Случайно загадала желание? Мысленно захотела избавиться от всех проблем? Это про Лею. Она сама не поняла, как очутилась в империи, да ещё и на отборе.
Теперь её проблема — дыхание ледяного дракона. Невеста должна быть скромной, покорной — вот что следует выучить.
Потому что демонстрация силы хозяев другого мира выглядела пугающей.
Но что же теперь делать? Отдаться чужому во всех смыслах мужчине? Без любви? Выйти замуж не по велению сердца? Забыть о родных? Ни за что!
ГЛАВА ПЕРВАЯ
Новый год у Лопатиных был праздником семейным. Отмечался в тесном кругу близких людей. Утро тридцать первого декабря началось с приятной праздничной суеты. Три женщины хозяйничали на кухне: резали салаты, готовили пюре и закуски, в духовке запекали куриные ножки. Николай Игоревич — мужская часть семейства — по-доброму ворчал, что его окружают одни лишь женщины: две прелестные лапочки-дочки и горячо любимая жена Марианна Ивановна.
— Ну, Майя, возлагаю на тебя большие надежды, — произнёс папа. — Лейка ветреная. А вы с Вадимом должны родить нам с матерью внука. Пацана!
— Мы постараемся, — Майя не удержалась и бросила довольный взгляд на кольцо с бриллиантом на том самом пальце.
— Лейка, — сказала мама, — сбегай по-быстрому в магазин. Вы с Майей вчера горошек забыли купить.
— Да вроде всё взяли, — растерянно ответила девушка. — Список у Майки в руках был.
— Раззява, — Майя стащила со стола мандарин. — Я же тебя просила захватить горошек, когда ты в конфеты пошла.
Так было всегда: ловким движением языка Майка топила Лейку в глазах родителей и заодно поддерживала имидж образцовой девочки.
— Уже иду. Замоталась, наверное.
Майя без зазрения совести кивнула — дозволительно, согласно — и отправила в рот сочную дольку. Мама и папа посмотрели осуждающе.
Хорошо, хоть опять не завели разговор про сессию в университете.
Им бесполезно доказывать, что Лея не закрыла всего один предмет.
Преподаватель истории ушёл, не заполнив журнала. Он ставил всем студентам оценки в собственной тетради. А в конце декабря явился на занятия с запахом перегара.
Слухи о нетрезвом учителе разнеслись так быстро, что его спешно уволили. А весь поток первокурсников временно остался без оценок по предмету.
Но разве мама и папа стали слушать объяснения?
Конечно, нет. Они сделали строгий выговор, через каждые пять предложений вспоминая разумницу Майю.
Лея вышла в прихожую, надела сапоги, бирюзовый пуховик, со злостью дёрнула замок куртки вверх. Молния на её глазах разошлась по швам.
— Майя, можно надеть твою шубу? Моя не застёгивается.
— Ты знаешь, сколько она стоит? — недовольно ответила сестра.
— Ну и не надо! — хлопнув дверью, Лейка стремительно вылетела из квартиры.
Про деньги вспомнила, только когда вышла из подъезда. К счастью, в кармане была кое-какая мелочь и возвращаться назад не пришлось. По дороге в магазин у Лейки разболелся зуб.
Боль казалась адски невыносимой. Лопатина даже не сразу вспомнила, что ей нужно купить, бродя по разным отделам. Левая рука словно приросла к щеке. Ещё и какая-то боевая бабушка пристала в очереди.
— Женщина, я раньше вас подошла к кассе! — нервно и зло вскрикнула она.
— Хорошо, хорошо, — согласилась с ней Лея.
— А вы не ёрничайте! — не унималась старушка.
— Не ёрничаю я.
— И не пререкайтесь тут со мной!
— Я не...
— Женщина, вы опять начинаете? — перебила боевая бабушка.
— Какая я вам женщина? Мне восемнадцать лет.
Лея с удовольствием промолчала бы. Однако резкая зубная боль сделала её раздражительнее.
— Послушайте, женщина, чего вы хотите? — эмоционально спросила скандальная посетительница супермаркета.
«Избавиться от всех проблем! — тут же подумала Лея. — Да, я очень сильно этого желаю!»
Старушка развернулась спиной, будто не она затеяла перебранку. Лея почувствовала слабость и головокружение. А через несколько мгновений лишилась чувств.
Лея проснулась в высшей степени странной комнате. Очень просторной и белой как снег. Другого цвета тут просто не было. Вокруг стояли низкие кушетки. На них возлежали незнакомые девушки в одинаковых полупрозрачных платьях. Голову каждой увенчивала диадема.
Лейка подумала, что это дурной сон. Девицы вскакивали с места одна за другой. Они причитали что-то на незнакомых языках. Тихо вошедшая в помещение женщина почему-то казалась знакомой.
Только выглядела старушка по-другому: длинные светлые волосы. Причёска «коса ободок». Просторное синее платье.
Она заговорила, не шевеля губами. Её голос ручейком журчал в голове.
Голос приветствовал на землях неведомой империи драконов. В другом, новом доме. Призывал испить из чаши маковое молочко, чтобы ничто не тревожило.
Даму звали Марготта. Она хлопнула в ладони. У каждой из девушек в сжатых руках появились чаши.
— Пейте, — вслух произнесла Марготта.
«Странно, мы поняли её, — удивилась Лея. — А до этого здесь было как при вавилонском столпотворении...»
Под давлением чужой воли она поднесла кубок к губам. Хотя очень сильно хотела выплеснуть жидкость молочного цвета себе под ноги. Приоткрыла рот и выпила всё до дна. А потом провалилась в яркие и красочные сновидения.
Белая комната, непонятное молочко и волшебные, обучающие всему, сны пролетели как один миг. Марготта позже поведала, что прошёл месяц. Девушки, казалось, забыли прежнюю жизнь, словно раньше ничего не было. Забыла себя и Лея. Как наивный ребёнок радовалась, когда её называли невестой и говорили об отборе.
Воспоминания накатили внезапно. Лея гуляла по саду с другими девушками. Кружилась, танцевала, пела и нюхала ароматные цветы. Она уже не старалась понимать, чем же там её поили. Главное, от этого хорошо. Как вдруг её взгляд упал на лопату, воткнутую в землю.
—
—
—
—
—
—
—
—
—
—
—
Лея смотрела, не отрываясь, на воткнутую в землю лопату, и тихо ненавидела себя. За то, что забыла родных, их имена: Майя, Марианна Ивановна, Николай Игоревич. За то, что вела себя как глупая безвольная кукла и радовалась!
Все как по команде пошли в одну сторону. Будто кукловод дёрнул за нить. Незримую нитку, которой они, разные и непохожие девушки, были связаны. Только сейчас она заметила странность: их никто не вёл за собой, не давал словесных указаний.
А ведь похищенных женщин было много. На первый взгляд, не меньше сотни. Молодых, пленительных красоток.
Стало страшно. Что за мощь такая, повелевающая большой толпой?
— Лея, смотри, какие чудесные цветы! — воскликнула хрупкая и нежная блондинка, шумно вдохнув.
С Амали она дружила с первого дня. Тоже скакала козочкой по Белому поместью и прилегающему саду. К чувству острой вины примешался жгучий стыд.
Всё это время Лея разгуливала в развратных нарядах! Белые полупрозрачные платья сменяли друг друга, становясь откровеннее. То, что было надето сегодня, смахивало на ночную сорочку.
Лея огляделась по сторонам. Почувствовала, что её щёки вспыхнули. Всем невестам, как в армии, выдали однообразную «форму»: просвечивающие платья и диадемы.
Хорошо, что тут везде были лишь женщины. Пожилые, что странно.
Что это за страна такая? Где молодёжь, мужчины?
— Идём, Лея, ты отстаёшь, — улыбающаяся Амали потянула за руку.
Смеркалось. Девицы вышли за ворота, спускаясь по тропе к озеру. Горы окружали его со всех сторон.
Лея была готова поклясться, что раньше они купались в полдень.
Так что же изменилось в этот раз?
Резким движением Лея сорвала диадему и выкинула в кусты. Встала напротив одной из бабушек, одетых в просторные синие одежды, скрывающие тело. Посмотрела в упор, с нескрываемой ненавистью.
— Никуда я не пойду! Что здесь происходит? — возмущённо спросила Лея. — Верните меня назад! Туда, откуда взяли!
Старушка лишь покровительственно улыбнулась в ответ.
Проговорила какие-то слова на языке этого мира — не на том, современном, которому учили невест, а на гораздо более древнем и труднопроизносимом — с выражением, интонациями, которыми, должно быть, читают заклинания все волшебники в фантастических фильмах. Происходящее всё меньше казалось нормальным: ноги и руки Леи перестали её слушаться! Она покорно прикрыла рот и пошла за остальными.
Лея вспомнила, что отбором управляют драконихи, жрицы местной богини — Ледяной матери. Могущественные чародейки.
Как же сильно она хотела сказать им всё, что думает!
Но собственное тело не подчинялось мысленным командам.
«Ножки, милые мои, не идите туда!» — уговаривала Лея, чувствуя, что сходит с ума. С ней поравнялась Марготта.
— Я всегда недолюбливала невест из твоего мира, — тихо сказала верховная жрица Ледяной матери. — Землянки строптивы, глупы и грубы. Будешь послушной — станешь женой достойного мужа. Создашь проблемы — отправишься в постель к какому-нибудь мерзавцу. Подумай над моими словами, пока ты купаешься.
Но сказать ничего не смогла. Из плотно сомкнутых губ не вырвалось ни звука.
Одна за другой девушки покорно входили в воду. Дух захватывало от красоты этого места. Величественные сине-белые вершины гор, зелено-коричневые у подножия. Кристально чистая вода, подогреваемая магическими камнями.
Намокшие сорочки, облепившие тела невест. Всё то, что должно быть скрытым до брачной ночи... Лея злилась: их выставили как товар на витрине!
А потом голубое небо как будто покрылось инеем. Словно стекло зимой.
Там, высоко-высоко, парили драконы. Кто-то летал стремительно, закладывая мёртвую петлю. Другие — неспешно, вглядываясь в воду. Они бесстыже рассматривали девушек: смиренных и безропотных.
— Драконы! — удивлённо вскрикнула Лея.
— Где? — Амали посмотрела вверх и по сторонам. — Никого же нет? А-а-а, ты про жриц? Ну да, они — драконихи. В Ледяной империи других рас нет. А вот в моём мире кого только не было... Ох, там людей презирали.
Лея больше не вслушивалась в то, что рассказывала Амали. Радостно плескавшаяся подруга, окатившая её столпом брызг. Она покорно купалась. Изнутри её выжигала ненависть! Как так можно?
Воры! Развратники! Решили поглазеть на девичьи прелести?!
Заодно и оценить невест, так сказать?
Драконы дышали. Из пастей вырывались облачка пара. Один из самцов намеренно покрасовался: пыхнул, создал в воздухе цветок. Искристый, белый, похожий то ли на снег, то ли на лёд. Отсюда не разобрать...
В какой-то момент Лея встала как вкопанная и смотрела только туда. На дыхание ледяного дракона. Ужас сковал её.
Драконов становилось больше. Они были по-своему красивы. Их белая, голубая, синяя, чёрная чешуя блестела в лучах заходящего солнца. Снежное облако окутало парящих ящеров.
Стало прохладно. Лея задрожала, обняв себя руками за плечи.
Девушки выходили на берег, по-прежнему не замечая круживших в небе самцов. Резвились друг с другом, ловили падавшие снежинки и смеялись как дети. Они были по-настоящему красивы: наивные и счастливые, свежие и юные. Как красивейшие цветы сада при Белом поместье. И мокрые...
Лея почувствовала, что её не сковывает чужая воля. Пулей рванула на берег, выхватила полотенце из рук жрицы, спешно закуталась.
— Как вам не стыдно!
— Ты предпочитаешь, чтобы тебя раздевали донага силой? — вкрадчиво спросила жрица, подавшая полотенце. Лея не знала её имени. — Сорвали платье, грубо ощупали всё? Особенно зубы? Я была в твоём мире несколько раз, там внимательно изучают зубы, прежде чем купить человека.
— Это давно в прошлом. Диком и забытом прошлом.
— Ты сама веришь в то, что сказала, Лея? Я купила трёх рабынь в твоём мире на прошлом отборе, и все они мне до сих пор несказанно благодарны, — жрица отошла в сторону, надменным видом давая понять, разговор окончен.
Холодало. Снежинки кружили хоровод.
— Ещё! — просила Амали, довольно прыгая на месте. — Госпожа Марготта, создайте ещё снежного ветра?!
Лейке было страшно поднимать взор в небо, где гигантские чудища рисовали причудливые узоры. Белокурые волосы Амали растрепались. Её голубые глаза светились восторгом. Госпожа кивала и покровительственно улыбалась наивной невесте. Девочке во влажной сорочке, прилипшей к телу.
ГЛАВА ВТОРАЯ
До комнаты Лея вновь шла как безвольная кукла: под чарами жриц. Их заперли снаружи. Амали напряглась. Её личико больше не выглядело беззаботным.
— Зачем вы это сделали? — озадаченно спросила подруга, постучав по двери.
Ответа не было. Казалось, Амали расплачется. Совсем как обиженный ребёнок.
— Это из-за меня, — покаялась Лея. — Я вспомнила прошлое, родных, спорила с ними. Требовать вернуть меня.
— Зачем? — повторила вопрос Амали.
Только на этот раз её волновала уже не запертая комната.
— Разве у тебя не осталось ни одного дорогого и близкого человека? — изумлённо воскликнула Лея. — Никто не ждёт тебя, не станет плакать из-за того, что ты пропала?
— Нет, — грустно прошептала Амали. Отбежала к окну и отвернулась.
— Как ты можешь так относиться к происходящему? — Лея стучала по двери, надеясь её выбить.
— У отца и матери девять вечно голодных ртов. Жили бедно. Есть было почти нечего. Единственную дочь они продали в бордель. Можешь представить себе, как мне было мерзко?! Пусть я и пробыла там всего половину дня. А потом появилась красивая женщина. Аннетта, так её звали, и... Это было похоже на волшебную сказку! Да, на какое-то время я всё забыла, но потом, когда вспомнила, только радовалась. Ледяные драконы — наши защитники и спасители. Так думаю не только я. Послушай, что говорят другие девушки.
— Всем хорошо, кроме меня, — обессиленная Лея медленно скатилась на пол.
— Не знаю, — Амали пожала плечами. — Мне хорошо, и этого достаточно.
— И ты не боишься своих защитничков? Знаешь, при какой температуре человек умирает от холода?
— Не знаю и знать не хочу! — гневно вскрикнула Амали, отходя от окна. — В моём мире не было ни драконов, ни твоих тепма... Неважно! Госпожа Аннетта говорит, что магия отбора переносит только тех, кому плохо. Кто искренне страдает. Сильно, сильно мучается. Они никогда не выбирают счастливых, тех, у кого всё отлично. Ты здесь, значит, жизнь там была никчёмной. Радуйся, что всё закончилось! — выкрикнула Амали и, нырнув в кровать под одеяло, отвернулась к стене.
— При температуре примерно минус пятьдесят градусов, — с ужасом вспомнила Лея.
Она не была уверена, что это точная цифра. Просто это всё время вертелось в голове и сильно пугало. Её мучил вопрос, превратится ли человек в ледяную статую, если на него дыхнёт такой монстр?
— Нет, нет, нет! — Лея стала бить по двери с утроенной силой. — У меня всё было хорошо! Мама, папа, Майя! Верните меня назад! — она горько заплакала. — Моя семья замечательная! Самая лучшая в мире! Просто в тот день я всё видела в чёрном свете. У всех бывают дни, когда страдаешь из-за пустяков. Разве можно
Она долго кричала. Молила о пощаде, просила вернуть её к семье. Или хотя бы дать возможность попрощаться. Сказать родным важные слова. Но никто ей не отвечал. Амали иногда подходила, говорила что-то утешительное. Под конец ночи в этой хрупкой на вид девочке откуда-то взялось много сил. Она против воли повела Лею на кровать. Уложила головой к себе на колени. Стала перебирать волосы и петь песню:
— Снова сон, пленительный и сладкий
Снится мне и радостью пьянит, —
Милый взор зовёт меня украдкой.
Ласковой улыбкою манит.
Знаю я — опять меня обманет
Этот сон при первом блеске дня,
Но пока печальный День настанет,
Улыбнись мне — обмани меня! [1]
Лея слушала песнь, спетую тоскливо и проникновенно, и успокаивалась. Амали пела снова и снова. У неё был волшебно нежный голос. Проваливаясь в сон, Лейка думала о том, что её подруга сама по себе как чудо. Ей не надо ни драконов, ни их враждебной магии, чтобы быть необыкновенной.
В лицо была выплеснута ледяная вода. Лея озиралась по сторонам. Испуганно искала статуи. Через пару мгновений поняла, что это был просто жуткий сон.
Лея находились внутри закрытой деревянной повозки с другими девушками. Тут не было окон, свет пробивался внутрь через оторванные кем-то доски. Убогая обстановка: две скамьи по бокам, низкие и грубо сколоченные.
Она бросилась к двери, изо всех сил толкнулась об неё, яростно крича что-то нечленораздельное. Со всех сторон раздался смех.
— А ты смелая, — одобрительно сказала мускулистая брюнетка.
Лея мысленно сравнила её с Зеной, женщиной-воином из сериала. Она выглядела как боец даже в скромном белом платье из плотной ткани. Во всяком случае, на Земле таких дев было очень и очень мало: высоких, спортивных, загорелых, сильных.
— Как тебя зовут? — спросила «Зена».
— Лея. Лопатина Лея Николаевна, — непонятно зачем уточнила девушка. Наверное, чтобы никогда не забывать о родных людях. — Для своих просто Лейка. — она вспомнила, что на драконьем языке лейку называют словом «ариллис». — В моём мире Лейка звучит также, как ариллис.
— А в моём мире ариллис это название красивого цветка, — сказала худощавая невеста со спутанными рыжими кудрями.
Лея невольно улыбнулась. Она сравнивала иногда в мыслях других невест с цветами, но только не себя. Ей казалось, что это нескромно. Как будто сама себя нахваливаешь.
— Я Зара, — сказала брюнетка. — Это Рута, — она указала пальцем на рыжую, а потом назвала имена остальных девушек. Всего их в повозке было десять.
— Кто-нибудь понимает, что происходит? — Лея с затаённой надеждой смотрела на Зару.
— Ты на отборе невест, — произнесла одна из девушек, которую Лея не запомнила.
— Этот мир поделён на две империи: Ледяную и Пламенную, — Зара печально вздохнула, наверное, вспомнив что-то личное.
Зато Лейка возликовала: её странная надежда оправдалась, сейчас она узнает что-то полезное.
— Жители: драконы и люди, — Зара видела любопытство в глазах Леи. Поделилась тем, что знает сама. — Ледяных всегда было мало. Их женщины отчего-то рождаются крайне редко. С каждым годом всё меньше. Никто не знает почему. Каждые десять лет они свозят со всех известных миров сотню — две человеческих девушек, способных родить от ледяного дракона. Постарайся им понравиться, цветочек.
— Что? — Лея сжала кулаки. От Зары подобного она почему-то не ожидала. — И ты тоже? Думаешь, ничего лучше быть не может?
— В Белом поместье было много восторженных дур, почитавших это за великую честь. Якобы их спасли от более страшной участи. Я не из таких. Меня сюда обманом привёл мой отец: наш город должны были разрушить враги до основания.
— Обманом? — удивилась Лея.
— Женщины моего мира вприпрыжку бегут за ледяными драконами. По своему желанию. Меня опоили любовным зельем. Видела бы ты выражение лица старейшины... — Зара усмехнулась.
Потом она рассказала забавную историю про то, как приставала к пожилому мужчине с поцелуями, крича: «Ми-и-илый!» Все хохотали до слёз. Так, что животы заболели. Повозка остановилась: перестало трясти. Повелевающим голосом кто-то приказал выйти.
— Я последняя, — шёпотом предупредила Зара, — это он.
Девчонки прыснули. Зажав рот ладонью от смеха, Лея пошла первой.
— Ну вот, — Старец в синем балахоне с капюшоном надел что-то на неё. Так быстро, что Лея ничего понять не успела.
Всмотревшись, Лейка увидела украшение редкой красоты. Браслет был серебристым, со сложными узорами, похожими на снежинки, и сапфирами.
— А ты говорила, десять самых проблемных невест. — Он смотрел на Марготту. — Хохочут, веселятся. Хорошие девочки.
Каждая выходившая получала по одному браслету на левую руку. Старец ловко надевал украшения, не слушая возражений.
«Наверное, артефакты, как диадемы, — подумала Лея. — Чтобы управлять нами».
Все, кроме Зары, уже были снаружи. Дул тёплый летний ветерок. Птицы чирикали на ветках деревьев. Трава зеленела, чёрные пчёлы летали с цветка на цветок. Из повозки показалась нога. Обнажённая, босая.
Видимо, Зара задрала подол длинного платья. Очередного одинакового белого наряда.
Платья, в которое Лею, по-видимому, переодели, пока она спала.
Нога скрылась, её заменила рука, подманивающая к себе.
— Ми-и-илый, это ты? — комичным голосом спросила Зара, изображая страсть.
На её руке защёлкнулся десятый браслет.
— Я, — ответил пожилой мужчина.
Послышался звук падения и громкий бесстыдный смех. Старейшина пыхтел от злости, стал пунцовым. Девицы расхохотались, услышав его ответ. Не удержалась от улыбки и Марготта.
— Вы давно одиноки, старейшина Берт, — заметила жрица. — Может, стоит присмотреться к кому-нибудь? В это десятилетие невест более чем достаточно.
— И сколько же? — со злостью спросила Лея.
— Около трёх сотен, — ответила Марготта, удостоив её лишь мимолётным взглядом.
— А женихов?
— Вдвое меньше.
Лея почувствовала, как цепенеет от ужаса. Перед её мысленным взором отчего-то вновь предстали ледяные статуи из сновидения.
— А что сделают с не угодившими? Их обратят в лёд?
— Богиня, — верховная жрица закатила глаза, — что за дикая фантазия? Уверяю, все вы станете жёнами. Просто некоторые из вас — младшими жёнами.
— Откуда мне знать, что вы не едите людей и не замораживаете их? — не унималась Лея.
— Всегда недолюбливала невест из твоего мира, — дракониха устало вздохнула.
— Зачем же вы тогда меня украли? — с яростью выкрикнула Лея. — Для чего?
— Для тех, кто любит непокорных, — Марготта бросила на Лею ещё один мимолётный взгляд. На лице жрицы словно было написано: «Ты действительно простых вещей не понимаешь?» Её голос был спокойным и холодным, как зимняя стужа. — В своём мире ты должна была видеть то,
— С тобой, милый, хоть на край света! — шутливо воскликнула Зара, выходя из повозки. — Хоть в бездну... Кстати, насчёт бездны, — она повесилась ему на шею, как влюблённая, а потом начала душить. — Ты же понимаешь, что страдаешь сейчас за то самое зелье?
— Помогите... — просипел Берт.
— Сам виноват,
— Встань прямо и замри, — с трудом произнёс старейшина Берт.
Его словесный приказ немедленно выполнили все десять девушек.
— Уф, так значительно лучше, — старец вздохнул от облегчения. — Улыбаемся, радуемся жизни, идём за мной к аркам.
— Каким аркам? — спросила Лея.
— Идём молча, — немного подумав, добавил Берт.
Зара смотрела на него так, будто сильно сожалела, что душила старейшину не по-настоящему. Возница — молодой мужчина с чёрными вертикальными зрачками, странными глазами без белка, похожими на расплавленное золото — развернул лошадь и поехал назад. Судя по небрежному отношению, повозками тут пользовались редко. Лея подумала, что он вполне может быть огнедышащим драконом в человеческом обличии. Глаза ледяных были холодными: всех оттенков голубого и синего.
Лея и остальные встретили послушных, так сказать, невест. Как выяснилось, никто их не перевозил. Подавая пример кротости и послушания, они сами шли за драконихами. Пели песни, срывали цветы и плели венки. Растения драконов ничем не походили на земные. Лея не увидела ни луговых васильков, ни жёлтых соцветий ромашек. Ничего привычного: яркие краски, большие лепестки. Свою подругу первых, наивно-счастливых, дней Лея не нашла в столь большой толпе.
Все девушки останавливались перед Марготтой и ещё одной драконихой. Невесты называли её «госпожа Алиана», и она была
— Кто эта красавица? — воскликнула Лея забывшись.
Её захватили два смешанных чувства: изумление и восхищение. Сапфировые глаза, длинные пшеничные волосы, лицо Алианы будто вырезал самый искусный скульптор.
Лея тоже была блондинкой, но крашеной, мелированной. За натуральные волосы
— Это Алиана, дочь Марготты, единственная ледяная дракониха брачного возраста, — ответила Зара.
— А ты знаешь много, — подметила Рута.
— Между нашими мирами налажена торговля. Они как-то навещали отца с визитом вежливости. Алиана и принц, её жених, — вспомнила Зара.
Невесты по очереди подходили к Алиане кланяясь. Она возносила ладонь над головами, немного думала о чём-то, а потом провозглашала: «чиста» либо же «была с мужчиной».
Невинных дев жрицы вели к правым аркам, прочих — к левым. Лейка смотрела на два одинаковых белых свода — кажется, порталы куда-то — и не понимала, зачем всё это. Немного подумав, задала вопрос Заре.
— Их селят в разные места. За нетронутых невест драконы должны побороться друг с другом в ритуальном поединке. Там мнение женщины никого не интересует.
— А тронутые? — тихо спросила Лея.
— Общаются, получают подарки от женихов, — пояснила Зара. — Если выбрали кого-то, преподносят ответный дар. Правда, чаще всего их просто покупают, уплачивая дань жрицам Ледяной матери.
— То есть если ты уже не девственница, то можешь смело выбирать судьбу сама? — зло спросила Лея. — А если невинна, изволь постоять в сторонке, пока мальчики сами разберутся? Все пуритане, Клара Цеткин и Роза Люксембург нервно курят в сторонке!
— Не ори, цветочек. Судьбу с простолюдином, — Зара потянула её за руку к аркам. — Принц, Лея. Только он перенесёт нас в иные, наши миры, если захочет того.
— Но ведь у него есть невеста?
— А у меня
— Как в поговорке, не стенка, подвинется? — Лея бросила изучающий взгляд на Алиану.
— Это не должно помешать, цветочек, — Зара похлопала Лейку по плечу.
Где-то поблизости крутился Берт. Старец приказал безропотно пройти через «ритуал отсева». Лея не желала падать на колени перед Алианой. Но не подчиниться прямому приказу старейшины не сумела. Склонилась, чувствуя ярость.
— Чиста, — сказала Алиана.
Мило, приветливо. Она производила впечатление доброжелательного челове... то есть драконихи. Ну просто божий одуванчик! Такую обижать стыдно.
Вместе с ней к правой арке пошли Зара и Рута. Семь других «проблемных невест», как выяснилось, успели познать мужчину.
Портал перенёс в заснеженную местность. В просторное, светлое здание, прогреваемое магическими камнями. «Обогреватели» были встроены в стены, отсвечивали красноватым. По ту сторону их встречали знакомые старушки с седыми распущенными волосами, в меховых и шерстяных одеждах — жрицы Ледяной матери. Они укутывали девушек в одеяла, подавали кубки с горячими напитками; Лейка принюхалась: пахло вином и фруктами. Она подошла к окну и ахнула: всюду белым-бело, бескрайние снежные, вьюжные просторы.
— Где мы? — донёсся голос Руты.
— В Ледяной империи, — отчеканила жрица. — А именно в Небесном замке.
_______________
[1] В эпизоде был использован стих авторства Ивана Бунина.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Сытая нега разливалась по телу. Полный еды желудок отяжелел. Праздничный пир был отменным. Лея таких вкусных блюд не ела... да никогда в жизни!
Вот что значит пища, взращённая в экологически чистом мире. Мясо, овощи, фрукты — всё волшебно.
Начались неспешные танцы и разговоры. Многие разбивались по группам. Девицы вовсю кокетничали: звонко хохотали, строили глазки драконам.
Лейка забилась в угол, стараясь не привлекать ничьего внимания.
Зары и Руты нигде не было видно: ходили где-то поблизости в поисках мужчины, который дружен с принцем. Ведь Его Высочество Дэрил уже давно был обручён с Алианой, и на отборе невест не появится ни разу.
Однако кое-кто её всё же нашёл довольно быстро: искрившаяся счастьем и радостью Амали. Она поздоровалась, представила спутника.
— Лея, вот ты где! Это Эрид. Эрид, это Лея, моя подруга. Я тебе рассказывала, помнишь?
Дракон с лазурными глазами был немного подозрительным. Вроде бы недавно оказывал знаки внимания Амали: хвалил пение, говорил красивые слова. Обтекаемые, ничего не значащие. А сам словно искал кого-то в толпе. Однако, приблизившись к Лее вплотную, как будто утратил интерес.
— Выйдем в сад? — предложил он, подхватывая спутницу под локоть, опаляя страстным взором. Лея расслабилась: почудилось.
— Пойдём с нами? Мне тебе так много всего нужно рассказать? — невинно попросила Амали.
Эрид поедал взором подругу, и Лейка окончательно расслабилась.
В сад вела извилистая лестница через балкон подле обеденного зала. Там прогуливались огненные драконы: женщины в красных просторных платьях, со зрачками, похожими на расплавленное золото. Вернее, не гуляли, а поддерживали чары погоды: вечное лето посреди края лютой зимы. Вскидывали руки, заряжая артефакты. Они двигались не спеша, плавно, грациозно. С их пальцев срывалась алая дымка, заползая внутрь уличных фонарей.
Амали вела спутника вниз по лестнице и не переставала тараторить: о дивных цветах Пламенного материка, о венках, которые они плели с другими девушками и ещё какой-то ерунде.
—...я так волновалась, совсем не умею наряжаться, — трескотня Амали мешала думать. — Скажите, Эрид, я вам нравлюсь? — она похлопала ресницами.
— Очень, — мужчина поднёс её ладонь к губам.
— А Лея? — «подруга» хитро улыбнулась.
Лопатина огляделась по сторонам: они зашли в тенистую часть сада. Тут росли высокие деревья и кусты белых цветов. А ещё не прогуливались парочки. Вообще никого.
Заместо ответа дракон создал колдовской цветок. На его ладони в хороводе кружились снежинки. Причудливо разлетались в стороны. Снова и снова складывались в образ, видневшийся там, в небе горного озера.
— Как красиво! — Амали захлопала. — Тебе нравится, Лея?
— Очень, — убитым голосом проговорила девушка. Развернулась и пошла прочь.
«Ты вернёшься ко мне. Очень-очень скоро», — раздался голос Эрида в голове.
«Я буду ждать», — не унимался дракон, вновь вторгаясь в мысли.
— Ни за что! — яростно крикнула Лея. — Ни за что! Ни за что! Ни за что!
— Что это с ней? — изумилась Амали.
Но Лейка решила, что это притворство.
Она вернулась, не помня ничего от злости.
— Лея, я тебя всюду ищу, — тоном заботливой матушки пропела госпожа верховная жрица.
И Лопатиной стало резко нехорошо. Амали, Эрид, все тревоги будто уплыли за далёкие-далёкие моря...
Потому что чернильные, сплошь чёрные глаза незнакомого дракона её сильно напугали. Лея почувствовала себя героиней фильма ужасов.
Мозг будто бегал по черепной коробке с красным флагом и вопил: «Опасность!»
К мужчине не хотелось подходить ближе, чем на километр. А ещё лучше
— Лея, милая, это господин Хорн Тааверзе.
— Для тебя просто Хорн, — верзила грубо схватил ладонь, больно стиснул пальцами и обслюнявил.
— Полегче! — Лея вскрикнула и скривилась от отвращения.
Глаза мужчины зло прищурились. Девушка вздрогнула от страха. Её словно обдуло холодным ветром.
— Вы можете идти, — как-то нехорошо протянул он.
И Марготта поспешно ушла.
Жадный, оценивающий взор прошёлся по фигуре Леи снизу вверх. Он явно был доволен увиденным. Бесцеремонно увлёк в круг танцующих, нагоняя леденящий душу ужас одним своим присутствием.
— А вы умеете произвести на девушку впечатление, — нежно пролепетала Лея, изображая одну из тех, кого всё устраивало. — Вы такой, такой... сильный, — с наигранным восторгом сказала она. Хорн очень тесно прижал её к себе. Его рука стиснула бедро. Лейка невольно охнула.
«Только не вздумай сказать всё, что думаешь», — мысленно наставляла себя Лопатина.
— О-о-очень сильный, — протянула она, подражая томному голосу Амали.
Рука мужчины вернулась на изгиб талии. Объятия стали куда более приличествующими. Чернильное пламя весьма необычных для ледяного дракона глаз словно потухло.
— Благодарю вас за танец, — сказал Хорн, отпуская её, когда чарующая мелодия стихла.
В их сторону шла Зара, пробираясь сквозь толпу. Она явно была не в духе: не стеснялась распихивать невест локтями. На все возмущения не особо вежливо отвечала: «Ну извини, блин!» Рута чуть отставала: наверное, не хотела показать, что они вместе. Лея заметила интерес Хорна, испуганно зажмурилась на несколько мгновений. Передохнувшие музыканты взялись за инструменты: заиграла дивная музыка. Так, должно быть, исполняли баллады где-то на подмостках в Средние века. Открыв глаза, Лейка увидела крайне озадаченную Зару.
— Вы ведь подруга Леи? Она рассказывала о вас, — Хорн поцеловал руку Зары, увлёк в круг танцующих.
— Я тебе это припомню, — злобно пообещала Зара, с силой отдавливая ногу Хорна.
— Ты понимаешь, что происходит? — шёпотом спросила подошедшая Рута.
— Я кое-что читала о мужской психологии, и, кажется, его идеал: сильная, строптивая, выносливая, — Лейка пожала плечами. — Ну, чтоб и коня на скаку остановила, и в полыхающий замок за ним следом вошла. Как успехи?
— Никак, — Рута устало вздохнула. — Зара никого не вспомнила. Не станешь же спрашивать у всех подряд: «А вы с принцем Дэрилом случайно не знакомы?» Нет, попробовать-то можно, а заодно и выдать наши планы.
«Хорн сильно увлечён ею», — сказала бы Майя, доморощенный эксперт по мужчинам. И Лея только согласилась бы в ответ.
Он недозволительно стискивал партнёршу. На все тумаки его опасные очи только возгорались сильнее. Зара, по-видимому, не понимала, что происходит: она брыкалась, пинала дракона, а тот только раззадоривался! Танец закончился, все пары разбрелись по залу и саду.
— Прохладительный напиток? Закуски? — галантно спросил господин Таа... Как его там?
— Твою голову на блюде, — съязвила воинственная девушка.
— Видишь,
— А в моём: вот ведь встряла так встряла, — нерадостно отозвалась Рута.
— А ты тоже воин? У тебя сильные руки, — Лопатина разглядывала её грубые ладони.
— Куда мне? Дочь фермера, — призналась рыжекудрая. — Не нравится мне всё это. Не успели приехать, как устроили танцульки, смотрины.
«Смотрины уже были», — Лея вспомнила происшествие на горном озере.
Но вслух не поведала об этом: по неясной причине драконов в небе тогда увидела только она одна. Она хотела разобраться самой в случившемся, и только потом делиться какими-либо выводами. Кто знает, может, в Ледяной империи это вообще ненормально? Не хотелось бы попасть в аналог местного дурдома... Всё в этом мире незнакомо, непонятно, пугает.
— Позволите? — подкравшийся со спины господин с васильковыми глазами ловко втянул Лею в новый танец.
— Зачем вы спрашиваете, если всё равно хватаете меня, как вещь? — вспылила Лейка. Она не смогла остановиться. Высказала всё, что думает. В ней взыграла обида. — Ах, простите, не отвечайте. У вас так принято! Завоеватели и воры!
— А вы девушка с характером, Лея, — задумчиво протянул дракон.
— Я вам не называла своё имя. Откуда вы знаете, как меня зовут?
— Случайно подслушал ваш разговор с подругой, — он хитро усмехнулся. Так, будто знает что-то, о чём не подозревает она. И эти мысли его радовали.
— Не припомню, чтобы Рута обращалась ко мне по имени.
— Вы просто запамятовали.
— Потрясающе. Вы обвиняете меня в скудоумии? — Лея взяла пример с Зары, отдавила ногу партнёра.
В ответ тот низко склонил её в танце. Девушка прогнулась в спине. Он практически коснулся её губ своими губами.
Сердце Леи забилось часто-часто. Она чувствовала то, как оно отбивает бешеный ритм. Растерялась, оробела от волнения.
— Вы забыли добавить, мерзкие наблюдатели, — прошептал дракон, не меняя позы. — Бесстыдно подглядывали за ни о чём не подозревающими девушками. Откровенно рассматривали их, пока те купались в озере. О, нет, мне не стыдно. И я не считаю, что должен был смущённо прикрыть глаза передними лапами. Или рисовать цветочки в небе, чтобы завоевать ваше... — он сделал паузу. — Ваше расположение, Лея.
— Я даже имени вашего не знаю! — Лопатина заметно вздохнула от облегчения, приняв вертикальное положение.
— Так узнайте, — коварно предложил мужчина, кружа её вокруг себя.
— Хорошо. Как вас зовут?
— Отвечу за поцелуй. — Лея перестала вертеться: сильные руки прижали её к крепкому, вкусно пахнущему, мужскому телу.
От него веяло морозной свежестью и нотами мужского парфюма. Дымом костра и горящим деревом. Вместе со старшей сестрой Лея перенюхала миллионы пробников, выбирая подарок Вадиму на день рождения. Она чётко выделила этот довольно приятный аромат. Домашний, уютный, терпкий. Жениху Майки они тогда единогласно выбрали похожие духи.
Дракон склонился к её губам, и Лея потянулась навстречу.
«Нет, нет, нет! — мысленно одёрнула себя Лопатина. — Это безрассудство!»
— Я не стану вас целовать, — Лейка спешно отвернула голову в сторону.
— Не сегодня, — дозволительно произнёс васильковый дракон. — Вас заждалась подруга. Подозреваю, она слегка не в духе. Запомните хорошенько, Лея, я не ценитель снежных цветов и прогулок под луной.
Кавалер исчез в толпе столь же быстро, как и появился, оставив после себя лишь загадки. Даже имени не назвал, шантажист!
И ещё — Лея ощутила странное «послевкусие»: волнение и трепет вместе со вполне обоснованным беспокойством.
Что уж скрывать, «Василёк», как его мысленно называла Лейка из-за цвета глаз, был мужчиной видным. Высоким, красивым, сдержанно одетым.
Среди драконов она видела немало разряженных «пафосно», как сказали бы на Земле. Яркие, кричащие цвета, обилие драгоценных украшений.
Он же не такой: высокие сапоги, штаны и камзол. Всё в сдержанных чёрном и серебристом цветах.
Посеребрённые пуговицы, искусная вышивка: россыпь снежинок и маленьких драконов в полёте по ткани. Лопатина не нашла на нём ни алмазных запонок, ни других «предметов роскоши и статуса», выражаясь словами Майи. Странно, но ей это понравилось.
Из всех женихов более скромным был разве что Хорн, весь облик которого кричал о грубоватом воине, закалённом в боях.
— Что ты творишь, цветочек? — Зара больно впилась в локоть Лейки, злобно сверкая глазами. — Разве я просила говорить направо и налево о том, что я... милая девушка?! Я какая угодно, но точно не милая, цветочек!
— Я не виновата! Он сам... — Лопатина сильно опешила. — Прости, конечно, но я не делала ничего такого.
— Ладно, — смягчилась Зара.
Их беседу прервали жрицы, объявившие о том, что смотрины невест окончены. Они попросили мужчин попрощаться с избранницами и покинуть замок.
Зал пустел, драконы один за другим уходили куда-то. Как выяснилось, на особую крышу, откуда всем девушкам их было прекрасно видно. Ледяные будто совсем не мёрзли под ветром, пронизывающим холодом. Их волосы и одежды припорошило снегом.
Лея не удержалась и вплотную подошла к окнам. Провела ладошкой по стеклу, покрытому изморозью. С лёгким сожалением стёрла резные бело-голубоватые узоры инея.
Мужчины смело прыгали вниз по одному, перекидывались в звериную ипостась. Их тела окутывало колдовское синее свечение, рождая в зале, переполненном восхищёнными девицами, слаженное аханье.
«Красивые и... пугающие», — думала Лея, глядя на очередного гостя, покидавшего неприступный Небесный замок.
Лазурный дракон, в котором она узнала Эрида, вновь нарисовал в небе снежный цветок. Лея стояла и думала о предупреждении незнакомца. Да, это было именно предупреждение. Несколько дерзкое, несколько ревнивое. Неужели столь уверенный в себе мужчина боится соперника, имевшего, вероятно, весьма скромный опыт общения с девушками?
Доброжелательность жриц исчезла как талый снег вместе с бирюзовым драконом, взмывшим в небо последним. Они командовали резким тоном, велели разбиться на небольшие группы.
— Жить будете по двое или трое. За госпожой провожающей следовать без выкрутасов. Вопросов не задавать. Всё расскажут позже. В покоях сразу же ложитесь спать. Завтра будет много дел с самого рассвета.
Невесты неодобрительно загудели. На жриц посыпались вопросы.
«Что? Почему нам ничего не объясняют?» — вопрошала толпа.
— Тихо, — повелительно сказала Марготта, выходя вперёд. — Тихо, молча идите по комнатам.
Браслеты всех девушек слегка покалывали несколько мгновений. Лея вздрогнула, почувствовала себя безвольной, обязанной выполнить приказ. Невесты тотчас послушались её. Все и сразу.
Зара и Рута тоже выглядели эдакими тряпичными куклами в руках играющей ими девочки. Лопатина не знала, откуда взяла силы схватить их за руки, и не отпускать до самой двери. Это далось с трудом. Она чувствовала себя выжатой, без сил рухнула на широкую кровать.
— Как ты, цветочек? — обеспокоенно спросила Зара. — Мне показалось, или тебе удалось немного сопротивляться их влиянию?
— Не знаю, чем объяснить, но, кажется, да, — тихо пробормотала Лея. — Просто так важно быть рядом с кем-то, кому доверяешь. Они страшные...
— Смотрите, тут приличные сорочки, — Рута извлекла одежду из шкафа. — Не то безобразие, в которое нас рядили раньше.
— И даже фасоны разные, — Зара хохотнула.
Лея вяло улыбнулась в ответ. У неё не нашлось сил встать, осмотреть обстановку, разглядывать тряпки. Да и неважно, во что завтра оденут невест.
Важно то, что делать дальше? Надо протестовать, бить окна. Однако в Белом поместье Лейка почему-то об этом даже не подумала. Здесь же лишиться преграды, отделявшей от стужи и пурги, равносильно самоубийству.
Они быстро замёрзнут...
Лея вспомнила, как болела бронхитом в детстве. Жар, безвольное состояние варёного овоща... Нельзя это допустить! Ведь жрицы и драконы могут делать с пленницами всё, что пожелают. Нет, нужно быть бодрой, чтобы в любой момент дать отпор, защитить себя как-нибудь.
«Ха! Защитить? — ехидничал внутренний голос. — Ты не можешь скрыть от них даже свои мысли, Лейка! Эрид как-то прокрался в твоё сознание и... Может, не только он один. Почему от незнакомца пахло дымом костра и горящим деревом? Помнишь, что Майка говорила о запахах? “Ароматы духов созданы для соблазнения”».
— Проклятые драконы! — вскрикнула Лея, ударяя кулаком по подушке. — Безжалостные куски льда!
— Не психуй, цветочек. Мы ведь делаем что-то для нашего спасения.
— А ты уверена, что принц нам поможет? — Рута и Зара переодевались.
Сорочку Леи кинули на кровать. Лопатина встала и спряталась за дверцей шкафа, чтобы переодеться.
— Посмотрите на неё, какая скромница наш цветочек.
— Что мы там не видели? — Рута поддержала Зару.
— Мне неудобно показываться перед кем-то обнажённой, — Лея быстро переоделась, заметно нервничая. — Я даже маму и сестру всегда выставляла из комнаты.
— Как же ты с мужем будешь жить? — Рута ходила из стороны в сторону, осматривалась.
Светло-голубая комната, огромная кровать с балдахином, застеленная белым. Один просторный шкаф, трюмо с зеркалом из тёмного дерева, один пуфик. Всевозможные баночки с косметическими средствами.
— Уже передумала? Не терпится оказаться в постели с драконом? — вспылила Лея.
Рута отворила дверь, зашла в смежную комнату.
— А ты колючка, а не цветочек. О, купальня. Тут всего по одному: полотенце, халат, лохань, ночной горшок, ну и так далее. — Рыжекудрая девушка прошла расстояние, отделявшее её от Лейки. Встала вплотную напротив. Её лицо было серьёзным и озадаченным. Но не обиженным. — Вот представь, Лея, ты вернулась домой. У тебя там всё хорошо. Ты встретила достойного мужа. Стала его женщиной. Как ты будешь отдаваться ему с таким сором в голове? Я это имела в виду вообще-то.
— Извини, — Лопатиной стало стыдно. — Я не должна была грубить. Просто мне во всех мерещатся враги. Прости меня, Рута.
— Забыли. Просто не забывай, что Зара и я тебе не враги, хорошо?
— Да. Ещё раз извини, — Лея почувствовала, что краснеет.
— Всё выяснили? — с хохотком спросила Зара.
Они кивнули.
— Дэрил — должник моих братьев, — похвастала воинственная девушка. — Алиана решила прогуляться без охраны, когда была в моём мире. Ну, в нашем городе. На неё напал саблезубый тигр. Катон и Кеннет спасли бесценную ледяную принцессу. Единственную самку их вида. Насколько я успела узнать Дэрила, для него слово чести священно. Знаете, я даже могу их понять. Они такие, такие... обделённые женской лаской. Ледяные драконы на грани вымирания. Что бы сделали правители вашего мира на их месте?
— Ой, обделённые, — опять возмутилась Лея. — В этом мире есть люди. Ты упоминала об этом в повозке, помнишь? Почему бы этим наглым самцам не выбирать себе жён среди них?
— Ты действительно не понимаешь, почему они каждые десять лет воруют иномирянок, цветочек? — Зара сдула отросшую чёлку. — Далеко не каждая сумеет родить от ледяного дракона. Любая подобная девушка — бесценная. Любое такое сокровище оказывается здесь, в империи.
— Давайте спать, голова раскалывается от вас, — Рута нырнула под одеяло, — мало нам жриц, так ещё и вы надумали ссориться.
— Прости, ты права, — робко произнесла Лея.
— Да, Рута говорит дело, — поддержала Зара. Она тоже запрыгнула в кровать.
Лейка легла спать последней. Подметила, места так много, что они втроём вообще не мешают друг другу. Невольно возникали мысли, чем противные драконы занимаются в столь обширных кроватях. Вспоминалась Майка, которая расписала бы это действо в красках, забавно и задорно. Вместе они хохотали бы до упада.
Зара и Рута задремали. А Лея всё ворочалась на одном месте.
За окном светила полная луна чужого негостеприимного мира. Сердце билось часто-часто от сильного волнения.
«Завтра будет много дел», — сказали в зале пожилые мымры.
И это пугало так же сильно, как всё тут. В треклятой империи драконов.
Лея вспомнила лазурного дракона. Вся её ярость будто устремилась к нему. Мужчина вызывал отвращение. И его снежные цветочки — тоже. Разве можно променять семью на него? Да когда она впервые увидела крылатых монстров и то, как они дыхнули, у неё чуть сердце в пятки не ушло! Он полагал, это романтично? Когда такая махина пыхнуть возле тебя, крошечного человека, хочет, обделаться от страха можно.
«Мама, папа, Майя. Увижу ли я вас когда-нибудь?» — думала она, проваливаясь в сон без сновидений.
ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ
На рассвете невест разбудили жрицы, прохаживаясь по коридорам, противно бренча колокольчиками. Всех девушек привели через порталы в огромную купальню, не дав завтрака. Рута выглядела недовольной, от Зары исходила неприкрытая ярость. Лейка всё время зевала, засыпала на ходу.
Старые мымры буквально надраивали каждую, магически приказав стоять смирно. До красноты тёрли жёсткими мочалками, по нескольку раз мыли волосы шампунем с запахом луговых трав, втирали масло незнакомого растения.
Там, куда были нанесены желтоватые капли, девичьи тела соблазнительно мерцали в лучах восходящего солнца. Однако масла быстро впитывались, и только что увлажнённые плечи, руки, бёдра уже не поблёскивали. Нежная кожа после процедур пахла то ли абрикосами, то ли персиками. Чем-то фруктовым, это точно.
Девицы в основном выглядели радостными, взбодрившимися. Они щебетали как беззаботные птички, обсуждали драконов. Лейка подметила, что каждый успел присмотреть себе двух или трёх в основном. Хорн, например, только одну-единственную. К счастью для Леи!
Вчера, на смотринах, мало кто из девушек скучал в уголке. Все общались, танцевали, гуляли по саду. Девы небольшими группами окружали бахвалившихся мужчин.
«Мне кажется, здесь и женихов, и невест едва ли больше чем пятьдесят — семьдесят челове... Дев и драконов, чтоб их черти побрали! Получается, большинство иномирянок от арки сразу увезли на продажу? Зара упоминала, что за них всего-то уплачивают дань», — думала Лопатина, пока одна из проклятых жриц намыливала и омывала её из ковша.
Тонкая струя прохладной воды бежала по хрупкому телу. Пышная душистая пена таяла, скатывалась в водосток. Лея шумно вздохнула от облегчения. Ей подали розовый халат из ткани, на ощупь похожей на шёлк. Она поняла, что снова может двигаться, сама управлять собой.
Зару и Руту всё ещё пытали две мерзкие грымзы. С виду богобоязненные старушки. А как представишь, на что они способны, так по спине сразу пробегает неприятный холодок. Зара громко бранилась на жрицу. Отчего-то молчать ей никто не приказал. Рута буквально вырвала свой халат из рук, едва освободилась из магического плена.
— Лея, дорогая, — елейным голосом пропела Марготта, вынырнув из-за колонны. — Как твои дела?
— Вам коротко ответить или подробно? — Лопатина скрестила руки на груди: любезничать с верховной она не была намерена.
— Лея, Лея, — Марготта недовольно покачала головой. — Я просто хотела узнать, как ты себя чувствуешь.
— Плохо! — вскрикнула девушка. — Очень плохо. Почему, вы и сами в состоянии догадаться. Узнали? Это всё, что вы хотели, или нет? У меня нет сил лебезить перед вами и мило улыбаться.
— Как пожелаешь, Лея, — Марготта стала подходить к другим и расспрашивать их.
В противоположном конце зала сидела Амали. Верховная не спеша дошла до неё. С прочими невестами она просто обменивалась парой ничего не значащих фраз. А вот восторженную блондинку Марготта будто выделила: их разговор был довольно долгим. Лейку это напрягло: нельзя доверять «подруге», которая ест с руки врага. Никуда Лопатина с этой Амали больше не пойдёт! Хватит с неё!
— Жаль, что подслушать нельзя, — шепнула на ухо Рута, проследив за взглядом Леи.
— О чём они там шепчутся? Не смотри на меня так удивлённо. У тебя на лице всё написано, цветочек. — Зара растирала густые непослушные волосы полотенцем.
— Неужели? — удивилась Лопатина.
— Ещё как, — подтвердила Рута. — Твоя подруга из поместья?
— Да. Мы жили вместе в поместье. И болтали обо всём.
— А потом она стала любимицей Марготты. Знаешь, цветочек, странно это. Верховная чего-то от тебя хочет. Что же она в тебе нашла? Или... Тебе оказывали знаки внимания вчера какие-нибудь видные богатые драконы?
— Один выманил в сад через Амали. Вон та, белокурая, растекается лужицей перед жрицами, — задумчиво ответила Лея. — Другой резко втянул в танец. Несколько грубо, как вещь. А потом намекнул, что не потерпит, если я стану принимать ухаживания первого.
— А вот я, к счастью, пока что никому не приглянулась. Как их звали? — спросила Рута.
— Не радуйся сильно. Как бы в наложницы ни продали. Мало ли что ещё произойдёт. Эрид и... не знаю. Второй — наглец и шантажист! Сказал, что представится только за мой поцелуй, — Лея сжимала кулаки от досады.
Зара громко присвистнула.
— Ну ты даёшь, цветочек! Мы вчера ничего не добились. Но вот ты...
— Что я? — испугалась Лейка.
— Ты захомутала младшего принца.
— Разве принц не один?
— За мной, девушки, — их разговор прервала одна из старух. В мокроватом синем платье она вела невест к порталу в замок. — К вам всем вскоре придут, — предупредила жрица, очутившись в коридоре. — Нарядят как следует перед завтраком с драконами.
— Да сколько можно?! — не выдержала Зара. — Вчера драконы, сегодня драконы. Поесть-то без них спокойно удастся когда-нибудь?
— Для вас я госпожа Мирта. Это первое, — сухо, сдержанно отчеканила старуха. — Разговаривайте вежливее, если не хотите стать младшими жёнами. Это второе.
— Разве женихов на всех не хватит? — мягко заговорила Лея. — Простите мою подругу, госпожа Мирта. Просто мы сильно взволнованы. Как замуж-то хочется...
— В этом году всё иначе, — Мирта, казалось, проглотила наживку, разоткровенничалась. — Раньше невест не хватало для всех мужчин, и они жестоко бились за каждую деву. В этом году Ледяная матерь была милостива со своими детьми. Бой драконов на арене будет символическим, до первого ранения. А теперь идите, переоденьтесь. Для вас приготовлены красивые платья. Вы ведь хотите понравиться женихам?
— Что-о-о? — вырвалось у Зары.
Рута округлила глаза и будто вопрошала лицом: «Ты больная?»
— За каждую из вас, как это было раньше, драться не будут, — просветила госпожа Мирта. — Только за одну треть.
— А что станет с остальными? — севшим голосом спросила Лейка.
— Вам ли об этом беспокоиться, Лея? Вы вчера танцевали со старшим принцем Джейденом, и, судя по тому, как он на вас смотрел, он будет биться за вас.
Лопатина подметила, что Мирта, в сущности, вежливая и приветливая женщина. Можно даже сказать, доброжелательная дракониха. А потом запаниковала сама не знала отчего... Видимо, это отразилось на её лице.
— Переживаете за подруг? Так попросите Джейдена, чтобы их купил достойный муж после сражений. Среди ледяных драконов много вдовцов. Старых, но нрав у них хороший, не обидят.
— Мы пойдём, — Зара хотела кинуться на Мирту с кулаками, но Лея остановила её.
Впилась в плечи руками, посмотрела умоляюще, взором просила не делать глупостей. К счастью, до комнаты они дошли, никого не избив. Жрица, возможно, и заподозрила что-то неладное, однако, замечания не сделала.
— Они про нас рассуждают как про кусок мяса на прилавке! — Зара ударила об стену кулаком.
— Как это у тебя получается? — Рута схватила с кровати пышное красное платье, отделанное драгоценными камнями в тон. Она вертелась перед зеркалом и словно забывала, что сильно хотела покинуть это место навсегда.
— Что это? — не поняла Лея.
— Мы весь вечер косили под дур и ничего! — Рута стянула сорочку, надела выбранный наряд. — А ты два раза хлопнула глазками и, пожалуйста: раз принц, два принц.
Лея не ответила. Вспомнила, как увидела в небе драконов. Они, наверное, выбрали её ещё там, на озере.
«Кто их знает? — размышляла Лопатина. — Может, они хотят девушку, способную родить самого сильного дракона?»
Она озвучила своё предположение.
— Не знаю, не знаю, — Рута хмыкнула. — Наверное, ты права, и все родят разных по силе детей.
— Только Лея смогла немного сопротивляться чарам жриц, — Зара перестала бить кулаками об стену. Она немного успокоилась. Но её глаза по-прежнему нехорошо поблёскивали. — Думаю, грымзы об этом знают, и сразу шепнули о подходящей девушке.
— Постой, Зара, я вот чего не понимаю. Как так вышло, что Дэрил — не старший принц?
— Средний, цветочек. Сама хотела бы знать, почему брат Дэрила отверг Алиану как невесту. Вроде девушка красивая, здоровая и неглупая. Единственная плодовитая самка на весь вид. Изнеженная ледяная принцесса. Она милая и скрытная. Не знаю, что с Алианой не так. — Зара тоже стянула сорочку и надела жёлтое платье. Самое скромное из всех.
Лейке досталось довольно открытое, нежно-голубого цвета, платье с длинной пышной юбкой, очень глубоким вырезом на спине. Она распустила волосы, чтобы немного прикрыться. Но всё равно пряди доходили только до лопаток.
— Вот что я скажу, цветочек, — Зара подошла к ней со спины, положила руки на плечи. — Теперь
— Но что может быть у меня, чего нет у Алианы?
— Сильная магия? — предположила Рута. — У тебя в семье есть волшебники, цветочек?
— Не-е-ет. — Лея отрицательно покрутила головой. — На Земле магии не существует. Разве что моя бабушка иногда гадает на картах Таро.
— Я вижу, вы переоделись, — в комнату без стука вошла госпожа Мирта. — Лея, ты красавица! — она всплеснула ладонями. — Я сделаю вам причёски и макияж, а потом отправимся на завтрак.
— Завтрак! Наконец-то! — язвительно воскликнула Зара.
Лея не отрывала взора от более чем странного «ограждения». Изнутри парка, куда их привели, было тёплое лето. Снаружи — свирепствовавшая зима.
Лейка протягивала ладонь, чтобы ловить снежные хлопья. А потом возвращала назад — согреть руку. Она понятия не имела, как эту штуку правильно называть. Заклинание забора?
Из порталов выходили незнакомые девушки, и Лопатина прекратила забавлявшую её игру. Зара попробовала повторить трюк, но не смогла.
Потом попыталась Рута, но тоже безрезультатно.
— Наверное, потому что у нас нет магии, — решила Зара.
— Девушки, за мной, — госпожа Мирта ненадолго уходила за другими невестами, и не видела, как Лея баловалась с «забором». — Улыбаемся, говорим скромно и учтиво. Драконам ни в чём не перечим, — наставляла жрица.
— У вас тут порядки как в тюрьме, — Лейка скрестила руки на груди.
Невесты стали оглядываться, смотрели осуждающе. Затем ускоряли шаг.
Так, будто боялись, что всех драконов разберут.
— Лея, — позвал Эрид. — Иди сюда.
Невесты завистливо зашептались. Вот только Лопатина не слышала, о чём.
— Доброго утра. — Она села на предложенный стул.
Этот дракон выглядел юным и почему-то наивным. Сначала хотелось нагрубить, но потом вспомнились слова Зары. Да, действительно, теперь судьба троих девушек зависит только от неё. Надо просто немного подыграть Эриду.
А потом всеми правдами и неправдами заставить, чтобы он устроил встречу Зары и Дэрила. Лея случайно наткнулась взглядом на Джейдена.
Знойная брюнетка с пышными формами слизывала крем с его пальца.
Мужчина, сильно похожий на младшего брата, такой же темноволосый, поймал её взгляд. Он громко усмехнулся, сделал комплимент внешности повисшей на нём невесте. Лея сердито сжимала кулаки и всё ещё сравнивала его с Эридом.
Джейден выглядел куда более взрослым. Но те же густые тёмные волосы, черты лица... Как она сразу не поняла, что они родственники?!
— Ты чем-то недовольна? — простецки спросил Эрид.
Он был куда более простодушным, чем его старший брат. Если кто их сразу раскусит, так это старший принц!
— Я так скучаю по дому, — Лея опустила глаза.
— Мне одиноко, — Лопатина тоскливо вздохнула. — Нет ни одной родной души поблизости.
Джейден, ухаживая за «висюлькой», накладывая ей еду, ненадолго посмотрел на Лею. Он будто хотел сказать: «Не верю!»
— Я хотел бы стать для тебя кем-то близким, Лея, — Эрид сжал руку Леи.
А она отметила про себя, что младший принц совсем недавно стал бриться.
Это сразу бросалось в глаза.
— Простите, — Лейка медленно убрала свою ладонь назад. — Вы не замените мне семью. Разве вы совсем это не понимаете?
Зара, севшая напротив, рядом с не очень довольным этим драконом, громко прокашлялась. Мол, не выходи из роли. Эрид заметно приуныл.
— Конечно же, вы не замените мне семью, ведь вы, не мои родители. Я даже попрощаться с ними не успела. Но вот если бы...
— Никаких если бы, — жёстко отказал младший принц.
«А у мальчика есть характер», — читалось на лице Зары.
— Если бы я могла написать им письмо, — шепнула ему Лея.
Так, чтобы её слышал один лишь Эрид. Со стороны это, наверное, смотрелось как заигрывание.
— Я подумаю, — ответил дракон на ушко.
Он взбодрился, кажется, был довольным тем, что избранная невеста оказала ему знак внимания.
— Обращайся ко мне на «ты», — уже громче попросил Эрид.
— Хорошо, — Лея демонстративно смяла подол, усиленно строя из себя глупую и бесхитростную девушку. Прикусила губу, так, будто взволнованна.
— А ты сильный маг? — спросила Лопатина.
Лейка не знала, о чём говорить с младшим принцем. Он был для неё бесконечно чужим. Нежеланным мужчиной и пособником похитителей. Вопрос был глупым, по её мнению, но ничего другого она не сумела придумать. Эрид оживился. Рассказывал что-то про свою учёбу, подкладывая ей варенье, на вид вроде клубничное, и блинчики.
Перечисление успехов Эрида на поприще волшебства заняло много времени.
Лейка удерживалась от зевков. Все эти заумные титулы и термины в одно ухо влетали, а в другое вылетали.
— Так, значит, ты настоящий маг? — преувеличенно заинтересованно спросила Лейка, когда юноша смолк и растерянно уставился на неё. Выжидал реакцию судя по выражению лица.
— Ещё нет, я должен получить благословение Ледяной матери в храме, — поделился Эрид, снова сжимая её руку под столом.
Зара смотрела сочувственно и с замиранием сердца.
Странная причуда судьбы. Три жизни сейчас были в руках парня, который, вероятно, девочку в первый раз увидел. Ну, в смысле, молодую. Лейка решила так, основываясь на его нехитром и наивном поведении. Ровесники Эрида на Земле были мачо и Казановами по сравнению с ним.
Лея не намеренно взглянула на Джейдена и разозлилась. Он беззаботно хохотал вместе с липучкой-брюнеткой, даже не думая смотреть в её сторону.
— Скажи, Эрид, а... Нет, не стоит о таком спрашивать.
Лея оборвалась на полуслове. Младший принц, не сводивший с неё глаз, отчего-то подавился едой. Она заботливо похлопала его по спине.
Эрид сердился. Наверное, надумал себе что-то. Кто знает, о чём думают драконы, ни разу не знавшие женской ласки? Точно не Лея.
— Нет, ты спроси, — настоял юноша.
— А что мы сегодня будем делать? Все невесты? — выкрутилась Лейка. — Жрицы такие строгие. Они ничего не объясняют. Знаешь, я всего здесь немного боюсь. Но разве ты не боялся бы на моём месте? Так хочется, чтобы кто-нибудь большой и сильный защитил меня. Кто-то, кому можно доверять, — Лопатина похлопала ресницами, чтобы закрепить эффект.
Джейден насмешливо поднял бокал с вином вверх. Мол, за тебя, великая актриса погорелого театра. Лея заметила это, и почувствовала, как вспыхивает от злости. А вот Эрид целиком сосредоточился на избраннице. Брюнетка потянула старшего принца за плечо, о чём-то спрашивая.
Какая-то чушь про погоду. Лея злилась на себя за то, что её приводило в ярость поведение липучки.
— Я никогда не обижу тебя, Лея, — Эрид снова сжал руку под столом.
— Эрид, — Лопатина вложила в голос всю нежность, на которую только была способна. — Передай мне вон тот фрукт, пожалуйста. А какой он на вкус?
Зара взором давала понять: «Пока что неважно, но ты, определённо, делаешь успехи».
Лея мысленно хохотнула, посмотрев вдаль. Хорн опоздал на завтрак и всюду искал свою ненаглядную.
Лея мысленно одёрнула себя: «Нехорошо!»
Она вспомнила, как сама совсем недавно тряслась от страха под странным взглядом Хорна. Заглянула на миг в его чёрные-чёрные, словно провалы в бездну, глаза, и опять содрогнулась от ужаса.
— Привстань, — господин Таа... Как его там? В общем, очень злой дракон попытался согнать молодого парня. Тот был едва ли старше Эрида.
— Нет, — Зара с силой толкнула юнца за плечо. Растерянный юноша плюхнулся назад. — Мы так мило общались.
— Проблем хочешь? — тихо спросил Хорн.
Паренька будто ветром сдуло. Он вновь поспешно вскочил и скрылся из виду.
— Чего тебе? — недовольно буркнула Зара.
— Я хочу, чтобы ты принимала ухаживания только от меня, — поставил перед фактом мужчина. Он извлёк из-за пазухи небольшую коробку, обитую синим бархатом. Раскрыл, показывая подвеску с цветком. — Вот, надень.
— Сейчас я свой завтрак тебе на голову надену! — вспылила Зара.
Она взяла со стола миску с клубничным вареньем и вылила всё на голову с коротко стриженными тёмными волосами. Хорн зарычал от злости. Невесты завизжали, повскакивали с мест.
— Что это за украшение? — Лея разглядывала подвеску, оставленную на столе.
Тонкая цепочка, выкованная, по виду, из серебра. Шесть ажурных, точно из кружева, лепестков. Посередине сапфир — Майка научила Лейку различать драгоценности — в форме сердца.
— Его дарят избранницам, — как ни в чём не бывало пояснил Эрид. — Этот символ означает: «Я буду драться за тебя насмерть». У меня таких две, и одна достанется тебе.
Последняя фраза послужила для Лопатиной как спусковой крючок. За пару секунд перед её глазами пронеслось всё. Обида, боль от расставания с родными людьми, унижения жриц. Обращение точно с дорогой купленной вещью.
— Козлы! — на эмоциях выкрикнула Лея.
Эрид притянул её за руку к себе, властно, настойчиво говоря:
— Хватит, Лея. Ты должна вести себя скромно.
— Ну всё, с меня довольно! — она тоже схватила миску с вареньем и вылила на младшего принца. — Наглый, самоуверенный, заносчивый, избалованный маменькин сынок!
— Что ты творишь, женщина? — тем временем разборки между Зарой и Хорном набирали обороты.
— Выражаю своё мнение! — огрызалась воинственная невеста. — Вы все тут козлы! Просто чешете своё самолюбие!
— Лея, прекрати, — Эрид попытался обнять избранницу. Перепачкал её платье в варенье, которым был вымазан с головы до ног. Девушка отпихнула его, отскочила на шаг назад.
— Я никому ничего не должна! — разъярённо кричала Лопатина. — Вы хватаете нас как хищные звери! Отрываете от семьи! От всего, что нам дорого! Вы чудовища, которых не волнует, что до ваших сиятельных рож у каждой была своя жизнь, свои проблемы! Из-за ледяных драконов я больше никогда не увижу ни маму, ни папу, — на её глаза навернулись слёзы. Лея вспомнила, как жрицы повелевали молчать, ни о чём не спрашивать. Горькая обида новой волной захлестнула всё изнутри. Жгуче обожгла душу. — И Майю тоже не увижу! У Зары погибает город, в котором она родилась. Ей плохо, а от нас требуют, чтобы мы улыбались и радовались неизвестно чему! А вы чего молчите? — Лейка обратилась к невестам, смотревшим так, будто они диковинную зверюшку увидели. — Вас всё устраивает? — Невесты согласно кивали в ответ на вопрос. — Как вы можете быть уверены, что это не магия? Мы ведь все тут марионетки и выполним любой приказ этих старых мымр!
— Как ты заговорила, дерзкая девчонка, — со злостью произнесла одна из жриц. Её морщинистые глаза нехорошо блеснули.
Лея схватилась за браслет, скорчившись от боли в руке.
Лопатину понесло: она хватала тарелки с едой, кидала их во всех подряд. Сначала в мерзкую жрицу: за прилюдную демонстрацию силы. Потом в Эрида: из-за бесивших поглаживаний ладони. Терпела его, как последняя идиотка!
Мысли о спасении, о принце Дэриле, об их плане куда-то улетучились.
Она на время забыла, зачем разыгрывала спектакль.
Скопившееся напряжение, с большим трудом сдерживаемая ненависть, сильное огорчение выплёскивались из неё ещё и ещё.
Вскоре невесты и драконы были измазаны в завтраке: сначала их обкидывала Лея. Потом все они, не желая оставаться в долгу, брали с неё пример. Девицы целились в заклятых подруг и соперниц, искры летели из глаз невест.
Мужчины хохотали, не особо уворачивались от снарядов. В ответ бросали тарелки, скорее всего, за компанию.
— Лея, немедленно прекрати! — тоном взбешённого правильного мальчика потребовал Эрид.
— Зара, остановись! — рычал Хорн.
Верзила был сильно растерян, не знал, как унять милую его сердцу девушку.
Поднялся такой шум, что их голоса различали с трудом. Несколько невест выясняли отношения: с визгом вцепились друг другу в волосы.
— Кажется, они хотят
Она единственная сохраняла спокойствие и почти не испачкалась. Несколько блюд в неё нечаянно кинула Лейка. Но та увернулась, хотя подол нарядного красного платья загваздался в креме.
— Катись в бездну! — одновременно выпалили Зара и Лея, чувствуя одно и то же: неконтролируемую ярость.
«Вот это мне гораздо больше по душе! — думала Лопатина, швыряя подносом с блинами в липучку-брюнетку. — Когда борешься, хотя знаешь, что не победишь, чувствуешь себя живой...»
— Лея! — злобно позвала та же жрица.
Девушку опять скрутило от боли, да так, что она с криком упала на сочную зелёную траву.
— Прекратите! — грозно окрикнул Джейден.
— Тварь! — Зара обегала стол, спеша к подруге.
— Не перечь мне, мальчик, — отмахнулась от него старуха. — Пока что о них заботимся мы.
— По-вашему, так выглядит настоящая забота? — обманчиво спокойно спросил Джейден. — Не удивительно, что невесты считают нас всех чудовищами. Вы предстанете перед императорским судом, госпожа Лота.
— Ты как, цветочек? — Зара подняла Лею с земли, заботливо прижала к себе.
— Страшно, — прошептала Лейка. — Очень страшно.
— Мой тэйденли, это невозможно, — Марготта прибежала откуда-то из глубин парка. Она запыхалась от бега. Её лицо покраснело, несло отпечаток сильной тревоги. — Жрицы не судимы. Это древний обычай предков.
— Вам ведь нечего бояться, госпожа Марготта? — Джейден посмотрел на неё в упор. Под его колким и пронизывающим холодом взором пронырливая женщина смяла подол платья.
Совсем как виноватая школьница! В напряжённом воздухе запахло опасностью. И опасность эта впервые исходила не от жриц.
— Разумеется, нечего, — Марготта гордо вздёрнула подбородок.
— На твой город напали? — Хорн приблизился к Заре. — Много людей погибнет?
Сел на корточки поодаль, на безопасном расстоянии. Так, чтобы быть рядом, но не получить кулаком в челюсть.
— Наконец-то догадался, — недовольно буркнула Зара, прижимая к себе Лейку как маленького ребёнка.
— Мы поможем, — твёрдо произнёс Хорн. Его глаза-провалы будто обещали исполнить сказанное любой ценой.
— Звучит утешительно, — Зара отвернула лицо в сторону. Так, чтобы не смотреть на него. — Вам нет дела ни до кого. Ледяные никогда не вмешивались во внутреннюю политику моего мира.
— Милые девушки, — Хорн встал, заговорил преувеличенно бодро. Несколько невест подмигнули ему. Лея про себя удивилась, что они совсем не боятся жуткой внешности. — Приносим вам извинения. Все присутствующие тут драконы действительно подзабыли о том, что мужчину украшают поступки, в первую очередь. Мы убережём город Зары. Что скажешь, Джейден? — весёлым тоном окликнул Хорн.
— Я за любой переполох, кроме голодовки, — беззаботно отозвался тот.
ГЛАВА ПЯТАЯ
— Нас всех наказали из-за тебя! — визгливо повторила уже в десятый раз липучка-брюнетка. Лея так и не выучила её имя.
Вернее, имя было ещё более заковыристым, чем у господина Таа... Как его там? А, неважно! Лопатина два раза называла девушку Джолиной, три раза — Катлин, и один раз — Катя. Последний вариант вызвал у иномирянок бурный восторг: они так смешно и забавно, долго-долго, на одном дыхании протягивали букву «а» — К
А Лейка, наконец, задумалась о том, какого чёрта она тогда взбесилась? Подумаешь, несчастная девушка захотела понравиться старшему принцу. Вон, даже Хорн и тот нашёл поклонниц. И даже его жуткие чернильные глаза-провалы охотниц на женихов не отпугивали.
Взвесив всё хорошенько, Лея решила, что в ней просто взыграло задетое женское самолюбие. Было весьма неприятно видеть то, как мужчина, вчера выделявший из всех тебя одну, сегодня заигрывает с другой. Да, где-то в глубине души Лейка даже почувствовала себя особенной. Совсем как в детстве, когда бабушка Фаина Ивановна пошила ей платье. Лопатина хвасталась перед одноклассницами, что такого больше нет ни у кого. А на следующий утренник в школе Маруська пришла в очень сильно похожем платье.
С тех пор Лейка поддразнивала Крысину из-за нелепой фамилии. Окончив школу, поняла, что её фамилия звучит тоже не как Шанталь, а дело-то было в треклятом платье.
Вернее, в хрупком ощущении себя как принцессы, единственной такой на свете девочки, которое было разбито вдребезги. Вот и с липучкой и Джейденом произошло нечто похожее.
—
Лейка позавидовала отменной памяти женщины.
Зара уколола палец об иголку: сразу видно, за занятием, «которому пристало уделять много времени девице с чистыми помыслами», выражаясь словами Марготты, она упражнялась в первый раз в жизни. Может, во второй в лучшем случае; Лейка подозревала, что Зару всему учили наравне со старшими братьями.
Сразу после завтрака невест вернули в Небесный замок, раздали наборы для вышивания, сделав строгий выговор. Марготта долго говорила о высоких понятиях, вроде скромности и послушания. Впрочем, её особо никто не слушал. Разве что последнюю фразу про то, что совместных приёмов пищи с драконами больше не будет. Ни завтраков, ни обедов, ни ужинов.
— Конечно, не будет. Одна из них впервые предстанет перед императорским судом. Ну ты даёшь, цветочек! — шептала на ухо Зара. — Позавтракали, блин...
— Она сама виновата. Пытала меня. Это чересчур! — отвечала Лопатина.
— Знаю, я шучу. Улыбнись. Скоро этот улей основательно встряхнут, — Зара с деловитым видом пыталась вдеть нитку в иголку.
— Всё из-за тебя, — без конца повторяла липучка, действуя на нервы.
Лея путала её имя снова и снова. Иномирянки забавно протягивали: «К
— Нас всех наказали из-за тебя!
— Извини, — Лопатина пожала плечами. Ссориться с девушкой не было смысла.
— Мы ведь уже говорили об этом, Катджал
— Да, ты вцепилась в волосы Джаэль, — напомнила ей Рута.
— Разговоры, — Марготта прохаживалась меж рядами девушек из стороны в сторону. Верховная напоминала цепного пса, готового в любой момент перегрызть врагу горло. Жадно впиться в глотку, выдирая плоть с мясом.
Удивительно, но к магии она не прибегала. Разве что вначале, когда велела девушкам вышивать до заката.
Занятие это было нудным до зевоты. Лейка слушала разговоры невест про «крестиком» и «гладью», и чувствовала себя безграмотной крестьянкой, которая деже читать не умеет. В наборе был листок, однако Лопатина не поняла ни буквы. Витиеватый драконий язык — неразборчивые каракули, сильно похожие одна на другую — в её голову жрицы не вложили, как выяснилось.
Поначалу ей было стыдно за своих «уродцев» — цветы, птиц и деревья, больше похожие на рисование первоклассника в альбомном листе. Но потом госпожа Мирта по секрету шепнула, что их труды будут показывать женихам, чтобы они могли оценить умения невест.
Растения на канве стали намеренно столь кривыми, что Лейка по-доброму ужасалась своим неумениям. Лопатина заглянула в работу Зары и чуть не померла от зависти. Это вообще мало что напоминало, кроме бреда в стельку пьяного человека. Не просыхающего, можно сказать. Очень-очень сильно захмелевшего. Не меньше, чем «говорю на иностранных языках».
— Что? — Зара заметила пристальный взор Леи, обращённый к ней.
— Там же есть схема? — Рута тоже ткнула нос в канву Зары.
— Ну извини, блин, я такой ерундой в первый раз страдаю. Сомневаюсь, что выжила бы в Таргарде, вышивая цветочки с утра до вечера. Мой мир не для неженок, — её голос был грустным.
— Не расстраивайся, — утешила госпожа Мирта. — Будут и другие показы талантов.
— Вы сейчас издеваетесь, да? Ай! — Зара опять укололась. Она облизнула пострадавший палец.
— Богиня, что за дурные манеры? — ужаснулась Мирта.
— Уж извини, блин, какая есть.
Марготта как раз проходила мимо, она хотела что-то сказать, но передумала. Взяла в руки работу Зары и скривилась.
— Надеюсь, поёшь ты лучше? — скептически спросила верховная.
— Так же прекрасно, как вышиваю, — грубоватым тоном ответила Зара.
Лея еле удержалась от смешка: она по-прежнему боялась всего, что было связано со жрицами. Рута хихикнула в кулак.
— Хватит, довольно, все вон, — недовольным тоном прошипела Марготта точно ядовитая змея.
Невесты не встали с места. Ни одна. Мирта бессловесно, лишь шевеля губами, подсказала: «Заклинание».
— Можете закончить работу и удалиться в свои покои, девушки, — объявила ещё раз верховная, прочистив горло.
Раздался шум: топот ног, шелестение юбок, звуки открывающейся двери.
Лейка увидела, как издали к ней приближается Амали. Доверия к девушке, евшей с рук верховной жрицы Ледяной матери, не было совершенно. Она поспешила вслед за Зарой и Рутой, сделала вид, словно не услышала оклик.
— Лея, Лея, Лея, — несколько раз позвала Амали.
Но Лопатина уже убежала вверх по лестнице. То ли от пережитого, то ли просто от холода, сквозившего в коридорах замка, как бы его ни прогревали, Лейка дрожала. Добравшись до комнаты, она стянула с себя голубое платье, очищенное от варенья магией жриц, наспех натянула сорочку. Зара и Рута на этот раз удержались от комментариев: наверное, чувствовали её нервозное состояние. У кого угодно сдали бы нервы на её месте.
«Господи, я ведь не железная! — горестно думала Лопатина. — За что мне всё это?»
Она нырнула под одеяло, не дожидаясь, когда подруги приготовятся ко сну, и удивительно быстро заснула. Видимо, организм, уставший за бесконечно долгий и мучительный день, сильно нуждался в том, чтобы сразу отрубиться.
Лея проснулась посреди ночи. Знакомый мужской голос звал её по имени, просил выйти в коридор.
Сначала девушка подумала, что это магия, будто опять кто-то влез в её голову или мысли. С яростью Лопатина вскочила с кровати и вооружилась подсвечником. Осторожно ступая, распахнула до конца приоткрытую дверь.
— Чего тебе? — со злостью спросила Лея, замахиваясь на Джейдена подсвечником.
От него не исходила угроза, и нельзя было сказать, что мужчина хочет как-то воспользоваться ситуацией. Наоборот, спокойная расслабленная поза. Уверенность в себе, которую источало всё его существо. Чуть волнистые тёмные волосы едва ли ниже плеч. Лукаво блестевшие васильковые глаза без белка с чёрным вертикальным зрачком-рисинкой.
— Помнишь, я говорил тебе, что не ценю снежные цветы?
— Это у вас семейное? — девушка разозлилась, замахнулась, но бить не стала.
— Что это? — Джейден усмехнулся и склонил голову набок, разглядывая её. Хотел коснуться лица, но Лейка ударила по пальцам.
— Не трогать! Идиотизм! Это у вас семейное, да? Какого лешего ты напоминаешь мне про свои не предпочтения посреди ночи?
— Наверное, потому что теперь я хочу показать тебе свои предпочтения, — многообещающе сказал дракон.
— Нет, ты же не хочешь взять меня в осаждённый город? — Лейка опустила руку с подсвечником. Она растерянно хлопала ресницами, выглядела ошарашенной.
— Хочу и могу. Боюсь, это единственный способ для...
— Для чего? — несколько нервно переспросила Лея. Это отразилось на интонациях её голоса.
— Буди подруг, — примирительно попросил Джейден.
***
Лея отчего-то ощутила, как её наивные иллюзии опять разбили на осколки. Удивительные васильковые глаза, казалось, не лгали. На какое-то время она искренне поверила в благородство ледяного дракона. Забыла тот ужас, который пережила по вине его расы. А потом...
Потом Лейка разбудила подруг. Сбивчиво рассказала обо всём.
— Конечно, он потащит нас в Таргард, — Зара фыркнула, сдувая нависшую на глаза чёлку. — Потащит, а потом выбьет выгодный ему межмировой договор о невестах.
— В моём мире было нечто подобное, — поддакнула Рута. — Меня отчим продал, чтобы отстроить ферму. Сказал: «Ты давно созрела для брака». В сотнях миров это не редкость.
— Ты говорила, женщины твоего мира сами идут за драконами, — вспомнила Лопатина.
— А кто им запретит, цветочек? Свобода выбора. А вот соглашений между правителями нет. — Зара развела руками. — Пока что нет.
— Всё же они чудовища, — прошептала Лея, не обращаясь ни к кому.
Девушки спешно одевались, найдя в шкафу тёплые вещи, меховые плащи и сапоги. Рута подивилась тому, откуда это всё взялось. Ведь совсем недавно не было. Зара хмыкнула, не стала делиться соображениями.
— Почему? — Рута собралась быстрее всех, вертелась у зеркала, разглядывая себя. — Тебя всё равно выдали бы замуж за того, что позарился бы на твоё приданое.
— На Земле всё не так! Мужчины и женщины выходят замуж по большой любви. Моя бабушка до сих пор рассказывает о том, как сильно любила дедушку. Я не хочу соглашаться на замужество не по велению сердца! — запальчиво проговорила Лейка. — Не хочу отдаваться чужому во всех смыслах мужчине! Ни за что!
— Тише, цветочек, — Зара положила руку на её плечо, понизив голос, добавила, — у драконов отличный слух и нюх. Гораздо лучше, чем ты можешь себе представить. Самые сильные ледяные могут даже проникать в твою голову и читать мысли. Например, верховная и члены правящей династии. Говорят, тэйденли настолько искусен в этом мастерстве, что может создавать ложные воспоминания.
— А кто такой тэйденли? — искренне не поняла Лея.
— Забудь, цветочек, — Зара устало вздохнула. — Считай, что я ничего не говорила.
Лопатина первой выскочила в коридор. Зло посмотрела на ленивую расслабленную позу Джейдена, полуприкрытые драконьи глаза. Красивые и опасные, завораживающие и пугающие. Она хотела прибить его прямо тут, но вспомнила, что не имеет права выговаривать что-то конкретно этому мужчине.
— Это единственный способ для заключения выгодной тебе сделки? — сдержанно спросила Лейка.
— Не в моих правилах ссориться с обозлённой девушкой, — уклонился от прямого ответа дракон, хитро улыбаясь.
— Я на тебя не злюсь. Вернее, злюсь, но... Чёрт, ты меня выводишь из себя! — Лея сжала кулаки.
Рядом с этим мужчиной уже не в первый раз она была сама не своя. Это настораживало, настраивало быть предусмотрительнее. Девушка сделала глубокий вдох и шумный выдох.
— Да. Ты прав. Я зла. На всех вас.
Джейден ухмыльнулся, ничего не сказал.
— Ну что, вы закончили выяснять отношения? — спросила Зара, тянувшая за руку Руту.
— Нет у нас никаких отношений! — воскликнула Лея.
— Хватит, — Зара не обратила на неё внимания, — прекрати уже постоянно пялиться в зеркало. Ещё успеешь налюбоваться! Жизнь долгая.
Улыбка дракона стала шире. И Лейка почему-то не была уверена в том, что Джейдена насмешила выволочка Руты.
— А это неопасно? — запоздало забеспокоилась рыжекудрая.
— Ну разве я могу взять столь прекрасных дев в плохое место? — дракон развернулся и стремительно пошёл по коридору, не дожидаясь спутниц. Его лёгкий тёмный плащ колыхался на ходу. Шаги мужчины были твёрдыми и уверенными. Лея невольно залюбовалась им.
Если всего месяц назад Лопатиной сказали, что та полетит на драконе, то Лопатина покрутила бы пальцем у виска.
А теперь вот летела... Ну почти на драконе. Если быть точной, то в его лапах.
Джейден вывел девушек на крышу Небесного замка по длинной извилистой лестнице. Надел на шею каждой какой-то амулет, сказав, что это защитный артефакт.
Дул сильный ветер, пробираясь под складки одежды. Из-за снегопада человеческими глазами ничего не удавалось рассмотреть. Зато Джейден отлично видел. И совсем не мёрзнул.
Он словно заковал людей в непроницаемый магический кокон, сотканный из синих и серебристых нитей. А перед этим заставил выпить какую-то горькую бурду болотного цвета. Перемещение между мирами было странным...
Лейку как будто засунули в гигантское куриное яйцо и постоянно встряхивали. Со страшной силой шумел ветер, к горлу подкатывала тошнота.
Мир Зары был жарким, знойным. Первым делом Лея хотела снять меховой плащ, но рука подруги остановила её.
— У нас не принято, чтобы женщина на людях снимала одежду. Терпи, если ты порядочная, из достойной семьи.
— Окей, — вяло отозвалась Лопатина.
Её как будто варили вкрутую. Кружилась голова. Каких-то десять минут длились бесконечно.
Лейка не понимала языка. Чувствовала себя неандертальцем, попавшим в двадцать первый век. Хотя, на вид казалось, что всё наоборот.
Мужчины и женщины носили в основном кожаные одежды. Встречались наряды из лёгкой ткани, но нечасто.
Ни у кого не было ни мечей, ни щитов, ни кольчуги, ни нагрудников. Словно железный век в Таргарде наступит ещё нескоро.
Всё плыло перед глазами, мысли Леи никак не хотели стать чем-то связанным. Она не заметила, в какой момент Джейден бережно приобнял её. Так, чтобы соблюсти приличия, но не дать упасть.
Одна из почтенных пожилых, — ледяной дракон шепнул на ухо, чтобы Лея низко склонилась — поднесла Лопатиной огромный нож.
— Из клыка саблезубого тигра, — рассказывал Джейден, надёжно защищая от позора: свалиться без сил при всех тут. — Он очень остро зазубрен по краям. Будь осторожной.
Лея ошеломлённо смотрела на оружие. С большим трудом верилось, что это было сотворено руками человека. Людей из отсталого города с каменными домами, пропахшими глиной и рабочими запахами: пекарней и навозом.
Эти ароматы витали в воздухе, щекотали ноздри даже в торжественном зале.
Зара сжимала кулаки, сердито смотрела на сильного пожилого воина.
Грубого на вид мужчину. Довольно мускулистого. Большого, как гора.
Он стойко встретил ненависть, полыхавшую в её глазах. Неизвестно, как долго они простояли лицом к лицу, если Джейден не сказал бы что-то на местной тарабарщине.
Девушек отвели в просторные покои, оставили одних. На столике были прохладные напитки с кусочками льда. Лея остервенело сдирала с себя меховой плащ одной рукой, а другой хватала глиняные кувшины.
Пила прямо из горла, не обращая внимания на пролитую жидкость. Капли катились по рту, подбородку, шее. Розовые струйки очерчивали линии молочной кожи, мочили и впитывались в одежду.
Напившись вдоволь, Лейка разделась до ночной сорочки, скривилась от запаха пота. Лопатина не привыкла, чтобы её тело
Но то, что Лея увидела на тусклом сером небосклоне Таргарда, заставило позабыть всё на свете.
Из голубоватой дымки, искрившейся синим и серебристым, выныривали драконы. Они будто плавно плыли по волнам. Большие и опасные хищники.
От их вида захватывало дух!
— Разрезают ткань пространства, — Зара встала рядом.
Она выглядела столь бодрой, словно на ней путешествие никак не сказалось.
А ещё грустной и задумчивой. С лицом, носившим печать тоски и дочернего долга.
— Как? — переспросила Лея.
— Так говорят: «разрезают ткань пространства». Только за счёт магии мужчин ледяных драконов возможны путешествия между мирами, цветочек. Заметь, не женщин, их чары — контроль, подчинение.
— А чтение мыслей? — тревожно спросила Лейка.
— Это может каждый сильный маг, — отозвалась Рута. — Разве в твоём мире колдуны так не делают? Если боишься, попроси для себя у Джейдена защитный амулет. У меня был, но я потеряла.
Лопатина с сомнением покосилась на подругу: что это с ней?
— У нас не те отношения, — она полуобернулась к задумчивой рыжей и снова перевела взор на бессчётное число ледяных драконов.
— Но артефакт на твоей шее, — растерянно пробормотала Рута. — Обычно девушек никто не спрашивает. Даже в простых браках, но... Но всё же, я думала, ты знаешь.
— Про что?
— Он не такой, как у нас, — уклончиво произнесла Зара, прилипая к окну. — Подвески заявляют права мужчин на избранницу. Первый этап брачного ритуала. И в зале тэйденли попросил сократить церемонию приветствия потому что
— Зачем ему я? — Лея прижалась спиной к окну, опустила голову. - Есть же брюнетка!
— Она как ручной зверёк. Ела с его руки по указке. А ты, цветочек, настоящая. И лишь ты можешь сопротивляться магии жриц.
— Вот ведь дракон! Чтоб он в бездну провалился! — с яростью воскликнула Лопатина. — Кстати, откуда стекло?
— От тех, кому ты только что пожелала в бездну провалиться, — Рута взяла кувшин, жадно хлебала сок.
Украшения действительно были разными. У девчонок — в форме слезы. Голубоватые камешки на тонкой цепочке.
У неё — словно полураскрытый бутон розы. Лейка смотрела на артефакт и разрывалась от противоречий.
С одной стороны, Джейден никогда не обидит её. С другой, у мужчины сложился свой характер, под который надо подстраиваться. Он чётко даёт понять это.
Их разделяла огромная, давно треснувшая, расщелина непонимания. Каждый видел одну ситуацию по-разному...
Наверняка Джейден считал, будто берёт то, что итак его.
Как там говорят? По праву сильнейшего? Лейка же всё сильнее хотела познакомить вечно ухмыляющуюся драконью физиономию с чем-нибудь увесистым. А потом представила, что на месте чуткого Джейдена мог бы быть дряхлый и жестокий. И тогда Лея поняла, случившееся — не самое страшное.
Он не возьмёт её силой. Но злость всё равно не отступала. Вот ведь... дракон!
К вечеру Лея чувствовала себя лучше.
Местная целительница, — женщина, обвешанная причудливыми амулетами, в простом сером платье, скрывающем очертания тела — заходила ненадолго проверить девушек. Дала выпить несколько горьких до ужаса отваров из неизвестных ингредиентов. Мутная болотная жидкость порождала сомнения в безопасности напитков. В деревянных кружках плавали жёлтые лепестки и другие части растений. Подруги выпили это не задумываясь. Лейка последовала их примеру — нехорошо обижать хозяев дикого и причудливого мира своим недоверием.
Ужинали в своих покоях. Снизу доносился шум празднества. Весёлые неразборчивые выкрики, мужской хохот, грубые басистые голоса. Зара неизвестно откуда добыла грубо вытесанного, деревянного человека на подставке и метала в него ножи. Рута провожала каждое её движение очень заинтересованным взглядом. Лея привстала на локтях, лёжа в постели.
— Что они празднуют? — спросила Лопатина. — Разве церемония приветствия не закончилась?
— Они празднуют моё обручение, — остриё ножа с характерным звуком впилось в живот чучела. — Отец заключил договор с ледяными драконами. Несколько сотен девушек каждые десять лет в обмен на военную помощь. Пир закончится зрелищами. Одно из которых — дар счастливой невесты жениху.
— Я думала, тебе не нравится Хорн.
— Ты такая наивная, цветочек, — Зара протянула руку за ещё одним ножом. — Женщина не выбирает. Всё решают отец и братья. Правитель Таргарда считает большой удачей породниться с ним. Сильный воин — достойный муж. И никого не волнует, нравится ли он мне как мужчина.
— Но это же дикость! — воскликнула Лея. Она поспешно прикрыла рот. — Ой, прости. Я не хотела тебя обидеть.
— Всё в порядке, — Зара усмехнулась. — Торговцы, прилетающие вместе с ледяными драконами, частенько говорят похожее. Только не стесняются в выражениях. Ничего, пусть полюбуется на то, во что я его превращу в брачную ночь.
Деревянный человек был похож на подушку с иголками, воткнутыми со всех сторон. Будь у него глаза, их вырезала бы грозная принцесса Таргарда.
— Одна жизнь в обмен на судьбу целого города, — сказала Рута, положив ладони на плечи Зары. — Это твой народ. Лучше пойти на разумные жертвы, чем умереть вместе с ними.
— Ты говоришь совсем как отец, — Зара сжала кулаки. — Я понимаю это. Просто злит. Всё злит.
Со скрипом отворились двери. Две молодые, но крепкие девушки вошли внутрь.
— Госпожа, вы подготовили дар? — они склонили головы.
— Вот же он, — Зара указала пальцем на чучело.
— Но госпожа, ваш отец сильно прогневается, — убеждала одна из служанок. — Может, заменим его, пока непоздно, на вышивку? У меня есть чудно расшитая скатерть.
Вторая активно закивала. Судя по их бегающим глазам, они перепугались, как бы и им тоже ни прилетело.
— Вышивка? — деланно удивилась Зара. — Отец сам воспитал меня наравне с двумя старшими братьями. Правитель Таргарда всегда знает, что делает. Или вы считаете, что его решения надо оспаривать?
— Нет, что вы, — служанки бережно унесли чучело.
Их лица красочно выражали то, как сильно они «рады» преподнести такой дар ледяному дракону. Почти что до заикания.
Лея вспомнила чёрные-чёрные глаза-провалы, ведущие, казалось, в самые потаённые глубины бездны. На миг она тоже содрогнулась всем телом. Не хотелось бы узнать, каков этот мужчина в гневе. Он и в хорошем расположении духа внушал сильный страх.
Угрюмая Зара в безрадостном расположении духа легла спать. Рута ополоснулась и тоже задремала. Лея проскользнула в крошечную купальную комнату.
Она не знала, как правильно называть это помещение. Из неприметной двери вышла худенькая служанка. Её шаги были тихими, неслышными. Лопатина вскрикнула от испуга.
— Простите, госпожа, я не хотела вас напугать.
— Я никого не звала, — пробормотала Лея. — Как тебя зовут? Сколько тебе лет?
— Хорошая прислуга сама знает, когда стоит прийти. Семнадцать, госпожа. Не пугайтесь. Я помогу вам помыться и сразу же уйду.
— Как тебя зовут? — переспросила Лейка.
— Я провинилась, госпожа?
— Нет, что ты.
— Тогда вам не нужно моё имя. Вы — знатная. Знатные не говорят с прислугой, — девочка опустила глаза в пол. — Не настаивайте, прошу. Накажут.
— Хорошо, — Лопатина мысленно выругалась, представив, что эту малышку могут высечь. — А что если я прогуляюсь перед сном?
— Поступки господ никогда не осуждают, — девочка ловко приготовила всё необходимое для мытья. Больше она не заговаривала.
Молча помогла раздеться, со скрипом тёрла тело ослабевшей «знатной» иномирянки, промыла волосы, ополоснула с головы до ног из небольшого кувшина. Высушила пряди магией, заплела тугие косы, помогла надеть платье.
Девочка ушла также тихо и внезапно, как и пришла. Лея приоткрыла дверь, выскользнула в ярко освещённый магическими шарами коридор.
Она старалась никому не попадаться на глаза: мало ли что у кого на уме. В руке сжимала свой дар. Хотя не понимала, зачем же прихватила с собой из покоев кинжал? Девушка прошлась по саду, дойдя до большого фонтана. Завидев двоих мужчин, спряталась за деревом. Странное чувство беззаботного азарта поднялось в душе новой волной.
«Наверное, так на меня действует новый неизведанный мир», — решила Лея.
— Ты видел, что Зара подарила жениху? — с удивлением и восторгом спросил один из незнакомцев. — Кто бы мог подумать, что найдётся тот, кто укротит эту дикую кошку?
— Видел и не поверил своим глазам, — отвечал второй. — Вот ты можешь представить Зару, которая расшивает мужской пояс? Я — нет. Наверняка она истыкала чучело ножами от злости. А правитель, зная нрав дочери, подменил дары.
— Вполне могу. Нам есть чему поучиться у драконов в обращении с женщинами. Вон какой шёлковой стала принцесса Таргарда. Давно бы так! — незнакомец злорадно хохотнул.
«Мужланы!» — со злостью подумала Лея.
Она с хрустом сломала ветку и испугалась. Но мужчины были уже далеко. Они не видели её. Внутри всё кипело от негодования. Хотелось впиться ногтями в лицо Джейдена и расцарапать его. Может, тогда он научится считаться с женским мнением!
Браслет на руке девушки вспыхнул колдовским синим светом и погас. Внезапно вся ярость будто испарилась. На смену пришли умиротворение и покой.
Лея пошла назад, поняв, что ничего интересного на прогулке больше не увидит. Она устала от ходьбы и присела на бортик одного из фонтанов.
Несколько минут Лейка заворожённо разглядывала белый изогнутый нож. Длинный и чертовски острый на конце. Она коснулась острия и поранила палец. Слизнула проступившую алую капельку языком. Её смутило негромкое покашливание за спиной.
Браслет опять вспыхнул и погас. Мысль о том, что Джейден воздействует на неё магией, исчезла, не успев толком зародиться. Лея тряхнула головой, не понимая, почему только что хотела расцарапать лицо Джейдена.
Мягкие волны умиротворения вновь словно окутывали. Совсем как пуховое одеяло, бережно натянутое заботливой рукой.
Мужчина стал казаться близким и родным. Тем, кто не обидит и не предаст. Где-то на краю сознания об тонкую корку льда бились мысли, что всё это обман. Нельзя доверять ледяному! Он плут и хитрец!
Ещё капля магии, и последнее сопротивление пало. Лея теперь желал только одного: во всём с ним соглашаться. Сделать всё, что бы он не попросил.
Лопатина заговорила первой. Просто для того, чтобы не мучиться гнетущей тишиной.
— О, Боже, саблезубые тигры. На Земле люди в похожую эпоху одевались в шкуры и жили в пещерах. Они были умелыми охотниками, истребили этих кошек. А теперь я запросто держу в руках их частичку.
— Нож из клыка саблезубого тигра. Они сначала прижимают жертву к земле, а затем наносят сокрушительный удар в шею. — Джейден спускался по ступеням не спеша, с интересом вглядываясь в обиженное лицо своей избранницы. — Это щедрый дар, Лея. Знак особого расположения. Такого хищника не так-то просто истребить, как ты выразилась. Я очень рассчитываю на то, что ты оценишь дар правителя Таргарда по достоинству. И впредь не будешь носить нож повсюду точно тряпичную куклу.
Лейка закрыла глаза, представила перед собой ледяную корку, мешавшую думать внятно, здраво. А потом молоток, которым била по ней до тех пор, пока не размозжила всё. Вынырнув из мысленного образа, встретилась с восторженным взглядом Джейдена. Он как будто был горд ею, счастлив вместе с ней. Доволен тем, что девушка смогла скинуть оковы от подавлявшей её драконьей магии.
Восприятие всё ещё было притупленным. Все чувства поблёкли, из мира словно вынули яркие краски и звуки. В голове шумело, по телу растекалась слабость.
— Эти животные чем-то похожи на тебя, Джейден.
— Благодарю за похвалу. Очень лестное сравнение, — сдержанно ответил дракон. В его причудливых васильковых глазах по-прежнему искрилась радость.
Лопатина не знала и знать не хотела, что его привело в такой восторг. Дракон же! Кто их поймёт? Точно не она.
— Это была не похвала, — она опустила руку в фонтан, словила пальцами холодные брызги.
Вода в лунном свете переливалась всеми оттенками синего. Ночь была тягуче темна, но Лейка не боялась. Рядом с таким опасным мужчиной почему-то совсем ничего не страшно. Хитрец, ох, хитрец!
— В моём мире принято разговаривать с девушкой перед тем, как дарить вещи вроде этой розы. Ты совсем не знаешь, как надо поступать у нас. Где ты видел розы?
— Я не хочу, чтобы ты принимала ухаживания от другого мужчины, — ровно произнёс дракон.
— А сам тем временем будешь развлекаться с другими? Как, например, с той знойной брюнеткой, которая слизывала крем с твоего пальца? А какая роль уготована мне? Игрушки? Свиноматки? Бессловесной вещи? Знаешь, если тебе просто нужна красивая и покорная девица, забери амулет и отдай любой другой невесте. Потому что я не могу себе позволить покориться тебе, Джейден. Тогда я потеряю себя. И у меня не останется ничего, понимаешь? — Лея с силой потянула цепочку. Пыталась расстегнуть её, но безуспешно.
Треклятый дракон с неким превосходством наблюдал за ней в тишине, нарушаемой только тихим плеском воды. Его бесстыдный взгляд скользил по лицу, груди, бёдрам. Опалял огнём так, что Лея захотела умыть лицо.
Не сразу, но холодные брызги прогнали опасное наваждение.
— У меня будет всего одна жена, — Джейден попытался приобнять девушку. Но та с силой оттолкнула его.
— Да ты же пальцем в небо ткнул!
— Ты ревнуешь меня, — Джейден явно был доволен этим замечанием.
— Нет! — спешно вскрикнула Лейка. — Ты всё передёргиваешь. Это задетое женское самолюбие.
— Всего лишь один из оттенков твоей яркой и прекрасной ревности, — невозмутимо парировал дракон. — Я ведь обещал, что заберу, — почти неслышно договорил Джейден. Так, словно напоминал себе что-то важное.
На его губах играла потрясающая неприкрытым счастьем улыбка. Будто он вспомнил что-либо светлое и нежное. Или кого-то...
— Что? Куда заберу? — Лейка подумала, что те слова были связаны с отбором невест.
Наверное, мужчина решил так, когда прилетел к водам горного озера. — У тебя жар? Наверное, тоже перегрелся. Здесь душно даже ночью. После Ледяной империи очень непривычно.
— Пойдём, Лея. Уже поздно. Я провожу, — мягко убеждал дракон. — Больше не ходи гулять по ночам. Здесь так не принято.
— А днём?
— Только вместе с Зарой и Рутой. Обещаешь?
— Обещаю, — прошептала и Лея без раздумий вложила ладонь в его крепкую сильную руку.
Что это? Снова какая-то магия? Доверие?
Рядом с ним она раскрывалась с неизвестной для себя стороны.
Сердце будто рвалось из груди. Совсем как гордая пойманная птица. Душу заполонял предвкушающий трепет. А ещё Лейка почему-то знала, с ним не нужно ничего бояться. Будто он обещал, что всё будет хорошо. Вот только говорил ли это Джейден на самом деле? Или всё просто померещилось? И где же дракон видел розы? Он не ответил...
ГЛАВА ШЕСТАЯ
Напряжение нарастало. Оно витало в воздухе, читалось на суровых лицах людей, озабоченных своими проблемами. Слышалось в плаче жён и матерей в преддверии битв. Мерещилось в крике маленьких детей. Поддавшись всеобщей суете, Лея на время позабыла об обидах. Она сдержанно общалась с Джейденом, стараясь лишний раз ничего ему не говорить. Демонстрировала своё отчуждение. Зара успела рассказать, что же значит загадочное слово «тэйденли». Это было титулом правителя с уникальными полномочиями. Не принц, но ещё и не император. Каждый поступок правителя-тэйденли выносился на обсуждение в Совете Старейших Драконов. Попросту старейшин. Но только тэйденли по древнему, как земля под ногами Ледяной империи, обычаю, имел право созвать суд для жриц Ледяной матери.
Лея стала бояться за Джейдена. Втайне от всех она переживала за его безопасность. Марготта и её приспешницы хитры и изворотливы. У них чрезмерно много магической власти и могущества. Ещё и эта загадочная история со сватовством Алианы.
Об этом как раз рассказывал один дракон. Лея не запомнила его имени. Да и ухаживал он, к счастью, вовсе не за ней. А за рыжекудрой Рутой, расцветавшей и хорошевшей день ото дня.
Иногда она грустила, вспоминая какого-то парня из другого мира. Тот обещал жениться на ней, и не сделал этого. Но чем больше проходило времени, тем сильнее заживали душевные раны Руты. Со стороны было видно, что она несколько примирилась с участью невесты ледяного дракона. И даже строила глазки тому, имени которого Лея не запомнила. Он как раз нашёптывал красавице на ухо историю про Алиану «по большому секрету». Угу, всему свету…
Алиана должна была обручиться с Джейденом. На этом настаивала Марготта. Но что-то пошло не так… В назначенный день в храме тэйденли захотел поговорить с верховной жрицей наедине. Неизвестно, что он сказал старой мымре. Но свою драгоценную доченьку, прозванную ледяной принцессой, она в тот же день успешно спихнула среднему принцу. Оказывается, они давно были влюблены друг в друга. И только благородство тэйденли, отказавшегося от Алианы, позволило им счастливо быть вместе.
Лопатина хорошо слышала разговор Руты и дракона несмотря на якобы созданный полог загадочности.
Мимо неё прошла служанка, предложив напиток. Она с удовольствием приняла кубок из рук молоденькой девочки. Выпила всё залпом, освежившись. И не сводила глаз с Джейдена. Весь вечер на ритуальном пиру перед первым боем он не отходил от… дикарки!
А какое у неё было платье. Называется «все стратегические места прикрыты».
Драконы по очереди приглашали Лейку на танцы. Из вредности она никому не отказывала, мило улыбаясь. Один из мужчин завёл нудную беседу ни о чём. Хотелось зевать, отвечая на расспросы, как она перенесла перемещение, и что думает о Таргарде. Джейден вывел в круг танцующих дикарку, от которой не отходил весь вечер.
«Значит, ревность?» ‒ гневно подумала Лейка, возвращаясь к подругам.
Рута с интересом посмотрела на рассерженное лицо Лопатиной. Даже не ответила своему дракону на какой-то вопрос.
‒ Зара, представь меня своим братьям, ‒ Лея взяла подругу под локоток и настойчиво повела в сторону двоих рослых мужчин. Они были похожи чертами лица: Зара и те крепыши.
Джейден посмеивался в стороне, о чём-то беседуя с правителем Таргарда.
Да уж, в том, что это дети отца Зары, не было никаких сомнений: их как будто размножили на доисторическом ксероксе.
‒ Ты ревнуешь, цветочек? ‒ с хохотом спросила подруга, многозначительно указывая глазами на медноволосую загорелую девушку в откровенном платье. ‒ Не напрягайся, это всего-то одна из наложниц моего отца. Даже если тэйденли и «распробует» её...
‒ Просто хочу познакомиться с твоей семьёй. Что тут такого? ‒ со злостью перебила Лея и захлопала глазами, изображая воплощение наивности.
‒ Знаешь, цветочек, для тебя лучше всего просто понравиться кому-нибудь из драконов. И тэйденли ещё не самый плохой вариант. Молодой, не озлобленный, с мнением твоим считается, как мне кажется.
‒ Когда кажется, креститься надо, ‒ обиженно пробубнила Лейка. ‒ Ни с чем он не считается! Лично я намерена как-нибудь свалить отсюда, а не лечь под дракона.
‒ И при чём тут мои братья? Они не маги, просто воины и охотники, ‒ ехидно сказала Зара. ‒ Не горячись так, цветочек.
Катон и Кеннет никакого интереса к Лее не проявили. А вот в сторону тэйденли, чьи глаза выразительнее всяких слов говорили «Не тронь, это моё», посматривали опасливо. Они сдержанно отвечали на вопросы, чего и следовало ожидать. Лейка сама могла бы догадаться, что мужчины так себя поведут. Если бы не та злость на несправедливость, которая помрачила ум...
Где-то вдалеке, вдали от города, надёжно укрытого за высокими каменными стенами, пропел тревожную песню вражеский рог. Стихла неспешная мелодия. Звенящая тишина вмиг образовалась посреди ритуального пира.
‒ Началось, ‒ угрюмо произнёс правитель Таргарда спустя несколько мгновений.
Он будто состарился на много лет всего за одну ‒ две минуты. Множество морщин ‒ печать памяти о прошедшем, наложенная самим временем, ‒ расчерчивали его волевое лицо. Суровые глаза сузились от злости. Зато ум работал отменно, пока владыка Таргарда отдавал приказания.
Лея не отрывала встревоженного взора от окна. Увиденное восхищало и пугало одновременно. Враг Таргарда — могущественное королевство, как поведала Зара — явно не ждал, что на помощь городу придут... драконы.
Ледяные с громким свистом разрезали воздух. Парили низко, извергая из пасти мороз. Тела поверженных их дыханием сковывало льдом. Толстой коркой, обрекая на однозначную гибель.
Из высоких покоев дворца правителя несчастные виднелись как маленькие точки. Хаотичные, мельтешившие. А потом навеки замиравшие, становившиеся прозрачными. Отсвечивавшими голубыми и синим. Жуткое и завораживающее зрелище, которое едва ли можно назвать красивым.
— Какой ужас, — Лея перевела взгляд на свою руку и поняла, что держится за сердце.
— Ужас, цветочек, это когда грабят города ради наживы. Насилуют и убивают, — подметила Зара.
Она скрестила руки на груди, выглядела безмерно спокойной. Будто ни секунды не сомневалась в том, на чьей стороне победа.
— Насилуют? — голос Леи дрогнул. — Но если это так, зачем Джейден привёл нас сюда?
— Наверное, оттого что он уверен в успехе, — произнесла Рута.
Лейка проследила за васильковым драконом. Она могла ошибаться, но что-то подсказывало, это Джейден. Внезапно его крыло пронзила то ли огромная стрела, то ли крупный болт.
Лопатина совсем не разбиралась в оружии. Никогда не интересовалась средневековьем. О чём теперь сожалела. Но как говорится, знал бы, где упасть, соломки подостлал бы.
«Болт» вспыхнул красными магическими всполохами и исчез. Просто растаял, будто и не было его.
«Колдун!» — догадалась Лейка.
По васильковому крылу расползалась нехорошая чёрная корка. Зверь в небе яро ревел, развернулся назад, из последних сил полетел за высокие каменные стены города. Он скрылся из виду.
Сердце Леи словно не билось несколько мгновений. Замерло вместе с последним взмахом крыла, который ещё можно было разглядеть из окна.
С содроганием вспоминались редкие ядовито-зелёные волны, прокатывавшиеся по телу дракона.
«Ранен… Отравлен?! Жив?» — лихорадочно проносились мысли в голове.
Всё же челове… дракон не чужой. Рисковал собой ради города Зары. Мог бы сидеть и чахнуть в своей треклятой Ледяной империи. Но Джейден почему-то сделал другой выбор.
Лея вглядывалась в небосклон, но таких стрел больше не было. В голове зрели нехорошие мысли о заговоре. Будто это заклинание подготовили под одного-единственного мужчину. И как удобно для жриц – попробуй их обвини. Сам помчался на войну.
Высоко вверху над всеми кружил громадный чёрный дракон.
«Хорн», — подумала Лейка.
Она давно заметила, что цвет глаз ледяных в человеческом облике совпадал с цветом чешуи в животной ипостаси. Просто Хорну не повезло с окрасом. Страшнее его были только жутковатые «слепцы» – с белыми чешуёй и очами.
Драконы будто общались друг с другом без слов. Они оттесняли врага, превосходившего числом, всё дальше и дальше. То тут, то там виднелось их морозное «пламя».
По факту это не огонь. Лейка терялась в догадках, как правильнее сказать? Пыхтеть инеем? Плевать льдом? Куда более красивой была фраза «дыхание ледяного дракона».
К рассвету шум боя стих. Рута дремала. Зара уставилась в одну точку на стене. Не могла поверить, что всё закончилось, как она сказала.
Лопатина бесцельно слонялась по покоям. А потом на неё накатила такая сильная злость, что разум на время затуманился.
Перед глазами снова промелькнуло ранение василькового дракона. И тогда в голове девушки созрел план.
Подруг в подробности посвящать не хотелось: Рута оттаивала к женихам, а у города Зары во много больше шансов выживать в этом диком мире, если Зара и Хорн поженятся.
Когда весь дворец погрузился в зыбкий утренний сон, Лея пошла к Джейдену. Её немного мучила совесть за заколку с драгоценными камнями. Но иначе договориться с девочкой, тихой служанкой из маленькой купальни, не получилось. Без провожатого в огромном дворце с запутанными коридорами запутаться проще простого.
Страх не отпускал до самой двери в покои мужчины. Однако служанка знала своё дело: по пути им никто не встретился.
— Жди меня здесь, — приказала Лея. Девчонка кивнула.
Ей повезло: Джейден спал. Она сняла пояс с платья и крепко привязала его руки к кровати. Невольно разглядывала красивое его лицо. А ещё бледноватую кожу и слабый вид.
Страх усилился, стискивал в тиски.
«Хуже уже не будет! Ты должна, вот просто обязана попробовать!»
Девушка стала бить по щекам. Он слабо распахнул сонные глаза.
— Лея?! — изумлению Джейдена не было предела.
Лопатина могла его понять: то избегала, то сама прискакала.
А потом мужчина почувствовал верёвку и нож у своего горла. Его собственный нож из вазы с фруктами. У Лейки был такой сумбур в голове, что план откровенно трещал по швам и всё больше казался нелепостью.
— Ты сейчас же вернёшь меня домой, тэйденли! — На острие ножа проступила рубиновая кровь.
Всего одна капля. Лея не хотела убивать. Просто припугнуть. Показать, что шутки с ней больше неуместны. Только пока он сильно ослаблен, можно ставить свои условия.
Она просто хочет домой. К маме и папе. Даже к заносчивой вредной Майе.
Её место там. А не рядом с ним.
— А если нет? — нахально спросил Джейден.
Лея села поверх него, для убедительности вогнула нож чуть глубже. По шее потекла тонкая вишнёвая струйка.
Странно, но лезвие входило в плоть как в масло даже в руках такой хрупкой неумехи, как Лейка Лопатина.
— Гномья сталь, — ледяной дракон будто прочёл её мысли. — Из одного дивного мира. Как раз перед твоим приходом заточил. Теперь буду считать это благоприятным ритуалом, — он тихо хохотнул.
— Немедленно верни меня домой, понял? Я хочу к Майе, маме и папе. А если ты это не сделаешь, то просто прирежу тебя как рождественскую утку! — выдав грозную браваду, Лейка сама себя испугалась.
Откуда в ней, тихой домашней девочке, столько хищного?
— Ты ни одной утки не запекла на Рождество. Бройлерные цыплята из «Пятёрочки» не в счёт. — Джейден коварно усмехнулся. — Лея, Лея, — укоризненно проговорил он.
А в следующее мгновение с неимоверной лёгкостью избавился от пояса. Выбил куда-то в сторону оружие.
Она забыла, как дышать!
Теперь уже Джейден сидел сверху. Открыто посмеиваясь, крепко держа, он поднял её руки вверх.
— Что ты знаешь о ледяных драконах, Лея? — волнительно прошептал Джейден, низко склоняясь. — Глупо было надеяться, что ты,
— Я тебя ненавижу, понял? — девушка отчаянно забилась, пытаясь вырваться. — Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу!
Поднявшаяся было истерика резко осела: Джейден впился в её губы. Он целовал жадно, напористо. Настойчиво проник в рот языком, лишая остатков разума. Мир сузился до горячих и пленительно-приятных прикосновений. Сладкая истома разлилась внизу живота. Да-а, целовался Джейден отменно. До умопомрачения хорошо!
— Лея, — томно шептал дракон с одурманенными глазами. — Лея, моя Лея.
И целовал, целовал, целовал… В сомкнутые губы, глаза, плечи. Прикусывал чувствительную кожу на шее, порождая внизу живота сладкое томление.
— Остановись прекрати, хватит, — раз за разом умоляла девушка.
Но как-то вяло, с небольшой охотой. Она поплыла словно опоенная дурманным напитком его страсти. Страха не было, лишь одно желание на грани животных инстинктов: не останавливайся, чёрт возьми!
Но разум вновь и вновь брал верх.
— Нет, — прекрати, — опять и опять шептала Лея дрогнувшим голосом.
— Ты пришла ко мне, Лея, — с довольством припоминал Джейден.
— Чтобы прирезать тебя!
— Какая разница, зачем? — Он с лукавством заглянул не то чтобы в глаза, а, казалось, в самую душу. — Ты. Пришла. Ко мне, Лея, — медленно отчеканил дракон.
Его вертикальные зрачки-рисинки расширились, а руки беззастенчиво бродили по выпуклостям. Она не на шутку встревожилась, что если не остановит его, то всё случится прямо тут. Этой ночью, на этой самой кровати! И ударила Джейдена в пах. Девушка изо всех сил оттолкнула мужчину. Отползла и упёрлась в решётчатую спинку.
— Лея, — протянул раздразнённый дракон. — Иди ко мне, Лея?
— Нет! — вскрикнула Лопатина и пихнула его ногой в грудь, оттесняя на противоположный конец ложа. — Ни за что! Ты меня не получишь, понял? Решил, что тебе всё можно, да? Так вот, я не давала тебе права прикасаться к себе!
— Нет, у меня есть это право, Лея, — он выразительно посмотрел на амулет в форме бутона розы. — Ты моя, Лея. Моя! — он издал звериный рык.
— Да ты же меня совсем не знаешь!
Девушка на миг вспомнила его фразу про «Пятёрочку», но тут же забыла. Её тело всё вспыхнуло голубоватым колдовским светом.
«Защитная магия рода, — подметил про себя Джейден. — Хотя, это хорошо. Если я возьму Лею без её согласия, она потом этого никогда не простит! Лея строгая и честная, и от других всегда ждёт того же».
— Ах, ты про свой обман? А кто мне сказал, что вот это, — Тонкие пальцы гневно тряхнули цепочку, — защита при перемещении?! Напомни, Джейден, чьи это были слова?
— И…? — дракон искренне не понял, почему его избранница сердится. — Невест не принято спрашивать, хотят они дар или нет. Твой долг — принять меня как своего хозяина и господина. Не принимать знаков внимания от других мужчин. Даже не смотреть в их сторону. И с положенным смирением выйти за меня замуж.
— Знаешь, у меня перед тобой столько долгов, что ты просто не муж, а банк, где я взяла ипотеку! То есть не дай бог! Ни за что не возьму такую вот «ипотеку!» — Лея была хороша. Слегка вспотевшая, с растрепавшимися волосами. Её глаза блестели в темноте. Джейден смотрел, не отрывая глаз, и не замечал того, как показное сопротивление перерастает в нечто большее. — Ты же относишься ко мне как к куску мяса, купленному на рынке! Так нельзя, Джейден. Я живой человек.
— Ты не…
— Я не хочу брать на себя обязательства перед тобой! — Лея горько заплакала, вспоминая родные лица. — У меня есть кое-что поважнее. Моя семья: Майя, мама, папа. На Новый год должна была приехать бабушка, но теперь мы с ней никогда не увидимся из-за тебя! Будь ты проклят, мерзкий похититель! — девушка набрала в рот слюны и смачно плюнула в его лицо. — Никогда не сдамся! Никогда не стану твоей! Сам подумай, как можно лечь под того, кто украл у тебя
— Ты не…
— Прекрати! Ничего не говори! — сквозь пелену слёз орала Лея.
Она подумала, что сейчас её слышно на весь дворец. Ну и плевать! Пусть все знают, что ледяные драконы – воры и насильники. И эти обвинения тоже были брошены прямо в одеревеневшее от неожиданности лицо.
Джейден молчал. Давал ей время выговорить всё, что накипело. Только что избранница плавилась в его руках, а теперь…
«Такая резкая перемена до добра не доведёт», — подумал дракон.
— Верни меня назад? — с жаром попросила Лея.
Джейден положил руку на лоб. Почувствовал такой же холод, как в сильный мороз.
— Я верну тебя, — пообещал он обнимая.
«Но ты вновь придёшь ко мне Лея, — вслух тэйденли этого говорить не стал. — Ты вернёшься! Потому что теперь для тебя иного пути просто нет...»
— Правда? — Лопатина не поверила своим ушам.
— Даю слово тэйденли, что открою пространственный переход в твой мир один раз, — встревоженным голосом пообещал Джейден.
— Ты не врёшь мне? — Лея расплакалась ещё сильнее. — Это ведь не ложь? Я увижу Майю, маму и папу?
— И бабушку, — добавил тэйденли, содрогнувшись всем телом.
От смеси восторга, счастья и неверия Лея не замечала ничего. Ни задумавших что-то драконьих глаз, ни странностей в его словах и поведении, ни задумчивого и слегка грозного «один раз».
— Мне надо попрощаться с подругами, — она вскочила с кровати.
— Нет уж, дорогая, — Джейден придержал её за руку. — Тебя ведь с нами ничего не связывает? Ни душевные привязанности, ни другие узы? Всё оставишь в прошлом как узы брака, так и узы дружбы? Ведь так, Лея?
— Да, — Лейка поспешно согласилась, не понимая намёка.
«Вот чего он выделывается? Это чтобы показать напоследок кто тут главный?»
— Идём, — несколькими магическими пассами Джейден переодел себя и спутницу. Лея огляделась: куртка, зимняя одежда, сапоги.
Ей вернули её одежду! Даже про горошек не забыл, гад! Но уже через мгновение девушка забыла про банку с горошком. Словно это совсем не странно. Её кожа вновь отсвечивала голубоватым сиянием.
На этот раз никакого яйцу подобного кокона. Просто дверь, сотканная из синей магии, открытая прямо… в её подъезд! Лейка шагнула туда очень быстро. Боялась, что всё исчезнет как мираж. Дрожащими руками вставила ключи в замок, вошла в квартиру и обомлела. В её мире по-прежнему был тот же день на календаре.
День, когда её украли с Земли! Судя по часам, поздний вечер. Хотелось разрыдаться от счастья, но все слёзы уже были выплаканы.
— Наконец-то я дома! — вслух подумала Лейка.
— И я того же мнения, — в прихожую вышла бабушка, Фаина Ивановна, покуривая сигарету через мундштук.
Её короткие, крашеные в цвет баклажана, волосы были завиты и уложены в стиле Гэтсби. Стильное каре, яркий макияж с акцентом на глаза, моложавая для пенсионерки внешность, элегантное синее платье-футляр.
На вид Фаине Ивановне было не больше сорока – сорока пяти лет.
— Жаль, что ненадолго, — бабуля пыхнула, обдавая Лею противным сигаретным дымом с нотками чего-то шоколадного. — А ты упрямее, чем мне хотелось бы, молодой человек.
— В смысле? — Лейка растерянно похлопала глазами. Она уже ничего не понимала.
— Я же запретила тебе встречаться с этим студентишкой по обмену из… Откуда ты там? Гондураса?
Лея обернулась, зло взглянула на Джейдена, увязавшегося за ней следом. Ничто не выдавало драконью сущность. Кожаная куртка, подбитая мехом, белый шарф с бардовыми кленовыми листьями и красный свитер с оленем Рудольфом.
«Да-да, о-о-очень всамделишный парень из Гондураса», — чувствуя, как приходит в бешенство, подумала Лейка.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
С глазами, полуприкрытыми от ярости, сдерживаемой огромным трудом, Лейка смотрела, как папка, — солидный человек, между прочим — «играл» с Джейденом в «кто кого перепьёт». Называя по-домашнему, на русский манер – Женька.
Всего за каких-то полчаса выяснилось, что все Лопатины прекрасно знают тэйденли, и по какой-то нелепой случайности считают ухажёром Леи. Якобы она бегала к нему на свидания с первого дня в университете. Девушке оставалось только растерянно хлопать ресницами и согласно кивать. Не говорить же про империю и ледяных драконов. Её рассказ стал бы билетом к психиатру.
— Ой, Лейка, как же я тебе зави-и-идую, — протянула на ухо Майка. — А вот мой Вадичка до сих пор нашу бабушку побаивается до икоты. Хорошо, что она предпочитает жить на Кипре. Иначе не видать бы свадьбы как своих ушей, — сестра с задумчивым видом отхлебнула шампанское. — А твой Женька смелый.
— Он не… — Лея смолкла, недоговорив слова «мой».
— Знаю, знаю. Джейден. Сколько можно говорить, что это зубодробительное имя.
— Я всё слышу, — с усмешкой на губах шепнула Фаина Ивановна.
— Кушайте побольше, — Мама улыбалась, подкладывая мужчинам еду. — Так где у вас, говорите, двухэтажный дом?
— Близ Торонто, — деловито ответил папа. — Я проверял.
Лейка не знала и знать не хотела, как проходили папины проверки. Но одно она помнила наверняка: у папы всегда были кое-какие связи. Пустое он не стал бы утверждать.
Мысленно она приставила дуло пистолета к виску. Ведь теперь ушлый дракон перейдёт в категорию «жених круче, чем у Майки». Сестра всю плешь проест вместе с родителями. Первая за то, что младшая её переплюнула. Вторые, чтобы Лея «не упустила своего счастья».
— Так это же не в Гондурасе.
— Дорогая бабушка, ох уж все эти ваши шуточки про Гондурас. То есть… Простите меня за фамильярность, Фаина Ивановна. — Джейден притворно смутился.
— Ничего, мы же почти родственники. А предложение когда делать будешь? — Фаина Ивановна задержалась взглядом на кулоне.
— Бабуль, можно тебя на минуту? — не выдержала Лея. Она встала из-за стола, вышла в коридор, затем на кухню.
Только там можно было поговорить с глазу на глаз.
— О чём ты хотела посплетничать? — спросила Фаина Ивановна, проверяя пирог в духовке.
— Бабуль, тебе не кажется, что вы все тут ведёте себя немного странно? К чему все эти вопросы о замужестве. И вообще, мне кажется, что Джейден меня… приворожил. Да, точно, опоил какой-то дрянью, вот у меня мозги и отшибло. Может, подумаем вместе, как от него избавиться?
— Лея, это ты странная. Ты так сильно хотела бросить учёбу и уехать с ним. Твои родители были в ужасе и даже запретили вспоминать его имя. Помнишь?
— Не-а, — тихо призналась Лейка.
По комнате поплыл вкусный аромат. Фаина Ивановна взяла нож и стала резать яблочный пирог на куски.
— Признаться, он мне никогда не нравился. Но я поняла одну важную вещь. Чему быть, того не миновать. Загостилась я тут.
— Бабуль, уже уезжаешь? Ты ведь только приехала. Да ничего не случится с твоей дачей. Останься с нами, пожалуйста? Мы очень редко видим тебя. И сильно скучаем.
— А перебирайся-ка ко мне на дачу, Лейка? — Фаина Ивановна лукаво подмигнула. — Вспомни, как весело там было в детстве? — она подошла вплотную, обняла лицо девушки руками. — Вспомни всё.
— Ай, голова болит! — Лея схватилась за голову.
— Мало болит, — Майя взяла тарелки с нарезанным пирогом. — Даже не предупредила, что задержишься. Мы сразу так и поняли, что твой охламон опять объявился. — Она плотно поджала губы и вышла.
— Милый камешек, — послышался слегка сердитый голос Майки из зала. — А вы с Лейкой о детях уже думали?
— Конечно.
— А кого ты больше хочешь? — Майка продолжала вежливые расспросы. — Мальчика или девочку?
— Девочку, — с затаённой надеждой ответил Джейден.
— Ну, Майя, и снова вся надежда на тебя, — папина любимица, разумница и раскрасавица, напросилась на похвалу. — Жду от тебя пацана! Внука! А то меня окружают одни женщины.
— Так разве это плохо?
— Понимаешь, Женька, у каждой ведь свой характер, своё мнение. К каждой надо подстроиться. Одна отдушина — рыбалка.
— Пойдём, Лея, — бабушка потрясла за руку. — Надо вернуться к столу. Некрасиво по углам отсиживаться. Вадим в гостях, забыла? Со своим Гондурасом разберёшься после.
— Да, конечно, — девушка пошла за ней следом.
— Лея, любимая, — Джейден вскочил с места и бухнулся перед ней на колени. Заглянул в лицо самым честным в мире взглядом. Как в цирке, не пойми откуда в его руках оказался букет белых роз. Фокусник окинул всю публику оценивающим взором.
Мама и папа довольно улыбались. Вадик о чём-то шептался с Майей. Бабуля смотрела на него весьма скептически. Совсем как оценщик ювелирных изделий на бижутерию.
— Выходи за меня замуж, Лея? — вкрадчиво попросил Джейден. Он начал говорить какую-то романтическую чушь. Про то, что она для него – всё и что-то ещё. Снова разболелась голова.
Они налетели на неё скопом: то ли картинки, то ли галлюцинации…
—
—
— Да, — непонятно почему повторяла за ней вслух Лейка.
Она словно была в трансе и не понимала, что тем самым отвечает на его вопрос. Бабуля хитро подмигнула.
—
—
По щеке Леи из настоящего катится одинокая слеза.
—
—
—
—
—
—
Николай Игоревич хлопнул Джейдена по плечу. Мужчина зажмурился. Свитер с оленем пропитался кровью. Марианна Ивановна встревоженно заохала.
— Женька, что с тобой? А ну-ка быстро на кухню! — скомандовала она. — Лечиться будем.
— Ой, Лейка-Полейка, — ядовито шепнула на ухо Майка. — Я тут подумала, а отчество у твоих детей какое будет? Джейдич или Джейденович?
— Гондурасович, — с самым серьёзным видом сказала бабушка Фаина.
Николай Игоревич стянул с Джейдена свитер, усадив на табуретку. Все возражения вроде «пустяк, само пройдёт» он пропустил мимо ушей.
Марианна Ивановна присвистнула, достав домашнюю аптечку.
Майка закатила глаза к потолку, увидев грубую белую тряпку, которой было обмотано плечо.
— Так, я звоню в скорую, — тоном, не терпящим возражений, сказал Вадим, глядя на то, как всё больше краснеет ткань повязки.
— Бабуль, у него же документов нет, — отчаянно шепнула Лейка на ухо Фаине Ивановне.
— Да-а, это тебе не массовое внушение, конечно же, но и не конец света.
— Внушение?
— Конечно. Только тэйденли способен столь быстро влезть в головы четверых людей и заставить их поверить в то, чего не было. Особенно про дом в Торонто – гениально. Хорошо подготовился.
Они с Лейкой стояли в коридоре, поодаль от всех. На счастье, этот разговор никто не подслушал. Слёзы градом катились по щекам Леи. Девушка винила в случившемся только себя.
Волевым голосом бабушка приказала оставить на кухне их с Джейденом одних. Она выхватила трубку из рук оторопевшего Вадима, сказав ему, что всё будет хорошо. Её заверения подействовали. Ох уж эта бабушка! Наверное, и тут тоже без магии не обошлось. Фаина Ивановна закрыла дверь изнутри. Только Лея слышала бормотания на диалекте драконов, разносившиеся из-за запертой двери. Остальные взволнованно ходили из стороны в сторону.
— Порезался. На стройке. Кровотечение остановлено, — деловито объявила бабушка, открывая дверь.
На плече Джейдена была новая бинтовая повязка, пахнувшая зелёнкой. Он хотел было натянуть свой комический свитер обратно, но Фаина Ивановна не позволила.
— Сжечь и не вспоминать, — задумчиво протянула она. — Марьяша, посмотри что-нибудь подходящее в вещах Николая? Знаешь, милок, я бы сказала, что у тебя дурной вкус. Но глядя на нашу Лейку, язык как-то не поворачивается. — Бабуля достала мундштук и прикурила шоколадную сигарету. — Николай, есть разговор. С глазу на глаз.
— Ого, какой шрам! — Майка беспардонно заглянула под повязку. Прошлась подушечками пальцев по литым мускулам руки. Лея почувствовала, как начинает свирепеть.
— Майя, — одёрнул её Вадим, ревниво сверкая глазами.
— Я только потуже затянуть хотела.
— Лея затянет потуже. Идём к столу, Майя. — Он протянул руку. — Раз всё обошлось, праздник продолжается.
Сестрица слегка побледнела, пулей шмыгнула к жениху. Наверное, встревожилась за свою скорую свадьбу. Вадим приобнял её и неслышно сказал что-то на ухо. Строгое, предупреждающее. Они ушли к столу, а вслед за ними бабушка уволокла в спальню маму и папу. Обсуждать «очень важный вопрос». Лея и Джейден остались одни.
— Думаю, ты должен многое мне объяснить. Вы оба: и ты, и бабуля, — нарочито строго проговорила Лейка, потуже закрепляя верёвки повязки. — Вы знакомы? Знакомы, это же видно.
Она спешно вытерла лицо ладонями, представив, как выглядит со стороны. Опухшее красное лицо: ну просто мисс Вселенная. Почему ты скачешь по мирам простреленным?
— Ещё несколько часов назад ты пыталась меня прирезать, — он мягко привлёк девушку к себе и поцеловал.
Прикосновения его губ были мягкими, нежными, бережными. Лея жадно целовала в ответ. Голова уже не раскалывалась от боли. Она вспомнила всё, что связывало их. Как она сбегала с ним и пропадала для всего мира на день — два. Тогда ей не нужны были никакие объяснения. Только чтобы он всегда был рядом…
— Я защищалась, — бормотала Лея. — Бабушка, она… Я тебя забыла. Меня похитил незнакомый мужик с матримониальными планами. Это вообще нормально?! — она шутливо стукнула его по обнажённой груди.
Девушка не заметила, в какой момент очутилась на коленях, крепко прижатая к сильному, пленительно пахнувшему, телу.
— Да, — Джейден поймал кулачок и поцеловал. — Ведь в твой мир так непросто попасть. Боюсь, я исчерпал всё своё везение. Фаина вернётся в империю и займёт место, которое принадлежало ей по праву. Здесь больше не будет столь сильных ледяных драконов, как она. Я не смогу разрезать ткань времени к тебе. Ты понимаешь, о чём я прошу, Лея?
— Понимаю. Я уйду с тобой. Но мама и папа...
— Какое-то время они будут верить, что ты счастливо замужем где-то за границей. А потом просто забудут об этом. Так, словно тебя никогда не было. Только не подумай, что это моя злая воля. Это просто особенность магии перемещения между мирами.
— Что с твоей раной? — Лея бережно коснулась повязки.
— Ничего, — уклончиво ответил Джейден.
— Я слышала, как бабушка шептала заклинания. А ты говоришь, ничего?!
— У меня бешеная регенерация, Лея.
— В каком месте? — Лопатина начинала злиться. — Я видела кровь. Тебя хотели убить?
— Лея, — Джейден поцеловал её в кончик носа. — Милая моя Лея. Тэйденли способен сам разобраться со всем этим.
— Я хочу быть твоей опорой, — вкрадчиво произнесла она. — Знать про всё, что с тобой происходит.
— Всё уже позади. Фаина разрушила чары, губившие меня.
— А если бы нет? Если бы мы не пришли сюда? Что тогда?
Джейден молчал, отводя взор. Лея чувствовала, как всё её тело трясёт от страха за него.
— Это Марготта, да? Они боятся суда?
— Помнишь, что я обещал тебе?
— Что заберёшь меня.
— Всё будет хорошо, — он снова поцеловал её.
И Лея целиком растворилась в этом поцелуе. В мужчине, которого когда-то выбрало сердце. И опять ничего не было надо. Только чтобы он всегда был рядом…
Её дракон, её герой. Совершивший невозможное, чтобы быть вместе рядом с любимой и единственной. Её самоуверенный целеустремлённый мужчина.
— Ты уедешь со мной?
— Уеду.
— И будешь доверять мне, что бы я ни попросил?
— Да.
***
Три дня дома пролетели быстро и были похожи на добрую светлую сказку. Но дольше, к большому огорчению Леи, оставаться на Земле было нельзя. Фаина Ивановна неприкрыто посмеивалась над тем, как нервничает Джейден, глаз не сводит с избранницы.
— Не доверяешь
— Но я вам всё-таки не нравлюсь.
— Да. И никогда не нравился, — подтвердила бабушка. — Вот только в первый раз в империю Лея переместила себя сама. Жрицам оставалось лишь отнести её в нужное помещение и промыть мозги.
— Бабушка, что ты имеешь в виду? — Лея стремительно шагнула вслед за драконихой в портал. — Как это переместила себя сама?
— Неужели ты думала, что у внучки бывшей верховной жрицы Ледяной матери нет совсем никакого дара? Признаться, я тоже так думала, — Фаина Ивановна тут же опровергла сама себя. Взмахом руки она помолодела лет на десять и отрастила волосы до поясницы. — Обычно в мирах без магии у всех нас рождаются люди и только люди. Но Ледяная мать решила иначе.
— У всех нас? — растерянно спросила Лея. Девушка перевела непонимающий взор с бабули на Джейдена.
Мужчина привлёк её за руку, крепко прижал. В его объятиях Лейка чувствовала нежность, заботу и нотки ревности.
— Не думаешь же ты, что все драконихи просто вымерли? — прошептал он. — Они улетели в разные миры по вине моего отца. Чем старее становился прежний правитель, тем безумнее были его приказы. Многие из которых ущемляли в правах наших женщин. Исчезли смешанные браки со всеми другими драконами. Все люди, у кого хватило денег, уехали в Пламенную империю. Ледяная империя стала довольно неприятной страной.
— Бабушка, а когда ты улетела? Ты выглядишь гораздо моложе верховной жрицы Марготты.
— Разумеется, самой первой, — Фаина Ивановна и в этом мире решила не бросать своей дурной привычки. По просторной комнате в светлых тонах поплыл запах табака с ноткой шоколада. — Отец Джейдена закрывал пути во многие миры, а ледяные драконихи всё равно покидали их. Мы не вещь, чтобы нас держали на поводке.
— Как я и обещал вам, я многое сделал, чтобы исправить все эти непростительные ошибки, — почтительно сказал Джейден. — Но вы не можете просто вернуться в храм. Раньше суда над жрицами, по крайней мере.
— Суд над жрицами? — одобрительно переспросила Фаина. — Мальчик, ты хитрее, чем я думала. Что планируешь делать?
— Может, сослать их куда-нибудь?
— В Гондурас, — предложила Фаина, прикуривая сигарету.
— Бабушка, — льстиво произнёс Джейден, — в Гондурасе тропический климат. Боюсь, мы непоправимо повредим Земле.
— Ну, показывай, где ты держал мою внучку? — Фаина огляделась по сторонам. — Надеюсь, она жила во дворце со всеми удобствами.
— На отборе невест, — проболталась Лейка быстрее, чем Джейден успел что-то ответить.
— Убью! — грозно пообещала бабушка, злобно сверкая глазами. — Лея, немедленно отойди в сторону.
— Бабушка, может, не стоит горячиться? — Лейка впилась пальцами в плечи Джейдена.
— Лея, постой несколько минут снаружи. Всё будет хорошо, — заверил её любимый.
— Не хо… — Лопатина отрицательно покачала головой. —...чу! — договорила она уже в коридоре.
Её просто-напросто выставили вон! Из помещения, по виду мужских покоев, раздавался шум взрывающихся заклинаний и рёв очень злой драконихи.
«Всё, нет больше у милого спальни, — подумала Лопатина, когда стало тихо. — Странно, что весь дворец на шум не сбежался».
— Лея, Лея, — укорила бабушка, распахивая дверь. — Да жив он, жив, — сказала она, распахивая дверь, — слегка.
— Слегка?! — испуганно повторила Лейка. И пулей влетела в помещение.
Носом уткнулась в грудь, пахнувшую морозной свежестью, и расплакалась.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
— Лея, из-за чего ты плачешь? — заботливо спросил Джейден.
— Из-за всего, — сквозь слёзы ответила она, проводя подушечками пальцев по густому слою чего-то угольно-чёрного, похожего на копоть или сажу, на гладкой мужской груди. Дракон прошептал какое-то заклинание и очистился.
— Джейден, теперь ты можешь снять это? — Лейка указала глазами на сдерживающий магический браслет.
— Догорая, — уклончиво ответил мужчина, — бабушка по тебе очень соскучилась. Наверняка вам с ней о многом нужно поговорить.
Он скрылся в разрушенном помещении, переоделся в каким-то чудом уцелевший костюм и под сердитым взором своей избранницы удалился прямо по коридору «заниматься государственными делами». Не забыв раскрыть двоим женщинам портал в Небесный замок.
— Джейден, — угрожающе позвала Лейка. Дракон остановился, но не повернулся. — Я это так не оставлю!
— Не сомневаюсь, дорогая, — тихо и чуть насмешливо ответил тэйденли перед тем, как скрыться за поворотом.
— Ба, чего это он? — обиженно, тоном маленькой капризной девочки буркнула Лея. Только с Фаиной Ивановной она могла позволить себе быть такой.
— Он боится, что птичка упорхнёт из клетки бороздить просторы миров. Разрежет ткань временного пространства и поминай как звали, — призналась дракониха. — Неужели ты думала, что браслеты – изобретение жриц? Не было никаких отборов невест на моей памяти. Ах, Лея, милая Лея, это печально и романтично одновременно. Сотни жриц свозят дев, в которых есть хоть капля искры ледяного дракона ради того, чтобы нынешний тэйденли обрёл свою единственную. Идём, — Фаина подтолкнула Лейку в сторону портала. — Познакомишь меня с твоими подругами. У тебя ведь есть там подруги?
— Да, Рута и Зара. Ещё Амали, но я не уверена, что могу ей доверять. Амали чуть ли не ест с рук верховной жрицы Марготты.
— Это Амали? — задумчиво спросила Фаина.
На них мчалась белокурая девушка в розовом платье с пышной юбкой. Её лицо светилось от радости и неподдельного счастья.
— Лея, вот ты где, а я тебя везде ищу, — она схватила Лопатину за руки и расхохоталась.
За спиной Амали маячила Марготта. Строгий собранный вид — будто готовится к нападению — говорил о том, насколько сильно она не рада видеть Фаину.
— Лея, представляешь, сегодня будет мой ритуальный бой, — беззаботно щебетала Амали.
— Твой бой?
— Ну да. Три дракона хотят биться за меня, — Амали всплеснула руками, запрыгала на одном месте.
«Было бы чему восторгаться, — скептически подумала Лопатина. — Что-то я не хочу, чтобы Джейден размазал по стенке Эрида из-за меня. Какой ужас, я стала причиной недомолвок — вражды? — между двумя братьями!»
— Э-э-эм… Поздравляю.
— Знаешь, по традиции в храм невесту ведёт одна из подружек, — защебетала Амали. Лея украдкой посмотрела на бабушку: та кивнула подтверждая.
— Подружка передаёт невесту жениху, а потом надевает плотный чёрный паланкин на лицо в знак скорби, — закончила объяснения Фаина. — Не будет больше девичьих игр. Невеста умирает для прежней жизни и перерождается для новой. Пока подружка неспешно движется к выходу с плотно закрытыми паланкином глазами, приносят брачные клятвы.
— Я хочу, чтобы ты стала моей подружкой невесты, — жарко попросила Амали, стиснув ладони Лейки.
— Эм… — Лопатина была растеряна. — Да.
Мыслями она была далеко-далеко, с Джейденом. Упрямым и не до конца понятным драконом.
Лея отогнала тревожные мысли, мельком заметив то, как перекосилось от страха лицо Марготты. Всего мгновение, и верховная вновь надела непроницаемую маску, сотканную из высокомерия.
— Фаина, а ты хорошо сохранилась. Какими судьбами? — елейным тоном спросила верховная жрица.
«Конечно, хорошо. Не то что ты. Старая, злобная, всех ненавидишь. Из тебя ядовитый песок скоро посыпется!» — с негодованием подумала Лейка.
— Лея – мой далёкий потомок, хоть и человек. В ней моя ледяная искра, — зачем-то приврала бабушка. — Отныне я не хочу с ней расставаться.
«Потом спрошу», — Лопатина оставила на памяти мысленную зарубку.
— А что насчёт служения? — осторожно уточнила Марготта.
— Если меня примет назад в свои объятия Ледяная матерь, — Фаина гордо вздёрнула подбородок. Так, словно не сомневалась в успехе. — Мы с Леей сегодня в любом случае прогуляемся до храма. Там и узнаем.
— Я этого никогда не одобрю, Фаина.
— Воля Ледяной матери превыше желаний смертных, Марготта.
Жрицы смотрели друг на друга в упор с плохо скрываемой ненавистью. У Леи в голове вертелось всё больше вопросов. Бабушка говорила ещё на Земле, что выглядит так из-за времени, которое в двух мирах бежит совсем по иному руслу. Будто уже не осталось ни одного дракона, которого она помнила бы. Однако и Марготта, и иные жрицы — старые противные мымры — стояли здесь.
Фаина не верила Джейдену, когда он рассказывал о плачевности ситуации с рождаемостью новых драконов. Твердила, будто в империи должно быть несколько тысяч молодняка.
Теперь же бабушка выглядела если не испуганной, то очень настороженной и ошарашенной. И самым пугающим во всём этом было то, что никто не ведал, почему в империи резко не стало молодняка. Даже тэйденли, который казался Лее воплощением хитрости и находчивости. Истинную драконью мудрость Лейка видела в бабушке Фаине.
— Идёмте, скоро начнётся бой! — Амали со счастливым повизгиванием понеслась вперёд, предвкушая зрелище.
— Бабуль, — осторожным шёпотом спросила Лея на ухо. — Теперь ты веришь Джейдену?
— Признаться, я действительно считала, что через меня он просто хочет вернуть остальных драконих. Ведь с каждой из них у меня есть особая ментальная связь, — также тихо поведала Фаина, идя следом за остальными на арену. — Но теперь он возвысился в моих глазах. Ведь ни разу не солгал.
Занимая места на арене, Лея старалась придать себе подчёркнуто горделивый вид. Невесты шушукались, не особо таясь, о том, что три недели она провела, грея постель в покоях тэйденли. Вырвать бы им их острые как нож языки!
— Мои поздравления, — стоило подумать об Эриде, как он тут же появился. Низко склонился, целуя руку счастливой невесты. Амали тут же осыпала его сотней слов ни о чём и одновременно обо всём на свете.
Дракон улыбался ей и не сводил рассерженного взора с Лейки. Лопатина сделала вид, будто не замечает, как он тут мысленно вколачивает ей под ногти иголки. Или разрывает на сотни мельчайших кусков. Казалось, запах испепеляющей драконьей ярости незримо повис в воздухе. И только милое трещание Амали о своих ухажёрах разряжало обстановку.
Три дракона взмыли в небо. Раздался громогласный рёв гигантских чудовищ. Синий вывел из строя василькового: его острые когти впились в область груди, оставляя страшную рану. Голубой дракон величественно парил чуть поодаль и будто насмехался над поверженным. Но синему этого показалось мало. Он отлетел, чтобы набрать скорость и снова начать терзать соперника с ужасающей яростью.
— До первой крови, — строго прикрикнула Марготта, вставая со своего места.
— Я вырву его сердце, — прошептал Эрид. Непонятно как он очутился позади Лейки.
— Ты психованный какой-то, — не сдержалась Лопатина. — Я тебя не люблю. Оставь меня в покое.
Все зрители были поглощены боем и не обращали внимания на них. Амали, единственная из тех, кто сидел рядом, упорно делала вид, что не слышит ни звука.
— Нет, — Эрид сел рядом с Леей. — Не оставлю. И поверь, он заплатит мне за каждую секунду, которую ты провела в его объятиях.
— Эй, проснись и пой, здесь куча девушек! — возмущённо прикрикнула Лея. — Иди и найди себе другую.
Глаза Эрида сверкнули как-то нехорошо. Его как будто опоили.
«Может, его жрицы ко мне приворожили? Иначе зачем так упорно требовать, допустим, яблоко. Тем более если Эрид свято верит в то, что от этого яблока уже не раз откусили? Ополовинили, можно сказать».
— Слушай, а тебя в детстве головой об кроватку случайно не стукали? — Лея разозлилась. — Наверняка очень хорошо приложили. Объясняю для особо непонятливых, я люблю другого дракона. Мне хорошо с ним. Здесь много невест. Выбирай любую.
— Я уже выбрал, — Эрид попытался положить руку на талию Лейки.
Она с силой царапнула по его коже острыми ногтями. А потом отдавила ногу и ударила локтем под дых. Эрид поморщился.
— Не смей меня лапать, придурок.
— Ты красивая, Лея. Я хочу заполучить тебя. Посмотрим, как ты заговоришь, когда окажешься подо мной.
— Пожалуйста, Эрид, уйди, — Амали впилась в плечи Леи, не давая подруге накинуться на дракона с побоями. Отчего-то он послушался её.
— Не обращай внимания, — Амали ободряюще сжала руку Лейки, усадила назад. — Ничего не говори в ответ. Когда ему надоест сотрясать воздух, он сам уйдёт. Разве ты не видишь, что Эриду просто нравится, когда брыкаются?
— Он угрожал Джейдену.
— И не только он. И не только ему. Это что-то вроде фразы, входящей в набор к ухаживаниям. Я разорву ему сердце. Ты будешь только моей. Пустая болтовня. Ведь всё решает бой. Они все так говорят. Драконы, — Амали притворно вздохнула и невозмутимо пожала плечами. — Может, им брошюры обучающие раздают, вот мальчики и ведут себя одинаково?
— Я думала, ты не знаешь слова брошюры.
— Мы с Раном много путешествовали. Ран это вон тот голубой дракон, который прижимает к земле синего, — Амали ободряюще улыбнулась. Встала с места и громко прокричала: — Я люблю тебя, Ран!
Лейка с открытым ртом посмотрела вперёд, на арену. Сверху сиял и искрился защитный купол, сдерживая мороз и холодные ветра снаружи. Два огромных дракона издавали пугающие звуки. Боевые животные вопли, призывавшие рвать соперника в клочья буквально до смерти.
Голубой дракон был сверху синего. Он впился когтями в плоть и вырвал кусок мяса из бедра резкими порывистыми движениями. Хлопая крыльями, взлетел вверх. Вслед за ним ненадолго взмыла в воздух туча кроваво-охристого песка.
— Ран соблюл правило «до первой крови», — несколько нервно бормотала Марготта в ответ на требования визгливой девицы призвать победившего дракона к ответу.
— Какая жестокость, он мог его просто поцарапать! — незнакомка топнула ногой. — Почему вы не остановили его? Может, потому что некому? Это же возмутительно!
— А ты полезь туда сама и останови взбешённого дракона, — елейным тоном предложила верховная жрица. Это прозвучало как приглашение на безобидную прогулку. Незнакомая невеста успокоилась, замолкла, вернулась на своё место.
Лея смотрела на победителя, перекинувшегося в человека. Ран величественно вышагивал к Амали. Избранница побежала навстречу, повисла на шее.
— Всё будет хорошо. Помнишь, я обещал? — прошептал на ухо Джейден.
— Что ты тут делаешь? Я думала, большой и грозный дракон ушёл по своим важным делам, — Лея очень хотела повиснуть на нём. Совсем как Амали на своём женихе. Но усилием воли остановила себя.
— Я буду вести тебя под руку из храма. Из-за чёрного паланкина тебе ничего не будет видно.
— Как это мило. Целая минута для меня в твоём плотном расписании, — Лея зло посмотрела на любимого.
— Иди сюда, — ласково попросил Джейден. — Обнимешь меня?
Лейка немного подумала и… согласилась. О них в любом случае болтают всякое за спиной и практически в лоб. Когда его сильные руки поглаживают спину, сразу становится хорошо и легко на душе. И ничто не важно, кроме него.
***
Храм был большим и величественным. Огромное белое здание, казалось, вырезанное изо льда. Лея коснулась рукой колонны, почувствовала под ладонью прохладный камень. Поплотнее закуталась в меховую шубу. Здесь не было ни пламенных драконов, ни магии огня. Морозный ветер гулял, пробираясь к телу сквозь одежду. Она сильно мёрзла, несмотря на согревающий амулет, подаренный Джейденом.
— Мне зябко, — тихо пожаловалась она.
— Ты привыкнешь и не станешь чувствовать холода, когда обретёшь вторую ипостась.
— Интересно, какого цвета у меня чешуя? — Бабушка до сих пор не сняла иллюзию, и Лея выглядела как человек.
— Голубого или синего, как и большинство из нас, — предположил Джейден.
Жрицы с постными лицами сновали тут и там, приготовляя всё необходимое для церемонии. Лея поймала себя на мысли, что чувствует нечто. Нечто, спрятанное глубоко под землёй. Некое биение жизни. Она посмотрела вниз и увидела дощатый пол, покрытый инеем. Мимо прошла шумная толпа, рассаживаясь по местам на скамьях.
— Ты не чувствуешь ничего необычного тут? — осторожно спросила Лея у Джейдена.
— Нет. А должен? Это просто храм.
— А как много храмов.
— Достаточно. Но этот – главный.
Алиана неспешно шла по проходу, окружённая несколькими престарелыми женщинами. Она вскидывала руки и колдовала. На высоких колоннах, спинах скамей, стенах и потолке распускались прекрасные ледяные цветы.
— Ах, вы слишком слабы. Как же ваша болезнь?
«Болезнь? — мысленно удивилась Лейка. — Да на Алиане пахать можно!»
Марготта что-то зашептала на ухо дочери, уводя её прочь. Было необычно то, что «единственную» половозрелую дракиниху тут выставляют напоказ, как ценный экспонат в музее, а потом берегут словно хрустальную вазу. Вазу, которая досталась в наследство от любимой бабушки и стоит баснословных денег.
Лея потрясла головой: ощущение биения сотен крохотных сердец не проходило. Её магия бушевала внутри неё, рвалась наружу — куда-то в пространство — и вниз. Всё ниже и ниже, туда, глубоко-глубоко, где… что? А что там?
Спросить Лея не успела. Заиграла красивая медленная музыка. Она опять тряхнула головой, наваждение пропало. Теперь Лейка слышала лишь стук собственного взволнованного сердца.
Неизвестно, как Амали не обратилась в лёд, не сходя с места. Наверное, оттого что была увешана обогревающими амулетами с ног до головы. Белые туфли на шпильке и длинное нежно-розовое платье с пышной юбкой и белыми вставками. Сегодняшняя невеста была похожа на зефир. Её дракон самодовольно улыбался, глядя на хрупкую фигурку, её светлые волосы, в которые вплели живые цветы. Их лепестки покрылись снегом. Образ Амали был волшебным, сказочным. Все в храме дружно ахнули и захлопали в ладоши, приветствуя её.
— С неё сняли браслет, — обиженно пробурчала Лея.
— Обсудим это потом, — Джейден подтолкнул в спину. — Отведи её к жениху, а потом жди, когда я коснусь твоей руки.
Лея скинула шубу, передав кому-то из жриц. Как ей и обещали, амулет надёжно защищал её от мороза. Хотя девушка сильно боялась вмиг окоченеть.
Улыбаясь счастливо и беззаботно — свадьба же, все на неё смотрят — Лейка отвела невесту к жениху. Жрица — Лопатина не знала её — надела на её голову чёрный паланкин, под который не проницал свет и развернула спиной.
Джейден бережно коснулся руки избранницы сильными пальцами. Повёл по проходу назад под заунывное чтение молитвы.
Шаг и ещё шаг, и странное ощущение, будто под храмом есть нечто живое, вновь захолонуло всё существо. Лея вздрогнула и споткнулась, запнувшись о подол платья. Гости охнули и стали перешёптываться о том, что это дурная примета.
— Просто небольшое волнение. Да, дорогая? — Джейден успокоил гостей. Он покрепче обнял Лею в нарушение древней традиции и уверенно повёл её к выходу.
— Да.
Чем ближе они подходили к выходу из храма, тем больше Лейку отпускали ощущения. Пока что было ясно лишь то, что это спрятано где-то под землёй в центре храма.
«Но здесь столько драконов, почему они ничего не чувствуют? И где моя бабушка? — запоздало спохватилась Лея. — Её не пустили в храм? Но из-за чего?»
— Ну вот и всё, — на ступенях Джейден крепко-крепко обнял избранницу, снимая паланкин.
— Джейден, мне срочно нужно узнать всё про храмовые обряды и культ Ледяной матери.
— Решила сбежать от меня в храм? — дракон нахмурился. — Жрицы дают обет безбрачия.
— Издеваешься? Откуда тогда взялась Алиана у верховной жрицы Марготты?
— Из яйца, оставшегося после брака с её покойным мужем. Это был самый слабый зародыш в кладке, всячески оберегаемый целительной магией. Она настолько хилая, что до сих пор не может перекинуться.
— В кладке? — с тревогой переспросила Лея. — Яйцо? Знаешь, меня это пугает.
— Не бойся, — Джейден заботливо погладил её живот. — Ты очень молода и можешь обойтись… земными методами.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
— Не знала, что у тебя есть родственники-драконы, — Зара выглядела собранной и озадаченной.
— Лея мой довольно далёкий потомок. — Бабушка мило улыбнулась, поддерживая свою легенду. — Такая родня может найтись у каждой из вас. Не думали же вы, что жрицы в вас ткнули пальцем наугад?
— Признаться, были такие мысли, — сказала Зара.
— Завтра показ талантов. Может, споёшь? — Фаина Ивановна важно расхаживала по комнате троих девушек, изучая каждую мельчайшую деталь.
— Нет, — Лейка отрицательно помотала головой. — Я буду делать то же, что и они.
— Уверена? — спросила Рута. — Но ты же не знаешь, что показываем мы.
— Думаю, ничего такого, с чем я не справилась бы. Даже если опозорюсь, я уже знаю, что самое страшное наказание тут – вышивание крестиком. Бабушка, это была жуть! Расскажи нам про драконов? Про Ледяную матерь? Обычаи, традиции? Для чего нужны браслеты?
— Браслеты меня саму настораживают, — с тяжёлым вздохом призналась Фаина. — Вроде бы обычные артефакты подчинения, но плетение весьма и весьма сложное. Запутанное. Столько ненужных узоров.
— Зачем кому-то плести ненужные узоры? Ведь это адский труд, если сравнивать с тем же выживанием. — Лейка покрутила перед глазами руку с браслетом.
— Лея, я тебе уже говорила, что ты умница? — Фаина перехватила её руку и пригляделась к браслету.
Чем больше женщина всматривалась, тем сильнее хмурилась. Под конец она стукнула кулаком об стол и сняла с Леи украшение, громко ругаясь.
— Бабушка, что с ним не так?
— Их нельзя носить. Они вытягивают жизненную энергию. Слишком много энергии из девушек. Под конец вы станете такими же наполовину безжизненными, как Алиана.
— Но энергия ведь не может пропадать в никуда.
— Именно, Лея. Она поступает к жрицам.
— Мне эти грымзы всегда не нравились, — Зара ударила кулаком об стену.
Фаина сняла браслеты со всех троих девушек и почти ушла, велев запереться изнутри.
— Никому не открывайте, — сказала она, тронув ручку двери. — Сегодня суд. Неизвестно, как далеко зашло коварство жриц.
— Бабушка, постой, — Лейка схватила её за рукав. — Я чувствовала нечто в храме. Как будто там что-то спрятано под землёй. И оно живое. У них бьются сердца. Я уверена, что мне это не привиделось. Моя магия тянулась вниз, но её сдерживал этот браслет.
— Поглощал?
— Да, — Лейка кивнула.
— Примерно так я и думала. Вот вам и ответ, почему привезли столько девушек, но ни одна из них до сих пор не родила, — дракониха сердито сверкнула глазами.
— Можно мне с тобой? — попросила Лея.
— Хорошо, — немного поколебавшись, согласилась Фаина.
Они вошли в зал суда, сокрытые от чужих глаз просторными плащами, и сели на самых дальних скамьях. На них косо посматривали другие собравшиеся: драконы, люди. Впервые Лея увидела человеческих девушек империи.
Низкорослые, коренастые, с бронзовой кожей и волнистыми тёмными волосами. Закутанные в меха, увешанные обогревающими амулетами. Впрочем, как и все.
Судьи — престарелые драконы с проницательными взорами — бесконечно долго заполняли какие-то бумаги. Вслушиваться в нудные формулировки было неинтересно. Да и не особо понятно. В бело-синем небе за окном резвился лишь снежный буран. Завораживающее зрелище буйства природы на некоторое время отвлекло Лею.
«Интересно, а Джейден знает про браслеты? — подумала Лопатина. — Ведь он признавался мне, что сам затеял отбор в надежде, что однажды к нему привезут меня».
— Мой тэйденли, — льстиво пропела Марготта, величественно проходя через нескончаемо длинный зал, где яблоку было негде упасть.
— Скажите, верховная жрица, как вы объясните мне это? — к ногам пожилой женщины с распущенными седыми волосами упал браслет.
— Это артефакт контроля. Девушки часто норовят сбежать. Вы же знаете, что им необходимо привить должное воспитание.
— Я так не считаю, — с одной из первых скамей встала дракониха, выглядевшая ровесницей Фаины Ивановны. Густая светлая коса была перекинута через плечо.
— Замолчи! — прикрикнула на неё Марготта.
— Продолжайте, — приказал тэйденли.
— Уходи. Ты сбежала из империи. Зачем явилась сейчас?
—
— Они же дикарки.
— Они – избранницы драконов, — возразил тэйденли. — А не ваши игрушки.
— Раина не может участвовать в суде, — возражала Марготта. — Она больше не жительница империи.
— Действительно, Раина отказалась носить метку подчинения, которой велел наградить всех драконих мой неразумный отец, — согласился с ней Джейден.
Лея не заметила, как скинула капюшон. Её глаза будто вопрошали: «Ты чего?!»
Любимый с негодованием посмотрел в её сторону. А потом какая-то мысль сильно опечалила его и одновременно вызвала лукавую улыбку.
— Вы неестественно долго живёте, — светловолосая Раина взяла речь, — молодые девушки империи почему-то пустоцветы. Странно, но многие из тех драконих, кого я знала, умерли неестественно скорой смертью. — стоило ей это произнести, как в помещение вошли стражники.
— А он подстраховался, — шепнула на ухо бабушка Фаина. — Я сильно недооценивала этого мальчика.
— Бабушка, а давно вы с ним знакомы?
— Давно, Леюшка. Давно. С тех пор как ты с ним могла сутками пропадать в кино, кафе, или парке. Помню, вы баловались как дети. Ты вставала на скамейку и радостно выкрикивала: «Лови». А потом прыгала, а он тебя крепко прижимал к себе и кружил вокруг оси.
Лейка на миг закрыла глаза, предаваясь светлым воспоминаниям.
— Я долго билась над этой загадкой, — продолжала те временем Раина. Одной рукой она держала магические оковы, похожие на цепи, сдерживавшие Марготту. — До чего же искусно был выполнен казалось бы бесполезный и красивый узор. Вы выкачивали жизненную энергию из невест, чтобы прожить подольше. А до этого, скорее всего, выкачали её из драконих-горожанок через метку подчинения.
— Ложь, — грозно проговорила Марготта. — Драконихи умерли от болезней. Как всем известно, хворь не скосила только мою дочь Алиану. Но и она тоже пострадала. Девочка слаба. Ей предписан постельный режим и…
— Хватит, — Джейден перебил Марготту, взмахнув рукой.
— Почему ваша дочь Алиана не смогла ни применить магию льда, ни обернуться в дракона близ вольного города Таргарда, — вкрадчиво спросил тэйденли. — Когда Алиана повстречала саблезубого тигра, её пришлось спасать двоим охотникам. Простым смертным людям. Скажите, Марготта, где же мне увидеть второго столь немощного и хилого дракона, как Алиана?
Джейден взял за руку юную девушку, которая отчего-то мило улыбалась и не сопротивлялась. Она сама вложила ладонь в его руку.
— Скажите, Алиана, вы дракон? — спросил один из судей.
— Разумеется, да, — нежным голоском отвечала она.
— Простите, Алиана, но я сильно в этом сомневаюсь. Вы ведь не против принять зелье истинного облика? — заговорил второй судья.
— Ни за что. Это оскорбление. Ни один дракон моего возраста не может колдовать или перекидываться. Я имею право отказаться.
— Если ваша ложь не будет доказана, вы действительно вправе отказаться, Алиана. — Джейден вручил ей флакон с мутной зеленоватой жидкостью.
— Если я прав, всех жриц ждёт высшее наказание, — самоуверенно заявил тэйденли.
— Бабушка, а что такое высшее наказание? — Лея растерянно смотрела на то, как к ней приближается Джейден.
— Смерть, — поделилась информацией Фаина Ивановна.
— Лея, помнишь, ты сказала, что выполнишь любую мою просьбу, если я попрошу?
— Да.
— Снимите иллюзию с девушки, — приказал тэйденли Фаине.
— Не знаю, что ты задумал, но я тебе ведь потом всё припомню, — пообещала бабушка.
— Даже не сомневаюсь, — Джейден галантно поцеловал руку Фаины Ивановны. — Как удачно вы её привели. Сегодня утром мне птичка на ушко нашептала, что в напиток Леи каждый день добавляли нечто нехорошее. И только в форме дракона ей это не страшно.
Толпа расступалась. Несколько крепких мужчин вкатили в зал клетку с саблезубым тигром. Лея почувствовала, как к горлу подкатывает ком. Краем глаза она увидела, как Хорн сдерживает чем-то очень недовольного Эрида, выкрикивавшего: «Туда должен был идти я».
— Хочешь, чтобы я туда прогулялась? — нервно уточнила Лейка.
— Да, — согласился Джейден. — И чтобы перекинулась в дракона как можно скорее.
— Ты уверен, что ты нормальный, любимый? Что-то я начинаю в этом сомневаться? — Лейка незаметно пихнула его в бок.
— Я вполне здоров. Чего и тебе желаю. Думай о себе как о драконе. Думай о полёте. — Он подтолкнул её в спину. — Вы видите её глаза? — тэйденли громогласно обратился к залу.
— А какого они цвета?
— Какая разница? — тихо и зло прошептал Джейден. — Тебе ипостась надо сменить, а не думать о таких пустяках. Давай, поиграй с киской, пока я буду отрывать Алиане голову за всё хорошее.
— Никуда не пойду, пока не узнаю, какого цвета я дракон, — заупрямилась Лейка.
— Лея.
— Джейден.
— Василькового. Как у меня.
Лея почувствовала, как слабеет. Каждый шаг почему-то давался ей с большим трудом. Зверь в клетке рычал и бесновался. А когда внезапно клетка распахнулась, она плотно зажмурила глаза. Сначала не поняла, что происходит. Услышала какой-то шум, похожий на порыв ветра.
И мороз почему-то вдруг стал чем-то совсем родным, холода больше не нужно было бояться. Чей-то визг и звук проломленного окна… Лейка решилась и посмотрела вперёд, затем по сторонам. От сильного испуга она превратила тигра в огромный кусок льда. Лейка была пока что небольшим драконом, который вполне поместился в зале суда. Ну как сказать поместился.
Вмещался там пару секунд…
Дракониха посмотрела на свои лапы и недовольно фыркнула. Из пасти вылетел иней.
Лапы были чёрными-чёрными. Наверное, её глаза теперь такие же жуткие, как у Хорна.
«Не васильковые… Обманул...» — подумала Лейка перед тем, как провалиться в сон, заодно свалившись в какой-то сугроб. К ней навстречу летела красивая лазурная дракониха, шумно размахивая необъятными крыльями.
***
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
Лея пришла в себя после долгого-долгого сна на широкой смятой кровати. За окном мужской спальни виднелся багряный закат. Как будто некий людоед взял и пролил на небосклон банку с кровью шутки ради. А солнечный диск практически утонул в вязкой тёмно-красной луже.
— Джейден? — тихо позвала девушка, завидев любимого вдали комнаты. — Ты мне снился.
— Надеюсь, только хорошее? — спросил он, приближаясь и целуя девушку в лоб.
— Я видела наши свидания. Мельком. Картинками. Как дурачились в парке. В кино ходили. Пекли картошку в горах. И знаешь что, Джейден? А не применял ли ты ко мне магию?
— Ну разве что капельку магического доверия.
— Но почему?
— Потому что ты – моё дыхание, Лея. Для тебя всё пролетело как один миг. Но не для меня, дыхание моё. С тех пор, как я случайно встретил тебя, а потом ты наконец-то стала моей, прошло три сотни лет. И я заплатил за это немаленькую цену. Но поверь, маленькая, — он отвлёк Лейку от раздумий упоительно сладким поцелуем, — я не безжалостное чудовище. Просто делал то, что мог в сложившихся обстоятельствах.
— Кто настоящие чудовища, так это жрицы. Что с ними будет? А с невестами?
— От невест империя не станет отказываться, — пробормотал Джейден, почти не отрываясь от губ девушки, покрывая её лицо поцелуями.
— Я хочу посмотреть на казнь жриц, — Лея вскочила на кровати. — А почему я в человеческом теле?
— Я чувствую себя ничтожеством, — тихо-тихо признался Джейден, прижимая голову Леи к себе. — Тебе два раза подмешивали в еду и напитки яд под названием «ласковый убийца» с тех пор, как мы вернулись в империю. Но донесли мне об этом только перед самым судом. Понимаешь, о чём я? Я не смог тебя уберечь, и пришлось делать так, чтобы ты обернулась в дракона. В драконьей ипостаси от яда тебя защитил иммунитет.
— Бабушка тоже ничего не заметила.
— У неё маленькой биохимической лаборатории с томографом в голове нет, Лея. Даже думать не хочу, каково это, жить без тебя.
— Я тоже не хочу об этом думать, любимый, — Лейка приподнялась и поцеловала Джейдена. — Давай лучше думать о детях?
— Я не против, — шершавая мужская рука поползла вверх по бедру под белой ночной сорочкой.
— Под храмом что-то есть. Мне кажется, там драконьи яйца.
Джейден вмиг отстранился, нахмурился, сжал кулаком простынь так сильно, что она треснула под его крепкими пальцами.
— Идём, — сказал он, немного подумав.
***
Жриц казнили на большой городской площади перед храмом. Им на руки надевали те самые браслеты, которые ранее носили невесты, и старухи рассыпались в прах. Они истошно кричали не своими голосами, пока минуту за минутой из них сыпался песок. Лея упрямо смотрела вперёд, не отворачиваясь. Жадно ловила каждый взгляд очередной мегеры, переполненный злобой.
И всякий раз напоминала себе: «Под храмом нашли десятки тысяч драконьих яиц. Из них выходить удастся только одну треть». Настоящими чудовищами оказались жрицы.
На Марготту и Алиану браслеты надела бабушка Фаина. Они посылали проклятия, пока корчились от страшных мук. А она просто курила шоколадную сигарету и стряхивала пепел. Потом откинул мундштук и пошла к храму. Храм Ледяной матери засиял божественным бело-синим светом, стоило Фаине переступить его порог. Ледяная мать благословила своё блудное дитя, вернувшееся под родной кров.
После всей этой истории любимый Лейки надолго замкнулся в себе от неё и вообще всех близких людей. Он о многом догадывался, но даже не подозревал, сколько грязных вещей сотворили эти противные старухи. Винил себя в произошедшем. Ведь именно он недавно стал тэйденли после смерти отца.
Эрид стал биться с ним за Лею и получил перелом руки. Это был быстрый и решительный бой. Бой, который продлился всего пару секунд. Обезумевшему от ярости Джейдену этого хватило, чтобы устранить соперника за своё сокровище.
Его Дыхание, как говорил он и не только. Отчего-то народ решил, что это такой новый титул. Нечто вроде официального прозвания самой нужной и любимой женщины императора Ледяной империи.
Капля по капле Лея донесла до Джейдена мысль о том, что он просто сделал всё то хорошее, что смог.
Многие драконихи вернулись в империю. Когда разнеслась весть о яйцах, как выяснилось, попадавших в подземелья с чёрных рынков разных миров, они все примчались спасать малышей. Это было похоже на миграцию птиц. Всё небо заполонило всеми возможными оттенками синего и голубого.
Драконихи проделали дыру в полу храма, слетели глубоко вниз и несколько дней делились с крохами энергией своей жизни. За эти несколько дней храм ещё не раз вспыхивал божественным светом. Наверное, поэтому выходить удалось почти все яйца.
Лею часто терзала совесть из-за родных, оставленных на Земле. Это был только её груз, о котором она не рассказывала никому. Она клялась себе, что никогда не забудет о них, вернётся к ним. А сама, едва вернувшись, почти сразу ушла с Джейденом назад в Ледяную империю.
Она много путешествовала по мирам с согласия мужа. И однажды, всего один только раз, но всё же попала на Землю.
Шестилетняя девочка, маленькая копия Майки, перепачкала подол нарядного платья, лицо и руки спелой вишней.
— Лея! Лейка! Лейка-Полейка, я тебе уши надеру, — сердито кричала недовольная Майя. — Простите, девушка, это ваш дом? Ой, а что у вас с глазами? Вы из этих? Из фриков? — причитала сестра, снимая дочь с дерева.
— Я модель, — соврала Лея. — Только что с фотосъёмки. Это контактные линзы такие.
Она вспомнила то, как выглядят её глаза со стороны. Два чёрных-чёрных провала, казалось бы, в саму бездну. Будто их залили чернилами. Лейка мысленно обругала себя за то, что не накинула иллюзию.
Лея сделала себя невидимой и провела целые сутки со своей семьёй на дачном отдыхе. И пусть в качестве приведения. И неважно, что её самой словно и не было для них. Зато она всегда будет помнить дым костра, запах шашлыков и пение Вадима под гитару. А шестилетняя Лейка-Полейка не без её помощи нашла у речки клад. Шкатулку с настоящими драгоценностями.
***
— Лови, — кричала небольшая чёрная дракониха и прыгала на пузо самца василькового цвета, который был раза в два крупнее неё.
В стороне недовольно качала головой бабушка Фаина. Её лазурная чешуя красиво блестела на солнце.
— И это взрослые родители десятилетнего сына, — недовольно ворчала бабушка. — Мама и папа тэйденли. Ничего-ничего, внука воспитывать буду я.
Лея взлетела вверх, немного скатилась с сугроба и снова плюхнулась на Джейдена с криком: «Лови». Тэйденли лишь улыбался, если можно назвать улыбкой драконий оскал с весьма острыми зубами.
***
Зара и Хорн усыновили «храмового» малыша после того, как поженились. Чёрного пламенного дракончика. Они всё-таки нашли взаимопонимание. Ведь научились смотреть в одну сторону. В сторону, где начиналась дорога к мощи и процветанию вольного города Таргарда.
Рута тоже была счастлива замужем за достойным мужем. У неё родилась красивая рыжекудрая дочь, с которой обожал играть светловолосый сын Леи и Джейдена. Когда они станут взрослыми, то непременно поженятся. Но это уже совсем другая история…
Конец