Пятница. Последний трудовой день напряженной недели никак не хотел заканчиваться. Каждый полчаса я бросала взгляд на мерно тикающие часы, пытаясь силой мысли заставить их идти быстрее. Сегодня помимо запланированной вечеринки в честь пятницы-развратницы и похода в спортзал, мне нужно было успеть забрать машину из ремонта. Как сейчас помню свою непомерную радость, когда покупала это чудо. В тот момент мысли были сплошь позитивные. Однако, уже через месяц, я столкнулась с суровой реальностью, которая сдернула с моих глаз розовые очки. Я каждую неделю каталась до автосервиса и выкладывала кругленькую сумму за лечение четырехколесного друга. А продать жалко. Я была склонна одушевлять многие предметы и поэтому считала продажу машины предательством.

Наконец, рабочий день закончился, и я пулей вылетела из офиса. Выходные! Улицы были заполнены торопящимся по своим делам народом, мимо проносились груженые машины. Многие еще ездили на дачу, позволяя закоренелым городским жителям в выходные вздохнуть чуть свободнее. Я быстро приближалась к метро, в уме подсчитывая деньги, которые сейчас отдам в руки сотрудников автосервиса. Получалось не весело. В кафе с подругами идти было не на что, и я позвонила Аньке, сообщив о несуществующих важных делах. В ответ выслушала тираду о том, что не друг, а неизвестно кто и, с горестным вздохом, убрала телефон в карман. Через полчаса занятия в клубе, потом успеваю до девяти забрать железного коня и домой. К дивану и книжке. На вечер запланирован культурный отдых без капли алкоголя.

Уже на автомате протиснулась в узкие двери метрополитена и в неровном строю прошествовала к эскалатору. Тут, я, наконец, смогла выудить книжку из зажатой между недовольными соседями сумки. Немного поерзала на месте и, улегшись на широкую спину рядом стоящего мужчины, углубилась в чтение. Через минуту я уже была в другом мире и увлеченно следила за приключениями команды героев, которые шли бить черного властелина, засевшего в темной цитадели.

Я очнулась от холода, в нос ударил затхлый воздух подземелий. Казалось, даже кости превратились в сосульки, а кровь застыла в венах. Я попыталась пошевелить рукой, но лишь почувствовала, как скрюченные пальцы заскользили по влажной поверхности чего-то холодного. Заиндевевшее тело меня не слушалось. Я глубоко вздохнула и, неимоверным усилием воли, открыла глаза. Темнота. Может я ослепла? В душе зародилась паника, которая с каждой минутой отвоевывала у здравого рассудка все большие территории сознания. Сердце застучало быстрее, разгоняя кровь по организму. Жива. Это радует. Но вот только почему так темно и холодно? Если предположить, что кто-то все же остановился и вызвал скорую, то я по идее должна быть в больнице, однако нахожусь я явно не в палате. Там не может быть так… страшно? Наверное, да. Темнота и неизвестность всегда пугают сильнее чего бы то ни было. Может быть все же умерла? Тогда почему слышу биение собственного сердца?

Кровь понемногу начала отогревать тело. Вместе с этим пришла боль, пронзившая каждую клеточку. Я тихо заскулила, пытаясь повернуться на бок и инстинктивно свернуться в позу эмбриона. Руки заскребли по влажному камню. Где я? Почему лежу на каменном полу? Глубоко дыша, начала растирать себя, согревая мышцы. Меня трясло, одежда была пропитана неизвестно откуда взявшейся водой, отчего становилось еще холоднее.

Вскоре я смогла более или менее сносно двигаться и неуверенно села, шаря по полу руками. Лишь камень и глубокие борозды, видимо места соединения плит. Где я? С трудом встав на четвереньки, поползла вперед. Не знаю куда, но лежать было невыносимо страшно и холодно. В голове пульсировала боль, видимо от полученного удара об руль, а ушибленные или сломанные ребра при каждом вздохе заставляли морщиться и шипеть сквозь сжатые зубы. Меня замутило, голова закружилась, и я опять упала на пол. Холод. Я умру, если не выберусь отсюда. Эта мысль, словно кнут ударила по нервам. Вновь быстрее застучало сердце и я, превозмогая боль, снова поползла вперед. Выбраться. А потом хоть неделю буду валяться, где захочется.

Я все ползла и ползла, а каменные плиты никак не заканчивались, продолжая обжигать своим холодом изодранные ладони. Когда я уже потеряла всякую надежду, руки нашарили впереди препятствие. Стена. Такая же холодная и влажная. Это подарило мне надежду, что отсюда все же есть выход, а то мозг уже вовсю рисовал бесконечную каменную долину, в которой ползу я, а вокруг на многие километры тянется ледяная пустыня. Ад. Говорят он именно такой. Для каждого свой. Кто-то горит в огне, а кто-то мучается от холода в наказание за свои грехи. Хотя я всегда рассчитывала, если и попасть в загробный мир, то непременно с белыми крыльями за спиной. По крайней мере, в своей недолгой жизни никого не убила и не обокрала, не считая стирательной резинки, которую стащила у соседа по парте в третьем классе. Мысли отвлекали меня от боли и страха. Я продолжала ползти, теперь уже вдоль стены и с каждым метром молилась, чтобы вот сейчас под рукой появился выход или хотя бы намек на него.

Минуты превращались в часы, а часы растягивались в вечность. Это никогда не закончится. Я умру здесь. Меня уже трясло больше от едва сдерживаемой истерики, чем от холода. Рука, которой упиралась в стену, куда-то провалилась. Я, потеряв опору, упала и стукнулась многострадальной головой об угол. Казалось, что темнее, чем сейчас быть не может. Я ошибалась.

Я открыла глаза. Темнота. Холод. Боль. И все сначала. Заставить сердце биться чаще, отогреть мышцы и ползти. Теперь уже по узкому коридору, в который еле втиснулась. Почему так узко? Канализация или какой-нибудь воздуховод? Это вполне объясняло сырость, темноту и холод. На этот раз далеко ползти не пришлось, и я уперлась в тупик. Дверь. По ощущениям деревянная и очень старая. Ее потрескавшаяся поверхность была покрыта плесенью и колючим мхом. Хоть бы она не была заперта. Ручка нашлась чуть выше и я, затаив дыхание, подергала ее, пытаясь выяснить, в какую сторону открывается дверь. Оказалось наружу. Не ожидая, что она так легко поддастся, упала вперед, под аккомпанемент протяжного стона несмазанных петель. Опять лед каменных плит, но затхлый воздух сменился более свежим. Значит, где-то есть выход. Это разожгло тлевший в душе огонек надежды, и я вновь поползла. Еще один коридор. Зародилась подлая мысль о лабиринте, которую я как можно быстрее откинула в дальний угол сознания. Ползти стало труднее, коридор ощутимо начал подниматься вверх под довольно крутым углом. Я уперлась в стену. Тупик? В панике заметался крик отчаяния в голове. Нет, поворот. Я облегченно выдохнула и продолжила ползти…

Я очнулась. Когда успела потерять сознание? Не помню. В этот раз было легче, по крайней мере, мне показалось, что камни уже не обжигают холодом, да и сырость почти исчезла. Я, немного полежав, решила попробовать встать, потому что содранные ладони и коленки при соприкосновении с камнем заболели так, что я взвыла в голос. Мой крик гулким эхом прокатился по темным коридорам. Я медленно поднялась на трясущихся от слабости ногах и прислонилась к стене. Стою. Не падаю. Хорошо. Теперь надо сделать шаг. Еще один. И еще…

Очередной поворот и свежий теплый ветерок облизнул лицо. В глаза ударил непривычно яркий свет. Впереди, светящимся прямоугольником обозначился выход. Я чуть не закричала от счастья и по возможности ускорила шаг, даже сил поприбавилось. Под ногой что-то хрустнуло, я споткнулась и, выставив вперед израненные руки, полетела на пол. Темнота…

Где-то мелодично пела неизвестная мне птица, капала вода, и свистел ветер в темных коридорах. Я открыла глаза, уставившись в гладкий, будто отполированный потолок. Прислушавшись к себе, как ни странно поняла, что все еще жива и даже донимающая боль в ребрах почти прошла. Лишь в голове поселился гул, от которого становилось тошно. Я медленно села, боясь нового приступа боли. Вроде ничего. Держась за стену, поднялась и повернулась назад, в поисках причины своего падения. Что-то чернело на фоне стены. Я, теперь уже внимательно глядя под ноги, приблизилась. И чуть вновь не упала, отшатнувшись. Скелет. Он сидел, прислонившись к стене, и смотрел в пустоту темными провалами глазниц. Серые лохмотья остатков одежды свисали с голых черных, будто опаленных огнем, костей. Неизвестный был прикован толстыми цепями, оковы с непонятными полустершимися символами обхватывали его запястья. Сколько же он здесь просидел? Наверное много, не одно десятилетие точно. Я тряхнула головой, прогоняя ненужные мысли. В любом случае он давно мертв и ему некуда торопиться, а вот я живая и мне нужно шевелиться в сторону выхода. Я бросила последний взгляд на неизвестного пленника и, развернувшись, уже было поковыляла к выходу, когда под ногой что-то звякнуло. Я осторожно, чтобы не упасть от непрекращающегося головокружения, наклонилась и подняла поблескивающий на солнце перстень. Красивый. В простой, почерневшей от времени оправе с крупным черным камнем, внутри которого, как далекие звезды на ночном небе, поблескивали светлые вкрапления. Наверное, он когда-то принадлежал скелету. Я, повертев его в руках, сунула в карман, на память о страшном подземелье и продолжила свое восхождение к свету.

Во время своего блуждания по подземелью я как-то не задумывалась о том, как туда попала, приоритетной мыслью было, как выжить. Но теперь, сидя на камне под ярким летним солнышком, поневоле задумалась, оглядываясь по сторонам. Развалины. Огромные, грубо отесанные валуны, поросшие мхом, полусгнившие бревна и мелкий щебень под ногами. Я точно помню, что в моем районе такого никогда не было, а, следовательно, появиться сейчас не могло. Тогда где я? И почему погода вдруг сошла с ума и вместо проливного дождя, порадовала ярким солнышком и жарой в начале осени? Вопросы. В голове крутились самые разные мысли. Начиная от сумасшедшего маньяка, который притащил меня сюда, чтобы мучить долгими дождливыми вечерами и заканчивая банальным состоянием аффекта после аварии. Говорят, что люди в экстремальной ситуации, способны на переломанных ногах пробежать не один километр, пока не упадут замертво от болевого шока. Но все это не объясняло, ни развалин, ни прекрасной погоды. Немного помучившись, я решила как Скарлетт, подумать об этом завтра, а точнее когда выйду к людям. Несмотря на слабость, я встала, и направилась к виднеющейся кромке леса, который в лучах солнца казался серебряным. Он сплошной стеной окружал развалины, поэтому особо выбирать направление не пришлось.

Чем ближе становился лес, тем более подозрительным казался. Я остановилась у ближайшего дерева. Гладкий ствол и гибкие, хищно извивающиеся на ветру ветви с острыми листочками-лезвиями, которые издавали едва слышный металлический перезвон. Я наклонилась, чтобы потрогать это чудо природы. Откуда ни возьмись, налетел сильный порыв ветра, всколыхнув ветки. Одна из них задела меня листиками по лицу. Щеку обожгло болью. Я схватилась за порез, по руке потекла струйка теплой крови. Что же это за деревья такие? Я изумленно смотрела на поранившую меня ветку. Серебристые листики, как губка, впитывали оставшуюся на их поверхности кровь, которая окрасила тонкие прожилки алым. Я отпрянула. Не может такого быть! Страшные коридоры, черные скелеты, развалины и плотоядные, точнее кровожадные деревья. Сердце бешено заколотилось, стремясь выпрыгнуть из груди. Неужели мечта идиотки сбылась? Я поняла, что попала. В другой мир.

Что толкает разумных существ на глупые, необдуманные поступки? Чувства. Какие они? Случиться ли когда-нибудь то, чего я так страстно желаю и в тоже время боюсь? Возможно, ли снять проклятие? Вопросы. В моей жизни их больше всего и каждый день, казалось бы, забитую до отказа голову вновь и вновь посещают подобные мысли. Я одержим, болен, но вот, похоже, пришел конец и я так и не смогу почувствовать… я проиграл. Грустно от осознания собственной беспомощности, но даже сейчас, когда я ясно понимаю, что жизнь уходит, ничего не изменилось, все тот же холод и равнодушие. Стоило ли изгнание черного короля моих страданий? Почему я должен за это расплачиваться?

Я не могу пошевелиться, даже биение собственного сердца не слышу. Так выглядит смерть? Никто точно не сможет ответить на этот вопрос, но впервые я почувствовал что-то напоминающее страх. А вдруг душа бессмертна и навечно останется привязана к мертвому телу? Я так и буду все видеть лежа в земле и понимать, что не могу даже вздохнуть. Жрецы говорят, что душа улетает в небо, к далеким и таким холодным звездам, где, наконец, обретает покой. В моей жизни не было ни волнений, ни расстройств, ни радости. А что такое любовь я, наверное, даже представить не смогу никогда. Почему всегда хочется получить то, что недостижимо? С детства я наблюдал за другими, ощущал свою неправильность. Они плакали и смеялись, они… жили. А я умер, так и не прожив и дня. Отец все же молодец. Не знаю что это, но меня парализовало. Должно ли было быть так? Или я просто не до конца умер? Подожду, все равно уже торопиться некуда, да и невозможно.

Я лежал в собственной постели и с привычным спокойствием наблюдал за происходящим вокруг. Слуги, люди и нелюди, суетились, бегали по моим покоям из комнаты в комнату. На убитых притворным горем лицах, изредка проскальзывали злобные усмешки, слышались слова «так ему и надо». Все они считали, что я умер. Какая-то часть меня тоже так считала, но я старался не думать о том, что отец, наконец, поставил точку в нашем противостоянии. Но так ли это? Ведь я все осознаю и отправка к звездам пока не намечается. Загадкой оставалось то, почему я не могу пошевелиться. Казалось, что даже дыхание остановилось. Всю прошедшую ночь я вслушивался в давящую тишину пытаясь различить хоть один удар собственного сердца. Ничего. А вдруг ему удалось и я все-таки мертв? Невыносимо следить за собственными похоронами. Отец решил не церемониться и даже не устроил церемонию прощания, как это положено.

К вечеру меня уже уложили в простой сколоченный из необработанных досок гроб и тайком вывезли за границы столицы. Если бы мог, я бы, наверное, усмехнулся. Молодец отец. Переиграл. Только я не уверен, что так и должно быть. Почему я все еще в собственном теле? Сомневаюсь, что так и было задумано. Хотя, зная правителя спорить не берусь, возможно, я еще много дней по его замыслу должен лежать в земле и медленно умирать от осознания того, что похоронен заживо.

На крышку гроба полетели первые комья сухой земли, на лицо посыпалась грязь, попадая в так и не закрытые глаза. Я зажмурился, вернее попытался. Тела по-прежнему не чувствовалось. Это конец?

Выбрался. Точнее меня вытащили. Как же хорошо, что я еще не стал таким же, как отец и у меня есть друзья. Мое странное желание быть похожим на обычных людей, оказывается, имеет свои плюсы. Я не знаю что такое любовь, сострадание, жалость, но меня так тянули эти неизвестные чувства, что я долго наблюдал за людьми и копировал их поведение, стараясь хоть на миллиметр приблизиться к тайне. Я помогал, защищал и делал вид, что переживаю. Кто-то считал это обманом и лицемерием, я же просто хотел почувствовать. Возможно, ли пересилить проклятие? У меня почти получилось. Во всяком случае, мой обман вскоре стал и самообманом. Я в первую очередь думал о том, как бы поступил чувствующий человек, а уже потом искал компромисс с собственными желаниями и логикой.

— Эйл, ты, правда, живой? — с сомнением вглядываясь в мое лицо, спросил Зэн. Я отвлекся от раздумий и поднял на своего друга глаза. Живой? А что вообще значит жить? Чувствовать? Сколько раз я слышал «жить — значит любить» или «жить — значит чувствовать». Если брать с этой стороны, то я и не жил никогда, а просто существовал, с каким-то остервенением рвался вперед, ища смысл этой самой жизни.

— Действие яда еще не до конца прошло, — за меня ответил Силь, мой двоюродный братишка.

— Силь, — потер переносицу Зэн. — А почему яд не сработал?

— Его величество не рассчитал дозу. Яд имеет свойства парализатора, что и получилось в нашем случае. Эйла спасло то, что рассчитать точное количество яда для полукровок очень тяжело. А яд очень дорогой и редкий, поэтому и поскупились агенты его папочки. — Разливая вино по бокалам, улыбнулся Силь.

— То есть мне просто повезло? — наконец очнулся я, откидывая размышления в сторону.

— Не совсем, — улыбнулся Силь. — Я немного помог.

— Как? — в один голос с Зэном воскликнули мы, сверля синекожего кошира взглядами.

— Ну, ведь ты сам просил найти возможность привести в действие наш план, — загадочно сверкнул клыками в улыбке мой братишка. Если бы я умел злиться, то сейчас непременно уже душил своего непутевого родственника.

— Ты достал пыль? — спокойно спросил я, отплевываясь от попавшей в рот земли.

— Почти. Твой папочка объявил о твоем исчезновении и теперь якобы сам кинулся на поиски. Я отправил с ним своих людей. Его задержат в Арте, куда пребудет мой человек и привезет пыль. А твоя смерть уверит короля в том, что угроза миновала, он наверняка ослабит охрану и вернется к своим развлечениям. — победно улыбнулся он и залпом осушил бокал.

Все шло по плану. Единственным неучтенным фактором была личность будущего главного героя. Я старался не думать о судьбе того, кто должен заплатить своей жизнью за мою. Но мысли постоянно возвращались именно к этому. Совесть. Я не знаю что это, но мои размышления и странное чувство беспокойства внутри я списывал именно на проснувшуюся совесть. С каких пор мой самообман набрал такие обороты? Почему я мучаюсь от чувства, которое было мне недоступно все прошедшие годы? Это мешало сосредоточиться и в душе зародились сомнения. Я тряхнул головой, стараясь прогнать ненужные мысли. Это всего лишь пешка, которой надо пожертвовать ради спасения будущего короля. Какое мне дело до судьбы неизвестного? Никакого.

Осталась последняя, финальная часть и все будет кончено. Потом и подумаю об этих странностях. Я настолько был погружен в свои мысли, что не заметил ни примятости травы у дома, ни мокрых следов на досках причала.

Стоило войти в дом, как моя голова в полной мере заплатила за собственную неосмотрительность. Еще обиднее стало после того, как я познакомился с тем, кто так тепло меня встретил. Мальчишка. Сопливый юнец чуть не сорвал всю операцию. Меня спасло только то, что он не оказался агентом, и знать не знал, ни кто я, ни что тут делаю. Этот факт не мог не радовать. Тем не менее, парень умудрился связать меня по рукам и ногам веревкой, да не простой, от которой я бы избавился щелчком пальцев, а заговоренной. Освободить пленника мог только тот, кто его связывал, или сильный маг, который накладывал на нее чары. Пришлось включать фантазию и спасать рушащийся, словно карточный домик план. Очень удачно на ум пришла клятва верности в любви. Мало кто из простого народа ее знает, вот и парень не знал и проглотил наживку. Можно было бы конечно вообще пробормотать ничего не значащую тарабарщину, но кто знает, может пацан умеет видеть потоки, а таких не обмануть. В голове сложились недостающие кусочки пазла. Я нашел того, кто спасет положение. Теперь оставалось только доехать до Арка и завершить начатое. Пути назад нет.

Ради успеха я готов терпеть выходки этого надоедливого подростка и даже попробую его не убить по дороге. С каких пор я стал таким раздражительным? Только бы терпения хватило. Постоянное нытье под ухом непомерно раздражало, а множество совершенно глупых вопросов заставляло сжимать зубы от злости.

Наконец, впереди, замаячили крыши захудалого городка. Скоро я избавлюсь от мальчишки.

Даже мне, с уже, казалось, выработанной привычкой почти не спать из-за частых загулов с приятелями, пробуждение далось нелегко. Меня качало, глаза слипались, стремясь досмотреть прерванный сон, но я из последних сил заставила себя встать и спуститься к завтраку. Есть-то надо, меня тут никто ждать не станет. Вчера, казавшаяся пустой таверна, сегодня была похожа на оживленный вокзал. Куча народа с мешками, рюкзаками, тюками. Все бегали туда-сюда, что-то кричали и оттаптывали друг другу ноги. Я забилась в угол, заняла отдельно стоящий столик, и вяло улыбнулась счастливому хозяину, который с этого дня стал моим родственником. На завтрак мне предложили холодное мясо, видимо оставшееся со вчерашнего дня и кружку горячего травяного напитка. Я лениво пережевывала пищу, сверля взглядом столешницу.

— Я тебе имя придумал, даже кличку скорее, — улыбнулся дядя Гром, я вопросительно хмыкнула, не поднимая глаз.

— Лирт, — со значением в голосе провозгласил он. — Ну как?

— Оно что-то значит, раз уж это кличка? — равнодушно поинтересовалась я, запихивая в рот последний кусочек мяса.

— У-у-у, — протянул дядя. — Точно не из деревни, а то бы знал. Лиртами называют внебрачных детей аристократов.

— Прекрасно, — саркастически улыбнулась я и залпом выпила местный чай.

— Сам же сказал придумать, вот я и ломал голову всю ночь, теперь все будут думать, что у меня в любовницах была аристократка, — расплылся в довольной улыбке Гром. — Да, кстати, — он покопался в огромном кармане на пузе. — Вот, возьми, это поможет тебе не так выделяться, а то убийцу ведь ищут. А ты уж больно на меня не похож. Могут и не пропустить.

— И что мне с этим делать? — Я с интересом разглядывала небольшую баночку с темным содержимым.

— Волосы намажь и дай обсохнуть, — пояснил Гром. Я кивнула и, поблагодарив за завтрак, поднялась к себе. Намазывание волос заняло у меня полчаса. За время моего пребывания здесь, я их ни разу не расчесывала в связи с отсутствием времени и расчески, поэтому теперь распутывала колтуны и старалась как можно ровнее нанести краску, не оставив ни одной светлой пряди. Шум внизу нарастал, за окном послышалось ржание лошадей. Скоро отправляемся. Чудо-мазь, затемняющую руки, я оставила вместе с вещами в доме Милы и теперь, с огорчение рассматривала серебристый узор на кистях. Надо перчатки раздобыть и не мыть лицо ближайшие дни, хотя бы ближайшие дни. Скоро плесенью покроюсь. Мерзко. Конечно, сейчас я пахла намного лучше большей части здешнего населения, но еще через пару дней явно с ними сравняюсь. Ни дезодоранта, ни кремов, ни ванных принадлежностей. В дверь постучали и попросили поторопиться. Я спрятала руки в карманы брюк и пошла вниз.

Караван получался большой. Только сейчас на узкой улочке я насчитала десять тегег и крытых повозок, а, по словам Грома к нам, у окраины города, присоединиться еще столько же. Люди бегали, заканчивая последние приготовления и проверяя товар. Мы отправлялись в соседний город, где сейчас была в разгаре ярмарка трех королевств. Я вытащила из бинтов на груди кольцо и теперь нервно теребила его в кармане. Оно давало мне чувство защищенности, может и ложное, но мне стало спокойнее. Главное теперь выехать из города, а затеряться в толпе я смогу, это как иголку в стоге сена искать, тем более во время ярмарки. Гром ехал с караваном. Оказывается, он не только хозяин гостинницы, но и начальник охраны, а в его отсутствие заведением управлял хороший друг.

Я забилась поглубже в телегу и прислонилась к мягкому ковру, который везли на продажу. Минут через десять мы тронулись. Телега подпрыгивала на каждой кочке и протяжно скрипела колесами, действуя на нервы. В такой обстановке подремать не получится. Мы приближались к выезду из города в том самом месте, где я вчера встретила охотников. Сердце забилось чаще, сон как рукой сняло. Я во все глаза смотрела на группу стражников, осматривающих товары и людей, выезжающих из города. Захотелось спрыгнуть с телеги и убежать, пока не поздно, но я подавила это желание и поборов страх, перебралась на широкую скамейку, где управляя лошадью, сидел Гром.

— Не боись малыш, прорвемся, — почувствовав мой страх, усмехнулся Гром, приобняв меня за плечи. Я неуверенно кивнула, затравленно глядя на приближающихся стражников. Наш караван остановили и принялись методично обыскивать поклажу и все места, где можно спрятаться.

— О, — воскликнул один из стражников, — Гром! Решил выбраться на ярмарку?

— Да, надо бы мир посмотреть, а то засиделся тут, да и сына вывезу, пусть учиться делу, — засмеялся в ответ мой папочка.

— Не знал, что у тебя сын есть, — внимательно меня рассматривая, сказал стражник. Заметив заминку, к нашей повозке подошли охотники. Я похолодела, сейчас меня схватят.

— Да я тоже не знал, — сжимая меня в объятиях, кивнул Гром. У меня захрустели кости, я сдавленно захрипела. — Осчастливила меня одна старая знакомая недавно, познакомив с этим чудом, да я отпираться не стал. У меня дочки одни, а мужик в семье нужен, вот и взял пацана.

— Поздравляю, — пожал ему руку стражник и, дождавшись, пока его товарищи проверят остальные повозки, кивнул, разрешая проезжать. Охотники, потеряв к нам интерес, вновь вернулись на свой пост в стороне от дороги, цепко осматривая телеги и людей.

Я расслабилась, только когда мы отъехали от города километра на два. Чувство тревоги, сжимавшее сердце, наконец, отступило и я вздохнула спокойно. Получилось. Один — ноль в мою пользу. Улыбка сама выползла на лицо, и я начала заваливать Грома вопросами.

— А что там на ярмарке? Город большой? А куда потом можно поехать, чтобы родственники моей девушки нас не нашли? — вопросы сыпались из меня, а я никак не могла остановиться, задавая их один за другим, иногда даже не выслушав ответ до конца.

— Глот первый по величине город королевства Сапфир, оттуда можно попасть куда угодно, даже на дикие острова, но туда лучше не суйся, долго не проживешь. Да и вообще, сначала присмотритесь, друг к другу, подумайте. Малы еще, чтобы из дому сбегать. Спрятаться можно где угодно, если конечно родители не наймут охотников, а лучше всего в соседнее королевство отправиться. Так надежнее. — Старался ответить на все мои вопросы Гром. Я впитывала знания, стараясь ничего не упустить, но чего-то кардинально нового узнать не удалось и, к концу дня я от него отстала, не решаясь задавать более конкретные вопросы.

К вечеру я узнала о трех королевствах, которые были объединены одной столицей, где жили короли. К высокородным господам надо было обращаться Ли, и здесь в ходу были титулы средневековой европы, типы герцог, лорд, маркиз и так далее. Все это я подслушала из разговоров людей. Они так же говорили о смерти короля и неизвестном убийце. О скором совершеннолетии принцев и каком-то сумасшедшем короле. Я старалась запомнить каждую мелочь, но получалось плохо, из-за непонимания самого смысла. Под конец, казалось, что моя голова лопнет, и я перестала жадно хватать каждое слово.

За день пути мы делали три остановки, чтобы перекусить и сходить в кустики, что меня радовало, а то, отойдя по нужде потом догонять караван, мне не хотелось. К ночлегу готовились основательно. Телеги выставили вокруг места стоянки, Гром распределил дежурства часовых и несколько раз сам обошел караван, все проверяя. Молодец мужик. Немногочисленные женщины занялись готовкой, мужчины чистили лошадей, проверяли сохранность товаров и травили походные байки о далеких странах и удивительных вещах. Кто-то затянул грустную песню про длинные и одинокие дороги, которые, как и люди, встречаются и расходятся в надежде пересечься вновь. Я, не дослушав ее до конца, вышла за границы стоянки и уселась на землю, прислонившись к дереву. Как мне одиноко. Я хочу домой. Почему мы не ценим то, что имеем? Всегда хочется чего-то особенного, сказочного. Вот оно, свалилось на голову, а радости от этой сказки никакой, да и хэпи эндом не пахнет. Что-то ткнулось мне в бок, заставив испуганно подскочить на месте. Зверь. Я удивленно смотрела в серебристые глаза.

— Ты меня не бросил, — опустилась я на колени и начала гладить его по гладкой шерсти. Я совсем забыла о нем, а ведь у меня есть друг, правда говорить он не умеет и ходит на четырех лапах, но меня не бросил. — Маленький мой, ты не голоден? Я тебе с ужина что-нибудь принесу, обязательно.

— Лирт? Ты где, сынок? — послышался от стоянки раскатистый бас Грома. Я последний раз потрепала зверя по голове и, приказав не показываться людям на глаза, убежала к стоянке. Настроение улучшилось. Интересно, что зверь во мне нашел? Ведь сначала чуть не съел, а теперь ходит по чужой земле, сопровождая непутевую меня. Благодарен, что не бросила? Возможно, не знаю, но с ним не так одиноко. После нашего совместного посещения черной башни я почему-то была уверена, что он никогда не причинит вреда, как щенок, выращенный дома.

— Дядя Гром, ты меня звал? — запыхавшись, остановилась возле костра.

— В большой семье клювом не щелкают, без ужина чуть не остался, — пробубнил он, протягивая мне миску с мясной похлебкой. Я благодарно кивнула и уселась рядом с ним, скрестив ноги. Собравшиеся вокруг нашего костра мужчины начали рассказывать истории про свои любовные похождения и ратные подвиги. Я слушала их в пол-уха, вновь задумавшись о своей судьбе. Что делать дальше? Ну, вот, допустим, приеду я в Глот, что потом? Деньги кончатся, облава продолжится, сомневаюсь, что принц прекратит поиски чудом выжившего убийцы отца, а если учесть, что он и охотники ловят одного и того же человека, то есть меня, то все просто хуже некуда. Попробовать добраться до неизвестного Совета и попросить помощи, взамен на показания? А смысл? Все равно я короля убила, хоть и не сознательно. Значит, или тюрьма, или казнь. Веселенькая перспектива. Мои мысли прервал подошедший к костру часовой. Разговоры стихли, я отвлеклась от саможаления и тоже заинтересованно посмотрела на него.

— Гром, можно наедине поговорить, — тихо сказал он. Бывалый вояка, весь в шрамах, лет пятидесяти. Я невольно полюбовалась подтянутой фигурой и экономностью движений. Ветеран какой-нибудь войны, однозначно.

— Говори здесь Шрам, нечего секреты разводить, — махнул рукой Гром.

— Как скажешь, — пожал плечами Шрам и опустился как раз рядом со мной на свободное место. — Я тут обход делал, знаешь же, что на границе с проклятыми землями двадцать лет отслужил, — замялся воин. Вот это новость, тут еще и проклятые земли есть? У него оттуда такие шрамы?

— И? — поторопил его Гром, недовольно шевеля кустистыми бровями.

— Я абсолютно уверен, что рядом с нашей стоянкой была черная смерть, я видел следы, — понизив голос, заявил Шрам. Сначала воцарилась тишина, а потом собравшиеся начали нервно перешептываться и переглядываться. Я решительно не понимала в чем дело, но, поддавшись общему настроению, тоже занервничала, особенно после столь пафосного названия неведомо чего. Это же надо, черная смерть. Жуть.

— Шрам, я тебя давно знаю, доверяю как себе, но ведь ты понимаешь, насколько бредово звучит твое заявление? — с сомнением сказал Гром.

— Я говорю как есть, в свое время только наблюдательность могла спасти жизнь, я уверен, что это ее следы, иначе можешь сразу меня увольнять с позором. Я предлагаю усилить караулы вдвое, а то, неровен час она всех нас перегрызет, — покачал головой воин. Все вновь зашептались. Я не выдержала:

— А кто такая черная смерть? — шепот прекратился, и меня облили фунтом презрения и неодобрения. Опять я дура, да?

— Это зверь проклятых земель, одно из самых опасных существ в нашем мире, — положив тяжелую ладонь мне на плечо, объяснил Гром.

— А-а-а, — многозначительно протянула я, начиная подозревать, что смертью кличут моего зверя. Других необычных животных я тут не встречала. Мне стало нехорошо. Если они поверят воину и устроят облаву, то придется нам побегать. Надо что-то решать, а лучше делать. — А как она выглядит, эта смерть?

— Большая черная, похожа на большую собаку, шерсть с отливом крови и холодные серебристые глаза, — ответил старый пограничник, изучая меня колючим взглядом, как будто чувствуя подвох в моих вопросах. Попала. — А также острые клыки, когти и невосприимчивость к магии.

— А… — неуверенно начала я, ежась под его взглядом, — а, может ну ее эту смерть, пусть бежит себе дальше.

— Бежит дальше, — передразнил меня Шрам. — Эти существа преследуют всех, кто когда-либо был в запретных землях, иногда, если нарушителю удавалось уйти от погони, они через много дней находили его и убивали, уходя на огромные расстояния от родных мест. По пути они нападила на всех, кого встретят, видимо, что бы люди не забыли, что соваться в запретные земли не стоит.

С каждым словом я все больше съеживалась и мрачнела. Видимо этот нарушитель я, раз натолкнулась на стаю этих собачек на площади. Сама того не зная, оказалась в каких-то проклятых или запретных или еще каких-то там землях. Почему тогда зверь меня не убил? Ждет, пока мясом обрасту, чтобы вкуснее была? Все же дело, видимо в том самом троне у озера. Странное место этот зал, башня, да и вообще все, что я там видела. Кто бы еще помог во всем этом разобраться.

— Зажгите побольше костров, усильте караулы! — Раздавал команды Гром, — людей кучнее в центр, сдвинуть телеги! Будем надеяться, что она действительно пробежит мимо — уже тише сказал он, усаживаясь обратно к костру. Я виновато спрятала голову в коленях. Не объяснишь же им, что Зверь их не съест. Во всяком случае я в этом была уверена.

Через полчаса все меры предосторожности были соблюдены и люди понемногу успокаивались. Снова зазвучали тихие песни у костров и походные байки. Я с интересом прислушивалась, пытаясь успеть везде понемногу. Сама не заметила, как уснула.

Весь следующий день я посвятила ничегонеделанью. Правда сидеть в гостинице мне быстро наскучило, и я пошла гулять по городу. Сходила за стены, пообщалась со Зверем, который явно без меня не скучал. Да и в еде не нуждался, пытаясь накормить меня очередным пойманным зверьком. Продала еще один листик, прикупила обычный кинжал для самоуспокоения и сдала деньги в банк, оставив себе двадцать монет и немного мелочи. Вечером мы с Картом и Громом сходили на представление. Мне понравилось, нашему цирку до них еще очень далеко. В общем, замечательно провела время, набравшись впечатлений на неделю вперед.

И вот теперь тряслась в седле по дороге в столицу. Гром изъявил желание тоже посмотреть на коронацию и взялся за охрану какого-то купца, который как раз туда и направлялся, а я увязалась за его веселой компанией. А что мне еще оставалось делать? Когда мне подвели лошадь, я была вне себя от счастья, потому что очень любила этих животных и иногда с подругами выбиралась за город покататься. Но как я ошибалась, сравнивая многочасовую поездку с обычной прогулкой верхом. К концу второго часа у меня онемели ноги и руки, попу я уже давно не чувствовала, но продолжала ехать, держась на одной гордости. Зверь снова незаметно меня сопровождал, и я лишь иногда видела темный силуэт, мелькавший в кустах.

Мне было скучно. Я уже устала приставать с вопросами к окружающим, считать домики в деревнях, встречных животных и деревья на холмах. Теперь оставалось только дожить до вечера, чтобы, наконец, слезть с пыточного приспособления по ошибке названного лошадью. На ночь решено было остановиться у реки, которая, по словам моих спутников, несла свои воды из моря, каким-то образом по пути становясь пресной. По материку протекали три реки, сходящиеся в одном большом озере, в центре которого и располагается столица четырех королевств. Я попыталась себе это представить, но получилось плохо. Ладно, доеду — узнаю. Наконец, впереди, послышался плеск воды и я воспряла духом. Скоро мои мучения закончатся.

Мы выехали на просторную утоптанную поляну, видимо специально оборудованную для стоянок. В наступившей темноте я ничего подозрительного не заметила и чуть ли не со счастливым визгом хотела спрыгнуть с лошади и пойти поплескаться в воде широкой реки, но Гром меня остановил.

— В чем дело? — недоуменно поинтересовалась я.

— Странно что-то, — нахмурился он, — вещи оставлены.

Я снова посмотрела на полянку, ну валяется всякий мусор и что? Мне не привыкать, и не такой гадюшник видела. Люди в нашем мире особо не заморачиваются на тему уборки мусора после шашлыков. Присмотревшись, в неярком свете луны я разглядела непонятные тюки, какие-то палки, тряпки, пару горшочков для приготовления пищи. А ведь действительно странно, столько добра оставили и ушли. В душе зашевелился червячок подозрения, и я уже не спешила слезать со своей кобылы. К Грому подъехал начальник личной охраны купца, и они начали тихо о чем-то перешептываться. Придя к какому-то выводу, Гром послал Карта и еще одного война из другого отряда на разведку. Им выдали факелы и они, спешившись, медленно пошли обходить место стоянки. Остальных же заставили вернуться на дорогу и скрыться в кустах. Я нетерпеливо следила за передвижениями двух молодых людей на поляне. Они постоянно нагибались и что-то рассматривали. Было интересно.

— Шрам, — подобравшись к старому пограничнику, прошептала я, — что происходит?

— Да не знаю я, — помялся тот, следя за передвижениями разведчиков. — Такое ощущение, что люди просто ушли, побросали вещи и покинули место стоянки, причем без боя и спешки, как будто погулять. Странно это.

Я сразу вспомнила пугающие интервью про пропавших горных исследователей, которых потом нашли мертвыми за тридевять земель с выжженными глазами. Я поежилась. Что-то расхотелось тут ночевать и вообще останавливаться. Может, мы дальше проедем? Ну, хоть чуть-чуть. Тем временем разведчики вернулись с весьма озадаченными лицами. Я подтянулась к месту обсуждения.

— Да странное что-то. Следов много, явно человеческие, ходили к реке за водой, в ближайшие кусты, а потом просто исчезли. — Пожал плечами Карт, другой парень кивнул, подтверждая его слова.

— То есть, как они попали на поляну, мы знаем, а как ее покинули неизвестно? Они что, улетели? — с сарказмом спросил купец. Неприятная личность. Худой, с длинным носом и крючковатыми пальцами.

— Получается, что так, следы ведут только к воде, — с вызовом глядя на купца, процедил Карт, за что тут же получил тычок под ребра от Грома.

— Раз следов нападения нет, значит, мы здесь остановимся, мало ли что у них случилось. Друан! Проконтролируй, чтобы чужие вещи были тщательно досмотрены и перенесены вон к тем кустам. Изъять все ценное, все равно добро пропадает. И подготовьте мне, наконец, нормальное место для отдыха! — противным визгливым голосом раздавал команды купец, по-свойски устраиваясь у места будущего костра, кем-то любовно выложенное камнями. Я прикусила язык, чтобы не сморозить гадость, а ведь очень хотелось. На его крики вся нечисть сбежится, если она тут водится, а я с ума сойду.

Пока слуги, сопровождающие купца, готовили стоянку, я отошла в сторону и позвала Зверя. Имя ему так и не придумала, а все приходящие на ум клички казались глупыми, поэтому он так и остался Зверем. По-моему ему это имя подходит. Он появился через пару секунд и, повиливая хвостом, ткнулся длинной мордой мне в живот.

— Зверь, смотри в оба, тут что-то странное происходит и мне страшно. Если что почувствуешь, подай знак, — я задумалась, — повой что ли, не знаю, решай сам.

Зверь утвердительно зашипел. Я улыбнулась. Интересно, как он меня понимает? И ведь я не сомневаюсь, что он сделает так, как я скажу. Странное существо проклятых земель. Я поцеловала его в макушку и вернулась на поляну. На огне уже булькал наш ужин, живот довольно заурчал.

Разговор за ужином как-то не вязался, видимо не одной мне было страшновато, поэтому мы быстро закруглились и разошлись спать. Купец скрылся в переносном шатре. Я представила, как он сейчас нежится в пушистых коврах и взбивает множество раскиданных вокруг подушек. Завидно.

Я улеглась на плотное покрывало и подложив под голову плащ, постаралась уснуть. Да, отвыкла я спать на голой земле за последние дни. Как минимум полчаса я ерзала и ворочалась, выковыривая из-под покрывала мелкие камушки и сухие травинки, которые больно впивались в тело. Я, окончательно разозлившись, села. Лагерь спал, лишь пара часовых, уныло сидя возле небольшого костра, лениво перекидывались фразами, периодически оглядывая окрестности. Небо затянуло облаками, скрыв ночные светила, отчего тьма вокруг, еще больше сгустилась. Я поежилась. Темноты я никогда не боялась, но одно дело дома или на работе и совсем другое под открытым небом в лесу, где каждый шорох заставляет сердце биться чаще. Спать не удается, значит надо подумать. О чем? О многом. Например, никогда не теряющий своей актуальности, вопрос «что делать?». Пока я живу по инерции, куда подуло, туда лечу. И что потом? Деньги у меня благодаря листикам есть, можно купить домик и жить спокойно, но ведь золото тоже когда-нибудь кончится, а у меня нет, ни образования, ни работы. Да и о попытках принца найти меня не стоит забывать. А еще я хочу домой, только вот незадача, никто никогда не слышал о других мирах, я не раз спрашивала у попутчиков. Единственный, кто залез в дебри межмирья, был убитый король черного бриллианта. Именно оттуда он вытащил создания ночи, но мне явно это не подходит. Значит, о возвращении домой можно забыть, по крайней мере, на ближайшее время. Жаль, что я не великий маг, а то бы сейчас щелкнула пальцами и дома, в родной квартире. Я прикрыла глаза, представляя, как открою дверь, обниму маму. Мечты увели меня далеко от реальности, я уже видела свою комнату, теплую кровать, разговоры с подругами и недавно купленную машину. Как же тяжело было ценить все это, когда оно было под рукой. Казалось само собой разумеющимся, а теперь это нереальная мечта. Я никогда не вернусь и не увижу дом. На глаза навернулись слезы. Зачем дальше жить, если нет надежды? Говорят, что она умирает последней, а у меня все наоборот. Мои невеселые мысли прервал пронзительный вой, от которого сердце пропустило пару ударов, а потом пустилось в бешеный пляс. Зверь. Этот вой я ни с чем не спутаю. Я распахнула глаза. Костерок, который часовые подкармливали сухими веточками, погас. Поляна погрузилась в темноту. По телу стадом пробежали мурашки. Не к добру это. Я сжала в руке кинжал и медленно встала, слепо глядя в кромешную тьму.

— Эй, — неуверенно позвала я, — в чем дело?

Мне не ответили. Послышался плеск воды и тишину пронзил полустон-полувой, не хуже, чем у черной смерти. У меня волоски на теле встали дыбом. Захотелось бежать, не оглядываясь как можно дальше, но что-то как будто приклеило меня к земле. Звук повторился, в нем было столько тоски и боли, что из глаз брызнули слезы. Я упала на колени и заткнула уши руками, откинув оружие в сторону. Меня трясло, хотелось подвывать неизвестному существу от безысходности.

Когда я уже была готова умереть, лишь бы не слышать этого стона в руке появилось знакомое тепло и, как тогда ночью, волнами растеклось по телу, постепенно успокаивая. Я последний раз всхлипнула и, собравшись с силами, поднялась. Наконец ветерок отогнал тучи в сторону, яркий свет луны озарил поляну. Мои спутники, как заколдованные стояли у кромки воды с закрытыми глазами, словно лунатики, вытянув вперед руки. Я подбежала к Грому и начала трясти его за плечи, бить по щекам, пытаясь привести в чувство. Он никак не реагировал, даже бровью не повел. Лишь по щеке прокатилась одинокая слезинка. Я в отчаянии побежала к следующему спутнику. С тем же результатом пытаясь добудиться. Тщетно. Я, закусив губу, села прямо у кромки воды, переводя взгляд с одного человека на другого. Кто-то плакал, кто-то счастливо улыбался с закрытыми глазами, как будто под влиянием сильных эмоций. Прямо как я пару минут назад. Отчаяние, страх, безысходность. Я медленно встала и повернулась к воде, всматриваясь в ровную гладь.

— Кто ты? — срывая голос, закричала я. Слезы вновь покатились по моим щекам. Я не хочу больше быть одна, не позволю! Только мне удалось найти, если не друзей, то хороших приятелей, не ищущих выгоды в общении со мной. Рука с кольцом вновь нагрелась, налетел сильный порыв ветра, потухший костерок вспыхнул, озарив стоянку и ближайшие деревья, с каждой секундой становясь все выше. Я испуганно наблюдала, как начинает тлеть шатер купца, а жар все нарастает. Стало трудно дышать. Мелкие волны, набегающие на песчаный берег зашипели, вверх устремились клубы пара.

— Прекрати, носительница силы, — прошелестели волны, — это не спасет твоих спутников.

— Кто ты? — крикнула я. Вода в паре метров от берега вспенилась и мне навстречу вышла женщина. Бледная полупрозрачная кожа, тонкие губы, огромные зеленые глаза без радужки, зеленые волосы. Длинные водоросли, покрытые ракушками, заменяли незнакомке одежду, а вместо ног струилась вода. Красивая. Пугающая, нечеловеческая красота.

— Я Морана, хозяйка этой реки, — словно хор множество ручейков прозвучал ее голос.

— Отпусти моих друзей, — сквозь зубы процедила я, чувствуя, как холодеет рука, а жар вокруг спадает.

— Сила тебе не поможет, — улыбнулась она, — если я не получу того, что мне нужно, они все равно умрут, — кивок в сторону застывших людей.

— Что ты хочешь? — вздохнула я.

— Верни мне сына, — надломлено ответила Морана.

— Что? — удивилась я.

— Две недели назад сюда пришли люди, и украли моего сына, я буду забирать к себе, всех, кто остановиться у моих вод на ночь, пока не верну его, — сверкнула она глазами. — Мое условие. У тебя неделя, чтобы вернуть мне сына, только тогда я освобожу твоих друзей, носительница силы. Тот, кто так же заступался за своих спутников недавно, не справился. Твоя очередь.

— Как же я его найду? — растерянно спросила я.

— Возьми, — она протянула мне витую ракушку, — она нагреется, если ты будешь идти в правильном направлении. Через неделю я утоплю твоих друзей, а пока они станут моими гостями. За их вещи не переживай, никто не тронет. Прощай.

— Подожди, а как хоть выглядит твой сын? — крикнула я вслед исчезающей русалке.

— Похож на меня, — прошелестели волны. Мои спутники, как по команде медленно двинулись в воду, погружаясь все глубже. Я стояла и смотрела, до тех пор, пока голова Грома, самого высокого из всех, не скрылась из вида. Я осталась одна. Тихо потрескивал костер, перефыркивались лошади, в траве запиликал сверчок. Я тяжело вздохнула. И что теперь? Как я найду сына этой водной кикиморы? Ко мне тихо подошел Зверь и успокаивающе зашипел. Я машинально погладила гладкую спину. Спать было бессмысленно, все равно не смогу. Интересно, скоро рассвет?

Остаток ночи я просидела в обнимку со Зверем, слушая уже не казавшийся приятным плеск воды. Была бы моя воля, я бы сразу после разговора вскочила на лошадь и понеслась сломя голову искать русала, но в такой темноте далеко не уедешь, поэтому я гипнотизировала горизонт, прося скорее выпустить солнце.

Следующий день был посвящен временному избавлению от личности Лирта. Утром я попросила разбудить меня как можно раньше, оповестила служащих, что съезжаю и, скрывшись под плащом, отправилась воплощать план в жизнь. Первым значилось посещение мага, чтобы залечить ранку на руке, она не представляла опасности, но доставляла неудобства, затем в салоне красоты, где окончательно смыла с кожи и волос краску, впервые за последние дни, разглядела себя без пятен и разводов по всему телу. Только серебристые узоры остались, но в этот раз я решила их не скрывать, а оставить все как есть. Прикупила пару платьев, сделала маникюр и пропитала волосы какой-то волшебной жидкостью, от которой, по словам мастеров, они будут сверкать, как бриллианты. Ну да. Знаем, слышали уже не раз такие сказки по телевизору. Следующим пунктом значилось найти какую-нибудь магическую штуку, которая поменяет внешность моему Зверю. Это было самым сложным. Я пришла к мастеру иллюзий и, сморщив носик, устроила концерт по поводу того, что моя любимая собачка мне надоела, и я хочу покрасить ее в другой цвет. Идея эта пришла мне в голову, когда на улице я несколько раз наткнулась на специально выведенную породу собак-телохранителей. Они удивительным образом были похожи на черную смерть, только цветом отличались.

Маг делал вид, что внимательно меня слушает и качал головой в особенно прочувствованных местах, где я рассказывала, что песик не подходит к цвету и фасону платья. В итоге мне были выданы три ошейника разных цветов. Красный, голубой и белый. Которые окрашивали моего зверя в соответственные цвета. Для начала я выбрала белый, потому что сама, под влиянием сияющих стен столицы тоже оделась в платье этого цвета.

К обеду я снова вселилась в свой же номер, но уже с новой внешностью. Зверь, гордо вышагивал рядом со мной на поводке-цепочке. Немного покрутившись в номере перед зеркалом я, довольная собой, пошла обедать. В гостинице был уютный ресторан с вполне приемлемыми ценами. Я устроилась в одной из уютных беседок, которые располагались у стен помещения, и сделала заказ. В ресторане кроме меня было еще несколько человек. Ясное дело аристократы. Простым людям здешние цены не по карману. Особенно мое внимание привлек старенький дедушка с добрым морщинистым лицом, в отличие от остальных, одет он был просто, в потертый дорожный костюм. Было в нем что-то, что заставляло уважать и говорить окружающих на полтона ниже. Старичок гордо восседал за столом с прямой, как палка спиной и внимательно разглядывал меня, игнорируя своих многочисленных товарищей, что сидели рядом и о чем-то оживленно беседовали. Я отвернулась. Не люблю, когда меня так пристально рассматривают. Когда мне принесли горячий вкусный суп, а Зверю мясную похлебку, я забыла обо все на свете. Вкуснотища.

— Простите, прекрасная ли, — отвлек меня от выскребывания уже пустой тарелки скрипучий голос. Я разочарованно отставила ее в сторону и перевела взгляд на того самого старичка, что так долго меня рассматривал. На молодых потянуло, дедуля?

— Что вам угодно? — холодно осведомилась я.

— Я понимаю, что не совсем тактично спрашивать, — улыбнулся он, — но, сколько вам лет?

— Двадцать три, — машинально ответила я.

— Удивительно, — выдохнул он, — можно присесть? — не дожидаясь разрешения, он уселся напротив меня, продолжая буквально поедать глазами. Как бы его отшить?

— Что вам нужно, — не скрывая раздражения, спросила я.

— Ох, простите, я, наверное, себя не очень правильно повел, но скоро все объясню, потерпите, — снова улыбнулся старичок. — Позвольте задать вам несколько вопросов.

— Не позволю, — отрезала я и поднялась, чтобы уйти. Чай можно и в номере допить.

— Прошу вас, — схватил меня за руку старичок. — Это очень для меня важно, — в его глазах было столько мольбы и боли, что я невольно села на место. Он явно не просто познакомиться присел. Но чем я могу ему помочь? Да и стоит ли это делать?

— Ладно, спрашивайте, — махнула я рукой. В конце концов, я могу в любой момент уйти.

— Ваши родители живы? Другие родственники? — опять впился он в меня взглядом.

— Не в этом мире, — предельно честно ответила я.

— А какое ваше первое и яркое воспоминание? — удовлетворившись моим ответом, он задал следующий вопрос. Я задумалась, а какое? В этом мире подземелье и стальной лес. Я невольно провела рукой, затянутой в белую перчатку по щеке. Вот мое первое яркое воспоминание об этом мире, оставившее отпечаток на лице.

— Проклятые земли? — почему-то улыбаясь, сказал он. Старикашка мысли читает что ли?! Я испугалась, а вдруг он что-то про меня знает? Знает, как вернуться домой или, что это я убила короля и ношу кольцо с черным бриллиантом?

— Откуда вы знаете? — выдохнула я и затаила дыхание, ожидая ответа.

— Давайте теперь я расскажу вам историю, — пряча улыбку, сказал он. — Я очень стар, — а то я не заметила! — благодаря магии, что живет в моем теле, я прожил очень долгую жизнь, намного длиннее человеческой. Так вот. У меня когда-то была внучка, они с мужем отправились в путешествие, решив по пути посмотреть краем глаза на проклятые земли. По дороге на них напали. Убили всех и мою внучку с мужем и охрану. Забрали все ценное, что только можно. Я прибыл на место, как только мне сообщили, с помощью телепорта, и застал в живых одного из телохранителей, который и рассказал о случившемся. Среди мертвых не оказалось только моей пятилетней правнучки. — Старичок прервал свой рассказ, отпив вина из высокого бокала, который ему услужливо преподнес официант. — Сначала я думал, что от меня потребуют выкуп, но умирая, охранник сказал, что девочка успела скрыться от бандитов в проклятом лесу, куда ее толкнула мать, когда поняла, что шансов спастись нет. Я потратил много денег, посылая одну команду за другой на поиски девочки, но никто из них так и не вернулся. Маги-предсказатели говорили, что не видят ее в мире живых, но я продолжал верить.

— Я вам очень сочувствую, правда, — тихо сказала я. — Но не понимаю причем тут я?

— Это произошло восемнадцать лет назад и у девочки были такие же, как у вас необычные желто-зеленые глаза. Это у нас наследственное. — С блеском в глазах смотрел на меня старичок. Вот это новость! Он решил, что я и есть его правнучка? Мне его конечно жалко, но я не она и быть ею не собираюсь. Да и не похож он на маразматика, который готов так просто назвать своей внучкой незнакомого человека.

— Простое совпадение возраста и цвета глаз не является доказательством, что я — это она, — как можно более успокаивающе сказала я, взяв старичка за теплую морщинистую руку.

— Вы правы, — кивнул он. — Но, вы ведь не помните своих родителей, а следы от яда стальных деревьев говорят сами за себя, и, — он опустил голову, — мое сердце чувствует, что ты та самая.

Здрасьте, приехали. Я с тихим стоном опустила голову. И что мне ему сказать? Правду? Так ведь если старый человек себе что-то надумал, его переубедить невозможно, по своей бабушке знаю. В конце концов, что мне мешает доставить радость старику и стать его внучкой? От меня ничего не отвалится. Буду ходить на чай по выходным, носить продукты и заботиться. У меня появиться настоящая семья. Во всяком случае до тех пор, пока не всплывет подвох. А то, что он есть я не сомневаюсь.

— Я не могу помочь вам и с уверенностью сказать, что являюсь вашей потерянной правнучкой, — вздохнула я.

— Мне достаточно того, что уверен я. С той самой минуты, как вы вошли в зал, — улыбнулся он.

— Хорошо, — улыбнулась я в ответ новообретенному прадедушке. Лишь бы он на меня свои долги не повесил. А там посмотрим. Может это маразм у него так проявляется. — У меня дела сегодня вечером, но завтра мы непременно встретимся снова.

— Завтра днем я пришлю за тобой карету и буду ждать к обеду в своем доме, — с явным нежеланием отпустил меня старичок, перейдя на ты. Я кивнули и, позвав из-под стола Зверя, покинула ресторан. Нужно было торопиться. Церемония начнется на закате, а в приглашении было сказано явиться за два часа до начала. Во время обеда я успела заляпаться, и мне пришлось влезть в узкое красное платье, купленное мной как раз на такой случай. В магазине на меня смотрели как на ненормальную, когда я потребовала отпороть кринолин от бального наряда и вместо него пришить одну из нижних шелковых юбок. На свой вкус я бы еще разрезик сбоку сделала, но меня не поймут, а, то и вовсе не пустят на церемонию. Последним штрихом стали две тонкие косички, соединенные сзади заколкой, с вплетенными в них бриллиантовыми нитями, которые остались с прошлого бала. Я покрутилась перед зеркалом. Красота! Только на шею хочется чего-нибудь одеть, но нечего. Крестик пришлось снять, на всякий случай. Мой девиз — минимализм во всем. Вперед и с песней.

В последнее время все идет наперекосяк. Началось с покушения на брата, где я чудом успел вмешаться, а потом просто-таки понеслось в пляс! Я физически не успевал уследить за происходящим. Мои люди докладывали о покушении на Зэна, сорвавшейся свадьбе брата и чрезмерной активности разных мелких культов черного короля. Ко всему прочему выбранный на роль убийцы парень как сквозь землю провалился. Совет закидывал меня гневными сообщениями и требовал предоставить результаты расследования. И что я могу сделать?! Ничего. Как же меня это все бесит. Наверняка Совет уже избавился от исполнителя и теперь в нетерпении ожидают моих выводов и шанса повесить все на Эйла.

Я раздраженно отшвырнул бокал с вином в сторону. Он с обиженным звяком упал на пол, рассыпавшись множеством искрящихся осколков. Нужно возвращаться в столицу. Некогда тут рассиживаться и думать. Мысли это конечно хорошо, но никакой реальной пользы от них нет. Буду разбираться на месте. Я устало прикрыл глаза. День только начался, а я как старая бабка ворчу на жизнь. Нужно собраться и расставить все по местам.

— Сильен Кельер? — раздался неприятный голос от дверей выделенного мне кабинета стражи города Арка.

Я не глядя на вошедшего кивнул, потирая переносицу. Очередной охотник. Сейчас, как и множество таких же до него, сообщит о бесполезности проводимого расследования. Надоело. Я отчетливо слышал шаги за спиной. Зачем подходить, если можно отчитаться от двери. Я вскинул голову и повернулся, чтобы прогнать так не вовремя явившегося подчиненного. Что-то сильно ударило в висок. Мир потемнел и пропал…

Меня разбудило угрожающее шипение Зверя. Я резко села, сжимая в руке кинжал, и обежала комнату глазами в поисках потенциальных источников опасности. Искать долго не пришлось. Возле моей кровати в боевой стойке замер спасенный кошир и не менее угрожающе шипел на зверя, обнажив острые клыки и выставив вперед руки с когтями. Картина маслом.

— Зверь, тихо! — рассержено окликнула я взвинченного друга. Он перестал шипеть и спрыгнул с постели, при этом, не сводя глаз с бывшего пленника.

— Ты кто? Что тебе надо? — немного расслабившись, но, тоже не выпуская Зверя из поля зрения, спросил он.

— Мне?! — опешила я от его наглости. — У тебя с головой плохо? Я вчера чуть не умерла, вытаскивая тебе из этих трущоб! — он недоверчиво окинул меня взглядом, я зарылась в одеяло. Ну да, сплю я теперь в майке и труселях, но это не повод меня так рассматривать!

— Что-то сомнительно, — нахмурился он. Я аж задохнулась от такой несправедливости.

— Точно ничего не помнишь? — уточнила я.

— Нет, — неуверенно ответил он.

— Вот и хорошо, — выдохнула я, сдалась мне его благодарность, я в первую очередь себя спасала. — Катись отсюда клыкастый, пока я тебе зубы не пообламывала, — и кинула в него подушку. Он поймал. По комнате полетели перья. Ходят тут всякие когтистые личности, имущество казенное портят! Я выжидательно уставилась на него, намекая, что не шучу. Он пожал плечами и пошел в сторону двери, но вдруг резко остановился. Ну что ему еще?!

— А, — повернулся он, — ты не знаешь, кто я? — я выпала в осадок. Только больного амнезией хама мне не хватает. Я закатила глаза и рухнула обратно на единственную оставшуюся подушку.

Я влезла в единственное оставшееся целым красное платье и затянула ненавистный корсет. Лицо горело от едва сдерживаемых слез. Может ну это все к черту? Поеду с Громом обратно в Арт, буду в его харчевне работать, попробую встречаться с явно не равнодушным ко мне Картом, ездить в охране со всей компанией по миру и забуду о кольцах, принца, королях и… доме. Но что-то не давало мне просто бросить заваренную кашу и жить спокойно, каждый день толкая вперед. Хотелось бежать, рвать ногтями и зубами, и карабкаться, карабкаться куда-то вверх, как будто предчувствие, что, в конце концов, я найду ответ. Какой? Не знаю, даже вопроса еще не было.

Я гордо вскинула голову, любуясь на свое отражение в зеркале, и задвинула грусть, и все вопросы в дальний уголок души. Надо было узнать, что дало проведенное Сильеном расследование, а там уже думать о размеренной деревенской жизни. Я ненадолго вернулась в гостиницу за оставленными бриллиантовыми нитями для волос и собиралась уже выбегать к ожидавшей меня карете, когда в дверь постучали. Да что же это такое?!

— Что надо? — раздраженно крикнула я, проверяя, надежно ли закрепила нити в волосах.

— Не пристало юной ли так разговаривать, — поучительно ответил женский голос из-за двери. Я нахмурилась. Кто это может быть? Я подошла и, отодвинув защелку, открыла дверь, недовольно глядя на фигуру в длинной накидке с капюшоном, накинутым на голову.

— Вы кто? — прислонившись к косяку, поинтересовалась я, сжимая в руке, заведенной за спину кинжал. Фигура откинула капюшон, я открыла рот от удивления. Арелина. Я неуклюже изобразила поклон и впустила мать будущего рубинового короля в номер.

— Я хочу с тобой поговорить деточка, — присаживаясь на один из стульев, серьезно сказала женщина. Я закрыла дверь и неуверенно села напротив.

— О чем? — уже готовая ко всему вздохнула я. Может она как-то узнала, что я не внучка Израэля? Или проводит еще одну непонятную проверку?

— Мы вчера поговорили с твоим дедушкой, — изучая ухоженные ногти на руках начала она. — Кстати, он переживает, что ты пропала, а сам навязываться боится, ссылаясь на твой непростой и своевольный характер, — неодобрительный взгляд в мою сторону. — Но я пришла поговорить не об этом, — и вновь замолчала, как будто увидев что-то очень интересное на ногте указательного пальца. Как же меня раздражают такие беседы. Топчутся на одном месте, не могут разродиться. Дурацкая манера общения всех высокородных.

— О чем же? — не выдержав затянувшейся паузы, спросила я, нервно ерзая на стуле.

— О твоем будущем, — снова молчание.

— Уважаемая ли Арелина, — стараясь говорить как можно спокойнее начала я. — Я очень спешу, если вас не затруднит, давайте перейдем к сути дела или перенесем наш разговор на другое, более удобное для нас обеих время. — Сказала я и облегченно выдохнула. Не люблю вести такие заумные разговоры.

— Куда же юная ли так спешит, на ночь глядя? — вопросительно вздернула ухоженную бровь женщина.

— Силь…, то есть герцог Кельер, пригласил меня в гости, — поправилась я.

— Праздник в честь его возвращения ко двору из командировки уже закончился, — нахмурилась Арелина.

— Знаю, — кивнула я. — Мы решили посидеть в неформальной обстановке с его друзьями. Я не очень жалую большие скопления народа.

— Так вы близкий друг герцога? — продолжила допрос она. Я закатила глаза. Да что же это такое?! Я же опаздываю!

— Мы недавно познакомились, — закипая, ответила я.

— Ясно, — протянула женщина. — Я займу пять минут вашего времени Лайрэтт.

— Конечно, — улыбнулась я. Как же, уже двадцать минут мне мозги пудрит.

— Так вот, — наконец отвлеклась она от созерцания своего маникюра, — мы с вашим дедушкой вчера посоветовались, и решили предложить вам очень выгодную партию, — глядя мне в глаза и внимательно следя за моей реакцией сказала она. Партию? Что это значит? Похоже, тут речь не об игре в карты идет. Я внимательно слушала, ожидая продолжения столь интересной фразы. Но женщина вновь замолчала, чего-то от меня ожидая.

— И? — подбодрила я ее.

— Наши семьи тесно связаны и не только из политических соображений, но и теплыми дружескими отношениями. Уже не говоря о том, что задолго до твоего рождения был заключен договор, — вновь начала тянуть кота за хвост Арелина, я громко вздохнула и нервно посмотрела за окно, где солнце уже подкатилось к закату. Женщина намек поняла, — мы бы хотели объявить о твоей помолвке с моим сыном на предстоящем в честь его дня рождения приеме. — Быстро закончила она. Я чуть со стула не упала. Я и этот надменный блондинчик, который не держит своего слова?! Никогда. Кажется, последнее я сказала вслух, потому что Арелина нахмурилась.

— Подумай девочка, — поднимаясь, сказала она. — Тебе предлагают стать королевой, многие об этом только мечтают, а ты смеешь отказываться. У тебя три дня. Не торопись с решением. Я буду ждать ответа от твоего прадедушки. — Она не дожидаясь, пока я встану ее проводить, сама вышла из номера и прикрыла дверь. Я закрыла глаза и со стоном откинулась на спинку стула. Как там говорят? Назвался груздем — полезай в короб? Это про меня. Что же мне так не везет?! Нашла себе богатого дедушку. Теперь понятно, почему меня так спонтанно приняли в семью без всяческих проверок. Время-то дедулю поджимает, скоро совершеннолетие принца, а о браке было договорено очень давно. Вот и обрадовался старик, что нашел подходящую под легенду девушку, власть терять ему явно не хочется. Я истерически захохотала.

Я, насупившись, сидела в кресле и пыталась рассмотреть небо сквозь плотно зашторенное окно. Силь чуть ли не волоком притащил меня во дворец, и теперь мы сидели в его гостиной, ожидая появления принцев. Я в очередной раз горестно вздохнула. И кто, спрашивается, за язык тянул? Сидела бы сейчас спокойно в номере и в ус не дула, так ведь нет, не удержалась, опять в историю вляпалась. Только вроде жизнь налаживаться началась, а предложение стать королевой не в счет.

— Силь? — раздался от дверей взволнованный голос Эйла. — Что случилось? Почему такая срочность?

— Я вот тоже не понимаю! — поддержал его Зэн. — Я еле от матушки сбежал, она все мне голову промывает, не отвязаться.

— Подождите немного, — отозвался кошир, сидя в кресле напротив меня. — Сейчас все узнаете. Садитесь.

— А она что тут делает?! — чуть ли не тыкая в меня пальцем, воскликнул Зэн.

— Она, и есть причина, по которой я вас позвал, садись Зэн, не маячь, — поморщился герцог. Блондин обиженно поджал губы, но послушался, устраиваясь рядом с развалившимся на диване Эйлом. Захотелось показать Зэну язык, но я сдержалась.

— Ли, рассказывай, — поторопил меня кошир. Я картинно вздохнула, плеснула себе вина, сделала небольшой глоток из бокала, всем своим видом демонстрируя собственную важность. Мне показалось, или Зэн скрипнул зубами? Наконец, закончив испытывать терпение собравшихся, я начала свой рассказ, как и просили, почти дословно повторив услышанный разговор, в подкорректированной версии естественно.

— Ты никого не узнала? — нахмурившись, задал уже слышанный ранее от Сильена вопрос Эйл.

— Нет, я же здесь недавно, никого еще не знаю, — покачала головой я, потягивая вино. Сопьюсь так скоро.

— А почему мы должны тебе верить? — подал голос мой жених.

— Зэн! — в один голос воскликнули двоюродные братья.

— Нет, а что? — не сдавался белокурый принц. — Может она вражеский лазутчик? Может это ее дружки безуспешно пытались меня убить, а тебя, Силь, похитили, да только маг слабый попался, не смог завершить задуманное и вот теперь они сбивают нас с толку. Ведь помимо Совета есть еще сумасшедший король Ван, дикие острова и недавно появившийся черный король, который возможно хочет заграбастать себе всю власть, как его предшественник! — на последней фразе я подавилась вином, возмущенно глядя на разошедшегося принца. Я с ним по лесам бегала, от убийц спасала, а он меня во всех грехах обвиняет! Получается, Совет недаром хочет спихнуть все на меня. Вот Зэн, например уже купился и безо всяких убийств. Гад.

— Успокойся уже, Зэн! — рявкнул Эйл. — Не надо сюда личные обиды приписывать!

— А я лишь констатирую факт! — обиделся Зэн. — Она появилась из ниоткуда, и как вовремя! Все везде успела! И стать наследницей огромного состояния и невестой будущего короля, заодно и Сильена спасла и разговор подслушала! Не девушка, а чудо! Вот только никого не узнала, и где проходил разговор показать не может! Очень уж гладко все получается, вам не кажется?

— Как тебе не стыдно, Зэн! — снова вступился за меня Сильен. Вот только прав Зэн, действительно очень гладко все получается, ну ведь я не виновата, что мне так не везет!

— Зэн прав, — озвучил мои мысли Эйл. — Все действительно очень гладко, даже слишком. Конечно, определенный риск был, и, ввязавшись в историю с тобой, она могла на чем-нибудь проколоться, но риск, на мой взгляд, оправдан. Своими словами она отводит нам глаза от реальной угрозы, а враги тем временем активно действуют.

— Но это не так! — вновь стал заступаться Силь, но я его остановила.

— Сильен, они правы, — сказала я.

— Ты тайный агент?! — в шоке спросил кошир.

— Нет, — замахала я руками. — Я про то, что их размышления имеют право жить. Я ведь действительно не могу доказать, что все это правда, — я вздохнула.

— Но я тебе верю, — ободряюще улыбнулся герцог. Я благодарно улыбнулась.

— А что это за кольцо у тебя на пальце? — внезапно спросил Эйл, впившись взглядом в мою руку. Я вздрогнула. Блин, Силь так быстро меня утащил, что я не успела его снять и спрятать, да еще и руками размахалась.

— Это? — как можно непринужденнее переспросила я, снимая кольцо и крутя его в руках. — Я купила по пути в столицу. Они сейчас очень популярны, все вокруг говорят про какую-то башню, а торгаши деньги делают.

— Понятно, — продолжая подозрительно смотреть на меня, протянул он. Я выдохнула.

— А что, разве девушка может стать королевой? Все ведь короля ждут? — как бы, между прочим, спросила я.

— Не знаю, — пожал Эйл плечами. — Раньше, во всяком случае, такого не случалось. Женщины, как правило, не обладают необходимыми для правителя качествами.

— Понятно, — как и он недавно протянула я. Шовинист.

— Так, ребята, — встал Силь. — Мы ругаемся только и подозреваем друг друга. Давайте уже реально думать.

— А мы вполне реально думаем, — отозвался Зэн, наливая себе вина. — И подозреваем не друг друга, а определенного человека. Я предлагаю отбросить сантименты и допросить ее по всем правилам. — Выдвинул предложение он. Я вздрогнула, вспомнив следователя, приходившего в камеру и свое видение. Меня затрясло.

— Хватит Зэн, — теперь уже я вскочила с места. — Сколько можно! Я не позволю тебя обвинять меня просто так!

— Мы переходили на ты? — спокойным надменным голосом спросил он.

— Да! — взбесилась я. — Черт возьми, я из-за тебя чуть коньки не отбросила, когда на нас напали, стала считать своим другом, за что была жестоко наказана, и буду обращаться к тебе так, как посчитаю нужным. Ты не заслуживаешь уважение хотя бы потому, что не держишь своего слова! И не смей обвинять меня во лжи! — Воздух в легких закончился, и я обессилено упала обратно в кресло, схватив бокал с вином. Хочу напиться. В комнате повисла тишина. Братья явно не понимали, о чем я говорю, а Зэн с вытянувшимся лицом смотрел на меня.

— Ты? — выдохнул он. Я не ответила.

— Ребята, — осторожно подал голос Сильен. — А что происходит?

Я продолжала молчать.

— Тогда в номере, когда я пришел искать Лирта, — потрясенно произнес Зэн.

— Что? — снова Силь. Бедный, он совсем запутался. Впрочем, как и я.

— Так, — холодно сказал Эйл. — Давайте-ка сейчас успокоимся и выложим карты на стол.

— В смысле? — отвлекся от разглядывания меня Зэн.

— В смысле без утайки расскажем все друг другу. — Пояснил он.

— И вы тоже, ваше высочество? — не удержалась я от едкого замечания. Давай, клыкастый, расскажи, как убил папочку.

— Что ты имеешь в виду? — сощурился он.

— Ничего, — буркнула я. — Кто первый?

— Ты, — сразу воскликнул Зэн. А вот фиг тебе. Я отрицательно мотнула головой.

— Я и так много чего наговорила, — я отвернулась к окну, делая вид, что рассматриваю несуществующий узор на занавесках.

— Тогда это буду я, — вздохнул Силь. — Эйл, ты разрешишь мне рассказать ВСЮ правду? — а вот это уже интересно. Я вновь повернулась к столу, внимательно глядя на Эйла. Неужели третьей тенью той ночью был Сильен? Эйл смерил меня оценивающим взглядом и кивнул, в его глазах явно читалось, что если я кому-нибудь расскажу об этом разговоре, то долго не проживу.

— Тогда, — герцог положил на стол нож для резки бумаги, — давайте поклянемся, что все сказанное сегодня в этой комнате останется между нами.

— Клянемся, — единодушно кивнули мы и по очереди укололи себе палец.

— Тогда, с вашего позволения, я начну, — поудобнее устраиваясь в кресле, сказал кошир.

Придумать план это конечно хорошо и то, что он есть еще лучше, но вот как претворить его в жизнь? В голове все складывается как нельзя лучше. Сплошные «надо» и «хорошо бы», но вот с реализацией выходили проблемы. Я долго думала, как не допустить к исполнению замыслы Совета, да еще ко всему прочему помочь друзьям. Выход был только один. Появиться черному королю, да так, чтобы все это увидели, запомнили и не смели усомниться. А это значило, что мне необходимо появиться при дворе и громко заявить о своих планах и пригрозить жестокой расправой тем, кто собрался действовать тайком от моего имени. Вот такой вот незамысловатый план. Проблема была в том, что я не король, а королева и уже достаточно примелькалась при дворе. Во всяком случае, принцы, дедушка и еще пара человек меня точно узнают. Значит, нужна маскировка, и не простая типа маски на нос и дешевой краски для волос, а самая настоящая, желательно как тот памятный кулончик у Эйла, полностью меняющий внешность. Где его взять? Заказать у мага. А что потом? Совет непременно начнет с новой силой разыскивать черного короля и тут вполне может всплыть моя персона, которая столь неосмотрительно заказала у мага иллюзий такую замечательную вещь. Меня найдут и по-тихому прирежут. Это в лучшем случае. Я даже думать не хочу о том, что предстоит оправдываться перед друзьями и краснеть, когда передо мной выложат черный бриллиант. Я ведь им так и не рассказала. Тупик. Печально все получается.

Я сидела все в той же открытой кафешке на площади и крутила свой план и так и эдак. Только вот плодов это никаких не приносило, рано или поздно все упиралось в глухую стену пыточной камеры. Я передернула плечами. И почему я такая безголовая? Времени оставалось очень мало. Я отставила в сторону тарелку с так и не тронутым салатом и положила голову на скрещенные руки. Где достать кулончик и при этом не засветиться? Найти посредника? Да тоже ведь найдут, времени, правда это займет чуть больше, но только и всего. Не вариант. Мимо прошел очередной отряд стражи. Что-то их много развелось в последнее время. Не меня ли ищут? Сразу вспомнилась неприятная встреча с блюстителями порядка, после чего я почти сутки просидела в камере. Нет, лучше об этом не думать. Может, все же попросить помощи у кого-нибудь из ребят? И как я это объясню? Нет, не пойдет. Они что-нибудь заподозрят, как пить дать и уже простым пожатием плеч я не отделаюсь, придется выкладывать все как на духу. Я тяжело вздохнула. И почему я всем помогаю, а мне помочь некому? Эйл меня использовал, Зэна спасла, Сильену память вернула… Стоп. Ну конечно! Маг разума! Если этот дряхлый старичок смог вернуть герцогу память, то почему бы не смастерить какой-нибудь артефакт стирающий память? Не всю конечно, а за один день или воспоминания о конкретном человеке? Я, не раздумывая больше ни минуты, кинула на стол монетку за обед и поспешила в сторону неприметной лавки мага. Хоть бы получилось!

Как ни странно на этот раз я даже не потерялась и вскоре уже стояла у нужной двери. Для верности еще раз пробежала глазами по знакомому объявлению про приворот и, собравшись с духом, вошла внутрь. Дедуля, как и раньше, сидел на табурете за стойкой и изучал какие-то бумажки. Я тактично кашлянула, привлекая внимание.

— Сейчас, — протянул он, всматриваясь в убористый шрифт мятого письма. — Подождите минуточку.

— У меня правда очень мало времени, — нетерпеливо дергая себя за кончики волос, сказала я.

— Ох, доченька, а у кого его много? — философски заметил старичок и наконец, обратил внимание на мою скромную персону. — А! Я вас помню, — закивал он. — Решили все-таки приворожить своего спутника? Так это я сейчас быстро организую! — хитро подмигнул мне маг.

— Нет, спасибо, — замахала я руками, видя, что старичок уже потянулся за какими-то баночками, видимо для приворота синеволосого герцога.

— Ну как знаешь, — с сожалением отодвинул свой набор в сторону маг. — Для тебя даже скидку сделаю. Не часто коширов привораживать просят. Они, знаешь ли, почти не восприимчивы к магии и для меня это был бы ценный эксперимент.

— Мне нужна такая штучка, которая заставит кое-кого кое о чем забыть, — неуверенно изложила я свою просьбу. Я сама еще точно не знала, что хочу и существует ли подобное заклинание вообще.

— Все, что напрямую воздействует на разум — запрещено, — нахмурился маг. Улыбка мгновенно исчезла с его лица. А вот я расстроилась. Этого следовало ожидать. Не выгорит мой план. А жаль.

— Ну, мне очень надо! — схватила я старичка за руку и заискивающе заглянула в глаза. — Понимаете, меня постоянно преследует один поклонник, а я не знаю, как от него избавиться. Он как маньяк и я хочу, чтобы он просто забыл о моем существовании. Неужели нельзя ничего сделать? — Я старалась, как могла, только слезу для пущей достоверности пустить не хватало.

— Ох, девочка, — покачал он головой. — На что ты старика толкаешь!

— Ну, пожалуйста! — заканючила я. — Я никому не скажу где взяла, а вы поэкспериментируете! — Больше у меня никаких аргументов не нашлось. Я затаила дыхание, пока старичок, нахмурившись, о чем-то раздумывал. Наконец, он тяжело вздохнул, с кряхтением сполз со своего насеста и скрылся в коморке, где проводил сеанс по возвращению памяти. Я в нетерпении выбивала длинными ногтями дробь по отполированной столешнице. Маг отсутствовал около получаса. Я вся извелась, пока ждала. Может он решил просто проигнорировать мою просьбу и теперь дожидается, пока я уйду? Но тогда бы сразу сказал свое решительное нет, а не кота за хвост тянул. Когда я уже было, решилась проскользнуть в его кабинет, старичок, наконец, вышел и, отерев испарину со лба, протянул мне невзрачные коричневые перчатки из грубой кожи.

— Возьми, — вздохнул он. — Когда встретишь своего воздыхателя, просто сожми его руки в своих, естественно не забудь перед этим перчатки надеть. Он забудет тебя и все, что вас связывало. В том числе и общих знакомых. Надеюсь, это не сильно повлияет на его жизнь и судьбу. — Я осторожно приняла магическое средство, с сомнением оглядывая перчатки. Они были мне явно велики.

— Сколько я вам должна? — пряча волшебные перчатки в небольшую сумочку на плече, спросила я.

— Двести золотых, — хитро прищурившись, заломил цену старый маг. Я поперхнулась от такой наглости и хотела уже было поторговаться, но вспомнила, что вообще-то приобретаю вещь из разряда запрещенных и скрепя сердцем заплатила.

— Кстати, — убирая деньги под прилавок, остановил меня в дверях маг. — Они не подействуют на мага, так что убедись, что твой ухажер не наделен способностями.

— То есть как? — изумилась я. А зачем они тогда вообще мне нужны?! Я-то собиралась заказать у иллюзиониста кулончик, а потом заставить его все забыть, но после такого сообщения мой блестящий план опять рушился.

— Ну, есть возможность, что они подействуют на ученика или очень слабого одаренного без развитых способностей, — пожевав губами, с сомнением продолжил старичок. — А вот если у человека стоит защита от подобных воздействий, то даже пытаться не стоит.

— Но на ученика подействует? — в отчаянии схватилась я за последнюю надежду на спасение положения.

— Если он не из магов разума, то должно, только не последних курсов, там они уже ребята ушлые и защиту ставят, — пожал плечами старик. Я закатила глаза. И что мне теперь делать-то?! Я поджала губы и вышла на улицу, в растерянности оглядываясь по сторонам. Значит теперь нужно найти какого-нибудь ученика иллюзиониста и заказать ему кулончик, при этом вызнав, не стоит ли у него какая защита. Задача не из легких. Прокручивая в голове план дальнейших действий, я направилась в сторону магической академии, откуда не так давно вызволила сына речной жительницы. Буду надеяться, что ученикам не запрещается подрабатывать на стороне, и я найду достаточно умелого студента, который сможет выполнить мой заказ.

Все шло из рук вон плохо. Я уже битый час топталась у крыльца злосчастной академии и приставала к каждому выходящему из нее человеку с одним и тем же вопросом. Но никто помочь мне не мог по причине отсутствия учеников. Сейчас в разгаре были летние каникулы, и все молодые люди являлись лишь абитуриентами. Я уже готова была хвататься за голову, когда, наконец, мне улыбнулась удача и, сжалившись над бедной мной, один из учителей дал адрес заведения, где тусовались маги-недоучки. Я, повторяя про себя адрес, чтобы не забыть, отправилась в указанном направлении. Остается надеяться, что не все разъехались по домам и хоть кто-то может нуждаться в подработке.

Неприметное здание почти на самой окраине города возле северных ворот встретило меня абсолютно пустым залом и удивленным хозяином, который проводил в заведении косметический ремонт. Да что же это такое?!

— Да кто ж возьмется за работу? — удивился хозяин, когда я попросила посоветовать мне какого-нибудь ученика. — Магии обучаются только состоятельные молодые люди, а то все б мы были магами! — усмехнулся он.

— Как же так? — огорченно закусила я губу.

— Да вот так, — хохотнул мужчина. — Откуда ж ты, с диких островов что ли? Прописные истины не знаешь. Магия есть в каждом, да только развить ее и научиться применять могут лишь те, у кого достаточно средств и свободного времени. Плати — научат, а нет, так иди, работай в поле. Всю жизнь так было.

— Значит, мне никто не сможет помочь? — впадая в отчаяние, спросила я.

— А чем полноценный маг тебя не устраивает? — удивился хозяин заведения для будущих волшебников, оглядывая мой хоть и откровенный, но очевидно дорогой наряд.

— Денег столько нет, — не моргнув глазом, соврала я.

— Ну, раз в этом дело, — протянул мужчина. — Ладно, помогу я тебе, запоминай…

Раньше мне казалось, что заведения хуже, чем придорожные забегаловки на тракте не бывает. Я ошибалась. Адрес, который дал мне хозяин кафе, для учащихся магической академии я искала долго. В итоге, поплутав по узким улочкам, на самой окраине островного города я нашла, что искала. Неприметная дверца с виду нежилого дома скрывала за собой еще более убогое заведение с посетителями странной наружности и сомнительной профессиональной принадлежности. Я с опаской оглядывала забитый людьми зал, забившись в темный угол душного и казавшегося тесным помещения. Несмотря на то, что я находилась в столице трех королевств, здесь не часто встретишь представителей других рас, только если мимо проедет какая-нибудь делегация. Я даже не думала, что этот мир населяет столько разнообразных существ. Я изо всех сил старалась не пялится, но взгляд то и дело сам возвращался то к шестирукому великану, который умело жонглировал пустыми бокалами, развлекая друзей, то в краснокожему мужчине с костяными наростами по всему телу. В голове не укладывалось, что такие вообще существуют, читая множество разных фэнтезийных книг я принимала это само собой разумеющимся, но увидев вживую впала с состояние легкого шока.

— Что принести благородной ли? — скрывая удивление и интерес за приветливой улыбкой, поинтересовался хозяин необычного заведения. Что-то в его облике показалось мне знакомым, но я никак не могла понять что. Есть такие люди, которые похожи на всех и одновременно не похожи ни на кого. Я тряхнула головой и отвела взгляд, чтобы не показаться странной, столь пристально рассматривая незнакомца.

— Воды, — улыбнулась я, сомневаясь, что здесь есть мой любимый чай.

— А может вина? — подмигнул он мне. Я отрицательно покачала головой. И чего все меня спаивают-то?

— Может, что-нибудь еще? — поскучнел мужчина.

— Нет, спасибо, — улыбнулась я, глядя в его черные, без радужки глаза. По коже пробежал холодок. Вроде бы обычный с виду человек, да не простой оказывается.

— И что же такая ли делает в подобном месте? — дернул бровью он, продолжая смотреть мне в глаза. Их чернота затягивала, мне казалось, что я уже не чувствую тела, а звуки вокруг стихли. Как будто я нырнула в темный омут и меня тянет все глубже, на самое дно. Давление быстро пропало и появилась необычная легкость, было ощущение, что я взлетела высоко над землей, где все проблемы кажутся неважными. Спокойно и хорошо. Я прикрыла глаза и уже почти увидела пушистые белоснежные облака, теплое солнышко и далекую землю внизу. Но что-то как-будто дернуло меня вниз, я сжала кулаки и зажмурилась, чтобы не видеть приближающуюся с невероятной скоростью голую землю. Мозг взорвался дикой болью. Я сжала зубы, сдерживая стон, и распахнула глаза. Мир моментально заполнился звуками галдящего народа. Слышались тосты и звон разбитой посуды.

— А ты не так проста, как кажется, — задумчиво протянул черноглазый и криво усмехнулся.

— Что это было? — хрипло выдохнула я, инстинктивно отодвигаясь от мужчины подальше. Как будто это могло что-то изменить.

— Небольшое испытание, — вновь улыбнулся он. — Так что на самом деле нужно носительнице темной силы в моем заведении?

— Что? — удивилась я. Он знает кто я? Но как? Носительницей силы меня называла Морана, но она знала о кольце и даже на себе испытала его действие, а что известно этому черноглазому?

— Не стоит делать из себя дурочку. — Наклонился мужчина над столом. Его бездонные глаза были в паре сантиметров от моих, но теперь уже не казались столь пугающими и манящими. В их непроглядной темноте сверкали серебристые звездочки, так похожие на те, что украшали черный бриллиант. — Ты ведь тоже полукровка?

— Что? — еще больше удивилась я. Я-то думала он про кольцо догадался. О чем вообще речь?

— Ладно, — хмыкнул он. — Как хочешь. Я не буду навязываться в друзья.

— Постой, — окликнула я мужчину, когда он уже собирался уходить. — Мне нужно найти кого-нибудь для одного дела.

— Что за дело? — вздернул он бровь.

— Мне нужен иллюзионист. — Помялась я. Не хотелось бы посвящать странного бармена в свои планы.

— На улице множество лавок, где вам с радостью помогут, — улыбнулся он.

— Мне нужны особые услуги, — упрямо поджала губы я и с вызовом посмотрела на мужчину. Нет, определенно, что-то было в нем такое знакомое. Средний рост, невзрачная внешность… Ну конечно! Я обежала взглядом его фигуру, уделив особое внимание вырезу рубашки. Мои подозрения подтвердились. На шее мужчины поблескивал уже виденный мною кулончик в виде птичьей клетки, такой, который был нужен мне.

— Мы тут не занимаемся преукрашательством, — хмыкнул он и вновь направился в сторону двери в подсобные помещения.

— Мне нужен такой же кулончик, — тихо сказала я ему вслед. Мужчина вздрогнул и остановился. А слух-то у него замечательный. Он резко развернулся и сел за стол напротив меня, изучая внимательным взглядом. Я поежилась.

— Откуда ты знаешь, что это такое? — он потеребил в руках магическое украшение.

— Какая разница, — хмыкнула я. — Просто мне нужна подобная вещь и я готова заплатить.

— Хорошо, — немного подумав, кивнул мужчина. — Пойдем со мной. Но если что-то в твоем поведении мне не понравиться, пеняй на себя.

Он, не оборачиваясь, пошел в сторону лестницы на второй этаж. Я, все еще сомневаясь в своем решении, поплелась следом. И кто меня просит опять влезать не в свое дело? Ведь всегда отсиживалась в стороне, а в этом мире все идет наперекосяк, и я сама же лезу в самую гущу событий.

Пока я занималась самокопанием мы прошли по узкому темному коридору и остановились у одной из небольших дверей, которые вели в жилые комнаты. Мой проводник вежливо постучал и, не дожидаясь ответа, распахнул дверь, пропуская меня вперед. Я, затаив дыхание вошла в ярко освещенную комнату. В глаза ударил свет, и я зажмурилась.

— Чего надо? — раздался недовольный женский голос. Я, наконец, открыла глаза. На узкой кровати лежала молодая черноволосая девушка и недовольно меня разглядывала. — Ис, ты опять притащил одну из своих подружек? Что тебя в ней не устраивает? Вроде не уродина, в кого ее превратить надо?

— Дэя, перестань, — замахал руками мужчина. — Она клиент. Ты же хотела деньги зарабатывать, вот, пожалуйста.

— Да? — хмыкнула девушка и уселась, скрестив ноги, уже более внимательно меня разглядывая. — И что понадобилось благородной ли?

— Мне нужен вот такой кулончик, — я ткнула пальцем на брата магички.

— Это не дешево, да и для женщин я еще такого не делала, — нахмурилась она.

— Деньги не проблема, главное чтобы он был именно таким, как мне надо, — нагло усаживаясь в кресло напротив, махнула я рукой.

— И кем же ты хочешь быть? — поинтересовалась Дэя. Девушка была еще совсем молодой, лет шестнадцать от силы. Как бы она не старалась выглядеть старше, ее выдавала нескладная фигурка и смешинки в черных глазах.

— Кем-то особенным, — пожала я плечами.

— Ясное дело, раз пришла сюда, то тебе нужно что-то этакое, — фыркнула она.

— Дэя! — покачал головой мужчина. — Это твой первый клиент, а ты себя ведешь, как на базаре. Не забывай, что говоришь с благородной ли!

— Да ладно тебе, — отмахнулась она. — Раз благородная ли пришла сюда, значит не уйдет, обидевшись на отсутствие манер, пока не получит то, что хочет. Верно? — она мне весело подмигнула. Я неуверенно кивнула. Сомнительная парочка.

— Мы можем поговорить наедине? — кивнула я в сторону бармена.

— У меня нет от брата секретов, — улыбнулась девушка, но Ис сам чуть поклонился мне и вышел, оставив наедине с явно неуравновешенной сестрой. — Если ты думаешь, что сможет использовать это, — она взглядом показала на торчащие из моей сумки перчатки, то ты ошибаешься. У меня защита стоит лучше, чем у всего хваленого Совета.

— У меня и в мыслях не было, — мысленно проклиная себя за неосмотрительность и невезучесть, улыбнулась я.

— Если тебе нужна конфиденциальность, то я могу дать клятву, — проследив, как я запихиваю вылезающие перчатки в маленькую сумку, предложила Дэя. А что, это идея. Я оценивающе посмотрела на магичку, которая наивно хлопала ресницами, и неуверенно кивнула. Девушка улыбнулась и протянула мне небольшой кинжал. Я с тяжелым вздохом уколола себе палец. Такими темпами крови не напасешься. Все пальцы уже изрезаны.

— Клянусь, что личность и факт самого заказа останутся в тайне, — серьезно сказала девушка и выжидательно уставилась на меня. В ее глазах явно читался интерес к предстоящей работе. Еще бы, приходит расфуфыренная девица в откровенном платье и просит неизвестно о чем. Я, собравшись с духом, изложила суть предстоящего дела. Магичка затаив дыхание слушала, а под конец погрузилась в собственные мысли, загадочно улыбаясь. Точно сумасшедшая.

Через час я выскочила из странного заведения, сжимая в кулаке два кулончика изменяющих внешность. Доверия ни само место, ни магичка у меня не вызывали, но других вариантов не было. Я быстрым шагом направлялась в сторону отеля и прокручивала в голове инструкции Дэи. К сожалению, силенок и опыта у девушки не хватало на создание полноценного заклинания и за пятьсот золотых я получила только подобие того заклинания, что так успешно скрывал внешность Эйла. Девушка сделала для меня два кулона со средней продолжительностью действия в двадцать минут, после чего повторно его использовать было невозможно. Я даже в зеркало на себя полюбоваться не успею за это время, ведь столько всего нужно успеть. Оставалось только поверить на слово этой малолетней аферистке и надеяться на лучшее. Кроме того, пока я сидела в зале, ожидая выполнения заказа, мне удалось подслушать очень интересный разговор за соседним столиком. Оказывается, уже известная мне академия столицы трех королевств, была не единственным учебным заведением, готовившим магов. На далеких диких островах существовало некое учебное заведение, где также давали образование и не только магическое, но и самое обычное. Правда попасть туда можно было только тайком, да и сдать вступительный экзамен очень сложно, но у меня появилась еще одна тоненькая ниточка, ведущая к новым знаниям, а, следовательно, домой. Вдруг там, в отличие от здешних магов, кто-то изучает другие миры? Да и вообще в случае провала моего плана можно при желании туда сбежать. Дикие острова на то и дикие, что там не действует власть трех королей. А что? Я вовсе не трусиха, просто предпочитаю сразу обдумать пути отступления. На всякий случай.

Домой я вернулась в весьма приподнятом настроении и, даже не заметив вкуса, проглотила предложенный в качестве обеда пирог с мясом. Зверь терся у ног и преданно заглядывал мне в глаза, выпрашивая кусочек выпечки. И это гроза проклятых земель? Не смешите! Кто вообще додумался его так назвать? Хотя, если вспомнить какой теплой была наша первая встреча, то вопрос можно снимать с повестки дня. Зверь. Он стал главной загвоздкой в моем плане. Принцы знали его настоящую сущность и если гостей, созванных на помолвку я смогу обмануть, то они вряд ли купятся на спектакль, тем более мой питомец играл в нем не последнюю роль. А каково вероятность того, что в столицу пробрался незамеченным еще один такой хищник? Я думаю, что практически нулевая. Я тяжело вздохнула и потрепала его по голове, скармливая горбушку. Я настолько задумалась, что не успела вовремя отдернуть руку, когда Зверь впился зубами в лакомство, а я подскочила с кровати, тряся укушенной рукой. Друг тут же забыл о горбушке и, прижав уши к голове, жалобно заскулил, пытаясь вылизать ранку. Да, зубы-то у него не маленькие и очень острые. Ранка оказалась не серьезной, но видимо он задел сосуд, поэтому крови было как от полноценного ранения. Я схватила со столика салфетку и обмотала пострадавшую конечность. Тряпка тут же пропиталась кровью.

— Не стыдно тебе? — повернулась я в сторону Зверя. Он все своим видом пытался показать, что ему очень стыдно. Я решила поверить. В этот момент в голове родилась еще одна бредовая идея, которую я посчитала гениальной. Вот и причина отсидеться дома. Рана, нанесенная клыкастым охранником — серьезный повод. Я девушка впечатлительная и ранимая. Думаю, рука обвязанная окровавленной тряпкой убедит моих друзей в этой теории, главное преподнести все в красках и эмоций побольше. Ага. Я коварно улыбнулась. План готов к реализации. От меня теперь уже ничего не зависит. Главное, чтобы ребята не подвели и кулончики молодой магички сработали как надо.

Я сидела в высоком кресле, обитом черным бархатом. За окном, играя мне на руку и создавая нужный антураж, забарабанил дождь, сверкнула молния. На груди, надежно спрятан кулон в виде ажурной птичьей клетки, как когда-то виденный у принца Эйла. Я оглядела себя в зеркале. Идеально сидящий черный кожаный костюм с воротником стойкой, украшенный серебряными заклепками. Длинные черные волосы, бледная до синевы кожа и темные глаза, настолько, что радужка сливалась со зрачком. Снова парень, но на этот раз, на мой взгляд, настоящий красавчик, вампир. К сожалению, иллюзия почему-то не могла скрыть мои шрамы, и пришлось играть призрака оперы, закрыв их черным бархатом полумаски. Если предыдущий кулон создавал такой же образ, то это просто потрясающе. Влюбиться можно в такого черного короля.

Найти некоего Дэ Карса не составило труда. Этот человек оказался казначеем всех трех королевств и был известен почти каждому своей скупостью и мерзким характером, о чем мне услужливо сообщили в банке. Дальше, я зашла к дедушке и, обрадовав новостью о своем согласии на свадьбу, подсыпала в чай снотворного порошка, по расчетам мага он должен был действовать с сегодняшней ночи до вечера завтрашнего дня. Надеюсь, к тому времени все будет закончено. Маркиза я решила не вмешивать и по возможности вывести из тайного Совета заговорщиков. Теперь я сидела в захудалом номере гостиницы на отшибе города возле пирсов. Здесь всем было все равно кто, что и зачем, что подходило мне как нельзя лучше. Теперь оставалось надеяться, что Дэ Карс не проигнорирует мое письмо с просьбой явиться на встречу к черному королю, в нем я намекнула на очень выгодное предложение. Сейчас Шрам и Карт следили за его домом, чтобы посмотреть, купился ли казначей и не наделает ли глупостей, в виде мини-армии в сопровождении. На небольшом столике передо мной стояла бутылка заговоренного вина, опять-таки по заверениям мага на меня оно не подействует из-за наличия в крови яда проклятых земель, а вот Дэ Карс должен стать более сговорчив. Посмотрим. Рядом недовольно зашипел Зверь, как и я уставший от длительного ожидания. Моему счастью не было предела, когда на мой зов Зверь явился незамедлительно. Я боялась, что он поранился, но друг выглядел целым, невредимым и очень счастливым, что о нем не забыли.

— Потерпи малыш, — погладила я его. — Ты один из самых важный составляющих моего пугающего образа.

Зверь тяжело вздохнул и вновь застыл изваянием рядом с креслом.

— Едет, — влетел в комнату запыхавшийся Карт, я занервничала. Молодой человек забегал по номеру, заканчивая последние приготовления. Наконец, магический фонарик над головой погас, а единственным источником света остался небольшой камин и сверкающие за окном молнии.

— Он что-нибудь предпринимал? — нервно барабаня пальцами по подлокотнику, спросила я.

— Да, отправил гонца через черный ход, мы его перехватили, — кивнул Карт. — Вот письмо, но оно зашифровано, так что мы можем только гадать, что там.

— Ну, это не сложно, наверняка просил товарищей прислать помощь к месту встречи, — махнул рукой Гром, стоящий за моей спиной. Я кивнула. Страже сообщать он не станет, слишком уж привлекательна мысль о сотрудничестве и нежелательно мое возможное восхождение на трон, а вот предупредит друзей вполне логично.

— Он один? — спросила я, голос подаренный кулоном казался противоестественно безжизненным и чужим, что, в общем-то, так и было. Молодец маг, постарался на славу, правда и цену заломил не малую, но оно того стоит.

— Нет, с помощником, — мотнул головой Карт, встав у двери, — но без охраны. Их сейчас Шрам ведет.

— Радует, — хмыкнула я.

За окном послышался шум подъезжающего экипажа. Я напряглась. Поджилки-то трясутся. В номер, испугав меня до чертиков, вошел намокший пограничник и кивнул, давая понять, что наша цель прибыла.

— По местам, — выдохнула я, Шрам, выглянув в коридор, дал знак остальным членам команды быть настороже. Друзья замерли за моей спиной. Я улыбнулась. Наверное, красиво мы смотримся. Хрупкий юноша в полумаске с черной смертью у ног и трое громил за его спиной, затянутые в также черные одежды. Маскарад, одним словом. Секунды тянулись, я уже десять раз прокрутила в голове свой план, выискивая возможные ошибки. Надо было предупредить принцев и герцога, что я честно пыталась сделать, однако мне сказали, что без записи нельзя, даже маркизе Дэ Рьенн, поэтому пришлось действовать на свой страх и риск.

В дверь тактично постучали, я вздрогнула. Началось.

— Войдите, — стараясь говорить как можно спокойнее, ответила я. Дверь отворилась, и на пороге застыл молодой человек, который испуганно оглядел наше собрание и неуверенно выдавил:

— Лорд Вивьен Дэ Карс, королевский казначей, — и сделал шаг вперед по причине довольно сильного толчка в спину. Боится лорд, закрывается парнем. Я хмыкнула. Пару секунд Дэ Карс ждал развития событий, но поняв, что пока никто, ни его, ни помощника убивать не собирается сам вошел в комнату и закрыл дверь. Пухлый мужчина средних лет с калоритной лысиной в виде сердечка на макушке настороженно замер, как загипнотизированный глядя на поблескивающий, на моем пальце черный бриллиант.

— Присаживайтесь, лорд, — приглашающим жестом показала я на кресло напротив себя. Он осторожно присел на краешек и выжидательно посмотрел на меня цепким взглядом, как профессор во время экзамена. Я нервно сглотнула.

— Чем я заслужил аудиенцию нового черного короля? — осторожно спросил лорд, не дождавшись от меня каких-либо действий.

— Я пока не король, — улыбнулась я. — Давайте выпьем, — открыла бутылку и разлила кровавую жидкость по высоким бокалам, — за встречу.

— Э, — замялся казначей, — прошу меня простить, но давайте поменяемся бокалами, я, знаете ли, очень подозрителен.

— Неужели вы думаете, что я позвал вас сюда, чтобы отравить? — принимая из его рук другой бокал и отдавая свой, спросила я.

— Нет, что вы, — улыбнулся он, наблюдая, как я делаю первый глоток и уже более уверенно отпил из своего бокала. Отлично.

— Я хочу предложить вам сделку, — побарабанила я пальцами по подлокотнику, любуясь игрой отсветов огня в вине.

— Что я с этого буду иметь? — тут же среагировал он.

— То, чего больше всего хотите, — пожала я плечами. — Власть.

— А с чего вы взяли, что мне это интересно? — спохватившись, пошел на попятную лорд.

— Я же вижу, что вы честолюбивый человек, — улыбнулась я. — И королевствам желаете только лучшего! Власть королей изжила себя, миром должны править умные и решительные люди, необходим приток свежей крови.

— Это да, — вздохнул он. — Право родственного наследования не дает достойным лордам проявить себя и улучшить благосостояние королевств. Но, тем не менее, народ считает по-другому, им нужен король, как символ власти, а не умный человек, думающий о них.

— Я предлагаю изменить такое положение вещей, — прервала я полет его мыслей.

— Каким образом? — поднял на меня глаза казначей.

— У меня есть средство, которое решит проблемы, кардинально, — хищно улыбнулась я и достала из перевязи один из отравленных кинжалов. — Слышал, что у вас проблемы с методами достижения цели, — я воткнула кинжал в стол. Казначей побледнел и впился взглядом в лист проклятых земель. По нему было видно, что он прекрасно знает, что это такое и как оно действует на носителей кольца.

— Как я узнаю, что это не подделка? — облизнув пересохшие губы, поинтересовался он.

— Поверьте мне на слово, — пожала я плечами.

— А какой вам смысл убивать остальных королей? — подозрительно сощурился он.

— А вы думаете, они встретят меня с распростертыми объятиями? Я хочу единой власти. Хочу стать тем самым символом, который будет контролировать народ, а вы, — я выдернула кинжал и направила его острием в сторону вздрогнувшего казначея, — мой друг, будете управлять страной. Вся власть будет в ваших руках. Наследников у принцев нет, а кольца мы заменим на подделки, чтобы никто и никогда больше не сел на трон.

— Вы будете довольствоваться ролью марионетки? — нахмурился он.

— Я еще не достиг совершеннолетия, да и не хочу влезать в эти распри, мне достаточно простой жизни в роскоши, — почти правду сказала я. — А думать будете вы.

— Почему именно я? — задал самый скользкий вопрос Дэ Карс.

— Вы обладаете достаточной властью и окружены верными друзьями, — начала я. — Только они почти все не способны мыслить и действовать достаточно быстро. Я говорил с Израэлем, — казначей напрягся. — Он не решился на мое предложение и, спустя полчаса покинул город. Мне не нужны трусы и старые перестраховщики.

— Израэль очень здравый человек, — покачал головой Дэ Карс.

— Вивьен, — прервала я его. — Я здесь уже достаточно давно и успел разобраться в людях. Израэль казался мне действительно умным человеком, но не оправдал надежд, попросту струсив. Мне кажется, его больше волновал собственный авторитет в ваших кругах, чем реальное достижение цели. Но большие ставки подразумевают не меньший риск. Он не смог поставить на кон все, что имел. Сумеете ли вы? — я затаила дыхание, следя за реакцией казначея, единственным моим рычагом давление были его жажда власти и явно не очень теплые отношения с дедушкой, на что я и давила изо всех сил.

— Я не трус, — усмехнулся он. — Но вот зачем мне вы? Если королей не останется, будет гораздо легче, минимум угроз так сказать. А волнение людей постепенно сойдет на нет, — сощурив глаза, сказал он. А вот и шантаж пошел. — Хочу предупредить, что явился на встречу не один и в любой момент сюда могут войти мои люди и взять вас, а потом с помощью отравленного кинжала просто избавиться от претендента на трон. Как вам такой поворот?

— Ваши люди? — удивленно вскинула я бровь. — Вы имеете в виду тех, кому писали эту записку? — я кинула на стол скомканный лист с зашифрованным посланием. Казначей побледнел. Попала в точку.

— Не советую со мной играть, — прошипела я, Зверь меня поддержал, обнажив зубы в хищном оскале. Казначея начала бить мелкая дрожь. — Кроме того, неужели вы думаете, что я дам вам оружие, способное мне навредить? Яд мне не страшен, в отличие от вас или наследников. — Уже более спокойно продолжила я.

— Он действует на всех, — нахмурился Вивьен. Я покачала головой и в подтверждение своих слов, полоснула себе по запястью кинжалом. Из пореза потекла кровь, быстро впитавшаяся в выцветший ковер на полу. Дэ Карс замер, ожидая, когда же я упаду замертво, но время шло, а я сидела живая и относительно здоровая.

— Теперь мои требования, — я потянулась, тело затекло от напряжения.

— Я слушаю, — все еще ожидая моей смерти в жутких корчах, кивнул он.

— Завтра состоится помолвка принца Зэна, где будет весь высший свет. Я хочу, чтобы вы убили наследников и короля на глазах у всех собравшихся, — наблюдая за вытянувшимся лицом казначея, изрекла я.

— Но, — выдохнул он, — как туда попадут мои люди?

— Никак, — пожала я плечами. — Это сделаете вы.

— Что? — чуть ли не шепотом переспросил он.

— Вы выберете наиболее верных вам сторонников, я дам три кинжала на каждого из носителей кольца. Одни отвлекут охрану, а вы с двумя другими убьете принцев и сумасшедшего короля. — Охотно пояснила я.

— Но, — замялся он, — меня, же сразу казнят!

— Нет, — улыбнулась я. — Я уверен, что вы знаете множество потайных ходов дворца, а скрыть свое лицо не проблема, для этого существует магия. В момент великой скорби появлюсь я и, заверив всех, что буду усиленно искать убийц, сяду на трон. Найти козлов отпущения будет не сложно. Так же подпишу указ о назначении вас и других участником переворота, которых вы назовете, регентами на время отсутствия королей и дарую право наследования этого звания. Уверен, что большинство аристократов меня поддержат, разве нет?

— Конечно, многие недовольны тем, что никогда их род не станет правящим, но чтобы так? — потрясенно откинулся на спинку кресла казначей.

— Это мое условие. — Продолжила давить я. — Риск как я и говорил, очень высок, но зато потом…

— Мне надо посоветоваться с остальными, — покачал он головой.

— Вы прекрасный оратор, — возразила я. — Уверен, что сможете убедить остальных, и найдете куда лучшие слова, чем я. И выбирайте только самых заинтересованных лиц для дела. Главной причиной провала заговоров является слишком большое число посвященных. Мое предложение действует еще две минуты, затем я ухожу. — Исчерпав все аргументы, закончила я.

Вивьен задумался, серьезно. Его глаза бегали по комнате, как будто что-то могло подсказать ему ответ. Я напряженно следила за эмоциями на его лице. Страх, жадность, оскорбленное самолюбие… какой противный он все же человек.

— Можно? — внезапно спросил он, протягивая руки к кинжалу. Я отдала, пусть посмотрит. — Ваиль, подойди ко мне, — подозвал он молчаливого помощника, который стоял у дверей. Тот послушно подошел. Вивьен резко встал и вогнал кинжал в его грудь по самую рукоять. Я чуть не закричала. Молодой человек с остекленевшими глазами упал на пол, по его телу побежали серебристые змейки яда. Я расширенными от ужаса глазами смотрела на такого с виду безобидного казначея.

— Главной причиной провала заговоров, является слишком большое число посвященных, — холодно повторил мои слова Вивьен. — Давайте выпьем за успех и обговорим детали, — улыбнулся он и воткнул в стол кинжал, впитавший свежую кровь.

— За успех, — хрипло повторила я, поднимая дрожащей рукой бокал. У меня на глазах, только что, просто так убили человека.

Солнышко приятно ласкало своим теплом мое лицо. Я, довольно щурясь, сидела в плетеном кресле на одном из ажурных балкончиков замка и пила чай. Как же хорошо, когда тебя никто не преследует, не убивает и не заставляет куда-то бежать. В креслах напротив, развалились принцы и герцог. Прошло три дня после мятежа, а казалось уже целая вечность. Столица продолжала жить своей жизнью, так и не узнав о несостоявшемся перевороте, а мы просто были рады, что все закончилось и старались не вспоминать.

На следующий день я очень долго бегала за Зэном и умоляла простить за то, что из-за меня его чуть не убили. Он дулся и отвечал, что я дура, и он хотел отдать свою жизнь, спасая меня, а я все испортила. Эйл ходил за мной хвостом и предлагал пожениться, потому что всю жизнь прожить без женского общества он не сможет. А Сильен попросил посмотреть мой перстень, удивляясь, как мне удалось открыть потайной ход, не являясь ни королевой, ни сильным магом. Я соврала, что его потеряла во время всеобщей суматохи, кошир поверил, ну или сделал вид, что поверил, не знаю.

Гром с ребятами получил внушительную благодарность за геройство и верность, которая измерялась в денежном эквиваленте и покинул город, решив вернуться в Арт. Сегодня, наконец, по обоюдному согласию была разорвана клятва верности данная Эйлом, но он почему-то не очень радовался.

Я поговорила с дедушкой, который, не будь дурак, понял, что это я его усыпила и как ни странно поблагодарил. Я ожидала скандала и обвинения в предательстве, но мой поступок лишь укрепил его уверенность в том, что я его единственная и любимая правнучка. Сохранила ему жизнь и даже помогла подняться в иерархии Совета. Спорить я не стала.

Из задумчивости меня вывел звонкий голос молодого человека, который бродил по площади и рекламировал какое-то учебное заведение:

— Только у нас самые компетентные преподаватели, которые с радостью поделятся с вами своими драгоценными знаниями…

— Ли, — позвал меня Силь, я отвлеклась от созерцания заполненной народом центральной площади и посмотрела на кошира. — Мы тут думаем, что будет дальше?

— А что будет? — пожала я плечами. — Ничего.

— Я женюсь на выбранной девушке, как и планировал, — почему-то грустно подал голос Эйл.

— А я съезжу домой, — мечтательно протянул кошир. — Проведаю отца. А потом вплотную займусь проблемой черного короля. — Он покосился на смирно сидящего Зверя. Подозрения у него явно какие-то были. Но он благоразумно держал их при себе. — Не хочешь со мной съездить, отдохнуть, Ли?

Я отрицательно мотнула головой.

— А мне мамочка подыскивает новую невесту, — вздохнул Зэн. — Ты точно не передумала? — в который раз спросил у меня блондинчик, получив в ответ уже десятый отказ. Мое внимание привлек все тот же парнишка, рекламирующий академию:

— … мы поможем выбрать направление и проведем тест на наличие магических способностей! Вам станут доступны знания многих поколений сильнейших магов и исследования историков и теоретиков! — голосил он.

— А что будешь делать ты? — спросил Сильен.

— Я? — задумчиво переспросила я, продолжая вслушиваться в крики удаляющегося мальчика. — А я пойду учиться. — Почему бы и нет? Ведь я так ничего и не знаю об этом мире, ни истории, ни элементарных норм поведения в обществе. В конце концов, до местного совершеннолетия еще два года, а значит, пока я свободна. Почему бы и не поучиться?

— Ли! Учиться — привилегия мужчин. Девушки обучаются на дому. Таковы правила, — можно сказать, протянул мне губозакатывающую машинку Зэн.

— Ну и что? — пожала я плечами. Меня так просто не свернуть с пути истинного. Я может, как Ломоносов хочу, через тернии к звездам!

— А ты девушка! — в один голос заявили высокородные господа.

— Раньше мне это не мешало, — лучезарно улыбнулась я, уже придумывая себе легенду про бастарда рода Дэ Рьенн. Надо будет попросить дедушку посодействовать. Надеюсь, он не откажет.

— Что?!?

А где-то внизу, под стенами высоких башен дворца, довольно щурил свои зеленые глаза никем не замеченный белый кот.