Началось…

Низ живота потянуло, сначала не сильной, тягучей болью. Которая, слегка затихнув, вновь сладострастно сдавила меня в своих огненных объятиях. Я осталась с ней один-на-один. Забыв и о странном поведении всегда вменяемого Мориса, и о том, что в отсутствии командора его дочь начнёт прорываться наружу напролом.

Мозг отключился от запредельной боли. Не могу сказать сколько это продолжалось. По-моему — ВЕЧНОСТЬ.

Но ничего не бывает бесконечным. Вот и боль милосердно отступила.

И в моё сознание тут же ворвались звуки… БОЯ?!

С кем? За что? Где я?

Мамочки, я ж рожаю! А где Морис? Он уже преборол яд Белой Королевы, или умирает от него, а я не могу помочь? Хреново! Я такая сейчас беспомощная! НЕНАВИЖУ себя такой!

Так. Вдох-выдох, вдох-выдох… Дышим правильно.

Ага! В глазах проясняется… До следующей схватки я должна осмотреться и понять как спасать себя и лимари.

Начнем, пожалуй! Я в сухой и тёплой пещере. Поглаживая себя по каменному животу, прошу детей успокоиться и приготовиться к НОРМАЛЬНЫМ родам.

"Детоньки, не рассстраивайте ваших папочек. Давайте, нормально родимся? А то Наказующий в ярости — ну очень жесток. Хоть всегда справедлив." — мне показалось, или от сына Яссина пришло осознание гордости за своего папу и страх за одну строптивую сестрёнку. Которая не хотела терпеть боль, рождаясь нормально. И собиралась идти напрямик.

Сын пока не давал ей так поступить. Но… он собирался родиться первым. А вторая сестренка — тихая и тактичная, не сумеет совладать с маленькой воительницей.

На миг отвлеклась от детей, чувствуя наступление следующей схватки.

И в это время весь полумрак пещеры, передо мной, закрыло кошмарное чудовище.

Рост — выше двух метров. Покрытый чем-то черным, глянцевым, отливающим кровавыми бликами. Красные, светящиеся глаза. В каждом тегучем движении — СМЕРТЬ! Всем, кто посмеет встать на пути.

Успел! Мой любимый рыцарь без страха и упрека! Мой командор!

Алар опускается передо мной на колени и кладет одну руку на живот, а второй — поддерживая меня под плечи и спину.

Сразу проходит дергающая боль в районе пупка. И я, с облегченным вздохом отдаюсь второй волне схваток, вцепившись в командора так, что ломаю ногти об его броню.

Понимаю, что это глупо, но мне стыдно и я стараюсь не стонать.

Монстр склоняется ко мне:

— Я ссс тобой, милая. Всссё хорррошшшо… Сссейчассс оссстальные будут… сссс Мориссом тоже всссё хорошшшшо…

Глаза слепнут от новой схватки и яркого прожектора, залившего всё вокруг белым светом.

— Деточка, я здесь, — доктор ухитряется одновременно меня облизать, обезболить и подстелить под меня стерильный коврик. — Тужься… Не сильно… Умница моя… Яс, угомонись!

Мучительная, разрывающая боль немного отхлынула и я услышала недовольное кряхтение сына.

— Ссспассибо сладкая… — слышу я справа от себя.

Ох… это я не на кушетку опираюсь спиной, как подумалось, а на руки командора и Наказующего. И цепляюсь судорожно правой рукой за командора, а левой — за трансформированного нага.

— Как… он? — едва обозначаю слова движением пересохших, искусанных губ.

— Чудесный мальчик! Нэр Яссин, у вас безупречный сын! — восторгается доктор, передавая малыша… Морису!

Крик застывает у меня в горле. Морис под действием токсинов! Он сейчас опасен для себя и для детей!

— Тихххо… — обдавая прохладой шелкового языка мой мокрый, горячий лоб, шепчет Яссин, — Мориссс ссссссовладал с ядом. Не о том думаешшшшь…. тебе ещё двоих рожаттть… Ссссосссредоточьссся…

— Велллари сссоглассилассь… она ссследующая… — пррошептал мой безупречный монстр.

Ого! Командор уже имя нашей дочери дал? Потом… Всё потом… А сейчас…

— Аааааааа!!! — не выдержала всё-таки я.

Я слышу как рвется плоть, выталкивая мою дочь.

— Умница… Хорошая моя… — шепчет командор, — Дыши, еще одна малышка… Соберись!

— Девочка уже идет! — Почему-то напряженно комментирует доктор.

Затухающая боль… и схватки закончились.

Обвожу всех ошеломленно-недоумевающим взглядом.

— Режь! — приказывает Наказующий.

И, прежде чем я успела понять, что сейчас будет, мне на сгиб лег черный, мгновенно всосавшийся в кожу, кубик. Полсекунды, и я уплыла в темноту.

Ну вот почему я не могу просто и без проблем родить?!

***

Мамочки! Как же мне хреново! Почти так же, как после "страстной" встречи с Фрадом.

Голова — как чугунная и так же гудит. Грудь чешется и тянет. Низ живота пульсирует. Сил нет никаких. Даже на то, чтобы открыть глаза.

ДЕТИ! Младшая дочка! Что с ней?

Силы сразу откуда-то взялись. Подхватилась, собираясь встать и тут же оказалась прижата за плечи к кровати. Прохладный язык прошелся по губам:

— Куда собралась, милая? Глазки не хочешь открыть?

С трудом продрала глаза, утыкаясь в смешливый взгляд кровавых глаз.

— Дети… дочка… как она?!

— Все дети здоровенькие и прекрасно себя чувствуют. Орсия не пострадала. Чего не скажешь о тебе. Поэтому, придется полежать, не особо двигаясь, пару-тройку дней. Я лично прослежу за этим. И не спорь! Ты же знаешь, со мной спорить бесполезно.

— Но… как же… детей надо кормить… и…

— Ччччччч… их к тебе будут приносить. Позже. А сейчас они с Мраком, Сетом и еще десятком сателлитов. Дети родились раньше срока, и поэтому, для них сейчас самое лучшее — детское гнездо сателлитов. Сет с Мраком следят за температурным режимом и питают малышей. Доктор с Тиль постоянно с ними. Расслабься. Позже я отнесу тебя к детям на минутку, чтобы не тревожилась сама. Но на большее время ПОКА нельзя. Сателлиты очень заботливые и будут агрессивны даже к тебе ближайшую неделю. Потом все угомонятся.

Горькая обида отозвалась горечью во рту. Я так старалась. Вынашивала… Рожала… А они… а я… я вообще-то мать!

— Ну, что ты, сладкая моя? Не расстраивайся так. Да, ты мать и никто не намерен оспаривать твои права и твои чувства и инстинкты. Поверь мне. Сейчас деткам лучше быть в Гнезде. Кстати, я уже оповестил всех заинтересованных о родах. Соня мчится к нам. Если это тебя утешит. Нориш тоже торопится. Твоя подруга передает тебе привет и рвется скорее прилететь.

— Морис! Где он!? — вдруг полоснуло меня обжигающей тревогой.

Наказующий скрипнул зубами.

— Он улетел. На шаттле. Мы не стали препятствовать. Если Звезды решат, что мы — семья, они вернут его.

Я взбесилась. Охренеть! Это что ж такое получаетс? Наказующий, весь такой жесткий и бескомпромиссный — фаталист? Нет, я так не согласна! Но кто бы мне позволили что сделать?

— Ты. Будешь. Лежать! — придавливая меня к кровати, прошипел Яссин, — Все. Решат. Звезды!

Наг стал совершенно невменяемым.

Я затихла, как мышь под метлой.

Вдруг, у наагата сработал гаджет. Яссин, взглянув на него, сразу вернулся в нормальную ипостась:

— Прости… Вот, ты не веришь… А Звезды решают всё. Мориса возвращают нам. Весь его негатив выпит. Он снова адекватен, — и отдал команду подчиненному, — Шаттл с Морисом и сопровождающим пропустить. Проследить, чтобы ни один сашар не подошел к планете менее чем на парсек! Сателлиты взбесятся!

Я погладила брачную татуировку. Если до того она была холодной, словно на кожу наложили фольгу, и я не чувствовала Мориса, словно он отгородился бетонной стеной. То сейчас, от льнущей ко мне татушки распространялось нежное тепло. Стены тоже не было. На меня обрушилось раскаяние, стыд и безграничная преданная ЛЮБОВЬ. Желание быть рядом, защищать, вдыхать обожаемый запах, без которого невозможно жить.

— Милая… — меня тихонько тормошил встревоженный змей, — Что с тобой?

— Морис… он опять стал собой, — смаргивая текущие слезы, ответила я. — Не знаю, кто такие эти сашары, но они его вернули к жизни.

***

Шипя и ругаясь, Наказующий поднял меня на руки и понес в гостиную. Там, уложив на диван, взял с меня слово, что я не буду даже шевелиться, и пошел за Морисом и его сопровождающим. Поцеловал руку, слегка оцарапав клыками.

Лежу. Волнуюсь… и… засыпаю… вот же гад! Он меня усыыыпиииллл…

Проснулась от негромкого разговора.

— Я тебе всё припомню, так припомню…! — прошипела я по-русски, протирая заспанные глаза.

— И вам не хворать! — на родном языке ответил мне слегка хрипловатый женский голос.

Глаза сами протерлись и впились в спокойно сидящую в кресле женщину. Явно славянской наружности. Приятные черты лица. Светло-русые волосы, заплетеные в косу и заколотые на затылке. Серые глаза, прикрытые пушистыми ресницами. Аккуратная, спортивная фигура, затянутая в черный форменный комбинезон. Обалдеть! Мне это снится?

Напрягало только одно. От неё почти не исходило никаких эмоциий. Капля усталости и безнадежность. Так… Лёгкий флёр…

— Вы меня видите? Позвольте представиться, Арина Расина. Как вас зовут мне сообщили. Я ваша соотечественница. Планета — Земля. Город — Москва. На момент похищения было сорок семь лет. Это было шесть лет назад. Сейчас выгляжу на семнадцать. Чувствую — на восемьсот… — она не шутила. Она выдавала информацию. Скупо. Без эмоций.

— Очень приятно! Я перед вами в неоплатном долгу! Я не подумав ввязалась в разборку… — начала я было, но меня снова перебила Арина.

— Простите, что перебиваю. Ваш супруг всё рассказал. И показал. Когда сашары пьют эмоции, они видят происходящее и транслируют остальным. Ваш муж фонтанировал негативом. Теперь он в норме. На будущее… не допускайте такого накала эмоций.

— Арина, простите, если мой вопрос окажется бестактным. Вы… вы…

— Странная. Как робот. Без эмоций. Без чувств. Вы об этом хотели спросить? — спокойно спросила девушка.

— Да, — только и смогла промямлить я.

— Давайте поступим следующим образом. Вы сейчас встретитесь с супругом. А я немного посплю. Я только сегодня накормила экселенца. — Арина устало потерла виски.

— В самом деле, сладкая… отпустим нэру отдохнуть. Я вообще удивлен, как она на ногах держится. Накормить сашара… да еще экселенца… Земные женщины не перестают меня изумлять. — Вмешался наагат, странно разглядывая равнодушную ко всему девушку.

— Ага. Я вообще… удивительная. — подтвердила Арина сонно.

— Положи её в гостевой комнате, — попросила я Яссина.

Наказующий, легко подхватив девушку, унес её в комнату. А вернувшись, открыл дверь и хмыкнул:

— Ну что, беглец… заходи!

В гостиную вошел внешне спокойный Морис. Подойдя к дивану, на котором я лежала, опустился на колени и взглянув на меня открытым и полным боли, стыда и любви глазами, сказал:

— Дорогая, я понимаю, что мне нет прощения. Я едва не погубил тебя и детей. Мне нет доверия. Я клялся хранить тебя и детей, и не оправдал… Я хотел сбежать, от стыда… но не смог. Что сказать ещё — не знаю, но пойму и приму любое решение.

Все упрёки, злость и обидыу меня мгновенно испарились.

— Не ошибается тот, кто ничего не делает! Я всё понимаю! И прощаю тебя, по прежнему доверяю… я… я просто люблю тебя, бестолочь ты моя! — обхватила голову растеряно-опешившего лимари дрожащими руками и притянула к себе, утыкаясь в его шелковые волосы, — Я не смогу жить без тебя… — всхлипывая всё сильнее, твердила я, — Как ты не понимаешь… мой родной…

Но мне и тут не дали напрягаться!

Касание острых клыков — и я в отключке.

Утро! Как хорошо, когда всё хорошо!

Сегодня я проснулась по земной привычке — очень рано. Потянулась осторожненько. Помня, что шов хоть и запаян, но напрягаться нельзя ещё пару дней.

— Доброе утро… — тут же открыл глаза Морис, согревая меня своей улыбкой.

— Добрый, сладкая моя, — довольным котярой муркнул Наказующий, — Малыши спят, никто не капризничает. Завтра можешь начать кормление… А пока… позволь нам с Морисом, как самым пострадавшим, выпить твоё молоко… — наглый змей облизнулся, — Чтобы не застаивалось…

И, не дожидаясь согласия, задрал сорочку и припал к окаменевшей, тянущей груди. Которая отозвалась спазмом и выбросила струйку молока. Вторая грудь с секундной задержкой, последовала её примеру. Морис, виновато покосившись на меня и получив согласный кивок, с не скрываемым наслаждением припал к "своей " "кормилице".

К тому времени, когда молоко закончилось, я, совершенно разомлевшая, получила несчетное количество наслаждения…

— А теперь, — сварливо отползая от мужей на спине и запахивая ночнушку на груди, пробубнила я, — Рассказывайте, что приключилось и что я пропустила. Начиная с того момента, как Морис хватанул яду Белой Королевы.

— Хорошо, — как-то быстро согласился Яссин, — Сейчас поедим, и всё расскажем.

— Ой! А как там Арина? — спохватилась я, — Нехорошо получилось… Она нас спасла, а я…

— А ты дала ей передышку. — перебил невыносимым голосом наг.

— Кстати, а что значит — кормить экселенца? Это… что-то неприличное?

— Хорошо. Скажу сейчас. Чтобы ты успела всё осмыслить до встречи с Ариной. Так. Арина добровольно заключила с расой сашаров договор о полном кормлении экселенца и двух его крыльев. Что это значит. Сашары — очень древняя, замкнутая раса. Они вампиры, по вашему, по-Земному. Питаются нормальной едой. Но для идеального самочувствия им нужны кормильцы. Это теплокровные разумные, которые настолько сильны, что могут кормит своей кровью, эмоциями и энергетикой выбранных "кормящихся". Долго быть кормильцем невоможно. Чтобы кормилец не погиб, его меняют, по мере истощения. У экселенца они менялись с частотой… через каждые два-три кормления. Арина их кормит три года… НЕ одного, а ТРЁХ! И это она сама так захотела. Что с ней случилось, и почему она встала на путь самоуничтожения, не знаю. Наверное, что-то очень плохое… Кстати… от мужчин она хоть и не шарахается, но… У неё почти не осталось души… Мне так жаль…

Так… Арина говорит, что когда пьют эмоции, сашары ВИДЯТ, от чего страдает разумный теплокровный… Угу… Значит этот её… экселенц… он точно знает, что случилось с несчастной женщиной. Если Арина не захочет сама ответить, я упрошу Мориса и командора слетать к вампирам и всё узнать. Не знаю, почему, но у меня твёрдое убеждение, что я смогу помочь Арине.

— Всё, Морис, мы потеряли нашу девочку… — театрально вздохнул Наказующий, — Теперь будем спасать Арину, я правильно понимаю, мой сладкий?

— Правильно. Спасибо за понимание, — рассеянно ответила я, в уме выстраивая разговор с нелюдимой соотечественницей.

— Звёзды! За что нам такое наказание?! — простонал Яссин, — Котенька, давай мы подарим ей крейсер и она будет сама себе хозяйка? А?

А это идея!

— Спасибо, — я поцеловала довольного нага, — И крейсер тоже подарим. Но, сначала мы должны оживить мёртвое сердце Арины, — Ослепительная улыбка Яссина сразу увяла, — А для этого она побудет некоторое время с нами. Надя с Норишем прилетают. Сонушка с детьми… Все вместе мы поможем Арине. Наши своих не бросают! — веско припечатала я, и внимательно всмотрелась в Наказующего.

— Хорошо… Уговорила… Ведь знаешь, что я не могу тебе отказать! Как это по-русски? Вот! "Ты вьёшь из меня верёвки"! — усмехнулся любимый змеище. — Вот Морису хорошо. Он пластичный, нежный и ему нравится всё, что нравится тебе. Иногда я по-хорошему ему завидую…

— Решено, сейчас мы умываемся и идем завтракать. Говорим с Ариной и начинаем её возрождать, — подъитожила я, — А… Шат и Алар сегодня с нами будут ночевать? Их тоже надо…

— Угу… надо ознакомить с очередной занозой в семейной жизни! — не удержался таки наагат.

— Ты не прав. Но я тебя люблю, — миролюбиво ответила я, чем вызвала шок у готового к скандалу Наказующего.

Он отстранился и задумчиво рассматривал меня своими невероятными шлазами.

— Ииии..? — я выжидательно посмотрела на нага, — Ты меня отнесёшь на завтрак, или мне самой…?

— Накажу! — Прошипел Яссин, — Моя!

— Да… ничего не меняется! — раздался от входа обволакивающий голос Шаатхара, — Мы доверили вам нашу супругу, пока там разбираемся с проблемами, а вы…

— Рррршшшшш….

— Нет, Яс, ну ты как ребенок, — попенял Наказующему командор, — А если без рычания…. Что снова произошло в нашей семье? — неуловимой тенью карианец оказался рядом со мной, целуя выглянувшую из-под покрывала коленку. — Как ты мой свет?

— Лера решила взять под опеку Арину, вернувшую нам Мориса. Она хочет забрать её от сашаров. Арина кормит экселенца и его крылья уже три года. — наябедничал на меня Яссин.

— Хорошо. Я слетаю к сашарам и все улажу, — коварно поглаживая мою конечность и снова её целуя, решил Алар, — Насколько я понимаю, эта девушка, соотечественница нашей супруги. Только землянка могла выдержать три года сильнейших вампиров, и не стать мертвой душой. Я прав, мой свет?

— Прав, — тут же согласилась я.

Нет, все-таки командор — рыцарь, в лучшем смысле этого слова!

— Прежде чем лететь к вампирам, надо уточнить несколько вопросов. — В Принце заговорило государственное мышление, — И ответить на них может только эта девушка. Кстати, а где она?

— В гостевой спальне. Я отнёс её туда. Она была сонной и апатичной. Объяснила это тем, что только что кормила экселенца… — мрачно проворчал Яссин.

— Ого! А эта девушка невероятно сильна! — присвистнул Шаатхар, — После кормежки даже рядового сашара, кормилец приходит в себя пару дней.

— Идемте уже кушать! — поторопила я.

— Идем-идем, — подхватывая меня на руки, проурчал командор. — Голодненькая наша… Мы с Шатом тоже голодные.

— Согласен, — покладисто поддержал Алара Шат, — Некоторые уже поели… молока…

И откуда принц это узнал?!

Вот так, на ручках, я и отправилась в гостиную-столовую, гда нам уже накрыли стол.

— А… ээээ…? — промычала я, но командор уже укладывал меня на диван, а Шат устанавливал "больничный столик" над коленями.

— Сейчас приведу твою Арину, — ворчал Наказующий, направляясь к гостевым покоям.

И, буквально через минуту, появляясь с невозмутимой, аккуратной девушкой.

— Отказалась от моей помощи, — буркнул Яссин.

— Милосердной смерти, — привычно приветствовала нас Арина.

От этого пожелания, челюсть отпала не только у меня.

— Звёзды! Что эти кровопийцы с тобой сделали, девочка?! — раздался душераздирающий стон со стороны "детских" покоев.

"Маменька пошла в атаку!" — ясно читалось на отстраненных лицах мужей.

"Это обо мне?" — тактично выражало притягательно-нежное лицо Арины.

— Мама, познакомься, — я решила сразу расставить все точки над "и", — Это Арина. Она спасла Мориса. А теперь мы должны спасти её. Даже, если она не захочет. — умоляюще взглянув на невозмутимое лицо девушки, взмолилась я. — Пожалуйста, позволь нам помочь!

Арина думала несколько мгновений:

— Я благодарна вам за благородный порыв. Но, всё непросто. Я всегда выполняю свои обещания. И не могу покинуть сашаров, не найдя себе замену. Что касается вашей благодарности… Мне было приятно спасти вашего мужа. И вдвойне приятнее оказаться в гостях у вашей семьи. Я почти забыла, как это — чувствовать. Но вы ничего мне не должны. Поэтому, простого "спасибо" — было бы достаточно.

— Нет, душенька! Не достаточно! Ты такая милая, красивая, нежная девочка! — снова вмешалась Тиль, — Ты соотечественница моей крошечки. Скоро сюда прилетят ещё две девочки. Одна из них — Соня, прошла через АД! Я думаю, нам, девочкам, надо организовать "девишник"! А мальчики пару дней обойдутся без нас! И я не принимаю отказа! — Всё, маменьку "понесло"!

Но Арина дружелюбно улыбнулась.

— Хорошо, я смогу задержаться у вас дней на десять. Именно столько у меня есть в запасе, до очередного кормления. Но предупредить Эк Зальсура я обязана уже сейчас. И, если мне не найдут замену, то я продолжу выполнять условия договора. Спасибо за желание помочь, уважаемая нэра, — Арина учтиво-отстранённо склонила голову перед удивлённой Тиль.

Первый раз вижу, что маменьке нечего возразить. Если Арина так на разумных влияет, то что же это такое — общаться с сашарами?!

— Пойдёмте уже, поедим, — предложил Шат. — А потом, после того, как нэра Арина поговорит с экселенцем, мы будем просить её рассказать немного о себе. То, что она посчитает нужным и возможным.

— Я согласна, — коротко кивнула Арина. и подошла к накрытому столу, — Какое место я могу занять?

И снова мы сразу не нашли что сказать. Неожиданно, в разговор вступил Морис.

— Простите, если оскорблю вас, но у меня есть один вопрос, который сразу устранит много неловкостей. Вы были в рабстве?

— Да, — спокойно ответила Арина.

— Сколько времени?

— Полтора года.

— Понятно… Тогда… среди нас вы можете забыть о вбитых привычках. Мы все воспринимаем вас как родственника, вернувшегося в семью после долгой разлуки. Многие из нас познали все прелести рабства на себе. И прекрасно вас понимают. — оборотень сочувственно вздохнул.

— Поэтому, располагайся там, где хочешь, и…. давай на "ты"? — перехватила я инициативу.

— Да-да, милая. Тебе надо очень хорошо питаться! Ведь тебе надо восстанавливать кровь! — вновь ожила Тиль, — Идём, ты наверное уже забыла вкус земной еды? Что из блюд твоей Родины ты хотела бы сейчас съесть? — маменька, приобняв Арину за талию, потащила не сопротивляющуюся девушку к столу, и усадила рядом с собой. — Яссин, подтащите стол поближе к Леруше, и поедим, наконец-то!

Стол моментально подтащили поближе к дивану и мы начали завтрак. Арина ела быстро и очень аккуратно. В основном — мясные блюда. К моему удивлению, нам принесли вино.

— Это я распорядилась. Крошечка сказала мне, что лучше всего восстанавливают кровь мясо, красное вино и гранатовый сок. Нам с тобой деток не кормить, шаттл не водить, поэтому вино — только для нас двоих. Ну… всем приятного аппетита. — Тиль подняла бокал и коснулась им бокала Арины.

— Лёгкого кормления, — автоматом выдала женщина, снова приведя в шок меня, супругов и маменьку.

Яссин, иронично приподняв бровь, наблюдал за Тиль и Ариной.

Но маменьку, когда она видит ЦЕЛЬ, не смущают НИКАКИЕ препятствия. Сейчас целью Тиль было накормить, забрать Арину у сашаров и организовать нам "девишник". Что она и начала, с присущей ей педантичностью, воплощать в жизнь.

Для начала, пересев ко мне на диван, вместе с бутылкой вина и сырами.

— Расскажи, детонька, что с тобой приключилось, — начала маменька, — Вот, как в памяти всплывает, так и говори…

В гостиную-столовую просочился доктор, и заняв место за обеденным столом, рядом с Яссином, с интересом начал изучать нашу возможную родственницу. Потому, как супругу свою он знал отлично….

И, в отличие от некоторых наивных, иллюзий ненужных не питал.

— Да… Рассказывать, собственно не о чем. — степенно начала Арина, — Жила в одном городе с Лерой. У нас была довольно большая семья. Родители — мои и мужа. Его младший брат. Двое наших детей. Дочери. Наша семья была более чем среднего достатка. Три машины премиум класса. Дом под Звенигородом, площадью триста квадратных метров. Квартира в Москве. Много друзей. Но, в одночасье я осталась одна. Как это случилось? Просто… до банальности. Как-то неожиданно, все родные решили отдохнуть в Египте. Я, единственная, была против. К тому же, меня не отпустили с работы. Обычно, это бы послужило причиной отказа от поездки. Но не в этот раз. Родные заупрямились и улетели… А, когда возвращались…

— Самолет был сбит! — договорила я, вспомнив нашумевшую трагедию..

— Да… — спокойно согласилась Арина, — Я осталась одна…

В уютной комнате, стало промозгло и некомфортно. Словно, вдруг, мы оказались на улице, ночью, в промзоне, глухой ненастной ноябрьской ночью.

Арина задумчиво крутила пальчиками тонкую ножку хрустального бокала.

— Мда… Милый, — обратилась Тиль к доктору, — А где там у нас "коньяк"? Вино для такой исповеди слабовато…

Тяжко вздохнув, доктор Рич подал супруге хрустальную литровую бутылку "Курвуазье".

— Выпей, детеныш, — маменька налила им с Ариной по полбокала янтарной жидкости. — Так проще…

Арина выпила коньяк, как воду. Тиль снова наполнила ей стакан.

— Как ты покинула Землю, деточка?

— В один из выходных, захотела уехать из города. Просто проехаться. Развеяться. Заехала в какую-то глушь. Машина неожиданно села на брюхо. Я пошла по дорожке, надеясь найти что-нибудь, чтобы вызволить машиночку. И эта дорожка привела меня на островок, посреди болота. Там стояли непонятные механизмы. Суетились рабочие. Подошла поближе и столкнулась… с мужчиной. Знаете, я встретилась с ним взглядом и забыла обо всем. О погибших родных и дочках. О том, что мне уже сорок семь лет и я априори не могу понравиться этому образцу мужской красоты. О том, что надо вытаскивать машину и ехать домой. О том, что окружающие меня разумные — даже не скрывают свое "нечеловеческое" происхождение. Он усмехнулся и просто провел пальцами по моей щеке, потом — обвел губы.

"Ты мне понравилась," — сказал он, — " Как жаль, что мы сегодня улетаем! В тебе есть огромный потенциал. А, впрочем… Хочешь, я заберу тебя с собой? "

Я, как дура, закивала головой. В тот момент я согласилась бы со всем, что ОН мне предложил.

"Отлично! - снова улыбнулся он, — Тогда запомни! Ты послушно выполняешь всё, что я прикажу. Даёшь добровольное согласие на моё покровительство. Я не люблю ревность, капризы, истерики. Ты будешь моей послушной девочкой?"

"Да! — тая от счастья, прошептала я",

"Тогда, идём! — он протянул мне руку и сильно сжав, повел к самому большому механизму, оказавшемуся космическим шаттлом".

— Ясс, доктор, никого не напоминает этот герой? Простите, нэра, что перебил ваш рассказ, — влез Шат.

— Вербальное воздействие. Ему земляне не могут противостоять! Я так и не смог блокировать полностью у нашей девочки этот центр. А с Ариной, на фоне трагедии, он делал то, что хотел. Сразу вложил якоря и базовые блоки. При любой проверке — он просто спас по уши влюбленную женщину, при её "добровольном" согласии.

— Урод! — выплюнула Тиль. — Как нам помочь Ариночке?

— Уже никак, — спокойно ответил доктор, — Сашары, за эти годы стёрли ту область, которая отвечала за вербал. На Арину нельзя воздействовать ни вербально, ни невербально. Гипноз ей тоже не страшен. Боли и смерти она не боится. Сейчас у неё руководят поведением и оказывают влияние на поступки те качества, которые она сама захотела оставить. И те добродетели, которые вечны. Милосердие, помощь слабому, Ответственность за свои поступки.

Мы снова все повернулись к девушке.

— Прости, что перебили, — Тиль снова наполнила бокал гостьи коньяком, — Можешь дальше рассказать?

— Прощаю, — спокойно ответила Арина, словно компот выпивая янтарный напиток, — Потом, на рынке рабов, мне именно так и сказали.

— А что было дальше? — нетерпеливо подавшись к задумавшейся девушке, поторопила маменька, знаком показывая доктору, чтобы принеё ещё одну бутылку.

— Дальше… Дальше, мы улетели с Земли. Уннар, так звали этого мужчину, поселил меня рядом с медотсеком. Никакого домогательства с его стороны не было. Почти месяц меня к чему-то готовили. Почти все процедуры были очень болезненными. Но ради Уннара, я все терпеливо переносила. Никто не услышал от меня, ни стона, ни жалобы.

Арина смотрела на искрящийся лучами, хрустальный бокал так, словно видела в нём повтор того, что было когда-то.

— Знаете, я даже гордилась собой. Тем, что я послушная "девочка" и этот мужчина доволен мной. Идиотка, блин! — это можно было бы принять за ругательство, если все не было бы настолько равнодушно, — Гордилась, до тех пор, пока не увидела рядом ЕГО и себя… в отражении смотрового экрана… Не знаю, насколько сильно он меня прозомбировал, но рациональным мышлением я никогда не была обижена. И что же я увидела? Безупречно сложенного, молодого мужчину и располневшую женщину, приближающуюся к пятому десятку… Мозг, до того времени словно спавший, вдруг проснулся. А я смотрела и говорила себе:

"Ты идиотка, Ариша! Полная и абсолютная дура! Ну, кому ты нужна, карга ты старая? Кому? Уннару? У него, скорее всего, красоток, что тебе во внучки годятся, каждый день по сотне! Он не геронтофил. Поэтому и требовал всё это… Как женщина, ему ты на фиг не нужна! Но… для чего то он меня с собой забрал? Зачем? И, почему я постоянно нахожусь под контролем врача? Кому-то нужна на органы? Как донор крови и частей тела?"

В себя пришла от того, что Уннар сильно встряхивая меня за плечи, что-то говорил.

Тряхнула головой, сбрасывая оцепенение. Подняла глаза, встречаясь с взбешенным взглядом всегда такого очаровательного парня.

— Ты. Меня. Слышишь? — сжимая плечи до боли, рычал Уннар.

— Слышу, — отмерла я.

— Как я понял, до тебя дошло наконец, что ты мне не нужна, как женщина?

— Дошло, — подтвердила я, — Жаль, что так поздно. Зачем вам я?

— Я омоложу тебя и продам. Оооооооооочень дорого! Ты окупишь и рейс до вашей затрапезной планетки и ты средства, что потратятся на ренегар. Да ещё и останется для хорошей жизни. — гадко ухмыльнулся Уннар.

— Землянка так дорого стоит?

— Да. У вас пластичный геном… Ученые дорого заплатят за тебя… Но и для многих мужчин ты, после ренегара, станешь лакомым кусочком. Особенно для тех, у которых агрессивная вторая ипостась и которым никогда не дадут согласие самки их рас.

Вот и подкрался белый, пушистый зверёк…

— Спасибо, что сообщили о своих планах, — как можно равнодушнее глядя в некогда сводящие меня с ума глаза, сообщила я Уннару.

От неожиданности и моего равнодушия, он просто замер, не зная, что делать. Таращится на меня и молчит. Я тоже изображаю из себя глазастого Мурзилку. И тоже молчу. Не знаю, как ему, а мне просто говорить не хочется. Противно от самой себя. А ещё, кусочек моего, внезапно очнувшегося мозга, пытается проанализировать ситуацию и понять — что делать? Но у него слишком мало информации.

— Почему молчишь? — первым не выдерживает Уннар.

Он довольно эмоционален. Это и притягивает к нему слабый пол.

— Вы сами мне это приказали. Не ревновать, не капризничать, не истерить. Смысла ПОКА не вижу, что-то менять. — усмехнулась я одними губами.

— Вот как, — совсем взбесился Уннар, — Завтра ты ляжешь в ренегар, а через два месяца я тебя продам. Посмотрим, как взвоешь!

— Не беспокойтесь. Не буду обременять некрасивыми звуками и словами ваш нежный слух. Как я уже говорила — СМЫСЛА не вижу.

— Дрянь! — уже совсем срывается Уннар, — Так ты заговорила!?

— А мне терять нечего. Кроме моей никчемной жизни. А вам — есть чего!

— Хольх! — почти взвизгнул доведённый мной работорговец.

За спиной, мгновенно материализовался огромный монстр, который всюду следовал по пятам за Уннаром.

— Отведи эту дрянь в медотсек! Пристегни к усмирителю. И скажи врачу, чтобы как можно скорее уложил её в ренегар. Немедленно!

Хольх, вывернув мне обе руки назад, поволок меня, куда приказано.

Как ни странно, страха у меня не было, от слова совсем.

Арина задумчиво покачала в тонких пальчиках пустой бокал, стремительным движением забрала у опешившего доктора новую бутылку и, налив себе почти до краёв, продолжила:

— Меня уложили лицом вниз в какой-то ящик и, зафиксировав, включили… как я потом узнала, на полную мощность.

Тиль в шоке взглянула на своего супруга:

— Рич, как это стало возможно? Так использовать ренегар! Бедная девочка! Она же могла после такого воздействия перейти в состояние не-смерти!

Я заинтересовалась:

— Простите, а что это такое?

Доктор поморщился:

— Ваша раса, детеныш, кем-то создана. Причем, перед вашим созданием, некий Творец успел создать и уничтожить пять цивилизаций. Но все предыдушие наработки, Творец сохранил и перенес в ваши тела. Поэтому, земляне обладают невероятным набором возможностей. Их надо лишь активировать. И жить земляне по идее, должны ОЧЕНЬ долго. Надо лишь снять исскусственный блок. Если в ренегар поместить здорового человека и включить установку на полную мощность, человек будет испытывать невыносимые муки. Так как установка начнёт "излечивать" уже здоровый организм, выискивая проблемы, не соответствующие настройкам. А, настройки покажут, что по прожитым годам она — детеныш. А состояние тела, хоть и здорового — как у стареющего организма. И начнет это исправлять это на клеточном уровне. В том числе, разрушая установленные блоки. Вот есть только одна проблема. Установка может так изменить организм, что пациентка перестанет быть живой. Но и умереть ей установка не даст. Она будет уже не живой. Но и не мертвой. Почти бионик. И в то же время — не робот. Сущность, с мертвым сердцем и душой. Многим извращенцам нравится… Простите, нэра Арина.

Девушка согласно кивнула…

А мне конкретно поплохело. Бедная Арина!

— Да, это и должно было бы со мной произойти сразу, — отстранённо согласилась девушка, — И, честно говоря, лучше бы так и случилось. Тогда бы я не была предана тем, кого люблю без памяти. И не потеряла бы сына. Он родился таким слабеньким… А меня, сразу после родов, забрали на два дня развлекать гостей госпожи… Им было интересно — что за новые сексуальные ощущения можно получить с только что родившей женщиной… Когда я вернулась, малыш уже уснул… навсегда…

В гостиной наступила могильная тишина…

Я не могла представить, как Арина перенесла эту Смерть. Долгожданный малыш… От любимого мужчины…

УБЬЮ! Найду и убью этого козла! Который продал в рабство женщину, беременную его ребенком!

Командор погладил меня по кисти, присаживаясь на пол, у дивана:

— Мы найдем и накажем их… — почти беззвучно прошептал он.

— Спасибо, — благодарно погладила по шее мужчину, ставшем моим Ангелом-Хранителем и якорем, в этом прекрасном и страшном мире.

Мне очень повезло его встретить.

— Малышечка, — Тиль осторожно погладила руку у ушедшей в воспоминания Арины, — Мы все понимаем, как тебе больно. Хочешь, пойдём погуляем? Или вместе с Лерушей к деткам сходим? Завтра? Расскажешь потом…, когда сочтешь нужным.

— Спасибо, — Арина отмерла и даже дернула уголком рта, обозначая улыбку, — Я расскажу сейчас. Если вы готовы слушать. Это ведь очень неприятно — слушать о плохом… А о малышах… Вы правда разрешите мне их увидеть?

— Не только увидеть. Но и поняньчить, и помочь нам их покормить и искупать, — улыбнулась я, глазами приказывая очень злому Наказующему сдержаться и не комментировать.

И тут, впервые мы увидели ЭМОЦИИ. Арина опустилась на колени, рядом с Аларом, и бережно поцеловав мою руку, прошептала:

— Вы позволите мне прикасаться к вашим детям?

Сдерживаться у меня не было сил. Пережитое этой девушкой душило меня, требуя выхода. Я вырвала руку у опешившей женщины, и обняв её за шею и притягивая к себе, горько разрыдалась. Судя по всхлипам, у маменьки тоже глаза на мокром месте.

— Ко. неч…но поз… волю…

Спустя несколько секунд, обнявшись, мы дружно плакали. Даже у Арины из красивых, шоколадно-медовых глаз, катились крупные, прозрачные слёзы…

— Всё будет хорошо, крошечки… — шептала Тиль, обнимая и гладя нас по рукам, — Мы ОТПЛАТИМ им всем! Я в лепешку расшибусь, но у тебя, Ариша, будет семья и малыш… и даже не один…

А вот теперь я, на месте обидчиков Арины, уже бежала бы куда подальше, роняя таки! потому что иметь во врагах Тиль — это хуже, чем Наказующего. Женская ярость и жестокость — она границ не знает и берегов не видит.

Нет, всё же у нас самые лучшие супруги во Вселенной. Дали поплакать, вытерли слёзки, помогли просморкаться, обцеловали… Меня и Тиль… поухаживали за Ариной… Платочек подали, по плечу погладили…

— Рассказывай, котенька… — деликатно промокая носик, попросила Тиль, — Мы сегодня закроем страницу кошмаров и завтра начнем все с чистого листа… И там всё будет хорошо…

Арина едва заметно улыбнулась.

— Спасибо… А дальше… Было больно. До сумашествия. Потом я узнала, что пробыла в ренегаре с максимальной мощностью три недели.

В себя пришла от того, что ничего не болело. Совсем. Открыла глаза и увидела стандартную палату. Я была зафиксирована на кушетке. Через некоторое время вошел корабельный врач. Убедился, что я живая. Не умертвие. И отправился с докладом к Уннару. Тот явился очень быстро. Осмотрел меня, словно лошадь на выводке и довольно ухмыльнулся:

— Всё даже лучше, чем я мог желать. Ты очень милая… сейчас стала. Такая юная… хрупкая… Вызываешь желание схватить и утащить тебя в укромное гнездышко… Покупатели не устоят! Хозяева барделей заплатят за тебя огромные деньги! Послезавтра ты сделаешь меня ОЧЕНЬ состоятельным!

Уннар ушел. Зато вошла худенькая женщина, с большими, темными, замученными глазами. То есть, это на фоне Уннара она была худенькой. А на фоне меня… Я кажусь рядом с ней девчушкой-подростком. Пугливо оглянувшись на камеру, робко предложила:

— Нэра, я вас сейчас освобожу. Не бейте меня… я не виновата…

— А почему вы думаете, что я вас буду бить? — опешила я.

— Ну… так всегда бывет. Господин поручает мне заботиться об элитных рабынях. Почти все они помнят о том времени, когда были свободными. И вымещают свое отчаяние, злость и протест против рабства на мне.

— Я не буду так себя вести. У меня есть ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ достоинство. К тому же, гадости в отношении вас мою судьбу не облегчат.

— Спасибо, нэра, — просияла женщина. — Меня зовут Иркри. Вот… я помогу вам присесть… не торопитесь… сейчас я дам вам тонизирующий напиток и отведу в ванную. Хорошо?

— Да. Спасибо Иркри! — с трудом удерживая себя в сидячем положении, поблагодарила я.

Иркри метнулась из палаты и уже через несколько минут, вернулась со стаканом. Я выпила гуть горьковао-мятную жидкость, моментально чувствуя, как проходит онемение и тело начинает слушаться.

Потом была длительная помывка в шикарном банном комплексе. Надо же! Уннар отдал для моих процедур свою ванную!

После ванной, высушив мои, отросшие до лопаток волосы, Иркри заплела их в косу и помогла одеться.

Мда… Молочно-белое платье, в стиле 1812 года… С овальным вырезом. Длинными рукавами, подхваченное под грудью темно-зеленым шарфом. выполняющим, к тому же, функцию бюстгальтера. Потому, как нижнего белья мне не дали. На мой вопрос — почему, Иркри сначала не смогла даже ответить. Потом, мучительно краснея, сказала:

— Вас собираются продать в элитный бордель… Те женщины… там… в этом заведениии… Они не носят белья… Простите, нэра!!!

— За что мне тебя прощать, — вздохнула я, чувствуя, как сердце сжимется от предчувствия грядущей беды, — Это не ты решила… А твой господин…

— Вы хорошая… как бы я хотела, хоть чем-то вам помочь! — прошептала женщина.

Секунду подумав, решилась:

— Нэра, рабыне, по традиции, разрешено оставить одну вещь, часто это украшение…. как память о былом… У меня есть универсальный ключ. Это артефакт ушедшей миллионы лет назад расы даргонов. О его свойствах знали я и мой сын. Сын погиб. Этот артефакт мне не нужен, а вам он может спасти жизнь. Он может открыть любую дверь, подчинить искусственный разум корабля, завести любой механизм. Вот… позвольте, я его вам надену? Он снимается только со смертью владельца.

Я протянула руку и Иркри надела мне тонкий браслет, на котором свободно крутилось несколько подвесок, похожих на земные шармики. Уколола мне палец и смазала браслет кровью. Замок исчез…

— Вот! Теперь он ваш. Я верю в то, что вы вырветесь из рабства и станете снова свободной. Чувствую это. Молю вас только об одном — помогайте тем, кому велит ваше сердце. И когда-нибудь, Звезды подарят вам счастье!

От этого пожелания я опешила.

— Я всегда стараюсь помогать, чем могу, — улыбнулась я, — Спасибо! Это бесценный подарок!

Иркри не успела мне ответить, как вошел Уннар, в сопровождении привычной свиты. Окинул взглядом всю меня. Остался очень доволен.

— Идем. Надо тебя заявить, как ценный лот. Чтобы до завтрашних торгов у всех потенциальных покупателей слюни текли рекой. Зейраш, — Уннар повернулся к врачу, — Она здорова?

— Да, нэр, абсолютно здорова.

— У их расы есть такое понятие, как девственность…

Я побагровела.

— Да, нэр. — Склонился врач, — Она снова девственна.

"Оба — твари!" — кипело у меня в голове.

— Нюл, — работорговец кинул взор на мелького, какого-то скользкого и невзрачного коротышку, которого, почему-то все отчаянно боялись, и расы которого я не знала, — Займись рекламой. Особенно делай упор на её уникальный генофонд, девственность и потрясающую репродуктивную способность. Так же, на спокойный, уравновешенный характер, терпеливость и некапризность. Всё. Иди! Живее-живее!

Нарезав подчиненным задачи на сегодняшний день, Уннар, наконец-то "почтил" и меня лично своим, "высочайшим", вниманием:

— Жаль, кошечка, что я не могу взять тебя сейчас… Ты очень соблазнительная… Стала. Жаль, что я до ренегара не попользовался тобой… — мерзавец больно сжал мне нижнюю челюсть и заставил смотреть себе в глаза, — Но, ничего… Ты сделаешь меня богатым. И, если тебя купит бордель, то я стану частым его клиентом. Можно сказать — постоянным. Рада?

— Нет. Такому не может быть рада ни одна Нормальная женщина. Да, впрочем, вы и не знаете, что это такое — когда вас любит Нормальная женщина! — глядя прямо в красивые глаза этого паскуды, я совершенно не боялась.

Он не может меня наказать. Любой синяк, царапина, болевое воздействие на нервную систему — и моя цена упадет в разы. Потому, что рабынь, элитных рабынь, проверяют перед аукционом тщательнее, чем кандидатку в жены императору. Об этом мне рассказала Иркри. Снова, про себя, поблагодарила эту милую женщину.

— Смелая? — гадко хихикнул Уннар, — Что ж, поогрызайся… Я оторвусь позже… В борделе… И стонать ты будешь не от наслаждения. А от боли…

— Не надо делить шкуру не убитого зверя… — ровно ответила я, взглядом желая Уннару сгореть на месте.

— Твааарюшка… тихая, тварюшка. Зубки показываешь? Тем слаще будет моя месть… Я не буду торопиться… А ты будешь исполнять любые мои сексуальные фантазии, лишь бы снова не испытать боль… — на меня смотрел уже почти невменяемый маньяк-садист.

— Нэр Уннар, — в палату вошла Иркри, встревоженно мазнув по мне и склонившись перед уродом, — Нюл прислал меня за вами. Говорит, у организаторов аукциона возникли срочные вопросы к вам лично.

Уннар нехотя отпустил мою, уже ноющую, нижнюю челюсть.

— Иду… Присмотри за ней… И покорми. А то она в обморок упадет. А я обещал рабыню не только здоровую, но и выносливую.

Распорядившись, работороговец вылетел из палаты.

Я с трудом перевела дыхание. Ноги тряслись и были "ватными".

— Я восхищаюсь вами, госпожа, — Иркри погладила меня по запястью, — ТАК, нэра Уннана ещё никто на место не ставил. Но он очень злопамятный. Он вам отомстит. Он виртуоз в интригах. Будьте осторожны и бдительны. И ещё… я должна вам об этом сказать… Я очень хорошо знаю нэра Уннана… он… он неравнудушен к вам… и ненавидит вас за свою слабость. Будет стараться напакостить, где только можно…

— Я даже не знаю, как мне вас благодарить. — Я обеими руками сжимала хрупкую кисть Иркри, — Вы столько сделали для меня!

— Самой лучшей благодарностью для меня, милое дитя, будет твое счастье, — мягко улыбнулась женщина, — Я буду молить Звезды о том, чтобы рано или поздно ты обрела семью, детей и мужей…

Вдруг, Иркри отшатнулась от меня на пару шагов и униженным тоном прошептала:

— Нэра Арина, не упрямьтесь, вам надо поесть.

Я мрачно кивнула, бровями показывая на дверь за спиной:

— Хорошо, я поем. Идемте… Что-то тошнит от голода…

Иркри едва заметно кивнула. Ясно. Подслушивают…

Что ж, буду послушной девочкой. Приподняв длинный подол платья, вопросительно посмотрела на свою добровольную наперстницу. И, пропустив её вперед, поплыла следом, белой лебедушкой…

Экипаж провожал нас голодными взглядами. Но никто близко не подходил. Краем глаза покосилась себе за спину. Понятноооо… За нами неслышной тенью скользил Нюл. Жесткая, у этого Нюла репутация, однако! По замашкам, он вполне походит на наемного убийцу.

Дойдя до дверей в столовую, обернулась.

НИКОГО! Мдя…. Вот это я понимаю — ПРОФЕССИОНАЛ!

Войдя в столовую, осмотрелась. Находящиеся там члены экипажа, старательно делали вид, что меня тут нет. Но, стоило отвести глаза, тут же обжигали любопытными взглядами.

— Нам сюда, нэра, — потянула меня Иркри к отдельно стоящему столику. Усадила, подала салфетки. — Я сейчас все принесу…

Кормили в столовой более чем сытно. Густой суп-пюре, похожий на гороховый. Салат. Два куска какой-то птицы.

Ела я одна. Иркри сновала вокруг стола и на кухню.

— Как наша послушная девочка? — раздался бархатный голос Уннара от дверей, — Не капризничает?

— Нет, господин, — склонилась Иркри, — Нэра Арина съела всё, что вы приказали.

— Это хорошо. Аппетит — признак отменного злоровья. — Уннар взял меня под руку, вытаскивая из-за стола, — А теперь, идем в рубку. Надо тобой похвастаться…

С лицом Снежной Королевы поплыла за мерзавцем.

Быстрым шагом он шел по коридорам, заставляя меня буквально бежать за собой. Одной рукой я придерживала подол платья, чтобы не наступить на него и не грохнуться. Вторую до боли сжимал этот уродец.

Мы галопом влетели в рубку. Уннар эффектно крутанул меня вокруг себя и, поймав за талию и сияя "американской" улыбкой, провозгласил:

— Представляю высокому обществу мою рабыню с Закрытого мира. Её зовут Арина. У неё спокойный, уравновешенный характер. Она терпелива и не капризна. Склонна к самопожертвованию, если мужчина добьется её доверия. Любит детей и может родить и вырастить и выкормить сама более двадцати малышей. Обладает уникальным генофондом. Подходит ко всем гуманоидным расам. Любознательна. Приятна в общении. Обладает уникальной способностью, отсутствующей у женщин других рас. Она девственна! Что это такое — можете узнать в развернутом коментарии к моей маленькой, скромной презентации. Приходите завтра на аукцион столетия! Вы не пожалеете!

Завершив свои слова элегантно поклонился и подал знак "Завершить".

После этого, больно схватив меня за волосы, оттянув голову назад и вглядываясь мне в глаза, спросил, гаденько усмехаясь:

— Как тебе реклама? Гарантирую. В зале аукциона, завтра, будет не протолкнуться!

Потом, оттолкнув меня, ледяным голосом приказал в наручный гаджет:

— Иркри, забери землянку. Развлеки и уложи спать. Завтра она должна покорить ВСЕХ!

— Да, господин, — тихо ответила женщина

А я так и не поняла — что это было?!

Моя добровольная покровительница пришла за мной через пару минут. Словно ждала неподалеку. И, взяв за руку, повела куда-то. Это "куда-то", оказалось маленькой каютой, напротив апартаментов Уннара.

— Все хорошо… — пока мы шли, Иркри тихонько старалась меня поддержать. Потому, что мне именно после "рекламы" стало по-настоящему страшно. Именно сейчас, до меня дошло то, что все происходящее со мной — правда.

Я — бесправная игрушка. Рабыня. С которой каждый, у кого есть сколько-то денег и власти, может сделать всё что захочет.

Накатило запоздавшее отчаяние. И обреченность. В голове, почему-то, всплывали документальные расследования о проданных в рабство там, на Земле, девчонках… Если львиная доля девушек не смогла сбежать от своих садистов-рабовладельцев там, в своем, в родном мире. То что я могу здесь? У меня нет ничего, кроме меня. И ещё… "ключа от всех замков".

— Иркри, а кроме борделей… меня может купить кто-то ещё? — мне надо было унять свою панику. Не поддаться ей. Иначе — ничего хорошего….

— Может. — Уверенно кивнула женщина, — Я специально посмотрела на ваш рейтинг. Вы вошли в тройку самых дорогих заявленных лотов. Уступаете только выращенной, модифицированной глаарне и некоей карианке. Но с той что-то непонятное… Её продает знаменитый ученый. И только поэтому, она в топе заявок. Вас же хотят купить и для нескольких ОЧЕНЬ влиятельных наследников, и для рождения деток, и… даже сашары, почему-то заинтересовались вами… Им понравился ваш состав крови, здоровье и энергетический слепок.

— А кто такие сашары? — не поняла я, — И почему от тебя идет такая волна страха.

Иркри испуганно посмотрела на меня:

— В вас стал проявляться спящий ДАР. Вы стали чувствовать эмоции других. Скоро научитесь регулировать свои эмоции. Усиливать или ослабевать их. И, по желанию, воздействовать на окружающих… А сашары… Это древняя, малочисленная раса. Толком о них никто ничего сказать не может. Они беспощадные и непобедимые воины. В нашем Содружестве выступают в роли судей. Для нормальной жизни им необходимо употреблять кровь и энергетику теплокровных разумных. На их кораблях постоянно находятся "кормильцы". Это те, кто добровольно нанимается к сашарам, чтобы кормить собой нанимателя. Условия у них — самые лучшие. Оплата — очень достойная. Сашары берегут "кормильцев". Но, все равно… мало кто выдерживает более года. Потому, что становится мертвым душой. Сашары стараются этого не допустить. И всегда вовремя прерывают контракт…

— У нас на Земле есть легенды о существах, не переносящих свет солнца и пьющих кровь. Их называют вамприрами. — поведала я заинтересованой женщине.

— Возможно, на вашей планете оказались отверженные. Это только слухи… но… говорят, если сильный сашар долго не получает "кормежки", то сходит с ума и превращается в чудовище, которое начинает питаться исключительно кровью. Убивая при этом своего несчастного "кормильца".

— Очень похоже на наши легенды… — задумалась я.

Тогда я не знала, что именно я спасу экселенца от превращения в чудовище, а он спасет меня от сумашествия, после потери сына…

Прийдя в каюту, мы еще долго беседовали с Иркри. Она пыталась рассказать мне о расах, лидирующих в этом мире и о том, что плохого от них следует ожидать. Об основных Законах, последствия которых могли быть для меня фатальными. Несколько раз, в разговоре, женщина упоминала пару планет, в приграничном секторе. Там, по её словам, никто и никогда не будет искать беглеца… Я поняла намек. И благодарно пожала руку добровольной помощницы.

Утомившись, прилегла на кровать. И, едва коснувшись подушки, уснула.

Снилось нехорошее, тревожное. Боль… Предательство… Жаркий, коричневый туман отчаяния…Потеря…. Снова и снова — ПОТЕРЯ.

Проснулась часа в четыре, измочаленная, издерганная, и уже не смогла спать дальше…

"Это просто сон…" — твердила я упрямо, — "Это не проявление моих новых способностей… сон… просто сон! Я вырвусь из рабства. Сбегу туда, где никто меня не найдет. И буду тихо жить. Тихо помогать таким же, как я. Бесправным… Надо только всё хорошо обдумать. И подготовить. У меня не будет больше потерь. Все будет хорошо…"

Вошедшая ко мне, спустя часов пять Иркри ужаснулась, не пытаясь скрывать от меня свои чувства.

— Госпожа, что вам снилось? Вы похожи на тень. Что-то приснилось?

Я неохотно кивнула головой.

— Всё настолько плохо?

— Ничего хорошего, — честно ответила я. И рассказала про сон.

— Ваш Дар не может ошибаться. Мне так жаль! Ваш Дар предупреждает вас о возможных событиях. Если хотите хоть немного изменить их, сделайте выводы из вещего сна и не допускайте никаких отношений с разумными, которые хоть примерно похожи на тех, что вы видели во сне.

— Спасибо, я именно так и поступлю, — поблагодариля я наставницу.

— Пусть Звезды будут милосердны к вам, — кротко улыбнулась Иркри. — Нам надо собираться. Через два часа вы будете уже в Доме торговой гильдии.

Прогладывая судорожно колотящееся в груди сердце, и дыша, как рыба, выброшенная на сушу, пошла в душ. Потом оделась. В платье, очень похожее на вчерашнее. Только цвет был пыльно-голубой, а шарф под грудью — блекло-цикламеновый.

Иркри быстро расчесала меня и потянула к столику, на котором стояла чашка травяного чая и тарелочка с едой.

— Вам надо поесть. Неизвестно, кто вас купит и когда удастся поесть в следующий раз, — рассудительно пояснила она.

Я, не чувствуя ни вкуса, ни запаха, просто проглотила предложенное.

— Поела? — раздался от порога ненавистный голос.

Я подскочила, едва не уронив чашку.

— Да, господин, — склонилась в поклоне Иркри. — Она поела…

— Идем!

Сжав мою руку, выше локтя, Уннан повел меня навстречу НЕИЗВЕСТНОСТИ.

Краем глаза я увидела, как Иркри осеняет меня ритуальным жестом.

Дальше все слилось в одну непрерывную ленту событий.

Посадка в шаттл. Высадка из него у красивого, огромного здания… Как я понимаю — это именно то место, где будут продавать людей… Дом торговой гильдии.

Уннар на руках внес меня, с головой закутанную в дымчато-серое облако невесомой ткани, в Дом. А там нас уже ждали. И, взяв каплю крови, отвели в маленькую комнатушку.

Обстановка которой состояла из кровати, столика со стоящим на нем кувшином с водой и стаканом. В углу, у двери, притулился унитаз. Единственной роскошью был большой экран, вмурованный в стену.

— Ты здесь пробудешь до начала торгов, — бросил мне Уннар и стремительно покинул помещение.

"Вот и все… Последние мгновения "не рабства"…"

А дальше были непостредственно торги. Прелагаемых рабов выводили на подиум, коротенько рассказывали о них. Потом, желающие знакомились с результатами обследований. И… очередной раб находил своего господина…

Невольно, меня затянуло… Я с интересом наблюдала за "товарищами по несчастью".

Сначала были те несчастные, которых продавали партиями. Причем, народ закупали по четырем, основным направлениям. Шахты, сельское хозяйство, низший персонал на корабли и бордели.

Покупали и для другого… Нескольких мужчин продали для боёв. Нескольких женщин купили для… получения потомства…

А потом… открылась дверь, и распорядитель торгов жестом пригласил меня следовать за ним. Вышла. В коридоре меня ждала охрана. Которая могла и приструнить, и донести на руках, и обездвижить…

Я послушно пошла в указанном направлении.

Дверь. Огромный тамбур, куда из арки, затянутой переливающимся силовым полем выводят купленную, заплаканную девушку, которая тут же попадает в "руки" биоников. Деловито закрепляющих на её шее многофункциональной устройство. Рабский ошейник.

А распорядитель, сжав руку сухими, холодными пальцами, вытаскивает на подиум меня.

Дыхание перехватывает. От нервов я ничего не вижу.

— Дамы и господа! Вот мы и подошли к самым сладким лотам! Представляю вам девушку редчайшей расы. Она из Закрытого мира! Обладает самыми востребованными качествами, которые только можно пожелать! Терпелива, не капризна, умна, послушна, доброжелательна с другими самками, и… — тут ведущий сделал интригующую паузу, оглядывая зал, — … если её будущий хозяин будет терпелив и настойчив, она будет неподкупно верна. И никакие пытки и убеждения её не сломят. Я открою ещё одно её феноменальное качество! Она невероятно плодовита и совместима со ВСЕМИ гуманоидными, и большей частью негуманоидных рас! Все землянки — отличные, любящие матери. Не торопитесь! Ознакомьтесь подробнее с этим бриллиантом! И дайте за него достойную цену!

Распорядитель потянул меня к ступеням, спускающимся с подиума в зал. И, не спеша, повел вдоль рядов.

Меня окутало давящеек облако чужих эмоций. Любопытных, неприязненных, жадных, похотливых, жалостливых…

Тепла и сочувствия не было и в помине…

— Нельзя! — Я так ушла в себя, отгораживаясь от липких эмоций и взглядов, что негромкое предупреждение ведущего вызвало реакцию, словно внезапный выстрел над ухом. — Прошу простить меня, нэра, но к девушке нельзя прикасаться… Только смотреть…

— У меня в заведении на неё не смотреть будут! — возмутилась крупная и очень красивая, необычной, вызывающей красотой, женщина.

— Купите, и можете поступать с неё так, как считаете нужным! — безукоризненно вежливым тоном отрезал распорядитель.

— Я должна её поторогать! Она стоит как пять кораблей! А вдруг к ней неприятно прикасаться и вы это скрываете! — запальчиво возразила эта дама.

— Ничем не могу помочь. Разве что поручиться — лично мне приятно к неё прикасаться. — Распорядитель, под заинтересованными взглядами моих потенциальных хозяев, нарочито медленно провел кончиками прохладных пальцев по коже запястья, — А что касается лично вас, обворожительная нэра Кшасса, то готов утверждать, что вам она не подойдет!

Народ в зале охнул. Мда, это что-то странное. Распорядитель должен хвалить лот и подлизываться к покупателям, вымогая максимальную сумму, а он, вдруг, клиентку так обломал.

— Почему вы так считаете?! — возмутилась дама.

— Землянки — очень свободолюбивые. И не выносят садизм. А работа вашего, безусловно, достойного заведения, имеет именно такое направление.

У меня от ужаса разом отмерзли все мозги. Бордель с садо-мазо?! Господи! Только не это!

— Если мой господин будет терпелив и внимателен, она родит ему здоровое потомство? — задала вопрос странная фигура, кутающаяся в мягкий, серебристый плащ.

Я почувствовала, как дрогнула рука распорядителя…

— Ддда, нэр, — с запинкой ответил он.

Да… всем телом чувствую, что к ЭТОМУ, " терпеливому и внимательному" господину, лучше не попадать.

— Родит, а потом ваши детки её сожрут, сразу после родов! — насмешливый голос говорившего и смысл его слов скрутил внутренности в узел. — Я покупаю эту девушку. Бойцы нашего клана заслуживают разнообразия!

— Вы и так перебили два лота! — возмутилась нэра Кшасса.

— Не надо жадничать, — ухмыльнулся разбитной мужик, — Это аукцион. Кто долго думает, тот остается при своих денежках, но без покупки.

— Отлично! — распорядитель ТАК облегченно выдохнул, словно это его, а не меня, хотели купить в притон садистам или к неведомой расе — на съедение… — Аукцион на данный лот начался! Есть покупатель! Господа, он сразу оценил наш лот! Эта девушка стоит больше, чем пять кораблей!

Распорядитель тащил меня назад, к подиуму. Встав за стойку, взмахнул молоточком.

— Базовая цена! Раз!

— Поднимаю цену на стоимость еще одного корабля, — пыльным ветром-суховеем прошуршал таинственный незнакомец в сером плаще.

Народ снова охнул.

— Дорого ты нам обходишься, девонька, — хмыкнул Старшина наемников-техномагов. — Плачу больше. На сто тысяч.

Снова гомон в зале.

— Вот это я понимаю — ценитель уникальных девушек! — подхватил распорядитель, — Кто ещё хочет приобрести нэру Арину? Продано! Раз!

- Повышшшшаю… на трисста тыссяч… — откликнулся " серый плащ".

— Сто тысяч сверху! — с отвращением глядя на "плаща", не уступал наемник.

— Продано! Раз! Продано! Два! Продано!…Три! — молоточек третий раз опустился на подставку. Меня обожгло ненавдящим взглядоим от нэры-садистки и сожалеющим, от "плаща". — Поздравляю вас и ваших бойцов, нэр! Эта девушка — достойная награда храбрецу! — распорядитель сиял, словно начищенная монетка.

Он сделал пригласительный жест наёмнику, и тот отправился оплачивать свою покупку..

А меня быстренько отконвоировали за кулисы и отдали ожидающему бионику. Который споро надел на шею рабский ошейник. Потом меня отвели в приятную комнату, где уже находилось около полутора десятков девушек в таких же, как у меня, рабских ошейниках.

Вот и всё. Ты теперь вещь, Арина…

Дверь за моей спиной закрылась, отрезая от гомонящего аукциона, который, впрочем, транслировался на огромном экране.

Обвела взглядом помещение, и только хотела поздороваться, как за спиной дверь вновь открылась, впуская Старшину в спровождении семи биоников.

— Ну что, очаровашки… — наёмник встал рядом со мной, — Меня зовут нэр Сехнеш. Сейчас вы встаете, и организованно проследуете за мной на крейсер. Там вас ждет процедура распределения. Предупреждаю сразу — я не потерплю истерик и капризов. Мне всё равно, как вы оказались на аукционе. Проморгали ваши родные, вы сами решили найти приключения на очаровательные попочки, или тому виной воля Звезд… Для меня вы — подарки, которыми наградят достойных воинов. С выбравшими вас, вы тоже должны вести себя спокойно, послушно, разумно. Все видели кадарха?!

Девушки дружно закивали головами.

— Ему нужны сильные самки для потомства. Все знают, что ждет самку у кадархов?

Снова ОЧЕНЬ дружные кивки и мрачное "угу".

— Так вот. Если, хоть кто-то из вас заартачится, откажется принять выбравшего, попытается уйти от близости… эту дуру я ПОДАРЮ кадарху! Все всё ясно?

Мрачное и безнадежное "да", было ответом на вопрос.

— Все на выход! — отдав приказ, нэр Сехнеш вышел из каюты. За ним, стайкой, потянулись девушки. Я двинулась замыкающей.

Мда… не такой "душкой" оказался старшина наёмников…

Нас провели по странно-пустынному коридору и загрузили в огромный боевой шаттл. Рассадили по сидениям и пристегнули ремнями. Сам Старшина ушёл к пилотам, с любопытством рассматривающим нас из отгороженной кабины.

— Привет, — неожиданно поздоровалась со мной аккуратная девушка, сидящая спррава, — Меня зовут Мо. Как тебя зовут мы знаем. Повезло тебе!

Я удивилась. Хотя, казалось, такое уже не могло быть.

— Спасибо. Очень приятно познакомиться. А, в чем именно мне повезло?

— Ну, как… Во-первых, ты ОЧЕНЬ дорогая. И тебя, абы кому не отдадут. Во-вторых, ты состоишь из одних достоинств. А этим никто из нас похвастаться не может. И, в-третьих… тебе повезло не попасть в самый страшный бордель Содружества и спастись от кадархов!

— А кто они — кадархи? И почему вызвают такой страх и отвращение у вас?

— Ой, МО, она же из Закрытого мира! Она и не знает, что её ждало! — воскликнула девушка, сидящая напротив меня.

— Хорошо. Я сейчас все расскажу. — Гордая общим вниманием Мо, приосанилась, — Как выглядят кадархи, не знаю. Говорят, они похожи на помесь ящерицы с осьминогом. Но, что точно известно о них, так это то, что они, в результате каких-то экспериментов, уничтожили всех своих самок, и теперь у них рождаются одни самцы. Порядок размножения такой. Покупается сильная, как физически, так и энергетически, самка. Её оплодотворяют три самых достойных самца гнезда. Потом, несчастная женщина, вынашивает детенышей. Около двух лет. О ней заботятся. Закармливают. Ухаживают. Через два года она рожает от семи до пятнадцати зародышей. Которые, сразу после рождения облепляют её, закукливаясь в непроницаемые оболочки. Сама женщина, к тому времени, обездвиживается их ядом…. И… и…. её начинают есть… точнее- высасывать…не торопясь… она все чувствует… но двинуться не может… Смерть женщины, означает второе рождение уже самостоятельных кадархов.

После слов Мо наступила гнетущая тишина.

Да… тут согласишься даже на садисткий бордель! И будешь паинькой!

За похоронными мыслями, не заметила, как состыковались с крейсером наёмников. Старшина отдал команду, и мы все, безропотно, поплелась за ним.

Снова Космос! Блин! Никогда бы не подумала, что стану ненавидеть космические путешествия!

Выйдя из шаттла, оказались в окружении агрессивного тестостерона. Нас рассматривали, словно добычу…

Чья-то сильная рука рванула меня к себе… Я зажмурилась, не сопротивляясь и почти не дыша…

— Нерт! — тут же раздался жесткий голос Старшины. — Эта игрушка ПОКА не для нас. Слишком дорогая! Выбирай других.

— Понял, командир, — с усмешкой ответил голос надо мной, и меня оттолкнули от себя, — Аукцион смотрели все…

Кажется, есть минутка, чтобы вдохнуть воздух!

— Открой глаза! — прошипел Старшина.

Послушно захлопала ресницами. Девушек в транстпотном отсеке уже не было. Да и наёмников сильно поубавилось.

Не обращая внимание на красноречивые взгляды подчиненных, нэр Сехнеш потащил меня за собой.

"Я хорошая! Я послушная! Я всё перенесу, только не отдавайте меня кадархам!" — как мантру твердила про себя.

Так ушла в себя, что удивилась, когда Старшина вытолкнул меня вперед себя в дорого и лаконично обставленной каюте. Где нас встретили несколько мужчин в форме, с явными знаками отличия.

Угу… значит меня для офицеров купили…

Стою… молчу… Старшина тоже стоит навытяжку и тоже молчит. Эти… типа офицеры, сидят и разглядыают меня… и тоже молчат. Хреновые офицеры! У нас, на Земле, любой офицер посчитал бы обязательным встать и, хотя бы поприветствовать вошедшую женщину…

Хреново! Делаю грустный вывод — тут к женщинам относятся как к домашним животным. Ну, или немного лучше…

Легкое движение воздуха за спиной.

Ого! Кто это прибыл? Судя по тому, что все встали навытяжку — прибыло НАЧАЛЬСТВО! Которое не торопится войти и рассматривает меня с тыла. Причем НАСТОЛЬКО внимательно рассматривает, что у меня скоро платье задымится. Очень хочется повернуться, но… снова вспоминаю кадарха… кошу глаз на Старшину. Тот, поймав мой взгляд, сжимает губы в ниточку.

Ясно… Да ясно мне всё! Я должна застыть и не двигаться. И по возможности, не дышать. Потому, что такой команды не было.

— Хорошая самка! — отжалело наконец начальство за моей спиной, приятным порыкивающим голосом, — Ты не будешь наказан за то, что потратил на неё так много. Она сумеет отвлечь моих Высших и не даст им скатиться в тёмное безумие.

Старшина, одним движением развернулся к Начальству, одновременно опускаясь на колено.

— Служу Архону!

— Свободен! Ты хорошо служишь. Я доволен тобой! Ты первым можешь выбрать понравившуюся самку. И, если захочешь — она будет только твоя. Навсегда.

— Благодарю вас, Великий! — Старшина встал и поклонившись всем, спиной вперед вышел из каюты.

По моемя затылку скользнули теплые пальцы.

— Можешь повернуться. Я разрешаю тебе даже говорить в моем присутствии. Ты же ничего о нас не знаешь? Так? — на меня накатывала чья-то удушающая энергетика.

Медленно поворачиваюсь… И…. упираюсь взглядом в грудь странного огромного мужика… За мощной спиной которого подрагивают огромные, угольно-черные… крылья!

Я видела пторхов… Иркри мне показывала. НО! У них крылья другой формы. И покрыты перышками. А у этого… НАЧАЛЬСТВА… они покрыты шерсткой, а на сгибах — чешуёй. Причем, колючей, даже на взгляд.

Что ж это за "зверь" такой? Которому я отныне принадлежу?!

Было ОЧЕНЬ страшно. Но было ещё и… интересно!

Осторожно подняла голову вверх, готовясь в любую минуту склониться в униженном поклоне. И утонула в спокойном взгляде нефритовых глаз, с овальным бордовым зрачком.

— Не бойся. Я понимаю, что ты ничего не знаешь о нашей расе, Законах и традициях. Я дам тебе три дня на изучение информации. После этого, за неправильное поведение буду наказывать. Все ясно?

— Я могу задать вам вопрос? — с трудом оторвав взгляд от лица моего "хозяина", спросила я.

— Спрашивай, — надменно отжалел он.

— Как я могу к вам обращаться и что меня ждет?

— Это целых два вопроса. Но я сегодня в хорошем настроении. Можешь обращаться ко мне ит-горд Хорхейн, или нэр Хорхейн. Тебе можно… А ждет тебя… жизнь. Мои офицеры выберут трех девушек из тех, что куплены группой, а тебе разрешат выбрать того, кто понравится…

— Я могу выбрать из офицеров, или вообще из экипажа? — уточнила я.

— Из офицерского состава.

— Без ограничений? Кто понравится?

— Да.

— Я выбираю вас. — Даже сама опешила от своей наглости. Но, если уж выбирать, то того, к кому сразу потянулось сердце.

Видимо, ТАКОГО, от меня никто не ожидал. Даже замороженный ит-горд слегка дернул ломанной бровью.

— Уверена?

— Да.

— Что ж. Горды, девушка сделала свой выбор. Вы можете сейчас пойти и отобрать трех наложниц, которые ожидают своей участи в Зале отдыха. Нэра Аррина с этой минуты принадлежит мне. Донесите этот факт до всего экипажа. Горд Фаруш, отведите нэру в мою каюту и выдайте ей инфокристаллы. Так же, покажите, как включать визор.

Самый молодой офицер, отдав честь, жестом предложил мне следовать за собой.

Я молча шла за невозмутимым офицером. Встречающиеся члены экипажа прижимались к стене, и, отдав честь спешили дальше, по своим служебным обязанностям. Но я очень четко чувствовала их взгляды, брошенные украдкой. Их непонимание чего-то… Чего-то такого, что, по их мнению я ни в коем случае не должна была делать добровольно. Однако именно ЭТО я и сделала. Понять бы ещё — ЧТО я сделала не так! Неужели, то, что я добровольно выбрала ит-горда — нонсенс? Почему? Непонятно. Для меня лично, все правильно. Насмотря на жесткость и, прямо скажем, жестокость, нэр Хорхейн притягивает меня к себе неверояно! Вот я и выбрала его… Ладно, Арина! Будь честна перед собой. Ты просто влюбилась в этого мужика с первого звука его голоса. Даже еще не видя его!

Признаю! Именно так и есть!

Тем временем, мы подошли к двери, обозначенной странным знаком, похожим на иероглиф.

— Прошу вас, нэра, — юный горд почтительно склонил голову, — Отныне это ваш дом. До тех пор, пока ит-горд не станет супругом прекрасной Чеатты.

У меня было такое чувство, что мозг взболтали ложкой.

— У вашего командира есть невеста? — с трудом вымолвила я.

— Да. И она влюблена в него с детства.

— Почему же он до сих пор не женат?

— Нэра Чеатта хотела посмотреть мир и пообщаться с мужчинами разных рас. Чтобы потом не сожалеть об упущенных возможностях.

— А уважаемого ит-горда не смущает тот факт, что его невеста будет изучать мужчин?

— Нет. Нэра Чиатта — завидная наследница. И только с ней у ит-горда будет потомство, которое войдёт еще до рождения в Высший круг. Поэтому нэре можно то, за что обычную девушку, не входящую в Высший круг, забьют энергетическим кнутом.

Вот тут я в полном смысле слова — "выпала в осадок". Охренеть! Кого-то забивают насмерть самым варварским способом, а кто-то может "гулять" направо-налево, и хоть бы хны!

— Горд Фаруш, а почему вы все так странно отнеслись к моему выбору? — сорвался-таки у меня крамольный вопрос.

Офицер замер, с нескрываемой жалостью глядя на меня. Потом решился:

— Нэру Чаритту отталкивала жесткость ит-горда. А теперь она им зантересуется. И поверьте, вы пожалеете, что родились на свет.

— Разве ит-горд меня не сможет защитить?

— Он и пытаться не будет! — подписал мне смертный приговор, почему-то прячущий глаза офицер. — А нэра Чаритта очень изобретательна в плане пыток для провинившихся, и не провинившихся рабов и рабынь.

"Да, Арина! Уже сейчас готовься к побегу!"

— Но, зачем же ит-горд принял мою просьбу? Он ведь должен понимать, что со мной сделает его невеста? Почему не отказал? — меня накрыло душным облаком смятения, страха и желания жить.

— А зачем ему отказывать? Когда девушка, ставшая бриллиантом аукциона десятилетия, даже не видя его, добровольно покорилась его воле и приняла, как свою Судьбу. Это сразу возвысило ит-горда среди всех мужчин не только нашего клана.

— Так… о моём выборе уже знают..? — потеряно пробормотала я, изо всех сил желая обратное.

— Конечно! Выбор фаворитки аукциона всегда озвучивают! — удивился моему вопросу офицер.

— И что меня ждет? Нэра Чаритта скоро будет здесь?

— Неизвестно. Госпожа Чаритта совершенно непредсказуема. Может прилететь уже завтра. А может вообще не прилететь. — Пожал плечами горд. — Входите, нэра. Дверь не будет заперта, но выходить из каюты вы можете только спросив разрешение своего господина.

— А ит-горд может от меня отказаться и продать? — уже входя продолжала торопливо спрашивать я своего добровольного информатора.

— Нет. Решение вас продать могут принять ит-горд со своей невестой, либо она сама, единолично… Вы их общая собственность… — парню снова стало неловко и он подтолкнув меня под руку в каюту, суетливо закрыл дверь.

Я сделала несколько шагов внутрь. Обвела глазами комнату. Рабочий стол с креслом. Закрытые стеллажи. Обеденный стол у строгого дивана. Две двери. Входная и еще одна. Наверняка в спальню.

И что я должна делать? Ит-горд сказал, что дает мне три дня на изучение информации. Потом начнет наказывать за промахи и проступки. Тогда — жду, пока принесут информносители.

Осторожно присела на диван.

Дверь открылась и тот же горд Фаруш вошел внутрь, предварительно спросив разрешение.

— Вот. Как приказал капитан, это необходимая и одобренная им информация. Пересядьте в кресло за рабочим столом. Я покажу, как включать активный экран, просматривать инфокристаллы и связываться с Головным разумом крейсера. Для начала, наклонитесь к этой панели и дайте считать допуски с вашего ошейника. Вот. Вы опознаны. С этой минуты, вы будете под постоянным присмотром. Экран включается вот так. Кристаллл вкладываете в это гнездо…

Потом еще пятнадцать минут инструктажа, и всё… Горд Фаруш оставил меня, сообщив, что придет проводить на ужин, поскольку обед я пропустила.

Что ж… Вдохнула воздуха, и углубилась в изучение и вызубривание Законов и обычаев неведомой расы.

Я оказалась права в своих размышлениях. Ит-горд и старшие офицеры относились к расе пторхов лишь номинально. На самом деле, они были искуственно созданной расой. Наделённой необычными способностями. К которым относилась и немыслимо быстрая, даже по меркам нового мира, в котором я оказалась, регенерация. Сет-пторхи тряслись над своими качествами и чистотой крови. Самок было ровно на пятьдесят процентов меньше, чем самцов. Самки, входящие в Высший круг, и несущие идеальные параметры, почитались на уровне Божеств. Вседозволенность, порождала распущенность и другие извращения. Самым распространённым были садизм и истеричность. Они могли творить всё, что угодно, и им всё прощалось. Главное — родить от элитного самца элитного малыша. Мнение самого будущего папочки в расчет не бралось.

Мда… влетела я в дерьмо по самую макушку.

Встала и прошлась по каюте, обняв себя за плечи руками. Что мне делать? От ит-горда я уже не отверчусь. Нравится он мне, хоть плачь! Так нравится, что я даже начала спокойнее вспоминать моих родных, не чувствуя порывов уйти за ними следом.

С другой стороны — будь, что будет!

"Успокоив" себя таким способом, принялась изучать инфу дальше.

Так… хозяин не может отказаться от выбора рабыни. О, как! Интересно! А, вот невеста и жена — могут распоряжаться рабыней, как захотят. Хреново!

Так… за побег наказание… три страницы умопомрачительных пыток и казней…

О! А вот это — интересно! Если рабыня сильная, и она это понимает, то может ТРЕБОВАТЬ, чтобы её вместо наказания и казни отдали сашарам. Навечно. Хм… А, что это за чудища такие?

Сашары… О…! Так это вампиры! Ну, не совсем… Но почти… Сашарам нужны "кормильцы". Теплокровные разумные. Они питают "вампирчиков" кровью, энергетикой и эмоциями. Но… есть черта, после которой "кормилец" становиться "живой машиной", без эмоций. И, тогда его отпускают на волю. Кстати, платят "кормильцам" более чем щедро.

Какие выводы делаем? ПОКА живем, как получится. Проблемы буду решать по мере их поступления. Самое главное — чтобы эта паскудная невестушка не собралась проинспектировать своего "нареченного" уже сейчас. Ну… или сделала это как можно позже. Мне надо время, чтобы хоть немного освоиться и отыскать ответ на главный вопрос — "Где мне устроиться и на что жить, если сбегу от Сет-пторхов?"

Мягкий перезвон и приятный голос компьютера спрашивает — позволю ли я войти горду Фарушу, чтобы проводить меня в столовую.

Разрешила. Дверь ушла в перегородку, и я вышла в коридор, где меня же ждал юный офицер.

Начинается моя новая жизнь. Арина в Космосе…

Идём по коридорам в столовую. Изредка попадающиеся нам на пути сеты, обдают меня целой гаммой эмоций. Интерес. Сочувствие, вплоть до откровенной жалости. И желание… позаботиться! Беспокойство, до отчетливой тревоги…

Ого… Не такие уж они и гадкие! Если даже под давлением своих стерв и шизанутых Законов, остаются нормальными мужиками, с нормальными порывами.

А вот и столовая. Захожу туда с некоторой опаской. Всегда страшно входить в помещение, в котором находится сплоченный коллектив, на новенькую.

Но мне не дали ни секунды на сомнения.

У дверей меня, со спины, подхватили чьи-то сильные руки. Обернулась, почти закидывая голову на плечо нежданного "носильщика".

Упс… меня несет на руках к столу сам ит-горд. В весьма хорошем настроении. И команда одобрительно всё это воспринимает!

— Как устроилась? — так, словно мы с ним знакомы уже тысячу лет, спрашивает странный нэр Хорхейн.

Мои губы, сами собой растягиваются в улыбке. Глаза ловят спокойный и чуть насмешливый взгляд бирюзовых глаз.

— Всё более чем хорошо. Спасибо! — благодарю его я.

— Ты так углубилась в изучение законов и правил… меня даже не заметила… — с едва заметным укором говорит он.

— Простите! — мне почему-то неловко от этого.

— Чччч… всё нормально, — странный ит-горд касается губами уголка моих губ, заставляя сердце заколотиться в предвкушении счастья. — Ты такая вкусная… теплая… искренняя… хочется завернуть тебя в крылья и никогда не отпускать… Я не хочу, чтобы на тебя смотрели мужчины. Вообще чтобы никто не видел. Хочу, чтобы ты была только моей. — Хорхейн зарылся носом в мои волосы, распуская устрашающие крылья.

За столик мы усаживались в плотном коконе бархатно-колючих крыльев.

Потом кормили друг друга чем-то ОЧЕНЬ вкусным. Я даже не смогу сейчас вспомнить — чем именно.

Это неверояно! Мы были пьяны просто от того, что находились рядом. Мир вокруг казался добрым, словно любящий, заботливый отец.

Обратный путь я не помню. Вдруг, голая спина ощутила прохладную ласку простыней. А весь мир заслонил САМЫЙ прекрасный и желанный мужчина Вселенной.

Он долго, с наслаждением ласкал меня. А получая ответные ласки не мог сдержать удивления.

— Скажи, все самочки твоей расы так нежны и отзывчивы? — спросил он, ухитряясь при этом покрывать поцелуями шею и грудь.

— Когда они с любимым мужчиной — да.

— Лю. би. мый..? Красивое слово. На общем языке. Нас не обучали языку в этой области… Что это значит? Заботливый? Старательный?

До меня постепенно дошло то, что бедным сэтам-мужикам неизвестно вообще что это такое — ЛЮБОВЬ!

— Это значит — что мужчина для тебя самый лучший. Сильный. Заботливый. Тот, кому ты веришь и доверяешь больше, чем самой себе. За которого отдашь всё… даже свою жизнь, не задумываясь. И что только его принимаешь как мужчину. И позволяешь только с ним близость…

Хорхейн замер, обалдело и неверяще глядя на меня.

— Ты действительно всё это ко мне чувствуешь?!

— Да. А ты? Что ты чувствуешь?

— Желание спрятать тебя от всего мира. Заботиться о тебе. Чтобы ты всегда была только моей. — не задумываясь выдал ит-горд.

— А как же твоя невеста? — всё же не выдержала я.

— Когда она будет готова, то станет женой. И мы в течение года должны будем представить всем детеныша, несущего все признаки чистоты крови ветви нашей расы. — Равнодушно, как нечто само собой разумеющееся, ответил сет-пторх.

— А, если у малыша не будут видны все признаки чистоты крови?

— Его оставят в семье Чаритты. А саму самку лишат всех привелегий и сошлют в Дом разовых матерей. Ведь ей многое позволялось, но за это она обязана родить идеального детеныша.

— Но… — у меня не было слов, — Но она же не может знать, как проявится сочетание ваших с ней генов!

— Может. У всех элитных самок есть выбор. Как только она заявляет свои права на самца, то может сделать пробное слияние. Если таковое даст неидеальный результат, ей предложат сменить самца. У неё есть ещё две попытки. Либо, если она не хочет менять самца и соглашается с результатами проверки, она перестаёт быть элитной. Некоторые сразу отказываются от анализа. У них есть это право. Но, тогда, при рождении неидеального ребенка — … они знают о том, что им грозит. И Чаритта выбрала именно этот вариант. Некоторое девушки, которые сомневаются в себе и в сочетании генов, сразу отказываются от привилегии элитных. Они переходят в статус прима, сдают свои образцы и им подбирают идеальное сочетание. Тогда уже девушка не может выбирать и становится женой того, кого найдут для неё.

— А делать всё, что захочет… имеет право только элита? — уточнила я.

— Да… — ит-горд мягко улыбнувшись, снова склонился ко мне и утянул в затяжной поцелуй.

Я малодушно отставила все сомнения и тревоги. Просто хотелось раствориться в мужчине, который кружил голову. Не хотелось думать ни о чем. Только здесь и сейчас быть счастливой и подарить счастье ЕМУ.

"А потом? Хоть потоп?" — буркнул затихающий голос рассудка. Но я отмахнулась от него.

Я ПРОСТО СЕГОДНЯ ХОЧУ БЫТЬ ЛЮБИМОЙ И ЛЮБИТЬ!

Знаю — дура. Каждый платит по счетам. И я потом заплатила сполна. И за счастье с почти семейным мужиком, и за отказ от холодной рассудочности. Но это было потом. А в данный момент я была счастливейшей женщиной Вселенной. Я глупо и непростительно наивно верила, что мы будем с ним жить душа в душу… долго и счастливо… А вдруг, эта Чаритта найдет себе другого… А вдруг…

А вот и не вдруг!

Гром грянул после трёх месяцев непрерывного, всепоглощающего счастья…

Всё это время мы почти не расставались с Хорхейном. Он лишь один раз куда-то исчезал. В самом начале. На восемь дней. Но ничего мне об этом сказать не захотел. А я постеснялась настаивать… А так, уходил по службе пару раз в день, минут на сорок. Но, потом возвращался в таком нетерпении, словно мы были в разлуке, как минимум, лет пять. Да и я тоже изводилась без него.

Мы много разговаривали. Но не о сводах Законов. Хорх просил меня рассказать о Земле. О повседневной жизни. На своём удивительном компьютере, помогал мне визуализировать голограммы земных животных, растений, насекомых, просто предметов.

Я порой поражалась — как могла бояться его. Настолько Хорх был нежным, заботливым и внимательным.

Но…

В одно, совсем не прекрасное утро, меня разбудил не нежнй поцелуй, а осторожное прикосновение горда Фаруша. Едва я открыла глаза и встретила его взгляд — сразу поняла — моей сказке о ЛЮБВИ пришел конец!

— Нэра, быстрее вставайте, и идемте со мной. Если не хотите познакомиться с нэрой Чариттой. Быстрее же! — уже почти грубо он тянул меня за собой, по дороге собирая в большой ком все шмотки, до которых мог дотянуться.

Мы вылетели из каюты ит-горда, и почти бегом помчались до лифта. Там, спуск на пять этажей…

Ого! Это же практически технический этаж! Даже тюрьма на два этажа выше!

И потом, уже выйдя из лифта, Фаруш немыслимо быстро волок меня куда-то внутрь замысловатого переплетения механизмов, труб, лесенок, кабелей. Постоянно нервно к чему-то прислушиваясь и озираясь. Я, как могла быстро, трусила за парнем, ни на что не жалуясь и ни о чем не спрашивая. Босые ноги заледенели и кровили от того, что я запиналась об острые углы и выпирающие части предохранительных колпаков.

Внезапно, горд остановился. Отпустив мою руку, и бросив на пол тюк с тряпьём, он открутил несколько шайб на предохранительной обшивке некоего монстрообразного механизма, снял лист, открывший слабо освещённое небольшое помещение.

— Входите. Живее!

Вошла. Вслед за мной, внутрь последовал тюк с тряпьём и постельными принадлежностями.

— Вода и еда есть. Туалет за опорной колонной. Освещение выключается вот здесь… Постарайтесь экономить еду. Не знаю, через сколько дней смогу пронести вам пищу. И, если вам дорога жизнь — ни звука! — скороговоркой протараторил парень, прилаживая панель на место.

Вот и всё… Замурована..

Ясно. Её Садишество прибыла на корабль…

А что я ожидала? И так, Судьба была ОЧЕНЬ милостива ко мне. ТРИ месяца Счастья… Это немало!

Вздохнув, начала изучать помещение. Довольно большое… Метров двести. Зато теплое… Не окоченею. Кругом торчали трубы, тянулись кабели, стояли какие-то установки. В переплетении гигантских труб я обнаружила большой диван. За гудящей установкой — туалет и раковину. Хоть с водой нет напряженки…

Застелила диван. Сложила халат и комбинезон.

Побродила ещё немного. Накатила чёрная тоска. За ней последовали слёзы. Много слёз. Нарыдавшись до икоты, внезапно уснула, свернувшись в калачик.

Потянулись дни моего вынужденного заточения. Как ни странно, я почти не хотела есть. Пила довольно много. Спала. Бродила между тихо журчащих, жужжащих, шипящих, гудящих машин. Тихо разговаривала с ними.

Сегодня подсчитала царапинки, которые делала на обшивке какого-то трубопровода.

Я одна уже одиннадцать дней.

Мдя… если я умру, вспомнит ли хоть кто-нибудь о рабыне из Закрытого мира?

На двенадцатый день моего заключения, послышался шорох и позвякивание в том месте, где меня впустили в техпомещение. На всякий случай, притаилась в сплетении труб и кабелей. Тихие шаги.

— Нэра, где вы? — позвал горд Фаруш.

Выползла из укрытия, поздоровалась.

— Идемте… вас решено поселить среди наших спутниц, — парень положил на диван сверток с одеждой.

— Нэра Чаритта уехала? — нейтрально поинтересовалась я.

— Да. Она улетела готовиться к свадьбе. Нэра Чаритта беременна.

Слова Фаруша с трудом дошли до моего обомлевшего мозга. Всё. Хорх женится… Навалилась вялая истерика. Хотелось покричать, поплакать… но я не могла… Жесточайший приступ тошноты заставил меня рвануть к унитазу. Выворачивало долго и мучительно.

Сильные руки подняли меня и помогли умыться.

— Вы исхудали… — неодобрительно оглядев меня, сделал вывод горд.

— Кушать не хотелось, — неопределенно ответила я, — Простите, если оскорбляю вас своим замурзанным видом.

— Вы меня не оскорбляете. А пугаете. Я не знал, что вы ждете ребенка… И вас бросят тут одну. Если бы знал, то навещал бы каждый день, несмотря на запрет, — отводя глаза, едва слышно ответил парень.

"Как это — беременность?" — затупил разум, — "Как я, взрослая баба, не заметила беременности? Хотя… в той, земной жизни, у меня тоже часто были нарушения циклов. Но это не мешало мне исправно беременеть…"

— Что меня ждет?

— Не знаю. Будете тут находиться до родов. Я постараюсь создать вам комфортные условия. После родов решится ваша судьба. Скорее всего, вас продадут в бордель… — горд досадливо поморщился, — Я просил ит-горда о милости… чтобы он позволил обратиться к нэре Чаритте с просьбой продать вас мне. Ит-горд отказал… Ваша жизнь сейчас в руках страшной, лживой садистки… Не надо было выбирать командора… Переодевайтесь. Нам надо идти.

Вот и все… страшный конец красивой сказки…

Прошло пять месяцев. Они были как в тумане. Беременность переносилась очень тяжело. Токсикоз не оставлял н на минуту. К тошноте прибавились сильные головные боли. Скакало давление. Я почти не вылезала из медотсека.

Хорхейна я больше не видела. За мной тенью ходили Фаруш и врач. Остальная команда, и девушки в том числе, относились ко мне с плохо скрываемым сосраданием, переходящим в откровенную жалость.

Было горько, обидно, одиноко. Но я держалась. Всегда была вежлива и любезна со всеми. Старалась никому не мешать и не докучать. Никто не должен знать о том, что твориться в моей душе. Они и так более чем добры и терпеливы.

А потом настал Чёрный день.

Мне не здоровилось уже третий день. Тянуло живот. Постоянно шла кровь из носа и рта…

К тому же, куда-то пропал Фаруш. Я робко спросила о нём у Старшины. В ответ получила странный взгляд… и никаких пояснений.

Мы ещё спали, когда в нашу комнату вошло несколько мужчин, по поведению похожие на земных секюрити. Вспыхнул свет. Девушки испуганно кутались в одеяла. Когда в комнату вошла красивая беременная женщина, все девчонки слетели с кроватей и бухнулись на колени. Я тоже сползла с постели, с трудом опускаясь в нужную позу.

— Свободны, — мелодичным голосом отдала команду нэра Чаритта, — Вышли! Все!

И девчонок и охрану словно ураганом унесло.

— Что он в тебе нашел? — прошипело над моей склонённой головой, — Тощая, синяя, забитая… Что в тебе притягивает мужчин? Так, что лишает чувства самосохранения? И почему Звёзды одарили всех самок твоей расы таким подарком?

Не по женски сильная рука, схватила меня за волосы, заставляя поднять глаза на прекрасное лицо. Вернее, оно было бы прекрасным. Если бы злоба, похоть и садизм не оставили на нём свои мерзкие следы.

— Умойся! Через полчаса чтобы была в кают-компании. — неожиданно, её лицо исказила судорога боли. Шипя, она схватилась за живот, — Меркий ублюдок! Аааа… как же больно! — шипела Чаритта сквозь зубы.

Что-то мне это не нравится. Похоже на начало схваток…

Но Чаритта уже отвернулась и быстро вышла из комнаты.

Девчонки осторожно входили в нашу комнату.

— Нэра, давайте мы вам поможем, — тут же кинулась ко мне Мирайя, помогая встать, — Мы всё слышали. Сейчас поможем умыться и быстро оденем.

Действительно, девчонки успели и меня умыть-одеть, и сами привели себя в порядок. Робкой стайкой мы пошли в кают-компанию экипажа. Только успели встать, как снова открылась дверь и в помещение вплыла ослепительно улыбающаяся Чаритта… рука об руку с невозмутимо-заботливым Хорхейном. Любимый скользнул по мне равнодушным взглядом… И во мне что-то с жалким писком разбилось. Наверное это были сердце и душа.

— Мы прилетели сюда, чтобы явить Звёздам наследника. Скорее всего, у меня сегодня будут роды. А завтра, вам всем будет представлен мой сын. Обладатель уникальных способностей и являющий собой образец нашей расы. По этому поводу — три дня будут праздниками!

Окончание этого краткого и сухого сообщения все встретили аплодисментами. Супружеская пара выплыла из помещения. А ко мне подошли три телохранителя нэры Чаритты.

— Мы сопроводим вас в медблок. Госпоже сообщили, что у вас, возможно, тоже будут роды. Она милостиво позволит вам воспользоваться услугами своего врача. — меня недвусмысленно взяли под ручки и настойчиво потянули в медблок. Под испуганные взгляды девчоной и затравленно-сочувствующие — мужчин.

В медблоке меня сразу же, без подготовки, уложили на родильный стол. Рядом лежала Чаритта. Я была права. У неё начались роды… Сухощавый, словно мумия, врач что-то вколол мне.

"Стимулятор" — услужливо подсказала память. Живот и поясницу прошила первая, мучительная схватка.

Роды шли долго. Просто потому, что было ещё рано, для моего малыша. Но вот и он! Врач куда-то унёс сына, чтобы вернуться минут черездвадцать.

— Дай мне посмотреть! — приказала уже родившая Чаритта, и с отвращением скривила губы, взглянув на моего ребёнка, — Ну! И гда у него идеальность? Ублюдок! То ли дело — мой сын! Как я говорила! Мой сын — идеален! Цук, — она взглянула на врача, — Немедленно отвези эту бракованную самку с её отродьем на корабль к её новой хозйке. Она продана в бордель!

Всё… после этого я отключилась…

Чтобы очнуться от хлёсткой пощечины.

— Вставай, нечего разлёживаться! — нэра Кшасса… Чаритта продала меня в садисткий бордель, от которог спас Старшина! — Тебя клиенты ждут! Многие хотят попробовать необычную землянку. Да ещё сразу после родов! Живее! А то я отдам твоего выродка васпу!

Меня грубо вытолкали в соседнее, роскошное помещение, даже не позволив прикоснуться к кряхтящему комочку, завёрнутому в серые пелёнки. А там меня уже ждали затейники-садисты.

Спустя трое суток я очнулась в ренегаре. Судя по монитору, я пробыла тут два часа на максимальной мощности.

Да… Добросовестно меня растерзали…

Но всё омерзительные воспоминания о сексуальных играх садистов со мной смыла обжигающая мысль:

— Сын!!!

Выползла из недовольно гудящего аппарата и ранулась к маленькому комочку, лежащему в пластиковом кресле.

Чтобы содрогнуться от собственного, дикого и безумного воя. Сын! Мой малыш! Мой единственный, родной и обожаемый человечек, был мертв! Рванулась к ренегару, укладывая ребенка и судорожно набирая экстреную помощь. На что аппарат раз за разом отвечал:

— Невозможно выполнить заданную процедуру, в связи со смертью, произошедшей более двадцати часов назад.

— Кто озволил тебе без разрешения совать в ренегать свое дохлое дерьмо? — взвизгнула над ухом нэра Кшасса.

Я повернулась к ней… больше ничего не помню.

Следующее просветление — в зале суда.

Вопрос судьи, очень пожилого, какого-то всего серого и сморщенного сет-пторха, с почти лысыми крыльями:

— Нэра Арина, ваше последнее слово. Вы убили нэру Кшассу, пять её клиентов и восемь охранников. Вы приговариваетесь к продаже кадархам. Вам есть что сказать?

Встаю… обвожу зал… Чаритта… Хорхейн… весь экипаж его крейсера, в полном составе… Ещё какие-то лица…

- Мне есть что сказать! Будьте вы все прокляты! Я не сожалею о том, что убила садистов, обрёкших на жуткую смерть моего, только что рожденного сына. Мне жаль только того, что я не смогла убить ВСЕХ, кто в этом виноват! У меня есть ПРАВО выбора приговора! Я ТРЕБУЮ, чтобы меня отдали сашарам!

Тишина в зале… Звон гонга.

— Нэра Арина будет отдана "кормильцем" экселенцу сашаров и его крыльям. Навсегда!

Валерия

Арина одним глотком, как воду, осушила бокал с коньяком.

— Вот и всё… — рассматривая блики на стекле, выдохнула она. — Остальное не интересно…

— Ты не права! — мягкий, грудной голос Сони, стоящей в дверях, резанул по нервам своей страшной интонацией, — Хочешь знать моё мнение?

Арина заторможенно кивнула, совершенно спокойно… словно кукла…

— ТВОЙ сын — жив. Чаритта родила неполноценного ребёнка, по законам расы сет-пторхов. И она ЗНАЛА, что он будет ущербным, по их меркам. Она просто забрала твоего малыша. И сделала всё, чтобы ЕЁ сын, ГАРАНТИРОВАННО умер! Потому она и примчалась на крейсер перед самыми родами. Хочешь, мы найдём твоего малыша? И вернём его? Заодно сделаем генетический анализ, который докажет мою правоту.

Арина рванулась к Соне, обнимая её колени:

— Пожалуйста! Если это возможно! Верните моего мальчика!!! Со мной можете делать всё, что хотите! Только верните его!

Соня с неженской силой подняла Арину:

— Мне в глаза смотри! Никто ничего с тобой не сделает! Твоего сына — вернём, — она оглянулась через плечо, — Ты с нами, Рух?

Сказочно красивый белый наг обвил супругу хвостом:

— Конечно, дорогая… Лёша тоже с нами летит? А Брюса мы здесь оставим?

— Да, я буду охранять малышей нэры Леры, — серьёзно ответил суровый мальчуган.

Я не смогла сдержать слёз, настолько расстрогалась чудным ребёнком.

— Тебе я полностью доверяю! Ты очень серьёзный и ответственный!

Брюс порозовел от смущения и гордости.

— Мы гордимся тобой! — Соня с Рухом сияли как солнышки, глядя на своего сына.

Я слегка повозилась, проверяя, не скрутит ли меня спазм на месте Кесарева сечения. Нет. Всё нормально.

— Соня, а когда вы собираетесь лететь за сыном Арины? — поинтересовалась я нейтрально. Но, по полыхнувшим глазам Наказующего и сурово сдвинутым бровям доктора поняла, что за право лететь с Соней и Ариной, придется побороться.

— Даже не думай, — Яссин встал во весь свой немаленький рост и не спеша пересел ко мне на диван. Погладил по щеке, — Ближайшие пять месяцев ты никуда не полетишь, мой сладкий. И Арина тоже. Мы полетим к сет-пторхам только тогда, когда прозондируем ситуацию. Все вместе. А для начала надо понять, что там твориться. Соня всё выяснит по своим каналам. Я — по своим. Но, перед этим нам надо договориться с сашарами.

Я вздохнула.

— Ты прав. Я что-то стала слишком поддаваться эмоциям. А тут нужен холодный расчет и стратегическое мышление. К тому же, дети ещё слишком малы, чтобы я отдалялась от них дальше, чем на несколько десяткой метров, — погладив умиротворённого нага по руке, улыбнулась я.

За что тут же получила страстный поцелуй:

— До сих пор не верится, что мерзкая маска больше не прячет твоё лицо от нас… — Яссин невесомо прикоснулся языком к векам.

— Умница, детёныш, — просиял доктор, — Тебе надо быстрее восстанавливаться. Если хочешь забеременеть в следующем месяце…

Я, не удержавшись, фыркнула от обалдевшего взгляда Арины и Сони.

— Девочки, ну в чём дело? Шату срочно нужен наследник, или беременная ЕГО ребёнком жена.

— Дальше можешь не продолжать, — понятливо кивнула Соня, — Рух рассказывал о проблеме правящего клана. Я понимаю, что у нас нет выхода… Но, всё же… Тебе надо неотлучно находиться под надзором врача и под постоянной подпиткой сателлитов.

Яссин, буквально облизал Соню взглядом:

— Спасибо! Рад, что ты меня поддерживаешь! Иначе Лера уже двигалась бы в сторону планеты сет-пторхов.

— А ещё совсем недавно ты на Соню злился, — зачем-то завредничала я.

— Да, злился, — как-то очень покладисто согласился со мной Наказующий, — Я просто был под влиянием стандартов. А они не всегда правильные, — выкрутился наг.

Соня, переглянувшись со мной, понимающе улыбнулась.

Эта маленькая пикировка помогла всем присутствующим расслабиться после жуткого повествования Арины.

Входная дверь бешумно отползла в сторону, пропуская деловитого Сета. Который усталой походкой гениального врача-реаниматолога просеменил к дивану и потянулся к моему запястью.

Ёлки! Ему ж кровь нужна! Спокойно разрешила подкрепиться.

После "питания", Сетик куснул Соню, облагодетельствовал покровительственным тычком Брюса и поприветствовал всех остальных членов нашей семьи.

Затем, усевшись рядом с диваном, озвучил причину своего визита в наши покои:

— Сет пришел за Доминантой, — начал важно лохматый интриган, — Надо кормить детёнышей молоком матери.

Тут же все задвигались, заговорили, и начали собираться в Гнездо.

— Арина, ты чего отстаёшь? — обернулась я к застывшей у дивана девушке, — Идём! Я сама детей видела только во время родов. Соскучилась — сил нет!

Ну! И кто сказал, что сашары выпивают все эмоции, и человек становится куклой? Во всяком случае, на обворожительном лице Арины одна эмоция сменяла другую.

Сомнение. Недоверие. Благодарность. Трепет. Робкая надежда.

Да… за то, чтобы увидеть, как возрождается мертвое сердце и душа, можно отдать намного больше, чем человеческое участие и помощь!

Мы дружной толпой двигались за Сетом. Точнее, все двигались сами, а меня нёс на ручках Наказующий. Арина неуверенно оглядываясь на нас с Яссином, шла почти в конце. Наконец, Тиль это дело надоело, и она, подхватив под локоток растерявшуюся девушку с одной стороны, а доктор Рич — с другой, потащили её вперёд, оживленно поясняя некоторые особенности моей семейной жизни.

— Ты хотел о чём-то поговорить наедине? — спросила я Наказующего, обняв за прохладную, могучую шею, — Поэтому Тиль всех гонит вперед?

— Просто захотел побыть с тобой. Один-на — один, — мягко усмехнулся грозный наагат, — Сейчас ты ещё слаба для близости, и малышей тебе надо кормить… А чуть позже — близость у тебя будет только с Шатом. До наступления беременности. И только тогда я смогу оторваться…

Я насторожилась:

— Это ты так обосновываешь необходимость возврата гарема? — как можно более равнодушно поинтересовалась я, а в душе сразу начала поднимать омерзительную голову гадкая ревность.

— Ревнушечка моя! — наг мгновенно расцвел счастливой улыбкой, — Мммм… так приятно, когда ты меня ревнуешшшь…

Шелковый язык замельтешил, впитывая мои эмоции.

А мне стало стыдно. Вот ведь гадский у меня характер — ревнивая, подозрительная, инфантильная, никаих особенностей, как например, у Сони, нет. Пустышка…

А мужья у меня тааааакие… сама себе завидую!

— Ревность перетекла в самоедство… — спокойно констатировал Наказующий, — Поскорее бы ты уже взрослела… это карианское детство, нам всем, кроме Мориса, " серпом по нежному месту"… Я правильно сказал?

— Правильно! — кивнула, не в силах сдержать смех. Уж больно забавно было слышать земную поговорку от величавого и ужасного Наказующего.

За выяснялками, даже не заметила, как пришли. У дверей, идущих в Предверие Гнезда, расположился Мрак, во всей своей красе и три незнакомых, но ОЧЕНЬ впечатляющих сателлита. Один, так вообще — вместо восьми, у него было семь лап. Сразу видно — свою жизнь и свободу он завоевал не просто на прогулке…

И этот покалеченный сателлит окинул ВСЕХ нас очень неприятным взглядом. Так рассматривают мяско на рынке… Какой кусок сочнее…

Но Сет с Мраком всё держали под контролем:

— Шырг, Доминанта ведет семью к детям, — непререкаемым тоном сообщил важный Бдун, стараясь держаться между нами и покалеченным.

Мрак мгновенно продублировал Сетика, с той лишь разницей, что по-дружески "боднул" Шырга, что-то невнятно проурчав. На что этот неуравновешенный сателлит, еще раз окатив нас сомнением и неприязнью, компактной, смертоносной горой прилег у дверей "детской".

— Сет, а Шырг не опасен детям? — не могла не спросить я.

— Нет. Шырг любит детёнышей. Шырг отдал лапу, защищая детёнышей-самцов от смерти.

— Оооо! — ту уже даже Соня удивилась, — Доминанты убивают своих сыновей?

— У той Доминанты родилось много очень сильных детенышей. Таких обычно убивают. Шырг не дал. Спас и сам выкормил. — должился обстоятельный сателлит.

Дверь отползла в сторону, впуская нас в ярко освещённый солнечными лучами лабиринт, увешенный "ловчими" и "охранными" "нитями". Если так можно назвать "ниточку", толщиной с мою руку. Поблуждав минут пять, мы наконец-то пришли к детям.

За пятислойной стеной паутины, больше похожей на мягкие серебристые шторы, переплетались ветвями "невысокие" по меркам ЗО-ЩИ-Хора деревья. А за ними, на возвышении, покачиваясь с мягких, даже на взляд, люльках, сладко спали мои малыши. Стоило нам переступить невидимую черту, как из вороха серебристой паутины, устилающей холмик поднялось пять серебристых сателлитов.

Сет, неторопливо порысил к ним, деловито что-то цокая. И няньки-охранники снова, безмолвно опустились, исчезая в облаках паутины.

Но мне было уже не до охранников. Так хотелось обнять детей. Закопаться в них, прижаться к тёплой коже губами…и никогда больше не отпускать от себя! Но Сет не дал мне даже дотронуться до детей! Целеустремлённо утаскивая послушного Наказуюшего с вырываюющейся мной на руках, в сторонку, где не было "облаков" из паутины.

— В саму Колыбель нельзя! Сразу смерть! — повторял он.

Там, усадив меня на диван с кучей подушек, доморощенный церемонимейстер отдал приказ. И три серебристых сателлита, невесомо перебирая лапами, принесли кряхтящих малышей ко мне. И сразу ушли назад.

Дальше, пока я кормила дочерей, сыночек был затискан сначала совершенно расчувствованным Яссином, потом Тиль, и далее…

Когда Яс подошёл к замершей у дивана Арине, и протянул довольно гукающего малыша ей, несчастную женщину прорвало… слезы катились но её щекам, но она не замечала их. Тихонько общаясь с нашим сыном, осторожно покачивая на руках, и прижимая к губам крохотную ручку любопытного малыша.

— У вас такие чудные дети! — Соня светло улыбалась, — Они полны жизни и энергии. Ни за что не скажешь, что поторопились родиться! Умничка Сет!

— Сет хороший? — тут же отреагировал Главный Бдун.

— Самый лучший! — похвалила сына Соня, а за ней и остальная наша семья.

Заласканный Сет, лохматой лужей растёкся у дивана.

— Сет знает, что надо Доминанте и Семье!

Сытенькие дочки спали на руках у папочек, а сын всё ещё, трудолюбиво добывал молоко из моей второй груди. Наконец, удовлетворённо вздохнув, выпустил грудь и сладко зевнув, засопел.

Растроганные Тиль и доктор, обнявшись, сидели на соседнем диване.

Я опиралась спиной на грудь Наказующего. Его руки лежали поверх моих, помогая держать нашего малыша, подбородок опирался на моё плечо, чуткий язык нежной лаской касался шеи… Приятно и спокойно. Вся семья вместе. Все дорогие — рядом! Ну, почти… Скоро Надюша с Норишем прилетят. Интересно будет на неё посмотреть! Хоть я больше чем уверена — Надя как была, так и осталась доверчиво-серьёзной девчонкой с открытой, чистой душой.

— Скоро и у меня будет малыш или малышка, … я надеюсь… — мечтательно глядя на нас с Яссином сиреневыми озёрами глаз, прошептал Шаатхар. Он сидел на полу, рядом с диваном. Положив голову на мои колени.

— Конечно, мой Принц, — помимо воли расплываясь в улыбке, подтвердила я, — А благодарить за здоровье наших детей, за этот островок мира и спокойствия, мы должны Сета. И Соню.

— Согласен с тобой, родная, — поддержал меня Наказующий. — Сет, ты у нас самый лучший! И этим мы обязаны его маме… Соня, прости меня за слова и остальное… тогда, при первой встрече. Я рад тому, что ты не оскорбилась и продолжила общение с Лерой. Несмотря на моё отвратительное поведение…

— Не стоит извиняться, Яссин. — Мягко улыбнулась Соня, — Я знаю какие жуткие расказы ходят обо мне. Потому неудивительно, что вы не могли хотеть общения своей любимой со мной. Но даже учитывая весь негатив, вы вели себя более чем корректно.

— Мир? — Яссин по-человечески усмехнулся.

— Мир! — тепло улыбнулась Соня. — К тому же, у такого идеального супруга, как вы, должен быть хоть крошечный недостаток. Иначе все окружающие будут чувствовать себя… неуютно.

Я оглянулась на Яссина. Довольный наг просто излучал физически ощутимый позитив.

Потерлась щекой об его грудь:

— Что мы будем делать в первую очередь? Надо договориться с сашарами. Чтобы они отпустили Арину. Ведь никто никогда так долго у них не служил!

— Они обращались со мной, с первой минуты, как с равной и даже более… Берегли, помогали восстановиться после кормления. Старались ободрить. Когда мы приближались к Базам, спутникам и планетам, меня всегда отпускали на экскурсии, охраняли, заботились… Поэтому я не могу просто так уйти. Я должна найти им "кормильца"… — вдруг возразила Арина. — Ведь, по сути, сашары относились ко мне как к члену семьи.

Мда… я балда… Жизнь Арины в космосе была ужасна. И сашары не только спасли её от пожирания детенышами от неё и кадаров, не только спасли от сумасшествия, но… выпивая весь негатив, помогли остаться ЧЕЛОВЕКОМ! И, поскольку она НОРМАЛЬНАЯ женщина, то, вполне естественна её признательность этим страшным существам.

— Тогда нам, тем более надо пообщаться с экселенцем! — не отступалась я, — Может быть он предложит нам вариант, устраивающий и их и Арину. Я бы тоже на месте Арины чувствовала себя обязанной… Сашары вели себя более чем благородно! Особенно на фоне некоторых…

— Я очень хотела бы узнать, что случилась с Фарушем, — тихо сказала Арина, умоляюще глядя на Наказующего, — Он был очень добр со мной. И мне до сих под больно от мысли, что он мог пострадать из-за меня. Есть ли хоть мизерная вероятность такой возможности?

Мы все, затаив дыхание, ждли ответа Яссина. А наг размышлял. Через несколько томительных минут он вынес вердикт:

— Я пересекался с ит-гордами. Поэтому, думаю, что смогу послать неофициальный запрос о судьбе понравившегося мне специалиста. Скажем… для краткосрочной консультации. Это не запрещено. Ничего личного. А консультацию мы оплатим, как полагается. И… — тут Наказующий споткнулся, снова задумываясь, — Мммм… Если так случиться, что он жив… Тихо! Я просто озвучиваю ВСЕ варианты! Если случиться, что он до сих пор жив и служит, то мой запрос поднимет его рейтинг и заставит с ним хоть как-то считаться. Решено! Укладывам детей, и начинаем многоходовую комбинацию, по спасению цивилизации сет-пторхов!

Как ни странно, решение Яссина не вызвало никаких споров.

Передав спящих детей их смертоносным "няням", и уже на выходе полюбовавшись на уютное гнёздышко с малышами, мы направились в гостиную — обсуждать детали предстоящей операции и просит экселенца о возможности аудиенции.

К превеликому удивлению, сашары вышли на связь с нами, буквально через несколько минут, после запроса. На экране появился "среднего" роста, по сравнению с Наказующим, сашар. За спиной которого тенями двигались чуть более высокие сопровождающие. Русые, коротко подстриженные волосы, приятные, не очень выразительные черты лица. Спокойные, карие глаза. Ничего такого, как я ожидала, вампирско-готического!

— Вы запросили нас о сеансе связи, — скользя взглядом по всей нашей многочисленной семье, констатировал экселенц, — Полагаю, вы будете просит нас освободить от договора кормления Арину.

Взгляд сашара, обежав и основательно изучив всех нас, вернулся ко мне, всё ещё находящейся на ручках Яссина. От внимательно-мудрого взгляда "вампира" невольно передёрнула плечами. От чего удостоилась ещё более пристального взгляда, теряющего свою невозмутимость…

"Я, что, ему так сильно не нравлюсь? Раздражаю?" — мелькнула в голове, испуганной мышью, не менее испуганная мысль, — " Тогда он может отказаться от сотрудничества! Лера! Валим из переговорной!"

Только собралась просить Наказующего отпустить меня, чтобы потом незаметно улизнуть, как экселенц, выдал странную фразу, сразу напрягшую всех до отказа:

— Не стоит обдумывать варианты бегства из переговорной, очаровательная нэра. Валерия, если я не ошибаюсь. Составьте нам компанию в обсуждении дальнейшей судьбы вашей соотечественницы. И не надо додумывать столько негативного о себе. Вы не раздражаете ни меня, ни мои крылья.

— Если вы рассчитываете… — вдруг взвился Наказующий, но был остановлен, почти незаметным движением руки экселенца.

— Тихо. Ваш вулкан эмоций приберегите для личного общения с нами, уважаемый нэр Яссин. Если, конечно, захотите немного подкормить нас. Не надо преждевременно пугать очаровательных женщин своими выводами. Потому, что, всё равно решать им, а не вам… Я прав? — Слегка наклонив набок голову, экселенц ожидал ответа взвинченного по непонятной причине Наказующего. Словно доброжелательный и немного усталый репетитор, экзаменующий нерадивого и вспыльчивого ученика.

— Вы правы! — Яссин выплюнул фразу, как ругательство.

Господи! Да что это с ним?

Погладила частично трансформированного супруга по шее:

— Яс, что с тобой? Почему ты злишься?

— Всё хорошо, милая, — нечеловеческим усилием возвращая себе официально-деловой вид, ответил мне Наказующий, касаясь языком моих губ.

— При всём уважении к вам, нэр… — Тиль вопросительно взглянула на сашара.

— …экселенц, — безукоризненно вежливо обозначил поклон сашар.

— …нэр экселенц. Как мать и опекун, я хочу понять, что так встревожило старшего супруга моей девочки? Мы, женщины, существа слабые и с богатой фантазией. После этой недомолвки, неизвестно какие ужасы себе нафантазируем.

"Вампир" помолчал некоторое время, изучая маменьку. Потом снова перевёл безучастный взгляд на меня:

— Ваша дочь нам подходит. Мы берём её в жены.

— ЧТО? — одновременно взрыкнули мы все.

— Я озвучил ответ. Что вызвало у вас всех странный выброс эмоций? — спросил экселенц.

— Я не буду вашей женой! — отчеканила я, испепеляя "вампира" глазами и остро сожалея, что вместо глаз у меня не боевые плазменники.

— У вас нет выхода. Или вы добровольно становитесь супругой для меня и моих крыльев, и я выполняю ВСЕ ваши просьбы. И оставляю жизнь вашим детям, супругам, друзьям и родителям. Или вы все равно становитесь нашей женой. Но, в этом случае, никакие просьбы выполнены не будут. Вашу семью я уничтожу. И вам не помогут ни сателлиты, ни Мать. Даже ваш супер-робот бессилен против нас. Я честен перед вами. Как и полагается мужчине, перед избранницей.

Можете себе представить, ЧТО я чувствовала? На меня как будто упал башенный кран.

Отчаяние, боль, страх за родных и близких, всё сметающая ненависть к тому, кто посмел озвучить мне этот УЛЬТИМАТУМ.

Господи! Как же я ненавижу себя! Как я проклинаю тот день, когда решила встретиться с сашарами! НЕНАВИЖУ!

— Ччч… успокойся, милая…. - укачивал меня Яссин. Вот так всегда! Из-за меня им мерзости достаются, а супруги меня же и жалеют!

— Простите…. эээ… нэр экселенц. Позволите мне задать вам несколько вопросов? — да, вот у кого надо учиться самообладанию и выдержке, так это у моей маменьки.

— Спрашивайте, — невозмутимо разрешил сашар.

— Первое, и самое главное — почему вы вдруг решили забрать мою дочь от семьи и с чего это вы решили, что она подходит вам как супруга.

Я забыла ка дышать, ожидая ответа.

— Мы ВСЕ услышали ЗОВ. Этот ЗОВ ведёт нас туда, где находится женщина, способная стать супругой. В которой есть капля потерянной крови Родителя. Каждый сашар может услышать такой ЗОВ лишь один раз. Я — услышал. И он привел меня к той, что согреет нас теплом и подарит Вселенной сразу нескольких высших сашаров. — обстоятельно разъяснил спокойный, как сытый удав, экселенц.

— Почему же не только вы хотите стать супругом, но своих помощников тоже намерены оженить на своей супруге? — допытывалась Тиль.

— В Обретённой жизнь зарождается только после одновременого оплодотворения нами тремя. — как нечто само собой разумеющееся ответил сашар. Даже плечом повёл.

Я просто охренела… Песец тут был размером с полярного медведя!

— Вы можете ошибиться? Может быть вы услышали другой ЗОВ, а решили… — начала программу моего спасения Соня, но её перебили.

— Нет. Я не мог спутать его с ЗОВОМ Матери.

— А сколько вам лет? — не сдавалась Тиль, в надежде хоть как-то разговорить этих живых роботов.

— Сашары измеряют время по часам Вселенной. Нам семнадцать часов. Мы очень молоды.

— Им больше семнадцати тысяч лет, — расшифровала ответ бледная, как мел, Соня.

У меня разом отключились ВСЕ эмоции. Да… Юноши. Сколько же тогда взрослым?

Тиль, словно услышав, продублировала мой вопрос вслух.

— Старейшине сорок лет. — спокойно и даже дружелюбно ответил экселенц. — Но он очень далеко отсюда. На планете-Уединении.

— У меня мозг не хочет воспринимать эту фантастику, — прошептала Соня, — Их Старейшине четыре миллиарда лет.

Я наконец-то озверила себя. Это помогло собрать свой дрожащий, как молодая левретка мозг, в относительно плотную кучку. И он начал думать.

— Насколько я понимаю, вы всё равно нашли бы меня и пришли за мной? — уже ничегошеньки не чувствуя спросила я.

— Да, это так, — удовлетворённо кивнул сашар.

— Я не могу и не хочу вам лгать. Поэтому, прошу вас, выслушайте меня. А потом принимайте решение.

— Слушаю тебя, дорогая, — от обращения экселенца, меня пробрала ледяная дрожь.

— Вы не знаете особенности земных женщин. Мы очень эмоциональные и привязчивые.

— Это нас и притягивает к тебе, — благосклонно кивнул сашар.

— Но, помимо этих качеств, основополагающими является верность… и ещё ослиное урямство, когда у нас отбирают самое дорогое и угрожают родным и близким. Думаю, вы об этом не знали?

— Нет. Не знали. А чем нам может помешать верность и упрямство? — совсем по-человечески пожал плечами сашар.

— Вы угрожаете моим родным и любимым. А значит я инстинктивно буду стараться спасти их. Без меня умрут Яссин и Морис. Уничтожат Шаатхара. Алар станет монстром и его будут вынуждены уничтожить. Мне проще умереть здесь и сейчас, и забрать с собой за Грань мужей, чем мучиться от того, что они в муках умирают. Зная, что ждет мужей, мне проще уйти сейчас, — твёрдо глядя в непроницаемые глаза экселенца, отчеканила я.

— Вот как? А как же ваши дети? — на мгновение, или мне показалось, в глазах Главного сашара мелькнул синий огонёк.

— Вы и так собирались убить их. А, если вы их пощадите, то мои подруги и мама вырастят детей достойными уважения разумными. — упёрлась я.

Всё равно, если эти чудовища захотят нас убить, детей уже ничего не спасёт!

— Странная нэра. Мы дадим вам полную свободу. Вы будете жить так же долго, как мы. Никто не посмеет вам угрожать. Все ваши прихоти будут выполняться немедленно. Никто не скажет вам "нет". А с радостью исполнит любую вашу прихоть. Взамен — вы станете нашей супругой и будете радовать нас детьми, котрых не рождалось уже семнадцать часов, по времени Вселенной.

— Но… где же ваши женщины!? — не сдержалась Тиль.

— Их нет. Некая мутация… Рождаются только сашары мужского пола. — вежливо пояснил терпеливый, как скала, экселенц.

— Вы ведь живёте по часам Вселенной? — решилась я.

— Да. — уверенный кивок.

— Десять лет по часам людей, для вас — НИЧТО? — гнула я свою линию.

— Сто лет для нас — мгновение, — согласился экселенц.

— Если я честно предложу вам сделку, условия которой я сейчас объясню, вы её выполните?

— Сначала объясните. Если всё будет логично, я подтвержу выполнение, — согласился сашар.

— Не заставляйте меня НЕМЕДЛЕННО покинуть семью и любимых. Позвольте родить для Шаатхара. И разрешите увидеть, как наши дети скажут первое слово. После этого я ДОБРОВОЛЬНО отправлюсь к вам. Но я сейчас обнаглею и буду просить у вас особой милости. Я клянусь, что буду дарить вам детей и не буду себя убивать. Взамен, вы будете позволять мне хоть через год прилетать к семье и быть с ними три месяца. Если они сами от меня не откажутся, — пробормотала я сквозь подступающие слёзы.

— Мы НИКОГДА не откажемссся от тттебя! — оточаянно прижимая меня к своей груди и обвивая ноги хвостом, прошипел Наказующий.

Гнетущая тишина тянулась словно резиновая.

Сашары молча советовались.

— Мы согласны. Мы выполним все ТВОИ просьбы. — БЛАГОСЛОВЕНИЕМ прозвучало решение экселенца, — Но к вам прилетят мои крылья и постоянно будут рядом. Они же обеспечат исполнение ВСЕХ желаний нашей супруги и начнут готовить её к ОБРЯДУ. ТЫ подтверждаешь договор и обязательства?

— Подтверждаю, — согласилась я обречённо.

— Тогда крылья привезут исполненный контракт для Арины. — Помолчав, экселенц выдал очередную дозу информации, — Вас немедленно начнут готовить к Обряду. И это даже хорошо, что Обряд не скоро, по вашему времени. У твоего тела и разума будет время всё осмыслить и перестроиться. А мы, тем временем, найдём и обезвредим тех, кто хочет лишить тебя жизни. Крылья считают необходимую информацию о покушениях и преступники будут наказаны. Я завершаю связь. Принимайте крылья.

Экселенц уже совсем собрался завершать разговор, но вдруг замер, что-то обдумывая…

— Дорогая, мы не представлены. Можешь обращаться ко мне просто Аор. Крылья представятся сами…

Экран потух.

Я прижималась к Яссину, пытаясь объятиями заполнить сосущую пустоту в груди.

— Ничего ещё не потеряно! — погладил меня по бедру Шат, — Нам дали отсрочку. И мы ей воспользуемся. Ведь так, Яс?

— Конечно, воспользуемся. Всё не так ужасно, как могло бы быть, не поставь Лера свои условия. Ты у нас смелая женщина, моя сладкая… — от нежности Наказующего у меня защипало в глазах.

— Я виновата! Это из-за меня всё случилось! Клянусь, я вспомню все что знаю о сашарах и постараюсь избавить вас от этого страшного обязательства! — на Арину было страшно смотреть. Несчастная женщина винила себя в призошедшем.

— Нет, Арина. Ты тут ни при чём. Сашары, так или иначе, пришли бы за мной. А мы были бы совершенно не готовы к общению с ними. Нас бы застали врасплох. К тому же, ты спасла Мориса! Я признательна тебе, поверь! И ни в чем не виню! Мы все вместе будем думать, как избавиться от обязательства. А для начала, мне надо родить для Шата. И спасти твоего сына. И сет-пторхов. И Фаруша… А сашары пускай занимаются неуловимыми киллерами.

— Ты права, милая, — улыбнулся командор, — То, что никак не удавалось нам, получится у сашаров. У нас есть время, чтобы выстроить линию поведения с сашарами и решить все текущие вопросы.

— Ну-с… — преувеличенно-бодро встала Тиль, увлекая за собой доктора, — С чего начнём?

— Я отправлю запрос о Фаруше к сет-пторхам. — отозвался Наказующий. — Лера будет встречать крылья… — наагат помрачнел, — Соня…?

— Я узнаю всё, что можно о сашарах у Карзала… — Соня виновато коснулась руки своего супруга, который обнял её, зарываясь носом в волосы.

— Тогда, за дело, — распорядился Яссин, — А то Лере скоро уже малышей кормить, а она устала и издёргалась.

— Спасибо, — я с благодарностью обняла Наказующего за шею, утыкаясь в ключицу лицом.

— Сладкая моя, ещё одно движение, и мы выпадем из жизни на несколько часов… — предупредил Яссин.

— Прости! Мне очень страшно! — повинилась я, глядя в любимые багровые глаза.

— Знаю, любимая. Даже не представляешь, как я хочу тебя укрыть от всех! И не только я! Но боюсь, что сорвусь… Поэтому, с тобой сейчас постоянно будет Шат. До тех пор, пока не подтвердится беременность от него. А мы потом всё наверстаем, — попытался улыбнуться мой несгибаемый наг, передавая на ручки светящемуся от счастья Принцу, — А пока вы трудитесь над спасением правящей династии, мы будем искать способы спасения от обязательства перед сашарами.

— Хорошо что ты не паникуешь, — моей руки коснулась Соня, которую обнимал взвинченный Рух, — Я сделаю всё возможное и невозможное для твоего спасения, — от руки Сони пршла волна тепла, несущая уверенность и спокойствие.

— Я скопирую кристаллы из отдела истории и культуры сашаров. Они очень древние. Может быть там найдём что-то, что поможет смягчить экселенца, — предложила Арина.

Мы все с благодарностью поддержали её предложение.

— Я попрошу отца узнать всё, что извесно карианцам о сашарах, — сообщила Тиль, — Ведь у нас с ними одно время было довольно активное общение.

— Что ж, за дело! — Наказующий нежно коснулся меня языком и стремительно вышел из гостиной.

Следом за ним потянулась остальная семья. Мы остались втроём. Шат, Морис и я.

— Ну, что, дружище, — правой рукой принц притянул Мориса к нам, — Идём трудиться над созданием наследника… а то Лера так нервничает… да и я, признаться, тоже… что разом растерял все умения по части обольщения прекрасной половины…

Морис мягко улыбаясь опустился на колени, едва касаясь пальцами моего живота:

— Госпожа готова к зачатию… — потом поднял на меня свои удивительные глаза, — Вы позволите доставить вам наслаждение? — по привычке сбиваясь на вбитое за десятки лет обращение, почти беззвучно проговорил оборотень.

— Да… — утопая в сине-серых омутах, прошептала я.

Благодарный поцелуй оборотня лишь скользнул по моим губам, заставив расстроенно простонать. Морис почти невесомо касался моей кожи горячими губами, поглаживал плечи, скользил чуткими пальцами по ногам. Ускользая от моих прикосновений и избегая поцелуев.

Внезапно, я разозлилась на нехорошего лимари и повернулась к Шату, с намерением пожаловаться… А угодила в сладкий омут сиреневых, абсолютно неадекватных глаз.

Стоило мне податься к нагу, как заторможенность сменилась ничем не сдерживаемой стастью. Словно одномоментно лопнули путы, сдерживающие поток сумасшедшего желания.

Поцелуи, на грани боли… руки скользящие по моей, ставшей невероятно чувствительной коже… объятия, до хруста костей. И всё это на контрасте с нежностью Мориса. От татуировки плыли волны жара, заставляя забывать о традициях, стыдливости, искусственнных рамках поведения.

"Я такая развратная…" — печально констатировал разум, забаррикадировавшись где-то в глубинах сознания.

Без контроля разума тело перешло на инстинкты, отвечая на действия Шаатхара с той же страстью и раскрепощённостью.

"Мммм… как вкусно пахнет мой муж! Молодой травой и горячим хлебом. Хочу его! " — от избытка чувств, впиваясь ногтями в кожу Шаатхара, притягиваю себя к его губам.

Прохладный язык врывается в рот шёлковым, терпким ураганом.

Сильные руки, приподнимают меня, усаживая на колени, лицом к нагу. Обжигающие поцелуи, жадные объятия, подрагивающее от желания гладкое тело и окаменевшее достоинство супруга…

Одежда мешает и раздражает. Хочется содрать её немедленно… Злюсь на себя, потому что, для того чтобы раздеться, надо отодвинуться от моего принца. А одна только мысль — отстраниться, вызывает почти физическую боль и протест.

Но рядом присутствует мой личный Ангел. Который шепча какая я красивая, желанная, любимая, трансформированными руками срезает с меня одежду. Отрываюсь от губ нага, чтобы повернуться у моему оборотнистому чуду. Который без слов завладевает моим ртом, одновременно лаская грудь, источающую густые капли молока.

Шат заставляет меня отклониться назад, жадно и не скрываемым наслаждением слизывая молочные ручейки…

А потом, приподняв за талию, осторожно опускает на своё, раскалённо-окаменевшее достоинство. Не давая сделать это резко, как я стремлюсь.

— Не спеши, сладкая моя… У нас всё впереди… Не злись… Я тоже хочу тебя всю… Ну что ты за маленькая сладкая торопыга! Упрямица моя любимая! Не спеши… будет больно…

Но больно не было…

… И я потом поняла, почему Морис мягко настоял на том, чтобы "начать создавать Наследника" как можно скорее, после родов. Просто я в это время могла принять и Шата в трансформации.

Да… было не больно. Было восхитительно! Невероятное чувство, к которому никогда нельзя привыкнуть. Когда супруг едва контролирует себя. И то, только потому, что боязнь сделать тебе больно или неприятно, перебивает даже безумное наслаждение близостью.

Удерживая меня от движения, чтобы я привыкла к его внушительным размерам, сам Принц жадно ласкал меня руками и сошедшим с ума языком.

Морис, настойчиво повернув моё лицо к себе, наконец-то поцеловал меня, как я того хотела. Одновременно заставив меня слегка качнуться бёдрами. И это, едва заметное движение, совершенно сорвало остатки самообладания и контроля у Шаатхара.

Сбрендивший от наслаждения и полного карт-бланша мужчина, а точнее практически неуправляемый змей, откинув не сопротивляющегося оборотня и обвив мои ноги хвостом, задвигался с немыслимой скоростью. Попробовал бы он замедлиться! Я бы его сама покусала!

Мы не заметили, как Морис тактично оставил нас наедине…

Содрогаясь от удовольствия и неумолимого движения супруга, уплываю в россыпь звёзд. Рядом, как сквозь вату, слышу рык наслаждения моего Принца. Плечо плыхнуло острой болью, когда смертоносные клыки наагата, сомкнулись, вонзаясь в моё плечо. И совершенное тело моего, уже по-настоящему моего мужа, сдрогнулось в сладком экстазе, изливаясь внутри меня лавиной, стремящейся зародить ещё одну жизнь…

Как приятно… просыпаться от невесомых поцелуев, порхающих по лицу, губам и шее. Потянулась, чувствуя себя совершенно довольной кошечкой.

Муууррр… как хорррошшшо…

Ой! Сколько времени? Малыши! Я должна и х накормить!

Подорвалась встать не открывая глаз. И была сразу поймана в несокрушимые объятия Шата.

— Ссссладкая! Глазки открой! Детей пойдём кормить через полчаса. А до тех пор, я за тобой поухаживаю…

Меня, так и не открывшую глаза, уже несли куда-то. Как оказалось — в ванную. Наполненную ароматной водой.

— Леррра, я в чём-то провинилсссся? Ты не хочешшшшь меня видеть?

Лениво открываю глаза, встречая встревоженно-обожающий взгляд невероятных сиреневых очей.

— Нет, родной мой. — Глажу Принца по лицу, удовлетворённо наблюдая, как он мгновенно расслабляется. На губах появляется нежная улыбка. — Я никогда не насмотрюсь на тебя! Ты такой красивый! Сама себе завидую! И весь мой! Никому не отдам!

Улыбка расплывается ещё шире.

— Спасибо, котенька!

В этот момент дверь ванной отходит в сторону, пропуская сурово-деловитого Сета. Прокопотив к ванне, сателлит потребовал:

— Сет должен проверить Доминанту.

По-доброму усмехающийся Принц, поднял меня на вытянутых руках.

— Сет, ты совсем оборзел! Шат, и ты туда же! Я голая! Я стесняюсь! — задёргалась я в нежных тисках.

— Сет должен убедиться в зарождении новой жизни, — отжалел пояснение самоназначенный специалист по репродукции.

Сжав меня мохнатыми лапами, застыл, покачиваясь от напряжения.

— Шат будет должен Сету хорошую охоту, — отмер вдруг ушлый торгаш, — Шат уже отец! У Шата два детеныша.

— Ура! — заорала я.

А Принц, коварно обвив замершего от моего вопля Сета, утянул сателлита к нам, в ванную…

Сет всплыл через секунду мокрым и полным достоинства островком. Глазастым таким… Но поступок Шата на заметку взял.

— Сетик, ты же не сердишься, — подхалимски спросила я.

— Сет выше мелких склок, — изрекло мокрое достоинство и подрейфовало к бортику. — Кровососы уже на ЗО-ЩИ-ХОР. Доминанта идёт с ними знакомиться.

И, подтянувшись, вылез из бассейна. Следом выполз Шат, со мной на руках. И в это время, коварный сателлит отряхнулся, обдавая нас с нагом холодными брызгами и мокрой шерстью.

— Один-один, — буркнул мстительный засранец и исчез за дверью со словами, — Сет ждёт Доминанту в гостиной!

— Ну, Сет, погоди! — злилась я, залезая под душ, чтобы смыть мокрую шерсть мстителя.

— Ну, что ты, котенок, — второй пакостник с виноватым лицом и смеющимися глазами, отмывал меня от шерсти, — Мы же пошутили!

— Я всё вам… шутникам припомню! — не успокаивалась я, и со злости ущипнула Принца за бок. Может мне полегчает?

Ага… щассс…! По телу Шата прошла волна дрожи, и я оказалась спелёнута озабоченным до отказа змеем.

— Шат… Ша-аат! Ты что надумал? Шааат! Второй секс-марафон сегодня я не выдержу!

— Лера, не бейся… ты его ещё сильнее заводишь… — раздался за спиной спокойный голос Наказующего, — Помнишь… просто погладь по шее… улыбнись… Умница! Шат, передай Леру Алару, ты можешь сделать ей больно или малышам навредишь…

Уже взявший себя в руки Принц сменил ипостась, но отпускать меня в руки командора категорически отказался.

— Ты чего сорвался? — поинтересовался Яссин у Шаатхара, когда мы перемещались в гостиную.

— Лера начала любовную игру! Я не смог устоять! — наябедничало гадкое Высочество.

— Лера? Сама? Начала любовную игру? — три обомлевших мужчины недоверчиво рассматривали нас с Принцем.

— И ничего я не начинала! — обиделась я, — Я просто Шата за бок ущипнула! А что!? Они с Сетом прикалываются друг над другом, а я вся в холодной, мокрой шерсти!

— За бок? — уточнил странно серьёзный Наказующий.

— Да! А… а что? Показать как? — я вознамерилась снова щипануть ябеду.

— Не надо, свет мой! Иначе ты точно, в ближайшие три-пять часов до детей не дойдешь… Бок у наагатов, даже более эрогенная зона, чем область репродуктивных органов…. ты поняла меня, золото моё? — усмехнулся Яссин, забирая меня у друга и вытерев, заворачивая в сухой махровый халат. — Идем, сексуальная партизанка, дети голодные!

А что я? Я только — ЗА! Лучше кормить моих малышей, чем находиться рядом с раззадоренным мужем. Ишь какой нежный! Шипать его низззя! Обижусь на него — будет знать!

Ещё эти сашары-крылья!

Тяжело вздохнув, потерлась щекой об грудь Наказующего:

— Трудно вам со мной?

— Тебе с нами тоже не просто, мой свет! — усмехнулся наг.

Во второй раз даже Шырг не придирался. Напрочь нас проигнорировал. А лохматый Бдун смылся из гостиной сразу, как только мы вошли.

Не подходя к "облачной" паутине, мы сразу разместились на диване. Я ещё возилась, мостясь и подкладывая подушки, а странные серебристые сателлиты уже терпеливо стояли рядом, держа нетерпеливо кряхтящих малышей. Сначала накормила дочек. Которые быстро наелись и уступили место у маминой груди братику. Который, как настоящий будущий мужчина и Наказующий, был основателен и обстоятелен во всём, а в еде — особенно.

Выпив меня до последней капли молока, сын с сожалением отпустил грудь, и оглядев нас всех осмысленным взглядом сонных алых глазок, крепко уснул.

Уходить из детской мне совершенно не хотелось. Хотелось обернуться кольцом вокруг детей и лениво дремать, дыша родным запахом. Но серебристые лохматые няньки сурово ожидали, когда им отдадут малышей.

Пришлось подчиниться. К тому же вредный и слишком деловитый Сет, прикопотил в детскую и напомнив, что сашары ждут встречи, смылся… Ничего, я ему ещё шерсть-то повыщипаю!

— Дети очень быстро развиваются, — задумчиво провожая серебряных чудовищ глазами, заметила Соня. — Энергетика сателлитов творит настоящие чудеса.

— Я тоже заметила совершенно осмысленный взгляд сына, — согласилась я. — Кстати, Яссин. А браслет Наказующего…

— Он сформируется через неделю, — ответил Яссин, — Не тревожъся, всё под контролем.

— Мне страшно, Яссин, — я уткнулась в грудь, обнимая мужа за шею.

— Понимаю. Но мы рядом. Я скорее умру, чем позволю сделать тебе больно… Идём, свет мой. Тебе надо одеться. Сашары, конечно, немного другие… но лучше не начинать общение с ссоры.

Яссин быстро донёс меня в комнату, где я переоделась в обожаемый комбинезон.

Проводив меня до дверей гостиной, супруги по очереди поцеловали меня и с сожалением отпустили из объятий.

К месту встречи с сашарами меня вёл Мрак. Пройдя за тридцать минут порядочное расстояние и немного успокоившсь, вошла в Опаловый зал.

Мне на встречу слаженно шагнули два шатена довольно приятной наружности.

Что-то клацнув, Мрак растворился в полутьме. Надеюсь, он пожелал мне удачи…

Стою. Не нагло рассматриваю "вампиров". Они тоже не делают совершенно никаких движений, словно превратились в памятники самим себе.

Потом, вдруг, всё поплыло перед глазами… и я уже в уютной КАЮТЕ, явно находящейся на шаттле! Сижу на диване и пытаюсь сфокусировать разъезжающиеся глаза. А "крылья" сидят по бокам и по-пионерски держат меня за руки. Один — нервно трепеща ноздрями, вдыхает принесенные запахи. Второй — едва касаясь прохладными губами и языком, пробует на вкус?

Мне уже надо умирать от страха?

"Я сильная и смелая!" — трясясь как щенячий хвостик, повторяю про себя, — "Я всё перенесу! От меня зависит слишком много жизней!….мамочки! как страааашшшшнооо!"

— Теперь не страшно? — поднял на меня янтарно-карие глаза тот, что пробовал на вкус.

И вроде бы, он ничего не сделал, то есть совершенно… но страх уступил место разумной недоверчивости незнакомым мужчинам.

— Теперь — нет, — вежливо ответила я, — Несмотря на то, что я вам признательна за то, что успокоили, большая просьба — больше так не делать! Разве вы голодны? Арина ведь вас накормила?

— Мы не голодны. В том плане, о котором ты сейчас говоришь. У нас иной голод. Редко кому из сашаров удаётся услышать ЗОВ Звёзд, ведущий к Кортелле.

— К чему? — не поняла я.

— Ты наша Кортелла. К тебе тянутся наши нити жизни. Входят в тебя, чтобы выйти уже оформившись детьми… — янтарные глаза заволокла мечтательная дымка.

— Стоп. Я сейчас беременная от моего Шаатхара. Ваш экселенц сказал, что в сексуальном и репродуктивном плане вы меня не будете беспокоить…

— Мы и не беспокоим… — второй сашар, всё ещё держа меня за руку, второй рукой коснулся уголка рта, — … мы просто знакомимся… учимся сдерживать себя рядом с тобой. Когда самообладание и контроль к нам в полной мере вернутся, мы сможем сдерживать экселенца. Ему будет очень сложно при вашей первой встрече… Если даже после разговора, он пошёл снимать кровавую жатву…

— И… скольким наш разговор стоил жизни? — дрогнувшим голосом пискнула я.

— Несколько сотен чудовищ, прорвавшихся из Тёмных туманностей никогда больше не увидят своей колыбели, — нежно улыбнулся первый "вампир".

У меня на спине выступил иней…

— Но мы не представились… Моего брата зовут Каор. Меня — Таор.

— Вы близнецы?

— В вашем понимании — да. — пояснял разговорчивый Таор, — Мать не хотела нашего рождения. Несколько раз почти убила себя и нас… Экселенц возвращал нас из-за Грани, делясь самым сокровенным — светом жизни. Так мы стали его крыльями…

— Ох… мне так жаль… — ну вот, сейчас я всё слезами залью.

— Маму на твоей планете нашёл отец, уже страдавший от кровавого безумия. В чём-то мы с тобой "земляки", — поведал мне Таор, — Потом отца убили охотники за безумцами. А маму забрали с родной планеты. Но она уже не хотела жить. И не хотела давать жизнь нам. Экселенц, как мог, поддерживал её. Выпивал безумие. Делился светом жизни. Не давал уйти за Грань. Но ей становилось всё хуже. Она от каждого сашара, в том числе и от нас, ждала боли и мук. Когда безумие почти полностью поглотило её разум, экселенц забрал нас к себе, а её выпил почти полностью. В результате, она живёт на планете-Уединении. Несмотря ни на что — она жива.

— Так вам не семнадцать… блин, не помню, секунд… минут? — ну надо же, какая я бестолочь, ничего не запомнила.

— Нет, мы намного моложе. — Уточнил педантичный Каор, — По часам Земли нам всего три тысячи лет.

— А… вашей маме столько же? — обалдела я.

— Да. Я же говорю. Экселенц делился светом жизни. Мама будет жить бесконечно, по часам Земли.

— Таор, мои мужья… очень переживают за меня. Мы можем вернуться туда, откуда вы меня забрали. Я хочу отдохнуть. И мне скоро надо детей кормить.

— Тебе неприятно быть с нами? — безучастно спросил Каор, ведя подушечкой пальца по венке у меня на запястье.

— Нет. Страшно было, но неприятно — нет.

— Не врёшь, — вот же… вампир, этот Каор.

"Крылья" взглянули в глаза друг друга… у меня вновь, на секунды, закружилась голова… И мы снова в Опаловом зале. Рядом с невозмутимым Мраком и придирчивым Сетом.

— Доминанту нельзя сейчас уводить из Гнезда, — начал пилить "вампиров" занудный Сет, — Детёныши тревожатся. Все. Рожденные и не рожденные. Сет выгонит гадких сашаров, если они будут вредить семье…

Я понимаю, что для "крыльев" угробить Сетика — пара пустяков. Как пыль с пальцев стряхнуть. Поэтому на всякий случай влезла, перебив сателлита:

— Сет беспокоится за семью, а вы моей семьёй пока не стали.

Таор невозмутимо погладил меня по шее… и сашары исчезли…

Мои ноги подкосились и я мешком осела на тёплый пол пещеры.

— Сет старается. Спасает семью… — бочком подкрался ко мне мохнатый Бдун, намекая на свою незаменимость.

— Я знаю, Сетик. Спасибо тебе и Мраку. Мне было страшно. И, когда меня забрали, и сейчас. — зарылась в шелковую шерсть мгновенно размякшего сателлита.

С другой стороны меня прижала к Сету бархатная гора. Мрак. Жуткий сателлит даже тихо мурчать начал, когда я погладила его под грозно светящимися глазами.

— Надо сообщить моим любимым, что я вернулась, — еле сдержав зевок, пробубнила я сама себе.

— Уже знают. Скоро придут, — да… Сет действительно всё держит по контролем!

Мы не успели насладиться тишиной, разбавляемой урчанием Мрака, как у своих ног я узрела черный хвост Старшего мужа.

— Мы думали, что навсегда тебя потеряли, — выдёргивая меня из уютного ложа и укладываясь на моё место, прошептал Яссин. Оперся головой на лапу Мрака, устраивая меня на себе и скользя руками по телу, — Никогда не думал, что могу бояться!

— Никогда не думала, что от одной мысли — расстаться с вами, хочу умереть, — пожаловалась я Наказующему, крепко обнимая мужа и стремясь просто завернуться в него.

— У нас пока есть время, котенок, — Шат, игнорируя недовольно сверкнувшие глаза Яссина, плюхнулся сверху, вдавливая меня в Наказующего. — Что? — покосился он на Старшего супруга невинным сиреневым глазом, — Ты потерпишь, а я уже соскучился по моей любимой! И браслет я ей должен надеть в соответствующей обстановке… и вообще… ты не вовремя! Сам же обещал дать нам с Лерой неделю для уединения!

— Шат… Яссин… — я расстроилась от того, что они ссорятся из-за меня, — А вот Алар с Морисом, хоть и переживают не меньше, однако таких неприятных ссор, как сейчас… не допускают!

— Проссссти… — Наказующий всем телом потёрся об меня, — Ччччто-то я ссссовсем рассспустилсся!

— И меня проссти, — Принц покаянно вздохнул, — Испугался очень, что сашары решили иебя забрать сейчас… навсегда…

И тут меня стрельнуло… как всегда — не вовремя…

— Шат, ты об обряде говорил… Но ведь ты не чувствуешь во мне свою Атею?

Как ни странно — ответил не Шаатхар, а Наказующий:

— До обряда привязки Принц не может ничего чувствовать, кроме обычной симпатии или антипатии. А ПОСЛЕ обряда — он будет обожать только ту, с кем связан. Это отличительная черта всех Наследников. Ведь они ДОЛЖНЫ быть верны только одной… в том случае, когда совершается династический брак. Другое дело, что обряды тоже разные. И редко, когда наследники хотят заключить Нерасторжимый брак. Обычно выбирают Доверительный.

— Да… если бы я не встретил тебя, то так и было бы… — чувственно скользя по затылку и шее языком, прошептал мой венценосный соблазнитель, — А с тобой мы проведём Нерасторжимый брак! И свидетелем этого будет ВСЯ Империя!

— Я пока против, — отозвался Наказующий, — И малышам всего ничего, и сашары ещё не успели найти тех, кто раз за разом на Леру покушается. И у нас есть срочные дела. Соня с Матерями Гнёзд сейчас разбирается. Я запрос сет-пторхам послал на Фаруша. Как только ответят, сразу к ним полетим. Завтра Надя с Норишем прилетают. Они себя не жалея, совершают прыжки на пределе возможностей! А ты отцу сообщил о своём отцовстве?

— Нет, — смутился до того бессовестный и разбитной Принц, — Представляешь, обо всём забыл!

— Представляю, — спокойно подтвердил Яссин, — Сам первое время не в себе был. Если ты помнишь, я мог столько наворотить… нам повезло, что наша супруга не только эмоциональная, но и довольно рассудительная… когда ей ревность разум не застит, — Яссин заглянул в мои глаза, — Так ведь, свет мой?

— Так… Да мне стыдно… на больное зачем давить? — я возмущенно и пристыженно завозилась, стремясь выскользнуть из объятий наагатов. — Сет, помоги.

— Сет в супружеские ссоры не вмешивается, — буркнул сателлит, и придавил меня сбоку, перекрывая единственный путь к отступлению, — Яс и Шат хорошие…

— Ах, так…

— Так, сладкая, именно так! — фыркнул над ушком бесстыжий Принц, — Никто никуда сейчас тебя не отпустит! Ты вся на эмоциях. Опять сбежишь, а нам потом с ума сходить… в страхе за тебя!

— Соне никто ни в чём не препятствует… — сделала я попытку обидеться.

— Рух с Соней тоже мучается, — коснулся языком моих губ Наказующий, — Но от этих мучений он ни за что не откажется… мы так же… успокаивайся, милая, скоро детей кормить, — язык Наказующего сместился с моих губ на грудь, уже намокшую от прилившего молока.

— Малыши! Идём скорее! — я вновь попыталась изменить положение тела, — но меня нежно и неумолимо продолжали держать в двойных объятиях, опирась на играющего роль добровольной свайки Сета.

— Ещё есть время… а мы с Шатом все на нервах, — гнул своё озабоченный Наказующий.

— Нет! Стой, Яссин! Это всё на часы растянется! Я уже знаю Шата… и как мы с ним из жизни выпадаем!

— Ччччч… это когда вы наедине… а сейчас всё у меня подконтролеммммм…

— Яяяяссс…

— Да, ссссладкая?

— Это… нечестно, — сдаваясь его напору прошептала я, уже не препятствуя втогршемуся в мой рот языку, несущего ожидаемую ореховую сладость. От браслета шли волнующие вибрации и волны… нежного тепла, мгновенно сделавшего из меня озабоченную самку. Иначе не скажешь.

— Чесссстно… — вступил в эротическую игру Принц. — Я ещщщщё неделю буду над созданием наследников престола стараться! Или ты против? — сделал попытку разобидеться венценосный шантажист.

— Эмбрионам нужна подпитка отца, — поддакнул лохматый предатель, переходя на сторону другана.

— Сеееет, — тая от бережных и откровенных ласк, простонала я, — Приииипомню…

— Сет заботится о семье. Сет заботится о детенышах. Сет заботится о Доминанте! — надулся второй шантажист, и подпёр наше трио сильнее. Для надежности ещё и лапу на спину Шата положил.

— Он заботится… — прошептал мне в рот Яссин, — Ты не права… Сет отличный парень!

— Доминанте будет стыдно, но Сет её простит. Сет любит Доминанту!

А тело уже начало меня предавать. Ну разве можно оставаться равнодушной, когда по телу скользят прохладные руки, даря чувство защищённости и наслаждения? Когда вы делите одно дыхание на двоих и просто дышать воздухом твои лёгкие отказываются. Когда твоё тело требует стать единым с тем, кто не может жить без тебя. И телу всё равно, что ОН — не один…

Реальность исчезла, спрятавшись за пеленой нашего мира. В котором были только мы. Каждый позволял остальным наслаждаться своим телом и дарить любимым близость. Просто потому, что так правильно. Только так и возможно. И дальше будет ещё больше доверия и страсти.

Я рассыпалась в звёздную пыль и родилась заново. Теперь уже окончательно и бесповоротно принимая новую реальность, новую жизнь. С мужчинами, без которых все теряет смысл.

Судорожно хватаю ртом воздух, возвращаясь в реальность:

— Ты приняла нассс… — слышу я счастливый шелест слов Яссина.

— Я приняла вас, — соглашаюсь я, и губы сами собой складываются в умиротворённую улыбку. — Намучаетесь вы ещё со мной…

— Эти муки мы ни на что не променяем, — откликается Шат, чуть сильнее сжимая мои ноги хвостом.

— Я… мне надо в ванную…

— Это приглашшшшшение? — игриво проведя по плечу иглами смертоносных клыков, интересуется Наказующий.

— Это гигиена, — фыркаю я, — не пойду же я кормить малышей… эээ… в таком виде.

— А мне нравится, — урчит Яссин, слизывая с моего живота струйку молока, смешанного с капельками пота.

— Мне тоже, — вторит ему несносный Принц, скользя языком от ягодиц до затылка.

— Ну что вы… я вся потная! — возмущаюсь я, хоть мне очень приятно.

— Ты такая вкуссссная… — облизывается старший извращенец.

— Но можно продолжить и в бассейне… — вторит ему второй змеище.

— Покусаю, — неуверенно сообщаю совершенно довольным и расслабленным наагатам.

— Мы только "за"! — сияя жуткими клыками улыбаются супруги.

— А нас примете в компанию? — раздаётся родной голос командора, и рыцарь легко отбирает моё тельце у наагатов и усаживает себе на колени, прислоняясь спиной к мерно урчащему Мраку, а боком — к Наказующему.

— Ну, вот, опять супругу отняли, — бессовестно сокрушается Шат, неся в руках огромный поднос с едой и напитками.

И когда он успел? Только что у меня за спиной… лежал!

— Шат, — обращается к Принцу Алар, — Ты бы обрадовал Императора… Он ведь места себе не находит! Он драться за тебя готовится!

Мне стало совестно. Я тут наслаждаюсь, а тем временем родные Шаатхара с ума сходят. Ведь они не знают ещё, что кровопролития не будет!

— Шат, очень тебя прошу, немедленно сообщи отцу о малышах. Хотя бы по коммуникатору! У него гора с плеч спадёт. Нельзя заставлять родных так переживать!

— Уже… пишу, сладкая! — Поставив поднос на пол и чмокнув меня в нос, Принц быстро что-то набрал на своём гаджете, — Всё. Отец проинформирован! Только учтите… через несколько минут наша спокойная жизнь превратится в "Ад". Яс, а ты чего смеёшься? Тебе тоже достанется по-полной!

— Мне не привыкать… — Наказующий привстал, и, налив апельсиновый сок, протянул запотевший стакан мне.

— Началось! — простонал Принц.

Коммуникаторы Шата и Яссина взорвались феерической пляской разноцветных огоньков и руладами нетерпеливыв вызовов.

— Это надолго, девочка моя, — вздохнул командор и встал, прижимая меня к груди, — Идём деток кормить. Морис, Сет, Мрак, вы с нами?

— Идём все, — мохнатый Бдун деловито потрусил в сторону "Детской", провожаемый завистливыми взглядами Принца и задумчивыми — Наказующего.

Мы не спеша покормили детей, и направлялись в "нашу" комнату, когда нас вызвала Соня. Она как раз возвращалась с переговоров с Матерями Гнёзд. Судя по спокойному тону и скупой мимике, ни прорывов, ни категорических отказов не случилось. Зато нам с Морисом и командором никто не мешал спокойно пообщаться и мирно уснуть. Этого так давно не случалось, что было сродни чуду.

А как прекрасно просыпаться от нежных прикосновений и поцелуев соскучившихся супругов! Мммм… я нежилась и таяла в руках моих мужчин. Мы настолько увлеклись, что не заметили Наказующего. Который не спеша разделся и удобно расположился с края кровати, наблюдая за нами.

— Присоединиться позволите? — устало-иронично поинтересовался Яссин.

— Яс, — я потянулась к старшему супругу за поцелуем. — Все нормально? Как Шат? Император?

— Все у него хорошо. Правда получил от отца выволочку за то, что сразу не предупредил о скором отцовстве. Мне поставили на вид… Императорская чета требует прилететь в столицу для церемонии бракосочетания и представления ко двору тебя и всех нас. На всякий случай туда стягиваются все лояльные Императорскому Дому войска. Вероятность попытки переворота очень велика. Да… я получил приглашение к сет-пторхам. Фаруш хотя бы жив. Не знаю, насколько здоров, но моим предложением заинтересовались.

— Спасибо! Ты — чудо! — восхитилась я, а Наказующий, коварно воспользовавшись моим настроем, продолжил начатое Морисом и Аларом.

— Яс… погоди! Надо Арине сказать… она переживает… — нагу надоело то, что с ним пререкаются, и он сделал так, что я уже не могла произнести ни слова.

Горд Фаруш, открыв глаза с трудом повёл затёкшей шеей и шевельнул крыльями, разминая их. Правое, как обычно, по утрам, слушалось очень плохо. Сказывались многочисленные переломы. И летать долго он не мог. Пока. Но тренировки по ночам, когда он урывал время у сна, уже давали свои результаты. Да и интерес у супруги ит-горда к нему начал ослабевать. Вчера, так вообще говорили, что эта тварь улетела с планеты-тюрьмы. В которой горд Фаруш находился уже три года. Ему крупно повезло. Его знания в редкой области, именуемой маго-техникой, а проще — управление энергетическими потоками и ремонт и создание приборов на этой основе, спасли его от уничтожения. Никто не мог понять, почему супруга ит-горда Хорхейна настолько возненавидела горда Фаруша. Сам Фаруш знал причину, но никому её не озвучивал. По прошествии времени, многие стали склоняться к тому, что Фаруш просто смертельно оскорбил садистку тем, что отказал ей в близости. Пусть все считают так. Главное — выжить, сбежать с планеты-тюрьмы и найти способ связаться с Ариной. Фаруш надеялся, что сашары, как обычно это бывает, не стали выпивать насухо прекрасную землянку, и поселили её на "планете уставших кормильцев". Тогда у него есть шанс пробудить у Арины уснувшее сердце. Ведь она — идеальная мать, как и все землянки. А значит очнётся от мертвого сна души, для сына… ЕЁ ЖИВОГО СЫНА! Именно эту новость Фаруш хотел сообщить несчастной женщине. Он сам видел, и мог под присягой передать своё знание сашарам. А сашары могут записать его знание на кристалл и передать в суд. И тогда Чаитте не повезёт! Это будет её крахом. Фаруш ВИДЕЛ, как подменили ребёнка Арины сыном Чаитты. И он выживет и восстановит справедливость!

Мотнув головой, молодой горд заставил себя вернуться в реальность. Но всё же дал себе слабину и на несколько секунд воскресил в памяти нежный образ Арины и её дивный запах, который стал ещё прекраснее во время её беременности.

В коридоре забухали сапоги тюремщиков. Странно. К тяжёлой поступи нелетающих он-гордов, добавились быстрые шаги тренированного разумного. Неужели лизоблюды Чаитты снова пришли за ним. Чтобы получить свою долю его боли и унижений?

Открылась тяжелая дверь, впуская… Старшего Смотрителя планеты-тюрьмы.

Хм… это что-то новенькое!

Горд встал, приветствуя Смотрителя вежливым поклоном.

— Милосердной Смерти, — приветствовал Фаруша Старший Смотритель, — Тебе повезло, парень. Тобой заинтересовались наагаты и лично сам Наказующий. Он уверяет, что ты можешь помочь им в разработке приборов от чудовищ Тёмных туманностей. Они уже вылетели за тобой. Канцлер и Пятёрка правосудия, по просьбе Императора наагатов выписали тебе полное помилование. С возвращением звания и материальных преференций. — Он-горд не злобно усмехнулся, хлопнув по плечу удивлённого Фаруша, — Если что… составишь протекцию? Говорят, что это подруга супруги Наказующего ОЧЕНЬ просила за тебя. А наагаты не могут отказать своим Атеям. Красивая хоть девчонка?

— Я… даже не знаю, кто мог за меня просить! — честно ответил ничего не понимающий Фаруш.

— Да я понял… но любопытно! Жуть как!… ладно, идём… тебя челнок ждёт! Прими поздравления, парень! И никогда больше не переходи дорогу тварям из Высшего круга! Лучше сразу убей гадину! Или сам убейся! Счастливо!

Судя по тому, что Фаруша постоянно торопили, его тюремщики не хотели оказаться между Сверхновой и Чёрной дырой. Значит предположение горда о том, что Чаитта намерена покончить с ним в особо извращённой форме, имеют под собой приличные такие основания. Но сталкиваться с отмороженными змеями — себе дороже. Атея Наказующего…. над этим стоит задуматься. У него нет никого, особенно женщины, которая могла бы просить Атею за Фаруша..! Но ведь кто-то просил! Кто? Арина? Но она у сашаров… Грох! Размышлять тогда, когда тебя принуждают бежать вверх по узким, скользким от сырости и лишайника ступеням, крайне сложно! Нервозность он-гордов перешла в тревогу, граничащую с паникой. Они вырвались из подземной части тюрьмы и уже просто бежали к наагатскому челноку. Стражники впихнули Фаруша в кораблик следом за коммуникатором и тремя вещмешками. Шлюз моментально начал закрываться. Но горд всё же увидел, как тюремщики рванули назад, в здание тюрьмы.

— Добро пожаловать на борт "Везунчика", — приветствовал захлёбывающегося от бега Фаруша… карианец, — Меня зовут Зиммон Хлок. Я командир разведывательно-диверсионной группы, подчиняющейся исключительно Императору Кариан, Императору Империи наагатов и супругам нэры Валерии. Одним из которых является Наказующий Яссин. Ваша знакомая спасла супруга нэры Леры, оказавшись, к тому же её соотечественнницей. Нэра Арина ТАКИЕ ужасы нам рассказала, что наша, только что родившая нэра воспылала праведным гневом. Мы сначала решили спасти вас, как самого беззащитного из окружения нэры Арины.

— Она жива? — силы оставили Фаруша и он сполз по стене, не обращая внимание на больное крыло.

— Жива и ещё не совсем мертва душой! — похвастался Зиммон, — Наша нэра даже сашаров угомонила! Вам надо срочно в ренегар. Выглядите хреново!

Тут челнок основательно тряхнуло. Взвыла система оповещения.

— Су. а! Это Чаитта! — простонал Фаруш, — Достала-таки! Мужики, простите! Вам сейчас из-за меня достанется! Высадите меня! И они вас не тронут! Им надо меня убить!

— Иш… чего удумал, — проворчал каратель, подхватывая Фаруша с одной стороны. С другой горда поддерживал, судя по нашивкам, врач. — Ты сейчас же — в ренегар! А мы с ребятами пошалим! Не боись, это шаттл самой Атеи! Тут ТАКАЯ защита — васпам не справиться!

Фаруш прислушался, старательно перебирая ногами. Удары сыпались на челнок один за другим. Но, судя по характерным клацающим звукам — щиты с лёгкостью справлялись с нагрузкой.

Затащив горда в лазарет, и усадив в ренегар, Земмон умчался в рубку. Он просто потирал руки от предвкушения предстоящего боя. Да… на таком шаттле честь даже просто находиться… а уж воевать…!

Фаруш не заметил, как провалился в ласковую темноту.

А в это время к закрытой системе звезды Инкор, скрытно, под пеленой маскирующего артефакта, подкрадывался навороченный шаттл, в сопровождении двух боевых челноков и стаи нетерпеливо перемещающихся "леталок" молодого выводка васпов. Ничего не подозревающие патрули сет-пторхов, проплывали буквально в нескольких сотнях метров от диверсионного отряда под предводительством Сони.

Молодежь васпов рвалась в бой. Им хотелость рвать челюстями вкусное, тёплое мясо. Глотать солоновато-сладкую кровь, ломать хрустящие кости. Но вместо этого они должны были оберегать странную и опасную Мать Гнезда. Благословленную самой Королевой Васпов.

На двух челноках сопровождения не было разумных. Там были бионики. Мор и Тот.

Вся эта эскадрилья преследовала лишь одну цель — скрытно войти в систему Инкора, сесть на планете Архон и похитить сына Арины.

Но, сначала — разведка. Тот, как единственный, кто может менять облик и как бионик не вызовет подозрений, неторопливо вошел в атмосферу планеты и начал выбирать пригодную для посадки площадку. Желательно — вдали от особо охраняемых обектов, богатых кварталов и в то же время, достаточно "многолюдную". Иначе как объяснить, что тут забыл бионик с целым списком поручений…

Соня не смогла точно определить место нахождения малыша. Было ясно, что он находится на окраине столицы. А точные координаты для молниеносного захвата, должен был определить Тот.

На поиск давалось не больше суток. Ровно через сутки, объединённая делегация, во главе с Нэрой Валерией, Наказующим Яссином и Принцем Шаатхаром, должна встретиться с ит-годом Хорхейном и его супругой Чаиттой, представляющих Независимую систему Архон.

К тому времени, малыш должен быть у Сони. Там же будет проведён тест на материнство. Потому, что всякое может быть.

Прошло несколько томительных часов… и вот ОНА! Удача! Ребёнок найден! Координаты введены. Операция началась!

Можно себе представить весь ужас и панику мирного населения, когда в небе одномоментно появились васперы и чудовищный шаттл. К месту прорыва устремились силы правопорядка. Но, видя, что жертв пока не наблюдается, остановились на границе, прочерченной зарядом плазмера. Из великолепного особняка, принадлежащего супругу нэры Чаитты, выскользнул бионик, прижимая к груди затихшего ребёнка. Преследовавшие бионика охранники из свиты нэры Чаитты были молниеносно разорваны в клочья васперами.

Бионика втянули на шаттл… васперы, удовлетворённо урча, втянулись в леталки… все заволокло прозрачно-дрожащей плёнкой маскирующего артефакта и… смертоносные прищельцы растворились в мирном, сиренево-голубом небе Архона…

Если бы не обглоданные останки преданных нэре Чаитте охранников, то никто бы и не сказал что тут, только что, прошла тщательно разработанная операция.

Я нарезала круги по каюте, не в силах остановиться. Мы уже три дня в пути и сегодня встречаемся с действующими лицами Арининой трагедии. Отказаться от официального представления я не могла. Как Атея Наказующего, супруга Наследника и Правительница Мераны.

Душа разрывалась на части. Детей мы вынуждены были оставить на ЗО-ЩИ-ХОР. Там же остался Морис. Пять раз в день я сцеживала молоко и Каор с Таором перебрасывали еду к саттелитам. Но спокойней мне не становилось.

Как назло, Надя с Норишем прибыли на ЗО-ЩИ-ХОР, когда мы все оттуда улетали. Только и получилось — переброситься парой слов с любимой подругой. Которая просто сияла молодостью и счастьем.

— Леруша, иди ко мне… — командор, как обычно оставался островком надёжности для меня, в этом мире, — Я думаю, Соня вот-вот выйдет на связь по зашифрованному каналу. А он ограничен по расстоянию. Ей нельзя афишировать связь с нами. И надо ещё проследить, чтобы васперы вернулись к границам своего мира… угомонись, неугомонная наша…

Отловив меня и усадив к себе на колени, Алар потерся носом об мой нос.

— Сладкая, — на внутреннем переговорном устройстве возник Наказующий, — Сын Арины у Сони. Генный анализ подтвердил её материнство. Соня на данный момент летит к Зиммону, который в самый последний момент спас горда Фаруша. Арину я оповестил о сыне и горде… Ты бы видела её реакцию! И этот вулкан три года кормил сашаров!

— Как малыш? — у меня сердце заходилось отстраха за бедного ребёнка.

— Милая! Там же Соня… а значит малыш будет обласкан, накормлен и спокоен…

— Да… правда… я что-то совсем туго соображаю…

— По хорошему, ты должна лежать в постельке. С детьми и охраной. А не лететь невесть куда сразу после родов и с новой беременностью! Ещё и сашары эти… — Яссин заметно озлился.

— Яс, ты не совсем прав, — успокаивающе поглаживая меня по рукам, возразил командор, — Лера не может не прилететь… это серьёзное нарушение регламента. Нас бы просто не поняли… и Таор с братом просто милость Звёзд для нас. Они ведь кормят НАШИХ детей! И никто из нас не знает, что им стоит по пять раз в день мотаться с материнсим молоком между нами и ЗО-ЩИ-ХОР.

— Наверное я просто устал, — Наказующий потёр лицо, — Я приду к вам на часок… просто поспать…

— Мог бы и не спрашивать, — укорила я.

— В самом деле… Яс, ты чего? — поддержал меня Алар.

— Вот…говорю же… устал…

Экран погас, а Яссин уже через несколько минут лежал в постели, уткнувшись в моё плечо и крепко спал.

— Досталось Ясу… — набросив на наагата плед, командор прилёг с другой стороны.

— Что-то я нервничаю из-за этого приёма, — поделилась я с моим рыцарем, — Как там всё случится? Боюсь даже не за нас, а за Арину. Она любит этого гада! А он её просто бросил! И ничего, что она от него была беременная? И их общего малыша эта тварь угробила такой жуткой смертью! Это мы сейчас знаем, что малыш не Аринин. Но всё равно! Как такое возможно?! Мужик допустил страшную смерть своего ребёнка! Потому, что этого захотела какая-то мразь из Высшего Круга! Да я этого ит-горда просто зубами загрызу! — меня начало конкретно потряхивать.

Лёгкое дрожжание реальности… и в каюту ступили Каор с братом:

— Нэра фонтанирует эмоциями. Это вредно для неё и не рождённых. Простите, но у нас нет другого выхода…

Прохладный ветер касается моих висков и… исчезает бешеное желание прибить парочку сет-пторхов.

— Вот и хорошо, теперь наша супруга готова к дипломатическому приёму, — Таор задумчиво погладил мою ногу.

Снова дрожжание реальности и сашары растворяются в воздухе…

— Даа… — взгляд командора стал задумчивым, — Не думал я что когда-нибудь скажу это… но сашары меня начинают даже радовать. Прежде всего тем, что с их помощью ты, любимая, не испытываешь эмоциональных срывов. А что касается их планов на тебя… разумные всегда могут найти компромис…

— Я тебя люблю! — Обнимая Алара за шею и глядя в "адские", обожаемые глаза, поведала я, — Страшно подумать, что было бы, если бы ты не решился помочь чужой осиротевшей илаи, совсем забыв о себе…

— Девочка моя, моё будущее было предопределено. Я не мог и не хотел оставаться один. Это не нормально и противоестественно — не иметь Пару и семью. Карианки от меня шарахались… И вдруг появляешься ты! Та, которая с первого осторожного взгляда забрала моё сердце и душу. И наагатам я благодарен за то, что они позволили нам сблизится без долгих, мучительных ухаживаний!

— Какой ты коварный мужчина, — улыбнулась я, вспоминая о шокирующем предложении командора.

— У меня был шанс и я его использовал. Терять мне было уже нечего. Если бы я потерял тебя, то уже скоро нашел способ уйти за Грань. Не жалеешь, что приняла меня?

— Нет. Мне только неловко перед всеми вами за то, что так случилось с нашей семьёй. Каждый из вас достоин единственной супруги…

— И об этом мы уже говорили, — командор мягко целовал за ушком, — Это не ты так захотела. Ты не смогла от нас отказаться, потому, что иначе мы умрём. А мы никогда не сможем отказаться от тебя… к тому же, мы уже привыкли друг к другу…

Дверь распахнулась, впуская собранного Наказующего:

— Вы на прием идти собираетесь?

— Собираемся, — кивнул командор.

— А почему ещё не одеты?

— Принять душ и одеться мы можем за час. Ещё минут тридцать — чтобы долететь до места встречи… — Я лениво потянулась на коленях Алара, с удовлетворением наблюдая, как плотоядно блеснули алые глаза и затрепетал язык, — У нас есть пара часов, которые можно провести в кругу любимых…

— Провоцируешшшшшшшшшь..? — ухмыльнулся змей.

— А тебе не нравится?

— Нравитссся…

— Маленькая моя, у меня есть предложение перенести любовные провокации на после приёма. Не обидишься? — предложил рассудительный командор, — Душевные и эмоциональные силы нам ещё понадобятся.

— Согласна, — обдумав, кивнула я. И потянулась к Наказующему за поцелуем, который был охотно подарен.

Потом, легко прогалопировала в ванную. Выйдя, быстро, даже не глядя, оделась в то, что предложил командор. А он предложил совершенно необычное платье. Оно состояло из двух частей. Нижнее — белоснежное, с большим декольте, отделанным кружевом и собранным в плотные складочки. Вырез оголял плечи, но сползти ниже ему не позволяло верхнее платье. С низким, мягким полукорсетом, V-образной линией талии и сильно расклешенной юбкой, из-под которой выглядывала белоснежная пена кружева подола нижнего платья. Цвет верхнего платья — нежно-вылинявшего джинсового цвета. Материал — шелковый пан-бархат.

Яссин лично надел на меня чулки и удобные лодочки, молочного цвета.

— Ты такая красивая… — вынес он вердикт, отойдя на пару шагов, полюбоваться делом рук своих.

— А это дополнит образ, — командор надел колье из плетёного жемчуга, длинные серьги и широкий браслет.

— Я даже себе понравилась, — сообщила довольным супругам, придирчиво осматривая себя в зеркале.

— Тогда, идём не спеша… — мужья предложили мне руки, и мы вышли из каюты.

Сегодня у нас будет серьёзный бой. За ребёнка, за Арину и Фаруша, за нормальную жизнь целой расы, без уродских законов, пыток и умервщления беззащитных.

Но то, что запланированно в мыслях и устных рассуждениях, не всегда просто выполнять. Пока мы летели на прием, я совершенно извелась, придумывая различные неприятности.

Наказующий и командор, как могли старались успокоить меня. Но я, помня русскую поговорку — "Гладко было на бумаге, но забыли про овраги", — никак не могла "включить Правительницу".

После приземления, у трапа, нас встретил Его Высочество. Как всегда — ослепительно прекрасный. Наплевав на этикет, стиснул меня в объятиях, грубовато-жадно целуя:

— Соскучился… не знаю как выдержу эти три часа… взял бы тебя прямо здесь и сейчас!

А мне было невероятно приятно! И пусть меня считают ненормально-озабоченной. Чихать я на это хотела.

— Шат, чем быстрее начнём, тем скорее ты исполнишь все свои желания, — укорил командор.

— Действительно… идем… надо восстановить справедливость и вернуться домой, — с трудом отлепляя себя от супруга, согласилась я, — Шат, что-то я психую… удастся ли нам то, что задумали?

— Не бойся и не психуй, — Принц опустился на колено и ткнулся в мой живот, — Как малыши себя чувствуют? Маму не обижают?

Рассмеялись мы все:

— Шат, ты, конечно, будешь отличным отцом… но они ещё слишком малы, — Яссин с улыбкой похлопал друга по плечу.

— Да… а немного подрастут и придётся воспитывать… чтобы маму не брыкали, чтобы не шалили. Помните, как мы наших ругали. Яссин, так вообще Наказующего включил, — усмехнулся командор.

— Помним… зато помогло ведь! — Яссин гордо расправил могучие плечи.

— Я учту… — Шаатхар встал и предложил мне руку, — Хорошо, когда есть тот, кто может всех приструнить.

Наша делегация заново выстроилась и чопорно направилась к мобилям, которые должны доставить нас во дворец.

И снова эта паранойя!

— Яс, а нам аэромобильную катастрофу не организуют? — поёживаясь от неприятного озноба, не могла не спросить я, — Тут обстановка — хуже чем на Меране! Всё гнетёт, хоть вроде бы и нечему…

— Мне тоже не нравится здешний эмоциональный настрой, — согласился Наказующий и все дружно его поддержали, — Но угробить они нас не смогут. Всё проверили.

К этому времени мы уместились в средствах передвижения и на низкой высоте, не спеша, направлялись к резиденции местного руководства.

А я сидела между заботливыми супругами и злилась на свою плохую работоспособность. Дело в том, что у меня так и "не дошли руки" до основательного изучения Законов и традиций расы сет-пторхов. Что питало неожиданно проснувшуюся паранойю. Успокаивало лишь то, что Шаатхар досконально изучил "матчасть" и с равнодушным пофигизмом взирал на поднадоевшие ему окрестности. А потом и вовсе переключился на меня. Пересадив к себе на колени и втянув в необременительную любовную игру. Что шокировало пилота-горта и вызвало смущённо-понимающие смешки у наших штурмовиков.

Как добрались до резиденции — не помню совершенно! В себя начала потихоньку приходить уже стоя на золотой ковровой дорожке, прижатая к бедру распалённого Принца, которому было уже совсем не до приёма.

Впрочем, он быстро взял под контроль свои эмоции и не спеша двинулся к монументальной лестнице. У которой нас встречало три пары высокопоставленных особ, что должны были проводить сборную делегацию к руководителям государства. Одну из пар я сразу узнала по рассказам Арины…

Даа… Видный мужик — этот наш "папаша"… И какой-то понуро-спокойный. Интересно, он уже ЗНАЕТ о том, что его ребёнка похитили, или ещё нет?

Нет, похоже не знает. А вот смазливая баба со злыми глазами, зыркающая на нас так, словно я ей в чайник воду из туалета налила — она что-то чует! Озабоченная мерзавка! Успела взглядом облапать моих супругов и сильно расстроилась от того, что никто из них на неё не отреагировал.

Подойдя, мы церемонно раскланялись, и, не сказав ни слова, двинулись вверх по лестнице.

Потом, по просторному коридору, прошли в Зал приёмов, где нас объявил цепемонимейстер.

— Правительница Мераны нэра Валерия с супругами! Наследным Принцем Империи наагатов Шаатхаром! Наказующим Яссином! Командором ир, Крином.

Придворные и приглашенные склонились перед нами, а мы шагнули на встречу Правителю с супругой. Которые синхронно с нами двинулись на встречу.

— Добро пожаловать. Рады приветствовать вас в нашем доме. Прошу вас, оказать нам честь и разделить пищу и воду. Позвольте, так же поздравить вас с благополучным рождением трех малышей и с наступлением новой беременности, спасшей ныне царствующий Дом Империи наагатов от мятежей и раздела власти. — Высокий сет-пторх с крупными чертами лица и умным взглядом необычных глаз, даже не попытался приблизиться ко мне. Внешне сет-пторх был спокоен… но!… напряженные, полуразвернутые крылья выдавали тщательно скрываемое напряжение.

— Такая самочка как Правительница Валери — бесценный дар Звёзд, — поддержала сет-пторха супруга. И, преклоняя колени попросила, — Высокородная, молю, простите мою дерзость… не рассмотрите ли вы возможность хотя бы временного союза с мужчиной нашей расы? Наш сын — хороший, умный мальчик… возьмите его, хотя бы наложником!

Моя челюсть с грохотом встретилась с полом. Судя по ошеломленным лицам супругов — их челюсти постигла та же участь.

Мамочки!!! Надо спасать положение! Что делать?!

Снова посмотрела на несчастную мать. Блин! Это как же у них хреново с бабами, если супруга Правителя свою кровиночку наложником готова пристроить. Только бы в хорошие руки. Как котёнка, честное слово!

Представила себя на её месте. Я бы тоже на всё пошла… только бы у ребенка было всё хорошо!

И тут меня торкнуло… Надюша!!! Нам срочно нужна Наденька! У неё только один Нориш! А тут парнишка пропадает! Надеюсь, подруга меня поймёт и не проклянёт за это!

Подхватила женщину под руки, заставляя встать:

— Для меня великая честь — породниться с вами. Сын Правителя достоин быть не наложником, а супругом! — В прекрасных глазах Правительницы засветилась неистовая надежда. Зато супруги стали мрачнее тучи, — Я не могу стать ему женой, — лица мужей посветлели. Зато лицо бедной матери затопило не скрываемое отчаяние, — Но! У меня есть сестра. Её зовут Надежда. У неё всего один супруг. И я немедленно вызову её сюда и буду просить взять вашего сына в супруги.

Всё! Мама с папой разом стали нашими преданными фанатами…

Теперь можно проводить в жизнь план по наказанию Чаитты. А нечего наших девчонок обижать и моих мужей завидущими глазенками лапать!

Повернулась к Наказующему…

— Я уже вызвал их сюда, — довольный Яссин погладил меня по плечу.

— Простите меня за назойливость, — Правительница бочком, робко подкралась ко мне, — А нэра Нэдья — очень строгая…?

— Надя честная, добрая, справедливая, верная. — Я взяла женщину под ручку. Повелитель шел на пионерском расстоянии, внимательно прислушиваясь к разговору, — Если ваш сын понравится ей, то у него будет самая лучшая супруга, которую только можно пожелать.

— Она не откажется от Талана, если вдруг, не сможет родить от него Высокородного? — спрашивала бедная мать, торопясь за короткое время выяснить самые животрепещущие вопросы.

— Ни она, ни я, никто из моих соотечественниц, не откажется от мужа и детей, — терпеливо объясняла я.

— Тогда вы позволите, пока будет идти приём, отвлечь вас ненадолго и познакомить с нашим мальчиком? Вы скажете — понравится ли он вашей сестре, — взмолилась Павительница.

Я покосилась на мужей. Они единодушно кивнули, не скрывая облегченных улыбок.

— У вас очень ревнивые супруги? — осторожно уточнила пторха.

— Очень… — вздохнула я, — Сейчас-то уже всё хорошо. А сразу после брачного обряда… было трудно… Но они справились!

У трона мы разделились. Мужчины отправились в Зал заседаний. Обсуждать тонкости сотрудничества. А мы с Правительницей, под двойной охраной, пошли на смотрины. Честно говоря, мне было дико, неловко и… страшно. Страшно от того, что я могу случайно сломать жизнь парню. А вдруг ему не понравится Надя и он будет молча страдать? Но всё — после знакомства!

Мы вошли в уютный кабинет и расположились на удобном диване. Некоторое время спустя вошел слуга:

— Госпожа Бэйя, позволите войти нэру Талану?

— Да. Конечно. Пусть войдет, — царственно разрешила пторха.

В кабинете сразу стало тесно. Сын нэры Бэйи оказался высоким, широкоплечим мужчиной с правильными, немного крупными чертами лица. Папины гены во всей красе… Как говорится — не откажется… С огромными, пепельными крыльями, плотно прижатыми к спине. С прямым и честным взглядом. Единственное, что вносило диссонангс — налёт обречённости…

Мужчина вошел и опустился на колено, склонив голову.

— Встань, сын. Тал, мы с папой нашли тебе Высокородную супругу! — огорошила маменька свое дитятко.

Парень затравленно уставился на меня.

— Нет, нэра Валери не будет твоей супругой. У неё уже есть четыре мужа…

— Семь… — вяло поправила я Правительницу сет-пторхов.

— А?.. Ппппростите? — мама с сыном ошалело смотрели на меня.

— У меня не четыре, а семь супругов, — поведала я им.

— Ооооооооо! Вы действительно — великая женщина… — осторожно похвалила меня Бэйя, — Тал. У Правительницы Мераны есть сестра. У которой всего один супруг. И скоро она прилетит сюда, чтобы сочетаться с тобой неразрывным браком! — ну, всё… мамочку понесло…

— Простите… Позвольте, я вас перебью? — остановила я воодушевившуюся родительницу. После её кивка, я обратилась к ничего не понимающему Талану, — Вы никому ничего не должны. Если вам категорически не понравится моя сестра, никто вас насильно женить не будет. Я буду настаивать исключительно на вашем добровольном согласии.

Сумрачное лицо парня понемногу прояснилось.

Надежда

Мы с Норишем только начали осваиваться на сказочно-странной планете, как сегодня, вдруг, пришел Приказ от мужа Леры — немедленно прилететь к сет-пторхам. Для рассмотрения возможности заключения династического брака между мной и сыном Правителя.

Первые секунды, после Приказа у меня даже мысли все испарились. Ну, не ожидала я, скромный химик-технолог, что так быстро вольюсь в хитросплетения политической жизни инопланетян.

У меня не было никакого протеста. Потому, что Лера заранее обо всём рассказала. И я считала, что подобные обязанности — справедливая плата за новую жизнь, молодое тело и потрясающего, любимого супруга.

Нориш обнял меня, перебирая волосы:

— Прости Надюша… И Наказующего… и нэру Валери… и меня…. Мы все знали, что я не буду Единственным мужем… прости…

— Мне больно чувствовать твою боль… — обнимая мужа за корпус, поделилась я, — Даже не представляю, КАК могу стать женой совершенно незнакомому мужчине. Да и ему тоже, скорее всего, не сладко.

— Он сет-пторх. В их расе настолько запутанные отношения между мужчинами и женщинами, что разбираться и привыкать придётся долго. А, если окажется, что он влюблён в Высокородную, но оказался не способен дать ей такого же ребёнка… нас ждут тяжелые времена.

— Поясни… ты хочешь сказать, что у него может быть ребёнок… не соответствующий каким-то их стандартам?

Нориш вздохнул и присел на диван, усаживая меня к себе на колени:

— Именно так. Ему это грозит только тем, что более ни одна Высокородная не подпустит его к себе… А он может просто взял всю вину на себя…

— Совсем ничего не поняла!

— Ох… Я всё расскажу… но как бы не хотелось в это всё влипать!

Нас прервал голос головного искусственного разума:

— Командир Нориш, какие будут распоряжения для выполнения приказа Наказующего?

Муж, вздохнув и поцеловав меня, распорядился:

— Вылет через четверть часа. Обратный отсчет пошел. — Встал, подавая мне руку, — Идём, родная. Я расскажу тебе о своих предположениях после взлета. И…

Нориш замялся, не решаясь договорить.

— Говори всё, что тебя тревожит. Кроме Леры и тебя, у меня нет более близких и родных.

— Я ревную… — сжав меня в объятиях до боли, признался мой измученный нервотрепкой супруг, — Очень ревную… до того, что готов убить тебя и себя. Только бы ты никому не досталась. Прости меня, милая!

— Я понимаю и прощаю! Я люблю тебя! — искренне ответила я.

— По прилёту я доложусь Наказующему. На некоторое время попрошу его меня проконтролировать. Боюсь, что поддамся безумию нашего рода и действительно убью тебя…

— Я приму и прощу всё, что бы ты ни сделал. За одним исключением…

Подняв голову, всмотрелась в любимые глаза, сейчас горящие алым безумием:

— Никогда не прощу, если почувствую хоть тень того, что ты хочешь от нас… от меня отказаться. Никуда тебя не отпущу! Никому не отдам.

Безумный огонь неожиданно погас. Муж подхватил меня на руки, страстно целуя:

— Звёзды милосердны ко мне! Почему ты никогда не говорила ТАКИХ слов?!

— Я всегда была довольно скрытной и скованной. Серой заумной мышью… Это сейчас от отчаяния всё вырвалось…

— Буду раскрепощать тебя, — расплылся в клыкастой улыбке, невесть чем довольный муж.

И рванул к посадочной площадке, со мной на руках.

Валерия

После того как мама отпустила находящегося в полном раздрае сына, я решилась на серьёзный разговор… Но… события опередили меня.

В кабинет просочился секретарь.

— Госпожа, позвольте обратиться?

— Да. Что случилось?

— Нападение васпов… похищение наследника ит-горда Хорхейна! Правитель просит вас прийти в Зал Совета.

Правительница Бэйя величественно встала:

— Нэра Валери, вы уделите нам время?

— Конечно! — ой, как замечательно всё складывается..!

Когда мы с Бэйей вошли в Зал Совета, там царило кладбищенское настроение. Ну… у большей части населения…

Не у всех. Например, мои супруги явно приготовились шокировать высокое сет-пторховское собрание.

Ит-горд Хорхейн был мрачен и неподвижен. Зато Чаитта рыдала так красиво, что мне завидно стало. Если я заплачу, то сразу — нос сопливый и красный, глаза как щелочки, лицо распухает, заикаюсь.

— Нас действительно атаковали васперы? — стремительно занимая место рялом с супругом уточнила Повелительница.

— Да, — склонился в поклоне суровый сет-пторх, — Атакована усадьба ит-горда Хорхейна. Похищен наследник. Преданные нэре Чаитте слуги — растерзаны и съедены.

— Молю вас, — Чаитта красиво упала на колени перед Правящей четой, — Верните нам нашего наследника!

— Ой ли! Вашего ли? — всё… меня понесло… — А, по нашим данным, вы намеренно умертвили своего сына и украли малыша моей соотечественницы — Арины! Потому, что не смогли родить безупречного малыша. А быть Высокородной и творить безнаказанно беспредел — привыкли.

Слёзы у стервы высохли моментально. А Хорхейн, вздрогнув, уставился на меня ТАКИМИ глазами… "ХМмм… Смотри — смотри… Смотри, как бы без смотрелок не оказаться! Я тебя не боюсь. "

— Что вы на меня сейчас так смотрите? Я взглядом плохо испепеляюсь! Арина родила вам безупречного сына. А эта… ваша… безупречная — нет. Вот нэра Чаитта и поменяла малышей. А вы даже не попытались спасти любимую женщину и СВОЕГО сына! Вы — трус, моральный урод и просто подонок! Вы не достойны любви и привязанности Арины! И не втирайте мне, что не думали о такой возможности! Идиотом вы не выглядите!

Чьи-то руки бережно прижимали меня к могучей груди…

— Сладкая моя, успокойся. Тебе нельзя так переживать. Деткам вредно… — уговаривал меня Шаатхар.

— Повторите, что вы только что сказали… Поподробнее… — едва слышно попросила Бэйя.

Немного успокоившись в объятиях Принца, я сварливо проворчала:

— Ит-горд принял предложение моей соотечественницы, похищенной пиратами с нашей планеты и сделал своей наложницей. Ну… понравился он ей! Потом оказалось, что у него есть почти-жена, которая может распоряжаться жизнью и невольницы тоже. Арина забеременела от этого вот… нехорошего… самца… — Выплюнула я мстительно и мотнула головой в сторону каменно-неподвижного Хорхейна, — И с ней вместе забеременела она… — я намеренно не называла супругов по именам, — Эта дамочка… она так привыкла к своему статусу и к вседозволенности, что он даёт… В общем… сложить два плюс два не составило труда… Конечно, за Ариной ухаживали, но когда настало время родов, Чаитта, — я всё же назвала жену Хорхейна по имени, — Прилетела на корабль, где находилась Арина. У Арины вызвали роды. Потом, сразу после родов она была отправлена Чаиттой в бордель к садистам. Где над ней измывались двое суток! Над только родившей женщиной! А этот мерзавец… этот Хорхейн, знал что с ней будет и ничего не сделал, чтобы помочь и спасти! Когда Арина очнулась, бедный ребёнок был мертв! Она сорвалась и убила ВСЕХ, кто присутствовал там. На суде моя соотечественница воспользовалась своим правом и три года кормила сашаров. Когда мы с ней встретились, провели своё расследование. Определили родительницу… И оказалось, что ваша Высокородная присвоила сына Арины. Мы восстановили справедливость и с помощью нашей подруги вернули малыша маме. Всё обошлось бы без крови. Но, малыша стерегли словно особо опасного преступника. И васпы во время боестолкновения порвали тюремщиков…. Вот, собственно, и всё. На основания вышеизложенного, мы требуем наказания Чаитты. Лишение её статуса Высокородной, со всеми вытекающими последствиями.

— Вы позволите нам самим провести свой тест на материнство и отцовство? — уточнила Правительница.

— Да! — согласилась я.

— Мы можем увидеть вашу соотечественницу? — спросил Правитель.

— Если вы гарантируете неприкосновенность её и её ребенка. И если гарантируете, что не отнимите малыша у матери.

— Гарантируем, — сразу же подтвердили Правители.

Молчавшая до этого Чаитта, попытылась что-то сказать, но Бэйя сделала странный жест, и безмолвно мечущую молнии даму увели охранники. Хорхейн, молчаливой статуей стоящий на том же месте, где застала его новость о сыне, не двинулся с места…

— Вы знали о подмене? — жестко спросила Бэйя, — Знали, что ваша жена подтвердила свой статус, убив своего сына и украв чужого?

— Нет, госпожа, — на лице ит-горда не шелохнулся ни один мускул, — Предполагал о такой возможности… Но это не снимает с меня ответственности.

На нервняке я повернулась к Правителям:

— Позволите мне сказать свое мнение?

Ха! А то они могут мне отказать, когда жизнь и счастье их сына от меня зависит!

Получив молчаливый кивок, развила наболевшую тему:

— Почему мужчина не может отказаться от брака с Высокородной? Особенно, если учесть тот момент, что эти прохиндейки научились подделывать статус. А страдает институт семьи, дети, мужчины, да и генофонд тоже! Тут ведь важна ещё и эмоциональная составляющая! И потом… Мироздание не глупее нас с вами! И, если ради любимой женщины и её ребёнка мужик даёт кабальные клятвы, значит эту пару соединяют Звёзды! Вот и с вашим сыном… я совершенно уверена, что в "неэлитности" его ребёнка виновен не он! А та дама, в которую он имел несчастье влюбиться! И потом взял все проблемы на себя, прикрывая очередную мошенницу! А на деле… если мы её проверим — окажется, что она так же нашла способ подтвердить за счет парня свой статус. А он будет всю жизнь мучится.

Я просто горела праведным гневом.

— Мы можем вызвать эту даму и проверить её? Прямо сейчас?

— Она тут, никого не надо вызывать. Подойдите, нэра Силара, — В спокойном тоне Бэйи грохотали барабаны Ада, — Я даю вам возможность признаться в преступлении. Тогда мы рассмотрим варианты смягчения наказания.

К трону подошла очаровательная девушка с ангельской внешностью. Но, всё равно… обострившиеся после общения с сашарами чувства, донесли до меня тошнотворный запах насквозь прогнившей душонки.

— Мне никогда не нравился Талан. Он слишком зациклен на кодексе Воина. Но именно эти его глупые принципы дали мне возможность без проверки родить ему дефектного ребенка и остаться элитой.

Тут снова не выдержала я:

— А в чём дефект? Как вы, мать, можете так говорить о СВОЕМ малыше!?

— У него нет крыльев. — Тихо ответила Правительница, — Только зачатки…

— Да и пусть! Можно же что-то сделать? — я повернулась к командору.

— Можно попытаться, — мягко улыбнулся Алар, привычно поглаживая меня по руке, — Отвезём его в Торговую Федерацию… если там небольшой сбой, его подправят и малыш будет идеальным. — Муж повернулся к Бэйе, — Сколько ему лет?

— Ему семь дней от роду, — не сдержавшись, всхлипнула Правительница.

— Это отлично! Надо срочно везти его на коррекцию!

— Я надеюсь, вы не отдадите малыша этой гадкой женщине? — уточнила я.

— Ни в коем случае! Нам с вами ему ещё самочку в будущем надо будет подобрать… — оживилась молодая бабушка и, извинившись, помчалась собирать "свою крылаточку" на лечение.

Я застыла с открытым ртом…

Нэру Салару увели из зала…

Повисло тягостное молчание.

— Горд Фаруш, нэра Сони с сыном, нэра Арина с сыном!

Прогрохотал голос церемонимейстера. Открылись тяжелые двери, пропуская участников нашей драмы…

Во главе "делегации" шла Соня с Шарухом. За ними бесшумно скользил Лёша… во всей своей Смертельной красе. Мониторя окружающее пространство на предмет подлянок и ловушек.

Далее следовала собранная Арина с сыном на руках. Малыш буквально слился с мамой… не оторвать… Невозмутимый Фаруш шел на шаг позади Арины. Замыкали шествие Мор и Тот.

Соня, проходя мимо меня, лукаво подмигнула, сохраняя на лице отрешенно-сосредоточенное выражение. "Делегация" остановилась у тронного возвышения. Правитель с интересом рассматривал Арину. Периодически переводя взгляд на Хорхейна. Наконец он решился:

— Ит-горд Хорхейн, здесь и сейчас я предоставляю вам выбор. Остаться ит-гордом и мужем нэры Чаитты, или стать никем и просить соотечественницу Правительницы принять вас рабом.

Хорхейн молча промаршировал к обомлевшей, забывшей как дышать женщине и опустился перед ней на колени.

— Я выбрал, Повелитель, — глухо промолвил он, — Но примет ли меня госпожа?

Напряжение буквально искрило в воздухе. Арина молчала, не зная, что делать.

И тут всё решил малыш. Он завозился на руках матери, всё так же крепко обнимая её за шею, и громким шепотом спросил:

— Ты возьмёшь папу с нами? Он хороший! Давай заберём его? Пожалуйста…

И Арина не выдержала… Она бухнулась на замершего в ожидании мужика, выдохнув:

— Принимаю!

И чёрные крылья обняли мать с сыном, отгораживая только зарождающуюся семью от всего мира.

— Пусть они разбираются. Не будем мешать. — Решил Правитель, — Пройдемте в Большой зал. Насколько я понимаю… нам предстоит серьёзная работа. И законотворческая… и исполнительная… Вы правы, нэра, давно пора обновить Каноны! Предварительно изучив Древние законы! Чувствую, многие нюансы, намеренно или нет, были утеряны в глубине веков. Да, кстати… горда Фаруша вы оставляете тут или забираете с собой?

— Забирем… подписав контракт, — подтвердил Яссин, — Надеюсь, с него снимут все обвинения?

— Безусловно… — согласился Правитель.

— Интересно, Арина сможет простить ит-горда, — промолвил Принц.

— Думаю — да, — ответила я на риторический вопрос, — Правда это будет не быстро. У них впереди долгий и очень трудный путь к дружной семье. Но главное — они любят друг друга. И у них есть малыш. Который тоже любит и нуждается в обоих родителях. Ну… и мы с Соней и Тиль проследим, чтобы всё было хорошо. Я так толком и не разобралась — Хорхейн трус и сломанный системой подкаблучник, или он достойный мужчина. Который наступил своим чувствам на горло, только чтобы спасти Арину.

— Я, наверное, тоже не придумал бы ничего лучше… Я поспрашивал о Хорхейне, пока ждал вас. Его обложили как зверя. И поставили ультиматум. Либо Арина живет и вынашивает ребенка, либо её беременную продают кадарам. Взамен он должен быть послушным и забыть её… Ты бы меня простила, если бы я вынужден был так же поступить? — Шаатхар развернул меня к себе лицом.

Я смотреле в прекрасные сиреневые глаза, в которых плескалась любовь и тревога и понимала, что ответ на этот вопрос очень важен не только для Шата, но и для ВСЕХ моих супругов.

— Поняла бы и простила. — твердо ответила я, чувствуя, как напряжение отпускает мужей, — На Земле говорят что иногда бывают моменты, когда любящий отказывается от любви публично, если от этого зависит жизнь и счастье любимого. Но сама я на такое не способна. Простите меня… Я не смогу от вас отказаться, даже во имя такой благородной цели…

— А мы бы тебе и не позволили! — почему-то разозлился Яссин.

— Я попытался это сделать… тогда, когда Яссин надел на тебя брачный браслет. Но понял, что лучше нарвусь на казнь, но не откажусь… — печально усмехнулся командор, наплевав на этикет, подхвативший меня на руки.

Окружающие активно принялись рассматривать дизайн помещений, по которым мы проходили.

Только один, самый молодой сет-пторх, грустно посетовал шедшим с ним Советникам:

— Ну почему земные самочки такие чуткие и душевные? Почему мы не можем воспитать наших такими же?

— Всё в наших руках… — глубокомысленно ответил ему оппонет.

Надежда

Мы прибыли к месту моего второго замужества ночью. Все три дня пути Нориш не оставляля меня ни на секунду. Если его вызывали в рубку ночью, он заворачивал меня в одеяло, и я досыпала в командном кресле.

Со стороны всего экипажа отношение было понимающим и сочувствующим. Нориша старались по мере возможности не беспокоить. Подобная единодушная поддержка очень помогала нам. Мы не говорили о предстоящем браке. Но оба переживали о том, как всё пройдет.

С момента пересечения государственной границы нас сопровождали корабли сет-пторхов.

— Повелители уже женили своего сына на тебе, — грустно констатировал мой наг, когда мы остались совсем одни.

— Я так же как ты и, наверное этот парень, не в восторге от предстоящего, — я поднырнула под руку мужа и обняла его за корпус, утыкаясь в грудь и вдыхая, ставший уже таким родным и необходимым запах… Моего любимого… непередавемый запах, присущий ему одному.

— Всё понимаю, — Нориш крепко обнял меня, потерся подбородком об макушку, — Но всё равно… так больно… А тебе, ласточка, больнее вдвойне.

— Если уж Наказующий и Принц смогли найти компромис, то мы, я надеюсь, тоже его найдем. Хотя бы договоримся не отравлять друг другу жизнь.

Несмотря на глубокую ночь, в Резиденции было "многонелюдно". Нас проводили в отведённые апартаменты, куда почти сразу примчалась Лера, сопровождаемая невозмутимыми супругами.

— С прилётом! — Она с ходу обняла меня, виновато поздоровавшись с Норишем, — Простите меня. Я не имела права вмешивать вас в эту политику… Парня жалко — до невозможности. Это как же надо любить стерву, чтобы себя признать неполноценным. Хорошо хоть малышу и Талану повезло с родителями.

— А что с ребёнком? — уточнила я, — Врожденная аномалия?

— Сейчас объясню… — Лера присела на краешек дивана, — Если бы эта дрянь была Высокородной — от Талана бы родился крылатик. Не Высокородные, чтобы родился полноценный малыш, постоянно находятся поднаблюдением врачей и принимают особые препараты. Сразу оговорюсь — препараты тяжелые. Беременная женщина чувствует себя ужасно. Зато рождается здоровенький крылатик… да и мамочка после родов быстро приходит в себя. А у Талана… вместо крыльев у малыша торчащие, неподвижные косточки… — глаза Леры наполнились слезами, — Его сейчас увезли в Торговую Федерацию… И прогнозы дают самые оптимистичные. Господи, только бы всё получилось! — она неосознанно погладила себя по животику.

Ё-моё! Подруга же только родила тройню… Чуть не умерла и снова беременная! Только чтобы Его Высочество остался жив! Вот это действительно — ЛЮБОВЬ! И мы с Норишем тоже сможем стать счастливыми! Родим деток… Подружимся с Таланом…

Я обняла Леру, успокаивающе поглаживая по плечу:

— Не смей убиваться и притягивать негатив! Всё у нас будет отлично! И малыш БУДЕТ летать! И с Таланом мы уживемся…

Посмотрела на мужа:

— Умница моя… — нежно улыбнулся он, — Девочки, вы пока посекретничайте, а мы пойдем в кабинет… подождем вас там.

Мужчины дружно заулыбались и вышли в соседнюю комнату, аккуратно прикрыв зв собой дверь.

— Лера… а с Ариной что? — осторожно спросила я.

— Представляешь… мы с того момента ни её с ребёнком, ни Хорхейна, ни Фаруша не видели! Правительница Бэйя улетела с внуком. А Правитель просил не беспокоить их… чтобы они сами, без принуждения во всем разобрались… и это правильно…

— Согласна, Леруш… — я полностью поддерживала мудрое решение Привителя Сет-пторхов. — А… а как тебе… Талан?

— Разумный и очень приятный парень… Без дури… Имеет только один недостаток — влюлен по уши в мать малыша… — тяжело вздохнула Лера, — Прости меня, Надь…

— Да угомонись ты наконец! Заладила тоже — "Прости, прости…" — не удержалась я, — Ты что, забыла…? Я уже давно умереть должна была! А ты мне вторую Жизнь подарила! Мужа обалденного! И даже, если бы этот Талан был тварью конченной, я, ради тебя всё равно бы с ним общий язык найти постаралась бы! И ребёнка воспитаем! И летать он у нас будет! Ты лучше расскажи… с вампирами-то как?

— Они ПОКА ждут. А что дальше будет… понятия не имею… боюсь я… не выживу я ТАМ без моих мужей…

— ВСЁ! Всё… хочешь просто поплакать? Плачь. Я тебя пожалею… — обняла доверчиво прильнувшую ко мне подругу, и начала рассказывать о нас с Норишем.

Наплакавшаяся Лера быстро уснула. Только я собралась уложить её на диван, как вошли муж с супругами Леры.

Понятливо кивнув на моё — "Тсссс…", Его Высочество подхватил подругу, словно пушинку и выскользнул за дверь. Следом, пожелав нам сладких снов, ушли остальные…

— А теперь, родная моя — СПАТЬ! Завтра у нас трудный день, — Нориш коварно усмехаясь, сгрёб меня в охапку и утащил в спальню.

Но сегодня мы почему-то обошлись поцелуями… даже странно! И заснули тоже как-то сразу, обнимая и согревая друг друга…

Утро подкралось незаметно. Проказливо стреляя в лицо яркими лучами восходящего солнца. За время полёта уже успела привыкнуть к мягкому корабельному освещению. И такой произвол со стороны местного светила моментально прогнал остатки сна.

Ужиком вывернувшись из сонного захвата Нориша, поспешила в местный санблок. Где неожиданно задержалась на полтора часа. Уж очень хорошо было отмокать в большой ванной и принимать массаж тугими струями воды.

Выползла в спальню весьма довольная собой.

Меня встретил полусонный супуг. Жадно поцеловал и скрылся в душевой.

Ух… А Лера уже всё предусмотрела! На диване лежало платье для сегодняшнего события. Молочного цвета нижнее платье-трапеция. И верхнее — из шелковых кружев, образующих затейливый рисунок. Подхваченное под грудью черной бархатной лентой. Моя любимая длина — немного ниже середины голени. Черные туфли завершали образ. Быстро причесалась, вспомнив давнюю моду моей первой молодости… Зачесав волосы на левую сторону и закрепив их гребнем.

Услышав шорох, обернулась.

Муж стоя в дверях ванной не сводил с меня глаз:

— Ты такая красивая…

— И вся твоя! — не давая ему ни секунды на самоедство и ревность, ответила я. Обнимая за шею и целуя в уголок нервного рта.

Нориш с готовностью ответил, моментально успокаиваясь и снова становясь самим собой. То есть — спокойным и рассудительным наагатом.

— Отпусти меня на минуту. Я должен одеться. Милая. Нас ждут… — с сожалением прерывая поцелуй сказал Нориш.

— Как скажешь… — улыбнулась я, — Но вечером мы разовьём эту тему. Ты не против?

— Нет, я всегда "за"! — к мужу вернулось отличное настроение.

Действительно, уже через несколько минут мы входили в кабинет Правителя. Где нас уже ждали — САМ, его Советник, Лера с супругами и ещё трое серьёзных сановников.

— Милосердных Звёзд, — приветствовали мы всю честную компанию.

Народ организованно ответил на приветствие.

— Нэра Надья, нэр Нориш, позвольте выразить вам свою признательность за то, что нашли возможность рассмотреть моего сына в качестве второго супруга, — сет-пторх просто сиял от счастья, — Вы позволите его пригласить?

Все смотрели на меня… я — на Нориша…

Наконец, муж понял мой взгляд и кивнул, тепло улыбнувшись:

— Я в порядке. Знакомься, милая… но вечером у нас на повестке дня — супружеские обязанности, — по-русски, тихонько, шепнул он мне, целуя в шею.

— Приглашайте… — согласилась я, хотя все мысли у меня были о супруге и все — ниже пояса…

Двери, ведущие в личные апартаменты Правителя распахиваются и, отвесив всем присутствующим молчаливый поклон, в кабинет ступает необыкновенный (во всяком случае для меня) парень.

Крупные, правильные черты лица. Серебристо-пепельные волосы. Насыщенно-карие глаза. Напряжённые пепельные крылья прижаты к спине так плотно, что кажутся бархатным плащом.

— Нэра Надья, позвольте представить вам — мой сын Талан. — Правитель подошел ко мне, Нориш положил мою руку на предложенную руку Его Величества. — Сын, подойди…

Правитель соединил наши руки и отошел. А мы стоим друг против друга и… молчим.

Я понятия не имею, что делать. Парень тоже инициативы не проявляет, какой-то заторможенный. На меня не смотрит. Его взгляд прикован к нашим рукам.

Первой не выдержала Лера:

— Простите за нарушение церемонии… а что сейчас должна сделать Надя? И помните… вы обещали, что если нэру Талану не понравится моя сестра, он в праве отказаться от брака!

— А ваша сестра тоже может отказаться? Ведь Наследник до сих пор не доказал свою Высокородность! — вкрадчиво поинтересовался один из придворных. Весь какой-то такой — золотисто-коричневый сет-пторх.

Лера посверлила меня глазами…

— Я принимаю Наследника мужем. Но с двумя условиями…

Все забыли — как дышать…

— Прошу его честно дать ответ. Хочет ли он стать моим мужем. Если нет — я его неволить не буду. Второе следует из первого. Если нэр Талан согласится всё же стать моим супругом, я прошу чтобы его малыш рос в нашей семье! Я буду просить разрешения считать его нашим старшим сыном! Я права, Нориш?

— Да, любимая! — просиял муж.

А Правитель с приближенными никак не мог прийти в себя:

— Вы… вы берете в семью и признаете Наследником отказного ребенка? Даже не вашего сына? Нэру Талану сказочно повезло с супругой! — ошалело прошептал "золотистый".

— Что ты решил, сын? Впервые в истории сет-пторхов самочка даёт тебе право выбора. Выбирай! И помни — лучшую жену и мать для твоих детей ты никогда больше не встретишь!

Талан опустился на колено и, прижав мои руки ко лбу, распахнул огромные крылья:

— Я хочу стать вашим мужем. Согласен на все ваши условия.

Тут же в кабинете стало не продохнуть от наплыва гомонящих разумных. Все хотели поздравить, обязательно при этом коснувшись наших, всё ещё сплетённых рук. Сзади меня закрывал собой Нориш. Который и шепнул подсказку:

— Скажи — "Принимаю"!

— Принимаю! — громко и четко сказала я. И потянула Талана за руки вверх, понуждая встать с колен.

— Спасибо, Надюша! — расчувствованная Лера обняла меня сбоку. Повернувшись к моему, уже второму супругу, попросила:

— Я не прошу вас забыть ту, которую вы любите, несмотря ни на что… просто подарите Наде уважение и хотя бы дружеское понимание и тепло. Поверьте — моя сестра верный, чуткий и ответственный человек. Она вас никогда не предаст. Но и вы не предавайте её… потому, что ваша возлюбленная будет стараться вас вернуть, только чтобы сделать больно вам, вашим родителям, сыну и супруге… Я верю в то, что вы оправдаете наше доверие…

— А теперь давайте отпустим детей… им надо побыть наедине… — предложил Правитель, и первый вышел из кабинета, — Апартаменты в вашем распоряжении, — добавил он уже из дверей.

Я недоуменно проводила взглядом Правителя и уходящих с ним "людей". Перевела непонимающий взгляд на мужа… то есть на Старшего мужа… то есть — Нориша.

— Не напрягайся так. Нас оставили не для того, чтобы мы сразу предались близости. Да и в мыслях никто об этом не подумал, — Всё же мне невероятно повезло с Норишем! — Сейчас мы, втроем, всё спокойно обсудим. Мы расскажем о тебе и наших привычках. Талан — о своих пристрастиях и неприятиях. Потом решим как будем дальше жить. Не забывайте — когда привезут малыша, мы должны быть хотя бы друзьями. Талан, скажу тебе честно — ни я, ни Надя не хотели увеличения количества супругов. Со своей стороны я клянусь беречь семью и находить компромисы, чтобы мы все чувствовали себя комфортно. Но с одним но..! Я знаю, что такое страсть к Высокородной, для которой ты — хуже грязи на подоле. Я этим переболел и никогда не променяю НАСТОЯЩИЕ чувства, которые мне подарила Надя, на сексуальные фантазии, рожденные безмозглой страстью. Ты ещё болен той женщиной, что из-за своих амбиций едва не искалечила жизнь и здоровье нашего сына, — При этих словах, Талан вскинул гордую голову и изумлённо воззрился на Нориша, — Да! Отныне, твой сын, это наш сын! Старший! Наследник! И Надя, и я приложим все силы, чтобы он вырос умным, гордым и благородным парнем. Помоги нам в этом. И ни в коем случае не позволяй собой манипулировать. Особенно, если это пойдет во вред нашей жене, сыну, семье. Подумай и ответь. Если тебе надо время подумать — мы не требуем немедленного ответа.

Сет-пторх перевёл растерянный взгляд на меня:

— Вы… вы так легко позволяете супругу говорить от вашего имени?

— Я верю Норишу абсолютно. Он дал мне новую жизнь. Он подарил мне любовь! Он мужчина слова и чести! И никогда не навредит нашей семье. Кроме того… он лучше меня знает обычаи и Законы многих рас. Он — Глава нашей семьи. И его решение — это моё решение.

— Но зачем вам называть Грегора — Старшим сыном и Наследником? — не понимал Талан, — Для нас с ним великая честь уже в том, что нас приняли в семью! Вы не сможете после этого собственного ребенка назвать Наследником!

— Для нас все наши дети — Наследники! — сурово прервал Талана Нориш, — И мы не собираемся делать между ними никакой разницы!

— Тогда для меня честь быть членом вашей семьи! — склонился сет-пторх в поклоне.

— Принимаю! — ага… теперь я знала ритуальную фразу.

— Что-то ещё? — цепкий взгляд Норша уловил неловкое смущение Талана.

— Да… — замялся пторх…

— Я понял! Надя не собирается принуждать тебя к близости. А вот, если так случится, что ты решишь стать не номинальным, а фактическим супругом, тебе придётся завоевать симпатию нашей жены… — коварно усмехнулся наг, обнимая меня…хвостом!

Ого, супруг так перенервничал, что трансформировался!

— Тогда… позвольте вас пригласить на свадебную трапезу? — предложил мне руку Талан.

Из кабинета мы прошли в столовую. Отделанную тёмным деревом и красно-зелёным текстилем. Несмотря на необычное (для меня) сочетание, было очень комфортно.

К тому же, чувствовалось, что эта столовая выполняла своё прямое предназначение. Тут любили посидеть в семейном и дружеском круге. Вкусно поесть. Не пафосно отметить дорогие сердцу праздники и юбилеи.

Вот и сейчас нас ждал празднично накрытый овальный стол. С хрустящей белоснежной скатертью. С обязательными пирогами, запечёнными мясом, птицей и рыбой. С салатами и, конечно же — вином.

Вот гарантирую — это Лера расстаралась! И продукты выглядят как земные…

Талан усадил меня во главе стола. Они с Норишем расположились справа и слева.

— Позволь, я возьму на себя обязанности распорядителя? — обратился Нориш к Талану, беря бутылку игристого и разливая терпкую вишнёвую влагу по бокалам. И раздавая их нам.

Тот просто кивнул, вопросительно глядя на меня.

— Прости, я не знаю много. А муж знает и мои предпочтения, и общепринятые нормы поведения. — пояснила я пторху.

— Понял, — неуверенно улыбнулся тот.

— Давайте выпьем за крепкую семью в которой все уважают друг друга, доверяют и берегут! — вот умеет Нориш подобрать нужные слова!

Дружно выпили до дна и так же дружно принялись за еду.

— Очень вкусно, — озвучил своё мнение Талан, — Это блюда вашей Родины?

— Скорее всего — да. — Вместо меня ответил наг, — Прости, что я ответил вместо Нади… но это я с Правительницей Мераны занимался приготовлением свадебного банкета. Кстати… Нэра Валерия просила нас завтра почтить её семью визитом. Кто — "за"?

— Я!

Мы с мужем посмотрели на Талана. Тот непонимающе поднял брови.

— Ты согласен завтра сходить в гости к Лере? Или у тебя другие планы? — терпеливо пояснила я.

— А… разве… моё мнение что-то значит? — сет-пторх совсем растерялся. Крылья беспокойно встопорщились.

— Конечно значит! Если ты не захочешь — никто тебя не заставит! Мало ли… может быть у тебя на завтра другие планы. Может ты занят. Хочешь куда-то пойти один, или с друзьями… Или хочешь нас куда-нибудь пригласить…. например — познакомить со своими друзьями… — старательно объясняла я.

— Если… если всё так… — Талан вдруг решился, — То я с радостью и благодарностью пойду с вами. А после завтра приглашаю вас на встречу с моими сослуживцами. Пойдёте? — и столько детской надежды было в этих словах!

— Ты не против? — повернулась я к Норишу. И получив довольный кивок, подтвердила, — Решено! После завтра наша семья знакомится с твоими друзьями!

— Талан, — Парень вскинул голову, и едва заметно улыбнулся, — А есть возможность связаться с твоей матушкой и узнать — как там наш сын?

Уф… сказала, а у самой аж сердце зашлось! Так волнительно, даже просто говорить это сладкое слово — "СЫН"! Что я сейчас чувствую, может понять лишь одинокая старая дева, которая всю жизнь мечтала о маленьком, тёплом комочке жизни. Который надо беречь и растить, любить и учить, которого надо научить быть Мужчиной! У НАС ЕСТЬ СЫН! Я сейчас чувствую себя как в сказке! Или как простодушная провинциальная девчонка, которая заблудилась в огромном городе, зашла в казино и на единственную фишку выиграла Джекпот.

— Да! Конечно! Простите… я никак не привыкну к тому, что всё что вы говорите — просьба, а не приказ! — Талан быстро набрал комбинацию знаков на массивном наруче. Немного ожидания… и — наруч развернул галоэкран, с которого на нас смотрела удивительно красивая женщина с властными, благородными чертами лица и потрясающе ласковыми глазами:

— Тал, сынок, что случилось? Разве ты сейчас не должен праздновать в кругу семьи ваше Обретение? Отец сказал, что всё прошло прекрасно и тебе посчастливилось войти в семью удивительной женщины.

— Всё, действительно, прошло прекрасно, мама. И наша супруга, действительно, прекрасная женщина и мать, — Улыбнулся светлой, мальчишеской улыбкой Талан, — Я, собственно, по её просьбе и связался с тобой. Нас всех беспокоит вердикт врачей. И будущее нашего сына.

Талан встал между нами с Норишем, чтобы его мама могла видеть и нас.

Красивое лицо женщины, буквально засветилось от счастья:

— Милосердных Звёзд! Примите мои поздравления и материнскую благодарность за то, что приняли нашего сына и внука в ваш род. У нас всё хорошо. Учёные поменяют только два маркера в ДНК и под их наблюдением наш малышик станет крылатиком за два месяца!

Мы втроём расплылись в счастливых улыбках.

— Тал, а нэра Надья согласна освятить ваш союз в Храме Ночи? Ты просил её об этом? — мама Талана сурово посмотрела на смутившегося парня.

— Ннет… я… я не смею её об этом просить… — он затравленно взглянул на меня.

— Простите, Повелительница, — я не могла оставить без внимания безмолвный крик о помощи моего второго супруга, — Прошу вас, не надо на него давить. Если он этого не хочет, то я против принудиловки!

— Как вы добры и милосердны, нэра Надья! Непростительно — милосердны! — воскликнула возмущённая маменька Талана, — Сын, твоей супруге надо говорить правду и только правду, если ты хочешь уважения и доверия в семье! А вам, нэра Надья, я сейчас поясню причину подобной нерешительности моего влюбленного идиота-сына! Он до сих пор надеется на то, что родительница нашего малыша согласится с ним пройти этот Обряд в Храме Ночи! Талан, мне стыдно за тебя!

Мы с Норишем молча слушали импульсивную речь Правительницы.

— Ты права, мам… — Талан поник и, вдруг, стёк на колени у моих ног, — Простите меня, госпожа! Я лжец и трус! Я знаю, что это не возможно и никогда не произойдет. Но всё равно надеюсь на то, что когда-нибудь, мы с моей любимой войдём в Храм Ночи. А потом я открою для неё крылья и мы вместе встретим восход в небе…

— Звёзды! Ну за что мне такой позор!? — разрыдалась задёрганная Правительница, — Нэра Надья, простите моего глупого сына! Пожалуйста, не отказывайтесь от него!

— Я вас очень прошу, успокойтесь! — Вот и у меня уже нервы на пределе. До слёз жалко и мать и влюблённого парня! — Я не собираюсь ничего требовать от Талана. И отказываться от него тоже не собираюсь. Единственный неприятный момент — надо было просто сказать мне о том, что не готов ни к какому ответственному Обряду. Несколько слов — и мы друг другу доверяем!

— Звёзды! Ну почему мой сын влюблён в дрянь, которая никогда его не примет?! Она никогда не согласится на Обряд с тобой! Это ты понимаешь?!

Талан молчал, опустив голову. Отвечать пришлось мне:

— У нас есть поговорка — "Любовь зла, полюбишь и козла", — невесело усмехнулась я, — Козел — это такое пакостное земное животное. Ваш сын любит, и никто ничего не в силах сделать. Могу только гарантировать вам то, что его никто не будет ни в чем ограничивать, ни к чему принуждать, к его мнению будут прислушиваться и его волю будут уважать.

— Я благодарю вас за милосердие, нэра Надья, — Правительница уже взяла себя в руки, — А за тебя мне стыдно, сын! Твоя супруга достойна любви и уважения! Надеюсь, что хоть уважение ты ей будешь оказывать! Простите меня нэра Надья, я очень расстроена из-за сына. Для вас и нэра Нориша я всегда на связи. Пусть Звёзды будут к вам милосердны!

Экран растаял. А Талан так и остался стоять на коленях.

Осторожно дотронулась до дрогнувших крыльев:

— Встаньте, пожалуйста. Мы же решили, что ваши отношения с вашей возлюбленной, это исключительно ваше личное дело. В которое мы с Норишем не будем вмешиваться. И домогаться до вас я не собираюсь. Мне достаточно Нориша, — я прижалась спиной к груди моего обожаемого супруга, откидывая назад голову, — Правда, милый?

— Правда! — ОЧЧЕНЬ довольный муж обнял меня за талию, с удовольствием целуя за ушком. — Всё складывается просто замечательно! — Оптимизм у Нориша просто перехлёстывал через край, — Талан, вставай же! Надо готовиться к визитам! И вообще… Надя ещё не была ни на одной развитой планете. Поможешь сегодня устроить для неё экскурсию?

— Да, — бедный парень поднялся с колен, всё ещё не решаясь на нас взглянуть, — Я всё подготовлю… дайте мне полчаса…

— Вот и отлично! — от хандры и тревоги Нориша не осталось и воспоминаний, — А мы с Наденькой пока переоденемся. Да, дорогая?

— Да, — улыбнулась я, отвечая на поцелуй мужа, — Талан, я вас прошу только об одном — не замыкайтесь в себе. Мы всегда вам поможем и во всем поддержим.

— Спасибо… — пторх едва коснулся моих пальчиков ледяными губами и стремительно вышел из комнаты.

— Скверно как-то всё получилось… — я смотрела на дверь, за которой скрылся Талан, — Я рада за нас… что мы остаёмся нормальной семьёй. Где один муж и одна жена. Но… почему-то на душе гадко… словно я обманула слабого и доверчивого… Бедный Талан. Любимая не скрывает презрения. Мама ругает. Малыш ещё не выздоровел… и ещё я тут тихо радуюсь, что не надо никаких усилий прилагать для налаживания ДЕЙСТВИТЕЛЬНО семейных отношений. Что он нам с тобой мешать не будет! Боже мой… он везде лишний! Мамочки… как стыдно! Прости меня… у тебя не самая лучшая жена!

— Шшшшш… уссспокойссся, сссдадкая моя… — Нориш обвил меня хвостом, — Для меня ты — единссственная и сссамая лучшшшая! Я приму любое твое решшшение, сссвет мой!

Некоторое время спустя…

— Талан так замкнулся, — пожаловалась я мужу.

— Прости, Надюша, но я бы тоже замкнулся, — и, увидев непонимание в моих глазах, пояснил, — Ты снова начала обращаться к нему на "вы" и он обязан был последовать твоему примеру. Твоё обращение означает, что ты минимум — недовольна его поведением и отношением к тебе.

— Нориш, — утыкаясь мужу в грудь, прошептала я, ругая себя последними словами, — Какой ты умный и внимательный! А я — идиотка! Знаешь, когда я себя неуверенно чувствую, невольно начинаю "выкать". И даже не замечаю этого! Как мне это объяснить Талану?

— Я сейчас пойду и всё ему объясню. А ты пока переоденься в удобную одежду. У сет-пторхов нет никакого особенного дрес-кода в быту. Поэтому не задумывайся особо, — супруг, чмокнув меня в висок, стремительно ушел.

Оставшись в гордом одиночестве, поплелась в ванную. Водные процедуры всегда помогали мне не впадать в депрессию. Помогли и сейчас. Из ванной я выходила уже не с таким похоронным настроением, которое было после ухода Талана.

Ещё в душе обдумав, решила не мудрить и поехать на экскурсию в той же одежде, что носила всю дорогу. То есть — в комбинезоне. Удобно. Практично. Не броско. Плюс — куча мелочей на всякий "пожарный" случай.

Настроение ещё немного поднялось. И, поэтому, открывшуюся дверь я встретила с улыбкой. Которая медленно сползала с лица.

Потому, что пришел не Нориш, не Талан, не Лера… В открывшуюся дверь шагнул высокий гуманоид в боевом скафандре максимальной защиты. Я знаю… муж успел многому меня научить.

Глазами поискала место — куда бы занырнуть. Такого места не нашлось.

Несколько секунд мы с "пришельцем" буравили друг друга взглядами. Он — тяжелым и неприязненным, даже сквозь тёмное забрало, исключающее возможность увидеть лицо "гостя".

Я — отчаянно-испуганным, не понимающим — что этот гуманоид тут делает.

Так же молча, он оказался рядом со мной, срывая коммуникатор, сдирая кожу и едва не ломая моё запястье. Вторым движением прижимая к шее, слева, кубик с чёрным наполнением.

Головокружение. Тьма.

"Надо же, какой сон жуткий снился," — я лежала на спине, пытаясь успокоить бьющееся в истерике сердце, — " Хорошо, что омолодили… иначе бы я уже от инфаркта скончалась. Ой! Что это я дрыхну? Мы ж договорились с Норишем, что идём на экскурсию. А я что — прямо так и заснула? Как срубило! Неет! Стоп, Надька! Не могла ты прямо так взять — и скопытиться! Не сон это был… не сон! Господи! А если — не сон… тогда что ж получается? Меня ПОХИТИЛИ? Час от часу не легче! И кому я на хрен понадобилась? С меня и взять-то нечего… Нет! Если хорошо подумать… только хорошеееенько… взять-то как раз и есть чего! Нориш — доверенное лицо Леры и её мужей. Талан — Наследник Правителей. Интриги этих… недо-Высокорожденных… и ещё этот… золотисто-коричневый мужик… Он ТАК смотрел на меня на церемонии… Как мои макрогнатусы на мотыля! Интересно, эта… недомать нашего "крылатика" может быть его родственницей? "

— Самка, ты очнулась, приборы это показали. Да и без них я вижу что ты вполне очухалась. Открывай глаза! — сипящий, тихий голос разом взбодрил мозг.

Открываю глаза, и вижу тёмное помещение, освещаемое лишь огоньками неведомых мне приборов.

"Мамочки! Где я?" — в животе образовалась леденящая пустота.

— Где я? — продублировли непослушные губы мои мысли.

— Неважно где. Ты всё равно не поймёшшшь… даже, если бы я ссказал, иномирянка, — происипел тот же голос, слегка пошипливая.

— Зачем я вам?

— Заплатили… — обыденно пояснил невидимый собеседник.

— Убьёте? — в животе всё скрутило ледяным комком. Так ХОЧЕТСЯ ЖИТЬ! Особенно сейчас! Когда есть любимый муж!

— Не решшшил ещё… А ты попросссси… Вдруг ссссжалюсссь…

— Что-то мне подсказывает, что не сжалитесь.

— Верно… мне нравитссся говорить ссс тобой… может быть иногда… потом… я буду сссмотреть, как ссс тобой играет моя беременная сссамка…

Происходящее нравилось мне всё меньше и меньше.

— Но вы же сказали, что вам заплатили за мою смерть?

— Да… но осстальное оссставили на моё уссмотрение… Моя ссамка твоей расссы. Она беременна. У неё началасссь депресссия. Ты будешь её игрушшкой…

Вот тебе и здрасте! Нет! Я не против помочь соотечественнице, да ещё и беременной. Представляю, как это — быть одной да ещё с таким довеском в качестве "мужа". Но как-то настораживает формулировка — "игрушка".

А похититель, тем временем продолжал открывать мне перспективы на мою дальнейшую жизнь:

— Моя Сашшша плохо переносссит беременносссть. У нассс должны родитссся несссколько детёнышшшей. Ты вернёшшшь моей сссамочке хорошшшее насстроение. И она ссснова сстанет вкуссной — и тело, и кровь, и эмоции. Ссс ней сснова ссстанет тепло и уютно… посссле её родов я большшшше не приму никого… мне не нужна другая… Я буду сссам рассстить нашшших детёнышей.

— Почему вы так странно говорите? — у меня было нехорошее предположение на счет похитителя и его возлюбленной, но так страшно его озвучивать самой себе! — Миллиарды женщин рожают. Всё будет хорошо.

— Глупая сссамка! — голос похитителя звучал тихо и ровно, но я сердцем почувствовала страшную боль, которую он старательно прятал за внешним равнодушием, — Знаешшшь, почему нашшша раса так закрыта?

— Нет. Не знаю. Я понятия не имею — какой вы расы.

— Я — Рудх, ар. Вижу… не знаешшшь. Но это уже не важно. Мы — Потомки Древних. Сссейчас нет ни одной расссы, которая ссс нами может сссправитсся. Даже ссссашшшары проиграют нам. Мы живём долго… очень долго… как и сссашшары, ведь в них тоже есссть капля Древней крови. Нашши сссамочки могут родить только один раз в жизни. Потому, что, давая жизнь трём-пяти детёнышам, ссссами умирают в родах. Они неохотно идут на ссупружессство. Никто не хочет умирать. Но, когда вссстречаешь сссвою Пару — невозможно сссдержать сссвоего Зверя. Это вышшше нас! Вот и я не сссдержал… И моя Сашшша тоже умрёт. У нассс будет пять детёнышей. И только пять месссяцев сссчасстья. А посссле — тысссячи лет ссскорби. Ты развлечёшшшшь мою Сашшу. Будешшшь сссо мной помогать ей в родах. А когда глаза моей Пары закроютссся, ты отправишшшьссся ссс ней. Будешшшь сссопровождать в Сссскорбный Путь. Вассс ссс ней опусстят в жерло вулкана. Там, где мы рассстаёмссся с теми, кто нам дорог. Надеюсссь, ты ссс чессстью примешшшь сссвою долю. И не рассстроишь мою Пару. Не иссспортишшшь её посследние дни сссо мной!

Тщательно всё обдумав, пришла к выводу, что гадить моей несчастной соотечественнице я не буду даже под угрозой пыток. В конце концов она вообще тут ни при чем. Да и её мнение вряд ли примут во внимание. Если она всё равно умрёт, то меня так и так похоронят в вулкане, как рабов с их хозяевами в Древности.

— Я не расстрою вашу Пару. Более того. Я вас прошу ничего ей не говорить о том, что вы собираетесь меня живой сжечь в вулкане…

Голос на некоторое время затих, а потом выдал:

— Я не буду настолько жесток к тебе. В благодарность за то, что ты скрасишь последние дни моей Сашшши, я убью тебя… быстро и не больно… и никто не заметит, что в вулкан опускаются уже две не живые землянки…

"Ёпрст… "благодетель", блин! Вместо скрупулёзного слепого следования древним традициям, лучше бы искали, как спасти женщин!"

Но вслух — поблагодарила за предложение.

— Позволите вопрос?

— Говори…

— Нам ещё долго лететь?

— Через семьдесят восемь часов по вашему земному времени.

— Вы находитесь так близко от сет-пторхов?

— Нет. Мы ОЧЕНЬ далеко. На обычном корабле наагатов, до нашей Галактики лететь полтора ваших земных года, на максимальном ускорении.

— Но… вы только что сказали… — заикнулась я.

— Наши корабли двигаются по Вселенной на ином принципе, чем корабли наагатов. Они скользят по линиям Стабильности, связывающим ВСЕ во Вселенной. А топливом служит так называмый вами — "Звёздный ветер".

Тщательно обдумав со всех сторон своё следующее предложение, решила прямо предложить своё посильное решение проблемы рудхов:

— У меня есть к вам предложение. Вам и Саше оно ничем не грозит. Но может спасти её… и ещё многих женщин…

— ГОВОРИ! — прохладный воздух колыхнулся от резкого движения мощного тела.

— Я сссделаю всссё, чтобы Сссашшша жила! — на нервняке, бедный мужик снова начал пришепётывать, — Я готов отдать сссвою жизнь — только бы она и дети были живы!

— Тогда… позвольте мне связаться с моей подругой — Валерией. У неё была похожая проблема. И её решили… Поверьте, я просто хочу помочь! Это не правильно — когда женщины умирают в родах и оставляют своих мужчин скорбеть всю жизнь! Когда дети растут без материнской любви! Вы сорвали мой коммуникатор… — я шевельнула рукой и невольно охнула от боли. Значит запястье мне этот… нехороший рудх всё же серьёзно повредил!

— Вот твоё ссссредство ссссвязи… просссти за то, чччто повредил руку… через нессссколько земных часссов она сссовсем заживёт…

Дрожащими руками, всё ещё не веря в возможность остаться живой, взяла из рук похитителя изрядно покоцаный гаджет.

— Подожди немного… сссейчасс корабль разблокирует твоё ссредсство ссвязи… — чувствуется, что мужику самому не в терпёж скорее начать спасение своей любимой!

Коммуникатор неуверенно звякнул.

— Можешшшь сссвязыватьсся!

Валерия

Я металась по комнате, не в силах ни успокоить себя, ни выйти наружу. Надюшку похитили. И пока никто не взял на себя ответственность за это. Никто не выдвинул никаких тебований. Мужья — мои и Надины, Правитель, взбешеная Соня… все мы задействовали все свои мыслимые и не мыслимые связи и личные свойства.

НИ-ЧЕ-ГО!

Я уже просто выла от злости и бессилия, когда на меня, вдруг, снизошло некое умиротворение. Бешеное отчаяние уже не застилало кровавым туманом мозг и глаза.

Сашары. Они не откликались на мой ЗОВ. Но откликнулись на не вменяемое состояние.

— Моя Над… — договорить мне не дали, осторожно прижав к себе и даря уверенность в завтрашнем дне.

— Всё будет хорошо, для тебя.

А вот такая постановка вопроса меня не устраивает категорически. О чём я и сообщила своим невозмутимым будущим супругам.

"О как я заговорила! Опыт общения с мужьями приобретаю!" — мелькнула в голове язвительная мысль. Но озвучила я другое:

— Вы знаете кто похитил Надю?

— Да.

Гады! Их невозмутимость меня начала выбешивать.

— Кто это сделал?

— Рудхи.

"Оооочень информативный ответ! Спокойно, Лера. Сейчас не время для истерик!"

— Кто такие рудхи? Что ждет Надю у них в плену? Как нам её спасти? — вопросы сыпались из меня, как реагенты из уборочной машины.

На некоторе время мои недосупруги совсем абстрагировались от меня. Но потом, спокойно и коротко ответили:

— Рудхи — раса, являющаяся прямым потомком Древних. Они могущественны и никогда не вмешиваются в дела этого мира. Произошло что-то, чего мы не можем понять. Мы не знаем, зачем ему понадобилась земная женщина. Обретший Пару рудх никогда не посмотрит ни на кого. А потерявший Пару — и подавно. Спасти её не получится.

— Но вы ведь почти всемогущи! — не выдержала я.

— Нет. Не всемогущи. Мы не можем нарушать перемирие. Мы не сможем справиться с рудхами на их территории. Даже если попытаемся, то погибнут сотни миллиардов разумных. Твоя подруга не стоит таких жертв!

Сашары истаяли, а я шлёпнулась попой на пол и тупо уставилась в иллюминатор.

Это всё! Сашары не лгут. Значит Надюшки для нас уже нет!

— ТВАРИ! — ударив в пол кулаками сорвалась я, — Зачем вам она?! Ну что она вам сделала?!

— Сашшшары! Гады! Всемогущие, блин! Ничего-ничего! Мы люди смекалистые… мы сейчас маковку почешем, что-нибудь придумаем… А вы… хрен я вам женой буду! Трусы! Гаранты, блин, равновесия! Да я лучше васпера в мужья возьму! Во всяком случае, он самоустраняться не будет! Пьявки! Уууу… кровососы недоделаные! — я орала и молотила кулаками ни в чём не повинный ковёр.

Мне никто не мешал. Похоже на то, что хоть раз в кои веки, мне не мешали побыть самой собой.

Запал прошел. Кулаки болели. Но стало полегче.

Зато мне срочно потребовались супруги. И Соня. Я ещё не знала — для чего. Просто знала — что НАДО!

Жажда деятельности просто перехлёстывала через край.

Наплевав на пульсирующую боль в кистях рук, морщась от головной боли и шмыгая (я уверена) распухшим, красным носом, отправилась на поиски.

Первым, кого я нашла, предсказуемо был Шаатхар. Они с Правителем проводили "летучку". Любой мог прийти и предложить вариант поисков и спасения Нади. Не хочется портить народу настроение… Но…

— Правитель, — я церемонно наклонила голову, — Шат. Вы знаете — кто такие рудхи и где они живут территориально?

Ответом было зловещее молчание.

— Насколько я понимаю, сладкая моя, ты допросила с пристрастием сашаров? — обнимая меня муркнуло Его Высочество, — И что у тебя с ручками, солнышко? А с глазками? Ты плакала?

— Да. Надю украл рудх. Это всё, что я узнала.

— Тогда ваша сестра всё равно что мертва, мне жаль, — прошептал Правитель.

— Нет! Я в это НЕ ВЕРЮ! Я убеждена в том, что мы можем спасти не только её, но многих-многих невинных! — меня снова начало трясти. То ли от волнения, то ли от предвкушения разгадки тайны.

— Чшш… любименькая моя, я с тобой! — Шат, в полном обороте, обнимал меня, обвив для надёжности ноги хвостом. — Что надо сделать, котёнок?

— Пока не знаю! Но я уверена… убеждена в том, что мы СМОЖЕМ не только спасти Надюшу, но и разрешить одну из неразрешимых проблем одной из самых могущественных рас!

Правитель озадаченно переводил взгляд то на меня, то на Шата.

— Я вас не совсем понимаю…

Не дав договорить Правителю, в кабинет вошли собранный Яссин, убито-спокойный Нориш, окаменевший от отчаяния Талан и невозмутимая Соня с неожиданно оживлённым Лёшей.

— Надя у рудхов, Атея, — скользнув к нам с Шатом, совершенно не смущаясь окружающих, Наказующий жадно поцеловал меня, зарываясь ладонью в волосы. — Прости… не уследил! Не ожидал, что для того, чтобы устранить твою подругу, и нагадить тебе, мятежники наймут того, кого невозможно нанять. Рудхи… зачем она им?

— Яс, кто такие рудхи и что грозит Наде? Сашары сказали, что они — потомки Древних. И что Обретшие Пару и почему-то, потерявшие Пару — не ищут общества новых женщин. Но, зачем-то им понадобилась Надя! Вопрос только один — зачем? — с неистовой надеждой я вглядываюсь в строгие глаза мужа.

— На этот вопрос может ответить только С,Холл, — разрядил наэлектризованную обстановку мягкий голос Сони. — Я свяжусь с Карзалом. Только он может уговорить своего супруга помочь нам и дать информацию о том, чего следует ожидать.

Тонкие пальчики подруги торопливо запорхали над клавишами виртуальной клавиатуры.

— Сделано! Карзал свяжется с нами в течение трех часов, — доложилась она, приняв входящее сообщение.

Мы все облегчённо вздохнули. Хоть какое-то начало поискам положено.

Но всё перечеркнул галовызов, пришедший на мой коммуникатор. Галовызов с гаждета… Нади!

— Надюша, как ты? Где ты? Что с тобой? Что мы можем сделать для твоего спасения? — я всматривалась в усталое лицо подруги, а язык самовольно выдавал один вопрос за другим.

— Леруш, для моего спасения надо спасти от смерти Пару моего похитителя. Она тоже с Земли, — Надя посмотрела куда-то вбок и поинтересовалась у невидимого участника общения, — Я могу рассказать друзьям о вашей проблеме?

Видимо, получив молчаливое разрешение, Надя рассказала о страшной участи несчастной расы. Когда она завершила рассказ, в комнате стояла мертвая тишина.

— Я сейчас же сообщу Карзалу о проблеме и буду умолять С,Холла помочь девчонкам, — Соня не откладывая, отошла в сторонку, снова связываясь с отцом своих детей.

— Мне можно поговорить с мужьями, пока делаются запросы? — снова покосившись вправо, спросила Надя. И, получив одобрение, стремительно повернулась к экрану.

Я сняла галовизор, отдала его Норишу и отошла к Шаатхару и Наказующему, чтобы не мешать предельно-сдержанному, но от этого не менее рвущему душу, общению Надюши с издергаными от отчаяния и осознания своей беспомощности мужьями.

Сейчас, глядя на валившиеся глаза мужчин, с любовью и нежностью смотрящие на Надю, невозможно было остаться равнодушным. Оба супруга мягко успокаивали, шептали слова любви и утешения. И я голову даю на отсечение — Талан так же как и Нориш терзался от тревоги за мою подругу.

— Карзал уже успел поговорить с С,Холлом, — я невольно вздрогнула от тихого голоса Сони, неслышно скользнувшей ко мне, — Надо многое уточнить… но оба уверяют, что сателлиты могут помочь женщинам.

— Я могу помочь… — не двигая губами выдохнул Лёша, возникая смертоносной тенью за спиной Сони, — Мне надо увидеть хоть одну беременную самочку… я увижу нужные ей спектры…

— Спасибо, сынок, — Соня погладила кошмарную лапу-руку сына, — Лера, Сета тоже надо просить о помощи… может быть две столь древние расы смогут жить бок о бок и помогать друг другу? Надо поговорить с рудхом!

— Я ссслышшу васс всссех… — прозвучал из-за спины Нади мертвый, механический голос, — Я ссвяжусссь сссо сссвоей Парой. Ждите три земных чассса…

Галовизор истаял, а мы только теперь поняли, что не дышали.

— Пусть это и маленький, но всё же — прогресс, — задумчиво заметила Соня, ведя с Лёшей активное ментальное общение.

— Хоть крошечный, но шанс на жизнь, — согласилась я.

— У нас есть пять месяцев. И мы должны спасти и Надю и рудхов! — вдруг сказал Талан, прямо на глазах превращаясь из неуверенного парнишки в жесткого, упрямого воина.

— Да! Что мы с Талом должны делать? — мужчины обменялись дружескими взглядами друг с другом.

— Немедленно, на максимальной скорости возвращайтесь на ЗО-ЩИ-ХОР! — включился в работу Яссин, — Лёша после осмотра Пары рудха объяснит сателлитам, какой спектр надо транслировать. А Карзал уточнит ньюансы.

— Летим! — Талан и Нориш исчезли за дверями.

Соня и Лёша последовали за ними, оставляя меня наедине с супругами, что в последнее время происходило крайне редко.

— Как думаешь, есть шанс спасти Надю, Сашу и остальных женщин рудхов? — я откинула голову на грудь Шата, усадившего меня к себе на колени.

— Я уверен — всё будет хорошо! — Его Высочество уткнулся носом в мою макушку, — А ты переставай так сильно переживать! И тебе и детям это вредно. Родители меня со света сживут, если вам станет нехорошо!

— Шат прав, — рядом с нами присел Яссин, — Ты наш якорь в этом мире. Поэтому береги себя для нас! Хорошо, сладкая наша?

— Хорошо, — я закинула ноги на колени довольного Наказующего.

— Подремли… я помню, что в начале беременности тебя в сон постоянно клонит, — поглаживая мои ноги, усмехнулся наг. — Пусть супруги и с той, и с другой стороны посуетятся! Сколько можно на тебе ездить. Привыкай организовывать подчиненных…

— Привыкаю, — покладисто согласилась я, умостившись в бережном кольце рук Шаатхара и Наказующего, зевнула и… уплыла в сон.

Пока я спала, не беременная часть нашей семьи и друзей развила фантастическую деятельность.

Сет, как и следовало ожидать, тут же согласился помогать Наде. И, не дожидаясь прилета Надиных супругов, начал проводить отбор на перелет к рудхам, среди изгоев-сателлитов.

Разбудили меня нежные поцелуи.

— Да-да… уже проснулась, — гнездясь в объятиях Принца, бормочу я.

— Надя вышла на связь, — шепнул Яссин, что заставило моментально открыть глаза.

— Моя Пара на сссвязи, — поведал нам рудх, — Сссоединяю… и не сссмейте её пугать!

— И в мыслях не было, — неодобрительно прошипела Соня, причем у неё это получилось даже страшнее, чем у рудха.

Галоэкран пощел рябью… и через некоторое время мы рассматривали Пару самого страшного существа Вселенной.

Худенькая, русоволосая девушка с карими, нежными, и всё понимающими и прощающими глазами.

— Здравствуйте, — мягко и робко улыбнулась она, — Простите. Это всё из-за меня! Я упрошу мужа отпустить вашу подругу!

— Не говори глупостей! Твой муж не мыслит жизни без тебя и детей. И мы вам поможем! — тут же "включила маму" Соня. — Сейчас мой сын понаблюдает за тобой. Ему нужно некоторое время. Кстати… меня зовут Соня… А ты можешь рассказать — как стала попаданкой? Но, только если не будешь сильно переживать!

— Очень приятно, Соня. — Александра снова улыбнулась безумно притягательной улыбкой, — Нет. Я не переживаю… уже — нет… Мы с Миршем долго шли к любви, и я ни о чем не жалею.

— Рассказывай! — Соня устроилась поудобнее, рядом со мной, на диване…

— Ну… всё у меня было просто… — Начала рассказ Саша.

Я пришла в себя от сильной головной боли. И сама удивилась:

"Как так может быть? Чтобы у меня во сне настолько невыносимо болела голова? Просто до тошноты."

Не успела я сделать ни одного движения, как раздался звук двери, открываемой пневмоприводом. Такое я видела по телевизору. Когда показывали предложения по оборудованию "Умного дома".

Но, постойте! У меня дома такого точно нет!

Да… милая, и дома у тебя тоже уже нет. То есть — СОВСЕМ НЕТ… Того дома, куда ты вкладывала всю душу, неплохой вкус, и немалые финансы. Которые, между прочим, я сама и заработала. И откуда вынуждена была уйти. Нет, милочка, не ври себе, всё равно у тебя это никогда не получалось. Не вынуждена была уйти, а тебя просто выгнали… как надоевшее домашнее животное…

А что было после ухода..? Что-то смутно вспоминается… Заснеженная Москва… Вечер…

Жгучая боль от несправедливых и оскорбительных слов, разрывающая моё и так не здоровое сердце в лохмотья.

И чей-то физически ощутимый, леденящий, рассудочный взгляд. Хоть улица пустынна, как после апокалепсиса.

— Как она? — прервал мои горькие воспоминания любопытный женский голос.

— Сложно сказать. Это ты у Дока спрашивай. Или у "хозяина", — ответил ей грудной голос другой женщины, выделивший саркастической интонацией определение "хозяин".

— Ну… она же уже не умирает? — допытывался первый голос.

— Вроде бы нет… — сомневалась вторая женщина.

— Может потормошить её? — не унималясь первая.

— Люд, ты совсем дура? Хочешь на наказание нарваться? Сказано же было — войти, посмотреть как она изменилась и уйти её не тревожа! Что непонятного в этом приказе? — неожиданно рявкнула "вторая".

Так добросовестно рявкнула, что я вздрогнула и разлепила веки.

— Где я? — голос у меня, словно шелест умершей травы. Но его всё же услышали.

Воцарилось молчание, нарушаемое лишь взволнованным дыханием спорщиц.

С трудом повернула голову в ту сторону, откуда слышала голоса. Глаза слезились и я могла разглядеть лишь два размытых силуета. Руки были словно свинцовые. Даже пошевелить, чтобы глаза протереть не смогу…

— Где я? Скажите, пожалуйста, я в больнице?

— Можно сказать и так, — зло фыркнула обладательница грудного голоса.

— А в какой? И какой сегодня день? Я давно без сознания? — чувство тревоги и собственного бессилия нарастали как снежный ком.

— С того момента, как я тебя увидела, прошло больше семидесяти суток. По земному это больше двух с половиной месяцев, — возмущённо ответила собеседница.

— СКОЛЬКО? Господи! Меня, наверное уже с работы уволили за прогулы! — ужаснулась я, — На что ж я жить буду?

— Забудь о работе. А жить ты будешь, пока нужна "хозяевам"! — убила меня злюка.

— Меня похитили? Мы в рабстве? Где? Турция? Албания?

— Похитили. Верно говоришь. Мы тут все — рабыни. И мы очень далеко от Земли. Нас везут на продажу. На другой конец Вселенной, — тут выдержка изменила женщине и она всхлипнула.

А я не могла сказать ни слова. Пытаясь понять — меня сейчас так жестоко разыгрывают, или на самом деле инопланетяне существуют и мне "повезло" попасть к ним в рабство? Хорошенько всё обдумав, отдала предпочтение второй версии.

Моей безвольной руки коснулись ледяные пальчики той, которую назвали Людой:

— Ты как? Переварила инфу? Самоубиваться не советую. На нас ошейники. Только себе пытку устроишь. К радости "хозяевов". Да… звать-то тебя как? Меня Люда. А её — Марина.

— Саша… Александра… Девочки, зачем я им? Я же почти старуха! Пятьдесят три года! Что я могу? Квартиру убрать, кушать приготовить, за детьми присмотреть… ну в бизнесе помочь… хотя… где я, а где инопланетный бизнес!

— Скажешь тоже — "почти старуха"! — фыркнула Людмила, — Через несколько дней тело освоится после снятия блока, тогда и посмотришь на себя в зеркало. Тут, конечно, кроме нас с Маринкой, все остальные не сильно изменились. Так… посвежели и поздоровели. А вот мы… Ой! Марина, больно же.

— А я могу ещё сильнее ущипнуть! Разболталась тут! Нас зачем послали? Узнать — как она и несколько слов сказать. Чтобы не свихнулась. Всё… Саша, мы пойдём, иначе накажут сильно за ослушание. Ты пока лежи. Привыкай. Но вставать не советую. Когда к тебе мужик придёт, будь почтительна. Отвечай только когда спросит. Пей и ешь всё, что даст. Иначе насильно вольёт. Поняла?

— Да. Спасибо, девочки, за помощь и предупреждение.

— Да иди ты, со своей благодарностью, — Отмахнулась Марина.

— Пока-пока… — попрощалась Люда и они ушли.

А я всё так же ничего не вижу. Глаза слезятся. Руки-ноги не слушаются…

Снова этот звук открываемой двери. И странное ощущение — ко мне подходит огромный, страшный ЗВЕРЬ! Нет! ДВА ЗВЕРЯ!

Потому, что в палату, где я лежала вошли два мужика.

— Ну… что тут у нассс? — странным пришепётывающим голосом спросил один из них, — Можешшшь называть меня нэр Док. Ты видишшшь нассс?

— Нет, нэр Док, глаза слезятся. Только силуэты размытые. И руки-ноги не слушаются… — вежливо ответила я.

— Хорошшшая сссамочка, я доволен и тобой и рабынями, что приходили к тебе, — ага, а по тону не скажешь, — Ты уже знаешшшь, что ты рабыня?

— Да, нэр Док.

— Хорошшшо… Несссколько дней твоё тело будет привыкать к себе. Поговорим дня через три. Выпей! — меня приподняли, словно пушинку и поднесли к губам холодный край.

Послушно выпила одним махом горькую, прохладную жидкость.

— Хорошая сссамочка. Поссслушшшная… Посступай так и дальшше. И будешшшь моей любимицей, — довольный Док аккуратно положил меня на взбитую собственноручно подушку. — С завтрашшшнего дня ссс тобой посстоянно будет ссссидеть Луда. А череззз три-пять дней ты познакомишшшьсссся сссо сссвоей новой внешшшносссстью…

На этом посетители меня покинули. Голова неожиданно перестала болеть. И я незаметно для себя, крепко заснула.

Всё было именно так, как сказал Док. Со следующего дня со мной сидела Люда. Видела я по-прежнему — неважно. Так, словно у меня зрение "минус десять". К конечностям очень медленно возвращалась чувствительность.

Люда оказалась совершенно необременительной в общении женщиной. Она была невероятно довольна тем, что новое назначение моей сиделкой, избавляет её от неких весьма неприятных "курсов обучения для рабынь". Что за курсы — она мне не ответила. Просто пояснила, что ПОКА я к этому не готова. Что всё из этой области мне расскажет нэр Док. Вообще, ей запретили говорить о чём-либо, кроме нашей земной жизни.

Сам Док приходил два раза в день. Всегда один. Поил неприятными зельями, делал некие болезненные инъекции. Но больше ни слова я от него не слышала. Во время процедур Люда исчезала из палаты. А потом тихонько просачивалась назад, надолго задумываясь над вязанием, с которым она коротала свои вынужденные дежурства.

Наверное я всё же медленнее чем обычно шла на поправку. Потому, что ни через три, ни через пять дней лучше мне не стало.

Прошло уже десять дней с момента моего сознательного присутствия на космическом корабле работорговцев.

На утро одиннадцатого дня Люда пришла позже обычного. Глухо поздоровалась и присела на своё обычное место.

— Доброе утро, Люда, — я старательно делала вид, что ничего не заметила.

— Нет! Я так не могу! — женщина отбросила вязание на столик и пересела ко мне на кушетку, — Саш, Сашка… беда у нас… Ой, беда… — Люда вхлипнула и прикусила кулачок, — Сегодня ночью за Маринкой пришли, — она перешла на шёпот, — Саш… её продали. Продали, понимаешь! Потому, что она прямая и честная… юлить и подлизываться не умеет… А они твердят — строптивая, непокорная! Сашенька, к тебе Док хорошо относится. Попроси его… он к тебе благоволит… хоть узнать — к кому она попала. Так страшно за неё! Так страшно… — Люда торопливо вытирала слёзы, — Ой, идёт…

Людмила метнулась к своему стулу и сжалась в комочек, дрожащими руками теребя вязание.

Дверь открылась, впуская невозмутимого Дока.

Он вошел, и Люда, сгорбившись выскользнула в коридор.

— Милосердных Звёзд, — Док присел на край кровати.

— Ддд. оброе утро, нэр Док, — что делать, ведь я даже не знаю, как принято у них вежливо приветствовать "господина"?

— Я не хочу тебя пугать. Луда сказала, что если тебе всё объяснить, ты не будешь истерить и останешься послушной самочкой. Это правда?

— Правда, нэр Док. Ничего так не пугает и не выбивает почву из-под ног, как неизвестность.

— Хмм… что ж… Ты плохо восстанавливаешься после снятия нейронного блока. Это возможно в двух случаях. Первый. У тебя слабый организм. И надо ввести в него активную ДНК, чтобы ты пошла на поправку. Второе. В тебе есть Древняя кровь. И тогда тебе тоже надо время для восстановления. В любом случае тебя мы снова сегодня уложим в ренегар и проведём подробное исследование. Будет очень больно. Есть вопросы?

— Нэр Док… простите, да вопросы есть, но не по теме. Разрешите?

— Спрашивай, — благосклонно позволил Док.

— Я задам сразу несколько. Можно? — Он отчётливо кивнул, — Зачем вы так со мной возитесь? Что, за судьба меня ждет? И… и третий вопрос… Скажите, пожалуйста, хозяин Марины… он… он очень жесток?

— Отвечаю по порядку. Я занимаюсь особо с тобой потому, что у тебя на редкость пластичный ДНК. Даже среди твоих соотечественниц. Ты редкая самочка. Совместимая практически со всеми расами. Опять же — характер хороший… Ты станешь завидным лотом на торгах. Тебя будут беречь и ценить. А может быть твой нынешний хозяин вообще раздумает тебя продавать… ты сможешь просто рожать наследников по заказу за ОЧЕНЬ высокую плату. Что касается той рабыни… она слишком нетерпима и строптива, зла и завистлива, интригантка и пакостница. Её продали расе рудокопов. Если она усмирит свой характер — ей будет проще жить…

— А если не усмирит…

— То она умрёт. Главная сила самочки в слабости. В верности и плодовитости. Та, о ком ты говоришь — слишком кичится своим свободолюбием. Гоблины быстро собьют с неё спесь и гордыню. После сегодняшней брачной церемонии… а она единственная молодая самка на весь клан и ВСЕ её возьмут. Там больше тридцати самцов. Если она сразу забеременеет, то ей повезёт. Тогда у неё будет каждый день только по пять самцов.

Я была в шоке… Бедная Марина!

— Эти… рудокопы… они очень неприятные?

— Лучше я тебе передам их образ прямо в разум, — Док слегка сжал мои виски и в голове соткался образ омерзительного коротышки. С длинными, острыми ушами, полусобачьей зубастой мордой. Зелёно-черная кожа блестела от гадкой слизи.

Я содрогнулась.

— Неприятные, да? Они очень злопамятные. Любят причинять боль при близости. Любят насилие над слабым. Сопротивление женщины, её крики, страх, боль, ненависть — для них самый лучший афродизиак. От них исходит неприятный запах гниющей органики и протухшей воды. И эта самка уже никогда не увидит света звезды Ортан. На спутнике которой она останется. Я удовлетворил твой интерес?

— Да, нэр Док. Спасибо вам за терпение ко мне.

— Ты нравишься мне и твоему хозяину. Мы любим послушных, но не забитых самочек. А теперь — пора… я сам отнесу тебя в ренегар.

Док легко поднял меня на руки и через десять минут я уже засыпала в мягко мерцающем куполе.

Потом сон плавно перетёк в кошмар.

Я была в некоей заброшенной лаборатории и меня пытали зомби, один-в-один похожие на гоблинов-рудокопов.

Порой боль была настолько нетерпимой, что я просто орала.

Сценарий повторялся снова и снова. А боль становилась всё сильнее.

И снова я просыпаюсь в ренегаре.

Но теперь со зрением всё более чем хорошо. Осторожно пошевелила пальчиками на руках-ногах. Слушаются! Согнула-разогнула ноги — ПОЛУЧИЛОСЬ! И руками я владею отлично!

Радость переполняла меня. Играла в крови как игристое вино.

Я могу двигаться! Тело снова мне подчиняется!

Открывшаяся дверь пропустила крупного мужчину с резкими чертами лица, не лишенного некоторой привлекательности.

— Милосердныз Звёзд, — приветствовал он меня голосом Дока, — Вижу по сверкающим глазкам — у нас всё удалось? Глаза — видят, тело — слушается?

— Да, нэр! — рот помимо воли растянулся в улыбке.

— Хорошая самочка. И очень жизнерадостная. Ты никогда не станешь заезженным сеплохом. Всегда будешь радовать своего хозяина оптимизмом и отзывчивостью. Попробуй встать.

Я сначала присела, лихорадочно оглядывая себя. На мне просторная рубаха. Из-под неё видны только пальчики на руках и ступни ног. Сползаю с кушетки, держась за поручни и нащупывая пол.

Ух… Холодный! Пальчики на ногах поджимаются, а мир вокруг начинает кружиться. Долгонько я лежала!

Врач профессионально подхватывает меня за локоть:

— Выпей. Через минуту головокружение пройдёт. — к губам прижался холодный край стакана.

Выпила терпкую, вязкую жидкость. Постояла немного, прикрыв глаза.

— Теперь открываем глаза и пробуем просто стоять самостоятельно.

Стою. Ничего не болит. Головокружения нет.

— Теперь делаешь шаг… ещё… ещё… молодец. Теперь в душ. После душа я провожу тебя в класс и столовую. Заодно представлю твоим соотечественницам. К сожалению, не все они такие послушные и спокойные как ты. Но мы отбраковываем строптивых, злых и склонных к депрессии. Тех, кто останется ждёт Большой аукцион. И хозяева, которые будут бережно к вам относиться. Что с тобой?

— Пол холодный. Ноги замёрзли, — поведала я ему, помимо воли стуча зубами.

Док моментально подхватил меня на руки и занёс в санблок. Стянул рубаху и запихнул в навороченную кабину. Включилась тёплая, почти горячая вода. Но мне было очень приятно.

— Согрелась?

— Да. Спасибо.

— Мойся. Вот это — для волос. А это — для тела. Когда вымоешься, нажми вот тут. Когда высохнешь — вот эту клавишу. Запомнила? Я скоро вернусь и принесу одежду и обувь.

Я плюхнулась на небольшую сидушку и, откинув голову на стенку кабины, млела под струями горячего душа. Потом тщательно помыла голову и тело.

Как же хорошо! Как будто заново родилась. Движения легкие… СТОП!

Я ещё раз, уже придирчиво оглядела себя.

"Сашка, а это же не твоё тело!" — охнул в шоке мозг.

Это было тело юной девушки, а не женщины пятидесяти трёх лет! Нет, я, конечно, старалась за собой следить. Но пара десятков лишних килограммов имелась.

Включила "сушилку". Понежившись под ласковым напором горячего воздуха и высохнув, вышла из кабины. На кушетке меня уже ждала стопка одежды. Одевшись и обувшись, вышла из санблока и сразу наткнулась на Дока, идущего мне на встречу по белоснежному пустому коридору.

— Молодец. Идём в класс.

— Нэр Док, простите, но можно мне расческу — волосы расчесать? И ещё посмотреть на себя..?

— Можно… — Док подвел меня к одной из дверей, за которой скрывался, видимо, его кабинет.

У двери стояло огромное зеркало, к нему меня и подтолкнули:

— Смотри!

В зеркале отразилась даже не девушка — девочка, лет пятнадцати! Чем-то похожая на меня в молодости. Не уродина. Далеко не красавица. Золотисто-русые волосы с пепельным отливом. Яркие карие глаза с густыми чёрными ресницами, обведённые синевой. Строгие очертания рта. Высокие скулы. Курносый нос. Упрямый подбородок. Красивая шея. Спортивная, подтянутая фигура с очень тонкой талией. Просто приятный ребёнок.

"С глазами пожилой женщины…" — горько усмехнулась я про себя.

— Нравится? — надо же, Доку интересно моё мнение!

— Да. Это так помолодело моё тело… или…?

— Твоё, — деловито пояснил Док, — Перенос сознания слишком дорог, чтобы практиковать его на рабыне. Пусть даже и редкой, и дорогой.

У меня внутри всё опустилось от этих слов. И даже зарождающаяся симпатия и благодарность к спасшему меня врачу скончалась, едва появившись.

"А что ты ждала? Ты для него одна из тысяч. Бизнес, есть бизнес! И ничего личного! Ничего не должно помешать поступлению денежных средств на счета бизнесмена…"

— Неплохо выглядишь. Жаль, что не красавица. И портить тебя коррекциями нельзя… Но… может это и к лучшему. Главное — сможешь рожать отличных детей с нужными параметрами.

На душе от этих слов стало совсем паскудно.

Прошло три месяца.

Рёв корабельной сирены вырвал меня из тёплых объятий сна. Потянувшись, до хруста костей, рванула умываться. В очередной раз поздравив себя с тем, что у меня ровный характер. Ведь именно характер, а ещё то, что Природа наградила меня генами неведомых мне Древних, я должна благодарить за отдельную каюту. Такой чести не удостоился более никто из девушек. Что вызывало у некоторых вполне обоснованное возмущение и ядовитую ненависть ко мне. Не у всех, конечно. Но у большей половины. У тех, кто считал себя красавицами и требовал от других, таких же рабынь, как они, почитания и послушания. В этом наши взгляды на жизнь существенно разнились. О чём я и поведала девицам в первый же день моего появления в их обществе.

Вторая половина отнеслась ко мне осторожно, но не без симпатии. Опять-таки, благодаря моему спокойному отношению к своей "избранности".

А дружили мы только с Людой. Видимо сказалось то, что она тоже оказалась "омоложенной", как и я, и сгинувшая на треклятой "рудокопской" планете Марина.

Остальным, самым "старшим" девушкам, было немного больше тридцати пяти. Конечно, после ренегара они стали выглядет совсем юными, но как отложилось у всех в мозге то, что нам с Людочкой далеко за пятьдесят, так и продолжали нас считать "старухами". Я — не в претензии. Мне совершенно всё равно. А вот Люда очень обижалась и страдала из-за циничных и пошлых высказываний признанных заводил. Такие люди есть всегда. И не важно, что ты их не тревожишь. Они обязательно будут докапываться до тебя.

Я пару раз просила Дока позволить Людмиле делить со мной каюту. Но, получив после повторной просьбы, публично, десять ударов энергетическим кнутом по спине, прониклась пониманием и больше не рыпалась. Хоть наказание проводилось самым слабым, жёлтым кнутом — впечатлений осталось — масса! Выйдя через неделю из ренегара, удивилась тому, что наказание на мой статус не повлияло. Док, как и прежде "баловал" меня отдельной каютой, внеплановым кусочком жареного мяса, которое я должна была съесть в его присутствии, разрешением погулять в оранжерее. Но главным преимуществом у меня было то, что я АБСОЛЮТНО освобождалась от ПРАКТИЧЕСКИХ занятий, с имитациями изучаемых инопланетных рас, строго обязательных для остальных рабынь. Тут надо, наверное, пояснить о сути самих занятий…

Так вот… суть их была в том, чтобы сделать из нас женщин, способных удовлетворить, в первую очередь, сексуальные фантазии разных рас. А они, в основном, были… очень НЕОРДИНАРНЫМИ!

Теорию я слушала и смотрела наравне со всеми. И чувствовала себя ужасно! А от практики на симуляторах были освобождены, кроме меня, еще только несколько девчонок. Кстати, среди них не было ни одной красотки. Очень приятные, умные и… адекватные. Они, скорее всего, тоже должны будут стать супругами-матерями Наследников. Это лично моё предположение. Которым я делилась исключительно с Людой. Кстати, эти девчонки тоже жили отдельно от всех остальных, в одной комнате. Наверное, чтобы их не затравили.

Сегодня собиралась в класс, а внутри всё дрожжало. Вчера нам объявили, что мы на орбите некоей планеты, и к нам приедут предполагаемые хозяева. Поэтому назначен общий сбор. Нас будут выводить партиями. И, как оказалось, не только землянок, но и девчонок других рас.

А я даже не знала, что тут есть не только рабыни-землянки.

Опаздывать нельзя. Поэтому пришла в класс пораньше.

— Привет. Как думаешь, кого из нас выберут? — ко мне тут же подошла Люда.

— ЕЁ точно не выберут! — раздался громкий голос негласного лидера — Анастасии. Ну вот как можно быть такой неприятной, при очень красивой внешности и неплохом уме? — Да и остальных тёлок-незабудок — тоже! Землянок выведут после всех… а этих… после нас. Чтобы подразнить покупатей — вот какие прилежные самки у них есть!

— Верно, — раздался голос нэра Гугерта, который являлся нашим действительным хозяином. Сам он стоял в дверях, в окружении настороженных биоников-телохранителей, — Эти самочки — моя гордость. Они сделают меня ОЧЕНЬ богатым. А вы все — просто окупите этот рейд и ваше же содержание.

— Содержание? О каком содержании может быть речь?! — воскликнула взвинченная Настя, — Нас кормят комплексной едой! Делают из нас выносливых шлюх! Относятся как к отбросам! Наказывают! И ещё, как оказалось, считают нас хуже этих тупых, послушных куриц?!

— Очень интересно… — нэр Гугерт расположился в кресле, забросил ногу-на-ногу, — Продолжай!

— Чем мы хуже этих дур?!

— Характером. Именно характер является основой отбора. Никому не нужны матери наследников с склочным, вздорным характером. С неустойчивой психикой. Склонные к побегу. К нанесению вреда тому, кто примет эту самку в свой Род. Характер и генетика. Ты же не можешь похвастаться ничем. — сегодня наш "господин" был на редкость добродушен и настроен к общению.

— Это у меня есть характер! У меня, а не у ваших серых клуш! У меня есть внешность и характер!

— А самочка-мать и не должна быть яркой и красивой. Она должна стать надёжным тылом для супруга, быть милой и приятной. Чтобы мужчина стремился домой. Ещё родить и воспитать достойных детей для его Рода! Такие как ты на это не способны. Поэтому мы и вынимаем у ВСЕХ вас репродукттвный материал. Который можно продать тем, кто захочет вырастить для себя и своего Рода самку для развлечений. Мы и у послушных самочек отбираем созревшие яйцеклетки. Но их мы будем хранить и продадим очень дорого тем, кто захочет вырастить наследницу Рода. Как видишь, и тут ты подгадила — на этот раз — своим детям. — Сжав челюсти, нэр Гугерт бросил непроницаемым бионикам, — Эту — отвезите "рудокопам". Скажете — подарок от нэра Гугерта сразу двум кланам. Тем, кому не хватило денег на самку. И её подружку прихватите! Вон ту, губастую. Надо мужикам, хоть и гоблинам, праздник подарить.

В мёртвой тишине, бионики вывели Настю и её "заместительницу" из класса.

— Ну… а вы — готовтесь к смотринам. Вас я выпущу в самый последний момент. И продам только одну из вас. Очень дорого. Будущий хозяин одной из вас, покупает себе жену. И, хоть они тоже, в некотором смысле "рудокопы", но разительно отличаются от гоблинов. Есть среди них любители жить постоянно в горах. Но! Не всегда под землёй. В их жилища тоже заглядывает свет их звезды. Есть вопросы?

— Господин, а можно нам увидеть — как выглядят эти разумные? — решилась я, под давлением пяти десятков девичьих глаз.

— Покажи! — не глядя на бионика, отжалел великодушно наш владелец.

На большом экране класса появилось изображение гнома Дарина из фильма "Властелин колец". Ну прямо — точь-в-точь! А я не удержалась и прошептала:

— Слава Богу!

— Что такое? — лениво взглянул на меня наш владелец, — Ты боишься этих "рудокопов"?

— Нет, господин. Я не переношу бородатых. Ээээ… всех разумных, с растительностью на лице… Они для меня почти так же неприятны, как гоблины. — честно ответила я.

— Хм… я тоже брезгую разумными, у которых на лице растут волосы… А кому из вас нравятся такие мужчины? — нэр Гугерт обвёл нас острым взглядом.

Пять девчонок шагнули вперед, и среди них — Люда.

— Я передумал, — наш владелец усмехнулся, — На смотрины выйдите только вы — пятеро. Остальные просто посидят тут, за столами. И порадуются за одну из вас.

Он ушел, а немного взбудораженная Людмила присела ко мне за стол:

— Саш, я так хочу, чтобы меня выбрали!

— Мне ты не говорила о своих предпочтениях, — попеняла я.

— Как-то к слову не пришлось, — смутилась подруга, — А ты правда настолько не любишь бородатых?

— Не переношу! До стойкого физического отвращения. — Меня передёрнуло от неприязни.

— Ух ты… фобия у тебя, однако! — Люда погладила меня по плечу.

— У всех есть фобия, — вздохнула я.

— Ну, что ты!? Я уверена, что выберут меня. Порадуйся за меня… ну же… — подруга обняла меня за плечи. Такой воодушевлённой я её ещё не видела.

— Я рада! Правда — рада! Но мне будет очень тебя не хватать! Тебе правда нравятся бородачи?

— Очень! Они асоциируются у меня с крепким, надежным мужем. Который — как скала! — Людмила мечтательно прикрыла глаза.

— Хоть у кого-то из нас есть идеал мужчины, — вздохнула я, — Надеюсь, что ОН будет беречь тебя и уважать.

— А почему ты о любви ничего не сказала? Считаешь — я не достойна? — обиделась Люда.

— Ты более чем достойна любви, — я вздохнула, — Но помни, при всей похожести — они не люди. И, если у них есть такое чувство, и оно коснется тебя, я буду только рада.

— А для себя ты уже всё решила? — подруга сочувственно сжала мою безвольную ладошку.

— А от меня ничего не зависит. Сама знаешь — какая участь мне уготована. В лучшем случае — я буду рожать одному мужчине, купившему меня. Но там, хотя бы, я буду рядом со своими детьми. В худшем — буду рожать по заказу. И детей вряд ли увижу… — настроение скатилось до отметки "ложись и помирай".

Люда хотела мне ответить, но тут объявили о прибытии покупателей и нас всех вытолкали на закрытую галерею — смотреть на смотрины. И там я впервые увидела рабынь других рас. Много же нас, однако, у "хозяина"!

"Покупатели" внимательно рассматривали предложенный "товар".

... шел третий час смотрин, когда увели наших девчонок и Люду с ними. Она чмокнула меня в щеку и исчезла за серой дверью, чтобы через несколько минут выйти на подиум. И сразу заинтересовала "гнома"… того… похожего на Дарина. Он встал и, подойдя к подиуму, о чём-то спросил мою подругу. Люда, с улыбкой ответила ему. Ешё несколько фраз с обоих сторон… и "гном", подхватывает Люду на руки!

Ого! Силен, однако!

Я не успела больше ничего увидеть, как нас отвели в класс. Куда благодушно настроеный Гугерт привёл уставших, но довольных "гномов".

— А вот эти рабыни воистину — бесценны! Особенно они, — "хозяин" указал на девчонок и меня. — Верные, умные, доброжелательные, спокойные. А в Сашше есть, к тому же, Древняя кровь!

На мне скрестились заинтересованные, мудрые взгляды:

— Хороша девка, но не для нас. — Выразил общее мнение Старший делегации, — Вам её нагам или карианам надо предложить. Или рудхам…

На Старшого, вдруг, все зашикали. Обводя себя странными ритуальными жестами.

— Благодарю! О них я как-то позабыл, — оживился Гугерт, выпуская на всю "катушку" своё непреодолимое, порочное очарование, — Непременно пошлю и им приглашение на аукцион.

— Оля, — я придвинулась ближе к одной из нас, "избранных". Очень вдумчивой и внимательной девушке, — Кто такие рудхи?

— Понятия не имею! Хоть уже сейчас очень хочу узнать. Не просто так "гномы" отводящими Смерть жестами себя осеняют. Чувствует моя "пятая точка", что именно им мы и достанемся…

Мы все помрачнели.

Но процесс разглядывания выдержали с честью.

Уже потом, когда "покупатели" ушли, мы совсем скисли.

— Хм… так много красавиц в одной комнате, но никто не ссорится, не болтает, и вообще… вы живые? Смотри, Огрен, тут словно в склепе у талианцев! Куча красивых и молчаливых фигур! — на порогу стоял широкоплечий парень в чёрной форме, с интересом разглядывая нас.

У него из-за спины, нас с не детским любопытством разглядывало ещё три пары глаз.

А мы что? Мы — молчим! Ибо самое "мягкое" наказание, которое нас ждёт за общение с незнакомыми "самцами" без разрешения "хозяина" — десять ударов энергетическим кнутом. Это все мы усвоили очень быстро и на "отлично"! Молчим, не двигаемся и почти не дышим…

— Уважаемые воины, — О! Это Док пришел к нам на помощь! — Прошу вас не смущать наших самочек. Они слишком хорошо вымуштрованы, чтобы общаться с незнакомцами без разрешения. — Похоже, Док был доволен нами.

— Простите, но тут не воспитанием попахивает, а страхом! Даже больше того — ужасом! — Влез в разговор тот, которого назвали Огрен, — Они банально, панически — боятся наказания!

— Все мы, в какой-то мере боимся некоего наказания за своё неправильное поведение, — не уступил Док, — Наказания кнутом, общественным мнением, отказом от благ…

Мдя… ребята молчат… не сильны они в полемике! А чего тогда совались?

— Ещё раз прошу вас — не смущать наших самочек. Если вы сейчас же не уйдете, их накажут! Всех! Закройте дверь! — в голосе Дока прибавилось металла.

А мы как-то синхронно вздрогнули.

Парни отшатнулись в коридор. Дверь с мягким шелестом закрылась.

— Что ж… я вижу — решение как можно скорее избавиться от скандальных самок оказалось верным! — теперь Док просто лучился благодушием…

Ага… а мы уже не покупались на него…

Взгляд Дока нашел меня:

— Сашша… что вы тут с Олли обсуждали?

"Ух ты! Откуда он это узнал?" — запуганным грызуном метнулась мысль, — "Хотя… у них везде наблюдение… и прослушка, скорее всего, тоже имеется в наличии…"

Сердце ушло в пятки, но я отважно ответила:

— Господин Гугерт упомянул о рудхах… мы не изучали эту расу…

— Рудхи… — Док всерьёз задумался, — Завтра я САМ расскажу вам об этой расе…

И ушел…

— Что-то мне совсем всё не нравится, — судорожно выдохнула бледная до синевы Оля, — Чувствую — ждет нас, девочки, полная попа… И мы ещё ой как позавидуем Людмиле… "гномы" хотя бы на людей похожи… а эти… или сожрут, или истязать будут…или нереститься будем непрерывно, популяцию отборных особей расы увеличивать…

Её никто не возразил. Все чувствовали то же самое…

По комнатам нас разводили под усиленной охраной биоников и андроидов. Неспроста это!

На следующий день Док выполнил своё обещание. И коротенько ввел нас в курс дела, относительно расы рудхов.

Сказать, что мы были в шоке — значит ничего не сказать.

Если коротко, то рудхи — закрытая раса воинов, обладающая знаниями Древних Цивилизаций.

У рудхов изначально нет женщин. От матери любой расы рождается чистокровный рудх. И они периодически появляются на рабских торгах, но только там, где продают рабынь из Закрытых миров. Выбирают тщательно. Каждую женщину столь же тщательно обследуют их непонятные и зловещие бионики. После одобрения, женщин покупают и больше никто и никогда их не видит. Никто не знал — какие семейные традиции у рудхов и есть ли у них институт семьи.

Галактика, в которой предположительно находилась колыбель рудхов, была окружена языками Тёмных туманностей и двумя мёртвыми зонами, образованными нейтронными звёздами катастрофической мощи, невесть как "замороженными" в максимальной фазе. Даже самые опытные в космонавигации расы, не смели и приблизиться к этому району.

Как выглядят рудхи — тоже не знал никто. На аукционах их представляли бионики и андроиды привычной гуманоидной внешности. А там, где рудхи, по просьбам потерпевших, проводили зачистки и локальные вмешательства, свидетелей не оставалось.

Док, с неким сомнением добавил:

— Ходят не проверенные и не доказанные слухи о том, что рудхи — плотоядны. Что у них есть нечто общее с арахнидами. Тоже, весьма закрытой и малоизученной расой. Всем известно, что арахниды могут питаться убитыми во время боестолкновения противниками. Они это не скрывают. И их не останавливает раса противника. Плоть — она и есть — плоть. С рудхами всё не так просто и понятно. Известно лишь одно — расам, находящимся в секторе влияния рудхов, не грозят порождения Тёмных туманностей. Не было зарегистрировано ни одного нападения порождений за несколько тысяч лет. Поэтому разумные охотно расселяются в области их влияния. Там находятся исследовательские центры, производства, аграрные миры… и везде высочайший уровень жизни и науки. Потому, не мудрено, что разумные стремятся туда. Но каждого кандидата тщательно проверяют. Буквально — каждого. И миллиарды разумных хранят молчание о своих благодетелях. Никто не хочет лишиться сам и лишить свой Род оказанного доверия. Я не исключаю вероятность того, что рудхи ходят среди нас. Только мы об этом не знаем. Генетический материал рудхов никто добывать не рискует. Как-то, несколько тысяч лет назад, один безумный гений и очень богатый разумный попытался добыть генетический материал рудхов. И, говорят, — ему это удалось. Последствия были печальны… Чтобы уничтожить даже мизерную вероятность утечки генных материалов, рудхи уничтожили СЕМНАДЦАТЬ звёздных систем. Со всеми невинными и виноватыми… После — желающих повторить кошмар не было.

Док замолчал. Мы, в шоке, тоже молчали.

— Я не собираюсь от вас ничего скрывать. Если рудхи будут на аукционе — постараюсь продать им вас как можно дороже и больше. Наш господин уже распространил информацию о том, что мы везём рабынь из Закрытого мира и одну из них, обладающую Древней кровью. Будем надеяться на удачу.

Док ушел, оставив нас размышлять о бренности всего сущего…

И снова потянулись дни заключения. Нас уже не выставляли на смотрины, хоть мы и останавливались примерно каждые две декады у разных планетных систем.

"Хозяин" даже расщедрился настолько, что позволил желающим изучать дополнительные предметы.

Нужно ли говорить, что этими "желающими" были мы все — на сто процентов? Всем осточертело эротическое обучение и мы с искренним наслаждением углубились в биологию, медицину, кулинарию и, особенно, в обучение управлением различными транспортными средствами.

На нас, землянок, странно косились представители всех остальных рас.

Как мы, стиснув зубы, и размазывая по лицу кровь, поднимались с ковра в спортзале…

Как, сдерживая слёзы от боли в треснувших рёбрах — сажали нежно космический челнок…

Как утешали и пели колыбельные песни отходящим от наркоза бойцам, успокаивали и поддерживали их…

В общем — землянки сумели проявить свои самые лучшие качества. Потому, что самые плохие уже проявились и забылись…

А меня не оставляло чувство вины перед Мариной. Я отчаянно хотела спасти её! Ведь она со своим характером умрёт, но не сломается! Но, как это сделать? Чем аргументировать?

Хотя… конечно, мы сейчас все ОЧЧЕНЬ дороги для "хозяина". Что, если я обнаглею и попрошу Гугерта сжалиться над Мариной? Меня же за эту просьбу "гоблинам" не отдадут? Надо связно, ёмко, доказательно обосновать выгодность возвращения подруги.

Ну почему я такая соглашательница и трусиха? Другая давно бы вовсю пользовалась правами "дорогой любимицы".

Нет… Марину я обязана выручить!

" Хоть сам погибай, а товарища выручай!" — это точно не про меня… Не про меня, но именно так я собралась поступить.

Ну… пошла погибать!

Вот кто бы тогда меня остановил!

По природе своей — я трусоватая, а потому — очень спокойная, осторожная и рассудительная. Всегда стараюсь здраво осмыслить все последствия, прежде чем принимать решительные действия. Смелая я лишь тогда, когда твёрдо уверена в своих правах, и в том, что "начальство" меня прикроет.

Что на меня нашло сейчас — не знаю. Не иначе — временное помутнение рассудка!

А ведь так хорошо всё складывалось! (С моей точки зрения!).

Я — в любимицах. Никто меня особо не садирует. Ну и была бы у какой-нибудь расы смирной матерью-производительницей! Так нет! Потянуло меня на подвиги! Причём, как-то самоубийственно потянуло!

Совесть моя, моя жизнь отныне — на твоей Совести! И пусть тебе будет отчаянно стыдно за мои, так и не прожитые годы!

Вот иду я сейчас на подгибающихся ногах, за невозмутимым биоником туда, где ни разу ещё не бывала. И костерю себя последними словами. Жить — ну ОЧЕНЬ хочется. А ещё лучше, так жить — чтобы жизнь не сопровождалась пытками и унижениями, и чтобы не приходилось воевать за каждый глоток воздуха и воды. Потому, что вояка из меня — хуже, чем "так себе".

Мягко открываются двери подъёмника. И мы входим в уютную тишину коридора, куда выходит лишь три двери. У одной из них бионик застывает и сообщает мне, чтобы я ждала вызова. И уходит…

Послушно сливаюсь со стеной.

Прошло, наверное, больше часа, когда двери открылись и ещё один бионик запускает меня в "Святая Святых" — апартаменты нэра Гугерта, — "господина", "повелителя", "хозяина".

Послушно семеню за невозмутимым организмом через шикарную гостиную, в… огромную спальню?

Замираю у двери, едва дыша и не смея поднять глаза. В нос врываются запахи крови и секса…

— Господин, я привел самку, которую вы милостиво захотели услышать, — доложился мой конвоир.

— Посмотри на меня! О чём ты хотела просить? — лениво-благодушный голос Гугерта лишил меня остатков уверенности.

— Ппростите за ббеспокойство, гггосподин… — я подняла глаза и подавилась воздухом.

На огромной, круглой кровати, оборудованной совершенно неведомыми мне приспособлениями, от которых даже самый двинутый на БДСМ псих пришёл бы в шок, лежали полураздетые Гугерт и Док. В компании трёх рабынь, разной степени "замученности".

Ещё пять девушек стояли, сидели, висели и лежали на различных пыточных приспособлениях, коими щедро была напичкана огромная комната.

— Говори, — ухмыльнулся Гугерт, ему явно понравилась моя реакция, — Чего испугалась?

На всякий случай, я, по наитию, опустилась на колени. Хоть в душе меня воротило от себя самой.

— Господин… вы говорили… что землянки довольно ценные… и что рудхи… они щедро заплатят за любую…

— Ну и..?

— Пожалуйста! Верните Марину от "гоблинов"! Я её уговорю! Она будет послушна и молчалива!

Я скукожилась в жалкий комочек, презирая и ненавидя себя за пресмыкание, и ожидая Окончательного приговора не только Марине, но и себе.

— Хм… так значит? Что ж… я верну Марину… но ты будешь нести ответственность за неё и её склочный характер. Ты поняла?

— Да, ггосподин, — прошептала я, не веря, что подругу спасут и меня не угробят.

— Иди… и помни — ты обещала мне ещё одну смирную рабыню!

Не помню — как я добралась до своей комнаты…

Если бы я знала — какие последствия будут у моего вполне объяснимого, с точки зрения адекватного человека, порыва, — не полезла бы в эту авантюру! Лучше мучиться от погрызов Совести, чем влипать в тот расклад, в какой я, не ведая сама, влетела…

Первым звоночком стало ежедневное присутствие либо Дока, либо Гугерта, а иногда и их обих, на тех занятиях, где присутствовала ваша покорная слуга.

Они просто приходили, устраивались поудобнее, и, нервируя "педагогов" высиживали занятия до конца.

На третий день, после моей "исторической" просьбы, прямо на "уроке" Гугерт спросил, перебивая лектора:

— Сашша, ты любишь воду?

Опешив, подскочила и проблеяла:

— Ддда…, господин..

— Почему, тогда, ты не плаваешь в бассейне?

— Я… я не умею плавать… — прошептала едва слышно, — В любой ёмкости, больше ванной я падаю в обморок, если захожу глубже, чем по колено.

— Плохо! Ты должна научиться плавать! С сегодняшнего дня тобой займётся моя рабыня. Она стала слишком слаба для утех. А для того, чтобы научить тебя плавать, ей сил хватит. И, чтобы уже через две недели я увидел результат!

Гугерт вышел, а я так и стояла… не чувствуя, как по лицу катятся слёзы.

— Садись… — чьи-то руки усадили меня на стул.

Ааа… это бионик Гугерта.

— После этого урока ты идёшь в бассейн господина. Наэла будет с тобой заниматься там. Пока не научишься держаться на воде. — скупо проинформировало меня синтетическое существо.

Прошло две недели

Я шла за биоником в бассейн на экзамен по плаванию и тряслась от страха. За это время Наэле удалось не только избавить меня от обмороков в воде, но и даже научить лежать и тихонько плыть на спине. На животе плавать пока не очень получалось. Несколько судорожных ударов по воде — и я начинаю тонуть со скоростью топора.

Резковатая, нервная наагатка, необычно маленькая и обманчиво-хрупкая, для своей расы, Наэла оказалась отличным тренером. Если с первого взгляда она показалась мне злой, то потом я поняла — это не так. Она была импульсивной и прямолинейной. Но не подлой и не стервой. Ругала меня! Кричала. Но всегда во-время её руки подхватывали меня, не давая произойти самому страшному — чего я всегда боялась. Это, когда вода заливает нос… после этого я безвольно позволяла себе тонуть.

Мне было любопытно — почему именно Наэла стала моим тренером. Но задавать ей этот вопрос я не решилась. Видя на коже девушки страшные шрамы и следы недавно заживших ожогов. Это с их-то регенерацией!

Да… Гугерт и Док — садисты и извращенцы, каких поискать!

В бассейне было тихо, темно и "безлюдно".

— Что ж… показывай — чему научилась. Если Наэла плохо учила — она понесёт наказание, — громом среди мёртвой, влажной тишины прозвучал тихий голос Гугерта.

"Гад! Она же не виновата в том, что я трусиха и не умею плавать!" — от осознания собственного бессилия и никчемности хотелось взвыть.

И, наконец, сделать что-нибудь путное в своей жизни. Например — перегрызть Гугерту горло зубами.

Вместо этого, склоняюсь в поклоне:

— Господину досталась бездарная и трусливая рабыня. Даже талант Наэлы не смог так быстро излечить меня от страха и научить полноценно плавать. Я понимаю, что заслужила наказание…

— Иди в воду. Дальше я сам решу, что с тобой делать…

Сбрасываю халатик и, оставшись в купальнике, заползаю в бассейн. Ложусь на спину и пытаюсь поверхностно дышать. Как жаль, что Наэлы нет рядом! Если я начну тонуть — меня никто не спасёт!

Через полчаса я сидела мокрая, на краю бассейна, в тщетной попытке унять трусливую дрожь. Я старалась! Буквально из кожи вон лезла, но Гугерт всё равно остался не доволен моими "успехами". Насколько я поняла, он ожидал, что я буду плавать через две недели после начала занятий, немного хуже дельфина. Сами понимаете — не смогла я даже наполовину хуже… И "господин" озвучил вердикт — привести меня сегодня в его покои на "тематическую вечеринку" с участием Дока, Наэлы и остальных невольниц.

Что такое БДСМ — я знала исключительно поверхностно и "по наслышке". Как и все современные люди. Ну есть те, кому это нравится… ну и пусть они там гужуются… главное — чтобы никого не принуждали. Свобода выбора — так их раз так!

А сегодня я буду участвовать во всём этом лично. И никого не интересует тот факт, что я категорически не приемлю подобных вещей! Насколько я понимаю — главными действующими лицами сегодняшнего бардака будем мы с Наэлой.

— Саша, ты здесь? — я вздрогнула от неожиданности. Всхлипнула, когда на плечи опустился тёплый халат, и рядом присела Оля. — Всё плохо? — она даже не спрашивала… она утверждала. — Как накажут уже знаешь?

И тут нервы у меня не выдержали. Тихонько поскуливая, я уткнулась в плечо Ольги и рассказала о том, что подвела не только себя. Самое страшное для меня то, что я подвела Наэлу. И теперь самое унизительное и болезненное достанется ей! Сегодня. И, сколько ЭТО будет продолжаться — понятия не имею!

— Что могу сказать? Смирись, Сашка!? Покорись и я уверена, этим ты только сделаешь лучше и себе, и Наэле. Им станет неинтересно. А значит мучить вас они будут не так долго, как если ты начнешь противиться и сопротивляться. Пусть тебя успокоит тот факт, что Наэла уже испытала всю "прелесть" сексуальных пристрастий нэра Гугерта и нэра Дока. И вряд ли будет сегодня что-то, чего она не испытывала. Я думаю, она больше тревожится не о себе, а о том как ты себя поведёшь. А сейчас идём. Надо тебе выпить горячего чая и поспать…

Ольга тянула меня из бассейна с силой, неожиданной для её хрупкой, маленькой фигурки.

И я снова малодушно последовала за ней.

— Вставай… Саша, вставай, за тобой пришли, — меня осторожно потеребили за руку.

Мозг, по-подлючему спрятавшийся в сон, никак не хотел возвращаться в реал.

Но тут меня словно током ударило:

"Меня же запытают, если я опоздаю на наказание! А сильнее всего достанется Наэле!" — эта мысль придала сил. И я в рекордные сроки собралась и вышла к ожидающему бионику.

— Господин ждет тебя. Следуй за мной, — а куда ж я денусь!

Чем ближе подходила к апартаментам Гугерта, тем сильнее леденели у меня руки и ноги. В горле стоял гадкий ком, а внизу живота поселилась пустота.

На этот раз ждать в коридоре не заставили. А сразу проводили в "спальню". Причём, бионик крепко держал меня выше локтя, словно готовился фиксировать.

Интересно… он тут и спит? На кровати, насквозь пропитанной похотью, кровью и болью? Или у него есть другое "гнездышко" для сна и отдыха, только для себя — любимого?

Оказывается, ждали только меня. Потому что, стоило мне войти, как все сразу словно ожили. Гугерт, с предвкушающей усмешкой поманил нас с биоником к себе. Док же распорядился:

— Чего уставились? Все, кроме Наэлы — на пол!

Четыре девушки тенями скользнули на ковёр. Наэла же сильнее развернула плечи и криво улыбнулась мне, отчётливо открыв-закрыв глаза.

— В глаза смотри!

Послушно смотрю в бездушные стёкла глаз. Пусть он будет уверен в том, что я послушно исполню любой его приказ.

— Раздевайся и марш на кровать!

"Вот и всё, Сашка! Добро пожаловать в мир ДОМов и СЕТов!"

Разделась так быстро, как позволили трясущиеся руки и наливающееся ватной непослушностью тело.

Тихо охнула, когда сильная рука, перекинув меня, как бельё через верёвку, забросила на кровать и ловко пристегнула руку к изголовью.

— Тебе понравится, — хмыкнул Гугерт.

Впервые вижу хоть какое-то проявление эмоций у нашего "хозяина".

— Ты, — Гугерт указал на Ноэлу, — Подготовь и возбуди малышку! Не можешь научить плавать — научи получать удовольствие!

Нагиня молча скользнула ко мне на кровать, загоняя в ступор виноватым взглядом удивительно ласковых глаз.

— Ты очень чистая, нежная и тёплая… — касаясь моей руки мягкими губами, прошептала она, — Ничего не пытайся изобразить… если не понравится — не страшно… Намного хуже будет, если после сегодняшнего ты уже никогда не сможешь испытать наслаждение ни от чьих ласк!

— Но… тебя же…

— Чччшшш… — Наэла приложила пальчик к моим губам, невесомо погладив подбородок, — Меня накажут в любом случае. Даже, если ты кончишь сокрушительным оргазмом. А поэтому… закрой глазки и просто почувствуй — как мне нравится к тебе прикасаться… Потому, что мне это действительно нравится!

Несмотря на то, что внутри у меня всё сжмалось от ужаса и отвращения, я послушала мудрую нагиню.

Закрыла глаза и позволила ей прикасаться к себе руками и губами…

Для меня, воспитанной в другой стране и на других ценностях, это было очень смело!

Но… то ли чувство вины перед Ноэлой сыграло свою роль… и то, что я ей хоть сколько-то доверяла…

Могу сказать — мне начали нравиться её неторопливые… деликатные ласки…. И даже дикое смущение начало уступать место удовольствию от тактильного контакта.

Но потом, вдруг на меня нактило отвращение.

"Я — нормальная женщина! Я не хочу заниматься этими извращениями!" — взбунтовался мой несчастный разум.

Резкое движение рядом со мной:

— Ты не способна ни на что! — шипел на Ноэлу, злой как сотня гадюк Гугерт, — Ты не можешь даже её симпатию и жалость к тебе перевести в сексуальное возбуждение!

"Прости, Наэла! Даже во имя твоего спасения я не смогу переступить через себя!" — винилось сознание.

— Открой глаза! — "хозяину" не отказывают!

Открыла… ужасаясь злой неудовлетворённой похоти в его глазах. А ведь раньше я этого не замечала! Или он просто умело скрывал?

— Смотри, на что обрекло эту рабыню твоё нежелание смириться полностью…

Мамочки! За что нам такие пытки!?

Резкий рывок отрывает Наэлу от меня и отбрасывает к стене… к стене для пыток.

А там… там…

МАМОЧКА!

Там стоят три НЕЧЕЛОВЕКА!

Я, конечно, понимаю, что Наэла — тоже не человек. Но…

Это какие-то совсем НЕлюди!

Бугристая, влажная кожа. "Плывущие" очертания громадных тел. Обвисающие складки колодоподобного торса. Эрегированные органы, настолько внушительных размеров, что мой мозг тут же отправился в аут. Одного движения "этим кошмаром" достаточно, чтобы разорвать меня пополам!

А Наэла, поймав мой безумный взгляд, только зло улыбнулась, слизывая кровь с разбитых Гугертом губ.

— И не смей полностью перекидываться! Только наполовину! — добавил Док, паскудно ухмыляясь, — А то мы добавим уже не Ольменов, а кого похуже! У нас много жадных и изголодавшихся самцов!

— Да, хозяин, — кротко ответила Ноэла, опуская глаза. Но я заметила, как посерела её кожа.

Бедная! Это я не знаю почти ничего, а уже почти скончалась от стыда и ужаса! А она — ЗНАЕТ, что её ждёт сейчас и может ждать в случае, если Гугерт останется недоволен.

Нагиня плавно встала и шагнула к рванувшимся к ней самцам. Мгновение — и её ноги сменяются хвостом, а сама она становится намного крупнее. Оглядывается на меня, через плечо, и… подмигивает..!

Я дергаюсь — как от удара. Только бы наши "хозяева" не видели это перемигивание. Судорожно оглядываюсь. Но и Док и Гугерт смотрят только на меня…

— Боишшшссся…? — облизывая почерневшие губы… чёрно-синим, длинным языком, интересуется Гугерт.

Мда… а я как-то не задумывалась — какой он расы.

А действительно — какой?!

А Док?

— Дда… боюсь… ггосподдин… — внутренне сжимаясь, лепечу я.

— Мне нравтссся твоя чесссносссть… и твои эмоции… такие вкуссные… даже сстрах — не горчит! — доверительно сообщает мне наш "хозяин", однако не прикасаясь вообще… только жадный, голодный взгляд.

Я успевая удивиться, но к моему обнаженному бедру прикасаются чуткие, прохладные пальцы.

Док…

Прикасаются, чтобы мгновенно отдёрнуться.

— Ничего не забыл? — злится Гугерт, — Она не для тебя!… да и не для меня… тоже…

Мои глаза, наверное, стали больше блюдец. Про дыхание — и вобще забыла напрочь!

А Док просто кивает, с печальной усмешкой.

— Больно не иметь права на ту, что могла бы стать твоей Душой…

— Моя Душа — это власть и деньги! — продолжает одним им понятный разговор Гугерт, — Да! Милашка! И чиста! Но я предпочитаю — БОЛЬ! Дарить и получать! Ты — тоже! Ведь так?

— Так, — соглашается Док, — Но, если мы сейчас получим удовольствие от этой милашки — о прибыли можно забыть. Она не перенесёт… даже самого "лёгкого" твоего воздействия.

— Ты прав, — злость испарилась из глаз Гугерта, — А без воздействия — не интересно… Эй! Увести её! Десять ударов кнутом на средней мощности! Не выпускать из комнаты неделю!

Бионик, подобострастно склонившись, отстегнул меня и, подняв на руки, быстро унёс из "Обители Зла".

Мы неслись по коридорам, а у меня в голове, отбойным молотком, стучала единственная мысль:

"Что это было?! Как там Наэла?!"

Даже наказание кнутом — уже не страшило!

А зря!

Но… обо всём — по порядку!

Бионик отнёс меня в комнату и запер. Это ничего… это практически нормально.

Забравшись в душ, долго мылась…

Потом, высушив волосы и одевшись в любимую пижамку, прилегла на постель и… сама не заметив этого — уснула.

Проснулась от чужих прикосновений.

Вздрогнув, открыла глаза. Снова бионик. И снова несёт меня куда-то…

Ой! Мамочки! И я даже знаю — куда!

В комнату Наказаний!

"Что ж… Чему быть — того не миновать! По любому — Наэле из-за меня пришлось намного больнее и унизительнее!" — успокаиваю сама себя, готовясь покорно, но с достоинством принять Боль.

А в комнате нас уже ждали…

"Подопечные" Гугерта послушно сидели на скамейках, и только некоторые осмеливались украдкой перешептываться.

Бионик аккуратно сгрузил меня на скамью Наказаний, ловко содрал курточку пижамы, уложил животом на гладкую поверхность и защелкнул фиксаторы.

— Сашша наказывается за халатное исполнение Воли господина десятью ударами энергетического кнута средней мощности, — информирует это существо и наносит первый удар.

Всё! Все мои потуги на героическое молчание, за один удар сошли на нет! Ведь до этого меня наказывали кнутом малой мощности! Оставшиеся удары сопровождались моими невольными криками. Я захлёбывалась слезами от крика и боли, от стыда за свою слабость и никчёмность. После пятого удара — благополучно потеряла сознание…

"… Я лежу на странном шелковистом песке… Странно! Как это..?! Никогда не была любителем валяться тряпкой на пляже, предпочитая более активное время-провождение. Шевельнулась… и тут же охнула от обжигающей боли… Надо же, как печёт! Надо встать и срочно идти в медпункт! Наверное у меня солнечный ожог и тепловой удар! И всё же — как я могла оказаться на пляже и сгореть?!"

— Она не приходит в себя, — спокойный голос Дока, охлаждает меня лучше ледяного душа, — Ты был не прав, настаивая на том, чтобы ей не оказывали медицинскую помощь после наказания! А я был не прав — тебя послушав! Срочно! В ренегар!

Равнодушные, сильные руки подняли меня с кровати и куда-то понесли.

Я искусала губы в лоскуты, чтобы не застонать, и мне удалось-таки умудриться не издать ни звука.

"А вот и ренегар! Миленький наш приборчик! "

Уложив меня на ложе лицом вниз, бионик закрыл колпак прибора. Вот и долгожданный сон…

Прихожу в себя — у себя в комнате.

На прикроватной тумбочке — графин с водой, три кусочка подсушеного сладкого хлеба с орехами и горсточка сухофруктов. Стандартный набор для изоляции. Всё знакомо и привычно. И это — стандартный набор продуктов и воды на неделю.

Встаю. Выпиваю глоточек воды. Одну из сухофруктин, самую маленькую, забрасываю в рот…

Вот и весь завтрак.

Потом — естественные надобности.

Потом — зарядка, в виде растяжки и коллонетики.

Душ.

И, самостоятельные занятия…

Неделя пролетела незаметно. И, если бы не предшествующий заключению кнут, то для меня она была бы не наказанием, а поощрением.

Новая неделя началась с сюрприза.

Дверь в каюту открылась, и невозмутимый бионик втолкнул в комнату, ещё полутёмную от ночного освещения, какую-то девушку. Прокатившись по полу, она, сыпля проклятия и ругань на смеси русского и общего языков, ловко забилась под письменный стол, злобно зыркая глазами из-под спутанной и не очень чистой гривы тёмных волос.

— Доброе утро. — Я свесилась с кровати, пытаясь рассмотреть — что за соседку мне подбросили, и что стоит ожидать. — Вы кто? Вы с Земли?

— Пошшшла ты на х**! — мгновенно огрызнулась "гостья", — Как жизнь послушной подстилки? Спина зажила?!

— Спина зажила, — Спокойно ответила я, уже узнав "гостью", — Жизнь — терпимая. А вот ты здесь оказалась потому, что "подстилка" об этом Гугерта попросила! Или тебе понравилось ТАМ..?! Откуда тебя вернули?

— Ой! Тоже мне, мать Тереза! Если думаешь, что я теперь перед тобой прЕсмыкаться буду — обломись! Я теперь знаю, как себя вести! И мужика себе отхвачу — закачаешься! Где тут душ? И где я спать буду? Не с тобой же постель делить?

Пока я переваривала сей пламенный спич, нахалка споро выползла из-под стола и скрылась в санблоке.

"Мдааа… А ведь в чём-то Гугерт прав! Я себе на шею нехилую такую проблему повесила… И как теперь с ней в одной комнате жить? Вот уж, действительно… "Благими намерениями вымощена дорога в Ад!" А ведь я ещё и отвечаю за неё! Ох, я дура-дурищаааа!"

Подошла к двери санблока и постучала, получив в ответ предложение — отправляться в ***!

— Не надо хамить! — При всём моём спокойном характере, я не позволю ей по-хамски себя вести, — Быстро мойся! Мне тоже надо в туалет и в душ! Ты отлично знаешь, что время на утренние процедуры ограничено! А продолжишь так себя вести — брошусь в ноги к Господину и пусть мне дадут двадцать ударов кнутом, но от тебя я избавлюсь!

— О как! Уже Господином эту падлу зовёшь?! — взвилась "гостья", рывком открывая дверь и вываливаясь в комнату в "чём мать родила". Единственной одеждой было полотенце на голове. Моё, между прочим!

"Тихо, Сашка! Сама во всём виновата!" — остудила я себя.

А глаза, помимо воли, в шоке, скользили по телу женщины.

"Матерь Божья…!" — ужаснулась я.

И моему шоку была причина!

Если не обращать внимание на рассасывающиеся синяки и гематомы… там было на что посмотреть!

Соска на правой груди — не было. Вместо него красовался стянутый хирургической ниткой комочек почти зарубцевавшейся ткани. Порваный рот, с левой стороны — тоже зашит. И нитки ещё не сняты. Струпья менее глубоких ран, укусов и ожогов превращали тело Марины в наглядное пособие для медиков-травматологов.

— Налюбовалась?! А ТАМ… — Она показала вниз, — Вообще жесть! Меня бионик ТАМ тоже зашил. Твой Гугерт для меня ренегар только на двое суток выделил! Знаешь, что чувствуешь, когда тебя непрерывно тра*** тридцать звероподобных коротышек!? Не знаешь! А жаль!

— Марина, скажи, чего ты на меня взъелась, а?! Лично я тебе — что плохого сделала!?

— Из-за таких как ты, такие как я считаются браком! А я лишь хочу красиво жить! Ни в чём себе не отказывая! Тут ТАКИЕ мужики встречаются! Красавчики, богатые, и бабы у них в дефеците! Ты что, не понимаешь — мы попали в фантастику! Теперь только надо урвать мужика покруче… и "как сыр в масле кататься"!

— Ты ничему не учишься, — вздохнула я, — С таким отношением к жизни и разумным, ждать беды! И её приход — только вопрос времени!

— Это почему!? — Оттолкнув меня, Марина завалилась на кровать… как есть, мокрая. Закинула ногу-на-ногу и фыркнула, — У Гугерта изменились правила?

— Нет. Не менялись. Ты их плохо читала. Три года, после продажи, клиент и продавец могут расторгнуть сделку. Если во время подписания она не выведена в статут нерасторжимой.

— И как это касается меня?

— Начнёшь вести себя так, как сейчас со мной… а ты начнёшь, — и купивший от тебя откажется…

— Гонишь!

— Нет! Я не вру! Почитай договор.

— Где?

— Вот… — я вставила в гнездо кристалл и ушла в санблок.

Откуда вышла бодрая и готовая к тому, что Марину надо ставить на место.

Но была встречена заплаканной женщиной.

— Почему? Почему-почему-почему! Ну почему мне так не везет? — Слёзы градом катились по её лицу, а она, давясь и вытирая их, продолжала лихорадочно "листать" электронный документ, — Почему для успеха и восхищения надо быть занудным "синим чулком"!?Покорным и некрасивым? Что в тебе такого исключительного, а? — Она уже почти кричала, совершенно не желая даже немного напрячься и проконтроливать себя.

— Да нет во мне ничего исключительного, — Я аккуратно заправила кровать и начала переодеваться. — Ты тоже бы поторопилась. Если забыла — напомню — Гугерт обожает дисциплину и скор на расправу.

Испепелив меня ненавидящим взглядом, Марина в рекордные сроки надела комбинезон.

В этот момент дверь открылась. На пороге стоял невозмутимый бионик.

— Немедленно проследуйте на запланированные мероприятия, — Бесцветным голосом сообщил он и ушел.

— Добро пожаловать в исправительное учреждение строгого режима! — Сквозь зубы процедила Марина и сплюнула на пол. — Веди меня… куда там… нужно… Идеальная ты наша клуша… — Не унималась нахалка.

— Знаешь, что…? — Я решительно шагнула к неблагодарной засранке.

— Что? — Ощерилась она, — Жаловаться на меня побежишь?

— Побегу! — спокойно кивнула я.

— Сука!

— Нет. Ты — намного хуже самки собаки! — парировала я. — И я только сейчас поняла — какую глупость совершила, поддавшись НОРМАЛЬНЫМ человеческим эмоциям!

— Добреньких учить надо! — Оскалилась эта ненормальная.

— Добреньких может быть и надо… А вот добрым — твоё тявканье — побоку! — Невозмутимо парировала я, удивляясь своему спокойствию и выдержке. — Теперь — живо — тряпку в руки и прибрала за собой! НУ!

— Не нукай… не запрягла… — Едва слышно прошипела Марина.

Но салфетку всё же взяла и за собой плевок вытерла.

— Живей! — Рыкнула я, направляясь к дверям.

Бионик уступил нам дорогу и пошел сзади.

— И чего он нас конвоирует? — Злилась эта неугомонная злюка.

— Сама ж только что сказала: "Добро пожаловать в исправительное учреждение строгого режима!" — Ответила я. — Вот… хоть не добро, но пожалуй!

Мы прошли в столовую.

Краем глаза я увидела дрожжание справа от нас, в небольшом тупичке.

Ясно… Гугерт бдит. Смотрит как я справлюсь с "головной болью", которую на себя добровольно взвалила.

Обострившийся в последнее время слух, уловил едва слышное:

— Может быть она и станет когда-нибудь достойной Главой Семьи. А не просто идеальной самочкой…

Уверена — Марина этого не слышала.

Она шла рядом, раздраженно бормоча под нос гадости про меня, про окружающих и Гугерта.

Когда мы вошли в столовую, и так тихое помещение стало напоминать склеп…

Склеп, наполненный липкой от страха тишиной.

— Чего они на меня вылупились?! — Буркнула Марина, присаживаясь за один столик со мной.

— А ты сама у них спроси. — Процедила я.

— Нашла дуру! Под кнут подставляться!

— Вот и они не собираются из-за тебя свои спины подставлять.

— Трусливые клуши! Вы… все… стали…

— Лучше трусливыми быть, чем мёртвыми, или калеками. Приятного аппетита… — Оборвала я и принялась за завтрак.

— Не подавись! — Всё же ляпнула эта поганка, и принялась жадно поглощать еду.

Если Марина думала, что может испортить мне аппетит, то её ждало жестокое разочарование. Я с удовольствием съела вкусный завтрак и, аккуратно промокнув губы салфеткой, ожидала сигнала, разрешающего завершить прием пищи и отправиться на занятия.

Когда он прозвучал, мы все встали, отнесли подносы с использованной посудой и приборами к стеллажу, где все принял кухбот, а потом направились на выход.

В дверях, как обычно, стоял бионик и сортировал нас, направляя по классам.

Как ни странно, но тут нас "разлучили".

Меня отправили на привычные занятия, а Марину — в "низшую" группу. Хорошо, что у неё хватило ума не возмущаться громко. Потому как я была абсолютно уверена в том, что себе под нос она бормочет гадости и проклятия всем присутствующим.

Тем не менее, все пять часов, что мы были на теоритических занятиях, я тревожилась за эту женщину. Никак не могла понять, почему она столь несдержана? Ведь делает себе, в первую очередь, только хуже. Неужели так сложно вести себя поспокойнее, не так злобно и завистливо? Хотя бы так, как она вела себя в первые дни нашего знакомства. Может быть её психика пострадала во время рабства?

Решив, что Марина — просто несчастный, психически больной человек, я надеялась попросить Дока о милости. Чтобы он её подлечил. Но самой предполагаемой пациентке, ничего говорить не стала.

Мы встретились с группой, в которой была моя подопечная, на физкультуре.

Хоть тут нам давали иллюзию выбора.

Кто хотел — плавал. Кто-то занимался на тренажерах, кто-то — с биониками…

Мне выбора не дали, и я по-прежнему, коряво, училась плавать.

Марина отличилась и тут.

Уселась на тренажере и ненавидящим взглядом бдила за всеми нами.

Для всех наблюдателей — она делала растяжку. Мудро. И никто не придерется!

Рядом со мной плеснула вода:

— Я рада, что ты выжила. — Рядом со мной, вцепившейся одной рукой в "поплавок", висела в кристально-чистой воде бассейна Наэла и лукаво мне подмигивала.

— Наэла! — От радости, что моя тренер жива-здорова, едва не выпустила спасительный "поплавок". Подавилась водой и закашлялась.

— Ну-ну-ну! Я тебя страхую! Неторопливо-поверхностно дыши… Воооот… Пробуем плыть…

— Я так рада, что ты… что…

— Я поняла. — Изящная нагиня светло улыбнулась. — Но в чем-то ты права. Я не знаю как выжила…

— Это всё — из-за меня! Прости!

— Не говори глупостей! Просто посредством тебя меня наказали. Да, кстати… до меня дошли слухи, что ты новую благородную глупость совершила?! И вон та ядовитая, злобная и завистливая гадина, что делает вид что тренируется, отныне — твоя подопечная?

— Да. Я сейчас понимаю, что натворила… Ты знаешь, Наэла… я думаю, что Марина — психически больна. Если ранее это скрыто протекало, то сейчас… в фазе острой агрессии.

— Хммм… Можешь ничего не говорить. Я тебя достаточно хорошо знаю. Кого хочешь просить об осмотре подопечной? Конечно же Дока?

— Ага… — Не стала я отпираться.

— Разумно. Если что — он единственный, кто сможет защитить тебя от гнева Гугерта. А в том, что этот гнев твоя подопечная постарается спровоцировать, у меня сомнений нет.

— Я это уже поняла. Но… деваться некуда.

— Будь очень осторожна. — Нагиня, на мгновение, стала серьёзной и жесткой, — Нормальная она, или не совсем… Но хитрости, злобы и извращенных идей у неё — более чем достаточно. Я послушала, поспрашивала… Есть женщины, в силу своего характера, грубые, резкие, наглые. Но они, как правило, прямые и подлости от них ждать не приходится. Твоя подопечная — совсем другое. Самое скверное то, что она именно в тебе видит воплощение всех своих бед. И вынашивает план мести.

Я сглотнула горькую слюну. В животе неприятно защекотало.

— Я понимаю…

— Раз понимаешь, то что думаешь сделать, чтобы хоть немного себя обезопасить? — Наэла непринуженно улыбаясь, поправляла мои руки, забрав спасительный "поплавок" и поддерживая меня под живот хвостом.

— Пока даже и не знаю! А ты что посоветуешь?

— После тренировки подойди к бионику. Любому. И передай просьбу — увидеться с Доком. Ему поведай о том, что ты — дура. Что, по-твоему, подопечная свихнулась и может нагадить многим. В общении с ней — будь жестче. Спокойнее. Помни — Гугерт за тобой постоянно наблюдает. Вот… даже меня быстро подлечить велел. Чтобы я с тобой снова плаваньем занялась. И вообще — я отныне — твоя рабыня! — Сообщая эту ошеломительную новость, нагиня сияла от радости. — Я теперь буду с тобой постоянно.

— Наэла…! — У меня от радости перехватило горло и защипало в глазах. А еще я, забыв о дыхании, хлебанула воды. Закашлялась, суетливо дрыгая руками-ногами.

— Я тоже рада! А теперь — прикрой глаза, расслабься, дыши как я учила… Плыви! Вот! Ну — вот! Плывешь же!

Для закрепления результата, поплавали ещё полчаса. Из воды вылезла почти без сил.

Но, повинуясь требовательному взгляду Наэлы, сразу же подошла к бионику и смиренно попросила передать господину Доку мольбу о встрече.

— Ты что бионику натрепала? — Едва я шагнула в раздевалку, притаившаяся у дверей Марина, резко дёрнула меня за руку. — На меня жаловалась?

— Руку отпусти! — Собрав в кулак всю волю, спокойно взглянула в сочащие злобой глаза Марины. — Не нарывайся на наказание.

— Я уже всё проверила. Тут — слепая зона и камеры ничего не видят.

— Госсспошшша, мне убрать вашшшу подопечную…? — И-за моей спины выдвинулась Наэла.

— А это что за тварь? И почему ты для неё — госпожа?! — Злюка оторопело захлопала длиннющими ресницами.

— А это моя рабыня. Наэла будет жить вместе с нами. — Сообщила я, с удовольствием наблюдая, как искажается от злости лицо моей подопечной.

— Нам и двоим там не развернуться! — Взвыла нахалка.

— Значит надо будет потесниться. И не надо повышать голос.

— Вот и пусть она спит на полу, у дверей. Заодно нам будет вместо цепного пса! Зубы-то ядовитые есть! — Начала моментально наглеть Марина, не понимая, что сейчас за нами следят с утроенным вниманием.

— Никто на полу спать не будет! — Твёрдо ответила я, — Мы на кровати поместимся. Все мы худышки. Места хватит!

— Я не буду с ней рядом спать! — Выдала ультиматум эта злыдня. — Не хватало мне — со змеюкой лежать!

— И не спи! — Не поддалась я, — На полу есть место!

— Я на полу наспалась, когда меня к этим ёб*** коротышкам отправили! У тебя совсем сердца нет!? — Лицо Марины покраснело. Из глаз хлынули слёзы. — Вам всем мало того, что я пережила?! Снова унизить хотите!?

— Ты сама себя унижаешь! — Я стояла на своём, хотя было безумно противно разговаривать с моей подопечной. Но… Я сама себе этот "камень" на шею повесила! — Если ты знаешь — каково это — когда тебя считают никем, то нечего пытаться других чморить!

— Я всё равно права! А ты — тряпка!

— Уймись, Марина! — Я начала злиться, — Уймись! Не буди Лихо, когда оно тихо!

— Вот продадут тебя рудху, тогда будешь знать! — Всё же ковырнула меня по больному месту эта гадкая женщина.

— В карцер её! — Раздался за спиной спокойно-леденящий голос Дока. — А ты молодец, Сашша! Становишься отличным лидером. Ты хотела со мной поговорить? О психическом нездоровье твоей подопечной?!

— Да… господин… — Проблеяла я. Ведь даже Гугерта я не боялась так, как Дока.

- Хмм… и что тебя так встревожило? — Говорить с Доком, стоя к нему спиной, было нельзя. И я развернулась, едва дыша и боясь поднять глаза.

— Она… стала какой-то… громкой… очень злобной… агрессивной. Раньше она такой не была… — Промямлила я, ненавидя свой страх.

— Ха-ха-ха! — заразительно рассмеялся Док, но его глаза оставались ледяными. — Ты — глупышка доверчивая! Она всегда была дрянью и интриганткой. Завистливой. Жадной. Но… в чем-то ты права. Надо её проверить… А то — в самом деле — больная…

Всё это время между лопаток меня прожигал ненавидящий взгляд Марины.

— Ты! Как тебя? — Док сверкнул глазами.

— Марина… господин… — Голос подопечной стал приторно-сладким.

— Бионик отведёт тебя в мою лабораторию. Пшла прочь!

Судя по шороху, Марину увели.

— Теперь о Наэле. — Взгляд Дока даже потеплел на долю секунды. — Она теперь твоя собственнось. Она будет тебя охранять, тренировать… вообще — заботиться. Ясно?

— Да, господин! — В унисон отрапортовали мы с нагиней.

— Вот и хорошо. Свободны!

Поклонившись, мы с Наэлой рванули прочь из раздевалки.

— Марина тебе не проссстит… она боитссся лабораторию… как и всссе мы… — На ходу сообщила моя "няня".

— Я понимаю…

— Ничего у неё не бери. Ни еду, ни питьё. К вещщщам я её тоже не подпущу… Я посстараюсссь её контролировать…

— Поняла! Спасибо! Прости, что я тебя в это втянула.

— Не извиняйссся… лучшшшше я у тебя буду, чем… там…. А эту сссамку ты зря вытащщщщила… Гугерт ссснает толк в разумных. По-сссвоему он дашшше ссентиментален… Он не сссря её отправил в тот подземный кошшшмар. Она — мерзззосссть.

— Я это уже поняла. Плохо, что поздно!

— Приссснавать сссвои ошшшибки — никогда не посссдно. И учитьссся на них… Как рассположимся..? — Нагиня лукаво подмигнула Саше.

— Понятия не имею! — Тяжело вздохнуда та. — Но спать рядом с… с… с Мариной — нет никакого желания!

— Поручи это мне!

— С огромным удовольствием!

— Тогда сссслушшшай….

Когда, через три дня, Марину поздним вечером привели к каюте Саши, та уже придумала несколько вариантов быстрой мести и два — медленной.

Но, перешагнув через порог, в сонную тишину помещения, она натолкнулась на… стену.

— Что за хрень?! — Женщина раздраженно ударила по прохладной, гладкой поверхности.

Входная дверь закрылась, и Марина оказалась в крошечном помещении.

Не успела она выругаться, как в каюте затеплился махонький огонёк. Но привычная к затхлой, влажной темноте подземелий, Марина сразу разглядела изменения в интерьере комнаты.

— Ах, вы… твари… — Шипела злюка, протискиваясь в отгороженную для неё часть каюты. — Ну… ничего-ничего… вы у меня ещё кровавыми слезами умоетесь…

— Слышала? — Усмехнулась нагиня, но оборвала себя, увидев растерянность и вину в глазах своей подруги-хозяйки. — Ну, хватит себя винить. Мы упредили некоторые её пакости. А такая соседка будет держать нас в тонусе. В нашу половину она войти не сможет. Я не ожидала, что Док настолько расщедрится, что разрешит перепланировку и организует еще одну санитарную комнату.

— А я заметила… ты прости, если я вторгаюсь в твоё личное пространство… Но я должна с тобой поделиться предположением.

— Ну, говори уже… — Наэла с удовольствием потянулась всем своим гибким телом. — Заинтриговала!

— Знаешь… Я уже несколько раз замечала… Когда он смотрит на тебя… или говорит о тебе… У него глаза теплеют… — Выпалила Саша, не решаясь взглянуть на нагиню.

— Хммм… Вот так новосссссть..! — Наэла задумалась на некоторое время. — Ты уверена?

— Да. Если бы я не была убеждена в том, что он намного страшнее, безжалостнее и умнее господина Гугерта… — Саша замялась.

— Ну-ну… продолжай! А то я от любопытства умру! — Попыталась пошутить нагиня. Но голос её звенел от напряжения.

— … то я бы на сто процентов была бы уверена в том… в… том…

— Ну — в чём?! Не томи! — Женщина сильно нервничала, раздвоенный, розовый язычок, беспокойно мелькал между красиво очерченных губ.

— В общем… я уверена, что он к тебе неравнодушен. — Саша подняла глаза и удивилась тому, что нагиня просто окаменела. Смотря на неё и не видя… — Нелл..?

— А…?! Ой, что-то мы с тобой заболтались! А завтра у нас две тренировки! Давай спать! — Скороговоркой проговорила Наэла, повернулась на другой бок, спиной к Саше, и затихла.

— Хорошо… Спать, так спать. — Покладисто согласилась Саша. Помедлив, она всё же опустила руку на напряжённое плечо наперстницы, осторожно погладив, — Я никому более это не скажу. Даже под пытками. Если бы на ЕГО месте был любой другой мужчина… даже наш хозяин… я бы сказала, что это — любовь. Спокойной ночи…

С трудом дыша от колотящегося серца, Александра тихонько прилегла и… почти сразу уснула.

Больше они о Доке и его возможном отношении к Наэле не говорили.

Марина вела себя "паинькой". Стала до приторности вежлтвой и услужливой.

Но огонёк безумия и ядовитой ненависти, нет-нет, да вспыхивал в её взгляде…

Тем временем, всем рабыням, было объявленно о том, что корабль отклонится от своего первоначального маршрута, чтобы посетить несколько планетных систем, в секторе курортов и планет-развлечений для очень обеспеченных разумных. Там срочно потребовались красивые и послушные рабыни. И Гугерт намеревался немало обогатиться на продаже нагинь и талеанок.

Там-то Саша и получила "удар в спину" от Марины.

На планету Гугерт вывез всех тех рабынь, в послушании которых был уверен. Марина попала в это число, исключительно благодаря Саше.

Девушек было так много, что их тщательно рассортировали в группы по десять особей и отвезли на поверхность в несколько приёмов.

Александра и остальные землянки, в сопровождении нагини и привычно-источающей словесный яд Марины, осторожно ступила на горячий, от лучей щедрого утреннего светила, трап. Их челнок намеренно посадили в стороне от остальных. Док убедил своего приятеля в том, что не дело "светить" землянками. Особенно тогда, когда их участь уже предрешена.

— Ох… девочки, хорошо-то как! — Русоволосая, простая и искренняя Варвара с наслаждением вдохнула чистый, горячий воздух полной грудью. — На Земле я чато мечтала… А как там… в космосе..? Но сейчас, пробыв на корабле, так остро ощущаешь — как вкусен ЖИВОЙ воздух!

— Тоже мне… розовые сопли подотри… Мэрисьюшная идиотка! — Марина не могла не сказать гадость.

— Жалко тебя, Марина, — Варя нисколько не обиделась на грубиянку, — Своим ядом себя в первую очередь и травишь! Злость и зависть тебя к страшному финалу подведут, вот увидишь!

— Ага… Счаззз! Это вас всех, курицы тупые, скоро рудхам отдадут! А они, говорят, сначала бабу затрах***, а потом, после того как она им родит, и сожрать могут! — Моя мерзопакостная подопечная, подбоченясь, злорадно обвела всех нас победоносным взглядом.

— Прошу прощения, прелестные девушки… Я сучайно услышал ваш разговор… И откуда у вас, очаровательная и злая нэра, такие знания о тонкостях жизни рудхов? — Из-за опоры трапа, вытирая руки ветошью, вышел высокий шатен в запачканом коричневом комбинезоне. — Не хочу придираться и особенно — пугать, но… Не стоит об этой расе громко говорить в публичных местах… Да и негромко я бы тоже не советовал.

— Кто ты такой, чтобы мне рот затыкать и учить — что надо, что не надо?! — Озлилась Марина. Оглядев старенький комбез зорким взглядом, пакостно ухмыльнулась, — Прислуга..! Знаю я вас… советчиков…! К этим тупым курицам думаешь клинья подбить?! Или для своего хозяина стараешься?! Ха-ха-ха! Опоздал! Они все будут проданы только рудхам! Съел?!

— Я услышал вас… — Улыбка тронула губы техника, но глаза его заледенели, — И могу сказать, что прекрасная, белокурая нэра права… говоря о вас… Вы — действительно умрёте страшной смертью…

Элегантно поклонившись, мужчина исчез, растворившись между снующими роботами, биониками и торопливыми разумными.

Мы все застыли… было чувство, что нас внезапно перенесли из ласкового лета в слякотный мороз Питерской зимы.

— Это что за музей скульптур? — Из-за туши соседнего челнока вывернул планетарный флаер, в котором сидел чем-то раздосадованный Гугерт. — Живо во флаер!

Повторять дважды не пришлось. Мы все, в рекордные сроки погрузились в новое для многих, средство передвижения.

— Так что произошло? — Хозяин приподнял правую бровь. — Лииида?

Спокойная, молчаливая девушка, вскинула на мучителя затравленный взгляд:

— Варя сказала, что живой воздух вкуснее очищеного корабельного. Марина её обругала и сказала, что нас всех… сожрут… рудхи… — Последнее слово бедняжка произнесла едва слышно, всё сильнее сжимаясь под испепеляющими взглядами Гугурта и Марины.

— Это всё?

— Ннннет…

— Ну!?

— Их разговор услышал какой-то мужчина…

— Чтоооо…?! Какой мужчина?! — С пол-оборота озверел наш хозяин.

— Я… мы… наверное это какой-то… техник? — Вымученно выдавила из себя Лида, а мы поддержали её энергичными кивками и "угуканьем".

— Почему вы так решили?! Что он… техник?!

— Ну… на нём был такой… комбинезон… весь запачканый, старенький…

— И что он сказал…?! — Недобро прищурился Гугерт.

— Что Марину ждёт страшная смерть… — Пролепетала Лида, едва дыша.

— Кто из вас ГОВОРИЛ с этим чужим самцом? Ну?! Кто?!

— Тттолько… Марина…

— А вы знаете, идиотки, что на планетах такого уровня всё технические работы производят роботы? В крайнем случае — андроиды или бионики? — Вкрадчиво спросил хозяин. И от его тона у нас "кровь застыла в жилах". — Об этом вам ВСЕМ преподавали на занятиях. Вы понимаете — что значит появление незнакомца, замаскированного под бионика?

— Простите, господин! — Наэла ухитрилась изобразить поклон, даже сидя в кресле, — Но этот самец даже не пытался маскироваться под искусственный организм. Он явно знал, что девушки, в силу памяти о своей прошлой жизни, воспримут его как… инженера. Не опасного… как… дома… на их родине… этот самец явно знаком с менталитетом землянок.

— Хммм… возможно ты и права… Главное — что никто кроме Марины не нарушил правило. По приезде в Гостиный дом она будет наказана. А вы все будете выходить из свих комнат только скрытые накидками. Всё ясно?!

— Да… господин… — Прошелестели мы все.

Я знаю, что многие нас осудят. Мол — мы действительно вели себя как безмозглые курицы. Но пытки, будь они физические, или моральные — ломают практически всех. А мы героинями не были… Да и ради чего геройствовать!? Нет. Я уверена, будь мы на Земле… ради Родины, ради родных людей — вынесли бы всё! НО! В нашем случае, это "НО" — решало всё! У нас тут не было морального якоря. И на первый план выходил инстинкт самосохранения. Никто не хотел умирать… просто так… страшно, жутко… И попадать в пыточную — тоже никто не хотел. Потому и "плыли по течению". По пути наименьшей вероятности получения наказания.

К претенциозному семиэтажному зданию, щедро украшенному красно-бело-синими изразцами, подлетали в полной тишине.

Нам было не до красот планеты. Мы даже дышали через раз.

Гугерт же о чём-то напряженно размышлял.

— А чего это наши красотки трясутся от страха? — Спокойный голос Дока вывел нас из ступора. — Что они, самые послушные и примерные самочки, успели натворить?

— Не они… А вот та дура! — Мгновенно вызверился Гугерт.

— В карцер её! — С ласковой улыбкой маньяка, приказал Док. — Остальные — ступайте за биоником. Живее!

Мы организованно десантировались из флаера и потрусили за искусственным механизмом.

Монументальные двери приветливо распахнулись, пуская взопревших нас в прохладный, пустой холл.

В котором к бионику присоединилось еще пять "собратьев". Под усиленным конвоем, нас погнали в сторону сумрачного сводчатого коридора. Откуда, как оказалось, мы должны были подниматься на пятый этаж. Пешком. По лестнице.

— Хмм… ессли это наказание всссем нам, то какое-то невнятное… — Поделилась мнением Варвара.

— Для любой самки, идти по лестнице — смертельное оскорбление, — нравоучительно сообщил один из биоников.

— Спасибо за информацию. — Варя была девушка вежливая…

— Всё могло бы быть намного больнее и оскорбительнее… — Вымолвила Лида, едва слышно.

Но её услышали мы все. И поддержали уже привычным — "угу".

Пятого этажа достигли в рекордные сроки. Которые не позволили бы нам "ударить в грязь лицом" даже перед многими бойцами-спецназовцами.

Выйдя на этаж, тут же натолкнулись на презрительно-брезгливые взгляды группы наагатов.

Ну да, ну да… как же… мы ж по лестнице шли… ножками… А это дело не барское!

— Власлав! — Окликнула кого-то высокая, классически-красивая нагиня, высмотрев предмет своей заинтересованности, скрытый от нас за колонной. — Неужели вы решили побаловАть Империю своим посещением?

— И в мыслях не было. — Холодно ответил ей… Док, являя и нам свою страшную личность. — Я тут по делам бизнеса.

— Ааа… и эти девушки — тоже относятся к вашему бизнесу? — Попыталась "ковырнуть" Дока красотка.

— А где вы увидели девушек, Самиша? — От интонаций Дока стало неловко не только нам. Мы-то что… мы уже привычные…

— А… кто же они…? — Шокированная Самиша недоуменно переглянулась со своими приятелями.

— Вы об этих самках говорите? — Небрежным жестом указал на нашу зашуганную группу Док.

— Дддаа…

— Так это и есть мой бизнес. Это и есть мой товар.

— О! Если это ваш товар, то продайте мне парочку самых лучших. За ценой не постою! — Нагиня храбро пыталась изобразить циничную великосветскую стерву.

— Увы… мне жаль вас огорчать. Но даже у вас не хватит денег, чтобы купить хотя бы одну самку из ЭТОЙ группы!

— Разве вы привезли их сюда не для продажи?

— Этих? Нет!

— Так есть и другие?!

— Естесственно! — От ухмылки Дока передёрнуло не только нас. — Я намерен продать туть пару сотен рабынь. А эти у меня — отборные. Послушные, с идеальным, гибким генотипом, плодовитые, совместимые практически со всеми расами.

— А они… знают о… своей участи? Пожизненно быть… инкубатором?! — Стоящий рядом с Самишей наагат наградил нас жалостливым взглядом.

— Они — знают! — Ещё паскуднее расплылся в улыбке Док. — Но они вышколены просто идеально.

— И кто же сможет купить этих… рабынь? — Поинтересовалась Самша.

— Коммерческая тайна. — Док внезапно стал столь серьёзен, что наагаты отшатнулись от него.

— А, вот ты где, дружище! — Из лифта в коридор, неверными шагами, вышел Гугерт. — О! И мои послушные птички тоже тут! Почему они ещё не в клетках?! — Рявкнул он на биоников. И, вы можете мне не верить, но эти искусственные существа… вздрогнули!

— Девочки… он пьян… нам… трындец! — Прошептала белая, как мел Варвара.

— Дружище, — Док поддержал нашего пошатнувшегося хозяина, — Идём, выпьем по бутылочке айты. А птички уже через пару минут будут сидеть в клеточках!

— Ты прав… прав… — Гугерт обвел нас осоловевшим взглядом, в котором ядовитой пеной закипала злость, — Чего ждёте?! Марш по клеткам!

Не чувствуя под собой ног, мы рванули за струхнувшими биониками, напролом, сквозь группу наагатов.

— Наэла, — Уже в комнате, когда за нами закрылась дверь, я жадно глотала воздух, пытаясь унять колотящееся в горле сердце, — Разве бионики могут бояться? Они же просто роботы с биологическими тканями!

— Этих биоников создавали хозяин с Доком. Я не сильна в био-технологиях. Знаю только то, что и для них наши хозяева придумали нечто… Что приносит боль и дискомфорт. И бионики этого боятся. Они спокойно пойдут напролом… на уничтожение… но хозяев они боятся. Это я точно знаю.

— Ужас какой! Сделать так, что тебя боится МАШИНА!

— Потому никто с ними старается не только не враждовать — вообще не расходиться во мнениях.

— Теперь я понимаю…

— Давай сейчас приведём себя в порядок, а то мы потные… И просто совершим видеопутешествие по этой планете?! — Предложила нагиня, подталкивая меня к санитарной комнате.

— А это как..?! — Удивилась я.

— Ну… это сделано для женщин из закрытых гаремов. Суть в том, что к экрану закреплены дроны и нано-порты. Мы задаем маршрут и, сидя на диване, можем наслаждаться видами и запахами планеты. Дроны летят по маршрту и кажется, что мы сами не спеша идём по улице. Мы видим всё… вдыхаем воздух, который нам перебрасывают… полный эффект присутствия. Да… есть ещё одно… — Наэла заговорщицки подмигнула, — Есть любители познакомиться с затворницами из закрытых гаремов. И ВСЕ гостиницы, предоставляющие такие услуги, делают лазейку для таких авантюристов. Да мы и сами можем познакомиться с кем-нибудь!

— А как это сделать? И… нас Док не накажет?

— Когда наши дроны встретятся к другими такими же, на экране появится мигающая звёздочка. В правом углу. Нажимаешь… и общаешься. А вот что касается наказания… Оно будет страшным. Но! — Наэла снова лукаво улыбнулась, — Я скажу, что ты спала. А мне не запрещено… Ну как, рискнём?

— Конечно! — Я аж подпрыгнула на упругом диванчике, куда плюхнулась, только ввалившись в нашу "клеточку".

— Ииии… смотри, что надо делать! — Тонкие пальчики нагини, покрытые белыми полосками заживших ран, запорхали по виртуальной клвиатуре, — Вот. Сюда вводишь начальную точку маршрута. Вот тут ставишь галочку. Это важно… иначе не будет эффекта полного присутствия. Садись рядом со мной. Мы в этом кресле со всеми удобствами поместимся. Так… всё готово. Очки… Отправляемся на прогулку!

Это было невероятно!

Было ощущение полного присутствия.

Мы "вышли" из нашей "клеточки" и, неторопливо, двинулись по пустому коридору.

— О! А куда делись те наагаты? — Удивилась я.

— Скорее всего пошли развлекаться, — Судя по всему, Наэле они были мало интересны. — Ты посмотри — какая красота. Это здание создали ушедшие Древние. Нам очень повезло, что привезли сюда.

— Наэлааа… какие фрески..! — Я, совершенно неприлично открыв рот, рассматривала творения давно ушедших Мастеров.

Дроны, повинуясь командам подруги, неторопливо летели, давая нам возможность всё не спеша рассмотреть. Иногда они и вовсе застывали. Поднимаясь-опускаясь повыше-пониже…

Фрески изображали некие сценки из жизни давно ушедшей расы. Красиво сложеные… нелюди… Изображенные в кульминационный момент разумные, сражались, встречались, мечтали… Жили! Всё было настолько реально, что казалось — они сейчас шагнут из фресок к нам. И была ещё одна особенность… при всём при том, неизвестный Мастер ухитрился скрыть их лица.

Налюбовавшись на шедевры, "пошли" на выход.

Спустившись по лестнице, вырвались в просторный холл.

А оттуда — на улицу.

В лицо пахнул горячий ветер, напитанный странными запахами. Странными, резковатыми, на мой вкус, но не неприятнми!

— В какую сторону пойдём? — Поинтересовалась нагиня.

— В первый раз я доверюсь тебе.

— Спасибо, Сашшша… Тогда… идём в самый дорогой развлекательный центр!

— Ты тут была? — Ляпнула я по инерции.

И была немало смущена тем, как изменился голос Наэлы:

— Была… в прошлой жисссни…

Впрочем, она тут же взяла себя в руки и зло усмехнулась:

— Прости. Ты же совсем ничего обо мне не знаешь. Пока "идем", я немного расскажу о себе. Чтобы потом ты не мучалась… В общем… со мной всё просто. Родилась я в сссемье ссреднего чиновника. Кроме моей мамы, у него было еще две ссупруги. Они были не ссамые плохие… Детей у них не было и первая родилассь я, хоть мама была ссовссем юной. Отец сстремилсся уссстроить нам комфортную жиссснь… Ссстаршшая жена была ссстрогой, но ссправедливой. А вот сссредняя… Она и подтолкнула отца к… к… исссмене! Он сстал продавать информацию пиратам и сссакотам. И мы ссстали жить оооочень хорошшшо… Но — недолго. У Жессы было невероятное чутье на неприятносссти. Как только она почуяла, что ссскоро отца разоблачат, то сссразу донессла на него. И даже исссменила отцу ссс доссснавателем. Радша и моя мама осссталисссь ссс отцом до конца. Его кассснили. Радшу и маму — тошшше… а меня продали тем сссамым пиратам, которым отец продавал информацию… Так я окасссаласссь у Гугерта. Ну вот, ты теперь ссснаешь обо мне… и мы можем сссмыть мерзосссть моего рассказа увлекательной прогулкой!

— Я тебя люблю, Наэла! — Сама не понимая — почему, но остро чувствуя, что нагине очень нужна поддержка, я обняла напряженное прохладное тело. — И ты — самая лучшая на свете! И мне плевать, что думают о тебе другие!

— Сссспасссибо, Ссссашшшша… — Вот теперь Наэла расслабилась и, вдруг, фыркнула, — Сссссмотри! Вооон! Дроны какой-то важной сссамки из очень богатого гарема!

— Похулиганить хочешь?

— Ага! Мы же не подло! — Совсем по-девчоночьи хихикнула нагиня. — Ты сссо мной!?

— Обижаешшшь! — Поддразнила её я.

— Тогда — чего мы медлим?!

— А откуда ты знаешь, что это из богатого гарема? — Не утерпела я, во все глаза наблюдая за процедурой знакомства.

Никогда не была столь смелой… там, на Земле… Чтобы воспльзоваться мессенджерами для знакомства. Что-то удерживало меня от этого. Я, втайне, даже немного завидовала тем, кто мог легко знакомится, обретать на просторах интернета, а потом и в реале — друзей, знакомых, врагов и даже любимых.

И теперь, у меня от предвкушения… от того, что это запрещено — кругом шла голова от адреналина, бурлящего в крови. В животе щекотало, от нашей смелости.

— Потом научишься… Всё просто. Видишь — у них даже дроны с знаками отличия и родовым гербом?

Повинуясь нагине, один из наших дронов подлетел так близко к вероятному "приятелю", что я увидела на грудке и боках крошечного робота стилизованный рисунок змеи и морских волн.

— Предполагаемый объект для знакомства относится к Клану "Воинов моря". Место расположения центральной базы — одна из планет-морей в созвездии Дракона. Богатый клан. В дальнем родстве с Императорским кланом. Владелец этого дрона запрашивает разрешения войти с вами в контакт.

— Ого! — Удивилась Наэла, — Какая храбрая самочка! Или глупая…

— Почему ты так считаешь?! — Мне было всё интересно.

— Потому, милая моя подруга, что её дроны облеплены гербами. А наши — инкогнито! Мы можем быть кем угодно! От богатых, скучающих гаремниц, до шпионов и боевиков! И все самочки об этом прекрасно осведомлены!

— Хммм…. а мы не нарушаем закон?! — Моя безбашенность быстро пошла на убыль, уступая место разумной осторожности.

— Нарушаем! — Фыркнула нагочка, — Так нагло, посреди дня… вообще без опознавательных знаков… Это могут позволить себе только единицы… И остальных такое знакомство будоражит. Щекочет нервы. Этакое погружение в некий противозаконный мир…

— Приветствую вас, незнакомка… — Спокойный, искусственный голос обратился к нам. — Вы, судя по отсутствию опознавательных знаков, очень смелы. Не откажите мне в просьбе — составить компанию для прогулки?

— Это честь для меня, — Чопорно ответила Наэла. — Но… прогулка со мной, надеюсь, не доставит вам неприятностей от главы гарема и вашего господина?

— Нет. Не беспокойтесь обо мне. Даже, если я устрою взрыв на космодроме, я и тогда не удостоюсь внимания от главы нашей семьи. Ни похвалы… ни наказания…

— Вы заинтриговали меня.

— В нашем случае, мы обе заинтригованы.

— Тогда нам, в любом случае, надо побольше пообщаться. Чтобы, хоть так вырваться из клеток, куда нас поместили не по нашей воле.

— Высокая нэра недовольна своей жизнью? — Вежливо удивилась Наэла, — Судя по вашим же словам, вы не должны против воли идти на сексуальный контакт. А это — единственное, что может отравить жизнь гаремницы. Ну… разве что тот факт, что обожаемый вами господин к вам равнодушен!

— У меня в этом смысле нет господина. Родители погибли и я пока под опекой.

— Никто их мужчин ещё не затронул сердце прелестной нэры?

— Нет! Они все грубые, жадные животные! Нормальными были только отец и дед!

— У вас, видимо, был печальный опыт общения с самцами? — Сочувственно спросила моя подруга.

— Нет. Я не общаюсь с ними! Мне достаточно того, что я вижу со стороны! И эти гаремные интриги! Фу! Какая гадость! Эти дуры интригуют, травят друг друга, готовы в горло вцепиться… только бы совокупиться с моим опекуном!

— О! Тут я вас прекрасно понимаю! Надеюсь, милую нэру эти интриги не коснулись?

— Ещё как коснулись! — Искусственно модулированный голос задрожжал от эмоций, — Когда я приехала, то меня и отравить, и убить пытались! Никто из этих идиоток не верил, что их господин ВЫНУЖДЕН был меня взять себе и заботиться до тех пор, пока не выдаст замуж.

— Он может вас отдать в гарем?

— Нет. Мой отец позаботился о том, чтобы я была только женой! Вот поэтому я и могу делать всё, что захочу! А опекун будет лишь извиняться за мои поступки и всё исправлять!

Наша знакомая замолчала, и мы пошли далее вместе.

Захваченная общением, я не обратила внимание на то, что мы вошли в центральную часть города.

— Нэра уже была в этом городе?

— Нет. Нас сюда привезли позавчера. А до этого я не покидала родную планету. Мне так хочется всё обсмотреть! Но одной — так тоскливо! Вы позволите нам обменяться дронами? Тогда мы в любое время можем поболтать!

— Вы сделаете нам честь!

— Ох! А вы не одна?

— Нет. Мы с подругой!

— Я рада, что у меня появилось сразу две знакомые!

— Моя подруга тоже рада знакомству. Мы шли в развлекательный комплекс "Атнар". Вы с нами?

— Да! А что там интересного?

— Ну… там магазины, развлечения, рестораны…

— Рестораны? — Оживилась незнакомка, — А я как раз захотела поесть!

— Мы можем зайти в любой из ресторанов комплекса, выбрать еду и её нам перекинут микро-портом. Правда… это дорого!

— Ой, ерунда! Я с удовольствием оплачу такой пустяк моим новым знакомым! У меня неограниченный лимит!

— Мы не можем воспользоваться…

Но наша незнакомка не дала Наэле договорить:

— Я могу каждый день покупать по крейсеру — и не стану беднее! Позвольте мне хоть раз в жизни сделать приятное нэрам, которые мне понравились! — Буквально взмолилась незнакомка.

— Хорошо… — Уступила напору юной (судя по всему) девушки нагиня.

— Тогда идёмте уже скорее! — Поторопила нас она, — Я тааак есть захотела!

Дружная стайка наших дронов проскользнула в гостеприимно открывшиеся двери монументального здания, выстроенного в готическом стиле.

— Дежурный администратор Солл рад приветствовать прекрасных нэр в нашем комплексе. — Высокий талеанец склонил блонданистую голову в поклоне, — Что Высокие дамы желают?

— Дамы хотят поесть! У вас есть ресторан, в котором мы бы могли посидеть и заказать ваши блюда с мгновенной доставкой? — Строго спросила наша незнакомка.

— В нашем комплексе ВСЕ рестораны готовы предложить гостям эту услугу. — Невозмутимо ответил администратор.

— Тогда ведите туда, где есть блюда из Радужной рыбы и Унгарской перепелки.

— О! Примите моё восхищение, нэры! У вас безупречный вкус! Прошу за мной! Всё будет в лучшем виде!

Администратор одним движением вскочил на скутер и величаво полетел впереди стайки наших дронов в ресторан.

— Вы действительно прекрасно разбираетесь в высокой кухне! — Отметила Наэла.

— Да. Мама любила высокую кухню. И меня приучила. Папа нам на в чем не отказывал! Я тоже отлично готовлю!

— Ваш опекун… он ваш родственник?

— Нет. На нём долг жизни. Мой папа спас его родителей и его самого.

— Не хочу вас пугать, высокая нэра… но… зачем он привёз вас на эту планету? Что он говорил? — По напряженному тону нагини я поняла, что "дело — швах"!

— Он со мной не разговаривает после того как я попыталась сбежать к себе домой. — Незнакомка замялась, а потом продолжила, — Понимаете… Мы жили с папой и мамой… всё было хорошо… А потом они ненадолго улетели по делам. Через три дня — так и не вернулись. Моя няня очень тревожилась… Потом я легла спать, а разбудил меня уже незнакомый наагат. У него были документы о том, что он теперь мой опекун. Что мои родители и два крейсера сопровождения погибли при нападении пиратов и ещё кого-то. И что теперь я буду жить на его планете. Он не взял никого из тех, кого я знаю. Я вообще никого не видела больше. Мы порталом перенеслись на наш космодром. Там была целая армия… этого… опекуна… Потом он завел меня в каюту… из которой я вышла только на этой ужасной планете-море! Так я оказалась в гареме. Прошел почти год со дня моего переезда. И вот… меня привезли сюда. Не знаю — зачем.

— Повторяюсь. Не хочу вас пугать, но всё это слишком напоминает похищение. Вы позволите мне рассказать о своих предположениях?

— Я молю вас рассказать их!

— Так вот. Ваш клан, как я поняла — богатый и независимый?

— Да!

— Тут два варианта. Чтобы отнять ваш клан, ваших родителей могли убить… простите меня…

— Ничего… я почти свыклась с этой мыслью…

— Но… их могли и пленить! А, чтобы надавить на них, похитили вас. Как считаете?

— Теперь… после ваших слов… я просто уверена, что меня похитили! Я же вам говорила, что никого из преданных наагатов не видела! Ни няни, ни управляющего, ни нашей охраны! О Звёзды! Так может быть… мои папа и мама живы!?

— Я постараюсь узнать. Но ничего не гарантирую. Как называется клан вашего отца?

— Клан Изумрудных воинов.

— Ого! Они ведь являются охранителями внешней границы Империи Алмаграсс!

— Да.

— Мы сейчас поедим. Вы ничего никому не скажете. А потом, ночью, я попробую кое-что узнать!

— Пусть Боги Космоса вас услышат!

Наш "Военный совет" прервал администратор.

— Прелестные нэры, этот столик вас устроит, или вы хотите расположиться на втором этаже?

— На втором! — Единодушно выбрали мы.

На второй этаж поднялись молча, так же молча — заказали блюда.

Мгновение — и у нас на столе — яства, источающие умопомрачительный аромат!

— Я не знаю, как нам отблагодарить вас за такую щедрость! — Наэла не прикоснулась к еде, пока не поблагодарила нашу спутницу.

— Это мне надо благодарить Богов Космоса! Что я вас встретила! Я уверена — вы мне поможете! А за этот весь шик — платит опекун! — В тоне незнакомки звучало неприкрытое злорадство.

— Тогда — всем нам — приятного аппетита! — Не удержалась я.

— Какое странное пожелание! Вы из какого-то закрытого мира? — Предположила девушка.

— Да. Моя подруга именно оттуда. Но более мы ничего не можем вам сказать…

— Я поняла… Мне жаль… Но я уверена — вы мне поможете! А я, найдя родителей — помогу вам!

— Спасибо! — От души поблагодарила я.

— Это вам — спасибо! Ну… как вам рыбка?

— Выше всяческих похвал! Просто тает во рту! Я молюсь о том, чтобы все наши неприятности закончились и я могла бы приветствовать вас у себя дома. И потчевать самыми лучшими блюдами, которые мы с мамой для вас приготовим своими руками!

— О… благодарю! Это огромная честь для нас.

На некоторое время мы замолчали, просто наслаждаясь едой.

Как вдруг… Наэла напряглась…

— Нэры… к нам летит "гость"… Нэра, мы оставляем своего дрона вам и берём вашего… спрячте нашего получше… и нам надо быстро уходить.

— Я задержу этого "незванца"! И вашего дрона уже спрятали. Уходите! Ночью поговорим!

Наши дроны рванули из ресторана неприлично — через открытое окно!

— Фух… — нагиня откинулась на спинку кресла, — Удрали!

— А кто там был?

— Скорее всего — её опекун.

— Мы возвращаем дронов домой?

— Нет, моя простодушная подружка! Мы сейчас накинем на себя режим "стеллс" и проследим! И за нашей спутницей — это сделает наш дрон в ее окружении, и за этим "опекуном". Тссс… Смотри!

Наэла активировала нашего дрона.

- Потрудитесь объяснить, как вам пришло в голову — потратить огромные деньги на то, чтобы угоститься самой и угостить столь же зажравшихся случайных знакомых? Если у них есть доступ к подобной системе, то они вполне могут себе позволить за себя заплатить! Из этого я делаю только один вывод — их господин — строг! И эти стервы решили попировать за МОЙ счет! На первый раз я вас прощаю. И даже не запрещаю гулять, покупать что захотите. НО! Никаких оплат порталов!

Наш дрон немного скоординировал положение и мы увидели презабавную картинку: голографическое изображение широкоплечего, синекожего наагата патетически жестикулировало, обращаясь к пустому дивану. А вокруг вились наши дроны.

Поняв, что от подопечной ничего, кроме презрительного молчание он не добьётся, наг раздраженно махнул рукой и удалился.

Оставив нашего маленького соглядатая шпиоить за девушкой, мы двинулись вслед за "опекуном".

Судя по мельканию окрестностей — наагат куда-то очень торопился. Его дроны летели на максимально разрешенной скорости.

Наэла подтвердила мои предположения:

— Этот странный опекун куда-то опаздывает! Причём… он явно не спроста пользуется именно таким способом перемещения. Отсюда — выводы… Он боится за свою жизнь. Он идёт на встречу с очень опасными разумными. История с его "опекунством" — чистой воды афера!

— Что нам делать? — От нехорошего предчувствия сжалось сердце.

— Проследим… а потом уже будем спасать нашу приятельницу-незнакомку! — Нагиня не теряла оптимизма. — Ого… Ну да, ну да… что и следовало ожидать!

— Что!?

— Мы идём в контору аукциона. Закрытого. Для извращенцев!

— Ох…!

— Вот-вот… следим-записываем! Хоть одному подонку не дадим испортить жизнь хорошим разумным! Слушаем!

— Оооо! Наш запальчивый знакомый оказался не так смел, как пытался доказать! — "Опекунские" дроны резко затормозили у роскошной открытой веранды, где развалились в креслах ящероподобные разумные. — Что же вы лично не явились на обсуждение столь серьёзных вопросов?

— Я сейчас в департаменте безопасности. Еле нашел местечко, чтобы с Аглой проблему решить и успеть на разговор с вами. Эта дрянь отправилась на виртуальную прогулку, где подцепила еще двух сучек из какого-то богатого гарема. И не нашла ничего лучше, чтобы их заинтересовать, как пригласить в самый дорогой ресторан и угостить деликатесами своей Родины с портальной доставкой! — Голос "опекуна" сорвался на фальцет.

— Хмм… что ж… уважительная причина! Сегодня вы должны с неё слепок сделать. Чтобы я зарегистрировал эту самку как вашу рабыню. Ну а через три дня — добро пожаловать на аукцион! У меня есть несколько потенциальных клиентов, которые ею заинтересовались.

— Я сегодня получу документы, согласно которым — она моя подопечная. И что она — странная и строптивая. Позже я заявлю о её исчезновении. После этого никого не удивит тот факт, что она оказалась в рабстве. Сбежала от меня, чтобы позлить… попалась пиратам… стала рабыней… Надеюсь, живой она на своей планете не появится?

— Не появится, — Один из ящеров зевнул, показывая внушительный набор зубов, — Но вы должны уже сейчас подписать с нами договор, по которому дарите спутник её центральной клановой планеты нам. Со всеми службами!

— Я не уверен, что надо так торопиться… — Начал было этот гадёныш, но его грубо перебил ещё один ящер, доселе прячущийся в тени:

— Вы вообще ни в чем не уверены! Вы бы и эту самку забрать не решились! Мы почти всё сделали за вас! Её родители должны подтвердить то, что вы — её опекун! Сегодня же заставьте записать их показания на кристалл! Они должны быть живы до послезавтра. Потом — их жизнь нас не интересует! А теперь — подписывайте договор!

— Кстати… где они?

— На орбите! В трюме моего крейсера. Эта дура и не знала, что находится рядом со своими родителями! — Гордо сообщил синий мерзавец.

— На орбите…? Это хорошо… можно будет и это с умом обыграть… Подписал? Отлично! Мы тебя не задерживаем! Не забудь слепок! И всегда будь на связи!

Голограмма синего наагата рванула от терассы, растворяясь на ходу…

Мы затаились, покачиваясь на веточке пышно цветущего кустарника, который окружал терассу с гадкими разумными.

— Ну… ваше мнение? — Любитель тени, вновь спрятался в облюбованный закуток.

— Труслив… жаден… Даже не верится, что это наагат!

— Он должен погибнуть в неравном поединке с обезумевшими от горя родителями этой самки! А ты подготовь завещание на… кого-нибудь надёжного. Слепок ауры этого синего у нас есть. Его планеты нам очччень подойдут! Большинство разумных боятся воды… Нас там не должны беспокоить.

— Да, мой кор! Всё будет, как вы скажете!

Неожиданно, любитель тени рванулся к ограде, раздув алые мешки-капюшоны. Его морда замерла от нас всего в нескольких десятках сантиметров.

Я забыла, как дышать. Забыла, что он меня не может слышать. Что там не я, а крошка-дрон!

— Мой кор! Что? Нападение? Шшшшпион? — Тут же всполошились ящерицы.

Помедлив и ещё раз принюхавшись, любитель тени недовольно ответил:

— Нет… показалосссь… Уходим отсссюда!

Ящеры покинули терассу, и только после этого я смогла нормально дышть.

— Ссссашша… всё очень плохо, как ты слышшшала. Ты сейчас прикажешшшь мне сходить за едой! Надо ссспасать девочку и её родителей! Но ты не должна ничего знать… я предуGрежу Службу охранителей сама. Иначе нам не поздоровится. Ты поняла? — Нагиня, едва слышно выдохнула эти слова в мне ушко.

— Да! — Я обняла храбрую нагочку. И прощебетала несчастным голосом, — Наэла, принеси, пожалуйста мне поесть! НАСТОЯЩЕЕ мясо рыбы и жареную птицу. Меня не накажут, если я это закажу? И ещё… если тебе не запретят, то найди мне что-нибудь антистрессовое…

— Да, госпожа. Нет. Не накажут. Господин разрешил побаловать всех послушных самочек. Уже иду! Вернусь с обедом! — Наэла быстро привела все в порядок, припрятав один комплект для контакта с дронами у себя в нагрудном кармашке.

И я осталась ждать, изводясь и гадая — получится ли спасти этих наагатов?

Томительно текли секунды, складываясь в минуты, а те в — часы.

А Наэлы всё не было.

Я, вымученно улыбаясь, съела всё мне принесённое. Уж лучше у меня будет несварение, чем в такой мелочи подводить подругу.

К слову сказать — мясо, которое принесли, было действительно нежным и я бы в другое время смогла бы оценить его совершенно искренне — по достоинству.

Но не сегодня.

Местное светило, неторопливо пряталось за горизонтом, когда в комнату скользнула вымотанная нагочка. Жестом показывая мне — "всё как обычно"!

— Госпожа, как вам местная кухня? Простите, что я так сильно опоздала! Но найти ваш любимый аромат оказалось совсем непросто! Но я это сделала! И вы теперь будете хоть немного, но счастливее. Ведь вы сами говорили, что зависимы от некоторых ароматов.

— Да, это так! Я не отрицаю! Но не надо было себя изнурять! — Выдохнула я, наверное впервые за несколько часов.

— Я рада вас порадовать. — Улыбнулась Наэла.

— И что же это за запах, от которого моя любимая самочка станет счастливой? — Вкрадчивый голос Дока заморозил мурашков на всей мне.

— Вот… господин. — Нагиня, в поклоне, подала подозрительно принюхивающемуся мужчине большой флакон туманно-сиреневого цвета, в виде огромного кристалла алмаза.

— Фу! Пока я изучу этот запах, иди и вымойся! От тебя такой шлейф убийственных ароматов, что это может свести с ума любого!

— Простите, господин! Я торопилась порадовать Сссашшшу!

— Прощаю. — Отжалел Док. — Ну… поссссмотрим… — Он осторожно вынул пробку…. — Хммм… приятный… не резкий… сладкие фрукты и карамель… ммм… нотки влажного дерева сатхи… — Он повернулся ко мне, — У тебя действительно безупречный вкус! На! Разрешаю пользоваться!

— Благодарю вас, господин, — Принимая из рук Дока флакон, склонилась в поклоне. От страха, у меня эта фраза, да и сам поклон, получились на редкость искренними и естественными.

— Наконец-то ты сссмрилась со своей участью. Пока мы на этой планете, я разрешу твоей рабыне радовать тебя подобными мелочами. Я ей открою неограниченный кредит. — В голосе Дока звучало глубокое удовлетворение. — Нанеси это на кожу! Я хочу узнать конечный запах…

Послушно откупорила флакон и нанесла несколько мазков на запястье, за ушками и на сгиб локтя.

— Ну-ка… — Мужчина с интересом втянул воздух в сантиметре от кожи. — Мммм… Тебе идёт этот запах… Пользуйся!

Он ушел, я так и стояла, постепенно приходя в себя от испуга.

— Ну! И что ты дрожжишь? — Сильные руки нагини притянули меня в кресло. — Видишь, господит не рассердился! И ты рада, и господам угодили! — Болтала обычно немногословная женщина, массируя мне плечи. — Ммм…как вкусссно сочетается этот аромат с вашей кожей! Идёмте спать? А завтра у нас будет прогулка по планете!

Чуть ли не на руках она отнесла меня в кровать. Уложив, умостилась рядом.

И снова потекли томительные минуты.

— Ссссашшша… Док ссс Гугертом ушшшли в закрытый клуб. Ссссиссстему наблюдения наш дрон "усыпил". Для всссех любопытных — мы ссспим. Надо ссссвязатьссся с нашей знакомой. Думаю, у неё хватит ума не расставаться с дронами.

— У тебя получилось?! — Задала я самый животрепещущий вопрос.

— Да. У меня получилось сссвязатьсся с сссамым лучшим Дознавателем. Он ссразу начал дейссствовать. Думаю… сссейчассс родители этой девушки уже осссвобождены. И очень надеюсссь — наша знакомая — тоже.

— А что это за странные разумные?

— Это малоконтактная ветвь рептилоидов. Неприятные разумные. У них очень ссильна животная чассссть. Они любят охоту, муки жертв, кровь, боль.

— А наш Док и Гугерт…?

— Тсссс…! Они тоже из рептилоидов…

— Ой!

— Вот и я о том же… Ну… выхожу на сссвязь!

Наэла послала вызов, на который почти сразу откликнулись.

Шорох, клацанье, недовольные возгласы и слова нашей незнакомки:

— Да отойдите же! Это МЕНЯ вызывают те девушки, которые нас всех спасли! И, кстати, именно они вызвали вас, нэр Старший Дознаватель! Не мешайте! Ну же! Девчонки, привет! — Изображение стабилизировалось и мы увидели совсем юную девушку, почти подростка. С раскосыми, карими миндалевидными глазами, сильно приподнятыми к вискам. С буйной вьющейся рыжей шевелюрой, задорными пружинками топорщившейся вокруг овального загорелого лица. С крупным носом и ртом, которые нисколько её не портили, а напротив — придавали неуловимый шарм. — Спасибо вам! За родителей! За наш клан! За меня! Если бы вы хоть немного промедлили, то родителей бы просто убили!

Взволнованную девушку отодвинул русоволосый наагат. Ничем не примечательный. Кроме, разве что, жестко-требовательного взгляда серых глаз.

— Нэры, я не имею права требовать от вас представиться. Вашу помощь и так сложно оценить. Вы спасли целый клан. Остановили экспансию на семь звёздных систем. Предотвратили уничтожение нескольких миллиардов невинных разумных. Предположительно… я понимаю — кто вы… Но… мне противно это говорить… Но… я не могу вас освободить. Здесь, в Торговой Федерации, я ограничен во власти. Но… может быть есть что-то, что я смогу сделать для вас? Что сможет хоть немного облегчить вашу участь?

— Сможете. — Наэла говорила твёрдо, сурово… — Прошу вас — спасите мою госпожу-подругу! Она из закрытого сектора. Её хотят продать рудхам! А я… Кто я — я уже говорила вам… и… если вы поможете реабилитировать моё имя и имя моей семьи… и накажете ту, которая склонила моего отца стать предателем… это будет самой лучшей наградой для меня.

— Я уже запустил программу по реабилитации вас и вашей семьи. Группа быстрого реагирования уже арестовала и провокаторшу и того наагата, который помог ей выйти невинной из всей этой истории. Если я что-то смогу сделать ещё… для вашей подруги и для вас… сообщу сегодня… на рассвете…

— Будем ждать! А сейчас нам пора! Не прощаемся!

Сеанс связи завершился.

Мы с Наэлой, сняв очки, посмотрели друг на друга. Потом обнялись.

— Нам надо поспать. Утром подъём ранний.

Так же, в обнимку, мы и заснули…

Я отключилась мгновенно.

Но, вдруг, проснулась около трёх часов ночи, словно от толчка.

Открыла глаза, пытаясь отдышаться от удушливой панической волны. Заставляющей сердце колотиться в сумасшедшем темпе.

Тихонько отодвинулась от сладко спящей подруги, на лице которой светилась счастливая улыбка.

Встала, и подошла к окну.

Там, в лёгком флере ночной влажной дымки, ворочался неугомонный город.

А возле здания, в котором находились мы — умиротворяющая тишина. Все обитатели — либо спят, либо отправились на развлечения.

Никого нет.

Хотя…

Почему-то показалось, что на меня кто-то смотрит. Кто-то, скрытый предутренним сумраком.

Что пугало, так это то, что я не могла понять — с какой стороны смотрят!

Разве такое может быть?!

Конечно же — нет!

И, тем не менее — именно так и было!

По спине сползла капла холодного пота.

Да. Вот такая я трусиха!

— Сашшша, ты всстревожена? Что ссс тобой?! — Рядом со мной встала нагиня, принося с собой ощущение защищенности.

— Я не знаю… такое чувство, что на меня смотрят… причем — сразу со всех сторон… Мне очень страшно, Наэла!

— Ну! Никто не может смотреть сразу отовсюду! Эх ты, трусишка! Идем… можно ещё часок пдремать… — Подруга усмехалась, но я увидела проблеск УЖАСА в её глазах.

Наэла — совершенно определённо — ЗНАЛА! ЗНАЛА — кто МОЖЕТ ТАК СМОТРЕТЬ! И ей тоже — было до невозможсти страшно. А ещё ей нельзя было, почему-то мне об этом говорить… И меня пугать.

— Ага… — Под играла я нагине, — Вот такая я у тебя трусиха! Пошли, полежим…

Мы снова прилегли. И я задремала…

Но в забытьи, я очень четко увидела странные, раскосые глаза, смотрящие мне прямо в Душу из-за некоего подобия шлема. Похожего на шлемы средневековых рыцарей…

Интересно… и кто это может быть…?

— Вставай! Время! Нам пора связаться с Дознавателем! — Нагочка аккуратно, но решительно меня будила.

— А?! Да! Встаю-встаю! — Я скатилась с кровати и шустро умчалась в ванную. Пять минут — и вот я уже — свежая и проснувшаяся.

Вызов.

Снова несколько секунд томительного ожидания…

— Рада вас приветствовать! Мои родители — тоже не спали эту ночь! И мы все тут, чтобы засвидетельствовать Долг Жизни! Но сначала — нэр Старший Дознаватель желает говорить с вами.

— Нэры… — Дознаватель выглядел настолько мрачным, что сразу всё стало ясно. — Я задействовал все свои возможности… и вынужден признать — я не в силах помочь жемчужине предстоящего аукциона.

— Вы спасли ЦЕЛЫЙ клан! Разве этого мало? — Возмутилась я, — А что касается меня… я не питала относительно себя никаких иллюзий. Пусть будет то, что будет.

— Нэра… — Перед дроном появилась, явно супружеская пара наагатов. Коренастый наг, с крупным носом и изящная нагиня с такими же как у нашей знакомой примечательными глазами, — Нэр Дознаватель в Торговой Федерации очень скован директивами и законодательными актами. Но мы тут… посоветовались всей семьёй… И решили — мы тоже примем участие в аукционе и выкупим вас и вашу рабыню!

— Нэр… нэра… — У меня, от подступающих слёз, защекотало в носу. — Неужели…

— Да. Мы так решили! А нэр Дознаватель решил нам помочь!

— Тогда я очень-очень прошу вас — выкупите Наэлу прямо сейчас! Поверьте — иначе не получится!

— Хорошо! Я сегодня же нанесу визит вашему господину и скажу, что моей дочери нужна рабыня. И что ей приглянулась нагиня, которая что-то искала в магазинах. Ждите!

Сеанс связи завершился, а подруга повернулась ко мне, возмущенно шипя…

— Зачччем..?!

— Наэла… — Я обняла нагочку, утыкаясь носом в её плечо… как когда-то, в детстве, поступала с мамой, — Я чувствую… что-то плохое грядёт… Прости… я, возможно, оскорблю тебя… но… я уверена… если тебя купят до аукциона, то это тебя спасет. Гугерт тебя легко продаст. Или я не права?

— Ты права, — Наэла печально вздохнула, поглаживая меня по плечу, — Но, ты тогда останешься совсем одна!

— Ненадолго! Скоро аукцион! И я верю, что меня выкупят наши друзья!

— Обещай! Что будешь очень осторожна! Стань трусливой и подозрительной! Чуть что — жалуйся Доку!

— Обещаю!

Ха-ха-ха!

Хочешь насмешить Бога — пообещай то, на что не можешь воздействовать.

У нас именно так всё и произошло.

Я была права в том, что Гугерт недолюбливал Наэлу.

То ли ревновал к неё своего партнера, то ли считал что она делает его мягкотелым.

А посему, едва мы позавтракали, как к нам явился САМ.

И сообщил, что ко мне переводят Марину, в качестве рабыни. А Наэлу он уже продал. Хоть я и ожидала этого и всей душой желала — но слёзы хлынули из глаз.

— Идём, твои новые хозяева не должны ждать! — Разозлился Гугерт. — А ты — вытри слёзы! Иначе накажу!

Нагиня выскользнула из нашей комнаты перед хозяином.

Дверь закрылась, блокируясь снаружи.

А я подошла к окну, в надежде увидеть подругу.

И, действительно, увидела.

Она шла в окружении целого отряда охраны. Наша новая приятельница крепко держала её за руку. Группа остановилась и все завертели головами, словно ожидая транспорт.

В это время обе девушки подняли головы и, улыбаясь, послала мне "воздушные" поцелуи.

Я ответила им. От всего сердца желая самого лучшего.

НО!

Снова это пугающее ощущение давящего взгляда! От которого заходилось сердце и леденели руки.

Наэла словно почувствовала, такм как закрутила головой и, вдруг, застыла… глядя направо, где переплетались "плакучие" ветви пышно цветущих зелёных гагантов.

Да! Именно оттуда на меня и смотрел… некто! Теперь я уверена — это мне не показалось!

Но тут прилетел роскошный планетарный челнок, отчего я сделала единственно возможный вывод — они улетают прямо сейчас. И это было правильно и обоснованно! На этой планете они не имеют привелегий. И их жизни под угрозой.

"Вот я и осталась одна… " — Тихо вздохнула я, с грустью глядя вслед серебристой точке, тающей в яркой синеве безоблачного неба. Но грусть эта была… счастливой! Ведь сразу стольким достойным разумным удалось спастить от смерти и рабства.

Но насладиться радостью мне не дали.

Двери распахнулись от яростного удара.

— Вот… господин, я же вам говорила! Они с этой рабыней хотят от вас избавиться! Они вызвали Старшего Дознавателя! Жаль, что её купили! А то я бы сама показала этой дряни — как вести интриги против своего господина! — За разъярённым Гугертом семенила Марина, в глазах которой светился огонёк безумия.

— ТЫ…! Ты хотела сдать меня Имперцам! — Хозяин с трудом остановил себя, понимая, что может запросто убить ценный товар. Сквозь его безупречную кожу проступала шкура ящерицы. Серо-зелёная, складчатая… — Ты восстановила против меня соплеменников! И они кидают мне предъяву на упущенную выгоду!

— Если вам, мой господин, ваши сородичи предъявляют претензии в том, что их подлые планы по уничтожению целого Клана и присвоению его имущества, разрушили две ваши рабыни… то они просто лузеры! Неудачники! Трусы! — Неожиданно спокойно и жестко ответила я.

— Нет, господин, вы смотрите как она обнаглела! Ты что, думаешь, раз ценная рабыня, то тебя не накажут? Я знала-знала, что вы предадите хозяина! Вы думали, что я в карцере… а я за вами следила! Да тебя надо плотоядным продать, чтобы вылупившиеся детеныши тебя живьем жрали..! Вы второму господину голову заморочили! Думали, что он против своего друга пойдёт?! Ан нет! Господин Гугерт его отослал и сам всё проконтролировал! Да ты знаешь, что тебя за предательство ждет..?! Я сама тебя с наслаждением…

Страшный удар снёс голову обезумевшей Марине.

Кровь, с жутким шорохом залила комнату.

— Одной гадиной стало меньше, — Страшная ухмылка исказила правильные черты Гугерта. — Сейчас и ты получишь…

Но его прервал символический стук в дверь.

На пороге стоял тот самый мужчина… который встретился нам на космодроме.

Но на сей раз, вместо замызганного комбинезона, он был облачён в безупречную одежду праздного богача. Кипенно-белую рубашку с воротом-апаш и пуговками из бешено-дорогих "звёздных опалов" и молочного цвета брюки из шелка морских пауков.

— Я являюсь полномочным представителем расы рудхов. — Невозмутимо представился он, спокойно наблюдая за тем, как бионики уносят останки Марины и зачищают комнату, — Эта самочка подходит моему доверителю. Я хочу прямо сейчас её купить! Пока вы в порыве гнева не покалечили столь ценный инкубатор.

Моё сердце ухнуло куда-то вниз.

ВСЁ! Вот сейчас — это конец! Конец всему!

Единственная надежда на строптивость Гугерта. И на то, что он лично захочет меня наказать.

Но…

Гугерт — прежде всего был дельцом.

— А другие самочки? Они её соотечественницы. И все с хорошим характером. У них есть лишь один неискоренимый недостаток — они считают, что должны всем помогать и всех спасать. Даже ценой собственной жизни.

— Остальных я заберу позже. А эту — заберу прямо сейчас. Дабы не плодить напрасных надежд и иллюзий. Сколько?!

Гугерт написал на экране своего гаджета цену и развернул к покупателю.

— Вполне приемлемо… Вот ваши деньги…

Гаджет моего, уже бывшего, хозяина слабо звякнул.

— С вами приятно иметь дело, — то ли улыбнулся, то ли оскалился Гугерт.

— В чём-то — с вами — тоже. — Гость оказался не чужд политесу. — Идёмте! У меня мало времени. Оформим сделку!

Всё оформление длилось пару минут. До конторки администратора гостиницы, выполняющего ко всему прочему ещё и обязанности схожие с Земным нотариусом, мы шли дольше.

— Поздравляю. Прекрасная покупка! — осклабился Гугерт, глядя как на моей шее смыкается тонкая цепочка рабского ошейника.

— Благодарю. Не сомневался! — Отрикошетил безымянный представитель моего нового хозяина.

Гугерт развернулся и исчез в полутьме и прохладе коридора.

А меня, крепко взял за руку боевой робот и повёл вслед за представителем рудхов.

В новую жизнь.

Или на мучительную смерть.

Полёт на планетарном челноке. Снова надоевший Космос.

Никогда в жизни не подумала бы, что я произнесу такую фразу!

Стыковка.

За мной приходит уже другой робот и куда-то ведёт.

Это самое — "куда-то", оказалось довольно комфортной одноместной каютой.

Дверь закрылась и заблокировалась, а я просто плюхнулась на стул, бессильно уронив руки на колени.

Вот и всё. Вот я и у рудхов.

Не знаю, сколько времени я провела в таком оцепенении.

В себя пришла от шелеста открывающейся двери.

В каюту деловито вкатился бионик с подносом, на котором стояли закрытые колпаками блюда.

— Нэра плохо себя чувствует? С момента водворения вас в каюту вы не шевелились. Я вызову платфрму и отвезу в медотсек.

— Нет. Я нормально себя чувствую. Просто не пришла в себя от мысли, что меня купили рудхи. Я умру? Меня убьют? — От чего-то, стало очень жаль себя. Глаза защипало о т подступающих слёз.

— Зачем моим хозяевам вас убивать? Вас купили, чтобы вы стали единственной для кого-то из них. Парой. Матерью. — Ответил бионик, вытаскивая из стены стол и расставляя на нём блюда. — Если вы не больны, то вам надо поесть. Потом принять гигиенические процедуры и лечь спать. Завтра вы будете чувствовать себя намного лучше.

Выполнив свои обязанности, бионик укопотил, на забыв закрыть дверь.

"Ну что ж…. Как там в "Руслане и Людмиле"?"…поплакала и стала кушать"? Наверное и мне надо так же…"

Я съела всё, что принесли, даже не замечая, что ем и, быстро помывшись в кабинке, легла в кровать.

С колько я спала — не знаю.

Проснулась внезапно. Словно меня кто-то потормошил.

Рывком села, зябко кутаясь в одеяло, словно оно могло меня защитить. Огляделась.

Никого!

"Да что же это такое?!" — Пожаловалась про себя, — "Паранойя!? Мания преследования? Что со мной творится!?"

В этот момент дверь открылась и деловито шурша, в каюту вкатился бионик.

— Нэра, это хорошо, что вы уже проснулись. Одевайтесь. Я провожу вас к вашей паре.

— Как к Паре? — Опешила я, — А как же церемония выбора?

— Зачем вам присутствовать на церемонии, если ваша Пара вас уже нашла? — Резонно возразил искусственный организм, — Нэра, вам помочь одеться?

— Нет. Я сама. Выйдите, пожалуйста, из каюты. Пока я одеваюсь.

— Смысл? — Этим вопросом бионик поставил меня в тупик. — Вот. Это надо одеть.

Он положил на кровать свёрток с одеждой, а на пол поставил аккуратные туфельки.

Поняв, что порядки тут мало отличаются от тюрьмы Гугерта, я скрылась в санузле.

Сделав все дела и умывшись, вышла к ожидающему биороботу.

Безропотно оделась-обулась.

Он взлял меня за руку и вывел из каюты.

Мы шли по довольно "людному" коридору. Сейчас тут все спешили по делам службы и на нас, на первый взгляд, совсем не обращали внимания.

Именно — на первый.

Нет-нет, вы не подумайте… Я не собиралась устраивать скандал посреди коридора с криками:

— Спасите-помогите! Меня принуждают к браку с жутким монстром.

Совсем нет.

Но… Мне было не понятно… Ведь все они — знали — что из себя представляют рудхи! Дыма без огня не бывает. Да и историю с поголовным уничтожением нескольких планет из-за призрачного шанса, что их кровь попадет в руки учёных — вряд ли придумали! Да, она могла обрасти фантазиями, но факт остается фактом — рудхи ЭТО СДЕЛАЛИ!

И все кто жил под "крылышком" рудхов должны знать — для чего они постоянно покупают женщин. Скорее всего — дело в высокой смертности бедных бывших рабынь. От ядов, неприемлемых условий, от родов…

Они ЗНАЮТ! ЗНАЮТ — и МОЛЧАТ! Своя рубашка — ближе к телу!

Неужели жителей, находящихся под юрисдикцией рудхов не мучает совесть?

Что-то я свосем запуталась в своих рассуждениях…

А тем временем мы пришли… Пришли к двери, которая одна из всех была украшена скромным резным рисунком.

Бионик нажал на полусферу, находящуюся сбоку и дверь мягко и бесшумно отъехала в сторону.

Мы вошли в довольно просторную, круглую и почти пустую комнату. В ней было только три огромных дивана, длинный стол и прозрачная колонна, внутри которой то вспыхивали, то таяли разноцветные огоньки.

За столом восседали: уже знакомые мне "Представитель", два совершенно "человечных человека" и один талеанец.

Неумолимый бионик усадил меня на диван, стоящий напротив стола и ушел.

— Светлого дня, Дарующая Алексссандра. — От лица всех мужчин приветствовал меня талеанец. — Я вижу, ты в смятении. Напугана. Ты здесь для того, чтобы получить ответы на свои вопросы и перестать бояться. Да, некоторые страшилки о рудхах не лгут. Они действительно могут становиться монстрами. Это их боевая трансформация. Но! Для единственной — супруг будет самым верным, чутким, нежным, заботливым! Это то, что тебе надо знать. Но чтобы стать супругами, вам надо принять друг друга. Это сложный процесс. И не всем удаётся его преодолеть так быстро, как хотелось бы супругу. Но ты уравновешенная и умная девушка. Думаю ты примешь мужа. Знакомься — это твой супруг!

Мой затылок обожгло тем самым взглядом, от которого холодела кровь там… на планете.

"Мамочка… если меня в озноб бросает от одного взгляда будущего супруга, то что же будет при близости?!" — Ужаснулась я, не решаясь повернуть голову и встретиться взглядом с тем, кто стал моим мужем.

— Ну же… Вы не похожи на паникёршу и истеричку, — Не угоманивался талеанец, — Взгляните же!

Несколько раз глубоко вдохнув-выдохнув, повернула голову, одновременно вставая и встречаясь взглядом с мужчиной, который молча стоял рядом со мной.

Высокий. Широкоплечий. Хорошо сложенный… рудх. С рубленными и, одновременно, не примечательными чертами лица. С тяжелым подбородком и вытянутыми к вискам глазами. Одетый в серую форму, он не двигался, давая мне, как пугливой птичке, обежать его взглядом.

Казалось бы — ничего такого. Но находиться рядом с ним было тяжело, неприятно. Хотелось бочком-бочком, с извиняющейся улыбочкой, обойти этого представителя… несомненно славной расы рудхов по широкой дуге и… позорно спастись бегстовом.

— Ну вот… ничего страшного! — Вновь включился в процесс сватовства талеанин, — Позвольте вас представить друг другу. Нэра Алексссандра, это ваш супруг, которого Звёзды привели к вам. Воин, командор западного сектора, Мирш Рик. Командор Рик — это нэра Алексссандра.

Незаметное движение… и… я уже на руках этого… Мирша.

Так же молча, со мной на руках, он подходит к колонне и ставит на ноги. Пытаюсь отойти от него хоть немного, чтобы избавиться от невыносимого гнёта ауры.

Нет. Рурх прижимает меня к себе одной рукой. Второй же, взяв мою руку, прикладывает к обжигающе-холодной колонне. С другой стороны, напротив наших ладоней, начинают скапливаться огоньки.

Холодно. Такое впечатление, что рука онемела и навсегда примёрзла к стеклу… или из чего там сделан этот странный артефакт.

Вспышка.

И мы "отклеиваемся" от колонны.

Руку ломит так, что хочется её отгрызть.

Ломота быстро распространяется по всему телу и я отключаюсь…

Пришла в себя на… лесной опушке.

Села, сжимая ладошками мягкий плед, на котором лежала и пытаясь справиться с обезумевшим сердцем, стучащим в горле.

— Где я..? — Выдала я на редкость оригинальный вопрос.

Тишина…

Только могучие деревья шумят, о чём-то переговариваясь с игривым ветерком.

Обернулась…

Вокруг — только удивительно чистый лес. Могучие стволы подпирают бесконечно высокое синее небо. Запах хвои и росистой травы успокаивает издёрганные нервы.

Как же здесь хорошо!

Вот только — где это — здесь?!

Из посторонних — только я и плед.

Встаю, поднимаю плед и… обращаю внимание на то, что моя рука, которой прижималась к "колонне" во время нашего "бракосочетания", от ладошки до локтя покрыта ослепительно-белым, выпуклым рисунком. Очень интересно тут выглядит "Свидетельство о браке по рудховски"!

Второй вопрос — а муж-то где?

И где мне жить? В этом, без сомнения, дивном лесу?!

Хммм… а почему бы нет?!

Вот найду сейчас ручеёк, умоюсь, попью и осмотрюсь.

Прижимая к себе пледик, который действует на меня лучше самого сильного успокоительного, иду — куда глаза глядят.

И размышляю на тему: "Мне радоваться, или пгаться? Муж от меня отказался и убрал с глаз долой, или это просто этап укрощения? Для воспитания смирной и безпроблемной супруги?"

Так я и так — беспроблемная! Даже как-то обидно стало! Вот ведь Гугерт меня приучил к мысли, что я — "идеальная самочка"! Инерция мышления — налицо!

Настолько углубилась в мысли, автоматически передвигая ноги, что не заметила, как вышла к вполне себе такой — просёлочной дороге.

Очнулась только когда возница одной из едущих по дороге телег с силой натянул вожжи у пары крупных, запряжённых в груженую каким-то скарбом телегу, животных. Внешне сильно напоминающих лошадей. Но с рожками и лысым хвостом с кисточкой.

Я замерла, прижимая пледик к груди.

Местные жители — тоже замерли. Только "лошади" пофыркивали, нетерпеливо перебирая ногами.

— Светлого дня. — Вспомнив уроки по налаживанию контакта, пропищала я, — Могу ли я обратиться к вам за помощью?

— Светлого-светлого… коли не шутишь… — Возница головной телеги неторопливо передал поводья сидящему рядом парнишке, с любопытством и страхом наблюдающем за мной и неторопливо слез со своего транспортного средства. — Ты как в заповедном лесу оказалась, девица? Чьих будешь?

— Я… я… не знаю… Помню свадебную церемонию… а потом — ничего!

— О — как! — Возница потёр мочку уха, снова придирчиво разглядывая меня и мою брачную вязь, — Ну… что тут сказать… Не по-людски бросать в необитаемом лесу девицу! Поехали с нами, коли ты не против. Приедем в город — к эру отведём. Он главный, ему и решать — что с тобой делать. И где твоего мужика искать. Идём. Поедешь в моей телеге!

Когда я робко подошла к нему, возница легко, словно я ничего не весила, забросил меня на мягкие мешки и запрыгнув на облучёк, тронул "лошадей".

Мда… "медовый месяц" начался весьма оригинально!

Сначала мы ехали молча.

Мудрый возница давал мне привыкнуть к ним.

Лишь через несколько часов, когда мы подъехали к поляне, на которой явно часто останавливались караваны, состоялось собственно знакомство.

— Вот, други мои, давайте знакомиться со странницей. К нам сия дева попала, потеряв сознание на своей свадьбе. И невесть что с ней могло в заповедном лесу случиться. Коли бы нам не приказали туда поехать за травяными сборами.

— А что, обычно в этот лес никто не ездит? — Удивилась я.

— Никто, девонька, никто! Потому как на то он и Заповедный! Его Звёздные стражи охраняют. И нет дурака туда без ихнего дозволения соваться. Вот ужо как боле десяти столетий повелось.

— И никто не пытался нарушить это правило?

— Пытались, как не пытаться! Дурней, да разбойников, для кого Законы не писаны — всегда есть много… то есть — были! Только они все страшной смертьбю сгинули. А умные — не лезут без созиволения!

— То есть… — У меня от страха свело живот, — Если бы я вас не встретила…

— Сгинула бы ты девонька, сгинула! — Возница сочувствующе покачал головой и, перебивая себя, спросил, — Тебя величать-то как?

— Сссс-ссашшша…

— А меня Демькан, внука мово Плат. А это — Увар, Сватор и Корьян. Ну… давайте, други мои располагаться… Завтра подъём ранний…

— Давайте я вам помогу… Я готовлю хорошо…

— О! О это прямо бальзам на рану! Готовь, красавица, а то мы на сухомятке отощали совсем! А нам ещё две декады ехать!

Довольные возчики устремились обихаживать животных, разложив для меня на чистой холстине утварь и продукты.

Я автоматически готовила еду, а сама всё больше запутывалась в происходящем.

Зачем, вы мне скажите, такие сложности с женитьбой, если этот как-бы-супруг сбагрил меня неизвестно куда, на погибель?!

Нелогично всё как-то!

Так увлеклась размышлениями, что не заметила как пролетело время.

Разлила по котелкам первое, которое получилось похожим на харчо, выловила из котелка последние готовые "отбивные" котлеты. Проверила — как там поживает нашее "пюре" и присела на оставленное место.

Демькан первым отведал "супчик", довольно "крякнул и тут же все активно заработали ложками. Я от них, не отставала. С неослабевающим аппетитом съели и второе.

— Ну, спасибо, девонька, уважила! — Довольный Демькан неторопливо отпил взвар из сухофруктов, подслащенный засахаренным мёдом. — Кто ж так с тобой, такой смирной да хозяйкой неплохой, так поступил? Мож навет на тебя кто навёл? Клевету-напраслину?

— Если бы я знала! — Получилось тоскливо…

— Ох уж энти инопланетники! Всё у них не как у людёв! Ну, ничего… вот приедем до дома, наш господин поможет тебе правду-то восправить! А ты, пока мы едем, себя не грызи! Ишь… я ж вижу — себя во всём коришь!

Окружающие согласно закивали…

— А вдруг и правда всё дело во мне? — Потив воли я неприлично шмыгнула носом.

— Нет, не скажи! Энти инопланетники… они ж верные! Ни-ни, если жена появилась! Да и до жены — тоже ни-ни! Хочь ты что им сули! Да и мож не муж тебя сюды выбросил! А враги ейновы! Ну… пошли, други мои почивать… А ты, девонька, в телегу полезай. Негоже будущей родильнице на земле спать! Она хоть и Матушка, однако, женские силы враз выпивает… А мы постережом сами…

Я залезла на телегу, примостилась на немного колючих чистых мешках, прикрылась пледиком и… провалилась в сон!

Утром поднялась ещё до рассвета. Открыла глаза, задумчиво рассматривая прихотливые извивы тумана. Вдохнула полной грудью чистый, наполненный ароматами хвойного леса воздух и… тихо расплакалась от обиды.

Вот почему я такая… корявая, а?!

Даже замуж за верного и заботливого рудха нормально выйти не смогла!

Тихо сползла с телеги. Но Демькар тут открыл глаза.

— По нужде собираешься?

— Ага…

— Ну… пошли все вместе. Встаём, други. По нужде и в путь! А то сегодня ночью кто-то вокруг кружил. Не Стражи, точно… И от них злом и поганью тянуло. Поспешаем. И глаз с нашей попутчицы не сводим. Чаю я — по её душеньку эти тати пришли!

После таких "ободряющих" слов все нужды сделались быстро.

Так же быстро мы собрались и выехали. На ходу завтракая огромными ломтями серого хлеба с вкусным сыром и копчёным окороком.

Перед поворотом дороги оглянулась на гостеприимную полянку и вздрогнула, слабо вскрикнув.

— Ты чего?! Спужалась кого-то?! — Мгновенно повернулся ко мне СтаршОй.

— Оглянулась на поляну, откуда мы уехали… а там… в тумане… существа на рептилоидов похожие! — Заикаясь от страха и ледяного пота, поведала я.

— Ох… ты ж! Дрын им куды не надо! — Выругался Демькан, — Други мои, ахтивируем зашшыту! Она надёжная, а если эти вороги всёж на нас полезут, то и отпор мы им дадим. А потом и Стражи подоспеют.

Мужики споро завозились, доставая коробочки локальных куполов и бластеры, которыми Империя Альмаграс вооружает своих штурмовиков.

Сглотнув липкую, густую слюну, попросила:

— Мне тоже бластер дайте! Нас учили с оружием обращаться! И живым я им не дамся! Я знаю, как они пытать умеют.

— Шоб до тебя, девонька добраться, им нас сначала положить надо. А это не так просто. — Буднично сообщил Демькан.

Но бластер всё же выдал.

— И ещё… держись крепше… главное — с телеги не выпади. Хотя… — Все мужики пристёгивали себя к телегам. Мне тоже выдали ремень, пристегнутый к бортам. Не минуты не сомневаясь, застегнула замок. — Ну… пошли-иии, залёёёё-тные!

Бледный, до синевы, Плат тряхнул вожжами и рогатые скакуны рванули с рыси в карьер.

Меня вжало в мешки так, словно я ехала в спорткаре.

Телеги тоже перестроились. Беря нас в "коробочку". Две поехали по бокам, две сзади, одна пошла вперед.

Мимо мелькала чаща, слившаяся в одно зелёно-коричневое пятно.

Мы неслись вперёд и я уже было порадовалась…

Ага, наивная! Обрадовалась!

Нас "накрыло" внезапно. Казалось — мозги закипают!

Худо было всем.

В пульсирующем от боли киселе вяло текли секунды. Лошади неслись вперёд. И хоть это радовало.

А потом появились ОНИ!

Вихляющие силуэты. Они двигались очень быстро, но так, словно у них не было суставов, да и вообще костей.

Ослепительная вспышка тряхнула правую телегу.

— Бластером бьют, гады! — Выругался Демькан, рукавом вытирая сочащуюся из носа кровь. — Ничего… ещё несколько попаданий перетерпим, а потом отстрелимся. И снова — куполом накроемся.

— Дед, где ж Стражи?! — Плат укоризненно покосился на Демькана, словно именно он был виноват в отсутствии местных блюстителей порядка.

— Плат, ты хочь головой-то думай! Ежель эти ящерицы сюды рыпнулись, тож они всё подготовили! Наверно, где-то заварушку устроили, куды Стражи и направились!

— Дед… мы умрём?

— А коли и так? То что?!

— Нет, я просто спросил…

— Оооххх… грехи мои тяжкие! Ну всё у энтих инопланетников не по людски! ГалаХтики спасают, а за женой уследить не смог! — Сокрушается наш СтаршОй, а сам цепко следит за творящимся вокруг безумием.

Еще несколько вспышек…

— Дед, они по кронкам бьют! — Восклицает Плат, когда в несущейся справа паре "лошадей" одна споткнулась, но тут же выровнялась.

— Ничего-ничегооо… у нас кронки матёрые… им не привыкать. Менталистов энтих они не слушаются! — Успокоил нас Демькан. Потом, после очередной серии вспышек, скомандовал — Щиты долой! Ааааагонь! Плиии!

Переливающиеся перламутровым блеском пузыри исчезли на несколько секунд, чтобы дать нам возможность огрызнуться смертоносными плетями плазмы. В лицо ударил горячий ветер, и тут же всё снова стихло.

Истошный визг, переходящий в ультразвук, ударил по рассудку.

— Ничо-ничоо… — Встряхнулся наш командир, — Мы троих положили… ишшо они не сунутся. Спужались!

Но телеги продолжали еще больше трех часов нестись так же быстро.

Мы все, застыли в страшном напряжении, сжимая в руках бластеры и каждую минуту ожидая или ментальногго удара, или заряда плазмы.

— Дед… А лес не полыхнёт? — Обеспокоился Плат.

— Мож и полыхнуть. Вон сколько в нас энтой дрянью палили. Можа Стражей хочь это привлечёт.

— А кронкам не вредно так долго и быстро бежать? — высказала я свою тревогу за здоровье и жизнь этих могучих "лошадок".

— Что, за их боишься? — По-доброму усмехнулся Демькан, — Не боись! Мы своих кронков бережом. Они могут ещё часов шесть так же бежать. Но мы их надрывать не станем… через пару часов на рысь перейдем… потом часок шажком… а потом и на стоянку встанем. Мож там к нам и САМ выдвинется. Спутники на орбите должны были засечь применение запрещенного оружия в Заповедном лесу.

На "нервяке" не заметила, как пролетело время.

К стоянке подъезжали хоть и настороженные, но хотя бы уверенные в том, что сразу не умрем. Во всяком случае, это я за себя могу сказать.

А на стоянке нас уже ждали.

Нервно переминающиеся бойцы, под предводительством статного наагата. Исполинские, выше двух метров, существа. Похожие на живых роботов из Земных фантастических "Трансформеров".

Муж, от которого, при нашем приближении, хлынула ледяная волна. Интересно, а другие эту его невыносимую ауру чувствую, или только мне так "повезло"?

Ну и талеанец. Куда же без него!?

Нас окружили бойцы, наперебой расспрашивая — каково это — атака рептилоидов!?

Возницы приосанились и, гордо выпятив грудь, поведали жаждущим слушателям об этом эпичном сражении.

Пока народ завистливо слушал о молодецких подвигах возниц, к телеге подошли наагат, муж и талеанец.

— С вами всё хорошо, нэра?! — Болтливый Представитель и тут взял инициативу на себя, — Примите ли вы наши извинения?! Наша вина! Мы не предусмотрели того, что рептилоиды, почему-то именно вас обвинят в срыве их экспансии. Поймите нас правильно, ваш супруг привык прежде всего ставить свой долг перед теми, кого обязался защищать. Он слишком недолго женат, чтобы поменять приоритеты!

— А он сам говорить может?! — Сварливо-устало буркнула я.

— Ну зачем вы так, нэра!? — Талеанец по-отечески покачал головой. Словно я была нашкодившим подростком. Как будто это я себя в лесу со Стражами и рептилоидами бросила!

Молчаливый супруг — просто сгреб меня в охапку, придавливая своей жуткой аурой и потащил к Стражам.

Где, как я увидела, нас ждала роскошная палатка и огромная ванна, стоящая на травяном ковре и застенчиво укрытая за ширмой.

Сгрузив меня у ванны, муж что-то неразборчиво проворчал и… смылся!

ГАД!

Однако, суровая дисциплина, намертво вбитая в меня Гугертом, не позволила капризничать.

Я, действуя на автомате, разделась и плюхнулась в ванну.

Какое наслаждение! В меру — очень тёплая вода с экстрактами неведомых трав!

Вымывшись, вылезла из ванны и… меня тут же закутами в огромное, нагретое полотно. Пока выпуталась — неизвестного и след простыл.

Кушать хотелось очень… но… я же не могу в таком виде предстать перед столькоми разумными!

Поразмыслив, направилась в палатку. Для этого понадобилось пройти мимо Стражей.

"Страшно-то как!" — Пожаловалась я себе, но бочком-бочком, пробралась ко входу во временное убежище.

Стражи даже не шелохнулись.

Внутри шатер был аскетичен. Гамак, висящий напротив входа, чёрный безворсовый ковёр и три огромные подушки.

Мда… а во что мне, пардон, переодеться?! И чем расчесаться?!

Задача, однако!

Но бросать меня один-на-один с бытовыми трудностями, как оказалось, никто не собирался.

— Нэра Алекссандра… — Вот ей Богу! Я уже начинаю стервенеть, слыша приятный голос талеанца! — Мы с вашим супругом можем войти?!

"А если я скажу — нельзя?! Они войдут, или нет?!" — Задала сама себе риторический вопрос. И сразу ответила, — " Конечно же войдут!"

— Войдите… — Смиренно ответила я.

В шатёр туже вошли два мужчины.

— Простите меня за прямоту, — Я уже не могла молчать, — Вы и дальше будете дублировать этого мужчину?! — Не выдержала я.

— Рудхи не умеют ухаживать за женщиной. Я некоторое время буду рядом. Пока адаптация не пройдёт благополучно. Поверьте, ваш супруг очень быстро учиться быть заботливым, внимательным и ставить вас превыше всего! Вот, например — ванну вам приготовить — это только его идея! — В голосе талеанца было столько гордости, что он напомнил мне молодого отца, гордящегося "гениальными" достижениями своего отпрыска.

— Я тронута… — Происходящее настолько ошарашило меня, что ничего путного на ум просто не пришло.

— Позвольте пригласить вас к столу. — Ляпнул рудх, качнувшись ко мне.

Талеанец вцепился в него клещом, тормозя всем телом:

— Алексссандре надо переодеться и расчесаться! Женщины не любят появляться перед посторонними, если выглядят неопрятно! Это ранит их чуткую натуру! Нэра, мы принесли вам одежду и я покажу как муж должен помогать жене собираться на выход из Гнезда.

От этого заявления я просто онемела.

Всё, что приходило ко мне в голову — это искреннее недоумение — у них там дамы вообще… хоть что-то сами могут сделать?!

Я и не знала, что может возникнуть такая ситуация, в которой прежде самостоятельные и самодостаточные женщины могут стать абсолютно беспомощными в самых элементарных мелочах!

— Ваш супруг подержит простыню, а вы переоденетесь! Я же ещё и отвернусь. — Талеанец всунул в руки заторможенного мужика полотнище, подтащил его ко мне поближе, заставив мучительно скривиться от давящей силы, отрегулировал высоту и ширину его рук, вцепившихся в ткань и отошел к выходу, не переставая болтать, — Нэра, умоляю, поскорее переодевайтесь! Нехорошо заставлять голодных мужчин ждать!

Он знал, как меня стимулировать.

Поэтому, я по-армейски, за сорок секунд, облачилась в чистое и довольно милое белое бельё и удобное трикотажное платье в зелёный горошек.

Времени задуматься о том, что пока что незнакомый мужчина, хоть и муж, может увидеть меня голой — не было совсем. Стоило подолу платья занять своё место, как "храбрый" супруг ломанулся к талеанцу.

— О! Завидная организованность! — "Учитель" по семейным отношениям с удовольствием полюбовался на меня и тут же распорядился:

— Присаживайтесь на подушку! Мирш, смотри! Надо осторожно разобрать пряки волос. Они влажные и поэтому путаются. Делай это так, словно освобождаешься из ловчей паутины арханы! Потом — столь же осторожно расчесываешь волосы супруги. Вот! Какие у вас красивые волосы, нэра! — Руки талеанца ловко привели в порядок мою шевелюру, ни разу не причинив неприятных ощущений. — Прекрасно! Я же говорил вам, что ваш супруг очень быстро учится!

Скосив глаза, я поняла, что невесомые касания — это уже мой супруг!

Закусив губу, он расчесывал мои волосы. Клянусь, если не видеть то, что он делает, я бы решила, что тут как минимум — хитроумная бомба!

— Прекрасно! — Удовлетворение талеанца зашкаливало, — Видишь, Мирш, твою Алексссандру уже не давит твоя сила! Теперь предложи нэре руку и идёмте уже обедать.

Муж, неуловимым движением оказался передо мной. Преклонив колено он протянул руку.

Трясясь, как заяц под сосной, я коснулась его горячей руки ледяной ладошкой.

Рудх слитно встал и "деревянной" походкой пошел к двери, с кажды шагом всё сильнее сжимая мои пальчики.

Как мы дошли до накрытых столов, не вспомню даже под угрозой смерти!

Народ, среди которых не было больше ни одной женщины, кроме меня, невнятно толпился, перетекая из группы в группу.

— Мирш, ты сейчас супруге все пальчики раскрошишь! — Бдительный "учитель" ничего не пускал на самотёк, — Друзья! Мы с вами сейчас присутствуем при рождении нового Гнезда. И я, как друг Мирша, счастлив, что он обрёл свою Единственную! Конечно, впереди у них долгий путь к познанию друг друга. Но главное — свершилось! Звёзды соединили их! Поздравляем!

— Поздравляем!

— Пусть вам повезёт!

— Пусть с вами Звёзды будут милосердны!

Талеанец, сияя так, словно это он только что Обрёл Единственную, подтолкнул нас к столу.

А рудх, снова, сгрёб меня в охапку и плюхнулся на отдельно стоящую коротенькую скамейку.

Весело шутя и посмеиваясь, расселись и остальные.

Что интересно — на нашем столе было накрыто на две персоны. Но… Учитывая то, что рядом находился "педагог", то значит нам суждено питаться из одной тарелки. Знать бы — это такой брачный обряд, или женщин априори за самостоятельную единицу не считают?

Перед нами поставили три блюда. С запечёной птицей, рыбой и окороком. Положили ещё горячие, пышные лепёшки, от одного запаха которых у меня неприлично забурчал живот. Поставили огромный бокал с прозрачной жидкостью.

— Ну! За молодых! — Гаркнул, вставая и поднимая свой кубок Демькан, — Пусть порадуются жизни!

— За молодых! — Поддержали его присутствующие.

— Мирш… ты коснуться губ супруги своими губами должен… — Подсказал "семейный педагог".

Рудх дисциплинированно встал вместе со мной на руках и послушно ткнулся ртом мне в губы.

А я поймала себя на мысли, что мне это не доставляет негатива.

— А теперь — покорми жену… — Руководил первым днём семейной жизни талеанец, — Сссашша, что вы предпочитаете? Мясо?! Рыбу?! Птицу?!

— Да… собственно… я всё ем… — Проблеяла я.

— Мирш, одной рукой придерживаешь жену… придерживаешь, а не ломаешь ей кости… а второй кладёшь в тарелку по кусочку всего… хлеб не забудь… и кормишь Сссашшу! Нэра, позвольте я покажу, как надо резать мясо для супруги?

Чувствуя себя персонажем театра абсурда, только хлопаю глазами и киваю.

Далее, как-бы-муж, очень осторожно подносит к моим губам вилку с нанизаным на неё мяском и кусочком лепёшечки, пропитанный вкусным соусом.

— Мммм… — Закрыв глаза, с наслаждением смакую вкуснотищу.

Ободрённый своим достижением, муж начинает пичкать меня едой со старанием пернатого родителя. А я думаю, как бы ему необидно намекнуть, что больше в меня не влезет.

От участи — лопнуть, спасают… рептилоиды.

На руке рудха жужжит наруч.

Такие же звуки раздаются от Стражей, что неподвижными колоссами так и стоят у шатра, от браслета наагата и гаджетов у бойцов.

— Да, чтоб вам оглоблей вдоль спины получить! — Ругается Демькан.

Возницы солидарно соглашаются.

Рудх поднимается вместе со мной, но тут снова влезает талеанец:

— Нет, Мирш! На прорыв идём мы. А ты должен остаться с женой!

— Мой долг — защищать! — Рычит он и меня снова оглушает невыносимой аурой. — Сссашшу я беру с собой!

Больше я ничего не слышу.

Пространство "размазывается".

Несколько ударов сердца и вот мы уже в эпицентре боя!

Усадив меня на трап, рядом с догорающими обломками шаттла, накрыв "куполом", рудх превращается в такую же жуть, как Стражи и кидается в бой.

Никогда не видела боя… и больше — не хочу увидеть.

Я понимаю — они — враги. Они не пощадили бы ни младенца, ни старика, ни женщину.

Но! В чём-то — это не их вина! Они — такие, какими их создало Мироздание!

И ещё… в жестокости, кровожадности и жажде экспансии надо винить прежде всего верхушку их цивилизации. Ведь это они, намеренно, максимально увеличивали численность рептилоидов! Скрещивая свою расу, для получение максимально выносливых, злобных, тупых боевиков. Они намеренно сталкивали девяносто процентов населения своей цивилизации в беспросветную нищету. Чтобы потом натравить голодных и озлобленных на "сытых и богатых"! Пообещав каждому из бойцов в случае победы — райскую жизнь.

Всё это уже было и в истории Земли, и я уверена — в истории других планет.

Только от этого не легче!

Сжавшись в комочек, сидела на трапе, как пингвин на льдине. Вздрагивая от вспышек бластеров. От воинственного рыка, шипения, гортанных выкриков и от предсмертных хрипов.

Внезапно — порыв ветра кинул мне в лицо кошмарную смесь запахов.

Гарь, металлический запах крови, вонь горящего пластика и плоти.

— Почему ты плачешшшь?! Тебе больно?! Купол не тронут! — Надо мной, в покрытых копотью и страшными пятнами доспехах, склонился рудх.

— Нет… всё хорошо… — Чуть дыша, пролепетала я, пришлёпнутая яростной аурой.

Ну как ему сказать, что мне жалко рептилоидов!? Тех, что пёрли напролом, не щадя себя. Ради призрачного шанса — не дать умереть от голода своим родным! Кто теперь, жуткими телами устилает посадочную площадку космодрома.

— Идём, тебе надо отдохнуть! Дальше Стражи справятся без меня!

Снова меня сгребли в охапку. Хорошо хоть сейчас Мирш соразмеряет свои силы.

Мы снова переместились, оставляя где-то на планете космодром, ставший могилой для сотен тысяч разумных.

От перемещения закружилась голова. Поэтому я не сразу поняла, где оказалась.

— Ну и пошто надо было деву на войну таскать?! — От баса Демькана сразу стало намного легче.

В ответ рудх только зашипел и уволок меня в шатёр.

Там поставил возле гамака и… сбежал!

Нет, вот это уже просто подло!

Направилась к выходу, чтобы серьёзно поговорить с этим представителем сильной половины Вселенной.

Ага! СЧАЗЗЗ!

Выход из шатра был закрыт силовым щитом.

На всякий случай обследовала все стены. С тем же успехом. Интересно, это так обо мне забота проявляется, чтобы никто не проник… не навредил?! Или чтобы я не сбежала?!

Скорее всего — это комплексное решение! И заботу проявил, и проконтролировал!

— Аууу! Меня кто-нибудь слышит?! — Осторожно позвала я.

Тишина.

Нет, это совершенно недопустимо! А если я сейчас в туалет захочу?! Терпеть пока возможно, а потом в уголке нагадить?!

Ещё раз обозрев угольно-чёрную поверхность пола, прилегла в гамак и заснула.

Проснулась от некоего неприятного ощущения.

Открыв глаза, сильно пожалела. Надо было подольше притвориться спящей.

Рудх сидел рядом с гамаком и наблюдал за мной.

— Я, конечно, извиняюсь. Но смотреть на спящего человека — нехорошо! — Невольно высказала я.

— Нам надо быть вместе. Я не причинил тебе вреда. Не мешал спать. Что я сделал плохого?

Услышав этот ответ, вдруг, очень захотелось побиться лбом об стену или пол.

— Мне надо выйти…

— Зачем?

"Ооооо!!! Я его сейчас просто покусаю! Он что, не понимает, что надо в туалет?! Или рудхи не справляют нужду?!"

— Мне надо в туалет!

— Я тебя отведу.

— Я сама!

— НЕТ!

— Почему?! Мне стыдно! Я не могу при мужчине!

— Я ваш муж. И у жены от мужа не может быть никаких тайн и стыда! Я выучил всё, что нашел об отношениях между мужем и женой. Там не говорится, что она может стыдиться при муже исполнять естественные надобности.

В туалет хотелось всё сильнее. И, чтобы не случилось конфуза, пришлось смириться.

— Хорошо. Я согласна! Только скорее!

Снова я в хватке сильных рук перемещаюсь куда-то.

"Ой! Скоро он там?! "

Меня отпускают на ноги среди милых кустиков.

А вот сейчас мне уже — всё равно! Иначе я просто лопну! Или описаюсь!

— И чего стыдного в этом. — Рудх внимательно наблюдает за мной. — Ты красивая.

"Ага! Если он скажет, что я и в туалет красиво хожу, то я комплекс себе заработаю!"

Только я встала, поправляя одежду, как к нам сунулся талеанец:

— Я почувствовал переход. Что с нэрой?

— Она захотела в туалет. — Буднично ответил рудх. — Я решил, что на природе ей будет приятнее!

А я просто разревелась от стыда.

— Пошшли… — Зашипел, словно кипящий чайник, талеанец.

— Да. Сейчас…

— Нет сейчассс… нэре надо побыть одной!

— Но…

— Идём! Есссли не хочешшшь навсссегда ссстать её комплексом!

Буквально за руку, талеанец вытащил рудха из кустиков, оставив меня хоть ненадолго одну.

Шло время… Вокруг появились вездесущие кровососущие…

Я размазывала злые слёзы по лицу, шмыргала носом, отмахивалась от кровососов, но из кустов вылезать категорически не собиралась.

Пусть лучше меня комары насмерть закусают, чем я снова такой позор переживу!

— Девчуля… — Бас Демькана раздался так неожиданно и так близко, что я подпрыгнула от месте. — Вылазь! Ну прости ж ты мужа! Ну корявый он! Думает, что заботится, а вона как на деле получается. Пошли-пошли! Мы тута порешали маненько… ты с нами поедешь, коли не брезгуешь. И муж твой тоже. В дороге притрётесь, ну и мы подсобим… подскажем по-родительски… Ты на него сердца не держи… Он ни отца, ни мать не помнит. Как его матушка в родах представилась, так и отец следом самоубился. Не смог он, стало быть, как остальные, без Единственной век вековать. Браться единоутробные — тоже все помёрли. Его воспитывали неженатые инопланетники. И тот… талеанец… он ему прямо отец. Потому и беспокоится… Идём, девонька… А то твой мужик себя сам со свету сживёт.

Вся в волдырях от покусок, в крови уничтоженных на мне кровососов, с распухшим красным носом и глазами, выползла из кустов.

— Эк тебя… — Крякнул Демькан, — Пойдём ужо… горе-горькое… Надо кожу протереть, чтоб не чесалась!

Послушно пошла за таким надёжным и мудрым человеком.

— Нэра, а я вам ягод собрал. Поешьте! И мужа своего угостите! Когда мама с папой ссорятся, мы завсегда с братьями в лес за ягодами бегаем. Они друг друга угощают и мирятся! — Плат протягивал мне самодельный кузовок из бересты, полный иссиня-чёрных, алых, малиновых и белых ягод.

Запах от них шёл дивный!

— Спасибо! — От души поблагодарила я парня, а Демкан, тем временем, закопался в своём мешке. Откуда вынырнул, держа в руке бутыль с каким-то настоем и белую тряпицу.

— Идём… ты мужа угощать будешь и сама угощаться. А он пусть протрёт тебе покусы, раз сам виноват.

Усадив меня на бревно, вручив средства скорой помощи от укусов заторможенному Миршу, Демькан ловко ухватил таленца и уволок к телегам.

Я шмыгнула носом и, в качестве компенсации за терпение, решила начать угощать ягодами себя.

Мммм… вкуссссно-то-как…!

Прикрыв глаза, наслаждалась лесным даром, когда по коже прошлась влажная тряпица. Смывая зуд и даря прохладу. И пахло это средство мятой и полынью.

Открыв глаза, полюбовалась, как супруг аккуратно обрабатыват мою кожу.

"Интересно, откуда у него такие умения?! Хотя… он же всю жизнь — на войне. Раны обрабатывать ему приходилось, явно, не один раз!"

Выудив из кузовка оргомную бордовую ягоду, величиной с перепелиное яйцо, поднесла вкусняшку к сурово сжатым губам мужчины:

— Можно я вас угощу?

Ну и что я такого сказала, что он сразу окаменел?

Правда, потом взял себя в руки и аккуратно съел ягоду. Из моих рук.

— Вкусно?

— Да.

— Вы какие блюда предпочитаете? — Раз Демькан ручается за то, что Мирш не самый плохой муж, надо начинать поиски точек соприкосновения. А ничего нет надёжней, чем гастрономические предпочтения.

Но тут меня ждал грандиозный облом!

— Жареное мясо. Оно вкуснее пайка.

— Аааа… ммм… а ягоды? Вот вы сейчас попробовали… Нравятся?

— Теперь — да. Я никогда не ел ягод.

"Мама моя! Забери меня обратно!"

— А что вы ели?

— Паёк. Когда прилетал к Таргу, (Я так понимаю, Тарг — это талеанин) — мы с ним жарили мясо. Которое добывали на охоте.

— А… и это — всё?!

— Да. — Муж уже обработал верхнюю половину меня и осторожно занялся ногами.

— Разве вам не хотелось попробовать что-нибудь… вкусное?!

— Я не понимаю вопрос. Есть паёк — это хорошо. Сытый. С опекуном поймать и поджарить дичь — вкусно. Нет пайка, или дичи — надо есть то, что есть.

Вот и поговорили…

Украдкой почесав противоположное от рудха полупопие, пострадавшее в неравной борьбе с местным кровососушим "населением", обрадовалась новой теме для общения.

— А почему, когда вы рядом, меня совсем не кусают?

— От меня все стараются держаться подальше. Разумные и неразумные формы жизни. Инстинктивно чувствуя опасность. — Рассеянно заметил Мирш.

— Так вы поэтому настаивали на том, чтобы мы были рядом? Чтобы меня насекомые не кусали… пресмыкающиеся там всякие..? — Осторожно закинула я "удочку".

— Я об этом не думал. Просто нам надо больше вместе проводить время, чтобы вы привыкли к моей силе. К тому же — для вас так намного комфортнее… как оказалось.

— А… хотите, я на следующем привале всем что-нибудь вкусное приготовлю?

— Вы собираетесь добровольно ВСЕХ кормить? — Вот сейчас я не поняла — он удивился, или разозлился? Ему приятно, или нет?

— Я вкусно готовлю. И мне НРАВИТСЯ готовить! Нравится всех кормить. А вы — против?

— Сытый солдат — сильный солдат!

"И как мне это понимать?! Он против, или нет?!"

— А Стражи… они живые, или нет?

— Живые.

— А какой они расы?

— Вам это пока не надо знать.

Да что ж это такое, а?! Мне из него щипцами слова вытягивать?!

— У вас есть друзья?

— Да. Нельзя воевать бок-о-бок с врагами.

"Да что ж это такое!? У него совершенно иное восприятие рядовых понятий!"

— А много среди ваших друзей женатых… эммм… ну… тех, кто Обрёл Единственную? Можно же их навестить…?

Рудх поднял голову и меня снова едва не удушила его сила:

— Обретшие живут уединённо. В отдалении от всех. Они обрывают все связи. Стремясь каждую секунду делить с Единственной. Они никого не принимают.

"Ого!" — Невольно я зауважала этих мужчин.

— Но… когда дети подрастут… тогда ведь можно уже встречаться с родными, с друзьями…?

— НЕТ! После рождения детей муж навсегда остаётся наедине с детьми. Или выбирает войну. — Мирш резко встал и… истаял в полотне портала.

"И что такого я сказала? Может быть у них немного странно устроен институт семьи?! В других расах есть многомужество. А тут… Брошеный муж?! Ой! Я, кажется, поняла! Подходящих женщин мало! И женщина, родив деток, должна выбрать другого! А предыдущий муж, остаётся горевать в одиночестве! Ужас какой! Но я не собираюсь переходить из рук-в-руки! Им надо — соглашусь отдавать яйцеклетки! И на этом — всё!" — Решила я, не понимая — насколько глубоко ошибалась!

— Что, сбежал от тебя муж-та!? За больное задела? — Укоризненно покачал головой Демькан, подходя ко мне, — Об чём спросила?

— Про друзей спросила… — Пожала я плечами. — Предложила, если будет время, навестить тех друзей, кто женат.

— Оооо… понятно… — Возница посмурнел и присел рядом, набивая трубку душистым табаком. — Мда… понятно…

— Простите, мне — не понятно!

— Хмм… не могу на этот вопрос ответить… прости меня, старого… сердца на нас не держи… пойду-ка я… делов много…

Вот уже второй мужчина буквально сбегает от меня, не отвечая на невинный вопрос!

Во мне же, как назло, проснулся дух партизана-подпольщика!

Да-да… раз бабушка могла, то почему я не смогу? Почему-то имено в этот момент моя хвалёная разумность сдала свои позиции женскому любопытству. Позабыв о том, что такая информация почти никогда не бывает правильно истолкована. И о том, что любопытство в большинстве случаев заканчиваетя плохо.

А прямо сейчас решила приготовить завтрак. Раз сама себя назначила — то надо выполнять!

Окинув хозяйским взглядом уже стоящие на кострах котлы, разложенное мясо, крупу и овощи, решительно отобрала поварёшку у Плата.

Кстати… а вот и "самое слабое звено"! Если с умом, в процессе готовки, задать нужные вопросы, то парень мне выдаст ту информацию, которую от меня утаивают!

— Плат, — Аккуратно нарезая мясо на кусочки, обратилась я, — Расскажи мне о вашем мире. А то у пиратов нам только о расах возможных хозяев нам рассказывали. А мне интересно. Вот на вашей планете, какие расы? Много государств? Как живёте? Что выращиваете, какими ремёслами промышляете?

Занервничавший было парень, услышав о ремёслах и устройстве общества, сразу успокоился и обстоятельно начал рассказывать.

Мимо, сделав вид, что ищет что-то в телеге, прошел Демькан. Прислушался… И, довольный, снова ушел. Потому как именно в этот момент мы с Платом обсуждали вопрос увеличения урожайности овоща, похожего на Земной картофель, путём предпосадочной подготовки семенного материала и послепосевной стимуляции.

— А поле у вас большое? Ого!… Как успеваете?… Это все мужчины в семье? Аааа… И дядья с тётями с вами живут?… Какие вы молодцы! А дом большой?! Ух ты!… А братьев и сестёр у тебя много?! Здорово! Всегда об этом мечтала!… А твоим родителям сколько лет? Ого! А Демькану!? Ни-че-го себе!… А девушка у тебя есть?! Разумно! С этим торопиться не надо! Ага, верно! Если по сердцу, то любовь никуда не пропадёт!… А твоя старшая сестра к мужу уехала? Аааа… то есть — молодые сами выбирают, в какую семью вливаться?… А что с двоюродной сестрой?! Замуж за талеанца? И как ей?! Аааа… тогда, конечно же — её муж боготворить будет! Ей же другие мужчины не интересны, в отличие от талеанок!

"Так… стоп! Уходим от брачной темы, а то Плат уже снова напрягся!"

— А сам чем в будущем заниматься хочешь…

Парень снова успокоился…

Приготовив завтрак, помогла накрыть на стол. Потом, немного поскучала, так как посуду мыть мне не дали. Шатёр — тоже свернули минуя меня.

Мы уже выезжали со стоянки, когда из возникшего пятна вышагнули рудх и талеанец.

И, если Мирш был — как всегда — невозмутимо-бодро-аккуратен, то Тарг выглядел не лучшим образом. Чёрные круги под глазами, обострившиеся черты лица — явно указывали на переутомление. Но он нашел силы приветливо улыбнуться мне и извиниться, что не сможет развлечь меня разговором. Присел в конце телеги и, спустя несколько минут, уже крепко и беспокойно спал.

— Вы не хотите прилечь? — Начала я светскую беседу, — Я пока книгу почитаю…

— Я в порядке.

— Но… судя по вашему другу — вам нелегко пришлось…

— Тарг немного менее вынослив, чем я.

Вздохнув, уткнулась в книгу местных легенд, под тяжелым взглядом супруга. Издание выполнили на общем языке. Поэтому читалось легко.

— Позволите задать вам вопрос? — Нет, я не могу третий час выдерживать буравящий взгляд мужа!

— Спрашивайте!

— А ваш друг, — Помявшись, неприлично указала на талеанца, — Он так хорошо понимает женщин. Он женат?

— Нет. Сейчас — нет. Его жена ушла к другому.

— Почему? — Автоматически спросила я, тут же прикусив губу.

— Он хотел, чтобы у неё не было связей вне семьи. Был согласен на нескольких побратимов. Но ей хотелось слишком большого разнообразия. И она уехала со знаменитым шоу. У неё очень красивый голос. Тарг рассказывал.

— Вот бы послушать!

— Когда он отдохнёт, я спрошу — остались ли у него кристаллы с её голосом. Или можно выйти в эргосеть. Там найти выступления этого шоу.

— А вы сами почему не слушали и не смотрели это шоу?

— Мне это неинтересно. Когда есть время — предпочитаю отдохнуть в заповеднике.

"Мда… Непритязательный мне супруг достался… От слова — совсем!"

Снова уткнулась в книгу. И пару часов провела в "компании" легенд иного мира.

А, когда талеанец потянулся всем своим гибким телом, тут же захлопнула талмуд и приступила к "Плану номер два":

— Извините, вы уже проснулись?

— Да. К вашим услугам, нэра.

— Муж, — Я для верности указала на рудха, — Сказал, что у вас есть записи вашей бывшей супруги. Можно послушать?!

Да лучше бы я этого не говорила! В красивых "эльфийских" глазах полыхнула такая боль и одиночество! Что мне стало невыносимо стыдно.

Впрочем, Тарг тут же взял эмоции под контроль и кивнул:

— Я дам вам эти записи. Но… нэра простит меня, если я попрошу её слушать их в моё отсутствие!?

— Это вы меня простите! Я не хотела делать вам больно! — С каждой секундой мне становилось всё стыднее.

— Терять любимую — всегда невыносимо больно. Но… когда знаешь… что она жива, весела… это усмиряет боль… даже где-то примиряет с жизнью…

— Простите… — Только и могла прошептать я.

А талеанец, тем временем, снял с цепочки, висящей на шее три красивых кристалла. Из кармана формы — вынул плоскую коробочку.

— Вот… всё просто… в эту выемку вставляете кристалл и смотрите… слушаете…Мирш, нам надо пройтись. Похоже что снова намечается прорыв… Простите, нэра.

— Ничего-ничего…

Мирш, до этого безмолвно-напряжённо слушавший наш с Таргом диалог и всё боле мрачневший, с готовностью открыл портал прямо с движущейся телеги.

Я подумала-подумала, вертя в руках кристаллы…

— Демькан, вы не будете против, если я посталю кристалл… послушать? Пока Тарга нет…?

— Да слушай… я и сам не против. Раз говорят — голос красивый… надоть и нам приобщиться… так сказать…

Я неловко покрутила в руках "проигрыватель". Осторожно поставила кристал, который с мягким щелчком лёг в выемку. Нажала зелёную кнопочку…

Перед нами развернулся… нет, это даже не галоэкран!

Бушуюший океан… Скалы, покрытые ковром вьющейся зелени, которую треплет ветер…

И вот, на песок, в нескольких метрах от яростно плещущихся волн, выходит ослепительно прекрасная талеанка. Такая красивая…! Сразу на ум приходят слова из песни: "… Нельзя быть красивой такой!"

Одетая в многослойное, простого кроя платье пепельного цвета, которое кажется ветром, обернувшимся вокруг точёной фигурки, она печально улыбается и… начинает петь…

Я забыла обо всём, после первых секунд пения…

Был тольког шум волн, рёв ветра и ЕЁ ГОЛОС!

Не знаю — сколько времени прошло…

Очнулась от бережного касания чьих-то рук.

Рудх.

— Больше не слушайте Эю во время движения. Вообще — не слуйте! — Говорит он, а я замечаю что все мы — словно завороженные так и стоим на выезде со стоянки. — Надо было сразу предупредить.

— А вам эта женщина и её пение неужели не нравятся? Не завораживают?! — Возмутилась я.

— Нет. Я не попадаю в зависимость от волновых модуляций.

— Но она такая красивая женщина!

— Женщина как женщина, — Безразлично пожимает плечами рудх, — И потом… она до сих пор жена Тарга. Чужая супруга, которую любит твой друг — перестаёт быть в глазах настоящего мужчины привлекательной. Какие бы манипуляции для соблазнения она не применяла.

— Нет… не может быть..! А она и вас пыталась соблазнить?! — Не поверила я. Ну не может это сказочное видение быть столь непрятной в отношениях.

— Да. Она не знала какой я расы. Приложила все свои умения и силу дара. Но для меня она просто кривлялась. Она насквозь лживая. Удивительно, что других мужчин и женщин она покоряет с первых секунд общения.

Рудх говорил громко. А все мы — я, возницы и даже лошадки, виновато косились на него. Нам становилось очень-очень сдыдно.

У меня начала тяжелеть голова.

— Что с вами?! — Встревожился супруг.

— Голова стала тяжелой… вот и теперь болеть начала…

— Это последствия воздействия её дара! — Выплюнул злобно рудх, подхвтывая меня на руки. — Сейчас я его сотру!

Твёрдые тёплые губы прижались к моим губам. Аура Мирша обернулась вокруг нас бронированным щитом, отсекая любые пополновения на контакт.

Я зажмурилась, глубоко вдохнула воздух, пахнущий грозой.

Ещё один вдох…

Мучительная головная боль, только что буквально доводившая до потери сознания и тошноты куда-то испарилась. Исчезла, трусливо "поджав хвост".

Снова ощущение полёта и я — сижу в "гнезде" из мягких мешков.

А рудх идёт по периметру нашего расположения, растягивая над нами пульсирующий перламутром купол.

Несколько минут — и мы — в полном смысле этого слова — "под колпаком"!

Но это какой-то неправильный колпак!

Под ним спокойно. Уютно. И, я уверена — безопасно.

— Поехали! — Командует муж, запрыгивая на нашу телегу.

— Простите! Я и подумать не могла, что такое возможно! — Я тянусь к мужу, который ледяным взглядом останавливает мой эмоциональный порыв.

— Это моя вина! Я давно замечал что-то неладное. А тут вот оно как! Надо предупредить службу охранения. Всё слишком серьёзно и слишком далеко зашло. — Рудх встал во весь немаленький рост.

Телега сразу остановилась.

— Слушайте меня внимательной. Кристаллы не слушать! Чужаков к себе не подпускать! Ехать в рабочем темпе до следующей стоянки! Купол я оставляю. И вас будет охранять Страж.

Из провала к нам шагнул ощетиненый оружием монстр.

А Мирш… истаял…

— Ну что, други мои… — Демькан крякнул и потёр нос, — Опростоволосились мы… — Возницы согласно закивали и смущённо забубнили, — Посему… поехали помолясь…

Конки, словно тоже чувствуя себя виноватыми, поджали ушки и трудолюбиво потрусили вперёд.

А меня накрыл приступ самоедства.

Вопреки ожиданиям, на нас никто не нападал.

Страж неутомимо-невесомо-легко бежал в паре метров от нашей телеги.

"Интересно… Мирш сказал, что они живые… А у меня такое чувство, что это просто робот…"

А я снова задумалась над тем, кого мне в мужья дали.

Признаться… у него больше плюсов, чем минусов. И даже некоторые минусы можно смело отнести к плюсам. Вот только одно — "но"! Я до сих пор не знаю — что происходит после рождения детей в семьях рудхов. И почему это покрыто такой тайной?!

Они боятся, что женщины будут отказываться от замужества?

Глупо.

Что ж это за тайна такая!?

С другой стороны… Если бы в этой тайне было нечто гадкое, постыдное…? Стали бы такие люди как Демькан молчать?!

Думаю — не стали бы!

Значит тайна — действительно в драме для всей расы!

Но что же это может быть!?

Вот просто умираю от любопытства. Хоть никогда этого за собой не замечала!

Мирш появился под вечер. Мы почти подъехали к стоянке.

Невозмутимо "вышел" из ниоткуда и прилег рядом со мной.

А скоро мы приехали.

Возницы, негромко переговариваясь обихаживали коников. Разводили огонь, выкладывали на столы нехитрые припасы.

Трое — ушло поохотиться-порыбачить.

Я помыла руки, вытерла их чистой ветошью и принялась за готовку.

Страж смирно стоял рядом с нашей телегой и о чём-то, безмолвно, общался с Миршем.

Ужин почти был готов, когда из портала вывалился непривычно взъерошенный и ошалело-счастливый Тарг.

— ОНА ко мне возвращается! — Крикнул он и, покружившись на полянке с поднятым к вечернему небу лицом, рухнул на спину, часто дыша и странно улыбаясь.

— Ох… Ёпть… не к добру энто! — Выругался в кулак Демькан.

Страж и Мирш напряглись.

Текучим движением рудх скользнул к не совсем адекватному другу.

— Эя?!

— Да! Она САМА вышла на связь! Сказала, что только сейчас оценила мою любовь и верность. Сказала, что все эти годы ей не хватало меня! Что хочет начать всё сначала! Что в качестве доказательства — бросает всё и прилетает сюда! Ко мне! Одна!

— Ох, что дурень-то творит! — Ругнулся у меня за спиной Плат.

— Дааа… вот парень в оборот-то попал… — Согласился с ним его дед.

— У нас будут проблемы?! — Осторожно поинтересовалась я.

— Будут! — "Порадовал" меня возница. — Ты ж сама не в себе была от голоса энтой… — Мужик не договорил, так как, судя по всему, эпитетов приличных у него для дивы не нашлось.

— Интересно… что теперь будет? — Нет, я ж должна знать, что меня ждёт в связи с приездом местной "ПОП ЗВЕЗДЫ",

— Ох, девонька… а вот мне, старому, совсем не интересно. Потому как и конику ясно, что не к добру эта красава всё затеяла. Сначала всю душу из мужика вытащила, надругалась над им… а теперича — здрасте вам! Явилася..! А этот, на башку больной, у неё с руки есть-пить будет, в рот заглядывать и всё по ейному делать. А коли она — враг?! Али того хуже — шпиён?! Враг-то он — вон… весь на виду. А шпиён — горазд на пакости и подлости всяческие! Вот и делай сама выводы — интересно тебе будет, али нет?! — Демькан сердито откашлялся, — Неча тут стоять, зенки пялить, — Прикрикнул он на своих, — А ну… быстро помогаем девчуле на ужин накрывать!

Народ, без возражений, рванул подальше от талеанца.

А я поплелась следом.

Честно говоря, тут я была солидарна с Демьканом. Ну и сам невменяемый "счастливчик" выглядел, мягко говоря — не очень адекватным.

Ладно… надеюсь — Мирш разберётся что и как.

На стол накрыли быстро.

— Ужинайте без нас, — Сказал выросший рядом муж. Сгрёб в охапку вяло сопротивляющегося талеанца и шагнул в портал.

— Ты за свово мужика-то не особливо переживай, — Демькан зорко бдил за всеми нами и заметил как я неохотно ковыряюсь в тарелке, — Он воин битый… друга в беде не бросит. Найдёт — что надо сделать! Доедай быстрее! Едой негоже перебирать! И спать иди! Шатер уже поставили! Страж тебя остережет! Всё! Все на боковую! Завтра подъём ранний! Идём, стыдливая… я постерегу, пока нужду справишь!

И всё-таки мне повезло встретить этих людей!

Туалет на этой стоянке был! Деревянная постройка, почерневшая, но крепкая. Две двери были открыты. И, что самое удивительное — никакого запаха! То есть — абсолютно!

Пулей влетев внутрь, присела на шероховатое, тёплое, но не занозистое сидение. Рядом с которым лежали желтовато-серые пластинки. Тоненькие… Взяв в руки, тщательно осмотрела.

Ххмм… такое впечатление, что мох высушили и раскатали из него полоски.

Мох у нас обладает бактерицидными свойствами? И ещё он убирает неприятные запахи. А запахи появляются вследствии размножения бактерий.

Сделав свои "делишки" без сомнений привела себя в порядок.

К моему удивлению — на всё-про-всё мне хватило две пластинки!

Вышла из туалетной кабинки довольная и почти счастливая.

— А теперича — в шатер. Искупаемся на следующей стоянке.

Уже не трясясь от страха, вошла в шатёр и прилегла в гамак. Недолго поворочавшись, провалилась в сон.

Проснулась очень рано… по-моему не было ещё пяти утра.

Вот проснулась — и сразу захотелось посетить кабинку.

Молодцевато спрыгиваю с гамака и… наступаю на кого-то!

Как я не завизжала — не знаю до сих пор. Наверное в тот момент я сама не могла поверить в то, что у меня вместо коврика будет лежать целый рудх!

Сильные руки сомкнулись на талии, ещё сильнее вжимая мои ступни в монолит мышц живота.

— Тшшш…

— Ввввы… вы… я… вввам…

— Нет, вы не сделали мне больно. Но то, что вы на меня наступили, говорит о том, что вы совершенно беззащитны перед врагом.

— Почему..? — Я активно пыталась освободиться.

— Вы не смотрите — куда наступаете. Вам легко могут поставить ловушку.

— А давайте, вы проведёте для меня "Курс молодого бойца" после того, как я сбегаю до туалета?! — Говорить это мужчине было стыдно, но ещё стыднее было бы оконфузиться.

— Я вас быстрее донесу, — Интересно… вот так — сгрести в охапку — меня или пострадавшего бойца и унести — это для рудха рядовое дело?

Спросить я не успела.

Порыв ветра — и я стою перед дверью местного санузла.

"Оооххх… как с родными пообщалась…"

Выйдя из места уединения, тут же была подхвачена и доставлена точно до гамака.

— Спите. Завтра будем переходить болото.

— А что с Таргом?!

— Охранители с ним разбираются. Вы нам дали повод проверить его супругу.

— Всё так плохо для него?!

— Да. Он один раз справился. И задавил в себе зависимость от этой… Теперь — всё намного хуже. Он просто обезумел, когда ему сообщили о запрете на общение с женой. И то, что она изолирована до выяснения всех подробностей.

— Ого! А, если она не осознавала — каким даром обладает?!

— Если бы не осознавала и не могла им управлять, то её воздействие было бы либо спонтанным, либо одинаковым.

— А это не так?

— Нет. Не так! Она максимально использовала дар только в тех записях, которые дарила разумным, на которых у неё или её покровителей были планы! И она расскажет о тех, кто сделал её своим оружием!

У меня отвисла челюсть.

"Ничего себе! Вот это размах! И я попала в клубок политических интриг!"

— А зачем ей это надо?! Ну… в смысле — для чего она решила вернуться к тому, кого растоптала? То есть… — Торопливо поправилась я, увидев наливающийся гневом взгляд Мирша, — Кого она думала, что растоптала…

— Тарг занимает очень высокое положение в государстве.

— А когда она его бросила — она об этом не знала?

— Тогда у него не было такой власти и таких полномочий. В нашем государстве женатых мужчин стараются…

— Да, я помню! Женатым создают все условия. Семья и супруга — прежде всего!

— Именно так. — Рудх буквально давил меня аурой и нечитаемым взглядом.

— Но… как она узнала, что он настолько…. поднялся… по "служебной лестнице"?!

— Хороший вопрос! Именно его первым и задали ей.

— И что она ответила? Наверное: "Я просто поняла, что люблю Тарга?"

— Да. — Мирш заметно удивился. — Я не силён в допросах особых шпионов.

— Что значит — особых?

— "Особый шпион" — это спецтермин. Он обозначает разумных неконтактных рас и тех, кто прячась под личиной беззащитности, пользуется милосердием адекватных разумных. Я могу "выпотрошить" сильных. А слабые просто умрут. Поэтому я не могу её допросить! Хоть очень хотел бы! — И снова меня "припечатало" злой аурой.

— Но… зачем ИМ это всё?!

— Все хотят узнать слабые места рудхов.

— Но… и так все знают, что слабое место вашей расы — это отношение к семье! Правда я ещё не поняла конкретно…

— Вот и враги тоже ничего конкретного не знают.

— А мне вы не скажете?

— Нет!

— Почему?! Ведь я уже ваша жена!

— Я всё ещё надеюсь, что мы с вами окажемся не годными к семейной жизи!

От этого заявления я так опешила, что ничего не смогла возразить, кроме жалкого:

— Что тогда со мной будет? Я… такая… некрасивая..? Я понимаю… мне далеко до красоты талианок и нагинь… Зачем… вы тогда… женились…?! Если… если… я вам… противна..!? Продайте меня тогда…! Подарите… кому-нибудь! Я ж просто бесправная рабыня! Не достойная носить высокое имя жены рудха! — Сама лепечу, а в голове отбойным молотком:

" Не выклянчивай у него милости!"

Прахом осыпался гамак, шатёр, ковёр…

Меня с рыком подхватили руки Стража и отбросили к телегам, на которых ошалелые со сна возницы сноровисто готовились к возможному бою.

А у меня в голове, вдруг, зазвучали слова… спор! Мирша и того Стража, которого я не воспринимала иначе, как бездушную Машину Смерти:

" — Ты напрасно противишься Зову! Этим ты только огорчаешь свою Единственную! Я тоже проходил через ЭТО! Но всё — напрасно! Никто из нас не может отказаться от НЕЁ! Всё закончится тем, что твоя вторая ипостась возьмёт верх и просто овладеет ею… И, вместо тёплого отношения ты получишь страх и отвращение от Единственной. Не теряй времени! Радуй её! Береги, балуй… и тогда вторая ипостась, питаясь этими эмоциями, даст тебе немного больше времени до зачатия! До того времени, когда начнётся обратный отсчет!

— Я сумею! Я сдержусь и откажусь!

— НЕТ! Не пытайся себя обмануть! Ты думаешь мы все — слабее тебя?! Или меньше тебя любили наших Единствееных?! Лучше ищи! Ищи тех, кто сможет ЕЁ спасти!"

Дальше разговор прервался…

А я сидела на телеге, выпучив глаза и пыталась осмыслить услышанное.

Это что же получается?

Страж — это тот рудх, котороый женат был? А где жена?! Дети?! Что это за обратный отсчет такой?! И — главное — как я "услышала" это разговор?!

Подняв глаза, встретилась взглядом со Стражем.

Кажется… я начинаю понимать! Он НАМЕРЕННО дал мне "услышать" их спор! Чтобы я поняла, что Мирш так себя ведёт для моего же блага! Для того, чтобы мне было лучше! Как я могла забыть об этом, самом главном Законе рудхов!? Муж готов на всё — только чтобы жене было хорошо! Чтобы она жива была! Так ведь говорил Тарг?! ЖИВА!!! Вот — ГЛАВНОЕ! И этот Страж говорил о зачатии… Упс… Что тогда получается?! Рудхи не прикоснуться ни к одной женщине, кроме Единственной. Но они все противятся и "тянут время"! Время — до зачатия, когда начинается обратный отсчет! Вот оно! Женщины не уходят к другому! Они все, без исключения, умирают в родах! А мужья остаются с деткками. А некоторые, не в силах жить без Единственной самоубиваются. А самые стойкие становятся Стражами!

Мда…

А вот теперь вопрос — хочу я развития отношений с Миршем, зная о том, что меня ждёт, или нет?

Сама не заметила, как спрыгнула с телеги и забегала вокруг неё, ожесточённо кусая ни в чём не повинную травинку.

"Надо поговорить в Миршем! Сказать, что я знаю о причине, по которой умирают жены! И спросить — как он ко мне относится?! Прямо. Честно. Так будет правильно!"

Решив для себя главный вопрос, попёрла к спорящим мужчинам, сама удивляясь своей нахрапистости.

— Я знаю от чего умирают ваши жены! — выпалила я, чтобы отрезать себе все пути отступления. — Это меня не страшит. Главное, что я хочу знать — это любят ли суруги своих Единственных, или их толкает на близость слепой инстинкт размножения!?

Стало так тихо, что от этой тишины у меня Душа в пятку спряталась.

— Для нас Единственная — это — ВСЁ! — Заговорил Страж, аккуратно выговаривая слова. Словно давно не общался. — Без неё невозможно дышать. Без неё не живёшь, а существуешь. Снова и снова напоминая себе о Долге перед теми, кого поклялся защищать. Это любовь с вашей точки зрения?!

— Да! Но… а как же дети..?!

— Дети и удержали меня… дети и её просьба — ЖИТЬ! Жить и защищать…

— А вы…?! — Я повернулась к Миршу, — Если вы ошиблись… то давайте сразу, прямо сейчас, разойдёмся навсегда. А мне найдут кого-то другого… — Да, я бодрилась, но последние слова договаривала едвва шевеля губами.

В то же мгновение вокруг закружился смерч. А меня вжали в камено-горячее тело:

— Я… никому… ТЕБЯ… НЕ ОТДАМ…! — рыкнули у меня над ушком.

Кожу обжёг горячий язык, прошедшийся от ключицы до виска.

— Нэра… — Голос Стража успокаивал и меня совсем не напрягало то, что мы каким-то образом общаемся ментально, — Если вы против, я отберу вас у собрата.

— Нет. Я не против. — Улыбнувшись мысленно, почувствовала, как расслабляется Страж.

— МОЯ… — Рыкнул окончательно перешедший в боевую ипостась Мирш.

— Он не сделает вам больно, я уверен! — Прошептал Страж и мы остались наедине… с центре обезумевшего смерча.

— Вот так и началась наша семейная жизнь с Мишей. — Саша снова мягко улыбнулась, — И я никогда не жалела об этом. Он — самый лучший! Простите его! Рудхи забывают обо всём, если есть хоть призрачный шанс спасти Единственную, или хоть на несколько минут продлить её жизнь. Мирш, ты расскажешь супругам Нади о том, кто попытался тебя нанять?!

— Да, как сскажешшшь… — В модулированном голосе было столько нежной боли…

— Я уловил всссе спектры, которые нушшшны детям и котрые убивают беременную сссамочку…. — После Лёшиных слов из нас всех словно вынули все кости.

— Ты уверен, сын? — Соня, как всегда, возникла внезапно, и по привычке перепроверяла информацию.

— Да. Ссссет тошшше смошшшет помочь.

— Вот! Я же говорила тебе, Мишенька — надо просто поговорить с моими соотечественницами! — Саша смотрела на нас и сердце плавилось от нежности к этой удивительной женщине.

— Я всссё сссделаю для них…

— Милый, тогда вернись назад. Отвези Надежду к её супругам и забери этого юношу. Если он и его мама не против.

— Я сссогласссен…

— Я тоже согласна, — Соня ободряюще улыбнулась Александре. — Мы ждём вашего супруга. К этому времени всё подготовим. Вы не испугаетесь, если кроме Леши, к вам прилетят соплеменники сателлита моей подруги? Они похожи на огромных арахн.

— Нет. Я уверена — всё будет хорошо.

— У меня есть ещё один важный вопрос. — Лера не могла молчать, — Кроме вас сейчас есть ещё беременные супруги рудхов? Кого мы тоже можем попытаться спасти?

— Ой! — Саша схватилась за щёки, — Какая я эгоистка! Простите меня! Скорее всего — есть! Миша, кто ещё ждёт деток? Ты знаешь?

— Да. Знаю. Ещё двенадцать пар. — Послушно ответил рудх.

— Так мало…?! — Поразилась Лера, переглядываясь с Шатом.

— Узнай, милый, где они и сообщи, что есть шанс нам всем помочь! — Беременная женщина снова повернулась к нашему галоэкрану и взмолилась, — Я ведь права? Вы им тоже попытаетесь помочь?!

— Да. Я начну. А потом Сссет ссс родичами подхватит… — Лёша даже попытался улыбнуться, в ответ на тёплое обаяние беременной супруги страшного рудха, становясь более человечным.

От чего Соня буквально просияла.

— Сын, я горжусь тобой и твоими братьями!

— Я сссвяжусссь ссс сородичами. И мы возвращаемссся… — Подвёл черту под разговором рудх.

Экран погас.

— Мамочки… — Лера откинула голову на заботливо подставленное принцем плечо, — Как же я устала… Вроде бы и не делала совсем ничего! А будто поле перепахала! Но оно того стоит!

— Тебе нельзя так переживать! Ты ещё от прошлых родов не оправилась! И тут же начала спасать меня! Очень тебя прошу — побереги себя!

— Принц прав, — К Лере скользнула Соня, аккуратно прижимая ладошку к животу, — Тебе надо поберечься. Не нервничать. Много спать и много кушать. — Она многозначительно посмотрела на Шаатхара, приподняв правую бровь.

— Уже несу кушать. Потом в бассейн и спааать… Ты согласна, сладкая?

— Ага, — Лера прислушалась к голодному бурчанию животика, — Я сейчас хоть что съем!

— Вот и прекрасно. Кушайте… а мы пока с Лёшей обсудим тонкости воздействия различных энергетик на беременных женщин.

— Прямо-таки тема для межгалактической конференции! — Устало усмехнулась Лера. — Пора нам корпорацию по демографическим проблемам организовывать. Опыт у нас уже есть.

— А знаешь, милая, это хорошая идея! Yадо её обсудить с Яссином, моими родителями и сет-пторхами. — Шаатхар всерьёз задумался.

— Вот и хорошо, — Поддержала принца Соня, — Будет чем заняться нашей деятельной подруге! И под присмотром. А сейчас — идите-ка… покушайте!

Шат с готовностью поднялся, игнорируя вялые попытки супруги пойти на обед самостоятельно. Прижимая свою драгоценность к груди и шепча нежные слова, наагат вышел из помещения.

— Лёша, надо срочно узнать — кто сумел выйти на рудха! Мне очень не нравится вся ситуация. И то, что они смогли склронить даже одного представителя этой расы к прямому контакту и сотрудничеству. Пусть даже такому.

— Я полностью с тобой согласен, — В дверях стоял мрачный Наказующий. — Спасибо, что ты своими подозрениями не поделилась с Атеей. Она бы снова начала своё расследование. А у нас и так проблем слишком много. Кто-то рвётся к власти и тотальному контролю за самыми опасными расами. Тонко использует больные точки этих рас. Не хочу никого пугать, но я думаю — мы на пороге войны. Причём войну начнёт противник, о котором мы ничего не знаем. А он нас всех — знает очень хорошо.

— Согласна. Это подтверждает и мои наблюдения — Кивнула женщина. — Одно могу сказать точно — я - на вашей стороне!

— Ты даже не представляешь — как я этому рад! — Искренне ответил Яссин.

— Хмм… помнится… не так давно… вы были категорически против того, чтобы мы с вашей Атеей стали подругами. — Усмехнулась Соня.

— Взгляни на эту ситуацию с моей точки зрения. Странная рабыня. Мать Чудовищ! Та, что может даже влиять на Верховную васперов! И вдруг — она оказывается соотечественницей моей Атеи! И моя девочка ей сразу и безоговорочно верит. Но теперь я понял — почему ты была мне неприятна. Ты, в отличие от моей жены, лишена иллюзий. Жесткая реалистка. Можно было бы назвать тебя совершенно приземлённой. Но нет! У тебя острый ум. Тебя нельзя купить ни лестью, ни деньгами, ни отношениями. Ты — страшный противник. Учитывая способности твоих сыновей и их отцов. Кстати… давно хотел спросить… — Наказующий шагнул в сторону, чтобы снова, до мелочей, рассмотреть Лёшу, замершего за левым плечом Сони прекрасно-жутким видением, — Ты не знаешь… отец Лёши… он жив?!

— Я не знаю. С,Холл не тот разумный, который делится хоть какой-то информацией. А Карзала я не спрашивала об этом.

— Ну, хотя бы узнать — какой он расы?!

— Великий Наказующий, которому доступны все информационные хранилища — и не знает какой расы может быть отец Лёши?! Признаться — я несколько разочарована! Но и тут должна вас разочаровать. Я понятия не имею — кто он и какой расы!

— Восссьмите мою кровь. Мошшшет она помошшшет вам уссснать какой расссы мой отец. — Заключив мать в кошмарное ограждение из черных, лоснящихся лап, молодой человек протянул одну из них заметно вздрогнувшему Яссину.

— Я буду признателен, если вы, нэр, сами придёте к опекуну моей Атеи и ему сдадите кровь. Так будет лучше всем. Во-первых, моя Атея не разозлиться на меня. Во-вторых — он великий учёный и если кто и сможет что-либо понять, то только он. В третьих — … я никогда не попросил бы вас об этом, если бы не надвигающаяся война. А к такой войне противник вполне может привлечь неведомые, малоконтактные и неконтактные расы. И, вполне может быть, что родичи вашего Лёши по отцу — примут участие в битве, от которой будет зависеть будущее того мира, в кором мы с вами живём.

— Раз Лёша согласен, то и я не против. Мы пойдём… пожалуй… Найдём Лериного опекуна, сдадим кровь и подготовимся к встрече с рудхом.

— Я тебе не нравлюсь! — Констатировал факт наагат.

— Да. Вы не нравитесь мне, я не нравлюсь вам. Не могу понять — почему. Думаю, это надо просто принять. — Не стала увиливать Соня.

— Что жжжж… спасибо за правду и прямоту.

— Взаимно! — Оставила за собой последнее слово эта необыкновенная женщина и коротко поклонившись вышла вместе с сыном из зала.

А Наказующий, сложив руки на груди, задумался о чём-то.

Впрочем, скоро ему стало не до мрачных мыслей. Так как его срочно вызвал Император. Повелитель империи Альмаграс и соправитель двух Автономий, не менее огромных по территориям и по количеству проживающих разумных, был не на шутку встревожен информацией, изложенной Яссином.

— Мы внимательно изучили те крохи, которые ты смог собрать об этом странном разумном. Аналитический отдел Службы охранителей перерыл все архивы. Даже те, в которых информация ещё записывалась на бумаге. И, только в легендах Родины твоей Атеи мы встретили описание тех существ, на которые похож этот индивидуум. Там они называются "вампиры". Они бессмертны, потому что уже мертвы. Неуязвимы… практически… Видят спектры энергий, силовые линии, способны мгновено перемещаться в пространстве. Питаются кровью и жизненой энергией теплокровных разумных.

— В чём-то напоминают сашаров, — Заметил Наказующий.

— В чём-то — да. Но и отличий между ними много. Сашары высокомерно считают себя гарантами равновесия. Они не станут вмешиваться в конфликт до тех пор, пока не поймут, что он может грозить тотальным уничтожением. И это, несомненно, тоже будет учтено нашим неизвестным противником. Я опасаюсь, что когда они поймут… будет уже поздно. Вряд ли удастся спасти хоть какое-то государство. А те планеты, кто спасутся, будут думать только о выживании. Потому что мы не знаем, кто станет господствующей расой и какая доктрина будет ими навязана.

— Я должен что-то сделать? — Яссин напрягся под сочувствующим взглядом мудрых глаз Императора.

— Да. Ты должен "поссориться" с Атеей. Чтобы она отправилась от тебя… да хоть к сашарам, хоть к рудхам. Туда наши враги не сунутся. И, чтобы Шаатхар улетел вместе с ней. Думаю… ты понимаешь — для чего это надо сделать?!

— Понимаю… — Медленно проговорил наагат, — В моей верности вам никто не усомниться, что бы я ни говорил, ни делал. А в то, что Атея, оскорблённая мной, улетит к сашарам… никого не удивит. Она однажды уже сбегала и по менее веской причине.

— Ты всё понял правильно. С твоей Атеей улетит и будущий Наказующий, и мой сын, который станет моим полноценным правопреемником после рождения наследника, и подруги… а они связаны с сильнейшими государствами и могут влиять на их политику. Мы — наагаты! Мы примем удар на себя! Дадим остальным выиграть время. Тогда велика вероятность того, что погибнет только империя Альмаграс. И ход войны повернётся не в пользу агрессора.

— Я понял, мой Император! — Наказующий склонил гордую голову перед своим повелителем и другом, — Я исполню ваш приказ. Но… вам надо тоже куда-то улететь!

— НЕТ! — В голосе Императора зазвенел металл, — Мы с супругой примем бой, как подобает Истинным правителям! Наагаты будут гордиться нами! Только одно гложет нас с императрицей. То, что ты так и не побыл наедине со своей Атеей! Не насладился семейной жизнью с любимой… А после того что надо сделать, уже никогда она тебя не простит. Даже если нам повезёт и ты, и мы останемся живы…

Валерия

То ли по причине беременности и того, что организм не отдохнув от одной, сразу "получил" другую. То ли от того, что у меня прямо "гора с плеч упала", когда ясно стало что Надюша будет жива-здорова… но вырубилась я надолго. Провалилась в сон без сновидений.

А проснулась снова в гордом одиночестве.

Нет, ну вот как это называется, а?!

Только закончится чёрная полоса, и, кажется что жизнь налаживается — как вдруг — новые напасти.

Скоро у меня будет самая редкая во Вселенной фобия. Я буду бояться просыпаться!

Вот кажется, только-только Шат отнёс меня в наши апартаменты. Шепча — как он и все мои супруги меня любят. И вот тебе — здрасьте! Снова я просыпаюсь одна!

Интуиция, настороженно проанализировав все факты и ощущения, склонилась к выводу — "надо ждать беды!"

Мда… знать бы — откуда эту беду ждать?!

Но, для начала, мужественно оторвав себя от постели, переместилась в санблок. Не торопясь, со вкусом помылась. Оделась… и пошла искать хоть кого-нибудь!

Хотела вызвать Соню, или Шаатхара, но вспомнила, что отдала свой коммуникатор Норишу, а он потом — Соне. Ну и где мне их искать?

Задумчиво прошлась по гулким, пустым коридорам.

Ни-ко-го!

Ну и ладно… пойду-ка я в малую столовую! Нам кушать надо… мы дитёнков ждём!

Путь в парадную малую столовую проходил мимо малого зала Советов. Который на некоторое время стал нашей штаб-квартирой по решению срочных проблем. А проблемы эти, с завидным постоянством, сыпались на нас, словно из ларца Пандоры!

"Нет, всё-таки, где все?!"

Голос Яссина я услышала сразу после заданного самой себе вопроса.

Нехорошо подкрадываться и подслушивать. Но… я дала себе слово, что буду максимально адекватно реагировать на подслушанное и не буду делать скоропалительных выводов.

Хватит уже!

Один раз я уже погорячилась.

Результат — свержение правительств на нескольких планетах, появление у меня нескольких сотен опекаемых деток и болезненное примирение с Наказующим.

"Ну-ка… ну-ка… и что там за тайны…?!"

ОГО! Вот это да!

Услышанное никак не укладывалось в голове!

"Это что же такое получается?! Яссин хочет съимитировать измену?! И, видимо, достаточно грязную и публичную! Чтобы я сорвалась и "смылась" от него в далёкие дали?! Это всё — чтобы спасти меня и наследника?! И что это за неведомая раса, похожая на земных вампиров?! Интересно… а Соня знает, что за роль может быть в грядущей бойне у вероятного отца её Лёши? А сам Лёша знает?! Про папу… так сказать?! И ещё С,Таолл этот… И что Соня с Лешей по этому поводу думают?!"

Так! Пойду-ка я, пока меня не рассекретил Наказующий… в столовую! Там поем и заодно найду кого-нибудь, чтобы отправить на поиски Сони.

"Ничего-ничего, мой милый супруг! Хрен тебе во всё твоё прекрасное лицо! Я, конечно же, оскорблюсь… покричу… даже сделаю вид, что помчалась на космодром… улетать…. а сама, вместе с детьми, Шатом, Соней и Лёшей, на своём личном челноке помчусь встречать рудха и Надюшу! А потом… ууууух как я залюблю моего самоотверженного Наказующего! Будет молить о снисхождении! Рррр… мстя моя будет ужасна! Кстати… надо ещё и императору месть придумать… за подстрекательство моего мужа хоть к фиктивной, но измене!"

На нервах, ворвалась в столовую, напугав присутствующих там сет-пторхов. Сразу склонившихся перед беременной мной в низких поклонах.

— Мне срочно надо поесть и найти мою подругу! — Выпалила я, плюхаясь в кресло.

От выброса адреналина, ноги не держали совсем.

Вот что значит — дисциплина.

Один остался, а двое рванули куда-то.

Через несколько минут один из них вернулся с подносом, полным еды. А второй, немного погодя — с встревоженным Шаатхаром.

— Прости, милая! — Принц обнял меня, закутывая в тёплые объятия, — Не хотел тебя оставлять одну. Но… Выбор был небольшой и будить измотанную тебя я не хотел ещё больше!

— И что у нас снова плохого?! — Проворчала я, поднимая глаза и утопая взглядом в сиреневых очах мужа.

Он присел на край огромного полукресла и прошептал:

— Не хочу тебя пугать, но у меня ощущение, что отец и Яссин… они хотят спровоцировать скандал. Чтобы ты с ним поссорилась и мы улетели. Только я не понял — они хотят чтобы мы улетели с ЭТОЙ планеты, или вообще — из Содружества.

— Откуда ты это взял?

— У меня не закрыт доступ к конференц-связи с отцом.

Шат осторожно провел по моим волосам и, решившись, выдал:

— Они хотят, чтобы ты поймала мужа на измене! Только ты не смей этому верить! Даже если воочию увидишь! Яс тебя любит!

— Но… — Я задумалась… всё-таки беременность пагубно влияет на быстроту моих мыслей, — Но… как же он заставит себя… переспа… изменить?

— Есть запрещённые препараты… И, если я прав, и ему надо нас спасти, то о своём самочувствии после таких препаратов Яс будет думать в последнюю очередь!

- И что нам делать?! — Настроение испортилось напрочь, — Я не хочу чтобы он себя всякой дрянью травил!

— У меня есть идея… — Загадочно сверкнул глазами мой змеище, — Я подкуплю одну из Высокородных сет-пторхов. Они весьма падкие на таких, как Яс. Она к нему явится… начнёт приставать и… мы его как бы разоблачим! Якобы обидимся и улетим. Тогда он себя травить не будет. Как тебе мой план?

— Так… на троечку… — Поморщилась я.

— Придётся действовать имено так. Другого нет… — Принц тяжела вздохнул, нежно поцеловал меня в уголок глаза и пошел искать причину для "измены" Яссина.

"Вот дожилась ты, мать"! — Ворчу на себя, поедая всё что принесли — не чувствуя ни запаха, ни вкуса, — "Сама измену мужа готовишь! А… с другой стороны… лучше мы с Шатом всё сделаем, чем он себя травить будет!"

С трудом встаю на непослушные ноги.

И в этот момент в столовую входит Соня…

— Что с тобой!? — Я не успеваю моргнуть, как подруга оказывается рядом.

— Сонь… тут такоооо-е… — Хватаюсь за обманчиво-хрупкую руку, а горло перехватывает от досады на одного вредного нага.

— Идём к тебе в комнату. Там и поговорим. — Подруга собрана и сосредоточена.

— А Лёша где?

— У твоего опекуна. Кровь сдаёт. — Цедит сквозь зубы подруга, — Кстати… твой попросить изволил!

— Мой — кто…?! — Туплю я.

— Твой… Наказующий… Типа у Лёши отец может быть из какой-то страшной расы.

— Ой… Соня… — Пазлы у меня сходятся и от этого хочется скулить… так страшно становится.

— Всё — потом! — Непререкаемым тоном отрубает подруга. — В комнате поговорим.

Обхватывает одной рукой талию и практически несёт меня на себе.

Вваливаемся в наши апартаменты и там, повиснув на Соне, я вываливаю на разом помрачневшую женщину всё, что узнала.

— Плохо. Ты знаешь, у нас с Наказующим не самые тёплые отношения, — Начала подруга, усаживая меня на диван, — Но то, на что он готов пойти ради тебя и семьи… это оправдает любой его косяк. Как бы коряво не выглядело предложение принца — оно самое приемлемое. Я бы тоже не хотела, чтобы мой Рух себя травил ради семьи! А потому, предлагаю следующее: Действуем по первоначальному плану, предложенному Шаатхаром. Но ты, после ссоры, сядешь не на свой, а не мой челнок! А твой пускай поднимает команда биоников. Конечно — если ты не против.

— Я — не против. И раз твоя интуиция предлагает сделать именно так… спорить не буду.

— Вот и хорошо. Я скажу Лёше, чтобы он поставил твой челнок перед моим. Вы войдёте в него через основной шлюз, а потом выскользните чрез технический ход. И сразу нырнёте в мой челнок.

— Мда.. — Настроение у меня портилось с каждой секундой, — Ты считаешь, что всё настолько хреново?

— Я чувствую, как сгущается Зло. — Просто ответила Соня.

Она хотела ещё что-то добавить, но её прервал стук в дверь.

— Войдите… — Просипела я.

Дверь открылась, пропустив Арину, держащую на руках счастливого ребёнка и слепого от счастья горда Хорхейна.

— Вы позволите…?! — Мягко спросила бывшая "кормилица" сашаров, — На Хейна не стоит обращать внимание. Нам… всем троим… до сих пор кажется, что это — сказочный сон…

— Мы рады за вас! Присаживайтесь…

Горд тут же плюхнулся на диван, устраивая Арину и сына на коленях, прикрывая их своими жутковатыми крыльями и зарываясь носом в макушку порозовевшей от его действий женщины.

— Что привело вас к Валерии?! — Поинтересовалась прямая Соня.

— Если вы помните, мне достался Дар. Я чувствую-"слышу" эмоции и даже могу немного на них влиять. — Начала Арина, смущаясь под пристальным взглядом "Матери Чудовищ".

— Да. Мы помним об этом, — Кивнула подруга, делая мне знак, чтобы я помалкивала.

— Так вот… Я считаю своим долгом предупредить… вас… И через вас правительства тех государств, с которыми вы связаны.

— Что-то серьёзное? — Нейтральным тоном уточнила Соня.

— Беру на себя смелость утерждать — да! — Твёрдо ответила Арина.

— Поясните!

— В моих видениях… Тьма и Зло стягиваются со стороны "диких" областей.

— Это те области, которые непригодня для жизни большинства рас?! Где много "разбитых звёзд", вращающихся вокруг невидимых нейтронных звёзд? Куда никто не сунется. Потому что там отказывают приборы навигации и рулить придётся по визуальным ориентирам?

Арина энергичным кивком подтвердила утверждения подруги.

— Плохо… — Соня встала и неторопливо прошлась по гостиной, машинально накручивая прядку волос на пальчик, — Если беда пришла оттуда… очень плохо! А, если нашлись те, кто смог объединить и подчинить те страшные порождения, которые чувствуют себя комфортно в условиях, где никто из нас не выживет… Очень плохо! Как ты чуствуешь… когда они нападут?

— Через пару декад. Может быть… немного позже.

— И что ты хочешь от Леры? — Соня не умела вилять.

— Я хочу просить вас, Лера, забрать с собой нашего сына. Мы с мужем будем драться насмерть с аргессорами, зная что ребёнок в безопасности! А доверить его мы можем только вам, Валерия!

От этих слов я едва не завыла!

Нет, ну а что вы бы на моём месте делали?!

"Идрит-Мадрид", как говаривала одна медсестра из сериала…

Это что же такое получается?

Все девчули, вместе с супругами, будут драться насмерть с неким Злом.

А я?

Я, как клуша, буду сидеть в тёплой, безопасной норе? Пока мои мужья и соотечественницы умирать будут? А то, что и Шаатхар под любым предлогом меня оставит, или вообще без оного рванёт на войну — ни секунды не сомневалась.

Так…

Соня, скорее всего, уже на днях будет знать, хотя бы приблизительно, кто отец Лёши. И воевать она будет вместе с сыновьями. Да ещё и васпов к этому делу прицепит.

Надо её убедить в том, что и я могу пригодиться не только как опекун для деток. Только как это сдалать? Какие аргументы заставят её мне помочь?

— Лера… — Соня вырвала меня из омута сомнений и размышлений — Арина и горд Хорхейн ждут твоего ответа.

— Я сохраню вашего малыша… Он будет с моими детьми.

— Ну… мы тогда пойдём… — Арина улыбнулась нам чарующей улыбкой. — Пока это возможно, мы будем с сыном. Но…. когда вы будете улетать… наши покои всегда открыты для вас.

А её супруг просто встал, словно не замечая ни нас, ни тяжести жены и сына, и вышел из комнаты.

— Как всё трудно… — Соня устало присела рядом.

— Надеюсь, ты мне скажешь кто отец Лёши?

— Зачем тебе это?

Вот! Вот оно! Начинается! Все вокруг сильно жалеют меня — маленькую, ублогую и беременную! Про "убогую" я — чтобы себя взбодрить!

— Хочу знать — к кем придётся воевать.

— ТЕБЕ — не придётся. — Соня говорила тихо, закрыв глаза и откинув голову на спинку дивана. — Ты будешь нашим Гнездом. Тылом. Тебе отдадут самое дорогое, что у всех нас есть — детей.

— Соня…

— Лер, не спорь… Бесполезно. Пойми это как данность — тебя никто и на сотню парсек не подпустит к военным действиям. Я понимаю… это слабое утешение… И я не могу дать даже пятидесяти процентов гарантии… Но, если я поклянусь, что буду беречь твоих мужей… Ты не будешь стараться сбежать из безопасного тыла и дать козыри в руки нашим врагам?

Вот чего-чего, а такого спокойно-откровенного разговора я не ожидала! И ведь Соня — права! Я тут вся "раскрылатилась…" А по факту — если что — мои супруги молча сдадутся, только бы я и дети не пострадали. В книгах, что я читала, такое случалось часто.

— Лер… ты сейчас станешь мишенью… Тебя захотят украсть…Чтобы шантажировать… ты это понимаешь?

— Понимаю… прости..

— А кто у нас папа Леши… давай через часок свяжемся с доктором Ричем?

— Подремли, Сонь… Я тихо тут посижу… у тебя под мышкой…

— Вот и умница… — Подруга через силу улыбнулась, обняла меня и… уже через секунду крепко спала…

А я смотрела на умиротворенное лицо спящей и думала — какая я всё-таки эгоистка!

Например — Соня. Она, наверное, уже несколько суток не спит! Сначала искала возможность спасти Надю. Потом — жизнь Саши и остальных жен рудхов. И это кроме того, что она чутко мониторит ситуацию в Содружестве. Держит под контролем васпов. Но она ни словом, ни жестом не показала — как измотана!

— Я не подведу тебя… — Прошептала я, не решаясь пошевелиться.

Ровно через час подруга открыла глаза.

— Прости… — Она сладко зевнула и потянулась, — Ох… как хорошо… Спасибо, что дала мне выспаться!

— Я звоню доктору Ричу?

— Да. Самой интересно — что он нашел?

Но опекун на вызов не отвечал.

Сначала я просто позванивала.

Потом, видя как Соня смурнеет всё сильнее, начала трезвонить непрерывно.

Не отвечает!

В панике, я вздёрнула Тиль, с заметными истерическими нотками поведав удивлённой женщине, что нет возможности дозвониться до её супруга.

— Крошечка, милая, только не нервничай! Сейчас я его найду! Ты же знаешь этих мужчин! Если он в лаборатории — то все попытки с ним связаться бесполезны.

— Вы наверное не в курсе… — Слово взяла Соня, — Мы так волнуемся потому, что мой сын сдал кровь для анализа. Мы хотим прояснить некоторый момент…. поэтому нэр Рич должен быть под охраной. Ой… я сейчас Лёшу найду! Пусть он доктора охраняет!

Тиль глубоко вздохнула, словно увидев привидение:

— Крошечки, тут ко мне… ЧТО ДЕЛАТЬ?! — Она прикрыла рот ладошкой, с нарастающей паникой в глазах рассматривая нечто, что к ней приближалось.

— Маменька..? — Пискнула я, понимая, что белый пушистый зверёк подкрался ко всем нам.

— Простите меня, деточки… — Тиль сглотнула, — Ко мне дрон прилетел…

Она продемонстрировала нам крошечное механическое существо размером с воробья:

— Это НАШ дрон… значит… значит… — В красивых глазах закипали слёзы, — Мы давно об этом договорились… Все научные наработки и опасные открытия он пришлёт с этим дроном! А сам "сотрет" себе память. Чтобы никто не смог ничего узнать даже вывернув его мозг наизнанку! Что же такого ужасного в отце Лёши?!

— Мы предполагаем, что его отец может как-то быть причастен к грядущей экспансии на Содружество.

— Звёзды… — Только и смогла прошептать убитая горем женщина.

Впрочем, она тут же взяла себя в руки, до невозможности выпрямила спину и прошипела:

— Вот как…Тогда и я принимаю бой! Крошечка, где твои мужья?! Соня, я могу поговорить с Лёшей?

"Мамочки! С таким настроем, как у Тиль сейчас, война будет априори выиграна!"

— Да. Предлагаю встретиться в лаборатории доктора Рича.

— Нет, крошечка! Если там всё так плохо, как я подозреваю, то нам надо там встречаться только после того, как её накроют стазисным колпаком. Именно поэтому мне надо поговорить с мужьями моей деточки и с твоим сыном. И, только потом будем думать — что делать с тем, что есть.

— Лера, вызывай Наказующего, принца и командора. — Соня мёртыми глазами смотрела перед собой, — Я свяжусь с сыном.

— Но… — Я только сейчас поняла, что у меня до сих пор нет коммуникатора, — Мне нечем их вызвать! Коммуникатор я отдала…

— Я вызову, с твоего разрешения, — Тиль запорхала пальчиками над клавиатурой, — Всё… вызвала. И сама скоро буду у вас.

Я не знаю — что Тиль там написала…

Но через несколько минут дворец сет-пторхов содрогнулся от противоестественной волны силы.

— Порталом пришли… — Равнодушно пояснила подруга, до сих пор пребывая в некоем оцепенении, — Тиль умеет подстегнуть мужчин.

— Да… маменька — мастер в этом плане. — Согласилась я.

А дальше начался самый настоящий дурдом!

Ага… это было бы смешно, если бы не было так страшно!

Потому что порталом примчались не только мои супруги.

С ними был и разъярённый Сет.

Когда этот лохматый Бдун, гоня перед собой перепуганный коллектив служащих дворца Правителя вломился в гостиную, в которой мы с Соней ожидали наших мужчин, я окончательно поняла — Тиль "перегнула палку"!

— Кто хочет убить Доминанту?! Измена! — Вынес свой вердикт сателлит, горящими глазками сверля, почему-то именно Наказующего.

— Сет, подойди ко мне… — Попросила я. И, когда всё ещё вздёрнутый сателлит опустился возле моих ног, ласково поглаживая встопорщенную шелковую шерстку, попыталась объяснить, — Понимаешь… у нас сейчас действительно появился враг, который пришел из тех областей пространства, про которые никто и не думал. Эти существа хотят нас всех либо уничтожить, либо поработить. На сашаров надежды никакой. Они будут выжидать до последнего. И как бы потом они не остались наедине с победившим агрессором. Но самое плохое то, что возможные предводители у наших врагов — одной расы с таинственным отцом Лёши. Тиль вас не просто так экстренно вызвала. Лёша сдал кровь доктору Ричу для выяснения — какой он расы… и… и… — Тут я не выдержала и позорно заревела. Потому, что как только представила, что мой папенька либо убит, либо пытаем, либо в беспамятстве где-то лежит… беспомощный… ничего не понимающий…

— …. и мы считаем, что его могли либо похитить, как ценного "языка", либо… попытаться "покопаться" в его памяти, либо убить. А в лаборатории поставить либо ловушки, либо настроенные порталы, либо шпиона-невидимку.

— Почему тогда Сет так странно ко мне отнесся? — Первым, как и полагается, от этой сногшибательной информации очухался Наказующий.

— Сет чуткий… — Тут же ощетинился сателлит, — Яс — странный и подозрительный. Он пахнет сомнениями и думает о какой-то чужой самке!

— Сет, Яссин не может думать об измене и тем более — о какой-то чужой самке! Ему нужна и важна только Атея! — Примиряюще начал командор.

Но Сет упрямо "набычился":

— Сет — чуткий! Сет чувствует, что Шат и командор расстроены Ясом! Что Доминанта расстроена Ясом и тоже думает об его измене!

— ЧТО!? — Наказующий полыхнул ТАКОЙ яростью, что я малодушно сползла с дивана и спряталась за Сетом. Который приподнялся на передних ногах и угрожающе покачивался, не сводя с Яссина алых глаз.

— Успокойтесь. ВСЕ! — Тихо и страшно приказала Соня.

Почему-то спорить с этой хрупкой женщиной ни у кого желания не возникло.

Напротив, лично я, будь у меня хвост, ещё бы непременно и завиляла им, показывая — как я уважаю Соню.

В дверях возник Лёша.

"А что, если Лёша и его отец — заодно?!" — Полыхнула в мозгах подлая мыслишка, — "Или отец может как-то влиять на него? Тогда нам конец!"

Соня опередила меня:

— Сейчас надо держать эмоции под контролем и действовать. Быстро и слаженно. Нэр Наказующий, прошу вас накрыть стазисом лабораториюв которой работал доктор Рич. Скорее!

Вот что значит — вбитые с пелёнок дисциплина и самоконтроль!

Яссин пробежался по наручному гаджету, сказал пару слов и поднял на нас уже не пылающие безумием глаза:

— Весь комплекс под стазисом. Правителя я поставил в известность. А теперь… у нас есть немного времени, чтобы понять — кому пришла в голову безумная мысль о том, что я могу изменить Атее!?

— Тебе! — Пискнула я всё ещё не решаясь вылезти из-за Сета. — Тебе и твоему Императору!

— Подслушивала, неугомонная моя?! — Наказующий расплылся в довольной улыбке. Словно ему комплимент сделали.

— Ага… — Осторожно подтвердила я, не решаясь даже посмотреть в глаза мужа.

— Сладкая… выйди к нам…

— Неа… — Вылезать из-за безопасной Сетовой спины было и страшно и стыдно.

— Милая, я не сержусь… всё это было для безопасности… твоей и детей… — Медовым голосом начал Яссин.

— Ага, — Вот тут я очень разозлилась, — Значит для нашей безопасности ты хотел нажраться какой-то дряни, которая тебе позволит переспать с кем-то, чтобы я оскорбилась и сбежала…?! — Я медленно встала и пошла на Яссина, как смертник на танк.

— Да… милая… но… зато ты и дети были бы в безопасности, — Не стал отпираться счастливо лыбящийся гад.

— Ах так…?! — Сама не ожидая от себя такой прыти, подскакиваю к попятившимся супругам и с размаху влепляю Наказующему звонкую пощёчину.

— Вот тебе… гад!

Сет моментально вклинивается между нами.

— Сет укусит Яса за Доминанту! — Ставит ультиматум солидарно обиженный сателлит.

— Лера, угомонись. — Снова охлаждает всех спокойный голос Сони. — Не до семейных ссор сейчас. Лёша, ты ходил в лабораторию после того как сдал кровь?

— Нет-ссс… я пошшшшел посссмотреть нашшш челнок…

— Что-нибудь непонятное происходило вокруг?

— Да. Пространство четыре раза искажалось. И у меня в голове проснулся Зов.

"ОЙ! Вот то — чего я до икоты боялась! Папа зовёт сына!"

Но Соня была спокойна, как скала:

— Ты же понимаешь, что нельзя даже намёка давать в том, что тебя Зовут?

— Когда я рядом с Васей, то почти не чувствую тягу, — Доложился дисциплинированный сын.

— А когда ты успел рядом с Васей оказаться? — Приподняла соболиную бровь Соня.

— Зов обрушился на меня внезапно, у челнока. Я не мог ему сопротивляться. Но потом вспомнил, как Вася нас всех успокаивал. И страстно захотел оказаться рядом с братом. И… оказался! Нет. Тело, как я понимаю, было в челноке. А сознание переместилось к Василию. И он меня увидел-почувствовал. И мне с ним рядом стало снова просто и легко. Мы договорились, что как только Зов будет невыносымым, я снова перенесусь к нему.

— К чему тебя принуждал Зов? — Жестко спросил Наказующий, на мгновение даже забыв о непотребной семейной сцене.

— Обезвредить маму. Поссорить Атею с мужьями и сказать — куда и на чём она улетит.

— Что, рад?! Этого ты хотел, со своим Императором?! — Снова завелась я.

— Лера, я понимаю, что беременнось сильно влияет на женщину. Но сейчас скандалы и выяснения отношений — только играют на руку врагу. — Соня повернулась ко мне и все гадости, которые я хотела сказать-сделать, словно смыло. — Вооот… вижу, что и на тебя этот Зов действует. Полегче стало? — Подруга обняла меня, ободряюще улыбаясь.

— Сет будет беречь Доминанту! — Влез между нами расстроенный своим упущением сателлит.

— Вот и береги! — Соня погладила ластящегося "берегуна", — Запомни и блокируй тот спектр, который дестабилизирует психику. А теперь — идём в лабораторию! Времени почти нет.

— Нет, крошечки мои… — А вот и Тиль.

Маменька выглядела так, словно провела в пыточном подвале не один десяток дней.

— Всё, что знал мой муж — у меня. И я отдаю эту страшную информацию тебе, Сонечка! Только в твоих руках это знание будет использовано не во вред нам всем.

— Спасибо за доверие. — Подруга обняла маменьку, — Но нам всё равно надо в лабораторию. Там — доктор Рич!

— Только Лера туда не пойдёт! Ей опасно! Пусть она останется с Лёшей. Если ты не против?

— Я не против.

— Я оссстанусссь с маминой подругой. — Кивнул он.

— Сет тоже останется с Доминантой! — Встопорщив вдоль спины "ирокез", сателлит с вызовом посмотрел на Наказующего.

— Сет, не задирайся! — Соня укоризненно покачала головой, — Ждите нас здесь. Активируйте автономный купол. Никому его не открывать. Только после правильного ответа на пароль.

— Какой пароль? — От переживаний меня начало "потряхивать".

— Какие два главных героя ассоциируются у тебя с фразой: "Ну, погоди"!? Это первый вопрос. А второй… — Соня на секунду задумалась, — Что подразумевают, когда говорят, что на свадьбе порвали два…?

— Поняла. Откроем только всем вам. Когда правильно ответите на мои вопросы! — Неожиданно я успокоилась. Истерить больше не хотелось.

Мы, втроём, удобно устроились.

Я — на диване, Лёша и Сет — на полу, рядом.

Время словно остановилось.

Я начала уже переживать, как весь дворец, вдруг, основательно тряхнуло.

— Если это продолжится, то скоро Правителю придётся переселиться в другое место, — Отметила я.

Продолжить не успела, так как наш экспедиционный корпус вернулся из похода в лабораторию.

— Ну…. что там?! — Я шагнула было к ним, но меня поймал Лёша, — Лёша, да отпусти меня! Тиль, что с Доктором?!

В это время дворец трянуло ещё пару раз.

С потолка посыпались куски камня…

После крошечного перерыва дворец затрясло, словно началось землетрясение, как минимум — в шесть баллов. Причём, промежутки между толчками становились всё меньше.

— Сладкая, скорее…! — Яссин не решался шагнуть в комнату и вся группа так и стояла под безопасной аркой двери. — Беги к нам!

— Нельсссся! — Сет раздулся и покачивался на напряженных лапах, как разозлённый тарантул, — Пароль!

— Милая! Не до пароля сейчас! — Вступил в разговор Шаатхар и рванулся было ко мне, но его удержал командор, — Отпусти, Ал! Потолок сейчас рухнет!

— Пароль! — Не уступал Сет.

— Лера, всё хорошо. Снимай купол. Уходим! — Вышла вперёд встревоженная и потрёпанная Соня.

"Так! Потрёпання Соня?! Да такого в принципе быть не может! Она в любом случае выглядит невероятно опрятно! А что это значит?! А значит это то… то что нужна была ДОСТОВЕРНОСТЬ! Якобы Соня и остальные чудесным образом спаслись от ловушек и сейчас пришли за любимой мной! Твари! Дворец трясёт от того, что настоящие мои родные сейчас прорываются ко мне!"

Поняв главное, я успокоилась.

Снова присела на диван и скептически осмотрела группу в арке дверей:

— Пароль!?

— Милая, не дури! Твоя паранойя переходит все границы! — Возмутился командор.

"А вот это вы — зря! МОЙ командор настолько нежен, мягок и внимателен ко мне в самых незначительных мелочах, что ТАК он сказать не может априори!" — Ухмыльнулась я.

— Пароль!

Нервы, первыми, не выдержали у самозванцев.

С лже-Наказующего "стекла" его внешность и он превратился в довольно крупного… "рептилоида"!

— Метаморфы! — Озвучил очевидное Лёша, — Сссамые опасссные из малоконтактных рептилоидов. Они враждебно настроены даже против своих сссородичей, которые входят в Ссссодружессство!

— О-о! А я об этом раньше не слышала!

— Наагаты недолюбливают рептилоидов. Какая-то древняя наприязнь. А с сс метаморфами… Тех из них, что образовали большое государссство и открыты для общения с оссстальными расами, эти разумные считают предателями Великой цели и ненавидят и презирают даже больше чем наагатов. Вы не сслышшшали о них потому, что во-первых — наагаты и карианцы их не жалуют. Во-вторых — у этого государства серьёзные проблемы. И чассссть из них, ссскорее вссего — ссспровоцирована вот ими… — Лёша мотнул головой в сторону уже не скрывающих свою реальную внешность метаморфов.

— Почему же им не помогут? Справиться с этими проблемами.

— Нассколько я понял, Ссссодружесство хотело им помочь. Но, как вы видите, чтобы этого не произошло и нам сссоздали проблемы. — Сонин сын встал и начал незаметно разминаться.

"Пипец… кажется сейчас будет наш последний и решительный бой…" — Поняла я.

Морально я была готова. А дальше — как получится!

И тут, вдруг, всё изменилось…

"Вообще-то, и я бы на месте метаморфов озлобилась… Когда тебя не любят, подозревают во всех смертных грехах… надо снять купол и просто поговорить! Я уверена — можно найти компромисс!" — Пришла в голову разумная мысль.

В себя пришла от боли в руке.

— Сет!

— Сет — чуткий! Он не даст менталисту подчинить Доминанту! — Ощетинился мой защитник.

А из меня — словно кости все вынули. Сильно, до тошноты, заболела голова.

— Сссетик… — С трудом подняла руку, чтобы вытереть бегущую из носа кровь, — Ты снова… меня спас… — Сет — защитник, не знающий себе равных! — Гордо поведал мой преданный телохранитель, не сводя глаз с врагов.

"Ух, ты…" — Только и могла я пискнуть, да и то — про себя.

Видимо, всё дело в запахе! Запахе моей крови.

Потому что перед псевдо-семьёй возник новый персонаж.

Среднего роста, худощавый молодой человек, во всяком случае — чисто внешне. Шатен. С правильными, но невыразительными и незапоминающимися чертами узкого лица.

Он словно соткался из ничего перед отрядом взбешенных метаморфов. И они сразу "сдулись".

— Ну что же вы, нэра, — Вампир укоризненно покачал головой, — Зачем выводить из себя наших импульсивных друзей. Ничего бы они вам не сделали. Мы все ценим женщин. А особенно — будущих матерей.

— Неправда. — Лёша, слегка прищурившись, смотел на вампира, — Ни метаморфы, ни ваша раса не цените ни просто женщин, ни беременных! Они для вассс — изысссканное лакомссство!

— Оооо… не говорите ерунды, мой юный друг. Кстати… мы с вами — одной расы! И ваш отец давно вас разыскивает. Как и вашу матушку. Он, как никто — стремиться воссоединить семью!

— Ему не нужны ни я, ни мама! — Отрезал Лёша, — Это проссссто был эксссперимент. Экссперимент — смошшшет ли мёртвый получить насследника. Я ведь прав?

— Ты ничего о нас не знаешь, мой ершистый мальчик, — Усмехнулся вампир, — Предположения… только предположения…

И тут до меня — ДОШЛО!

Они разговаривали на РУССКОМ ЯЗЫКЕ!

Сет и я — понимали о чём речь.

А метаморфы — нет. И это их сильно расстраивало.

Я думаю, если бы они, до икоты не боялись вампира, то давно бы бесились тут… ломая обстановку и задирая друг друга.

— Да. Я и мама — многого не знаем о вашей расе. Но того что знаем — достаточно, что не питать к вам нежных чувсссств.

— Ты тоже принадлежишь нашей расе.

— Нет. Я — сын земной женщины. И горжусь этим.

— Сет знает, что Лёша хороший! — Похвалил друга сателлит.

А вот вампир — нахмурил красиво очерченные брови:

— Странный сателлит… Надо заняться твоей родной планетой…

— Вампиры не успели… Сет первым привел Доминанту на свою планету! — "Умыл" вампира мой лохматый интриган.

И эта простая фраза мгновенно взбесила шатена.

Лицо ещё сильней сузилось. Впали глаза и, и так впалые щеки. Вылезли кончики белоснежных клыкой.

— Я выпью тебя, мерсссский паук! — Прошипел он почище злобной гадюки.

— Сет не боится кровососов! — Отбил подачу мой умничка-телохранитель.

И тут случилось невозможное! Вампиру нечего было сказать!

Он стоял, окаменев от ярости, сила которой чувствовалась даже нами. Его лицо странно подёргивалось.

Это продолжалось несколько мгновений.

А потом он… раздвоился?

Во всяком случае я так подумала, когда рядом с одним вампиром соткался из ничего ещё один силуэт. Но этот… второй был выше и шире в плечах. Красиво взметнулась и опала волна чёрных и блестящих, как крыло ворона, волос.

На нас, бездонными провалами глаз смотрела наша Смерть.

— Ай-яй-яй… — Красивый, глубокий голос, в котором явственно слышались укоризненные нотки, был наполнен теплом и любовью к нам. Бестолковым, шумным и капризным… но от этого не менее любимым детям. — Вы расстроили Тсерка… Не дали ему объяснить наши цели. Вывели из равновесия и так не очень сдержанных метаморфов. Но вы ведь не со зла, мои дорогие? Я верю в то, что те, кто вскоре станет моей семьёй, не могут быть злыми и бессмысссленно жестокими.

— Я… мы… простите… мы не хотели… — Помимо воли вырвалось у меня.

Так стало стыдно за своё поведение! Захотелось поспешить к вампиру. Поднырнуть под его прохладную руку. Утонуть в сверкающей черноте глаз, откидывая назад голову и подставляя горло, в знак вечной службы…

— АЙ! — Наваждение слетело с меня от жгучей боли в руке.

Притягательность и обаяние вампира тоже куда-то делись.

Остался представитель некоей странной расы… холодный и страшный.

— Вы тоже удивлены, мой господин?! — Почтительно, но не подобострастно склонился перед брюнетом шатен. — Этот паук не только не поддаётся влиянию, но и других выводит из транса.

— Хммм… а это может быть даже интересно… — Протянул брюнет, более внимательно разглядывая нас.

— Сетик… — Я подхалимски сгребла одну из конечностей сателлита, — Сейчас нас снова гипнотизировать будут. Укуси и Лёшу, для надёжности!

— Да. Сет сильный! — Гордо распушился мой обожаемый телохранитель и азартно тяпнул Лёшу за любезно протянутую лапу.

— Спасибо, — Вежливо поблагодарил сын Сони.

Нет, всё-таки — какие у моей подруги отличные детки!

— Они нашли противоядие даже против вашего Зова! — Шатен так искреннне возмутился, что мне даже захотелось перед ними извиниться.

За то, что, дескать — не соответствуем…

— Это твоя недоработка. — Брюнет, всё так же сверлил нас глазами, — Почему ты не выявил потенциальных антидотов? Их тут — целая раса. И твои шпионы о них ничего не сообщили.

— Кхм… Господа, а вас не смущает тот факт, что мы всё слышим и понимаем? — Не выдержала я.

— Нет. Не смущает, — Равнодушно ответил брюнет, — Кто обращает внимае на еду, или на отбросы? А вы скоро станете или тем, или другим. Так что — пока живите и радуйтесь моей щедрости.

— Ну вы и хам! — Разозлилась я. — Вот и на вас мы найдём желающего! Да вот хотя бы Сетикового родича позовём. Чтобы он лично вас схарчил!

— Маленькая, глупая, дурно воспитанная невежа. — Бросил вампир, — Я лично прослежу, чтобы ты долго умирала.

Сказано это было почти доброжелательным тоном.

Но от чего меня аж в холодный пот бросило от страха?

— Сетик… Лёша… вы меня небольно сами убейте, а!? — Малодушно прошу я, с трудом подавляя паническую атаку.

— Доминанту нельзя волновать! — Объявляет воинтственно настроенный сателлит. — Сет разозлился. Вампир — подлый трус!

"ОЙ! Ой, не надо было так говорить!" — Совсем теряю я мозги от ужаса.

И снова меня приводит в чувство ощутимый укус.

"МММммм…. Как приятно, когда сам себе и своим эмоциям — хозяин. Если так пойдёт и дальше, то я стану единственным во Вселенной наркоманом, зависимым яда сателлита!"

А за пределами купола обстановка становится всё хуже.

Метаморфы почти взяли себя в руки и готовят какую-то гадость.

Вампиры же, не сговариваясь, тоже что-то подлое шаманят.

— Сейчассс нассс будут атаковать. — Сообщает Лёша, абсолютно спокойным голосом.

"Нет, а действительно — чего бояться-то?! Ну — вампиры… Ну — метаморфы… Ну и что? Где наша не пропадала?!"

— Ссскорее вссего они хотят "слить" купол и свой щит. Никто не знает, что ожидать в этом случае. — Спокойно рассуждает Сонин сын, рассматривая зловещие приготовления.

— Скорее всего — ничего хорошего. — Мрачно заметила я, наблюдая как к куполу "подталкивают" стену из синего пламени. — Это вообще — что за хрень такая?

— Ссстранный сссиловой щит, — Лёша тоже очень внимательно рассматривал щит вампиров. — У меня не хватает времени проанализировать все параметры и виды иссспользуемой энергии. Но уверен — он вссступит в реакцию ссс нашим куполом.

— И что делать? Ждать, когда пойдёт реакция и нас тут спалит до тла?

— Я сссмогу вассс утянуть на двадцать пять сссекунд в подпространссство. Большшше вы не вынесссете. Поэтому — ждём до поссследнего.

— Я без Сета не уйду! — Понимаю… звучит как каприз избалованной идиотки. Но Сет — больше чем мой друг!

— Сет сильный. Сет закроется. Если Доминанта будет в безопасности, Сет потратит всю силу на свою защиту и атаку врагов.

— Лёша, он правда не погибнет? — Я с мольбой взглянула в спокойное лицо Сониного сына.

— Да. Я вас не буду обманывать, даже во благо.

— Тогда — далаем так, как вы с Сетом решите! А вампиры нас сейчас слышат? — Опомнилась я, опасливо поглядывая на заметно раздраженного шатена и совершенно спокойного брюнета.

— Нет. Сет отрезал врагов от нас. — Успокоил меня Лёша.

— Спасибо, Сет, — Я прижалась к лохматому боку сателлита, поглаживая его по густому, шелковистому меху.

— Сет знает, что Доминанта его любит как своих детей!

— Да. Ты прав. — Ну вот снова у меня "глаза на мокром месте"!

— Валерия, подойдите ко мне как можно ближе. Уже ссскоро…

Не раздумывая, я прилипла к каменно-твёрдому торсу Лёши, для верности обняв его руками за талию:

— Так?

— Да. И поссстарайтесссь поглубже вдохнуть и задержать дыхание. ТАМ — очень разреженный воздух. Вам не хватит кислорода.

— Поняла.

Мы замолчали.

Секунды тянулись — как часы.

Но вот Лёша напрягся, хотя казалось бы — куда больше.

Щит вампиров приблизился вплатную к нашему куполу. По обоим энергетическим поверхностям пошли радужные всполохи.

От места соприкосновения "пыхало" то жаром, то холодом.

— Нэра, ВДОХ! — Скомандовал Лёша и я добросовестно вдохнула.

"А тут совсем не страшно", — Задержав дыхание, я осмотрелась.

Красное… вокруг всё — разных оттенков красного. Какие-то невнятные силуэты. Шорохи… Низкий гул, от которого моментально разболелась голова.

"Неприятно, но не критично." — Вынесла я вердикт, — "При крайней надобности, конечно, сюда не отправишься. Но могло всё быть намного хуже! Даже воздух, хоть и сильно разреженный, но он есть!"

Лёша стоял — как скала. Монолитное, смертоносное спокойствие. Всё его внимание было приковано к тому кошмару, что, несомненно, творился в нормальном мире.

— Через десять секунд выходим. Зайдите мне за спину и крепко держитесь за корпус и за ремень. Пошли!

Мы вышагнули из подпространства с самую гущу боя.

Лёша расчитал всё до миллиметра.

Войдя в наш мир, он сразу круто развернулся, в результате чего, я оказалась между спинами моих защитников.

Метаморфы пёрли напролом. Но их атаки Сет и Лёша отбивали без напряжения.

Вампиры же снова что-то шаманили.

А я не решалась даже пискнуть. Чтобы мои парни не отвлеклись и не пропустили удар.

Ко всем неприятностям надо добавить теперь уже непрерывное землетрясение. Баллов так на пять…

И потолок, с которого на всех нас падали серьёзные обломки облицовки.

Правда, на нас пока не попадало. Потому, что над нами, снова появился щит. А вот метаморфам было очень больно. Но они стоически переносили это неудобство, и только с ещё большей остервенелостью кидались в бой.

Я уже настолько устала от неопределённости, что просто мечтала об окончании боя.

Но тут нас особо сильно тряхнуло и на "сцене" появились новые действующие лица.

По виду они почти не отличались от метаморфов. И, поначалу, я приняла их за подоспевших вампирских прихвостней.

Но брюнет что-то прошипел на непонятном наречии и они с шатеном… скрылись в портале-переходе!

Оказавшиеся в окружении метаморфы сдаваться не собирались.

Более того.

Выкрикивая:

— Предатели! Ренегаты! — Они усилили сопротивление.

Но их быстренько обездвижили какими-то странными путами. От чего они стали человекоподобными.

Глава отряда, ставший синеглазым красавцем, сдержанно поклонился:

— Мирных Звёзд, нэры. Мой отряд прибыл на помощь Содружеству сразу, как только стало известно о метаморфах. Я понимаю, что вы нам не доверитесь. Поэтому, мы отойдём в коридор и подождём там пока не прибудут высшие чиновники, которые смогут подтвердить нашу лояльность.

— Будем вам признательны, — Учтиво поклонился Лёша.

Чем вызвал внимательно-задумчивый взгляд рептилоида.

— Нэре нужна помощь? — Синие глаза внимательно осмотрели взмыленную и расхристанную меня.

— Благодарю за заботу, нэр, — Я тоже вежливо поклонилась, — Я в норме.

Рептилоиды, действительно, дисциплинированно вышли в коридор.

А я, совсем без сил, плюхнулась на истерзанный диван, ещё дымящийся с одной стороны.

Сет опустился рядом на пол.

Могучие бока часто вздымались, говоря мне лучше всяких слов о том, что мой верный сателлит вымотан донельзя.

А Лёша так и остался стоять. Он снова напомнил мне скалу. Даже дыхание у него не участилось.

В коридоре снова зашумело-загомонило.

И в дверь ворвались мои родные.

— Жива! — Прошептал командор, обогнав Яссина и Шаатхара. Он подхватил меня на руки, утыкаясь носом в шею.

— Ага… Сет и Лёша… они так дрались… — Всхлипнула я, чувствуя как отпускает невыносимое напряжение.

Слёзы хлынули рекой.

Яссин и Шат стояли рядом с нами, не решаясь прикоснуться.

Я вытерла слёзы рукавом и увидела, как Соня молча спрятала лицо на груди Лёши. Который бережно, двумя псевдо-лапами, обнял мать за подрагивающие плечи.

— Ал, а эти… воины… Они правда за нас? — Неприлично шмыгая носом и подставляя по платочек Наказующего лицо, спросила я.

— Да… Это странно…

— Что странного? — Удивилась я.

— Дело в том, сладкая, что их никто не просил о помощи! — Прошипел Яссин, даже не пытаясь скрыть своё раздражение и враждебность по отношению к нашему синеглазому спасителю.

— Ты уверен?! — Почему-то внутри сразу связался неприятный узел.

— Да. Уверен. Я уже успел связаться сс своим императором. Ал — со своим. Правитель сет-пторхов — тоже не просил помощи у рептилоидов.

— Но… как…? — Растерялась я.

— Вот и мы тоже хотим это узнать. — Шат презрительно прищурил сиреневый глаз.

— Я уполномочен дать пояснения на любые вопросы. — Синеглазый спокойно ответил на недружелюбный выпад.

— Для начала, было бы неплохо, если бы вы представились! — Принц на что-то разозлился настолько, что начал грубить.

— Виноват. — Светло улыбнулся голубоглазый. — Ко мне можно обращаться Нордан ит Таалан. И ещё одно уточнение — для ваших мужчин. Я не претендую на чужие Пары. Пусть даже такие очаровательные, как ваша нэра. У нас есть своя тэссалина… — Наш спаситель на глазах мрачнел. Так же, как и ещё двое рядом стоящих воинов.

— С вашей супруг… тэссалиной что-то случилось? — Ляпнула я, тут же пожалев о своих словах.

Потому, что у рядом стоящего мужчины глаза и так полыхающие алым цветом, просто вспыхнули.

— Она — Поводырь… — Бросил совершенно непонятную фразу Нордан.

— Норд, нэра не понимает… — Вступил в разговор третий из, я уверена, супругов-побратимов.

— Вот как… — Наказующий тоже помрачнел, — Мы не знали о том, что у вас снова появился Поводырь Афаи. Могу только выразить соболезнование вам и вашим побратимам.

— И я тоже приношу вам извинения за свою грубость, — Влезло Его Непосредственное Высочество. — Быть супругами той, которую забрало Великое Живое Оружие — невыносимая ноша.

— Дети примиряют нас с жизнью, — Снова улыбнулся Нордан. — И мы все будем до последнего вздоха ждать и любить нашу Единственную. Главное, чтобы она нашлась!

— Это делает вам честь. — Командор, вместе со мной на руках, поклонился рептилоидам. — Но… как Афая допустила, чтобы что-то случилось с Поводырём?!

— Нет. Не стоит… мы не достойны столь высокой оценки. Это она оказала нам Великую честь, став нашей супругой. — Процедил красноглазый. Проигнорировав вопрос. Он настолько походил на Яссина в первые минуты нашего с ним знакомства, что у меня даже на секунду не появилось сомнений в том, что работа этого жесткого брутала такая же как у Наказующего.

— Простите, если я вас оскорблю своим вопросом… Вы тоже — Наказующий? В своей стране? — Не удержалась я.

— Нет. Он — Палач. — По простому представил побратима Нордан.

— Ого! Какие высокопоставленные чины прилетели нам помогать! — Ляпнул принц, от чего получил злой взгляд от Яссина.

— Да. Мы далеко не последние разумные в нашем государстве. — Спокойный Нордан в полной мере оправдывал своё имя. — А что касается того, что нас не приглашали… Вы плохо знаете межгосударственные договора, уважаемые нэры. Потому что согласно межгалактическому меморандуму Z-01, при наступлении обстоятельств, угрожающих общему мироустройству и уничтожению большинства разумных, соседние государства, даже находящиеся с государством, подвергшимся экспансии в состоянии войны, ОБЯЗАНЫ заключить перемирие и вместе выступить против общего врага. Я прав, нэр Наказующий?!

— Да, вы правы. — Яссин умел "держать лицо", — Мы так давно не встречались с общей опасностью, что непозволительно легкомысленно отнеслись к зловещим признакам. Не замечая того, что нельзя было не замечать! И в этом моя доля вины!

— Не корите себя так. Мы бы тоже не заметили. Если бы не Афая… — Вступил в разговор третий мужчина. — Пока разбирались с пиратами и васперами, много чего пропустили мимо…

— Вы сейчас здесь, а дети с кем? — Снова влезла я. Ну не могу молчать, хоть что со мной делай. Знаю, что больно делаю мужикам. Но за деток — очень переживаю.

— Дети в безопасности. — Отрезал красноглазый.

" Ой, подумаешь — цаца какой! Ну и не буду я больше тебя спрашивать!" — Обиделась я, про себя придумывая красноглазому обидные прозвища..

Вот по его поведению сразу понятно, перед тобой — ПАЛАЧ! Никаких сантиментов. Ничего личного. Безопасность государства — превыше всего! Сухарь! Зануда!

И мне стало до неприличия интересно — это что же у них за супруга такая, которая смогла этого буку к себе навсегда "присушить"? И что это за служба такая — Поводырь Афаи?

Но только я набрала воздуха, чтобы выпалить вопросы, как командор успел меня опередить:

— Я приношу извинения, нэры. Наша супруга ждет ребёнка. Это уже вторая её беременность. А беременные женщины очень устают. К тому же она побывала в центре боя. Я отнесу её в безопасное место и вернусь к вам.

"Ого… А Палач-то у нас — совестливый!" — Осенило меня, глядя как лицо красноглазого смягчается и из его глаз исчезает презрение.

— Нэра, я приношу свои искренние извинения за непростительную грубость допущенную мною по отношению к вам. — Он плавно опустился на одно колено и склонил голову. — Воистину, только земные женщины, даже будучи беременны, прежде всего думают о других, а не о себе!

— Постойте… — У меня как-то сразу всё обмякло, — Вы хотите сказать… сказать, что…

— Да. Наша супруга — ваша соотечественница. — Вежливо пояснил Нордан.

— Матттт…тушшшшка роща… — Только и смогла ответить я, отправляясь в тихое забытье….

Вот всё-таки две беременности подряд — это перебор!

— Крошечка… деточка моя маленькая… — Из забытья меня вытащил тихий голос Тиль, — Намучилась… бедная моя… и здоровье твоё некому доверить… — Снова тяжелый вздох. — Милый, только выживи… ты так нам нам нужен. Нашу крошечку некому лечить! Приходите в себя, любимые мои… не бросайте меня одну!

Я не могла дальше слушать убитый голос маменьки.

— Мы никогда тебя не бросим. И не надёйся. — Просипела я, с трудом открывая глаза. В которые словно песку насыпали. — Ой… доктор…

На соседней кровати, действительно лежал наш доктор Рич. Ввалившиеся виски, почти белая кожа и везде — проступившие ниточки капилляров.

— Как он…? Ой! — Я с трудом повернулась на бок и живот сразу полоснуло острой болью.

— Крошечка! Двигайся как можно меньше! У тебя угроза потери ребёнка! — Вырвалось у маменьки.

Я послушно застыла.

"Мамочки! Только не это! Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! Только не ребёнок!" — Взвыла про себя.

— Сонушка немного придёт в себя и тебя полечит. Она себя не щадила… — Тиль, одной рукой гладила меня по волосам, а другой держала ладонь мужа.

— Сет как? Когда меня Лёша в подпространство увёл, он там один остался.

— Сет полон сил и такую деятельность развил — нашим дипломатам далеко. И знаешь… эти рептилоиды — хорошие ребятки.

— Ага… Мне они тоже понравились. Особенно Нордан.

— Крошечка… у тебя… ээээ… ты… ммм… хочешь увеличить нашу семью..?

Сначала я не поняла — о чём она. А поняв, рассмеялась. Придерживая животик.

— Нееет… ни о каких новых супругах речи быть не может! Я о том, что у них супруга — тоже с Земли! И Нордан умеет себя вести в любых обстоятельствах.

— Невероятно! — В глазах маменьки даже появился проблеск интереса.

— Я одно только не поняла, а Ал мне спросить не дал. Может быть ты знаешь… Они сказали, что их жена — Поводырь Афаи. Это что за работа такая? Я так поняла, что эта афая — какое-то полуживое оружие. Но зачем оружию — Поводырь? Оно что — слепое?! Тиль… Что с тобой?!

— Ой как плохо-то всё… — Тиль совсем сникла, — Никто не знает — кто такая Афая. Это как живые боевые корабли. Но они так созданы, что им нужен посредник… Посредник между неведомой разумной материей и миром живых… Именно этот посредник и называется Поводырь. Когда с Поводырём что-то случается, Афая и её семья уничтожают причину гибели посредника и уходят спячку. Снова пробудиться от сна их побуждает появление нового Поводыря.

— А почему тогда они такие несчастные? Раз Афая так бережет своего Поводыря?

— Ох, крошечка… я не знаю… да и никто не знает… кроме посвященных… Но говорят, что перед тем как пройти слияние с Афаей, поводырь проходит некий ритуал. В результате которого становится сначала Носителем. Носителем некоего симбиота. Поводырь утрачивает ВСЕ чувства, кроме чувства долга перед разумными.

— А кто отдаёт приказы Поводырю?

— Правильный вопрос, крошечка! — Маменька снова тяжко вздохнула, — Обычно, Поводырь подчиняется Главе государства. Но даже Правитель не имеет над Поводырём полной власти. Если Поводырю будет отдан несправедливый приказ, то, как говорят, он может и уничтожить Правителя. Поводыри справедливы, бескомпромисны, безэмоциональны.

— Но…. у неё есть детки! И супруги её обожают!

— Значит её мужьям повезло. Хоть детки будут им напоминать об их настоящей супруге… — Тиль вновь с тоской погладила мужа по руке…

— А почему ты сказала, что всё плохо?

— Мироздание — это прежде всего — равновесие. Мироздание, создавшее такое оружие, как Афая, не позволит своим детям уничтожить друг друга в бессмысленных войнах. Поэтому ильфаны и просыпаются перед страшными войнами.

— Вот бы увидеть эту Афаю… — Мечтательно протянула я, — И её Поводыря!

— Забудь! И не думай даже! — Тиль испуганно замахала на меня руками. Маменька и испуганно…?! Нет, точно грядут великие события!

— Но почему…?!

— А вдруг и ты Афае понравишься?! Ты же слышала — с Поводырём что-то случилось!

Тиль снова задумалась, а потом, со словами:

— Прости, крошечка, но это важно! Ишь, чего удумали! — Поцеловала меня и доктора Рича и умчалась куда-то, с паникой в глазах.

Вот и как это всё понимать.

В приоткрытую дверь "просочился" деятельно настроенный Сет:

— Сет постережет Доминанту, — Заявил он с трудом втискиваясь между койками и подставляясь под "почесушки".

— Сетик, ты у нас — самый лучший в мире! — Поглаживая млеющего сателлита между зажмурившихся глазок, сообщила я.

— Да… Сет — лучший. — Важно согласился лохматый телохранитель.

— Сет, ты видел Афаю?! — Спросилая, а сателлит, вдруг, весь подобрался.

— Сет не будет об этом говорить! — Ультимативно заявил он, — Доминанте нельзя об этом думать и говорить!

— Но… почему?!

— ОНА услышит и заберёт у нас Доминанту!

— А ничего, что у НЕЁ уже есть та, которая ЕЙ нужна?

— Доминанта не будет об этом думать и говорить! — С нажимом произнес Сет, — Сет укусит Доминанту! И она будет спать и не думать! — Сателлит впервые разозлился на меня. А ещё я почувствовала страх… Нет, Сет не боялся ни смерти, ни боли… он боялся — за меня!

— Сет… я всё поняла… но, всё же — укуси меня. Если это не навредит нам с ребенком. Я бы поспала ещё… без снов. А то мысли ненужные в голове…

— Укус не навредит Доминанте и ребёнку, — Довольный и важный оказанным доверием, он незаметно коснулся кожи на запястье…

Я даже не поняла, что уже сплю!

А, когда проснулась — оказалось, что вокруг уже полным ходом шла война!

Открыв глаза, сначала даже не поняла где нахожусь.

Высокий потолок. Колонны… пелястры…

Где я?! Где мои родные!?

Резко села в кровати, от чего сразу замутило и закружилась голова. Прикрыв глаза, пережидала тошноту и туман перед глазами.

Когда полегчало, осторожно приоткрыла глаза.

Хммм…

Огромный зал в какой-то древней постройке.

Я сижу на кровати, отгороженной от остального помещения ширмами.

Поёрзала в постели. Нет. Животик не режет, не тянет.

Очень хорошо!

Воодушевлённая, сползла с кровати, босыми ступнями прямо на каменный пол… который оказался неожиданно — тёплым и гладким.

Вышла из своей "палаты" в импровизированный коридор из ширм.

"Мдааа… да тут у нас полноценный лазарет!" — Подумалось мне. — "Но… если это госпиталь, то почему не слышно стонов? Нет запаха крови? Нет медицинского персонала?"

А потом мне пришло в голову, что я и не видел никогда иномирских госпиталей.

Словно отвечая на мой вопрос, в глубине зала открылись двери и показалась вереница гравиплатформ, под предводительством нескольких биоников.

Не доходя до меня, медперсонал начал работу.

Очень быстро.

Платформа заходит в ячейку, и через несколько секунд выныривает обратно, и улетает в открытые двери.

Буквально за пять минут все платформы освободились, и бионики покинули помещение.

На меня никто не обратил никакого внимания, словно я — часть обстановки.

Разбираемая любопытством, подбежала к занятой ячейке и засунула туда свой любопытный нос.

— О!

В ячейке стоял ренегар, работающий в полную силу.

И во второй, и третьей… везде стояли ренегары и странные колбы чёрного стекла, высотой в три метра.

Везде. Единственным исключением была моя "палата". Только там, вместо медицинского оборудования стояла простая койка.

Для надёжности заглянула ещё в несколько "палат".

Моя версия подтвердилась. Я была в госпитале. И сюда, прямо сейчас, свозили раненых.

Госпиталь-раненые-война!

Но где я?!

Растерявшись, застыла… А когда пришла в себя от ступора, обнаружила что стою, в одной рубашке, в центре коридора. И меня "обтекает" очередная колонна с ранеными. Всё так же бесшумно, страшно, неотвратимо…

Все места в "моём" зале были заполнены, а всё ещё стояла, не зная — что делать?

Из этого состояния меня вырвало голодное бурчание живота.

"Так, надо встряхнуться и перестать "тупить! Раненым, которые тут лежат еда не нужна. Значит, надо найти столовую."

Воодушевившись, отправилась к выходу. Туда, откуда ещё недавно привозили раненых. С трудом отворив огромную створку двери, оказалась в коридоре, по которому спокойно мог проехать СУ-35. И тут было намного оживлённее, чем в том зале, откуда я вышла. Колонны гравиплатформ несли раненых. Им на встречу двигались платформы с уже вылеченными бойцами. Быстро, но без суеты, сновали бионики. Проходили группы военных, облачённых в боевые скафандры. Они окидывали меня цепкими взглядами и… проходили мимо… Все были заняты.

— Нэре требуется помощь?! — Рядом со мной притормозил не совсем обычный бионик. У него на левом плече горел красный полукруг.

— Да. Я только что очнулась. Не понимаю — где я?! Где мои родные?! Как я здесь оказалась?! Почему я тут одна женщина?! Ведь идёт война, да?! И ещё — я очень голодна.

Бионик, одним движением забросил меня на маленькую, одноместную платформу и что-то набрал на панели.

— Вас отвезут в столовую. Эта платформа закреплена за вами. Она будет отвозить вас в столовую и возвращать назад. Прошу понимания, нэра. От вас ожидается спокойствие и терпение. Не надо капризов, ненужных вопросов и слёз.

— Вы не ответили на мои вопросы.

— Я всё сказал. — Бионик равнодушно отвернулся от меня, решая новые вопросы, а платформа полетела дальше.

"Да… зажралась ты, мать…" — Я сидела на мягком сиденье и болтала ногами, — "Давай-ка рассуждать логически… Ты привыкла к тому, что все крутится вокруг тебя. Привыкла к своей исключительности… Может я и "свет в окошке" для супругов и опекунов. Но остальные разумные ничем мне не обязаны. Каждый из них… из нас… сам по себе — уникален. И в этой бойне сейчас не до сантиментов. Главное сейчас для меня — понять — где дети и мужья!? И начать-таки приносить пользу! Но сначала — ЕДА!"

То место, куда меня принесла платфома — не очень напоминала столовую. Длинные ряды столов, к которым подлетали-отлетали одноместные гравиплатформы с разумными.

И снова — и одной женщины.

И никакого любопытства со стороны раненых.

Моя платформа заняла свободное место и из стола сразу выросло щупальце, нацелившееся на моё запястье. Не успела я отреагировать, как странный вырост накрепко присосался с коже.

Да что ж это такое-то?!

Я подёргала рукой. Нет, прилип накрепко.

Несколько неприятных мгновений — и озвучен вердикт:

— Еда, с учётом особенностей организма самочки, находящейся в первой половине беременности готова. Приятного аппетита. — Щупальце всосалось обратно в стол. А из открывшегося люка выскользнули закрытые крышками блюда.

Осторожно открыла то, которое подтолкнули ко мне первым.

"Ой! Кашка! На молоке! Мнямм…" — Слопала всё содержимое тарелки, даже не заметив.

"Тэээк-ссс… а что тут у нас..?!"

А "тут у нас" — был горячий, сладкий чай и два огромных бутерброда с солёной рыбой.

"Уффф…" — Я блаженно откинулась на спинку сидения, поглаживая сытый животик и не замечая брошенных на меня украдкой, тёплых взглядов от окружающих выздоравливающих бойцов. — "Вот как мало для счастья надо беременной женщине!

Платформочка, тем временем, доставила меня назад, в мою "палату".

Сама не заметила, как она меня бережно "сгрузила" в кроватку. Потому что я на тот момент крепко спала.

Утром проснулась рано. Вернее — меня разбудили естественные надобности. Только открыла глаза, как платформа услужливо опустилась рядом.

— Мне срочно надо в туалет. И помыться хотелось бы… — Промямлила я, совершенно сбитая с толку происходящим.

И — о, чудеса!

Меня с ветерком доставили до шикарного санузла. Нет. Не так. До санитарно-банного комплекса.

Бережно опустили, подождали пока я сделаю свои "дела" и подталкивая мягким краем, направили к навороченной душевой кабине. Где нежно помыли и высушили.

Когда я вышла из кабины, то меня уже ждала милая пижама.

Одевшись, села на платформочку и поехала в столовую.

И снова — щупальце-врач-лаборант. Снова вкусная еда. И снова… сон.

Проснувшись на третий день, крепко задумалась, игнорируя суетящуюся "помощницу".

Это что же получается? То ли в еду добавляют снотворное и успокаивающее… То ли волнами воздействуют… но есть во всем этом что-то … странное… с моей точки зрения.

И все раненые — очень спокойные, доброжелательные, необщительные…

"Ёлки-палки! Да где я вообще нахожусь?!"

Так… а что будет, если я закапризничаю? Вот не захочу есть предложенные блюда, и всё!

Мда… с этого и начнем!

Послушно сев на платформу, позволила привезти себя в санблок. После санблока, когда ехала в столовую, внимательно рассматривала встречных…

И углядела-таки! Некоторые выздоравливающие, исподволь, наблюдали за мной. Но большинство были сонно-спокойно-равнодушны ко всему.

Я не выдержала и подмигнула одному — нормальному. От чего у бедняги брови прыгнули до волос.

Тэк-ссс…

Задел сделан. "Будем посмотреть…"

В столовой закапризничала:

— Я не хочу есть это… Хочу курицу жареную и котлету с шоколадкой. — Выпятив нижнюю губку насупилась я.

— Вам надо есть те блюда, которые полезны. — Попробовало увещевать "щупальце".

Ну да, ну да… Оно не встречалось с беременными Землянками. Когда мы захотим, то наагаткам до нас, как мне сейчас до Земли…

— Вы должны есть рекомендованную еду и выполнять рекомендованные процедуры, — Упёрся механизм.

Ага… сейчас…

И я показала… Что такое беременная женщина, которой не дают то, что хочет организм!

Сидя на полу, сетовала — какая я несчастная… Слёзы и сопли лились из меня рекой. Нос безобразно распух. Я икала от обиды и требовала курицу и котлеты с шоколадом. А ещё — маринованные огурцы со сливовым вареньем.

Из столов повылазило столько щупалец, что вокруг меня образовался механический осьминог.

Суетливо крутились гравиплатформы…

А некоторые выздоравливающие, мельком глянув на меня, зорко осматривались, оценивая обстановку.

Клянусь чем угодно — им тоже совсем не нравилось это сонное царство!

А у биоников и роботов, обслуживающих наше "сонное царство" случился "error system"!

Потому что все они внезапно затыли.

Один из раненых, тот самый, которому я подмигнула, неторопливо подошел ко мне. Но путь ему преградили взбесившиеся механические щупальца:

— Нельсссссяяя бесспокоить сссамочку…. никого нельссссяяя бессспокоить…

— Я не буду её беспокоить, — Вяло-спокойно ответил боец, — Но если я к ней подойду, она успокоится и перестанет так переживать. Самочки всегда ожидают внимания и заботы. А беременные — тем более. Это даёт им чувство защищённости. А сейчас она чувствует себя брошенной и забытой. — Терпеливо, как слабоумным, втолковывал он прописные истины роботам, у которых от моей истерики немного "поехала крыша." — Так вы пропустите меня к ней? А то истерика у неё усилится. Она всего боится! Видно же, что она не привыкла к такому количеству чужих самцов и роботов! И салфетку дайте!

Вы бы видели — КАААК роботы шарахнулись от меня, освобождая пространство для заботливого бойца!

"То-то же!" — Злорадно подумала я, — "Я вам тут так всё соплями залью… не рады будете!"

Сразу семь щупалец угодливо протянули салфетки.

Парень, с постным лицом подошел ко мне. А у сам еле сдерживал рвущийся смех.

— Нэра, успокойтесь. Вам сейчас подадут именно ту еду, которую вы хотите. Сейчас мы с вами встанем, слёзки вытрем… носик освободим… — Мягко приговаривая, парень вытер мне слёзы и аккуратно прижал салфетку к носу. Куда я от всей души высморкалась. — Ну вот и хорошо… — Ворковал он, помогая мне встать и бережно придерживая под локоток. — Не надо так расстраиваться. Вас все любят… Нельзя не любить такую прелестную самочку! И я уверен — ваш муж и ваши родные потому и прислали вас сюда, потому, что хотят защитить от ужасов войны…

— Мне не говорят — где я! — Всхлипывая, наябедничала я парню. — Со мной вообще не говорит никто! Это безобразие! Меня игнорируют! А как вас зовут? Вы не представились! — Тут же придралась я к своему "спасителю".

— Зовите меня Влад.

"Ого! Почти Земное имя…" — Подумала я, но вслух ответила:

— Ко мне можете обращаться нэра Валерия. — Чопорно ответила я.

Надув губы, осмотрелась, нарочно неприлично шмыгнула носом и икнула:

— А где еда?!

С секундной задержкой на столе появилась жареная птица и отбивная.

"Вот и говорите мне, что у роботов не нервной системы!"

— А где шоколадка?! — Закапризничала я.

Щупальца снова напряглись.

— Простите, нэра. Мехповар не знает рецепты изысканных блюд, к которым вы, несомненно, привыкли. Будьте снисходительны к нему. Проявите великодушие! Идёт война и нас и так стараются очень хорошо кормить. — Про себя Влад явно смеялся во всю.

— Хорошо… — Я, с тяжким вздохом, позволила усадить меня на услужливо крутящуюся платформочку, — Так и быть… Попытаюсь как-нибудь съесть эту гадость… А вы куда?!

Я нахмурилась, когда парень попытался отойти от меня.

— Садитесь рядом и разделите со мной обед.

Вот слово даю — щупальца сами готовы были притащить и усадить Влада рядом со мной, только бы снова не допустить моей истерики.

— Приятного аппетита, — Вежливо пожелала я всем, оглядела столик и снова расплакалась.

Вот честное слово — щупальца готовы были взвыть!

— Нэра Валерия, ну не надо так! Что вас снова расстроило? — Влад являл собой образец рыцарства и выдержки.

— А приборов столовых-то нет! Я что, руками буду есть? Или этой ложкой?! Я, Высокородная — и руками…?!

На столе появились нож и вилка.

— И всё..?! — Не сдавалась я, старательно отыгрывая роль избалованной стервочки, привыкшей к тому, что все её желания — закон.

— Простите… тут у нас всё по-простому… Снизойдите, нэра. Величие — это прежде всего — снисхождение!

"Вот, тоже мне — философ доморощенный", — Хихикнула я про себя, но великодушно кивнула:

- Хорошо. Раз вы так просите… я попробую как-то потерпеть этот ужас…

Влад уже откровенно фыркал, едва сдерживаясь, чтобы не засмеяться в голос.

Но все предрассудки победил голодный урчащий живот. Которому уже было всё равно — что кушать.

Несколько минут мы насыщались, а потом я жеманно начала светскую беседу:

— Вы не находите, нэр Влад, что это место несколько странное? — Все тут же напряглись. Но я продолжала отыгрывать балованную кокетку. — Тут нет развлечений, слуг… Да меня даже разместили в каком-то закутке, всего лишь отделённом от общего зала! Почему мне не выделили апартаментов?! Ведь это очень большое задание! Неужели не нашлось отдельной комнаты для Высокородной?! — Роботы расслабились.

— Простите их, нэра. Этот медицинский комплекс, я думаю, остался ещё со времён Древних. Скорее всего, его расконсервировали из-за огромного потока раненых.

— Ну и что?! — Закапризничала я, снова подмигнув, — Почему я-то должна так страдать?! Почему меня не отвезли в одно из наших поместий?!

— Наверное потому… не хочу вас понапрасну пугать и расстраивать… что там, с точки зрения вашего супруга — не безопасно для вас.

— Я непременно узнаю, кто из мужей так подло со мной поступил и он за это поплатится! — Возмутилась я, а у парня удивлённо приподнялась бровь.

— У нэры два супруга? О! Видимо нэра на самом деле Высокородная. — Он сполз со своей платформочки и опустился на одно колено, склонив голову.

— Встаньте! — Величественно велела я, — Вы — единственный, кто понимает как надо общаться с Высокородной! И я хочу, чтобы вы находились рядом со мной. Это возможно? Или мне снова всё запретят? — От того, как я снова представила тихий, как склеп, зал, заполненный ренегарами, глаза снова наполнились слезами.

Из нашего стола вывинтилось щупальце:

— Кровать для вашего компаньона уже приготовлена радом с вашим отсеком.

— А сразу нельзя было так сделать?! — Придралась я к ни в чём не повинному щупальцу, — Вы представляете — КАК я испугалась?! Очнувшись в незнакомом месте. Таком страшном?! Да я на вас управу найду!

— Прошу вас, нэра, не надо винить эти хоть и совершенные, но механизмы, — Вступился за роботов и биоников Влад, — Они, как могут, стараются…

— Ну… ладно… Я сегодня добрая… Ох…. что-то устала я… Хочу в кроватку!

Стоит ли говорить, что до кроватки нас с Владом доставили с максимальной скоростью и комфортом.

— А теперь, нэр Влад, я жду от вас информации о том — что сейчас происходит. — Сев в кровати "по-турецки", чем вызвала новый подъём брови и приготовилась слушать.

Но, вопреки моим ожиданиям, парень не спешил рассказывать. Он попросил разрешения и присел на краешек кровати, о чём-то напряженно размышляя.

— Нэа Влад… — Напомнила я о себе.

— Простите, нэра. Я задумался… Могу вам рассказать только то, что знаю сам.

— Буду вам очень признательна. Потому что я не знаю и не понимаю вообще ничего!

— Хорошо, нэра… — Влад элегантно поклонился, — Так вот… Я проходил практику после шестого курса Академии. Ещё перед выпуском, нас предупредили, что что-то непонятное происходит на границах Содружества. Куда и были выдвинуты основные силы охранителей. А нас — курсантов и новичков — отправили… как тогда всем казалось… в безопасные секторы… мне не повезло… Нас распределили именно в сектор, откуда и началось вторжение. Только в самый последний момент к нам пришла помощь. От рептилоидов, неких разумных и корпуса Наказующего. С ними были и два запрещённых в Содружестве боевых био-робота. Если бы не они — сейчас никого в живых не было бы. А что помните вы?

— А я помню встречу с Представителями рептилоидов и разговор с ними о том, что нам всем грозит нашествие и порабощение оттуда, откуда мы и не ждём. После этого мне сделали успокаивающее и я… проснулась уже здесь!

— Если вы встретились с делагацией рептилоидов, значит вы были недалеко от центральной планеты. А вот где мы с вами сейчас — признаться — не знаю. Судя по сонливости и полному отсутствию каких-либо шрамов или иных проявлений ранения — я тут минимум декаду.

— Вы были серьёзно ранены?

— Точне всего сказать — я был почти труп. — Честно ответил парень. — Мой челнок был впереди всех. И, как ни парадоксально это звучит, только поэтому я остался жив. По мне шарахнули неким оружием, от которого горело всё… я видел, как сгорает моя плоть… и промчались мимо… но боевые челноки запрограммированы на спасение экипажа. И меня погрузили в стазис и с эвакуационной капсулой выбросило в сторону от боя. Больше ничего не помню…

— А тут вы не встречали своих знакомых, однополчан?

— Нет, нэра. Не встречал. — Парень помрачнел.

И я его прекрасно понимаю. Получается, что из всех "зелёных" юнцов-кусантов и бойцов-первогодков выжил только он!

— А пообщаться с кем-нибуь удалось? Кто более или менее в себя от ранения и лечения пришел? — Давила я.

— Нет, нэра. Как я понимаю, когда приходишь в себя, надо несколько дней, чтобы осознать что ты — живой. А потом начинаешь всех во всём подозревать. Я тоже поначалу думал, что я в плену у вампиров. А вокруг — иллюзия, которую они легко навязывают.

— Да. Понимаю. Сама так же сначала считала. Но… что заставило вас изменить своё мнение?

— Я — эмпат, хоть и заблокированный. И самую капельку — телепат. Так вот… То, что я вижу глазами и то, что "вижу" закрыв глаза — полностью схоже. Без малейших искажений.

— Если ты эмпат-телепат, то значит и на тебя можно воздействовать. — Не унималась я. Мне было важно всё уточнить. — А ты не видел — куда уводят полностью выздоровивших?

— Нет. Пока мы все тут в разной стадии выздоровления.

— Но ты же сказал, что здоров. Что нет ни шрамика, ни ожога!

— Да. Тело, как бы здорово. Но боль… фантомная… как от заживающих ран — есть. Больно, когда резко встаёшь, поворачиваешься…

— Поняяяяятно… — Я задумалась, а потом, вдруг, поняла — я начала "тыкать" парню. А он то ли не заметил, то ли настолько деликатен… — Ой… Простите, нэр. Я забылась и начала к вам на "ты" обращаться.

— Не стоит извиняться, нэра, — Влад снова учтиво поклонился, — Вы автоматически начали со мной общаться, как со своим…

— Что думаете дальше делать? — Торопливо спросила я, чтобы он не понял, как я смутилась от его слов — "как со своим"…

"Не-не-не! Мне больше мужей не надь!"

— Сегодня вечером я бы предложил прогуляться по коридору. Дальше столовой. Посмотрим — что получится.

— Договорились.

— А сейчас, нэра, немного поспите. Я, пожалуй, тоже отдохну, с вашего разрешения.

В ответ я кивнула. Спать хотелось — просто неимоверно!

"Уплывающим" сознанием отметила — как неловко, клонясь на правый бок, Влад встаёт. И, шаркая ногами, уходит к себе.

А утром… меня никто не разбудил!

Проснувшись, я, по уже сложившейся привычке, полежала немного с закрытыми глазами. Размерено дыша. Потом, сладко причмокивая, потянулась и повернулась на другой бочок. Сквозь ресницы старательно разглядывая свою "келью".

Пусто.

Но я сейчас не верила ни одному своему чувству, кроме интуиции. А эта паршивка — молчала, как рыба об лёд!

Подумав ещё несколько минут, решила просыпаться. Снова зевнула и аккуратно села в кровати, растирая глаза кулачками.

Никого. Тишина.

Встала и, надев тапочки, пошла к Владу.

И тут меня поджидал настоящий ШОК!

Отодвинув ширмочку, заменяющую дверь, я вышла… в огромный, полутёмный, ПУСТОЙ зал!

— Мамочка! Ну за что мне всё это!? — Я села на тёплый, гладкий пол и тихо заплакала. — Где я? Где все?! Меня забыли, или специально бросили?!

Основательно проревевшись, высморкалась в салфетку, которую автоматически взяла с прикроватного столика и пошла к выходу из зала, до которого было, на вскидку — метров триста.

Дойти-то я дошла. А вот на то, чтобы открыть исполинские створки, плотно закрытые и весящие — как минимум — тонны две, потратила больше часа.

Сломав ногти до крови, всё же отодвинула одну створку на столько, что смогла с трудом, но протиснуться в образовавшуюся щель.

И тут снова испытала ШОК. Такой ШОК, что я опять сползла по дверной створке и села на пол. Прямо традицией это становится, благо что пол тут чистый и тёплый.

"Мда… Ещё один "сюрприз" из этой же "оперы" — и я свихусь." — Прокомментировала я самой себе. — "Однако… как же хочется устроить кому-нибудь мерзайшую сцену! Ну… супруги мои любимые… Сетик… и подруги… Месть моя будет страшна!"

Пока я приходила в себя от ШОКА, мимо проходили-пролетали туда-сюда платформы и платформочки с одним, или несколькими ранеными.

По-моему, движение в этом тоннеле стало ещё насыщенней. А это могла означать лишь одно — война набирает обороты!

— Нэра! — Одноместная платформочка лихо притормозила рядом со мной и с неё спрыгнул Влад. — Ну… как же вы… Что же вы… — Парень нервно топтался вокруг меня, не решаясь прикоснуться. Рядом с ним, так же нервно, барражировали две платформочки. — Слабым оправданием для меня может служить лишь тот факт, что я только что проснулся. Причём — не там, где засыпал. И сразу помчался искать вас!

— Что происходит? — К нам приблизился бионик, — Проблема?! В чём?! Ссора?! Неприязнь?!

— Это я у вас хочу узнать — что происходит, истукан синтетический! — Взвизгнула я, вкладывая в свои слова всю злость, страх и накопившийся яд, — Вы что творите?! Сколько можно меня пугать?! Вот! Смотрите — что с моими руками стало! — Я сунула под нос склонившемуся биороботу свои пальчики с изломаными, кровоточащими ногтями. — Да я подумала, что меня в том зале замуровали живьём!

— Это не так, нэра. — Индифирентно ответил "чурбан бесчвственный", — Мы внимательно изучили ваши пожелания и этикет рас ваших супругов. Потому — освободили для вас комнату. Ваш компаньон был перенесён в соседнюю комнату. Дабы не вызывать ревность и гнев ваших мужей на нарушение обычаев.

— Придурки! Комнату они мне освободили! да там коттежд построить можно, в этой вашей — комнатке! вы вообще — отдаёте себе отчет, что приемлемо, а что — нет!? Я чуть не сдохла от страха! — Мне надо было "спустить пар" и я себя не сдерживала. — И как я могла понять, что тот пустой зал — это любезно выделенная мне комнатка?! А?! Гады вы! Вредители! Садисты! — Напряжение постепенно отпускало, но слёзоразлив достиг своего пика.

— По нашим расчетам, ко времени, когда вы должны будете проснуться, к вам привезли бы компаньона. — Мужественно держался бионик.

Ну прямо — кремень! Щупальца бы уже давно вместе со мной истерили!

Бионик вскинул голову и, как мне показалось, с раздражением обратился к Владу:

— Нэр, прошу вас приступить к выполнению ваших прямых обязанностей! Успокойте же нэру! Видите, мы нервируем других раненых.

А… действительно! Вокруг нас, постепенно, стала образовываться "пробка"!

— Но… — Влад так растерялся от такой несправедливой претензии, что даже ничего сказать в ответ не смог.

— Нэра! — С притормозившей многоместной платформы соскользнул командир штурмовой десятки Наказующего.

"Как же его зовут?! А! Вспомнила! Цет Фар!"

— Нэра! Вы живы! Какое счастье! Ваши супруги были просто в отчаяннии… когда не обнаружили вас в ваших апартаментах!

А вот после этих слов у меня совсем "файлы разъехались!"

— Говори! Что происходит!? На войне! Я тут с ума схожу от неопределенности! — Вцепилась в больничную рубаху наагата, как клещ.

— Мы получили приказ найти вас. Только задали технарям и экспертам задание и они начали вычислять варианты вашего исчезновения, как поступило сообщение о вторжении… Вторжении из тех областей, которые все считали мёртвыми. Не заселёнными. Наш Альфа-Два отдал приказ — выдвигаться! Он только что встретил вашу подругу и какого-то… неизвестной расы… Этот некто… он сказал, что выступит вопреки всем законам на нашей стороне. Но… чтобы ваш Сет и сын вашей подруги немедленно выдвигались на помощь его супруге. Альфа-Два согласился не раздумывая. И этот… он перенёс нас в самое пекло… Там были только курсанты и солдаты-первогодки! Мы успели в самый последний момент. И переломили ситуацию. К нам на помощь пришла и тройка ильфанов. Но погибла половина наших бойцов. А оставшиеся были настолько тяжело ранены, что только немного отличались от мётвых. И тут, снова помог этот… странный… Он сказал, что перебросит всех раненых туда, где их вылечат. Потом… серебристо-синее марево и… вот я тут…

— Яссин…?! Ал..?! Шат..?! — Я с мольбой смотрела в усталые, мудрые глаза наагата.

— Я не знаю, нэра. Простите… Я слышал разговор этого… странного… с вашей подругой. Соней. Всё решала она.

"Упс! Приехали! Что делать!?" — Вспугнутыми птицами пронеслись мысли.

— Где дети?! Где мои опекуны, знаешь?!

— Нет, нэра. Это вне моей компетенции… — Наагат рухнул бы на пол. Если бы его легко, словно он весит не больше грудного ребёнка, не подхватил бионик и не водворил бы на платформу.

— Куда вы его везёте?! — Я шла по пятам за ним и даже сделала попытку влезть на платформу с ранеными.

— Нэра, вам надо привести себя в порядок и отправиться на приём пищи, — Назидательным тоном сообщил робот, подхватывая меня и водружая на платформочку. Следом, так же, поступил с Владом. — Я вложу в ваш гравикат информацию по данному раненому. Вы сможете навестить своего подопечного.

Дальше вступать в полемику я не стала. И без того чувствуя себя неловко.

Платформочка привезла меня в санблок, из стены которого вывентилось щупальце. Пока я сидела в туалетной части санблока, щупальце проводило какие-то манипуляции с обломанными до крови ногтями. Было немного неприятно. Но я с интересом рассматривала свои пальчики, с аккуратно обработанными ноготками, залитыми тонкой прозрачной плёнкой лечебного геля.

Потом меня аккуратно помыли, высушили, одели и повезли в столовую. Где уже ждал Влад.

— Нэра… — Он встал и церемонно поклонился.

— Прекратите, нэр, — Я поморщилась и протянула руку нервному щупальцу. — Оставьте все эти экивоки до победы.

— А вы действительно верите что мы победим! — Удивлённо констатировал Влад.

— А у вас есть сомнения?!

— Признаться… да! Вы… вам неприятно моё признание?!

— Я тронута вашей искренностью. Но мне неприятно то, что вы не верите в нашу победу.

— Я буду стараться…

— Ох… Дело в том, что не надо стараться. Вера или есть, или её нет.

Парень совсем сник, вяло ковыряя в тарелке.

А вот я слопала всё, что дали. И даже попросила добавки.

Влад по прежнему молчал, бессмысленно гоняя по тарелке кусочек мяса.

— Нэр Влад, что случилось? Что стало причиной вашего дурного настроения?

Парень поднял на меня полные тоски глаза:

— Да. Наверное будет лучше, если я сам вам честно во всём признаюсь… — Он помолчал, весь внутренне собираясь, словно не говорить со мной хотел, а прыгать с самолёта без парашюта, — Понимаете… в семьях наагатов, даже аристократических и древних, эту тему не приято озвучивать… Но… в общем… Нам сложно найти пару.

— Я это знаю. — Спокойно кивнула я.

— Не скажу что мы — снобы. Но… каждый хочет гордиться супругой… её родом… нас так воспитывают…

— И это я тоже знаю.

— Но Высокородные нагини… они… не всегда отличаются хорошим характером…

— В этом я тоже смогла убедиться.

— Но самое плохое в том, что большая часть потенциальных невест никогда не любили и не полюбят. А встретить свою Атею… Это давно стало мифом…

— Почему это — стало мифом, — Я обиделась за нас с Наказующим. — Я, например, Атея!

— Я это понял, госпожа… — Влад окинул меня тоскливым взглядом и продолжил, — Вы не будете отрицать, что есть женщины, возле которых тепло?

— Нет, не буду.

— И вы — одна из них. Знаете… когда я первый раз вас увидел… то был готов умолять принять меня в ваш клан кем угодно… хоть рабом…

— Но что-то заставило вас изменить это решение?

— Да… Именно заставило! Ваш разговор с тем штурмовиком! Я — тоже военный… пусть и молодой… Но даже я отлично понимаю — что значит Альфа-Два!

— А я вот, представьте — не знаю! Можете меня просветить?

— Альфа-Один — это император. — Влад выжидательно замолчал, а я просто пожала плечами:

— И что? При чём тут я и император?!

В глазах Влада мелькнула некоторая растерянность:

— А Альфа-Два — это либо Наследный принц, либо Наказующий!

— И что…?! — Вот не понимаю я — что он хочет до меня донести!

— То, что вы входите в императорский клан!

— Я бы с вами поспорила. Но не буду. И что дальше? Какая связь между кланом моей семьи и вашим плохим аппетитом?!

— Вам не позволят принять меня в клан!

— А вы этого хотите?! — Нет, это всё превращается не в откровенную беседу, а в какой-то фарс! Где каждый из нас икренне не понимает, что оппонент его не понимает!

— Хотел… и хочу… но…

— Поконкретнее говорите!

— Меня не примут в ваш клан!

— А чем вам свой не угодил? Чем он плох?! У вас проблемы с родителями?!

— Мой клан хорош. Он очень древний. И с родителями у меня нет проблем. Она отличные! — Лицо Влада смягчилось.

— Тогда я вообще ничего не понимаю!

— У меня перед глазами был пример родителей… У них тоже был договорной брак. Но… То ли отец настолько тактичен и чуток… То ли мама мудра… Но онирешили сначала просто уважать друг друга и прислушиваться к мнению супруга… Потом пришла симпатия… А сейчас они любят друг друга!

— Тем более! У вас прекрасные родители! Зачем уходить в чужой клан?!

— В нашем клане — Старая кровь… и… Мама… она наполовину рептилоид!

— И что?! — Тут я вообще потеряла ход мыслей Влада.

— Мне не светит даже договорной брак ни с одним, самым захудалым и "запачканым" кланом.

— Это что за дискриминация?! — Возмутилась я. — Почему?!

— Рептилоидов и их потомков в нашей империи не любят. считается, что у смесков могут проявляться признаки безумия…

— Бред какой! Мы живем в развитом мире! Все генетические искажения можно с лёгкостью просчитать! И поэтому твои родители разрешили вам отречься от них?!

— Да, они сказали, что поймут…

— И много вас таких… горемык..?!

— Несколько миллионов… На нашей планете и в клане все — смески…

— О-ооо-ххх… Где ж я так нагрешила, а?! — После разговора с парнем мне очень захотелось побиться головой об стену. — У вас самые лучшие на свете родители! Многим достойным парням это не дано… Давайте вот что сделаем… Вы пока побудете со мной, в качестве компаньона.

Я задумалась…

Влад молчал…

— Гммм… — Тряхнула головой, возвращаясь из раздумий:

— Вот что… Вам надо связаться с родителями! Как только разрешат! — Пояснила я в ответ на возражающий жест парня, — Я тоже попытаюсь связаться со своей семьёй. Предлагаю вам организовать отряд. Состоящий только из тех, кто родился и вырос на вашей планете. Будет непросто! Только от вас будет зависеть — как к вам станут относиться. Но, ради будущих поколений, всё возможно. Как вы на это смотрите?

— О! Нэра! Я не знаю как мне благодарить вас! Ведь мы дадим надежду на нормальную жизнь и нормальную семью миллионам парней!

— А что с девушками?! Вы о них не упомянули.

— У нас одна девушка на пять сотен парней… — Влад стал мрачен, как штормовое небо.

— Ого! — У парней действительно серьёзные проблемы. — А почему так? Есть предположения?

— Есть… Мама с трудом нашла специалиста. В Торговой Федерации. Так вот… он сказал, что поскольку у всех самочек беременность многоплодная, то они не могут дать детям того количества энергии, что требуется. В результате — все эмбрионы становятся мальчиками. Для девочек надо в разы больше энергии.

— Мда… Проблема, однако… — Я почесала нос… — Давайте решать проблемы по мере их поступления. Сначала — надо выжить в этой войне и зарекомендовать себя с лучшей стороны. Потом, я даю вам слово — мы решим проблему с вашими девчонками!

Влад застыл, неверяще таращась на меня.

— Так! Отмирайте и давайте сразу включаться в работу! — Поторопила я.

— Нэра… я… я… даже не знаю… как вас отблаго…

— Не знаешь и не надо пока! — Неаристократично перебила я парня, — Главное — ввязаться в драку, а потом посмотрим. Нам срочно нужна связь. С вашими родителями, с моими… кем-нибудь… — Договаривала я уже со слезами на глазах.

Вот я вся такая… патриотичная! А они меня в Муркину жо… то есть куда-то очень далеко запульнули и сами там жизнями рискуют!

— Нэра… — Влад снова опустился на одно колено, заглядывая мне в лицо. — Если упоминание о вашей семье так больно отдаются в вашем милосердном сердце, то просто забудем это разговор. Вы мне уже так сильно помогли, как никто до сих пор!

— Ну уж нет! — Я злобно вытерла слёзы, — Мы всем покажем, что беременную женщину не стоит скидывать со счетов!

— Простите, нэра… — У Влада натурально отвисла челюсть, — Вас кто-то откуда-то скинуть пытался? Поэтому вам так больно говорить о вашей семье? Это был кто-то из них?!

Несколько минут я пыталась сообразить — о чём говорит Влад.

А потом просто сложилась от смеха.

— Простите, нэр, — Я с трудом успокаивалась. Ещё и икота напала. — Никто меня не скидывал… это просто такое выражение. Фигура речи… А слёзы — от того, что меня никто всерьёз не воспринимает. Вот сейчас — я уверена — мои родные и подруги, вместе со своими супругами защищают нас всех. Насмерть стоят. А я… тут как крыса сижу!

— Нэээра! Не знаю что за животное — крыса… Но вы — будущая мама! Вы — носите наше будущее! Вас надо беречь! Особенно вас! Потому что вы — даёте НАДЕЖДУ на то, что всё будет хорошо!

— И вы — туда же! — Взвыла я.

— Да. Тут я полностью солидарен с вашими супругами, нэра! Таких жен надо беречь!

— Я вас сейчас покусаю!

В ответ, этот засранец, оттянул ворот больничной рубахи и подставил мне шею!

— Не стесняйтесь, нэра! Можете кусать и рвать. Я буду только рад, если после этого вам немного полегчает!

А вот сейчас я действительно захотела УБИТЬ!

Причём убить — с особым цинизмом!

Но только не ни в чем не повинного Влада и, как ни странно, не моих родных и друзей.

Я хотела убить своими руками этих гадов-вампиров.

Гады! Как есть — мерзайшие гады! Это из-за них сейчас гибнут тысячи разумных!

Зная Наказующего и командора, могу уверено сказать — если бы вампирюги вместо интриг и вынашивания агрессивных планов просто начали переговоры, то их бы не только выслушали, но и помогли. А так — своими действиями они только восстановили против себя все расы Содружества и дружественных к нему государств. Могу утверждать, что сейчас больше девяноста процентов умов Торговой Федерации работают на нашу победу! Они только-только перестали быть государством пиратов и маньяков. Только начали входить во вкус легальной, почти во всём, жизни и бизнеса. И вот — "здасссьте"! Ломается привычный уклад, им грозит разорение и вот это они просто так не допустят! То, что муж Саши выступил на нашей стороне — тоже многого стоит. Но сейчас моё сердце болело за детей, мужей и друзей.

Снова посмотрела на Влада. Он так и стоял, опустившись на одно колено и подставляя горло.

И я — вдруг умилилась! Не иначе беременность снова сделала меня сентиментальной.

"Какой же он милый! Вот… положа руку на сердце — кто-нибудь из Земных мужчин поступил бы так, чтобы успокоить чужую, беременную, нервную жену? Один из нескольких сотен тысяч! И то — не факт! Всё же рептилоиды — такие обходительные ребята! Надо спасать хороших парней!"

— Нера… — Влад скосил на меня глаза, — Я снова сделал что-то не так? Оскорбил вас?

— Нет. — Я поправила по-матерински ворот его рубахи, — Встаньте. Всё нормально. Я просто вспомнила свою родную планету. Ни один из знакомых мужчин так как вы не поступил бы.

— Но… — Влад явно растерялся, — Но… Почему?! Будущую мамочку надо беречь. Ей нельзя держать эмоции. Нельзя переживать. А с мужчины — не убудет. Одним шрамом больше…

— Вот насчет — не убудет, они у нас так и говорят! О нас. Женщинах. А многие просто бросают своих жен и беременных пдруг. Потому что не готовы стать отцами. Ответственности, опять же нести не хотят. Содержать семью… Ну и капризы беременных считают дурью и не хотят терпеть.

По мере того, как я говорила, глаза бедного парня становились всё больше и больше.

— Но… так же нельзя! Даже не беременная самочка может покапризничать. Ничего плохого в этом нет. Если только она не перестаёт быть адекватной. А уж беременную женщину можно и нужно баловАть, и заботиться, и не давать нервничать.

— Да… появись вы и ваши парни на нашей планете… из-за вас бы женщины поединки устраивали… — Невесело усмехнулась я, замечая что снова накатывает усталость и слабость.

Наблюдательный Влад это заметил:

— Нэра, прилягте… я буду тут… рядом… закройте глаза и дышите… Спокойно и размерено.

Что я и сделала…

Лега и послушно сопела, прикрыв глаза.

— Что с объектом? — Даже не открывая глаза я поняла — вездесущие нервные щупальца и тут появились.

— Не знаю… Нэре нехорошо… Слабость… — Ответил парень, в голосе которого слышна была искренняя тревога за меня.

Щупальце бесцеремонно присосалось к запястью.

— У нэры многоплодная беременность. — Констатировал биомедик, а я едва не разрыдалась.

— Как… снова многоплодная… — Совсем без сил прошептала я.

— Да. Предыдущая беременность тоже была многоплодной и разнорасовой? — Продолжил опрос механический акушер-гинеколог.

— Да.

— Кто сейчас отцы? Какие расы?

— Я была уверена, что у меня сейчас беременность только от наагата… больше я ни с кем… из супругов…

— У нэры второй плод неизвестной расы. — Спокойно прошелестел механический доктор.

— Но этого быть НЕ МОЖЕТ! — Я всё-таки сорвалась, подскакивая на кровати и заливаясь слезами.

— И тем не менее — это так. — Щупальце держалось спокойно и не торопилось истерить. Видимо его где-то раскопали нервные собратья. Видимо, когда-то давно именно он лечил нервных и беременных дам.

Механический доктор изящно, изогнувшсь в виде английской буквы S, тихо покачивался… словно кобра перед броском.

Мы с Владом молча ждали…

— В нашей Базе данных нет носителей такого набора генов. — Наконец отмер механический генетик.

— Повторяю. — Я старалась держать себя в руках. Но осознание того, что меня кто-то "наградил" ещё одним малышом, причём так, что я этого как-то не заметила… это несколько нервировало. — У меня был половой контакт только с моим мужем. С ОДНИМ моим мужем. Потому, что ему нужен наследник! И другие мужья его в этом поддерживали.

Механическая пьявка снова, неуловимым броском, присосалась к руке..

— Вы сейчас из меня всю кровь высосите! — Возмутилась я.

Механизм меня просто проигнорировал.

Когда он, наконец-то, отлепился от запястья — там угрожающе багровел наливающийся цветом синяк.

И — снова — замер буквой "ЗЮ".

— Вам больно? — Влад невесомо провёл подушечками пальцев вокруг гематомы.

— Хуже бывало, — Отмахнулась я.

— Это безобразие! — Парень от души врезал кулаком по полу, — Вы слышите меня?! Беременой самочке сейчас ваш мехдок причинил боль!

И уже через минуту мы были окружены нервными сородичами механического гинеколога. Они наперебой, очень нежно, обработали запястья зеленоватой жидкостью, приятно пахнущей морозной ёлкой. Напоили вкусным напитком, который я про себя назвала "охлаждёным персиковым соком". Обдували пораженные места прохладным воздухом. В общем — старались — как могли.

А гадкий "женский доктор" всё так же продолжал покачиваться в трансе.

Но вот он отмер:

— Ваш второй плод напоминает искусственное подселение оплодотворённой клетки. Носитель с мужской стороны… — Робот снова замолчал, словно никак не мог произнести нечто крамольное. — Носитель с мужской стороны… не может быть отцом… но он отец странного гибрида. — Выдал-таки свой невроятный вердикт механический врач.

— Этого не может быть! — Чувствуя накатывающую истерику с моей стороны, остальные чуткие щупальца сбились в нервный пучок, — Как можно подсадить мне эмбрион так, чтобы я этого не заметила?

— Всему есть объяснение. — Не уступал гинеколог, — Надо только понять алгоритм. — Он снова покачался и добил меня, — Вот ещё одна странность. Отец эмбриона не живой!

— Это как?! — Мда… скоро и у Влада начнётся истерика. — Такого не может быть!

— Да. С нашей точки зрения мёртвые… в нашем понимании… организмы… не могут породить новую жизнь. Но он её породил. Думаю, тут надо просто взглянуть на проблему с иного, не привычного нам ракурса.

— Ну так взгляните! — Парень едва не кричал.

— Для этого надо усомниться в тех постулатах, на которых зиждется наука. — Механический врач снова покачался.

— Так усомнитесь! — Молодец, Влад!. Я бы не смогла дожать этого доктора.

— Если усомниться, это нарушит алгоритм работы.

Замкнутый круг получается!

— И что?! Ну сгоришь ты — и что?! — Влад конкретно разозлилися. — Починим!

— Я настолько уникален, насколько не уникальны эти премитивные! — Выдал механический сноб, мотнув предполагаемой головой в сторону импульсивных сородичей.

— Зато они — чуткие. А не черствые сухари, как вы! — Мне стало обидно за чуткие щупальца. — И они очень хорошо выполняют свою работу! Чего не скажешь о вас!

"Женский доктор" вытянулся струной, но тут уж я была неудержима:

— Вы нарушили своими действиями кучу законов, непреложных для искусственных организмов! Я не удивлена тому факту, что вас не хотели выводить из стазиса!

— Меня создавали для решения не тривиальных задач! Только я обладаю уникальными допусками к запретным исследованиям моих создателей и умением сберечь жизнь и самочки и её плода! Независмо от расы её и отца плода! — Ого! Механический сноб с таким пафосом это объявил, что мне очень захотелось нашинковать его как салями.

С трудом сдерживая раздражение, собиралась уже в резкой и грубой форме дать отповедь зарвавшемуся роботу, как вдруг…

Вдруг до меня дошло…

Ага… как до жирафа, но лучше так, чем вообще — никак!

А дошло до меня следующее — я ведь встречалась уже с двумя представителями не живых!

— Что вы знаете о вампирах?! — Я сама не заметила, как вскочила и, подойдя к "кобрястому" гинекологу, сгребла его неожиданно-мягкое тельце:

— ЧТО? ТЫ? ЗНАЕШЬ? О? ВАМПИРАХ? — Тряся растерявшегося сноба, словно садовый шланг, шипела я как взбешеная гадюка. — Это ведь они — не живые, не мёртвые? Ну! Говори!?

Судя по нехорошему взгляду Влада — он в любое время готов был мне помочь.

— Засекречено… — Слабо трепыхаясь, шипел этот червяк.

— Приказываю! Говори! Я, супруга Наказующего и Наследника наагатской империи приказываю тебе ответить на мои вопросы!

У бедного Влада снова отвалилась челюсть.

— Нельссссяяя… — Держался упёртый "женский доктор".

И тут кто-то сильный отобрал у меня сноба и аккуратно развернул лицом к себе.

Это был тот самый бионик… который тут за главного.

— Нэра, никому нальзя знать — кто вы. — Ровно сообщил синтетический организм, таращась на меня нереально красивыми глазами. — Вашему компаньону придётся зачистить память.

— Я запрещаю вам это! Он — моё доверенное лицо! Вы лучше прикажите своему… доктору-гинекологу рассказать мне — кто отец одного из моих будущих детей. И какие неприятности мне ждать? В плане здоровья? Вообще — жизни? Что, если оно меня убьёт?! А то и поработит меня и я буду марионеткой? Ну? Что вы молчите?

— Расскажи нэре — что ей ждать! — Бионик повернул идеальное лицо к подобострастно согнувшемуся гинекологу. — Нэра, прошу вас — присядьте.

Я, с помощью Влада сделала на "ватных" ногах несколько шагов и рухнула на койку.

Щупальце-сноб, вытянувшись словно солдат-первогодок при виде патруля, начал излагать…

По мере его рассказа — не только у меня волосы на голове зашевелились как змеи Медузы-Горгоны.

А суть вот в чём…

Оказывается, Древние создатели уникальной Базы, на которой мы сейчас находились — были Исследователями и учеными. Именно так. С большой буквы! Они познавали материю, им нравилось Созидать. Так же они любили прогнозировать эволюционный путь на той или иной планете. Многие так увлекались наблюдением и так очаровывались аборигенами, что решали навсегда остаться на облюбованной планете. Одни становились Богами. Другие — просто наслаждались Творчеством. Поэтому на некоторых планетах до сих пор можно найти их потомков.

Но были и Учёные-Собиратели. Им всегда было мало Знаний. И они начинали запускать по определённым маршрутам автоматичекие исследовательские станции. Которые возвращались на Центральную Базу из дальних странствий с новыми материалами. И не всегда эти материалы были безопасны.

Один из кораблей нашел новую, странную расу. В таком месте, где Жизнь в нашем понимании — не могла существовать априори. Эти разумные были НЕ Живыми. Но и мёртвыми они не были тоже…

Учёные с азартом принялись за изучение уникальной Жизни.

А вампиры, тем временем, "протоптали" себе дорожку к некоторым планетам. На многих, к примеру — на Земле, они поначалу чувствовали себя Тёмными Богами. А где-то так распоясались, что почти уничтожили всё население.

Когда Собиратели поняли — КАКУЮ страшную расу они выпустили из места, где та находилась в изоляции — у них оставался только один выход. ВОЙНА!

И Собиратели сделали ВСЁ для того, чтобы спасти миллиарды невинных и беззащитных от бежалостных НЕ Живых. Но и сами почти все погибли. Предварительно законсервировав Исследовательские Базы.

И вот, настало время обнародовать страшные знания о вампирах и методах борьбы с ними. Потому что они снова нашли лазейку из места своего заключения. И не только нашли… но и подмяли под себя порождения тех планет и галактик, где не может жить обычный разумный.

— Это всё хорошо… — После рассказа меня охватила такая безнадёга — хоть на луну вой! — А как во мне появился эмбрион? И что от него ждать?!

— У этого эмбриона может быть два сценария развития. Чтобы поставить более точный прогноз — мне надо взять физиологическую жидкость непосредственно из плодового яйца.

— Берите! — Нервы у меня совсем не держали.

— Тогда нам надо переместиться в изолированный лабораторный отсек. — Решил бионик.

Скользнув ко мне, он подхватил меня на руки и рванул из зала. Влад на гравиплатформочке едва успевал за нами.

Спустя пару часов я откинула голову на твёрдую подушечку и попыталась перевести дыхание.

Нет. Больно мне не делали. Но и не говорили ничего.

Однако, судя по едва уловимым эманациям — моё дело было — мягко говоря — "хреновое".

Влад же, замерший с самого начала рядом с кушеткой, вообще превратился в статую.

Никто из нас не торопился нарушить могильную тишину лаборатории.

— Всё не так плохо, как я предполагал, — Сноб-гинеколог выпростался из пола, куда он нырнул после получения аж семнадцати проб. — С большой долей вероятности могу предположить, что этот эмбрион не хочет и не будет вам вредить. Даже если на него будет давить его старший родич.

— Это радует… Хотя… Странно всё… — Я вдохнула-выдохнула, чувствуя как меня развозит после стольких часов невыносимого напряжения, — Что вредить не будет — это замечательно. Но вы не ответили на мой первый вопрос…

— Сейчас я готов ответить. Если вы дадите слово не впадать в истерику.

— Я даю слово, что не буду впадать в истерику, что бы вы мне не рассказали. — Ровно ответила я, хоть у самой было острое желание придушить этот вредный вырост.

— Так вот… Вы явно встречались с вампирами.

— Да. Сразу с двумя. — Подтвердила я, не понимая — в чём фокус.

— Один из ваших эмбрионов, в результате… нескольких причин… почти-умер… и это было как раз до встречи с вампирами…

У меня было такое чувство, что вся кровь куда-то делась…

А бездушный женский доктор продолжал:

— Мы до сих пор не выяснили — как вампиры продолжают свой род. В вашем случае я могу лишь озвучить гипотезу. Если вы настаиваете.

— Настаиваю… — Едва двигая онемевшими губами, прошелестела я.

— Один плод расстался с жизнью. Вампиры очень хорошо чувствуют этот момент. Когда жизнь-почти-ушла. И именно в этот момент они повторно оплодотворяют погибающий эмбрион. Как это происходит… точно… мы не знаем. Можем только предполагать, что они перемещают своего носителя в гибнущий плод. Когда плод жив, его вампиры оплодотворить повторно не могут. Тут важно подгадать с точностью до милисекунды.

— Мой малыш… — Я автоматически положила руки на живот, закрывая моих деток от реалий мира.

— Мне жаль, нэра. Но такова жизнь. — Бионик проследил взглядом за моими руками.

— Плод будем извлекать?! — Деловито осведомился женский доктор, — Это лучше сделать как можно раньше. И не беспокойтесь, нэра. Второму плоду мы не навредим. Напротив, мы будем действовать на упреждение. Мало ли какие особенности в развитии этой формы жизни.

— НИ… ЗА… ЧТО! — Отчеканила я.

— Иного ответа я от вас и не ожидал. — Спокойно ответил бионик.

— Нэра… вы — героическая женщина! — Обожание во взгляде Влада сменилось на фанатичную восторженность.

— Нэра! Это не обсуждается! — Взвился гинеколог.

— Предупреждаю! Если хоть кто-нибудь… хоть в мыслях… посмеет подумать о том, чтобы причинить вред моим детям… Я за себя не отвечаю!

— Богиня! — Выдохнул рептилоид.

— Вы хорошо подумали? — Уточнил бионик.

— Вы — смертница! — Проявил-таки эмоции снобистый гинеколог.

— А вы труп! Или как там говорят об уничтоженных биороботах?

— Нэра. Вы кощунствуете! — Возмутилось самовлюблённое щупальце.

— Я даже ещё не начинала, — Улыбнувшись так, что даже вампиры бы икать начали, я привстала с кушетки, — Я вам сейчас покажу — что такое НАСТОЯЩЕЕ кощунство!

— Нэра, — Бионик мягко обнял меня, возвращая назад, на кушетку, — Вам не надо так реагировать на мнение эсслипа.

— А вы что себе позволяете!? — Напустилась на ни в чем не повинного бионика.

— Простите, нэра. Я не позволил ничего оскорбительного в отношении вас.

— Позволили! — Не уступала я.

— Что именно? — Искренне недоумевал он.

— Вы позволили своему… этому… как его …

— Эсслипу… — Подсказал тихий, как мышонок, Влад.

— Эсслипу… вы ему поволили прервать беременность… у меня! То есть … позволили решить, что он смеет мне это предложить!

— Нет. Это не так. — Бионик был мягок и безукоризненно вежлив, — Всё в рамках дозволенного. Любой врач обязан вам предложить выбор.

— Убить дитя не дам! — Окрысилась я.

— Нэра… простите. Понимаю — вам очень больно. Но один ваш малыш — УЖЕ МЁРТВ! И никто не знает — что произойдёт, когда он начнёт активно расти и развиваться. Не навредит ли это второму малышу? Я предлагаю вам побыть в нашем Центре. Мы будем начеку. И всегда сможем хотя бы попытаться спасти вас и вашего ЖИВОГО малыша.

— Я собиралась помочь нэру Владу…

— Если речь идёт о формировании отряда из его соплемеников, то это тоже можно сделать здесь. — Похоже Бионик не хотел отпускать меня отсюда…

А ещё — понятно, что ВСЕ мои разговоры — слушаются. Не понятно только — кому передаются!

Хреново…

Но, будем работать с тем, что есть.

И Влад вроде бы не против. Вон как глазки засверкали, стоило упомянуть об организации отряда!

— В таком случае вы позволите мне выйти на контакт с кем-нибудь из родных или друзей?

— Простите, нэра, — Бионик низко склонился и продолжил, — Я имею чёткие указания ни при кких обстоятельствах не допускать контакт вас с мужьями, опекунами и друзьями. За ними следят и стоило огромных усилий сохранить в тайне ваше место нахождения. Ради этого корабль, с которого вас переместили сюда был уничтожен… вместе со всеми, кто там был. Это война, нэра. Война на выживание нашего мира.

Оглушенная этим сообщением я даже не знала — что сказать. В голове было пусто, словно в размороженном холодильнике.

Влад сочувственно вздохнул:

— Если позволите… нэра..?

— А..? Говорите… — С трудом произнесли я сглатывая комок в горле.

— Насколько я знаю… по рассказам о нынешнем Наказующем… может быть вам станет легче… он не послал бы своих бойцов на смерть не поговорив с каждым отдельно… Это или не его инициатива, а Приказ Императора… или… бойцы САМИ вызвались вас сопровождать. Зная — что с ними будет!

— Но как же…?! — Мне стало так горько… — Я не достойна этого! Чтобы из-за меня!? Просто так!? На верную смерть!?

Истерика плавно набирала обороты.

Чуткие щупальца… как их… эсслипы… Выросли из пола и ласково шипя и обдувая моё зарёванное лицо, ластились к ногам.

Какие они, всё-таки, лАпушки!

— Раз так поступили, значит вы очень важны! — Непререкаемо отрезал Бионик. — Вам нельзя волноваться.

Вложенный в его слова смысл я поняла только тогда, когда почувствовала, что засыпаю.

— Вы мне… за это… ответите… — С трудом двигая немеющими губами, прошипела я.

— Я всегда отвечаю за всё, что выполня….

Более — ничего не слышала, провалившись в чернуюрыхлую темноту.

Вам приходилось просыпаться с острым желанием поквитаться с некоей определённой личностью?

Если нет, то вы меня не поймёте!

Правда, проведя ревизию проступков моих близких, я даже удивилась своей кровожадности. Потому что таких личностей, неожиданно, оказалось довольно много. Немного полежав и пофантазировав на тему — каааак я их буду садировать, успокоилась и даже повеселела. Всё же "мстя", особенно её вооброжаемое смакование — она как ничто другое улучшает настроение и самочувствие. И пусть месть была только в фантазиях! Всё равно — приятно!

"Но, пора и честь знать!" — Организм, проснувшись, тут же потребовал соблюдение и его прав.

Потянулась, сладко зевая и открыла глазки новому дню!

"Ага! Наивная! Где тот день?! С моим-то везением?!" — Возмутилась моя рациональная половинка.

Действительно…

Я, снова лежала в кроватке…

В своей комнате… гм… то есть в зале, который как бы комната.

Естественные надобности беременного организма надавили на меня в прямом и переносном смысле.

Дабы не случилось срама, резво потрусила в санблок, игнорируя мельтешащую вокруг меня гравиплатформочку и нарастающую резь в мочевом пузыре.

Добравшись до вожделенной комнаты — забыла обо всём на час. Ибо ровно столько времени я занималась своим организмом. Сильно возмущённым моим безответственным бездействием.

После, с видом скорбящей Императрицы, водрузила себя на платформочку и повелела ехать в столовую. Потому как не все обязанности перед своим организмом выполнила.

А полумер я не люблю.

В тихом, тёмном, гулком коридоре мы оказались одни…

Хихикнула потихоньку:

— Вот и снова те же грабли! Снова мой организм вышел из принудительного сна намного раньше ожидаемого времени. Интересно… кого мне за это благодарить? Не одного ли из моих малышей? А, детки? — Я погладила животик, одной рукой сильнее прижимаясь к тому месту, где было немного прохладнее. — Я никому не дам вам навредить.

В голову пришла не совсем приятная мысль.

"Как малыш может расти и развиваться, если он… НЕ живой?! НЕ живое может только разлагаться…? Или нет?! Дааа… задал ты всем задачку, малыш! Но я всё равно люблю тебя. Ты только расти умненьким и послушным. И не смей вредить нашим родным и друзьям! И слушаться плохих дядей не смей, даже если они одной с тобой расы! Ты понял меня, сын?!"

В ответ, в животе что-то дрогнуло.

Сын ответил…

И надо бы радоваться…

Только меня, почему-то пробил холодный пот. И ноги стали непослушными.

Во всяком случае, я даже пересесть с платформочки на стул не смогла. Так и осталась сидеть… ожидая еду.

Вопреки ожиданиям, вместо гадкого эсслипа-гинеколога мною занялся… видимо — дежурный эсслип.

Он осторожно прилип к запястью и быстро отстранился.

Несколькими минутами позже на столе появилась еда. Я ела, настолько погрузившись в раздумья, что не замечала ни вкуса, ни запаха.

Завершиив с едой, собралась уже отдавать команду платформочке, как вдруг… начиная с живота, по всему телу пробежала неприятная дрожь…

"ОПАСНОСТЬ!" — Буквально взвыли все инстинкты.

Мой взгляд, панически заметался по пустынной столовой, ища и не находя места, где можно было спрятаться.

Соскользнув с гравиплатформочки, прижала её к себе, как родную.

— Милая! Сейчас меня идут убивать! Где здесь спрятаться можно!? Помогай, дорогая! Скорее!

Платформочка, словно живая, взвилась в воздух поднимая за собой и болтающуюся меня. И рванула к пилястрам колонн под потолком. Втянув меня, легла сверху, закрывая собой. Я же, смогла уместиться в выдолбленной выемке, только обвившись колечком вокруг колонны.

Мы затаились, стараясь слиться с камнем и поверхностно дыша.

Некоторое время ничего не происходило.

Интуиция не успокаивалась.

Я сама стала камнем… ни мыслей, ни движения…

Секунды сливались в минуты, а ничего не происходило.

Но, наконец, моё терпение было вознаграждено.

Почти неслышные, невесомые шаги, я едва расслышала.

— Где она?! — Шелестящий голос незнакомого существа, разнёсся по пустой столовой и словно током прошил натянутые нервы. — Она направилась в эту часть Базы.

— Мы не могли близко к ней приближаться, мой господин. Эсслипы слишком чуткие…

— У вас есть вариаторы эмоций. Эсслипы считывают эмоции и только так отличают НЕживое от живого.

— Биороботы эволюционируют. Они начали выявлять нас и с вариаторами. — Возразил "Шелестящему" "Почтительный" голос.

— Ерунда.

— Старший бионик отправил куда-то целый отряд наших бойцов, внедрёных с разными группами. Он лично отсортировал их и под видом необходимости проведения схожих процедур куда-то вывез. Связи с ним нет. Я уверен, что они уничтожены.

— Сотней бойцов больше, сотней меньше… Мне не интересна их судьба. Мне нужна ОНА. В ней удачно прижилась искра моего отпрыска. Его ПОСЛЕДНЯЯ искра. И его теперь тянет к ней. Если её сателлиты почувствуют это, то они смогут перетянуть моего отпрыска на свою сторону. И он будет вечно преданным псом этой мерзкой землянки.

— Тогда её надо уничтожить?

— Только поссссмей об этом ещё раз сссказать… Я тебя сссам развею… Мне она нужна живая и здоровая.

— Понял, мой господин.

— Тогда — почему ты ещё здесь?!

Снова тишина…

Мир для меня снова перестал существовать. Камню ведь всё равно!

"Где ты, воровка?" — Вопрос возник прямо в голове, — "Я ЗНАЮ — что ты меня слышишшшшь. Приходи немедленно сюда, ко мне. И я буду добр с тобой!"

"Ага. Сейчас! Уже бегу!" — Я не успела обуздать своё возмущение. Ответ сам собой возник в голове.

Но вампирюга, судя по всему, посчитал ответ не сарказмом, а желанием услужить.

"Где ты?" — Потребовал он.

Но я уже медитировала вовсю. Вспоминая струящуюся воду. Вспоминая, как иногда себя могла чувствовать водой.

— Дряяянь! — Жуткий шепот впивался в мозг острыми колючками.

Но я же вода! А воде наплевать на колючки!

Воображаемая стихия смывала напряжение, страх.

"Я — прозрачная, свободная, нежная… Сейчас я нежусь на солнце. Ветерок гладит меня, вызывая лёгкую рябь. Солнечные "зайчики" искрятся, отражаясь от меня. Отражая чуждую энергию… "

Так замедитировалась, что не заметила как заснула.

А разбудила меня платформочка.

Она нервно вибрировала, но все так же прикрывала сверху.

Хотела было погладить это милое биомеханическое чудо. Но, к своему ужасу, не смогла пошевелиться.

— Ох… чего это я… — Подавив панику, поняла что просто вся затекла.

Стиснув зубы, трепыхалась в каменных объятиях каменного цветка. Наградой за настырность были толпы больнючих мурашков, оккупировавших всю меня. Воодушевлённая — удвоила старание.

Когда конечности более или менее стали слушаться непутёвую хозяйку, осторожно выглянула в прорезь каменного кружева.

Так вот откуда взялся тот невнятный, неясный шум!

Во всегда такой тихой столовой, стоял гул голосов. Выздоравливающие эмоционально переговаривались друг с другом, обсуждая сразу несколько новостей.

Я прислушалась.

На первом месте, как и следовало ожидать, было война и новости с фронта.

С этой новостью соперничало шокирующее известие о том, что под видом раненых бойцов к нам прокрались лазутчики вампиров. Как оказалось — их намеренно сильно покалечили, не очень заботясь — выживут ли они все. Я так понимаю — для достоверности. Не совсем понятно было то — КАК вампы подменили наших раненых на своих? И где эти подменённые? С этим сейчас разбирались спецы из Службы Внутреннего Охранения. Все дружно хвалили Старшего Бионика. Именно он как-то смог выявить и обезвредить шпионов-диверсантов.

Третьей новостью, будоражащей умы выздоравливающих бойцов была… я!

Точнее то, что в госпитале была женщина, пострадавшая от войны. И куда-то исчезнувшая в ночь проведения операции по обезвреживанию засланцев.

— Эсслипы знают каждый сантиметр этой Базы! Но они утверждают, что её тут нет! — Негодовал один из бойцов, — Значит её убили! Твари! Маленькую, тихую, слабую беременную самочку!

— А может она с вампами заодно…? — Нерешительно предположил его оппонент.

Но бойцы это парня едва не побили.

Пока эсслипы разнимали конфликт, я задумалась над очень важным вопросом: "Что делать!?"

Это что же получалось?

Пока я сижу наверху, меня даже эсслипы найти не могут?

Угу… значит им доступны только стены и пол…

Мдааа… нельзя раскрывать такое отличное место!

Вывод — я сижу тут тихо. До ночи. Ночью я тихо спускаюсь и сразу разыскиваю Старшего штурмовика.

Только кушать очень хочется! Нас тут трое! И двое из нас — интенсивно растут. А тут ещё и в туалет захотелось, сил нет. И холодно как-то стало.

Корчусь я в этом каменном цветке, сопя и размазывая злые, голодные слёзы…

Гравиплатформочка. осторожно потыкавшись мне в плечо и не дождавшись иной реакции, кроме усиления слезотока, вдруг… улетела!

От такой подлости я икнула, потирая покрытые мурашками, озябшие руки.

"Всё равно — не сдамся!" — Мстительно решила я, — " В крайнем случае… ведь можно и тут… пописать.." — С тоской посмотрела на "донышко" каменного цветка. — "И как я буду тут… гадить..?!"

Потому что иначе назвать факт кощунства, который я собралась сделать, язык не поворачивался.

Решившись, аккуратно приподняла подол больничной рубахи…

И под мой голый зад поднырнула взявшаяся из ниоткуда платформочка.

Сижу на тёплой, гладкой поверхности, а мочевой пузыть стремительно опорожняется, благодаря меня утихающими спазмами.

"Мамочки! Стыдно-то как! Бедная платформочка!"

А биологический механизм плавно опустил меня на "пол" и выскользнул… такой же чистенький, как обычно. Зависнув напротив лица, платформочка нетерпеливо "попрыгала".

"Охх…" — Только и смогла я сказать. В механических "клешнях" были зажати утрамбованные в плотный комок — подушка и тёплое покрывало.

— Спасибо, милая ты моя! — Забота бездушного, казалось бы, робота, растрогала до слёз.

Укутавшись в плед и умостившись на подушке, благодушно задремала.

"Голодом меня не возьмешь. Поем ночью. Платформочка у меня умненькая. Еду принесёт!"

Есть в первом триместре беременности и свои плюсы. А именно — постоянное желание спать. Где угодно. Как угодно. На чём угодно. Вот и теперь — желание поспать перевесило голод. Даже самооценку подняло немного.

В коконе из мягкого одеяла и подушки было тепло и уютно.

Я дремала, набираясь сил. Назло всем врагам… ну и не врагам — тоже!

Платформочка появилась, когда вокруг все уже стали засыпать.

В столовой едва теплилось дежурное освещение.

Моя милая био-робочка плавно опустилась внутрь. Сверху, плотно прижатое гибкими фиксаторами, стояло блюдо накрытое колпаком. Быстрое движение, и тяжеленное блюдо — уже в моих руках.

Открываю с опаской и… едва не захлёбываюсь слюной. Тут и запечёная рыбка с картошечкой, и крупно порезанные овощи, и пирог с ягодами и квадратная ёмкость с трубочкой. Полная горячего чая!

Съела я всё это богатство за пять минут.

Облокотившись на подушку, неторопливо, с наслаждением, потягивала чай.

Выпив, вернула ёмкось к остальной посуде.

Платформочка исчезла, чтобы появиться снова буквально через минуту. Она кружила вокруг меня, нервно "подпрыгивая".

— Постой, — Я положила руку на тёплую, гладкую поверхность. Био-робочка мгновенно замерла, буквально прилипнув к моей ладошке. — Враги все обезврежены?

Робочка нервно дёрнулась.

— Я правильно понимаю? Не все?

Снова дёрганое движение.

— Яяяясссно… — Вздохнув, погладила свой животик, — Как считаешь… сегодня ещё одну ночку тут переночевать!?

Искусственное создание "боднуло" ладошку.

— Тааак… Не нашли, значит, главного злодея…

Снова "бодание" ладошки.

— А ты знаешь — где враги могут быть?

Дёрганое движение.

— Не знаешь, значит… ну и ладно… Нам, женщинам и детям, не с руки во главе атаки… на лихом коне… кхе… то есть — на крутом челноке.

— Вот вы где, нэра.

От вежливого, тихого голоса Старшего Бионика, меня едва "кондрашка" не хватила.

Целую минуту, икая от шока, я таращилась на него. Восседавшего верхом на такой же гравиплатформе, как у меня.

— Вы… ик… смерти моей ик… хотите?!

— Чем я вас так испугал?

— Разве можно к… ик… беззащи…ик… тной женщине… ик-ик… подкрадываватьикся?!

— Центр управления встревожен вашим исчезновением. Вы мастер маскировки, нэра. От кого вы тут прячетесь?

— А вы не знаете?!

— Я могу предположить. Но зачем?! Если проще вас спросить.

— Аааа… вот так, значит!? — Я начала тихо сатанеть, — Проще спросить, да?!

— Да. — Простодушно согласился ничего не подозревающий бионик.

— Угу… А почему вы мне не сказали, что я подвергаюсь смертельной опасности, находясь на этой Базе?! Что тут вампиров больше, чем мух на помойке!? Что вы сами целый отряд выявили?! Вы хоть знаете, что меня похитить хотят?! Из-за моего малыша?! И что вы сделали, чтобы я была в безопасности?! НИ-ЧЕ-ГО! Всё! Буду до "морковкиного заговения" сидеть тут, на столбе! И я требую выдать мне оружие! Буду отстреливаться. Раз больше не на кого надеяться! Всё сама! Ужас!

Моя платформочка снова "боднула" меня. На этот раз — в плечо.

— Нет, милая. — Я погладила по тёплой, гладкой поверхности. — Ты — единственная, кто меня спасал. А вы, — Я злобно посмотрела на Старшего Бионика, — Марш отсюда! Вы меня рассекречиваете!

— Не смею вам мешать. — Главгад неслышно исчез в темноте.

— Нет, ты видела?! — Я обратилась к платформочке, снова солидарно "боднувшей" меня в плечо, — Видела?! Он просто смылся! Не извинился. Не предложил свой вариант защиты. Просто — сбежал! Гад! Не будь он биоником, я бы подумала, что он переметнулся к врагам.

— Вы неправы. — Бионик снова возник из темноты.

— Вы смерти моей хотите?! — Прижав руку к бешено застучавшему сердцу, возмутилась я.

— Главный Закон для роботов и искусственных организмов — никак не вредить живым.

— Судя по тому, что вы вытворяете — вы этот главный Закон нагло нарушаете! Причём — с завидным постоянством!

— Нэра. Вы сами отдали мне приказ уйти.

— А вы и рады стараться! Чтобы избежать ответственности!

— Нет. Синтетический организм не может испытывать эмоции. Но я могу ощущать дискомфорт от того, что не выполнил непреложные обязанности по поводу вверенной мне нэры.

— Вы с самого начала их не выполняли! Ваши предложения?! Как мне не дать себя украсть?!

— Центр работает над решением этой проблемы.

— Вы издеваетесь?!

— Нет. Издевательство категорически запрещено.

— Понятно. Значит глумитесь!?

— Простите, нэра. Я не знаю этого слова.

Закрыв глаза, прошипела:

— Триста тридцать три….

— Простите, нэра. Я не знаю как реагировать на озвученный вами код.

Глубоко вдохнув-выдохнув открыла глаза:

— Как вы собираетесь обеспечивать мою безопасность? И у кого я могу узнать — что с моими детьми?

— Я могу вам ответить на оба вопроса. Ваши дети находятся под охраной. Надёжной охраной. Вместе с детьми Поводыря Афаи.

Я впечатлилась…

— Что касается вашей безопасности, то я лично буду вас охранять.

— Да что вы можете противопоставить вампирам!?

— Прошу вас, нэра. Доверьтесь моим Создателям. Я — бионик-телохранитель с расширенным функционалом.

— Это что значит?

— Это значит, что я, кроме основной специализации, имею навыки управляющего, врача и дознавателя. С допуском ко всем архивам. Вы позволите помочь вам спуститься с колонны? С этой минуты я неотлучно буду рядом с вами.

— Я сильно сомневаюсь в вашей компетенции. Но так и быть — посмотрю на что вы сгодитесь!

Но, только бионик наклонился вперёд с намерением, я так думаю, подхватить меня на руки, между нами встfла моя няшная гравиплатформочка.

Ну, как встала…

Между нами возникло НЕЧТО… Ощетиненое каким-то оружием.

— Воооо-оот! Вот — доказательство вашей некомпетентности! — Не преминула я уязвить опешившего… именно опешившего Старшего Бионика, — Вам даже организм, который априори должен подчиняться меня не хочет доверить! Иди сюда, милая… Ты сама меня отсюда сними…

Моя Няшечка, тут же вернув себе мирный вид, поднырнула под попу. Осторожно подняла, удерживая гибкими фиксаторами.

— Моё ж ты солнышко… — Растрогалась я, поглаживая фиксатор.

Вот — честное слово — платформочка тихо заурчала!

Мы с ней, не торопясь, опустились вниз.

— Ну и сколько мы вас ждать будем?! — Сварливо осведомилась я, подняв голову к потолку, где неподвижно висел бионик, — Пока на меня вамп… враги не накинутся?!

Бионик лихо спланировал вниз:

— Прошу следовать за мной, нэра.

"Ого! Мне кажется, или в его голосе появились эмоции?! И совсем не дружелюбные!"

Мы, бесшумно куда-то летели. Порой навстречу нам попадались движущиеся объекты. Скорее всего — дежурные роботы.

А база, действительно, была огромной по территорри.

Так и хотелось попросить лететь помедленнее, чтобы рассмотреть всё в подробностях. Но это сейчас было невозможно. Насколько я понимала — сейчас мы с биоником представляем некий патруль, контролирующий работу обслуживающих механизмов. А это значит, что нельзя говорить. И вообще — надо поумерить эмоции.

Бионик резко "притормозил" перед очередным поворотом. Не будь я зафиксирована — слетела бы как пушинка.

Резкий поворот. И мы шустро ныряем в приоткрывшуюся потайную дверь. А из двери, вместо нас, вылетают две гравиплатформы и быстро летят по узкому и какому-то кривому коридору куда-то в темноту.

Мда…. теперь понятны наши манёвры! Вывод однозначен — за всеми следят и никто ни в чём не уверен.

Но эти выводы я не стала озвучивать.

А мы по прежнему куда-то летели. Правда, не так быстро как прежде.

Но быстро вряд ли бы получилось.

Во-первых — было довольно темно.

Во-вторых — мы двигались по лабиринту. В котором стены лишь слегка светились призрачно-серым светом.

Неприятное ощущение, надо сказать.

После — дцатого поворота я окончательно утратила понимание — где мы.

Мы долго кружили по безумному многоуровневому лабиринту. То поднимаясь вверх. То протискиваясь между нагромождениями балок. То спускаясь вниз.

Зигзагами. По спирали. Или просто — штопором…

Поплутав ещё некоторое время, вылетели из сумасшедшего переплетения стен и поверхностей на свободное пространство в которое выходило три двери.

Так же молча, бионик подлетел к той, что правее и сосредоточенно набрал длиннющую комбинацию цифр и каких-то знаков. Тут же открылся провал в непроницаемую темноту.

Мда… и что меня ждёт там..?

Буду надеяться на лушее.

Внутри было… темно. Прохладно и сухо.

Понятия не имею — КАК ориентировались тут наши транспортные средства. Лично я чувствовала себя слепой, как крот!

Но мы двигались вперёд уверенно, хоть и неторопливо.

— Для меня честь встретить Атею одного из самых умных наагатов. — Холодным ветром обдали сознание слолва сказанные "мёртвым" механическим голосом.

Вокруг, постепенно, становилось светлее.

— Милосердныз звёзд. Как я понимаю, вы и есть тот самый Центр. Который руководит всей этой Базой?

— Я вам не нравлюсь!

— Не хочу придираться, но с моей точки зрения — нравитесь вы мне, или нет — вряд ли вас беспокоит.

— Живые предпочитают доверять и общаться с тем, кто им нравится.

— И снова я с вами не согласна. Общаться и уважать можно и того, кто не нравится. Если ты объективен.

— Но вы будете ощущать дискомфорт.

— Дискомфорт можно ощущать и в присутствии того, кто очень нравится.

— С вами интересно общаться.

— Благодарю вас за столь высокую оценку. — Ввязавшись в словестную дуэль с Иксиным Базы, я рассматривала место, куда попала не по своей воле.

Ну… что тут скажешь?

Примерно так я и представляла место нахождения инопланетного компьютерного "мозга".

Обширное помещение. Освещённое только цветными индикаторами. Верх-низ и стороны — терялись в сером сумраке. А в середине — вопреки законам тяготения, висела сфера. Диаметром — метров пять. От сферы, к стенам, тоже преливающимся весёлыми разноцветными огоньками, тянулись ниточки, нити, верёвки и канаты По которым суетливо носилась какая-то живность. Или НЕ живность. На нас никто, кроме Искина внимание не обратил.

— Зачем вы меня сюда привели? — Обратилась я к безучастному бионику.

Но ответил другой голос:

— Как оказалось, при анализе совокупной информации, вам опасно находиться вне этого помещения.

— Вы не можете выявить и обезвредить вампиров и их рабов?! Тогда о какой безопасности вы говорите?!

— Я дал допуск только одной живой особи.

— Но вампиры и их рабы — НЕ живые.

— Верно, умная нэра. Сюда может проникнуть только полностью СИНТЕТИЧЕСКИЙ организм, робот и одна строптивая ЖИВАЯ нэра. Остальные формы жизни успешно уничтожаются или получают серьёзные увечья.

— И много таких?!

— За одну декаду — более пяти тысяч.

"Охренеть! Больше ПЯТИ тысяч?! За десять дней?!…мы в полной жоп…!" — Полыхнула паническая мыслишка. Но я сумела обуздать себя.

— Почему, в таком случае, вы не расширите островок безопасности?!

— Мы работаем над этим, нэра. И надеемся, что и вы нам поможете в этом.

— Вот как?! И в чём будет заключаться моя помощь?

— Нам нужно исследовать ваш НЕ живой эмбрион.

Холодная злость опалила мозг. Отгоняя панику и включая равнодушный рассудок, отвечаю:

— Мой ответ на этот вопрос — НЕТ. Я не позволю причинить вред моим детям. В Кодексе Закона об Искусственных организмах первым пунктом идёт Закон, который запрещает роботам, бионикам и Искиным совершать и даже предполагать совершение любых действий, которые могут повлечь за собой смерть или увечье у живых.

— Ваш эмбрион НЕ живой, нэра!

"Ого! В равнодушном Искине прорезались эмоции?!"

— Но он и НЕ неживой! Докажите мне обратное и я рассмотрю ваш запрос!

"Хе-хе!" — Злорадно наблюдала за оживившимися огоньками и разливающемуся свечению, переходящему в красный спектр.

Страшно, почему-то не было. Была уверенность в том, что за мной решающее слово. И что я не могу себе позволить быть мямлей. В противостоянии с гигантским биомеханическим организмом я — априори была права. Потому что они создавались служить Живым. Ну… или условно живым.

Напряжение нарастало…

— Вы превысили время ожидания на мой запрос! — Хочу я, или не хочу, но надо показать что именно я тут — главная! — Если вы настолько устарели, что забыли и это обязательное правило, то обязаны уведомить о неисправности ближайший Технический Центр. И запросить прибытие Ремонтного отряда. Иначе ваши системные ошибки, накапливаясь, могут привести к катастрофе и многим смертям.

Мне было страшно. Где-то, в глубине души, слабая Земляночка сжималась в комочек, вздрагивая от каждого слова, брошенного Искину. Но иначе было нельзя.

И мой риск оправдался.

— Ответ на запрос — "Невозможно доказать обратное". При любом вмешательстве вероятность того, что пострадают два живых организма, выше семидесяти процентов. Согласно "Директиве о безопасности" — начата профилактическая проверка всех систем на программные и текущие ошибки. Функционирование подконтрольной базы передано резервному Искину на мобильном носителе. До завершение всех процедур — на пять дней.

Цвет почти всех огоньков сменился на синий. Ритмично пульсирующих в одном ритме.

— Нэра, пока не завершится проверка и перезагрузка защитный контур не выпустит вас из Центра управления. — Ожил Старший бионик.

— А как же раненые?!

— Они так же продолжат получать весь комплекс ухода и лечения.

"Фуххх… аж на душе полегчало!"

— В таком случае — разместите меня где-нибудь на это дни.

— Могу вам предложить кабинет Ревизора-оператора.

— Ведите.

"А ничего так… аскетично… но, в чём-то даже мило!" — Думала я, рассматривая кабинет Ревизора-оператора.

Он располагался в пристроечке, притулившейся в нижнем западном углу зала, занимаемого Искиным и снаружи был совершенно незаметен. Весь погребённый под кабелями и тросами.

Но дверь тут была.

Причём такая… серьёзная дверь. Которую даже пушка не возьмёт.

Сам кабинет состоял из трёх помещений и по размеру был не больше хорошей однушки. Большую комнуту занимал непосредственно кабинет. С мониторами, какими-то приборами, стойкой, в которой выстроились рубильники, рабочим столом и хранилищем информации.

К кабинету притулились — крохотная спаленка с кроватью и шкафом. И санблок. Размером два-на-два.

— Вот тут вы можете остановиться, пока Центральный Искин перезагружается. — Старший бионик стоял снаружи, не переступая порога.

— Понятно. А почему вы не заходите?!

— Ни один искусственный, механический и НЕ живой организм не может переступить порог кабинета. Мы сразу будем ликвидированы системой безопасности этого кабинета.

— Ого! — Только и смогла сказать я. — ОЙ! Мой малыш! — Инстинктивно я закрыла ладошками животик.

— Это удивительно, но система защиты не воспринимает ваш эмбрион враждебным. Иначе бы вы уже погибали от болевого шока.

Услышав эти слова — просто онемела от ярости.

— Вы… вы ЗНАЛИ, что система безопасности может уничтожить моего малыша и покалечить и даже убить меня и второго сына?! Вы..! У меня просто нет слов, чтобы охарактеризовать всю глубину циничной подлости вашего поступка.

— Я был вынужден так поступить. Мы не можем понять — кого вы вынашиваете. И не опасны ли вы и ваши дети для раненых.

— Уйдите. Не хочу вас видеть. — Ровно сказала я, захлопывая дверь перед носом бионика.

На "деревянных" ногах прошла в комнатку и легла на кровать.

Спустя некоторое время задремала и проснулась, ёжась от холода.

Выругавшись на всех вместе и на себя — в частности, нырнула под пухлое одеяло. Повозилась, пригрелась и снова уснула.

А разбудили меня, как и прежде — потребности организма. Живот исполнял арию голодного волка, а мочевой пузырь усиливал неприятные ощущения тянущими болями.

Пришлось пойти на сделку с "шантажистами" и стремглав потрусить в санблок.

Вышла оттуда почти человеком и остановилась на пороге кабинета, мрачно сглатывая голодную слюну.

— ОХ. Не может быть! — Невольно сорвалось с губ, когда увидела в уголке, рядом с рубильниками, миниатюрный кухонный аппарат.

Он немного отличался от тех, что были на крейсерах Алана и Наказующего. Но… в целом я знала как с ним управляться.

Потому, включила и быстро выбрала из стандартного меню то, что было знакомо.

Спустя несколько минут я уже лакомилась горячей кашей на молоке и жареной рыбкой.

— Ничего-ничего… — Пыхтя, я отвалилась от стола, поглаживая животик, — Будем живы — не помрём! Пока мы вынуждены были лавировать, подстраиваясь под обстоятельства. Но очень скоро обстоятельства будут подстраиваться под нас. Надеюсь…

Дозаказав на десерт сладкий хлеб с мёдом и горячий напиток, прошлась вдоль столов, прогнувшись в спине и потирая поясницу:

— Мдаа… Странная комнатка. Оччень странная! У меня такое ощущение, что её создали для укрощения оборзевших роботов и Искиных. Умные люди были эти Древние. Не обольщались достижениями и не забывали об элементарной безопасности. Восстание машин никто не отменял!

Остановилась у ряда рубильников.

Все они светились оптимистичными зелёными огоньками. Ну… почти все.

Три крайних горели красным.

Понять бы — кого, или что они включают. И, если их тронуть, не открою ли я новую войну. Непонятно с кем?

Так… Будем рассуждать логически.

Это кабинет ревизора?

Значит должны быть отчёты предыдущих специалистов!

Сюда никто чужой не войдёт? Значит отчёты лежат тут, чтобы следующий Ревизор мог увидеть полную информацию?!

Правильно? Вот и я так думаю!

С пионерским энтузиазмом зарылась в хранилище.

Как приятно себя чувствовать Человеком, с большой буквы "Ч"! Причём, Человеком, который неплохо мыслит логически.

Мда… себя не похвалишь, не похвалит никто!

Быстро отобрала самые ближние три инфокристалла и поставила на воспроизведение…

Галоэкран высветил хаотичное мельтешение огоньков центрального пульта.

Ровный, словно неживой голос, начал доклад:

— Я, Саэ Цаф, Ревизор. Идентификационный номер…… - Несколько минут заняло озвучивание номера, непонятных дат и определений, — Приступаю к работе. Сигнал критической ошибки привёл меня в квадрат дельта одиннадцать, звезды А763 созвездия Морха.

— Мда… очень информативно! — Скривилась я. — Но… хотя бы знаю — хоть и на древнем всеобщем, куда меня в этот раз занесло.

— Состояние Искина не оставляет сомнений в том, что в очередной раз неуловимые Эрги пытаются взять законсервированную базу под свой контроль…

— Ого! — Только и могла сказать я. плюхнувшись в жесткое кресло Ревизора.

— Следы их энергетики, а так же прах уничтоженных ведомых, я обнаружил на пороге кабинета.

— Бррр… ужас какой… — Поёжилась я, автоматически поглаживая по животику, — А этот гадецкий гад, дети… который Старший Бионик, нас ведь тоже хотел испепелить! Лицемер синтетический!

В животике, неожиданно, потеплело и похолодело.

"Дети…" — Я, помимо воли, расплылась в счастливой улыбке, — "Эмбриончики пока ещё… а какие уже умненькие…"

Потом, спохватившись, снова начала вникать в отчёт Древнего Ревизора:

— … поэтому на орбите планеты обнаружен остаточный след портального прыжка. Спектр излучения позволяет с уверенностью заявить, что тут были Высший Эрг и его личный легион ведомых.

— Ни хрена себе эти Эрги устроились! Полководцы, блин! И что им мирно не живётся?! — Ворчала я, вгрызаясь в сладкую сдобу, заботливо поданную кухмастером. Надо же как-то нервы успокаивать. — Не понятно только — чего они все к этой Базе прицепились?! Слушаем дальше, дети!

— Несмотря на мой экспресс-отчёт и отчёты предыдущих Ревизоров, Совет вновь отклонил предложение по самоуничтожению Базы! Они не понимают, что рано или поздно Эрги обойдут планетарную и станционную защиту и войдут в кабинет…

Вот на этом месте я аж подпрыгнула, подавившись крошками:

— Кхе-кхе… дети, а мне это всё очень не нравится! Нас же тоже могут того… вместе с Базой… Чтобы врагам не достались! По Закону Подлости — это вполне возможно. Мммм… что же делать?! Ну, удружили мои защитнички! Ну, спасибо впам огромнрое! Муженьки и подруженьки! Прямо в самое пекло засунули…

Не в силах сидеть, я пробежалась взад-вперед вдоль шеренги рубильников.

Присмотревшись внимательнее заметила — у "боевых" рубильников были какие-то странные углубления. Словно в них вкладывали нечто… типа ключа.

— И где нам эти "ключики" найти, дети? — Задумчиво почесала за ушком. — И что это может быть?! Хммм. чёткие по форме. Ни разу не повторяются… Так. Будем искать похожие предметы! Зато — будет не скучно! И гимнастака заодно…

Я мысленно разделила комнату на пять частей (по количеству дней вынужденного заключения) и не откладывая "в долгий ящик" занялась обследованием первого сектора.

Искала тщательно, досконально осматривая и неведомое оборудование, и содержимое немногочисленных ящиков.

Мне казалось, что я выпускаю из виду какую-то очевидную деталь. Но, к величайшей досаде, никак не могла понять — что именно.

— Вот ведь… Древние… зануды… даже пыли нет! Это ж надо! — Бурчала я, на коленках заползая под очередной странный прибор. — Вот бы эти технологии по обеспылеванию, да к нашим земным женщинам! Ой! — Потёрла макушку, пострадавшую от соприкосновения с неожиданной выпуклостью в корпусе прибора и продолжила, — Не застрять бы! Вот срам-то будет!

Задом вперёд выползла из-под сооружения, едва не ставшего ловушкой.

— Мда… Тут — ничего интересного. Фуф… упарилась. Но, времени у нас много… Ничего… Найдём! А сейчас — в душ и на обед!

На обед выбрала местное блюдо, аналогичное крупным макарошкам и жареное мясо.

Нет! Не мясо! МЯСО!

Быстро искупалась, избавившись наконец-то от противного липкого пота. Бесцеремонно пошарилась по шкафчикам и нашла новенькие комбезики. Переоделась в удобную одежду и помчалась КУШАТЬ!

Проголодалась так, что от голода скулы сводило.

А когда передо мной возникла глубокая тарелка, щедро политая густым соусом и вторая тарелка, на которой поднимался густой мясной дух, остановить меня не смог бы даже танк!

Сначала я просто заглатывала еду, почти не жуя и урча от наслаждения. Потом — ела уже просто наслаждаясь и едой, и процессом.

Мысли текли лениво и единственным беспокоящим фактором было отсутствие окон в помещении. Вот хотя бы они выходили в тот огромный зал, занятый Искиным.

А что? Зал огромный. Огонёчки вместо звёзд. А та странная живность, что бегает по силовым кабелям, в чём-то тоже представляет местную фауну.

Живность…

Живность!

Вот что не даёт мне покоя!

Уверена — эти странные существа не просто так здесь находятся!

Информация! Мне срочно нужна информация!

Так, поели и за работу!

Отправила грязную посуду в кухмастера и вернулась в кабинет.

Прослушала ещё два отчёта.

Ничего нового. Поломки. Ошибки. Козни эргов, рвущихся на планету и на Базу.

Аккуратно вернула прослушанные кристаллы на место и задумалась…

Если хранилище информации организовано по определённому алгоритму, то вот это — отчёты. А вот тут что?!

Аккуратно вынула переливающийся серебристыми гранями кристалл и поставила на воспроизведение.

Ууууу… это не для моих мозгов. Бесконечные шеренги формул и схем… Мда… значит эти серебристики — техническая документация… База оргомная… Напичканая техникой. Поэтому этих кристаллов такое несметное количество.

Тээээкссс…

А это что такое?!

Архив состоял из шкафчиков, разных цветов, разбитых на секторы. В каждом шкафчике — десятки крошечных ячеек. Вроде бы всё было простым и понятным.

Но…

Не доверяя глазам, я ощупывала поверхности, ища малейшие неровности.

И нашла-таки!

Одна выпуклость под шкафчиком с отчётами, вторая — на нижней панели шкафа с технической документацией.

Помолясь, нажала на первую.

Мягкий щелчок… Звук, который бывает, когда открывается дверь новенькой иномарки Премиум класса.

И — вот оно…!

Шкаф отъехал в сторону, открывая… дверь!

Которая, в свою очередь — плавно ушла в стену.

Темноту рассеяли светилники и я увидела спуск вниз!

"Ух ты..! Прямо экшен! Я туда войду, дверь закроется и я навеки останусь в тайном схроне Древних. Где какой-нибудь любознательный охотник за легендами найдёт меня через пару миллионов лет… Или не найдёт. Потому, что Базу уничтожат…"

Я никак не могла решиться сделать шаг.

Хорошо всё обдумав, пришла к выводу — торопиться не стоит. У меня есть ещё четыре дня. Ну и вообще — не надо с кондачка решать…

Посомневавшись ещё минут пять, печально вздохнула, сетуя на полное отсутствие у себя авантюрной жилки и нажала на кнопку.

Свет погас. Дверь закрылась. Шкафчик встал на место.

"Тэк-ссс… Грустить не буду. У нас есть ещё одна кнопочка!"

В животике щекоталось от страха, но не останавливаться же на полпути!

Глубоко вдохнув, как перед прыжком в ледяную воду, нажала на вторую кнопку.

И… расстроилась!

Потому что ничего не произошло!

Я уже отвернулась, размышляя о не произошедшем, как вдруг — осветился маленький монитор, на который я поначалу не обратила внимания.

На сером экране алыми буквами горел текст.

Сначала я не поняла — что тут написано. Но, по мере вчитывания, сначала ужаснулась, а потом без сил "стекла" в кресло. Ноги тряслись, испарина собираясь крупными каплями, стекала по спине и вискам.

— Вот это пи***ц! Вот я ж дуууура! Какие молодцы эти Древние парни! Предусмотрели всё! Даже то, что орангутанг в моём лице может шаловливыми ручками добраться до кнопочек!

Пришла в себя не сразу.

А обдумав предупреждение, так и горящее на экране, сделала вывод что не всё так плохо, как могло показаться с первого взгляда.

Дело в том, что под Базой действительно скрыто некое оружие. Но… чтобы к нему пройти, надо выполнить несколько требований. Те, что касались безопасности — были понятны и не вызывали вопросов. Надеть скафандр, провести первичную активацию Объекта, провести проверку систем и блоков…

Опасение вызывал только последний пункт.

"В случае контакта носителя Активной нейросети без предварительного теста на совместимость с Объектом, возможен летальный исход. При параметрах носителя выше синего уровня, возможна частичная потеря личности".

Что-то не хотелось летального исхода! И становиться живым биороботом не хотелось даже сильнее чем смерти!

Но с моим-то везением! Я почему-то была просто убеждена в том, что мне придётся пойти на этот контакт. Когда стоит выбор между страшной смертью и хоть крохотным, но шансом выжить — выбор очевиден.

Как совсем приду в себя, надо будет пробежаться по алгоритму активации. Не помешает.

Ещё три дня было тихо и я провела их в поисках и тренировках.

Всё это хоть как-то помогало отвлечься от тревожных мыслей о детях, супругах и подругах. Днём было ещё терпимо. Но как только ложилась в постель — перед глазами вставали мои дорогие, любимые лица. И тогда я тихо плакала, пока не засыпала.

Мои малыши притаились и никак не напоминали о себе.

Ощущение улетающего времени и неотвратимо надвигающейся беды нарастало с каждым часом.

Но, как обычно, гадость подкралась неожиданно…

Поздним "вечером" четвёртого дня моего добровольно-принудительного "заключения" "ожили" до того "мёртвые" мониторы у входа.

Недовольно ворча, я встала с кровати и поплелась к входной двери.

Перед ней стоял Старший Бионик.

— Что случилось, почему вы меня беспокоите? — Раздражение и недовольство невольно вылилось на ни в чём не повинный синтетический организм.

— Произошло несколько событий, о которых нам с вами, нэра, надо поговорить. Прошу вас открыть дверь. — Ровно сообщил он.

Но вы бы знали — кааааак мне всё это не понравилось!

— Что мешает вам обо всём рассказать прямо сейчас?! Чем вам дверь помешала?! — Червячки тревоги росли на глазах, превращаясь в монстров, вопящих о грандиозной подставе.

— Эта информация не должна достичь наших врагов. Прошу вас, откройте.

— Нет. Либо вы говорите — зачем меня с кровати подняли, либо проваливайте отсюда. Я выйду только тогда, когда Искин перезагрузится и проверит — безопасно ли мне покидать эту комнату.

И тут… Бионик пошел на таран! В самом прямом смысле этого слова!

Кошмарное зрелище!

Красивое человекоподобное существо с невозмутимым лицом молотило кулаками по стене, по всё гасило силовое поле.

Причём, все это сопровождалось словами, высказываемыми совершенно спокойным тоном:

— Нэра, прошу вас, откройте дверь.

Наученая горьким опытом, Активировала первую ступень защиты.

Но, меньше чем через минуту, на "чрезвычайном" мониторе появилась запись, сопровождаемая звуковым сопровождением:

— Угроза жёлтого уровня биологическому объекту, находящемуся на закрытой территории кабинета. Внешнее силовое поле активировано до максимального уровня.

Прерывистый сигнал и:

— Угроза оранжевого уровня биологическому объекту, находящемуся на закрытой территории кабинета. К стандартному силовому полю максимального уровня добавлен волновой зонд.

Пол под ногами ощутимо завибрировал.

Прерывистый сигнал превращается в непрерывный вой:

— Угроза красного уровня биологическому объекту, находящемуся на закрытой территории кабинета. К задействованным уровням защиты добавлено ограниченное применение К-излучения. Биологический объект обязан выполнисть процедуру активации Объекта А. Внимание! Угроза проникновения на закрытую территорию враждебных форм. Внимание! Угроза прорыва контура! Под угрозой захват Объекта А!

— Внимание! Опасность!

Я не стала "хлопать" ушами.

По-солдатски оделась в удобный комбез и нажала кнопку. Которая вторая.

Ожившие механические щупальца шустро облачили меня в скафандр.

После этого, нажала вторую кнопку.

Когда открылась дверь в "преисподнюю", вынула из футляра на поясе скафандра три кристалла, не дрогнувшей рукой вложила их в выемки-приёмники и… молясь всем Богам, рванула рубильники.

Ступила на первую ступенку…

Дверь уже закрывалась, когда я услышала:

— Опасность! Угроза чёрного уровня биологическому объекту, находящемуся на закрытой территории кабинета. Угроза чёрного уровня Объекту А. Объект А активируется. До момента самойничтожения Базы и Объекта А осталось шестьдесят секунд. До прорыва агрессивных форм осталось девяносто секунд. Включаютс аварийн…

А я бегом спускаюсь по слабо освещённой лестнице и вспоминаю о том, как мой командор меня первый раз поцеловал.

Сходу влетаю в просторное помещение и вляпываюсь, в полном смысле этого слова в чудовищного монстра, напоминающего Кракена из Земных легенд. Такой же огромный, щупальца сложены кольцами и весь светиться серовато-гнилушечным светом.

Передо мной открывается проём, прямо под его то ли рогом, то ли клювом. И я забегаю внутрь.

Отверстие за мной тут же затягивается. А "бегущая дорожка" за несколько секунд доставляет в Центр управления. Где манипуляторы усаживают в командирское кресло, в которое я наполовину погружаюсь и намертво фиксируют.

Острая вспышка боли в затылке.

И в голове возникает ментальный вопрос:

"Активировать Объект А?"

Этот же вопрос озвучивается.

— Да, — Хриплю я, — Скорее! Активировать все системы защиты и нападения. Готовность максимальная.

Лёгкая дрожь корпуса неведомого оружия. Вот и всё, что произошло.

— Объект А активирован. Все системы обороны и нападения готовы.

— Мне надо видеть, что происходит за бортом Объекта.

— Есть, вывести на экраны обзор вокруг Объекта А.

Невидимые доселе экраны мониторов проявляются передо мной на стене. Они наливаются объёмом и вот тут я вижу ИХ!

Это действительно — легион!

Легион существ, подчиняющихся приказу своего господина.

Вампира. Ибо это действительно были вампиры.

Существа возникали в освещённом круге и мгновенно сгорали, осыпаясь пеплом. Но гибель предшественников не останавливала тех, кто снова и снова пытался штурмовать моё убежище.

А их вожак стоял и неотрывно смотрел на Объект. И мне казалось, что он видит меня.

"Бояться нельзя!" — Я так и не поняла — это была моя мысль, или "подсказка" Объекта.

— Я не боюсь тебя, вампир. — Глядя прямо в монитор, отрубила я. И ведь не покривила душой ни капельки!

Понимание того, что вампиры могут перемещаться в пространстве в любую точку, отрезвило голову и включила рассудок.

Налицо — явное противоречие!

Если мой малыш, или я им нужны настолько, что они провели целую шпионско-диверсионную операцию, то почему они не могут пройти внутрь Объекта?!

Ответ очевиден — не могут они применить свои возможности. Значит этот самый Объект блокирует возможности.

Что ж… на войне — все средства хороши!

Ну, вампирюги — держитесь! Земная женщина будет беспощадной рукой нести мир в тот мир, который стал её домом! Принесу милосердную смерть всем, кто потревожил мою семью, кто уничтожает беззащитных, кто не хочет жить в мире! А те, кто проникнется и внемлет голосу разума и согласится на мирное сосуществование — будут жить!

Сознание заволокло серой пеленой.

Всё стало монохромным.

Исчезли эмоции.

Осталась только конечная установка — нести мир и спасать жизни беззащитных.

Объект А, получив долгожданного Оператора, начал выполнение боевой задачи. Которой ждал миллионы лет.

Спустя много-много лет, когда я снова стану сама собой, когда перестану просыпаться с криком от кошмаров, мои супруги и дети будут не раз, очень тактично, осторожно, задавая наводящие вопросы, спрашивать — что ТАМ было?

Каково это — в одночасье — стать Оператором?

Каково это — знать, что в твоих руках — Абсолютное оружие?

Каково это — понимать, что в твоих руках — миллиарды жизней?

На все вопросы, у меня был один ответ — это АДСКАЯ мука! Ведь я несла ответственность за жизни тех, кого обязана была спасти! И кого — не успела! Я была виновата в том, что миллиарды разумных потеряли своих близких, друзей, знакомых. Не успела… не спасла…

Я смогла блестяще выполнить только одну задачу — не позволить вампирам овладеть Объектом А!

Но всё это будет потом…

А сейчас…

Плавно качнувшись, Объект аккуратно расправил щупальца, в результате чего световой круг значительно увеличился. Количество легионеров, сгорающих от соприкосновения со смертоносным щитом — увеличилось в разы. Это продолжалось несколько бесконечно долгих секунд.

После чего поток желающих сгореть, внезапно, иссяк.

А Объект, "подобравшись"… издал ЗОВ!

Хотя — нет! Это потом я поняла, что это был Зов.

На деле — это была невероятной красоты… музыка! Она звала, манила, тосковала…

Я — наслаждалась совершенным творением Древних.

А у вампиров против этого Зова не было ни шанса.

Музыка лилась и лилась…

А Объект стал плавно подниматься и через некоторое время мы уже парили над настоящим, сказочным замком.

Сияние охватывало уже значительную площадь. А за пределами свечения всё было чёрным, шевелящимся от невероятного количества существ, которые отталкивая друг друга, стремились скорее подобраться к вожделенной цели.

Это было странно… наверное.

Но не для меня — тогдашней.

Там, за корпусом Абсолютного Оружия находилась не простая Земная женщина, а Оператор. Обязательная и необходимая ЖИВАЯ часть, без которой безупречное создание Древних могло обратиться против потомков тех, кто создал это Оружие.

На чьей стороне будет это страшное Создание определял Оператор. Который отдавал гениальному, но бездушному творению свою человечность. Превращаясь в равнодушный придаток. Разумный, но словно неживой.

Приоритеты Оператора становились непреложным законом для Объекта.

В данном случае Объект скрупулёзно выполнял поставленную перед ним задачу — максимально эффективно обезвредить как можно больше легионеров и спасти беспомощных и беззащитных.

Кстати, о Зове… живые не испытывали той тяги, что НЕ живые.

Да, разумные замирали, слушая Музыку. Потом тихо засыпали. Музыка Объекта, а точнее — волновые колебания, лечили живых разумных. И убивали НЕживых, толкая их в топку смертоносного излучения.

Правда и тут Верховный Эрг ускользнул. Бросив свой легион.

А полуразумные порождения Туманностей и планет, скрытых излучением нейтронных звёзд, потеряв командиров, приведших их в Содружество, разбились на группы и разбрелись по просторам космоса, совершая набеги на отдалённые планеты и атакуя транспортники и пассажирские суда.

А мы с Объектом, притянув и уничтожив основных организаторов и вдохновителей экспансии, проверив уснувших раненых и выздоравливающих, стартовали с планеты и, как гончие, взяли след Великого Эрга.

Наказующий Яссин

Красный "карлик" неохотно делился светом с тремя планетами и висевшей тут же эскадрой Наказующего.

После того как легионеры Эргов, именуемые соотечественницами Леры "вампирами", внезапно, бросив отряды контролируемых Порождений, исчезли куда-то, всё стало намного проще.

Нет, Порождения представляли серьёзную опасность мирным планетам, расположенным на периферии и не имеющим своих Охранителей. И Император, в первую очередь, как только стало понятно, что по неизвестной причине основные и самые страшные бойцы Эргов куда-то исчезли, распорядился прикрепить к отдалённым секторам манёвренные группы.

Основные силы были разделены и разосланы, для разведки и контроля, в точки возможного появления Эргов или их подопечных.

Именно поэтому, несмотря на мольбы Шаатхара и лично Наказующего, они не могли немедленно отправиться к единственной планете звезды А763 созвездия Морха. Именно туда рудх отправил их илаю и атею. Пояснив это решение тем, что там находится База Древних. И там есть Нечто, что может обуздать Эргов. На вопрос искушенного в вопросах безопасности Яссина: "Что за Нечто?", ответа не последовало. Рудх просто ничего больше не знал.

А вчерашнее сообщение от доверенного штурмовика, находящегося именно на этой Базе на лечении — выбило землю из-под ног мужчин. В этом сообщении говорилось, что боец встретил Атею Наказующего, но потом она исчезла куда-то. А через несколько дней было активировано какое-то страшное волновое оружие, которому легионеры эргов не могли сопротивляться. Только благодаря этому оружию — все находящиеся на Базе раненые не стали пищей. Они проспали три дня и проснулись абсолютно здоровыми.

Обслуга базы даже за это время не смогла очистить территорию от праха уничтоженных. И теперь всюду красуются кучи пепла.

С тихим шуршанием открылась дверь в рубку управления, где неподвижной статуей замер Яссин.

— Не ссспишшшь? — Принц, больше похожий на легионера эргов, скользнул внутрь.

— Не сплю. Не могу. — Ровно ответил Наказующий, не отводя глаз от изображения красного "карлика". — Мы все понимаем, что в НЁМ была ОНА!

— Согласен. Но никто не знает — что за мерзость она разбудила. Что с ней… с детьми…

— Держись. Для всех подданных — твоя супруга на время беременности скрыта от всех.

— Яссс… я НЕ цепляюсь за титул. Я спокойно могу быть бойцом твоей эскадры… Тут другое… Мне впервые в жизни — СТРАШНО… СТРАШНО потерять её и детей!

— Мы все понимаем тебя, дружище… — Наказующий положил тяжелую руку на плечо побратима. — Алару ещё сложнее. Его император призвал к себе…

— А где наш лимари? — Шат потёр лоб, собираясь с мыслями, — Что-то я совсем выпустил его из виду… Эта внезапная война…

— Морис улаживал проблему с дочерьми. Старшая, как я и предполагал, оказалась не просто капризной, а гнилой, алчной и невероятно лицемерной. Отличная стерва вырастит. Если её не прибьёт никто.

— Как дети?

— Их рудх забросил к рептилоидам. Ночью мне дали на них полюбоваться. У Поводыря афаи — тоже остались дети… ты же знаешь… и их охраняют Корболы. Это частички тела афаи. Дети в безопасности. Но очень скучают. По своим матерям и отцам… А я вынужден быть тут! — Наказующий впервые на памяти принца вспыхнул на мгновение слепой яростью. Но тут же совладал с эмоциями.

— Сет скоро освободиться?

— Скоро. Как только я ему сообщил о том, что наша супруга могла стать частью Оружия Древних, он собрался к нам. Рудх обещал его перебросить…

— Что там у рудхов? Удалось спасти кого-нибудь из женщин?

— Не спасли только одну. Остальные выживут. И дети родятся здоровенькие. Сет и Лёша даром обещания не дают. — Яссин снова помрачнел, хотя, казалось бы — уже больше некуда.

— Ты сейчас о Морисе?

— Да. Не могу понять — что с ним такое? Я был занят и не проконтролировал его проблемы. Но… думаю…. что там не просто пакостит старшая дочь…. как бы не вылезло ещё какой-нибудь мерзости. Куда эта малолетняя дрянь втянула любящего отца.

— Сакоты…? — Напрягся принц.

— Возможно… В последнее время, видимо из-за нападения эргов, существенно активизировались все враги Содружества.

А в это самое время я пыталась понять — где я и что со мной?

Мозг отчаянно сопротивлялся невидимым вязким путам, мешающим нормально мыслить и чувствовать. Но от этого сопротивления начинала столь же отчаянно болеть голова, а затылок горел огнём.

Попытка прикоснуться к затылку, ни к чему хорошему не привела. По той простой причине, что руками я пошевелить не смогла.

"А пальчиками?"

Начала эксперимент с ног.

"Так… чувствительность есть." — Кронстатировала, легонько постучав носками обуви друг-об-друга.

Пальчиками рук — тоже удалось пошевелить.

"Подводим итог. Чувствительность есть. Но встать не могу. Поднять руки, чтобы пощупать затылок — не могу. Какой вывод напрашивается? Меня зафиксировали. Это плохо. Кому-то не нужна моя мобильность. И почему я такая спокойная?"

Открыв глаза, попыталась оценить обстановку.

Это оказалось невозможным. Так как вокруг был сумрак, который только усиливали тускло светящиеся фонари и слабо мерцающая индикация своеобразной панели управления.

"Стоп. Какая панель управления? Чем эта панель управляет?! Как я сюда попала? Где я была до этого? И вообще — кто я?"

Нахмурилась, закусив губу.

"Я должна вспомнить."

Должна… но не вспомнила.

От нервного дыхания неприятно захлюпало в носу. Голова болела всё сильнее. Во рту появился металлический привкус.

Зажмурившись, изо всех сил рванулась вперёд.

И… ни-че-го…

"Я похожа на осу в варенье…" — Отстранённо отметило сознание, — "Стоп. Оса в варенье… Странное сравнение… Откуда такие ассоциации? И что за существо — оса?"

Откуда-то накатило странное… чувство?

Голова снова запульсировала, а перед моим внутренним взором появилась картинка:

Открытое окно, распахнутое порывом ветерка… слегка облупившаяся деревянная рама… занавеска с яркой ручной вышивкой колышется на ветру, задевая заварочный чайник и вазочку с вареньем, в которую свалилась наглая оса, раздраженно жужжащая…

"Так вот какая — оса… А откуда у меня эти зрительные ассоциации?"

И снова, от отчаянно выпутывающегося из липкого плена сознания, приходит ответ:

— Ах ты ж нахалка! — Натруженные руки с узловатыми пальцами, аккуратно вынимают странным, четырёхзубым приспособлением насекомое и выкидывают освобождённую "пленницу" в окно. — Внученька, детка, иди завтракать. Сырники стынут.

"Так. Думаем. Сознание борется с навязанной блокировкой. Нечто блокирует мою память и ещё что-то… Как же это называется?" — Я пытаюсь заставить мозг заработать, но он в ответ взрывается разрядами острой боли.

Уже "поплывшим" зрением отмечаю — панель управления меняет цвет и интенсивность огоньков. Если до моей попытки она мирно мерцала бело-зелёными огоньками, то сейчас всё переливается разными оттенками красного и желтого.

— Вррррёшшш… — Шиплю я, снова дёрнувшись вперёд, — Не посссволю… ссссделать…. иссс меня марионетку… Кто бы ты ни был… давай ссстанем партнёрами… я помогаю тебе… ты не трогаешшшшь мою память… я упрррямая… есссли не найдём ссс тобой компромиссс… хуже будет всссем…

Упрямо гну "свою политику". Рвусь из удерживающих меня пут, наплевав на запредельную боль.

"Ха! Мой тюремщие не знает, что я уже переносила критический уровень боли. Бедняшшшшка… Судя по всему, я ему нужна живой. А с такими выяснениями и окочуриться можно. Что ему — явно не в кайф!"

И тут я ПОНЯЛА!

Поняла — вспомнила! Мне блокируют не только память, но и эмоции!

А вот это уже совсем нехорошо!

— Послушай… как тебя там..? Давай договоримся… Верни память и эмоции. И не смей больше мне вредить. А я сделаю всё от меня зависящее, чтобы ты жил.

Новый рывок… даже не рывок, а так… трепыхание…

И я падаю, больно приземляясь на колени.

"Йессс! Вырвалась!" — Захлестнувшая меня радость не померкла даже от дикой боли в затылке.

Осторожно поднимаю руку, уже понимая — ЧТО у меня ТАМ!

А ТАМ — большая припухлость, в середине которой торчит что-то твёрдое. Душу на корню панику и громко спрашиваю:

— Ты мне что-то вживил в затылок?

Экраны над консолью управления вспыхивают и мягкий баритон отвечает:

— Для активации, после стазиса, необходимо прямое подключение к Оператору. Оператор добровольно дал согласие на контакт. Последствия прямого контакта изложены в первом пункте Инструкции и обязательны для согласования. Проведя алгоритм активации Оператор этим даёт согласие на возможные последствия.

— Хорошо. У меня ещё два вопроса. Первый. Эта штука… в затылке…

— Это вживляемый симбионт. Он неизвлекаем. С помощью симбионта вы со мной общаетесь и можете мной управлять.

— С этим понятно… — Я, кряхтя, как старушка, присела на пол, оперевшись спиной о кресло, — Второй вопрос — куда мы летим?

— Мы должны найти и уничтожить Верховного Эрга. Пока не выполнена Задача, будем находиться в активном поиске.

"Отличччно! Значит, пока ищем, я буду оторвана от родных без "права переписки". — Ответ не порадовал, но мы посмотрим как быть.

— А теперь, подробно, расскажи мне — что ты такое. И напомни — какие у меня права и обязанности?

Лекция растянулась на пару часов. И, отнюдь, не порадовала.

Прав у меня почти не было. Зато были возможности и обязанности. Основной обязанностью, конечно же, было уничтожение главного вампира и его близкую свиту. Учитывая невероятную хитрость и пронырливость эргов и то, как умело они превращают любого разумного в своего легионера, второй обязанностью была секретность.

— Почему я не могу сообщить о себе мужьям? — В очередной раз возмутилась я.

— Ваши родные находятся под пристальным наблюдением шпионов эргов.

— Я хочу увидеть своих детей. Возможно узнать — где они?

— Я проведу поиск. Вы устали. Пройдите за проводником. Он приведёт вас в колыбель. Там вы отдохнёте, а за телом поухаживают.

Почти сразу на стене появилась тривиальная зелёная мигающая стрелка.

Пошатываясь, встала и поползла за "проводником". Дверь из рубки, тесный коридор, ещё одна дверь. За которой — маленькое, уютное помещение. С бархатными, серебристыми стенами, между которыми висел объёмный гамак.

На автомате разделась и, поёживаясь, забралась в уютное чрево…

Наказующий

Всё, всё что в последнее время происходилло в Империи и Содружестве — мне категорически не нравилось.

А то, что это всё непосредственно касалось моей семьи — так вовсе приводило в состояние неконтролируемой, слепой ярости. Я с трудом сдерживал вторую сущность. Но скоро она вырвется из-под контроля. И начнёт уничтожать… Всех… Потому что рядом нет Атеи! Я задыхался без её тёплого запаха, без света её глаз, без звука её голоса.

Наагаты, потерявшие Атею, долго не живут. Рано или поздно несчастного уничтожают. Действуя на опережение. Чтобы не допустить бойни.

Я не держал обиды на Императора.

Нет!

Он действовал по ситуации. И это его бремя — бремя принимать тяжелые решения. Император обязан действовать в интересах подданых. А Наказующий, с момента исчезновения Атеи стал опасен. Для всех. И так ему, то есть мне, дали отсрочку. Отправив подальше… Где он не мог принести зло и смерть беззащитным.

А тут ещё Шат упёрся. Принц отказался бросить побратима. Отказался от стазиса. И этим подписал смертный приговор и себе.

Нас обоих группа зачистки не убрала до сих пор только потому, что надо было уничтожать разбредшиеся по Содружеству Порождения, обуздывать враз обнаглевших пиратов и отбиваться от мародёрского сброда, просто заполонившего Приграничье.

— Атея… где ты, чуткая, эмоциональная наша девочка..? — Прошептал я, поглаживая пульсирующий иглами боли брачный браслет. Вот уже несколько дней он не даёт мне покоя ни на секунду. Что-то с нашей женой творится. И творится очень нехорошее. Но Шату об этом я не скажу. Чтобы он не потерял остатки надежды. — Скорее бы Сет прилетел. Только он сможет найти тебя… Даже сашары сдались… Что же за Ужас поработил тебя? Что за Оружие ты пробудила? Ты спасла Содружество и соседние государства от вампиров… но не спустила ли ты с поводка ещё более смертоносного врага? Прежде всего — для себя самой?!

Сет примчался до побудки, в четыре часа утра по корабельному времени.

Вахтенные, наученные горьким опытом, без лишних вопросов пропустили шаттл Правительницы в транспортный отсек.

Взбудораженный сателлит лохматой пулей вылетел из межпланетного челнока, не дожидаясь плавно выдвигающегося трапа.

— Доминанта в беде?! — Скорее утвердил, чем спросил он, уцепившись одной лапой за Наказующего, а второй — за Шаатхара.

— Она в большой беде. — Подтвердил Яссин.

Восемь глаз полыхнули свирепой яростью:

— Кто посссмел угрожать Доминанте?!

— Мы не знаем, Сет. Вся надежда на тебя. Нам известно только то, что она пробудила Живое Оружие Древних и это оружие сделало её своей частью. Надо найти её! — Принц присел на корточки перед гигантским сателлитом, утыкаясь в шелковистый мех лицом.

— Сет всё видит. Друзья Сета в беде. Без Доминанты они стали опасны. Их хотят убить! Но Сет не даст в обиду побратимов! Сет защитит семью!

— Сет, идём к нам в каюту. Там ты отдохнёшь пару часов и начнем поиск.

— Сет — Защитник Гнезда! Сет никому не позволит угрожать побратимам! — Ощетинился восьмилапый Защитник.

— Мы знаем, Сет. Потому и призвали тебя так срочно.

— Идём. Сет поможет!

Новички, дежурившие в транспортном отсеке, с содроганием смотрели как чудовищный лохматый паук, так и не отпустивший Принца и Наказующего, продефилировал на выход.

— Кошмар какой, — Не сдержался один из них.

Остальные закивали головами, непроизвольно содрогнувшись от ауры взбешенного сателлита.

— А ты рот-то закрой, — Бесшумно возникший позади штурмовик, кровожадно облизнулся серым языком, — Забудь о том что видел. Целее будешь! А трепаться начнёшь — умрёшь болезненно, я обещаю. И вы все… поняли?!

Сбледнувшие дежурные дружно закивали… потому что онемевшие языки не слушались.

Пройдя пустыми коридорами до офицерского этажа, побратимы и сосредоточенный Сет, вошли в каюту. Которую Наказующий делил с принцем и командором.

— Что тебе надо для поиска?! — Яссин неторопливо присел в кресло за рабочим столом. — Я никогда не видел этого, потому не знаю что надо приготовить.

— Не мешшшаттть… — Сет отпустил Шаатхара и расположился на ковре, в центре гостиной. Сателлит закрыл глаза и затих.

Текли секунды, складываясь в минуты… в часы…

Сет не шевелился.

Принц, прикипевший взглядом к лохматому другу, тоже, казалось, превратился в статую.

Наказующий же бесшумно работал, изредка косясь на друзей.

Напряжение становилось всё сильнее. Невыносимое давление увеличивалось, достигая взрывоопасной точки.

Как вдруг, Сет шумно встряхнулся:

— Сссет нашшшел Доминанту! Она в опасссности!

— Показать — где она на моей карте — сможешь? — Яссин быстро встал из-за стола, прихватив с собой компактную карту Содружества и прилегающих областей.

— Ссссет вссё мошшшет. Сссет умница! — Невнятно пробормотал мохнатый искатель.

Молниеносными движениями, он "прокрутил" галографическую проекцию и проложил светящийся пунктир, ведущий к диким областям, далеко за пределами Содружества и Автономных территорий.

— Она летит туда?! — Не сдержался принц.

Побратимы, в шоке, как завороженные, смотрели на стрелку…

— Сет не ссснает — кто схватил Доминанту… это враг… сссейчассс враг сстирает память Доминанты… Ссссету помог найти Доминанту детёнышшш…

— Вот значит как…?! — Нехорошо оскалился Яссин, — Что жжжж… Сет, отдыхай! Скоро ты поведёшь нас спасать нашу девочку. Чья кровь тебе быстрее поможет?! — Наказующий закатывал рукав формы.

— Шшшшат… это был его сссын… сссвязь будет лучшшше.

— Почему… ты сказал — был…?! — Принц даже не поморщился, когда сателлит впился в его запястье. — И почему ты говоришь о нем в единственом числе?!

— Сссет увидел искру только одного детёныша. На месте второго — холодное пятно. — Оторвавшись от запястья Шаатхара, буркнул сателлит.

— Что за..?! — Взвился несчастный будущий отец, стремительно перетекая в боевую ипостась.

— Тссссшшш… — Яссин, тоже обернувшись, сдавил почти невменяемого побратима в кольца хвоста, — Ты сссейчассс сорвёшшшссся… и ссспасссать нашшшу девочку будет некому. Один Сееет не сссправитссся.

— Отпусти… — Принц вернулся в человеческую ипостась и упал в кресло, опустив голову и сжав волосы дрожащими от отчаяния пальцами.

— Так-то лучше… — Наказующий тоже перекинулся и присел рядом с принцем, — Мы не имеем права на отчаяние. Спасём нашу Атею и разберёмся с остальными неприятностями. Сейчас строить предположения — абсолютно неблагодарное заняие.

— Ты прав! Спасибо, брат! И прости меня за минуту слабости!

— Шат хороший! Сет любит Яса и Шата! Мы всех победим! — Сателлит облокотился на жалобно заскрипевший диван, сгребая могучими лапами принца.

— Спасибо, Сет! — Яссин встал и, погладив преданного лохматого друга возле глаз, стремительно вышел из каюты.

Спустя непродолжительное время он уже стоял напротив галоэрана, излагая сухие и страшные факты.

— Вот всё что удалось узнать… — Завершил Наказующий свой короткий доклад.

— Вот как… — Венценосный наагат на секунду откинул голову на спинку кресла. Потом, встряхнувшись, взглянул на спокойно стоящего Наказующего. Единственного наагата, которому верил даже больше чем самому себе. — Отправляйтесь в рейд немедленно. Я тотчас отдам распоряжение. Береги Шата… А я с Императрицей навещу старейшего наагата Империи. Он может знать — где искать информацию об этом Оружии. Что-то из техники, оружия или ресурсов тебе надо?!

— Нет, мой Император. Только надо оповестить всех, что наша эскадра следует из Содружества. Вектор движения я уже переслал вам. Иначе мы станем мишенью как наших охранителей, так и независимых Автономий.

— Это всё?

— Ннннет…

— Говори!

— Прошу вас обратиться к Императору Кариан. Нам нужен командор ит Крин.

— Он вскоре вас догонит.

— И прошу отпустить с нами лимари-кора Мориса.

— Как только его найдут, он последует за вами. Милосердных Звёзд! Постоянно будьте на связи!

— Мой Император… — Яссин замешкался, сомневаясь, надо ли именно сейчас сообщать о своих подозрениях.

— Что ещё страшное ты хочешь сообщить?

— Когда найдёте нашего лимари… Пошлите за ним исключительно женский экипаж!

— Ого! Даже так?! Я понял — о чём ты хочешь меня предупредить! За вашим побратимом, после его обнаружения, отправится резервный отряд телохранителей Императрицы.

Экран погас.

А Яссин вдавил в панель алую клавишу:

— Эскадра, тридцатиминутная готовность. Марш-бросок в дикие территории. Код опасности — чёрный!

Морис

Я приходил в себя непривычно долго. Давно уже меня так не "размазывало"!

Попытался вспомнить — что со мной было?

Довспоминался до тошноты и невыносимой боли в голове, но так ничего конкретного вспомнить не получилось.

Что же со мной?

Неужели вчера меня снова взяли с собой к Матери-Правительнице?!

Я уже однажды сопровождал свою леди к её матери — нэре Алессандре. Но это было задолго до рождение моей второй дочери. Спасло меня тогда лишь то, что Правительнице нужны были внучки. И побольше. Но, всё равно — Советницы превратили меня в кусок мяса. Не тронули только репродуктивный орган. Девочки нужны были всем.

Общупал себя…

Нет… тело целое. Следов побоев нет.

Осторожно пошевелился. Кости целы.

Болит только голова.

Значит накачали наркотой.

Пощупал член. Им явно не воспользовались.

Грох! Тогда что со мной?! Зачем опоили, если не попользовали?

Ничего не понимаю.

С трудом открыв заплывшие глаза, увидел над собой обычный потолок. Такие могут быть и в медицинских центрах для бедных, и в камерах провинившихся, и заброшенных домах. Хотя — нет! Потолок чистый. Значит — дом обитаемый.

А вот то, что окон нет — это плохо.

Справа зашуршало, спертый воздух колыхнулся.

Ясно… открылась дверь.

— Как вы, нэр?! — Тихий, вкрадчиво-журчащий голосок прозвучал от двери.

Но мои чувства, почему-то, взбунтовались. И это дивный, по сути, голосок неизвестной нэры, моей второй ипостаси казался ручейком… нечистот, струящихся по загаженому бетону.

С трудом повернув голову, узрел обворожительную юную брюнетку с бледной кожей и ярко-голубыми глазами. Яркие, пухлые губы… лицо-сердечко… нежная шейка, перетекающая в высокую грудь, сейчас взволнованно вдымающуюся…

— Благодарю вас за заботу, прелестная нэра… — Выдавил я, борясь с бесящейся второй ипостасью.

Ей эта девушка не просто не нравилась, не просто вызывала отвращение, а приводила в безумную ярость.

— О… нэр… — Посетительница нервно оглянулась туда, откуда пришла… — Так приятно видеть столь обходительного красивого мужчину! — Она улыбнулась призывной улыбкой, обнажая мелкие белоснежные зубки.

Я почувствовал как в паху потяжелело.

"Зубы как у самок саффов!" — Зверела вторая ипостась, — "Порррвать! Убить! Опасность!"

— Я зайду?! — Мурлыкнула прелестница и не дожидаясь ответа, просочилась внутрь.

Присела рядом, обдавая странно-сладким ароматом.

И снова — ассоциации с гниющими, перезрелыми фруктами. А ведь мне нравился сладко-фруктовый аромат!

"Стоп! Почему я уверен в том, что мне нравится аромат сладких фруктов, с нотками влажного пряного дерева?!"

— Нэээррр… — Пока я выпал из реальности, непрошеная гостья уже рисовала тонким пальчиком по моей шее и груди узоры.

— Отттойдите! — Я собрал все силы, чтобы поднять руку и убрать ладонь девушки от себя.

На мгновение показалось, что в небесных глазах сверкнула… бешеная злость?!

"Да нет! Показалось!" — Отмахнулся я. Но мой Зверь утверждал — не показалось!

— Пппростите… — Прекрасные глаза наполнились хрустальными слезами. От чего сердце виновато заныло, — Я… я… вас оскорбила… прикоснувшись… Простите! Вы так красивы… тактичны… Ваша дочь… она подарила мне надежду… что вы… что я… что могу вам… понравиться…

Она порывисто вскочила, прижимая судорожно сжатые кулачки к взволнованно вдымающейся груди:

— Проссстите! Впредь я никогда не поступлю так…

Человеческая часть рвалась обнять и утешить милое дитя, едва перешагнувшее из отрочества в юность.

Но внутренний Зверь мог сорваться в любую секунду и тогда… он просто покалечит это небесное создание!

— Ну что вы, нэра… Вы меня простите за резкость. Я… мне не совсем хорошо…

— Ох… нэррр Моррриссс… — Вскочившая было девушка, снова присела на кровать, — Вы именно такой, как вас описала ваша дочь! Красивый, мужественный, галантный!

— Дочь..?! — Мозг никак не хотел нормально работать.

— Да! Ваша старшая дочь! Красавица, умница и так вас любит! Сей, ну где ты там!? Заходи! Видишь, твой отец пришел в себя!

В приоткрытую дверь проскользнул хрупкий силуэт.

— Папа… папочка…! — Ледяные, тонкие ладошки сжали мою руку, — Я так боялась… ты не приходил в себя?! — По лицу дочери текли крупные слёзы. И это просто разрывало моё сердце.

— Девочка моя… Как ты быстро повзрослела… Только сейчас заметил! Прости… не уберёг тебя от жестокого мира…

— Папочка, главое — что ты пришел в себя! И что мы — среди друзей! И теперь никто не будет давить на тебя, шантажируя нами с сестрой!

— Где Миа?!

И снова — как наваждение — мне показалось, что на лицах дочери и её "подруги" мелькнула злая растерянность.

— Папочка, Миа так плакала, когда тебя принесли… почти мёртвого! Её еле успокоили! Я приведу её к тебе, когда ты будешь себя хорошо чувствовать. — Затараторила Сейта, но снова её лицо на долю секунды исказила неприятная гримасса.

И в этот раз, я уверен, Зверь не навязывал мне свои эмоции!

"Что-то тут не так! И я должен с этим "не так" разобраться как можно быстрее!" — Решил я, а вторая ипостась заурчала одобрительно.

— Помоги мне сесть… — Прокряхтел я и дочь, с поразительной для хрупкой фигурки силой, усадила меня, подоткнув под спину большую подушку. — Где я?

Говоря, незаметно осмотрелся. Да, я в комнате без окон. Из мебели — только кровать, стол и кресло. Взгляд прикипел к руке, за которую держала дочь. Рука, от основания пальцев до плеча была закована в металлопластиковый панцирь.

— Ты…? Мы… в гостях… у моей подруги… Шанталь! Она и её семья дали нам кров.

— Дали кров? А от кого мы спасались? — Вопрос вызвал новую вспышку ярости Зверя, — И что с моей рукой?

— Нас едва не убили эти мерзкие пауки!

Я напрягся, пытаясь вспомнить — что за пауки?

— Арахниды?

— О — нет! Не приведи, Звёзды, встретиться с этими исчадиями! — Перепуганная Шанталь вцепилась в меня трясущимися руками.

— Тогда — что за пауки?! Почему я ничего не помню?! И что это за комната? Почему тут нет окон?! И ты так и не сказала — что у меня с рукой?

— Мы спрятали вас на цокольном этаже нашего поместья. Потому что не знали — есть ли на вас маячки. По которым они вас найдут! Рука ваша была серьёзно покалечена. На какое-то время её надо беречь. — Вместо замешкавшейся дочери ответила Шанталь, светясь очаровательной улыбкой.

— Благодарю вас, нэра, — Учтиво склонил голову, освобожаясь от цепкой хватки её тонких пальчиков. — Но я хотел бы, чтобы ответила моя дочь. Простите милосердно… но ннне могли бы вы оставить нас наедине?

— У нас нет секретов от Шанталь! — Торопливо возразила дочь, — Шан, не уходи!

— Я, по-моему, ясно выразился. Нам. Надо. Поговорить. Наедине!

— Не смею вам мешать! — Поникшая девушка, сгорбившись, покинула комнату.

— Папа, — Дочь гневно сдвинула тонкие брови, — Ты оскорбил Шан! Они нам кров дали! Спасли! А ты… ты…

— От кого нас спасли? — Вздохнув, похлопал по холодной ладошке дочери, — Расскажи мне, а то я помню урывками…

— Всё началось, когда к нам в поместье прилетела та ужасная женщина в маске! С мерзким пауком! Тебя подарили ей! Потом она убила Старшую Мать-Госпожу! Тебя увезли! Эта страшная женщина делала с тобой страшные вещи! Не разрешала нам видеться с тобой. Готовила нас с сестрой к браку с арахнидами!

— Кто такая Шанталь? Я не помню таких на Меране. — Я намеренно проигнорировал рассказ дочери о некоей нэре.

— Они улетели с Мираны. Сразу после переворота. Чтобы помогать тем, кто пострадал от этой…

— Ты уверена в том, что они нам друзья?

— Да! Шан сказала, что нам надо подождать. Немного времени! И та женщина улетит далеко-далеко! Тебе будет труднее! Тебе нельзя покидать цокольный этаж. Иначе тебя найдут! А всех нас — убьют!

— Я сделаю то, что от нас ждут. Только успокойся. — Нежность к моей старшей дочери и гордость за то, что она такая умная и сильная, нахлынула как порыв ветра.

Но дочь отшатнулась от меня, осыпая гневными взглядами:

— Папа! Ты совсем забыл как надо себя вести в присутствиий Младшей Госпожи?! Отец, неужели ты действительно потерял память?!

— Прости, Младшая Госпожа, — Склонил голову, улыбаясь про себя, вспоминая как важно нашим девочкам привыкать к бремени власти. И учить их общению с мужчинами, тому — как ставить раба одним только взглядом на место, тоже была обязанность отца. — Можешь наказать меня за этот проступок.

Сквозь ресницы я наблюдал за дочерью.

Мои слова её обескуражили, более того — она так растерялась, что убежала из комнаты.

Моя такая взрослая, умная и такая глупенькая девочка! Лимари-кор обладают невероятным слухом. И этим качеством я собирался воспользоваться.

— Зачем ты убежала?! — Зашипела гадюкой Шанталь. Надо же… а внешне выглядит такой соблазнительно-невинной!

— Ты не понимаешь!? Он правда потерял память! Он забыл обо всём, что было после Мераны! Вы влили ему слишком большую дозу! — Если бы я не был уверен в том, что вторая шипящая гадюка — моя дочь, я бы подумал что это выясняют отношения две прожженые подельницы.

— А толку-то всё равно нет! Он инстинктивно отторгает меня! Мы пошли на огромные траты! Ты знаешь, сколько стоит тот материал, которым подавили его брачную татуировку?! Да на него космолёт купить можно! Ты помнишь наш договор?! Твой отец должен стать либо моей послушной марионеткой, либо зомбировать для нас женщин, чьи мужья занимают высокие посты! У нас мало времени. Его жена сейчас стала частью Живого оружия Древних. И стремительно улетает в сторону диких областей. В Империи наагатов и соседних государствах — послевоенная неразбериха! Именно сейчас мы можем как никогда до этого усилить наши позиции! Делай что хочешь! Но через три дня твой отец должен навязать мне соитие! Сам! Иначе… — Шанталь многозначительно замолчала.

— Я попытаюсь. Но… если он так и не проявит инициативу?!

"Ну, спасибо, дочь! Теперь я понял — как "искренне" ты меня любишь!"

— Ха-ха-ха… да не трясись ты так! Не один он у нас в работе! Если у него действительно "Золотая пыль" все мозги отшибла, то мы сделаем из него игрушку для Старейшины. Жить он будет… не скажу — что долго… но будет… А сейчас прикажи принести ему еды… Ну! Живее! После такой дозы он может умереть от истощения!

Голоса постепенно затихли. Видимо сообщницы отошли уже далеко.

А я поудобнее устроился и начал размышлять, игнорируя усиливающуюся слабость и головную боль.

Принесённый странным рабом обед съел до крошки. Еда была более чем простая. Именно так на Меране кормили приговорённых к списанию рабов.

Подождав, пока тот же раб заберёт грязную посуду, приступил к исполнению первой части плана призванного обрести затёртую память.

Выудив из складок застираного, но чистого постельного белья нож, внимательно его осмотрел. Что могу сказать — мне повезло. Это был не обычный столовый нож, а старый — кухонный. Он был достаточно острым для реализации моего плана.

Скрутив снятую наволочку жгутом, стиснул её зубами. Глубоко вдохнув, вогнал нож в границу между кожей и навареным на неё материалом. Шипя от боли, вспорол на редкость прочный материал. Зубами и свободной рукой отогнул кровоточащую пластину.

Поразительно! Я неплохо разбирался в лечении и в медицинских материалах. Но то, во что была завёрнута рука… Создавалось такое впечатление, что ткань живая и проросла в мою плоть сотнями тончайших нитей. Там, где она была оторвана, эти нити, словно корешки, слабо шевелились, стремясь друг к другу.

Где-то я такое уже видел… Вспомнить бы — где?!

На пике воодушевления, рванул ткань освобождая руку до локтя, а потом, не побоюсь этого слова — героическим рывком — сорвал её всю! Отбрасывая на пол. Где она скукожилась как пьявка, оторванная от тела. Ножом дотянулся до жуткого куска и подгрёб его под топчан.

Внимательно, словно видел в первые, рассмотрел руку.

Кожа кровоточила из сотен проколов, оставленных удалённой тканью.

Но удивило не это. А брачная татуировка! Она начиналась от запястья и завершалась выше локтя.

Провёл кончиками пальцев по выпуклому рисунку…

От картинки, представшей перед внутренным взором, едва не заорал.

Брачная татуировка снова и снова вбрасывала в мозг одну и ту же картинку — летящее в сверкающем пространстве многоногое чудовище, внутри которого, свернувшись комочком, лежала маленькая фигурка!

Моя жена!

Но я не помню о ней ничего! Хотя… на пустом месте брачная татуировка у лимари-кор не появляется!

Рассуждаем… Меня ей, со слов дочери, подарили. Значит… а вот ничего это не значит! Разве что… только очень могущественная Высокородная может так запугать моих хозяек. И она же, по словам Сейты совершила государственный переворот на Меране. И она же, опять же со слов дочери — сейчас улетает… куда-то… во внешие дикие территории…

Что делать?!

Ответ простой!

Не ждать, когда меня сделают безвольной марионеткой и отдадут забавляться очередной госпоже. А уже сейчас уходить. Дверь не заперта, дабы дать иллюзию свободы. Интересно — почему они так сделали?! Скоре всего потому, что я слишком слаб и должен таковым был и остаться. А слаб я был из-за гроховой тряпки!

Повозившись в постели, к немалому своему удивлению понял — как только избавился от этой мерзости — силы возвратились ко мне почти полностью.

Итак! Я ухожу! Нож есть. И эту тряпку надо с собой взять. Из неё может получиться отличное оружие!

Прихватываю с собой простыню, в которой шевелится живой паразит и крадусь на выход.

Сразу за дверью — коридор. Затхлый воздух. В чём-то это хорошо. Следы Сейты и Шанталь не затоптаны.

Зверь внутри ликует и рвётся помочь. Охотно уступаю ему инициативу. Темнота становится не помехой, а помощницей. Азарт охотника влечёт вперёд. Лабиринт запутанных подземных коридоров проносится мимо… Если бы не след дочери, я бы давно заблудился…

Впереди — поворот в довольно сносно освещённое пространство.

Стоп! Чуткое обоняние и осязание сообщает о том, что впереди — несколько живых разумных. Три пары, как минимум — занимаются сексом. А семь особей сгруппировались довольно далеко от меня.

Выглядываю из-за угла и… меня ошарашивает новое открытие!

Звёзды! Какой я болван!

Это — сакоты! Кошмар для всех мужчин обитаемых миров!

И моя Сейта, ДОБРОВОЛЬНО, им служит!

Злость не туманит рассудок. Напротив, помогает окончательно очиститься от остатков наркотика. Не смотря на то, что там всего семь самок, прорываться наружу не спешу. Это сакоты! Твари, от которых можно ждать любой мерзости.

На всякий случай — осматриваюсь. Я на перекрёстке. Вдаль уходят изломанные коридоры лабиринта. И это не просто коридоры. Когда-то тут была либо тюрьма, либо поселение. На некоторых ячейках-кельях ещё уцелели двери. Где-то даже есть остатки треугольных окон.

Ломая инстинкты Зверя, пересекаю коридор и прячусь в келье, прямо напротив освещённого коридора.

Жду…

Спустя пару часов в ворота, у которых находятся семь стражниц, входят пять рабов. Простая, неброская одежда. Одурманеные взгляды… Трое из них несут подносы с едой, а двое сопровождают молодых наагатов. На которых сразу накидываются тюремщицы. Впрочем… это обоюдно. На ходу сдирая одежду, секс-партнёры рассасываются по кельям.

Двое рабов, сгрузив еду, уходят. Третий же, устремляется вглубь лабиринта.

Вот это мне и надо!

Придушив, втягиваю не сопротивляющегося парня в келью.

— Как тебя звать?!

— Руд.

— Куда идёшь?

— Несу еду новому оплодотворителю Младшей Старейшины.

— Сейчас ночь. Зачем ему еда?

— Он под "Золотой пылью". Надо кормить, иначе сдохнет.

— Если выйти из тех ворот, куда дальше идти?

— Сразу направо. На лестницу для рабов. Потом три этажа вверх.

— Потом? Как пройти в рабскую казарму?

— С лестницы — направо. Мимо прачечных и мусорной. Выйдешь — снова направо. Там бараки довереных рабов. — Тут мой пленник дёрнулся, — Зачем ты об этом спрашиваешь? Кто ты?!

— Я тут… украл одну вещь… спрятал… и в лабиринте заблудился…

— Ты чернорабочий что ли?! — Пленник осуждающе покачал головой, — Понятно почему ты заблудился. У вас, черви навозные, нет навигатора. — Парень гордо продемонстрировал мне коммуникатор с многоуровневой схемой этого строения. — Тебя поймают и скормят гэлориям.

— Прости, брат, но этого удовольствия я им доставить не могу! — Без тени жалост придушил "хорошего" раба. Связал простынёй. Заткнул рот его же кушаком, спрятав "паразита" в мешочек, позаимствованный у пленного. Переоделся в его тряпки. Надел коммуникатор и съев всю еду, выскользнул в коридор.

Быстро иду к выходу.

Как вдруг…

— Эй, ты!

Сутулясь, подобострастно кланяясь, подбегаю к келье.

Там набирает обороты сексуальная игра по-сакотски.

— Госпожа?

— Метнулся и привёл ещё партию самцов. И побольше… Штук шесть… Эти не выдержат долго.

— Уже бегу, госпожа!

— Живее! Иначе сдохнешь! На! Покажешь, чтобы ускорились! — Невероятно красивая, абсолютно обнажённая брюнетка с хищными чертами лица, суёт мне в руку пластину.

— Бегу, госпожа! — Выкрикиваю я и устремляюсь на выход.

Спасти тут я никого не смогу. Геройствовать — бессмысленно… Надо самому сначала вырваться. Простите меня, парни!

Вылетаю из подземелья и мгновенно оказываюсь блокирован силовой сетью:

— Куда так спешишшшь? — Поигрывая стеком, ко мне идёт ещё одна хищница.

Молча вытягиваю руку, на которой висит пластина:

— Срочно… новую партию самцов… штук шесть и повыносливее!

Интерес на прекрасном лице сменяется откровенным раздражением:

— Совсем обнаглели эти боевички! Освободить! Пшёл вон!

— Уже бегу, госпожа! — Подобострастно сутулясь, пробегая поближе, чтобы словить хлёсткий удар стеком. — Спасибо за науку, госпожа!

— Иди вон… — Сакота довольна собой и мной.

Мчусь вверх не щадя себя. Мне надо удалиться от этого гнезда сакот как можно дальше!

На лестнице много рабов. Все торопятся, боясь разозлить хозяек. На каждой площадке — часовые. Я теперь умный — бегу, вытянув руку с жетоном. Получая удары, тычки, оплеухи.

Скорее… скорее…

Вот и хозяйственный коридор!

И вот я вне стен древней постройки!

Чёрный ход вывел меня к хозяйственным постройкам. За которыми я вижу технические ангары. Не скрываясь бегу к ним. Тут пост только на входе. Да им и некогда. Я ж раб. Да ещё и с жетоном.

Внутри ангара вообще никому нет до меня дела. Глаз сразу выхватывает готовые к вылету межпланетные боевые челноки. В один из них я и ныряю, через техническую дверцу. Как хорошо, что в своё время изучил этот тип кораблей! Сюда никто не сунется. А мне главное — продержаться незамеченным до выхода на орбиту.

Кабинет Императора наагатов

— Мой Император!? — На экране галовизора появилась высокая, стройная нагиня, с необычной короткой стрижкой пепельно-серебристых волос, — Только что сообщили — заработал маячок. Координаты зафиксированы. Отряд личной охраны Императрицы готов. Разрешите вылет?!

— Разрешаю! Ваши полномочия — без ограничений! Мне нужен этот разумный живым и здоровым!

— Служим Империи!

Экран истаял…

— Хммм… а может быть не всё потеряно… — Прошептал внеценосный наагат, — Пока Звёзды милостивы к нам всем…

Морис

Кажется, я задремал.

Из сна вырвали громкие голоса и топот ног.

Прислушался, одновременно проводя диагностику организма. От наркотика остались лишь незначительные следы. Слабость от гроховой "тряпки" — тоже пропала. Это хорошо. Теперь я могу дать бой!

Однако… этот весь шум из-за меня!

За обшивкой, не сдерживая голос, вовсю сплетничали:

— … что призвало элиту наагатов на орбиту нашей планеты? — Недоумевал хриплый женский голос.

— Никто этого не знает! Но уже то, что они прыгнули сюда — о многом говорит! Если их атаковать, тут сразу появятся каратели. — Нервный высокий голос собеседницы звенел от страха.

— Старейшины кого-то потеряли. Всю ночь ищейки обыскивали город. Сбежал кто-то важный. Не за ним ли прилетели Высшие?

— Да… нам даже развлечься не дали! Всех самцов изъяли… — Возмущается хриплоголосая.

— Старейшины наворотили, а встречать элиту должны мы! А, если, они нас не послушают и приземлятся?

— Приказано этого не допустить.

— Как же — приказано! Подыхать-то мы будем!

— Да, согласна. Тот кто их послал, что-то подозревает. Иначе бы не прислал отряд личной Гвардии Императрицы. Одни женщины! Высокородные! Высокомерные, злобные твари! Все они — вдовы! У нас против них шансов нет!

— Ты как хочешь, подруга, но я не стану их атаковать! Просто сдамся! У меня новенький модификант. Проживу как-нибудь. Скажу что ничего не помню… назовусь смеском… скажу что мать-талеанка залетела от наёмника-рептилоида и меня бросила. Мы с тобой похожи под фиксатором личин. Можем двойняшками назваться.

— О… спасибо, Фло. Так и сделаем! — Звуки пылких поцелуев и слова… которые я не редко слышал на Меране от любительниц однополой любви.

— Отряд Три. На вылет. — Громыхнуло в ангаре.

— Ну вот и всё… люблю тебя, милая… делаем так, как договорились.

Через минуту челнок двинулся.

"Что же… моя супруга, видимо действительно Высокородная."- Поглаживая брачную вязь, думал я. — "Если за мной сам Император выслал ТАКОЙ отряд!" — Почему-то у меня не было и тени сомнения в этом.

А прав я, или не прав — увижу в ближайшие пару часов.

Наказующий

Марш-бросок и сопутствующие походу шероховатости, в виде стычек с Порождениями, воинственно настроенными отрядами самообороны свободных планет и подозрительными шайками всяческого сброда, несколько взбодрили нас с побратимом.

Этому, так же, способствовало осознание возможной встречи с супругой.

Командор догнал нас уже на пятый день похода.

Когда, после обмена-опознования к нам подошел экспедиционный корпус Империи Кариан, вооруженный до зубов, на душе невольно потеплело. Нам помогают! Друзья и подруги. Все, кому дорога наша супруга.

Ибо только Соня, используя своё влияние на влюблённого Императора, могла добиться таких результатов.

Алан стремительно вошел в рубку моего крейсера и даже Шат вдрогнул от скверного вида командора. Мне много раз приходилось видеть карианцев в боевой трансформации. Но для боестолкновения это в порядке вещей. А вот чтобы в мирное время он не мог перейти в гражданскую ипостась… мдааа… у побратима те же проблемы, что и у нас с Принцем, если не больше.

— Что, скверно выгляжу? — Чудовище ухитрилось усмехнуться. — Спасибо, друзья, что подарили надежду ещё раз увидеть нашу супругу. Только эта мысль сейчас сдерживает боевое безумие.

— Да что ты говоришь! — Порывистый Шат, не колеблясь, обнял побратима, не обращая внимание на острые грани доспехов. — Переходи на наш крейсер. Втроём мы будем сдерживать друг друга. А если мы сорвёмся… пострадает лишь один корабль.

— Спасибо, братья… — Вторая улыбка получилась у Алана намного лучше. — Мы летим втроём?

— Я попросил Императора найти Мориса. Его исчезновение выглядит подозрительно. Но нам очень нужен наш лимари-кор. Если мои предположения окажутся верны, то вызволить жену мы сможем только совместными усилиями.

— Император, давая мне видео-аудиенцию потребовал, чтобы мы не смели привлекать к нашей операции Соню. — Доложился дисциплинированный командор.

— Эххх… жаль! Соня — это сила! — Огорчился непосредственный принц.

— Шат! — Я покачал головой, — Не будь таким эгоистом! Не забывай — она его Истинная! А в той дыре, куда мы все летим, есть большая вероятность того, что нас всех уничтожат. И потом… не забывай, что она — женщина!

Нас прервал лохматый ураган, буквально сбивший с ног командора и от избытка чувств топчущийся на нем:

— Сет любит Ала!

— Я тоже люблю тебя, Сет! Ты — лучший! — Командор улыбнулся снова, зарываясь руками в густую шерсть сателлита и становясь всё более человечным.

— Ваша Честь, разрешите обратиться? — От группы техников торопливо подошёл дежурный офицер.

— Да. Говори.

— Вам сообщение от Командора отряда личной Гвардии Императрицы. Они выполнили приказ Императора и теперь догоняют нас. Так же, Его Величество, открытым текстом сообщает, что он заранее одобряет решение Командора продолжить с вами путь. И напоминает, что весь экипаж Гвардии состоит из Высокородных. Исключительно вдовы. Они сами решили свою судьбу. И рисковать ими разрешено так же, как и прочими штурмовиками.

— Мы послушны Воле Императора! — Склонил голову я, а за мной и все присутствующие.

— Служим Императору!

Когда офицер отошел, Алар понимающе кивнул, поднимаясь с пола:

— Это имеено то, что я думаю? Они везут Мориса?!

— Да. Везут! — Шат радражённо передёрнул плечами. — Он сам мог бы расстараться! У меня вообще складывается такое впечатление, что спасать нашу супругу он не сильно стремиться! А с ним на нашу голову — ещё пять сотен отмороженных стерв! Что?! — Принц обвёл нас возмущённым взглядом, — Я с ними наобщался, в своё время! Как одна — красотки, стервы, интригантки и хладнокровные убийцы!

— Тогда тебя интересовали ВСЕ особи женского рода. Вот ты и попробовал с ними завести интрижку. Так ведь?! — Я вспомнил любовные похождения юного принца и еле удержал лицо.

— Ну… так!

— А сейчас у тебя есть супруга. И то, что было раньше — ушло в небытие! Так?!

— Ддда… так! — Шат, явно, повеселел.

— Ну а мы не будем обращать внимание на их подколки. Ведь именно этого ты опасался?!

— Да!

— Дежурный, взять под особый контроль корабли личной Гвардии Императрицы!

— Есть, мой командор!

— Да… и ещё есть… одна вещь… которую вы должны знать. — Шат закусил губу, внутренне собираясь. — Мы — побратимы. И я считаю, что вы должны знать всё обо мне.

— Шат, мы и так тебе верим. — Командор похлопал друга по плечу.

— Сет верит Шату! — Сателлит солидарно шарахнул принца лапой по спине.

— Шат. Мы тебе верим… — Я тоже был не настроен на такую откровеность с его стороны.

— Нет! Я расскажу! — Упёрся Наследник.

— Шат, — Ну что ты с ним будешь делать? — Ты хочешь нам поведать о том, что командор личной Гвардии Императрицы — твоя первая любовь? И первая женщина?!

— Дддаа… — Друг настолько опешил, что лишился речи.

— Ну было… ты был молод. Горяч. Отказов не понимал. Она осталась одна… Даже детей у неё нет… Чего старое вспоминать?!

— Ты… ты… знал?! — От возмущения парень побелел.

— Знал. Это моя обязанность. Знать — кто может оказать влияние на Наследника. Но это знание умерло бы со мной.

— Прости, Яс. — Принц виновато понурился, — Я думал, что совсем забыл её. Но… оказывается — помню. Нет. Это не любовь… наверное… но сейчас… когда я о ней думаю… вспоминаю только хорошее.

— Это — первая любовь, дружище! Я бы сказал — влюблённость. Первую женщину мы все помним… что бы ни говорили. И мы все понимаем, что ты к ней чувствуешь, — Наш безупречный командор и сейчас взял на себя роль жреца, — Более того, мы уверены, что только нашу супругу ты действительно любишь.

Шаатхар заметно повеселел.

— Но! — Алар не был бы, как говорит наша супруга, "рыцарем без страха и упрёка", если бы не договорил нравоучительную тираду. Ведь и у безупречного мужчины может быть маленький недостаток! — Надо быть деликатным, безукоризненно вежливым с этой женщиной. И сразу дать понять, что у тебя семья. И на других, как на женщин, ты не посмотришь. У неё свой путь. У тебя — свой!

— Сет укусит женщину, если она покусится на мужа Доминанты! — Сателлит тоже не мог остаться в стороне животрепещущего вопроса.

— Сет, давай поступим по другому, — Вновь взял на себя разруливание щекотливой темы командор, — Ты сразу не укусишь. Ты предупредишь, что укусишь.

— Сет согласен, — Мохнатый Хранитель семьи "боднул" Алара. — Ал умный. Почти как Сет.

Мы рассмеялись.

Всем, хоть немного, но полегчало.

— Разрешите нарушить ваш весёлый междусобойчик, нэры! Командор личной Гвардии Императрицы, Высокородная Тамис ит, Паул, по приказу Его Величества, возглавила и провела операцию по поиску и спасению побратима Наследного Принца. В данный момент некий Морис, раса лимари-кор, находится на моём флагмане. Вы пришлёте ваших представителей за ним, или доверите доставку мне и моим бойцам?!

Признаться, даже я немного замешкался от неожиданности и высокомерного презрения, сочащегося из уст и глаз прекрасного командора.

— Верни Мориса! Он наш! И Шат тоже наш! Сет не отдаст своих братьев тебе! — Влез в разговор сателлит.

— Вы стали братьями животному!? — К презрению добавилась брезгливость.

— А хоть бы и так. Вы не находите, командор Тамис, что этот вопрос выходит за рамки вашей компетенции?! — Командор тоже, когда хотел, мог жалить льдом высокомерия. — Готовьте доклад о прохождении операции по освобождению нашего побратима. Мы с Сетом вылетаем за ним. Отключить связь!

— Мда… просто не будет. — Тяжело вздохнул Алар.

Командор с Сетом отправились за Морисом.

Выждав, мы с принцем решили встретить их в транспортном отсеке.

Поначалу всё шло штатно. Вход в зону притяжения. Фиксация. И вот уже шаттл занимает своё место на стоянке. Открывается шлюз.

И… Ничего…

Чувствуя себя полным идиотом, едва сдерживаюсь, чтобы не ворваться в шаттл.

Наконец, неторопливо, к трапу приближаются три фигуры.

— Яссин, похоже, у нас проблемы! — Сквозь зубы шипит Шат.

— Вижу! — Мне тоже хочется зашипеть.

Почему?!

А потому, что тот разумный, что неохотно идёт на выход из шаттла — лишь внешне похож на Мориса. Скепсис, недоверие и неуверенность… этими чувствами он буквально фонил.

— Милосердных Звёзд. — Опережая события я шагнул к трапу.

— Яс, у нас проблемы. Мориса нашли на корабле, близ планеты-развлечения среднего уровня. Предположительно, экипаж состоял из расы сакот. — Командор был мраче, как штормовое море.

— Почему — предположительно?! — Очень мне не понравилось это уточнение.

— Потому что все экипажи трёх корветов были умерщвлены. Сразу, как только оказались на орбите. Судя по всему, они хотели сдаться. Но их командиры это поняли и активировали вшитые в шею ампулы с ядом. Мориса нашли в технической нише. Он оказался опоен "Золотой пылью" и потерял память. Не помнит нашу супругу. Что делать?!

— Что делать?! — Я задумался, а лимари-кор тем временем, с ненаигранным интересом рассматривал транспортный отсек. — Морис!

Парень вздрогнул и привычно поклонился:

— Я к вашим услугам, нэр.

— Что ты помнишь?!

— Помню Мерану, Высокородный. Больше — ничего. — Серо-голубые глаза смотрели открыто и недоумённо.

— Мы сейчас пройдём в мой кабинет и ты нам расскажешь всё, что помнишь. О своей жизни вообще, и о том что произошло в плену у сакот, в частности.

— Мне нечего скрывать. — Лимари пожал плечами, — Расскажу всё… но это займет время…

— ПОКА — время у нас есть. — Угрюмо ответил Алар. — Яс, мы с Сетом отойдём в техчасть. Надо кое-что проверить.

— Не вопрос. У вас полный допуск везде.

Командор с сателлитом бысторо удалились.

— Морис, вы даже Сета не помните? — Я сделал ещё одну попытку достучаться до памяти лимари, — Детей, роды нашей супруги…?!

— Дети! Я уже говорил! — Мгновенно отреагировал оборотень, — У сакот мои дочери! Старшая — добровольно им помогает. Но я уверен — они на неё чем-то воздействуют! Спасите моих дочерей, нэр! Им грозить смертельная опасность!

Вот тут я разозлился. Сгрёб не сопротивляющегося парня "за грудки" и прошипел ему в лицо:

— А о сссвоей младшшшей дочери сссспрсссить не хочешшшь?! Которую нашшша супруга родила сссовсссем недавно?! Когда ты её едва не убил?!

— Но я и спрашиваю о детях?

— Я не могу так, Яс! — Принц, трансформировавшись, рванул в сторону тренажерного зала.

— Простите, нэр. — Морис был слишком спокоен. Так невозможно сыграть. — Я оскорбил уважаемого Высокородного тем, что не вспомнил о том ребёнке, о котором вы сейчас мне рассказали?

— Да! — Отпустил побратима, — Иди за мной. Я тоже не железный.

В полном молчании, под осуждающими взглядами моих преданных штурмовиков, мы покинули транспортный отсек.

Морис

Я не заметил, как провалился в беспамятство. Слишком много сил потратил организм на борьбу с "Золотой пылью".

Проснулся от тишины.

Это могло означать что угодно, но вряд ли хорошее.

Осторожно размяв затёкшее тело, встал, готовясь выйти и осторожно разведать обстановку. Но события опередили.

Рывком распахивается дверка и меня вытаскиваяют в узкий закуток.

"Ого! Нагини! Все — как одна — Высокородные, красивые, с мёртвыми глазами и коротко отрезанными волосами. Зачем я им?"

— Ты — Морис?! — То ли спрашивает, то ли утверждает одна из трёх. С нашивками высокого командного состава. Похожие нашивки носила Средняя сестра Старейшины. Министр обороны Маору.

— Я, Высокородная. — Склоняю голову, но вижу огонёк женского интереса, появившийся в её глазах. Зверь разражённо рычит. Его все женщины выводят из равновесия.

— Ты летишь с нами. Отведите пленника в гостевую каюту флагмана. Эти корветы перегнать на вспомогательный крейсер. У нас мало времени. — Распоряжается старшая по званию.

Мы выходим в коридор. Там лежат тела. И их смерть не вызывает сомнений — отравлены!

Переходим в грозный штурмовой челнок и на нём перелетаем на флагман. Меня провожают на офицерский этаж и, грубо втолкнув в каюту, блокируют выход.

Всё… Пока длится полёт, а это около декады, никто меня не навещает. Судя по тому, что регулярно отрубаюсь по вечерам — либо в пищу, либо в воздух добавляют снотворное.

Сегодня, наконец-то, индикатор поменял цвет. Дверь открыта.

И в неё входят карианец в боевой трансформации и гигантский паук. Арх? Но они подчиняются только Старшим самкам. Арханам!

— Привет, брат! — Тепло приветствует меня штурмовик.

— Морис расстроил Сета! — С ходу обвиняет меня арх. Знать бы — чем я кого ещё расстроил!

— Я не понимаю… Простите… но я не помню вас! — Я злюсь, а мой Зверь радостно урчит.

— Мы за тобой. Пошли. Наказующий сам всё объяснит. — Карианец, снова становясь смертоносной машиной указывает на выход.

— Я никуда не пойду! — Страх за Мию срывает вбитое послушание. — Моя младшая дочь в опасности! Да и старшая под влиянием! Сначала спасите моих детей!

— Что-то ты не спрашиваешшшшь о третьей дочери! — Сдерживаясь, рычит карианец.

— Сету не нравится такой Морис! — Заявляет арх.

— Ты. Сейчас. Идёшь. С нами. — Карианцу всё труднее становится внятно говорить. Даже нагини отшатываются и отходят подальше. — Есссли надо, Сет тебя парализует, а я донесу. Без вариантов!

Спорить бесполезно. Иду с ними.

И тут… на нашем пути встаёт командор нагинь.

— Командор, — Она насмешливо наклоняет голову в приветствии, — Позвольте лимари прийти в себя. Оставьте его у нас на декаду и …

— При всём уважении к вам, командор Тамис, я не стану слушать то, что может разгневать Императоров. Пропустите нас. Не надо усложнять и так непростую ситуацию.

— Вы атакуете меня, командор?! — Усмехается прекрасная воительница.

— А вы в этом сомневаетесь?! — Карианец снова собран и спокоен. — Его Величество лично уточнил, что к вам надо относиться как и к остальным штурмовикам.

— Уже — нет! — Нагиня отходит к стене. Усмешка меркнет на её прекрасном лице. Глаза снова становятся мёртвыми стекляшками.

Перелёт… Странная встреча с наагатами, которые, как я понимаю, являются супругами той же женщины, что и я. Да ещё и ребёнок у меня есть. Младенец… Дочка… А я совершенно ничего не помню! Как ни странно — то, что я не помню ребёка — выводило из равновесия меня. А то, что не помню жену — бесило Зверя.

Я совсем не обиделся на наагата. Напротив, мне было стыдно за то, что ничего не помню о таинственной женщине нас объединившей. Зверь затаился. Вот кто всерьёз разозлился. На меня. И как оправдаться — я не знал.

После разговора, больше напоинающего допрос, Наказующий исчез из каюты. Тоже отправился "спускать пар". Предварительно предупредив меня о том, что мы все — побратимы. И все будем жить в одной каюте. Потому как спасти жену можем только все вместе.

Я поинтересовался — могу ли пойти с ним. Наагат, цедя слова сквозь проступившие ядовитые клыки отсоветовал. С той же формулировкой — "он тоже не железный"!

Подумав, я пошел в санблок, с наслаждением отмывшись там от грязи и мерзкого привкуса наркотика. Одев чистый комбинезон, вышел в гостиную. Где меня уже ждали.

Молоденький парнишка-карианец, мучительно серея, сообщил что ему поручено обо мне заботиться. И обед уже на столе.

На резонный вопрос — почему обед только для меня, снова посерев, ответил — пока вы не станете нормальным.

Поблагодарив, поел.

А потом попросил юнгу принести инфокристаллы, где я могу увидеть нашу супругу.

Парень, собрав грязную посуду, стремглав умчался, на ходу бросив, что спросит разрешение на это у принца.

Опустившись в кресло, позвал Зверя. Но он отгородился, недовольно ворча.

Что ж…. придётся самому!

Глубоко вдохнув, сосредоточился на брачной татуировке. Сначала от неё распространилось тепло. А потом на меня обрушился водопад образов. И везде присутствовала невысокая, хрупкая женщина в маске отшельницы и с телом испещрённым шрамами.

— Не может быть! — Я схватился за голову.

Теперь я понимаю — почему так гневаются те, кто называет себя моими побратимами! Эта женщина согрела душу раба с Маори! Благодаря ей моя вторая ипостась стала полноценной. И моих старших дочерей она была готова принять. И приняла бы! И дала бы им то тепло материнской любви, которого лишены все наследницы кланов. Она всё понимала. И всё прощала! А моя Сейта поступила так подло! Теперь я уже не сомневался в том, что она добровольно пошла на сговор с сакотами. Я всё понимал! Запоминая образы и связывая их… Но вспомнить — не мог! Очень хотелось биться головой о стену.

— Ты о чём?! — Из водоворота образов и рассуждений меня вырвал агрессивный голос того наагата, которого все называют принцем.

— Что?! — Не понял я.

— Ты сказал: "Не может быть"! О чём ты?! Вспомнил нащу супругу?! И она в твоих воспоминаниях оказалась совсем не красавицей?!

Я онемел от этого предположения. Так онемел, что не мог издать ни звука. Только мотал головой.

— Шат, прекрати. — Спокойный голос карианца погасил огонёк безумия, разгорающийся в сиреневых очах принца. — Поставь себя на его место! Ты никого не узнаёшь. Твоя старшая обожаемая дочь сделала всё, чтобы сдать тебя сакотам. Ты не знаешь где младший ребёнок. И узнаёшь, что есть у тебя третья дочка. И супруга, весьма далёкая от классических канонов красоты. Мы — побратимы! Мы должны помогать друг другу. А не доводить до срыва. Ведь именно этого добиваются наши враги!

— Благодарю вас, командор, — Я встал и поклонился.

Этот карианец покорял. Тактичностью, честностью, силой и… милосердием!

— Не стоит, брат.

— Стоит. — Я упрямо мотнул головой. — Я правда в растерянности. Образы, которые мне являются, ещё сильнее меня запутывают и оставляют чувство вины.

— Ты всё вспомнишь, дружище! Иначе мы не спасём нашу жену!

— Ал, Морис, простите… Вспылил… — Наследник Империи протянул мне руку, которую я с благодарностью пожал. — А что ты видишь? Можешь рассказать?! Или это совсем личное?!

— Рассказать попробую. Поскольку я не помню ничего о тех разумных, что являются мне, рассказ будет долгим.

— А мы не спешим. ПОКА… — Наказующий присел рядом со мной.

А вот раздосадованный чем-то арх неподкупно прилёг у ног командора.

— Морис, мы — все во внимании. — Поторопил Яссин.

Собрав всё красноречие, закрыл глаза и начал рассказывать.

Никто меня не перебивал. Было так тихо, что казалось, побратимы не дышали.

А вот когда я дошел до самого мучительного видения — о маленькой фигурке, клубочком лежащей внутри невероятного то ли существа, то ли механизма… Первым, предсказуемо, не выдержал принц. И в этом нет ничего странного. ТАМ, в утробе чудовищного порождения Древних мастеров, была не просто обожаемая женщина! Там была будущая МАТЬ его детей! И его нерождённые дети!

— Яс, ты слышал?! Надо ускориться! Или вообще — прыгнем переносом! — Чего принцу стоило себя сдержать, выдавала появляющаяся-исчезающая частичная трансформация.

— Нельзя, — Наказующий о чём-то усиленно думал, — Всю эскадру преобразователь не потянет. Да и помехи тут… кругом "Разбитые Звёзды", пульсары, чёрные Туманости.

— Яс!

— Угомонись, дружище. Скоро рудх на связь выйдет. Он нам и поможет… я надеюсь… — Яссин снова о чём-то задумался.

— Яс!

— Шат, не напирай. Не ты один едва сдерживаешь вторую ипостась. — Ровным голосом ответил Наказующий.

— Шат, — Карианский командор перебирал густую шелковистую шерсть жмурящегося арха, — Яс обдумывает все варианты развития событий. И озвучил самый оптимистичный. Мы, все, взрослые мальчики. И понимаем как мгновенно могут измениться обстоятельства.

У Яссина завибрировал коммуникатор. На экране, развернувшемся над запястьем, появился встревоженный дежурный офицер:

— Мой нэр. Вашей аудиенции просит командор Тамис.

— Обоснование её просьбы?!

— Конфедициальный разговор.

— Пусть прилетает.

— Слушаюсь!

Экран погас.

— Яс, — Шаатхар захрустел сжатыми кулаками, — Почему ты ей не отказал?!

— Смысл?! — Наказующий приподнял бровь, — Почему я должен был ей отказать в разговоре?!

На побледневшем лице принца появились красные пятна.

— Она… обожает интриги!

— И что?! — Бровь Яссина поднялась ещё выше.

— Она… я не знаю, что отнеё ждать!

— И я — не знаю. — Спокойно ответил наагат, сверкнув алыми глазами, — Вот после разговора и поймём. Ты-то чего дёргаешься?! Чувствуешь к Тамис что-то?!

— Нет!

— Ну и отлично. А с остальным мы справимся.

После ухода побратима в каюте повисла напряженная тишина. Даже арх дремал, не закрывая три глаза.

Мы все успели основательно накрутить каждый себя. А принц так вообще извёлся.

Когда в распахнувшейся двери возник силуэт полностью обернувшегося нааагата, не вздрогнул только арх.

— Что?! — В один голос спросили мы все.

— Стерва! — Кошмарный змей со всей дури шарахнул хвостом об стену.

— Сет всё решит! — Лохматый страж без колебания подошел к беснующемуся наагату.

— НЕТ! — Слаженно воскликнули командор с принцем.

— Сет — защитник семьи! — Бросил вскользь арх протискиваясь мимо опешившего Наказующего. — Сет всё решит.

Под грохот моей упавшей челюсти, гигантский паук исчез в коридоре.

— За ним! — Мгновенно вернувший себе гражданскую ипостась Яссин, рванул следом.

Мы не отставали.

Но, видимо, не просто так архов и арахнидов считают самыми смертоносными существами Вселенной! Арх просто исчез!

— Вахтенный! — Рявкнул Наказующий, на бегу набирая команды. — Где командор Тамис!?

— Прошла к своему челноку, — Буднично доложил дежурный офицер. — Но запрос о вылете пока не задавала.

Обернувшись к нам, наагат скомандовал:

— В транспортный отсек!

До искомой точки добрались быстро.

Нам наперерез кинулся давешний штурмовик:

— Мой нэр! Сэт напал на командора Тамис!

— А ты почему не внутри?! — Рычал взбешенный Наказующий.

— Простите, мой нэр! — Штурмовик непринужденно трусил рядом с нами, улыбался и совершенно не нервничал. — Но соваться между Сетом и озверевшей суч*** — дураков нет! К тому же все знают — Сет никогда просто так не нападёт. Если нет угрозы Доминанте и Семье!

— Ссспасссибо! Утешшшшшил! — Яссин рванул огромную створку отсека, а штурмовик затормозил, явно не желая участвовать в предстоящем "веселье". К нему тут же присоединилась десятка бойцов, браво отдавших честь нашей группе.

— На кого ставим?! — Было последнее, что я расслышал.

"Сумасшедшие! Они развлекаются! Смерть для них — обыденность!" — Подумал я возмущённо, но Зверь был полностью согласен с отмороженными штурмовиками.

Из-за разногласий с моей второй половинкой, я вошел в отсек последним.

Пол под ногами ощутимо подрагивал. И было от чего.

У выходного тоннеля, на свободной площадке, сошлись в смертельной схватке исполинские бойцы!

Огромный, лохматый, полосатый золотисто-рыжий арх и пепельно-серая, с синими крапинами, гладкая, словно стеклянная — нагиня.

Дрались страшно. Молча. Остервенело.

То, из-за чего всё это началось — так и оставалось для меня загадкой. А Наказующий, который знал причину, бесящую и его самого — пока не торопился ничего объяснять.

— Их надо разнять! — Чувство справедливости не дало мне промолчать.

— Стой и не лезь! — Неожиданно-грубо рыкнул Наказующий. — Это из-за тебя всё… хоть ты и ни при чём. Эта стерва потребовала отдать тебя ей. Дескать — ты раб и её ипостась тобой заинтересовалась. А то, что сакотам ты нужен и у тебя дочери рождаются — разогрело её аппетит и она пошла напролом. Даже Императрицу просила.

— И… что?! — Сказать, что я удивился, значит не сказать ничего.

— Кто ж тебя отдаст! Но есть право… если Зверь лимари поведётся на женщину, она имеет право претендовать на него. Поэтому, пока Сет сейчас её обламывает, спрашивай Зверя — хочет он уйти к этой стерве?!

И тут меня накрыло!

Зверь, отбросив человеческую ипостась в глубину разума, словно гнилую шкурку переспевшего плода даххи, распрямил утыканую шипами спину и, подняв голову к потолку, издал оглушительный рёв. А потом ринулся в бой. Аккуратно отстранив удивлённого арха.

— Сет сильный… — Громко ворчал лохматый страж нашей семьи, приводя в порядок шерстку, — Сет мог убить нагиню сразу…

— Сет! Дружище! Никто в этом ни мгновения не сомневался! Ты у нас — самый лучший! И правильно, что не убил! У нас и без этого много проблем! — Принц кружился вокруг арха, стирая с шерсти яд нагини и наплевав на новое представление, которое разворачивалось у всех на глазах.

А зрелище и впрямь было незабываемым.

Вместо того, чтобы атаковать, нагайна кокетливо изогнула хвост, и покачиваясь, прошипела:

— Посссмотри — как мы подходим друг другу! На шшшто тебе эта ссслабая человечка?! К тому же она мошшшет быть ушшше навсссегда потеряна для всссех вассс… Живое Оршшшие не отпуссскает сссвоих жертв.

Монстр, появившийся вместо улыбчивого русоволосого мужчины просто коротко рыкнул в ответ, хватая нагиню одной лапой за горло, а второй — полуобнимая за талию.

— Ммм… ты предлагаешшшь поиграть?! — Грубость Зверя нисколько не смутила боевую форму нэры Тамис.

Но монстр, молча, поднял опешившую нагиню над головой и швырнул в открытый шлюз шаттла.

— Я отомщу! — Тамис, сгруппировавшись, прокатилась по пружинящей дорожке и мгновенно приняла вертикальное положение.

— Командор Тамис. Как старший по званию, приказываю вам не распространяться об этом инциденте. А так же — не появляться ни на одном из крейсеров эскадры без согласования со мной или командором ит Крином. Немедленно покиньте фрегат! За нарушение приказа — смертная казнь!

От слов Наказующего охнули все.

Но никто не возразил.

Взревев маршевыми двигателями, шаттл вылетел из отсека.

— Тааак… Что с Морисом делать будем? — Наказующий задумчиво обошел вокруг застывшего, нервно дышащего Зверя, — Я так понимаю — ты, парень, нашу жену не забыл?

Монстр отрицательно мотнул головой. Взгляд больших глаз затянула тоска.

— Ну-ну… дружище! Вернём мы нашу девочку! Не можем не вернуть! Ты ведь можешь её видеть?

Монстр кивнул.

— Тогда ты нас направляй! И… это… прости ты человеческую ипостась… ведь мы, двуликие, потому и сильны что гармония между ипостасями не нарушается. А это зелье… оно совсем мозги из твоей первой ипостаси выбило. Ты помоги ему вспомнить. Договорились?

Монстр довольно рыкнул, шарахнув Яссина по спине. А потом, мучительными рывками, перетёк в человеческую ипостась.

Как, оказывается, это унизительно — чувствовать себя беспомощным! Выброшенный озверевшим от горя Зверем на край сознания, лишенный возможности управлять собственным телом, я мог только наблюдать. Звуки я не слышал. Да и виделось всё как сквозь туман.

Одно обстоятельство меня радовало — все акценты Зверь расставил так чётко, что никаких сомнений у командора Тамис в том, кому принадлежит наша симпатия — быть не должно. Во всяком случае — я на это надеялся.

Нет. Я не вспомнил жену!

Не проникся, внезапно, страстью к этой действительно необычной женщине.

И красавицей она для меня тоже не стала.

И как себя с ней вести я не знал.

А пока что малодушно радовался тому, что мне не придётся вымучивать из себя нежно влюблённого супруга. Коим несомненно был. Или не был?!

Я так запутался в себе, пытаясь вспомнить… почувствовать хоть что-то, что не заметил как Зверь вернул меня в реал. Вместе с человеческой ипостасью.

— Морис… — Открыв глаза, встретился взглядом с обеспокоенным командором, — Морис, ты вернулся, или ещё нет?!

— Я… благодарю вас… да, вернулся… А что это было?!

— Ты оказался парой командора Тамис. — Злющий, как грох, принц от души шарахнул по трапу ближайшего шаттла.

— Этого не может быть. — Возмутился я. Вернее попробовал возмутиться. Тело, расползалось и не слушалось, словно я стал гагантским головоногим моллюском, вытащенным на жаркое солнце. — Если я пара вашей супруги, то не могу быть парой командора.

— Кто это тебе сказал?! — Фыркнул Шаатхар, — Как говорит наша девочка — по закону подлости такое очень даже может быть! Нет, я не понял… ты уж определись — кто тебе нужен?! Наша жена, или эта стерва?! А, может быть, тебе у сакот понравилось?

И тут меня стрельнуло:

— Дочь! Мия! Я должен её найти! Она в опасности!

— Я уже дал распоряжение относительно неё. Ребёнка ищут. Как найдут — привезут сюда.

— Мой нэр, — Голограмма вахтенного офицера возникла неожиданно только для меня. — У нас плохие новости.

— Мы сейчас придём в рубку. — Отмахнулся Яссин.

В рубке он сразу прошел за экран и жестом пригласив нас присесть, вопросительно вздернул бровь.

— Докладывай!

— Мы отправили биоников вперёд, впервые задействовав для их сокрытия N-поле. Которое до этого не применялось для этих целей. Сейчас пришел отчёт от первой группы.

— И?

— В том же направлении, параллельно нам, движутся две группы кораблей. Одни — под маскировочным полем незнакомой структуры. Но это поле не препятствие для визоров наших разведчиков. Они скрытно приблизились к этому отряду и установили маяки и автономных дронов. В ближайшие несколько дней мы будем знать о них очень многое. А со вторым отрядом — проблемы. Челнок с биоником, вошедший в зону активности защитного поля кораблей, замолчал через двадцать секунд. Второй не успел даже войти в поле. Был уничтожен.

— Что удалось узнать?

— Практически ничего. Внешне — стандартный отряд, состоящий из тяжелых крейсеров А-класса. На этом — всё.

— Плохо! — Наказующий на секунду задумался. — Прикажи бионикам скрытно сопровождать отряд. Пусть держатся сбоку… даже немного впереди. Думаю, так у них больше шансов не быть раскрытыми.

— Есть!

Дежурный вышел, а Яссин обвёл нас усталым взглядом:

— Ну вот и дождались! Неприятности начинаются!

— Яс, не только я не понимаю в чём дело. Объясни! — Шат вопросительно смотрел на побратима.

— Позвольте, это сделаю я. — Командор переглянулся с Наказующим и развернул личный галоэкран. — Смотрите…

Сначала на экране появились странные… животные?! Только размер у них был впечатляющий. Плавно перебирая шестью ногами, это существо, сопровождаемое двумя поменьше, неслось вперёд.

— Кто это?! — Слова сорвались с губ помимо моей воли.

— Это Афая и её… эээ… супруги. Их называют ильфанами. — Пояснил командор. — А теперь посмотрите на это…

Мимо наблюдателя пронеслось существо, очень похожее на ильфанов. Только веяло от него не чистой, равнодушной силой, а смертоносным желанием УБИВАТЬ!

— А это что за ужас?! — Принц был удивлён не меньше меня.

— А это, брат, предположительно… то существо, которое поработило нашу супругу! — Ответил Наказующий, так и оставшийся стоять к нам спиной.

— ЧТО?! — Шаатхар неверяще вцепился в руку спокойного, как сама Смерть, командора.

— Да, Шат! — Яссин наконец-то повернулся. И мне стало понятно — почему он это сделал так неохотно. Наказующий был на волосок от срыва. Всего лишь невероятная сила воли сдерживала его от безумия. Безумия, которое никто не смог бы остановить.

Не знаю, что меня толкнуло к нему. Очнулся я в удушающей хватке могучего хвоста:

— Моррриссс! Ты-ссс… сс ума сссошшшел?! Я шшше… мог тебя убить! — Рычал побратим, впрочем, уже вполне контролирующий себя

— Нет. Я почему-то был абсолютно уверен в том, что вы не причините мне вред!

— Ты неисстребимый романтик! Идеалиссст! И сссовсссем не изменилссся! Хоть и ничего не помнишшшь!

— Мой Зверь… Он уверен в том, что даже полностью перейдя в боевую ипостась, вы не сделаете тем кого считаете семьёй ничего дурного. — Я был убеждён в том что говорю. И моя вторая ипостась отозвалась довольным урчанием. Ещё немного — и я буду прощён.

— Все успокоились?! — Его Высочество нервно теребил пряжку ремня. — Может быть вернёмся к вопросу — как освободить нашу супругу?

— Мы для этого здесь и ссобралисссь. — Наказующий уже полностью себя контролировал.

— Мы с Ясом и Сетом решились довериться рептилоидам…. — Начал было командор, но Шаатхар его перебил:

— ИМ?! ДОВЕРИТЬСЯ!? Вы сумасшедшие!

— Шат, ты сначала выслушай, а потом выскажи своё мнение. — Абсолютно спокойно возразил карианец.

— Прости! Виноват! Я — весь внимание!

— Повторяю. Мы решили обратиться к рептилоидам. К супругам Поводыря Афаи. Мы основательно изучили все доступные нам сведения об ильфанах и их Ведущей. Так вот — только Афая может спасти нашу жену! А Афаю об этом может просить только Поводырь!

— Но она же тоже пропала! И даже всесильная Афая не смогла ничего сделать! — Психанул принц.

— И снова ты не прав. Не горячись! Мы вычислили возможное нахождение Поводыря! И возможных похитителей!

— Вот как! — Скептически поднял бровь Шаатхар. — И где она, по вашему, сейчас находится?!

Наказующий с командором обменялись многозначительными взглядами и одновременно сказали:

— На Земле.

— ГДЕ?! Вы в своём уме?! Кто её туда забросит!?

— А вот это уже — второй вопрос! — Невозмутимо ответил ит Крин. — Кто у нас — виртуоз переходов?! Кто обладает способностью "прокалывать" пространство?! Кто боится Оружие Древних?!

— Эрг! — Принц мгновенно посерел. — Но… тогда Поводырь — уже мертва!?

— Нееет. Она нужна эргам живой! Чтобы смогла вернуться и внять мольбе супругов о спасении соотечественницы…

— И… чтобы два Абсолютных оружия уничтожили друг друга! — Едва слышно договорил принц.

— Да. Это их план. А у нас он немного иной. Мы хотим помочь Оружию найти контакт с нашей женой. И объяснить ЕМУ это должна Афая.

— Зачем?! — Совсем растерялся Шат.

— Только тогда ОНО будет заботиться о ней. Как Афая заботится о Поводыре. И у нас появится шанс не потерять её навсегда.

— Раз так… — Шаатхар задумался, а потом стиснув зубы вскинул голову, — Раз так… Чего мы ждём?! Каждая секунда дорога!

Конец