Горячие капли скользили по спине Натаниэля, пока он намыливал голову, вспоминая разговор двухнедельной давности.

– Ах, Нейт, я бы хотела показать тебе наши фотоальбомы…

Катрина Мейпл выглядела как типичная современная деловая женщина. Одетая просто и со вкусом, она будто бы вечно куда-то торопилась. На щеках колдуньи красовался персиковый румянец, а слегка закрученные волосы цвета капучино доставали до подбородка.

Выкроив пару часов в своем загруженном графике, леди Мейпл согласилась встретиться с Гринфайером младшими в одной из кофеен осеннего региона. Женщина была вежлива, приветлива и, кажется, безумно рада увидеть Нейта вживую.

– Хочешь – верь, хочешь – нет, но раньше чарокровные тоже хранили подобную информацию в печатном виде… Во время войны было уничтожено столько архивов, просто кошмар. У меня даже не осталось снимков маленького Ника, что уж говорить про собственные. Смогу все передать лишь на словах. В детстве Триша была той еще пацанкой, но тогда мы еще не были знакомы. Доминик привел ее в Чарм, когда ей, кажется, было лет семнадцать…

– Она не из Чарма? – удивился парень.

– Ой, следовало с этого и начать, я совсем не подумала. Триша была простокровной. Твой отец встретил ее на Земле, во время какой-то вылазки с родителями. У них как-то быстро все закрутилось. Триш и ее брат были сиротами, предоставленными сами себе. Родители Доминика предложили им отправиться в Чарм, – заметив полный надежд взгляд юноши, колдунья поспешила добавить, – мне жаль, но твоего дяди уже тоже нет в живых. Он, как и твоя мама, с тех пор жил в Чарме. Триш и твой отец уже через год стали делить общий дом. У нас всех тогда как раз были различные практики, кто-то познакомился на них, кто-то был знаком еще с академии. Я сразу нашла с Тришей общий язык – она была достаточно прямолинейной, но намного более женственной, чем в детстве. Если честно, мне трудно сказать, на кого из родителей ты больше похож. Ты будто смешан из двух противоположностей. С возрастом черты лица твоей мамы становились лишь более плавными, а Доминика ты и сам видел – его никак не назовешь плавным и изящным.

Катрин широко улыбнулась, и Натаниэль непроизвольно рассмеялся.

– Глаза у нее были голубые, скорее даже серо-голубые. Волосы как у тебя. Длиннее, разумеется. Иногда до талии, иногда до плеч. Она долгое время носила косую челку – ей так очень шло. В общем, мы с ней подружились. А я в те времена водилась еще и с Тристен Блэкуолл. Знаешь ее?

– Нора упоминала о ней.

– Нора ее копия. Что внешне, что по характеру… Раньше, по крайней мере. Тристен и Триша подружились через меня, и мы стали постоянно проводить время вместе. Нас называли «Три», серьезно тебе говорю.

Мейпл с трудом сдерживала стыдливую ухмылку, и Гринфайер младший с умилением наблюдал за этим.

– Потому что мы звали друг друга по сокращениям – Трин, Трис и Триш. Я столько всего могу рассказать, но не знаю, что выбрать. Я знала твою маму лет двадцать, и почти каждый день у нас случались какие-нибудь приключения. Она работала в комитете, а еще держала цветочную лавку. Когда ты появился на свет, она носилась по нашим домам, спрашивая совета по всем поводам. У нас у всех уже тогда были свои дети, и она считала, что мы мудрее в таких вопросах.

Катрин выдержала недолгую паузу, прежде чем сказать следующее:

– Вся ее напускная уверенность разбилась о твое рождение. Ты для нее был самым хрупким и ценным существом на всей планете. На всех планетах.

Выключив воду, Натаниэль еще простоял некоторое время в душевой кабине, опершись руками на стену. Наклонив лицо к самому полу, он постукивал пальцами по светлой плитке, раз за разом мысленно прокручивая тот разговор.

– Как она умерла? – с отсутствующим видом спросил юноша.

– Нейт… – женщина покачала головой.

– Я хочу знать.

Обмотав полотенце вокруг бедер, Гринфайер младший прошел в свою комнату, сразу же проложив путь к гардеробу. Мельком взглянув на часы, он бросил на кровать обычную темно-синюю футболку и джинсы. Тут же раздался стук в дверь.

– Войдите.

– Хей, чармер… – Шерман замер в проходе, увидев полуобнаженного друга.

– Что?

– О-ля-ля! – русый маг поиграл бровями, рассматривая пресс парня.

Нейт закатил глаза:

– Редлок, чего тебе?

– Зашел в надежде застать тебя в одном полотенце, чтобы наконец-то предаться необузданной страсти! – театрально восклицал парень. – И мой план удался!

– Извини, но мне уже пора уходить, так что не судьба.

– Эх… Ладно, тогда к делу! – с энтузиазмом промолвил Шерман, заходя в комнату.

– Неужели, – устало откликнулся Нейт.

– Феликс не хочет никаких упоминаний о своем дне рождения, но ему придется пойти на праздничный ужин к бабуле Минтвуд.

– И?

– И?! Мы завалимся туда и поздравим его!

– Не думаешь ли ты, что это…

– Не, не думаю, – перебил его маг. – В общем, завтра держи уши востро, я дам сигнал.

– Разве его день рождение не двадцать шестого?

– Завтра двадцать шестое.

– Хм.

– Ладно, развлекайся, я помчался! – парень хлопнул друга по плечу. – Никак не могу найти Блума! Сказали, ушел на перерыв, но будто сквозь землю провалился!

Натаниэль проводил Редлока притворно-участливым взором и, когда тот закрыл за собой дверь, приступил к переодеванию.

– Это война, Нейт. Люди на ней умирают.

– Как такое могло случиться? Тамика просто провернула ритуал у всех под носом, и никто не сумел остановить ее?

– Я не смогу объяснить тебе всего, извини. Я не знала Тамику. Кажется, ей пришли в голову какие-то странные мысли… идеи.

– Идеи?– юноша напрягся.

– О том, как в дальнейшем должен развиваться Чарм. Идеи о том, как наставить простокровных на истинный путь. Она предложила комитету рассмотреть данный вопрос, но он отверг ее задумки. Они мирно все обсудили, и она все поняла. Как нам казалось. И внезапно она уже режет наших детей, чтобы заполнить их кровью ритуальную платформу. Никто не ожидал этого. А когда ритуал начат… Его покровитель получает необыкновенную силу. Ко всему прочему, первым же делом она организовала удар по комитету во время всеобщего собрания. Большинство чарокровных погибло именно там.

– Моя мать была там?

Катрин замялась. Глаза ее накрыла темно-синяя пелена, а пальцы, кажется, едва заметно дрожали.

– Нет. Она умерла до этого.

– Как? – настойчивее спросил Гринфайер младший.

Леди Мейпл набрала побольше воздуха в легкие.

– Тамика. Она лично убила ее.

– Ты же помнишь, что я живу в летнем регионе, а не в весеннем? – неуверенно пробормотал Бенджамин, делая заказ в одном из кафе административного комплекса.

– Ммм, да-да, – откликнулся Нейт, делая глоток своего кофе с молоком. – Я просто надеялся увидеться здесь с Тони…

– С Тони? – паренек приподнял брови.

– Ну да, – смутился Гринфайер младший. – С тех пор, как я сдал экзамен, их с Ником визиты в коллегию отменили. Теперь они снова постоянно заняты во вспомогательной, и мы почти не видимся.

– Это не совсем ответ на мой вопрос, – Бен нервно ухмыльнулся. – Почему тебя так заботит Тони? Ты же не…

– Что?! Нет! – на лице Натаниэля скользнуло нечто похожее на отвращение, настолько противоестественна для него была мысль о «чем-то» между ним и Антуанеттой. – Она же мне как…

– Как кто? – все еще недоумевал Уорд.

Его младший брат задумался. Несколько секунд он с сомнением осматривал помещение, пока его радужки приобретали цвет каштана с оттенком сирени. Мозг юноши старательно работал, пытаясь прийти к некому умозаключению.

– Она мне как сестра, – спокойно констатировал Нейт.

Лицо Бенджамина приняло добродушно удивленное выражение.

– Ну, знаешь, как сестра, которой у меня никогда не было… Да и не хотелось.

Уорд прыснул.

– В смысле, мы похожи. И мы откровенны друг с другом. Но некоторые темы мы никогда не станем обсуждать.

– Ладно-ладно, можешь не объяснять. Я понял, ты соскучился по Тони.

Гринфайер младший скривил недовольную гримасу:

– Мне просто не хватает шума в моей жизни из-за отсутствия Софи, – оправдывался он.

– Ага, я так и понял.

– Да и какая тебе вообще разница, в каком комплексе мы гуляем…

– В принципе, никакой, – согласился Бен. – В любом случае, ты не думаешь, что следовало бы написать Тони, что мы здесь? Чтобы встретиться с ней.

– Ммм, да, наверно… – недовольно пробурчал Нейт, доставая из кармана свой линк.

– Так вот, что еще я хотел сказать, – Уорд внезапно разнервничался. – Ч-что там, кхм, ну, ты понимаешь…

Натаниэль устало приподнял глаза от устройства, чтобы посмотреть на попытки брата сформулировать свой вопрос.

– …ну, там ты… И… кхм… Ты понимаешь.

– Нет, не понимаю, – утомленно заявил Нейт.

– Ч-что у вас там с Н-Норой? – наконец-то закончил свою мысль паренек.

Гринфайер младший пожал плечами, делая вид, будто бы он не понимает, о чем идет речь.

– П-просто ты должен знать, что всегда можешь поговорить с-со мной, – Бен попытался улыбнуться, но это больше походило на оскал.

Брови Нейта сами собой поползли на лоб, но он вымученно ответил на «улыбку» и кивнул брату.

Следующие несколько часов прошли за приятной трапезой и не менее приятными разговорами, исключающими все эти неловкие беседы про взаимоотношения внутри их небольшой группы друзей. Братья уже собирались уходить, как вдруг в окно, находящееся прямиком у их столика, постучалась рыжая чародейка. Широко улыбнувшись, она жестами указала, что сейчас зайдет внутрь, и уже через секунду оказалась рядом с ними.

– Привет, – пропела она, поочередно целуя парней в щеки, отчего Бенджамин слегка раскраснелся.

– Я не был уверен, что ты сможешь присоединиться к нам, – признался Гринфайер младший.

– У меня сегодня короткий рабочий день, – нехотя сообщила Леруа, открывая голографическое меню. – Вы же уже давно тут? Тысячу раз успели пообедать?

– По правде говоря, мы уже собирались уходить отсюда, – неловко промямлил Бен.

– Ммм, – задумчиво мычала рыжая, формируя заказ.

– Но мы подождем тебя, – успокоил девушку Нейт.

– Все нормально, я закажу себе кофе и какой-нибудь пирожок с собой, и мы пойдем.

– Ник не с тобой?

– У него почти никогда не бывает коротких дней, – недовольно откликнулась Тони. – И после работы у него есть планы с Мэтти.

– Я думал, ты участвуешь во всех планах Ника.

– Мы влюбленные, а не помешанные, – оскорбилась рыжая. – Ты серьезно думал, что мы друг с другом двадцать четыре на семь?

– Теперь я так не думаю…

Антуанетта хищно сузила глаза и пихнула Гринфайера младшего в плечо. В то же самое мгновение к столику ребят подъехала тележка с заказом девушки.

– А вот и еда. Пойдемте, – Леруа резво взяла свой обед и направилась к выходу из кафе, а парни поспешили проследовать за ней.

– И куда же мы пойдем? – полюбопытствовал Уорд.

– Хм, не знаю, – Тони пожала плечами, откусывая огромный кусок своей выпечки.

Прожевав, она сразу передала стакан с кофе и пирожок Натаниэлю, а сама принялась завязывать волосы в высокий хвост, чтобы они не мешали ей, пока она ест.

– Весь административный комплекс – одно сплошное произведение искусства, – молвила рыжая.

– Значит, можно просто…

– А пойдемте в парк аттракционов! – чародейка перебила Бенджамина, восторженно улыбаясь.

– Ты же ешь, – Нейт вернул пищу законной обладательнице.

– Когда я поем…

– Эта идея еще хуже.

– Когда нагуляемся! – настаивала девушка.

– Здесь есть что-нибудь, – смущенно начал Уорд, – что похоже на Землю?

– Ммм, – Леруа принялась вспоминать что-то. – Здесь нет ни одного тематического города, но есть парочка тематических улиц. Можно дойти пешком.

Парни позволили своей спутнице провести их в обговариваемое место, и если Натаниэля, как обычно, ничего не смутило в просьбе старшего брата, то Антуанетта сразу же поняла, что это связано с тоской Бенджамина по родным местам, а ко всему прочему – непринятием магического мира, в котором он застрял на неопределенный период времени. На последующие двадцать минут пути троицу охватило молчание, которое на долю секунды могло показаться незнающим людям неловким, но на самом деле оно было щедро скрашено нечастыми комментариями чародейки и звуками потребляемой ей еды.

Тематическая улица была на редкость правдоподобна и заполнена различными милыми деталями. Проезжая часть здесь действительно являлась проезжей частью, с той лишь небольшой поправкой, что все машины на ней стояли там исключительно для антуража и не двигались с места. Повсюду были расставлены светофоры, всегда подающие пешеходам «зеленый». Неподалеку находилось небольшое строение, имитирующее спуск в метро. Все магазинчики, которые были на этой улице, радовали пресытившихся магией прохожих полным отсутствием какого-либо волшебства.

Бенджамин с упоением любовался окрестностями, так сильно напоминавшими ему обожаемую Землю. Тони было намного интереснее понаблюдать за самим Беном, пока его младший брат просто скучающе вышагивал, думая о чем-то своем.

– Что? – Уорд разволновался, поймав на себе взгляд рыжей.

– Ничего, мне просто нравятся твои очки, – спокойно пояснила Леруа.

– А, спасибо…

– Иногда хочу приобрести себе какую-нибудь оправу, думаю, мне бы пошло, – размышляла она.

Паренек тут же недовольно вздохнул, не сдержавшись.

– Извини? – Тони недоуменно посмотрела на него.

– Я не хотел, просто… – он на секунду замялся, но затем его тон наполнился решимостью. – Просто меня уже начинают доканывать люди с идеальным зрением, которые говорят об очках, как о каком-то модном аксессуаре!

Рыжая приподняла брови, а Натаниэль наконец-то был вытянут из собственных дум этим назревавшим скандалом.

– Это все не ради красоты, без очков я почти ничего не вижу! – продолжал буйствовать паренек.

– Богиня, я же и слова дурного не сказала! – возмутилась чародейка. – Я прекрасно понимаю, что для людей с плохим зрением очки это не просто безделушка…

– Пфф, ну да, понимаешь… Да ты бы и со всем своим рвением неделю не проходила в очках… – шепотом добавил Бенджамин.

– Хочешь поспорить?! – с вызовом бросила рыжая.

– Может быть, хочу! – разыгрался Уорд.

– Бен, нет, лучше не… – Нейт попытался предостеречь старшего брата, но парочка уже схлестнулась в крепком рукопожатии.

– Но тебе придется носить их постоянно, ты понимаешь? – уточнил простокровный. – Снимаешь только для сна и принятия ванны. Неважно, покрылись ли они пылью или грязью, запотели ли – ты лишь на мгновение можешь взять их в руки, чтобы протереть тряпочкой, а затем – снова надеваешь.

– Все я поняла, – уверенно откликнулась Антуанетта. – Ровно одна неделя. Начнем отсчет с того момента, как я выберу оправу.

– Отлично. На что будем спорить?

– На желание, – девушка ехидно улыбнулась.

– По рукам, – паренек выглядел удовлетворенным.

– Нат! – Леруа окликнула друга, чтобы тот разбил их пари.

Гринфайер младший измученно закатил глаза, будто бы ему приходилось иметь дело с парочкой придурков, но все же выполнил просьбу чародейки.

– Очаровательно, – пропела Тони. – И как раз – на той стороне нужный нам магазинчик.

Троица проследовала к залитой ярким светом витрине и поспешила пройти внутрь сквозь крупную стеклянную дверь. Пока братья медленно обводили глазами помещение, Антуанетта, как реактивная, пробежалась вдоль всех стендов и, примерив первые приглянувшиеся очки, воскликнула: «Отсчет пошел!»

– Серьезно?! – недовольство пестрило на лице Бена. – Ты не разбираешься в этом, но с первого же раза взяла одну из самых популярных брендовых полуободковых оправ!

– Что я могу сказать, – самодовольно откликнулась рыжая, – у меня отменный вкус и врожденное чувство стиля!

– Тут есть в другом цвете, – вмешался Натаниэль, указывая на одну из витрин.

– Ох, Нат, – она снисходительно покачала головой, – черепаховый цвет только для кошек и черепах. Я беру черную.

– Я засек время! – решительно заявил Уорд. – Даже не вздумай мухлевать!

– Больно надо!

– Так, ладно, дети, пойдемте, – устало промолвил Гринфайер младший, направляясь к выходу.

Утомленно вскинув голову, Николас закрыл за собой дверь своего дома. Продолговатый коридор, обставленный небольшим количеством мебели темных оттенков, освещала тонкая струйка света, исходившая из прикрытой гостиной. По мере приближения к комнате, Мейпл также слышал доносящуюся оттуда музыку. Когда чародей заглянул внутрь, перед его глазами предстала Антуанетта, лениво раскачивающаяся в танце. На ней были короткие домашние шорты и топ, открывающий часть живота. Рыжая увлеченно скользила руками по своему телу в такт песне, которой она еще и умудрялась шепотом подпевать. Развернувшись во время этого действа в сторону прохода, Леруа сразу же заметила своего соулмейта, но и не подумала останавливаться:

– Никки, ты вернулся, – девушка широко улыбнулась, пританцовывая в сторону любимого.

– Веселишься?

– Как прошел ужин? – Тони обвила шею парня своими руками, продолжая двигать бедрами под музыку.

– Все прошло неплохо, – Мейпл сцепил ладони на талии своей возлюбленной.

– Неплохо это лучше, чем нормально, – глаза рыжей с трудом держались открытыми из-за усталости.

Николас ухмыльнулся, сдвинув брови:

– А теперь, позволь-ка мне спросить, что это у тебя такое на твоей очаровательной переносице?

– Это называется «очки», – умничала Леруа.

– О, да неужели?

– Именно так.

– И что же они делают у тебя на лице?

– Помогают выиграть спор у Бенджамина. Так что привыкай, они будут красоваться на мне целую неделю. И я не намерена проигрывать или обманывать.

– Я в принципе и не против, – у Мейпла загорелись глаза. – Они смотрятся на тебе довольно сексуально… Хотя, думаю, дело скорее в твоих танцах.

– Скажешь тоже, – рассмеялась чародейка. – Ты единственный человек во всем мире, кому мои танцы кажутся сексуальными.

– Это ты мне кажешься сексуальной, – парень уткнулся лицом в шею любимой.

– Ах, Мейпл, ты уже давным-давно зачаровал мое сердце.

– И это мое самое величайшее достижение в жизни.

– Дурак, – посмеялась Тони.

– Почему это? – Николас приподнял голову, с веселым недоумением поглядывая на качающуюся в его объятиях Леруа.

Антуанетта встала на носочки, чтобы дотянуться до лица своего соулмейта, и стала шептать тому на ухо:

– Я не тот приз, за который стоит бороться… – она поцеловала его в шею.

На мгновение глаза Мейпла ушли в глубокую синеву, но он быстро взял себя в руки:

– Я другого мнения на этот счет, – парень покружил свою возлюбленную, оторвав ее от пола.

– Пошли спать, – тихо молвила рыжая.

– Ты все это время ждала меня? Что-то случилось?

– Я не знаю…

– Это из-за Контессы?

– Нет, – резко ответила чародейка. – Я просто… Чувствую, будто бы случится что-то плохое…

Николас взволнованно посмотрел на Антуанетту. Вообще-то, парень не особо доверял подобного рода чутью, но когда его возлюбленная говорила нечто похожее, то так оно и происходило. Он решил сосредоточиться на том, чтобы не дать Леруа самой задуматься над этим.

– Знаешь, какой вопрос меня по-настоящему волнует? – нарочито серьезно заговорил Ник.

– М?

– Не мешают ли твои очки целоваться?

Тони ухмыльнулась и эротично сдвинула оправу на переносице средним пальцем правой руки:

– Что ж, давай проверим, – рыжая уже стала тянуться к лицу любимого, как вдруг в памяти у нее всплыл какой-то вопрос, и она резко остановилась.

– Что такое? – недоумевал Мейпл, находясь в сантиметре от губ девушки.

– А нам назначили помощника на завтрашнюю миссию?

– Вообще-то да, – парень отклонился. – Это Нора. Я думал, ты знаешь.

– Нора?! Да они с ума сошли! – разнервничалась чародейка. – Посылать Нору на задание, связанное с Тесс! Это же будет просто «бах»!

– Знаешь, да и тебя посылать не совсем целесообразно…

– Тссс! – рыжая приставила палец к губам Ника, и он закатил глаза.

Простояв так пару секунд, Леруа в конце концов утомленно вздохнула и опустила руку:

– Ладно, я все равно сейчас ничего не смогу изменить.

– Да ты и в любое другое время не сможешь этого изменить, – рассуждал парень, – не в твоей компетенции решать такие вопросы.

Рыжая бросила на соулмейта раздраженный взгляд.

– Ты разве сегодня не была с Норой в парке развлечений? Почему она не сказала тебе?

– О, у нас там были более интересные темы для беседы, – Леруа принялась вспоминать прошедший день, и ее глаза ехидно заблестели.

Николас настороженно посмотрел на любимую, прежде чем потянуть ее за запястье к выходу. Антуанетта послушно поплелась за своим спутником, направляя на ходу сноп энергетических искр в сторону музыкального аппарата и люстры, чтобы отключить их. Весь дом погрузился в кромешную темноту, и лишь веселые смешки и звуки поцелуев напоминали дому о его шумных жильцах.

Шерилин стояла посреди гостиной дома Минтвудов, то и дело перевязывая блестящий бант на крупной подарочной упаковке. Редлок была наряжена в простенькое черное платье, облегающее ее несколько пышные формы, а в волосах у нее виднелось несколько цветных розовых прядок. Ведьмочка каждый раз недовольно надувала губы, смотря на проделанную работу.

– Ну чего ты там копаешься! – Фелиция буквально съехала по перилам лестницы со второго этажа.

Она надела на себя какой-то серый комбинезон в хип-хоп стиле, из-под которого выглядывала майка кислотно-зеленого цвета. Ко всему прочему, на голове у нее красовалась бейсболка в тон ко всему образу.

– Цыц! Не мешай мне, а то расскажу твоей бабушке про эти твои цирковые номера…

– Пфф! – девчонка раздраженно закатила глаза, поправляя косы. – Чего хоть у тебя там?

– Вот когда Феликс откроет, тогда и узнаешь, – в конце концов Редлок все же завязала удовлетворивший ее узел.

– Что же ты такая вредная-то, а?!

– Вся в тебя, – передразнивала девушка юную волшебницу.

– С клоуном поведешься, от того и наберешься! – издевалась над ней Минтвуд младшая.

– Ха! Сама-то с моим братцем частенько на прогулки ходишь!

– Мне не передается, слишком хороша! – ухмылялась девчонка.

В ту же секунду снаружи раздался глухой стук.

– Поди лучше дверь открой, – смеялась ведьма.

Напоследок Фелиция показала своей собеседнице язык, а оказавшись у дверного проема, сразу же стала недовольно бурчать:

– Бен, я же говорила тебе – мы внесли твои данные! Проход сам откроется, если ты используешь панель!

– Д-да, точно, извини, я забыл… – паренек нервно поправлял оправу и свою неказистую клетчатую рубашку.

– Привет, Бен! – Редлок добродушно помахала Уорду рукой.

– Здравствуй, Шерил! – простокровный подошел к девушке. – Где остальные?

– Все придут за мгновение до появления Феликса.

– А ба и Поппи на кухне, – добавила юная волшебница.

– Пойду поздороваюсь…

– Что это у тебя? – русая ведьма указала на плоский прямоугольный предмет, обернутый в упаковочную бумагу. – Подарок?

– Да, он самый, – смущенно ответил Бенджамин.

– Давай сюда, я положу с остальными, – девушка потянулась за презентом. – Ты его подписал?

– Да, конечно…

– Вот и умница! Можешь идти! – Редлок подтолкнула паренька в сторону кухни.

Еще прохаживаясь по коридору, Уорд услышал негромкие голоса двух волшебниц, доносящиеся из столовой. Время от времени до него доходили даже веселые смешки. Оказавшись в конечной точке, паренек увидел, как Кей Линн доставала из духовки противень с какими-то закусками, а Леруа младшая украшала двухъярусный праздничный торт свежими ягодами. На них обеих сверкали наряды на выход – Пенелопа не отходила от своего делового стиля, надев белую блузку с рюшами и яркую оранжевую юбку-карандаш, которая отменно гармонировала с ее волосами, собранными в небрежный пучок сбоку; ее старшая спутница была одета в летящее полузакрытое цветастое платье из тонкого материала, на которое ниспадали слегка подкрученные черные локоны. Бенджамин легонько покашлял, чтобы объявить о своем присутствии.

– О, Бен, а вот и ты! – женщина поспешила приобнять гостя.

– Здравствуйте, леди Минтвуд…

– Бен! Сколько раз тебе повторять – называй меня Линн!

– Д-да, конечно, Линн…

– Привет, – Поппи скромно улыбнулась. – Как ты?

– Привет… Да-да, спасибо, все неплохо… А у вас как все продвигается?

– Все замечательно – Линн уже закончила готовить основные блюда, а мне осталось только разложить клубнику. Хочешь присоединиться?

– С удовольствием.

В это же мгновение в комнату влетела небольшая катта со светлой шерсткой. Прошмыгнув между ног Уорда, животное запрыгнуло на оконную раму, чем сильно напугало неподготовленного парня.

– ГОСПОДИ, – вскрикнул он, зажмурившись. – Что это было?

Бабушка Минтвуд громко рассмеялась от этой сценки, а Леруа младшая сочувственно погладила Бена по плечу:

– Тебе уже рассказывали о наших животных? – аккуратно поинтересовалась она. – Это катта Фелиции.

Простокровный наконец-то разомкнул веки, схватившись за запястье своей рыжей спутницы:

– Рассказывали… немного… Но я не ожидал увидеть здесь одного из них!

– Тшш! – зашипела юная волшебница, ворвавшаяся в комнату. – Ты зачем пугаешь моего зверька?

– Я?! – Уорд в шоке наблюдал за тем, как девчонка подошла к подоконнику и принялась успокаивающе поглаживать катту.

– А кто еще здесь так нечеловечески кричит?

– Юная леди, не разговаривай так с гостем, – голос Кей Линн начал становиться тверже.

– Как скажешь, ба.

– И как давно уже у тебя живет эта зверюга? – все еще неспокойно молвил паренек.

– Пару дней! – радостно откликнулась Минтвуд младшая. – О ней еще никто не знает!

– Вот будет… сюрприз, – с притворным энтузиазмом ответил Бен.

Пенелопа заботливо поглядывала на паренька, все еще держа ладонь на его лопатке.

– Я все никак не могу придумать ей имя! – разочарованно вопила волшебница.

– Не заморачивайся так из-за этого, – Линн раскладывала канапе по симпатичным фарфоровым тарелкам. – Рано или поздно подходящий вариант сам собой придет тебе в голову.

– Но я хочу сейчас! – Фи подхватила зверюшку на руки и стала со всех сторон рассматривать ее. – Ну же, может быть, у тебя есть хоть какая-нибудь отличительная черта?

– Какая, например? – недоумевал Бенджамин. – Шрам на лапе? И как ты ее тогда назовешь? Шрамолапка?

Кей Линн прыснула, а Леруа с трудом сдержала смех. Минтвуд младшая злобно прищурилась, глядя на паренька:

– С твоей боязнью животных, я была бы более вежлива к их владельцам, – волшебница двинулась в сторону парочки, – а то, кто знает, может быть, я дам ей особую команду на твой счет.

Уорд нервно сглотнул.

– Да ладно тебе, дуралей! Я шучу! – Фи щелкнула его по носу свободной рукой и отправилась обратно в гостиную.

– Теперь мы можем продолжить, – Поппи перехватила запястье паренька и направила его внимание к свежим яствам на столе.

– Точно-точно, нельзя отвлекаться, – Бен сосредоточенно взялся за декорирование сладости.

– Бен, я правильно поняла – ты живешь где-то здесь неподалеку?

– Да, Нейт и Феликс решили, что будет неплохо поселить меня поблизости с кем-то из чьих-либо родственников, чтобы они приглядывали за мной…

– А ты же знаешь, – влезла бабушка Минтвуд, – как мне нравится приглядывать за детками!

Заклинательница лучезарно улыбнулась:

– Вы взяли дом в аренду?

Бенджамин кивнул:

– Совсем небольшой, мне же не нужно много места… Как я понял, он оплачивается из средств, положенных Нейту по наследству…

– Ты, конечно, все абсолютно неправильно сформулировал, но я поняла, – Поппи усмехнулась.

– Да, у вас же тут нет денежных средств и все-такое, – паренек помотал головой, укладывая ягоду. – Я еще не до конца со всем разобрался.

– Ох, дорогой, еще успеешь, – Линн потрепала его голову, после чего вновь обратилась к Леруа младшей, – я постоянно зазываю его к нам. И на обед, и на ужин… На завтрак обычно не удается. Так приятно поболтать с кем-нибудь нездешним… Да и Фи так намного веселее, после переезда из коллегии она была на грани срыва.

– Да, – глаза девушки потемнели, – нам всем тогда пришлось нелегко.

– Где же они? – женщина посмотрела на часы. – Время уже к обеду! Бен, неси торт в гостиную, а мы с Поппи возьмем закуски.

Троица возвратилась в главную комнату, где Шерил и Фелиция уже заканчивали развешивать огромные гелиевые шары. Русая ведьмочка спрыгнула с табурета и обняла свою невесту со спины, когда та поставила тарелки на стол:

– Шерман сказал мне, что они будут здесь через пару минут, – она чмокнула Леруа младшую в шею.

– Слава богине! – возрадовалась бабушка Минтвуд.

– Вот уж точно, – поддержала ее юная волшебница, закрепляя один из шариков.

В тот же миг посреди комнаты нарисовались те самые ожидаемые гости, а именно – Шерман и Нейт во главе с Мэттью. От этого Бенджамин, как обычно, испуганно вздрогнул.

– Шерман! – ласково воскликнула хозяйка дома, потянувшись к магу.

– Линн! – любовно откликнулся Редлок, обнимая и целуя женщину.

Когда колдунья переключилась на Гринфайера младшего и Блума, русый маг уже здоровался с остальными девушками.

– А где Тони? – полюбопытствовала Пенелопа. – И Ник?

– И Нора! – влезла Фелиция.

Шерман сумбурно поправлял украшения, подарки и закуски, после чего резво начал «расставлять» всех гостей:

– Опоздают! Нейт говорит, что эти дураки облажались с подарками!

– Но их подарки уже здесь… – неуверенно проговорила его сестра.

Русый маг недоуменно посмотрел на Натаниэля, который лишь виновато приоткрыл рот, когда именинник уже поворачивал ручку входной двери.

– СЮРПРИЗ! – хором воскликнули ребята, стоило Феликсу зайти за порог родного дома.

Минтвуд был, мягко говоря, ошарашен. Глаза его округлились до абсолютно несвойственного им состояния, а радужки пестрили золотой каймой. Он стоял как вкопанный, пока его друзья и родственники застыли с раскинутыми руками и глуповатыми улыбками на лицах. Окинув взглядом помещение, заполненное различными праздничными атрибутами и едой, он наконец-то открыл рот:

– Я же просил без поздравлений! – утомленно восклицал парень.

В ту же секунду в комнату вбежала катта и, опрокинув со стены висящее украшение, пронеслась мимо именинника.

– Проклятие! – выкрикнул он. – Что это?!

Блум, который был более не в силах сдерживать свой скептический настрой к данной вечеринке, повернулся к столу и открыл одну из бутылок вокки, принявшись залпом пить ее из горла.

– Это моя катта, братик! – радостно пояснила юная волшебница, набросившись на Феликса.

Пока женская часть семейства Минтвуд стала поздравлять парня, Шерман возвратился к более насущной теме разговора:

– Чармер, я думал, что мы больше ничего друг от друга не скрываем, – серьезно промолвил он.

Натаниэль напрягся – когда Редлок начинал говорить в таком тоне, становилось ясно, что ты действительно сильно накосячил.

– Шерман, не принимай это на свой счет…

– А на чей еще счет я должен это принять? Ты солгал мне, а не кому-то другому.

– Я знал, что ты захочешь во всем разобраться, а нам нужно было думать о сюрпризе для Феликса, – пытался оправдаться юноша. – Я и сам узнал обо всем буквально за секунду до ухода Норы!

– Теперь я уже даже и не знаю, можно ли верить твоим словам, – сурово откликнулся русый маг.

– Мальчики, вы чего? – Шерил беспокойно посмотрела на парочку.

– Кое-кто здесь считает, что лгать своим друзьям после договоренности об откровенности – норма, – промолвил ее брат, не отрывая взгляд от Гринфайера младшего.

– Кое-кто здесь психует, что я утаил информацию о задании Норы, Тони и Ника, чтобы не отвлекать никого от праздника, – твердо заявил Нейт.

Между парнями повисло напряжение, их глаза наполнились цветом горького шоколада.

– Так, а ну прекратите, – тихо, но уверенно произнесла ведьма. – Даже если это вечеринка-сюрприз, это вовсе не означает, что вы должны вести себя, как дети.

Она положила ладонь на щеку Шермана, нежно поглаживая ее, отчего парень на мгновение прикрыл глаза, успокаиваясь.

– Милый, пожалуйста, – умоляла его сестра. – Лучше иди и поздравь своего лучшего друга с днем рождения.

Русый маг согласно кивнул, целуя кисть девушки и отстраняя ее от себя. Его лицо все еще было сердито, но стоило ему отправиться в сторону Минтвуда, как на всю комнату тут же распространился искрометный клоунский настрой. Ведьмочка перевела взгляд на Нейта, который тут же почувствовал себя нашкодившим ребенком.

– Шерил, я не виноват…

– Тсс! – перебила его девушка, пригрозив пальцем.

Юноша послушно замолчал, слегка потупив взор.

– Ты должен понять одну простую вещь, – без упреков заговорила она, – мой брат очень сильно заботится о близких ему людях. Может быть, не каждый это замечает, но это действительно так. Именно поэтому ты ни в коем случае не должен «утаивать от него информацию», каким-либо образом связанную с безопасностью его друзей. Он сейчас зол на тебя, но это быстро пройдет. И все же…

– Я понял, – виновато откликнулся Натаниэль.

– Не обижайся на него… Ты не представляешь, как сильно он переживал, когда ты и Нора отправились за нерушимым камнем. Или когда вы целой компанией укатили на выпускной. Такие вещи сильно тревожат его. Он уже привык к тому, что вам приходится делиться на группы, патрулировать местность по отдельности… Но когда что-то происходит втайне от него, он чувствует себя беспомощным. Это вызывает в нем панику.

– Я и не думал, что он так серьезно переживает нечто подобное, – Гринфайер младший впал в глубокие размышления.

– В этом нет ничего страшного, – подбодрила его Шерил. – Ему намного спокойнее, когда люди воспринимают его, как клоуна. Так что не подавай вида, что теперь знаешь его страшную тайну.

Ведьмочка весело подмигнула юноше и зашагала в гущу событий, оставив того один на один со своими мыслями.

– Ох, Линн, не нужно, – Феликс чувствовал себя неловко, принимая от бабушки массивный серебряный браслет своего покойного деда.

– Конечно нужно! Он всегда хотел, чтобы эта вещица перешла кому-нибудь из его потомков! Бери и даже не вздумай препираться!

– Спасибо… – Минтвуды обнялись, и хозяйка крепко поцеловала внука в щеку.

– Так, – скромно заговорила Пенелопа, забирая с комода еще один презент, – а это от Бена.

Девушка мило улыбнулась, заставив Уорда засмущаться и слегка покраснеть. Феликс мигом перевел взгляд на своего подопечного:

– Ты что, тоже принес мне подарок? – трогательно удивился он.

– Д-да, конечно! – кивнул он, когда Леруа младшая передала Минтвуду упаковку. – Правда, извини, у меня было не так много времени, чтобы что-то придумать, да и вообще, я же не так давно тебя знаю, поэтому не мог быть уверен, что тебе понравится…

Феликс уже разворачивал упаковочную бумагу, пока все остальные с сочувствием поглядывали на тараторящего паренька, который, кажется, в любой момент мог рухнуть в обморок.

– …да и художник из меня не такой чтобы «вау», хоть я и архитектор.

Колдун с челкой изумленно распахнул глаза, глядя на фоторамку, в которой был заключен его собственный портрет. Честно говоря, это был скорее набросок портрета, но выглядел он очень достойно. Карандашный Феликс сидел на скамье, снимая с запястья наручные часы. На нем была черная борцовка, демонстрирующая во всей красе его татуировку-рукав, и спортивные штаны. Глаза были сосредоточены, и на один из них спадала его слегка взъерошенная челка.

Девушки выглядывали из-за спины Минтвуда, чтобы полюбоваться рисунком, в то время как Блуму вполне хватало собственного роста, чтобы все разглядеть, пока он все еще продолжал хлестать жидкость из бутылки. Уорд разнервничался еще сильнее и принялся поочередно поправлять очки и рубашку.

– Бенджамин… – с трудом заговорил Феликс, приподняв глаза. – Это… это прекрасно. Огромное спасибо.

Паренек нервно усмехнулся:

– Пожалуйста, я очень рад…

Минтвуд передал рамку Шерилин и приблизился к Бену, чтобы заключить того в объятия. Тот взволнованно задрожал, почувствовав такие деликатные прикосновения от колдуна, но откликнулся, положив руки ему на спину. На секунду, кажется, простокровный задержал дыхание, позволяя своему телу размякнуть в теплых ладонях Феликса.

Редлоки ласково улыбнулись друг другу, наблюдая за данным зрелищем, а Натаниэль следил за происходящим несколько поодаль, вспоминая вчерашний разговор с Антуанеттой и Элеонорой. В его голове пронеслась мысль о том, что ему следует незамедлительно поговорить со старшим братом, чтобы выразить, в каком-то роде, свою поддержку.

– Теперь понятно, отчего ты так пристально изучал мою татуировку, – ухмыльнулся Минтвуд, хлопая Уорда по плечу.

– Хах, да, конечно…

– Так-так… – колдун с челкой внимательно осмотрел присутствующих, и вдруг его взгляд стал несколько озадаченным. – А где Нора?

В комнате повисла тишина. Было слышно лишь хлюпанье вокки в полупустой бутылке Мэттью.

– И Антуанетты с Николасом нет? – погрустнел он.

Шерман и Нейт опасливо переглянулись, и тогда русый маг с веселым обаянием накинулся на друга, заставляя всех вокруг подключиться к его бойкому смеху:

– Ладно, ты нас спалил!

– А? – недоумевал Феликс, пока Редлок то и дело мял его плечи.

– У нас есть еще один сюрприз, который появится вместе с названной тобою троицей!

Минтвуд принялся охать и ахать, возмущаясь поведением ребят, пока остальные присутствующие притворно улыбались, думая о том, что перечисленные именинником ребята могли и вовсе не вернуться… вовремя.

Бенджамин коротал свой вечер на заднем дворике своего небольшого съемного домишки, покачиваясь в кресле-качалке за чтением книги, которую ему однажды посоветовала Элеонора. На улице только-только начало темнеть, и приятный прохладный ветерок тревожил плед, окутавший паренька. Закончив очередную главу, Уорд отложил чтиво и отпил немного горячего шоколада из кружки, покоившейся на садовом столике.

Из головы у него никак не выходил Минтвуд. За последнюю неделю количество их встреч резко сократилось, из-за попыток паренька избегать младшего брата. Бен думал, что ничего такого страшного в этом нет, ведь вся его привязанность к колдуну с челкой базируется лишь на сильной дружеской симпатии. У него всегда были проблемы с тем, чтобы завести друзей, и потому он был уверен, что именно такой добродушный отклик со стороны Феликса заставил паренька так сильно проникнуться им. Эта мимолетная разлука заставила Бенджамина сомневаться в своих собственных оправданиях. Да, по друзьям скучают. Да, друзей хотят видеть. Но хочется ли друзьям лезть на стену, если они не виделись пару дней? Хочется ли друзьям не отрываясь глядеть друг на друга? Как можно чаще… прикасаться?

Уорд снял с себя очки и утомленно вздохнул, откидывая голову на спинку кресла. Он поймал себя на мысли, что после сближения с Минтвудом ему даже не так сильно чужд этот мир. А ведь в самом начале он желал как можно скорее отсюда убраться. Если бы сейчас ему предложили уйти… он бы задумался.

Раздался шорох. Паренек вздрогнул и тут же начал осматривать периметр. У забора виднелся силуэт рыжей девушки.

– Привет, Бен! – спокойно промолвила она.

Он сразу понял, что это Леруа. Осталось лишь понять, какая.

– П-привет, – он вернул оправу на переносицу и сумел разглядеть неброский наряд и челку. – Поппи, как ты здесь очутилась?

– Любимая, мне очень нужна твоя помощь, – молила Антуанетта, повиснув на сестре.

– Что случилось? – всполошилась девушка.

Леруа старшая появилась в доме Редлоков без предупреждения и сразу же запрыгнула на диван, где прижалась к Пенелопе.

– Я хочу попросить тебя поговорить с Беном.

– С Беном? – удивилась заклинательница. – О чем?

– Помнишь, я говорила тебе… Ну, о нем… О Феликсе…

– Да, помню…

– Я хочу, чтобы ты поговорила с ним о принятии себя и всем таком прочем…

– Принятие себя? – девушка впала в еще большую озадаченность.

– Ах, ну да, – чародейка хлопнула себя по лбу и наконец-то приподнялась, взглянув собеседнице в глаза. – У нас в Чарме такого нет, но на Земле, знаешь, сексуальная ориентация может подвергаться осуждению… Заставлять людей стыдиться себя. Не признавать то, кем они являются.

Глаза Поппи расширились, и в них даже был заметен небольшой испуг.

– В общем, Бену будет полезно пообщаться с тобой.

– С чего же это вдруг? – занервничала девушка. – Я же не понимаю этого. Я никогда не чувствовала какое-либо угнетение из-за своей ориентации… В Чарме вообще нет такого понятия. Я не знаю, каково ему. Раз ты в этом разбираешься, почему сама не хочешь поговорить с ним?

Тони обреченно вздохнула и положила голову на плечо сестры:

– Я не думаю, что он доверится мне.

– Почему?

– Я не его тип человека… Ну, ты знаешь. Вы оба достаточно интеллигентные и скромные. С тобой он будет чувствовать себя комфортнее.

– В этом я, наверно, с тобой соглашусь… Он легко идет со мной на контакт, несмотря на недавнее знакомство…

– Вот видишь! И тебе не обязательно говорить напрямую. Просто расскажи о себе. О Шерил. Как бы невзначай.

– Почему ты вдруг этим озаботилась? – Пенелопа перебирала волосы сестры.

– Ты же знаешь, что мне не по себе, когда люди не способны принять себя из-за каких-либо запретов или предрассудков.

– Я знаю. Но почему сейчас?

– Нат все испортил, – чародейка закатила глаза.

Ее сестра беззлобно захихикала.

– Ну так что, – Тони вновь села наравне с собеседницей. – Ты поможешь мне?

– Ох, ты, естественно, уже знаешь ответ, – девушка устало отвернулась.

– Спасибо! – сестра набросилась на нее с крепкими объятиями.

– Пока не за что… – заклинательница посильнее сжала руки на талии спутницы. – Сегодня вечером мы с Шерил собирались навестить Минтвудов, и по дороге я смогу заглянуть к Бену.

– Я тебя обожаю, – Антуанетта зарылась лицом в абрикосово-рыжие волосы.

– И я тебя.

Пенелопа нерешительно улыбнулась:

– Извини, я стучала, но никто не ответил. Я могу пройти?

– Да-да, конечно! – Бен спешно скинул с себя плед.

– Мы с Шерил ужинаем у Линн, и я решила поздороваться с тобой, – рыжая прошла вглубь двора и присела на стул рядом с собеседником.

– О, понятно, – паренек поправил очки. – А я вот с трудом отделался от этого ужина…

– Надоела компания Минтвудов? – аккуратно пошутила Леруа.

– Да нет, – ухмыльнулся Уорд, – просто они меня каждый день зазывают… А иногда хочется побыть наедине с собой.

– Понимаю… – заклинательница на мгновение задумалась. – Кстати, хотела еще раз выразить свое восхищение твоему подарку на день рождения Феликса.

– Ах? – смутился паренек.

– Ты действительно очень хорошо рисуешь. Я говорю это тебе, как художник художнику.

– Ты тоже рисуешь? – оживился он.

– Да… Еще с детства. Мы так с Шерил и познакомились. Она тоже рисует. Но у нас разные стили.

– О, расскажи поподробнее, мне любопытно, – Бен сполз на самый край кресла, чтобы быть ближе к собеседнице.

– Про разные стили или про меня и Шерил? – улыбнулась рыжая.

– И то и другое! – воодушевился парень. – Ох, погоди, я ничего тебе не предложил…

– Ничего страшного… – Пенелопа отрицательно помахала руками.

– Нет! Чай или кофе? – он бросил мимолетный взгляд на столик. – Еще у меня есть горячий шоколад. И какао.

Заклинательница выглядела как олень в свете прожектора.

– Ответ «нет» не принимается, – пояснил Уорд.

– Какао, – поспешила ответить девушка.

– Одно мгновение, леди! – паренек подорвался со своего места и забежал в дом, смачно споткнувшись по дороге об ступеньку.

Леруа содрогнулась, и ее лицо приняло сочувствующее выражение. Под выкрики «все нормально» от уходящего, линк рыжей раздал пронзительный писк. Она достала устройство из кармана и прочла сообщение от контакта, именовавшегося как простое сердечко: «Где шляется моя невеста?» Поппи невольно ухмыльнулась и стала набирать ответ: «Мне нужно еще немного времени. Я задержусь». Через пару минут она получила еще одно послание от Шерилин: «Ок… но тебе лучше не испытывать мое терпение!»

– А вот и какао! – радостно воскликнул Бенджамин, возвращаясь во двор.

– Спасибо, – промолвила рыжая, убирая линк обратно в карман.

– Так, можешь начинать свой рассказ, – паренек поставил кружку напротив собеседницы и стал устраиваться в кресле.

– Что ж… Когда мы с Тони должны были перейти на основную ступень обучения, она решила перевестись в академию летнего региона, и я осталась в осеннем одна.

– Это немного… жестоко с ее стороны, – удивился Уорд.

– Нет, что ты, – заклинательница покачала головой, – она предлагала и мне, а когда я отказалась, то и сама передумала насчет этого… Но я знала, как ее угнетает этот регион. Я сама подтолкнула ее к этому.

– Тебе не было страшно остаться одной? У тебя были там друзья?

– Если честно, нет, прямо-таки друзей не было. Но я привыкла быть сама по себе. Мне так спокойнее. Так что я особо не переживала по этому поводу.

– Сколько тебе тогда было?

– Мне исполнилось четырнадцать. Однажды, когда я занималась рисованием во время перерыва, я заметила девчонку, которая сидела неподалеку от меня. На мгновение мне почудилось, будто бы она следит за мной.

– Это была Шерил? – глаза парня горели.

– Да, но тогда мы так и не познакомились. Подобные ситуации случались еще пару раз. И вот, спустя несколько недель, она вдруг подошла ко мне и спросила, что я рисую. Я показала ей свои наброски со странными угловатыми пейзажами. Я до сих пор помню, как она в тот момент удивилась, – радужки Пенелопы позеленели, и она трогательно рассмеялась. – Она сказала мне что-то вроде «ничего себе, это намного круче того, что рисую я». И тогда я попросила показать ее что-то из своих работ. Она протянула мне блокнот со словами «это самая недавняя».

– И что же там было?

– Портрет. Мой портрет…

– Неужели?

– Да… Все то время, что она наблюдала за мной, она втайне рисовала меня. И это был действительно хороший портрет.

– И с тех пор вы начали общаться?

– Именно так. Тогда Шерил было всего одиннадцать. Мы встречались во время перерывов и говорили о рисовании. Позже нас стал доставать ее брат, – заклинательница ухмыльнулась.

– Шерман! – обрадовался паренек.

– Точно. Ему было скучно без сестры, и он зазывал нас делать всякие глупости. И мы как-то все сблизились. Когда пришло их время переходить на основную ступень обучения, Шерман тоже решил перевестись. Наслышанный об академии, где обитала моя сестра, а еще и Нора с Тессой, он выбрал именно ее. Тогда мне уже оставалось учиться совсем немного.

– А можно… – Бен засмущался, – нескромный вопрос?

– Конечно, спрашивай.

– Когда вы с Шерил стали встречаться?

– Ох… – Леруа поджала губы.

– Извини-извини! Можешь не отвечать! – запаниковал паренек.

– Нет, все нормально, – рассмеялась Поппи. – Просто, мы начали встречаться, когда ей было очень-очень плохо…

– Что случилось? – беспокойно спросил простокровный.

– Это было, когда начался второй этап войны. Я не знаю, многое ли тебе рассказывали о нем, но… Тогда умерло несколько хороших людей… Некоторые из них были очень близки нашим друзьям. А в конце концов Тесса предала нас и отправилась к той, о ком все говорят. Они с Шерманом тогда уже встречались.

– О нет… – Бенджамин совсем поник.

– Он был разбит, – девушка с трудом проговаривала слова. – И на Шерил это тоже влияло. Она полностью посвятила себя ему. Чтобы он… – кажется, она почти была готова расплакаться. – Чтобы ничего не сделал с собой. В перерывах между этими актами заботы, она приходила ко мне. Мы были лучшими подругами и постоянно общались. Она всегда была без сил, и просто лежала на моей кровати, пока я гладила ее по волосам и разговаривала с ней. Иногда она просто молча плакала.

– Это очень печальная история, – паренек съежился.

– Не совсем, – девушка повеселела. – Дело в том, что именно в этот момент мы поняли, что мы не просто друзья. Мы привыкли быть друзьями, но при этом являлись чем-то намного большим друг для друга. Мы не просто хотели увидеться, когда были в разлуке… Мы буквально лезли на стену в ожидании встречи.

Сердце Уорда пропустило удар.

– И порою мы смотрели друг на друга… часами. Просто смотрели. И я гладила ее по волосам, а она трогала мои пальцы… мое лицо.

– А тебе не было… – Бен замешкался. – Страшно?

– Страшно? – удивилась Леруа. – Нет, что ты… В любви нет ничего страшного.

Простокровный задумчиво опустил глаза.

– Хотя, есть кое-что… – вдруг всполошилась Поппи.

Собеседник настороженно посмотрел на нее.

– Упустить ее. Или потерять, – закончила свою мысль девушка.

Вся ее речь пробудила в голове паренька множество размышлений, которые заставляли его сердце трепетать. Он уже успел полностью погрузиться в них, когда заклинательница приподнялась со своего места:

– С твоего позволения, я пойду. Шерил и Минтвуды уже заждались меня, – виновато промолвила она.

– Да-да, конечно! – Уорд встал, чтобы попрощаться со своей спутницей. – Спасибо, что зашла. Мне было очень интересно поговорить с тобой.

– Я рада, – со стеснением откликнулась Леруа. – Еще увидимся.

На щеке парня остался едва заметный след от помады. Силуэт Пенелопы уже затерялся между домами, когда Бенджамин окинул взглядом задний двор. На столике все еще покоилась кружка с какао его нежданной гостьи. Она была полной.

Ужин в доме лорда и леди Мейпл проходил более чем спокойно. С первого взгляда могло показаться, что компания за столом собралась слишком уж разношерстная, но на самом деле всех членов застолья связывали крепкие узы. Эдвард и Ник обменивались своим видением ситуации с санкциями на Земле, а Мэттью и Маргарет баловались с едой. Катрина молча наблюдала за происходящим, пока ее боковой взор не захватил довольно угрюмую Антуанетту, которая просто водила вилкой по тарелке.

– Милая, что-то случилось? – обеспокоенно спросила колдунья.

– Нет-нет, все хорошо, – Леруа наконец-то оторвалась от собственных мыслей.

– Как же это, – женщина нежно взяла рыжую за подбородок, – ты почти ничего не съела.

– Кажется, я переела во время обеда, – констатировала чародейка.

– Ты уверена, что все в порядке?

– Да, конечно, – Тони вдруг сместила все свое внимание на Блума, – эй, Мэтти, это же ты сегодня послал Шермана к нам в коллегию?

– Да, а что такое? – отозвался маг с волчьим взором, не отвлекаясь от игр с младшей сестрой.

– Точно, – вмешался Николас, – а почему ты не занялся этим сам?

– У меня был перерыв, – оправдывался Мэтт.

– Уверена, у тебя были неотложные дела, – заговорчески промолвила девушка.

– Ага, – устало промычал парень, – так чего ты хотела?

– Ты, случайно, не заметил ничего странного, когда давал Шерману поручение?

Ник нахмурился.

– Странного? – удивился Блум. – Да нет, он только врезался в меня, а это достаточно типично для Редлока… Почему ты спрашиваешь?

– Я просто волнуюсь за него… Мне показалось, что он был расстроен.

– Почему ты не спросила об этом у него?

– Я спросила, но он ничего толкового не ответил…

– Это же Шерман, – как бы само собой разумеющееся пояснил Мэтт.

– Ну да… Кстати, он обещал прийти на бал, – воодушевилась Леруа, – а вы идете?

– В этом году я, пожалуй, воздержусь, – откликнулся маг с волчьим взором. – У нас с Мэгги есть планы поинтереснее.

– Впервые об этом слышу, – картинно возмутилась леди Мейпл.

– Неужели? Малышка, не уж то ты не хочешь пойти на бал? – рыжая весело улыбалась, глядя на девчонку.

– Сама подумай, Тони, – серьезно начала волшебница, – бал этот каждый год. А Мэтти приготовил для меня нечто особенное, – она подмигнула брату.

– И что же это? – любопытствовал лорд Мейпл.

– Секрет, па Эд!

– О, кажется, у меня есть предположение, – Антуанетта приподняла брови, глядя на своего собеседника.

Мэттью ответил на ее реплику хищным прищуром.

– Раз ты решил провести праздник с Маргарет, значит, в этом году я пойду на бал, – впечатлено промолвила Катрин.

– Повеселимся, – радостно отозвалась рыжая.

– А ты, пап? – Николас взглянул на мужчину.

– К сожалению, нет. В этом году во время бала безопасностью Чарма будет заниматься вспомогательная коллегия, а первая уйдет в отрыв.

– Это достаточно справедливо, – заметила Тони, – ведь в прошлом году было наоборот.

– Не спорю, – согласился Эдвард.

– Все поели? – спохватилась леди Мейпл. – Время десерта?

– Да! – хором ответили ребята.

– Мам, я принесу, – чародей поднялся из-за стола, чтобы собрать тарелки.

– Спасибо, милый.

– Никки, я помогу, – Леруа отправилась вслед за возлюбленным, забирая недостающие чашки.

Уже через пару секунд парочка оказалась в стильной современной кухне, оформленной в серо-голубых тонах. Там было множество элегантных полок с прозрачными стеклянными дверцами, сквозь которые виднелась однотонная матовая посуда в тех же цветах. На небольшом столике красовалась прозрачная подставка на длинной ножке, закрытая сверху куполом. На ней стоял аппетитный морковный торт, аромат которого разносился по всему помещению.

– Я возьму тарелки, – промолвила чародейка, открывая один из ящиков.

– Тони, что конкретно взволновало тебя в поведении Шермана? – серьезно спросил Мейпл.

– Ох, а ты что, ревнуешь? – шутила рыжая, доставая чайные ложки.

– Скажи мне, что случилось, – продолжал настаивать парень.

– Ничего такого, из-за чего бы тебе следовало переживать, – Леруа шутливо дотронулась до кончика его носа.

– Если бы мне не следовало переживать, я бы не переживал.

Антуанетта сглотнула.

– Так что?

Девушка перестала смотреть соулмейту в глаза и начала заниматься столовыми принадлежностями.

– Мне кажется, – начала она, – я что-то почувствовала. В смысле, когда мы столкнулись с ним.

– Почувствовала? – непонимающе переспросил чародей.

– Знаешь, как будто бы запах… – неуверенно говорила она. – Аромат, одеколон, не знаю…

– И что это был за запах? – Николас все еще был озадачен.

Тони продолжала избегать взгляда своего возлюбленного, и сейчас она нервно вздохнула:

– Так пахнет Тесс, – на одном дыхании выпалила рыжая.

Мейпл широко распахнул глаза.

– Что… что ты этим хочешь сказать? – недоверчиво молвил ее собеседник.

– Я ничего не хочу сказать, – отнекивалась Леруа, – я просто говорю то, что ощутила.

– Так… тебе это могло показаться? – уточнил Николас.

– Нет, мне не показалось, в смысле, я… я… Я не знаю! – разволновалась чародейка, роняя ложки.

– Ты не думаешь, что тебе следует спросить его об этом? – строго заметил парень.

– Это его дело…

– Когда это касается Контессы, это не только его дело…

– На что это ты намекаешь? – тон Антуанетты ужесточился, а радужки начали бликовать различными оттенками.

– Это касается безопасности Чарма, – ответил Мейпл, почти что срываясь. – У нас не принято встречаться на стороне с врагами.

– Ты говоришь о Тесс! – взбесилась девушка.

– Я знаю, о ком говорю!

Взгляд Тони наполнился болью и разочарованием.

– Так что, – продолжила она, – пойдешь и нажалуешься Доминику? Или Констанции?

– Ты знаешь, что я этого не сделаю, – оскорбился Ник.

– Я больше ничего не знаю, – опустошенно ответила она.

Сложив на стол последние приборы, Леруа вдруг направилась в сторону коридора, ведущего к входной двери:

– Остальное доделаешь сам, у меня пропал аппетит, – с этими словами она покинула кухню.

Николас простоял несколько секунд без единого движения, после чего внезапно ударил кулаком по столу, с агрессией выдыхая.

– Эй, чего это ты шумишь? – возмутилась маленькая Блум, заходя в комнату.

– Ах, ничего такого, – Николас мгновенно нацепил на себя маску спокойствия. – Просто чуть не уронил тарелку.

– Где Тони? – расстроено молвила девчонка, оглядываясь.

– Она решила немножко прогуляться, – ответил парень, присаживаясь на корточки и щелкая собеседницу по носу.

– И меня не позвала? – поникла Маргарет.

– Она знает, что тебе скоро надо ложиться спать, – оправдывал он свою возлюбленную. – Не грусти, принцесса. Впереди десерт.

– А ты отвезешь меня на спине? – с надеждой поинтересовалась маленькая волшебница.

На лице чародея отразилось напускное недовольство, и он согласно кивнул. Мэгги радостно запрыгнула на своего названного брата, после чего он поднялся на ноги и, прихватив торт и тарелки, понес свою спутницу обратно в столовую под их общий звонкий смех.

Отойдя от такой дикой фамильярности со стороны своего старшего товарища, Натаниэль принялся разрабатывать план по возвращению Антуанетты в их банду, и, как ни странно, решение пришло к нему в голову незамедлительно. Чтобы добраться до Леруа старшей, нужно было всего лишь пройти через Леруа младшую. А та всегда обитала в особняке семьи Шерил. Юноша направился к Редлоку, который, как и всегда, бездельничал в гостиной, запрокинув голову на спинку дивана.

– Шерман, мне нужно одолжение…

– О, чармер! – радостно воскликнул русый маг. – Опять вляпался в неприятности?

– Нет, мне нужно заглянуть к тебе домой…

– Чего это? – он с подозрением нахмурился.

– Там такое дело… Шерил же…

– К сестре моей подкатывать надумал? – нарочито серьезно говорил парень. – Я не знаю, догадывался ли ты, но она – лесбиянка.

– Спасибо за пояснение, – саркастично ответил Гринфайер младший.

Редлок великодушно покачал головой.

– Да нет же, на самом деле мне нужна Поппи…

– Думаешь, я позволю тебе увести невесту моей сестры? – он картинно треснул собеседника по голове.

– Блин, Шерман, какого черта… – возмущался Нейт, потирая затылок.

– Почему просто не позвонишь им? – расспрашивал маг, все еще смеясь. – Если боишься их отвлечь, чего, в принципе, быть не может, так как они не работают в привычном понимании этого слова; то просто мог бы написать.

– Мне нужно застать Поппи врасплох, чтобы она не смогла мне отказать.

Шерман ехидно вскинул бровь. Через секунду Натаниэль осознал, что ляпнул нечто двусмысленное.

– Блин, нет! Я не о том! – юноша устало рухнул на диван, рядом с собеседником.

– Ну да…

– Мне нужно, чтобы она сделала мне небольшое одолжение…

– То есть, правильно ли я понимаю – ты искал меня, чтобы я сделал тебе одолжение, организовав встречу с Шерил, чтобы она сделала тебе одолжение, организовав встречу с Поппи, чтобы она сделала тебе одолжение…?

– …организовав встречу с Тони, – выдохнул Нейт.

– Оу, ничего себе, – русый маг выглядел впечатленным. – А ты не ищешь легких путей!

– Не ищу? – оскорбился он. – Я писал ей, я звонил ей. Я просил Нору написать и позвонить ей. То же самое с Феликсом и Беном. И с Ником я об этом говорил, а он и про Мэтта сказал, что там дохлый номер…

Редлок выдержал театральную паузу, прежде чем заговорить:

– Ты в курсе, что у Тони есть соулмейт, да?

Гринфайер младший закатил глаза.

– Да ладно, – успокаивал его Шерман, доставая из кармана линк, – сейчас все будет.

– Что ты делаешь? – любопытствовал юноша.

– Связываюсь с предками, – парень усердно щелкал пальцами по сенсорному экрану.

– А ты сам не пробовал поговорить с Тони? – с надеждой промолвил его собеседник.

Русый маг напрягся:

– Ты перечислил стольких людей, кому она не отвечает, с чего бы ей отвечать мне?

– Ты не пытался, да?

– Слушай, чармер, – он наконец отвлекся от гаджета и посмотрел юноше в глаза, – да, мы друзья, и мы все любим ее. Но это не в моей компетенции пытаться выведать у нее причину ее расстройства… Это… Этим всегда занимался другой человек.

– Ты про Контессу… – без капли сомнения прошептал Гринфайер младший.

Редлок поджал губы. Через секунду его линк раздал пронзительный писк, и он вновь уткнулся в экран.

– Все сделано, – решительно заявил Шерман, шагая к лестнице, – можешь отправляться.

– В каком смысле? – недоуменно бормотал Нейт.

– Родителей дома нет, а ты занесен в список приглашенных, так что сможешь телепортироваться даже без сопровождающего, – он оперся на перила, чтобы осмотреть главный зал.

– Спасибо тебе, – юноша задумался, – слушай, а девчонки вообще там? Как я их найду? У вас там огромный домище…

– О, это просто, – маг махнул рукой. – Видел же лестницу в прихожей?

Натаниэль кивнул.

– Поднимаешься наверх и сразу идешь направо. Доходишь до конца коридора и оттуда – налево. Третья комната справа – их спальня. Если там никого не будет, то попробуй помещение напротив – кабинет Поппи. Запомнил?

Его спутник озадаченно мотал головой:

– Да-да, вроде бы запомнил…

– Ну и славно! Там вон Феликс как раз бумажки разбирает – хватай его и перемещайся.

– Еще раз спасибо! – воскликнул Нейт, спускаясь на первый этаж.

Уже через пару мгновений он скопировал способности полностью игнорирующего его Минтвуда и сразу затем оказался в поместье Редлоков. Он спешно поднялся по лестнице, ведущей на второй этаж, мыча себе под нос мелодию какой-то песни, игравшей на его выпускном балу. В голове сразу же всплыл образ Софии, и сердце юноши болезненно сжалось. Пройдя отмеренные ему повороты, он быстро остановился у нужной двери и не преминул мигом открыть ее, тут же услышав взвизги полуобнаженных девушек.

– ОЙ! – воскликнул юноша, захлопывая дверь. – Извините! Я ничего не видел, клянусь!

Он и не думал, что у него в буквальном смысле получится застать Пенелопу врасплох.

– Натаниэль Эдриан Гринфайер, – бушевала Шерил по ту сторону стены, – тебя стучать не учили?!

– Да я, как-то, не подумал… – виновато откликнулся он.

– Ты к кому пришел? – уже спокойнее уточнила она.

– На этот раз мне нужна Поппи, – с энтузиазмом промолвил юноша.

В комнате послышался облегченный вздох ведьмы и резвое копошение, приближавшееся по направлению к Нейту. Через секунду в коридор вышла Леруа младшая, завязывающая у себя на талии халат. Ее щеки горели.

– Что такое? – смущенно интересовалась она. – Что-то с Беном?

– С Беном? – Натаниэль нахмурился. – Нет, а с чего бы?

– Просто я думала, что твой визит связан с нашим с ним разговором, – заклинательница пожала плечами.

– Так это ты с ним поговорила? – радостное осознание начало проявляться на лице Гринфайера младшего.

– Да, Тони попросила меня…

– Спасибо! – на эмоциях он приобнял девушку, которая из-за этого почувствовала себя еще более неловко.

– Так о чем ты тогда хотел со мной поговорить? – озадаченно спросила рыжая.

– Вообще-то, я хотел поговорить с Тони.

– Так напиши ей, – недоуменно откликнулась заклинательница.

– Ты не хуже меня знаешь, что она всех игнорирует. Не отвечает ни на звонки, ни на сообщения…

– Ну… Она ответит, когда будет готова.

– Мне некогда ждать ее готовности! – возмутился Нейт.

– А от меня ты чего хочешь? – Леруа младшая взволнованно хлопала глазами.

– Я уверен, что с тобой-то она общается, – заговорчески промолвил юноша. – Только с семьей, так сказать.

– Даже если так…

– Приведи меня в гости, – настойчиво заявил он.

– Ч-что? – Пенелопа приподняла брови.

– Ну же, Поппи, – канючил Гринфайер младший. – Тебе ведь и самой не нравится эта ситуация!

– С чего ты взял, что ты сможешь все исправить?

– Я так и не думаю, – осторожно промолвил юноша.

Заклинательница стала выглядеть еще более удрученно.

– Я ее подтолкну, – убеждал он собеседницу. – Попытаюсь. Тебе жалко, что ли?

Рыжая обреченно вздохнула:

– Сегодня у нас запланирован семейный ужин.

– Отлично!

– Будь здесь к восьми – Редлоки откроют портал. До этого я свяжусь с бабушкой и дедушкой…

– Только проследи, чтобы они не рассказали об этом Тони, – умолял юноша.

– Хорошо, – пообещала заклинательница. – Теперь я свободна?

– Да! Еще раз спасибо!

Рыжая неловко покачала головой, аккуратно просовываясь обратно в свою спальню.

День Натаниэля прошел достаточно спокойно. Утром он, как и всегда, тренировался вместе с Элеонорой, которая вновь победила его во время спарринга. Брюнетка выглядела настолько самодовольной, что Нейт не мог сдержать смех, глядя на нее, чем вызывал у той неподдельное смущение. В ожидании, когда его брат закончит тренировку, юноша провел время с Шерманом. Русый маг по своему обыкновению травил какие-то неуместные шутки и рассказывал глупые байки. В то же самое время Гринфайер младший успел перекинуться несколькими сообщениями с Антуанеттой, о чем предпочел не говорить никому из своих друзей, так как он и Поппи были единственными членами группы, которых Леруа старшая почтила своим общением.

Обед с Бенджамином прошел очень оживленно – паренек наконец-то стал более откровенным. Конечно, он не делал громких заявлений и каких-либо намеков, но его глаза сказали все сами за себя, когда он поделился с братом радостью по поводу того, что он отправится на бал, который также посетит Феликс. Натаниэль задумался над тем, что еще никогда не видел своего брата таким мечтательным и воодушевленным. И хотя сам он не горел желанием отправиться на данное мероприятие, задор Бена все же подействовал на него. Ко всему прочему, он был уверен, что Тони убьет его, если он не придет на танцы, особенно после того, как она «побывала» на его выпускном.

Ближе к вечеру, по раннее состоявшейся договоренности, Гринфайер младший отправился в летний регион, ожидая Доминика на главной площади. Мужчина появился там сразу же после встречи с Констанцией в комитете, и они с Нейтом направились вдоль улицы с замысловатым названием «стеклянная». Оно было оправданным – большая часть зданий здесь была отделана зеркальными поверхностями, а оставшаяся блистала полностью прозрачными стенами и дверями, сделанными из стекла.

Дорога была не совсем близкой, и парочка стала обсуждать предстоящий ежегодный бал. За все то время, что Натаниэль знал своего биологического отца, он успел узнать ту его сторону, которую никто больше не видел. По началу, глава коллегии представал для него как опытный, но порой несправедливый руководитель, ведущий борьбу со своими внутренними противоречиями. Таким он и был для большинства знавших его людей. Оставаясь наедине со своим сыном, он полностью преображался. Первое время это был осторожный, взволнованный мужчина, но чем больше они общались, тем более уверенным он становился, превращаясь во внимательного и переживающего отца. Для Нейта эта близость все еще являлась непростым испытанием, учитывая тот факт, что у него уже давным-давно был отец, и каждый раз он думал, будто бы предает Оливера Уорда своими действиями. И все же, после многочисленных уговоров со стороны друзей, Гринфайер младший осознал, что в каком-то смысле он должен быть сыном Доминика, даже если Доминик не приходится ему отцом. Ведь юноша прожил ту жизнь, которая была ему предначертана – вырос в семье с любящими родителями, в то время как Доминик потерял свою и не смог вырастить сына. Таким образом, Натаниэль также оказывал услугу и всем окружающим – мужчина стал намного спокойнее и терпимее, когда их отношения наладились. Юноша относился к нему скорее как к давно потерянному дядюшке, нежели как к отцу, но тот был рад даже такому отклику.

Парочка остановилась у небольшого трехэтажного многоквартирного дома, и тогда они сменили тему разговора:

– Мы пришли? – недоумевал Гринфайер младший.

– Да, что-то не так?

– Нет, просто я думал, что у нас отдельный дом, – юноша пожал плечами, поднимаясь вслед за мужчиной.

– Триша любила городскую шумиху и соседей, – усмехнулся он.

Натаниэль поджал губы – Доминик очень редко говорил о своей покойной жене и по совместительству биологической матери Натаниэля. Юноша удивился, что сейчас тот так просто упомянул ее.

– Когда ты в последний раз здесь был?

– Я заходил несколько дней назад, чтобы привести все в надлежащий вид, – глава коллегии замялся, – но я понимаю, что ты имеешь в виду. Я почти не бывал здесь с тех пор, как… В общем, тогда я стал проводить больше времени в семейном доме.

– С родителями? – аккуратно поинтересовался Нейт, когда они подошли к нужной двери.

– О нет, твои бабушка с дедушкой умерли во время первого этапа войны. Но у меня оставался младший братишка. Твой дядя Джулиан. Тогда он был еще подростком, не старше тебя сейчас.

Колдун отворил дверь и позволил сыну пройти вперед.

– И что сейчас с тем домом?

– Я отрекся от своей собственности три года назад, – спокойно констатировал он. – Сейчас там, кажется, стоит небольшой отель.

Натаниэль сглотнул – три года назад начался второй этап войны, когда во время задания был убит целый отряд магов, в который как раз входил Джулиан.

– Проходи, не стесняйся, – Дом подталкивал сына. – Осмотри здесь все, а я пока займусь ужином.

– Хорошо, – юноша наблюдал, как мужчина спешно отправляется в сторону кухни, легонько улыбаясь.

Натаниэль прошел несколько метров по прихожей и сразу же оказался в небольшой уютной гостиной. Оформление этого дома напоминало коллегию – темное дерево, массивные детали и золотая отделка. Напротив дивана располагался камин и вместительная полка вдоль всей стены, на которой покоился телевизор. Там было много свободного места, и, как показалось Гринфайеру младшему, оно предназначалось для фотографий, коих здесь не было от слова «совсем».

Помимо кухни и ванной комнаты, в коридоре было еще два прохода, и Нейт прекрасно понимал, что один из них – родительская спальня, а другой – его детская. Он нерешительно потянулся к одной из ручек и повернул ее. Огромная кровать с балдахином, две прикроватные тумбочки и платяной шкаф у противоположной стены – ничего интересного. Юноша уже собирался уходить, как вдруг заметил фоторамку, висящую на стене у миниатюрного туалетного столика. Подойдя ближе, он понял, что внутри находится не снимок, а обгоревший по краям кусочек бумаги, надпись на котором гласила: «Спасибо, что привел меня к жизни, о которой я всегда мечтала». Рядом было нарисовано мелкое небрежное сердечко. Нейт улыбнулся, дотронувшись до рамки – это был почерк его матери.

Детская комната в квартире Гринфайеров была очень умиротворенной, с множеством мягких покрытий, которые заставляли ее выглядеть несколько «плюшево». Все здесь было преимущественно окрашено в голубые и светло-бежевые тона. По сути, здесь тоже не было ничего будоражащего внимание Натаниэля – пеленальный столик, шкафчик, манеж и люлька. Он почему-то невольно усмехнулся, увидев в кроватке мягкую игрушку в виде жирафа. Все здесь выглядело, как выставочный образец – не возникало и мысли, что этим когда-то пользовались.

Доминик уже заканчивал готовить рыбу, когда к нему присоединился юноша:

– Ну, как ты? – любопытствовал мужчина, добавляя специи.

– Да-да, все отлично. Здесь очень уютно.

– Я рад, что тебе понравилось. Я постарался восстановить все до малейшей детали после пожара.

– Пожара? – Нейт насторожился.

– Да, я не рассказывал? – в его тоне скользнула виноватая нотка. – Во время войны на многие жилые комплексы были совершены атаки. Некоторые здания были разрушены, некоторые слегка погорели…

Теперь вся картина сложилась достаточно логично. Гринфайер младший вспомнил, что нечто подобное упоминала и Катрина Мейпл во время их беседы, впрочем, как и Тони.

– Так вот почему здесь нет никаких фотографий?

– Да, к сожалению, – Дом поник. – У меня не сохранилось ни единого снимка твоей матери… И твоего. Правда, есть кое-что, что может тебя заинтересовать.

Мужчина потянулся к небольшому комоду и достал фоторамку из первого ящика. Натаниэль нетерпеливо зашагал навстречу.

– Это мы с твоим дядей, – колдун трогательно улыбнулся.

Нейт перехватил фото и принялся внимательно его разглядывать. Ему показалось, что оно сделано не так уж задолго до смерти Джулиана, хоть это и было почти невозможно определить на глаз. Внешне Доминик почти не изменился с тех пор, но сейчас от него веяло постоянной усталостью, а глаза и вовсе обычно выражали полнейшее отчаяние. Его младший брат был очень схож с ним, но черты его лица были более плавными. Нейт поймал себя на мысли, что больше похож на него, нежели на Доминика. Братья счастливо улыбались, обнимая друг друга за плечи. Это была хорошая фотография.

– Я очень похож на него, – промолвил Нейт, улыбаясь.

– Точно, – подхватил его Дом. – Я даже на мгновение не поверил своим глазам, когда впервые увидел тебя.

Юноша добродушно покачал головой, после чего последовала недолгая пауза.

– Можно задать вопрос? – неуверенно заговорил он.

– Да, конечно, – колдун все еще занимался ужином.

– Я знаю, что у меня был дядя и с маминой стороны…

Глава коллегии напрягся.

– …и мне любопытно, есть ли какие-то весточки от него? Фотографии?

– Да-да, я уверен, что есть, – затараторил мужчина, – они должны быть у… кхм…

– У…? – Нейт с подозрением взглянул на отца.

– Ну, в общем… как бы это сказать…

– Только не говори, что ты еще что-то от меня скрывал! – взъерошился юноша.

– Я не скрывал! Просто… Обещай, что не будешь злиться.

– Рассказывай!

– Обещай! – настаивал Гринфайер.

Натаниэль утомленно вздохнул:

– Хорошо, обещаю, говори давай…

– Фотографии брата Триш точно должны быть у Мэттью…

– У Мэтта? С чего это вдруг… – за мгновение в голове юноши сложился весь пазл. – О нет! Ты же не хочешь сказать, что Мэтт – мой двоюродный брат?!

– На самом деле, – виновато молвил Дом, – именно это я и хочу сказать.

– Ты, должно быть, шутишь!

– Извини, что не сказал раньше…

– Боже мой, – Нейт принялся шокировано расхаживать по комнате. – Он же, получается, твой племянник! А я вообще не видел между вами какого-либо взаимодействия!

– Мы не были близки. Ни с ним, ни с его родителями. Я отстранился после ухода Триш.

– Подожди, а он знает об этом? Мэтт знает, что мы братья?

– Да, думаю да, – Дом задумался. – В смысле, конечно, он знает.

– И все остальные тоже должны знать, разве нет?! – психовал юноша. – И мама Ника тем более! Но она ничего мне не сказала!

– Вот поэтому я и просил тебя не злиться. Никто не хотел скрывать это конкретно от тебя, это больше касается семьи Мэтта. Ты же знаешь, что Мейплы близки с ними. Поэтому и не распространяются. Мэтт бы сам уже поговорил с тобой, если бы захотел. Мы решили оставить это решение за ним, ведь он уже взрослый.

Натаниэля вдруг осенило:

– Его родители тоже умерли три года назад. На том задании. Поэтому все молчат. Никто не хочет обсуждать такое, – он вздохнул.

– Именно… Конечно, ты имеешь полное право узнать что-то о своей семье, просто…

– В этом случае лучше быть максимально деликатным, – закончил за него сын.

– Да… – Гринфайер поджал губы, но уже через секунду заметно оживился. – Что же, ужин готов! Присаживайся за стол!

Натаниэль вынужденно улыбнулся, наблюдая за тем, как его спутник суетится вокруг тарелок и столов. Сейчас он не мог думать ни о чем другом, кроме как о том факте, что он и Мэттью Блум кровно связаны.

Время уже шло к вечеру, когда гражданские Минтвуды вместе с парочкой еще несостоявшихся жен и простокровным пареньком собрались в доме первых, чтобы приодеться и навести марафет перед предстоящим балом. В гостевой комнате сейчас творился настоящий беспорядок – на кровати были разбросаны многочисленные уходовые средства для лица и волос, а также не пригодившиеся части нарядов. На полу валялись всевозможные пары обуви всех расцветок и форм.

Шерил, одетая в свободную белую кофту и тканевый комбинезон-платье, завязывала блестящий лиловый галстук на шее Бенджамина, который взволнованно переминался с ноги на ногу. Из ванной доносились едва слышные звуки заевшей молнии и утомленные вздохи Леруа младшей.

– Милая, тебе нужна помощь? – поинтересовалась Редлок, ударяя по пальцам полезшего к галстуку Уорда.

– Видимо да, – Поппи открыла дверь, демонстрируя свою частично оголенную спину, тем самым заставив Бена смущенно отвернуться.

Русая ведьма неспешно подошла к возлюбленной и, выровняв застежку, аккуратно застегнула облегающее коктейльное платье винного цвета с прорезью на коленке. Пенелопа развернулась и, разглаживая наряд, принялась смотреть на свое отражение в зеркале. Ее волосы были уложены на бок крупными волнами, в отличие от ее невесты, которая на этот раз решила сделать свою прическу максимально прямой – на этот раз отсутствовал даже выбритый висок.

– Ты не думаешь, что оно слишком темновато? – молвила Шерилин, сравнивая оттенки их нарядов.

Ее спутница неуверенно кивнула, после чего Редлок провела ладонями по одежде возлюбленной, преображая ее цвет в цвет идентичный ее комбезу.

– И когда же мы выдвигаемся? – вопрошал простокровный, поправляя черный пиджак.

– Мы собирались дождаться Феликса, – пояснила ведьма, – и моего брата, если он соизволит прийти вовремя.

– Ох, знаете, что-то я себя не очень хорошо чувствую, – Бен сел на кровать и приложил руку ко лбу. – Возможно, мне не стоит никуда идти.

Девушки переглянулись, после чего Шерил схватила парнишку за локоть, таща его к двери, пока Поппи запрыгивала в туфли-лодочки и набрасывала на плечи белый пиджак.

– Ай-ай, ладно, я сам! – восклицал Уорд, вприпрыжку следуя за своей надзирательницей.

На первом этаже троицу уже ждала Минтвуд младшая со своими неизменными растрепанными косами в платье-поло темно-синего цвета и белых кедах.

– Еще бы столетие прихорашивались, – бурчала девчонка, поглаживая сидящую на ее руках катту.

– Некоторые из нас хотят выглядеть на празднике хоть капельку достойно, – русая хищно прищурилась.

– Линн еще не закончила? – Леруа младшая заглянула в гостиную.

– Неа. Старость не радость.

– Я все слышу, юная леди! – крикнула из своей комнаты глава семейства Минтвуд.

Фелиция закатила глаза, после чего стала чесать своему зверьку ушко:

– Ты же моя очаровательная катта…

– Ты так и будешь называть ее просто каттой? – недоумевал Бенджамин.

– Перестану, как только придумаю ей имя, – фыркнула девчонка.

– Мне кажется, ты придаешь этому слишком много значения, – Пенелопа заботливо положила ладонь на плечо волшебницы.

– Блонди бы точно смогла натолкнуть меня на подходящий вариант, – Минтвуд младшая грустно вздохнула, и все присутствующие сочувствующе опустили головы.

Мгновением позже в гостиной материализовался высокий мужской силуэт в яркой пурпурной рубашке и укороченных штанах с мотней под цвет платья Фелиции. Девушки выглядели достаточно спокойно при виде такого кричащего образа, Уорд же шокировано распахнул глаза, после чего начал нервно оттягивать галстук.

– О, вы уже готовы! – удовлетворенно воскликнул Феликс, окидывая оценивающим взором своих друзей.

– Какую отговорку мой брат придумал на этот раз? – негодующе поинтересовалась Шерилин.

– Он забыл, что на бал принято одеваться хотя бы отдаленно нарядно, – ответил колдун с челкой, здороваясь с подругами, – выглядите сногсшибательно.

– Как и ты, – улыбнулась Поппи.

– Ты не забыл! – радостно пропищала Минтвуд младшая, примеряясь оттенками своего платья и штанов брата.

– Обижаешь, Фи, – он приобнял девчонку.

В конце концов внимание Феликса сосредоточилось на Бенджамине, который тоже не отрываясь глядел на своего спутника. Редлок и Леруа младшая обменялись неопределенными взглядами, после чего схватили юную волшебницу за обе руки:

– К телепорту! – театрально объявила русая ведьма, вскидывая их руки к потолку.

Девчонка недоуменно рассмеялась, а затем растворилась в воздухе вместе с подругами. Минтвуд весело ухмыльнулся, качая головой.

– Линн? – крикнул он, выжидающе смотря на лестницу.

– Мне нужно еще десять минут!

– Тогда я пока переброшу Бена! – крикнул он в ответ, после чего перевел взгляд на простокровного.

– Любишь яркие образы, – только и смог выдавить из себя Уорд, в панике сглотнув.

– Да, ничего не могу с собой поделать, – колдун вдруг откинул челку каким-то небрежным жестом, и Бен не смог отогнать от себя мысль о том, что это выглядело безумно горячо.

– Тебе идет, – как можно спокойнее постарался добавить паренек.

– Ты тоже отлично принарядился. Смотри-ка, твой галстук сочетается с моей рубашкой, – Минтвуд потянулся поправить обсуждаемый предмет одежды, отчего оба парня стали испытывать дополнительное сексуальное напряжение.

– Простое совпадение, – Уорд поправил очки.

– Что же, отправимся в путь? – Феликс сдержанно улыбнулся и протянул собеседнику локоть.

– Конечно, – тот неуверенно взял колдуна под руку, после чего они оба испарились.

– Скучаешь? – промолвила Минтвуд младшая, подкравшись к простокровному со спины.

– Ах, Фелиция, – вздрогнув, Бен схватился за сердце, – это ты.

– Пора бы мне уже перестать подшучивать над тобой, а то долго ты не проживешь, – она удивленно хихикнула.

– Да, было бы неплохо, – рассмеялся паренек.

– Бабуля увлекла моего братишку в танцы? – юная волшебница проследила за взглядом своего собеседника.

– Она возникла из ниоткуда, – подтвердил Бен. – Как ураган.

– Ба, она такая…

– Почему Феликс зовет ее по имени? – вдруг задумался Уорд.

Девчонка выглядела несколько озадаченной данным вопросом.

– Бабушка говорит, что он стал слишком серьезным после смерти родителей, – она пожала плечами. – Но… я помню, что когда я была совсем маленькой, они сильно повздорили из-за мамы и папы. Именно тогда он впервые стал обращаться к ней «Линн».

Бенджамин настороженно посмотрел на свою спутницу, желая выяснить подробности, но не решаясь задать вопрос. Спустя мгновение Фелиция поймала на себе его вопрошающий взгляд:

– Наши родители считаются предателями, в последний момент присоединившимися к Тамике и по доброй воле отдавшими ей кровь перворожденного Минтвуда – моего брата. Ба по сей день не верит в это, – волшебница покачала головой. – А Феликс с тех пор за людей их не считает.

– Я… – простокровный шокировано хлопал глазами, не в силах ответить хоть что-то.

– Да все нормально, не парься, – спокойно промолвила Фелиция. – Меня все это не особо заботит, я тогда была еще совсем крошечной.

Уорд натянуто улыбнулся, в глубине души восхищаясь стойкостью столь юной девушки.

– Могу я поделиться с тобой кое-чем? – хитро поинтересовалась Минтвуд младшая.

– Да, конечно, – паренек был польщен таким вниманием.

– Все вокруг воспринимают меня, как маленького ребенка… Ну, все, кроме блонди… а мне ведь уже шестнадцать. Не терпится уже встретить какого-нибудь симпатяшку, чтобы не с одним только братом танцевать на балу.

Бен благосклонно рассмеялся:

– А разве ты не должна мечтать об этой великой любви соулмейтов? А не о простых танцульках?

– Должна бы, но только она мне не светит, – как ни в чем не бывало, ответила девчонка.

– В каком смысле? – слегка опешил Уорд.

– Ну, ты же знаешь, как работает вся эта магическая связь?

– В общих чертах… Кажется, это вроде бы и просто любовь, но ты не можешь ни с чем ее перепутать…

– Именно. Ты можешь влюбиться и без связи соулмейтов, но сразу будешь об этом знать. А все потому что ты чувствуешь это притяжение в течение всей жизни. И когда встречаешь того самого, будто бы становишься полноценным. Типа душа, разделенная на две части и бла-бла.

– Понятно, – ответил простокровный, озадаченно нахмурившись. – Так почему ты говоришь, что тебе такое не светит?

– Потому что мой соулмейт мертв, – спокойно констатировала девчонка.

– Что? – паренек испуганно приоткрыл рот.

– Да не нервничай ты так, – недоумевала волшебница. – Я же объяснила тебе – чувствуешь на протяжении всей жизни. Но только пока вы живы. Если твой соулмейт умер – внутри тебя будто бы что-то обрывается. Это ощущение ни с чем не перепутать. И после этого уже нет той связи. А сколько я себя помню – я никогда ее не чувствовала… Думаю, он умер, когда я была совсем маленькая… Или даже до моего рождения. В любом случае, теперь мне не нужно переживать из-за поиска настоящей любви.

Бенджамин не отрываясь смотрел на свою собеседницу, и в глазах его таилась огромная печаль. Фелиция говорила об этом настолько обыденно, и он прекрасно понимал, что ее действительно ни капли не заботит эта ситуация. Вот только ему было страшно представить, через что она прошла, прежде чем смогла отпустить ее.

– Богиня, ты можешь не смотреть на меня с таким количеством жалости? – девчонка помахала рукой перед лицом спутника.

– И-извини… Я просто хотел сказать, что мне жаль…

– Для простокровного ты слишком много внимания уделяешь такой незначительной детали, как родство душ. Ты ведь не можешь в полной мере понять, что оно значит… Да и вы отлично справляетесь без него… Чего расчувствовался?

– Точно… – Уорд задумался. – А что по поводу союзов простокровных с чарокровными? Связь… не работает?

– Нет, связь может быть и в этом случае, просто вы ее не чувствуете.

– Не чувствуем?

– Да, вам для этого не хватает энергии.

– Тони говорила, что за родство душ отвечает энергетика…

– Да, причем это касается не только связи соулмейтов как таковой, но очень смежного к нему понятия, когда двое людей с похожей аурой могут даже чувствовать друг друга на расстоянии. Но чтобы почувствовать эту самую ауру-энергетику, нужно определенное количество энергии, которого простокровным просто-напросто не хватает.

– Господи, как же все это сложно…

– Нет, если не думать об этом, – Минтвуд младшая усмехнулась, пожав плечами. – А вообще, хватит уже болтать, балы не для этого придуманы!

Произнеся последнюю фразу, девчонка с энтузиазмом попыталась вытащить Бенджамина танцевать в самый центр зала.

– Что я пропустил? – деловым тоном поинтересовался Доминик Гринфайер, поднимаясь по лестнице к главе комитета и по дороге бросая обеспокоенный взгляд на сына.

– Я отправила во вспомогательную коллегию ударную группу. Сейчас мы формируем спасательный отряд.

– Ударную группу? – недоуменно переспросил мужчина.

– Николас Мейпл вызвался добровольцем, и я приставила к нему Леруа, – увидев неоднозначный взор собеседника, она добавила, – ты чем-то недоволен?

– Всего лишь считаю, что было несколько рискованно отправлять только их двоих.

– Возглавишь подразделение для восточного крыла? – продолжила Констанция, игнорируя замечание подчиненного.

– Так точно, – спокойно откликнулся Дом.

– Отлично, – женщина обратилась ко всем присутствующим, – Верджил, ты идешь на запад; Кайла – север…

– Кто это? – шепотом спросил Натаниэль, наблюдая за черноволосой девушкой в облегающем красном платье, принимавшей приказ от Браунхол.

– Она одна из членов комитета, – пояснила Нора. – Кайла Руссо.

– Руссо, – юноша задумался.

– …Натали, ты поведешь своих на юг…

– А эта выглядит знакомой, – вновь заговорил Гринфайер младший, всматриваясь в остролицую женщину с короткими жемчужными волосами. – Я ее уже встречал?

– Не думаю, – озадаченно ответила Блэкуолл. – Она тоже из комитета… Ее зовут Натали Берг.

– Нет, я точно ее где-то видел!

– Не ее, – брюнетку вдруг осенило. – Она старшая сестра Эйлин.

– Эйлин?! – ужаснулся Нейт. – Той злобной бабы, которая пыталась убить моего брата?

– Если тебе от этого станет легче, она пыталась убить не только твоего брата, – Нора пожала плечами.

– …делимся на группы и расходимся! – закончила свою речь Констанция.

Парочка наблюдала за тем, как Редлок, переговорив о чем-то с Феликсом, отправился вслед за Верджилом, в то время как его друг послушно присоединился к группе Доминика. Остальные боевые единицы также плавно расходились между четырьмя подразделениями. Среди них Натаниэль заметил еще двух членов комитета – низенького светловолосого мужчину со шрамом на пол лица и смуглого жилистого паренька с курчавыми волосами.

– Что насчет нее? – Гринфайер указал на Пенелопу, нервно наблюдавшую за своей начальницей. – С какой стороны здания ей будет легче снять показания протокола…

– Она остается, – леди Браунхол выглядела слегка напряженной. – Судя по телепатическим сообщениям от выживших, на данном этапе вспомогательная коллегия не подлежит восстановлению. Мы будем считать этот объект утерянным. Первостепенная задача – вытащить тех, кто еще остался на территории.

Множество боевых единиц, включая Нейта и Нору, шокировано переглянулись. По отрядам прошлись волны шепота, которые достаточно скоро были прерваны их командирами. В последний момент перед отправкой Фроукс обратился к темноволосой колдунье:

– Можешь отправиться с нами…

– У вас уже достаточно людей, – вновь вмешалась Констанция. – Не стоит перегружать миссию.

Верджил послушно кивнул, после чего все подразделения покинули стены комитета. На втором этаже здания теперь оставались только чета Браунхолов, Блэкуолл, Леруа и Гринфайер младшие.

– После нужно будет сделать заявление… – вздохнула женщина. – Лучше уже сейчас начать подготавливать речь. Тед, ты не мог бы?

– Конечно, – лорд Браунхол поцеловал кисть жены, после чего отправился вглубь комитета по главному коридору.

– Пенелопа, ты отправишься обследовать место нападения после зачистки. С группой сопровождения, естественно. Нужно выяснить, есть ли общие черты во взломах протоколов защиты.

– Сделаю все, что в моих силах, – решительно заявила рыжая.

– Все, как я и говорила, – обессилено промолвила брюнетка, – Тамике ничего не стоит сокрушить наши чары. Она насмехается над нами, позволяя создавать все новые и новые бессмысленные протоколы.

Лицо Поппи слегка искривилось, будто бы та пыталась сдержать слезы. Синева в ее глазах стала почти черной.

– Ты не можешь знать, сколько сил ей пришлось вложить в то, чтобы напасть на коллегии, – сурово ответила глава комитета.

– Какая теперь разница? Это лишь подтверждает, что она в любой момент сможет прорваться сквозь любой наш протокол!

Натаниэль принялся расхаживать вдоль перил, оттягивая ворот рубашки. Складывалось впечатление, что ему было очень жарко.

– Элеонора, девочка моя, этого не случится, если мы найдем закономерность.

– Нам нужно позаботиться о жилых комплексах, – обеспокоенно ответила колдунья.

– Ты прекрасно знаешь, что их защита превышает защиту коллегий в десятки или даже сотни тысяч раз, – оборвала ее Леруа.

– Настолько? – удивился Нейт. – Почему тогда не использовать те же протоколы на коллегиях?

– Ты не представляешь, сколько энергии на это требуется, – отчеканила заклинательница. – Охрана жилых комплексов работает круглосуточно.

– У нас просто не хватит людей, чтобы выделять их еще и на коллегии, – подтвердила Констанция.

– Нам давно следовало перенести их в черту жилых зон, как и комитет, – Нора покачала головой.

– Работники комитета почти никогда не покидают его пределы, – леди Браунхол начала уставать от данного разговора, – в отличие от боевых единиц коллегий, которые патрулируют Чарм.

– Ты же знаешь, что через протоколы жилых комплексов намного сложнее проходить с помощью телепортации, – недоумевала Поппи.

– Значит, нужно было сосредоточиться на решении именно этой проблемы, – заносчиво ответила Блэкуолл.

– Да, ведь все эти годы я занимаюсь совсем другими вещами, – оскорбилась Леруа.

– Так, все, прекратили, – Констанция повысила голос.

Элеонора затихла и вдруг увидела силуэт своего друга, который все еще ходил туда-сюда по этажу, выглядя при этом измотано.

– Эй, ты в порядке? – взволнованно промолвила она, подходя к Гринфайеру младшему.

– Нет… Я не знаю, – он нервно тер свою шею. – Что-то не так. Я не могу дышать.

– Уверен, что не хочешь взять дополнительный год обучения? – Эдвард с серьезным видом наблюдал за сыном, нехотя водившим вилкой по своей тарелке, пока Катрин ставила на стол поднос с булочками.

– Зачем? – недовольно буркнул Ник. – Это же необязательно.

– Да, но ты можешь взять на этот год предметы, которые не изучал подробно ранее. Это расширит твой кругозор, разве не здорово? Тем более, ты закончил свою программу на двенадцать месяцев раньше.

– Потому что я слишком умен для этой дыры! – нетерпеливо выдал парень, стукнув столовым прибором по посуде.

– Молодой человек, – строго начала леди Мейпл, – ведите себя прилично во время трапезы.

– Да и в любое другое время, – добавил Эд.

Николас скрестил руки на груди, надув губы и отвернув голову в сторону. Его родители утомленно переглянулись.

– Позволь же спросить, – вновь заговорил лорд Мейпл, – почему же, по-твоему, это место, как ты выразился, «дыра»?

– Потому что здесь учат элементарным вещам! Вообще не понимаю, зачем ходил в эту дурацкую академию – весь этот бред я мог изучить и на дому… – чародей на мгновение замолк, – хотя, подождите-ка, ведь я именно этим и занимался.

– То, что ты соображаешь лучше большинства, не делает занятия бесполезными, – заметила Катрин.

– Делает, – не согласился ее сын. – Бесполезными для меня. Страшно представить, насколько тупые люди меня окружают…

Леди Мейпл закатила глаза, покрепче сжав в руке ложку.

– Неужели у тебя в академии нет никого, кто привлек бы твое внимание? – с любопытством спросил Эдвард.

– Нет, – Ник ответил мгновенно, но потом вдруг замялся. – Хм… Хотя, есть один персонаж… Достаточно умен для своего возраста.

– И кто же, позволь поинтересоваться? – мать все еще смотрела на него с недовольством.

– Мэтт, кажется, – неуверенно промолвил парень. – Глаза у него странные. Похож на люпана.

– Да это же сынок Блумов, – Катрин обратилась к мужу. – Помнишь их, дорогой?

– Конечно, – лорд Мейпл широко улыбнулся. – Прекрасные работники и отцы.

Шерман оставался абсолютно хладнокровных, когда пришло время собирать тела покойников. И дело было далеко не в том, что ему никогда не приходилось работать со всеми этими людьми. На самом деле, он уже слишком привык к смерти и относился к ней как к чему-то обыденному. Друзья не знали, что он даже был добровольцем на разбор тел нейтралов в их потрепанной обители. Казалось бы, откуда такая тяга? Откуда такая привычка? Ведь за последние шестнадцать лет это было лишь третье происшествие со смертельными исходами. Тайна крылась как раз в том злополучном дне, когда Чарм навсегда изменился. Маленький мальчишка оказался не в том месте не в то время. Тогда он и увидел все то, чего ему не следовало видеть.

Первой группе, в числе которых был и Редлок, следовало осмотреть территорию вспомогательной коллегии на наличие угроз, после чего к ней присоединилось еще два отряда. Такое количество людей нужно было, чтобы держать полуразрушенное здание в строю, пока велись поиски. Большая часть тел стараниями Эдварда Мейпла была относительно невредима – их тут же переместили в комитет, чтобы Констанция и Теодор занесли их в бланки и вызвали родственников. К сожалению, некоторым сотрудникам не посчастливилось после смерти оказаться на пути главы коллегии, а потому их обгоревшие изувеченные лица было не узнать. Их отправляли в коллегию для опознания (да, там были работники, специализировавшиеся именно на этом).

Вот и еще одно тело. И еще одно. И еще. Русый маг безэмоционально поглядывал на то, как некоторые колдуны испуганно или брезгливо морщатся, когда натыкаются на очередной труп. Удивительно, сколько сотрудников вспомогательной коллегии было там в выходной, казалось бы, день. Когда работа была закончена, Шерман насчитал чуть меньше полусотни человек. Это было куда больше, чем три года назад.

Парень остался один, когда все отряды вернулись в жилой комплекс. Он водил пальцами по окровавленному снегу, размышляя о том, здесь ли был убит лорд Мейпл. Увидев неподалеку длинный имбирно-рыжий волос, он ухмыльнулся. Не из-за ситуации, а лишь потому что его догадка оказалась верна. Прошло еще минут пятнадцать, прежде чем тишина, окружившая это место, была нарушена.

Портал открылся в нескольких шагах от мага, и оттуда вышли две фигуры – достаточно плотная мужская и аккуратная женская. Редлок прищурился от яркого света искрящегося проема, после чего поприветствовал коллег:

– Я думал, вы про меня забыли, – ухмыльнулся он.

– Леди Браунхол сомневалась, сколько сопровождающих следует отправить с леди Пенелопой, – пояснил Верджил.

– Леди Пенелопой! – нарочито деловито повторил он, глядя на рыжую заклинательницу.

Леруа младшая покачала головой, чувствуя себя неуютно от такой формулировки.

– Ладно, не переживай, – он подмигнул девушке, стараясь успокоить.

– Не думаю, что это возможно, – ее лицо потускнело, когда они направились к руинам вспомогательной коллегии. – Как твои родители? И Шерил?

– Они в шоке, – ответил он, будто бы это не должно было вызвать сомнений. – Все-таки они уже столько лет были знакомы с лордом Эдвардом.

Его спутница понимающе кивнула.

– Здесь сейчас точно безопасно? – обеспокоенно поинтересовался Фроукс.

– Врагов нет, – подтвердил Шерман.

– Да я и не про них… – колдун с недоверием поглядывал на обветшалое здание.

– Отряд укрепил остатки строения, – ответил Редлок, после чего ухмыльнулся. – Не бойся, не рухнет.

Троица подошла к главному входу, который был завален обгоревшими досками. Русый маг, небрежно расталкивая их, пролез внутрь, подавая руку своей спутнице.

– Спасибо, – заклинательница поджала губы, изо всех сил стараясь не вглядываться в окружение.

– Сколько времени тебе потребуется, Пенелопа? – спокойно спросил скуластый мужчина.

– Надеюсь, как можно меньше, – утомленно откликнулась рыжая, собирая волосы в хвост.

– Не волнуйся, это всего лишь разрушенный дом, – подбадривал ее русый маг.

– Да, разрушенный дом, в котором еще пару часов назад заживо сгорели люди… – фыркнула девушка.

– Думаю, они задохнулись, а уже потом сгорели, – рассуждал Верджил.

Парочка тут же бросила на него осуждающий взгляд.

– Ой, извините…

Леруа младшая встала в центре зала. Крыша над ней уже давненько проломилась, а потому на ее абрикосово-рыжие пряди падали блестящие белые снежинки. Она вскинула руки, и в воздухе перед ней появилось множество искристых нитей, формировавших план всего здания. На преткновении каждых двух линий находились небольшие сферы, некоторые из которых сейчас горели красным, вместо привычного бело-голубого. Заклинательница нахмурилась и стала приближать «поврежденные» участки, выуживая все больше и больше информации о нарушенном протоколе защиты.

– Эй, ну что там? – любопытствовал Шерман, ерзая подбородком по плечу подруги.

– Я не понимаю, – озадаченно ответила Поппи.

– Не понимаешь? – удивился Фроукс, подходя ближе.

– Нет, я просто… – она задумалась. – Пойдемте к этим точкам, – она указала им на красные свечения. – Нужно их проверить.

– Конечно, – русый маг кивнул, направляясь вперед.

Рыжая последовала за ним, а заместитель главы коллегии замыкал ряд. Троице пришлось подняться по полуразрушенной лестнице на второй этаж и пройти в одну из подсобок.

– Здесь? – уточнил Редлок.

– Да-да, спасибо… – Пенелопа вновь «открыла» протокол.

Девушка несколько минут копалась в хитросплетениях искристых нитей и шариков, прежде чем обреченно присела на корточки, сплетя ладони.

– Что такое? – парень взволнованно опустился на пол, смотря попеременно на собеседницу и энергетическое волшебство перед ней.

– Протокол взломали изнутри, – шепотом промолвила она, позволяя слезам хлынуть из ее глаз.

– Что? – шокировано переспросил Фроукс, переглядываясь с таким же растерянным Редлоком.

– Я не была уверена, когда проверяла вашу коллегию, – призналась заклинательница, стирая со щек влагу. – Но сейчас все сошлось. Кто-то из наших взламывал протокол изнутри. Поэтому мы заметили это так поздно.

– Ну, нахрен! – злобно воскликнул Шерман, поднимаясь на ноги и ударяя стену.

Его спутники вздрогнули.

– Успокойся, держи себя в руках, – строго промолвил скуластый маг.

– Да не могу я! – парень схватился за лоб. – Ты представляешь? Кто-то из наших работает на Тамику! А ведь мы… Мы всех знаем… Со всеми общаемся… И кто-то из них…

– Я понимаю, – он положил руку на плечо собеседника. – Но сейчас главное – не поддаваться эмоциями. И не распространяться об этом. Пусть Констанция решает, что делать с этой информацией.

– Ты прав, – Поппи поднялась и уничтожила все свои искры. – Уходим, больше здесь делать нечего.

Верджил кивнул, после чего выжидающе посмотрел на второго сопровождающего. Редлок встряхнул головой, пытаясь прийти в себя, и затем отправился вниз, направляя группу.

Оказавшись в комитете, ребята разделились. Пенелопа сразу же направилась в кабинет леди Браунхол, Верджил попытался отыскать Доминика, а Шерман просто завис на балконе второго этажа, не отрываясь наблюдая за фонтаном перед зданием. Прошло около получаса, прежде чем его уединение было нарушено приходом Феликса:

– Вы уже закончили? – он подошел к перилам.

– Да, – русый маг подпер подбородок ладонями, – ничего интересного, всякие странные магические расчеты.

– Бедная Пенелопа, это должно быть непросто, – Минтвуд печально вздохнул.

– Да… – он опустил глаза. – А как ваше опознание?

Колдун с челкой покачал кистью, выразив неопределенность своим жестом:

– Могло быть и лучше… Осталась еще парочка человек, и я ушел. Не самое приятное занятие.

– Смею поспорить. Бывают и менее приятные.

Феликс нахмурился.

– Забей, я о своем, – Редлок ухмыльнулся. – Ты какой-то угрюмый!

– Я же только что объяснил, что мне не по душе такая работа…

– Нет, дело определенно не в этом. Я же тебя знаю. Выкладывай!

– Проклятие, – парень раздраженно отвернулся, – иногда мне кажется, что это ты живешь в моей голове, а не Эле… Нора, кхм.

– Да-да! Даже имя опять попутал! Точно что-то не так! – русый маг заерзал на своем месте.

– Ничего я не спутал, это ее имя…

– Которое она запретила тебе произносить… – аккуратно добавил собеседник.

Парень закатил глаза.

– Ладно, мы отошли от темы, – он похлопал друга по спине. – Говори, что случилось.

– Я позволил себе лишнего… – с трудом начал Феликс, – по отношению к Бенджамину.

– Лишнего? – парень насторожился, но затем вновь начал переводить все в шутку, – а ты тот еще канис!

– Шерман… – колдун совсем поник, и тогда его собеседник понял, что все серьезно.

– Извини, – он вздохнул. – Что ты сделал?

– Я не думаю, что это теперь имеет хоть какое-то значение.

– Тогда что имеет значение?

Минтвуд покачал головой, приподнимая плечи:

– То, что он ничего ко мне не испытывает.

Редлок продолжал смотреть на друга потемневшими от горечи глазами.

– Это так глупо, – колдун с челкой улыбнулся, – мне сейчас следует думать о совсем других вещах, а я…

– Ты всего лишь пытался отыскать комфорт в объятиях человека, который тебе небезразличен, – вдумчиво промолвил Шерман, глядя поверх жилого комплекса. – Это нормально, чувствовать себя потерянным, когда у тебя не получилось. Какая разница, сколько тебе лет, и какую должность ты занимаешь. Это не может изменить твои эмоции.

Феликс впечатлено смотрел на друга, пока тот произносил свою речь, после чего поспешил ответить:

– Ты что это, стал на мгновение серьезным? – он приподнял брови. – Право, у меня даже мурашки пошли…

– Ну тебя, – собеседник легонько толкнул его, и они оба засмеялись.

Пару минут они продолжали наблюдать за жизнью административного комплекса, пока Редлок вновь не обратил внимание на друга, который уже не был таким поникшим:

– Может быть, посидим где-нибудь? Чем бы тебе хотелось сейчас заняться?

– Хм, даже не знаю… – колдун задумался, и через некоторое время его губ коснулась легкая улыбка, – на самом деле, сейчас я бы хотел поговорить с Софией. Она бы точно смогла отвлечь меня от всего этого.

Шерман беззвучно рассмеялся:

– Да, блонди такая… Я тоже скучаю по ней. Она была… – маг долго не мог подобрать правильное слово, – своей, что ли.

– Она и так своя. Она скоро вернется, – радужки Минтвуда вновь позеленели.

В тот же миг парочка почувствовала, как дверь позади них распахнулась, и тогда они неспешно повернули головы.

– Феликс, – Блэкуолл выглядела очень обеспокоенной, подходя к другу.

– Ах, любовь моя, а мы…

Парень не успел договорить, как подруга уже набросилась на него с объятиями:

– Мне очень жаль, – прошептала она, покрепче прижимая его к себе.

Пока Шерман умиленно наблюдал за друзьями, колдун с челкой не смог сдержать печальную радость, отразившуюся на его лице:

– Спасибо…

– Как мы могли здесь оказаться?! – шокировано расспрашивал Гринфайер младший, пока он и его спутница накладывали на себя защитные и скрывающие чары.

– Я не знаю! Это невозможно, только если… – она задумалась.

– Только если? – выжидал юноша.

– Кто-то должен был перенаправить телепорт сюда, – ее голос звучал катастрофически неуверенно.

– Это все объясняет…

– Нет же, – поспешила добавить чародейка, – его нельзя перенаправить откуда-то снаружи или дистанционно. Кто-то должен был в упор подойти к порталу.

– Не может быть, – улыбаясь, Нейт качнул головой. – Телепорт находится прямо в главном зале, мы бы заметили чужака, даже если бы он смог пройти через обновленные протоколы защиты.

– Вот именно, – опустошенно ответила Антуанетта. – Чужака мы бы заметили.

– Ты же не хочешь сказать…

– Других вариантов попросту нет, – категорично заявила она. – Но, Нат, самое страшное сейчас не это… И даже не то, что мы застряли в тылу врага без возможности выбраться отсюда. Самое страшное, это то, что телепорт был перенаправлен явно не для того, чтобы кто-то из коллегии случайно забрел в полупустую обитель Тамики и ее приспешников. Это было сделано, чтобы кто-то отсюда проник в коллегию. И одной богине известно, для чего, – в конце своей речи девушка всплеснула руками.

– Но этот некто ведь тоже не сможет просто зайти, как ни в чем не бывало! Его сразу же заметят!

– Думаешь, что тот, кто это устроил, не поможет ему пройти незамеченным?

– Вот же черт, – юноша становился все более взбешенным с каждой секундой.

– Пожалуйста, будь спокоен, мы не можем быть на сто процентов уверены, что пещеры пусты, – чародейка нервно оглядывалась по сторонам.

– Точно, – юноша виновато встряхнул головой. – Как ты думаешь, за нами отправят отряд?

– Отправят, как только заметят нашу пропажу… Только вот когда это случится. Ко всему прочему, они же понятия не имеют, где нас искать. Это огромная проблема.

– Это уж точно… Итак, какой у нас план?

– Ну, вариантов не так много, – рыжая пожала плечами. – Нам нужно столкнуться с каким-нибудь одиноко расхаживающим приспешником и молиться, чтобы у него была сила перемещения или открытия порталов, чтобы мы скопировали ее и сбежали отсюда. И под «мы» я подразумеваю «я все сделаю, а ты будешь прятаться за мной».

– Что?! Нет!

– Ох, ну только не надо сейчас капризничать! – устало промолвила Антуанетта.

– Я не позволю тебе в одиночку рисковать своей жизнью, – решительно заявил Нейт.

– От моей крови не зависит судьба Чарма, – так же твердо ответила Леруа, – так что я могу разливать ее, сколько хочу.

Гринфайер младший состроил поистине недоуменную гримасу с толикой нарастающего раздражения, но не успел раскрыть рта.

– Нат, пожалуйста, просто делай, что я говорю, и мы выберемся в целости и сохранности! – рыжая была взволнованна. – У нас не так много времени.

– В каком смысле?

– Ну… На тебе же недолго держатся скрывающие чары…

– Ты говоришь безумно правдоподобно, но я знаю, что ты лжешь, – сурово заявил юноша. – А ну-ка, выкладывай!

Тони выглядела оскорбленной его предположением. Но на самом деле она просто была зла, что он действительно каким-то невообразимым способом мог различать, когда она врала.

– В общем, у меня при себе есть кое-что, что не следует носить с собой, – неуверенно откликнулась девушка. – И это кое-что ни в коем случае не должно попасть в руки Тамики.

– Что? – на лице Натаниэля отразилось все понимание безысходности данной ситуации. – Что это за «кое-что», Тони?!

Чародейка недовольно вздохнула, прежде чем вытащила из кармана шорт небольшую прозрачную склянку с беснующимся внутри язычком пламени.

– Ну нахер! – обреченно воскликнул юноша. – Это же вечный огонь!

Рыжая согласно покачала головой.

– И какого черта он делает у тебя? – он вдруг насторожился, – ты сперла его?

– Что?! Конечно нет! – Леруа ткнула его в плечо. – Констанция решила, что держать все элементы в одном месте небезопасно, а потому отдала этот на поочередное хранение мне, Нику и Норе.

У Нейта в голове вдруг сложился пазл:

– Так вот почему вы запретили Норе покидать комитет во время нападения! Артефакт был при ней!

– Да… – нехотя подтвердила чародейка.

– Чем дальше, тем лучше! Ладно, не будем терять времени… – юноша сделал пару шагов в сторону коридора, но остановился, когда понял, что его спутница не торопится идти за ним, озадаченно вглядываясь в одну точку. – Что такое?

– Я боюсь, – откровенно выдала чародейка, не выглядя при этом и слегка напуганной.

– Что? Нет, – Нейт положил руку ей на плечо, – ты постоянно попадаешь в такие ситуации. Ты – боевая единица! Это мне должно быть страшно.

– Надеюсь, что так, потому что у нас действительно серьезные проблемы, – убеждала его девушка. – Мы самая неудачная пара колдунов, которая могла оказаться в такой ситуации. Ходячий элемент и хранитель элемента, да еще и оба специализирующиеся на копировании чужих сил…

– И что в этом такого? – искренне недоумевал Гринфайер младший.

– Что такого? У кого силы-то копировать будем? Друг у друга? У нас с тобой даже толком ничего нет! Ходячие мишени!

– Не ты ли говорила мне, что не нужно много думать, и что в любом случае ты рано или поздно дотронешься до противника…

– Ты проигнорировал первый пункт? Мы не можем так рисковать элементами. И в данной ситуации нам было бы предпочтительнее держаться на расстоянии.

– Энергетические заряды…

– О да, бесполезные снопы искр против армии врагов на их территории. Мы определенно выберемся отсюда живыми.

– Ну, у меня есть спонтанные боли, а у тебя… – юноша замялся.

– Ни-че-го. Да, спасибо, подбодрил…

– Подожди, у тебя есть огонь! – он принялся указывать на ее карман.

– Что ты несешь? – утомленно переспросила чародейка.

– Ну как же, ты можешь скопировать силу элемента, – уверенно заявил ее собеседник.

– Нет, не могу, – Тони ответила так, будто бы разговаривала с полным идиотом. – Мы копируем энергетику людей, помнишь?

– И? – Натаниэль не видел в этом никакой проблемы. – Ты вообще пыталась это сделать?

Леруа задумалась. И вдруг почувствовала себя очень глупо. Недовольно фыркнув, девушка вновь вытащила склянку и поднесла к ней свободную ладонь, считывая энергетику. Секундой позже в ее руке уже красовался огненный шар. Парочка восхищенно ахнула.

– Ну вот, ты действительно очень умный, – с трудом призналась Антуанетта.

– Быть умнее тебя не так уж и сложно, – рассмеялся Нейт, после чего получил очередной удар от своей спутницы. – Ты просто сама себе поставила границу и не переходила ее.

Рыжая невольно улыбнулась. Она сама говорила эти слова на их первом совместном занятии.

– Ты запомнил, что я сказала… – Тони смущенно опустила взгляд.

– Я помню все, что ты говоришь, – все так же весело отвечал Гринфайер младший.

Ребята наконец-то отправились вперед по коридору. Чародейка, по своему настоянию, пошла впереди. Своего спутника она перехватывала за локоть, заставляя его идти спиной вперед, прикрывая тыл. В пещерах было зябко и ветрено, но это были лишь цветочки по сравнению с тем, что ждало их впереди.

Феликс нервно расхаживал по коридорам коллегии в поисках малейшей зацепки о незваном госте, угрожавшем безопасности учреждения и всем ее сотрудникам. После переваривания такого большого количества информации о предателе, исчезновении Антуанетты и Натаниэля, а также передачи элемента огня в руки боевых единиц, Минтвуд время от времени судорожно дергался. Его покоробило от мысли о том, что ему приказано помалкивать о задании, а значит – лгать Элеоноре. С другой стороны, ему показалось правильным, что девушка не узнает о случившейся с ребятами неурядице – это бы только заставило ее сильно переживать, а того и глядишь – потерять контроль. Ведь сделать что-либо в такой ситуации ей не под силу. Ему лишь оставалось молиться богине, чтобы девушка не решила прочесть его мысли в самый неудачный момент. К счастью, обычно она так и не делала.

Колдун с челкой уже осмотрел побочное крыло здания и теперь приступил к жилым комнатам. Он с опаской приоткрывал каждую следующую дверь, укрываясь в собственных иллюзиях, чтобы не спугнуть предполагаемого противника. Проводя поисковыми чарами по каждому закоулку помещения и не находя никаких признаков чужаков, он облегченно вздыхал, но вместе с тем сильнее напрягался – чем дольше он ищет, тем больше вреда может нанести приспешник Тамики. В то же самое время Ник Мейпл патрулировал территорию снаружи, пока Верджил и Кирен пытались разобраться с перенастроенным телепортом.

Оказавшись в коридоре, где находилась его комната, Феликс услышал знакомый шепот, доносящийся из спальни Фелиции. Настороженно нахмурившись, он телепортировался прямо за дверь, все еще используя на себе иллюзию, скрывающую его от взора прохожих. Минтвуд беззвучно ахнул, увидев в помещении Бенджамина в сопровождении своей сестры. Девчонка сидела на кровати, болтая ногами, и выглядела при этом очень самодовольной. Уорд, напротив, был неимоверно взвинчен и очень эмоционально махал руками, тихо выказывая собеседнице свое недовольство. Данная картина настолько сильно обескуражила колдуна, что на мгновение он даже позабыл о своей миссии. Секундой позже он уже снял с себя заклинания, позволяя парочке ужаснуться его неожиданному появлению.

– Пресвятые основоположники, – воскликнула Минтвуд младшая, испуганно хватаясь за грудную клетку.

– Ф-Феликс?! – простокровный чуть ли не подпрыгнул на месте.

– Что вы здесь делаете?! – рассержено проговорил колдун с челкой.

– Не злись, братик, – девчонка сладко улыбнулась, – мы здесь, потому что Бену очень сильно хочется поговорить с тобой.

– Нет же!

Минтвуд перевел недоверчивый взгляд на Уорда.

– В смысле, да, – смущенно промолвил тот, поймав на себе взор колдуна. – Но не так и не сейчас! Твоя сестра насильно приволокла меня сюда!

– Фелиция! – парень строго посмотрел на юную волшебницу.

– Ой, да ладно вам! – она подскочила с кровати. – Ну, привела я его! Только чтобы помирить вас! Лучше бы объяснился, почему шпионил за нами!

Минтвуд вдруг вспомнил о цели своего прибытия и заметно напрягся, начиная подталкивать сестру к их общему знакомому:

– Вам срочно нужно уходить… – торопил он ребят.

– Да мы знаем, – девчонка утомленно закатила глаза, – здесь небезопасно и бла-бла… Но это же не займет много времени!

– Ты себе и представить не можешь, насколько здесь сейчас небезопасно, Фи! – бушевал Минтвуд.

– Что-то случилось? – разнервничавшись, Бен стал поправлять свои очки.

Прежде чем Феликс успел заговорить, дверь комнаты распахнулась – на пороге появилась лучезарно улыбающаяся Элеонора:

– Вот вы где! – она похлопала друга по плечу. – Извини, я хотела поболтать и случайно узнала, что у нас гости…

– Нора! – Минтвуд младшая радостно налетела на брюнетку.

– Привет, куколка… – колдунья потрепала ее по волосам.

– Это все, что ты узнала, любовь моя? – переспросил Феликс.

– Да, а что? – Блэкуолл выглядела недоуменной, когда заприметила взволнованное поведение Бенджамина.

– Он сказал, что здесь небезопасно, – вмешался Уорд.

– Как и всегда, – Нора постаралась разбавить напряженную атмосферу.

– Нет, вы не понимаете, – колдун с челкой был сам не свой. – Нора, пожалуйста, открой ребятам портал…

В ту же секунду линк парня издал сигнал, и пока его спутники обменивались непонимающими взглядами, он прочел сообщение от Николаса: «Здесь Люциан». Испуганно распахнув глаза, Феликс хотел закричать своим друзьям, чтобы те уходили, но в комнате вдруг раздался чужой голос:

– Было забавно наблюдать за вашими перебранками, – рассмеялся Браунхол, прекращая использовать бесплотность, как невидимость.

Не думая ни секунды, Элеонора создала портал, который, подхватив Фелицию, сразу же прошел сквозь стену, перебрасывая девчонку в другую комнату. Колдунья надеялась захватить и Бена, но тот стоял слишком далеко от первостепенной цели. Создав в руке кинжал, Минтвуд набросился на противника, пока Блэкуолл попыталась увести Уорда через входную дверь – в мгновение ока Люциан набросил на комнату энергетическую ловушку, закрывшую проходы.

– В этот раз с подсчетами все не так гладко? – оскалился мужчина, отбивая атаку Феликса.

Нора обреченно выругалась, ставя до чертиков напуганного паренька позади себя и принимая боевую стойку. Она не успела использовать ни единого заклинания, как Браунхол уже приставил кинжал Феликса к его собственному горлу:

– Без глупостей, дорогая, – мужчина кровожадно ухмыльнулся.

– Что тебе нужно? – нетерпеливо промолвила брюнетка, придерживая в руках огненный шар и защитные чары.

Бенджамин, стоявший чуть поодаль, дрожал, как осиновый лист, наблюдая за захваченным Минтвудом.

– Ничего нового, милочка – просто принеси мне элементы.

Бровь колдуньи дернулась, а глаза с трудом боролись с фиолетовым пигментом:

– Я не знаю, где они, – девушка пожала плечами.

– Ты плохо лжешь, – фыркнул Люциан.

Подбородок Норы задрожал, и она заглянула в глаза лучшего друга.

«Феликс, ты можешь высвободиться?» – беспокойно спрашивала она, влезая в его голову.

«Он зацепил мою энергию, не позволяя переместиться. Я могу использовать иллюзию или замедлить время, но я не знаю, что из этого…»

«Я должна рассказать тебе кое-что про элементы…» – виновато заговорила колдунья. – «Дело в том…»

«Я знаю»

Радужки Блэкуолл стали золотыми, а на веках уже начали скапливаться слезы.

– Брюнеточка, у меня нет на это времени, – сквозь зубы прошипел Браунхол.

– Она не сможет принести тебе элемент, – вдруг заговорил Минтвуд. – На самом деле, один из них сейчас прямо у вас под носом.

Люциан напрягся – было видно, что он не понимает, о чем идет речь.

– Ах, так ты не знаешь, – колдун с челкой изобразил поддельное сожаление, – Антуанетта вместе с потерянным перворожденным и элементом огня прошли сквозь перенастроенный вами портал. И попали прямиком в ваше логово.

Не сумев сдержать эмоции, Нора шокировано приоткрыла рот, позволяя своему лицу исказиться от внутренней боли. Бенджамин, все еще находящийся в комнате, впал в настоящее отчаяние. Браунхол озлобленно задрожал и сильнее прижал лезвие к шее Феликса. В ту же секунду за дверью послышались шаги и голоса Фроукса и Руссо – по наказу Блэкуолл они пришли, чтобы снять энергетическую ловушку.

– Я бы на твоем месте так не радовался, – шептал Люциан, – ведь это значит, что они уже мертвы.

Темноволосая колдунья содрогнулась. Мгновением позже за спиной Браунхола появился Николас, прорвавшийся через червоточину, созданную его коллегами. Набросившись на Люциана, он позволил Феликсу выбраться из его хватки без малейшей царапины. Окутав врага ловушкой, не позволяющей использовать бесплотность, Мейпл держал его в крепком захвате. Облегченно вздохнув, Элеонора стала помогать своим коллегам за дверью снимать заклинание Браунхола.

– Ух, кажется, меня обнаружили, – шутливым тоном молвил темнокожий мужчина.

– Люциан Браунхол, по приказу комитета мы берем тебя под стражу, чтобы провести допрос, – отчеканил Николас.

– О, Мейпл, как поживает папочка?

Чародей сжал челюсть.

– Кто помог тебе проникнуть в коллегию? – сурово заговорил Минтвуд, подходя ближе.

– Ты действительно надеешься, что я так просто тебе отвечу? – колдун расхохотался.

Феликс и Ник опасливо переглянулись.

– Кстати говоря, – заискивающе начал Браунхол, – я не знаком с вашим другом.

Бенджамин нервно сглотнул.

– Неужели это братишка Гринфайера?

– Не твое дело, – огрызнулся колдун с челкой.

– А мне кажется, что мое, – он самодовольно ухмыльнулся. – Эйлин рассказывала, как упустила его из-за моей рыжеволосой красавицы.

– Она не твоя, – сквозь зубы прошипел Ник, пихая своего пленника.

– Нора, сколько еще? – обеспокоенно спросил Минтвуд.

– Почти, – ответила брюнетка, разрывая энергетические нити у двери.

– Думаю, Тамика все равно будет довольна, – продолжил Люциан, – если я приведу ей заложника.

В ту же секунду он со всей силы дернулся назад, заставляя Мейпла пробить собой стекла витрины. Феликс сразу же занял оборонительную позицию, спеша на помощь к другу, но Браунхол бросил в него проекционный топор, который метко попал в незащищенную часть бедра. Одолев Николаса, ярость которого мешала ему действовать трезво, темнокожий колдун направился к Уорду, который уже примкнул к Норе. Девушка бросила попытки снять ловушку и старалась защитить простокровного, но контроль вновь подвел ее, из-за чего ей пришлось вступить в рукопашный бой. Люциан мигом отбросил ее к противоположной стене, и тогда Бен испуганно застыл на месте. Вытащив из себя проекционное оружие, Феликс накинулся на врага с криком: «Нет!» В это же мгновение ловушка с комнаты была снята, и сцепившиеся колдуны телепортировались за пределы коллегии. Из-за двери показались обеспокоенные физиономии Кирена и Верджила, а Ник только-только сумел подняться на ноги.

– Боже мой, Феликс, нет, – монотонно повторял Уорд, мотая головой.

Фелиция Минтвуд ворвалась в помещение, в панике оглядываясь по сторонам. Не увидев среди знакомых лиц своего брата, она почти в истерике кинулась к сидящей на полу Блэкуолл:

– Нора, где он?!

Брюнетка лишь потерянно качала подбородком, пока ее радужки заливал фиолетовый пигмент.

В весеннем регионе время уже приближалось к закату, когда Юзеф ожидал Тамику на невысоком холме где-то посреди каменистой поляны. Парень был собран, спокоен и готов атаковать в любой момент. В нескольких десятках метров позади него расположилась группа из двадцати с лишним человек, смирно ожидавших приказа.

– Николас знает, что ты здесь? – негодующе молвил Верджил.

– Я что, его сумочка? – огрызнулась Леруа. – Я не обязана отчитываться.

– Он бы не пустил ее, – констатировал Редлок.

Фроукс утомленно закатил глаза.

– Я даже не думал, что вы решите прийти сюда, – прошептал маг после недолгого молчания. – Все же, Феликс ваш друг. Но вы знаете, что комитет не будет торговаться.

Парочка переглянулась. В ту же секунду в паре метров от Юзефа проявился силуэт могущественной колдуньи. Женщина скинула капюшон и сделала пару шагов вперед:

– Приветствую, – она бросила взгляд на отряд позади собеседника.

– Надеюсь, вы не будете против таких мер предосторожности, – член комитета саркастично улыбнулся.

– Я все понимаю. Так что, приступим к переговорам?

– На самом деле, мы прибыли только лишь за тем, чтобы сообщить, что мы не собираемся обменивать заложника, но были бы премного благодарны, если бы вы проявили милосердие, согласившись на другие условия.

Тамика сладко ухмыльнулась.

– Что ж, очень жаль, потому что я не рассматриваю других условий.

– Тогда на этом предлагаю разойтись…

– А я предлагаю это, – воскликнула Антуанетта, вскинув вверх зажатую в руке склянку с вечным огнем.

Вся группа, как и Юзеф, ошеломленно взглянули на чародейку. Прежде чем кто-нибудь из них успел что-либо сделать, Шерман набросил на них проекционные цепи, а сам создал в каждой руке по шпаге, прикрывая свою спутницу.

– Бунт на корабле, – рассмеялась женщина, – а это интересно.

– Леруа, Редлок, немедленно отставить, – сурово отчеканил Юзеф, глядя на приближающуюся парочку.

– Мы обменяем пламя на Феликса, – продолжила Тони.

– А как насчет камня и перворожденного?

– Только огонь.

– За один лишь огонь вы своего друга не получите, – глаза женщины потемнели, а ее голос стал твердым.

– Тогда ты, так же как и мы, остаешься в проигрыше, – констатировал Шерман.

– Как сказать, – иллюзия, накрывавшая часть территории, рассеялась, и из нее вышло несколько десятков колдунов, включая Люциана, Гарнета и Эйлин. – Я получу свое в любом случае.

Отряд коллегии занял боевые позиции, а Леруа и Редлок опасливо переглянулись.

– Уходите! – воскликнул Юзеф, сбрасывая с себя наручники и атакуя Тамику.

Женщина отбила его удар, но ей пришлось вступить с ним в бой, так как тот был слишком напорист.

Антуанетта и Шерман стали отступать, но их быстро нагнали Эйлин и Гарнет соответственно, после чего обе группы начали сражаться. Буквально в то же мгновение Браунхол вырубил Фроукса, вынуждая русого мага разделиться на два фронта.

– Это ни к чему хорошему не приведет, – убеждал колдунью Юзеф. – Отпусти моих людей.

– Как только они отдадут мне элементы, – ответила женщина, замахнувшись клинком.

Тем временем чуть поодаль от поля битвы открылся сверкающий портал, через который прошли Элеонора и Натаниэль:

– Вот, – девушка обхватила его ладонь, – используй порталы. Уведи Шермана и Тони, я разберусь с остальными.

– Как скажешь.

Оказавшись в пылу сражения, Гринфайер младший видел, как его темноволосая спутница защищает своих людей, пытаясь вывести их. В тот миг, когда Тамика вновь атаковала Юзефа, проткнув его ногу острием кинжала, Блэкуолл телепортировала его в безопасное место, оставив колдунью в гордом одиночестве. Юноша решил, что это его шанс, и тут же помчался к ней сквозь толпу. Заметив его действия, Нора недоуменно распахнула глаза, но уже секундой позже на пути у Нейта появился узнавший его Гарнет, приготовившийся к удару.

Натаниэль обомлел – брюнетка мгновенно проскочила между ним и врагом, который сразу продырявил ее плечо копьем. Оказавшись лицом к лицу с Гринфайером младшим, Нора, не мешкая ни секунды, открыла портал, в котором юноша тут же растворился. У него перед глазами некоторое время еще стоял образ искалеченной Блэкуолл с испуганным взглядом.

Когда белая пелена развеялась, перед Нейтом открылся прекрасный вид на безоблачное небо, окрашенное в привычный глазу голубой цвет. Солнце сияло между ветками зеленых деревьев, ослепляя каждого прохожего. Под всем телом ощущалась податливая выгоревшая трава. На долю мгновения юноша почувствовал полное умиротворение, пока вдруг не осознал… Небо – голубое. Деревья – зеленые. Солнце, действительно – то самое солнце.

Он в ужасе подскочил на ноги, оглядываясь по сторонам. Дело было плохо. Натаниэль сразу же опознал в окружении парк неподалеку от своего дома. На Земле. Зашагав в сторону перекрестка, он постарался, насколько это было возможно, привести в порядок свою одежду. Юноша с непониманием хватался за голову. Мысли были заняты одним единственным вопросом: «Почему Нора отправила меня сюда?» Было ли это актом паники и отчаяния? Или же ее разум помутился от полученной травмы и болевого шока? Ко всему прочему, у девушки уже давным-давно были проблемы с контролированием своих способностей.

Гринфайер младший и сам не заметил, как пересек проезжую часть, а потом и вовсе прошел несколько кварталов. Подняв глаза, он обнаружил себя стоящим на пороге квартиры. Но не своей. Это был дом Софи. Сердце юноши вдруг волнительно затрепетало. Они уже так давно не виделись. Почти пару месяцев – для них это действительно была целая вечность. Натаниэль сглотнул, осознав, что оставил Чарм и своих друзей прямо посреди сражения, а сейчас подумывает заглянуть в гости к лучшей подруге. С другой стороны – случившееся не было его виной, да и вернуться самостоятельно ему было не под силу. Нерешительно покачиваясь у самых ступенек, он понял, что так или иначе его скоро начнут искать – либо свои, либо чужие. В запасе было не так много времени, и это лишь подтолкнуло юношу произвести заветный стук в дверь – когда еще ему выпадет шанс увидеться с Софией до конца войны?

Вход был мгновенно открыт – миссис Паттерсон, по всей видимости, как раз собиралась уходить. При виде Нейта она удивленно распахнула глаза. Он не успел вымолвить и слова, как женщина уже принялась щупать его плечи, будто бы не доверяя своим органам чувств:

– Мальчик мой, как же давно я тебя не видела!

– Здравствуйте, – юноша виновато улыбнулся. – Да, извините, я был в отъезде.

– Да-да, вместе с Бенджамином, я слышала! Ты, я смотрю, подкачался! Выглядишь замечательно!

– Спасибо… – с каждой секундой Натаниэлю становилось все более и более некомфортно. – На самом деле, я ненадолго, сегодня мне вновь придется уехать. Хотел повидаться с Софи.

– Ох, дорогой, время не совсем подходящее, она уже в больнице… – миссис Паттерсон старалась выглядеть воодушевленной, но у нее это плохо получалось.

– В больнице? – юноша озадаченно взглянул на собеседницу. – Для чего?

– Ну как же, сегодня операция… – Нэнси внезапно осознала, что человек напротив нее не имеет ни малейшего понятия о происходящем, – о нет, так ты не знаешь…

– Не знаю чего? – голос Нейта стал надрываться, потому что он почувствовал нечто неладное.

Женщина нервно облизала губы, и ее глаза наполнились влагой. Гринфайеру младшему будто бы тисками сдавило грудную клетку, когда она, расплакавшись, вдруг набросилась на него с объятиями.

– Ну вот и все! Я рассказала все, что случилось за это время! Теперь твоя очередь!

София и Натаниэль сидели напротив друг друга на больничной койке в ее палате. Здесь было достаточно уютно и просторно; на столике лежало множество пустых и полупустых баночек из-под лекарств, а также небольшой блокнот и несколько цветных ручек – девушка, по-видимому, вела дневник.

– Я… – Гринфайер младший завис, глядя на счастливую улыбку своей собеседницы.

Когда его взгляд окончательно потух, блондинка забеспокоилась:

– Что такое?

– Я так виноват перед тобой, – тихо промолвил он, не в силах посмотреть ей в глаза.

– Ты бредишь! – она шутливо толкнула его в плечо. – Ты ничего не мог сделать. Да и даже будь у меня возможность сообщить тебе о случившемся, я бы не стала, – она мечтательно запрокинула голову к потолку, – ты делаешь нечто великое. Спасаешь целый мир. Это не идет ни в какое сравнение с…

Блондинка замолкла, поняв, что не сможет закончить предложение. Ее взгляд слегка погрустнел, когда она вновь восстановила зрительный контакт с расстроенным другом.

– Эй, – она взяла его за руки. – Ты же сам сказал, что у тебя мало времени, прежде чем тебя начнут искать. Да и у меня уже скоро операция. Расскажи мне, как там ребята.

Софи широко улыбнулась, а в ее глазах блистала надежда. Сердце Нейта болезненно сжалось – он понял, что не может рассказать ей, что случилось с Феликсом.

– Ребята в порядке, – юноша выдавил ответную улыбку. – И они часто вспоминают тебя.

– Я тоже постоянно о вас думаю! Как хорошо, что Тони успела скинуть мне все свои файлы до того, как я вернулась на Землю. Там столько материала, что я чувствую, будто бы и не расставалась с вами, – девушка весело помотала головой. – А как прошел бал?

– Откуда ты про него знаешь?

– Ты шутишь? – Паттерсон выглядела оскорбленной. – Это же важнейшее событие года! Фи мне все уши про него прожужжала чуть ли не в первый день! Я так мечтала там побывать, – она печально вздохнула. – Да и у Тони есть парочка записей с разных лет…

– Точно, – Натаниэль вдруг вспомнил, что знает нечто, что может порадовать его подругу, – Фелиция наконец-то завела себе катту.

– Неужели?! – блондинка радостно распахнула глаза.

– Да. Но никак не может придумать ей имя.

– Я бы хотела помочь ей с этим.

Юноша и не подозревал, что почти все, что он сейчас говорит, собеседнице уже давно известно. О, богиня, как же хорошо она научилась лгать.

– Ну а… – Софи слегка замялась и тут же покраснела. – Как дела у вас с Норой?

– Что ты имеешь в виду? – Гринфайер младший прекрасно понимал, к чему ведет его спутница, но ему было необходимо ее подтверждение.

– Ты знаешь, – она смущенно ткнула его кулаком в грудь.

– Я не знаю… – он действительно не знал, что на это ответить.

– Мне просто казалось, что между вами есть что-то такое…

– Я пытался поцеловать ее, – искренне признался Нейт.

– Что? – это и вправду было для девушки сюрпризом, но определенно приятным. – Правда? Что же случилось?

– Нас прервали, – юноша пожал плечами, будто пытаясь отмахнуться от ситуации. – Мы решили, что просто оба были на эмоциях. Мы закрыли тему.

– И ты считаешь, что это правильно? – аккуратно поинтересовалась блондинка.

– Я… Я не знаю.

– А ты подумай, – она обхватила его запястья. – Ты сам сказал мне, что сейчас ребята сражаются. Что Нора переместила тебя. Подумай, что если… – ей было неприятно это говорить, – ты ее больше не увидишь? Хотел бы ты сделать что-то еще? Достаточно ли тебе того, что было?

Сердце юноши так сильно сжалось от одной лишь мысли о том, что тот миг с темноволосой колдуньей на поле боя действительно был последним. Как же так? Неужели, он больше не увидит ее лица, ее улыбки? Как она собирает волосы в высокий хвост, отчего можно увидеть кучу различных сережек в ее ухе… Как сексуальна она бывает на тренировке и как мила, когда он нервирует ее. Неужели он больше не почувствует ее касания? Той силы, что он черпает, когда она это делает? Это невозможно. Это неправильно. Так не должно быть.

– Нет, – почти шепотом промолвил Нейт, после чего его голос стал тверже и решительнее. – Нет, не достаточно.

Блондинка хитро улыбнулась:

– Я так и думала. Но не буду заставлять тебя говорить что-то еще… И да, ты должен знать, что с ней все будет в порядке! Со всеми нами! Знаешь, на самом деле…

– Мисс Паттерсон, – в палату на мгновение заглянул врач, с которым до этого говорила Нэнси, – нам пора.

– Да, хорошо, – девушка кивнула, а затем печально улыбнулась, взглянув на собеседника.

– Я останусь до конца операции, – уверенно заявил Натаниэль. – Если почувствую приближение Тамики, то уйду. Но я обязан знать, что все прошло хорошо.

– Это абсолютно стандартная операция, – блондинка махнула рукой, поднимаясь с кровати. – Тебе не о чем беспокоиться.

– Я не могу не беспокоиться…

– Милая! – миссис Паттерсон влетела в помещение и тут же заключила дочь в объятия.

– Мам, все нормально…

– Да-да, я знаю, – она отодвинулась от дочери и принялась гладить ее по лицу, но ее глаза были влажными. – Ничего не могу с собой поделать.

– Все, вам пора, – Софи засмеялась, прогоняя парочку из своей палаты. – Идите в зал ожидания.

– Я люблю тебя, милая, – женщина поцеловала ее в лоб.

– Я тоже тебя люблю.

Когда Нэнси отошла на пару шагов, Натаниэль, безрадостно улыбаясь, крепко обнял свою подругу, со всей силы сжимая ладони на ее плечах. В этот момент они оба прочувствовали всю ту любовь, что годами расцветала между ними. Время было на исходе, и хоть парочке не хотелось расставаться, они оба знали, что есть огромная вероятность, что они не смогут увидеться в ближайшее время. От этого внутри зарождалось очень неприятное чувство. Отстраняясь друг от друга, ребята продолжали держаться за руки.

– Даже если я не смогу навестить тебя, когда ты проснешься, ты должна знать, что я не уйду, не убедившись, что все в порядке.

– Я бы ни на секунду не засомневалась в этом, – девушка улыбнулась, отпустив одну из его рук. – До встречи.

Юноша сделал несколько шагов назад, но расцепить их оставшееся рукопожатие ему было не под силу. Он все еще смотрел в ее сверкающие голубые глаза, будто бы стараясь запомнить их как можно лучше.

– Отпусти меня, – ласково промолвила София.

– Я не могу… – он улыбнулся, помотав головой.

– Все нормально, – убеждала его блондинка, позволяя уголкам своих губ дрогнуть.

Натаниэль кивнул. В этот же момент их ладони, нежно скользя друг по другу, разомкнулись. На долю секунды юноше почудилось, будто бы внутри него что-то оборвалось. Он проследовал за миссис Паттерсон в зал ожидания, все еще следя за родным силуэтом, растворившимся за закрывающейся дверью.

Каждая последующая минута длилась так долго, что Гринфайеру младшему захотелось отыскать Минтвуда в самых темных недрах пещер исходного региона только лишь за тем, чтобы он заставил время идти быстрее. Нэнси тоже едва держалась на ногах из-за нервов. Парочка изредка обменивалась снисходительными взглядами, которые как бы должны были говорить «не переживай, все будет хорошо», но почему-то они оба будто бы не верили в это. Секунды продолжали идти друг за другом, но Софи так и не отвезли в операционную. Ждать стало невыносимо. В мгновение ока Натаниэль почувствовал, что его сердце вдруг замерло. Тишину помещения нарушил звук громкоговорителя: «Доктор Хэллуэй, срочно проследуйте в палату номер два для осуществления реанимационных действий».

– Господи, это палата моей девочки! – миссис Паттерсон разрыдалась, вскочив со своего места.

Нейт не мог сдвинуться. Его будто бы парализовало. Все происходящее показалось сном. Чем-то нереальным. Это точно происходит не с ним и не сейчас. Это точно происходит не с ней. И не сейчас.

В голове начался водоворот различных мыслей и воспоминаний. Вот он знакомится с симпатичной, но надоедливой белокурой девочкой. Вот он делает школьный проект с шумной подругой-отличницей. Вот он выбирает университет вместе с красивой умной девушкой, которая является частью его души. Где это все? Где это все? Так далеко… Мозг юноши заглушил громкие возгласы и всхлипы стоявшей рядом матери той самой девчонки. Пустота. Внутри лишь огромная дыра. И мимолетом посетившая надежда, что сейчас врач Софии зайдет в зал ожидания и скажет им, что случилась какая-то ошибка. Что все хорошо. Все хорошо.

Спустя пару минут знакомый мужчина в халате все же зашел в помещение. Нэнси сразу бросилась к нему, в отчаянии хватаясь за белые лацканы. Натаниэлю почему-то было не обязательно слышать их разговор, чтобы понять, что случилось. Он уловил лишь единый отрывок, звучавший как страшный несправедливый приговор: «…внезапная коронарная смерть». Смерть.

Юноша и до этого знал, что слезы могут быть разными. Иногда, от бессилия и усталости, они незаметно катятся по твоему лицу. Эти были легко ощутимы. Крупные и горячие, они будто прожигали щеки. Легкий озноб заставил Гринфайера младшего вздрогнуть. Что-то промелькнуло рядом, хоть и казалось, что это все лишь пелена от слез. Что-то такое нужное и любимое. И такой знакомый голос, разрывающий его изнутри, вдруг промолвил: «Вот и конец». Было ли это реальным? Натаниэль не знал. Он знал лишь одно – София Паттерсон была мертва. И пока каждая струнка его души натягивалась, прорезая свой путь наружу, в его голове пронеслась фраза: «О, Элеонор, встреть ее на небесах».