— Ну и пусть! Этой старой грымзе всё равно не угодишь! Жаль, конечно, единственная четверка за сессию. Но пересдавать не за что не пойду! — я закрыла сумку, надела пальто и шапку, подхватила по руку Нелю и потащила её на выход из универа.

— Яна, перестань меня тащить! Тебе в кроссовках нормально бегать, а я на каблуках. Думаешь, успеваю за тобой? — Неля вытащила руку из моего захвата, поправила сумку, застегнула шубку и вытащила телефон. — Привет, мам. Да, сдала. На тройку! Ты что, я так рада! Янка одна из группы сдала на четверку и то ворчит. Всё, завтра возьму билет на вечерний поезд, так что ждите. Мааам, приготовь, пожалуйста, вареников с картошкой и салом. Люблю тебя! Пока. Сяду в поезд — позвоню.

— Ну, вот всё, разъедемся завтра и опять не посидели все вместе, не отметили сессию. Хотя без Вики и Полины всё равно не получилось бы полноценно повеселиться. Ты их родителям не звонила? В деканате говорят, что они забрали заявление из полиции, но не говорят почему. Где они? Что с ними произошло? Столько людей пропадает, но никогда не думала, что это может коснуться моих подруг.

— И не говори!

— Давай хотя бы посидим вечером в баре по коктейлю выпьем?

— Давай! На нашем месте?

— Ага. Я в восемь буду тебя ждать.

— Хорошо. Тогда до вечера.

Я забежала в магазин, купила себе продукты в дорогу, всё-таки ехать почти сутки на поезде, и побежала домой. За оставшиеся четыре часа надо много успеть: приготовить что-нибудь покушать, убраться в комнате, постирать, сложить вещи с собой и привести себя в порядок. Планы наполеоновские, главное — постараться всё успеть. Не хочется оставлять на неделю комнату не убранной.

Как только я зашла и разулась, работа закипела: сняла постельное бельё и закинула в стирку, поставила на плиту воду для макарон, достала пылесос. Пока варились макароны, разобралась с уборкой и с чистой совестью села поесть, потому что желудок уже давно устал меня просить положить в него хотя бы корочку хлеба и даже урчать перестал, притих. А теперь я наслаждалась макаронами с сыром и обдумывала, что надену на вечер. Остановила свой выбор на голубых джинсах и белой шёлковой блузе, которые в сочетании с моими тёмными медными, слегла вьющимися, волосами до талии и голубыми глазами, будут хорошо смотреться.

Быстро поправила макияж, оделась, покрутилась перед зеркалом, надела ботинки и пальто и выбежала из квартиры, крикнув хозяйке, что буду поздно. Бар, в котором мы с одногруппниками облюбовали столик, находился в пятнадцати минутах ходьбы. Я натянула поглубже шапку и быстрым шагом пошла вдоль улицы, пытаясь увернуться от проникающего через любую одежду, сильного ветра. Никак не могу привыкнуть к местному климату и постоянным ветрам, из-за которых постоянно болею, хоть и стараюсь одеваться потеплее. На улице уже было темно и немноголюдно. Я шла, размышляя, чем займусь на каникулах. Планировала сходить с друзьями в аквапарк и кино, маме надо помочь доделать ремонт в коридоре и по ещё мелочи задумки были. Перешла улицу по подземному переходу и уже перед самым входом в бар, поскользнулась на ледяной корке. Всё произошло в доли секунды. Я только смогла зафиксировать в сознании, как одна нога поехала, другая взлетела вверх, ну а я всем телом приземлилась на что-то. Пока я приходила в себя и пыталась оценить повреждения, передо мной возникли две мужские головы, которые встревоженно заглядывали мне в лицо. Когда я уже смогла соображать, то поняла, что парни меня крепко держат под спину и поднимают на ноги.

— Повезло тебе, дочка. Если б мо́лодцы не словили, то разбилась бы вся, как есть! — воскликнула мимо проходящая старушка.

Я встала на ноги, отряхнулась и поблагодарила своих спасителей, которые в свете фонарей выглядели несколько футуристично: высокие, темнокожие, со светлыми глазами, в светлых пуховиках, странных объемных шапках. Они мне улыбнулись и один, тот, что помладше, на русском с каким-то акцентом сказал:

— Мы очень за Вас испугались! Хорошо, что успели подхватить. Будьте осторожнее, сейчас так скользко. Вы в этот бар?

— Спасибо вам ещё раз! Да, мы с подругой здесь встречаемся.

— Так может вместе посидим? Мы с братом тоже хотели по кружке пива выпить.

— Давайте мы сначала отдельно посидим, а потом, если не передумаете, то подсядете к нам, пообщаемся.

— Хорошо, красавица. Ловлю на слове!

Я быстро прошмыгнула в тёмный закуток, где стоял наш столик, сняла верхнюю одежду и села отдышаться. Кошмар, чуть не убилась! Парни какие-то не местные, наверно индусы. Хотя индусы маленькие, а эти высокие, может арабы? По-русски, говорят хорошо, значит, уже долго здесь живут.

— О чём задумалась? Привет! Я думала, что ты уже заказала нам с тобой по бокалу вина или коктейлю, а ты в облаках летаешь. Или что-то случилось?

Неля тоже сняла пальто и повесила его на вешалку. Как обычно — на шпильках и в трикотажном чёрном платье, подчеркивающем её потрясающую фигуру. Причесала своё длинное «каре» и села напротив меня.

— Да, я сейчас чуть не разбилась. Меня двое парней спасли. Они, кстати, напрашивались в нашу компанию, но я сказала, что потом пообщаемся.

— О, а они тоже здесь?

— Да, у барной стойки сидят, видишь?

— Ничего себе! Иностранцы, что ли? — она резко отвернулась от них, — они смотрят в нашу сторону и о чём-то говорят, — сказала она шёпотом.

— Ну и как они тебе? Пригласим за наш столик?

— Ой, Ян, что-то мне не по себе. Я только с нашими парнями общалась. А они по-русски говорят?

— Говорят, и очень неплохо. Так, они идут к нам! Так что, знакомимся?

— Ну, давай рискнём, где наша не пропадала! Всё равно завтра разъедемся.

Парни подошли к нашему столику, поздоровались с Нелей и спросили разрешения сесть с нами. Представились они как Сирен и Роккен. Мы не стали отказываться от компании, тоже представились. Мне стало интересно, кто куда сядет. Со мной рядом сел тот, который помладше. Пока они рассаживались, я смогла их рассмотреть повнимательнее.

Роккен, который помладше, был немного выше Сирена и с более светлыми волосами и глазами, но такой же широкоплечий и мускулистый. Они оба были похожи на спортсменов, пловцов. Светлые рубашки и синие джинсы хорошо подчеркивали их безупречные фигуры. Меня нисколько не смущала их темная кожа, на негров они не были похожи, скорей всего — на арабов, и оба симпатичные, особенно когда улыбались.

— Девушки, расскажите нам, чем вы занимаетесь?

— Мы студентки-медики. Вот, сдали сессию и решили отметить событие. А вы? — я посмотрела вопросительно на Роккена. Интересно, соврёт или нет. Правду я чувствовала всегда на интуитивном уровне.

— А мы бизнесмены. Завершили сделку и решили посидеть за кружкой пива, — сказал он и жестом позвал официанта.

Не соврал, но и всей правды не сказал. Ну и ладно. Посидим, пообщаемся с новыми знакомыми. Всё веселей, чем вдвоём с подругой.

— Девушки, мы сегодня вас угощаем, поэтому прошу вас заказывать всё, что хочется. И не стесняться! Мы с братом в состоянии угостить двух милых дам! — Роккен положил перед нами меню, а Сирен уже начал пальцем тыкать в меню и заказывать.

— А «милые девушки» потом вам ничего не будут должны? А то продолжение банкета не входит в наши планы.

Роккен рассмеялся, взял мою руку и поцеловал.

— Яна, Вы — неподражаемы и очень подозрительны, хотя, думаю, что в вашем обществе без этого трудно выжить?

— А в Вашем?

— И в нашем тоже, — согласился он. — Но в этот раз мы просто хотели вас угостить, без продолжения. Хотя, если вы настаиваете?..

— Нет, нет! Вы нас не так поняли, — я покраснела и готова была провалиться сквозь землю. Мой язык меня вечно подводит, когда болтает больше, чем надо!

— Вот и хорошо. Вы выбрали? Отлично. Официант, сколько у нас времени до подачи блюд?

— Пятнадцать — двадцать минут.

— Тогда, девушки, мы вас на пять минут оставим. Нам надо сделать несколько звонков.

— О, конечно! Мы пока поговорим о своём, девичьем.

Парни оделись и вышли на улицу.

— Яна, что-то мне это не нравится. Давай уйдём, пока их нет. Я знаю, где находится служебный выход.

— Ну ты и трусиха! Неля, в кои веки мы познакомились с взрослыми серьёзными парнями, а не с малолетками, а ты сразу запаниковала! Перестань! Мы — в баре. Идти мы с ними никуда не собираемся. Да что они нам могут сделать в центре города, везде полно народу.

— Не знаю, но мне как-то не по себе. Предчувствие какое-то.

— Не волнуйся! Ты паникуешь, как перед прыжком с парашютом. Там понятно было, что шагнуть в бездну страшно до чёртиков, а здесь-то что?

— Думаешь всё нормально? — подруга посмотрела на экран телефона и заулыбалась, — мама пишет, что бабушка пельменей сотню налепила, чтобы мне на неделю хватило. Приятно, что она помнит, как я люблю её пельмени.

— Расслабься, — я тоже написала маме смс, — мы просто общаемся. Давай лучше выпьем по бокалу вина, пока их нет, за нас красивых и таких умных!

— Давай! Надо на самом деле расслабиться, в конце концов.

— За что пьёте, красавицы?

Я чуть бокал не уронила. Подкрадывался, специально что ли, чтобы напугать?

— Уф, напугал! Роккен, разве можно так пугать людей? Я могла на тебя всё вылить от неожиданности, или на себя.

Они сели, пошутили на счёт пугливых нас и начали нам рассказывать, как им понравился город и сколько здесь всего интересного.

— А вы давно приехали?

— Нет, только сегодня утром и ночью уже планируем лететь обратно. — сказал Сирен и как-то изучающе посмотрел на меня, а потом на Нелю.

— Понятно, дела закончили — по домам. Мы тоже завтра домой уезжаем на недельку. Тогда давайте выпьем за хорошую дорогу. Тем более, похоже, несут наш заказ.

Официант поставил перед нами тарелки, потом принёс напитки, и мы на какое-то время занялись ужином. Допили наше вино, потом кавалеры заказали ещё бутылку и не мы заметили, как закончилась и она. Ребята оказались интересными собеседниками и образованными людьми. Когда мы перешли к кофе, на моих часах уже показывало половину первого. Хорошо посидели, душевно.

— Сирен, Роккен, Вы отличные собеседники, нам очень понравилась ваша компания, но нам уже пора. Завтра, вернее сегодня, рано вставать. У Нели поезд утром. Да и вы говорили, что ночью улетаете. Поэтому давайте будем прощаться. Неля, вызови такси, пожалуйста, у меня телефон сел.

— Ну, девушки, так не пойдёт! Какое такси! У нас машина, мы вас довезём до дома в целости и сохранности. Официант! — Сирен рассчитался по счёту и встал из-за стола. Роккен тоже поднялся и оба помогли нам одеться, сами накинули пуховики и пошли на выход.

Мы с Нелей сначала немного растерялись и даже пошушукались, пока одевались, о том, что не стоит ехать с незнакомыми парнями, даже такими приятными, как эти, на машине, но, видно вино давало о себе знать, притупив сомнения и чувство опасности.

Мы все вместе подошли к белому джипу, за рулем которого сидел тоже какой-то темненький парень. Роккен сел с нами на заднее сиденье, а Сирен — на переднее.

— Ну, говорите адреса, красавицы.

— А Вы точно не опоздаете в аэропорт?

— Точно-точно, у нас ещё целых два часа до отлёта.

— О, так вы на регистрацию опоздаете!

— Не переживайте, у нас частный самолёт, без нас не улетит.

— Ни чего себе! Тогда давайте сначала Нелю завезём, ей раньше вставать, а потом меня. Хорошо?

— Хорошо, поехали.

Мы тронулись и поехали по ночному городу. Машин уже было не много, и водитель начал набирать скорость. До Нелиного дома на машине было ехать минут двадцать. Мы устали, слишком длинным и насыщенным был день и, прильнув друг к другу, начали закрывать глаза. Мужчины ехали молча, поэтому под мерный гул двигателя в какой-то момент я уснула.

Ммм, как хорошо я выспалась. Откинула одеяло, спустила ноги с кровати, посидела немного с закрытыми глазами и начала искать тапки, которые всегда стояли в одном и том же месте. Но их не было. Я открыла глаза и обвела взглядом сначала пол около кровати и только тут обратила внимание, что он серого цвета, а не коричневого, да и линолеум куда-то делся, а под ногами было что-то типа пластика и небольшой белый пушистый коврик. Подняла голову и начала рассматривать комнату. Так, я не понимала, где я и что происходит. Подошла к окну и раскрыла тяжёлые плотные шторы и повернулась.

Застыла я минут на десять. Сначала начала лихорадочно вспоминать вчерашний день. Мои воспоминания обрывались на том моменте, когда мы с Нелей сидели на заднем сиденье машины наши новых знакомых и ехали к её дому. Потом провал, я уснула. Выпила я немного, с двух бокалов вина меня так не развезёт. Подсыпали что-то? Скорей всего. Я осмотрела себя, ощупала. Вроде никаких повреждений нет. Джинсы и блузка на месте, туфли стоят рядом с кроватью, сумочка лежит на столике. Комната большая и какая-то вычурная. С дорогой мебелью и большой кроватью, где только с той стороны, где я спала, убрали покрывало, вторая сторона — не тронута, из чего я сделала вывод, что там никто не спал.

Я повернулась и посмотрела в окно, в которое уже светило солнце. Я несколько раз глубоко вздохнула и выдохнула, чтобы хоть немного успокоить сердце, которое колотилось с бешеной скоростью. Меня похитили, потому что за окном был не город, а огромный парк с фонтанами, аллеями, беседками, диковинными цветами и деревьями, которые в нашей полосе не растут. Я медленно села на ковёр в позу лотоса, прикрыла глаза и постаралась успокоиться.

Паника начала постепенно стихать и мозг, наконец-то начал думать.

Надо сначала определиться, где я. Сейчас возьму телефон… Блииин! Он же сел ещё вчера! Так, тогда надо выйти из комнаты и спросить у кого-нибудь, где я нахожусь и что им от меня надо. Всё. Хватит сидеть страдать, пора действовать. Я решительно поднялась и повернулась в сторону двери. В двери, отперевшись о косяк, стоял Роккен и внимательно смотрел на меня.

На один вопрос ответ получен. Похититель сам пришёл.

— Объяснишь?

— Да, — он закрыл дверь, подошёл к креслу и сел. Мне жестом показал садиться рядом, во второе, которое стояло по другую сторону стола.

— Сейчас принесут завтрак. А пока я объясню, что произошло.

— Надеюсь, что у тебя есть достаточно веские доводы, чтобы всё объяснить.

— Яна, давай я начну с самого начала и представлюсь. Я — Альт-Ро́ккен Легродийский, не наследный принц империи Соттар. Мой брат — Ильт Си́рен — наследный принц. Мы с братом следили за тобой, и я бы очень хотел познакомиться с тобой поближе, поэтому разреши мне пригласить тебя к себе в гости на неделю. Потом ты сама решишь, продолжим мы общение или нет.

Я сидела открыв рот, не поверив своим ушам.

— Стоп! Так мы сейчас на Земле?

— Нет. Мы на одной из планет империи Соттар, в столице Легро́се, в королевском дворце.

— А Неля где? — спросила я почему-то шёпотом.

— Неля в соседней комнате. Ей мой брат уже всё объяснил. Она встала пораньше.

— Значит принц. А я-то тебе зачем, принц?

— Ты мне очень понравилась, и я бы хотел познакомиться с тобой поближе, — он поставил чашку на столик и внимательно посмотрел на меня.

Шок у меня уже почти прошёл, зато пришла злость.

— Значит так, высочество. Мне кажется, что сначала надо было меня спросить, хочу ли я в гости, а потом усыплять и переносить чёрт знает куда, тебе не кажется?

— Нет, не кажется, потому что ты бы не поверила и отказалась. А теперь представь, что у тебя каникулы пройдут на курорте за границей. Родителям напиши письмо, чтобы не волновались, я отправлю.

— Значит, всё продумали. Ну, хорошо! Давай бумагу и ручку.

Я быстро написала небольшое письмо, в котором извинилась перед родителями и сообщила, что уехала в гости к Неле. Передала его Роккену и встала из-за стола.

— Отведи меня к Неле.

— Яна, только не надо нервничать. Вы просто отдохнете недельку в нашем с братом обществе, посмотрите самые прекрасные уголки нашей планеты, пообщаетесь с нами и нашими друзьями, и всё! Потом мы вас доставим обратно целыми и невредимыми.

— Давай не будем больше ничего друг другу говорить. Я не хочу тебя обижать или оскорблять. Я сначала переговорю с подругой, а потом мы скажем своё решение. Надеюсь, вы нас вернете обратно, если мы не захотим остаться?

Он как-то на секунду замешкался, а потом улыбнулся и ответил:

— Конечно, слово принца!

А у меня закрались большие сомнения в правдивости его слов, и это его слово прозвучало как-то не очень твёрдо. Ладно, посмотрим, сейчас главное переговорить с Нелей.

— Представляешь, я проснулась от того, что на меня кто-то смотрит. Мало того, что еле-еле глаза смогла разодрать. Так ещё этот взгляд. Мне показалось, что он мне весь мозг просканировал. Брр. Я от шока только — только отходить начала. Вот мы с тобой попали! — Неля сидела на кровати, завернувшись в одеяло, из которого торчал только нос, глаза и лохматые волосы.

— И тебе тоже предложили недельку пожить у них?

— Ну, да. Только мутные они какие-то. У меня ощущение, что они что-то не договаривают. А ты ведь знаешь, что моя интуиция меня резко подводит. Вспомни, как я не хотела знакомиться с ними! Почувствовала ведь, что что-то не так. Нет, это надо же! Нас похитили инопланетяне! Кому расскажи — ни за что не поверят. С ума сойти! Что делать-то будем, Ян?

— Не знаю, сама в шоке. — я села на её кровать, сняла туфли и тоже забралась под одеяло. Так и сидели с ней молча, думая каждый о своём.

— Слушай, а тебе они вообще как, понравились? Чисто визуально. Роккен, как я поняла, пытался за тобой ухаживать. А Сирен вел себя сдержано, как будто изучал меня изнутри. И этот его взгляд… Никогда не забуду! Хотя внешне они ничего, можно было бы пообщаться, если бы не их инопланетное происхождение. Мне как-то земные парни больше нравятся. А ты как?

— Так же. На один вечер, провести приятно время — вполне устраивают, но более тесное знакомство я не планировала. Мне ещё учиться три года с половиной надо. Давай откажемся и пусть нас домой отправляют.

— Думаешь сработает?

— Не знаю, Роккен обещал нас отправить обратно, если мы не согласимся. Только как-то мне не верится, что он сдержит слово.

— Вот и я не верю. Зачем-то ведь они нас похитили. Не верю, что только чтобы погулять в нашей компании. Что-то здесь не так. И спросить не у кого. Ты завтракала?

— Да, сейчас с Роккеном вместе поели, а ты?

— А я одна ела. Сирен ушёл после того, как я ему сказала, что так смотреть на девушек не прилично. Обиделся, наверно. Давай хоть выйдем на улицу, погуляем, посмотрим, куда нас занесло. Интересно, нам вообще можно выходить из комнат?

— Вот и проверим, заодно! Всё, вылазь, приводи себя в порядок и пойдём. Платье сама сняла или кто помог?

— Сама конечно, когда проснулась. Чистить пришлось от белых ворсинок с постельного белья. Тебе-то хорошо в джинсах, а мне придется на каблуках теперь ходить неизвестно сколько, да ещё и платье в обтяжку. Не думаю, что здесь так ходят. Судя по обстановке, скорей всего всё должно быть консервативно.

Я подождала Нелю, пока она соберётся.

— Пойдём?

— Пойдём.

Мы вышли в коридор и отправились в сторону лестницы, которая вела вниз. Спустились на первый этаж и прошли через большой холл с мраморными колоннами, статуями, цветочными композициями и мягкими диванами по периметру. Пока шли, вертели головой во все стороны, открыв рот. Очень красиво. Дворец — он и есть дворец. На отделку и аксессуары денег не пожалели. Кстати, за всё это время мы не встретили ни одного человека. Вот и хорошо, меньше глаз — меньше вопросов.

С крыльца спустились и повернули на дорожку, которая вела в парк, видневшийся из наших окон. Прошли мимо группы фонтанов и нескольких клумб с экзотическими цветами, около которых задержались, рассматривая необычные цветы. На одной из них огромный цветок чуть не укусил меня за руку, хорошо, что Неля вовремя заметила его поползновения в мою сторону, а то, пока я гладила восковой листочек, он уже нацелился на мой палец. Я взвизгнула и отпрыгнула, а Нелька ржала потом надо мной минут пять. Мы дошли до беседки, и зашли в неё. Там, в тени, было немного прохладнее и мы, разогретые на солнышке после нашей зимы, развалились на диванчиках.

— А ничего тут, красиво и интересно. А ты что скажешь? — я задрала ноги на подлокотник и рассматривала витиеватый потолок беседки.

— Красиво, — согласилась со мной Неля, — только пустынно как-то, ты не обратила внимание? Хотя, это — к лучшему. Давай, отдохнём и дойдём ещё до забора. Очень хочется увидеть, что находится за пределами дворца.

— Давай. Только в какую сторону идти, ты знаешь?

— Когда мы сворачивали к беседке, то в конце аллеи я видела ворота, думаю, что нам туда. У ворот светиться не будем, а к забору проберёмся через кусты. Блин, дернул меня чёрт платье надеть, хотела же вначале джинсы с водолазкой, теперь придётся неделю в нем ходить.

— Думаешь, нас не отпустят?

— Думаю, что нет. По крайней мере, пока они от нас не получат то, ради чего нас сюда забрали.

— Ладно, посмотрим. Что-то пить хочется. Пошли, я воду видела только в комнатах. Кухню мы будем искать дольше. Быстренько до забора и обратно.

Мы свернули к зарослям, пробрались через кусты и оказались у высокого забора, недалеко от ворот.

— Ворота не охраняются, через забор можно пролезть при желании, видишь какие расстояния между прутьями? Хотя тут все крупнее нас и головы у них больше, они-то точно не пролезут. Может они под напряжением? — Я внимательно начала осматривать забор, а Неля застыла, глядя куда-то вдаль, — Ты что там увидела?

— Иди сюда, смотри!

Я подошла к ней и тоже посмотрела в том же направлении. Мы с ней застыли на долго. В просвет между кустов был виден город. Только сейчас я в полной мере поняла, что мы на другой планете. Дворец был на холме, а внизу был огромный удивительно красивый город, здания которого простирались до самого горизонта. Архитектура была очень необычная и завораживающая. В основном, дома были не очень высокие, на уровне пяти-семи этажей, но форма… Острые шпили черных крыш делали город похожим на огромного ежа, а бело-серая палитра стен придавала ему какую-то воздушность и изящность. Причём дорог не было вообще, только тротуары, мощёные желтоватым камнем. Между домами были разбиты скверы, игровые и спортивные площадки. А весь транспорт двигался по воздуху чуть выше шпилей. В каждом микрорайоне стояло одно высокое здание с широкой плоской крышей, на котором парковались и взлетали небольшие капсулы.

— Яна, я хочу там погулять. Может, согласимся с предложением этих принцев? Никогда себе не прощу, если уеду отсюда, не побывав с этом удивительном городе.

— Не знаю, Неля. Я тоже хотела бы там прогуляться, но само поведение принцев мне не нравится, странные они какие-то. У меня такое чувство, что если мы сейчас согласимся, то потом пожалеем об этом.

Сирен.

— Нет, ты видел? Мало того, что обвинили нас неизвестно в чём, когда мы их спасали, так ещё и обиделись! А видел, как она открыла ворота?! Выходит, что им вообще наша защита нипочём! Они даже её не заметили! — Сирен ходил взад и вперёд по гостиной и никак не мог успокоиться. — Чего молчишь? Что делать будем?

— Что-что? Надо идти мириться, пока не поздно, и они ещё ничего не придумали. Как вспомню их посиделки на парапете, так меня в пот бросает. Это ж надо додуматься до такого?! Не знаю, как ты, а я сильно испугался.

— Как не странно покажется, но я тоже испугался. Знаешь, я сначала отнесся к Неле, как к бесплатному приложению к твоей девушке. А теперь как-то привык к ней, что-ли. А ты правда что-то чувствуешь к Яне?

— Не знаю, как это объяснить. Понимаешь, к Полине у меня сразу возникла симпатия, которая буквально через несколько дней вызвала ураган чувств, я даже сам испугался. Ты не представляешь, чего мне стоило отпустить её!

— О, поверь, очень даже хорошо знаю, сам был в той же ситуации.

— Ну да, прости. Так вот, Яна мне, чисто внешне, понравилась. Когда вчера мы сидели в баре, мне понравилась она и как собеседница: живая, с чувством юмора, открытая. Но той лавины чувств нет. Зато, когда я увидел её, встающую, над пропастью, меня накрыло таким страхом, что просто парализовало, если бы ты не толкнул меня и не устремился к Неле, то я, наверно, так и стоял бы столбом.

— Ладно, хватит болтать, пойдем проверим девушек и поговорим с ними.

Мы открыли окно, положили маленькие подушки на подоконник, уселись на них, прислонившись к откосам и пили сок.

— Слушай, а мне здесь нравится. Давай останемся. Если они нас не выгонят. Тепло, птички вон поют. Посмотрим, как у них здесь всё устроено. Будет что внукам на пенсии рассказать! — Неля захихикала, — представляю, что обо мне подумают внуки, если я им буду рассказывать подобное, точно в дурдом сдадут!

— Ага, сдадут. Надо ещё дожить до внуков! Давай решим после разговора с ними. Они ведь хотели с нами поговорить, значит скоро придут. Подождём, послушаем, что они предложат. Эх! Родители, наверно волнуются. Не позвонили сегодня.

— Не наверно, а волнуются. Мои, так точно уже всех обзвонили. Зная, что у них там сейчас происходит, я не смогу спокойно отдыхать здесь. Может они согласятся весточки им отправить. Я где-то видела у тебя бумагу и ручку. Давай напишем сразу и передадим, как только они придут.

— Пиши, я с утра уже написала, Роккен обещал отправить.

Неля спрыгнула с подоконника и пошла искать бумагу, я меня привлек необычный звук за окном. Как-будто что-то загудело, потом засвистело, а потом зашелестело. Летит кто-то, что-ли? Я задрала голову вверх и начала рассматривать сквозь крону высокого дерева небо, но ничего толком не увидела. Зато боковым зрением уловила какое-то движение среди толстых веток. Присмотрелась и опешила от увиденного.

— Неля, иди сюда быстрее, — проговорила я шёпотом подруге, чтобы не спугнуть «птичку». Неля подкралась на цыпочках к окну и тоже перегнулась через подоконник, рассматривая гостя, который устроился на ветке в метрах десяти от нас.

— Ты видишь тоже самое, что и я? — Неля шептала мне прямо в ухо.

— Думаю, что да. И это самое удивительное существо, которое я когда-либо видела! — прошептала я ей в ответ, — никогда не думала, что природа может создать что-то подобное.

На нас смотрела огромная птица, больше человеческого роста, с невероятным оперением, которое переливалось от абсолютно черного цвета, до огненно-красного, какими-то волнами и с головой, похожей на человеческую, только с небольшим клювом и огромными чёрными бездонными глазами. А вокруг лица вились короткие локоны золотых волос, или перьев, не понятно.

— Она на нас так смотрит, как будто хочет что-то сказать. Давай попробуем поздороваться, может не улетит?

— Давай, ты начинаешь. — Неля спряталась за меня, ну а я прочистила горло и сказала.

— Добрый день. Меня зовут Яна, а это моя подруга — Элеонора или просто Неля. А Вы кто?

Существо не мигая смотрело внимательно на нас и молчало, поэтому я продолжила свой монолог:

— Мы здесь по приглашению принцев и ничего не знаем, короче, мы не с этой планеты. Может здесь все Вас знают, но мы здесь первый день. Может Вы представитесь?

— Яна, мне кажется, что эта птица разговаривать не умеет. Может она вообще не разумная? — шептала мне на ухо Неля.

Птица вдруг расправила крылья и начала планировать прямо в наше окно. Мы отшатнулись и застыли, когда на подоконник уселся уже наполовину мужчина. Крылья прямо на наших глазах стали превращаться в руки, а перья — в переливающийся комбинезон. Клюва тоже уже не было, правда глаза остались такими-же большими и черными и имели третье веко, как у птиц.

— Привет, девушки. Я — звёздный скиталец и неприкаянная душа, ищущая меж звёзд друзей и лучшей жизни, а зовут меня — Зивертрон. Очень приятно с вами познакомиться. Значит, вы здесь гостьи? Очень хорошо! Предлагаю вам свою дружбу и общение. Принимаете? — и подмигнул нам своими удивительными глазами.

— А вдруг, ты — опасный тип и таким образом специально завлекаешь девушек, что бы потом что-нибудь с ними сделать?

Он растерянно мигнул.

— Что, на пример?

— Ну, съесть, забрать в рабство, издеваться, насиловать…

— Ну и фантазия у тебя, Яна! — он спрыгнул с подоконника, обошёл меня, — а с виду — нормальная девушка.

В этот момент в дверь громко постучали и сразу же открыли. Кто бы сомневался! Принцы решили проверить, не сбежали ли мы куда-нибудь!

— Зивертрон? Глазам не верю! И как это тебе удалось попасть в замок? Нашёл того, кто защиту отключит? — спросил Сирен, а потом спохватился и посмотрел на нас с Нелей. — Ах, да! Совсем забыл! Так, что? В гости или что-то надо?

— А что, я просто так не могу и прилететь пообщаться к заклятым друзьям?

— Ты, наверно, хотел сказать «врагам»?

— Да, бросьте Вы уже обижаться! Это было давно, и неправда! Какие вы злопамятные! — он повернулся к нам, — правда, девушки, они злые?

— Быстро отойди от них, пока я тебя в клетку не посадил! — Сирен начал в руке формировать какой-то сияющий канат, который на глазах превращался в сеть, а Роккен зашёл с другой стороны, пытаясь отрезать ему путь к окну.

— Так, стоп! Может кто-нибудь из вас объяснит, что происходит? — мы с Нелей закрыли собой «птичку» и уставились на Сирена. — Давайте, сначала переговоры, потом расправа, договорились?

— Девушки, вы очень рискуете, подставляя этому монстру спины. Вы же даже не догадываетесь, какое чудовище у вас за спиной!

Мы резко обернулись и посмотрели на улыбающееся во все свои острые зубы «чудо-юдо».

— Он? Никогда не поверю, что такое обаятельное существо может быть настолько опасным, что даже вы его боитесь!

Братья фыркнули и ещё раз попытались оттеснить его в угол.

— Э, нет! Так не пойдёт! Мы сами ещё с ним толком не поговорили. Только начали знакомиться, и тут вы со своими сетями!

— Яна, этот милый «птенчик» десять лет назад сровнял дворец, практически, с землёй.

— Мы играли с Роккеном! Ну увлеклись немного. Половина дворца ведь осталась! Так что не наговаривай на меня! Роккен тоже виноват.

— Роккен был ещё слишком юн, чтобы отдавать отчёт о своих шалостях по всей строгости, но своё получил по полной программе. А тебе — тысячи лет, и ты прекрасно понимал, что создавая в комнате принца антивещество, и намеренно провоцируя взрыв, вряд ли останешься другом не только нашей планеты, но и империи в целом.

Зивертрон закатил глаза, поднял руки, сдаваясь и сказал:

— Ну простите меня, увлёкся, с кем не бывает! Я ведь помог в восстановлением, засыпал разлом и воронку, и даже поваленные деревья все в кучку собрал и посадил. И вообще, я к вам уже десять лет не прилетал, а тут такая удача. Лечу себе, ничего не подозреваю, в смысле, хорошего, а защиты-то около дворца нет! А когда в окне гостевых комнат увидел двух очаровательных девушек, да ещё и свободных, то решил, что надо обязательно с ними познакомиться. Вы ведь не против?

— Против! — хором ответили принцы и всё же накинули на него сеть. Зивертрон весь сжался в комок и опустился на пол.

— Да что же вы делаете! — Неля подбежала к нашему знакомому, хотела оттолкнуть Сирена и случайно задела рукой сеть. Принц сразу схватил её за руку и начал разглядывать на предмет ожогов.

— Сирен, сеть! — Роккен подошёл ближе в ним.

— Что, сеть? — он взглянул на сеть, потом на Нелю, — Ну вот, зато теперь понятно куда делся защитный контур вокруг замка.

— Куда? — Неля растерянно смотрела то на Зивертрона, то на Сирена, хлопала глазами и ничего не понимала.

— Похоже, что ты и наша магия — вещи несовместимые. И сейчас мы лишний раз в этом убедились. К забору кто первым прикоснулся?

— Я… — Неля посмотрела на меня, — вроде.

— Не вроде, а ты. Ты ещё голову примеряла, пролезет или нет, — ответила я.

— Точно! Так это что получается, у меня такая особенность? И что теперь делать? — подруга совсем растерялась.

— Давайте мы с вами пойдём пообедаем и поговорим заодно.

— А я? — «птичка» жалобно посмотрел на принцев.

— А ты посидишь в карцере. Роккен, отведи его и смотри, чтобы не сбежал. Поесть тебе сейчас принесут. Как обычно, мяса побольше?

— Не забыл. Ладно, идите, я хоть отдохну немного, перелёт был долгий.

— Откуда прилетел то?

— Оттуда, любопытный!

Яна.

Мы сидели за столом вчетвером, напротив друг друга, как вчера в кафе, и молча ели очень вкусное овощное рагу с мясом. Слышно было только бренчание приборов и звук работающих челюстей. Похоже, что принцы собирались с мыслями и не знали с чего начать.

Я начала улыбаться и Неля, глядя на меня, тоже. Сама ситуация мне казалась с одной стороны смешной, а с другой — очень неоднозначной. Но смешной, видно, больше, потому что, как только я дожевала последний кусок мяса и промокнула салфеткой губы, то начала смеяться, как ненормальная, сначала хрюкая в салфетку, а потом уткнувшись Неле в плечо. Уже сквозь слёзы и всхлипы я услышала смех подруги и их высочеств. Я уже отсмеялась и вытирала салфеткой лицо, когда остальная компания начала тоже приходить с себя.

— Ну ты даёшь! — Неля обмахивала руками лицо руками и пыталась отдышаться, — сто лет так не смеялась!

— Дорогие, девушки, мы с Роккеном приносим вам извинения за всё, что произошло с вами. Давайте начнём наше знакомство заново. — они тоже раскраснелись и выглядели сейчас, как нашкодившие пацаны.

— Ну что, подруга, простим их? Вроде, они — неплохие парни.

Я лукаво посмотрела на принцев и сказала:

— Я за, но только если они отпустят Зивертрона.

— Он тебе понравился что-ли? — Неля уставилась на меня, а Роккен поджал губы.

— Не смеши, пожалуйста, у меня и так истерика. Мне его просто жалко, он такой милый, а вы его в карцер посадили! Отпустите, пусть летит домой. Вы ведь всё равно защиту скоро восстановите. — мы с Нелей сложили ладошки и умоляюще посмотрели сначала на Сирена, потом — на Роккена, — Ну?

— Мы сначала выясним, что ему было надо, а уже потом посмотрим. В любом случае, это не то существо, которое стоит удерживать силой. — Сирен налил Неле чай и придвинул тарелку с пирожными.

— Может вы нам расскажете, что это за существо и что вас связывает, если это не тайна, конечно, — я допила чай, а Роккен тут же подлил ещё, — спасибо, достаточно — я улыбнулась ему и обратилась в Сирену, — Наш мир не магический и мы просто в восторге от того, что увидели сегодня.

— Хорошо, расскажем. Только сначала мы хотим пригласить вас на прогулку по столице, если вы не против.

— Ну что, Неля, поедем?

— Поедем. Но потом вы нас отведёте в Зивертрону и расскажете о нём.

— Обязательно! А теперь надо собираться. Давайте, мы подождём вас на площадке перед главным входом. Полчаса вам достаточно переодеться?

— Эээ, во что? — я как-то растерялась даже, — у нас ведь нет с собой одежды.

— Девушки, мы купили для вас несколько комплектов одежды, что бы вы чувствовали себя комфортно на отдыхе и просим их примерить. Это самое малое, чем мы можем компенсировать ваши неудобства и искупить свою вину.

— Ну, тогда мы пошли, примерим что-нибудь. Неля, ты идёшь?

— Конечно, очень любопытно в чём здесь ходят. Как-то, кроме слуг в униформе, нам никто не попадался.

Только мы собрались в свои комнаты, как дверь открылась, зашёл дворецкий и пафосно произнёс:

— Её величество, королева империи Соттар, Сильвия Легродийская, — в столовую вошла статная и красивая молодая женщина, такая же тёмненькая, как и все вокруг, но со светло-русыми волосами, спадающими локонами до талии, которые на фоне её бирюзового платья смотрелись очень эффектно.

— Здравствуйте, милые девушки. Как хорошо, что я вас всех застала вместе! Только не надо изображать реверансы, ни к чему, — Мы с Нелей застыли в неком подобии книксена и не знали, что сказать.

Наконец, Неля отмерла и, улыбаясь, сказала:

— Здравствуйте. Спасибо, Ваше величество, за гостеприимство. Мы сейчас собирались на прогулку…

— Очень хорошо! Думаю, что мои мальчики в этот раз не оплошают и покажут нашу столицу во всей красе?

— Ваше величество, можете быть спокойны. Девушки в надежных руках. Сегодня мы поймали Зивертрона, твоего старого знакомого. Сейчас он в карцере, можешь зайти к нему, пообщаться.

— О, это прекрасная новость, давно его не видела, много чего хотелось ему сказать все эти годы!

— Только не прибей его, ладно?

— А то что?

— Мам, ну ты же знаешь его семейство! Будут репрессии. Мы, когда вернемся, поговорим с ним и проводим до периферии. Пусть летит к себе домой, или куда там ему надо.

— Не переживайте, идите уже, девушкам ещё собраться надо.

— Ничего себе, несколько комплектов! Ты только посмотри! Да здесь одежды на год жизни хватит.

— Не каркай, Яна! Ты выбрала себе что-нибудь? — Неля держала в руке красную полупрозрачную блузку и вытаскивала из шкафа шифоновую длинную белую юбку, — Мне кажется, что для экскурсии вполне пойдет. Романтично и практично!

— Ага, особенно белая юбка!

— Не придирайся! Зато посмотри, какая ткань, какими фалдами ложиться! — она надела её и покрутилась перед зеркалом, — Красота! Волосы расчешу, помада красная у меня есть, и буду строить глазки Сирену, а то он слишком серьёзный.

— Ну-ну. Мне кажется, что он не пробиваемый, зря стараешься. Мне-то, что одеть?

— Смотри, вот это фиолетовое платье, прикольное. Может примеришь?

— Давай, только не могу я в длинном ходить, в юбке запутаюсь.

— Не запутаешься. Раз я — в длинном, то и ты — в длинном, давай уже, надевай.

Я застыла перед зеркалом. Вот бывает же вещь, которая, когда смотришь на неё — ни чего особенного, а когда наденешь — глаз не оторвать! Сверху оно село, как вторая кожа, а юбка колокольчиком спустилась до щиколоток. Ничего лишнего, только серебряная мерцающая широкая полоса вокруг круглого выреза и по низу юбки.

— Ну вот, видишь? Красотка! Давай туфли подбирать. Сегодня без каблуков тебе не обойтись.

Неля обула белые лодочки, а я выбрала бежевые босоножки на невысоком каблуке. Неизвестно сколько нам придется ходить, на шпильках — ноги отвалятся.

Сирен.

Мы с Роккеном уже пятнадцать минут стояли у парадного выхода и ждали девушек.

— Ты уже составил маршрут? Куда сначала поедем?

— Думаю, что сначала надо облететь центр столицы. Пусть посмотрят нашу архитектуру. Потом слетаем к заливу, побродим по песку, ноги так сказать помочим, воздухом подышим, а потом остановимся в «Семи ветрах» поужинать. Ну как? Нормально?

— Нормально. Только давай после ужина заедем на скалу, будет уже темно и, думаю, что им понравится вид.

— Отлично! Слушай, а тебе Неля понравилась? Как-то я не пойму. Вроде у тебя какой-то интерес есть, только не явный.

— Согласен, интерес у меня к ней — как к человеку, который обладает странными способностями. Я её сразу посмотрел, как только она пришла в себя, но ничего не увидел. Вообще. А тут эти непонятные сбои в защитных полях, исчезновение сети. Такое впечатление, что она поглощает любую энергию, до какой дотрагивается. Или разрушает её, не разобрался ещё.

Я задумался. Скорей всего поглощает, ведь если бы разрушала, то оставались бы хоть какие-то остаточные явления. А здесь — ничего. Было — и нет.

— Да ладно тебе, Сирен, ты её ещё нашим магам на опыты сдай! Нормальная девчонка — веселая, умная, а красивая какая? Если бы моё сердце не принадлежало Яне, честное слово, приударил бы.

— О, когда это твоё сердце успело прикипеть к Яне?

— Да с первого взгляда. Не поверишь, как увидел её, так и затрепыхалось!

— Так уж и затрепыхалось?

— Да, только я не сразу это понял. И теперь я — потерянный для светского общества соттарец.

— А если серьёзно, то девушки и правда хорошие. С Яной у тебя может получиться, я вижу, что связь у вас начала зарождаться, поэтому, если ты что-то начал чувствовать, то не напортачь в этот раз. Сердце у неё свободно, у тебя есть все шансы.

— Знаю, брат. Ты, если что заметишь, то говори, а то сам знаешь, меня иногда заносит.

— Сам постарайся контролировать свои эмоции, чтобы не получилось, как с Полиной…

— А вот и наши прекрасные гостьи!

Я тоже повернулся и застыл. Неля спускалась первая и её белая юбка из тончайшего амрийского шелка развевалась, подчеркивая стройные ноги, широкие бёдра и тонкую талию, а красная блузка оттеняла молочную кожу и русые волосы. Хороша! Впрочем, Яна тоже преобразилась. Роккен поспешил к ней поцеловать ручку и рассыпался в комплиментах. Я подошёл к Неле и, после пары дежурных фраз по поводу то, как она прекрасно выглядит, предложил ей локоть.

Наш аэробот был шестиместным, поэтому расположились мы парами свободно, хотя брат с Яной сидели тесно прижавшись друг к другу и Роккен постоянно что-то шептал ей на ушко, она хихикала, а он, довольный, целовал ей ручки. Идиллия.

Мы с Нелей сидели каждый около своего окна и наблюдали за приближающимся городом. Она теребила сумочку, нервничала, на меня не смотрела. Интересная всё же девушка. Надо присмотреться к ней. Пока никакого отклика я не чувствовал, поэтому наше общение сводилось чисто к приятельскому. Брату повезло больше. Его надежды на встречу лаире, похоже, оправдались, по крайней мере, со стороны Яны противодействия не наблюдалось, даже наоборот. Они были на одной волне.

— Девушки, мы подлетаем к центральному району нашей столицы. Можем спуститься и прогуляться. Хотите?

— Да! — ответили они почти хором.

Мы плавно опусти аэробот на посадочную площадку, припарковали его и спустились на лифте на первый этаж. Лифт был стеклянным и девушки не переставая крутили головами в разные стороны, рассматривая ряды припаркованных машин и людей, которые ходили по площадкам этажей и спускались или поднимались в многочисленных лифтах, таких же стеклянных, как и наш. Мы с братом улыбались их детской непосредственности и визгам, которыми сопровождались скоростные подлеты особо рисковых жителей столицы к боковым посадочным площадкам, которые находились на каждом этаже между лифтами.

С тридцатого этажа мы спускались около пятнадцать секунд, но впечатлений девушки набрали, как от часа катания на аттракционах. Когда открылась дверь, они, раскрасневшиеся и возбужденные, вцепились в наши локти и сами потащили нас на выход, даже не замечая, как народ вокруг расступается и склоняет головы в легком поклоне. Вот и хорошо, а то ещё засмущаются!

— Ого, а это что за здание? — Яна показывала на чёрную высотку из стекла и металла, которая стояла справа от нас и возвышалась над всеми остальными зданиями.

— Это здание службы безопасности империи.

— Ничего себе! Я всё забываю спросить, а где ваша охрана? Вы что, такие крутые, что ходите без телохранителей?

Роккен рассмеялся, а я улыбаясь начал объяснять:

— У нас мир техно-магический. Нам не нужны телохранители, потому что у нас встроена такая защита, что даже если мы случайно попадём в центр ядерного взрыва, то выживем. Кроме того, мы её можем распространить на людей, которые находятся около нас в шаговой доступности, если захотим. Поэтому с нами вам ничего не угрожает.

— Так это что получается? Если ты начнёшь ко мне приставать, а я, совершенно спонтанно, тебе дам по шее, то от меня и мокрого места не останется? — Неля растерянно захлопала глазами.

Роккен опять начал смеяться, вернее ржать!

— Девушки, защита срабатывает только при реальной угрозе здоровью и жизни, или если я сам захочу направить удар на опасного человека или существо. Во всех остальных случаях мы — обычные люди и даже если мы захотим с кем-нибудь подраться или девушка нам даст пощечину, то ничего страшного не произойдет. Но я надеюсь, что до этого у нас дело не дойдёт.

— Я тоже надеюсь, — тихо пробурчала Неля, а Яна, которая тоже немного растерялась сначала, взяла её за руку и потащила в сторону комплекса фонтанов.

— Идём, подруга, потом будем выяснять кто кому даст по шее. Смотри какая красота!

— Да я просто спросила… Ой, а это что такое? — вокруг её ног, прямо поверх юбки, начала обвиваться мохнатая серая лиана, которая выросла прямо между камней, которыми была замощена улица.

— А вот это уже не хорошо! — я схватил мохнатую тварь за основание и выдернул её из камней. Раздался крик в ультразвуковом диапазоне. Девушки инстинктивно зажали руками уши, а я ударил молнией по твари и выкинул её на газон. Как только она долетела до земли — сразу рассыпалась пеплом.

— Чччто эттто ббббылллло? — у Нели стучали зубы и дрожали руки, которыми она пыталась поправить юбку, которая немного сползла с талии, когда я тащил с неё тварь.

— Это — каменная шлейка, только как она оказалась в центре города — большой вопрос. Роккен, может у тебя есть версия?

— Они же только в горах живут? Здесь до гор — несколько тысяч километров. Я её вообще первый раз в жизни вижу. Сейчас вызову стража.

Я подошёл к девушке, которую уже обнимала Яна и взял её за руку.

— Неля, всё хорошо. Мы сейчас разберемся, откуда она взялась, а вы пока посидите на этой скамейке. Мы скоро. Яна, только никуда не уходите, договорились?

— Хорошо.

— Я с места не сдвинусь! — решительно заявила Неля, — Где гарантия, что около следующего камня нет такой же гадости?

Я закатил глаза. Женщины! Подошёл поближе, взял её на руки и перенёс на скамейку.

— Ээээ, я не это имела в виду, но спасибо. А она ядовитая была?

— Нет, но очень опасная.

— Почему?

— Потому что, ворсинки содержат парализующее вещество, а когда она доползает до горла, то душит жертву и высасывает из неё жизненную силу, причем буквально за несколько секунд. После неё остается сухая мумия.

— Брр, гадость какая! То есть ты хочешь сказать, что если бы у неё была короткая юбка, то она сейчас была бы парализована? — Яна тоже села рядом с подругой и запрокинула голову, спрашивая.

— Да, причём на несколько часов. Ладно, девушки. Мы вернёмся буквально через пятнадцать минут, не скучайте.

Я быстро пошёл догонять брата, который уже скрылся в недрах здания службы безопасности.

Яна.

— Слушай, подруга, что-то мне уже не так сильно здесь нравится. Мы здесь только первый день, а уже познакомились с двумя не самыми приятными местными представителями фауны.

— А второй кто?

— Зивертрон. Хотя он разумный, но тоже опасный, если верить братьям. Ты успокоилась?

— Почти. Только теперь буду бояться ходить по этим камням.

— Да уж, тварь ужасная. И откуда только вылезла?! Слушай, а ты ничего не почувствовала?

— Что я должна была почувствовать?

— Понимаешь, когда она кричала, то мне показалось, что в её крике было столько мольбы и боли! Как будто она не хотела тебе ничего плохого сделать, а её убили. Понимаешь? Злости и ненависти не было! А она должна была быть у злобной и опасной твари!

— И с каких пор ты начала разбираться в эмоциях и чувствах инопланетных тварей? — Неля с подозрением уставилась на меня.

— Не знаю, просто я это почувствовала, и всё.

— Ты вот сказала, и я вспомнила, что когда она вообще только появилась, я сначала подумала, что она очень милая и мне захотелось её прижать и погладить. А потом, когда её схватил Сирен, то я очень испугалась и меня просто парализовало от страха. Слушай, ты же знаешь, что меня очень сложно напугать, даже Зивертрон меня не испугал, а сразу понравился. Может это был не мой страх? Уф, не знаю, что и думать. Только сейчас мне очень жаль эту бедную шлейку, она ведь проделала такой длинный путь, приползла ко мне, чтобы защищать меня, а этот жестокий принц её убил, понимаешь? — под конец фразы у неё даже скатилась слеза.

— Нет. Откуда ты всё это взяла? И чего ревёшь, как будто своего любимого питомца похоронила!

— Ты не понимаешь! Она хотела стать моим другом, но её убили! — слёзы опять хлынули из глаз Нели.

— Что здесь произошло? Почему Неля плачет? — спросил подошедший Сирен.

— О, это сложно объяснить в двух словах.

— Хорошо, объясни не в двух, — Сирен сел рядом с подругой, и она сразу воспользовалась рубашкой принца, уткнувшись в неё и немного притихнув.

Я им рассказала про версию Нели и про её страдания. Принцы даже рот открыли, потом Сирен отстранил Нелю от своей груди, вытер своим платком её лицо и спросил:

— Ты на самом деле это всё почувствовала?

— Да, знаешь, прямо накатили понимание и эмоции. И так жаль стало и её, и себя. Не знаю, что это, только в психушку меня не сдавайте, ладно?

— Ты что? Какая психушка! У тебя просто очень обострились эмоции. У нас ведь очень сильные магические потоки, к которым ты подключилась и на которые начала реагировать.

— Что, правда?

— Правда, давай я тебе потом всё объясню, а то у нас сейчас не так много времени. Вставайте, нам надо идти.

— Куда? — спросили мы опять почти хором.

— Не куда, а за чем!

— В смысле? Роккен, не говори загадками!

— Мы идём на представление очень крутого танцевального коллектива. Вам понравится! А идём мы за положительными эмоциями. Неля, ты больше не боишься наступать на дорожки, или тебя понести?

Неля заулыбалась:

— Нет, не боюсь. Она правда не хотела ничего плохого!

— Да верим мы, верим. У нас пятнадцать минут, чтобы добежать до того круглого здания и добраться до нашей ложи.

— У вас там своя ложа?

— Кто-то постоянно забывает, что мы принцы. И поверь, это — не пустые слова, — они взяли нас на буксир и быстрым шагом пошли в сторону белого шаровидного здания.

— Кстати, принцы, мы, когда перешли вчера на «ты», то не знали, что вы — принцы. Может надо опять вернуться к соблюдению субординации, а то как-то не красиво получается — кто вы, и кто мы.

Они даже с шага сбились, а Сирен повернулся и строго сказал:

— Глупости! Ничего не изменилось для вас. Вы — наши гостьи и мы не собираемся подчеркивать свой статус в общении с вами. Надеюсь, что мы больше не будем возвращаться к этому разговору. Всё, пришли.

Мы подошли к стеклянной двери, за которой был пустой огромный холл.

— Девушки, бежим быстрее! Представление уже началось, видите никого нет, все сидят в зрительном зале.

И мы рванули по лестнице, потом по кольцевому коридору, добежали до какой-то двери и ввалились в небольшое тёмное помещение. Мы с подругой ещё не успели отдышаться, когда Сирен отдёрнул чёрную штору, и мы оказались в одной из ниш-ячеек огромной сферы, в центре которой была круглая сцена, освещённая множеством огней, а над ней — круглый кусочек звёздного неба, с которого светили две луны: одна — большая, вторая — немногим больше звезды.

Мы сели на удобные кресла и начали смотреть представление, которое только начиналось. Танцевали пять девушек в разноцветных полупрозрачных длинных платьях. Их увеличенные в десятки раз голографические фигуры танцевали над сценой в пространстве сферы и при каждом движении давали размытые сверкающие следы. Завораживающее зрелище. Принцы тоже притихли и следили за их движениями, под звуки очень необычной музыки, которая вводила в какой-то транс.

— На наш балет похоже, правда? — прошептала я на ухо Неле.

— Да, только мне кажется, что они себе магией помогают, потому что невозможно так высоко прыгать, — тоже прошептала мне Неля.

— Наверно.

После девушек танцевали парни страстный энергичный танец, полный энергии и огня. Причем к прямом смысле. Потому что, если девушки были больше похожи на фей, порхающих среди цветов и сыплющих волшебную пыльцу, то парни были похожи на огненных элементалей, которые метались по сцене в поисках свободы и, в конце концов, улетели в небо. Опять магия. А потом вышла пара, которая станцевала страсть и любовь. Я в свое время занималась современными танцами и вполне неплохо танцевала, поэтому оценила их мастерство как знаток, а не просто зритель. Просто здорово, молодцы! Я обернулась к Неле. Она застыла с круглыми немигающими глазами и сидела с таким выражением лица, как будто увидела смерть, причём смотрела совсем не на танцоров, а немного в сторону, на одну из ниш. Вернее, на людей, которые там сидели. Я взяла её за руку, погладила, но она не отмерла. Я растеряно посмотрела на Сирена и Роккена. Их взгляд был прикован к сцене, и они ничего не замечали. Я тихонько позвала подругу на ушко, но реакции никакой не последовало. Мне пришлось дотянуться до Сирена и похлопать его по плечу. Он сначала смотрел на меня ничего не понимающим взглядом, а потом, когда я пальцем показала на Нелю, у него появилась осмысленность во взгляде и беспокойство.

— Нам надо срочно уйти! — тихо сказал он поднялся с кресла.

Роккен тоже не сразу понял, что от него хотят, но потом взял меня за руку и вывел за штору. Через минуту вышел Сирен с Нелей на руках.

— Что произошло? Почему она не реагирует не на что?

— Это ментальное вмешательство. Её надо срочно доставить во дворец, пока не поступил приказ.

— Чей приказ?

— Нет времени объяснять. Быстрее, в машину!

И мы побежали. Меня тянул за собой Роккен, а Сирен нёс на руках Нелю, которая так и смотрела, не мигая, вперёд.

Мы с Роккеном сели на задние сиденья, Сирен посадил Нелю рядом с собой и обнял. Ну надо же, заботливый!

— Хоть ты объясни, что происходит, почему мы бежим? А главное, от кого?

— Понимаешь, у нас есть враги, которые живут рядом, в соседнем секторе галактики. То, что случилось с Нелей — это дело их рук, Сирен отследил воздействие. Сейчас зал оцеплен, все зрители и артисты проверяются, но твоей подруге надо быть подальше от этого места, потому что мы не знаем, что они хотели от неё: похитить или заложить программу действий.

— Обалдеть! Мы первый день на вашей планете, а уже на нас напали! — я повернулась к Роккену, взяла его за руку и, глядя в глаза, спросила.

— Скажи, честно, что с ней не так? Почему это с ней происходит? Надеюсь, завтра со мной не произойдет что-то подобное?

Принц накрыл мою руку своей и очень серьёзно сказал:

— Я не допущу, чтобы с тобой что-то произошло, я слишком долго тебя искал. А происходит с ней что-то странное. Когда вы перенеслись в наш мир, что под действием магического поля начали развивать способности, которые на вашей планете спали. Мы ещё утром вас просмотрели на предмет этих способностей, но не увидели ничего особенного. Правда Сирен сказал, что у Нели есть какие-то хаотичные всплески, но они были слабые. Он предположил, что она просто адаптируется к новым условиям, ничего особенного. Но после вашей прогулки он уже так не считает. Ты видела, как он сейчас смотрел ей в глаза?

— Да, мне в какой-то момент даже показалось, что он заразился от Нели и тоже впал в ступор.

— Он пытался пробиться к её сознанию и рассмотреть, что же они сотворили, чтобы знать с чем мы имеем дело. А вообще, я скажу, что с землянками не всё так просто, как кажется. У вас заложены такие спящие ресурсы, что мне теперь даже страшно подумать, с чем я могу завтра столкнуться, общаясь с тобой, — и сделал «страшные» глаза.

Я вырвала руку и толкнула его. А это высочество начало хихихать самым мерзким образом. Я откинулась на спинку сиденья и только тут вспомнила фразу, которая мне показалась странной. «…с землянками не всё так просто».

— Слушай, а вы что, знакомы ещё с какими-то землянками?

— Эээ… С чего ты взяла?

— Из твоей речи сделала вывод, и, судя по твоей реакции, верный. Давай рассказывай. И не надо мне врать. С некоторых пор я тоже начала отлично чувствовать чужие эмоции.

— Давай приедем, потом расскажу. В двух словах не получится, а мы уже подлетаем.

И правда. Уже показался загородный дворец и теперь защитный контур я прекрасно видела в виде купола, ограниченного забором вокруг парка. Какими же мы были дурочками, когда лезли утром через забор! А если бы сгорели?

— Слушай, а как мы пролетим через защиту?

— Ты что, её видишь?

— Да, разноцветный переливающийся купол, а на шпиле около центрального входа во дворец — ослепительная белая точка.

— Это — генератор поля. Ты меня удивляешь! Даже я его не вижу, только чувствую. На нашем аэроботе стоит датчик, который даёт сигнал, что он свой. Смотри, сейчас мы пройдём сквозь поле.

— О, ты видел? Поле пропало, а потом генератор вспыхнул и купол опять накрыл дворец! Здорово!

— Ты видела, что поле пропало? Но так не должно было быть! Мы просто должны были пройти сквозь него. Что-то не так. Сирен, ты слышал? — Роккен, тронул брата за плечо.

— Что слышал? Как вы там воркуете, пока я пытаюсь достучаться до Нели?

— Мы не воркуем! — я надула губы и отвернулась с досады.

— Брат, поле отключилось, когда мы проходили через него. Что-то не так.

— Вот сейчас и будем разбираться, что не так. Вызывай своих спецов. Я Сардону уже сообщил, он сейчас прибудет.

— А кто такой Сардон? — шёпотом спросила я на ухо Роккена.

— Главный королевский маг! — также шёпотом ответил мне на ухо он.

— Ааа. Понятно.

— Идём, понятливая ты моя.

— Не твоя! — фыркнула я.

— Посмотрим!

— Посмотрим!

Мы вышли на площадку, Сирен подхватил на руки Нелю, и мы пошли к главному входу, где нас встречал дворецкий и несколько стражников.

— Ваши высочества, с вами хотела переговорить королева…

— Потом. Мы будем в малой гостиной. Когда появится Сардон, веди его сразу к нам.

— Что-то случилось?

— Случилось! Не задерживай нас!

Неля.

— Я, когда смотрела танец девушек, в какой-то момент вошла в особое состояние. Не знаю, как это объяснить… Как будто отстранилась от всего происходящего и смотрела со стороны. В этом состоянии я видела по-другому. Все люди светились разноцветными точками, а над сценой творился вообще какой-то хаос. Я видела, что над ней висит светящаяся сфера и пульсирует в такт музыке, причём она была не сплошная, а сетчатая. В каждом узелке вспыхивала маленькая молния и от этого она выглядела как огромная медуза. Жуткое зрелище. И знаете, чем больше я на неё смотрела, тем больше понимала, что она просто собирает и выкачивает энергию из всех присутствующих людей, и из меня и вас в том числе. На меня напал какой-то ступор от этого осознания. Я даже попробовала сопротивляться этому монстру, только у меня ничего не получилось. Понимаете, мне в тот момент казалось, что я счастлива, и мне очень хорошо. Чувство эйфории какое-то нахлынуло, и я больше пыталась выйти из этого состояния, чем препятствовать оттоку энергии. — Я обвела притихших слушателей взглядом и остановилась на глазах Сирена, которые из ярко-голубых стали тёмно-синими.

— Неля, ты — удивительная девушка. Увидеть грона может только человек, чувствующий материю и энергию вселенной. У нас в империи такой человек был только один — мой отец, который погиб в борьбе с этой нечистью пять лет назад. Откуда они приходят никто точно не знает, но есть предположение, что из скопления черных дыр в центре галактики. Последний раз наши системы засекли грона вблизи нашей планеты около года назад, мы применили отпугивающие волны, и он исчез. Больше подобных случаев не было. Сардон, можете объяснить, как такое могло произойти, что грон спокойно орудует в столице, а у нас даже датчики никакие не сработали, не говоря о тысячах спутников, окружающих планету, через которые «мышь не проскочит» по заверению службы безопасности? А может он здесь не один? — Сирен вскочил, потёр ладонями лицо, закрыл глаза, потом уставился на главного мага, — Чёрт! Я теперь никому не доверяю! Это что получается, что сейчас только от Нели зависит выживет наша империя или нам останется только наблюдать за гибелью цивилизации? Что происходит?

— Ильт-Сирен, Ваше высочество, я сейчас не могу объяснить, как такое произошло, но всё выясню. Только попрошу от имени всей нашей службы вашу удивительную гостью не покидать дворец в ближайший час.

— Моя гостья Вам сама ответит, когда сочтёт нужным. Я за неё не решаю.

— Извините, Неля, не знаю Вашего полного имени…

— Элеонора Свиридова, — Сирен поднял бровь и внимательно посмотрел на меня.

— Элеонора, могу я вас попросить об одной услуге?

— Думаю, что можете. Только я не совсем понимаю, как у меня получилось сегодня увидеть этого грона и как я вошла в это состояние. Хотя, скорей всего, это музыка ввела меня в транс.

— Уважаемая, леди, если у вас получилось один раз, то второй раз получится намного быстрее и проще, уверяю Вас. Вы ведь запомнили это состояние?

— Да, такое не забудешь. Глаза закрываю и перед глазами стоит этот грон.

— Я сейчас вас покину, но скоро вернусь с начальником службы безопасности, и мы обсудим некоторые моменты. Ваши высочества, если у вас больше нет вопросов, то разрешите идти?

— Идите, через час ждём Вас с господином Родманом и полным отчетом о случившимся.

Сардон быстро вышел из гостиной и закрыл за собой двери.

— Элеонора, значит. А почему тогда Неля?

— Ну, это сокращённо, для родных и друзей, — я смущённо опустила глаза, никогда не любила своё полное пафосное имя. Неля — было намного ближе и милее моему сердцу.

— Яна — это тоже сокращение, — Роккен вопросительно посмотрел на подругу, которая заулыбалась и ответила, что у неё уже сокращать дальше не куда, если только до «Я», на что мы все наконец-то рассмеялись, немного сняв напряжение этого вечера.

— Хорошо, девушки. Давайте решать проблемы по мере их поступления. Поэтому, приглашаю вас на ужин, который так и не состоялся по известным причинам, но, думаю, что здесь нас накормят не менее изыскано. Элеонора, разрешите Вас проводить? — Сирен галантно протянул мне локоть, и я встала, сделала книксен и взяла его под руку.

— Разрешаю, Ваше высочество, Ильт-Сирен.

— Эээ, не надо Ильт и высочества!

— Эээ, не надо Элеоноры!

— А мне очень нравится!

— А мне нет!

— А вот и не подерётесь! — Яна взяла меня за руку и потянула на выход, — ты чего завелась? Хорошее имя, красивое. Вечно у тебя какие-то комплексы!

— И это мне говорит человек, который состоит практически из одних комплексов!

— Девочки! — Роккен обеих обнял нас за плечи и повел по коридору, — перестаньте ссориться! Сейчас поужинаем и пойдём проведаем Зивертрона.

— Кстати, вы с братом обещали рассказать о нём. — Яна сразу оживилась и начала выпытывать подробности его происхождения и знакомства. Мы зашли в столовую, где уже было достаточно оживлённо, и множество слуг накрывали овальный стол на пять персон. Понятно.

— Роккен, с нами будет ужинать королева?

— Похоже на то. Присаживайтесь, девушки. Сейчас подойдёт Сирен и начнём. А пока, как обещал, немного рассажу о Зивертроне. В нашем секторе есть планета, где обитают магические существа, которых мы называем звёздными странниками. Они себя называют эйо. Так вот, у них три ипостаси: сгусток энергии или плазмы, птица и человек. Эти существа являются посредниками между энергией вселенной и природой на планетах, поэтому имеют огромные возможности по превращению материи и передвижению меж звёзд. Им не нужны корабли, жилища, блага цивилизации, пища, хотя они пытаются подражать остальным разумным. Они всё, что им надо для жизни, получают из космоса. Живут они почти вечно. Кстати, единственными их естественными врагами являются гроны, которые, если поймают в свою сферу эйо, то обеспечивают себя на всю жизнь источником энергии, а его — медленной смертью, растянутой на тысячи лет. С Зивертроном мы познакомились восемнадцать лет назад, когда отец случайно наткнулся на грона с эйо в своей сфере. Ему тогда удалось на какое-то время переключить его внимание на себя, а поскольку эйо провёл в плену совсем мало времени и был достаточно силен, то смог воспользоваться тем, что грон от него отключился на несколько секунд, пожёг антивеществом дыру в сетке и вырвался на свободу. С тех пор он часто прилетал к нам во дворец, играл с нами, когда мы были детьми, потом подростками. Тогда же и случился маленький конец света местного масштаба, когда мы с братом пытались изучить возможности эйо. Молодые были, не понимали, чем могут грозить такие эксперименты. Но он-то понимал! Но тоже поддался нашему азарту и не вовремя отреагировал на опасную ситуацию. А когда спохватился, то уже капля антивещества успела образоваться в нашей лаборатории и взорвала половину дворца. Только по счастливой случайно тогда никто не погиб, потому, что в другой его части в это время проходил торжественный приём, все слуги и гости были далеко от взрыва. Сардон тогда сразу сделал купол над местом взрыва и укрепил стены и фундамент оставшейся части дворца, пока Зивертрон исправлял последствия. Отец тогда выгнал его с планеты и запретил больше показываться здесь. Вот, в принципе, и вся история.

— Как у вас тут интересно! А мы после ужина пообщаемся с ним?

— Ну, мы же обещали! Сирен, всё в порядке? — Роккен с тревогой смотрел на вошедшего брата и пытался придать выражению своего лица максимальную беззаботность. — Садись. Скоро королева должна к нам присоединиться, просила начинать без неё.

— Тогда давайте ужинать, — он сел, подождал, пока слуга положит в тарелку салат, положил сам несколько кусочков мяса и молча начал есть.

Мы тоже молча приступили к трапезе. Я посмотрела на Яну и одними губами прошептала: «Что-то случилось». Она кивнула и начала интенсивно пережёвывать листья салата.

Дверь раскрылась и вошла королева, после официального представления дворецкого.

— Хорошо, что вы все в сборе. Мы ввели чрезвычайное положение на планете, — она устало пустилась на стул. — Сирен, ты ещё не рассказал? — он помотал головой. — Тогда я немного введу вас в курс происходящего. После того, как Неля обнаружила грона, служба безопасности проверила все системы и обнаружила брешь. Небольшую, но вполне достаточную, для того, чтобы грон проник на нашу планету.

— Но как такое могло произойти? — Роккен вскочил и начал ходить быстрым шагом вдоль стола туда-обратно, — я сам тестировал эту систему, она была неуязвима! Её мог пробить только…

И всё семейство уставилось на меня.

— Что? Опять я в чём-то виновата? — я растерянно переводила взгляд с одного на другого и ничего не могла понять.

Когда это я им что-то успела повредить? Я ведь только ночью сюда попала. Вот оно что! Все поля отключаются или исчезают, я так и не разобралась как, когда я к ним прикасаюсь. Значит, когда братья нас сюда тащили они, сами того не понимая, проделали дыру в своей защите. Ну, молодцы! А виновата я?

— Сирен, если что, то я сюда прилетела не по своей воле. Согласен?

— Согласен, поэтому вина за случившееся лежит полностью на мне. Я не просчитал все риски, когда планировал поездку.

— Похищение, ты хотел сказать? И что, теперь вы меня изолируете, убьёте, замуруете, отдадите грону…

— Элеонора, не говори глупостей!

Но на меня уже навалилась такая депрессия, быстро и бесповоротно. Что со мной не так? Почему я постоянно попадаю в какие-то неприятности. Думала, что на этот раз познакомилась с прекрасными принцами и отдохну недельку в своё удовольствие, но и здесь облом, а вернее — катастрофа! Да ещё какая! Уууу… Когда на мои руки легли мужские, а затем начали салфеткой вытирать мои слёзы, я, ничего не понимая, только следила за действиями Сирена, который сидел рядом со мной на корточках и уговаривал успокоиться.

— Сирен, вы меня не убьёте?

— Как, ты вообще могла до такого додуматься? Перестань плакать, всё будет хорошо! Тебе ничего не угрожает, я всё решу, — он взял моё лицо в свои руки и, глядя в глаза, спросил, — веришь?

— Верю, — прошептала я.

Что-то произошло. Я действительно поверила, что теперь всё будет хорошо, и он всё решит. А ещё у меня в один миг высохли слёзы и появилось какое-то чувство счастья что-ли. Я разглядела в нём мужчину, на которого можно положиться.

Он встал и вышел из столовой. Все какое-то время сидели молча. Первая отмерла королева.

— Роккен, нам надо поговорить. Сейчас. Извините, девушки, у нас дела. Прошу вас не выходить за пределы дворца, особенно Вас, Элеонора.

— Хорошо, Ваше величество.

Роккен.

— Мама, у нас срочный совет?

— Нет, у нас срочный разговор, поэтому идём в кабинет, мне надо кое что прояснить.

Она стремительно неслась по коридорам, огибая встречавшихся слуг и стражников. Распахнула дверь в кабинет и быстро села в кресло у окна, указывая мне на другое рядом. Я сел и, ничего не понимая, посмотрел на мать.

— У нас мало времени, но, — она начала улыбаться, — ты это видел?

— Что?

— Как Сирен успокаивал Элеонору! Ты видел, как он смотрел на неё? Я даже глазам не поверила сначала. Он же убеждал, что Неля не та девушка, которая тронет его сердце. На Викторию ведь он отреагировал сразу. И вот, стоило ей расплакаться, как наш «железный человек» размяк и расчувствовался. Роккен, у нас нет сейчас времени обсуждать эту тему, но, я надеюсь, что ты будешь держать меня в курсе его дел с этой девушкой. Если у них что-то сложиться, то я буду очень рада. Неля мне понравилась, хотя у неё очень своеобразные способности. Серьёзная и умная девушка, но главное, что Сирен ей тоже нравиться, хотя пока как друг, но у них могут получиться отношения.

— Хорошо, только давай без подробностей. Не люблю на такие темы разговаривать, только в общих чертах.

— Мне этого будет вполне достаточно. А у тебя что с Яной? Ты разобрался в своих чувствах?

— Да, вполне! Завтра хочу отвезти её в лагуну купаться. Как считаешь, она не посчитает, что это слишком?

— Может и посчитает. Но если вы поедете вчетвером, то подозрений будет значительно меньше. Думаю, что Сирен не будет сильно возражать! — королева с довольным лицам поднялась и пошла на выход. — Всё, аудиенция окончена, сын. У нас много дел. Сегодня спать не придётся. И да, пригласи, пожалуйста, Нелю на совет, который начнется через десять минут в малом зале. Нам понадобится её помощь.

— Да не нервничай ты так!

— Тебе легко говорить! А я первый раз в жизни иду на королевский совет, который вижу первый раз в жизни. У меня даже ноги подгибаются! — она остановилась.

Я взял её за руки и сказал:

— Неля, там будет королева, Сирен и я. Поверь, что этого более чем достаточно, чтобы чувствовать себя в безопасности. Тем более, тебя будут не судить, а просить об услуге. Чувствуешь разницу?

— Хорошо. Дай мне минуту, сейчас успокоюсь и зайдём.

Она так и не отпустила мою руку, и мы вошли в зал вместе. Я повёл её к креслу за столом, помог сесть и сел рядом сам. По другую сторону Нели уже сидел Сирен и как-то недобро на меня смотрел. Вроде не опоздали.

— Ты чего злишься, я её привел вовремя, совет ещё не начался, — я наклонился за спиной Нели и шёпотом ему выговаривал.

— Ты считаешь уместным заявляться на совет с девушкой, держась за руки? — он тоже наклонился и зло мне прошептал.

— Она волновалась, я просто пытался её успокоить!

— Яну успокаивай!

— О, это что-то новенькое, ревнуешь?

— Хватит вам шептаться за моей спиной! Королева уже здесь! — Неля повернулась к нам и посмотрела сначала на меня, потом на Сирена и смущенно отвела взгляд.

— Ну раз принцы закончили, то считаю совет открытым. Господин Сардон, прошу Вас, доложите последние новости и состояние дел.

— Кхм, кхм! Ваше величество, Ваши высочества, уважаемый совет. На этот момент грон захвачен, обезврежен и выведен на орбиту, вся наколенная им энергия изъята и находится в центральном королевском накопителе. Хочу заметить, что её количество таково, что освобождать нельзя. Это может привести к необратимым последствиям. Поскольку сейчас ситуация стабилизировалась и зоны, которые подверглись нападению грона, компенсированы за счёт энергии природных аномалий, то предлагаю образовавшийся запас перевести в резерв для возможности влияния на природные катаклизмы и решения задач по безопасности планеты.

— Вы уверены, что грон был один. Обычно они нападают парами или тройками.

— А вот, для этого я прошу дозволения обратиться в Вашей гостье, Элеоноре Свиридовой.

— Хорошо, только решение об её участии в поисках гронов будет принято из соображений её безопасности и только по её желанию. Когда грон с орбиты будет выведен за пределы системы?

— Сейчас готовится корабль, идёт его заправка. Поле такой силы, чтобы его удержать, требует очень много ресурсов.

— Хорошо. Теперь, прошу господина Родмана зачитать отчёт о происшествии, причины и мероприятия по недопущению.

— Уважаемый совет. Начну с начала. Прошлой ночью в три часа сорок пять минут было зафиксировано проникновение через защитный контур планеты четырёх объектов. Поскольку принц Ильт-Сирен предупредил, что возвращаться они будут с гостями, то ситуация была отнесена к стандартной. Приборы и датчики не зафиксировали отклонений от протокола и только небольшой сбой свидетельствовал о том, что при возврате было нарушение поля. Система провела диагностику и отклонение было устранено. По крайней мере, так зафиксировано. Далее, во избежание утечки информации, я хотел бы продолжить доклад исключительно членам королевской семьи. Господин Сардон, прошу Вас создать полог.

— Хорошо, — королева посмотрела на мага. — Прошу Вас, господин Сардон. Продолжайте.

— После анализа локального отключения поля королевского дворца, который мне предоставил принц Ильт-Сирен сегодня в час дня, я пришёл к выводу, что воздействие вашей гостьи носит совершенно уникальный характер и требует дальнейшего изучения. А именно — при прохождении через поле, она отключает только те потоки, которые находятся в зоне её воздействия. Все остальные работают без сбоев. Когда отключилась защита дворца, то, заметьте, весь купол работал, пропал только самый нижний поток. Как вам всем известно, структура защиты дворца имеет кольцевое строение как раз для того, чтобы неполадки одного уровня не приводили к отключению всего периметра. Но! При отключении даже небольшой зоны всегда срабатывает тревожная сигнализация. Здесь она не сработала. При сбое в защите планеты произошло тоже самое. Образовавшаяся дыра была вовремя обнаружена, повреждения найдены и локализованы, но система не восстановила поле в этом месте, потому, что посчитала, что там всё нормально. — Итон, даже вспотел от волнения и вытирал платком пот со лба, — Ваша величество, это удивительное свойство дара Вашей гостьи. Такой дар может открыть любые двери любых, даже самых защищенных, объектов, причем её невозможно будет нигде удержать, даже если кто-то захочет это сделать! И ещё. В образовавшуюся аномалию может свободно пройти сколько угодно людей. И это создает невиданные перспективы для нашего королевства в отдельности и всей империи в частности, — он ещё раз промокнул лоб.

— Думаю, что мы это осудим завтра, после обеда. Буду ждать Вас с четыре часа у себя в кабинете. А теперь продолжим совет.

Полог был убран, и начальник безопасности начал рассказывать план поиска других гронов на планете, ключевой фигурой в котором была Неля.

Неля сидела вся побледневшая и растерянная. Я взял её ледяную руку в свою и тихо сказал:

— Не переживай, мы тебя в обиду не дадим.

Сирен тут же отреагировал, обнял её за плечи и успокаивающе погладил за плечи.

— Всё будет нормально. Ты сейчас пойдёшь к себе в комнату и ляжешь спать. Я всё решу.

Она вдруг скинула наши руки, поднялась с кресла и заявила.

— Я согласна начать поиски. Во сколько начало операции, господин Родман?

— В восемь часов. Вы уверены, леди?

— Уверена, как никогда! Из-за меня это всё произошло, мне и искать! Прошу Вас прислать за мной транспорт.

— Не надо присылать, мы будем вместе на стартовой площадке. — Сирен встал рядом с ней с одной стороны, а я с другой.

— Но, Ваши высочества, мы справимся собственными силами.

— Не обсуждается.

— Слушаюсь!

— На этом совет окончен! — королева тоже встала и вышла из зала. После этого начали расходится и все остальные.

Мы втроём так и стояли.

Сирен взял Нелю за руку, поцеловал её и сказал:

— Ты зря воспринимаешь ситуацию на свой счёт. Мы с Роккеном виноваты намного больше, потому что перенесли вас, не просчитав риски и не проверив всё после переноса, хотя я заметил небольшие отклонения систем. Теперь нам надо пойти отдохнуть, а в семь часов прошу вас спуститься в столовую. Позавтракаем и заодно обсудим план поиска.

Он откланялся и ушёл.

— Пойдём, Неля, провожу тебя. Ты попроси, пожалуйста, Яну спуститься на десять минут, если она не спит. Я её буду ждать на диване около центрального входа.

— Хорошо. Спокойной ночи, Роккен.

— Спокойной ночи, Неля.

Яна.

— Роккен, ты меня просил спуститься? Что-то случилось?

— Нет, нет. Я просто хочу пригласить вас с подругой поплавать в очень красивом месте. Всё же мы вас пригласили отдохнуть, а не сражаться с монстрами. Поедем?

— Вы же завтра летите искать гронов. Кстати, почему меня не берёте?

— Яна, это очень опасно. Неле мы сможем обеспечить полную безопасность. Ты же понимаешь, что без неё у нас не получится быстро их найти. Сейчас планетарная система безопасности выдала двенадцать точек с подозрительной активностью. Мы посетим их все и Неля просто из далека посмотрит, есть там гроны или нет.

— Хорошо, я пока погуляю, по вашему прекрасному парку и разберу вещи. А купальники вы нам купили?

— Конечно!

— Надеюсь, что они приличные, а не супер бикини?

— Яна, мы же приличные люди, принцы как ни как!

— Посмотрим.

— Вот и хорошо. Думаю, что Сирен к нам тоже присоединится, если операция пройдёт успешно.

— Тогда до завтра.

— Спокойной ночи, Яна, — он придержал мою руку дольше необходимого и поцеловал её, слегка касаясь.

— Спокойной ночи, Роккен. Удачи вам завтра.

— Спасибо.

— Ну, Неля, ты и попала в переплёт! Даже представить никогда не могла, что у тебя есть какие-то пара нормальные способности.

— Иди уже спать. Завтра, вернее уже сегодня рано вставать.

Утро наступило очень быстро и неожиданно. Мне показалось, что я только закрыла глаза, и Неля меня сразу начала будить.

— Да проснись ты уже! Мне бежать надо, ты на завтрак пойдёшь с нами или потом сама поешь?

— Сейчас подойду, минут через десять. Ты иди, не жди меня.

И она ушла, а я быстро встала, умылась, причесалась, надела легкое платье и спустилась в столовую. Они сидели в троём и бурно обсуждали что-то.

— Да перестаньте уже меня опекать, как маленького ребенка! Иначе я вообще одна поеду. Яна, скажи им, пожалуйста, что я уже взрослая девочка, могу самостоятельно ходить, стоять, сидеть и даже принимать решения! Представляете? Достали уже своими наставлениями! У меня очень большое, просто огромное терпение, но и ему пришёл конец. Всё, пойду подышу воздухом, пока не наговорила лишнего. И так нервы ни к чёрту, реву, как дура по любому поводу!

— Ну вы даёте, даже мне ни разу не удалось довести Нелю до такого состояния! Чем это вы её так? — я села напротив Сирена и начала накладывать себе на тарелку блинчики.

— Я не понимаю, почему она так разгневалась, мы ничего не сказали плохого.

— Знаешь, Сирен, мы с Нелей дружим уже полтора года, и я знаю, что её может взбесить только чрезмерная забота и опека. Этого она не переносит даже от родителей. Поэтому советую не очень усердствовать и давать ей больше самостоятельности, иначе она сбежит куда глаза глядят.

— Так уж и сбежит?

— От родителей же сбежала! Села в поезд и уехала за тысячу километров, поступила в универ. Правда потом они помирились, но зато теперь никто ей не советует, как жить.

— Хорошо, я попытаюсь не давить на неё. А теперь нам надо идти, до вечера Яна. Надеюсь, что ты поедешь с нами купаться?

— Обязательно. Раз у нас каникулы, то должны же мы отдохнуть, в конце концов.

— Извини, что так получилось.

— Удачной вам охоты, буду ждать вас!

Я помахала рукой отлетающему аэроботу и спустилась по парадной лестнице и пошла в сторону беседки и огромного раскидистого дерева, похожего на наш дуб, под которым стояли несколько скамеек и росли розы самых невероятных расцветок. Вокруг никого не было, я села на скамейку и решила немного позагорать на утреннем солнышке, которое уже начало припекать. Прикрыла глаза, откинулась на спинку и уже начала засыпать, когда почувствовала, что на нос села мошка. Я её смахнула, но она опять села. Я пыталась от неё избавиться ещё два раза, но безрезультатно. Мёдом ей намазано, что ли? Я резко села, открыла глаза и нос к носу столкнулась и невероятными глазами Зивертрона.

— Фух, напугал! Ты что здесь делаешь?

— Гуляю. Позавтракал, думаю, пройдусь немного. А здесь ты! Не возражаешь, если рядом присяду?

— Не возражаю. Садись. Тебя отпустили?

— Да, вчера ещё. Королева заходила, мы поговорили, и она меня выпустила на свободу, взяв слово никогда не подвергать опасности людей и эту планету. Только вы весь вечер носились, как угорелые и с утра разбежались. Ты чего с ними не улетела?

— Меня не взяли, намекнули, что только мешаться буду. Ладно, подожду их здесь. Там вроде ничего сложного и опасного, как объяснили мне.

— Ну, да. Гроны самые опасные существа в нашей галактике. Не думаю, что им стоит опасаться их! — сказал эйо закатив глаза.

— Хочешь сказать, что с ними может что-нибудь случиться?

— Естественно! Я думаю, что без нашей помощи им не обойтись. Ты как, готова к приключениям?

— Нууу, не знаю. Мне запретили покидать дворец.

— А мне нет! Слетаю, посмотрю, как у них дела.

— Я летать всё равно не умею. Так что лети, потом расскажешь мне, как всё прошло.

— Хорошо. Я ведь тебе не говорил, что могу лететь с другом на спине?

— Нет. Ты сможешь меня унести? Правда?

— Да, правда, правда! Садись, полетели!

— Куда я полечу в таком виде? Подожди меня здесь, сбегаю переоденусь.

— Давай, только быстрее.

— Пять минут!

Я побежала в комнату, переоделась в джинсы, футболку и теплую куртку. А то знаю я, как холодно на высоте, в своё время по горам полазила, будь здоров! Побежала обратно и застала Зивертрона уже в облике большой птицы.

«Садись.»

Я чуть не споткнулась, когда услышала это в своей голове.

— Это ты?

«Я, конечно! А ты думала, что я буду клювом щелкать и клекотать?»

— Ну, я как-то не задумывалась над тем, как могут птицы говорить. Попугаи же могут.

«Фрр, попугаи. Ещё ворон вспомни. Садись уже».

Я залезла на скамейку, забралась ему на спину, уселась и крепко обняла его за шею.

«Э, по тише, задушишь!»

— Извини, — я ослабила хватку и постаралась ноги расположить так, чтобы не мешать ему махать крыльями. А какие у него мягкие пёрышки! И горячий! Не замерзну, точно.

Он разогнался, несколько сильных взмахов огромных крыльев, и мы взмыли в небо. Такого восторга я не испытывала очень давно, только в детстве, когда меня отец подкидывал вверх и ловил. Ветер в лицо, внизу мелькают реки, леса, деревни…

— Йо-хоу! — я отпустила руки и кричала от восторга, как ненормальная.

«Держись, упадёшь! Скоро будем снижаться.»

— Зивертрон, это просто вау! Ты — супер!

Он обернулся и посмотрел на меня с умилением.

«Ты, как маленький ребенок!»

— Так ведь здорово! Смотри, там внизу, видишь?

«Купол?»

— Да! Это что такое?

«Это — одно очень интересное место. Хочешь, залетим на чай?»

— Конечно!

«Держись!»

Я прижалась к нему, и мы спикировали к опушке леса, где на небольшом холме стоял дом. Добротный такой, деревенский дом, окруженный забором, по которому проходила граница переливающегося купола.

— Эй, бабуля! Встречай гостей! — Зивертрон уже принял облик человека и вышел вперёд.

Какое-то время ничего не происходило.

— Может никого нет дома?

— Дома, я же вижу её ауру.

Вскоре из дома вышла древняя старушка, одетая в длинное темно-синее платье, белоснежный фартук и чепец.

— Гости пожаловали! Решили старушку навестить. Как только разглядели, способные вы мои?

Я сразу заулыбалась и пошла навстречу ей за эйо, который тоже расплылся в улыбке и начал ответную речь:

— Здравствуй, Ма́рика! Это моя подруга разглядела, не я. А ты, погляжу, не меняешься, всё такая же.

— Старая?

— Шустрая! Сколько лет, сколько зим! Десять лет не виделись! Ну, ставь, бабуля, самовар, доставай плюшки, будем чай пить.

— Ты, я посмотрю, всё такой же наглый!

— Так без этого не проживёшь ведь, сама знаешь!

— Знаю. Заходи уже! А с девушкой будешь знакомить?

— Буду, конечно. Это — Яна. Она гостит во дворце вместе с подругой.

— Подругу никак Нелей кличут?

— Не кличут, а зовут! — обиделась я за подругу.

— Нет, кличут. Зовут ведь Элеонорой, правда?

— Правда, а Вы откуда знаете?

— А я всё знаю! Я ведь ведьма. Впрочем, как и ты.

Я оторопела. Как-то в её устах слово «ведьма» прозвучало не как обзывательство, а как констатация факта.

— В смысле? Какая ведьма?

— Белая! Только совсем юная и неинициированная. Но это дело поправимое! Идём, идём, чай попьём, и я тебе расскажу про нас. Смотрю на тебе метка рода Легродийских, Альт-Роккен что-ли глаз положил?

— Мы — просто друзья!

— Ну-ну, друзья! — бабка захихикала противно и пошла быстрее.

Мы зашли в дом, нас посадили за стол. Шустрая бабуля быстро поставила тарелки и чашки, положила ложки, достала из печи горшок с кашей и сказала мне:

— Хозяйничай, не стесняйся.

Я положила нам с Зивертроном кашу по две ложки и села.

— Ложи полную тарелку, обидится, — прошептал он мне на ухо. Я вздохнула и положила ещё по две ложки. А Марика тем временем откуда-то принесла целый поднос плюшек и включила электрочайник.

— Гляжу, принцы тебя всё-таки приучают к цивилизации.

— Эти, окаянные, натащили мне кучу техники. Только я пока кроме чайника, стиральной машины и котла ничего не освоила. Стара уже стала, тяжело стирать руками и воду греть. Но ничего, вон мне какое счастье привалило! Ешьте уже!

— Какое? — я приготовилась её слушать, пробуя каша, которая оказалась очень вкусной.

— Ты, конечно!

— А я-то причём?

— Так я, наконец-то, смогу передать тебе свои умения и дар! Я больше сотни лет искала себе ученицу, да так и не попалась ни одна на моём пути достойная.

— А я, значит, достойная?

— Более чем! Способная, красивая, прямо как я в молодости, а ещё — рыжая и из хорошей семьи.

— А Вы откуда мою семью знаете?

— Знаю, знаю. Зиви, подливай ещё чай, я же знаю, что ты его очень любишь. Специально твои любимые травки заварила.

— Да, спасибо. Только ради твоего чудесного чая можно прилетать на эту не гостеприимную планету.

— Что, принцы опять тебя обидели?

— Злые они, в карцер посадили сразу.

— М-да, крепко ты им насолил тогда. Отец их потом года два муштровал и не давал без присмотра шагу ступить. Вот и злятся. А ты проведать их прилетел, или по делам?

— И то и другое. Сначала хотел с ними помириться, потом — слетать к соседям, на свадьбу пригласили.

— Это кто же женится у них?

— Племянник императора, Люциус.

— Да, ладно! Столько лет холостяком был, к женщинам подходить боялся, а тут жениться надумал?!

— Ага. У Сирена отбил невесту!

— Так он всё же её уговорил! Молодец!

— Конечно, молодец. Отхватил себе уникальную девушку. Кстати, их землячку.

Я встрепенулась, посмотрела на Зивертрона и спросила.

— И как зовут эту уникальную невесту, знаешь?

— А как же! Виктория Романова. Что, знакомое имя?

Если бы я не сидела, то упала бы точно. Вика, которую мы потеряли уже почти полгода назад, здесь! Живет себе, не кашляет, замуж собралась, да ещё и даром уникальным обзавелась?!

— Слушай, а подруга по имени Полина не с ней случайно?

— С ней. Только она ещё раньше выскочила замуж и теперь живет с мужем — братом Люциуса Артукусом.

— Имя какое-то трудно запоминающееся.

— Имя — как имя. Они его все Артом зовут. Ты лучше расскажи, откуда ты их знаешь?

— Не поверишь, мы вместе учились, а потом они исчезли. Шум такой поднялся! Волонтёры все окрестные леса с собаками два месяца прочёсывали, думали, что их убили. Честно говоря, я думала, что их закопали где-то в лесу или продали в какой-нибудь гарем. Красивые девчонки были. Фу ты, просто красивые, без «были». Слава Богу, что с ними всё в порядке.

— Ну что, Марика, хороший подарок я тебе принёс?

— С меня — должок!

— Не забудь только! А то знаю я тебя, склерозницу!

— Сам-то, помнишь сколько лет мы знакомы? Чего чешешь свои волосёнки кучерявые?

— Ну всё, познакомились и ладно. Идём, Яна.

И только тут до меня дошло.

— Погоди, так ты специально летел над домом Марики, чтобы нас познакомить?

— Яночка, дорогая, дом Марики защищён от всех специальным полем. Его невозможно увидеть ни с верху, ни с земли. Я просто хотел лишний раз убедиться, что всё правильно понял про тебя, когда увидел первый раз. Этот дом может увидеть только ведьма, и довольно сильная, поняла?

— А мне, значит ты сказать не мог раньше?

— Зачем? Сама всё узнала. И потом, какой сюрприз получился, а?

— Ладно, потом поговорим. Марика, скажите, а как Вы меня найдёте? Я ведь через несколько дней уеду домой.

Она хитро посмотрела на меня и сказала загадочно:

— Нет ничего более зыбкого, чем планы человека, которого ведёт судьба. Не переживай. Мы скоро встретимся, и я тебя научу такому, про что ты даже не слышала. А теперь отправляйтесь туда, куда летели. Там вы нужнее. Да поторапливайтесь!

Зиви сразу стал серьёзным и сосредоточенным, обернулся ко мне, взял за руку и потянул к выходу.

— Давай быстрее, засиделись мы с тобой.

— Ты что, почувствовал что-то? — мы выбежали из дома, он сразу обратился в птицу и наклонился, чтобы я смогла забраться ему на спину. Мы взлетели и стремительно набрали высоту. Когда он поймал попутный воздушный поток, я наклонилась и громко спросила:

— Зиви, что там происходит? Ты почувствовал опасность? Ты сможешь им помочь?

«Успеем, не переживай. Держись крепче, придётся пикировать, здесь слишком сильный ветер».

Только я успела прижаться к нему и покрепче взяться за основание шеи, чтоб не задушить его, как он резко ушёл вправо и почти вертикально начал пикировать вниз. Я закрыла глаза и молила Бога, чтобы меня не унесло встречным ветром. Всё падение длилось около минуты, а потом был сильный толчок, и мы замерли на месте.

Я приоткрыла глаза и немного осмотрелась. Отвесная скала прямо перед моим лицом, справа обрыв, слева тоже. Мы висим на скале, уцепившись когтями за небольшой уступ.

— Зиви, мы где?

«Почти на месте. Сейчас ещё минутку повисим, чтобы ты пришла в норму, потом спустимся в ущелье».

Только тут я ощутила все прелести резкого падания с высоты: сильную головную боль, шум, головокружение, и вообще, плохо мне, оказывается. Только я это не сразу поняла.

— Спасибо, друг, что не уморил, дал отдышаться. Перепонки, интересно, у меня не лопнули от перепада давления?

«Не лопнули, не переживай. Всё, отдышалась? Держись, сейчас немного спустимся и мы на месте».

Уже мало контролируя себя, я вцепилась в перья эйо, услышала у себя в голове его шипение и буквально через десять секунд ощутила приземление. Только после этого расслабилась и повисла на Зиви как дохлая курица. Как же мне плохо. Даже после заезда на самых крутых «американских горках» мне так плохо не было. Ну, держись, Зиви! Я ещё припомню тебе этот спуск. Не мог нормально приземлиться!

— Мммм, не трогай меня, дай сдохнуть спокойно.

— Ха-ха-ха, какие мы нежные! Вставай и пройдись немного, сразу полегчает.

— Издеваешься?

— Нет, у нас нет времени. Глаза раскрой, посмотри, что твориться! — Он взял меня за руки, поднял с земли и обхватил своими горячими руками мою голову. Меня как будто под холодный душ поставили: голова просветлела, тело наполнилось энергией.

— Вау, ты ещё и так умеешь? Спасибо. — Я осмотрелась вокруг.

— Что за …?

Рядом с нами лежали без сознания Сирен и Роккен, чуть дальше стояло три многоместных аэроботов, около которых также лежали военные то ли без сознания, то ли мертвые. Нельки нигде не было. Я подбежала к принцам и начала их трясти. Меня накрыла настоящая паника, которая уже выдавала в мозг картинки одну страшнее другой.

— Да очнитесь вы уже? Где Неля, куда она делась?

Первым пришёл в себя Роккен, которого я не постеснялась похлопать по щекам.

— О, Яна. Ты нашла меня в мире вечных снов? Как хорошо! Теперь мы всегда будем вместе, любимая, — он поцеловал мне руку, потом притянул и поцеловал в губы.

Я так растерялась от его бреда на счёт вечных снов и любимой, что не сразу отреагировала на этот беспредел. А когда очнулась, то вырвалась и залепила пощёчину.

— Совсем двинулся?! Очнись! Ты живой, а вот что с Нелей случилось — не известно. Быстро говори, куда она делась?

Наконец-то его взгляд стал осмысленным и ясным, и он начал подозрительно смотреть на Зиви.

— Яна, ты как здесь? Только не говори, что прилетела на этом отмороженным на всю голову эйо! Зивертрон, мы же с тобой договорились, что бы ты к девушкам близко не подходил!

— А я и не подходил, она сама. Скажи ему, Яна.

— Роккен, хватит болтать не по делу! Где Неля?

Он сразу помрачнел и посмотрел на Сирена, который тоже уже пришёл в себя и пытался подняться. Похоже, что он повредил ногу и Роккену пришлось ему помочь встать.

— Яна, к сожалению, Нелю утащил грон. Не спрашивай, как это получилось, сами не поняли. Она стояла около аэроботов с ребятами из команды, а мы вышли вперёд, чтобы поймать грона, которого она засекла. Но как только мы создали поле и начали его накидывать на паразита, то произошёл какой-то взрыв. Вернее, сначала яркая вспышка. Я обернулся к Неле и увидел, как она застыла в сияющем коконе, а потом последовал оглушительный взрыв. Всё, потом Вы нас привели в чувство, — Сирен пошёл к команде выяснять ситуацию, а мы остались втроём.

— Так давайте устроим погоню! Его же должны были перехватить на орбите, ведь так? — я с надеждой смотрела на Роккена и понимала, что скорей всего не так, — Что не так? Почему ты молчишь?

— Думаешь он зря её забрал с собой? Он ведь понял её особенность, поэтому и забрал, понимаешь? Только с ней он сможет разрушить все ловушки, поля и улететь. Пойду к Сирену узнаю, смогли они засечь их направление или нет. Яна, — он подошёл вплотную, — мы сделаем всё возможное, чтобы вернуть её.

— Если она ещё жива, — сказала я сквозь слёзы.

— Она жива. Правда, я не могу знать, что на уме у грона. Они ведь полу разумные. Зивертрон, поможешь?

— Помогу. Я чувствую направление и полечу сейчас, а вы — за мной, как будете готовы.

— А я?

— А ты, Яна, полетишь сейчас во дворец и подождёшь нас там. И это не обсуждается. Я ещё поговорю с твоим другом о его самоуправстве. Иди в аэробот, тебя отвезут.

— Что-то я не помню в какой момент у тебя появилось право распоряжаться мной. Насколько я всё правильно помню, то ты мне просто знакомый, который «пригласил», если это можно так назвать, нас с подругой в гости, — меня начало нести, под конец фразы я уже повысила голос и вообще, от эмоций, плохо контролировала себя. — Ты конечно принц и всё такое, но я не твоя собственность и сама знаю, что мне делать, понятно? Зиви, отнеси меня, пожалуйста, к Марике.

— Зиви? Ты его назвала, Зиви? — Роккен в бешенстве схватил эйо за грудки, — ты что, не понял о чём я тебе говорил?

Зивертрон начал смеяться, как ненормальный.

— Яна, убери своего принца от меня, пока я не лопнул от смеха! Роккен, ты такой, милый, оказывается, когда ревнуешь.

— Он не мой! — взвилась я.

Роккен резко отпустил эйо, сплюнул ему под ноги со злостью и подошёл ко мне.

— Яна, я не хочу тебя ограничивать, только беспокоюсь за твою безопасность. Это он тебя познакомил с Марикой?

Я уже остыла и мой боевой настрой поутих, поэтому ответила уже мягче.

— Он. Она замечательная старушка и обещала взять меня в ученицы. Мне кажется, что её дом защищён куда больше, чем замок. Не переживай, когда найдёте Нелю, заедешь за мной, хорошо?

— Марика берёт тебя в ученицы? Не понял! Ладно, потом будем разбираться, летите, — затем повернулся к Зиви и сказал угрожающе, — и смотри, отвечаешь за неё!

— Ты ничего не перепутал, принц? Я, вообще-то, эйо — единственное существо, которое сможет её защитить даже от грона. Иди уже собирайся. Я, как только доставлю Яну на место, сразу полечу за гроном. Потом свяжусь с вами. Удачи! — сказал и сразу же обернулся в огромную жар-птицу, положив одно крыло на землю, чтобы мне удобно было забираться.

Я помахала Роккену рукой, и мы полетели. На этот раз никаких экстремальных пикирований не было, меня оставили Марике и улетели, а бабуля с ухмылкой взяла меня под руку и повела в дом.

Неля.

Мы облетели уже несколько мест с аномалиями, которые засекли датчики, но ни в одном из них я не увидела ни гронов, никого-то ещё. Нам осталось проверить ещё три точки. К одной из них мы уже почти долетели. Осталось пересечь горную гряду и спуститься в ущелье. Я с интересом смотрела на экран, на котором менялся ландшафт, по мере нашего приближения. Точка пульсировала красно- белым светом и постоянно привлекала моё внимание. Неужели там что-то есть? До этого точки не пульсировали, были достаточно статичны и меньше по размеру.

Как только мы зависли над ущельем, я застыла у стекла аэробота. Там, на дне, был огромный, переливающийся всполохами огня, шар. Сирен взял меня за руку, и я наконец-то оторвалась от этого завораживающего зрелища.

— Он?

— Да, больше того, которого поймали, почти в два раза. И огненный весь. Жаль, что вы не видите его. Мы будем спускаться?

— Да, надо чтобы расстояние до объекта было не менее одного километра. Ты останешься с ребятами, мы сами с Роккеном к нему подберёмся.

Я нахмурилась и попыталась не обращать внимание на то неприятное чувство тревоги, которое вопило мне в мозг, что им нельзя трогать это существо. Но мне стоило всё же попытаться их остановить.

— Сирен, это очень опасно, давайте мы просто вызовем подмогу. У меня дурные предчувствия, послушай меня.

— Неля, всё под контролем. Мы справимся. Поверь, это не первый грон в нашей жизни. Если бы была вероятность того, что мы не справимся, то я бы не стал рисковать собой и братом, и, тем более, тобой, — он наклонился, поцеловал мне руку, которую так и не отпускал всё это время и повернулся к Роккену.

— Готовься к спуску. Все машины надо оставить за тем выступом. Предупреди команду, чтобы не вмешивались, пока мы будем плести сеть, а потом пусть включаются по схеме, — потом повернулся ко мне и очень серьезно сказал, — А ты — постой около машин и постарайся не высовываться, чтобы не случилось. А ещё лучше — вообще не выходи из аэробота. Договорились?

— Посмотрим. Вы ведь меня не слушаете, поэтому я тоже буду действовать по обстоятельствам.

— Неля…

— Всё, не надо меня учить, я уже большая девочка и сама понимаю, что мне надо делать, а что нет. Делайте своё дело, за меня не надо беспокоится.

Я села на кресло и отвернулась к окну. Мы стремительно снижались по узкой расщелине, которая нас полностью скрывала от грона. Как только все приземлились и вышли из машин, Сирен провел небольшой инструктаж, после чего все заняли свои места, а принцы что-то включили у себя на браслетах и стали невидимыми. Я стояла около своего аэробота и вертела головой из стороны в сторону, но никак не могла засечь их. Поэтому, как только поняла, что на меня никто не обращает внимания, а все занимаются своими делами, то решила выглянуть из-за каменной плиты. Интересно ведь, что там происходит.

А происходило что-то не понятное. Грон вёл себя очень беспокойно. Я конечно видела этих существ только второй раз в жизни, но сразу поняла, что он не просто так начал метаться из стороны в сторону. Складывалось впечатление, что он пытается вырваться, но у него не получается. Я увлеклась разглядыванием фантастической картинки и не заметила, тот момент, когда грон перестал метаться и застыл на месте. Сначала я подумала, что он сдался, потом — что его парализовали чем-то принцы, а потом занервничала, когда грон начал медленно перемещаться в мою сторону. Я быстро спряталась за камнями и начала медленно отходить к нашим, которые закончили все приготовления и заинтересовались моими перемещениями. Один из них помог мне спрыгнуть, и мы вместе побежали к машинам. Уже трусливо прячась за спинами ребят, я увидела сияющую голубую капсулу, которая очень быстро приближалась к нам.

Не к нам, а ко мне, как оказалось. Потому что, как только она долетела до нашей компании, то сразу окутала меня, а затем раздался оглушительный взрыв, который многократно отразился от гор вокруг. Я смотрела на грона перед собой и понимала, что это конец. По крайней мере, помочь теперь мне некому: принцы неизвестно где, да и живы ли, а остальная команда лежала без сознания рядом со мной. От ужаса у меня тоже потемнело в глазах, и я опустилась на землю. Только капсула оказалась очень даже материальной, и осела я на упругую оболочку, которая начала обволакивать меня как скафандр, оставляя небольшое пространство между нами. Пока я рассматривала это чудо, меня уже подняли метров на пять над землей. Теперь я была почти вплотную к грону и могла рассмотреть его, что называется, изнутри.

Он, оказывается, был похож на мыльный пузырь: тонкая прозрачная оболочка и внутренняя среда, заполненная энергией, среди которой можно было различить три плотные огненные сферы.

Когда я наконец оторвала взгляд от грона и оглянулась, то не получила сердечный приступ только по той причине, что на сегодня впечатлений, видимо, у меня было слишком много и одной больше, одной меньше, уже не важно. Мы летели с огромной скоростью меж звёзд, а планета, которая оказалась очень похожей на нашу Землю, отдалялась так же быстро. На меня напал какой-то ступор. Я всё смотрела и смотрела, пока она не превратилась в точку, которая потерялась среди миллиардов других.

Вот и всё. Но я жива. Пока. Правда, не понимаю, почему и на долго ли. Грон меня не отпускал и держал на том же расстоянии около себя. Сколько мы так провели времени, я уже не представляла. Может три часа, а может пять. Когда не можешь отследить скорость перемещения в пространстве, то трудно уловить сколько прошло времени. Я даже поспала немного, а может и много. Ничего не менялось. Мимо проносились размытые пятна планет и астероидов. Куда меня тащили, а главное зачем, я не понимала. Я даже уже почти смирилась с тем, что так и буду болтаться в космосе, пока не умру от голода и жажды, которые уже очень хорошо ощущались. Но, очевидно, что у грона на счёт меня были какие-то планы, и он не зря меня прихватил с собой. С этими мыслями я опять уснула, решив, что так будет лучше и для моих бедных нервов, и для желудка, хотя последний никак не хотел мирится с тем, что перед сном его не будут кормить, еле уговорила потерпеть.

Просыпалась я мучительно. Жажда окончательно меня добила, поэтому, когда я услышала совсем рядом журчание воды, то собрала последние силы, чтобы открыть глаза и рассмотреть, что это может быть.

Ого! Я лежала на траве около небольшого родника, который бил из-под земли прямо рядом с моей рукой. Никакого кокона вокруг меня не было, и я из последних сил подползла к краю ручейка. Ледяная вода сводила зубы и не давала сразу проглотить её, приходилось сначала немного греть во рту. Я наконец-то напилась и откинулась на спину. Хорошо! Полежала какое-то время, умылась и почувствовала себя снова человеком. Встала на ноги и смогла рассмотреть место, где находилась.

Я находилась на краю поляны, полностью покрытой большими разноцветными цветами, похожими на наши колокольчики, только крупнее. Когда присмотрелась к деревьям и кустам, то тоже заметила, что они не очень похожи на земные или соттарские. А что я хотела? В любом случае, грон меня притащил на какую-то свою планету. И даже позаботился о том, чтобы я не померла от жажды и истощения. Кстати, об истощении тоже надо подумать. Как я тут буду добывать еду? Сырых мышек грызть или рыбок, которых ещё найти и поймать надо. Про ягоды и грибы я даже думать не буду, отравлюсь наверняка.

Я побродила немного вдоль края леса, но кроме мелких насекомых не встретила никакой другой живности. Лес здесь был очень красивый. Стройные высокие деревья, редкий подлесок, невысокая трава. Солнце проникало через кроны деревьев и подсвечивало паутинки и какие-то голубые ягоды, растущие на высоких стеблях небольшими островками среди них. Посмотрела на поляну цветов и заметила, что в центре неё виднеется какое-то марево, как будто там что-то есть, но скрыто от посторонних глаз. А вот это уже интересно.

Идти я старалась не ломая цветы. Жалко такую красоту портить. Удивительно, но странное место по мере моего продвижения удалялось и теперь я уже понимала, что находится оно не в центре поляны, а почти на краю. Ещё сделав несколько шагов в его сторону я вдруг взмыла вверх, ощутив, что меня аккуратно держат когтями за комбинезон. Извернувшись, я уставилась на огромную птицу. Честно говоря, мне сначала показалось, что это Зивертрон, но когда птица повернула голову и посмотрела на меня, то сразу стало понятно, что я ошиблась. Женское лицо даже клювом не замаскируешь.

«Чего уставилась, дура?»

— Почему дура?

«Родилась такая, видно!»

— Э, хватит меня оскорблять! И вообще, отпусти. Куда ты меня тащишь?

Эйо с презрением фыркнула и пошла на посадку. Не долетев до земли двух метров, отпустила меня и приземлилась рядом сама, одновременно превращаясь в стройную рыжеволосую красавицу в красивом алом платье. Пока я материлась и растирала ушибленную пятую точку, она обошла меня по кругу, подождала пока я встану и начала читать мне нотацию.

— Ты хоть понимаешь, что чуть не погибла? Я ведь успела в самый последний момент. Какого демона ты попёрлась на поляну с флостами?

— С чем-чем? И вообще, может сначала представишься, а уже потом будешь орать на меня? Я всё равно не понимаю ничего. Шла себе спокойно по полянке с цветочками, никого не трогала, ни к кому не приставала…

— Понятно… Ты немного не дошла до местной ловушки для таких слишком любопытных. Не знаю, как это работает, но от тебя остался бы только засушенный скелетик. Когда ты сюда попала?

Я даже растерялась немного:

— Очнулась часа два назад, когда попала не знаю. Да в чём дело, блин?! Хватит уже обвинять меня непонятно в чём!

— Всё, всё! — она подняла руки в примеряющем жесте, взяла меня за руку, подвела к поваленному дереву, посадила и села рядом сама.

— Рассказывай, как здесь оказалась. Ой, нет, давай сначала познакомимся. Я — Шале́я, а ты?

— А я — Неля. Меня грон с собой притащил с планеты из системы Соттар. Знаешь такую?

— Знаю. Так это тебя он в капсуле с собой забрал? Вот хитрый, гад. А мы все гадали, как ему удалось ускользнуть из расставленной ловушки. А ты способная! Надо же, прошли все заслоны без единой заминки. Он теперь тебя будет холить и лелеять, такой ценный кадр. Да ведь ты— пропуск в любой мир. Я правильно поняла, что любое поле и щиты исчезают, когда ты касаешься их?

— Не знаю, как это работает, но скорей всего, что как-то так. Причём, я этого даже не замечаю. Шалея, а ты как узнала, что он меня в капсуле забрал? А сама как здесь оказалась?

Она как-то горько усмехнулась и посмотрела на меня своими огромными ореховыми с огненными всполохами глазами.

— Нас трое. Мы с сестрой и её парень. Много лет назад грон взял нас в плен и с тех пор мы живём на этой планете и летаем с ним на охоту. Он использует нашу энергию. Да, мы — батарейки.

— Погоди, так вас здесь трое? А остальные где?

— Они улетели в своё гнездышко в горах, им не до меня. А я одна решила полетать, пока грон отдыхает.

— Но вы же можете летать меж звёзд? Почему вы до сих пор не сбежали?

— Мы не можем, он нас привязал к себе.

— В смысле, привязал?

— Думаю, что ты увидишь, если присмотришься у меня не шее ободок.

Я начала рассматривать её шею. Тонкую серебристую ниточку я увидела почти сразу, только никак не могла понять, почему она её не может разорвать. Она ведь не толще волоса.

— Я не могу её порвать. От неё идёт нить к грону. Видишь, от шейного позвонка уходит паутинка.

— Вижу. Только она ведь всего несколько сантиметров длиной.

— Да, это её видимая, материальная часть, остальная — энергетическая нить, которая привязана к грону. Мы можем перемещаться только в пределах планеты. А меж звёзд — только в ним вместе.

Я даже рот зажала от догадки.

— Так те сгустки пламени, которые располагались в центре грона, это были вы?

— Да, это наша третья форма, похожи на небольшие сгустки плазмы.

— Как это всё ужасно. Неужели ничего нельзя сделать?

— Очень мало существ может видеть гронов, ещё меньше — воздействовать на них. Мы обречены. Он специально держит нас здесь, чтобы мы могли восстанавливаться и протянули подольше.

— А ты его не видишь что-ли?

— Только энергетическую составляющую. Можно сказать, что я его больше чувствую, чем вижу. А ты каким его видишь?

— Ну, если коротко, то как большой мыльный пузырь, внутри которого заключена плазма, которая переливается всеми цветами радуги. Очень красивое зрелище. Ой, извини, это не совсем та красота, которой можно любоваться. Знаешь, мне принцы говорили, что их отец смог убить грона и освободить Зивертрона.

— Зивертрона? Так он жив? — она даже подпрыгнула на месте.

— Ты его знаешь что-ли?

— Да кто его не знает!? Это ещё та заноза в мягком месте большинства эйо! Ну расскажи, как ты с ним познакомилась, где он сейчас?

Я ей в красках рассказала о нашем знакомстве и дальнейших приключениях.

— Вот это да! Ну что ж, новость хорошая, а, главное, дает надежду и нам. Слушай, а ты может попробуешь порвать энергетическую нить, раз у тебя так хорошо получается разрушать энергетические структуры.

— Слушай, я так есть хочу, что ни о чём другом думать не могу. Может ты мне подскажешь, что тут можно съесть. Может фрукты какие растут поблизости, а?

— Ой, извини, накинулась на тебя сразу. Идём, я как раз хотела подкрепиться, перед тем как тебя заметила.

Мы поднялись и пошли вглубь леса. Уже минут через пятнадцать вышли к маленькой речки, на берегу которой стоял шалаш и тлел костер, на котором дожаривался какой-то зверь, размером с небольшую собаку. Только подойдя почти вплотную к костру я почуяла обалденный запах жаренного мяса. Рот сразу наполнился слюной, и я даже не сразу сообразила, что мои руки уже тянуться к задней ножке.

— Э, обожжёшься! Погоди, сейчас сниму с вертела.

— Слушай, разве эйо питаются не энергией космоса? Мне Роккена рассказывал.

— Только в состоянии плазмы и птицы. А пока в человеческом обличие, то и питаемся также, как вы.

Она очень ловко подхватила вертел и перенесла его вместе с тушкой на приготовленные заранее листья. Отломила заднюю ногу, которая оказалась довольно увесистой и протянула её мне на листе, похожем на лопух.

— Спасибо, только я столько не съем, хоть и голодная очень.

— Ничего, потом доешь. Мясо очень нежное и вкусное.

— Это ты его поймала? А что это за зверь? По виду чем-то на нашего поросёнка похож, только с рожками.

— Да, поймала сразу, как только прилетели, потому что тоже была голодна, да и силы восстанавливать лучше всего с помощью мяса. Как он называется не знаю, а сама не хочу называть здесь никого, но их здесь бегают целые выводки. Так что с едой нам повезло. Потом я тебе ещё покажу несколько деревьев с плодами, здесь неподалёку растут. Будешь сама ходить рвать, если понравятся, по мне так очень даже вкусные, а Тасе не нравятся, говорит, что приторные.

— А Тася — это твоя сестра?

— Да, Тазания. Но я её с детства называю Тасей. А её парня зовут Бернард.

— Они давно вместе?

— Давно, хотели пожениться, но судьба распорядилась иначе. Одно их радует, что они здесь вместе. Как говориться, хоть и долго нам мучиться придется, зато вместе проведем эти годы.

— Не говори так! Мы что-нибудь обязательно придумаем. Может подмога к нам придёт, у меня же маячок в браслете, — и я похлопала себя по пустому запястью, — был…

Шалея отвернулась, устроилась на настиле из веток, свернулась калачиком и закрыла глаза.

Я приуныла и вспыхнувшая было надежда погасла, не оставив и следа. Никогда мне не везло, а уж теперь даже не знаю с кем своё невезение сравнить: мало того, что незнакомые парни утащили на другой конец галактики, открылись какие-то непонятные способности, которые я никак не ощущаю, подругу потеряла, так ещё и сижу у чёрта на рогах с такой же несчастной, как и я, рядом с монстром, который собрался использовать нас в своих целях до конца жизни. Перспектива — так себе.

Что же делать? Думай, Нелька, думай! Должно же быть что-то, что может убить этого гада! Ни за что не поверю, что он абсолютно неуязвим. Моя деятельная натура была не способна долго унывать, и я начала заниматься любимым делом — думать и строить версии. Пока подруга по несчастью притихла, я решила, что мне пора осваивать свои способности, всё равно больше делать было не чего.

Сначала я решила повнимательнее рассмотреть поводок Шалеи, тем более её затылок был совсем рядом. Кончик серебристой ниточки торчал как антенна и немного вибрировал. Как я не пыталась рассмотреть невидимую часть нити — ничего не получалось. Обошла её, посмотрела с другой стороны — ничего. Придется медитировать.

Я устроилась поудобнее на травке рядом с головой эйо, закрыла глаза и попыталась отрешиться от окружающего мира. В какой-то момент у меня стало что-то получаться, даже разноцветные круги перед глазами начали мелькать от усердия, но, когда мне уже начало что видеться, кто-то впился мне в шею. Да ещё так больно и неожиданно, что я подскочила с таким воплем, что задремавшая Шалея сходу начала трансформацию в птицу, схватила когтями меня за комбинезон и подняла метров на десять над землёй. И всё это произошла за пару секунд. Вот реакция!

Я моталась из сторону в сторону, извивалась ругалась, как последний бомж у разбитой бутылки водки.

— Да отпусти ты меня!

Шалея тоже начала приходить в себя, огляделась, и, не найдя ничего опасного поблизости начала опускаться и превращаться.

— Ты чего так орала? Я чуть дурой не сделалась!

— Посмотрела бы, как ты себя вела, если бы тебя в шею укусили!

— Давай посмотрю, что там у тебя, — она пригляделась к месту укуса и стала серьёзной.

— Что там? Болит ужасно и как будто неметь начинает.

— Всё плохо. Невезучая ты какая-то. Не знаю, что тебя укусило, на что оно ядовитое — это точно. Место укуса начало синеть и расползаться по сосудам. Как ты себя чувствуешь?

— После твоих слов ещё хуже, чем до них. Мне даже кажется, что дышать тяжело становится.

— Не кажется. Расстегни комбинезон на груди и ложись. Буду спасать тебя, только постарайся не дергаться и не орать.

— Что ты собираешься делать? — прошептала я, потому что уже реально не могла говорить из-за отека горла.

— Буду яд высасывать через рану на шее, а потом постараюсь восстановить то, что уже повредилось. Будет больно, терпи.

— Она наклонилась надо мной, положила одну руку под шею, другую — на грудь и засветилась. А потом мою шею разрезала ужасная боль. Поскольку я дышать уже почти не могла, то и кричать у меня тоже не получилось, только корчиться и хватать ртом воздух, как рыба. Мне показалось, что в какой-то момент я потеряла сознание, а потом, когда в моё тело хлынул поток теплого и живительного света, я открыла глаза и поняла, что боли уже нет и дышится хорошо. Перевела взгляд на Шалею, которая сидела на коленях рядом со мной, опустив голову и тяжело дыша.

— Спасибо, — я попыталась подняться, но она остановила меня жестом.

— Полежи немного, сразу вставать нельзя, — сказала она очень тихо и легла рядом со мной.

— Зачем ты столько энергии мне отдала? Теперь сама чуть живая.

— Так надо было. Меньше не помогло бы. У тебя сердце остановилось. Ничего, я полежу, поем, потом посплю и буду как новенькая, мне не привыкать.

Я лежала и не могла ничего сказать. Значит я умерла практически. Обалдеть. Я повернула голову к Шалее, она спала, мирно посапывая. Немного отодвинувшись, я поднялась и пошла в шалаш. Может у неё есть одеяло, а то она совсем холодная, хоть и огненная натура.

В шалаше тоже была лежанка, покрытая шкурой какого-то большого животного со светло-серым мехом в чёрную крапинку, и небольшая куча какого-то тряпья рядом. Я немного порылась в ней, не нашла ничего похожего на покрывало и стянула шкуру, Она оказалась очень легкой для такого размера и объема. Укрыла Шалею. Потом немного перекусила мясом и пошла к речке.

Уже почти стемнело, природа притихла, только стрекотали какие-то насекомые, которые напомнили мне сразу об укусе. Я непроизвольно потерла шею, но абсолютно ничего не почувствовала и место укуса не нашла. Шалея — волшебница. Застегнула до самого подбородка замок, оглянулась, посмотрела не укутанную подругу и улыбнулась. Хоть в чём-то мне повезло, встретила хорошего человека, вернее эйо.

Взяла в руку палочку и начала ею водить по воде. Сколько произошло всего со мной на этой неделе?! Даже не вериться. А, главное, что мне теперь делать? Яна, наверное, сейчас спит, а может плачет обо мне. Она ведь не знает жива я, или нет.

Я даже не заметила, как в воду стали капать слёзы. В какой-то момент вокруг стало светлее, и я подняла голову.

Рядом со мной, метрах в пяти, на другом берегу речки завис грон. Если бы у него были глаза, то я бы сказала, что он смотрит на меня. Глаз не было, а ощущение было. Я поднялась и сказала:

— Ну, привет. Может расскажешь мне, что собираешься со мной делать, а то я уже голову сломала, гадая?

Грон начал переливаться больше, а потов я в голове четко услышала:

«Отдыхай пока. Шалее нужен отдых. Прилечу через неделю. Есть дело. Ты нужна мне, не отпущу».

Он поднялся вертикально вверх и на огромной скорости улетел, превратившись в светящуюся точку, а затем исчез.

Я глубоко вздохнула и повернулась.

— Шалея, — я даже подпрыгнула, — разве можно подкрадываться в людям сзади?

— Извини. Что ему надо было?

— Думаю, что он почувствовал твой упадок сил и прилетел проверить, что происходит. Представляешь, он разговаривал со мной!

— Не выдумывай, он не умеет разговаривать.

— Я не правильно выразилась. Он общался со мной ментально.

— Да, ладно!

— Вот так. Сказал, что прилетит через неделю, дело у него есть какое-то. Думаю, что мы полетим с ним. Слушай, а на этой планете нет никаких разумных существ?

— Нет, по крайней мере, я их не встречала, хотя за двести с небольшим лет облетела почти все уголки этой планеты.

— Двести лет?

— Двести три года, если быть точной.

— Ничего себе! И все эти годы ты живёшь в шалаше?

— Нет, конечно! Я построила себе дом. Убила на него почти двадцать лет своей жизни. Здесь ведь нет инструментов, если ты успела заметить. Правда, сестра с Бернардом первые годы помогали мне, потом им надоело, и они улетели в горы, свили там в какой-то пещере гнездо и не стали заморачиваться с жильем, как я. Я летаю к ним иногда в гости, в море покупаться.

— Здорово! А мне покажешь свой дом?

— Покажу, покажу, куда теперь тебя денешь. Ладно, пойдём спать, ночь на дворе.

— Погоди, всё хочу спросить и забываю. А хищники здесь есть?

Она усмехнулась и посмотрела на меня игриво.

— Ну ты молодец, самый важный вопрос спросила в самый последний момент. Конечно есть!

Я даже головой стукнулась о бревно, когда в шалаш заходила.

— У-яааа! Блин, теперь шишка будет. А ты чего молчала? А тут гуляю, цветочки нюхаю. Чего сразу не предупредила? Большие?

— Что?

— Хищники, спрашиваю, большие?

— Огромные! — она рассмеялась, глядя на моё выражение лица, которое в свете её сияния очень хорошо просматривалось, — Да не трясись ты! Самый страшный здесь хищник — грон, а немного поменьше — я, так что тебе никто не угрожает.

— А остальные знают, что вы здесь самые крутые? Или ты им уже объяснила?

— Или! Не сомневайся, в округе на несколько километров не осталось ни одного хищника, крупнее волка. А волки — умные животные, ко мне не сунутся. Ложись. — Она откинула верхнюю шкуру, под которой оказалась ещё одна точно такая же.

— Слушай, а эти шкуры ты сама добывала? Красивые такие!

— Сама. Они мне попались лет пять назад. Наглые оказались твари, напали на меня ночью, невзирая на свечение. Представляешь, за ногу хотели вытащить из шалаша, потому что сами не могли пролезть в проём! Смотри, до сих пор на ноге шрамы остались от зубов.

Я начала рассматривать её правую ногу, где над пяткой было несколько глубоких вмятин от крупных зубов.

— Ничего себе! Он же мог откусить её, судя по размеру зубов.

— Мог, но не захотел. Хотел вытянуть, чтобы сожрать всю. На этом и прокололся. Правда, когда я увидела этих двух красавцев, то не стала их сжигать, уж очень мне шкура понравилась. Потрогай какая мягкая и легкая, — она взяла в охапку шкуру и прижала её к лицу, — уже столько лет прошло, а они как новые. А давай тебе тоже добудем какую-нибудь зверушку покрупнее? Хочешь? Даже если сбежишь отсюда, то на память останется.

— Давай, — я зевнула и легла, — только сначала поспим. А ты всю ночь светишься?

— Нет, когда усну, то останется только мерцание.

— Это хорошо, а то я при свете спать не могу, — и рассмеялась.

— Ты чего?

— Да как-то двусмысленно прозвучало.

— В смысле?

— У меня на родине есть женское имя Света…

Она посмотрела на меня, а потом как засмеётся.

— При Свете? А-ха-ха-ха.

Мы начали смеяться как ненормальные, до слёз, выплескивая напряжение этого длинного дня. Так и уснули обнявшись.

— Невероятно! Ты сама всё сделала?

Я, когда увидела дом Шалеи, сначала на некоторое время потеряла дар речи. Передо мной на холме, рядом с небольшим лесным озером, стоял хрустальный полупрозрачный замок. Небольшой, но с высокой башней в центре и отходящими от неё полукруглыми стенами одноэтажного жилого помещения, образующими овальное строение с вытянутыми разноцветными окнами. И всё это покрыто какой-то чудесной крышей голубого цвета. Когда я присмотрелась, то разглядела отдельные перламутровые чешуйки.

Ну, не верю, что девушка, пусть и очень сильная, и способная, смогла построить такой дом. Он впечатлил меня в первую очередь своим проектом. Даже не видя, что там внутри, я понимала, что это шедевр зодчества.

— Слушай, а из чего ты стены делала, почему они такие гладкие, как будто стеклом покрыты? — Я гладила стену около большой открытой террасы и никак не могла понять, как можно было сотворить такое.

— Ты забыла с кем имеешь дело. Стены сделаны и местного камня, который после сильного нагрева спёкся и стал монолитом. Я ведь у себя на родине была хорошим строителем, правда самой не приходилось строить дома, только проектировать и руководить работами. Но здесь пришлось самой приложить руки.

— Ты меня поразила до глубины души. Если честно, когда ты сказала, что построила дом, то я себе представила небольшой сарайчик на огромном дереве, но то что я увидела…

— Да брось, ты! Ты бы видела, какие замки были построены по моим проектам! Здесь я такой бы строила лет пятьсот. Спасибо ребятам, что помогли мне камней нарезать и натаскать, то бы и с этим домиком провозилась лет тридцать, потому что за камнем пришлось далеко летать.

— Всё равно, ты молодец. А во внутрь можно зайти?

Она взяла меня за руку, открыла дверь и завела в просторный холл. Мебели было по минимуму, но диван и стол был. Сколоченный из дерева и застеленный черной шкурой какого-то зверя. Диван, конечно же, был не такой как дома, но всё равно удобный. Около небольшого квадратного стола стояло два стула.

— Стулья для Таси и Бена. Идём, я тебе спальню покажу.

Мы открыли дверь, что располагалась справа от входа и зашли в просторное помещение с большой деревянной кроватью, тоже покрытой шкурами, правда на этот раз белыми. Другой мебели в комнате не было. Огромное окно почти до пола отсвечивало разноцветными бликами на кровать и стены, через которые тоже в комнату поступало немного света.

— Можно сесть?

— Конечно, можешь даже лечь. Я на доски постелила сено, поэтому кровать достаточно мягкая.

Я упала на кровать, Шалея завалилась рядом.

— Здорово! А двери напротив входа и слева куда ведут.

— Та что прямо — в башню, а та что слева — в гостевую комнату, точно такую же как эта.

— А ванная у тебя есть?

— Есть, идём покажу. Это особый предмет моей гордости!

— Идём, ты меня прямо заинтриговала.

Мы вышли, подошли к двери, ведущей в башню. Шалея в хитрым выражением открыла её и предложила войти первой.

В полутьме я увидела винтовую лестницу на верх и проход в хорошо освещённую небольшую комнату.

— Проходи, не бойся.

— Что-то я здесь не вижу ни ванны, ни удобств.

— Зато видишь лестницу вниз. А удобства в углу, за той перегородкой, — она показала в правый угол, где находился почти обычный туалет, правда форма не совсем обычная, зато со смывом.

Я огляделась и заметила спуск в подвал, откуда виднелось голубое свечение. Мы спустились метров на десять вниз по узкой лестнице, и оказались в небольшой пещере, наполовину заполненной водой голубого цвета, которая и создавала это свечение. Все стены были в бликах, и я в полутьме не сразу поняла, что они тоже стеклянные. Подошла к краю, где была деревянная лестница, опустилась на колени и потрогала воду.

— Ого! Да она теплая.

— Да. Только из-за этой пещеры я построила именно на этом месте дом. Правда, естественный вход в неё находится совсем с другом месте, но я сделала другой, а тот завалила камнями. Не люблю сюрпризы в своем доме. Зато теперь у меня своя купальня и горячим источником, который очень хорошо снимает усталость и заряжает энергией. Снимай свой комбинезон и идём купаться. Здесь не глубоко, главное не приближайся к стене, обожжёшься.

— Но у меня нет сменного белья и полотенца, не представляю, как я буду всё одевать обратно.

— И не надо представлять!

Шалея засмеялась, наклонилась ко мне, а потом по-заговорщицки тихим голосом сказала:

— Я умею чистить одежду и сушить её, и даже себя. Ну, тебя тоже высушу.

— Это как?

— Ты постоянно забываешь, что у меня огненная стихия! Пропарить одежду и нагреть воздух мне ничего не стоит. Пошли.

Я поднялась, разделась, посмотрела не подругу, которая тоже уже быстро снимала платье и закручивала волосы на макушке, и начала спускать по лестнице. Было действительно не глубоко, по середине купальни мне доходило до плеч, а Шалее — до груди.

— Иди сюда, здесь можно полежать.

Я побрела к ней и улеглась рядом не небольшой пологой площадке, на глубине не больше полуметра.

— Как хорошо. Шалея, спасибо, что привела меня в свой удивительный дом и сюда. Я даже начала забывать о гроне и всех остальных неприятностях.

Эйо, лежала с закрытыми глазами и казалось, спала.

— Сестра сказала, чтобы я к ней прилетела завтра, у неё есть для нас сюрприз, — она открыла глаза и повернула ко мне голову, — ты полетишь со мной или останешься здесь?

— Погоди, ты откуда узнала?

— Она мне сама только что сказала.

— Ты хочешь сказать, что вы общаетесь ментально на таком расстоянии?

Шалея рассмеялась и села.

— Неля, ты совсем не знаешь нашу расу. Мы всегда общаемся со своими родными и близкими ментально, причём нет разницы на каком расстоянии мы находимся друг от друга.

— Вы удивительные существа. Даже завидки берут. Чувствую себя ущербной какой-то.

— Кто бы говорил! Одно то, что ты разрушаешь все энергетические преграды, делает тебя уникальной. Ты даже не представляешь всю глобальность этого. Зато грон прекрасно представляет, поэтому и притащил тебя сюда и переживает, чтобы ты не пострадала.

— Но спасла меня ты, а не он.

— Он был рядом, я его чувствовала. Если бы я тебя не подхватила, это сделал бы он, не сомневайся.

— Хорошо, предположим. Так что там с отлётом? Ты полетишь?

— Конечно! А ты?

— Ты что ли сможешь меня взять с собой? У тебя хватит сил лететь со мной так далеко?

— Не переживай, я уже полна сил и могу тебя тащить хоть через весь материк. А до сестры лететь всего часов пять. Ну, с тобой, часов шесть получиться, а может даже семь. Мне придется несколько раз отдыхать. Так что, летим?

— Летим!

— Мы их нашли вчера, когда решили полетать над берегом в сторону вон тех гор, — Тазания возбуждённо размахивала руками и тараторила уже почти час, рассказывая о находке странных существ, которые могут общаться ментально и поселились в одной из множества пещер в этих горах, — Представляете, мы туда никогда не заглядывали и не думали, что она обитаема, а вчера, когда уже летели домой, увидели на площадке перед пещерой два существа, которые сидели прижавшись друг к другу и разговаривали о том, что скучают по общей знакомой, девушке по имени Виктория, и обсуждали когда им лучше с ней встретиться. Ментально!

— Тася, да успокойся ты уже! Хватит мельтешить! — Шалея почти насильно усадила её на камень, и сама села рядом.

— О, Шалея, ты не видела, что творилось ночью! Она ведь допекла меня, и мы слетали обратно, познакомиться. Естественно, там никого мы не увидели в потёмках.

— Светила, луна, даже две, я бы их увидела. Но там уже никого не было, а я была так ошарашена, что на запомнила на каком уступе они сидели, — она расстроенно поджала губы и чуть не плача сказала, — мы почти два столетия прожили на этой планете и ни разу не встречали здесь разумную жизнь, и вот, когда мы её встретили, то сразу потеряли!

Тася всё же расплакалась, и сестра начала её успокаивать, приговаривая, что они вместе слетают туда и осмотрят каждую пещеру, каждый камень. А я всё прокручивала в голове рассказ эйо и старалась отбросить мысль, что их Виктория может быть той самой моей подругой, которая пропала несколько месяцев назад. Правда одно никак не вязалось в моих предположениях — как моя Виктория могла быть подругой лохматых существ с планеты на задворках галактики? Но я это выясню!

— Ладно, девушки, достаточно страдать, давайте лучше поедим, — Бернард встал и пошёл в пещеру.

Тася закатила глаза.

— Он всегда голодный!

— А что ты хотела? Мужчина! — Шалея со знанием дела начала на одном из камней сдувать пыль и устраиваться поудобнее.

— Чего застыли? Прошу к столу! Тася, мы вообще-то гости, если что. Иди помоги мужу!

— Жениху!

— Иди уже! По двести лет с женихами не живут, невеста.

— Бе-бе-бе!

— О боги, когда она уже повзрослеет? Неля, эта девица меня с ума сводит. Хорошо, что теперь за ней Бен присматривает, а то я бы здесь и года не продержалась. Она постоянно ищет себе приключений, и, самое главное, находит! У тебя есть младшая сестрёнка?

— Нет, я одна у родителей.

— Тогда тебе трудно понять. Иногда убить хочется, когда лезет туда, куда не следует. А как попадет в неприятности — готова сама умереть, лишь бы её спасти. Так и живу. Постоянно ожидая её новых приключений и историй. В этот раз вроде всё обошлось. По крайней мере я не чувствую опасности от этих существ. Полетишь с нами? Я думаю, что после обеда можно слетать и осмотреть то место. Тася сказала, что туда всего час лёту. Ты как?

— Да я только «за»! — и с восторгом начала расспрашивать её о том, как они могут слышать мысли других на расстоянии. — Ой, погоди, так ты и мои мысли слышишь?

— Нет, но с тобой у меня не получается общаться ментально, хотя я пыталась несколько раз. Блоки какие-то стоят. Сама ставила?

— Шутишь? Я только от тебя о них услышала. Даже представить не могу что за блоки, и кто их ставил. Слушай, а если окажется, что эти существа имеют связь с каким-нибудь миром и могут улетать с планеты, когда захотят? Ведь собирались же они как-то встретиться со своей подругой.

— Давай не будем загадывать. Ого! — она повернулась к Бену и Тасе, которые несли нам обед. На одних больших круглых листья лежали фрукты, на других — куски жирного хорошо прожаренного мяса. А запах…

Я постаралась потихоньку проглотить слюну, которая так и норовила вытечь и капнуть мне на колени.

— Ну, гости дорогие, угощайтесь! — мы разложили на свои листочки самые вкусные и сочные кусочки и принялись есть очень нежное мясо какого-то зверя, чем-то похожее на свинину. — Неля, нам сестра про тебя всё рассказала, поэтому не удивляйся, что я ничего не спрашиваю. Добро пожаловать в наш мир. Мы здесь уже прижились и смирились с тем, что нам суждено провести здесь всю оставшуюся жизнь. Поэтому давай дружить. Мы с Беном тебе всегда поможем, чем сможем, правда, милый?

— Конечно, дорогая! А чтобы наша встреча запомнилась у меня для такого случая есть сюрприз. Девушки, не скучайте, я скоро!

— Куда это он полез — я проследила за тем, как он быстро и ловко карабкается вверх по горе, а когда скрылся перевела взгляд на сестёр.

— Даже не знаю, может подарки припас нам какие-нибудь?

— Ладно. Вернется сейчас. Мясо ешьте, пока не остыло. Это я утром поймала этого жирного неповоротливого увальня у подножья горы, когда он пытался достать грызуна из норы. Грызуну повезло, а ему нет. Вкусный, правда?

— Угу, — это всё, что я смогла сказать с набитым ртом, вытирая время от времени жир, который ручейками стекал к локтям.

Тася рассмеялась.

— Молодец, Неля, наш человек! Люблю людей без комплексов!

Мы уже наелись и сидели, отвалившись за импровизированным столом, обсуждая, как завтра будем лететь, и кто потащит обожравшуюся меня, когда вернулся Бен.

— Девчонки, а вот и я! — и поставил на стол небольшой сосуд из оплавленного камня, в котором плескалось что-то темное.

— Это что? — Тася вытаращила глаза и ткнула указательным пальцем в сосуд.

— Сюрприз! — он шустро расставил перед нами твердую кожуру какого фрукта вместо чашек и принялся наливать темно-коричневую жидкость.

— За знакомство! — он ловко подхватил свою кожурку и выпил её содержимое. — Чего застыли? Не отравитесь, пейте уже.

Я понюхала налитую мне жидкость и запах мне понравился. Потом немного пригубила. А вино-то крепкое! Ну, Бен, настоящий мужик! В любой ситуации найдет способ порадовать себя. Ну и нас, заодно.

— Очень вкусно! Сам делал? — я допила и поставила пустую кожуру на стол.

— Конечно, сам! А кто же?

— Ах, да, извини, забыла. Это из ягод или фруктов?

— Из фруктов, кожуру тоже не выкидываю, видишь пригодилась? — а потом повернулся к сестрам, — а вы чего не пьете? Вон подруга ваша, уже за второй тянется, а вы всё медитируете над первой!

— Ну, Бернард, — Тася попробовала вино и агрессивно посмотрела на мужа, — мы потом с тобой поговорим, из чего ты его делаешь, в каких количествах и как долго употребляешь, пока я, как последняя дура, пытаюсь скрасить твои дни и ночи!

— Э, тихо, тихо! Только без драки! — Шалея придержала сестру и усадила её обратно на камень. — Хорошее вино, Бен. Я уже даже не помню, когда пила что-то подобное последний раз. Как будто в другой жизни. Спасибо тебе, что не дал мне забыть, что у нас была та жизнь.

Шалея грустно посмотрела на сестру, поднялась и встала на краю скалы.

— Как много бы я отдала, чтобы вернуться в прошлое, хотя бы на день. Мы не ценим то, что имеем, и только потеряв всё, начинаем тосковать и скучать по былому.

Она смотрела вдаль бескрайнего моря и ветер завивал её рыжие волосы и платье в тон им.

— Шалея, перестань! Всё настроение испортила! — Бен доел свое мясо и начал убирать со стола.

— Прости меня, я опять сорвалась и накричала на тебя. Ты ни в чём не виноват. Это всё нервы. Вот и наша уравновешенная Шалея не выдержала.

Она прижалась к Бену, обняла его за талию, и глядя ему в глаза прошептала: — Я знаю, что всё будет хорошо, вот увидишь. Надо только немного потерпеть, уже совсем немного. Ведь Неля уже с нами, значит скоро мы будем свободны.

Я прислушивалась к её шёпоту, но не совсем понимала причём здесь я, и как я смогу повлиять на их освобождение, когда сама в плену, но Тася так уверено говорила, что я тоже невольно начала верить, что всё у нас будет хорошо, что моя жизнь не закончится на этой, забытой Богом, планете.

Яна.

— Ну, бабуля, пожалуйста! Ну ещё разочек! Я совсем чуть-чуть и сразу прекращу.

— Да что за девица мне попалась! Если бы я знала, что ты такая не послушная, не за что бы не взяла в ученицы! И прекрати меня называть бабулей! Мы вроде договорились, что для тебя я просто Марика, поняла?

— Поняла, только мне не привычно называть взрослого человека, да ещё и учителя, на «ты». Язык никак не поворачивается. Может найдем компромисс? Марика, но на «Вы», хорошо?

— Ладно, уговорила. Так вот, дорогая, говорю тебе последний раз. Ты занимаешься ровно столько, сколько я тебе говорю, и без самодеятельности. В нашем деле главное не торопиться. Тебе сначала надо почувствовать природу, живое и неживое, потоки энергии от них, поля вокруг себя и нашей планеты, а уже потом пытаться ими управлять. А ты научилась перенаправлять поток с живого на неживое и решила изменить всё вокруг? Сила мысли конечно может многое, но не забывай, что у тебя не настолько много сил, чтобы преобразить весь мир.

Я только набрала воздух, чтобы возразить, что я и не пыталась, как меня перебили.

— И не надо оправдываться! Посмотри на поляну, во что ты её превратила?! Даже я не смогу вернуть всё в исходное состояние, не говоря о фоне, который будет держаться несколько десятков лет. Да тут и энергетические потоки чувствовать не надо, достаточно иметь глаза, чтобы понять, что здесь повеселилась ведьма!

— Почему сразу «повеселилась»? Ну сделала несколько фигурок животных из камня, ну посадила цветочки на голове у медведя. Та ведь он же каменный! Я никогда бы не позволила себе издеваться на живым существом. А то, что суслика сделала писающим, так ведь так интересней, а то скукота получается какая-то.

— Конечно, придёт мужик из деревни собирать ягоды на поляну, а там все валуны превратились в статуи неведомых зверушек, которые то писают, то плачут, то с травой вместо волос, то с цветами, то с мхом в интимных местах! Яна, каждая ведьма должна знать меру и отвечать за то, что творит. Мы не должны вмешиваться в жизнь людей без их просьбы или дозволения.

— Почему? Я такой же человек, как и все остальные. Если мне захочется сотворить что-то хорошее, я что должна спросить у всего мира можно мне это сделать или нет? Что за бред!

— А ты никогда не думала, что твоё «что-то хорошее» может изменить всю планету?

— Вот ещё! От того, что я сотворю дождь, чтобы полить засыхающий от засухи урожай, никому хуже не будет.

— А ты не подумала о том, что если изменила ход событий у одном месте, то поменялось и всё окружающее пространство? Или твой дождь взялся из ниоткуда, из вакуума? Запомни, Яна, вмешиваться в баланс, который устанавливает природа, надо очень аккуратно, точно зная к чему приведут эти изменения. Одно дело фигурки из камней и совсем другое дождь. Если ты его прольёшь в одном месте, значит он не прольётся в другом, и во что это выльется ты должна просчитать очень точно. Только после всех расчетов ты можешь сотворить маленькую тучку и полить поле, полностью уверенная, что позаимствовала воду у грозового фронта, который мог привести к наводнению, а не небольшой тучки, собирающейся пролиться дождём над высохшим руслом реки, и напоить животных, умирающих от жажды.

— О, Боже! Если просчитывать каждый свой шаг, то так и с ума сойти можно!

Марика усмехнулась.

— Привыкнешь. Я училась контролировать себя и свои «добрые дела» почти три десятка лет. В итоге, сейчас почти не задумываюсь, всё происходит быстро. Природа меня приняла, и сама подсказывает, как правильно поступить, чтобы не нарушить равновесие. Ведьмы ведь — дети природы. Как только ты увидишь и осознаешь строение мира, сможешь управлять любыми потоками. Поверь мне — осознать себя частицей окружающего пространства и уметь растворяться в нём — самое трудное. Я тебя всему научу, только слушайся меня. Не зря ведь я выбрала именно тебя. Я знаю, что у тебя всё получится. Уже получается кое что, даже без слияния. Всё, хватит на сегодня, идём обедать. После обеда Зивертрон сказал, что отнесёт тебя во дворец, у них там какие-то новости о Неле. Похоже, что неделя поиска дала какие-то результаты, хотя я и так могу сказать, что найдётся твоя подруга, только не так быстро, как хочется принцам, особенно Сирену, — она довольно заулыбалась, — всему своё время.

Я с грустью посмотрела на свои творения, которым искренне радовалась, пока Марика меня не раскритиковала. А что, и вправду получилась веселая полянка! Завтра всё равно приду втихаря, сделаю ещё кролика из «Винни Пуха» в очках и с тростью.

— Идёмте, Марика. А что у нас на обед?

— Как и обещала — жаркое из кролика, правда он был без очков и трости, но я думаю, что тоже вкусный, — и на подмигнула мне, пока я стояла, открыв рот.

— Вы читаете мои мысли?

— Да у тебя на лбу всё написано. Завтра буду учить тебя ставить щиты, а то ты — как открытая книга, нельзя так. Есть люди, которые этим обязательно воспользуются.

— Зиви, давай помедленнее, меня сейчас сдует! — и уже из последних сил сжала окоченевшими руками мокрые перья на его мощной шее, — И пониже лети, пожалуйста. Из меня скоро ледяная скульптура получится, кто меня потом будет выковыривать в твоих перьев?

Этот гад только фыркнул и начал резко снижаться. Я уже не могла вертеть головой, да и мне было всё равно, так я замерзла. Я почувствовала, что стало намного теплее, но когда он приземлился всё равно не смогла разжать руки. С боку послышалось рычание, и я немного разжала веки, но ничего толком увидеть не смогла, только стремительно приближающее тёмное пятно. А потом меня аккуратно отцепили от перьев и взяли на руки.

— Зиви, ты совсем обалдел? Если с ней что-нибудь случиться, я тебе лично голову откручу и перья на хвосте повыдергиваю! Ты же её заморозил! — орал Роккен, а по голосу это был именно он, и рычал, похоже, тоже он.

Принц опустил меня на траву и обратился к эйо.

— Ну-ка быстро согрей её!

— Ладно, признаю, что немного увлёкся и переборщил с высотой. Сейчас всё исправлю.

Вокруг меня воздух стал горячим, как в сауне. Всё тело начало покалывать, потом покрылось мурашками, а потом меня начало трясти и застучали зубы. Роккен опять подхватил меня на руки и прижал к себе. Мне было абсолютно плевать, что обо мне подумают, но я и сама прижалась к нему, такому горячему и сильному. Вскоре трястись я перестала, но слазить с рук принца не хотелось. Так уютно было и хорошо.

— Я думаю, что теперь Яна вне опасности. Роккен, отпусти девушку! — услышала я строгий голос королевы.

Я открыла глаза и осмотрелась. Мы стояли перед парадным входом во дворец, около которого столпились больше трех десятков придворных, слуг и охраны.

— Ваше величество, здравствуйте. Извините, — я сильно смутилась и не знала куда спрятать глаза, вроде не виновата ни в чём, а всё равно неловко.

— Тебе не за что извиняться, а вот некоторые забыли приличия и ответственность за безопасность своих гостей, — она выразительно посмотрела Зивертрона и Роккена.

Роккен взял меня за руку и задвинул за свою широкую спину.

— Прошу всех пройти в малый зал заседаний, — королева сделала вид, что не обратила на это внимания, отвернулась и пошла к входу.

— Пойдём, Яна. Ты согрелась? Всё нормально? — принц, так и не отпуская мою руку, повёл меня вслед за королевой по лестнице на второй этаж.

— Всё нормально. Куда мы идём? Может я сначала переоденусь?

— Нет, всё потом. Дело не терпит отлагательств. Мы и так сильно задержались. Извини, это я просил Зиви поторопиться, только не учёл, что его скорости могут навредить тебе.

— Да, я чуть не заморозилась на смерть!

— Не преувеличивай, Зиви чувствует состояние существа, которое несёт. Он не допустил бы необратимых изменений в твоём здоровье.

Я даже спотыкнулась от циничности его ответа и остановилась.

— Отпусти меня! Пошли вы к чёрту со своими делами! Мало того, что ничего не объясняете, так ещё и ведете себя, как надзиратели в тюрьме. — я развернулась и попыталась вырваться из захвата, но стальная клешня сжала мою руку ещё сильнее.

Я взвыла от боли и меня тут же отпустили и растерянно уставились на синие отметины от пальцев. Роккен очень осторожно взял мою руку в свою, наклонился и поцеловал каждый синяк, потом перевернул её и приложил к своей щеке. Глядя мне в глаза он тихо сказал:

— Прости меня, прости. Я — дурак! Мы здесь уже неделю почти не спим и не прекращаем поиски Нели ни на минуту. Я уже совсем потерял связь с реальностью и забыл, что ты единственный человек, который ничего не знает, — он поцеловал мне ладонь, потом другую, — Сейчас оперативный совет примет решение в каком направлении мы будем продолжать поиски или совсем их прекратим.

— Как это прекратим? А зачем мне надо там быть? — я даже растерялась от такого поведения Роккена.

— Нам нужно, чтобы ты обязательно присутствовала, потому что хотим попросить помощи у Люциуса, нашего знакомого из соседней империи.

— Того самого, который женился Виктории?

— Да, а ты откуда знаешь?

— Зиви сказал.

— Что он ещё сказал? — принц на глазах начал закипать.

— Успокойся, только это, подробностей никаких не рассказал. Идём уже быстрее, не будем заставлять нас ждать.

— Спасибо. И ещё раз извини.

Я сжала его лапищу, и сама потащила вперёд.

Мы миновали несколько холлов, прошли множество коридоров и на полном ходу влетели в большой зал, заполненный людьми, очень громко и темпераментно обсуждающими что-то. При нашем появлении наступила тишина и королева жестом показала куда нам сесть. Мы поздоровались с Сиреном и Сардоном и сели рядом.

— Поскольку теперь все в сборе, то можно начать. Сардон, связь с Актаром установлена? — Сирен вопросительно посмотрел на мага.

— Сейчас, ещё немного подстроюсь, одна минута. — маг копошился около огромного экрана, на котором периодически вспыхивали разноцветные пятна. В какой-то момент они стали более четкими и перед нами возникло изображение кабинета, в котором за овальным столом сидели четверо военных и один, во главе, в штатском.

— Приветствуем Вас, Ваше величество, — все встали со своих мест, и королева сделала небольшой поклон.

На другой стороне тоже все встали, и император торжественно произнес:

— И мы вас приветствуем, королева Сильвия. Разрешите представить Вам своих подданных, которые будут помогать Вам в решении проблемы: генерал Бениар Вирд, полковник Люциус Зардан, начальник безопасности Шаир Доланд и советника по межгалактическим отношениям Кервин Слоуд.

Королева тоже представила своих подчиненных и передала слово Сирену.

— Господа, при запросе о помощи мы уже кратко обрисовали ситуацию с похищением нашей гостьи. Сейчас я хочу добавить несколько нюансов. Нам удалось сузить поиски. По последним данным она с вероятностью 93 % может находиться на планете с системе WG4895А. Это ваша территория и мы просим разрешения начать поиски на планете, а также помощи полковника Зардана и его жены Виктории, поскольку Неля — подруга Виктории.

— Даже так? — император потер подбородок и посмотрел на Люциуса, — думаю, что полковник не будет возражать и окажет вам содействие, но без участия Виктории. А господа Доланд и Кервин обеспечат вашим кораблям доступ к планете. Я смотрю, что у вас ещё одна девушка гостит, тоже подруга Виктории?

— Да, Ваше величество, они учились вместе. Это- Яна Шевченко.

Мне пришлось встать и немного склонить голову. Реверанс за столом всё равно не сделаешь.

— Интересно, интересно… Они все там такие способные, или просто совпадение. Очень приятно с Вами познакомиться, Яна Шевченко. Надеюсь, что мы ещё увидимся.

Я растерянно смотрела то на императора, то на принцев и не знала, как реагировать на такое высказывание. Ляпнула только первое, что пришло в голову.

— Приятно познакомиться, Ваше величество.

На лице императора расплылась довольная улыбка, а тяжелое дыхание Роккена рядом с моим ухом в абсолютной тишине и напряженные взгляды в мою сторону, дали понять, что лучше бы я молчала. Ну, что опять не так? Просто вежливость!

Роккен взял мою руку и сжал её немного, а потом сильнее.

— Ыыыыы, ты решил мне руку сломать? — я заскрипела зубами, дернулась и попыталась вырвать руку.

— Извини, — он демонстративно поднес мою руку к губам и медленно её поцеловал, глядя мне в глаза, а потом прошептал, — ты — моя, даже император не сможет мне помешать.

На нас все смотрели, и я сначала смутилась, а потом выдернула руку и выбежала из зала под хохот императора с экрана монитора и тихого звука возмущения королевы.

Закрыла за собой дверь, прислонилась к ней и приложила ледяные от волнения руки к пылающему лицу. «Они меня здесь за кого принимают? Всё, с меня хватит их дурацких разговоров, где я вечно или не так молчу, или не то говорю. Как только найдется Неля — сразу домой. Да пошли они все!» Я поправила волосы, подняла голову, выпрямилась и направилась к себе в комнату.

— Зиви, давай полетим прямо сейчас к Марике? Ну, пожалуйста!

— Не усугубляй, девочка. Сейчас все и так на эмоциях. Посиди в комнате, не высовывайся под горячую руку. Мужчины ведь собственники, а Мариус на тебя смотрел скорее с мужским интересом, чем с государственным. Он менталист и прекрасно видел, что сердце твоё ещё свободно, поэтому и Роккен взбесился, — он отстранил меня от своей груди, убрал волосы за ухо и сказал с серьезным видом, — Роккену ты не безразлична, и он пытается тебя завоевать, правда пока коряво, но дай ему шанс, хорошо? И не делай глупостей. Ты ведь взрослая, вот и веди себя, как взрослая. Сначала думай, потом делай, а то так вы далеко зайдёте.

— Откуда ты знаешь, как на меня смотрел император, подглядывал?

— Конечно! Разве я мог пропустить такое событие!

— А что, они не общаются?

— В том-то и дело, что стараются держать нейтралитет в отношениях. Типа мы вас не трогаем, но и вы не вмешивайтесь в наши дела. А тут официально обратились, да ещё и с просьбой. Я с окошка подглядывал. Там парапет широкий. — Зиви отвел меня к кофейному столику, посадил на кресло, налил мне кофе и только собрался налить себе, как в дверь постучали, вернее стали ломиться, потому что я её закрыла и попытки открыть не увенчались успехом.

— Яна, открой! Ты там одна? Открой мне, пожалуйста!

Мы с Эйо переглянулись, и он, хихикая в кулак, быстро прыгнул на подоконник, выпустил крылья, и улетел.

Я пошла открывать дверь, решительно настроенная на серьезный разговор. Роккен, как только вошёл, сразу взял меня за руки и поднес их к своим губам.

— Прости меня Яночка, не обижайся, пожалуйста. Я, когда увидел, как он начал тебя разглядывать, еле сдержался, чтобы не нагрубить ему. Прости, что сделал тебе больно.

— Знаешь, мне кажется, что я не давала тебе повода для ревности. Тем более, не давала никаких обещаний и клятв в вечной любви. И вообще, не понимаю, что происходит, — я резко выдернула свои руки и пошла, села в кресло и начала пить свой, уже почти остывший, кофе. Принц подошёл ко второму креслу и уставился на пустую чашку.

— Здесь был Зивертрон?

— Да. Он мне объяснил, как надо вести себя взрослым девочкам, поэтому не надо мне больше читать нотации. Роккен, мне кажется, что ты торопишься и у тебя много дел. А мне надо побыть одной. — Я допила залпом кофе, отставила чашку и встала. Он тоже встал и пошёл к двери. Открыл её и уже выходя обернулся.

— Дождись меня, пожалуйста. Я думаю, что ты захочешь узнать про результаты поисков Нели. — и закрыл дверь с той стороны.

Я со стоном опустилась обратно в кресло. Всё, не буду больше думать о нём, пусть живёт, как хочет, главное, чтобы нас с Нелей домой отправил.

— Зиви, Зиви! Где ты? — я почти наполовину высунулась из окна, пытаясь разглядеть своего друга, — Ну где ты прячешься? Он ушёл.

— Пу!

Я взвизгнула и чуть не вывалилась из окна, когда он вниз головой возник перед моим лицом.

— Ты с ума сошёл! Не пугай меня больше так!

— Чего звала?

— Подслушивал?

— И подсматривал.

— Зиви!

— Не нуди! Ты молодец, красиво его отшила. Ему полезно, пусть немного остынет, а то совсем обнаглел, забыл, как за девушками надо ухаживать и завоевывать их. Что теперь будешь делать?

— Ничего! Полетели обратно, не хочу никого видеть, кроме Марики.

— А меня?

— Ну, куда я теперь без тебя!

— Записку хоть оставь, а то и тебя буду всем флотом искать.

Я закатила глаза, но взяла ручку с бумагой и написала несколько «ласковых»: «Надеюсь, что ты имеешь достаточно такта, чтобы не доставать меня. Я у Марики. Встретимся, когда найдёте Нелю. Яна».

Зиви стоял за спиной и ржал самым откровенным образом.

— Что?

— Да так, ничего. Бедный Роккен! За что ты его так?

— Ты правильно сказал, что он обнаглел. Ладно, полетели.

«… Встретимся, когда найдёте Нелю. Яна».

— Сирен, что я опять не так сделал? Почему от меня девушки шарахаются? Вроде мы с ней так хорошо общались, подружились.

— В том-то и дело, что ты, как всегда, торопишься. Она с тобой знакома всего несколько дней, а ты уже открытым текстом заявляешь ей, что она твоя. Ей было приятно с тобой общаться, но она ещё не успела достаточно узнать тебя, полюбить. А ты уже предъявляешь свои права на неё. Она просто испугалась. Опыта с Полиной тебе не хватило? Надеюсь, что Яну ты не будешь сразу в кровать тащить?

— Сирен!

— Что, я сказал что-то не то? Остынь и начни вести себя как мужчина! Надеюсь, ты ещё помнишь, как надо за девушками ухаживать?

Роккен поджал губы, свернул записку и вышел из комнаты Яны.

Сирен же вернулся в зал заседаний, где осуждалась завтрашняя операция. Наконец-то поиски вошли в завершающую фазу и ему не терпелось быстрее отправиться за Нелей. Тем более, что волнение росло с каждым днём поисков и хотя он знал, что она жива, но его сводило с ума понимание, что только он виноват, что девушка подверглась такому риску. Как он мог позволить гостье ввязаться в такую опасную операцию, как поимка грона? Видно точно что-то в голове повредилось.

— Вы с Люциусом согласовали время начала операции и место совместной высадки? — спросил я у Сардона, который только что подошёл.

— Да, почти.

— Что значит «почти»?

— Он сказал, что посоветуется с женой.

— Даже так? Когда он должен выйти на связь?

— Через десять минут.

— Хорошо. А пока ждём, дайте мне список команды, хочу сам просмотреть, чтобы случайных людей не было. Тааак! А что здесь делает журналист и оператор? Мы летим кино снимать?

— Нууу, сейчас была пресс-конференция и королеве пришлось пойти на уступки. Народ хочет знать своих героев в лицо. Вы же их знаете, итак уже такие версии ходят вокруг всей этой истории, что волосы дыбом стоят, Вы бы почитали, что они пишут! — Сардон вытер платком лоб и сел в кресло.

— Не читал, и не собираюсь! Если нельзя их выкинуть, то предупреди, что если будут под ногами мешаться, то закрою в каюте на всё время операции! И пусть только сунуться куда-нибудь без моего ведома, лично камеры разобью! А медиков зачем нам целая бригада?

— Так ведь будем воевать с гроном, возможны раненые. И потом, неизвестно в каком состоянии сейчас Неля…

— Хорошо, — я невольно скрипнул зубами, и продолжил изучать список. Вычеркнул из него с десяток фамилий военных и передал генералу.

— Эти летят, остальные свободны.

— Но…

— Никаких «но», я сразу предупредил, что летят лучшие спецы по гронам, мне не надо тут создавать толпу. Всё понятно?

— Ильт-Сирен, Ваше высочество, Люциус на связи!

— Добрый день, Люциус. Рад Вас снова видеть. У Вас есть новые данные?

Люциус лукаво посмотрел на принца и с улыбкой тоже его поприветствовал.

— Я тоже рад Вас видеть, принц. МОЯ жена передает Вам привет. Она смогла просмотреть планету и увидеть несколько точек, где может быть Неля. Вот эти координаты. Кроме того, она просила время начала операции поставить не позднее одиннадцати часов утра, чтобы завершить операцию до наступления темноты.

На экране развернулась карта планеты, на которой горели три точки: две на побережье и одна внутри материка. Причём одна из точек на побережье горела красным, остальные — зелёным.

— Вы уверены в видении Вашей жены, полковник?

— Уверен, не сомневайтесь. Прошу обратить внимание, что одна точка горит красным. Это значит, что там живут друзья Виктории и она просила не вмешиваться в их жизнь и, если придётся проверить и их, то не пугайте и не применяйте к ним силу.

— Хорошо. Даю слово, что друзьям Виктории ничего не угрожает.

— Кроме того, хочу предупредить, что в видении Виктории были ещё три существа, которые помогают Неле выживать. Она их увидела в форме огненных птиц с человеческими лицами. Думаю, что это могут быть эйо.

— Эйо?

— По крайней мере я не знаю других подобных, а Вика их никогда раньше не видела.

— А грон?

— А что, грон? Если вы заберете только Нелю, то грон вам не помешает, и вы сможете беспрепятственно покинуть планету и вернуться домой. Но если вы решите прихватить с собой эйо, то будет сражение, в ходе которого погибнет два соттарца и один актарец, зато уничтожите грона и освободите эйо из плена. Выбор за Вами, Иль-Сирен.

— Это увидела Виктория?

— Да, — Люциус стал очень серьёзным, — Ваше высочество, если Вы решитесь на второй вариант, то я возглавлю операцию с нашей стороны. Уничтожить этого гада — великий подвиг для любого воина, даже такой ценой, зная сколько он натворил бед и сколько ещё натворит, если мы его не остановим.

— Теперь я понимаю, почему юкросы так отчаянно пытались заполучить Викторию. Такой козырь бесценен для любой империи. Спасибо, полковник. Я тоже предпочту второй вариант, даже если буду одним из трёх. Мой отец погиб, уничтожая грона, и я почту за честь выполнить свой долг перед народом. Встретимся на орбите в одиннадцать.

Мы отдали друг-другу честь и отключились. В зале стояла гробовая тишина. Я обернулся ко всем присутствующим и сказал:

— Вы все слышали, о чём сказал полковник? Прошу об этом предупредить всех участников операции. Я никого не буду принуждать, полетят только добровольцы. Прошу согласовать списки и через час доложить мне об изменениях в составе команды. А теперь прошу всех разойтись и начать подготовку, у нас мало времени. Вылет в восемь утра.

— Привет, ты чего здесь сидишь? Одна, ночью, на ветру? Пойдём, замёрзнешь.

— Нет, Шалея, хочу ещё немного побыть одной. Здесь такой вид сумасшедший.

— Это ты сумасшедшая, забралась на такую высоту, да ещё ночью, а если бы сорвалась? Можно тогда с тобой тоже посидеть? Хоть погрею тебя немного.

— Садись, конечно. Я дом вспомнила, родителей. Вот почему жизнь ко мне так не справедлива? Я что, плохо себя вела? Или обидела кого-то, там, на небесах? Скажи, почему я оказалась здесь, на краю вселенной, одна, в плену? Что со мной не так? — я положила голову на плечо подруги, зная, что ответа на такие вопросы обычно не бывает.

Так мы и сидели молча, обнявшись, наблюдая за волнами, которые плескались далеко внизу, подсвеченные двумя лунными дорожками.

— Вот так мы и познакомились. Шалея меня приютила, и мы вместе хотели найти выход из сложившейся ситуации. Я так рада, что ты меня нашёл. Только без Шалеи и ребят я отсюда не улечу. Ведь ты им поможешь? — я с надеждой посмотрела ему в глаза.

— Мы сюда прилетели на двух кораблях вместе с актарцами, и намерены разобраться с гроном раз и навсегда, чего бы нам это не стоило. Вы сидите здесь и не высовывайтесь. Когда всё закончится, я или кто-нибудь из наших заберёт вас. — Сирен встал из-за стола и направился к двери.

— Подожди, что значит кто-нибудь из ваших, а ты за нами не заедешь? — я тоже встала и подошла к нему.

— Я не могу ничего обещать, как получится. Берегите себя, девушки.

— Сирен, можно Вас на пару слов? — Шалея отвела его к окну и минут десять что-то ему тихо рассказывала, чтобы я не слышала. Когда он ушёл, я подошла к ней и спросила:

— Ты чего секретничаешь? Или мне нельзя чего-то знать?

— Не то чтобы секретничаю, но ты не маг и всё равно не поняла бы ничего из нашего разговора, но мои советы им очень помогут, ведь я знаю грона изнутри и за время нашей связи хорошо его изучила. Я даже составила карту особых мест, воздействие на которые поможет его ослабить. Главное, чтобы он не успел нас призвать, иначе с такой мощью им будет очень трудно справиться.

Я зажала рукой рот и молча испугано хлопала глазами.

— Они могут пострадать?

— Могут. Думаешь, что они первые, кто собирается его убить? Да только на моей памяти таких попыток было шесть.

— И что?

— Что, что. Раз он жив, значит его враги мертвы. Всё, хватит пессимизма, а то с таким настроем воевать нельзя. Садись, сейчас попьём чай и сходим в одно место, вернее слетаем, так быстрее будет. Да перестань ты трястись, на тебе лица нет. Это твой жених?

— Да нет же! — я сразу же пришла в себя, — Я же тебе рассказывала, что попала на их планету немногим больше недели назад. Думаешь, я успела за это время завести себе жениха?

— Ну может и не жених, но что он неравнодушен к тебе — это очевидно.

— Не придумывай, чего нет! Мы просто знакомые, даже не друзья, ещё не успели ими стать.

— По его реакции на тебя, не скажешь. Ты бы видела его глаза, когда он смотрел на тебя в купальне.

— Как?

— С восторгом! Вот как!

— Прекрати придумывать, как будто он голых девок не видел никогда. Просто давно с женщиной, наверно не был.

— Думаю, что видел, только ты ведь не какая-то девка. Да и сама чего испугалась? Тоже не ровно дышишь?

— Перестань сводничать! Он — просто знакомый, понято тебе? Я просто не хочу, чтобы кто-то пострадал!

— Понятно, понятно, отчего же не понять…

— Шалея, перестань ёрничать! Лучше скажи, куда ты хотела меня отнести?

— Эх, молодёжь!

— Ничего себе, старушка нашлась!

— Да уж постарше вас всех, вместе взятых.

— Кстати, а сколько тебе лет?

— Не прилично спрашивать девушку об её возрасте, да ладно, скажу тебе — больше тысячи.

— Эээ, правда, что ли? Я бы больше двадцати пяти тебе не дала.

— Не забывай, что я магическое существо. И, вообще, хватит болтать, полетели, а то всё пропустим.

— А что мы можем пропустить?

— Битву, конечно. Я твоему Сирену сказала, где отсиживается грон, и они все уже наверняка там. Полетели?

— Конечно! А нас не заметят?

— Нет, мы понаблюдаем издалека и не будем вмешиваться. Ты, главное, не лезь ни куда, а то с твоими талантами, можешь так напортачить, что сорвёшь им всю операцию.

— Слушай, как думаешь, у них есть шансы его победить?

— Неля, шансы есть всегда. Я им дала много полезной информации, они взрослые мальчики, справятся.

Тогда полетели скорее.

Вот это вид. Мы стояли на вершине горы, внизу узкой лентой извивалась горная речка, которая протекала по дну ущелья, неся свои воды в небольшое озеро и долину, на которой расположился грон в небольшой нише под отвесным склоном горы. Никого рядом и в округе мы не заметили.

— Это место, где обитает грон. Он максимально обезопасил себя со всех сторон. К нему трудно подобраться незамеченным. Зато у него отличный обзор. Кроме того, смотри, видишь нишу в которой он сидит?

— Да, глубокая. Его почти не видно, если бы не свечение, то я бы не заметила.

— В ней есть ход, который заканчивается на другой стороне горы. Это ты, которая его видит, почти не заметила, а остальные не смогут его засечь даже приборами. Эта скала содержит в составе своей породы особое вещество, которое создает поле, искажающее пространство вокруг и не дающее его сканировать. Посмотри на другую сторону озера, видишь небольшую размытую полосу?

— Вижу. Ничего себе! Вот это да! Так на самом деле его там нет?

Шалея рассмеялась.

— Есть, конечно! Но увидеть его можно только из нескольких точек, где искажение минимальное. Эта — одна из них. Я Сирену рассказала про эти точки. Грон про них не знает. Я сама их только недавно обнаружила. Отойди на несколько шагов в сторону. Видишь его?

— Нет, слушай, даже долина и озеро стали совсем другими. А он нас не увидит?

— Не увидит. Он же тоже видит искаженно.

— Слушай, а он вообще видит? Я у него глаз не заметила.

— У него нет глаз в нашем понимании, но зато почти вся наружная поверхность имеет сенсоры, которые собирают информацию на расстоянии нескольких километров и передают в его мозг.

— А как же тогда Сирен к нему сможет подобраться?

— Я ему рассказала, где граница ближе всего подходит к его нише. С такого расстояния можно его достать из того оружия, которое они с собой принесли. Есть только одно обстоятельство. Это можно будет сделать только один раз и мгновенно, потому что, как только они перейдут раздел, он их сразу обнаружит и тогда…

— О, Боже!.. — Я закрыла рукой рот и перед глазами сразу стала картина, на которой Сирен подает в озеро после яркой вспышки, — Нет! Нет, нет, нет! Это же самоубийство, какое-то! Их надо остановить. Он же их убьёт!

Шалея только пожала руками и хмыкнула.

— Или они его. Ты думаешь, что они белые и пушистые? Что-то ты недооцениваешь своего парня.

— Не выдумывай того, чего нет. Мы просто знакомые.

— Ага, и этот «знакомый» примчался на край галактики, чтобы рискуя жизнью спасти свою «просто знакомую»?

— Не начинай. Ну где же они? О, а вон там, что такое? Смотри, как будто по воде рябь пошла какая-то. Это они?

Эйо несколько секунд всматривалась, потом медленно повернулась и прошептала.

— Вот идиоты! Я же им всё подробно рассказала, а они… Пойдём, быстрее! Эти самоуверенные и наглые мужики решили, что они круче грона. Как знала, что ничего без нас, женщин, им поручить нельзя. Побежали!

Она схватила меня за руку и понеслась по склону, ловко огибая камни и перепрыгивая через расщелины. Я еле успевала за ней и если бы не ее нечеловеческая сила, то наверняка бы сорвалась. Мы обогнули по дуге пещеру грона и спрятались за большом валуном.

— Ты же к нему привязана, он почувствует тебя, не боишься?

— За столько лет я уже научилась ослаблять нашу связь, жаль так и не успела попробовать её порвать совсем. Он думает, что я на побережье. Всё, теперь будем ждать.

— А чего мы ждём?

— Тише ты. Сейчас начнется. Чувствуешь, волна пошла?

Я попыталась прислушаться к окружающему пространству и кожей ощутила какие-то колебания, потом пошла вибрация, а потом меня накрыло с головой каким-то ужасающим гулом. Я закрыла глаза, прижалась к камню и зажала руками уши. В какой-то миг я оглохла и почувствовала что-то липкое на руках. Так и сидела, не понимая живая или уже нет, когда моих рук кто-то коснулся. Я вздрогнула всем телом и попыталась вырваться, но меня подняли и прижали к себе сильные руки. Когда я открыла глаза, то моей радости не было предела.

— Сирен! Ты живой! Как я рада! Вы уничтожили грона?

— Да, с ним покончено. Как ты здесь оказалась?

— Мы с Шалеей… А где Шалея? Она же была рядом со мной. Да поставь ты меня!

— Тебе надо к медикам, я тебя отнесу…

— Со мной все в порядке, у меня просто голова раскалывается и слышу плохо, как через вату.

Меня бережно опустили на землю, и я быстро огляделась. Недалеко от входа в пещеру лежали два парня, но подруги там не было. Меня пробил озноб, а потом я покрылась липким холодным по́том. Неужели, она вместе с гроном…

Как же я хочу есть! Нет, не есть, жрать! Я, наверно, неделю не ела. Попыталась открыть глаза, получилось только приоткрыть их немного. Опухли, что-ли? И сразу наткнулась на внимательный взгляд принца.

— Ммм, — это единственное, что мне удалось извлечь из пересушенного горла.

— Молчи, я сейчас тебе воды принесу. Вот, пей, только немного. Лекари все повреждения восстановили, но сухое горло восстановит только вода. Есть хочешь?

Я активно закивали головой, а моя «нянька» довольно заулыбался и принес миску какого-то горячего бульона. Лучше бы он принёс кусок мяса, сваренного в этом бульоне! Я попыталась подняться, чтобы сесть, но Сирен аккуратно приподнял меня, подложил под спину пару подушек и взял миску и ложку в руки. Я хотела забрать у него миску, но меня решительно остановили.

— Я тебя покормлю.

— Не перегибай, я в состоянии есть сама, — прохрипела я.

Он хмыкнул, вложил ложку в мою руку и приблизил миску.

— Ну, давай, сама так сама.

Я перемешала жидкость и в нос ударил крепкий запах мяса и специй. Пахнет вкусно. Попробовала немного, вкус тоже невероятный. Съела ложку и прикрыла глаза, ощущая, как теплая жидкость спускается в желудок. Хорошо. Сосредоточилось на бульоне и справилась с ним буквально за несколько минут. Потом перевела взгляд на принца, который умилительно следил за мной.

— Хотя бы кусочек мяса положили, жадины.

— Нам не жалко, тебе просто пока нельзя, ты три дня не ела. Через два часа тебе овощное пюре принесут, мясо — только завтра. Придется потерпеть. Давай, я отнесу посуду, а ты отдохни. Я зайду через два часа, помогу тебе покушать.

— Сирен, всё в порядке, я сама. А Яна во дворце?

— Нет, но Зивертрон уже вылетел за ней, скоро будет здесь. Роккен хотел тебя проведать, ты не возражаешь?

— Нет, конечно. А без спроса он боится зайти?

— Лекарь сказал, что тебе совсем нельзя волноваться, это может спровоцировать выброс.

— Выброс чего? — я открыла рот и непонимающе посмотрела на Сирена.

Он поставил посуду на стол, развернул стул и сел максимально близко ко мне.

— Ты получила большую дозу энергии грона, которая расширила все твои энергетические каналы. Твой организм за эти три дня перестроился, но ещё не научился пользоваться таким огромным резервом энергии. И теперь любые эмоции могут спровоцировать спонтанный выброс, — он взял меня за руки, поцеловал их, — особенно отрицательные. Поэтому постарайся не нервничать хотя бы сегодня. Завтра мы с Сардоном научим тебя пользоваться новыми способностями и сдерживать эмоции.

— Ты хочешь сказать, что со мной теперь что-то не так?

— Видишь ли, твоя особенность разрушать любые энергетические структуры сыграла с тобой злую шутку. Щит, который создала Шалея был слишком мощным и в момент взрыва грона ты получила такую дозу, которая смогла изменить твои энергетические потоки, которые раньше просто разрушали, а высвободившуюся энергию рассеивали в пространстве, — он поцеловал мне руки и приблизил лицо, — В общем, ты не смогла всё развеять, что высвободила и поглотила часть.

Под конец фразы он уже почти касался своими губами моих и шептал:

— Я чуть с ума не сошёл, думал, что потерял тебя…

Он целовал меня очень нежно и осторожно, как будто боялся навредить. Я сначала офигела, честно говоря, от такого поворота, но потом втянулась и начала отвечать. А целуется он хорошо, качественно.

— Тише, тише… Подожди, милая… не время… Я сейчас потеряю сознание… — Он рывком отстранился, — Нелечка, твои эмоции… ты делишься со мной своей энергией, в огромных количествах. Милая, я мужчина, мне не просто сдерживаться рядом с тобой, потому что ты мне нравишься, но завтра я тебе покажу как блокировать потоки, а потом…

— Что потом?

— Потом у нас будет свидание. Не возражаешь?

— Нет, скорее всего, но мне надо подумать. Только с начала мы с тобой поговорим о том, когда вы нас доставите домой.

— Хорошо. Утром мы позанимаемся до обеда, я зайду за тобой, а потом поговорим. Но вечером я тебя украду.

Я рассмеялась, убрала прядь волос с его глаз и сказала уже серьёзным голосом, глядя ему в глаза:

— Посмотрим. А теперь зови своего Роккена. Что он там хотел мне сказать?

Мне показалось, что я прикрыла глаза всего на несколько минут, но оказалось, что проспала почти два часа. Когда я открыла глаза, то солнце уже было высоко. Эти два часа дали мне столько сил, что я почувствовала себя готовой на любые свершения. Я потянулась, отбросила одеяло, поправила сорочку и … услышала многозначительное «Кхм». Обернулась, за моей спиной, у окна, стоял Роккен и показывал рукой на мою едва прикрытую грудь.

— Неля, я, конечно, большой ценитель женской красоты, но ты лучше прикройся, а то если Сирен увидит тебя в таком виде в моей компании, то мне не жить, да и тебе достанется.

— Вообще-то, это ты в мою комнату вломился, пока я спала. Мог бы подождать, пока проснусь.

— Я и так ждал, если ты не заметила. Не будил, не мешал.

Я накинула халат и подумала о том, что сорочку на меня кто-то надел. Надеюсь, что не Сирен. Если узнаю — убью. Подошла к кофейному столику и села в кресло, напротив принца.

— Ну, слушаю тебя. Ты ведь не зря ждал меня, говори.

Роккен замялся, потом налил нам кофе и начал говорить:

— Неля, понимаю, что ты ещё слаба и мне надо подождать, но я просто не в силах откладывать. Я хочу поговорить о Яне. Понимаешь, я к ней очень хорошо отношусь, она мне настолько нравится, что я не всегда контролирую себя. Во мне постоянно происходит борьба: с одной стороны, я хочу, чтобы она была самой счастливой девушкой на свете и баловать её, восхищаться и носить на руках, но с другой — спрятать от всех, чтобы она улыбалась только мне, любила и слушала только меня. Что мне делать? Я чувствую, что теряю её расположение. Пока мы искали тебя, она жила у няньки Марики. Ты бы видела, сколько счастья у не было, когда бабка показывала ей свои ведьмовские фокусы и у неё они тоже получались. А как она восторженно рассказывала о полете на Зивертроне! Я ему потом чуть шею не скрутил, хотя и понимаю, что они просто друзья, но ничего поделать с собой не могу. Что мне делать? Как вести себя, чтобы она также смеялась со мной, как со своими друзьями? Все наши разговоры проходят в напряженной обстановке, она как будто ждёт от меня чего-то плохого, не доверяет.

— Так, я смотрю, что за те несколько дней, что меня не было, у вас тут настоящая Санта-Барбора развернулась.

— Санта-Барбора?

— Не обращай внимание, это выражение нашего мира. В том смысле, что страсти кипят. А что Яна делает у ведьмы Марики?

— Она взяла её в ученицы. Представь себе, впервые за триста лет. И да, твоя подруга — ведьма, причём сильная и креативная. Ты бы видела, чего она навыдумывала, даже Марика была в шоке.

— А на счёт полетов на Зиви, я её прекрасно понимаю, тоже летала на Шалее. Это просто восторг!

— Вот-вот, — Роккен грустно вздохнул и какое-то время молча пил кофе.

— Неля, я её люблю, но не знаю, как к ней подойти.

— Ты её теперь боишься, что-ли?

— Нет, что-ты! Просто мне кажется, что она перестала меня воспринимать как мужчину. Ты ведь её давно знаешь. Я что, не в её вкусе? Подскажи, что она любит в мужчинах?

— Ну ты даёшь! Ты стал сомневаться в своей привлекательности? Не выдумывай того, чего нет. Ты вполне в её вкусе и если перестанешь вести себя как ревнивый муж и не давать ей общаться с другими мужчинами, то у тебя всё получится. Она свободная девушка, очень активная и общительная. Вот и используй её качества в своих интересах. И не дави. Хочешь, чтобы она тебе доверяла, постарайся понять её. Она хорошая девушка и относится к тебе очень хорошо. Сам ведь знаешь, что от дружбы до любви — один шаг. Не упусти свой шанс.

— Спасибо, Неля. Ты мне помогла. Можно мне с тобой советоваться иногда?

— Обращайся.

Шалея решительно стянула с меня одеяло и пошла набирать ванну.

— Эй, ты чего, решила весь день проспать? Вставай! Идём перекусим и прогуляемся. Сейчас полежишь немного в воде, сразу почувствуешь себя лучше, а потом мы с тобой слетаем в одно удивительное место, я, пока ты валялась в кроватке, тут всё осмотрела и, думаю, что нам надо обязательно там погулять. Заодно и сбросишь излишки своей энергии. Идём. И не забудь купальник надеть!

— О, купальник?! Шалея, одну минуточку, я мигом!

— Да не торопись, ты! Хи-хи-хи. Успеем. Приводи себя в порядок, полетим — развеемся. Я пока пойду с Зивертроном пообщаюсь, через полчаса жду тебя у парадного выхода.

Некоторое время мы ходили по узким улочкам между вилл и скверов. Я откровенно разглядывала богатое убранство роскошных домов и их открытые живописные участки, отмечая, что впервые нахожусь в таком месте. Как-то раньше жизнь меня никогда не сталкивала с людьми такого достатка. Даже дворец и его прилегающую территорию я воспринимала как общественное место. Здесь же частные владения и отели ещё из далека кричали о благосостоянии своих владельцев.

— Вот мы и пришли. Сейчас поужинаем в ресторане и пойдём на берег. Не переживай, деньги у меня есть. Я тебя угощаю. И вообще, нам есть что праздновать.

Мы остановились у парадного входа огромного великолепного отеля, сверкающего полированными металлическими элементами, панорамным остеклением и искрящимися белыми каменными стенами.

— Я бронировала столик на террасе, — сказала Шалея встретившему в вестибюле нас служащему, — на имя Тазания.

— Приветствую Вас, госпожа Тазания. Как я могу обращаться к Вашей подруге?

Прежде, чем я успела ляпнуть, подруга ответила:

— Элия.

— Прошу вас следовать за мной.

Мы пересекли просторный холл с великолепной кожаной мебелью и вышли в длинный коридор, который заканчивался стеклянной стеной с выходом на террасу. Нас подвели к столику, помогли сесть и принесли меню.

— Как будете готовы сделать заказ нажмите эту кнопку, — официант показал на уголок дисплея электронного меню.

Я хлопала глазами и рассматривала вид с террасы, а подруга со знанием дела выбрала нам ужин и нажала на указанную кнопку. Честно говоря, мне совсем не хотелось рассматривать экзотические непонятные блюда, которые не вызывали аппетит, поэтому полностью доверилась её выбору.

Внизу гулял народ. То тут, то там слышался смех и визг девиц, крики детей, которые заглушались музыкой и шумом моря. А море было потрясающим. Бирюзовые волны накатывали на белый песок, оставляя пенные разводы и мелкие водоросли. Берег находился метрах в пятидесяти и через дорожку от ресторана уже стояли шезлонги и грибочки для купающихся. Солнце клонилось к горизонту и в его косых лучах волны светились и играли разными красками. Красотища! Я не сразу услышала, что у меня спрашивают.

— Нравится вид? — официант поставил передо мной стакан с соком и бокал игристого вина, — у нас здесь красивые закаты. Приятного вечера, дамы.

— Спасибо, — я посмотрела на Шалею, которая тоже расслабилась и сидела на кресле с бокалом вина.

— Неля, давай выпьем за нас, за наше освобождение и дружбу.

— Давай. Спасибо тебе за этот вечер и это волшебное место. Никогда не видела ничего подобного.

Мы выпили по бокалу розового вина, которое оказалось полусладким и с приятными нотками каких-то ягод, напоминающих чем-то нашу жимолость. Потом нам принесли по тарелке чего-то запечённого, и подруга долго смеялась, глядя на то, как я рассматриваю и нюхаю каждый кусочек на ней. Зато потом, когда я распробовала и уминала за обе щёки, начала хвалиться, что она гуру в местной кухне, и я могу не беспокоиться о её выборе на все сто процентов.

Так, шутя и вспоминая моменты нашего знакомства, мы всё съели. Шалея расплатилась, мы спустились с террасы и двинулись в сторону шезлонгов. В последних лучах солнца в море ещё плескалось много людей и на нас никто не обращал внимания. Мы остановились под свободным зонтиком, сняли сарафаны. Я собрала волосы в высокий хвост и пошла к морю. Волны смачивали ступни теплой водой.

— Хватит медитировать, пойдем купаться, а то скоро стемнеет. Не бойся, здесь нас никто не съест и даже не покусает, — и побежала, разбрызгивая воду.

Я тоже побежала за ней, а потом мы барахтались, ныряли, плавали на перегонки и совсем потеряли счёт времени. Когда я посмотрела на берег, который остался уже пустым, то уже совсем стемнело и на небе светила луна и звезды. Я легла на спину и поплыла к берегу.

— Шалея, я никогда не плавала ночью. Посмотри сколько звёзд! Одна из них — моё Солнце, а вторая — твоё солнце. Интересно на сколько они далеко друг от друга? Может ты будешь летать ко мне в гости? — я повернула голову в сторону подруги, которая плыла рядом.

— Слишком далеко. Может ты останешься? Слетаем ко мне в гости, потом я сама тебя домой отвезу.

Она развернулась ко мне и только хотела что-то добавить, как нас обеих схватили под руки какие-то парни, вынесли на берег, абсолютно не обращая внимание на наши крики, ругательства и попытки вывернуться. Ну ладно я, но эйо? Она что, специально не хочет раскрывать все карты, чтобы понять, что им от нас надо?

Нас быстро посадили в какой-то летательный аппарат и взмыли в воздух. Мы притихли и пытались рассмотреть наших похитителей. Больше всего нас поразило то, что на заднем сиденье сидел тот самый белобрысый пацан и улыбался во все тридцать два зуба, или сколько там у него осталось?

— Это он сдал нас охране? — тихо спросила я у Шалеи.

— А кто же? Зря его тогда не закинула подальше, чтобы забыл, как зовут. Сейчас главное, не проговориться кто мы, а то у нас будут неприятности. Думаю, что Сирен сильно разозлиться, если узнает. И не вздумай называть настоящие имена. Помнишь, как нас зовут? Я — Тазания, ты — Элия. Мы подруги, студентки университета культуры, решили искупаться в красивом месте, прилетели на лайнере утром из Легроса, ночью хотели лететь обратно, ночевать не планировали. Пролезли через забор, потому что денег не хватило на входной билет. Запомнила?

— Запомнила, только может не надо врать, у меня же на лбу написано, что я не местная. Да и ты выглядишь экзотично для этих мест.

— Вот и хорошо! Значит можем врать что угодно, всё равно проверить не смогу, нас ведь нет в их базе. А что с нас взять? Иностранцы мы. Местных законов не знаем. Ты, главное почаще хлопай своими прекрасными глазками и грустно вздыхай. Мужики на это ведутся. Ну всё, кажется прилетели. Что на острове остались — это хорошо. Только ночью не видно, куда нас доставили. — прошептала Шалея и нас вывели на небольшую площадку. Там нас уже встречали трое высоких мужчин, которые нам подали руки, когда мы спускались по трапу.

— Приветствую вас, девушки. Прошу пройти в наш офис, — сказал мужчина на вид лет сорока.

— Может сначала дадите нам переодеться, или так и будем в купальниках разговаривать?

— Нас нисколько не смущают красивые девушки в купальниках, — ответил самый молодой и громко заржал.

— Зато нас смущает! — зарычала Шалея, — или дадите нам пледы, или разговора не будет, — решительно заявила подруга.

Молодой хотел что-то её ответить, но серьезный мужчина постарше жестом его остановил и распорядился дать нам пледы, в которые мы сразу завернулись как в коконы. Всё же вечер уже, да и после воды прохладно полуголыми ходить.

Мы прошли в небольшое помещение. Нас посадили за стол, по другую сторону сел главный, второй и молодой усадил нашего знакомого мальчишку. Теперь сидели все молча с серьёзными лицами и изучали друг друга.

— Ну что же, давайте будем знакомиться, Шалея, — сказал их главный и посмотрел на подругу взглядом, не обещающем ни чего хорошего.

— Меня зовут господин Арст, но для такой гостьи можно обращение господин опустить.

— Думаю, что это преждевременно, господин Арст, — прошипела подруга и сжала мою руку.

— Хорошо. А теперь представьте мне свою подругу. Я вижу, что она человек, но уж очень необычный. Давайте познакомимся?

— Это — моя подруга, она не местная, зовут Элия.

— То, что она не местная, я вижу и сам, имя соврала, значит что-то скрываешь. Ну а если вы подруги, то могли познакомиться только во дворце. А во дворце сейчас гостят только две иностранные девушки, которые настолько отличаются от нашей расы — Неля и Яна. Обе красавицы и наделённые талантами, как утверждают журналисты. Думаю, что ты — одна из них. Вот только кто нам попался? — он потер подбородок, пристально глядя мне в глаза, — Скорее всего Яна, Неля ещё очень слаба после похищения. Но с другой стороны, у меня нет сведений, что Яна общалась с Шалеей. Поэтому, вполне возможно, что Неля не так слаба, как сообщают в инверте. Ну что, Неля, давай знакомиться. Я — тоже очень влиятельный человек, не менее влиятельный, чем принц Сирен, надеюсь, что мы будем полезны друг другу и наше сотрудничество будет взаимовыгодным.

— Не думаю, что мы с Вами будем сотрудничать. И вообще, я не понимаю, о чём разговор. Насколько я знаю, если нас не будет через два часа во дворце, то начнутся поиски. И я уверена на сто процентов, что нас найдут. Зачем всё это?

— Нам вполне хватит этого времени, не переживай. Сейчас вы с подругой пойдете в комнату, переоденетесь и мы слетаем в одно место. Не переживай, тебе ничего делать не придется, просто пройдёшься туда-сюда и всё. А потом мы сами тебя с подругой доставим во дворец целой и невредимой и забудем о твоей небольшой услуге навсегда. Идёт?

— Нет, не идёт. Прошу Вас объясниться. Куда мы полетим и зачем мне надо там «прогуляться туда-сюда»?

— Неля, я думаю, что ты достаточно умная девушка, чтобы понять, что чем меньше ты будешь знать, тем лучше, в первую очередь, для тебя самой. А насчёт «погулять», не мне объяснять тебе твои же особенности и таланты.

— Откуда Вы знаете? — у меня перехватило от страха горло и поэтому я говорила тихо.

— Я много чего знаю. А когда Престо, — он кивнул в сторону притихшего мальчишки, — рассказал мне, что встретился с необычными наглыми девицами, которые запросто пролезли через защитный заслон и даже не ойкнули, то я сразу сделал выводы, кто решил заглянуть к нам на остров. Про твои таланты, Неля, ходят невероятные слухи. Я раньше их недооценивал, но теперь решил найти им применение. Мне пришлось всех поднапрячь и форсировать события, чтобы успеть воспользоваться таким случаем. Поэтому не будем понапрасну тратить время. Ронд, Тайлер, отведите девушек в комнату. Через десять минут вылетаем. Головой за них отвечаете.

Два парня тут же вскочили и подхватив нас под руки потащили к двери, которая вела в маленькую комнатку с небольшим диваном и журнальным столиком, даже без окна. На спинке дивана лежали наши сарафаны, а рядом с ними — босоножки. Предусмотрительные, блин. Типа, в чём уехали, в том и приехали.

Когда дверь закрылась, я повернулась к Шалее.

— И что мы теперь будем делать?

— Что скажут, то и будем.

— Вот так просто?! Это же криминал! Он с нашей помощью сейчас куда-то получит доступ, а ты так спокойно говоришь?

— Ты сейчас будешь делать всё, что он скажет, поняла? Одевайся быстро, не заставляй их злиться и применять силу, — потом Шалея перешла на чуть слышный шёпот и почти одними губами произнесла:

— Пока он с тобой разговаривал, я транслировала ваш разговор Зивертрону. Он не дурак и, надеюсь, что передал его Сирену. Кроме того, Зиви может отслеживать мои перемещения, и он точно знает где мы находимся. Давай поможем Сирену поймать эту банду! — подруга весело подмигнула мне и застегнула последнюю пряжку на босоножке.

— Я готова! Давай замок на спине помогу тебе застегнуть, поворачивайся, — Шалея зашла за спину и прямо в ухо прошептала мне, — ничего не бойся. Они уверены, что я им ничего сделать не могу, потому что эйо обычно блокируют способности при официальных посещениях королевства. Они же не знают, что у нас с Зивертроном особое положение во дворце.

— А если знают? — также прошептала я.

— Если бы знали, то бежали бы, прихватив все свои манатки, не оглядываясь!

— Страшная ты женщина: мужчина к тебе всей душой, а ты ему врёшь.

— Я не вру, я не договариваю. — подруга заулыбалась, а потом уже серьёзно добавила, — Это наш козырь и, по возможности, раскрывать его не будем. Неизвестно, как всё повернётся. Выходим.

Сирен.

Заседание совета длилось уже третий час и, казалось, что не закончится никогда. Я сначала активно участвовал в обсуждении насущных проблем королевства, потом отвлекся на дискуссию со своим соседом, главой космической безопасности, о целесообразности патрулирования границ солнечной системы, потом вспомнил о Неле и отвлекся ещё больше, потому что понял, что мысленно я с ней и почему-то как-то тревожно на душе стало. Так и сидел, делая вид, что прислушиваюсь к обсуждению планов и проблем, пытаясь разобраться в своих чувствах и той тревоге, которая вот уже почти час не унималась. В тот момент, когда я уже решил выйти и посмотреть, чем занимается моя гостья, в зал заседаний вошёл Зивертрон и не обращая внимания на протесты охраны поспешил ко мне. Уже только один взгляд на него заставил моё сердце стучать ещё быстрее и громче, ощущая, что тревога не была напрасной.

— Сирен, давай отойдём. Мне надо с тобой поговорить. Немедленно.

Мы быстро вышли в коридор и эйо взял меня за руку и потащил к балкону.

— Держись крепче. По пути всё расскажу. Дорога каждая секунда.

Зиви, к сожалению, не мог ему показать разговор господина Арста с девушками, но ментально обрисовал ситуацию и попросил сильно не ругаться, а лучше связаться со своими бойцами и вызвать подкрепление, потому, что девушек уже везут на военно-космическую базу на побережье и скорее всего захотят получить доступ к секретному оружию, которое только что поступило к нам на вооружение из имперской лаборатории.

«Сколько у нас времени?»

«У нас нет его совсем. Они слишком быстро перемещаются. Нам осталось до них лететь минут десять».

«Так ускорься, ты же можешь!»

«Выдержишь?»

Сирен только фыркнул, создал вокруг себя защитное поле и сильнее прижался в шее друга.

Защита мало помогала, слишком высокой была скорость. Они сначала за несколько секунд поднялись в разреженные слоя атмосферы, а потом пикировали, как болид, на крохотную точку, которая чуть заметно светилась внизу.

Мы приземлились немного в стороне от входных ворот и затаились в кустах.

— Они уже здесь? — тихо спросил я.

— Подлетают. Если никуда не завернут, то приземлятся по другую сторону от нас. Твои когда подтянутся?

— Раньше, чем через пятнадцать минут не получится. На базе все предупреждены, тревога объявлена. Там сейчас находится десять бойцов охраны, помогут нам продержаться. Только смотри, чтобы никаких фокусов, сами справимся! А то знаю я тебя! Надо обойтись малыми разрушениями. Ну и про девушек не забывай.

— Ох уж эти самостоятельные и независимые девушки! Ремня на них не хватает. Ну, Шалея! «Просто полетели прогуляться» — Зиви сплюнул себе под ноги, — Эту бестию я беру на себя, тебе с ней не справиться. Нелю прикрывай…

— Ты ничего не перепутал? Кто здесь командует? Сидим и не вмешиваемся, чтобы не навредить девушкам. Как только я дам такой знак, — я щёлкнул пальцами, и друг дёрнулся, почувствовав небольшой толчок в плечо, — ты отсекаешь основную массу банды волной, изолируешь их и обезвреживаешь, по возможности, а я ставлю защиту на девушек, и разбираюсь с господином Арстом, понял?

— Понял. Только Нелю постарайся к охранному куполу не подпустить, что-то тревожно мне.

— Постараюсь, не переживай. Ты хотя бы половину оставь в живых, чтобы было кого допрашивать. Всё, тихо. Гости пожаловали.

Если бы мы не обладали магическими способностями, то ничего не заметили бы, но в энергетическом поле вокруг станции в первом контуре пробежала сначала одна волна, потом другая. Едва заметные, но мы их хорошо ощутили. Значит проверяют работу защитных полей станции. Самих не видно, хорошо подготовились, где-то раздобыли маскировочные устройства.

— Сколько их, смог сосчитать? — прошептал Зиви.

— Двенадцать, кроме девушек, — ответил я, — четверо охраняют девушек, один стоит в стороне, видно главный, двое около аэробота, а пятеро идут к воротам. Думаю, что решили идти на пролом. Ждут чего-то. Смотри, девушек, тоже ведут к воротам.

— Ничего не вижу. Как ты их можешь разглядеть под таким плотным полем? Я вижу только чёрные сгустки.

— Тогда смотри за сгустками, которые остались рядом с нами, а я пошёл ближе к воротам, попробую подобраться к ним. Мои спецы уже близко, только что пришло сообщение, что будут через семь минут. Без сигнала ничего не предпринимай.

— Принял, — Зиви принял более удобное положение и переместился немного ближе к дороге.

Я же перевел свою защиту в режим невидимости, пригнулся, чтобы не потревожить ветки деревьев и осторожно пошёл к воротам, заходя с права от бандитов. Контур защиты станции я видел хорошо, поэтому остановился рядом, а потом пошёл вдоль него. Метрах в пятидесяти остановился.

Мне было плохо видно из-за их маскировки что они конкретно делают, но прекрасно чувствовал импульсы раздражения от Нели и азарта от Шалеи. Надеюсь, что они не собираются воевать с ними. Главный дождался чего-то, быстро подошёл к Неле, взял её за руку, подвёл к контуру и подтолкнул вперёд. То, что произошло, когда она коснулась контура не мог спрогнозировать никто.

Сначала защитный контур вспыхнул яркой сеткой линий, потом начал быстро мигать и гудеть. Я сразу отошёл на безопасное расстояние, не выпуская из виду Нелю, которая прикрыла лицо руками и двигалась в глубь контура. С каждым её шагом хаотичные вспышки контура становились всё ярче и как только она достигла второй линии, взорвался, освещая ночное небо разноцветным фейерверком. Эйо уже давно поставила перед собой щит, ожидая чего-то такого. На Нелю я успел его поставить в последний миг, но в тот же момент он лопнул, едва она коснулась его. Вспыхнул второй контур, осветив весь купол над базой. Неля остановилась выставив вперёд руки.

Господин Арст что-то кричал, но в общем гуле я не смог разобрать его слова. А потом купол начал напитываться энергией, Неля так и не убрала от него руки. Тааак, а это уже плохо, очень плохо. Мои ребята уже подтянулись, половина занималась обезвреживанием бандитов, помогая Зиви, остальные были рядом со мной и ждали указаний. Я быстро отдал приказ всем отойти на безопасное расстояние. Неля застыла в прежней позе и, казалось, была зачарована видом переливающегося купола. Я краем глаза увидел движение слева. Мои ребята перехватили Арста и я в несколько мгновений оказался около Нели.

— Неля, тихо, тихо. Руки не отпускай, вот так, — я положил на её руки свои и начал перераспределять потоки, — а теперь представь, что всё, что ты выпустила, превращается в сферу. Представила? — она закивала головой. Купол начал отделяться от рук, затем от земли и замыкаться в сферу, огромную сферу, внутри которой мелькали разряды, — Теперь я её выведу у безопасное место, а ты сейчас пойдёшь с Зиви и Шалеей.

— Ничего себе! Сколько же в тебе энергии, подруга! — Зиви присвистнул, глядя на бушующий энергетический шар.

— Ребята, доставайте ловушку и транспортируйте сферу к накопителям, — обратился я к своим бойцам, — Я сейчас тоже вылетаю. — потом повернулся к Неле.

— Испугалась? — заправил за ухо выбившуюся прядь волос, — вот про это я и хотел с тобой поговорить утром. Всё поменялось. Это хорошо, что большую часть накопленной энергии ты выплеснула, теперь тебе будет намного легче.

Она нервно захихикала и прижалась ко мне, положив голову на грудь.

— Спасибо тебе, что помог. Я действительно чувствую себя намного лучше. Вы их схватили?

— Конечно, вы нам очень помогли. Мы давно их искали. Неуловимый господин Арст на этот раз прокололся на элементарном.

— На чём?

— Надо проверять информацию перед операцией, в этом деле нельзя доверять старым не проверенным данным. Летите в моём аэроботе, отдыхайте.

— А ты?

— Я закончу все дела и прилечу. Зиви, надеюсь на тебя.

Я быстро запрыгнул с катер, и мы взмыли в небо, унося за собой зловещую сферу.

Неля.

Мы так устали, что сразу после прилета завалились на моей кровати, засыпая почти на ходу. На следующее утро я проснулась как никогда бодрой и полной сил.

— Мммм, — я потянулась, спрыгнула с кровати, подбежала к окну и распахнула его.

— Вставай, соня! Мир прекрасен! И он нас ждёт! — я немного размялась у окна, не заботясь о том, что меня кто-нибудь заметит. Я же в купальнике, будь он неладен! — Шалея, я в душ первая.

— Угу, — она перевернулась на другой бок и сразу же снова засопела.

Я зашла в ванную, сняла ненавистный купальник, закинула его в корзину для белья и с наслаждением встала под теплые струйки воды. Господи, как хорошо! Я стояла, положив руки на теплый камень на стене и думала о том, как мне жить дальше. Столько всего произошло, я так сильно изменилась за это время. Как я смогу теперь жить со всем этим? Уууу, столько вопросов, а ответов нет. Надо сейчас сходить к Яне и всё обсудить. Всё слишком запуталось. Интересно, как она вчера сходила на свидание? Надеюсь, что хотя бы у неё всё прошло гладко, а то у меня здесь не складывается спокойный отдых, один экстрим какой-то.

Замотала волосы в полотенце, смазала кожу кремом с каким-то тонким приятным запахом, обернулась большим полотенцем вышла с намерением позавтракать в компании с Яной.

— Доброе утро, Элеонора, — королева встала с кресла и осмотрела меня внимательно, немного улыбаясь.

— Ваше величество, извините, я не одета.

— Ничего страшного. Одевайся, приводи себя в порядок и через полчаса спускайся в малую столовую. Там накрыли завтрак, Яна тоже подойдёт. Я просто сама хотела убедиться, что с тобой всё в порядке, поэтому зашла. Не смущайся. Я знаю, что вы сегодня собираетесь домой, Яна сказала, поэтому хочу перед отъездом с вами поговорить.

— Я обязательно подойду, спасибо, со мной всё хорошо.

Она вышла из комнаты, а я наконец-то выдохнула.

— Неля, вас с Яной ждёт серьезный разговор. Я всё слышала. Фух, даже сон пропал. Иди надень что-нибудь подобающее завтраку с королевой. Я в ванную, а потом помогу тебе с волосами, — сказала Шалея на ходу снимая с меня полотенце и подталкивая в сторону гардеробной.

Я не стала сопротивляться и начала рассматривать содержимое шкафов.

Так, так. Посмотрим, что мне тут презентовали. Бельё я выбрала и надела из соображений удобства, а вот костюм надо выбрать такой, чтобы потом можно было и у нас в нём ходить. А что? Заслужила. Грона ведь помогла уничтожить в итоге? Помогла. Белое — ни к чему, голубое — тоже, красное — тем более. О, лиловое платье! Классическое, по фигуре, ничего лишнего. Примерила, покрутилась перед зеркалом, надела бежевые лодочки на каблуке.

— Красота! — Шалея поправила воротничок сзади, — и длина хорошая, колено прикрыто, и фигуру облегает где надо. Давай быстрее садись, ещё волосы уложить надо.

Она шустро, одним движением высушила их, потом расчесала, а потом разогретыми руками просто отделяла отдельные локоны и проводила по ним руками.

— Вау, Шалея, ты просто волшебница. У тебя укладка получается круче, чем в салоне. За пять минут прическа готова, — я ещё немного покрутилась перед зеркалом, пока подруга надевала платье, которое подобрала из моего шкафа, и мы вместе пошли в столовую.

Когда мы пришли, Яна уже сидела за столом, королевы ещё не было.

— Нелечка! — она выскочила из-за стола и обняла меня, — Всё в порядке, ты не пострадала?

— Отделалась мелким испугом. Яна, у тебя горят глаза! Вижу, что свидание тоже прошло хорошо.

Она покраснела и отвела глаза.

— Тааак, это значит, что лучше, чем я думаю?

— Потом расскажу, — сказала Яна шёпотом, и я поняла, что вошла королева.

— Доброе утро, девушки. Прошу садиться, — сказала она и повернулась к служанкам, — можно подавать.

— Итак. В первую очередь от всей королевской семьи я хочу принести извинения, что ваш отдых был столь насыщен опасными приключениями и событиями. Мы все очень рады, что всё закончилось благополучно. Надеюсь вы не держите зла на принцев, за то, что они не смогли оградить вас от всего этого, — она положила себе насколько кусочков запеканки и полила их белым соусом, — Прошу вас, угощайтесь. Попробуйте обязательно те запеченные корзинки с мясом и грибами, и эти пирожные с кремом. Повар их готовил специально для вас.

Поскольку мы все были голодны, то долго уговаривать нас не пришлось, и мы дружно принялись за еду. Повар и правда постарался, всё было очень вкусно. Только небольшое напряжение за столом свидетельствовало о том, что разговор не окончен, а только начался. Как только нам подали чай, королева отложила ложечку, сделала один глоток и наконец-то нарушила молчание.

— Яна, Неля. Хочу всё сказать, как есть, не буду ходить вокруг да около. У меня два сына: старший — Ильт-Сирен, наследный принц и младший — Альт — Роккен. И оба намерены добиваться вашего расположения, поскольку чувствуют в вас свои истинные пары. Да, кавалеры из них не очень хорошие, но они стараются. Я знаю, что вы сегодня планировали отправиться домой. Прошу вас, не отказывайте им в общении. Если вы почувствуете, что они вам неприятны, то они уйдут. Дайте им шанс проявить себя и завоевать ваше внимание. Я вижу, что вы хорошие девушки и станете им надежными спутницами жизни, если они не наделают глупостей. Так как?

Я набралась смелости и, глядя на королеву Сильвию, сказала:

— Ваше величество, мы простые девушки, с далекой от вашей империи и королевства планеты. У нас нет в родственниках ни членов королевских династий, ни особ высшей аристократии. Ваше королевство входит в состав большой империи и будущие жены ваших сыновей, если я правильно понимаю, должны быть не плебейками без роду и племени…

Королева начала смеяться и жестом остановила мою, как я думала, правильную речь. Мы с Яной недоуменно переглядывались и не понимали, что было смешного сказано. Шалея тоже снисходительно улыбалась. Когда королева отсмеялась, то очень серьёзно посмотрела на нас.

— Милые девушки, у нас совсем другие правила подбора спутниц жизни. Всё происходит на уровне энергетики и феромонов. И если девушка не подходит мужчине, то никакая королевская кровь не сделает её истиной парой. Уже много тысячелетий пары у нас складываются только на небесах, и никто не в силах этому помешать.

— Вы хотите сказать, что Сирен и Роккен для нас истинные пары?

— Нет, я хочу сказать, что вы для них истинные пары, но вы с другой планеты, и вы немного другие, с вами не работают те законы природы, по которым живём мы, поэтому только от вас зависит счастье моих сыновей и если у вас есть к ним симпатия, то прошу вас, позвольте им поухаживать за вами. Уверяю, что они просто физически не могут причинить вам вред. Я, со своей стороны, проинструктирую их, как надо правильно ухаживать за девушками и прослежу, чтобы они вели себя достойно.

Мы захихикали, а Шалея с удивлением заметила:

— Только не говорите, что они никогда не ухаживали за девушками. Никогда не поверю.

— В том-то и дело, что обычно девушки за ними ухаживали, а они не прилагали особых усилий, чтобы понравиться им. Только один раз они встретили девушек, которые взволновали их сердца, но наворотили таких дел, что девушки сбежали от них.

— И что? Они так просто отпустили девушек, которые впервые им так сильно понравились? — мне просто не верилось, что такой серьёзный Сирен мог просто отойти в сторону и спокойно смотреть как его девушку уводит другой мужчина.

— Нет, конечно. Но сердце одной из них уже было занято, а за вторую её мужчина бился до последнего и победил моего сына в честном бою. Ему пришлось отступиться. Я не хочу, чтобы история опять повторилась. Поэтому прошу вас, если вы не свободны и на родине у вас остались молодые люди, которых вы любите, скажите об этом сейчас.

— У меня на Земле не было парня, и мне очень нравиться ваш сын, — сказала Яна и сразу покраснела.

Королева подошла к ней и обняла крепко.

— Я очень рада за Роккена, Яночка. Ты всегда будешь желанной гостьей в нашем дворце и если он будет что-то делать не так, можешь всегда обратиться ко мне, — потом она повернулась ко мне, — ну а ты, Неля что скажешь?

— Я месяц назад познакомилась с парнем, он мне понравился, и мы с ним начали встречаться. Я не могу говорить о любви, просто симпатия. Сирен, мне тоже нравится. Он надежный друг, приятный мужчина и нравится мне как человек. Но, если честно, я не представляю вашего сына в роли своего жениха или мужа. Мне кажется, что он слишком серьёзный и занятой, чтобы ухаживать за девушками.

— Неля, ты конечно права в какой-то мере, но на нём лежит слишком много ответственности и это накладывает отпечаток. Я просто прошу дать ему шанс, поухаживать за тобой, поближе познакомиться. Договорились?

— Хорошо, но я сама буду решать с кем мне встречаться, без обид.

— Без обид, дорогая, — королева как-то хитро и довольно улыбнулась.

Не поняла, что ей могло понравиться в моём ответе. Да, я не отказала, но и особенной радости от ухаживаний её сына не выказала. Странная женщина.

— Яна, ну расскажи, как вы вчера отдохнули. Я тебе рассказала в подробностях мои приключения, а ты всё стесняешься.

— Да, стесняюсь! Ладно, расскажу. Мы сначала поужинали в романтическом месте. Представь: замок в горах с потрясающим видом, камин, шкуры животных, мечи на стенах…

— Фу, надеюсь отрубленные головы там не висели? — терпеть не могу всё, что связано с бессмысленной жестокостью по отношению к животным.

— Нет, слава Богу, но всё остальное было великолепно. После ужина мы спустились в пещеры, которые находились неподалеку. Нелька, ты не представляешь какая там красота! Там, как в мультике про хозяйку медной горы, все стены пещеры покрыты кристаллами разной величины, которые переливаются в лучах светильников. Роккен хотел один отковырнуть и подарить мне на память, только я не позволила. Разве можно разрушать такую красоту. А потом мы спустились в долину и гуляли вдоль горной речки.

— И всё? — я выразительно подняла брови и посмотрела на покрасневшую Яну.

— Нет, потом он расстелил одеяло, мы лежали и смотрели на звёздное небо, на падающие звёзды, загадывали желания и рассказывали друг другу о себе. Знаешь, у меня никогда не было таких свиданий. Мне казалось, что мы с ним уже давно знакомы и нам было очень хорошо вдвоём, — подруга немного смутилась, но потом с вызовом посмотрела на меня. — Неля, мне кажется, что я влюбилась. Он такой классный и так смотрит на меня. В общем, мы договорились, что он на выходные будет забирать меня сюда.

— Целовались хоть?

— Целовались, — не стала отпираться Яна, — А ты как? Сирен тебе совсем не нравится?

— Не знаю. Иногда мне кажется, что он такой лапуля и хочется его обнять и поцеловать, но иногда просто не могу на него смотреть, ведёт себя как напыщенный индюк.

— Ты к нему предвзято относишься. Просто у него слишком много забот и обязанностей, ты же понимаешь, что это накладывает отпечаток.

— Не знаю. Мне с Пашкой легко и весело. А если я с Сиреном буду строить отношения, то мне придется быть такой же, как он — скучной и серьезной. Я же ещё молодая, мне не хочется забивать себе голову серьёзными вещами, успею ещё. И вообще, я хочу в первую очередь принадлежать себе, а не стране. Зачем мне такие проблемы? Я много думала об этом, когда заметила, что он стал на меня по-другому смотреть. Сегодня вернёмся, а там посмотрим. Кроме того, мои способности изменились и этой ночью я поняла, что с этим надо что-то делать, пока я не натворила дел. А ты как? Бабка Марика научила тебя ведьмовским штучкам?

— Не называй её так, она терпеть не может, когда её бабкой называют. Немного научилась, времени не было, но по выходным я буду днём заниматься с Марикой, а вечерами с принцем общаться. Ты говорила, что Сирен хотел тебя тоже немного поучить? Иди, после обеда встретимся на первом этаже в малой гостиной, хорошо? Я Роккену сказала, что мы будем готовы к четырём, успеешь?

— Конечно.

— Ах, да! Забыла тебе рассказать про Вику с Полиной. Представляешь, они находятся не так далеко от нас, в империи Актар и уже обе замужем и ждут пополнение семейства.

— Да ладно! Я на той планете услышала от Тазании про какую-то Викторию и тогда ещё подумала, что таких совпадений не бывает. Быстро они, а всё тихонями были. Всё равно, я очень рада, что у них всё хорошо. Кто бы мог подумать, что они свяжутся с инопланетянами? Помнишь, когда они только пропали, у нас была такая версия. Не помню, кто её предложил, но её мы сразу откинули, как бесперспективную. Тебе Роккен рассказал?

— А вот и нет, не угадала. Сначала Зиви проболтался, что на свадьбу в Вике летел. А потом, я была на совещании с актарцами, когда тебя искали. Так вот, их император сам сказал, что землянки очень способные. Думаю, что Вику с Полиной быстро прибрали к рукам, чтобы другие не позарились. Понимаешь?

— Да я уже давно поняла, что мы здесь не просто так оказались и, скорее всего, Вика с Полиной имеют у этому непосредственное отношение. Думаю, что нас тоже окольцуют, пикнуть не успеем, если по сторонам зевать будем. Не дождутся! Надо будет с девчонками встретиться, поболтать. Ты вещи собрала?

— Нет ещё, да что там собирать? В чём прибыла, в том и уеду. Тьфу, ты, в смысле перенесусь. Хочу с собой взять только синий брючный костюм и туфли под него. Я спрашивали у Роккена. Он сказал, что мы можем забирать всё. Но я хочу оставить, потому что здесь мне тоже надо будет в чём-то ходить.

— А я решила забрать только это платье, ну может ещё белый брючный костюм с шелковой блузкой, помнишь его?

— Конечно! Ты в нём просто неотразима! Только не думаю, что твой Пашка его оценит. У него только дырявые джинсы и растянутые футболки на уме. А он — для высшего общества.

— Вот именно! Пусть останется у меня, как память, а платье буду носить. Ладно, я побежала, пока.

— Пока.

Я оставила Яну на скамейке в парке, а сама быстро пошла в зал для занятий, где мы договорились с Сиреном встретиться. Надеюсь, что он меня дождался, потому что я уже опаздывала на пятнадцать минут. Пока бежала, запыхалась, и чтобы привести дыхание хоть немного в норму, остановилась около двери. В небольшую щель услышала тихий, но тем не менее довольно эмоциональный разговор принца с Сардоном. Пришлось немного напрячь слух, чтобы услышать о чём они спорят. То, что слух при этом усилился в разы сначала меня ошеломило, но я решила, что разберусь с этим потом, а пока послушаю.

— Да как ты, Сардон, не поймёшь? Не могу я её заставить остаться у нас, понимаешь? Ей сейчас нельзя нервничать вообще. В ней заключена колоссальная энергия, и она не стабильна. Кроме того, она ещё и в округе притягивает, всё что может. Ты видел, какую сферу мы ночью утащили к накопителям на орбиту?

— Да, видел. Поэтому и говорю, что упускать такую мощь нельзя. Эту сферу засекли все соседи и утром запросами закидали, как нам удалось поймать «белого карлика» и удержать на орбите, не вызвав катастрофических изменений на планете. Я не стал их разубеждать и сослался на секретные разработки, но сам факт того, что сфера выглядела как небольшая звезда говорит о многом, хоть и не обладала такой же плотностью. Зато все газеты не стесняются в своих предположениях, и имя Нели в них мелькает довольно часто.

— Сфера была схожа с гроном, только с более плотной оболочкой. Мы же сами их отслеживаем как раз по плотности вещества на поверхности. А журналистам мы рот закроем, не впервой. Сардон, давай больше не будем возвращаться к этому вопросу. Не забывай, она в первую очередь — наша гостья, и я не позволю относиться к ней иначе. Иди, я сам разберусь, она сейчас должна подойти, чувствую, что она уже рядом.

— Чувствуешь? С каких это пор? Здесь стоит плотный магический щит. Ты не можешь ничего чувствовать, если только …

— Иди, у тебя полно дел, потом будешь делать выводы.

Сардон мерзко захохотал и пошёл на выход.

Я заметалась около двери, потом отбежала немного и сделала вид, что только подошла, в тот момент, когда он открывал её.

— Доброе утро, леди, — он поклонился и пошёл дальше, по коридору.

Тааак, надо будет узнать у Сирена, куда этот пронырливый маг хотел меня пристроить, надеюсь, что не батарейкой на орбиту, корабли подзаряжать.

— Доброе утро, Ваше высочество! — громко сказала я стоявшему у окна принцу и склонила голову.

— Доброе. Неля, почему так официально? Мы же с тобой договорись. На ты и без апофеоза. В чем дело?

— Знаешь, я много думала и решила, что нам не следует продолжать более близкое общение. Достаточно остаться друзьями. Ты не принимай на свой счёт, пожалуйста, просто я не готова к отношениям с принцем. Поэтому давай договоримся, так: ты научишь меня обращаться с моими способностями, а я, в свою очередь, буду время от времени гостить у вас вместе с Яной и помогать в решении проблем, если такие возникнут. Надо же мне девать куда-то свою энергию. Ну как, согласен?

Он сначала растерялся, а потом собрался, подумал, улыбнулся и хитро посмотрел на меня.

— Согласен, только у меня будет одно условие.

— Ну началось! Какое?

— Тебе чип вживят в руку, что бы браслет не привлекал внимания, и ты его не потеряла случайно.

— Зачем это? — теперь я растерялась.

— Неля не переживай. Теперь мы отвечаем за вашу безопасность. Слишком много событий вокруг тебя закрутилось. Думаешь то, что случилось ночью, случайность?

— Мало ли, какой-то бандит узнал о моих способностях, и то, сведения у него оказались устаревшими.

— Зато теперь, после ночного представления, фотографий в утренних выпусках газет и заголовках об уникальных способностях, только ленивый не сделает правильных выводов. Поверь я старался не допустить огласки, но такие глобальные события невозможно утаить от общественности.

— Газеты? Покажи! — я стояла ошеломлённая и понимала, что стала заложницей своих способностей. Что же теперь будет? А вдруг меня похитят или наоборот, убьют? Паника потихоньку накрывала меня, даже руки потрясывать начало.

— Неля! — Сирен подбежал и взял меня за руки, — только успокойся, тебе нельзя волноваться! Давай вместе, считай и глубоко дыши!.. Раз, два, три, четыре… Успокаиваемся, дышим, всё хорошо. Закрывай глаза. Пять, шесть, семь, восемь… Вот так! Умница, запоминай и думай о каком-нибудь красивом месте, где тебе приятно находиться и расслабляться, когда тебе надо успокоиться и подумать. Как перестанут вспыхивать перед глазами звёздочки, а будут просто белые мурашки бегать, потихоньку открывай глаза.

Я досчитала до двадцати пяти, прежде, чем вспышки погасли, и я открыла глаза. Сирен смотрел мне в глаза, сжав челюсти и у него по лбу скатывались струйки пота.

— Молодец, ты справилась, — он попытался разжать руки, но ничего не получилось.

Я перевела взгляд на наши руки и чуть не потеряла сознание. Если раньше я не обратила внимания на запах горелой плоти, то теперь, поняв, что я почти обуглила руки принца, меня сильно замутило.

— Прости меня, я не хотела. Теперь нельзя ничего трогать, повреждения будут ещё сильнее. Да вызови лекаря уже скорее!

Он стоял весь бледный и только тихонько меня успокаивал:

— Я уже позвал, всё будет хорошо. Я включил регенерацию на полную мощь. Ты столько влила в меня энергии, что у меня в какой-то миг потерялся контроль над ситуацией. Этого не должно было произойти. Это ты меня прости, что напугал тебя.

— Стойте, не двигайтесь, — в зал влетел парень в сером комбинезоне с небольшим чемоданчиком, — сейчас, Ваше высочество, одну минутку.

Он быстро поставил на столик чемоданчик, открыл его и вытащил небольшую бутылочку с ярко синей жидкостью. Подбежал к Сирену и начал выливать содержимое бутылочки на его руки. Желеобразная жидкость начала растекаться по рукам, обволакивая каждый палец и всю кисть, потом замерцала и застыла полупрозрачными перчатками. Всё это время я открыв рот смотрела на это чудо, потом подняла взгляд на принца и заметила изменения — он расслабился и даже порозовел немного.

— Спасибо, Леон, дальше я сам. Можешь идти.

— Но…, - лекарь хотел ещё что-то добавить, но Сирен тоном, не терпящим возражения, отправил его обратно.

— Но Сирен, тебе нужна помощь, — я возмутилась такой безответственности, — ты же можешь лишиться рук!

— Дорогая Неля, когда я включил регенерацию на полную мощь, то я не мог отвлекаться на обезболивание, надо было не допустить отмирания тканей. Лекарь мне обезболил кисти. Этого достаточно, мой организм остальное сделает всё сам, не переживай. Мне надо всего несколько часов. И потом, мы с тобой не успели поговорить, а у нас очень сжатые сроки, — он сам отпустил мои руки и как ни в чём не бывало пошёл в центр зала, — Иди сюда. Сейчас мы с тобой попробует отработать несколько схем. Одну из них ты, надеюсь, усвоила, — и он улыбаясь заглянул мне в глаза.

— Ещё как усвоила, — тихонько пробормотала я. — Неужели тебе и правда не больно?

— Теперь нет, хотя на руках сегодня тебя носить не смогу, поэтому попрошу сильно не увлекаться и хотя бы сегодня не искать приключения.

Я только фыркнула и вызывающе посмотрела на принца.

— Ну что же, продолжим. И так, как предотвратить выброс ты поняла, нам осталось разобраться с тем, как блокировать чужое воздействие, т. е. ставить защиту, как безопасно сбрасывать излишки энергии и использовать её во благо себе и другим. Расскажу очень кратко. Поэтому сосредоточься, внимательно смотри, что я буду показывать и запоминай, что буду говорить.

— Ну, Нелька, ты даёшь!

— И не говори, чувствую себя монстром, каким-то. Сирен сказал, что на Земле так сильно меня не будет колбасить, там энергетический фон слабее. А вообще, мы с тобой сейчас в очень нехорошей ситуации. Понимаешь, все знают откуда мы с тобой прибыли, в газетах только и пишут, какие мы талантливые и как хорошо, что мы на стороне соттарцев, а не их врагов. И уже строят предположения, как скоро принцы объявят о принятии гражданства или помолвках — я возмущенно вышагивала по гостиной и размахивала руками. Вещи в виде небольших спортивных сумок с куртками и костюмами стояли около кресла с Яной, которая сидела нахмурившись, — Нет, ты представляешь? Отдохнули, блин. Радует, что хоть утром не проснулись окольцованными! Слава всем богам, мы сегодня уже будем дома. Только, Яна, давай сразу договоримся, что будем врать родителям, чтобы было одинаково. Надеюсь ты не возражаешь?

— Я то не возражаю. А в письме домой ты что писала? — я тоже лихорадочно начала вспоминать о том, что сама написала.

— Я написала, что поехала погостить к тебе домой, — Яна нахмурилась.

— И я тоже.

— Думаешь они твоим уже звонили? Если звонили, то наверняка выяснили, что нас там нет.

— Скорее всего так и есть, и хорошо, если в полицию заявление не подали.

— Тогда, давай скажем, что когда ехали на вокзал, то встретили друзей, и они нас уговорили поехать к ним домой, на море. Уехали на автобусе. Там, сейчас достаточно тепло, немного увлеклись, поэтому задержались. Деньги весь семестр копили. Попросим прощения, что заставили их немного поволноваться, а связи не было, потому что там горы и ловит только сигналы другого оператора. Потом я буду говорить, что в выходные мы с тобой занимаемся, и чтобы звонили только среди недели.

— А если позвонят, а телефон не отвечает, что скажешь? Опять связи нет?

— Так, надо что-то придумать. Мммм. У тебя же вышка сотовой связи недалеко.

— И что? Поэтому и связь отличная.

— Так она сломалась! И всё, связи нет. Давай пока на этом остановимся, на две недели хватит, а потом что-нибудь ещё придумаю.

— Спалимся мы, Янка. Одно успокаивает, что наши родители не общаются между собой.

— Да, ладно, где наша не пропадала. А ты позанималась с Сиреном? Он тебя научил каким-нибудь фокусам?

— Он меня учил, чтобы избегать этих «фокусов». Кроме того, мне вживили чип, чтобы я могла, в случае опасности или какой-то неординарной ситуации, быстро связаться с принцем, — я уже успокоилась и села в кресло рядом с Яной.

— И тебе?

— Тебе тоже?

— Да, ещё вчера, забыла тебе рассказать. Роккен сказал, что это для моей безопасности.

— Да, дела. Не окольцевали так чипировали, как редких животных из Красной книги.

— Перестань во всём видеть плохое. Я считаю, что так будет лучше. По крайней мере мы с Роккеном сможем общаться каждый день.

— Да, ладно! Что-то мне никто не сказал о такой незначительной функции этого чипа!

— Наверно забыл. Просто они всё равно с нами связаться не могут, только мы сними. В случае опасности надо сильно нажать на чип, а если ты захочешь с ним пообщаться, то достаточно немного потереть это место и представить собеседника, и он сразу выйдет на видео связь. У нас с тобой добавлены по три абонента — принцы и Сардон.

«Интересно, почему он мне не сказал, боится, что приставать буду? Фррр! Ни за что не позвоню!»

— Ну где же они? Уже ровно четыре. Я всегда думала, что пунктуальность у них должна быть в крови, — я опять вскочила и пошла к дверям, которые раскрылись перед моим носом и в гостиную вошли королева, принцы и Шалея с Зивертроном.

Я быстро отошла в сторону и сделала небольшой книксен, который в моём облегающем платье выглядел коряво. Яна тоже немного встала и попыталась повторить мой маневр, но в джинсах это выглядело ещё более комично. Я изо всех сил пыталась сдерживать улыбку, все остальные же просто ухмыльнулись.

— Вот и настал час, когда наши гостьи покидают нас. Я надеюсь, что мы ещё не раз увидимся, поэтому говорю вам до свидания. Хочу преподнести на память о нашей встрече небольшие сувениры, которые у нас в королевстве приносят удачу и счастье. Прошу вас, Сирен, Роккен, помогите девушка их надеть, — королева немного отошла в сторону.

В гостиную слуга внёс шкатулку, из которой она достала два кулона на тонких золотых цепочках. Кулоны представляли собой маленькие искрящиеся голубые кристаллы в изящной ажурной оправе, казалось, что они светятся изнутри.

— Эти кристаллы добываются только на нашей планете и являются национальным достоянием, поэтому я вас попрошу не продавать их и не передавать третьим лицам.

Принцы взяли по кулону и, подойдя к нам, одели их нам на шеи.

Я потрогала камень, который немного нагрелся у меня в руке.

— Большое спасибо, Ваше величество. Это большая честь. Мы будем их хранить в память о вашем мире.

Она подошла к каждой из нас и обняла на прощание.

— До встречи, милые.

Она развернулась и вышла, а Роккен взял под руку Яну и начал ей что-то шептать на ухо, от чего она засмущалась.

А я подошла к Шалее и Зивертрону, обняла на прощание каждого из них и попросила присылать хоть иногда весточки.

— Шалея, я очень буду рада, если ты найдёшь способ связаться со мной, а ещё лучше навестить. Пока! — развернулась и подошла к принцу.

— Сирен, как это будет происходит?

— Подойди ко мне, Элеонора. Мне нужен полный контакт с тобой? Ты хотела бы попасть домой или сразу на учебу пойдёшь?

— Домой, там волнуются, надо сначала объяснить родителям, где я была. А Яна?

— Её перенесёт брат тоже домой, она так захотела.

Он взял меня на руки, прижал к своей груди. От вспышки белого света, я зажмурилась, и сама схватила его за шею, пытаясь спрятаться. У меня было ощущение, что мы в вакууме и одновременно несемся со скоростью света. Что происходило на самом деле я знать на хотела, потому что так страшно мне не было никогда. Вспоминая уроки Сирена я начала глубоко дышать и считать про себя, и пропустила тот момент, когда свет погас, а вокруг начали появляться звуки, но отцепиться от принца пока не могла.

— Совсем стыд потеряли, эти девицы окаянные! Уже сами на шею вешаются! Тьфу! Ну ка, давайте, идите отсюдава! Дома будете обниматься!

Я наконец-то отпустила шею Сирена и открыла глаза.

Сирен держал меня на руках на площадке второго этажа в подъезде нашего дома и удивленно смотрел на бабу Зину.

— Ой! Да это ж Нелька с хахалем! Где только такого нашла? Негер, что-ли? Чего молчишь?

— Баба Зина, это мой знакомый. Я просто ногу подвернула, и он согласился меня до дома донести. Он иностранец, по-нашему не разговаривает.

— Ой, да что же это? Разве зимой можно на таких шпильках ходить? — баба Зина засуетилась, и пошла стучать в нашу дверь, — Иваныч! Иваныч! Тут Нелька твоя убилась! Открывай!

— Баба Зина, тише, тише, не надо. Я сама!

Но тут открылась дверь, и отец от шока даже заикаться стал, он всегда заикается, когда волнуется.

— Нннеля, этттто ттты? А эттто? Ты ггггде пропадала?

Я наконец-то спрыгнула на пол, пришлось изображать из себя раненого оленя.

— Привет, папочка. Ты прости, что я без предупреждения приехала, то есть уехала, давай я сейчас тебе всё расскажу. А мама дома? Очень соскучилась, а это мой друг — я быстро пыталась повернуть разговор в сторону от щекотливой темы, пока отец не пришёл в себя и не начался скандал, — идём домой, а Сирен очень торопиться, у него самолёт через два часа, по-русски не разговаривает, но всё понимает.

Я развернула папу, сделала «страшные глаза» принцу и начала заходить с ним домой. Но совершенно забыла про четвертое действующее лицо, бабу Зину.

— Да, где же это видано! Он тебя спас, нёс раздетый по такому морозу, а ты, как дрянь неблагодарная, даже чаю ему не нальёшь? Куда мир катиться? Это ж надо?! — баба Зина покачала головой, осуждающе на меня посмотрела и обратилась к отцу, — Иваныч, а ты чего стоишь? Забирай его, пусть хоть обогреется немного.

Баба Зина ещё немного поворчала и начала подниматься к себе, на третий этаж.

Папа уже пришёл в себя и смотрел на меня многообещающе, сжав кулаки.

— Ну заходи, дочь. И друга своего заводи, а то и правда, замёрзнет, они там, в Африке, к морозам не привычные.

Я уже смирилась, что весь план полетел в тартарары. И дернул чёрт бабу Зину пойти за почтой именно в этот момент! Теперь придётся выкручиваться.

Я сняла с плеча сумку, поставила в прихожей, разулась и посмотрела на Сирена, который так и стоял около дверей и осматривал нашу небольшую квартиру с тесной прихожей.

— Ну, что стоишь? Разувайся и идём чай пить, греться, а то и в самом деле замерзли, — я пододвинула ему отцовские тапки.

Отец вышел из кухни и посмотрел на меня очень строго.

— Чайник поставил. Проходите, молодой человек. А тебе придётся хорошо постараться и объяснить где и, самое главное, с кем ты пропадала, и что за записку ты нам передала.

— Хорошо. А мама на работе?

— Да, на работе. Я ей сейчас позвоню, и бабушке тоже. У тебя есть пятнадцать минут, чтобы обдумать версию для них, чтобы сильно не расстраивать и не довести до сердечного приступа. А я с тобой поговорю потом, и врать не советую. Ты меня знаешь, ложь я чувствую за версту. Пока ты мне не сказала ни слова правда. Ах, нет! Про иностранца была правда.

Отец ушёл в комнату, а я отвела Сирена в ванную, показала, как открывается вода и где мыло и пошла наливать чай.

— Значит, всё понимаю, но сказать не могу, как собака? — шепотом спросил принц и сел на табуретку, которая подозрительно заскрипела. Наша маленькая кухня стала вообще микроскопической, потому что у Сирена не только рост был под два метра, но ещё и плечи широкие, и ноги длинные, которые разместились почти на всей её площади, оставшейся свободной от стола и двух стульев.

Папа зашёл, постоял в дверях, улыбнулся.

— Там в холодильнике пол торта осталось, вчера Мичурины приходили, не доели. Угощай друга. И конфеты достань. Молодой человек, а может Вы голодны? Неля, мама вчера овощи с мясом тушила, предложи, не стой. Или пельмени свари, бабушка принесла, в морозилке лежат, тебя ждала всё.

— Ладно, пап, разберёмся.

— Ну-ну, — и вышел.

— Не разговариваешь, чтобы не ляпнул чего-нибудь невпопад, — прошипела я, и уже громко — Сирен, может Вы голодны и хотите перекусить? Ах, нет, ну тогда давайте попьём чай. Вот ваша чашка и кусочек торта, угощайтесь.

Принц веселился на полную катушку, но в открытую хохотать не рискнул.

— И нечего ржать, это мне ещё тройную атаку отражать предстоит, а ты пей быстро чай, пока мама с бабулей не пришли и иди домой, иначе… — он взял меня за руку, которой я ему положила торт и поцеловал её.

— Что иначе? Не представляешь, какая ты милая, когда злишься! И тортик у вас вкусный. Но дом маловат, не обижайся. Не переживай, сейчас уйду. Помни, о чём мы договорись, хорошо? — он опять поцеловал мне руку и, залпом допив чай, встал, — идём, проводи меня.

Я пошла за ним, подождала, пока он обулся и открыла дверь. Сегодня звёзды были не на моей стороне, впрочем, как всегда. По лестнице поднимались мама с бабушкой. А этот гад, ну нет у меня других слов, опять начал целовать мне руку и что-то говорить мне на каком-то тарабарском языке в полном восхищении. Когда я обратила его внимание на маму с бабушкой, он начал петь свои дифирамбы и им тоже. Они с недоверием протянули ему руки, которые он тоже поцеловал и спустился на первый этаж, где я увидела, как вспыхнул свет и погас. Мы все вместе подошли к перилам, нагнулись посмотреть, что там, бабушка даже спросила всё ли у него в порядке, но в ответ была тишина.

— Лампочка перегорела, надо будет заменить, — сказала мама и обняла меня.

Бабуля тоже всплакнула у меня на плече, и мы вместе зашли в квартиру. Папа стоял в прихожей и смотрел, как я помогаю бабушке вешать пальто. Когда я взглянула на него, то он одними губами сказал мне: «Нога!».

Господи, нога! Я совсем забыла, что подвернула ногу!

«Спасибо!» — сказала одними губами ему и попрыгала в комнату под охи бабули и встревоженные расспросы мамы.

Моя версия про отдых у друзей из универа со скрипом, но была принята мамой и бабушкой. Правда то, что после возвращения из гостей я на автовокзале случайно встретила знакомого иностранца, который подвёз меня на джипе, а когда я выходила из машины, то подвернула ногу, и он отнес меня на руках до дверей, подверглась большим сомнениям. Мама до последнего пытала меня, просто знакомый или более чем знакомый, но тут, как ни странно, меня спасла бабуля, которая сказала ей, чтобы не лезла в дела молодых, дескать, сами разберутся, нечего вмешиваться. Я с благодарностью посмотрела на неё, а она мне подмигнула. Мировая у меня бабушка.

Мы ужинали все вместе на кухне, ели пельмени, которые уже две недели меня ждали в морозилке и оживленно разговаривали. Я рассказывала, как каталась на лыжах по горным склонам, где очень яркое солнце, поэтому так загорела, куда ходила, какие достопримечательности видела и вообще, как здорово провела каникулы. А то что немного опоздала на учебу, так это ничего, отработаю все пропущенные пары.

— Нелечка, разве можно нас так пугать? Ты что за записку нам в двери воткнула? «Меня пригласила Яна к себе домой, через неделю приеду». Это что? Ты не могла что-ли позвонить и всё объяснить? Записку через кого-то передала?

— Мам, в том-то и дело, что не могла! Телефон сел, наизусть не помню, а записку пришлось писать на ходу, автобус уже отправлялся. Хорошо, что пацан какой-то на платформе в такси садился и назвал адрес соседнего дома. Я его уговорила передать записку.

— А потом что, не могла нигде его зарядить? Не поверю!

— А потом мы приехали в горную деревню, где кроме МТС ничего не ловило, а у меня симка Мегафона. Мам, ну прости меня. Там было так здорово. Я сначала пыталась найти телефон, чтобы вам позвонить, а потом всё так закрутилось и мне стало не до того. Потом вообще забыла, что так и не позвонила, — я встала, обняла её со спины и поцеловала в щёчку, — прости меня, пожалуйста, я больше так не буду.

— Эх, Неля, Неля! Мы ведь в деканат звонили, узнали адрес родителей Яны, созвонились с ними, поняли, что они тоже не знают где их дочь. Хорошо, что через два дня нам в двери воткнули ещё одну записку от тебя, чтобы мы не волновались, что вы отдыхаете у друзей и немного задержитесь, а то мы уже готовы были обратиться в полицию. Когда ты уже повзрослеешь? Ладно, иди отдыхай, устала с дороги, наверно. А завтра расскажешь нам про своего иностранного знакомого.

— Ой, а я и забыла, что попросила школьную подругу предупредить вас, — потом сделала глаза, как у кота в сапогах из «Шрека» и ещё раз поцеловала маму и бабушку.

— А меня, — папа тоже подставил щёку, — чуть не прокололась, но в целом не плохо, врать научилась, — чуть слышно сказал он мне на ухо.

Я пошла в свою комнату, переоделась в свою любимую пижаму и легла на кровать. Я действительно устала. Не знаю, что я буду делать завтра, но сегодня буду тупо лежать и слушать музыку. Может усну.

В дверь чуть слышно постучали. Папа.

— Входи уже, чего стучишься?

Папа взял стул, сел на него верхом и принялся ждать моего повествования. Я уже поняла, что переноса разговора не будет, и моя усталость его абсолютно не волнует. Папа у меня кого угодно выведет на чистую воду, не зря он работает в налоговой полиции. Допрос начался.

— Ладно, всё расскажу. Только не думаю, что ты мне поверишь и не сдашь в психушку.

— Ты попробуй. Я буду уточнять детали по ходу твоего рассказа. И если почувствую, что мне что-то не нравится в твоих ответах, то тебе придётся очень постараться доказать, что всё сказанное правда. Можешь начать с самого начала. Со дня, когда ты должна была сесть в поезд.

— Тогда придётся начать с дня накануне.

— Дерзай!

Мой рассказ занял почти полтора часа, потому что папа много уточнял и настаивал на том, чтобы я описывала детали. Мне пришлось в подробностях описать королевский дворец и внешность королевы, затем его очень заинтересовал из транспорт, и он долго расспрашивал о том, как именно он взлетает, как быстро набирает скорость, как управляется, может ли взлетать вертикально, как сильно гудит… Я чуть не взвыла, от его дотошности. Как не удивительно, но отец серьёзно отнёсся к моему рассказу, его даже описания диковинных существ сильно не впечатлили. Однако рассказ про последний завтрак с королевой и прощание его заинтересовали. Тем более, что я поделилась с ним своими наблюдениями и прокомментировала некоторые поступки принцев и королевы. Он задумался на несколько минут.

— Покажи мне кулон.

Я достала из-под футболки кулон, сняла его с шеи и протянула отцу. Как только он взял его в руки, камень вспыхнул и начал переливаться всеми оттенками синего. В комнате, где горел только ночник, как будто включили гирлянду.

— Забери, надень и никогда не снимай, — отец быстро отдал его мне и камень снова стал похожим на голубой топаз с мелкими синими искорками внутри.

— Ты что-то почувствовал? Королева говорила, что его нельзя продавать или передавать кому-либо, но не объяснила почему.

— Знаешь, когда я взял его, то от него повеяло чем-то очень нехорошим, даже мне жутко стало, как будто он хотел, чтобы я испугался. Тебе его Сирен повесил?

— Да, а Яне Роккен. Королева к ним не прикасалась, только объяснила, что они принесут нам счастье и удачу.

— Мне кажется, что это очень непростое украшение. И насчёт твоих способностей, — он очень серьезно посмотрел на меня, — они на самом дели такие, как ты описала?

— Да, пап. И я очень боюсь, как бы не выдать себя случайно.

— И правильно боишься. Эти принцы тоже не дураки и понимают, что достать вас здесь ничего не стоит. Если они вас смогли похитить, что может помешать это же сделать и другим?

— Не пугай меня ещё больше, мне и так не по себе.

— Хорошо, что у тебя есть чип. Покажи, где он?

Я приподняла рукав и показала внутреннюю часть запястья. Прямо над пульсирующей веной темнела небольшая родинка, в которой только при внимательном рассмотрении можно было увидеть едва заметную светящуюся паутинку с замысловатым узором. Папа принёс лупу, и мы вместе её хорошо рассмотрели.

— Ну, что же, дочь, думаю, что на сегодня действительно всё. Ложись-ка ты спать, завтра утром поговорим, что дальше нам с тобой делать. Мне надо подумать. Завтра воскресенье, мы собирались съездить на дачу за картошкой и солениями в погреб. Поедем с тобой вдвоём. Там сейчас пустынно, и ты продемонстрируешь мне что-нибудь из своих умений, чтобы я понимал, с чем мы имеем дело. Договорились?

— Договорились. Спасибо, пап, что поверил. Я так рада, что хотя бы тебе мне не придётся врать.

— Спи, не переживай, придумаем что-нибудь.

Проснулась я от поглаживания головы. Мамины руки я ни с кем перепутать не могла.

— Привет, мамулечка. Уже пора вставать? — я потянулась и открыла глаза.

На улице светало. Значит уже ближе к девяти часам. Мама в коротком халатике, с тюрбаном из полотенца на голове, сидела на краю моей кровати и рассматривала кулон, который во время сна вылез из-под футболки.

— Красивая вещица. Дорогая?

— Наверно, — не стала отпираться я, — это подарок на День рождения от друга, — соврать всё же пришлось.

— Я раньше его не видела у тебя. У тебя завёлся состоятельный друг?

— Да, брось, мам. Это просто друг, ничего более. Просто все дарили подарки, а у него ничего, кроме этого кулона с собой не было, вот и подарил. Я не хотела брать, но он настаивал.

— Это тот самый иностранец? Как ты его называла, Сирен, кажется?

— Да, мы с ним случайно познакомились, в баре. Мы с Яной вечером пили кофе после пар, и они подсели с братом. Потом ещё насколько раз встречались, когда они приезжали к нам в город по делам, ничего серьёзного, просто друзья, — мне было очень стыдно врать, я даже покраснела немного.

— Ну судя по тому, что ты порозовела, он тебе всё же нравится.

— Мама! Просто друг. И нравится просто, как друг. Ты же знаешь, что я начала с Пашей встречаться?

— Я тебя умоляю! Это же шпана! Как вообще можно было посмотреть в сторону такого парня, да ещё начать с ним встречаться? Надеюсь, что ты достаточно умная девушка, чтобы понять, что ничего серьёзного с таким молодым человеком не может быть.

— Мама! Не начинай! Давай я сама буду решать с кем мне встречаться. И вообще, ты его ни разу не видела. Как ты можешь судить о человеке, не зная его?

— Мне достаточно было посмотреть на его фото и страничку «В Контакте», чтобы понять, что он тусовщик и папенькин избалованный сынок, которого тот сунул в мед на стоматологию, в надежде, что из него получится хоть какой-то толк. Но, судя по количеству «хвостов», которые тянуться за ним ещё с первого курса, вряд ли он сумеет оправдать эти надежды и получить диплом. И ты считаешь, что можно положиться на такого парня.

— Вообще-то я не собираюсь за него замуж, если что! Мы просто весело проводим время, и всё, понятно? Интересно, откуда у тебя сведения о его «хвостах»?

— У меня свои информаторы.

— Опять Яну пытала?

— Не нервничай, дочь. Чего завелась с утра? Иди лучше умойся, голову вымой. Папа пошёл за машиной на стоянку, скоро уже придёт. Я блинчиков уже нажарила, так что иди пить чай. Вы поедете на дачу, а я с тетей Олей договорилась по магазинам сегодня пройтись. Тебе что-нибудь купить?

Я уже успокоилась после маминого наезда, и заправила постель. Постояла, подумала, чего мне не хватает для полного счастья.

— Купи мне, пожалуйста, шарф теплый, в бежевых тонах, только без цветных рисунков и клеточек, хорошо?

— Потеряла что-ли?

— Да, мне кажется, что в автобусе забыла, — надо будет, если встречу этот «автобус», спросить, не оставил ли он совершенно случайно себе мой шарф, а может и правда выронила где-нибудь, — я в ванную, надеюсь мою зубную щетку не выкинули?

— Нет, всё на месте. Полотенце тебе я повесила и для головы, и для тела.

— Спасибо, — я чмокнула маму и пошла приводить себя в порядок.

Я почувствовала себя намного уверенней и попыталась создать вокруг себя защитный контур, чтобы согреться, потому что уже начали замерзать и ноги, и руки. Мороз сегодня был около двадцати градусов и стоять на месте в нетопленном помещении было очень холодно. Вспомнила, что мне говорил Сирен, какие движения показывал. С первого раза не получилось, поторопилась. Зато на второй раз я учла ошибки и сделала всё правильно, поскольку закрыв глаза ощутила вокруг себя поле, постаралась напитать его ещё немного энергией, чтобы оно стало плотнее и попробовала немного прогреть воздух внутри него. И у меня получилось. Правда с плотностью я очевидно переборщила, потому что не сразу услышала, что меня зовёт отец. Только когда его голова показалась над люком, и он выставил ведро с картошкой, я услышала:

— Хорош, мечтать. Не дозовёшься. Картошку возьми.

— Прости, не услышала.

Я подошла к нему, забрала ведро и уже хотела уходить, но отец становил.

— Подожди. Забери ещё эти две банки, это всё. Я сейчас закрою погреб и пойдём, замёрзла небось. В погребе то тепло.

Я поставила ведро, забрала у отца банки огурцов и помидор и встала рядом с ним, гадая, когда же он заметит, что он уже не в погребе, а всё равно тепло.

— Ну вот и всё, можно идти, пока не замёрзли…

Он поднялся и подозрительно посмотрел по сторонам, но видя моё довольное лицо, расслабился.

— Молодец, рад, что у тебя что-то получается. Я сейчас всё в сумку поставлю, потом отключишь свою «печку». И давай договоримся, что ты об этом никому не говоришь и не показываешь. Сама понимаешь, чем это грозит. Идём.

Отец закрыл дом. Я развеяла своё поле и съёжилась от морозного ветра. Дорожка уже вся обледенела и начала переметаться снегом.

— Вот и всё, теперь надо всё это засыпать, чтобы соседи не глазели. Сама сможешь?

Я пожала плечами.

— Не пробовала, но постараюсь.

Я уже начала замерзать, поэтому руки вскинула немного коряво и ничего другого не придумала, кроме как дунуть. Эффект превзошёл мои ожидания. Думаю, что отец тоже не ожидал ничего такого. Небольшой вихрь, который закрутился около закрытой калитки, двинулся в сторону дома, разрастаясь и захватывая снег со всего участка. Папа схватил меня и прижал к груди, придерживая мою шапку, чтобы не сдуло. Когда всё успокоилось мы с ним повернулись посмотреть, что стало в нашим участком.

Мы молчали несколько минут, потом папа откашлялся.

— Мне кажется, что ты немного перестаралась.

— Вижу, — меня даже в жар бросило.

Теперь весь снег с нашего участка и частично с соседних, лежал огромным сугробом в центре дачи, почти полностью скрыв дом. Торчала только часть крыши и один угол. И вся эта снежная гора была закручена спиралью, которая заканчивалась трубой.

— Идём, горе моё. Эксперименты завершены. А то на поезд опоздаешь. В следующий раз разберёмся, — он подхватил одной рукой сумку, другой взял меня на буксир.

Домой мы вернулись как раз к обеду. Мама уже была дома, накрывала на стол и складывала мне с собой провизию. Убеждать её, что у нас тоже в городе есть магазины и в них продаются продукты, абсолютно бесполезно. Своё, домашнее вкуснее.

Мой новый шарф я обнаружила у себя в комнате на столе и сразу его распаковала. Мягонький такой, ммм!

— Сейчас бабушка придёт, гостинцы тебе принесёт в дорогу, — крикнула мама из кухни, гремя тарелками, — у меня всё готово, идемте кушать.

Уууу. Я схватилась за голову, ещё и бабушка притащит мешок!

Мы сели всей нашей небольшой семьёй обедать и сначала постучали ложками, хлебая мамин красный борщ, а потом потекли разговоры:

— Ну как там на даче, всё нормально? Грабители не наведывались, ничего не разбили?

— Нет! — мы с папой ответили хором и как-то слишком поспешно. Мама напряглась.

— Что-то не так? Вы от меня что-то скрываете?

— Нет, мамуль, честное слово, там всё в порядке. Я уверена, что до конца зимы туда точно никто не сунется.

— Это ещё почему?

— Дорогая, — подключился папа, — в этом году столько снега, что домик замело почти под крышу. Даже если и сунуться, то всё равно не пролезут, не откопают.

— А вы то как пролезли тогда? — мать опешила.

— Поэтому долго и были, сначала раскапывали, потом закапывали, умаялись.

— Ну вы даёте. Надо было возвращаться, потом бы сходили. А то мороз, метёт, а вам приспичило в погреб.

— Так Неле с собой надо было картошки в дорогу взять и огурчиков.

Мама хлопнула себя по лбу.

— Вот склерозница, совсем забыла положить! Неля достань два мешочка.

Я недобро зыркнула на отца, который сосредоточенно доедал кусок мяса из борща и делал вид, что он вообще не причём.

Я уже почти собралась. Моя заботливая мама сгрузила всю провизию в чемодан на колёсах, чтобы я живот не надорвала, перевозя её гостинцы. Я уже надела сапоги, потянулась за пуховиком и тут раздался звонок в дверь. Бабуля!

— Ох, Нелечка! Еле успела! Представляешь, тесто никак подходить не хотело, видно дрожжи старые попались. Вот смотри. Эти пирожки — с картошкой и грибами, эти — с повидлом, а эти, круглые — беляши, с мясом.

Бабушка быстро начала перекладывать мешочки с пирожками из своего пакета в мой чемодан.

— Горяченькие ещё, сядешь в поезд, покушаешь. И завтра утром будет чем позавтракать. Ну всё, внучка, дай обниму, поцелую. Николай, бери чемодан, выходите уже, а то на поезд опоздаете.

Фух! Когда закрылась дверь, я сначала перевела дух, потом подошла к лифту, где стоял отец и улыбался во все зубы.

— Терпи, дочь. Зато теперь продуктов у тебя на месяц, — отец затащил чемодан в лифт, и мы спустились на первый этаж.

Когда мы приехали, поезд уже объявили. Мы пошли на посадку. Отец занес чемодан в вагон, быстро осмотрелся, увидел парня, сидящего на боковушке.

— Как зовут?

— Антон.

— А эту девушку зовут Неля. А это её чемодан. Твоя задача — завтра утром помочь ей спустить его на перрон, запомнил?

— Ззззапомнил, — просипел ошалевший Антон.

— Это хорошо.

Отец быстро закинул мой чемодан под полку и обнял меня.

— Ну, дочь, хорошей дороги. Завтра чтобы позвонила, как приедешь. И ещё, смотри в оба, заметишь что-то подозрительное — сразу звони мне, не геройствуй, поняла?

— Поняла. Спасибо пап. Тебе идти уже надо, отправление через минуту объявили. Я позвоню.

Отец быстро вышел из вагона и поезд тронулся. Я села на своё место и прикрыла глаза. Вот и всё, завтра на учёбу. Вроде обошлось. Я тяжело вздохнула и открыла глаза. Парень Антон с таким сожаление смотрел на меня.

— Ну и отец у Вас, девушка Неля, сочувствую.

Я сначала не поняла его, а потом улыбнулась и ответила:

— Самый лучший у меня отец!

— А мне показалось …

— Вам показалось.

Молодой человек Антон чемодан мне спустил и даже помог его дотащить до вокзала. Он ехал дальше, но поезд на этой станции стоял сорок минут, поэтому времени было много прогуляться. Наверно в благодарность за бабулины пирожки, половину которых я скормила ему. Мы с ним распрощались, и я покатила свой чемодан к остановке такси.

Таксист кряхтел, пока затаскивал его в багажник и спрашивал зачем мне столько кирпичей. Я его успокоила и сказала, что это книги, и он всю дорогу жалел меня, говоря, что девушкам нельзя быть такими умными, замуж никто не возьмёт. Ха-ха-ха. Смешно!

Как только я зашла в квартиру, хозяйка с кухни мне крикнула, что меня в комнате дожидается подруга. Я быстренько разулась, сняла пуховик и зашла в свою комнату, затаскивая чемодан.

— Яна! — мы обнялись и сели на диван, — ты, когда приехала?

— Я — вчера вечером. Давай рассказывай, как у тебя всё прошло. Сильно ругались? Поверили?

— Ругались не сильно, больше стыдили, но папа не поверил ни единому слову и мне пришлось ему всё выложить, как было.

— И?

— Он мне поверил, и я показала несколько фокусов. А у тебя как?

— Примерно так же, только мне не поверила мама.

— И?

— И я ей тоже всё выложила. Она сначала не поверила и смотрела на меня, как на сумасшедшую, но когда я сказала, что я ведьма, обняла меня и расплакалась. Я сначала не знала, как мне реагировать, но потом она сказала, что это от счастья.

— В смысле?

— Представляешь, оказывается, в нашем роду по маминой линии все девочки — ведьмы. Прабабка моя, так вообще на всю губернию была известной колдуньей, людей лечила и животных. Говорят, даже мор могла заговорить. Мы с ней всю ночь проболтали. Она рассказывала, как ей было трудно всю жизнь скрывать свои способности и даже поделиться было не с кем, ведь её мама умерла, когда ей было всего шесть лет. Но теперь мы вместе. И она ещё просила, когда я буду учиться, ей тоже рассказывать уроки старой ведьмы. Так что мама теперь меня прикроет, если что.

— Обалдеть! Ну вы даёте!

— Неля, а тебе отец что сказал про твои способности?

— Чтобы я никогда и никому их не показывала и не рассказывала о них, что это опасно.

— И правильно. Я тоже думаю, что нам надо молчать и никому ничего не рассказывать.

В комнату постучала хозяйка.

— Девчонки, я чайник вам поставила, хватит секретничать, идите лучше чаю попейте. Я свежий заварила.

— Спасибо, Светлана Юрьевна, сейчас идём. Слушай, а мы на пары не опоздаем?

— Нет. Сегодня к третьей, я к тебе специально пораньше приехала, чтобы поболтать перед учёбой.

— Тогда идём.

Я быстро достала из чемодана остатки пирожков и беляшей, смородиновое варенье и налила нам по чашке чая.

— Наших никого не видела?

— Нет. Зато видела твоего Пашку. Выходил из «нашего» бара в обнимку с какой-то белобрысой девицей.

Я нахмурилась. Вроде мы с ним и не обещали ничего друг другу, а всё равно неприятно. Всего две недели не виделись, а уже нашёл утешение, даже не позвонил узнать, где я и почему прогуливаю учебу уже неделю.

— Из наших?

— Нет, не медичка, точно. На модель похожа — худая, как анорексичка, и разодетая.

— Понятно.

— Да, что тебе понятно! Я тебе сразу сказала, что этот дебил — тебе не пара!

— Яна, прекрати!

— Что Яна! Ты посмотри на себя и на него! Да тебя на руках должны носить всю жизнь настоящие мужчины, а не этот задохлик в рванье и с непомерными амбициями! Никогда не убедишь меня, что он хороший, только поддался плохому влиянию. Всё, хватит о нём. Расскажи лучше, твои тоже через два дня после первой записки получили и вторую?

— Да, только ума не приложу, кто им её подсунул.

— Тут и предполагать нечего. Я спросила у Роккена, и он сказал, Сирен позаботился, когда ты пропала, чтобы ваши родители не беспокоились.

— Хм. Заботливый.

— Не то слово! Ну, что, пошли? Нам ещё в деканат надо зайти, объяснительную написать.

В деканате сегодня был аншлаг. Мы с Яной оказались не одни опоздавшие на учёбу, кроме того, преподаватели согласовывали новое расписание и нам пришлось подождать, пока секретарь освободиться. Наконец-то она нас выслушала и дала по листу бумаги. Мы много сочинять не стали и в нескольких словах объяснили, почему задержались.

— Что это? Сошла с гор лавина, перекрыла дорогу и вам пришлось ждать неделю, пока расчистят? Вы это серьёзно? Ещё бы написали, что вас инопланетяне похитили! Врите, да знайте меру!

Мы переглянулись и уставились на неё.

— А что надо было написать? — Яна растерянно смотрела на Лидию Алексеевну.

— Эх, молодёжь! — она порвала наши объяснительные, достала ещё по одному листу.

— Пишите. Одна — что ездила на свадьбу к двоюродному брату, родители могут подтвердить. Вторая — что заболела бабушка, ухаживала, родители тоже могут подтвердить. Записки от родителей обе привезёте, когда домой поедете. Всё поняли? Не отвлекайте меня больше. И не забудьте дописать, что все пропущенные занятия отработаете в течение месяца!

Мы быстро переписали, отдали и побежали на пару, потому что уже опаздывали.

— Знала бы она как была близка к истине, — хихикала Яна, — надо же, сразу в точку попала, вот что значит опыт!

Мы на всей скорости влетели в аудиторию, извинились перед преподавателем и сели на свои места. Фух, теперь можно перевести дух. Уже через несколько минут мы полностью погрузились в глубины морфологии и до конца пары думать о чём-то другом у нас уже не получалось. Так пролетел день и только выйдя из универа на улицу, мы смогли немного поговорить о планах на вечер.

— Неля, я сегодня буду лекции переписывать, никуда не пойду, и к завтрашним парам готовиться надо. А ты что, домой не идёшь, куда-то собралась?

— Да, сейчас с волонтёрами надо встретиться в главном корпусе, посмотреть график мероприятий на этот месяц, а потом тоже домой пойду. До завтра. Встретимся на паре.

— Пока, — и Яна запрыгнула в подъехавшую маршрутку и помахала мне через стекло рукой.

Я развернулась и пошла к главному корпусу. На крыльце было много народа, но я никого не рассматривала, быстро поднимаясь по ступенькам.

— Какие люди!

Ко мне направился Паша, отделившись от группы студентов своего курса. Он подошёл с раскрытыми объятиями с намерением обнять меня. Я вывернулась, и он схватил воздух.

— Не понял? Пропадала где-то неделю, а теперь ещё и злишься?

— Я не злюсь. У меня просто не времени, тороплюсь.

— Нелечка, золотце, перестань!

— Не называй меня «золотце», ты же знаешь, что я не люблю!

— Может ты и меня уже не любишь?

— Может быть!

— Не понял! Что на тебя нашло? Ты обиделась, что я не звонил? Так я заграницей был, сама должна понимать, что международный роуминг — штука дорогая. Вернулся только вчера утром. Давай лучше сегодня посидим вечером в баре, поделимся впечатлениями о каникулах, — он всё же обнял меня и сделал очень милое лицо, — ну, не отказывайся, заяц.

— У меня много дел, надо лекции переписать, подготовить …

— Перестань, когда это учёба мешала нам общаться, — он уже убрал мои волосы за ухо, наклонился и прошептал, — Я же соскучился.

— Уверен? — я немного смутилась и отстранилась.

— В чём?

— Что по мне соскучился?

— Конечно! И вообще, пора переводить наши отношения в другую плоскость, — он опять притянул меня к себе, — жду сегодня в десять в «нашем» баре. Отказ не принимается. А ты после каникул стала ещё красивее, прямо светишься вся.

Он быстро поцеловал меня в губы и ушёл к ребятам. А я зашла в фойе, остановилась около окна и постаралась прийти в себя. Во-первых, я была возмущена тем, что он вёл себя, как ни в чём не бывало. Во-вторых, у него хватило наглости делать мне комплименты, в то время, когда сам проводит вечера в компании с другими девушками. И в-третьих, мой кулон нагрелся и чуть не обжёг мне грудь. Мне даже пришлось расстегнуть куртку, убрать шарф и посмотреть, не ли там волдыря. Слава Богу, ожога не было, только кожа немного покраснела, но камень стал ярко синим.

— Что за чёрт! — Я оставила кулон поверх кофточки, застегнулась и пошла к ребятам. Посмотрела планы, обсудила с ними наши волонтёрские дела, и быстро ушла, сославшись на занятость.

На улице уже темнело, и я быстрым шагом пошла к себе, чтобы постараться сегодня хотя бы немного закрыть долги. Идти или не идти на встречу в Пашей я ещё не решила. Надо бы разобраться с ним и поставить все точки над i, но пока я не готова к решительным действиям. Да и вообще, когда он делает своё «милое лицо», я вся таю, ничего поделать с собой не могу. Наверно схожу, послушаю, что он мне «петь» будет, интересно же. А потом решу, буду с ним встречаться дальше или нет. Так и сделаю, решено!

Вечер прошёл очень плодотворно. Я успела переписать две лекции и подготовиться к лабораторной по химии, когда зазвонил телефон.

— Ты где? — спросил Паша.

— Дома. — я посмотрела на часы. Было десять минут одиннадцатого, — Ой, извини, заработалась! Через десять минут буду. Жди.

— Ну-ну. Жду, десять минут.

Я по-солдатски, за одну минуту, надела на майку водолазку, застегнула, сапоги, схватила куртку и, крикнув выбегая за дверь хозяйке, что буду поздно, понеслась вниз по ступенькам, на ходу надевая и застегивая куртку.

Как я не торопилась, но всё равно опоздала на две минуты. Когда я залетела в бар и посмотрела на наше место, то там никого не было. Я привалилась к стене, немного отдышалась и решила, что мне просто необходимо выпить чашечку кофе и восстановить, потраченные на бег, силы. Я сняла пуховик, бросила его на диванчик рядом с собой, поправила сбившиеся под шапкой волосы и нажала кнопку вызова официанта.

Только наклонилась над меню, изучая новые десерты, как мне закрыли глаза большие мужские руки. Я сначала думала, что это Паша, но быстро поняла, что это не он, когда начала их ощупывать. У Паши руки были худые с тонкими длинными пальцами пианиста, а эти были крупные, с широкими ладонями и грубой, обветренной кожей. Я сделала несколько попыток угадать, перечисляя имена знакомых парней, которые могли бы меня здесь увидеть, но не угадала.

— Всё, сдаюсь!

Пальцы разжались, я повернулась и увидела … Сирена, собственной персоной.

— Ээээ, ты что тут делаешь?

Он заулыбался и сел за столик, напротив меня.

— Не понял? Отошёл в сортир на две минуты, возвращаюсь, а здесь прямо-таки картина Репина «Приплыли», — к нам подошёл Паша, сел рядом со мной на диван и удивленно начал разглядывать принца, — Кто такой, и что ему надо от МОЕЙ девушки? Может, Неля, прояснишь ситуацию?

Я даже растерялась. Да уж, ситуация.

— Паша, я подошла, а тебя не было, думала, что ты меня не дождался и ушёл и поэтому …

— Пригласила за свой столик этого бугая? — закончил за меня предложение он.

— Нет, поэтому я заказала себе кофе, а пока его ждала, то встретила знакомого, — я раздражённо посмотрела сначала на Пашу, потом на Сирена. Почему я должна оправдываться?

— А этот знакомый говорит на русском? Может познакомишь?

— Говорит. Это Сирен, а это Павел. Всё, познакомились?

— Вот и хорошо. Я думаю, что теперь Сирен пересядет за свой столик и позволит мне пообщаться со своей девушкой? — Паша недобро посмотрел на принца и жестом показал, что вокруг полно пустых столиков.

Сирен молча улыбнулся, встал, взял мою руку, поцеловал её и прошептав: «Я рядом», пересел за соседний столик.

Пашка занервничал, но больше наезжать на пришельца не стал, не та весовая категория.

— Вот не ожидал я от тебя, Неля! Откуда он вообще взялся? Иностранец какой-то, что-ли?

— Иностранец. Паша, уже поздно, поэтому говори, что хотел сказать и разойдёмся, завтра вставать рано, к первой паре.

Он даже растерялся от моей решительности.

— Ладно, проехали. Знакомый, так знакомый. Руку-то чего целовать полез?

— Это у них так принято.

Он недоверчиво посмотрел сначала на меня, потом на Сирена, который как ни в чём не бывало пил чай с шоколадным чизкейком и рассматривал в мобильном телефоне какое-то видео. Уже и телефон успел себе прикупить! Я перевела взгляд на Пашу.

— Слушаю.

— Какая-то ты нервная стала, — Паше взял меня за руку и начал поглаживать мои пальцы, — ну что произошло? Я очень скучал без тебя в этой серой, тоскливой Франции. Погода противная — то дождь, то мокрый снег, каждый день считал до встречи с тобой.

— Да, ладно! Ты себя-то слышишь? Бедный мальчик, сопротивлялся из последних сил, а его злой папаша, практически насильно, отправил в Европу на две недели отдохнуть от непомерной нагрузки на всю голову!

— Ну, не скажу, что насильно. Но я был не в восторге! Что мы обо мне, да обо мне. Лучше расскажи, как ты отдохнула. Ездила куда-нибудь? Смотрю — загорела, посвежела, на море ездила?

— Можно и так сказать. Мы с Яной к друзьям ездили в горы.

Паша недоверчиво посмотрел на меня.

— Ты ничего не говорила, про горы. Ты же к родителям собиралась?

— Планы поменялись в последний момент, — сказала я и перевела взгляд на Сирена, который всё так же увлечённо разглядывал телефон, но, почувствовав мой взгляд, посмотрел и улыбнулся мне.

Паша заметил наши переглядывания.

— С ним что-ли?

— Нет, конечно. Говорю же, с друзьям с универа, с которыми мы в волонтёрском движении вместе участвуем, — специально сказала, чтобы не у кого было выяснить подробности, поскольку он с ними не общается, — Мы тоже хорошо отдохнули, активно, — я опять глянула на Сирена, который сидел и с блаженной улыбкой облизывал ложку, доев последний кусочек десерта.

— На горных лыжах катались или сноубордах?

— И на том, и на другом, и даже на дельтаплане.

— Ого! Всё, решено, в следующий раз мы едем вместе!

— Посмотрим. Вчера Яна видела тебя здесь с белобрысой девицей в обнимку, не хочешь нас познакомить? — решила я «взять быка за рога».

Надо сказать, что он нисколько не смутился, просто обнял меня за плечи одной рукой и прошептал на ухо:

— Это девушка Костяна, я её пьяную вчера домой увозил, пока друзья грузили друга в такси. Ревнуешь? Прикольно! Мне даже приятно, — он притянул меня ближе к себе и поцеловал в щёчку, — Не сердись, колючка. Эх, Нелька, давай на выходные махнем к нам на дачу, вечеринка намечается. Будут все наши, можешь Янку свою взять, найдем ей парня компанейского, чтоб не скучала. Поедешь?

— Видно будет. Яна точно не поедет, её друзья уже пригласили на выходные, а я ещё не уверена, что буду свободна в эти выходные.

— С каких это пор, для тебя общение со мной стало менее важным, чем другие дела?

— С тех самых! Я и так из-за тебя в прошлом семестре пропустила много, две тройки в сессию схватила. В этом семестре я не собираюсь пропускать занятия, поэтому будем общаться в свободное время. У тебя, я слышала, что тоже долгов накопилось. Закрывать их не думаешь?

— Да, брось ты! Успею ещё. Надо наслаждаться жизнью сегодня, завтра может быть поздно!

— Если жить по такому принципу, то тогда вообще не надо учиться и работать. Вдруг у тебя сегодня последний день жизни!

— И я о том же!

— Дурак! Это же был сарказм!

— Почему сразу дурак?

— Потому что так ты ничего в жизни не добьёшься. Так и будешь всё жизнь на шее у родителей сидеть?

— Неля, не начинай. Не надо меня учить, как жить. — он стал серьёзный и раздражённый, но быстро опомнился, — Давай не будем сориться и останемся каждый при своём мнении, договорились?

— Как хочешь. Но мою позицию ты знаешь, поэтом, если я мешаю тебе развлекаться, то лучше нам вообще не встречаться, — я взяла куртку и начала одеваться.

— Не злись! Я тебя провожу.

Паша быстро рассчитался за мой кофе, и тот же оделся. Я посмотрела на соседний столик, он был пуст. Когда ушёл Сирен я не заметила. Ну и ладно, мы просто знакомые, я ему ничего не должна, ну если только немного. К тому же это его вина, нечего было тащить с себе.

Я вышла на улицу. Несмотря на позднее время, было достаточно многолюдно. Молодёжь большими и маленькими компаниями общалась в сквере неподалеку и около входа в подземный переход, более взрослые люди торопились домой пешком, потому что общественный транспорт в это время уже не работал.

— Ну, что, пойдём?

— Пойдём, — я взяла его под руку, и мы пошли через сквер, так дорога короче.

Я поскользнулась на льду, чуть не сломала шпильку и повисла на Пашке.

— Ой, держишь?

— Держу, — он сразу же воспользовался моим подвешенным положением и прижал к себе покрепче. В свете фонаря видно было как горят его глаза. Потом он перевёл взгляд на мои губы, немного наклонился и поцеловал. Пашка целовался всегда хорошо, был нежен и сдержан со мной, за что я уважала его и доверяла. Он знал, когда надо остановиться, никогда не позволяя себе большего. Сегодня я поняла, что конфетно-букетный период закончился, потому что Паша целовал меня совсем по-другому. Он отпустил все тормоза и пытался заявить свои права. Только я немного испугалась его напора и мне уже не нравилась идея совместной поездки на дачу, потому что я поняла, что наши отношения больше не будут такими же невинными, как до каникул. Я должна для себя решить, хочу я этого или нет.

— Мммм… Ну, Паша … прекрати… мы на улице… все сморят… — наконец-то я вырвалась и восстанавливая дыхание, уставилась на своего парня, который выглядел не совсем адекватным, — Ты чего?

— Прости, у меня от тебя совсем крышу снесло. Как увидел тебя днём, так и из головы не выходишь. А ещё это хмырь в баре… Не сердишься? — он пришёл в себя и опять предложил мне локоть, за который я уцепилась, потому, что по такому гололёду дойти без поддержки точно не смогу.

— Ладно, прощаю. Только давай договоримся, что никаких поцелуев в засос на публике, не люблю, когда чувства выставляют на показ.

— Всё, всё, — он поднял руки вверх, типа сдаётся, — осознал, раскаялся, вину заглажу…

Я его ткнула кулаком по рёбрам, отчего он театрально согнулся и застонал.

— Клоун! — я рассмеялась.

Пашка схватил меня под руки и начал кружить. Мы смеялись, как дети. Потом он меня проводил до квартиры, на прощание поцеловал и заставил дать слово, что в субботу я поеду с ним на вечеринку.

Я потихоньку закрыла дверь, разделась и на цыпочках прошла в свою комнату, чтобы не будить хозяйку. Постелила постель, помылась и легла в кровать, только сон никак не шёл. В голове крутились события сегодняшнего дня, переживания, мысли, анализ поведения, сомнения, восторг, ощущения счастья. Этим меня Пашка и зацепил, что внешне он выглядел как шалопай, а со мной вёл себя, как нормальный веселый парень, внимательный и влюбленный. По крайней мере, я его видела только таким. Не помню во сколько уснула, но отлично помню на какой мысли — «Что делал Сирен в кафе?»

— Яна, давай не здесь. Мне надо купить тетради и альбом, поехали в торговый центр, прогуляемся, заодно ты всё расскажешь.

— Поехали, я только деканат забегу.

— Зачем?

— Я вообще-то староста, не забыла?

— Ладно, жду тебя здесь. Позвоню пока родителям.

Яна убежала, скинув на меня свою куртку и сумку, а я достала телефон и набрала папин номер.

— Привет, как у вас там дела? Всё живы-здоровы?

— Привет, дочка. Нормально всё у нас. Мать, работает, бабушка плюшками нас балует в перерывах между занятиями в клубе здоровья и хоре ветеранов, ну а я — как обычно. Ничего нового. Ты как? Ничего подозрительного не замечала?

— Нет. Всё спокойно. Только кулон один раз сильно нагрелся, чуть ожог не получила. Как-то непонятно, на что он среагировал?

— Чем ты занималась в это время?

— Да, в принципе, ничем. Стояла, разговаривала с Пашей, ничего такого.

— Может он сказал что-то обидное?

— Да нет же! Мы только встретились после каникул, и он говорил, что соскучился, ну и комплименты всякие.

— Интересно, интересно. А больше не грелся?

— Нет, я теперь не рискую, ношу его поверх одежды.

— А зря. Надо разобраться. Цвет тоже менял?

— Да, стал ярко синим. Хорошо, попробую понаблюдать. Ты на дачу когда собираешь? Что-то у меня из головы не выходит мой примечательный сугроб. Может немного раскидаешь его?

— Вот в субботу и собираюсь проехать, раскопать немного дом, чтобы не привлекал внимание.

— Спасибо, потом расскажешь, что там.

— Обязательно. Ладно дочь, мне работать надо. Звони.

— Я маме вечером тоже позвоню. Пока-пока.

Я положила трубку, постояла немного, ожидая подругу, а когда она вернулась, мы оделись и пошли на остановку троллейбуса. Пока ехали, она мне сообщила, что Катька Терёхина из параллельной группы, которая дружит с одним из друзей Паши, сказала, что та белобрысая модель из бара ещё до сессии встречалась с ним, и во Францию они ездили вместе. Кроме того, её отец — крупный бизнесмен и друг его отца. Информация проверена. Яна сама в соцсетях нашла их совместные фотографии, и из Парижа в том числе.

— У тебя не хватило ума посмотреть страничку Паши и его друзей? — Яна была в шоке от моей наивности. — Ну ты даёшь!

— Ты же знаешь, что я редко там бываю, мне живое общение больше нравится. Нам выходить. Давай, сядем в кафешке, и ты мне всё покажешь. Мне даже интересно стало посмотреть на эту девушку.

— Не вздумай комплексовать! Ты намного красивее её. У неё самое сексуальное место знаешь какое?

— Какое?

— Кошелёк отца! А такой красотке, как ты, нужен принц, а не урод без принципов и совести.

— Яна!

— Что, Яна! Садись здесь, охраняй наши вещи, я пойду возьму нам что-нибудь перекусить вкусненького. Тебе нужны положительные эмоции. Жди.

Подруга сложила сумку и куртку на свободное сиденье и пошла к стойке заказа фаст фуда.

Я села и задумалась. Естественно, всё сказанное Яной, я в глубине души всегда ожидала от такого парня, как Пашка, но до последнего надеялась, что высокое чувство меняет человека и я — исключение из правил, а не очередная победа на его пути соблазнений провинциалок. Но, как оказалось, нет никаких чувств, есть только спортивный интерес, может ещё симпатия, не более того. Обидно, до слёз. Наверно он и ухаживал за мной красиво и не подгонял события, чтобы я с крючка раньше времени не сорвалась. Права оказалась мама, как не обидно это признать. Таких парней может исправить только полный отрыв от пуповины родителей. А пока они обеспечивают ему все радости жизни, никаких перемен ждать не стоит. Не созрел он ещё до взрослых решений. Э-хе-хе. Я вроде и не влюбилась до потери сознания, но он мне нравился, и казался искренним со мной. Вот именно, казался.

— Всё Нелька, хорош страдать! Смотри, что я принесла!

Яна поставила поднос и начала расставлять передо мной вкусняшки: пончик и шоколадный коктейль. Себе она взяла чай и кусочек пиццы.

— Яна, может поменяемся?

— Нет, у тебя нервы, тебе надо сладкое, в том числе шоколад. Поэтому пончик с шоколадом и коктейль тоже шоколадный, помнишь почему?

Я закатила глаза.

— Помню, для выработки серотонина и дофамина, гормонов настроения. Ладно, прощай фигура!

— Твою фигуру чтобы испортить надо пятерых детей родить. Я с тобой уже второй год общаюсь и ни разу не замечала, чтобы ты себя ограничивала в пироженках-мороженках. И ни один килограмм к тебе не прирос, в отличие от меня.

— Э, только не надо из себя толстуху строить с сорок четвертым размером!

— В том-то и дело! Я школу то закончила с сорок вторым! Целый размер наела за полтора года. Если так и дальше пойдёт, то диплом я получу уже пятидесятого размера.

— Не выдумывай! Просто грудь больше стала и попа немного округлилась, а то как подросток ходила.

— Думаешь? — Янка посмотрела на свою грудь, потрогала талию, — надо будет замерить свои габариты. Ну как, настроение улучшилось? Серотонина достаточно выработалось? Плакать не будешь?

— Плакать точно не буду. Показывай уже фото.

Яна поискала в своём телефоне нужные фотографии и начала мне показывать. Я молча их листала, на некоторых останавливалась, чтобы рассмотреть детали, некоторые просто перелистывала. Картина сложилась полная на последних снимках из Франции. Как он там мне говорил? «Скучал без тебя в этой серой, тоскливой Франции». Видно, ранний склероз его накрыл конкретно. Судя по фотографиям у них не было ни одной свободной минутки для скуки, только тусовки, клубы, магазины и развлечения.

— И это всё он выложил на своей странице? Он что, совсем дебил?

— Ну что ты, Неля, не совсем. У него на странице всё очень прилично, никаких посторонних девушек, только несколько общих фото с друзьями и с тобой.

— А это откуда?

— А это со страницы его Леночки. Ей-то шифроваться не от кого.

— Да, прокололся он, недооценил подружку, не проконтролировал. Я думаю, что мне стоит поехать с ним на дачу.

— Будешь мстить? — подруга даже недоеденный кусок пиццы отложила, уставившись на меня.

Я зловеще улыбнулась.

— Учить буду, чтобы помнил. Ты же знаешь, я девушка добрая, не люблю делать людям больно.

— Ты бы сейчас себя видела, — хихикала Янка, — я даже подумала, может у тебя бабка тоже ведьмой была, надо тебя Марике показать. У тебя такое кровожадное выражение лица!

— Нет, крови не будет, но от стресса он долго не отойдёт, может даже в дурку сдать придётся, это уже как пойдёт. Надо будет потренироваться завтра со спецэффектами.

— Ой, Нелька, я с тобой! Где будем тренироваться?

— Думаю, что надо пустырь найти какой-нибудь. Завтра решим.

— А ты не боишься, там ведь их много будет… Всё-всё, поняла, глупость сморозила. Только ты себя в руках держи, а то ещё посадят. Страаашная ты, женщина, — веселилась подруга, — идём теперь в книжный. Я сама мусор выкину.

Яна собрала одноразовую посуду на поднос, выбросила её в контейнер, и мы пошли на первый этаж покупать мне тетрадки.

Дома я быстро приготовила себе покушать, а то после Янкиных сладостей есть хотелось ещё больше и села за уроки. Потом уже перед сном, когда надела свою любимую пижамку с мопсами, вспомнила, что хотела наехать на Сирена. Интересно, а у них сейчас утро или вечер? Вроде раньше по ощущениям я не заметила разницы во времени. Ладно, надеюсь я его не сильно отвлеку от дел, а то завтра мой запал уже перегорит. Я посмотрела на свой чип и погладила его, представляя принца. Ничего не произошло. Не работает, что-ли? Я погладила его ещё раз, только уже сильнее. Через несколько секунд в комнате вспыхнула голубоватая сфера, в которой я лицезрела заспанного Сирен с голым торсом, в кровати. Я даже покраснела. А если бы он был с женщиной?

— Неля? — он прочистил горло и уже более бодрым и испуганным голосом спросил — Что-то случилось?

Я тоже прочистила голос, чтобы ответить:

— Нет, ничего не случилось, — я уже отошла от первых впечатлений вида полуголого принца. Что я никогда мужиков не видела?! — Просто может ты мне объяснишь, что ты вчера вечером делал в нашем баре? Следишь за мной?

Он сначала посмотрел на меня с некоторым не пониманием, а потом начал смеяться. Я смутилась и решила подождать объяснений молча, пока ещё не ляпнула что-нибудь не то.

— Неля, — начал принц, отсмеявшись, — ты, конечно, девушка очень красивая и симпатична мне, но мир крутится не только вокруг тебя.

Я смутилась ещё больше.

— Видишь ли. Вчера на вашей планете наши датчики засекли инородное проникновение. Мне надо было проверить в чём дело.

— Проверил?

— Да, проверил и у меня оставался последний пункт перед возвращением домой, — Сирен достал рубашку, надел её и начал застегивать пуговицы, видно, чтобы не смущать меня.

— Кккакой? — я немного отвлеклась, следя за его действиями.

— Ты. Мне надо было проверить, что у тебя всё в порядке. Проверив положение чипа на карте я понял, что ты зашла в бар. Вот и всё. Дальше ты знаешь.

— Хм, и ты хочешь сказать, что у вас только принцы вылетают на всякие там сигналы?

Он усмехнулся, расчесал пятернёй волосы и начал объяснять, как маленькому ребёнку.

— Видишь ли, у нас есть специальный отряд, который проверяет подконтрольные объекты и обычно принцы подключаются только в том случае, если требуется перенос по пространственному коридору, поскольку увы, не все такие способные, — он развел руками и улыбнулся, — так что в этот раз мы прибыли под моим руководством, потому что Роккен был на выезде. Ещё вопросы есть.

Я опять смутилась.

— Извини, Сирен. Мне показалось, что ты следил за мной.

— Тебе показалось.

— Я уже поняла. Ну и как ваше расследование? Нашли что-нибудь?

Он сразу стал серьёзным и у меня по спине пробежал холодок, неужели по мою душу кто-то прилетел?

— Не нашли, но проникновение было, поэтому теперь установленные датчики будут работать в другом режиме.

— А эти датчики вы когда поставили?

— Когда вас домой перенесли. Не могли же мы вас оставить без охраны.

— Ах, да! Чуть не забыла. Ты не знаешь, почему кулон, который нам подарила королева, может нагреваться и менять цвет?

Он внимательно посмотрел на меня.

— Когда это произошло?

— Вчера днём, когда я с Пашей разговаривала.

— С тем самым, из бара?

— Да. Так что скажешь?

— Кулон нагревается, когда человек, с которым, ты разговариваешь говорит неправду. Своего рода, детектор лжи.

— Вау! Ничего себе! А цвет?

— А цвет меняется, если у твоего собеседника дурные намерения. Причём, чем дурнее, тем темнее. Какого цвета был камень?

— Ярко синего.

— Значит угрозы жизни не было, просто хотел что-то сделать против твоей воли, — договорил и уставился на меня в ожидании объяснений.

— Да не смотри ты так на меня! Поняла я уже, это не тот человек, которому можно доверять. — я уже вскочила с кровати и разговаривала с Сиреном, стоя лицом друг к другу.

— Симпатичная пижамка, — заметил он, рассматривая моих собачек. На груди, без бюстгальтера. Если учесть, что моя белая пижамка была тонкой, белой и в обтяжку, то я застеснялась.

— Сирен, прекрати на меня пялиться, я просто уже спать ложилась, — выпалила и сложила руки на груди, но получилось ещё хуже, потому что у принца глаза округлились, и он закашлялся.

Мне пришлось прикрыться пледом, и я уже более миролюбиво сказала ему:

— Спокойной ночи. Как-нибудь ещё позвоню, — сказала я ему с улыбкой и отключилась.

— Яна, не мешай мне сосредоточиться, сама же знаешь, мне нельзя нервничать, а то взорву что-нибудь.

Мы уже полчаса стояли на пустыре, за стеной гаражей и пробовали вызвать у меня свечение.

— Нелька, что-то мне страшно. Тут вообще жутко вечером, а ты ещё и светишься, — прошептала Яна.

Я посмотрела на свои руки, от них на самом деле шёл зеленоватый свет рассеянным потоком.

— Хорошо. Так, теперь попробуем глаза.

— Что глаза? — Не поняла подруга.

— Мне надо, чтобы у меня светились глаза красным светом, как у вампира. Я сейчас сосредоточусь и попробую, а ты смотри и говори, что происходит.

— Ты глаза-то открой, чтобы я видела.

— Подожди, сейчас, немного успокоюсь, а то бурлит во мне всё.

— Ттты, это, осторожней, а то ослепнешь ещё, — подруга разволновалась ещё больше.

— Всё, теперь смотри, — я постаралась представить, как небольшой поток энергии выходит из глаз и посмотрела на стену, разрисованную неформалами.

Яна ойкнула и отпрыгнула в сторону. Можно было и не спрашивать, по шипящей краске я поняла, что немного перестаралась, поэтому осторожно провела взглядом от стены к дорожке и обратно. Получилась красивая светящаяся петля.

— По-моему, очень эффектно! — я, довольная, остановила поток и перевела взгляд на притихшую подругу, — Ну как, глаза светились?

— Ещё как! Я, зная, что это просто представление и то, чуть не обделалась. Только немного уменьшить можешь? Боюсь, что дом подожжёшь.

— Легко сказать, и так сдерживала себя из последних сил. Ещё хочу, чтобы волосы наэлектризовались и встали дыбом, и чтобы молнии по ним бегали.

— Может не надо? И так жутко.

— Нет, хочу попробовать. Сейчас отойду немного в сторону, чтобы тебя не зацепило.

Я сняла шапку, вытащила из куртки волосы и сосредоточилась на них, но видно что-то пошло не так, потому, что раздался хлопок, пошёл чёрный дым и запахло палёным.

Яна схватила снег и начала мне его на голову кидать, пока я приходила в себя.

— Всё, погасло. Нелька, всё, больше никаких экспериментов, а то лысая останешься.

— Расскажи, что было, а то я не поняла.

— Сначала волосы заискрились, потом встали дыбом, как ты и хотела, но затем пробежала большая искра и бахнуло.

— Я так и знала, что лишнего дала. Так, Яна, надо закрепить и попробовать всё вместе.

— Ты что, дурная? Посмотри на себя! Волосы местами обгорели, шарф прожгла.

— Не нуди. Завтра в парикмахерскую зайду, подровняю, отрастут. Так, пока я не забыла свои ощущения, начнём. Смотри внимательно. Сейчас попробую сделать всё вместе.

Я опять отошла на дорогу, сняла куртку, отбросила её в сторону. Закрыла глаза, сосредоточилась, потом распахнула их резко. Яна сделала несколько шагов назад и уперлась спиной в стену. Потом открыла рот и закрыла его варежкой, видно хотела что-то сказать, но по выражению её лица я поняла, что у меня всё получилось.

— Яна, хватил так смотреть на меня, — я надела куртку, шапку, закрутила вокруг шеи новый прожжённый шарф, — идём подруга, пока нас никто здесь не поймал. Ну как?

— Думаю, что дурка ему не грозит.

— Почему это?

— Потому что, у меня самой чуть сердце не остановилось, а его точно в реанимацию увезут!

Мы обнялись и рассмеялись. Ну держись, Пашка!

Отец мне позвонил в четверг вечером.

— Неля, у тебя всё нормально?

— Я тебя не поняла, что-то случилось?

— Да, случилось. У меня сегодня было полдня свободных, и я решил проехать на дачу.

— И?

— И там всё в порядке.

— В смысле?

— В том смысле, что всё как прежде, нет там твоего сугроба.

— А куда он делся? — я опешила и села на кровать.

— Не знаю, дочь, не знаю. Там кто-то был. Понимаешь, если снег разложить по участку, то он будет лежать не ровно, даже с учётом того, что всю неделю мело. Но там всё так, как будто ты ничего не делала. Кто это мог сделать, я не представляю. Поэтому я настоятельно советую прямо сегодня позвонить своему Сирену и спросить, кто это мог сделать. Наши точно не могли, только их.

— Чьи? — не поняла я.

— Инопланетяне твои.

— Они не мои, и Сирен не мой.

— Тем более. Звони, не откладывай.

— Хорошо.

— Потом мне позвонишь.

— Ладно, пап. А дома всё нормально?

— Всё нормально, береги себя, главное.

Я нажала «отбой» и какое-то время сидела всё переваривала, потом решительно потерла чип, понимая, что без разговора с принцем никак не обойтись. Если так дело пойдет и дальше, то мы будем общаться с ним чаще, чем на Соттаре.

На это раз он ответил сразу. Обстановка говорила о том, что он работает с документами. Сирен отложил конверт, который держал в руках, устало вздохнул и посмотрел на меня вопросительно.

— Добрый вечер, Ваше высочество, — начала я официально.

Он поднял брови, показывая мне, что не понял, почему я на «Вы».

— Добрый вечер, Элеонора.

— Ну всё, я поняла. Просто я подумала, что может у тебя кто-нибудь сидит и будет неудобно, если я буду к тебе обращаться так фамильярно.

— Что- то произошло?

— Просто произошла странная история, может ты в курсе и прояснишь?

— Рассказывай!

Я ему сначала рассказала про свои эксперименты на даче, потом о сегодняшней находке отца. Он всё это время молча сидел, абсолютно ничем не показывая своего отношения к моим переживаниям.

— Так ты в курсе, кто мог это сделать?

— В курсе. Это я навел порядок и убрал все обрывки полей, которые ты оставила в колоссальном количестве.

Я соскочила с кровати и возмущенно спросила:

— Какие ещё обрывки?

— Во-первых, запомни, что любое вмешательство в природу или в ход событий всегда можно отследить по остаточным структурам, которые в большом количестве находятся в том месте, где ты что-то творила. Во-вторых, твой небольшой вихрь был небольшим у поверхности, а в атмосфере он закрутился большим циклоном, который накрыл несколько областей не несколько дней.

— Но я…, - я даже села обратно на кровать, — там только сугроб был метра три высотой…

— А в-третьих, именно твои эксперименты в итоге привлекли внимание спутников-шпионов, которые нам удалось уничтожить в ходе нашей операции.

— Фух, ну слава Богу, что всё обошлось! А то я уж подумала, что мне угрожают какие-нибудь враги.

— Вообще-то угрожают. Эти спутники для того и были запущены в вашу атмосферу, чтобы передавать сигналы и информацию своим хозяевам. Я просил тебя использовать свои способности только в самом крайнем случае, но ты меня не послушала.

— Да я не думала…

— В том-то и беда, что ты не думала. А мы теперь думаем, думаем, и ничего придумать не можем. Единственный вариант — спрятать тебя на время на какой-нибудь дальней необитаемой планете, где мы можем обеспечить твою безопасность.

— А здесь?

— Здесь слишком много людей. Если начнутся боевые действия, то будет много жертв, мы этого не можем допустить.

— Какие ещё боевые действия?

— Неля, мы не можем допустить, чтобы тебя похитили наши враги и сделаем всё, чтобы этого не произошло. Пока они не предпринимают никаких действий, ты будешь жить на Земле, но как только на подступах к вашей системе мы заметим активность, ты и Яна будете срочно эвакуированы. Яну Роккен предупредил сегодня и скорее всего она будет у Марики, что делать с тобой — вопрос пока решается. Как только я всё согласую, сразу сообщу. Я тебе сам звонить не могу, для этого мне надо твоё разрешение. Ты его даёшь? Если да, то нажми на чип после светового сигнала.

Я посмотрела на свою «родинку», дождалась, пока она моргнет красным и нажала на неё. Через секунду она засветилась зелёным.

— Теперь у нас связь двусторонняя. И прошу тебя, никакой самодеятельности. Предупреди родных, что можешь уехать на несколько недель, сможешь?

— Да. Сирен, скажи мне правду, всё так плохо или ты сгущаешь краски? — спросила я и дотронулась до кулона.

Он грустно улыбнулся.

— Всё хуже, чем ты думаешь.

Кулон не нагрелся.

— Неля, а ты не хочешь в эти выходные погостить у нас вместе с Яной?

— Нет. На эти выходные у меня большие планы, а вот на следующие — с удовольствием.

— Хорошо, договорились, — принц даже повеселел, — Можно вопрос?

— Можно.

— Вы всегда на земле ходите в такой одежде?

Я посмотрела на свои трикотажные шортики и майку на тонких лямочках из-под которой был виден черный кружевной лифчик. Я набрала воздух в грудь и выдохнула. Ну, что тут скажешь?

— Видишь ли, мы дома ходим в той одежде, в которой нам удобно и комфортно.

— Даже при посторонних?

— Так ты же не посторонний, мы же с тобой друзья.

Он удивленно посмотрел на меня.

— Неля, я так счастлив, что наконец-то перешёл в статус «друга». Можно, я поцелую твою руку?

— Как?

— Протяни к сфере.

Я протянула руку в сфере и попробовала её продвинуть во внутрь. Она прошла как в гель. Сирен взял её в свою руку и поцеловал. Я даже почувствовала что-то, или мне показалось.

— Ну вот. Спокойной ночи, подруга. И помни о том, что я тебе сказал.

Он отключился сам. Я немного посидела, позвонила отцу и легла спать. Сон долго не шёл, мысли никак не хотели покидать мою бедную головушку, но к Пашке на дачу я всё равно поеду.

Яну забрал Роккен, а я в пятницу вечером встретилась с Пашей в баре. Мы попили кофе, поболтали по-приятельски о наших общих знакомых, а потом договорились с ним, что он заедет за мной часа в три. Я вела себя как обычно и даже позволила себя поцеловать около дома, после того как он меня проводил, хотя мне было противно, и я потом долго чистила зубы, чтобы не чувствовать горечь предательства.

С утра я сходила в магазин за продуктами и убрала комнату, потом приготовила суп, поела и, не зная, чем себя занять до трех часов, позвонила маме. Мы с ней переписывались каждый день, в мессенджере, поэтому были в курсе всего происходящего друг у друга, но ещё несколько раз в неделю разговаривали по видео связи. Сейчас мама была уже дома, она у меня учительница начальных классов и по субботам ведёт подготовительный класс.

— Привет мам. Как у вас дела?

— Нормально. Ты как? В универе всё хорошо?

— Да, всё хорошо. Ты знаешь, я с Пашкой порвала.

— Когда?

— Вчера вечером.

— Вот и молодец! Я сразу сказала тебе, что он тебе не пара.

— Мам, мне Сирен предлагает погостить у него пару недель, — начала я из далека, — Как думаешь, мне стоит согласиться? — я специально не стала ничего придумывать, помня о том, что принц произвёл на маму хорошее впечатление.

— Ну, не знаю. А учёба? Пропустишь много.

— Возьму справку, что болела, бабуля поможет. Зато он сказал, что заберёт меня на частном самолёте и потом привезёт сам обратно.

— Ни чего себе! А когда?

— Ещё не знаю, сказал, как дела закончит в нашей стране.

— Папе говорила?

— Да, он сказал, что надо соглашаться.

— Так и сказал?

— Почти. Ну мам, ты же понимаешь, что такой шанс даётся раз в жизни.

— Понимаю, поэтому и не запрещаю. Просто тревожно мне что-то. Ты, если что, сразу мне звони.

— Не переживай, всё будет хорошо. Пока, в понедельник позвоню, сегодня уроков много делать надо.

— Учись, дочь, не запускай. До понедельника.

Ну вот благословение получила, теперь можно с чистой совестью вершить правосудие.

Я уже вышла из поселка и шла к остановке, когда мне навстречу попалась большая черная машина. Поскольку она уехала в противоположном направлении, то я почти не обратила на неё внимание, только подумала, что кто-то тоже на дачу поехал на выходные. Я подошла к остановке. Зашла во внутрь стеклянного ограждения, чтобы на меня меньше дуло, и села на скамейку. Достала телефон, проверила по приложению во сколько придёт автобус и решила позвонить отцу, пока буду ждать его.

— Привет, пап. Как дела?

— Нормально. Что-то случилось?

— Нет, всё в порядке. Хочу просто посоветоваться с тобой. Может мне сегодня на Соттар перенестись. Янка уже там, уроки я все сделала. А то завтра придется одной сидеть весь день.

— Конечно, дочь. И мне спокойнее будет, что с тобой всё в порядке. Звони Сирену и до понедельника.

— Вот и хорошо. Маме и бабуле привет передавай. Пока.

Я посмотрела на часы, до прихода автобуса оставалось четыре минуты, положила телефон в карман, поправила сумку и только хотела повернуться к дороге, чтобы посмотреть едет он или нет, как мне зажали рот, и я провалилась в темноту. Причём сознание я не потеряла и прекрасно чувствовала, как меня заталкивают в машину на заднее сиденье и связывают руки и ноги какими-то широкими мягкими эластичными лентами. Пошевелиться я не могла, но больно мне тоже не было. Какие добрые похитители! Рот больше не закрывали, но произнести ни одного звука я не могла. Интересно, это Пашкины друзья или кто-то другой? Я не видела, что проехала «скорая», поэтому была уверена, что мой соблазнитель ещё не мог вызвать подмогу. Когда я уходила, он был в отключке, его телефон я закинула в сугроб, не скоро найдёт. Так кто же меня украл? Но, главный вопрос — зачем? Мы ехали недолго с большой скоростью, минут пятнадцать, не больше и никуда ни разу не сворачивая. Что у нас там было впереди? Меня прошиб холодный пот — лес! Паника уже накрыла меня, когда мы резко, на полном ходу, повернули направо и остановились. Всё делалось в полной темноте и тишине, поэтому я вообще не понимала, что происходит.

Машина стояла с заглушенным двигателем уже минут двадцать. Из неё никто не выходил, потому что двери ни разу никто не открыл. Мы кого-то или чего-то ждали. Они даже между собой не переговаривались. У меня паника уже прошла, потому что я решила, что если бы хотели меня убить, то уже давно бы сделали своё мокрое дело. Если я до сих пор жива и невредима, то значит убивать меня они не планируют. Я попыталась сосредоточиться на резерве своей энергии, но внутри меня тоже была полная темнота. У меня не получилось не то что воспользоваться своими способностями, но даже ощутить их.

Потом я услышала какой-то странный гул и меня накрыло понимание, что это не «наши», и никуда они меня больше не повезут. Что там Сирен говорил про своих врагов? Хотят меня заполучить в своё пользование? Я попробовала дотянуться до чипа, но руки были зафиксированы в таком положении, что он находился как раз под лентами. Все мои потуги немного вытащить руки или передвинуть ленты ни к чему не привели. Тогда я сжала руки между собой изо всех сил, чтобы нажать на чип узлами лент между руками. Господи, хоть бы сработало. Может меня спасут?!

Двери раскрылись все одновременно, и меня буквально вынесли на руках и поставили на какую-то твердую поверхность. Гул нарастал. Потом меня кто-то из похитителей опять взял на руки, и вспышка белого света тут же ослепила меня. Мне показалось, что в голове у меня тоже что-то вспыхнуло. Ужасное ощущение, которое не проходило в течение долгого времени. Даже когда всё закончилось, у меня что-то ещё вспыхивало где-то в глубинах мозга. Я обратила внимание, что нет никаких дуновений ветра и было тепло, из чего сделала вывод, что мы в помещении. Меня поставили на что-то железное и развязали ноги. Гула уже почти не было слышно, меня не держали, но двинуться я не могла, потому что по-прежнему ничего не видела и не слышала.

Так я простояла минут десять, потом решила, что с меня хватит: сняла куртку, постелила её себе под ноги и села по-турецки. Когда-то же это закончится? Проверила опять свою энергию, и опять не нашла её бурление в себе, уже такое привычное. Что же они сделали? В какой-то момент ленты на моих руках лопнули, и я стала свободной. Даже вздрогнула от неожиданности. Ещё бы зрение вернули…

Не успела я додумать мысль, как всё замигало и я, проморгавшись, обнаружила, что наконец-то вижу и нахожусь в очень странном месте.

— Обалдеть! — я смотрела по сторонам и не верила глазам.

Я сидела на металлическом круглом пятачке, диаметром не более полутора метров, окруженная полупрозрачным переливающимся радужным полем. Дотянулась до него рукой и решила потрогать, помня о том, как я действую на всякого рода поля, или они на меня, не важно. Когда я приблизила её вплотную, то почувствовала вибрацию, а далее моя рука просто погрузилась в плотную субстанцию, которая начала меня щекотать. Ощущения какие-то непонятные, мне пришлось убрать руку обратно, во избежание, так сказать. Поле не исчезло, как обычно это происходило, но и ничего плохого мне не сделало. Ладно, разберусь с ним потом, а сейчас настал момент для звонка моему дорогому принцу, будь он неладен!

Я, как обычно, потерла чип, потом ещё раз и ещё, но ничего не произошло. Начала рассматривать его и заметила, что тоненькой мерцающей паутинки на нём нет. У меня по спине пробежал холодок, я даже плечами передёрнула. Я что, осталась один на один с похитителями? Лучше бы с Пашкой осталась на даче, от него хоть знаю, чего ждать. А эти? Я их даже не видела. Уууу, блин. Хотя бы попить дали.

Я открыла свою сумку, которая, слава Богу, осталась со мной, вытащила из неё джинсы, потому что на такой жаре в лыжных штанах у меня уже начал из ушей пар валить. Быстро их сняла, а также теплые колготы, натянула свои любимые скинни. Как хорошо! Теперь я готова к новым приключениям, знать бы ещё каким, хотя бы примерно.

Посмотрела, что у меня есть с собой и осталась довольна. Сумка содержала набор вещей, что называется на все случаи жизни, я ведь собиралась на отдых, хоть и знала, что ночевать не останусь, но все необходимые женские мелочи всё равно взяла. А вдруг пригодятся! Затолкала всё снятое в сумку, застегнула её и повесила накрест через плечо за спину. Пусть попробуют отнять!

Ах, да! Надо проверить свой баланс, тьфу ты, резерв! Я закрыла глаза и потянулась к своей силе. И опять не ощутила ни чего. Почти. Где-то в глубине меня я пульсировал небольшой комочек энергии. Потянулась к нему, но он остался глух к мои просьбам прийти на помощь. Грустно всё это. Знать бы, когда похитители придут за мной, может что-то прояснилось бы. Хуже всего — неизвестность.

Я зевнула и решила немного полежать. Расстелила куртку и, свернувшись на ней калачиком, закрыла глаза. Устала я сегодня со всеми этими переживаниями и приключениями. Пока есть возможность, надо отдохнуть немного, тем более у нас уже поздний вечер.

— Яночка, ты не представляешь, как мне плохо без тебя, — Роккен заправил девушке за ухо выбившуюся прядь медных волос, наклонился и поцеловал нежно в губы, — я каждую минуту думаю о тебе, это просто наваждение какое-то, — шептал он на ушко любимой, — может не поедешь домой и мы эту неделю проведём вместе.

— Мммм, не получится, я и так в универе много пропустила, — Яна положила руки ему на грудь и устроилась у него на коленях поудобнее, чем вызвала судорожный вздох у принца.

— Не делай больше так, я и так еле себя сдерживаю, — он притянул её ближе и начал гладить по спине, — Давай лучше пойдём в комнату, уже вечер, и ты можешь замерзнуть.

Яне было очень уютно в объятиях любимого и нисколько не холодно, но уже и самом деле было поздно и надо было идти в гостиницу. Она посмотрела на него, перевела взгляд на губы и тихо сказала:

— Хорошо, пойдём. К тебе или ко мне?

Принц застыл ошеломленный. Потом поднялся со скамейки вместе со своей ведьмой и понёс её в свой номер, который они сняли в лучшей гостинице небольшого курортного городка. Яна конечно же настаивала на раздельных номерах и её номер был соседним. Сегодня они провели незабываемый вечер, катаясь на небольших местных самокатах по местам удивительной красоты.

Сирен ворвался в гостиницу уже поздно ночью, узнал у портье, в каком номере остановился брат, и быстро поднялся на второй этаж. Хмыкнул, увидев на ручке двери табличку, и настойчиво постучал. Потом ещё раз, но в ответ была только тишина. Просканировав номер, и не обнаружив в нём никого, зашёл. Мятая постель свидетельствовала о том, что здесь недавно спали, или не спали. Оглядевшись, он увидел дверь в ванную комнату, откуда слышался плеск воды и женский смех. Сирен решил не врываться и сначала постучался, чтобы не смущать влюблённых.

Всё сразу стихло, потом послышался всплеск и шуршание полотенец.

— Кто там, что Вам надо? — прогремел братец злым голосом.

— Открывай, дело есть, — ответил Сирен и улыбнулся, — срочное.

— Ты совсем офигел? Выйди из номера, я сейчас спущусь вниз, — в проём высунулась его мокрая голова с очень недобрым выражением на лице, — но, если это…

— И Яну тогда с собой прихвати. А лучше оденьтесь и оставайтесь здесь, я подойду через десять минут. Не хочу, чтобы вся гостиница была в курсе наших дел.

Роккен стал серьёзным.

— Что-то случилось?

— Случилось.

Сирен развернулся и вышел из номера, младший принц быстро надел штаны и рубашку и попросил Яну тоже одеться и привести себя в порядок. Яна сначала осторожно выглянула из ванной комнаты, увидела, что Роккен один и вышла, замотанная в полотенце.

— Это был Сирен? Что-то случилось?

— Похоже на то. Одевайся, он сейчас вернётся. Давай волосы высушу.

— А ты умеешь? — удивилась Яна.

— Пфф, конечно, это же элементарно! Марика тебя ещё не научила? — удивился принц.

— Нет, надо будет спросить, как это делается, — она быстро натянула джинсы и свитер и села в кресло, — Суши́.

Роккену потребовалось всего несколько минут, чтобы волосы девушки упали на спину шикарными рыжими локонами.

— Какие же у тебя великолепные волосы, дорогая! — в полном восхищении произнёс принц и поцеловал её в губы.

— Вижу, что вы уже готовы. Тогда спрошу тебя, Яна. Ты знаешь, куда прошлым вечером собиралась пойти Неля? — Сирен плотно закрыл за собой дверь и подошёл к паре.

Девушка растерялась, посмотрела сначала на «своего» принца, потом на его брата.

— То-то с Нелей? Сирен, говори, что случилось?

— Она пропала. Вечером. Так куда она собиралась?

— На дачу, к Пашке.

Сирен побледнел.

— Нет, нет, ты не понял. Она готовила план мести. Я ей помогала подготовиться. Он сначала кадрил её, встречаясь с другой девушкой, а потом задумал плохую комбинацию: попользоваться и бросить. Только не на ту напал! Нелька хотела его сильно напугать.

— Напугать. И где это происходило?

— У него на даче, за городом.

— Покажешь?

— Прямо сейчас?

— Да, мне надо понять, что произошло. Представь это место. Только точно, в деталях.

— Сирен, — Роккен положил руку на плечо, — думаешь это юкросы?

— Посмотрим. Готовы?

— Подожди, сейчас куртки только наденем. Яна, прыгай мне на ручки.

Яна фыркнула, но подошла ближе, и он поднял её на руки.

— Поехали, — Сирен открыл пространственный коридор, и вспышка поглотила контуры трёх фигур.

— Сирен, будь осторожен. Может всё же я возглавлю отряд? Хватит уже геройствовать, не забывай, у тебя королевство. Сам знаешь, у меня мозги на другое заточены, я не потяну, если что.

— Не каркай. Всё будет нормально. Тем более, на наш официальный запрос о выдаче насильно удерживаемого гостя империи они ответили, что не понимают, о чём речь, и что у них нет по этому вопросу никаких сведений. Это говорит о том, что они хотят избежать открытого конфликта и затеяли тонкую игру, в которой все средства хороши. Это развязывает нам руки, потому что если нам удастся забрать у них Нелю, то предъявить им будет нечего. Ну, а второго случая я им не предоставлю, уж поверь мне.

Роккен, рассмеялся и похлопал брата по плечу.

— Верю, верю. Марика вообще была в шоке от тебя. Ты б видел се6я со стороны! Ворвался в дом, даже не поздоровался, схватил её, насильно усадил за стол и приказным тоном начал требовать от неё гадания на воске. Ты же ей даже рта не дал открыть, только орал, чтобы быстрее и без вопросов! Бабка после твоего ухода еле в себя пришла, Яна её травками отпаивала.

— Знаю я, какие она травки пьёт, — улыбнулся Сирен, — сам её настойками пользуюсь время от времени. Ничего, она меня всегда понимала, не обидится. Привезу ей каких-нибудь цветочков инопланетных, порадую старушку.

— Мать обещала поговорить с императором, что бы прикрыл, если что-то пойдёт не так. Представляешь, Люциус попросил на вечер сеанс связи, говорит, что Виктория хочет с Яной пообщаться. Думаю, что она тоже хочет что-то рассказать про подругу. Как будет что-то известно, я тебе сразу передам. Всё, подлетаем к станции. Провожать тебя не буду. Держи меня в курсе. Береги, себя.

— Спасибо, брат, — Сирен встал, как только Роккен заглушил двигатели орбитального катера, обнял его на прощание и не оборачиваясь вышел на посадочную площадку, где его уже дожидался отряд — восемь ребят в полной боевой амуниции и несколькими ящиками боекомплектов.

— Приветствую Вас, орлы. Вы, четверо, — он указал на ребят, вернувшихся с Земли, — надеюсь, отдохнули?

— Всё в порядке, командир.

— Тогда грузимся в корабль, по дороге ознакомлю вас с планом. Лео и Торен, за мной.

Отряд быстро загрузился в разведывательный сверхскоростной корабль, разместил груз и собрался в кают-компании, пристёгиваясь к креслам для взлёта.

Сирен с двумя верными друзьям зашёл в капитанский отсек и жестом пригласил их сесть.

— Пристёгивайтесь, мужики, взлетаем, — принц тоже удобно расположился в кресле рядом с ними и нажал на экране стартовую комбинацию.

Двигатели включились почти бесшумно, только небольшой вибрацией обозначая свою работу. Корабль мягко взлетел и начал стремительно ускоряться переходя на гиперскоростной режим.

— Куда летим, командир? Давай, рассказывай свой план, а то даже интересно стало. Нас всего девять с тобой вместе, а готовились уже к войне. Отменяется?

— Пока отменяется. Сначала попробуем провести спецоперацию нашим отрядом. Марика дала почти точное описание места, где её закрыли. По некоторым приметам я предполагаю, что это планета Брок в системе XZК4526.

— Так это же недалеко от скопления черных дыр в центре галактики, — Лео отстегнулся и уставился на друга, — туда не суются даже наёмники.

— Ну, не преувеличивай, до черных дыр далековато, но согласен, место не спокойное, слишком много помех и сильных потоков частиц высоких энергий. Думаю, что она там. Через пять часов войдём в систему и приземлимся на спутнике.

— Думаешь, нас там ждут?

— Может и не ждут, но все меры предосторожности наверняка приняли, поэтому, чтобы нас не засекли нам придётся дождаться очередного потока и лететь в луче, — Сирен посмотрел на Лео, — опасно, конечно, но на этом корабле протонная защита самая мощная на всём флоте.

— На Броке нет атмосферы, — подключился к разговору Торен, — но тяготение немного больше, чем на Соттаре. Мы не сможем быстро двигаться, да ещё и в скафандрах.

— Зато там рельеф местности сложный, нам будет проще спрятаться и незаметно пробраться к станции, тем более у неё целых двенадцать выходов. Можно проработать любой из них, — Лео вскочил, подошёл к экрану, быстро набрал код и нашёл карту обозначенной системы, — Итак, что мы имеем? — он начал поворачивать изображение системы, состоящей из трех планет, — Брок — вторая от солнца планета, третья — слишком большая и почти полностью состоит из твердых и сжиженных газов, там колоссальное давление, в общем спрятаться там мы не сможем, на первой — слишком высокая температура, тоже не получится. Остается только спутник.

— Всё правильно, — Сирен тоже подошёл к карте и приблизил изображение спутника, — вот здесь, видите, на этой возвышенности есть ровное плато. Здесь мы сможем посадить наш корабль, а здесь, — он повернул изображение и указал пальцем на расщелину рядом с горой, — а здесь мы его спрячем, перед тем, как высадимся на Броке. Этой стороной спутник к планете не поворачивается, поэтому не засекут. Далее, смотрите сюда, — он приблизил огромный кратер на планете, где располагалась научная станция объединённых королевств Юкрос, — в этом блоке расположена особая камера, блокирующая любые излучения, энергии и потоки. Она единственная на станции, поэтому я предполагаю, что её держат именно там. Добраться туда можно будет только по этому коридору, другого пути нет, — Сирен прочертил прямую черту от большого купола до блока по единственному тонкому прозрачному длинному переходу.

— Ты уверен, что она там?

— Почти, на девяносто процентов. Марика подробно описала место, где её держат. Другой такой станции в этом секторе нет. Есть небольшая вероятность, что её за время нашего пути переведут в другое место, но я думаю, что это вряд ли. Неля так быстро не сдастся, им долго придется её уговаривать сотрудничать с ними и придумывать очень весомый аргумент, чтобы она согласилась.

— Тебе, конечно, лучше знать, но девушки такие не предсказуемые…

— Тебе лучше помолчать, Лео.

— Всё, всё, понял, не дурак! — друг рассмеялся и сел обратно в кресло.

Торен, улыбаясь, подошёл к принцу и пожал ему руку.

— Поздравляю, друг!

«Как же я хорошо выспалась! Люблю воскресенье, можно спать до обеда».

Я лежала с закрытыми глазами и нежилась на мягкой кровати, потом потянулась и открыла глаза.

Надо мной мягко светился белый полупрозрачный потолок, через который просвечивало звездное небо. Некоторое время я пыталась прийти в себя и дышать глубоко и медленно, пытаясь успокоить бешенный пульс, который стучал в висках. Воспоминания событий прошлого вечера хлынули лавиной вместе с паникой. Я села и осмотрелась. Небольшая квадратная комната с белыми стенами и серым полом отличалась стерильностью и напоминала палату в больнице. Кроме кровати стоял небольшой круглый столик и стул, в углу за стеклянной матовой ширмой виднелись контуры умывальника, душа и унитаза.

Тааак! Значит меня перенесли сюда вчера из той радужной капсулы, в которой я заснула. Я встала, убедилась, что одета и пошла проверять удобства за ширмой. Обнаружив все нужные принадлежности в виде зубной щётки, маленького полотенца и туалетной бумаги, быстро привела себя в порядок. Посмотрела на устройство для душа, но в кабине не нашла никаких кранов, только большую металлическую кнопку и россыпь небольших отверстий по всему объёму кабины. К экспериментам я сейчас не была расположена, поэтому решила душ освоить вечером, если, конечно, доживу.

Только я вышла из-за ширмы, как в стене над столиком открылся небольшой люк и выдвинулся поднос с тарелками горячего супа, мяса и пирожком, но больше всего я была поражена видом чашки с кофе, на которой была моя фотография, имя и фамилия на русском, дата рождения, название планеты и какой-то длинный номер. Я поставила поднос на стол, взяла в руки чашку, всё внимательно рассмотрела и обратила внимание, что фотография взята не из моего телефона, а сделана совсем недавно кем-то из похитителей, потому что кофточку эту я купила только после Нового года на рождественской распродаже. Выходит, что за мной следили. Рассуждать дальше мне не дал мой желудок, который начал громко урчать и требовал наконец-то его покормить. Сейчас, сейчас, мой хороший, помню, что мы с тобой с вечера не жрамши.

Я понюхала суп-пюре и решила, что травить меня им не выгодно, поэтому довольно вкусный суп ушёл быстро, и я принялась за мясо. Не знаю, как это мясо выглядело, когда бегало, но на тарелке — не очень. Я отрезала небольшой кусочек, сначала понюхала, потом лизнула. На вкус было вполне неплохо, но когда я наконец-то положила его в рот и начала жевать, то чуть не захлебнулась слюной. Это было что-то божественное! Она таяло во рту и было невероятного вкуса. Я никогда не ела ничего подобного. Когда я очнулась от эйфории, тарелка была пуста. Прислушавшись к себе я поняла, что немного переела, но меня это нисколько не расстроило, поэтому я решила, что место для маленького пирожка и чашки кофе я вполне смогу выкроить. Решительно придвинула их к себе и не пожалела. Кофе был тоже отлично приготовленным, а воздушный пирожок с джемом очень вкусным.

Отвалившись, я немного посидела, потом поставила поднос с пустой посудой обратно в нишу и решила немного полежать, чтобы всё улеглось. Кстати, а где моя сумка? Я всё осмотрела, но нигде её не нашла. Значит изъяли. Пока лежала, прислушалась к себе и попробовала дотянуться до свой силы. Бесполезно, ничего не получилось, хотя отклик в районе солнечного сплетения говорил о том, что она на месте, но почему-то спит и никак не реагирует на мои призывы.

Так я провалялась минут двадцать, пока на стене напротив кровати не появилось изображение какого-то символа, как с проектора. Я даже попыталась найти на стене, над моим изголовьем, какой-нибудь прибор. Естественно, ничего не нашла.

Ладно, посмотрим, что мне покажут. Может скажут, наконец-то, что им от меня надо.

Через несколько секунд символ сменился изображением какого-то урода с рогами. Мало того, что цвет кожи у него был какого-то сине-черного цвета, так ещё непропорционально большие губы и глаза, как у рыбы. Рога, как у горных козлов, делали его образ завершённым. Я даже рот открыла.

— Мы приветствуем тебя, Элеонора. Рады тебя принять у нас, как гостью, и хотим надеяться на долгосрочное и плодотворное сотрудничество.

Я прокашлялась, услышав русскую речь, но заметила, что рот у него движется по-другому и это всего лишь перевод.

— Не могу сказать, что я тоже рада, поэтом прошу объяснить где я, и что за сотрудничество Вы мне предлагаете. И вообще, кто вы такие?

— Дорогая Элеонора, прошу простить меня, забыл представиться — генерал Логан Зорт. Общаться с Вами буду я. Если Вам что-нибудь понадобиться, то около кровати справа есть кнопка, — я сразу перевела взгляд на право и обнаружила на стене маленькую красную кнопку с подсветкой, — в любое время дня и ночи я буду доступен для Вас. У Вас есть вопросы.

— Конечно, есть. Первый из них — зачем я здесь?

Генерал улыбнулся, от чего стал ещё уродливее, и ответил:

— Мы хотим предложить Вам очень выгодную работу, которая принесёт Вам много материальных благ и высокое положение в обществе.

— И поэтому Вам пришлось меня похитить и закрыть в камере, заблокировав все мои способности?

— О, Вы очень проницательны.

— Хватит уже мне петь дифирамбы! Прошу конкретно сказать, что Вам от меня нужно?

— Ну хорошо, хочешь правду? Вот тебе правда! Ты здесь, чтобы принять подданство империи Юкрос и делать на её благо то, что тебе скажут!

Я сморщилась.

— Как грубо! А вдруг бы я согласилась по-хорошему, если бы Вы меня ещё немного поуговаривали? Или будете пытать и насильно удерживать?

Он даже рассмеялся, издавая какие-то хрюкающие звуки.

— Элеонора, ты неподражаема! Никто тебя пытать не собирается, неужели ты думаешь, что мы не найдём средство заставить тебя работать на нас? У каждого разумного есть слабое место куда достаточно надавить, и он сам будет делать, всё, что надо. И даже с энтузиазмом, чтобы мы не заподозрили, что он работает не в полную силу. Думаешь, что у тебя нет таких слабых мест?

У меня по спине пробежал холодок. Неужели они похитили мою семью? Боже, только не это! Я не могла сказать даже слова, сидела и смотрела на него в полном шоке от понимания всего ужаса ситуации.

— Вижу, что девочка начала, наконец-то, понимать, что он неё хотят. Это хорошо. Гарантия нашего успешного сотрудничества, сейчас мчится к тебе на помощь и скоро будет здесь. Уверяю, тебя, что мы его не убьём, он ведь очень ценный кадр. Только помучаем немного, но это только для вашей пользы. Ты будешь очень покладистой, а он вообще станет, как шелковый. Ты сможешь спокойно работать, понимая, что малейшее нарушение наших приказов и договоренностей обернётся для него дополнительными страданиями. Он останется здесь на станции, правда таких комфортных условий, как у тебя, я ему не могу предоставить, извини. Такая камера у нас только одна и только для особо ценных гостей. Зато боксов для опытных экземпляров — целых тридцать, и ему уже отведены самые оборудованные покои. Думаю, что ему понравиться, — он опять рассмеялся.

Понимание того, о чём он говорит привело меня в ступор. Сирен мчится, чтобы спасти меня, но он летит в ловушку, расставленную специально для него. Какая же я дура! Как я могла так легкомысленно отнестись к его предупреждениям! Я даже не заметила, как у меня начали капать слёзы.

— Не надо так переживать, Элеонора. Никто не умер, пока. Можешь немного подумать и отдохнуть. Как только птичка будет в клетке, я с тобой свяжусь, и мы поговорим конкретно о наших планах.

Экран погас, а я всё сидела и не могла прийти в себя от всего сказанного. Смогу ли я пережить смерть Сирена? Кто он мне?

Я легла на кровать, свернувшись калачиком, и закрыла глаза. Перед глазами у меня пронеслась сцена нашего расставания в подъезде моего дома, его поцелуй во дворце, его испуганное лицо на острове, когда я создала сферу… Я понимала, что стала для него больше, чем знакомая, чем просто друг. Даже при последнем разговоре я почувствовала, как часто бьется его сердце, как начинает ускоряться моё, когда он смотрит на меня. Что же мне делать? Неужели нет выхода? Я не смогу пожертвовать принцем, потому что сама не поняла, когда он стал мне ближе и залез под кожу, а потом и в сердце.

Боги, дайте мне силы!

Отряд высадился недалеко от станции, около бокового коридора, ведущего к отвесному спуску с плато кратера, за которым возвышались многокилометровые вершины гор. По плану станции было видно, что в этом выходе были сосредоточены накопители отходов и установки по рециркуляции воды и воздуха. В общем, достаточно безлюдное идеальное место для проникновения на станцию. Сирен заранее подключился к управляющему компьютеру станции и скачал коды доступа в нужные блоки, поэтому затруднений с открытием выходных шлюзов у отряда не было. Лео остался на корабле, хотя и сопротивлялся из последних сил, доказывая командиру, что без него они не смогут провести операцию. Но тот факт, что кроме принца и Лео никто больше не сможет вернуть отряд домой, заставил его принять решение командира.

Рядом с выходом, на случай прорыва с боем на обратном пути, Сирен оставил двух бойцов, которые сразу развернули маскировочную автономную капсулу. Остальные после открытия ворот и прохождения шлюзовых отсеков направилась в сторону изолированной камеры, которая являлась конечной целью их вылазки. Самым сложным было то, что пройти в коридор, ведущий в эту камеру можно было только из центрального купола, где располагались самые многолюдные лаборатории и службы.

Зоны и переходы до него отряд прошёл без особых затруднений. Только один раз в тёмном коридоре они наткнулись на влюбленную парочку, уединившуюся в небольшом углублении для роботов-помощников, но благодаря включенной маскировке, делающей их практически не видимыми, и бесшумной обуви, им удалось пройти не замеченными.

Непосредственно перед автоматическими дверями в главный купол Сирен приказал двум ребятам остаться. Все указания и инструкции были выданы ещё в пути, поэтому они разместились по обе стороны от дверей и остались ждать передовую группу до их возвращения.

Двое бойцов, Торен и Сирен дождались, когда обитатели станции откроют двери и зашли вместе с группой учёных, бурно обсуждающих что-то и абсолютно не обращающих внимание на окружающих. В куполе общение между собой было только ментальное, поэтому принц был очень сосредоточен, чтобы отслеживать положение своих людей и многочисленных работников станции, чтобы случайно не обнаружить себя.

«Торен, быстро забирай ребят, здесь перекрёстное сканирование персонала с четырёх камер. Этот блок можно пройти только по одному. Переключайся на энергетическое восприятие, чтобы отследить направления сканеров и направляй бойцов. Жду вас в шлюзе у входа в коридор».

«Всё сделаем, командир, не подведём».

Сирен дождался удобного момента, когда персонал разошёлся по рабочим местам и проход оказался свободным и, то замирая на месте, то перемещаясь с невероятной скоростью, прошёл к дверям лаборатории, которая вела в шлюз. Дверь в разделяющий шлюз была открыта, поэтому он зашёл туда, прижался к стене и стал дожидаться своих.

Последним в шлюз зашёл Торен, и вся группа замерла в ожидании приказа командира, который уже подключился к электронному замку и пытался обойти защитные контуры, блокирующие несанкционированное проникновение в систему безопасности. Уже прошло почти полчаса, когда Сирен, вытерев пот со лба, знаком подозвал всех к себе.

«Вы двое останетесь здесь, зайдём только мы с Тореном. Если вас обнаружат до нашего возвращения, прорываетесь с боем к своим. Это приказ». Потом нажал на пульте какую-то комбинацию и быстро зашёл в открывшийся люк, Торен за ним. Люк сразу же закрылся за ними.

— Сирен, у меня плохое предчувствие, как будто мы идём в ловушку. И с каждым шагом оно усиливается. Ты это чувствуешь?

— Да. Надежда только на то, что мы сможем пробиться к шлюзу, потому что сразу после люка идёт полная блокада всех энергий и способностей, пространственный коридор я не смогу построить до корабля, — он остановился и посмотрел другу в глаза. — Если со мной что-то случится обещай, что позаботишься об эвакуации отряда и Нели и сделаешь всё возможное, чтобы они вернулись домой.

Торен обнял друга и сказал:

— Можешь даже не говорить мне об этом, это мой долг и перед тобой и перед собой. Идём. И будь, что будет, — он достал оружие и автоматический щит.

Сирен пошёл за ним, тоже достав свой комплект, уже понимая, что вся разработанная операция под угрозой срыва и всё решиться через несколько секунд, потому что вход в блок был уже перед ними. Торен отошёл от двери и предоставил возможность принцу набрать код. Дверь распахнулась, и они вошли в небольшую комнату, в которой на кровати, свернувшись калачиком лежала Неля.

— Честно говоря, я тебя ждал на час раньше, неужели готовился так тщательно?

— Готовился, — Сирен стоял перед экраном, загородив Нелю и был абсолютно спокоен, — зачем тебе она? Собрался воевать?

Зорт расхохотался.

— Ты правда думаешь, что прошлое поражение мы молча переварили и стали белыми и пушистыми? Нам просто немного не хватило ресурсов. А поскольку Актар нам немного подпортил планы, и перехватил землянку, на которую мы возлагали большие надежды, то нам пришлось искать ей замену. Спасибо, что ты её сам нашёл, даже не знаю, как тебя отблагодарить?! Думаю, что подарить тебе жизнь — это достойная плата, не возражаешь?

Принц промолчал, только сжал губы в тонкую линию и с вызовом посмотрел на генерала.

— Вот и хорошо, я знал, что ты благоразумный и покладистый, — он опять мерзко хихикнул и продолжил. — Тогда сейчас тебя уведут, только давай без фокусов, ты ведь понимаешь, что Элеоноре не понравится, если её переселят в менее комфортабельные апартаменты и будут пытаться надавить для принятия решения о сотрудничестве… Вот и хорошо, что мы друг друга поняли.

Дверь открылась, вошли два здоровенных солдата, которые встали по обе стороны, дожидаясь, пока Сирен выйдет из блока. Он повернулся к Неле, одними губами проговорил «не делай глупости» и вышел. Дверь за ним сразу же закрылась. Молчавший всё это время генерал вновь заговорил:

— Итак, теперь мы можем продолжить обсуждать наши дела. Ты здесь пробудешь неделю. За это время наши войска и флот закончат все приготовления к полномасштабному вторжению. Тебе там будет отведена очень важная роль, поэтому я должен быть уверенным, что ты всё сделаешь как надо. Я тебя не буду посвящать в подробности, скажу только, что изучив мощность твоих энергетических сфер, мы пришли к выводу, что тебе вполне по силам сделать несколько зарядов для планетарных плазмоорудий, которые мы собираемся использовать в своей операции. Поскольку обычная их мощность не может нанести планете большие разрушения и тем более сместить её с орбиты, то твои заряды получатся в тысячи раз разрушительнее. Я даже боюсь представить, что они могут. Поэтому сегодня ты отдыхаешь и набираешься сил, а завтра у нас будут испытания. Здесь не далеко есть солнечная система с шестью небольшими необитаемыми планетам, попробуем самую маленькую из них взорвать. И не вздумай меня обманывать или юлить. Испытания будут транслироваться военному совету во главе с императором, всё должно пройти по плану. Я надеюсь на твою благоразумность. Договорились?

Я промолчала и отвела глаза.

— Значит договорились. До завтра, Элеонора. Ах, да! Сосем забыл тебе сказать! С тебя сейчас снимут блокаду, зайдёт наш работник, поэтому не удивляйся. Уже через час у тебя восстановятся все способности, и ты будешь опять владеть полным объёмом своей энергии. Правда воспользоваться в этой камере ты ею не сможешь. Потерпи до завтра. Там сможешь выплеснуть всю мощь.

Экран отключился, и я осталась одна в полной тишине. Я сидела на краю кровати, запустила руки в волосы и думала о всей сложившейся ситуации.

Выходило, что принца живым в любом случае отсюда не выпустят, слишком много знает. Меня будут шантажировать им, что бы я, как послушная овечка, делала для них всё, что им вздумается. Он для себя принял решение принести себя в жертву, чтобы не пострадали миллионы разумных существ, которых юкросы планируют принести в жертву, чтобы показать, кто хозяин в этом секторе галактики. Не знаю какие у них интересы: ресурсы, технологии или что-то другое, но их планы мне не нравятся. Терпеть не могу агрессию и вероломство. Уууу, что же делать?

Встала с кровати, походила по комнате и села на стул. Тут же открылся люк и выдвинулся поднос с едой. Ну это уже слишком! У меня нервы крепкие, но не до такой степени, чтобы после угроз, шантажа и ареста Сирена, мне предлагалось покушать котлеток и попить чай с пирожным. У меня просто снесло все тормоза, я схватила поднос и со всей силы кинула его об стену. К сожалению посуда была небьющейся, а жирные и цветные потеки меня распалили ещё больше, я схватила стул и начала крушить им стол. С ним тоже вышла осечка, не знаю из чего они сделаны, но стол почти не пострадал, образовался только небольшой скол на столешнице, а у стула немного погнулась ножка. Поэтому я перешла к перегородке, которая оказалась тоже не бьющейся. Я так выбилась из сил, что бросила стул и завалилась на кровать подвывая и рыдая в подушку.

Не знаю, сколько я так страдала, но меня отвлёк звук открывающейся двери. Я повернула голову и уставилась на вошедшую женщину в белом комбинезоне, тоже темнокожую, но намного приятнее внешне, чем этот генерал, похожий на жабу с рогами. У неё были только небольшие наросты рядом со лбом, но среди длинных фиолетовых локонов они были почти незаметны. Она мне мило улыбнулась и поставила на стол небольшую голубую коробочку.

— Здравствуйте, Элеонора. Меня прислали снять с тебя блокаду. Я могу приступить к процедуре?

Пока я её рассматривала, поняла, что уже успокоилась и могу адекватно всё воспринимать.

— Как Вы это будете делать?

— Мне надо установить на Вас три датчика: два на виски и один на солнечное сплетение. Всего одна минута и всё будет готово.

— Это больно?

— Нет, что Вы! Просто небольшое покалывание и разогрев в этих местах.

— Мне сесть или лечь?

— Лучше лечь и закрыть глаза.

Она, всё так же улыбаясь, достала датчики в виде больших светящихся таблеток из коробки и подождала, пока я лягу. Я сама задрала футболку, оголяя живот, положила руки по швам и приготовилась к процедуре.

— Вот и хорошо, — она приложила свои прохладные датчики к голове и животу и буквально через секунду эти места разогрелись и во мне забурлила энергия, которая начала закручиваться во мне огромным вихрем.

Она вскрикнула и отпрыгнула от меня, когда я открыла глаза, чтобы посмотреть, что происходит. Хорошо, что первым, что попалось мне на глаза, был тот самый злополучный стул. Он быстро нагрелся до красна, потом засветился белым светом и громким хлопком испарился, оставив после себя небольшое облако вонючего пара. Я закрыла глаза и сделала несколько глубоких вздохов, как меня учил Сирен, и ощутила, как мой вихрь улёгся и затих.

Открыв опять глаза, я посмотрела на женщину, которая стояла прижавшись к стене с лицом стального цвета. Очевидно, что она испугалась и побледнела. Да, не подготовленный у них персонал, какой-то, или это я слишком способная. Я пожала плечами и сказала:

— Извините, вы не сказали, что энергия вернется мгновенно и сразу вся. Я не была готова.

Она уже начала приходить в себя, отлипла от стены, подошла к кровати и собрала датчики.

— Меня предупредили о Вашей силе, но я не подумала, что она может вернуться лавинообразно. Это моя вина, простите. Сейчас Вам принесут новый стул и всё уберут.

Она быстро сложила датчики в коробку и вышла из комнаты, отставив меня одну.

Ничего себе, как я могу! От стула остались только молекулы! Но потом радость прошла, и я опять приуныла. Конечно, поэтому я здесь. Я — монстр, я — чудовище!

Кроме дум о том, что со мной происходит, заняться мне было не чем, поэтому я отложила страдания на вечер и пошла разбираться с их навороченным душем. Решила сразу раздеться, а то неизвестно, как он на одежду действует. Зашла в кабинку, закрыла за собой дверку и взвизгнула от неожиданности, потому что кабинка загудела и начала вращаться вокруг меня, обдавая с головы до ног приятным теплым влажным воздухом. Хорошо то как. Я немного постояла, прикрыв глаза и расслабляясь, а потом вспомнила про кнопку. Теперь нажму её, интересно, что она делает? Как только я её нажала, у меня образовалось завихрение в волосах, потом они поднялись вверх, скрутились жгутом и опустились на плечи мягким рассыпчатым шёлком.

— Охренеть! — не сдержалась я от восклицания, — Умеют же, не́люди создавать комфорт.

Кабинка замедлила своё вращение и остановилась. Я открыла дверку и вышла босыми ногами на пол, понимая, что совсем не хочу опять натягивать джинсы. Только другой одежды у меня всё равно не было, поэтому я подняла их с пола и уже собиралась надеть, когда рядом с душевой кабинкой на стене открылась ниша, в которой на полочке лежал белый махровый халат, комплект белья и трикотажный костюм. Я свернула свои джинсы и положила их рядом с умывальником, а сама надела бельё и костюм, которые сидели на мне, как вторая кожа. М-да. Получилось не очень скромно, а поскольку я девушка стеснительная, то пришлось накинуть сверху халат. Теперь намного лучше. Я расчесала перед зеркалом над умывальником волосы и уже в довольно хорошем настроении пошла к свой кровати, но не успела я сесть, как открылась дверь и в мою комнату-камеру вкатился робот странной конструкции: основание — вращающийся круг, а на вертикальной узкой палке метра полтора высотой — множество разнообразных тонких щупалец, заканчивающихся щёточками, тряпками, присосками, губками, распылителями и просто трубочками.

Этот монстрик быстро проехал вдоль стен, собирая разбросанные куски пищи и вытирая со стен следы моей несдержанности, потом остановился около стола, капнут на место скола какой-то белой жидкости, потом побрызгал и отполировал тряпочками и губками. Вот и всё, никаких следов не осталось, всё опять стерильно. Потом он зашёл за ширму, пошуршал там минут пять и выкатился из моей комнаты, закрыв за собой дверь.

— Блииин! — я вспомнила, что оставила около раковины джинсы и рванула за ширму, переживая, что он их выкинул.

Мои потёртые, видавшие много всякого, штанишки висели на вешалке на крючке рядом с нишей, как новенькие и даже отглаженные. Я подошла и пощупала их — сухие и мягкие. И почему я футболку с собой забрала? Сейчас бы висела рядом такая же чистенькая. Я посмотрела на скомканную футболку и только вздохнула. Как же я хочу в подарок на день рождения такого робота, чёрт с ним, пусть он страшненький и без глазиков, зато какой способный!

Я положила под раковину свою футболку в надежде, что её завтра тоже почистят и решила, что верх у моей пижамы вполне сносный, а их легинсы сняла, оставив под подушкой на ночь, и надела джинсы. Так-то лучше!

Походив из угла в угол и послушав урчание своего живота, всё же села за стол, но ничего не произошло. Поднос мне не дали. Обиделись что-ли? Я постучала ногтями по столу, потом откинулась на спинку. На потолке и стенах никаких камер не нашла, видно у них другие приборы слежения.

— Ну, хорошо! Сдаюсь, — я подняла руки в однозначном жесте, — да не буду я больше ничего здесь крушить! Не будете же вы меня морить голодом? Или будете? Я тогда ослабею и завтра не смогу участвовать в ваших экспериментах.

Не успела я договорить, как выдвинулся поднос с несколькими блюдами.

— Мммм! Из чего вы это готовите? Так вкусно пахнет, или я просто не ела целый день. А покушать я люблю и без еды не могу долго. Вот так, и ничего с этим я сделать не могу.

Я быстро съела предложенные мне блюда и села на кровать. Неужели я буду вот так сидеть целую неделю в этой крохотной комнате, двинуться можно. Я походила по комнате, подошла к стене, где раньше светился экран, встала напротив и, глядя на то место, жестко сказала.

— Только попробуйте причинить ему вред, я найду способ уничтожить Вас, даже если это мне будет дорого стоить, — я сжала кулаки.

Пнула ножку кровати и залезла на неё с ногами. Спокойно, Неля. Всё равно что-нибудь придумаю. Интересно, как там принц? Надеюсь с ним ничего плохого не происходит. Я ведь ещё ничего не сделала.

В итоге, я весь вечер занималась сначала построением планов побега, потом мести, потом самоедством и на мыслях о Сирене наконец-то уснула.

Утром я, уже полностью одетая в свою одежду, которую мой помощник почистил ночью, пила кофе, размышляя над тем, что думают о моём отсутствии родители, когда включился экран и появилась голова генерала Зорта.

— Приятного аппетита, Элеонора. Как спалось на новом месте, жених не снился?

— Плохо спалось и женихи тоже не снились! — зло ответила я, — Интересно, а про женихов Вам кто рассказал?

— Да так, пришлось изучать вашу культуру, пока подбирал спецперсонал для своей операции. Ну что, готова? Или как?

— Или как! Сейчас полетим?

— Да, могу перед дорогой дать тебе поговорить с принцем, для поднятия духа, так сказать. Включить?

— Да, — сказала я взволновано, потому что уже замучилась гадать, что с ним и где он.

Экран мигнул и передо мной возникла ярко освещённая небольшая комната. На середине стояло кресло, в котором полулёжа находился Сирен, весь в датчиках и обвешанный проводами. Закрытые глаза, серое лицо и белые губы говорили о том, что он без сознания. Моё внимание приковала тонкая струйка крови из носа и я впала в какой-то ступор.

— Упс, немного не рассчитал, не переживай, поговорите после прилёта, к тому времени, думаю, что всё будет в порядке. Естественно, если нашими учениями останется доволен император.

— Уроды! Что вы с ним сделали? — я сжала кулаки и шипела, как змея, понимая, что сделаю всё возможное, чтобы с ним ничего не случилось.

— Потише, потише, пока ничего с ним не сделали критического, но всё в твоих руках, дорогая, причём в прямом смысле, — сказал и начал смеяться.

— Я Вам не дорогая, — закричала я, — не трогайте его!

— А то, что? Здесь правила диктую я, красавица! Ты знаешь, чем обернётся их нарушение, поэтому веди себя хорошо, и твой принц останется живым и относительно здоровым, — генерал стал властным и жестким, от его веселья не осталось и следа, — сейчас тебя проводят, надеюсь, что ты всё правильно поняла.

Экран погас, а я так и осталась стоять, не в силах, двинуться с места. Что теперь будет? Выходит, что пока я здесь кофе пила и на кровати валялась, они издевались над ним?

У меня всё бурлило внутри, и я из последних сил сдерживалась, чтобы не выплеснуть весь свой гнев на кого-нибудь. Сейчас я готова была взорвать не только планету, но и звезду.

Когда открылась дверь и два здоровенных солдата проводили меня к какому-то люку, я не раздумывая прошла в него и оказалась в небольшой металлической капсуле с окном, в котором было звёздное небо и больше ничего, вообще. Я оглянулась, но люк уже закрыли, и моя капсула начала движение. Справа от меня замигали огоньки, а голос из динамика проговорил, чтобы я села в кресло и пристегнулась, потому что через десять секунд начнётся ускорение. Кресло было в центре и занимало, почти всю капсулу, которая была рассчитана только на одного человека. Как только я села в него, меня стянули ремни и буквально через секунду я уже видела только смазанные линии вместо звёзд и не могла двинуть даже головой из-за силы, которая меня вдавила в кресло.

Сбылась мечта, я стала космонавтом! Потом, когда ускорение закончилось, и моя капсула стала двигаться с какой-то постоянной скорость, я, наконец-то, смогла нормально сесть и оглядеться. Передо мной было что-то вроде руля, больше похожего на джойстик. До меня начал доходить смысл моего здесь пребывания. Значит, меня сюда посадили, уже для их эксперимента. Только забыли сказать, что надо делать…

— Элеонора, через пятнадцать мину ты выйдешь на стартовую позицию. Перед тобой находится прибор управления зарядом. — генерал говорил с экрана, который выдвинулся прямо передо мной, — красная кнопка перед тобой — это кнопка выстрела, курок, по-вашему. После его нажатия снаряд, сформированный тобой будет наведён системой на объект и выпущен со сверхсветовой скоростью. Вернуть его или поменять направление невозможно. У тебя будет десять секунд до взрыва, чтобы уйти на безопасное расстояние. Бортовой компьютер всё сделает сам, твоя задача — не мешать. Ручки по обе стороны прибора управления — энергетические проводники, с помощью которых ты будешь создавать заряд. Шкала в центре — уровень мощности. Тебе надо, чтобы он был на оранжевой отметке, иначе мы не достигнем результата. После того как загорится первый оранжевый кубик на панели, жми кнопку. Тебе всё понятно?

— Всё. А если у меня не получится зажечь оранжевый кубик?

— Я думаю, что ты будешь очень стараться. Я правильно думаю? — генерал выжидающе посмотрел на меня.

— Правильно, — буркнула я.

— Вот и хорошо. Бортовой компьютер тебе подскажет, когда надо начинать. Удачи!

Он отключился, а я разволновалась ещё больше. А вдруг у меня и в самом деле не получится или что-то пойдет не так? Тогда и мне не жить, и Сирену.

Когда раздался голос из динамика я была уже на взводе и держалась за проводники.

— Внимание, до объекта осталось меньше минуты. У Вас тридцать секунд, чтобы сформировать заряд.

Ну, поехали! И весь тот вихрь, ураган, который я сдерживала из последних сил, обрушился на джойстик, грозя его расплавить, но видно проводники были рассчитаны на такие энергии, потому что они просто стали красными, потом белыми, а шкала на панели стремительно поползла к красной отметке. Вот уже загорелись два желтых кубика, потом один оранжевый, второй. А потом я поняла, что не могу остановиться. Я попыталась просто убрать руки, но они прилипли. Система верещала, что опасная ситуация, что до запуска снаряда осталось пять секунд, что уровень мощности критический, а я смотрела на загоревшийся красный кубик и понимала, что сейчас или я сама взорвусь или всё вокруг.

— Три, два, один… Пуск!

Я нажала указательным пальцем кнопку, и моя капсула содрогнулась, а потом я увидела, что от неё отделилась белая звезда, ослепившая меня, и двинулась в сторону небольшой планеты прямо по курсу. Капсулу откинуло с огромной скорость в противоположную сторону и начало вращать вокруг своей оси. Автоматические ремни не дали мне вывалиться из кресла, но от перегрузок в какой-то момент я потеряла сознание и уже не видела, как несчастная планета просто испарилась, а мой снаряд понёсся дальше, пройдя мимо другой планеты и устремился к солнцу.

Темно, тихо. Меня колышет на волшебных волнах счастья. Это первое, что я начала осознавать после взрыва. Никогда не думала, что умирать так приятно. Только не могу пронять куда я попала: в ад или рай. Тоннеля не помню и света в его конце тоже. Плевать, главное, что ничего не болит, потому, что тело не ощущаю совсем. Осталась только душа. И мне хорошо, и спокойно. Наконец-то всё осталось где-то там, а впереди — вечность и тишина. Я прислушалась к тишине и почему-то мне показалось, что где-то далеко, как за глухой стеной кто-то кричит, голосом Шалеи.

— Не вытаскивай её, слышишь?! Неси прямо в кресле. Ты совсем, дебил, что-ли? Не трогай ремни, я сказала!

Я улыбнулась мысленно, даже сейчас подруга ругается с кем-то из-за моего тела. Милая, оно мне уже не пригодится, я теперь, как ветерок, свободная и легкая. Я даже музыку услышала, нежную, как перезвон серебряных колокольчиков. Хорошо-то как! Я неслась за этим звоном, который постепенно начал перерастать в журчание воды, а потом почему-то замедлился до невозможности и начал увязать, как в густом киселе, пока не превратился в гул на одной ноте, который никак не кончался и начал просто сводить меня с ума. Я заметалась, пытаясь спрятаться от этого ужасного звука, но у меня ничего не получалось. В полной тьме, такой густой и вязкой, не было выхода, и когда я уже почти перестала соображать, предо мной возникло огромное лицо какого-то знакомого парня, который посветил на меня фонариком и сказал очень внятно и громко, как будто глас Бога с неба:

— Всё в порядке, я же сказал, что жива! Выйдите все, не мешайтесь! — каждое слово многократным эхо повторялось и в конце концов слилось в какофонию, в результате чего я отключилась.