Очередной вокзал. Очередной город. Стайка такси, терпеливо ждущих своих пассажиров. Долгая дорога капитально меня вымотала, и все, о чем я мечтала — это добраться до гостиницы, принять душ и завалиться спать. Завтра предстояли сложнейшие переговоры, на которых я должна была убедить клиента доверить проведение рекламной кампании именно моей фирме.

Пронизывающий ветер заставил меня поежиться и определиться с выбором такси, отдав предпочтение машине почище и поприличнее. Водитель, принимая во внимание сумерки и гололед, не лихачил, и я расслабилась, почти задремав в теплом салоне. Последнее, что я помнила, был удар. Меня выбросило из машины и приложило об асфальт так, что я потеряла сознание.

Второй год оказался намного сложнее первого. Расписание стало настолько плотным, что на посторонние предметы почти не хватало времени. Мне не чаще раза в неделю удавалось просочиться на лекцию по боевой магии или на практикум по лекарству. Зато алхимии и артефакторике нас стали обучать более предметно и подробно. Я не вылезала из лаборатории, возвращаясь в комнату только под вечер. Все, на что хватало моих сил — это упасть и уснуть. Пришлось даже снизить нагрузку, поскольку организм требовал хотя бы иногда питаться и время от времени отдыхать.

Появился в моей жизни и еще один плюс — нас стали допускать в библиотеку Академии. Вот где я чуть было не поселилась! И несколько девочек с моего курса тоже. Вот только меня интересовали книги, а их — окна, которые выходили на дуэльную площадку. Несколько раз в неделю там проходили состязания между молодыми людьми из Академии. Ну… что сказать… фехтование на шпагах — это, конечно, красиво, но не до такой степени, чтобы постоянно пялиться. Тем более, что заканчивались эти дуэли всегда одинаково — побеждал один и тот же брюнет и посвящал свою победу одной и той же белокурой даме.

Пока мои однокурсницы протирали носами окна, я конспектировала книги. К счастью, университетская программа моего родного мира предусматривала обучение анализу источников и умению вычленять из текста главное. Я старательно собирала всевозможные варианты рецептов и готовилась к очередной летней практике, на которой я смогла бы проверить собственные теоретические выкладки. На втором году обучения программа преподавания алхимии расширилась, и включала в себя не только настои и мази, но и отвары, экстракты и даже яды. Список ингредиентов растительного, животного и минерального происхождения, которые требовались в процессе алхимических преобразований, рос и расширялся.

На сей раз я решила сделать упор на изучение боевых зелий. В данном мире пользовались ими весьма оригинально. Взрывчатая субстанция заключалась в стеклянный шарик, который разбивался при ударе. Метали эти шарики с помощью рогаток, пращи и даже руками. Я остановилась на последнем варианте, поскольку первые два не давались мне напрочь. Придумывая, как облегчить процесс, я вспомнила об игрушечном пистолете своего младшего брата. Грозное оружие стреляло пластмассовыми шариками, и я столько раз помогала его чинить, что прекрасно помнила, как он устроен. Проблема была только в том, что чертежей мало для того, чтобы воплотить изобретение в жизнь. Нужны еще и деньги.

Впрочем… пистолет вряд ли был выходом из проблем. Если стеклянный шарик взрывается от удара, то (помимо всего прочего) нужно было продумать механизм выталкивания. Нет, окончательно про идею забывать не стоило, но на данный момент она была не актуальна, и я отложила ее в долгий ящик.

Мое знакомство с боевыми зельями началось с попытки освоить взрывчатую смесь, специально разработанную против одной конкретной твари, называемой лесным трясинником. Дело в том, что из шкуры этих животных получались прекрасные защитные костюмы, необходимые любому алхимику, склонному к экспериментам. Некоторые ингредиенты чудовищно ядовиты, да и с готовым продуктом иногда требуется быть осторожным. Вся проблема в том, что стоит такой костюм нереально дорого, ибо лесной трясинник тварь редкая и весьма опасная. А потому алхимики частенько сами отправляются за его шкуркой. И далеко не всегда благополучно возвращаются после таких вылазок.

Охотники, как вы понимаете, тоже неохотно лезут сражаться с такими тварями. А вот студиозусам деваться особо некуда — практический зачет. И чем опасней тварь, тем больше шансов заполучить после школы нормальную работу. На лесного трясинника отправлялись охотиться сразу двое. Я была третьей в этой развеселой компании, причем поначалу брать меня не хотели. Типа, бесполезный груз. Но, благодаря моей прошлой работе, если я что-то и умела профессионально делать, так это как раз договариваться. Так что куда бы они делись.

Путешествие, надо сказать, получилось не из приятных. Во-первых, я действительно оказалась грузом. Отсутствие жестких тренировок сказывалось не лучшим образом, и я с трудом выдерживала нужный темп передвижения. Во-вторых, лесные трясинники не зря имели славу особо опасных тварей, и напали на нас совершенно неожиданно. Только когда нежная изумрудная травка начала колыхаться, мы догадались, что подступили вплотную к болоту. В-третьих, неопытные Охотники не смогли сразу же дать тварям должный отпор и были ранены раньше, чем успели достать стеклянные шарики, заполненные взрывающимся ядовитым настоем. Хорошо хоть я шла последней, и успела среагировать. В-четвертых, оказалось, что метать шарики в неподвижный камень и в юрких тварей — это две очень разных вещи. К счастью, я подозревала, что боец из меня так себе, и взяла запас.

Нужно сказать, взрывы впечатлили тварей донельзя. Они начали отползать, и мы сумели отступить. Три тушки, правда, я все-таки уцепила — не возвращаться же с пустыми руками после столь эпического сражения! Охотники отчитаются головами, а все остальное я заберу себе. И пусть только кто-нибудь попробует вякнуть, что это несправедливый дележ! Если Охотники так хотят стать героями — пусть возвращаются за лесными трясинниками сами. Трупов там еще несколько штук осталось. А лично я и так получила впечатлений — выше крыши. И повторять смертельно опасную вылазку не собиралась. Нет, не боевик я все-таки. Не боевик. Не хватает у меня здоровой наглости и авантюрной безбашенности. Так что, похоже, со специализацией алхимика и артефактора я определилась правильно. Ну… значит, продолжим ударно трудиться именно в этом направлении.

Трупы пришлось подтащить прямо к ногам дьорла Хайтрена. Он брезгливо обследовал тварей, поднес к телам амулет и, вздохнув, отсчитал десять серебряных треугольников. Похоже, глава гильдии городской безопасности не рассчитывал на то, что я останусь жива и действительно смогу уничтожить опасных тварей.

— Ну так что, будем покойников для переучета поднимать? — вернулась я к своему вопросу.

— По две медных чешуйки за труп, — тут же принялся торговаться орк.

— Тогда вознаграждение за пропавших без вести я сама у родственников получать буду.

— Да может, там и нет никого приличного, — пробормотал глава гильдии городской безопасности, уговаривая сам себя.

— Откуда начнем? — деловито поинтересовалась я.

— Да прямо от городской границы, — кивнул себе под ноги дьорл Хайтрен. — Только я за нее не пойду.

Я опустила взгляд, и с удивлением увидела цепочку камней, знаменующих собой рубеж. От как! Весело у них здесь. Ладно, приступим. При всей моей нелюбви к некромантии, одного у нее не отнять — деньги с ее помощью всегда можно заработать. Слишком грязная это работа — поднимать трупы, а потому весьма проблематично найти желающих это сделать. Я бы тоже попривередничала, ага. Но жажда денег сильнее.

Достав из сундука поисковый амулет, я начала мерить шагами кладбище. Ага, есть один. И еще один. А здесь сразу аж трое закопано. И тут трое. А вот и первая куколка, чуть не цапнул, сволочь. Я обернулась на дьорла Хайтрена. С каждым новым телом, вытащенным на поверхность, он мрачнел все больше и больше. С деньгами что ли расставаться жалко? Ну, меня бы тоже жаба давила за такой сброд платить. Как и подозревал глава гильдии городской безопасности, ни одного приличного человека на этом кладбище закопано не было. Хотя… погодите-ка… да! Я знала, что мне должно повезти!

Мужика явно ограбили, предварительно размозжив голову, но все равно было заметно, что это не какой-нибудь бомж. Порванная, залитая кровью, но весьма дорогая одежда и светящаяся магическая татуировка, сообщали всем любопытствующим, что их хозяин принадлежит к первому сословию. Дьорл Хайтрен отчетливо застонал. Узнал что ли? Судя по тому, с какой скоростью метнулся в город один из сопровождавших нас стражников — скорее всего. Ладно, пора заканчивать с учетом покойников. Если не ошибаюсь, сейчас припрутся скорбящие родственники, и мне нужно как-то стрясти с них деньги за обнаружение тела. С одной стороны, представители первого сословия редко бывают бедными, а с другой стороны, они очень не любят платить, считая, что делают окружающим одолжение одним своим существованием, и что все просто мечтают им угодить.

Трупов на кладбище оказалось вдвое больше того, чем было учтено у главы гильдии городской безопасности. Рачительный орк долго мялся, подсчитывая, что ему обойдется дешевле — просить меня упокоить тела по всем правилам или устроить для них костерок. Учитывая ветер, близость города и поросшие кустарником холмы, последнее явно было не самой здравой идеей. По всей видимости, глава гильдии городской безопасности тоже пришел к этой мысли, поскольку еще один охранник метнулся за помощью и вернулся минут через двадцать с отрядом троллей, вооруженных лопатами.

Глубокий ров, параллельный выложенной камнями городской границе, появился довольно быстро. Он тянулся от скалы до скалы, перегораживая путь к мегалитическому кубу. Видимо, дьорл Хайтрен решил отказаться от кладбища, которое не может контролировать. Собственно, логично — уничтожением вурдалаков, куколок и опознанием тел я нагрела городскую казну на довольно круглую сумму. Дьорла Хайтрена за это вряд ли похвалят.

Родственники, приехавшие на опознание единственного приличного тела, оказались настолько высокопоставленными, что даже не снизошли до общения, отправив на переговоры слугу. Ну… мне же проще. Торговаться с представителями первого класса небезопасно, а с их слугами — самое то. Можно договориться на разумную сумму.

Ближе к вечеру кладбище опустело. Родственники, прихватив тело, уехали, тролли, закопавшие покойников, разошлись, и даже дьорл Хайтрен, убедившись, что я провела церемонию упокоения правильно, рассчитался со мной и отправился по делам. Собственно, мне тоже пора было выдвигаться — искать ночлег, договариваться насчет лаборатории и начинать обживаться. Благо, глава гильдии городской безопасности дал мне несколько адресов на выбор. По контракту, у меня было трое суток на то, чтобы обустроиться, поэтому я планировала сегодня найти самый дешевый ночлег, а завтра уже заняться поисками подходящего жилья.

Сундук вертелся волчком, пытаясь поймать собственный несуществующий хвост. Делал он это настолько увлеченно, что я оторвалась от записей и с интересом за ним наблюдала. Со временем, мой сундук все больше и больше становился похожим на собаку. Он припадал на передние лапы (определив в качестве таковых левые боковые), охотился на крыс и сопровождал меня почти во всех моих путешествиях.

Я потерла глаза и захлопнула очередную пачку сшитых листов. Мой рабочий журнал разросся донельзя, и явно требовал переписывания с предварительной обработкой. В горшке доваривалась мазь, периодически набухая фиолетовыми пузырями, а я пыталась понять, как ее можно усовершенствовать. Подозвав сундук, я достала из него свои студенческие записи и пробежала их глазами. Нет, никаких подсказок здесь не было. Ни одного ингредиента, способного усилить преобразующий эффект от хвостов головастиков.

Вообще-то мазь призвана была избавлять кожу от шрамов, даже застарелых, но только в том случае, если они не слишком большие и глубокие, иначе эффект падал от полного уничтожения до простого сглаживания. В принципе, это тоже было неплохо, но мне хотелось большего. Я мечтала создать нечто, что могло бы заменить пластическую хирургию. Если мне это удастся, можно будет безбедно жить до конца своих дней. Правда, пока результаты были далеки от намеченных, но я не отчаивалась. Жаль, конечно, что магическое взаимодействие ингредиентов было очень сложно рассчитать математически (где, где вы, нормальные химические формулы?!), но научный тык рулит! (Хотя можно, конечно, для самоуспокоения назвать его методом последовательных итераций, и чувствовать себя великим ученым. Британским[5]). Хотя, конечно, было бы намного проще, если бы при смешивании ингредиентов не нужно было бы учитывать день недели, фазу луны, направление ветра и прочие усложняющие процесс факторы.

Нужно сказать, что чем больше я исследовала заживляющую мазь, тем отчетливей понимала, что простой модификацией, скорее всего, дело не обойдется. У меня даже закралось подозрение, что замахнулась я на нечто архимаговского уровня. Не открытое только потому, что никому до сих пор подобная идея не приходила в голову. А может и открытое, кстати, но строго засекреченное.

Если магия, по мнению местных ученых, делилась (по степени сложности) на десять ступеней, то итоговая продукция производилась трех видов. Самый элементарный — это простейшие зелья и амулеты, магически подзаряженные и имеющие ограниченный срок действия. Второй, более продвинутый — уровень бакалавров и магистров. Это более сложные по составу, долговечные и многосоставные артефакты и зелья, имеющие хорошую магическую подпитку. Такие вещи встречаются несколько реже, и довольно прилично стоят.

Самым сложным является третий вид — уровень архимагов. Все, что выше седьмой ступени. Применяя синтез алхимии и артефакторики, местным гениям удается изобретать действительно потрясающие вещи. В одном из исторических романов я читала о легендарных доспехах, созданных подобным образом. Сложносоставные эликсиры использовались и на этапе выплавки, и на этапе закалки. Затем, на уже готовый продукт, был нанесен растительный узор (чем-то похожий на местную письменность, а потому у меня возникло подозрение о наличии в данном мире собственных рун), а в специальные пазы вставлены сложные артефакты. Получившиеся доспехи не только защищали, но и добавляли сил, совершенствовали реакцию и всяческим образом помогали своему хозяину.

Конечно, такой сложный многосоставной артефакт на данный момент я была создать не готова. Не хватало знаний. Однако мой сундук, хоть и с натяжкой, тоже можно отнести к артефактам третьего уровня. Так что я примерно представляла, в каком направлении мне двигаться. И собиралась совершенствоваться дальше, потому что если не стремиться к большему, то вообще никогда и ничего не достигнешь. Время у меня было, возможность тоже была, а потому я упорно пыталась экспериментировать. Надо же было хоть как-то выкрутиться, чтобы выжить! Конечно, жаль, что на меня при попадании в новое измерение не свалился дворец со слугами или принц в мужья, но реальная жизнь всегда отличается от книжной. К тому же, грех жаловаться — я оказалась не в самой большой дыре, как могла бы. Даже магический дар заполучила, пусть и не слишком большой.

Доварив мазь, я аккуратно сложила готовую продукцию на полки, убрала записи в сундук и вылезла наружу. Время, как всегда, было уже позднее. Даже ужинать не хотелось. Я умылась, заставила себя сжевать сухарь, и отправилась спать. На завтрашний день у меня были большие планы.

Ежедневная добыча мидий, рыбы и прочих интересностей получалась не слишком большой, но на еду хватало. И на ингредиенты тоже, кстати, потому как оказалось, что местные водоросли даже эффективнее рекомендуемых в рецептах Синих Северных, а чешуя синерыбицы вполне способна заменить дорогую и редкую шкурку пустынной ящерицы. Я экспериментировала напропалую, в надежде найти несколько идей, с которых можно будет кормиться. Пусть даже и после того, как я отработаю контракт.

Возиться с мазью, улучшающей внешность, я не перестала, благо у меня теперь был добровольный подопытный кролик. Любопытная служанка, хозяева которой клюнули на мою рекламу, постоянно крутилась возле лавки, куда я сдавала свою продукцию. Мирс Флисси рискнула попробовать результаты моих первых разработок, и теперь стала моим постоянным клиентом.

Покамест мазь улучшала цвет лица, сглаживала неровности кожи и даже убирала синеву под глазами. Я надеялась, что в дальнейшем мне удастся улучшить результаты. Мирс Флисси была озабочена тем, чтобы удачно выйти замуж, и мечтала усовершенствовать свою внешность. На мой взгляд, девочка и так была вполне симпатичной — русоволосой, среднего роста и вполне приятных пропорций. Однако местные каноны красоты диктовали свои правила.

Кстати, я неожиданно для себя выяснила, что волосы в данном мире красить не принято. Не то что это осуждалось — просто никому в голову не приходило. Даже странно… я купила краску у лесных прошретов. С тех пор, как Максимус их прижал, они старались не нарываться на неприятности, но все равно оставались дикими племенами, недолюбливающими чужаков. Чем-то они мне напоминали цыган. В том числе, и своей любовью к лошадям. Краску, между прочим, они использовали, чтобы менять масть ворованных четвероногих и скрывать изъяны. Ну, а я применила ее немного в другой сфере. Неплохо получилось, кстати. Для полноты образа мне не помешало бы длинное, узкое черное платье с разрезом до бедра, но работать в таком однозначно будет неудобно.

Собственно, разобрав на составные компоненты черный, рыжий и коричневый красители, я сумела не только их повторить, но и сварить несколько новых оттенков. С прошретами оказалось не так уж сложно договориться, и за готовую краску они поставляли мне часть нужных ингредиентов. Еще часть поставляли Охотники, но не слишком много. Поскольку клан Мортиса занимался внутренней безопасностью Хлаеппо, за городской чертой они редко оказывались, а это ограничивало возможности добычи ингредиентов. Лавки, в которых я покупала готовую продукцию, работали со свободными Охотниками, часто привязывая их семейными узами.

Самой удачной моей разработкой стала краска, осветляющая волосы. Вот это уж удача так удача! На мое предложение попробовать стать блондинкой, мирс Флисси издала радостный визг и даже похлопала в ладоши. Получилось… ну, не идеально, конечно, но все равно неплохо. Цвет немного отдавал в желтизну, но с этим уже можно было работать. И главное — на меня сразу посыпался вал заказов. Ну и цену я не постеснялась поставить соответствующую.

Была у меня и еще одна удачная разработка — я, наконец, изобрела амулет, защищающий от неприятных запахов. На данный подвиг меня сподвигла моя некромантская деятельность, поскольку поднятые трупы, обычно, источали жуткое зловоние. На основе этого изобретения я создала довольно сложный артефакт, который уничтожал собственный запах, скрадывал звук шагов и даже заглушал издаваемые звуки, включая дыхание. Разработка эта была сделана специально для Охотников, на них же опробована, и пользовалась постоянным спросом.

К сожалению, мои идеи подвизаться на ниве журналистики так и канули в лету. И дело было даже не в моей постоянной занятости (не всегда хватало времени даже перекусить), а в менталитете окружающих. Женщину-алхимика местные мачо хоть как-то воспринимали. Но представить ее в качестве журналиста отказывались напрочь. Дескать, мужская это профессия, требующая аналитического склада ума и знания политических реалий. Я даже наваяла статейку, чтобы поколебать эту убежденность, но ничего не вышло. Редакторы упирались, как бараны, и на компромисс идти не желали. Жаль, конечно, но у меня оставалась мечта открыть собственную газету. Лучше всего — с рекламными объявлениями. Так что я не стала расстраиваться из-за пустяков и сосредоточилась на других направлениях.

Поскольку идея велосипеда была оценена гномами по достоинству, воплощение проекта в жизнь не заставило себя ждать. Рекламная кампания, которую я развернула по всем правилам, привлекла много любопытствующих, и появились первые заказы. Я следила за изготовлением велосипеда практически ежедневно, и даже успела протестировать несколько экземпляров. В результате у транспорта появились шины из магически преобразованной коровьей кишки, и несколько амулетов, отвечающих за освещение, торможение и подачу сигнала.

Впрочем, как ни жаль, массовым продуктом, скорее всего, это изобретение никогда не станет. Прежде всего потому, что отсутствие стандартизации в производстве делало этот транспорт практически непригодным к ремонту. Общая деревянная конструкция получалась не слишком прочной, а сиденье (из-за отсутствия пружин) — не слишком удобным. Нет, последние две проблемы вполне можно было решить с помощью магии, но цена изделия возрастала. Похоже, придется умерить свои мечты осчастливить велосипедами весь мир, и остановиться пока на нескольких единичных экземплярах для особо продвинутых пользователей. Мда… жаль, конечно, но вместо удобного средства передвижения, доступного каждому, получилась игрушка для обеспеченных мажоров. Хотя… в моем мире, насколько я помню, велосипедная эпопея начиналась примерно с этого же.

Поскольку двухколесные агрегаты постепенно приобретали законченный вид, можно было приступить к следующему пункту нашего плана — изготовлению самобеглой коляски (идея квадроцикла гномам, почему-то, не понравилась). Ее первый (и пока единственный) экземпляр делался изначально пафосным и дорогим — его планировалось подарить градоначальнику. Разумеется, не просто так, а с намеком на то, что мне нужно как-то узаконить территорию, на которой я обосновалась, а бородатым изобретателям очень хочется приобрести в собственность кусок земли в центре Хлаеппо. Моя память подкинула идею торгового центра. Гномы оценили.

— Тот день, когда ты вошла в мою мастерскую и принесла свой первый заказ, можно считать счастливым, — сказал мне Бронин. — Я не знаю, откуда берутся твои идеи, но они приносят деньги. И, я надеюсь, будут приносить впредь.

— Я тоже на это надеюсь. Потому что одними только зельями и артефактами контракт не закроешь, — вздохнула я.

— Обычно, женщины выходят замуж. И уже мужчина решает все проблемы. В том числе и по оплате контракта.

— Избавиться от одной кабалы, чтобы заполучить другую? — хмыкнула я. — Нет, если уж искать мужчину, то не для того, чтобы он кошельком работал. И не для того, чтобы он воспринимал в качестве кошелька меня саму. Я хочу встретить достойного партнера.

— Это сложно. Алхимия — наука небезопасная. А уж некромантией вообще никто заниматься не хочет.

— Жаль, — пожала плечами я. — У меня есть прекрасная идея усовершенствованной самобеглой коляски. Однако там предполагается использовать лошадиные кости, в том числе и черепушку. Транспорт будет опознавать хозяина, подъезжать к нему по первому зову и, скорее всего, будет наделен способностью сам себя подпитывать.

— Как твой сундук, который крыс ловит? — хмыкнул Бронин. — Как только ты закончишь отрабатывать контракт, я первый в очереди на изготовление подобной вещи. Только без черепа, пожалуй. Лучше я буду покупать амулеты для его магической подпитки.

— Всё что угодно ради клиента, — хмыкнула я. — Но с первым местом в очереди ты погорячился. В лучшем случае третьим. И то потому, что я тебя уважаю. А первым будет дьорл Хайтрен. Он заинтересовался сундуком в первый же день моего пребывания в Хлаеппо.

— А вторым кто будет? Мортис? — сердито поинтересовался гном.

— Скорее всего, градоначальник. Не могу же я его без такого подарка оставить. Меня неправильно поймут. Оформление сундука, кстати, буду у кого-нибудь из вашего клана заказывать, — подсластила пилюлю я. — Лучше мастеров, чем гномы, мне все равно не найти.

Бронин польщено заулыбался, и мы расстались довольные друг другом. Нет уж, с бородатыми предпринимателями я ссориться не собиралась. Конечно, хитрюги зарабатывали на моих идеях большие деньги, но, во-первых, делились, а во-вторых, без их помощи я все равно не смогла бы продвинуть придуманные мной проекты. Да и скидки приятно было получать. Хотя бы на ту же бумагу.

Изначально я собиралась как-нибудь пристроить в дело купленные газеты. Точнее то, что от них осталось после исчезновения магического воздействия. Но бумага была настолько плохой, что кроме поделок из папье-маше ни на что не годилась. Я обзавелась декоративными коробочками разных форм и видов, стаканами, подставками и тарелками. Эта мелочевка, конечно, тоже была не лишней, но хотелось совершенно другого. Я, наконец, созрела для того, чтобы привести в порядок все свои записи. На данный момент там черт ногу сломит.

На сей раз я приобрела несколько огромных пачек сшитых листов — и для алхимии, и для артефакторики. В двух из них я буду записывать уже готовые рецепты, а остальные останутся для экспериментов, разработок, таблиц совместимости и прочих интересностей. А чтобы непрошенным шпионам жизнь медом не казалась, вести записи я буду по-русски. Наверное, так нужно было поступить изначально, но я тренировалась в местной письменности и осваивала язык. Да, доставшееся мне тело было его носителем, но словарный запас там был такой… обними и плачь.

Еще одним важным, но неспешным делом было исследование саркофагов. Каким-то образом они подпитывали вурдалаков, позволяя им стать если уж не разумными, то по-звериному хитрыми. Материал напоминал гнезда ласточек — комочки сырой земли с примесью соломы стеблей и конского волоса, но магией от него фонило очень сильно. В принципе, этот материал использовался в некоторых уже известных рецептах, но здравый смысл мне подсказывал, что сфера его применения должна быть гораздо шире.

Когда я не получила от дьорла Петриса предложения продать рецепт зелья, стимулирующего рост волос, то удивилась. Когда он никак не отреагировал на мазь, укрепляющую и отбеливающую зубы, напряглась. И только потом, порасспросив мирессин Поплию, поняла, где собака порылась. Нет, мой браслет не перестал подавать сведения. И не начал запоминать точные выкладки моих экспериментов. Просто оказалось, что многие из моих новшеств… уже изобретены. И, подчас, не менее эффективны, чем мои собственные.

Изобретать велосипед не в прямом, а в переносном смысле, было до ужаса неудобно. Да, я периодически посещала разные лавки, но большинство из их владельцев даже не подозревало о некоторых изобретениях. Или стоили эти самые изобретения столько, что приходила злобная жаба и начинала давить с особой жестокостью. Может, подбить гномов и начать выпуск журнала «Алхимия сегодня»? А смысл? Маги не хотят делиться своими изобретениями. Зачем? Им же зарабатывать нужно! И для них нет ничего приятнее, чем знать, что только у тебя одного есть какой-нибудь нужный народу рецепт. И желающие его приобрести сами приедут. Максимум, что маги себе позволяли — это передавать знания детям по наследству. Или продавать их Академии (для расплатившихся по контракту существовали вполне приемлемые расценки на интересные изобретения). Впрочем, оттуда знания тоже не утекали. В лучшем случае, выпускники-магистры получали несколько любопытных рецептов. Бакалаврам давалось только самое элементарное.

Моя улучшающая внешность мазь постепенно совершенствовалась. Правда, на меня она так и не действовала, но зато мирс Флисси была довольна без памяти. Она даже похвасталась, что за ней начал ухаживать молодой человек из Теней. Не самая плохая партия, кстати. Профессия Теней была довольно закрытой и очень непростой. Насколько я могла понять, они, как и Охотники, делились на кланы, которые занимались вопросами разведки, контрразведки и внешней безопасности. Обычно, Тени скрывались среди обычных людей, ничем себя не проявляя. Но существовали и официальные представители, взаимодействовавшие с главами городов и кланами Охотников. Жених Флисси как раз был из последней категории.

Переговоры с дьорлом Лильирсом прошли на редкость удачно. Хозяин корабля был очень заинтересован в том, чтобы поднять как можно больше ценного, и готов был за это заплатить вполне приличные деньги. Дело хорошее, конечно, но теперь мне нужно было придумать, как поднять тяжелые крупногабаритные вещи. Сшить специальный мешок? Бред. Это каких же размеров его нужно делать? Да и не уверена я, что смогу упихать в подпространство такое количество вещей. И артефакт уменьшения веса не всегда можно использовать. Эльфийские ткани и гномье пиво, например, в результате подобного вмешательства могут потерять часть своих свойств.

Решение очевидно — придется обзаводиться помощниками и, соответственно, делиться. То есть мне нужен достаточно отважный человек, желательно, остро нуждающийся в деньгах. Стоп! Нартар! Он буквально на днях вернулся из своего очередного путешествия, и, судя по тому, что основную часть ингредиентов потащил не ко мне, а в лечебницу, был на мели.

Если городские Охотники получали вполне приличную зарплату, то у свободных доход зависел от случая. Удастся выловить что-нибудь приличное — хорошо. Не удастся — крутись, как знаешь. С голоду не умрут, конечно — количество различной нечисти в данном мире достаточно велико, но денег мало не бывает. Некоторые свободные Охотники, кстати, вполне владели элементарной алхимией и артефакторикой, и смогли сами изготовить несложный амулет или простейшее боевое зелье. Экономия, однако. С некромантией у них, обычно, тоже все было не так плохо, но Охотники больше «заточены» на то, чтобы уничтожать, а не на то, чтобы поднимать и допрашивать трупы.

Нартар, насколько я знала, был довольно удачливым и опытным. И сиюминутное отсутствие денег абсолютно ничего не значило — у каждого в жизни бывает черная полоса. В моих интересах было воспользоваться подобным положением дел, и пригласить его составить мне компанию.

Нашла я Нартара в любимом всеми Охотниками трактире. Он с отвращением ковырялся в тарелке с салатом, и его настроение было далеко не радужным. Я поздоровалась и подсела к нему за столик.

— Хочешь заказать какие-нибудь ингредиенты? — поинтересовался он.

— Хочу предложить тебе заработать.

— А Мортис что? Не справится? — удивился Нартар. — Как мне казалось, он вполне удачно истребляет нечисть в городе.

— Речь идет не об охоте на опасных тварей. Я собираюсь поднять ценный груз с затонувшего корабля, и мне нужен помощник. Сильный, бесстрашный, умеющий себя защитить и достаточно нуждающийся в деньгах, чтобы согласиться спуститься на морское дно. Мортис не подходит именно по последнему параметру. И… он вообще не авантюрист.

— Хозяин корабля?…

— Предлагает приличное вознаграждение за подъем груза.

— Хорошо, — Нартар отодвинул от себя злосчастную тарелку с салатом. — Рассказывай подробно, как ты себе это представляешь.

Мой план по поднятию ценностей был разобран по косточкам и раскритикован в пух и прах. Дескать, всякие мелочи таскать таким образом можно, а для крупногабаритных грузов нужно что-нибудь другое придумать. Самое элементарное — организовать лодку с лебедкой. Но тогда нужно будет брать в компанию кого-нибудь третьего, чтобы он наверху остался и помогал. Подумав, Нартар сказал, что у него даже есть на примете подходящая кандидатура. Ну… почему бы нет? На троих всегда дела идут лучше.

— Пойдем знакомиться, — согласилась я. — Нужно обговорить детали и заранее обсудить, кому какая доля с дохода пойдет. Чтобы потом не было ни обид, ни недопонимания.

Дьорл Товис тоже оказался Охотником, только отошедшим отдел вследствие потери ноги. Крепкий мужчина примерно 50-ти лет пробавлялся рыбалкой, изготовлением некоторых боевых зелий и резьбой по дереву. Как шепнул мне Нартар, дьорл Товис в свое время помог ему, зеленому юнцу, выжить. Оказывается, у свободных Охотников, когда те достигали зрелого возраста, было принято брать учеников. После сорока опыта прибавлялось, а вот с резвостью было наоборот, и вдвоем с молодым напарником уничтожать нечисть оказывалось гораздо эффективнее. И выживаемость вчерашних учеников резко повышалась.

Разговор у нас троих получился долгим. И серьезным. По деньгам мы договорились, а вот детали мероприятия обсуждали очень тщательно. Я изготовила еще один мешок-акваланг, и Нартар отважился с ним нырнуть. Отчаянный он все-таки человек! Дьорл Товис тоже принимал активное участие в подготовке к нашей авантюре. Он арендовал большую лодку (причем в два раза дешевле, чем мне в прошлый раз обошлась посудина в три раза мельче) и вместе со мной ездил к Кривой скале, выискивая место, где можно закрепить лебедку, которую тоже взял напрокат.

Вообще-то дьорл Товис был уверен, что нам придется сделать несколько заходов. Я-то планировала поднять только товар, а вот бывший Охотник, куда как лучше разбирающийся в реалиях жизни, советовал не ограничиваться только тем, за что готов платить дьорл Лильирс. Он убедительно доказывал, что знает людей, которые с удовольствием выкупят паруса и веревки, не говоря уж о якоре. И советовал поосновательнее покопаться в капитанской каюте. Ох, как же дьорл Товис жалел, что сам не сможет спуститься под воду! Уж он-то там развернулся бы, поскольку примерно представляет, где и чего искать. На мой нескромный вопрос, где он обзавелся такими знаниями, бывший Охотник только ухмылялся и отмалчивался. Да… похоже, хорошо его жизнь покидала. И не одним только истреблением нежити зарабатывал дьорл Товис.

Однако как он не бухтел, я на отрез отказывалась даже думать о такой возможности. Как дьорл Товис себе это представляет? Какое подводное плавание с одной ногой? Нет, может и бывают специалисты подобного рода, но мне рисковать не хотелось. Я сама-то была не слишком уверена в надежности моего изобретения.

С ним, кстати, тоже получился небольшой казус. Как только дьорл Лильирс рассчитался со мной за первую партию проданного товара (получилось очень даже неплохо), как тут же появились представители Академии. И представители гильдий, кстати, тоже сразу нарисовались. Поиметь выгоду с новой игрушки (какая неожиданность!) захотели все. Я даже заподозрила, что некоторые из этих личностей знают конкретные места, куда следует наведаться, чтобы поднять со дна нечто особо ценное. Ничем другим объяснить столь пристальное внимание я просто не могу.

Разумеется, продавать столь ценную вещь я и не подумала. Похоже, мне удалось набрести на очень удачную разработку, научившись переносить свойства не-мертвых сущностей на предметы. И делиться этим изобретением, тем более за гроши, я не собиралась. Мне, разумеется, тут же запретили делать подобные артефакты на продажу. И дьорл Товис предложил… взять его в аренду. Блин! Ну почему мне сразу подобная мысль в голову не пришла? Да, продавать готовые изобретения я не могу (даже в рассрочку, в контракте это было прописано), но почему я про аренду не подумала?

Выяснила я и то, какие твари водятся во глубине морской. Дьорл Товис даже специально поводил меня по рыбному базару, чтобы показать тушки особо опасных монстров. Бр-р-р! Лезть под воду как-то резко расхотелось. Неужели никто до сих пор не придумал никакого средства, чтобы отпугнуть этих тварей?

Оказывается, придумали. Водостойкая мазь, которую наносили на тело перед погружением ныряльщики, вырабатывала электрическое поле, которое воздействовало на сверхчувствительные ноздри крупных рыб, типа акул. И еще мне посоветовали, погружаясь в воду, как можно меньше пользоваться магией. Потому что она может привлечь таких монстров, по сравнению с которыми даже акулы будут выглядеть безобидными карасиками. Водятся подобные твари, обычно, на большой глубине и очень далеко от берега, но лучше не рисковать. Тем более, что только недавно был Черный Мрак. И кто его знает, какую дрянь могло принести штормом.

Это всегда начиналось на перекрестке. Всегда. Семь узких улочек старого города сходились в одной точке, упираясь в большой заброшенный пустырь. Магический фонарь высветил пробивающуюся сквозь брусчатку чахлую траву и мелкий мусор. Городские службы сюда не заглядывали. Никогда. Они даже не подозревали о существовании этого места. Дьорл Хайтрен и сам бы не хотел ничего о нем знать, но это был его долг, как главы службы городской безопасности.

Каменная арка, которую охраняли мощнейшие магические чары, не часто его звала, и для этого всегда были серьезные причины. Дьорл Хайтрен положил ладонь на светящийся выступ. Вырезанный на камне растительный узор пришел в движение и, один за другим, начали вспыхивать знаки. С появлением каждого следующего глава городской безопасности мрачнел все больше. Вот только этого ему не хватало! Похоже, Хлаеппо ждут темные времена. Темные и страшные. И дьорл Хайтрен ничего не мог с этим поделать. Деятельность Имперского главы Теней была вне его компетенции, поскольку нежданный гость стоял по иерархической лестнице несоизмеримо выше.

Что же такого случилось в Хлаеппо, что привлекло внимание на таком высоком уровне? Может, это связано с тем случаем, когда Мортис и Хельга поднимали труп для допроса? Тогда у них, помнится, взяли магическую подписку о неразглашении. Но с того момента прошло уже много времени. Неужели всплыли новые детали? Или случилось еще что-нибудь, о чем дьорл Хайтрен даже не знает? Тени не слишком любят делиться информацией, это закрытый клан. Впрочем…. что тут гадать. Нужно встречать гостя.

Город спал. Никто не заметил черную ладью, беззвучно подплывшую к каменному причалу.

— Приветствую тебя, Харн, — глухо произнес дьорл Хайтрен.

Темная фигура, закутанная в плащ, медленно поклонилась, не выпуская из рук весла. Прозрачно-серые глаза, холодные, как зимние сумерки, абсолютно ничего не выражали. Никто не слышал, чтобы Харн разговаривал. Никогда. Но его пассажиров, кажется, это нисколько не смущало. Ладья качнулась, и дьорл Хайтрен подал руку укутанному в темный плащ пассажиру. Узкая, холеная кисть выскользнула из складок дорогого черного шелка, и Имперский глава Теней ступил на камни набережной. Бледные, изящные пальцы откинули капюшон, длинные, призрачно-светлые волосы рассыпались по плечам тонкой фигуры, и глава городской безопасности еле сдержал облегченный вздох.

На госте была карнавальная маска. Это значило, что гость явился не для того, чтобы карать. По всей видимости в Хлаеппо должна была прибыть очень высокопоставленная особа, которой требовалось обеспечить безопасность. Сердце дьорла Хайтрена сжалось от дурных предчувствий. Иногда милость властей хуже, чем их недовольство. В любом случае, его спокойная жизнь закончилась. Радует только одно — рано или поздно Тени должны будут посвятить главу городской безопасности хотя бы в часть своих планов. Вот тогда и будет видно, насколько все плохо. И что со всем этим делать.

Глава Имперских Теней протянул документы, запечатанные королевской печатью, и обнажил хрупкое запястье. Бронзовый браслет в виде закусившего собственный хвост дракона зашевелился и засветился бледно-зеленым светом, подтверждая полномочия владельца. Дьорл Хайтрен поклонился и отступил в тень. Его миссия была выполнена. Теперь оставалось дождаться сопровождающих.

Шестерка коней-призраков соткалась из тьмы переулка и остановилась рядом с блондином, начав ластиться к нему, как собаки. Карета, в которую они были запряжены, излучала чуть видимое мертвенное синеватое свечение. Открылась дверца, опустилась ступенька, и на мостовую ступил глава хлаеппского клана Теней — дьорл Маурц. Он преклонил колено и поцеловал край плаща прибывшего гостя. Фигура в маске обозначила подбородком кивок. Дьорл Маурц почтительно проводил своего непосредственного начальника до кареты, прикрыл за ним дверку, а сам устроился рядом с кучером. Раздался пронзительный свист, заставивший взвыть всех окрестных собак, и карета растворилась во тьме, оставив после себя потрескивающий, пахнущий озоном воздух. Всё. Больше от дьорла Хайтрена ничего не зависело. Он и дальше будет блюсти порядок на старых улочках города. Вот только сделать это, наверняка, будет непросто.

В этот старинный, прекрасно сохранившийся склеп солнце не заглядывало. Никогда. Злые слухи, утверждавшие, что Тени не слишком любят солнечный свет, были отчасти правы. Для тех, кто был частично нежитью, темнота казалась предпочтительнее. На свету у них слезились глаза, чесалась кожа, и портился, тускнея, цвет волос. При необходимых мерах предосторожности всё это было преодолимо, но в собственном доме хотелось спокойствия и уюта. Даже если домом являлся старинный склеп.

Крепкое здание, сложенное из крупного камня, больше напоминало миниатюрный замок, чем место захоронения. За вычурным фасадом и крепкими стенами скрывалась небольшая комната с двумя саркофагами, облицованными мрамором. И потайной ход в нижний ярус, о котором знал только глава Теней Хлаеппо и его приближенные. Дьорл Маурц возглавил городской клан относительно недавно, и нет ничего удивительного в том, что он переживал, встречая столь высокое начальство.

От фигуры в маске веяло властью и мощью, а ядовито-холодная аура смерти подавляла. Вчера, встречая гостя, дьорл Маурц не мог выдавить из себя ни слова, помимо стандартного приветствия. Он, конечно, подозревал, что привело в Хлаеппо Имперского главу Теней, но легче не становилось. Если корни вскрытого заговора уходят настолько глубоко, насколько он представляет, и если те глухие слухи о королевской семье, которые до него доносились, правдивы…. нет, об этом лучше не думать.

Дьорл Маурц стоял перед гладкой черной поверхностью и придирчиво разглядывал себя с разных сторон. Если в чем-то суеверные люди и были правы, так это в том, что отношения между Тенями и обычными зеркалами оставляли желать лучшего. Последние нагло игнорировали свои обязанности. И если человек вполне мог увидеть отражение того же дьорла Маурца на любой пригодной к этому поверхности, то самому главе Теней Хлаеппо сделать это не удавалось. При взгляде в обычное зеркало он видел мутный туман, не имеющий даже определенной формы. Так что пришлось искать выход из положения. И на стенах подземного помещения вместо обычных зеркал появились зеркала обсидиановые.

Обычно ими пользовались маги — для предсказаний будущего, взгляда в прошлое, установления контакта с духами и работы, связанной с проникновением сознания в иное пространство или время. Тени же пользовались такими зеркалами в более приземленных целях — рассматривали собственное отражение. Дьорл Маурц вглядывался в него уже почти час, пытаясь найти изъян в своей внешности. Черная полированная поверхность послушно отражала красивого молодого мужчину, одетого по последней моде. Удлиненный, сильно зауженный в талии сюртук глубокого винного цвета, длинные черные волосы, связанные бархатной лентой в низкий хвост, причудливо завязанный галстук, в узел которого была воткнута тонкая булавка с бриллиантовой головкой, плотные бриджи и высокие сапоги.

Почти обычный человек. Но именно, что «почти». Дьорл Маурц и сам не знал, сколько в нем осталось человеческого. Тени приложили довольно серьезные усилия, чтобы в глазах обывателей и даже большинства магов некромантия считалась грязной наукой. Страшные слухи, жуткие истории, псевдоисторические легенды с неаппетитными подробностями… необходимо было уменьшить количество желающих ей заниматься. Да, получались накладки — городским властям сложно было найти хоть кого-то, чтобы допросить труп, а это, порой, очень мешало в расследовании преступлений. Но зато можно было быть уверенным, что никто не станет заниматься опасными экспериментами. Особенно такими, которые совершенствуют тело и дают очень долгую жизнь.

Тени давно занимались подобными исследованиями. Для их профессии нужны были люди с особым складом ума, и их искали, невзирая на сословный статус. И даже на отсутствие оного. Ну а потом…. делалось предложение, от которого невозможно было отказаться. Да, платили Теням много. Но требовали еще больше. И с момента заключения контракта ты уже сам себе не принадлежал. А твое тело становилось полем для некромантских экспериментов. В конечном итоге, каждый из Теней был только отчасти человеком. И чем выше был занимаемый пост, тем меньше оказывалась эта часть. А магический контракт гарантировал абсолютную верность и удерживал от глупостей.

Дьорл Маурц еще раз осмотрел себя с головы до ног и вздохнул. Чего время тянуть? Нужно было идти и будить гостя. Это, конечно не был сон в прямом смысле слова — Тени в подобном не нуждались. Это был способ восполнить запас энергии и набраться сил.

Дьорл Маурц откинул тяжелое полотно гобелена и приложил ладонь к центру рисунка, выгравированного на каменной кладке стены. Узор пошел рябью, и преграда развеялась, как туман под порывом ветра, открыв узкий ход и ведущую вниз спиральную лестницу. Она спускалась как минимум на три метра вниз, и вела в небольшой круглый подвал, уставленный старыми вещами. Дьорл Маурц подошел к одной из поваленных на бок скульптур, изображавшей льва, и сунул ладонь в раззявленную пасть. Челюсти плавно сомкнулись, царапая кожу, впитывая магию и опознавая ее. Процедура была достаточно болезненной, но Тень привык к подобному. Охранный контур засветился, открывая проход в защите, и в стене показалась дверь. Дьорл Маурц толкнул ее и ступил в спальню. Здесь магические светильники разгоняли тьму, позволяя любоваться секретным помещением. Оно открывалось очень редко — только для особых гостей. И сейчас как раз наступил такой случай. Дьорл Маурц подошел к огромному ложу под балдахином. Мягкие шкуры зверей, расстеленные на полу, глушили его шаги, но Тень не обольщался. Если бы от него почувствовали угрозу — долго он не протянул бы. Дьорл Маурц откинул газовую ткань.

— Милорд!

Кружевная пена пришла в движение, длинные лилейно-белые с перламутровым отливом волосы, раскинувшиеся по подушкам, зашевелились, стараясь собраться в хвост, а приподнявшаяся над постелью изящная рука жестом призвала к себе шелковый халат. Неземное существо, выбравшееся из плена постельного атласа и кружев, больше походило на сказочного эльфа, чем на несущую смерть нечисть. Высокий резкий излом темных бровей, аккуратный нос с тонко очерченными ноздрями и ледяной взгляд пронзительных серых глаз. Все это выглядело бы прекрасным, да. Если бы не было таким мертвым.

Насколько знал дьорл Маурц, существовала легенда, как какому-то магу удалось превратить нежить в разумное существо. Это, разумеется, было невозможно. А вот превратить человека в нежить — вполне. Нужно только знать, где остановиться, чтобы существо не потеряло разум. И повязать его магически, обеспечивая верность. Судя по всему, Имперский глава Теней довольно долго экспериментировал со своими способностями. Блондин, несмотря на свой вроде бы идеально красивый облик, выглядел пугающе.

Потянувшись, гость выбрался из постели, и халат сам скользнул ему на плечи. Для большинства существ, к которым применялась некромантская магия, астеническое телосложение является довольно распространенным признаком, но в данном случае хрупкость казалась почти болезненной. Узкая грудная клетка, тонкие запястья и щиколотки, бледная кожа и маленький размер ноги создавали впечатление абсолютно беззащитного существа. Прекрасная, но смертельно опасная ловушка. Единственным ярким пятном, нарушающим гармонию сливочно-белой кожи, был ошейник в виде изысканного украшения шириной в три пальца. Искусное творение ювелиров, сплавившее воедино платину и драгоценные камни, сидело так плотно, что казалось вживленным в кожу.

— От тебя веет нетерпением, — заметил блондин.

— Прошу прощения, милорд, — если бы дьорл Маурц мог покраснеть, он непременно это сделал бы. — Не каждый день наш провинциальный город навещают столь высокие гости.

— Скоро сюда приедет еще одна… весьма высокопоставленная персона. И мы не только должны обеспечить ее безопасность, но и пустить нужные слухи. Впрочем, для начала мне нужно решить кое-какие личные дела. Срочно. Мне нужен имп. К сожалению тот, что у меня был, не перенес очередного эксперимента. А я был близок к очень любопытному изобретению.

— Милорд будет завтракать? — осведомился дьорл Маурц.

— Имп в первую очередь. Подходящего мне фамильяра не так просто найти. Потом… потом посмотрим. Сейчас я хочу принять ванну. И да…. ты же должен как-то представлять меня посторонним. К сожалению, похоже, этого не избежать. Скорее всего, я задержусь в вашем городе надолго. Так что… пусть будет дьорл Темприм.

— Дьорл?! Но милорд….

— Оставь. Никто посторонний не должен обо мне знать.

Дьорл Маурц почтительно поклонился и остался ждать.

Длинный бесформенный темный плащ и маска надежно скрыли от посторонних глаз Имперского главу Теней. Дьорл Маурц провел его потайными коридорами к неприметной двери и замер перед входом. Новоявленный дьорл Темприм коснулся ладонью впаянного в камень артефакта, и проход открылся. Длинная лестница привела в огромную подземную пещеру, где царствовал один из немногих Теней-гномов — Кронин, который вышел навстречу гостям и вежливо поклонился.

— Милорд, чем могу служить? — поинтересовался гном.

— Мне нужен имп. Желательно классический. Без дополнительных функций. Все что мне нужно, я сам добавлю.

— Прошу, — Кронин взмахнул рукой, и к потенциальным покупателям подъехал высокий стеллаж.

За стеклом многочисленных полок находилось несколько разновидностей импов. От классических — с темно-красной кожей, рожками, перепончатыми крыльями и жалом на длинном хвосте до весьма экстравагантных — кислотно-зеленых с повышенным количеством рук и хвостов. Эти гуманоидные существа размером со среднюю собаку даже в спящем состоянии казались довольно опасными. Насколько дьорл Маурц знал, использоваться импы могли для разных целей — в качестве курьеров, шпионов и даже работников по хозяйству. Проблема состояла в том, что их сложно полностью контролировать. На такое были способны только очень сильные сущности. Дьорл Маурц, например, не рискнул бы. А вот некоторые маги отваживаются.

Глупцы! Желая доказать окружающим свою силу, они сами себя загоняют в ловушку. Имп питается их страхами, высасывает из них магическую силу и предает в самый ответственный момент. Имперский глава Теней остановился напротив стеллажа и начал водить открытой ладонью вдоль полок. Судя по тому, как он все больше и больше хмурился, ничего подходящего не находилось. Кронин переминался с ноги на ногу, но нарушить тишину не решался.

Наконец, блондин задержался около одного из импов, и принялся задумчиво его рассматривать. Кронин тут же подскочил ближе, достал заинтересовавшее Имперского главу Теней существо из-за стекла, и поставил на столик. Имп тут же принялся демонстрировать свою полиморфную сущность, меняя обличья.

Обычно, у этих существ имелось три-четыре образа. В основном — ворон, кот и петух. Однако выбранный блондином имп мог превращаться в паука и даже в крысу. Впрочем, на гостя это не произвело никакого впечатления. По взмаху руки существо вновь заснуло и отправилось за стекло.

Нужный экземпляр был отобран примерно через час пристальных осмотров. И, на взгляд дьорла Маурца, ничем не отличался от предыдущих. Однако гость, похоже, остался доволен.

Кронин сам проводил дорогих покупателей и распахнул дверь. Имп тут же перевоплотился в рыжего пса, и блондин окончательно пришел в хорошее расположение духа.

— Ты, кажется, предлагал мне позавтракать? — умиротворенно поинтересовался он.

Казалось, с обретением импа, Имперский глава Теней обрел и какую-то завершенность, став более человечным.

— Да, милорд. Нас уже ждут.

Разумеется, для визита высоких гостей в лучшем ресторане города уже был готов столик. Еще со вчерашнего дня там буквально вылизали все помещения, делая и без того приятную обстановку практически идеальной. Дьорл Маурц был уверен, что лучшие блюда, достойные столичных гурманов, уже ждут их. Нет, разумеется, никто не озвучил хозяину титул гостя. Вместо слов говорили деньги. Очень большие деньги. Такие, при взгляде на которые даже самые любопытные личности становились совершенно невнимательными и подозрительно забывчивыми.

— Я счастлив видеть в своем ресторане благородных господ, — почтительно поклонился хозяин. — Могу предложить вам самые изысканные блюда.

— Я бы остановился на морепродуктах. Какое вино к ним подать… на ваше усмотрение. И кусок сырого мяса моему импу, — попросил блондин.

— Мне как всегда, — дополнил заказ дьорл Маурц.

Столик был накрыт в мгновение ока. Причем, помимо заказанных, здесь были несколько блюд в качестве «подарка от хозяина». И бутылка эльфийского вина. Тоже в качестве подарка. Имперский глава Теней раздраженно закатил глаза. Нет, а что, он серьезно полагал скрыть свою принадлежность к первому сословию? Ладно имя, титул, лицо или звание. Но происхождение? Перед хозяином самого дорогого в городе ресторана? Не реально.

Блондин пригубил вино, откинулся в кресле и выложил на стол свиток.

— Прочти. И скажи мне, знаешь ли ты что-нибудь про этого человека.

Удержать дьорла Товиса от ныряния мне так и не удалось. Он выдержал примерно два наших с Мортисом погружения, а затем заявил, что без него мы ничего не найдем. Ибо зеленые еще. Как на мой взгляд, так улов у нас был вполне приличным — мы подняли всю эльфийскую ткань и две бочки с гномьим пивом. Для облегчения этого процесса мы на пару с Нартаром изобрели нечто типа поплавков, которые надувались на дне сразу после того, как привязывались к грузу.

Разумеется, мы оба помнили о том, что магией в море следовало пользоваться как можно реже, но куда деваться? Собственно, сам акваланг тоже не слабо фонил магически, да и от освещающих и обогревающих амулетов отказаться мы не могли, так что приходилось рисковать. Впрочем, сам спуск на большую глубину и долгое там нахождение тоже были неслабым риском, поскольку изобретенный мною магический аналог акваланга еще не был проверен временем и, так сказать, испытывался на себе.

Оценив, насколько мы нагрузили лодку, я предложила возвращаться, чтобы чуть позже сделать еще один заход, но дьорл Товис уперся, как баран. Он хотел отыскать капитанский сундук, поскольку был стопроцентно уверен, что корабельная касса, которую я подняла — это только малая часть имевшихся на судне денег.

Сказав, что я не гарантирую ему ни удачного всплытия, ни хорошего самочувствия после этого самого всплытия, я махнула рукой и согласилась. Как оказалось — не напрасно. Дьорл Товис действительно знал, где и что искать и как что лучше откручивать. Прямо-таки подозрительно хорошо знал. Всего несколько оторванных в разных местах досок, и на свет божий появилось то, о чем я грезила с момента своего первого здесь погружения — большой сундук.

На поверхность мы всплыли удачно, добытый приз тоже удалось поднять без проблем, и лодка направилась к берегу. Перегружать ее не хотелось. Тем более, что у нас осталось время для того, чтобы разобраться с выловленным товаром и сделать еще один заход.

Разумеется, первым делом мы решили посмотреть, что в сундуке. Объект оправдал все наши смелые надежды. Если корабельная касса, рассчитанная на закупку продуктов, выплату зарплаты и другие официальные траты выдавалась, большей частью, янтарными пластинами, то здесь были живые деньги. Очень большие деньги.

— Как ты понял, что на борту есть сундук? — поинтересовалась я. — Реагирующий на золото амулет ничего не показал.

— Конечно не показал! — хохотнул дьорл Товис. — Капитан не дурак. Если есть амулет, то есть и защита от него. И предположить, что на борту находится сундук, вполне логично. Корабль перевозил контрабанду. А такие вещи оплачиваются живыми деньгами. Точно так же, как и доля команде в случае, если удастся взять на абордаж какое-нибудь торговое судно.

— Полагаешь, что на корабле, принадлежавшем дьорлу Лильирсу, были пираты? — удивилась я.

— Моряки все пираты, — пожал плечами дьорл Товис. — Если корабль хорошо вооружен, он ни за что не откажется от богатой добычи. Если поискать, у капитана в каюте немало ценных артефактов найдется. Но для того, чтобы их найти, потребуется время.

— Время у нас есть, мы никуда не торопимся, — предвкушающе улыбнулся Нартар.

— Передумал тащиться в горы на охоту за очередной нежитью? — ухмыльнулся в усы дьорл Товис.

— Издеваешься?! Оказывается, под водой можно найти даже большее богатство, чем на суше.

— Жаль только, что рано или поздно, мы этот корабль обчистим, — вздохнула я. — Даже если начнем поднимать все подряд, вплоть до плотницких инструментов, продовольствия и посуды с камбуза.

— Корабли тонут периодически, — возразил Нартар. — Нужно поспрашивать народ, побеседовать с рыбаками и спасшимися моряками, поискать… да я бы даже на кое-каких подводных тварей поохотился! Вы знаете, сколько стоят зубы глубоководного хрохха?

— Конечно знаем! — хмыкнула я. — Мне такие ингредиенты пока не по карману. И да… раз уж мы заговорили о деньгах… поскольку дьорл Товис собирается нырять вместе с нами, нужно пересмотреть договор и увеличить его долю.

— Согласен, — кивнул Нартар. — Мы все равно очень хорошо заработаем. Содержимое одного только капитанского сундука потянет на весьма приличную сумму.

— Если нам удастся поднять все, что мы напланировали, это будет очень удачным решением наших проблем, — мечтательно зажмурилась я.

— Не загадывайте, — оборвал дьорл Товис. — Примета плохая. Нам нужно подальше спрятать капитанский сундук и сдать выловленный груз дьорлу Лильирсу. И хорошо бы поспешить, чтобы хватило времени на еще один спуск.

Вообще-то я искренне думала, что прибытие королевы никаким боком меня не касается. Где я, и где она? Однако, как выяснилось, в маленьком провинциальном городке глобальное событие касается практически каждого жителя. Мне, например, быстренько подписали документы на право владения участком с мегалитом. Причем задним числом. А гномам в срочном порядке заказали еще одну самобеглую коляску. На сей раз, достойную царственной особы.

Примерно через пару дней слуги, прибывшие с королевой, поделились страшной государственной тайной — в венценосной семье случился конфликт, и ее величество сослали с глаз долой. Причем именно в Хлаеппо, чтобы побольнее уязвить жизнью в провинции. У его величества появилась молодая, красивая любовница, которая вертит им, как хочет, а венценосная супруга, разумеется, не захотела быть на вторых ролях.

Несмотря на то, что королева оказалась опальной, относились к ней с пиететом. Каких бы любовниц не заводил Ромуальд III Сияющий, а развода местный институт брака не предусматривал. Даже если детей не было. Да и королева Мельстринн была не той женщиной, от которой можно было бы легко отделаться. Во-первых, она приходилась родной (и любимой) сестрой нынешнему правителю Магриба. А зная крутой характер последнего, связываться с ним побаивались. А во-вторых, ее величество была не самой слабой магичкой, и в свете этого ее послушное пребывание в Хлаеппо меня как-то настораживало. Может, у нее тут какие-нибудь тайные соратники, и она решила поднять бунт? Не хотелось бы попасть под раздачу. Историческая традиция заключается в том, что когда взбунтовавшаяся толпа начинает громить город, она громит всех подряд.

Так же, по слухам, Первый министр устранился от конфликта в королевской семье. Ну… Максимуса понять можно. Ему, по сути, абсолютно все равно, кто сидит на троне. Правит-то все равно он сам. И все эти глупые разборки с любовницами и отъездами в провинцию могут его только раздражать. Особенно в свете того, что нужно обеспечивать безопасность ее величества. Сложное дело.

Королева Мельстринн вела себя, как кандидат в президенты накануне выборов. Она, проезжая по улицам, милостиво кивала толпе, соизволила прокатиться на карусели, и даже пару раз щедрой рукой кинула милостыню. Но особо, конечно, произвел впечатление подарок в виде гастролей столичного театра, которому она покровительствовала. Блин, это не королевские разборки, это какой-то мыльный сериал получается. Детский сад! Один завел любовницу, вторая демонстративно показывает, какая она хорошая… причем делает это, кстати, со знанием дела. На местных жителей, неизбалованных тлетворным влиянием Интернета, действует просто потрясающе. Причем, в том числе, и на представителей первого сословия. Узнав, что у бедной королевы не хватает прислуги, с ней… поделились. И лакеями, и конюхами, и даже камеристками.

В число последних счастливчиков, кстати, попала моя знакомая мирс Флисси. Жаль, жаль… придется искать другого желающего экспериментировать над собственной внешностью. А у меня только-только начало наклевываться средство по борьбе с веснушками.

Боги всегда действуют непредсказуемо. Всегда. И совершенно нельзя предугадать, чем встретит тебя грядущий день. Порою удачная охота за очередным монстром приносит хорошие деньги, а иногда долгое путешествие оказывается безрезультатным. И так происходит не только с окружающей действительностью, но и с людьми. Некоторые, кому ты помогал и от кого, казалось бы, мог ожидать ответной любезности, отворачиваются от тебя в самый нужный момент. А кто-то, на кого особо не рассчитывал, совершенно неожиданно помогает.

Почему Хельга именно мне предложила участвовать в авантюре с погружением на морское дно? Она, конечно, объяснила это наличием у меня авантюрности, но вряд ли это было единственной причиной. В принципе, мы всего лишь обменялись услугами — я ей ингредиенты, она мне — готовые артефакты и зелья. Вполне выгодное сотрудничество, кстати. Зелья у Хельги получались — первый сорт. Я и не ждал ничего большего от этого взаимовыгодного обмена. Но Хельга… Хельга сумела меня удивить. И предложить нечто действительно необычное.

Впервые спускаться на дно было… непривычно. Не то что страшно — но определенно не по себе. Однако как только я увидел контуры затонувшего судна — мандраж прошел. А уж когда мы начали поднимать со дна ценности — появился азарт. Даже дьорл Товис присоединился к погружениям. Хотя, конечно, я и не сомневался, что он не усидит на месте.

Хельга предложила нам очень хорошую долю. Больше, чем мы ожидали. В конце концов, изобретение-то ее было. И с владельцем груза договаривалась она. А мы оба находились в таких стесненных обстоятельствах, что готовы были согласиться и на меньшее. И ухватились за представленный шанс обоими руками.

После первого погружения последовали второе и третье. Даже после того, как весь груз с корабля был поднят, мы с дьорлом Товисом продолжили исследовать морское дно. Нет, настолько большого куша нам уже не подворачивалось, но зарабатывать получалось хорошо. И «пустых» дней не было. Даже когда приблизился сезон штормов, мы уже были достаточно обеспечены, чтобы его пережить. Вот только сидеть на одном месте мне совершенно не хотелось. Тем более, что подвернулся интересный заказ, обещавший хорошую прибыль. В конце концов, это дьорл Товис на одной ноге далеко не упрыгает, а я молодой крепкий парень, мне на лавке лежать некогда.

За время сотрудничества у нас с Хельгой сложились очень неплохие отношения. Неглупая, целеустремленная, изо всех сил желающая учиться, она работала на износ, стараясь закрыть контракт. Брала у меня уроки, сама делилась знаниями, и постоянно что-то изобретала. Один ее сундук чего стоил! На этот артефакт облизывалась не только Академия, но и многие мои знакомые. Это ж мечта путешественника! И как к Хельге в голову пришла подобная идея?

Впрочем, другие ее разработки были не менее интересными. Чего только стоила самобеглая коляска или двухколесный экипаж, который сразу начал пользоваться популярностью. А за ее красками для волос вообще целая очередь стояла! Странно только, что она сама в блондинку не перекрасилась. Хотя… Хельга во многом вела себя непривычно. Какая-то она была… чересчур самостоятельная.

Нет, я встречал выпускниц школы, которые пытались сами отработать контракт (хотя тех, кто вышел замуж и свалил данную обязанность на мужа — гораздо больше). Я даже видел дам, которые вполне самостоятельно ведут бизнес. Но Хельга была не очень на них похожа. Она умела найти общий язык абсолютно с каждым. И, в то же время, не кокетничала с мужчинами направо и налево. Того же Мортиса, например, она воспринимала только как хорошего знакомого. Я даже удивился, когда Хельга согласилась сходить со мной на представление, которое устроил столичный театр. Тем более, что предлагалось не место в зале, а самодельная доска между крышами. Однако Хельга восприняла это вполне нормально. И за принесенные подушечки выразила искреннюю благодарность. Но, что самое удивительное, она принесла с собой корзинку с едой и выпивкой. Мне понравилось.

Еще одной странностью было то, что Хельге не приглянулся Лоррело. Ей и спектакль не очень понравился, но это ладно, это на любителя, а вот главный герой девичьих грез… очень непривычно. По Лоррело сохнут, кажется, все женщины от семи до семидесяти. Этот тип, с какой-то стати, считается образцом идеального мужчины. Потому меня и удивило, что Хельга не разделяет всеобщей дамской влюбленности. Кажется даже, она была разочарована. Причем настолько, что когда Лоррело нанес визит в надежде на алхимические подарки, его нелюбезно выставили за дверь.

Однако больше всего меня удивила реакция Хельги, когда я собрался на очередную охоту за монстром. Она как-то нервно отнеслась к этому факту (хотя я отправлялся в опасное путешествие далеко не в первый раз) и сделала мне неожиданный подарок. Я даже растерялся. Одни только зелья, мази и артефакты тянули на вполне приличную сумму. А уж сколько стоила фляга, в которой помещалось четыре ведра воды — вообще сложно представить. Но самым необычным подарком, пожалуй, стало вязаное серое облако, похожее на кольчугу с длинными рукавами. Оно было необычайно теплым, а красные полоски рисунка складывались в четкий орнамент.

Нет, я и раньше видел вязаные вещи. В основном, у третьего сословия. Но это было нечто грубое и бесформенное. А здесь… совершенно необычайная вещь. Удобная, мягкая и согревающая. Неужели Хельга сделала это сама? Похоже, у нее золотые руки не только в том, что касается зелий и артефактов.

Это был долгий, кровавый, но очень красивый танец смерти. Два существа, вооруженные мечами, кружили на поляне, пытаясь достать противника. Вечный поединок добра и зла никогда не заканчивался. Он просто периодически затихал, чтобы снова вспыхнуть очередным эпическим сражением очередных героев. Свет и Тьма привычно сошлись в схватке, пытаясь выяснить, кто в этот раз окажется сильнее. Крупный брюнет, одетый в меха и кожу, свирепо размахивал двуручником и буквально светился от навешанных на него магических амулетов. Мышцы бугрились, квадратный подбородок выпячивался вперед, а глубоко посаженые черные глаза горели ненавистью.

Противостоящий ему хрупкий блондин буквально парил над землей. Казалось, он без особого труда отражает страшные удары. И двуручный меч вовсе не соперник его собственному узкому хищному клинку. Его магия пела, отражая опасные заклятья, фиалковые глаза сияли азартом, а длинные волосы с перламутровым отливом, казалось, жили своей собственной жизнью. Совершенная внешность, перед которой меркла даже красота Перворожденных, должна была вдохновлять поэтов и художников. Но брюнет не обращал на нее никакого внимания. Ему нужно было победить. Победить любым способом.

В борьбе добра и зла не бывает запрещенных приемов. Вылетевшая из кустов стрела воткнулась блондину меж лопаток и заставила его сбиться с такта. Всего на мгновение, но смертельный танец не прощает подобных ошибок. Двуручный меч воспользовался представившимся шансом и хищно вгрызся в хрупкое, худощавое тело. Блондин тихо вскрикнул и медленно осел на землю. Брюнет провернул меч в теле, подошел ближе и свернул шею павшему противнику.

Наступившая тишина была оглушающей. Нетерпимой. И брюнет тут же ее нарушил. Он притащил хвороста, обложил им тело врага, водрузил сверху артефакт и прочел заклятье. Вспыхнувший магический огонь быстро превратил павшего противника в пепел. Брюнет с любовью вычистил меч и невольно (уже в который раз) залюбовался его смертоносной красотой. Это оружие было создано специально для подобных сражений — выкованное из упавшей звезды и магически закаленное в жерле вулкана оно не имело себе равных. Брюнет убрал меч в ножны, свистнул, и из кустов показался оруженосец, который вел на поводу коней.

— Твоя стрела была кстати, — признал победитель.

Оруженосец засиял довольной улыбкой, и помог брюнету облачиться в парадную одежду — белую накидку с нарисованным на ней красным крестом.

Добро опять победило зло. И окружающие должны были узнать об этом.

…Блондин вынырнул из сна резко, рывком. Сбивчивое дыхание никак не хотело выравниваться, а под лопаткой и в грудине чувствовалась боль. Когда же эти треклятые сны перестанут его мучить? Неужели это и есть плата за совершенствование своего тела? Штатный целитель, пожевав губами, предположил, что вместе с возможностью видеть магическую сущность Имперский глава Теней получил возможность заглядывать в чужие миры.

Ха! Заглядывать! Если бы все было так просто! Блондин словно подключался к разумным существам, переживая последние минуты их жизни. И, что было совсем пугающим, все, кого он видел, подозрительно походили на него как внешне, так и своей не-живой сущностью. Может быть, сны его о чем-то предупреждают? Но о чем? Блондин добросовестно пытался припомнить детали недавнего сна. Хм… кажется, речь шла о каком-то сражении между светом и тьмой, но каким образом день и ночь могли противостоять друг другу — совершенно неясно. Какая-то совершенно бредовая постановка вопроса. Или странный красный крест на одежде победителя должен был о чем-то сказать блондину? Понятно, что это какой-то символ. Но символ чего?

Блондин потер ладонями лицо, пытаясь окончательно проснуться и прийти в себя. Нужно просто записать этот сон в книгу, как он делал это ранее. Рано или поздно, закономерность появится. И блондин поймет, чего от него ждут те, кто подкидывает странные сны. Случайностью это точно быть не может. А в совпадения он давно уже не верит.

…Когда-то давно у него было имя. Довольно громкое, поскольку принадлежал блондин к богатому, знатному и весьма влиятельному роду. Вот только родился он третьим сыном. А значит, ни титула, ни состояния не наследовал. Они переходили первому потомку. Второй, впрочем, тоже не оставался в накладе, идя по военной стезе. Старые связи, немного денег, представление ко двору — и вот уже ему присвоен приличный чин, к которому полагалось достойное денежное содержание.

Третьему сыну, к сожалению, не светило и этого. Даже магический потенциал ему достался по остаточному принципу. Впрочем, родители дали блондину вполне приличное образование, отправив в Академию, как и старших сыновей. А там уж он не упустил своего шанса, выбрав клан Теней. Нет, можно было, конечно, стать чиновником, но его не привлекала эта стезя. Это для какого-нибудь торгаша стать главой города — предел мечтаний. А для потомка древнего рода подобное назначение унизительно.

Несмотря на то, что Ритуал Теней предусматривает отказ от своего прошлого, потеряно было только имя, но не семья. Семья помогла, одобрив выбор. Более того, если бы не связи отца, вряд ли блондину удалось бы стать Имперским главой Теней. И получить столько власти. Вообще-то, Ритуал должен был полностью освободить его от старых привязанностей и сделать непредвзятым. Оторвать от бывших родственников и друзей. Сделать так, чтобы прошлая жизнь стала только невнятным воспоминанием, не вызывающим никаких эмоций. Возможно, так и произошло бы, если бы в их роду не хранился древний защитный артефакт. В результате, блондин ничего не забыл. И продолжил общаться со своей семьей, пусть и негласно. Более того, он периодически помогал своим родственникам. Впрочем, если учесть, сколько в него было вложено, это просто был его долг. Аристократы не выжили бы, если бы не стремились сделать все для процветания собственного рода.

Деликатный стук в дверь дал понять, что пора вставать и возвращаться к делам. А дела были не очень. Заговор, которому, казалось, уже отрубили одну голову, неожиданно обзавелся другой. И где? В тихом провинциальном городке! Происходящее очень не нравилось Имперскому главе Теней, и он хотел разобраться.

Блондин вылез из постели и потянулся. Кровать с резными столбиками из ценных пород дерева, тяжелый бархатный балдахин, эльфийский шелк и тонкое кружево белья… роскошь была такой привычной, что уже перестала приносить удовольствие. Горячая вода, легкий завтрак, и кипа документов, в которых следовало разобраться. Да, его тело было изменено, чтобы повысить выносливость, стимулировать рефлексы и снизить утомляемость, но обилие работы удручало.

Очередной отчет, смятый тонкими пальцами, полетел в камин. Несмотря на все эксперименты с телом, и среди Теней находились личности с отсутствием мозгов. Особенно в нижнем звене. Да и кто туда попадал? Выходцы из обнищавших семей, представители второго и даже третьего сословий, авантюристы… чего от них ждать? Их и использовали на не самых сложных работах — слежка, доносы, прослушка… но кто бы их еще научил отчеты нормальные писать! И почему этот бред вообще оказался на столе у Имперского главы Теней? Можно подумать, что ему еще никто не сообщил об изобретении полуразумного сундука!

Вполне интересный проект, кстати. И нет, он нисколько не «попирает устои», и не «нарушает законы». Эксперименты на живом и не-живом существе очень сильно различаются. И интерес Теней может вызвать только первое, поскольку благополучный результат означает либо утечку информации, либо появление сверходаренного мага. Первое вероятнее. Сами Тени шли к нужному результату веками. И это имея в распоряжении лучшие лаборатории, достойное финансирование и широкое поле для экспериментов.

Разумеется, результаты исследований были строго засекречены. И вспоминать о внесенных в собственное тело изменениях Тени не любили. Да, среди представителей первого сословия процент выживания после проведения Ритуала был несоизмеримо выше, чем для остальных. Но риск оставался. Каждый раз, с новым изменением, в Тенях становилось все меньше человеческого. И тут главное было — не переступить грань. Прецеденты бывали.

Блондину повезло. Семейные артефакты позволили ему относительно безболезненно пережить и Ритуал, и внесенные изменения. Правда, на внешности это сказалось… странно. И так не слишком массивное, аристократическое телосложение превратилось в болезненную хрупкость, а идеально правильные черты лица стали больше пугать, чем привлекать. Любой из Теней (впрочем, как и архимаг) мог почувствовать исходящую от фигуры власть, мощь и ядовито-холодную ауру смерти.

Призрачные кони, результат одного из самых удачных экспериментов Теней, тоже это чувствовали. Но, в отличие от живых зверей, не пугались, а ластились. Жаль, что частичное превращение в не-живое существо несло с собой определенные неудобства. Впрочем, мелкие сошки клана Теней не подвергались глобальным изменениям. Им это было не нужно. Для эффективного выполнения работы они должны были сливаться с толпой, быть такими, как все, и не вызывать подозрений. Они вполне могли находиться на свету и нормально отражались в зеркалах, так что работа не страдала. И большинство из них приносили действительно важные сведения. А не как этот… блюститель неизвестно чего.

Приехав в Хлаеппо, Имперский глава Теней планировал как можно быстрее разобраться с недоразумением. То есть, это он поначалу думал, что произошло именно недоразумение, и только личная беседа с дьорлом Маурцем и чтение отчетов допроса тела караванщика смогли изменить его мнение. А уж после того, как на местном кладбище выловили алхимика, пытавшегося открыть портал, дело совсем осложнилось. Похоже, в этот приморском городке придется задержаться.

В общем-то, блондин прекрасно помнил, что еще ни одно планирование не пережило встречи с реальностью. Но он и подумать не мог, что его планы и получившиеся результаты будут настолько сильно отличаться друг от друга. Тем более, что внятных результатов-то пока и не было. Торговцы, возжелавшие сменить короля? Да не смешите меня!

Нет, среди выходцев из второго сословия действительно нашлось несколько людей, которые слишком много о себе возомнили. С ними уже разобрались. Но пределом мечтаний этих торговцев была власть, лояльная ко второму сословию. И они готовы были заплатить за некоторое изменение законов. И кто при этом будет сидеть на троне — их уже не столь интересует. Имперскому главе Теней даже было интересно, кто пустил слух, будто смена правителя — это идея торговцев. И зачем это было сделано.

Прижать второе сословие и отнять у них часть прав? Ага. И опять заполучить финансовые проблемы. Все те послабления, которые есть у торговцев, они буквально выгрызли, и расставаться с ними не захотят. Так в чем соль? Или кто-то, чересчур умный, захотел начать в стране смуту, стравив первое и второе сословие? Идея несколько дикая, но логичная. Аристократам подкинули мысль, что торговцы, якобы, обнаглели настолько, что лезут в дела престолонаследия, а торговцам намекнули, что они могут лишиться некоторых привилегий. И кто же это у нас такой умный, а? И куда вел портал, который пытался открыть алхимик?

К сожалению, у самого преступника ничего толкового узнать не удалось. Алхимик был всего-навсего пешкой. И над ним явно поработали. Он не помнил ни лица нанимателя, ни конечной точки маршрута. А когда его мозги начали потрошить специалисты, пытаясь снять блок, сработала артефакторная закладка, и внутренний взрыв кислоты буквально растворил голову. Оставшийся после этого труп допросить уже было невозможно. Конечно, специалисты еще покопались, пытаясь определить маршрут алхимика по пыльце на одежде, глине на обуви и остаткам еды в желудке, но результат получился расплывчатым. Нужно было посылать Теней, чтобы на местах побеседовали со свидетелями и нашли хоть какую-то зацепку.

Пока ясно было одно. Имелся не только заговор высокопоставленных властолюбцев, не побрезговавших привлечь к своей авантюре торговцев, но и игра посторонней службы разведки. Вот только чьей? Логично было бы предположить, что в очередной раз активировался правитель Магриба. По молодости лет он проиграл сражение его величеству Ромуальду II Славному, отделавшись потерей изрядного куска территорий и сестрой, отданной в жены сыну победителя. Так что не было бы ничего удивительного, если бы он решил отыграться. Особенно после убедительных побед на севере, после которых он увеличил территорию своей страны примерно на одну шестую.

Теперь у него есть опыт, есть проверенное в боях войско, и, что самое важное, нет достойного противника. Ромуальд II Славный отошел в мир иной, а достойных последователей у него не появилось. Сын больше занят балами и дамами, самоуверенно полагая, что прошлые победы напугают недоброжелателей. Ну… сначала, может, и напугают. А потом все равно найдется смельчак, проанализирует ситуацию, и рискнет. И чем, спрашивается, Максимус думает? Ладно, сам Ромуальд III Сияющий, от него ничего путного ждать не приходится. Но Первый министр, поставленный специально для того, чтобы следить за порядком?

Да уж… вот кому не повезло, так это Максимусу. Третий сын короля Ромуальда I должен был стать главой Теней, но во время Ритуала что-то пошло не так. Находящийся под защитой артефактов, Максимус выжил, но Тенью стать не смог. Правда, он получил долгую жизнь и обострившиеся аналитические способности, но вряд ли это было равноценной заменой. К тому же, магическую клятву верности интересам государства приносят ДО Ритуала, а не после. Если верить сохранившимся в архивах Теней документам, первое время Максимус рвал и метал.

Успокоился он только через несколько лет. А потом, получив пожизненный портфель Первого министра, втянулся в политику. С Ромуальдом II Славным они неслабо порезвились, увеличивая территорию, закручивая гайки подданным и пытаясь усилить влияние на Академию. К сожалению, воспитание сына за всеми этими великими делами, было запущено. И выросло то, что выросло. Так что последние два десятка лет Максимусу приходится пахать за двоих. Может, сказалась усталость и перенапряжение? И он уже не успевает следить за всеми нюансами? Армией-то всегда сам Ромуальд II занимался.

В любом случае, ситуация сложилась не слишком приятная. И этот факт срочно нужно донести до начальства. Если активировался правитель Магриба, необходимо готовиться к неприятностям. А вот если в политику влезла лично ее величество — с этим уже будет сложнее. Достойная сестра своего брата, королева Мельстринн обладала сильным характером, любовью к интригам и имела вожделенную мечту получить абсолютную власть. Ее ссора с мужем и отъезд в Хлаеппо казались, как минимум, подозрительными. А уж ее поведение вообще не лезло ни в какие рамки. Чего она добивалась? Отвлечь внимание? Найти недовольных властью? Прощупать почву, и выяснить, не найдется ли достаточное количество авантюристов, готовых поддержать ее притязания на трон?

Блондин откинулся в кресле, потер переносицу и услышал цокот когтей по паркету. Похоже, имп славно поохотился и теперь спешил к хозяину поделиться сведениями. Облик рыжего пса слезал с него клочками, обнажая истинную сущность. Темно-красная кожа, мелкие рожки, перепончатые крылья и жало на длинном хвосте. Имп положил свою уродливую голову блондину на колени, и прикрыл глаза, когда тонкие пальцы начали почесывать его за ухом.

— Да, помню, сегодня нужно проводить Ритуал, — вздохнул Имперский глава Теней. — Пополнять наши ряды и присмотреть кандидатов на дальнейшее повышение.

Имп шумно вздохнул, сочувствуя хозяину.

— Спасибо, что отвлек меня, иначе я так и закопался бы в этих документах. Дьорл Маурц не решился меня побеспокоить, а времени много. Уже пора надевать церемониальное облачение.

Имперскому главе Теней не нужно было ничего чертить, чтобы открыть портал. Для этого архимагами давно уже был изобретен артефакт. Именно поэтому сам факт того, что сохранились сведения о возможности открытия порталов с помощью ритуала, вызывал раздражение. Нужно было срочно найти утечку. Блондин вздохнул и постарался успокоиться. Артефакт артефактом, но при переходе лучше не нервничать. Тем более, что ему предстоит долгий и довольно выматывающий процесс Ритуала.

Древний зал, расположенный глубоко под землей, поражал своим великолепием даже тех, кто видел его не впервые. Он не был творением рук ни людей, ни гномов, ни даже эльфов. Природа и магия создали нечто величественное и потрясающее воображение. Казалось, что со всех сторон тебя окружает лес. И вечная зима. Переливаясь ледяными огнями, топорщились колючие еловые лапы, белый сверкающий иней покрывал землю, а сверху свисали граненые сосульки. Лежали запорошенные снегом, поваленные стволы, торчали белые пни — странные, полые внутри. И единственное, что отличало этот необычный лес от настоящего — тишина. Абсолютная. Такая, какой никогда не бывает на земле. Пещерная тишина.

Разумеется, это был не снег. Это был гипс. Но он сверкал и слепил глаза, создавая невероятную картину. Имперский глава Теней прошел к центру зала. Круглая площадка казалась ледяной и скользкой, но это тоже была только видимость. Под ногами хрустел белый песок. Легкое прикосновение пальцев к вмурованному посередине прозрачному камню, и тонкие синие линии расчертили круг правильным узором, в одной из стен проявилась дверь, а за ней — комната. Слишком разумная, если поинтересоваться мнением Имперского главы Теней.

Блондин не любил здесь находиться. Казалось, мощная магия проверяет его каждый раз, решая, достоин ли он своего поста. Ощущение пронизывающих тело нитей было неприятно. Обсидиановое зеркало послушно отражало бледное, почти иллюзорное существо. Абсолютно, скульптурно совершенное, но не слишком живое. Черный шелк плотно обнял худощавую фигуру, церемониальные украшения заняли свое место, и практически все пальцы оказались в плену массивных колец. Все эти драгоценности довольно прилично весили, и определенно стесняли движения, но были необходимы при Ритуале. И носить их полагалось с изящной небрежностью, высоко подняв голову, воплощая собой образец, к которому следует стремиться.

Дверь преобразовалась во врата, их створки распахнулись, и вспыхнули магические светильники. Комната переместилась куда-то под потолок, и прямо за порогом возникла длинная, широкая мраморная лестница, отливающая синевой. Имперский глава Теней спускался в полной тишине, и как только он вступил в центр круга, синие линии буквально вспыхнули, меняя цвет на более насыщенный и освещая фигуры кандидатов. Кто-то из них только вступал в клан Теней, кто-то стремился к повышению — это было неважно. Магия сама решит, кто и чего достоин.

Блондин подошел к центральному камню, и потемневшая от времени скрипка влетела к нему в руки. Инструмент занял привычное место на плече, изящные пальцы обхватили смычок, и печальная, поникающая под кожу музыка зазвучала под высокими сводами, рождая необычную магию. Звенел воздух, и пещера словно превратилась в огромный концертный зал, сверкая гранями многочисленных гипсовых кристаллов. Хрупкая фигура, вдохновенно прикрывшая глаза, словно находилась в эпицентре маленького смерча, постепенно все выше и выше отрываясь от пола. Запрокинутая голова, изогнутое тело, порхающий смычок… блондин рождал стихию и сам был стихией.

Музыка оборвалась резко, на самой высокой ноте. Ветер стих, и Имперский глава Теней плавно опустился вниз. Скрипка выскользнула из рук, и в полете преобразовалась в импа. В пещере неожиданно похолодало. Напряжение буквально потрескивало. Магические линии в очередной раз поменяли свой цвет, и начали вспыхивать вмурованные в пол артефакты. Замершая в центре фигура блондина окончательно утратила сходство с живым существом. От нее тянуло тленом и могильным холодом. Зрелище было жутким. Казалось, что в венах блондина пульсировала не кровь, а смерть.

Соткавшийся буквально из ничего ритуальный обсидиановый нож сделала надрез на правой руке блондина, и черная капля упала на центральный камень. Магическая волна вырвалась из плена и ударила по замершим вокруг ритуального круга фигурам. Кто-то выдержит этот напор. Кто-то нет. Те, кому повезет, пополнят клан Теней, получат повышение и, возможно, попадут под магические эксперименты по усовершенствованию внешности.

Бронин был недоволен. Он сопел, поджимал губы и пытался пробудить мою совесть. Надо же… а я и не подозревала, что гномы вообще знают о ее существовании. Но оказывается, когда дело касается их денежных интересов, бородачи становятся весьма чувствительными. А уж когда налицо потеря прибыли, у гномов даже последнее чувство юмора пропадает.

Запуск первого в этом мире воздушного шара стал поистине выдающимся событием. Орки постарались с рекламой на славу. На шоу явилась даже ее высочество Мельстринн, что само по себе гарантировало присутствие толпы. Раскрашенный в яркие цвета шар поднял в воздух первого добровольца-орка, и его возвращение на грешную землю толпа встретила одобрительным ревом.

Как ни странно, желающих повторить подвиг нашлось немало. Лично я бы в жизни не рискнула подняться в небо на такой ненадежной конструкции. Даже при том, что я ее частично разрабатывала, и магически усовершенствовала. Народ оказался куда более рисковым, и в первый же день орки заработали приличную сумму. Самокаты, кстати, тоже пошли неплохо, но после велосипедов их появление фурора не произвело.

Подсчитав прибыль в чужом кармане, обиженные гномы озадачились классическими вопросами «кто виноват» и «что делать» и заслали ко мне Бронина. И вот теперь бородач месил сапогами строительную грязь и доказывал мне, что я не права. И что очередную прибыльную идею нужно было продать гномам.

— Бронин, я же говорила тебе, мне нужны деньги, — раздраженно прервала бурчание я. — Живые деньги, а не услуги, хотя от последних я тоже отказываться не хочу.

— Но сумма, которую нужно заплатить за твой контракт, слишком велика для нашего клана.

— Станьте посредниками!

— У тебя есть какая-то идея? — оживился гном.

— Есть. Полагаю, ты не раз видел мой сундук.

Бронин хмыкнул и скосился на вышеозначенную вещь. Сундук как раз подкрадывался к сидящей на камне бабочке, прижавшись передними лапами к земле и отклячив зад.

— Да, любопытное получилось изделие. На мой взгляд, правда, слишком подвижное.

— Это можно исправить, — улыбнулась я. — Ты, помнится, хотел приобрести себе нечто похожее?

— Да, но ты говорила, что контракт тебе запрещает делать подобные вещи.

— Поэтому я и хочу избавиться от этого контракта, выплатив оставшийся долг. И мне кажется, что сундук — это идеальный вариант. Ты даже не представляешь, сколько народа хочет иметь что-то подобное! Ну а поскольку я уже приобрела некоторую известность в определенных кругах, полагаю, со мной согласятся заключить договор.

— Ближе к делу!

— Итак, если гномы не хотят и не могут расстаться с большой суммой денег, я предлагаю найти того, кому это по карману. Торговую гильдию, например. Они заплатят за меня Академии, а я отработаю, создавая живые сундуки. У гильдии будет монополия на продажу этих вещей. Сам понимаешь, сколько можно на этом заработать. Идеально было бы, конечно, если бы гильдия еще и сундуки мне поставляла. У них больше возможностей для покупки красивого и дорогого товара. Главное договориться насчет количества сундуков. Но ты и сам понимаешь, что подобная вещь не может быть дешевой. Впрочем, я готова представить на рассмотрение Торговой гильдии целый список своих изобретений. Так что долг можно платить не только сундуками.

— Любопытная идея, — признал Бронин.

— И гномы могут получить неплохой процент за посредничество. Да, кстати, если не удастся договориться с торговой гильдией Хлаеппо, можно обратиться в другие города. И даже в другие страны.

— Гм… а можно ознакомиться со списком изобретений?

Да! Я знала, знала, что гномы должны клюнуть на эту приманку! Получить деньги только за посредничество — что может быть лучше? К тому же, несмотря на то, что я уже заработала определенную репутацию, вряд ли со мной стал бы разговаривать глава торговой гильдии. Где он и где я?

Список (с подробным описанием свойств и функций каждого предмета, причем как тех, которые есть, так и тех, которые можно привнести дополнительно) я приготовила уже давно. От контракта нужно было избавляться, и делать это как можно быстрее. Жить под постоянным гнетом долга не хотелось совершенно. Надеяться, что на дне морском найдется еще пара кораблей, с которых можно снять ценности — можно, конечно, но не слишком продуктивно. И, самое главное, контракт меня тормозил. Я посчитала примерно, сколько могла бы заработать, если бы мне дали больше свободы, и чуть не прослезилась. Да я бы на одних сундуках уже контракт отработала!

Конечно, я пыталась хоть как-то обойти систему. Но получалось не очень. Гномам я продавала только те идеи, которые не могла воплотить сама. Откуда деньги взять на собственную типографию и Луна-парк? Не говоря уж о том, что нарисовать велосипед — это одно. А вот воплотить его в жизнь — совсем другое. Вряд ли я потянула бы. Последним моим финтом была сдача акваланга в аренду и заключение с дьорлом Товисом договора, согласно которому, он заказывал у меня разработку фляги, вмещающей четыре ведра воды.

По понятным причинам, ни вариант продажи идей по бартеру, ни возможность сдать изобретения в аренду полностью меня не устраивали. Мне нужны были деньги. Если первое время я еще опасалась привлечь к себе внимание и старалась быть законопослушной, то потом поняла, что никому и в голову не приходит заподозрить во мне вселенца. Я, может быть, и казалась странной, но в пределах разумного. Да и забодало меня, если честно, готовить для лечебницы зелья и мази фактически на халяву. Установленные Академией цены едва-едва ингредиенты оправдывали! То, что оставалось, язык не поворачивался назвать прибылью. Кошкины слезы!

Помимо всего прочего, контракт меня еще и от дальнейших экспериментов удерживал. Не хотелось творить «в стол». Такое ощущение, что Академии невыгодно появление новых изобретений. Или это потому, что я выходец из третьего сословия? Местная кастовая система была довольно жесткой, и не слишком привечала чужаков.

Разумеется, первое сословие привыкло к собственной исключительности. И не стремилось допускать до своих секретов «недостойных». При всем при том, что представители второго сословия выторговали себе некоторые послабления, общее положение дел не радовало. Целый культурный и научный пласт был надежно от меня закрыт, без шансов. Самое обидное, что многие из зелий и артефактов, над которыми я упорно работала, уже были изобретены. Но, кстати, не всегда находились в свободной продаже.

Первое сословие вообще всячески подчеркивало свое особое положение. Это касалось и одежды, и украшений, и даже некоторых товаров. Эльфийскую продукцию (официально) было разрешено продавать и потреблять только первому сословию. Но отсутствие эльфийского шелка (который можно, при особом желании, купить у контрабандистов, хоть и за бешеные деньги) меня не слишком напрягало. А вот нехватка знаний раздражала донельзя. Какой-нибудь светский лев, которому это и даром не нужно, может посещать Академию и знакомиться с трудами магистров. Секреты, конечно, есть и там, поскольку семьи стараются поддерживать всеми силами монополию на то или иное изобретение, но объем доступных знаний намного больше. А если уметь думать и анализировать, то поле для экспериментов открывается просто шикарнейшее.

Ладно. Чего мечтать о недостижимом. Мой план на ближайшее время — избавиться от контракта. А задача максимум — стать магистром. В архимаги (как и в первое сословие) меня не пустят, даже если я окажусь гением семи пядей во лбу. Честно говоря, сомневаюсь, что и степени магистра могу добиться, поскольку титулованных родственников и больших денег за мной не стоит. Но, по крайней мере, существует хотя бы прецедент. Так что стоит подумать над этой идеей. А там… кто знает. Может, подвернется удобный случай.

Пока шел сезон штормов, я продолжала работать над своей рыбой. При активном содействии дьорла Товиса, кстати. Сама идея передачи изображения от не-живого предмета на плоскую тарелку вызвала у него бурный восторг. И отвратное качество изображения делу не мешало. Я, кстати, давно заметила, что цивилизация оказала на меня не самое лучшее влияние. Я сравнивала свои изделия с лучшими образцами, и, естественно, оставалась недовольна. Ну как сопоставить мутный туман с цифровым изображением?!

Дьорл Товис с моими оценками был совершенно не согласен. Единственное, что не устраивало его — это нечеловеческий угол обзора, потому что сложно было определить, что в какой стороне находится. Он даже предлагал заменить рыбью голову на человеческую, но не думаю, что это кардинально решило бы нашу проблему. Помимо того, что на подходящем объекте нужно сконцентрироваться, необходимо было и координаты определить. Ну найдет наша нежить водоплавающая корабль на дне. И что? Куда плыть?

Вариантов, как засечь место, было несколько. Рыба, конечно, может высунуться из воды, благо для не-живой твари это вполне безопасно, но каков шанс, что мы ее увидим? Нам что, все море прочесывать, пока мы на ее торчащую морду не наткнемся?

Моя память тут же подкинула мне идею маячка. Проблема была только в том, что я даже не представляла, как воплотить данное изобретение в жизнь. Пользоваться «жучками» худо-бедно умела (конкуренция в рекламном бизнесе была жестокой), но сделать такое самой?! Да уж… вот и пожалеешь, что заканчивала не политех. И что с инженерными навыками у меня не очень. Нормальные попаданцы могут сразу приклепать командирскую башенку к Т-34, построить паровой двигатель из подручных материалов и даже собрать на коленке атомную бомбу (не говоря уж об АК-47). У меня подобных талантов не было.

Воистину «знал бы, где упаду — соломки бы постелил». Как я жалела, что не изучала никакой специализированной литературы! Книги, фильмы и даже личное знакомство в качестве пользователя помогали мало. Пришлось начинать все с чистого листа. Хорошо хоть под боком был Дьорл Товис, который давал ценные консультации. Он, как Охотник, был гораздо лучше знаком с повадками различных опасных тварей, и выдал мне целый список тех, чьи свойства мы могли бы использовать в собственных интересах. Я-то их, максимум, как источник ингредиентов изучала. Ну, еще и как убить интересовалась. Так. На всякий случай.

Под ногами хлюпала вода. Хлюпала уже дня два, но в последние часы, ко всему прочему, ноги начали вязнуть в болотной жиже. На сапоги, конечно, наложено несколько заклятий, но они не были рассчитаны на столь долгое и активное использование. Да по карте здесь вообще не должно быть никакого болота! Нартар бы с удовольствием сделал бы привал и немного передохнул, но жидкая грязь раскинулась во все стороны, сколько хватало глаз, и сухих участков не подворачивалось.

Болото было серым, мерзким и до безобразия однообразным. Если бы не видневшиеся горы, можно было бы сбиться с маршрута. Ну… не Охотнику, конечно. Они все обладали внутренним чувством направления, которое никогда не подводило.

Идти становилось все тяжелее. Ноги начали проваливаться глубже, и вытаскивать их из грязи становилось все труднее. Нартар давно обзавелся палкой, активировал артефакт, но оба предмета показывали, что он идет единственной возможной тропкой. Похоже, если Нартар все-таки выберется из этого болота, ему еще сутки придется стираться и сушиться. Лезть в таком виде высоко в горы — самоубийство.

На относительно сухой клочок земли Нартар выбрался только поздно вечером. Он с трудом стянул сапоги и отсыревшую одежду, переоделся, развел костер и начал готовить немудреный ужин. Крупа, вяленое мясо и зелье от простуды.

Отдохнувший, согревшийся и относительно чистый, Нартар чувствовал себя просто прекрасно. Казалось, что у него прибавилось сил. И даже предстоящий подъем в горы не портил хорошего настроения. Охотники постоянно рисковали собственной жизнью. А горы всегда были опасными. Даже если не учитывать монстров, которые здесь водились.

Нартар запрокинул голову. Гребень, на который ему предстояло подняться, выглядел внушительно и даже устрашающе. Тонкий слой снега и льда нависал над склоном огромными предательскими карнизами, которые словно ждали, когда на них ступит неосторожный путник, чтобы обрушиться вниз.

Охотник достал артефакт в виде круглой сферы и активировал его. Да, он движется в абсолютно верном направлении, опасная тварь не так далеко. Нужно только подняться на пару сотен метров. Любопытно, как она вообще здесь оказалась? Обычно монстры предпочитают более людные места, чтобы было где поохотиться. И если уж какая-то тварь поселилась в горах, то недалеко от караванного пути. А здесь практически никого нет. И если бы не гномы, которых понесло в эти горы, то и о существовании монстра никто не узнал бы. Наверняка, бородачи нашли здесь что-нибудь ценное, раз обратились к Охотникам с заказом уничтожить тварь.

Зелье от простуды постепенно начало действовать, и Охотник почувствовал, как по жилам распространяется жидкий огонь. Ощущение было немного болезненным, но кратковременным. А вот самочувствие сразу улучшилось. Все-таки Хельга сделала ему необычайно щедрый подарок! Как по стоимости, так и по полезности. Только вот почему она так поступила? Этот вопрос не давал Нартару покоя.

Была б на ее месте другая девушка, Охотник мог бы предположить, что просто ей понравился. Но Хельга никогда не выказывала своего интереса. Не флиртовала, не жеманничала и не стреляла глазками. Она одинаково хорошо относилась и к нему, и к дьорлу Товису. Хельга казалась холодной и явно не нуждалась ни в чьем обществе. У нее даже подруг не было, что для женщины весьма странно. И стремления выскочить замуж не наблюдалось, что тоже было весьма необычно. Может, это из-за ее пристрастия к некромантии у нее характер такой? Объяснение не хуже любого другого. Некроманты все одиночки. Вот и у Хельги не было друзей — только деловые партнеры.

Так то оно так, но… Не дарят партнерам столь личных подарков. Дорогие — бывает, если прибыль от партнерства хорошая. Но личное, как эта изумительная вязаная вещь, сберегающая от холода? Вряд ли.

Нартар помотал головой. Что толку гадать о причинах поведения Хельги? Женщины — народ загадочный. И непредсказуемый. Вот вернется он обратно, там и разберется на месте, в чем дело. И что Хельга хотела сказать своим подарком. А пока… Пока нужно сосредоточиться на уничтожении опасной твари. В конце концов, не так уж сложно найти алхимику ответный подарок. Не менее дорогой. И, возможно, не менее личный.

Очередной день начался совершенно стандартно. Я наварила зелий и мазей для лечебницы и на продажу, сделала несколько амулетов и артефактов, и продолжила подготовку к зиме. Помещение лаборатории я разделила аж на три зоны (оно было достаточно большим, и полностью все равно не использовалось). Самым сложным оставался вопрос с вентиляцией, поскольку вход в мегалитическое строение был один-единственный, а долбить монументальные камни явно не вариант. Гномы, во всяком случае, сразу же отказались от этой идеи.

Выход нашелся, благодаря дьорлу Товису. Он увлекся нашим экспериментом с не-живой рыбиной, которая должна была искать затонувшие корабли. Проблема с передачей изображения была уже почти решена, и теперь мы работали над созданием маячка. Нужно же было знать, куда плыть, если наша рыбина обнаружит на дне что-нибудь действительно ценное! Я вкратце объяснила бывшему Охотнику, что мне нужна какая-нибудь животина с подходящими свойствами. И дьорл Товис предоставил мне целый список всяческий тварей.

Поскольку наименование каждого экземпляра сопровождалось целым списком характерных для него свойств и умений, я нашла для себя много интересного. В том числе и для решения проблемы с вентиляцией. Особенно меня впечатлила одна рыбина, чьи плавники используются в приготовлении целой линейки ядов. Она всасывала воду, пропуская ее через себя, и питаясь различными микроорганизмами, застревающими в сетке ее рта. Ротик, кстати, был немаленький — сантиметров 30 в диаметре. Вполне хватит для вентиляционного отверстия.

Поделив внутреннее пространство мегалита на три части, я начала потихоньку обустраиваться. Часть помещения, располагавшуюся у входа, я определила под хранение продуктов и ингредиентов. Для того, чтобы создать здесь необходимо низкую температуру, я даже разорилась на соответствующий артефакт. Собственные изыскания в этом плане пока ничем приемлемым не заканчивались. Работать над проектом я, конечно, продолжала, но быстрых результатов не ожидала. А зима… да кто ее знает, какая здесь зима будет.

Идею вентиляции, кстати, гномы купили на корню. У них уже было что-то наподобие, но намного дороже, сложнее и монументальнее. После того, как я продала оркам идею воздушного шара, бородачи стали следить за мной пристальнее. Ну а поскольку они занимались строительством моего дома, процесс слежки проблем не представлял.

Средним помещением внутри мегалита стала собственно лаборатория. Там появились нормальные столы, высокие стеллажи и прибавилось оборудования. Я постепенно обрастала специализированной посудой, а мои книги с рецептами, таблицами и наблюдениями постепенно множились и толстели.

Последняя, самая дальняя комната должна была стать секретной. Я перетащила туда оставшиеся от вурдалаков саркофаги, самые ценные записи и деньги. Запечатанная тремя артефактами дверь была дополнительно замаскирована, а со строителями я заключила магический договор о неразглашении.

Возводимый на мегалите дом покамест был небольшим (куда мне хоромы в 1500 кв.м.?), а оставшаяся каменная площадка послужит в качестве своеобразной веранды. Так и представляю себя в шезлонге, с коктейлем, любующуюся морем. Кстати! Шезлонг — неплохая идея. Не знаю, насколько он будет востребован в данном мире, но для себя заказать можно.

Наконец-то сдвинулось дело и с моим контрактом. Торговая гильдия прислала своего представителя. Полный мужчина, выглядевший лет на 40, носил дорогой костюм и изысканные украшения. Формально, он не нарушал никаких законов, ограничившись разрешенными тканями и камнями, но выглядел дорого и импозантно. Некоторые представители первого сословия могли бы позавидовать.

Гость внимательно ознакомился с моим сундуком, посмотрел, как я прячу и достаю из него различные вещи, почитал характеристики и начал упоенно торговаться. Самое забавное, что я оказалась не единственным умником, который решился прибегнуть к помощи торговой гильдии, чтобы избавиться от контракта. Вот только везло далеко не всем. Некоторых с порога заворачивали, заявляя, что абсолютно не заинтересованы в их услугах.

В первую очередь, разумеется, торговую гильдию интересовала прибыль. Они курировали абсолютно все лавки, в том числе и ту, куда я поставляла свой товар. Именно поэтому дополнительные зелья, мази, амулеты и артефакты гильдию интересовали мало. Если только особо сложные, но они, обычно, делались на заказ, и превышали допустимый для бакалавра уровень сложности.

Мои поделки, существующие покамест в единичном экземпляре, имели куда большие перспективы. Представитель торговой гильдии тщательно изучил список и задавал множество вопросов, интересуясь, можно ли придать те или иные свойства определенному предмету. Между прочим, он даже подал мне несколько перспективных идей. Я как-то не задумывалась, например, что можно сделать хищные кошельки. Или шкатулки на ножках. Почему мне самой это в голову не пришло? Я ведь начинала свои эксперименты именно со шкатулки! Мне не понравилось, как она передвигалась, и я выкинула из головы эту идею. А почему я ноги ей не приделала? Чего проще?

Еще одним любопытным предложением было создать замену голубиной почте. Типа, дорого птичек содержать, обучать, да еще и дохнут они периодически. И нельзя ли сделать что-нибудь такое, что будет летать, переносить почту, уметь себя защищать и иметь привязку к хозяину. Ага, размахнулся. Если б я могла создать что-нибудь летающее, то давно решила бы свои проблемы с передвижением. Нет, можно, конечно, на основе тех же голубей создать не-живых вестников. И даже определенные функции придать им можно. Но действительно ли это решит проблему? Уничтожить вестника, даже если он не-живой, не так уж сложно.

Лично у меня появилась идея связных зеркал. Где-то я такое встречала в фэнтезийных книжках, и грех не воспользоваться уже придуманным вариантом. Тем более, что часть работы уже была сделана — не-живая рыбина начала передавать с морского дна относительно четкие картинки, и даже удалось добиться нужного угла обзора. Осталось, конечно, самое сложное — наладить связь между конкретными абонентами, но я все равно работала над идеей маячка, так что рано или поздно вопрос будет решен.

Заинтересовал торговую гильдию и мой акваланг. Возможность долгого пребывания на дне и поднятия различных ценностей была слишком заманчивой, чтобы отказываться. Гильдия даже планировала набрать артель ныряльщиков, чтобы заполучить редкие раковины, кораллы и охотиться на редких рыб. Мда. Нартар явно не обрадуется, если у него появятся конкуренты. Хотя… море большое, развернуться есть где.

Договорившись насчет перечня изделий, мы начали обсуждать их возможное количество. А так же оценивать реальную стоимость. С последним было сложнее. Активный спрос на мой товар только предполагался, но никак не гарантировался, а гильдия не хотела рисковать. Пришлось пойти на уступки. В любом случае, предлагаемые мне цены были несопоставимы с нищенской подачкой Академии. И, по моим прикидкам, за пару-тройку месяцев долг перед гильдией было вполне реально отработать.

Гномы, разумеется, внакладе не остались. И за то, что свели меня с торговой гильдией, и за то, что согласились помочь мне погасить долг, отдавая часть моей доли за изобретения не мне услугами, а торговой гильдии товарами. В благодарность за посредничество они получили от меня подарок — набор зелий на все случаи жизни. И еще, с помощью бородачей, я собиралась открыть собственное дело. Больше никакой продажи идей на сторону! У меня пылился целый список изобретений, которые можно было бы довольно выгодно продать. Однако прежде всего, следовало разделаться с контрактом.

Представитель Академии не слишком обрадовался, когда понял, что поживиться за мой счет больше не получится. Под занавес с меня даже попытались стрясти хоть что-нибудь «в благодарность», но я никакой благодарности не ощущала. Более того, вообще не горела желанием сотрудничать с этой конторой.

Когда была поставлена последняя подпись под магическим документом, удостоверяющим, что больше я Академии ничего не должна, сковывавший мое предплечье браслет упал. А вместо него появилась небольшая (со спичечный коробок) татуировка. Странно. Я читала, что подобные вещи на халяву ставят только представителям первого сословия. Или эта татуировка по умолчанию была включена в итоговую сумму контракта? Мило. Похоже, это нечто типа удостоверения личности, но что-то мне оно не нравится. Почему-то есть у меня такое подозрение, что татуировка несет не только опознавательные, но и следящие функции.

Ощущение после избавления от контракта были… феерическими. Да, на мне все еще висел долг, но торговая гильдия поставила вполне приемлемые условия его выплаты. И я могла заниматься любимым делом, не продавая свои изобретения за бесценок. От полноты чувств я решила даже заглянуть в таверну и пропустить стаканчик вина в ознаменовании избавления от рабского контракта. Да, работы предстояло немало, но сейчас хотелось расслабиться и отдохнуть.

В качестве места посиделок я выбрала, разумеется, любимую таверну Охотников. Привыкла я уже к здешней обстановке. Вкусная еда, спокойная обстановка и интересные разговоры. Много путешествующим Охотникам всегда было о чем рассказать, а хвастаться своими победами любят все мужчины. Я просидела допоздна, и вечер закончился бы самым приятным образом, если бы на пороге не появился Мортис.

Глава гильдии городских Охотников в очередной раз желал допросить подозрительный труп, и ему требовалась моя помощь. Ну… деваться некуда. Хотя после пары стаканов вина и плотного ужина хотелось спать, а не шляться по подворотням. Да и распотрошенное тело какого-то бродяги выглядело отвратно. А уж допрашивать его… меня чуть не стошнило. Блин! Знает же Мортис, как мне испортить настроение!

Криминальный случай оказался обычной поножовщиной, но глава городского клана Охотников отнесся к нему со всем вниманием. Не знаю уж, что ему показалось подозрительным в этой насквозь понятной истории, но вникал в детали он долго. В результате, домой я вернулась за полночь, и от проведенного в трактире вечера не осталось никаких приятных впечатлений.

С утра я чувствовала себя невыспавшейся, но обращать внимания на эти глупости было некогда. С контрактом я уже развязалась, так что пора было начинать процесс активного сотрудничества с торговой гильдией. Поскольку объем работы был довольно большим, а развязаться с долгами хотелось побыстрее, я решила обзавестись помощниками. Первым, к кому я обратилась с предложением о сотрудничестве, был дьорл Товис. Его знания и опыт уже не раз мне помогали, и могут пригодиться в дальнейшем. К тому же, руки у него тем концом вставлены, и часть вещей для преобразования можно было заказать у него, а не у гномов. Я, например, размышляла о самодвижущейся лодке и о плавучем ресторане. Базу для этих проектов вполне мог создать дьорл Товис, он неплохо работал по дереву.

Еще один помощник нужен был на должность «подай-принеси». Разносить мою продукцию по лавкам, собирать заказы и закупать ингредиенты. Еще бы, в идеале, повесить на этого помощника стирку, уборку, готовку и огород… но это мечты, конечно. Я даже сомневаюсь, что смогу доверить постороннему человеку закупку ингредиентов. Да и насчет всего остального… пока дом не достроен, мечтать о прислуге не стоит.

Первую партию сундуков торговая гильдия привезла на следующее утро. Причем большая их часть была настолько ценной, что пришлось спускать их в лабораторию и ставить дополнительные сигнальные артефакты. Мда. Мой недочет. О хранении и безопасности ценного товара я как-то не подумала. А ведь видела в продаже сундуки, украшенные драгоценностями! Похоже, едва ли не быстрее, чем дом, мне нужно ставить склад. Сухой, прочный и очень хорошо охраняемый.

Дьорл Товис отправился договариваться с орками о поставки собачьих тушек (после очередного истребления бродячего племени), а я начала варить мазь, способствующую укреплению деревянного корпуса. Работы предстояло море, но она была только в радость, поскольку теперь я работала на себя, а не на Академию. Да, торговая гильдия поимеет неплохой доход, но мне в любом случае придется с ними сотрудничать. Товар-то как-то продавать нужно, и не только в Хлаеппо. И потом, не стоит забывать, что после того, как долг будет выплачен, условия сотрудничества подвергнутся пересмотру.

Еще одной проблемой было сотрудничество с гильдией алхимиков. Точнее, полное его отсутствие. Как и положено, после оплаты контракта я подала заявку на вступление в гильдию, но пока не было ни ответа, ни привета. Видимо, они никак не могли определиться, что от меня потребовать в качестве подарка. Размер первоначального и ежемесячного взносов был определен законодательно, как и обязательства сторон, а вот насчет подарков ничего не говорилось. Это была традиция.

Поскольку склад не предусматривал никаких архитектурных изысков, возвели его гномы быстро. А я обратилась к дьорлу Хайтрену с вопросом, не порекомендует ли он, кого можно нанять в качестве охраны. Глава гильдии городской безопасности пообещал выделить отряд троллей, если я презентую ему несколько изобретенных мною вещиц. Начиная с сундука. Да пожалуйста! Жалко что ли?

Возведенный сарай и нанятая охрана оказались как нельзя кстати. Вместе с очередной партией сундуков торговая гильдия прислала шкатулки, кошельки, фляги и заказ на партию аквалангов. Я оценила фронт работ, и решила все-таки нанять помощника. Ладно стирка, уборка и огород (хотя там уже особо делать нечего, почти все убрано), пусть хотя бы готовку на себя возьмет. И покупку продуктов. Однако дьорл Товис, которого я попросила порекомендовать мне кого-нибудь, обломал все мои мечты. Мое жилище все еще считалось «нехорошим» местом, и Охотник предположил, что вряд ли найдутся желающие здесь работать.

— Что, даже от большой голодухи не пойдут? — не поверила я.

— Ну, если положение действительно безвыходное, могут и согласится, — признал дьорл Товис. — Но никто не гарантирует, что на такого слугу можно будет положиться. Если в нем нет ни капли магии, с ним даже магический договор нельзя будет заключить.

— То есть, его верность и порядочность никоим образом гарантировать будет нельзя? — опечалилась я.

— Точно! Я, конечно, поспрашиваю своих знакомых. Может быть, и найдется кто-нибудь подходящий. А пока я предлагаю тебе перейти на готовые обеды. Не в трактирах, конечно, заказывать, там дорого, а у какой-нибудь хозяйки, которая сдает комнаты постояльцам. Я даже могу порекомендовать тебе кое-кого, кто неплохо готовит. У нее трое пацанов мал мала меньше, старший вполне может доставлять сюда еду, я даже его встречу, чтобы ему не пришлось заходить на «нехорошую» территорию.

— Мысль здравая, — вздохнула я. — Но я не предусматривала такие траты. Ни на охрану, ни на готовую еду.

— Ну… тут выбор простой. Или экономия денег, или экономия времени. Первое вообще не вариант. За то время, которое тратится на готовку, ты можешь сделать одну флягу. А стоить она будет раз в десять дороже, чем затраты на обед, даже заказанный в трактире.

— Да знаю, знаю. Просто… я так долго жила, экономя на мелочах, что теперь никак не могу отвыкнуть от этой привычки. Магический резерв у меня, конечно, не бесконечный, но на одну дополнительную флягу или кошелек вполне хватит. Правда, их еще продать надо.

— Ну, пару-тройку первых вещей я пристрою среди своих знакомых, — пообещал дьорл Товис. — А там и другие желающие подтянутся. Придуманный тобой товар действительно весьма полезен.

Ну… рискнем. И будем надеяться, что я не пролечу. Я должна не просто покрыть свой долг перед торговой гильдией, но и принести ей прибыль. Только тогда со мной будут сотрудничать дальше. Именно поэтому мне нужно постараться, и выполнить свою работу как можно лучше. Благо, для этого у меня есть все необходимое. И шкатулки, и сундуки, и все остальное, что должно передвигаться, мне поставляли с ножками, как я и просила. На нескольких вариантах, кстати, эти самые ножки гнулись в «коленях» — очень удобно, между прочим. Моему сундуку, из-за отсутствия подобной функции, было весьма сложно спускаться и подниматься по лестнице.

Для кошельков требовалось нечто иное. Во-первых, большая (но не бесконечная) вместимость, завязанная на подпространство, во-вторых, привязка к хозяину, и, в-третьих, защита от воров. И если первые две задачи я успешно решила с помощью артефактов (опыт уже был), то для решения третьей прибегла к некромантии. Местная рыбка, напоминающая нашу пиранью, стоила относительно недорого и имела впечатляющий комплект зубов. Как раз самое то, чтобы порадовать неосторожного вора. Руку, может, и не оттяпает, но впечатлений оставит на всю оставшуюся жизнь.

Самым сложным было решить проблему привязать кошелек к хозяину так, чтобы его нельзя было срезать. И наиболее простым выходом мне показалась сигнализация в виде поросячьего визга при контакте с чужой рукой. Единственная проблема — после активации артефакта привязки к хозяину, такой кошелек нельзя будет ни продать, ни подарить. Но это я оставлю на усмотрение торговой гильдии. Как они решат, так и будет.

Идея дьорла Товиса насчет готовой еды оказалась очень даже здравой. Стоило это удовольствие действительно недорого, а мы не отвлекались на всякие пустяки. Надо сказать, что с партнером мне действительно повезло. Потому что даже там, где дьорлу Товису не хватало знаний, он выкручивался с помощью интуиции и житейского опыта. И без его помощи мне было бы намного сложнее. Да, из-за отсутствия ноги он не мог быстро передвигаться, но это был его единственный недостаток.

Гильдия алхимиков объявилась примерно через пару недель после того, как я рассчиталась по контракту. Мне, наконец, пришло официальное письмо, приглашающее посетить достопочтенного дьорла Кортевиуса. Ну… надеюсь, они не запросят ничего сверхъестественного в качестве подарка. Вступать в гильдию было не то что обязательным… но как бы само собой разумеющимся. Подразумевалось, что твои права будут защищены, а для твоей продукции гарантирован сбыт. Хотя… даже если представители гильдии откажут тебе во вступлении (а такое возможно), соблюдать установленные ими правила все равно придется.

Но самое главное, что меня несколько напрягало — теперь все мои алхимические изобретения должны будут получать одобрение гильдии. И только после этого их можно будет выставлять на продажу. С одной стороны — разумное решение. Гильдия следит, чтобы никакой халтуры на прилавках не появлялось, и чтобы нерадивые алхимики не портили ее репутацию. А с другой стороны — это неплохой способ давления. Вот невзлюбят меня представители гильдии, и перекроют кислород. И что я делать буду? Может, конечно, и найдутся люди, которые будут покупать даже не одобренные гильдией зелья и мази, но тут можно ступить на очень скользкую тропку. Нет уж! С гильдией лучше не ссориться!

Дьорл Кортевиус принял меня в собственном кабинете. Я аж погордилась. В первый раз меня вообще дальше порога не пустили, да и во второй разговаривали сквозь зубы. А теперь надо же. Лично глава гильдии алхимиков со мной возжелал побеседовать. Посмотрим, чего он хочет.

Хотел дьорл Кортевиус, ни много, ни мало, самобеглую коляску. Да уж… губа не дура. Очередь на это изделие была расписана месяца на два вперед. И мне даже страшно представить, что от меня потребуют гномы за внеплановую самобеглую коляску. Как минимум, придется делиться очередным изобретением, и хорошо, если не дарить его.

Узнав о моей проблеме, Бронин оживился. И упоенно принялся торговаться. Самобеглая коляска стоила очень дорого, даже если сделать скидку с учетом моей доли, так что хитрый гном хотел достойную компенсацию. Ждать очереди мне не хотелось, поэтому я решила расстаться с перспективной идеей. На сей раз, даже не магической.

Впервые нехватку вешалок я ощутила еще тогда, когда училась в школе. Казалось бы — элементарная вещь, но в данном мире до нее еще не додумались. Одежду хранили в сундуках. Или (если позволяли финансы и жилая площадь) на чем-то типа манекенов. Грубое подобие верхней половины человеческого тела (без рук), насаженное на высокий деревянный стержень служило вешалкой для парадных платьев и костюмов.

В свете данного обстоятельства я полагала, что мое нововведение будет пользоваться популярностью. К тому же, для изготовления вешалок с плечиками даже магия не требуется. Полагаю, гномы должны оценить. Главное, договориться с ними на приемлемый обмен. Если уж дарить бородачам перспективную идею, то только в обмен на такой же подарок в виде самобеглой коляски.

Бронин сопротивлялся недолго. Идея ему понравилась донельзя, и он тут же решил попробовать, насколько это удобно. Готовый подходящий крючок нашелся в кузнице, где делали детали для корабля, а на роль плечиков подошла небольшая доска. Вопрос, где размещать вешалки с одеждой тоже решился довольно просто. Правда, уже не в качестве подарка, а за определенный процент. Шкаф с планкой, но которую можно повесить вешалки, и стойка для одежды пришлись Бронину по душе, и мы заключили очередной контракт.

Да… а я-то зарекалась, что больше ни дарить, ни продавать идеи не буду. Правильно умные люди говорят: хочешь рассмешить богов — расскажи им о своих планах. Э-э-х! Жизнь моя, жестянка! Где же, где положенные мне, как попаданке, прекрасные принцы на белых конях, мудрые Гэндальфы и несметные богатства? Где великая магическая сила, божественные друзья и феерическая удача, позволяющая вести себя по-идиотски и оставаться в живых? Ничего этого нет и не предвидится. И мое благополучие в данном мире зависит только от меня самой.

Несмотря на то, что гильдия завалила меня работой, свободное время для экспериментов оставалось. Первым изделием моего собственного предприятия должен был стать плавучий ресторан и самодвижущиеся лодки, которые будут доставлять к нему клиентов. Разумеется, придется договариваться с торговой гильдией и искать подходящего трактирщика, которому можно будет сдать все это великолепие в аренду, но это решаемо. К сожалению, сама я найм персонала и закупку необходимого количества продуктов в данный момент просто не потяну.

Во главе проекта встал дьорл Товис. Он вообще в последнее время воодушевился, обретя финансовую независимость. Усы гордо топорщились, одежда стала качественнее, а рыбацкая избушка постепенно превращалась во вполне комфортабельное жилье. Дьорл Товис поначалу даже подумывал сам стать трактирщиком, но потом решил, что подводная охота за редкими монстрами и сокровищами для него гораздо интереснее. И прибыльнее.

— Я больше чем уверен, что Нартар скажет тоже самое, — уверил меня дьорл Товис. — Сидеть на одном месте — это не для Охотников.

— Он пусть сначала вернется, — проворчала я. — Гоняться по горам за очередным монстром — это не самое безопасное дело.

— Волнуешься? — хмыкнул дьорл Товис.

— А знаешь… волнуюсь, — призналась я. — Я к вам обоим уже привыкла. Мы хорошо сработались, и мне не хотелось бы потерять никого из вас.

Дьорл Товис недоверчиво хмыкнул, а я только вздохнула. Ну да. Дело не только в этом. Стоило расстаться с Нартаром, чтобы понять, что мне его действительно не хватает. И я не очень уверена, что только как партнера по бизнесу. Порой, при общении, он раздражал меня так же, как и все окружающие мужчины своим дремучим шовинизмом. Но Нартар был не безнадежен. По крайней мере, он признавал, что из правил встречаются исключения. И не относился ко мне с вальяжной снисходительностью.

Еще мне повезло, что в Глаценции водные процедуры и уход за собственным телом не казались населению дикими. Толи причина в магии, из-за которой процесс мытья был доступным и удобным, толи в местных верованиях, которые поощряли чистоту душевную и телесную, но ни одной местной моднице в страшном сне не приснилось бы пользоваться вошницей. Да и вообще иметь такой предмет в обиходе.

Мужчины тоже предпочитали не зарастать грязью, так что от Нартара всегда приятно пахло. Хвоей и корицей. И общаться с ним было интересно. Познавательно. Я не слишком уверена, что собственные ощущения стоит принимать всерьез, но, наверное, над ними стоило задуматься. Если я, невзирая на ворох проблем, обратила на Нартара внимание, значит, он того стоит.

Как приятно идти по коридорам с поднятой головой. Ловить восхищенные взгляды, завистливые перешептывания за спиной и знать, что все, абсолютно все оборачиваются тебе вслед. Мэльстресс Вейтринн никогда не была обделена вниманием, но сегодня… сегодня обстоятельства были особыми. Во дворце, как в кувшине со скорпионами, каждый изыскивал возможность ужалить соперника побольнее, чтобы самому приблизиться к королевским особам. И даже теперь, в изгнании, ничего не поменялось. Королева осталась королевой. Рано или поздно, семейный конфликт будет урегулирован. И тех, кто сумел сохранить верность, наверняка наградят. Нужно только вовремя оказаться под рукой.

У мэльстресс Вейтринн не было особого выбора. Ее выдали замуж, когда она была совсем юной. А муж был настолько стар, что не смог обеспечить ей детей. К сожалению. Став вдовой, по закону она оказалась совершенно беспомощной. И дети мужа от первого брака этим воспользовались, буквально выставив мэльстресс Вейтринн из дому. Хорошо, что родственники помогли ей пристроиться в качестве фрейлины к сестре короля. Но такая должность подразумевала не только блага, но и обязанности. Не самые простые. Часами стоять, присутствуя при туалете, выслушивать всяческие глупости, сносить плохое настроение и помалкивать.

Когда ее величество Мельстринн вышла замуж за Ромуальда III Сияющего, фрейлины отправились в Глаценцию вместе со своей королевой. Мэльстресс Вейтринн оказалась в их числе. Чужая страна, непривычные обычаи, странная мода… привыкать к новому всегда сложно. А в обстановке взаимной нелюбви королевского семейства — вдвойне. Ни Ромуальд III, ни Мельстринн не желали этого брака. Они оба были уверены, что достойны чего-то большего и лучшего. Королевская чета могла неделями не разговаривать и встречалась только на официальных церемониях. Немудрено, что у венценосной семьи до сих пор не было наследника. Местная знать, кстати, выражала по этому поводу серьезное недовольство.

Очередная ссора супругов была настолько привычной, что фрейлины немало изумились, когда им приказали собирать вещи. По слухам, дело было в появившейся у короля молодой любовнице, но мэльстресс Вейтринн сильно сомневалась, что это было единственной причиной. Ромуальд III менял своих дам сердца, как перчатки. И по поводу изгнания Мельстринн поговаривали разное. Кое-кто проболтался, что идея ехать в Хлаеппо принадлежала вовсе не выведенному из себя королю, а именно ее величеству. И что ее отговаривали от этого шага. В том числе, и Первый министр.

Что королева забыла в маленьком провинциальном городе — было совершенно непонятно. Но вела она себя очень необычно. Изображала приязнь к черни, милостиво улыбалась аристократам, и даже пригласила столичный театр. В Хлаеппо ее величество уже обожали. Но зачем ей это нужно было? От скуки Мельстринн пребывала в плохом настроении и периодически срывалась на фрейлин. Вот и мэльстресс Вейтринн не повезло. Попав ее величеству под горячую руку, она была вынуждена перекрасить свои прекрасные волосы.

Результат эксперимента оказался ужасающим. Хорошо, что нашелся алхимик, который смог помочь. Мэльстресс Вейтринн даже не ожидала, что ей так идет быть блондинкой. И теперь все смотрели ей вслед. Можно поспорить, что желающих поменять цвет волос станет множество. И поначалу каждая из них получит такой же ужасающий эффект, как и мэльстресс Вейтринн. Фрейлина мстительно улыбнулась. Пусть они тоже подергаются и понервничают.

Утренний визит к королеве тоже оставил у мэльстресс Вейтринн самые приятные впечатления. Ее величество явно завидовала новому цвету волос своей фрейлины и призадумалась над предупреждением о первоначальном эффекте осветления. Уж над кем, над кем, но над королевой шутить было опасно. Так и головы лишиться можно. Мельстринн и так расстроилась донельзя, узнав, что менять цвет волос небезопасно для их здоровья. Королева погрузилась в очередную депрессию и даже отослала фрейлин с глаз подальше.

Мэльстресс Вейтринн не преминула этим воспользоваться, и поинтересовалась у приятельниц, не хотят ли они отдохнуть, посетив необычный плавучий ресторан. Умирающие со скуки фрейлины с удовольствием согласились.

Это было восхитительно! На поверхности озера, казалось, распустились огромные кувшинки, в центре которых располагались удобные сиденья с подушечками. Цветы медленно двигались к плавучему ресторану, освещенному красивыми разноцветными шарами. Ветер колыхал легкую ткань и доносил приятную музыку. Причем исполнителей даже не было видно. Маленькие диванчики, оригинальная посуда, вкуснейшие, необычные блюда… фрейлины получали истинное удовольствие. Прислуга была выставлена за пределы занавесок, так что никто не мешал приватно пообщаться. А камеристку, если возникнет такая нужда, можно было подозвать, позвонив в колокольчик. Однако самыми восхитительными оказались подарки. Дамам, как первым посетительницам, были вручены маленькие флакончики с лаком для ногтей и по баночке мази для ухода за кожей.

Фрейлины восхищенно шушукались, обсуждая прекрасный вечер, а мэльстресс Вейтринн наслаждалась всеобщим вниманием. Ведь это именно она пригласила дам приятно провести вечер. И развеяла их скуку. А представители первого сословия умели быть благодарными.

Визит фрейлин в мой плавучий ресторан произвел впечатление на весь город. Толпа желающих взглянуть на новое развлечение буквально хлынула в наш плавучий ресторанчик. Образовалось даже нечто вроде очереди. Народу нравились и плавучие лодки, сделанные в форме распустившихся кувшинок (идея дьорла Товиса, между прочим), и само заведение. Гости с любопытством изучали непривычную посуду, и пытались рассмотреть, где же находятся музыканты. Ха! Не для того я их прятала. Небольшой заборчик, увитый зеленью, и даже магии почти не понадобилось.

Про музыкантов, кстати, я вспомнила в последний момент. Хорошо хоть творческие люди — народ перманентно голодный и находящийся в поиске работы, не пришлось прилагать много усилий, чтобы организовать квартет. Фортепиано, две скрипки и флейта, звучание которых было усилено магией, звучали восхитительно. Ребята действительно были талантами. И все четверо, кстати, пытались отработать контракт, поскольку проучились в школе аж полтора года. С работой в качестве слуг у них не сложилось (ничего удивительного, кстати — творческие люди через одного неорганизованные разгильдяи, вечно витающие в облаках), так что музыканты крутились, как могли. Играли почти на всех инструментах, какие только подворачивались под руку и соглашались на любую подработку. Выяснив, что я готова помочь им погасить долги перед школой, а так же буду кормить их три раза в день, они сразу же подписали магический контракт.

Моя миссия по спасению внешности фрейлины тоже дала неплохой результат. Несколько дам из свиты королевы возжелали сменить цвет волос, а кое-кто заинтересовался духами и мазями. Проблема была только в том, что товар требовалось поставлять в соответствующей дорогой упаковке, но я начала брать предоплату.

Единственное, что сдерживало мой трудовой порыв — ограниченный магический потенциал. Если на фляги, кошельки и даже зелья он не слишком тратился, то сундуки, сложные артефакты и особенно некромантия требовали большого напряжения. И выматывалась я капитально. Для того, чтобы производить необходимый объем продукции, пришлось снова обратиться к дьорлу Товису. С его помощью процесс пошел гораздо быстрее и масштабнее. Магический потенциал у бывшего Охотника был вполне достаточным для того, чтобы подзаряжать мои произведения.

А тут еще, как назло, Мортис активизировался. Он почти ежедневно отрывал меня от дел, чтобы пообщаться с очередным трупом. Глава городских Охотников, похоже, напал на какой-то след, и теперь упорно рыл в этом направлении. Я, например, не видела никакой связи между людьми, тела которых мы допрашивали. Они принадлежали к разным социальным слоям, не были знакомы друг с другом и (на мой взгляд) не представляли из себя ничего интересного.

Поняв, что с таким темпом жизни меня надолго не хватит, я начала искать возможности увеличить свой магический потенциал. У меня в доме постепенно увеличивалось количество вещей, которые требовали постоянной подзарядки. Та же вентиляция, например. Да, магически подпитывать ее нужно было примерно раз в месяц, не чаще, но вкупе со всем остальным получалось напряжно. А я ведь планировала создать и другие артефакты, которые могли бы облегчить мне жизнь. Пределом мечтаний были заменители бытовой техники, к которым я привыкла в собственном мире — утюг, пылесос, стиральная машина. Не то чтобы я рассчитывала все это изобрести, но хоть что-нибудь наподобие!

Решение данной проблемы было очевидным — мне необходим артефакт-накопитель. Нечто подобное в данном мире уже было изобретено, имело вид плотных перчаток и стоило несусветно дорого. Мне такой вариант совершенно не подходил. При всех своих достоинствах, перчатки увеличивали потенциал отдельного мага. А мне нужно было создать нечто типа автоматической подзарядки не для себя самой, а для продукции, которую я произвожу.

В общем-то, наметки у меня уже были. Мой сундук прекрасно функционировал без дополнительных усилий, подпитывая себя сам. Проблема в том, что вентиляция не может охотиться на мышей. Так что ее все равно придется как-то искусственно подкармливать. Мясом? Вариант, конечно, хоть и дорого. Но это сколько же времени будет уходить на то, чтобы подпитывать каждую из моих придумок?!

Хм… а что если их связать в единую систему? Сделать так, чтобы дом был единым организмом, и распределял энергию в нужном мне направлении автоматически. Тогда и насчет подпитки можно подумать основательнее. В моем родном мире использовалась энергия света, солнца, воды и много чего еще. Так почему бы здесь не воспользоваться данными возможностями? Например, обратиться к некоторым свойствам растений. Таким, как фотосинтез. Над идеей, конечно, следовало работать и работать, но направление вырисовывалось перспективное. И результаты кажутся вполне достижимыми. Если все получится, то я изобрету довольно стройную и самодостаточную систему. Главное, чтобы она не оказалась чересчур разумной. Все-таки голливудские фильмы про восстание машин оказали огромное влияние на мое воображение.

— Хельга, тебя тут Бронин спрашивает, — заглянул ко мне в лабораторию дьорл Товис. — Говорит, у него к тебе очень важное дело.

— Ну, раз важное, пусть заходит, — кивнула я. Даже любопытно — и чего это случилось такого срочного?

Впрочем, после недолгой беседы, выяснилось, что дело не в срочности, а в том, что я давно не посещала гномов. Слишком увлеклась работой. И озабоченный Бронин решил выяснить, все ли в порядке.

— Если бы были какие-нибудь проблемы, мне бы пришлось отказаться от вашей помощи при строительстве дома, — логично заметила я.

— Но раньше ты, как минимум, раз в три дня заходила узнать, как идут дела по твоим изобретениям. И не снизилась ли прибыль.

— А она снизилась?

— Отчасти, — вздохнул прижимистый гном.

Ну-ну. Я и не сомневалась, что притащился ко мне Бронин вовсе не потому, что сильно соскучился. Его волнуют деньги, деньги, и только деньги. Зная, что я периодически изобретаю что-нибудь интересное, гномы следили за мной в моем собственном доме. И скрываться от их пристального внимания удавалось только в лаборатории.

— И на чем вы потеряли клиентов? Велосипеды? Вешалки? Про самобеглые коляски можешь мне сказок не рассказывать. Я знаю, какая за ними очередь стоит. Еле-еле для дьорла Кортевиуса сумела экземпляр вытребовать.

— Нет. Все дело в карусели. Она перестала пользоваться популярностью. Люди приходят, конечно, но уже не так часто. Мы были вынуждены сделать отдельный вариант для любителей высокой скорости, но на нем, в основном, просаживают деньги сами гномы.

Ну… этого следовало ожидать. Рано или поздно, людям начинает надоедать любое развлечение. И для того, чтобы не терять клиентов, необходимо разнообразие. В моем собственном мире существует целая куча аттракционов, так что недостатка в идеях не было. Мне просто не хотелось отдавать эти идеи гномам. На них столько заработать можно!

Однако рациональное мышление не позволяло слишком уж погружаться в несбыточные мечтания. Для того чтобы организовать нечто типа Луна-парка, прежде всего, нужна была земля. А для некоторых моих идей — отдельное помещение. Со вторым было несколько проще (прибавим к плавучему ресторану плавучий развлекательный центр), так что я вздохнула, и решила продать гномам идеи, требующие простора и сложные в исполнении. Колесо обозрения, например.

Бронин вдохновился, и мы почти час обсуждали перспективную идею. Мне даже пообещали платить мою долю от прибыли деньгами, а не бартером. Надо же, до чего бородачей прижало. И насколько они не хотят отдавать перспективные идеи оркам. Ну, надо сказать, подсуетились гномы вовремя. Ко мне уже подкатывал дьорл Лильирс с вопросом, не предложу ли я еще что-нибудь столь же интересное, как воздушный шар. Поток клиентов меньше не стал, но оркам захотелось разнообразия.

Я, честно говоря, ожидала, что шаром заинтересуются военные (потому и не афишировала свое авторство, не хотелось загреметь в какую-нибудь местную шарашку), но видимо, инерция мышления была слишком сильна. И широкие возможности военного применения необычной игрушки были неочевидны. Впрочем, меня интересовало не столько методы использования моих изобретений, сколько получаемая от их эксплуатации доля. А она была весьма приличной.

Несмотря на висевший долг, мое финансовое положение перестало меня удручать. Деньги шли и от продажи мазей, зелий и артефактов, и от производства приятных мелочей для дам первого сословия, и в качестве доли от результатов моих экспериментов. Иногда прибыль приносили совершенно неожиданные вещи. Торговая гильдия, например, заинтересовалась расписными тарелками, и я согласилась продать идею. Магии там все равно не было, и своровать идею ничего не стоило. Это со мной одной можно конкурировать, а с торговой гильдией связываться — дураков нет.

Дьорл Товис, правда, не одобрил моего разбрасывания идеями. Но я резонно возразила, что всех денег не заработаешь. И два человека — слишком мало для успешной корпорации. Даже три мало, а Нартар неизвестно, когда вернется. И еще не факт, что согласится осесть. Сезон штормов только собирался начаться, а Охотник уже ускакал в горы охотиться на какую-то тварь. Так что если мы хотим сами что-нибудь производить, нам нужны еще надежные люди. Я, например, уже продумала идею развлекательного закрытого клуба для мужчин. С бильярдом, стриптизом и азартными играми. В данном мире был аналог наших шахмат и нард, но не было ничего похожего на карты и рулетку.

Идея, конечно, была сомнительной. Азартные игры всегда привлекают внимание криминальных элементов, но у меня, к счастью, была «крыша». Знакомство с главой гильдии городской безопасности давало свои преимущества. Дьорл Хайтрен охотно принимал мелкие (и не очень мелкие) подарки, поставляя мне троллей для охраны и тяжелых физических работ, так что договориться с ним проблемы не будет. Ну и Мортиса нужно привлечь на всякий случай. Лишним не будет. Ну а поскольку плавучий развлекательный центр был далеко не последним проектом, который требовал управляющего, мне нужны были надежные люди.

Да, возможность заключения магического договора несколько облегчало дело, но мне не хотелось бы рассчитывать только на него. Тут даже финансовый вопрос может оказаться не самым главным. Я намеревалась найти людей, для которых мое предложение работы стало бы своеобразным спасательным кругом. Как для того же дьорла Товиса. Он силен, конечно. Потеряв ногу, не спился, не опустил руки, а научился выживать. Но те возможности, которые он получил, начав со мной сотрудничать, открыли ему жизнь с совсем другой стороны. Он не просто получил возможность хорошо зарабатывать, но и ощутил собственную нужность, постоянно помогая мне с моими изобретениями. Дьорл Товис давал разумные советы, делился знаниями, решал организационные вопросы и вообще жил на полную катушку, забыв о собственной инвалидности. А для удобства передвижения мы приобрели самобеглую коляску. Упрощенный вариант для бедных. Два сиденья, минимум украшений и самые доступные материалы.

К сожалению, даже дьорл Товис не мог помочь мне разобраться с созданием магического накопителя. В отличие от меня, он даже несколько раз видел перчатки, усиливающие потенциал мага. Но на каком принципе они работают и как подзаряжаются — понятия не имел. Так что пришлось разрабатывать проект с нуля. И думать, как создать из своего дома единую взаимосвязанную систему.

Не забыла я и о зеркалах. Местный вариант, даже усиленный магически, был отвратительного качества. А если учесть, что я, в дальнейшем, собралась использовать зеркала в качестве средства связи и заменителя голубиной почты, то насущная необходимость их улучшения становится очевидной. Проблема была только в том, что я совершенно не представляла процесс. Ну, стекло. Ну, нанесена на него серебристая фигня с обратной стороны. И что? Как это повторить? Вспоминалось, правда, нечто полезное с уроков химии, но весьма смутно и без деталей. Мда… как говориться, знал бы где упасть — соломку бы подстелил. Но кто же мог представить, что я окажусь в чужом мире, да еще и в качестве алхимика!

Думай, голова, думай. Чепчик куплю. Однако похоже, мою бестолковку подобное обещание не вдохновляло. Никаких озарений на меня не снисходило. Так что пришлось засучить рукава и действовать самым популярным методом — методом научного тыка. Ладно, не совсем тыка. Про то, что отражающий слой делали из особого сплава олова и ртути, я по истории помню. Но что-то мне не хочется экспериментировать со столь ядовитыми веществами. Еще не хватало отравиться ртутными парами! Магия, конечно, предусматривает определенную защиту, но я бы не стала на нее надеяться. Не уверена, что местная алхимия продвинута должным образом. Лучше я поэкспериментирую с серебром. Дорого, конечно, но относительно безопасно. Тем более, что желающих заплатить, наверняка, найдется немало. Ни одна женщина не устоит!

Кстати, с помощью некромантии процесс изобретения зеркал можно ускорить. И если к серебру прибавить магическую составляющую, украсть и повторить идею будет сложнее. Зеркало, даже не связное, будет своеобразным артефактом, который может показать не только отражение, но и небольшие сюжеты. Нет, я не дошла до изобретения телевидения (это было бы слишком круто). Я даже до изобретения кино, в привычном мне смысле этого слова, не добралась. Просто, работая с не-живой рыбиной, исследовавшей дно в поисках затонувших кораблей, я столкнулась с необходимостью как-то записывать и сохранять получаемую информацию.

Из-за большого количества работы, ни я, ни дьорл Товис теперь не могли постоянно следить за появляющимся на тарелке изображением. А уделять поиску затонувших кораблей час в день — бесперспективно. Мы так до ишачьей пасхи ничего не найдем. Правда, для успешного решения проблемы пришлось снова прибегнуть некромантии, но других вариантов я просто не видела. Мне было проще изобрести нечто новое в сфере магии, чем вспомнить, как данный вопрос был решен в моем собственном мире. Тем более, что фотографией я никогда не увлекалась, а в местной флоре водилось дерево, свойствами которого можно было воспользоваться.

Выведенный эльфами экземпляр рос только в садах обеспеченных жителей, поскольку стоил довольно дорого. Большие листья были покрыты прозрачной пленкой в несколько слоев. Днем дерево «собирало» информацию, а в темноте листья начинали светиться и показывать все, что успели запечатлеть. Пленка таяла слой за слоем, и получалось своеобразное кино задом на перед. Обычно такие деревья сажали рядом с клумбами и фонтанами, чтобы ночью тоже любоваться рукотворной красотой.

Соединить возможности отражающей поверхности и выведенного эльфами дерева оказалось не так просто. Оказалось, что переносить свойства с не-живого существа на неодушевленный предмет — это одно, а с растения на стекло — совсем другое. Тут действуют иные принципы, с которыми пришлось повозиться. Результат, правда, получился не столь впечатляющим, как хотелось бы. Во-первых, у меня получилось записывать видеоинформацию продолжительностью всего несколько минут, (зато не задом наперед), а во-вторых, у меня никак не получалось ускорить просмотр, «перематывая» ненужные куски. Получившийся артефакт годился только для развлечения (и то только в том случае, если мне удастся изобрести нормальное зеркало).

Для того, чтобы в постоянном режиме следить за не-живой рыбиной нужно было нанимать отдельного человека. А я не уверена, что мы можем себе позволить распыляться данным образом. Тем более, что ждать быстрой отдачи от этого проекта не приходится. Корабли тонут далеко не каждый день. И искать их практически наощупь, как это делаем мы — не самое перспективное занятие. В лучшем случае, нам повезет еще раз. Но еще не факт, что с обнаруженного корабля удастся поднять много ценного. Магическая защита имеет свой срок действия, а в воде мало что сохраняется.

Впрочем, поскольку мое финансовое положение улучшилось, я уже не упиралась с поиском затонувших кораблей. Найдется — хорошо. Не найдется — тоже переживем. Тем более, что работы было предостаточно — мой имидж начал работать на меня. И я стала получать любопытные заказы, при разработке которых частенько изобретала что-нибудь новое.

Самым удачным, пожалуй, оказался заказ прошретов. Я давно сотрудничала с этими лесными дикими племенами, вплоть до того, что начала закупать все нужные мне ингредиенты именно у них. Качество и цена оказались выше всяких похвал, а возможностей поиска различных тварей и растений у клана свободных кочевников было куда больше, чем у привязанного к лаборатории алхимика. И даже больше, чем у одинокого Охотника.

Все началось с того, что прошреты притащили мне растение, больше всего похожее на полевой вьюнок. От привычного мне сорняка оно отличалось толстыми колючками и необычным фиолетовым цветом. Растение извивалось, и пыталось прорасти корнями даже на камне. Живучесть отростка оказалась просто поразительной, и именно это стало огромной проблемой. Вьюнок быстро размножался, уничтожая растущую радом зелень и лишая лошадей пастбища. Прошреты подозревали, что человеческие маги специально вывели эту дрянь, чтобы усложнить им жизнь и отвадить от любимого занятия конокрадством.

Ну… Вполне возможно. Особенно если учесть, что злосчастный вьюнок рос только на землях прошретов, не переползая на расположенные неподалеку крестьянские поля. По всей видимости, предусмотрительные маги создали не только растение, но и средство борьбы с ним. И я должна была изобрести нечто подобное. Задача оказалась не слишком сложной — в магическом мире существовало множество зелий, борющихся с сорняками, так что создать на их основе нечто новое труда не составило. А вот исследование самого вьюнка дали совершенно неожиданные результаты.

В процессе экспериментов выяснилось, что оплетенное им дерево не просто погибает, а каменеет. А затем каменеет сам вьюнок, не получая нужных для развития соков. Процесс преобразования одного материала в другой оказался настолько интересен, что я увлеклась. Благо и площадка для безопасных экспериментов у меня была — поверхность мегалита. В результате получился довольно любопытный процесс строительства без строителей. Долгий, но результативный и дешевый. Гномы, которые уже закончили возведение моего дома и сейчас занимались его отделкой, заинтересовались новым проектом. И сразу озадачили меня вопросом изобретения какого-нибудь приспособления, которое ускоряло бы процесс.

Ха! Да меня саму интересовала подобная возможность. Самой спланировать, нарисовать и вырастить такой дом, какой подскажет воображение! Причем часть стройматериалов будет абсолютно халявная. Вьюнок, при всех его достоинствах, просто сорняк, пусть и выведенный магически. А значит, он более живуч и менее прихотлив, чем его окультуренные собратья. Поскольку верхняя площадка мегалита была слишком большой, чтобы ее всю застраивать (даже если вычесть ту площадь, на которой уже стоял небольшой деревянный дом), под новое экспериментальное здание я решила выделить 500 квадратов. Для жилья вполне достаточно.

Прошреты, получив зелье для борьбы с зловредными сорняками, поставляли отростки вьюнка в неограниченных количествах, а дерево привозили гномы, которые очень заинтересовались необычным экспериментом. Я вносила свою долю зельями, которые поддерживали активность вьюнков, закрепляли полученный результат и ускоряли процесс. Последнее, правда, покамест получалось не слишком эффективным.

Разумеется, когда все идет хорошо, не может не случиться какой-нибудь гадости. Мне следовало бы насторожиться, когда дела пошли в гору, но я слишком увлеклась экспериментами. Появившаяся на горизонте заплаканная мирс Флисси, похоже, принесла очередную неприятную новость. Любопытно, что опять случилось. Вся продукция, которую я поставляла фрейлинам, была тщательно проверена, и никак не могла навредить. Выяснилось, что меня, ни больше, ни меньше, желает лицезреть ее величество. Причем сию секунду. Мое желание, разумеется, никого не интересует. Как и мои обязательства. Я должна была бросить все дела и предстать перед очами королевы прямо сейчас.

Как вы понимаете, данный факт меня не обрадовал. Одно дело, иметь дело с фрейлинами — скучающие в провинции представительницы первого сословия рады были развлечься, посещая плавучий ресторан или балуя себя мелочами моего производства. Королева — это совсем другое дело. Вряд ли она хочет от меня новых мазей или артефактов. Данные вещи ее величество вполне могла бы приобрести через своих подчиненных, не напрягая себя общением с представителем второго сословия. Хотела ли она сделать индивидуальный заказ? Для этого у нее есть личный архимаг. Правда, неизвестно, какая у него специализация, может, вовсе не алхимия, но в любом случае, королеве есть к кому обратиться.

К счастью, мирс Флисси хотя бы напомнила мне, как нужно себя вести с коронованными особами. Знания этикета, которые нам вдалбливали в школе, не то, чтобы совсем выветрились у меня из головы, но в значительной мере поблекли. Тем более, что я была уверена, что мне никогда не придется предстать перед их величествами. Где я и где они? Многие представители первого сословия вообще считали недостойным общаться с теми, кто ниже их по положению, делая исключение только для своих слуг, которых воспринимали не как людей, а как некий инструмент.

Тело болело так, как будто его проткнули множеством раскаленных игл. Голова раскалывалась, а глаза отказывались открываться. Боги, что же произошло?! Очередная встреча с одним из агентов закончилась совершенно неожиданно — во время прогулки по городу Имперский глава Теней почувствовал саркофаги. Абсолютно целые и относительно недавно покинутые. Не может быть! Откуда здесь взялось такое сокровище?!

То, что вурдалаки строят саркофаги, напитывая их магией, знали практически все маги. Но добыть их целиком практически никогда не получалось. Во-первых, вурдалаков, чаще всего, убивали задолго до того, как они заканчивали свою работу. Слишком много жертв было среди населения. Во-вторых, в процессе боя саркофаги почти всегда страдали, а их обломки, в лучшем случае, могли использоваться только в качестве ингредиентов. И уж конечно, такую редкость стремились продать как можно быстрее, поскольку не каждый мог отважиться их хранить.

Дьорл Маурц, глава хлаеппского клана Теней, рассказал, что раньше это огромное каменное строение и территория рядом считалось «нехорошим» местом. Но относительно недавно здесь отважился поселиться алхимик. И да, вурдалаки действительно водились в этом строении, и были уничтожены, о чем составлен акт при свидетелях.

Да уж… поселиться в «нехорошем» месте, на территории бывшей вурдалачьей норы — это надо иметь очень большое мужество. А деревянный дом, возвышающийся на каменном постаменте, говорил о том, что обосновался здесь алхимик надолго. Впрочем, это подтверждали и официальные документы, подтверждающие принадлежность собственности. По праву первооткрывателя, да. Чиновники они такие чиновники…

Однако самым большим потрясением оказалось имя. Женское. Алхимик, убивший вурдалаков, живущий в их логове, хранящий цельные саркофаги и даже расплатившийся по контракту, защитив степень бакалавра, оказался представительницей прекрасной половины человечества. Это было… необычно. И, может быть, Имперский глава Теней просто приказал бы просто за ней проследить, но… саркофаги неимоверно притягивали. Настолько сильно, что сопротивляться этому притяжению было просто немыслимо. Ну и почему бы не попробовать проникнуть внутрь, прихватив с собой какую-нибудь мелкую сошку из Теней для грязной работы? Да того же дьорла Фаерса?

Дом оказался защищен. Прекрасно защищен. Целая сеть сигналок, ловушек и артефактов защищала вход и создавала ложный след. Изощренная сеть хоть и уступала по мощности изделиям архимагов, но явно превосходила уровень бакалавра. И была довольно остроумно настроена. Кто бы мог подумать, что можно получить такое большое удовольствие, распутывая особо хитроумные узлы? Некоторые из них Имперский глава Теней даже не прочь был взять на вооружение.

Да, излишне погрузившись в любимую работу по исследованию многочисленных ловушек, он увлекся. Не без этого. Заполошенный возглас сопровождавшего его дьорла Фаерса заставил блондина вздрогнуть, оступиться и… дальше все было мутно. Вроде бы, он с кем-то столкнулся. И на него напали.

Имперский глава Теней прислушался к своим ощущениям. Помимо дикой боли ощущалась еще и магия. Потоками. Она накатывала волнами и текла по венам. В ушах шумело, сосредоточиться было сложно, но глаза, хоть и с трудом, открыть все-таки удалось. Каменные стены, саркофаги, запах зелий… похоже, Имперский глава Теней попал туда, куда стремился — в обитель алхимика. И, при небольшом сосредоточении, удалось определить, кто находится за стеной. Тень и два мага, один из которых женщина. Видимо, тот самый алхимик.

Боль постепенно затихала, переставала пульсировать и Имперский глава Теней попытался подняться. Голова закружилась, но, опираясь на стенки саркофага, сесть все-таки удалось. Напитавшая тело магия потрескивала. Черные щупальца постепенно выскальзывали из-под кожи и сворачивались, образуя наросты на стенках саркофага.

Звук открывшейся двери и зажегшийся свет подсказали блондину, что его пробуждение обнаружили. Ну… это было предсказуемо. Если уж перед входом в дом было наставлено столько разных ловушек, то странно было бы не обнаружить защиты внутри. Ну, что ж. Посмотрим, с кем его свела судьба и как это можно использовать в своих целях. В конечном счете, всегда можно применить магию, и заставить алхимика забыть все, что произошло.

Когда я услышала голос Нартара, мое тело отреагировало само. На инстинктах. Я метнулась к нему навстречу и попыталась скрыться за его широкой спиной. Однако меня поймали, обняли, и успокаивающе погладили по плечу.

— Эта тварь в саркофаге — Имперский глава Теней, — прошептала я.

— А это кто? — кивнул Нартар на еще одного моего гостя.

— А это… э-э-э… ну я знаю, что он жених мирс Флисси, одной из моих клиенток, и что он Тень. А как его зовут — понятия не имею.

— Дьорл Фаерс, — представился парень.

— Два этих типа крутились вокруг моего дома. И этот блондинчик на меня напал.

— Он не напал! — снова вступился Тень за своего начальника. — Он случайно с тобой столкнулся! Ты чуть было его не убила!

— Экспрессивный парень, — вздохнула я. — А чего ты хотел? Твой начальник ощущается, как нечисть. Разумеется, я попыталась себя защитить! А уж глядя на то, что сейчас происходит, я вообще не уверена, что этого монстра следовало оставлять в живых. Ты уверен, что оно вообще разумно?

— Я никогда не слышал, чтобы среди Теней встречалась нежить, — поддержал меня Нартар. — Ты знаешь, Хельга, мне кажется, что нас пытаются обвести вокруг пальца.

— Естественно, что вы не знаете ничего о Тенях. Это закрытая информация, — огрызнулся дьорл Фаерс. — Когда милорд очнется, он сам сообщит вам все, что сочтет нужным.

Ну да, конечно. Или сделает так, чтобы мы вообще позабыли о том, что видели. Не только у архимага имеется заветная перчатка и знания по ментальной магии. Зуб даю, что Имперский глава Теней экипирован не хуже. А то и получше, если учесть, какая за ним стоит организация. Ну, что ж. Выбора особого нет. Будем ждать, когда это существо очнется, а потом попытаемся с ним договориться. По-хорошему.

К моему удивлению, блондину потребовалось не так много времени, чтобы прийти в себя. Нартар успел только связать дьорла Фаерса (на всякий случай) и показать мне результат своего путешествия — угробленного монстра. Жуткая тварюга! А еще Охотник преподнес мне подарок. Я настолько не ожидала подобного жеста, что даже растерялась. Черная шкура огромной змеи, казалось, поглощала свет и была удивительно мягкой на ощупь.

— Я подумал… может, тебе на ингредиенты пригодится.

Какие ингредиенты?! Кощунство! Я давно искала себе ткань на подходящее платье, а тут материал сам приплыл в руки. Мне так давно мечталось об узком шедевре с разрезом от бедра! Стильный наряд незабвенной Мартиши Адамс стоял перед глазами, и пусть местные консерваторы хоть удавятся, шипя, что это неприлично! Я расплылась в глупой улыбке и… тут сработала сигналка, оповещающая о том, что наш гость очнулся и пытается выбраться из саркофага.

Противостоять неизвестному монстру на пару с опытным Охотником было как-то спокойнее. Все-таки Нартар не раз бывал в различных переделках, и оружием владеет уж всяко лучше, чем я. Вооружившись боевыми зельями, мы вошли в комнату с саркофагами и замерли на пороге. Имперский глава Теней выглядел жутко. Черные щупальца убрались из-под кожи, но общий синюшный вид и нечеловеческий взгляд действовали на нервы. Нартар взвел арбалет.

— Я не собираюсь на вас нападать, — мягкий баритон блондина действовал успокаивающе, и я насторожилась еще больше. Кто его знает, этого монстра, может он своих жертв гипнотизирует?

— Ты уже на меня напал, — возразила я. — И от тебя несет нежитью.

— Где мой помощник?

— Тихо лежит в соседней комнате. До выяснения обстоятельств, — ответил Нартар.

— Хорошо. Давайте проясним… обстоятельства, — вздохнул Имперский глава Теней и поднял руку, продемонстрировав перстень.

Нартар опустил арбалет и преклонил колено. А мне пришлось убрать шарики с боевыми зельями и сделать реверанс. Перстень менял все дело. Носить его могли только представители первого сословия, причем до самой смерти. Соответственно, нежитью в полном смысле этого слова блондин не являлся.

— Я не встречала таких Теней, как вы, милорд, — попыталась оправдаться я.

— Никто не встречал. И даже видеть не должен, — вздохнул блондин.

— И что нам будет за то, что мы нечаянно узнали государственную тайну? Мы неожиданно забудем об этом обстоятельстве? — нахмурилась я.

— Это ведь не просто вопрос? — напрягся блондин. — Тебе откуда-то известно о существовании ментальной магии, и о том, что памятью можно управлять.

— Ну… можно сказать и так, — согласилась я. — Меняем одну государственную тайну на другую? И я, и Нартар, дадим магическую клятву, что не расскажем ни о вашем существовании, ни о том, что среди Теней встречаются такие, как вы.

— Как любопытно, — хмыкнул блондин, вылезая, наконец, из саркофага. — Редко кому удается меня настолько озадачить. — И с чего вы вдруг решили поделиться со мной… тем, что вы считаете государственной тайной?

— Просто есть такие секреты, знание которых существенно сокращают продолжительность жизни, — намекнула я.

— Например?

— Например, когда ее величество хочет сварить яд, основным компонентом которого являются побеги манзиниллы[15]. И чей многокомпонентный состав и сложность изготовления тянут как минимум на восьмую магическую ступень. А еще рядом присутствует архимаг, который готов приложить усилия к тому, чтобы алхимик забыл имя реального заказчика.

— Но алхимик не забыл? — напрягся Имперский глава Теней.

— Так получилось.

Раскрываться, конечно, было опасно. Очень опасно. Уж кого, кого, а Имперского главу Теней такие вещи просто обязаны интересовать. И я, собственно, ждала закономерного вопроса по поводу того, каким образом мне удалось не попасть под ментальное воздействие. Вот только понятия не имела, что могу на него ответить. Признаться в том, что я вселенка? Ага. Щаз. Я еще не сошла с ума. Прикинуться ничего не понимающим валенком, типа «не виноватая я, оно само так случилось»? Как бы не попасть на разделочный стол в качестве лабораторной мыши. Судя по внешнему виду блондина, Тени очень любят экспериментировать. В том числе и на себе.

Впрочем, другого выхода я все равно не видела, так что решила рискнуть. Все равно я думала о том, как выйти на Теней, а тут такой удобный повод. Было, конечно, опасение, что они тоже могут работать на королеву, но в таком случае мои дела совсем плохи. Нартар сжал мою руку, обозначая поддержку, и я решилась.

Имперский глава Теней слушал меня очень внимательно, периодически уточняя некоторые моменты и задавая странные (на мой взгляд) вопросы. Например, после описания архимага, блондин уточнил, как он пах. Хм… ну, был какой-то странный запах, как после пожара. Но причем здесь это?

Видимо, было причем. Чем больше я рассказывала, тем больше мрачнел Имперский глава Теней. А после того, как я зачитала ему полный рецепт яда, он начал нервно мерить шагами комнату. Мда. Внезапно я начала подозревать, что вляпаться мне удалось куда глубже, чем казалось на первый взгляд.

— Рецепт яда, который тебе дали, относится даже не к восьмой ступени, а к девятой. Не факт, что ты сама сумеешь справиться, но мы предоставим тебе помощника. Особенно на трех самых сложных этапах, когда яд нужно подпитывать магией.

— Судя по рецепту, у нас есть почти четыре месяца времени, — заметила я. — Там одна основа полтора месяца настаивается.

— Да, я заметил, — вздохнул Имперский глава Теней. — Большая удача, что я ознакомился с этим рецептом. Обычно, мне приходилось иметь дело уже с последствиями данного яда. Полагаю, он был изобретен в Магрибе, специально для устранения особо важных персон. Этот яд действует так же, как готовится — постепенно. Человек неожиданно начинает болеть, худеть, и умирает от какой-нибудь обычной, на первый взгляд, болезни. Мы даже не сразу поняли, что действует именно яд, если бы отравитель не был пойман. Жаль, что допрос не дал ничего интересного, кроме ниточки, ведущей в Магриб. Исполнитель был всего лишь мелким слугой, исполняющим приказы своего господина, которому давал магическую клятву верности.

— Полагаю, что имея этот рецепт, можно будет изобрести и противоядие, — задумалась я. — Даже если не удастся задуманное королевой покушение, вряд ли Магриб откажется от идеи дальнейшего использования этого яда.

— Разумно, — согласился блондин.

— И еще один момент… насколько я поняла, о существовании таких Теней, как вы, не знают не только рядовые маги, но и начальники не слишком высокого ранга. Глава хлаеппского клана Охотников, например. Он очень сильно озадачился, когда я сообщила ему, что видела во дворце королевы дьорла Фаерса и существо, которое ощущалось как опасная нежить.

— Этот вопрос мы урегулируем, — пообещал блондин.

Как ни странно, договориться действительно удалось. Причем проще, чем я думала. Имперский глава Теней не то чтобы совсем не страдал снобизмом, но явно не в той степени, что остальные представители первого сословия. Не знаю уж, что было тому причиной — его принадлежность к Теням или не совсем человеческая сущность. В процессе разговора я довольно быстро поняла, что блондин мыслит не совсем, как человек. Так что вполне вероятно, что и мир он воспринимает по-особому.

Разумеется, о доверии друг другу речи даже не шло. Мы подписали довольно сложный магический договор, который не только препятствовал разглашению тайны, но и регламентировал некоторые наши действия. Нет, не лишал разумной свободы, но и не позволял нанести ущерб. Самое занятное, что вместе с договором, я получила еще и несколько заказов от клана Теней. Мне были предоставлены две книги с весьма любопытной (и открытой только для представителей первого сословия) информацией и даже некоторые наработки, не устроившие клан своей низкой эффективностью.

Ну… меня бы это тоже не устроило. Дело в том, что на данный момент клан Теней работал над тем же, над чем и я — пытался изобрести нормальное зеркало. Такое, которое будет давать четкой изображение, и, главное, будет отражать не-живых. Вот только пошли экспериментаторы по сложному магическому пути, улучшая уже существующие медные, бронзовые и даже золотые пластины.

Вряд ли, конечно, это изобретение имело первостепенную важность. Вряд ли даже оно входило в первую десятку действительно нужных вещей. Однако я полагаю, что Имперский глава Теней хотел меня проверить в действии. Ну, что ж… я вполне могу выполнить заказ на том условии, что авторское право останется за мной. Слишком много любопытных вещей (в том числе и магических) можно было сделать на основе нормального зеркала. Заказ на замену голубиной почте тоже еще никто не отменял.

К счастью, договориться нам удалось. Под контролем Имперского главы Теней я поставила вариться основу для яда, и мы распрощались. Век бы его не видеть! Несмотря на то, что общий язык был найден, лишний раз пересекаться с этой не-живой тварью совершенно не хотелось. Его присутствие действовало на меня… как-то странно. Вызывало неконтролируемую брезгливость и отторжение.

К тому моменту, когда около моего жилища появился дьорл Товис, потайная комната, где готовилась основа для яда, была запечатана особо хитрым образом, а Тени выпровожены вон. И хотя я не заметила, чтобы блондин хоть как-то на нас воздействовал (никаких перчаток на нем точно не было), кажется, Нартару он все-таки немного память подчистил. Охотник не помнил некоторых деталей произошедшего. Похоже, Имперский глава Теней решил подстраховаться, не доверяя даже магическому контракту. Вполне вероятно, что он и на меня пытался воздействовать, поскольку воспоминание о жутком зрелище твари внутри саркофага изрядно поблекло, и всплыло перед внутренним взором после серьезного усилия. Ну, что ж… будем знать, что архимаги — не самая большая рыба в этом озере.

Закрытие летнего сезона в плавучем ресторане повлекло за собой некоторые сложности. И нет, это было вовсе не связано с вопросом, как его разобрать и где хранить. Проблемы были с персоналом. Конечно, и поваров, и официантов, и музыкантов можно было перевести в будущий мужской клуб. Собственно, именно это я и планировала. Но до его открытия оставалось еще несколько недель, и народ нужно было как-то удержать! Не всех, конечно, но хотя бы тех, в ком я была заинтересована. Уж шеф-повара точно! Да и те же музыканты показали себя с наилучшей стороны.

Я-то (поскольку в родном мире доводилось сталкиваться с их собратьями по профессии) ожидала необязательности, загулов, творческих кризисов и перманентного недовольства тем, что окружающие не ценят великих гениев. Однако местные творческие личности были куда скромнее и ответственнее. И за работу держались. Хорошая оплата, крыша над головой, халявная кормежка три раза в день и возможность заниматься любимым делом — чего еще надо для полного счастья?

По совместной договоренности с шеф-поваром, он временно устроился в один из очень дорогих трактиров с твердым обещанием вернуться. Разумеется, мне пришлось пожертвовать парой рецептов, чтобы хозяин трактира пошел мне навстречу. С музыкантами и официантами было проще. Из последних я выбрала всего троих (остальные на меня особого впечатления не произвели, таких всегда найти можно) и временно приставила их к работе по магической подзарядке моей продукции.

Официанты, как и музыканты, заканчивали школу слуг, с магическим потенциалом у них было еще хуже, чем у меня, но лишние руки не помешают. Вот только проблему с «нехорошестью» моих территорий нужно было решать срочно, с пометкой «еще вчера», поскольку потенциальные работники оказались чересчур суеверными.

Жрецы местной богини плодородия слегка удивились неожиданной просьбе, но, как я и полагала, от вознаграждения не отказались. Более того, одев парадно-выходные одежды, с удовольствием продефилировали по городу и провели довольно красивый обряд. Между прочим, обеспечивающий соискание божественного покровительства для новых земель. Официально-то я получила права на эту территорию, как ее первооткрыватель!

Жреческое выступление привело к ожидаемому итогу — люди перестали опасаться неведомого. А постоянное строительство, мелькание троллей, гномов и Охотников помогало настроиться на деловой лад. За всей этой суетой я почти не заметила, как наступила зима. Собственно, она не особо и чувствовалась. Температура, по ощущениям, не опускалась ниже плюс пяти. Из лаборатории меня вытащил Нартар, сообщивший, что работа работой, а праздники никто не отменял. И мы должны как следует подготовиться к празднованию 2388 года со дня Крови и Чести.

Прожив в данном мире несколько лет, я успела выяснить, что это за интересный праздник такой. Он был связан с местной легендой о том, как местные боги сражались с богами чужими, и одержали кровавую победу. Любопытно, кстати, было бы выяснить, что послужило основой этой легенды.

Праздник был пафосным, пышным, и торжественно отмечался во всех странах. Хлаеппо тоже готовился к торжеству, украшаясь и еще более оживляясь. А мне пришло приглашение на зимний бал от главы гильдии городской безопасности, дьорла Хайтрена. На две персоны.

В чем идти — вопрос даже не стоял. Платье из подаренного Нартаром материала было почти готово. Осталось самое главное — туфли и украшения. И с первым же пунктом у меня возник серьезный затык. У торговцев было все, кроме того, что мне действительно требовалось. Туфли на сплошной подошве к моему наряду не подходили совершенно. А каблуков здесь не водилось. В принципе. Ну, что ж… придется изобретать.

Желалось мне, конечно, десятисантиметровую шпильку. Но ходить на ней по выложенной булыжником мостовой? Спасибо, не хочется. Идеальным решением была бы танкетка, но тут стоял вопрос с созданием удобной колодки. Такой, чтобы можно было ходить постоянно. Нет, рост Лесянки, в тело которой я попала, и без каблуков был вполне приемлемым — примерно 1.70, но узкое, длинное платье требовало особой обуви.

Первый экземпляр новых туфлей я решила создавать сама, на пару с дьорлом Товисом. Я встала на цыпочки, а он облепил мою ногу быстро застывающей глиной. Затем пришла очередь деревянной колодки, а потом мы решили использовать морские губки, похожие на пробковое дерево из моего мира. На изготовление верхней части пошли остатки подаренной Нартаром кожи и магический клей. Дьорл Товис посмотрел на меня в новых туфлях, огладил усы, и предложил магический контракт, который даст ему право изготавливать подобные вещи. Я согласилась, с условием, что начнет он массовое изготовление после бала. Дьорл Товис хмыкнул, еще раз огладил усы и кивнул. А я представила, какая недовольная физиономия будет у Бронина. Ну… гномы сами виноваты. Жадность — она еще никого до добра не доводила.

Украшения к платью тоже доставили немало проблем. Сманить семью ювелиров и изготовителей стекла труда не составило. А вот объяснить им, что я хочу — уже сложнее было. Я планировала создать комплект из черного граненого стекла — колье, серьги и браслет. Причем современного мне дизайна — элегантно, не перегружено деталями и приемлемого размера. Камни в колье не должны быть больше знакомой мне двухрублевой монеты, а в браслете и сережках — еще меньше. Жаль, алюминия в данном мире нет. Придется обойтись бронзой. И для основы, и для соединяющих цепочек. Да, и мелкие прозрачные граненые стеклышки, окружающие черные камни, тоже не забыть.

Комплект получился довольно красивым. Даже не скажешь, что из стекла. Ювелир явно гордился своей работой и приговаривал, что за такую вещь он взял бы хорошую цену. Да кто бы спорил! Я даже не ожидала, что придуманные мною стеклянные украшения будут столь эффектно смотреться. Пожалуй, сразу и не поймешь, что это не настоящие драгоценности.

Разумеется, моего пристального внимания удостоились и косметические зелья. Я хотела выглядеть на все сто! Эх, как же жаль, что моих знаний не хватало на изобретение чего-то более существенного, чем элементарные отвары и мази. А целая линейка зелий вообще была мне недоступна. Их рецепты хранились так же надежно, как золотой запас. И, в лучшем случае, знанием владели отдельные архимаги.

Я имею в виду зелья, влияющие на разум и чувства. Ни за что не поверю, что таковых не существует! Вряд ли местные властители обходятся только ментальной магией. Да и глупо, владея алхимией, не задуматься о составах, которые смогут вызвать у человека нужные чувства — от ненависти до любви. Вполне вероятно, что подобные виды зелий могут влиять и на критичность мышления, и на степень внушаемости.

Хотя о каких сложных зельях я говорю, если в местной школе учащимся давали самые элементарные навыки чтения и счета? Не прививалось никаких умений анализировать, делать выводы, обобщать и уж тем более творить что-то новое. Да и считать учили на уровне самого необходимого типа вычитания и сложения. Для изготовления несложных зелий и плетения боевых заклятий вполне хватит. Какие формулы? Какие сложные расчеты? Только предельно элементарное, чтобы качественно делать свою, не слишком квалифицированную работу.

Не мудрено, что с таким подходом изобретателей среди бакалавров было очень мало. Меня-то спасало полученное в родном мире образование, а им нужно было быть гениями, чтобы хоть как-то состояться. Много ли подобных людей вы знаете? То-то и оно. Гении во все времена встречаются исключительно редко. А местная Академия, со своими контрактами и ограничениями, сделала все, чтобы им как можно труднее было пробиться наверх.

А жаль, жаль что нас не учили ничему сложному. Даже мне, с моими навыками, не так просто было изобрести нечто новое. И если в плане артефактов еще получалось что-нибудь интересное (больше потому, что в голове бродило множество непривычных для данного мира идей, и я была худо-бедно знакома с механикой процесса), то степень сложности зелий оставляла желать лучшего. Ну, косметические. Ну, боевые. Немного бытовых, чтобы жизнь облегчить… И все! А мне-то мечталось если уж не о создании философского камня, то хотя бы о сотворении элементарного гомункула. На производстве было множество чисто механической работы, с которой справился бы любой! Однообразная деятельность, типа растирания в ступке ингредиентов или упаковка готовой продукции не требовала даже элементарной квалификации. И главное, такому работнику не требовались ни зарплата, ни кормежка. Только подпитка магией. Но с этим, попутно, справился бы любой работник, занятый на более сложном производстве. Эх! Мечты, мечты…

Помимо зелий, от «недостойных» были закрыты целые научные направления. Ритуалистика, например. Я не встречала упоминания о ней ни в одной книге, даже в библиотеке Академии, но готова поспорить на что угодно, что ритуалистика в данном мире существует. И, вполне вероятно, серьезно влияет на жизнь окружающих. Я, например, давно подозреваю, что неспроста сильные маги рождаются только среди представителей первого сословия. И кровь тут совершенно ни при чем, как и происхождение. Скорее всего, при рождении ребенка, проводится ритуал, перенаправляющий магические потоки в нужное русло. А его мощность, интенсивность и действенность зависит от имеющихся в семье знаний и артефактов.

Не стоит забывать и о таком прагматичном направлении, как защита дома. Вот уж где без ритуалистики точно не обойтись, по себе знаю. Да, я настроила прорву артефактов, наваяла кучу ловушек, но сильный маг спокойно мог сломать всю мою охранную линию. А для того, чтобы «сломать» последствия ритуала, нужен, как минимум, сильный маг и еще один ритуал. Если верить некоторым книгам, которые я прочла еще в собственном мире, настроить охранный периметр — дело долгое и сложное. А привязать жилище к хозяевам — тем более. Подобные ритуалы, чаще всего, требовали крови. И в качестве жертвы могли выступать как животные, так и люди. Причем не обязательно враги или рабы. Для достижения нужного эффекта на жертвенный алтарь (вполне добровольно, между прочим) мог лечь и глава семьи.

Не зря считалось, что колдовские дома псевдоразумны, и могут представлять для чужака серьезную опасность. Однако чего нет, того нет. Воспользоваться ритуалистикой я не могла при всем своем желании. Для этого требовались хоть какие-то, пусть даже самые элементарные знания. Сошли бы и вымыслы моего мира, как некая точка, от которой можно оттолкнуться. Но увы, увы, подобными вещами я никогда не увлекалась.

Даже когда в начале 90-х на прилавки хлынуло море всяческой оккультной литературы, в которой можно было найти все — от приворотного зелья до ритуала вызова демона, данная тема меня не увлекла. Наверное, я была слишком рациональным человеком для того, чтобы воспринять подобную информацию всерьез. Пролистала из любопытства, похихикала над особо извращенческими рецептами, и благополучно забыла. Но кто бы мог подумать, что мне это понадобится?!

Я покрутила в руке красивое приглашение на две персоны и невольно улыбнулась. Я, даже не задумываясь, пригласила Нартара. А что тут размышлять? Такие мужчины, как Охотник встречались далеко не каждый день. И уж точно не каждой женщине. Да, была бы я действительно 17-летняя вертихвостка, возможно, все сложилось бы по-другому. Это со стороны легко осуждать Лесянку, которая втрескалась в какое-то белобрысое недоразумение только потому, что оно дворянин и стихи красивые слагает. А сама-то в ее возрасте лучше что ли была? Точно так же сохла по смазливому придурку, самому «крутому» в классе. И только после того, как повзрослела и поумнела, смогла беспристрастно оценить «великую любовь» со стороны. Жалкое зрелище.

Да, Нартар совершенно не походил на тех красавцев, которых романтичные барышни записывали в мужчин своей мечты. На изящных, бессмертных, длинноволосых нелюдей различной степени стервозности. Охотник был совершенно другим. Резкие черты лица, сильное (но не перекаченное) тело, и, главное, никаких осложнений типа дворцов, слуг, неравного социального положения и прочих прелестей, которые в любовных романах мешают соединиться влюбленным сердцам. На фига нужно придумывать проблемы, чтобы потом мужественно их преодолевать?

Поначалу Нартар для меня был всего лишь удобным и надежным партнером. А потом… Потом я сумела его оценить. Надежность, обязательность, отсутствие жлобства и мелочности, терпеливость и терпимость к чужим недостаткам, смелость и сдержанность в словах и поступках… Это были, вроде бы, мелочи, но из них складывалась цельная личность. Человек, на которого можно положиться и которому можно довериться. Он даже ухаживать за мной начал исподволь, незаметно, идя к своей цели терпеливо и настойчиво. Я и оглянуться не успела, как поняла, что привыкла к Нартару. И увлеклась им. Гораздо больше, чем просто другом.

Немудрено, что мне очень хотелось произвести на него впечатление. Начищенная медная пластина отражала вполне приемлемый результат. Платье сидело, как влитое. Довольно открытая зона декольте, украшенные кружевом длинные рукава и отчаянно смелый разрез сбоку. Украшения и туфли на танкетке только дополняли наряд. Кстати, очень хорошо дополняли. Все-таки, каблук — это великое дело. Он даже средние ножки может сделать красивыми. Так что я (на свой собственный предвзятый взгляд) выглядела очень даже неплохо. Осталось проверить результат на мужчине.

Я немного постояла перед зеркалом, набираясь храбрости, а потом осторожно выглянула за дверь. Нартар меня уже ждал. И одет был, кстати, очень непривычно. Нет, понятно, что идти в костюме Охотника на бал глупо, но я как-то не ожидала настолько эффектного результата от смены костюма. И удлиненный камзол, и завязанный сложным узлом платок и даже кружева на манжетах неожиданно шли Нартару. Правда, он так и не стал похож на утонченного денди, но вариант цивилизованного хищника тоже был очень неплох. Я улыбнулась, сделала глубокий вдох и спустилась с лестницы. Округлившиеся глаза Нартара и судорожный вздох определенно стоили того, чтобы потратить время на создание наряда. Охотник, словно зомби, подошел к лестнице и протянул мне руку.

— Ты прекрасна…

Пожалуй, к подобным комплиментам легко и привыкнуть.

У Нартара было полное ощущение, что он попал в бурный поток. События неслись не просто стремительно — вскачь. Казалось бы, буквально вчера он был обычным Охотником, а уже сегодня является совладельцем нескольких довольно прибыльных предприятий. Причем таких, в которые он в жизни не решился бы ввязаться. Плавучий трактир, например. Да как Хельге это в голову пришло? Ничего подобного в городе никогда не было. И благодарные клиенты платили звонкой монетой за возможность приватно пообщаться на свежем воздухе. А некоторые даже брали напрокат самодвижущиеся лодки, накрытые пологом тишины.

Хельга торопилась, как будто боялась куда-то не успеть. Она сотрудничала и с гномами, и с орками, и с гильдиями торговцев и парфюмеров, и даже была вхожа к королевским фрейлинам. Исключительно редко ее удавалось вытащить в город на прогулку и заставить отвлечься от своей лаборатории. Хельга не только сама трудилась в поте лица, но и находила дело окружающим. Даже дьорл Товис, который из-за отсутствия ноги и невозможности продолжать быть полноценным Охотником перебивался случайной работой, нашел себе дело. Весьма прибыльное дело. Гномы с орками тоже имели хороший доход от сотрудничества, да и сам Нартар давно уже не бедствовал.

Хельга была настолько погружена в работу, что совершенно не оглядывалась на мнение окружающих. Чего только стоит ее решение поселиться на «нехорошем» месте! И как же это место преобразилось с ее появлением! Что тут было? Непонятная куча камней. Нартар застал время, когда Хельга ночевала в пристрое, под брезентом. А сейчас? На каменном постаменте стоял небольшой деревянный дом с мансардой, а рядом строился капитальный, каменный. Да и бывшее кладбище для отбросов давно уже перестало быть таковым. Жрецы благословили землю, и теперь здесь активно строились здания цехов.

Да, конечно, была в этой ложке меда и бочка дегтя. Нартар помнил свою встречу с Имперским главой Теней. Смутно (что нервировало), но помнил. И о том, что Хельге необходимо сварить яд по заказу королевы, тоже помнил. Собственно, именно угрожающая алхимику опасность и подтолкнула Нартара к действиям. Так бы он, наверное, еще долго не решился преподнести Хельге пирожное в знак своей симпатии и предложения о начале официального ухаживания.

К счастью, его дар приняли. И даже отдарились. Как это водится у Хельги — щедро и весьма необычно. Зелье, помогающее отвести глаза врагу, будет весьма востребовано не только для Охотников. Но, конечно, самым большим шагом вперед было приглашение на бал. Хельга словно и не рассматривала никаких других вариантов. Хотя желающие ее очаровать были, уж Нартару ли не знать. Многие Охотники хотели прибрать к рукам многообещающего алхимика. Да и другие мужчины поглядывали на Хельгу с интересом. Особенно после того, как она выплатила кредит школе, подтвердив степень бакалавра и начала зарабатывать хорошие деньги.

К счастью, Хельга не обращала внимания на хлыщей, пытавшихся ее охмурить чтением стихов и сладкими речами. Казалось, ее вовсе не впечатляют мужчины, выглядевшие как заветная мечта любой девушки. Да что говорить, если Хельге даже Лоррело не понравился! Странно, конечно. Обычно юные девушки легко теряют голову от красивых слов и вычурных жестов. Однако Хельга ясно дала понять, что предпочитает Нартара. И Охотник старался ей соответствовать. Помогал советами и делом, поддерживал во всех начинаниях, старался взять на себя хотя бы часть проблем и, конечно, ответственно подошел к будущему балу.

Один только выбор подходящего наряда чего стоил! Да и арендовать самобеглую коляску пришлось аж через Бронина, поскольку это средство передвижения давно уже стало показателем статуса и обеспеченности. Разумеется, Нартар подъехал к дому Хельги несколько раньше, чем они договаривались. Женщины, обычно, слишком увлекаются, наряжаясь, и присутствие ожидающего внизу мужчины должно их стимулировать побыстрее справиться с нарядом и косметикой. Все-таки, опаздывать на бал к главе гильдии городской безопасности не стоило. Даже с учетом того, что дьорл Хайтрен относился к Хельге довольно лояльно.

Появившаяся служанка (наконец-то Хельга ей обзавелась) предложила прохладительных напитков, но Нартар отказался. Ему кусок в горло не лез, и он старался отвлечься от волнения, рассматривая интерьер. На первый взгляд, все было довольно обычно. Обои из плотной ткани, маленькие диванчики, комод и несколько кресел. Однако от комнаты веяло уютом и теплом. То ли дело было в подборе цвета, толи в некоторых деталях, типа маленьких подушечек на диванах, но комната не казалась помпезной и официальной. Здесь хотелось остаться.

Наверху, где располагалась мансарда, хлопнула дверь, и Нартар напрягся. На лестнице раздались шаги, и в проеме показалось… нечто. Нечто восхитительное. Черное платье подчеркивало все достоинства фигуры, волосы, не будучи собраны ни в какую прическу, непривычно струились по плечам, на шее красовалось какое-то необычное украшение, обувь и вовсе не была похожа ни на что привычное, но в целом… Зрелище просто выбивало дух. И мысли. Нартар судорожно вздохнул и выпалил:

— Ты прекрасна…

Взгляд Нартара был восхищенным, жадным, вожделеющим. До сих пор он никогда на меня так не смотрел. Нет, я ему нравилась, конечно, но как-то спокойно, без надрыва. А теперь, кажется, я разбудила в нем инстинкты Охотника. Это приятно будоражило. Как все-таки хорошо, что я решилась сшить себе это платье! И замечательно, что бал по поводу дня Крови и Чести был если и не костюмированным, то подразумевал определенную вольность в нарядах. Даже любопытно, как отнесутся к моему виду окружающие.

Нартар подал мне руку, помог надеть теплый плащ и усадил в крытую самобеглую коляску. Зима она и есть зима, пусть даже теплая и южная. Доехали мы быстро, но на лестнице перед входом в зал Нартар явно застопорился, не желая снимать с меня плащ. Это становилось забавным.

— Если ты считаешь мой наряд не подобающим, об этом нужно было говорить дома, — дернула я его за рукав.

— Твой наряд прекрасен. Ты в нем тоже. Мужчины будут слетаться к тебе, как мотыльки на огонь, — вздохнул Охотник.

— Я могу за себя постоять. А насчет всего остального…. Я выбрала своего мужчину. И, кажется, дала это понять довольно отчетливо, — усмехнулась я. — Мне тоже нужно начинать переживать из-за женщин, которые будут вокруг тебя вертеться?

— Вокруг меня? — искренне удивился Нартар.

— Ты тоже великолепно выглядишь. И обзавелся немалыми деньгами. Теперь ты желанный жених для многих семейств.

Нартар озадаченно нахмурился, потом увидел мою улыбку, хмыкнул и все-таки помог мне снять плащ. Ну, вот. Наконец-то. Тоже мне, Отелло нашелся. Можно подумать, я не понимаю, что большинству мужчин, которые начнут ко мне клеиться, нужно будет либо только мое тело (причем поразвлечься), либо мои деньги. За мной периодически пытался кто-нибудь ухлестывать. А один неприятный тип даже попытался влезть в мои кавалеры нахрапом. Сынок богатого торговца, любитель азартных игр, он явно не привык, чтобы ему отказывали. Ну, что ж, все бывает в первый раз. Я вежливо послала его подальше, но неприятный осадок остался.

Было очевидно, что сама по себе я этого типа совершенно не интересую. Он даже не пытался как-то меня заинтересовать. Свалился, как ком с горы, павлин надутый, и сделала вид, что он большой подарок, и что я должна быть счастлива, что он вообще обратил на меня внимание.

Ладно, не буду думать о неприятном. В конце концов, сегодня мой первый бал. Чувствую себя Наташей Ростовой. Высокая мраморная лестница, замершие слуги, распахнувшиеся двери, и нас официально представили публике. Все-таки, во многом второе сословие пытается подражать первому. Даже в устройстве приемов.

Мы шагнули вперед, и легкий шум разговоров сначала стих, а затем вспыхнул с новой силой. Судя по всему, мы произвели впечатление. Взгляды были восхищенные, завистливые, удивленные. Не было только равнодушных. Глава городской гильдии безопасности дьорл Хайтрен сделал несколько шагов ко мне навстречу, выказывая свое расположение, и с удовольствием приложился к ручке. Нартар засопел и получил чувствительный тычок локтем в бок. Мало ли кто подойдет ко мне поздороваться! Что мне теперь, паранджу одеть?

Судя по тяжелому взгляду Нартара, которым он мерил мужчин, отважившихся ко мне подойти, это было неплохим вариантом. Ох-х-х… Везет же мне на ревнивцев! Или просто дело в том, что мужики все такие собственники? Ну… не будем думать о плохом, будем развлекаться. В конце концов, мы пришли сюда именно для этого. Огромный зал, украшенный лепниной, фресками и гобеленами, производил впечатление весьма помпезного и очень дорогого сооружения. Впрочем, проводить балы — вообще удовольствие не из дешевых. Не каждая семья, даже если она богата, может позволить себе подобное удовольствие. Магическое освещение, приятные глазу иллюзии, снующие лакеи с подносами, на которых была не только выпивка но и еда. Все вокруг блестело, сверкало и создавало праздничную атмосферу.

Наряды дам соревновались в пышности и дороговизне, так что мой нарочито скромный силуэт и выбранный черный цвет выделялись на общем фоне. Впрочем, в том, что материя моего платья была несусветно дорогим, никто не сомневался. Местные были очень хорошо знакомы с расценками на шкуры разных опасных тварей. Скорее всего, публика даже понимала, что мой наряд — это подарок находящегося со мной рядом Охотника. Но то, что этот самый подарок не был продан и пущен на ингредиенты, говорило о многом.

Дамы с жадностью рассматривали фасон платья, а некоторые не стеснялись спросить, что за украшение у меня на шее и где подобное можно купить. Я улыбалась, и сообщала, что готова принять заказы. Любые. И могу сделать нечто, что почти не будет отличаться от драгоценных камней. Правда стоить это будет не дешево, но на какие жертвы не пойдешь ради красоты и моды! Бал оказался для меня удачным. Более чем удачным. Я не только прекрасно провела время, но и нашла несколько потенциальных и очень обеспеченных клиентов.

Нартар, кстати, тоже времени не терял. К нему так же подходили с расспросами, и он беззастенчиво рекламировал нашу продукцию. И отдыхать нам это не мешало. Легкое вино, изысканные кушанья, и танцы! Как же мне нравятся танцы! Хорошо, что в школе я их не прогуливала. Но одно дело, когда ты кружишься под суровым присмотром преподавателя, и совсем другое — в объятьях желанного мужчины. Вино горячило кровь, музыка услаждала слух, а крепкие руки Нартара придавали уверенности. Все танцевальные па, которые, в свое время, были с трудом освоены, получались легко. Будто сами собой. И мне казалось, будто я плыву вместе с музыкой.

Утро добрым не бывает! Мда… тот тип, который первым произнес эту прописную истину, явно знал, о чем говорит. Легкое вино, выпитое мной на балу, оказалось на удивление коварным, и теперь у меня болела голова. А настоек от похмелья я в своем доме не держала. Ну не возникало необходимости! Пришлось тащиться в лабораторию и готовить себе настойку. С больной-то головой!

Рабочего настроения у меня, естественно, не было. Честно говоря, вообще никакого не было. Но окончательно мерзопакостно я почувствовала себя, когда увидела на пороге мирс Флисси. Я еще последствия ее прошлого визита не расхлебала. И не факт, что их вообще удастся расхлебать.

Однако на сей раз мирс Флисси выслала не королева, а мэльстресс Вейтринн. Фрейлина ненавязчиво интересовалась, когда откроется мой клуб, про который в городе ходит так много слухов. Ибо привыкли они к приватным беседам в плавучем ресторане. И кухня им там понравилась.

Ну, что вам сказать… чувствовала я себя в этот момент полным дятлом. Ну как, как можно было не подумать, что создавать надо не только мужской клуб, но и женский, причем как для второго сословия, так и для первого? Ох, голова моя, дырявая… ладно, до открытия гномами торгового дома еще есть немного времени. Думаю, успею. Все равно мебель из плавучего ресторана без дела по сараям стоит. Так что пусть служит.

Да, еще надо очень хорошо подумать над тем, как мне развлечь высокородных дам. Плавучий ресторан сам по себе был новинкой и интересной фишкой, а чем привлечь в обычном, пусть и богато оформленном заведении? Музыка? Маловато будет. Хм… не нанять ли мне какую-нибудь бродячую труппу? У них зимой всегда работы мало, да и таскаться по городам во время холода не слишком приятно. Конечно, здесь нет знаменитых русских морозов, но в кибитке и плюс пять за глаза хватит для ухудшения настроения.

Желательно бы, конечно, какого-нибудь актеришку найти, типа Лоррело. Раскрутить, а потом бабки стричь. Кажется, видела я на площади какого-то смазливого оборвыша, который довольно ловко по канату бегал. Если учесть, что труппа у бродячих актеров маленькая, каждый из них и швец, и жнец, и на дуде игрец. То есть парень должен уметь кое-что и кроме акробатических этюдов. Собственно, никто не помешает проверить. Перекрасим его в блондина, пошьем хороший костюм, подгоним нормальную роль, и получим на выходе очередного мужчину мечты. Такого, чьих выступлений фрейлины точно не пропустят.

У меня даже по поводу пьесы наметки есть. Чего бы не сплагиатить старую, проверенную вещь? «Принцессу Клевскую», например? Там тебе и любовь, и страдания, и, главное, она под местный менталитет подходит как нельзя лучше. Дословно, конечно, я ее не помню, но общей канвы сюжета должно хватить. Я бы, конечно, и хиты наших менестрелей и миннезингеров на местный лад переложила, но складывать стихи — это не мое.

Хотя погодите-ка… стихи стихами, но есть еще и музыка! Перепевать Высоцкого, я, конечно, не стану, но почему бы не вспомнить то, чему меня в музыкальной школе учили? Чайковский, Рахманинов, Лист, Григ… да хоть Бетховен, в конце-то концов! Здесь этих авторов не было, а значит, я спокойно могу присвоить себе плоды их творчества.

Ну и, конечно же, важнейшее из искусств. После долгих экспериментов с растениями, листья которых воспроизводят все, что они видели, я создала нечто, напоминающее синематограф. Очень отдаленно напоминающее. Во-первых, экран пришлось создавать из скрепленных между собой листьев, во-вторых, решать вопрос с их магической подпиткой, а в-третьих, заставить их воспроизводить изображение не задом наперед, а в нормальном виде. Получились короткие ролики, но главное, процесс пошел. В моем мире кинематограф тоже начался со сцены прибытия поезда.

Полученный результат не видел еще никто. Ну, кроме Нартара с дьорлом Товисом. Они помогали мне работать над проектом. Правда, итог поразил даже их. Короткие ролики бытовой жизни города они смотрели, затаив дыхание. Ну, а если я, с помощью привлеченной театральной труппы, сделаю несколько сюжетных видеозарисовок, полагаю, получится еще интереснее. Что ж… обкатаем идею на фрейлинах, а потом двинем в массы. Денег это развлечение должно принести немало.

Впрочем… не будем загадывать. Не все идеи, пользующиеся популярностью в моем мире, будут непременно иметь успех. Я уже пару раз обжигалась, хорошо хоть на мелочах. Впрочем, обратное тоже имело место быть. На балу у главы городской гильдии безопасности я подарила дьорлу Хайтрену небольшое мозаичное панно с изображением кланового знака Охотников, к которым он когда-то принадлежал. Подарок был принят весьма благосклонно, но я не ожидала целой лавины заказов. И уж тем более, я не ожидала, что на моем пороге с заказом появится Имперский глава Теней.

Блондинистый нелюдь, от которого несло могильным холодом, оценил готовящийся яд, добавил ему магической подпитки и вытащил рулон пергамента, на котором был изображен герб. Имперский глава Теней желал, ни больше, ни меньше, чтобы я сделала мозаичное панно с изображением этого самого герба. На столешнице, которую он обязался предоставить.

Мда. Все страньше, и страньше, как говаривала одна девочка из английской сказки. Генеалогию я изучала во время своего первого года обучения в школе, но кое-что в моей голове все-таки отложилось. И данный герб — в том числе. Если я не ошибалась, принадлежал он весьма знатной и богатой семье, имевшей родственные связи с королевской фамилией. Нечто, типа наших Нарышкиных и Юсуповых. Интересно… какое отношение к этой семье имеет Имперский глава Теней? Может, родственник?

Насколько я помнила традиции дворянства моего собственного мира, наследство всегда получал старший сын, средний шел на военную службу, а младший — в священники. В принципе, Тени могли быть прекрасной заменой как второму, так и третьему направлению. Странно только, что блондин не носит никаких отличительных знаков своего рода. Если бы не обращение «милорд», вообще сложно было бы догадаться, что он принадлежит к высшим слоям первого сословия. Слишком уж Имперский глава Теней был… неживым, нечеловеческим, жутким.

Кстати, он поинтересовался, не тревожит ли меня местный криминалитет. Ну… если бы я действовала в одиночку, может, и тревожили бы. А при участии Нартара и дьорла Товиса нам вполне удается договориться. Тем более, что я не изготавливаю ничего противозаконного, хотя заказы были. И очень денежные заказы. Мне даже приносили запрещенные к выращиванию ягоды и грибы, из которых, обычно, готовят наркотики.

Нет, с такой гадостью я даже связываться не стала. Не все деньги одинаково полезны. Лучше уж ограничиться лечебными зельями. А боевые… боевые они пускай в лавке покупают. Если им кто-нибудь продаст. Я еще не настолько укрепилась в данном мире, чтобы так рисковать. Мало ли… подошлют проверку с переодетым служителем закона, я спалюсь, и отправят меня на какой-нибудь аналог местной Колымы. В лучшем случае. А я тепло люблю. И свободу.

Разумеется, Имперского главу Теней я не стала посвящать в свои отношения с криминалом (я же не сумасшедшая). Так что сказала, что все нормально. Блондин еще порыскал по моей лаборатории, сунул свой длинный нос в несколько зелий и отчалил. Я облегченно вздохнула.

Не успел блондин скрыться с моих глаз, как нарисовался дьорл Мортис, глава клана Охотников. Правда, искал он не меня, а Нартара, как специалиста по уничтожению вурдалаков. Мда. У меня иногда такое ощущение, что местные власти специально всяческих тварей выращивают, чтобы потом Охотникам было, с кем бороться. Ну, начали выползни появляться, зачисти их сразу. Зачем ждать, пока они вурдалаками станут? И уж тем более, когда их уровень опасности поднимется до шестой ступени?

Поскольку тварей было около пяти, Охотники решили уничтожить их совместными усилиями. Те, кто помоложе — на подхвате. Пусть обучаются. А более опытные вступят в непосредственное сражение. Я только вздохнула. Что-то мне подсказывает, что Нартар не откажется поучаствовать в этом смертельно опасном предприятии. И отговаривать я его не собиралась. Помните, как в фильме «Москва слезам не верит» Гоша сказал «я сам все буду решать на том простом основании, что я мужчина»? Мне эта фраза накрепко запомнилась. Так что вместо бесплодных уговоров я пошла собирать Нартару зелья. И боевые, и лечебные. Ну и артефакты защитные, конечно же. Все-таки хочется, чтобы мой мужчина вернулся домой живым и здоровым.

Разумеется, Нартар согласился поучаствовать в истреблении вурдалаков. И начал собираться, устраивая зелья на поясе. И вот тут-то я, в очередной раз, почувствовала себя дятлом. Блин! Я вспомнила про воздушный шар, про вешалки и даже похихикала про себя над идеей командирской башенки к Т-34, как это положено настоящему попаданцу. Но почему я, такая умная, не вспомнила про разгрузку?!

Да уж… как говорится, умная мысля приходит как раз тогда, когда ее не ждали. Ну, что ж… будем ликвидировать пробелы в своем списке изобретений. Что-то мне подсказывает, что идея разгрузки будет пользоваться популярностью. Как бы еще и права на нее защитить? Магию добавить? Хм… да можно, в принципе. Завязанные на подпространство карманы, привязка защитного поля, небольшой энергетический резерв… почему бы нет? И обязательно пропиарить, чтобы покупали только товар, отмеченный руной Феу. Дескать, он особо надежный и удобный.

Блин, ну жалко же отдавать очередную идею гномам! Тем более, что идея такая перспективная. В данном мире покамест даже до ременно-плечевой системы не додумались. Часть мелочевки на поясе носят, часть по карманам рассовывают. Конечно, разгрузка не будет стопроцентно такой же, как лучшие образцы моего мира, но необходимые функции выполнять сможет. И мелкие вещи будет удобно хранить, и, если снабдить соответствующим артефактом, сможет выполнять защитную функцию.

Вот только нужно ускорить строительство стены вокруг моих земель. С тех пор, как территория перестала считаться «нехорошей» здесь появилось слишком много любопытных. Часть, конечно, искали работу, а часть были самыми откровенными шпионами, совавшими нос туда, куда не следует. Вторых тролли, по моей команде, вежливо выставляли за границы мой собственности. А вот с первыми предстояло работать и работать. Выходцы из не слишком богатых семей, пятые или шестые сыновья, которым всю жизнь светило работать на свою семью в ранге подмастерья, авантюристы всех мастей… кого здесь только не было! И каждый стремился занять свое место под солнцем, благо ситуация сложилась подходящая.

Ну, тем, кто имел хоть какие-то умения и рабочие профессии, я не отказывала. Флаг им в руки. А вот желающих присосаться к кормушке и получать деньги, не прикладывая для этого усилий, я отправляла куда подальше. Тоже мне, великие и незаменимые руководители выискались. Нет уж. На подобные должности я буду отбирать только доверенных людей. Тех, кто будет честно на меня работать.

К тому же, была у меня идея проводить всех своих работников на ответственных постах через магическую присягу. Причем не только о неразглашении производственных тайн, но и насчет ответственности. Нужно было только составить правильную формулировку, чтобы избежать неприятностей и в тоже время не лишать народ возможности принимать самостоятельные решения и активно действовать в форс-мажорных ситуациях.

Кстати, именно мои работники натолкнули меня на еще одну перспективную идею. Они периодически раздражались из-за строительной грязи. Я засыпала дорожки сначала песком, затем галькой, но куча народа все равно превращала его в месиво. Временно помогал только деревянный настил, но это тоже был не лучший выход, особенно для крытых повозок, в которых мне привозили продукцию от торговой гильдии.

Первым, о чем я подумала, был асфальт. Беда только в том, что я совершенно не помнила, как он изготавливается. И не была уверена, что в местном средневековье его создание технологически возможно. Еще что я помнила? Ну, состав цемента отложился в моей голове с тех времен, когда родители строили дачу. Это в современном мне мире заехал в строительный магазин и купил мешок с любой строительной смесью. А в советские времена все нужно было самому достать, а потом собрать из того, что достал, то, что нужно.

Ладно, известняк, глину и гипс достать не слишком сложно. А обжиг во вращающихся печах при очень высокой температуре? Не, это не вариант. Здесь никакая магия не поможет. В древнем Риме, вроде бы, известь с вулканическим пеплом смешивали, но где найти последний ингредиент? И сколько будет стоить доставить его до места назначения? Наверное, в данном случае у древних римлян лучше взять рецепт бетона. Камень, известь, песок, вода. Пропорции я не помню, но алхимик я или нет?

Помнится, в пору увлечения всяческого рода альтернативной историей, я слышала версию строительства пирамид из так называемого геополимерного бетона. Из чего и как строили фараоны — это их личное дело, никаким образом меня не касающееся. А вот сам рецепт этого самого бетона был бы весьма кстати. Если б я его вспомнила. Кажется, там тоже был дробленый камень, жидкое стекло, шлак и еще несколько компонентов. Если поднапрячься, вспомнить можно.

Собственно, нужно было выбрать оптимальный по цене и не слишком сложный в изготовлении бетон. Можно было даже попробовать несколько вариантов. Полагаю, что в эпоху улиц, мощеных булыжником, этот продукт тоже будет пользоваться спросом. Вот только проверять его лучше начинать на себе. Нужно выяснить, насколько он долговечный и качественный. А то, может, его смоет после первого же дождя, как асфальт в родном городе родного для меня мира.

Да, и что-то нужно делать с самими мощеными улицами. Самобеглые коляски — это, конечно, хорошо. Но к ним бы еще нужно рессоры изобрести. Знать бы только, как они вообще выглядят! Хм… Или, может, мне пойти другим путем? В конце концов, что я, как баран, уперлась в изобретения своего мира? Попробуем мыслить креативно!

Помнится, Нартар меня спрашивал, сумею ли я сделать ему сундук, на котором можно будет ездить верхом. Это ж какая удобная вещь для Охотника! Магией подпитывается сам, хранить в нем можно даже переносной шатер, что позволит ночевать со всеми удобствами, да и путешествовать не на своих двоих, а на чужих четырех весьма приятно. Нартар даже просил к его варианту сундука тоже приделать зубастую голову. Тогда артефакт сможет защищать хозяина. А я подумала, подумала, и поняла, что ничего сложного в задумке Охотника нет. И самой мне изобрести подобную вещь мешала именно собственная зацикленность на изобретениях своего мира.

Первой моей мыслью стало приделать к сундуку сущность лошади. Но потом я поняла, что это не выход. Да, обученный конь может укусить или лягнуть чужака. Хорошо, конечно, но мало. К тому же, хищная морда предполагает совсем другие действия. Не просто укусить, а порвать. И лапы желательно нужны с когтями. Вот тогда это будет достойный спутник для Охотника, способный прикрыть ему спину и даже самостоятельно справиться с не слишком опасным монстром.

Да, для внутренней сущности такого сундука нужен хищник. И над лапами следовало подумать. Ездовой сундук должен получиться достаточно высоким, чтобы ноги Охотника по земле не волочились, как у сказочного Дяди Степы. Вряд ли, конечно, результат получится комфортней, чем лошадь, но те, кто постоянно путешествует, привыкли к определенным неудобствам. А я эти самые неудобства еще и снизить попытаюсь.

Для начала, на крышку сундука прикрепим удобное седло с высокой спинкой. Потом, по бокам, сделаем уступы для ног. Ну и, конечно, подсветку неплохо было бы добавить. Последнее, кстати, будет сделать легче всего. Простейшие амулеты, освещающие помещение, требовалось только доработать, чтобы усилить их интенсивность.

И, разумеется, при изобретении транспорта на ножках, не стоит останавливаться только на потребностях Охотников. Если мне удастся воплотить в реальность свою новую идею, можно будет и о других жителях города подумать. И усовершенствовать самобеглые коляски. Только тут, во избежание тряски и покачивания, лучше не четыре лапы использовать, а шесть ног. Как у паука. Конструкция должна получиться более устойчивой и плавной в движении. И данную идею я точно гномам не отдам. Обойдутся!

— Мирс Хельга, к вам Бронин пожаловал, — предупредила меня служанка. Ну надо же… Что называется, только вспомни. И чего от меня понадобилось многоуважаемому гному?

Оказывается, Бронина заело, что я не продала ему идею мозаики. После бала у главы городской безопасности народ только и говорил, что о моем подарке. Причем даже больше, чем о моем наряде и драгоценностях. Впрочем, судя по монологу Бронина, этот бизнес гномы тоже не прочь были бы прибрать к рукам.

— Нет. Извини, но секрет моих украшений не продается. И секрет изготовления мозаики тоже.

— Мы могли бы начать изготавливать подобные вещи сами, — пригрозил мне Бронин.

— Если бы могли, давно бы изготавливали, — резонно возразила я. — Но если вы хотите изобрести нечто подобное, то пожалуйста. Попробуйте.

— Раньше ты всегда с нами сотрудничала, — обиженно пробормотал Бронин.

— У меня не было ни связей, ни денег, ни собственных производств, — напомнила я. — А вы отказывались оплачивать мой труд деньгами. Вариант по взаимообмену, до поры до времени, меня устраивал. Но теперь все изменилось. Я могу позволить себе не сотрудничать с вами на ваших условиях.

— Я передам твои слова моему клану, — вздохнул гном.

— Я не хочу с вами ссориться, Бронин. И готова по-прежнему вам первым показывать и предлагать перспективные идеи. Но только за деньги.

Бронин ушел, явно обидевшись, но хватила его на несколько дней. До тех самых пор, пока я не опробовала первую партию своего бетона. На ровную, почти гладкую поверхность прибегал любоваться весь город. Его глава тут же захотел себе такое же пространство перед домом, но я уговорила подождать до лета. Посмотреть, насколько покрытие получилось надежным. В принципе, бетон должен был схватиться намертво, поскольку в рецепт, выведенный в результате эксперимента, я добавила укрепляющее зелье. Однако в данном случае лучше было сто раз отмерить, чем один раз отрезать не правильно. Еще не хватало, портить свой имидж из-за глупых случайностей!

Вот разгрузка — это да. В ней я не сомневалась. Нартар, единожды ее примерив, буквально не вылезал из нее. Да и его собратья по клану Охотников оценили удобную вещь. Мало того, новым изобретением заинтересовались и алхимики, и даже лекари. Такого эффекта я не ожидала.

К сожалению, покамест заказов было больше, чем работников, способных их выполнить. Особенно тормозилось дело с ювелирами. Те таланты, которые не входили в гильдию, я уже привлекла к работе, а с остальными тянулся долгий и нудный процесс переговоров. И дело было вовсе не в оплате. Я старалась не жадничать. Дело было в том, что мой магический контракт во многом противоречил тому контракту, который заключался с гильдией. Особенно в пункте соблюдения интересов нанимателя. Пришлось искать обходные пути.

Хорошо хоть, со стеклом, наконец, дело сдвинулось с места. Я вспомнила, что ровное стекло получают отливкой его на поверхность расплавленного олова, а затем мне удалось подобрать зелье, которое делало стекло более прозрачным.

Первый вариант зеркала из самого удачного образца я делала сама, за закрытыми дверями. Это будет элитный и очень редкий товар. Дорогой настолько, чтобы быть доступным лишь избранным. Связные зеркала у меня, кстати, тоже получились. Самым проблематичным было настроить их так, чтобы они связывались только с определенным человеком. Одно зеркальце размером с ладонь обслуживало всего десять абонентов. Можно было сделать и больше, но зачем? Не будем показывать все свои способности. И оставим себе лишний шанс подзаработать.

К зеркалу прилагалось десять драгоценных камней, вставленных в специальные пазы. При активации каждый из них связывался с определенным человеком, который имел точно такое же зеркало и камень.

Система была настроена, отлажена и предложена главе торговой гильдии. После чего мой долг считался окончательно закрытым, и гильдия еще доплачивала по двадцать золотых монет за каждое зеркало.

— Это… Это слишком дорого, — проскрипел глава торговой гильдии, который никак не мог расстаться с артефактом.

— Я могу предложить товар другим людям, — пожала плечами я. — Да хоть тем же алхимикам. Не думаю, что дьорл Кортевиус откажется от такого удобного средства связи.

— Но всего десять человек… Это мало.

— Вы можете приобрести еще несколько подобных артефактов для себя и своих партнеров. Подобного пока еще нет ни у кого. И учитывая, сколько стоит этот артефакт, мало кто сможет его приобрести.

— Ну неужели нет какого-нибудь варианта подешевле? — вздохнул глава торговой гильдии.

— Можно ограничиться двумя или тремя людьми, с которыми вы будете связываться, и тогда, соответственно, придется покупать два или три артефакта. Остальные будете докупать постепенно. Только придется таскать зеркала мне, чтобы я настроила камни друг на друга.

— Нет, это не вариант.

— Ну, что я могу сказать… у вас все еще имеется голубиная почта. И курьеры, — пожала плечами я.

— Мне нужно подумать, — вздохнул глава торговой гильдии.

— Я вас не тороплю, — мило улыбнулась я.

Думайте, думайте. Вон, Имперский глава Теней, пришедший проверить степень готовности яда и мозаичного панно на столешнице (затрудняюсь сказать, что его интересовало больше), как только увидел мое новое изобретение, так сразу и заплатил за три десятка. Вот что значит, прогрессивно мыслящая личность!

Гномы, правда, подобного энтузиазма не проявили. Но я подозреваю, что во-первых, у них уже имеется своя система связи, безопаснее и эффективнее, чем голубиная, а во-вторых, при их жадности, они никогда не согласятся заплатить требуемую мной сумму. Их не жаба придет давить, а средних размеров динозавр. Впрочем, полагаю, у меня и без них будет достаточное количество покупателей.

Первый ездовой сундук произвел неизгладимое впечатление как на Нартара, так и на посторонних зрителей. Желающих приобрести себе такое же чудо оказалось множество. А что? Удобно, практично, и намного дешевле, чем самобеглая коляска. Да еще и защититься может в случае чего. Для сундучьей морды Нартар приволок впечатляюще зубастую черепушку очередного монстра, и смотрелась она довольно грозно. Ну, я бы к такому сундуку точно близко подходить не стала бы. Мало ли.

Корпус кареты, поставленный на восемь паучьих ног, тоже понравился ценителям. Особенно одному. Такому блондинистому и не совсем живому. Вот что этот Имперский глава Теней постоянно около меня ошивается? Заняться больше нечем? Ладно, подпитывать магией готовящуюся основу для яда действительно необходимо. Но любопытный тип вечно совал свой нос, куда не следует. И не хотел выгоняться из моей лаборатории.

Радовало одно — Имперский глава Теней подбрасывал мне очень любопытные заказы. Ознакомившись с первым экземпляром кареты на восьми паучьих ножках и оценив комфорт передвижения (плавное покачивание и тряска по вымощенной булыжником мостовой — это две очень большие разницы), он не только захотел себе подобную вещь, но и пошел дальше. Блондин поинтересовался, не могу ли я сделать подвижное кресло.

— Чтобы оно бегало за свои хозяином, ожидая, когда тому приспичит присесть? Или скакало к нему по первому свисту? — озадачилась я. Имперский глава Теней как-то не производил впечатление сказочного тунеядца.

— Это было бы любопытно, но нет. Мне нужно нечто такое, что сможет передвигаться по дому, перемещаться по лестнице и слушаться своего хозяина.

— Зачем? — продолжала не понимать я.

— Допустим, хозяин временно лишен возможности передвигаться.

— Или совсем лишен, поскольку без ног это сделать затруднительно, — кивнула я.

До меня, наконец-то, дошло! Я вспомнила герб, который мне заказали выложить на столешнице, вспомнила все, что изучала на уроках генеалогии, и догадалась, для кого делался заказ.

Относительно недавно, лет двенадцать назад, глава богатейшего и благороднейшего семейства участвовал в последней войнушке Ромуальда II, и потерял обе ноги, попав под взрыв магического зелья. По возрасту этот самый глава годился блондину в дедушки, но тут я вступаю в область догадок. Я даже не уверена, что Имперский глава Теней действительно близкий родственник семье, для которой он заказал герб. Можно предположить, что они ему не чужие, раз он так о них печется, но точно я вряд ли когда-нибудь узнаю.

— А нельзя сделать магические протезы? — поинтересовалась я. — Насколько я понимаю, Тени довольно далеко продвинулись в умении изменять человеческое тело.

— Если бы это было так просто! — вздохнул блондин. — Нужен специальный ритуал, который не все хорошо переносят. И потом. Одно дело изменить тело, и совсем другое — прикрепить к нему чужие ноги.

— Кто-нибудь уже пробовал? — догадалась я.

— Разумеется! У нас прекрасная лаборатория и большое количество материала, на котором можно экспериментировать. Кстати, из-за тебя я лишил наших ученых месячного вознаграждения. Они несколько лет пытались решить, как научить человека дышать под водой. Даже жабры пробовали пересаживать. Твое решение оказалось гораздо проще, дешевле и безопаснее.

— А еще что пробовали выращивать?

— Вообще-то это секретная информация.

— Да ладно, я все равно давала магическую клятву о неразглашении. Так что одной тайной меньше, одной больше — без разницы.

— Ну, учитывая твою способность изобретать разные любопытные вещи… Поделюсь. Вдруг тебе в голову придет что-нибудь интересное. Наши ученые делали попытки отрастить человеку крылья, приделать дополнительные руки и, конечно же, научиться отращивать новые конечности. В результате войн страдают не только простые солдаты, но и главнокомандующие. Члены весьма уважаемых семей, которые много отдали бы, чтобы вернуть свои ноги и руки.

— И говоря о том, что они многое отдадут, ты явно имеешь в виду не просто деньги, — догадалась я.

Имперский глава Теней неопределенно хмыкнул, но мне не нужно было разжевывать. И так все ясно. Придворные интриги с возможностью перетянуть на свою сторону заклятого врага или получить в списке обязанных влиятельную семью — это многого стоит. Тут действительно деньги — это не самое главное.

— Я так понимаю, вопрос с обезболивающим зельем вами уже решен? — уточнила я. — Те, на ком экспериментировали, выжили, но их новые части тела оказались недееспособными?

— К сожалению. Более того, чужие конечности начинали гнить изнутри, в результате чего человек умирал. Остановить процесс гниения не удавалось. А что, у тебя появилась какая-то идея? — оживился Имперский глава Теней.

— Кажется, да. Но я пока не буду ничего обещать, пока не попробую.

— Ну, материал для экспериментов у тебя тоже есть. Полагаю, дьорл Товис рискнет поучаствовать в твоих изысканиях. Если ты поможешь ему вернуть ногу.

— Насчет «вернуть» — это вряд ли. А вот придумать нечто, что будет лучше деревянного протеза — вполне. Но над этим нужно поработать. Пока я смутно представляю, как это будет выглядеть.

— Тогда давай вернемся к идее с креслом, которое сможет передвигаться по дому и, в том числе, по лестницам. Ты сможешь сделать такое?

— Смогу. Но кресло придется делать на заказ. Оно должно быть не только удобным, но и глубоким, чтобы сидящий человек случайно не выскользнул, особенно во время спуска и подъема по лестнице. Держаться за подлокотники не всегда удобно. Особенно если руки с возрастом ослабели. Я предлагаю сделать дополнительную съемную планку спереди.

Имперский глава Теней кивнул, соглашаясь с моим предложением, и направился заказывать кресло. Мда. Контора у него… Упаси боги попасться в лапы таким деятелям. Мало того вытрясут все, что ты знал и о чем забыл, так еще и измываться будут над телом, пришивая к нему что попало. Так и представляется голова профессора Доуэля.

Нет, пришивать к одному органу другой — это однозначно не вариант. Даже в моем собственном мире, гораздо более продвинутом в медицинском плане, такие эксперименты не всегда хорошо заканчиваются. А ведь у нас крылья к телу не пришивают! Да и чьи крылья для этой цели можно позаимствовать? Страуса? Так тот сам не летает.

В общем, ввязываться в такую авантюру я идти точно не собиралась. Я ни разу не медик, чтобы подобные проблемы решать. Как говаривал Владимир наш Ильич, мы пойдем другим путем. И попробуем сделать продвинутый протез. Странно, что мне раньше это в голову не пришло. Я каждый день любуюсь, как дьорл Товис прыгает на своей деревяшке (между прочим, довольно резво и быстро), но до сих пор не озадачилась ему помочь. Ну, воспользуемся чужой подсказкой. Будет любопытно работать над подобным проектом.

Единственное, что меня огорчало, времени на различные эксперименты, как всегда, не хватало. Да, я наняла работников, но пока их количество было совершенно недостаточным. Объемы заказов росли, как на дрожжах. И народ не останавливали даже высокие цены. На те же кареты на ножках, например. А как им быть низкими? Гномы делали сам корпус. И отделывали его. Порой это произведение искусства из дорогих пород дерева, обитое изнутри шелком и позолоченным шнуром, само по себе стоило целое состояние. Охотники тоже просили приличные деньги за лапы больших арахнидов. Мощные твари размером с небольшой автомобиль гнездились в пещерах и были довольно опасны. Раньше на них охотились только по заказу гильдии алхимиков, а это случалось не так уж часто, поскольку различные части паучьих тел довольно хорошо хранились и использовались в небольшом количестве зелий. А тут пошла целая волна заказов, поскольку комфортные кареты быстро оценили все жители города.

Правда, спрос на самобеглые коляски упал, но гномы успели снять сливки. Поскольку с долгом торговой гильдии я рассчиталась, мы перезаключили магический контракт на изготовление двигающихся сундуков и шкатулок. Объем моей работы немного снизился, но освободившееся время тут же было занято обучением новых работников. Как бы я ни старалась, набрать множество специалистов не удалось. Просто потому, что их не было. Опытные умельцы или были намертво привязаны к гильдии, или зарабатывали столько, что сами, при желании, могли меня нанять.

Да, все-таки хорошо, что для своей трудовой деятельности я выбрала именно Хлаеппо. Город небольшой, но близость к морю означает бурную торговлю и возможность заработать деньги. Не только мне, но и моим потенциальным покупателям. Что бы я делала, если бы попала в сельскохозяйственный район, где у крестьян редко бывают живые деньги? Принимала бы оплату товаром? Да и кому бы там были нужны мои изобретения?

В принципе, сейчас у меня было достаточно денег, чтобы перебраться в город покрупнее. Но я не хотела. Здесь меня знали, у меня была определенная репутация и прикормленные клиенты. Там придется начинать все с нуля. И не факт, кстати, что лучше получится. В крупных городах и своих алхимиков хватает. Конкуренция там гораздо острее, и денежные клиенты, наверняка, давно поделены.

Никто не даст гарантию, что мне удастся влезть в чужой бизнес. И уцелеть после этого. Мне и так повезло. Конечно, встреча с королевой оставила поганые впечатления, но зато фрейлины оказались щедрыми заказчицами. Где бы я еще себе клиентов из первого сословия нашла? А через фрейлин я и на местных высокопоставленных господ вышла. Правда, старалась не зарываться. Поставляла только то, что придумала сама, чтобы не переходить дорогу имеющимся у них алхимикам. Зачем мне неприятности?

Холодный ветер принес с собой мелкий дождь, и короткая прогулка обернулась настоящим испытанием. Блондин промерз до самых костей. Даже магические амулеты не помогли. И настроение у него было под стать погоде — совершенно мерзкое.

— Опять не то! — в раздражении пробормотал он, отбрасывая очередной амулет.

Его подозрения, в очередной раз, не подтвердились. Греющийся возле камина имп поднялся и, цокая когтями, подошел к хозяину ближе, потираясь головой о штанину.

— Да, знаю, ты говорил, от нее пахнет человеком. Но тот объем работы, который она делает, и ее изобретения совершенно не клеятся к образу простой девушки из третьего сословия. Даже получившей образование!

Имперский глава Теней раздраженно вздохнул. Хельга казалась ему подозрительной с тех самых пор, как они встретились. Она необычно себя вела, слишком много изобретала и очень странно к нему относилась. Чего только стоило ее заявление, что она ощущает в нем нежить. Не опасность, а именно нежить! Тогда его успокоил только тот факт, что импа Хельга не чувствовала вообще.

Ну, мало ли. Бывает. Попалась девушка с особенностями. Проблема была в том, что подобная особенность оказалась не единственной. Сколько раз Имперский глава Теней приказывал своим подчиненным не называть его милордом? Не счесть. Однако те с большим трудом выполняли приказ, сбиваясь при случае. И оказывали ему такие знаки почтения, что и без поименования все понятно было.

С Хельгой дело обстояло не так. Она обращалась к нему на «ты» совершенно спокойно. Не делая над собой усилий. И неосознанно морщилась, когда он подходил слишком близко. И это при том, что Имперский глава Теней никогда не был обделен вниманием прекрасных дам! Иногда даже хотелось, чтобы этого внимания было поменьше. Некоторые экзальтированные столичные дурочки откровенно раздражали своим вниманием.

Хельге же он откровенно не нравился. Она изо всех сил старалась сохранить нормальные рабочие отношения, но жесты и эмоции ее выдавали. Имперский глава Теней настолько был поглощен загадкой этой девушки, что сам, лично, начал искать разгадку.

Сначала он пытался проанализировать все изобретения. Однако список ничего не дал. Образцы изобретений тоже. Вещи были слишком разные, порой совершенно не связанные друг другом и цельный образ никак не складывался. Вот что общего между устройством для подводного плавания и самобеглой коляской? А между воздушным шаром и переговорными зеркалами? Последний артефакт просто потряс Имперского главу Теней. Его лаборатория много лет билась над задачей улучшения голубиной связи, но подобное решение даже в голову не приходило.

И самое любопытное, Хельга попутно решила другую, весьма любопытную задачу. Она таки изобрела зеркала, в котором блондин нормально отражался. Медные, бронзовые и золотые пластины давали только невнятный мутный туман. Чуть лучше обстояло дело с черным ониксом. Нормальное отражение получалось в воде, но поставить стену водной глади вертикально получалось далеко не у каждого архимага.

Оказалось, что выход был на поверхности. Стекло. Вот только до сих пор никто не производил больших объемов стекла. Не догадывался сделать из него зеркало, и уж тем более, артефакт. И, конечно же, никому в голову не приходила идея того, что Хельга называет мозаикой.

Под предлогом проверки того, как варится яд, Имперский глава Теней частенько бывал в лаборатории девушки. Он пытался понять, как она думает, как ей в голову приходят подобные изобретения, и не является ли она сама каким-то неизвестной разновидностью нежити. Именно ради последнего блондин таскал с собой различные проверочные артефакты. Однако покамест ни один из них не среагировал положенным образом.

Хельга не была ни нежитью, ни сосудом для нежити. Но тогда что с ней не так? Существовал, конечно, совершенно простой ответ на вопрос. Хельга просто талантлива. Но чтобы в этом убедиться, Имперский глава Теней должен был перебрать все иные варианты. Да, в истории были подобные случаи, когда вроде бы ничем не примечательный человек показывал чудеса изобретательности. Но такие случаи можно по пальцам пересчитать.

Блондин вздохнул. Один из примеров того, что подобное возможно, работал у него под боком. Единственный гном, который стал Тенью и ушел из своего клана, поскольку сородичи явно не одобряли его увлечений. Сколько всего полезного он изобрел? Не счесть. Вот только вывод из этого посыла совершенно не радует. Неужели в истории появится первая женщина Тень?

Ну, по крайней мере, ей не нужно объяснять, что такое сохранение тайны. Хельга одновременно построила и помещения для работников и стену, которая закрывала эти помещения от любопытных глаз. Она брала магическую клятву о неразглашении и очень четко делила производства на различные уровни. А из троллей получились прекрасные охранники, не способные понять, что и как производится у них под носом, но зато способные защитить от любопытных. Особенно таких, которые понять смогут.

Любопытно, что Хельга не стала хвататься за все подряд, в надежде заработать как можно больше денег. Она определила для себя несколько сфер. Надо признать, очень дорогих и перспективных. Во-первых, стекло, и все, что из него изготавливается (работники, которые собирали из мелких, непрозрачных, цветных кусочков герб его семьи на поверхности стола, были не одиноки в своей деятельности). Во-вторых, подвижные сундуки, шкатулки и кареты на ножках. Весьма удобные, кстати. И, в третьих, сложные артефакты типа связных зеркал или мерцающего полотна, на котором демонстрировались короткие отрывки из повседневной жизни.

От последнего чуда оторваться было практически невозможно. Зрелище завораживало. Остальные изобретения Хельга тоже не выпускала из рук, но отдала их основное производство другим. Да те же гномы продолжали делать самобеглые коляски, которые значительно подешевели после изобретения карет на ножках. И целый парк развлечений тоже принадлежал именно им. Гномы вообще влезли в изобретения Хельги слишком активно. И в вопросе строительства по новым методам, и в производстве вроде бы мелких, но довольно ценных изобретений типа нового воздуховода.

Впрочем, Имперский глава Теней намекнул Хельге, что с бородачами пора завязывать. Они слишком жадные и себе на уме. И вообще. Кому нужны гномы, когда рядом есть Тени? У которых, между прочим, тоже очень неплохие лаборатории и производства. Довольно часто те изобретения, которые изначально делались для узкого клана, потом производились для остальных, на продажу. Тени не могли позволить себе быть слишком зависимыми от казны. Это неправильно.

Открытие гномами первого в этом мире торгового центра стало общегородским событием. Несколько десятков лавок в закрытом помещении, под одной крышей, оказались довольно удобным решением. Особенно зимой. Не мерзнуть на ветру, не мокнуть под дождем, а спокойно рассмотреть товар и купить себе что-нибудь интересное. Это дорогого стоило!

Открылись и клубы. Поначалу всего два — для мужчин второго сословия и для фрейлин. Однако они стали пользоваться такой дикой популярностью, что пришлось открыть еще два, а затем даже подумать о том, чтобы снять дополнительные помещения. Я и не ожидала, что будет подобный эффект. Конечно, пришлось потратиться на покупку мебели, отделочных материалов и найм сотрудников, но деньги вернулись быстро.

Разумеется, вскоре появились подражатели, но они пользовались куда меньшим успехом. Для своих клубов я постоянно придумывала что-то новое, в том числе и развлечения. Да чего только стоила моя подделка под кино! За удовольствие посмотреть в сотый раз незамысловатый короткий сюжет народ отдавал очень приличные деньги. А я еще вспомнила про бильярд, короткие театральные постановки и целые развлекательные программы, которые не давали клиентам скучать.

К тому же, в распоряжении посетителей были специальные кабинки, защищенные артефактами от прослушивания, где можно было приватно решить некоторые вопросы. Между прочим, эта услуга пользовалась чуть ли не большей популярностью, чем кино. А мужчины, относящиеся к первому сословию, вообще не слишком одобряли легкомысленные развлечения.

Бильярд с картами еще как-то пошел, но посторонних людей они в клубе видеть не хотели. Даже если те будут их развлекать. Они и к обслуживающему персоналу относились подозрительно, частенько привозя своих слуг. Ну… У каждого свои тараканы в голове. Мне же проще. Тем более, что фрейлины, несмотря на свою принадлежность к первому сословию, наоборот любили, чтобы возле них крутилось множество народа, желающего услужить. И здесь шли на «ура» и театрализованные представления типа той же «Принцессы Клевской», и музыканты, и много чего еще.

Лично я пользовалась возможностью разрекламировать свою продукцию. Особенно косметические средства. Они предоставлялись в больших количествах на предмет понюхать и попробовать, и очень хорошо раскупались. И мази, и зелья, и лак для ногтей. Будем надеяться, что я не потеряю этих клиенток, когда они вернутся в столицу. А при удаче, расширю свой бизнес и прихвачу других представительниц первого сословия.

К счастью, Нартар и дьорл Товис продолжали мне помогать. Без них бы я точно не справилась, даже наняв управляющих. Наш магический контракт прирастал новыми пунктами и деталями, а доходы постепенно увеличивались. Мужчины взяли на себя контролирующие функции, позволив мне уделять больше времени изобретательству.

В первую очередь, разумеется, я приступила к выполнению заказа Имперского главы Теней. Возможность создать инвалидное кресло весьма меня заинтересовала. Причем на сей раз я буду не повторять то, что уже давно изобретено в моем мире, а работать над совершенно особенной вещью. Впрочем, после ездовых сундуков и карет на ножках это не должно быть слишком сложно.

Кресло, которое предоставил мне Имперский глава Теней, оказалось довольно тяжелым но очень, очень удобным. Оно явно делалось на заказ, вплоть до дорогой обивки и резной деревянной планки впереди.

Украшенное затейливыми вензелями и уже знакомым мне гербом, кресло смотрелось как произведение искусства. Ну, что ж. Приделать к нему ноги было не так сложно. Я, кстати, остановилась на паучьих, специально заказав Охотникам арахнида помоложе. Слишком высокая посадка здесь не нужна, лапы должны быть покороче.

Я не удержалась, и даже попробовала прокатиться в готовом кресле. Классно! Мягкое движение, никакого укачивания, и никакого напряжения при движении по лестницам. Пожалуй, с деревянной планкой впереди я даже перестраховалась, но тут, как говориться, лучше перебдеть.

Решился опробовать кресло и Имперский глава Теней. Ну, как решился… Сначала долго напускал на себя привычный равнодушно-солидный вид, затем убедился, что его никто не видит, а потом не удержался и начал испытывать мое новое изобретение. Ну, что я могу вам сказать… Когда я придумывала инвалидное кресло, то явно не планировала, что оно будет бегать по стенам и потолку.

— Полагаешь, тому, для кого ты заказываешь кресло, захочется периодически висеть вниз головой? — усомнилась я.

Сказать честно, от тех аттракционов, которые устроил Имперский глава Теней, у меня голова закружилась. Надо же, какой у этого типа вестибулярный аппарат хороший! Прямо таки бери и отправляй в космонавты. Меня бы стошнило давно.

— Ну, кресло прекрасно слушается мысленных команд. А пассажиру… Пассажиру может многое захотеться. Особенно если учесть наличие врагов. Дополнительные возможности по самозащите еще никому не помешали.

— Это да, — согласилась я. — Врагам довольно проблематично будет поймать человека, который перемещается по стенам и потолку. И попасть в такую верткую мишень сложнее будет.

— Единственное, что мне не понравилось — это деревянная планка. В случае чего, она тело не удержит. Нужно какое-то более надежное крепление. В том числе для головы, чтобы шею не свернуть при неудачном движении.

Я покивала и начала вспоминать все, что я помнила о автомобильных ремнях. Нет, переизобрести я их однозначно не смогу, но придумать нечто подобное — вполне. Необходим достаточно упругий и прочный материал, и испытания бы провести на ком-нибудь, кого не жалко. Покойника что ли поднять какого-нибудь? Давненько я некромантией не занималась.

Не успел Имперский глава Теней покинуть мой дом, как тут же нарисовался Нартар. Несмотря на все мои уверения, Охотник продолжал ревновать к белобрысой нежити. И никакие мои слова о том, что я полутрупами не интересуюсь, Нартара не успокаивали. С одной стороны это льстило, конечно, поскольку означало, что я не безразлична Охотнику. А вот с другой напрягало. Я совершенно не хотела, чтобы Нартар дергался из-за всякой ерунды.

Кстати, инвалидное кресло понравилось Охотнику ничуть не меньше ездового сундука. Нартар тоже на нем прокатился. И тоже по стенам. А потом деловито заметил, что подобное развлечение гномам продавать не стоит. Да я и не собиралась! Я, собственно, и развлечение из инвалидного кресла делать совершенно не собиралась. Изобретала нужную вещь по вполне определенному заказу. И как-то несколько удивлена, что кресло можно рассматривать как развлечение.

— Я тут на днях имел беседу с Мортисом, и он спросил, можешь ли ты сделать еще какое-нибудь приспособление для путешествий помимо сундука?

— Например? — удивилась я. Мне-то показалось, что глава клана Охотников принял мое изобретение с энтузиазмом.

— Просто лошадь была бы привычнее.

— Ну, пусть купит себе лошадь, — продолжала не понимать я.

— Нет, я говорю о лошади, которая сделана по типу твоего сундука, — пояснил свою мысль Нартар.

— А смысл? — пожала плечами я. — Тут есть два варианта, и оба мне не нравятся соотношением затрат и эффективности. Первое, я могу оживить тело лошади. Но сомневаюсь, что Мортис захочет на этом ездить. Тем более, что сундук придется возить с собой. Второй вариант — сделать лошадь из дерева. Такую, чтобы внутри можно было хранить нужные вещи. Но это тот же сундук, просто более сложно исполненный.

— Тебе виднее.

Вот чем мне нравится Нартар — он не упертый. Не давит на меня, не диктует и дает полную свободу творчества. И, самое главное, в нем нет зависти. Умею я делать множество интересных вещей? Прекрасно. А он умеет делать много чего другого полезного. И я постоянно в этом убеждаюсь. И Нартар, и дьорл Товис помогают мне даже в мелочах. Без них я однозначно не справилась бы, несмотря на все свои знания, принесенные из родного мира. Я могла спокойно экспериментировать, не задумываясь ни о охране, ни о подзарядке магией готовой продукции, ни об ингредиентах. Пожалуй, я приняла совершенно правильное решение, заключив с ними магический договор.

Дьорл Товис и Нартар принимали участие абсолютно во всех моих изысканиях. Порой, даже активней, чем я. Некоторые вещи, которые я воспринимала как само собой разумеющееся, приводили их в восторг. Дьорл Товис, например, так и не бросил заниматься подводными изысканиями, хотя денег зарабатывал вполне достаточно. Честно говоря, я сама уже подзабыла о постоянной слежке за не-живой рыбиной. И затрудняюсь сказать, когда последний раз подзаряжала ее магически. Однако дьорл Товис продолжал исследовать дно с помощью этой нежити, и как только появились первые зеркала, начал настаивать на переделке артефакта, дабы улучшить видимость.

Надо сказать, я не очень-то надеялась, что бывший Охотник найдет что-то путное. Море большое, дно сложное, а следить за рыбой круглосуточно — не реально. Однако отказывать дьорлу Товису я не стала. Зачем? Мне не сложно, а ему приятно. Я давно уже воспринимала бывшего Охотника как члена семьи. Такого мудрого, доброжелательного дядюшку, который всегда поможет и поддержит. Собственно, именно поэтому я загорелась идеей с протезами. Самой стало любопытно, что у меня получится и получится ли что-нибудь вообще. Тем более, что Имперский глава Теней оказался прав. Дьорл Товис, только услышав о идее нового вида протеза, тут же заделался горячим сторонником любопытной идеи. И предложил себя в качестве поля для экспериментов.

Ну конечно, еще чего не хватало! Обойдемся чем-нибудь попроще. Мне все равно нужен манекен, чтобы инвалидное кресло испытывать, так что уж и с протезами я буду экспериментировать на чем-нибудь менее живом. Видели бы вы лицо Мортиса в тот момент, когда я поинтересовалась у него, нет ли в городе еще какого-нибудь неучтенного кладбища или, хотя бы, десятка никому не нужных тел.

Глава городской гильдии Охотников тут же обеспокоено поинтересовался, не собираюсь ли я создавать войско не-живых. И даже вежливо напомнил, что по закону подобной деятельностью может заниматься, как минимум, магистр. Причем с разрешения главы города и в интересах города. Ну, скажем, когда враг нападет.

Странный закон, скажу я вам. Сделать из скелетов охранников он не запрещает (если их не больше пяти), а с войском, видите ли, существуют ограничения. Блин! Да в данном мире простых магов вообще во многом ограничивают! И власть, и возможности, принадлежат первому сословию и архимагам. Остальным досталось, что осталось.

Я успокоила Мортиса, сказав, что армию создавать не собираюсь. И что тела мне нужны для экспериментов. Глава клана Охотников, почему-то, насторожился еще больше. И сказал, что будет присутствовать при этом действе. Ну, если ему заняться нечем, пусть поднятых покойников караулит. Думаю, через день-другой, убедившись, что ничем противозаконным я не занимаюсь, а сидеть рядом с поднятыми трупами скучно, Мортис свалит и займется своими делами. Мне одного любопытного Имперского главы Теней хватает по уши!

Трупы поднялись на удивление легко. Даже странно. Я все-таки, давно уже некромантией не занималась. Подчинить их тоже не составило проблем, так что к экспериментам с инвалидным креслом я приступила на следующий день. Могла бы в тот же самый, но необходимо было создать несколько амулетов, которые подскажут, в каком месте и какую травму получило не-живое тело.

Идею подсказал Нартар, логично заметивший, что живой и не-живой пассажиры — это две большие разницы. Да и трупы, по его совету, я нашла посвежее, чтобы все мышцы были сохранены, и проще было проследить любую, даже самую незначительную травму. Испытание ремней прошло как нельзя лучше. Я повторила систему, которую не раз видела в детских колясках, а для удержания головы применила защитный кокон. Довольно старое изобретение, применяющееся к раненым, сослужило неплохую службу.

Поскольку кресло, по моей команде, совершало головокружительные кульбиты и даже падало с потолка, первый же не-живой пассажир свернул себе шею. А после применения артефакта дела пошли лучше. Собственно, кресло могло передвигаться в любом направлении. И казалось практически безопасным. Разумеется, совсем без травм дело обойтись не могло, но только при падении с большой высоты, резком торможении и слишком больших прыжках. Так что делать подобные вещи рекомендовалось только в экстренных случаях. Когда нужно спастись от опасности.

С протезами дело обстояло чуть хуже. Моя изначальная идея споткнулась о местные технологические возможности, и дело затормозилось. Да, гномы могли создать подвижную конечность из металла. Но типа перчаток в рыцарских доспехах. То есть тяжелую и не слишком подвижную. Нет, это могло, конечно, стать выходом из положения (лучше такая рука, чем совсем никакой), но я-то мечтала о другом!

С ногой, кстати, дело обстояло не лучше. Да, мелкая моторика там была не нужна, но на нее опиралось тело. И как сделать так, чтобы конечность чувствовалась родной, я понятия не имела. Всё, что у меня получалось, было немногим лучше протеза, который носил дьорл Товис. Чисто визуально оно, конечно, больше походило на ногу, но в плане удобства оставляло желать лучшего.

Мортис, как я и предполагала, сбежал от меня на следующий же день. Да что он хотел увидеть? Что я стремлюсь создать тайную армию и захватить мир? Очень смешно. Что вообще в этом городе можно сделать тайно? Мне пришлось возводить стену вокруг своих цехов и брать магическую клятву, чтобы сохранить производственные секреты. А уж частная жизнь была у всех на виду. И иногда это откровенно раздражало.

Блин! Ну вот чего они лезут в чужую жизнь? Мне, например, совершенно не интересно, что у них происходит. Ни кто с кем живет, ни семейные дрязги, ни сплетни со слухами. У меня и своих проблем выше крыши, еще не хватало чужими озаботиться!

Постоянное присутствие Имперского главы Теней раздражало Охотника донельзя. Смазливый блондин, как раз такого типа, который обычно нравится женщинам, появлялся рядом с Хельгой гораздо чаще, чем этого хотелось бы Нартару. Да, вроде бы всегда по делам, но… Все равно раздражало!

Сама Хельга, надо отдать ей должное, не слишком привечала Имперского главу Теней. И не радовалась его появлениям. Мало того, почему-то называла блондина трупом и морщилась. Это Хельга-то, которая сама некромантией заниматься не брезговала! Чего только стоит ее последний эксперимент, для которого она подняла сразу несколько еще свежих покойников. Хорошо, что Охотники ко всему привычны.

Впрочем, Хельга понимала, что не каждый выдержит подобное зрелище, и своих работников старалась не пугать. Хотя какие условия были в ее цехах — народ оттуда еще нужно было постараться выгнать. Нартар много чего видел. В том числе и у гномов. Но нигде не было таких больших, теплых, чистых и хорошо освещенных помещений. Да и в оплате Хельга была чересчур щедра. Хотя… Если бы не это, вряд ли ей удалось бы перетянуть к себе столько умелых работников. Да еще и связать их магическим контрактом.

Некоторые, кстати, настолько увлекались процессом, что готовы были ночевать остаться в этих цехах. Да что говорить, Нартар и сам частенько забывал о времени, работая над тем или иным изобретением Хельги. И был благодарен случаю, который именно его свел с алхимиком. Единственное, что его удручало — Хельга слишком много работала. Во вред всему остальному. С одной стороны, это можно было понять. Деньги с неба не падают. Но… Всему же должен быть предел!

Нартар уже сбился со счета, сколько раз он буквально вытаскивал Хельгу из лаборатории, чтобы она хоть немного отвлеклась и отдохнула. Жаль, что вплоть до весны никаких балов не намечалось. Хельга в узком черном платье оставила неизгладимое впечатление у тех, кто ее видел. А пойти куда-нибудь… Можно, конечно. Но все самые интересные и модные развлечения в городе принадлежали Хельге. Чего стоил мужской клуб, который Нартар обязательно посещал хотя бы раз в неделю. Почти все Охотники переместились туда из трактира. Впрочем, хозяин трактира внакладе не остался, поскольку Хельга привлекла и его.

Кажется, она вообще стремилась найти применение всем, кого только встретит. Ладно, гномы. Это понятно. С ними многие сотрудничают. Но казалось бы — чего особенного можно взять с прошретов? Ингредиенты? Так любой Охотник не хуже достанет. Однако Хельга довольно плодотворно с ними сотрудничала. И даже их традиции соблюдала, не напрягаясь. Нужно было вести переговоры, сидя на подушечках и называть очередного предводителя великим вождем? Без проблем. Для Хельги это вообще сложности не представляло. И прошреты, видимо, чувствовали ее искренность, поскольку изыскивали настоящие редкости и делились клановыми секретами.

Нартар никогда так остро не жалел, что у него нет собственного дома, куда он мог бы пригласить Хельгу. Зачем Охотнику, вечному бродяге, жилье? Вот когда надумает остепениться, тогда и дом можно будет строить. Хотя чаще всего Охотники просто вписывались в чью-нибудь семью. С Хельгой все было не так. Она сама строила дом. Да, не без помощи того же Нартара и дьорла Товиса, но для женщин это было в принципе не свойственно.

Да и дом получался… Странным. Мало того, что возводился с помощью глины и магически выведенного растения (выведенного, между прочим, для других целей), так еще и с виду был не похож на привычные здания. Строящийся каменный дом был довольно большим и хищным. Самое подходящее для него слово. Узкие окна с заостренным верхом, ломаная крыша и постоянно шевелящиеся в процессе строительства растения производили жуткое впечатление. Остается надеяться, что в конечном итоге получится здание, в котором можно будет жить. Уже отстроенный деревянный дом нравился Нартару куда больше. Там всегда было уютно.

Повод зайти в очередной вечер к Хельге образовался сам собой. Нартар решил преподнести второе пирожное. Приняв первое, Хельга согласилась на ухаживание. Если она возьмет второе, значит, согласна на помолвку. Вот только не слишком ли он торопится?

Судя по счастливой улыбке Хельги, при вручении сладкого презента, Нартар не только не поторопился, но и явно задержался со своим подарком. Похоже, от него давно уже ждали подобного поступка. Старый, как мир, ритуал у каждой пары играл своими собственными красками. Хельга скомандовала слугам накрывать на стол и ускользнула переодеваться для торжественного ужина в честь помолвки. Узкое, черное платье смотрелось на ней по-прежнему впечатляюще. В первые несколько минут Нартар, кажется, даже забыл, зачем пришел. Ему пришлось поднапрячься, чтобы собраться и прийти в себя. Традиционно поделенное пополам пирожное превзошло все ожидания. Но мягкие, податливые губы Хельги оказались еще слаще.

Предложение Нартара о помолвке было неожиданным и в то же время долгожданным. И единственное, что омрачало мою радость — это отсутствие уверенности в том, что я доживу до свадьбы. Яд, который готовился в моей лаборатории, не внушал никаких надежд на счастливое будущее. Даже если мне удастся каким-то образом избежать смерти от рук архимага и королевы, еще неизвестно, чем закончится мое сотрудничество с Имперским главой Теней. Я не была настолько наивной, чтобы верить, что все обойдется. В любом случае, не обойдется. Вопрос стоял в том, смогу ли я выкрутиться из сложившейся ситуации с наименьшими потерями.

В крайнем случае, придется бежать, хотя бросать налаженный быт не хотелось. Я так хорошо здесь обустроилась! Впрочем, жизнь важнее. Я прекрасно это понимала, а потому, в тайне от всех, работала над одним из самых сложных проектов — летательным аппаратом. Кровь Имперского главы Теней, давшая любопытную реакцию, была тщательно исследована и разложена на различные компоненты. Сначала я экспериментировала на мелких предметах, а затем мне удалось поднять в воздух свой сундук. Сундуку не понравилось.

Что я представляла себе в качества летательного средства? Ну уж не метлу, однозначно. Ступа и то удобнее. А самолет еще удобнее. Но чтобы его создать, нужно не только быть инженером, но и иметь хоть какие-то представления об аэродинамике. Ни того, ни другого у меня не было. Так что придется обходиться магией. Тем более, я не гонюсь ни за высотой полета, ни за высотой скорости. В идеале, я мечтала создать нечто типа флаера, который видела в фильме «Гостья из будущего». Только сделать его побольше размером, чтобы можно было прихватить с собой самое необходимое.

Мда… Про летучий корабль я слышала. Про бродячий замок тоже. А у меня что будет? Летающий дом? Интересно, конечно, но я не экстремал. И предпочла бы жить на земле. Ну, посмотрим, как сложатся обстоятельства. Пока яд еще варится, у меня есть время. Не так много, но на создание флаера должно хватить. Я даже заказала основу для него у гномов. Сказала, что новую модель самобеглой коляски изобретаю.

К сожалению, предусмотреть все возможные неприятности не реально. Ну кому бы пришло в голову, что королева именно ко мне обратится, чтобы заказать яд? Однако это оказалось еще не самым необычным и неожиданным. Еще один сюрприз мне притащил Нартар. Охотнику периодически надоедало сидеть на месте, и он отправлялся искать приключений на пятую точку. Изничтожать очередного монстра. Правда, уходил он дня на два, не больше, но я все равно нервничала. Мало ли. Монстры — они разные бывают. Десять штук угробишь ты, а одиннадцатый вполне может угробить тебя.

В этот раз, правда, ничто не предвещало неприятностей. Нартар вместе с Мортисом отправился на охоту за очередными вурдалаками в деревеньку неподалеку. Больше натаскивать молодняк, чем сражаться. Однако вернулся он настолько потрепанным, будто побывал в полноценном боевом столкновении, а не на охоте.

Да… Кажется, действительно побывал. Я невольно округлила глаза, когда Нартар начал доставать трофеи. Длинный, обоюдоострый меч, копье, три ножа разной формы, щит, кольчуга и шлем, похожий на ведро.

— Где ты все это достал? — поразилась я. Ни разу не видела в данном мире полноценного доспеха!

— На нас напали неожиданно. Почему-то, я даже не почувствовал, как они появились. Если бы не твои защитные амулеты, мы бы легли сразу же под градом стрел. К счастью, у нас было время среагировать. И дать отпор. У нас всего трое раненных, у противника куда больше. Одного нам удалось убить, но остальные ушли.

— Ушли?

— Просто испарились, и все. Как будто не было. Даже поиск по следам ничего не дал.

— А где тело убитого? Я бы допросила, кто это такие, и чего им нужно, — кровожадно предложила я.

— Тело забрали Тени. Сразу же.

— А с вами еще и Тени были? — удивилась я.

— Хотели посмотреть, что там за вурдалаки. Не дошло ли у них дело до саркофагов. Сама знаешь, какая это редкость. Либо вурдалаки не успевают их делать, либо, в бою, им наносятся сильные повреждения.

— Да, за мои саркофаги они заплатили приличные деньги, — согласилась я.

— Не очень понимаю, зачем им саркофаги целиком, но в данном случае, присутствие Теней было к лучшему. Мы смогли отразить нападение.

Я удивленно нахмурилась, а потом мысленно постучала себя по лбу. Ну конечно! Имперский глава Теней позаботился, чтобы Нартар не помнил ненужных деталей. Если честно, я и сама с удовольствием забыла бы жуткое зрелище черных щупалец, передвигающейся под прозрачной кожей блондина. Меня чуть не стошнило! Нет, может, конечно, саркофаг и придавал дополнительные магические силы, но явно не всем. И уж точно я бы не легла внутрь ни за какие коврижки.

— И что? Нашли саркофаги?

— Да какие саркофаги?! Даже до вурдалаков не добрались, — вздохнул Нартар. — После неожиданного столкновения мы сразу вернулись. Нужно раненным помочь, и разобраться с тем, куда исчезли нападавшие. И кто это был.

— По вещам ничего не можешь сказать? Вооружение и облачение довольно странное.

— Еще какое странное! — оживился Нартар. — Ты еще не все видела. Тени не только тело захватили, но и кое-что из барахла. Сказали, что дескать, артефакт неизвестный, но как по мне, так обычный плащ. Правда, с непонятным знаком на нем. Ни к одному из известных мне гербов не относящимся. Я, кстати, с поля боя тоже любопытный артефакт прихватил. Сила в нем ощущается, но что это такое и как действует — понятия не имею.

Нартар сунул мне какую-то вещь, завернутую в тряпицу. От нее действительно фонило. Я развернула ткань и, невольно вскрикнув, выронила предмет из рук. Передо мной лежал типичный католический крест с накладной фигуркой распятого Христа.

— Хочешь сказать, что этот артефакт действует и на тебя тоже? — прошипел неизвестно откуда возникший Имперский глава Теней.

— Что? — очнулась я и заметила на лице блондина ожог весьма характерной формы.

— Я хочу знать, что это такое. И откуда оно взялось.

Разговор с Имперским главой Теней получился тяжелым. Разумеется, я совершенно не собиралась признаваться в том, что я вселенец. Да, в данном мире была лояльная религия и не было инквизиции, но рисковать как-то не хотелось. Особенно с Тенями, которые любят экспериментировать даже над собой. Что мне, на разделочный стол в лаборатории захотелось? Да ну на фиг такие приключения.

Собственно, идею того, как отвести от себя подозрения, мне подсказал красовавшийся на щеке Имперского главы Теней ожог. Я сказала, что тоже почувствовала жар от неизвестного артефакта. И испугалась. Ну а что еще можно было придумать в такой ситуации? Присутствие католического креста в мире, где было многобожие, казалось странным. И то, что Имперский глава Теней получил ожог, требовало осмысления. Да, я читала множество книг и видела кучу фильмов, где с помощью креста народ боролся со всяческой нечистью. Особенно на вампиров это хорошо действовало. Однако кино и реальность — вещи несколько разные. И я даже не представляла, что обычный крест действительно может действовать подобным образом.

Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы ликвидировать ожог на щеке Имперского главы Теней. Потребовалось несколько видов моих самых эффективных мазей. Почему крест так подействовал на блондина? Интересный вопрос. С одной стороны, вроде бы, все понятно. Я сама ощущаю Имперского главу Теней, как нечисть. Но с другой… Даже если крест каким-то образом переместился из моего мира в этот, почему он остается действенным оружием? Здесь другие боги и другая вера. И, самый любопытный вопрос, откуда взялся этот крест? Я могу понять, когда разных мирах схожий животный мир, но схожая религия? Вот уж вряд ли.

— Ты мне, конечно, не расскажешь, что это за артефакт такой, и откуда он взялся? — поинтересовалась я у блондина.

— Я сам хотел бы знать, что это за артефакт. И как он действует. Нартар на него никак не среагировал, ты только дернулась, а я получил полноценный ожог.

— А давай проверим, как он реагирует на другие живые и неживые объекты? — загорелась идеей я.

Результат получился… впечатляющим. Первыми от креста шарахнулись сундук и инвалидное кресло. Зачарованные шкатулки и кошельки отказывались даже находиться поблизости. Гномы, орки и тролли отдергивали при прикосновении руки, а на обычных людей эта вещь не действовала никак.

— Ну? У тебя есть какие-нибудь мысли? — поинтересовался блондин, казавшийся весьма озадаченным.

— Полагаю, этот артефакт реагирует на всех, кто не является людьми и на некромантию в разных ее проявлениях.

— Очень странно реагирует. Он словно пытается уничтожить все, что ему не нравится. И, в тоже время, даже сильный ожог может отвлечь далеко не каждого. Не говоря уж о том, чтобы убить.

— Я бы не зарекалась. Мы не пробовали этот артефакт на вурдалаках и поднятых трупах. Вполне возможно, что чем больше в объекте некромантии, тем эффективнее действует артефакт, — предположила я.

Если честно, мне действительно хотелось проверить, насколько правдивы были фильмы и книги. Ну любопытно же! Вампиры и зомби, обычно, не выдерживали столкновения с крестом. Почему бы не попробовать, как с этим обстоят дела в данном мире?

После нескольких попыток выяснилось, что крест — действительно весьма эффективное оружие против нечисти. Бегающего вурдалака у нас под рукой не было, но его части, используемые в ингредиентах, просто рассыпались пеплом при соприкосновении. Поднятые трупы повели себя не лучше. Рассыпаться они не рассыпались, но упокаивались раз и навсегда. Сразу же.

Кажется, Имперский глава Теней вовсе не ожидал подобного результата. Он был немало озадачен. Даже потребовал некоторые эксперименты повторить по два, а то и три раза. И, примерно после пятого поднятого тела крест реально стал жечь пальцы при моем к нему прикосновении. Хм. Похоже, высказанная мной версия оказалась правильной. И создатели фантастических произведений не на пустом месте придумали способы борьбы с нечистью. Может, когда-то, и в моем мире существовали типы, вроде Имперского главы Теней? Сохранились же легенды о гномах, эльфах и великанах. Куда-то же подевались все эти расы!

— Полагаю, тот, кто создал этот артефакт, довольно агрессивно настроен, — закинула удочку я. — Некромантию многие не любят, но кто-то решил окончательно от нее избавиться. Вот только зачем?

Поразмыслив, я пришла к выводу, что кому-то удалось открыть ворота в мир, чрезвычайно похожий на мой собственный. И, судя по доспехам, которые приволок домой Нартар, там все еще средневековье. Надеюсь, это не Тени так экспериментировали. Все-таки, это серьезная контора, и народ там должен понимать степень опасности. Или это мне так только кажется? В общем-то, иной мир — это довольно интересное открытие. И, если портал удалось создать случайно, Тени могли и не удержаться от исследований.

Сколько я читала всяческих попаданческих книжек, в которых герои отважно шагали в такие порталы? Да не счесть. И никто не задумывался о последствиях. В том числе и для окружающего мира. Ладно, сам пропадешь. Твой выбор. А если впустишь в свой мир какую-нибудь гадость, типа чумы? Или притащишь неясную болезнь из своего времени? За глупость одного человека придется расплачиваться куче людей. Помнится, читала я книжку по истории Венеции. Тогда не меня произвела огромное впечатление чума, пришедшая в 1576 году. Черная смерть проникла во все уголки города и во все слои общества, унеся жизни более 50 тысяч венецианцев, в том числе Тициана. Да… предупредить бы Имперского главу Теней. Но как? Изобразить из себя пифию? Смешно.

— Думаешь, тот, кто создал данный артефакт, хочет с нами воевать? — нахмурился блондин.

— Я слишком мало знаю, чтобы делать выводы, — уклонилась от ответа я.

А что еще я могла сказать? Показывать свою осведомленность опасно, даже если выдать ее за догадки. Блондин далеко не дурак. И, пожалуй, я погорячилась, обвинив в происходящем Теней. Судя по тому, что нападение на отряд было внезапным, портал открыла какая-то третья сила. Возможно, со стороны того мира, из которого пришли нападающие. Так что единственное, чем я могла порадовать Имперского главу Теней — ему безумно повезло, что портал связал его мир именно со средневековьем. Потому что чума, конечно, зло, но атомное оружие еще хуже.

Разумеется, вслух я ничего подобного не сказала. Да и не с чего было такие заявления делать, поскольку Имперский глава Теней так и не поделился сведениями, где он взял крест. И откуда пришли нападающие. Ну… Понять можно. Военная тайна. Мне вообще знать не положено, что существуют порталы. В школе нам этого не говорили. И в местных книгах я данных сведений не встречала. Так что раз блондин молчит, я тоже буду молчать. Потому что молчание в данном случае — намного больше, чем золото. Оно жизнь.

Дабы отвлечь Имперского главу Теней от артефакта (и, главное, от моей на него реакции), я продемонстрировала блондину протез руки. Точнее, заготовку под него. Поняв, что местные мастера, даже гномы, не могут создать из железа то, что мне требуется, я пошла более простым путем. Решила использовать человеческие конечности. Только не отпиливать их от одних тел, чтобы пришить к другим, как Тени делали, а создавать нечто типа псевдоразумного артефакта.

Кто бы мог подумать, что всего одно мое открытие по переносу не-живой сущности в предмет, так мне пригодится! Я его использовала везде. На его основе были сделаны почти все мои изобретения. И артефакт для подводного плавания, и сундуки, и шкатулки, и инвалидное кресло, и много чего еще. Так зачем изобретать велосипед? Для протеза подойдет тоже самое. Правда, пока я разработала вариант только для рук. Причем двойной. Один бытовой, чтобы удобно было держать перо и ложку, а второй боевой, позволяющий пользоваться мечом.

На последний вариант меня вдохновил Муркок с его Корумом. Помнится, в свое время книга произвела на меня огромное впечатление и перечитывалась множество раз. Да и жалко было расставаться с созданной гномами железной дланью. Она сама по себе мощное оружие. Заготовка бытового протеза была попроще. Пока она представляла из себя просто кости руки, соединенные кожаными полосками и магией. К телу это сооружение крепилось как обычный протез, но при активации артефакта, слушалось мысленных команд хозяина.

Внешний вид, правда, оставлял желать лучшего, особенно если учесть, что обычный народ некромантию недолюбливает, но это было дело поправимое. Можно сшить дорогой чехол типа перчатки и аккуратно набить его, чтобы не мешать движению. Конечно, придется потратить время, чтобы освоиться владеть новой конечностью, но дело того стоит. А боевую перчатку, кстати, можно будет одевать сверху. И тоже учиться ей владеть. Впрочем, для бывших воинов, лишившихся руки, это недолжно представлять особой проблемы. Одна только мысль о том, что они не только смогут снова владеть рукой, но и будут способны воевать, должна придать им сил. Вон, Маресьев летал на протезах. А у него магии под рукой не было!

К сожалению, с протезом ноги дело тормозилось. Мне так и не удалось придумать ничего такого, что эффективно действовало бы. Мечталось-то о конечности, которая будет ощущаться родной. То есть на ней не просто можно будет ходить, но и совершать более сложные действия. Вплоть до лазания по горам. Да, да, знаю, замахнулась я круто. Но хочется же!

Чуть лучше обстояло дело с моим летательным аппаратом. Изготовленная гномами основа в виде остова кареты уже могла подняться над землей почти на два метра, но, как вы понимаете, данный результат меня не устраивал. Я хотела, чтобы мое летательное средство могло оказаться вне досягаемости стрел и выпущенных из арбалетов боевых зелий. И летало не со скоростью контуженной улитки, а слегка быстрее. Пока сооружение скорее плыло по воздуху, чем летело. Обидно, да, потому что использование крови Имперского главы Теней дало гораздо больший эффект, чем использование отдельных ингредиентов. Мда. Будем работать дальше. Не попросишь же блондина пожертвовать мне стакан крови на секретные эксперименты!

Да, к сожалению, реальная жизнь довольно сильно отличается от фантастических книжек. Там герою все помогают, у него все получается, и он быстро прокачивает свои возможности почти до божественных. У меня же проблем было выше крыши. Мало того, что никто не поспешил мне помочь, и пришлось самой выкручиваться, так еще и получалось у меня далеко не все. Не удавалось сделать большие куски стекла (чтоб в окна вставить можно было), не получалось создать противоядие к тому вареву, что заказала королева, да и покрытие возле дома, которым я гордилась, местами потрескалось. Похоже, что чего-то я все-таки не учла. Знать бы, чего.

Последняя проблема решилась проще всего. Я экспериментировала с бетонными смесями различных цветов, а потому просто залила трещины получившимся красным раствором (усиленным скрепляющей магией). Получилось своеобразно, кстати. Печалило, конечно, что в строящийся каменный дом я не могла вставить нормальные стекла, но потом я вспомнила о витражах. В свое время я увлекалась их созданием. Правда, в небольших масштабах и с соответствующим оборудованием, но это не суть. Главное, я знала принцип.

Стекло вообще оказалось довольно прибыльным делом. Нет, я, конечно, читала, что Венеция очень хорошо зарабатывала на этом товаре. Но одно дело книги, и совсем другое — реальность. Зеркала, обычные и магические, уходили за огромные деньги. Стеклянные предметы быта тоже пользовались огромным спросом. А на мозаичные панно образовалась такая очередь, что мне пришлось нанимать дополнительное количество сотрудников. Работа требовала усидчивости и внимания, так что я предпочитала женщин. Рисунок разрабатывал профессиональный художник, расчерчивал поверхность тоже он, так что им оставалась механическая работа — собрать задуманное из кусочков цветного непрозрачного стекла.

Заказанная Имперским главой Теней столешница, кстати, уже была закончена и отбыла к адресату. Хотелось бы мне видеть реакцию главы благородного рода на такой подарок! Я, вообще-то думала, что блондин и инвалидное кресло с собой заберет. Однако больная фантазия некоторых не давала удовлетвориться достигнутым результатом. Креслу потребовались доделки. Для начала, блондин хотел, чтобы фиксирующие ремни выползали и обхватывали тело только тогда, когда они нужны. Причем не зависимо от мысленной команды. Мало ли, вдруг пассажир без сознания будет, а его срочно потребуется спасать, убегая по потолку.

На мой вопрос, почему нельзя пристегнуться сразу (как это делают люди моего мира, садясь в машину), Имперский глава Теней только скривился. Дескать, пассажиру это не понравится. Ну, понятно. Заставить главу рода делать то, чего ему не хочется, вряд ли возможно. Видимо, быть постоянно пристегнутым ему не велят его представления о мужском достоинстве. Дерутся же в данном мире на дуэлях, демонстративно не заботясь о собственной защите!

Еще одним пожеланием Имперского главы Теней было снабдить кресло возможностью как нападать, так и защищаться. Я в осадок выпала, когда это услышала! Какая-то уж слишком активная жизнь планируется у инвалида. За кем он гоняться собирается, интересно? И на кого охотиться будет? Нет, задача-то в любом случае любопытная. Я уже начинала работать над схожей проблемой, когда создавала сундуки и кошельки. В принципе, вещи, способные защитить не только себя, но и хозяина — это дело полезное. Но одно дело приделать к сундуку голову, которая способна укусить, и совсем другое — заставить мебель сражаться. Причем даже в том случае, если хозяин потерял сознание. Это даже не псевдоразумное, это почти полностью разумное существо создавать нужно. Как-то я сомневаюсь, что у меня это получится.

После нескольких безуспешных попыток я плюнула и решила свалить часть работы на самого Имперского главу Теней. Раз уж в его конторе могут издеваться над телами, делая из себя практически нежить, значит, и кресло смогут разумным сделать. Основу создам я, а дальше уж пусть они сами. Мне явно не хватает знаний для того, чтобы создать из мебели верное хозяину существо, которое способно самостоятельно принимать решения.

Просить совета у богов — не самое лучшее решение. Прежде всего потому, что ответ на вопрос может не понравится. Очень не понравится. Имперский глава Теней знал о существовании портала, но даже не подозревал, что они могут открываться в совершенно другие миры. Такого не было даже в самых секретных книгах. Скорее всего, и боги не поделились бы подобными сведениями, если бы не визитеры с той стороны.

Вопрос о том, кто открыл портал, даже не стоял. Единственной семьей, у которой было подобное знание, была королевская фамилия, правившая Магрибом. По уклончивым замечаниям богов блондин понял, что когда-то портал уже открывался. И предки магрибской королевской семьи пришли с другой стороны. Тогда это закончилось глобальной войной. Долгой, кровавой и охватившей несколько стран. Чем закончится новое открытие портала — трудно даже предположить.

Почему боги не вмешались? Не посчитали нужным. На их власть никто не претендовал. Однако теперь ситуация складывалась по-другому. Нынешние визитеры из другого мира не воспринимали многобожие как нечто, само собой разумеющееся. И были нетерпимы к чужим религиям. Этого боги допустить не могли. Им не нужны были конкуренты. И чужого, сильного бога допускать в мир никто не собирался.

Единственное, что внушало надежду, портал открывался не со стороны агрессивных визитеров. Но если в случае с предками магрибской королевской семьи это было следствием неудачного магического эксперимента, то теперь появился некто, действующий целенаправленно. Человек, который прекрасно знал, что и зачем он делает. Похоже, королевская семья Магриба вложила большие деньги в эксперименты, позволяющие выяснить, как открыть портал между мирами. И теперь этими знаниями решили воспользоваться. Вопрос только зачем? Чего они хотят достигнуть? И кто конкретно стоит за открытием порталов?

Сам правитель Магриба? Сомнительно. Открытие портала в иной мир — это слишком большой риск. Королева Мельстринн решила действовать самостоятельно? Очень на то похоже. У ее величества не хватает мозгов даже наладить нормальные отношения с мужем и обзавестись сторонниками при дворе. Куда уж ей оценивать долгосрочные перспективы. Первое сословие Ресинга ее недолюбливает. Да и другие жители столицы особой симпатии не питают.

Может ли Мельстринн захотеть решить свои проблемы за счет посторонних сил? Да вполне. Брат в этой авантюре ее явно не поддержал бы. Если бы он и собрался захватить земли Глаценции, то самостоятельно. Или с привлечением наемников, которых можно контролировать. Ну а поскольку никакой поддержки при дворе у королевы нет, она вполне могла рискнуть и обратиться к посторонним. Почему нет? Имперский глава Теней сам представил себя на месте этих неизвестных. С ним связывается амбициозная стерва с куцыми мозгами и просит помочь в обмен на… Да не важно, на что. К обещаниям прилагается возможность попасть в иной мир.

Схватился бы блондин за такую возможность? Да не вопрос. И обязательно привлек бы Теней к решению проблемы. Вот только вламываться в чужой мир и сразу нападать не стал бы. Сначала выяснил, что к чему, разведал бы, а потом начал действовать.

Захватывать земли? Ну, только в том случае, если это не потребует больших усилий и их можно будет их удержать. Хотя вариант не из лучших. А вот местные изобретения, ценные металлы и предметы искусства определенно могли бы представлять интерес. Возможно, в ином мире решены такие задачи, о которых сам блондин даже не задумывался. И такие сведения стоили бы больших денег.

К сожалению, ее величество Мельстринн не задумывалась над последствиями своих поступков. Понятно, что она хотела обзавестись возможностями, которые ей помогут занять трон Глаценции. Но почему этот вопрос нельзя было решить обычными средствами? Обратилась бы к брату, тот бы ей подсказал что-нибудь умное. Если, конечно, у правителя Магриба не было собственных планов, в которые захват Глаценции никак не вписывается. Но даже в этом случае связываться с представителями чужого мира — явно не вариант. Особенно если они настолько агрессивны и не терпимы.

И большой вопрос, какие цели преследуют иномирцы, связавшись с королевой. Что она могла им пообещать? Деньги? На взгляд блондина, это было недостаточным стимулом. Возможность уйти из собственного мира и получить достойное место в мире другом? Вполне правдоподобный вариант. Но зачем они нападают на всех подряд при перемещении? Не лучше ли затаиться, выяснить, что происходит, и уже потом нанести удар? Вопросов больше, чем ответов. И боги явно не слишком стремятся помочь, раскрывая свои тайны. Дали крупицу знаний, и делай, что хочешь. Вполне вероятно, если ситуация выйдет из-под контроля, они соизволят вмешаться, но как бы не было поздно.

В королевских семьях редко бывает взаимопонимание. Не говоря уж о любви. Ты принадлежишь не себе, а стране. И поступаешь в ее интересах. Мельстринн всегда знала, что ей придется заключить политический брак. Но как же раздражало, что она стала всего лишь разменной монетой! Выкупом за проигранную войну! Разумеется, к своему трофею муж не относился с должным уважением и почтением. И терпение Мельстринн просто лопнуло. Дело было даже не в многочисленных любовницах Ромуальда III. Гораздо больше бесило, что ее просто задвинули в угол, как ненужную вещь. Что она ничего не решала и ни на что не влияла. Даже приехавшие с ней из Магриба фрейлины постепенно отбивались от рук.

Разумеется, Мельстринн не могла и не хотела с этим мириться. Рем более, что она привыкла совершенно к другой жизни. При дворе Магриба Мельстринн была солнцем, вокруг которого все вертелось. Брат был занят войнами, и не мешал ей развлекаться, устраивая балы и охоты. Придворные из кожи вон лезли, чтобы заслужить ее одобрительную улыбку или подарок из ее рук. А теперь что? Ромуальда III не зря назвали Сияющим. Он сам любит балы и развлечения. Вот только его венценосной жене места там нет. Она остается в тени.

Прожить так всю свою жизнь? Немыслимо. Избавится от мужа? Не лучший выход. Очередь на трон Глаценции давно уже расписана, и Максимус, на правах Первого министра, коронует кого-нибудь другого. А что будет с ней? Вернут в Магриб, как не нужную вещь? Такого унижения Мельстринн не переживет. Да и брат не одобрит такого поворота. Не лучше ли самой занять трон? Или, хотя бы, создать такую смуту с престолонаследием, чтобы брат смог воспользоваться ситуацией и вернуть земли, утраченные в войне с Ромуальдом II.

Это был бы идеальный выход из ситуации. Тогда, даже если не получится захватить трон и придется возвращаться в Магриб, это произойдет уже на совсем других условиях. Она приедет не как брошенная вещь, а как победительница. И снова сможет вести привычный образ жизни. Жаль, конечно, что у нее не получилось обзавестись ребенком. Тогда занять трон Глаценции было бы проще. Но… Они с мужем на дух друг друга не выносили. Какие уж тут дети? Мельстринн не привыкла отказывать себе ни в чем. А потому приступила к разработке плана по избавлению от мужа.

Нет, его не стоило убивать. Его нужно было сделать недееспособным. Причем так, чтобы врачи не давали однозначных прогнозов. Дескать, король вполне может выздороветь. При таких условиях никто не будет торопиться с коронацией другого правителя, а Мельстринн сможет стать полновластной хозяйкой во дворце. Да, Максимус будет мешаться, но для него уже готовится яд. И для него, и еще для нескольких человек, имеющих слишком большое влияние. Сначала следовало избавиться от них, а затем уже решать вопрос с королем кардинальным образом. Возможно, Мельстринн удастся повернуть дело так, чтобы ее признали полноправной правительницей. В сложные времена не разбрасываются имеющимися возможностями. Нужно только создать эти самые сложности. И проинформировать, что именно ты сможешь их решить.

Разумеется, Мельстринн не собиралась ограничиваться только ядом. Это глупо. И абсолютно недостаточно, чтобы отвлечь внимание от ее действий. Нет, здесь требуется нечто иное, более масштабное. И идеальным выходом было бы военное столкновение. Но вот с кем? Толкать брата на подобную авантюру глупо. Да он и не согласится. Слишком хорошо понимает, чем может дело закончится. Привлекать третью сторону? Вообще не вариант. Тот, кто победит, получит все. А в роли получающего Мельстринн видела только себя. Что из этого следует? Нужно было найти тех, кто не сможет воспользоваться плодами победы. Наемников, причем желательно издалека. И тут-то ее величество вспомнила об архивах королевской семьи Магриба.

Существовала легенда, что первый представитель их династии пришел из иного мира. Случайно. Он сумел завоевать трон, подчинить себе немаленькую страну и остался в памяти людей как жестокий, но удачливый правитель. К сожалению, у него так больше и не получилось снова открыть портал. Но у королевской семьи было достаточно времени и денег, чтобы разобраться с этой проблемой.

Сначала можно было только смотреть. Причем вне зависимости от того, где открывался портал, он выходил в одно и тоже место и время. Небольшая деревенька жила своей жизнью и могла дать не слишком много сведений об окружающем мире. Да и чего ждать от третьего сословия? К счастью, деревню периодически навещал староста, сборщики налогов, а иногда и дезертировавшие из армии солдаты. Постепенно, за годы наблюдения, у магов сложилось хоть какое-то представление о чужом мире.

Первое, что поразило наблюдателей — отсутствие магии. Абсолютное. Сигналы, которые изредка ощущались, были столь слабыми и ничтожными, что их не стоило принимать во внимание. Более того, магия была запрещена и местные жители относились весьма агрессивно к тем, у кого подозревали магические способности. Открытие было ошеломляющим и многообещающим.

Вторым, что немало удивило, стало царящее единобожие. Довольно агрессивное и нетерпимое. Существовали даже люди, которые занимались тем, что выискивали и истребляли разного рода «ересь». Однако, к счастью, не все были упертыми фанатиками. Кое-кого деньги интересовали гораздо больше, чем вера, которая служила лишь прикрытием для их деятельности. С ними определенно можно было иметь дело. А что? Неплохой вариант. Эти наемники сделают свое дело и, будучи отправлены в собственный мир, никому ничего лишнего не расскажут. И не смогут претендовать на то, чтобы занять место рядом с королевой.

К тому же, эти рыцари (как они сами себя называли) были достаточно богаты, чтобы польститься на нечто большее, чем деньги. Тем более, что денег у ее величества было не слишком много. Едва-едва хватало, чтобы вести привычный ей образ жизни. Гораздо охотнее она расплатится с этими рыцарями артефактами. И зельями. Да, в их мире магию откровенно не любят. Но рыцари же не такие дураки, чтобы делиться с посторонними появившимися у них возможностями? У них и так немало тайн. Так что одной больше, одной меньше — значения не имеет.

Что можно предложить рыцарям? Выбор богатый. Кого не соблазнит долгая жизнь, возможность влиять на мысли и поступки людей, предвидеть будущее, внушать любовь и становиться неуязвимым для стрел? В их собственном мире подобного не купишь ни за какие деньги. Так почему бы на этом не сыграть? Единственное, что по-настоящему беспокоило Мельстринн — это вопрос, есть ли хоть капля магии в самих рыцарях. Это следовало выяснить. Потому что артефакты, конечно, может активизировать любой человек. И зелья действуют абсолютно на всех. А вот заключить магический контракт может только тот, в ком есть магия. И из этого правила исключений не бывает.

Обычный день, не предвещавший ничего особенного, ознаменовался выдающимся событием. Ко мне пожаловал архимаг ее величества Мельстринн. Да, да. Вот прямо сам, собственной персоной взял и пожаловал. Видимо, не терпелось выяснить, как готовится яд и правильно ли идет процесс. Ну-ну, пусть смотрит. Имперский глава Теней мне давно уже намекнул, что этот архимаг в зельях разбирается слабо. Иначе ему бы в голову не пришло доверить варить столь сложный яд бакалавру.

Надо сказать, я была абсолютно согласна с этим заявлением. Без помощи блондина мне было бы не справиться. Особенно в части подпитки яда магией. Впрочем, архимаг знал зелья достаточно, чтобы понимать, что прерывать процесс изготовления нельзя. И что я при всем желании не смогу прийти к нему с горшком яда подмышкой. Хорошо хоть этот тип догадался заранее уведомить меня о своем визите. Не из-за какой бы то ни было вежливости, нет конечно. За ради того, чтобы я успела должным образом подготовиться и встретить архимага полагающимся образом, выказав свое почтение, восхищение, и тому подобные эмоции.

Поклониться, конечно, не трудно. Голова не отвалится. Противно просто, что тебя считают пылью под сапогами. Высокомерно-брезгливое выражение на физиономии архимага лично у меня вызывало дикое желание использовать булыжник, как орудии пролетариата. Впрочем, моей родной стране 20 лет хватило, чтобы в ней появилась «золотая молодежь», искренне считающая быдлом всех, кто не ездит на крутых тачках и не покупает шмотки в супермодных бутиках. В данном мире у первого сословия было больше времени и возможностей, чтобы преисполнится брезгливости к тем, кто ниже по статусу.

Разумеется, о грядущем визите архимага я оповестила Имперского главу Теней. Мало ли. В конце концов, гоняться за шпионами и заговорщиками — это его прямая обязанность. А я под раздачу попала совершенно случайно. И расхлебывать проблему одна не собираюсь.

Кстати, я, наконец, выяснила, почему клан Теней получил такое интересное название. Мне-то казалось, что дело как раз в слежке за разными подозрительными личностями. Типа, следуют за противником, как тень. Однако все оказалось гораздо проще. Дело было в особенностях маскировки. Причем результат довольно сильно отличался от обычных магических возможностей. Человек реально как будто сливался с тенями, и его нельзя было обнаружить. Ни с помощью животных, ни с помощью артефактов.

Полезное умение я вам скажу! Я-то, в качестве очередного подарка Нартару изобретала нечто типа маскировочного костюма «Леший». А поскольку имела о нем весьма поверхностное представление (по книгам и фильмам), работа предстояла долгая и кропотливая.

— Ну, что, поделишься со мной какими-нибудь выводами? — поинтересовалась я у Имперского главы Теней. Не то, чтобы я рассчитывала получить правдивый ответ на свой вопрос, но мало ли. К моему удивлению, частью информации блондин все-таки поделился.

— На архимага было оказано влияние. Он, конечно, и сам влез бы в авантюру, но кто-то снизил его способность к объективному восприятию реальности.

— На архимагов тоже можно влиять? — удивилась я.

— На некоторых, — вздохнул блондин. — У тебя, кстати, есть какой-нибудь прогресс с противоядием? — неожиданно поменял он тему.

— Если только кое-какой, — самокритично призналась я. — Умереть человек не умрет, но возможные последствия типа слепоты или потери возможности двигаться вполне могут остаться. Так что работаем. Было бы проще, если бы мне предоставили какую-нибудь дополнительную информацию. Меня, например, интересует вопрос взаимодействия вот этих компонентов, — я сунула список под нос блондину. — Достать я их не могу, и информации по ним в доступных мне книгах нет. Я даже названий их не знаю, и могу судить о их эффективности только по косвенным списаниям.

— Откуда ты вообще знаешь о их существовании? — возмутился Имперский глава Теней.

— Некоторые архимаги оставили довольно любопытные мемуары. Я не знаю, как компоненты правильно называются, но по описываемым результатам вполне могу предположить их свойства. Пока я определила примерно 300 неизвестных мне компонентов. Здесь — список тех, которые могут помочь мне в создании противоядия.

— А могут и не помочь?

— Могут. Потому что я имею чисто умозрительное представление о совместимости необходимых мне ингредиентов. Я вычислила примерные параметры, но не факт, что все получится именно так, как мне представляется.

— Тебе придется заключить магический контракт, чтобы получить доступ к интересующим тебя книгам.

— Еще один? — возмутилась я. — У меня скоро будет целая коллекция бумажек. Я ведь уже гарантировала, что буду хранить тайну и не буду распространяться о наших разговорах.

— Магические контракты бывают разные. Ты подписываешь простейшие. Их вполне хватает для обеспечения верности нанятого персонала и сохранения тайны изготовления тех или иных предметов. Для того, чтобы получить доступ к секретной информации, существует более сложный магический контракт.

— И ты предлагаешь мне его подписать?

— Более того. Я предлагаю тебе работать на Теней. Подумай над этим. Ты получишь доступ к секретной информации, постоянно будешь обеспечена заказами, и мы никогда не мелочимся с оплатой, — искушающе улыбнулся блондин.

— А нежитью при этом обязательно становиться? — нервно поинтересовалась я.

— В твоем случае не только необязательно, но и не нужно. Ты будешь продолжать вести привычный тебе образ жизни. У тебя всего лишь сменится заказчик.

Всего лишь! Ага! Я что, похожа на полную идиотку? Если уж Тени втянут меня в свои тайны, я никогда оттуда не выпутаюсь. Обратного хода не будет. Увольнение из таких организаций не предусмотрено. Ну, если только вместе со смертью. Так что мне нужно очень и очень хорошо подумать.

— А нужные мне ингредиенты для противоядия вы не сможете поставить, пока я контракт не заключу? — уточнила я.

— Нет, в данном случае, в наших интересах пойти тебе навстречу. Но что-то большее ты сможешь получить только после контракта. Дополнительные знания, деньги, возможности…

— И очень, очень опасную жизнь, — дополнила блондина я. — Ладно, я поняла. Но давать ответ пока не буду. Это просто бессмысленно, пока не решен вопрос с ядом и с тем, что замышляет ее величество. Я просто могу не пережить дворцовых интриг.

— Тогда тебе тем более пригодится заступничество Теней.

— Посмотрим…

Влезать в сомнительную авантюру не следовало. Определенно. Нужно было дождаться хотя бы оруженосца. Без знакомой спины впереди было как-то не слишком уютно. Но разве Филипп мог упустить представившийся шанс? Его маршал сумел договориться чуть ли не с дьяволом. И рыцарей ждали деньги, власть и бессмертие.

Да, единственное место, которого достойны проклятые колдуны — это костер. Не зря же инквизиция так активно занималась наказанием и предотвращением ересей! Однако обещания колдунов были слишком заманчивыми.

Тамплиеры умели зарабатывать деньги. Сейчас их орден был богаче, чем многие короли и обладал широкими церковными и юридическими привилегиями. Однако денег не бывает слишком много. И, к сожалению, существуют вещи, которые никак нельзя купить за золото. Не зря же Великий магистр поддерживал алхимиков! Они обещали создать философский камень, который не только превращает металлы в золото, но и дает бессмертие.

Однако пока обещания так и остаются обещаниями. Алхимики сотворили много чего полезного, но, со времен Альберта Великого, философский камень так никому создать и не удалось. Немудрено, что тамплиеры клюнули на обещания колдуна. Тот не разменивался на различные фокусы, и показал то, что вполне можно было бы назвать чудом. Можно было бы, если бы крест не нагревался при одном только приближении этого типа. Магические артефакты, которые рыцарям подарили для ознакомления, действительно могли защитить от стрелы. А зелья, пусть и не слишком приятные на вкус, практически моментально излечивали любые болезни.

Неприятно было то, что если б не крест, обнаружить колдуна не представлялось никакой возможности. Он словно исчезал, не оставляя следов. Да и появлялся совершенно неожиданно, причем всегда только в одном месте — недалеко от маленькой деревушки, затерянной в лесах. Маршал ордена внимательно исследовал эту территорию, но ничего особенного не нашел. Ни пентаграмм, ни запаха серы, ни даже каких-либо следов.

Возможно, если привлечь священника, тот и смог бы определить источник нечистой силы. Однако тамплиеры не желали делиться своим открытием. О существовании колдуна знал небольшой отряд, оказавшийся рядом с маршалом в нужный момент в нужном месте, и сам Великий магистр. С них всех взяли особую клятву. И теперь Филипп, даже если бы захотел, не мог открыть рта.

Колдовство, запирающее болтливые рты, было очень эффективным. Оно даже не позволяло задавать лишние вопросы. А Филиппу было интересно, каким образом их отряд переносится с места на место. И куда именно они попадают после перемещения. Местность была абсолютно не знакомой. Другие деревья, другая погода и очень, очень странное население. Существа, похожие на людей, но явно ими не являющиеся, при приближении к которым начинает нагреваться крест.

Да, нападать на незнакомцев без предварительной разведки не следовало. Но пойманные местные крестьяне, будто сговорившись, несли откровенную чепуху. Называли несуществующие страны, рассказывали о сказочных народностях и совершенно ничего не знали ни о тамплиерах, ни даже о христианстве. Хорошо, что колдун выдал рыцарям специальные амулеты, настроенные так, чтобы понимать речь местного населения. И чтобы население понимало рыцарей. Иначе не удалось бы узнать вообще ничего.

Разумеется, маршал решил напасть на отряд людей, среди которых находились высокопоставленные личности. Уж они-то должны знать больше, чем рядовые крестьяне! Однако сражение оказалось неудачным. У противников было слишком много магических артефактов, и они определенно умели сражаться. Все рыцари получили ранения. Гуго пострадал так тяжело, что не мог двигаться, а Армана вообще пришлось оставить на поле боя.

Маршал приказал отойти. Это было наилучшим выходом. Однако Филипп не успокоился. Он хотел получить ответы на свои вопросы, а потому пристально следил за деревенькой, в которой периодически появлялся колдун. И когда, засияв синеватым цветом, появился проход, рыцарь, не задумываясь, шагнул в него. В крайнем случае, у Филиппа был артефакт, который должен был вернуть его домой. Колдун позаботился о безопасности. И, видимо, не хотел, чтобы тамплиеры попали живыми в руки местных стражей закона.

Разумное решение. Колдун хотел, ни больше ни меньше, избавиться от некоторых высокопоставленных личностей. И, разумеется, ему не нужна была огласка. А мало ли что может произойти в бою? Отстанет рыцарь от основных сил, и не успеет попасть в проход. Тогда, раздавив артефакт, он сможет переместиться домой самостоятельно.

Столь мощная магия поражала воображение и заставляла верить, что для этих людей бессмертие — давно уже решенная проблема. К сожалению, перемещающие артефакты получили только рыцари. Иначе Филипп точно прихватил бы с собой оруженосца. Однако деваться было некуда, и раз уж он ввязался в авантюру, следовало осмотреться. Может быть, рыцарю удастся понять, где находится загадочное место, в которое они перемещаются. И есть ли здесь проклятые ростовщики, которых можно пограбить. Орден тамплиеров и сам давал деньги в рост, но это происходило с благословения и разрешения самого папы!

Возможно так же, что Филиппу удастся услышать нечто весьма интересное. Что-нибудь такое, что поможет тамплиерам при завоевании этих земель. Колдун, который связался с рыцарями, собирался нанять их для одного определенного задания. Но кто выполняет обещания, данные еретикам? Главное, некоторым рыцарям удалось избежать клятвы верности, и Филиппу в том числе. К сожалению, магия могла не только исполнять желания, но и связывать, накладывая неснимаемые путы.

Тамплиеры с большим неудовольствием выяснили, что действительно не могут нарушить свою клятву о неразглашении тайны. Пришлось маршалу уговаривать колдуна, чтобы тот расширил список посвященных на одного Великого магистра. Дескать, именно он принимает самые ответственные решения. И имеет такой статус, который позволяет ему разговаривать на равных даже с королями.

Кажется, именно последнее обстоятельство колдуна и убедило. Однако теперь рыцари стали гораздо осторожнее с клятвами. Всего лишь одно переодевание, и вместо части рыцарей под магическое ограничение попали их оруженосцы. К счастью, колдун, обращавший внимание только на маршала и Великого магистра, подмены не заметил. Остальные рыцари были для него на одно лицо.

Филипп прислушался и невольно придержал коня. Кажется, за ним кто-то следит. Определенно. Шестое чувство его никогда не обманывало. Опасности, вроде бы, не чувствовалось, но само ощущение было неприятным. Да и крест нагрелся. Местная нечисть? Вполне возможно. В данном случае, судя по ощущениям, больше любопытная, чем агрессивная. Проблема только в том, что некоторые люди здесь тоже ощущались как нечисть.

Арман дорого продал свою жизнь, убив врага и приложив крестом белобрысого предводителя отряда противников. Крест оставил ожог, заставив рыцарей отшатнуться от этих тварей, внешне похожих на людей. А ведь в первый момент Филипп решил, что ему почудилось. Что от белобрысого типа, больше похожего на девку, просто не может тянуть Тьмой. Однако к этой непонятной твари опасались приближаться даже лошади. А то, на чем белобрысый передвигался, годилось разве что для всадников Апокалипсиса. А может, и те не рискнули бы сесть на это призрачное чудовище.

Как только первые магические артефакты оказались в руках рыцарей и подверглись проверке, о случившемся было сообщено Великому магистру, и он взял дело под свой особый контроль, повелев докладывать обо всех, даже самых незначительных событиях. А произошедшее сражение точно не отнесешь к незначительным. Столкнувшись с откровенной нечистью, некоторые рыцари были напуганы. Великий магистр внимательно выслушал описание боя. Причем от каждого, кто сражался. Некоторые моменты он требовал повторить два, а то и три раза. А некоторые удары так даже просил продемонстрировать.

Великого магистра интересовало все. Описание природы в той местности, где оказались рыцари, тамошних людей, их оружия, снаряжения и привычек в бою. Особенно его поразил блондин, возглавлявший отряд противника. Великий магистр потребовал самых точных описаний и бормотал что-то про вещий сон.

Такая заинтересованность Великого магистра стала дополнительным стимулом для того, чтобы разведать неизвестную территорию. И послушать, что говорят окружающие. Филиппу и самому было интересно, как устроено местное общество, не только разрешающее магию, но и поощряющее ее. Судя по поведению колдуна, он ощущал себя хозяином положения. И все говорило о том, что в стране вообще правят маги, диктуя остальным свои условия.

Это было настолько не правильно, настолько против божьих законов, что даже не укладывалось в голове. Ох, не зря епископы так усердно боролись с ересью. Не напрасно была создана инквизиция. Нельзя, ни в коем случае нельзя было допустить, чтобы проклятые колдуны набирали такую силу. Держать парочку в подвалах, для исполнения собственных желаний, было бы не плохо. Но давать им власть и возможности? Да ни в коем случае!

Пользуясь своими дьявольскими способностями, колдуны начнут управлять обычными людьми. Подчинят себе королей и сами займут престолы. Подобного никак нельзя допустить. Великий магистр работает над тем, чтобы закрыть колдунам возможность попадания в страну. Благо, существует только одно место, где открывается проход. И его следует запечатать. Разумеется, после того, как от колдуна будет получено все, что тот обещал.

К сожалению, рыцарям тоже придется выполнить свои обязательства. Обещание было дано еще до того, как тамплиеры разобрались в силе магии. И теперь они не могли не сдержать данное слово. Если, конечно, не желали умереть мучительной смертью. Да, им в любом случае придется вмешаться в дела чужой страны.

В общем-то, не было ничего странного в том, что венценосные родственники пытались поделить трон. Просто, обычно эти столкновения проходили не между супругами. Королевы редко оказывались столь умны, чтобы править самостоятельно. А если подобное происходило, их величества находили другие, более надежные способы заполучить власть. Им вовсе не требовалось убивать супруга. Всего лишь несколько продуманных интриг — и весь королевский двор пляшет под их дудку. А коронованный болван становится только прикрытием.

К несчастью, здешняя королева явно не обладала такими способностями. Да вообще никакими не обладала. И именно поэтому тамплиеры не слишком-то хотели участвовать в придуманной ей авантюре. Слишком высока была вероятность провала.

Филипп остановился и развернул коня. Постоянная слежка начала раздражать. Опасности не ощущалось, но чужой взгляд в спину был неприятен.

— Кто здесь? — не выдержал рыцарь.

Кусты абсолютно бесшумно зашевелились, и показалась ведьма. Самая настоящая. Юная, привлекательная, но излучающая опасность. Какая приличная женщина оденет штаны? Или будет ходить с непокрытой головой? Не говоря уж об арбалете, который она уверенно держит в руках.

— Постарайся не промахнуться, Хельга, — раздавшийся голос прозвучал настолько неожиданно, что вздрогнула не только девушка, но и рыцарь.

Буквально в нескольких шагах от Филиппа стоял тот самый блондин, он которого явно несло Тьмой. Нет, сражаться с таким противником в планы рыцаря никак не входило, и он разломил артефакт, почувствовав, как его, вместе с конем, подхватывает сильный вихрь.

Живешь себе, живешь. Никого не трогаешь. И тут обязательно случается какая-нибудь гадость. И самое противное, что избежать ее никак нельзя, поскольку невозможно предсказать. Ну вот сколько раз я отправлялась в лес за ингредиентами? Да не счесть. С тех пор, как был изобретен ездовой сундук, это не представляло никаких проблем. Путешествие за город занимало всего лишь час времени. И единственным неудобством было, что мои сундуки на дух не выносили друг друга. Ревновали к хозяйке. Поэтому приходилось ездовой сундук активировать только непосредственно перед путешествием.

В лесу тоже ничего необычного не было. Все-таки, он расположен недалеко от города, и местные Охотники давно уже истребили в нем всех, даже самых мелких монстров. С прошретами у меня отношения хорошие, а от случайной встречи с хищной зверушкой я застраховалась, прихватив с собой арбалет и оповещающие амулеты. Каково же было мое удивление, когда они сработали, обозначив в качестве опасности человека!

Я напряглась. Неужели бандиты какие-нибудь завелись? Да нет, вряд ли. Мортис свое дело знает. Этого главу хлаеппского клана Охотников, скорее, можно было упрекнуть в излишней бдительности, а уж никак не в бездействии. В таком случае, что происходит? На мирных путешественников артефакты точно реагировать не будут.

Мне стало настолько любопытно, что я активировала амулеты, отвечающие за снижение уровня шума и скрытность, и отправилась оценить, насколько неизвестный человек действительно представляет опасность. И, если появится такая возможность, остановить подозрительного типа. Хотя лучше, конечно, сообщить Мортису. Пусть сам с незваными гостями разбирается.

Сказать, что меня потрясло увиденное — это вообще ничего не сказать. По лесной тропинке двигался конь, на спине которого… восседал тамплиер. Самый настоящий! Белая накидка с характерными красными крестами на груди и спине исключала всякие ошибки. Но откуда он здесь взялся?! В данном мире точно не было ни христианства, ни рыцарских орденов. Может, этот тип, неожиданно для себя, стал попаданцем?

Версия фантастическая, конечно, но почему бы нет. Я-то оказалась вселенцем в чужое тело. А рыцарю могло повезти меньше. Точнее, совсем не повезти. Судя по всему, попаданцев было несколько. И именно с отрядом тамплиеров недавно столкнулись Охотники и Тени. Может быть, этот рыцарь отбился от отряда? В таком случае, он попал по полной программе. Имперский глава Теней от него не отвяжется, пока наизнанку не вывернет.

Теперь понятно, почему Нартар принес домой только часть облачения побежденного рыцаря. И это несмотря на то, что у Охотников, как и у казаков, неукоснительно соблюдалось правило «что сбою взято, то свято». Я еще удивилась, зачем Имперский глава Теней какой-то плащ себе забрал. Что в нем могло быть такого тайного. А на самом деле, следовало удивиться, что Нартару удалось крест стащить с поля боя. И как это за ним Тени не доглядели? Ну, по крайней мере, теперь хотя бы понятно, откуда этот самый крест взялся. А то у меня в мозгах образовался полный сумбур.

Надо же… Похоже, рыцарь почувствовал, что за ним следят. Приостановил коня и подозрительно огляделся. Кстати, довольно молодой и симпатичный тамплиер мне попался. Темненький, с пронзительными синими глазами и волевым подбородком. Небритый, правда, но его это не портило.

— Кто здесь?

Ага, рыцарю надоело оглядываться по сторонам. Ну, что ж. Выйдем, побеседуем. Любопытно же! Разве можно устоять, если подворачивается возможность пообщаться с самым настоящим средневековым тамплиером? Нет, конечно, если бы попаданцем оказался какой-нибудь русский дружинник, было бы еще интереснее. Но на нет и суда нет. Будем иметь дело с тем, что подвернулось под руку.

Рыцарь смотрел на меня неодобрительно. Прямо даже неудобно стало, честное слово. Особенно, судя по взгляду, ему не понравились мои штаны. Да и арбалет тоже… не произвел хорошего впечатления. Тоже мне, шовинист средневековый. Можно подумать, я виновата, что в нынешнее непростое время приличной девушке без арбалета из дому выйти нельзя. Мало ли всяких странных типов по лесу шляется.

Кстати. До меня только что дошло. А откуда у бедного попаданца артефакт-переводчик? Я, конечно, читала, что в некоторых случаях знание языка дается автоматически при пересечении границы миров. Но здесь был явно не тот случай. Во-первых, я опознала язык, на которым говорил рыцарь. Французский сложно перепутать. А во-вторых, я параллельно слышала перевод на местный язык, что было не лишним, поскольку в школе я изучала английский. И по-французски могла понять не больше десятка слов, выуженных из фильмов и книг.

Мда… есть у меня такое впечатление, что передо мной вовсе не несчастный попаданец. И к появлению тамплиеров в данном мире приложил свою руку какой-то архимаг. У тех, кто рангом пониже, вряд ли нашлись бы нужные знания и возможности. Надо бы порасспросить этого рыцаря хорошенько. Однако только я открыла рот, как задать несколько вопросов, как меня перебили. Вот прямо взяли, и нагло перебили. Да что ж этот Имперский глава Теней прицепился-то ко мне, как банный лист? Следил что ли? Или следил за потенциальным порталом, откуда появляются тамплиеры?

Второй вариант реальнее, конечно. Не такая я большая шишка, чтобы за мной следить, даже учитывая готовящийся в моей лаборатории яд. Впрочем, блондин — существо любопытное. Мало того, что он по моей лаборатории шастает, как у себя дома (попробуй, закройся от типа, который умеет перемещаться по теням), так еще и всеми моими экспериментами живо интересуется. Настолько, что даже предложил работать на Теней.

Нет, я не против. Перспективы интересные. Абсолютная свобода — это миф, поэтому нужно выбрать самого адекватную «крышу». Нужно только договориться с Тенями так, чтобы они не привязали меня на совсем уж короткий поводок. Чтобы я по-прежнему могла работать и с гномами, и с орками, и с торговой гильдией. Да, заказы Теней будут первостепенными. Но не хотелось бы, чтобы они оказались единственными. Несмотря на всю свою адекватность, Имперский глава Теней продолжал меня пугать своей сущностью. И особого желания работать с ним не было.

Пугал он, кстати, не только меня. Нартар и дьорл Товис вообще старались не сталкиваться с блондином без особой надобности. Хотя Охотник продолжал, периодически, меня ревновать. Да и тамплиер, увидевший неожиданно появившегося Имперского главу Теней не выглядел особо счастливым. Скорее, напуганным. Причем настолько, что не стал дожидаться от нас никаких действий, и буквально испарился вместе с конем.

Надо же, как интересно. Кто бы мог подумать, что в данном мире есть подобные артефакты, способные перенести человека с конем ажно между мирами. Одно дело стационарный портал. Это сложно, но, учитывая магию, вполне возможно. И совсем другое — портал переносной. Тем более, моментального действия. Когда для того, чтобы его открыть, требуется всего одно движение.

Вопрос только в том, кто может создать нечто подобное. Кроме архимагов никого на ум не приходит. Да, и еще более важно — кто додумался давать такие переносные порталы тамплиерам? И вообще переносить их из мира в мир? Понятно, что местные умники не совсем понимают, с кем они связались, но разведать-то для начала можно?

Тамплиеры долгое время были одной из самых могущественных организаций. Они диктовали свои условия королям и даже папе. Тамплиеры и в мире без магии умудрялись обрастать ценными вещами типа Святого Грааля.

Однако ответов на свои многочисленные вопросы я так и не получила. Имперский глава Теней совершенно не хотел делиться лишней, на его взгляд, информацией. Ну а поскольку я тоже не могла рассказать все, что знаю о тамплиерах и, уж тем более открыть свой источник знаний, то в данном случае нашла коса на камень.

— Отправляйся домой, и сделай вид, что ты ничего здесь не видела, — скомандовал Имперский глава Теней.

— Хотя бы скажи, в прошлый раз вы столкнулись с отрядом таких же странных людей?

— Они показались тебе странными?

— Непонятная одежда, необъяснимое поведение, а главное, чужой язык, которого я никогда не слышала на наших базарах. Конечно, мне показалось это странным! Да еще и принесенный Нартаром артефакт непонятного назначения, который даже одного и того же человека может обжигать с разной степенью интенсивности.

— Разве? — озадачился Имперский глава Теней. — Ты не говорила.

— А разве ты сам… Хотя да, тебя он вообще пытается сжечь, — вспомнила я. — Когда артефакт попал к нам в руки, мы выясняли, как он действует на разных объектах. В том числе и на вурдалаках, и на поднятых покойниках. Так вот. Если при первом прикосновении к артефакту я почувствовала только легкий ожог, то после нескольких поднятых тел жжение стало сильнее.

— Даже Тени до сих пор не поняли принцип действия этого артефакта. Такое ощущение, что это просто деревяшка. Ни одно распознающее средство не видит внутри никаких ингредиентов, — пожаловался блондин.

— Жаль, что наш гость так не вовремя от нас ускользнул, — посетовала я. — Если бы у нас в руках оказался еще хотя бы один подобный артефакт, его можно было бы попытаться разобрать.

— Отправляйся домой, — повторил свой приказ Имперский глава Теней. — Дальше уже наше дело.

Ну, конечно. Типа, проблема не для средних мозгов. Да я бы и не дернулась в нее влезать, если бы пришельцы не оказались тамплиерами. Хотя стоп. А почему я решила, что это именно тамплиеры? Похожи, это да. Но проход мог открыться не в мой мир, а в мир, максимально на мой похожий. Не факт, что там все так, как писали в учебниках истории. И даже если через портал пожаловали настоящие тамплиеры, это не значит, что они похожи на тех рыцарей, которых описывают легенды.

Да, собственно, а что я знаю о настоящих тамплиерах? Помимо нескольких легенд типа Святого Грааля и проклятых королей — ничего конкретного. Я даже не знаю, из какого века пожаловал в наш мир рыцарь, которого я встретила. Судя по наряду, скорее, конец 13 века, чем начало 12. Хотя, конечно, я не самый великий специалист.

Ну и что я могла бы посоветовать Имперскому главе Теней? Даже при самом большом желании? Это не Сталина грузить командирской башенкой на Т-34. Надо подумать. Надо очень хорошо подумать, как легализовать хотя бы те знания, которые у меня есть. Мало мне проблем с королевой, архимагом и их ядом, еще тамплиеров мне не хватало! Может, конечно, они и не фанатики, может, деньги и магические артефакты будут доя них важнее, чем вера, но лучше не рисковать.

Историки во многом друг с другом не соглашаются, но сходятся в том, что орден был богатой и мощной организацией. А это значит, что глупцов в его руководстве не водилось. Можно поспорить, что тамплиеры, попав в чужой мир, воспользуются ситуацией и ограбят его так, как смогут. С их опытом крестовых походов им не привыкать. Вполне вероятно, что часть ордена захочет остаться в данном мире. И если архимаги их вовремя не вытурят, то обретут не мало проблем.

Маги второго сословия слишком унижены и бесправны. И если тамплиеры предложат им шанс вырваться вперед — мало кто устоит. Да, архимаги сильнее. Но их меньше. И бакалавры бывают очень изобретательными. А вооруженные артефактами тамплиеры — это страшная сила. Тем более, если их поддержит население, которое не питает к магам особо теплых чувств. И которому надоело быть бесправным быдлом.

Менять одного хозяина на другого — это шило на мыло. Но крестьяне поймут это потом. Когда выяснят, что тамплиеры дерут такие же налоги, как и маги. И так же воспринимают их быдлом. Да еще и заставляют поклоняться своему богу.

Ситуация очень, очень опасная. Будем надеяться, что Имперский глава Теней это понимает. Они же захватили труп противника на поле боя. Значит, могут его допросить. Наверное. Поскольку в данном мире нет христианства, тела крещеных людей мне поднимать не доводилось. И я не знаю, возможно ли это. Вполне вероятно, что не только крест неадекватно реагирует на местную магию. Скорее всего, несовместимость двух миров еще больше.

— Я тебя просил, чтобы ты пока не ездила в лес одна, — встретил меня Нартар недовольным бурчанием. — Сама знаешь, сейчас в округе не безопасно. Мы так и не могли понять, кто на нас напал. Ни в одной из соседних стран нет такого странного войска.

— Я видела человека в белом плаще с красным знаком на груди и спине, — призналась я. — Но он не успел ничего сделать. Появился Имперский глава Теней. У него, похоже, свой интерес к неожиданным гостям.

— Он тоже их не опознал! А уж этот артефакт, который жжется, не мог не привлечь внимания.

— Как тебе удалось унести его с поля боя? — поинтересовалась я.

— Там было несколько подобных артефактов. Тени заметили не все. А мне стало интересно, что это такое, — признался Нартар. — На первый взгляд, артефакт не производит серьезного впечатления. Да и эффективность у него не высокая.

— Это ты зря. Против вурдалаков он очень хорошо работает, — сообщила я, вспомнив свои опыты. — К сожалению, больше ничего сказать не могу. Имперский глава Теней обложил меня клятвами, как колодец камнями.

— Охотники тоже дали немало клятв, так что я тебя понимаю. И все-таки… постарайся не рисковать лишний раз. Не суйся в лес в одиночестве, — предупредил меня Нартар.

Я вздохнула, но согласилась. Попадаться под горячую руку (не важно, теням или тамплиерам) совершенно не хотелось.

Не успела я рассортировать собранные ингредиенты и приступить к изготовлению очередного зелья, как на пороге нарисовался Бронин. Ну надо же… Давненько гном меня не навещал лично. Несмотря на то, что у меня с бородачами было немало общих проектов, они обижались, что часть изобретений им не доставалась.

А не надо жадничать! Тогда Бронину не пришлось бы бегать за мной, уговаривая продать секрет изготовления стекла, бетона, и много чего еще. Честно говоря, мне казалось, что гномы поняли мою позицию и отстали от меня. Однако решительно настроенный Бронин готов был, похоже, стоять до конца. Ну, что ж. Послушаем, что на сей раз мне предложат. Гномы очень сильный и богатый клан. А главное — они крепкие и надежные производители весьма ценных товаров. Ссориться с ними определенно не хотелось.

— Здравствуй, Бронин. Пришел, в очередной раз, просить продать тебе какие-нибудь секреты?

— Нет. У меня к тебе другое предложение. Мы хотим быть монопольными распространителями твоих бегающих кресел. И готовы предложить тебе очень, очень хорошие деньги. Не услуги, а именно деньги. Мы не собираемся вновь уступать торговой гильдии.

Весна пришла как-то неожиданно. Еще буквально вчера было сыро, серо и холодно, а уже сегодня вылезла первая трава и начало припекать солнце. Город оживился, зашумел торговыми площадями, расцвел яркими нарядами и сбросил зимнюю сонливость. Дьорл Товис тут же начал хлопотать о том, чтобы восстановить наш плавучий ресторан, а Нартар отправился на очередную охоту за ингредиентами. Некоторые весенние травы можно было собирать только раз в году, и стоили они не дешево.

У меня тоже было чем заняться. Народ в цехах приобретал квалификацию, и товары теперь шли потоком. Первая столешница, украшенная мозаичным панно с гербом, уже отправилась в столицу, и, похоже, вызвала там нездоровый ажиотаж. Заказы посыпались, как из рога изобилия. К счастью, мои цеха уже могли работать практически без моего участия. Работники набили руку, а управляющие досконально знали, что, как и когда делать. Я, конечно, периодически контролировала процесс, но это уже не отнимало у меня столько времени. Тем более, что мои цеха были очень строго разделены и хорошо охранялись.

Тролли, которые изначально произвели на меня впечатление отсталого и недалекого народца, в процессе сотрудничества повернулись совсем другой стороной. Да, они медленно соображали и плохо выражали свои мысли, но с верностью и храбростью у них все было в порядке. Идеальная охрана, дословно выполняющая команды и не лезущая туда, куда не следует. Наверное, на поле боя это было не лучшим качеством. Там требуется разумная инициатива и очень быстрая реакция. Но, полагаю, при надлежащем командовании, эта проблема решаема. А мне требовались именно нелюбопытные, ответственные охранники. И платила я им на совесть.

Охранять мои цеха было от кого. Множество как просто любопытствующих, так и производственных шпионов так и норовило проникнуть внутрь. Однако я приложила все усилия, чтобы мои секреты дальше меня не ушли. Попасть в цех, где собирались мозаичные полотна, особого труда не составляло. Более того, подобной деятельностью занялись в городе многие. Здесь нужны были только усидчивость, художественное воображение и хороший вкус.

А вот создание стекла так и оставалось тайной за семью печатями. Производственные цеха располагались отдельно от других, и охранялись не только троллями, но и целой системой артефактов. Попасть внутрь мог только тот, кто давал магическую клятву о неразглашении. Хотя попытки проникнуть в святая святых были, да. Особенно гномы упорствовали. Им было мало того, что я продаю стекло для сбора мозаики или зеркала без магической составляющей. Бородачи хотели знать рецепты изготовления.

Кстати, для продажи своего товара мне пришлось выкупить несколько лавок в торговых рядах. И с гномами, между прочим, как-то договариваться. Их постоянный шпионаж раздражал, конечно, но ссориться из-за этого с бородачами не хотелось. У нас были слишком тесные торговые связи. И слишком уж большую выгоду мы получали от сотрудничества.

С началом весны гномы оживили свой парк развлечений, и я продала им идею колеса обозрения. Капали мне проценты и с их типографии. С моей помощью процесс книгопечатанья изрядно удешевился, что сказалось на качестве и количестве книг. Особенно развлекательных. Эх, было бы у меня побольше времени, я бы все-таки организовала газету с рекламой и объявлениями. Это же такие деньги! Однако распыляться не стоило. Проблем и так было выше крыши.

Все началось с того, что торговая гильдия и гномы намертво схлестнулись за монополию на продажу некоторых моих изобретений. Бегающее по стенам и потолку кресло (которое, вообще-то, изначально задумывалось, как инвалидное), стало особым предметом торга. На меня жестко давили обе стороны, и я решила пойти по пути наименьшего сопротивления. Устроила аукцион.

Собственно, мне было до зеленой лампочки, кто именно будет продавать мои изобретения. Меня интересовал только процент, который я буду с этого получать. И аукцион, кстати, я организовала даже не ради того, чтобы этот процент увеличить (жадность — она никого до добра не доводила), а чтобы ни с кем не ссориться. Оказать торговой гильдии или гномам и стать врагом номер один? Ищите дураков. Нет уж, пусть они между собой грызутся, а я буду не причем. Дескать, кто победил в аукционе, тот и молодец.

К сожалению, была и еще одна сторона, от которой так просто не отделаешься. Имперский глава Теней. Вот уж кого не могла сдержать ни охрана, ни магия. Блондин мог проникнуть куда угодно и оставаться практически незаметным. К счастью, среди местных Теней он был один такой умелец. А процесс производства это такая вещь, которую мало увидеть. В ней разобраться нужно.

К счастью, мои защитные артефакты, пусть и с задержкой, но все-таки срабатывали на блондина. И я его могла вовремя засечь. Он, правда, интересовался не столько тайнами стекла и зеркал, сколько моей лабораторией и производством не-живых вещей. Данный процесс я никому не доверяла и тайной делиться не собиралась. Даже Нартар с дьорлом Товисом помогали мне уже на заключительном этапе. Когда требовалась магическая подзарядка.

С одной стороны, такое положение дел не радовало. Сил и времени на исполнение заказов у меня уходило множество. А с другой — это изобретение было основой основ, на которой держались практически все мои дорогостоящие придумки. И сундуки (простые и ездовые), и подвижные шкатулки, и зубастые кошельки, и приспособления для подводного плавания, и импровизированное кино, и много чего еще. Одно изобретение тянуло за собой другое, и, как я ни старалась не распыляться, ограничиться узкой специализацией не получалось. Тем более, что с моих придумок шел очень большой доход. И несмотря на то, что тех же мужских и женских клубов в городе появилось множество, мои пользовались неизменной популярностью.

Часть идей, к сожалению, все-таки пришлось продать. Ну не потянула бы я организацию собственных строительных фирм, особенно учитывая конкуренцию гномов. Бородачи костьми бы легли, но выдавили бы меня со своего рынка, который приносит им очень неплохой доход. Так что идею строительства с помощью ползучего растения я уступила. За хорошие проценты, конечно. Мой собственный каменный дом в готическом стиле был уже почти достроен, так что гномы сумели оценить и сроки, и качество и выгоду подобного способа строительства.

Рецепт бетона я тоже продала. Без сожаления. Во-первых, гномы могли изучить его и повторить, не такое уж это сложное дело, если знать правильное направление, а во-вторых, само изобретение было не очень качественным. Ну, по сравнению с тем, к чему я стремилась. Вполне вероятно, что гномы смогут усовершенствовать идею, и бетонное покрытие прекратит трескаться. Я, например, так и не поняла, как этого достичь. И никакая магия не помогла.

Нет, мне не пришлось жалеть о своем поступке. Особенно когда глава города Хлаеппо вспомнил, что очень хочет облагородить местность возле своего особняка. А может, и центральную городскую площадь, если мы не будем задирать цен. Да уж. Одна я с подобной работой однозначно не справилась бы. А в связке с гномами получился очень интересный результат.

У меня давно была идея попробовать не просто забетонировать какую-либо площадь, но и сделать ее разноцветной, изобразив какой-нибудь рисунок. Пусть даже самый простенький, типа растительного орнамента. Вот только как это сделать, я не слишком представляла, и помощь гномов очень даже пригодилась.

Для начала площадь очистили от выщербленного булыжника, затем выровняли, потом притащили длинные широкие пластины из самого дешевого железа и выложили ими рисунок, а уж под конец залили бетоном. Каждый отдел — нужным цветом. Единственное неудобство, что площадь была закрыта для проезда почти две недели. Но результат получился выше всяких похвал. Тем более, когда стыки между разноцветными бетонными полями были аккуратно заделаны какой-то вязкой желтой смесью гномьего производства.

На торжественное открытие новой площади пожаловала даже королева. И, судя по выражению ее лица, гномьему клану придется трудиться в поте лица. Причем не только на территории Хлаеппо, но и в столице. Понты дороже денег. И благородные господа просто не могут позволить себе не иметь модную в этом сезоне вещь.

К сожалению, аукцион на монопольную продажу моих изобретений я могла провести только между гномами и торговой гильдией. С Имперским главой Теней такой номер по определению не мог пройти. Он считал себя выше всяких условностей и продолжал сманивать меня работать на его контору. Предложение было не самым плохим, чего уж душой кривить. Однако связываться с Тенями не хотелось. Не нравились они мне! Слишком уж наплевательское отношение к опасности и чересчур большая любовь к сомнительным экспериментам. Но самое главное — подобная организация не предусматривала выхода из нее. А это мне совсем уж не нравилось.

Да, Имперский глава Теней был вполне адекватным человеком (если его вообще можно было назвать человеком), но он не вечен. И он не хозяин, он всего лишь назначенный глава. Не понравится его деятельность вышестоящему начальству — и до свидания. А смогу ли я найти общий язык с другим главой — это большой вопрос. И не попаду ли я из огня во полымя — тоже.

— Скажи, а для того, чтобы сотрудничать с Тенями, мне обязательно заключать договор с вашим кланом? — поинтересовалась я у блондина.

— Глупый вопрос. А иначе кто же тебе доверит наши тайны? Даже под магическую клятву о неразглашении?

— Просто у меня появилась более рациональная идея. Я могла бы работать на тебя лично. И, если вдруг с тобой что-нибудь случится, Тени не будут иметь на меня никаких прав.

— Почему ты так боишься Теней? — удивился блондин. — Ведь не только ты будешь давать клятву нашему клану, но и клан тебе.

— Не считай меня идиоткой. Наверняка, Тени уже давно придумали, как избавляться от некоторых клятв. Особенно если эти клятвы вступают в противоречия с интересами клана. Я не хочу оказаться в безвыходном положении. Если ситуация припрет, в крайнем случае, я хотя бы попытаюсь сбежать. А привязывающая клятва никак не позволит мне это сделать.

— Считаешь, что если ты заключишь договор лично со мной, тебе будет проще?

— В какой-то степени, — вздохнула я.

— Но ведь ты все равно будешь выполнять заказы моего клана!

— Да, но на тех условиях, на которых мы с тобой договоримся, — заметила я. — Что-то у меня нет уверенности, что другой Имперский глава Теней будет ко мне прислушиваться. Ты бы тоже вряд ли стал это делать, если бы не сложившиеся обстоятельства.

— Пожалуй, — согласился блондин.

Хм… Да глупо возражать очевидному! Все-таки, Имперский глава Теней, несмотря на всю свою лояльность и демократичность, принадлежал к первому сословию. И имел соответствующих тараканов в голове. Красивых и эксклюзивных. Мне просто повезло, что ему пришлось вникнуть в то, что я делаю. Иначе Имперский глава Теней никогда бы не воспринял меня всерьез.

Ну, и изобретения мои, конечно, сыграли не последнюю роль. Жаль, что я не увижу выражения лица почтенного главы рода, когда ему привезут инкрустированную мозаикой столешницу и бегающий по стенам стул.

Впрочем, реакцию на последнее изобретение предсказать не сложно. Все испытатели были в диком восторге, опробовав занятное приспособление. Извращенцы! Меня тошнило от одного взгляда на то, как стул бегал по всем доступным поверхностям. Дело дошло до того, что даже Нартар, изобразив взгляд кота из «Шрека», попросил для себя подобный девайс. А серьезный человек вроде бы!

Не меньшей популярностью пользовался и мой протез для руки. С ногой, к сожалению, пока ничего не получалось, а вот стальная длань нашла своих почитателей. Я, кстати, даже не представляла, что искусственная конечность потребуется такому большому количеству людей. Ну, да. Мечи — это вам не игрушка. Шпаги тоже, кстати. Тем более, что на дуэлях порой противники хотели не столько убить друг друга, сколько покалечить. Смерть — это слишком быстро и неинтересно. А вот оставить врага всю жизнь мучаться собственным увечьем — это совсем другое дело.

Приготовление яда тоже вышло на финишную прямую. Архимаг появлялся пару раз, чтобы проверить процесс, и становился все довольнее и довольнее. Как вы понимаете, я его радости разделить не могла. Мне совершенно не хотелось участвовать в смертельных авантюрах и дворцовых переворотах. Это занятие и без того никогда не являлось безопасным, а с учетом явления тамплиеров вообще превращалось в нечто сумасшедшее.

Поскольку я все-таки заключила контракт с Имперским главой Теней, со мной поделились некоторыми сведениями. Например, о существовании иных миров. Пришлось делать круглые глаза и искренне удивляться. Оказалось, что попыток открыть портал было несколько. И пару человек, занимавшихся этим незаконным делом, даже поймали. Вот только узнать у них ничего не смогли, поскольку сработала магическая закладка на самоуничтожение.

Поначалу Тени были уверены, что портал открывается в иную страну. К любителям поживы на чужих берегах. Для обычной бандитской шайки подобные знания и умения были маловероятны, а потому ожидалось вражеское войско. И главный вопрос был в том, кто это самое войско пошлет. Пойманный тамплиер мало помог в раскрытии этого вопроса. Он был мелкой сошкой, знавшей только то, что ему хорошо заплатят, если он будет воевать на правильной стороне. Рыцарь даже не знал о существовании иных миров, а потому совершенно не понимал, где он оказался. Да он даже о своем собственном мире мало что мог рассказать. Тени получили самое общее представление об ордене тамплиеров, о довольно агрессивной вере в единого бога и о положении первого сословия в ряде стран.

Поскольку орден был многочисленным и хорошо вооруженным, он представлял очевидную опасность даже без магии. А королева, наверняка, выдаст наемникам артефакты. Хотя бы защитные. А то и боевого архимага к ним приставит, и тогда дело будет совсем плохо. Войско Глаценции не участвовало в битвах со времен Ромуальда II. То есть более 15 лет. А тамплиеры воевали постоянно, пусть и не всегда успешно.

Кстати, Имперский глава Теней сделал открытие, на которое я не обратила внимание. Найденный на поле боя крест постепенно снизил интенсивность жжения. Любопытно. Похоже, в данном случае, действовало нечто типа заряда у батарейки. При переносе в иной мир крест «работать» не перестал, но «зарядка» постепенно села.

Еще одним открытием, но уже моим личным, было определение времени, из которого к нам прибыли тамплиеры. Пленный рыцарь, помимо всего прочего, поведал историю о своем благородном роде. Его героический дедушка был направлен начальством на руководящий пост сначала в тевтонский, а после в ливонский орден. И все было бы хорошо, если бы злобные северные варвары не заманили бы его обманом под лед своего озера.

Исторические ассоциации возникли у меня сразу же. Кто у нас был нетолерантный деспот, утопивший демократические силы тогдашней Европы в Чудском озере? Александр Невский в 1240 году. На тот момент папеньке попавшего к нам в плен рыцаря было всего лет пять. Он, разумеется, затаил злобу на далеких врагов, и мстил им с таким размахом, что собственным потомством обзавелся глубоко после пятидесяти. Ну а поскольку попавшему к нам в плен тамплиеру, на первый взгляд, было чуть больше двадцати, путем несложных математических подсчетов получаем примерно 1310-е годы.

Что происходило в это время в моем родном мире? Если б помнить. Обычно везучий попаданец проваливается именно в тот исторический период, о котором имеет хоть какое-то представление. А все, что я знала о начале 14 века, так это то, что по версии официальной истории на Руси сейчас постоянно меняются князья, а в Европе уже почти сто лет существует инквизиция. Как вы понимаете, ни то, ни другое меня не вдохновило.

Не буду кривить душой. О том, чтобы сбежать от свалившихся на меня проблем, я размышляла постоянно. С тех самых пор, как мне поручили варить яд, я только и думала о том, как спасти собственную шкуру. И побег казался мне вполне адекватным решением. Да, конечно, будет жаль бросать «все, что нажито непосильным трудом», но жизнь по-любому дороже.

Изначально я планировала просто переместиться куда-нибудь подальше. Для этого, собственно, и работала над своей летучей колымагой. Однако с тех пор, как я увидела тамплиера, я осознала, что существует возможность переместиться не только в иную страну, но и в иной мир. Вот только перспективы что в том, что в другом случае меня не радовали.

После недолгих раздумий я поняла, что переезжать в мир начала 14 века мне однозначно не хочется. Куда я там приткнусь со своей магией и принадлежностью к женскому полу? Перемещаться в другую страну тоже было не лучшим выходом. Там точно так же правит первое сословие, а мой диплом бакалавра могут и не признать. И чем я стану на жизнь зарабатывать? А я ведь еще хочу и Нартара с собой утащить. Да и дьорла Товиса тоже.

Нет, если ситуация припрет, я по-любому сбегу. Деваться некуда. Но поскольку никаких радужных перспектив не вырисовывается, делать я это буду только в очень и очень крайнем случае. Если речь действительно пойдет о сохранении жизни. В конце концов, Имперский глава Теней уже оценил мою полезность. Не то чтобы я сильно на это рассчитывала, но, как ни говори, пусть будет лишний плюс.

Можно, конечно, в случае положительного исхода нашего мероприятия по спасению Ромуальда III Сияющего, пообещать блондину продать какую-нибудь денежную идею. Тени — это, конечно, не гномы, но выгоду тоже неплохо чуют. Разумеется, если я попаду в беду, специально меня спасать никто из Теней не потащится, но, хотя бы, пусть не отворачиваются, если могут помочь.

Блин, как же меня бесит собственная незащищенность! Ну кто просил королеву Мельстринн приезжать именно в Хлаеппо? И выбирать именно меня для исполнения своих политических целей? Имперский глава Теней меня тоже не радовал. С тех пор, как мы заключили договор, на меня посыпался целый дождь специализированных и довольно сложных заказов. Я даже перестала изготавливать на продажу зелья и артефакты, мне просто некогда было этим заниматься. Все свободное время сжирали заказы гномов, торговой гильдии и Теней. В последнем случае, правда, был хотя бы один плюс — меня допустили до закрытой библиотеки.

Я узнала столько нового и интересного! Рецепты зелий и артефактов, предназначенные для первого сословия, секретные разработки и закрытые эксперименты, сложные формулы и (наконец-то) хотя бы простейшая ритуалистика.

Клятвами меня, правда, обложили, как волка красными флажками. Шаг в сторону — попытка к бегству, прыжок — стремление улететь. Имперский глава Теней старался дозировать информацию, но сравнительный анализ позволял двигаться в нужном направлении без дополнительных подсказок.

Взять ту же самую ритуалистику. Достаточно нескольких звездчатых многоугольников и рун, чтобы понять принцип действия. Кстати, ритуалы довольно сильно экономят магическую энергию, а правильно нарисованные контуры способны подпитываться самостоятельно. Ну а руны… Главное было — не проявлять к ним особого интереса, чтобы не вызвать у Имперского главы Теней лишних подозрений. А собрать алфавит из разных источников оказалось не так уж сложно.

Проблема была в другом. Во-первых, то, чем пользовались местные маги, я только условно могу назвать рунами. Это просто ближайшее по смыслу значение. На самом деле «тайное письмо» напоминало нечто среднее между огамическим письмом и нотной грамотой. И я не была уверена в правильном начертании нужных знаков. Во-вторых, я подозревала, что у каждой «руны» существует несколько значений, в зависимости от ее расположения в тексте и на звездчатом многоугольнике. В-третьих, сами эти многоугольники были настолько разными, что пока их никак не получалось классифицировать. Слишком мало было исходных данных.

Собственно, Имперский глава Теней хотел от меня решения вполне конкретной задачи — как можно закрыть межмировые порталы. Для этого он мне и книги по ритуалистике приволок. Однако я сразу сказала, что задача слишком глобальная. И что имея куцые знания, решить ее невозможно. И потом… Если у Теней есть необходимая литература, почему они до сих пор не решили данную проблему? Ах, слишком сложно. А чего они хотят от обычного бакалавра? Неординарности решений? Да ладно, лесть еще никого до добра не доводила. Одно дело — придумать ездовой сундук или бегающее по потолку кресло, и совсем другое — накрыть страну мощным антипортальным куполом. Да еще таким, чтоб его из иного мира пробить нельзя было.

Нет, если бы получить хотя бы элементарные знания по данному предмету… ну хотя бы выяснить, как королева справляется с открытием порталов… тогда да. Можно и закрыть их раз и навсегда. А наобум какой смысл действовать? Если даже королевская династия Магриба, имея необходимые знания и деньги, больше двух столетий решала поставленную задачу, то сколько придется упираться без малейших исходных данных?

Единственное, что можно сделать — это охранять места, где можно открыть портал. Поставить туда сигналки, и ждать. Поскольку производится это действие только с помощью ритуала, а для ритуала нужно подходящее место и время, сильно распыляться не придется. В прошлый раз мага, пытавшегося открыть портал, взяли на кладбище. В этот раз враги дважды появлялись из ближайшего леса.

— Там была поляна, где прошреты поклонялись своим богам и приносили жертвы, — вспомнил Имперский глава Теней.

— И давно прошретов оттуда выгнали?

— Официально — лет пять назад. Но я не уверен, что прошреты перестали посещать свое капище. С тех пор, как с ними было заключено мирное соглашение, они стараются не лезть на рожон. Никто не запрещал им вернуться в свои леса, при условии, что они перестанут совершать набеги и грабить крестьян.

— А капище не было разрушено? — уточнила я.

— Конечно нет! — вскинулся Имперский глава Теней. — Кто, в здравом уме, будет ссориться с чужими богами?

Кто, кто… Да кто угодно. В моем родном мире нет такой страны, которая не уничтожала бы чужие религии. Да и своих собственных богов многие меняли не раз и не два. Тот же князь Владимир, например, предав веру своих предков, стал равноапостольным. Странно, что не канонизировали Кортеса, который нес свет истинной веры отсталым индейцам-язычникам. А уж множество конфессий, понимающих священные тексты так, как им удобно, и вспоминать не стоит.

Да. Вряд ли Имперскому главе Теней удастся договориться с тамплиерами. Даже если он действительно захочет это сделать. Скорее, мне странно, что ее величеству Мельстринн удалось найти с рыцарями общий язык. Артефакты и даже долгая жизнь — это, конечно, хорошо. Но для этих людей вера может оказаться важнее. И забота о душе первостепеннее, чем забота о теле. Вполне вероятно, если тамплиерам покажется, что от них требуют нечто такое, что противоречит их моральным убеждениям, они предпочтут умереть, чем выполнить приказ. Вряд ли среди них найдется много людей, согласных рискнуть своей бессмертной душой.

— Мне интересно, а почему маг открыл портал именно сейчас? Ведь на мой взгляд, наемникам еще рано появляться на сцене. Их черед придет, когда король будет отравлен. И воевать они должны не здесь, а в столице. Причем против тех, на кого укажет королева, — недоумевала я.

— Скорее всего, это было пробное открытие, — предположил Имперский глава Теней. — И, кстати, оно выявило довольно много слабых мест в плане ее величества.

— По-моему, там вообще одни слабые места, — фыркнула я. — Как она собирается подсунуть яд королю? Не верю, чтобы рядом с венценосной особой не было никого, кто проверяет его пищу.

— Это как раз не самая большая проблема, — возразил блондин. — Магия может определить далеко не всё, а яд, который ты готовишь, очень особенный. Гораздо больше мне интересно, как ее величество планирует избавиться от сподвижников своего супруга. Это практически весь королевский Совет, включая Первого министра.

— И все они любят короля? — не поверила я.

— Королеву они не любят еще больше. И встанут спина к спине, чтобы не допустить ее на престол. Если бы у королевской четы был ребенок, ее величество имела бы хоть какие-то шансы. А так…

— Значит, она собирается уничтожить весь Совет, — пожала плечами я.

— И каким образом она сможет это сделать?

— Дождаться, когда все соберутся в одном месте и напасть. Полагаю, члены Совета периодически встречаются, чтобы обсудить важные для государства вопросы?

— Как минимум раз в неделю, — согласился, помрачнев, Имперский глава Теней. — А периодически Совет собирается в расширенном составе, и к нему присоединяются все тринадцать архимагов.

— Мы знаем точно, что как минимум один из них на стороне королевы, — заметила я. — Так что не будет никакой сложности выяснить, когда состоится ближайший сбор. А то и назначить его в нужное время, изобретя благовидный предлог. Напоминаю, что яду осталось готовиться всего месяц. Вам придется постараться, чтобы избежать войны за престол.

— Сказала бы мне лучше что-нибудь хорошее, — вздохнул блондин.

— Я сумела приготовить противоядие.

Первому министру не спалось. А как можно заснуть, когда твоя страна находиться в столь печальном состоянии? Казна истощена постоянными празднествами, в королевской семье царит разлад, а прямого наследника на престол так и не появилось. В случае смерти короля, это означало длительную смуту между высокопоставленными родами. И хорошо, если не войну.

Последний раз трон остался без прямого наследника почти триста лет назад. И, в результате разразившейся междоусобной войны, страна чуть не развалилась окончательно. Тогда Глаценции повезло. Нашелся Хровар. Он не только победил в войне, но и сумел подавить многочисленные мятежи высокородных дворян. А сколько времени потребовалось ему, чтобы привести страну в порядок? Чуть не с нуля пришлось восстанавливать армию, заключать новые договора с орками, троллями и гномами (последние вообще не хотели возвращаться в очаг напряженности), договариваться с представителями гильдий и даже, по их требованию, навести порядок в денежной системе.

Именно тогда появился Хроварский золотой, которым до сих пор предпочитают рассчитываться многие торговцы. К сожалению, сильные правители появляются не так часто, как хотелось бы. Один из потомков Хровара снова упустил ситуацию из рук. И второе сословие не преминуло этим воспользоваться. Они выбили себе и дополнительные права, и, что гораздо более важно, магическую школу. Высокое умение, доступное раньше лишь избранным, теперь перестало цениться столь высоко.

Конечно, второе сословие не получило всех знаний. Да даже половины не получило. Несмотря на договоренности, некоторые тайны так и остались тайнами. Но сам факт доступа недостойных к магии раздражал многих высокорожденных. И только сейчас, по прошествии многих лет, стало понятно, что данный шаг был неизбежен. Представителей второго сословия стало слишком много. И страна от них во многом зависела.

Что получил король Валсы, уперевшись в свои привилегии и попытавшийся подавить бунт силой? Его страны больше не существует. Добрые соседи, воспользовавшись внутренней сумятицей, отхватили себе земель столько, сколько смогли. Глаценция, например, приросла несколькими городами на побережье.

Да, представители первого сословия до сих пор фыркают на выскочек, получивших диплом бакалавра. И за последних сто лет только двоим удалось защитить звание магистра. Да и то это были бастарды знатных семей. Однако Первый министр, как ему и положено по должности, видел несколько дальше. И больше. Второе сословие, получившее доступ к магии, стало богатеть. А это значит, налогов в казну тоже стало поступать больше. К тому же, появились новые товары, которыми торговала только Глаценция.

Бакалавры, вынужденные отрабатывать долг перед школой, изворачивались, чтобы выжить. И порой, изобретали очень интересные вещи с магической составляющей. Жаль. Очень жаль, что представители первого сословия не способны посмотреть на происходящее без предубеждения. Да о чем говорить? Разве сам Максимус не был точно таким же? Разве он не считал, что магия должна быть доступна только избранным?

Посвящение в Тени несколько сбило с него спесь. Казалось бы, кто как не королевский сын достоин стать главой этой организации? Однако у магии было свое мнение. Максимус не прошел ритуал. А попытка венценосного отца вмешаться в происходящее привела к непоправимым последствиям.

Когда Максимус понял, что перестал стареть? Лет через десять? Нет, тогда он все еще думал, что просто хорошо выглядит из-за того, что не прожигает жизнь, как его брат. Однако когда морщины с сединой начали появляться у племянников, Первый министр заподозрил неладное. И обратился к архимагам.

Найти среди них лекаря оказалось не так просто. Даже те, кто изначально специализировался на излечении людей, постепенно переквалифицировались в боевые маги. Из тринадцати человек Совета даже толковых алхимиков было всего двое. И после долгих исследований, архимаги только подтвердили то, о чем он и сам догадывался. Максимус перестал стареть. Причем из-за чего это произошло и сколько продлиться, не мог сказать никто. Так что пришлось обращаться к Теням. В конце концов, это был их ритуал. И наверняка, в библиотеке, о нем хранилось немало сведений.

К сожалению, последствия неудачно проявившегося ритуала проявились не только в остановившемся процессе старения. При вступлении в клан Теней давалась клятва. И одним из ее пунктов был отказ от претензий на наследие рода. Логично, конечно. Клан был слишком могущественным, и Тени вполне могли бы захватить власть. Если бы им позволили.

Максимус тоже давал клятву. Разумеется, его, как и многих других представителей очень знатных и богатых родов, не заставляли совсем отказываться от рода. Максимус не проходил унизительную церемонию, влияющую на память и сознание. Он не забыл своих корней и не стал равнодушным к своей семье. И это его спасло, когда ритуал не удался. Не став Главой имперских Теней, он смог занять пост Первого министра и продолжать влиять на политику в интересах семьи.

Однако Максимус по-прежнему находился под влиянием клятвы верности стране и королю. И он не мог захватить престол при всем своем желании. К сожалению, он даже не мог обзавестись собственными детьми, поскольку неудачный ритуал лишил его и этой возможности. Максимус бесился, рассорился с отцом, пустился во все тяжкие и довольно долго не мог взять себя в руки. Потребовалась очередная война с соседями, чтобы выплыть из алкогольного дурмана, прийти в себя и заняться своими прямыми обязанностями.

Именно после этого пост Первого министра превратился из придуманной специально для Максимуса синекуры в реальную должность. Война закончилась довольно удачно, в стране был наведен относительный порядок, и Максимус вплотную занялся Тенями.

Нет, это не была месть за неудавшийся ритуал. Клан не был в нем виновен. Магия сама решала, кто подходит, а кто не подходит Теням. Для кого изменение собственного тела возможно, а кто этого не переживет. Клан хранил множество знаний, до которых никого не допускал, имел неплохое финансирование, причем, большей частью, из собственных источников и был слишком независим.

Считалось, конечно, что Теней жестко контролирует Совет архимагов. Отчасти, так оно и было. Но только очень отчасти. Пренебрежение законами до добра не доводит. И то, что верхушка клана Теней оставалась преданной своему роду и помогала ему, ничем хорошим закончиться не могло. Старые семьи и без того были слишком могущественными. А некоторые из них, помимо всего прочего, хранили любопытные знания и довольно мощные артефакты, о которых посторонним не было ничего известно.

Получалось, что клан Теней, созданный для того, чтобы действовать в интересах государства, поддерживал свои семьи, делясь информацией, научными разработками и имеющимися возможностями. Последний Глава имперских Теней зашел так далеко, что от него даже магия отвернулась. Пришлось искать ему замену.

Если бы это было в воле Максимуса, он выбрал бы какого-нибудь представителя захудалого рода. А в идеале — так вообще человека из второго сословия. Но магия выбирала сама, из самых сильных кандидатов. А таковых среди второго сословия быть просто не могло. Чтобы получить полный доступ к магии, над новорожденным ребенком нужно было провести довольно сложный ритуал. А знания о нем хранились даже не во всех семьях первого сословия. Более того, ритуал существовал в различных вариантах, так что эффективность его тоже была различной.

Без применения ритуала ребенок мог получить только «сырую» магию, да и то чисто случайно. Потенциал такого мага был относительно невелик, и высоких должностей ему не светило. Максимус подозревал, что исходным, максимально эффективным ритуалом владеют только архимаги, королевская семья и максимум три рода из представителей первого сословия. Кстати, новый Глава имперских Теней был выбран именно оттуда.

Поняв, что архимаги не слишком-то пытаются контролировать Теней, Максимус сам стал внимательно следить за кланом. Да, все рядовые сотрудники абсолютно лояльны собственному главе. Клятва построена так хитро, что за все время существования клана в нем не нашлось ни одного предателя. Да, сам Глава тоже клянется. Но не отдельному человеку, а Совету архимагов, и тут можно сколько угодно играть на противоречиях.

Дается клятва, что Тень верен своей стране? Он и верен. А каким путем эта самая верность обеспечивается — это совсем другой вопрос. Иногда Максимусу хотелось одеть на Главу имперского клана Теней поводок, и контролировать его более жестко. Вот что твориться в этом Хлаеппо, кто скажет? Отчеты периодически доставляются, но понять из них общую картину практически невозможно.

Ладно, ее величество Мельстринн захотела посидеть на троне Глаценции в гордом одиночестве. Понятное желание. Не она первая и не она последняя. Но ее отъезд в Хлаеппо был совершенно не логичен. Если собирать коалицию, то только в столице. И не важно, что сама Мельстринн, не озаботившаяся продолжением рода, никоим образом не могла бы занять престол. Зато выдвинулись бы самые активные и агрессивные противники Ромуальда III Сияющего. И с этим уже можно было бы что-то делать.

Нет, Максимус вовсе не думал о том, что нужно сохранить Ромуальда III на троне любой ценой. Напротив. Он бы с удовольствием поменял интересующегося только балами и охотами раздолбая на кого-нибудь более соответствующего интересам страны. И родственные связи тут абсолютно не играют никакой роли. Проблема была все в той же клятве верности, которая ограничивала для Максимуса простор действий. Он не мог сам занять престол, не мог нанять кого-нибудь со стороны для дворцового переворота, но вполне мог создать нужную ситуацию нестабильности и воспользоваться ее результатами.

Проблема была в том, что Первый министр не видел достойных претендентов. Большинство отпрысков высокопоставленных семей занимались ровно тем же, что и Ромуальд — таскались по балам и охотам. Оставалась надежда, что хоть кто-нибудь из них в экстремальной ситуации проявит характер, но полагаться на это Максимус не стал бы.

Дополнительную головную боль приносили и доставляемые из Хлаеппо отчеты. Уехавшая королева вела себя довольно странно, и, до поры до времени, никак не обнаруживала своих планов по захвату трона. Максимус уже поверил в то, что Мельстринн — просто глупая истеричка, и что логику в ее поступках искать бесполезно, но оказалось, что это не совсем так. Выяснилось, что к дворцовому перевороту Мельстринн просто подошла с другой стороны.

По всей видимости, она прекрасно понимала, что представители первого сословия добром ей трон не уступят. И потому королева планировала уничтожить их так же, как и короля. С помощью наемников. Вопрос только, как она собиралась этих самых наемников контролировать, поскольку магическая клятва предусматривала далеко не все. И действовала только на тех, у кого были хотя бы зачатки магии.

Запретить наемникам разглашать информацию — это можно легко. Для этого и зелья есть, и артефакты. Но как обеспечить их послушание? Как сделать так, чтобы наемники услышали команду «стоп», когда она прозвучит? Чтобы не уничтожили никого лишнего? Да Мельстринн сама не понимает, кого из представителей первого сословия необходимо оставить в живых!

Каждая королевская династия имела свои секреты. Магриб вон умудрился открыть дверь в иной мир. Правда, положительного эффекта от этого открытия что-то не заметно, а вот проблем не мало можно поиметь. У королевской династии Глаценции тоже были свои тайны. И одна из них — система защитных артефактов, завязанная на несколько самых богатых и знатных родов. В случае критической ситуации она активизировалась, поднимая магические щиты на границах.

Если Мельстринн слишком увлечется убийствами, в нужный момент систему будет запустить некому. Ликвидацию двух или трех хранителей она еще переживет, а вот если ключевых жертв будет больше пяти — точно не сработает. И чью сторону примет армия — неизвестно.

В войсках зреет недовольство Ромуальдом III, который глух к нуждам своих солдат. Максимус, конечно, пытался выправить ситуацию, но он не военный. И не имеет такого авторитета, как покрывший себя боевой славой Ромуальд II. Что будет, если ситуация обострится? Как защититься от наемников, которые могут появиться в любое время и в любом месте? Мельстринн совершенно не обязательно возвращаться в столицу, чтобы открыть портал. Достаточно иметь в Ресинге своего последователя.

И что толку от магической клятвы действовать во благо империи? Устранение Ромуальда вполне может оказаться благом. Его увлечения опустошили казну, и денег не хватает даже на самое необходимое. А ведь соседи не дремлют! Магриб с каждым годом подбирается все ближе к границам, мечтая вернуть территории, утраченные во время войны с Ромуальдом. А то и прихватить что-нибудь, что плохо лежит. Надо намекнуть Имперскому главе Теней, чтобы прихватил с собой бакалавра, которого так хвалит.

Несмотря на все усилия не допустить второе и третье сословие до ценных знаний, эффект порой получается прямо противоположный. Бакалавры начинают активно изобретать и получают очень любопытные результаты. В истории таких примеров было не мало, но обычно, этим занимались мужчины. Именно из их рук выходили новые зелья, артефакты и даже любопытные теории, которые позже подтверждались.

Таких гениев Максимус, навскидку, мог вспомнить не более десятка. А теперь появилась и женщина-изобретатель. Причем в Хлаеппо, под боком у королевы! Если бы речь шла о совершенствовании зелий и артефактов, Первый министр вообще не стал бы реагировать на сообщения об очередном талантливом бакалавре. Однако появились вещи, которые не могли не обратить на себя внимание. За право монопольной торговли ими сцепились гномы и торговая гильдия. А бородачи даже производят часть того, что изобрела ушлая девица.

Собственно, ее изобретения давно уже захватили и столицу. Мало какой модник Ресинга не посчитал нужным купить бегающий сундук или самодвижущуюся коляску. А уж переговорные зеркала вообще были выше всяких похвал. Первый министр не пожалел денег, чтобы Имперский глава Теней приобрел для страны монопольное право на торговлю ими.

Да и сам Максимус не устоял перед многими изобретениями. Увидев столешницу, инкрустированную кусочками цветного стекла, образующего герб, Первый министр заказал себе рисунок на полу приемного зала. Кусочки стекла уже были доставлены из Хлаеппо, и мастера постепенно собирали нужную картину. Насколько Максимус знал, некоторые представители первого сословия занимались тем же самым. И Первому министру даже было интересно, сколько заработала на своих изделиях изобретательница.

Немудрено, что королева ее заметила. И в том, что именно ей доверили варить яд, тоже не было ничего странного. Да, архимаг не подумал, что рядовому бакалавру может не хватить магии для подпитки сложного состава, но в целом он не прогадал. Имперский глава Теней сообщал, что процесс идет правильно. И что девице даже удалось изобрести противоядие.

После этого сообщения, кстати, Первый министр едва удержался от того, чтобы разогнать придворных алхимиков. Чем они, спрашивается, занимаются, а? Почему до сих пор нет никаких результатов, кроме усовершенствования давно уже известных зелий? Повысят немного эффективность, и трубят, требуя дополнительного финансирования. А рядовой бакалавр без огромной библиотеки и кучи сотрудников справляется!

То, что королева снабдила тамплиеров артефактами, удивления не вызывало. Должна же она хоть чем-то привлечь рыцарей! Гораздо более странным было то, что она никак не сорганизовала своих наемников. Такое ощущение, что тамплиеры действовали сами по себе, в своих собственных интересах, а Мельстринн была только досадной помехой, с которой пока нужно было считаться.

Целенаправленно попасть из одного мира в другой можно было с помощью ритуала, который открывал портал. Соответственно, рыцари не могли переместиться к нам сами по себе. Вот экстренно вернуться из нашего мира обратно — пожалуйста. Для этого существует специальный артефакт. Тут ни ритуал не нужен, ни расчеты. Только привязка к определенной местности.

Подобные артефакты часто использовали во время войн. Иногда даже этот артефакт был настроен так, чтобы сработать самостоятельно и перенести тело хозяина туда, где ему окажут помощь. Стоило это удовольствие не дешево, но у представителей первого сословия пользовалось популярностью. Они предпочитали хоронить родственников в семейных склепах, чтобы никакой ушлый некромант не добрался до покойников.

Впрочем, если даже в пределах одного мира использование подобных артефактов могло представлять опасность (потому их и оставляли на крайний случай), то процесс перемещения между мирами вызывал еще больше вопросов. Как это отразится на организме? (Одно дело — когда ты в дверь выходишь, и другое — когда тебя с балкона выкидывают).

Похоже, ни королева, ни ее маги, не удосужились сообщить рыцарям о возможных побочных эффектах пользования артефактом. Более того, Мельстринн, скорее всего, не следила за тем, кто открывал порталы, потому что тамплиеры периодически появлялись в нашем мире, но теперь не отрядами, а поодиночке. Видимо, с разведывательными целями. Нет, идея неплохая, конечно. Просто, если учесть, насколько рыцари отличаются от местного населения… «Штирлиц, как никогда, был близок к провалу».

Скорее всего, рыцари королеве не доверяли. И правильно делали, кстати. Полагаю, они просто подкупили мага, и тот предоставил им постоянную возможность навещать интересующий их мир. Не знаю, удалось ли тамплиерам выяснить что-нибудь существенное, и о чем они докладывали своему начальству, а вот Тени постарались на славу. И захватили еще двух пленных. В результате я выяснила, что была права, определив, что тамплиеры пожаловали приблизительно из 1310 года. И предположив, что мир рыцарей может не соответствовать тому, что пишут в учебниках истории.

В общем-то, если честно признаться, про тамплиеров я знала не столько из учебника, сколько из истории про Проклятых королей. Собственно, в канонической истории до момента разгрома ордена оставалось всего несколько лет. И я точно читала, что наехал на тамплиеров король Филипп. Номера этого Филиппа я не помню, но прозвище Красивый в памяти отложилось.

Выловленный в лесах очередной представитель ордена нарисовал совершенно другую политическую картину. На троне Франции восседала точная копия нашего Ромуальда III Сияющего. Некий Людовик под номером десять. Молодой (всего 20 лет), бесхарактерный, беззаботный, бездарный правитель, привыкший к изнеженной жизни и явно не желающий продолжить политику своего отца по установлению абсолютной монархии. И если вместо Ромуальда III делами Глаценции заправлял Первый министр, то Людовик отдал бразды правления дядюшке Карлу.

Кстати, ходили слухи, что венценосный папенька, умерший всего год назад, скончался как-то очень уж подозрительно. Очень любопытно. Всего одно удачное покушение — и история пошла совсем другим путем.

Собственно, сам Людовик в канонической истории, насколько я помню, тоже не долго прожил. Даже до 30 лет, кажется, не дотянул. И потомков мужского пола не оставил. Впрочем, совершенно непонятно, как сложится история теперь. Тем более, что я в упор не помнила, от чего Людовик скончался во цвете лет. Однако вопрос, который интересовал меня больше всего — как в данных исторических реалиях сложится судьба ордена тамплиеров. У Филиппа хватило характера, чтобы избавиться от рыцарей, уцепившись за какой-то донос.

По легендам, он не слабо погрел на этом руки. Вполне вероятный вариант. К началу 14-го века орден, обладая огромными финансовыми возможностями, постепенно с помощью кредитов, взяток и подкупов взял под контроль едва ли не половину знати и дворянских родов Франции, Италии и Испании, фактически создав свое государство в других государствах.

Кстати, вполне вероятно, что исторические изменения начались именно с того факта, что планы Филиппа по уничтожению ордена стали известны тамплиерам. Как-то мне не верится, что решение избавится от тамплиеров пришло к королю случайно. Особенно если учесть, сколько денег Филипп был должен ордену. Наверняка его величество долго и упорно готовился. Только в нашей истории у него все получилось, а здесь тамплиеры сумели сделать первый ход, устранив опасность.

Очень и очень жаль. Я, вообще-то, надеялась на то, что авантюра Мельстринн накроется медным тазом именно потому, что у ордена начнутся проблемы. Но, во-первых, я не помнила точную дату разгрома тамплиеров. А во-вторых, было очевидно, что в новых условиях история пойдет по-другому. Людовик под номером десять не производил впечатления человека, способного на поступок. Он в своей семье-то разобраться не мог, позволяя жене гулять направо и налево. Какие уж ему тамплиеры?

Однако идея избавиться от ордена чужими руками никак не хотела меня покидать. Почему нет? Ладно, Людовику не до мелочей, парень развлекается как может. Но у него есть дядюшка, Карл Валуа. Фактический правитель страны, имеющий военный опыт и наверняка нуждающийся в деньгах. Сомневаюсь, что королевская семья выплатила тамплиерам все свои долги. Но зачем отдавать деньги, когда можно избавиться от кредитора, да еще и поживиться его имуществом?

По легендам, казна у тамплиеров была знатная. Правда, учитывая тот короткий срок, за который ордену удалось обосноваться в Испании, значительная часть денег была вывезена за пределы Франции, и Филиппу не досталась. Однако над этим вопросом можно было подумать. И лучше не одной. Я, правда, представления не имею, как мне легализовать свои знания, но мне явно нужно посоветоваться с Имперским главой Теней.

Во-первых, я не политик. К Людовику обращаться бесполезно, но и с его дядей еще постараться надо, чтобы связаться. Кто меня до него допустит, и кто станет слушать? Как и о чем я буду договариваться с Карлом Валуа? Нет, придворные интриги — это явно не мое. Пусть ими занимается тот, кто для этого предназначен.

Во-вторых, сама разведывательно-диверсионная миссия в ином мире — это абсолютная авантюра. Возможно, при должной маскировке мы сумеем сойти за местных жителей, но что-то я в этом сомневаюсь. И, кстати, избавление от тамплиеров только отсрочит дворцовый переворот, если мы не прихватим королеву на горячем.

Помимо всего вышеперечисленного есть еще и в-третьих, да. Я — всего лишь пешка в игре. И не знаю, о чем думает вышестоящее начальство. Имперский глава Теней посвящает меня в проблемы очень выборочно. А ведь он тоже кому-то подчиняется! И помимо Ромуальда III, который погряз в развлечениях, есть еще и Первый министр. А он, если верить слухам, относится к своей работе серьезно.

Что думает Максимус о происходящем? И что он собирается делать дальше? Вопросов, к сожалению, больше, чем ответов. Пока что все идет по накатанной колее. Я занимаюсь бизнесом, Имперский глава Теней ловит шпионов, а королева продолжает плести заговор. И больше всего меня раздражает именно то, что я не уверена в завтрашнем дне. Я не знаю, каким боком повернется ко мне моя судьба. И удастся ли мне выкрутиться из сложившейся ситуации.

Единственное, что обнадеживало, это мои наработки по ритуалистике. Как бы не упирался Имперский глава Теней, он не мог не поделиться нужными знаниями. Пока они касались только порталов (причем внутри одного мира, поскольку иных сведений у Теней не было), но мне хватало основ. Да здравствуют алгебра и геометрия! А я-то думала, что изученные в школе теоремы мне никогда в жизни не пригодятся.

Оказывается, на геометрии была построена почти вся ритуалистика. Причем, даже сами Тени просто заучивали наизусть правильное начертание звездчатых многоугольников. А я, сосредоточившись, начала вспоминать теоремы и аксиомы. Дело тут же сдвинулось с места. Единственное, часть рун приходилось заменять схожими по значению словами, но эффект все равно был. Да еще какой!

Я, наконец, поняла, как увеличить собственную магическую силу. Нет, разумеется, я не утверждаю, что достаточно одного рисунка, чтобы стать архимагом. Отнюдь. Ритуалистика действовала по-другому. Правильно вычерченный контур подпитывал магией и человека, и не-живые существа. Я перестала уставать, заряжая сундуки, кошельки и прочие изобретения.

Разумеется, покинув ритуальный контур, я возвращалась к своему исходному состоянию среднего мага. Но теперь меня это не расстраивало. Поняв систему, я работала над тем, чтобы адаптировать ее к своим нуждам. И изобрести нечто типа местных магических перчаток. Вряд ли итог получится столь же компактным, но это однозначно будет прорыв!

И, в связи с этим, меня волновал только один вопрос — как мне скрыть мое изобретение от Имперского главы Теней?

Мое увлечение ритуалистикой давало все более и более интересные результаты. Магические контуры не только подпитывали энергией, но и прекрасно защищали. Мне даже удалось создать рисунок, который скрыл часть помещения лаборатории от Имперского главы Теней! И это было очень существенным достижением, поскольку я так и не понимала до конца возможностей блондина.

Ну, вычитала я, что таинственный клан обрел свое название из-за того, что умеет скользить по теням. И что? Мне это хоть о чем-нибудь говорит? Как чисто технически осуществляется это перемещение? Я вижу только результат. Имперский глава Теней может незаметно проникнуть в любое, даже магически защищенное помещение. Нет, может быть, архимаги вполне способны поставить защиту от этого незваного гостя. И, скорее всего, ставят. Иначе Тени давно уже влезли бы в их тайны. Однако подобная защита — это не мой уровень. Ни по силам, ни по знаниям. Поэтому некоторые изобретения просто тормозились. Я не хотела их засвечивать.

К счастью, мой сундук прекрасно чуял Имперского главу Теней. Поэтому неожиданно появиться блондин мог, а вот долго наблюдать за мной, оставаясь скрытым, у него не получалось. Только благодаря этому мне удавалось сохранить в тайне технологию производства многих вещей. Чтобы ее рассекретить, необходимо было либо пристально следить за моей работой (желательно, параллельно объясняя некоторые сложности), либо ознакомиться с соответствующей документацией.

Чтобы избежать подобного развития событий, я давно уже вела все свои лабораторные журналы на родном русском языке. Причем с сокращениями и символами, понятными лишь мне самой, для дополнительной защиты. Конечно, если верить местной науке, создать амулет-переводчик можно только после изучения соответствующего языка, но в мире магии лучше не рисковать. Наверняка у архимагов имеется множество изобретений, которые мне даже в голову прийти не могут. Так что лучше перебдеть.

Поняв, что я сделала в ритуалистике серьезный шаг вперед, я решила продолжить эксперименты. И, прежде всего, начала работать над защитой Нартара. Охотнику, с его работой, на которой опасность подстерегает чуть ли не под каждым кустом, дополнительные меры безопасности не помешают. А Нартар, все-таки, был не чужим мне человеком. Собственно, он даже предлагал уже дойти до жрецов и оформить наши отношения, но мне не хотелось рисковать.

Я боялась. Я просто боялась за наше будущее. Да и состоится ли оно, учитывая последние события? Я попала, как кур в ощип, и не хотела тащить за собой Нартара в случае, если события пойдут по наихудшему сценарию. Как мой ухажер, он, может быть, сумеет избежать крупных неприятностей. А как муж — однозначно нет.

Нартара, естественно, это злило. Он повторял, что в любом случае не оставит меня сражаться с проблемами в одиночестве, но я рисковать не хотела. Кто знает? Может, нам хоть как-то удастся выбраться из этой ситуации? В крайнем случае, сбежать из страны? Я, не покладая рук, совершенствовала свою летающую колымагу, но что из этого выйдет — пока непонятно.

Испытывать ее я не решалась, опасаясь, что в самый неудачный момент ввалится Имперский глава Теней. А светить свое летающее изобретение я не собиралась до самого последнего, крайнего момента. Теперь, когда я освоилась с ритуалистикой, дело должно пойти быстрее. Проблема была в том, что скрыть часть лаборатории — это слишком мало. Имперский глава Теней здесь часто бывал, прекрасно ориентируется и сразу заметит неладное. Нужно было продумать, как создать достоверную иллюзию. И у меня даже были кое-какие идеи по этому поводу.

Воспользуемся уже имеющимися складами! Точнее, одним из них. Расположение товара там постоянно меняется, совать туда нос блондин считает ниже своего достоинства, так что вполне интересный вариант. Я даже вопрос с созданием иллюзии продумала. Настоящую я создать не смогу, не хватает знаний. Но почему бы не использовать собственное изобретение, заменившее кино? Только картинка будет статичной, изображающей всякий хлам. Ну, и дополнительный скрывающий контур на часть складского помещения наложить не помешает.

Эх, как бы я хотела добраться до библиотеки клана Теней! Те знания, которыми делится блондин, это очень и очень мало. Мне не хватает системы, и до многого приходится додумываться самой. Начав чертить магические контуры, я примерно поняла, как действуют перчатки, усиливающие и направляющие магический потенциал. Судя по всему, на них были вышиты соответствующие звездчатые многоугольники и руны. Проблема была в том, что у меня контуров такого маленького размера не получалось. Они начинали терять эффективность и становились практически бесполезными.

Я попробовала работать с круглыми формами, однако они оказались еще сложнее. Угол усиливает действие помещенной на него руны, как бы направляет поток магии. С плавной линией в данном случае сложнее, но я не сдавалась. Если уж оказались правдивыми легенды, что крест помогает против нежити, то суеверие о том, что очерченный круг может спасти от нападения всякой нечисти, тоже может иметь под собой основу. Вспомним хотя бы незабвенного «Вия».

После нескольких опытов я выяснила, что круг, конечно, может защитить от нападения некоторых видов нечисти, если его усилить рунами. Но именно что от некоторых. Имперский глава Теней, например, просто споткнулся о контур. Вторым недостатком было то, что круг стационарен. Что-то мне не приходило в голову решение, как его заставить двигаться вместе с человеком. Но самое главное — круг не только защищал. Он еще и ограничивал. То есть, невозможно напасть не только на тебя, но и тебе. Более того, даже самый сильный контур, заключенный в круг, терял почти две трети своей эффективности. Причем круг отнюдь не обязательно должен быть идеально ровным.

Прояснив данные детали, я вернулась к экспериментам со звездчатыми многоугольниками. Отложив, впрочем, свойства круга в своей памяти. Мало ли. Пригодиться. В нужный момент может оказаться, что нарисованный круг — вполне эффективное средство борьбы против чужого сложного магического контура. Над результативностью нужно, конечно, поработать, но сама идея неплоха.

Очередным полем экспериментов с магическими контурами стала спина Нартара. С его добровольного согласия, разумеется. Моя идея защиты с помощью ритуалистики вызвала интерес и у него, и у дьорла Товиса. Прежде всего потому, что раньше они о существовании подобной магии даже не слышали. Но зато, как оказалось, видели.

— Подобный рисунок красовался на палубе корабля одного весьма успешного капитана, — сообщил дьорл Товис, рассматривая мои выкладки. — Я думал, это просто узор. Многие украшают свои суда. Оказывается, все гораздо интереснее. А я-то думал, почему нам так везет в плавании.

— Странно только, что простой капитан знал о существовании магических контуров и умел их применять, — удивилась я.

— Ну, капитан был не совсем простой, — хмыкнул дьорл Товис. — А корабль так и вовсе принадлежал ранее одному королевскому дому. Имущество венценосных особ было похищено прямо с пристани.

— Команда упилась, а бравые ребята, под покровом ночи, взобравшись на палубу, убили всех, кого не смогли захватить и спокойно отчалили? — предположила я, вспомнив прочитанную когда-то эпопею о капитане Бладе.

— Нечто вроде этого, — согласился дьорл Товис.

— Я тоже видел подобный рисунок, — вспомнил Нартар. — В доме одного очень знатного вельможи, который нанимал Охотников для весьма деликатного поручения. И я тоже решил, что это просто узор на полу.

— Как я выяснила, магический контур может подпитывать энергией, охранять, защищать и даже скрывать от любопытных глаз. Полагаю, что на самом деле свойств у подобных рисунков множество. Я хочу испытать, можно ли защитить человека, нанеся магический контур на его одежду или кожу. И что будет эффективнее, — поделилась я своими планами.

— А потом этот рисунок можно будет убрать с кожи? — озадачился Нартар. — Даже дикие прошреты отказались от татуировок, поняв, что они оказывают определенное магическое ограничение.

— Да, я читала об этом. И собираюсь использовать нечто вроде краски. Она безопасна для кожи и стирается только специальным составом, так что случайно контур повредить нельзя. Татуировки — это однозначно не выход, — согласилась я. — Магические контуры пока находятся в стадии разработки, и совершенствуясь, они будут меняться. Причем, полагаю, весьма существенно.

— Тогда я согласен, — кивнул Охотник. — Доверяю тебе свою спину.

— А я одежду, — улыбнулся дьорл Товис. — Я ведь правильно понимаю, магические перчатки созданы по подобному принципу?

— Да, но мне до этого изобретения еще далеко, — вздохнула я.

Спина у Нартара была шикарная. Широкая мускулистая, загорелая… Прямо жалко было портить ее всяческими рисунками, даже временными. Мда. Нравятся мне все-таки такие мужчины — крепкие, надежные, немногословные, умеющие поддержать и довериться. Никаких интриг, афер и авантюр. Работа, правда, у Охотника небезопасная, но не сидеть же ему пришитым к моей юбке! В этом мире свои правила и нравы. И не могу сказать, что они мне не по душе.

Мужчина — защитник. Женщина- хранительница домашнего очага. И если давать друг другу определенную свободу действий, подобный союз может оказаться весьма благополучным. Я не вмешиваюсь в работу Нартара, а он спокойно относится к моим экспериментам. И даже помогает по мере сил. Это ведь очень важно, когда близкий человек разделяет твои увлечения и интересы. Когда с ним есть о чем поговорить. И есть о чем помолчать.

Испытания рисунка прошли успешно. Мы, конечно, обезопасили Нартара, дополнительно надев на него защитные пластины, но ни стрелы, ни ножи, ни даже боевые зелья до него просто не долетали. Они словно натыкались на стену. Кстати, магический контур, нанесенный на одежду, показал чуть худшие результаты. Видимо, прямой контакт с кожей все-таки давал улучшение. Хотя и не такое большое, как я ожидала.

В общем-то, можно было спокойно остановиться на защищенной магическим контуром одежде. Я, правда, так и не научилась конструировать эффективные звездчатые многоугольники маленького (с перчатку) размера, но в пределах куртки (а тем более плаща) у меня получались довольно любопытные вещи. Реально способные защитить. Минус тут был только один — одежду можно было снять и она довольно легко портилась. Так что я продолжала свои эксперименты и исследования.

Помимо всего прочего я занялась делом, которое, на первый взгляд, вовсе не казалось важным. Я решила улучшить зелье, которое применялось при допросах, чтобы разговорить человека. Сывороткой правды его, пожалуй, нельзя было назвать. Тут действовала не столько магия, сколько химия. Она затуманивала разум, развязывала язык, но не гарантировала стопроцентного результата. Сильный, волевой человек мог сопротивляться этому эффекту. И, если уж не пускаться в откровенное вранье, то хотя бы не говорить всей правды.

Мой вариант зелья был немногим эффективнее оригинала. Да я к этому и не стремилась. Мне просто нужен был повод, чтобы добраться до тамплиера, содержавшегося в плену у Теней и задать ему несколько нужных вопросов. Разумеется, я не считала себя умнее профессиональных разведчиков. Я просто находилась в более выгодном положении, поскольку знала, какие именно вопросы нужно задать и на что обратить внимание. Если история сложилась так, что на троне Франции сидит никчемушный Людовик X, то надо выяснить, кто занимает папский престол.

В канонической истории Климент V, конечно, утверждал, что ничего не знал об операции Филиппа против тамплиеров. А иначе, дескать, благочестиво воспротивился бы. Однако я уверена, что если Климент V и был чем-то недоволен, так это тем, что не он это начал. Формально, спор между Римом и Францией шел о том, кто будет судить тамплиеров, а фактически — кто завладеет их богатствами.

Тени, конечно, расспросили пленного о первых лицах страны и их взаимоотношениях. Но им, наверняка, и в голову не пришло интересоваться особенностями религии. Хотя бы потому, что в данном мире с религиозностью вообще были проблемы. Максимум — заходили в храм перед дорогой или важным мероприятием. Никаких фанатиков, никаких гонений по религиозному признаку и абсолютно никакого централизованного управления храмами. Ну? И как Тени могут вообще заподозрить о существовании такого человека, как папа римский? И о степени его влияния на происходящее? А я, благодаря Лео Таксилю, имела кое-какое представление о самый ярких типажах, возглавлявших Ватикан.

Скромники напяливали на себя папскую тиару исключительно редко. И ненадолго. А в основном у власти оказывались стяжатели, которым всегда нужны деньги. Так что, если не получится с королем, можно будет действовать через папу. Богатства тамплиеров должны послужить достаточным стимулом для того, чтобы уничтожить орден.

Нужно сказать, что Имперский глава Теней отнесся к моему изобретению скептически. Зелье болтливости существовало несколько столетий, и серьезных изменений не претерпело. В разных странах существовали различные рецепты, но суть была одна — заставить человека разговориться, в надежде, что он выболтает что-нибудь нужное. Полагаю, не самая высокая эффективность зелья была связана не только с технологиями изготовления, но и с отсутствием школы психологического допроса. Умение давить на людей, добиваясь нужной реакции, еще не было поставлено на поток. На мою удачу, Имперский глава Теней все-таки решил испробовать, что у меня получится. Правда, для начала решил поэкспериментировать не на тамплиере, а на менее ценном узнике — торговце, которого обвиняли в убийстве жены. Ни тела, ни свидетелей преступления не было, а сам подсудимый все отрицал. Дескать, поссорились, и супруга отправилась к своей матери.

Мне этот узник совести сразу не понравился. Взгляд у него был какой-то… шизофреничный. Я дала торговцу стакан с зельем и начала задавать осторожные вопросы. Типичная игра в хорошего и плохого полицейского. Дескать, я ни в чем и не подозреваю уважаемого человека. Но может, он сам подозревает? И какие у него были о ношения с женой?

Уже через несколько минут стало ясно, что передо мной сидит явный псих. Не знаю уж, как он торговал, но вел он себя явно неадекватно. Настроение менялось, речь становилась сбивчивой, и он перескакивал с одной темы на другую. Но сказанного было достаточно. Торговец считал, что его жена была с ним недостаточно почтительна. И да, он был просто вынужден ее наказать. Женщины — они вообще зло. Их всех наказывать нужно. Делал ли это торговец? Еще как делал! Очищал землю от отвратительных тварей. Можно сказать, выполнял работу Охотников.

Меня буквально трясло. Вот уж повезло, так повезло! Передо мной находился самый настоящий серийный маньяк! Видимо, поняв, что я напугана, мою игру подхватил Имперский глава Теней. Сделав вид, что он восхищен деятельностью торговца, блондин выудил у него и количество жертв, и место захоронения. К концу беседы меня откровенно тошнило.

— Ты специально решил проверить меня и мое зелье? — раздраженно поинтересовалась я у блондина, когда мы покинули камеру.

— Нет. Я действительно был уверен в том, что этот торговец не виновен.

— А он и не считает себя виновным. И женщин за людей не считает. Поэтому торговец и говорил так уверенно, что никого не убивал. По его понятиям, он действительно не убивал, а истреблял опасных тварей, — вздохнула я. — Спасибо, кстати, что помог под конец. Я бы не выдержала. Меня до сих пор тошнит, как только я вспомню его отвратительную физиономию.

— Допрос пленника из иного мира отложим на завтра? — с неохотой поинтересовался Имперский глава Теней.

— А тебе не терпится?

— Мне любопытно. Тени допрашивают совершенно по-другому. Сразу видно, что ты не профессионал. Но в твоих вопросах что-то есть. Какой-то свежий взгляд на вещи. Мне никогда бы в голову не пришло расспрашивать этого торговца про семью.

— Да я просто не знала о чем спрашивать, — пожала плечами я. — Для меня в данном случае важно было не добраться до истины, а проверить эффективность зелья.

— А почему именно на пленнике из иного мира?

— У меня появилась любопытная версия по поводу найденного на поле боя артефакта. И я хочу ее проверить. Может быть, мы узнаем что-нибудь интересное.

— Например?

— Мне кажется, что люди, которые на нас напали, принадлежат к одному клану, как Охотники. У них одинаковые знаки на одежде и одинаковые артефакты, — забросила удочку я. Имперский глава Теней согласно кивнул. — Я понимаю, что со мной никто не будет делиться сведениями о том, как вы планируете предотвратить покушение на короля. Но я не могу не беспокоиться.

— И тебе в голову пришла какая-нибудь идея?

— Я подумала… Как бы сделать так, чтобы эти воины не явились на зов королевы.

— Думаешь, наш пленник даст тебе оружие против себя самого?

— Посмотрим.

В общем-то, я уже определилась, с чего начать. Достала крест (который давно уже превратился в обычное украшение, окончательно «разрядившись») и попросила тамплиера рассказать все, что он знает об этом артефакте. Наверняка, Тени подобного вопроса не задавали по той простой причине, что в их мире система изготовления и применения артефактов была выстроена вполне определенным образом и с религией никак не связывалась. И если Охотник ничего не мог рассказать о способе изготовления большинства амулетов и артефактов, которыми пользовался, то откуда знать подобные вещи простому воину иного мира? Тем более, что магии в пленнике практически нет.

Как я и подозревала, разговор постепенно перешел с креста на религию вообще, а затем на фигуру папы римского. Оказалось, что священный престол занимает канонический Климент V. Я-то уже хотела пуститься в дальнейшие расспросы, но меня прервал слегка охреневший Имперский глава Теней. Ну, да. Это для меня единая религия, инквизиция и воинствующие фанатики — нормальное дело. А с непривычки все это безобразие наверняка воспринимается сюрреалистично.

Допрос получился… Очень любопытным. Имперский глава Теней был профессионалом своего дела. Все-таки, что ни говори, допрос некоторых лиц не доверишь рядовым сотрудникам. А есть такие сведения, которые вообще противопоказано знать кому-нибудь, кроме власть предержащих. Так что, может быть, блондин и не владел современными мне знаниями, но вопросы он умел задавать. Мне оставалось только изредка вмешиваться, направляя беседу в нужное сне русло. Такие вроде бы безобидные уточняющие вопросы любопытной девицы.

К сожалению, историю начала 14 века я знала отвратительно. А если учесть, что тамплиер прибыл к нам из слегка параллельного мира, то даже те скудные знания, которые у меня имелись, были мало применимы. Папу Климента V на святой престол возвел Филипп Красивый, выторговав себе за это на пять лет церковные доходы в пределах Франции. А Людовику X уже никто ничем не обязан. Да и не будет папа связываться с таким слабым правителем. Если только использует его в качестве прикрытия для своих темных делишек.

Поняв, что мир, откуда к нам прибыл тамплиер, очень сильно отличается от привычного, Имперский глава Теней несколько растерялся. Ну, ладно язык и обычаи. Ладно, деньги и наименование титулов. Это понятно. Но агрессивную религию, действующую по принципу «кто не спрятался, тот сам виновен», блондин напрочь отказывался понимать. Убивать людей за то, что они не так верят, или за то, что они (возможно) маги, казалось ему совершенно неразумным. А уж существование инквизиции его вообще выбивало из колеи, хотя она к началу 14 века еще не вошла в полную силу. Дать бы ему «Молот ведьм» почитать. И посмотреть на его реакцию.

То, что рассказал нам тамплиер, было больше слухами, чем реальным положением вещей. Однако слухи, обычно, не на пустом месте растут. А нам пригодились бы любые сведения, за которые можно уцепиться. Кстати, несмотря на всю свою религиозность, рыцарь имел о папе Клименте V не самое лучшее мнение. Хотя тот даже перенес свою резиденцию в Авиньон, что вроде бы должно было понравиться французам. Однако оказалось, что иметь под боком папу римского — это не самое большое удовольствие. Особенно если этот самый папа жаден без меры. И родственники его тоже, коих он в одну только кардинальскую коллегию напихал почти до половины состава.

Да и по монастырям с аббатствами Климент V прошел частым гребнем. Ходили слухи, что ему понадобилось целых пять дней на то, чтобы вывезти золото и серебро из подвалов Клюнийского аббатства. Ни один обеспеченный человек не мог чувствовать себя спокойно. Всего один донос, и его объявляли еретиком, а его имущество конфисковывали в пользу церкви. А уж как благочестивый Климент V размахнулся, зарабатывая деньги на продаже и покупке церковных должностей, духовного сана, церковных таинств и священнодействий, священных реликвий и тому подобного!

В принципе, если хотя бы часть из того, что рассказал нам тамплиер про папу римского правда, с этим человеком можно иметь дело. Его патологическая жадность просто подкупает! Да и Карлу Валуа можно помочь в противостоянии с его средним племянником Филиппом. А то что это такое, на самом деле! Сыном короля он был, дядей тоже (аж трижды), даже отцом короля умудрился стать (правда, после своей смерти), а сам так и не ощутил на челе тяжести короны. Надо исправить историческую несправедливость!

— Слушай, я не очень разбираюсь в ментальной магии. Насколько реально надавить на этого римского папу, чтобы убедить его расправиться с тамплиерами? — поинтересовалась я у Имперского главы Теней.

— Проще было бы, если бы можно было читать любые мысли. Но это не реально. Даже архимаги не все владеют мысленной речью. Но даже для этого нужно смотреть в глаза и не просто думать, а как бы внутренне проговаривать фразы. На память воздействовать проще. Особенно сразу после случившегося. Ты просто убираешь лишние картинки. Но в этом случае, ты знаешь, что искать. А если рыться в картинках наугад, это все равно, что на огромной свалке искать один определенный конский волос.

— Думаю, нам нужно воспользоваться религиозностью этих людей, — предложила я. — Помнишь, рыцарь рассказывал о каких-то ангелах? Ты вполне мог бы изобразить нечто похожее. С крыльями вопрос решить можно. Летать на них ты, конечно, не сможешь, а пару раз взмахнуть — вполне. Нужно только достать почитать соответствующую литературу, чтобы не проколоться. И нашего тамплиера расспросить поподробнее.

— Если ты забыла, на меня их артефакты реагируют так, что это не скроешь.

— Ну, я сомневаюсь, что Климент V является истово верующим. А значит, в его артефактах не должно быть особой силы. И потом… Явишься ты к нему ночью, пройдешь сквозь стену весь из себя такой сияющий, взмахнешь крыльями… Ты думаешь, папа при всем этом будет способен хоть что-то соображать? Представь, что перед тобой появилась сущность, которая выглядит и ведет себя как один из богов.

— Боги слишком заняты, чтобы спускаться к нам с небес.

— Скажи это крестьянам. Они постоянно встречают на своих полях кого-нибудь из богов. Ты что, не слышал разговоров в трактирах?

— Думаешь, этот папа римский настолько невежественный?

— Он, возможно, не глуп. Но так же суеверен, как и его подданные. К тому же, если бы ты призывал его отречься от тиары, он бы задумался. А если ты дашь ему благословение на то, чтобы ограбить еретиков, он сочтет за лучшее тебе поверить. И неважно, кто будет выступать в роли еретиков. Полагаю, возможность захватить богатства тамплиеров, должны вдохновить Климента V.

— Если эта авантюра удастся, можно не думать о вторжении из иного мира. У королевы не будет наемников.

— Угу. И останется всего ничего — разобраться с ядом и с заговором против короля, — вздохнула я.

Честно говоря, я думала, что договориться с магом, открывающим порталы в иные миры, будет проблематичнее. Однако его нелюбовь к Мельстринн была настолько сильна, что он, кажется, готов был из шкуры вылезти, только бы ей насолить. Оказалось, что я была права, предположив, что королева и архимаг даже и не думали договориться со специалистом по-хорошему. Им не пришло в голову ничего лучше, как начать его шантажировать. Дескать, хочешь сохранить жизнь жене и детям? Тогда работай на нас в поте лица. Причем даже последнему пню было понятно, что после выполнения задания его вряд ли оставят в живых. Как говориться, «он слишком много знал». И тут даже магический договор о неразглашении не поможет, поскольку такими вещами рисковать никто не будет.

Мне, разумеется, стало интересно, почему королева привлекла к авантюре именно Дьеффши? С чего она решила, что этот маг лучше других справится с нетривиальной задачей? Однако ответ оказался простым. Выяснилось, что Дьеффши, как и я, был любителем экспериментировать и читать всяческие полезные книжки. А поскольку архимаги не всегда были осторожны в своих мемуарах, предпочитая хвастаться своими достижениями, в их книгах можно было найти много чего интересного. Дьеффши, например, набрел на ритуалистику именно в школе. Я даже позавидовала, честно. Мне подобные труды под руку не попадались. А прочитать всю библиотеку Академии… Это еще, как минимум, пара жизней требовалась.

Дьеффши был гений. Однозначно. Если мне разобраться в ритуалистике помогали знания по геометрии и тригонометрии, то маг справился сам. Нет, я, помнится, читала легенду, что Паскаль, которому из-за слабого здоровья в детстве запрещали заниматься геометрией, самостоятельно переоткрыл несколько теорем и аксиом, но одно дело читать легенды, и совсем другое, столкнуться с подобным явлением в реальности.

Словом, слишком умного мага приметили еще в школе. Диплом бакалавра он защитил, но далеко его отправлять не стали. Более того, даже позволили отработать долг перед школой, разбираясь в построении различных звездчатых многоугольников. Ну а поскольку магический контракт запрещал Дьеффши делиться информацией с посторонними и, тем паче, продавать им итоги своей работы, долг и проценты по нему гасились долго. У меня даже возникло впечатление, что гениального мага специально притормаживали, чтобы как можно больше получить от него на халяву.

Мда. Могу представить, сколько еще талантливых учеников нещадно эксплуатирует школа. Я-то жаловалась на свою нелегкую жизнь, а мне, оказывается, повезло. Я, по крайней мере, могла продавать посторонним плоды своего труда, и не только гасить кредит, но и зарабатывать на жизнь. Собственно, ничего удивительного, что Дьеффши заметили не только маги, но и Тени. И даже попытались привлечь к себе на работу. Вот только вербовкой занялся слишком ретивый тип, в результате чего на выходе получился не лояльный сотрудник, а агрессивно настроенный противник.

Да уж… Вот что называется — от судьбы не убежишь. Дьеффши все-таки придется сотрудничать с Тенями. Правда, на более выгодных условиях. К тому же, Тени кровно заинтересованы в том, чтобы спасти ценного специалиста. Как выяснилось, мало засекретить ценные знания. Нужно еще заставить снобов из первого сословия их изучать и развивать. А с последним было совсем плохо. Выходцы из богатых и знатных семей стремились в политику, интриговали, чтобы занять высокий пост, и очень мало интересовались наукой. Дело дошло до того, что некоторые знания и умения стали просто теряться.

В свое время я много разговаривала с Имперским главой Теней на тему сословного разграничения. Мне, воспитанной в совершенно другой эпохе, казалось разумным наличие социальных лифтов. Сколько выдающихся личностей потеряла страна просто потому, что не дала им возможности реализоваться! Впрочем, в истории моего родного мира в средневековье (да и много позже) творилось то же самое. Ломоносов был редким исключением. А сколько таких Ломоносовых не состоялось?

— Указ, по которому выходцам из второго и третьего сословия запрещено занимать высшие посты, прежде всего, вредит самому государству, — высказала я свою точку зрения Имперскому главе Теней.

— Сейчас Максимус это понимает, — вздохнул блондин. — Но когда закон принимался, Первый министр только вступил на свою должность. И полностью разделял взгляды представителей первого сословия. Ему нужно было несколько лет повариться в этом политическом и экономическом котле, чтобы понять, что он не прав.

— А отменить закон он уже не может?

— Боюсь, первое сословие его не поймет. Впрочем, я не сомневаюсь, что Максимус найдет выход из создавшегося положения. Уже сейчас действуют многочисленные «уточнения», «поправки» и «дополнения», делающие закон не столь однозначным.

В общем-то, познакомившись поближе с Дьеффши, я поняла, что имеет в виду Имперский глава Теней. Ритуалистика, вроде бы, тайное знание, закрытое для выходцев из второго и третьего сословия. Но, тем не менее, занимаются ей отнюдь не высокорожденные маги. И таких исключений из правил — сотни. В целом, понятное дело. Как удобно, так законы и толкуются.

Имперский глава Теней оказался прав и еще в одном. Для того, чтобы открыть портал в иной мир, ритуального круга было мало. К нему прилагался мощный артефакт, но как он выглядел и как действовал, Дьеффши продемонстрировать не мог. Ибо магическая клятва. Ну… Клятва так клятва. В конце концов, мне, покамест, было без разницы, как оно устроено. Лишь бы работало. А несколько золотых монет, подаренные Дьеффши, сделали его на удивление сговорчивым. Надо открыть портал? Да пожалуйста! И я оказалась в средневековой Франции. В мире, очень похожем на мой собственный.

Разумеется, я согласовала свой визит с Имперским главой Теней. Не совсем же я больная, чтобы рисковать без подстраховки! Однако чувствовала я себя все равно не слишком уютно. Быть попаданцем в чужом, потенциально агрессивном мире мне определенно не нравилось. Настолько, что я запаслась амулетами, артефактами и зельями на все случаи жизни. Жаль, сундук с собой нельзя прихватить. Туда влезло бы гораздо больше полезного, чем в кошель, пусть даже с расширенным пространством. Однако что-то мне подсказывало, что ездовой сундук местное население однозначно не поймет. А украшать собственным телом веселый инквизиторский костерок совершенно не хотелось.

Первое, что я проверила — насколько эффективно действует в этом мире магия. Оказалось, что ничем не хуже, чем там, откуда я прибыла. Очень интересно. Это означало, что местный магический фон достаточно силен для того, чтобы здесь рождались маги. Однако массового их явления почему-то не наблюдается.

Французская средневековая деревенька оказалась довольно симпатичной — невысокие каменные домишки и много зелени. Я, конечно, расстаралась одеться по местной моде, но к людям выйти не рискнула. Во-первых, не была уверена в том, что маскировка мне удалась, а во-вторых, побоялась себя выдать каким-нибудь лишним словом или движением. Нет уж. Лучше не рисковать. К тому же, для выполнения задания помощь местных жителей мне совершенно не требовалась. Скорее, наоборот.

Защитившись всевозможными амулетами, отводящими от меня внимание, я расположилась на поляне и начала готовить своего шпиона. Не-живой ворон, помимо функции наблюдателя, должен был обладать и еще кое-какими полезными качествами. В частности, ему нужно быль как-то узнать дорогу сначала из этой деревушки до Авиньона, а затем от Авиньона до Парижа.

Разумеется, пленный тамплиер был в подробностях расспрошен о том, что где находится. И на основе его рассказа я даже карту составила. Вот только точность там была… очень условная. А нам требовалось нечто большее. Не может же ворон у прохожих дорогу спрашивать!

Собственно, решение данной проблемы у меня уже было. Усовершенствованное зеркало, которое показывало все то, что видела птица. О географии Франции я имела весьма смутные представления, но примерное местонахождение Парижа и Авиньона помнила. Да и разговоры путников надеялась подслушать.

Активировав птицу, я выпустила ее в деревню и некоторое время следила за полетом. Самым удачным местом для подслушивания, разумеется, я выбрала трактир. Если через эту деревеньку постоянно шляются всякие путники, вроде тех же тамплиеров, значит, она расположена возле накатанного пути в большой город.

Шпионила я не долго. В сторону Авиньона отправлялся торговый обоз и гонец с каким-то важным донесением. Я, разумеется, выбрала последнего, и дала ворону команду следовать за эти человеком. Вот теперь все. Теперь можно возвращаться и выяснять, будет ли работать связь птицы и зеркала между мирами.

Имперский глава Теней, разумеется, меня уже ждал. С нетерпением. Кажется, он был искренне удивлен, что я не побоялась шагнуть в чужой для себя мир. Ха! После того, как я, неожиданно для себя, вселилась в чужое тело, меня мало чем можно напугать. К тому же, раз тамплиеры вполне удачно шлялись между мирами, то почему мне не удастся это сделать? Тем более, что Имперский глава Теней сам меня страховал?

Блондин, кстати, довольно быстро нашел язык с Дьеффши, несмотря на все свои опасения. Видимо, обида на Теней и рядом не стояла с шантажом королевы. И из двух зол Дьеффши решил выбрать меньшее. Ну… Совместное творчество гения и тайной конторы вполне может привести к очень, очень интересным открытиям.

Естественно, первым, что я сделала, была проверка связи с вороном. На мое счастье, связь работала даже между мирами. Я видела, как перемещается гонец (под охраной, кстати) и могла слышать переговоры людей. Прекрасно! Теперь дело оставалось за малым. Птица должна добраться до Авиньона, найти там доминиканский монастырь и установить плотную слежку за папой римским. Вряд ли Климент V живет в убогой келье без окон. А значит, подсмотреть и подслушать его труда не составит.

Первое, что нас интересовало — распорядок дня. Нам нужно было поймать папу одного. Желательно, на ночь глядя. А в идеале — в не совсем адекватном состоянии, чтобы снизить критичность мышления. Не упитого в хлам, конечно, но после пары-тройки бокалов вина было бы не плохо.

Я следила за жизнью средневековой Франции, и думала, что некоторые историки моего мира многое бы отдали за подобное зрелище. А меня интересовал весьма приземленный вопрос — как избавиться от опасности в лице тамплиеров. И чем дольше я думала, тем больше склонялась к каноническому историческому прецеденту. Уговорить папу, уговорить короля (точнее того, кто за короля думает), и отрубить дракону голову.

Не факт, что удастся сильно нажиться на сокровищах. Думаю, тамплиеры не такие дураки, чтобы хранить яйца в одной корзине и наверняка позаботились о безопасности. Не факт так же, что удастся насовсем избавиться от ордена. В моем мире он спокойно существует до сих пор. И большой вопрос, насколько сильно его влияние. Однако мне и не требовалось истреблять орден под корень. Необходимо было организовать ему такие проблемы, чтобы тамплиеры не думали ни о чужих мирах, ни о чужих престолах. А что там будет дальше в их родном мире — это мне глубоко фиолетово. Пусть хоть перегрызут друг друга напрочь.

Кстати, наблюдать за Климентом V оказалось весьма любопытно. Худощавый мужчина с хищным профилем, в возрасте слегка за 40, больше был похож на воина, чем на священника. Он мне даже чем-то Андропова напомнил чисто внешне, хотя, конечно, странная ассоциация. Разумеется, папа римский отнюдь не утруждал себя скромной жизнью и аскетизмом. Скорее, наоборот. Распорядка дня у него фактически не существовало. Как ему удобно, так и хорошо. Так что следить за Климентом V приходилось в оба глаза. Мало ли. И, кстати, я выяснила, что внимательно наблюдаем за папой не только мы одни. Похоже, тамплиеры вынесли урок из попытки Филиппа Красивого их прищучить.

Да, королю не удалась его авантюра. Так ведь чудом же. И рыцари прекрасно понимали, что их ожидало в случае ареста. Хотя лично я, зная историю собственного мира, могла бы сообщить тамплиерам, что у них бедная фантазия.

В любом случае, слежка рыцарей за папой мне очень и очень не понравилась. Про Климента V я хоть что-то знаю. И в том, что он не прочь пощипать тамплиеров, не сомневаюсь. А кто придет ему на сиену — бог весть. И не факт, что в данном мире случится авиньонское пленение пап. И что? Ехать в Рим и уговаривать очередного понтифика? Это сколько ж времени уйдет? Нет, так дело не пойдет. Нужно вмешаться и защитить Климента. Он нам еще пригодиться. Вот только как уговорить Имперского главу Теней встретиться с папой лично?

— Это полная и беспросветная нелогичная ерунда! — ругался блондин, швыряя на стол выуженные из иного мира книги о похождениях тамошних ангелов и святых.

— Ничего не поделаешь. Население верит в этот, как ты говоришь, бред, — пожала плечами я. — Глупо было бы этим не воспользоваться. А действовать нам нужно срочно, сам понимаешь. На папу уже совершили два покушения. Хорошо, что мы следили за ним с помощью ворона и успели предотвратить печальный итог.

— Да, перехваченная стрела Климента явно впечатлила, — хмыкнул блондин. — И опрокинутый кубок он воспринял очень болезненно. А уж когда убедился, что туда отраву подлили, проникся к нашему ворону самыми теплыми чувствами. Местный художник уже рисует церковный сюжет на эту тему.

— И, как ты видишь, папа даже не усомнился в том, что его берегут высшие силы.

— Не знаю… одно дело — ворон в качестве спасителя, и совсем другое — явление ангела прямо в спальню. Хорошо, если у Климента никаких артефактов под рукой не окажется, — поежился блондин.

— Думаешь, он держит их под подушкой? — фыркнула я. — По идее, должен, конечно. Но ты сам видишь, что папа ведет светский образ жизни. Ты представляешь, чтобы кто-нибудь из наших жрецов не соблюдал полагающиеся ему заповеди?

— Что ты сравниваешь? Они магическую клятву дают. А в том мире, насколько я понимаю, с магией плохо.

— Нет, с магией-то как раз хорошо, — возразила я. — Плохо с магами. Кстати, не могу понять почему. Людям магическая сила практически не достается. Или они просто не развивают потенциал, опасаясь последствий?

— Весьма вероятно. Если уж в данном мире людей сжигают заживо при одном только подозрении на магию, чего тут ждать. Ия совершенно не понимаю, как тамошние жрецы отличают плохую магию, за которую наказывают от хорошей. Ведь у низ есть какие-то святые, которые творят чудеса.

— Угу. Только жили они все, почему-то, в прошлом. А в настоящем ни одного не существует. У меня такое ощущение, что этих святых придумывают задним числом. И специально относят их деятельность в глубь времен, чтобы уж точно не нашлось свидетелей против.

— Именно поэтому я опасаюсь, что Климент не поверит в явление ангела, — вздохнул Имперский глава Теней. — Он слишком рассудочный и рациональный человек.

— Ну, попытка не пытка. Не поможет явление ангела, попробуем что-нибудь другое, — пожала плечами я. — Но мне кажется, несмотря на всю свою рациональность, Климент суеверен. Вспомни своего пленного тамплиера. Он же искренне верит в нечистую силу. А ведь рыцарь — выходец из первого сословия, и даже кое какое образование получил. А насчет папы… Я давно хотела спросить… А Тени, случайно, на сны не могут воздействовать?

— Могут, но это умение редко применяется. Обычно тот, кто интересует Теней, имеет охранные амулеты и артефакты, так что подобраться к нему близко не реально. Кстати, хроники нашего клана гласят, что одного весьма агрессивного правителя удалось таким образом свести с ума, — вспомнил блондин. — Незаметно проникнуть в комнату для Теней проблемы не составляет, а там уж дело техники. Нужно сосредоточиться и передавать картинку, которую видел сам.

— Ну, да. Если каждую ночь смотреть на всяких не-живых тварей, мечтающих тобой пообедать, пожалуй, точно сойдешь с ума, — согласилась я. — Надо довольно долго заниматься некромантией, чтобы к ней привыкнуть.

— Ну, поскольку Климент никакими артефактами не защищен, проникнуть к нему в комнату и навести нужный сон труда не составит.

— Насчет того, что у папы совсем никаких артефактов нет, это ты погорячился, — заметила я. — Меня смущает висящий на стене крест. Он расположен достаточно далеко от постели, но кто знает, на каком расстоянии он действует.

Засыпать было страшно. И засыпать, и просыпаться, и уж тем более передвигаться по городу. Даже толстые стены доминиканского монастыря не могли гарантировать папе безопасность. Его дважды чуть не убили. Дважды. И это только то, что произошло на глазах! Если бы не ворон, посланный свыше, жизнь Климента уже оборвалась бы. И папа ни на минуту не усомнился в том, кто стоит за покушениями.

Тамплиеры. Проклятые тамплиеры. Богатые, могущественные и слишком много знающие. Кто, ну кто мог донести, что Климент собирался поддержать Филиппа и поучаствовать в разгроме ордена? Об этих планах практически никто не знал! И после того, как год назад король скончался, папа думал, что история закончилась. Что все забыто. Однако, как оказалось, тамплиеры просто умели выжидать.

Почему они начали покушаться на жизнь папы только сейчас? Снова почувствовали себя в опасности? Или наоборот, поняли, что достаточно сильны, и что им ничего не будет за эту смерть, которая, конечно же, окажется «случайной»? Ответа на вопрос не было. Да и не очень-то он был нужен, этот ответ. В данный момент, папу гораздо больше интересовало, как спасти собственную жизнь.

А тут еще, ко всему прочему, ему начали сниться сны. Очень странные сны. Некто светлый являлся и обещал помочь покарать тамплиеров. Было ли это искушение? Или знак, что все будет благополучно? И как поступить папе? Его бы воля, он хоть завтра отдал бы необходимый приказ. Но как на это посмотрит Карл Валуа? Светлое существо, являющееся во снах, обещало помочь. Явить чудо. Сделать так, чтобы дядюшка короля и папа римский могли переговорить на расстоянии, находясь каждый в своем городе. Причем их разговор не смогут подслушать.

Климент молился об удачном исходе задуманного. Теперь, когда дело касалось не только обогащения, но и его жизни, он на многое взглянул по-другому. И, кажется, обрел решимость, которой ему не хватало.

Длительный пост и молитвенный экстаз сделали свое дело. На мятущуюся душу снизошел мир. И, кажется, Климент почувствовал, как светлый ангел коснулся ладонью его плеча.

Хельга оказалась права. Папа римский был действительно суеверен. Как на взгляд блондина, так даже чересчур. Кто бы мог подумать, что взрослый человек, занимающий такой высокий пост, поверит в явление какой-то там сущности! Имперский глава Теней снял с себя иллюзию и устало потер глаза. Да, результат получился неожиданный, но гораздо более впечатляющий, чем ожидалось.

Посторонний мир, из которого приходили тамплиеры, оказался странным. Чрезмерно. Там была магия, но почти не было магов. Там царила единая религия, которая поражала жестокостью. И невежество тамошних жителей, даже высокорожденных, просто не укладывалось в голове. Это, с одной стороны, упрощало задачу, в плане воздействия на людей, а с другой, весьма затрудняло, поскольку трудно было предсказать реакцию столь неадекватных существ.

Хельга дала очень хороший совет, который сработал. Настроить Климента против тамплиеров было не сложно. Он давно облизывался на казну ордена, а теперь, когда рыцари решили покуситься на его жизнь, и вовсе не питал к ним никаких теплых чувств. Напротив. Тамплиеры раздразнили довольно опасного хищника. Да, если бы не вмешательство магии, Климента уже убили бы. Но, неудавшееся покушение разозлило папу римского. И заставило его действовать активнее.

Проблема была только в том, что не смотря на свой высокий титул, действовать в одиночку Климент действительно не мог. Нет, если бы все происходило в Ватикане, где папа — главный после бога, проблем не возникло бы. Но он не мог командовать в чужой стране чужой армией. А это значило, что придется договариваться с королевским дядюшкой.

В общем-то, ничего сверхсложного в этом не было. Имперский глава Теней пошел уже опробованным путем. Сначала ворон нашел Париж и королевскую резиденцию, потом туда был доставлен портал, а затем Карлу Валуа стали сниться очень интересные сны. Весьма соответствующие его собственным внутренним устремлениям. Ведь арестовывая тамплиеров, можно прихватить и тех, кто им сочувствует. Особенно если эти сочувствующие имеют слишком много прав на трон.

Людовик X жив потому, что не лезет в дела. И не мешает своим родственникам наслаждаться властью. Пока он на троне, царит хрупкое равновесие. Но стоит ему неожиданно умереть, как волки вцепятся друг другу в горло. И неизвестно, кто победит.

Имперский глава Теней намекнул Карлу Валуа, что корона снова может проплыть мимо него. Амбициозному дядюшке это не понравилось. А вот идея запустить лапы в казну тамплиеров Карлу очень даже пришлась по душе. Особенно если есть гарантия, что папа его поддержит. И ведь какой удобный шанс — сделать это руками недалекого Людовика! Дескать, приказ отдал король, а я только подчиняюсь. Ну а потом, смерть монарха, даже насильственная, не вызовет слишком много вопросов. Тамплиеры отомстили, горе-то какое! Но мы обязательно покараем всех, кого поймаем.

Проблема была в том, чтобы сделать все максимально тайно. Лучше, чтобы кроме папы римского и Карла о предстоящей операции вообще никто не знал, но это нереально. Людовик, как минимум, соберет Королевский совет, единолично такие вопросы король решать не будет. Что ж… Имперскому главе Теней придется вмешаться и обеспечить молчание совета. Ну а что касается исполнителей приказа… с ними проще. Чиновники, командиры военных отрядов и местные инквизиторы получат запечатанные магией приказы. Открыть их можно будет только в строго определенный момент.

Разумеется, все предусмотреть не возможно. Наверняка, будут какие-нибудь накладки. Но главное, чтобы рыбка снова не сорвалась с крючка. И чтобы ни один из тех, от кого зависит итог операции, не погиб. Ворон Хельги прекрасно справляется с охраной папы. А здесь, в Париже, нужно охранять не только Карла Валуа, но и Людовика. Смена власти сейчас совершенно не нужна. Грызня за трон обязательно помешает расправе с тамплиерами.

Нет, такого поворота событий следует избегать любой ценой. Так что, похоже, в очередной раз пришло время импа. Он может принять почти любой вид, но кажется, облик рыжей собаки ему удался особенно. Ничего не заподозрила даже Хельга, которая чувствует не-живых существ и даже Теней. Правда, импу так и не удалось узнать часть ее производственных секретов, слишком уж они специфичны, но зато в лояльности алхимика сомнения нет. Хельга выполняет все, что она обещала.

Ну, что ж. Имперский глава Теней тоже приложит все усилия, чтобы выполнить обещанное и сохранить Хельге жизнь. Столь одаренные люди встречаются не каждый день. И даже не каждое десятилетие. Так что клан Теней очень постарается сохранить столь ценное приобретение. Хотя бы для того, чтобы пользоваться им дальше.

Очередная поездка в Европу оказалась ничуть не более результативной, чем предыдущие. Убедить папу и европейских монархов снарядить новый крестовый поход на Святую землю не удавалось. Им всем было не до войн. А ведь был, был шанс уговорить Людовика! Тщеславного и поддающегося влиянию, но…. Карл Валуа захватил слишком много власти.

Король ничего не решал. И слишком любил развлечения. Что интересно, сам Карл Валуа еще в 14 лет был посвящен в рыцари и активно воевал. Да не прошло десяти лет со времен его сражений за Сицилийское королевство! Но похоже, сейчас Карла больше интересует власть, чем войны. Пользуясь недальновидностью и слабохарактерностью Людовика, он очень активно стал вмешиваться в управление Францией. На взгляд Великого магистра — чересчур активно.

На поддержку папы тоже не было никакой надежды. Климент изначально был креатурой Филиппа IV, и безусловно подчинялся королю. Было ли дело в благодарности за папский престол, или у коронованного наглеца накопился компромат на папу — уже не важно. Главное, что Климент принимал только те решения, которые выгодны Филиппу. И в самый необходимый момент, когда тамплиерам нужно было удержать остров Арвад, им никто не помог.

Разумеется, папе не нравилось, что у ордена тамплиеров влияния и богатств чуть ли не больше, чем у него самого. Поддержка и благословения были только на словах. А когда касалось дела, папа, как и многие другие, пытался влиять на орден и диктовать ему свои условия. Особенно раздражала идея Климента об объединении двух ведущих военно-монашеских орденов — Храма и Госпиталя. Да буквально два года назад папа Климент V вновь предложил объединить ордена. Спрашивается, зачем тамплиерам это нужно?

Естественно, Жак де Моле написал Клименту письмо и раскритиковал его предложение. Ладно, может быть, не слишком почтительно раскритиковал. Но тамплиеры не собирались приобщать к своему ордену посторонних людей. Особенно таких, которые, в силу своего происхождения и уже имеющихся заслуг, будут претендовать на высокие посты во вновь образованной организации. Похоже, зря он приехал в Европу. Нужно было возвращаться на Кипр. Проводить там зиму не в пример приятнее. Да и безопаснее. Не зря же тамплиеры уже более 10 лет назад перенесли на этот остров свою штаб-квартиру.

Да, ордену тамплиеров удалось избежать самого страшного, избавившись от Филиппа IV. Однако опасность не исчезла окончательно. Верные люди донесли, что у Климента V хранятся очень интересные документы. Вроде бы даже, доносы бывших орденцев. А потому расслабляться было нельзя. Лучше устранить опасность заблаговременно.

В данном случае, слабый король был не только проблемой, но и удачной пешкой. Да, Людовика не удалось склонить к походу на Священную землю, но зато от него не стоило ожидать и каких-либо действий против ордена. Король был увлечен охотой и дамами. Ему было не до управления государством. А шустрый дядюшка активно боролся за власть.

В общем-то, было понятно, почему Карл Валуа не хотел влезать в военные авантюры. Он боялся упустить ту власть, которая у него была и ту, которую он мог заполучить. Королевский дядюшка довольно жестко разделывался со своими оппонентами, и прекрасно понимал, что Людовика нельзя оставлять надолго. Иначе влиять на короля будут уже совсем другие люди, а завоеванные позиции можно быстро потерять.

Великий магистр вздохнул и потер уставшие глаза. Пожалуй, думать об отъезде на Кипр было преждевременно. Да, про поход на Святую землю, похоже, придется забыть. Но не открываются ли перед орденом другие, не менее интересные перспективы? И Людовику, и Карлу Валуа нужны деньги. Королевский дом Франции еще во времена Филиппа IV влез в долги перед тамплиерами. Так почему этим не воспользоваться и не начать влиять на политику страны более активно?

Первый вопрос, который следовало решить — разделаться с Климентом V. Вряд ли он способен на что-то серьезное без поддержки Филиппа, но лучше не рисковать. Раз уж папская резиденция располагается в Авиньоне, этим глупо не воспользоваться. Тиара должна достаться лояльному тамплиерам человеку. Идея иметь «карманного папу», обязанного тебе всем, была слишком хороша, чтобы ей не воспользоваться. Да, Филипп IV, как король, имел куда больше возможностей, чем Великий магистр ордена. Но если объединить усилия с тем же Карлом Валуа… нет ничего невозможного. Главное — понять, как подойти к решению проблемы.

Почему бы, например, не предложить Карлу пристроить свою родственницу, Клеменцию Венгерскую, за Людовика? Да, тот уже женат на Маргарите Бургундской. Но убрать неудобную жену проще простого. Начать с того, что обвинить Маргариту в адюльтере. Благо, для этого есть все основания. Заточить ее куда-нибудь, ну а там… Ранняя смерть от перенесенных страданий и угрызений совести[17].

Впрочем, в Париже Великого магистра удерживала не только мысль о том, как укрепить свое влияние на французский престол. Была и еще одна причина, о которой он избегал говорить вслух. Встреча с магами. Да, да, с самыми настоящими магами, творящими реальные чудеса.

Орден тамплиеров всегда увлекался оккультными науками. Тайные знания давали огромную власть. И до сих пор Жак де Моле думал, что ордену удалось дальше всех продвинуться в изучении непознанного. Однако оказалось, что он был не прав. Существовал мир, где правила магия. И маги.

В это трудно было поверить, но предоставленные орденцам артефакты прекрасно работали, защищая от стрел и холода, указывая дорогу и отводя глаза противнику. И если рядовые рыцари верили, что их переносят в другую страну, Великий магистр давно уже догадался о подоплеке дела. В старинных рукописях он встречал упоминание о том, что миров множество. Тогда эта мысль показалась ему почти кощунственной. И невероятной. Однако теперь Жак де Моле сам убедился в правдивости повествования.

Великий магистр невольно поблагодарил своих предшественников, собравших неплохую библиотеку. Он и сам пополнял ее редкими изданиями и запрещенными книгами. Церковь слишком многое относила к еретическим измышлениям и призывала сжечь. Жак де Моле не разделял этих убеждений. Знание и есть знание. Другое дело — как ты им воспользуешься, но этот вопрос решаемый. Главное — не подпускать к тайнам непосвященных.

У магов, кстати, действовала примерно такая же система. Знания были доступны далеко не всем. А некоторые сферы магии принадлежали лишь избранным. И это было логично. Как иначе удержать власть? Да и разве способна чернь понять высокие материи? В том, что маги решили поменять пешку на престоле, тоже не было ничего необычного. Как понял Великий магистр, сейчас их страну возглавляет такой же король, как и Людовик X. У их величеств даже увлечения совпадали. С одной стороны, управлять страной за спиной такого монарха было очень удобно. А с другой… Разве можно удержаться от искушения занять престол самому? Тем более, если ты имеешь на это права?

Зачем тамплиеры ввязались в чужой конфликт? Не только ради высокой платы. Да, эффективные артефакты и зелья оказались весьма кстати. А то, что предлагалось ордену в дальнейшем, казалось вообще сказочным. Но тамплиеры не состоялись бы, как сильный орден, если бы думали только об обогащении. Нет. Жак де Моле смотрел дальше.

С магом, который открывал порталы, удалось договориться довольно легко. И разведка в иной мир принесла довольно любопытные сведения. Удалось более менее прояснить, как там все устроено, и чего можно ожидать от местных умников. Единственное, что расстраивало — зависимость от магов. Сами тамплиеры, как ни старались, так и не могли понять, как открывается портал. И в библиотеке ордена не было ни одной книги, где хотя бы косвенно упоминалось о подобном. Изучение же артефактов ничего не дало. При попытке их разобрать они просто вспыхивали. Да, конечно, Жак де Моле понимал, что людям, не владеющим магией, вряд ли удастся разобраться с магическими вещами, но любопытство победило.

Иметь при себе амулет-переводчик оказалось очень удобно. Иначе тамплиерам никогда не удалось бы разобраться в чужом мире. Да и моментальный портал, возвращающий рыцаря в собственный мир, был весьма кстати. Действовал он весьма любопытно. Жак де Моле, прибыв инкогнито, сам убедился, что для открытия портала в иной мир нужен сложный ритуал. Однако для того, чтобы вернуться обратно, достаточно было раздавить амулет. Маг пытался объяснить что-то о векторах и привязках, но для Великого магистра слова звучали так же не понятно, как и заклинания. Набор букв, не больше. Впрочем, в данном случае достаточно было того, что магия действовала.

Планы у Великого магистра были довольно амбициозные. Пришлые маги все поголовно верили в то, что богов множество. Это было ужасающе. Даже на Священной земле Жак де Моле не сталкивался со столь чудовищной ересью. У ордена тамплиеров был великолепный шанс вписать свои имена в книгу истории золотыми чернилами. Принести единственную правильную веру в иной мир и стать ее главными проводниками. Никаких пап, никаких конкурентов. Абсолютная власть над умами и верой.

Да, наличие магии усложняло задачу. Но не настолько, чтобы отказаться от великолепной идеи. Рыцари, исследовавшие чужой мир, приносили очень обнадеживающие известия. Из-за того, что серьезные знания были доступны лишь избранным, сильных магов было мало. Очень мало. И далеко не все, получившие академическое образование, продолжали развивать свой потенциал. Молодежь интересовали развлечения. А еще рыцари рассказывали о том, что та часть населения, которая магией не владеет, очень магов не любит. За снобизм, за жадность и за то, какие цены они дерут за свои услуги. Да, все недовольные — это чернь. Но силу черни нельзя недооценивать. Ей нужно воспользоваться. Почему бы, например, не организовать бунт? Это точно отвлечет магов.

Еще одним неясным моментом было существование иных рас. Конечно, Жак де Моле встречал в хрониках упоминания о людях с головами зверей, и даже видел их изображения на картах. Однако Великий магистр полагал, что это не более, чем выдумка автора, желающего привлечь внимание к своему произведению.

К сожалению, выяснилось, что это не совсем так. Вполне возможно, что портал между мирами можно открыть без всякого ритуала. Вероятно, он и открывался, позволяя случайным свидетелям увидеть и описать чужую жизнь, даже не совсем понимая, что именно они описывают. Великий магистр вполне мог предположить, что в каком-то из миров живут люди, совершенно не похожие на тех, что он привык видеть. Конечно, может, не с собачьими головами, но явно другого вида. И, вполне вероятно, не совсем люди.

В мире магов, во всяком случае, существовали гномы, орки и тролли. И названия этих рас не были совсем уж не знакомы магистру, Жак де Моле встречал упоминания об этих существах в старинных легендах. И кто знает, вполне вероятно, что эти легенды имели под собой основание. Вполне возможно, что когда-то эти расы действительно существовали в его собственном мире.

Куда они делись? Сложный вопрос. Возможно, были истреблены людьми. А возможно, они случайно перемешались из одного мира в другой, пугая крестьян и оставаясь в легендах. Сейчас уже никто не скажет точно, что там было в прошлом на самом деле. Да и не так это важно, в конце концов. Гораздо важнее — что ждет тамплиеров в будущем.

Схема действий перед Великим магистром вырисовывалась очень отчетливо. Подбить чернь на бунт, перетянуть на свою сторону недовольных магов из второго сословия и попытаться договориться с иными расами. Когда они все поймут, чего на самом деле хотят тамплиеры, будет поздно.

Когда жизнь превращается в клубок странных событий, становится не по себе. И, самое главное, не очень понятно, когда все это началось. То есть понятно, конечно, что со знакомства с Хельгой, но как обычная встреча смогла привести к подобным последствиям? Обычная девушка, рядовой алхимик, к которому Нартар обратился по делу. Ну и из-за рекомендации главы хлаеппского клана Охотников, конечно, который очень хвалил и цены, и качество.

Нартара, собственно, тоже все устроило. Именно поэтому он договорился с Хельгой о дальнейшем сотрудничестве. А потом… потом все как-то вышло из-под контроля. И неожиданно для себя, с подачи дьорла Товиса, Нартар оказался втянут в совместное предприятие. И сам не заметил, как увлекся Хельгой по уши.

С этой девушкой всегда было интересно. У нее рождались сумасшедшие идеи, она изобретала любопытные вещи и не боялась экспериментировать. Хельга увлекала всех, кого встречала на своем пути. Она сотрудничала с гномами, с орками и даже с троллями. Хотя больше всего, конечно, раздражал Имперский глава Теней.

Нартар, как разумный человек, понимал, что никаких личных отношений там нет и быть не может. Выходец из первого сословия, блондин думал о себе слишком много хорошего, чтобы рассматривать Хельгу в качестве любовницы. Ходили слухи о его громких победах над первыми леди столицы, с которыми девушка из третьего сословия, даже с дипломом бакалавра, вряд ли могла конкурировать.

Хельга, в общем-то, тоже была равнодушна к эффектному блондину. Более того, она не раз и не два заявляла, что воспринимает Имперского главу Теней как нежить. И, была бы ее воля, никогда бы с ним не связалась бы. К сожалению, выбора ни у нее, ни у Нартара не было. И виноват в этом был отнюдь не блондин.

Ее величество, королева Мельстринн, скучая в провинции, решила втянуть Хельгу в свои смертельно опасные авантюры. Да, быть известным алхимиком — это не всегда хорошо. Ты привлекаешь к себе не только потенциальных заказчиков, но и множество врагов. Но Хельга не умела быть незаметной. Ее товары пользовались спросом и у гномов, и у различных гильдий.

Кладезь идей казался неисчерпаемым. И откуда что бралось? Да, часть из них пришлось продать гномам и оркам, за довольно неплохой процент, но все сразу Хельга не потянула бы. Для организации большого производства нужны были деньги. А для того, чтобы хорошо заработать — действующее производство. Такой вот замкнутый круг.

Впрочем, оставалось не так уж мало. Одно стекло чего только стоило! Хельга продавала как готовые изделия, так и стеклянные кусочки для создания мозаик. Благодаря ей, в городе многие смогли получить новую, хорошо оплачиваемую работу. Картинами мало кого удивишь, а мозаичные панно вошли в моду, и все зависело только от таланта художника и от усидчивости и кропотливости сборщиков.

Зелья Хельга тоже не забросила. Но готовила только то, что изобрела сама, и что приносило приличные деньги. Из-за этого у нее даже вышел небольшой конфликт с гильдией парфюмеров, но клиенту сложно диктовать условия, если это фрейлины ее величества. Капризные, избалованные особы сами решали, у кого и что им заказывать. Самым проблематичным было попасться им на глаза. И гильдия тех же парфюмеров прикладывала все усилия, чтобы среди счастливчиков не оказывалось ненужных людей. Но, если уж фрейлинам приходила в голову какая-нибудь блажь, с этим уже ничего нельзя было поделать.

Хельге повезло. Благодаря капризу королевы, фрейлины сами ее нашли. И стали ее постоянными клиентками. А почему бы нет? Ведь Хельга отнюдь не ограничивалась зельями. У нее можно было приобрести и ценные артефакты, и статусные безделушки, да и первый дамский клуб принадлежал именно ей.

Сейчас, конечно, подобных заведений развелось множество. Но публика в них обслуживалась самая разная. Ну а поскольку Хельга начала подобную практику первой, к ней пошли сливки общества. И, в силу своей консервативности, они не собирались менять насиженное место. Да и зачем? Пафосная обстановка, великолепная кухня, развлечения на любой вкус… все, чего только можно пожелать.

Со стороны жизнь Хельги казалась вполне благополучной. Да, она много работала и много изобретала, но и зарабатывала очень хорошо. Однако кто-кто, а Нартар знал, что все не так просто. И что Хельга вовсе не железная женщина, какой иногда кажется. Ей необходима была помощь и поддержка. Причем не только в магии, но и в жизни.

К сожалению, основная проблема была характерной для всех выходцев из второго и третьего сословия. Ни один из них не обладал магическим потенциалом в том объеме, который был характерен для представителей первого сословия. А потому создание зелий, амулетов и артефактов требовало очень много времени. Хельга, к счастью, не постеснялась попросить помощи у него и у дьорла Товиса. Иначе она просто не справилась бы с таким объемом работы.

Торговая гильдия поставляла множество шкатулок, сундуков, кошельков и прочих вещей которым требовалось зачаровывание. И Хельга довольно серьезно выматывалась. Даже получая помощь двух Охотников, она с трудом справлялась с объемом.

Поначалу Нартар даже обижался, что с ним не желают поделиться самым главным секретом — как перенести сущность не-живого существа в предмет. Казалось бы, Хельга ему доверяет. Он ей нравится настолько, что она планирует их совместное будущее. Но… секрет продолжает хранить.

К счастью, однажды у них зашел разговор на эту тему. И Хельга открыла нелицеприятную правду. Нартар поддается воздействию Имперского главы Теней. Настолько, что тот заставил Охотника забыть несколько мелочей. Блондин, правда, утверждал, что не умеет читать мысли, но Хельга ему не верила. Да и Нартар не верил. Тени — вообще очень подозрительный клан. И чересчур могущественный. С ними лучше вообще не сталкиваться. Но, к сожалению, выбора просто не было.

А в последнее время Имперский глава Теней что-то совсем активировался. Он почти не вылезал из лаборатории Хельги, где они на пару не только варили сложный яд, но и составляли планы действий. Что раздражало Нартара больше всего — так это то, что это Хельга оберегала его от проблем, а не он ее. Охотник ясно видел, что нравится девушке, что она готова связать с ним его судьбу, но… рисковать она не хотела. Типа, если авантюра не удастся, погибнет только она. А если Нартар к тому моменту станет ее мужем, то и он за компанию может погибнуть.

Какая беспросветная ерунда! Неужели Хельга действительно думает, что Охотник оставит ее самостоятельно разбираться с проблемами? Даже если эти проблемы смертельно опасны? Да зачем, в таком случае, вообще нужен мужчина? Нартар вмешается, и все равно попробует спасти Хельгу. И, кстати, Имперский глава Теней поддерживал его в этом начинании. Несмотря на взаимную нелюбовь (блондин несколько раз подсылал к Хельге смазливых подчиненных, но та никак не реагировала на их авансы), они нашли общий язык. И даже сумели договориться. Видимо, такие талантливые изобретатели, как Хельга, встречались не часто. И Тени не хотели ее терять.

Ну, что ж. Оставалось только ждать, когда доварится яд и начнется свистопляска. Что-то подсказывает Нартару, что впереди их всех ожидают смутные и страшные времена.

К сожалению, имп у блондина был только один. К очень большому сожалению, потому что чем больше он влезал в паутину взаимоотношений французского двора, тем больше понимал, что одного охранника и шпиона никак не хватит. Влиять нужно было не только на короля и его дядюшку, но и на членов Королевского совета, без согласия которого охоту на тамплиеров открыть будет нельзя.

Да и самих членов ордена не следовало выпускать из вида. За Великим магистров следило аж три созданных Хельгой не-живых зверушки. И его поведение особого оптимизма не внушало. Жак де Моле был хитрым, расчетливым, жестоким и весьма предприимчивым человеком. Чего только стоила одна его идея сменить королю жену! Кто знает, не клюнет ли на это предложение Карл Валуа? Ведь такой ход даст гарантию, что власть останется в его руках.

Да, противника не стоило недооценивать. Особенно такого, который настойчиво пытался избавиться от своих врагов, не пренебрегая никакими средствами. Короля Филиппа IV уже удалось убрать с игральной доски. Имперский глава Теней слишком любил интриговать сам, чтобы поверить в случайную смерть молодого мужчины. Причем именно тогда, когда этот самый мужчина уже готов был разгромить тамплиеров.

Теперь дело дошло до папы. Покушения следовали одно за другим. Если бы не магическая защита, Климент был бы давно уже мертв. А этого нельзя было допустить. Папа оказался очень полезным человеком. Во-первых, у него хранились планы по разгрому ордена, разработанные на пару с Филиппом. Во-вторых, папа припрятал очень интересные документы, которые вполне могли стать платформой для судебного процесса над рыцарями. И, наконец, череда покушений не прошла бесследно. Папа римский был разъярен, и имел на орден очень большой зуб. Тут уже дело шло не только об обогащении за счет тамплиеров, но и о сохранении собственной жизни. Вопрос стоял остро. Или Климент или тамплиеры.

Карл Валуа, в общем-то, тоже не слишком доверял рыцарям. Его как-то совершенно не привлекала мысль разделить судьбу Филиппа в случае, если в один далеко не прекрасный момент он перестанет устраивать орден. Да и сам факт того, что тамплиеры могут решать судьбу престола, не устраивал никого. Рыцари имели слишком большую власть и влияние. Это никуда не годилось.

На первый взгляд, Карл Валуа производил впечатление вполне адекватного человека. Но что ему могут пообещать рыцари? И не согласится ли он принять другую сторону? Кто знает. Имперский глава Теней не слишком доверял людям. И ждал от них только самого худшего.

Как бы я ни готовилась, как бы ни сосредотачивалась, а злосчастный «час икс» наступил, как всегда, неожиданно. Мои не-живые разведчики в виде крыс и птиц принесли не только максимально полные сведения о тамплиерах, но и схему Тампля. Имперский глава Теней не посвящал меня подробно в ход дела, но, как я поняла, планы по неожиданному аресту храмовников постепенно воплощались в реальность.

Уговорить Климента, наверняка, оказалось не так уж сложно, если учесть, что покушения на жизнь папы происходили одно за другим. Карл Валуа тоже горел желанием расправиться со слишком могущественным орденом, а заодно погреть на этом руки. Тамплиеры, правда, сделали ему интересное предложение, но идея занять трон самому была слишком привлекательной.

Дольше всех, как ни странно, возились с Людовиком. Нет, вовсе не потому, что его величество хотел защитить тамплиеров или имел какие-то интересы, с которыми придется считаться, хотя бы временно. Король никак не хотел отрываться от развлечений ради неинтересных ему дел и собирать Королевский совет, где ему придется присутствовать. Скучища-то какая!

Еще одним обстоятельством, которое приходилось принимать во внимание, было непонятное поведение магии. Можно было сказать однозначно — в мире тамплиеров она была. Здесь действовали амулеты, артефакты, зелья и ритуалистика. Однако, как ни странно, среди людей магов практически не встречалось. Да и те, что были, высоким потенциалом не отличались.

И я сама, и Имперский глава Теней (которому, как специалисту, я доверяю куда как больше), исследовали этот вопрос с разных сторон, но так и не пришли ни какому выводу. Хотя у меня были кое-какие подозрения, да. И я предложила блондину сравнить магический потенциал у маленьких детей до и после обряда крещения. Что-то мне подсказывало, что собака порылась именно там.

По большому счету, нам было бы все равно, что творится с магией в этом мире. Однако существовала определенная сложность. Дело в том, что далеко не все амулеты и артефакты действовали в руках не одаренных магически людей. А значит, на них сложнее было влиять. И с них невозможно было взять магическую клятву.

К сожалению, сделать последнее было просто необходимо. Иначе не было никаких гарантий, что удастся держать в секрете планы разгрома тамплиеров. А кто предупрежден — тот вооружен. Нет уж, хватило прошлого раза. Орденцев необходимо брать тихо и внезапно. Так, чтобы они не успели сжечь документы и вывезти сокровища.

Повлиять на Королевский совет оказалось не так уж просто. Тамплиеров недолюбливали, но побаивались. Однако тот факт, что большинство членов совета были должны орденцам большие суммы денег, постепенно переломило ситуацию. Ну и не-живые шпионы помогли. Потому что доброе слово и шантаж помогает уговорить человека куда лучше, чем просто доброе слово. И Королевский совет принял решение об аресте всех тамплиеров на территории Франции.

Ситуация складывалась благоприятно. Жак де Моле собрал в Тампле очередной капитул, обсуждавший возможность нового крестового похода. Великий магистр никак не мог отказаться от этой идеи. Ну а заговорщики не могли упустить такой благоприятный момент, когда вся верхушка ордена окажется в одном месте.

Почувствовав возможность исполнения заветной мечты о получении короны, и желая как можно быстрее ощутить холодный ободок золота на голове, Карл Валуа действовал быстро и жестко. Скорее всего, самостоятельно он не решился бы на этот шаг. Да и с Климентом им вряд ли удалось бы договориться. Надо быть Филиппом Красивым, чтобы свершить подобный подвиг. Сильным, наглым и влиятельным королем, имеющим обширную поддержку и впечатляющий опыт.

Однако Карл Валуа получил гораздо больше того, о чем Филипп мог мечтать. Он получил помощь магов. И у его задумки были все шансы воплотиться в реальность. Но как же ему мешал не желающий отрываться от развлечений Людовик! Есть такие решения, который может принять только король. И под большинством документов нужна была именно его подпись.

Помнится, в канонической истории тамплиеров обвиняли во всех смертных грехах, в том числе и в ереси. В случае, если разгром состоится, полагаю, что примерно то же самое будет и теперь. Если я верно помню, храмовники увлекались гностицизмом. Путешествуя и общаясь с различными людьми, читая старые свитки, тамплиеры смотрели на мир намного шире своих современников и были гораздо образованнее. Немудрено, что некоторые учения и знания очень сильно на них повлияли и были приняты на вооружение.

Разумеется, орденцы, как дети своего времени, вполне разделяли точку зрения «знания только для избранных». И большая часть обычных рыцарей совершала обряды автоматически, не задумываясь над их значением. Однако стремление к тайне и закрытости имели для тамплиеров самые негативные последствия. И когда их арестовали, священникам было где развернуться.

Как сложится ситуация сейчас? Кто бы знал. Но мои шпионы докладывают, что здешние тамплиеры ничем не отличаются от тех, которые были в моей истории. Они точно так же увлечены мистикой и заимствуют древние учения. На мой-то взгляд ничего особенного в этом нет. Имперскому главе Теней тоже слегка параллельно, кто и во что верит. Он, скорее, считает сумасшедшими всех, кто разделяет агрессивное единобожие.

А вот священники тамплиеров не поймут, это точно. Судебный процесс — дело и без того грязное и некрасивое. Стараясь избавиться от ордена, его членов будут обвинять в различных грехах. А тут и изобретать ничего не надо. Заходишь в зал, и видишь фигуру с крыльями, восседающую на кубе. Причем голова у этой фигуры козлиная, а её рога, борода и уши складываются в опрокинутую пентаграмму. И объясни инквизитору, что это — всего лишь позаимствованный у гностиков символ Андрогинна, а не то, о чем он подумал.

Арест тамплиеров (о, гримаса судьбы!) был назначен на пятницу 13. И доверенные слуги Карла внимательно следили, чтобы Тампль не покинули никакие подозрительные повозки. Он не хотел упустить казну и позволить тамплиерам вывезти свои ценности.

Если честно, я сильно сомневаюсь, что там было что вывозить возами. Во-первых, существовала база тамплиеров на Крите, а во вторых, я не верю в то, что все сокровища ордена хранились в одном месте, где бы оно ни было. Скорее всего, имеющиеся деньги и драгоценности были распределены между различными представительствами, чтобы удобнее было вести свою политику, подкупая нужных людей, вплоть до королей.

Ну и потом, орден тамплиеров уже давно превратился из рыцарей в ростовщиков. И его деньги были вложены в различные предприятия. Они не лежали мертвым грузом, они работали и приносили прибыль. Возможно, конечно, что в Тампле есть какие-то сокровища. Но вряд ли их так уж много. Хотя, конечно, некоторые документы и вещи могут оказаться куда ценнее денег. Вдруг Дэн Браун не врал, и тамплиеры действительно хранят у себя чашу Грааля?

Однако тамплиеры тамплиерами, а у меня была более насущная проблема. Яд со дня на день будет готов. И у меня есть все шансы стать жертвой королевского произвола. Да, архимаг думает, что я нахожусь под его полным влиянием, что часть памяти стерта, и я не совсем отдаю отчет в собственных действиях. Однако не приходится сомневаться, что это не помешает ему меня убить, как досадную помеху. Зачистить следы.

Имперский глава Теней утешал меня, сообщая, что все не так плохо, как кажется. Своими руками архимаг убивать меня не будет, а значит, есть возможность выкрутиться. Мда. Не вдохновляет, если честно. Во-первых, мало ли что этому архимагу в голову придет. Вдруг он в плохом настроении будет. А во-вторых, меня могут если не сразу убить, то сразу арестовать, и покинуть королевское жилище я не смогу.

Но если с вариантами спасения собственной жизни у меня было не густо, то возможность спасти жизнь Ромуальду III Сияющему я нашла. Мне удалось усовершенствовать следящий артефакт. Во-первых, уменьшить его размеры, во-вторых, закрыть от стандартных мер обнаружения и, в-третьих, привязать его не к предмету или человеку, а к жидкости. Теперь можно будет внимательно следить за всеми перемещениями яда, и вовремя его обнаружить.

Нет, конечно, если уж заговорщики решили убрать короля, они его уберут. Но, по крайней мере, это произойдет не с помощью яда, сваренного моими руками. Такие вещи никому не прощают. И в данном случае я бы не стала надеяться на прикрытие со стороны Имперского главы Теней. Он будет действовать только в своих интересах. И хорошо, если я впишусь в круг этих самых интересов. Но, на всякий случай, следует рассчитывать только на себя.

— Хельга, почему ты упрямишься? Гораздо лучше будет, если яд отнесу я, — уговаривал меня Нартар.

— Ты еще предложи задействовать одну из моих не-живых тварей, — отмахивалась я. — Я тебе уже сто раз говорила, что из этого ничего не выйдет. Архимаг считает, что я ему подчиняюсь. А он дал однозначную команду сварить яд и принести ему готовый продукт. Если ты меня заменишь, архимаг заподозрит, что что-то не так.

— А если он тебя убьет? Это лучше будет? — злился Нартар.

— Он в любом случае постарается меня убить. Ему не нужны свидетели, — резонно возразила я. — Мне тоже это не нравится, но что поделать? Мы лишь пешки в игре сильных мира сего. И не факт, что оба сможем сохранить жизнь.

— Я приготовил все к побегу. Имея деньги, это не так сложно. У меня есть знакомые, которые помогут нам незаметно скрыться. И есть место, где можно пересидеть опасность.

— И сколько мы будем сидеть? Не смеши меня, Нартар. Рано или поздно нас достанут, какая бы сторона ни победила. Сейчас у нас есть шанс. Слабый, но есть.

— Надеешься на Имперского главу Теней? Но он делает только то, что ему выгодно!

— Безусловно. И сохранить мне жизнь входит в понятие выгоды. Если Имперский глава Теней предотвратит покушение и обезвредит архимага с королевой, мне нечего будет бояться. Он замолчит мое участие в этом деле. И я смогу жить спокойно.

— Сильно сомневаюсь, — буркнул Нартар.

— Подумай вот о чем. Если мы сбежим, охотиться за нами будут не только архимаг с королевой. А у них обширные связи и достаточно для этого средств. К преследованию присоединятся и Тени, горя желанием наказать нас за предательство интересов их клана. И вот Теней я опасаюсь гораздо больше.

Послание было странным. Очень. Первый министр конечно, любил разводить тайны но данное письмо было необычным даже для его паранойи. Мало того, что четыре строки были зашифрованы дважды, так их еще и передали по самому закрытому каналу. Но главное — всё, что в них содержалось — это просьба о встрече. Если конечно, такое послание вообще можно назвать просьбой. Оговаривалось место, время и даже способ прибытия. И, разумеется, о факте встречи никто не должен был знать.

Подвальное помещение явно помнило лучшие времена, когда оно было частью королевской сокровищницы. Сейчас, благодаря усилиям Ромуальда III Сияющего, казна была истощена и многие помещения пустовали. Однако наложенная на них мощная магическая защита никуда не делась. Ну а защитить свою беседу от подслушивания и Имперский глава Теней и Первый министр, могли без малейшего затруднения.

— Я внимательно читал все ваши отчеты по делу о злоумышлении против короля. И некоторые моменты показались мне… весьма интересными. В целом, я был согласен с вашими действиями. Но… недавно появились некие обстоятельства. И вопрос с королевой оказался… не таким простым.

— Он и не был простым, — вздохнул Имперский глава Теней. — Понятно, что к делу нужно подойти деликатно, потому что никто в здравом уме не захочет ссориться с королевским двором Магриба.

— Да, мы планировали сохранить максимально в тайне обвинения против Мельстринн и отправить ее домой к брату. В истории нашей страны уже встречался прецедент раздельного проживания королевской семьи.

— По-моему, идеальный план. Что изменилось? — удивился блондин.

— Выяснилось, что нынешний правитель Магриба — не совсем законный сын своего отца. А вот Мельстринн — законный ребенок. Причем старший. Конечно, трон Магриба не может достаться женщине. Но ее сыну от нужного человека — вполне.

— Правитель Магриба наступил на больные мозоли многим своим подданным, — понимающе улыбнулся блондин.

— У богатого и могущественного человека всегда много врагов, — пожал плечами министр. — В свое время нынешний правитель Магриба позаботился о том, чтобы уничтожить всех претендентов на престол. Всех, кроме сестры, которую удачно выдал замуж.

— Но теперь, когда Мельстринн может вернуться домой, обстоятельства изменились. Даже если обвинение в незаконном происхождении ложно, лучше подстраховаться.

— Именно поэтому мы получили сигнал, что в Магрибе не будут против, если наш король неожиданно овдовеет, — сообщил Первый министр. — И лучше при этом обойтись без шумных процессов и громких обвинений.

— Магриб устроит рассказ о том, что Мельстринн похитила у них важный секрет, но пострадала, пытаясь воспользоваться им и открыть портал между мирами? У меня в тюрьме сидит тамплиер. Он будет очень расстроен сообщением о разгроме его ордена. И захочет отомстить человеку, втянувшему рыцарей в авантюру и не пришедшему им на помощь.

— Правитель Магриба будет безутешен, потеряв любимую сестру, но сочтет, что ее смерть — это ужасная случайность, в которой глупо искать виновных, — кивнул Максимус.

— Есть еще ода проблема, — напомнил Имперский глава Теней. — Архимаг. Я не знаю, действует ли он самостоятельно, или с ведома Совета. И вряд ли смогу ему противостоять. Не мой уровень.

— Нет, Совет здесь ни при чем. Арвенций решил действовать самостоятельно. Как воин он, безусловно, очень силен. Но как стратег… оставляет желать лучшего. Совет не вступится за отступника. Тем более что место в нем можно занять только после гибели одного из архимагов. А свой очереди ждут, как минимум, человек семь. Представляю, какая начнется грызня, чтобы занять место Арвенция и поделить его богатства.

— Совет будет выключен из игры, — согласился Имперский глава Теней. — Надолго.

— Архимаг не так неуязвим, как это принято считать. Арвенций будет нейтрализован.

— Прекрасно. Значит, основные пункты плана выполнены. Процесс запущен, и, если ничего не сорвется, в ближайшие дни начнутся аресты тамплиеров. Мы, конечно, планируем нейтрализовать королеву и архимага, тем более, что открывающий порталы в иной мир маг уже на нашей стороне, но я не хочу рисковать. Вдруг у Мельстринн был дополнительный план? А теперь, даже если кто-то и откроет портал между мирами, тамплиеры на выручку не придут.

— Алхимик, которому вы благоволите, действительно сварил толковый яд? — уточнил Максимус.

— Идеальный. Причем я помогал только влить магическую силу нужного количества и качества. С рецептом она сама справилась.

— Тени умеют находить талантливых людей.

— Бесспорно. Хотя ее трудно не заметить. Насколько я знаю, даже ваш пол украшен мозаикой.

— Ездовой сундук и зубастый кошель у меня тоже есть, — хмыкнул Первый министр. — Не говоря уж о самобеглой коляске. Трудно отказать себе в столь полезных мелочах.

— Последним изобретением алхимика стала доработка следящего артефакта. Она привязала его напрямую к яду. И теперь мы можем проследить, по каким каналам он будет перемещаться. И кто рискнет отравить короля.

— Мелкая сошка, которая, скорее всего, не будет понимать в полной мере, что делает, — предположил Максимус. — Но то, что за ядом можно будет проследить — это хорошо. Это означает, что мы сможем схватить некоторых заговорщиков буквально за руку. А в результате допроса узнаем имена остальных.

Сверив алгоритм действий и уточнив детали, Имперский глава Теней откланялся и порталом вернулся в Хлаеппо. Ему было над чем подумать. Нет, то, что Мельстринн обрекли на неожиданную смерть, вовсе не смущало. Напротив. Сильно упрощала задачу. Нейтрализация архимага давала полную свободу действий. А вот с ядом… с ядом явно было что-то не так. Причем не с самим составом (его эффективность блондин проверил), а с возможностью его применения.

Первый министр всегда был личностью себе на уме. С годами он набрал опыта и очень, очень глубоко влез в политику. Но если Ромуальд II Максимуса сдерживал и направлял, то нынешний король сам находится под влиянием Первого министра.

Возможно ли, что это влияние не такое полное, как говорят окружающие? Да вполне. Имперский глава Теней столкнулся с подобным явлением при подготовке ареста тамплиеров. Какое бы влияние Карл Валуа ни оказывал на Людовика, но заставить его подписать бумаги мог не всегда. Из-за этого запланированная операция затягивалась и могла сорваться.

Были ли подобные проблемы у Максимуса? Вполне вероятно. Есть решения, которые должен принимать король. Тем более, что Первый министр, при всех своих достоинствах армией никогда не занимался. И явно упускал ситуацию.

Хотел ли Максимус занять престол? Может, и хотел. Но кто ж ему позволит, бездетному и почти бессмертному? Жил Первый министр уже в два раза дольше, чем обычный человек, и стареть не собирался. Нет, Максимуса до престола не допустят, это не вариант. Но может ли Первый министр воспользоваться ситуацией чтобы посадить на престол нужного себе человека? Вполне.

Разумеется, во время приватного разговора Первый министр не делал никаких намеков. Такие вещи вообще вслух не говорят. Но вот вопросы, которые задавал Максимус, заставляли серьезно задуматься. Похоже, Ромуальд III Сияющий доживает последние дни. И яду позволят оказаться в его бокале. А место на троне займет пусть неглупый, но вояка, который будет слишком занят наведением порядка в армии и территориальными спорами с соседями, чтобы лезть в дела Максимуса.

Что в связи с этим собирался предпринять Имперский глава Теней? Да нет ничего. Если бы на месте Ромуальда III был более вменяемый король, имело бы смысл суетиться рассчитывая на благодарность и некоторые преференции. А сейчас? Максимуса за руку не ухватишь, а значит, именно он останется у власти. Тем более, что Ромуальду нравится развлекаться, а не править. И какой смысл действовать в королевских интересах?

Если Первый министр захотел под шумок убрать короля, он найдет способ. Портить отношения с Максимусом ради неблагодарного щенка? Ищи дураков. А вот поддержать Первого министра помочь ему и сделать вид что ты ни в чем таком его не подозреваешь — вот это правильное решение.

Если у Максимуса получится все, что он планировал, он сумеет отблагодарить. А Имперский глава Теней сумеет воспользоваться этой благодарностью.

Они выступили в час волка. В тот смутный момент, когда тьма уже начала сдавать свои позиции, а рассвет еще не наступил. В то время, когда сон у людей особенно крепок и безмятежен, когда оборотни превращаются в волков и отправляются на свой хищный промысел, когда оживает нечисть и бушуют темные силы. Час, который заканчивается криком петуха.

Сенешали и бейлифы по всей стране получили одинаковые запечатанные приказы. Никто не знал, что находится внутри. Вскрыть их позволялось лишь через час, и небольшие отряды шли в указанном посланцем направлении. Кто на площадь, где располагался фонтан, кто в старую часть города, к огромному дубу, а кто прямиком к Тамплю, поскольку там находилась королевская казна, которую следовало сберечь в любом случае.

Условный знак в виде петушиного крика прозвучал одновременно во всех концах города. И печати на конвертах были сломаны. Внутри, ни много ни мало, находился приказ об аресте того или иного тамплиера.

Король сообщал своим слугам, что, к его великому удивлению и ужасу, люди истинно верующие и достойные поведали ему о преступных деяниях членов этого ордена, которые оказались волками в овечьей шкуре, и как бы вторично распяли Иисуса Христа, поистине причинив ему куда более жестокие страдания, чем те, которые он уже претерпел на кресте.

«С горечью и обидой в сердце видим мы эти ужасные, достойные всяческого порицания примеры отвратительнейших преступлений, слушаем историю чудовищных злоумышлений, мерзких позорных деяний, поистине дьявольских, чуждых роду человеческому», — писал государь.

Теперь стало понятно, зачем каждому отряду приданы чиновники и инквизиторы. И почему никто из командиров не знал, куда направляются его люди. Такая операция должна была планироваться в глубокой тайне. И, что самое удивительное, тайну удалось сохранить. По городу не ходило никаких слухов, тамплиеры вели себя спокойно и, похоже, ни о чем не подозревали.

Да и как заподозрить неладное, если буквально вчера Жак де Моле, сам Великий магистр ордена, буквально накануне арестов занимал почетное место на похоронах Катрин де Куртенэ, жены Карла Валуа, брата короля, — он был одним из тех, кто держал покров на ее гробе[18].

Да, похоже, Карл Валуа решил продолжить дело своего брата, Филиппа IV и все-таки арестовать тамплиеров. Подпись под приказами стояла Людовика, но никто не заблуждался на этот счет. Всем было известно, что нынешнее величество интересуется охотой да дамами. А правит за него Карл Валуа. И нет ничего удивительного в том, что он решил отомстить тамплиерам за брата. Слишком уж вовремя умер Филипп, а его смерть отвела от ордена угрозу арестов.

Что ж. Горожане не испытывали к жадным рыцарям особой любви. А те, кто получил приказ, привыкли исполнять закон. Вне зависимости от собственных предпочтений. Тамплиеры не ожидают нападения. Они крепко спят, и их можно взять прямо в постелях. Это удачно, поскольку многие рыцари — достойные воины и могли бы сопротивляться. Нужно воспользоваться моментом и не дать им такой возможности. Иначе потери будут велики.

Да, похоже, Карл Валуа действительно продумал все до мелочей, воспользовавшись опытом своего брата. Филипп IV точно так же тщательно планировал и проводил конфискацию имущества евреев и ломбардцев. Тогда операция прошла весьма удачно, была повсеместно четко скоординирована и подготовлена в обстановке строгой секретности. Остается надеяться, что и сегодня все пройдет так, как задумывалось.

Прошло несколько секунд, прежде чем по городу разнеслось эхо треска выбитых дверей, звона разбитых окон и мощного, уверенного крика луженых глоток:

— Именем короля! Вы арестованы!

Все-таки, в том, чтобы быть приближенным к сильным мира сего, есть не только отрицательные, но и положительные стороны. Да, если бы можно было выбирать, я бы изо всех сил поддержала мудрую мысль грибоедовского персонажа, говорившего, что «минуй нас пуще всех печалей и барский гнев, и барская любовь». Но, поскольку выбора у меня не было, следовало хоть как-то повернуть сложившуюся ситуацию в свою пользу. Хотя бы быть в курсе происходящего.

К счастью, Имперский глава Теней скрывал от меня не все. Видимо, он не видел ничего секретного в процессе ареста тамплиеров. И даже был удивлен, что меня это вообще интересует. Убрали мы рыцарей из расклада? Убрали. Так чего же еще?

Хм… Ну как бы ему объяснить… Не так уж часто человеку удается прикоснуться к ходу истории. А тамплиеры для меня были именно историей, причем окутанной шлейфом тайн и загадок. Ладно на этот раз, их удалось успешно арестовать с помощью магии, но ведь и в реальной истории разгром ордена состоялся. Филиппу удалось провернуть авантюру, достойную современных служб безопасности. И пусть он упустил несколько людей и казну, но самое главное ему свершить удалось. Тамплиеры были разгромлены.

Казну ордена, кстати, в Тампле все-таки нашли. Не такую огромную, как надеялись, но заткнуть несколько дыр в бюджете Франции вполне хватит. Тем более, что все орденские дома и замки были поставлены под надзор королевских властей, а вся принадлежащая рыцарям недвижимость конфискована. Людовик ходил гоголем и приписывал себе все заслуги по разгрому ордена и поимке еретиков. Ему никто не возражал.

Напротив. Те, кто был в курсе дела, тщательно поддерживали подобные слухи. А папа римский так даже лицемерно посетовал, что король с ним не посоветовался. Разумеется, умных людей, знающих короля, этот спектакль обмануть не мог. Однако среди уцелевших тамплиеров были рядовые рыцари. Не посвященные в глубокие тайны своего ордена и в высокую политику. И, естественно, они хотели отомстить. А если учесть, что вполне справедливое желание подпитывалось магически и тайно поддерживалось со стороны, понятно, чем все закончилось.

Ранним утром 20 октября 1307 года его величество Людовик Х выехал из замка в сопровождении свиты. Он направлялся на очередную охоту, но пределов города покинуть так и не смог. Фанатичный рыцарь предвосхитил поступок Равальяка[19], и кинулся на короля с мечом. Разумеется, охрана попыталась вмешаться, но было уже поздно. Людовик скончался, не приходя в сознание.

Тамплиера, правда, поймали. И даже торжественно казнили, но колесо истории уже покатилось по другой колее. Королем Франции стал Карл Валуа. Прожженный циник, хитрый политик и абсолютно беспринципный человек. Тот, кто в нашей реальной истории изо всех сил стремился к трону, но так и не смог его занять.

Суд над тамплиерами затянулся, но на сей раз вовсе не требовалось выбивать пытками признания. Доказательств того, что рыцари были еретиками, накопилось достаточно. Имперский глава Теней постарался. Снизошел даже до иллюзии, неожиданно появившейся в пентаграмме прямо перед носом инквизиторов и исчезнувшей сразу же, как были подняты кресты и произнесены слова изгнания. Какие после этого пошли разговоры по городу, думаю, даже говорить не стоит.

Карл Валуа оказался достойным братом Филиппа IV. Он довольно круто взялся за дело и сметал все препятствия на своем пути. Отказался архиепископ Нарбоннский судить тамплиеров? Да к дьяволу его! И канцлером был назначен Гийом де Ногаре, который искренне ненавидел орденцев, и имел на это веские личные причины. Он собрал в Мобюиссоне главных советников короля, инквизиторов и епископов, и их форум принял нужное решение: все тамплиеры — иерархи, рыцари, капелланы, сержанты и братья служители — должны быть арестованы и преданы инквизиции.

Имперский глава Теней позаимствовал для своих целей несколько комплектов рыцарской одежды и переговорил с Дьеффши. Межмировой портал должен был сработать, поскольку блондин надеялся выйти таким образом на исполнителей. Вряд ли сама королева будет направлять рыцарей. Но и не слуга, однозначно. Тамплиеры должны будут уничтожить вполне определенных людей, а значит, их должен встречать тот, кому они подчинятся, и кто сможет им дать сопровождающих.

Ну, с этим пусть Имперский глава Теней разбирается. Это его работа. Меня гораздо больше волновал яд. Да, блондин намекнул мне, что никто не будет искать изготовителя. Просто потому, что те, кто реально захотел бы его найти, уже знают мое имя. И светить его не собираются. Однако одно дело — обещания, и совсем другое — грязная политика.

Определенные опасения мне внушал и изобретенный мной амулет слежения, прикрепленный к яду. Нет, я не сомневалась в его действенности, но вдруг жидкость разольют по разным флаконам? Тогда проследить их путь будет невозможно. А кто знает, кого еще захотят отравить этим ядом? И не будут ли скорбящие родственники особо упорны в поисках изготовителя?

Впрочем, до сего знаменательного события нужно еще дожить. А я серьезно опасалась, что у меня с этим будут проблемы. Мне казалось сомнительным, что архимаг оставит в живых пешку, которая слишком много знает. Пусть даже он сам наложил на нее некоторые ограничивающие заклятья. Хотя то, что он не удосуживался даже следить за мной нормально, проверяя яд только время от времени, давало определенную надежду.

Надо ли говорить, что тот день, когда пришел срок нести яд, казался мне самым траурным в моей жизни? Один раз я уже помирала, вследствие чего и оказалась в этом мире и в этом теле. Повторять эксперимент не хотелось. Кто ее знает, куда меня еще занесет, и занесет ли вообще хоть куда-нибудь. Арвенций предусмотрительно прислал ко мне сопровождающих. Видимо боялся, что я все-таки сбегу в самый последний момент. Ну или с ядом что-нибудь случится. В конце концов, зачем рисковать, когда можно перестраховаться? Я порадовалась, что Нартара поблизости нет (неизвестно как он на это отреагировал бы, не взирая на все предупреждения) и подала условный знак представителю клана Теней, изображавшему слугу.

Архимаг встретил меня… Да никак не встретил. Я его вообще не интересовала. Он чуть не вырвал из моих рук пузырек с ядом и произнес над ним витиеватое заклинание. Яд засветился положенным зеленоватым светом.

— А что это еще такое на пробке? — недовольно вопросил он.

— Это амулет, который я разработала, чтобы усилить эффективность. Желательно не разливать яд в другие сосуды, и тогда его действенность усилится.

— Что ж… Интересное изобретение. Жаль, что оно может оказаться для тебя последним. Петерс! Проводи ее. Пусть ней… Разберутся.

— Но она бакалавр…

— Всего лишь алхимик! И к тому же женщина! — рявкнул архимаг. — Ты что, боишься с ней не справиться? Зачем я вообще тебя тогда держу?

Слуга тут же поклонился, заломил мне руку и потащил по коридору. Ну, вот и все. Допрыгалась. Похоже, мое пребывание в данном мире подошло к концу. Злые слезы невольно брызнули из глаз, а сердце билось, как сумасшедшее. Я не хочу, не хочу, не хочу умирать! И как бы я ни храбрилась, но в моей душе жила надежда, что казнить меня сразу не станут. А потом… Потом меня сумеют вытащить из тюрьмы.

Однако оказалось, что Арвенций предпочел перестраховаться. И казнить меня должны прямо сейчас, без суда, следствия и предварительного заключения. Как ни жаль, но никто из тех, кто заинтересован в моем благополучии, просто не успеет меня спасти. При всем желании. К тому же, Имперскому главе Теней сейчас откровенно не до этого. События вышли на финишную прямую, и его место в столице, где будет происходить все самое интересное.

Коридор оказался коротким. На мой вкус — чересчур коротким. Перед глазами все расплывалось, до меня доносились ругань и звяканье металла. Неужели все? Неужели вот так вот все и закончится?

— И как ты умудряешься попадать в такие смертельно опасные заварушки? — раздался рядом подозрительно знакомый голос.

— Нартар? — не поверила я собственным ушам.

Удары, вопли и мои руки, неожиданно освободившиеся от чужого захвата, подсказали мне, что я угадала правильно. Охотник, несмотря на все предупреждения и запреты, все-таки пришел меня спасать. И возражать против этого мне явно не хотелось. Более того, придя в себя, я решила оказать Нартару посильную помощь. Да, меня обыскали и конфисковали все, что показалось подозрительным. Но кто мне мешал взять в руки бесхозный меч? Его хозяину, похоже, уже глубоко все безразлично.

Владеть мечом, правда, я практически не умела, но в данном случае любой удар был в помощь. А если учесть, что нападающих на Нартара было аж трое, то вывод из строя хотя бы одного из противников должен был облегчить ситуацию.

Мда. Все-таки, гоняясь за опасными монстрами, Охотники получали очень хороший опыт. Мой удар мечом отвлек одного из нападающих, и Нартар тут же перешел от обороны к атаке. В отличие от меня, он-то оружие в руках держать умел. Причем гораздо лучше, чем слуги архимага. Удар, поворот, удар! Кто там сравнивал бой с танцем? Бред! Какой же это танец? Резко, страшно, смертоубийственно… Нартар буквально выдернул меня из транса, покончив с врагами.

— Бежим! Я приготовил укрытие на всякий случай. Переждем, посмотрим, как повернется ситуация. Если к власти придут королева с Арвенцием, мы успеем сбежать.

— Думаешь, архимаг не будет нас искать? — удивилась я.

— Думаю, Арвенцию будет не до этого.

— Ему да. Но у архимага еще и слуги есть. Которые абсолютно не боятся нарушить закон. Кто бы стал меня искать, если бы Арвенцию удалось меня убить? Кто бы с ним связался из-за какого-то бакалавра?

— Я нашел место, где нас никто не найдет, кроме Имперского главы Теней. Даже дьорл Товис не знает про это место.

— Надо же, — искренне удивилась я. — Ты говорил, что готов доверить ему свою жизнь.

— Свою — да. А вот твою — нет.

Давно, очень давно за меня никто и ничего не решал. Оказывается, это безумно приятно. Это греет душу, когда рядом тот, кто готов подставить свое плечо и рисковать ради тебя жизнью. Я не хотела втягивать Нартара в эту смертельную авантюру, но он сделал свой выбор. И сам в нее ввязался. Не стал слушать ни меня, ни Имперского главу Теней.

Ну, что ж. Может быть, нам действительно удастся скрыться. Хотя бы временно. У моего бизнеса есть управляющие, и будем надеяться, что они не наломают слишком много дров. А там… Там будет ясно, кто победил. И как нам дальше действовать

Я знал, знал, что все не может быть слишком просто! Что за спиной Мельстринн кто-то стоит. И у нас с Максимусом даже было несколько кандидатур на должность главы заговора. Мы активно шерстили всех подряд, привлекая агентов и доносчиков, однако общей карты не вырисовывалось. И теперь я понял почему. У заговора была не одна голова. Совет архимагов захотел себе всю полноту власти.

Надо сказать, данное сообщение выбило меня из колеи. Настолько, что я даже засомневался в здравом уме лучшего из своих агентов. Этого просто не могло случиться! В истории одного из государств был подобный прецедент. И тогда потребовались немыслимые усилия, чтобы отобрать у архимагов власть. И, разумеется, остальные правители сделали соответствующие выводы. И потребовали магических клятв.

Можно догадаться, насколько сложно это было сделать. Но, к счастью, Совет архимагов всегда умел находить себе врагов. И наживать неприятности. Снобизм и излишняя закрытость никогда хорошо не заканчивались. А магистров, которые по потенциалу давно уже сравнялись с архимагами, но не могли получить заветную степень, было предостаточно.

Тогда у Совета архимагов полностью поменялся состав. И получить нужные клятвы оказалось не так уж сложно. А новый закон заставлял присягать на верность абсолютно всех магов, поступающих учиться в школу или академию. И магическая клятва однозначно запрещала Совету архимагов лезть во власть. Неужели кто-то нашел лазейку в тексте?

А почему бы нет? Магические клятвы, к сожалению, вовсе не были абсолютно надежными. Всегда появлялся какой-нибудь умник, который находил неточность формулировки или необычную трактовку написанного. Совету архимагов это не удавалось сделать на протяжении почти трех сотен лет. Да и сам Имперский глава Теней, как ни пытался, не мог найти в тексте ни одной лазейки. А он столько раз перечитал свиток, что почти выучил его содержимое наизусть!

Блондин раздраженно поднялся с кресла и отодвинул бумаги. Хорошо хоть он вообще получил предупреждение о заговоре! Совет архимагов действовал очень осторожно, наверняка подстраховался магическими клятвами, и даже придумал отводящий глаза маневр, подставив Мельстринн и Арвенция. Ну а почему бы не сделать грязную работу чужими руками?

Да уж. Похоже, его долги перед Хельгой неуклонно растут. Кресло, которое умело перемещаться даже по потолку, пришлось по вкусу его отцу. Старый воин, привыкший к власти и сражениям, тот ненавидел собственное беспомощное положение. И пришел в восторг, получив возможность свободно перемещаться. А изобретение искусственных рук? Слава богам, родственникам блондина они были не нужны. Но с помощью этого изобретения удалось заключить союзы с нужными семьями. А чего стоят переговорные зеркала, без которых Тени уже не знают, как обходиться?

И вот, будто всего вышеперечисленного было мало, появился еще один повод для благодарности. Разработанные Хельгой не-живые шпионы наблюдали не только за тамплиерами. Тени вовсе не собирались упускать такой козырь. Впрочем, сама Хельга, похоже, прекрасно это понимала, поскольку защитила свой дом от подобных шпионов.

Любопытно, кстати, как ей это удалось. Тени тоже пытались изобрести защиту, но пока даже не приблизились к решению данной проблемы. Спрашивается, чем занят целый отдел, которому, между прочим, платят очень неплохие деньги? Имперский глава Теней только вздохнул, в очередной раз подавляя желание разогнать бесполезных идиотов. Жаль, но такие таланты, как Хельга, появляются исключительно редко. А работать нужно сразу по нескольким направлениям. Одиночка, даже самый гениальный, с таким объемом работ не справится.

К счастью, Совет архимагов ничего не знал о существовании не-живых шпионов. А значит, не мог им противостоять. Именно благодаря данному обстоятельству появилась возможность получить информацию о существовании заговора. И о планах заговорщиков. Вопрос был только в том, как данному заговору противостоять? И как прижать зарвавшихся архимагов?

Нет, выход-то из сложившейся ситуации был. Тот же самый, что и несколько столетий назад. Собрать магистров, давно уже переросших свои степени, и остановить заговорщиков. Но на это требовалось время! Время, которого не было. Заговор уже вступил в свою активную фазу. Яд уже готов, Дьеффши начертил ритуальный круг, чтобы призвать из иного мира людей в облачении тамплиеров, а архимаг с королевой уже тайно прибыли в столицу. Тени на своих постах, и прекрасно знают, кого в какой момент арестовывать, а королю пришлось подливать зелье, чтобы он почувствовал себя плохо, и отказался от очередной охоты.

Разумеется, отравить Ромуальда можно было где угодно, но планы Максимуса и Имперского главы Теней требовали его присутствия именно в столице. Похоже, это решение было ошибкой. Да и вообще сам план воспользоваться чужим покушением на короля теперь казался неудачным.

Ладно, чего теперь плакать над пролитым молоком! Даже такую ситуацию, складывающуюся явно в чужую пользу, можно было повернуть в собственных интересах. Нужно только связаться с Максимусом. И определить круг тех, на чьих амбициях можно сыграть. Если удастся победить Совет архимагов, он будет расформирован. А это значит, что освободившиеся места займут нужные люди, которые будут очень благодарны за такую возможность. Имперский глава Теней знал, как минимум, одного человека, который готов убить за кресло в Совете и которому степень магистра надоела донельзя. Так почему бы не помочь родному брату, который в своей военной карьере уже достиг потолка?

Что ж… Наличие связных зеркал превращает задачу из невозможной в приемлемую. Нет, каковы все-таки мерзавцы, этот Совет архимагов. Отравить короля руками Мельстринн и Арвенция, убить всех претендентов на престол, задействовав тамплиеров, и поставить остальных перед фактом. Любопытно, а как они собирались договариваться с Тенями? Неужели предательство внутри клана?

Раньше блондин сказал бы, что это немыслимо. Но раз Совет архимагов нашел лазейку в магической клятве, то и кто-то из Теней мог найти. Нужно просто знать, что никому доверять нельзя. Стать Имперским главой Теней, наверняка, хотят многие. Так почему бы не воспользоваться удобным моментом?

Связаться с Максимусом удалось сразу же. Первый министр был напряжен, как натянутая струна, и, казалось, был готов к любым, даже самым неприятным известиям. Однако это только казалось, потому что при сообщении о заговоре архимагов Максимус побледнел и даже спал с лица. Он прекрасно знал историю, и помнил, чем закончился для другой стороны подобный поворот.

— У тебя есть предложения? — поинтересовался Первый министр.

— У меня есть список из семи магистров, которые не прочь войти в Совет архимагов. Я могу связаться с ними прямо сейчас. Не думаю, что сборы займут у них много времени, а артефакты моментально перенесут их в нужное нам место.

— У меня тоже есть такие люди, — кивнул Максимус. — Обычно, в Совет входит 13 архимагов, но мы можем расширить список на одного человека.

— Если все наши кандидаты останутся живы после сражения, — вздохнул Имперский глава Теней. — И если нам удастся победить.

— Не верится, что архимаги решились на подобный поступок, — покачал головой Максимус. — Не представляю, какую лазейку они нашли в клятве. И еще… Ты уверен, что архимаги начнут действовать именно сейчас? Что они не будут ждать смерти короля? Насколько я помню, сваренный твоим алхимиком яд тем и хорош, что действует медленно, и его последствия легко спутать с обычной болезнью?

— Это так. Но архимаги не будут ждать. Я же рассказывал о не-живых шпионах, изобретенных Хельгой?

— Да, довольно интересный эксперимент. Изображение и звук они передают неплохо. Я тоже воспользовался парочкой крыс в своих целях, и более чем доволен результатами. Ты отправил их следить за архимагами?

— В том числе, — кивнул блондин. — Но, к сожалению, оказалось поздно. Заговор уже состоялся. Хорошо хоть я вообще узнал о его существовании, и теперь могу следить за тем, кто из архимагов чем занят. И где находится. Боюсь, поймать их за руку будет сложнее, чем Мельстринн и Арвенция. Того, похоже, Совет решил сделать жертвой.

— Не удивлен. Арвенций надоел всем своим снобизмом и мерзким характером. Если бы не его происхождение и деньги его семьи, он вообще не оказался бы в Совете.

— Там, вроде бы, была какая-то грязная история с дуэлью? — наморщил лоб Имперский глава Теней, вспоминая давние сплетни.

— Если это можно так назвать! — фыркнул Максимус. — Он оскорбил заведомо более слабого в боевой магии соперника. И убил его. Теперь, похоже, Арвенцию стало мало места в Совете, и он нацелился на власть.

— Если учесть, что они с Мельстринн хотят убить всех мало-мальски значимых претендентов на престол, у них вполне могло бы что-нибудь получиться, — вздохнул Имперский глава Теней.

Все-таки, его клан успевает не всегда и не везде. Казалось бы, следили за всеми подозрительными личностями, а двойной заговор чуть не прохлопали. Если бы Арвенций не заставил Хельгу варить яд, он не обратил бы на себя внимания. И если бы не все та же Хельга со своим изобретением не-живых шпионов, про заговор в Совете архимагов не узнал бы никто.

— Ты не догадался, какую лазейку в магической клятве нашли архимаги? — вздохнул Максимус.

— Понятия не имею! Я перечитал текст множество раз. Он абсолютно продуман! Если архимаги попытаются полезть во власть, их ждет смерть. Каждый из них приносил соответствующую клятву и от своего лица, и от лица Совета.

— Ну, что ж. Жаль. Зная, какую они нашли лазейку, мы могли бы предугадать их действия.

— Хорошо хоть, можем за ними следить. Они уже в столице. Все, включая Арвенция.

— Значит, нам тоже пора действовать. Связывайся со своими магистрами, а я свяжусь со своими. У архимагов есть фора во времени и возможность первого шага. Но сдаваться на волю обстоятельств не стоит. Им можно противостоять, и мы это сделаем!

— Тем более, что от результата противостояния зависят наши собственные жизни, — хмыкнул блондин. — Я подозреваю, что и среди Теней, и среди твоих подчиненных есть предатели, сумевшие обойти клятву верности. Так что будь осторожен.

— Ты тоже.

Солнце нестерпимо жгло кожу, невзирая ни на какие предосторожности. Как ни бился Орвиус, защитный артефакт разработать так и не удалось. Приходилось обходиться по старинке — плащом и перчатками, но в некоторых случаях это было неудобно. Особенно когда требовалось появиться перед публикой. К счастью, это случалось не так часто. И большинство встреч можно было проводить в залах Академии, куда не проникало солнце.

Пока никто ничего не заподозрил. Но это пока. Рано или поздно, странности Орвиуса начнут казаться слишком большими. Даже архимагам, которые привыкли ко всему необычному. А уж посторонним — тем более. Видимо, магическая клятва, которую давал Совет архимагов, успокаивала наблюдателей. А в том, что наблюдатели были, Орвиус даже не сомневался. Тени относились к своим обязанностям слишком ответственно. И для того, чтобы их провести, потребовалось время и серьезные усилия.

Видимо, никому просто не приходило в голову, что один из архимагов способен мыслить в таком направлении. Но Орвиус не напрасно стал главой Совета. Он умел видеть чуть дальше, чем остальные. И применять знания так, как остальным и не снилось. Ему понадобилось всего лишь переступить через некоторые свои предубеждения, и перед ним открылись просто фантастические перспективы! Неправдоподобные.

Идею, как ни странно, Орвиусу подсказали Тени. И то, что они сами нарушали закон при проведении ритуала, послужило архимагу на руку. Что велели правила? При вступлении в клан Теней человек должен был отказываться от имени и рода. Существовали даже специальные заклятья, которые притупляли память о прошлых привязанностях. Однако высокорожденные слишком ценили свою кровь, чтобы от нее отказываться. И создали артефакты, которые сохраняли и память, и чувства.

Младший брат Орвиуса тоже вступил в клан Теней. Ничего большего ему, как третьему сыну, просто не светило. Старший продолжил род, а Орвиус получил степень архимага. Жаловаться, конечно, было не на что. Ему досталось приличное наследство и неплохой земельный надел, по названию которого он взял фамилию, чтобы основать новый род. Но даже титул главы Совета архимагов, рано или поздно, перестает устраивать.

Младший брат стал первым подопытным кроликом Орвиуса. Не совсем добровольно, но кто обращает внимание на мелочи? К сожалению, оказалось, что Теней нельзя долго держать под заклятьем подчинения. И подавляющие волю зелья влияли на них не в лучшую сторону. Однако начало было положено, и эксперименты продолжились.

Самым сложным было незаметно похищать Теней. Чем больше Орвиус узнавал про их клан, тем более впечатлялся и тщательнее заметал следы. Его интересовало то, как Тени меняли свой организм. И придавали ему определенные свойства. Улучшение реакции и навыки ночного зрения, конечно, впечатляли, но увеличение срока жизни казалось более интересным. И, главное, именно Тени показали Орвиусу, как можно обойти клятву.

Началось все с мелочи. Архимаг исследовал, можно ли улучшить то, что придумали Тени. Сделать это было не так просто — на самых ценных членах клана стояли магические закладки самоуничтожения, срабатывающие в самый непредсказуемый момент, а всякая шушера архимага не интересовала. Они не обладали нужными знаниями и практически не подвергались изменениям.

Выход нашелся совершенно случайно. В библиотеке Академии Орвиус наткнулся на старые свитки с записями по некромантии. И это было настолько похоже на то, что творили с собой Тени, что архимаг решился рискнуть. Он провел несколько ритуалов прежде, чем понял, что у него действительно получается изменить человека. Кардинально изменить. Вот только Тени, похоже, останавливались у определенной черты, а Орвиус останавливаться не собирался.

Некромантия оказалась весьма интересной и очень полезной наукой. А еще до архимага дошло, зачем студентам так активно внушалось отвращение к этой дисциплине. Она не просто была мощным оружием, но и не требовала особого магического потенциала. Скорее, тут нужны были обширные теоретические знания, точные расчеты и очень большое терпение. Для того, чтобы добиться нужного результата, требовались длительные и тщательные эксперименты.

Поднять и допросить труп? Это не наука, это элементарные азы. Собрать не-живую армию? Да тоже не так уж сложно при определенных усилиях. А вот проекты по созданию разумной нежити пока ничем хорошим не заканчивались. Твари выходили из-под контроля и пытались убить своего создателя.

Эксперименты с Тенями подсказали выход из этой ситуации. Надо работать не с трупами, а с живыми объектами, которые в процессе опытов не умирали, а перерождались. Оставались разумными, вменяемыми, владеющими магией, но переставали быть людьми. И в тот самый момент, когда это происходило, на них переставали действовать прошлые магические клятвы. Совсем. Такое ощущение, что магия воспринимала их, как другое существо. И стирала прошлую память и привязанности куда как успешнее ритуалов Теней.

Орвиус не мог поверить сам себе! Результаты экспериментов, призванные научиться противостоять Теням и влиять на них, превзошли все ожидания. Любой Совет магов, в какой бы стране он ни находился, стремился захватить власть. И некоторым это даже удавалось. Самым успешным, конечно, был вариант, когда архимаги становились правителями. Однако такое в истории произошло лишь единожды. И Совету не удалось удержать власть. Потом было поздно. Магам стало невозможно вырваться из пут магических клятв. И те, кто имел гораздо больше сил и возможностей, вынуждены были подчиняться коронованным особам.

Хорошо еще, если на троне оказывался некто вроде Ромуальда II. С ним можно было иметь дело. Но его сын? Полное ничтожество. Конечно, ему можно было бы втереться в доверие и стоять за его плечом, имея реальную власть. Однако место за троном Ромуальда III было занято. И Максимус прекрасно управлял и политикой, и экономикой, и финансами. С армией, правда, у него не слишком задавалось, но можно было не сомневаться, что рано или поздно он решит и эту проблему.

Тени тоже не спали. Они изобретали все новые и новые способы следить за своими врагами и совершенствовали свои возможности. Сколько шпионов Орвиус потерял из-за их паранойи! Имперский глава Теней успевал везде. И умел находить нужных людей, не обращая внимания на их статус. Орвиус невольно скривился. Вот она, главная причина того, что знания не должны доставаться недостойным! Над ними невозможно удержать полный контроль. Варили представители третьего сословия плохонькие зелья? Вот и пусть бы варили. Ну и монстров уничтожали бы по деревням. А теперь что? Какой-то провинциальный алхимик самого убогого происхождения изобретает вещи, которые служат гномам, оркам, Теням и кому угодно, кроме Совета архимагов. Одни переговорные зеркала чего только стоят!

Когда Орвиус узнал о происходящем, его первым порывом было прижать алхимика долгом перед школой. Однако архимаг опоздал. Долг уже был выплачен. А девица была связана множеством контрактов. Это просто отвратительно! Какая-то выскочка, вместо того, чтобы работать на архимагов в благодарность за полученные знания, смела вести себя абсолютно не по статусу. Бакалавр? Да не смешите меня! Если нет хорошего происхождения, не должно быть и ничего другого. Какая отработка долга перед школой? Все, кто получил магические знания, должны работать на Академию пожизненно. И все их изобретения тоже должны принадлежать Академии. Это было бы справедливо. Разве без полученных знаний они хоть что-то изобрели бы?

Ну, что ж. Теперь все изменится. Как только Совет придет к власти, законы будут переписаны. И все пойдет по-другому. А он, Орвиус, будет стоять у истоков новой страны и новой жизни. И, разумеется, войдет в историю. Потому что вся власть окажется именно в его руках.

Сделать над собой усилие и начать разбираться в некромантии было сложно. Заставлять себя периодически поднимать трупы и работать с ними — тоже было не самым приятным занятием. Да и эксперименты над Тенями не очень-то вдохновляли. До тех самых пор, пока Орвиус не нащупал возможность обойти магическую клятву. Нет, даже не так. Оказаться свободным вообще ото всех магических клятв, которые он давал в своей жизни.

Понятно, что Орвиус не стал ни с кем делиться своим открытием. Совету рано было об этом знать. Архимаг, поколебавшись несколько месяцев и проведя еще полтора десятка экспериментов, все-таки решился изменить собственное тело. Да, после этого он перестанет быть живым в полном смысле этого слова. Да и человеком, пожалуй, тоже быть перестанет. Но, по его мнению, игра стоила свеч.

Это был шанс. Может быть, единственный шанс занять трон и получить всю полноту власти. Сейчас, когда король слаб, когда у него нет наследников, и когда те, кто мог бы претендовать на престол, не ждут нападения.

Эксперименты над собственным телом затянулись. Орвиус не хотел торопиться и вызывать подозрений. К сожалению, перемены в организме приносили не только положительные, но и отрицательные последствия. То, что он больше не сможет иметь детей Орвиуса не пугало. У него уже были наследники. А вот непереносимость солнечного света стала неприятным открытием.

Память никуда не уходила. Способности к магии не исчезали. Разум, казалось, даже обострился. Эксперименты, во всяком случае, становились все смелее и успешнее. В рационе, правда, появилось сырое мясо, а стук чужого сердца вызывал обильное слюноотделение, но примитивные реакции контролировать было не сложно. Тем более, если периодически позволять организму сбрасывать напряжение.

Первая проба обойти клятву закончилась не слишком удачно. Организм все-таки пострадал, пусть и не слишком сильно. Головная боль и кровь из носа показали, что Орвиус пока не приблизился к своей цели. Потребовалось почти полгода прежде, чем прошлые клятвы перестали действовать на архимага. И вот тогда он решился подбить Совет на авантюру.

Разумеется, Орвиус не собирался рассказывать окружающим, как именно ему удалось обойти клятву. Это ни к чему. Главное, Совет получит возможность исполнить свою давнюю мечту — захватить власть. И изменить законы страны так, как это выгодно архимагам. Ради того, чтобы вырваться из-под власти чиновников, Совет пойдет на многое.

Как и следовало ожидать, предложение Орвиуса вызвало недоверие архимагов. Почти каждый из них пытался обойти треклятую клятву, но это было бесполезно. В закрытом от прослушивания помещении собрался отнюдь не весь Совет, а всего шесть человек, но именно они принимали самые важные решения. И именно их поддержка нужна была Орвиусу.

— Как только мы попытаемся захватить власть, мы погибнем, — вздохнул один из собравшихся.

— Если сами попытаетесь, то вполне вероятно, — согласился Орвиус. — Но в клятве ничего не говорится о том, что вы не можете помочь захватить власть кому бы то ни было. Я даже могу предположить, почему данное уточнение отсутствует. Не раз и не два именно архимаги помогали занять трон тому или иному королю.

— Но как ты сам собираешься противостоять клятве?

— Я нашел как ее обойти, — самодовольно усмехнулся Орвиус. — И нет, я не собираюсь ни с кем делиться своим открытием. У каждого из нас есть свои неразглашаемые секреты. И родовые, и личные.

— Предложение слишком щедрое, чтобы от него можно было отказаться. По сути, ты предлагаешь нам захватить власть, а ответственность перед магией берешь на себя. Я бы так сказал, что это слишком хорошо, чтобы быть правдой.

— Я не справлюсь один, — признал Орвиус. — И это бессмысленно. Только Совет сможет удержать власть, уничтожить врагов и изменить ситуацию в стране. В одиночку такие дела не делаются. Мне в любом случае потребовалась бы поддержка. И я предпочитаю искать ее у самых сильных представителей магического общества.

— И что, по-твоему, будет, если мы победим?

— Мы будем править страной так же, как и Академией, — решительно отрезал Орвиус. — На тех же принципах. Собрание Совета, озвучивание проблемы и принятие решения двумя третями голосов.

— Неплохо было бы перетянуть на свою сторону кого-нибудь из представителей древних родов. Почти у каждого из нас есть родственники, с которыми можно связаться. Но вот что им обещать за поддержку? Многие из них уже занимают высокие посты и имеют достаточное количество денег.

— Будем обещать место в Совете, — предложил Орвиус. — Не буду лгать, обещая, что все члены Совета останутся в живых. А некоторые… И не должны остаться.

— Арвенций?

— В первую очередь. Но на него у меня… Особые планы.

Иметь любовницу среди королевских фрейлин было не только престижно, но и полезно. Собирать слухи, запускать их, провоцировать определенные события… Орвиус увлекся. В смерти короля должно быть заинтересовано как можно больше людей, тогда покушение точно удастся. А начать смуту будет не сложно. Представители самых знатных родов вцепятся друг другу в глотки, чтобы вырвать трон.

Безусловные права имеют пять семей. С ними даже договариваться бесполезно. Проще уничтожить. Остальных необходимо собрать под видом Большого Королевского Совета, и навязать им свою волю. Конечно, это будет нелегко, но королевская корона и не может даваться просто.

Очевидных проблем было несколько. Во-первых, Имперский глава Теней и Максимус. От них нужно было избавиться, что само по себе было не просто. Во-вторых, как минимум полтора десятка магистров, которые, как ни хотелось бы закрыть на это глаза, давно уже достигли уровня архимага. Им можно было бы пообещать место в Совете, если бы не многочисленные конфликты. Архимаги сами оттолкнули конкурентов, и теперь договориться с ними будет практически невозможно.

И, наконец, существовала опасность, что не все претендующие на трон семьи удастся уничтожить. Или возникнут проблемы с тем, чтобы собрать Большой Королевский Совет. Нет, у Орвиуса был план и на этот случай, но прибегать к нему пока не хотелось. Открывать все карты было еще рано. Если кто-нибудь узнает, что архимаг не только перестал быть человеком, но и создал целую армию разумной нежити, церемониться с ним не будут. А один против всех Орвиус не выстоит. Даже учитывая его приобретенные способности.

Когда-нибудь, возможно, он и сам избавится от Совета архимагов. Но это будет не скоро. Удержать власть очень сложно. А нужно еще приложить усилия, чтобы не спровоцировать войну с соседним государством. Правитель Магриба и так облизывается на территории, которые он потерял в войне с Ромуальдом II. А если ему еще и повод для нападения дать…

Орвиус, конечно, перестраховался. Создал несколько документов, намекающих, что трон Магриба занимает незаконнорожденный. Пусть коронованный агрессор своими внутренними проблемами займется, вычищая претендентов на престол. Ну а потом… потом уже поздно будет. Совет либо погибнет, либо захватит власть.

План складывался запутанный, но вполне надежный. После нескольких подсказок и якобы случайных разговоров, Арвенций созрел для переворота. Ну а поскольку о ссорах в августейших семействах знали все, до последнего истопника, он не придумал ничего лучше, как обратиться к королеве.

Орвиус предположил, что в ход пойдут деньги Магриба и наемная армия, однако Мельстринн его удивила. Узнав, что ради наемников королева решилась открыть портал в иной мир, архимаг потерял дар речи. Интересно, а колбасу эльфийским клинком она резать не пробовала? Впрочем, результаты авантюры вполне Орвиуса устраивали. Наемники из другого мира обеспечивали нужный уровень секретности, а от Совета архимагов требовалось только поддержать переворот. Негласно помочь уничтожить именно тех, кого нужно. Получить необходимый результат, и выставить в качестве виновного Арвенция.

Для этого даже особых усилий прикладывать не придется, поскольку действуют они с королевой слишком заметно. Орвиус не удивился бы, если бы узнал, что об этом заговоре уже известно и Максимусу, и Имперскому главе Теней. Ну, пока они будут ловить Арвенция и пытаться противостоять его наемникам, Совет архимагов уже сделает свое дело.

Двое бывших Теней, попавших под эксперименты Орвиуса, подчинялись только ему. И готовы были выполнить любой его приказ. Переродившиеся в нежить, они, в отличие от поднятых трупов, были способны самостоятельно принимать решения и импровизировать. Так что к убийству Имперского главы Теней и Первого министра подойдут ответственно.

Портал между мирами открылся своевременно, и длинная вереница людей в одежде тамплиеров ступила на каменные плиты дворца. Вот только вместо того, чтобы слушаться приказов трех представителей древнего рода, они взяли их в плен. Быстро и почти бесшумно. А затем моментально рассыпались, исчезнув в коридорах и на лестницах.

Порция яда оказалась в бокале короля еще утром. Мельстринн не мелочилась и приказала использовать весь флакон. Пока Ромуальд чувствовал себя прекрасно, но уже через два часа должен был свалиться с тяжелой лихорадкой. Его быстрая смерть была абсолютно никому не выгодна. Заговорщикам требовалось время на воплощение планов. И живой бессознательный король как нельзя лучше вписывался в ситуацию.

Архимаги появились чуть позже, поняв, что истребления претендентов на престол так и не произошло. Люди в нарядах тамплиеров вместо того, чтобы убивать тех, на кого им указали, встали на их защиту. А это значило, что Совету архимагов нужно менять планы. Срочно. А после того, как выяснилось, что и Мельстринн, и Арвенций взяты под стражу, стало понятно, что скрытно действовать не получится.

Орвиус потер переносицу и разразился длинной, нецензурной тирадой. Он был полным идиотом, раз посчитал, что на Арвенция хоть в чем-то можно понадеяться! Кроме снобизма и тщеславия этот бесполезный индюк ничем не мог похвастаться. Он даже не сумел сохранить в тайне планы покушения на короля! Имперский глава Теней не просто вычислил Арвенция, но и перехватил его наемников. Как же Орвиус не подумал о такой возможности?

Нет, он, конечно, тоже нанял авантюристов. Но теперь они были практически бесполезны. Одно дело, помогать тамплиерам уничтожать неугодных людей (а под шумок организовать и несколько дополнительных смертей), и совсем другое — действовать самостоятельно. Особенно если учесть, что потенциальные жертвы предупреждены, вооружены и хорошо охраняются.

К сожалению, создавать перерожденную разумную нежить оказалось не так уж легко, а потому под началом Орвиуса было всего полтора десятка воинов. Впервые архимаг задал себе вопрос — не поспешил ли он. Не стоило ли сначала создать войско, а уже потом действовать. По идее, конечно, это был лучший вариант. Вот только полтора десятка нежити скрыть от любопытных глаз куда проще, чем армию. И, рано или поздно, кто-нибудь обратил бы внимание на некоторые странности Орвиуса. И кто знает, чем бы это закончилось.

Нет. Как ни жаль, но времени у него не было совершенно. Другое дело, что не стоило торопиться с преобразованием собственного тела, но идея бессмертия и всевластия оказалась слишком привлекательной.

Как ни странно, арестовать королеву и Арвенция оказалось проще всего. Яд еще не подействовал на Ромуальда фатально, а потому, когда королю представили доказательства того, что жена и архимаг на него покушались, он впал в неистовство.

С доказательствами, кстати, получилось прекрасно. Очередное изобретение Хельги, как выяснилось, могло использоваться не только для развлечения. И все, что видел и запоминал не-живой шпион, можно было сохранять и пересматривать в специальном артефакте. Так что до заговорщиков дошло, что отпираться бессмысленно.

С охраной нужных семей получилось не так хорошо. Во-первых, не всем помогла предоставленная защита, поскольку Совет архимагов тоже разорился на наемников. А во-вторых, некоторые идиоты думали слишком много хорошего о своих способностях в боевой магии. И, отказавшись от дополнительной охраны, просто не смогли себя защитить. Видите ли, принимать помощь в виде чужих воинов — это ниже их достоинства. Ну… Теперь не существует ни достоинства, ни их самих.

Однако самые поганые вести принес имп. Принес в прямом смысле этого слова, кинув к ногам хозяина человека с перегрызенным горлом. Причем не обычного человека. Тень. И первые несколько минут блондин не знал, как на это вообще реагировать.

То, что имп неожиданно сошел с ума и начал охотиться на людей, Имперский глава Теней отмел сразу. Это нереально. Имп — полуразумное существо. И, хотя у него есть определенная свобода действий, он завязан на хозяина. Если он перегрыз горло, значит, было за что. И только спустя несколько томительно долгих минут Имперский глава Теней понял, что показалось ему не правильным. На трупе не было крови. А имп светился. Синим.

Блондин изо всех сил пожелал, чтобы последнее ему просто почудилось. Он даже зажмурил глаза и помотал головой, понадеявшись, что у него просто галлюцинации от усталости и перенапряжения. Однако увиденное меняться не собиралось. Имп светился по-прежнему.

Имперский глава Теней уже видел подобное свечение. Однажды. Когда только-только готовился занять свою высокую должность. Тогдашний глава, собиравшийся уйти на покой, натаскивал блондина на совесть, открывая странные и страшные тайны. В том числе и секрет того, почему ритуал вступления в клан сопровождается таким множеством клятв.

Тени всегда любили экспериментировать. И однажды представитель клана, в своем стремлении к самосовершенствованию, перешагнул определенную черту. Его не-живую сущность Тени почувствовали сразу, но, поначалу, не увидели в ней ничего плохого. Напротив. Заинтересовались экспериментом и начали его изучать. Вот только переродившийся все больше и больше терял свою человечность. И становился монстром. Он не ценил чужую жизнь, проявлял вурдалачьи черты, и, хотя сохранил разум и магию, действовал только в своих животных интересах, позабыв о прошлых привязанностях и клане.

Сколько потребовалось времени, чтобы понять, что Тени породили опасную тварь? Год? Два? В любом случае, решение клана было однозначным. Тварь уничтожили. А к череде ритуальных клятв добавилась еще одна. Тогда же появились новые свойства и у импов. Тени были слишком рациональны, чтобы не понимать, что даже самую продуманную магическую клятву можно обойти. И они подстраховались. Теперь, при приближении разумной переродившейся нежити, импы начинали светиться. Хотя главным вложенным в них действием было уничтожение. Жестокое и мгновенное уничтожение любого существа, переступившего черту дозволенного.

Имперский глава Теней внимательно осмотрел тело. Простой член клана, невысокий чин и абсолютно незнакомая личность. Блондин знал всех Теней, которые хоть что-то из себя представляли. И отказывался верить в то, что одна из многочисленных пешек собственным умом дошла до того, чтобы переступить грань. Даже если в магической клятве была найдена лазейка.

— Говоришь, это создание хотело меня убить? — мрачно поинтересовался Имперский глава Теней, слегка пнув безжизненное тело. Имп завилял хвостом. — И оно здесь не одно? Впрочем… о чем я спрашиваю. Если кто-то единожды переступил черту, он уже не остановится. Но неужели кто-то верит, что меня так просто убить? Хотя… Максимус!

Блондин активировал портал, перенесся на специальную площадку перед комнатами Первого министра, и понял, что опоздал. У охранников было разодрано горло, а зловещая тишина говорила о том, что здесь уже никто не сопротивляется. Имп рванул вперед, и Имперский глава Теней последовал за ним.

Перерожденная тварь, упав на четвереньки, рвала тело Максимуса. Суда по ранам на ее теле, Первый министр сопротивлялся до последнего. Но подобных монстров можно убить только определенным оружием и боевым зельем. Имп бросился вперед, и клубок рычащих тел покатился по комнате.

Все шло не так. Настолько не так, что становилось жутко. Планы в принципе имеют свойство исполняться не так, как хотелось бы, но сегодняшний день, пожалуй, стал одним из самых провальных. На Максимусе было завязано столько всего, что Имперский глава Теней просто не представлял, как дальше действовать без его участия. Да, действия были согласованы, а имена союзных семей озвучены, но возможно ли действовать дальше без присутствия Максимуса? Станут ли те, кто подчинялся Первому министру, выполнять указания после его смерти? И захотят ли они участвовать в авантюре дальше?

Тело переродившейся Тени обмякло, и потрепанный имп подошел к хозяину. Имперский глава Теней потрепал его по холке, делясь магической силой. Он не мог и не хотел представлять, какая свара начнется за кресло Первого министра. Все те, у кого нет шансов занять престол, захотят получить это место. Глупо думать, что Орвиус не воспользуется данным обстоятельством.

Думала ли я, что мне удастся отсидеться? Ну, надежда такая была. Все-таки, основные действия происходили в столице, и не должны были коснуться провинциального Хлаеппо. А самой главной угрозой были слуги Арвенция, которым было приказано меня убить. Однако, как говориться, человек полагает, а обстоятельства складываются так, как им хочется. И, зачастую, не в мою пользу.

Сигналка сработала неожиданно, посреди ночи. Ну а поскольку гостей мы не ждали, реакция была очевидной. Несмотря на то, что пещера, в которой мы с Нартаром жили, была тщательно замаскирована, расслабляться не следовало. И у нас находилась под рукой и одежда, и оружие, и зелья, и артефакты. В том числе, кстати, опознавательные. Судя по их цвету, на нас напоролась какая-то нечисть. Но стоило мне активировать амулеты, определяющие силу и мощь потенциального врага, как они полопались.

— Похоже, к нам пытается проникнуть кто-то очень опасный. Десятая степень из десяти, — нахмурился Нартар. — Но как такая тварь вообще подошла к городу близко? Дьорл Хайтрен как глава гильдии городской безопасности, просто не мог этого допустить!

— Однако тварь здесь. Давай сначала с этой тварью справимся, а потом будем с дьорлом Хайтреном отношения выяснять. Куда он там смотрит или не смотрит.

— Не уверен, что мы сможем убить эту тварь, — признал Нартар. — Надо послать сигнал о помощи. Охотники должны помочь.

— Если успеют. Но сигнал действительно надо послать, — согласилась я. — Хотя бы для того, чтобы предупредить. И, кстати, заодно можно будет испытать мое новое боевое зелье, которое, по твоему мнению, получилось слишком мощным.

— Хельга, я тебя обожаю! — фыркнул Нартар, стискивая меня в объятиях. — Только ты в такую минуту можешь об экспериментах думать!

Я улыбнулась и пожала плечами. А какой смысл истерики устраивать? Ситуация и так складывается не лучшим образом, и моему мужчине нужна поддержка, а не дополнительный балласт. Я всегда мечтала о партнере, который сможет поддержать меня и помочь, и сама была готова ответить тем же. Есть время, когда можно быть слабой женщиной, купаясь в заботе и внимании. А есть время, когда нужно встать со своим мужчиной плечом к плечу. И сражаться.

Заманить тварь в удобное для нас место было не так сложно. Правильно расставленные ловушки и укрепления не давали врагу возможности подобраться к нам незаметно. Несколько защитных артефактов сработали, но тварь по-прежнему была жива. Плохо. Не то, чтобы я не доверяла Нартару, но была надежда, что он ошибся, и нам не придется иметь дело с монстром, чья опасность определяется десятой степенью из десяти возможных.

Монстр был… странным. Внешне он выглядел как человек, но определенно не являлся ни поднятым трупом, ни вурдалаком. От него отвратительно несло нежитью, но вел он себя подозрительно осторожно и разумно. Не как хищник, а как обычный человек. На первый взгляд и не отличишь. Чуть плавнее движения, чуть резче реакции и, главное, вопящее что есть мочи мое внутреннее чувство опасности.

Последний раз схожие эмоции у меня вызывал Имперский глава Теней. Но он не внушал столь сильного животного ужаса. Тварь, которая к нам приближалась, жаждала крови. И с ней определенно что-то было не так. Смертельные иглы, впивающиеся в тело монстра, никак на него не действовали. Арбалетная стрела, пробившая голову твари насквозь, тоже ее не остановила.

Я невольно покосилась на меч Нартара. Что-то мне подсказывало, что обычное оружие здесь не поможет. Значит, нужно рискнуть и использовать мое новое изобретение. До сих пор его эффективность казалась чрезмерной — от вурдалаков даже на ингредиенты ничего не оставалось. Посмотрим, как зелье подействует на тварь.

— Держи, — протянула я Нартару пузырек с зельем. — Я не уверена, что смогу попасть. А ты, после того, как метнешь зелье, пригнись. Оно взрывается при прикосновении.

— Помню.

Взрыв получился чудовищный. Пещера, конечно, была магически защищена от обвалов, и имела как минимум три запасных выхода, но на такое никто не рассчитывал. Тварь, у которой половина тела была снесена напрочь, а остальная часть почти полностью похоронена под завалом, продолжала дергаться.

— Нам нужно срочно связаться с Тенями, — вздохнул Нартар. — Я не знаю, что это такое, но, похоже, оно превышает десятую степень опасности. Ни одно существо, даже если оно не-живое и подпитано магией, не переживет нанесение подобных травм.

— Я читала о чем-то наподобие, — попыталась вспомнить я. — Кажется, в библиотеке Академии мне встречалась история о подобных тварях. Там рассказывалось о разумной нежити, которую можно уничтожить только специальным оружием. Тогда я полагала, что это просто легенда.

— Создание разумной нежити запрещено!

— Не контролируемое, — напомнила я. — А кто у нас отвечает за контроль? — Нартар вздохнул. — То-то и оно. Давай-ка лучше выбираться отсюда.

Нужно было срочно связаться с Имперским главой Теней! Это ведь именно их клан подошел достаточно близко к тому, чтобы превратиться из человека в разумную нежить. Возможно, что где-то что-то не сработало. Или кто-то решил перешагнуть рамки дозволенного.

Ну да. Только этого ему и не хватало. Впрочем, можно было догадаться, что одна из тварей будет отправлена уничтожить Хельгу. Та стала слишком ценной фигурой на игральной доске. И всем известно, на кого она работает. Орвиусу проще уничтожить Хельгу, чем пытаться перетянуть ее на свою сторону. Для этого нужно и время, и определенная свобода взглядов. Орвиус ни за что не признал бы ценность человека, если тот не принадлежит к первому сословию.

Имперский глава Теней сам был таким. Пока не вступил в клан. Здесь замшелым консерваторам было не место. И использовалось все, что могло пойти на благо Теней и страны. Хельга тоже попала в этот список, и Тени не прогадали. С тех пор, как талантливый алхимик стала на них работать, сдвинулись с мертвой точки сразу несколько старых проектов.

Нет, Имперский глава Теней не был удивлен, что Хельгу хотят убить. На месте Орвиуса он поступил бы так же. Странно только, что для уничтожения девушки архимаг использовал одну из своих переродившихся тварей. Боялся, что Хельгу защищают, и решил действовать наверняка?

К счастью, покушение не удалось. Хельга и Нартар выстояли и даже сумели обездвижить тварь. Впечатляюще. Этой парочке не потребовалось ни импа, ни специального оружия. И, разумеется, Хельга не удержалась, чтобы препарировать и исследовать тварь.

Если человек гений, он гений во многом. Тени угробили почти год, прежде чем догадались выковать серебряный меч, уничтожающий любую переродившуюся нежить. А Хельга дошла до подобного решения почти сразу. Только предлагала она не меч, а зелья. Боевые зелья на основе серебра.

Нартар полагал, что делать мне в столице абсолютно нечего. Дескать, без меня разберутся, в кого и что метать. Да и не боевик я вовсе, а алхимик. Не спорю. Да если бы у меня был выбор, я в жизни не стала бы влезать в подобную авантюру! Вот только выбора не было. Имперский глава Теней очень недвусмысленно намекнул, что меня ждут очень интересные исследования. И что ему необходима именно моя помощь, поскольку я так и не продала свой секрет переноса не-живой сущности в предмет. Вряд ли Имперскому главе Теней понадобились ездовые сундуки или зубастые кошельки. Похоже, в столице происходит много всего интересного. И моя помощь действительно необходима. Стал бы блондин дергать какого-то алхимика, пусть даже талантливого, если бы не обстоятельства!

Нартар, разумеется, решил отправиться в столицу вместе со мной. И, судя по его упрямой физиономии, возражать было бесполезно. Ладно, профессиональный клинок в данных обстоятельствах лишним не будет. И если бы меня кто спросил, я предположила бы, что от Охотника будет гораздо больше пользы, чем от алхимика.

Перемещаться порталом внутри страны оказалось гораздо неприятнее, чем между мирами. Видимо, переходы были построены на разных принципах, и кардинально друг от друга отличались. При переходе в мир тамплиеров я почувствовала только сжатие, как на аттракционе типа русских горок. А вот при перемещении в столицу меня словно наизнанку вывернуло. Я отходила минут пять от неприятного эффекта.

Переместились мы, как оказалось, прямиком на площадку столичной резиденции Имперского главы Теней. Блондин недовольно глянул на прибывшего со мной Нартара, но ничего не сказал. Видимо, дела шли не очень, и ему действительно нужна была моя помощь.

— Первый вопрос, который меня интересует, это сможешь ли ты свой эксперимент с переносом сущности перевернуть в другую сторону? — задал вопрос Имперский глава Теней сразу же, как только нас увидел. — Не с не-живого предмета на вещь, а наоборот.

— Это как? — искренне удивилась я. — Можно представить сундук, который ведет себя, как собака. Но как превратить собаку в сундук? Даже если она не-живая?

— Меня интересуют не животные. Тварь, которая напала на вас с Нартаром — это не обычное явление. Такого не случалось уже несколько столетий. Дело в том, что одному архимагу, к сожалению, удалось вывести разумную нежить. Понятия не имею, как он до этого дошел. Могу предположить только, что это не оживленный труп, а переродившийся человек.

— Подобная тварь пришла и за тобой тоже? — нахмурился Нартар. — Кому еще угрожают эти порождения некромантского разума?

— Да если б знать! — раздраженно рыкнул блондин. — Понятия не имею, сколько их, где они, и как над ними удается держать хоть какой-то контроль.

— Контроль не полный? — заинтересовалась я.

— Нет, — покачал головой Имперский глава Теней. — Эти твари слушаются создателя, но не могут совладать с элементарными инстинктами. И это странно. Все попытки создать разумную нежить заканчивались довольно быстро, поскольку созданные монстры не подчинялись никому, и уничтожали всех подряд, в том числе и своего хозяина. Они не признавали его власти над собой. И я не могу понять, что изменилось в этот раз. Твари по-прежнему жаждут крови, но хозяина слушаются беспрекословно.

— Ну, может хозяин сам такая же тварь? — предположила я.

— Невозможно! — выдохнул блондин, глядя на меня с плохо скрываемым ужасом.

— Почему нет? — пожала плечами я. — Это было бы логично. Твари не хотят слушаться людей, но подчиняются своему более хищному собрату. Как хищники в стае. Да и в том, что кто-то добровольно превратился в монстра, я не вижу ничего удивительного. Тени же проводят над собой подобные эксперименты. Значит, и кто-нибудь другой мог. Только, в отличие от тебя, не остановился на достигнутом, а пошел дальше, перестав быть человеком. Вполне вероятно, что он не отдавал себе полного отчета о результатах авантюры. И, скорее всего, над собой, любимым, он проводил эксперименты осторожно и постепенно, сумев совладать с инстинктами, а вот слуг своих создавал не с таким тщанием. И получил то, что получил.

— Орвиус полюбил сумрак и перестал появляться на великосветских раутах, но я не придал этому значения, — застонал Имперский глава Теней. — Мало ли странностей у архимага. Мне доносили, что Орвиус занят исследованиями и экспериментами. Но кто мог предположить, что он увлечется некромантией?

— Так что там с переносом сущности? — прервала я страдания блондина.

— Я сумел уничтожить тварь, которая на меня напала. Но теперь я хочу ее поднять. И не просто поднять, а придать ей определенные свойства, чтобы она могла вернуться к хозяину.

— Это будет не просто, — вздохнула я. — Я ощущаю тебя, как нежить. Перерожденная тварь тоже, наверняка, чувствует свои создания. И поймет, что что-то не так.

— Зависит от свойств, которые мы ей передадим, — заметил Имперский глава Теней и тихонечко свистнул. В комнату просочился подозрительно знакомый рыжий пес.

— Ты следил за мной настолько активно? — удивилась я. — Но от него не веет нежитью.

— Это имп. Он может принимать несколько видов. К сожалению, облик человека ему не доступен. К счастью, ощущается имп так, как безопасно для окружающих. Ты не увидела в нем ничего, кроме собаки. Я ощущаю дух нежити. Могу поспорить, что Орвиус почувствует разумную тварь. Но для этого необходимо данное свойство импа перенести на труп.

— Ты предлагаешь убить своего импа? — поразился Нартар. — Даже я, далекий от Теней человек, знаю, что импы дают дополнительную силу и мощь, и что они образуют довольно тесную связь с хозяином.

— У нас нет другого выхода, — вздохнул блондин. — Импы были созданы для того, чтобы служить. И чтобы умирать за своих хозяев в случае необходимости.

— Даже если мне и удастся придать поднятому трупу часть свойств импа, что далеко не факт, поскольку ни с чем подобным я не сталкивалась, он все равно не сможет победить архимага, — заметила я.

— Он должен его отвлечь. Сражаться буду я. У меня есть соответствующее оружие, — нахмурился Имперский глава Теней. — И, кстати, раз уж речь зашла об оружии. Скажи мне, как ты догадалась, что разумную нежить можно убить серебром?

— Да это везде написано.

— Например где?!

Я судорожно начала вспоминать прочитанное. Блин! Неужели я так глупо спалилась? Неужели это знания только из моего родного мира? Да, в зелья для уничтожения тех же вурдалаков входит серебряная пыль, но лишь как один из пятидесяти ингредиентов.

— Не помню, — решила не усугублять ситуацию я. — В какой-то книге прочла, и отложилось. Когда Нартар сказал, что напавшая на нас тварь превышает десятую степень опасности, у меня в голове всплыло прочитанное, и я решила использовать это оружие. К счастью, оно действительно оказалось эффективным.

— Тебе не удалось меня убедить, но с этим мы разберемся позже. Следуй за мной, — скомандовал блондин и обернулся к Нартару. — А ты будешь охранять вход от любопытствующих. Я не хочу посвящать в свои тайны лишних людей. Даже если они Тени. Как выяснилось, клятва клану ничего не стоит после перерождения.

Рабочий кабинет Имперского главы Теней больше всего напоминал центр управления. Огромное количество зеркал было развешано по стенам, и каждое из них, закрепленное за определенным не-живым шпионом, что-то передавало. Мда. Думала ли я, работая над поисками подводных сокровищ, что изобретенный мной артефакт перерастет в целую систему слежения? Все-таки, Имперский глава Теней обладал изрядной фантазией, а его образ мышления явно опережал свое время.

— Ситуация складывается намного хуже, чем я предполагал, но пока еще она не катастрофична. Архимагам удалось отравить короля и уничтожить Максимуса, но они истребили отнюдь не всех претендентов на престол. Скорее всего, уже сегодня врачи вынесут вердикт, что король смертельно отравлен. К сожалению, пузырек из-под яда пропал, поэтому изготовителя найти невозможно, — сообщил блондин, кинув мне знакомый флакон.

— Арвенций может назвать мое имя.

— И любой специалист скажет ему, что он бредит. Это зелье не твоего уровня. У обычного бакалавра просто не хватит магического потенциала, чтобы его подпитывать. Тебе ли об этом не знать. Впрочем, речь сейчас не об этом. Завтра соберется Большой Королевский Совет, поскольку срочно нужно назначить Регента беспомощному королю. И там будет Орвиус, вместе с другими архимагами.

— И среди высокорожденных не найдется никого, кто обвинит его в убийстве? — не поверила я.

— Найдется. Но где доказательства? Действовали не архимаги, а наемники. И большинство из них получило деньги по длинной цепочке посредников. Ну и потом… зачем, как ты думаешь, архимаги так стремились убить и меня, и Максимуса? Именно для того, чтобы никто не мог предъявить к ним претензий. Чтобы назначить нового Первого министра и Имперского главу Теней, требуется время, а его у нас нет.

— Ну, да. «Кто время выиграл — всё выиграл в итоге», — процитировала я Мольера.

— Не знаю, какой менестрель это сочинил, но он прав.

— Извини за нескромный вопрос. А кандидатура на престол уже определена?

— Определена. Вот только отсутствие Максимуса может спутать все карты при голосовании.

— И ты хочешь уничтожить Орвиуса до того, как соберется Большой Королевский Совет?

— Естественно! Ни его, ни архимагов там быть не должно. Нечего им вмешиваться в политику!

— Я понимаю, что ты меня пригласил не для этого, — вздохнула я. — И что не алхимику лезть в дела государства. Но… могу я тебе дать небольшой совет?

Имперский глава Теней развернулся и вперил в меня очень, очень подозрительный взгляд.

— Я слушаю.

Большой Королевский Совет действительно собрался на следующий же день. Настолько рано, насколько это позволяли приличия. Представители древнейших родов входили в зал согласно утвержденному много столетий назад регламенту и рассаживались на свои места. Один из них незаметно сунул записку Имперскому главе Теней. Блондин мысленно закатил глаза. Да все присутствующие прекрасно знают, что он, вопреки правилам, поддерживает отношения со своей семьей!

Однако традиции есть традиции, чтобы не случилось. Поэтому старший брат, наследник рода Корвурдов, никогда прилюдно не показывает вида, что они знакомы. Только записки сует. Отец тоже сидит с отсутствующим лицом и якобы его не видит. Угу. А сам внимательно следил за старшим сыном, и только когда тот кивнул, успокоено расслабился.

Имперский глава Теней развернул комок бумаги. «Все готово, будь осторожен» И целых пять гербов под лаконичной фразой. О-очень хорошо. Блондин всегда знал, что у его семьи крепкие связи и длинные руки, но не переставал удивляться информированности и изобретательности своих родственничков. Пожалуй, с такой поддержкой, у него есть шанс пережить Орвиуса.

Орвиус тоже явился. Причем посматривал на окружающих с явным превосходством. Правда, присутствие живого и здорового Имперского главы Теней вызвало на его физиономии гримасу, но он мгновенно исправился. Видимо, архимаг был абсолютно уверен в собственной безопасности. И это настораживало.

Как только прозвучало официальное заявление о том, что король отравлен и скончается в течение ближайшего месяца, в зале начался полный бардак. Из пяти семей, имеющих прямые права на престол, уцелели три, и у каждой была своя команда поддержки. Максимус, конечно, сумел бы справиться с ситуацией, но он был мертв. А Имперский глава Теней, к сожалению, не имел такого влияния, как Первый министр.

Часть присутствующих возмущалась ночным происшествием, и обвиняла в них Орвиуса. Архимаг, не моргнув глазом, валил все на Максимуса, якобы желавшего захватить власть. А он, великий и благородный, пытался всего лишь защитить людей. И вообще. Зачем спорить о том, кому достанется власть, если ее можно поделить?

Последнее предложение показалось настолько странным и необычным, что споры затихли. А Орвиус продолжал растекаться медом. Дескать, зачем вообще нужен единый правитель? Это не служит государственному благу. Даже Ромуальд II нуждался в помощнике, а уж нынешний правитель и вовсе делами страны не занимался. Не лучше ли оставить власть Совету архимагов? В его составе как раз появилось пять лишних мест.

Имперский глава Теней нахмурился. Предложение действительно было заманчивым. Архимагам, конечно, никто власть не отдал бы, но если среди них окажутся все претенденты на трон, которые будут отстаивать интересы своих родов, это совсем другое дело. Под таким соусом собравшиеся вполне могут согласиться с тем, чтобы не проводить выборы короля.

— Мое предложение отражает общие интересы, — уговаривал Орвиус. — У нас больше не будет слабых, недостойных королей. Каждый из нас будет отвечать за свою сферу деятельности, и все решения мы будем принимать совместно. Мы дадим клятву соблюдать интересы страны.

— Вот только эта клятва ничего не будет стоить, — вмешался, наконец, Имперский глава Теней. — Потому что с разумной нежитью нельзя заключать соглашений.

Солнечный свет брызнул яркими лучами в сторону архимага. Тот вскрикнул и заслонился руками. К сожалению, ни магия, ни реакция Орвиуса не подвели. Он сумел не только выставить щит, но и разбить артефакт, осветивший помещение. Вот только было уже поздно. Окружающие поняли, кто перед ними находится.

Обычно, на великосветских собраниях окна и двери закрывались из-за Теней, плохо переносивших солнечный свет в силу своей частично не-живой сущности. Так случилось и сегодня. Именно поэтому осветительный артефакт стал для Орвиуса неприятным сюрпризом. Теперь он не мог отпираться. Любой маг знал, что такая реакция на солнечный свет бывает только у разумной нежити. У того, кто перестал быть человеком и превратился в монстра.

Имперский глава Теней вытащил серебряный меч в полной тишине. Кажется, окружающие просто не могли поверить, что Орвиус пошел на подобный шаг и решился изменить собственную сущность. Судя по всему, даже архимаги были не в курсе. Похоже, они только сейчас поняли, за кем шли и во что позволили себя втянуть.

Орвиус ощерился, достав меч, а Имперский глава Теней невольно поежился. Он тоже не слишком-то любил серебро, но в данном случае это было единственным эффективным оружием. Хельга, проведенная в зал тайком, сделала свое дело, активировав осветительный артефакт. Она не только помогла обнажить сущность Орвиуса, но и ранила его солнечным светом. Неплохая была идея, сделать это перед Большим Королевским Советом. Теперь ни один человек, если он в здравом уме, не станет поддерживать Орвиуса.

Впрочем, архимаг не растерялся. И, кажется, совершенно не собирался устраивать героических дуэлей. По его знаку в зале, буквально из ниоткуда, возник добрый десяток таких же, как он, разумных перерожденных тварей, которые прислонили клинки к шеям наследников благородных родов. Ситуация стала патовой.

Днем ранее.

Как ни странно, Имперский глава Теней принял мое предложение. Оно, конечно, было авантюрным, но, на мой взгляд, более логичным. Зачем умертвлять импа (замечу, с неясными перспективами) и идти сражаться с Орвиусом один на один? Можно изобличить архимага прямо перед Большим Королевским Советом. И тогда убивать его можно целой компанией, поскольку на разумную нежить рыцарский кодекс средневекового мира не распространяется.

Разумеется, первое, о чем подумал блондин, была его семья, и я была представлена роду Корвурдов. Причем в несусветную рань, когда безумная кровавая ночь только-только закончилась, а рассвет еще не вступил полностью в свои права. Патриарх семейства восседал на бегающем кресле моего производства, а оба старших сына стояли за его спиной. Фамильное сходство бросалось в глаза, так что я предположила, что Имперский глава Теней выглядел бы примерно также, если бы не издевался над своим организмом. На фоне родственников его андрогинная внешность и нечеловеческая, почти пугающая красота были особенно заметны.

Нартар, изображавший за моей спиной нечто типа охраны, с восторгом взирал на главу рода и, кажется, даже дышал через раз. Еще бы! Увидеть в непосредственной близости легендарного, овеянного славой полководца, о котором только в книгах читал, это многого стоит. Никакой реальной охраны Имперскому главе Теней в доме родственников, конечно, не требовалось, но необходимо было соблюдать правила приличий, принятые у первого сословия.

Нас внимательно выслушали, задали несколько уточняющих вопросов, и семейный совет начался. Вожделеющий власть Совет архимагов и превращение Орвиуса в разумную нежить оказались очень неприятным сюрпризом. А после ночного бардака стало ясно, что заговорщики ни перед чем не остановятся.

Корвурды не входили в пятерку семей, имевших прямые права на престол, но, как и полтора десятка таких же знатных семей, были претендентами второй очереди. Пользуясь служебным положением, Имперский глава Теней приставил к ним дополнительную охрану, которая и позволила дать отпор ночным наемникам. Орвиус хотел избавиться от всех влиятельных семей.

Нас с Нартаром опутали очередной магической клятвой о неразглашении и посетовали, что не хватает времени на то, чтобы привлечь к авантюре кого-нибудь более компетентного. Ну, да. С ними надо договариваться, вводить в курс дела, обещать им что-нибудь. А тут менее профессиональные, но уже проверенные люди по руку подвернулись. Хотя если мне тоже что-нибудь пообещают, работать я буду с куда большим энтузиазмом.

— Наш предок имел все шансы занять престол, — вздохнул глава рода. — Строительство зала, в котором собираются Большие Королевские Советы, происходило за деньги Корвурдов и по их чертежам. К сожалению, очередная война унесла жизни всех взрослых мужчин, и наш род не успел воспользоваться полученным преимуществом. А младшие уже попали под клятву.

— Мы и сейчас под клятвой, — напомнил Имперский глава Теней.

— Но мы и не собираемся убивать ни короля, ни претендентов на престол. Наша цель — Орвиус. И те твари, которых он с собой проведет. Насколько я понял, они все раньше принадлежали к твоему клану?

— Не могу сказать точно, но скорее всего, это так, — кивнул головой блондин.

— Насколько я помню, разумная нежить не теряет ни памяти, ни способности к магии. А это значит, что все подконтрольные Орвиусу твари умеют перемещаться по тени, и могут оказаться в зале в самый неожиданный момент. Думаю, их можно будет перестрелять с галерей, если в арбалеты вложить серебряные стрелы.

— Но в зале нет галерей! — удивился Имперский глава Теней.

— Если ты их не видишь, это не значит, что их нет, — ухмыльнулся глава рода. — Они скрыты нашим фамильным артефактом. Как и потайные ходы, по которым я надеюсь провести несколько воинов. Полагаю, твоему импу это не нужно? Он же у тебя, кажется, может превращаться в мелких зверушек?

— Импу это действительно не нужно. А вот Хельгу я хотел бы провести.

— Зачем?

— У нее есть умения, которые могут пригодиться. Да и быстрая медицинская помощь не будет лишней. Мало ли как повернутся события? Вдруг кого-нибудь из вас ранят? Ты же не потащишь с собой своего доктора? Он хоть и профессионал, но не с его пузом скакать по полю боя. А в том, что бой будет, я не сомневаюсь.

— Пожалуй, я с тобой соглашусь, — кивнул глава рода. — Твой алхимик нам пригодится. А Охотника ты собираешься приставить к ней?

— Да. У меня на Хельгу большие планы. А Нартар кровно заинтересован в том, чтобы она выжила.

— Хорошо, — согласился глава рода. — Теперь нужно подумать, как изобличить Орвиуса, и продемонстрировать всем его сущность разумной твари. Вряд ли архимаг подпустит тебя близко. Особенно, вооруженного серебром.

— У меня есть артефакт, который испускает яркий солнечный свет, — решила я вмешаться в разговор. — Уничтожить разумную нежить он не сможет, а вот обжечь — запросто. Полагаю, такая реакция многое скажет окружающим.

— Я вижу, что мой сын не преувеличивал, когда расписывал твои таланты, — заметил глава рода. — Как тебе пришло в голову создать подобный артефакт?

— На нас с Нартаром нападала одна из тварей Орвиуса. Мы не знали, с чем имеем дело, но нам удалось похоронить разумную нежить под завалом. Точнее, почти похоронить, потому что даже со снесенной половиной тела тварь подавала признаки жизни. И тогда экспериментальным путем было выяснено, что уничтожить ее может либо серебро, либо солнечный свет. И я создала специальный артефакт.

— Идея неплохая, — кивнул Имперский глава Теней.

— Я бы предложила и вашим стрелкам на галерее вооружиться подобными артефактами. Это ведь обычного человека стрела сразу убивает. А тварь, в которую они будут целиться, уже мертва. Серебро же… полагаю, что оно действует не мгновенно. А разумная нежить, особенно понимающая, что ей нанесли смертельную травму, может многое сделать. Солнечный свет и ожог отвлечет тварь и выбьет ее из колеи.

— Значит, двойной заслон, — кивнул старший Корвурд. — Один отвлекает, второй стреляет. И я предупрежу кое-кого. Чтобы не у нас одних было серебряное оружие.

— Есть еще боевые зелья. Доработанные и максимально эффективные против разумной нежити, — снова влезла я в разговор. — Ситуация может сложиться так, что действовать мечом будет неудобно.

— Если наша авантюра удастся, наша семья достойно отблагодарит тебя за твою помощь, — пообещал глава рода.

Готовились к Большому Королевскому Совету все утро. Времени оставалось катастрофически мало, но Корвурды умели быстро действовать. Сновали гонцы, посылались магические письма и набирались наемники. Меня предстоящее действо откровенно пугало, но все остальные, похоже, ловили адреналиновый кайф. Имперского главу Теней, дабы соблюсти приличия, отправили в его резиденцию, пообещав сообщить о готовности и о том, какие семьи готовы выступят в союзе с Корвурдами.

В зал я проникла по потайному ходу, прикрывшись иллюзией. Обстановка была впечатляющей. Все вокруг было настолько помпезным и торжественным, что становилось даже неуютно. Я осмотрелась, но никаких галерей не заметила. Непонятно было, где они вообще могли находиться. Да уж, если бы не магическая клятва, Корвурды давно могли бы устроить дворцовый переворот в свою пользу.

Орвиус изображал из себя благодетеля. Судя по лицам окружающих, никто не предполагал, что Совет архимагов предложит разделить власть и ввести в свой состав всех прямых претендентов на престол. Умный ход, кстати. И народу понравилось. Теперь мне нужно было ждать условного знака, чтобы активировать артефакт.

Солнечный свет сработал наилучшим образом, заставив тварь показать свое истинное лицо. Но архимаг умудрился одновременно поставить щит и уничтожить артефакт. Хорошо Нартар среагировал и выбил его у меня из рук, а то бы я точно без глаз осталась. И однозначно себя выдала бы, после чего вся наша авантюра могла бы накрыться медным тазом. Пусть все и дальше считают, что посторонних в зал провести нельзя.

Имперский глава Теней обнажил серебряный меч, но Орвиус не собирался сражаться. По его сигналу несколько тварей возникли буквально ниоткуда, и жизнь нескольких наследников знатных родов оказалась в опасности. В том числе, и старшего сына Корвурдов.

— Я предлагал вам по-хорошему разделить власть и трон, — злорадно прошипел Орвиус. — Вы не захотели. Магия требует, чтобы именно Большой Королевский Совет избрал нового претендента на престол в случае, если династия прервется. Но нигде не оговаривается, что это решение должно быть добровольным.

Ну да, конечно. Не один Орвиус такой умный, чтобы давить на Совет и заставлять принимать нужное решение. Да и «добровольно» понятие очень, очень относительное. Ты можешь либо умереть, либо отдать свой голос за нужного претендента. Добровольно выбирай то, что тебя устраивает.

В зале установилась неправдоподобная тишина. Орвиус достал свиток, на котором должны были расписаться члены Королевского совета, и тут началось светопреставление. Сразу несколько солнечных вспышек осветили зал, раздался свист, потом крики, и Нартар запихал меня в какую-то нишу, надежно прикрыв спиной.

Мне была видна только небольшая часть зала. Впрочем, этого было достаточно, чтобы понять, что происходит. Свалка. Стрелкам удалось уничтожить едва ли половину тварей. Остальные ушли с линии обстрела, порой успевая отнять жизнь у заложников. Я нашла белобрысую макушку Имперского главы Теней. Он довольно успешно отмахивался сразу от двух тварей. А с Орвиусом, кстати, сражались оба его старших брата. Ну, логично. Имперский глава Теней крут, конечно, но с боевым архимагом пусть дерутся профессионалы.

Ох, как хорошо прилетело Орвиусу сразу двумя серебряными арбалетными стрелами! Оказывается, бегающее по потолку кресло может оказаться очень полезным в гуще боя. Засевшие на галерее воины в такой сумятице стрелять не могли, опасаясь попасть в своих. А вот один отдельно взятый военный пенсионер, заскучавший по боевому прошлому, смог подобраться на нужную позицию.

Как я и подозревала, серебро подействовало не сразу, и в ход пошли боевые зелья. Эпическая битва затянулась. Похоже Орвиус, изменяя собственное тело, зашел даже дальше, чем мы подозревали. На созданных им тварей серебро действовало намного эффективнее. Имперский глава Теней расправился с одним из своих противников и успешно додавливал второго. Остальные твари тоже не слишком хорошо себя чувствовали. Серебряные мечи были не только у Корвурдов. А соблюдать по отношению к монстрам правила чести никто не собирался, применяя самые грязные приемы.

Дикий вой пронесся по залу, заставив упасть несколько прикрепленных к стенам гобеленов. Да! Этого сволочного Орвиуса все-таки достали! Похоже, доза серебра в организме все-таки достигла своего предела. Тварь скорчилась и начала буквально распадаться на куски. Зрелище было тошнотворное. Остальные монстры, почуяв смерть своего вожака и хозяина, заскулили и снизили прыть. А члены Большого Королевского Совета, поняв, что в битве наступил перелом в их пользу, усилили натиск.

Крови было море. Но медицинскую помощь я стала оказывать в первую очередь тем, на кого указывал глава рода Корвурдов. Его семья, к счастью, не пострадала. А вот многим не повезло. Тела погибших складывали рядами, и картина получилась жуткой. Но что меня удивило больше всего, собравшиеся вовсе не собирались расходиться по домам, чтобы хоронить убитых и лечить раненных. Они прямо сейчас собирались избрать человека, который займет место Регента при умирающем Ромуальде III, а затем станет королем. Видимо, народ не хотел рисковать, нарываясь на новые провокации.

Какими будут результаты выборов, я уже догадывалась. Ни одна из семей, имевших прямое право на трон, не выжила. Остальные были изрядно прорежены. А потому, когда почти абсолютное количество голосов получил старший наследник Корвурдов, я не удивилась. И когда во главе нового Совета архимагов встал его брат, я не удивилась тоже. Похоже, теперь Имперский глава Теней займет место Первого министра. Ну, или его нынешние права и обязанности очень, очень расширят.

Глава рода Корвурдов буквально светился довольством. У него был один шанс из тысячи, и он воспользовался моментом. Его сыновья получили власть над страной, и передадут ее потомкам. Его предупреждения и его люди спасли жизнь представителям многих старых семей. И те, в уплату долга, отдали свой голос за его старшего сына. Да, ему, наверняка, пришлось пойти на какие-нибудь уступки и дать определенные обещания, но как говаривал король совсем иного мира «Париж стоит мессы».

Результаты голосования не оказались для блондина неожиданными. Просто… он до конца не верил в то, что отцу удастся провернуть эту авантюру. Повязать союзников кровью, боем и благодарностью за спасенную жизнь. Теперь всё пойдет по-другому. Да и его собственная судьба изменится. Отец не хочет упускать из семьи пост Имперского главы Теней. И не хочет назначать на должность Первого министра постороннего человека, пусть даже союзника под магической клятвой верности.

Это значило, что обе должности придется совмещать. И от подобной мысли у Имперского главы Теней захватывало дух. Сможет ли он? Готов ли он к подобному? Одно дело, управлять кланом. И совсем другое — вникать во внутренние дела страны. Конечно, основной груз ляжет на короля. И старшего брата воспитывали так, что он вполне органично будет смотреться в роли правителя страны. Но все равно перспектива стать чуть ли не вторым лицом в государстве слегка пугала.

Нет, об этом все-таки лучше думать на свежую голову. После Королевского Совета все разошлись отдыхать и разбираться с ранеными и убитыми. Хельга порывалась вернуться домой, но ей было приказано явиться завтра вместе с Нартаром к новоявленному королевскому Регенту. Имперскому главе Теней тоже было бы неплохо отдохнуть. Его вымотал этот насыщенный день.

— Значит, колдун не обманул. Я действительно смогу тебя убить.

Блондин плавно перетек в боевую стойку. Усталость и рассеянность оказали ему плохую услугу, раз он не почувствовал опасность. А когда Имперский глава Теней понял, кого видит, его сердце пропустило удар. Это был тот самый воин из давнего сна! Высокий, крепкий брюнет с двуручником. Вот только одет он был не в меха и кожу. На нем красовалась накидка тамплиера — белая с красными крестами на груди и спине.

— И какой же колдун пообещал тебе мою жизнь?

— Арвенций. Его звали Арвенций. Я был посредником между ним и моими братьями-тамплиерами. И я должен был встретить их в этом мире. Но они не пришли. Тебе ведь знаком этот предмет? — нежданный гость достал из кармана связное зеркало. — По глазам вижу, что знаком. Я пытался связаться с Великим магистром, но было уже поздно. К счастью, одному из братьев удалось активировать это зеркало. И я наблюдал, как тамплиеров жгут на костре.

— Должно быть, это было любопытное зрелище.

— Великий магистр проклял и папу римского, и королевскую семью. Климента проклятие уже настигло. Он умер. А в церковь, где лежало тело папы, подготовленное к погребению, ночью во время грозы попала молния. Начался пожар, и останки папы почти полностью сгорели.

— Тамплиеры умеют действовать с размахом, — признал Имперский глава Теней. — Но почему ты пришел мстить мне, а не Арвенцию?

— Потому что Арвенцию было не выгодно нас подставлять. А вот имя того, кто мог помешать нашим планом, колдун озвучил с удовольствием. Я узнал тебя. Мне снился вещий сон. Я одержу победу.

— Как знать. Здесь замок, а не лес. И нет кустов, в которых можно спрятать оруженосца, чтоб тот выстрелил в спину. Истинно рыцарский поступок, — хмыкнул блондин.

— К таким созданиям нечистого, как ты, рыцарство неприменимо! Защищайся, если можешь!

Тамплиер свирепо размахивал двуручником и буквально светился от навешанных на него магических амулетов. Мышцы бугрились, квадратный подбородок выпячивался вперед, а глубоко посаженые черные глаза горели ненавистью.

Имперский глава Теней не торопился. Там, в далеком сне, он отражал удары без особого труда. Но здесь, в реальности, блондин был вымотан недавним сражением. И не хотел рисковать. Враг был опытным, сильным и очень упорным. Тело почти машинально выполняло заученные движения, но долго так продолжаться не могло. Рано или поздно, усталость должна была сказаться.

Правую щеку обожгло ослепляющей болью, но враг, вместо того, чтобы продолжить наступление, свалился кулем под ноги Имперского главы Теней. Повернутая под неестественным углом шея говорила о том, что всё кончено. Да… импы появляются неслышно. И нападают незаметно. Имперский глава Теней погладил уродливую чешуйчатую голову и продолжил путь. Спать, спать, и еще раз спать! С трупом разберутся слуги. А с другими неожиданными гостями — охрана.

Сколько раз Имперского главу Теней предупреждали, что передвигаться одному небезопасно? Имп оказался рядом на удивление вовремя. Хорошо, что Хельга настояла на том, чтобы оставить ему жизнь. Кажется, у Имперского главы Теней и его рода накопилось слишком много благодарностей алхимику. Пора отдавать долги.

Вопреки ожиданиям окружающих, встреча с будущим королем никакого энтузиазма у меня не вызывала. Я слишком мелкая пешка для сильных мира сего. И когда они обращают на тебя внимание, ничем хорошим это не заканчивается. А когда это внимание демонстративное, так и вовсе становится не по себе.

Как мне объяснили, нам с Нартаром оказана небывалая милость — явиться пред светлые очи Регента сразу после представителей благородных семейств. Я должна впечатлиться и проникнуться? Да не вопрос. Прониклась заранее. Зачем вообще нужна эта официальщина? Пригласили бы меня Корвурды тайком, сказали бы все, что обо мне думают, и отпустили бы в Хлаеппо. Домой хочется!

Нартар, правда, моего плохого настроения не разделял. Ну, он никогда и не жил в стране без королевской династии. У него воспитание совершенно другое. Так что он на полном серьезе восторгался и трепетал. Я его торжественный настрой обламывать не стала. Пусть человек порадуется, жалко мне что ли?

Как я и подозревала, церемония представления Регенту оказалась долгой, нудной и утомительной. Двадцатиметровая дорога до пышного сооружения, называемого Малым троном, заняла у нас почти час. Все семейство Корвурдов, в полном составе, сплотилось вокруг своего родственника, восседавшего с истинной величественностью будущего короля.

— Мы рады приветствовать наших подданных, оказавших ценные услуги нашему трону и нашему роду, — свежепоименованный Таурелий I обозначил подбородком кивок. Надо же, а я думала, что это только в нашем мире короли говорят о себе во множественном числе.

— Служим королю и короне, — стандартно ответили мы с Нартаром.

— Мы достойно отблагодарим тех, кто нам верно служит.

Очень, очень радует. Видимо, сейчас начнется любимое занятие всех правителей — наказание невиновных и награждение непричастных. Любопытно, чем нас порадуют. Лучше бы, конечно, получить материальное выражение королевской благодарности. В конце концов, золота никогда много не бывает. А то ведь кто их знает, этих коронованных особ. Наградят честью носить шляпу в их присутствии, и гордись потом такой фигней. Особенно если учесть, что шансы вторично попасть во дворец исчезающе малы.

— Девица Хельга, продемонстрировавшая нам знания и умения необходимого уровня, получает степень магистра.

Что?! Степень магистра? Я потрясенно перевела взгляд на Имперского главу Теней, но тот делал вид, что вообще с нами не знаком. Специальный слуга получил свиток из рук Регента и буквально сунул его мне в руки, поскольку я продолжала тормозить от неожиданности. Вот так вот люди и входят в историю. Окажешь помощь в нужный момент нужному человеку, и тебя сделают из бакалавра магистром. Кажется, я буду третьей в списке подобных счастливчиков за все время существования школы.

— Охотник Нартар, мы награждаем тебя орденом Воинской доблести, производим в следующий чин и даруем разрешение жениться на девице Хельге.

Нартар сиял, как начищенный чайник. А я благодарила судьбу, что король не забыл о таких мелочах. Степень магистра давала не только бонусы. Я действительно не могла выйти замуж за человека ниже себя статусом без специального разрешения, подписанного, как минимум, градоначальником. А поскольку такие браки не приветствовались, разрешения я никогда не получила бы. И Нартар был бы для меня потерян.

Нет, для меня-то нет особой проблемы в том, чтобы жить, что называется, без штампа в паспорте. Но рожденные вне брака дети автоматически причислялись к четвертому сословию. Без вариантов. А такой судьбы для собственных детей я не хотела. Не сомневаюсь, что идею поддержать наш брак королю подбросил Имперский глава Теней. Но с ним мы сочтемся. Я, как знала, давала магическую клятву не его клану, а ему лично. Так что сотрудничество наше продолжится, пусть и на другом уровне. При наличии связных зеркал и порталов расстояние перестает быть проблемой.

Я подбросила знак магистра, как монету, поймала его и прихлопнула ладонью. Реверс. Моя жизнь совершила крутой поворот, и теперь все пойдет по-другому.

— Ну, что, возвращаемся в Хлаеппо? — облегченно вздохнула я, когда церемония закончилась, и мы смогли покинуть дворец.

— Да. Пора домой, — кивнул Нартар. — Только…

— Что? — заподозрила неладное я. Охотник выглядел каким-то чересчур смущенным.

— Регент, конечно, дал разрешение на брак. Но теперь, когда ты стала магистром, хочешь ли ты этого? Примешь ли ты от меня брачный торт?

— Еще один такой идиотский вопрос, и я надену этот торт тебе на голову! — мрачно пообещала я.

Нартар рассмеялся, стиснул меня в своих медвежьих объятьях и активировал портал.

Я уже говорила, как я ненавижу порталы?

Был теплый вечер. Светло-золотистый. Осенний. Яркие желтые и красные листья кружились вместе со сверкающими нитками паутины и тонко хрустели под ногами. От них пахло сентябрем. И солнцем. Впрочем, кажется, лучами заходящего солнца был пронизан весь город. Сияла черепица, сверкали брызги городского фонтана, и мерно шумело море. Тихий провинциальный Хлаеппо жил своей жизнью.

Однако благостная неторопливость исчезала при одном только приближении к высокому забору, окружавшему довольно большую территорию. Там жизнь бурлила. Бегали люди, гномы, орки и постоянно что-то происходило. Серый каменный дом, чьи острые шпили разрывали небесную высь, был центром этого странного, закрытого мира. Казалось, что хозяева задались целью делать все не так, как окружающие.

Охраняющие территорию тролли не пускали внутрь посторонних, но слухи просачивались в щели. Всем было известно, что именно за заборам находится лучшая в городе (а то и в стране) алхимическая лаборатория. Что именно здесь выпускают стекло и зеркала, приносящие продавцам огромную прибыль. Поговаривали, что расположенные за забором цеха находились под покровительством клана Теней. Но большинству достаточно было прикрепленного на воротах знака магистра. Таким людям не следовало мешать. И лезть в их дела определенно не стоило.

…Я знала и о том, какие слухи ходят о нас по городу, и о том, что многие мне завидуют. Особенно те, кто знал, что за спиной у меня нет влиятельных родственников и богатого любовника. И что степень магистра мне подарил лично его величество Таурелий I за заслуги перед короной. Мирессин Поплия, например, которая не так давно была моим куратором при местной лечебнице, при встрече демонстративно отворачивалась, делая вид, что мы не знакомы. Не то, чтобы меня это сильно огорчало, но было довольно показательно.

Сотрудничество с Тенями оказалось весьма насыщенным. Выяснилось, что степень магистра мне присвоили не только за прошлые достижения, но и в расчете на будущее. И что к некоторым книгам Теней просто запрещено прикасаться «недостойным магам». Издевательство! Да некоторые из пыльных томов, судя по их состоянию, не открывали уже лет сто! Что называется, «так не доставайся же ты никому». Всякому быдлу касаться священных страниц не позволено, а выходцам из первого сословия это было напрочь неинтересно.

Зря, кстати. Знаний оказалось так много, а сфера их применения столь обширна, что я продала практически все свои изобретения, чтобы получить время и возможность заняться более интересными экспериментами. Ну а поскольку проценты исправно капали, причем очень неплохие, я больше не была озабочена тем, как заработать на самое элементарное.

Правда, самые доходные производства Нартар не отдал, встав во главе. Стекло, зеркала и мозаика приносили очень хорошие деньги, а моя алхимическая лаборатория изрядно расширилась и усовершенствовалась. Впрочем, финансовое благополучие никак не сказалось на нашей тяге к экспериментам. Напротив. Я увлеклась ритуалистикой, а Нартар осуществил свою мечту о подробном исследовании морского дна. И то, и другое принесло свои результаты.

Глазастые пацаны, нанятые следить за не-живой рыбиной, обнаружили сразу три места крушения. И Нартар организовал из процесса подъема ценностей целое шоу. Даже сомневаюсь, на чем он больше заработал — на реализации этих самых ценностей или на продаже билетов всем желающим поучаствовать в процессе.

Результаты моих занятий ритуалистикой тоже оплачивались очень неплохо. Достаточно сказать, что градоправитель разорился на очень круглую сумму, когда я предложила ему улучшенную защиту от Черного Мрака. Теперь бедствие останавливалось далеко за чертой города и бухты. Оставалась проблема с кораблями, ушедшими в плавание, но море оно и есть море. Оно бывает жестоким и непредсказуемым в любом, даже самом не магическом мире.

Жизнь без авантюр, дворцовых переворотов, нищеты и неуверенности в будущем оказалась вполне приятной. Судя по книгам, многие попаданцы стремятся завоевывать миры, побеждать Темных Лордов (либо становиться таковыми) и возвеличивать себя в веках. Мне достаточно было уютного дома, любимой работы и моей семьи. К великим подвигам я всегда была равнодушна.

Я прижилась в Хлаеппо, и не хотела никуда уезжать. Свой дом я покидала не часто и ненадолго. Заключить очередной договор с гномами, переговорить с орками, навестить библиотеку Теней… последняя меня очень увлекала. Засидевшись за каким-нибудь пыльным фолиантом, я забывала о времени. Вот и сегодня, сказав Нартару, что отлучусь на пару часов, пропала почти на полдня. Но дело того стоило! Я, наконец-то, разобралась, как усовершенствовать свою летающую колымагу. Оказывается, Тени тоже работали над этой проблемой, но забросили исследования, не решившись, по-видимому, сделать последний шаг. Ну да, идея полетов для средневековья уж слишком экстремальная.

Мои мужчины без меня не скучали. Пользуясь свободой от женского внимания, они развлекались вовсю. Мое пятилетнее сокровище махало деревянным мечом чуть ли не с себя ростом, нанося тяжкие телесные повреждения мешку с соломой, а муж, вместо того, чтобы прекратить безобразие, активно его поддерживал.

Средневековый мир диктовал свои правила. И потому родившийся у нас с Нартаром ребенок получил деревянный меч раньше, чем научился ходить. Мне это не слишком нравилось, но я не лезла с чрезмерной заботой. В данном мире мужчина должен уметь за себя постоять. А наш сын, по праву рождения, относился ко второму сословию, что диктовало определенные требования.

— Всех врагов победили? — отвлекла я своих мужчин от эпического сражения.

— Да! — гордо заявил ребенок. — Папа сказал, что я молодец!

— А молодец уже ужинал?

— Мы тебя ждали, — улыбнулся Нартар.

— Жалко прерывать семейную идиллию, но у меня к вам дело, — раздался подозрительно знакомый голос.

Нет. Нет, нет, и нет. Только не это. С тех пор, как на троне воцарился Таурелий I, я не встречалась с Имперским главой Теней, получая указания либо через главу хлаеппского клана дьорла Маурца, либо по связным зеркалам. И мне совершенно не хотелось менять положение дел. Если блондин явился ко мне лично, значит, произошло нечто действительно серьезное. Такое, что лучше обсуждать один на один.

— Без меня никак нельзя обойтись? — поморщилась я.

— Нет. Это касается ваших наработок с Дьеффши.

Другие миры? Что могло случиться? В свое время, поймав меня на некоторых явно не здешних знаниях, Имперский глава Теней сделал вывод, что я попаданка, которая случайно провалилась из какого-то параллельного мира. Я возражать не стала. Тем более, вопреки моим опасениям, блондин вовсе не посчитал меня опасной. К счастью, он решил, что и в своем родном мире я была выходцем из третьего сословия. А мои знания, которые здесь кажутся необычными, там весьма стандартны.

К моему удивлению, выяснилось, что попаданцы в данном мире вовсе не редкость. Просто мало кому удалось пробиться, и уж тем более захватить трон и основать собственную династию. Обычно такие люди быстро попадали под колпак различных служб безопасности, типа клана Теней, и работали на благо государства. Собственно, со мной произошло тоже самое. Только мне повезло получить степень магистра и очень хорошую зарплату.

Тайны королевского магрибского двора по открытию врат в иные миры остались у Дьеффши вместе с артефактами. А мое увлечение ритуалистикой помогло расширить географию мест, куда можно было попасть. Правда, в отличие от Мельстринн, мы не связывались с местным населением. Мы вынюхивали различные производственные тайны, на которых можно было бы заработать. Однако поскольку портал открывался, почему-то, исключительно в средневековые миры, эффективность нашего шпионажа покамест была небольшой.

— Что с Дьеффши? — тревожно поинтересовалась я, сразу заподозрив самое худшее.

— С ним ничего. У нас произвольные попаданцы. Кажется, они провалились в наш мир прямо с поля боя. Многие из них ранены, но они не понимают нашего языка и не подпускают чужаков, — объяснил Имперский глава Теней.

— А посторонние люди, разумеется, о них знать не должны. Но почему я? Тут нужен лекарь, а не алхимик.

— Прежде всего, тут нужна женщина. Ее воины подпустят ближе. А ты единственная дама, связанная клятвой с кланом Теней.

— Я иду с тобой! — вмешался Нартар.

— А ребенка куда денем? — возразила я. — Обещаю, что не буду нарываться и ввязываться в опасные авантюры.

— Ты уже ввязываешься, — возразил муж, но настаивать не стал.

К сожалению, скользить по теням можно было научиться только после прохождения соответствующего ритуала. И мне даже предлагали в нем поучаствовать. Однако я относилась к подобным вещам с очень большим подозрением, и собственным организмом рисковать не желала. Ну а поскольку внутримировые порталы действовали на меня не лучшим образом, пришлось работать еще и в этом направлении.

Результатом стал довольно сложный ритуал с использованием нескольких артефактов. Для его построения и активации требовалось время, зато перенос осуществлялся, как по маслу. Без негативных последствий для организма и мерзких ощущений. Конечно, это было не полностью мое изобретение. Я использовала наработки Дьеффши по открытию межмировых врат. Однако результат получился впечатляющим.

Пока я чертила портальную сетку, Имперский глава Теней пропадал в моей лаборатории, где наверняка совал свой любопытный нос во все щели. Можно подумать, он не получает от меня еженедельных отчетов по всем проводимым экспериментам. Или блондин полагает, что я что-нибудь скрываю? Хотя с его работой и нынешним положением при короле паранойя — это почти профессиональное заболевание.

Ритуальный портал перенес нас на огромное поле, принадлежащее, по договору, прошретам. Вот только паслись там совершенно чужие кони. Необычные для этого мира. Крепкие, приземистые, и явно привычные к долгим переходам. Мда. Целый коллектив попаданцев, облаченных в кольчуги, да еще и с лошадьми — это чересчур для любого измерения.

Быть переговорщиком мне еще ни разу не приходилось. А уж как общаться с воинственно настроенными типами, не зная их языка, было совершенно не понятно. Однако проблему следовало как-то решать. И если Имперский глава Теней не захотел сразу истребить чужаков, значит, на это есть какие-то причины. Я, на всякий случай, захватила с собой несколько амулетов-переводчиков, в которые были заложены самые популярные языки нескольких миров. Надежда на них была небольшая, но вдруг? Нечто, похожее на латынь, встречалось довольно часто. А мне сейчас нужен не дословный перевод, а общее понимание.

При моем приближении незнакомцы встрепенулись, но откровенной агрессии не выказали. Похоже, их несколько настораживал мой бегающий сундук, но обойтись без него я не могла, поскольку хранящиеся в нем всевозможные зелья, ингредиенты и амулеты не каждая лошадь утащит. Да и лишняя защита не помешает.

Мне навстречу вышел невысокий светловолосый воин с тонкими чертами лица и аккуратной бородкой. Он спросил что-то на своем языке, но я не поняла ни слова. Я, в свою очередь, произнесла лишь одно слово — лекарь. И переводчики принялись бубнить его на разных языках. Кажется, одно из слов показалось моему собеседнику знакомым, и он почти точно его повторил, тут же засыпав меня градом вопросов.

— Медленно, — попросила я.

— Кто ты? Где мы? Здесь светит не наше солнце, и наши боги не отвечают нам.

Речь незнакомца переводилась довольно коряво, но, по крайней мере, я его понимала.

— Вы в мире других богов. Не знаю, как это произошло. И не знаю, сумеете ли вы вернуться.

— Там мы встретили предательство и смерть. И думали, что уже оказались в мире ином. Но за гранью не болят раны.

— Позволь мне помочь раненым. Здесь нет ваших врагов. И нет никого, кто желал бы вам смерти.

— Сладкоречивые византийцы за нашей спиной сговорились с нашими врагами. А здесь у нас и вовсе нет друзей.

— Византийцы?! — ошалела я, и посмотрела на воинов совсем другими глазами. Это что, еще одни попаданцы из схожего с моим мира?

— Оставь ее! — приказал властный голос. — Если она пришла лечить, пусть лечит. Прежде, чем поверить в то, что мы действительно оказались далеко от наших богов, я должен взглянуть на звезды.

Воины расступились, и я увидела их предводителя, восседавшего на чем-то типа войлочной подстилки. После чего мне захотелось себя ущипнуть. И потрясти головой. Может, книжная пыль, которую я глотала полдня, оказалась ядовитой и вызывает галлюцинации? Если так, то видения оказались на диво устойчивыми. Несмотря на все мои усилия, они не исчезали.

Ярко-синие пронзительные глаза, густые светлые брови, чисто выбритый подбородок, синеватые длинные, висячие усы и бритая голова с оселедцем такого же цвета. А, да, и еще вишенка на торте — красовавшаяся в ухе золотая серьга с красным камнем. Никого не напоминает, нет? А вот мне очень даже напомнило. И официальное представление исключило всяческую возможность совпадения или ошибки.

Я, кажется, обещала мужу не ввязываться в опасные авантюры? Похоже, я погорячилась. И все наши приключения далеко не закончились. Они только начинаются.

Интересно, как отреагирует Нартар, если я приглашу в гости русского князя Святослава свет Игоревича?

Веласкес — Диего Родригес де Сильва-и-Веласкес (исп. Diego RodrМguez de Silva y VelАzquez, 6 июня 1599, Севилья — 6 августа 1660, Мадрид) — испанский художник, величайший представитель золотого века испанской живописи.

пятнадцать соток — 1 500 кв.м.

футарк — общее наименование германских и скандинавских рунических алфавитов. Слово происходит от «сквозного» чтения первых шести букв старшего рунического алфавита: f, u, Ч, a, r, k. Обычно этим словом обозначаются любые рунические алфавиты, вне зависимости от народа, который использовал ту или иную модификацию.

циркуляр о кухаркиных детях — доклад «О сокращении гимназического образования» («Циркуляр о кухаркиных детях») — издан 1 июля 1887 года министром просвещения Российской империи графом И. Д. Деляновым, который считал, что таким образом «гимназии и прогимназии освободятся от поступления в них детей кучеров, лакеев, поваров, прачек, мелких лавочников и тому подобных людей, детям коих, за исключением разве одаренных гениальными способностями, вовсе не следует стремиться к среднему и высшему образованию».

Британским — имеется в виду известный мем. В интернетах, а иногда и IRL, «британские учёные» являются синонимом исследователей, работающих над совершенно безумными, идиотскими и не представляющими абсолютно никакой практической ценности псевдонаучными проектами.

Дама, приятная во всех отношениях — фраза из «Мертвых душ» Гоголя.

Госпожа Тибль — женщина, впервые поднявшаяся в воздух на монгольфьере в 1784 г.

«опыт, сын ошибок трудных» — фраза из стихотворения А. С. Пушкина.

Я помню, что в начале опуса упоминались совсем другие расценки, я их исправлю.

Не совсем корректно сравнивать, но все же — «Подвиг разведчика» и «17 мгновений весны». Между ними — четверть века, и это сразу чувствуется. Чего только стоит одна только сцена, когда Штирлиц сидит в кафе и курит, глядя на свою жену. Ни единого слова, но никому ничего объяснять не нужно.

Денежная система еще в процессе продумывания, так что цифры могут измениться. И еще один момент. Общий долог приведен в цифре золотом. Стоимость готовой продукции для погашения долга тоже привязана к золоту. (Допустим, за 1 зелье от простуды списывается одна сотая (условно!) золотой монеты). Можно покрыть долг «живыми» деньгами, но тогда именно золотыми. Поскольку стран много, и вес монет со временем меняется, то за образец берется некий стандарт определенного веса и пробы. Типа «ресингский золотой короля Ромуальда I Великого».

Я подумала, что течение времени тоже может отличаться от нашего мира. В местном году 13 месяцев, в каждом 39 дней (три раза по 13, что связано с местной мифологией). Я написала в предыдущем примечании, что «общий долг ГГ по контракту — 429 золотых, она должна зарабатывать примерно 11 золотых в месяц», именно из этих соображений (никто не пересчитал и не поймал меня на таком косяке)

По пятницам не подаю — фраза из к/ф «Место встречи изменить нельзя»

Alkanna tinctoria — многолетнее растение, содержат красящее вещ. алканин: красный пищевой краситель для масел и жиров, кондит. изделий, шерсти, шелка, хлопка, в микротехнике и медицине.

манзиниллы — Манцинелловое дерево, или Манцинелла, известное также как манзинилла (лат. Hippomane mancinella) — вид деревьев семейства Молочайные. Растение получило широкую известность благодаря ядовитому млечному соку, содержащемуся во всех его частях, в том числе в плодах. Манцинелловое дерево — одно из самых ядовитых деревьев на планете.

В реальности коронация произошла в 1305, а в Авиньоне папа осел к 1309. В моей реальности он сразу присмотрел в качестве резиденции доминиканский монастырь. * Инфа позаимствована из книги «Оккультные войны НКВД и СС», Антон Иванович Первушин.

В реальности это произошло почти на 10 лет позже, но Филипп был жив. Я подумала, что раз уж Филипп в моей реальности умер, то с новой женой Людовику можно подсуетиться пораньше. Другое дело, нужно ли это будет Карлу, которому в моей реальности будет предложен вполне реальный план по захвату престола.

Сведения взяты из книги Малколма Барбера «Процесс тамплиеров». Хотя думаю, что с похоронами Катрин де Куртенэ дело темное. Официальная дата ее смерти — 11 число. Вряд ли ее успели бы похоронить на следующий день, а уже через сутки состоялся арест тамплиеров. Хотя даты в истории — это вообще дело темное.

Имеется в виду Франсуа Равальяк, католический фанатик, убивший Генриха IV в 1610 году