Город накрыли затяжные осенние дожди. Половина офиса в это время старалась взять отпуск и улететь дней на десять поближе к Экватору. Туда, где солнце, витамин D и нет осенней хандры. Все равно клиентов не будет почти до самого декабря. Но не все спешили сбежать из хмурого города. Катерину все устраивало — смурная погода полностью отражала ее настроение. Под зонтом никто не видит слёз, а холодные порывы ветра не располагают к разглядыванию прохожих.

Прошло полгода после развода, и Катерину только сейчас начало отпускать. Летом было некогда: суд, переезд, устройство дочери-подростка в новую школу, попытка заглушить боль с помощью работы на износ. Она стойко все пережила и не разрешала себе плакать. Казалось, дождливый октябрь начал плакать первым, и Катя впервые смогла дать выход слезам, когда шла под потоком воды без зонта.

Отсутствие коллег и клиентов в офисе избавило от необходимости всегда быть на высоте. Катерина настолько расслабилась, что позволила себе несколько дней приходить в офис без макияжа в удобном старом свитере и потёртых джинсах. Удобные кроссовки как бы приглашали пройтись несколько остановок пешком после работы и побыть наедине с собой и своими мыслями.

Катерина работала бизнес-переводчиком и частенько сопровождала иностранных клиентов и бизнесменов на важных встречах и переговорах. Но в период с октября по ноябрь город-курорт становился таким промозглым и неуютным, что жизнь в нем как будто бы замирала. Все ждали снега и зимы.

Жила Катерина с дочерью Марианной пятнадцати лет, Мари, как она теперь представлялась. Взбалмошная девочка-подросток, занимающаяся в спортивной школе, вечно пропадающая на тренировках и соревнованиях. Спорт требовал больших финансовых вложений. Это была ещё одна причина, почему Катерина не могла себе позволить отпуск в этом году — бывший муж укатил со своей новой пассией в столицу, присылал скромные алименты, которых не хватило бы даже на питание и проезд до спортивного комплекса.

После развода Катерина взвалила на себя столько работы, что иногда забывала поесть. Зато похудела на двенадцать килограммов. Только вместо грациозной лани она видела в зеркале загнанную лошадь. А ведь ей всего лишь немного за тридцать. Многие ее подруги в это время только впервые примеряли на себя роль невесты и молодой матери, а Катерина чувствовала себя уставшей от жизни.

«Надо меньше работать — тогда и силы будут» — упрекала она себя. — «Мало мне основной работы, так ещё и подработку взяла», — продолжал ворчать внутренний голос. Но это зря. Катерине даже нравилось это занятие — перевод на русский книг современных авторов. В основном разного рода фантастика, истории о попаданцах, любовные романы — довольно лёгкие книги, которые скрашивали осенние вечера таких же, как и она, уставших, но не отчаявшихся одиноких женщин.

Ей нестерпимо хотелось перемен, чтобы хоть на секунду почувствовать себя героиней одной из фантастических историй. К несчастью, желания сбываются не совсем так, как мы об этом мечтаем.

Катерина уже третий день была одна в офисе. Коллеги отдыхали, работали удаленно или отсиживались на больничном с сезонной простудой.

Налив большую кружку капучино, девушка устроилась у панорамного окна, выходящего на оживленный проспект. Внизу медленно двигалась утренняя пробка, свет фар отражался в каплях дождя на стекле. Время лениво тянулось, а солнце, похоже, решило сегодня и вовсе не выглядывать. Оттого казалось, что сумерки растянулись на целый день.

Из раздумий Катю вывел телефонный звонок, который в пустом офисе прозвучал неприлично громко. Вздохнув, девушка поплелась к столу коллеги, на котором разрывалась от бойкой трели телефонная трубка.

— Инглиш фо бизнес, менеджер Екатерина, слушаю вас! — собственный голос показался Катерине каким-то незнакомым и официальным.

— Здравствуйте! Мне нужна Татьяна! У нас встреча с партнёрами сегодня в 19 часов в Калиновке. Срочно нужен переводчик! — бодро оповестила трубка хорошо поставленным женским голосом.

— К сожалению, Татьяна в отпуске, — извиняющимся тоном сообщила трубке Катерина.

— А кто вместо неё? — уточнила невидимая собеседница. Катерине очень не хотелось ехать ни в какую Калиновку в такую погоду. Там находился ультрасовременный санаторий. Единственный, который разрешили возвести на территории национального парка. Рядом находилась старинная деревушка Калиновка, и одноименная речушка.

— Только я — Екатерина Белоус.

— Ваша специализация? — уточнила трубка.

— Английский, испанский.

— Отлично, английский — то, что надо. Приезжайте к 18.30. Я закажу для вас пропуск, — командовала трубка.

Как же не хотелось никуда ехать в такую погоду.

— А до которого часа продлится мероприятие? — нехотя уточнила Катерина.

— Встреча завершится не раньше полуночи. Понимаю, что это неудобно. Но оплата в тройном размере — за срочность и выезд в нестандартное время! — бойко отрапортовала трубка.

— Договор у нас с вами есть, оплату за сверхурочную работу отдам при встрече. Жду вас! Спросите на рецепции Марго! — безапелляционно заявила девушка на том конце провода и завершила звонок.

Катерина положила телефон. Весь офис знал, что у Татьяны самые крупные клиенты — бизнесмены, политики, музыканты. Она работала со сложными, но денежными партнерами, которыми не собиралась делиться с коллегами. Урвать ее заказ в другое время — большая удача. Однако сегодня Катерине ехать совсем никуда не хотелось. И, как позже выяснилось, интуиция ее не подвела.

Катерина уехала из офиса домой пораньше. Надо привести себя в порядок, взять с собой деловой костюм, оставить еды кошке. Дочь на сборах и приедет только через неделю — хоть об этом можно было не беспокоиться.

Немного подумав, взяла с собой домашний костюм, который привезла из поездки в Европу. Вдруг встреча затянется и придется заночевать на месте. Хоть будет во что переодеться.

Закинув в машину сумку с вещами, термосом с травяным чаем и планшетом, двинулась на своем стареньком внедорожнике в сторону выезда из города.

«Хорошо, что решила выехать пораньше — сегодня будут пробки из-за дождя» — думала Катерина, подпевая грустной песне из хрипящего радиоприемника. Машина ее была хоть и старше десяти лет, но надежна и проверена в боях с бездорожьем. Ее габариты Катя чувствовала, как свои. За время долгих поездок в различные командировки и вылазки с друзьями автомобиль стал ее вторым домом. Здесь была и аптечка, и запас воды, и сухпаек, и теплая одежда, и плед, и даже запас туристических спичек.

Дорога до санатория заняла около двух часов, и Катерина прибыла на место за час до назначенного времени. Марго оказалась сухощавой блондинкой с ультракороткой стрижкой. По-деловому собранная, без лишних эмоций она ввела Катерину в курс дела. По какому-то поводу к местному бизнесмену Кортунову занесло арабов-нефтяников. Необходимо было присутствовать на встрече за ужином и помочь с переводом. Никаких сложных переговоров или контрактов. Мужчины весь вечер обсуждали совместные предприятия, прибыль, ситуацию на рынке и общих знакомых-бизнесменов. Ничего сложного или необычного. Катерина легко справилась.

Встреча затянулась до полуночи, после чего Марго поблагодарила переводчицу, оплатила ее выезд и предложила сделать ей большой кофе с собой.

Ночлег в санатории за счет принимающей стороны переводчице не предложили, несмотря на позднее завершение встречи. А полученные сверхурочные можно было потратить лишь на ночь в отеле без завтрака — невозможно грабительская цена — но тогда терялся весь смысл подработки.

Немного поразмыслив, Катерина решила спокойно отправиться обратно. Не ночевать же в машине на парковке. Спать благодаря кофе не хотелось, и девушка вырулила на ночную дорогу и двинулась в сторону города. Дорога в национальном парке не освещалась, но заблудиться Катерина не могла — мокрое асфальтовое покрытие блестело в свете фар.

По ощущениям Катерины, прошло уже достаточно много времени, но выезда на шоссе не было. Решив свериться с навигатором, Катерина поняла, что углубляется в центр национального парка и едет в противоположную сторону от города. Выругавшись, девушка попыталась вспомнить, где же была развилка, на которой она свернула не туда. Но развилок не было. Единственный населенный пункт в национальном парке — село Калиновка тоже было в стороне. Тогда непонятно, куда вела эта современная двухполосная дорога.

В надежде, что навигатор просто глючит, а любая асфальтированная дорога рано или поздно выведет к цивилизации, Катерина неуверенно продолжила движение вперед. Но, как она и боялась, выезда на шоссе она так и не увидела.

Часам к двум ночи Катерина резко выехала к ярко освещенному трехэтажному зданию, расположившемуся на открытой поляне среди абсолютно неприступного леса. Сначала испугалась, что это может быть частным владением или военным объектом. Однако разномастные автомобили на парковке и громкая музыка говорили скорее о вечеринке в загородном особняке.

Девушка устала ехать и решила выйти размяться, а заодно узнать у кого-нибудь дорогу в город. Хорошо бы еще было посетить туалет, а то выпитый кофе давал о себе знать.

У входа курила небольшая компания, состоящая из трех ухмыляющихся мужчин и пары вульгарно смеющихся девиц. Похоже, отдыхающие были навеселе. Они скользнули по Катерине равнодушными взглядами и продолжили обсуждать что-то крайне веселое. Девушка беспрепятственно вошла внутрь.

Внутри помещение было похоже на ночной клуб и отель одновременно. У входа расположилась стильная зона рецепции, рядом стояли мягкие кресла для ожидающих, на журнальном столе были разложены яркие рекламные буклеты. Справа по коридору была открыта дврь в танцевальный зал, где гремела музыка и было видно веселящихся людей. Похоже, вечеринка была в разгаре. Катерина в задумчивости огляделась, надеясь найти кого-то из персонала и задать вопросы о дороге в город.

Какого же было ее удивление, когда она увидела знакомое лицо девушки, подошедшей к стойке рецепции.

— Марго! — не смогла скрыть удивления переводчица. Перед ней стояла распорядительница из санатория, где двумя часами ранее закончилась бизнес-встреча. Только на этот раз у Марго были волнистые белокурые локоны до плеч и очень яркий макияж.

Подошедшая девушка подняла тяжелые наращенные ресницы и вопросительно посмотрела на Катерину. Догадка осветила ее лицо, и она быстро защебетала:

— Вас прислала Марго? Очень вовремя, а то я вся извелась уже! Думала, до утра никто не приедет, а мне срочно нужно освободить комнату, — кажется, Катерину приняли за кого-то другого. Скорее всего, за уборщицу.

Мимо рецепции прошла колоритная парочка: огромный лысый качок, майка на котором вот-вот должна была лопнуть от горы играющих мышц и девица в неприлично короткой розовой кожаной юбке и абсолютно прозрачной блузке, под которой не было даже намека на белье. Парочка жарко целовалась, а мужчина жадно лапал свою спутницу. На ходу девица подцепила со стойки рецепции ключи от комнаты. Через пару мгновений они скрылись на лестнице, ведущей наверх.

Катерина снова повернулась к девушке, которую сначала приняла за Марго. Терпеть больше не было сил.

— Где здесь туалет? — вопросительно взглянула Катерина на девушку-администратора за стойкой. В ответ копия Марго неопределённо махнула в сторону коридора налево.

Катерина быстро нашла огромную туалетную комнату, отделанную светлым мрамором, с зеркалом в полный рост. Все здесь просто кричало о богатстве: дорогая сантехника, пара пуфиков и даже маленький столик, баночки с дорогим мылом и какими-то маслами.

«Наверное, барышни любят здесь селфи делать» — подумала Катерина и взглянула на свое усталое отражение. Каштановые волосы снова растрепались. От укладки, которую она делала для рабочего вечера, не осталось и следа. Девушка стянула волосы в хвост и зашла в ближайшую кабинку, рассчитывая побыстрее выбраться из этого места.

Дверь в туалетную комнату открылась, и Катерина невольно подслушала разговор двух женщин, которые думали, что находятся там одни.

Катерина совершенно не хотела подслушивать чужие разговоры, но выйти сразу она не успела, а после того, что она услышала, желание обнаружить себя совершенно пропало.

— Видела, Грин опять приехал? — вопрошала одна девица довольно высоким, почти крикливым голосом.

— Ага, — задумчиво ответил бархатный женский голос, — злющий сегодня, как чёрт.

— Слышала, что он с Белоснежкой на прошлой неделе сделал? С тех пор бедняга так и лежит, не встаёт. Интересно, кому сегодня достанется? — волнение первой нарастало.

— Ну, тут главное расслабиться и получать удовольствие от процесса. Да и вознаграждение того стоит.

— Ну, не знаю, он же может и до смерти заездить. Это же не человек, а секс-машина. Притом ему вообще неважно, кто перед ним: пол, возраст, внешность…хоть горгулью беззубую ему дай.

— Сегодня вроде новенькая есть, значит, он ее выберет. Расслабься, он свежее мясо любит, а ты уже далеко не первой свежести, — рассмеялась одна из невидимых собеседниц.

У Катерины желудок подпрыгнул к горлу от смутного осознания того, куда она случайно попала. Только стать гостьей элитного борделя на частной территории ей и не хватало! Девицы тем временем вышли из туалетной комнаты, а Катя решила незаметно пробираться к выходу и срочно уезжать.

Но планам на побег не суждено было сбыться, так как сразу на выходе из туалета ее поджидала гламурная копия Марго.

— Хватит прохлаждается, пойдем, покажу, зачем тебя вызвали.

— Мне нужно переодеться, вещи в машине, — решила выкрутиться Катерина, прекрасно понимая, что никто ее не вызывал и вообще ее с кем-то спутали.

— Потом, все потом, — щебетала администратор этого странного заведения и несмотря на свою миниатюрность, железной хваткой потащила Катерину вверх по лестнице.

Второй этаж ещё больше напоминал фешенебельную гостиницу: мягкий светлый ковер с длинным ворсом, стены цвета слоновой кости, лепнина на потолке и мягкий золотистый свет от изящных настенных светильников. Девушки успели пройти мимо десятка шикарных дверей, но тут их остановил резкий оклик:

— Кармен! — взревел в конце коридора ужасного вида мужчина, похожий одновременно на тролля и на бульдозер. Одна его рука была шире талии девушки-администратора. Она обернулась к Катерине, кивнула ей на ближайшую дверь и прошептала:

— Жди здесь, я скоро. И не ходи одна по коридору.

Сама Кармен-Марго повернулась к недовольному клиенту и расплылась в улыбке:

— Господин Грин, Вы снова нас посетили, — она захлопнула за Катериной дверь, оставив ту в прохладном полумраке комнаты, а сама осталась общаться с мужчиной. Было понятно, что именно этого мужчину обсуждали в женском туалете. Желания более близкого общения с ним не было.

Когда глаза привыкли к темноте, Катерина оглядела комнату: большую ее часть занимала огромная кровать, на противоположной стене было окно с не задернутыми шторами, у окна столик с графином и парой стаканов. Сбоку маленькая дверь в санузел. Больше ничего, даже присесть некуда.

Разговоры за дверью стали приглушенными, видимо, администратор и посетитель, вызывающий ужас до дрожи в коленках, ушли дальше по коридору. Слов было не разобрать, но пока они рядом, высовываться в коридор не стоило. Катя решила присесть на краешек кровати, продолжая жадно вслушиваться, чтобы быть начеку и не упустить момент, удачный для побега.

Катерина полностью погрузилась в размышления о способах побега из этого заведения. На окне была решетка, так что оставалось только выйти через дверь и прокрасться незамеченной к машине. Когда прямо под боком она услышала тихий стон и почувствовала еле заметное шевеление на другом конце кровати, то от неожиданности свалилась на пол.

Потирая больно ушибленную пятую точку, она осторожно приподнялась с пола и взглянула на кровать. В темноте сложно было заметить кокон из смятых одеял, который, вероятно, и был источником напугавшего ее звука. Человек в одеялах ещё несколько раз дернулся, издавая тихие стоны, и снова затих. Казалось, ему снится кошмар.

Катерина вздохнула, казалось, ее присутствия не заметили. Ей нестерпимо захотелось сбежать из этой комнаты, но разговор на повышенных тонах в коридоре не давал возможности к бегству. Ожидание медленно тянулось, сидеть на полу было холодно и неудобно. Девушка все же решила снова присесть на край кровати. Спустя какое-то время человек снова завозился, раскидывая спутавшие его одеяла в стороны.

— Пи-и-и-ить, — еле слышно прошелестел голос в темноте.

Катерина сидела в нерешительности, не зная, стоит ли проигнорировать просьбу или помочь незнакомцу. Тот снова застонал и как-то болезненно дернулся.

Девушка подошла к столику, налила воды из графина и протянула стакан незнакомцу. Из-за длинных волос она сначала приняла его за девушку, однако, подойдя ближе, поняла, что это мужчина.

— Возьмите, — протянула стакан незнакомцу. Тот открыл глаза, но, казалось, не видел девушку. Попытался взять стакан дрожащей рукой, но чуть не выронил его, расплескав вожделенную жидкость. Девушка брезгливо посмотрела на мужчину.

«Допился», — пронеслось в голове у нее, она никогда не любила пьяниц. Однако чувство жалости пересилило, и она помогла незнакомцу сделать несколько жадных глотков воды.

Придерживая стакан, она случайно коснулась руки мужчины и вздрогнула — кожа была невероятно горячей. Не сдержавшись, она совершенно автоматически положила руку на лоб незнакомцу, как делала это сотни раз, проверяя на ощупь температуру у ребенка. Горячий, даже очень. Тут, должно быть, температура не меньше 39 градусов. Почувствовав прикосновение к своей коже прохладной руки, мужчина дернулся и проговорил что-то неразборчивое. Запаха алкоголя в комнате тоже не было, как и следов его употребления — ни пустых бутылок, ни стаканов.

Недолго поразмыслив, Катерина включила приглушенный свет торшера у стола, сходила в уборную, смочила махровое полотенце прохладной водой и положила на лоб незнакомцу. Больной постоялец, наверное, доставил немало проблем Кармен, но оставлять его здесь одного без лекарств и присмотра совершенно не стоило.

Мужчина затих, а для Катерины снова потянулись минуты ожидания.

Мобильник у Катерины не ловил сигнал в этой глуши, и от нечего делать она стала рассматривать комнату, стараясь не смотреть на больного мужчину на другом краю кровати. Но делать это было с каждой минутой сложнее, и спустя какое-то время девушка осознала, что рассматривает своего соседа по комнате в упор.

Наверное, это был довольно симпатичный молодой человек, но сейчас болезнь исказила его черты: ярко очерченные потрескавшиеся губы, темные круги под глазами, бледная кожа. Длинные светлые волосы разметались по подушке, они были спутанными и слипшимися — видимо, больной не приходил в себя уже несколько дней и не мог привести себя в порядок. Частое поверхностное дыхание говорило о том, что состояние мужчины не улучшается и он нуждается в медицинской помощи.

Возраст при таком освещении было определить сложно, но морщин Катерина не заметила. «Наверное, не больше лет 25», — вздохнула она. «Да и маникюр получше, чем у многих женщин,» — засмотрелась девушка на тонкие аристократичные пальцы, сжимающими край одеяла.

За размышлениями она не сразу заметила, как в коридоре все стихло. Осторожно приоткрыв дверь, Катерина выглянула — путь свободен. Бросив последний взгляд на больного, который погрузился в тревожный сон, она выскользнула в коридор. Аккуратно ступая по мягкому ковру, продвигалась к лестнице. Из-за закрытых дверей доносились женские стоны, вскрики, практически звериное рычание и стук мебели. Кажется, здесь за каждой дверью бурно занимались сексом.

Добравшись до вожделенной лестницы, Катерина быстро побежала вниз. Свобода была уже так близка, она уже видела стойку рецепции, но, свернув с последней ступеньки, она налетела на администратора. Та суетливо на ходу перебирала бумаги в папке, поэтому заметила Катерину только в момент столкновения.

— Вы уже осмотрели больного? — спросила администратор выжидательно глядя на Катерину.

Кажется, ее приняли за врача, догадалась девушка.

— Я не… — неуверенно начала она.

— Понимаю, случай тяжелый. Хотелось бы ликвидировать последствия инцидента максимально конфиденциальным способом, — тараторила администратор.

Катерина вздохнула, и продолжила:

— Температура очень высокая. Вам нужно вызвать скорую, я не смогу помочь. Сколько он в таком состоянии?

— Дня два или три. Сначала было полегче, думали, что отлежится. А теперь вот температура, возможно, воспаление, — в тоне администратора не было и нотки сожаления. Кажется, она говорила с раздражением и некой брезгливостью.

— Не вызовете скорую — он тут у вас помрет от заражения крови через пару дней. Не думаю, что вашим посетителям, — Катерина махнула рукой в сторону танцпола, где музыка была уже не такой громкой, — понравится такой исход.

— А когда он снова сможет… работать? — замялась администратор, как бы подбирая слова.

«Так он еще и сотрудник? Вот ведь горе-работодатели. Наверняка даже больничный не оплатят бедняге. И скорую вызывать не будут, чтобы не привлекать внимания к заведению», — подумала Катерина.

— Работать?! Да он у вас тут помрет с часу на час, — заявила Катерина и обойдя администратора уверенно направилась к выходу, мечтая поскорее отсюда убраться.

— Постойте! — в панике воскликнула администратор и схватила удаляющуюся Катерину за локоть.

— Я заплачу вам, — перешла она на громкий шепот, — только избавьте меня от этой проблемы! Завтра с проверкой приедет начальство. Марго сказала, что вы точно поможете!

Из танцевального зала вышел мужчина, мутным взглядом мазнул по девушкам и неустойчивой походкой направился в сторону туалетов. Этой заминки администратору хватило, чтобы преградить Катерине путь к отступлению и прижать ее к стойке рецепции.

— Вы обязаны мне помочь! — напирала она. — Не можете сделать это на месте — увезите его отсюда. Работать он и раньше не особо хотел, а теперь и не сможет. Девочки его любят, но мы найдем замену.

— Да не буду я вам помогать! — попыталась вырваться из цепких рук Катерина.

— К утру его не должно быть в комнате. Перенесут в подвал. Вы же понимаете, что в сыром холодном помещении у него не будет шансов, — администратор начала давить на жалость. И кажется, поняла, что попала в точку: красивый мужик в беде, какая уж русская женщина устоит и не ринется спасть.

— И что же мне с ним делать? — не сдавалась Катерина, хотя от жалости к незнакомцу, который скоро окажется в подвале, кольнуло сердце. Почему-то она даже не подумала, что администратор может блефовать.

Позже она размышляла, как же так получилось, что она подписала какие-то бумаги и уже через пятнадцать минут выезжала из ворот странного заведения с незнакомцем, скорчившемся на заднем сидении ее автомобиля. Наверное, сказались усталость и дикое желание оказаться скорее дома. Любой ценой.

В ночной холод мужчину вывели под руки администратор и одна из девиц. Из одежды на нем была белая мятая рубашка, узкие брюки и высокие кожаные сапоги. Отличный наряд для прогулок глухой октябрьской ночью.

Для того, чтобы хоть немного унять озноб, Катерина дала своему подопечному таблетку парацетамола, завернула в плед и укрыла сверху своей кофтой. Благо все это было у нее в машине.

Девушка уверенно ехала по мокрой дороге размышляя над последними словами администратора «Ну ничего, подлечите его и не пожалеете. Он спокойный и послушный. Еще спасибо скажете. А здесь он бы и двух дней не протянул».

Через сорок минут дорога вывернула на междугороднее шоссе, и национальный парк остался позади. Катерина удивлялась, как же так получилось, что они не проехали мимо санатория, где проходила злополучная бизнес-встреча с арабами всего несколько часов назад.

Телефон, стоящий на зарядке, бодро пиликнул, оповестив, что снова поймал сигнал сотовой связи. Катерина подумала, что им срочно нужна медицинская помощь. И хорошо бы сдать мужчину в больницу на лечение. Проблема была в том, что среди полученных бумаг, часть из которых точно была не на русском, она не видела паспорта или каких-то других документов, удостоверяющих личность. А как зовут мужчину, она спросить не догадалась.

Немного порывшись в памяти, она вспомнила про Геннадия — знакомого врача-травматолога, которому иногда помогала с медицинскими переводами, которые он использовал при написании своих статей для научных журналов. Этот добродушный отец троих детей, подкатывал ко всем знакомым женщинам, неоднократно намекая Катерине, что не против перевести их отношения в другую плоскость. Особенно он активизировался после ее развода с мужем.

Немного поколебавшись, она написала сообщение с вопросом, не на дежурстве ли сегодня любвеобильный травматолог и не может ли она приехать по личному вопросу в обход регистратуры. Ответ пришел незамедлительно «Приезжай, я весь в нетерпении».

До больницы домчали быстро. В приемном покое никого не было — ночь была спокойной, и дежурные врачи дремали в ординаторской. Геннадий стоял на крыльце и курил, теряясь в догадках, что за личный вопрос может быть у этой мороженой курицы.

К больнице подъехали к четырем утра. Пассажир на заднем сидении за всю дорогу не издал не звука, находясь то ли в обмороке, то ли в глубоком сне. Было все еще темно и нестерпимо холодно. Катерина, поежившись, вышла из машины, открыла заднюю дверь автомобиля и, наклонившись, дотронулась до плеча спящего.

— Эй, просыпайтесь! Мы приехали, — начала Катя будить мужчину, не сильно надеясь на быстрый успех.

Вопреки ожиданиям, глаза открылись мгновенно, словно он и не спал вовсе. Мужчина попытался сфокусировать взгляд на девушке.

— Вставайте, надо показать вас доктору, — мягко попросила она.

Не с первой попытки, но он все же выбрался из автомобиля, кутаясь в яркий оранжевый плед, словно средневековый рыцарь в свой плащ. Геннадий, стоящий на крыльце, удивленно поднял бровь и вопросительно посмотрел на Катерину.

— Можешь посмотреть, что с ним, но не оформлять документы? — спросила девушка.

Врач неодобрительно хмыкнул, но ничего не сказал, слишком много он задолжал переводчице. Кивком показывая пациенту, чтобы шел за ним. Катерина решила ждать на улице, чтобы не привлекать в больнице к своему визиту излишнего внимания. Да и голову надо было немного проветрить.

Спустя полчаса мужчины вернулись. Катерина к этому моменту успела выпить отвратительный порошковый кофе из автомата в холле и немного пришла в себя. Спасенный мужчина шел уже бодрее, продолжая кутаться в свой плед. Он вопросительно взглянул на Катерину. Та махнула на дверь автомобиля и предложила ему подождать ее внутри. Следом вышел Геннадий, он выглядел озадаченным.

— Ты где его откопала? В лесу у бандитов отбила? — нервно спросил он.

— Практически, а что? — с вызовом ответила Катерина.

— Ну, я такое первый раз вижу. А, поверь мне, я на этой работе всякой жести насмотрелся.

— А что не так? — перебила врача девушка.

— Понимаешь, там вполне серьезные травмы, — начал перечислять врач, загибая пальцы. — Пара сломанных ребер, следы от веревок на запястьях и щиколотках, следы от, кх-м, действий сексуального характера. Похоже, его пытали не одни сутки.

Катерина еле сдержала судорожный вздох

— Катюша, я должен бы заявить об этом в полицию, тут серьезное дело. Надо найти тех, кто это сделал с ним.

— Не надо. Я его еле оттуда увезла. Не стоит им знать, что он выжил. Скажи, ему можно помочь в домашних условиях — повернулась Катерина к врачу.

— Думаю, что да. Первую помощь я оказал, раны обработал. На удивление, самочувствие его намного лучше, чем должно быть. Молодой крепкий организм. Будешь привозить его ко мне на осмотр. Время я тебе позже напишу. И необходимо будет тщательно следовать моим рекомендациям. Уколы колоть сможешь?

— Да, я умею.

— Тогда держи, — врач протянул длинный лист назначений.

— Спасибо, сколько я должна? — поблагодарила Катерина.

— Ничего. Береги себя. И подумай, стоит ли тебе с ним связываться, уж больно он странный. Неудивительно, при его-то экстравагантной внешности, что он нарвался на неприятности.

— Что ты имеешь в виду?

— Увидишь, — хмыкнул врач и скрылся в дверях приемного покоя.

Катерина снова уселась за руль и поехала к дому. На востоке лениво занимался рассвет. Девушка хотела побыстрее оказаться дома, желательно, чтобы ее странный гость остался незамеченным вездесущими соседками.

Припарковавшись максимально близко к подъезду, Катерина помогла кокону из оранжевого пледа выбраться из машины, и они максимально быстро оказались в подъезде. Лифт стоял на первом этаже, когда двери закрылись и кабина задрожала, начиная движение вверх, мужчина испуганно дернулся.

Зайдя в квартиру, Катерина почувствовала навалившуюся на нее нечеловеческую усталость. Их с любопытством встречала заспанная кошка. Мужчина привалился к стене и начал медленно сползать.

— Ох, нет! Давай без глупостей! — попыталась подхватить своего гостя хозяйка дома.

Не тратя время на раздумья, она, не разуваясь, дотащила его в свою спальню и бросила на неразобранную кровать. С недовольством посмотрела на сапоги, стянула их и отнесла в коридор. Сил не было даже на то, чтобы самой переодеться. Она повалилась на кровать рядом с ярко оранжевой гусеницей, которой казался ее странный гость, закутанный в плед, и уснула, едва коснувшись щекой подушки.

Проснулась Катерина спустя всего несколько часов. Все тело было словно свинцовым. Еле разлепив веки, девушка с удивлением уставилась на оранжевый кокон, вздымающийся от дыхания незнакомца, которого она сама притащила в свой дом. Воспоминания о вчерашнем дне навалились на нее, и девушка со вздохом повалилась на подушку, дав себе минуту на осознание реальности.

Спать больше не хотелось, девушка сходила в душ, заварила себе кофе и решила составить план действий.

В первую очередь следовало сходить в аптеку за лекарствами из обширного листа назначений, затем приготовить поесть. А еще надо было раздобыть мужчине одежду — та, что была на нем, представляла странный ансамбль и не очень подходила к домашней обстановке. С последним проблем быть не должно — в кладовке еще остались какие-то вещи бывшего мужа. По ощущениям, незнакомец был выше и шире в плечах, но не сильно. Что-то на первое время должно подойти.

Затем Катерина планировала расспросить мужчину о его месте жительства, родственниках и друзьях. Наверняка кто-то ищет этого оболтуса. Возможно, получится передать его обеспокоенным родителям.

Составив план, девушка почувствовала себя уверенней и отправилась за покупками. Вернувшись домой, она решила начать с водных и медицинских процедур. Уколы антибиотика следовало колоть три раза в день. Для этого придется разбудить мужчину.

Девушка вошла в спальню и отдернула шторы, комнату заполнил яркий солнечный свет. Присев на кровать и разложив на тумбочке ампулы и шприцы, она повернулась к спящему и впервые смогла его разглядеть при хорошем освещении. Невольно девушка залюбовалась.

Перед ней был блондин с правильными красивыми чертами лица. Ровный нос, аккуратная линия темных бровей, высокие скулы, бархатистая кожа.

«Красит волосы?» — подумала девушка и отодвинула слипшиеся волосы, чтобы посмотреть, не отросли ли корни. И с удивлением уставилась на ухо необычной формы — аккуратное, с острым кончиком, как у эльфов в фильмах.

«Пластика или накладка?» — подумала девушка. Внезапно, ее осенила догадка, что перед ней был не просто мужчина. Необычный внешний вид, волосы, ухоженность и аристократичность, даже выбор одежды говорили об одном. Скорее всего, перед ней был гей, который попался на глаза разъяренному стороннику традиционных ценностей в том странном заведении, за что и поплатился. А может быть, это перестарался его любовник.

Ухо мужчины не давало ей покоя, так и хотелось узнать: настоящее или накладка. Не в силах бороться с любопытством, девушка дотронулась до кончика необычного уха и провела вдоль ушной раковины: теплое, без следов клея или крепежа.

Внезапно ее руку перехватила крепкая мужская рука и сильно сжала запястье. От неожиданности девушка вскрикнула и попыталась отдернуть руку, но у нее это не получилось. При этом глаза мужчина даже не открыл, а на лице не дрогнул ни один мускул.

— Отпусти, — попросила Катерина. Пальцы, удерживающие ее руку, расслабились. Казалось, что мужчина продолжает спать.

— Просыпайся, надо сделать процедуры, — неуверенно начала она.

Наконец, глаза блондина открылись, и он посмотрел на Катерину огромными серыми глазами. Девушка замерла от восторга, настолько он был красив. Ну и пусть, что гей. Любоваться же можно.

Казалось, воспоминания понемногу вернулись к мужчине, взгляд стал более осознанным, и он проговорил тихим, немного хриплым голосом:

— Доброе утро, Госпожа!

От необычного приветствия Катерина поперхнулась, однако решила проигнорировать столь странное обращение.

— Ты помнишь, что вчера произошло? — ей казалось вполне естественным перейти на «ты» с мужчиной, который провел ночь в ее постели. Мужчина неуверенно кивнул.

— Мы были в больнице, доктор назначил ряд процедур. Хотя я думаю, что сначала тебе стоит сходить в душ, — девушка надеялась, что водные процедуры помогут красавцу прийти немного в себя.

Катерина проводила остроухого блондина в ванную, показала, где взять гель для душа и шампунь. Выдала новую мочалку, зубную щётку и чистое полотенце. Грязную одежду попросила оставить для стирки и пообещала быстро принести что-то из одежды на замену.

Среди вещей бывшего мужа Катерина быстро нашла серые спортивные штаны и майку. А вот с бельем вышла засада. Придется купить новое.

Осторожно просунувшись в ванную, и убедившись, что мужчина находится за плотной душевой шторкой, она аккуратно положила на стиральную машину одежду и уже хотела выскользнуть из комнаты. Но что-то пошло не так — похоже, мужчина в душе потерял равновесие, в панике схватился за мокрую штору руками, но это не спасло его от позорного падения. Шторка вместе со штангой полетела вниз, окатив Катерину миллионом брызг.

Секунда, и перед удивленной девушкой лежал совершенно обнаженный шикарный мужчина в потеках пены. Мокрые волосы прилипли к его лицу и шее. Невольно девушка залюбовалась его крепким подтянутым телом без единого волоска. Кубики пресса были напряжены и четко очерчены, сужаясь книзу, туда, где располагался мягкий член.

Девушка забыла, как дышать. Обнаженный красавец же смотрел на нее без тени смущения, словно привычный к тому, чтобы его так пристально рассматривали.

Катерина очнулась первой, кинула мужчине полотенце, чтобы он прикрылся, и пулей вылетела за дверь. Она тяжело дышала и была одновременно смущена и очарована красотой этого атлетически сложенного мужчины. Девушка вытерла с лица не то пот, не то брызги, налила крепкого кофе и приказала себе успокоиться. Если девочки его не интересуют, то он и не увидит ничего пикантного в произошедшей сцене.

Спустя десять минут из ванной вышел блондин, облаченный в серый спортивный костюм, который сидел на нем даже лучше, чем на прежнем владельце. Он оглянулся в нерешительности, не зная, куда идти дальше в незнакомом месте. Но затем пошел на кухню, привлекаемый ароматными запахами завтрака.

— Госпожа, — обозначил свое появление на кухне блондин. Катерина усмехнулась. Госпоже полагалось жить во дворце, а не в убитой хрущевке, куда она была вынуждена вернуться после развода с мужем.

— Зови меня Катерина. Присаживайся к столу, поешь, и выпей вот эти таблетки — девушка поставила на стол стакан воды и лекарства.

Мужчина оглядел небольшую кухню, присел на единственный свободный стул и нерешительно потянулся к бутерброду. Несмотря на неловкость и смущение, держался он с достоинством, сидел с ровной спиной, откусывал небольшие кусочки, хотя явно был голоден. Чай пил тихо и аккуратно. И как-то веяло от всего его образа аристократичностью.

«Точно гей», — снова подумала Катя, глядя на весь его облик и невольно любуясь пепельно-белым цветом волос, который просто не мог быть натуральным.

— Благодарю, все было очень вкусно, — мужчина слишком резко встал из-за стола, схватился за грудь и снова начал терять равновесие. Девушка подхватила падающую тушку и помогла добраться до спальни. Говорил же врач про постельный режим. Да и уколы давно пора было делать.

Стянув покрывало, она уложила побледневшего мужчину в кровать, велела повернуться на живот и приспустить штаны. Повисло неловкое молчание, а зрачки блондина расширились от ужаса.

— Уколов боишься? Не бойся, я умею, — успокоила его девушка, набирая лекарство в шприц.

Мужчина молча приспустил штаны, крепко сжимая их побелевшими от напряжения пальцами. Он стиснул зубы, и, кажется, даже перестал дышать в ожидании экзекуции. Ягодицы его были слишком напряжены. Катерина побоялась, что не сможет ввести иглу в стальные мышцы.

— Расслабься, — попросила она его удивляясь тому, как глухо прозвучал ее собственный голос, — так будет легче.

Девушка протирала намеченное место ваткой со спиртом несколько дольше, чем нужно. Мягкими, почти ласкающими движениями она добилась того, что ее пациент немного расслабился. Катерина умело поставила укол и быстро ввела лекарство.

— Все в порядке, можешь одеваться, — улыбнулась она. Мужчина быстро натянул штаны, повернулся на бок и внимательно посмотрел на Катю. Но так больше ничего и не сказал. Напряжение спало, и глаза его начали слипаться. Через минуту он уже погрузился в сон.

Катерина решила немного поработать и ушла в комнату дочери, где включила компьютер и села за отчет по прошедшему ночью мероприятию.

Тревожные мысли роились в ее голове. Как так получилось, что она притащила домой незнакомого больного мужика, косящего под эльфа? Интересно, как на это отреагируют знакомые? А дочь? С мужем они давно не делили постель, да и Мари видела холодность и отстраненность между ними. Но как она отреагирует на появление в доме этакой экзотики? Но раз он гей, то она хотя бы может не беспокоиться по поводу домогательств с его стороны. Хотя именно против последнего она, скорее всего, ничего против не имела бы.

Ближе к обеду Катерина закончила работу по переводу очередной книги. По ее мнению, пошлость жуткая, но деньги на дочь-подростка и ее серьезное увлечение спортом были очень нужны. А теперь расходы возрастут, раз временно у нее поселился потрепанный ролевик непонятной ориентации. Раз уж вспомнила, надо пойти проверить.

Мужчина уже проснулся и даже попытался встать, когда Катерина вошла. Выглядел он заметно получше, синяки под глазами прошли, цвет кожи перестал отливать синевой. Однако самостоятельно встать у него пока не получилось — опора на мягкий матрас не была достаточной. Поэтому он остался сидеть, низко опустив голову.

— Как ты себя чувствуешь? — поинтересовалась девушка.

— Благодарю тебя, Госпожа, я в порядке, — ответил блондин, не поднимая глаз. Казалось, он рассматривал ярко синие носки своей собеседницы и обращался именно к ним.

— Давай ты все же будешь звать меня по имени — Катерина.

— Как будет угодно, — ответил мужчина, продолжая рассматривать ее носки.

— А как тебя зовут? Мне кажется, мы не успели познакомиться? — девушка присела на край кровати.

— Меня будут звать так, как будет угодно моей госпоже, — был ответ.

— Послушай, это что за розыгрыш? Или ты головой повредился? Может, надо было тебя в больнице оставить? Что ты заладил «госпожа, госпожа»? — Катерина была возмущена и одновременно напугана странной манерой речи своего гостя.

— Это не розыгрыш! Катерина, прошу Вас, не злитесь и не отправляйте меня в больницу! — взмолился мужчина и, наконец, посмотрел ей прямо в глаза. В этом взгляде глубоких серых глаз было столько отчаяния и боли, что девушка не сразу нашлась, что ответить.

— Тогда объясни мне, почему ты так со мной разговариваешь, и что вообще происходит? — она надеялась получить на свои вопросы четкие ответы.

— Вчера ты подписала документы и приняла права владения на меня. Отныне я твой раб, покорный слуга. Рабу не полагается иметь имя, новый владелец сам выбирает удобное для него.

— Это у вас игры такие? — ответа на этот вопрос не последовало.

После минутного молчания девушка спросила:

— А кто ты вообще такой?

— Я — Эльф, моя Госпожа! — совершенно спокойно ответил блондин.

Тут уж девушка начала подумывать, что кто-то ее жестоко разыгрывает, либо кто-то из них двоих тронулся умом.

— Подскажи пожалуйста, а откуда ты взялся? Вроде в наших лесах эльфы не водятся.

— Госпожа Катерина, я нахожусь в рабстве уже более двухсот лет, — голос эльфа стал безжизненным, — за это время я сменил множество мест и хозяев. Теперь я в полном твоем распоряжении. Я не смогу ослушаться твоего приказа, даже если захочу.

— Даже если я прикажу в окно выпрыгнуть? — спросила Катерина первое, что пришло в голову.

— Да, но если твой прямой приказ приведет к моей гибели, то ты тоже умрешь. Таковы условия контракта. Ты ведь не стала вчера читать бумаги, которые подписала? — кажется, эльф над ней посмеивался.

Черт! Вчера она даже не взглянула на бумаги, которые подписывала. Может там и заявка на кредит была или расписка о получении денег.

Катерина надолго замолчала, переваривая услышанное. А затем скомандовала:

— Слушай мой приказ: ложись и снимай штаны!

Эльф поморщился как от зубной боли. Но все же послушно лег на кровать, пока Катерина отвернулась к тумбочке с лекарствами, чтоб подготовить новую инъекцию.

Когда девушка повернулась к эльфу со шприцом в руке, она была несколько шокирована: мужчина лежал перед ней на спине и был совершенно обнажен, если не считать волос, которые волнами спадали на плечи и грудь. От неожиданности она чуть не выронила шприц.

— Вообще-то я имела в виду несколько другое, — кивнула она на шприц, — не мог бы ты перевернуться на живот.

Эльф быстро перевернулся, но Катерина рассмотрела его еще более подробно, чем в ванной: красив, хорошо сложен, но не качок.

Когда эльф перевернулся на живот и положил голову на сложенные руки, Катерина не удержалась, и провела холодными пальцами вдоль позвоночника красавца от шеи почти до самого копчика. Затем спустилась на ягодицу, одной рукой зафиксировала кусочек плоти, а другой провела мокрой ваткой, отчего по телу эльфа разбежались мурашки, и поставила укол. Затем накинула на него одеяло и тяжело выдохнув, уселась рядом.

— Зачем ты разделся полностью? — сдавленно спросила девушка.

— Я думал, что Вы решили проверить, все ли желания я смогу исполнить.

Катерина подумала, что если все, что он тут наговорил про двести лет рабства, правда, то наверняка хозяйки не единожды использовали его тело для сексуальных утех. А может быть, не только хозяйки, но и хозяева.

Понимая, что голова от полученной информации идет кругом, девушка решила ненадолго выйти прогуляться.

Прогулявшись до ближайшего магазина с домашним трикотажем, Катерина прикупила мужских трусов и носков, а так же взяла себе симпатичную пижаму и комплект красивого нижнего белья — надо себя радовать, все-таки статус госпожи обязывает.

Как назло, на кассе она лоб в лоб столкнулась с Вероникой — своей институтской подругой, с которой они вместе учились на переводчиков, но в последнее врем общались только в соцсетях. Глаза у подруги округлились, когда она увидела в руках Катерины мужское белье. Такое постороннему не покупают. Да еще и откровенный женский комплект.

Глаза у Вероники загорелись любопытством, она даже отложила покупку стрингов для своего драгоценного Коленьки.

— Ты с кем-то познакомилась или твой бывший вернулся? — выразительно кивнула она на пакет с покупками Катерины. Отпираться или врать не было смысла. Катерина уклончиво ответила, что у нее кое-кто есть, но она пока не готова его знакомить с друзьями.

— Ну раз уж ты ему носки покупаешь, а сегодня не 23 февраля, значит вы уже как минимум спите вместе. А может он и вовсе к тебе переехал! — высказала предположение Вероника.

Катерина даже не могла сказать, насколько подруга была близка к правде. Сославшись на подготовку к свиданию, Катерина убежала домой, оставив подругу наедине с ее догадками. По дороге она продолжала размышлять о том, как совместить два своих мира: тот, в котором у нее появился собственный эльф и тот, в котором она жила до прошлого вечера.

Вернувшись домой, Катерина отмахнулась от мыслей о мировом господстве и пошла на кухню готовить борщ. Больного следовало хорошенько кормить. Кстати, она была уверена, что эльфы должны быть вегетарианцами. Однако ее экземпляр утром с аппетитом ел бутерброды с ветчиной.

Немного смущаясь, девушка заглянула в комнату, где был эльф. Он лежал, откинувшись на подушки и немигающим взглядом смотрел в потолок. Услышав шорох шагов, он подскочил с кровати и склонился в поклоне так, что его длинные волосы скрыли лицо.

— Тебе надо поесть, пойдем, — не отреагировав на поклон, ответила Катерина. Про себя она отметила, что в этот раз больной легко встал с постели сам.

Как девушка и ожидала, эльф съел целую тарелку борща, и не отказался от добавки. Покончив с едой, он продолжил сидеть за столом. Пауза затягивалась.

— Так как мне тебя называть? — снова начала разговор Катерина.

— Хозяйка может выбрать абсолютно любое имя, и раб должен будет его принять.

— Может быть есть какое-то имя, к которому ты уже привык? — предположила девушка

— Предыдущая хозяйка звала меня Белоснежкой, — невесело усмехнулся эльф, — так что выбирать тебе, госпожа Катерина!

Катерина вспомнила, что уже слышала это прозвище в борделе накануне. От догадки о его обязанностях там, у нее перехватило дыхание и ком подступил к горлу. Боясь, что сейчас разрыдается, она выскочила из кухни. Немного успокоившись, она нашла планшет и вернулась.

Открыв сайт с мужскими именами, она положила планшет на стол перед эльфом. Он с удивлением смотрел на новую игрушку.

— Что это? — спросил он.

— Здесь весь список имен, давай вместе выберем то, что не будет вызывать у тебя неприятных воспоминаний!

— Щедрое предложение. Что ж, спасибо! — кажется, блондин улыбнулся.

— Можешь взять планшет, чтобы выбрать.

— Я не умею им пользоваться. Я видел такие штуки там, — он неопределенно махнул рукой, — но мне было нельзя к ним прикасаться.

— Смотри, это планшет, управляется прикосновением пальца. Вот так прокручивать страницу. А вот так можно найти что-то, что тебя интересует. А еще можно посмотреть фильмы, видео или послушать музыку, — начала перечислять девушка доступные функции любого планшета или смартфона.

— Давай сейчас выберем имя, а позже я научу тебя пользоваться этим устройством, — предложила Катерина.

— Вот это, — почти не глядя, ткнул эльф в экран.

— Елисей?! — засмеялась девушка, вспомнив героя Пушкина королевича Елисея. А у нее раб. Хотя по повадкам вполне себе королевич.

Эльф кивнул.

— Хорошо, пусть будет Елисей, — согласилась Катерина.

Оставшийся вечер был потрачен на изучение возможностей планшета. Как выяснилось, эльф пишет по-русски с большим количеством ошибок. Поэтому девушка показала ему голосовой поиск.

Перед сном надо было сделать еще один укол, на этот раз все прошло быстро, эльф уже не боялся и не смущал Катерину своим поведением.

Спать девушка ушла в комнату дочери, оставив эльфа в своей постели. Несмотря на усталость, она долго не могла уснуть, размышляя над тем, куда бы ей деть эльфа. Дочь вернется через несколько дней, а дома странный ушастый мужик по имени Елисей спит в маминой постели.

Разве что в деревню его отвезти в старый бабушкин дом. Но сейчас конец октября, а в доме она не была уже года два. Не факт, что там можно жить. Тем более везти туда ослабленного эльфа, который пока даже с постели встает с трудом.

Утром Катерина проснулась в кровати дочери и не сразу вспомнила, почему здесь оказалась. Осознание реальности пробудило ее быстрее, чем чашка эспрессо. У нее в квартире находится эльф, который считает себя ее рабом. Надо, кстати, уточнить условия договора. Может быть, она как-то сможет побыстрее от него избавиться или вообще освободить.

Катерина накинула поверх тонкой пижамы махровый халат и вышла из комнаты в темный коридор.

— Моя Госпожа! — неожиданно прошептал эльф над самым ухом. Он давно проснулся и ждал под дверью ее комнаты как верный пёс.

От неожиданности девушка резко обернулась, схватившись за дверной косяк для равновесия. Эльф уже опустился перед ней на колени и, поймав полу ее халата, прижал мягкую ткань к губам. Катерина вспыхнула от смеси смущения и возмущения. Волна жара накрыла ее, а щеки стали пунцовыми.

— А можно как-то вот без этого? — спросила она.

— Нет, без этого никак нельзя, — ответил эльф, глядя на нее снизу вверх, — таковы правила. Этот ритуал укрепляет связь раба и господина, и наделяет нас обоих силой. Если им пренебрегать, то будут последствия для здоровья.

Катерина не поняла, как это работает. Но лишь удивлённо приподняла бровь, пообещав себе обязательно во всем разобраться.

— Что ж, идём завтракать, — вздохнула девушка, — кстати, что ты привык есть? Я слышала, что эльфы вегетарианцы.

На вегетарианца Елисей был совсем непохож — он с аппетитом ел яичницу, а на бутерброд положил двойную порцию ветчины. Кажется, прокормить его будет сложно.

— Для того, чтобы утолить голод, подойдёт любая пища, — ответил эльф, — кстати, я умею неплохо готовить, и могу заняться приготовлением пищи для тебя и твоих гостей, если ты ещё не придумала, как меня… использовать.

Использовать… Сколько горечи было в этом слове. И сколько ужасных значений оно могло иметь. Для Катерины рабство было чем-то из древней истории, хотя ещё два века назад оно было законно в крупнейших государствах мира. А в некоторых странах оно нелегально существует и до сих пор. Чаще всего рабов использовали как бесплатную рабочую силу, а не как безвольную секс-игрушку.

— Для начала тебе нужно восстановиться, — отвлеклась девушка от собственных мыслей, — выпей таблетки и идём делать укол. Вечером надо показать тебя врачу.

В спальне эльф уже привычно лег на кровать и приспустил штаны. Он уже не утыкался лицом в подушку, а, повернув голову, с интересом смотрел за манипуляциями девушки.

Завершив медицинские процедуры, она осталась сидеть на кровати, для удобства подоткнув подушку под спину. Она откашлялась и задала давно интересующий вопрос:

— Елисей, расскажи мне все, что я должна знать о тебе и правилах нашего совместного существования.

Катерина попросила рассказать о природе рабства и получила от эльфа столько информации, что с трудом смогла все уложить в голове.

Правила рабовладения были отражены в контракте, но его редко кто читает. К тому же часть написана на эльфийском.

— Правил немного, — начал рассказ Елисей, — раба нельзя убивать самому, просить это сделать кого-то другого, либо давать рабу приказы, выполнение которых приведет к гибели раба. Наказание за это — смерть владельца.

Катерина охнула.

— Кроме того, — продолжил эльф, — нельзя отсылать от себя раба больше, чем на 28 дней. Минимум один раз в течении лунного цикла раб должен оказаться рядом с господином и заверить его в своей покорности, поцеловав край одежды. Нарушение этого правила ведёт к проблемам со здоровьем как у господина, так и у раба. Если соблюдать это правило, то жизненная энергия у владельца увеличится.

— А как происходит передача права собственности? — поинтересовалась Катерина, — я как-то незаметно для себя это сделала.

— Хозяин может добровольно передать раба другому человеку. При этом новый господин должен выразить добровольное согласие принять ответственность за раба на себя в письменном виде. Раба нельзя продавать или обменивать, только передать добровольно, не требуя ничего взамен.

— А как можно освободить раба? — Катерина задала давно мучивший ее вопрос.

— Видишь ли, госпожа Катерина, рабство для эльфа — это явление магии крови, своеобразная привязка. Снимется она только тогда, когда раб добровольно спасет жизнь владельца и заплатит за это кровью. Именно магия крови не даёт ослушаться и заставляет выполнять требование господина даже против воли.

— Получается, что роль господина не важна? Он ничего не решает и не может повлиять на судьбу раба?

— Наверное, можно назвать господина хранителем для раба, пока раб не выполнит контракт, и магия крови не примет жертву в оплату долга. Но за две сотни лет рабства у меня так и не получилось выполнить все условия, — печально закончил Елисей.

Катерина сидела на кровати, поджав ноги и обхватив колени руками. Эльф лежал рядом с ней на боку, следя за ее реакцией на полученную информацию. Он изучал ее повадки и старался понять: что от нее ждать и как пройдут ближайшие несколько лет, которые ему суждено провести с очередной госпожой.

— Скажи, — наконец подала голос она, — мы обязаны жить под одной крышей?

— Нет, я должен жить в том доме, где ты являешься хозяйкой. Если у тебя несколько домов, то я могу жить в одном из них. Условия содержания не важны, главное, не дать мне умереть и соблюдать правило 28 дней.

— Один из моих хозяев внимательно изучил правило контракта и решил с помощью меня продлить себе жизнь, — продолжил Елисей, — по его приказу меня держали в клетке в его спальне. Кормили, били не очень сильно, чтобы не подвергнуть угрозе смерти. Он регулярно подпитывался моей энергией для поддержания молодости и здоровья.

Рассказывая об этом эпизоде, эльф непроизвольно сжал в кулаке одеяло так сильно, что ткань натянулась и начала трещать, готовая порваться. На мгновение он погрузился в пучину страшных воспоминаний. Катерине захотелось успокоить его, залечить не только физические раны, но и душевные. Она провела рукой по голове и светлым волосам. Эльф дернулся от ее прикосновения, словно от удара током.

«Наверное, ему неприятны все прикосновения посторонних. Так много людей использовали его тело и то, что он не может противиться приказам, что он уже не ждёт ничего хорошего от очередной госпожи».

— Прости, — прошептала Катерина и выбежала из комнаты, пока эльф не увидел ее слез.

Эльф в изнеможении откинулся на подушку. Воспоминания нахлынули на него с новой силой, ощущение ярости и беспомощности душили его.

*Елисей*

Сколько раз я уже проживал подобное? Сколько у меня было хозяек, которые искренне хотели спасти несчастного раба и отогреть его любовью?

При благоприятном стечении обстоятельств новая госпожа сделает меня игрушкой для своих постельных утех. Я уже не раз проходил через это.

Против воли по венам снова разольётся обжигающее желание. Но от него не будет жарко, этот огонь заморозит меня. И я механически выполню все, что захочет госпожа. Я будет умело ласкать ее, доводя до наивысшего блаженства, а сам так и не смогу кончить ни разу. Мое тело будут мучить ночь за ночью, я буду исступлённо кричать, доводя очередную хозяйку до оргазма, а потом буду лежать в темноте, желая уснуть и больше не просыпаться. Она будет призывать меня по ночам и отпускать, измученного, только под утро. А дни я буду проводить в одиночестве в ожидании новой ночной пытки.

Но ещё хуже будет, если она захочет поиграть со мной в любовь, и придется имитировать отношения. Я должен буду изображать пылкого влюбленного. Мы будем гулять в обнимку, говорить о звездах и строить планы на будущее. Мне придется обнимать ее, возможно, даже целовать. Как же я ненавижу поцелуи — это одна из самых мерзких вещей, которые магия принуждает делать. Особенно неприятно будет, когда госпожа начнет стареть, ведь век людей короток.

При этом госпожа будет счастлива, наша жизнь будет казаться ей идеальной, наполненной лаской и заботой. Она будет искренне верить, что спасла несчастного раба и наделила его жизнь смыслом. И она так и не узнает, что это она сама только силой своих желаний заставила меня подчиниться.

Лучше бы меня снова били и унижали, выкручивали жилы раскаленными щипцами, чем принуждали изображать любовь и нести повинность в постели с нелюбимой женщиной. Я снова буду ненавидеть себя и свою мучительницу, но буду не в силах что-либо изменить.

А потом сменится госпожа и все начнется заново. А возможно, следующим будет господин. С мужчинами все проще. Неважно, придется работать на стройке или отрабатывать в постели. Мужчины не требуют изображать чувства и испытывать эмоции.

Пройдут века, сменятся сотни хозяев, чьи лица и имена я не запомню, но чувствовать меня никто не заставит. Больше — никогда.

Я не раз задумывался о смерти, но магия крови коварна. Я не могу совершить самоубийство. Это должен быть приказ господина. Но еще ни один прежде не захотел лишить раба жизни, зная, что расплатой за убийство станет собственная смерть.

В течение дня Катерина заходила к Елисею лишь для того, чтобы поставить очередной укол и позвать на обед. Она чувствовала, что неприятна ему, ведь в ней он видел лишь очередную госпожу. Ей очень хотелось показать, что не все люди одинаковые, есть еще в этом мире дружба и сострадание.

Катерина раздумывала о том, что бы ей приготовить на ужин, когда услышала шорох у двери.

— Моя Госпожа! — эльф стоял на коленях, — прости мое дерзкое поведение и позволь мне загладить вину!

— Елисей, прошу тебя, не нужно вставать на колени кроме случаев, когда тебе нужно… засвидетельствовать покорность, ну, или как этот ритуал называется. У нас так не принято. Но если хочешь загладить вину — прояви чудеса своего кулинарного таланта, а я посижу и посмотрю!

Девушка показала эльфу продукты, ножи, сковородку и баночки со специями. А сама налила себе травяного чая, забралась с ногами на стул и стала наблюдать иногда подсказывая как включить газ или где найти соль.

Эльф готовил вроде бы обычное рагу из курицы и овощей, но способ приготовления завораживал Катерину. Его плавные движения словно гипнотизировали девушку. Мужчина проворно орудовал ножом, жарил курицу на сильном огне, а потом томил в специях.

Блюдо получилось невероятно вкусным и ароматным. А как красиво была оформлена подача и сервирован стол! Не в каждом ресторане подадут такое.

— Елисей, присядь и поешь вместе со мной, — попросила девушка.

— Как угодно, Катерина, — ответил эльф, наполнил вторую тарелку и тоже сел за стол.

— Скажи, а ты не пробовал работать? — спросила девушка, отправляя очередной кусочек в рот.

— Что? — удивился эльф.

— Ну, работать, что-то делать за деньги, возможно, отдавая часть заработанного господину, — припомнила Катерина уроки истории про оброк у крепостных крестьян.

— Никто не предлагал мне такого раньше, но не думаю, что это запрещено, — смутился эльф.

— А чем же ты занимался все это время, находясь в рабстве? Неужели никто не предложил тебе жить отдельно и вести себя так, как тебе самому хочется?

— Нет, госпожа. Обычно хозяева держали меня при себе, не нагружая никакой работой, кроме… — замялся эльф.

— Постели? — закончила за него Катерина. Эльф опустил глаза вниз и не поднимал их, медленно пережевывая остатки рагу.

Катерина решила обдумать возможные варианты отселения эльфа, чтобы он обеспечивал себя сам, а не сидел у нее на шее. А пока нужно было собираться на прием к врачу. Недавно она получила сообщение от Геннадия о том, что он заступил на смену и она может привезти своего подопечного для контроля состояния в приемный покой.

В больницу отправились ближе к полуночи. Они снова ехали в машине по ночному городу. Ехали молча, эльф с интересом рассматривал пустынный проспект и высотные здания, а Катерина смотрела на дорогу. Она размышляла над тем, что эльф очень мало знает о современном мире, ведь каждый раз его жизнь сосредоточена вокруг господина. И чаще всего, его не выпускают из дома, где он вынужден жить.

Доехали быстро, Геннадий снова ждал их на крыльце.

Эльф твердой походкой направился навстречу доктору и крепко пожал протянутую ему ладонь. Геннадий довольно хмыкнул и предложил Катерине поприсутствовать на осмотре. Девушка смутилась, но согласилась. Ей и самой было интересно, каково самочувствие эльфа. Внешне он выглядел намного лучше, чем в день их первой встречи, когда казалось, что он проживет не больше пары дней.

Теперь ей даже стало понятно, почему предыдущая хозяйка так быстро избавилась от слабеющего раба в пользу первой встречной — она не хотела умирать вслед за ним.

Втроем они прошли длинным коридором в смотровую. Для приличия врач поставил ширму, отгораживая их с эльфом от входа, но Катерина сидела в метре от них и все прекрасно слышала.

Врач велел эльфу раздеться и произвел сначала внешний осмотр. Судя по его удивленным возгласам, что-то в состоянии пациента его удивило. Затем они ушли делать рентген, оставив Катерину в одиночестве.

Вернулся врач один, девушка обеспокоенно взглянула на дверь, ожидая, когда войдет Елисей. Но его все не было. Геннадий сел напротив Катерины и, взяв ее за руку, вкрадчиво спросил:

— Катюша, а кто он тебе?

— Друг, — ответила девушка не зная, как еще описать природу их отношений.

— Либо ты привела его брата-близнеца, либо это пришелец с другой планеты, — нервно хохотнул врач и, посерьезнев, продолжил, — у него затянулись все раны и на рентгене не перелом, а лишь трещина на одном ребре. Анализы крови тоже в норме.

Катерина даже не удивилась новости, а потом сказала:

— Наверное, в прошлый раз, ты переоценил его травмы. А может быть у тебя уже все перепуталось, ты же работаешь за двоих.

— Да, возможно, — почесал затылок Геннадий, — что ж, антибиотики поколи еще день, остальные препараты можно отменить. И это, бледный он все-таки. Съездите на природу, в деревню. Пусть поест свежих продуктов. Главное — чтобы не простыл.

— Спасибо, — Катерина освободила свою руку и направилась к двери. Эльф ждал ее в коридоре, молча подпирая стенку напротив выхода из кабинета. Он скрестил руки на груди и не сводил тяжелого взгляда с двери, ожидая, когда появится его госпожа. Почему-то ему не нравилось, что девушка осталась наедине с этим мутным врачом.

Катерина не заметила недовольства Елисея. В ее голове сложился пазл, и она придумала, как устроить дальнейшую жизнь эльфа. В том, что он примет ее решение, она не сомневалась — деваться ему некуда. Пусть это несколько отличалось от привычного ему сценария, но правил контракта не нарушало. Обрадованная тому, что нашла решение этой проблемы, она направилась к выходу из больницы, а хмурый эльф молча пошел за ней.

Решение отправить эльфа в старый бабушкин дом казалось Катерине самым правильным выходом из ситуации. Он будет жить отдельно от нее, но в принадлежащем ей доме, а она будет его навещать пару раз в месяц.

Освободить раба она не в силах, но она может дать ему возможность жить так, как ему хочется, не ограничивая его действия. О том, что с Елисеем может что-то случится и тогда она погибнет, девушка даже не задумывалась. Не маленький уже — справится.

Эльф удивился новости о том, что переезжает в другой дом, но понять, рад он или нет, Катерина не смогла. Такого просто никогда не было, и новая госпожа разорвала привычный шаблон поведения.

У девушки оставался последний выходной, рано утром она отправилась за покупками: продукты, хозяйственные принадлежности, что-то из одежды и самое главное — мобильный телефон для связи.

— Недешево в наше время содержать раба — усмехнулась девушка, подсчитывая, сколько ещё надо взять дополнительной работы, чтобы закрыть брешь в семейном бюджете.

До деревни было не более часа езды, и к старому дому они подъехали не позже полудня. Дом стоял на крайней улице, а на задах открывался захватывающий вид на уходящие вдаль поля, среди которых мелькала серая лента дороги. Дома на этом краю деревни казались нежилыми — газ сюда так и не провели, и соседи использовали их как летние дачи. Поэтому поздней осенью улица пустовала, и никто не заметил их приезда.

Кажется, Катя не была здесь пару лет с тех пор, как отношения с бывшим мужем начали трещать по швам. Дом почти не изменился, он выглядел еще крепким, но одиноким и заброшенным: заколоченные ставни, покосившийся забор, заросший участок.

Катерина уловила разочарованный и даже немного брезгливый взгляд эльфа, но решила не придавать этому значения. Жить здесь ему будет неудобно, а ей будет неудобно, если он останется в ее квартире.

Отперев заржавевший замок, она вступила в дом первой и щёлкнула выключателем — свет работает. Внутри пахнет пылью и сыростью. В доме всего две комнаты: проходная кухня и жилая комната. На кухне небольшая печка. Для готовки был ещё и газовый баллон с небольшой плитой. Проверила — работает, а дров в сарае хватит до весны.

Эльф довольно быстро со всем разобрался, от вида уличного туалета не пришел в восторг, но решил стойко переносить все тяготы ссылки. Они растопили печь, включили старенький холодильник и разобрали продукты. Во дворе была баня, а колодец с питьевой водой был прямо рядом с домом. Условия далеко не сказочные, особенно в конце осени.

— На этом краю деревни никто не живёт, но на соседней улице есть люди, а в центре небольшой магазин, — давала последние наставления Катерина. Она не была уверена, что эльф справится с покупками, но на всякий случай оставила ему денег.

Перед отъездом она установила эльфу на телефон популярный мессенджер и научила записывать голосовые сообщения и снимать фото и видео.

Уехала Катерина только когда начало смеркаться, пообещав навестить своего раба через неделю. По дороге домой она переживала за то, как эльф устроится на новом месте и не простынет ли в старом доме. Но интуиция подсказывала ей, что она все сделала правильно.

Катерина вернулась домой поздно, кошка заспанно щурилась при виде хозяйки. В квартире было непривычно тихо. Девушка убрала оставшиеся следы присутствия мужчины в доме. Ночью непривычно было снова оказаться в своей постели.

Утром успела наготовить вкусняшек к возвращению дочери. В последние дни она так мало думала о ней, и теперь ее мучило чувство вины. Дочь вернулась домой только после полудня. Такая счастливая и красивая — их волейбольная команда показала отличные результаты. Мари посмотрела внимательно на мать и сказала:

— Ма, ты изменилась вроде. Что-то с волосами сделала? Так похорошела. Хорошо бы тебе теперь завести парня, ты ж у меня ещё не старая.

Катерина подавилась чаем, но решила ничего не говорить. Но позже в ванной она долго себя рассматривала. Кажется, выглядит она и правда неплохо, морщин пока не видно, кожа ровная и матовая.

В понедельник Катерина снова поехала в офис, ее жизнь постепенно входила в привычную колею «дом-работа». Но у нее был маленький секрет, о котором она никому не говорила. Это был новый контакт в телефоне с именем «Елисей».

Каждое утро он присылал своей госпоже голосовое сообщение с пожеланием доброго утра. Иногда спрашивал разрешения что-то изменить в доме. Писал эльф довольно безграмотно, а звонить было как-то неловко. Поэтому голосовые сообщения стали идеальным решением для общения.

Катерина спрашивала его о здоровье, интересовалась, что привезти и обещала, что приедет не позже обеда в ближайшую субботу.

На работе Катерина уже была не одна — из отпуска вернулась Татьяна, чей клиент ей достался в тот судьбоносный вечер. Бизнесмены оказались очень довольны и оставили лестные рекомендации, поэтому теперь у Катерины должно было появиться больше индивидуальных заказов. Это будет весьма кстати, учитывая возросшие расходы.

Девушка даже не представляла, что было бы, если бы Татьяна все-таки попала бы на эту встречу сама. Достался бы эльф тогда ей, и сейчас бы уже она прятала его от всего мира? Или они бы даже не встретились, и администратор из борделя сплавила бы Елисея кому-то другому?

В выходной дочь, ошалевшая от учебы, планировала навестить бабушку по отцу, живущую в их же городе. Очень удачно, так как Катерина не общалась с бывшей свекровью, поэтому совершенно спокойно смогла навестить своего эльфа.

Выехав на рассвете, Катерина успела вырваться из города до пробок — не одна она спешила покинуть на выходные хмурый мегаполис. Машина ровно катилась мимо унылого осеннего пейзажа. Звонить эльфу в такую рань Катерина не стала.

Наконец, вдалеке показалась серая россыпь деревенских домов, над которыми вились тоненькие струйки дыма — во всей деревне топилось не более 20 домов, остальные были покинуты до весны.

Мягко шурша по подмёрзшей листве, автомобиль подъехал к такому знакомому дому. Однако теперь он выглядел обжитым и ухоженным. Видимо, эльф навел здесь порядок за две недели, что она отсутствовала. Забор выправлен, сухостой убран. В вымытых окнах горел свет и висели чистые шторы. Из трубы вился дымок, обещая тепло и уют.

Девушка вышла из машины и не успела захлопнуть дверь, как практически над самым ее ухом раздался взволнованный шепот «Моя Госпожа!». Эльф припал на одно колено и поднес к губам край ее пальто. В этот момент словно волна тепла пронеслась по телу девушки, снимая усталость последних дней и наполняя ее ощущением счастья и полноты жизни. Видимо именно об этом эффекте говорил эльф, когда рассказывал о связи между рабом и хозяином.

Лицо эльфа залилось румянцем, кажется, ему тоже стало жарко от этой встречи. Катерина немного качнулась, и чтобы не упасть, положила руку на голову своего раба, провела рукой по шелковистым волосам. В этот раз эльф не отшатнулся, лишь слегка вздрогнул от неожиданности. Так они и замерли на несколько секунд, пытаясь оправиться от новых ощущений.

Понимая, что хозяйка не спешит проявлять инициативу и находится в легкой растерянности, эльф встал, продолжая склонять голову, наблюдая за мимикой госпожи из-под опущенных ресниц.

— Пройдемте в дом, здесь холодно, вы можете простыть, — тихо проговорил он и подал локоть, за который Катерина с благодарностью ухватилась.

Внутри дом тоже кардинально преобразился. Он словно ожил и наполнился теплом, обещая отдых и успокоение. Такое чувство уюта и защищенности у Кати было только в детстве, когда еще жива была бабушка Валя.

Кухня сияла чистотой, стол и лавка были выскоблены до белизны. От печки шел жар, весь дом наполнял запах выпечки.

Елисей усадил все еще немного дезориентированную девушку на лавку, подложив под спину пару подушек и налил душистого травяного чая. После этого эльф снова опустился на колени и снял с ног девушки сапоги, сменив их на уютные вязаные носки. Он обвел косточки на щиколотках мягкими пальцами, как бы проверяя, хорошо ли сидят носки. А затем резко встал и вышел в сени.

Эльф вернулся минут через десять с охапкой дров и сложил их у печки. Катерина невольно залюбовалась его напряженными мышцами, проступающими под тонкой тканью домашней майки. Затем он достал из печи свежий хлеб и бережно укутал его полотенцем.

— Как ты тут устроился? — Катерина решила, что надо уже что-то сказать.

— Благодарю, это очень хороший дом. Мне здесь очень комфортно, — ответил эльф, — в комнате я тоже навел порядок и сделал небольшую перестановку. И здесь прекрасная природа, я уже был в лесу. Он, конечно, уже спит, но я чувствую его силу.

Напряжение между ним спало, они разобрали покупки, привезенные из города. Затем Елисей начал готовить обед, а Катерина вызвалась помогать ему, чтобы не чувствовать себя бездельницей.

Еда, приготовленная эльфом, была такой вкусной, что Катерина не смогла удержаться от восторга:

— Мне кажется, что это самое вкусное, что я ела! А хлеб — просто наслаждение!

Елисей был доволен произведенным эффектом и наконец-то довольно улыбался. После обеда решили пойти немного прогуляться.

Прогулка выдалась насыщенной и интересной. Катерина рассказывала про свое детство, когда она приезжала в эту деревню. О том, как они бегали с друзьями на речку, играли в войнушку с мальчишками и строили шалаш за огородами, там, где начинались поля. А потом сбегали из дома, прихватив по куску хлеба с салом и свежих огурцов, а ночами жгли костер и мечтали о будущем.

Они даже нашли то место, где когда-то стоял шалаш. У Катерины защемило сердце от этого мимолётного прикосновения к детству. Вернулись домой, когда уже темнело. Эльф ловко растопил печь, чтобы ночью не мёрзнуть, накормил гостью вкусным ужином.

А потом они смотрели старые фотографии предков Катерины. В альбоме были даже родственники, жившие более ста лет назад. Все они родились, жили, любили, чего-то добились в жизни и уже умерли. Поколения сменяли друг друга. А эльф все это время был в рабстве, мучимый своими хозяевами.

Катерина ощутила огромную пропасть между ними. Перед ней сидел эльф — легендарное существо, полубог. И в насмешку он стал рабом слабых людей, жизнь которых сменялась так быстро, что через столетие он наверняка ее даже не вспомнит в череде лиц.

Пришло время ложиться спать и повисла неловкая пауза. В единственной жилой комнате был только один диван. Эльф расстелил постель для своей госпожи, а сам хотел устроиться на полу у ее постели, как и полагается рабу.

— Ты что, на ледяном полу собрался спать? — удивилась Катерина.

— Да, моя Госпожа, — эльф опустил взгляд вниз с нехорошим предчувствием: госпожа злилась.

— На полу очень холодно, тебя продует, — строго сказала девушка.

— Катерина, я могу лечь на лавку на кухне, если ты позволишь, — предложил эльф.

— И будешь спать на узкой жёсткой лавке без матраса. У меня есть идея получше: ложись со мной на одном диване. Он большой, нам обоим хватит места.

Катерине казалось, что это отличное решение, но эльф лишь опустил голову и почти прошептал:

— Как прикажете, Госпожа.

Они легли, погасив свет. Ощущение напряжённости и неловкости повисло в воздухе. Казалось, что эльф лежит под своим одеялом на максимальной удаленности от Катерины и почти не дышит.

Долго сопротивляться сну Катерина не могла и провалилась в пучину сладких сновидений, где она снова была озорной девчонкой. Но потом приятные сновидения сменились кошмарами, от которых кровь стынет в жилах: она бежала по ледяному лабиринту, спасаясь от неведомых чудовищ. Лишь под утро образы смазались и исчезли, а по телу разлилось тепло.

Проснулась Катерина от еле уловимого шороха позади себя. Она лежала, не открывая глаз. Стараясь не раскрыть себя, она пыталась понять, что же делает эльф. Она ощущала его очень близко, он лежал сзади нее так, что она чувствовала тепло его тела, но он не нарушал невидимую границу и не прикасался к ней.

Она почувствовала его горячее дыхание на своей щеке. Глубокий вдох и судорожный выдох. Ещё один. Он дышит ей в шею, но так и не дотрагивается. Лишь движение воздуха ласкает ее кожу. От его дыхания мурашки разбегаются по ее телу. Ее ресницы предательски дрожат, он понял, что она проснулась. Ещё один глубокий вдох и на выдохе он не то шепчет, не то стонет:

«Моя госпожа!»

*Елисей*

Госпожа привезла меня в старый пустой дом. Бросила здесь, как ненужную вещь и уехала, велев обживаться самостоятельно. Дом был в запущенном состоянии, но вполне ещё крепкий. Магия моя после ранений ещё не восстановилась, много сил ушло на регенерацию. Придется убираться руками.

Первым делом растопил печь, затем убрал пыль в комнатах, сдёрнул грязные занавески. Первые два дня убирался в доме, затем занялся участком.

Руки были заняты, но голову я освободить от мыслей не мог. Новая госпожа ломает привычный мир своими нетипичными действиями. Сначала не захотела использовать меня в постели, а затем и вовсе отослала сюда. Сказала, что будет навещать.

Почему она решила заботиться обо мне и не потребовала отработать? Не взяла то, что всегда брали против воли. Я видел, что не противен ей, она смотрела на меня с восхищением. Но прикосновения ее были робкими и мягкими, а слова скромными.

Мне даже показалось, что она не хочет сделать меня своим любовником, она хочет стать… другом?

К концу недели мысли и сомнения разрывали голову. Пару раз отправлял голосовые сообщения со своего смартфона госпоже с отчётом о проделанной работе и с заверением о том, что все в порядке и я смиренно жду ее возвращения. Как и полагается хорошему рабу.

В субботу подскочил до рассвета — она должна приехать. Поставил хлеб в печь, заварил свежий чай и вышел за дом, туда, где виднелась дорога, по которой должна приехать госпожа. Наконец, я увидел ее машину. Ноги не гнутся, пульс стучит в висках, я весь дрожу от нетерпения. Да что же это? Соберись! От злости на себя самого сжимаю кулаки.

Вот она подъехала и вышла из своего автомобиля. Шагнул к ней сзади, ощутил ее запах, от которого закружилась голова. Болван! Надо поприветствовать ее по правилам.

На выдохе прошептал «Моя Госпожа» и практически рухнул к ее ногам, чтобы притянуть к губам край одежды и завершить ритуал приветствия. Волна огня прошла сквозь меня, сила разлилась по опустевшим магическим каналам. Почему-то желание вдыхать ее запах никуда не пропало, а лишь стало сильнее.

Проводил в дом… Откуда это чувство неловкости? Усадил ее за стол, помог разуться. Почему меня так тянет прикоснуться к ее коже?

Госпожа довольна приготовленным обедом, повела меня гулять и рассказала о своем детстве. Мне тоже захотелось ей рассказать о себе. Впервые с начала моего рабства мне хочется кому-то рассказать о своем прошлом. Но я сдерживаюсь — госпожа не спрашивала.

Вечером смотрели фотоальбом с ее предками. Короткие, как вспышки, человеческие жизни. А в каждой смысла больше, чем в одной жизни никчемного эльфа. Лица мужчин на фотографиях были жесткими и суровыми, а женщины скромны и милы. Хотя Валентина, бабка Катерины, в чьем доме я жил, была очень статной и благородной. «Она из дворянок» — пояснила мне госпожа.

Приближающейся ночи жду с волнением. Что велит госпожа? Попытался было лечь на полу или на лавке. Запретила. Велела ложится с ней. Подчинился. Лег, в ожидании указаний о том, как она прикажет удовлетворить ее.

А она просто уснула. Уже через несколько минут я лежал в темноте и слушал ее мерное дыхание. Она не захотела меня, не стала брать то, что принадлежит ей по праву. Может быть, это такая игра? Притянуть к себе, привязать, заставить раскрыться и поверить. А потом побольнее ударить, унизить, указав на мое место. Долго размышлял в темноте, пока не провалился в сон.

Утром проснулся рано, в комнате было свежо. Госпожа еще спала, ее одеяло упало на пол. Она ведь совершенно замерзла и лежала, свернувшись калачиком. Аккуратно, чтобы не разбудить, укрыл ее своим одеялом, чтобы скорее согреть. Так хотелось поделиться с ней теплом, поэтому я пододвинулся ближе, но не прикасался — на то не было разрешения госпожи. Оказавшись к ней так близко, уткнулся в девичье плечо, вдыхая аромат волос. От этого по всему телу разлилось тепло, и ледяные тиски, сжимавшие мои внутренности долгие годы, словно ослабили хватку, и я не смог сдержать судорожного выдоха.

«Моя госпожа!» — слетело с моих губ, и она проснулась.

Горячий шепот эльфа обжег Катерину и заставил ее сердце биться быстрее. Ей захотелось заглянуть ему в глаза, чтобы убедиться, что искра желания, которая проскочила между ними, ей не показалась.

Девушка резко перекатилась на другой бок, лицом к Елисею. Расстояния для поворота было недостаточно, поэтому она навалилась на него, а он от неожиданности упал на спину и теперь лежал под ней. Глаза широко раскрыты, губы приоткрыты, волосы растрепались. Кажется, он испуган, что его застали врасплох.

— Доброе утро, Елисей! — прошептала девушка эльфу прямо в его остроконечное ухо, а потом резко встала, чтобы не смущать его.

Катерина поежилась — в доме стало свежо за ночь, завернулась в одеяло, которое так и лежало на полу, и пошла на кухню ставить чайник. Эльф вошел на кухню буквально через минуту, уже одетый в джинсы и толстовку, с собранными в хвост волосами. Он принялся растапливать остывшую печку.

Позавтракали молча, не глядя друг на друга, словно между ними произошло что-то постыдное. Разговор не клеился, напряжение нарастало.

Вдруг эльф сорвался с места, резко приблизился к Катерине и встал перед ней на колени.

— Моя Госпожа, прошу простить меня за непозволительно дерзкое поведение этим утром, — начал он, — я готов понести суровое наказание за свой проступок.

Катерина смотрела на него: глаза в пол, руки безвольно опущены, одна непослушная прядь волос упала на лицо. Девушка протянула руку и спрятала выбившиеся волосы за ухо, слегка дотронувшись до его щеки. Эльф стоял, ожидая заслуженного наказания.

— Хорошо, пойдем со мной, — ответила девушка, взяла связку ключей со стены и вышла на улицу, надев пальто. Елисей пошел за ней с нехорошим предчувствием.

Они шли в сторону невысокой постройки, стоящей отдельно от дома. Эльф еще не был там. Катерина отперла огромный замок и пропустила своего раба вперед. Лицо его перекосила гримаса ужаса и отвращения.

— Это комната пыток и госпожа планирует высечь своего непослушного раба? — спросил он опуская голову еще ниже и указывая на широкую лавку, которая занимала целую стену и располагалась на уровне пояса (наверняка для того, чтобы удобнее было наносить удары).

Катерина сначала непонимающе на него посмотрела, а потом начала неудержимо смеяться, отчего эльф как будто весь съежился.

— Нет же, глупенький! — продолжает смеяться Катерина, — это обычная деревенская баня. Здесь моются. Просто она в запущенном состоянии. Надо здесь все отмыть, укрепить прогнивший пол и выровнять покосившуюся дверь. В следующий раз мы ее растопим, и ты сможешь нормально мыться. Тебе понравится.

Эльф расслабился и даже смог нормально осмотреться.

— А зачем такая лавка? — с недоверием спросил он.

— Увидишь. Я куплю веники, новые тазы и ковш. И в следующий раз мы устроим банный день. А то обтираться водой не очень гигиенично. Да и стирать тебе как-то надо будет. Здесь удобнее.

Напряжение между ними спало, и они пошли прогуляться по участку, обошли старую конюшню и покосившийся курятник. Оказавшись на задах участка, остановились посмотреть на умиротворяющий вид засыпающей степи. Было очень тихо, после городского шума тишина просто давила на уши. Они присели на старую лавочку.

— Елисей, вчера я рассказала тебе о своей жизни и о своих предках. Расскажи мне теперь о себе — попросила девушка, — я хочу больше узнать о тебе. Сколько тебе лет? Откуда ты, и есть ли еще подобные тебе эльфы?

— Даже не знаю, с чего начать, — задумчиво начинает Елисей.

— Мне немногим более четырехсот лет, примерно половину жизни я провел в рабстве, жил в разных странах, в вашей стране живу последние лет тридцать.

— А где жил до этого? Вы из другого мира?

— Если ты имеешь в виду планету, то нет, эльфы живут на этой же планете, просто нас осталось немного, и мы живём в очень укромных местах, вход в наши города сокрыт чарами. Люди не видят ничего, кроме безжизненной пустыни или непроходимых лесов. Попасть туда может только свободный эльф, раб лишается этой возможности. Эльфы не интересуются жизнью людей и стараются не вступать в контакт.

— Когда ты выполнишь контракт и станешь свободным, то сможешь ли ты вернуться к своим?

— Да, когда это случится, я верну свою силу и должен буду сразу переместиться к себе на родину, к отцу, — ответил эльф и замолчал.

— А что ты ещё сможешь делать? Ты обладаешь какой-то магией? — Катерина продолжала сыпать вопросами.

— Все эльфы обладают ускоренной регенерацией — эта способность у меня осталась. Остальных я лишился. Раньше я мог мгновенно перемещаться в пространстве — у вас это телепортацией называют и слышал чужие мысли. Ещё эльфы могут общаться между собой силой внутреннего голоса. Самые сильные могут говорить через материки и океаны.

— Это как телефон?

— Не совсем. Скорее, как голосовое сообщение, которое звучит прямо в голове другого эльфа. Для этого нужен либо зрительный контакт, либо надо мысленно назвать того, к кому хочешь обратиться. Но если получатель сообщения слаб, то он не сможет ответить. Я сейчас лишён возможности такого общения. Даже получить сообщение не могу. А вот когда я был дома, то бывало, что мы с братом и сестрой не разговаривали обычным способом многими днями, а использовали только силу внутреннего голоса.

— А можешь ли ты вернуться домой, чтобы тебе помогли избавиться от проклятия?

— Нет, сам я сейчас не могу найти дорогу домой. А даже если бы и нашел, то раб не может войти в город эльфов — не достоин.

— Но, может быть, тебя ищут родные?

— В первые годы я надеялся, что меня найдут и освободят, что это наказание лишь для того, чтобы я повиновался Королю. Но время шло, я переходил от одного хозяина к другому, и никогда больше не видел эльфов. Иногда мне кажется, что кроме меня, больше никого нет, и я последний эльф на Земле.

Катерина подумала, что это может быть вполне вероятным. Двести лет назад спрятать город в пустыне с помощью магии было довольно легко, но при современных технологиях их бы все равно обнаружили.

Девушке отчаянно захотелось утешить этого отчаянно одинокого мужчину. Она погладила его по предплечью, желая как-то подбодрить. Эльф как бы в благодарность накрыл ее ладонь своей. Так бы они и сидели на этой лавочке и смотрели бы на скошенные поля, но пришло время Катерине возвращаться в город.

Катерина вернулась домой в тот день отдохнувшей и полной решимости хоть как-то помочь эльфу. Она потратила долгие часы, чтобы найти какую-то информацию в сети, смотрела сайты конспирологов, изучала зарубежные форумы — информации слишком много, но даже намека на существование каких-то скрытых городов не было. Родственников Елисея получится найти, только если освободить его.

На работе уже не приходилось просиживать весь день в офисе — часто приходилось выезжать на встречи с новыми клиентами. Руководство было довольно Катериной, и зарплату обещали повысить. График встреч был такой плотный, что Катерина еле нашла время для встречи с единственной подругой Вероникой. Они сидели в кафе, подруга без устали щебетала о том, какой ее Коленька замечательный.

По мнению Катерины ничего замечательного в нем не было: обыкновенная содержанка, только мужского пола. Вероника полностью обеспечивала мужчину, баловала его подарками, а тот платил ей преданностью и обожанием. Никаких прав у Коленьки не было, решений он не принимал.

Вскоре пришел и сам Коленька, здоровенный детина под два метра ростом и стал кормить с ложечки десертом свою возлюбленную. От его ужимок Катерину затошнило. Возможно, Веронике такое отношение нравилось, но здоровым оно не выглядело.

Позже, раздумывая об отношениях подруги с ее любовником, Катерина с ужасом поняла, что примеряет на себя такую же модель отношений с Елисеем. Ей бы тоже хотелось, чтобы он смотрел на нее с обожанием. Но он гордый. Его, конечно, можно подчинить и заставить, но заставить полюбить нельзя. И станет ли она счастливой, если мужчина будет с ней по приказу телом, но не душой. Катерине же хотелось, чтобы эльф был с ней по велению сердца, чтобы сердце его растаяло, и он был с ней по-настоящему. По крайней мере ближайшие несколько лет, пока она еще молода.

Следующие выходные Катерина провела с дочерью — нечасто та оставалась дома, и времени на совместный досуг у них почти не оставалось. Пока Катерина жарила блины, Мари сидела рядом на кухне и показывала особенно смешные видеоролики из соцсетей. Ничего необычного: забавные животные, какие-то современные танцы. Но один аккаунт, на который дочь была подписана, особенно заинтересовал Катерину — это был жгучий брюнет, кажется, из Испании, который внешне был очень похож на эльфа: длинные волосы, высокий, статный, но самое главное — уши.

У Катерины даже сердцебиение ускорилось. Но дочь пояснила, что это популярный актер и шоумен и он очень любит шокировать публику. А на пластику ушей он потратил кучу денег — сам недавно рекламировал клинику, где сделали такую операцию.

Катерина подумала, что можно попробовать не искать родственников Елисея, а сделать так, чтобы они сами его нашли. Возможно, кто-то из них вот так же живет среди людей и пользуется современными средствами связи.

В деревню к эльфу получилось попасть только через две недели.

*Елисей*

Катерины не было две недели. Сначала у меня был бешеный прилив сил, и я работал без устали: наколол дрова, починил полы в бане и отскоблил все поверхности. Теперь там стало так чисто, что можно было есть на полу.

К концу второй недели дни стали словно резиновыми, часы тянулись медленно, как густой кисель. Ожидание убивало меня.

Я не мог дождаться, когда же она снова приедет, и я смогу вдохнуть аромат ее волос. Я воображал наши диалоги. Почему-то мне стало важно говорить с ней, ощущать, что она рядом. Я просто привязался к новой госпоже и хочу заслужить ее одобрение или это потребность другого рода? Я не мог ответить себе на этот вопрос.

Наконец наступило морозное утро, когда она должна была приехать. Опавшая листва подернулась инеем, вода в лужицах замёрзла и хрустела под ногами, когда я вышел ей навстречу.

Сначала приветствие: опускаюсь на колени, теперь прикоснуться к краю пальто, поднести к губам — такой простой ритуал, отработанный годами. Но только с ней он даёт такой прилив силы и блаженства.

Шепчу ей «Моя Госпожа» и задыхаюсь от счастья. Она проводит по волосам и кладет руку мне на плечо. Сжимаю ее тонкую ладонь своей, она не спешит убирать и смотрит на меня, а в глазах пляшут озорные огоньки.

— Соскучился? — спрашивает, а я смотрю на нее во все глаза и, как болван, ничего не могу ответить.

— Доставай покупки из машины и пойдем в дом, здесь холодно, — отступает от меня на шаг, но не убирает руку из моей руки, а тянет за собой.

Разобравшись с покупками, идём топить баню. Здесь ничего сложного: принести воды, отодвинуть заслонку, заложить дрова. Пока баня топится, кормлю госпожу обедом. Довольно жмурится и хвалит мою стряпню. К сожалению, это пока все, чем я могу служить ей, и что она готова принять от меня.

В деревенской бане я никогда не мылся, поэтому шел туда с волнением. Мое сердце трепетало от того, что мы идём туда с госпожой вместе. Велела раздеваться, что ж, какая разница, когда начинать. Быстро избавился от рубахи и штанов, когда я остался в одном белье, Катерина не остановила меня. Пришлось раздеваться полностью. Сама она осталась в белой майке до колена, но белье при этом скинула.

В парилке было жарко, госпожа велела залезть на высокую лавку и сидеть там. А сама распустила волосы и колдовала над вениками, от которых пошел чудесный аромат леса и лета. Пот стекал по моему лицу, заливаясь в глаза, струился по спине и рукам.

А затем началось что-то невообразимое. Катерина велела мне лечь на живот и вытянуться на лавке, достала веники из кипятка, и я приготовился к пыткам. Я лежал и думал, в чем провинился, и за что госпожа хочет меня наказать. Хотя для того, чтобы ударить раба, повод не нужен.

Но ожидаемой боли не последовало. Было жарко, но невероятно приятно. Катерина хлестала меня вениками, обливала ледяной водой, снова окутывала горячим туманом с ароматом леса и разгоняла кровь по размякшим конечностям.

В конце концов я еле стащил свое отяжелевшее тело вниз и присел на лавку в предбаннике. Госпожа, тяжело выдохнув, присела рядом, накинула на меня широкую простыню и привалилась к моему плечу. Раскрасневшаяся, такая красивая с мокрыми волосами и такая… родная.

Выйдя из бани, Катерина еле отдышалась. Давно она не брала в руки веник, но руки не забыли. Она от души попарила эльфа, и он сидел, закутавшись в простыню, и осоловело хлопал глазами. Такой милый.

— Елисей, иди в дом, а то тут уснёшь. Я приду минут через пятнадцать.

Эльф ушел, а девушка вернулась в парилку, плеснула на камни воды и с удовольствием растянулась на полке.

Вошла в дом Катерина только через час. Эльф спал сном младенца, сладко подложив ладонь под щёку. Осторожно, чтобы не разбудить Елисея, девушка погасила свет и забралась в постель. Ей неудержимо захотелось обнять этого мужчину, и она просунула руки под его одеяло и обвила голый торс руками. Так и уснула с ним в обнимку, как с гигантским плюшевым зайцем.

Проснулась Катерина первой. Эльф все так же мирно спал, заключённый в ее объятия. А она лежала, зарывшись в его волосы. Как же замечательно они пахли: лесом, лугом и чем-то щемяще родным.

Девушка провела рукой по шелковистым волосам, спустилась по щеке вниз, скользнула по плечу вниз до локтя. Там ее пальцы развернулись и начали движение в обратном направлении: плечо, шея. До лица ее рука дойти не успела. Эльф ловко перехватил ее и притянул к своим губам, нежно поцеловав в самый центр ладошки.

— Доброе утро, моя Госпожа! — выдохнул он, открывая глаза. Кажется, Катерина покраснела, как девочка.

— Доброе утро, Елисей! — он уже отпустил ее руку, но она не спешила ее убирать, аккуратно очертив вокруг губ указательным пальцем. Кажется, она сделала что-то не так и запустила какую-то программу или сработал условный рефлекс.

— Как именно Госпожа желает, чтобы верный раб удовлетворил её? — ни тени улыбки в этом ледяном голосе, просто уточнение задачи.

— Госпожа сегодня хочет только расслабляющий массаж, — заявила Катерина, стянула с себя пижаму и, оставив на себе лишь трусики, улеглась перед застывшим эльфом лицом вниз.

Несколько секунд эльф раздумывал, затем сполз на пол. Он очень осторожно, словно боясь обжечься, положил руку на бедро Катерины. Несмело погладил его, надавил на голень, спустился вниз до щиколотки. Затем поймал пальчики на ногах и стал тщательно разминать каждый из них. Катерине стало щекотно, она попыталась вырвать ногу, но кто бы ей позволил.

Эльф ответственно подошёл к заданию: он разминал каждый клочок кожи, прорабатывал каждую мышцу, каждый сустав. Катерина плавилась как воск под этими сильными пальцами и довольно мурлыкала.

Когда девушка уже думала, что сеанс массажа подходит к концу, эльф перевернул ее на спину и подтянул к себе. Катерине стало интересно, что же он задумал.

Елисей спустился к щиколоткам и снова стал подниматься выше по ноге. Но на этот раз движения были скорее поглаживающими, ласкающими. Руки эльфа продвигались к коленям и выше. Он поглаживал внутреннюю поверхность бедра и пристально смотрел в глаза Катерине.

— Что-то не так? — глухо спросил он.

— Ты уверен, что это входит в расслабляющий массаж? — спросила девушка, закусывая губу.

— Ничто так не расслабляет, как сексуальная разрядка, — прошептал эльф ей на ухо и отодвинул в сторону край вмиг промокших трусиков.

Одной рукой он провел по ключицам и спустился к груди, а второй чуть раздвинул ноги и начал рисовать дразнящие круги по лобку и бёдрам. Катерина невольно подалась навстречу его движениям, желая скорее ощутить его теплую руку на своем клиторе.

Затем эльф наклонился и втянул губами выпуклый сосок, отчего девушка вскрикнула. Он наклонился прямо к ее уху и прошептал:

— Как именно Госпожа желает, чтобы верный раб удовлетворил её сегодня?

От его сексуального шёпота сердце готово было выскочить из груди. Она перехватила его руку и потянула вниз, к источнику разгоравшегося желания. А дальше начался дразнящий танец его длинных сильных пальцев. Он то поглаживал клитор, то увеличивал нажим, а затем отстранялся. Вторая рука кружила от одной груди к другой, а умелый язык дразнил соски.

Сколько нужно женщине, у которой давно не было секса? Вот и Катерине хватило нескольких минут этой бешеной пляски, и она вскрикнула, изогнувшись дугой. Ощущение счастья и пьянящей неги разлилось по ее телу.

Эльф укрыл девушку одеялом и принес ей воды, чтобы смочить пересохшее горло. Напоив свою госпожу, он остался стоять на коленях перед диваном, склонив голову в ожидании дальнейших указаний.

— Эй, ты чего там? Идём, полежишь со мной, — потянулась Катерина.

— Рабу не положено делить ложе с госпожой, — хмуро ответил эльф.

— Госпожа предпочитает после секса обнимашки, поэтому иди сюда и обними меня.

Эльф вернулся на постель, приобнял Катерину сзади, уткнулся куда-то в шею и затих.

Так они и пролежали до обеда, да и то только из-за того, что Катерине надо было возвращаться в город.

*Елисей*

Шла третья неделя моего пребывания в одиночестве. Всего лишь три недели, что это в сравнении с жизнью эльфа? Но каждый день словно прожигал сердце раскалённым железом.

Госпожа говорила, что у нее много дел в городе, поэтому она не может пока приехать. Но мне кажется, что это наказание за мое непочтительное поведение. Как я посмел так поступить? Словно и не раб я вовсе, а она не госпожа. Рабу нельзя проявлять инициативу, тем более, так грубо вести себя.

Но что же мне делать, если меня так неумолимо тянет к ней, ее запах сводит с ума? Я готов отдать всего себя без остатка, раствориться в ней и потерять себя окончательно. И от этого жгучий яд ненависти растекается по моим жилам. Ненависти и презрения к самому себе за то, что я готов потерять свою личность.

Ни с одной хозяйкой раньше не было такого. Они забирали мое тело, подчиняли его себе. Но в душу они запасть не могли, она была сокрыта от них. Мне удавалось оставаться холодным и отрешенным, даже когда я доводил их до исступленного оргазма, и они выкрикивали слова любви. Ни одну из них мне не хотелось целовать, ни с одной из них я не смог кончить. Магия подчинения заставляла мою плоть подняться, но излиться в блаженстве она принудить не могла.

Мы продолжали общаться с помощью голосовых сообщений. Каждое из них наполняло меня радостью, а каково же было мое ликование, когда госпожа прислала мне видеосообщение, и я смог любоваться на нее, прокручивая короткое видео без остановки.

Наконец время моего заключения в одиночестве закончилось. Она приехала.

Не помня себя, я бросился к машине. Она еще не успела выйти, лишь открыла дверь и ее сапоги на тонком каблучке коснулись мёрзлой земли. А я уже у ее ног. Смиренный раб, послушная собачонка — во что я превратился?!

Смотрю на нее во все глаза. Проклятье! Она приехала в брюках и куртке, у ее одежды нет свободного края, к которому можно припасть губами.

— Что-то не так? — спрашивает она.

— Вашу руку, — хриплю я. Она протягивает мне свою левую руку.

Припадаю к тыльной стороне ладони губами. Ураган огня взвивается внутри меня и пронзает своим жаром каждую клеточку. Поднимаю глаза и шепчу одним губами «Моя Госпожа!»

Нет больше сожалений о своем положении, презрение к себе тоже испарилось. Осталось лишь желание раствориться в ней, служить так, как она того пожелает, а если прогонит — умереть на месте.

Продолжая стоять на коленях, поднял взгляд и заглянул ей в глаза, увидел там отблески того пожара, что бушевал в моей душе. Она положил свою руку мне на затылок и притянула к себе. Так близко, что я ощутил ее горячее дыхание на своей щеке.

А затем был поцелуй. Сначала робкий, нерешительный. Она словно проверяла мою реакцию Я и сам не знал, как отреагирую — раньше мои губы оставались холодны к поцелуям. Но сейчас я жадно целовал ее, словно путник в пустыне, припавший к вожделенному роднику.

Сколько прошло времени, прежде чем я отстранился? Вечность. Какая же она красивая сейчас, раскрасневшиеся припухлые от поцелуя губы, горящие глаза, разметавшиеся волосы.

Я потянул ее за собой в дом, но она не пошла.

— Елисей, прости, — зашептала она, — я ненадолго. Мне нужно сегодня же вернуться в город.

— Пожалуйста, не уезжай, — шепчут мои губы, — умоляю, останься со мной.

Я не выпускаю ее из объятий, прижал к широкому стволу березы, растущей перед входом в дом. Одной рукой облокотился на дерево, чтобы не потерять равновесие, а второй ласкаю ее шею.

Ох уж эти манящие губы. Кладу руку ей на затылок и притягиваю к себе, своими губами накрываю ее. Целую властно, мой язык проникает в ее рот, она подается мне навстречу и стонет от удовольствия.

Пусть она приехала на час, но за этот час я хочу получить ее всю.

Отстраняется, говорит, что ей и правда надо ехать. Убегает, оставляя меня одного, горящего от вожделения. Проклятье! Со всей силой ударяю по стволу ни в чем не повинного дерева.

Катерина не помнила, как в тот вечер добралась до дома. Если до сегодняшнего дня у нее оставались сомнения в ориентации Елисея, то теперь она поняла, что он точно не гей. После предыдущей встречи у нее оставалось ощущение, что она гадко использовала его для своего удовлетворения, но сегодня поняла, что он совсем не против развития их отношений в этом направлении. Причем высказал это сам, без принуждения.

На работе был такой завал встреч, переговоров, концертов иностранных звёзд на предновогодних корпоративах, что сил Катерине оставалось только на то, чтобы доползти до кровати глубоко за полночь.

Она даже не заметила, когда успел лечь снег. Просто однажды поняла, что наступила зима.

Дочь полностью взяла на себя готовку и уборку, зато Катерина смогла оплатить ей дорогостоящую поездку на новогодние каникулы с классом. Ребята должны были отпраздновать Новый год с близкими и утром первого января уехать почти до конца каникул. У Катерины были свои планы на эти праздники. Но до них ещё дожить надо, как любила говорить бабушка Валя. И желательно не откинуть копыта от нечеловеческой нагрузки.

Единственная отдушина — голосовые и видеосообщения от Елисея. В последние недели их стало значительно больше. Особенно ее будоражили те, что он записывал шепотом и присылал вечером перед сном.

Странное поведение Катерины не укрылось от окружающих ее людей. Подруга Вероника порадовалась, что она наконец завела любовника, коллеги замечали, что она временами витает в облаках и предположили, что она влюбилась.

— Мам, а ты меня со своим кавалером познакомишь? — огорошила ее Мари, — у вас все серьезно?

— Я не знаю, — честно ответила Катерина и обняла свою сообразительную дочь, — рано ещё что-то говорить.

Как же отчаянно Катерине хотелось, чтобы Елисей вписался в ее жизнь. Чтобы не нужно было прятать его в деревне, и он был всегда рядом. Но захочет ли он жить с ней вместе. Одно дело — сексуальное влечение, и совсем другое — жить под одной крышей как партнёры, как семья. Она планировала обсудить все это с ним на предстоящих новогодних праздниках.

За неделю до Нового года урвала у себя ещё несколько часов сна, чтобы посетить салон красоты и пройтись по магазинам. Теперь она могла себе позволить не выбирать между новым платьем для себя и оплатой коммуналки.

Катерина решила прикупить несколько комплектов белья, надеясь удивить ими эльфа. Платье, туфли для корпоратива, подарки дочери и подругам. Хотелось и Елисею что-то подарить, но она не была уверена, что это будет уместно.

Корпоратив прошел очень шумно и весело, кроме сотрудников компании были приглашены ключевые клиенты и постоянные партнёры. Многих гостей Катерина уже знала, остальные были клиентами ее коллег, в основном — Татьяны, которая, кажется, немного дулась на Катерину, ведь та перетянула у нее часть заказов. Но руководство было довольно: клиентура росла, как и величина прибыли. Их агентство по переводу и сопровождению сделок стремительно развивалось.

31 декабря был выходным днём, Катерина отправилась за покупками. Обычно она не покупала много еды на праздники, но в этот раз надо было собрать ещё перекус в дорогу дочери и запастись продуктами для поездки в деревню.

Проходя мимо полок с косметикой и средствами гигиены, девушка задумалась о предохранении. Нет сомнения, что в ближайшее время между ней и Елисеем случится близость, но беременность в ее планы точно не входила. Девушка в задумчивости повертела пачку презервативов и положила в корзину две. Больших. А дальше видно будет.

Вечером 31 декабря к Катерине забежала подруга Вероника, она обещала присмотреть за кошкой, пока ее и дочери не будет дома. Пришлось сказать подруге, что она уезжает в гости к своему новому любовнику. Девушки выпили вина, обменялись подарками, и Вероника приступила к допросу:

— Давай рассказывай, кто он, каков он в постели? — без прелюдий начала Вероника.

— Да не было еще ничего серьезного, так, — задумчиво проговорила Катерина, — но надеюсь, что совсем скоро будет.

— Ты только, подруга, не продешеви. Мужика надо выбирать такого, чтобы вкладывался в тебя, выгуливал, перед друзьями хвалился, подарки там всякие, — Вероника загибала пальцы.

— А как же твой Коленька, — удивилась Катерина, она же помнила, что он не соответствует ни единому требованию.

— Коленька — это для души и для здоровья. Ни детей рожать от него, ни замуж выходить я не собираюсь. Но он, бесспорно, мил. Ну и за кошкой твоей присмотрит.

За пару часов до Нового года Катерина и Мари накрыли скромный стол, ничего лишнего, что бы могло повредить фигуре. Икра, соленая рыба, роллы, фрукты, минеральная вода вместо шампанского.

Мама с дочкой решили встречать Новый год в уютных смешных костюмах единорогов, которые назывались кигуруми. Ёлку наряжать не стали — все равно дома они будут лишь до середины следующего дня. Когда все было готово, они уселись перед ноутбуком, что поздравить маму Катерины. Наталия, отчаянно молодящаяся женщина жила с третьим мужем где-то в Европе. Кажется, в Испании.

— Здравствуйте, мои дорогие девочки! Как же я по вам соскучилась! — на экране была женщина, которой нельзя было дать больше сорока лет и ее муж, который был лет на десять моложе своей жены.

— Привет, бабуль! — завопила Марианна.

— Мари, я же просила не называть меня бабушкой, лучше по имени — Натали. Тебя, Катерина, это тоже касается, — строго обратилась она к дочери.

— Поздравляем вас с Серхио с Новым годом! Ждём встречи с нетерпением! — примирительно сказала Катерина. Она давно привыкла к причудам своей матери и считала их даже милыми.

— Давайте уже летом к нам приезжайте! Мы вам все оплатим, только билеты купите и приезжайте! Я вам в качестве подарка перевела денег на карту, купите себе что-нибудь приятное!

— Мама, ну не стоило! У нас все хорошо с деньгами, мне зарплату повысили!

— Натали! Запомни, Катерина! Не мамкай мне! Ладно, девочки, мы побежали, нас ждут друзья в ночном клубе, обнимаю вас! — и Натали отключилась.

Под бой Курантов Катерина загадала одно единственное желание: любить и быть любимой, быть вместе с ее эльфом, к которому стремилось ее сердце. Отправлять ему поздравление она не стала — завтра поздравит лично.

Катерина подарила дочери беспроводные наушники, чтобы та могла слушать музыку в дороге, а Мари подарила матери заколку с искусственным цветком, слепленным из холодного фарфора. Она сама сделал эту заколку на мастер-классе и была очень горда собой.

Спать легли через час после боя Курантов, утром надо было встать пораньше и обеим собираться в дорогу.

Покончив со всеми делами в городе, Катерина ехала по пустынным улицам — утром первого января мало кто садится за руль. В деревню по пустой трассе доехала быстро. Снега было немного, вдоль их улицы даже была накатанная колея — наверное кто-то из соседей приехал на праздники. У ворот для машины была расчищена площадка. Улыбнулась — так приятно понимать, что тебя ждут.

Припарковалась, проворно выпрыгнув из машины. За спиной хрустнул снег, девушка краем глаза увидела эльфа, опускающегося на колени для приветственного ритуала. Сегодня Катерина была в пуховике по колено — не самая красивая верхняя одежда, но для деревни вполне практичная.

«Моя Госпожа!» — прошептал эльф, и привычная волна жара захлестнула их тела. Кажется, чем дольше они не видятся, тем сильнее реакция при встрече.

— Елисей, — еле слышно ответила девушка, прикрыв глаза, зарываясь рукой в длинные светлые пряди, собранные на затылке в низкий хвост.

Эльф быстро распрямился, обхватил Катерину за талию и ловко поднял ее на руки. Давно ее не носили на руках. Кажется, последний раз это было в день их свадьбы с бывшим мужем. Она обвила крепкую мужскую шею рукой, уткнувшись ему в район ключицы носом, и позволила отнести себя в дом.

Эльф помог ей снять пуховик и сапоги. Он не проронил ни слова, кажется, инициативу снова придется проявлять ей.

Девушка случайно бросила взгляд в жилую комнату, где увидела разложенный диван и расстеленную постель. Перевела взгляд на эльфа, вопросительно приподняв бровь. Тот залился краской и стыдливо опустил глаза вниз. Значит ждал, готовился, но сказать сам ничего не хочет. Придется тогда немного помучить его.

— Елисей, пожалуйста, принеси сумки из багажника.

Эльф молча вышел. Катерина подошла к зеркалу, критично себя оглядела: сверху простое трикотажное платье, а под ним один из самых соблазнительных комплектов белья и чулки. Волосы распущены и волнами спускаются на плечи. Нашла в сумочке пачку презервативов — пусть будут под рукой.

Когда эльф вошёл с мороза, увешанный пакетами, Катерина уже сидела в старом кресле рядом с разложенным диваном.

— Подойди сюда, присядь на пол ко мне спиной, — Катерина показала на коврик на полу перед креслом.

Эльф опустился на колени спиной к Катерине, она развела ноги, чтобы он мог максимально приблизиться, уперевшись поясницей в кресло, а затем обхватила его плечи ногами, не давая возможности пошевелиться.

Катерина стянула с волос эльфа резинку и запустила пальцы в распущенные волосы, массируя кожу головы. Эльф издал глухой стон. Девушка наклонилась и прошептала ему в самое ухо:

— Не только ты умеешь делать массаж, — а затем прихватила мочку уха зубами, отчего эльф застонал ещё громче.

— Кажется, в прошлый раз ты был более активен, — Катерина шепчет в другое ухо, проводя по его краю языком.

— Я не должен начинать первым, — хрипло отвечает эльф.

— Даже если очень хочется? — девушка продолжила свою сладкую пытку заигрывая с мочкой уха.

Эльф лишь порывисто кивнул.

— Но постель ты разобрал, значит был уверен, что мы ею воспользуемся, — руки девушки расстёгивают ворот рубашки и скользят вниз, по груди эльфа, который уже тяжело дышит.

— Разве я ошибся? — у эльфа перехватывает дыхание.

Катерина встала с кресла, обошла Елисея и встала перед ним. До чего же шикарный мужчина стоял перед ней на коленях. Без рубашки, с распущенными волосами, с телом античного бога.

— Поднимись, — произнесла девушка.

*Елисей*

Еле дождался, когда Госпожа приедет ко мне вновь. Я скулил, как раненый зверь, считая часы до ее приезда. Я не мог забыть наш поцелуй и грезил о продолжении.

И кажется, нафантазировал себе лишнего. Чего стоит удивление в глазах Катерины, когда она увидела разложенный диван. Видимо, теперь меня ждёт суровое наказание за такую дерзость, ведь за два месяца она так ни разу и не воспользовалась моим телом, хотя возможность не раз была.

Принес сумки и пакеты, сложил в углу кухни, зашёл к ней в комнату. Она велела сесть к ней спиной и обхватила меня ногами за плечи. Боги! Волна возбуждения накрыла меня. Она что-то спрашивает и играет с моим ухом. Разум затуманился, моя плоть напряглась без приказа.

Не заметил, как она сняла с меня рубашку. Гладит по спине и груди. А я плавлюсь под ее руками.

«Поднимись!» — звучит как приказ, и я повинуюсь.

«Раздевайся» — шепчет на ухо, заходя ко мне со спины. Моментально избавляюсь от оставшейся одежды, мое возбуждение больше ничто не скрывает.

Вдруг на глаза ложится ее шелковый шарф, я чувствую аромат ее духов и больше ничего не вижу. Госпожа подталкивает меня к дивану и шепчет:

«Ложись!»

Подчиняюсь. Ложусь на спину, представляя ей всего себя. Ложится рядом, я чувствую тепло ее тела, кажется, одежды на ней тоже стало меньше.

Проводит рукой по волосам, шее, скулам, дотрагивается до рта. Хватаю ее пальчик губами и начинаю посасывать. Чей это был стон? Кажется ее.

«Какое же сокровище мне досталось» — снова шепчет на ухо и начинает рукой знакомиться с моим телом. Проводит по шее, ключицам, поглаживает грудь, задевая соски, очерчивает вокруг пупка, спускается ниже. Моя плоть горит от возбуждения.

Я ничего не вижу, моя кожа раскалилась, она жаждет прикосновений, но госпожа не спешит. Она ласкает меня рукой, дразнит языком. Боги! Какая сладкая пытка!

Ее губы спускаются вниз по груди, медленно, до пупка и затем ещё ниже. Хватаю ртом воздух, руки сминают простыни. Возбуждение на пределе, я весь дрожу.

Она проводит языком от основания члена к головке, а я уже кричу, не в силах сдержаться. Окончательно теряю контроль над своим телом. Катерина обхватывает мой пульсирующий член рукой, и я со стоном кончаю.

Она лежит у меня на груди и горячо дышит. Ее пальцы играют с моими волосами. Поверить не могу, что после стольких лет я могу получать удовольствие от единения с женщиной.

«Чего бы ты сейчас хотел, мм?» — вопрос звучит как приглашение к продолжению, и я не собираюсь от него отказываться.

Стягиваю с глаз повязку, крепко обхватываю Катерину руками и рывком переворачиваюсь, подминая ее под себя.

— Попалась! — шепчу ей, — Какая ты красивая!

Накрываю ее губы своими, припечатывая поцелуем к постели. Целую ее долго, властно. Теперь контроль над ситуацией в моих руках. Когда я отстраняюсь, то вижу в ее потемневших глазах огонь желания. Моя плоть снова окрепла от возбуждения.

Снимаю с нее белье, но оставляю чулки. Захватываю ее грудь рукой, дразню соски. Она извивается и стонет в моих руках. Затем протягивает мне что-то блестящее. Презерватив?!

Со звериным рычанием разрываю обёртку зубами, ловко надеваю резинку и без промедления вхожу в неё. Сначала медленно дразню ее, а потом срываюсь на бешеный ритм. К пику наслаждения мы приходим одновременно, сорвав голос в сладком стоне.

Лежать в постели в обнимку было так уютно и казалось единственно правильным сейчас действием. Катерина не хотела задумываться о будущем. Они ещё успеют поговорить позже, может быть, завтра.

А сейчас девушка обвила руками спящего эльфа, закинула на его бедро ногу и сонно перебирала пряди его волос. К вечеру голод и сырость остывающего дома заставили проснуться и заняться решением насущных проблем.

Готовой еды, привезенной Катериной из дома, должно было хватить на пару дней. Девушка встала, надела скинутое второпях платье и пошла на кухню, чтобы заняться ужином. Вскоре из комнаты вышел заспанный Елисей. Он шел плавной походкой, потянулся с грацией породистого кота и посмотрел на Катерину, как тот самый кот на сметану.

Эльф подкинул дров в печь и, подойдя к девушке со спины, порывисто обнял её.

— Ты немногословен, когда мы не в постели, — улыбаясь произнесла Катерина.

— Я так много хочу сказать тебе, что не знаю, с чего начать.

Было понятно, что эльф пока не готов к обсуждению их отношений и планов на будущее и красиво уходит от ответа. Да и какие могут быть отношения, они же и не знают толком друг друга. Девушка решила не давить и не настаивать на разговоре. Захочет — сам скажет.

За ужином они поговорили о новинках техники. Оказалось, что эльф потратил свободное время на изучение познавательных видео и неплохо ориентировался в этом вопросе, рассуждая о фото и видеокамерах. Его обучаемость и открытость новому радовала девушку. Возможно, он сможет вписаться в человеческую реальность. Вот только надо будет решить вопрос с документами, которых у эльфа не было.

После ужина сильные руки подхватили Катерину на руки, и умелый любовник унес ее в постель, где долго не давал отдыха, наполняя старый домик звуками страсти.

Следующим утром счастливая девушка ела блинчики, приготовленные эльфом, и строила планы на выходные — не все же время в постели проводить.

— Елисей, сходим в баню? Мне в прошлый раз понравилось, — игриво предложила девушка.

— У меня даже есть идея, чем мы там можем заняться, — ответил эльф так, что мурашки побежали по всему телу.

До похода в баню было ещё много времени, и Катерина решила освободить несколько полок в шкафу, чтобы оставить здесь часть своих вещей, да и Елисей обзавелся уже приличным запасом одежды, и она не умещалась на выделенной полочке.

Часть неиспользуемых вещей, которые было жалко выбрасывать, было решено сложить в старый бабушкин сундук. Он был настолько большой, что на нём мог спать взрослый человек. Бабушка Валя рассказывала, что в старину в такой сундук девушка складывала приданое, а потом увозила его к мужу в дом.

Сундук был заперт, но Катерина помнила, что ключ бабушка держала под стопкой постельного белья. Немного провозившись с замком, она откинула тяжёлую крышку и заглянула внутрь. В детстве ей казалось, что такой сундук должен быть наполнен сокровищами, но на деле там оказались лишь отрезы ткани, какие-то платья, потрёпанная шуба.

Вот от шубы Катерина и решила безжалостно избавиться — все равно она годилась разве что на коврик — тяжёлая и местами вытертая до залысин. Бабушка была бережливой женщиной и не выкидывала добротные вещи.

Из свернутой шубы во все стороны полетели пыльные волоски. Девушка чихнула, и из недр шубы на ее босые ноги выпал сверток. Катерина болезненно вскрикнула, Елисей тут же подскочил к ней, желая утешить.

— Дай посмотрю, что с ногой, — сказал он и усадил девушку на лавку, а сам опустился на пол, чтобы проверить, не повреждена ли нога. Он нежно провел пальцами по краю стопы, а затем взгляд его привлек предмет, ставший причиной травмы Катерины. Пожелтевшая ткань развернулась, и Елисей с возгласом удивления аккуратно вынул из нее небольшую арфу. Музыкальный инструмент был настолько мал, что его можно было удерживать рукой, а второй перебирать маленькие серебряные струны. Эльф во все глаза смотрел на находку, гладил ее по деревянному боку с нарисованным на нем растительным орнаментом.

— Откуда это у тебя?! — почти в ужасе вскричал он.

— Не знаю, — честно ответила Катерина, — никогда раньше этого не видела, да и бабушка никогда не позволяла заглядывать в сундук.

Катерина в изумлении смотрела на эльфа, который бережно взял музыкальный инструмент и словно баюкал его на руках, а глаза его наполнились слезами.

*Елисей*

Новый день, который я начал в обнимку с Катериной, обещал принести много приятных моментов. Тугой узел, который сдерживал мое тело и душу, словно растворился, растаял от ее теплоты, как весенний снег. Я мог дышать полной грудью, остро чувствовать все эмоции. Я даже не смог бы описать это пьянящее чувство легкости. Вся Вселенная существовала лишь для нас двоих.

Божественно приятно совершить утренний ритуал приветствия госпожи прямо в постели, поцеловав ее в оголенное плечо. А потом, пока она продолжает спать после бессонной ночи, приготовить ей завтрак. Не потому, что так было приказано, а потому, что мне хочется ее порадовать.

Пока я убирал со стола, Катерина решила навести порядок в старых вещах и освободить пару полок для одежды, а заодно выкинуть старье из большого сундука, который стоит на кухне, накрытый цветастым покрывалом. Пока отвлекся на посуду, услышал, как она вскрикнула, уронив что-то тяжелое на ногу. Поранилась?

Со всех ног кинулся к ней, но никакой травмы нет. Провел рукой по ее ножке, она так вздохнула, что меня бросила в жар, а кровь устремилась от головы к низу живота. Прикидываю в уме, обязательно ли нести ее на постель или можно наброситься прямо здесь, например, на этом сундуке.

Опускаю взгляд и не верю своим глазам! Прямо передо мной лежит маленькая эльфийская арфа! Она детская, тренировочная, у меня была такая же когда-то. Беру ее в руки, провожу по резному боку, очерчиваю пальцем все листочки и травинки. Вспоминаю все изгибы инструмента. А вот здесь, на дне маленькая щербинка от удара о мраморную скамью. Проклятье! Это моя арфа!

«Откуда это у тебя?!» — в ужасе кричу, глядя на Катерину. Но я уже вижу ответ в ее глазах — она не знает.

Откуда же в этой глухой деревне, в этом заброшенном доме, в старом сундуке вместе с хламом лежит частичка моего счастливого детства? Глажу арфу, как когда-то мать гладила меня по голове, когда я только учился играть на этом инструменте.

Катерина присела радом со мной на пол на ту самую шубу, откуда выпало мое сокровище, гладит меня по руке и просит: «Расскажи».

И я рассказал ей всё. Про то, что мать подарила мне арфу и учила играть на ней, про брата и младшую сестру. Про то, как погибла мать, как замкнулся в себе отец, хотя был нам так нужен. И про то, как я старался дать сестре и брату тепло и любовь, которых больше не доставалось нам. Но брат не воспринял меня как старшего и всегда бунтовал против моей опеки. А сестра, эта прелестная малышка, как она нуждалась в любви матери и отца!

Воспоминания захлестнули меня, слезы душат, но я продолжаю говорить, не глядя на Катерину, но ощущая, что она рядом.

Рассказал про то, как арфу эту я отдал сестре Рае, когда учил ее музыке. Сколько же ей сейчас? Должно быть, уже совершеннолетняя. А может быть и замуж уже вышла. Жив ли отец или его место занял мой брат, став главой нашего рода?

А я все эти годы был безвольным рабом, растерял почти всего себя. Призываю все светлые силы к ответу, но меня никто не слышит, мой источник магии опустошен и выжжен, я не могу дотянуться мыслью до родных, рассказать, что я жив и отчаянно в них нуждаюсь.

И сейчас, когда я встретил эту прекрасную девушку и решил во что бы то ни стало сделать ее счастливой, когда наконец разрешил себе расслабиться и получить хоть немного любви и ласки, она вынимает из старого свертка арфу, принадлежащую нашей семье!

Боги! Кто же ты, Катерина?

Кажется, что они просидели на полу целую вечность. Наконец, оцепенение эльфа начало спадать, пальцы уже не так сильно сжимали инструмент, а дыхание стало ровнее.

— Может быть, сыграешь? — предложила Катерина, чтобы хоть как-то расшевелить его.

Елисей поднял на нее мутный взгляд и еле улыбнулся лишь уголками губ. А затем начал играть. Никогда девушка не слышала столь прекрасной музыки. В одной мелодии слились старые как мир мотивы: любовь, страсть, нежность, забота. А затем эльф запел, тихо-тихо, словно шелест листьев во время летнего дождя. Катерина не понимала ни единого слова, но песня была преисполнена такой нежности, которая входила в сердце и наполняла его тихим сиянием.

Кажется, песня обладала какой-то неведомой целительной силой, потому что вся боль, усталость, страхи и волнения покидали душу. Катерина положила голову на плечо эльфу и прикрыла глаза. Она не планировала спать, просто слушать песню с закрытыми глазами было приятнее. Елисею тоже полегчало. Потому что, закончив петь, он обрёл спокойствие и смог более трезво оценить ситуацию.

— Катерина, ты когда-нибудь раньше видела эту арфу или, может быть, слышала разговоры о ней? — спросил эльф.

— Нет, и эту шубу, и этот инструмент вижу впервые. Не помню, чтобы бабушка Валя когда-то играла хоть на чем-то. Пела в народном хоре, танцевала.

— Расскажи мне о ней.

— Сколько я ее помню, она жила в этом доме. Работала учителем в местной школе, дети ее очень любили, выпускники постоянно навещали. Деда не застала, могилы его тут нет. Он то ли погиб, то ли пропал, когда мама моя только в школу пошла. Больше бабушка замуж не выходила, мама моя — единственный ребенок.

— А где она сейчас? Я вообще мало о тебе и твоих родственниках знаю.

— Мама со своим третьим мужем укатила куда-то на отдых, живёт в Европе. Бабушки нет уже 10 лет, ты ее фото в альбоме видел. Кроме мамы у меня только дочь. А теперь вот ещё и ты, — Катерина улыбнулась эльфу и снова положила голову на его плечо. Эльф чмокнул ее куда-то в макушку.

— Может, этот сундук хранит ещё какие-нибудь тайны? — после некоторого молчания предположила Катерина, резко встала и принялась опустошать его.

На пол летели платья, пара новых резиновых сапог, ткань для пошива постельного белья. Ни письма, ни даже какой-то записки не было.

Обшарив днище и стенки сундука, и убедившись, что в нем нет потайных ниш, Катерина стала тщательно осматривать каждый предмет и складывать назад. Елисей молча смотрел на нее и на вещи, которые она перебирала. Его взгляд зацепился за старое платье.

— Можно это посмотреть? — указал эльф на него.

— Конечно, — Валентина кивнула и передала ему одежду.

Елисей долго рассматривал, гладил, прощупывал ткань и изучал швы. Катерина тоже обратила внимание на платье странного пошива.

— Это наверное, для сцены. Уж больно крой необычный и ткань странная, — размышляла девушка.

— Нет, это платье эльфийской работы, — задумчиво ответил эльф, — но не такое богатое, как было у моей матери или сестры. Скорее, как у обычной горожанки.

— А твои мать и сестра — необычные эльфы?

— Высокородные.

— И ты тоже…

— Теперь уже неважно, кем был я когда-то, — перебил девушку Елисей, — Можешь примерить его? Пожалуйста!

Катерина встала, повертела старое платье, скинула с себя одежду, ни капли не стесняясь эльфа и надела платье. Оно было коротковато в рукавах, талия не на месте и длина была немного странной. Но по фигуре сидело хорошо.

— Кажется, оно немного маловато мне, — девушка вскинула вопросительный взгляд на Елисея.

— Да, не похоже, что оно для эльфийки. Даже моя сестра была выше.

Катерина отошла к зеркалу полюбоваться своим новым образом. Ее темно-каштановые волосы отлично гармонировали со светло-бежевым платьем с золотистыми цветочными узорами, а пышная юбка создавала ощущение праздничности.

Покрутившись у зеркала, Катерина сунула руки в карманы и подошла к эльфу. А затем ее рука нащупала что-то металлическое в одном из карманов. Девушка вынула находку и положила ее на открытую ладонь. Они оба с удивлением смотрели на небольшой серебряный кулон в виде двух переплетающихся веток.

*Елисей*

Я пел эльфийскую балладу о любви. О материнской любви, любви к женщине, любви к своим еще не рожденным детям. И эта песня выворачивала мою душу наизнанку. Меня словно накрыло волной, я ничего не видел и не слышал, был только мой голос и моя арфа. А потом эта волна схлынула, и я почувствовал Катерину рядом. И потянулся к ней, как к маяку из охватившей меня пучины безумия.

Моя прекрасная госпожа начала обыскивать сундук, чтобы найти хоть что-то ещё. И ведь нашла платье! Оно было эльфийской работы, рисунок на ткани часто использовался представителями моего рода. Однако ткань была простой, здесь не было дорогой вышивки и украшений. Это платье не могло принадлежать моей сестре или другой высокородной эльфийке.

Попросил Катерину надеть его. Кажется, оно ей слегка коротковато. Катерина высокая девушка, а та, что его носила, должна быть меньшего роста. Значит, эта одежда точно не принадлежала эльфийке.

Катерина засунула руку в карман. Но у эльфийской одежды нет карманов. Не должно быть, я познакомился с этим элементом одежды только живя с людьми. Но то, что она извлекла из этого кармана едва не лишило меня сознания.

— Ты знаешь, что это? — спросила она меня. Я знал. Пришлось рассказать.

Это был один из кулонов-накопителей магии, которые издревле используется в нашей семье. Его применяют как резервуар для стабилизации и сохранения магической искры, чтобы в нужный момент иметь дополнительный резерв. Чаще всего его носят дети, когда магия их еще нестабильна. Такой в детстве был и у меня, и у моих брата и сестры. Взрослым эльфам такой накопитель без надобности — магия стабильна, и ее не нужно накапливать. После совершеннолетия их обычно уже не используют.

— Значит, он принадлежал кому-то из твоих родственников? — спросила Катерина.

— Скорее всего да. Когда я покидал дом, такой же носила моя сестра. В детстве я сам носил такой.

— Смотри, цепочка порвана! — обратила мое внимание Катерина.

Возможно, это был утерянный кулон — с детьми это часто происходит, и им выдают новые. Тогда этот мог быть вообще чьим угодно.

Очевидным было то, что бабушка Катерины общалась с моими родственниками уже после того, как я покинул родной дом. Было ощущение, что я получил от них весточку сквозь года. Жаль, что не было ни одной записки среди этих вещей.

Дальнейший поступок Катерины шокировал меня ещё больше. Она расстегнула серебряную цепочку на своей шее, где висела маленькая подвеска в виде зеленой капли и повесила кулон-накопитель на эту же цепочку. Вместе они смотрелись очень гармонично, словно листья обрамляли зеленую каплю.

— Повернись ко мне спиной, — велела Катерина и я повиновался. А затем она надела на меня свою цепочку, оставив мне не только эльфийский кулон, но и свою подвеску, словно пометив меня не только моим родовым знаком, но и своим личным. Как раб, я не имел права ни на то, ни на другое. Но и госпожа в этот раз необычная.

— Госпожа, я не имею права на украшения или другое имущество! — напомнил я ей о своем статусе и о правилах.

— Я хочу, чтобы это было у тебя, как и арфа, — ответила она.

В этот момент я понял, что, если когда-нибудь понадобится, я готов буду жизнь отдать за эту женщину. Никто за последние двести лет, кроме самого первого хозяина, не относился ко мне настолько благородно. Лишь она обращалась со мной как с равным, как с достойным.

Я сжал ее ладонь и поднес к губам, ощутив персиковый аромат, исходящий от ее мягкой кожи.

— Благодарю тебя, моя Госпожа, за столь щедрый подарок! Ты подарила мне кусочек моего прошлого и надежду на будущее! — тихо сказал я, заглядывая ей в глаза, словно желая убедиться, что этот дар — не шутка.

Она же, вместо ответа, поцеловала меня. Но это был не тот страстный поцелуй, который она дарила мне ночью. Этот поцелуй был таким целомудренным и нежным, словно она хотела им меня приободрить и успокоить. И это было безумно приятно.

К вечеру поднялась метель, ветер завывал в трубе, а сквозь снежную муть нельзя было разглядеть хоть что-то дальше двух метров. Елисей был опустошен и заморожен, а его лицо словно скрывалось за маской. Он так и сидел на полу, не в силах подняться.

Катерина же наоборот развила бурную деятельность по обыску бабушкиного дома: перетрясла фотоальбомы, не найдя там ни одного снимка деда, да и фотографий с молодой бабушкой почти не было. Оно и понятно, жили они тогда в совсем крошечной деревне, а не здесь, куда бабушка перебралась с маленькой дочкой, которая стала мамой Катерины перед тем, как той пойти в школу. Но должна же быть хотя бы свадебная фотография?

Не было ни писем, ни документов, ни дневников. В чулане нашлись лишь перевязанные веревкой учебники, поурочные планы и конспекты. Часть углов была погрызена мышами и стала неровной от влаги. Их девушка разглядывать не стала, решив отправить на растопку в баню, как и подшивку старых газет.

Катерина даже пыталась позвонить матери, чтобы спросить про сундук и находки, но абонент был недоступен.

Ближе к вечеру девушка решила готовить ужин, заставив эльфа подняться с пола и сесть рядом на лавку. Его взгляд то расплывался, то фокусировался на ней, и он даже пытался улыбнуться, а потом волна мыслей снова накрывала его, и он уходил в себя. К счастью, от еды он не отказался, хоть и поел без аппетита.

Спать легли рано. Катерина уложила эльфа, а сама легла рядом и обняла его, прижавшись к его спине, слушая его дыхание и то, как завывает ветер за окном и стучат ветки березы по крыше дома. Ночью девушка проснулась от невнятных всхлипываний и приглушенных не то рыданий, не то стонов. Елисей метался во сне, его мокрые от пота волосы налипли на лицо и разметались по подушке.

— Все будет хорошо, — шептала девушка, гладя ушастого по спине, — Мы обязательно придумаем, как освободить и вернуть тебя домой.

Проснулась Катерина лишь тогда, когда солнце стояло высоко, осыпая всю комнату яркими бликами. Эльфа рядом не было. Его вообще не было в доме. Катерина оделась и вышла на улицу, чтобы посетить местные удобства. От яркого солнца, отражающегося в миллиардах снежинок, она чуть не ослепла. А затем увидела Елисея, расчищающего дорожки от снега, которого ночью выпало чуть ли не полметра.

Этой картиной невозможно было не залюбоваться! Эльф размахивал лопатой, откидывая снег не меньше, чем на три метра. Разгоряченный, он скинул куртку, оставшись в одной тонкой рубашке-поло, плотно облегавшей его торс и подчеркивавшей мощь стальных мышц. Его светлые волосы были собраны в низкий хвост, который взметался вверх и хлестко бил его по спине.

К тому моменту, когда девушка вышла из дома, были пробиты широкие дорожки до бани, туалета, очищена площадка перед воротами, а машина откопана. Она еще немного постояла на улице, пока эльф ее, наконец, не заметил. Его губы тронула легкая улыбка, он отставил лопату в сторону и поспешил к своей госпоже для утреннего приветствия.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила девушка.

— Спасибо, сегодня мне хорошо, как никогда, — ответил эльф и продолжил, опуская взгляд вниз. — Простите, я вчера своим несдержанным поведением мог напугать Вас.

— Опять на «Вы»? — Катерина удивленно подняла бровь.

— Прости, — эльф сжал ее озябшие пальцы своей горячей ладонью, — Пойдем в дом, пока не замерзла.

В этот день они все-таки добрались до бани. Елисей уже приноровился топить ее самостоятельно. Он тратил на это чуть больше времени, зато в бане было не так нестерпимо жарко. Было приятно тепло, влажно, а горячий воздух лишь расслаблял тело, но не заставлял стремиться сбежать из парной как можно быстрее.

— Сегодня ты ложись на полок, — предложил эльф, откидывая свои мокрые волосы за спину.

Катерина блаженно растянулась на нагретом дереве. А затем эльф взбил жидкое мыло в душистую крепкую пену, и начал массировать тело девушки, которая плавилась от удовольствия, не понимая, где ее касается пена, а где легкие пальцы. Потом он накрыл пеной ее затылок, массируя кожу головы. Катерина мурчала от удовольствия и новых ощущений.

Девушка слышала тяжелое рваное дыхание, но она была настолько расслаблена, что не могла даже повернуть голову, чтобы посмотреть в глаза ласкающего ее мужчины. Волна удовольствия постепенно накрывала ее, затапливая каждую клеточку ее тела, пока она наконец, не взорвалась от переполняющей ее теплоты и нежности.

Катерина собиралась в город, ее небольшие каникулы подходили к концу. Расставание с эльфом было скомканным, она старалась не дать волю слезам. В последнее утро они и вовсе перебросились лишь парой слов.

Вещи уложены в машину, которая уже утробно рычит, готовая мчаться вдаль. Елисей лишь дернулся на прощание, словно не знал, как уместнее поступить. И лишь скользнул ледяными пальцами по ладоням Катерины. Девушка погладила его руку большим пальцем, слегка сжав ладони и, не решившись даже на объятия, села в машину.

Только отъехав от деревни, Катерина перестала сдерживать рыдания. «Что ж, пора вернуться из волшебных грез в реальность» — уговаривала девушка саму себя.

Она так хотела увидеть инициативу от своего ушастого блондина, чтобы он сам показал, что она нужна ему. Ей же казалось, что он был с ней лишь по принуждению. А ночи, когда они сливались в страстном порыве, были не более, чем откликом на ее желания. Единение тел, но не душ. Возможно, она сама себя накрутила, а про чувства они совсем не говорили. Да и какие у эльфа могут к ней быть чувства? Просто очередная хозяйка.

Поэтому о предложении перебраться в город Катерина даже не заикнулась. Она даже не была уверена, захочет ли снова сюда вернуться. У нее есть ещё почти месяц до следующей встречи, чтобы разобраться в себе.

Вернувшись домой, девушка навела порядок и поехала встретиться с подругой Вероникой — забрать ключи от дома и обсудить новости.

— Что-то ты как собака побитая! — приветствовала ее подруга, — неужели мужчина твой оказался не сказочным принцем?

— Да какой уж принц-то! — усмехнулась Катерина, — никак не пойму, что он ко мне чувствует. А сам он не говорит ничего.

— Это плохо, — категорично заявила Вероника, — может, он женат? Обычно мужики, наоборот, соловьями поют. Может влюблен в другую, а ты — так, для здоровья.

— Временный вариант?

— Ага, запасной аэродром, — подтвердила Вероника.

Катерина совсем сникла. Может, ждёт её эльфа дома прекрасная эльфийка. А тут она со своими чувствами. Порадовалась немножко, и хватит.

— Кать, тебе его проверить надо! — предложила подруга.

— А как? — оживилась Катерина.

— Ревностью, конечно. Посмотреть, как он будет себя вести, если с другим мужиком тебя увидит. А ещё можно его чувства проверить: посмотреть, не будет ли он сам к другим подкатывать в твое отсутствие.

— Спасибо за идею. Я подумаю, — сказала Катерина перед уходом.

Дома она ещё раз подумала над идеей подруги. Проверить Елисея было довольно интересной идеей. Но надо действовать более тонко, чтобы он проявил свои чувства, а не повиновался желаниям хозяйки.

За этими невеселыми мыслями девушка провела оставшийся вечер, дождалась возвращения дочери и постаралась поменьше вспоминать Елисея, хотя это было очень сложно.

Довольная Мари отвлекла мать от тяжелых мыслей своими рассказами о путешествии. А на следующий день начиналась активная работа — новый рабочий год, новые переговоры с иностранцами, которые должна сопровождать Катерина.

Окунувшись в работу, девушка все равно не забывала проверять телефон — голосовые сообщения и видео от Елисея продолжали приходить с завидной регулярностью. В некоторых он говорил о том, как скучает по ней и ждет новой встречи. Эти сообщения девушка прокручивала по несколько раз, вспоминая те несколько дней, что они провели вдвоем.

Катерина с головой ушла в работу. С момента возвращения из деревни прошло уже три недели. Последняя выдалась особенно сложной: ее присутствия затребовали на переговорах в соседней области. Отказаться не удалось, даже сославшись на то, что не с кем оставить дочь, — директор был непреклонен. Мари отпустила мать заверив ее, что будет умницей.

Переговоры шли уже четвертый день, бизнесмены оккупировали одну из лучших гостиниц города. По конференцзалам сновали собственники бизнеса, иностранные партнеры, свора адвокатов и юристов, четыре переводчика. Наконец, достигли договоренностей, подписание контракта и банкет по этому поводу были запланированы на следующий день, все нюансы обговорены.

Вечером накануне решающей сделки Катерине резко стало плохо. Разрывающая головная боль, лихорадка, тошнота. Она даже не могла встать с постели, еле смогла позвонить коллеге Татьяне, которая также сопровождала эту сделку. Та, придя в номер и оценив ситуацию, быстро переговорив с шефом по телефону сообщила:

— Сделка почти закрыта, завтра нам не нужно будет так много переводчиков, часть адвокатов уже уехала, я справлюсь. Ехать домой в таком состоянии у тебя не получится. Босс продлил тебе гостиничный номер еще на три дня за счет фирмы, лекарства я куплю, еду будут приносить прямо сюда. Отлежишься и спокойно вернешься домой. Ты молодец, справилась. Позвони, если что-то еще будет нужно.

Татьяна ушла, а Катерина даже сесть не смогла, лишь застонала и откинулась на подушки. От жалости к себе она даже заплакала, а затем провалилась в сон. Она все глубже погружалась в бездну лихорадки. У неё был жар, боль выкручивала все жилы. Каждый вдох давался с трудом, обжигая легкие.

Находясь в таком состоянии, Катерина потеряла счет времени. Она не знала, день сейчас или ночь, но один момент почувствовала даже сквозь лихорадку и боль. Находясь на грани сознания, она ощутила, как прохладные губы легли на её лоб, и ей сразу стало легче. Волна умиротворения прошла по всему телу.

В течение многих часов девушка то просыпалась, то снова проваливалась в бессознательно состояние. Заботливые сильные руки неустанно поддерживали её, подносили ей воды и лекарства, переворачивали, обтирали лицо и руки влажной тканью. Открыть глаза и посмотреть на своего спасителя она не могла, так как даже самый тонкий лучик света причинял мучительную боль, словно хотел выжечь ее глаза.

Очнулась Катерина ночью. Было темно, на лбу лежало мокрое полотенце. Девушка со стоном приоткрыла глаза. На другой половине кровати дремал Елисей. Кажется, он уснул сидя, привалившись к спинке кровати. Он свесил на плечо голову, а его светлые волосы закрыли лицо. Первая мысль Катерины была о том, что сцена в номере была как в тот день, когда состоялась их первая встреча, только сейчас они поменялись местами.

Девушка не стала будить Елисея. Она попыталась как можно незаметнее выскользнуть в туалет, где оглянула свое бледное отражение с черными кругами под глазами и свалявшимися нечёсаными волосами. Вернувшись в комнату, она налила себе стакан воды и забралась в кровать, потратив на эту небольшую прогулку почти все свои силы.

Когда Катерина ложилась в кровать, то все-таки разбудила эльфа. Выглядел он очень уставшим, но поняв, что больная пришла в себя, лишь счастливо улыбнулся, а затем притянул её к себе.

— Как ты меня нашел? — спросила Катерина.

— Поставил на твой телефон программу для определения геолокации. Когда ты больше суток не выходила на связь, то связался с твоей дочерью, она сказала, где ты, — Елисей нежно поцеловал Катерину в лоб, провел рукой по волосам.

Кажется, она должна была разозлиться на такую вольность, но это была именно та инициатива, которой девушка ждала от своего эльфа. А потому она просто прижалась к нему поближе и закрыла глаза.

— Отдыхай, тебе нужно набираться сил. Я буду рядом с тобой. Всегда. Ты спи, а я буду охранять твой сон — шепчет Елисей на ухо девушке, и та снова засыпает.

*Елисей*

Когда я обрёл предметы, принадлежащие моему роду, то словно проснулся. Все чувства и воспоминания стали четкими и ясными. Я прекрасно помнил и свою жизнь в эльфийских землях, и все, что пережил в мире людей. Я понял и принял оба этих мира, и мне придется определиться с тем, кто я: эльф или уже человек? Смогу ли вернуться в мир эльфов? А хочу ли я вернуться туда?

Катерина уехала, холодно со мной попрощавшись. Но и я был ещё под впечатлением от находок и нахлынувших на меня мыслей. Прошло уже три недели с того момента, и теперь я точно уверен, что хочу быть с ней. Мне нужно будет признаться ей в своих чувствах, когда она приедет в следующий раз. Примет ли она меня таким?

Продолжаю отправлять ей сообщения, но она стала отвечать намного реже. Говорит, что занята работой. Сказала, что уехала в командировку. Перестала выходить на связь, последний раз была в сети более суток назад.

От беспокойства не могу найти себе места, всё валится из рук. У меня очень плохое предчувствие. Хорошо, что я переписал важные номера из ее телефона. Да, я не спросил разрешения, но и не планировал ими пользоваться без серьезной надобности.

Переборол смущение и позвонил дочери Марианне. Как представиться? Знает ли она про меня. Девочка трубку взяла сразу же.

— Аллё, слушаю, — голос не совсем детский.

— Здравствуйте, меня зовут Елисей, я друг Катерины, — начал я.

— Что с мамой? — голос срывается на истерику, — Она должна была вернуться еще вчера!

— Сам беспокоюсь, она трубку не берет. Не знаешь где она последний раз была? — стараюсь говорить спокойнее.

— Уехала в командировку в соседнюю область, а я…, я даже гостиницу не знаю, — девочка на том конце всхлипывала.

— Не волнуйся, найду маму и привезу домой, — сказал я и повесил трубку.

Проклятье! Ребенок напуган и не знает, где мать. С Катериной точно что-то случилось. Меня она могла игнорировать, но дочь бы не заставила волноваться. Что ж, у меня был запасной план.

Хорошо, что когда я брал ее телефон, то поделился ее геолокацией с собой. Это конечно совершенно непозволительно для раба. Но мне было важно в случае чего знать, где она.

Нашел в интернете билеты на автобус. Сначала добрался до ее города, потом в соседнюю область. Через шесть часов от начала путешествия я был уже у дверей ее гостиницы.

Обратился на ресепшн, притворился курьером. Объяснил, что привез лекарства для Екатерины Белоус, и нет, там рецептурные препараты, поэтому могу передать только лично. Администратор равнодушно назвала номер комнаты. Прошел на четвертый этаж, вот и 443. Постучал — в ответ тишина.

На мою удачу, в соседнем номере шла уборка, и в коридоре стояла тележка горничной. Утащил универсальный ключ, открыл нужный мне номер, и скользнул внутрь, повесив табличку «не беспокоить». Хорошо, что гостиниц я повидал в своей человеческой жизни немало и неплохо здесь ориентировался.

Внутри комнаты темно, тяжёлый воздух не даёт вздохнуть полной грудью. Приоткрываю окно и подхожу к кровати.

Моя Катерина! Бросаюсь к постели, целую, обнимаю её. Нашел! Пишу сообщение девочке, что с ее мамой все будет хорошо, она заболела и лежит с температурой. Привезу через пару дней. Она отвечает «Спасибо».

Сколько Катерина в таком состоянии? Судорожно пытаюсь вспомнить, что делать. Эльфы болеют редко, только когда сильно истощены. Обычно наша природная регенерация помогает почти не болеть. На тумбочке есть лекарства, но этого мало.

Я так хочу поделиться с ней своей жизненной силой. И у меня получается: крошечный источник магии, проснувшийся после того, как я обрел кулон, позволяет по капле вливать в Катерину мою силу. Я почти двести лет не чувствовал магической силы, а сейчас точно знаю: у меня есть небольшой запас, и я могу поделиться. Лекарства тоже помогут, но с магией быстрее.

Отдал ей всего себя до капли и не заметил как, обессилев, уснул. Проснулся ночью оттого, что Катерина очнулась. Осунувшаяся, слабая, но живая. Я точно знаю, что она поправится.

Она мое сокровище, которое я, наконец, обрёл. И больше я ее не отпущу. Рядом с ней хочется быть сильным мужчиной, а не сломленным рабом. И она позволяет мне таковым быть. Не знаю, сколько времени нам отведено, но хочется каждое мгновение разделить с этой женщиной.

Утром третьего дня Катерина проснулась с рассветом. Силы вернулись к ней, лихорадки уже не было, однако пожелтевшая сухая кожа и потрескавшиеся губы не добавляли ей красоты. Пока Елисей спал, девушка прошмыгнула в душ и попыталась привести себя в порядок. Горячая вода смывала с иссушенной кожи остатки пота, оставляя ощущение свежести.

Девушка вышла из душа, завернувшись в огромное пушистое полотенце. Эльф уже проснулся и сидел на краю постели с волнением поглядывая на дверь ванной.

— Ты сегодня выглядишь намного лучше, — улыбнулся он.

Катерина подошла к нему вплотную, провела по светлым волосам рукой заметив, что они стали намного тусклее, чем раньше. Елисей потянулся щекой к гладящей его руке, словно кот в поиске ласки. Катерина заметила, что под глазами у него залегли глубокие тени — неужели так переживал за нее?

Девушка осторожно присела на колени к своему эльфу, и сильные руки обвили ее вокруг талии. Легкий поцелуй в плечо, еле слышный шепот на ухо «Моя Госпожа!» — и магия ритуала приветствия проносится опьяняющей волной по их телам.

— Пора уезжать, — спустя какое-то время говорит Катерина.

Собрались довольно быстро, вещей у Катерины было немного, а Елисей вообще приехал налегке.

В холле гостиницы девушка оставила ключи на стойке ресепшен и, поддерживаемая эльфом, направилась к выходу. Вдруг Елисей словно споткнулся, но затем плотно сжал губы и продолжил путь вперед. Рука, поддерживающая девушку за локоть, вдруг стала почти каменной. Катерина посмотрела на побледневшего эльфа, а потом оглянула холл задумчивым взглядом — что-то или кто-то здесь его сильно напугали. Никого подозрительно она так и не увидела, лишь несколько постояльцев и персонал. В кресле у выхода заметила Константина Георгиевича — одного из собственников бизнеса, кому она помогала с переговорами несколько дней назад. Мужчина улыбнулся и кивнул ей в знак приветствия.

Перед входом в гостиницу их уже ожидало такси, оплаченное фирмой, где работала Катерина. Вместе с эльфом они устроились на заднем сидении. Девушка устроилась полулежа, откинувшись на широкую мужскую грудь и утонув в заботливых объятиях. О многом хотелось поговорить, но им было достаточно молча ощущать близость друг друга.

Катерина заснула с чувством, что больше не хочет отпускать этого мужчину. А он гладил ее по голове и шепотом обещал, что они теперь всегда будут вместе.

Город встретил их оттепелью и чавкающим на тротуарах снегом. И хоть до весны еще было далеко, середина зимы уже миновала, и солнце иногда вырывалось из плена тяжелых туч.

Елисей, помог выбраться девушке из машины, и, все так же поддерживая, довел до дома. Сил у Катерины снова не было, поэтому он подхватил ее на руки и занес по лестнице до дверей.

— Только дочь мою не пугай своими рабскими ритуалами, — попросила Катерина перед тем, как открыть дверь, — представлю тебя как своего мужчину.

Елисей коротко кивнул и помог ей войти в дом, где немедленно отправил ее в постель, велев отдыхать.

Проснулась Катерина лишь вечером, обнаружив себя дома в своей кровати, в уютной домашней пижаме. С кухни доносились веселые разговоры. Зевая и потягиваясь, девушка отправилась на кухню, где обнаружились Мари и Елисей, возводящие невероятной красоты торт. Они говорили как старые знакомые, что заставило Катерину несколько нахмуриться.

— Мамуля проснулась, — кинулась к ней на шею Мари.

— А мы тут торт решили сделать в честь твоего выздоровления — немного смущенно улыбнулся Елисей.

— Красиво, — оценила Катерина, — а есть скоро можно будет?

— Сначала бульон и что-то легкое, — засуетился эльф, совершенно уверено доставая из шкафчика тарелку и наливая ароматный суп.

Вечер прошел, на удивление, легко и непринужденно. У Мари и Елисея нашлось много общих тем для разговора: путешествия, социальные сети, фотография. Девочка даже уговорила нового маминого друга скачать инстаграм и немедленно выложить туда шедевральный торт.

Катерина лишь с умилением смотрела на эту картину: она всегда боялась привести в дом мужчину, не представляя, какие будут взаимоотношения у дочери и потенциального отчима. Однако то, что она сейчас видела, не вызывало в ней отторжения или настороженности. Пожалуй, они бы могли жить втроем.

Катерина была еще слишком слаба, поэтому в последующие пару дней эльф окружил ее заботой, не разрешая вставать и что-то делать по дому. Ночью он укутывал ее в кокон из одеял и следил за тем, чтобы она хорошо спала, не выпуская из своих объятий и лишь иногда позволяя себе легкий поцелуй в шею.

Мари лишь лукаво поглядывала на мать и старалась сделать так, чтобы никто не чувствовал себя неловко. Кажется, девочка одобряла ее выбор.

К концу недели строгий эльф разрешил Катерине выйти на улицу, чтобы подышать воздухом. В небе кружили большие как шмели хлопья снега. Было тепло и тихо. Снег искрился, тая на ресницах, сверкая в светлых волосах эльфа и на выбившихся из-под шапки локонах Катерины. И, желая остановить этот миг, чтобы запомнить его навсегда, они сделали десятки снимков с прогулки в городском парке.

Они остановились под ветвями березы, которые свисали под тяжестью снежной шапки. Елисей спрятал выбившуюся прядь девушки под шапку, подул теплым воздухом на ее ресницы, заставляя снежинки растаять. Он смотрел на нее со смесью восторга и желания, а она мечтала лишь о том, чтобы он смотрел на нее так всегда.

Романтический момент разрушил телефонный звонок, и Катерина потянулась в карман за своим смартфоном.

— Слушаю! — бодро сказала девушка, — Да, чувствую себя хорошо, в понедельник буду в офисе. Не надо в офис? А куда?.. Хорошо, присылайте.

Убрав телефон, Катерина потянула эльфа в сторону дома.

— Шеф звонил, — пояснила она на ходу, — назначил меня ответственной за проект партнеров, с понедельника буду работать в их офисе.

Совместные вечерние прогулки стали регулярным времяпрепровождением. Это были словно маленькие свидания, на которых можно было обсуждать ничего не значащую ерунду и украдкой целоваться. Они больше не обсуждали магию, прошлое эльфа, наслаждаясь возможностью жить обычной человеческой жизнью.

— Когда ты планируешь отправить меня назад в ссылку в деревню? — спросил Елисей во время одной из таких прогулок, стараясь говорить так, чтобы его голос не дрогнул.

— Я бы не хотела этого делать, — ответила девушка, — мне хорошо, когда ты рядом. Если только ты сам не попросишь тебя отпустить.

— Я попрошу, — начал эльф останавливаясь, и разворачивая девушку к себе лицом, — чтобы ты никогда меня не отпускала. Я хочу быть рядом с тобой столько, сколько смогу. В любом качестве. Не прогоняй меня.

Вместо ответа Катерина потянулась к его губам «Не отпущу» прошептала она перед тем, как их губы соприкоснулись.

В понедельник Катерина с большим волнением собиралась в офис к новому заказчику, где ей предстояло трудиться в ближайшее время. Такое нередко практиковалось, когда кого-то из их компании брали на временный проект. Тогда они становились частью команды и помогали проводить переговоры или занимались переводом документов. Но для Катерины это был первый опыт подобной работы.

В назначенное время она явилась в бизнес-центр, где ее ввели в курс дела и познакомили с командой. После знакомства всей команде предстояла планерка с собственником, кем оказался Константин Георгиевич — один из бизнесменов, с которым Катерина уже работала ранее.

Мужчина вошел в комнату переговоров и коротко обрисовал сроки и цели проекта — контракт с итальянской компанией. Переговоры ведутся на английском, кроме штатных переводчиков привлечен еще переводчик со стороны — короткий кивок в сторону Катерины.

Все женщины, находящиеся в помещении, тихонько млели от вида Константина Георгиевича. Это был статный мужчина лет пятидесяти на вид, с сединой в идеально уложенных волосах, с короткой бородой, придающей ему мужественный вид. Он лишь глянул из-под очков на окружающих, но показалось, что заглянул каждому в душу и выведал тайные мысли.

Работа оказалось вполне понятной, встреча с итальянцами назначена была через две недели, а сейчас активная подготовка.

Дома Катерину ждал вкусный ужин и такой по-домашнему милый эльф, что волнения первого рабочего дня как рукой сняло.

— Мам, ты отвезешь меня завтра к спортцентру? — вылетела из своей комнаты Мари.

— Зачем? — поинтересовалась Катерина.

— Соревнования, в Питер же едем!

— Ох, прости, совсем забыла! — смутилась Катерина.

— И неудивительно, — хихикнула дочь. Катерина залилась краской, а Елисей отвернулся к плите и с сосредоточенным видом стал делать чай.

Во второй день на новом рабочем месте Катерина волновалась не меньше, чем в первый. Запомнить всех коллег из довольно большого коллектива, удержать в голове, кто чем занимается, и при этом начать изучать техническую документацию на английском, чтобы не допустить неточностей при переводе.

Девушка так заработалась, что забыла пообедать, лишь выпила три больших чашки кофе во время перерыва. К вечеру она не знала, что у нее ноет сильнее: желудок от голода или голова от новой информации.

Добравшись домой, Катерина практически упала в объятия эльфа, который остался недоволен ее состоянием.

— Сначала ужин, потом успокаивающая ванна и массаж, — тоном, не терпящим возражения заявил эльф. Катерина лишь кивнула и подчинилась, мысленно стараясь вспомнить, кто тут раб, а кто госпожа.

Елисей усадил ее к себе на колени и начал аккуратно кормить густым супом. Катерина привалилась к его груди и разрешила себе принять эту заботу, устав от образа сильной и независимой женщины. Вручив девушке кружку с травяным чаем, Елисей оставил ее одну на кухне и отправился наполнить ванну. Катерина рассматривал свою кухню и не узнавала ее — идеальная чистота и порядок, баночки со специями стоят ровными рядами, посуда на полке расставлена по цветам и размерам. Кажется, Елисей неплохо управляется с хозяйством, но надо бы ему подыскать еще какое-то занятие, чтобы не скучал.

— Моя Госпожа, пройдемте в ванную комнату, — внезапно низкий голос эльфа вывел девушку из задумчивого состояния. Он слегка склонился и подал ей руку, приглашая пойти за ним.

Катерина с достоинством вложила свою руку в протянутую и максимально грациозно проследовала за эльфом. Надо отыграть эту роль достойно.

В ванной тоже была идеальная чистота, верхний свет был выключен, а на полочках и бортике огромной чугунной ванны стояли зажженные свечи, создавая сказочную атмосферу. Поверхность воды скрывалась за шапкой душистой пены. В такой романтичной обстановке Катерина еще никогда не принимала водных процедур.

Эльф помог ей освободиться от одежды, и Катерина погрузилась в горячую воду. Она блаженно вытянула ноги и прикрыла глаза, откинувшись на спину. Елисей положил ей под голову полотенце и погрузил пальцы в воду, начиная делать массаж зажатых плеч. От его прикосновений по телу девушки пробежала легкая судорога, и напряжение после рабочего дня полностью отпустило ее. Разомлевшая Катерина уже проваливалась в сон, когда сильные руки вынули ее из ванной, и, обернув в пушистое полотенце, отнесли в спальню.

Аккуратно положив свою ношу на постель, Елисей взял с прикроватной тумбочки крем и продолжил делать массаж, поднимаясь от пальчиков на ногах все выше. Разгоняя кровь и пробуждая в Катерине затаенные желания, он аккуратно развернул полотенце, чтобы продолжить массировать тело выше. От соприкосновения с холодным воздухом разгоряченная после ванной кожа мгновенно покрылась мурашками. Елисей быстро разогрел ее и принялся за спину, вызывая непроизвольные стоны у Катерины, когда ее зажимы в спине наконец-то отпускали.

Катерина даже не поняла, когда вместо рук ощутила на своей спине легкие поцелуи. Это окончательно вывело ее из сонного состояния. Руки эльфа тем временем со спины плавно спустились по бокам. Елисей приник к ней всем телом, а его руки уже завладели грудью. Кожей спины Катерина почувствовала, что ее остроухий массажист уже без одежды, а ей в бедро настойчиво упирается нечто горячее и твердое.

Опалив кожу горячим дыхание, Елисей рывком перевернул девушку и заглянул ей в глаза. Катерина увидела целое море желания, расплескавшееся в его глазах. Она тонула в этих глазах, в этих ласках, не стесняясь своих стонов и желаний.

«Катерина!» — шептал эльф ей на ухо и, урча как кот, покусывал мочку ее уха. Их тела сплетались, как дикие лианы, а бурный оргазм накрыл волной как цунами. Они лежали в обнимку, стараясь отдышаться и успокоить сердцебиение.

«Единственная моя» — шепнул Елисей.

«Люблю тебя» — ответила Катерина.

И никто из них не заметил, что связка из двух кулонов, что в последнее время эльф носил не снимая, засветилась еле заметным светом.

Работа на новом проекте требовала от Катерины полной отдачи. За короткий срок необходимо было изучить максимум информации, приходилось брать документы для изучения на дом.

По вечерам Катерина уютно устраивалась в кресле и читала документы, стараясь проникнуть в их суть. Эльф в такие моменты старался находиться рядом с ней, но не отвлекать от работы. Он мог часами сидеть у ее ног, положив голову ей на колени так, чтобы она в задумчивости перебирала шелковистые пряди. Катерина не имела ничего против, но то, что ее любимый мужчина рядом с ней изображает домашнего кота, ей казалось неправильным.

Конечно же, Елисей готовил, содержал квартиру в идеальном порядке, ходил в магазин и вообще всячески разгружал Катерину в хозяйственных вопросах. Но не этого она хотела от своего любимого мужчины. А потом она вспоминала, в каком состоянии он был, когда впервые оказался в ее доме. Хотелось бы, чтобы он смог социализироваться и реализоваться, но душевные травмы так быстро не лечатся. А потому она позволяла ему наслаждаться обществом той, что впервые за две сотни лет отнеслась к нему по-человечески.

И лишь в постели эльф позволял себе брать инициативу в свои руки, а Катерина полностью отдавалась его фантазии. И он не переставлял ее удивлять, благо дочь все еще отсутствовала, а потому они не ограничивались одной спальней, отметившись уже и в ванной, и на кухне, и даже в коридоре.

Иногда Елисей доставал свою арфу и тихонечко играл нежную мелодию.

— Спой мне, — в один из таких вечеров попросила Катерина, откладывая бумаги и устало потирая переносицу.

— Если ты этого правда хочешь, — ответил Елисей, а девушка утвердительно кивнула.

Полилась незнакомая мелодия, пальцы эльфа порхали по тонким струнам, а потом Елисей запел на своем наречии, глядя в глаза Катерине. И было в этой песне столько страсти, метаний и любовной муки, что перевод был просто не нужен — девушка таяла от звуков, проникаясь все большей нежностью к эльфу, сидящему прямо на полу у противоположной стены.

— Я бы хотела научиться твоему языку, — сказала Катерина, — он прекрасен.

— Если хочешь, я научу тебя паре фраз, — улыбнулся эльф, передвигаясь поближе к девушке, — могу научить тебя здороваться, прощаться. Но особенно мне бы хотелось услышать от тебя на моем родном наречии что-то горяченькое в постели.

— Вот как! — воскликнула Катерина, усаживаясь рядом с ним на пол и притягивая его к себе для поцелуя. В этот вечер непосредственно к урокам приступить не получилось.

Чем ближе на работе был приезд итальянцев, тем дольше приходилось Катерине задерживаться. Константин Георгиевич все чаще присутствовал на планерках рабочей группы, внося коррективы и перераспределяя обязанности. Он был невероятно заинтересован в предстоящем контракте.

В один из дней засиделись на планерке допоздна, разбирая последние непонятные моменты. Закончили ближе к полуночи. Бизнес-центр уже был закрыт, пришлось выходить через боковую дверь.

Поеживаясь на пронизывающем февральском ветру, Катерина добежала до своей машины и ахнула: колесо безнадежно спустило, смартфон разрядился — вызвать такси не получится. Девушка хотела было вернуться в офис, но двери оказались заперты — все коллеги уже вышли, и охрана заблокировала дверь. Коллеги тоже уже успели разъехаться. От жалости к себе Катерина чуть не расплакалась: одна, ночью на пустой парковке за бизнес-центром.

Неожиданно из-за угла с вип-парковки выехал черный мерседес и осветил всю площадку ярким светом фар. Автомобиль остановился рядом с Катериной и с пассажирского сиденья выглянул Константин Георгиевич.

— Екатерина, какие-то проблемы? — спросил бизнесмен.

— Кажется, колесо проколола. И телефон сел, — смущенно ответила девушка.

— Садитесь, довезем до дома, — тоном, не терпящим возражения сказал шеф, сверкнув на нее цепким взглядом из-под очков, — завтра мой водитель поможет с колесом. Можете оставить ему ключ от машины.

— Огромное спасибо, — с облегчением выдохнула Катерина, устраиваясь на заднем сидении рядом с Константином Георгиевичем.

— И как еще за Вами ваш муж в порыве ревности не прискакал? — ухмыльнулся бизнесмен, — время-то позднее.

— Нет мужа, вот и не прискакал никто, — Катерина старалась быть вежливой, но распространяться о своей личной жизни ей не хотелось. Хорошо, что она успела предупредить Елисея о том, что задержится. Однако, он наверняка там весь извелся.

— Екатерина, — через какое-то время начал Константин, — Вы девушка целеустремленная и работоспособная. Я бы хотел, чтобы Вы рассмотрели возможность работы непосредственно на меня на постоянной основе.

Катерина посмотрела на бизнесмена очень внимательно. Он был очень серьезен и совершенно спокоен, а вот она занервничала. Уходить из переводческой фирмы совсем не хотелось.

— Отвечать сейчас не нужно, — успокоил ее мужчина, — предложение по заработной плате озвучу после подписания контракта с итальянцами, но я планирую предложить Вам сумму, кратно превосходящую текущую зарплату.

Его рука мягко накрыла руку Катерины и дружески ее сжала. Девушка смотрела на него во все глаза, не в силах вымолвить не слова.

— Кажется, мы уже давно приехали — бизнесмен насмешливо кивнул на старенькую пятиэтажку, где жила Катерина. Девушка смущенно кивнула и выбралась из машины. Выходя, она глянула на окна квартиры — свет горел только на кухне.

Когда машина уже отъезжала, в спальне шелохнулась штора, из-за которой эльф наблюдал за происходящим. Это легкое шевеление не осталось незамеченным для бизнесмена, сидевшего на заднем сидении отъезжающего автомобиля.

*Елисей*

Снова этот человек! Как он нас нашел? Тогда, в гостинице, я надеялся, что это случайное совпадение, и что он не узнает меня. В тот день я постарался поскорее увезти Катерину оттуда. Еще тогда мне показалось, что они знакомы, но спрашивать ничего не стал.

Какой же я наивный! Этот жестокий человек никогда не отпустит свою жертву. Он, как хитрый кот, лишь отпускает мышку, давая ей надежду на спасение, а потом снова накрывает когтистой лапой!

Как же я надеялся, что больше никогда его не увижу, и все кошмары остались в прошлом. Наверняка он пришел в ярость, когда Катерина спутала ему все планы и увезла меня из того заведения. Он же был уверен, что я никуда от него не денусь, что он заберет меня, и я вынужден буду выполнять все его желания. Да еще и благодарить буду за спасение.

Проклятье! Что же ему нужно от Катерины? Ему нужен я или в этот раз его цель — она? Хочет отомстить? Моя женщина может быть в опасности, а я сижу дома и не имею возможности ее защитить.

Расслабился, отсиживаясь дома и наслаждаясь спокойной жизнью, и не заметил, как враг подкрался совсем близко! Соберись, ты же стратег! Ты же воин! И в каком бы ни был статусе, должен заботиться о своей женщине! Хватит уже изображать из себя домашнего питомца! Срочно нужен план!

Наконец ключ в двери повернулся, и Катерина зашла домой. Я бросился к ней, стараясь найти какие-то следы или намеки на то, что произошло в машине. Он ей угрожал? Запугивал?

Выглядит уставшей, но спокойной, лишь взглянула на меня и отвела взгляд. Значит пока он ей не угрожал.

Сказала, что очень устала, отказалась от ужина и почти сразу пошла спать.

Выждал пару минут и вошел следом, присел на край кровати. Обычно мы спим вместе, но сегодня чувствую от нее какую-то холодность.

— Госпожа… Катерина, в нерешительности дотрагиваюсь до ее руки.

— Елисей, ложись! Все хорошо. — Вот не верю я в ее хорошо! Знаю, что она привыкла все проблемы решать самостоятельно и до сих пор не готова открыться мне полностью.

— Катерина, я не хочу быть обузой для тебя, — как внимательно она на меня посмотрела! Значит, в точку попал, она уже думала об этом.

— Я бы хотел найти работу, чтобы не сидеть весь день дома. И тебе не нужно будет так много работать. Содержать раба — дорогое удовольствие.

Кажется, она улыбнулась.

— У тебя нет документов, с трудоустройством будут проблемы — после небольшой паузы ответила она.

— Не везде нужны документы, можно работать неофициально. У меня уже есть несколько идей, — она не против.

— Хорошо. Тем более, что в ближайшие пару недель мне будет некогда, буду очень занята на работе, — это отличная новость, я буду предоставлен сам себе и смогу во всем разобраться.

— Спасибо! — прошептал я и улыбнулся.

— Ложись уже, давай, — она притянула меня к себе, закинула на меня ногу и крепко обняла. И уже через минуту я услышал ее спокойное дыхание.

А я еще долго не спал, раздумывая о том, что надо найти работу и незаметно подобраться к этому Константину. Как говорится, держи друзей близко, а врагов — еще ближе. Но у меня в голове уже созрел план.

Утром Катерина убежала из дома очень рано — пришлось ехать на общественном транспорте, а вечером еще надо что-то с машиной решить. Злоупотреблять помощью, предложенной Константином Георгиевичем, ей не хотелось. Этот мужчина оказывал на нее какое-то гипнотическое действие, она заметила, что часто впадала в оцепенение под внимательным взглядом его стальных глаз. Очень не хотелось быть ему чем-то обязанной, а от предложения о работе она решила отказаться, какой бы размер зарплаты ей не предложили. Интуиция подсказывала, что это в любом случае будет проигранная сделка.

У входа в офис она столкнулась с водителем шефа, словно он только ее и ждал.

— Доброе утро, — улыбнулся он, — я за ключами от машины.

— Спасибо, это очень любезно, но я сама справлюсь, — решительно ответила Катерина.

— Константин Георгиевич сказал забрать машину, проверить колеса и общее состояние, — настойчиво ответил водитель, — его распоряжения не обсуждаются и выполняются в точности.

Катерина все еще молчала и не спешила отдавать ключи.

— Я не хочу получить выговор или штраф за невыполнение своей работы. Пожалуйста, дайте мне ключи, — мужчина снова улыбался совершенно очаровательной улыбкой.

— Хорошо, вот, возьмите — Катерина со вздохом протянула ключи.

— Дмитрий, — сказал мужчина.

— Что? — растерянно взглянула на него девушка.

— Меня зовут Дмитрий. Когда будете уходить, попросите охранника, чтобы он мне позвонил, и я подойду.

— Спасибо, Дмитрий, — улыбнулась Катерина и побежала к стеклянным дверям бизнес-центра, так как она уже безнадежно опаздывала.

В офисе стоял легкий гул от голосов и шума техники, сегодня этот муравейник был особо шумным — после обеда приезжала делегация итальянских партнеров. Всех надо было встретить и с комфортом разместить. Деловая часть переговоров начиналась только на следующий день, а сегодня был единственный шанс расположить их к себе в неформальной обстановке.

Катерина не была ведущим переводчиком в группе, так как основной язык партнеров был итальянским, однако среди гостей наверняка были и те, кто говорил на английском. Народу должно было приехать столько, что группа по встрече и размещению гостей могла просто не справиться, и любой человек, говорящий на иностранном языке, был на вес золота.

В качестве подкрепления на первые два дня работы из их основного офиса прибыли еще два переводчика, и Катерина должна была их со всеми познакомить и держать в курсе дела.

Через два часа за ними прибыли комфортабельные микроавтобусы, и они поехали в аэропорт. Встреча прошла шумно и позитивно, итальянцы оказались очень милыми ребятами, хоть и уставшими от перелета. Они сыпали комплиментами и восхищались всем, но в большей степени красотой русских девушек.

Гостей разместили в лучшей гостинице, а затем повели на поздний обед в один из лучших ресторанов города. Общение проходило в неформальной обстановке — лишь иностранные гости и служба гостеприимства вместе со всеми переводчиками. Никаких разговоров о бизнесе, только легкая непринужденная беседа, целью которой было расположить гостей к тем, то будет помогать вести переговоры.

В этот вечер Катерина не видела ни Константина Георгиевича, ни его водителя. К слову, после ресторана смысла в офис ехать уже не было, поэтому она отправилась домой на такси.

Довольная тем, как прошел день, Катерина пришла домой, где ее встретил не менее довольный Елисей.

— Катерина, как прошел твой день? — спросил эльф, помогая девушке снять пальто и сапоги.

— Очень хорошо. Все гости встречены, размещены и сытно накормлены. Завтра начнется самое сложное, — ответила девушка, проходя на кухню. Есть после ресторана не хотелось, но выпить ароматного чаю в компании своего ушастого блондина было приятно.

— У тебя тоже есть какие-то новости? — спросила девушка, обнимая пальцами чашку с горячим напитком.

— Я устроился на работу! — довольно заявил Елисей.

— Очень интересно, рассказывай, — Катерина с любопытством смотрела на него.

— Меня согласились взять официантом в молодежное кафе в центре города, — эльф просто светился от гордости.

— Это точно то, чем ты бы хотел заниматься? — удивилась Катерина.

— Я бы сказал, что это то, чем я могу заниматься без опыта и документов. Я вынослив и аккуратен, с отличной памятью и приятным внешним видом, — эльф подмигнул Катерине. Знал, ведь, что он просто неотразим.

— Оплата за каждую смену плюс чаевые. Думаю, что в перспективе смогу рассчитывать на карьерный рост — продолжил он, — с первых денег мне нужно будет немного докупить одежды, а потом я буду отдавать все тебе.

— Своими деньгами ты можешь распоряжаться по своему усмотрению. Мне отдавать ничего не нужно, — ответила Катерина, здраво рассудив, что нет смысла что-то забирать у Елисея с его и так небольшой зарплаты, пусть лучше уж учится самостоятельно обеспечивать какие-то свои потребности вроде одежды или покупки новой техники. Больше мотивации будет для работы.

Первый день переговоров прошел, как в тумане. Много новой информации, которую нужно структурировать в своей голове и правильно перевести. Диалоги велись на английском, итальянцы общались между собой на своем родном, но по их интонациям и общим словам тоже было понятно, о чем они говорят.

Катерина вся вымоталась, но была довольна собой. Она инстинктивно старалась на переговорах держаться подальше от Константина Георгиевича настолько, насколько это было возможно. В итоге один из итальянских партнеров — эмоциональный благодушный мужчина лет шестидесяти, этакий всеобщий дедушка и балагур — завалил ее комплиментами и уже вовсю приглашал приехать к нему в гости в Италию.

Выйдя на улицу только поздно вечером, Катерина поежилась: ветер был влажный и пронизывающий. В воздухе пахло приближающейся весной.

Около припаркованного черного мерседеса шефа стоял водитель Дмитрий.

— Добрый вечер! — приветствовал Катерину мужчина, — Вас уже отпустили?

— Да, на сегодня все, но Константин Георгиевич пока не собирался выходить, — ответила девушка, вызывая через приложение такси.

— Ну мне не привыкать его ждать. Выполняю работу и не задаю лишних вопросов — за это и платят. Кстати, — вдруг опомнился мужчина и вытащил из кармана брелок, — вот ключи от машины. Колесо починил, масло поменял.

— Спасибо, — улыбнулась Катерина, — Завтра утром заберу машину с парковки. На ней как-то привычнее ездить, чем на такси.

Вернувшись домой, девушка услышала веселые разговоры на кухне. Дочь днем вернулась с соревнований и теперь активно общалась с маминым «другом».

— Мама вернулась! — воскликнула Мари и выскочила в прихожую, повиснув на матери.

Елисей дернулся, было, как обычно приветствовать госпожу, но та так строго на него посмотрела, что он просто помог снять пальто и даже не стал пытаться разуть ее. Пока Катерина переодевалась, непринужденный разговор на кухне продолжался. Катерина попыталась прислушаться, но слышны были лишь обрывки.

— А ты сможешь меня провести на концерт … — спрашивала Мари.

— Мама не отпустит … — отвечал Елисей тише, так что разобрать было сложно.

Катерина вошла на кухню, разговор прервался.

— Секретничаете? — строго спросила она.

— Нет! — хором ответили Елисей и Мари. Катерине это не очень понравилось, но она решила, что потом выпытает у эльфа всю правду.

Мари быстро поела и убежала в свою комнату готовиться к занятиям. Молчание затягивалось.

— Злишься? — первым нарушил тишину Елисей. Он с опаской поднял взгляд на Катерину.

— Пока не знаю, — ответила девушка, — Расскажи, что вы тут обсуждали, и куда ты хочешь отвести мою дочь?

— Я рассказал про новое место работы, а Марианна попросила помочь ей попасть на концерт, который состоится завтра, — честно ответил эльф, — билетов на танцпол больше нет, а все ее подруги пойдут.

Катерина вздохнула. Мари и так была обделена общением с подругами из-за больших спортивных нагрузок. Да и мать вечно занята. А тут еще концерт, на котором будут все, кроме нее.

— А ты действительно сможешь провести ее? Ты же работаешь там всего два дня?

— И проведу, и найду столик, и прослежу, чтобы у девочек все было хорошо, — заверил Катерину Елисей, — я умею договариваться.

— Пожалуй, я тоже заеду после работы в это ваше кафе. Но за Мари отвечаешь головой, — предупредила Катерина.

Эльф улыбнулся. Пока он убирал со стола, Катерина зашла в комнату к дочери, сидящей над учебниками.

— Можешь сходить завтра на концерт, я разрешаю. Но чтоб без глупостей и никакого алкоголя. Я заеду за тобой после работы.

— Спасибочки! — Мари бросилась на шею матери, а в следующее мгновение уже строчила сообщение подругам.

Катерина ушла в свою комнату и, подойдя к окну, задумалась сначала о дочери, которая уже совсем выросла, а потом мысли перекинулись на Елисея. Что будет с эльфом после нее? Сейчас жизнь налаживается, есть новая работа, у него появятся какие-то знакомства и будет почти обычная человеческая жизнь. Но что будет, когда ее, Катерины не станет? Перейдет по наследству дочери? А какие у них будут отношения?

Размышляя так, она совсем не заметила, как Елисей тихо вошел в комнату. Эльф, подойдя со спины, мягко обнял ее и еле слышно спросил:

— Тебя что-то тревожит?

— Переживаю из-за работы, — соврала Катерина.

Утром Катерина забрала, наконец, свою машину. Для нее автомобиль — не просто средство передвижения, это филиал ее дома. Здесь всегда есть сменная одежда, перекус и вода. Такси — комфортный транспорт, но не всегда удобный с ее-то режимом работы.

Дмитрий не только привел автомобиль в порядок, но и помыл его. Катерине было неловко, что доставила человеку столько хлопот. Но она подозревала, что это было указание Константина Георгиевича, а не личная инициатива водителя.

Сегодняшний рабочий день обещал быть спокойным — была запланирована презентация, после которой шла серия вопросов и ответов.

Во время перерыва на кофе, к Катерине плавной походкой подошел Дарио — тот самый пожилой итальянец, уверенный в своей неотразимости. Глядя как кот на сметану, он снова начал сыпать любезностями. При этом мужчина выглядел совершенно искренним, что очень веселило переводчицу.

— Не пытается ли сеньор Дарио вместе с выгодным контрактом еще и мою сотрудницу увести? — раздался совсем рядом строгий голос.

Катерина обернулась и увидела Константина Георгиевича, застывшего со сложенными на груди руками совсем рядом с их столиком. Его глаза сверкали за очками, прожигая дыру в Катерине и Дарио.

— Я не Ваша сотрудница, я работаю на другую организацию, — заметила девушка, раздумывая, как бы покорректнее перевести все сказанное итальянцу.

— Это временно, — сказал Константин Георгиевич, удаляясь. Переводчица подумала, что не согласится на эту работу ни на каких условиях, и снова повернулась к итальянцу.

После работы Катерина поехала в известное в городе кафе, где уже несколько дней трудился Елисей, и куда должна была пойти ее дочь. Она получила от эльфа смс с номером столика, который надо было назвать на входе.

Катерина беспрепятственно вошла внутрь. Немного растерявшись среди толпы фанатов, она остановилась, пытаясь взглядом найти указанный столик. Буквально через пару мгновений перед ней появился Елисей, поманив в сторону, где уже была Мари и две ее подружки. Девочки нисколько не смутились, увидев Катерину, наоборот, радостно ей помахали. Мама Мари всегда была у них на хорошем счету, а после того, как ее друг раздобыл им столик на концерте, девочки и вовсе приняли ее за свою.

Катерина удобно устроилась, а дочь и ее подружки упорхнули танцевать. Музыка оказалась вполне приятной, слова небанальными, общая атмосфера располагала к приятному вечеру.

Буквально через секунду перед ней снова возник Елисей, готовый принять заказ.

— Давай что-нибудь безалкогольное, я за рулем, — попросила девушка, эльф кивнул и ушел исполнять заказ. Вернулся он, не более чем через 5 минут с безалкогольным коктейлем.

Катерина потягивала напиток через соломинку и осматривала зал. В просторном помещении было не более 15 столиков, остальное место было отведено под танцпол и барную стойку.

Во всем зале было всего два официанта, причем Елисей успевал обслуживать большую часть столов. Катерина залюбовалась его быстрыми, но плавными движениями: как он красиво расставляет напитки, как в такт музыке вместе с подносом огибает танцующих. Он был одет в черные джинсы и черную футболку с логотипом кафе, что подчеркивало его стройную фигуру. Его светлые волосы, собранные в низкий хвост, очень выигрышно смотрелись на черном фоне. Весь его внешний вид очень гармонировал с этим заведением — молодежным, музыкальным, необычным. Легкая остроухость официанта, умело прикрытая зачесанными волосами, никого бы здесь не смутила, как и огромное количество татуировок у его напарника. Необычная внешность персонала была в порядке вещей для этого заведения.

После окончания концерта Катерина повезла развозить подружек дочери по домам, а Елисей остался на работе приводить заведение в порядок и обещал добраться домой самостоятельно.

Всю дорогу Катерина слушала восторги дочери и ее подруг по поводу прошедшего вечера. Немало комплиментов перепало и Елисею. Кажется, он становился местной знаменитостью и уже оброс кучей знакомств и постоянных клиентов. С этой стороны Катерина его еще не знала, но он и правда отлично общался с людьми.

— Мам, он хороший, — внезапно сказала Мари, когда они остались в машине вдвоем, — Я не буду против, если вы поженитесь.

Катерина от удивления чуть не отпустила руль, радуясь, что может сосредоточенно смотреть на дорогу и не поворачиваться лицом к дочери, чтобы та не увидела, как на лице от смущения появились красные пятна.

Следующие две недели все были крайне заняты каждый своей работой. Катерина задерживалась на переговорах, стараясь поменьше показываться на глаза Константину Георгиевичу. Ей даже показалось, что его интерес к ее персоне поутих.

Елисей работал в кафе без выходных, задерживаясь до полуночи. Работа его полностью захватила, а сидеть дома в одиночестве теперь казалось странным.

Катерина видела дочь лишь по утрам, когда та уходила в школу. Но, благодаря стараниям эльфа, дома теперь всегда была свежая еда, что немного уменьшало чувство вины за то, что ребенок брошен на произвол судьбы.

Наконец, контракт был подписан, а делегация итальянцев, довольных условиями сделки, отбывала домой. Катерина надеялась, что со следующей недели выйдет на работу в свой старый офис и будет чаще бывать дома по вечерам. Но ее мечтам не суждено было сбыться — уже в дверях ее остановил шеф.

— Екатерина, Вы очень хорошо поработали, — выразил ей благодарность Константин Георгиевич, — и, как я уже сказал, я хотел бы предложить Вам место в своей команде.

— Спасибо, это был очень трудный месяц. Боюсь, я не смогу работать в том же режиме постоянно, — ответила Катерина, в надежде, что ее отказ будет принят.

— Я бы хотел пригласить Вас на ужин в это воскресенье. Мы могли бы обсудить все возможные варианты сотрудничества. Думаю, мы найдем тот, который всех устроит. Отказ не принимается. Мой водитель заедет за Вами в шесть.

— Спасибо, но я… — пыталась возразить Катерина.

Константин Георгиевич лишь сверкнул на нее глазами, дав понять, что это решение не обсуждается.

В субботу у Мари начинались каникулы, которые она собиралась провести у отца в Москве, поэтому сразу после возвращения домой Катерина стала помогать дочери паковать чемодан. Мари заканчивала девятый класс и планировала поступить в спортивную школу в столице, чтобы иметь больше шансов на успех в будущем. У нее уже было несколько приглашений, и отец обещал помочь с собеседованиями и просмотрами.

Катерина понимала, что будет очень скучать по дочери, если она действительно уедет в Москву, но держать ее на привязи не планировала.

Закинув вещи в машину, мать отвезла Мари в аэропорт и тепло простилась. Она гордилась своей маленькой девочкой, которая стала такой взрослой и самостоятельной. Вернувшись в пустую квартиру, Катерина загрустила, однако длилось это недолго — Елисей вернулся домой пораньше. Рядом с ним все проблемы казались незначительными и легкоразрешимыми.

— Взяли еще одного официанта, теперь у меня хоть выходные будут, — пояснил довольный эльф.

— Кажется, вечер складывается очень удачно, — обрадовалась Катерина, и ухватившись за ремень брюк, притянула своего мужчину поближе, — я так соскучилась.

Глаза эльфа мгновенно потемнели, а дыхание участилось. Катерина положила ладони ему на грудь, ощущая под тонкой майкой напряженные мышцы. Ее сердце бешено стучало по ребрам, а от одного только взгляда эльфа подкашивались коленки.

Катерина подалась вперед и лишь коснулась легким поцелуем его губ, Елисей судорожно втянул воздух, как перед прыжком, а затем ответил на поцелуй — страстно и настойчиво. Ее руки оказались под его майкой, не спеша освобождать от одежды, кончики пальцев зудели от тактильного голода: хотелось трогать, гладить, сжимать. Кожа горела в ожидании прикосновений.

Елисей прижался всем телом, чтобы она почувствовала его желание, его пальцы скользили по ее волосам, спине и, наконец, забрались под тонкую блузку, освободив грудь от кружевного плена. Это было так сладко — чувствовать прикосновения друг друга под одеждой, возбуждение разлилось в воздухе полутемной комнаты.

Елисей подхватил Катерину и бережно отнес ее на кровать. Зависнув над ней на вытянутых руках, он покрывал ее лицо и шею легкими поцелуями. Девушка дотянулась до его волос и сдернула резинку, шелковый водопад светлых волос скрыл их от окружающего мира.

Они медленно раздевали друг друга, не торопя события, хотя оба были на пределе возбуждения. Зачем торопиться, если впереди вся ночь?

Следующее утро началось ближе к полудню. Катерина сонно потянулась и открыла глаза, встретившись взглядом с Елисеем, который лежал на боку и смотрел на нее с нескрываемым обожанием. Он нашел ее запястье, и притянул тонкие пальцы к своим губам.

— Доброе утро, моя Госпожа, — прошептал он, слегка касаясь теплыми губами самых кончиков пальцев.

Магическая волна от ритуала приветствия разбудила самые яркие воспоминания о прошедшей ночи. Катерина подумала, что вставать, в общем-то, и необязательно.

Однако, Елисей собирался пойти на вечернюю смену, а у Катерины впереди был ужин с человеком, который всеми силами старался заполучить ее в качестве сотрудника.

— Останешься сегодня дома? — спросил Елисей, наливая кофе.

— Вечером у меня встреча, но к твоему возвращению уже буду дома, — ответила девушка, вынимая из холодильника баночку йогурта.

Эльф довольно быстро оделся и убежал на работу, а Катерина еще немного повалялась, листая ленту инстаграм и поглаживая кошку. Нашла свежие снимки Елисея — он уже успел обзавестись несколькими сотнями подписчиц, которые не стесняясь ставили под его фотографиями лайки. Катерина почувствовала легкий укол ревности: не найдет ли ее эльф себе молоденькую подружку на стороне?

Когда взглянула на часы, то поняла, что на сборы осталось очень мало времени. Метнулась в душ и стала одеваться. Постаралась создать максимально спокойный и деловой образ, в котором не раз была на переговорах. Желания поразить Константина Георгиевича своим внешним видом у нее не было.

Ровно в шесть к подъезду подъехал автомобиль шефа.

— Добрый вечер, — приветствовал Дмитрий, распахивая перед девушкой двери.

— Здравствуйте, — кивнула ему Катерина.

Молча доехали до одного из самых дорогих ресторанов в городе. Катерина здесь еще не была, хотя не раз сопровождала своих клиентов на переговорах в подобные заведения. Лощеный администратор проводил гостью к столику, где ее уже ожидал бизнесмен.

— Рад вас видеть, Катерина! — начал Константин Георгиевич вежливым деловым тоном, — Прошу, присаживайтесь и выбирайте все, что хотите.

— Благодарю, но я не очень голодна, — ответила Катерина, — думаю, мне будет достаточно кофе.

— Нам многое нужно обсудить, не торопитесь, — настойчиво ответил мужчина и обратился уже к подошедшему официанту, — принесите нам по хорошему стейку и салат, девушке вино, мне — виски.

Катерине совсем не понравилось такое общение в приказном тоне. Сопротивляться эмоциональному катку, который сейчас несся на нее, было очень сложно.

— Итак, Екатерина, — продолжил бизнесмен, сверля ее взглядом, — мы здесь, чтобы обсудить условия нашего сотрудничества.

— К сожалению, я не смогу работать на вас, — ответила девушка как можно увереннее.

— Вы еще не слышали моих условий, — ухмыльнулся Константин Георгиевич, — сомневаюсь, что сможете отказаться.

Официант принес напитки и салат, это дало девушке минуту для того, чтобы собраться с мыслями и, отпив вина, ответить.

— Работа на вашу фирму отнимает слишком много времени, а я в последний месяц почти не видела своих близких, — начала Катерина заготовленную речь.

— Неужели еще не наигралась со своим эльфенком?

Катерина закашлялась, подавившись вином и в ужасе подняла глаза на бизнесмена. Такого вопроса она точно не ожидала услышать.

— Если так не хочешь на меня работать сама, то, может, уступишь мне его по доброй воле? — продолжил мужчина, откровенно наслаждаясь эмоциями, отразившимися на лице Катерины.

Реальность перед глазами девушки немного поплыла, взгляд расфокусировался, а потом выхватил одну знакомую деталь — официанта в белой рубашке, который плавными движениями огибал столики, собирая грязную посуду на поднос. На одну секунду он повернулся, и их взгляды встретились. Елисей, а это, несомненно, был он, стоящий прямо позади Константина Георгиевича, легким кивком головы показал девушке, чтобы она шла за ним. Продолжая кашлять, Катерина еле слышно прошептала:

— Мне надо отойти.

— Надеюсь на ваше благоразумие. Не убегайте отсюда, нам нужно обсудить подробности сделки. Не хочу, чтобы из-за вашей несговорчивости у ваших близких были проблемы.

Катерина на негнущихся ногах пошла в сторону уборной.

К счастью, Константин Георгиевич не заметил, что Катерина с кем-то переглядывалась. Она шла между столиками в сторону дамской комнаты, Елисея нигде не было видно. Когда девушка вышла за пределы видимости бизнесмена, эльф вынырнул из-за угла и приложив палец к губам, утянул ее в подсобку, где они спрятались за стеллажами с хозинвентарем.

— Что ты здесь делаешь? — зашипели они друг на друга одновременно.

— Уходи отсюда, он опасен! — слова снова сорвались с губ одновременно.

— Так, давай успокоимся, — первым от шока отошел Елисей, запуская руки в волосы и сжимая виски, — что у тебя с этим человеком?

— Это собственник бизнеса, на которого я работала последний месяц, — Катерина тоже попыталась говорить спокойнее, но ее била мелкая дрожь, — Он позвал меня сюда, чтобы предложить постоянную работу, но когда я отказалась, то он сказал, что хочет забрать… тебя. Вы знакомы?

— Встречались, — хмуро ответил эльф, — помни, что передать права на раба, которым я являюсь, ты можешь только добровольно подписав все документы.

— Он намекнул на некие проблемы, которые может устроить! — с волнением проговорила Катерина.

— Он может, не сомневайся! Сейчас спокойно возвращайся и тяни время, ни на что конкретно не соглашайся и при первой возможности уходи. Сделай вид, что хочешь поторговаться. Встретимся дома, за меня не беспокойся.

Елисей выглянул в коридор, и убедившись, что путь свободен, вывел девушку к уборной, а сам отправился в сторону кухни.

Катерина умылась ледяной водой, отдышалась и вернулась за столик.

— Вас долго не было, все ли хорошо? — ехидно улыбнулся Константин Георгиевич.

— Ваше предложение было слишком неожиданным. Но не думаю, что оно уместно, — девушка старалась придать голосу максимум уверенности, на которую была способна в данный момент.

— Поверьте, ничего вашему эльфенку не грозит. Он мне нужен исключительно в деловых целях, — ответил бизнесмен, разрезая сочный стейк.

— Вот как? — Катерина удивленно подняла бровь.

— Да, он отличный менталист, хорошо чувствует настроения людей, возможно даже мысли слышит. Вы не замечали, что он легко угадывает ваши желания и находит подход к людям?

Девушка задумалась. Действительно, Елисей легко договаривался с людьми и заводил новые знакомства. Даже дочь очаровал.

— В постели с ним бывает особенно интересно, — мечтательно продолжал бизнесмен, — Однако сейчас он мне больше нужен на переговорах.

По спине Катерины бежали капли ледяного пота, девушка сидела, судорожно вцепившись в вилку и нож, но даже не прикасалась к еде.

— Если не хотите отдавать насовсем, я могу взять его на работу, — этот ледяной голос чеканил слова, словно вбивал гвозди, — Днем будет моим личным помощником, а по ночам продолжит согревать вам постельку. Все от этого будут только в выигрыше. Мне — новые контракты и понимание, что происходит в голове конкурентов и партнеров, Вам — дополнительные деньги, умелый любовник. А если захотите, то и я мог бы составить вам компанию, так сказать, разнообразить репертуар. Поверьте, ваш эльфик сможет доставить удовольствие сразу нам двоим или просто будет благодарным зрителем.

Волна паники захлестнула Катерину, она понимала, что надо бежать отсюда как можно скорее, но продолжала сидеть и завороженно смотреть на бизнесмена, наслаждавшегося ее растерянностью.

— Не советую отказываться, у вас ведь зарплата, на которую надо прокормить троих, особенно много денег уходит на дочь. Спорт отнимает у нее много сил, а вдруг травма, и придется заниматься реабилитацией. Спорт — очень опасное занятие.

Упоминание про дочь подстегнуло Катерину, и она решительно встала, потянувшись за сумочкой. Константин Георгиевич жестко перехватил ее руку и пристально посмотрел в глаза.

— На раздумья даю вам неделю. Как раз дочь вернется домой. Жду вас с положительным решением.

Катерина выбежала на улицу, сдерживая судорожные рыдания. Она зашла в магазин напротив, откуда, немного успокоившись, вызвала такси. Только вернувшись в пустую квартиру, девушка дала волю слезам, сползая по стенке в коридоре на холодный пол.

*Елисей*

Найти работу оказалось не так уж сложным делом — приятный внешний вид, аккуратность и обходительность, способность предугадать желания клиента, — и уже на следующий день я вышел на работу в качестве официанта.

Впервые я заметил слежку за домом через два дня после того, как стал работать в кафе. Сомнений быть не могло: кто-то изучал распорядок жизни Катерины и Мари. Сам я довольно легко смог избавиться от преследователей — никто из людей не может сравниться с эльфами в умении сливаться с местностью и становиться незаметными. Подобравшись к наблюдателям поближе, я постарался проникнуть в их мысли и прочитать образы. С недавних пор прежние способности начали постепенно возвращаться ко мне, поэтому я без труда выяснил, кому подчинялись эти люди.

Проклятье! Это был Константин! Что ж, если он решил подобраться к Катерине, то я должен подобраться к нему первым! Проще всего это сделать там, где я могу слиться с местностью и стать незаметным среди обычной обслуги. Значит, я не зря выбрал для себя профессию официанта. Надо только самому выследить этого человека, узнать его привычки и любимые места.

За пару дней вычислил самый дорогой ресторан в городе, где Константин бывал частым гостем — приводил партнеров, соблазнял женщин. У него там даже был любимый столик, всегда зарезервированный под него и недоступный остальным посетителям.

Благодаря нескольким удачным знакомствам, я смог попасть в этот ресторан в качестве официанта. Пришлось совмещать работу в двух местах и трудиться почти без выходных. Хорошо, что Катерина была занята на своем проекте с иностранной делегацией, и я смог максимум времени уделить своему расследованию.

Наконец, мне улыбнулась удача: Константин приехал в ресторан и ждал кого-то за своим любимым столиком. Когда я проходил мимо с подносом, то смог подслушать обрывки его телефонного разговора — он планировал заключить какой-то очень важный контракт, от которого буквально зависел его бизнес и вся его жизнь. Такой шанс нельзя было упускать, любая информация сейчас будет очень важна. От волнения чуть не выронил посуду, но проникнуть в мысли этого человека так и не смог — он под хорошей ментальной защитой, которую я смогу обойти только при зрительном контакте, но пока слишком рано выдавать себя.

Когда я снова вышел в зал с напитками для гостей за соседним столиком, то Константин уже был не один, к нему подсела женщина. Любовница или деловой партнер? Надо подобраться ближе, возможно смогу проникнуть в ее мысли. Я подошел почти вплотную к их столу и замер за спиной мужчины, с ужасом глядя на его спутницу — это была Катерина! Она была чем-то очень сильно расстроена, на ее лице была смесь смятения и ужаса. Поймал ее взгляд и жестами попросил ее пойти за мной и затащил в комнату для персонала. Проклятье! Ее появление не должно спутать мне все карты.

Все оказалось намного хуже, чем я думал: она не просто случайная женщина, которую мой личный враг собрался затащить в постель.

Нет! Он начал опасную игру и решил шантажировать ее, угрожать! Он хочет вынудить ее заключить сделку, как уже пытался это провернуть с моей предыдущей хозяйкой, когда я был в борделе. Представляю, как зол он был, когда я каким-то чудом ускользнул от него!

Ярость захлестнула меня, заставляя защищать свое! Убедил Катерину поскорее уйти домой и тихо сидеть там. А сам решил подобраться к Константину поближе, чтобы найти какой-то компромат, постараться сорвать сделку. За себя я в этот момент не боялся, больше переживал, что он надавит на Катерину так, что она сломается. Поэтому действовать надо в ее отсутствие.

Спустя какое-то время Катерина выбежала из ресторана, а Константин остался за столиком. Он явно ждал кого-то еще. Это был мой шанс!

Я сделал еще несколько кругов вокруг его столика, но старался не попадать в поле зрения. Был еще один короткий телефонный звонок. Я услышал, что Константин должен был встретиться с кем-то на площадке за рестораном. Решил во что бы то ни стало проследить за ним и узнать, с кем он собрался тайно встречаться, и кого нельзя пригласить за столик в ресторане. Мне нужно было проникнуть в мысли или подслушать разговор, нужна любая зацепка.

Я опередил его буквально на минуту, очень удачно спрятавшись в нише неподалеку от запасного выхода и притаился за мусорными контейнерами. Увидел, как Константин в нетерпении выходит на улицу, поглядывая по сторонам. С кем он встречался, я так и не увидел. Сначала я услышал шаги, затем мужской голос сказал что-то о передаче товара.

А в следующее мгновение в шею впились тысячи иголок электрического разряда — я попался как глупый заяц в хитроумный капкан.

Катерина сидела одна в пустой квартире. От беспокойства девушка сходила с ума, в отчаянии она то металась по дому, то впадала в оцепенение, стоя у окна и вглядываясь в ночной туман. Елисей так и не пришел ночевать, его телефон был выключен, геолокация недоступна.

Девушка хотела было обратиться в полицию, но не придумала, что сказать. Украли эльфа? Вынуждали продать раба? Как бы не оказаться потом самой в психушке.

Так и не сомкнув глаз, на рассвете она заварила себе крепкого кофе и подошла к окну. Привалившись к стене, она продолжала высматривать знакомый силуэт.

Внезапно во двор въехал такой знакомый черный мерседес. Из автомобиля никто не вышел, но он остановился прямо у подъезда, приглашая мышку добровольно пройти в мышеловку. И Катерина пошла. Разум кричал, чтобы она остановилась, но ноги сами несли ее в умело расставленные сети.

Накинув пальто, девушка вышла на улицу. Уже знакомый водитель молча вышел и открыл дверь, жестом приглашая внутрь. В машине больше никого не было — только она и Дмитрий. Катерина даже не стала спрашивать о том, куда они едут. Какая разница куда, если она знала — к кому и догадывалась зачем.

Примерно через полчаса пути по еще спящему городу они оказались в закрытом коттеджном поселке. Автомобиль остановился перед высоким забором, отъехали металлические ворота, открывая проезд на внутреннюю территорию, которая была довольно внушительна. Вдали среди голых мокрых деревьев виднелся добротный особняк. Массивные стены говорили о том, что ни звука из того, что происходит внутри, не донесется до ушей случайных прохожих или соседей.

Шорох гравия под колесами автомобиля стих, они остановились напротив широкой лестницы. Дмитрий так же молча помог Катерине выйти из машины и одним лишь взглядом показал ей на входную дверь.

Девушка молча вошла в дом. В огромном холле каждый шаг отдавался эхом от каменных стен. Открылась боковая дверь и навстречу ей вышел очень довольный Константин Георгиевич.

— Екатерина, очень рад, что наша встреча произошла так быстро! — ухмыльнулся он, — Не хотите ли кофе? Кажется, вы сегодня не выспались?

В ответ она лишь неопределенно мотнула головой.

— Ну каким же я буду джентльменом, если не предложу девушке позавтракать? — и он жестом пригласил ее следовать за ним, — составьте мне компанию.

Катерина вошла вслед за мужчиной в большую светлую столовую, где на широком столе из массива дерева уже был накрыт завтрак на двоих.

— Присаживайтесь, — властно сказал Константин Георгиевич, — Мне очень лестно, что вчера вечером вы со мной поужинали, а сегодня утром уже составляете компанию за завтраком. Но нам обоим было бы приятнее, если бы ночь между приемами пищи Вы провели со мной.

Катерина присела на указанный стул и подняла на посмеивающегося над своей пошлой шуткой бизнесмена тяжелый взгляд.

— Вы обдумали мое вчерашнее предложение? Или хотите обсудить условия? — мужчина отпил кофе и продолжил говорить, не обращая внимание на то, что девушка продолжает молчать и не притрагивается к пище.

— Кажется, вы не настроены на разговор, — продолжил мужчина, вытирая кружевной салфеткой губы и вставая со своего места, — Что ж, я решил преподнести небольшой подарок в знак нашей дружбы и для демонстрации открытости моих намерений.

Он поманил ее пальцем к выходу из столовой и подошел к неприметной двери, скрытой под каменной лестницей. Дверь с едва слышным скрипом отворилась. От увиденной картины у Катерины подкосились ноги, и она одной рукой ухватилась за стену, а второй в ужасе прикрыла рот, чтобы задавить возглас ужаса, который рвался у нее из груди.

Это была абсолютно пустая комната, пол, стены и даже потолок были выложены серой плиткой — видимо, чтобы удобнее было мыть. В углу была заметна решетка для слива и кран для подключения шланга. Из мебели здесь был только одинокий стул и металлический крюк в потолке, к которому был привязан мужчина. Он был без сознания, руки его были скованны наручниками и зафиксированы на крюке. Голова была низко опущена так, что лица не было видно, а его светлые волосы были распущены и свисали грязными сосульками. Стул стоял в паре метров от пленника, словно это было место в партере для единственного зрителя, который наблюдал за разворачивающимся здесь несколько часов истязанием.

А в том, что подвешенному мужчине довольно крепко досталось, не было никаких сомнений: белая рубашка была местами порвана и испачкана в запекшейся крови, запястья под наручниками были фиолетово-багрового цвета. По всему было видно, что мужчину методично избивали в течение нескольких часов.

— Екатерина, — нарушил молчание Константин Георгиевич, — вчера мы с вами обговорили срок в одну неделю. Я не буду нарушать договоренностей и заставлять давать мне ответ прямо сейчас. Однако, настоятельно рекомендую серьезно обдумать мое предложение.

— Что вы с ним сделали? — спросила Катерина неестественно спокойным голосом, хотя внутри нее клокотала ярость.

— Всего лишь решил пояснить, что в данной ситуации от него ничего не зависит. И, кажется, немного увлекся.

Елисей, а это несомненно был он, еле слышно застонал и дернулся, но в сознание не пришел.

— Вы покусились на то, что вам не принадлежит, — с напором продолжила Катерина.

Константин Георгиевич, ждавший от девушки истерики и слез, был удивлен ее реакцией и, казалось, даже обрадовался.

— Пока не принадлежит, — поправил он девушку.

— Вы не имели права трогать его. Он — мой! Никакой сделки не будет!

— А вот тут я бы рекомендовал вам все-таки взвесить все «за» и «против» и не давать мне ответ так быстро. За оставшиеся шесть дней многое может измениться, — хохотнул бизнесмен каким-то своим мыслям, — Но, чтобы не расстраивать вас и показать серьезность своих намерений, я сейчас же переведу вам деньги за порчу пока еще вашего имущества.

Мужчина достал телефон и немного потыкал в него. На телефон Катерины пришло оповещение.

— Это — компенсация за то, что я не удержался, воспитывая Вашего раба, моя прекрасная Катерина! Дмитрий проводит вас вместе с вашим имуществом домой, — он кивнул водителю, возникшему в проеме двери, и тот бросился снимать бесчувственного Елисея с крюка. Ему на подмогу пришел еще один мужчина, которого Катерина не знала. Наручники с эльфа снимать не стали, так и закинув на заднее сидение автомобиля.

— И не убивайтесь вы так, с его регенерацией он уже завтра будет как новенький, — сказал Константин Георгиевич на прощание, протягивая Катерине ключ от наручников, — Надеюсь на ваше благоразумие и рассчитываю увидеться через шесть дней.

Девушка лишь шумно втянула воздух, схватила ключ и побежала к автомобилю, в который уже погрузили эльфа.

В машине первым делом Катерина сняла с эльфа наручники и стала мягко растирать его запястья, чтобы восстановить кровообращение.

Елисей пришел в себя, только когда подъехали к дому, он скользнул мутным взглядом по своей спутнице и откинулся на спинку сидения. Дмитрий открыл дверь, молча предлагая своим пассажирам побыстрее покинуть вверенный ему автомобиль, который теперь нуждался в химчистке, так как был испачкан кровью.

Верхней одежды и личных вещей у эльфа не было — наверняка остались в ресторане или в доме у Константина. Искать их не было смысла. Стараясь не наткнуться на любопытных соседей, Катерина помогла Елисею подняться в квартиру.

Оказавшись дома, девушка закрыла входную дверь на все замки, хотя прекрасно понимала, что, если кому-то понадобиться открыть дверь, это сделают вне зависимости от их степени надежности. Пока она возилась у входа, Елисей просто сполз по стенке на пол в коридоре.

— Нет-нет, только не здесь! — воскликнула девушка, — Давай я доведу тебя хотя бы до кровати.

Катерина упиралась ногами и из последних сил тянула эльфа вверх. Наконец ей удалось довести его до кровати, куда он упал, как и в первый день их знакомства. Необходимо было срочно обработать имеющиеся раны. Девушка принесла в кастрюле теплой воды, взяла ножницы, чистые полотенца, а также средства оказания первой помощи.

Сначала она ножницами срезала порванную и местами пропитанную кровью рубашку, затем избавилась от брюк. Мокрым полотенцем обтерла каждую рану и обработала антисептиком во избежание нагноения. Сильных повреждений она не нашла — лишь синяки и ссадины. Кажется, переломов в этот раз не было. Благодаря хорошей регенерации он быстро восстановится.

Закончив с обработкой ран, Катерина сходила в душ, чтобы смыть с себя все потрясения этой долгой ночи. Выйдя из ванной, она едва смогла дойти до постели. Последнее, что Катерина сделала перед тем, как забыться сном — подползла к Елисею, крепко обняла его и прошептала «Не отпущу», а он едва слышно ответил «Только не отпускай». А возможно ей это всего лишь показалось.

Проснулась Катерина ближе к вечеру, воспоминания о прошедшей ночи заставили ее рывком подскочить на постели. Елисея в спальне не было, это подняло градус ее паники, и она соскочила с кровати. Судя по запаху кофе, Елисей должен был быть на кухне.

— Зачем ты встал с постели? — вместо приветствия сказала девушка, заходя на кухню.

Эльф сделал шаг к ней и попытался встать на колени для ритуала приветствия госпожи, но пошатнулся, и наверняка бы упал, если бы девушка его не подхватила.

— Моя Госпожа! — выдохнул он ей куда-то в макушку, — прости, что тебе пришлось все это пережить! Я не хочу, чтобы ты или Мари пострадали! Ты должна немедленно от меня избавиться, иначе этот человек не отстанет!

— Не говори глупостей, у нас осталось шесть дней, и мы обязательно что-нибудь придумаем, — сказала Катерина, еще крепче обнимая своего эльфа.

Елисей лишь горько усмехнулся, садясь за стол и отпивая крепкого кофе.

— Единственный вариант, который бы меня полностью устроил — убить этого ублюдка! — прорычал он.

— А мы можем? — вполне серьезно спросила Катерина.

— Боюсь, что нас убьют быстрее, — хмуро ответил эльф.

— Нам нужен другой план. Может, сбежим? — предложила Катерина.

— Куда? Я не могу пересечь границу, ты же знаешь, что документов нет. Да и дочь твоя будет в опасности, пока Константин не получит то, что хочет.

— Дочь моя в настоящий момент со своим отцом, он сможет позаботиться о ней. А мы можем уехать на машине.

— Все равно, я бы не хотел подвергать тебя опасности. Рано или поздно он найдет нас.

— Но мы сможем выиграть время и придумать какое-то решение, — настаивала Катерина.

— Хорошо, я согласен, — Елисей вышел из кухни, а потом вернулся и положил на стол внушительную сумму денег.

— Заработал, — коротко прокомментировал он, не вдаваясь в подробности.

— Тогда нам надо собираться и выдвигаться прямо сейчас, — подхватилась Катерина и принялась собирать сумки в дорогу.

Взяли с собой лишь самое необходимое: одежду, деньги и перекус, чтобы пореже останавливаться. Ключи от квартиры Катерина занесла соседке, чтобы та присматривала за кошкой. Времени договариваться с подругой у девушки не было.

Стараясь не привлекать внимания, погрузили вещи в машину и выехали со двора. Елисей внимательно смотрел на дорогу и по сторонам — слежки за собой он не заметил. Заехали в банкомат, чтобы Катерина смогла снять наличность со всех своих банковских карт — ей очень не хотелось, чтобы их вычислили по банковским операциям. По городу ехали по второстепенным улицам, чтобы заметить, если на хвосте появятся преследователи. Но никто за ними не гнался, и они спокойно выехали из города.

Решение о том, куда ехать, пришло как-то само собой. Беглецы решили направиться на юг, в сторону Сочи. Там туристы в любое время года не вызовут подозрения, и будет довольно легко затеряться. К тому же документы там тоже мало кто будет спрашивать, можно совершенно спокойно снять комнату или арендовать небольшой домик в уединенном месте.

О том, что будет дальше, они пока не думали. Пока их целью было сбежать из города.

На выезде из города Катерина заехала на заправку. Залив полный бак бензина, она решила сделать два последних звонка: один — подруге Веронике с просьбой приглядеть за кошкой, а второй — бывшему мужу. Сообщать всю правду она ему не стала. Сказала лишь, что у нее на работе возникли проблемы, и ее не будет какое-то время в городе. И лучше, чтобы дочь осталась с ним на это время.

Думая о Мари, Катерина испытывала стыд, ведь, по сути, она бросила ее у отца и мачехи, а сама сбежала из дома с любовником. По этой же причине девушка не стала звонить и своей матери.

Закончив звонки, она просто оставила телефон на столике в кафе при заправке, прикрыв салфеткой. Наверняка его кто-то совсем скоро найдет и заберет для того, чтобы вернуть владельцу, или чтобы забрать его себе. В любом случае симкарта еще какое-то время будет в движении и если будут пытаться их отследить, то это может запутать след.

Забрав стаканчики с крепким кофе, девушка уселась за руль автомобиля.

— Нам нужно проехать как можно больше в первые сутки, — сказала она, заводя двигатель.

— Сейчас вечер. Сколько времени ты сможешь ехать без остановки? — спросил Елисей.

— Думаю, до утра продержусь. Но тебе нужно будет постоянно со мной разговаривать. Если поймешь, что я отвечаю слишком медленно — тормоши меня и заставляй остановиться.

— Я до сих пор считаю, что тебе и вовсе не стоило в это ввязываться. Боюсь, что наша поездка ничем хорошим не закончится.

— Елисей, я уже влезла в это по самые уши. Так что отыграть назад мы ничего не сможем, — решительно ответила девушка, выезжая на темное шоссе.

Эльф достал планшет, на который они заранее скачали карту и построил маршрут максимально сложным образом. Катерина уверенно вела машину, несмотря на сгустившиеся сумерки. По основной магистрали решили не ехать — лучше потратить чуть больше времени и проехать через небольшие села, чем стать легкой добычей на крупной трассе.

— Елисей, расскажи мне что-нибудь интересное о себе, — попросила Катерина.

— Что именно ты хотела бы услышать?

— Давай всё, и с самого начала. Нам ехать всю ночь, так что можешь не торопиться и рассказывать все обстоятельно.

— Ну что ж, наверное, надо начать с моего рождения. Это произошло около четырехсот лет назад. По человеческим меркам это очень большой срок, но эльфы физически развиваются чуть медленнее, чем люди. А вот развитие нервной системы и мозговой активности и вовсе запаздывает, поэтому совершеннолетними эльфы становятся в сто пятьдесят-двести лет в зависимости от традиций, принятых в землях, где проживает эльф. А в возрасте ста лет мы и вовсе как подростки выглядим.

Из-за очень долгого детства у эльфов незадолго до совершеннолетия может развиться ментальный недуг, похожий на депрессию. В это время подросток пугается новых чувств и эмоций, особенно связанных с противоположным полом, хочет перейти сразу к стабильному состоянию, которого достигают эльфы старше тысячи лет. Стабильное состояние похоже на заторможенность. Проявляется снижением темпа речи, слабостью эмоциональных реакций, медлительностью. Эльфы становятся малоподвижны, безынициативны, с трудом способны поддерживать разговор, на вопросы отвечают, выдержав паузу.

— И часто такое происходит с молодежью у вас? — поинтересовалась Катерина.

— В последнее время все чаще. Особенно, если дети растут без сверстников в окружении взрослых безэмоциональных эльфов. Они просто не видят примеров проявления чувств, и это их пугает. Моим самым сильным детским чувством было горе в связи с потерей матери. Но от этого чувства еще быстрее захотелось избавиться, и даже общение с братом и сестрой не смогло меня уберечь от этого недуга. Отец что-то говорил про мой долг, про будущее, про престол…

— Престол? — перебила его девушка.

— Да, я же наследный принц… был им.

— Хм, прям королевич Елисей, — пробубнила под нос Катерина, — и что случилось дальше?

— А дальше я все больше замыкался в себе. Отец собирал ученых и магов, искал ответы в древних трактатах и исторических жизнеописаниях. По всему получалось, что, живя рядом с людьми, эльфы подпитывались людскими эмоциями, и не впадали в такое состояние. Идеальным было бы отправить наследного принца учиться в какую-нибудь закрытую школу для элитной молодежи. Но я не умел даже изъясняться ни на одном из человеческих наречий. Поэтому меня решили отправить ко двору одного из Европейских князей, с кем у отца были дружеские отношения, и кто пообещал заботиться обо мне, как о родном сыне.

Предполагалось, что я пробуду там десять лет, буду обучаться вместе с его племянниками, так как дети его уже были взрослыми. По истечении этого времени я должен был вернуться домой. На тот момент я еще был несовершеннолетним и не мог сам участвовать в сделках. На князя была оформлена часть документов, чтобы я не мог самостоятельно уехать от него. Но сестра князя узнала об ограничениях, наложенных на меня, и вынудила брата подписать какие-то дополнительные соглашения, к тому же скрепила их магией. В общем совершеннолетие я встретил в статусе раба, причем принадлежал уже этой Люцине. Затем скоропостижно скончался князь, а Люцина вывезла меня из его дворца в сундуке.

— Неужели тебя не искали? — удивилась Катерина.

— Наверняка искали. Но на момент смерти князя прошла только половина срока моего нахождения у людей. Так что искать меня начали лет через пять, когда я был уже на другом континенте и у другого владельца. Все магические артефакты были с меня сняты и оставлены во дворце князя, а моя собственная магия к тому моменту иссякла окончательно.

У нас сегодня необычная локация и неожиданные герои

В пустом кабинете сидел пожилой уставший мужчина. Он откинулся на спинку кресла, снял очки и потер переносицу, а потом плеснул в бокал холодный виски из запотевшей бутылки. Константин принципиально не пил виски со льдом — зачем уродовать божественный напиток замороженной водой из-под крана?

Он столько времени потратил на поиски этого эльфа, что в конце концов уверился, что это его единственный шанс получить на предстоящих переговорах на саммите преимущество. До встречи на высшем уровне оставался еще месяц. По данным разведки, к которым он имел доступ благодаря премьер-министру, их обложили со всех сторон. В дело шел шантаж, подкуп, угрозы. Он поставил все на эльфа и его ментальные способности, которые еще надо будет как-то активизировать.

Дверь рывком открылась, и в кабинет решительно вошел Дмитрий. Константин вопросительно посмотрел на него сквозь бокал.

— Сбежали, — подтвердил его мысли личный помощник, — телефон оставила на заправке, его забрал пацан, это немного отвлекло нас.

— Вычислить сможешь? — спросил Константин.

— Да, это не займет больше суток. Я установил в машине маячок, когда колесо менял. Пока автомобиль движется, нет смысла гнаться за ними. Как только они где-то остановятся и затаятся, можно будет лететь в ближайший аэропорт, а там уж найдем.

— Хорошо, детали на тебе, меня не отвлекай этим. Рад, что у тебя, как всегда, все под контролем — усмехнулся Константин.

— Может, все-таки зря мы все вот это именно так делаем? Можно же было по-другому договориться, помощи даже попросить?

— Дим, мы это уже сто раз обсуждали. Не будет он добровольно людям помогать, тем более мне, — Константин резко поставил виски на стол и встал со своего места. Заложив руки за пояс своих брюк, он принялся мерить кабинет шагами и продолжил:

— У нас стоит не просто задача государственной важности, мы в шаге от мировой катастрофы. Ехать на переговоры без сильного менталиста — смерти подобно, нас задавят просто. Ты же сам видел досье на тех, с кем придется разговаривать. Мы там все под гипнозом знаешь каких дел натворим! Мы не только Курилы Японцам отпишем, мы Китаю всю Якутию отдадим.

— Я видел эльфа вчера, он не будет с тобой работать после всего, что ты сделал!

— Рабский договор не даст ему ослушаться! — прорычал Константин.

— Он может просто саботировать твои приказы или исполнять их недостаточно точно. Ты же сам знаешь, что во всех этих договорах всегда есть лазейки и пункты мелким шрифтом!

— Мы все изучили, подняли записи в архивах за двести лет, пол Европы исколесили! Он не сможет сопротивляться, если я стану его хозяином! — пожилой бизнесмен в ярости сжимал кулаки.

— Тебе же нужен союзник, который сам захочет проникнуть в мозг наших зарубежных партнеров, а не тупой безвольный раб, — голос мужчины звучал совершено спокойно и даже расслабленно.

— У тебя есть идеи получше? — Константин остановился и в упор посмотрел на своего помощника.

— Есть. Тебе даже необязательно подчинять его себе с помощью договора.

— Продолжай, — мужчина смотрел с возрастающем интересом на Дмитрия.

— Девушка. Забери ее себе, а его заставь подчиниться. Поверь, ради нее он сделает больше, чем если ты станешь его хозяином. Причем совершенно добровольно.

— И как заставить его работать на меня?

— Мы можем держать девчонку взаперти под какими-нибудь препаратами, может в кому ввести искусственную. И от его усердия будет зависеть, как мы с ней будем обращаться, — Дмитрий сально ухмыльнулся, — Ну и допускать его к телу будешь раз в месяц, чтоб не подох.

— Ты думаешь, он ради нее пойдет на сделку? Ему же проще, если очередная хозяйка умрет. Кстати, кто у нас наследники?

— Ты же видел, как они смотрят друг на друга, там такая страсть, молнии сверкают. Они друг ради друга на все пойдут. А из наследников у нас дочь и мать, но для них эльф не будет так стараться.

— Интересный план вырисовывается. Мне нравится, — Константин вернулся к столу и взял бокал с янтарной жидкостью.

Дмитрий повернулся к двери и собирался покинуть кабинет.

— Спасибо, Дим, я очень ценю твою помощь, — уже совершенно спокойно проговорил Константин Георгиевич.

— Родина не забудет, — хохотнул мужчина, и вышел.

В дороге Катерина останавливалась лишь пару раз: вздремнуть несколько часов и заправить автомобиль на неприметной заправке. Для того, чтобы добраться до курортной местности, они потратили два дня из оставшихся шести.

Наблюдая за сменой пейзажа за окном, девушка и эльф делились детскими воспоминаниями, обсуждали недавно просмотренные фильмы и прочитанные когда-то книги — все это лишь ничего не значащее сейчас прошлое. О будущем не говорили. Да и какое могло быть у них совместное будущее?

Сколько они смогут скрываться без денег и документов? Но и сидеть дома, отсчитывая минуты до того, как за ними придет Константин, было невыносимо.

Единственная надежда оставалась на возвращающуюся магию Елисея. Сейчас это были лишь жалкие крохи, но, если накопить еще немного и сконцентрироваться, то можно попробовать отправить сообщение кому-то из близких. Но оставшихся четырех дней было катастрофически мало — нужны были еще месяцы.

— С вашей магией вообще все непонятно, — говорила Катерина, снова сворачивая с федеральной трассы по направлению к очередному селу.

— О чем тебе рассказать? — спросил эльф.

— Давай самые основы.

— Попробую. Ты же понимаешь, что я был далеко не образцовым учеником, — Елисей улыбнулся лишь уголками губ и продолжил, — На Земле есть некий источник магии, каждый эльф может обратиться к нему, чтобы напитаться. Эльф, который приходит в стабильное состояние или имеет другой ментальный недуг, теряет связь с источником и не может больше брать силу от него. Обычно это происходит с совсем древними, однако может случиться и в юности. После смерти вся магия возвращается в источник, чтобы ее могли брать эльфы будущих поколений.

— Если эльфов на земле осталось очень мало, то источник должен быть полон магии?

— Думаю, что да. Что-то наверняка сосредоточено в артефактах, но магии должно быть много, ее просто некому взять.

— А почему ты не можешь это сделать?

— Магический канал как мышца, без тренировки он усох и не дает вобрать в себя достаточное количество. На раскачку уйдут годы.

— Можно ли как-то ускорить процесс?

— Нужна какая-то сильная положительная эмоция, встряска. Именно ради этого отец хотел отправить меня к людям. Вот только изъятие артефактов и изменения в договоре полностью перекрыли мой магический канал, но это было сложно предусмотреть. И только благодаря твоему ко мне отношению и кулону, который каким-то неведомым образом оказался в доме твоей бабушки, есть надежда на восстановление моего магического канала в обозримом будущем, — говоря это, Елисей накрыл своей ладонью руку Катерины и крепко сжал ее пальцы.

— Положительные эмоции, говоришь? — Катерина хитро улыбнулась, — кажется, у меня есть пара идей.

Тем временем они приехали в небольшой курортный поселок с целью посетить местный рынок, чтобы купить еды и поискать себе жилье.

— Елисей, сиди в машине, здесь ты привлечешь слишком много внимания, — сказала Катерина и направилась к торговым рядам.

Потолкавшись по рынку и купив платок с логотипом известной группы, Катерина пошла к рядам, где торговали местные фермеры. Там она выбрала самую бойкую торговку, купила у нее сметаны и молока, а заодно решила расспросить ее о жилье.

— Понимаете, — самозабвенно врала она, — мы с друзьями хотим посмотреть весну в горах. Хотим снять домик в таком месте, чтобы рядом никого не было, хотим пожить в единении с природой.

— Йоги что ль? — спросила торговка, оценивая, сколько денег можно содрать с городской девушки.

— Сосед у меня сдает свою сторожку недорого. Токмо там ни электричества нет, ни канализации. Вода в ручье за пару километров. Но вы, йоги, любите такое.

Довольно быстро Катерину свели с пожилым мужчиной, который с радостью вызвался показать дорогу до своей недвижимости.

Для маскировки Елисею повязали на голову бандану, отчего он стал похож на байкера и очень нравился в таком виде Катерине. Автомобиль пришлось оставить в поселке, во дворе той самой торговки, чтобы его нельзя было увидеть с улицы. В горы поднимались пешком не менее двух часов — место, и правда, оказалось очень уединенным. С собой взяли только самое необходимое.

Новое убежище представляло собой добротный сруб с одной комнатой и небольшим открытым очагом в углу. Из мебели была лишь широкая двухъярусная кровать, способная вместить по 2 человека на каждом ярусе, грубо сколоченный стол и пара табуретов. На полу лежала шкура медведя. Суровый охотничий домик оказался очень уютным в своей грубой мужской красоте.

Хозяин дома показал, где взять инструмент, дрова и показал направление до ручья, и, получив оплату за две недели, пошел по тропинке вниз в село.

Усталость и напряжение последних дней разом навалилась на Катерину. Она завернулась в свой походный оранжевый плед и прилегла на кровать, пока Елисей возился с очагом. Сил разлепить глаза больше не было. Уже сквозь сон Катерина почувствовала, что ее крепко обнимают сильные мужские руки.

Из-за сильной усталости на следующий день Катерина проспала почти до обеда. Проснувшись, рывком села и в панике огляделась в поисках эльфа — в домике его не было. Девушка оделась и вышла на улицу, где застала Елисея за колкой дров. Эта картина завораживала ее еще со времен их совместных ночевок в деревне — словно первобытный танец дикого воина и его опасного топора.

Елисей почувствовал взгляд, воткнул топор в еще не расколотое бревно и, откинув назад выбившиеся светлые пряди, направился к Катерине. Ничто здесь не мешало провести ритуал приветствия по всем правилам: эльф опустился на колени, легко подхватил край куртки и притянул его к губам. «Моя Госпожа» — тихий шепот, и горячая магическая волна проходит по их телам, укрепляя связь.

— Мне кажется, или я стала сильнее реагировать на твое приветствие, — проговорила Катерина, зарываясь руками в мягкие волосы и притягивая своего любимого мужчину для совсем нецеломудренного поцелуя.

— Магия постепенно усиливается, — ответил Елисей, с трудом оторвавшись от любимых губ, — пойдем, ты еще не завтракала, хотя уже можно сразу и пообедать.

Эльф подхватил Катерину за руку и повел в дом, где был накрыт нехитрый завтрак. Разливая по кружкам чай, Елисей заметил:

— Сегодня нам придется сходить к ручью за водой. В доме есть несколько канистр.

— Хорошо, отправимся прямо после завтрака.

Дорогу до ручья подробно описал хозяин домика, так что найти его не составило труда. Напившись ледяной воды и наполнив канистры, они решили немного прогуляться вдоль горного потока. Через несколько минут они вышли к краю каменистого уступа, с которого открывался прекрасный вид на раскинувшиеся вдали горные вершины.

Полуденное солнце в горах грело совсем по-летнему, а потому Катерина скинула куртку на землю и села на нее, чтобы полюбоваться пейзажем. Недолго думая, Елисей устроился рядом, опустившись спиной на нагретый камень и положив голову на колени к девушке.

— Вкус воды в этом источнике мне показался знакомым, — задумчиво сказал Елисей, разглядывая горные пики.

— В горах очень вкусная вода, люди считают ее целебной, — ответила девушка.

— Ты же знаешь, что я очень хорошо различаю вкусы и запахи, — продолжил Елисей, а девушка кивнула: именно поэтому он божественно готовил.

— Я имею в виду, что уже пробовал похожую воду. Давно, еще в детстве, — Елисей напрягся, а девушка перестала задумчиво гладить волосы и пристально посмотрел на него.

— Здесь живут эльфы? Твой дом рядом? — с надеждой спросила девушка.

— Нет, мой дом точно не здесь. Но я определенно пил такую воду, когда был ребенком.

— Возможно здесь тоже есть эльфы, ты ведь говорил, что ваши жилища часто спрятаны в горах.

— Я никогда не был рядом с жилищем эльфов с внешней стороны, и не знаю, как туда проникнуть. Мы обычно перемещаемся порталами из одних владений сразу в другие, чтобы не привлекать внимания людей. Я не исключаю, что где-то здесь может быть скрытый эльфийский город, но даже если он будет в десяти метрах от нас, мы его не увидим.

— Возможно, есть шанс как-то привлечь к себе внимание? Или найти какие-то следы! — Катерина с отчаянием ухватилась за этот крохотный шанс заручиться поддержкой эльфов.

Елисей лишь с нежностью смотрел на девушку, не смея разочаровывать ее. Шансов встретить эльфов так близко к людям не было.

За разговором они не заметили, как небо заволокло тучами, принесенными со стороны моря — весной в горах погода очень переменчива.

— Скоро пойдет дождь, надо возвращаться, — сказал Елисей, легко вставая и помогая Катерине подняться.

Дойти до своего скромного жилища они не успели — небеса словно разверзлись, выливая на них потоки воды. Сначала они бежали, поскальзываясь на размокшей земле, а потом, промокнув насквозь, перешли на шаг, тяжело ступая в отяжелевшей одежде.

Наконец, они добрались до спасительного укрытия. Эльф стянул с себя всю мокрую одежду и принялся растапливать очаг.

— Раздевайся и завернись в плед, — велел он Катерине, а сам пошел искать сменное белье.

Спустя полчаса они сидели в обнимку на полу у очага под одним пледом, пили согревающий чай и смотрели на языки пламени. Травяной чай и близость тел пьянила не хуже молодого эльфийского вина.

Катерина поймала на себе тяжелый взгляд эльфа с затаенной тоской. Невысказанная мысль повисла в воздухе. Они оба прекрасно понимали, что рано или поздно придется принять предложение Константина, а шансы на спасение ничтожно малы.

— Госпожа, — голос эльфа разрезал уютную тишину как ножом. Катерина посмотрела на него в упор — эльф выглядел очень напряженно. Слова давались ему тяжело, но он был настроен решительно.

— Катерина, прошу тебя не геройствовать. Я не хочу, чтобы этот урод навредил тебе или твоей дочери. Когда придет время — перепиши все документы, не ищи с ним компромиссы, эта сделка будет в любом случае проиграна.

Девушка молчала, ее глаза заблестели от слез, но она не хотела, чтобы эльф видел ее отчаяние.

— Прошу, проведи со мной последние дни и ночи, сколько бы у нас их ни осталось. Мне будет о чем вспоминать в течение всего того времени, что мне предназначено. Эти воспоминания помогут мне не сойти с ума.

Катерина развернулась к эльфу лицом, и они соприкоснулись лбами, ее руки обвили его шею, по щекам катились слезы.

— Никогда не думал, что смогу так отчаянно полюбить. Ты смогла разбудить мое сердце, и оживить душу. В конце концов, план отца сработал, хоть и совсем не так, как он планировал.

Всполохи от огня отражались в горящих серых глазах, руки нежно касались волос, сводя с ума. И они отдались этой сжигающей страсти, словно поленья, подкинутые в очаг. Руки эльфа мягко скользили под пледом, повторяя изгибы тела девушки. Ее руки плавно касались его щеки, скулы, шеи — словно стараясь запечатлеть их в памяти.

От прикосновения губ эльф издал судорожный вздох, словно стараясь вобрать в себя память об этом поцелуе. Огонь пылал на их щеках, руки опускались все ниже. Катерина прижалась к своему эльфу всем телом, стараясь в поцелуе напоить его своей любовью.

Они так и не стали перемещаться на кровать, оставшись на полу, разметавшись на оранжевом пледе. Яркие блики от огня придавали их близости ощущение первобытной страсти и нереальности происходящего. Мир взорвался от криков и острого наслаждения, а они все не могли насытиться друг другом.

Катерина в изнеможении упала на резко вздымающуюся грудь эльфа. А он постарался заботливо прикрыть ее краем пледа — дрова в очаге уже давно прогорели, превратившись в сизый пепел.

Утром Катерина проснулась в уютных и таких родных объятиях. И лежали они уже на кровати, а не на полу. А в очаге снова горел огонь. Елисей не спал, а задумчиво перебирал пальцами ее растрепавшиеся локоны.

«Доброе утро, моя Госпожа!» — нежный поцелуй в плечо и горячая волна пронеслась по телу.

— Елисей, а давай пойдем сегодня в горы погуляем? — спросила девушка, потягиваясь.

— Эльфов собралась искать, неугомонная? — в глазах смешинки, губы растянулись в широкой улыбке.

После завтрака стали собираться в поход. С собой на всякий случай взяли еды с запасом на два дня, теплые вещи и несколько пустых бутылок, чтобы наполнить их водой из ручья.

Вокруг буйствовала весна, в молодой траве появлялись первые робкие цветы, а прошедший накануне дождь смыл остатки снега, лежавшего в расщелинах. Сначала дошли до вчерашнего ручья. Внизу был поселок, значит, им надо было подниматься только вверх. Подъем был пологим, кое-где даже проглядывала тропинка, заросшая прошлогодней травой.

— Катерина, как думаешь, можно ли тут охотиться на кого-то? — задумчиво спросил эльф.

— Да откуда же в курортной местности дикие животные? Тут проще найти ларек с шаурмой посреди гор, чем дикого зайца. А ты умеешь охотиться на дичь? У нас же и оружия нет, — девушка сощурилась, глядя против солнца на своего спутника.

— Ножи есть, — сказал эльф и метнул острый нож в ближайшее дерево. Просвистев и сделав пару оборотов, тот довольно глубоко вошел в ствол. С невозмутимым спокойствием Елисей подошел ближе и извлек свое оружие.

— Да ты, я смотрю, готовился к побегу, — насмешливо сказала девушка и продолжила подниматься по крутой тропинке.

Взобравшись на очередное плато, присели передохнуть и перекусить. Внизу перед ними раскинулась долина, усыпанная цветущими вишнями и абрикосами. А в горах весна немного запаздывала, но солнце снова припекало, как и днем ранее.

— Катерина, — начал эльф, — пообещай мне, что ты подпишешь договор с Константином и постараешься жить спокойно и, по возможности, счастливо. Без меня.

— Да ты с ума сошел, не буду я подписывать договор с этим мерзавцем! — девушка подскочила и устремилась вверх.

Тропинка тем временем обогнула горный уступ и шла теперь вдоль расщелины. Катерина так разозлилась, что шла быстрее, чем того требовалось для безопасного подъема.

— Подожди, не злись, — эльф попытался нагнать ее и схватить за руку.

— Ты уже сдался? — кричала Катерина, — а я не хочу…

Внезапно от ее резкого движения пласт льда, скрытый под уже прогретой каменистой почвой, поехал, нога подвернулась, и девушка, нелепо взмахнув руками, завалилась вбок. Елисей дернулся вперед, но успел схватить ее только за рюкзак. Это не спасло Катерину от падения, и она рухнула с пятиметровой высоты в расщелину.

От острой боли она сначала потеряла сознание, а когда очнулась, то увидела перед собой испуганное лицо эльфа, перепачканного в крови. Ее крови. Она лежала в теплой липкой луже, а вокруг нестерпимо пахло ржавым железом — это был запах ее крови, впитывающейся в сырую землю. И от одного этого начинало мутить.

На удивление, девушка не чувствовала острой боли и даже попыталась встать. Но она не смогла пошевелить ни руками, ни ногами. По лицу эльфа катились слезы, прокладывая светлые дорожки по щекам, испачканным алой кровью. Елисей расстелил оранжевый походный плед на ровном участке земли и аккуратно переложил девушку на него. Плед тут же пропитался свежей кровью, сочившейся из рваной раны. Эльф пытался остановить кровь, но его попытки успехом не увенчались. Самая большая рана была на бедре, и эльфу пришлось разрезать ножом джинсы, чтобы добраться до самого ужасного разрыва плоти, в котором он увидел обломки кости.

— Елисей, прости, я не хотела, чтобы все вот так… закончилось, — шептала девушка.

— Тише, любимая, все будет хорошо, — прошептал эльф, беря ее за руку и накрывая ледяные губы девушки своими.

— Просто побудь со мной, а потом… потом позаботься о Мари.

*Елисей*

После того, как мы сбежали из города, плохое предчувствие не оставляло меня. Нам не на что было надеяться — два глупца, бежавших от неизбежного. Я знал, что Катерине нужно будет принять условия сделки, иначе ее жизнь могла превратиться в ад. О своей я уже не беспокоился — за столько лет рабства привык ко многому. Поначалу будет сложно забыть вкус свободы. Возможно, я смогу накопить достаточный магический резерв и выйти на связь с моими родственниками в ближайшее время.

Но именно сейчас мне хотелось провести как можно больше времени с Катериной — смотреть в ее глаза, вдыхать ее запах, ощущать прикосновения ее рук, растворяться в ее ласках.

Поездка в горы изначально была необдуманным и слишком рискованным поступком. Мы постоянно опасались слежки. Но пока мы были в бегах, была возможность немного потянуть время. К тому же, наедине с природой я почувствовал себя намного лучше, словно горы питали мой магический резерв. Поэтому легко согласился на ту злополучную прогулку.

В том, что произошло дальше, была исключительно моя вина: я снова начал разговор про неизбежность подписания соглашения с Константином, и что это залог безопасности Катерины и ее дочери. Но она вспылила и побежала вверх по тропинке.

А я позволил ей идти без поддержки, да еще продолжил на ходу спорить с ней. Одно неаккуратное движение, и ее нога подвернулась и вот она уже летит вниз. Я бросился, чтобы удержать ее, но не успел.

Мгновение — и моя любимая лежит, распластанная на камнях в расщелине. Я не помню, как я оказался внизу рядом с ней.

Проклятье! Этот удушающий запах теплой крови, ею пропитано все вокруг. Сколько же у нее ран, откуда столько?

Катерина пришла в себя, но она не смогла даже пошевелиться. Надо было переложить ее на ровную поверхность и перевязать раны. Достал из рюкзака плед и постарался аккуратно переложить туда свою девушку. Еще вчера она лежала передо мной на этой яркой оранжевой ткани, и я дышал ее страстью. А сейчас я чувствую только запах крови, смотрю на разметавшиеся, словно в порыве страсти, волосы. Ее глаза тускнеют, но они так же полны любви, как и накануне.

Я пытаюсь остановить кровь и перевязать раны, но когда вижу раздробленную кость, то понимаю, что шансов выбраться отсюда у нее нет.

Нет! Нет! Этого не может быть, она должна жить долго! Счастливо! Я так хотел защитить ее. Мои пальцы судорожно вцепились в ее руки, словно я хотел удержать ее рядом с собой и не дать уйти ее душе за грань.

«Тише, любимая, все будет хорошо» — вру я ей, а по щекам предательски текут слезы.

Проклятье! Ничего и никогда не будет хорошо, если я не смогу вытащить ее отсюда, даже ценой собственной жизни!

А что, если разделить с ней свою эльфийскую сущность? Смогу ли? Сил у меня сейчас, как у ребенка.

Острым лезвием я рассекаю себе левую ладонь, моя кровь брызгает, орошая все вокруг. Я прикладываю ладонь к самой большой ране, чтобы наша кровь смешалась. Срываю с шеи свой кулон и вкладываю его в ледяные пальцы Катерины. Она еще жива, но глаза ее уже не видят меня.

Я не помню никаких заклинаний или слов магической клятвы. Я просто стараюсь отдать ей столько своей жизненной силы, сколько смогу влить, даже если отдам все до последней капли.

«Пожалуйста, прими мою жизнь» — шепчу я на эльфийском. Но ничего не происходит. Я повторяю, снова и снова. Наконец, я кричу, и мои слова эхом разносятся по ущелью. Спустя целую вечность я чувствую, что моя энергия слабым ручейком потекла в ее тело. Хватит ли этого, чтобы она выжила и восстановилась?

Ее слабый всхлип. Мой стон. А затем меня просто оглушает волной, которая хлынула извне сквозь мое тело и устремилась в тело распростертой на камнях девушки. Я держался из последних сил, стоя на коленях перед ней и удерживая одну руку на бедре, а второй помогая ей сжимать кулон. В ушах звенело, перед глазами встала чернота, и в какой-то момент я просто упал на нее — во мне не осталось ни капли энергии, я отдал все, что было.

С огромным усилием Катерина разлепила тяжелые веки. Голова, словно стянутая металлическим обручем, нещадно болела, тело было налито тяжестью. Вокруг сгустились сумерки, очертания ущелья, в котором она все еще находилась, были едва различимы. С трудом удалось приподнять руку, испачканную глиной и высохшей кровью, а затем повернуть голову и осмотреться. Острой боли не чувствовалось, но была ощутимая ломота в мышцах как при сильной простуде.

Катерина лежала совершенно одна на дне расщелины, накрытая своей теплой курткой, под голову был подложен рюкзак. Эльфа не было видно, и девушку начала охватывать паника: она лежала одна в холодном ущелье. Несмотря на то, что она каким-то чудом все еще жива, холодную ночь в горах она не переживет.

Послышались тяжелые шаги, и из-за поворота появился пошатывающийся Елисей. Он нес в руках охапку веток.

— Ты как? — спросил он хриплым голосом, скидывая на землю свою ношу и усаживаясь рядом с девушкой.

— Не знаю. Жива, — ответила она почти шепотом.

Довольно быстро эльф смог развести костер. Затем достал бутылку с водой и аккуратно напоил раненую, которая все еще не могла шевелиться, затем сам сделал пару глотков и привалился к каменной стене ущелья. Казалось, они оба задремали и очнулись, лишь когда костер начал затухать. Эльф подбросил пару веток, а девушка снова попробовала пошевелиться. На этот раз она даже смогла перевалиться на бок и повернуться лицом к своему спутнику.

— Я не чувствую боли, — подала голос девушка.

— К утру ходить сможешь, — хмуро ответил эльф, не открывая глаз.

— Елисей, что ты имеешь в виду? Там же перелом был, — девушка махнула рукой в сторону самой большой раны.

— Теперь нет. Я смог провести обряд, отдал тебе часть своей души, перелил свою силу. Магия крови приняла жертву. Теперь я свободен, — в его словах не слышалось радости, наоборот, чувствовалась желчь.

— Серьезно, свободен? И никто не сможет тебя забрать? — эта новость была даже более радостной, чем собственное чудесное спасение.

— Во время обряда что-то пошло не так. И мне это не нравится.

— Что ты имеешь в виду? — насторожилась Катерина.

Эльф открыл глаза и пристально посмотрел на девушку. Его лицо было все еще слишком бледным, а волосы и одежда грязными. Отблески огня придавали его образу полубезумный вид.

— Возможно я напутал что-то, когда пытался спасти тебя. Сначала я влил в тебя всю свою силу, но этого было мало, шансов выжить у нас обоих почти не было. А потом я почувствовал, что ты стала пить магию сама, черпать ее буквально из воздуха. Магические потоки волнами накатывали, и ты жадно вбирала их в себя, хотя и находилась все это время без сознания. Даже я немного смог подпитаться, поэтому уже могу ходить.

— Значит, я восстановлюсь?

— Да, в ближайшее время. У эльфов очень быстрая регенерация. Особенно у таких сильных, как ты.

— Твой обряд сделал меня эльфом? — Катерина всерьез переживала за психическое состояние своего спутника.

— Не мог. Я дал тебе лишь часть своей эльфийской сущности. Это должно было ускорить регенерацию и сделать тебя более сильным и выносливым человеком. Но этот кусочек моей души соединился с тем, что уже был в тебе. И теперь по силе ты сравнима с высокородными эльфами, — в голосе Елисея слышалось отчаяние, но его причины до сих пор были непонятны.

— Как это возможно?

— Подозреваю, что у тебя в роду были высокородные эльфы с очень сильным магическим потенциалом. Ты не человек, ты полукровка. Просто твои магические каналы были закрыты, а сейчас они распахнулись, и ты интуитивно стала вбирать себя магию.

— Бабушка Валя родила мою мать от эльфа?

— И очень сильного эльфа! Судя по находкам, бабушка была очень близко знакома с кем-то из моей семьи. Возможно, непростительно близко! — Елисей сорвался на крик.

Катерина смотрела на него во все глаза, но так и не знала, что тут можно ответить.

— Что будет дальше? — после долго молчания спросила девушка.

— Для начала я должен в течение суток после освобождения явиться во дворец к моему королю. Я должен выяснить свой нынешний статус, возможно, восстановить свои права.

— А я? Что делать мне?

— А тебе придется вернуться домой и учиться жить, изучая новые возможности своего тела.

— А ты… мы сможем быть вместе?

— Это будет зависеть от моего статуса. Наследный принц не может быть вместе с эльфом-полукровкой. За такую связь тебя могут казнить.

— А как все, что между нами было?

— Катерина, ты была обычным человеком, а я был рабом, лишенным всех прав и своих магический способностей. Если бы после обряда ты осталась человеком, то я смог бы вернуться к тебе и прожить рядом столько, сколько судьба отвела нам времени. У нас даже дети могли бы быть.

В этих словах было столько горечи и отчаяния, что Катерина захотела обнять своего эльфа, и даже потянулась к нему. Но он в ужасе отшатнулся от нее, как от прокаженной.

— Пойми, для эльфов другие законы, — продолжил он, — теперь ты в опасности и можешь быть подвергнута серьезному наказанию только за то, что находишься наедине с наследным принцем. А я… да я даже обнять тебя не могу теперь!

— И у нас нет никаких шансов?

— Может быть, и есть, ведь впереди у тебя теперь несколько сотен лет жизни. Возможно, моего королевства уже не существует, и эти законы больше не действуют. А может быть, я лишен своего статуса и никому не будет дела до того, что я решу связать свою жизнь с полукровкой.

Елисей подкинул еще дров в огонь и погрузился в свои мысли.

Рассвет еще только разгорался где-то за горами, но Катерина уже проснулась. Эльф, казалось, и вовсе не смог уснуть этой ночью, глядя на нее из-под полуприкрытых век. Девушка даже смогла сесть, прислонившись к камню и с мольбой посмотрела на своего спутника, но так и ничего не сказала.

— Как ты? — наконец спросил он, — встать сможешь?

Девушка осмотрела себя, но не нашла ни одной раны или царапины.

— Кажется, в норме. Но не уверена, что смогу встать, — с сомнением ответила она.

Эльф протянул ей воды и печенье.

— Извини, другой еды нет. Сейчас поедим и надо будет выбираться отсюда. Я провожу тебя вниз до нашего домика. Там ты сможешь отлежаться еще пару дней и самостоятельно спустишься вниз.

— А ты?

— Я сразу перемещусь во дворец к отцу. Мне понадобиться какое-то время, чтобы разведать обстановку и найти информацию по полукровкам. Как только я все разузнаю, я найду тебя, — уверенно сказал эльф, а затем чуть тише добавил:

— Обещаю.

Катерина ловила каждое его слово.

— Хорошо, — произнесла она, — Я буду тебя ждать. Если ты не найдешь меня дома, или мне придется переехать, то оставь записку в бабушкином домике. Это единственное место на земле, где я была счастлива. И я буду ждать тебя именно там.

Наконец Елисей встал и подошел к сидящей девушке. Он протянул ей ладонь и помог встать. Взявшись за руки, они аккуратно продвигались к выходу из расщелины. До ручья, казалось, шли целую вечность. Там остановились для того, чтобы умыться и набрать немного воды. Одежду проще было выкинуть, чем приводить в порядок.

От ручья до домика идти было совсем немного, но каждый шаг давался тяжелее, приближая неминуемую разлуку. Елисей хотел было войти внутрь и помочь развести огонь, но понял, что тогда совсем не сможет уйти. Они стояли на пороге, взявшись за руки.

— Ты столько раз просил не отпускать тебя, — прервала молчание Катерина.

— А ты и не отпускай. Сохрани меня в своем сердце, и я обязательно к тебе вернусь.

Елисей поднес руку Катерины к своим губам и нежно поцеловал ее пальцы, а затем раскрыл ладонь и опустил на нее оба кулона.

— Сейчас это тебе будет нужнее, чем мне. Иди в дом, а то я не смогу уйти.

Катерина сделала шаг и уже открыла дверь, а потом обернулась и спросила:

— Как тебя зовут на самом деле?

— Элсаелон Эдиль, — услышала она в ответ, прежде чем ее любимый эльф исчез.

Девушка ввалилась в дом и упала на кровать, даже не раздеваясь. Коктейль эмоций бушевал в ней, и она разрыдалась. С одной стороны, она испытывала невероятное облегчение: эльф свободен, больше никто не сможет причинить ему боль и не сможет шантажировать ее саму. А с другой — она чувствовала себя обманутой, ведь быть вместе сейчас они не смогут. А смогут ли когда-нибудь в будущем?

Ближе к вечеру Катерина проснулась, разожгла очаг, чтобы подогреть воды и, наконец-то, умыться и сменить одежду. Утром она решили выбираться в деревню: запас еды в доме заканчивался и не было смысла дольше здесь задерживаться.

На следующее утро девушка спустилась в долину. В деревне у ворот дома, где она оставила свой автомобиль, ее поджидал Дмитрий.

— Да ты просто роскошна, принцесса! — хохотнул он, оглядывая грязную одежду девушки. — Сама своего эльфа прибила и в горах прикопала?

— Освободила, — коротко ответила она.

— Как? — выдохнул Дмитрий.

— Какая разница? Теперь его здесь нет, к своим ушел, — с раздражением ответила она.

— Всех обманул, хитрец! И даже влюбленную дуру бросил, — мужчина выругался, сел в свой автомобиль и уехал.

Девушка задержалась в деревне еще на пару дней, чтобы полностью восстановиться и купить чистую одежду, а затем, сердечно поблагодарив гостеприимных хозяев, поехала домой. В ближайшем городе Катерина приобрела простенький смартфон, чтобы связаться с родными.

Дорога, как всегда, успокаивала. Катерина так и не понимала, что было между ней и эльфом. Что в итоге окажется сильней: его желание вернуться домой или чувства к ней? И как ей теперь жить дальше без него?

Конец.