— Настоящие мужчины вымерли. Да-да, как мамонты, — безаппеляционным тоном заявила Кира, растягиваясь на шезлонге. Её подруга, Лиза, закатила глаза, пряча лицо за глянцевым журналом, и переглянулась с симпатичным официантом, который обслуживал бар в бассейне. Парень, не теряя времени, подмигнул симпатичной туристке.

Шарм-эль-Шейх в лучших курортных традициях предлагал все условия для того, чтобы можно было приятно провести время, познакомиться с интересными (даже экзотичными) людьми и давал широкие возможности подхватить венерическое заболевание. Но в понимании Лизы, отдых в Египте включал в себя только медленное поджаривание на щедром южном солнышке, в обнимку с любимым коктейлем. Но никак не с аборигеном.

В отличие от Киры. Подруга вернулась сегодня под утро — взъерошенная и взбешенная. Разбудив Лизу, которую накануне бросила прямо на дискотеке, близко познакомившись с танцором. Проснувшись от прилетевшего ей прямо в лицо топика, Лиза подскочила на кровати, ошалело глядя на раскиданную по номеру одежду.

— Кира, что случилось? — спросила она, мало что соображая со сна. Злость на Киру за то, что ей пришлось самой добираться до отеля, вместе со случайными знакомыми по туру, пропала при виде того, в каком состоянии пришла подруга.

— Случилось! — крикнула Кира, на что в соседнем номере немедленно раздраженно откликнулся сосед.

— Задолбали, курицы, харе кудахтать с утра пораньше.

Стенки в этом трехзвездочном отеле были тонкими, как картонными, что крайне стесняло застенчивую Лизу, которая не привыкла, чтобы каждый ее поход в туалет был достоянием всех соседей в смежных номерах.

— Спи в своем стойле, осёл! — завопила Кира, её никогда не надо было долго уговаривать на скандал.

Помимо ожиданий, соседние номера притихли. Видимо, соседи решили, что раз не получится выспаться, можно хотя бы насладиться горяченькой курортной историей. Кира тоже пришла к выводу, что, по крайней мере, в трех номерах ждут, развесив уши, ее откровений. Запрыгнув на кровать всполошенной Лизы, она почти шепотом, но, срываясь порой на визг, рассказала, где чудила этой ночью.

По мере ее рассказа глаза Лизы все больше округлялись, а пальцы, прижимавшие простыню к груди, побелели от напряжения. Она, конечно, подозревала, что Кира пошла с танцором вовсе не для того, чтобы любоваться звездами, но о таком быстром варианте событий даже не подозревала.

— Вонючий, как шакал, это черт знает что, — возмущалась Кира, едва не отплевываясь, — Да, что тебе говорить, ты ведь у нас до сих пор до свадьбы ни-ни. Это ладно. Но я плачу за такси, за випкомнату в кретинской забегаловке, которая больше похожа на сортир, за выпивку втридорога в убогом баре…

— И, — не выдержала Лиза, когда подруга, тяжело задышав, остановилась, вспоминая детали унизительной ночи.

Кира нервно хихикнула, растягиваясь на постели и почти сталкивая Лизу с матраца.

— И после этого он меня проводил — это да, о, мой герой. Для того, чтобы поклянчить напоследок денежки для такси для себя и на организацию следующего волшебного свидания! «Май диар, тэбэ било харашо?» — передразнила она пляжного Ромео голосом, которому придала нарочитую хрипотцу.

— И ты дала?!

— Дала, но только деньги. Хотя надо было откупиться от идиота заранее, — с сожалением сказала Кира, устраиваясь на кровати подруги, — этот шакал смердящий отхватит только люлей, если еще раз приблизится…

Лиза, глубоко вдохнув-выдохнув, пошла в душ, взглянув на засыпающую уже Киру. И всерьез задумалась о том, что стоило бы запереть ее в номере, доставляя коктейли через балкон. Для ее же блага. Плитки пола в номере приятно холодили ступни. Все-таки, август для Египта не самое прохладное время. Асфальт в полдень буквально плавился, однако, как ни странно, жара переносилась здесь гораздо легче, чем в ее родном городе. Солнце было мягкое и ласковое. Что в сочетании с волшебным Красным морем было просто филиалом рая для Лизы.

Завтраки по системе «все включено» разнообразием не отличались. Люди стояли в очереди за молочной кашей, в которой рис свободно плавал в горячем молоке, и за соевыми колбасками. За неделю, что они провели в «Ля Перле Шарм», мясо подруги пробовали лишь однажды — когда заказали столик на «Восточную ночь» в пятизвездочном отеле, он стоял неподалеку.

Девушка налила себе еще чаю и присела за стол, где завтракала на террасе в одиночестве. Рядом с ней тут же оказался официант, который потянулся за ее пустой тарелкой.

— Наташа, Наташа, — тихонько пропел он, стараясь встретиться с ней взглядом.

— Сам ты… это самое, — прошипела девушка, однако парень, не поняв ни слова, только еще шире улыбнулся.

Пожалуй, египетские мужчины и были самым большим недостатком на курорте. Хотя кому как — Лиза проследила взглядом за аниматором, он легкой походкой шел по дорожке к бассейну. За ним, приспустив очки, наблюдали две девушки — туристки постарались как можно раньше занять место на шезлонге.

Вернувшись в номер, чтобы переодеться в купальник, Лиза пыталась разбудить Киру, однако ей это не удалось. Уговорить ее поспать на пляже под зонтиком, а не в душном номере, тоже не получилось — отель находился довольно далеко от моря. Поэтому нужно было успевать на бесплатный автобус, который предоставила «Ля Перле Шарм» для своих гостей.

Заплатив за пользование шезлонгом, и расстелив на нем полотенце, Лиза, несмотря на тень, щедро намазалась кремом от загара. Она была в Египте уже неделю, но так и не загорела, кожа оставалась белой, как и в день приезда. Однако об этом она не жалела — видела, что может сделать с незащищенной кожей египетское солнце — даже через одежду многие сгорали так, что потом не могли заснуть всю ночь от боли.

На пляже время летело незаметно. Окунувшись в море с маской, и понаблюдав за стайками желтого полосатика, она поняла, что они удирали от мурены, которая притаилась в кораллах, гибкой лентой выскакивая навстречу рыбкам — и Лизе. Девушка погребла в сторону понтона едва ли не быстрее, чем рыбки. Может, мурена охотилась и не за ней, но приятного все равно было мало.

Автобус, забирающий туристов на обед в отеле, немного задержался, поэтому Лиза приехала чуть позже. В номере Киры уже не было, и девушка от души понадеялась, что подруга просто пошла обедать. Так и было — в кафе отеля Кира уже заняла им столик, успев загрузить тарелками.

— Мы едем на экскурсию! — Кира объявила новость, едва Лиза присела на стул.

— Как это? У нас же мало денег.

— И что? В отеле система «все включено», то есть, о еде нам беспокоиться не нужно до конца отпуска. А поехать куда-нибудь хочется, иначе и вспомнить нечего будет, — беспечно ответила Кира, ковыряя вилкой соевое мясо и овощи.

— Поменьше текилы вечером — и поверь, воспоминаний у тебя наберется на два года вперед! — фыркнула Лиза в кофе. Его, надо сказать, в отеле делали просто отличный.

— Да ну тебя, — обиделась Кира, но тут же снова оживилась, в предвкушении, — я уже договорилась с гидом, и выкупила нам два билета на яхту.

— Яхту?!

— Да, яхту. А что тебя не устраивает? Поплаваем, обещали пенную вечеринку, дайвинг.

— После вечеринки? — уточнила Лиза, представив себе дивную картину с ныряющими, в дупель пьяными, туристами.

— Ты едешь, или будешь тухнуть возле берега со своими паскудными любовными романами?

— Еду, — вздохнула Лиза, решив, что нужно быть на этой яхте. Хотя бы будет, кому присмотреть за Кирой.

Если верить туристическому справочнику, девушек ждало отличное развлечение на весь день. Неспешная долгая прогулка на небольшом белом кораблике с заходом на пустынные пляжи Красного моря, где под руководством инструктора туристы погружались с аквалангом на глубину. Затем — обед, накрытый на палубе, и, как апофеоз всему, пенная дискотека для всех.

Как выяснилось, в справочном буклете организаторы экскурсии, вроде бы, и не наврали. Кораблик действительно был маленьким. Но то, что белым — наглая ложь. Грязно-желтый с коричневыми разводами. Причем такими, что по поводу их происхождения лезли самые разные предположения, одно противнее другого. Поплавать с аквалангом тоже не получилось — баллоны с кислородом просто забыли погрузить на борт, что выяснилось только на месте. Зато, видимо взамен кислорода, организаторы заботливо отправили в плавание несколько ящиков с разнообразным алкоголем, явным фальсификатом.

Когда по плану был обед, настроение у Лизы было окончательно испорчено. Она с отвращением смотрела на черную жидкость, имитировавшую ром с колой, которая плескалась у них в бокалах в такт покачиванию на волнах «яхты».

— Ты будешь это пить?! — безнадежно поинтересовалась она у подруги. Другие подобным вопросом не задавались, радостно подзывая официанта, чтобы он подлил им новую порцию.

— Спятила? Я, может, в парнях не очень разбираюсь, — оскорблено заметила Кира, — однако к алкоголю отношусь серьезно.

— То есть, пить ты не будешь? — с облегчением констатировала Лиза, расслабившись.

— Что, как ты думаешь, я столько времени делала в дьюти-фри, в Москве?

Кира жестом фокусника достала литровую бутылку мартини «Бьянка» из сумочки, и выплеснула за борт черное пойло из стеклянного стакана. Налив взамен немного сока, она щедро разбавила его мартини. Предложила порцию подруге, и Лиза не отказалась, вылив из бокала колу с ромом за борт. Но для себя она сделала коктейль, который состоял практически весь из апельсинового сока.

Началась обещанная пенная дискотека. Однако это был не апофеоз, а апофигиоз. Даже бесшабашная Кира, посмотрев на то, что творилось на палубе, осталась сидеть на месте, наслаждаясь бесплатным спектаклем. Пены установка производила много, до девушек, которые сидели за крайним столиком, долетали отдельные брызги. Зато туристы, человек десять, топтались на танцполе под оглушающую музыку, то и дело, спотыкаясь и падая. Дело было даже не в пене, а в выпивке, которой щедро снабдили отдыхающих организаторы плавания.

— А вот и профессиональные танцоры, наконец-то, — сквозь смех сказала Лиза, хотя при этом с тревогой наблюдала за пьяненьким туристом — он, танцуя, оказался слишком близко от борта. Впрочем, официант, проходивший мимо, уверенным толчком придал ему нужное направление, в сторону мыльного кружка.

— Где? — Кира с нетерпением закрутила головой, желая новых развлечений. И тут же увидела их.

— Лиза, — неверным голосом сказала она, — пожалуй, сегодня меня не жди в номере. Я буду очень-очень занята.

Впервые Лиза была в чем-то согласна с подругой. Хотя, подумал она, именно такие типажи можно встретить на страницах модных журналов. Что они забыли на убогом суденышке? Длинные волосы струились прядями на ветру, а мускулистую фигуру подчеркивала узкая кожаная одежда. Новенькие на танцполе появились внезапно, как будто ниоткуда — и теперь небрежно отталкивали людей в сторону, которые и так некрепко держались на ногах.

— Вот свиньи! — возмутилась Лиза.

— Кто? — с трудом отвела взгляд от красавчиков Кира.

— Да эти танцоры! Сейчас кто-нибудь точно улетит за…

Договорить она не успела, потрясенно наблюдая, как один из вновь появившихся поднял официанта, который что-то ему быстро и возмущенно говорил на арабском, и уверенным броском швырнул его за борт.

Не сговариваясь, подруги вскочили из-за столика, перевернув его. Лиза по дороге успела выхватить спасательный круг, он висел рядом с ней, с некоторым трудом выдернув его из пазов. Добежав до противоположного борта, девушка бросила круг кричащему от страха официанту, которого уже начало накрывать волнами. Кира же, подлетев к темноволосому танцору, не задумываясь, пнула его в лодыжку. Парень едва заметно вздрогнул, изумленно глядя на нее.

— Ну, ты и скотина, — заорала Кира, злясь, что удар не достиг цели, — а еще на русских наговариваете, что мы ведем себя отвратительно. А сам едва не убил человека из-за ерунды!

Повернувшись на полузадушенный писк, она увидела, что Лизу схватил второй незваный гость на вечеринке. Едва она ринулась на помощь подруге, как пнутый перехватил ее руки, и больно завернул их за спину. За считанные секунды девушки оказались на палубе, связанные так, что не могли даже пошевелиться. Причем даже не смогли понять, как это произошло, настолько быстро двигались захватчики.

— Блиин, такие красивые, и такие сволочи, — потрясенно сказала Кира, глядя, как два высоких парня легко двигаются по танцполу. Но не в танце, а связывая одного за другим туристов, которые даже не успели понять, что происходит. Мотки узких веревок нужной длины предусмотрительно были заткнуты у них за поясом. Подбежавший на помощь экипаж, который состоял из капитана и двух матросов, до этого мирно выпивающих в трюме, точно так же, как и остальные, были обездвижены.

— И что это значит? — прошептала Лиза, борясь со слезами.

— Как что? По ходу, это похищение. Клёво отдохнули. И ведь я не хотела сюда ехать! Как знала, что хорошего от горящей путевки за три копейки ждать не придется.

— Ты не хотела?! — прошипела Лиза, возмущенно глядя на подругу, забыв про связанные руки, — а кто своровал мой паспорт и деньги из общего сейфа, чтобы купить путевку?! Мы их, между прочим, на учебу откладывали!

— А я всегда говорила, что жадность тебя погубит, — хмыкнула Кира, — наплевала бы на эти деньги и сидела дома. Но нет же — уплачено, значит, надо пользоваться!

— Да ну тебя, — отмахнулась Лиза, по опыту зная, что подругу детства переспорить невозможно, — что теперь будет?

Захватчики мирно сортировали орущие и плюющиеся в их сторону полупьяные свертки — девушек к одному борту, мужчин к другому.

Кира, сделала вид, что серьезно обдумывает вопрос подруги, и, наконец, выдала:

— Ну, ясно, что будет… Скорее всего, уже через три часа нас заставят вкалывать в захудалой египетской библиотеке, где постоянная текучка кадров… Ну ты не дура ли?! — не выдержала она, — понятно, или по борделям продадут, или выкуп получат.

Подруги переглянулись, прикинули финансовые возможности своих родителей и тихонько, но хором выдали:

— Значит, в бордель…

Лиза забилась, пытаясь ослабить веревку на руках.

— Я не хочу быть проституткой!

На ее причитания длинноволосые оглянулись, однако подходить не стали — подобных воплей на корабле было уже достаточно много. Причем если мужчины молчали, гоняя в пьяном мозгу произошедшее и размышляя на тему: «Вот я бы ему сейчас врезал», то девушки отличились воображением.

То и дело раздавались крики: «Меня нельзя продать на органы, я болею!», «Изнасилуйте меня первой, я полгода лечилась от гепатита, хочу секса!». Поэтому воззвание Лизы тоже нашло последовательниц, которые начали вспоминать, почему им нужно дать медотвод от продажной любви. Кира хмыкнула, подумав, что на месте похитителей немедленно покидала бы за борт такой неликвидный товар.

— А я даже не знаю, — задумчиво протянула Кира, оценивающе осматривая захватчиков, — если у них будут все такие симпатичные, возможно, это им придется от меня отмахиваться, а не наоборот.

— Слушай, нельзя быть такой нимфоманкой, — потрясенно сказала Лиза, которая теоретически знала, что подруга уже лет семь как находится в поисках своего идеального мужчины, но практически так и не могла осознать всю глубину этого поиска. Тут ей в голову пришла, как оказалось, удачная мысль.

— Тем более что ты всегда недолюбливала геев, — задумчиво протянула она, заставив Киру оторваться от вдумчивого изучения обтянутого кожаными штанами зада одного из захватчиков, который, как назло, наклонился над одним из пленников, проверяя надежность узлов.

— С чего ты взяла, что они геи?! — возмутилась Кира, которая видела в представителях нетрадиционной сексуальной ориентации исключительно соперников, которые отбивали лучших представителей мужского пола.

— Ты где-нибудь видела, чтобы мужики наращивали волосы? — задумчиво протянула Лиза, обращая внимание на роскошные волосы парней. Струящиеся до пояса локоны выглядели так, будто побывали в руках стилиста с мировым именем, который создал шедевр для высокой моды.

Кира прищуренными глазами осмотрела прическу захватчиков, и признала, что такую гриву можно только купить задорого в шикарном салоне.

— Кроме того, — вкрадчивым голосом змея-искусителя продолжила Лиза, — ты посмотри, как они одеты! Черный кожаный костюм — то, что нужно в Египте в разгар лета!

Кира замерла, обрабатывая полученную информацию, и завопила, присоединяясь к общему хору протестующих:

— Я не хочу работать на сутенеров геев-садомазохистов! Вы меня слышите?!

— Они тебя слышат, — вздохнула Лиза, — но, видимо, не понимают. И это хорошо, иначе бы они тебя за такие слова точно бы прибили.

Плеск и шорохи совсем рядом за бортом давно уже привлекали внимание Лизы. На палубу вывалился насквозь мокрый официант, отплевывающийся от морской воды. Он на удивление быстро оценил обстановку, и, пригнувшись, чтобы его не было видно за перевернутым столиком, начал отвязывать небольшую лодку, прикреплённую к борту, намереваясь спустить ее на воду. Действо происходило в паре метров от девушек и сопровождалось тихим матом по-русски.

— Эй! — обрадовалась Лиза неожиданной подмоге, — развяжи нас!

Шептать особенно не пришлось, так как хор голосящих не умолкал не на секунду. Благо, что захватчики и не думали угрожать или поддерживать порядок, а просто прохаживались по палубе, непонятно чего ожидая.

— С чего бы это?! — на удивительно чистом русском языке спросил официант, — лодка маленькая, а от вас, бабы, столько шума, что далеко не уплывем.

Кира прекратила орать, заинтересованно повернула голову в его сторону и прошипела:

— На русском, как на родном чешешь, а помочь бедным девушкам — уже влом, да?!

— Русский и есть мой родной язык, дура, я студент из Харькова, — раздраженно ответил официант, уже почти закончив с первым креплением, — а если ты не отличаешь грузина от египтянина, то это твои проблемы.

— Между прочим, это я тебе круг бросила спасательный, — обиделась Лиза за подругу. Парень оторвался от своего занятия, повернул голову и смерил ее отнюдь не доброжелательным взглядом.

— Я мечтал о том, что когда вылезу из воды, обязательно отблагодарю того, кто мне этим кругом по башке попал и едва не утопил окончательно.

И начал отвязывать лодку еще быстрее.

— Ты, Гиви, не борзей, — вполне миролюбиво сказала Кира, разминая затекшие руки и стараясь ослабить веревки, — мы ведь и напакостить можем напоследок.

— Я Ашот! — возмутился парень, — сиди и жди своего выхода в бордель.

— Да хоть бы и Армен, мне все равно. Но если через тридцать секунд ты нас не развяжешь, то я заору так, что эти длинноволосики тебя снова за борт без лодки выкинут. Не факт, что при этом ты будешь в сознании.

Прикинув все за и против, Ашот начал торговаться:

— Но на лодку я вас не возьму, прячьтесь здесь, как сумеете.

— Давай быстрее, — прошипела Кира — пнутый связал ее на совесть, видимо, не простив удар. И руки все больше теряли чувствительность.

Прикрываясь все тем же столиком, держа его на весу, официант скользнул за спины девушек, и начал лихорадочно дергать веревки, пытаясь развязать их как можно быстрее и уплыть в безопасное место, зная, что яхта не успела отойти далеко от берега.

Когда руки девушек освободились, они остались сидеть на месте, имитируя, будто все еще беспомощны. Они рассчитывали на то, что смогут выпрыгнуть за борт, едва яхта окажется рядом с берегом. Хотя непонятно было, что ждут захватчики и почему они и не думали никуда уводить судно, праздно прогуливаясь по палубе.

Ашот закончил откреплять лодку и начал ее спускать, очень медленно и осторожно, на воду. Кира шепотом дала пару полезных советов, но когда ее тихо, но не вежливо послали по известному адресу, обиделась и замолчала.

Парень очень старался сделать все бесшумно, однако на середине пути подвешенная на веревках лодка звучно ударилась о борт яхты.

— Не могу сказать, что мне было приятно с тобой познакомиться, — подытожила Кира леденящий душу Ашота звук.

Оба длинноволосых молнией бросились к незадачливому официанту. Девушки, невольно переглянувшись, не сговариваясь, подняли большой палец вверх, оценив, как грациозно двигаются захватчики. Смотреть на то, как блестящей волной волнуются при движении длинные волосы, и как под тесными кожаными безрукавками перекатываются упругие мускулы, смотреть можно было бесконечно.

«Сначала поймаем, потом рассмотрим, возможно, и потрогаем», — решила Кира, перехватывая поудобнее оказавшийся многофункциональным столик. Лиза, поняв задумку подруги, помогла с другой стороны. Размахнувшись, они опустили стол на спины захватчикам, повалив их и упав сверху. Из придавленной кучи раздались неотчетливые постанывания.

— Этот стон у нас песней зовется, — гордо сказала запыхавшаяся Кира, попрыгав сверху, чтобы утрамбовать добычу и окончательно отбить у нее способность к сопротивлению, — Лиза, тащи веревки, я их держу!

Коварное нападение свершилось со спины, поэтому девушки, разделившись, быстро, хотя и неумело, связали руки налетчикам точно так же, как и они им до этого. И вовремя — потрясение длинноволосые испытали недолгое, и, если бы Кира не присоветовала подружке покрепче нажать своему пленнику коленкой между лопаток, один бы точно вырвался на свободу.

— А где Ашот? — озадачено спросила Лиза, не заметив его в пылу схватки.

Из-под груды поверженных мышц донеслись отчетливые приглушенные проклятия.

— Ашотик, — обрадовалась Кира, — вытаскивая помятого официанта из-под своего длинноволосого, — а мы тебя и не заметили!

— Я так и понял, — прохрипел Ашот, отползая от них подальше. Остальные пленники еще не успели увидеть, что произошло, но вопить уже устали, подвывая общим фоном.

Длинноволосые, гибко извернувшись, почти синхронно сели на палубе в изящной позе, глядя на своих бывших пленников. Девушки заворожено смотрели в огромные лучистые глаза, обрамленные пышными ресницами.

— Лиза, сейчас здесь свершится изнасилование, — задумчиво протянула Кира, постукивая носком босоножки по груди одного из плененных.

— Не бойся, они связанные, — отмахнулась Лиза, которую не слишком впечатлила кукольная внешность юношей, — ой, а что у них с ушами?

Кира тоже увидела, что уши пленников необычной, вытянутой формы — узкие и странного, светло-кремового цвета.

— У меня еще ни разу не было мутантов, — восхищенно сказала она, лично убедившись, что это родные уши длинноволосых, а не причудливая накладка, — наверное, они братья, с генетической аномалией. А-а-а-а-а-а, сволочь ушастая!

Романтическое настроение Киры было испорчено напрочь, когда длинноволосый, извернувшись, умудрился укусить ее до крови за руку, которой она ощупывала его ухо, и долгое время не отпускал. Девушка, подвывая, уперлась свободной рукой ему в лоб, пытаясь выдрать пострадавшую конечность.

— Твою ж мать за волосы и за борт! — кипела она, пытаясь пнуть извивающегося пленника, мигом растеряв к нему нежные чувства.

«Кто ты?»

Лиза, вскрикнув, бросилась на помощь, но Кира уже сама освободилась и поспешно отошла от длинноволосого подальше.

— Укус человека может быть опаснее, чем любого другого животного, — вдруг отстранено сказала Лиза застывшим тоном, — в слюне содержится миллионы бактерий.

— Да ну? Теперь буду думать только об этом, когда захочу с кем-нибудь поцеловаться, — саркастически отозвалась Кира, баюкая пострадавшую руку и прожигая пленника взглядом. Тот отвечал не менее пронзительным взором, и девушка, снова попав под очарование огромных глаз необычного аквамаринового цвета, уже была готова понять и простить ему что угодно.

«Кто ты?»

— Сейчас узнаешь, — угрюмо пообещала девушка пленнику, но тут же недоуменно замерла — его губы не шевелились, лицо было неподвижным, как прекрасная маска. Проследив за направлением его взгляда, она медленно оглянулась, и заметила то, что давно уже видела потрясенная Лиза.

По палубе медленно шли в их сторону пятеро точно таких же длинноволосых здоровяков, похожих на их пленных, как родственники.

— Опаньки, а вот и папа преступной группировки, — пробормотала Кира, заметив среди вновь пришедших человека, который был не так молод, как остальные, но распространял вокруг себя ауру власти и силы. Его гладкая кожа была без каких-либо признаков старения, однако белоснежная грива развевающихся волос и твердые черты лица говорили о том, что пора его юности прошла уже очень давно.

«Кто ты, осмелившаяся поднять руку на моего сына?»

Кира от души порадовалась, что не успела поднять на кусачего пленника еще и ногу. Иначе отвечать, она подозревала, пришлось бы по полной программе.

— Кира, кто это, и откуда они все пришли?! — шепотом спросила Лиза, как будто подруге должно быть это известно. И правда, на секунду нахмурилась Кира, поверить в то, что все захватчики контрабандой прятались в трюме, между ящиками спиртного, было сложно. Она лихорадочно пыталась найти достойный ответ на постоянно звучавший вопрос, но снова услышала:

«Тар-эл передал тебе способность понимать нас. Это хорошо, нам нужен переводчик. Ты сделаешь так, чтобы новые рабы сразу поняли, что сопротивляться бесполезно. Мы не хотим никого калечить, люди — слишком дорогой и хрупкий товар».

Пока Кира, полуоткрыв рот, размышляла о том, что ей сказали, она почувствовала движение воздуха за спиной и отпрыгнула в сторону. Их пленникам понадобилось совсем немного времени, чтобы избавиться от своих неумело завязанных веревок. Лиза, как и Ашот, замерли, устремив неподвижный взгляд в пустоту. Застыли и другие пленники, что очень пугало Киру, которая знала, что заткнуть испуганных соотечественников практически нереально.

— Так это тебя родители обозвали Тарелкой — сглотнув, Кира попыталась замять инцидент, решив не обращать внимания на ноющую руку, — Оригиналы, что и говорить. Хотя тебе еще повезло. Даздрасперм или Вектор тебе бы совсем не понравились. А…

«Мы знаем, что на этом судне должна быть девушка с длинными волосами, которая наивна и невинна, она родилась двадцать лет назад, без одного месяца», — спокойно перебил ее воздушный голос, который, как она поняла, звучал прямо в ее голове.

— Ну и фантазия у вас! — потрясенно сказала Кира, — до двадцати лет кто же утерпит, мы же не в средневековье живем! У нас давно уже сексуальная свобода и… равенство… — она пискнула последнее слово, сжавшись в комок, когда старик схватил ее за плечи. «А Лизка-таки утерпела!», — пронеслось в ее голове, но признаться в этом она не успела. Разочарованно вздохнув, агрессивный дед отшвырнул ее в сторону так, что она покатилась по палубе.

«Не врешь, или не знаешь, кто это» — разочарованно констатировал голос в ее голове, — «Но мы не могли ошибиться. Наша жертва для богини должна быть на этом корабле».

— Искренне советую вам поискать жертву в другом месте, — откашлявшись, начала Кира, — перекличка девственниц в наше время может успешно пройти только в восьмом классе обычной школы. В чисто женских учреждениях, возможно, повезет уже в одиннадцатом классе. Моя подруга, например, еще в седьмом классе любовные романы обожала. До сих пор за уши не оттащишь.

Седовласый перевел задумчивый взгляд на Лизу. Кире не понравилось, как он пристально уставился на длинную русую косу подруги.

— Моя подруга детства, — поспешила представить ее Кира, помня о том, что старик умеет отличать, врет она или нет, наверное, читает язык тела — а он у девушки был очень красноречивый, — знаю про нее все, спрашивайте. В десятом классе она влюбилась в отличника Виталика из параллельного. Я тоже в него втюрилась, как кошка. Однако до драки дело не дошло. Парня поделили полюбовно…

Старик брезгливо сморщился, и махнул рукой, прерывая откровения девушки, чему она была рада. Продолжать, что Виталик был поделен так, что поцелуи и свидания достались Кире, а списывание у него же контрольных — обеим девушкам, ей не хотелось. Как и сдавать подругу в качестве жертвы для ушастых психов.

Длинноволосые начали осматривать четырех связанных пленниц, которые сидели в странном оцепенении на палубе.

«Отец, они все коротко острижены». — наконец кто-то из них поведал результаты осмотра тем самым воздушным голосом, который звучал только в голове.

«Ты же говорил, что на этом корабле плывет девушка!» — гневный голос старика, казалось, резал мозг Киры, и она зажмурилась от реальной боли.

Перед седовласым вытолкнули вперед сморщенного человечка, прятавшегося за широкими спинами молодых захватчиков, который явно не был их родственником, и не отличался такими же роскошными волосами. Наоборот, он был лысый и такой крохотный, что Кире едва доставал до пояса. Зато борода его отличалась пышностью и длиной.

«Вот и злой волшебник Черномор», — подумала Кира, с брезгливостью глядя, как гномоподобный человек ползает на коленях перед седовласым.

— Хозяин, было два корабля, и они проходили очень близко друг от друга, — залебезил он. Кира с облегчением поняла, что его она может слышать обычным способом.

Точно, вспомнила она, была яхточка, которая отплывала практически одновременно с ними.

— Но энергии у меня хватило только для того, чтобы притянуть ближайшую, — убитым голосом завершил человечек, опустив уже голову на палубу, — наверное, та девушка плыла на соседней яхте.

Старик был зол, это было видно по его лицу. Парни стояли с лицами, которые выражали только растерянность, и Кира с облегчением поняла, что гинеколога на налет они не прихватили, осматривать пленниц более детально, чем длину волос, не будут. И, может быть, сейчас всех отпустят… Извиняться не будут за то, что ошибочка вышла, но и не прибьют с досады.

«Будем искать дальше», — вынес свое решение старик, девушка приободрилась, но следующие слова вогнали ее в такой же ступор, как и прочих пленников на корабле, — «А этих отправить на невольничий рынок, нам нужны деньги для того, чтобы пока преподнести богине Вире самые роскошные дары и задобрить ее».

Кира поперхнулась остатками мартини, до которого добралась, нащупав на палубе свою сумочку.

— Секунду, уважаемый! — окликнула она, старательно выговаривая слова и пытаясь соорудить самую вежливую улыбку, которая стала очень напряженной, когда на ее призыв откликнулись все до одного захватчики, повернувшись с угрожающим видом, — может, обсудим? В частности, зачем вам международный скандал, если можно просто нас ограбить и мирно разойтись? Также, думаю, здесь многие дамы не будут против, если ваши сыновья покусятся на их честь. Могу предложить вам…

Девушка сунула руку в сумку и достала кошелек. Налички у нее было немного, но она щедрым жестом достала все купюры, разложив их веером, и, подумав, добавила к ним пять кредитных карточек, для объема.

— И это только у меня одной, — заискивающим тоном сказала она, осознавая, насколько жалкими выглядят ее «дары» захватчикам, — вон у того мужика, который сидит под мачтой… очень даже пухлое портмоне, я его приметила, когда он давал чаевые официанту. Думаю, он будет не против отдать вам все доллары, если вы пообещаете не продавать его.

«Нам нужно золото», — проинформировал ее седовласый, без интереса разглядывая ее подношение. Кира приуныла. Как раз золотой запас в Египет с собой старались не брать, не слишком рассчитывая на то, что египтяне все, как один, отличаются честностью.

«Поплыли в Арам», — раздался эфемерный голос. Как оказалась, это была команда заталкивать всех застывших пленников в трюм. Девушка до последнего была уверена, что эта плохая идея, и ничего у захватчиков не выйдет — уж слишком тесным было помещение. Однако, одного за другим, людей отправляли по лестнице вниз. Двигались пленники как загипнотизированные, медленно и в ту сторону, куда их направляли.

Кира схватила за застывшую руку подруги, и успела подцепить свою сумку, когда ее саму немилосердным толчком отправили в сторону трюма.

«Вот хамло», — про себя пробурчала девушка, окончательно разочаровавшись в красавчиках и приготовившись к тому, что сейчас удобно расположится на голове последнего, кто спустился. Однако, к удивлению, лестница все не кончалась. По ее расчетам, они уже должны были спуститься ниже уровня днища яхты.

Когда они, наконец, спустились, Кира выпустила от изумления руку подруги, которую продолжала тащить за собой. Сумочку, наоборот, прижала покрепче к боку. У небольшой яхты просто не могло быть такого просторного трюма. Не слишком чистого и освещающегося тусклым светом светильников в виде белых кристаллов. С пленников, которые спустились раньше, спало оцепенение, наведенное на них неведомым гипнозом, и они ошарашено оглядывались по сторонам.

— Ой, мама! — вскрикнула одна из девушек, отскакивая от уродливой горгульи, которая свешивалась с потолка вниз головой, как жуткое украшение.

— Ничего себе у тебя мамочка, — хмыкнул один из мужиков в длинных цветастых шортах, рассматривая деревянную образину, — суперская, наверное, теща.

— Моя мамуля морально сожрала уже двух зятьев, — поделилась девушка, отходя от горгульи по широкой дуге, — теперь грызет меня, так как я не выхожу замуж в третий раз. Пришлось удрать от нее в Египет…

— Надеешься, что здесь повезет? — рассеянно сказала девушка, которой не повезло быть одетой в один купальник — сарафан она сняла перед пенной вечеринкой, — вперед, в Египте куда ни плюнь, везде в Ромео попадешь.

— Странные здесь аниматоры, — не стала развивать явно больную тему малинововолосая, — в первый раз слышу о такой программе, чтобы туристов связывали и в подвал засовывали…

— Это трюм, — просветил ее еще один плененный, зачем-то простукивая деревянную обшивку.

Судя по всему, отрезветь и понять до конца, что произошло, смогли не все. Более того — начали воспринимать все события, как часть забавного представления, которые устроили организаторы тура. Поэтому расслабились и сели на пол поудобнее.

— Это не аниматоры, — хмуро сказала Кира, которая транспортировала ошеломленную Лизу и не менее дезориентированного Ашота в дальний угол и отпаивала их остатками мартини, — нас похитили ушастые мутанты, так как рассчитывали найти на нашей яхте двадцатилетнюю девственницу, чтобы принести ее в жертву своей богине. Сейчас нас везут в какой-то Арам, чтобы продать в рабство.

В трюме наступила абсолютная тишина, которая нарушалась только плеском волн — корабль довольно быстро плыл по морю.

— Ты, девочка, когда в следующий раз будешь кальян заказывать, внимательнее следи за табачком, который тебе заряжают. А то в следующий раз не только мутантов увидишь, но и с эльфами поздороваешься, — озадаченно порекомендовал один из мужиков, наличность которого Кира предлагала седовласому в качестве выкупа, — лично меня интересует другой вопрос. Нас кормить будут? За ужин-то мы не платили, только за обед.

— Да убери ты от меня эту приторную гадость! — взорвался Ашот, кривясь от мартини, который не переваривал, искренне не понимая, как можно пить неразбавленный сироп с градусами, — она права, я их тоже видел! Уши, в смысле!

— Как в жертву! — в свою очередь ахнула Лиза, которая никак не ожидала такого конца своей искренней веры в настоящую любовь.

— Все ясно, — вынес свой вердикт тот же мужчина, который выдвинул версию насчет кальяна, — ребятишки вместе покурили ништяков. Потому и мерещится. Если бы это были похитители, они бы нас ограбили. Но вот мой кошелек — при мне!

— Кира, что там насчет жертвы, — шепотом потребовала Лиза от подруги ответа на шкурный вопрос, — ты ничего не перепутала?

— Если бы ты в десятом классе сходила на свидание к Виталику, — угрюмо сказала Кира, — мы сейчас уже к отелю подъезжали. А ты — не уверена, нельзя же так сразу! Довыделывалась.

— Это тот Виталик, про которого ты заявила, что выбьешь зубы каждой, кто к нему приблизится? — припомнила Лиза.

— Без зубов, да еще и не девственница — тебя бы точно побрезговали бы в жертвы назначать, — пожалела о несделанном Кира.

Лиза перехватила у нее почти законченную бутылку с мартини и прикончила содержимое одним глотком.

— И что делать? — растерянно спросила она у Киры, которая и сама напряженно обдумывала ситуацию.

— Ну… обратить внимание на Ашотика, он уже нам почти как родной, — предложила она, наконец, и подпрыгнула от вопля Лизы, которая никак не ожидала такого кардинального решения.

— Ладно, тогда пойдешь к богине Вире.

— А кто это? — удивилась Лиза, — покровительница девушек?

— Наверное, вот заодно и узнаешь. Она девушек сильно уж любит. Знакомство у вас будет коротким, но содержательным.

— Не хочу, — поежилась начитанная Лиза, которая в красках представила себе процедуру принесения в жертву.

Шаги на лестнице заставили всех пленников оторваться от проблем насущных — как не дать принести себя в жертву, что будет на ужин, и успеют их ли доставить в отель до конца дня, чтобы вовремя позвонить зайчику. Последний вопрос живо интересовал девушку в купальнике, которая громко делилась с окружающими тем, что «зая» с нее сдерет шкурку и подвесит сушиться на египетском солнышке, если ее не будет в номере к десяти вечера.

Тишина, воцарившаяся в трюме, заставила ее в панике осмотреться — все, кроме нее и захватчика, застыли в неестественных позах, снова попав под виляние таинственного гипноза.

— Я не так силен, как мой отец, чтобы надолго погрузить их в псевдосон, — глубоким баритоном невозмутимо пояснил длинноволосый, — а так как вы теперь в моем мире, я могу говорить с тобой, не прибегая к мысленной речи.

— А с другими? — быстро спросила Кира, пропуская слова насчет «моего мира».

— Нет, — сказал длинноволосый, покачав головой. Девушка не сдержала завистливого вздоха при виде шикарных локонов, которые переливались даже в тусклом свете кристаллов, — я передал знание языка только тебе.

— Спасибо, — поморщилась Кира, потирая след от укуса, — хотя я бы не отказалась от подобного экспресс-курса, когда сдавала гадский французский пару лет назад в универе.

— Мне нужно, чтобы ты была моим переводчиком для других пленников, — продолжил он, но Кира не спешила прыгать от радости, услышав такое предложение. Стать главной стрелочницей и быть растерзанной за пособничество врагам, когда у других откроются глаза на положение, в котором они оказались, ей совсем не хотелось.

— Покусай остальных, и скажи обо всем сам, — предложила Кира, поднося неподвижно застывшую руку Ашота к губам захватчика. Тот отшатнулся, наконец, проявив хоть какие-то эмоции.

— С ума сошла?! — оскорблено заявил он, — я и до тебя-то дотронулся с величайшим омерзением.

— Ах ты, гадёныш, — возмутилась Кира, — вот ни слова не скажу остальным, так и знай!

— Ладно, — с этими словами длинноволосый безразлично пожал плечами и, наклонившись, достал из-за голенища невысокого сапога узкий нож. Другой рукой он держал небольшую деревянную шкатулку, которую Кира сразу не заметила.

— Что ты будешь делать? — забеспокоилась она, прижимаясь к неподвижному телу подруги, которая смотрела вдаль неподвижным взором.

— Придется снять скальп с твоей подружки… потом с остальных… потом с тебя, раз уж ты такая принципиальная. Хотя мне всего-то нужно, чтобы вы все положили в эту шкатулку локон своих волос.

Захватчик, выронив шкатулку, которая откатилась в сторону с глухим стуком, выхватил безвольное тело Лизы из рук Киры и, жестоко наклонив ее голову вниз, приблизил к кромке волос на лбу нож.

— Ладно! — закричала Кира, дергая Лизу в свою сторону. На удивление легко длинноволосый ее отпустил и указал ножом на шкатулку.

— По пряди волос. Каждый отрезает и кладет сюда. Как ты их уговоришь, мне безразлично, но у тебя есть две минуты — они уже просыпаются.

И правда, все застывшие люди начали шевелиться и оглядываться, не понимая, куда делся длинноволосый. Лиза, ойкнув, поднесла руку к голове.

— Кира, у тебя в сумке был аспирин, голова разболелась… а он что делает? — девушка, заметив неподвижно стоящего совсем рядом захватчика, занервничала и выставила вперед очнувшегося Ашота, который был с этим категорически не согласен, пытаясь, в свою очередь, спрятаться за девушками.

Не обращая внимания на поднявшуюся возню, длинноволосый продолжал красноречивым взглядом следить за Кирой.

— У них волосы закончились, для наращивания. Просят наших накидать, как гуманитарную помощь, — буркнула Кира, и захлопала в ладоши. Туристы, увидев захватчика, которого приняли за организатора вечеринки, и начали окружать, повернулись к ней.

— Минуточку внимания! — тоном зазывалы на ярмарке крикнула Кира, преодолевая отвращение к себе, — для того, чтобы вы продолжили проходить этот увлекательный квест, аниматорам нужна прядь ваших волос. Хотя бы две волосинки… Столько пойдет ведь? — обратилась она к длинноволосому, и тот молча кивнул головой.

— Тарелыч, одолжи инструментик, — с этими словами Кира выхватила у него нож, который он от неожиданности выпустил, но отбирать не стал, только предусмотрительно отошел в сторонку.

— Пырни гада, — у Ашота не выдержали нервы, и он попытался отобрать у Киры нож, однако был перехвачен, как ни странно, одним из пленников… Который пока не осознал, что он, собственно, пленник.

— Какой-то ты, парень, не адекватный. И какой только гадостью в Египте кальян не заряжают, — покачал он головой, легко откидывая щуплого грузина подальше от длинноволосого. Захватчик чуть приподнял брови, не особенно испугавшись выходки официанта, и провел пальцем по кромке волос на лбу, напоминая Кире о своей угрозе.

Девушка наклонилась и подняла шкатулку с пола, вручила ее Лизе, которая с удивлением смотрела то на нее, то на длинноволосого.

— Я первая, — хмуро сказала Кира, отрезая ножом кончик своих каштановых волос, добавив к действию тихое матерное слово, пожалев дорогую стрижку, которая была сделана специально перед поездкой. Помедлив, она положила отрезанную прядь в открытую шкатулку. Яркая вспышка, которая на секунду сделала дерево прозрачным, заставила ее отшатнуться. Лизе не повезло быть ближе всех, она выронила шкатулку на пол и закрыла глаза руками.

— И зачем ты ее мне дала? — спросила Лиза, не ожидая от подруги такого подвоха.

— Я не знала, что она со спецэффектами, — не менее потрясенно ответила Кира, дрожащими руками устанавливая шкатулку ровно на полу.

— Ой, как интересно, можно я буду следующей? — вперед протолкалась девица в купальнике, которая с энтузиазмом выдернула у себя несколько волосинок, и осторожно бросила их в шкатулку. Вспышка повторилась. Тут вперед вышел один из мужчин и поднял шкатулку, придирчиво ее осмотрел и поставил на обратно на пол.

— Просто из любопытства, что дальше они будут делать с этими волосами… — с этими словами он, взяв у Киры нож, отрезал у себя прядь волос и бросил в шкатулку. Эффект повторился, и тут уже все туристы, окружив шкатулку, по очереди бросили в нее по несколько волосинок, искренне восторгаясь яркой вспышкой.

— А давайте я туда еще босоножку брошу. Интересно, а на обувь она сработает? — возникла светлая мысль у одной из девушек, которая, не теряя времени, немедленно разулась и уже целилась в шкатулку, как в баскетбольную корзину. Однако бросить не успела — длинноволосый, подождав, пока все пленные проведут эксперимент с волосами, скользящим шагом отошел от стенки и забрал шкатулку.

— Еще не все волосы в шкатулке, — тихо сказал он Кире. Девушка и повернулась к Ашоту и Лизе, поманила их пальцем к себе.

— Могу туда только плюнуть, — категоричным тоном заявил помятый грузин, и Лиза кивнула, полностью с ним согласная.

— Плюйте, — легко согласилась Кира, — но только потом не жалуйтесь, когда этот мутант с вас скальпы снимет.

Она развела руками, когда Лиза покрутила пальцем у виска, особенно не поверив подруге.

— Помнишь, у тебя голова болела, когда ты очнулась? — хмуро сказала Кира и провела ножом возле собственного лба. Лиза с ужасом пощупала свои волосы, и перевела взгляд на неподвижное лицо длинноволосое.

— Ты была права, они сволочи. Надеюсь, они подавятся этими волосами, — Лиза осторожно выдернула пару волосинок и бросила их в протянутую шкатулку. Длинноволосый, даже не вздрогнув от яркой вспышки, выжидающе повернулся к Ашоту. Туристы за его спиной, под руководством девушки в купальнике, начали скандировать: «Давай, давай». Ашот, не выдержав давящего взгляда длинноволосого, распсиховавшись, выдернул у себя целую прядь волос и бросил в шкатулку.

Захватчик, не дожидаясь всполоха, захлопнул шкатулку и тем же скользящим шагом пошел к лестнице. Остановившись у выхода, он повернулся к пленникам.

— В Арам мы приплывем через час, — мягким баритоном сказал он.

— Смотрите, кто заговорил, — восхитилась одна из девушек.

— Ты понимаешь, что он сказал? — удивилась Кира, поворачиваясь к ней, остальные пожали плечами, не понимая, что в этом особенного.

— Теперь все будут понимать речь нашего мира, Тени, — продолжил длинноволосый, обращаясь к противоположной стене, не встречаясь ни с кем взглядом, — волосы в этой шкатулке — это якорь, который не позволит вам выскользнуть обратно. Что произошло бы примерно… через двадцать минут.

Криво усмехнувшись, он повернулся и пошел вверх по лестнице. Пленники застыли, пытаясь сообразить, что именно означают его слова.

— Наверное, это какая-то тематическая игра, так здорово, — восхитилась девушка в купальнике, — молодцы организаторы, как все реалистично продумали!

— А что означает этот цирк со шкатулкой на самом деле? — спросила Лиза у Киры, которая нервно металась из угла в угол.

— То, что ушастые мутанты сволочи и разводилы, эта толпа — бараны, а я лохушка, раз поверила ему!

— А кто я? — уточнила Лиза, которая не причислила себя ни к баранам, ни к лохушкам.

— Ты вечная жертва, вместе с Ашотиком. Кстати, идеальная пара, с какой стороны ни посмотри!

Плавное покачивание пола под ногами продолжалось долго, но пленники качки, казалось, не замечали. Туристы, сообразив, что происходящее даже отдаленно не смахивает на элитное развлечение, зато здорово похоже на криминал, начали понемногу впадать в панику. Но здесь хотя бы их настроение было похоже на то, в котором находились подруги и студент из Харькова, жалевшему, что ему в недобрый час пришла мысль подработать египетским официантом.

Размышления на тему «как мы в это вляпались и кто виноват», к облегчению Киры, не дошло до момента выяснения, что именно нужно с виноватым сделать — на лестнице, ведущей в трюм, снова послышались быстрые шаги. На этот раз, к пленникам заявилась прочти вся группировка длинноволосых, наравне с самым старшим.

— Тар-эл хорошо справился со своей задачей, — довольно кивнул он, — вы все добровольно принесли часть себя в жертву нашему миру, и теперь он вас отсюда не выпустит, пока ваши волосы находятся в накопителе. Ваша участь отныне — жалких рабов, и купит вас тот, кто заплатит больше, во славу богини Виры.

Повинуясь его еле заметному кивку, длинноволосые начали не спеша обходить пленников с длинными кандалами, заковывая одного за другим. Сопротивление они игнорировали, как будто его и не было. Пинающуюся Киру скрутил лично Тар-эл. Но так как кляп был не предусмотрен, она смогла перекричать хор протестующих туристов.

— Предлагаю пари! — с этими словами она огрела цепью висящую недалеко деревянную горгулью так, что та свалилась с потолка. Шум поднялся такой, что перекрыл все возмущенные вопли в трюме. Воцарилась тишина, и все — как пленники, так и похитители — повернулись к раскрасневшейся от негодования и страха девушке. Седовласый сделал знак рукой продолжать, с интересом на нее глядя, как на забавную зверушку.

— Если я стану не рабой, а госпожой, ты уничтожишь этот накопитель, — решительно сказала Кира, не давая себе времени испугаться и заткнуться, как настойчиво ей советовал сделать внутренний голос.

Для нее это означало, что всех пленников отпустят на волю. Для седовласого — нечто иное, и он, потешаясь, кивнул.

— Это бред, за него даже не наказывают, — задумчиво сказал он, — хорошо, будет забавно проследить за твоим унижением. Если ты за год в нашем мире сделаешься из рабыни госпожой, я уничтожу ваш якорь. Для всех. И — да, цени мою доброту. Лично ты сможешь выбирать, остаться в Тенях или вернуться на свою Землю. Но учти, шансов у тебя нет. Ни один из высокорождённых не возьмет в жены человеческую женщину. Когда срок выйдет, я лично выкуплю тебя у хозяина. И тогда уже убью за наглость.

— Где наша не пропадала, — прошептала Кира, подозревая у старика манию величия. Подумаешь, сыновья-красавчики, генофонд, что ли, бережет. За год можно таких дел натворить… Кира, не сопротивляясь, подчинилась, когда ее подтолкнули в сторону лестницы, она была даже рада выбраться из мрачного трюма. Яркий свет сильно ударил по глазам, заставив зажмуриться. Когда зрение вернулось, она не узнала небольшую палубу, на которой они с Лизой пили мартини совсем недавно. Подружка, которая шла, спотыкаясь, следом, тоже озиралась кругом, не поняв, где они очутились. Просторная белоснежная палуба поражала своей чистотой, корабль чудесным образом преобразился, не только увеличившись в размерах, но и приобретя изящество форм.

— Смотри, наш капитан, — прошептала Лиза, когда связанных пленников длинноволосые выстраивали вдоль одного из бортов. Кира увидела не только капитана захваченной яхты, который с обреченным видом драил белоснежной тряпкой палубу, но и египетских матросов, покачивающихся на мачте на такой высоте, что у нее закружилась голова. Судя по фингалам под обоими глазами капитана, захватчики наглядно объяснили ему нынешнее положение вещей. Видно, седовласый решил немедленно пристроить их к делу.

Самое главное, что увидели девушки — это берег, он приближался с каждой секундой все ближе. Порт был построен в подножии высокой горы, которая возвышалась над городом, построенным из сверкающего белизной камня. Пока Лиза с невольным восторгом осматривала причудливые легкие постройки, отличающиеся от всего, что она видела, Кира обратила внимание на тех, кто ходил по порту.

— Лиза, ты же у нас всего два года по любовным романам фанатеешь. До этого от фэнтези не отрывалась. Ну-ка, вопрос на засыпку. На кого похожи существа с длинной гривой волос ярко-синего, оранжевого, красного или белоснежного цвета?

— Хвост с кисточкой есть? — рассеянно спросила Лиза, мысленно срисовывая изящную башню на одном из холмов. Кира, присмотревшись, ответила:

— И рожки тоже.

— Похоже на описание асура. Это демон такой.

— Прелесть какая. А такие тощие мотыльки, как девчонки, но всего сантиметров десять ростом, с цветочками и с крылышками?

— Ну… цветочные феи, — уже немного раздраженно ответила Лиза, ей мешали любоваться прекрасной архитектурой неизвестного города странные вопросы подруги.

— Ясно, — фыркнула Кира, пытаясь сдуть одну из малявок с носа, на который та нацеливалась, размахивая свежесорванным небольшим цветком, — А у кого могут быть узкие заостренные уши, которые дополняют высокомерные манеры и обалденная внешность?

— Эльфы, — не задумываясь ответила Лиза, поворачиваясь к подруге. Кира порадовалась, что летающая мелочь за пару секунд до этого улетела донимать кого-то другого из пленников. Судя по визгу, это была девушка, которая даже в книгах ни разу не встречалась со сказочными существами.

— Ты что, кроссворд разгадываешь, или тебе поплохело после трюма? — поинтересовалась Лиза, глядя на суету, которой сопровождалась пришвартовывание судна, — и что там за вопли?

Жесткий толчок о пирс избавил Киру от необходимости отвечать на риторические вопросы. Настоящие вопли, похоже, были еще впереди. А это так, разминка для легких. Глядя на тех существ, которые спокойно ходили по пирсу, девушка пыталась разглядеть среди них людей. К ее удивлению, были и такие прохожие, которые ничем не отличались от человека. Хотя надеяться она боялась. Слишком много мифических и фэнтезийных существ, будто так и надо, разгуливали по порту.

Держать их долго при себе седовласый не собирался, велев отправить пленников немедленно на рынок. В качестве ценного товара. Несмотря на недовольство и сопротивление туристов, их споро рассадили по неудобным дощатым повозкам, запряженных лошадьми. Дальнейшее путешествие было недолгим, но запоминающимся. На выложенной простыми булыжниками брусчатке жесткие колеса нещадно трясли повозку, и один пленник обнаружил после поездки нехватку нескольких пломб. Причем услуги стоматолога явно оказывать ему было некому. По крайней мере, учитывая впечатляющее количество неухоженных клыков, которые демонстрировали здесь многие жители города в недружелюбном оскале, стоматологов здесь тоже не уважали.

Пока охранники приводили в чувство работорговца, Тар-эл и другие сопровождающее начали злиться. Судя по всему, побаивались грозного папочки, который велел продать пленников подороже и побыстрее. Так как отплыть за новой добычей жадный дедок собирался уже ближе к вечеру.

Пленники, сообразив, что все происходящее — не массовая галлюцинация, вызванная некачественным алкоголем, приуныли, а Ашот, который дольше всех находился в подавленном состоянии, не реагировал ни на какие внешние раздражители. Из мрачного оцепенения студента не могли вывести даже цветочные феи, порхающие перед его носом. Кира к феям уже визуально привыкла, принимая их за разновидность комаров, только еще более надоедливую. Лиза, наоборот, пыталась общаться, восхищенная их забавными личиками.

Перспектива быть проданными в рабство угнетала всех, но в разной степени. Кира к паникерам относилась брезгливо, искренне веря в то, что даже если ее сожрут, то всегда останется, как минимум, два выхода. Лиза, глядя на подругу, так же обрела подобие спокойствия.

— Эй, куда?! — всполошилась Кира, видя, что их начали подталкивать в сторону отчаянно воняющего барака.

— Керку нужен доктор после удара. Не переживай, тебя продадут завтра, — ухмыльнулся Тар-эл, он был единственным, кто общался с пленниками. Остальные, судя по надменным каменным физиономиям, считали это ниже своего достоинства.

— Вот еще! Работать, негры, солнце еще не село! Продавать им лень, видите ли, — Кира отчаянно цеплялась каблуками босоножек за вымощенную булыжником площадь, и не стеснялась выражаться как можно громче, — я сама себя презентую, лишь бы не ночевать в этом гадюшнике. Это же сортир, судя по запаху!

— Совсем ополоумела? — взвилась девица в купальнике, которой уже было крайне некомфортно под прицелом множества оценивающих и приценивающихся глаз, — я вообще домой хочу, в гробу видала такую экзотику!

— Вот она пусть идет в барак, — не возражала Кира, — а нам с Лизой уже пора идти отсюда. У меня всего год остался, порядочного мужика искать пора, а не сидеть в лачуге.

— Тар-эл, избавься уже от нее, — вдруг взмолился один из длинноволосых сопровождающих, — нам же их еще и караулить всю ночь, а с них станется поджечь барак, чтобы выбраться ночью. Пусть мучаются те идиоты, которые позарятся на эту ненормальную.

— И ее подружку, — подсказала Кира, и захватчик послушно повторил:

— И ее подружку…

— Слушай своего друга, он дело говорит, — давила Киря, видя, что главный среди их сопровождающих уже почти сдался, — он ведь как сто лет меня знает, так четко разгадать мои намерения еще ни у кого не получалось. Поджигать воняющие мочой бараки, в которых меня запирают — это же мое задушевное хобби, с детства!

Тар-эл перевел задумчивый взгляд с Киры на помост, где охранники скрутили оставшихся каменных гоблинов, и коротко кивнул. Но не Кире — он подозвал к себе еще более противного карлика, чем летающий Керк, одетого в длинную замызганную рубаху.

— Да, господин, — продребезжал уродец, скорчившись так, чтобы не поднимать головы.

— Продать этих двух рабынь, — глядя поверх его головы, процедил Тар-эл, — остальных в барак, до завтра.

Карлик замер, потом перевел взгляд горящих злобой красных глазок на Киру и Лизу, девушек передернуло от омерзения, настолько неприятным был этот липкий неприязненный взгляд.

— Да, господин, — прежним заискивающим тоном промямлил карлик, — благодарю вас, высокородный, за доверие к ничтожному сыну вашего слуги.

Киру с Лизой немедленно отделили от группы пленников и начали подталкивать в сторону помоста. Теперь, когда Кира добилась своего, она уже засомневалась в том, что действительно хочет быть немедленно проданной. В конце концов, идея с поджогом сарая, где ее запрут, уже не казалась ей бредовой. А уж зажигалку она не сомневалась, что нашла бы — если бы хорошо потрясла карманы остальных пленников.

— Продаются две пленницы-человечки, — пропищал карлик, когда девушки зашли на помост. Причем большинство покупателей, развернувшись, уже уходили прочь. Кира зорко осмотрела оставшихся, определяя, к кому бы она хотела попасть домой. И с тоской резюмировала, что потенциальные хозяева отличаются все как один на редкость экзотической внешностью (судя по заостренным ушам, впечатляющим хвостам и изящным рожкам), а также мерзким характером (который легко определялся по высокомерному застывшему взгляду).

— Да, контингент, — прошептала про себя Кира, и широкий жестом, взмахнув цепью, отправила карлика в нокаут, сделав попытку представить диверсию так, будто она просто протянула руку в сторону покупателей.

— Вы пришли сюда за самыми лучшими сотрудниками — и вам исключительно повезло, что именно сегодня мы попали на ваш рынок.

— Точнее, тебя приволокли сюда в цепях, — раздался насмешливый голос среди толпы, но Кира, не обращая на него внимания, хотела продолжить, однако ее прервал стражник, прижав руки девушки к бокам. Воняло от него похуже, чем от помойки. И судя по свесившемуся над ее ухом свиному пятачку вместо носа, он явно не был человеком.

Карлик, кряхтя, поднялся с пола. Видимо, сегодня был исключительно неудачный день для работорговли, травмоопасный и не выгодный. Но Тар-эла он боялся явно больше, так как продолжил говорить, держась подальше от обездвиженной Киры.

— Начальная цена — два медных эла за каждую, — объявил он задыхающимся голосом, и дождался выкрика из толпы покупателей, которая снова начала увеличиваться.

— Даю два медяка за обеих!

Карлик опасливо взглянул на Тар-эла, который показал ему внушительный кулак, возмущенный такой низкой выручкой, и немного еще подождал.

— Стая неудачников! — вдруг закричала Лиза, которую держал второй стражник, — неужели никто не может позволить себе двух шикарных работниц, даже за две медных монеты! А еще высокородные называются!

— Голодранцы! — поддержала ее Кира, не сдержавшись, но втайне поражаясь своей глупости. Никогда ранее она не замечала за собой стремления к самоубийству, да еще таким изощренным способом. Однако все происходящее вывело ее из себя. И не только ее — уже с десяток взбешенных высокорожденных жаждали любой ценой получить обеих пленниц себе, чтобы сполна отомстить за оскорбления.

— Лиза! — окликнула Кира подругу, подтаскивая стражника вслед за собой. Попытки заткнуть ей рот когтистой лапой она пресекла очень просто, грызанув за не очень чистый палец и с ожесточением сплюнув. Было слышно, как охранник за спиной зашипел, но ответных действий предпринимать не стал — видимо, профессионально берег внешний вид товара, который не успели купить.

— Что? — спросила Лиза, с ужасом глядя на то, как их цена растет в геометрической прогрессии. Причем каждая новая ставка сопровождалась новенькой пыткой, которую придумывали покупатели. Насколько она успела заметить, еще никто из них не повторился.

— Как ты думаешь, кто победит?

— Хотелось бы, чтобы вон тот асур, который пообещал нам должность пожизненных ассенизаторов в большом поместье!

— Фу, лучше быть закопанной заживо вон тем эльфом, он чаще всего ставку повышает! Это странно, но мне все сильнее хочется прилюдно извиниться, покаяться и поползать на коленях для закрепления эффекта!

— Думаешь, поможет? — засомневалась Лиза, глядя, каким нехорошим энтузиазмом горят глаза покупателей. Похоже, на рынке они сегодня произвели фурор, — но мне очень не хотелось бы попасть к эльфу в синей тоге. Не нравится мне, что он просто цену повышает, но при этом ничего не обещает. Ненавижу сюрпризы!

Если бы девушки не были так напуганы, то они бы собой гордились — ставка за обеих пленниц поднялась до десяти золотых элов за каждую. Однако спор между покупателями понемногу утихал. Как и следовало ожидать, уже через несколько минут забылось из-за чего, собственно, все началось, и до сознания многих претендующих на покупку дошло, что золотые нужно еще где-то взять, прежде чем их отдавать. К огорчению Лизы, аукцион выиграл как раз тот самый немногословный эльф в синей тоге.

Подруги переглянулись, однако обсудить странные слова эльфа не успели — браслеты с прежней упёртостью потянули их след за ним. Лиза, оглядываясь по сторонам, успевала давать комментарии по всему, что видела.

— Обрати внимание на девушку в ярко-зеленом платье. Судя по синеватому оттенку кожи и длинному жезлу в руках, она похожа на ведьму, или фею. О, посмотри на эту башню, из окон которой стреляет молниями! Готова спорить, что там живет маг! Ай, какая прелесть эта площадь! Посмотри, сколько эльфов в коронах — неужели это королевская семья?!

— Подстава подстав, — пожаловалась Кира подруге, мрачно глядя, как эльфийка играет со своим братом. На полу. Игра заключалась в том, что Лер-эл пытался захватить и выдрать как можно больше белоснежных прядей волос, а сестра, смеясь, отбирала их из цепких рук.

— Что, не знаешь, как ухаживать за такими шикарными восьмимесячными мужчинами? — съехидничала Лиза, натирая яблоко на мелкой терке.

— Знаю, что он будет пытаться сожрать все, что нельзя жрать ни в коем случае. У моей сестры точно такой же, так я постоянно поражалась, как она с ним еще не чокнулась.

Кар-эл, заняв братца звенящей подвеской, с трудом поднялась с пола и размяла поясницу. Лер-эл немедленно разразился ревом, требовательно протянув ручонки, и эльфийка ожидающе посмотрела в сторону Киры. Та, вспомнив, что назвалась няней, подошла к ним и взяла ребенка на руки. Эльфёнок немедленно переключился на ее волосы, радостно запихнув прядь в рот.

Лиза, приготовив яблочное пюре, подошла к ребенку, который, увидев еду, тут же влепился в тарелку своей ручкой, облизал пальцы, потом снова ухватил Киру за волосы.

— Пожалуй я не буду возражать, если увижу на исходе этого года Тарелыча со своим стариком. Наверное, даже побегу им навстречу с воплями благодарности, чтобы они убили меня побыстрее.

Лиза, докормив эльфёнка пюре, которое частично тот размазал по Кире, начала на кухне искать, чем можно вытереть его личико. Кира, воспользовавшись моментом, отдала ребенка подруге и отправилась на поиски ванной в этом удивительном доме. Сама хозяйка дома, видимо, устала от обилия впечатлений и задремала прямо в кресле, подложив под спину мягкую подушечку.

Невозможно было представить, что этот дом снаружи выглядел, как обычное дерево. По крайней мере, ванную и вполне впечатляющих размеров Кира нашла прямо под витой лестницей. Оглядевшись, она увидела ванну на львиных ножках. Из стены выступал медный кран, а вместо слива под ванной было прорублено отверстие в полу, куда и стекала вода. Та же самая система была продумана и для унитаза. По крайней мере, именно его девушка опознала в гладко отполированном пеньке, пустом внутри, который стоял в дальнем углу.

Повернув вентили крана, Кира подставила под струи воды руки и смыла остатки яблочного пюре с волос и одежды. Пропустив воду между пальцами, она с наслаждением умылась еще раз, и вышла из ванны. Ее взору предстала сцена идиллии — на кухне обе девушки, положив ребенка на пол, начали готовить бутерброды. Мысль о еде Кире понравилась, однако легкомысленность подруг по несчастью начала уже раздражать.

— Это что, последний ужин перед казнью? — поинтересовалась она, похитив половинку огурца и поделившись с Лер-элом, который немедленно потребовал свою долю.

— Зачем ты так говоришь? — удивилась Лиза, хлопая по спине эльфийку, которая подавилась кусочком хлеба после жизнерадостных слов Киры.

— Ну как? Ее хочет прикончить названный брат, за мной придет старикан с корабля, ты без меня долго здесь не продержишься. И только у Лер-эла есть шансы на то, что его просто не заметят, он мелкий.

Глаза Кар-эл немедленно наполнились слезами. Она кинулась к брату, и обняла его, несмотря на его возмущение — эльфёнок только начал мирно исследовать содержимое шкафчика с посудой, вываливая все на пол.

— Чем, кстати, ты так ему не угодила? — поинтересовалась Кира у Кар-эл.

— Тем, что вышла замуж за его брата, Тахх-эла, и забеременела наследником, — сказала эльфийка, ни на кого ни глядя, — после этого неприятности посыпались одна за другой. Погибли мои родители, оставив мне Лер-эла, потом мой муж скончался он неведомого яда. Когда… если ребенок родится, он будет единственным наследником Солнечного поместья.

— Большая хатка? — живо поинтересовалась Кира, и Кар-эл выразительно кивнула головой. Лиза, слушая разговор, присела на краешек дивана в гостиной.

— Не то слово, — вздохнула она, — мы и сейчас там должны жить, но Кер-эл объявил себя опекуном моего нерожденного сына, и сказал, что здесь климат для беременных получше. Я просила прислать мне мою старую няню, в помощь, она отличная акушерка, а он пришел… с вами. А у меня нет денег, чтобы уйти куда-нибудь до рождения ребенка. И в княжестве я не успела завести друзей.

— А если ребенок родится удачно? — вкрадчиво спросила Кира, раздумывая об услышанном. Про себя она подумала, что как раз наемных убийц незадачливым наследникам нужно опасаться больше всего.

— После рождения у эльфов появляется естественная защита до совершеннолетия, их невозможно убить, — пожала плечами эльфийка, поглаживая живот, — поэтому я не переживаю за безопасность Лер-эла. Но вот до родов… и в первые часы после них наши новорожденные беззащитны. И если умру я сейчас, он погибнет вместе со мной.

— То есть я могу скинуть мелкого со скалы и с ним ничего не случится? — уточнила Кира хищно присматриваясь к малышу. В ответ он, как будто что-то поняв, залепил ей в сарафан очередной порцией пюре, которое стояло перед ним в тарелке.

— Просто из чисто научного интереса спросила, — пробурчала Кира, оттирая сарафан. Лиза начала сервировать стол, смело заглядывая во все шкафчики. На крохотной плитке, которую нужно было топить дровами, уже начинал закипать чайник.

— А если мы поможем тебе, защитим до родов, а ты — сделаешь добро нам?

— Это как? — немного успокоилась Кар-эл, но озадаченно нахмурилась.

— Кира поспорила с пиратом, который нас захватил, что станет госпожой в течение года. Тогда все, кто был захвачен на корабле, вернутся домой! Правда, здорово?

— Бред, — убежденно заявила Кар-эл, — чтобы стать госпожой, мало перестать быть рабыней. Нужно, чтобы высокорожденный признал тебя искренне равной себе. Вслух. А это нереально. Любой эльф предпочтет себе язык отрезать, чем такое скажет…

— Вот спасибо, — оскорбились хором девушки.

— Хотя… — как бы про себя размышляла Кар-эл, одновременно отлавливая ребенка, чтобы тот не выполз из кухни, — есть одна возможность, но решишься ли ты, я не знаю.

— Она решится! — радостно сказала Лиза, однако сама Кира промолчала, внимательно глядя на эльфийку. Было у нее подозрение, что таким тоном о хорошем вряд ли говорят.

— Обряд обмена сознаниями! — четко сказала Кар-эл, приняв для себя окончательное решение.

— Он мне уже заранее не нравится, — пробурчала Кира, подумав, что вряд ли эльфийка будет делать что-то без пользы для себя. И оказалась права.

— То есть, Кира станет тобой, ты станешь ей, — начала размышлять Лиза.

— Только на время! — поспешила уточнить эльфийка, — если, когда она будет в моем теле, эльф назовет ее госпожой, то она выиграет пари. И вы отправитесь домой.

— И на какое это время, интересно спросить? И зачем тебе помогать нам подобным образом?

— Я страшно боюсь рожать.

Кира знала, что для того, чтобы дети быстрее заснули, их нужно укачивать. В теории казалось все просто — пеленаешь, как куклу, засовываешь соску в рот, напеваешь в полголоса «Металлику», чтобы не скучно было, и ходишь с сопящим свертком по комнате. По крайней мере, когда она наблюдала за действиями сестры, Даши, когда та укладывала спать сына, все казалось элементарно до идиотизма.

На практике, все оказалось не так просто. Эльфёнок наотрез отказался лежать на кровати смирно. Сходство с куклой закончилось аккурат на размерах. Полметра роста не мешало крохотному остроухому мальчику извиваться на кровати, как бодрому червяку, и отпинывать подобие подгузника в лицо новоявленной няньки. Придержав локтем упирающегося младенца, который громко высказывал свое мнение о пеленальных способностях девушки, Кира умудрилась примотать руки ребенка вдоль туловища пеленкой, и с облегчением вздохнула.

Как можно быстрее обмотав ноги эльфёнка, девушка потянулась за соской, другой рукой придерживая его на кровати. Подняв приглушенно пищащий сверток, она начала его укачивать, пытаясь вспомнить слова колыбельной. Однако вспоминались только неприличные выражения в сторону Кар-эл, которая сразу после ужина отправилась спать, уверенная в том, что оставляет брата в руках супер-няни.

Теперь Кира сильно жалела о том, что взяла себе первую часть дежурства. Лиза должна была заступить на вахту только в три часа ночи. Надежды на то, что ребенок утомится от долгого дня, и быстро заснет под обилием впечатлений, не оправдались. И теперь она ходила по комнате, с ноющим ребенком на руках, страшно завидуя Лизе, которая уже спала в соседней комнате.

Большим облегчением для нее оказалось то, что ей хотя бы дали время на то, чтобы быстро принять душ, а Кар-эл выдала девушкам несколько своих домашних платьев из мягкого трикотажа, чтобы те переодели грязные и порванные сарафаны. Потом они разошлись по комнатам. Лиза — в одну из свободных спален на втором этаже (с первого взгляда казалось, что дом бесконечен), а Кира еще раньше, когда поднималась наверх, обнаружила детскую комнату, которая представляла собой большое полукруглое помещение с минимумом ярко окрашенной мебели миниатюрного размера.

— И не говори, Лер-эл, я возмущена вместе с тобой, — вполголоса выговаривала она вопящему эльфёнку, — может, тоже поорать, за компанию. Желательно над ухом этой бессовестной Кар-эл, которой, видите ли, рожать страшно. Беременеть было приятно, а рожает, значит, пусть Кира. Правильно, подумаешь, замужем никогда не была. Заодно потренируюсь.

Лер-эл, передохнув и внимательно посмотрев на Киру, выплюнул соску и выдал новую порцию оглушающих криков. Девушка подумала, чего ему может не хватать, и попробовала дать молоко из бутылочки, которую заблаговременно приготовили, найдя на кухне в кувшинчике. Лер-эл не отказался от еды. Однако когда бутылочка опустела, тихо вздохнул — Кира боялась даже пошевелиться — и заорал с новыми силами.

— Утром поинтересуюсь у Кар-эл, может там было не молоко, а местный энергетик, — пробурчала Кира, увеличивая интенсивность качания, — что-то ты плохо стараешься, не убедительно. Не младенец, что ли? Верещи так, чтобы все соседи были в курсе, что здесь над ребенком издеваются.

— Орёт? — раздался вкрадчивый голос за спиной девушки, и она подпрыгнула, испуганно вскрикнув и перепугав Лер-эла. В итоге он закричал еще сильнее, хотя девушке казалось, что это просто не возможно.

Кира кивнула, всматриваясь в угол комнаты, где виднелся отчетливый силуэт. С облегчением подумав, что Лиза не выдержала крика и пришла ей на подмогу, она положила ребенка в кроватку, отчего вопли неслись уже просто нескончаемым потоком, и подошла поближе. Подруга, наоборот, отошла подальше. Кира села на кресло-качалку, стоявшее у окна.

— Может, у тебя получится, — сказала она устало, — у меня уже сил никаких не осталось.

— А может, пусть домовые его заберут? — продолжила Лиза, не подходя ближе. Её тень, качнувшись, едва заметно рассыпалась, потом собралась снова. Кира, полуприкрыв глаза, покачивалась на кресле, почти отключившись.

— Пусть домовые его заберут, — сонно сказала она, — он с ними точно найдет общий язык. Я ведь не мама его, терпеть такие вопли над ухом.

— Прямо сейчас заберут? — уточнила Лиза тем же самым вкрадчивым голосом.

— Прямо сейчас, — согласилась Кира и замерла, широко раскрыв глаза. Крик ребенка прекратился, как будто ему резко закрыли рот.

— Лиза, Лер-эл, — позвала она, и, с трудом выбравшись из кресла-качалки, бросилась к кроватке. Одеяльце, которым она укрывала эльфёнка, теперь лежало на полу, как будто было сорвано сильным порывом ветра. Она подняла его и, сжимая в руках, уставилась на пустую кроватку.

— Лер-эл? — прошептала она, и резко обернулась на шум за спиной. Краем глаза она увидела, как силуэт подруги, который стоял в углу, рассыпался на несколько мелких уродцев с серой кожей и огромными ушами, которые с хихиканьем спрятались за шкаф.

— Ах вы, гадёныши, а ну вернули пацана на место! — крикнула она, заглядывая за шкаф. Однако там было пусто, ей никто не ответил, и в комнате воцарилась полная тишина.

Кира подбежала к двери, чтобы позвать на помощь, но остановилась, уже взявшись за ручку и повернув ее. Кого звать? Сводного дядю? Тот только порадуется пропаже и похвалит за такое быстрое выполнение его плана. Беременную эльфийку? От нее много помощи, конечно. Не хватало еще её откачивать всю ночь вместо поисков. Подругу? Вот Лизе признаваться в том, что отдала младенца неведомым тварям совсем не хотелось. Несмотря на добрый нрав подруги (а, точнее, благодаря ему), Кира отхватила бы немало пинков за свой косяк, вполне материальных.

Глубоко вдохнув воздуха в грудь, она повернулась и, вместо того, чтобы выдохнуть, поперхнулась при виде высокого мужчины, который стоял на расстоянии вытянутой руки от нее. С вежливой улыбкой на тонких, четко очерченных губах он ждал, пока она откашляется.

— Вы кто? — спросила Кира, отходя подальше, чтобы подробнее рассмотреть неожиданного пришельца. Если не обращать внимание, что перед ней подлый похититель детей, то она бы поставила высший балл. Мужчина явно знал, что хорош собой, и с явным удовольствием выдержал пристальный осмотр, не двигаясь с места.

Светлые волосы обрамляли красивое, но не смазливое лицо с хитроватым прищуром глаз. Кира особенно отметила, что его одежда очень выгодно подчеркивала достоинства отличной фигуры. Хотя лосинам серого цвета, про себя решила она, нужно отказать. Им место в балете. Как и рубашке из тонкого батиста, поверх которой лежал тяжелый железный медальон, немного выбивавшийся из общего образа.

Молчание затянулось, и Кира вынуждена была повторить вопрос, уже более настойчивым тоном.

— Мое имя Алиандр, я король гоблинов и домовых, — наконец сказал он, и чуть поклонился, не спуская с нее насмешливого взора, — и счастлив оказать тебе такую незначительную услугу.

— Вернуть ребенка? — обрадовалась Кира быстрому решению вопроса.

— Забрать ребенка, — уточнил он, и щелкнул пальцами. За его спиной материализовалась пожилая гоблиниха в очках, которые она придерживала ушами. В корявых лапах она держала огромную книгу и длинное перо.

— Тара зачитает основные моменты договора, — скучным тоном, как будто говоря о совершенно обыденных вещах, сказал он, отходя в сторону и комфортно располагаясь на небольшом диванчике, — ты подписываешь и навсегда забываешь о вредном крикуне. Как видишь, все просто.

Кира угрожающе сощурилась, однако решила выяснить, что именно хотят похитители. Если им настолько нужно её согласие, чтобы забрать Лер-эла, стоит послушать условия.

— Впрочем, — передумал Алиандр, подрываясь с места, — мы оба страшно заняты, поэтому не будем терять драгоценное время. Подписывай, и наслаждайся покоем. Заметь, ничего взамен мы не требуем.

— Потрясающая щедрость, — подтвердила Кира, в свою очередь, не торопясь, присев на диванчик, — я вас слушаю, дама, начинайте вещать, что там за договор предлагаете. А подписывать не глядя — ищите другую дуру. Так моя тетя в ипотеку влезла. То, что хату ей дают, услышала, а то, что взамен она в пожизненном рабстве у банка — пропустила.

— Повелитель? — тихо сказала гоблиниха, переводя встревоженный взгляд с Алиандра на Киру. Они, не отрываясь, смотрели друг на друга злющими глазами, но с лиц обоих не сходила одинаковая доброжелательная улыбочка.

— Начинай, — процедил король, первым отводя взгляд. Кира торжествующе вздохнула — этот раунд остался за ней.

— «Данное соглашение между королем гоблинов и домовых Алиандом кэр`Тэр и матерью/сестрой/няней (нужное подчеркнуть) ребенка, подразумевает полную и безвозмездную передачу последнего в собственность Королевства Транс, мира Теней. Мать/сестра/няня (нужное подчеркнуть) ребенка признает, что ее действия были осознанными и обдуманными, и обратного хода не имеют».

— Нормальный такой расклад, — не выдержала Кира, — а что, если мать/сестра/няня (нужное подчеркнуть) ребенка была почти в отключке, когда вызывала гоблинов? И что с ним будет?

— Его ждет отличная жизнь, — успокаивающе сказала гоблиниха, покосившись на короля, который, скрестив руки на груди, нетерпеливо постукивал ногой, — его погрузят в магический сон на пятьдесят лет, из которого он выйдет милым молоденьким гоблином. Или домовым. Но продолжим. «В случае подтверждения договора, следует поставить роспись в первой графе. Мать/сестра/няня (нужное подчеркнуть) ребенка могут в течение первых тринадцати часов отменить договор».

— А вот с этого места подробнее, — оживилась Кира, радуясь, что дождалась прочтения договора. Судя по недовольному лицу короля, как раз этот пункт он предпочел бы не зачитывать.

— «Первая возможность, которую нужно использовать в указанное время — найти ребенка во Дворце короля самостоятельно, без посторонней помощи, и вывести его в княжество Эл».

Судя по гнусной ухмылке короля, это условие вряд ли кому-нибудь удалось выполнить. Договор не давал никакой гарантии на то, что все эти тринадцать часов горе-нянька будет шататься по коридорам дворца. Скорее всего, ее поджидала отличная одиночная камера сразу после того, как она пройдет в ворота.

— Дальше, — поморщилась Кира, и Тара послушно продолжила скрипучим голосом.

— «Вторая возможность — заплатить королю выкуп в размере тысячи золотых элов в течение часа после вызова».

Кира зачем-то похлопала по карманам платья, хотя прекрасно знала, что те были прискорбно пусты. Она вспомнила слова Кар-эл про то, что у нее совсем не осталось денег даже для того, чтобы уехать из опасного места. Гоблиниха, удовлетворенно кивнув головой, зачитала следующий пункт.

— «Третья возможность — замена ребенка на равноценный живой объект».

Кира покрутила головой. Насколько она помнила, в доме она не заметила никакой живности, да и вряд ли хомячок или котенок смогли бы стать равноценной заменой ребенку.

— «В случае, если мать/сестра/няня (нужное подчеркнуть)ребенка откажется выполнять свои обязательства, её ждет немедленная казнь способом, который выберет король Алиандр кэр`Тэр. Причем независимо от того, поставит она свою подпись под договором или нет. Жизнь призвавшей короля гоблинов и домовых будет принята в качестве компенсации за ложный вызов. В этом случае, договор считается незавершенным, ребенок возвращается на то место, откуда его изъяли».

Гоблиниха Тара под конец договор читала уже скороговоркой, и, закончив, сунула под нос Кире книгу, которая была расчерчена определенным образом. Сразу после текста договора, шла таблица, в ней расписывались несчастные, которых угораздило вызвать в злую минуту короля Алиандра. На страницах книги были явственно видны пожелтевшие следы слез.

— А почему четвертый столбец почти пустой? — уточнила Кира, рассматривая, сколько женщин выбрало самые разные пути. Самый распространенный был выкуп. Однако встречались подписи и в пятом столбце — тех, кто выбрал смерть в обмен на свободу ребенка.

— Потому что невозможно предложить что-то равноценное вместо дитя. А попытка всего одна… Помнится, одна из матерей пыталась отдать прекрасного чистокровного жеребца, который стоил тысячу золотых элов! Помните, повелитель?

— А как же, — скучающим тоном произнес король, которому явно не терпелось покончить со всем побыстрее, — пришлось забрать и ребенка, и жеребца, раз уж его так настойчиво задарили. Славный вышел домовёнок, надо признать. И жеребец неплох… Договор зачитан, подписывай быстрее!

— В самой первой графе, — любезно подсказала гоблиниха, тыча корявым пальцем в нужную строчку. Там, где полагалось закрепить добровольное согласие на то, чтобы Лер-эл в течение пятидесяти лет превратился из вполне симпатичного, хоть и горластого, эльфёнка, в уродливого гоблина.

— А что предлагали еще вместо малыша? — поинтересовалась Кира, вертя в руках длинное перо. Гоблиниха, нетерпеливо вздохнув, перечислила:

— Породистых лошадей и домашнего единорога. Были и такие, которые с радостью ставили подпись в первом столбце, избавляясь от ненужного ребенка. Остальные предпочитали выкуп или самостоятельный поиск. Тех, кто избрал смерть, совсем немного. Желаешь попробовать?…

— Нет уж, — отказалась Кира, напряженно раздумывая, как ей поступить.

— А никто не пробовал предложить в качестве компенсации… себя? — наконец спросила она, рассматривая кончик пера. Гоблиниха чуть не уронила очки, резко выпрямив уши, но вовремя поймала их у самого пола и снова водрузила на нос. Алиандр уже не слушал, о чем они говорят, перебирая цепочку медальона, и вполголоса разговаривая с мелким домовым, который появился возле его правой руки.

— Бывало и такое, — наконец, осторожно сказала гоблиниха, забрав у Киры книгу и начав просматривать все поставленные подписи, под которыми мелко было дано пояснение о дальнейшей судьбе тех, кто призвал гоблинов в детскую. Судя по толщине книги, договор заполнялся не одно столетие.

— Но я искренне рекомендую вам рассмотреть первый вариант, — наконец, жалобно сказала она, со страхом взглянув в сторону короля и пытаясь привлечь его внимание жестами.

Кира, заметив это, усмехнулась и потянула книгу на себя. Тара, в свою очередь, вцепилась в договор так, будто от этого зависела ее жизнь.

— Отдай немедленно, — пропыхтела Кира, сердито дергая на себя щуплую гоблиниху вместе с книгой.

— Ни за что! — в свою очередь упиралась та, и, наконец, добилась своего — Алиандра привлек шум и он, раздраженным кивком отослав домового прочь, повернулся в их сторону.

— До сих пор копаешься, Тара, — недовольно сказал он, — отдай девчонке книгу, пусть подпишет договор, нам нужно срочно отправляться во дворец.

— Повелитель, она хочет расписаться в четвертом столбце! — трагичным голосом завопила гоблиниха, вынужденная уступить девушке книгу.

Кира, не теряя времени, уселась поудобнее на пол спиной к ним, открыла договор на нужной странице, торопясь, пока его опять не отобрали. Логическая цепочка, которую она моментально для себя выстроила, была проста: если гоблиниха была в ужасе от предложения Киры, значит, оно им не выгодно. Следовательно, именно этот вариант и нужно выбирать! С такими мыслями девушка быстро поставила свою подпись в предпоследней графе.

Резко наступившая тишина нарушалась только тихими поскуливаниями гоблинихи. Она, уронив очки, обхватила лицо ушами и покачивалась из стороны в сторону, сидя на полу прямо напротив Киры. Девушка торжественно вернула ей подписанный договор и не забыла отдать уже ненужное перо.

— Дело сделано, где пацан? — деловито осведомилась она, решив, что ныть и расстраиваться можно и потом, когда увидит, куда ее занесло на этот раз. Главное сейчас — вернуть ребенка на место.

Алиандр, сделав размашистый шаг в их сторону, поднял книгу и открыл на странице с подписью. Закрыл книгу, посмотрел на Тару и на все еще сидевшую на полу Киру, открыл снова. Запись, видимо, за это время не поменялась.

— Забавно, однако, договор признан действительным, — пробормотал он, рассматривая Киру.

— Просто ухохотаться можно, — подтвердила Кира, нервничая, — верните эльфёнка в кроватку, иначе я вам такую… неустойку выпишу, не расплатитесь.

— Но она слишком стара, чтобы превратиться в гоблина, — недоуменно обратился король к Таре, которая, наконец, отлепила свои уши от глаз, чтобы взглянуть на своего повелителя. Такой заискивающей улыбки Кира еще ни у кого не видела. После слов короля девушка приободрилась, взглянув на серую кожу гоблинихи. Теперь она хотя бы была уверена, что не превратится в карлика. А, зная свой характер, Кира могла с уверенностью сказать, что при этом из нее получился бы довольно злобный уродец.

— Нет, однако, с другой стороны, вам неслыханно повезло, — преувеличенно бодрым тоном сказала гоблиниха.

— Мне или ему? — уточнила Кира, попеременно показывая пальцем то на себя, то на короля. Алиандр не успел уточнить то же самое, и недовольно поджал губы, покосившись на девушку.

— Это как посмотреть, — протянула гоблиниха, она, наконец, приобрела свою обычную суетливость, и, нашарив очки на полу, снова их надела, привычно поддерживая ушами. Алиандр с Кирой уже были готовы прикрикнуть на нее, чтобы та быстрее продолжала.

— Если вы, девушка, всегда мечтали оказаться в самом мрачном королевстве мира Теней, и провести там всю жизнь, тогда да — вы счастливица.

Кира, подумав, решила, что мрачность — понятие относительное. Вот им и отель «Ля Перле Шарм» тоже в мрачных красках описывали. А что получилось?… Впрочем, получилось погано, глупо спорить…

— А вы, Повелитель, совсем недавно жаловались на то, что во Дворце стало слишком скучно, тихо, что гоблинов редко вызывают. За последние двадцать лет это первый вызов. Слишком уж все чадолюбивые стали, за редким исключением.

Редкое исключение смущенно покашляло, когда Тара повернулась в его сторону. Иногда, и правда, лучше жевать, чем говорить. Тем более, когда желания исполняются вовсе не так, как хотелось бы.

— Спасибо. Я лучше поскучаю, — отказался король гоблинов, недовольно рассматривая Киру, — с чего бы книге соглашаться на такую неравноценную замену?

Тара деликатно взяла книгу у своего Повелителя, и открыла ее. Любопытствующая Кира заглянула ей через плечо, и тут же разочарованно поняла, что если речь мира Теней она понимала, как родную, то письменность так и осталась тайной.

— «Девица принята взамен эльфа Лер-эла», — прочитала Тара, и покачала головой, снова взглянув на Алиандра со странной улыбкой, — пятьсот лет назад я уже имела честь читать подобную надпись.

Гоблиниха сняла очки и сентиментально промокнула ухом заслезившиеся глаза. Король гоблинов, нахмурившись, ждал. Кира, поглядывая на кроватку, тоже.

— Вы ведь никогда не интересовались, как познакомились ваши родители, — укоризненно сказала Тара, — а стоило бы.

Наступившее молчание нарушило только шевеление в кроватке, к которой тут же кинулась Кира, и с облегчением увидела в ней тихо спящего младенца. Хотя бы перед Кар-эл оправдываться не придется.

— Маменька ваша, Повелительница наша… тоже когда-то поставила подпись в этой графе, спасая брата. А вы все тянете с женитьбой. Вот и дотянули, что книга за вас вам невесту и подобрала.

Король внимательно посмотрел на взлохмаченную Киру, но увиденным явно не впечатлился. Кира тоже с прищуром осмотрела предполагаемого жениха, обратив внимание на то, что, несмотря на привлекательность, он уже далеко не молод. Это было не удивительно, учитывая, сколько лет назад познакомились его родители.

— Можешь откупиться, — с широкой улыбкой предложила Кира, перейдя на «ты» (раз уже почти родственники), и сообразив, что женитьба в ближайшие планы короля никак не входила, — много не попрошу, всего лишь пару тысяч золотых элов. Кстати, от того жеребца, которого ты так рекламировал, тоже не откажусь. Всегда мечтала о лошадке.

— Тот конь сдох уже давно, — буркнул Алиандр, — кости выкопать?

— Фе, оставь себе, — поморщилась Кира, — с меня хватит и золота.

— Никакого откупа не будет! — вдруг резко отрезала Тара.

Кира только удивлялась, откуда у такой робкой гоблинихи, которая тряслась при мысли о том, как сообщить новость о нежданной невесте своему Повелителю, появилась деловитая уверенность. Похоже, та уже вовсю планировала, как будет швырять в них с королем Алиандром монетки и нянчить новорожденных гоблинят. Или кто там у них по плану должен родиться? Кира снова оценивающе посмотрела на Алиандра, который поежился под ее пристальным взглядом. На гоблина он не тянул категорически, что радовало.

— Книга — величайшая ценность нашего королевства, девушка. И не советую шутить с ней, — строго указала она Кире.

— Значит, заныкать книжку под ковер и сделать вид, что ее не было, не получится? — обрадовалась Кира, которая уже мысленно потирала руки в ожидании дальнейшего торга и наживы, в мечтах о том, как для начала выкупит всех своих соотечественников, попавших в рабство.

Оба посмотрели так, будто Кира предложила им эту книгу сожрать, и король, коротко кивнув Таре, исчез из комнаты. Просто растворился в воздухе, как будто его и не было. Та, вздохнув, взяла книгу поудобнее, придерживая ее локтем, и тоже пропала.

Стоя посреди пустой комнаты Кира почувствовала себя полной дурой, приготовившейся невесть к чему, а в итоге получившей пшик.

— Девушка, у тебя есть здесь перед кем-то не выполненные обязательства и не сделанные дела? — подозрительно спросила гоблиниха, снова материализуясь перед ней.

— А вы точно меня не на тот свет забираете, раз задаете такие странные вопросы? — не менее подозрительно спросила Кира, не торопясь брать протянутую гоблинихой морщинистую ладонь с серой кожей.

— Ну, вроде бы ничего такого не помню, — наконец, сдалась Кира, шагнув навстречу Таре, — и прекрати меня звать «девушка», у меня имя есть. Хотя ты можешь звать меня по-простому — Повелительница.

— До свадьбы с Алиандром? — хмыкнула гоблиниха, — и не мечтайте. Дайте руку, я перенесу вас в наше королевство.

С видом невинной жертвы, которую насильно тащат к брачному алтарю, Кира взяла Тару за руку, закрыла глаза и приготовилась к тому, что окажется в самом мрачном королевстве Теней. Заодно она в спешке готовила речь для будущих подданных, которые будут ее встречать.

— Трепещите и склоняйтесь… нет, еще прибьют с перепугу… Любите и не жалуйтесь… ну нафиг, еще подумают, что на групповуху напрашиваюсь… А вот и я!.. Ага, впервые на арене…

Почувствовав, что вместо шероховатой руки Тары она держит воздух, Кира открыла глаза, и увидела, что снова одна в комнате, не считая уснувшего наконец Лер-эла.

— Сбежали все-таки, вот сволочи! — ахнула она, оглядываясь, — ну народ ушлый, ни жениться, ни заплатить. И где мне их искать теперь?!

Страшно недовольная Тара снова возникла совсем рядом с ней.

— И все-таки вас здесь что-то держит, и сильно! — пожаловалась она, качая ушастой головой, — вспоминайте, что именно. Я дам вам кольцо Алиандра, оно приведет в наше королевство, когда наступит время. И у нас, кстати, будет возможность подготовиться к новой Повелительнице…

Небрежно сунув девушке огромный серебряный перстень с бирюзой, она снова пропала.

— Не о такой помолвке я мечтала, — пробормотала Кира, рассматривая колечко, которое было ей велико, пришлось надеть его на большой палец, — да и кольцо чуть ли не бижутерия…

Она попыталась его снять, но не тут-то было, перстень, несмотря на то, что болтался на пальце, снять было невозможно, и Кира сдалась. Решив, что можно уже и вздремнуть после всех переживаний, она отправилась к диванчику, и едва успела прилечь, как дверь открылась. Вошла заспанная Лиза, и шепотом позвала подругу.

— Кира, иди, отдыхай, теперь моя очередь! Молодец такой Лер-эл, уснул.

— Я с ним побуду, — помотала головой Кира, опасаясь, как бы поутру не обнаружить подругу замужем за демоном, раз у них тут такие милые порядки, что и слова лишнего сказать нельзя.

— Да? — удивилась Лиза, — ну ладно, тогда с меня завтрак!

Так же тихонько, как зашла, она закрыла за собой двери, а Кира со вздохом облегчения, что все закончилось, легла на диван и моментально уснула.

Есть приятные способы пробуждения. Никто бы не отказался проснуться от нежного поцелуя, кофе в постель (если оно налито в чашечку, а не выплеснуто второпях на живот), даже СМСки на телефон о том, что переведена зарплата. Прилетевшая в лицо жёсткая погремушка к деликатным способам побудки не относилась, в чем Кира убедилась на себе.

Ошалело вскочив, она начала оглядываться в поисках того, кто на нее напал, и агрессора обнаружила практически сразу — он стоял в кроватке и радостно ей улыбался во весь беззубый рот.

— Фу, Лер-эл, я же сплю… спала, то есть, — с унынием констатировала совершенно не выспавшаяся девушка. И тут же об этом пожалела — у эльфёнка стремительно испортилось настроение. То ли не понравился тон няньки, то ли обидело, что его сюрприз не оценили. В любом случае, он, сморщившись, издал вопль, по сравнению с ним его ночные крики казались шепотом.

— Всё-всё, не беснуйся. Уже осознала вину и раскаялась во всех ошибках! — торопливо заговорила Кира, подбегая к кроватке, — что у нас там?

Потяжелевший сырой подгузник, который требовалось закалывать булавками, в комментариях не нуждался. То, что его нужно было сменить, поняла даже совершенно неопытная в общении с детьми Кира.

— Таак, подгузник к осмотру! — без всякого энтузиазма, проговорила она, лишь бы эльфёнок прислушался к ее голосу и замолчал. Подействовало — ребенок, всхлипывая, ждал, пока его нянька, кривясь, отшпиливала мокрую тряпку, осторожно отстегивая булавки.

Подняв малыша на руки, и швырнув подгузник на пол, Кира огляделась в поисках двери в ванную, в которую мельком заглянула накануне. Детскую предусмотрительно соединили с крохотной комнаткой, в которой нашлось место только для небольшого умывальника оригинальной формы и унитаза. Зайдя в ванную, девушка увидела своё отражение в зеркале, которое висело над раковиной. Оно ей не понравилось. Взлохмаченная, с красными глазами от недосыпа, в платье, которое было ей слишком большим. Она искренне посочувствовала королю гоблинов, только теперь поняв, почему он так быстро испарился ночью, не выказав восторга от неслыханной удачи. Впрочем, если бы не перстень на большом пальце, все произошедшее и вовсе показалось ей сном.

Однако заняться собой у неё не было времени — эльфёнок настойчиво требовал чистоты и сухости. Покрутив одной рукой ручки над маленьким краном, девушка отрегулировала воду, порадовавшись, что хотя бы канализация в этом странном мире была почти цивилизованной.

То, что Лер-эл не пострадал во время помывки, можно было объяснить только его везучестью и живучестью. Так как удерживать извивающегося ребенка, одновременно стараясь качественно его помыть, было для Киры настоящим мучением. Когда она, наконец, сдалась и призналась, что сделала все, что могла, сама была уже мокрой с головы до ног.

— Кира, вы где? — раздался за дверью недоумевающий голос Лизы, и девушка с облегчением вздохнула, выходя в комнату.

— Твоя очередь, — сунула она голого, мокрого, но, в принципе, довольного эльфёнка, подруге, — а мне срочно нужно хотя бы рот прополоскать и волосы расчесать! Вот только чем?

Лиза приняла у нее младенца, и поставила его в кроватку, предварительно убрав оттуда все мокрые простыни и бросив их рядом с подгузником. Чистые пеленки и костюмчики были рядом в тумбочке.

— За зеркалом в каждой ванной есть закрытый гигиенический набор, — сказала она, — мне Кар-эл объяснила, у них тут часто гости раньше бывали. Ой, у тебя кольцо такое интересное? Где взяла?

— Да так… подарок одного гоблина, — невнятно сказала Кира, снова скрываясь в ванной, и плотно прикрывая за собой двери.

Набор, который содержал в себе деревянную расческу, зубной порошок и щетку, и правда, находился в нише за зеркалом. Кира с наслаждением привела себя в порядок, как могла, оправила мятое платье, и вышла из комнаты. Поиски подруги и Лер-эла привели ее на кухню, где уже стоял обещанный завтрак. За столом уже расположилась Кар-эл, с довольным видом поливая блинчики клубничным вареньем.

Лиза играла на полу гостиной с Лер-элом, громко ужасаясь тому, что штанишки ему приходится менять каждые пятнадцать минут. Подгузники, которые представляли собой многократно сложенную марлю, не спасали совершенно.

— Кира, ты только представь себе, здесь же можно сделать целое состояние на одноразовых подгузниках, — сказала она, увидев подругу, которая, не медля, наложила себе полную тарелку блинов.

— А еще на двигателе внутреннего сгорания, — согласно кивнула Кира, вспомнив ужасную повозку, на которой их везли на рынок, — Кар-эл, если вы можете спокойно проникать в наш мир, пусть и ненадолго, почему не заимствуете нашу технику? Самодвижущиеся повозки, например…

Кар-эл ненадолго перестала жевать, и равнодушно пожала плечами.

— Вероятно, они сделаны из железа. Это единственный металл, который нельзя зачаровать. Поэтому охотники, если им повезет работать с хорошим магом, предпочитают захватывать рабов на Земле и быстро уходить в Тени. Это безопаснее, чем брать пленников в соседних княжествах и королевствах — за них могут отомстить, и жестоко.

— «Приятно» почувствовать себя бесправной скотиной, — кивнула Кира, подвигая поближе баночку с вареньем.

— Ну что ты, многие из тех, кто был захвачен на Земле, стали вполне уважаемыми личностями здесь, в Тенях, — заступилась за землян Кар-эл, — например, одна из любимых советниц нашей княгини. Или мастерица в Эл, которая делает потрясающие причёски! Она давно уже откупилась от своего хозяина, потребовав, чтобы он ей выделял долю от дохода, который она получает. Иначе она просто отказалась работать, и никакие наказания не могли ее заставить.

— Наш человек, — одобрила неведомую парикмахершу Кира, щедро поливая блины вареньем.

Шум открывающейся входной двери привлёк ее внимание, и когда она увидела, кто вошёл, то не сразу смогла выдохнуть. Мелкие существа, прошмыгнувшие по полу в сторону Лер-эла и Лизы, подозрительно подходили на…

— Гоблины! — завопила Кира, — прячьте ребенка, я их отвлеку!

С этими словами она бросила в уродцев баночку с вареньем. И не промахнулась. Метательный снаряд угодил в лоб одному из них, отправив гоблина в глубокий нокаут. Другой, заверещав, скрылся за диваном, предварительно бросив увесистый свёрток, который тащил за собой. Лиза прижала к себе испуганно закричавшего Лер-эла, и ретировалась на кухню, поближе к Кар-эл — она, всхлипывая и закрыв лицо руками, сидела за столом.

Кира, пропустив в проёме Лизу с ребенком, подошла к гоблину, лежащему без сознания, и осторожно потрогала его ногой. Уцелевший уродец что-то говорил скороговоркой за диваном.

— Выходи, — с угрозой сказала Кира, хотя сама опасалась подходить близко к дивану.

— Не выйду, — получила она вполне понятный ответ. Мало того, из-за дивана высунулась дрожащая крохотная ручка, сжатая в кулак, но с оттопыренным средним пальцем, и тут же скрылась. Видно, неприличные жесты в обоих мирах были одинаковые.

— Выходи, а то хуже будет, — продолжила Кира, хотя слабо представляла себе, что будет делать с уцелевшим, но оказавшимся очень наглым, гоблином.

— Не-а! Опять драться будешь.

Из-под дивана снова высунулась маленькая лапка, нащупала ногу лежащего гоблина и с неожиданной силой потянула его в укрытие.

Кира оглянулась, чтобы убедиться, что с подругой и эльфами всё в порядке. Лиза с ребёнком так и сидела за столом, а эльфийка отняла, наконец, руки от лица. Девушка с возмущением увидела, что она вовсе не рыдала, а бессовестно смеялась, видимо, не осознавая опасности.

— Кира, отстань от моих домовых, а то работать некому будет! — сказала Кар-эл, вытирая слезы от смеха, — давно они так не получали… моего Тахх-эла еще боялись, а когда его не стало, через раз приходят, и работают кое-как, хотя договор еще год действует.

— Какой… договор? — не поняла Кира, рассматривая брошенный уродцем свёрток, — они же детей воруют.

Лиза, испуганно вскрикнув, прижала к себе Лер-эла. Эльфёнок не возражал — так как уже успел схватить со стола бумажную салфетку и с наслаждением её дегустировал.

— Ну что ты, детей уносят гоблины, — сказала Кар-эл, — и то, если их призвать с помощью специальной формулы. Но мы же не такие идиотки, чтобы так делать!

Кира смутилась, поклявшись себе, что ни за что не признается в глупости, которую едва не совершила этой ночью, и начала разворачивать свёрток.

— А домовые — они на то и домовые, чтобы выполнять домашнюю работу. Договор заключают с королём Алиандром, чтобы их впустили на территорию княжества. Те домовые и гоблины, которые проникают незаконно, имеют все шансы отправиться в рабство.

— Гастарбайтеров нигде не любят. То есть, это не фетишисты, которые утаскивают одежду? — уточнила Кира, рассматривая свой сарафан, который вытянула из узелка домового.

— Постирать взяли! — оскорблено пискнул очнувшийся уродец, выползая из-под дивана. На его лбу вздувалась огромная шишка, — а вы мне еще оплатите больничный на две недели!

— Еще чего, — возмутилась Кира, быстро сообразив, что к чему, — давай я тебе руку поломаю, тогда и отдыхай на здоровье. А шишка стирке не помеха.

То, что не придётся самостоятельно стирать пеленки Лер-эла, порадовало. По крайней мере, домовые, очухавшись от нападения Киры, шустро собрали по всему дому описанные ребенком вещи, и упаковали в объёмный узел. Хотя для того, чтобы они, наконец, приступили к работе, потребовался мрачный взгляд Киры исподлобья и ненавязчивый намёк Кар-эл, что договор можно разорвать в любое время, раз они так плохо себя чувствуют.

Содрать с девушек компенсацию за моральный ущерб в размере хотя бы медного эла у домовых тоже не получилось, поэтому, когда они вылезли из-под дивана, настроение у уродцев было препоганое. Пока они носились по дому, девушки выяснили у эльфийки, чем домовые отличаются от гоблинов. Оказалось, что значительной разницы не было. У домовых был более покладистый нрав, а гоблины отличались вредностью и определенной долей злобности.

Согнувшись в три погибели под весом мокрого белья, ворча, домовые просеменили к выходу. Из-под тюка их было совершенно не видно, и казалось, что бельё передвигается по полу самостоятельно.

— А продукты! — спохватилась Лиза, когда за ними уже закрылась дверь, — шкафчики уже пустые почти, я последнюю муку выгребла на блинчики!

За продуктами мне самой приходится ходить, на рынок, — сказала эльфийка, с трудом присаживаясь на кресло. Наверное, в добеременном состоянии, она была изящной и грациозной. Однако сейчас в это верилось с трудом.

— Несколько раз я просила домовых сходить за запасами — однако они или торговаться не умеют, или просто часть денег прикарманили. Как ходить на рынок с Лер-элом на руках, с огромным животом и тяжелой корзиной — отдельная история.

— Гад твой родственник, всё-таки, — сказала Кира, — давай мы сходим на ваш рынок. Заодно прогуляемся, мир посмотрим.

Лиза радостно кивнула, она давно хотела выйти из дома, хотя бы ненадолго, однако стеснялась спросить.

— А вы не сбежите? — после паузы спросила эльфийка. Было видно, что она едва сдерживает слёзы, — браслеты силы с вас сняли… формально вы даже не рабыни теперь… Кер-эл так надеялся, что вы нас с Лер-элом в этот же вечер убьёте… А ему очень не хотелось докладывать князю, что это сделали его рабыни.

Кира чуть не брякнула, что как раз с ребенком она едва было не разобралась в первую же ночь, на радость коварному дядюшке. А угробить Кар-эл тоже было достаточно просто — если не найдут вовремя хорошую акушерку… но вовремя сдержалась. И так видно, что нервы у эльфийки расшатаны как стрессом, так и беременностью. Тем более, что Кира согласилась обменяться с ней сознанием на это время.

— Конечно, нет, — с негодованием сказала Лиза, — как мы можем вас оставить! Да и куда мы пойдем…

Немного успокоившаяся Кар-эл смогла выделить им только несколько серебряных элов, показывая, что запасов денег у неё осталось совсем немного.

— До родов остался всего месяц, — отсчитывая монеты, мечтательно сказала эльфийка, — тогда я официально буду опекуншей своего сына… представлю его князю, и переедем в наше поместье!

В дорогу она дала девушкам большую корзину, и объяснила, как можно быстрее добраться до рынка. Лер-эл к этому времени раскапризничался, обидевшись на то, что ему не дали дожевать салфетку, и начал тереть глазки.

— Мы поспим, пожалуй, — зевнула Кар-эл, покосившись на ноющего ребенка, которого Лиза, утешая, уносила наверх, — а вы, думаю, сами разберётесь, что покупать. Вечером проведём обряд обмена сознаниями, я уже не могу больше терпеть.

Кира скривилась.

— Я тоже буду постоянно спать? — спросила она, не решаясь затронуть пока конкретно саму тему родов.

— Тебе еще повезло, — утешила ее Кар-эл, — я же не заставляю тебя проходить всю беременность с начала и до конца. Меня первые три месяца тошнило, следующие три месяца хотелось спать и рыдать. Сейчас хочется спать, рыдать и постоянно есть. Ну, иногда еще и тошнит.

— Слово «иногда» наполнило меня оптимизмом и энтузиазмом, — уверила ее Кира с иронией, которую Кар-эл уже не расслышала, отправляясь наверх.

Кира решила, что лучше наденет свой сарафан, его домовые привели в вполне приличный вид. Стесняться ей было некого, поэтому она, не торопясь, сняла через голову платье эльфийки, которое было слишком большим и длинным, и начала рассматривать искусные латки на своей одежде, решив, что надо бы поощрить домовых в следующий раз, хотя бы монеткой.

— И зачем, спрашивается, я вчера в кабак заходил, если и здесь голых девок можно увидеть, причём бесплатно, — раздался за спиной голос, лениво раскатывающий слова.

Кира, замерев, прижала к груди платье и очень медленно повернулась. Возле двери стоял Кер-эл, и криво ей усмехался, оглядывая с головы до ног. Однако усмешка быстро пропала с его лица, когда он заметил перстень у неё на пальце.

— И откуда у рабыни побрякушка гоблиновской работы, а? — больно схватив ее за руку, он начал рассматривать кольцо, всё больше хмурясь.

— Король Алиандр так сказал «спасибо» этой ночью за то, что отдала им пацана, — почти не соврала Кира, очень надеясь, что Лер-элу не придет в голову идея заорать в самый неподходящий момент.

— Неслабое такое «спасибо» в виде платиновой печатки с фамильным камнем династии!

Платина?! Кира еще раз внимательно осмотрела украшение, и порадовалась, что оно не снимается. Жадный эльф наверняка не упустил бы своего шанса обогатиться за её счёт. Вон уже несколько раз ненавязчиво попробовал снять колечко с её пальца.

— Короля Алиандра видела, говоришь? — идеальные губы Кер-эла снова искривила усмешка, — думаю, ты взамен его долго благодарила в ответ. Известный потаскун.

— Можете убрать похабную ухмылку, — с достоинством ответила Кира, делая в уме заметку о репутации своего жениха, — у нас с королём чисто деловые отношения.

— Ну да, — подмигнул ей эльф, отпуская руку девушки. Кира немедленно надела свой сарафан, отвернувшись, но чувствуя липкий взгляд Кер-эла на своей коже. Если полезет, решила она про себя, вломлю. Но, видимо, вечер в кабаке для него выдался насыщенным.

— А что с Кар-эл? — осведомился заботливый родственник, и Кира испугалась, что он пойдёт осматривать дом.

— Что-что, — торопливо сказала она, — рыдает наверху от потери брата. Вчера её придушить не удалось, сделали вид, что пошутили, придётся отравить. Вот только чем? Я знаю, как это можно сделать так, чтобы было как можно естественней. Но вот стоят компоненты дороговато.

Она демонстративно потрясла пустой корзиной, в которой перекатывались три серебряные монеты.

Кер-эл, понятливо достал из кошелька, который висел на поясе, два золотых эла и положил их в корзину.

— А оплата за пацана? — недовольно спросила Кира, делая вид, что получила сущие копейки за свой тяжкий труд, — думаете, так просто было сообразить, как от него избавиться?

Кер-эл щедро сыпанул горсть медяков в корзину, показывая, что больше такая работа и не стоит.

— Больше не дам, — торопливо предупредил он, — я и так за вас втридорога заплатил, ещё и освободил потом… Если что — я вас вообще не знаю!

— Моя амнезия оплачивается по отдельному прейскуранту, — предупредила его Кира, но решила не наглеть, и так уже выжала из него всё, что можно на этот момент.

Кер-эл уже открыл двери, чтобы уйти, однако снова обернулся, решив поугрожать напоследок.

— И помни — если через две недели она будет жить, вы останетесь в живых не более суток…

— В очередь становись, — буркнула Кира, подождав, пока Кер-эл не выйдет за дверь. Она подумала, имеет бешеную популярность в новом мире. Вот уже второй мужик пообещал ее убить, и всё это за какие-то два дня.

Едва за эльфом закрылась дверь, как по лестнице бесшумно сбежала Лиза, уже переодетая в свою одежду, постоянно оглядываясь и прислушиваясь.

— Дай угадаю, за тобой гонится Лер-эл, чтобы закидать мокрыми подгузниками? — спросила Кира, не собираясь нервировать Лизу тем, что только что приходил Кер-эл.

— Тише ты, — зашипела Лиза, выталкивая подругу за дверь, — еле его уложила.

Выйдя из дома, откинув кору в сторону, девушки замерли, осознавая, что в каждом дереве, которые росли в этом удивительном лесу, скрывается особнячок средних размеров. Где-то в дупле стояла свечка, или виднелся краешек занавески. А какой-то из соседей, не особенно стеснительный, вовсе вывесил нижнее бельё на просушку, растянув между ветвями верёвку.

— И куда нам идти? — спросила Лиза, растерянно оглядываясь.

— Я бы по-другому спросила. Как нам потом вернуться обратно? — уточнила Кира, осматривая дерево, из которого они вышли, выясняя, как оно отличается от других.

— Так они же подписаны, — обрадовалась Лиза, углядев на коре вырезанную огромную цифру «4».

— Надо же, адресок имеется! Главное, ты, Лиза, от меня ни на шаг. Потеряешься ещё, где я тебя искать буду?

Кира, логично рассудив, что рынок должен быть в районе города, решительно пошла в сторону каменных домов, которые стояли неподалёку от жилого бора, прицепившись к высокой эльфийке в красном платье с точно такой же корзиной, как у неё. Сейчас её очень беспокоило то, что деньги свободно перекатывались на дне корзинки. Если рынки во всех мирах были одинаковыми, то их вытащат очень быстро. Поэтому, остановившись, она собрала все свои запасы, решив держать их пока в руке и первым делом купить кошелёк или сумочку.

— С чего бы это мне теряться? — обиделась Лиза, с любопытством глядя по сторонам. Несмотря на раннее утро, толпа всё прибывала. И состояла она из уже почти привычных эльфов и асуров, которых девушки очень старались не задевать и не привлекать лишнего внимания. Хотя порой встречались прохожие, которые имели вполне человеческий вид.

— Даже не знаю, — озадаченно сказала Кира, старательно лавируя между двумя асурами с огненной гривой, которые, прервав разговор, проводили девушек задумчивым взглядом, — может, дело в том, что ты страдаешь топографическим кретинизмом? Помнишь, как я тебя ждала у Кристины полтора часа? А ты в это время психовала в соседнем доме, катаясь на лифтах по подъездам, так как забыла, где она живёт?

— Я давно у неё не была, так что…

— А когда мы поехали от универа в Европу на автобусную экскурсию?! — продолжила Кира вспоминать, — кто затупил на Эйфелевой башне, так как не мог понять, как с неё выбраться?

— Так это просто лабиринт какой-то железный, — защищалась Лиза, — лифты не понять, как ездят, и лестницы перекрыты! Наверх-то запросто поднялась, а вот вниз спуститься — такая проблема, оказывается. Спасибо, что не дала тогда автобусу без меня в гостиницу уехать.

— Еще не хватало тебя по всему Парижу разыскивать, — фыркнула Кира, — так что иди рядом, и никуда не отходи!

Торговые ряды показались неожиданно, за поворотом, в который нырнула эльфийка в красном платье. Она уже начала подозревать, что её преследуют, оглядываясь с настороженным видом на девушек. Однако после того, как те помахали и широко ей улыбнулись, презрительно фыркнула и отвернулась.

Оставив немного смущённого асура незаметно себя обнюхивать, девушки вклинились в толпу. Корзинкой Кира действовала, как тараном, не забывая вежливо извиняться то перед надменной эльфийкой, которую совершенно случайно пихнула, то перед бородатым гномом — ему она немного оттоптала ноги. Однако карлик был виноват сам — категорически отказывался уступить дорогу, зато величаво вышагивал вперед со скоростью пять шагов (гномьих) в минуту.

Оказавшись перед очередным прилавком, девушки с восхищением вскрикнули, и, переглянувшись, бросились к шикарному ассортименту кремов и лосьонов домашнего изготовления, которые были разложены в симпатичные глиняные крынки. В ванных в Кар-эл, которая была стеснена в средствах, они ничего не увидели из косметики, а кожа уже настойчиво требовала увлажнения и ухода. Самое приятное было то, что за прилавком стоял не рогатый торговец, а симпатичная пухленькая женщина со светлыми волосами и приветливой улыбкой, одетая в длинное, по местной моде, платье. Зато в качестве украшения у неё был мобильный телефон-раскладушка, висевший на шнурке на шее.

— Вы землянка! — хором угадали девушки, пока продавщица, улыбаясь, их рассматривала.

— Верно, я в Тенях уже три года. Меня зовут Света. Вот, осталось в качестве сувенира, — сказала женщина, покачивая сотовым на шнурке, — а вы, видимо, недавно здесь, судя по одежде?

— Вы не удивлены? — спросила Лиза, сама поражаясь спокойствию женщины, которая выглядела так, будто была очень довольна своей жизнью.

— Нет, не удивлена, — немного помрачневшим тоном сказала Света, — эти пираты нашли какого-то очень опытного мага, который проводит их в наш мир на охоту очень часто. С другой стороны… я скучаю по родителям, но если бы меня не похитили, я бы не встретила своего Гора.

Она послала нежный взгляд рогатику, он стоял неподалёку, очень уважительно разговаривая с темноволосым эльфом. Лиза не сразу смогла вернуть отвисшую челюсть на место, а Кира, которая обнаружила себя помолвленной с королём гоблинов в первую же ночь в новом мире, понимающе кивнула, поглаживая перстень.

— Это ваш… хозяин? — неверящим тоном спросила Лиза, одновременно осматривая запястья женщины — браслета силы на ней не было.

— В каком-то смысле — да, — улыбнулась женщина, — это мой муж. И ему здорово повезло, что когда-то он купил меня. Я помогла ему начать своё дело… Крема, лосьоны, простые лекарства — хорошо, что я успела на Земле отучиться на фармацевта и косметолога!

— Муж, — бесцветным тоном повторила за ней Лиза.

— Конечно. Здесь считается большой удачей взять в жёны женщину-человека, тем более, родившуюся на Земле. Ну, кроме эльфов, — Света послала лёгкую гримаску в сторону высокомерного ушастого, который разговаривал с её мужем, — слишком уж они помешаны на чистоте крови и избранности своей расы. А асуры, черти и гномы… Осторожнее, на вас сейчас просто откроют сезон охоты.

Она засмеялась, не видя, похоже, в этом ничего плохого. Говоря с девушками, она вышла из-за прилавка и между делом осмотрела их кожу, определяя её тип, и начала откладывать в сторону глиняные крынки. При этом она продолжала говорить, не переставая:

— Подарок, мои дорогие, крем, лосьон и немного косметики — в этой баночке помада, а это я сделала подводку для глаз и тушь. Правда, на неё нужно поплевать, чтобы накраситься, однако держится долго!

— Как-то неудобно бесплатно брать, — растерялась Кира, когда Света начала накладывать косметику в её корзинку.

— Ничего-ничего, будут вам как пробники, — успокоила её Света, — я видела, что ты покупала у Нурбана — вон того старого чёрта, который кошельками торгует. Ободрал тебя, как липку, наверное!

— Да нет, — улыбнулась Лиза, гордясь подругой, — всего лишь один медный эл взял.

— Вот я же и говорю, — покачала головой Света, — он эти кошельки, которые его косорукая доченька шьёт, отдаёт по три штуки за медяк…

От прилавка дружелюбной землянки девушки отошли, пообещав обязательно стать постоянными клиентками и попросив указать дорогу в продуктовые ряды. Одежду, как бы ни хотелось обновок, покупать было не на что, к их огромному сожалению. Пока важнее было купить продукты.

— Гнилое не клади, — командовала Кира изворотливым седым чёртом, продававшим фрукты. Его особенностью был нервный тик и безукоризненно чистые лапы, в чём Кира убедилась в первую очередь. Этими самыми лапами он положил на чашу весов связку бананов, и, стараясь действовать незаметно, доложил за ними ещё гирьку, резко добавившую фруктам с полкилограмма. Кира, не моргнув глазом, ничем не выдала, что заметила эти махинации. Она ещё злилась при мысли о том, как её надул чёрт, который продавал кошельки.

— У меня как в аптеке, всё точно, — гордо сказал рогатый продавец, дополнительно придерживая чашу весов мизинцем.

— Я вижу, — многозначительно сказала Кира, — сколько с меня?

Было очень интересно наблюдать, как жадность боролась в чёрте с капелькой совести.

— Два медных эла за килограмм, — наконец выдал он вполне реальную цену, решив, что дополнительного веса на чаше весов вполне достаточно, — с вас, прекрасная дама, шесть медных элов!

— Прекрасно! — обрадовалась Кира, — аккуратно отгибая палец чёрта от края чаши, а затем убирая дополнительную гирьку. Стрелка качнулась с трёх килограммов до одного. Продавец возмущённо пискнул, однако девушка уже сгребла бананы с весов и положила на них два эла и гирьку.

— Без сдачи, — кивнула она ему, и отошла от прилавка, только сейчас заметив, что Лиза пропала.

Было из-за чего переживать — рынок был в этот день полон не только людей и эльфов, но и существ, подозрительно похожих на демонов. При этом Кира за последний час умудрилась разозлить большую часть продавцов тем, что отчаянно сражалась за каждый медный эл, не уступая в жадности самым прожжённым чертям. Зато корзинка наполнялась нужными продуктами — а из кошелька она брала весьма умеренные суммы. Краем глаза она контролировала, чтобы Лиза держалась рядом, однако в какой-то момент просто её упустила. И теперь отчаянно себя ругала за это.

И с облегчением вздохнула, когда увидела впереди, возле ряда, где продавали вина, знакомый белый сарафан и русую косу. А рядом с подругой уже печально знакомую красную гриву приставучего асура.

— Эй, что за дела? — прошипела она, подбежав к ним, — нам в алкашном ряду делать нечего. Кар-эл спаивать опасно — и так девушка не в адеквате, а тут мы ещё с бутылками явимся… Кстати насчёт адеквата — какого лешего ты теряешься?!

Кира принюхалась.

— Ты что, разоряла ближайшие парфюмерные лавки? Что за гадостный запах?!

— Это не от меня, — улыбнулась Лиза, сама стараясь дышать через раз — это от Кайла.

Кира перевела изумлённый взгляд на напряжённо улыбающегося асура, от которого действительно исходили убойные ароматы.

— Кайл, значит, успели познакомиться, как мило, — протянула она, перехватывая поудобнее тяжёлую корзину, — и зачем ты искупался в ванне из дешёвых духов?!

— Они не дешёвые! — оскорбился асур, — сами же сказали, что мужчина не должен вонять. А это одни из самых изысканных эльфийских духов. Что опять не так?

Кира, устав держать корзину на весу, поставила её на землю, и критически осмотрела асура, который с действительно несчастным видом ждал своего приговора.

— Мужчина должен чув-ство-вать-ся! — раздельно повторила она недавние слова Лизы, — понимаешь?

Асур помотал головой. Похоже, он окончательно запутался, что хотят эти странные девушки.

— Пункт первый, — вздохнула Кира, — бери корзину.

— Зачем? — удивился асур.

— Бери-бери. Ты же хочешь, чтобы мы увидели в тебе мужчину?

Асур немедленно схватил корзину и с ожиданием посмотрел на девушек, ожидая следующих указаний.

— Молодец, — поощрила его Кира, — теперь пошли, поможешь нам донести покупки до дома. Лиза, ты ведь не против?

Лиза с улыбкой пожала плечами, замечая восхищенный взгляд асура, который нёс наполненную корзину так, будто она ничего не весила. На ходу он успевал поигрывать мышцами на груди, и, заходя вперёд, пытался заглянуть девушке в глаза. Кира какое-то время следила за этими неуклюжими ухаживаниями, однако, когда уже подходили к жилому бору, решила вмешаться и отвлечь его светской беседой:

— Кайл, а в Тенях есть такое животное, как бабуины?…

Асур с трудом отвёл взгляд от Лизы, и задумался.

— Обезьяны? У них ещё такие здоровенные глупые самцы? — наконец, ответил он, собравшись с мыслями.

— Точно, — вздохнула Кира, — а я-то думаю, кого мне кое-что напомнило…

К жилому бору вела широкая вымощенная ровным покрытием дорога, не уступающая самому лучшему асфальту, который только видели девушки. Идти по ней было одно удовольствие, Кира даже пожалела, что не надела на морскую экскурсию, с которой их похитили босоножки на высоком каблуке.

Вопрос о том, что им делать с Кайлом, её тоже занимал. В качестве носильщика тяжестей он её устраивал полностью. Но предупреждение продавщицы Светы о том, что на них могут открыть охоту, сбылось с пугающей скоростью. Не для того она отбила подругу от принесения её в жертву, чтобы спокойно смотреть на то, как всякие непонятные хвостатые будут ухлёстывать за Лизой.

Когда они подошли к нужному дереву, в котором скрывался дом Кар-эл, девушки остановились, переводя дыхание после быстрой ходьбы. Кира сильно постучала в кору дерева, надеясь, что эльфийка уже проснулась и услышит её. Девушке показалось, что в глубине дерева она услышала рёв Лер-эла, и решила, что стоит подождать — такой будильник способен не только разбудить, но и вынести мозг. Поэтому Кар-эл просто вынуждена будет проснуться. А пока она повернулась к Кайлу, который поставил корзину на землю и выжидающе смотрел на Лизу. Откашлявшись, она привлекла к себе внимание асура.

— Ну, теперь мы видим, какой ты выносливый…

Кайл горделиво выпятил грудь и действительно стал похож на самца бабуина, красующегося перед самочками. Кира подавила улыбку и продолжила.

— Пункт второй. Забудь о том, что мужчина должен быть обязательно могуч, вонюч и волосат. Нам, девушкам… да, да, и Лизе тоже, можешь на неё не оглядываться, нравится, когда мужчина гладко выбрит, заботлив и пахнет чистой водой и мылом.

— У меня не растёт борода, — недоумённо пожал плечами асур, схватившись за подбородок.

— Это отлично, — заверила его Кира, и продолжила, — Пункт третий — мужчина должен показать себя настоящим хозяином в доме. Знать, где что поломалось, регулярно добывает мамонтов… Ну, то есть покупает всё необходимое в дом. Понял?

Асур машинально кивнул, однако было видно, что ничего он не понял, к чему была эта лекция, когда он рассчитывал на свидание с Лизой в награду за свою помощь. Однако проводить дополнительные объяснения Кира не собиралась — тем более, что Кар-эл, наконец, спустилась с Лер-элом на руках, и открыла им дверь. Схватив корзину, она пронесла её в дом и поскорее вернулась за Лизой, которая стояла напротив асура, который уже взял её за руку, проникновенно глядя девушке в глаза.

— Рандеву закончено, всем спасибо, — с этими словами она втянула Лизу в дом, и захлопнула кусок коры перед носом опешившего асура, который немедленно начал долбиться в двери.

— Какой настойчивый, — заметила Кира, накидывая дополнительный запор на двери, — хоть из дома не выходи. Лиза, кстати, вот ты и не выходи из дома. То теряешься на рынке, то ухажёров каких-то подозрительных приводишь…

— Он сам! — возмутилась Лиза, которую всё ещё смущала экзотическая внешность Кайла. Представить себя рядом с ним она не могла. Зато у асура, похоже, предрассудки отсутствовали, судя по той настойчивости, с которой он пытался проникнуть в дом, только сейчас начав подозревать, что его просто надули.

— Асуры — они такие, настойчивые. Даже настырные, — вскользь заметила Кар-эл, с любопытством разбирая корзину на кухне, — ничего себе, сколько всего! Наверное, ты здорово торговалась, чтобы уложиться всего лишь в два серебряных эла!

Вообще-то, за продукты Кира отдала не только деньги, которые дала эльфийка, но и разменяла один из золотых, полученных от её деверя. Однако признаваться в этом не собиралась. Как и в том, что в некоторых лавках не может показаться до тех пор, пока их владельцы перестанут чувствовать себя обворованными, а кое-кто — и морально изнасилованным.

— Крем! — с радостным возгласом Кар-эл выудила со дна корзинки крынки с косметикой и с удовольствием размазала немного крема по своим рукам. Лер-эл, который сидел рядом, с таким же энтузиазмом потянулся к бананам.

— Дикие эльфы, слаще морковки ничего не видали, — проворчала Кира, помогая раскладывать продукты по ящикам, пока Лиза выглядывала в ближайшее дупло, чтобы рассмотреть, что там делает асур. Видно было не очень хорошо, однако, судя по всему, асур пытался отломать дверную кору.

— Дверь заговорена от взлома — семь степеней защиты, — довольно равнодушно заметила Кар-эл, которая относилась ко всему так, будто девушки приволокли с прогулки бездомного пса, который искренне не понимал, почему с ним теперь никто не хочет играть и чесать за ушком.

— Но мы ему ничего не обещали, — удивилась Лиза, отойдя, наконец, от дупла, закрытого занавесками, — почему он себя так ведёт?

— Потому что у бабуинов — могучие и глупые самцы, — повторила Кира недавние слова Кайла, которые никто, кроме неё, не понял.

— А у нас — срочные и неотложные дела. А вы тут про каких-то животных думаете, — почему-то обиделась Кар-эл, вставая со стула и ссаживая брата на пол вместе с бананом.

— У меня аллергия на уборку, — тут же открестилась Кира от возможной неприятности в виде вылизывания дома непонятной площади.

— Уборка — дело домовых, — отмахнулась Кар-эл, оглядывая Киру алчным взглядом, — обряд обмена сознаниями нужно провести как можно быстрее.

— Ты уже рожаешь?! — испугалась Лиза, опередив точно такой же вопрос Киры.

— Нет, но мне это всё надоело, — решительно ответила Кар-эл, — как я мечтала о том, чтобы отстегнуть живот и отдохнуть от него хотя бы пару часов! А тут такая удача! Вообще-то знатные эльфийки доверяют в этом деликатном деле только другим эльфийкам, которые за деньги соглашаются пройти за них беременность и роды. Однако мне выбирать не приходится…

— Ничего себе, суррогатное материнство наоборот, — протянула Кира, которая вообще плохо ориентировалась в этой теме, однако кое-что слышала и читала, — у нас платят за то, чтобы другая женщина вынашивала чужого ребёнка, а потом отдавала его биологическим родителям.

— Тоже вариант, как можно избежать мучений, — согласилась Кар-эл, и вскрикнув, схватилась за поясницу.

— Что с тобой? — испугалась Кира, не зная, чем ей помочь.

— Сейчас узнаешь, — зловеще пообещала девушке эльфийка.

— Я не могу так просто, без прелюдий, — испуганно попятилась от неё Кира, — такое торжественное событие — я же в первый раз забеременею! Правда, я рассчитывала, что это будет после шикарного секса, в собственной квартире. Ну, знаешь, чтобы свекровь в соседней комнате уши не грела, как новая жизнь зарождается… В общем, давай не сегодня. Голова болит. Я серьёзно! Как я могу тебе передать тело с раскалывающейся головой, не мытое и, к тому же, голодное. Всё. Решено. Завтра отосплюсь, отъемся, помоюсь напоследок, и со спокойной совестью поменяюсь с тобой местами.

— Ну, так ничего не получится, — расстроилась Кар-эл, — ты должна добровольно согласиться на обмен сознаниями, а если трусишь, то ничего и не получится! Жаль, значит, не так уж тебе и хочется вернуть домой всех своих сородичей.

— Кира, я домой хочу, — извиняющимся тоном сказала Лиза, — я бы сама поменялась с Кар-эл местами, раз уж именно это является условием… Давай я за неё рожу. Потом поменяемся с тобой телами, чтобы ты попалась на глаза какому-нибудь эльфу. А я поменяюсь с Кар-эл и твоим телом. Правда, не понятно, как потом разбираться, где чьё тело…

— Не пойдёт, — возмутилась Кар-эл, — во-первых, моё тело — это вам не проходной двор! Во-вторых, обмен сознаниями можно провести только в период беременности и только один раз… Поэтому в семье эльфов редко рождается второй ребёнок.

Кира с несчастным видом слушала, принимая для себя решение.

— Прошу считать меня мазохисткой, но я согласна обменяться с Кар-эл телами и родить её ребёнка.

— Да будет богиня Вира свидетелем сделки, — торопливо продолжила эльфийка, — я, Кар-эл из клана Сияющих, согласна принять тело земной женщины Киры, до тех пор, пока она не родит моего ребёнка, и не буду требовать своё тело обратно до тех пор, пока она не выполнит свои обязательства по отношению к своим сородичам.

Кира, пошатнувшись, упала на колени. Слова Кар-эл молотом отдавались в её висках, она почувствовала, что теряет сознание. «Голодный обморок», успела она подумать прежде чем не хило приложиться головой о подлокотник кресла и окончательно выключиться.

— Еле перетащили её на диван. Голова просто раскалывается, — пожаловался кто-то совсем рядом, и Кира утомлённо приоткрыла глаза, но увидела только потолок с деревянной узорчатой отделкой. Двигаться не хотелось совершенно. Между тем удивительно знакомый голос продолжал, — надо же, я думала, врёт, чтобы отсрочить ритуал.

— Это правда ты, Кар-эл? — послышался сбоку потрясённый голос Лизы, и Кира заинтересованно приподнялась, чтобы узнать, что её так поразило. Откинув длинные белокурые волосы, девушка опёрлась руками о диван и замерла, когда в поле зрения попал огромный живот, находившийся прямо перед глазами.

— Говорила мне мама — доча, не жри перед сном, а то в бочку превратишься, — потрясённо сказала она, краем глаза видя, как к ней подошла Лиза и села на корточки, с восторгом её рассматривая, — кто бы ещё сказал, как это меня так быстро разнесло!

— Это Кира, — с восторгом констатировала Лиза, — я её ни с кем не перепутаю!

— Приятно познакомиться, — фыркнула Кира, с трудом поднимаясь и встречаясь взглядом со своим отражением в зеркале. Оно, ухмыляясь, стояло прямо напротив. Странно, но рамы девушка не заметила, как будто неожиданно перед ней оказалась сестра-близняшка, о которой она никогда не знала. Знакомые пышные каштановые волосы с модной стрижкой и хитрющие зелёные глаза она бы ни с чем не спутала.

— Ого, — потрясённо протянула Кира, осознав, что Кар-эл умудрилась всё-таки провести свой ритуал, — так это…

Она провела руками по огромному животу, поражаясь изящным рукам с длинными пальцами, которых у неё никогда не было. Впрочем, как и не было груди пятого размера, хотя она смотрелась до обидного не впечатляюще, лёжа на выдающемся вперед животе. Ощупав заострённые ушки и покрутив между пальцами длинный белокурый локон, она уставилась на него ничего не выражающим взглядом.

— Я же только сказала… что может быть, когда-нибудь… соглашусь на эту аферу. С чего бы мои слова приняли как согласие?

— Потому что в Тенях все сказанные слова имеют вес уже совершённого действия, — охотно пояснила Кар-эл, с наслаждением падая на диван, с которого только что встала Кира, и переворачиваясь на живот, — Как хорошо… сколько я об этом мечтала — наконец-то, можно поспать на животе! Кстати, только заметила, у тебя интересное колечко, я такие видела в лавках мастеров-гоблинов, когда мы с Тахх-элом путешествовали по королевству Алиандра. Откуда оно у тебя?

— На рынке дали на сдачу, — неловко соврала Кира, — у продавца фруктами мелочи не оказалось.

— Ты же сказала, что тебе его подарил гоблин, — напрягла память Лиза, безуспешно пытаясь вспомнить, было это до похода на рынок, или после.

— А ты этого продавца видела? — защищалась Кира, — натуральный гоблин, даром, что чёрт.

— А, это хорошо, — с облегчением сказала Кар-эл, безуспешно пытаясь снять кольцо с пальца.

— Что хорошо? — напряглась Кира, которая и так чувствовала себя неловко из-за своего вранья.

— Что ты им ничего не обещала, — расслабленно сказала Кар-эл, беря к себе на диван повизгивающего Лер-эла, и устраивая его на совершенно плоском животе, — гоблины такие жуки, что потребуют выполнить обязательства, даже если тот, кто им должен, давно умер. Оживят и заставят. С другой стороны, если что-то должны они сами, то умрут, но выполнят. В буквальном смысле…

Кира молча переваривала её слова. Значит, не получится соскочить с сомнительной удачи стать повелительницей гоблинов? Хотя оставалась слабая надежда на то, что если она выиграет пари, которое заключила с пиратом-эльфом и удерёт на родную Землю, гоблины её там не достанут. Её размышления прервал пинок под рёбра. Изнутри. На болезненный вскрик Киры Кар-эл только сочувственно поморщилась, зато Лиза переполошилась.

— Что с тобой?! — встревожено спросила она, не зная, чем может помочь.

— Тебя когда-нибудь лупили по печени, изнутри? — мрачно спросила Кира, прижимая узкую эльфийскую ладошку к животу в надежде усмирить нерождённого, но уже буйного, ребёнка.

— Нет, — растерялась Лиза.

— Тогда ты не поймёшь… — простонала Кира, поворачиваясь к Кар-эл, — есть ещё что-то, о чём я должна знать?!

Кар-эл перестала щекотать довольного жизнью Лер-эла, и задумалась, однако вместо ответа покачала головой.

— Пусть это будет для тебя сюрпризом…

Сюрпризов оказалось очень много. Сначала Кира с трудом приспособилась к тому, что у неё кардинально изменился центр тяжести. Живот перевешивал вперёд, как бы она ни старалась держать спину прямо. Когда, наконец, ей удалось в совершенстве овладеть походкой «я неуклюжая утка», то выяснилось, что от любых физический усилий начинает отниматься поясница.

— Кар-эл, мне уже сейчас помереть хочется, — взмолилась она, — или родить. Или убить кого-нибудь. Что-нибудь из этого, в любой последовательности.

— Иди наверх, — вздохнула Кар-эл, и Кира только с завистью проследила за собственной стройной фигуркой, которая с лёгкостью взбежала по лестнице. С трудом одолев не слишком крутые ступени и отдышавшись, она увидела приоткрытую дверь одной из гостевых комнат. Заглянув, она увидела Кар-эл, которая стояла у кровати, нетерпеливо её ожидая.

— Неужели я так же медленно ходила? — удивилась она, но Кира решила считать это риторическим вопросом, — насколько я понимаю, тебе сейчас легче всего будет постоять на кровати на четвереньках.

— И долго я буду изображать из себя злую кошечку?! — поинтересовалась Кира, нехотя вскарабкиваясь на кровать и становясь в указанную позу.

— Лучше всего стоять так почаще, при любой возможности, — посоветовала Кар-эл уже выходя за дверь.

Вздохнув, Кира опёрлась лбом о сложенные впереди себя руки, подумав о том, что дышать и правда стало полегче. Хотя нет в жизни совершенства — теперь у неё начали затекать руки. Промучившись так с полчаса, она перевалилась на бок и заснула достаточно беспокойным сном, открыв глаза только тогда, когда за круглым окошком совсем стемнело.

Не сразу сообразив, почему у неё не получается легко встать с кровати и попытавшись убрать непослушными руками подушку, которая никак не отлипала от её живота, она, наконец, сообразила, что это и есть её живот. Эльфёнок немедленно отозвался чувствительным пинком. Охнув от непередаваемого ощущения, Кира решила, что ребёнок может так реагировать на голод, так как обед она, скорее всего, пропустила.

Осторожно спускаясь, придерживая руками огромный живот, Кира ловила прилетающие с кухни чудесные запахи жареных пирожков. Зайдя на кухню, она застала Лизу и Кар-эл мирно ужинающими при свете свечей.

— Это что ещё за слёт ночных жриц? — пробурчала она, прикинув, что проспала почти до самой ночи, — сами жрёте, а пригласить беременную поужинать уже считается неприличным?

— Да кто вас, беременных знает, — отмахнулась Кар-эл, вставая и наливая ей чай, — вас же разбудишь не вовремя, так и подушкой залепите сгоряча.

— Я и не беременная всегда готова цинично отлупить тапком того, кто меня будит. Лиза уже пару раз нарывалась, — призналась Кира, усаживаясь за стол, пока подруги накладывали ей еду.

— Поэтому я и перестала будить тебя перед экзаменами, — напомнила Лиза, — зато после трёх пересдач, ты вскакивала даже раньше, чем я.

— Это нормально?! — возмущалась Кира, стоя перед распахнутыми шкафчиками на кухне на следующее утро, — вчера столько еды покупали, а сегодня на полках уже мышь повесилась!

— А то ты не в курсе? — возмутилась Лиза, заходя на кухню с Лер-элом на руках, тоже в поисках чего-нибудь съедобного, — мы вчера поужинали и ушли. А вот твоя дверь в спальню постоянно хлопала… И зря ты свет не зажигала. Спотыкание о мебель с громкими ругательствами — не самый лучший способ тихо поесть ночью на кухне.

— Это не я, — защищалась Кира, — это армия в моём животе. Такое впечатление, будто там не один эльфёнок, а пятеро, зверски голодных. Причём у каждого есть ложка, которой они долбят по животу почём зря. Теперь я понимаю, почему Кар-эл так торопилась провести этот дурацкий ритуал!

— Обо мне разговор? — с любопытством спросила Кар-эл, легко спускаясь по лестнице с бутылкой в руках, — смотрите, что я нашла в барчике! Думала, он пустой, а там в уголке такая прелесть! Вино «Эльфийская роза». Выдержка 70 лет! Будет чем отпраздновать удачное проведение ритуала.

— Вкусное? — облизнулась Кира, жадно протянув руки к бутылке, за что тут же по ним и получила.

— Вкусное, да не для тебя, — отрезала Кар-эл, отодвигая от неё вино, — обойдёшься молочком. Для своего малыша куплю самое вкусненькое.

Она с умильной улыбкой похлопала Киру по животу, ребенок, как будто признав мать, тихонько толкнулся ей в ладошку.

— Меня сейчас стошнит. От розовых соплей! — скривилась Кира, поглаживая живот, — сразу видно, что вы родственники, с таким удовольствием мне гадости делаете.

Однако подруги были неумолимы. Более того, начали собираться на рынок, причём на прогулку взяли даже Лер-эла, оставляя её одну дома.

— Мало ли с каким эльфом по дороге встретишься, — объяснила ей Кар-эл, — мне бы не хотелось, чтобы ты раньше времени выиграла пари с пиратом и умчалась к себе на Землю… прихватив моё тело.

С этими словами Киру оставили одну, наблюдать в приоткрытые двери за тем, как подруги уходят по широкой дороге в сторону города. Не успела она в сердцах захлопнуть двери, как с ужасом заметила, как из-за ближайшего дерева выходит Кер-эл. Захлопнув дверь, она заметалась по кухне, разыскивая остатки муки, которую быстро размазала по лицу, как пудру, и тушь, подаренную накануне Светой. Поплевав на чёрную плитку, она неуклюже побежала к лестнице, на ходу размазывая немного косметики под глазами. В комнате Кар-эл она быстрым движением опустила шторы, создавая полумрак и без того не в светлой комнате, и нырнула в постель.

Кер-эл на этот раз не утруждал себя церемониалом, не стучал в двери, а по-хозяйски широко её распахнул.

— Кар-эл, девушки? — вкрадчиво протянул он, поднимаясь по лестнице. Кира слышала, как поскрипывают ступени под его ногами. И мысленно желала ему провалиться и очень-очень долго лететь вниз.

К сожалению, не сбылось — коварный эльф вполне благополучно преодолел все ступени и поднялся наверх, безошибочно нашёл нужную спальню. По тихому скрипу половиц Кира определила, что он уже в комнате, но из-под одеяла опасалась высунуться, боясь, что её мгновенный грим далёк от совершенства.

Самым идеальным для неё было бы притвориться мёртвой, чтобы деверь Кар-эл, наконец, почувствовал себя счастливым и перестал таскаться в дом каждый день. Однако как это сделать при ходившем ходуном животе, она не представляла. Пришлось подать признаки жизни тихим стоном.

В ответ она услышала полный разочарования громкий вздох и разозлилась. Это как же надо любить квадратные метры, чтобы стараться извести беременную женщину и её маленького брата.

— Кар-эл, милая, тебе, никак, нездоровится, — сказал Кер-эл, стараясь заглянуть под одеяло. В ответ на такую наглость Кира, не глядя, пнула его обнажившейся ногой.

— Прости, эти судороги меня когда-нибудь прикончат, — извинилась она перед съёжившимся на полу эльфом. Судя по защищающей самое нежное место позе, пинок получился точным и крайне болезненным. А если она правильно расшифровала невнятное шипение, ей только что пожелали, чтобы её желание исполнилось в самое короткое время.

Кира аккуратно поправила одеяло, и с невинным видом, сложив ручки поверх одеяла, посмотрела на отползающего на безопасное расстояние эльфа, который не рисковал более приближаться, опасаясь новых «судорог» невестки. По крайней мере, ему были видны только белое лицо со страшными синяками под глазами.

— Цветёшь, я вижу, — злобно сказал он, восстановив дыхание, — уход рабынь с Земли пошёл тебе на пользу.

— Конечно, — слабым голосом отозвалась Кира, — вчера они приготовили мне укрепляющий напиток. Но, наверное, он не сразу действует… Сегодня даже не могу встать с кровати. Наверное, слишком расстроилась из-за того, что мой братик пропал… Эти мерзкие гоблины… Не пойму, как они до него добрались!

— Да, гоблины без контрактов совсем распоясались… Не переживай, увидишь его лет через пятьдесят, когда пройдёт магический сон. А когда напиток подействует, рабыни не сказали? — уточнил Кер-эл, заинтересовавшись и забыв про боль.

— Через неделю я буду порхать, как бабочка, — уверила его Кира.

— Как ангел, — ухмыльнулся Кер-эл, довольный действием целебного напитка, — загляну тогда через неделю. Принесу венок… то есть букет. Ты же любишь ленточки? Украшу, чтобы тебя порадовать.

— Вот спасибо, — прослезилась Кира от умиления, — тебя, может, тоже угостить? Напиток на кухне, в кувшинчике. Правда, его мало… девушки сказали, что на его изготовление идут самые дорогие травы и экстракты. Но тебе на пару глотков хватит.

— Тебе нужнее, сестрица, — торопливо отказался Кер-эл от дегустации яда, — скажи им, чтобы они купили ещё ингредиентов, и сделали побольше напитка… Он тебе на пользу, ты просто расцвела за эти несколько дней.

Кира, чтобы углубить его представление о своём отличном здоровье, разразилась душераздирающим кашлем, от которого впечатлительного эльфа буквально вынесло за двери. Хотя он задержался на пару секунд, чтобы оставить на туалетном столике несколько монет.

Девушка прислушалась — вроде бы внизу хлопнула дверь. Значит, можно немного расслабиться. Есть хотелось всё больше, тем не менее. Вспомнила, что на кухне она вчера подмела последние остатки съестного, а когда вернутся Кар-эл с Лизой с едой, неизвестно. «Если Лиза не потеряется по дороге», мелькнула у неё мысль. Подумав, что иногда поговорка: «Хочешь есть — ляг поспи и всё пройдёт», может помочь, она устроилась поудобнее и действительно очень быстро уснула.

Чтобы проснуться от душераздирающего крика Кар-эл. Кира никогда ещё не переживала такое сложное чувство — когда орёшь, вроде бы, ты, но на себя же. Причём понять, где провинилась, нет никакой возможности. Кар-эл зачем-то начала возить по её лицу мокрой тряпкой, и Кира, наконец, поняла, что эльфийка в ужасе от её креативного макияжа.

— Хватит психовать мне в ухо! — девушка недовольно отодвинулась от себя же, но взбешённой. Попутно самодовольно заметила, что неплохо выглядит даже без макияжа и с перекошенным от злости лицом.

— Да я сама чуть не родила, когда тебя увидела, — отозвалась Лиза, которая стояла в дверях с Лер-элом на руках, — жутко на первый взгляд. Будто ты умерла… Лицо белое, рот открыт, слюни текут, глаза запали…

— Хватит! — прервала её Кар-эл, — у меня никогда не текут слюни!

Кира машинально провела рукой по губам, и эльфийка, чтобы не сорваться, резко от неё отвернулась, только сейчас заметив золотые монеты, которые лежали на столике.

— Откуда?! — прошептала она, беря их в ладошку и недоверчиво рассматривая.

— Кер-эл решил разбить свою копилочку, — недовольно ответила Кира, с трудом перекатываясь, чтобы встать с кровати, — спонсирует изготовление яда для тебя. Через недельку придёт полюбоваться результатом. Вот и осваиваю экстремальный макияж, чтобы в случае чего его уже в гробике встретить. Он у тебя настырный такой, обязательно хочет именно в таком виде тобой полюбоваться.

— Князь уедет через неделю в длительную поездку по Провинциям и на встречу с Алиандром, чтоб подписать какие-то соглашения, — в отчаянии прошептала Кар-эл, напряжённо раздумывая. — Ребёнок не успеет родиться! А только князь может назначить его наследником. Кер-эл убьёт меня. Если он придёт через неделю и поймёт, что ты обманула его насчёт яда… Вам тоже не жить. Он найдет способ убить нас всех.

На этой оптимистичной ноте девушки угрюмо разошлись. Лиза с ребенком — в детскую, укладывать его спать после прогулки, Кар-эл — готовить на всех обед из принесенных продуктов (вообще, избавившись от огромного живота, она стала на удивление приветливой девушкой), а Кира — в туалет. Иногда ей казалось, что оттуда можно и не выходить, всё равно каждые пятнадцать минут она снова туда неслась. Ну, или очень быстро ковыляла.

— Кстати, Света обещала подойти к обеду, — вспомнила Лиза, выйдя из детской, и столкнувшись с Кирой на лестнице.

— Это та продавщица с рынка? — не сразу сообразила Кира, о ком идёт речь, — а с чего бы это?

— Просто в гости, — пожала плечами Лиза, — к тому же, она пообещала рассказать про роды, чтобы мы хоть немного знали, к чему готовиться. С акушерками здесь полный напряг. Население поделено по расам. У эльфиек, оказывается, корона упадёт, если они хотя бы один день отработают. Поэтому они не учатся и не работают, готовятся к тому, чтобы всю жизнь быть украшением гостиной.

— Тогда не удивительно, что Кар-эл оказалась в такой ситуации после смерти мужа, — пожала плечами Кира, усаживаясь на диванчик в гостиной. Лиза присела рядом, прислушиваясь к тихому пению эльфийки на кухне. Кар-эл напевала очень лиричную, но ритмичную песенку с простым мотивом про любовь. Кира, скептически приподняла бровь, тоже вслушиваясь в слова.

— А попса у них ничего, лучше, чем у нас, — заметила она, — по крайней мере, нет бессмысленных рифм.

— Что насчёт других рас?

— Цветочные феи. Те ещё бестолочи. Да и весовая категория не та, чтобы помочь более разумным расам. Гоблины. С ними сама не захочешь связываться. Роды примут, однако в процессе ты им деньги заплатишь, ребёнка отдашь и ещё должна останешься!

— Какие милые, — ошарашено сказала Кира, впечатленная краткой характеристикой будущих подданных.

— Асуры, — с готовностью продолжила Лиза выкладывать информацию, которую узнала утром, — низшие демоны, способны свободно путешествовать по мирам. Даже по Земле! Однако туда они не суются — слишком уж специфичная внешность.

— Разве что на Хеллоуин никто не удивится. И то только в некоторых странах, — кивнула Кира, вспоминая экзотичного Кайла с его гибким длинным хвостом, — как там, кстати, твой ухажёр? Не появлялся?

Ответом на её вопрос послужил увесистый удар в незапертую, как оказалось, дверь, который сотряс всё дерево. Из детской разнесся испуганный рёв эльфёнка, и Лиза быстро побежала вверх по лестнице, спеша его успокоить. В пустом проёме стоял в недобрый час упомянутый асур, прищуриваясь, чтобы рассмотреть затемненную комнату. Заметив Киру, вжавшуюся в кресло, и Кар-эл, выбежавшую из кухни с поварешкой в руках, он застенчиво приставил выбитую дверь обратно на место.

— Хана скоро нашему дуплу будет, если сюда всякие вламываться начнут, — сердито проговорила Кира, прижав одну руку к бешено колотящемуся сердцу, а другую — к бушующему животу. Нерождённый малыш, похоже, уже обладал отменным слухом, и шум ему явно не понравился.

— Что ты себе позволяешь?! — накинулась Кар-эл с поварёшкой на асура.

— Я думал, опять заперто, а где Лиза? — успел он спросить между ударами, блокируя один и перехватывая руку девушки на втором замахе.

— Самочка так впечатлилась твоей мощью, что убежала наверх, чтобы одеться посексуальнее и отдаться тебе прямо на пороге, — брякнула Кира, думая, что сейчас более чем когда-либо асур похож на озабоченного бабуина. Но эту аналогию вслух произнести побоялась.

— Что? — одновременно повернулись к ней эльфийка с асуром, и девушка быстро отказалась от своих слов.

— Ребёнка успокаивать побежала! А вы что подумали?!

Ворча, она вперевалку пошла на кухню, бросив застывшей в причудливой позе парочке через плечо:

— А если ты решил на обед напроситься, так нужно было со своими продуктами приходить! На такую тушу мяса не напасёшься!

— Так я принес, — обрадовался асур, что его не выгоняют, и, вернув поварёшку Кар-эл, аккуратно отставил дверь в сторону, занёс стоящую у порога небольшую корзину. Вернувшись в дом, он не забыл поставить дверь на место. Эльфийка неодобрительно на это всё смотрела, однако, поняв, что выгнать Кайла теперь невозможно, только покачала головой.

— Опять домовым доплачивать за работу, которая не прописана в договоре, — многозначительно сказала она, и догадливый асур без лишних слов достал из кошелька серебряную монету. Кар-эл молча её взяла и переложила к себе.

— Ничего не плати этим бездельникам! — посоветовала Кира, помешивая суп, который поставила Кар-эл, ложкой. Домовые, которые при волшебном слове «оплата» появились в гостиной, сидя на куче выстиранного, но не выглаженного белья, скисли, и обиженно к ней повернулись. Кира была вынуждена пояснить:

— Это форс-мажор, он просто обязан входить в стандартную оплату договора! Очень кстати вы появились, надо сказать! Лер-эл уписал всё, до чего смог дотянуться. Двери честном слове стоят. Некогда прохлаждаться! Хозяйка за вас обед готовит, пока вы отдыхаете, бездельники!

Один из домовых, понаглее, пытался вставить хоть слово в свою защиту, но более робкий углядел перстень, который был на пальце Кар-эл, и, возбуждённо попискивая, показал на него своего товарищу по несчастью. После этого лишние вопросы отпали сами собой. Опознав по этой метке невесту Алиандра, домовые заметно стушевались, и угрюмо пошли раскладывать по местам чистое бельё.

В корзине асура оказалось не только жареное на гриле мясо, тщательно завёрнутое в свежие широкие листья, но и фрукты. Он не забыл положить также бутылку красного вина, на которое Кира успела тоскливо облизнуться, пока его решительно не отобрала Кар-эл. На самом дне девушки обнаружили ароматические свечи и плюшевого мишку, которого у неё отобрал уже сам асур.

— Кажется, на этом романтике мы будем лишние, — хмыкнула Кира, принюхиваясь к свечке, которая источала лёгкий аромат ванили, — извини, мой хвостатый друг, ты, конечно, милый демон, но Лиза не зоофилка, точно тебе говорю.

— Она не любит плюшевых мишек? — не понял асур, прижимая к широкой груди игрушку. Кира, подумав, что дразнить асура не стоит, кивнула.

— И их тоже…

— Вы о чём? — с любопытством спросила незаметно подошедшая Лиза, заглядывая через плечо Киры, которая сейчас, в теле эльфийки, была немного её выше. Вздрогнув, Кира обернулась и возмущённо сказала:

— Ты бы ещё над ухом мне тарелками грохнула, что ли. Быстрее рожу… Ты не спятила ли такое надевать, когда в доме присутствует неадекватный рогатый тестостерон?!

Кайл впал в прострацию при виде Лизы, и уже ничего не слышал. Она действительно переоделась наверху, в один из струящихся халатов Кар-эл из легчайшего белоснежного шёлка. Лиза, смутившись, осмотрела себя и поглубже запахнула халатик.

— Лер-эл решил, что перед сном нужно перекусить, и вылил на меня молоко… Пришлось переодеться.

— Лучше надень что-нибудь другое, — посоветовала Кира, подталкивая подругу к лестнице, — я обещала твоей маме отбивать тебя у египтян, про демонов разговора с ней не было.

Грохот упавшей двери заставил девушек подпрыгнуть. Кира снова схватилась одной рукой за сердце, другой — за живот, Лиза взвизгнула. В пустом проёме показалась встревоженная рогатая физиономия.

— Ещё один асур! — ахнула Кира, оглядываясь на насторожившегося Кайла, — по чью душу, интересно?!

Как оказалось, пришли за Кайлом, который, едва Лиза пропала с поля зрения, уйдя наверх, этому вовсе не обрадовался.

— Господин, беспорядки на рынке, — уважительно сказал пришедший асур, одетый в военные латы и вооружённый копьём, — вас ищут.

— Очень вовремя, — раздражённо сказал асур, комкая плюшевого мишку и отшвыривая его в сторону. Кира только сейчас заметила, что у него на поясе прикреплены ножны с мечом, который гораздо уместнее смотрелся в его мускулистых руках. Привычным жестом достав оружие, он, не глядя на девушек, вышел за дверь, однако втолкнул в гостиную асура, который пришёл за ним.

— Охранять! — рявкнул он, и быстро побежал по улице в сторону рынка в окружении солдат, ждавших его снаружи.

Кира, сглотнув, повернулась к застывшей Кар-эл.

— Офигеть. А хвостатый-то у нас господин полицейский! — сказала она задумчиво, — мы, оказывается, уже дружим с местной властью.

Когда дверь упала в третий раз, никто даже не вздрогнул. Приставленный к ним асур-охранник флегматично чистил ногти загнутым кинжалом, Кира кверху животом лежала на диване, морщась, когда нерождённый эльфёнок пинал её под рёбра. А Кар-эл с Лизой, которая переоделась в просторное голубое платье, накрывали на стол. В дверном проёме стояла, испуганно схватившись в тарелку с кексиками, Света.

— Я вам дверь снесла, что ли? — дрожащими губами прошептала она, заходя в гостиную. Под дверью трагично пискнул придавленный домовой, который только-только материализовался на пороге с молотком в руках.

— И домового прихлопнула? — растерянно продолжила продавщица, помогая несчастному уродцу вылезти из ловушки.

— Силища, Света, играет в тебе богатырская, — подтвердила Кира, лениво перекатываясь на бок и вставая с дивана, — Кар-эл, мы сегодня есть будем, или как? Меня твой дитёнок изнутри уже жуёт дёснами. Такое впечатление, что он на кулак пуповину натянул и будет дёргать до тех пор, пока ему еду не спустят.

— Проголодался малыш, — расстроилась Кар-эл, наливая Кира огромную тарелку супа. Как только Кира села за стол, как она вздрогнула и прислушалась к себе. Эльфийка присмотрелась к ней.

— Что-то не так?

— Дайте поесть спокойно, — вздохнула Кира, — конечно, что-то не так. Я беременна, если вы ещё не заметили. А это значит, что каждую секунду переживаю дивные ощущения.

— Вам это так нравится? — удивилась Света, которая явно была не в курсе, что девушки провели ритуал обмена сознаниями, — я, когда была беременна своим первым чёртиком, мечтала, что когда-нибудь этот кошмар закончится.

— И как? — заинтересованно спросила Кира, ненадолго отрываясь от тарелки с супом. Света замялась.

— Щекотно, конечно, не было. Но больше говорить ничего не буду. Страшилки беременным слушать вредно.

— Вот класс, — пробормотала Кира, с аппетитом наворачивая суп, — значит, это так ужасно, что и говорить об этом не хочется? Меня вот целый день то крутит, то отпускает. Представляю, что будет, когда роды начнутся…

— Как крутит? — насторожилась Света, отложив ложку и внимательно оглядывая Киру.

— Ну как? — задумалась Кира, и чуть поморщилась, — сначала живот болит, потом боль переходит на поясницу, и широкой волной обратно на живот скатывается. Неприятно, но терпимо. Учтите, буду рожать — буду орать. На заметку тем, кто матерному языку не обучен. Готовьте блокнотики, будете конспектировать.

— Конечно-конечно, — ласково сказала Света, — ты прилечь, случайно, не хочешь?

Кира снова прислушалась к себе, и кивнула головой. Что-то ей действительно хотелось, но определить, чего именно не хватало, было сложно. Света, подхватив её под локоть, помогла подняться из-за стола, одновременно кивая девушкам, чтобы они подошли поближе. Кар-эл, нахмурившись, посмотрела на Киру, которая, переваливаясь, пошла в сторону лестницы.

— Хорошо, что ещё месяц в запасе, — неуверенно сказала она Свете.

— Месяц не месяц, а акушерку позвать стоит. Пусть посмотрит, — сказала Света, покачав головой, и окликнула асура, который с прежним отсутствующим видом сидел на диване, — эй, ты знаешь повитуху Азу из Тролличьего переулка?

— Ненормальную, которая детей новорожденных жрёт, если они ей слабенькими кажутся? — переспросил асур, не торопясь подниматься. Кар-эл, ахнув, схватилась за грудь, отчаянно замотав головой.

— Да всё в порядке, — оправдывалась Света, — она только от вида крови с ума сходит, готова всех младенцев признать нежизнеспособными. Но акушерка она классная. Как-то кесарево зубами и когтями сделала. Вот это был высший пилотаж. Правда, еле успели у неё ребёнка отобрать, но зато операцию провела не хуже наших земных хирургов. Наши все знают, что эта троллиха — лучшая во всём княжестве. А то, что мелкие для неё — деликатес, так у всех есть свои недостатки. Главное, успеть спрятать от неё ребёнка после рождения. Секунд десять Аза себя в руках держит. Двадцать золотых — и она примет роды в лучшем виде!

— А что так дорого?! — возмутилась Лиза, пока помрачневшая Кар-эл мысленно подсчитывала, сколько монет у неё осталось, — за такие деньги она новорожденных должна в попу целовать, стоя на коленях, когда принимает, а не шлёпать или пытаться убить.

— Приглашают её редко, — призналась Света, — в основном тролли. А они рожают раз в столетие. Да и новорождённые у них такие, что надо постараться, чтобы они тебя не прибили, а не наоборот.

— А есть варианты ещё, кроме троллихи-людоедки в качестве акушерки?! — раздался сверху встревоженный голос. Все совещающиеся в гостиной подняли головы, посмотрев на Киру, которая сидела на верхней ступеньке лестнице, на сложенном полотенце, — не хотелось бы отвлекать, но у меня в животе что-то лопнуло, потом полилось. Так что лестницу можете неделю не мыть, я её хорошо ополоснула…

По лестнице, действительно, ручейком сбегала струйка прозрачной жидкости, которую Кира пыталась затереть полотенцем.

— Началось! — ахнула Света, заметавшись, и давая указания, — Кира, срочно грей воду в кастрюлях, и побольше!

— Нашли негра помоложе, эксплуататоры бессовестные, — с возмущением сказала Кира, с трудом поднимаясь и начиная спускаться по лестнице, — это что, ритуал такой, для лёгких родов, воду греть?

— Ты-то куда пошла? — вытаращила глаза Света, позабыв про всё уважение к эльфам, — ты в постель иди, живо наверх!

— Определитесь уже, мне воду греть, или в постели лежать! — возмутилась Кира, разворачивая живот, как дирижабль, в сторону лестницы, — эй, охранник, помоги подняться, на лестнице скользко.

Испуганная Кар-эл, позабыв про эльфийское достоинство, безропотно пошла греть воду, а асур, подчиняясь повелительному тону, взял Киру под руку и повёл вверх по лестнице. Лиза шла вслед за ними, страхуя сзади.

Кар-эл поставила кастрюлю на плиту, и повернулась к Свете, преданно заглянув ей в глаза. Однако продавщица, не глядя на неё, нахмурившись, нервным движением сжимала пальцы.

— А что дальше? — спросила эльфийка, готовая выполнять любые указания, позабыв о том, что представительницы её расы брезгуют любой работой.

— А я откуда знаю?! — неожиданно воскликнула Света, — я только рожала, никогда роды не принимала… Помню, что вода нужна, чтобы руки помыть, младенца обтереть. А что между купанием и схватками — это мне не показывали. Точно не хотите позвать Азу?

Она с надеждой посмотрела на Кар-эл, которая с шокированным видом покачала головой.

— Когда эта твоя Аза узнает, что у нас нет денег, чтобы с ней расплатиться, она сожрёт не только младенца, но и всех нас. Придётся справляться самим!

Сверху разнёсся утробный, полный отчаянной муки вой, и девушки испуганно прижались друг к другу.

— Бедняжка, как она страдает, — прошептала со слезами Кар-эл, — это всё я виновата. На её месте должна была быть я!

Света чуть отстранилась.

— Да ну, Тахх-эл в жизни бы на тебе не женился! Он же был высокорождённым, а ты человек, — вполне нормальным голосом сказала она.

— Кар-эл — это я, — рассеянно пояснила эльфийка, утирая слёзы, — мы провели ритуал обмена сознаниями… По нашим обычаям.

— Тогда понятно, — протянула Света, аккуратно от неё отстраняясь и отодвигаясь подальше.

По лестнице лёгкими шагами сбежала Лиза, которая чуть улыбалась, несмотря на новый крик, который раздался из спальни. Света и Кар-эл осуждающе переглянулись, поражаясь бессердечности девушки.

— Она просит горячего сладкого чаю, — сказала она, подходя к кухне и доставая чашку. Продавщица с эльфийкой снова переглянулись.

— Это она так чаю попросила? — удивлённо сказала Света, вздрагивая от нового вопля, — настолько невтерпёж?!

— Никогда бы не подумала, что у меня такой грубый голос, — задумчиво протянула Кар-эл, нахмурившись.

— Так это не Кира кричит, — пояснила Лиза, доставая небольшой поднос.

— А кто?! — хором спросили девушки, нервно оглядываясь на лестницу.

— Тики, бедняжка. Наш охранник, — пояснила Лиза, беря поднос, — Кира накрутила его хвост на руку, отказывается отпускать и крутит при каждой схватке. Говорит, что ей так легче, когда не одна она мучается.

Судя по истошному воплю, асур наверху мучился за двоих.

Лер-эл, про которого в суматохе позабыли, напомнил о себе таким криком, что заглушил всех. Стоя в кроватке, он в негодовании стучал погремушкой по бортику, не забывая подвывать, вторя страдающему асуру.

Кар-эл подхватила брата из кроватки и отнесла к Свете, которая срочно делала пеленки из простыней и старательно проглаживала их утюгом, который нужно было разогревать угольками из печки. Тихо ругаясь, она вспоминала, каким классным утюгом она гладила у себя дома, на Земле, и костерила мир Тени, в котором магия не могла заменить электричество. Вздрогнув от крика, который раздался прямо над ухом, она недовольно взглянула на Кар-эл, поднёсшую брата к ней совсем близко.

— Света, пожалуйста, можешь пока отнести его няне? Наверняка ты знаешь женщину, которая присматривает за детьми. Я заплачу…

— Конечно, — кивнула Света, отставляя утюг, — клянусь богиней Вирой, чтоб ей уже, наконец, попалась девственница, крика в этом доме уже более чем достаточно.

Решив проблему с братом, эльфийка бегом помчалась наверх, где в спальне уже больше часа рожала Кира её ребёнка. К картине «Асур-мученик и бессердечная роженица» она уже привыкла, воспринимая прикованного за хвост к Кире асура как часть обстановки.

— Как ты? — с сочувствием произнесла эльфийка, подходя к кровати.

— Плохо! — с надрывом сказал асур, — если это будет продолжаться, я перегрызу себе хвост. Я не выдержу больше! Лучше бы я мне на рынке по голове настучали, чем в этом аду быть!

— Я так-то Киру спрашивала, — отмахнулась от него Кар-эл, глядя на Киру, которая, держа в одной руке хвост Тики, умудрялась одной рукой удерживать чашку с чаем и понемногу пить.

— Нормально, — пожала плечами роженица, аккуратно ставя чашку на прикроватный столик, — когда схватка уходит, так вообще по кайфу — ничего не болит.

— Завидую, — мрачным голосом сказал асур, — у меня хвост постоянно ломит.

— Могу за другое место схватить, — предложила Кира, морщась, — почувствуешь совершенно новые ощущения. Эй, Рикки-Тики-Тави, ты готов?! Начинается!

— Неееет! — взвыл асур, судорожно царапая ногтями пол, когда Кира изогнув спину и закусив губу, сосредоточенно пережидала схватку. Наконец, выдохнув, она ослабила свой захват.

Кар-эл вышла из комнаты, и побежала вниз, продолжать готовиться к скорому появлению малыша. Но свежеприготовленные пелёнки выпали у неё из рук, когда она увидела по-хозяйски входящего в гостиную Кер-эла. Брат её мужа, которого она взаимно возненавидела с первого взгляда, с недоумением остановился и прислушался к воплям, которые разносились по всему дому.

— Это кричит Кар-эл? — деловито осведомился он, ухмыляясь. Эльфийка кивнула головой, становясь поближе к чугунному утюгу. Очередной хриплый крик возвестил о новой схватке. Кер-эл, продолжая улыбаться, чуть ей поклонился и быстрым шагом вышел из дома.

Только сейчас эльфийка перевела дыхание, и, подхватив пелёнки, побежала наверх. Она знала, что Кер-эл принял вопли асура за её предсмертные крики, но не знала, что он предпримет дальше. «Надо бежать!» — решила она про себя, стоя в изголовье кровати Киры, — «Как только родится малыш, не теряя времени бежать из города!»

— Чёёрт! — протянула Кира, изумлённо, — лезет!

— К-кто? — прозаикалась Лиза, которая стояла возле кровати, не зная, чем помочь.

— Сама посмотри, тебе это удобнее, чем мне, — простонала Кира, морщась, — ну надо же, вроде бы и не так больно, но такие гадкие ощущения я ещё никогда не испытывала!

— Я смотрю, — ответила Лиза, которой не повезло находиться прямо в эпицентре событий, — и ты извини, но более ужасного зрелища я ещё в жизни не видела. Что мне делать?!

— Ло-ви! — одновременно с этими словами Кира вытолкнула крохотный красный комочек, который, попискивая, лежал на кровати.

— Как хорошо, — сказала Кира, откидываясь на подушки и блажённо улыбаясь, — эй, Рикки-Тики, тебе досталась честь перегрызть пуповину! Как-никак вместе рожали! А где ты?! Вот малахольный…

Приподнявшись на локте, она в недоумении посмотрела на потерявшего сознание асура и отпустила его хвост. Кар-эл с опаской перерезала пуповину прокаленным на печи острым ножом и осторожно приподняла за ножки младенца, и хлопнула его по попке, боясь причинить вред. Однако остроухий малыш разразился таким недовольным рёвом, что она сразу перевернула его в нормальное положение и завернула в тёплую, нагретую у огня, пелёнку.

Лиза хлопотала над Кирой, которая за одну потугу родила детское место. Хотя сначала девушки страшно переполошились, думая, что это рождается второй ребёнок. Достав свежие простыни, Лиза быстро поменяла бельё под подругой, бросив перепачканное кровью простыни и клеёнки на пол, хотя толку в этом особенно не было. Кар-эл, не замечая ничего вокруг, ворковала, отвернувшись к окну, над своим сыном, забыв про срочные планы побега.

— Я вам говорил, Повелитель — раздался у порога скорбный голос Кер-эла, — эти злодейки с Земли убили мою невестку, которую я считал своей любимой сестрой! Подлые рабыни, это ужасное зрелище будет преследовать меня до самой могилы! Вся комната в крови! Эти опасные преступницы, к тому же, смогли убить воина городской охраны, который наверняка хотел им помешать!

В комнату, отстранив Кер-эла, вбежали три суровых эльфа в боевом облачении, отчего в помещении сразу стало тесно. Кира с перепугу закрыла глаза и притворилась, что её здесь нет, нащупав в изголовье плед и закутавшись в него. Лиза, сидя на полу, приводила в чувство асура-охранника. Следом за ними не торопясь зашёл высокий светловолосый эльфийский лорд в синем костюме и остановился перед кроватью. Нахмурившись, он посмотрел на Кар-эл, застывшую у окна, на Лизу с асуром, и, наконец, на неподвижный свёрток на кровати.

— Кто пострадал?! — раздался на лестнице взволнованный голос, и в комнату вбежал Кайл с обнажённым мечом, — Князь?!

— Я бы очень хотел знать, что здесь произошло, — мягким, почти скучающим голосом произнес князь, — кого-то пытали?

— Да, — простонал с пола очнувшийся асур, — меня, это было ужасно!

— Молчал бы, — возмутилась Кира, выглядывая из-под пледа, — зато твоя жена и дети потом мне спасибо закажут, за обучение партнёрским родам.

— Какие дети? — возмутился асур, отползая к порогу комнаты, — больше никогда! Никогда!..

Узнать, что именно он имеет в виду, не удалось, настолько быстро он убежал из дома, хлопнув дверью, обратно в казармы. Его начальник, вложив меч в ножны, мягким кошачьим шагом подошёл к Лизе, поднял её с пола за руку и прижал к себе спиной. Она не возражала, перепуганная. После недолгой немой сцены, князь обратил вопрошающий взор на Кер-эла, который, побледнев, уставился на мирно спящего младенца.

— Госпожа, — уже ставшим нетерпеливым тоном обратился князь эльфов к Кире, не зная, что перед ним одна из презираемых им людей, — что имел в виду лорд Кер-эл? Эти рабыни угрожали вам и вашему ребёнку?

Кира, помотав головой, посмотрела на Кар-эл, которая еле сдерживала счастливые слёзы. Отстранив одного из охранников свободной рукой, она подошла к кровати и аккуратно положила сына на кровать рядом с Кирой.

— Отпускаю, — прошептала она тихонько, и Кира прикрыла глаза, проваливаясь в короткий обморок. Когда приступ дурноты прошёл, она, поморгав, обнаружила, что почти лежит на кровати, стоя на коленях и вцепившись покрывало. Ощупав себя дрожащими руками, с радостью познакомилась заново с родным вторым размером и совершенно плоским животом.

— Снова сентябрь, и снова на учёбу, — протянула Лиза, осматриваясь в полупустом кафе, и подзывая жестом официантку.

— Снова звук бормашины и запах гнилых зубов, — уныло подхватила Кира, пристраивая на стул пакеты с купленными канцтоварами. Шоппинг за ручками и блокнотами был для неё настоящим удовольствием, однако на пары она ходила с куда меньшим энтузиазмом, особенно на практические занятия.

— Если бы ты не спустила деньги на путёвки в Египет, мы могли бы пойти на курсы косметологов, немного разнообразили учёбу.

— Если бы я не спустила деньги на путёвки, мы бы никогда не узнали о мире Теней, — парировала Кира, — я ни о чём не жалею. Чёрт, да я там чуть не стала королевой, а ты целых два дня была невестой настоящего демона! И, в частности, теперь я знаю, что это такое — быть беременной. Клёвый у меня мелкий получился, правда?

— Конечно, — кивнула Лиза, благодарно дотрагиваясь до руки подруги. — Спасибо, что прошла всё это ради того, чтобы вернуть всех домой. Честно говоря, настойчивость Кайла меня немного пугала.

— Да уж, тебе надо мальчика, который полгода будет по одной ромашке в день приносить, доказывая своё постоянство, такие темпы, как у того асура, кого угодно испугают. Да ладно, я и за себя тоже старалась, — отмахнулась Кира, — меня же обещали убить, если не найду выход из Теней, если помнишь.

Девушки помолчали, вспоминая, как оказались снова на той яхте, вместе с остальными вернувшимися туристами, благо недалеко от берега. Потом пришлось доказывать недоверчивым египтянам, что эта толпа изумлённых русских в экзотических костюмах, некоторые с металлическими браслетами на запястьях — не психи, а просто заблудились между миров… Особо упорствовавших в своей версии отправили лечить белую горячку. Насчёт остальных решили, что они просто плавали по морю, пока спиртное не закончилось.

— Не напоминай, — вздрогнула Лиза, вспоминая не долгий, но насыщенный путь домой. — Повезло, всё-таки, что мы не оказались на израильской границе. Там бы точно объясняли мальчикам с автоматами, что не террористы. В Египте хотя бы в розыске были. Неужели прошло всего несколько дней? Не верится, столько событий произошло!

— Хватит на несколько жизней вперед! — подхватила Кира, — теперь я уже не буду жаловаться на скучную работу с бормашиной!

— Думаешь? — не поверила ей Лиза.

— С нетерпением жду, когда выйду на самостоятельную практику, — заверила её Кира, водя пальчиком по меню, которое наконец принесла зевающая официантка, — обожаю, когда меня умоляют не делать больно и смотрят с открытым ртом и вытаращенными глазами.