за талию и тут же взмыл в небо, прорубаясь сквозь ветки деревьев. — Полетаешь так.

— Гад, да я тебе…

Хочу нормальную истинную, но выдали это недоразумение. А ведь Царь наказал добиться её. Ещё и в животной ипостаси. Интересно, каким образом по его мнению можно заставить человеческую девушку полюбить дракона, зверя в её представлении? Как она там говорила? Попал. Жестоко попал на истинную.

Глава 2

/Марина/

— Опусти меня! Опусти меня сейчас же! — прокричала я, барабаня кулаками по чешуйчатому пальцу дракона.

Само собой, мне явно было больнее, чем ему. Бронированный бесчувственный гад! Он не дракон, он тролль!

— Мне холодно! Очень холодно!

Не врала, ветер бил так сильно, что продувал насквозь. Ещё и на высоте было не особо тепло ранним то осенним утром. Даже солнце лишь лениво выглядывало из-за облаков, не спеша отогревать мою замёрзшую попу.

— Мы почти на месте! — проревел Радагаст.

Вот вроде грозный драконище с кучей зубов, но совсем не пугает, наоборот, хочется оттаскать его за хвост и пасть мылом вымыть, чтобы перестал язвить.

— Я больше не могу-у-у! — провыла расстроенно.

Слёзы лились из глаз, но из-за потоков бьющего в лицо ветра. Только дракон решил иначе и… полетел ещё быстрее.

— Зас-сра-ане-ец! — но рот пришлось резко прикрыть, когда мне в лоб прилетело жуком.

Хорошо, что не в глаз и не пониже. Я, конечно, голодная, но не до такой степени.

Полёт продолжался, и теперь приходилось ругаться про себя. К счастью, ещё через десять минут моих мучений, дракон пошёл на снижение.

— Т-ты н-не уж-жасен, т-ты, т-ы-ы, — проклацала я зубами от холода, когда он опустил меня на землю.

— Я думал, ты врёшь про холод, — он озадаченно почесал макушку. — Вы, люди, такие хрупкие.

Она вновь схватил меня, на этот раз обеими лапами. А потом дунул! Раскалённым воздухом! Согрелась я мгновенно. И боялась лишиться всех волос на теле вместе с платьем.

— Ты не ужасен, у меня в лексиконе просто нет подходящего слова, чтобы описать твоё ехидное тугоумие, — я начала активно выкарабкиваться из его хватки в попытках спастись от возгорания.

Но он хоть не удерживал и перестал дуть. Я похлопала себя по лицу, проверила присутствие волос на голове и наличие бровей. Кажется, обошлось.

— Как только найду способ избавиться от цепи, убегу от тебя как можно дальше!

— Не убежишь, ты меня полюбишь, — выдал Радагаст, ухмыльнувшись, и мне даже стало весело.

— Полюблю тебя?! — зло расхохоталась я.

— Представь себе, — закивал он головой.

— У тебя ещё и ЧСВ зашкаливает.

— Что? — озадачился он.

— Чувство собственного величия, — припечатала я, опустив кулак на нос дракона.

Он отдёрнул голову и смешно чихнул, чуть не снеся меня с ног воздушной волной. Благо, из его рта пахло уже не так катастрофично, хотя и не мятной свежестью. Впрочем, и я сумела почистить зубы только пальцем.

До слуха донёсся стук молота. Только тогда я решила обратить внимание на то, что творится вокруг. Мы успели отдалиться от огромных деревьев и леса, перед нами поднималась стена гор, пересечённая самодельными тропами между уходящими во тьму шахтами. Возле одной из них как раз и стучал молотком мужчина, занимаясь починкой телеги.

— Люди, — от радости прижала ладони к груди и понеслась на поиски помощи.

— Нет же, — догнал меня наполненный насмешливым высокомерием голос дракона. — Стой, Марина.

Да только кто же его будет слушать на своём пути к спасению? Точно не я. Правда, бег мой был максимально медленным из-за камушков, впивающихся в ноги. Но я была упряма, вскоре отыскала начало тропы и начала по ней подъём, отметив краем глаза, что дракон остался внизу, а за мной тянется удлиняющаяся цепь. Отличное открытие, кстати. А всего лишь надо было пожелать отдалиться от дракона, чтобы уединённо сходить в туалет. И она послушалась. Потом я проверяла возможности отдаления от Радагаста. И там столкнулась с семейкой драконов. Сначала испугалась, но малыш прибежал поиграть, а мама не проявляла ко мне гастрономического интереса. Они же меня потом привели к ягодным кустам, позволившим хоть чем-то набить пустой желудок. Надеюсь, шахтёры тоже окажутся отзывчивыми к моим проблемам.

А шум молота приближался, я даже разогналась и чуть ли не вылетела к одинокому шахтёру у телеги.

— Помо… — фраза оборвалась, когда я рассмотрела мужчину.

Он был очень низким, в серой мешковатой одежде. Лицо морщинистое продолговатое, нос длинный и крючковатый, глаза маленькие и близко посаженные, уши большие и заострённые, голова лысая, а кожа вообще зеленоватая. На человека существо походило с натяжкой. Может, об этом и хотел мне рассказать Радагаст?

— Человек? — хрюкающе выдало существо, плотоядно меня оглядывая.

Но вообще нельзя же судить по внешности? Может, он в душе добрый?

— Мне нужна помощь. Я заблудилась. Мне бы одежду и еду. Пожалуйста, — проблеяла я, глядя в его глаза с мольбой.

— Эй, все сюды, тута потеряшка, — расхохотался он, сложив ладони рупором.

Из шахты выглянуло ещё трое монстриков. Скепсис на их мордах сменился радостью.

— Я… эм… наверное, пойду, — потоптавшись на месте, развернулась и попыталась дать дёру.

Даже кумушки под ногами уже не беспокоили.

— Куда?! — расхохотались монстры, и рванули за мной.

— Радион! — проревела я. — Спасай!

Жаль, его шея слишком огромная, чтобы придушить. Мог бы предупреждать и настойчивее.

— Эй, кого она зовёт? — послышалось за спиной.

— Радиона какого-то.

— Не Радион, Радагаст! — проревел дракон, подлетая в воздухе на уровень тропы.

И наш бег резко прекратился.

— Радион! — захрюкали от смеха зелёные существа, но замолкли от рыка дракона.

— Не Радагаст, а тролль, — резко остановившись, я обвиняюще указала на него пальцем. — Ты что меня не остановил?

— О, Радагаст, твоя что ль? — зелёный монстрик невинно пошаркал ножкой по земле. — Мы не тронули её.

— Не успели, — выдал другой, и получил подзатыльник от собрата.

— Вы что, знакомы? — я устало прикрыла лицо ладонью.

За что мне всё это?

— А мы тебя не заметили, Радагаст, — гавкающе рассмеялся зелёный, наблюдая, как дракон приземляется на тропу за моей спиной. — Ты ж обычно к шахте подлетаешь.

Надо сказать, помещался он тут так себе, но очень старался не сорваться с узкой тропы.

— Да девушка мёрзла, пришлось раньше приземлиться, — махнул лапой ящер, глядя на меня с укором.

— Конечно же мёрзла, наверху холодно и ветер дует. А у меня нет чешуи, но в отличие от тебя, есть мозги, чтобы это понимать, — разъярённо выдала я. — Ещё и твои… друзья меня до смерти перепугали. Вы вообще чего за мной побежали?

Я так разошлась, что зелёные мужички даже как-то стушевались.

— Мы… это… познакомиться хотели, — пробормотал один из них, почесав лысую макушку.

— Так не знакомятся!

— Тише ты, — рассмеялся Радагаст, похлопав меня лапой по спине. — Гоблины людей недолюбливают, а люди их.

— Я пока недолюбливаю только тебя, — выдохнула рассерженно, отмахнувшись от его конечности. — Так, мне нужна одежда, еда. Для начала, — и строго посмотрела на гоблинов.

Те засуетились, не зная, как поступить.

— Накормите её? — усмехнулся Радагаст.

— Щас ченить сварганим, — кивнул тот, что орудовал молотом.

И действительно сварганили. Нас проводили в находящуюся на уровень выше шахту. Тут была организована небольшая зона отдыха, скорее поварской уголок и расположенные в небольшой самодельной галерее столы со стульями. Всё было рассчитано на коротконогих гоблинов, но хоть о мисках такого не скажешь. Мне наложили целую небольшую кастрюльку вполне съедобной похлёбки. И даже выделили вместо стула дощечку, что позволило есть за столом. А вот с остальными запросами возникли проблемы.

— Женской одежды нет, — развёл руками в стороны Гисли, один из наших знакомых. — Да и ежели была б, не подошла бы. Но есть несколько одеял.

— И грабли, — счастливо объявил Ворьти, которого отправили на поиски гребня.

— Грабли? — переспросила я, глядя, как он машет этим сельскохозяйственным инструментом.

— Черенок отломать, и буде вам гребень, — выдал он, продолжая горделиво демонстрировать свою находу.

Со стороны входа в шахту послышался смех Радагаста.

— Спасибо, Ворьти, ты очень находчивый, — кисло улыбнулась я. — Но зубья в земле, и… металл портит волосы.

— О, да? Жалько, — расстроился он. — А то болтается тут без дела, так бы пригодилась.

Понятно, мне хотели сбагрить ненужную вещь.

— Вы, кстати, откуда знаете Радагаста? — поинтересовалась я, уплетая похлёбку.

Гоблины предпочитали жирную еду и острую. Очень непривычную для меня, но голод брал своё.

— Он тута один дракон. Настоящий, — пожал плечами Гисли. — Все его знают. А нам он как-то подсобил. Тележка чуть с обрыва не сорвалась, а он мимо летел. Так и познакомились. Мы ему сладости возим, а он нам помогает с тяжестями.

— Надо же, он и что-то для других умеет делать? — пробормотала я про себя. — То есть других драконов нет? — спросила уже громко.

— Прокляты они. В своей стране закрыты. Может, кто и есть, но мы других не знаем, — пожал плечами Райко, самый молодой и компании.

Он подошёл ближе и поставил передо мной мешочек, внутри которого оказались цветные леденцы.

— Можешь взять одну. Любую, — великодушно разрешил он.

— Спасибо, — благодарно улыбнулась ему.

Гоблины не отличались щедростью, но оказались вполне добры, пытались собрать для меня вещи, хотя с этим возникали проблемы, ведь я в два раза выше каждого из них. Пусть и выглядели неотёсанными и грубыми, ругались периодически друг на друга, скалились и рычали, но их нельзя было назвать плохими. Скорее самобытными, странными для обычного человека, который впервые видит подобных магических существ, но никак не злыми. Хотя, думаю, без протекции Радагаста, я бы могла не получить помощи, а нарваться на неприятности.

— Давай быстрее, — поторопил меня дракон.

— Ем же! — пригрозила ему ложкой, на что он покачал огромной головой. — А Радагаст он какой? Хороший? — спросила шёпотом.

— Дракон же, — пожал плечами Гисли.

— Это ничего не объясняет, — забросив в рот новую порцию похлёбки, я запила её водой.

Язык горит. Как бы гастрит не заработать с такой острой едой на голодный желудок.

— Вот, собрали, что не жалко, — из глубины шахты показался ещё один новый знакомый, Верто.

Приблизившись, он бросил возле меня серый потёртый рюкзак, отчего изнутри послышалось металлическое звяканье.

— Огромное спасибо, — я чуть склонила голову, притянув к себе ближе обновы.

Гоблины смотрели на меня так, будто отрывали важное от сердца. Легко поделиться они могли разве что не востребованными при работе на шахте старыми граблями.

— Что у вас тут за посиделки? — раздалось хриплое ворчание, и в помещении показался другой гоблин.

Он был старше, судя по количеству морщин. И выглядел иначе, более представительно. В ушах блестело множество серёг. Сухощавая фигура терялась в мешковатой мантии из плотной ткани. На шее висела связка цепей с разными медальонами, украшенными разноцветными камнями. Один из них ярко засиял, обращая к себе внимание всех присутствующих.

— Евгеньевна, быстро! — потребовал Радагаст.

А старый гоблин подхватил один из медальонов и посмотрел на меня сквозь прозрачный плоский камень в его основании.

— Жар-птица! — воскликнул он в неверии, и почему-то смотрел на меня.

— Эм, что? — я глупо усмехнулась, почувствовав себя неуютно под прицелом загоревшихся алчностью взглядов гоблинов.

— Марина…. — протянул Радагаст.

— Уже иду, — рассмеялась, прижав к груди рюкзак, словно пытаясь защититься от изменившейся в помещении атмосферы.

— Куда же ты, девочка? — расплылся в улыбке Гисли. — Не хочешь расплатиться за наше гостеприимство несколькими перьями?

— Вы явно что-то напута….А! — заорала я, когда меня резко рвануло за цепь в сторону выхода.

В ужасе успела только схватиться за дощечку под попой, но она, само собой, поехала вместе со мной. Гоблины рванули было следом, но потом почему-то передумали и побежали в противоположном направлении. Потом стало ясно по какой причине. Радагаст распахнул огромную пасть, в глубине которой разгоралось алое пламя.

— Наелась? — драконище схватил меня за талию, во вторую лапу взял вывалившийся на землю рюкзак.

— Хоть одно перо, — раздалось из глубины шахты.

— Марина моя! И все её перья тоже мои! — прорычал Радагаст.

— Твоя? Перья? Что происходит вообще? — ко мне наконец вернулся дар речи.

— Потом, — дракон развернулся и взмыл в небо.

Снова я ехала не на шее…

На этот раз летели недолго. Возможно, всё дело в ядрёной похлёбке, но сильно замёрзнуть я не успела. Дракон приземлился на берегу речки. Похоже, всё той же, но здесь она была не столь полноводна.

— Проблемная ты у меня, — выдал он, аккуратно выпуская меня из лапы.

С рюкзаком он так не церемонился. Тот издал металлический треск, когда рухнул на землю возле моих ног.

— Нет, это ты моя огромная проблема, — поправляя платье и весьма растрёпанные волосы, я отошла от Радагаста. — Если бы не ты, меня бы сюда не перенесло. И мне не приходилось бы выживать в диких условиях и сбегать от гоблинов.

Подойдя ближе к воде, я с грустью оценила через отражение свой внешний вид. Можно подрабатывать огородным чучелом. Волосы в беспорядке, ещё немного и сваляются в колтуны. Платье помято и испачкано. В принципе, как я вся. На ступни лучше вообще не смотреть. Ещё и тепло похлёбки рассеивается, а ведь только ноги отогрелись.

— Зато какая награда в конце пути, — дракон приблизился ко мне со спины и тоже вгляделся в моё отражение.

— Награда?

— Ты снимешь проклятие с драконов.

— И стану твоей женой? Это не награда, а наказание, — поморщилась я, проигнорировав злобное ворчание Радагаста.

Присев на берег, я опустила ступни в воду, чтобы отмокла грязь. Нужно отмыться и требовать у дракона нести меня к людям. Главное, не увлекаться, а то с моим везением есть вероятность наткнуться на плотоядную русалку.

— Драконы в плену уже тридцать лет. Они в каменном стазисе, почти мертвы.

— Вот не надо давить на жалость. Пока мне жалко только себя, — намочив ладони, я попыталась расчесать волосы пальцами. — Да и вообще некрасиво сваливать на меня чужие проблемы. Я, конечно, сочувствую, но не обязана кому-то помогать. Они твои родичи, не мои. И свадьба с тобой никакая не мотивация. Предложи что получше.

— Что, например? — прорычал он, явно недовольный моим равнодушием.

Но я ни богатырша, ни воительница, ни гениальный учёный, чтобы создать из палок и грязи боевой костюм, я обычная девушка. Я напугана, истощена, расстроена и рискую схватить воспаление лёгких. Последние два месяца и так проходили с постоянным ожиданием подтверждения смертельного диагноза, а тут жизнь подкинула новую подлянку, ещё и оставила одну. Если есть возможность помочь драконам, то не имею ничего против. Только я не способна нестись сломя голову через сотни препятствий, преодолевать смертельные испытания и совершать подвиги во спасение неизвестных мне существ. Банально не осилю. Нужно быть реалистами. Наш тандем не способен даже себя прокормить, а дракон замахнулся на снятие целого проклятия.

— Возвращение домой. Если это всё правда, и я не ловлю глюки, то выходит, пропала в неизвестном направлении. У меня есть родители и сестра. Они там с ума сходят от волнения. И мой парень тоже наверняка жутко напуган. Меня утянуло в зеркало прямо на его глазах.

— Твой парень? Это как? — насторожился дракон.

— Мой молодой человек. Ну… почти любимый, вот. Да, кстати, я несвободна, чтобы меня замуж звать.

Радагаст прищурил глаза. Те вспыхнули золотым светом, и мне стало как-то не по себе. Потому я поспешила сменить тему. Тем более есть нечто очень важное, что стоит обсудить. Хоть и страшно.

— Почему гоблины так странно себя повели?

— Поняли, что ты жар-птица, — пояснил он, будто это очевиднейший факт.

Эх, а я надеялась, что мне всё это послышалась. Но моя шизофрения расширяется.

— Знаешь ли, я не похожа на жар-птицу.

— Может быть, — пожал он плечами. — Я до тебя не встречал жар-птиц. Считается, что они давно вымерли.

Задумчиво меня рассматривая, он попытался поддеть когтем подол моего платья. Опять он со своими извращенскими замашками.

— Ты что творишь?!

— Пытаюсь понять. Ты красивая, Марина?

— Ты издеваешься?

— Говорю же, пытаюсь разобраться. Жених у тебя есть, значит, кто-то хочет и в жёны взять. Так ты красивая?

— Давай вернёмся к важным вещам, — выдохнула я, пытаясь справиться с шоком.

Как вообще отвечать на такие вопросы? И причём тут моя красота, когда обсуждается насущный вопрос самоопределения?

— Я абсолютно точно человек. Никакая не жар-птица. Но реакция гоблинов меня напугала. Почему вы все решили, что я жар-птица?

— Аура сообщила, кто ты, — хмыкнул он. — Свою сущность сложно скрывать. А ты и не пытаешься.

— Я не птица. Вот же, руки, ноги, волосы, нос.

— Руки, ноги, волосы, нос. Я во второй ипостаси тоже всё это имею. Обратись, и сама увидишь.

— Ну нет, ты точно издеваешься, — махнув рукой, я вернулась к водным процедурам.

На некоторое время воцарилось молчание. Я быстро смыла грязь с тела, кое-как расчесала волосы и собрала их в косу. Правда, это временное решение, если не найти хотя бы верёвку. А дракон от скуки принялся перебирать собранные гоблинами припасы. Те действительно не отличались щедростью. В нашем распоряжении оказались потрёпанные многочисленными походами чайник, сковорода, миска, нечто среднее между вилкой и ложкой, ржавый нож и небольшая металлическая фляжка. Одеяла положить не успели либо забыли, значит снова буду мёрзнуть. О более подходящей одежде и гребне оставалось мечтать. Как и о ночлеге в тёплой кровати.

— За что драконов прокляли? — надо бы разузнать подробности, а то мы с Радагастом пока только ругаемся.

— Мы были сильнейшими покорителями неба, — гордо выпятил он грудь. — Могли перенять силу воздушного Столпа мира.

— Столпа? Не забывай, что я вообще не в курсе ваших заморо… В смысле, особенностей вашего мира.

— Как бы объяснить, — он почесал когтем нос. — В мире должно быть три Столпа. Это правило. Они поддерживают баланс. Баба Яга, Кощей и Лесной Царь. Их титулы переходят по наследству.

— Лесной Царь подарил тебе цепь, — щёлкнула я пальцами, указав на нашу сияющую голубым светом проблему.

— Нет, это был его сын. Он перенял его титул. А его отец как раз проклял драконов. Катаклизмов опасался. И ведь мы могли стать новыми Столпами мира, вернуть баланс. Он просто боялся, что мы станем сильнее.

— Ну да, всегда за баланс отвечали одни, а вы решили, что круче. Типичная история злодеев, — пробормотала я, подхватив с земли рюкзак. — Если все драконы такие самоуверенные гордецы как ты, зачем вас освобождать?

— О чём ты вообще говоришь? — прорычал он, мгновенно разозлившись.

— Со стороны выглядит именно так, — оценив все пришитые к сумке крепления, я пришла к выводу, что одно можно оторвать и приспособить под резинку для волос.

Оставалось только присесть на траву и немного поработать ножом. Тот хоть и был местами ржавым, но не успел окончательно затупиться. Подвязав серой тонкой тряпичной лентой косу, я довольно улыбнулась. А жизнь то налаживается.

— Но это не так, — не унимался дракон. — Может, мы не идеальны, но это не повод проклинать целую страну. Там же женщины, старики, дети. Они тоже… злодеи, как ты говоришь?

— Моя логика проста. Если Столпы должны соблюдать баланс, значит они что-то вроде богов. Их долг защищать мир. А вы ему, выходит, угрожали, раз Лесной Царь наложил проклятие.

— Но его сын дал мне цепь, чтобы я мог проклятие снять, — парировал он. Так разошёлся, что в глубине пасти пылало пламя и из неё повалил дым. — Мир открыт. Баланс восстанавливается. Драконы никому не угрожают.

— Возможно, — я принялась собирать утварь обратно в рюкзак. — Но всё это с твоих слов, а ты можешь мне банально врать. Мне нужен более достоверный источник данных.

— Что? — Радагаст опустил голову, чтобы заглянуть мне в глаза.

Кажется, искренне не понимал, что именно требует странная человечка.

— Говорю, мне необходим взгляд со стороны. Учёный там, книги, летописи. Чтобы удостовериться в том, что ты говоришь правду.

— Зачем мне врать? — его недоумение выглядело непритворным.

— Всё просто. Чтобы я по наивности спасла твою страну. А так не получится, — развела я руками в стороны. — Докажи мне, что драконы достойны спасения, пообещай за помощь возвращение домой. И тогда я подумаю.

Довольная своей речью, я скрестила руки на груди, ожидая его решения.

— Либо я могу сделать так, — он резко схватил меня лапой за талию, подняв на высоту своего роста. — И отнести туда, куда мне надо.

Сердце застучало как бешеное, но я старалась не выдавать своего страха. Тем более как-то попривыкла к выходкам этого чешуйчатого.

— Значит я права, ты злодей, — изрекла, наблюдая, как пылает пламя в золотых глазах Радагаста. — С чего мне тебе помогать?

— Я не злодей! — проревел он яростно, ещё и выпустил в воздух струю огня.

— Пока похож на злодея, — я скептически выгнула бровь, всеми силами пытаясь держаться и не броситься в увещевания о помиловании.

— Не злодей, — он резко захлопнул пасть, сквозь зубы повалил пар. — Правда, Марина, — и аккуратно опустил меня на ноги.

— Ты меня напугал, — я продолжала сверлить его хмурым взглядом.

— Это ты меня разозлила. Не стоит говорить плохо о моих родичах, — пропыхтел он, махая лапами, чтобы развеять дым. — Они нуждаются в помощи. Ты обязана помочь.

— Вот опять ты. Ничего я не обязана. Я посторонний для всех вас человек.

— Жар-птица, — перебил он меня.

— Никакая я…. — медленно выдохнула, пытаясь успокоиться. — В общем так, пока ты мне не организуешь нормальные условия, еду, одежду и тепло, даже речи быть не может о снятии никакого проклятия. Я человек, могу умереть от низких температур. Но и перед этим тебе ещё предстоит доказать, что драконы не злодеи, пытавшиеся когда-то давно поработить мир.

— Женщины, — Радагаст растерянно бухнулся на задницу, глядя на меня в замешательстве и неверии.

— Это ты ещё легко отделаешься, — пробурчала я. — Не забывай, что если получишь согласие, то после снятия проклятия должен будешь сделать всё, чтобы вернуть меня домой.

— А как же свадьба, драконята и любовь до гроба? — язвительно отозвался он.

— О, а можно ещё потребовать у тебя молчать? — фыркнула я, с трудом сдержав себя от того, чтобы показать ему язык. — И, кстати, ты не сказал, как должно сниматься проклятие. Если надо принести меня в жертву, то я заранее не согласна.

— Нет, ты просто должна появиться, — обратив несчастный взгляд к небу, он тяжело вздохнул. — За что мне это?

— Я могу предположить, за ужасный характер? — и невинно захлопала ресничками.

— Будто у тебя он замечательный, — Радагаст вновь взглянул на меня. — Нам всё равно нужно посетить мага для создания поискового артефакта. Он подтвердит, что я не вру. Может, и книги у него есть, но так быстро легенды в историю не вносятся. Тридцать лет же всего прошло.

— Кстати, да, вполне, — здесь я была готова согласиться.

Сомневаюсь, что у них настолько развито книгопечатание. Гоблины, конечно, не показатель, но что-то я не заметила в их распоряжении никаких приборов.

— Так с чего ты начнёшь? — поинтересовалась я.

— Разве не понимаешь? Я могу понести тебя на себе, но идти долго, надо перейти гору. Это несколько недель подъёма. Быстрее перелететь. Но ты мёрзнешь на высоте. Мы в тупике. Хотя… — он хитро улыбнулся, взглянув на меня с ожиданием, — в перьях ты не замёрзнешь.

— Чего? — я даже задохнулась от неожиданности.

— Обратись. Ты зря опасаешься. Я не буду вырывать твой хвост.

— Мой… что? Нет у меня хвоста, и перьев тоже, — в подтверждение похлопала себя по бёдрам — Я совершенно обычный человек.

— Поверь мне, ты не человек. Я думал, ты просто скрываешь по привычке, потому не расспрашивал. А выходит, ты не знала. Но теперь же знаешь, — Радагаст продолжал улыбаться. — Обратись, птичка. Давай же, я ни разу не видел жар-птиц вживую.

— Я… не…

— Ты же можешь поверить и попробовать? Перья не дадут тебе замёрзнуть, я смогу долететь с тобой до города. А там… мда, — он снова погрустнел.

Наверное, вспомнил, что у нас нет денег, он вообще дракон, а я в коротком потрёпанном платье, которое явно не соответствует местной моде. Но проблемы надо решать по мере их поступления. Радагаст прав, мы не сможем полететь, если не придумаем, как защитить меня от холода.

— Ладно, давай я сделаю вид, что поверила. Как обращаться?

— Пожелай, — он вперил в меня загоревшийся взгляд. — Очень пожелай. Прямо очень сильно.

— Эм, ладно… Ты мне не помог.

Вернувшись к берегу, я оценила взглядом свой потрёпанный облик. Но выглядела хоть явно лучше, чем пятнадцать минут назад. Как он там сказал, очень захотеть? Я прикрыла глаза, но скепсис был слишком силён, потому ничего не выходило. Лишь на губы наползала улыбка от комичности ситуации. Пытаюсь превратиться в птицу, а в команде поддержки дракон.

— Не выходит. Я же говорила, — пожала плечами, обернувшись к Радагасту.

— Давай попробуем как с драконятами, — он приблизился, ткнул когтем мне между грудей. От него пошло тепло, кожу защипало сотней иголочек. — Прикрой глаза, представь, что рука это крыло.

Я послушалась. Закрыла глаза и попыталась ощутить свои руки иначе, будто они маленькие, лёгкие и покрыты перьями. Тем более сейчас это давалось проще, ведь тепло наполняло тело, отдаляя реальные ощущения.

— Так, молодец, дальше представь, что ноги… хмм, не ноги, а лапки.

— Ладно, — хихикнула я. — И что дальше? Клюнуть тебя по носу?

Я так ярко представила эту сцену, что подалась к нему, но плюхнулась на траву. Открыв глаза, часто заморгала. Дракон казался больше, как и мир вокруг. Так, нет, дело не в них, дело во мне. Это я стала ниже! Почуяв неладное, подошла к берегу, потом ещё приблизилась, потому что не сразу увидела отражение. Следом пространство пронзил мой вопль.

— Что ты со мной сделал?!

Из отражения на меня смотрела тщедушная птичка, покрытая золотистыми перьями. Какой-то цыплёнок переросток, но уж точно не жар-птица.

— Я курица!

— Мда, жар-птица из тебя тоже ущербная, — пробормотал дракон, подтолкнув меня когтем под попу. — Хвоста волшебного нет.

— Это правда я?! — хотелось плакать и просто орать от шока, но в этом теле не получалось.

— Правда. Видимо, ты права про болезнь. Надо будет уточнить у мага. Но всё же замечательно!

— Да? — с сомнением посмотрела в довольные глаза дракона.

— Конечно! Теперь мы сможем долететь до города. Но и это не всё.

— И что ещё?

— Такой ты мне нравишься больше! Ты только посмотри, какие коготки, крылья, клюв выдаёт породу. А пёрышки, — он почесал меня под подбородком. Забывшись, я прикрыла глаза от удовольствия, но тут же чертыхнулась и отпрянула. — Ты просто красавица! — заключил он. — Оставайся такой.

Плюхнувшись на траву, я приоткрыла в недоумении… клюв.

— И точно извращенец!

/Радагаст/

— Почему сразу извращенец? — вспылил я.

Как же с ней сложно! Комфорт обеспечь, очевидное докажи, ещё и молчи, когда она через фразу язвит. А мне, значит, нельзя?

— Ты находишь привлекательной курицу! — всплеснула она крыльями.

Марина действительно выглядела истощённой. Худенькая настолько, что, кажется, снесёт слабым порывом ветра. Перышки мягкие, пушистые, как у птенчиков. Ни хохолка, ни яркого хвоста, которые часто изображают на картинах, не наблюдалось. Но всё равно она к себе слишком строга. Не курица, очень милая птица. Зато вон какие когти острые, и ноги сильные, размах крыльев шикарный, осанка королевская, клюв хищный, ещё и золотом поблёскивает. Теперь я бы предпочёл держаться от неё подальше, если разозлится. Такой может и чешую пробить. Волшебная же. А глаза! Большие, сияющие. Так что очень даже симпатичная хищница. Научить охотиться, и она ещё нас обоих прокормит. Красота же! А она… извращенец.

— Жар-птицу, — не согласился я. — Ты красивая. И этот облик практичный. Смотри, ты меньше, значит, и есть будешь не так много.

— Ты пока меня вообще ничем не кормишь, кроме лягушек.

— Жаб, — напомнил я.

— Ещё водишь по сомнительным заведениям, где меня пытаются ощипать.

— В округе больше и нет никого разумного кроме гоблинов, — хмыкнул я. — Но ведь тебя накормили. Главное, результат. А ты вечно недовольна.

— Я не недовольна, — она начала расхаживать вдоль берега, смешно подёргивая коротким хвостом. — Я в бешенстве из-за свалившихся на мою голову неприятностей. И их становится только больше. Теперь выяснилось, что я ку… жар-птица. Доказывай теперь всем, что у меня нет волшебного хвоста.

— Думаю, это временно, отрастёт. Но лучше посоветуемся с магом.

— А если и маг захочет мой хвост?

— Такой вариант возможен, — согласился я, почесав подбородок. — Но и выбора нет. Сам я страну не отыщу.

— Нельзя просто найти карту? — замерев у густой травы, она насторожилась и резко рванула вперёд. А через секунду выскочила уже с мышкой в клюве. — Фу! Что это было?! — воскликнула в шоке, отбрасывая от себя перепуганную полёвку.

— Инстинкты, — губы расплылись в улыбке от умиления.

Хищница. Просто красотка! Марина считает кожаный облик более симпатичным, но почему-то извращенец я.

— Ужасные инстинкты, я только что…

— Охотилась. И удачно, — я продолжал улыбаться.

В таком варианте истинная мне нравится. Правда, так мы точно несовместимы. А жаль.

— Это ненормально, — пробормотала она, нервно вздыбив перья. — Так… о чём мы говорили? О карте! Нельзя просто посмотреть по карте?

— Можно, но к стране не подойти. Колдовство путает тропинки, ветер сбивает с курса, нужен поисковый артефакт.

— Плохо, — выдала она. — Ладно, полетели к городу. Чего время терять? Хочу быстрее вернуть прошлый облик.

— Тебе так очень даже хорошо, — предпринял я попытку уговорить свою хищницу, но она теперь агрессивно взъерошила перья.

Глаза опасно блеснули. Стало не по себе. Заклюёт ведь.

— Ладно, полетели. Сама полетишь?

— Я же высоты боюсь, не помнишь что ли?

— Всё забываю, что ты ущербная, — закатил я глаза, и потом был вынужден убегать.

Марина налетела на мой нос. Острые когти впились в чешую, а клюв больно налетел на лоб. Кое-как отмахнувшись, я рванул прочь, потирая ушибленное место. А она попыталась ещё и на мой зад напасть. Хищница!

— Хватит, хватит! — попытался я её успокоить, нарезая круги по поляне. — Больно же!

— Ты бронированный, дай сбросить пар!

— А у тебя клюв волшебный! Больно!

— Да? — она остановилась, даже пёрышки пригладились. — Тогда больше не зли меня.

— Попрошу о том же, — я вернулся к ней и подставил лапу.

Она легко в неё впорхнула, крепко вцепившись когтями. Во вторую лапу я подхватил рюкзак, пихнув в него скромные подарки гоблинов.

— Лети, — повелительно кивнула она головой.

Мысленно попросив у неба даровать мне побольше моральных сил, я взмахнул крыльями, вертикально взмывая вверх. И устремился к горам, быстро набирая высоту. А про себя гадал, насколько высоко могут летать жар-птицы.

— И вправду, не холодно, — раздался снизу смех Марины. Хоть повеселела. — Совсем не холодо-о-а-а! А!

Чертыхнувшись я извернулся, но лапа была пуста. Даже на всякий случай проверил вторую. Только рюкзак. Я что, потерял свою истинную птичку?!

— Марина?! — заревел я, завертевшись в воздухе.

— Дурак! — раздалось сверху. Марина приземлилась мне на рог и больно клюнула в затылок. — Ты меня выпустил!

— Надо было лучше держаться, — прорычал я, выправляя полёт. — Зато летать тебя научил. В следующий раз ты меня несёшь.

— Не потяну, ты слишком толстый, — фыркнула она, прижимаясь к рогу.

Ветер трепал золотистые перья. Она мило щурилась, подёргивая шеей.

— Держись крепче, — наказал ей, начиная набирать скорость.

Теперь то можно быстро перелететь через горы. За ними будет деревня. Там нужно попытаться раздобыть ей одежду и что она ещё заказывала? Тепло и комфорт? Буду считать, что она имела в виду одеяло.

Полёт действительно сокращал время. Мы быстро взмыли к облакам, острые шпили гор проносились внизу. Марина осмелела и теперь путешествовала по моим рогам, с интересом оглядывая виды.

— А тут красиво, — через некоторое время заключила она.

Хоть в чём-то мы были согласны.

— Подожди. Вот увидишь Драко.

— Твою страну?

— Да. Она прекрасна, — грустно улыбнулся я.

Внизу мелькнули отблески солнца на поверхности озера. Возле него и находилась деревня, потому я начал снижение. Только близко подлетать не стал. Приземлился у границы леса рядом с возделываемым полем. Небольшим, местные жили в основном рыбной ловлей и продажей руды.

— Что дальше? — деловито уточнила Марина, спорхнув с рогов сначала на мой нос, а потом и на землю.

— На границе живёт знахарка. Попробуем попросить у неё помощи.

— Отлично, ой, а там что? — она развернулась, высматривая что-то в небе.

Я тоже вскинула голову. Тогда и разглядел, что к нам приближается аспид. Знакомая мать с малышом. Интересно, что им нужно так далеко от дома? Правда, приземляться она не стала, зависла над землёй перед нами и выпустила из когтей… человека. Молодого, крепкого, но в целом обычного. Волосы цвета пшеницы, глаза зелёные, две ноги, две руки, голова, нет когтей.

— Никита?! — Марина рванула к нему, на ходу обращаясь к своей не лучшей форме.

Парень весь дрожал от холода, но бросился на встречу. И через мгновение они крепко обнялись. Прямо у меня на глазах! Внутри заворочалась злость, моментально вскипятив кровь в жилах. Ещё одна проблема на мою голову…

— Марина, — довольно улыбнулся этот… этот будущий труп!

Недовольно выдохнув, я двинулся к парочке. Перекушу наглеца на двое, и нет проблемы. Хотя нет, ещё и пожую. А может и проглочу. Решу по ходу дела.

Глава 3

/Марина/

Жизнь действительно налаживалась. Я уже решила, что плутать мне по миру с ехидным драконом, но мироздание не оставило меня одну. Аспид принесла Никиту. Когда увидела их, не поверила своим глазам. Но это действительно был он!

— Маринка! — он стиснул меня в объятиях так сильно, что затрещали рёбра.

Надо сказать, в ледяных объятиях. Полёт без перьев проходит совершенно некомфортно, я бы сказала, с риском обморожения.

— Откуда ты здесь? Как вообще? — я просто смеялась сквозь слёзы, обрадованная тем, что встретила в этом враждебном мире знакомого.

Казалось, вновь вернулась точка опоры, уверенность. Ведь теперь я не одна.

— Радион, смотри, это… А!

Дракон решил не просто посмотреть, но и попробовать на язык. Не успела я отойти от Никиты, как Радагаст его сцапал. Хам, и нет моего богатыря! Я впала в полнейший ступор, стук сердца оборвался от ужаса. За время столкновений с этим несносным ящером, совсем забылось, что он опасный и огромный хищник. Странный сон переходил в кошмарную стадию. Но если это не сон…

— Нет! — завопила я. — Что ты делаешь?!

Дракон не ответил. Стоял, выпучив глаза и упрямо стиснув челюсть. Но неудачно, та начала открываться, являя сопротивляющегося Никиту. Он упирался спиной в нёбо дракона, а ногами в его язык. И постепенно расширял зазор для побега. Мышцы на его руках бугрились, на шее выступили жилы, лицо побагровело от натуги. Кажется, он действительно богатырь! Но и Радагаст не сдавался, усиленно пытаясь захлопнуть пасть. Я и сама стояла в полнейшем напряжении, сжимала кулаки, проникнувшись усилиями Никиты.

— Радагаст, а ну прекрати! — взъярилась я. — Выплюнь его!

Жёлтые глаза посмотрели с возмущением. В глубине пасти запылало пламя. Кажется, Никита сейчас быстро согреется после полёта.

— Что же ты творишь?! — я так разозлилась, что мир снова уменьшился.

Точнее это я снова стала золотой боевой курочкой, и ринулась на защиту своего парня. Радагаст придушенно заревел, когда я прыгнула на его голову, и начала биться о его макушку. Он заметался на месте, пытаясь меня скинуть, но я не унималась.

— Отпусти его! Отпусти сейчас же! — кажется, у меня в роду отметились и дятлы, потому что я была неумолима.

И тут в нашу странную борьбу ворвался грозный рык. Маме-аспиду надоело наблюдать за этой вознёй. Меня сбросило с головы Радагаста ударом хвоста. А самого дракона опрокинуло на траву, и потом ему прилетело и по животу. Никита вылетел из его пасти, словно пробка из бутылки. Недовольно всхрапнув, грозная дракониха снова взревела и взлетела в небо, посчитав свой долг выполненным. Малыш помахал нам лапками и устремился за мамой. Вот это настоящая женщина.

Опомнившись, я подлетела к ошеломлённому Никите и встала перед ним, раскинув крылья в стороны.

— Не смей его кушать! — проклекотала требовательно.

— Я только немного пожую, — проревел дракон, вскакивая на все четыре лапы.

Золотые глаза опасно сверкали, из пасти валил дым.

— Ты дурак? — я на мгновение задохнулась от его заявления.

— Марина, осторожно, — Никита оправился от шока, вскочил на ноги и завис, разглядывая меня. — Ты курица?!

— Она прекрасная жар-птица, идиот! — припечатал Радагаст, и теперь зависла я.

— А, да, точно, — он сконфуженно усмехнулся, почесав затылок.

— Ты знал? — настала пора нового шока.

— Хотел тебе рассказать, ну, в тот день, когда признался, кто я, — глупо рассмеялся Никита. — Я просто иначе тебя представлял. С волшебным хвостом и…

— Хвост, хохолок и всё в Марине моё, — заявил дракон.

Я опомниться не успела, как меня обвило его хвостом и притянуло в загребущие лапы. Дракон заключил меня в капкан своих когтей и явно вознамерился улетать.

— С чего это твоё?! — возмутилась я, и, вспомнив о дятлах в родственниках, начала долбить себе выход.

Дракон взревел от боли и выпустил меня на свободу. Даже летать перестала бояться. Вспорхнула на крыльях и зависла в двух метрах над землёй.

— Правильно, Марина моя, — Никита горделиво указал на свою грудь большим пальцем.

— И ты дурак! — спикировав вниз, я тюкнула его клювом по темечку.

Парень взвыл, схватившись за голову. Дракон рассмеялся. А я приземлилась подальше и попыталась обратиться. На этот раз выходило не так быстро.

— Кто он такой? — потребовал ответа Радагаст, развернувшись ко мне.

— Да, кто он, Марина? — и Никита весьма бескомпромиссно ожидал ответа.

— Вы что без меня познакомиться не можете? — я в полнейшей растерянности всплеснула руками.

Что это вообще было и что происходит теперь? Дракон ведёт себя словно ревнивый муж, да и Никита недалеко от него ушёл. Но хоть удалось избежать смертоубийства.

— Я Радагаст, наследный принц королевства Драко, — дракон гордо вскинул голову. — И она моя невеста.

— Чего? — кашлянула я от неожиданности.

— Марина? — Никита скрестил руки на груди, вопросительно вздёрнув бровь. — Когда ты успела обручиться с драконом и, главное, зачем?

— Не обручались мы, — пролепетала я, но уже снова начинала злиться. — И не обручимся. Он просто почуял, что я могу сбежать, вот и бесится.

— Не можешь, — фыркнул Радагаст, дёрнув цепь на себя, отчего я чуть не рухнула на попу.

— Ты мне не жених. Никита мой парень. Мы встречаемся. Я же говорила, что несвободна.

— Это было до судьбоносной встречи со мной, — насмешливо осклабился ящер. — Теперь Марина принадлежит мне. Цепь нас обручила.

— Цепь? — Никита только сейчас рассмотрел наш невесёлый аксессуар.

— Никого она не обручала, — закатила я глаза. — Хватит придумывать глупости. Уговор такой, ты мне комфорт, одежду, еду и подтверждённую правду о драконах. После я попытаюсь помочь с проклятием. И потом ты обязан обеспечить мне… выходит, что нам возвращение домой.

— О как, — Никита рассмеялся, растрепав чуть влажные от слюны дракона волосы.

Новая проблема, надо бы его помыть.

— Но… — Радагаст начал беспокойно расхаживать из стороны в сторону. — Уговора о нём не было.

— Теперь есть. Он со мной. Мы неразлучимы.

— Такого слова не существует, — буркнул дракон.

— Но суть ты уловил, — глупо улыбнулась я. Как же нервно, уже слова начала путать. — Он мой парень.

— Но хоть пожевать его можно? — прорычал обречённо Радагаст.

— Нет! У нас нет мыла, чтобы его отмыть, — я активно помотала головой, когда Никита попытался рвануть ко мне с обнимашками. — Ещё одна проблема, как его теперь отмыть от твоей слюны?

— Могу испарить влагу огнём, — дракон с грохотом опустил огромный кулак на землю, проделав в нём глубокую яму.

— Хватит пытаться его убить!

— Ты его любишь? — задал Радагаст внезапный вопрос.

Никита закивал головой, глядя на меня с надеждой.

— Не твоё дело, — выдохнула я.

О какой любви может идти речь, когда мы встречаемся всего три месяца? Да и вообще, я считала, что он просто меня жалеет, потому не бросает, из-за чего не позволяла себе слишком к нему проникнуться. Но в любом случае, есть ли разница, какие нас связывают чувства?

— Хорошо, — разулыбался дракон. — Когда он тебе совсем разонравится, можно будет его пожевать?

— Ты невозможен, — прикрыла я глаза ладонью. — Пойдёмте к озеру. Мыть богатыря. И чистить зубы дракону, — добавила ехидно.

Радагаст подскочил на задние лапы, громко дунул, принюхиваясь к запаху.

— Это от несвежей еды, — обвинил он, указав на Никиту.

Мой богатырь оскорбился, но украдкой принюхался к подмышкам. А я снова прикрыла лицо ладонью. За что мне всё это?

До озера пришлось идти пешком. Дракон ещё злился, и я побаивалась, что он скинет Никиту. А парни теперь сцепились языками.

— Предложение ты ей уже сделал? Родители одобрили? — Радагаст смотрел на Никиту недобро, тот отвечал взаимностью.

Мне оставалось похлопывать ладонями по горящим щекам и периодически закатывать глаза.

— В нашем мире другие обычаи, — пояснил он. — Я… хм… ухаживаю за Мариной.

— А родители её знают, что ты без серьёзных намерений? — уточнил дракон, прищурив глаза.

— Так, хватит, — возмутилась я, вскинув руки в стороны. Хотелось каждого наградить подзатыльником, но я сдержалась. — У нас так принято, молодые люди общаются, проводят вместе время. И если нравятся друг другу, тогда и представляют родителям.

— Хорошо, — буркнул Радагаст, выпустив дымок из пасти. — Ты его родителям представила?

— Никиту они знают, — пожала я плечами.

Правда представляла я их неофициально. До этого мы общались месяц, почти тайно. Никита прибежал ко мне в больницу, там был представлен моей матери. А она так радовалась, что возле меня появился верный защитник, не желающий бросать девушку в сложный для неё период. Так что всячески поддерживала наши отношения. Папа у меня строгий, особо ко мне парней не подпускал, но тут поддался давлению мамы. Я и обрадовалась, что меня больше не контролируют на каждом шагу. Но важную роль сыграла и репутация самого Никиты. Он из одной со мной школы, только на два года старше. Спортсмен, по пьянкам не гулял, девушек одну за другой не менял, хотя на внешность не жаловался. Он получил одобрение. Отец разрешил ему держать меня за руку. Так и пронеслись ещё два месяца в отношениях, перемежаемые посещениями врачей.

— Кстати, ты так и не рассказал, как здесь оказался? — припомнила я в желании сменить смущающую тему разговора.

В конце концов нам ещё рано обсуждать серьёзность наших отношений. У нас и дальше поцелуев не заходило. Такими темпами и не зайдёт. Нет никакой уверенности в том, что от цепи можно избавиться. Из-за неё мы с драконом словно сиамские близнецы.

— Прыгнул за тобой в зеркало конечно же, — заявил Никита, нахмурив светлые брови. — Только выбросило меня не возле тебя, а у реки. День ходил, тебя искал, а потом встретил дракониху. Она меня к вам и отнесла.

— Помощница, — неприязненно проворчал Радагаст.

— Чем ты недоволен? — разозлилась я. — Никита к нам не привязан. Может спокойно войти в город. И одет он получше нас с тобой. Отмыть только надо.

Парень сконфуженно усмехнулся, поправив свою цветастую футболку, влажную от слюны дракона.

— Со мной тоже можно в город. Я… иллюзию могу наложить, — выдал дракон.

— Это как?

— Свой облик скрыть, — пояснил он. — Только… размеры останутся прежними, но меня будут видеть иначе.

— А цепь? Разве что превратишься в собачку, — хихикнула я. — Будто я тебя выгуливаю.

Радагаст злобно рыкнул, а Никита расхохотался. За что его и пихнуло хвостом в траву. Не понимаю, почему дракон так на него реагирует? И придумал ещё про невесту. Может, он темнит, и это одно из условий снятия проклятия? Хотя и не понимаю, в чём смысл. Но если мне надо выйти замуж за этого ехидного дракона, чтобы спасти его страну, то пусть не рассчитывает. Гробить свою жизнь за… сотни других жизней? Так, Марина, не думай об этом! Совесть она такая, проснётся, обратно не усыпить. Я не обязана взваливать чужие проблемы на свои плечи. Ведь не обязана?

— А ты с чего Марину своей невестой назвал? — Никита поднялся с земли и отряхнул одежду, сверля дракона гневным взглядом.

— Чтобы тебе не отдавать, — огрызнулся Радагаст и упрямо сжал пасть, явно не намеренный развивать эту тему.

— Но Никита прав, брось свои собственнические замашки. Я не твоя, я своя собственная. Только мне решать, с кем встречаться и за кого выходить замуж. И встречаюсь я с Никитой. А нас с тобой связывает только цепь, — я с кривой улыбкой на губах продемонстрировала ему свой наручник.

Радагаст помрачнел, но хоть промолчал. Тем более мы дошли.

Озеро оказалось большим, обрамлённым по берегам густой травой, кустарниками и деревьями. Прозрачная вода позволяла рассмотреть дно на несколько метров вглубь. У берега плескались мальки. Спокойную водную гладь то и дело волновало играми рыб. Солнце за время нашего путешествия поднялось высоко и отогревало озябшее тело. Ветер доносил запахи полевых цветов. Глубоко вдохнув свежий аромат, я приблизилась к берегу, чтобы омыть лицо и руки. Мужчины тоже приступили к водным процедурам. Радагаст принялся чистить зубы. Поддавшись его примеру, и я прополоскала рот. И украдкой наблюдала за тем, как Никита раздевается. Занятия спортом не прошли даром, там было чем полюбоваться.

— Вот же бесстыдница, — Радагаст распахнул крыло, закрывая от моего взгляда Никиту, словно ширмой.

— Мы из другого мира, — закатила я глаза. — Уже не раз купались вместе.

— Что ещё вы делали? — моментально разозлился он.

— Слушай, хватит вести себя как ревнивый муж. Это выглядит глупо. Говорю же, мы с Никитой пара. А ты мне никто. И даже если мы умудримся подружиться, мы с тобой парой не станем.

— Почему это не станем? — он только сильнее распалялся, из пасти снова повалил дым.

— Для начала из-за твоего ужасного характера, завышенного чувства собственного величия и чешуи. Повторяю, мы вынуждены взаимодействовать только из-за цепи.

— Ты меня плохо знаешь, — он даже оскалился от злости.

— Ну-ка иди сюда, — подозвала его. Он озадаченно захлопал глазами, но приблизил свою голову. Отмахнувшись от дыма, я положила ладонь на его нос. — Вроде температуры нет. Лихорадка не беспокоит?

— Что за вопросы? Я здоров!

— Тогда с чего это всё? Невеста? Моя? Не понимаю. Точно! Дело в перьях, да? Ты говорил, что они твои. Фу, какой ты…

— Я дракон, моя чешуя такая же волшебная, как и твои перья.

— Тогда в чём дело, Радагаст? — я серьёзно посмотрела в его глаза.

— Цепь… — процедил он с неохотой. — Она должна была привести ко мне истинную.

— Что истинную?

И ведь он так обо мне и отозвался в нашу первую встречу, а я была так напугана, что не придала значения.

— Истинная пара, — выдохнул он, обдавая меня дыханием с ароматом свежескошенной травы.

— Я? — прижала ладонь к груди. Дракон кивнул, а я расхохоталась. — Дурак что ли?

— Это правда, — оскорбился он. — Таковы условия снятия проклятия. Я должен найти истинную пару. Лесной Царь сказал, что цепь поможет мне в поисках.

— Ох, значит, с проклятием всё ещё сложнее. По-моему, обоим очевидно, что я тебе не пара. Вот ни разу. Я, конечно, не сильна в фэнтези и в законах вашего мира, но могу предположить, что истинные идеально совместимы. Так ведь?

— Да, и тянутся друг к другу, — мрачно кивнул он.

— Вот. А мы несовместимы, и нас не тянет друг к другу. Вообще не могу представить девушку… — дракон опасно прищурил золотые глаза, и я предпочла замолчать. — В общем, не надумывай глупостей. Мы не пара. А если бы и были, всё равно, у меня своя жизнь, и в ней нет места для тебя. Я уже говорила, помогу с проклятием при выполнении моих условий, а потом ты поможешь уже нам с Никитой вернуться домой.

Радагаст резко отдёрнул голову и отвернулся. Обиделся что ли? Ничего, поворчит и успокоится, я ведь сказала правду. Истинная пара, я и этот дракон? Сотню раз «ха»!

— Я всё, только одежда мокрая, — объявил Никита.

— Сейчас высушу, — мрачно пробормотал Радагаст, направляясь к нему.

Крылатая ширма между нами исчезла, и мне предстал замёрзший богатырь. Влажная серая футболка и синие джинсы облепили подтянутое тело, он дрожал под порывами осеннего ветерка, и растирал предплечья в попытках согреться.

— Так, нет, — воспротивилась я. — Опять ты пытаешься его убить.

— Ничего я не пытаюсь, — дракон злился и скалился.

Мне стало по-настоящему страшно за Никиту, да и он попятился назад от приближающегося Радагаста. Но тот стремительно преодолел расстояние между ними, схватил парня в лапы и дунул. Страхи отошли, когда обошлось без пламени, и я даже хихикнула над тем, как смешно раздуваются щёки Никиты. Через пару секунд дракон опустил его на землю. Сухого, со вздыбившимися волосами и чуть пошатывающегося.

— Жив твой… парень, — буркнул дракон и пронзил меня сердитым взглядом.

Ещё дуется. Но ничего, оттает. Главное, что мы пришли к согласию в отношении наших дальнейших планов.

— Садитесь, летим к знахарке, — Радагаст присел, подставив крыло, чтобы мы могли легко забраться на его спину.

— Тут недалеко, не замёрзнем? — уточнила я с опаской.

— Недалеко, — хмыкнул он.

— Прямо прогресс, — одобрительно закивала я головой. — Так у нас действительно что-нибудь получится.

Мне показалось, морда дракона просветлела от моих слов, но потом снова помрачнела, когда на него начал карабкаться Никита.

— Давай, Марин, садись передо мной, поддержку, — он с чарующей улыбкой на губах протянул мне руку.

Схватившись за неё, я забралась на спину Радагаста и устроилась между роговых наростов.

— Держитесь, — буркнул дракон и взмахнул крыльями, поднимаясь в небо.

Задержался только, чтобы подхватить рюкзак. Высоко взлетать не стал, поднялся метра на три и устремился вдоль берега к виднеющейся впереди деревне. Точнее, издали пока можно было разглядеть только поднимающийся из труб дым, но летели мы довольно бодро, так что через пятнадцать минут показался первый домик. Он стоял на отшибе, ближе к лесу. Одноэтажный, из добротного сруба, окружённый крепким забором. Чистые стеклянные окна обрамляло деревянное кружево. На крыльце сидел серый кот, настороженно наблюдая за приземлением дракона.

— Здесь живёт знахарка, — догадалась я.

— Да, — буркнул дракон.

До сих пор злился, что захотелось его даже как-то подбодрить, ну там по носу похлопать, но я обругала себя за глупую мысль. Бесится он ведь на то, что обстоятельства складываются не так, как он планировал. Так что больше ничего не сказав, я поднялась по ступеням крыльца, но наученная горьким опытом остановила себя от того, чтобы постучаться.

— Это точно не опасно? Меня там не ждут странные существа этого мира?

— Не опасно. Кария обычная женщина, с чуточкой крови ведьм. Добрая. Даже мне разок помогла.

— В чём? — заинтересовалась я.

— Шип ядовитый из лапы вытащила.

— Значит, и нам поможет, — Никита решительно прошёл к крыльцу, оттеснил меня в сторону и постучался.

Кот перестал с опаской коситься на дракона и потёрся о мои ноги, и я с радостью почесала подставленную для ласки пушистую макушку.

— Кто? — раздалось за дверью.

— Радагаст, — объявил дракон. — Помощь нужна.

— Опять на колючку наступил, — насмешливо отозвалась женщина, отворяя дверь.

Знахаркой в моём представлении должна быть умудрённой опытом старушкой с седыми волосами и обязательно сгорбленной возрастом. Но нам предстала моложавая женщина с толстой вороной косой, поблёскивающей тонкими нитями серебра. Рослая, бойкая на вид, с внимательным взглядом чёрных глаз в обрамлении густых ресниц. Тёмные дуги бровей приподнялись в лёгком изумлении, потом же она сердито насупилась, уперев руки в бока.

— Быстро в дом, околеешь же, девонька, — неодобрительно покачала она головой. — К печи, живо.

У меня не возникло даже мысли ослушаться. Я выпрямилась по стойке смирно и робко вошла в прихожую. Под потолком висели связки трав, наполняя помещение пряным ароматом. Следующая комната оказалась кухней с белоснежной печью в центре. Мельком оглядев заставленное деревянной мебелью помещение, я прошла к ней и блаженно протянула озябшие руки к источнику тепла.

— И что за новые неприятности? — прицокнула Кария языком, подтолкнув тянущуюся за мной цепь носком. — Почему вы осенью без одежды?

— Длинная история, — я устало заправила выбившиеся из косы волосы за ухо. — Меня зовут Марина. А это Никита.

— Мы из соседнего мира, — подключился к рассказу он.

— Марину привела цепь, — вставил своё слово и дракон.

Кот проявил к нему благосклонность, и теперь тёрся о единственное, что Радагасту удалось протиснуть в дом через дверь, нос.

— Вижу, что волшебная она, — закивала женщина.

— Её мне дал Лесной Царь, она должна была привести ко мне истинную. Привела Марину, — вздохнул дракон. — А она полуголая. Ещё и с… придатком.

— Ты это про меня? — зло сузил глаза Никита.

— Про кого ещё? — фыркнул ящер. — Только решили проблему с перелётами, а тут ты приблудился.

— Понятно, — женщина покачала головой, поджав в неодобрении губы. — На улице посиди, да дверь закрой. Холод в дом запускаешь.

— Ты поможешь? — как ни странно, с ней дракон не спорил.

— Помогу, куда ж деваться? Не на улицу же бедняжку выгонять.

— Спасибо, — глаза даже заслезились от облегчения.

Наконец, нам встретился добрый человек. Точнее немного ведьма, но не столь уж это и важно. Я сама вон жар-птица.

— Так, — она снова упёрла руки в бока. — Ты, Марина, руки мой, поможешь мне обед сготовить. А ты, иди дрова наколи, богатырь, — усмехнулась она.

— О, вы знаете? — насторожилась я.

— Знаю, всё знаю, — на губах женщины появилась усмешка, но добрая. — За работу. Тунеядцам не помогаю.

Тунеядцами мы не были, так что быстро принялись помогать хозяйке дома. Даже дракону нашлась работа, он вызвался перенести из леса сухие брёвна. Никита с энтузиазмом взялся за колку дров, а я — за готовку. Только в тепле стало ясно, насколько я на самом деле замёрзла. Меня потряхивало даже, когда мы сели за стол. Домашняя еда наполняла теплом тело и спокойствием душу. Казалось, теперь-то всё будет хорошо. По крайней мере ближайшие часы я не рискую свалиться с переохлаждением. А ещё Кария не скупилась на информацию о мире.

Оказалось, дракон не врал. Наши предки в прошлом часто перемещались на Землю. А когда сказочный мир вдруг закрылся, лишились возможности вернуться. Среди волшебной нечисти оказались и Яга с Кощеем. А так как они были Столпами, поддерживающими баланс мира, здесь начали происходить катаклизмы, которые лишь слегка глушило присутствие Лесного Царя. Ну и люди придумали способ выравнивать магический фон планеты. Драконы же действительно были уникальными волшебными существами, сильными и гордыми. Потому посчитали возможным перенять силу Яги. Лесной Царь опасался возобновления катаклизмов, потому наложил на Драко заклинание. Остался лишь один Радагаст, единственный, кто мог снять проклятие.

Открылись и другие детали, но уже со слов Никиты. Волшебная нечисть тянулась друг к другу, потому в нашей школе было достаточно необычных очеловичившихся существ. Богатыри, ворожеи, ведьмы. И жар-птицы. Кто-то знал о своём происхождении, а кто-то оставался в неведении, как я. Выяснилось даже, что я лично знакома с Кощеем и Ягой. Мы не были друзьями, но частенько пересекались. И вот с открытием мира вернулись в него Столпы, а с ними и баланс.

— Видимо и Лесной Царь смилостивился, раз передал Радагасту эту цепь, — одобрительно закивала Кария, наполняя мою чашку ароматным чаем.

— И эта цепь устроила мне марафон неприятностей, — я благодарно улыбнулась доброй женщине. — А как снять это проклятие?

— Этого Радагаст мне не рассказывал, — пожала она плечами. — Да и бывал он у меня всего два раза. Прилетал попросить о помощи и потом принёс плату. Сказал, что не хочет быть в долгу перед человеком, — насмешливо хмыкнула она.

— Неприятный он тип, — поморщился Никита.

— Я всё слышу, — раздался недовольный голос Радагаста из-за входной двери.

— И пусть, — буркнул парень, скорчив гримасу.

— Радагаст сложный, — почему-то попыталась я его оправдать.

Неприятности он мне устроил, конечно, но и сам не особо доволен. Тридцать лет в драконьей шкуре, зная, что все родичи в каменном стазисе, из кого угодно сотворят не самую добрую личность. Он действительно мог утащить меня куда угодно силой, но как мог позаботился. Сейчас, когда согрелась, когда нормально поела, нервозность ушла, шок развеялся, и я могла это признать. Точнее скорее это попытка мысленно смягчить сформировавшиеся вокруг меня невесёлые обстоятельства. Так что лучше верить, что могло быть и хуже. Например, Радагаст мог быть злобным тираном и отказываться чистить зубы.

— Дракон же, — поддержала меня Кария.

— А можно конкретнее, что такого в драконах?

— Гордые они, своенравные, закрытые. От них и не ждёшь, что… они будут простыми, — рассмеялась она, пододвигая Никите тарелку с пирожками.

— Ну да, Радагаст своеобразный, — согласилась я.

Если подумать, другим дракона и не представить.

— А то, что он говорил про страну. Нам правда необходим этот артефакт?

— Правда это, правда, — закивала знахарка, отбросив за спину свою шикарную косу. — Скрыта их страна. Да и артефакт этот скорее всего может помочь только дракону и должен создаваться на его чешуе. Маг вам нужен. И сильный.

— А вы?

— Знахарка я, ауру вижу да силой снадобья наполняю. Гадаю иногда под настроение, — подмигнула она. — Такой артефакт создать не смогу.

— Если ауры видите, можете посмотреть и мою? — попросила я. — Радагаст ничего не нашёл, но последние два месяца меня мучает странная болезнь. Слабость, худею, тускнею, — грустно улыбнулась, указав на свою совершенно не шикарную косу.

— Уже посмотрела, — успокаивающе улыбнулась она. — Нет болезни. Прореха есть, но она почти затянулась. А ведёт к цепи. Видимо, защищалась ты от неё, но сильнее магия Лесного Царя оказалась. Истощила твою ауру.

— Так это снова Радагаст виноват? — выдохнула я в расстройстве. — И как всё исправить?

— Не надо ничего исправлять, само выправится, — Кария похлопала меня по ладони, пытаясь подбодрить. — Всё вернётся, и силы, и красота твоя. Как резерв наполнится, так и перья воспылают.

— Значит и на курицу я больше похожа тоже из-за… — я неприязненно посмотрела на цепь. — Из-за прорехи в ауре?

— Да, из-за неё. Можно и ускорить восстановление конечно. Но для этого кто-то близкий тебе по магии должен наполнить твой резерв.

— Но я слышала, жар-птицы у вас тут редкость.

— Нет у нас жар-птиц. И давно. Волшебные они, особенные. Перья творят настоящие чудеса. Вот и охотились на вас, неволили. А вы в неволе не живёте.

— Вдохновляюще, мда, — я невольно задрожала.

— Что же ты? У тебя вон какой защитник, — она указала в сторону двери, и приосанившийся было Никита скривился, чуть не подавившись пирожком.

— Ну, я же ему временно нужна, чтобы снять проклятие. А потом домой, там безопаснее. По крайней мере на Земле меня ещё никто не пытался ощипать.

Кария улыбнулась как-то понимающе и глядя на меня словно на малое дитя. Чем невольно меня смутила.

— Марин, этот же мир нам роднее. Здесь столько возможностей, — вдруг заявил Никита.

— Каких возможностей? Умереть? — поморщилась я. — Нет, мой дом не здесь. Если есть возможность, помогу дракону, но… может, получится избавиться от цепи? — спросила уже шёпотом.

— Она создана Лесным Царём, — нахмурилась знахарка. — И зря ты. Не отказывай ему. Ежели выбрала тебя судьба спасительницей драконов, ты уж помоги. Сложные они, как ты сама говоришь, но тоже живые.

— Я же не отказываюсь, я про цепь. Как-то можно отсоединиться от Радагаста? А то я даже в туалет на привязи хожу.

Кария звонко рассмеялась.

— Если и есть, мне способ неизвестен, — разочаровала она меня.

— Можно найти Лесного Царя, а через него наших, — предложил Никита. — Куда мы вдвоём на драконе? Без еды, одежды и прочего?

— Не отказывайте драконам, — попросила Кария. — С чем смогу, с тем помогу.

Поднявшись, она направилась в соседнюю комнату.

— Худенькая ты только, — посетовала она. — Нет у меня толком одежды подходящего размера. Разве что…

Она замолкла, скрывшись в проходе. Послышались звуки открываемых створок шкафа, возни. И вернулась она с нежно-зелёным платьем, вышитым нитями на тон светлее. Ниже колена, с длинными рукавами и открытой линией плеч. Слишком нарядное для похода.

— Моё, свадебное, только раз надевала, — весело улыбнулась она.

— Свадебное это хорошо, — похвалил Радагаст, чуть приоткрыв дверь. — Берём.

— Нет, я не могу его взять, — замотала ладонями, упрямо насупив брови.

Всё же свадебное платье вещь, с которой связаны воспоминания, важная, особенная. А мы же то в лесу, то у реки, то в небе, вряд ли получится носить аккуратно.

— Бери, тебе нужнее. И у меня ещё два есть, — подмигнула она, подходя ко столу с платьем.

— Ещё два? — хихикнула я от неожиданности.

— Три раза я была в браке, больше не пойду, да и не влезу в это платье, — рассмеялась она.

— Три раза? А муж ваш где?

— Сгинул, — махнула она рукой, продолжая посмеиваться.

— Сочувствую.

— Да что ему сочувствовать? Только рад был от меня сбежать, — пользуясь моим замешательством, она вручила мне платье и повела прочь из комнаты, пока я не опомнилась.

Мы прошли в спальню Карии. Нашлась у неё и цветастая шаль и тёплые гамаши. Немного большеватые, но по её словам, это она покупала для дочки, но не угадала с размером. И вот тут возникла новая беда с рукавами. Вспомнилось, что цепь ограничивает меня не только в плане перемещений. Но Кария решила проблему радикально.

— Нет! — возопила я, а рукав был разрезан по длине лёгким взмахом руки знахарки.

— Вот и всё, пуговицы подошьёшь только, — рассмеялась она над моей паникующей миной.

Тяжело вздохнув, я взялась за переодевание. Рукав пока спрятали, а в плече прихватили булавками. Платье село идеально, милое, нарядное. Хотя мне по-прежнему было неудобно уходить из дома доброй хозяйки в памятной вещи. Да и практичностью она не отличалась. Я бы предпочла большеватый свитер, но нужно радоваться тому, что есть. Всё лучше, чем гонять осенью в домашнем платье и босиком. Тем более одежда с рукавами теперь вызывает проблемы.

— Сапожки тоже дам. Старенькие, доча в лес носит, когда в гости приезжает.

— А может завалялась старая одежда дочери? — робко уточнила я. — А то свадебное…

— Нет, не завалялась, — хитро улыбнулась она.

И показалось, что она специально старается меня нарядить. И это ощущение укрепилось, ведь она взялась за создание причёски.

— Готова ваша невеста, — смешливо объявила Кария, когда мы вернулись на кухню.

А я невольно покраснела, взглянув на неё с возмущением.

— Вау! — широко улыбнулся Никита, довольно меня оглядывая.

На самом деле выглядела я действительно лучше, чем несколько дней назад. Как ни странно, несмотря на сложности этих дней, вынужденный голод и выживание в глуши, ушла болезненная синева из-под глаз, кожа разгладилась, перестала шелушиться, даже волосы воспряли и будто прекратили выпадать от каждого неосторожного движения. Похоже, прореха в ауре, про которую говорили Кария и Радагаст, восстанавливается, что возвращает мне силы. Как бы бредово это не звучало. Но неверие проходило, я вполне готова была признать существование волшебной реальности. И про себя даже тайком мечтала, чтобы это на самом деле оказалось правдой, а не бредом сумасшедшей. Ведь так классно осознавать, что в мире есть место чудесам.

— А Марина красивая? — внезапно спросил Радагаст.

Оказалось, он приоткрыл дверь, чтобы на меня посмотреть. Видимо, ему там одному скучно.

— Тебе-то зачем? — пробурчал Никита, и не пытаясь скрыть своей неприязни.

— Красивая, — усмехнулась Кария, поправив заколку в моих распущенных волосах.

— Тогда, очень красиво, Марина, — серьёзно закивал дракон.

— Спасибо, — прочистив горло, проговорила я.

Какой же он странный. Не слепой же, и сам может сделать вывод, красива я в его понимании или нет. Или не может?

— Ты же говоришь, мог принимать человеческий облик. Неужели не помнишь, каких девушек считал красивыми? — любопытство взыграло, и я не смогла отказать себе в вопросе.

— Так когда это было? Тридцать лет, — вздохнул Радагаст, отчего дверь распахнулась, и он спешно прикрыл её. — Всё забыто.

— Ничего, вспомнишь, — закивала Кария. — Ну ладно, пора о делах. Сегодня у меня останетесь, поздно уже куда-то отправляться. В баньке отогреетесь, я вам отвар медовый заварю, чтобы не заболели. Ты, Марина, платье подошьёшь. А завтра улетайте. Нечего вам в деревне искать. Работы тут нет, чтобы денег заработать. Зато за грядой гор будет Старск. Город крупный, там есть и маг сильный.

— Людские земли, — поморщился дракон. — Но выбор небольшой.

— А что плохого в людских землях? — одновременно оскорбилась и насторожилась я.

— К нечисти они предвзято относятся, — пояснила вместо него Кария. — Дракону не обрадуются. Но он прав. Безопаснее всего полететь в Водный град или королевство оборотней. Только это недели пути.

— Да, далеко, — согласилась я. — Дома же родители волнуются. А как-то можно в другой мир весточку отправить?

— Если и можно, то не моего уровня это волшебство.

— А связаться с Ягой, Кощеем или Лесным Царём? — включился в разговор Никита. — Они нас знают, помогут.

— Попробую письмо отправить, — Кария задумчиво почесала подбородок. — Магического вестника.

— Было бы замечательно, — в очередной раз за день я так расчувствовалась, что на глаза навернулись слёзы. — Как же вас отблагодарить?

— Ничего не надо. Мне же несложно старую одёжку отдать, да едой поделиться.

— И всё равно, — в расстройстве из-за того, что не могу отдать ничего взамен, я заметалась по комнате. — Точно, у меня же перья есть!

Желание отблагодарить добрую знахарку было так сильно, что я обратилась за секунду.

— Но нет хвоста, — напомнил Радагаст.

— Красавица, маленькая совсем, — Кария погладила меня по макушке, и я довольно зажмурилась. — Мне удалось увидеть настоящую жар-птицу, вот он настоящий подарок.

— Этого мало. Разве другие перья не подойдут? — расстроилась я.

— Оторвать можно, и любое перо обладает частицей магии. Но в хвосте сила жар-птицы. А отданное добровольно перо из хвоста… Я даже не представляю, какую оно способно творить магию. Но ты зря огорчаешься, ничего не надо, Марина, — знахарка провела ладонью по моей спине. — Красавица.

— Вот, — поддержал дракон. — А ты всё курица, курица. Говорю же, прекрасная жар-птица.

Опять он что-то на своём драконьем болтает…

— Жалко, что хвоста нет, — я так расстроилась, взглянув на свой коротенький обрубок.

И наверное, очень хотела чем-то отплатить за добро, потому что по телу побежало тепло, и одно из перьев заалело. Сосредоточившись на этом ощущении, я вся распушилась. Перо становилось всё ярче, росло, начиная испускать яркий свет, пока не стало длинным, украшенным сияющим узором.

— Вот! — я развернулась, подставляя хвост.

Кария больше от неожиданности погладила его, и перо осталось в её ладони. А я как-то подустала, и обмякла, осев на пол.

— Что же ты творишь, детонька? — отложив перо на стол, Кария подхватила меня на руки и отнесла к скамье у печи. — Обращайся скорее.

Безвольно кивнув, я потянулась к своему человеческому облику. И вскоре развалилась на скамье уже в привычном образе. Кария ринулась к одному из шкафов, загремела баночками, что-то выискивая.

— А сколько ты можешь сделать таких перьев? — задумчиво протянул Никита, покрутив сияющее чудо в руках. — Его же можно продать и получить деньги на еду и прочее. Мы можем сказочно разбогатеть.

— Ни в коем случае! — сердито ответил Радагаст. — Больше так не делай, — наказал он.

— Но… — попыталась возразить я.

— Нет, — отрезал он жёстко. — Чешую свою отдам, так и получим деньги. А ты не смей раздавать перья.

— Прав он, — знахарка принесла мне кружку с каким-то снадобьем, приподняла мою голову и помогла его выпить. — Жар-птицы редкость. Перья их наполнены огромной силой. Нельзя никому о тебе знать. Да и вредно тебе пока колдовать, аура не восстановилась.

— Хорошо, вы правы, — было бы глупо спорить с приведёнными аргументами.

К тому же создание пера далось нелегко. Чувствовала я себя ужасно, как во время последних приступов. Хотя нет, ещё хуже. Голова кружилась, руки и ноги немели, тошнило так, что еле удалось затолкать в себя лекарство. Но оно уже помогало, постепенно отгоняло слабость.

— К тому же дракон готов расстаться с чешуёй ради тебя, — Кария лукаво улыбнулась.

— Ради артефакта и спасения родины, — буркнул он. — Принесу дров для бани, — и захлопнул дверь.

Странный…

Глава 4

/Марина/

Прощаться было грустно. Кария нам очень помогла и оказалась приятной женщиной. Я бы слушала и слушала её рассказы. А за долгую жизнь (как выяснилось, ей сто сорок лет) она повидала многое. Но сохранила добро в сердце. Накануне мы от души искупались в бане, кроме дракона само собой, а потом допоздна распивали чай из самовара за неспешным разговором, к которому временами даже присоединялся Радагаст. Но всё хорошее имеет свойство заканчиваться, вот и день в доме знахарки подошёл к концу.

Как только выспались, мы засобирались в путь. Чувствовала я себя замечательно. Наконец, отогрелась, обзавелась тёплой одеждой и внутренне успокоилась. Мир, конечно, не стал менее враждебным, а миссия более простой, но теперь я была готова действовать. По крайней мере риск обморожения и голодной смерти ушёл, можно подумать и о других вещах. Кария снабдила нас небольшим количеством припасов и, что важнее, необходимой информацией о мире.

— Спасибо вам огромное, — я крепко обняла знахарку, когда мы покинули тёплый и уютный дом.

Котик тёрся в ногах, тоже прощаясь.

— Ты уж ему помоги, — она с улыбкой поправила рукав моего платья, который теперь моими стараниями держался на пуговицах. — А вы берегите свою невесту, — наказала, сурово насупив брови.

Никита под язвительные комментарии Радагаста занимался закреплением сумки к его хвосту, но оба оторвались от дел и серьёзно кивнули. Лишь потом чертыхнулись, когда поняли смысл фразы. Никита приоткрыл рот от удивления, а Радагаст пихнул его хвостом.

— Либо ты их береги, — шепнула мне знахарка, покачав головой. — Мальчишки. Сгинут же.

— Да и я всего лишь девчонка, — напомнила ей и себе заодно.

Пессимизм спасает жизнь, особенно в волшебной реальности. А то распушу хвост на фоне того, что попа больше не мёрзнёт, и потеряю бдительность.

— Молодая жар-птица, — кажется, на автомате возразил Радагаст. Всё-то он слышит… — Я, кстати, тоже молодой и красивый, — закивал он убеждённо.

— Однажды увижу, — закатила я глаза.

При всём желании не могла представить его в человеческом обличии. Но в целом красивый он или нет, неважно. У меня вон красивый богатырь есть.

— Всё, — объявил Никита, стерев пот со лба.

Сумка была закреплена. Внутри лежала посуда, немного припасов, тёплые одеяла. Самый минимум вещей, но они позволят выжить в осеннем походе.

— До свидания, Кария, — ещё раз обняв знахарку и почесав котика по макушке, я обратилась в жар-птицу.

Это вышло так легко, естественно. И птичий облик больше не вызывал неприятия. А Радагаст так умильно на меня посмотрел, что невольно польстило. Хоть себе могу признаться, может и похожа на курицу, но я золотая курица.

— Запрыгивай, птичка, — дракон чуть склонил голову, подставляя рога.

Взмахнув крыльями, я легко на них вспорхнула и теперь наблюдала за прощанием Никиты с Карией с высоты роста Радагаста. Богатырь приобнял женщину за плечи, подмигнул коту и вернулся к дракону, кутаясь в одеяло.

— Ещё увидимся, — Радагаст поклонился знахарке.

— Надеюсь на каком празднике. Давно я не выбиралась, — подмигнула она.

Никита тем временем вскарабкался на спину дракона.

— Берегите себя, — Кария подняла кота и отступила к крыльцу, прикрывая лицо от порывов ветра, поднимаемых крыльями Радагаста.

Домик знахарки быстро уменьшался с каждым их взмахом, и вскоре остался далеко внизу. А мы устремились к виднеющимся вдали горам. Нам представал вид деревни у берега реки, жёлто-красное лиственное море леса и серые копья скал, устремляющиеся к самым облакам. Дух захватывало от такой красоты. И я перемещалась по рогам Радагаста, стараясь охватить взглядом и запомнить как можно больше.

— Нереально! — рассмеялась я. — Да, Никит?

— Д-да, — проклацал он зубами.

Бедняга весь скукожился, кутаясь в одеяло. Но на такой высоте продувало прилично. Даже мне было немного зябко. Радагаст вряд ли что чувствовал. А вот человек рисковал свалиться от переохлаждения.

— Он замёрзнет, — забеспокоилась я.

— Делать остановки не будем, — буркнул Радагаст. — Держись, Марина. А ты не держись… богатырь.

— Чего?! — воскликнули мы одновременно с Никитой, за секунду до того, как дракон продемонстрировал нам одну из фигур высшего пилотажа, бочку. На максималках.

Мир закружился перед глазами. Мне оставалось только цепляться когтями за рог и молиться. А когда дракон вновь выровнялся, выяснилось, что удержаться удалось только мне одной.

— Никита?! Никита упал! — запаниковала я, начав семенить по рогам.

— Не упал, — буркнул дракон.

Забравшись на верхушку рога, я свесилась, тогда и разглядела своего богатыря в лапах Радагаста. Хотя больше услышала как тот ругается. Дракон извернул шею и дунул. Даже меня обдало порывами горячего воздуха. Никита, судя по ругани, моментально согрелся. Я нервно хихикнула. Если бы не перья, то и мне бы представилась возможность побывать на его месте.

Так и летели. Я любовалась видами, Радагаст периодически подогревал Никиту и стремительно нёсся вперёд, к горам. Те, наконец, приблизились. И вскоре проносились уже под нами. Там и стало ясно, насколько обширна сеть гор. А дракон не рисковал разгоняться и подниматься слишком высоко из-за Никиты. В обед мы сделали остановку. Приземлились на плоской вершине, где перекусили подготовленными Карией бутербродами, а потом снова полетели. И ближе к вечеру задумались о месте для посадки.

— Там озеро! — прокричал Никита. — Рыбу можно поймать.

Хмыкнув, дракон начал пикировать вниз, к поблёскивающему среди деревьев озерцу. Место нравилось уже издали. Там должны быть дрова, прикрытие от ветра и вода. Самое то для стоянки. В чём я убедилась, когда мы приземлились. Вокруг высились вечнозелёные деревья, шелестела скудная растительность. Берег был крутым, обрамлённым камнями, предстояло отыскать место с удобным подходом к воде.

— Здесь заночуем, — кивнул Радагаст, опуская Никиту на землю.

Богатырь сразу принялся подпрыгивать и похлопывать себя по плечам. Наверняка промёрз капитально. Но ничего, сейчас разожжём костёр, вскипятим воду. Кария дала травяной сбор. Заварим его и согреемся после длинного дня. Думаю, устали все, особенно Радагаст.

— Я поймаю для тебя рыбу, Марина, — Никита выхватил из сумки старую удочку, подаренную Карией и мешочек со снастями.

Не успела я и рта раскрыть, как он рванул в сторону озера.

— Нет, это я тебя накормлю. Мясом, — решительно сбросив сумку с хвоста, дракон взмыл в небо.

За ним потянулась удлиняющаяся цепь. Оглядевшись по сторонам, я в полном замешательстве раскинула руки в стороны. Осталась одна с сумкой. Видимо, мне и предстояло разбивать лагерь. Мужчины…

Минут десять я ещё постояла, в надежде, что кто-нибудь одумается и вернётся, но бессмысленно. Мужики ускакали на подвиги. Воздев очи к темнеющему небу, я попросила у мироздания дать мне больше сил, а потом закинула на плечо сумку и побрела к озеру. Благо, хоть топать пришлось недолго. Через двадцать минут я отыскала удобный подход к воде. Нашлась и свободная площадка, которая вполне уместит костёр, спальное место и немного дракона, если он не будет сильно махать хвостом и крыльями. Дальше обложила будущее кострище камнями и отправилась на поиски хвороста. Его понадобится много, чтобы не замёрзнуть. Осенние ночи не самые комфортные для ночлега под открытым небом, а в горах ещё холоднее.

— Вот ведь, взяли и бросили, — бормотала я, накидывая на руки короткие сучки. Мало ли, вдруг дракон вернётся нескоро и придётся разжигать костёр самой. — Интересно, где он здесь найдёт мясо?

Тут послышался шелест и глухой рык. Я застыла на месте. Глаза расширились от испуга, когда из-за ствола дерева вышел хищник. Он не походил на земных, крупный, с густой серой шерстью в крапинку, острыми ушами, длинным хвостом и набором острых клыков. Ещё раз рыкнув, он перестал красться и выпрямился, глядя на меня… озадаченно. А я про себя гадала умру быстро, помучаюсь или успею улететь? Но фыркнув, животное отвернулось и просто ушло! Я его не заинтересовала в гастрономическом плане.

— Фух, — похлопав себя по груди, где учащённо билось сердце, я облегчённо улыбнулась.

Пронесло… Но решила больше не испытывать судьбу. Быстро похватала то, что валялось поблизости и рванула к лагерю. Хорошо, что туристы здесь редкость, и нет проблем с хворостом.

Мужчины не спешили с возвращением. Я за время их отсутствия успела разжечь костёр, вскипятить воду для травяного чая, разложить спальное место, наготовить лапник. Хорошо бы ещё раскопать ямку, чтобы засыпать на дно углей и камней. Прикопать сверху, и должно согревать довольно долго.

— Хозяйничаешь? — над головой показалась тёмная фигура Радагаста.

Дракон аккуратно опустился на землю на берегу, перекинул в пасть невинно убиенную животинку и прошествовал ко мне. За время обустройства лагеря я успокоилась, потому лишь бахнула его ладонью по подставленному носу.

— За фто? — пробормотал он, отпрянув.

— За то, что бросил меня в лесу одну. Тут дикие звери между прочим.

— Ты же жар-птица, — заявил он, сбросив тушу на траву. Это оказался какой-то кроль-переросток. — Связана с природой же. Кто бы тебя тронул?

— Я же не знала, и очень испугалась, когда ко мне вышел хищник, — зло выдохнув, я вернулась к костру, чтобы насыпать сбор в чайник. — И мне пришлось всё делать самой. А в походах принято распределять обязанности. Если Никита отправился за едой, ты должен был остаться и помочь мне с лагерем.

— Я не подумал, — пробурчал он, почесав когтем нос. — Зато я добыл тебе еду, — гордо заявил он.

Захотелось прикрыть лицо ладонью, но я сдержалась. Наверное, он не бывал в походах. К тому же, он старался.

— Ешь, — выдал он и посмотрел на меня с ожиданием.

— Радагаст, ты молодец, очень… хм… хорошая добыча. Но я не сильна в освежевании. Да и мяса многовато, — пробормотала, рассматривая тушку. Если это и кроль, то кровожадный, судя по набору клыков. — Не на чем приготовить. Но можно… Ай!

Дракон дунул на тушу. Огнём. Я лишь успела на всякий случай отпрянуть. Жар обдал щёки, прогрел одежду.

— Вот, я приготовил, — Радагаст указал на дымящуюся тушу, тяжело сглотнув.

Сам-то он поел? А то взгляд больно голодный.

— Ты… невероятен, — выдохнула я, проведя ладонью по подбородку. — А специи?

— Специи? — он с досадой взглянул на свою добычу. — Да, точно, вы же люди любите с травками…

— Так, давай договоримся, что по готовке ты сначала советуешься со мной, — попросила я, подойдя к тушке.

Он ведь и шкуру не снял. Мда…

— Вот вы где, — к лагерю выбежал довольный Никита.

И не удивительно, он тащил две рыбины.

— Сейчас освежую, и будет еда, — весело объявил он, подбегая к нам, и весь скривился, когда увидел дымящуюся тушу. — Оу, ты не силён в кулинарии. Больше не пытайся.

Подхватив подаренный Карией нож, Никита унёсся к берегу. А я осталась один на один с оскорблённым драконом.

— Не обращай внимания, — примирительно улыбнулась я. — Отломи нам задние лапы, они большие. Остальное тебе, мы столько не съедим.

Кивнув, он выполнил мои инструкции. Я отнесла ноги к костру, и взялась за реанимацию мяса. Содрала подпаленную шкуру, сделала надрезы ножом гоблинов, чтобы пропитать мясо специями и солью, после чего не без помощи дракона насадила ноги на палки и воткнула их в землю возле костра, чтобы пропеклись и изнутри.

— Не возилась бы, — Никита махнул рукой на готовящиеся ножки и продемонстрировал мне освежёванную рыбу.

— Иди-ка сюда, — поманила я его пальчиком.

Он подвоха не ожидал и приблизился. А я подпрыгнула, чтобы опустить ладонь на его макушку.

— Это за что? — удивился он.

— За то, что тоже бросил меня одну в лесу с дикими зверями. Ушёл до распределения обязанностей. И обижаешь мясо Радагаста, а он старался. Мы команда, понял? — я сердито насупилась.

— Понял, понял, — он раздосадованно потёр макушку.

А Радагаст весь просиял от радости.

— И ты смотри у меня, — пригрозила ему пальцем. — В следующий раз каждый получит клювом по макушке.

Дракон проникся, а Никита усмехнулся, поняв, что досталось не только ему.

— Какая ты у меня строгая, — проурчал он, наградив меня горячим взглядом, я аж поперхнулась воздухом от неожиданности.

— Так, давай свою рыбу, — буркнула я, стараясь скрыть смущение.

А ведь теперь здоровье восстановится, и я точно знаю, что Никита был со мной не из жалости. Можно больше не нужно сдерживать чувства к нему. Лишь бы снова отец не мешал моей личной жизни. И Радагаст…

Быстро обработав рыбу специями и солью, я насадила и её на палки. Оставалось дождаться приготовления. А пока мы попивали отвар. Радагаст само собой дожидаться нас не стал и приступил к своей трапезе. Хрустел с аппетитом, хотя со стороны выглядело жутко. Надеюсь, потом он догадается почистить зубы без моего напоминания. Всё же общение проходит именно с его огромной пастью.

— Вкусно, — вынесла вердикт я, отрезав кусочек мяса. — Слегка жилистое, конечно, но вполне вкусно.

Немного льстила, но не хотела обижать дракона. Он и вправду начал стараться. По крайней мере больше не бросался в меня жабами.

— Я рад, — Радагаст широко улыбнулся.

— Сможешь выкопать небольшую яму? Широкую и неглубокую.

— Зачем? — озадачился он.

— Мы на дно насыпем углей, сверху снова закопаем, накинем лапника. Так не замёрзнем ночью.

— Понял, — серьёзно кивнул он.

К счастью, хоть тут не возникло проблем. Пока разгорались новые поленья, а мы потребляли приготовленную еду, дракон организовал для нас подогрев. Оставалось перетащить лапник и подготовленный спальник.

— Можно умываться и ложиться спать, — заключила я, довольная итогами вечера.

— Марина? — мрачно позвал меня Радагаст. — Почему ты постелила именно так? — поинтересовался он, указав на нашу походную кровать.

— Холодно же. Мы с Никитой ляжем вместе.

— Что ты снова придумала, бесстыдница? — мгновенно разъярился он. — До свадьбы спать вместе?

— Какая свадьба, Радагаст? — поморщилась я. — Тут бы не околеть ночью, а ты о всяких глупостях.

— Мы с Мариной уже спали вместе в походе, — Никита приобнял меня за плечи, довольно улыбаясь.

— Было дело, — сконфуженно хихикнула я, поймав осуждающий взгляд дракона.

Тогда и состоялся наш первый поцелуй с Никитой. Даже как-то ностальгия накатила. Я любила выбираться на природу, просто погулять по лесу, а ещё лучше заночевать под открытым небом. Но всегда с собой бывали спальники, палатка. А теперь только несколько одеял. Даже пенки нет. Нас ждёт не самая комфортная ночёвка, но я сделала что могла, чтобы избежать переохлаждения.

— Не позволю! — Радагаст взмахнул лапой, пресекая любые возражения. — Марина спит со мной. Тем более мы уже спали вместе. Как невеста с женихом.

— Что? — Никита перевёл ко мне хмурый взгляд.

Ну вот, начинается…

Я потёрла друг об друга ладошки. Кто-то схлопочет новую порцию подзатыльников.

— Так, не устраивайте разборки из ничего, — потребовала я грозно. — Я исхожу только из соображений практичности. Ночью будет холодно.

— Что ты перед ним оправдываешься, Марин, — Никита весь скривился. — Мы будем спать вместе и точка. Тебя это не касается… дракон.

— Очень даже касается, — прорычал Радагаст, потянув цепь на себя.

Я по инерции прошла несколько шагов вперёд, после чего попросила нашу магическую удавку удлиниться.

— Вы же собрались спать вместе при мне, а я не потерплю подобных непотребств, — выдал он.

— Но мы же спали вместе, Радагаст, — возмутилась я. — Потому что я замёрзла ночью. И тогда ты меня бесстыдницей не называл.

— Тогда был особый случай, — дракон был непоколебим. — Сейчас у вас есть одежда, одеяла и костёр.

— Как же ты не понимаешь, — Никита выскочил передо мной яростно жестикулируя. — Мы с Мариной пара. В нашем мире все свободны в выборе. Мы можем спать в одной кровати, и не только спать. Это наш выбор. И тебя он не касается.

— Что значит, не только спать? — Радагаст уцепился только за самое волнующее. — Марина? — и посмотрел на меня в злом ожидании.

— А то ты не понимаешь, что это значит? — богатырь скрестил руки на груди. — То самое, даже не сомневайся.

— И ты хочешь спать в одной постели с этим бесстыдником? Он собрался тебя обесчестить! — проревел дракон, вскочив на все четыре лапы. — Я обязан его убить и обелить твою репутацию!

— Чего?! Нет! — завопила я, но парни решили сцепиться.

Дракон клацнул пастью прямо над головой пригнувшегося Никиты. А богатырь не дремал, резко перевернулся по земле, вскочил на ноги и вновь играючи уклонился теперь от удара хвостом. Который снёс наше спальное место.

— Прекратите!

Да только кто бы меня слушал? Нашёлся повод набить друг другу морды. По крайней мере Никита таки дотянулся. Его кулак налетел на нос дракона. Но тот лишь отпрянул и смешно фыркнул, богатыря снесло потоком воздуха. А заодно прихватило и костёр с остатками еды.

Это стало последней каплей.

— Идиоты! — я рассвирепела не на шутку.

Обратиться удалось за секунды. Дракон и богатырь этого не заметили. Первый пытался придавить второго лапой. И тут налетела я в роли пернатой богини возмездия. Радагаст взвыл, когда на его макушку налетел мой клюв. Никита оттолкнул его лапу, широко улыбнулся, и его тут же опрокинула на траву я, налетев сверху. Драчуны были повержены. Я отлетела чуть подальше, рассматривая результаты своей миротворческой деятельности. Боевая курица это вам не шутки.

— А теперь живо тут приберитесь! — потребовала я, рассерженно притопнув лапкой.

Дракон и богатырь поднялись, озадаченно оглядываясь. И заметно приуныли. Поняли, какой устроили погром.

— У тебя хвостик заалел, — вдруг выдал Радагаст. — Красиво.

— Что? — я извернулась, рассматривая названную часть тела.

И правда, пёрышки на хвосте стали длиннее и на кончиках обрели алый оттенок. Расту!

— Скоро волшебными станут, — довольно улыбнулся Никита.

— Надо как-то спрятать её ауру, — задумчиво пробормотал Радагаст, собирая лапами дымящиеся поленья.

Оставалось только дунуть на них огнём, чтобы у нас снова появился костёр. А Никита перетащил одеяла обратно к организованной зоне «тёплого настила».

— Я придумал решение, — объявил дракон. — Марина будет спать в облике жар-птицы. Я лягу рядом и буду следить, чтобы этот… не тянул к ней лапы, — и бросил на Никиту уничижительный взгляд.

— А мне с птицей спать? — проворчал богатырь.

— В принципе, меня устраивает, — махнула я крылом.

В конце концов, в этом мире свои законы и особенности. Если для дракона это настолько важно, то мне несложно принять альтернативное решение по устройству на ночлег.

— Замечательно, — дракон растянул пасть в широченной улыбке.

— Ну всё, давайте спать, — я потопала к озеру, чтобы умыться.

Намыть перед сном своё человеческое лицо я не успела, теперь придётся заняться и птичьим.

Обратно возвращалась всё ещё пыхтя от негодования и непроизвольно ероша перья. И снова наткнулась на умильный взгляд дракона. Похоже, он не прикалывается, и ему правда нравится этот облик. Либо он зарится на мои перья… Конечно, вроде как они ему не нужны, но мне легче понять это, чем притяжение к птице.

— Давай спать, Марин, — Никита приглашающе распахнул одеяло, правда косил ехидным взглядом на дракона.

Стоило подлезть под бок своего парня, как раздалось недовольное ворчание дракона.

— Расстояние надо увеличить, — буркнул он.

— Что? — не поняла я.

— Между вами, вы слишком близко. И руки от неё убери, — последнее он прорычал, и мы с Никитой невольно дёрнулись.

— Как с тобой сложно, — теперь уже я рычала, точнее шипела по-птичьи.

— А ты к постороннему мужчине не прижимайся до брака, тогда будет просто, — огрызнулся он.

— Мы же пара.

— У вас, а у нас — бесстыдники, — припечатал он.

Недовольно проревев ругательства в грудь Никиты, я отодвинулась. Внизу хрустнул сук. В птичьем облике как-то удобнее. В человеческом не особо, судя по тому, как морщится мой богатырь, переворачиваясь на бок.

— Всем спокойной ночи, — выдохнула я, прикрыв глаза.

Подземная подстилка пригревала, было даже почти жарко. Глаза закрывались сами собой.

— Спокойной, Марин, — проурчал Никита, незаметно положив ладонь мне на спину.

— Лапы! — возмутился Радагаст.

Я невольно подпрыгнула. Снова выругалась под нос, сбросила руку Никиты и попыталась расслабиться. Тем более атмосфера располагала. Потрескивали поленья в костре, раздавалось стрекотание цикад, временами слышался плеск воды и крики ночных птиц. Никакого шума машин. А звёзд на небе столько, что захватывает дух. Потрясающе, если не замечать злого сопения дракона и богатыря.

Подстилка грела почти до утра. Мы не мёрзли. Я лишь слышала, как ночью сначала Никита, а потом и Радагаст подбрасывали поленья в костёр. Спала крепко, и проснулась вполне довольная. Начала выпутываться из-под одеяла, тогда и заметила, что оно какое-то странное, кожистое и само по себе тёплое. Да и подо мной всё как-то… чешуйчато.

— Радагаст? — приоткрыв глаза, я приподняла голову. И убедилась в том, что лежу под крылом дракона на его лапе. — Что происходит?

— Ты ночью дрожала, и я тебя спас, — заявил этот невозможный дракон, распахивая крыло.

Солнце ослепило глаза. Потерев их крылом, я поднялась на лапы и огляделась. Никита ещё спал, с головой закутавшись во все одеяла. В его ногах весело потрескивал костёр.

— Голову подставь, — смерила Радагаста хмурым взглядом.

— Зачем?

— По темечку тебя тюкну, — прошипела я. — Устроил вчера драку, чтобы я с Никитой не спала, а в итоге к себе перетянул. Про нравственность вещал, нас бесстыдниками называл. Что за двойные стандарты?

— Так вы одного вида, это бесстыдство, а мы с тобой в таких обликах несовместимы. Значит, можно спать вместе, — серьёзно закивал он.

— А вон оно что, — тоже закивала я. — Тогда и по темечку бьют не только в наказание, но и для профилактики. Чтобы мозги на месте стояли.

— Я на охоту, — дракон резко вспорхнул в небо, скинув меня с лапы.

Я легко приземлилась на землю, выправив падение крыльями.

— Смотри у меня, — притопнула я лапой. — Могу ведь догнать!

/Радагаст/

Какая же Марина вредная. Как что ни так, клювом по голове. Больно, между прочим! А то удумала, при живом истинном спать с другим. Ни стыда, ни совести, ни сострадания. Я же ей всё рассказал, а она только рассмеялась. Не верит. Я и сам не особо верю. Зато верю в силу магии Лесного Царя. Раз сказал, что приведёт истинную, значит, так оно и есть. И пусть Марина не вызывает восторга, ярких эмоций с первого взгляда и непоколебимой тяги, но ведь и не настолько сильно отталкивает. Возможно это часть испытания? Или всё дело в моём драконьем облике? Цепь специально глушит притяжение пары? В любом случае надо сначала разобраться, а уже потом прыгать в чужую постель. В конце концов, вдруг я предназначен ей судьбой, а она нос воротит. Только о своём богатыре и заботится.

Что она вообще в нём нашла? Две руки, две ноги, тщедушный. Когтей нет, и клюва, уж если вспомнить, что она жар-птица. Может, красивый он? И не понять, для меня все люди странные. Даже Марина. То ли дело, когда она птичкой оборачивается. Смотреть приятно. Королевская походка, сияющий взгляд, пушистые пёрышки. Красотка. Жаль, что она сама этого не понимает.

— Уже утро? — донёсся голос Никиты, а я завис в воздухе, прислушиваясь к разговору, и мягко опустился в лесу.

Пусть только попробуют начать миловаться, уж я им устрою.

— Утро, — буркнула Марина. — Надо завтракать и дальше лететь.

— Давай-ка ко мне, согрею.

Это чего он там удумал?!

— Радагаст же, — мне явственно представилось, как Марина скривилась.

— И что ты его слушаешь? Он тебе никто. Вообще не понимаю, с чего он в тебя вцепился. Проклятие снять это одно, но почему он тебя невестой называет?

Я напрягся. Не расскажет же она о нашей истинности?

— Я боюсь, что это одно из условий снятия заклинания. Либо он опасается, что я с тобой сбегу, — хихикнула она. — Жёстко. В птичьем облике спать удобнее.

— Положи голову мне на плечо, — в голосе парня послышалась улыбка, а я скрипнул зубами от злости и начал медленно приближаться.

Уроню этому Никите сук на голову, чтобы лапы не распускал.

— А сам дракон где? — уточнил он.

— Улетел на охоту, — хмыкнула Марина.

— Значит, можем, наконец, свободно поговорить. Нам нужно от него избавиться, — жёстко заявил богатырь.

Я застыл на месте, глядя, как они прижимаются друг к другу, укрывшись одеялом. Но теперь не спешил сообщать о своём присутствии.

— От кого? От Радагаста? — изумлённо переспросила Марина.

— Конечно от него. Избавиться и вернуться домой.

— Что ты такое говоришь? У нас уговор. Да и как от него избавиться? Цепь же.

— Уговор, который он навязал тебе из-за цепи. Только мы ничего не знаем ни о ней, ни о нём.

— Кария же…

— Не будь наивной, Маринка. Кария знакомая Радагаста, она могла соврать. Мы даже не уверены, что цепь создал Лесной Царь. Может, дракон так постоянно девушек похищает.

— Не верю, что Кария врала. К тому же мы скоро доберёмся до города, там и выясним правду о драконах, — упрямо возразила она.

— И даже если они не врут, то спасение страны драконов не наши проблемы.

— Не наши. Мои. Я же прикована к дракону.

— Вот именно. Надо искать способ избавиться от цепи.

— Какой способ? Она волшебная. Создана Лесным Царём. А как ты ещё собрался избавляться от Радагаста? — подозрительно поинтересовалась она.

«Да, как?» — подумал я про себя.

— Что-нибудь придумаю, но в беде тебя не оставлю, Марина. Ты его пожалела, а не стоит. Надо думать о себе. Вот представь, по пути мы погибнем, что станет с твоими родителями? Мы же не на прогулке в парке. Говоришь, гоблины тебя пытались поймать, хищника видела. И это мы тут всего три дня.

— Ты прав, тут опасно, — со вздохом признала она. — Но мы скованы с Радагастом. Я обещала помочь.

— Какая ты упрямая, — расстроенно отозвался он. — А если не будет цепи? Что ты тогда сделаешь?

Вопрос повис между нами, зазвенел в воздухе от напряжения. Но Марина не спешила отвечать.

— Какая разница, Никит, если от цепи не избавиться? У нас есть план, надо следовать ему, — отбросив прочь одеяло, она поднялась на ноги.

Поправила платье и затопала в направлении озера. Я тоже отдалился, взлетел и отправился на охоту, как и заявлял. Но всё думал о подслушанном разговоре. Было тревожно. Богатырь уговаривал Марину меня бросить. Как к этому относиться? И, главное, что делать? Успокаивает лишь то, что от цепи невозможно избавиться, магия Столпа же. И всё равно богатырь бесил. Никакой помощи, только одни неприятности из-за него. Поэтому на обратном пути я всё же уронил на него сук, хотя хотелось камень побольше.

— Аккуратнее, — возмутился он, потирая ушибленную макушку.

— Палкой прилетело, бывает, — фыркнул я, выкладывая у костра добычу.

Ещё и живот урчал. Из-за цепи и я толком не ел эти дни.

— Так же нам ноги отломи, я обработаю специями, — Марина на меня не смотрела, укладывала одеяла в сумку.

И даже не отреагировала на беду своего драгоценного богатыря.

— Ты это специально, — не унимался Никита.

— А если и специально, ты мне что сделаешь? — я вытянул шею, глядя на него с высоты своего роста.

— Не начинайте, — строго оборвала Марина. — Нужно позавтракать, и полетим дальше.

— Ты какая-то хмурая, — отметил я. — Всё хорошо?

— Что может быть хорошего? Я в глуши с двумя тестостероновыми дурнями, — всплеснула она руками. — Дай уже мне мясо, — скрестив руки на груди, она притопнула ногой.

— «Дурни» я понял, а тестиро… тасто… — недоумённо уточнил я, но спешно выполнил просьбу.

Грозная она сегодня, того и гляди заклюёт.

— Тестостерон — это гормон в теле человека, — пояснил Никита. — Неуч.

— А ты дурак, — огрызнулась Марина. — Это на земле активно изучают медицину, а здесь магию. Откуда ему это знать?

Богатырь приуныл, я же мысленно ехидно рассмеялся.

— Тестостерон отвечает за мужественность, именно в физиологическом плане: волосы на теле, размеры, развитие, если коротко. И за поведение при самке… хм… девушке. Если мужики ведут себя как идиоты при девушке, пытаясь привлечь её внимание, соперничая… Божечки, зачем я вообще это слово применила? Вы два идиота, включите уже мозги, — вспылила она, хватая из моих лап ножки. — Сами не включите, за воспитание возьмусь я. Клювом.

Никита нервно потёр макушку, да и я на рефлексах опустил голову, памятуя удары боевой жар-птицы.

— Когда мы долетим до города? — потребовала она ответа.

— К вечеру должны, — тут же выдал я.

— Никита пойдёт в город, договариваться с магом. Дашь ему свою чешую для продажи. Ты превратишься в собаку, и мы будем ждать его возле города.

— Почему сразу в собаку? — возмутился я.

— А ты против? — карие глаза опасно блеснули золотом.

И как-то даже захотелось гавкнуть. Ну и злющая у меня истинная. Может, меня судьба бережёт, и стоит отдать её богатырю?

— Нет, будем ждать, — послушно кивнул я.

— А ты продаёшь чешую, договариваешься с магом на встречу за городом и возвращаешься, понял?

— Есть, мэм, — парень выпрямился и приложил ладонь ко лбу в странном жесте.

— То-то же, — удовлетворённо кивнула Марина. — Смотрите у меня, — она пригрозила нам ножом, прежде чем приступить к обработке мяса.

Мы с богатырём переглянулись и как-то синхронно выдохнули с облегчением.

— Ещё пожелания будут? — не смог удержаться я от вопроса.

— Да, — она широко улыбнулась, а взгляд блеснул ехидством. — Я люблю маленьких собачек. Пуделей, стриженных, белых. С кокетливой кудрявой попой.

Я приоткрыл рот от неожиданности, а Никита подозрительно кашлянул. И кто тянул меня за язык?

Глава 5

/Марина/

— Нет же, пудели не такие, — прикрыв лицо ладонями, я тихо проревела.

Он надо мной издевается!

— Что на этот раз не так? — янтарные глаза дракона в образе собаки смотрели ехидно.

Сам он напоминал помесь ньюфаундленда, золотистого терьера и китайской хохлатой. Как ему это удалось оставалось гадать. Пёс был огромным, щеголял странной мордой с кучей зубов, золотистой шёрсткой на голове, попе и мощных лапах, но был лыс на спине и талии. Прохожие косили на странную собаку удивлёнными взглядами, но предпочитали держаться подальше. Хорошо, что вдали от главных ворот в город их было не так много. В основном путники, следующие к находящейся с северной стороны от крепостных стен деревне.

— Говорю же, они не такие огромные, а изящные. Шерсть белая, кудрявая.

— Не хочу белую, — нахмурился дракон, и начал меняться.

Шерсть закудрявилась, уши удлинились, как у вечно унылого бассет-хаунда.

— Ты точно издеваешься, — всплеснула я руками, откинувшись спиной на ствол дерева.

Полёт до города прошёл без происшествий. Пока всё шло по моему плану. Мы с драконом ждали возвращения богатыря. Расположились недалеко от рва, окружающего крепостные ворота, в тени единственного дерева. А сам Никита искал в городе мага.

— Грозная псина, — отметил проходящий мимо мальчишка.

— Он невероятно послушный, — я похлопала Радагаста по носу. — Только гадит периодически.

А дракон продолжал издеваться, и иллюзия показала, будто я глажу его по попе. Засранец…

Мальчишка двинулся дальше, посмеиваясь надо мной.

— Получишь ты у меня, — произнесла меланхолично.

— За что? — шёпотом возмутился дракон. — Левее почеши.

— Клювом?

— Злая ты, — буркнул он, вновь принявшись меняться, чтобы продемонстрировать мне морду мопса и высокие кисточки на удлинившихся ушах.

— Всё, больше не старайся, — поморщилась я.

— Хочешь и на хвосте закудрявлю шерсть?

— Говорю же, хватит, — выпрямившись, я принялась выхаживать перед драконом. — Даже часов нет. Сколько он уже там?

— Только ведь ушёл, — не знаю, что сделал дракон, но его иллюзия смешно дёрнула ушами.

— А нам ждать, — расстроенно вздохнула я. — Не люблю ждать.

— Никто не любит, — философски изрёк он, плюхнувшись на пушистую попу. — Можно поговорить, узнать друг друга получше. Расскажи о себе.

— Что рассказать? — растерялась я от внезапного перехода.

Мы ведь действительно почти незнакомы, ничего не знаем друг о друге. Всё общение проходило вокруг вопросов выживания и снятия проклятия.

— Что-нибудь расскажи, — попросил он. — Мне интересно, какая ты.

— Я обычная. Училась в школе, потом поступила в институт.

— О, ты учёная?

— Ну, у нас получение образования в норме вещей.

— Это хорошо, что учёная, — закивал он.

— Не преувеличивай, это обычные знания, которые получают все.

— Считать и писать умеешь?

— Конечно.

— Ну вот, учёная. У нас к нечисти плохо относятся после исчезновения Яги и Кощея. Раньше нечисть могла получать образование, а теперь в людских землях нам запрещают учиться. Охотятся на нас.

— Охотятся? — переспросила я с опаской.

— Да, ради ингредиентов для зелий и заклинаний. Мы же волшебные все. Моя чешуя вот, чего из неё только не сделать. Но мы отвлеклись. Что ещё про себя расскажешь? Что любишь?

— Походы люблю. На природу выбираться. Танцами занималась, но не профессионально, а для души. А ты… — я замолкла, глупо улыбнувшись, когда заметила на тропе ещё одного путника.

Он странно на меня посмотрел, но дракон так грозно оскалился, что прохожий решил ускориться, не став уточнять, почему я общаюсь с псом.

— А ты что любишь? — вернулась я к разговору.

— Мясо посочнее, летать люблю и на солнышке греться.

— Ты же дракон, — рассмеялась я. — А что любил раньше, когда мог обращаться?

— Я… хм… фехтовал хорошо. С мечом любил заниматься. Сейчас вряд ли вспомню приёмы, — грустно повесил он ушки.

— Что ещё любил?

— Вот, кстати, я танцевал хорошо. Верну ноги, вместе станцуем.

— Мы и сейчас можем. Будет весело, — я развернулась взмахнув рукой, чтобы цепь пронеслась над головой.

Дракон оживился, поднялся на задние лапы, изобразил продемонстрированный мной пируэт и благополучно снёс дерево хвостом. Ещё и меня за цепь притянул к себе. Ладно хоть подставил лапу, не давая упасть.

— Сногсшибательный танец, — расхохоталась я, наблюдая как пёс раздосадованно чешет макушку лапой.

Он весело оскалился и тоже рассмеялся. Кажется, впервые мы общались нормально.

Никита вернулся через два с половиной часа. С двумя набитыми сумками.

— Смотри, — широко улыбаясь, он потряс ими. — Еды купил, посуды, одеял ещё, одежду.

— На деньги с продажи моей чешуи, — сразу поубавил его восторги Радагаст. — Мага нашёл?

— Нашёл, — буркнул богатырь. — Он согласился на встречу.

— А где он сам? — уточнила я.

— Я объяснил ему ситуацию. Он сказал, всё подготовит и придёт. Просил ждать его за деревней возле леса.

— Сюда прийти не может? — насторожился дракон.

— Надо же колдовать, а здесь могут увидеть посторонние, — пожал плечами Никита. — Пойдёмте к деревне, поедим, пока ждём мага.

— Идём, — хмыкнула я. — Мы же этого и добивались. Маг назначил встречу.

— Да, — нехотя согласился дракон. — Ты ведь не сказал, что Марина жар-птица? — подозрительно прищурился он.

— Нет, конечно, — фыркнул Никита, взглянув на него возмущённо.

Мы отправились в сторону деревни, благо идти было недалеко. Через полчаса пересекли её и добрались до находящегося в стороне леса. Здесь устроили небольшой пикник, расстелили одеяло и принялись за ужин. Тем более все успели нагулять аппетит, ведь приготовленное утром мясо съелось ещё в обед. Судя по всему, денег с продажи чешуи выручилось прилично. Чего только Никита не накупил. Тут было и тушёное мясо в горшочках, и пирожки, и сладости, и копчёности со свежеиспечённым хлебом. Впервые с начала моих злоключений я так наелась. Да и Радагаст довольно уплетал печёную свиную ногу в прикуску со сладкими булочками.

Потом я принялась за осмотр обнов. У меня появились теплые гамаши по размеру, удобные сапожки, носки. Всё это богатство я сразу надела. А вот над шерстяным платьем предстояло поработать. Проблема с рукавами никуда не делась. Никита обзавёлся удобным брючным костюмом, высокими сапогами и даже шляпой. Ему шло, теперь он походил если не на богатыря, то на бравого фэнтезийного воина. Впрочем, сомневаюсь, что он в состоянии управиться с купленным мечом. Но тот теперь гордо висел на его поясе. Тоже новом, с кучей ремешков и кожаными мешочками для мелочи. Появилась у нас и более удобная сумка, и много походных вещей. В общем, шопинг удался.

Вскоре показался и маг. Мы заметили его издали, он неторопливо шёл по дороге со стороны деревни. Никакой остроносой шляпы, посоха, седой бороды или волшебной палочки. Это оказался статный брюнет с сединой в коротких волосах, в чёрной мантии и дорогом костюме.

— Магнус Эстрель, к вашим услугам, — он чуть склонил голову, внимательно осмотрев меня серым взглядом.

— Марина Евгеньевна, — представилась и я, тихо хихикнув, когда он поцеловал мою ладошку.

— Радагаст, — недовольно сообщил о своём присутствии наш дракон, всё ещё находящийся под собачьей иллюзией.

— И созданная Лесным Царём цепь, — ухмыльнулся маг. — Вы позволите её осмотреть?

— Зачем? — насторожился дракон.

— Вы же желаете её снять, — пояснил Магнус.

— Разве? — дракон зло воззрился на Никиту.

— Желают, — заявил он. — Да, Марина?

И все обратили взгляды ко мне. Причём, Радагаст смотрел на меня как на предательницу. И что ответить?!

— Слушай, Радагаст, лишним не будет. Я же даже одеться не могу из-за цепи, отдалиться от тебя, — начала я примирительно.

— Не надо от меня отдаляться, — возмутился он, громко потоптавшись на месте.

Я вполне понимала его опасения, но цепь нам пока только мешала, и уж точно не помогала. Правда, не будь её, вряд ли бы я согласилась сотрудничать с драконом. В начале была в таком шоке, что унеслась бы прочь, сверкая пятками.

— Давай попробуем, — я с мольбой заглянула в его глаза. — Я же не отказываюсь тебе помогать.

В любом случае не цепь же держит меня в этом мире. Мы по-прежнему неизвестно где и непонятно, как вернуться домой.

— Если так будешь себя вести, мы и с цепью помогать не будем, — сердито заявил Никита.

— Прошу вас не спорить, друзья, — добродушно улыбнулся маг. — Я же не обещаю, что смогу развеять цепь. По словам Никиты она создана Лесным Царём. Это правда?

— Правда, — пробурчал дракон.

— Вряд ли мне удастся пересилить магию Столпа, — покачал головой Магнус. — Но я могу попробовать прочитать её свойства, либо изменить их.

— Было бы замечательно, если бы она хотя бы… ну не знаю, исчезала по требованию, — мечтательно вздохнула я.

— Дайте мне посмотреть, — маг приблизился и присел на колено, разглядывая цепь.

Он провёл над ней ладонью, шепча что-то под нос. Цепь начала вспыхивать голубоватым светом. А мы завороженно наблюдали за магическом действом.

— Сильное заклинание, — хмыкнул Магнус через почти десять минут манипуляций.

— Удастся её развеять? — Никита переминался с ноги на ногу от нетерпения.

— Вряд ли. Я могу попытаться повлиять на её свойства, — мужчина задумчиво провёл ладонью по покрытому лёгкой щетиной подбородку.

— Какие именно свойства ты собрался менять? — требовательно уточнил дракон.

— Повежливее, — шикнула на него я.

— Всё нормально. Он же дракон, — с улыбкой хмыкнул маг. — Например, имеет место запрет на оборот. Могу снять его, — предложил он.

— Снимай, — от восторга наш пёс завилял пушистым хвостом.

— Хорошо. Тогда обсудим плату. Вы же готовы платить чешуёй?

— А куда деваться? — к Радагасту вновь вернулось ворчливое расположение духа. — И нам нужен поисковый артефакт, чтобы найти страну драконов.

— Никита упоминал, — маг чуть склонил голову. — Но давайте начнём с более простого. Изготовление такого артефакта возможно только в лаборатории.

— Хорошо. Снимай ограничение, — вздохнул Радагаст.

— Так, а зачем? — вмешался Никита. — Мы же рассчитывали лишь снять цепь и…

— Чтобы Радагаст мог становиться человеком? — перебила я его. — И мы могли войти в город, переночевать в гостинице, а не в лесу?

— Ночевать с ним в одной комнате? Ты по-прежнему прикована к нему, — скрипнул зубами богатырь.

Впрочем, магу было плевать на его недовольство. Заказчик подтвердил сделку, и началась работа. Магнус кинул на землю круглую дощечку, которая в миг увеличилась в размерах на метр в диаметре. На ней он и принялся чертить мелом магический круг.

— Ну да, Лесной Царь приковал, — теперь и я начинала сердиться. — Но хоть можно избавиться от одной проблемы. Радагаст в облике человека компактнее.

— Он конкуренции боится, — выдал дракон насмешливо.

— Не придумывай, — поморщилась я.

В конце концов даже если Радагаст примет человеческий облик, это же не значит, что я сразу прыгну в его объятия. В моём представлении он останется ехидным драконом, что пытался накормить меня жабой.

— Готово. Постарайтесь сложить цепь по центру круга, соедините ладони… гм… ладонь и лапу.

Переглянувшись с Радагастом, мы выполнили инструкции. Встали по обе стороны от доски, сложили на неё цепь и соприкоснулись конечностями. А маг принялся зачитывать заклинание. К сожалению, на незнакомом языке, потому было невозможно уловить смысл колдовства. Но выходило эффектно. Магический круг сиял алым светом, цепь продолжала сверкать словно новогодняя гирлянда. Поднявшийся ветер трепал волосы, голос мага усиливался, слова заклинания звенели в ушах. Иллюзорный облик Радагаста рассеялся. Передо мной снова стоял дракон. Свет отражался в алых с бирюзой чешуйках, и всё нарастал, слепил своей яркостью. Мелькнула вспышка. Я зажмурилась от неожиданности, а когда проморгалась, увидела уже не дракона. Передо мной стоял высокий юноша в расшитой золотом мантии. Только и в этом облике он не походил на обычного человека. Глаза горели янтарём. В золотисто-красных волосах мелькали бирюзовые пряди. Кожа тоже отдавала золотом. А ото лба с поблёскивающими на нём чешуйками шли красноватые рога. И всё равно он был невероятно красив. Только какой-то необычной красотой.

— Это я? — Радагаст провёл длинными пальцами по лицу, чуть отступил и… пошатнулся.

Очарование рассеялось, когда он смешно плюхнулся на попу, напоминая, что передо мной всё тот же Радагаст.

— И как вы ходите? — скривился он, с болезненной гримасой на аристократическом лице потирая поясницу.

— Сначала одну ногу вперёд, потом вторую, — усмехнулась я. — Левая, правая, левая, правая.

Хотела и показать, но только сейчас поняла, что тоже сменила облик. На птичий. Потому прошествовала вперёд лапками.

— Так, что происходит? — насторожилась я и попыталась обратиться.

Но не вышло!

— Жар-птица, — хмыкнул маг, потемнев лицом. На его губах мелькнула предвкушающая улыбка. — Значит, я оказался прав.

— П-прав? — голос задрожал.

Ведь хвостом чуяла подобравшиеся к нам неприятности. Я птица, Радагаст не умеет ходить, а перед нами сильный маг.

— Сделка отменяется. Я забираю и дракона, и жар-птицу, — жёстко заявил Магнус и бросил в ошеломлённого Никиту сноп огненных искр. Пламенное заклинание достигло цели за секунды. Богатырь хоть и попытался отклониться, но его отбросило на землю. В стороны брызнуло огненными всполохами, на секунду скрыв его фигуру от взгляда. Я захлопала крыльями от испуга, издала нечто похожее на крик. И следом маг дунул на нас с Радагастом каким-то зеленоватым порошком. Крупицы странного вещества осели на перья и будто на душу липкой слабостью.

— Магию блокирует, — прорычал Радагаст, пытаясь подняться на ноги.

— Не трожь! — прошипела я, когда Магнус швырнул в меня нечто магическое.

Серебристый шарик понёсся ко мне, быстро удлиняясь в верёвку. Дожидаться, когда она меня свяжет я не собиралась, потому активно заработала крыльями. Взмыла в небо и понеслась прочь. Точнее попыталась. Дурацкая пыль налипла и на цепь. Теперь та отказывалась удлиняться.

— Радагаст, спасай! — взывала я, когда верёвка обвязалась вокруг лапки.

Она словно живая поползла выше, намеренная спеленать мою курью тушку.

— Как? — дракон поднялся на ноги, смешно подавшись вперёд и раскинув руки в попытке не упасть.

Стоял чуть лучше младенцев, но решил набить морду магу. А я носилась в воздухе, пытаясь избавиться от магической удавки.

— Никита, очнись! — орала я, но богатырь не подавал признаков жизни.

Ещё и огонь перекинулся на сумки с покупками, и с весёлым треском пожирал наши припасы.

— Сопротивление бесполезно, — Магнус оттолкнул Радагаста телекинезом.

— Хотел я по-хорошему, — дракон потёр в очередной раз ушибленную задницу. — Но ты сам напросился. Марина, можешь его не жалеть, — и повелительно взмахнул рукой.

— Чего? — я так рассвирепела, что прилетело сначала Радагасту.

Пронеслась мимо него, ударив клювом по макушке. Он взвыл от боли, а я уже налетела на мага. Ему досталось жёстче, прямо по лбу. Правда и верёвка не собиралась отпускать, она уже обвязала лапки и поднялась выше, упрямо подбираясь к крыльям. Облетев мага сверху, я набросилась на его макушку. И лишь краем глаза заметила какое-то мельтешение вокруг. Зато хорошо услышала бормотание Радагаста:

— Сначала правая, потом левая. Правая, левая, правая, левая. О, получается!

Восклицание отвлекло нас с магом. Мы прервались от своей борьбы и перевели взгляды к нарезающему вокруг нас круги Радагасту.

— Вниз посмотри, — ехидно улыбнулся дракон.

Мы с магом послушались. А внизу вокруг ног мужчины аккуратной удавкой лежала цепь, которую Радагаст со смешком дёрнул. Та натянулась, обвив щиколотки Магнуса. Маг пошатнулся, и я помогла ему упасть ударом клюва по носу. Мужчина рухнул на попу. На этом и моё время завершилось. Верёвка добралась до крыльев. Но упасть мне не дали.

— Моя птичка, — Радагаст поймал меня у самой земли и аккуратно положил.

А сам принялся накидывать цепь на пребывающего в шоке мага. Тот дёргался, ругался, но собственными силами порвать слои обвязавших его магических пут не мог, а они ещё, судя по всему, не давали ему колдовать из-за волшебной пыли. Но Радагаст не стал ограничиваться цепью. Вынул из кармана мага мешочек с этим порошком. Зеленоватая горочка образовалась на голове Магнуса. И осыпалась блёстками на его раздосадованное и побитое лицо.

— Марина! — Никита подскочил на ноги. — Я тебя спасу!

Выхватив меч, он хорошенько им замахнулся, намеренный сражаться со всеми врагами мира. Но проморгавшись понял, что помощь уже не нужна.

— Сумки туши! — прокричала ему я, пытаясь выпутаться из верёвок.

Как только мага обвило цепью, они ослабили хватку, и мне удалось освободиться.

— Ну, что, человечишка, обогатиться решил? — Радагаст скрестил руки на груди, глядя на мага сверху-вниз.

— Что вы со мной сделаете? — после борьбы с боевой курицей маг утратил свой лоск и смотрелся жалко.

Нос увеличился в размере почти вдвое и покраснел. Лицо украшали ссадины от моих когтей и шишка на лбу. Волосы растрепались, на коже выступил пот, на который налип зелёный порошок. Одежда неаккуратно разметалась.

— Скормим тебя Марине, — ядовито заявил дракон.

Я приоткрыла от возмущения клюв, а маг содрогнулся от такой перспективы.

— Всё пропало, — сообщил донельзя расстроенный Никита, проверяя сгоревшие вещи.

— Всё? — уточнила я, подойдя ближе.

И сразу отыскала взглядом порядком подгоревшее платье. Вот и переоделась. Снова в свадебном ходить до следующего шопинга. Хотя… я же сейчас птица, и не могу обратиться.

— Почему я не могу вернуться к человеческой форме, ну, отвечай, человечишка. Как ты верно обозвал его, Радагаст, — я грозно положила лапку на ногу вздрогнувшего мага.

— Обращайся, — чарующе улыбнулся дракон.

А он действительно ничего так, красивый. Не врал.

— Что молчишь? Отвечай, — потребовала я у испуганного мага.

— Условие цепи, запрет на оборот одного. Видимо, я его перекинул на вас, уважаемая и грозная жар-птица. Не надо меня есть, пожалуйста. Я заплачу.

— Плачь, если хочешь, — фыркнула я. — Вот скажи, кто тебе теперь поверит? Отпустить тебя, чтобы ты потом вернулся с подмогой на десять магов? Нет уж. Сиди, мясо. Ты как предпочитаешь прожариться или с кровью? — и плотоядно уставилась на него.

Вот только реакция вышла слишком бурной. Послышался звук ручейка.

— Фу, — я отпрянула, поняв, что бедняга описался.

Но на этом представление не завершилось. Маг рухнул в обморок.

— Ну вот, как мы его теперь допросим? — Радагаст посмотрел на меня с упрёком.

— А чего его допрашивать? Развязывать его опасно. Как и снова разрешать колдовать. Бросит в нас какой бомбой, магической, — хмыкнула я. — Отпустить за артефактом или деньгами не можем. Реально вернётся с командой поддержки. И верить ему нельзя, наврёт. Придётся искать другого мага.

— Да, тут я согласен, — кивнул Радагаст, принявшись разматывать цепь.

— Аккуратнее. Только не испачкай её.

— Не говори под руки… — он странно хмыкнул, поиграв пальчиками. — Да уж, у меня руки.

— И нет крыльев, — ахнула я, вспомнив о главном. — Мы не можем летать!

— Ты можешь, — напомнил он.

— И это тоже проблема. Как обратиться обратно?

— А ты мне и такой нравишься, — Радагаст склонился, чтобы почесать меня под клювом.

Было так приятно, что даже пёрышки взъерошились.

— Эй, отойди от неё, — Никита оттолкнул от меня дракона.

Тот отступил, взмахнув руками, чтобы не упасть.

— Что, нет зубов и когтей, ничего не можешь? Больше её не трогай, понял? — потребовал богатырь зло и… ударил.

Такого не ожидал никто. Кулак налетел на скулу Радагаста. Он повалился на траву и затих.

— Ты идиот… — изрекла я, пребывая в шоке.

— Я думал, он увернётся, — сконфуженно пробормотал Никита.

Но ему всё равно досталось клювом по темечку.

— Теперь у нас два полутрупа! — я подлетела к Радагасту и начала махать на него крыльями, чтобы он скорее приходил в себя.

— Помогите! — раздался со стороны леса женский голос.

— Два полутрупа и дева в беде, — хмыкнула я, прикрыв мордочку крылом.

За что?!

— Радагаст, вставай немедленно! Там девушка в беде! — забыв об аккуратности, я принялась хлопать дракона крыльями по щекам.

Он начал подавать признаки жизни. Забормотал что-то нечленораздельное, даже попытался защититься.

— Помогите! Спасите! — а голос девушки приближался.

— Никита! Чего стоишь, иди спасать, — прошипела я.

— Один? — скрипнул он зубами, но потом встряхнулся, выхватил меч из ножен и двинулся на голос.

— Что такое? — Радагаст резко сел, ошеломлённо оглядываясь.

А дева выбежала сама, не стала дожидаться подмоги. Невысокая, хрупкая, с водопадом рыжих волос, в явно дорогом платье и стелящейся за ней вуали, которая лишь чудом не цеплялась за ветки кустов.

— Богатырь! — видимо она была очень напугана, потому что просто прыгнула на руки Никите.

Тот выронил меч, чтобы поймать испуганную царевну, или кто она там. Девушка вцепилась в его плечи мёртвой хваткой и разрыдалась.

— Спаси, помоги, защити, — зашептала она, а со стороны леса слышались ругань, крики, шелест листьев.

— Слезь, у меня же руки заняты, — Никита попытался деликатно отлепить от себя девушку.

Но она пребывала в истерике, потому не понимала его слов и лишь сильнее за него цеплялась.

— Чёрт-чёрт-чёрт, — богатырь рванул ко мне. — Быстро прячемся, Марина.

— Как? — буркнула я, указав на бессознательного мага и невменяемого Радагаста, к которым была привязана цепью.

— И что нам делать? — Никита остановился возле меня.

Его паникующий взгляд то метался назад, где к нам из леса неслась опасность, то возвращался ко мне.

— Радагаст! Если ты сейчас же не встанешь, я тебя брошу! — проверещала в лицо дракона.

— Ты не можешь, цепь, — выдал он, тряхнув головой.

И тут из леса выбежало трое воинов. Все в лёгких кожаных доспехах, с мечами на поясах. И тоже явно не бедствовали, судя по облачению, чего не скажешь о нас.

— Отдайте принцессу и не пострадаете, — потребовал один из них.

— Она ещё и принцесса, — пробурчала я про себя, закатив глаза.

— Не пострадают? — возмутился второй. — Они нас видели! Убить их!

И мужчины почти синхронно вытянули из ножен мечи. Я аккуратненько спряталась за спину Радагаста.

— Скажи что ты в этом облике неуязвимый, бессмертный и невероятно сильный.

— В этом облике я только красивый, — фыркнул он, нервно растерев шею.

Видимо, прикидывал остроту оружия.

— Слезь уже с меня, — Никита предпринял очередную попытку отодрать от себя истеричную даму.

— Не бросай меня! — взвыла она так горько, что её стало жалко.

Тяжела жизнь принцессы. Не успеешь выйти за дверь замка, как пытаются похитить или убить. Ещё более тяжела жизнь боевой жар-птицы. Приходится защищать своих мужиков за еду.

— Цепь, быстрее размотай цепь, красивый ты наш, — зашипела я на ухо Радагасту.

Он наконец пришёл в себя и принялся исполнять мою просьбу. Подмокший и опозоренный маг покатился в сторону, когда дракон резко дёрнул цепь на себя. А потом этот засранец развернулся, перехватив нашу магическую удавку и гордо указал на меня.

— Не двигаться, иначе я спущу на вас боевую химеру, — заявил он.

Я даже крякнула от неожиданности. Так что… я всё же утка?

Воины настороженно приостановились. Проворчав про себя мысленно на всяких выдумщиков, я попыталась хотя бы принять грозную позу. Дракон тихо хихикнул и теперь точно заработал удар по темечку.

— Что им оторвать в первую очередь? — я встопорщила перья, опустила голову, хищно оглядывая мужчин.

— Мы же договаривались, называй меня «хозяин».

— Хозяин, вам жить надоело? — иронично уточнила я, развернувшись к дракону.

— Враги там, Марина. Не мелочись. Всё отрывай, — повелительно взмахнул он рукой.

— Я зла, я очень зла, — взрыв землю лапкой, я приготовилась нападать.

А мужики вдруг резко отпрянули, затряслись от страха.

— Очень зла! — проревела громко, и воины бросились наутёк.

— Какая ты страшная, — расхохотался Радагаст.

— Вовсе нет, — озадаченно потоптавшись на месте, я подозрительно уставилась на дракона. — Что ты сделал?

— Порошок развеялся. Наложил на тебя иллюзию.

— Сними её, — попросил Никита, кося на меня испуганным взглядом. — А то эта в обморок грохнулась.

— Ты что там наколдовал, дурень? — я двинулась на Радагаста.

— Ничего особенного. Несколько голов разных зубастых существ, — невинно захлопал он золотыми ресничками.

— Нагнись-ка, хозяин, — я двинулась к дракону.

Оказалось, когда жизнь собирается клюнуть в зад, быстро учишься бегать. Радагаст стремительно унёсся от меня на длину цепи.

— А с ней что делать? — задумчиво произнёс Никита, рассматривая лежащую перед ним на траве девушку.

Она оказалась красивой. Хрупкая, стройная, волосы лоснились блеском, личико словно сердечко. Длинные реснички затрепетали, и она открыла большие зелёные глаза.

— Где я? — поморщившись, она коснулась лба ладонью.

— Что делать? Начал спасать, так спасай до конца, — хмыкнул Радагаст, подхватывая с земли нашу сумку.

К сожалению вторая погибла в огне, и мы вновь остались с тем, с чем прибыли: со скудным набором гоблинской посуды и небольшим запасом припасов. Хорошо хоть мы с Никитой успели переодеться.

— И что для этого нужно? — Никиту явно не заинтересовала красота девушки, он смотрел на неё примерно как я, как на огромную проблему.

— Мой отец богат, он вас наградит. Помогите мне вернуться домой, — взмолилась она, сложив ладони на груди.

— Блин, стандартный квест по возвращению принцессы, — богатырь почесал макушку пальцами.

— Нам нужен сильный маг, — зато меня заинтересовала награда.

— Есть, — активно закивала она. — Очень сильный.

— Вот, почти нашёлся маг, — обрадовался Радагаст. — А где находится твой дом, принцесса…?

— Елана, — улыбнулась она с облегчением. — Мы только пересекли границу. Недалеко. В Канийском королевстве.

— Страна оборотней, — поморщился дракон. — Но там нам могут помочь. Идём.

— Идём, — Никита помог принцессе подняться с травы.

— Идём, — вспорхнув с земли, я приземлилась на плечо опешившего дракона.

— Ты что делаешь? — подозрительно прищурил он янтарные глаза.

— Ты же транспорт. Неси. У меня крылья устают тащить цепь.

Он приоткрыл рот от изумления. А я почти нежно тюкнула его по лбу клювом.

— Для профилактики, — сообщила ему, и указала крылом на дорогу. — Теперь будешь как настоящий хозяин кормить меня, носить, крылышки чесать и умиляться моей красотой. Ты попал, дракон, — и ехидно рассмеялась.

Буду пернатым котом!

Глава 6

/Радагаст/

— Как же неудобно быть человеком, — пробормотал я, когда споткнулся об очередную кочку.

Мы торопились уйти от места столкновения с магом и разбойниками, потому почти бежали. А я ведь только научился… точнее вспомнил как ходить на двух ногах. Человеческая ипостась странная, уязвимая. Эх, зря мы согласились на предложение мага. Я ведь думал тогда только о том, чтобы завоевать истинную пару, желал показать Марине и свою другую сторону. Но совсем забыл насколько ущербно человеческое тело. Особенно в пешем походе через лес.

— Ты просто неуклюжий, — фыркнула сидящая на моём плече Марина.

— Сейчас сама пойдёшь, — огрызнулся я, злобно зыркнув на усмехнувшегося богатыря.

— Не, назвался хозяином, работай, — когти сильнее впились в кожу, вызывая лёгкую боль.

— Аккуратнее!

— Не ной, хозяин, — усмехнулась она, поворачивая голову к принцессе. — Елана, если успокоилась, то рассказывай, кто тебя преследовал, зачем и как так получилось?

Девушка вздрогнула. Кажется, не ожидала, что к ней обратятся.

— Меня везли к жениху. Я младшая в семье. Отец договорился о браке с князем Старосвета для укрепления союза наших королевств. Сначала было всё нормально, мы спокойно пересекли границу. А потом на нас напали. Они собирались меня убить! За что? — всхлипнула она, обхватив плечи руками.

— Видимо, чтобы не допустить укрепления союза. Это же обычная практика, — пожал плечами Никита. — Кому-то ты мешала.

— Кому я могла мешать? — плаксиво отозвалась она. — Я же младшая дочь.

— Мешал твой брак, — пояснила Марина.

— Хотя может и ты кому-нибудь не нравилась, — хмыкнул я. — Ты красивая. Конкурентки есть?

— Нет, — помотала головой удивлённая Елана.

— Ты вдруг начал что-то понимать в женской красоте? — язвительно уточнила Марина, дёрнув меня клювом за ухо.

— Хм... да, кажется, — нахмурился я, присматриваясь к принцессе. — Можешь показать коленки?

— Зачем? — девушка побледнела и начала заикаться. — Прошу вас, не надо. Я… я невинна.

— Дурак, ты что её пугаешь? — прошипела Марина. — Ты его неправильно поняла. Радагаст долгое время прожил в облике дракона. Теперь в новом обличии… осваивается? Кстати, действительно зачем тебе её колени?

— Раньше мне нравились женские колени. Хочу проверить, нравятся ли теперь, — развёл я руками в стороны.

У меня же ещё и руки есть…. Без когтей. Но, наверное, теперь я выгляжу для Марины привычнее?

— А я красивый? — поинтересовался у своей птички.

— Нормальный, — коротко ответила она, как-то раздражённо дёрнув головой.

И всё? Она считает, что меня может устроить такой ответ?

— Только нормальный? Ты не находишь меня привлекательным?

— А должна? — иронично протянула она. — У меня вон есть парень, я не засматриваюсь на других.

Никита весь расплылся в улыбке. Аж захотелось его испепелить.

— Я же не прошу засматриваться. Хочу понять, привлекательный я или нет. Может, судьбу свою встречу.

— В целом привлекательный. Правда, рога смутят большинство девушек, — буркнула она, будто разозлившись. — Так что не надорвись, пока будешь искать свою судьбу.

— Ладно, другой вопрос. Если бы не стало Никиты…

— С чего меня вдруг не станет? — насторожился богатырь.

— Я оговорился, — закатил глаза, хотя очень бы хотел потерять парня Марины среди ближайших деревьев. — Если бы не было Никиты, ты бы обратила на меня внимание?

— Что за странные вопросы? — скривила мордочку Марина.

— Ответь. Мне любопытно.

— Ладно, — вздохнула она. — Только не обижайся. Нет, не обратила бы.

— Почему?! — оскорбился я.

— Ты не в моём вкусе.

Никита вновь усмехнулся. И на этот раз я отправил удавку ему под ноги. Парень споткнулся и нырнул в кусты. Но теперь мы были вынуждены остановиться, ожидая, когда он выберется.

— Вы с Никитой женаты? — поинтересовалась осторожно Елана. — Это так романтично.

— Нет, мы встречаемся, — объяснила Марина, грозно сверкнув глазами.

Но хоть не клюнула…

— Бесстыдники они, — шепнул я принцессе. — Даже не помолвлены, а спать вместе хотят.

— Потому что у нас так принято, — припечатала Марина и всё же опустила клюв на мою макушку.

Ладно хоть не очень больно.

— Вы из другой страны? — заинтересовалась Елана.

— Из другой, — Никита выбрался из кустов, пригрозил мне кулаком, и мы двинулись дальше.

Разговор перешёл к более мирным темам. Мы обсудили свои дальнейшие действия, послушали рассказ Еланы о её доме и беспечной жизни принцессы. А я потихоньку привыкал к новому телу, перестал спотыкаться, даже вспомнил как бегать и прыгать. Нюх и инстинкты в этом теле были ослаблены, но не полностью. Вскоре я услышал плеск воды и вывел нас к небольшому пруду. Марина предложила устроить лагерь здесь, а не продолжать путь до ночи. Мы с ней лишний раз не спорили, да и устали знатно, чтобы ещё куда-то идти.

— Спать на земле будем? — Елана пребывала в ужасе.

— На лапнике и одеялах. На земле спят только те, кто ноют и не работают на общее дело, — заявила Марина, и принцесса вся сникла.

Благо, ей хватило ума промолчать.

— Попробую поймать рыбу тогда? — предложил Никита.

— Лови. А мы займёмся костром и лагерем, — разрешила наша грозная жар-птица.

— Ты сама строгость, — рассмеялся он, и быстро поцеловав её в кончик носа, унёсся к берегу с удочкой.

Но само собой рухнул в траву, когда вслед за ним отправилась удавка.

— Радагаст, хватит, — попросила Марина, каким-то образом уперев крылья в бока.

Она выглядела одновременно грозно и очень мило. Именно в этот момент я ощутил тонкий и вместе с тем яркий аромат. Такой притягательный, что сразу потянулся за ним. И чуть ли не рухнул на колени перед опешившей Мариной. Аромат исходил от неё. Неужели она действительно моя пара?

— Ты это чувствуешь? — спросил шёпотом.

— Что? — она чуть от меня отступила.

— Запах.

— Опять издеваешься? — она принюхалась к своим подмышкам. — Займись спальниками, Радагаст, а мы наберём хвороста.

— Нет же… От меня запах. Я про себя, — пояснил, выставив руку в сторону, чтобы она не ушла.

— Про себя? — Марина подозрительно прищурила золотые глаза, но принюхалась ко мне.

— Ну? — я даже задержал дыхание от волнения.

— Нормально всё. Не воняешь. Но это не значит, что не надо мыться, — похлопав меня крылом по макушке, Марина потопала к озадаченной принцессе. — Пошли, будем дрова собирать.

— Марин, от меня вкусно пахнет? Тебе понравилось? — предпринял я ещё одну попытку достучаться до неё.

— Ты такой странный, — вздохнула она и двинулась прочь.

— Марина! — позвал её зло, и она даже подпрыгнула на месте.

— Что ты распереживался? Приятный одеколон, хотя и не в моём вкусе.

— Одеколон? — удивился я, начав к себе принюхиваться.

Девушки ушли, оставив меня в замешательстве. Почему я почувствовал тягу, а Марина нет? Или она и не должна, и это ещё одна часть испытания? Буду проверять. Ей надо понюхать меня ещё раз. Столько сколько потребуется, чтобы она наконец почувствовала притяжение к своей судьбе. Ко мне.

/Марина/

— Я так и не поняла. Никита твой избранник? — Елана даже ступала осторожно, будто боялась всего. Странно, что вообще решалась задавать вопросы. — Кто тогда Радагаст? Прости, но он задаёт… необычные вопросы.

— Он вообще чудит, — хмыкнула я, указав клювом на сухую ветку. — Вот эту бери.

Сама я, к сожалению, была почти бесполезна, но всё же пыталась собрать веточки поменьше для розжига. Теперь же у нас нет огнедышащего дракона.

Принцесса безропотно выполнила мою просьбу, хоть и морщилась почти брезгливо.

— Ты вообще из замка выбиралась? На природу там?

— Редко, — призналась она со вздохом.

— Ну вот, на всю жизнь нагуляешься, — усмехнулась я. — По поводу Никиты. Мы пара. У нас принято, что молодые люди, если нравятся друг другу, начинают общаться. И если решают перейти к более серьёзным отношениям, то женятся. Брак это навсегда, потому супругам важно узнать друг друга заранее, влюбиться.

— Это так необычно, но… приятно, — улыбнулась она. — Я видела жениха всего раз. И даже не поняла, какой он.

— У нас свободнее нравы, каждый сам за себя решает. Но, конечно, семьи бывают разные.

— А Радагаст? Почему вы скованы цепью?

— Цепь дал ему Лесной Царь. Она должна привести к нему ту, что поможет снять ему проклятие со страны драконов. Кста-а-ти, а тебе что-нибудь известно про проклятие? За что драконов прокляли?

— Слышала, что за гордыню. Они желали стать новыми Столпами. Больше ничего, — замотала она головой, сконфуженно покраснев под действием моего пристального взгляда.

— Хм, пока всё сходится. Это хорошо.

— Значит, ты помогаешь Радагасту снять проклятие с его страны?

— Да. Мы друг к другу прикованы. У меня особо и нет выбора.

— Он же не будет… эм… проявлять ко мне интерес?

— Не знаю. Он вроде посчитал тебя красивой. Да и он же вполне себе мужчина. Не нравится?

Перед мысленным взором предстало лицо Радагаста. Уж про себя я могла признать, что он привлекателен, хоть и немного странный для обычного человека, каковым я себя считала всю сознательную жизнь. И пахло от него очень даже приятно. Но я предпочитала держать дистанцию, чтобы не давать ему ложных надежд. Мы не истинная пара. Он должен это понять.

— Отец договорился о моём браке. Я не могу пойти против его слова, — пояснила девушка, чуть склонив голову.

— Твоё решение. Приставать он точно не будет. А если будет, то скажи мне, я ему быстро мозги на место поставлю.

— Спасибо, Марина, — девушка явно вздохнула с облегчением.

Собрав максимально возможное количество дров, мы вернулись к лагерю. Радагаст радовал. Он не сидел без дела, уже успел огородить место для костра камнями. Расстелил одеяла, чтобы мы могли сесть, и теперь занимался лапником. Правда, когда увидела нас, он прервал своё занятие и метнулся к нам со сковородкой.

— Никита вернулся и пора готовить? — предположила я.

— Нет его, — поморщился дракон. — Да и когда он вернётся? А есть охота уже сейчас. К тому же, не верю я, что он что-нибудь поймает в этом пруду. Давай сами займёмся едой.

— И каким образом? — подозрительно уточнила я.

— Ты же волшебная птица, — лучезарно улыбнулся он. — Снеси яйца. Мы их пожарим.

Принцесса от неожиданности приоткрыла рот, я же выдохнула в изумлении, а потом явственно ощутила, как заводится моторчик моей ярости.

— Беги! — прошипел я, встопорщив перья.

— Зачем? — Радагаст отступил, выставив сковороду как средство защиты.

Но губы его подрагивали в улыбке.

— Убивать тебя буду. Потом отгрызу твою руку, и моя проблема с цепью решится.

— Ты же несерьёзно? — Радагаст развернулся и метнулся прочь.

Я подлетела в воздух и спикировала на его макушку.

— Сейчас сам у меня яйца снесёшь!

Радагаст прикрыл голову сковородой. И на неё налетел мой клюв.

— Что он опять натворил? — донёсся до нас смех Никиты.

Богатырь почти с умилением наблюдал смертную казнь дракона. В руках держал три средние рыбины. Мы были в получасе от ужина.

— Как обычно, — буркнула я, слетая с головы Радагаста. — Потроши рыбу. Будем готовить. Мы пока ещё хвороста принесём. А ты, Радагаст, разводи костёр. И тема яиц под запретом, понял?

— Яиц? — опешил Никита.

— Рыба ещё не распотрошена? — уточнила я грозно.

— Сейчас будет, мэм, — богатырь отсалютовал мне рыбинами и приступил к работе прямо на месте.

— Идём, — зыркнув недобро на главного выдумщика отряда, я перевела взгляд к принцессе.

Видимо, она решила взять жест Никиты на вооружение, потому что приложила ладошку ко лбу.

— Хоть ты веди себя нормально, — взмолилась я, махнув ей крылом, чтобы следовала за мной.

Пока мужчины занимались ужином, мы совершили ещё три ходки. В конце концов осень продолжалась и теплее не стало. Ночью предстояло вновь бороться с холодом. Ну и спать вместе, чтобы не замёрзнуть.

Вечер, как ни странно, прошёл мирно. Или это мы устали от пикировок. Но в любом случае день мы завершили приятным ужином и спокойными разговорами на отвлечённые темы. Проблемы возникли, как всегда, перед самым сном.

— Опять ты собралась бесстыдствовать? — негодовал Радагаст.

— Сказал дракон, который вечно пытается залезть под юбки девушкам, — закатила я глаза.

— Исключительно в исследовательских целях, — упрямо вскинул он подбородок. — С ним ты спать не будешь.

— Мы пара, — в очередной раз напомнил Никита.

— Просто сделаем, как в прошлый раз, — всплеснула я крыльями. — Лягу между вами двумя. И тепло, и все довольны.

— Я недоволен, — Радагаст скрестил руки на груди.

— Я тоже, — хмыкнул Никита, повторив его жест.

— Вот, вы в чём-то согласны, — злорадно рассмеялась я.

— Скажите, а где спать мне? — робко подала голос принцесса.

— Тоже с нами. Одеял мало и ночью будет холодно. Придётся спать вместе.

— О-о-о, — только и смогла выдать она.

Спор продолжался, но как-то на рефлексах. А мы по очереди умылись и нырнули под одеяла. В ногах весело трещал костёр, закопанный уголь согревал снизу. Я блаженно вытянулась на лапнике, покрытом одеялом. И постаралась отнестись философски к борьбе мужских рук на моей спинке. Никита хотел меня обнять, Радагаст не позволял. Елана же скромно лежала за спиной богатыря и пыталась не отсвечивать. Прямая, словно палка, и жутко напряжённая, словно ночью планируется первая в её жизни оргия, на которую она пришла по ошибке, вместо семинара для убеждённых девственниц.

Усталость брала своё, и вскоре я задремала, несмотря на продолжающийся спор мужчин. Правда, крепко заснуть не получалось. На краю сознания зудело странное чувство. Мысли наполнял еле различимый аромат. И когда он вдруг усилился, я открыла глаза. Костёр горел совсем слабо, а место нашей стоянки освещала голубоватым сиянием цепь. По металлическим звеньям мелькали маленькие огоньки, словно наша удавка вдруг переквалифицировалась в гирлянду.

— Что такое? — сонно моргая, я коснулась лба ладонью.

И тут поняла, что вернулась к человеческой ипостаси. Только раньше, чем ушло первое удивление, пришло новое, когда Радагаст вдруг обнял меня и уткнулся носом в мою грудь, блаженно жмурясь и громко вдыхая мой аромат.

— Вот же извращенец, — прошипела я, пытаясь его оттолкнуть.

И тогда поняла, что этот вкусный запах исходит от него. И не просто исходит, а он будто усилился многократно.

— Радагаст, — я подёргала его за рог. — Отцепись.

Он ничего не ответил, лишь смешно промычал. Следом его кожа начала светиться, пока не засияла так ярко, что ослепила глаза. Меня отталкивало в сторону его увеличивающимся телом.

— Что такое? — дракон, наконец, проснулся. — Я вернулся! — воскликнул радостно, когда осознал, что обратится к своей животной ипостаси.

— И раздавил своей чешуйчатой задницей костёр! — прикрыв лицо ладонью, я тихо провыла.

Уже даже не спрашивала у мироздания, за что на мою голову свалился этот дракон.

***

Из-за того, что среди ночи пришлось заново разжигать костёр и восстанавливать распотрошённое тушей дракона спальное место, с утра с трудом удалось разлепить глаза. Но долго спать я не дала. Пока дракон восстановил свои летательные функции, нужно пользоваться. Время ведь идёт, родители там с ума сходят, а мы ещё даже не нашли мага. Зато отыскали принцессу на свою голову, о которой тоже надо позаботиться. Не бросать же её в лесу.

Завтрак проходил в молчании. Все не выспались, а я была жутко раздражена из-за исходящего от дракона запаха.

— Может лучше принюхаешься? — предложил Радагаст, тыкая когтистым пальцем прямо мне под нос.

— Я же ем! — возмутилась и взвыла, когда рыбная косточка впилась между зубов. — До что б тебя, Радагаст!

— Что случилось? — заволновался он.

— Ничего, — зло выдохнув, я подскочила на ноги, но неудачно наступила на цепь.

Та натянулась, и я чуть не навернулась, ещё и прикусив кончик языка.

— Ты меня что сглазил? — на глаза навернулись слёзы от боли.

Я отбросила от себя цепь и затопала в сторону пруда, чтобы помыть руки. Никита и Елана затихли с кусочками рыбы в руках, и предпочитали не вмешиваться.

— Марина, подожди, — Радагаст дёрнул цепь на себя. — Что случилось-то?

— Ты случился, — буркнула я. — Со своей цепью. Как же она бесит. Я же даже переодеться не могу. Почему она не может просто исчезнуть? — всплеснула я руками в расстройстве.

А цепь вдруг сверкнула голубым светом и… испарилась! Словно послушалась!

— Да! — закричала я от счастья. — Ты видел? Видел? Она исчезла!

Я даже запрыгала на месте от восторга. Но радость моя поубавилась, когда напомнил о себе шипастый наручник, зацепившись за подол платья. Причём, весьма неудачно. Послышался неприятный звук рвущейся ткани.

— Ну вот, платье Карии порвала, — настроение вновь упало ниже плинтуса.

— Действительно исчезла, — Радагаст озадаченно почесал когтем макушку. — Она всегда так могла?

— Вполне возможно. А мы и не знали. Ведь были не в курсе, что она удлиняется, случайно выяснили, — пробормотала я, оценивая взглядом образовавшуюся дырку. Небольшую, но обидную. — Может, она ещё что-нибудь умеет?

— Например, что? — Радагаст прищурился, и между нашими наручниками вновь образовались звенья волшебной цепи.

Ну да, ему же она выгодна. Только она держит меня возле него.

— Не знаю, что-нибудь, — на этот раз я мысленно попросила цепь исчезнуть, и она подчинилась.

Неужели можно сходить в кусты в настоящем одиночестве?

— А ты куда, Марина? — подорвалась с места Елана.

— В кусты, — взглянув на неё с опаской, я рванула прочь.

Ещё увяжется следом, а мне только достались минуты долгожданного уединения.

***

— Хорошо, — улыбнулась я, ополаскивая лицо водой.

Вдали от дракона дышалось легче, ушло это странное зудящее чувство. И вернулось душевное равновесие. Теперь я могла по настоящему радоваться исчезновению цепи. Даже побегала по берегу от радости. В конце концов, всё же вполне замечательно. Воздух невероятно свеж, осенний лес прекрасен, виды гор вдали завораживают, а я больше не мёрзну в обновах. Платье, конечно, слишком лёгкое, но исчезла проблема с рукавами. В ближайшем городке купим новое. И крылья вернулись к дракону, теперь не придётся идти пешком. Путешествие бы даже радовало своей сказочной невероятностью, если бы не беспокойство о состоянии родителей. Они же не знают, куда я пропала. Надеюсь, Кария смогла передать весточку Столпам.

— Пожалуй, пора лететь, — вновь присев у берега, я зачерпнула воды, чтобы пригладить разметавшиеся волосы.

Но раньше в глубине пруда зажглись два жёлтых глаза. Я испуганно отпрянула. А вода забурлила, и передо мной вынырнул… Радагаст. Мой рот совершенно некрасиво приоткрылся.

— Я хорошенько помылся, Марина, — широко улыбнулся дракон, словно радостный пёс хлопая хвостом по воде. — Хочешь понюхать? — и протянул ко мне лапу.

— Уйди от меня, — стремительно отвернувшись, я унеслась в сторону лагеря. — Заканчивай купание, и летим! — бросила по дороге через плечо.

Проблема с полётами никуда не исчезла, и даже появилась новая. Оказалось, теперь я не могу обращаться по собственной воле. Пришлось лететь в человеческой форме и мёрзнуть со всеми. Дракон по очереди согревал нас в лапах, но это не особо спасало положение. Потому ему приходилось лететь медленно и низко. Позже же наша радость совсем рассеялась, когда цепь появилась сама собой. И как бы я её не упрашивала, отказывалась снова исчезать.

— Тебе сложно что-ли? Исчезни, — взмолилась я, когда мы приземлились на обед.

И на этот раз она послушалась. Испарилась.

— Странно, — озвучил мои мысли Радагаст, и обвил меня хвостом. — А теперь? — спросил с надеждой.

Меня окружил терпкий аромат дракона, голова пошла кругом.

— Мне надо… в кусты, — я буквально выпрыгнула из кольца хвоста Радагаста и унеслась прочь.

— Что-то часто она ходит в кусты, — обеспокоенно проговорила Елана. — Может ей нужен лекарь?

Цепь нас удивляла целый день. Через несколько часов она снова проявилась и потом отказывалась исчезать. И лишь вечером, когда мы приземлились в пролеске возле небольшого городка и начали устраиваться на ночлег, догадались в чём дело.

— Ограничение по времени? — предположил Никита. — На сколько она примерно исчезает?

— А ведь точно, — закивал Радагаст. — Где-то полтора-два часа, и потом снова появляется.

— То есть исчезает на два часа и откатывает ещё примерно столько же, — уныло подытожила я, вгрызаясь в ножку неизвестной зверушки.

Сегодня еду добывал наш чешуйчатый хищник. Радагаст аж раздулся от гордости, когда бросил мне к ногам тушку пойманного зверя.

— Но ты всё равно сможешь завтра пойти с нами в город, — Никита ободряюще похлопал меня по плечу. — Продадим чешуйку и купим тебе платье.

— В смысле? У тебя не осталось денег с прошлой продажи? — уточнила я.

— Я всё потратил на покупки, — досадливо поморщился он.

— Которые сгорели. Ещё и чешуёй снова светить, — недовольно выдохнула я.

— Транжира, — буркнул дракон, и резко отпрянул, когда ему прилетело от Никиты косточкой по морде.

Но богатыря сразу снесло с бревна, на котором он сидел, ударом хвоста.

— Только попробуйте снова начать, — я пригрозила им недогрызенной ножкой.

И мужчины сразу успокоились. Ровно до распределения спальных мест. Прослушав почти привычную ругань, я снова легла между Радагастом и Никитой. Только засыпалось с особым трудом. И всё из-за драконьего запаха. Ночью же исходящий от Радагаста аромат усилился в разы. Открыв глаза, я снова отметила, что цепь сияет словно гирлянда. А потом меня крепко обняли сильные руки. Дракон принял человеческий облик и вновь нагло прильнул к моей груди. Только на этот раз проснулся и сам.

— Марина, — на его губах появилась мягкая улыбка.

Глаза сверкали, кожа отливала золотом в свете костра. Красиво… Так, Марина, соберись!

— Отпусти меня, — потребовала я, зажав нос руками.

— Что ты делаешь? — он вцепился в мои запястья и потянул их на себя.

— Прекрати, — провыла я в панике, и вдруг ощутила, что тело начало меняться.

Ко мне вернулись клюв, перья, лапки и, главное, крылья. Последним я сразу воспользовалась. Вырвалась из хватки Радагаста и взлетела к верхушкам деревьев. Аккуратно опустилась на крепкую ветку и только тогда вдохнула полной грудью, наполняя лёгкие свежим хвойным ароматом.

Так, глупо отрицать. Мне нравится запах Радагаста, этого несносного и наглого дракона. Как же я попала!

***

Ночь прошла вдали от моих проблемных мужчин. Оказалось, что я неплохо сплю на ветке. Удобное открытие. И проснулась я вполне выспавшейся, и даже успокоившейся. Судя по всему, из равновесия меня выводил запах Радагаста. Но вскоре пришлось к нему вернуться, а перед этим выполнить функции петуха, то есть всех разбудить.

— Так рано? — сонно возмутился Никита.

— Нам надо позавтракать и дойти до города. Радагаст снова обратился, идти на своих двоих.

— Опять? — богатырь бросил недовольный взгляд на дракона.

Тот поднялся, встряхнул гривой волос и блеснул белоснежной улыбкой. Меня невольно одолела зависть. Мне бы так выглядеть по утрам.

— Судя по всему маг внёс изменения в установки цепи и мы меняем ипостаси каждую ночь, — заключил дракон, умильно посмотрев на меня. — Ты такая красивая, Марина.

— Да? — я с сомнением оглядела свой птичий облик. В принципе, он прав, ни мешков под глазами, ни растрёпанных волос, пёрышко к пёрышку. — Хм, спасибо.

Ответный комплимент я решила придержать при себе, а то… подумает, что он мне нравится. А нам совершенно не по пути. Моя жизнь там, на Земле, а его здесь, в сказочном мире.

— У меня нет рук, кто займётся костром, а кто едой? — виновато вытянула крылья перед собой.

— Давай я костром, — предложил Радагаст.

— Тогда я разогрею мясо, — вызвался Никита, сверля дракона недовольным взглядом.

Но хоть не спорили, и дружно принялись за работу. А пока они готовили завтрак, я подсказала принцессе как собрать одеяла и упаковать их в сумку.

— Марина, я тут подумал, — дракон начал издалека, и явно специально дождался, когда наши спутники унесутся на поиски кустов и мы останемся одни.

Но я была сытая, сидела достаточно далеко от него, потому чувствовала себя вполне спокойно.

— Уже страшно, — пошутила я, на что он весело прищурился.

— Кария говорила, что твоему резерву можно помочь восстановиться.

— Говорила, — припомнила я. — Но вроде это может сделать кто-то близкий мне по магии.

— А кто может быть ближе истинного? — на губах мужчины обозначилась такая соблазнительная улыбка, что мне понадобилось почти полминуты, чтобы осмыслить его слова.

— Мы не истинные, Радагаст, — спокойствие начало стремительно меня покидать.

— Вот и проверим, да?

— Не надо.

— Чего ты боишься? — поднявшись с бревна, он направился ко мне. А я тоскливо взглянула на ветку, ставшую моим ночным насестом. Сбежать что ли? — Ты будто избегаешь меня.

— Тебе кажется, — пробурчала я, начав дышать через рот.

Радагаст же присел передо мной на одно колено и протянул ко мне руку.

— Ничего не бойся, не сопротивляйся моей магии.

— Может быть больно? — я беспокойно присела и невольно взмахнула крыльями, когда его ладонь коснулась моей шеи.

— Нет, если магия подходит.

— Если… что? — испугаться я не успела, ладонь Радагаста засветилась золотистым светом, и в меня полилась сила.

Стало тепло и невероятно хорошо. Кажется, я даже заурчала. Последние дни слабость не одолевала, болезнь совсем покинула, теперь же тело стало таким лёгким, мысли чистыми. Только почему-то попа потяжелела. Опомнившись, я встряхнула головой и наткнулась на широченную улыбку Радагаста.

— Та-ак, — я сделала несколько шагов назад от него. — Не подходит твоя магия. Вот вообще.

— Не подходит? — подозрительно сощурил он янтарные глаза. — Что тогда с твоим хвостом?

— Хвостом? — я взглянула за спину и обомлела.

Вместо аккуратных алых пёрышек мою попу теперь украшали длинные перья с сияющим золотом узором. Кажется, я не курица, не утка, а павлин.

— Это ничего не значит, — упрямо возразила я.

— Точно? А запах ты мой чувствуешь?

— Конечно, — кивнула я. — Ты пока не воняешь. И так будет всегда, если каждый день мыться.

— Я о другом, — Радагаст начинал злиться.

— О чём? — прикинулась я дурочкой.

— Ты не находишь его притягательным?

— Нет, — качнула я головой, вновь кося взглядом на хвост. — И вообще, кажется, твоя магия мне плохо подошла. Живот болит.

— Живот? Где именно? Давай проверю, — забеспокоился он.

— Вот здесь, — я указала зону чуть ниже живота. — Точнее, тянет как-то. И… очень хочется есть. Сала… с вареньем.

— Чего? — переспросил подошедший к костру Никита.

— Я не шучу. Мне нужно сало с вареньем, малиновым, — расстроенно всплеснула крыльями, и почему-то захотелось заплакать.

— Это наверное из-за пополнения резерва, — Радагаст запустил в меня золотистый шарик, который охватил моё тело мягким сиянием. — Повреждений никаких нет. И… аура почти восстановилась, Марин.

— И всё равно надо найти сало, — пробурчала я, помассировав низ живота.

Зря он со своей проверкой. Теперь я чувствую себя невероятно несчастной и голодной. Надеюсь, это временное явление. А то хочется истерить на ровном месте.

— Ого, какой хвост, Марина, — Никита изумлённо улыбнулся. — Столько перьев. И они все волшебные?

— Все, — подтвердил Радагаст. — Я смогу наложить иллюзию. В человеческих землях мало магов. Надеюсь, никто не сможет увидеть ауру Марины. Иначе нам снова придётся отбиваться от нападения.

— Как же тяжело быть жар-птицей, — плакать захотелось с особой силой, но я мужественно держалась. — Радагаст, забери свою магию обратно. Мне с ней плохо.

— Не могу, — виновато развёл он руками в стороны. — Скоро пройдёт, — подбодрил он меня участливо.

— Ты что с ней сделал? — Никита выступил передо мной, оттесняя дракона.

— Резерв её пополнил, — кажется, Радагаст сам был удивлён моей реакцией.

— Давайте собираться, — предложила я. — Пока все не разругались. Ещё и до города надо идти.

— Я тебя понесу, — Никита погладил меня по голову. — У тебя и хохолок появился. Красивый.

— Хохолок? Как у панков?

— Ну, нет, — коротко рассмеялся Никита.

— Сейчас, — Радагаст протянул ко мне руки, пошевелил пальчиками, и передо мной из воздуха соткалось полупрозрачное зеркало.

Из него смотрела птица с золотисто-алыми перьями, горделивой осанкой, пышным хвостом и, да, хохолком, но не панковским, а павлиньим.

— Красиво, — теперь плакать хотелось от умиления.

— Очень красиво, — подтвердил Радагаст.

И тут раздался треск, словно электрический. В сверкании молний перед нами возникли парень и девушка в чёрных костюмах. Из-за которых в первые секунды я решила, что по наши души принеслись злодеи. Но потом рассмотрела лица пришельцев, и узнала знакомых из параллельного класса, Ягодкину Наташу и Кощеева Олега.

— Скорая магическая помощь прибыла, — улыбнулась девушка, весело подмигнув голубым глазом.

— Столпы? — удивлённо выдохнул Радагаст.

— Столпы, — подтвердил Олег, проведя ладонью по пепельным волосам. — Мы получили послание от знахарки.

— И сразу к вам, — закивала Наташа.

— Мы спасены, — Никита обнял меня на фоне общей радости.

А мне снова захотелось плакать. Как отключить эту странную реакцию?!

— О, Марина, ты жар-птица, — рассмеялась Наташа.

— Как видишь, — раскинула крылья в стороны, демонстрируя свою куриную тушку.

— А ты, выходит, дракон? — она перевела взгляд к моей чешуйчатой проблеме.

— Радагаст, — представилась он и приблизился к девушке, чтобы галантно поцеловать её ручку.

— Какой красивый, — хихикнула она.

Он что с ней заигрывает? Только недавно нашу истинность проверял. Как же я взбесилась. И не только я.

— Так, губами трогать нельзя, — предупреждающе прищурился Олег, протягивая ему ладонь для рукопожатия.

— Вы нас спасёте? — спросила я с надеждой, возвращая разговор к нашим бедам. — Снимите цепь? — и указала на магическую удавку.

— Эм, тут такое дело, — Наташа глупо рассмеялась, почесав пальцем кончик носа.

Она была красивой девушкой. Золотистой стройной блондинкой. Впрочем, Кощеев тоже весьма привлекательный. Высокий, широкоплечий, голубоглазый. Вместе они смотрелись очень стильно, особенно в этих костюмах. Удивительно, я училась в одной школе с Ягой и Кощеем. Интересно, они знали о своём магическом происхождении или, как я, пребывали в неведении?

— Какое дело? — насторожилась я.

— Мы не имеем права вмешиваться, — признался Кощеев на выдохе.

— В каком смысле? — я была близка к панике.

— Понимаешь, существуют магические законы, которые не нарушить, даже если очень захочется, — начал объяснять он.

— Лесной Царь наложил заклятие на драконов, выставил условия его снятия. Драган, его сын, и новый Столп, не мог его просто снять, но вплёл дополнительное условие. Дал волшебную цепь. Мы не можем её снять или разрушить, — виновато развела руками Наташа.

— Тогда как вы поможете? — расстроенно уточнил Никита. — Перенесёте нас в страну драконов?

— Нет, — девушка прикусила губу. — Мы предупредили ваших родителей.

— И всё? — от шока я плюхнулась на попу.

— Простите, если вмешаемся, нам достанется от Драгана, — повинился Олег. — Но магические законы правда не обойти. Нужно снять заклинание, чтобы освободиться от цепи. Зато теперь вы можете не переживать за спокойствие родителей.

— Хоть что-то, — на душу навалилась апатия.

Похоже, рано я обрадовалась появлению Столпов.

— И мы будем за вас болеть, — широко улыбнулась Наташа. — А ещё Горыныч решил к вам присоединиться. Сказал, поможет спасти сородичей драконов.

— И где он? — заинтересовался Радагаст.

— Вещи собирает, — усмехнулся Олег. — С ним… будет веселее, — лукаво улыбнулся он.

— Нам и так тут жутко весело, — пробурчала я. — Как-то нет от вас толка.

— Уж прости, — виновато пожала плечами Наташа. — Может, вам что надо?

— Артефакт для поисков страны драконов, — предложила я без особой надежды.

— Нельзя, — качнул головой Олег.

— Тогда, спальники, пенки и палатку? — решила я. — На четыре человека.

Хотя бы решим проблему с ночёвками в лесу.

— Это можно, — Наташа взмахнула руками, но вдруг остановилась. — А кто четвёртый?

— Принцесса. Случайно её нашли, — поморщился Никита.

— Ладно, четыре, — Наташа завершила магический пасс, и перед нами появился небольшой тряпичный мешок. — Всё там, — уверенно заявила она.

— Там? — богатырь с сомнением схватился за созданный предмет, заглянул внутрь. — Действительно, там.

— Он волшебный, — шёпотом сообщила Наташа, чуть прикрыв рот ладонью, будто нас могли подслушивать.

— О! Раз исполняете желания, тогда сало с малиновым вареньем, — снова о себе напомнило странное желание.

— Ты что беременна? — Ягодкина аж приоткрыла рот от неожиданности, а я снова вспомнила, как крякать. — Когда успели? — и в некотором возмущении посмотрела на опешившего Радагаста.

— Что?! Не беременна я! Мне магию пополнили, и теперь я странно себя чувствую.

— И вправду, странно, — пробормотал Олег, но в его руках появились тарелка с салом и баночка с вареньем. — Угощайся.

Он торжественно поставил передо мной заказанную еду. Вкусные запахи даже подняли настроение. Правда, снова захотелось плакать, уже от радости. Хоть часть проблем решилась. Родители предупреждены, мы не замёрзнем ночью и я получила свой странный съестной заказ. Хотя очень бы хотелось, чтобы Столпы помогли больше. Кажется, не мне одной.

— Вы можете изменить установки цепи? — чарующе улыбнулся Радагаст. И когда он успел стать таким соблазнительным? — Мы с Мариной по очереди меняем ипостаси и не можем обратиться по собственному желанию. Это очень неудобно.

— Даже не знаю, — Олег озадачено почесал светлую макушку, присаживаясь на одно колено возле цепи. — Сейчас попробую…

Его ладони засветились мягким светом, но тут он подался вперёд, словно от удара. Причём, одновременно с Наташей. Они оба поморщились, растирая затылки.

— Кажется, Драган против, — заключила Наташа.

— Да что такое? — в расстройстве Никита притопнул ногой.

— Цепь — заклинание Драгана. Потому он и не разрешает, — пояснил Олег. — И он нас настойчиво вызывает к себе.

— Если что, мы не сами… — усмехнулась Наташа, и вдруг исчезла.

— Удачи, — покачав головой, Олег махнул нам рукой и тоже испарился.

Мы остались одни, раздосадованные и в полнейшем недоумении.

— Помогли, ничего не скажешь, — Никита отбросил мешок к сумке с нашими вещами.

— Открой мне варенье и нарежь сало, — попросила я, грустно вздохнув.

— Вы какие-то невесёлые. Что-то случилось? — поинтересовалась вышедшая к лагерю Елана.

— Ты самое интересное пропустила, — хмыкнул Никита. — Приходили Столпы. Сказали, что не станут нам помогать.

— И пожелали удачи, — я схватила кусочек сала прямо с его руки, стоило его отрезать. И сразу макнула в варенье. — Вкусно, — сощурилась я от удовольствия, быстро поглощая угощение.

— Больше не делись с ней магией. А то ведёт себя как беременная, — проворчал Никита, продолжая нарезать мне сало.

— Как беременная… — Радагаст задумчиво постучал себя пальцем по подбородку.

Лицо его просветлело, будто он что-то понял.

— Ты ничего не хочешь мне сказать? — подозрительно поинтересовалась я.

— Ничего, — дракон принял самый честный вид, и мои подозрения усилились.

— Ты что-то от меня скрываешь, — я встопорщила перья, пусть боится.

Радагаст на всякий случай отступил от меня на несколько шагов.

— Ничего не скрываю, — широко улыбнулся он.

Точно скрывает…

Глава 7

/Радагаст/

Столпы ушли, весьма расстроив моих спутников. А я, если честно, и не ждал особой помощи. Мне уже раз повезло с цепью. И то Лесной Царь пошёл на поводу своей спутницы. Глупо было рассчитывать, что мой путь до родины как-то сократится. Зато у Марины исчез повод для беспокойства. Её родных предупредили. Уже хорошо. И ещё мою золотую птичку накормили.

— Радагаст, лучше рассказывай по-хорошему, — пригрозила она.

А что рассказывать? Я и сам не уверен в своих догадках. Встревожу её, самому же больно будет. Так что лучше перевести тему разговора.

— Ты так аппетитно ешь. Неужели вкусно? — спросил с сомнением.

— Хочешь попробовать? — прищурила она золотые глаза.

— Очень вкусно, пробуй, — Никита оттопырил большой палец и закивал.

Мои сомнения усилились, но я схватил кусочек сала и закинул его в рот.

— Варенье забыл, — рассмеялась Марина, а богатырь раздосадованно махнул рукой.

— Я не такой гурман, чтобы мясо с вареньем есть, — облизав пальцы, улыбнулся. — Вкусно.

— Вкусно, — согласилась Марина. — Но нам пора в город. Столпы ничем толком не помогли.

— Как же не помогли? Родителей ваших предупредили, теперь мы не ограничены во времени.

— Вообще-то там у нас идёт полным ходом учёба. Мы нагло прогуливаем. Так что мы всё же ограничены, поэтому хватит праздно кушать, — она грустно отодвинула от себя лапкой тарелку. — Никита, убери, пожалуйста. А ты, давай, колись.

— Колоться? Зачем? — озадаченно уточнил я.

— Это выражение такое. Правду рассказывай, — фыркнула она.

— Я ничего не знаю, — открестился от перспективы быть заклёванным.

Она и так с трудом согласилась подпитаться моей магией, потом её будет не уговорить. А ауру надо восстанавливать. Она вон как расцвела, и теперь сильнее, чем раньше. Ну и да, красиво очень. Жаль, характер у Марины скверный. Но я уже как-то привык, приспособился, втянулся. Мне очень нравится смотреть, как она взрывается из-за моих шуток. Лишь бы пережить следующий взрыв, если окажется, что я прав.

Сборы прошли быстро, и мы двинулись по полю в сторону города. Марина сразу уселась на плечо своего богатыря, Елана шла рядом с ними и расспрашивала их о Столпах. Я тоже с интересом слушал. Оказалось, что Наталья и Олег знакомы Марине с детства, но друзьями они не были.

— А Горыныч, кстати, какой? Трёхглавый дракон прилетит? — вспомнила Марина.

— Нет, он из наших. Игорь Костриков.

— Костриков? — кашлянула девушка. — Надо же…

— А какой он? — поинтересовался я.

— Приятный, — дёрнула головой Марина. — Ничего плохого сказать не могу, кроме того, что он меняет девушек как перчатки.

— Дамский угодник, значит? — насторожился я.

Мне хватает одного любителя распустить руки. Теперь появится другой. Как же сложно с моей истинной.

Ближе к городу я наложил на Марину и себя иллюзии. Цепь по нашему желанию испарилась. Городские ворота мы преодолели без проблем. Точнее, мне так показалось.

— Как-то странно на меня тот стражник смотрел, — поделился своим наблюдением Никита.

— Может, из-за попугая на плече? — предположила Марина, бросив на меня недовольный взгляд.

С иллюзией я постарался, птица выглядела экстравагантно.

— Это месть за пуделя, — улыбнулся я.

— Я же тоже отомщу. По заднице тебе прилетит, — пробурчала она, демонстративно отворачиваясь.

— Кажется, я понял, в чём дело, — Никита указал на доску объявлений на стене гарнизона стражи.

Там висели листовки с изображениями разыскиваемых преступников. На одной из них я узнал себя, причём в розыск объявили обе мои ипостаси. Художник постарался сотворить портер с максимальной точностью. Явно работа мага.

— Ы-ы-ы, тут и я есть, — провыла Марина. — Нас обвинили в похищении принцессы.

— Мамочки, — пролепетала Елана.

— За меня мешок золота обещают, — Никита прикрыл лицо ладонью.

— Все мы попали, — заключил я. — Давай возьмём, тут тебя очень красиво нарисовали, — подмигнул я своей недовольной птичке.

— Зачем? — возмутилась она, но я всё равно сорвал оба объявления с её изображениями и сунул в карман.

— Любоваться буду, — пояснил ей, на что она рассерженно встопорщила перья.

— Ты наглеешь, — пророкотал богатырь.

— А ты старик, — выдал я, взмахом руки накладывая иллюзию.

Теперь перед нами стоял сгорбленный возрастом престарелый мужчина в порванной одежде. На испещрённом морщинами лице обозначилась суровая мина. Как бы снова не ударил…

— Принцессу тоже замаскируй, — хихикнула Марина, и я не стал отказывать.

В пару к нашему старику появилась старушка. Елана посмотрела на меня так плаксиво, что её стало почти жаль.

— Почему ты один такой красивый? — лениво возмутилась Марина.

Она прищурилась, фигура её засветилась. И я ощутил, как в заклинание иллюзии вплетаются новые установки. Быстро же она учится… Что-то мне подсказывает, что я больше не привлекательный блондин в самом расцвете сил.

— Ну что, старички, идём продавать чешую? — жар-птица явно повеселела.

Оценив взглядом свои сморщенные ладони, я тяжело вздохнул. Ведь сам напитал её магией. И за что я терплю эти унижения?

Мы отправились в центр города, где отыскали лавку готовых зелий. Выглядела она цивильно, да и ценник на товар был не самым подъёмным. Но вот свободных денег у лавочника нашлось немного. Лишь два мешочка золота. Никита морщился, торговался, угрожал уйти. И тогда у ушлого торговца отыскался ещё один кошель с деньгами. Только получив и его, наш богатырь успокоился.

— Продешевили, — вздохнул он, когда мы покинули лавку.

— Уходим скорее, вдруг нас будут преследовать, — Марина настороженно огляделась.

— Зачем нас преследовать? — испугалась Елана.

— Мы с кучей денег. Мало ли, торговец своих отправит, — пояснила она.

— На рынок и уходим, — решил я. — Скоро снова появится цепь.

Только на подходе к рынку мы заметили, что вокруг нас смыкается кольцо стражников.

— Похоже, нас узнали на входе, — заключил Никита.

— Не нас, а тебя, — напомнил я, подставив руку Марине. — Прыгай. Будем менять иллюзии.

— Если снова что-то ужасное, я буду рычать, — она послушна перескочила на моё плечо.

Некоторое время мы пробирались сквозь толпу на рынке, потом сумели на время скрыться за одной из палаток, где я поменял иллюзии. И так несколько раз. В итоге всё время было потрачено на беготню, а не на покупки. Ещё через час мы, запыхавшиеся и уставшие, выбрались к воротам. Никита и Елана теперь изображали молодую пару, а я женщину средних лет с котом на плече. Но хоть Марина не подтрунивала по этому поводу. Она вообще была необычной тихой.

— Надо скорее уходить, — плаксиво попросила она. — Живот тянет всё сильнее.

— Значит, поспешим, — я подтолкнул Никиту в плечо, указывая на ворота.

— Что с ней происходит? — потребовал он ответа, обернувшись ко мне.

— Да, что? — когти жар-птицы впились в моё плечо.

— Яйцо, — нехотя признался я, поморщившись от боли. — Судя по всему, она готовится снести яйцо.

Наступила минута ошеломлённого молчания, которая завершилась вспышкой гнева.

— Ты заделал ей… яйцо? — зло переспросил Никита, схватив меня за грудки.

— Я тебя убью, — прошипела мне на ухо Марина.

— У вас будет птенчик? — только Елана захлопала в ладоши от восторга.

Вот поэтому я и молчал…

— Нет, это не совсем я, — на всякий случай прикрыл нос рукой, поморщившись, когда Марина слегка дёрнула меня клювом за ухо. — И птенчика у нас не будет.

— Тогда что происходит? — Никита встряхнул меня за грудки.

Недовольно выдохнув, я оттолкнул его лёгкой магической волной. Вечно он руки распускает.

— Так бывает, — постарался примирительно улыбнуться.

— Как бывает, Радагаст? — Марина перевесилась через моё плечо.

Видимо, чтобы я лучше рассмотрел её разгневанную кошачью мордочку.

— Давайте я расскажу по дороге.

Пока бежим, может все остынут и передумают меня четвертовать. В конце концов, я действительно не виноват. Ну, почти…

— Идёмте к воротам. А с тобой мы ещё поговорим, — прищурился Никита.

— Если Марина должна снести яйцо, почему не будет птенчика? — расстроилась Елана.

— Потому что это особенность жар-птиц, — начал я объяснять, торопливо двинувшись к воротам. — Они, как и драконы, не размножаются в животной... то есть птичьей ипостаси. Но иногда они несут яйца. Это редкий и особенный магический артефакт. В него жар-птица откладывает излишки собственной магии. Обычно оно формируется несколько месяцев и вроде даже по желанию, но видимо, я дал слишком много, либо резерв Марины…

— Не принял твою магию и отложил её подальше, — язвительно перебила она.

— Моя магия точно подошла. Иначе бы ты не смогла отложить её в яйцо, — возразил я сердито.

Пусть хоть вечность отрицает, теперь я точно знаю, что она моя истинная. И даже если мы оба не в восторге, но этого не изменить. А значит, эта птичка будет моей, даже если остаток жизни мне придётся доказывать ей, что мы идеально совместимы.

— Так, там что-то странное происходит, — насторожился Никита, указав на ворота.

Мы как раз встали в конец небольшой очереди желающих покинуть город. Тогда и я присмотрелся к пропускному пункту. Там находился маг, и он проверял выходящих артефактом. Скорее всего, на наличие иллюзии.

— Мы не сможет выйти, — заключил я, скрипнув зубами от злости. — Маг распознает иллюзию.

— Нас настойчиво разыскивают, — Марина присела на моём плече словно от испуга.

Но когда я потянулся, чтобы её погладить, напоролся на недовольное ворчание и предупреждающий укол клювом.

— Не трогай меня, извращенец.

— Почему сразу извращенец? — озадачился я.

— А кто мне яйцо заделал?

— Может, им Елану отдать? — предложил Никита, не обращая внимания на нашу перепалку. — Нас же в её похищении обвиняют.

— Нет, — пискнула принцесса. — Не надо. Верните меня отцу.

— Нельзя, — отрицательно качнула головой жар-птица. — Возможно, её потом передадут похитителям. Да и нас всё равно арестуют. Но надо что-то решать. Я больше не могу терпеть, — и мелко задрожала.

— Тогда что делать? — богатырь почесал макушку в недоумении.

— Город не покинуть. Но у нас есть деньги. Снимем комнату в таверне, — улыбнулся и всё же погладил Марину по макушке, получив клевок в палец.

Моё предложение все поддержали. Мы покинули очередь и двинулись на поиски подходящей таверны. Правда, время поджимало. Марина беспокойно сжимала лапками моё плечо, дрожала и требовала у нас поторопиться. Потому мы зашли в первую попавшуюся таверну. Она оказалась весьма популярной, судя по громкой музыке на первом этаже. Народ веселился, выпивал. Помещение наполняли запахи жареного мяса. Никита ворчал на ценник, но получил по макушке от нашей жар-птицы, после чего выдал хозяину золотые монеты. Молодая служанка повела нас на второй этаж. Здесь было тихо. Вдоль длинного коридора, застеленного алой ковровой дорожкой, выстроились деревянные резные двери. Нам выделили соединённые между собой две комнаты. Уютные, обставленные добротной деревянной мебелью. Полы застилали домотканые ковры. В воздухе витал запах цветов из вазы, стоящей на обеденном столе. В каждой из выделенных комнат имелось по две односпальные кровати.

— Все вон, — Марина слетела с моего плеча, стоило служанке оставить нас одних. — Я больше не могу терпеть.

Она приземлилась по центру кровати и начала спешно подминать под себя подушки и покрывала. Вьющая гнёздышко кошка выглядела весьма смешно, учитывая, что я не успел снять иллюзию.

— Тебе помочь? — предложил я, её нервозность передалась и мне.

Хотелось схватить её в охапку, спрятать и защищать ото всех.

— Ты уже помог, папаша, — рыкнула она, сверкнув свирепо глазами. — Все вон. Я не буду нести яйцо при всех. Кроме Еланы. Ты останься.

— А можно я тоже пойду? — попросила девушка тоненьким голоском, наблюдая, как Никита спешно выбегает в соседнюю комнату.

— Нельзя, вдруг помощь понадобится, — замотала головой Марина, и я, наконец, додумался снять с неё иллюзию. — Ой-ой-ой, быстрее все выйдите! — она присела, обхватив себя крыльями.

Я тоже нехотя покинул комнату. Здесь беспокойно метался Никита, и я присоединился к его бегу по помещению. Волнение постепенно затапливало с головой. Я невероятно переживал за Марину.

— Это не опасно? Может вызвать… ветеринара? — причитал богатырь, постоянно запуская пальцы в порядком растрёпанные волосы.

— Надеюсь, не опасно, — бормотал я под нос, нарезая круги по комнате. — И что так долго? Может, помощь нужна?

Нервно это, ждать яичко.

— Там у вас всё нормально? — не выдержав, я постучался в дверь.

— Нет, — пропищала Елана, и послышался глухой звук удара.

Стоило заглянуть внутрь, как стала ясна и причина. Принцесса не выдержала волнений и благополучно упала в обморок.

— Я же просто попросила тёплой воды, — возмутилась Марина, всплеснув крыльями.

Она уже сплела себе гнездо из одеяла, покрывала и подушек. И теперь миленько восседала на нём. Такая хрупкая и нежная.

— Сейчас сделаю, — вбежав во комнату, я метнулся к кувшину и понёс его птице, на ходу нагревая магией.

Никита заглянул внутрь. Сначала посмотрел на лежащую на полу Елану, а потом перевёл паникующий взгляд к Марине.

— Ах, — театрально вздохнула она, и богатырь прикрыл дверь.

Послышался новый звук падения тела. Неужели тоже рухнул в обморок? Марина же злорадненько хихикала. Похоже, просто его разыграла.

— Какие вы все нежные, — закатила она глаза, склоняясь к чаще с тёплой водой.

— Тебе не больно?

— Мне… я не могу подобрать слова, чтобы описать своё состояние, — она неспешно отпила воды из чаши. — Я всю жизнь была человеком, Радагаст. А теперь я несу яйцо. По твоей вине, между прочим. Как я могу себя чувствовать, как ты считаешь?

— Не знаю, — пожал плечами. Правда не мог представить, и вообще слишком нервничал. — Но тебе не больно?

— А, нет, не больно. Я уже всё, — хмыкнула она.

— Всё? — переспросил я удивлённо.

— Ага, и давно. Но вы так смешно носились, — хихикнула она.

— Ты… ты… — я медленно выдохнул, не зная, какое подобрать определение. — Мы же переживали.

— Тебе полезно, — фыркнула она. — Не думай, что я тебя уже простила.

— Всё? — уточнил Никита, и несмело приоткрыл дверь.

— Да, готово, — жар-птица приподнялась с гнезда, и комнату наполнило золотистое сияние, исходящее от яйца.

— Невероятно, — прошептал я.

Нам посчастливилось наблюдать настоящее чудо.

— А что оно делает? — поинтересовалась Марина. — Ты ведь не врёшь, я вдруг не стану… мамой? — и смешно встопорщила перья.

— Станешь, но позже, для дракончика, — подмигнул я ей, но на всякий случай отошёл подальше. — А это артефакт. Он способен исполнить одно желание.

— Желание? — Никита стремительно приблизился и схватил яйцо. — Тогда надо пожелать избавиться от цепи.

— Нет! — я протянул к нему руки, пытаясь остановить

Но тщетно, артефакт ярко засиял, приняв его слова за руководство к действию. Я вновь ощутил тяжесть цепи на руке. А когда сияние пропало, яйцо уже исчезло, оставив в ладони богатыря золотистую пыль. Мы озадаченно оглядывались, не понимая, что произошло. Потому что всё осталось как прежде. Мы так и стояли вокруг гнезда, Елана лежала в обмороке на полу. Да и цепь никуда не исчезла, наоборот, вновь стала видимой.

— Не помогло? Ты же сказал, желание исполняет, — Марина подёргала наручник на лапке, но тот не поддавался.

Я проверил свой, и мысленно вздохнул с облегчением. Только цепь удерживает Марину возле меня. Стоит той исчезнуть, как может унестись прочь и моя истинная. Либо её унесёт богатырь.

— Не каждое желание, — не сдержавшись, я наградил богатыря подзатыльником. — Цепь создана Лесным Царём, его магию не пересилить яйцу жар-птицы. Мы бы могли потратить желание на создание артефакта для поисков моей страны.

— Значит, желание ушло впустую? — расстроенно спросила Марина. — Я, между прочим, старалась, яйцо высиживала, — и взглянула с упрёком на пристыженного Никиту.

— Но цепь появилась сама собой, — я задумчиво почесал лоб возле рога. — Может, желание сработало частично? Попробуй обратиться, Марина.

— Хм, ладно, — нахмурилась она.

Её тело объяло золотистое сияние, и через секунду она обратилась к своей человеческой ипостаси. Марина изменилась. Болезненность ушла из её облика. Волосы лоснились блеском, спадая на изящные плечи. Кожа будто сияла. На нежных губах появилась несмелая улыбка. Глаза вспыхивали золотистыми искрами. Не знаю насчёт остальных девушек, но Марина больше не казалась странной, теперь я считал её привлекательной. А ещё её превращение означало, что все ограничения цепи сняты.

— Ты такая красивая, — прошептал я восторженно. — Скажи же, ты тоже находишь меня привлекательным? — приблизившись, склонился к напрягшейся девушке.

И ещё сунул ладонь ей под нос. Чтобы уж точно унюхала нашу предначертанность.

— Не молчи, — подбодрил её я. — Признайся, мечтаешь скорее оказаться в моих объятиях?

— Ты… ничего я не мечтаю, — оттолкнув мою ладонь, она рванула к богатырю и прыгнула на его руки.

Он смешно выпучил глаза, еле успев её поймать.

— Мне кажется, или ты задержала дыхание? — я начинал злиться.

Очевидно же, что она тоже ко мне не равнодушна. Или нет?

— Тебе кажется, — упрямо замотала она головой. — Унеси меня скорее, — и уткнулась носом в изгиб его шеи, часто задышав.

Самодовольно усмехнувшись, Никита понёс Марину в соседнюю комнату. А я остался с бессознательной принцессой. Лучше бы наоборот. Но ничего, моя истинная от меня никуда не денется. Мы останемся на всю ночь в замкнутом пространстве, которое постепенно наполняет мой аромат. Эта птичка скоро признается, что без ума от меня.

/Марина/

— Жила-была курочка Ряба, и снесла она однажды яичко. Яичко не простое, а золотое, жутко редкое, особенное и способное решить одну из наших многочисленных проблем…. — я смерила Никиту укоризненным взглядом.

— Ну, прости, Марин, — протянул он.

Мы расположились на кровати, в соседней комнате, и Никита выдал гениальную идею с новым яйцом, исполняющим желания.

— Курочка Ряба не всегда была несушкой, — продолжила я, скрестив руки на груди. — У неё вообще случился культурный шок из-за необходимости снести яйцо. Но деваться курочке Рябе было некуда, она свила себе гнездо и сделала яичко. Яичко не простое, а золотое. А потом случился глупый богатырь…

— Марина, — он пристыженно отвёл взгляд.

— Глупый богатырь схватил яичко и загадала неисполнимое желание. Хотя, думается курочке Рябе, таких желаний не так много, но богатырь старался. Яичко вспыхнуло и обратилось пылью. Злится курочка Ряба, плачет глупый богатырь. И если он думает, что я снова снесу золотое яичко, то он очень сильно ошибается. Я на такие геройства больше не пойду.

— Это же несложно, — пробурчал он.

— Ты у меня щас сам яйцо снесёшь, — разъярилась я. — Чем думал?

— Говорю же, случайно. Я предложил желание, не думал, что оно сразу начнёт исполняться.

— А ты не в игре, чтобы выходили всплывающие окна для подтверждения, — фыркнула я.

Просто нереально злилась. Причём, на всех. На Радагаста, за то, что подвёл меня к рождению яйца. На Никиту, ведь он потратил ценное желание на пустяк. И на Елану, потому что от неё одни проблемы и пока никакой пользы. И вообще, мы теперь разыскиваемые преступники. Застряли в городе. А я по-прежнему путешествую в свадебном платье. Сплошные трудности. Но хоть человеческий облик вернула. Только и тут проблема, потому что Радагаст… пахнет. Очень притягательно пахнет. И я не знаю как бороться с навеянным влечением. Это ведь неправильно, спутников жизни выбирают сердцем, а не носом. Радагаст для меня незнакомец, житель сказочного мира. Нам ни разу не по пути. Жаль, он этого не понимает, и настойчиво продвигает свой запах.

— Не злись, Марин. Я правда не специально, — он расстроенно заглянул в мои глаза. — Я же прыгнул за тобой, чтобы спасти. Потому и хочу избавиться от цепи, чтобы ты освободилась от дракона. Надо было попросить вернуть нас домой, — раздосадованно махнул он рукой.

— Цепь создал Лесной Царь. Она бы не пустила, — поморщилась я. — Послушай, я тоже не рада этому приключению, но, знаешь… если уж могу помочь целой стране драконов, то надо попробовать. Не бросать же их.

— Ты серьёзно? — нахмурился он.

— Радагаст не подарок. Но там же дети, женщины, старики. Я… с одной стороны, это действительно не моё дело, не должно меня касаться, но с другой, что мне стоит потерпеть неудобства ради помощи другим? В общем, всё сложно. Но, наверное, даже если бы удалось избавиться от цепи, я бы Радагаста не бросила.

— Ну… — он недовольно пожевала губу, — понимаю тебя. И постараюсь помочь, — он тяжко вздохнул.

— Спасибо, Никит, — улыбнувшись, я взяла его за руку.

Последние сложные месяцы он был со мной, помогал, поддерживал. Может, он и не идеальный парень, иногда делает глупости, бывает сложным на подъём, но он хороший человек.

— Но ты хоть больше не птица, — он тоже улыбнулся, кажется, вздохнув с облегчением, ведь буря миновала. — И можно сделать так.

Никита вдруг подался ко мне. Его губы коснулись моих губ. К щекам прилила кровь. Не помню, когда в последний раз он меня целовал. Да, он был рядом, но в нашем общении мелькало мало романтики. Потому сейчас не ощущалось ни бабочек в животе, ни ёканья в груди. Я вдруг поняла, что относилась к нему больше как к другу. Просто не позволяла себе влюбляться, ведь боялась, что наше общение быстро сойдёт на нет из-за моей болезни. Потому не могла за раз изменить своё отношение к нему.

— Пока Радагаст не видит, — стараясь скрыть неловкость, я усмехнулась, быстро отстраняясь. — Предлагаю закрыть тему яйца. Раз мы заперты в таверне, давай хоть поедим нормально.

— Да, хорошая идея, — с повышенным энтузиазмом отозвался он. Видимо, обрадовался смене гнева на милость. — Я схожу, закажу, — и унёсся прочь из комнаты.

Я осталась в одиночестве, мысленно перебирая в голове последние события. Нужно размышлять позитивнее. Цепь больше не чудит, мы можем обращаться, а значит, спокойно входить в города. И летать на драконе. Теперь Радагаст быстро нас домчит до дома Еланы. А там мы получим вожделенный артефакт поиска. Останется только добраться до страны драконов. Только не понятно, достаточно ли её просто найти?

— Елана пришла в себя, — объявил Радагаст, спокойно входя в комнату.

Я на автомате задержала дыхание. А дракон прошёл в самый центр помещения, взмахнул руками. Он успел снять иллюзию, вновь открывая свою яркую внешность. На губах его играла очаровательная улыбка. Рога и чешуя на лбу поблёскивали золотом. Я уже как-то попривыкла, вполне спокойно относилась к необычной внешности дракона. Вот бы так же относиться к его запаху!

— Радагаст, прекрати, — я пригрозила ему пальцем.

— Что именно? — он стремительно приблизился и вновь взмахнул руками.

Длинные полы мантии всколыхнулись, создавая лёгкий ветерок. Я дышала через рот, но не скажу, что это помогало.

— Вот это всё, — возмутилась я, нервными жестами указав на него. — Неужели ты не понимаешь, как это неправильно? У нас на Земле принято узнавать друг друга, выбирать человека душой, а не по запаху. Тебя самого не бесит эта… обречённость?

— Нет, — качнул он головой. — Драконы годами ждут и разыскивают истинных. Истинная пара это идеальная совместимость, разве не понимаешь?

— И где мы с тобой идеально совместимы?

— Мы просто плохо знаем друг друга.

— Нет, мы разные, Радагаст, — отрезала я. — И если ты будешь продолжать попытки очаровать меня, то я точно найду способ избавиться от цепи.

— Как же ты не понимаешь, — он устало прикрыл глаза и вдруг склонился ко мне. Я резко отпрянула, откинувшись на руки. — Не только ты ощущаешь мой аромат, но и я твой, — томно сообщил он.

Дракон открыл глаза. Радужки сияли янтарём, затягивали в свою глубину. Потому было очень сложно переварить смысл его слов.

— Меня тянет к тебе, настолько, что теряется контроль, — он ещё приблизился, уперев ладони в кровать у моих бёдер. — Как мне с этим бороться?

Он был так близко, а я, кажется, по глупости снова начала дышать через нос. И бабочки запорхали, и сердце заёкало, и даже мурашки побежали по телу. Полный набор чувственных проблем. И новых, потому что раньше я ничего подобного не испытывала. Только мозги ещё работали. Потому когда губы Радагаста коснулись моих, я отпрянула, выползла из под него. Даже выпрыгнула и соскользнула с кровати. В голове царил туман, меня тянуло назад. Но я стремилась скорее отдалиться от него. Прямо на четвереньках заковыляла в сторону душевой.

— Марина, — рассмеялся он. — Можно ещё ползти.

— Не приближайся, — провыла я, ныряя в комнату, и захлопнула за собой дверь.

Не дракон, а какой-то афродизиак. Жаль, нельзя налить себе в баночку немного Радагаста, и нюхать только её, чтобы держаться подальше от него.

***

После позднего обеда общим голосованием было принято решение сегодня больше никуда не срываться. Нам предоставилась возможность передохнуть, чем мы и воспользовались. Лично я вдоволь поплескалась в купальне, отмылась до скрипа, после чего просто валялась в мягкой кровати, наслаждаясь тишиной и книгой, которую мне принесла служанка. И позже после ужина легла спать пораньше. Правда перед этим пришлось закрыть дверь и хорошенько проветрить помещение от запаха Радагаста. Но спасло это ненадолго. Через некоторое время аромат дракона вернулся, мешая мне крепко спать. А потом появилась и сама причина всех моих проблем. Точнее, подкралась в ночи.

— Что происходит? — сонно пробормотала я, когда услышала тихое ругательство и вдруг обнаружила себя парящей над полом.

Комнаты погрузились в ночную мглу, потому с трудом удавалось рассмотреть силуэты мебели и стоящего рядом дракона.

— Палец об дверь ударил, — буркнул Радагаст.

— Я о другом, — пояснила, стараясь не шевелиться, чтобы он до кучи ещё и меня не уронил.

— У меня появилась идея, — обрадовал он, направляя меня через дверной проход в соседнюю комнату.

— Какая? — сонное забытье ещё не отпустило сознание, потому я пока не злилась, но и не ощущала себя заинтригованной.

Предпочла бы дальше спать, но дракон что-то там придумал. Придётся слушать его гениальный план, а потом пробираться обратно в свою кровать. И если его идея что-то чересчур глупое, ещё и поклевать засранца за то, что мешает мне отдыхать.

Радагаст же тем временем мягко опустил меня в кровать и следом плюхнулся рядом.

— Что ты задумал? — насторожилась я, когда сильные руки обвили талию, прижимая к вкуснопахнущей груди дракона.

Мысли путались, снова напоминала о себе иррациональная тяга. А вот голова не спешила включаться, иначе бы я уже неслась прочь с криками о помощи.

— Я внимательно тебя выслушал, кажется, понимаю, о чём ты говоришь. И придумал, что нам делать. Нам нужно нанюхаться друг другом, — выдал он гениальное решение.

— Ты серьёзно? — усмехнулась я.

— Конечно, — кивнул он и, кажется, улыбнулся. — Обоняние имеет свойство притупляться вблизи от раздражителя. И среди истинных пар тяга ослабевает, когда они начинают жить вместе.

— Вау, Радагаст, ты умеешь пользоваться головой? — ехидно уточнила я.

— Очень смешно, — фыркнул он и обнял меня крепче, а потом ещё уткнулся носом в изгиб шеи. — Продолжишь язвить, укушу, — пригрозил смешливо.

— Не надо, вдруг бешенство, — возмутилась я. — Ай! Ты правда меня укусил!

Не сильно конечно, но сам факт. Этот драконище прикусил кожу у изгиба шеи, ещё и не спешил выпускать. Следом вообще облизал.

— А ты думала, я шучу, женщина?

— Хватит меня слюнявить, — я упёрла руки в его грудь в попытках отвоевать свободу, а та затряслась от смеха.

Весело ему…

— Если я буду язвить, ты меня укусишь? — проурчал он.

— Прекрати паясничать, — зло засопела я.

Но старалась сопеть поближе к его груди. Вкусно пахнет. Радагаст перестал меня подкалывать, теперь он закопался лицом в моих волосах и часто задышал. Горячее дыхание расходилось щекотными мурашками по телу. Так странно, мы одни в кровати, вокруг ночь и тишина.

— Спать вместе опасно, — буркнула я через некоторое время.

Хотела бы сказать, что насладилась невероятным ароматом сполна, но это не так. Казалось, я могу нюхать Радагаста часами. А он придумал надышаться. Сомневаюсь, что это возможно.

— Почему? — дракон отлично играл недоумение.

— Потому что потом может вылупиться настоящий птенчик, — закатила я глаза, и Радагаст вновь рассмеялся, да и я сама нервно усмехнулась.

— Я буду держать себя в руках, и тебя заодно, — в подтверждение он стиснул мою талию так сильно, что у меня прервалось дыхание.

— Нет уж, занюхивать надо со смаком, — я уже настойчивее толкнула его в грудь.

Заинтригованный моим заявлением Радагаст ослабил хватку, позволяя мне повалить его на спину. А я навалилась сверху, буквально ныряя в рассыпавшиеся по подушке волосы дракона. Как же от него пахнет… Дышать не передышать.

— Ты смешная, Марина, — улыбнулся он. — А вот это я бы не стал трогать… — отметил, когда я из любопытства вцепилась в его рог.

Хотя, в нюхательном экстазе планировала оценить и его запах.

— Почему? — насторожилась я.

— Ты же не хочешь птенчиков, а для драконов это интимный жест.

— Ох, я ничего такого не имела в виду, — спешно отпустила рог, и чуть не плюхнулась, потеряв опору.

— Потом я тебя занюхиваю, — проурчал Радагаст, блаженно раскинув руки в стороны.

— Божечки, как это ужасно звучит, — уткнувшись в его плечо лицом, я затряслась от смеха.

Наверное, такое возможно только в ночном бреду.

Мы ещё долго метались по кровати, воплощая предложенный Радагастом план. Потом же просто вырубились от усталости. Похоже, работало, по крайней мере на этот раз я спала крепко. А проснулась в кольце рук дракона. И долго лежала, вдыхая его аромат и размышляя о том, как пришла к такой жизни. В прошлом мне не приходилось спать в одной кровати с мужчиной. Ночёвка в соседних спальниках с Никитой не считается. Но, кажется, план Радагаста работал, по крайней мере теперь соображалось нормально и раздражение ушло. А вот тяга никуда не исчезла, но она и вряд ли уйдёт. Истинность же навевает магия. Интересно, по какому принципу она подбирает пары?

— Проснулась? — Радагаст собрал в кулак мои волосы и громко вдохнул их запах. — Помогает, мне кажется. А тебе?

— Немного, — признала я. — Идея странная, но она сработала.

— Слушай меня почаще, — на губах Радагаста расцвела широкая улыбка.

И я невольно залюбовалась им. Красивый он всё-таки.

— Надо вставать и собираться, — смущённо опустила взгляд. — Теперь ты можешь обращаться. Покинем город.

— Марина?! — в комнату вбежал взъерошенный со сна Никита. — Что происходит? — рыкнул он, когда рассмотрел композицию из блаженных нюхачей в кровати.

— Меня похитили, — хихикнула я.

Ну точно муж застал жену с любовником…

— Чего?! — разъярился богатырь.

Радагаст посмотрел на меня с возмущением, а потом Никита стащил его с кровати, намеренный поправить лицо. Лицо дракона было жаль, оно ведь красивое, потому пришлось вмешаться.

После завтрака мы собрали свой скромный скарб, расплатились и покинули таверну через заднюю дверь. А там Радагаст обратился к своей животной сущности, я к птичьей. И мы покинули негостеприимный город. Воздушное путешествие продолжалось до обеда. Мне было не холодно, а вот Елане и Никите приходилось отогреваться огненным дыханием дракона. Мы вновь спустились в лесу, чтобы перекусить, размяться и немного передохнуть.

— Надо научить тебя волшебству, — выдал Радагаст, когда мы с ним отправились за хворостом.

Специально ушли вдвоём, чтобы без свидетелей провести сеанс ароматерапии. Вокруг высились покрытые золотыми и алыми листьями деревья, мягкий ветерок ерошил волосы. Красота природы приносила безмятежность в мысли.

— Как-то я не уверена, — пробормотала, не спеша отрывать нос от шеи дракона. — Хотя, знаешь, почему бы и нет? Есть колдовство, которое позволит создать духи с твоим запахом?

Грудь Радагаста под моими ладонями затряслась от смеха.

— Не слышал о таком колдовстве, — разочаровал он меня. — Но если бы и слышал, всё равно бы не рассказал. Так же приятнее, — он гулко выдохнул горячий воздух мне в макушку, отчего по телу побежали мурашки.

— Вредина, — фыркнула я, нехотя отстраняясь. — Надо возвращаться.

Без его объятий сразу стало зябко, и я поёжилась. Теперь ветерок не казался таким уж мягким. Чем дальше не север, тем холоднее.

— Замёрзла? — забеспокоился Радагаст. — Согреть? — он зажёг на ладонях огонь и многозначительно поиграл бровями.

— Обойдусь, — открестилась я. — У меня только одно платье.

— Мужчина, — протянул невероятно соблазнительный женский голос, прерывая только начинающуюся шутливую пикировку.

Мы с Радагастом одновременно повернули головы, когда из-за ствола широченного дуба показалась обнажённая ножка, а следом и вся хозяйка явила свои прелести. Она была в шерстяном зелёном платье, надетом явно на голое тело. Длинные рыжие волосы упругими спиралями спадали на точёные плечи. На красных губах играла улыбка, а в глубине изумрудных глаз плескалась настоящая похоть.

— Вы кто? — насторожилась я.

— Я не с тобой разговариваю, — поморщилась она. — Красавец, не хочешь повеселиться? — и протянула руку к Радагасту.

— Хочу, почему бы и нет? — как ни в чём не бывало пожал плечами он и направился к девушке.

Я приоткрыла рот от удивления, всплеснула руками. Парочка скрылась за стволом дерева, оставляя меня в полнейшем недоумении. Вот тебе и истинность…

— Нет, вот куда он намылился? — возмутилась я, зло притопнув ногой. — Нам же скоро лететь. И хворост мне самой нести?

Это ни в какие ворота. Девушка поманила красивой грудью, он и пошёл. Ещё и меня бросил. Разве так можно?

— Надеюсь, она его съест, — проворчала я, потянувшись к небольшой связке дров, которую мы успели собрать. — А вдруг действительно съест?

В груди заворочалось беспокойство. Уж больно легко он согласился… Вдруг она людоедка. Он, конечно, дракон, но, наверное, не сильно отличается от нас по вкусу. И даже если не съест, вдруг будет плохо себя вести, замучает до смерти, измотает, и в итоге он не сможет лететь. Нет, надо пойти и проследить. Он же только недавно вернулся к человеческой форме, считай, почти младенец. И мой женский долг защитить его от этой растлительницы неокрепших организмов.

— Пойду, — решила я, резко выпрямляясь.

Но вдруг он того… очень даже окрепший… Как-то неприлично подглядывать. Но и любопытно, чего уж. А вообще, зачем я себя оправдываю? Я женщина? Женщина! А женщины народ любопытный. Но и осторожный. Поэтому я не пошла, а полетела. Обратилась жар-птицой и поднялась повыше, чтобы меня никто не заметил.

Парочка успела отдалиться, но я вскоре их отыскала на небольшой поляне. Девушка организовала здесь лагерь. В котелке на огне дымилась неизвестная смесь. Может, она всё же людоедка? Радагаст же развалился на расстеленном покрывале и наблюдал стриптиз. Девушка соблазнительно изгибалась, неторопливо избавляясь от одежды. Я сидела на ветке и злобно пыхтела. Всё у него там окрепшее, и она явно думает не об обеде.

— Ни стыда, ни совести.

И у меня, в том числе, потому что улетать я не спешила, так и сидела на ветке, наблюдая за действом. Платье было брошено в Радагаста, настало время белья. Но тут к девушке подлетел огненный шар. Она настороженно отступила, магический снаряд приблизился, она сделала ещё шаг назад, пламя не отставало. Следом девушка была вынуждена бежать, чтобы не поджариться. Я даже приоткрыла рот от удивления. Радагаст же страдать об упущенном сеансе увеселения не стал. Лениво поднялся, взял платье и потопал прочь, к нашему лагерю. Озадаченная произошедшим я полетела за ним.

— Марина? — осторожно позвал он, когда добрался до собранной нами связки дров.

— Тут я, — незаметно спустившись за стволом дерева, я обратилась к человеческой форме.

Не рассказывать же Радагасту, что только что поиграла в шпионку.

— Смотри, я тебе платье добыл, — он с широченной улыбкой на губах протянул мне шерстяной свёрток.

— Что? — я даже споткнулась от неожиданности.

— Ты же мёрзнешь. Это платье теплее твоего, — пояснил он, пожав плечами.

— Подожди-ка, ты ограбил бедную девушку?

Не то, чтобы мне было её жаль. Не после того, как она увела моего вкуснопахнущего дракона.

— Бедную девушку? — придушенно усмехнулся он. — Это тёмная ворожея. Она соблазняет мужчин и питается их жизненными силами.

— То есть, она злодейка?

— Да, — он всё же всучил мне презент. — Ты довольна?

— Эм… да, спасибо, — ему удалось ввести меня в ступор.

Я-то тут надумала всяких извращений, а он просто решил раздобыть платье. Для меня.

— Подожди-ка, перед тобой раздевалась красивая девушка, а ты просто забрал платье и ушёл? Ты вообще нормальный?

— А что я должен был сделать? — он почесал лоб возле рога, но в глубине янтарных глаз плясали бесенята.

— Не знаю, ситуацией воспользоваться, — хмыкнула я, отведя голову, чтобы скрыть, как заалели щёки. — Она же красивая.

— Зачем мне кто-то другой, если есть ты? — он склонил голову к плечу и мягко улыбнулся.

А я окончательно растерялась.

— Ты точно ненормальный. Мы же… не пара.

— Ты моя истинная, создана для меня. Мне никто не нужен кроме тебя, — произнёс он так просто, будто известную истину.

— М-м-м, — только и смогла я протянуть.

Лицо теперь просто пылало. Странный мир, странные обычаи. Что-то ему сообщило, что мы истинные, и всё, теперь нужна только я. Но какой девушке не будет приятно от таких слов?

— Ты же меня совсем не знаешь, Радагаст. Точнее, знаешь, я вспыльчивая, язвительная, своенравная. Мне даже самой с собой бывает сложно.

— Ну, здесь мы похожи, мне с тобой тоже сложно, — изрёк он, и лучезарно улыбнулся.

Мне же понадобилось несколько минут, чтобы отбросить навеянное его красотой наваждение и вновь нахмуриться. Надо запретить такие соблазнительные улыбки на законодательном уровне. Как выберусь, пойду к Яге с Кощеем с предложением. А то улыбаются тут драконы, а у бедных попаданок мозги отказывают.

— Переоденешься? — напомнил о своём презенте Радагаст.

— Сначала постираю, — буркнула я и в пару шагов приблизилась к нему. — Ты… это… я тебя ещё понюхаю, потом вернёмся, — и уткнулась носом в его грудь.

— Нюхай, — на этот раз он обнял меня за плечи и вдохнул аромат моих волос. — Вкусная, — его урчание пробежалось мурашками по телу.

Странный он, но уже какой-то свой. Да и я теперь не менее странная. Превращаюсь в курицу и нюхаю дракона.

В итоге вернулись мы не так быстро, как стоило бы. Но, как ни странно, нас не разыскивали с факелами. Никита с Еланой были слишком увлечены рыбалкой. Только почему-то ловили рыбу не на крючок, а сидели затаившись в кустах у пруда.

— Вон, ещё одна, — богатырь держал девушку за плечи, указывая ей на берег, где показалась беспечная рыбёшка.

И тут девушка прыгнула, в мановение секунды обращаясь пятнистой дикой кошкой. Удар лапой по водной глади, и на берег вылетела ошеломлённая рыба.

— Ничего себе, — от неожиданности я выронила из рук дрова, прямо на ногу Радагасту.

Он тихо провыл, взглянув на меня с укоризной.

— Прости, — пискнула я, глупо улыбнувшись. — Но она кошка.

— Ты птица, а я дракон, — проворчал он. — Она же оборотень.

— О, вы уже вернулись, — помахал нам Никита. — От Еланы есть польза, — заявил он, и получил рыбкой по башке от разгневанной девушки.

Похоже, не такая уж она и тихоня, лещей раздавать умеет.

Глава 8

/Марина/

— В этом платье действительно теплее, — я приподняла выше ворот, поёжившись после сна.

Конечно, оно с чужого плеча, но выбор небольшой. Вчера я его хорошенько застирала, а Радагаст высушил, и теперь холод не пугал. А ещё оно прекрасно вобрало запах дракона, так что пахло от него замечательно. Не так ярко, как от Радагаста, но тоже неплохой вариант в нашей ситуации. К которой я не знаю, как относится. Сегодня вновь проснулась возле дракона, и убежала к реке, пока никто не увидел. Так и не поняла, он меня перетянул в свой спальник или я сама перебралась поближе в ночном бреду. Так странно сходить с ума от запаха мужчины. А это именно сумасшествие. Правда, в этом мире оно называется иначе. Истинность.

— Куда убежала? — ладони Радагаста легли на мои плечи, и он громко вдохнул аромат моих волос.

А ещё это сумасшествие взаимное.

— Ты меня ночью перенёс?

— Не помню, — горячее дыхание опалило макушку, и по телу побежали щекотные мурашки.

— А нужно помнить. Мало ли, что ещё забудем, — проворчала я, вновь поёжившись, только теперь от близости Радагаста.

— Что, например? — в его голосе слышалась улыбка.

— Не знаю, — щёки вспыхнули от смущения. — А в вашей истинности нет никаких подвохов? Ну там подтверждения и прочего? Как у вампиров, он укусил её, она его. Или это у оборотней?

— Не слышал про такие обычаи у оборотней и вампиров, — озадачился он.

— У вас и вампиры есть?

— Конечно, — фыркнул Радагаст, и вновь громко вобрал мой запах.

— Надо же. Но ты не ответил. Вдруг от того, что мы друг друга нюхаем, истинность как-то закрепляется.

— Истинность закрепляют магическим браком и следом совместной ночью, — уверена, он закатил глаза. — А ты всё пытаешься от меня сбежать.

— Вернуться к нормальной жизни.

— Тебе здесь так не нравится? — он широким взмахом руки указал на берег реки.

Вид открывался чудеснейший. Алую и золотую листву трепал лёгкий ветерок, он пробегался по потускневшей траве, игрался в бирюзовых водах, путался в волосах. Капли росы, поблёскивали в лучах солнца, словно драгоценные камни. В реке беспечно плескалась рыба, и временами мелькали разноцветные хвосты русалок. На противоположном берегу лениво чистил зубы леший. Мы покинули людские земли, и мир вокруг будто изменился, за каждым поворотом могла встретиться сказка.

— Здесь красиво, — вздохнула я. Кто скажет иначе? — Но моя жизнь в другом месте.

— Тебе не нравится мир или дело в истинности?

— Не знаю.

После совместной ночи мы не перестали сцепляться языками, но делали это уже как-то беззлобно, скорее для общего удовольствия. Мне кажется, он даже косячит специально, чтобы посмотреть, как я отреагирую. Видимо, мы привыкли друг к другу, сумели ужиться. Но не дело ли в запахе, навеянном влечении?

— Ты неверно воспринимаешь истинность, Марина. Магия подбирает пары, и не только в плане сильного потомства. Это закон мира, вот. Он не навязывает, а показывает. Можно сказать и облегчает, и усложняет жизнь, ведь истинную можно искать годами и даже десятилетиями, — его голос потускнел.

Радагаст провёл в драконьем облике тридцать лет. В одиночестве. Не удивительно, что он такой нелюдимый.

— Кстати, сколько тебе лет?

— Шестьдесят три.

— Чего? — я резко развернулась, присматриваясь к его лицу.

И снова внутренне позавидовала. Выглядел он так, что можно сразу на обложку журнала. Волосы блестят, даже не особо потрепались за ночь. Кожа гладкая, без изъяна. Рога отсвечивают золотом на солнце. А взгляд янтарных глаз завораживает. Радагаст выглядел молодо, лет на двадцать пять максимум, и точно не шестьдесят.

— Драконы долгожители, — пояснил он с улыбкой. — Кстати, мы разделяем свои годы с истинной парой, — и подмигнул.

Я даже задумалась. Не стареть это прикольно. Но ведь мои родные не разделят со мной годы.

— Жар-птицы тоже, кстати, — он с весёлой улыбкой на губах щёлкнул меня по носу. — Говорю же, идеальная пара.

— Снова ты, — недовольно поджала я губы.

Радагаст привлекательный, да. И я даже готова признать, что мне нравятся его шутки, пусть сначала и злят. Но как допустить возможность отношений с ним? Как предположить, что моя жизнь настолько изменит свой вектор? На Земле всё знакомо, известно. Болезнь ушла, я могу вернуться к учёбе, продолжить ходить на танцы, в общем наслаждаться жизнью беззаботной студентка. Там родные и друзья. А здесь… сложности единственной в мире жар-птицы. И, выходит, перспектива брака с драконом. Как-то я не представляла Радагаста в семейной жизни. Себя уж тем более. Но если не сразу брак? Если сначала… Так, Марина, прекрати!

— Я же тебе не нравилась, ты меня жабой пытался накормить. И ты мне не нравился. А теперь, выходит, вкусно начала пахнуть и уже нужна?

— Марина, я тридцать лет провёл в шкуре дракона, — закатил он глаза. — Ты бы могла меня заинтересовать только в образе драконицы, как подруга для совместной охоты. Теперь то мы знаем друг друга настоящими. И вообще, ты девушка сложная, опасная, приходилось приглядываться издалека, — в глубине янтарных глаз зажглись смешинки.

— И как, пригляделся? — прорычала я.

— Да, — вскинув голову, он важно кивнул. — У тебя красивые коленки. И попа.

— Ты… — я задохнулась одновременно от возмущения и смущения.

— И ещё весело всегда с тобой, — улыбнулся он и вдруг стремительно склонился ко мне.

Его губы прижались к моим губам, но мимолётно. Радагаст сразу отпрянул, видимо боясь быть покусанным или заклёванным. Я вскипела, кажется, даже из ушей пар повалил. Лицо просто пылало. Этот наглец меня поцеловал. Без разрешения! И когда он успел рассмотреть мою попу?

— Тебе понравилось? Ещё раз можно? — потемневший взгляд дракона сосредоточился на моих губах.

Голова вскипела с особой силой.

— Ты… ты… — я банально заикалась, не зная, что ответить. — Я не поняла, вот, — скрестив руки на груди, отвернулась от него.

— Может, надо лучше распробовать? — предположил он вкрадчиво.

— Ты зубы не чистил, — резко качнула я головой.

— А после того как почищу? — приблизившись, он потёрся носом о мою щеку, вынуждая меня стремительно отпрянуть.

— После я придумаю новую причину, когда мозги встанут на место, — выдала я ошеломлённо.

— Ты мне тоже нравишься, Марина, — лучезарно улыбнулся он и направился к воде, чистить зубы.

— Он невероятен, — пробормотала я, проведя ладонью по горящим губам.

Так сказал, будто это я призналась в симпатии.

— Марина, я уже чищу зубы, — объявил он, бросив на меня жаркий взгляд через плечо.

И снова напомнили о себе проживающие в моём животе бабочки. Ох, уж эта истинность. Или дело не в ней?

— А вот и я! — передо мной соткался из воздуха… Игорь Костриков.

На губах широкая улыбка. Зелёные глаза лукаво блестят. Тёмные волосы уложены задорным ёжиком. Он в куртке, брюках с накладными карманами и с походным рюкзаком за спиной. Вот уж кто подготовился.

— Горыныч, значит? — ухмыльнулась я.

Так сложно поверить, что и моя прошлая жизнь была незримо наполнена сказкой.

— Жар-птица? — он задорно поиграл бровями, раскинув руки в стороны.

Мы не были друзьями, временами пересекались на школьных концертах. Я танцевала, а он играл на гитаре. Но сейчас встретились земляки, так что я с удовольствием его обняла. В нашей команде прибыло. Надеюсь, с ним путешествие будет проходить проще. По крайней мере его не разыскивают за похищение принцессы.

— Ты, видимо, Горыныч? — Радагаст был недоволен, это слышалось в голосе.

— А ты дракон? — Игорь развернулся к нему и протянул руку для пожатия. — Можно сказать, дальние родственники.

— Так и есть, — усмехнулся Радагаст, пожимая его ладонь. — А Марина моя истинная.

Я приоткрыла рот от возмущения.

— Наташка говорила, — заверил Игорь дракона. — А ещё сказала, в плохие руки Маринку не отдавать. Тем более у меня очень даже хорошие.

В подтверждение он продемонстрировал свои ладони, и тут же приобнял меня за плечи.

— Марина же у нас спортсменка, стерва, красотка, да ещё и жар-птица. Редкая девушка, — он мне весело подмигнул, а Радагаст скрипнул зубами от злости. — Посоревнуемся?

— Хватит прикалываться, — я подтолкнула его локтем под рёбра.

Дурацкая шутка.

— А кто прикалывается? — притворно оскорбился он, потирая ушиб. — Помнишь, я тебе валентинки дарил?

— Ты их всем девочкам дарил.

— Но тебе подбирал самые красивые!

— Что такое валентинки? — Радагаст церемониться не стал и вклинился между нами.

Ещё и в мою руку вцепился, чтобы другой дракон не унёс.

— Признания в любви, — продолжал веселиться Игорь.

Мой рот некрасиво приоткрылся. Вот тебе и помощь.

— И точно бесстыдница. Ещё один твой парень? — Радагаст посмотрел на меня так…. как смотрел бы муж в случае измены.

— Нет же, — я провыла, прикрыв лицо ладонью. — Игорь шутит. У нас праздник такой, день Святого Валентина. На него принято дарить открытки, валентинки. Иногда с признаниями, но в школе их дарили всем.

— Бесстыдница, ещё какая, — откровенно заржал Игорь и снова получил тычок по рёбрам.

— Ты у нас тут новенький, — на моих губах появилась кровожадная улыбка. — Поэтому ещё не знаешь, что происходит с теми, кто злит боевую жар-птицу.

— Чего? — Горыныч настороженно отступил, да и дракон тоже на всякий случай.

А я обратилась, подлетела в воздух и с радостью опустила клюв на макушку Игоря. Заодно хлопнула и Радагаста крылом.

— А меня за что? — возмутился он.

— Чтобы больше не обзывался, — проворчала я, приземляясь на землю, и сразу обратилась.

Бесстыдница. Пф… Да я скорее всего последняя девственница в институте. С моим отцом могу проходить в таком качестве и до брака. И, если честно, не представляю, как кому-то удастся пробиться в мои мужья. В этом отношении тактика Радагаста самая выигрышная, похитил, приковал к себе и общается. Дракон же…

— Ты всё понял? — ехидно поинтересовалась я у потирающего макушку Горыныча.

— Ты главная, понял, — хмыкнул он. — То есть ухаживать за тобой нельзя? — и весело улыбнулся, Радагаст же скрипнул зубами от злости.

— Ничему тебя жизнь не учит, — пробурчала я, двинувшись в сторону лагеря.

Нужно завтракать и собираться. По словам Еланы мы уже близко, сегодня доберёмся до её города.

— Я, кстати, с подарками, — Игорь нагнал меня и снова приобнял за плечи.

— Какими? — заинтересовалась я.

Надеюсь, принёс удобную одежду. Брюки и свитер не помешали бы.

— Сало и малиновое варенье, — выдал он. — Олег сказал, что это твоё любимое лакомство.

— Я его уже разлюбила, — огрызнулась беззлобно. — Это было временное помешательство.

— Значит, не надо?

— Сало надо, — сразу опомнилась я. — И что это вообще такое? Зачем ты злишь Радагаста?

— Наташка очень переживает, что не может помочь. Наказала мне охранять тебя и просто так в лапы дракона не отдавать. Пусть добивается, — беспечно объяснил он.

Вот же, помощник…

— Мы уж как-нибудь сами разберёмся, хорошо? Мне хватает вмешательства отца в личную жизнь.

— Я посмотрю, — Игорь продолжал улыбаться.

— Тебе слабо досталось? — прищурилась я.

— Нет, достаточно, — заверил он меня, вновь потерев макушку.

— О, Игорь! — Никита только вышел из палатки и сразу направился к нам.

Следом за ним показалась и помятая со сна принцесса. Она принялась торопливо поправлять платье и волосы, заметив новое лицо в лагере.

Богатырь и Горыныч пожали руки. Радагаст продолжал ворчать, я закатывать глаза, Елана смущённо краснеть.

— Оборотница, настоящая? — заинтересовался Игорь, когда я её представила. — А в кого превращаешься? В волчицу?

— Она дикая кошка, — гордо заявил Никита, будто сам научил её превращаться.

— Покажи, — попросил Горыныч, не скрывая насколько заинтригован.

— Нет, не могу, — начала мямлить принцесса. — Это неприлично.

— Ты же вчера обращалась, — напомнила я ей.

Девушка не ожидала нашего появления у реки, и остаток дня подавленно молчала. Так что я не смогла выяснить причины изменения её настроения, как и узнать, почему она при таких талантах не смогла отбиться от разбойников.

— Никита говорил, что я бесполезна, — пояснила она, мучительно покраснев. — Понимаете, среди знати принято показывать свою звериную сущность только при членах семьи и муже. То, что я вчера сделала… неприлично.

— И разбойникам нельзя показывать, которые твоей жизни угрожают? — я совершенно не понимала подобных обычаев.

— Они люди. Если бы оборотень их хоть ранил, случился бы скандал. Я лишь младшая дочь, нельзя позорить семью. То, что отец подобрал мне такую хорошую партию уже подарок, — она расстроенно опустила голову. — И я просто не успела, увидела Никиту и бросилась к нему.

— Мы лучше семьи, — подмигнул ей Игорь. — Друзья. Будем молчать и восхищаться твоей кошачьей грацией.

— Действительно, тут только мы, покажи, — Никита похлопал её по плечу в знак поддержки.

— Ладно, — тяжко вздохнула она, чуть нагнулась и прыгнула вперёд уже в образе пятнистой дикой кошки.

Она сжалась, ожидая нашей реакции. Некрупная, размером с сервала, но изящная, как и все представители кошачьих и более ловкая, чем Елана в роли человека.

— Красавица, — восхитился Горыныч и ринулся гладить принцессу. — И мягкая!

— Правда? — я тоже подошла к кошке и провела ладонью по её голове.

Она выгнулась в спине, несмело оскалив пасть в подобие улыбки.

— Ты тоже мягкая, — Радагаст предпочёл погладить по макушке меня.

Весело расфыркавшись, я отмахнулась от его руки и двинулась к кострищу, чтобы заняться завтраком.

Покушали мы весело и с аппетитом. У Игоря был с собой чай, который мы попили с вареньем. А потом мы собрали спальники с палаткой и упаковали вещи в волшебный мешок.

— Красавицы, кого покатать? — лучезарно улыбнувшись, Горыныч обратился.

Он оказался зелёным крылатым ящером, с одной головой вопреки нашим ожиданиям. И, как по мне, не таким нарядным, как Радагаст. Мой дракон посмотрел на меня обиженно, прежде чем обратиться. Закатив глаза, я тоже перевоплотилась в птицу и залетела на его рог. Радагаст аж просиял от радости. Елана обратилась кошкой, чтобы не мёрзнуть в полёте. Правда, перед этим пришлось её уговаривать. А Никита надел куртку Игоря. Потому сегодня летели быстро и выше. После полудня шумно пообедали у милого пруда, а к вечеру впереди показался Отрадный, родной город Еланы и столица Зимородного королевства. Там нас ждали кров, королевский приём и маг. Надеюсь, хоть здесь всё пройдёт хорошо и мы, наконец, получим вожделенный артефакт.

В город мы попали без проблем. Правда, пришлось обратиться и войти через городские ворота, чтобы не пугать местную стражу. А оттуда по центральной улице поднялись к огороженному высокими воротами замку, попутно любуясь выполненными в едином стиле зданиями из серого камня. Здесь тоже не произошло сложностей. Стражники замка выслушали нас. Самый молодой из них отправился сообщать начальству о появлении принцессы, а через пятнадцать минут воротился с бородатым статным воином в доспехе.

— Принцесса Елана, — он склонил голову.

Остальные стражники опомнились и тоже поклонились, на что девушка почти привычно покраснела.

— Я провожу вас и ваших спутников в замок, — сообщил он. — Следуйте за мной.

Переглянувшись с Радагастом, мы улыбнулись. Кажется, неприятности пути завершались. Скоро мы получим артефакт и долетим до страны драконов. А там… ждёт расставание? Как-то грустно, хотя я должна радоваться.

— Надо рассказать королю, что мы истинные, чтобы нам выделили общую спальню, — Радагаст мечтательно прищурился. — Буду всю ночь тебя нюхать.

Я кашлянула от неожиданности. Кто о чём, а Радагаст… обо мне.

***

Мне впервые посчастливилось попасть в настоящий королевский замок. Но я очень старалась не оглядываться и держать рот закрытым, а не распахнутым в восторге. Внутреннее убранство можно описать близким к средневековью. Отёсанные каменные стены, гобелены, статуи в нишах, изображающие диких кошек, они же на картинах. Воин хранил суровое молчание, пока вёл нас многочисленными коридорами. Мы поднялись по широкой каменной лестнице на третий этаж. Здесь в обстановке появилось золото, дорогие на вид вазы, цветы. И вскоре мы свернули в кабинет, обставленный мебелью из тёмного дерева.

Задать закономерные вопросы мы не успели, потому что в помещение влетел незнакомый мужчина. Он был облачён в синюю мантию, расшитую странными узорами. Чёрные с проседью длинные волосы отведены от лица, отчего и так резкие черты казались острее. Графитовый взгляд колючий, жёсткий. Глаза его чуть расширились от удивления при взгляде на нас.

— Принцесса Елана, — он прочистил горло, словно от волнения. На его губах появилась улыбка. — Рад, что вы вернулись.

— И я, магистр Веран, — тоненьким голоском отозвалась она. — Меня спасли, — и она указала на нас.

Хотя, казалось, с трудом сдерживается от того, чтобы спрятаться за спину Никиты. Она ведь тут самая широкая. Елана вообще в замке будто уменьшилась в размерах и старалась не отсвечивать.

— Какое счастье, что вы встретились на её пути, — он радушно раскинул руки в сторону, подойдя к нам ближе. — Позвольте представиться, я верховный маг королевства Люциус Веран. Король Лекун, к сожалению, не смог подойти, он занят приёмом гостей. Я могу говорить от его лица. Чем мы можем отплатить вам за вашу помощь?

— Позвольте и нам представиться. Моё имя Радагаст.

Сообщать о том, что он принц Драко дракон почему-то не стал, да и нас назвал только по именам. Похоже, решил выдать нас за простолюдин, но я разделяла его желание обезопасить нас от лишних вопросов. А после короткого соблюдения приличий Радагаст перешёл к интересующей нас теме.

— Нам очень нужен сильный маг.

— Для чего же? — нисколько не смутился мужчина.

— Для создания поискового артефакта.

— Артефакт, хм, — магистр задумчиво почесал подбородок. — Я с радостью выполню эту работу в благодарность за помощь. Но, боюсь, смогу приступить только завтра. Сегодня у нас приём, я должен присутствовать. Прибыл правитель Княжества Летомирского. Вы наши гости, от лица короля приглашаю вас на приём. А завтра мы обговорим создание артефакта.

— Это было бы чудесно, — выдохнула я облегчённо. Признаться, когда он ворвался в комнату, решила, что нас тут же выгонят, уж больно строгим выглядел мужчина. — Но от приёма мы будем вынуждены отказаться. У нас нет подходящей одежды.

— О, не переживайте. Вы же наши гости, — улыбнулся он лучезарно. — Пока располагайтесь здесь. Я отправлю слуг подготовить вам покои.

— Как-то неудобно… — попыталась я воспротивиться.

— Вы спасли принцессу, а просите только артефакт. Должны же мы оказать королевский приём, — перебил он меня, продолжая улыбаться.

— Хорошо. Но нас с Мариной нельзя разделять, — Радагаст продемонстрировал цепь, хотя вряд ли её можно не заметить.

— Мы это учтём, — заверил он нас, хотя показалось, мелькнуло в его глазах любопытство. — Елана, я провожу вас в ваши покои, — в голосе мага появилась строгость при обращении к принцессе.

— Да, спасибо, — тусклым голосом ответила она, опустив голову.

Магистр с принцессой ушли, как и воин. Мы остались одни.

— Мутный он какой-то, — проворчал Игорь.

— И маг, мог увидеть ауры, — Радагаст недовольно поджал губы.

— Вроде же добрый, — пожала я плечами, опускаясь на софу. — Мы вернули принцессу, они благодарны. Вроде всё отлично, нет?

— Нам пока не обрадовались ни в одном королевстве, — махнул рукой Горыныч. — Буду рад, если ошибаюсь.

— Елана аж не дышала при нём, — хмурый Никита присел возле меня.

— Да, она притихла, — тут я согласилась.

Она часто упоминала про роль младшей дочери. Может, жизнь принцессы не так уж и беспечна? В любом случае пока всё шло, как по маслу.

Через некоторое время появился слуга. Принёс нам чай и лёгкий перекус из пирожков и пирожных. Мы с радостью покушали, а вскоре нам сообщили, что наши покои готовы. Именно так и сказали, «покои». Я аж сама на мгновение ощутила себя принцессой. И это чувство усилилось, когда мы прошли в выделенные для меня и Радагаста комнаты, выполненные в золоте и изумрудном цвете. А в спальне ожидали платье и костюм. Наверняка и Никите с Игорем сделали такие же подарки. Правда, долго нам любоваться не дали, как и обдумывать наличие только одной кровати. Оказалось, приём начнётся буквально через два часа, потому стоило начинать готовиться.

Служанки утащили меня в купальню, где помогли принять ванную с разнообразными средствами ухода. Потом же мы перебрались в спальню, и намывать чешую отправился уже Радагаст. Девушки не оставили меня и здесь, уложили мне волосы лёгкими волнами, подвязав их шёлковой лентой, нанесли макияж и помогли мне влезть в платье. Корсетное, нежно-алое из атласной ткани. Оно село почти идеально. Из зеркала на меня смотрела незнакомка. А потом я увидела Радагаста.

Иллюзия скрывала рога, но в остальном его облик не поменялся. Светлые волосы были собраны в лёгкий хвост, открывая красивое лицо с яркой улыбкой на губах и искрами в янтарных глазах. Бордовый костюм подчёркивал стройность фигуры и разворот плеч. Ему шло, хотя я больше привыкла видеть его в мантии. А этот образ его будто приземлял, делал похожим на обычного человека, парня, который может привлечь любую девушку. Мне нравилось, что я вижу, и одновременно пугало.

— Ты такая красивая, Марина, — как всегда, он был сама непосредственность, подошёл и уткнулся носом с мою макушку, не обращая внимания на тихое хихиканье служанок.

— Смотрят же, — пробурчала я, но тоже к нему принюхалась.

В его неповторимый аромат вплелись нотки душистого мыла и одеколона, прибавляя мне обонятельных впечатлений.

— Вы готовы отправляться? — поинтересовалась у меня одна из девушек.

— Да, конечно, — спохватилась я и пожелала, чтобы цепь исчезла.

У нас есть полтора часа относительной свободы.

В коридоре нас ожидали Игорь и Никита. Им действительно тоже досталась одежда. Игорь притягивал взгляд в тёмно-зелёном костюме, а чуть взъерошенные волосы придавали ему немного задора в образ. Он весело поиграл бровями, и продемонстрировал мне оттопыренный большой палец в знак одобрения. А богатырь выглядел просто завораживающе в голубом костюме и белой рубашке с высоким кружевным воротом. Он подошёл ко мне, и подал руку. Словно принцесса из сказки я положила ладонь на изгиб его локтя. И наша нарядная компания двинулась по коридору.

— Не слишком ли много нам чести? — пробормотал Игорь.

— Королевский приём же оказывают, — припомнила я слова магистра.

Признаться, тоже ощущала себя немного скованно из-за множества свалившихся на голову подарков. Но что может случиться? Если бы хотели нам навредить, не стали бы так заморачиваться.

— Вас что вместе поселили? — Никита смерил идущего чуть впереди Радагаста неприязненным взглядом.

— Цепь же, — пожала я плечами.

Как-то не складывалось у нас с Никитой в этом путешествии. Мне так и не удалось увидеть в нём больше, чем друга. Жалко, конечно, лишь он получил одобрение моего отца. Но, кажется, только потому я с ним и встречалась. Надеюсь, у нас получится остаться друзьями.

— Мне показалось, вы обнимались на привале, — заявил он, посмотрев на меня с укоризной.

— Это не то, — к щекам прилила кровь. — Мы с Радагастом…

— Истинная пара, — заявил дракон, подтверждая, что подслушивает.

Никита приоткрыл рот от удивления.

— В общем магия нас тянет друг к другу. Не знаю, что с этим делать, — я подтолкнула Радагаст в плечо, чтобы перестал греть уши. — От него так пахнет, мозги от этого запаха отказывают. Мы придумали чаще друг друга нюхать, чтобы притупить обоняние. Вроде пока помогает.

— Надо же, — сконфуженно выдохнул богатырь, и вдруг подался вперёд, когда его толкнул в плечо Игорь. — Ты чего? — возмутился Никита, но Горыныч ничего не замечал, с упорством танка продвигаясь вперёд.

Из-за поворота показался невысокий рыжеволосый юноша в длинном плаще, полностью скрывающим его фигуру. Он ничего не замечал, шёл, низко опустив голову к книге в своих руках. Потому не было возможности рассмотреть его лицо. Игорь же подлетел к нему, загораживая дорогу. Юноша налетел на грудь Горыныча. Книга упала на ковёр к их ногам. А дальше произошло нечто совершенно невероятное. Игорь прижал ошеломлённого парнишку к стене, перехватил его взметнувшиеся руки за запястья и поцеловал. Мой рот совершенно некрасиво приоткрылся. Никита пробурчал что-то нечленораздельное.

— Отпусти!

По коридору разнёсся громкий звук пощечины. Я прижала ладонь к груди, мысленно вздохнув с облегчением. Это не парнишка, просто девушка с короткой стрижкой.

— Истинную встретил, — Радагаст приобнял меня за плечи.

Порадоваться Игорь не успел. Коленка девушки налетела на его пах. Глухо провыв от боли, он начал оседать на пол. Классная встреча с истинной, чуть лучше нашей с драконом.

— Вот поэтому я тебя и не целую, хотя очень хочется, — глухо рассмеялся Радагаст.

— Ты… что себе позволяешь, засранец? — девушку ошеломлённо провела тыльной стороной ладони по губам, но потом рассмотрела нашу разряженную толпу. — То есть… вы… в-вы, что себе позволяете? — и затихла, кажется, решив, что помяла кого-то важного.

Игорь стёр навернувшиеся на глаза слёзы, поднялся с пола с напускной надменностью оправил пиджак.

— Ты меня ударила, — хмыкнул он, опасно прищурив глаза, и девушка побледнела так, что даже веснушки на её щеках и носу потускнели.

А она оказалась миловидной, хотя и короткая стрижка придавала ей сходство с мальчишкой. Смешно, учитывая, что возле Игоря мелькали разукрашенные красавицы.

— Я… вы меня напугали, — пробормотала она, опустив взгляд, но только, чтобы скрыть злость в глубине глаз.

— Так, всё, ему мало досталось, — я двинулась было к Горынычу, чтобы настучать по тупой башке, за то, что он обижает бедную девушку.

— Не вмешивайся, — Радагаст крепче сжал мои плечи, не позволяя сделать и шага. — Не обидит он истинную.

— Ты меня обижал, — проворчала я, скрестив руки на груди в знак протеста.

— А ты истерила, — парировал он.

— Сейчас клюну, — буркнула я.

— Люблю, когда ты превращаешься в птичку, — шепнул он мне в ухо, отчего по телу побежали мурашки.

— Ты просто пытаешься меня отвлечь от этого безобразия.

Игорь наседал на бедную девушку. Теперь она сама прижалась к стене, а он склонился к ней, чарующе улыбаясь. Её щёки пылали, но теперь было видно, что она украдкой к нему принюхивается.

— Идите без меня, — объявил Горыныч. — Покажешь свою лабораторию? — обратился уже к девушке.

— А может пойдёшь с нами? — без надежды попросила я. — Пусть бедняжка отойдёт от общения с тобой.

— Нет, Женька обещала показать мне лабораторию.

— Ничего я не обещала, — пролепетала она.

— Идём-идём, сами разберутся, — продолжая крепко держать за плечи, Радагаст повёл меня дальше по коридору.

— Он на неё слишком напирает, — я продолжала оглядываться через плечо.

Женская солидарность протестовала против творящегося произвола. А Игорь тем временем снова получил в пах.

— Простите, рефлексы, нога соскользнула, — не скрывая ехидства в голосе заявила Женька, как её называл Горыныч.

— Она себя в обиду не даст, не переживай, — фыркнул Радагаст.

— Надо рассказать магистру Верану, — забеспокоилась одна из служанок. — Евгенья же его ученица.

— Не стоит. Игорь ничего плохого не имеет в виду, — Радагаст так соблазнительно улыбнулся, что служанки начали запинаться.

— Притуши обаяние, — я подтолкнула его локтем по рёбрам.

— Я обаятельный? — оживился он, направив теперь все свои соблазняющие таланты против меня. — Ты считаешь меня привлекательным?

— Нет, ты же не в моём вкусе, — я спешно отвернулась, намеренная больше не глазеть на слишком красивого дракона.

— А если получше присмотреться? — не унимался он.

— Давай проведём этот вечер нормально, хорошо? Я впервые на таком приёме.

— Женишься на мне, к ним привыкнешь, — Радагаст веселился от души, а я споткнулась.

К счастью от необходимости отвечать меня избавило то, что мы пришли. Обширный обеденный зал заставляли столы, лишь центр помещения оставался свободным, позволяя приглашённым артистам демонстрировать свои таланты. Само собой лучшие места занимала королевская семья и почётные гости. Но и про нас действительно не забыли. Нам выделили отдельный столик, к которому тут же подошли слуги, чтобы предложить напитки и лёгкий перекус. С благодарностью приняв кубок, я скользнула взглядом по акробатам в разноцветных костюмах и сосредоточилась на изучении королевской семьи. Впрочем, её представляли только король с супругой. Коренастый блондин с упрямым подбородком и хрупкая брюнетка с хитрыми глазами. По другую руку от короля восседал мужчина, видимо, князь Летомирский. Жилистый, но высокий длинноволосый шатен. Рядом с ним место занимала светловолосая девушка. Сходство с Еланой подсказывало, что это её сестра или близкая родственница. Возле неё сидела другая девушка, рослая рыжеволосая красавица.

— Оборотни тоже находят истинные пары, — Радагаст вновь нагло припал губами к моему ушку. От его близости мозги начинали притормаживать. — Но среди знати принято многожёнство, для формирования политических союзов.

— То есть там жена и истинная? — я успела отпить из кубка, потому поперхнулась.

— Хорошо мужик устроился, — неопределённо хмыкнул Никита. — Вы Елану видите?

— Нет, — качнула я головой, просканировав взглядом зал.

Соседние с королевским столы занимали, судя по светлым волосам, его дочери и родственники, но нашей принцессы среди них не наблюдалось.

— Может, устала с дороги и решила отлежаться? — предположила я, на что Никита лишь передёрнул плечами.

— Она говорила, что не хочет возвращаться, но ей просто некуда идти, — внезапно сообщил он.

— Со мной она ничем таким не делилась, — отметила я.

— И со мной, — буркнул Радагаст.

— Потому что вы были заняты друг другом, — упрекнул Никита в ответ, отчего меня с головой накрыло смущением, а вот дракона само собой даже не задело.

— Когда встретишь девушку, без которой не можешь жить, поймёшь, — только и бросил он.

Мои щёки запылали с особой силой, а богатырь лишь пожал плечами и отвернулся.

В целом вечер проходил приятно. Вскоре начали подавать блюда, а между ними выступали жонглёры, акробаты, танцоры, актёры разыгрывали миниатюры. И если я пробовала еду с удовольствием, то Никита вскоре ушёл, сославшись на усталость.

— Что-то мы одни остались, — я с сомнением присматривалась к пирожному, гадая про себя, стоит ли пытаться уместить его в наполненном желудке.

— Хорошо же. Пошли танцевать, — Радагаст решил мою дилемму кардинально, схватил сладость и забросил себе в рот.

— Ах ты… — вяло возмутилась я, но позволила взять себя за руку и увести к танцующим.

Дракон был драконом везде. Он подхватил меня под талию, поднял над полом и закружил, вынуждая другие пары отступить.

— Какой же ты… — поражённо покачала я головой, когда он опустил меня на землю.

— Какой? — весело прищурился он, склонившись к моему лицу.

— Дракон, — вздохнула я, вновь оказавшись в плену его аромата.

— Дракон, — подтвердил он, мимолётно коснувшись моих губ своими.

И, кажется, прикрыл ладонью пах, боясь удара. Но не бить же его на приёме…

— Ты же говорил, что услышал меня, — прищурилась я.

— Услышал, — он закружил меня по залу, легко подстраиваясь под энергичную мелодию. — Ты говорила, что в вашем мире принято сначала узнавать друг друга. Вот я и знакомлю тебя с собой.

— Ты…

— Дракон, — усмехнулся он в мои губы. — И твой истинный.

Как-то страшно оставаться с ним в одной комнате…

— Расслабься, Марина, — он наклонился, вынуждая меня выгнуться в спине, отчего кончики волос мазнули по полу.

— Легко тебе сказать, — вздохнула я, и когда вновь выпрямилась, сама закружилась прочь от него, вынуждая Радагаста выпустить меня из цепких лап.

Только сбежать не удалось. Между нами вновь возникла цепь. Дракон дёрнул её на себя. И так стремительно, что я налетала на его грудь. Мелодия ускорялась. Оттолкнув Радагаста ладонью, я извернулась, забросила цепь на его плечи и сама пошла в наступление, вынуждая его отступать. Это были своеобразные догонялки, со сменой водящего и с постоянно меняющимися правилами. Мы кружили по залу, сталкивались и снова разъединяясь, обменивались словесными уколами, шутили. Цепь натягивалась и со звоном носилась за нами по полу. В душе искрилось веселье. Я больше не замечала ничего вокруг, не думала, что на нас смотрят, и просто наслаждалась этой своеобразной игрой. Пока в последних аккордах не повисла на шее дракона, счастливо смеясь.

— Вот и потанцевали, — часто дыша, Радагаст прижался губами к моей щеке.

Вокруг послышались аплодисменты, похоже, нам удалось привлечь внимание.

— Божечки, — я уткнулась лицом в плечо дракона. — Давай уйдём, — попросила тихо.

Тем более король тоже покинул празднество. Да и вряд ли он выделит время простым путникам, пусть они и спасли его дочь.

— Идём, — продолжая обнимать за плечи, Радагаст потянул меня в сторону выхода.

Цепь звенела, волочась по полу, мы медленно шли, пытаясь отдышаться после стремительного танца. Я смотрела перед собой, на губах играла улыбка. Вечер прошёл замечательно. Но он ведь ещё не закончился. Возвращаться в общую спальню было волнительно. Кровать, конечно большая, и мы уже проводили пару ночей вместе, но после танца… нахождение в одной кровати вызывало опасения. Наверное, только во мне. Радагаст тоже довольно улыбался, и вряд ли строил коварные планы по соблазнению. Но, кажется, я ошибалась. Стоило войти в гостиную наших покоев, как дракон сразу сцапал меня в свои лапы.

— Марина, — он провёл ладонью по моей щеке, отчего кожу закололи мурашки.

Взгляд янтарных глаз завораживал, меня окутывал неповторимый аромат дракона. Сердце сжималось в замешательстве, и снова оживали бабочки в животе.

— Ты тоже это чувствуешь? — нахмурился он.

— Да, — кивнула я обречённо и потянулась к нему.

Только он озадаченно огляделся, заставляя начать соображать и меня. Действительно чувствовала, слабость, подавленность. Ещё и иллюзия сползла с дракона.

— Нашу магию блокируют, — медленно произнёс Радагаст, потемнев лицом.

Выпустив меня из объятий, он метнулся к двери, толкнул её, но та не поддалась. Нас заперли. Вот тебе и королевский приём…

Глава 9

/Марина/

— Что происходит? — пролепетала я в замешательстве.

Радагаст несколько раз толкнул дверь плечом и ринулся проверять окна. Помотав головой, я бросилась ему помогать. Распахнула портьеры, потянулась к створкам, но ладони натолкнулись на прозрачный барьер.

— Мощная защита, — сообщила Радагаст. — Видимо, её устанавливали, пока мы были на приёме. Потому Веран не появился.

— Создавал для нас клетку? — развернувшись, я расстроенно всплеснула руками. Похоже, Игорь оказался прав. — Мы же им помогли, вернули Елану, а они… Я считала, здесь к нечисти относятся иначе.

— Мы слишком редкая нечисть, — пробурчал он.

— И что теперь делать? — пройдя к софе, я буквально рухнула на неё.

Ноги дрожали, меня начинало трясти. Что теперь с нами будет?

— Ждать, — Радагаст стремительно приблизился и опустился передо мной на колено, пытливо заглядывая в глаза. — Не бойся, выберемся.

— Легко тебе говорить. Не бойся… Да я в ужасе! Они же наверняка хотят меня ощипать, — широко распахнув глаза от страха, я сжала ладонями голову.

Мне ещё не выдирали перья, но вряд ли это приятно.

— Тихо-тихо, никто не будет тебя ощипывать, — убеждённо произнёс он, положив ладонь на мою макушку. — Я не позволю.

— Может ты не заметил, но ты заперт со мной, — саркастически вздёрнула я бровь, хотя ему удалось меня немного успокоить.

Всё же я не одна, а с Радагастом. И друзья рядом, может, им удалось избежать ловушки. Если… если от них не решили избавиться. Так, Марина, вот сейчас надо мыслить позитивно! Иначе высок риск утонуть в слезах.

— Иди-ка переоденься. И я переоденусь, — кивнул Радагаст.

— Что? — ошалело уточнила я.

— Ночью к нам вряд ли придут. Избавимся от неудобной одежды, отдохнём. Сейчас мы всё равно ничего не можем сделать. Иди, — он взял меня за руку и поднялся, потянув на себя.

Я на автомате тоже встала, глядя на него ошеломлённо. Мысли метались в панике, мне было сложно думать о таких простых вещах. Голову занимали страшные образы того, что нас может ждать. Например, мой ощипанный хвост и мешок перьев. А что они хотят сделать с Радагастом? Чешуи лишить, и рога оторвать? Изверги!

— Пойдём-пойдём, — приобняв за плечи, Радагаст повёл меня в спальню.

А оттуда сразу в купальню.

— Не могу успокоиться, — призналась я.

— Давай я тебя раздену и умою, — предложил он великодушно, склонившись к моему лицу. — И ты хотела меня поцеловать.

— Тебе показалось, — пробурчала я, подтолкнув его в грудь, чтобы не напирал. — Иди отсюда. Я сама.

— Сама так сама, — без возражений согласился он, и быстро покинул комнату, оставляя меня с пылающими щеками.

Но хоть помог успокоиться. Покачав головой, я начала расшнуровывать корсет. Точнее, попыталась.

— Радагаст, — позвала сокрушённо, — помоги.

Цепь не позволяла до конца закрыть дверь, потому не приходилось кричать, дракон сразу услышал.

— В чём? — голова Радагаста появилась в проходе.

Янтарные глаза мерцали интересом.

— Корсет. Мне самой не распустить.

— Сейчас, — улыбнулся он и вошёл в комнату.

— Ты что? — я отступила, указав на его грудь.

Обнажённую грудь, потому что дракон успел избавиться от пиджака и расстегнуть рубашку.

— Я тоже переодевался, а что? — он оглядел себя в напускном удивлении.

— Ничего, — пробормотала я, опустив голову, но взгляд всё равно невольно косил на грудь Радагаста.

А он в хорошей форме. Видимо, только на фоне рослого Никиты выглядит жилистым. Впрочем, он же упоминал, что умеет обращаться с мечом.

Радагаст же не подозревал, что за мысли роятся в моей дурной голове. Спокойно обошёл меня и принялся исполнять мою просьбу.

— Держи платье, чтобы не упало, — горячее дыхание коснулось шеи, вызывая рой мурашек на коже.

— Хорошо, — я прижала ладони к груди, и, попыталась дышать через рот.

Только не особо помогала. Аромат Радагаста окружил меня дурманящим облаком, намеренный вновь произвести отключение мозгов.

— О, кажется, я помню, как справляться с женской шнуровкой, — рассмеялся он, а платье на груди ослабило свой захват.

— Вот умеешь ты испортить момент, — разозлилась я, развернувшись к нему. — Кому ты там корсеты снимал?

— Тренировался на манекенах, — он выставил перед собой руки в знак защиты.

— Так я тебе и поверила. У тебя на лбу написано…

— Что написано? — он почесал кожу под рогами.

— Что ты дамский угодник. Соблазнитель, вот, — я слегка ударила по его ладони своей.

— Соблазнитель? — шутливо озадачился он. — Значит, ты всё же находишь меня привлекательным?

— С чего ты взял? — я отвернулась, чуть не выпустив платье из рук. — Иди уже, мне надо переодеться.

— Ну нет, Марина, — он резко приблизился, прижавшись губами к моей щеке. И я всё же отпустила платье, еле успела поймать, но рукава соскользнули с плеч. — Признавайся, я тебе нравлюсь. Иначе бы ты так не реагировала.

— Я реагирую на запах, — качнула головой. — И ты всё ещё здесь.

— Какая ты упрямая, Марина, — хрипло рассмеялся он, отчего его дыхание защекотало обнажённые плечи.

— И вообще, мы в плену. Как ты можешь думать о чём-то другом?

Странно, что мне самой удаётся. Вот же дракон, обо всём на свете забыла.

— В последнее время я могу думать только о тебе, — проурчал он, отчего и так скачущее в волнении сердце ускорило свой бег.

Его пальцы поддели мой подбородок, чуть потянули, вынуждая меня повернуть голову и заглянуть в завораживающие глаза дракона. Радагаст приблизился, склонившись к моему лицу. И снова прикрыв пах ладонью. Это было так смешно, что я приглушённо хихикнула. Чем и воспользовался дракон, сократив крохи расстояния между нами. Его губы накрыли мои, замерли, будто отогревая своим теплом, и разжигая пожар в моей груди. Глаза закрылись сами собой. И я не заметила, как ответила. Руки Радагаста обхватили талию. Поцелуй из нежного за мгновения стал порывистым и голодным. Последние крохи кислорода покинули лёгкие, когда меня прижало к стене сильным телом. Яркий аромат кружил голову, поцелуй путал мысли, а близость Радагаст будила во мне что-то незнакомое, новое и волнующее. Платье сползло к талии, туда же подтянулась юбка. И только тогда в мозгу зажглись опасения.

— Это твоя рука на моём бедре? — пробормотала я, каким-то чудом сумев оторваться от губ дракона.

— Нет, — сразу открестился он. В его глазах зажглись смешинки. — Моя рука на твоей красивой попе.

Я кашлянула, не зная, как реагировать. Меня нагло соблазняли, а я и не пыталась сопротивляться. От необходимости отвечать меня избавил оглушительный грохот. Дверь просто сорвало с петель, бросив на пол к нашим ногам, когда в неё просунулась голова Горыныча.

— Вы чем тут занимаетесь? Бежим скорее, — весело прорычал он.

Спасение! Ура!

— Ты не мог появиться на час позже? — раздосадованно вопросил Радагаст.

А я подтянула платье к груди, подтолкнула дракона ладошкой и хрипло потребовала:

— Шнуруй корсет! Срочно!

— Что? — на мгновение растерялся Радагаст.

— Платье с меня падает. Затяни, быстро! — пояснила я, разворачиваясь к нему спиной.

— Я умею только быстро снимать, — придушенно усмехнулся он, схватившись за тесьму, и охнул, когда мой каблук налетел на его ступню.

— И кто из нас бесстыдник? — возмутилась я, раскинув руки в стороны.

— Я вам не мешаю? — ехидно поинтересовался Горыныч, и тут раздалось приглушённое мычание.

— Это что? — насторожилась я, подозрительно приглядываясь к воздушному змею.

Тогда и заметила, что он держит в лапе какой-то тряпичный свёрток. И из него торчат короткие рыжие волосы!

— Ты девушку похитил? — ахнула я.

— Нет, предложил с нами прокатиться, — клыкасто улыбнулся он, состроив самую невинную мину.

Но кто поверит этот наглой морде?

— А ну сейчас же её отпусти!

— Нет, она моя истинная, — упрямо качнул он огромной головой, отчего с потолка посыпалась штукатурка.

— Так добивайся, а не похищай!

— Как добиваться, если она живёт среди этих…? — скривился он. — Я много чего сломал, меня обратно не пустят.

С этим я была склонна согласиться, но всё же не поддерживала похищения.

— Всё! — объявил Радагаст.

— Эх, моё бы платье схватить, — посетовала я, ринувшись к Горынычу.

И сразу опустила кулак на его нос.

— За что?! — прорычал он.

— За похищение. Тебе потом добавят, — обогнув его морду, я протиснулась в соседнюю комнату.

Точнее в то, что от неё осталось. Горыныч ворвался в окно, частично обрушив и потолок. Но нужно схватить хоть сумку, а то останемся без вещей. Но тут двери распахнулись, и в помещение ворвались стражники. За их спинами маячили магистр Веран и сам король. Похоже, Радагаст ошибся, и с нами всё же хотели сегодня поболтать. Может, оторвать первое перо. Но клювом им по башке, а не перья!

— Радагаст, Игорь, хоть сумку возьмите!

— Какая сумка? Никиту надо найти, — не согласился со мной Горыныч, разворачиваясь к врагам.

А разворачивался он с размахом. Хвост снёс кровать, и наша сумка благополучно вылетела в дыру в стене.

— Игорь! — провыла я обречённо.

— Женщины, — закатил Горыныч глаза. — Бежать надо, а ты о шмотках.

Он чешуйчатым тараном рванул на стражников. Те побросали оружие и неорганизованной гурьбой столкнулись в проходе. Но Игорь был парнем добрым, и помог им выбраться. Стражники вывалились в коридор вместе с обломками дверей и стены. А меня под поду подтолкнула голова другого дракона.

— Залезай, Марина, — предложил он.

Кто же откажется?

— Ага, — кивнула я, моментально обращаясь.

— Я ещё и огнедышащий! — объявил Игорь, вбирая в рот воздух.

Вспорхнув с пола, я присела на макушку Радагаста и вцепилась в основание рога. Надеюсь, это не считается за интимный жест. Божечки, я же постоянно на его рогах плясала, а он молчал. Видимо, меня просто разыграли по поводу прикосновений к рогам. Хотя, это сейчас не так уж и важно, потому что мы штурмом пробиваемся к свободе.

Помещение озарили вспышки пламени, когда Горыныч от души дунул. Правда, Веран успел закрыть себя и стражников магическим щитом. А вот королю не повезло. Он оказался по другую сторону коридора с горсткой испуганных защитников. Радагаст как раз высунул голову, позволяя мне рассмотреть ужас на лице правителя. Вот ведь, пригласили, пыль в глаза бросили и пленили. Меня одолела такая злость, что я слетела с головы Радагаста и зависла над королём, яростно работая крыльями.

— Ты не кошак, ты козёл, — объявила я зло и со всей своей птичьей души зарядила ему клювом по макушке.

Перья на моём хвосте сверкнули так ярко, что даже я на мгновение ослепла. Слух прорезало паническое «М-е-е-е-е». Распахнув глаза, я некрасиво приоткрыла клюв, потому что подо мной находился уже не король, а облезлый козёл без рогов.

— Ой, — кашлянула я от неожиданности.

Ничего такого не хотела, но вышло именно так. Наверное, не стоило превращать короля в козла, но колдовать я не умела, чтобы обратить волшебство вспять. И вообще… сам виноват.

— Марина! — откровенно заржал Игорь.

— Давай уже, уходим, — расхохотался Радагаст, подставляя мне рог, чтобы я на него опустилась.

— Уходим? Бежим! — замахала я крыльями. — Мы короля в козла превратили.

— Не мы, а ты, — продолжал веселиться Горыныч.

Но спорить со мной не стали, оба ящера припустили по коридору, не заботясь о сохранности внутреннего убранства. Штукатурка не выдерживала встречи с огромными чешуйчатыми телами. Раздавался грохот ломаемых стен и звон падающих ваз.

— А! Нас атакуют, — Радагаст дёрнулся, отчего я чуть не слетела с его головы.

Что-то грохнуло, только, кажется, прилетело по моему дракону. К счастью, долго убегать не пришлось. Из-за поворота показались Никита и Елана. Девушка прижималась к спине богатыря, пока он отбивался от нескольких стражников лапами какой-то несчастной статуи.

— Все в сборе. Сматываемся, — объявил Горыныч.

Он просто прыгнула вперёд, проламывая стену. За ней оказались другие покои. А там и спасительное окно. Радагаст же подхватил наших спутников, забросил себе на спину и рванул за Горынычем. Снова что-то грохнуло. Мой дракон покачнулся, споткнулся и к созданной Игорем дыре в стене пронёсся на пузе. Я нагнулась, ощутив, как сверху падают обломки потолка. И следом свет померк, когда мы покинули освещённый дворец и вылетели в свободу ночи. Наступили мгновения свободного падения. Дракон просто падал.

— Радагаст! — завопила я во всю силу птичьих лёгких, заметив, что его глаза закрыты.

И дракон подо мной встрепенулся, раскинул крылья. За мгновения до того, как мы достигли земли. Огромная туша ящера пронеслась над ровными дорожками королевского сада, снесла несколько декоративных кустов, накрывая нас дождём из листвы, и, наконец, взмыла в небо. Рядом снова что-то грохнуло. Прямо перед мордой Радагаста вспыхнул взрыв. Меня с ног до головы окатило жаром. Пёрышки слегка подпалило. А когда дракон взмыл повыше, стала видна и причина взрыва. Магистр замер у дыры в стене, намеренный пустить в нас ещё один огненный заряд.

— Какой упрямый… баран!

Не знаю, что мне подсказало, видимо понимание, нужно его коснуться. Потому я выдрала несколько подпаленный перьев, скатала их во рту в шарик и плюнула. Магический снаряд рванул в атаку, оставляя в воздухе золотистый след и впечатался в лоб мага.

— Б-е-е-е?! — выдал Веран, за мгновение обращаясь серым бараном.

Удовлетворённо кивнув, я издала победный клич боевых жар-птиц. Вряд ли такой существует, но он был утверждён только что.

***

Драконы торопились отдалиться от замка. Приходилось крепко держаться за рога Радагаста, чтобы не быть снесённой встречными потоками ветра. Вскоре город и поля под нами сменились лесом, среди которого змеились подсвечиваемые светом луны воды реки, и Горыныч первым пошёл на снижение. Радагаст последовал за ним. Ночь успела вступить в свои права, потому в лесу под кронами деревьев было особенно темно. Слышались лишь взмахи крыльев, и следом треск веток. Радагаст тяжело приземлился и опустился на живот, ожидая, когда пассажиры слезут.

— С тобой всё в порядке? — я слетела на его морду.

В темноте лишь сияли золотом его глаза.

— Меня ранило, — пожаловался он.

— Ранило? — испуганно вздохнула я. — Серьёзно?

— Не вру, — буркнул дракон обиженно.

— Я о том, насколько серьёзно! — нервно всплеснула крыльями.

— На знаю… Ранило… кхм… сзади.

— Сзади? Хвост что ли?

— Ну… почти…

— О… — только и смогла выдать я, и не будь птицей, покраснела бы от смущения.

— Немедленно отпусти меня! — раздался женский визг и следом приглушённый вздох Горыныча.

Кажется, опять схлопотал по самому ценному. Но сам виноват.

— Кто-нибудь, включите свет, — протянул он сипло.

— Сейчас, — хмыкнул Радагаст.

Мелькнула вспышка. Опора под моими лапками исчезла, и я оказалась в руках своего дракона. Только человеческих. От его ладони поднялись два золотистых светлячка, освещая нашу заметно увеличившуюся компанию. Судя по отсветам огней от водной глади, драконы приземлились вблизи от берега. Никита успокаивал плачущую Елану. Игорь лежал удерживая за ноги Женьку, которая активно пыталась выбраться из цепких лап Горыныча.

— Радагаста ранило, — сообщила я громко, и все взгляды обратились к нам.

Даже рыжая перестала отбиваться.

— Зажги ещё огоньки и показывай, куда ранило, — наказала я дракону. — Если течёт кровь, нужно срочно затянуть рану.

— Кажется, это ожог, — сконфуженно проговорил он. — Я сам не смогу осмотреть.

— Куда ранило-то? — поинтересовался Никита.

— Туда, — Радагаст развернулся и указала зону ниже спины.

Парни придушенно усмехнулись, лишь девушки пребывали в ужасе. И я, в том числе.

— Ты как умудрился? — сиплым от сдерживаемого хохота голосом уточнил Горыныч.

— Мы же убегали. Веран нас преследовал и метал огненные шары.

— Вот же гад… — выругался под нос Никита.

— Ты меня слышишь, вообще? — раненых не бьют, потому я лишь подтолкнула Радагаст макушкой под подбородок. — Огней побольше зажги. Нужна вода и, возможно, бинты. Давайте же.

Я слетела с рук Радагаста и мгновенно обратилась.

— Ты… — я указала на озадаченную спутницу Горыныча. — Ночь, лес, дикие звери. Куда собралась? Твой учитель и твой король заперли нас без причины и пытались убить. Я очень зла. Так что сопли подбери и помогай, а то я тебя сама выгоню. В озеро. Без одежды. Потому что одежда нужна мне больше, чем потенциальной врагине.

— Эй, ты чего, Маринка? — попытался возмутиться Игорь.

— Цыц! Пусть твоя врагиня работает. Кто не работает, тот плывёт отсюда голым.

— Я не врагиня, — фыркнула она и, ткнув Игоря локтем в живот, подскочила на ноги. — Что делать надо?

— Зависит от того, что ты умеешь, — проговорила я задумчиво, развернув Радагаста спиной к свету.

Брюки кровью не пропитались, уже хорошо.

— В лечебных травах разбираюсь. Думаю, у берега может расти Жёлтик Продолговатый и Кувшинка Белоснежная.

— Отлично. Берите огонёк и идите с Игорем собирать. Никита, Елана, тогда придумайте что-нибудь с костром и ночлегом.

— Я вещи наши взял, — вдруг сообщил Радагаст и указал на лежащий в отдалении рюкзак. — И твоё платье, Марина, — шепнул, склонившись к моему ушку.

— Как? — удивилась я. — Рюкзак же в окно вылетел.

— Телекинезом притянул, — пожал он плечами. — Ты же так переживала из-за одежды.

— Хозяйственный ты мой, — я так расчувствовалась, что потрепала его по макушке.

Наверное, он рассчитывал на другую реакцию, но всё равно довольно сощурился, принимая ласку.

— Значит, у нас есть палатка, — сообщила я, поймав облегчённую улыбку Никиты.

— И удочки, — закивал он. — Но если что, Елана рыбу поймает.

— Какая рыба? — всхлипнула она.

— Ты чего ревёшь? — быстро распахнув рюкзак, я принялась в нём копаться, чтобы отыскать одеяло и миску. — Зачем мы, кстати, и её из дома похитили? Никита?

— Мы не похитили, — буркнул он. — Елану заперли… Или сама расскажешь? — обратился он к девушке.

— Меня заперли и запретили выходить. Я не понимала причин, сбежала. Хотела поговорить с отцом, думала, дождусь его в кабинете. А там были… те разбойники, что напали на меня на дороге. Это он их отправил, чтобы обвинить моего жениха в моей смерти, — она громко всхлипнула и начала плакать.

— Она от них убегала, а я как раз её искал, — пояснил богатырь, похлопав принцессу по плечу в знак поддержки.

— Обними её, что ты, — замахала я ладонью на лицо, ведь от рассказа девушки на глаза навернулись слёзы.

Растерявшись на мгновение, он деликатно обхватил плечи Еланы рукой. А она прижалась к его груди, начав реветь в голос.

Выходит, её решили пустить в расход из политических соображений. Может, хотели выбить компенсацию, либо получить причину на нападение. Но найти объяснение дворцовым интригам легко, а вот дочери принять, что родители отправили её на смерть совершенно непросто. Видимо, потому она и не хотела возвращаться. Не понимала всех этих внутренних игр, но не чувствовала себя счастливой.

Впрочем, долго она реветь не стала. Видимо, помнила про мои угрозы Евгенье. Потому принялась с Никитой устраивать лагерь. Я же расстелила на траве одеяла, уложила на них Радагаста и потребовала:

— Показывай.

— А нежнее просить нельзя? — лукаво улыбнулся он.

— Дорогой, снимай штаны, — мило улыбнулась я. — И жопу на показ, — припечатала.

— Не умеешь ты нежно, — упрекнул он, но просьбу выполнил, расстегнул ширинку.

— Божечки, докатились, — нервно хихикнула я, опустив штаны на его попе.

Радагаст провыл, когда я попыталась провести ту же процедуру с бельём.

— Прилипло, — вынесла вердикт я.

— Я потерплю, — мужественно решился он.

— Зачем? Сейчас ткань намочим, быстро отойдёт, — усмехнулась я, хлопнув его по бедру.

— Это чудесно, — обрадовался дракон.

Схватив миску, я сбегала в реке, набрала воды и вернулась. Бельё пришлось намочить. А пока попа Радагаста отмокала, я начала готовить чистые лоскуты ткани. Вскоре возвратились и Игорь с Женей. Подозрительно взъерошенные.

— Нашла? — уточнила я у девушки.

— Да, — она присела возле меня с охапкой трав и принялась их рвать.

— К его заднице не подходи. Я ревную, — проворчал Игорь.

— Моя попа только для Марины, — лучезарно улыбнулся Радагаст.

Евгенья закатила глаза почти синхронно со мной, но решила не язвить, а рассказать, как проводить обработку лечебными травами. Никита с Еланой не без помощи Игоря разбили лагерь. К свету магических огней добавился костёр. Развели его рядом со мной. Никита набросил на мои плечи одеяло. Стало намного теплее. Пока возилась вокруг дракона, даже не заметила, как продрогла.

— Ну, приступаем, — объявила я, схватившись за край хлопковых трусов, и аккуратно их опустила.

Свет магического огня осветил три круглых ожога. Кожа на них лопнула, разливая сукровицу. Но в целом, всё не так плохо, как я думала.

— Жить будешь, — вынесла вердикт я,

Щёки пылали, не думала, что однажды придётся обрабатывать боевые ранения. Ещё и на попе.

— Теперь ты обязана на нём жениться, — расхохотался Игорь.

— Я не против, — подмигнул Радагаст, глядя на меня из-за плеча.

— Молчи, раненый, — буркнула я.

Хорошо, что в темноте никто не видит цвета моего лица.

— Ты такая заботливая, Марина, — дракон продолжал блаженно улыбаться.

Будто не его попу выставили на всеобщее обозрение. Правда, девушки проявляли деликатность, не смотрели, да и всем было чем заняться. Дрова сами не появятся, как и вода себя не принесёт. Раз вещи успели взять с собой, то можно было приготовить хотя бы отвар и перекусить остатками сала.

— Обычная я, — буркнула, старательно накладывая на ожоги травяные компрессы. — Какая девушка не умеет обрабатывать раны?

— Но моими ранами занимаешься именно ты, — счастливо отметил Радагаст.

— Больше никто не решился, — закатила я глаза.

И вообще, зачем кто-то будет трогать его попу? Так что всё сама…

— А ты бы кому-нибудь разрешила? — задал он резонный вопрос.

— Конечно, — соврала я. — Женя же опытнее меня.

— Так почему не попросила?

— Игорь не разрешил. И вообще, больной, не трать силы. Молчи.

— Ты бы не разрешила, — улыбка на его лице стала лучезарной.

— Всё, я закончила, — аккуратно вернув бельё на место, я поднялась на ноги. — Сейчас накрою одеялом, а ты лежи.

Я двинулась было к рюкзаку с мечами, но тут меня что-то ударило по ноге.

— Не может быть, — протянула, опустив взгляд.

Цепь оборвалась в пятидесяти сантиметрах от наручника и теперь беспомощно болталась, не спеша восстанавливаться. В собственное счастье особо не верилось, потому я отступила от нахмурившегося дракона, а потом побежала на встречу только показавшемуся из-за деревьев Никите.

— Сломай наручник, — попросила я, часто дыша, и протянула ему руку.

Глаза парня расширились от удивления. После краткого замешательства, он положил на землю охапку дров, осторожно схватился за наручник и разорвал его на две половинки. Потом ещё и отбросил подальше. Кажется, все в лагере замерли, не зная, чего ждать. Только время шло, ничего не происходило.

— Видимо дело в антимагическом барьере, но скорее всего действие цепи завершилось, — наконец заключил шокированный Радагаст.

— Круто-круто! — на радостях я приобняла Никиту, а потом начала носиться по лагерю. — Свобода! Свобода!

Богатырь же отнёс дрова к костру и снял наручник с руки дракона.

— Простите, конечно, что позволяю себе вмешательство, но можете ли вы удовлетворить моё любопытство и рассказать, что происходит? А то я хочу тоже порадоваться, но ничего не понимаю, — попросила Евгенья, правда, продолжая перебирать вещи в своём поясном мешочке.

Видимо, проверяет, что с собой есть полезного.

— Ты же знаешь, что драконы прокляты? — уточнила я.

— Да, говорят, за тщеславие, — подтвердила девушка.

— Лесной Царь наложил на мою страну проклятие, — принялся объяснять Радагаст. — И сказал, что оно падёт, когда я приведу на родину истинную пару. Тридцать лет я скитался в её поисках, пока мне не встретился сын Лесного Царя. Он сжалился надо мной и даровал мне цепь, которая должна была привести ко мне истинную.

— Цепь дёрнула меня из другого мира, — подключилась к объяснениям уже я. — И она жутко неудобная. Я вечно резалась о наручник и даже не могла нормально переодеться. Там ещё и были магические ограничения, тоже неудобные, но мы их сняли моим яйцом. А теперь цепи нет, я свободна!

— О, тогда поздравляю. Это действительно радостное событие, — улыбнулась девушка.

— Спасибо, — моя настороженность не ушла, но я тоже постаралась улыбнуться.

— И теперь становится ясным нападение на вас, — продолжила она. — Драко находился в юге от Зимородного. Проклятье легло только на города, а часть земель осталась свободна.

— И перешла королевству, — догадалась я.

— Да. Если проклятие с Драко падёт, король Лекун должен будет вернуть земли драконам.

— Наши земли присвоили? — переспросил Радагаст.

— Как видишь, — усмехнулась я. — А ещё это означает, что мы недалеко от Драко.

— До Драко не дойти. Многие пробовали, — пожала плечами Евгенья.

— Но можно создать поисковый артефакт, — возразила я раньше дракона. — Потому мы и прибыли во дворец. Надеялись, что маг короля сделает его для нас в благодарность за спасение дочери.

— У короля дочерей… что котят у кошки, — поморщилась она. — Сомневаюсь, что он помнит имена каждой.

— Мы уж поняли, что семейный ценности не про королевскую семью, — буркнула я, взглянув на поникшую Елану.

— Но, согласна с вами, артефакт действительно может привести к Драко. Если сделать его на чешуе дракона, — девушка задумчиво постучала тонким пальчиком по подбородку.

— Ты знаешь мага, который может его создать? — с надеждой спросил Радагаст.

— Знаю. Всю жизнь, — криво улыбнулась она. — Это я.

— Ты? — переспросила я с сомнением.

— Не похожа на мага? — сердито оскалилась она.

— Я не знаю. Говорю же, из другого мира. У нас нет магии. Но я о другом. С чего мы должны тебе доверять?

— Марина… — попытался возмутиться Игорь.

— Молчи. Я уже два раза накололась с этим артефактом. Не хватало нарваться на новую подставу. А она ученица этого магистра барана.

— Верана, — исправила девушка на автомате, но потом рассмеялась. — Нет, твоя правда. Барана.

— Вот, она личная ученица того, кто нас запер, — взглянув на Игоря, указала на его рыжую. — Он ещё и Радагасту попу подпалил, а мне перья.

— Вряд ли у меня выйдет вернуться, — скривилась она. — Меня скорее всего посчитают сообщницей. Тем более служанки видели, что я истинная… Горыныча. Из-за вас мне некуда идти. Но если вы снимите проклятие с Драко, — она мечтательно улыбнулась. — Обучаться магии у настоящего дракона... Представляете, как это чудесно?

— Подождите, — несмело оборвал наш разговор Радагаст. — Вы обсуждаете спасение моей страны. Но цепи больше нет… — и растерянно развёл ладонями в стороны.

— И что? — я упёрла руки в бока. — Думаешь, я тебя сразу брошу?

— Я тоже решил помогать, — пожал плечами Никита. — Мне несложно. Богатыри же и должны совершать подвиги.

— А я вообще доброволец, — поднял руку Горыныч.

— Можно и я с вами? — тоненьким голоском попросила Елана. — Может в Драко я смогу обрести новый дом?

— Можно, конечно, мы же тебя похитили, — закатила я глаза, подойдя к дракону.

— Ай! За что? — возмутился Радагаст, когда моя ладонь налетела на его затылок.

— За то, что до сих пор ничего не понял. Дурак же, — фыркнула я. — Так, что с артефактом? — деловито поинтересовалась у Евгеньи.

— Сделать не трудно, но нужна лаборатория. Можно полететь в мою деревню. В моём доме должно быть всё необходимое, — она в задумчиво пожевала губу. — Но в деревне меня недолюбливают. И если вы начнёте называть меня деревенщиной… — зелёные глаза яростно блеснули.

— Начнём, — расхохотался Игорь. — Но любя, — и сразу рванул спасаться от рассвирепевшей девушки.

— Спасибо, Марина, — приподнявшись, Радагаст взял меня за руку.

— Да ладно тебе, мы ничего такого не сделали, — фыркнула я. — И вообще пока ничего не сделали.

— Нет, — качнул он головой. — Вы сделали для драконов больше, чем кто-либо. Больше, чем я сам.

Он потянул меня к себе, вынуждая присесть рядом. И крепко обнял.

— Ты меня не бросаешь, — счастливо выдохнул он.

— Это моя совесть тебя не бросает, — пробурчала я, похлопав его по спине. — Только не плачь.

— Не могу, я так расчувствовался, — судорожно вздохнул он, но в голосе слышалась улыбка.

— Дурак ты, — тихо рассмеялась я.

— Но твой дурак, — сразу заявил он. — Весь-весь твой. От кончиков рогов до кончика хвоста.

Я кашлянула от неожиданности, и не нашлась, что ответить. Звучит приятно. Даже слишком.

Глава 10

/Радагаст/

Утро выдалось прекрасным. Меня окружал неповторимый аромат Марины, а сама она тихо сопела, прижимаясь к моей груди. Я знал, что однажды встречу истинную, буду сходить с ума от её аромата, но не мог представить, как это будет. И уж точно не мог сформировать в мыслях хотя бы примерный образ девушки, которая займёт постоянное место в душе и сердце. В то, что Марина моя истинная изначально верилось с трудом. Большей частью потому что я привык жить в животной ипостаси, и человеческие стремления потерялись за долгие годы в звериной шкуре. Но хватило всего нескольких дней, чтобы вспомнить.

Марина импульсивная, с характером, но насколько же она красиво и весело злится. Только как бы она не бесилась, никогда не бьёт всерьёз, и не уходит навсегда. Она добрая, верная, смелая. Яркая. Мне так хорошо рядом с ней, но так хочется, чтобы она скорее проснулась. Увидеть как мелькнёт смущение в карих глазах, как она обиженно надует губы, а потом пойдёт в наступление. Злить её особый вид удовольствия, как и смешить. У неё замечательный смех. Вся она замечательная. Я хочу узнать, чем она живёт, что любит. Всё о ней. Хочу, чтобы она узнала меня, и прекратила попытки сбежать.

— Так… — пробормотала она, не открывая глаз. — Я снова здесь…

— Снова, — подтвердил я. — Ты не можешь без меня спать, — нагнувшись, я прижался губами к её ушку и с упоением вдохнул пьянящий аромат пары.

— Прекрати, — вяло отмахнулась она. — Как я снова здесь оказалась?

— Раздавила меня, потом Женьку, — ехидно пояснил Горыныч. — Ты ходишь во сне.

— Тебя не жалко, — фыркнула она в ответ. — Божечки, как стыдно, — пролепетала почти неслышно и, наконец, открыла глаза.

И обиженно надула губы. Какая прелесть…

— Надо вставать, — она упёрла руки в мою грудь, когда я её обнял. — И лететь до деревни Евгеньи.

— Вот, Евгенья. Почему ты не можешь выучить моё имя? — возмутилась рыжая, и следом послушался приглушённый вздох Игоря.

Кажется, ему снова досталось.

— Потому что Женька, — выдал он счастливо, и перевернулся, подминая пискнувшую девушку под себя.

— Пойдём, — усмехнувшись, Марина выкарабкалась сначала из моих объятий, а потом и из спальника.

Само собой я последовал за ней, позволяя парочке истинных уединиться. Игорю легче, Евгенья оборотень, сопротивление скорее часть брачных игр. С Мариной сложнее, она не понимает особенностей нашего мира. Считает истинность навязанной, но это вовсе не так.

— А остальные где, интересно? — выбравшись из палатки, Марина потянулась, улыбаясь чистому небу над головой.

Только улыбка её чуть увяла, когда она увидела подходящих к лагерю Никиту и Елану. Богатырь держал девушку за руку, они улыбались о чём-то чуть смущённо общаясь.

— Доброе утро, — поприветствовала их Марина.

Они встрепенулись удивлённо и сразу разомкнули ладони. Я тоже напряжённо замер, не зная, что предпринять.

— Да ладно вам, — махнула она рукой. — Всё в порядке.

После её слов все вздохнули с облегчением. Марина двинулась к реке, чтобы умыться, я последовал за ней. Надо же продолжать её смущать. Это весело.

Утро, не считая этого инцидента, проходило как обычно. Мы привели себя в порядок и сели вокруг костра за завтраком. Разговор тёк непринуждённо и в привычных подначках. Я приглядывался к своим спутникам, и ощущал тепло на душе. Раньше всегда считал лишь драконов достойнейшими, благородными. Но сейчас меня окружали представители разных рас. И все они мне помогали. С ними было, как дома… Мы шутили, смеялись, просто общались, узнавая друг друга. Я и забыл, как это, иметь друзей и быть кому-то другом. Но они напомнили.

— Слышал, Радагаст? — обратилась ко мне Марина.

— А? — опомнился я.

— В облаках витаешь? — рассмеялась она. — Попу, говорю, твою обработаем и полетим.

— Конечно, — обрадовался я, с готовностью подскакивая с места.

Мне нравилось, что Марина обо мне заботится.

— А про дорогу до деревни ты слышал? — ворчливо уточнила она, когда принялась стягивать с меня штаны и бельё.

— Дорогу?

— Евгенья с неба не подскажет, куда лететь. Но сказала, что можно двигаться вдоль реки. Она как раз протекает рядом с её деревней.

— Эм, хорошо…

— Ты сегодня летящий, — отметила она.

— Цепь исчезла, но вы продолжаете мне помогать. Я благодарен и счастлив, — пояснил, взглянув на неё из-за плеча.

— У тебя раньше друзей не было?

— Были. Но только драконы.

— Привыкай, — пожала она плечами.

— Я уже. И не хочу отвыкать.

— Игорь говорит, что границы миров размыло, можно спокойно путешествовать между Сказочным миром и Землёй. Так что…

— Ты не хочешь от меня уходить, — заключил я. — Потому что любишь.

— Вот опять ты… — щёки Марины вспыхнули от смущения, но она очень старалась разозлиться.

— А я без тебя и не хочу, — попытался приподняться, чтобы её обнять, но она буквально навалилась на мою спину.

— Куда, извращенец? У тебя штаны спущены!

— Ты меня не смущаешь, — рассмеялся я, шутливо силясь перевернуться.

— Прекрати! Пощади мои глаза.

— Тебе понравится, — теперь я откровенно хохотал.

— Дурак! А ну лежи смирно, иначе сам будешь обрабатывать свою задницу.

— Лежу-лежу, — послушно заявил я.

— Вот и лежи, — пробурчала она в притворном недовольстве, возвращаясь к обработке. — Так, не поняла, а где ожоги? — уточнила она, когда завершила с моим разоблачением.

— У драконов повышенная регенерация.

— То есть ты знал, то там всё зажило, но молчал? А я тут плавлюсь от смущения!

— Тебе идёт румянец.

— Заклюю…

— А я перевернусь.

— А! — Марина потянулась к моей шее.

Обожаю её злить!

***

Позже, мы снялись с лагеря и вновь отправились в путь. Почти все могли обращаться к животной ипостаси, а Никиту мы тепло одели, что позволило лететь быстро и высоко. Потому нужная нам деревня показалась к обеду. Мы приземлились чуть в отдалении и дошли до неё пешком, чтобы не пугать местных.

— Здесь я родилась, — смущённо сообщила Евгенья. — Ничего особенного, конечно.

Деревня действительно не отличалась от множества других. Обычные деревянные дома, следы скотины на земляной дороге, курицы, норовящие залезть под ноги. Но здесь было тихо, спокойно.

— Тут красиво, — Марина глубоко вздохнула. — Навозом пахнет. В этом году из-за болезни я не ездила в деревню к бабушке, компенсирую.

— Надо было тебя похитить, помогала бы картошку копать, — рассмеялся Игорь, обняв свою смущённую истинную за плечи.

— Тебе полезен физический труд, — отмахнулась Марина, только фыркнув, когда повторив жест Горыныча, я тоже её обнял.

Елана же сама поднырнула под руку немного растерявшегося Никиты.

— У нас прямо романтическое приключение выходит, — Игорь весело поиграл бровями, и мы все рассмеялись.

Правда, мне пришлось удержать Марину, чтобы не сбежала. Но наш смех прервался, когда послышались слова незнакомца.

— Евгенья, ты ли это? — к нам направилось двое парней. Поджарых, с хищными чертами. Видимо, волки. — А кого привела? Небось, истинного нашла?

— Кто это? — тихо спросил Марина.

— Да так, местные. Я была единственной лисой в деревне, — Евгенья вся сжалась при их приближении. — Не входила в стаю.

А Игорь выступил вперёд, толкнув её за свою спину.

— Ты у нас кто? Кот облезлый? — весело предположил светловолосый, более старший

— Мышь, — хохотнул второй, помладше, кажется, его брат.

— Дракон, — было так непривычно видеть улыбчивого Игоря со свирепой миной на лице.

Мысленно я уже посочувствовал волкам.

— Врёшь, — хохотнул первый и толкнул Горыныча в плечо.

Точнее, попытался. Игорь извернулся, и волк, потеряв равновесие, рухнул в грязь. А второй сразу бросился на него.

— Наших бьют! — к нам сразу поспешили другие молодые волки.

— Отойди, чтобы тебя не задели, — попросил я Марину.

— И Елану уведи, — богатырь подтолкнул к ней свою принцессу.

— Только не убейте их, — попросила моя птичка.

— Ты так в меня веришь, — проурчал я.

Только дотянуться до её губ не успел. На меня на полном ходу налетел волк. Драка началась.

/Марина/

— Отличная драка, — с довольной улыбкой на лице волк пожал протянутую ладонь Игоря.

— Да, отличная, — подтвердил тот, чуть поморщившись, когда коснулся подбитого глаза.

Остальные волки тоже улыбались, как и наши парни. Елана изумлённо хлопала длинными ресничками. А мы с Евгеньей закатывали глаза. Мальчишки…

— Марина, а Марин, — Радагаст подёргал меня за рукав платья, чтобы привлечь внимание к своему побитому лицу. — Больно, — и указала на ссадину на подбородке.

— Нечего было ворон считать, — я вновь закатила глаза, но сжав ладонями щёки своего дракона, вынудила его нагнуться. — У козла боли, у барана боли, а у Радагаста не боли, — и тихонечко подула на ссадину.

Женя тихо захихикала, а я старалась уж очень сильно не краснеть.

— Не болит. А ты колдовать учиться не хочешь, — хитро прищурился Радагаст. — И почему ты так мои раны не лечила?.. — протянул задумчиво.

— Ты и так наглый, чтобы я тебе ещё в попу дула, — фыркнула, отпуская его.

И он тут же крепко стиснул мои плечи руками, и припал носом к моей макушке.

— Смотрят же… — моё лицо теперь пылало.

— Мы и не думали, что вернёшься, Евгенья, — заговорил самый старший из волков. — Но дом твой никто не трогал. Только дядя Фед по пьяни туда вломился, со своим попутал. Хвост ему подпалило. Мы разбитое окно заколотили. Внутрь только входить никто не решился, чтобы осколки вымести.

— Спасибо, — буркнула девушка. — Но вы же меня… дразнили всё время.

— Так и ты кусалась, — пожал он плечами. — Но всё же своя.

Женя совершенно смутилась. Игорь приобнял её за талию, закрывая своей фигурой от всеобщего внимания.

— Показывай свой дом, — подсказал он ей.

— А… да… пошли, — опомнилась Евгенья и чуть ли не побежала по улице, быстро попрощавшись с волками.

Её жилище находилось на окраине. Неказистое, с облупившейся краской, побитой временем крышей и покосившимся забором.

— На доме защита, — сообщила она, быстро вбегая по ступенькам крыльца к двери. — Надо её снять.

Она взмахнула руками, отчего на потемневшем дереве проявился серебристый рисунок. Она коснулась его центра, и вокруг дома сверкнул барьер.

— Кажется, всё, — она с сомнением почесала подбородок, но всё же толкнула дверь.

Пахнуло затхлостью и сыростью. Похоже, она давно не бывала в родной деревне. На полу валялись осколки от выбитого окна.

— Надо будет подмести, — отметила приглушённо Евгенья.

Мы миновали прихожую и вошли в основную комнату с печью. Здесь всё было иначе. Пахло чистотой, как ни удивительно. Чувствовался наведённый девушкой уют. Стены украшали домотканые картины, на полах лежали ковры. Мебель старая, но тщательно обработанная каким-то составом, похожим на лак. И печка белоснежная, даже немного не закоптилась.

— У меня сложная родословная, в крови потоптались и домовики. Потому я сильна в бытовой магии, — пояснила она в ответ на наше удивление. — Лаборатория в соседней комнате.

Она прошла к запертой двери. Толкнула и её, но вдруг резко пригнулась с криком:

— Чесотка!

Из помещения вылетел мешочек, который угодил Игорю точно в лоб. Его окутало сероватым дымом. Он смешно чихнул и вдруг начал чесаться.

— Совсем про неё забыла, — хихикнула девушка и шустро нырнула в свою лабораторию, спасаясь от разъярённого Горыныча.

Посмеиваясь, мы последовали за ними. Эта комната оказалась меньше. Вдоль стен расположились стеллажи и шкафы, набитые различными склянками, мешочками, баночками, мензурками и странными инструментами. А по центру помещения находился стол с каменной столешницей, вокруг которого Евгенья убегала от Горыныча.

— Не трогай, а то я тоже начну чесаться, — взмолилась она.

— Так тебе и надо, — рычал он. — Ты ведь не забыла, специально.

— Как докажешь? — она ехидно показала ему язык.

А Игорь вдруг перемахнул через стол и повалил взвизгнувшую девушку на пол. Теперь они чесались вместе.

— Так, Марина лечила задницу своего дракона… — проворчал Игорь, наконец, переборов девушку.

Евгенья замерла под ним, тяжело дыша. А я в очередной раз за день закатила глаза, напоровшись на широченную улыбку Радагаста.

— На что ты намекаешь? — нахмурилась девушка.

— Спину мне почеши. Срочно!

И он перевернулся, подставляя ей названую часть тела.

— Только потом и ты мне, — Евгенья фыркнула и с напускным недовольством принялась чесать спинку Горыныча.

Позже они поднялись с пола. Лисица быстро намешала противоядие, и они с Игорем переоделись. А мы пока прошлись по двору, поискали дрова, но нашли только топор и пилу. Еды в доме тоже не наблюдалось.

— Все ингредиенты есть, — сообщила Евгенья после краткой ревизии. — Мне только понадобится чешуя.

— А долго делать артефакт? — уточнила я.

— Заготовку сформировать часа два. Потом дать настояться зелью до утра. Завтра итоговая работа, — задумчиво перечислила она, загибая тонкие пальчики. — Дом, конечно, небольшой…

— Уместимся, — махнул рукой Игорь.

— Мы тогда займёмся ужином, а вы с Радагастом колдуйте. Проследи за ней, — шепнула своему дракону. — Как будем распределяться? — обратилась к остальным.

— Мы дровами займёмся, — предложил Никита, посмотрев в поисках поддержки на Игоря.

— А мы тогда попробуем купить продукты и начнём готовить, — решила я, взяв Елану за руку.

— Я не умею готовить, — шёпотом сообщила она.

— Научу.

К счастью, хоть дальше не возникло проблем. В деревне не было магазина, в основном самым необходимым обменивались, либо покупали друг у друга. А капитально отоваривались в городе. Но слухи расходились быстро. Все уже знали, что Евгенья привела друзей. Потому нам с радостью и с добрыми пожеланиями продали продукты.

— Они все такие… гостеприимные, — отметила Елана, когда мы двинулись обратно с полными лукошками.

Одно тащил Ванька, мальчишка двенадцати лет, сын Зои, у которой мы купили молоко и сметану. Сам вызвался помочь.

— Это нормально, — заверила я девушку. — Ты привыкла иметь дело с аристократами, они смотрят на людей свысока. А простому народу делить нечего, они привыкли помогать друг другу. Хотя, жалко, что страну возглавляет твой отец, уж прости. Небогато здесь живут, хотя до столицы меньше дня пути. И это его упущение.

— Да, наверное, — уныло отозвалась она. — Я рада, что встретила вас. Вы показали мне мир за пределами замка.

— Это мы тебе ещё ничего не показали, — рассмеялась я. — Ещё устанешь от путешествий.

— Спасибо, — она смущённо опустила взгляд.

Мы благополучно добрались до дома Евгеньи. Я подарила Ваньке конфету и монетку. Он предлагал помощь и по дому, но здесь хватало свободных рук. Мужчины как раз завершили с дровами.

Ужин готовили все вместе. Печь топилась, наполнив комнату теплом. А мы все расположились на принесённых парнями скамьях вокруг стола. Даже Евгенья, завершив с подготовительной работой, вышла помогать лепить пельмени. Хотя и не удивительно, одной скучно, а мы не переставали шутить.

— Мясо в тесте, наверное, будет вкусно, — Радагаст старался, аж высунул кончик языка, пока лепил пельмешку.

— Ты ни разу не пробовал? — рассмеялся Никита. — Завидую. Первый пельмень самый вкусный.

— И сметанка к ним деревенская, настоящая, — я указала на полный лакомства горшочек. — Завтра утром ещё блины испеку. Зоя сказала приходить за свежим молоком.

— Я тоже не пробовала, — скромно сообщила Елана.

Перед ней уже выстроился ряд невероятно аккуратных пельменей.

— Хорошо, когда девушки умеют готовить, — язвительно отметила я, подмигнув Игорю.

Он как раз выкладывал варенье для начинки. Выяснилось, что он умеет печь торты, что и решил нам продемонстрировать.

— У меня бабушка кондитер, — пробурчал он.

— Точно, ты же в начальных классах был пухленький, — припомнила я.

— Не пухленький, а в меру откормленный, — осклабился он, и мы все рассмеялись.

Вечер проходил тепло и уютно. Не думала, что буду хорошо проводить время в сказочном мире, учитывая как сюда попала. Я ведь мечтала поскорее вернуться домой, а в итоге обрела друзей, пронеслась через кучу приключений и даже нашла истинного. Правда, с последним не знаю, что делать. Не представляю, как откажусь от его запаха и просто его общества. И надо ли отказываться?

— Марина, а, Марин, — позвал меня Радагаст. — Хочешь? — он вытянул из банки вишенку.

— Испачкаемся, — проворчала я, но всё равно подалась к нему, открывая рот.

Кто же откажется от сладкого? Радагаст аккуратно положил сладкое мне на язык. И я с довольным урчанием распробовала лакомство.

— Я тоже хочу, — оживилась Елана.

— И я, — подала голос Евгенья.

И варенье быстро перекочевало в центр стола.

Ужин прошёл так же приятно. Мы с огромным удовольствием съели сделанные общими усилиями пельмени, а потом долго болтали, распивая чай с вареньем. Торт Игоря был снесён за минуты, не осталось даже крошки. А потом мы распределись по спальным местам, коих в доме было немного. Игорь с Евгеньей легли на печке, Никита с Еланой в спальне, а я с драконом на соединённых скамьях на кухне, поверх которых положили мягкую перину.

— Радагаст, это твоя рука на моём бедре? — прошипела я.

— Нет, она на твоей красивой попе, — рассмеялся он.

— Ой, давайте без подробностей, — взмолился Игорь. — Мне завидно.

— Руки не распускай, — прорычала Евгенья.

— Да! — я ткнула палец в рёбра Радагаста, но добилась только того, что меня стиснули до скрипа косточек.

— Хватит орать, мы пытаемся спать! — донёсся голос Никиты.

— Друзья — это прекрасно, — изрёк Радагаст, но руку не убрал.

***

— Так ты доделываешь артефакт? — рассмеялась я, входя в лабораторию.

Евгенья стояла у окна, подперев ладонью подбородок и чуть ли не прилипнув носом к стеклу.

— Он затвердевает, — не оборачиваясь, буркнула она.

— Что там? — мне стало любопытно, и я тоже приблизилась к окну.

И сразу всё стало ясным. Игорь колол драва, без рубашки. Теперь его не назвать в меру откормленным.

— Вот чем ты занимаешься, — я со смехом подтолкнула девушку ладонью в плечо.

— Эх, там твой пришёл, — грустно вздохнула она, отворачиваясь.

Само собой я тут же заняла её место. Радагаст в одних брюках важно поднял топор, замахиваясь для удара. Мышцы заиграли под золотистой кожей. Полено не выдержало и разлетелось на две половинки, а сердце в моей груди дрогнуло. На губах расплылась глуповатая улыбка.

— Слушай, мы же уже позавтракали, разве нам нужны ещё дрова? — заставить работать желе в своей голове удалось ценой титанических усилий.

— Нет, — хихикнула Евгенья. — Но я всё равно попросила.

— Ли-иса-а, — уважительно протянула я, вновь волнительно вздрогнув, когда топор опустился на очередное полено.

Надеюсь, их там ещё много…

— Надо будет тёте Зое сказать, чтобы дрова забрали, — хмыкнула я тоскливо, когда представление завершилось.

— Тогда иди сейчас. Артефакт готов, — пробормотала Евгенья.

— Да? — я резко к ней развернулась.

Девушка держала за кожаный шнурок медальон. На деревянной круглой основе поблёскивало перламутровое покрытие, в глубине которого застыла золотистая чешуйка Радагаста.

— Дракон должен проверить. Отдашь ему? — девушка взглянула на меня с прищуром. — Может, он не успел одеться.

Щёки вспыхнули румянцем, но я забрала у неё медальон и, буркнув слова благодарности, рванула на улицу. А в дверях чуть не снесла Радагаста.

— Ты уже оделся? — расстроенно проныла я, не подумав.

Дракон пребывал в замечательном расположении духа. Улыбался. Или он так рад меня видеть? С распущенных волос слетали капельки воды, впитываясь в ткань светлой рубашки, которую он застегнул лишь на несколько пуговиц. Похоже, после физических нагрузок дракон облился водой. И от этого к его запаху добавились нотки влаги и осенней свежести.

— То есть… — чертыхнулась я, опомнившись. — Хорошо, что ты оделся. Артефакт готов, нужно его проверить, — и протянула ему медальон.

— Это замечательная новость, Марина, — он аккуратно забрал его у меня, только продолжал смотреть в мои глаза. — Знаешь, что ещё замечательно?

— Что? — уточнила я, стараясь не пялиться в вырез его рубашки.

— Я почистил зубы, — выдал он, приблизив своё лицо к моему.

А пока я снова пыталась заставить мозги выполнять свои прямые функции, а точнее, откровенно тормозила, дракон меня поцеловал. И даже мысли не возникло воспротивиться. Наоборот, мне отказали ещё и ноги. Так что я повисла на шее Радагаста, с упоением отзываясь на поцелуй. Его аромат укутывал, путал и так бессвязный поток эмоций и снова будил во мне что-то новое, особенное, отчего сердце в груди замирало и было так тепло на душе.

— Вы принципиально перекрыли проход? — язвительно поинтересовался Игорь.

И только это заставило меня опомниться. Я прервала поцелуй, только отлипать от Радагаста не спешила. Потому что ноги всё ещё не работали.

— Нет в тебе чувства такта, — обвинил дракон.

Подхватив меня за талию, он отступил, пропуская в дом Горыныча.

— Евгенья сказала проверить артефакт, — я опустила голову, чтобы скрыть за пеленой волос пылающее лицо.

— Работает, — хмыкнул он.

— Да? — я пригляделась к артефакту в его ладони.

В перламутровой глубине загорелся золотистый огонёк и переместился к краю медальона, указывая направление.

— Значит, скоро мы найдём Драко. Драконы освободятся, — заключила я.

— Я тебя не отпущу, Марина, — усмехнулся он. — Не смогу.

— Что? — я подняла к его лицу удивлённый взгляд.

— Я отправлюсь с тобой. Хочу познакомиться с твоими родителями.

— Зачем?! — я нервно икнула от мысли, что приведу рогатого длинноволосого парня к папе.

— Сообщу о своих намерениях. Я хочу за тобой ухаживать, — произнёс он, будто это очевиднейшая вещь на свете. — Хочу стать твоим парнем.

— Не представляю, как покажу тебя родителям. И как встречаться между мирами? — я в растерянности мотнула головой.

— Сначала ты ко мне в гости, потом я к тебе. А потом мы поженимся, и ты станешь королевой Драко, — он широко улыбнулся, вновь становясь привычным мне Радагастом.

Он серьёзно? И как с ходу ответить?

— Я подумаю, — притворно надув губы, я скрестила руки на груди.

— Хорошо, думай, а я тебя пока ещё раз поцелую, — прежде чем я сумела ответить, он стиснул меня в объятиях и претворил угрозу в жизнь.

Или это были уговоры?

***

Артефакт был готов, и мы принялись за сборы. Пока Евгенья совершала последние приготовления перед тем, как покинуть дом, мы с Еланой сбегали к Зое, чтобы предложить забрать дрова. А то парни расстарались, на половину зимы хватит. Женщина в благодарность отправила нам с собой немного пирожков. Так что обратно мы с принцессой возвращались довольными.

— Ну покаж, чего ты? — донёсся голос одного из волков из-за забора, когда мы приблизились к дому. — Чего ты?

— Любопытно ж, — подтвердил второй волчара.

— Ладно, — прорычал Игорь.

Я как раз миновала калитку. Стая собралась вокруг Горыныча, на что-то его подбивая. А он набрал полные лёгкие воздуха и дунул. Огнём! Языки пламени разнеслись в стороны. Я закричала от ужаса, и лишь прикрылась руками, чтобы защититься. Вокруг меня поднялся золотистый барьер, но жар всё равно охватил с головы до ног. Запахло палёным. И почему-то голове стало подозрительно легко.

— А! Марина, у тебя волосы горят! — завопила Елана.

— У меня волосы горят?! — я принялась тушить то, что осталось от моей шевелюры.

— Я труп! — провыл раненым зверем Горыныч, и рванул спасаться за спиной только вышедшей из дома Евгеньи.

Дракон весь сжался, в попытке уместиться за хрупкой фигуркой девушки. Выглядело смешно, но мне было не до смеха.

— Труп, — подтвердила я, проведя ладонью по шее в демонстрации своих намерений.

В итоге пришлось задержаться. Елана хоть многое и упустила в плане образования, но зато умела наводить красоту. Так что прошла внезапная смена имиджа. Теперь волосы были пострижены в короткое каре.

— Тебе очень идёт, Марина, — Игорь продемонстрировал мне оттопыренный большой палец, когда я вышла на улицу. Правда, так и продолжал прятаться за спиной Евгеньи. — Ты же меня не убьёшь?

— Сейчас нет, — я вскинула подбородок, демонстративно не глядя на него. — Дождусь, когда ты забудешься и потеряешь бдительность.

— Ты такая красивая, Марина, — шепнул Радагаст, припав губами к моей шее. — Теперь можно делать так….

По коже побежали мурашки, внизу живота запорхали поселившиеся там с недавних пор бабочки. И я как-то позабыла о злости на Игоря.

— Полетели? — спросила сипло, коснувшись пылающих щёк.

— Полетели, — кивнул он.

Мы попрощались с волками и взмыли в небо. Артефакт велел следовать в сторону леса, что мы и делали. Деревня быстро осталась позади, внизу показалась знакомая нам река. Никто не ожидал беды.

— Что… — Радагаст вдруг на полном ходу налетел на барьер.

Прозрачный, потому мы не видели его при приближении. Тот натянулся, словно плёнка, приостанавливая полёт, оплёл тело дракона, осел на моих перьях. И лопнул, так и оставшись липкой паутиной на наших телах.

— Мы падаем! — прокричал Радагаст.

— Терпим крушение! Так эпичнее! — выдал Горыныч, пытаясь спалить плёнку огненным дыханием.

Мир завертелся перед глазами, пока земля стремительно приближалась, предвещая наш скорый конец. Но умирать не хотелось совершенно.

— Кто-нибудь, спасите! — взвыла я испуганной птицей.

— Марина, держись!

Радагаст извернулся, как-то умудрился стиснуть в лапах меня и Елану, а сам развернулся спиной, намеренный принять на себя весь удар. Стало особенно страшно. Мой дракон мог погибнуть. И отзываясь на моё отчаянное желание его спасти, перья на хвосте ярко засияли. Плёнка вдруг просто исчезла. За секунду до того, как Радагаст на полном ходу влетел в кроны деревьев. Он вновь развернулся, взмахнул крыльями, приостанавливая наше падение, каким-то чудом сумел избежать столкновения со стволом дерева. Но завертелся и чешуйчатым волчком влетел в знакомую нам реку. Вода мгновенно намочила крылья, попала в рот и глаза. Я забарахталась, совершенно не зная, как плавать в птичьем облике. И потому обратилась. Теперь намокло и платье. Радагаст хлопком под попу вытолкнул меня на поверхность. Наконец удалось вздохнуть. Рядом вынырнула Елана, громко откашливаясь.

— Я не умею плавать, — пискнула она, и снова попыталась уйти ко дну.

— Чёрт! — поймав девушку за руку, я притянула её к себе и обвила рукой шею, велев: — Расслабься!

— Хьюстон! — провыл Горыныч, плюхнувшись в воду в десятке метров от нас.

Раздался громкий плеск, нас с Еланой замотало на поднятых им волнах.

— Игорь! Радагаст! — я испуганно заозиралась в поисках друзей.

Но раньше, чем меня с головой накрыло паникой, мой дракон вынырнул на поверхность.

— Я потерял медальон, — прокашлял он.

— Там Игорь упал!

— Медальон! — прокричал он, и снова нырнул.

— Нет! Дурак! — в бессилии я ударила ладонью по поверхности воды.

Но делать нечего, выругавшись под нос, я погребла к месту падения Игоря, таща Елану за собой. Внезапно что-то задело ногу. Стало мягко говоря не по себе. И следом нечто подхватило меня под попу, и нас с Еланой подняло над поверхностью воды. Сильнее испугаться я не успела. Это оказалась голова Радагаста.

— А как же медальон? — зло упрекнула я.

— Это вещь, а там друзья, — рыкнул он, со скоростью катера рассекая водную гладь.

На поверхности показался Никита, удерживая на плече промокшую лисицу. Радагаст быстро забросил их себе на голову. Следом вытянул за рог и Игоря. Горыныч был без сознания. Но мой дракон дотащил и нас, и его до берега. Я обессиленно рухнула на травяной ковёр. Рядом упали друзья.

— Игорь! — вскричала жалобно Евгенья, обратив отчаянный взгляд к драконам, и поползла к ним.

— Ему надо сделать искусственное дыхание, — прокашляла её.

Казалось, лёгкие полны воды. Дышалось с трудом.

— Чего? — уточнил Радагаст, в один мощный рывок вытягивая Горыныча на берег.

Бессознательный Игорь беспомощно раскинул руки в стороны.

— Вдуй ему воздух в рот своим ртом, — пояснила я. — Только его язык убери, чтобы не перекрывал дыхательные пути.

— И надо ещё воду из лёгких… выдавить. Вроде… — подсказал Никита, приподнявшись на коленях.

— Воздух? Рот в рот? — переспросил шокированный дракон.

— Да! — воскликнули мы с Никитой одновременно. — Быстрее!

— Игорь! — Евгенья вцепилась в огромную лапу Горыныча и заплакала.

— Рот в рот, — решительно оскалился Радагаст, приподнявшись над распростёртым телом Игоря.

Набрав полные лёгкие воздуха, золотой дракон наклонился к зелёному змею.

— Эй, ты чего?! — чертыхнулся Горыныч, широко распахнув глаза от ужаса.

Но Радагаст ничего не мыслил в медицине, а ещё был сказочно упрям и силён. Ну а мы слишком вредными, чтобы его остановить. Игорь придушенно вскрикнул, когда дракон припал к его пасти своей, и вдул в него мощную дозу воздуха. Горыныч забарахтался, забил хвостом по поверхности воды, но вырваться не выходило.

— Жаль, нет камеры, — посетовал Никита, обнимая дрожащую Елану за плечи.

— И не говори, — расхохоталась я.

— Ещё надо? — уточнил Радагаст, отрываясь от поверженного его поцелуем Горыныча.

— Да-да-да, — закивали мы с Никитой.

— Нет! — завопил Игорь, обратившись к человеческой ипостаси.

Он заметался в высокой траве, подполз к счастливо улыбающейся Евгенье и спрятался за её спину. Радагаст тоже обратился. Его мощная фигура сжалась до человеческой. Только в отличие от всех нас, он остался сухим.

— Так, меня, кажется, разыграли, — он задумчиво почесал лоб у рога, глядя на нас с укоризной.

— Почти. Искусственное дыхание надо проводить до того, как пациент очнётся, — пояснила я, продолжая смеяться.

— Ну, Маринка, — Игорь пригрозил мне кулаком.

— Это ты ещё легко отделался за то, что спалил мне волосы, — я показала ему язык. — Но что это было? Защита Драко?

— Нет, — Евгенья вдруг подскочила на ноги. — Точно не она, — отрицательно замотала она головой. — Надо срочно уходить.

Мы резко перестали смеяться, и тоже вскочили, настороженно оглядываясь. Вокруг клубился туман, путаясь белёсыми лоскутами в густой траве и скрывая непроницаемой пеленой кроны деревьев. Хотя, готова поспорить, только минуту назад его не было.

— Мне кажется, или туман живой? — тихо спросила Елана, вцепившись в руку Никиты.

А я думала, мне мерещится, но в сером мареве действительно будто мелькали фигуры, и сам он словно тянул к нам свои дымчатые щупальца.

— Это как раз защита Драко, — шепнула Евгенья. — Ни в коем случае нельзя разъединяться.

— Но если это защита, то плёнка-то в итоге откуда? — напомнила я о насущном.

Видимо в ответ на мой вопрос из леса показалось несколько десятков воинов с гербами Зимородного королевства на груди и щитах. Следом появились и знакомые нам персонажи. Король козёл и магистр баран.

— А где-е-е-е се-е-еть? — утончил недовольный правитель, посмотрев с возмущением на своего придворного мага.

Стало ясным, что мы чуть не разбились по их вине.

Баран присел на попу, растерянно разведя копытами в стороны.

— Уби-и-и-и-ть все-е-е-е-х кроме-е-е-е жа-а-а-р-пти-и-и-и-цы, — проблеял рогатый король.

— И никаких переговоров? — мгновенно рассердился Игорь.

— Уби-и-и-и-ть! — истерично вскричал козёл.

Радагаст молниеносно обратился и прыгнул вперёд, закрывая своей фигурой меня, Елану и Никиту.

— Кому шашлык из баранины? — Горыныч тоже за секунды превратился в скалящегося злого ящера, за мощной тушей которого скрылась фигурка Евгеньи.

— Не разъединяться! — вскричала девушка, и я попыталась поймать своего дракона за хвост.

Но не успела…

— Ты не слышал?! Не разъединяться! — зарычала я, когда Радагаст рванул в атаку.

Только туман становился всё гуще, я уже не видела вражеских воинов, как и их рогатых предводителей. Следом в густой дымке скрылась и фигура моего бедового истинного.

— Дурак! — я рванула было за ним, но Никита удержал меня за руку.

— Не разъединяться, — напомнил он, притянув меня ближе.

К другому боку он уже прижимал испуганную и мокрую после купания Елану. Волшебный туман окончательно укутал берег, что нельзя было различить ни реку, ни фигуры друзей. Лишь слышались крики, и временами мелькали вспышки пламени.

— Ай! — вскрикнула я от испуга, когда кто-то вцепился в мою вторую руку.

— Сказала же, не разъединяться, — пробурчала Евгенья.

— А Игорь где? — уточнила я, крепко стиснув её ладонь.

— Там… — она указала в сторону невидимого боя.

— Пошли к ним, — вздохнула я.

И мы короткими шажками двинулись на испуганные крики солдат. Но вроде шли вперед, а вдруг чуть не споткнулись, оказавшись по щиколотки в воде.

— Река? Почему же так? — испуганно всхлипнула Елана.

— Туман волшебный, — пояснила лисица.

— А давайте тогда идти вперёд, но идти назад, — предложил Никита. — То есть топать к реке, а думать, что идём к бою. Вот, как-то так, — и глупо усмехнулся.

— Других идей всё равно нет, — покачала я головой. — Тем более просто идти мы уже пробовали.

Так мы и поступили. И действительно каким-то невероятным образом вышли из воды, но бой всё равно отдалялся. А потом его звуки и вовсе стихли.

— Не помогает. Тогда стоим на месте и ждём, — решила Евгенья.

Наша промокшая и начинающая дрожать компания замерла среди тумана. Установилась пугающая тишина. Я пребывала на грани истерики. Радагаст, мой несносный дракон пропал. Вдруг его снова ранили или, ещё хуже, убили! Или вдруг туман не даст нам больше никогда встретиться. И я его больше не увижу? Не загляну в лукавые глаза, не услышу его шуток, не настучу по слишком умной голове, не почувствую его запаха и объятий? Тут мне в колени что-то врезалось. Да так мощно, что если бы не поддержка Никиты, я бы упала. Обернувшись, мы лишились дара речи. Перед нами, испуганно прижимаясь к траве, замерли козёл и баран.

— Спас-и-и-и-те-е-е-е, — жалобно проблеял правитель.

Оказалось, его голову венчает маленькая корона на ремешке. А магистр предстал в тёмном плаще. В иной ситуации я бы умилилась, а тут хотелось только отправить их пинком под задницы в полёт. Это из-за них мы чуть не разбились, а теперь и потеряли своих.

— Папа? — Елана широко распахнула глаза в замешательстве.

И только её слова остановили меня от рукоприкладства. Думаю, и Никиту тоже.

— Чую вкусняшку, — раздался весёлый голос… Игоря.

Евгенья взвизгнула, когда он подлетел к ней, поднял на руки и громко вдохнул аромат её волос.

— Нашёл! — счастливо объявил он.

— Наконец-то, — улыбнулась она и припадая к его губам в поцелуе.

Но момент идиллии продлился недолго, следом Горыныч получил по голове тяжёлой ладонью лисички.

— Я же сказала, не разъединяться! Ты заставил меня волноваться! — обвинила она яростно.

Да только Горыныча ничем нельзя было смутить. Он отыскал свою истинную, и был счастлив. А мы радовались, что он нашёлся.

— Вот, ты уже влюблена, — широко улыбнулся он, и девушка начала стремительно краснеть.

— Марина! Марина! — настала моя очередь подлетать в воздух на руках дракона.

Радагаст подбросил меня, поймал и закружил, угрожая снести моими ногами наших друзей.

— Дурак ты, мы думали, вы нас не найдёте в тумане, — я сердито насупилась, размышляя, вдать ему клювом или обойтись человеческими конечностями.

— Как же я мог не найти свою истинную? Я просто закрыл глаза и пошёл на твой запах, — он потёрся носом о мою щеку, и как-то резко расхотелось его бить.

— Раз мы все вместе, вытаскивай артефакт, — напомнила о нашей главной проблеме Евгенья.

— Я его потерял, когда мы упали в реку, — Радагаст моментально поник. Спасение его родины вновь откладывалось. — И сумка тоже утонула.

— Что теперь делать? — Никита озадаченно растрепал влажные после водных процедур волосы.

— Лететь обратно в деревню, — пришла я к очевидному выводу. Нам нужны вещи и новый артефакт. — Иначе мы задубеем. Только лететь лучше на одном драконе. В небе тоже туман.

Так мы и поступили. Никита и Игорь остались в человеческом виде, а мы все обратились, после чело устроились на широкой спине Радагаста.

— А с этими что делать? — поинтересовался он, указав на прыгающих у его огромных ног козла и барана.

— Взять с собой, — рассмеялся Игорь. — Вдруг мы тут застряли и захочется есть.

Бедные король и магистр припали к траве, испуганно задрожав. Но бежать в туман не рискнули.

— Не бросайте их, — попросила Елана. — Он всё же мой отец.

— И мой учитель, — вставила веское слово Евгенья.

В итоге дракон взял наших несостоявшихся врагов в лапы и взлетел. Но в небе нас ждала засада. Туман не рассеивался. Радагаст летел больше часа, только ничего не менялось. И в итоге ему пришлось сесть, ведь мы окончательно замёрзли на ветру.

— И что теперь? — простучал зубами Игорь.

Он крепко обнимал лисицу в своих руках. Та дрожала, тихо поскуливая.

— Сначала надо отогреться, — я уже не чувствовала лап от холода.

Влажные перья облепили тело ледяным коконом и давили тяжестью. И пусть Радагаст обдул нас горячим дыханием, но мы уже промёрзли до костей.

— Только нельзя разъединяться, — промурчала Евгенья, прижимаясь к ногам Игоря.

— Тогда берёмся за руки и вместе ищем дрова, — решил Радагаст.

Так мы и поступили. Обратились в людей и дрожащим хороводом двинулись вперёд, подбирая с земли сухие ветки. Судя по всему, мы находились в чаще, потому что постоянно приходилось обходить деревья, кусты, перебираться через препятствия в виде муравейников, поваленных стволов и пней. Когда набралось достаточно хвороста, мы сложили из него костёр. Радагаст его поджёг. Хоть с этим не возникло проблем. Огонь будто чуть развеял туман вокруг нас, позволяя немного осмотреться. Правда, пейзаж не радовал. Кусты, да деревья в белёсой дымке. Но сейчас нас больше волновала необходимость согреться. Одежда была развешана на ветках, а мы сами сели вокруг костра. Никита в одних трусах, как и Игорь. А я, Елана и Евгенья предпочли обратиться к животной ипостаси. Так что вокруг огня собрались трое мужчин, дикая кошка, лиса, жар-птица, козёл и баран. Сказочная компания.

— Что будем делать дальше? — жалобно спросила Елана, быстро вылизывая влажную шерсть.

Я просушивала пёрышки клювом, временами отмахиваясь от поглаживаний Радагаста. Он то сухой и довольный.

— Главное, что мы все вместе, справимся, — уверенно заявил он. — Но мы всё же можем погибнуть, — шепнул уже мне, склонившись к моей макушке. — И ты будешь очень жалеть, что не согласилась сделать меня своим парнем.

— Нашёл о чём думать, — закатила я глаза. — Хорошо, я буду с тобой встречаться. Если выберемся…

— Да! — Радагаст схватил меня на руки, прижал к груди, припав губами к моему клюву.

— Перья все помял, — проворчала я смешливо. — Дальше сам приглаживай.

— И ещё ты очень будешь жалеть, что не призналась в своих чувствах, — хитро отметил он.

— Да как можно в этом признаться? Признаться, что влюбилась в парня с рогами и рыжими волосами, который в свободное время превращается в огромного ехидного ящера? — смущённо рассмеялась я. — Ну уж нет, догадывайся сам.

— Я тоже тебя люблю, Марина, — улыбнулся он счастливо. — Моя птичка, — и закопался лицом в моих перьях.

Эх, попала ты, Марина. Влюбилась в самого невозможного парня во всех мирах. Но зато с ним никогда не замёрзнешь.

Глава 11

/Марина/

— Ты должен знать, у меня очень строгий отец, — проговорила я, со вздохом положив голову на плечо Радагаст, и блаженно прикрыла глаза.

Мы, конечно, в тумане и неизвестности, но с ним так хорошо…

— Я ему понравлюсь, — уверенно закивал дракон.

— Он очень строгий. Полковник. Ты не представляешь, как с ним сложно.

— Справимся, — в голосе Радагаста слышалась улыбка. — То есть ты уже не против нас познакомить?

— А зачем тогда я рассказываю о папе, по твоему мнению? — фыркнула я, дёрнув клювом рубашку на его плече.

— Вредная ты, — он потянул перо на моём хвосте.

— Ай! — я распахнула глаза от возмущения. — Опять лапы тянешь к моей попе?

— Она же красивая, — рассмеялся он.

Лицо его сияло, и я не сразу поняла, что это вышло солнце.

— Туман рассеялся! — воскликнул Никита, подскакивая на ноги.

— Интересно, почему? — Евгенья пребывала в более скептическом расположении духа.

— Потому что мироздание нас обожает, — заключил Игорь, хлопнув её по пушистой попе, стило ей приподняться на лапах. — Долой пессимизм.

— Эй! — она рассерженно гавкнула.

— Что делаем дальше? — Никита решил вернуть разговор к важной теме. — Летим в деревню?

— Поднимемся в воздух, и там решим, — Радагаст задумчиво смотрел на безоблачное небо.

— Сушим одежду и летим, — Евгенья засеменила к кустам, где были развешаны наши вещи.

— А почему ты молчала о том, что можешь её высушить? — хмуро уточнила я.

— Чтобы Елана полюбовалась Никитой, — хихикнула она.

Кошка смущённо опустила мордочку, и богатырь потрепал её по макушке в знак поддержки.

— Ага, Елана Никитой, — фыркнула я. — А Игорь, кстати, когда намок?

— Когда я об него сушила шёрстку, — лисичка важно махнула хвостом. — Не мешайте, я колдую.

Вот же хитрюшка…

Евгенья с помощью бытовых чар высушила одежду, в которую мы тут же облачились. Правда, лететь предстояло в животных ипостасях.

— Так куда? — прорычал Горыныч, когда мы вновь поднялись в воздух.

Радагаст задумчиво глядел вдаль. Туман действительно исчез, лес, как и пересекающая его река просматривались на километры вокруг.

— Туда, — выдохнул Радагаст и понёсся вперёд.

— Я, конечно, не сильна в ориентировании, но деревня в другой стороне, — сообщила, свесившись с рога своего дракона.

— Мы летим не в деревню, — только и ответил он, быстро работая крыльями.

— Ладно, — хмыкнула я.

Переживала, конечно, но поймала себя на мысли, что доверяю Радагасту. Если решил, значит, летим дальше. А артефакт… кто вообще сказал, что он обязателен?

Полёт продолжался, драконы неслись на огромных скоростях. Приходилось крепко держаться лапами и прижиматься к основанию рога Радагаста, чтобы не быть снесённой встречными потоками ветра.

— Смотрите! — вдруг прокричал Горыныч.

Я прищурилась, вглядываясь вдаль. К нам навстречу летели три крылатые фигуры.

— Птицы? — предположила я. Хотя нет, они далеко, потому кажутся небольшими, а вблизи… — Драконы?!

— Драконы! — радостно подтвердил Радагаст, ещё ускоряясь.

А в небе появлялось всё больше крылатых фигур. Линия леса прервалась, сменившись возделываемым полем на границе с городом. И над ним парили драконы. Десятки, сотни крылатых ящеров кружили в воздушном танце. Они праздновали снятие проклятия. А когда мы приблизились, они сразу рванули к нам. Солнце отражалось от разноцветной чешуи. Воздух наполнялся рёвом ликования. И он не стихал, пока Радагаст и Игорь шли на снижение. Драконы следовали за нами, плавно опускаясь к площади в центре города. А там они один за другим обращались к человеческой форме. Я тоже слетела с рогов Радагаста и обратилась. Настроение драконов передавалось и мне. На губах сама собой расплывалась улыбка.

— Получилось, Марина! — Радагаст подхватил меня за талию и подкинул в воздух.

Я взвизгнула от неожиданности и со смехом влетела в его объятия. Мы обнялись и как-то незаметно забылись поцелуем. Правда ненадолго, всё же нас окружала толпа незнакомцев. Драконы хлопали, выкрикивали слова благодарности. К нашей компании вышли мужчина и женщина лет сорока на вид. Если Радагаст в своём возрасте ещё выглядел обычным парнем, то к нам шли настоящие долгожители. Как и мой дракон они щеголяли необычным цветом волос, ярко-синим в серебряными прядями и перламутровыми рогами на голове.

— Мы старейшины города. Рейкан и Синта, — заговорил мужчина, уважительно поклонившись нам. — Вы сняли проклятие. Все жители города, все драконы благодарны вам.

— Мы следили за вашим путешествием и ждали, — Синта присела в изящном поклоне. — Наши надежды оправдались.

— Следили? — ошеломлённо переспросил Радагаст.

— Мы видели всё вашими глазами, — пояснил Рейкан.

— Нашими или только моими? — подозрительно осведомился мой дракон.

— Показывали не всё, — женщина прикрыла рот ладонью, чтобы скрыть смешок.

— Реалити-шоу. В режиме реального времени, как ты спишь, гуляешь, ходишь в туалет… — расхохотался Игорь, а Радагаст заметно побледнел.

— Не всё, — замотала головой Синта, и тоже рассмеялась.

— Мы видели, как вы сближаетесь, помогаете друг другу, — примирительно улыбнулся мужчина. — Жар-птица, человек, оборотни и воздушный змей искали способ снять проклятие с нас, с драконов. Не хватит всей нашей долгой жизни, чтобы отблагодарить вас.

— Мы же от чистого сердца, — отмахнулся Игорь. — Но от еды бы не отказались, — и заговорщицки подмигнул.

— И портал, — Радагаст, наконец, вновь обрёл дар речи. — Вы сможете создать портал до Золотого Рога? Я давно не видел родителей.

— Конечно, — Рейкан вновь склонил голову. — Будьте нашими гостями. Портал подготовят.

— Спасибо, — Радагаст крепко обнял меня за плечи. — Хочу скорее представить родным свою истинную.

— Чего? — я подняла к нему полные ужаса глаза.

До меня только сейчас дошло, что снятие проклятия означало и скорое посещение родного города моего… драконистого парня, и, следовательно, знакомство с его родителями. А учитывая, какие у него долгоиграющие планы, с моими будущими свекровью и свёкром. Как-то мне нехорошо…

— А давай в другой раз? — попросила жалобным голосом. — Когда… у меня волосы отрастут. Вот…

— Ты у меня самая лучшая, — склонив своё лицо к моему, он чмокнул меня в кончик носа. — Они тебя полюбят.

— Можно мне расчёску? — взмолилась, посмотрев на Синту.

Женщина тепло улыбнулась и кивнула.

В Илерике, так назывался город, нас приняли как самых дорогих гостей. Накормили вкусностями, выделили комнаты, где мы смогли отдохнуть и привести себя в порядок. А Синта устроила для меня целый салон красоты на выезде. Потому вечером к порталу шла уже не покоцанная приключениями попаданка, а привлекательная спасительница драконов в золотом платье. Как сказала Синта, это цвет королевского рода. Моего дракона тоже причесали. Он облачился в золотой костюм-мантию. Волосы собрали в сложную косу, отведя их от начищенных до блеска рогов. Да и наших друзей привели в порядок.

В арку портала входили настоящие красавцы. Пристыженные козёл с бараном плелись следом. А по ту сторону нас уже ждали. Перед аркой стояли мужчина и женщина. Он золотоволосый воин в доспехе, а она оказалась невероятной красавицей. Тонкой, изящной с бирюзовыми волосами и большими синими глазами. За их спинами бдели суровые стражники. И мы снова оказались в окружении ликующей толпы.

— Радагаст, сын мой, — Годогост, король Драко, раскинул руки, направившись к нам.

Беатрис, его жена и королева страны драконов, скромно проследовала за ним. Меня потряхивало от волнения. Всё же они не только правители, но и родители Радагаста. Отец с сыном крепко обнялись. Следом король обратил взгляд ко мне.

— Здравствуйте, — пролепетала я.

Наверное, нужно изобразить реверанс? Как его делать? Надо было не глаза красить, а учить реверанс! Божечки, не могу пошевелиться от ужаса…

— Марина, — Годогост почтительно склонил голову. — Дочка, — заключил с улыбкой, и я была стиснута в объятиях.

А стоило ему меня отпустить, как передо мной появилась Беатрис.

— Красавица-дочка, — улыбнулась она, коснувшись ладонью моей щеки, и тоже меня обняла.

Фух… Похоже, зря я переживала. Осталось познакомить Радагаста с моими родителями. Лишь бы отец не схватился за ружьё…

/Радагаст/

— Как ты, сын? — ладонь отца легла на моё плечо, отрывая меня от созерцания с балкона видов Золотого Рога.

Когда только остался последним драконом в мире, я мечтал об этом моменте. Представлял, как вернусь героем с истинной на плече. Реальность отличалась от фантазий, её приземляли долгие годы поисков и тяжесть осознаний. Никакой я не герой, обычный дракон, один из многих. Но именно на мои плечи легла ответственность за снятие заклинания. Только годы в чешуе постепенно отдалили прошлые стремления, притушили память. Я больше не искал истинную, поселился там, где не появляются люди, а живут крылатые ящеры. И когда увидел живую девушку, просто схватил её, чтобы рассмотреть. В груди впервые за долгие годы зажглась надежда. Но девушка оказалась избранницей Лесного Царя. Её доброта подарила мне цепь. И та привела Марину. Вот, кто настоящая героиня. Её вырвало из обычной жизни, приковало к чудовищу, вряд ли она считала меня кем-то иным, и поставило перед фактом выбора судьбы. Но она не растерялась, собралась, приноровилась к новым реалиям. Марина ведь была права, снятие проклятие не её долг и обязанность, но она изменила своё мнение. А главное, она заставила меня пересмотреть собственную жизнь и прошлые выводы. Драконы не выше остальных жителей мира, мы не особенные. Особенным каждого делают поступки и его жизненный выбор.

— Соскучился, — признался я, оборачиваясь к отцу.

Возвращение домой проходило громко. Город гулял, нас благодарили за снятие проклятия. Но стоило нам войти во дворец, как появился Лесной Царь. И увёл отца на разговор. Мама утащила мою Марину. А я решил пройтись, подумать. Как ни смешно, когда началось это приключение, я ни разу не представлял, что будет в конце, когда мы достигнем Драко и снимем проклятие. Праздник проходил мимо меня, я просто был рад вернуться домой, увидеть родных. Жизнь принца страны драконов возвращалась, но теперь она точно будет протекать иначе. У меня появилась истинная из другого мира.

— И мы соскучились, — отец похлопал меня по второму плечу.

— Вы добились успеха, — на балкон вышел Лесной Царь.

Тёмные волосы собраны в хвост, на суровом лице играла приветливая улыбка. Он был одет в чёрный костюм необычного кроя, чёрный, с белой рубашкой под ним.

— Благодаря вашей цепи, — прочистив горло, я чуть склонил голову, но мужчина лишь отмахнулся.

— Избранница из другого мира… это сложно. Знаю не по наслышке, — усмехнулся он, посмотрев на меня с прищуром. — Думаю, мой подарок придётся кстати.

Он вытащил из внутреннего кармана пиджака металлический медальон с прозрачным камнем в основании и протянул его мне.

— Подарок? — ему удалось меня удивить.

— Да, вы прошли сложный путь. Я рад, что проклятие снято, — он вложил в мою ладонь медальон. — Артефакт перемещения. Его запатентовали недавно. А Яга и Кощей доработали. Теперь вы можете переместиться в мир Марины и обратно в любой момент.

— Невероятный подарок, — на мгновение я задохнулся от восторга.

— Пожалуйста, — по-доброму рассмеялся он.

— Надо срочно показать Марине! — я рванул было к балкону, но остановился, вспомнив о вопросе, на который не мог найти ответ. — Лесной Царь, мы же ничего не сделали, но проклятие развеялось.

— Ты изменил мнение о мире, — улыбнулся он. — И Марина признала тебя истинным.

— Понятно, — пробормотал я.

— Иди к ней, — подбодрил меня Лесной Царь.

— Иду, — быстро попрощавшись, я понёсся на поиски истинной.

Точнее, выпрыгнул с балкона, ведь помнил, что мама хотела показать ей сад. Сделав несколько крюков в воздухе, я их увидел. Они сидели на скамейке возле фонтана в центре зелёного лабиринта.

— О чём секретничаете? — весело поинтересовался я, обращаясь к человеческой ипостаси.

— Да так, о своём, о девичьем, — хихикнула Марина.

Сегодня она была особенно прекрасна в пышном золотом платье и с уложенными волнами короткими волосами, и в то же время мне был привычнее её простой облик, лёгкая растрёпанность, простое одеяние, отсутствие косметики. Хотя, мне нравилась она любая. Это же моя Марина.

— А у меня сюрприз. Смотри, что нам подарил Лесной Царь, — я продемонстрировал её медальон.

— И что это? — в карих глазах зажглось любопытство.

— Артефакт перемещения. Теперь мы сможем легко попасть в твой мир и вернуться в мой.

— Вау! — она смешно приоткрыла рот от удивления.

Хотела взять и артефакт, но я поспешил спрятать его за спину.

— Уж не собралась ли ты сбежать?

— Сбежишь от тебя, — закатила она глаза. — И я ещё не попробовала торт.

— Я оставлю вас, дети.

Мама поцеловала меня в лоб, потрепала Марину по щеке и неспешно двинулась по выложенной камнем дорожке в сторону дворца.

— Так о чём вы разговаривали? — уточнил я.

— Все драконы же видели наше путешествие. Беатрис рассказала мне об истинности. И уговаривала долго тебя не мурыжить с согласием на брак.

— И ты конечно же согласилась? — обрадовался я.

— Вот ещё, — ехидно рассмеялась она. — То, что легко достаётся…

— Вредная. Думай дальше, но тебя всё равно поселили в мои покои.

— Что? С чего… — начала было возмущаться она, а я стиснул её в объятиях и поцеловал смеющиеся губы.

Душу наполняла радость. Я дома, вернул родителей, родину и обрёл свою вторую половинку.

Позже мы возвратились на праздник. Он проходил с размахом, мы общались с друзьями, вкусно ели, принимали благодарности и поздравления. Просто отдыхали душой после путешествия. Правда, день вымотал множеством событий, и ближе к полуночи мы покинули пир.

— Я думала, ты шутишь, — пробурчала Марина, когда я ввёл её в гостиную своих покоев.

— Разве можно шутить о первой настоящей совместной ночи с любимой? — я подхватил Марину на руки.

Она вскрикнула от неожиданности.

— Совместной… ночи… с любимой? — уточнила, приложив ладони к пылающим щекам.

— Конечно! — я стремительно преодолел гостиную и влетел в спальню.

За время моего отсутствия здесь, само собой, ничего не изменилось. То же оформление в серебряных и синих тонах, минимум декоративных элементов и мягкие ковры под ногами.

— Я люблю тебя, ты любишь меня, — заключил я, положив её на кровать. — Пора переходить к следующему этапу любви.

— Это к какому? — сощурила она глаза, но я был так рад наконец привести истинную в свой дом, что не испугался.

— К плотскому, — сообщил уверенно. — Ты не волнуйся, я всё покажу.

— Тоже на манекенах тренировался? — язвительно уточнила она.

— В книгах читал, — с самой честной миной на лице кивнул я, и с трудом подавил смех.

Не поверила. Но прошлое не имело значения, было только настоящее и наше общее будущее. Она лежала передо мной, красивая, яркая, только моя. Разве можно мечтать о большем или желать что-то другое?

— Не бойся, — склонившись к ней, я потянулся к её губам своими.

Но не дотянулся, она приложила к ним ладошки.

— Радагаст, — улыбнулась она нежно, но в глубине карих глаз притаилась хитринка, — я девушка приличная, не сплю с парнями даже после сотого свидания.

— Фто? — пробормотал я, ведь она всё ещё прижимала ладони к моим губам.

— Только после свадьбы, — закивала она головой, придав лицу серьёзность. — И если мой папа тебя не пристрелит.

— Это же людские традиции… — ошалело выпалил я, чуть отстраняясь. — Драконы не ждут свадьбу, когда находят истинную.

— А я человек… Кхм, бывший человек. Так что…. — она приподнялась и с напускным сочувствием похлопала меня по плечу. — Я постелю тебе на… софе, — и указала в угол комнаты, где расположился названый предмет мебели.

— Какая же ты вредная, — в неверии выдохнул я.

— Уж какая есть, — ехидно фыркнула она.

— Ладно, — медленно произнёс я, вновь возвращая на своё лицо улыбку. — Я ждал тебя всю жизнь, могу ещё подождать. Но спать я буду с тобой. У меня нет софы, — заявил, направив в угол комнаты огненный шар.

— Дурак! — Марина взвизгнула, когда софа взорвалась.

— Твой дурак, — подтвердил я и, пользуясь её замешательством, поцеловал самые желанные во всех мирах губы.

Надо бы взять на вооружение этот отвлекающий приём.

/Марина/

— Ты, главное, не пугайся ружья, — я пригладила ворот пиджака Радагаста, назидательно глядя в его улыбающиеся глаза. — Оно не заряжено.

Утро прошло в быстрых сборах и приятном завтраке с друзьями и королевскими родителями. А теперь настала пора переместиться в мой мир. Я специально перерыла гардероб Радагаста в поисках более приземлённой одежды. Так что он был одет в белую рубашку на обычных пуговицах, синий пиджак со стойкой-воротником из блестящей ткани в лёгкий абстрактный узор и брюки в тон. Далеко до земного образа, но папа всё равно будет смотреть только на рога…

— Ружьё? — переспросил он, и пока я обдумывала ответ, нагнулся и поцеловал меня в кончик носа.

От этого мыслительная деятельность в моей голове окончательно застопорилась. Он меня теперь постоянно целует, касается, обнимает. Мне непривычно, ведь мы стали парой. Тем более единственные настоящие отношения у меня были с Никитой, а он не склонен к таким нежностям. Радагаст как-то незаметно отвоевал место в моём сердце и постепенно становился частью моей жизни. Вчера я познакомилась с его родителями, посмотрела дом, даже провела ночь в его комнате. Снова с ним в одной кровати, в обнимку. Хотя он хотел большего, а я… наверное, просто испугалась. С другой стороны, куда спешить? Это для него в норме вещей истинность. А мне надо привыкнуть к мысли, что вот он мой мужчина на всю жизнь. А ещё донести её до моих родителей.

— Железная палка, которая стреляет огненным зарядом. Оружие. Охотничье, — пояснила я, возвращаясь к разговору. — Он будет тебя проверять, провоцировать и пугать, но ты не пугайся, он любит смелых. Нет, он на дух не переносит парней возле меня, но смелых любит.

— Ты слишком волнуешься, Марина. Я расскажу, что мы истинные, и он одобрит наш союз, — Радагаст пребывал в замечательном настроении, когда я была близка к панике.

— Папа не слышал про истинных. И он вообще реалист, — вздохнула я, теперь принявшись приглаживать его волосы, собранные в тугой хвост.

— Марина, — он перехватил мои ладони, крепко стиснул их, заглядывая в мои глаза. — Всё будет хорошо. Открывай портал.

— Хорошо, — обессиленно выдохнула я.

Перед смертью всё равно не надышишься. Положив ладонь на медальон, висящий на шее, я развернулась. Ладони Радагаста легли на мои плечи в знак поддержки. Но волшебство как раз не вызывало страха. Сегодня я уже открывала порталы. Игорь повёл Евгенью знакомиться с родителями. Никита тоже утащил на Землю свою избранницу. А вот короля козла и магистра барана взял на себя Лесной Царь. Снять моё заклятие не получалось из-за особенностей мира, вернуть облик им мог только поцелуй любви. Не знаю, любит ли кто этих тиранов, но за антигостеприимство они расплатились сполна, больше это не моё дело. А сейчас меня волновала только личная жизнь. Если папа не одобрит, я даже не знаю что делать. Радагаст… Он конечно своеобразный, своенравный, но заботливый, любящий, весёлый. Он мне нужен, не хочу от него отказываться. Да и не смогу. Надеюсь, нам удастся донести до моего отца эту истину.

Перед нами заискрилась электричеством арка, в белоснежной глубине которой появились очертания прихожей моей квартиры. Взявшись за руки, мы прошли вперёд. Носа коснулись знакомые ароматы. Пахло домом.

— Здесь я живу. Не дворец, конечно.

— Здесь замечательно, — заверил меня Радагаст.

Улыбался. Он сейчас постоянно улыбается. Наверное, потому что счастлив. Ну и немного дурачок. Мой дурачок.

— Мама, папа, Настёна, я дома! — позвала громко.

— Марина?!

Мама выбежала из кухни, замерла, прижав ладони к груди. В обычном цветастом халате, распущенными светлыми волосами. Домашняя, родная.

— Вернулась. Мы так переживали, — приблизившись, она крепко меня обняла.

И, кажется, только сейчас заметила Радагаста, точнее его рога. Карие с золотыми искрами глаза мамы расширились от удивления, но она быстро взяла себя в руки.

— Здравствуйте, — дракон включил режим соблазнителя. — Моё имя Радагаст. Рад, наконец, познакомиться с матерью моей избранницы.

Он деликатно поцеловал ладонь мамы.

— Ирина… Ирина Георгиевна, — чуть растерянно улыбнулась она, зардевшись от смущения.

Мама была очарована за секунды. Правильно, в неё он не кидался жабами…

— Избранница? — переспросила она, когда пришла в себя.

— Я парень Марины. Мы истинная пара, — радостно сообщил он.

Губы мамы сложились в удивлённое «о». И она не нашлась, что сказать. А тут в комнату выбежала моя сестрёнка, Настя. Светловолосая, как и мы с мамой, но с зелёными глазами отца.

— Маринка! — сестра повисла на моей шее.

— Юная жар-птица? — Радагаст не обделил драконьим очарованием и её.

— Такой красивый, Марина, — отметила она, подтолкнув меня в плечо.

Щёки Насти горели от смущения, ведь мой дракон поцеловал и её ручку.

— Позвольте ответить комплиментом на комплимент. Вы прекрасны, Настя. Но это и не удивительно, — Радагаст многозначительно посмотрел на мою маму.

И та вся раздулась от удовольствия.

— Ты умеешь быть обаятельным? — пробурчала я.

— Ты многого обо мне не знаешь, — подмигнул он.

— Марина! — раздался из кухни строгий голос отца, и ко мне вернулась нервозность. — Иди сюда!

— Ох, — выдохнула растерянно мама. — Ты заставила нас поволноваться.

— Идём, — Радагаст взял меня за руку и уверенно двинулся в сторону кухни.

Мы миновали гостиную и вошли в святая святых. Папа сидел за обеденным столом. В обычной чёрной футболке и трико, но армейская выправка читалась за километр. А строгий взгляд зелёных глаз примораживал к месту. Полковника Евгения Никифоровича уважали и боялись все, кто был с ним знаком. И только с мамой он проявлял нежность и покладистость. Но нам запрещалось об этом рассказывать.

— Привет, пап, — нервно улыбнувшись, я прошла к родителю и обвила руками его шею.

Соскучилась. Когда только попала в сказочный мир, я боялась больше не увидеть родных.

— Хорошо, что ты вернулась, — голос отца потеплел.

Он нежно потрепал меня по спине. И даже глаза его чуть увлажнились, когда я отстранилась.

— Мы очень волновались.

— Это моя вина, — напомнил о своём присутствии Радагаст. — Марину привела в мой мир волшебная цепь, потому что мы истинная пара.

— А ты кто? — глаза отца похолодели.

Он оценивающе оглядывал дракона, но тот не тушевался, смотрел уверенно и спокойно.

— Радагаст, принц страны Драко. И я парень Марины.

Ох, кажется, у меня инфаркт…

— Парень? — отец зло сузил глаза.

— Для меня это тоже необычно, но Марина объяснила, что так принято в вашем мире. В моём я бы сообщил о том, что намерен жениться на вашей дочери, — на лице дракона появилась лучезарная улыбка. — Я люблю её. Она моя истинная пара.

— Сразу жениться? — хмыкнул папа с улыбкой. — Молодой же. Неужели нагулялся?

— Марина моя истинная, мы вместе на всю жизнь, больше мне никто не нужен. Я был бы счастлив жениться сразу, ведь мы предназначены друг другу, но она желает сначала встречаться. Я не собираюсь её торопить.

— Хм, да, — кивнул отец, проведя ладонью по гладко выбритому подбородку. — Служил?

— Вы имеете в виду армейскую службу? Я десять лет состоял в отряде боевых магов Драко.

— И почему я этого не знала? — пробормотала про себя.

— Рога, конечно, у тебя… впечатляющие, — усмехнулся отец.

— Спасибо, это особенность нашей расы. И я знаю, что для вас они непривычны. Иллюзия их скроет, я смогу перемещаться по вашему миру, не привлекая лишнее внимание.

— Говоришь, принц? Значит, проблем с деньгами нет?

— Папа! — возмутилась я.

— Наследный принц, — подтвердил дракон. — Марина станет королевой, когда мои родители решат отойти от дел.

— Мою дочь трогал?

— Папа! — воскликнули мы уже одновременно с Настей.

— За руку держал, — растерялся Радагаст. — Или вы имеете в виду что-то другое?

— Марин, слышишь? — отец кивком указал на Радагаста.

— Что? — насторожилась я.

— Ты чего телишься? Сразу замуж выходи.

— Чего? — опешила я.

— Чего, — передразнил он меня. — Чего медлишь? Принц, при деньгах, на сторону ходить не будет, служил, настоящий мужик.

— Ты серьёзно или разыгрываешь? Он же рогатый, рыжий, с длинными волосами! — я развела руками, указывая на своего дракона.

— А кто без недостатков? — парировал отец. — Волосы и состричь можно.

— Папа… Ты что не хочешь схватиться за ружьё? — я взглянула на маму в поисках поддержки. Та озадаченно пожала плечами. — Не, ты точно меня разыгрываешь.

— Ружьё принесёшь потом, — папа махнул рукой, предлагая Радагасту присесть на соседний с ним стул. — Когда мы с… имя у тебя длинной. Радиком будешь. Когда мы с Радиком на охоту пойдём.

— Я бы хотел пригласить вас в Драко, — мой дракон снова широко улыбался. — Там замечательные охотничьи угодья. Вам обязательно понравится.

— Ирина, — отец поднял руку. — Накрывай на стол. И доставай мою сливовку. Наша дочь привела в дом нормального мужика.

— Вот, Марин, я же говорил, что всё будет хорошо, — шепнул мне Радагаст.

— Папа что пьяный? — спросила я у мамы, наблюдая, как мой строгий родитель по-отечески похлопывает дракона по плечу.

— Так он прав, что думать, когда такой жених? — она вдала мне короткий подзатыльник и отправилась выполнять просьбу отца.

— Дурочка ты, — хихикнула Настя, хлопнув меня по попе.

— Судя по всему, — пробормотала я, потирая ушибленные места.

Спустя месяц…

Свадьба обещала массу впечатлений. Не наша, нам ещё рано, это Лесной Царь уговорил свою Светлану выйти за него замуж. И поспешил устроить празднество. Только никак не мог добраться до алтаря из-за устроенных испытаний.

— Любимый цвет Светланы голубой, под цвет моих глаз, — немного раздражённо улыбнулся Драган, взглянув на невесту.

Выкуп земной избранницы Столпа проходил весело. И, судя по всему, Лесному Царю не нравилась задержка.

— Это правильный ответ! — объявила Наташа.

Естественно, вели эту сложную игру Яга и Кощей. А мы наблюдали, смеялись и помогали.

— А теперь последнее испытание, — широко улыбнулся Кощей.

Он взмахнул руками, и Светлана испарилась, чтобы появиться вновь в железной клетке, которую окружили монстры. Я сама от страха чуть не запрыгнула на руки Радагаста.

— Ты должен отбить свою красавицу, — сообщил Олег помрачневшему Лесному Царю.

— Кто придумывал конкурсы? — шёпотом поинтересовалась я у ухмыляющегося Игоря.

— Последний — Наташа.

— Ей жить надоело? — предположила я, наблюдая, как на ведущих опасно надвигается Лесной Царь.

— Они же Столпы, умеют эффектно убегать, — отмахнулся он.

А Драган хлопнул в ладони. Что-то грохнуло, взорвалось, окутывая дымом фигуры Столпов и окружающих их друзей. А когда дым рассеялся, мы обнаружили Наташу и Олега в клетке. А довольный Лесной Царь уносил Светлану к алтарю.

— Мы вообще-то тебе меч приготовили, — сложив рупором ладони прокричал ему в след Кощей.

— Я не могу сломать решётку и переместиться, — сообщила Наташа. — Ты же нас выпустишь, Драган?!

— Я подумаю, — не оборачиваясь бросил он. — Может, уже начнём церемонию?

Лесной Царь потребовал, и мы приступили к воплощению. Свадьба проходила уютно, пригласили только близких. Белоснежные шатры разместили в саду усадьбы Драгана. В воздухе парили магические огни, водную гладь пруда неспешно пересекали прекрасные лебеди. Новобрачные прошли к алтарю из лазурного камня, гости спешно заняли резные стулья, и церемония началась.

— Скоро и мы так, — Радагаст сразу взял меня за руку, стоило нам сесть.

Мы практически не расставались. Этот несносный дракон действительно стал частью моей жизни. Мы встречались каждый день, проводя свидания то на Земле, то в сказочном мире. Не знаю, как ему удалось этого добиться, но он тоже поступил в институт. Сказал, что хочет получить земную профессию. И даже приобрёл квартиру по соседству с моей. Все вздыхали, глядя вслед потрясающей красоты парню на крутой машине, а он видел только меня. Я тоже видела только его, но за периметром следила, чтобы к моему дракону не подкатывали всякие девицы. Жизнь одновременно изменилась и протекала как прежде. Я продолжала учёбу, наслаждалась студенческими буднями, но теперь рядом всегда находился мой истинный. Он наполнял счастьем каждый мой день.

— Опять торопишься? — пожурила я его, чуть смутившись.

Теперь даже не верю, что когда-то убегала от него, сверкая голыми пятками.

— Согласна! — счастливо воскликнула Светлана и повисла на шее Драгана.

— Объявляю нас мужем и женой, — произнёс он нежно и поцеловал девушку.

Богиня равновесия, миловидная женщина в белоснежном костюме, кружевных перчатках и кокетливой шляпе, лишь развела руками в стороны и одобрительно кивнула. Сказочной составляющей в моей жизни стало очень много. Теперь меня не удивляли боги, проводящие обряд бракосочетания.

— Ура!

— Горько! — громче всех объявил Игорь и засвистел.

Я тоже подскочила со стула, хлопая в ладони и поздравляя молодожёнов. И про себя вдруг представила нас с Радагастом у алтаря. А в этом что-то есть…

— Драган, выпусти нас уже! — пробилось сквозь аплодисменты требование Олега.

Интересно, он забыл про Столпов в клетке специально или случайно?

Начался пир. Гости перекочевали к накрытым столам. В том числе и Кощей с Ягой. Лесной Царь над ними смилостивился и выпустил.

— Такой конкурс придумала, а он не оценил, — посетовала Наташа, присаживаясь на место напротив меня. — Вот Радагаст бы оценил, да? — и подмигнула моему дракону.

— Безусловно, — подтвердил он. — Поэтому уже договорился, что конкурсы на нашу с Мариной свадьбу организовывает Елана.

Наташа приоткрыла рот от возмущения, Олег с Игорем расхохотались.

— Я могу поделиться, — миролюбиво предложила сидящая возле своего богатыря Елана.

Девушка расцвела, стала смелее. И тоже проходила обучение на Земле.

— А как же я? — Забава, племянница Драгана, плавно опустилась на стул возле Олега. — Я смогу подготовить выкуп невесты лучше всех.

Рядом плюхнулся её парень, Владислав. И сразу обнял свою царевну за плечи.

После нашего путешествия я по-новому узнала бывших одноклассников и просто знакомых, а заодно обрела новых друзей. Если на Земле всё осталось как прежде, не считая новых лиц в институте, то в сказочном мире проходили изменения. Столпы продвигали политику единства, нечисть обретала потерянные ранее права. Например, теперь она могла получать образование. Поступать в магическую академию я планировала, но позднее, а пока обучалась магии у нанятых для меня Радагастом учителей.

— Викторины мы берём на себя! Это по нашей части! — заявил Всеволод, племянник Драгана.

Схватив со стола тарелку со сладостями, он побежал к дяде. Кот Учёный засеменил за ним на задних лапах. Всё не привыкну к манулу в монокле, хотя именно он преподаёт мне теорию магии.

— Прошу минуту внимания, — Истер, держа за руку свою невесту, Лену, поднялся, чтобы произнести тост.

Как раз он и создал артефакт перемещения, который продолжал совершенствовать. Для этого я даже не пожалела перьев. И теперь у всей команды отчаянных попаданцев под рукой были медальоны для возвращения домой.

— Следующие мы, — шепнула Игорю Евгенья.

— Как скажешь, Жень, — Горыныч смотрел на свою лисичку влюблёнными глазами, а она на него.

Они оба теперь обучались у мага из Драко. Правда, Игорь ещё и не собирался отказываться от земной профессии. Но воздушные змеи долгожители, можно себе позволить. Долгожителями были и жар-птицы. Потому мои родители собирались вскоре переехать в Драко по предложению Радагаста. Мама хотела разделить свои годы с отцом. И это меня несказанно радовало. А вот Настька пока не определилась, да и не спешила, ведь только заканчивала школу. Но к ней уже выстраивалась очередь из женихов. Драконы вились вокруг неё стаями, надеясь уловить в ней истинную. Но пока никто не преуспел.

Прозвучало много слов поздравлений. Драган и Светлана лучились от счастья, а мы радовались за них. Следом начались танцы. И тут мой дракон сразу утащил меня из-за стола. Зажигали мы почти два часа, потому обратно я возвращалась уже босиком и повиснув на шее своего истинного.

— Вы с моим папой обмениваетесь мыслями? Что за знаки он показывает бровями? — усмехнулась я, заметив, как отец подмигивает с противоположной части стола.

— Спрашивает, приняла ли ты моё предложение.

— Божечки, докатились, ты читаешь его вопросы по бровям?!

— Нет, мы обмениваемся мыслями с помощью артефакта, — подмигнул мне Радагаст.

— Вы… ты… — я не знала, как его описать, а потом и забыла, потому что в мою щеку что-то врезалось.

Ахнув, я подалась назад, коснулась щеки, стирая что-то мягкое. Заварной крем?! Обернувшись, обнаружила дерущихся на ложках Наташу и Олега. Оба уже были измазаны кремом.

— Так, как там учитель говорил? — я сосредоточила взгляд на небольшом тортике в центре стола. — Обратиться к внутреннему источнику, расщепить…

Тортик исчез и появился над Олегом. А дальше сработала гравитация.

— Ната, — ошеломлённо прошипел он, стирая крем и бисквит с лица, — ну я тебя сейчас…

— Это не я, — пыталась она объяснить сквозь хохот, но не выходило.

— Ну, Ната, — Кощеев опасно поднялся над своей девушкой и просто потряс головой, устроив ей тем самым сладкий дождь.

— Начинай снимать, быстрее, — поторопил Владика Игорь.

— Ах ты… Сейчас я всё смою, — прищурила Яга глаза и щёлкнула пальцами.

Олега заключило в водяной шар. Правда, Наташа сразу же попала туда и сама. Следом всех в радиусе десяти метров окатило водой. Правильно, какая свадьба без драки? Только сказочная, здесь проходят магические бои.

Гуляли до поздней ночи, танцевали, смеялись, веселились. Молодожёны покинули гостей раньше, старшее поколение тоже предпочло завершить праздник. А мы продолжали гуляния.

— Ну же, скажи это, Марина? — проурчал Радагаст мне на ухо.

Я уже просто висела на его плечах, пока мы медленно качались под музыку под звёздным небом.

— Что именно? — протянула я, зазевавшись.

— Ты знаешь, что. Давай же, я хочу это услышать, — поторопил он меня.

— Разрешение не мыться? Обойдёшься.

— Марина… — протянул он, чуть прикусив меня за плечо.

— Ладно, — смех сорвался с губ. — Я люблю тебя.

Радагаст замер, отстранил меня, чтобы заглянуть в мои глаза.

— Игорь, ты записал?! — спросил он громко.

— Ага, — подтвердил Горыныч, убирая телефон в карман.

— Эй, так нечестно, — я приоткрыла рот в весёлом неверии.

— А теперь пошли, — Радагаст подхватил меня на руки, забросил на плечо и понёс к открывшейся перед нами арке портала.

— Куда? — я замотала ногами, но всё смеялась.

Какой же замечательный день. Рядом самые близкие, все опасности позади. И главное, со мной находится он, самый невозможный и одновременно замечательный мужчина во всех мирах. Мой дракон. Мой Радагаст.

— Ты сказала, только после свадьбы, не помнишь? — задорно уточнил он, без зазрения совести кладя ладонь на мою попу.

— Я имела в виду нашу свадьбу!

— Ты не уточняла, — лукаво рассмеялся он, запрыгивая в портал.

Конец книги. Дорогие друзья, спасибо, что были со мной на страницах этой книги :) Если она вам понравилась, прошу не поскупиться на лайк :) И приглашаю Вас в соавторскую новинку с Кристиной Корр https://litgorod.ru/books/view/13791. https://litgorod.ru/books/view/13791