Феалла

— Ты выходишь замуж за короля Эйрона, и это моё последнее слово! — Холодный голос старшего брата не дозволял взлететь даже крохотной искорке надежды.

Я пыталась спорить, в какой-то момент даже закричала, но всё было напрасно. Единственное, что он мне сказал, было:

— Ты принцесса Моривии, будущая королева Эйрона, веди себя прилично!

Я взяла себя в руки, хотя видит Бог, больше всего мне хотелось стукнуть его, на худой конец вылить стакан воды на голову. Может, тогда эта ледяная статуя растаяла бы?

И в кого он такой? Папа был строгим, но всегда находил для меня ласковое слово и тёплое объятье, не говоря уже о маме. Коннарт тоже до какого — то времени казался нормальным. Сдержанным, но без вот этого выражения лица «я — самый правильный и строгий король».

— Но я люблю Мортана, а он любит меня. — Я сама не заметила, как из глаз потекли слёзы.

Поняла лишь тогда, когда одна из слезинок коснулась губ.

Коннарт не дрогнул. Так и стоял красивой статуей, невозмутимый, как мрамор. Тот тоже красив, но холоден, особенно зимой. Особенно если по нему босыми ногами ходить.

Кстати, о мраморе — он был повсюду. Стены нашего дворца, пол, даже некоторые столы из мрамора. Порой мне казалось, что меня саму в него пытаются превратить, чтобы стояла красиво и голоса лишний раз не подавала.

— Мортан теперь тебе никто, мы расторгли помолвку по обоюдному согласию, — проронил он. — Ступай, пригласи модистку, пусть сошьёт тебе побольше тёплых вещей.

Я застыла. Неужели это правда? Неужели вместо солнечного Шэллвуда я отправлюсь на суровый Эйрон? Неужели вместо красивого, обходительного Мортана, который в прошлый свой визит целовал меня так пылко, я теперь буду женой старого, страшного Ворталха? Брр, имя-то какое мерзкое — Ворталх!

— Пойдём отсюда, — раздался голос младшего брата.

Совсем забыла, что он тоже здесь присутствовал. И Вирртан, в отличие от Коннарта, отличный парень и самый лучший брат.

— Но я не согласна! — Не хотела проигрывать.

Не хотела провести остаток жизни в ужасной северной стране, запертой со старым тираном, казнившим своих детей за измену. Понятно, для чего ему нужна молодая жена — родить нового наследника. — А если он решит и моих детей убить, а заодно и меня?

— Веди себя хорошо, и не будет никаких проблем, — прозвучал любимый ответ Коннарта. — Каждый должен нести свою ношу достойно.

— Да-да, ты так особенно стараешься! — в сердцах выкрикнула я, развернулась на пятках и направилась к выходу.

— Что ты имела в виду? — Кажется, в холодном голосе мелькнуло недоумение?

Ну-ну, великий государь, образец идеала и прочее.

Я остановилась, повернула голову, но сама оборачиваться не стала.

— Ты должен был жениться ещё пять лет назад, когда взошёл на престол после смерти родителей, — напомнила ему одну немаловажную деталь.

Возможно, тогда бы он не был таким ужасным сухарём. Точнее ледышкой.

— Это случилось не по моей вине, — Коннарт вновь вернул себе спокойствие, по крайней мере, в голос. — Никого достойного не нашлось.

— Конечно, тебе подавай только принцессу, — не смогла не съехидничать, даже немного повернулась, чтобы увидеть выражение его лица. — А если таковых нет под рукой, то что?

— Ты прекрасно знаешь, что принцесса Флипита, с которой мы были помолвлены с детства, связалась с каким — то проходимцем, а попытка заключить договор о помолвке с Армарией провалилась. Странно, у обоих королей есть дочери, могли бы и выделить одну.

В его голосе слышалось искреннее презрение, а лицо скривилось. Конечно, как так, девушка не пожелала связывать жизнь с таким сухарём, как он, а странные братья-короли Армарии решили, что их дети, когда вырастут, вольны сами выбирать, с кем связывать свою жизнь. Непорядок!

— И правильно сделали, нечего обрекать малышек на унылое существование с таким, как ты, — буркнула негромко, но вполне отчётливо.

А после окончательно развернулась и с гордо поднятой головой направилась к выходу. Он что-то там говорил мне в спину, но я уже не обращала на его слова внимания, потому что и так знала их содержание. Что я веду себя невоспитанно, не соблюдаю этикет, субординацию и прочее, и прочее.

Ненавижу. Я его попросту ненавижу. Наверняка, он променял союз с Шэллвудом на Эйрон из-за тех треклятых согревающих камней! Да, на доброй половине наших земель царит довольно суровый климат, на севере и вовсе только мхи, олени и моржи. И что? Ради их освоения он готов продать сестру за сундук волшебных булыжников? Или как они там выглядят? Никто их и в глаза не видел, только слышал, потому что эйронцы никому их не продают, а за попытку контрабанды карают всех смертной казнью.

Впрочем, Ворталх и за другие проступки особо не церемонится. Казнил всех своих детей за попытку отравления и переворота.

— Нет, с таким извергом я точно жить не собираюсь! — воскликнула я, едва вошла в свои покои.

— Я тебе помогу, — отозвался Вирртан. — Пусть мне и пятнадцать, но я знаю, как организовать место на корабле, чтобы отправить тебя в Шэллвуд.

— О, Вирр! — я обернулась к своему любимому непоседе, такому же рыжему, как и я.

Заключила его в свои объятья, да так увлеклась, что чуть не придушила. Сдавленное хрюканье побудило разжать руки, я даже испугалась, а вдруг ему плохо? Но нет, он просто пытался не рассмеяться.

— Сестрёнка, ты бы поаккуратнее, убьёшь своего единственного соратника до того, как он успеет тебе помочь. — Его плутоватый взгляд цвета крапивы мог вполне себе ужалить.

К счастью, не меня, ибо я — его любимая сестра, как и он — мой любимый брат. Пусть и мелкий. Кстати, за последний год он так вытянулся, что догнал меня в росте, а ведь мне уже восемнадцать.

— Узнать бы ещё, что на самом деле случилось между Мортаном и Коннартом. — Пусть я и была уверена в нашей любви (Мортан даже серенаду для меня сочинил, а это много значит!), но мало ли.

— Я попытаюсь что-нибудь вызнать, но место на корабле тоже буду готовить. — Он ободряюще улыбнулся, пригладил встопорщившийся вихор. Огненно — рыжий.

У меня оттенок волос чуть темнее, а вот «его величество идеал» Коннарт у нас в маму — пепельный блондин. Но, в отличие от неё, холодный, как айсберг в Белом море. Ему явно не помешало бы приложить перцовый компресс кое-куда, чтобы хотя бы чуть-чуть отмёрз. Или согревающими камнями обложить, за которые он меня продал королю Эйрона.

Портниху пришлось вызвать, несмотря на то, что я не собиралась плыть ни в какой Эйрон. В Шэллвуде же тёплые вещи не нужны вовсе — там прекрасный тёплый климат, местами даже жаркий. Вот где действительно уместен мрамор, дарующий прохладу. Нет, у нас на юге тоже практически нет зимы, но здесь, на западном побережье, где находится столица, лето сменяет осень, а зимой бывает весьма холодно. Хотя, в любом случае, это не сравнится с суровыми условиями севера и, конечно же, Эйрона.

Там вообще вне теплиц ничего не растёт, кроме мха и морозостойких кустарников, разве что в короткое лето успевает кое — что вызреть, но совсем немного. Помню, когда изучала географию других стран, удивлялась, как они выживают. Единственное, что их спасает — согревающие камни, которыми богаты горы Эйрона. Без них они бы попросту не выжили, ведь магию нельзя тратить слишком много и бездумно — за расходом Материи строго следят Хранители.

— Госпожа, вы совсем не участвуете в выборе. — Сухопарая модистка укоризненно покачала головой. — Давайте сделаем для вас что — то особенное, тогда вы точно понравитесь вашему новому жениху, хотя такая красота… вас хоть в мешок одень, всё равно выделяться будете!

— Ты уже в курсе, да? — Я с тоской взглянула на неё.

Весь азарт, с которым мы обсуждали с Вирртаном план побега, куда-то испарился. Осталось невыносимое чувство тяжести и внутренней пустоты. Словно я стала огромной глиняной вазой, в которой раньше стояли цветы, радуя своей красотой и ароматом, а потом из неё всё выбросили, вылили воду и пинками покатили в чулан. Любое неосторожное движение, и я тресну, распадусь на мелкие кусочки, которые потом будет уже не склеить.

— Держитесь, госпожа, мы — женщины, мы всё можем выдержать. — В обычно строгих глазах модистки мелькнуло сочувствие и в то же время призыв не сдаваться. — Подумаешь, старый и страшный, зато умрёт раньше вас и оставит полновластной королевой. Вы, главное, ключик к его сердцу подберите. И знаете, красивое платье, а тем паче бельё — верные помощники в этом деле.

Я замерла. Представила себя в белье перед Ворталхом…, содрогнулась. Я его видела лишь раз (до сих пор тошно), лет десять назад, когда мы с родителями плавали в Нулон на свадьбу нового короля. Он (в смысле Ворталх) уже тогда был стар, грузен и отвратительно себя вёл: грубо разговаривал, потешался над чужими огрехами, да так громко, что какая-нибудь мелкая ошибка превращалась в его устах в преступление, требовавшее немедленного приговора. Его он с особым смаком озвучивал, навешивая нелестные ярлыки направо и налево. И это касаемо дворян, что уж говорить об остальных, коих он не брезговал поколачивать — я только и слышала, как служанки обсуждали между собой, кто и как от него пострадал.

И самое удивительное — что новый король Нулона, что старый (он не умер, попросту решил отойти от дел) никак его не осаживали. Видимо, Ворталх настолько значимый для них союзник, что они были готовы терпеть многое. А вот мой отец высказался — не побоялся указать зарвавшемуся тирану на то, что тот ведёт себя неадекватно.

Нет, он бы точно не допустил этого ужасного брака!

Жаль, что его настигла смерть от бушевавшей пять лет назад жуткой болезни, от которой никто не мог найти лекарства. Даже маги, более того — Хранители ничего не могли сделать. Мор прошёл тогда и по Моривии, и по Шэллвуду, выкосив многих. Мама ушла вслед за отцом, причём не из — за болезни, а от тоски.

Они любили друг друга до последнего вздоха. Нас тоже любили, но один без другого не мог себя даже помыслить. И я тоже так хочу! Любить без оглядки, любить без остатка, а не подбирать ключик к ужасному тирану, убившему собственных детей, и каждый день ожидать его смерти. Не моё это.

В принципе, я даже в чём-то понимала его детей, уж больно он противный. Впрочем, от осины не родятся апельсины, так что они наверняка стоили друг друга.

— Единственное, что вам надо перетерпеть — это первое время, — продолжала делиться опытом модистка. — Постарайтесь зачать сразу, возьмите эликсир у нашего мага, а потом объявите, что для сохранности наследника лучше прекратить супружеские отношения. Девять месяцев — это отличный срок, к тому же потом вам нужно будет восстановиться, а это уже год. Авось, что-нибудь да случится за это время.

Меня затошнило. Я не выдержала, ринулась в ванную, еле успела добежать до ведра…

Нет, этот план точно не для меня!

Приведя себя в порядок, я вернулась в комнату, решительно пресекла дальнейшее обсуждение, ткнула пальцем наугад в модели платьев и отправила женщину восвояси. Она сильно извинялась, просила простить её за излишне болтливый язык, была готова пасть на колени, но я не позволила. Долго это всё и бессмысленно. Она всё равно осталась при своём мнении, а я при своём. И, хвала небесам, Вирр разделял мою позицию!

Надеюсь, он всё правильно сделает, мне же, в свою очередь, нужно хорошенько выспаться, а так же тайно собрать пару чемоданов с лёгкой одеждой. Или три.

Проснулась я в середине ночи от того, что меня кто-то тормошил.

— Феа, просыпайся. — Настойчивый шёпот не позволил соскользнуть обратно в дрёму. — Феа, разговор есть!

— Вирр? — Я кое — как разлепила глаза и ту же встретилась с взглядом со своим младшим братом.

Его лицо, обычно шкодное, было как никогда серьёзным.

— Я подслушал совещание Конна с советниками. — Он знал, чем бить.

Точнее, мотивировать, чтобы я точно не заснула.

— И что? — Встрепенулась, села, кожа тут же покрылась мурашками — огонь в камине давно прогорел, комната остыла.

Вообще, сейчас стояла весна, днём уже было тепло, но ночами порой подбирался холод, покрывая к утру мелкие лужицы тоненькой корочкой льда. Люблю на неё наступать — она так забавно хрустит.

— Они обсуждали, куда лучше всего применить согревающие камни, а также те деньги, которые пообещал им Ворталх, — его голос был полон едкой горечи. — Они продали тебя, Феа. Эти засранцы повелись на богатства Эйрона.

— Но как так? — я, вроде бы, старалась говорить тихо, но в ночной тиши мой голос прозвучал слишком громко. Тогда я перешла на шёпот. — Шэллвуд тоже очень богатая страна, Мортан мог бы им дать не меньше.

— В помолвочном договоре нет ни слова об этом, оговорено только твоё приданое. — Неугомонный братец вытащил из-за пазухи свиток. — Вот, я переписал его, только геральдическую муть сократил.

Я вгляделась в прыгающие буквы, но света было слишком мало.

— Давай подойдём к окну. — Я вскочила, накинула на себя тёплый плед, на ноги надела тёплые мягкие туфли. — Там лучше видно.

Мы присели на подоконник, который отлично освещала почти полная луна. Повезло, не пришлось зажигать свет.

— Это ничего не значит, Мортан в любом случае привёз бы им большие дары. — Я знала, как щедр мой жених, он никогда не скупился мне на подарки. Изысканные ткани, драгоценности, духи, специи — всё это я получала от него и при личных встречах (к сожалению, редких) и с нарочным, когда прибывали торговые корабли.

— Мне, конечно, было противно подглядывать за вами, но я точно знаю, что он к тебе неравнодушен, — подтвердил мои мысли Вирр.

А потом до меня дошло.

— Что? — шёпотом взвизгнула я. Не спрашивайте, как у меня это получилось, но я постаралась, да. — Ты подглядывал за тем, как мы целуемся?

— Не напоминай. — Вздрогнул он всем своим пока нескладно-юношеским телом.

Высокий, худой, угловатый, ему пока было далеко до стати Коннарта. Но какая разница, ведь душа его куда лучше старшего брата. И добрее.

— Ладно, драх с тобой, — проворчала я.

— Эй, принцессе не положено так ругаться! — Он толкнул меня своим острым локтем в бок.

— Да ладно тебе, сам же и научил плохому, — хмыкнула я, возвращая тычок. — Обещаю, при Мортане точно не буду выражаться.

— Конечно, он ведь думает, что ты самая милая и скромная в мире девушка, — не мог не подначить этот нахал.

— Я милая! — снова вскрикнула шёпотом. — И скромная! Это всё ты виноват — то нож мне подарил, то плохому слову научил.

— Не просто подарил, а научил пользоваться! — гордо выпятил он свою худую грудь. — А ещё научил не бояться Коннарта. Смогла бы ты с ним сегодня так спорить, если бы я всё время не объяснял тебе, какой он на самом деле болван?

Это была истинная правда. Если до смерти родителей Коннарт был ещё более-менее, то после стал совсем уж каменным. Да, он всегда предпочитал общению с нами учёбу, фехтование и прочие важные занятия, которые обязательно нужны будущему королю. Но после того как короновался, стал совсем невыносимым. По его словам, я, по сути — отрезанный ломоть, так зачем со мной девчачьи сопли разводить? Главное, чтобы меня отлично выдрессировали, дабы я не опозорила родину. Вирра же он в серьёз пока не воспринимал, лишь долго и нудно выговаривал за недостаточное прилежание на занятиях.

Но где такому урагану усидеть на месте больше трёх часов? Он и их-то еле выдерживал.

— Знаешь, что во всём этом самое странное? — Вирртан взял меня за плечи, заглянул в глаза. — Мортану крайне невыгодно расторгать помолвку. Через полгода ему исполнится двадцать один — возраст, когда можно взойти на престол. И, в отличие от нашего братца, он не сможет дурить Совет завышенными требованиями к кандидатке, ведь министры уже несколько лет как правят Шэллвудом после гибели его отца. Ему не дадут короноваться, пока он не женится.

— Тогда я вообще не понимаю, как он согласился на расторжение. — Мне было неприятно осознавать, что не только любовь связывает нас с женихом, но слова брата окончательно убедили, что дело тут явно нечисто.

— Я постараюсь вызнать подробности от самого Коннарта, но уже завтра. — Он взглянул в окно, за которым начало светать. — Попытка — не пытка.

— Хорошо, а я начну потихоньку паковать чемоданы для побега. — Я не собиралась отказываться от своего жениха.

Подумаешь, Конн решил, что мной можно распоряжаться, как ему вздумается! Я, конечно, принцесса и должна соответствовать своему статусу, но это не значит, что я обязана гробить свою жизнь, отдавшись в лапы убийцы собственных детей!

— Давай. — Кивнул вихрастой головой Вирр. — Только не набирай слишком много — неудобно будет переносить на корабль. Всё ведь придётся делать тайно.

На слове «тайно» его глаза зажглись азартным огнём. Он явно получал удовольствие от процесса, куда большее, чем от изучения этикета.

Вместе мы достали пару чемоданов и принялись выбирать одежду. Братец всё время бурчал, что я набираю слишком много, на что я ему резонно отвечала, что это в десять раз меньше, чем, если бы я собиралась официально.

— Ох уж эти девчонки. — Кряхтя, Вирр поволок мои чемоданы к выходу.

У меня их было оставлять опасно, а он знал отличное тайное место, в котором много чего хранил. Я иногда бывала в его «сокровищнице» — любопытное зрелище. Вирр как мышь, собирал всё и вся, но зато потом в нужный момент мог достать оттуда что угодно, в том числе и сонный эликсир, который он собирался использовать в день моего побега. Но это всё потом, сначала надо узнать, почему Мортан согласился на расторжение, а также договориться с моряками.

К времени официального подъёма я снова уснула. Служанки не стали меня будить — понимали, что я сильно расстроена, и за это я была им очень благодарна. Вообще, я подумывала взять с собой одну из них, но не могла решить, кого. Все они были милыми и услужливыми, но в то же время безумно пугливыми. Жутко боялись гнева моего старшего братца, что неудивительно.

— Не стоит, — посоветовал Вирр, когда мы с ним увиделись в следующий раз. — Эти курицы будут только мешать.

Мы вышли с ним на вечернюю прогулку, чтобы размяться после занятий и поговорить без лишних ушей.

— Ты виделся с Коннартом? — Я нервно сцепила пальцы, боясь услышать неприятное.

— Да, припёр его к стенке после завтрака. — Он грустно ухмыльнулся. — Насколько его вообще можно припереть.

— И что, он хоть что-нибудь внятное сказал? — У меня даже дыхание остановилось и сердце замерло.

— И да и нет. — Вирр привычным движением вздыбил вихры. — Он сказал, что это не моего ума дело, но намекнул, об экономической выгоде.

— Вот негодяй! — Я схватилась за сердце, в глазах потемнело от гнева. — Продажная шкура!

— По — хорошему, надо бы вызнать, что там в Шэллвуде, но Клеттон — помощник главного мага, с которым я мог бы договориться, отправился в Мидр для повышения квалификации. Как не вовремя!

— И ни одного корабля из Шеллвуда, как назло, не прибыло. — Я разжала кулаки, слёзы бесконтрольно потекли по щекам.

Нет, я не хочу плакать! Я хочу просто любить и быть любимой. Быть с Мортаном до конца своих дней, как наши родители.

— Зато есть корабль, который через пару дней отправляется туда. — Пытался не унывать Вирр. — Я знаком с капитаном, точнее его сыном, можно договориться. Единственное, тебе нужно переодеться в мужчину и лишний раз не отсвечивать во время плавания.

— Но как я разберусь с чемоданами? — Я была согласна на всё, но имелись некоторые технические моменты.

— Джулл поможет, он плывёт с ними. — Отмахнулся Вирр. — Но больше ничего с собой не бери.

— А как же саквояж с гигиеническими средствами? — ужаснулась я.

Нет — нет, без расчёски я точно умру. Такая грива — она вся спутается и станет огромным колтуном, который потом только состригать.

— Его понесёшь сама, — тут же отбрыкнулся Вирр. — Будет стимул не пихать туда всё подряд.

— Что бы ты понимал в женских делах, — буркнула я, но спорить не стала.

Да, он прав, пусть мне и неприятно это осознавать. Уж лучше потерпеть временные неудобства, чем ехать с комфортом на верную смерть. Если не физическую, то моральную точно.

— Ладно, некогда сопли распускать, пора готовиться. — Мой выпад он проигнорировал, зараза. — Я найду тебе одежду попроще, волосы лучше бы обрезать, но нельзя. Заплетёшь их в тугую косу и подвернёшь так, чтобы всё влезло под шапочку. Так, шапочку тоже не забыть…

— Как ты себе это представляешь? — Я показала объём на голове, мол, волос много и они очень длинные. — Да и косы я плести не умею…

— Тренируйся, попроси служанку показать, как это делается.

На том и порешили. Конечно, мне было боязно плыть в неизвестность, да ещё и в столь суровых условиях, но я подбадривала себя воспоминаниями о том, как мы общались с Мортаном, какие подарки он мне дарил. К сожалению, большинство из них придётся оставить, но что поделать? Выбора всё равно нет. Зато есть надежда! Я уверена, что не мог меня предать Мортан! Он попросту подчинился напору Коннарта, возможно, мой братец даже договорился с членами Совета Шэллвуда и те тоже приложили руку к расторжению. Им-то не особо выгодно, чтобы Мортан взошёл на престол, ведь придётся делиться властью.

Точно! Вот оно — зерно истины! И с ним даже согласился Вирр, когда я поделилась своими размышлениями.

— Думаю, ты права. — Кивнул он мне. — Если, конечно, нет другого фактора. Посмотрим. В любом случае, это наилучшее решение. Джулл мне клятвенно обещал, что присмотрит за тобой, не даст в обиду. А ещё у меня есть отличный план, как не бросить тебя одну в случае чего.

— Какой? — Я не хотела думать о неприятных вероятностях, но любопытно было послушать, что же он ещё придумал.

— Я дам тебе своё кольцо, на которое можно настроиться, — увидев непонимание на моём лице, пояснил: — к тому времени, как ты доплывёшь до Шэллвуда, Клеттон вернётся. Мы сможем построить портал, доступ у него есть в соответствии с дружественными соглашениями между нашими странами, и я к тебе присоединюсь.

— Но это так далеко! Хватит ли у него Силы? И не накажут ли его за это?

Всем известно, что за излишнее использование Материи сурово карают.

— Он как раз защищает магистерскую степень по порталам, — успокоил меня брат насчёт первого вопроса, на второй же поморщился и выдал: — я приложу все усилия, чтобы уговорить. И да, придётся раскошелиться.

— Я согласна отдать все свои драгоценности, — поспешно выпалила я.

Да, как любая принцесса, я люблю украшения, но когда вопрос встаёт ребром, выбираю безопасность!

Наконец настал день отплытия, точнее ночь. Как назло с утра меня атаковала модистка с ворохом платьев для примерки, потом пришёл Коннарт, дабы напомнить о моём главном предназначении — не посрамить честь Моривии. То есть не противиться грядущему браку с Ворталхом и дать ему вожделенное потомство.

— Почему у тебя на стене до сих пор портрет Мортана? — Его ледяное величество изволило нахмурить брови.

— Дай хоть напоследок налюбоваться, — отвечала я смиренно, всячески скрывая радость от скорого отплытия. — Как только мы отправимся в Эйрон, я уберу его.

Вообще, я собиралась это сделать уже сегодня, ведь ничто не может быть лучше, чем образ наречённого, на которого можно любоваться во время путешествия.

— Только попробуй выкинуть какой — нибудь фортель, — пригрозил мне старший братец.

— Да что я могу сделать, сидя в четырёх стенах? — Показательно вздохнула.

Конечно, имело место преувеличение — взаперти меня никто не держал. Я могла спокойно гулять по саду (но не дальше), передвигаться по замку (где все слуги следили за мной), и плавать в бассейне (в данное время пустом, потому что холодно, но разрешили же!). Но ничего, этой ночью всё изменится, надо только сделать всё предельно аккуратно.

Наконец, наступил вечер. Во время ужина я старательно впихивала в себя мясо, правда, не особо успешно. От волнения кусок в горло не лез, но кто знает, как там будет на борту? Так что я напрягалась и жевала. Одну из горничных попросила заплести крепкую косу вокруг головы, а остатки волос убрать так, чтобы ничего лишнего не свисало. Потому что у самой меня ничегошеньки не получалось!

— Госпожа, зачем вам такая причёска на ночь глядя? — она недоумённо хлопала глазами, но, кажется, не догадывалась о причинах.

— Хочу, чтобы волосы завтра были особо кудрявыми. — У меня и так волосы вились, но довольно крупными локонами.

— Но зачем, у вас ведь…

— Хочу! — Я капризно топнула ножкой, показывая, что нечего со мной спорить.

— Ладно, ладно, вы только не гневайтесь. — Девушка испуганно сжалась и принялась проворно исполнять моё пожелание.

Я понимала, что веду себя подозрительно, что завтра, когда Вирр объявит меня недомогающей и передаст просьбу не беспокоить, она может вспомнить об этой странности и с кем-нибудь ей поделиться, но плести такую сложную косу сама я не умела. Конечно, я пыталась тренироваться сама, но ничего не получалось. Сейчас же, глядя на проворные руки служанки, я поняла, что не смогу это повторить, по крайней мере, в ближайшее время. Хотя…, сидя в каюте, делать особо нечего? Нечего. Вот только если у меня по итогу ничего не получится, то выйти из неё я не смогу вовсе. Нет, лучше не рисковать и не расплетаться до самого Шэллвуда, пусть плыть туда около пяти-семи дней.

Выдержу, ведь это ничто по сравнению с целью!

Наконец, меня оставили в покое. Надели сорочку, уложили спать, даже одеяло подоткнули. Что ж, пора привыкать к более суровым условиям, потому что даже в каюте, которую удалось для меня арендовать, ничем подобным даже пахнуть не будет. Вирр ещё несколько дней назад предупредил — это далеко не королевская яхта.

— Ну что, ты готова? — А вот и он лёгок на помине.

Голова всклокочена, на щеке грязь, одежда, словно с плеча селянина. Его высочество Вирртан ван Хоннар, прошу любить и не жаловаться.

— Да, почти. — Я уже надела мужские подштанники, потому что женские панталоны были слишком объёмными и с кружевом, сами брюки и рубашку.

Разумеется, предварительно перебинтовав грудь и намотав на талию несколько полосок из ткани. Вышел чурбак.

— Хм, так гораздо лучше. — Он окинул взглядом мою изменившуюся фигуру. — Косу тоже хорошо заплела, не знал, что ты так умеешь.

— Это не я, попросила служанку. — Опустила глаза, ибо у него так исказилось лицо, что впору было прятаться.

Лучше всего под кроватью — оттуда тяжелее будет меня достать. Но я — не какая-то там трусиха, я — принцесса Моривии! Мне ли бояться пятнадцатилетнего подростка?

— Ой! — пискнула я, когда он двинулся на меня, грозно сверкая глазами. — Я сказала, что хочу много кудряшек, — попыталась оправдаться.

Карвел

— Тебе нельзя её здесь оставлять, — я смотрел в мудрые и в то же время суровые глаза Маривы, и был полностью с ней согласен.

Сам не знаю, что на меня нашло.

— Я и не собирался. — Прижал крылья к телу, мол, прости меня, неразумного, а потом вновь расправил их, дабы удержаться на воде в нужном положении. — Просто не хотел, чтобы она погибла. Когда девушка очнётся, спрошу, куда ей надо плыть и доставлю до места.

Говорили мы на мыслеречи, ибо общались в драконьей ипостаси, где челюсти не приспособлены к сложным разговорам. Всё потому, что мне уже исполнилось триста, а пару я ещё не обрёл. Вообще, до ста лет мы, морские драконы, живём с родителями на одном острове и человеческая ипостась доступна каждому. Потом начинается половое созревание, ты застреваешь в звериной ипостаси и уже не можешь просто так обернуться (знать бы ещё — почему!), зато приобретаешь право на собственный остров. Общими усилиями мы создаём его с помощью магии, творя из Материи землю с великим разнообразием флоры и фауны на ней. Правда, в первое время (лет эдак двести — триста) он нужен тебе лишь для того, чтобы полежать на берегу — не более. И только обретя свою вторую половину, морской дракон вновь может менять ипостась, а ещё объединить со своей женой острова, построить на общей земле дом и прочие радости.

Такие себе традиции, если честно, учитывая насколько нас мало, особенно девочек. Была бы Богиня, создавшая драконов, доступна, я бы задал ей несколько вопросов, но она ушла с Марэлла. Давным-давно, когда люди ещё не были так сильны и разумны, она передала бразды правления прабабке Маривы, а сама ушла строить другой мир. Своему сыну Размару (создателю Армарии и, соответственно, армарийцев — самых нормальных, на мой взгляд, людей в этом мире), перепоручила высший присмотр. Собственно, только с этим народом мы сейчас и контактируем без опаски быть использованными в корыстных целях. Пару раз некоторые из нас брали в жёны армарийских дев, но то было исключение, нежели норма.

Спасённая дева не имела к нашим друзьям и в некотором роде собратьям никакого отношения.

— Ты слишком отзывчивый. — Главная драконица укоризненно покачала головой. — Она не армарийка, зачем ты вообще решил её спасти?

— У неё чистое сердце. — Это единственное, в чём я мог быть уверен.

Чувствовал это всем своим существом. Насчёт остальных мотивов в голове был полный мрак.

— Это много значит. — Она согласно кивнула головой, отчего всколыхнулись её воистину огромные отростки на голове — признак многих лет и большого опыта. — Но из — за неё у нас могут возникнуть проблемы.

— Возьму с неё клятву о неразглашении. — Я уже всё продумал, пока плыл к Мариве на её центральный остров. — Думаю, в благодарность за спасение, она легко с этим согласится.

— Какой ты всё — таки наивный ещё. — Марива прикрыла свои яркие сапфировые глаза. — Она может внести смуту в наши ряды. Многие помнят, что произошло с Дагоссом, когда он спас ту ведьму. У неё тоже было чистое сердце, она дала клятву на крови, но это не помешало ей предать нас. Она вернулась с друзьями, чтобы наладить дружбу, вот только закончилось всё плачевно. Нас стало меньше, некоторые люди узнали, что скрывает завеса, защищающая наш архипелаг от посторонних.

— Официально Руарские острова — лишь уникальная аномалия, в которую лучше не соваться, — напомнил ей о том, как нам помогли армарийские маги, а также Хранители Источников Материи, затерев следы об истинном положении драконьих дел.

— На все рты не хватит кляпов. — Марива вновь покачала головой. — Поэтому ничего ей не рассказывай, на другие острова не вози.

— Я так и собирался, главное, чтобы наши сами не полезли подсматривать. — Я почтительно склонил свою голову. — Ты ведь знаешь, как всем любопытно посмотреть на кого-либо, кто относится к тому миру.

Конечно, такие, как я много путешествуют, рискуя жизнью, бороздят моря и океаны, зато супружеские пары чаще всего далеко не высовываются, разве что вокруг Руарского архипелага поплавают и назад. Вот им-то будет любопытнее всех. Ведь они уже не делают вылазки, не наблюдают за ходом кораблей среди волн, потому что им есть что терять. Не дай Бог попасться человеческим магам на глаза — проблем не оберёшься.

Максимум, что они себе позволяют — редкие визиты в Армарию.

— Я поговорю с ними, — Марива прикрыла глаза, отдаваясь процессу.

Только она могла говорить со всеми одновременно. Причём её слышали и те, кто находился на самом краю архипелага, и те, кто пребывал в человеческой ипостаси. А если случалось что-то из ряда вон выходящее, то Марива могла связаться даже с теми, кто уплыл за пределы островов. Сильна, нечего сказать!

Непередаваемое ощущение. С одной стороны, её сила давит на тебя, заставляет подчиниться, с другой, ты знаешь, что именно благодаря ей наш род всё ещё жив. Именно она контролирует Источник Материи на своём острове, черпает из него Силу, питая защитную границу. И именно благодаря ей остальные Хранители держат наше существование в тайне ото всех. Она сумела с ними договориться, взамен помогая с редкими ингредиентами: чешуя, когти, даже кровь, разумеется, добровольно отданная.

— Всё, никто к твоему острову не подплывёт и даже не покажется. — Спустя некоторое время она вновь открыла глаза.

— Благодарю. — Склонил голову, развернулся и двинулся в сторону своего острова.

Феалла

Проснулась я от шума волн и пронзительного крика каких — то птиц. Точно не чайки — я знаю, как они кричат. Глаза открыть удалось далеко не сразу — пришлось приложить немалые усилия. Ох, лучше бы не прикладывала, ведь стоило мне посмотреть, что за тень меня прикрывает от палящего солнца…

— А-а-а! — я хотела подскочить и умчаться вдаль, но не могла — сил не было.

Оставалось лишь вжаться в землю (или на чём я там лежала) и надеяться, что его вспугнёт мой вопль. Его — это жуткого монстра, чьи зубы я узрела. Они были такими большими, такими острыми! Раскрытая пасть без слов говорила о намерениях её владельца — он решил перекусить. Мной. Но я не хочу!

Хвала Тарру, мои чаяния оправдались — уши монстра прижались к голове, сам он словно посерел, а потом и вовсе ускользнул под воду. Как хорошо! Не факт, конечно, что он сильно испугался, может, просто опешил от столь сильного вопля, но главное — результат. И пока он не вернулся, нужно срочно что — то предпринять!

— Помогите! Кто-нибудь! — закричала изо всех сил, вдруг кто-нибудь услышит?

Хватило меня ненадолго. Горло зажгло от напряжения, жутко захотелось пить, силы таяли на глазах. Набрав в очередной раз воздуха, я не смогла ничего прокричать. Только прошептать:

— Мамочки.

Я пыталась оглядеться, поймать взглядом хоть что-то, хотя бы какую-нибудь палку, а ещё лучше — источник пресной воды, но ничего такого не заметила. А ещё я была уверенна, что он не уплыл далеко. Явно затаился и выжидает, когда я устану. Что ж, этот момент наступил, поэтому надо шевелиться!

Руки оказались настолько слабыми, что я с трудом могла их поднять, ноги словно каменными стали — я ими еле шевелила. Ужасные ощущения, как же теперь быть? Волна отчаяния накатила на меня, больше всего сейчас хотелось упасть на песок и поплакать, но что-то внутри воспротивилось этому. Я не хочу сдаваться! Я от козней старшего брата ушла? Ушла! Мальчиком прикинулась и даже ни разу не выдала себя? Не выдала! Значит, и тут надо бороться до конца!

Ой, кажется, что-то блеснуло в стороне, надо бы проверить. Собрав волю в кулак, я поползла к речушке, теперь я точно видела, что это именно она. Ползти оказалось долго, я успела вспотеть несколько раз, устать и даже немного поплакать. Не навзрыд, но слёзы катились, капали с носа и щёк на песок, а потом и на травку, которая обрамляла бурливый поток кристально чистой воды. Она текла с глубины материка, а может и вовсе — острова, я ещё не успела как следует осмотреться. Речушка, точнее широкий ручей был неглубоким, а руки мои тряслись от усталости, к тому же были грязные, поэтому я приникла к воде прямо губами. Потом и вовсе окунула лицо, остужая иссушенную солнцем кожу. И только я собралась помыть руки, как этот проклятый змей вновь поднялся из морских глубин.

Куда девалась вся моя храбрость? Hеизвестно. Ocтался лишь первобытный ужас от огромного хищника, рядом с которым ты — лишь беззащитная жертва. Терпеть не могу это чувство, но преодолеть его оказалось невозможным.

— П-пожалуйста, не убивай меня, — пролепетала плохо слушающимся языком.

Вдруг oнo рaзумное? Хотя, даже если и так, кто сказал, что эта разумность помешает мной закусить?

Монстр открыл пасть, вновь сверкнули многочисленные зубы. Кажется, мне конец. Мелькнула судорожная мысль бросить в эту пасть камень, но, как назло, ничего подходящего рядом не наблюдалось. Ножа тоже не было — он упал, когда я с трудом открыла саквояж, и сейчас покоился на дне океана. Но есть же кольцо Вирра! Достаточно капнуть на него кровь, и он с помощником мага активируют портал. Рука дёрнулась к вороту, но замерла на половине пути.

Успею ли я? Cмогут ли они с ним справиться? Oн тaкой огромный, такой зубастый, сожрёт нас всех и не подавится! Нет, не буду их подставлять, уж лучше одна жертва, чем три. Как же не хочется ей становиться!

— Ладно. — Я закрыла глаза, судорожно сглотнула. — Если собираешься меня сожрать, сделай это быстро, чтобы я не мучилась.

И тут у меня в голове мелькнула мысль: если бы он хотел меня съесть, то сделал бы это ещё тогда, в воде после крушения корабля. Точно! Может, он пытается что-то мне сказать?

— Подожди! — Я резко открыла глаза, надеясь, что мысль оказалась правильной, но… никого не обнаружила.

Змей снова скрылся под водой! И явно не от звука — в этот раз я не кричала. Что же происходит? Он со мной играет? Опять затаился?

Вдали от берега мелькнул огромный хвост того же синего цвета, что была чешуя монстра. Уплыл. Какой он всё-таки странный! И что от меня вообще хочет? В ответ на мои мысленные потуги заурчал желудок, внутренности стянуло так, что все мысли, кроме как о еде, вылетели из головы. Вот только где взять сил, чтобы подняться на ноги?

— Дaвай, ты сможешь, — ещё раз попив, я поползла к довольно высокому валуну.

Oпёрлась об него, попыталась встать. Трудно! Руки дрожат, ноги подкашиваются, голова чешется от нестерпимого зуда, а уж как хочется помыться… Но есть тоже охота, поэтому надо стиснуть зубы и попытаться хоть как-то добраться до вон того дерева, на котором так заманчиво желтеют бананы. Как их добыть, когда я смогу добраться до места — другой вопрос, но одно я знаю точно: ими я нaемся не хуже, чем любой другой едой. У нас такие растут только на крайнем юге, а вот в Шэллвуде их просто огромное количество. И здесь. Знать бы ещё, где это — здесь…

Карвел

Я вернулся к острову, как только мы поговорили с отцом. Ему, конечно, очень хотелось посмотреть на деву воочию, но приказ Маривы — он для всех. Стоит отметить, что подплыл я как раз вовремя — Надя рассказывала Урлуху историю принцессы. Та иногда поправляла детали, но явно робела перед варваром.

Какая она всё-таки глупышка! Судя по всему, её жених не просто так расторг помолвку, потому что будь на его месте я, никогда бы от неё не отказался. Серьёзно, несмотря на всю её наивность, она прелесть как хороша, а ещё так пылко любит его. Это слышно в интонациях, когда она уточняет его имя, когда уверяет, что не мог он по своей воле так с ней поступить.

Ага, конечно, во всём виноват Совет Шэллвуда, не желающий пустить его на трон, злой брат (к которому у меня возникла пара вопросов и желание настучать хвостом по морде) и прочее, и прочее. К младшему брату, кстати, у меня тоже имелись вопросы: чем он думал, когда отправлял свою сестру в неизвестность и почему не поплыл вместе с ней?

А потом речь зашла о мыслеречи и Урлух, давно догадавшийся, где я прячусь, принялся проводить эксперимент. Как он ни силился, я ничегошеньки от него не слышал. Чувствовал эмоции, зов, на который бы приплыл, находись он, к примеру, в море, а я на некотором расстоянии, но конкретных слов было не разобрать. У Нади тоже ничего не получилось, а вот у Феаллы, к моему великому изумлению, сработало.

— Покажи свой хвост, — тихо, но отчётливо раздалось в голове.

Что? Она умудрилась проникнуть мне в голову? И попросить показать хвост? А она рисковая, ведь подобные предложения носят у нас довольно интимную окраску. С другой стороны, откуда ей это знать?

Фыркнув, я решил всё сделать по-своему. Конечно, можно было обойтись без выползания на берег, но меня так и тянуло подразнить её, поэтому я полностью показался ей, разумеется, игриво помахав хвостом.

То ли она настолько осмелела, что не бросилась наутёк, то ли была ошарашена положительным результатом эксперимента, похоже, что второе, ибо она попросила меня… улыбнуться.

Меня — морского дракона! Нет, она точно сумасшедшая! И это мне безумно нравится…

— Ой! — пискнула она, заливаясь краской. — Он меня понял!

Урлух пытливо смотрел мне в глаза, пытаясь понять, как так вышло, Надя с любопытством вивисектора рассматривала мою тушу, мол, что это я тут разлёгся в неприличной позе. Я же пытался понять, как вообще такое могло произойти. По идее, ни одни маг не может воздействовать на дракона ментально. Хитростью, некоторыми видами магии — да, но не говорить без слов.

Нет, эта девчонка уникальна сразу в нескольких областях, и это не может не наталкивать на мысль, что кровь её пра — пра— (и Бог знает сколько ещё этих пра) родительницы явно в ней присутствует. И это значит, что она… вполне может быть моей истинной! Да, раньше никто, кроме армариек нам не подходил, но тут не просто человек с другого края под покровительством чужого Бога, а наша дальняя «родственница». Впрочем, когда-то чужеродность короля Моривии не помешала одной из дракониц соединить свою судьбу с «неподходящим» мужчиной. Правда, пришлось отказаться от второй ипостаси, но раз она это сделала, значит, оно того стоило. И вот он результат — её потомок попал к нам, взволновал своей удивительностью и вызвал у меня невероятное притяжение, которое я ни к кому доселе не испытывал.

Вот только любит она какого-то хлыща с Шэллвуда, спит и видит, как бы с ним воссоединиться!

Как быть? Не заставлять же её поцеловать меня, чтобы проверить правильность, либо ошибочность моих предположений. Самому лезть с поцелуями чревато последствиями, например, обмороком девы, если не того хуже. Попросить через Надю или Урлуха ради эксперимента? Тоже так себе идея.

— Вот видишь, а ты говорил дефектная, — прервала мои судорожные размышления Надя. — Уникальная!

— А сейчас ты меня слышишь? — предпринял очередную попытку наладить с Феаллой контакт.

К вящему сожалению, она не ответила. Наоборот, опустила глаза, вздохнула, принялась теребить какое-то кольцо на цепочке.

— Что это? — Я ощутимо напрягся.

Мне не нравилось оно, пусть никаких объективных причин для этого не было. Хотя, нет, была — вдруг это помолвочное кольцо от того хлыща, который от неё отказался? Правда, оно простовато для такой прекрасной девушки, но мало ли. Наверняка, он жлоб.

— Это кольцо младшего брата, который обещался ей помочь, когда она достигнет берегов Шэллвуда, — поспешила успокоить меня Надя. — Оно активируется её кровью, вот только не сработало.

— Наверное, дело в защитном поле, окружающем Руарский архипелаг, — сообразил Урлух. — Скорее всего, он этот зов попросту не чувствует.

— Тогда надо плыть в Шэллвуд. — Встрепенулась Феалла. — Потому что время идёт, с каждым днём велик риск, что мой побег вскроется, и тогда Коннарт убьёт Вирртана.

Она вновь подняла свои изумительные глаза, приложила руки к груди, просительно посмотрела на моих друзей.

— Хм…, — задумчиво протянул Урлух.

Я же напрягся, как струна.

— Слушай, ну если этот прынц окажется не таким, как думает о нём Феа, мы попросту увезём её оттуда, — выдвинула предложение Надя.

Мне хотелось зарычать, крикнуть им, чтобы даже думать не смели увозить её от меня, но застыл, словно каменное изваяние — побоялся вспугнуть деву.

— Куда? — Урлух глянул на меня, слегка удивился моему напряжению, а потом снова вернул взгляд к своей жене.

— Разберёмся по ходу пьесы. — Легкомысленно махнула та рукой. — Не здесь же ей куковать.

Сразу вспомнилось, что именно так я и собирался поступить — помочь добраться до нужного деве места. В то время, когда думал, что она поймёт меня. В то время, когда не осознал, насколько сильно меня к ней тянет. И насколько она уникальна.

— Нельзя! — воскликнул я мысленно, вызывая недоумение у пары.

— Почему? — С подозрением посмотрела на меня Надя.

Я задумался. Объявить её своей парой? Но есть вероятность, что я ошибаюсь. Что тогда? У Феа будет упущено время, я окажусь последним мерзавцем, сломавшим жизнь юной принцессе.

— Нельзя плыть без меня — мало ли, что может случиться по дороге, — поправился я.

Правда, Урлух теперь тоже начал смотреть на меня с подозрением, но что поделать? Пришлось состроить каменную морду, будто я это самое и имел в виду изначально.

— Будет здорово, если ты будешь сопровождать нас, — ответил он преувеличенно благодарно. — В океане действительно много опасностей, гораздо спокойнее плыть именно с тобой.

Я чувствовал подноготную его слов, как будто читал мысли. Он явно пытался показать меня с лучшей стороны перед Феа, за что я был ему сильно благодарен. Возможно, это действительно наилучшая из тактик. Пусть она ко мне привыкнет, пусть встретится лицом к лицу с тем, в кого влюблена и поймёт, каков он есть на самом деле. Возможно, если тот окажется мерзавцем, она…

Ключевое слово здесь — возможно.

Вдруг всё будет так, как она думает? Вдруг они воссоединятся?

Моё нутро тут же воспротивилось этой мысли. Я чуть было не дёрнулся в её сторону, не обхватил хвостом и не уволок подальше от всего этого. Не стал лишь потому, что тогда она снова начнёт меня бояться.

Потому что некуда мне её уносить, где бы нас не потревожили.

Потому что люди не умеют дышать под водой.

Последняя мысль была ключевой. И только Бог знает, чего мне стоило сдержаться!

Феалла

— Куда он? — Я с беспокойством всматривалась в воду, пытаясь понять: он утонул или уплыл?

Да, я слышала его слова про отдых, но не была уверена, что у него хватит сил добраться до подходящего укрытия. Он так вымотался, спасая нас.

— Он знает эти берега, как свои пять пальцев. — Уверенно кивнул Урлух. — Много раз здесь был.

Несмотря на спокойный тон, во взгляде сквозило беспокойство.

— Кстати, а где мы? — Надя с любопытством озиралась по сторонам.

Её взгляд скользил по песчаному пляжу, хранившему следы начавшей утихать бури, по сторожевой башне, видневшейся в стороне. Её стены были характерного песчаного цвета — такие ни с чем не перепутать.

— В Шэллвуде, — ответили мы с Урлухом одновременно.

— Я не пойду к Мортану, пока не узнаю, что с ним всё в порядке. — Решение пришло само собой. Да, достигнув столь долгожданных берегов, я думала совсем не о своём женихе. — Не могу его бросить вот так.

Слёзы навернулись на глаза. Да, он — дракон. Большой и страшный на первый взгляд. Но между нами есть что-то такое… трудно объяснить. Почему-то он меня спас, причём уже дважды. И именно сейчас я почувствовала, что я для него стала много значить, настолько, что он готов был пожертвовать собой. Более того, между нами образовалась странная связь: он меня понимает, а других людей нет. А ещё, пока мы смотрели друг другу в глаза, то казалось, что мы — одно целое. Что я — источник его сил.

Странно звучит, особенно сейчас, когда он уплыл, а я зябко кутаюсь в шаль, которую принесла мне Надя. Похоже, я тоже слишком устала и плохо соображаю. Надо поспать.

— Эй, моряки, вы откуда будете? — Неожиданный окрик заставил обернуться. — Погода — чума, со вчерашнего утра всё бушует, сейчас уже на спад пошло, по берегу хотя бы ходить можно. Как вы выжили?

— Приветствую вас, стражи Шэллвуда, — пробасил Урлух, прижав руку к груди.

И только после его слов я осознала, что люди, шедшие к нам, были в форме. Более того, даже не заметила, как они успели подойти — настолько глубоко задумалась.

— З — здравствуйте, — пролепетала я онемевшими от усталости губами.

— Мы — странники из Армарии, — принялся отвечать варвар на главный вопрос. — Выжили буквально чудом — спасли охранные артефакты.

— О, артефакты, — присвистнул один из служивых.

В его глазах хорошо прочиталось движение мысли: артефакты — магия — дорого — особые люди. А ещё и Армария, о которой ходят жутковатые легенды…

— У нас свадебное путешествие, — Урлух приобнял Надю за плечи, обозначая, кто есть кто, — а эту прекрасную деву мы выловили посреди океана.

Он не спешил раскрывать моё инкогнито, памятуя, видимо, о моём желании связаться с начала с братом. И за это я была ему безумно благодарна.

Ой, мы не успели взять с меня клятву о неразглашении! Впрочем, я и сама не собиралась болтать, даже Вирру. Вот вернётся Карвел, мы разберёмся с этим, заодно выясним, что к чему…

— Простите, мне кажется, что я вас знаю, — светловолосый стражник, до того молчавший, подал голос. — Возможно, вы решите, что я сошёл с ума, но вы случайно не принцесса Феалла ван Хоннар из Моривии?

Его лицо покраснело от волнения, а я мысленно застонала. Потому что это ломало все мои планы, более того, я опасалась, что Мортан меня не захочет выпускать из дворца без сопровождения, как же тогда увидеться с Карвелом?

Хм, надо же, только сейчас поняла, что, в общем-то, не стремлюсь сразу с ним воссоединиться. А всё усталость и эта странная связь с драконом. Похоже, мы стали друзьями, причём такими, которых никто не сможет рассорить. Как теперь вот это соединить с Мортаном? Рассказывать-то нельзя.

С другой стороны, врать очень не хотелось, ведь рано или поздно мне всё равно идти во дворец…

— Простите, но после слов Брайта я тоже вспомнил, — подал голос ещё один солдат. — Просто мы в своё время сопровождали невесту его высочества, много раз видели. У вас удивительное сходство с ней.

Я не знала, как мне быть. Растерянно посмотрела на Урлуха и Надю, снова на солдат и поняла, что отвертеться не получится. Тем более что они так уважительно назвали меня невестой Мортана. Похоже, простой люд и не знает о расторжении помолвки.

— Да, это я, — решила всё-таки не скрывать очевидное, тем более что меня уже со всех сторон обглядели, выискивая сходство и различия.

— Её корабль попал в шторм, когда она плыла в Шэллвуд, — продолжила за меня Надя, видя, что слова даются мне с трудом.

— Спасибо вам ещё раз за спасение. — Не могла не поблагодарить их.

Конечно, всё было несколько иначе, но факт оставался фактом: именно благодаря этой удивительной паре я перестала бояться дракона, смогла уплыть с Руарских островов и добраться до своего будущего королевства.

— Госпожа, позвольте вас проводить во дворец. — Тут же встрепенулся тот, кто начал разговор первым. Похоже, он был среди них начальником. — Вас тоже, ведь спасителям принцессы полагается награда, особенно той, которая станет нашей королевой.

Я задумалась. Все молчали, ожидая моего ответа, а я всё никак не могла собраться с мыслями.

— Он прав, надо хорошенько отдохнуть. — Надя оторвалась от Урлуха, подошла ко мне, взяла за руку.

— А он? — Я не стала говорить, кого я имею в виду, всё было и так понятно.

— Он будет долго отсыпаться, — ответил Урлух, ибо знал о драконах куда больше нас. — К сожалению, мы с супругой вынуждены остаться на корабле — у нас там питомец, которого вряд ли пустят во дворец.

Точно, у нас же ещё Дарт лежит в каюте. Карвел умудрился во время бури закинуть его к нам на палубу (защита легко его пропустила), и тот отсыпался после борьбы с суровыми волнами.

Я разрывалась между желаниями и приличием. Хотелось остаться тут, но стражники ждали ответа, и вряд ли они поймут мои мотивы. С другой стороны, совсем скоро я увижу Мортана, наверняка он захочет познакомиться с Урлухом и Надей, наградить их, поэтому мы в любом случае увидимся. А потом, когда Карвел придёт в себя и вернётся, я обязательно найду способ повидаться с ним. Мортан — это ведь не Коннарт, он добрый и любит меня. И, надеюсь, мне всё-таки разрешат рассказать ему о дружбе с драконом. Можно будет взять клятву о неразглашении сразу с нас обоих!

Подбадривая себя такими мыслями, я тепло попрощалась со своими спасителями, пообещав завтра же с ними увидеться, и направилась к смотровой башне. Там меня со всей аккуратностью посадили в карету и повезли во дворец навстречу моему суженному.

В городе, к своему немалому изумлению, я заметила, что улицы украшены разноцветными флажками, правда, их изрядно потрепал ветер, но было видно, что ждали праздника. Неужели Вирртан успел предупредить Мортана о моём побеге, и он ждал моего прибытия? Наверняка! Вот только все эти шторма подпортили мне дорогу. С другой стороны, я обрела таких друзей, о существовании которых даже не могла подозревать. Смелую иномирную девушку, невероятного и в то же время доброго армарийца и, конечно же, морского дракона!

Нет, я ни капельки не жалею, что пришлось задержаться, вот только команду корабля жалко, которая сгинула в пучине недалеко от границ Руарского архипелага. Хорошие были люди. Достойного им места на том свете.

Карвел

Я ждал ответа Урлуха с таким нетерпением, что чуть не лопнул. Даже на кровать присел, чтобы не сделать опрометчивых движений. Да и нижняя часть моего туловища до сих пор привыкала, что там теперь ноги.

— Мирелла, — выдал он, наконец. — Я тебе о ней рассказывал, когда ты в прошлый раз приплывал в Армарию. Она пыталась женить на себе нашего старшего короля, но ничего не вышло. Потом ей делал предложение Ворталх, но она, несмотря на жажду стать королевой, отказалась. Не по нраву ей пришёлся детоубийца, зато молодой принц Шэллвуда очень даже.

— Я так поняла, никакой угрозы нет? — Из — за спины Урлуха показалась Надя. — Не представишь меня нашему гостю?

Она смотрела на меня с любопытством, особенно на руну на груди, которая после консуммации брака должна будет светиться бирюзовым. Сейчас же она не только неполная, но и просто синяя.

— Да Карвел это в своей человеческой ипостаси. — Развёл руками друг. — А это означает, что принцесса Феалла — его истинная пара.

— То есть он её всё-таки предал? — прервал я их диалог.

Понятно, что для Нади наши нюансы неизвестны, но время уходило.

— Да, он действительно расторг помолвку из-за главной магини. — Покачал головой Урлух. — По рассказам одной служанки, на которую мы смогли выйти лишь благодаря чуду и мешку с золотом, на Феаллу надели подчиняющий обруч, как только она проснулась и немного пришла в себя.

— Я слышал о таком. — Мои кулаки сжались, им не терпелось порвать на клочки всех, кто посмел причинить вред моей паре. — Один из наших пару веков назад умудрился попасться сильному магу и пробыл у него в плену несколько лет. Спасся лишь чудом.

— Мирелла тоже очень сильная магиня. — В голосе Урлуха прозвучало предостережение. Он прекрасно понял моё намерение свернуть ей шею. — Построить портал на другой континент — на такое мало кто способен. Не зря её в своё время заприметил Крайлах и взял в помощницы. Правда, оказалось, что он пригрел змею на груди, но Алёна быстро вывела её на чистую воду.

— Хорошо, отомщу ей позже. — Пожал я плечами. — Тем более, сейчас не до этого — надо плыть за Феа! — Меня терзала жажда действия, хватит разговоров.

— Ты прав, иначе её отдадут королю Эйрона. — Кивнул Урлух. — Ты быстрее нас, но на суше более уязвим, к тому же давно не оборачивался. Поплыли вместе!

— Не могу ждать. — Отрицательно мотнул головой. — Каждый день на счету.

Слова у меня не расходятся с делом никогда, посему я двинулся к выходу.

— Подожди! — Урлух схватил меня за локоть. — Оденься нормально, подгони вещи по фигуре, чтобы потом после оборота не было проблем.

Драх, к сожалению, он прав! Пришлось задержаться ещё немного, чтобы принять приличный вид, правда, с подгонкой возникли проблемы.

— Я сильно голоден — не смогу пока магичить, потом. — Я вновь попытался уйти, и вновь был остановлен теперь уже Надей.

— Поешь, мы как раз закупились на рынке, — предложила она.

— Спасибо, смелая женщина, но я по дороге перекушу. Тебе, друг, тоже спасибо.

Протянул Урлуху руку, пожал, потом крепко обнял его и двинулся к выходу. Наконец-то меня никто больше не останавливал.

Вернуться обратно в ипостась дракона оказалось очень легко — даже сосредотачиваться не пришлось. Я скользнул по песчаному дну, устремился на глубину, надеясь действительно как можно быстрее подкрепиться.

— Помни о её брате — Вирртане, он твой потенциальный союзник, — раздался вскорости голос Дарта. — Урлух просил передать. И да, береги себя.

— Спасибо, друг! — от всей души поблагодарил зместа.

— Кстати, похоже, мы собираемся плыть за тобой.

— Думаю, я справлюсь раньше, — самонадеянно хмыкнул в ответ и заметил, наконец, кое-что крупное. — Всё, я обедать.

Я с такой яростью набросился на несчастную акулу, что даже стыдно стало. Она — не Мирелла, а просто еда. Успокойся. В конце концов, ты этой магине должен спасибо сказать за то, что увела этого самого Мортана, иначе Феалла никогда бы не поплыла на том корабле. А даже если бы она попала в шторм на королевском судне, направляясь на собственную свадьбу (всё равно ей бы пришлось плыть в Шэллвуд), то пока я спал, они бы успели обвенчаться и даже консуммировать брак. Есть всё-таки от неё какая-никакая польза. Но надевать на мою пару подчиняющий обруч! Да ещё и отправлять к тому самому, от брака с которым даже сама отказалась — настолько он ужасен, вот за это она точно ответит. Просто чуть позже.

Утолив первый голод, а также выплеснув часть ярости, я поплыл дальше. Сейчас было самое время решить, в какую сторону лучше двигаться: огибать Мидр с западной или восточной стороны? По идее, если мне нужно максимально быстро попасть в столицу Моривии, то запад — идеальное решение, но именно там Феалла дважды попадала в жесточайший шторм. Похоже, в этом году сезон штормов затянулся, вышел за рамки обычных сроков.

Не то, чтобы я мог серьёзно от этого пострадать, но скорость однозначно снизится, ибо чем глубже плывёшь, тем медленнее движешься — слишком велико давление вод.

Решено — плыву на восток, там безопаснее. Да, потом придётся рисковать, умудриться не попасться рыболовам (там одно из самых благодатных мест для рыбной ловли), но что поделать? Надо как можно быстрее добраться до Феа, вырвать её из лап старшего брата и короля Эйрона, а потом… Потом разберёмся. Можно будет спрятаться где-нибудь, дождаться прибытия Урлуха, чтобы тот помог добраться Феа до Руар, а уж там… Там, я надеюсь, мы пройдём брачный ритуал.

Потом и о мести можно будет подумать, ведь Феалла станет сильнее, сможет дышать под водой, да и без поддержки мага не стоит соваться против такого сильного противника, как Мирелла. Похоже, придётся плыть в Армарию к братьям-королям.

Но это всё потом, для начала надо спасти мою истинную!

Фeaллa

По палубе гулял пронизывающий ветер — морозил тело, леденил душу. И это я надела самое тёплое из своих шерстяных платьев, колготки, зимние сапоги и плащ на меху! Руки зазябли тут же, потому что пришлось держать капюшон, чтобы он не слетел с головы. О перчатках никто не подумал, дaжe Гангеретта.

— Плохо, конечно, что Клеттон оказался предателем, — ворчал главный маг, сидя в шлюпке позади меня и сверля затылок. — Не люблю я порталы строить, слишком много энергии берут. Но ничего, я сделаю так, что он никогда не сможет найти себе приличную работу!

Я удивилась. Не тому, что маг собрался мстить — это и без того было очевидно, а его сетованиям по поводу энергии. Та же Мирелла с трудом, но справилась с межконтинентальным переносом, а тут от берега до дворца не так уж далеко, особенно для архимага. Хотя вряд ли в этой жуткой промозглой стране имеется дворец, скорее замок. В энциклопедии об Эйроне практически ничего нет — страна ещё более закрытая, чем Армария.

— Тебе уже дали координаты? — Коннарт был, как всегда, спокоен и холоден.

— Нет, но обещали передать парный маячок, — хмыкнул Раттард. — Могли бы и целый амулет выдать, вон мы им какую драгоценность привезли!

Я вздрогнула. Драгоценность — так они меня называют? Как бездушную вещь.

Взглянула в сторону — неподалёку покачивался на волнах добротный, но потрёпанный корабль. Почему-то от него повеяло такой жутью, что я вся сжалась. Или дело всё-таки в ветре? Отвернулась. Лучше уж я буду смотреть на воду — вдруг оттуда появится Карвел? Хотя, с каждой минутой надежда таяла.

— Странно, что они лично нас не встречают, — с этим замечанием Коннарта я не могла не согласиться.

Всё же мы не торговцы какие.

— У них какой-то экстренный случай, король и главный маг сильно заняты. Сказали, что нас ждёт занимательный сюрприз, — Раттард явно был заинтригован.

Мне же было не до этого. Какой сюрприз, когда ты, кажется, окончательно завязла в этой ужасной ситуации? Ни одна ценность мира не способна купить меня, не способна заставить полюбить того, кто не дрогнув, убил собственных детей, что бы они ни натворили. Тот же Коннарт при всех его недостатках попросту закрыл Вирртана в тюрьме, да и то на время. А ведь мы поставили под угрозу великое имя королевского рода, честь всей Моривии.

Как по мне, чушь всё это, но кто меня будет слушать?

— Карвел! — крикнула я мысленно, буквально прорываясь сквозь ограничения подчиняющего обруча. Да, никто не знал о драконе, не давал блокировку в эту сторону, но было указание подавлять сильные эмоции и попытки к бегству. — Карвел, ты здесь? Я не могла позвать тебя раньше из-за давления Раттарда. Но сейчас… Помоги мне, если слышишь! Карвел!

Слёзы текли из глаз, холодили кожу, но я не обращала на них внимания. Сейчас или никогда! Но ответа не было. Только шум волн, крик чаек и недовольное сопение старшего брата за спиной.

Может, всё-таки попробовать броситься в воду? Вдруг получится? Драх, как же страшно. Очень не хочется умирать. Одно дело думать об этом, а другое — сделать, к тому же с контролирующим обручем на голове.

Преодолевая магические установки и собственный страх, я попыталась сдвинуть ногу. Получилось, правда, в висок тут же стрельнула короткая, но пронзительная боль. Еле вдохнула после неё. Выдохнула. Ещё немного движения, мысли нарочито спокойные, мол, я просто хочу размять ногу. И вторую тоже, да.

— Не стоит этого делать, — на плечо опустилась тяжёлая рука мага. — Я, конечно, могу полностью парализовать тебя, но, согласись, это будет выглядеть не очень красиво в глазах твоего будущего супруга.

— Держи себя достойно своей фамилии, — добавил Коннарт.

— Мама с папой никогда бы так со мной не поступили, — срывающимся голосом проговорила я. — Они любили друг друга и нам того же желали. Почему ты такой? Как так вышло, что ты вырос бездушным?

Стоило мне произнести последние слова, как горло словно кольцом сковало.

— Думаю, молчаливая невеста лучше, чем говорящая что попало, — заметил Раттард.

— На обряде она должна будет сказать «да», — возразил ему Коннарт.

Мне показалось, или в его взгляде мелькнуло нечто далёкое от равнодушия?

— Вот я и дам ей произнести это слово, — хмыкнул маг. — У них ведь нет церемонии божественного благословения, насколько я знаю, брак заключает их главный маг, связывая супругов с помощью магических колец. Так что никуда она не денется, и обруч подчинения нам в помощь!

О, Боже, то есть меня даже замуж выдадут ненормально? Нет ни единого шанса хотя бы к Богу воззвать? От расстройства сильная боль охватила моё тело, особенно низ живота. Я схватилась за него, желая успокоить её, не выдержав, застонала.

— Прекрати! — напористо выдал Коннарт.

Что? Это он мне? Как я могу прекратить боль в животе?

— Я ничего не сделал, кроме временного лишения голоса, — отозвался Раттард.

О, так это было главному магу? Удивил братец, если честно.

— Верни речь, надо понять, в чём дело, — не сдавал позиции Коннарт.

— Как скажешь, ваше величество, — маг пристально посмотрел на меня, отчего я почувствовала некоторую свободу.

— Живот болит, — сквозь слёзы прошептала я. — Сильно!

— Надо же, и вправду, — пробормотал Раттард, сделав пару пассов. Постепенно боль утихала, но тяжесть внизу живота никуда не ушла. — Как не вовремя всё это!

Досада явственно отразилась на его лице: лоб прорезали глубокие морщины, губы недовольно сджались.

— Что у неё? — Это что, беспокойство мелькнуло в голосе брата?

— Обычные женские дни. Похоже, с консуммацией брака Ворталху придётся подождать.

— Значит, подождёт, — с нажимом ответил Коннарт. — Пусть радуется, что она вообще ему досталась.

— И то верно, — хмыкнул маг. — Не каждому везёт заполучить такой цветочек.

Я снова вздрогнула — настолько мерзок был его тон.

Наконец, наша шлюпка достигла берега, где уже стояло несколько человек — встречающая делегация. Кланяться они не стали даже из вежливости (что неудивительно при таких нравах), зато оглядели меня с ног до головы. Впрочем, длилось это всё недолго, Раттард взял у одного из встречавших какой-то невзрачный камень, настроился и активировал портал. Пара шагов, и под плащ уже не проникают ледяные щупальца ветра, вот только то, что открылось моему взору, поселило холод в моём сердце. Кругом царил сумрак, грубый камень, обилие пурпурного цвета в обивке мебели, кроваво-красные шторы и множество вычурных элементов из золота, лишь подчёркивавших общую мрачность обстановки.

Король был ей под стать: такой же грубый, в богатом облачении и с мечом на перевязи. И даже оружие его источало роскошь — рукоятку усыпали рубины. Безвкусное богатство, никакой утончённости! Черты лица моего «жениха» отличались массивностью, они давно оплыли от старости, кожу то тут, то там покрывали старческие пятна, волосы жидкой рыжей шапочкой лежали на голове. Во взгляде не мелькало даже намёка на человечность.

И с этим мне теперь придётся жить? Да, я помнила его, но именно сейчас воочию убедилась, что ни за какие богатства мира не смогу его терпеть. Какое уж там полюбить?

— Наконец — то! — воскликнул король, похоже, не собираясь нормально нас приветствовать. — Вы, как никогда вовремя. У меня для вас есть потрясающий сюрприз!

— И мы вас приветствуем, — холодно отозвался Коннарт, напоминая хозяину о законах вежливости.

— Да брось, все свои. — Нимало не смущаясь, хлопнул его по плечу Ворталх. — И как своим, я вам покажу кое-что, чего нет ни у кого! Буквально за пару часов до вашего сигнала о прибытии мне привезли такое!.. Нет, сегодня, определённо, день приятных сюрпризов!

Он призывно махнул нам рукой, приглашая пройти за ним. Мы двигались по тёмным, освещённым неверным светом горящих факелов, коридорам, и с каждой секундой моё сердце сжималось всё больше и больше. Всем своим нутром я чувствовала, что впереди нас ждёт нечто воистину кошмарное. Когда мы, наконец, вошли в какое-то большое, гулкое помещение, я не сразу поняла, в чём ужас происходящего. Чувствовала его, но никак не могла уловить сути.

— Итак, дорогая невеста, позволь в честь нашей скорой свадьбы преподнести тебе драгоценнейший дар нашего мира! — Он театрально взмахнул рукой, отодвинулся в сторону, освобождая обзор, а там…

Там открылось просто невероятное зрелище! Оказалось, что большую часть огромного зала занимал не менее огромный бассейн, на поверхности которого лежал… Карвел. Я нисколько не сомневалась, что это именно он, ведь всё моё существо потянулось к нему. Мысленно я воскликнула: «Карвел! Что с тобой?» — но он не отвечал. Его тело лежало неподвижно, дыхания практически не чувствовалось, глаза пусть и были открыты, но в них не было даже подобия мысли. Просто остекленелый взгляд полуживого существа.

— Как? Кто? Почему? — я могла говорить только односложно.

Во-первых, это было физически невозможно — ком встал поперёк горла, во-вторых, я боялась наговорить лишнего.

Странное дело, обруч подчинения на меня сейчас практически не давил. Видимо, Раттард с Коннартом настолько изумились, что забыли о нём.

— Я рад, что смог произвести на тебя неизгладимое впечатление, — самодовольно отозвался мой «жених». — Надеюсь, ты оценишь мой жест по достоинству.

О да, я готова была так оценить его жест, что голова бы покатилась по грубым плитам пола. Даже дёрнулась, дабы успеть выхватить из его ножен кошмарный меч и приставить его к горлу, но Раттард не вовремя опомнился. Миг, и моё сознание заволокло мутью, ноги подкосились, и я рухнула на пол, так и не добравшись до вожделенного меча.

— Хм, а дева-то с характером! — Уловила я краем сознания довольный хмык. — Люблю укрощать строптивых.

После этих слов меня окончательно замутило, и я окунулась в благостную тьму обморока.

Феалла

Очнулась я на кровати, укрытая чем-то настолько тяжёлым, что даже дышать было трудно. Кажется, ситуация повторяется, нечто подобное случилось в Шэллвуде, только там обстановка была изысканной, а одеяло воздушным. Здесь же всё давило, начиная с мрачного вида тёмных стен, завешенных довольно жуткими гобеленами, заканчивая меховыми шкурами, буквально придавившими моё тело к постели.

— О, Боже, — застонала я, потянувшись к голове, чтобы убрать с лица волосы. — Что?

Под пальцами оказался просто гладкий лоб без каких-либо признаков подчиняющего обруча. Но как так?

Заглянув под шкуры, обнаружила, что одежду с меня тоже сняли и переодели в ночную сорочку. Надеюсь, то была Гангеретта, а не будущий муж. Нет, вряд ли Коннарт — ярый блюститель правил — допустил бы такое.

Кое-как выбравшись наружу, я тут же почувствовала зверский холод. Странно, ведь Эйрон славится своими согревающими камнями, так где же они? Словно в ответ на мой вопрос, дверь в выделенную мне спальню открылась, впуская Гангеретту и ещё одну служанку, нёсшую в руках таз с водой.

— Госпожа, вернитесь обратно в постель, сейчас сюда придут слуги и установят согревающие камни, — довольно мягко проговорила сушёная вобла.

Что? Я не узнаю её! Буквально вчера она вела себя весьма холодно, что же заставило её измениться?

Разумеется, я тут же последовала её совету и, как оказалось, не зря! Потому что вместе со слугой, который принёс ларец с камнями, в мою спальню вошёл… король Эйрона.

— Дорогая, ты уже проснулась! — радостно воскликнул он, обнажая в сальной улыбочке жёлтые зубы. — Прости, мы так увлеклись, что я не сразу вспомнил об указании насчёт согревающих камней.

— Доброе утро, — чопорно произнесла я, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не изобличить его в откровенной лжи.

Конечно, забыл он! Кровать же кто-то подготовить успел? Успел. Пыль протёр? Протёр. Я это прекрасно вижу, пусть и чувствую себя донельзя неудобно в присутствии посторонних мужчин, будучи практически раздетой. Конечно, с тем же Мортаном мы тоже разговаривали в подобной ситуации, но тогда я ещё пребывала в розовых иллюзиях относительно нашей любви.

Как всё-таки больно от его предательства! После благородства Урлуха это выглядело особенно неприглядно. Что уж говорить о самоотверженной помощи Карвела, который не просто дважды меня спас, но и без раздумий бросился спасать снова, отчего сейчас попал просто в ужаснейшее положение. А ведь он — просто дракон. Ничего, кроме дружбы между нами и быть не может.

— Хм, а мне говорили, что ты слишком дерзкая, потому и надели на тебя обруч подчинения, — нарочито разочарованно выдал Ворталх.

Правда, его настроение тут же поменялось, стоило ему заметить, что слуга уже расставил согревающие камни по углам комнаты, а также на подоконниках узких стрельчатых окон, но при этом не спешил покинуть комнату, а попросту грел уши.

— Что встал? Вон отсюда! — Его лицо при этом стало особенно отвратительным.

— Простите, Ваше Величество! — пискнул парень и поспешил скрыться с королевских глаз.

Служанка, принесшая воду, тоже скользнула следом за слугой, оставив нас с «женихом» практически наедине. Единственное препятствие сейчас составляла Гангеретта, которая не дрогнула даже под гневным взглядом короля.

— Приготовь госпожу к завтраку, у меня для неё есть интересные новости, — рявкнул он так, что стёкла в окнах вздрогнули.

Развернулся и, чеканя шаг, покинул комнату.

— Псих какой-то, — пробормотала служанка, отчего я чуть с кровати не упала, пока пыталась вновь выпутаться из — под шкур. — Ничего особенного не произошло, чтобы так дёргаться.

— Он убил собственных детей, разве можно от него ожидать чего-либо адекватного? — тихо произнесла я, подходя к тазу с водой.

— Они пытались его отравить, дабы занять трон самим, целую свару из-за этого устроили — не могли поделить власть. — Похоже, Гангеретта если не одобряла, то хотя бы считала сей факт вполне достойной причиной такому поступку. — Но сейчас вы вели себя достойно и вежливо, подумаешь, слуга замешкался.

— Ты не знаешь, почему с меня сняли обруч? — Я решила ковать железо, пока горячо, то есть пока Гангеретта поддерживает нормальный разговор, а не молчит снулой рыбой.

— Его величество король Ворталх приказал, — коротко обронила она и сжала губы.

Словно ей было ещё что сказать, но она старалась не проболтаться.

— Странно, учитывая его любовь к подчинению, — обронила я, надеясь, что она всё-таки заговорит.

Но та продолжала хранить молчание. Пришлось умываться, чистить зубы и совершать прочие утренние процедуры. Расчёсывала меня сегодня Гангеретта особенно аккуратно, словно не хотела причинить лишнюю боль, ибо у меня её впереди и так в избытке. Странное чувство. Не знаешь, как относиться к человеку, который столь по-разному себя ведёт. А ведь именно она останется со мной здесь, в этой суровой стране. Точнее осталась бы, но я не собираюсь сидеть сложа руки, нет, надо срочно придумать план действий, чтобы спасти Карвела от магических пут! А для этого нужно как следует всё разузнать.

Спустившись к завтраку в помпезную, но такую же неуютную, как и всё здесь, столовую, я обнаружила, что брат с магом уже там, как и мой будущий супруг.

— Мне не понадобится обруч подчинения, у меня свои методы, — горделиво ответствовал он моему брату.

Никто из них пока не заметил меня, а я не спешила обращать на себя внимание.

— Принцесса очень изобретательна, — заметил Раттард.

— Родители её сильно разбаловали, — огорчённо вздохнул Коннарт.

— Уверяю вас, уже через несколько дней она охотно скажет «Да» на церемонии, ведь ей предстоит тесный контакт с моим «подарком», — самодовольно отозвался Ворталх.

— Что? — Я не хотела, это вырвалось само собой.

Все тут же обернулись, у брата, кажется, мелькнула вина во взгляде, но это не точно.

— Хочу, чтобы ты, дорогая моя, — он особенно подчеркнул слово дорогая, явно намекая на немалый выкуп, уплаченный за меня, — по достоинству оценила мой дар. Провела с ним побольше времени, пока мы его не умертвили, а то когда ещё представится такая возможность.

На слове «умертвили» я покачнулась. Он собирается его убить? Хотя, что ещё ждать от такого изверга?

— Но если это мой подарок, разве не мне им распоряжаться? — Как я ни старалась, мой голос дрогнул.

— Тебе, конечно. — Расплылся в ехидной улыбке Ворталх. — И, предвосхищая твоё желание как можно быстрее от него избавиться, скажу, что тебе придётся провести с ним некоторое время. Это закалит твой дух и расставит жизненные приоритеты.

Я прикусила нижнюю губу, чтобы не проговориться. Пусть считает, что я сплю и вижу, как бы избавиться от дракона — мне же лучше. Ведь тем сильнее он будет заставлять быть с ним, чтобы смириться со своим положением. Видимо, он хочет сыграть на контрасте, чтобы после «ужасного» змея я посчитала его кандидатуру менее мерзкой.

— Но он ведь просто отвратительный! — Подыграла я ему. — Как же я выдержу такое?

— Ты — будущая королева, — строго и в то же время патетично выдал жених. — Ты должна уметь выдержать всё!

Ага, особенно тебя на брачном ложе. Брр, даже представлять себе такое не хочу!

— Пожалуйста… — Я попыталась пустить слезу, прекрасно понимая, что такого человека это точно не убедит, разве что в том, что он на верном пути. — Я ведь просто девушка, я даже меч не умею держать.

— И это хорошо, — довольно хмыкнул король Эйрона. — Додержалась тут одна — казнить пришлось.

Кажется, он имеет в виду свою дочь. Хотя, насколько я помню, там и сыновья были. Двое. Да, всего у Ворталха имелось трое детей — теперь я точно это вспомнила.

— А если я в обморок опять упаду? — Кое — как, но я таки выдавила из себя слезу! Она покатилась по моей щеке, оставляя мокрый след.

— Пару раз упадёшь, на третий уже не станешь, — постановил тот категоричным тоном. — Всё, хватит пока разговоров, пойдёмте завтракать.

Я еле сдержалась, чтобы не улыбнуться. Это была чистая победа. Теперь я точно смогу подольше побыть возле Карвела, попытаться достучаться до него с помощью мыслеречи и понять, как его спасти! Главное — не забывать держать испуганный вид, чтобы никто ничего не заподозрил. Впрочем, бояться мне есть чего — я буду бояться за него. За того, кто оказался вернее всех людей!

Я качалась на мерных волнах океана, тёплые воды обволакивали тело, чьи-то руки поддерживали, чтобы не пошла ко дну. Ласковые прикосновения ладоней будоражили девичьи чувства, горячее дыхание опалило ухо.

— Красавица моя, — проговорил чей-то голос.

Он был таким глубоким, таким красивым, что я его ничуть не испугалась. Как и прикосновений, ведь они ощущались как нечто родное.

— Посмотри на меня, — попросил меня голос.

Я подчинилась ему, повернула голову, отчего волосы тут же прилипли к спине, но до них ли мне было? Пред моим взором предстал мужчина: огромный, крупнее Урлуха, его обнажённый торс тут же вызвал румянец смущения. И, тем не менее, я не опустила глаз, напротив, подняла взгляд выше и окончательно обмерла. Лицо казалось высеченным из камня каким-то гениальным скульптором — настолько оно было идеально. О том, что это живой человек, свидетельствовали его слегка розоватые губы и ярко-синие глаза. Они завораживали, погружали в сладкий транс, обволакивали негой.

— Я люблю тебя, — произнёс этот невероятный мужчина самые заветные в жизни любой девушки слова. — Ты — моя истинная пара.

Я открыла было рот, чтобы спросить, что же это значит, но мне не позволили. Прервали вопрос самым сладким образом, приникнув к моим губам. Я вздрогнула, по телу тут же поскакали мурашки, а когда его горячие руки прижали меня к не менее горячему телу, то они и вовсе взбесились.

Кровь побежала быстрее, голова закружилась, я почувствовала, что вот-вот, и сознание уплывёт в дальние дали…

— Не уходи так быстро, — проговорил мужчина, отрываясь от моих губ, — я хочу ласкать тебя как можно дольше, пить нектар твоих уст, слышать, как ты часто дышишь.

Она подхватил меня не руки, сделал пару шагов, и вот подо мной уже мягчайшая перина, а он совсем близко нависает, давит своим горячим телом, подчиняя своей мужественностью.

— Кто ты? — шепчу ему в губы, которые уже готовы вновь прильнуть к моим губам. — Как тебя зовут?

— Ты не догадалась? — В его глазах добрая усмешка. — Твой истинный. Карвел.

Его зрачки из круглых перетекли в вертикаль, и тогда я узнала их. Эти глаза! Не человечьи — драконьи!

— Что? — от изумления я вскрикнула и… проснулась.

Карвел

— Куда?! — завопил Ворталх, глядя, как скрывается в портале Феалла. — Это моя жена!

— Размечтался, — рявкнул я, посылая ему в голову самые мрачные мысли.

Что он не достоин такой чистой и прекрасной девы, что никакие богатства не способны купить искреннюю любовь, и вообще, пора угомониться и достойно встретить старость, а не лить кровь безвинных драконов ради себя любимого.

Я так увлёкся, что не сразу заметил, как воздух вокруг нас словно сгустился и немного потрескивал — это Старв присоединился к нашей компании и схлестнулся с незнакомым мне пока магом. Похоже, это и есть тот самый друг Вирртана, помощник Раттарда (точнее уже бывший) и вообще отличный парень. Потому что далеко не каждому хватит мужества послать к драху магическую карьеру и не побояться восстать против собственного короля и наставника. А теперь и вовсе — схватиться с заведомо более сильным противником, ибо, несмотря на относительную молодость, Старв имел степень архимага. И это значит, что долго парень не продержится, надо помогать.

— Урр, возьми на себя короля, только не убивай, я хочу сделать это сам, — крикнул я закадычному другу, сам же отпустил сознание Ворталха и принялся пробиваться сквозь броню Старва.

Было нелегко. Как я и подозревал, защита на нём стояла отменная, в том числе и ментальная. Но некуда отступать, настало время истины: либо мы их добиваем, либо они нас.

Краем глаза я заметил, как Ворталх выхватил свой любимый меч с рубинами на рукоятке, как со свистом рассекает воздух двуручник Урлуха.

Не отвлекаться! Собраться с силами и совершить рывок, пусть от этого трещит голова и шумит в ушах. Нельзя останавливаться, не для того мы столько всего преодолели, чтобы сейчас отступить.

Преодолевая жуткую боль я почувствовал, как ментальная защита Старва затрещала. Или это воздух вокруг нас? Похоже, и то и другое — парень, который бывший помощник Раттарда, видимо, решил поднажать.

— Что за драхи сюда явились? — Наконец-то уловил я мысль Старва. — Куда девался дракон?

Перед моим взором мелькнул образ пустого бассейна, куда в первую очередь кинулся маг, когда почувствовал, что магическая защита замка кем-то пробита.

— Я и есть дракон! — послал ему ехидную мысль, отвлекая, сбивая с толку.

Получилось! От моей новости Старв опешил, осёкся буквально на пару секунд, всматриваясь в меня своим цепким взглядом…

Нам этого хватило.

Маг-помощник вытащил из кармана какой-то амулет, собрался активировать, Старв тоже поднапрягся, и тогда я сделал ещё один рывок. Устремил все свои силы, дабы пробить его ещё сильнее…

— А теперь сдохни! — послал ему такой силы мысль, что тот дрогнул.

Лицо его побелело, вены проступили тёмно-синими реками, глаза подёрнулись пеленой, но даже в таком состоянии он продолжал держать магическую оборону. Не отпускал то заклинание, которым давил и которому противостоял маг-помощник.

Недолго он держался, ибо парень сумел-таки активировать артефакт. Тот вспыхнул ярким слепящим светом, обволок наши фигуры, включая Ворталха (он стоял слишком близко к Урлуху), отрезая нити волшбы, тянувшиеся к нам от Старва.

Архимаг рухнул на колени. Его руки тряслись, изо рта шла пена, вот только… я тоже рухнул на колени, чувствуя себя ничуть не лучше этого треклятого засранца.

— Когда посылаешь мысль, способную убить живое существо, ты убиваешь сам себя. — Вспомнились слова Маривы. — Мы, драконы, не убийцы. Мы — созидатели, творить смерть не в нашей природе. Исключение — охота за пропитанием. И там мы не используем силу мысли, только физические навыки: сила, ловкость, скорость.

— Но если будет бой не на жизнь, а насмерть? — спросил я тогда.

Мы сидели с остальными учениками в большой круглой пещере, внимали словам нашей Хранительницы и пытались уяснить законы мироздания.

— Мысль — самая большая сила на свете, — наставительно проговорила Марива, покачивая указательным пальцем. — Короткая, нереализованная мысль практически не оставляет в нас следа, более серьёзная формирует нашу сущность, но самая сильная из них — эта та, которую мы посылаем кому-то с особым чувством. С особой силой. И у этой силы будет отдача.

— Ладно, живи, — пробурчал я Старву, пока тот окончательно не умер.

Сердце тут же ожило, словно его отпустила ледяная рука, готовая в любой момент сжать пальцы. Но, несмотря на то, что я вроде как исправился, на меня накатила слабость. В очередной, драх подери, раз! Кто бы знал, как мне это надоело.

— Вяжи его на всякий случай, — словно издалека раздался голос Урлуха. — Королька я уже того.

В смысле того? Преодолевая жуткую слабость, я повернул голову в сторону Ворталха — жив. Связан, зол, грязен, но жив. Хорошо, я сам хотел его прикончить…

На этом мои мысли потухли.

Феалла

Гангеретта с укоризной вздохнула, когда я вернулась в спальню совершенно растрёпанная и с вспухшими от поцелуев губами.

— Госпожа, негоже так себя вести, даже несмотря на столь смутное время. — Она поджала губы, глядя, как я смотрюсь в зеркало.

Мои глаза сияли, губы шевелились, словно ещё доцеловывали Карвела, на щеках играл румянец.

— Отличное время! — не могла согласиться со служанкой. — Ворталх заперт в своих комнатах, Старв закован в антимагические кандалы, Карвел на свободе, да и Вирртан с Клеттоном смогли добраться до Урлуха и Нади. А не сгинули в море, например.

— Неужто дракон вам милее, чем обычный человек? — не выдержала Гангеретта и таки задала этот вопрос.

Он явно зрел в ней давно, но суматоха предыдущих дней не позволила его озвучить.

— Знаешь, я не видела от него ничего, кроме добра. — Я продолжала смотреть на себя в зеркало, только сосредоточилась на глазах. Ведь говорят, что они никогда не обманывают! — Да, я пока мало знаю его, как человека, да, страшновато соглашаться на жизнь среди драконов, но сердце…

Я осеклась, ибо на этих словах в груди стало тепло-тепло, а глаза засияли ещё сильнее.

— Я с драконами точно жить не собираюсь! — категорично отрезала Гангеретта.

Я с удивлением посмотрела на неё. В общем-то, ей никто этого и не предлагал, с чего она взяла, что её туда пустят? Она вообще не представляет, где это и как там всё устроено. Я, конечно, тоже мало чего знаю, но остров Карвела, по крайней мере, видела. А ещё Надя шепнула мне на ушко, что все драконы отлично магичат в плане созидания, то есть волноваться относительно отсутствия дома нет причин. Карвел всё сможет создать, когда это понадобится.

Но как же экономия Материи?

— У них там свой Источник есть, — ответил тогда Урлух. Оказывается, он давно нашёл нас, шушукающихся в уголке, и умудрился незаметно подобраться. — Но, в отличие от людей, драконы умеют контролировать его энергию куда лучше. Вокруг этого острова нет бури и вихрей, Марива прекрасно направила всё это на расширение границы, благодаря которой никто из людей не сможет попасть на архипелаг, если его, конечно, не пригласят сами драконы.

Нет, как всё-таки удивителен мир! И как он сильно отличается от того, что написано в Большой Энциклопедии Марэлла!

— Гангеретта, а куда бы ты хотела отправиться после того, как разбирательства закончатся? — Я отвлеклась от воспоминаний и повернулась к служанке, ловя удивление на её лице. — Чем ты занималась до того, как тебя приставили ко мне?

— Служила в доме господина Раттарда. Когда его супруга была жива, камеристкой ей приходилась.

— Ты хочешь туда вернуться?

— Нет! — воскликнула она с такой горячностью, что мне стало её жаль.

Что же делать? Женщина она хоть и своеобразная, но вполне человечная.

— А в саму Моривию?

— Не знаю, — Гангеретта растерянно развела руками. — У меня там никого нет, кроме господина Раттарда. С остальными слугами я мало общалась, да и некогда было — работы всегда хватало.

— А что с контрактом? — Только сейчас я поняла, что они должны были юридически оформить её работу у меня.

— Контракт передан господину Ворталху вместе с документами о вашем бракосочетании, они связаны. — Она передёрнула плечами. — Здесь я тоже не хочу оставаться.

— Разумеется. — Я даже не сомневалась в этом. — Так, ты ведь приписана ко мне?

— Да.

— Смотри, после того, как разбирательства закончатся, мы собираемся плыть в Армарию. — От названия страны суровы варваров (хотя как по мне, то варвары — это эйронцы, а не армарийцы) Гангеретта вздрогнула.

— Я слишком стара для таких авантюр, — отмахнулась она. — Тем более что там вы всё равно надолго не задержитесь.

— Да, не задержусь, — сказала, а потом поняла, что всё.

Вот оно — окончательное решение. Я действительно выйду замуж за Карвела. Да, он — дракон, и что? За последние дни я убедилась, что он очень даже нормальный человек, и мне в нём нравится не только внешность и сладкие поцелуи. Он решительно хорош во всём: обходителен, вежлив, не пасует даже перед Хранителями, хотя те и смотрят на него алчными взглядами.

Конечно, когда ещё вот так лицом к лицу встретишься с драконом, к тому же в человеческой ипостаси!

А ещё меня явно успокоило то, как по-свойски обращается с ним Урлух. Они даже на мечах тренировались, причём Карвел проигрывал армарийцу из-за того, что двести лет не имел практики. И ничего: не сожрал его, даже сильно не разозлился и не попытался придавить ментально. А ведь мог — это одна из его сильных сторон.

Нет, лучшего мужа мне не сыскать на всём белом свете. Да, иногда он покрывается чешуёй и отращивает зубы и хвост, с кем не бывает? Зато он любит меня, а я его. Да, совершенно точно, я люблю его! Долой предрассудки!

Лишь бы остальные драконы не стали против меня выступать, всё же я — обычный человек…

Карвел

К свадьбе мы готовились по всем правилам: несколько дней изоляции, особая диета, размышления о выборе. Поскольку сомнений у Феа ещё на Эйроне не осталось, а у меня и того раньше, то мы по большей части общались по мыслеречи. Не представляю, как люди без неё обходятся? Я бы точно свихнулся сидеть взаперти и не разговаривать со своей парой.

Надя обозвала нас читерами, когда пришла проведать Феа за сутки перед обрядом. Оказалось, что это такой термин из её родного мира, обозначавший тех, у кого есть дополнительные возможности при прохождении миссии, каких нет у других.

Что поделать, мыслеречь — часть моей сущности, поэтому, пусть хоть как называет, мне без разницы.

— Знаешь, я так рада, что Вирртану позволили учиться в Армарии, — в который раз проговорила Феа. — Мне так понравились оба короля, а уж королевы и вовсе прекрасны!

— Согласен, тут его точно обучат как надо, — не мог не согласиться. — Старшему брату тоже бы не помешало поучиться уму-разуму, но там, похоже, тупиковый вариант развития человека.

— Настолько тупиковый, что я искренне жалею его будущую жену, кто бы ей ни стал, — хихикнула Феа. Потом вспомнила кое-что и посерьёзнела: — Слушай, завтра обряд, и я всё больше волнуюсь о твоих родителях. Они точно успеют к нужному времени?

— Да, сегодня вечером уже будут здесь. Правда, увидеть мы их не сможем из-за подготовки, но завтра в Храм они обязательно придут.

— Ненадолго. — Её голос дрогнул, ведь она прекрасно знала, что нас ожидает там, в ритуальном бассейне.

Знала и трепетала. От волнения, от предчувствия скорой близости, от того, что уже завтра мы станем единым целым, и больше никто не посмеет распорядиться её судьбой вопреки воле самой Феа!

А уж как волновался я, ибо боялся, что в порыве страсти могу слишком сильно сжать её — мою нежную Феа. Да, она давний потомок одной из дракониц, но столько времени прошло — у людей поколения сменяют друг друга гораздо быстрей, чем у нас. Что там осталось в ней от её предка?

— Не волнуйся, Надя и королевы говорили, что во время обряда я стану сильнее, ведь возьму от тебя часть свойств. — Моя чуткая пара всё уловила без лишних слов. — В крайнем случае, крикну своим особенным воплем — мигом охладишься.

Последнее она сказала в шутку, но именно это меня немного успокоило. Её крик действительно особенный — в этом мы убедились не единожды.

— Жаль, что ты начала входить в силу только после восемнадцати. — Мы с ней успели детально обсудить особенности её голоса.

Оказалось, что в детстве и юности её крики были пронзительными, но не настолько, каковыми стали позже. Правда, из-за них она изрядно получала от главного мага, который периодически грозился лишить её голоса.

— С одной стороны, ты прав, с другой, неизвестно, что бы сделал со мной Раттард, будь мои детские вопли настолько серьёзной угрозой. Помнишь, как он кинул в меня заклинанием?

— Ещё бы не помнить, и знаешь, я надеюсь, что Хранители используют его по полной в общественных работах, которые ему предписали.

— О да, я тоже! Пусть лаборатории после практических занятий отмывает. Вручную! Или в столовой картошку чистит. Беренгария мне рассказала, как наказывают нерадивых учеников и ослушников на Цимме.

Так мы и проболтали до самого рассвета. Не могли уснуть — слишком нервничали перед обрядом. Лишь когда к нам пришли слуги помочь с омовением и облачением, пришлось отвлечься.

Несмотря на сильную драконью сущность, меня познабливало. И потряхивало. Не терпелось поскорее увидеть свою пару, обнять её, вдохнуть чудный аромат, присущий только ей. Раскрыть губами её податливые губки, захватить их в плен поцелуя, показать, как сильно я её жажду…

Хорошо, что ритуальный балахон такой широкий, как и плащ, который мне накинули поверх ритуального одеяния — не видно, как сильно я возбудился. Не то чтобы я стеснялся, но родители, которые ждали меня у входа в Храм, могли смутиться.

— Сын, ты не перестаёшь меня удивлять. — Отец тепло улыбнулся. — Из всех возможных дев ты нашёл самую невозможную и самую прекрасную. Не считая твоей матери, конечно.

Мама довольно улыбнулась и произнесла:

— Она прекрасна не только телом, но и душой. Мы с удовольствием примем её в нашу семью.

— Спасибо! — Я хотел бы их обнять, но нельзя — физический контакт перед ритуалом строго запрещён, даже если это твои самые близкие люди.

И это правильно, на самом деле. Ты сосредоточен только на своей паре, и когда Размар задаст нам главный вопрос, первое, что он должен увидеть в наших умах и сердцах — истинную пару. И никого больше.

Когда мне завязали глаза, я только усмехнулся. Во-первых, я даже через каменную стену вижу, во-вторых, аромат моей Феа ни с чем не перепутать. Ну а в-третьих, наши мысли и эмоции давно переплетены. Я нашёл её, даже не прибегая к мыслеречи. Она тоже не вздрогнула, когда я положил ей на плечи свои руки, пусть и не видела меня глазами.

— Да, с вами этот этап обряда очень условный, — хмыкнул Жрец Размара — высокий худой старец с острым взглядом и хищным носом.

Он стоял напротив нас с ритуальными чашей и кинжалом, готовый взять кровь, необходимую для обряда.

— Кровь дракона, отданная добровольно — за это бы побилось множество магов, — не удержался я от ехидства, глядя, как голубоватые капли падают в чашу.

— И скоро я получу к ней полный доступ, — не менее ехидно отозвалась Феалла. — Буду пить по утрам и никогда не постарею.

Я чувствовал, как внутри она буквально искрится от смеха, обрадовался, что она не тушуется и не боится. Видимо, то, как встретили её мои родители, сильно взбодрило Феа, да и наши разговоры, к утру перешедшие на анекдоты (точнее, на воспоминания о самых идиотских ситуациях, произошедших с нами), способствовали игривому настроению.

Не прошло оно и когда мы прыгнули в бассейн. Феа чуть не расхохоталась от мысли, что в своё время посмеялась над рассказом Нади об этой традиции, а теперь вот и сама в этом участвует.

— Привыкай, с таким мужем тебе часто придётся находиться в воде, — не менее ехидно заметил… Размар.

Надо же, за всем этим смехом мы и не заметили, как Бог пришёл.

Размар и Фрейлия

— Что ты будешь делать с Эйроном теперь? — Фрейлия, богиня Коринии парила над ковром, показывая своей маленькой дочке, как правильно управляться с левитацией.

Буквально час назад они с мужем, богом Армарии, почувствовали невероятное — к Размару воззвали те, чьи предки некогда предали его. Конечно, прекрасноликая Богиня ощутила лишь отголоски, а вот Размару досталось по полной. С одной стороны, то было невероятно сильно, с другой — весьма болезненно. Ведь та рана, которую он получил от раскола Армарии, от предательства тех, кого он создал, болела долго, да и не затянулась до конца. Нет-нет да он поглядывал в сторону Эйрона, смотрел, как постепенно бывшие армарийцы становятся более дикими, утрачивают ту парадигму, которую он им задавал.

Становятся больше зверьми, нежели людьми. Не по облику, но по внутренней сути. Не все, но многие. И вот те немногие, в которых ещё осталась божья искра, кажется, взяли верх над остальными, в том числе королём.

— Я глянул одним глазом, но пока не разбирался — прихожу в себя. — Суровый бог Армарии чувствовал себя донельзя странно.

Словно ему пытались пришить обратно давно отрезанную конечность.

— Папа, смотли, я висю как мама! — воскликнула очаровательная девчушка с золотистыми кудрями.

Несмотря на божественное происхождение, шепелявость её не миновала. Всё же ей совсем немного лет.

— Умница! Из тебя вырастет отличная богиня! — Улыбнулся своей ненаглядной егозе грозный Размар.

С другими грозный, но не с ней. Он даже не мог предполагать, насколько сильно умеет чувствовать, пока не родилась она — Вереника. Он ощущал безмерную силу и такую же безмерную слабость. Понимал, что не просто убьёт ради неё, но и готов убиться сам, если вдруг… Нет, не будет этого вдруг, он обязательно проследит, чтобы никто не посмел прикоснуться к его дочери.

— Давай вместе сходим, когда она заснёт, — предложила Фрейлия, видя, как любимого супруга разрывают противоречия.

Она опустилась на пушистый ковёр, подошла к нему, с нежностью провела рукой по его лицу.

— Пожалуй, это будет не лишним, — хрипловато выдал Размар. — А то, боюсь, я могу разнервничаться и не сдержаться.

Он положил свою руку поверх её руки, такой тонкой, изящной и в то же время сильной.

На том и порешили. Едва глазки Вереники сомкнулись, они покинули свои чертоги, парившие в небесах над облаками, и отправились в суровые земли Эйрона, приняв облик двух старцев. Оказавшись на месте, Размар с изумлением узрел, как потомки его подданных очистили некогда разрушенный и заброшенный Храм, как натаскали в полуразвалившийся бассейн воды, как встали вокруг него на колени и неистово молились.

— Прости нас, грешных, прости наших пращуров, которые в гордыне своей отказались от тебя! — взывал один из мужчин.

Остальные согласно кивали головой, мол, всё так. Они не заметили старцев, стоявших за одним из гигантских обломков.

— Мы проснулись! Очнулись от векового сна! — Мужчина патетично, но совершенно искренне вздымал руки к небу, пытаясь дозваться до отторгнутого когда-то Бога. — Свергли тирана, посмевшего нарушить извечный закон дружбы между драконами и армарийцами. Одолели всех предателей, которые прислуживали ему и помогали в том чёрном деле.

— Прости нас, неразумных, — подхватили остальные.

— Мы готовы ответить за грехи предков, только прими нас обратно под своё покровительство, — слово снова взял местный духовный лидер.

Он нравился Размару всё больше и больше, ибо чувствовалось, как тот буквально горит изнутри. И тогда он решился.

— Что вы сделали с вашим королём? — Размар не показывался, люди лишь услышали его голос.

Народ резко замолчал. Не веря своему счастью, мужчина ответил:

— Схватили и посадили в темницу. — Его голос дрогнул от волнения. — Мы не стали его убивать, чтобы ты лично смог его покарать.

— Ясно. А дальше что? Для чего вообще вы меня позвали? — Размар специально добавил металла в голос.

Хотел прощупать собравшийся народ.

— Хотим вернуться к истокам, вымолить прощение, встать на путь истины. — Под конец голос мужчины дрогнул.

Фрейлия ласково улыбнулась супругу, положила руку на его плечо. Размар задумался. С одной стороны его тронул энтузиазм бывших подданных, с другой, боль от прошлого предательства напомнила о себе с особенной силой. Правда, прикосновение любимой супруги изрядно усмиряло буйство чувств.

— Почему так долго ждали? — Он понимал, что гнёт Ворталха, как и предыдущих королей всегда поддерживался магами, но ему было интересно, что ответят эти люди.

— Слишком сильна была его защита. Даже наследники не смогли его одолеть, за что лишились своих голов, но сейчас всё изменилось. Во-первых, он нарушил непреложный закон — предал драконов, и этого никак нельзя простить. Если у тех, кто служил ему в замке, совесть не проснулась, то мы, простые воины, считаем это неприемлемым. Ну и во-вторых, главного мага лишили Силы, а Ворталха права заключать контракты с другими магами!

— Не вредничай, — прошептала Фрейлия, лукаво улыбаясь. — Они полны искреннего раскаяния.

Размар провёл пальцем по её очаровательным губкам, которые он видел сквозь личину старухи, вздохнул.

— Вам придётся пройти не одно испытание, — выдал он, наконец. — И для начала восстановите стены Храма.

— Спасибо, великий Размар!

— Да славятся твои деяния, о, великодушный Создатель!

— Мы всё исполним, Творец!

Люди радовались, как никогда. Им ответили! Они получили шанс вернуться к нормальной жизни, а не выживанию! Да, тот тектонический сдвиг, благодаря которому они нашли в горах согревающие камни, здорово помог в борьбе против холода, но разве это жизнь? После того, как отколовшуюся часть армарийского континента унесло далеко на север, они никогда не могли выйти на улицу без тёплой одежды. Разве это нормально? Разве можно назвать полноценной жизнь без высшего благословения, без Силы, которую даровал их душам Создатель?

Нет, это лишь жалкое существование. И чем думали их предки, когда поступали столь опрометчиво? Не иначе, как гордыня взыграла.

— Я бы на твоём месте вернула осколок обратно, воссоединив целое, — задумчиво проговорила Фрейлия, возвращая себе истинный облик.

Они покинули Эйрон, вернулись в свои чертоги как можно быстрее, ведь там их ждала маленькая непоседа. Мало ли, вдруг она уже проснулась?

— Посмотрим, насколько сильно будет их желание, — откликнулся Размар, тяжело опускаясь на диван. — И захотят ли этого сами армарийцы, тут я не собираюсь навязывать свою волю. Потому что сам не уверен, какова она.

Его терзали сомнения, ведь предав один раз, люди могут сделать это вновь. С другой стороны, нити Судьбы порой причудливы и удивительны даже для богов. Простых Богов — демиургов. Ведь есть и те, которые создали куда больше…