Прошло три года со дня моей и Дариана свадьбы.

Сквозь сон, я услышала какой — то громкий трезвон. Так в моей земной жизни звенели трамваи у меня под окнами квартиры, рядом крупный перекресток и всегда находились любители перебегать дорогу, невзирая на красный свет светофора. Поэтому вагоновожатые, приближаясь к этому перекрёстку, всегда заранее трезвонили. Ну, надо же, вспомнилось что-то.

Я лениво перевернулась, решив поваляться ещё в постели, благо, на нашей кровати можно валяться хоть вдоль, хоть поперек. Дариана не было, он вместе с Георгом уже вторые сутки на очередных переговорах с заморскими правителями. Но мой поворот в постели не удался. Головой я упёрлась в преграду, а ноги повисли в воздухе. Что за чертовщина?

Глаза открылись резко, тело так же стремительно село на кровати, едва не слетев с нее на пол. Я смотрела и не понимала ничего. Вокруг была моя земная комната, а сидела я на своей узкой односпальной кровати у стены. Поэтому я чуть и не упала. Ничего не понимаю. Мне снился сон? Другой мир, магия, волшебство, любовь, Дариан???

Стало так горько, что все это только сон. Слезы выступили сами по себе, я вытирала их руками, а они все капали. Что-то царапнуло кожу на щеке. Я убрала руку от лица и посмотрела на нее. На пальце хищным белым светом сверкнул длинный бриллиант помолвочного кольца!! Это не бред??

Я торопливо осмотрела себя. На мне та же самая мини пижамка, в которой я ложилась спать в своем особняке в мире Валент. Подскочила и рванула к зеркалу в дверце шкафа. Там, во весь рост и красу, отражалась я, около тридцати лет возрастом, взлохмаченная, с безумными глазами, но со всеми драгоценностями, которые были на мне, когда я ложилась спать в другом мире. Серьги, цепочка на шее, кольца, обручальное и помолвочное, ещё одно, изящное с небольшим изумрудиком, в окружении мелких бриллиантов. Мое любимое, я его носила, не снимая.

Метнулась к окну, высунулась почти до пояса из приоткрытой створки, несмотря на утреннюю зябкость апрельского? утра. Обычный городской пейзаж, магазин напротив, толпа людей на остановке, а вон и трамвай уже на перекрестке. Я обессиленно привалилась к окну. Что такое? Что происходит? Ветерок холодил спину, мокрую от страха и непоняток.

В коридоре послышались шаги и знакомое покашливание. Сергей, мой земной муж — сосед, завзятый курильщик и поэтому по утрам всегда так кашляет. Мысли как будто завязли в густом желе и едва ворочались, просто машинально отмечая то или иное.

Ладно, трусихой никогда не была, надо выходить в мир, на свою войну. Подвязав покрепче поясом домашний халат, я шагнула из своей комнаты.

На кухне ожидаемо был Сергей, возился у плиты. Оглянулся на меня, дружелюбно произнес:

— Доброе утро, Аня! Ты вчера вечером так тихо пришла, я даже не слышал. Кофе будешь? Я сварю сейчас. Да, Нина звонила, говорит, что не может тебе дозвониться, телефон вне зоны. Там у нее что-то с Колей, вроде не вернулся после работы и телефон тоже отключен. А у тебя, что с телефоном?

— Я потеряла где-то телефон вчера — еле ворочая языком, проговорила я.

Вышла из кухни, в прихожей на вешалке висела моя скоропомощная куртка, брюк и кроссовок не было. В кармане лежал мой кошелек с картами и деньгами, бумажник с документами. И все.

На пол я села, дотащившись до ванной. Голова шла кругом, я просто ничего не понимала. Почему Сергей не видит изменений в моей внешности? Ведь ни слова не сказал. Почему из всей моей одежды только куртка с документами? Где Коля? Что сказать Нине?

Тут меня затошнило с необыкновенной силой. Я с недоумением посмотрела на зубную щётку в своей руке. Когда-то давно, была у меня такая экспресс — диагностика: если утром я не могла почистить зубы без изрядной рвоты, значит, я беременна. И что, мне моё подсознание пытается сказать, что я беременна? Все, сознание окончательно решило покинуть такую тупую хозяйку…

Темнота в голове сменилась лёгким серым полумраком, пока не понимала, где я, что я, в сознании или все ещё в полубреду. Мне было тепло и мягко. А вроде бы я завалилась в ванной, а пол там плиточный, холодный. Негромкий женский голос засмеялся рядом со мной. Я вытаращила глаза и хрипло спросила:

— Кто здесь? И вообще, где я?

— Не волнуйся, Аня, все хорошо, ты не сошла с ума. Тебе вредно волноваться, ты же верно угадала — ты беременна.

Я настырно вопрошала свое:

— Что происходит?

Голос также спокойно продолжал втолковывать мне, непонятливой:

— Аня, успокойся и послушай, вопросы потом. Только и удалось прорваться к тебе, когда ты потеряла сознание. Ох и навертел же на тебя всяких охранок Коля! Молодец, на совесть работал. Ты беременна, это правда. Дочка у тебя будет. А твоему новому миру нужен ещё один сильный маг с чистой душой. Он не может там родиться, только в момент родов при переходе в другой мир получит свои способности. Как Маруся. Поэтому тебя вернули на Землю. Ты будешь здесь до родов. В момент родов тебя перенесут обратно. Все твои остались там. Периодически ты сможешь ментально общаться с Варварой, она устойчива психически и хорошо перенесет такой контакт. Можешь завершать свои земные дела, можешь работать, тебе ничего не угрожает. Из-за Колиных охранок и амулетов тебя все вокруг видят в твоём прежнем облике. Так что с этой стороны тебе ничего не грозит. Даже все твои магические умения останутся при тебе, используй их во благо. Чтобы ты не переживала за своих в Валенте, сегодня же вечером попробуй позвать мысленно Варвару. И в дальнейшем сможете с ней общаться, но не чаще раза в неделю, трудно чаще открывать канал в другом измерении. А пока береги себя и ребенка, все будет хорошо.

Голос затих. Может, у меня и появились бы вопросы, но беседовать было уже не с кем. Сознание медленно возвращалось ко мне. Я по-прежнему сидела на полу, прислонившись спиной к ванне, сжимая в руке зубную щётку. В дверь ванной стучал Сергей и обеспокоенно спрашивал:

— Аня, все хорошо? Ты долго не выходишь что-то. Нина опять звонила, ты с ней поговоришь?

— Да, все хорошо, сейчас выхожу — откликнулась я и встала с пола. Завершать земные дела? Ну, значит, меня ждут увлекательные восемь месяцев.

Наконец, умывшись и причесав мокрой ладонью взлохмаченные волосы, машинально отметив — подстричься бы, посмотрела на себя в зеркало. Вроде бы безумие из взгляда ушло, наоборот, смотрю внимательно и сосредоточенно, обдумываю то, что стало известно. Раньше я бы, конечно, ни за что не поверила бы в эту галиматью, но теперь, прожив почти четыре года в другом мире, я восприняла это как данность и готова строить конкретные планы на дальнейшую реальность. Подтянув развязавшийся поясок халата, бодро улыбнулась своему отражению и вышла из ванной. Прошла на кухню. Там Сергей наливал кофе в чашку. Ладно, сейчас выпью кофе, а больше ни-ни! Ребенку излишний кофеин ни к чему. Взяв чашку и поблагодарив кивком Сергея, сделала первый глоток, посмаковала, села на стул, посмотрела в окно, ещё помолчала и, наконец, произнесла то, что надо было сказать много лет назад.

— Знаешь, Сережа, давай разводиться!

Он застыл от удивления, полуобернувшись ко мне.

— Разводиться? Но почему?

— Прости, но я не хочу жить в обмане, плохо это и для меня и для тебя.

Сергей как-то сконфуженно отвёл взгляд.

— Прости, если сможешь, Аня, я не хотел, чтобы ты вот так все узнала, думал, сам как-нибудь скажу, и вот не мог все никак…

— Ты о чем, Сергей?

— Ну, ты же теперь знаешь, что у меня другая женщина, и… ребенок у нас будет… она все хотела с тобой поговорить, я не разрешал, все думал, сам насмелюсь.

Я уже вовсе вначале ничего не понимала, потом медленно до меня стало доходить — все это время муж изменял мне, завел другую семью, обманывал и там, обещая развестись со мной и ничего не делал. Узнаю Сергея! Ему лишь бы не волновать себя, любимого, и пусть все идёт, как идёт, лишь бы он не напрягался и беспокоился ни о чем. Не удивлюсь, если там у него менее комфортные жилищные условия.

Но для меня это сейчас самый лучший выход — я не буду чувствовать себя виноватой перед ним, выяснилось, что все это случилось задолго до нашего исчезновения из этого мира. И ничего Сергею объяснять не буду, все и так теперь ясно.

— Ладно, Сережа, будем считать, что ты мне все рассказал, подробности мне неинтересны, я тебя благословляю на новую жизнь и можешь собирать свои вещи и переезжать к новой избраннице. Если хочешь, я сама расскажу все детям.

Мне уже не хотелось ничего ни выяснять, ни говорить, но Сергей как раз желал побеседовать на живо интересующую его тему.

— А как квартиру делить будем?

Тут уже удивилась я.

— А чего ее делить? Это квартира моих родителей, она мне досталась по акту дарения, это мое личное имущество. У тебя есть квартира твоей мамы, как-нибудь уж делите с ней.

Я повернулась и вышла. Мне это было все неинтересно,

Уже потом, в своей комнате, все хорошо обдумав, даже удивилась — я не чувствовала ни боли от измены бывшего мужа, ни раздражения от его меркантильных планов. Впрочем, Серёженька всегда был такой, влияние свекрови на него даже сейчас, в его уже немолодом возрасте, сказывалось значительно. Наоборот, чувствовала только облегчение. От того, что не я предательница, от того, что скоро все закончится, и от того, что теперь с полным основанием, могу честно сказать, что мужа у меня в этом мире нет. А вот за своего любимого Дара, я очень волнуюсь — как он перенесет мое исчезновение, разлуку со мной, да ещё и известие о моей беременности добавочный фактор для переживания.

Но пока меня больше всего беспокоил предстоящий разговор с Ниной, матерью Николая и моей двоюродной сестрой. Как она переживет Колино исчезновение? У нее и так очень тяжёлая судьба сложилась, а тут ещё это.

Много лет назад была у нее счастливая семья — любящий муж, умница сын — подросток. Все рухнуло в один момент, когда прозвучал страшный диагноз сына — лейкоз. И начались страшные дни метания по клиникам и странам. Нина даже решилась родить второго ребенка для того, чтобы иметь шанс для выздоровления старшего сына. Хотя гинекологи ей этого не рекомендовали, здоровье самой Нины тоже оставляло желать лучшего к тому моменту. Но забеременеть все не получалось, ей поставили диагноз — миома матки, вторичное бесплодие. И в довершение всех напастей — ушел из семьи муж, не выдержав всех этих тягот, сказав на прощание, что не может ждать чуда и хочет иметь нормальную семью и здоровых детей. Затем умер и Гриша, шансов у него уже не было. Похоронила сына, развелась с мужем, и через три месяца выяснилось, что "миома" ее вполне благополучно дрыгается. С ножками и ручками оказалась. (**) Нина продала квартиру в старом городе и вернулась в наш родной с ней город. Где и родила благополучно через три месяца Колю. С тех пор сын был для нее весь свет в окошке, замуж она больше не выходила. И теперь вот такое. Не знаю, что делать, что ей сказать? Правду? А не сочтет ли она меня сумасшедшей? Или ещё того хуже — напишет заявление в полицию, обвинив меня в гибели сына? Мало ли как отреагирует женщина на такое известие! И не дело это по телефону с ней говорить, надо иметь мужество встретиться с ней лицом к лицу.

Решено — сейчас спокойно завтракаю, одеваюсь и еду к Нине. А там как карта ляжет, посмотрю по обстановке. Тем более что мне обещали, что все мои способности остались при мне. Я не так часто пользовалась ментальной магией, а уж внушением и вовсе ни разу. Возможно, и придется это попробовать. Будет видно. Итак, все по плану, главное — не нервничаем, моей малышке это совершенно ни к чему.

Позавтракав, прошла в свою комнату, оделась. Про себя подивились, как странно перенёсся со мной мой гардероб — куртка, ключи, документы, деньги… ни штанов, ни кроссовок. Непонятно… хотя, что тут странного — и штаны и кроссовки банально изодрались все в мире Валента, там ведь три года прошло. Получается, то, что исчезло по какой-либо причине в том мире, здесь вновь не появляется? Из ничего не сотворишь чего? Ну вот, а как же лихие попаданки, которые прям из мирового эфиру так лихо материализуют все — от говорящего попугая до синхрофазотрона, тьфу, едва выговорила! Говорю же, неправильная я попаданка!

Но тогда, выходит, надо как-то решать проблему медикаментозного ящика. Если машина пропала вместе с Колей и всем содержимым от ворот подстанции скорой, то ящик "Рыжий АПП» по любому должен остаться был у меня, я за него отвечаю, пропажа ящика — подсудное дело. Надо срочно заезжать на подстанцию и осторожно выяснить, что к чему. И по-тихому забрать из кабинки свою одежду, положить форменную, штаны возьму дома, из старых, были где-то. Кроссовки просто куплю в магазине. Да, тогда придется брать машину… пешком везде не успеть. Водитель я не слишком активный, так, периодически сажусь за руль, да и машина у меня ещё от отца моего досталась. Уже десять лет как у меня, Шевроле-Нива, в просторечье — Шнива. Ее отец купил за полгода до своей смерти, так что досталась она практически новая.

Но первым делом я заехала в ЗАГС и подала заявление на развод. Благо там работала одна из моих частых пациенток, она страдала гипертонической болезнью, и мне не раз приходилось на вызове купировать ей гипертонический криз. Она уверила меня, что все пройдет быстро, так дети у нас совершеннолетние, никто из нас не является нетрудоспособным инвалидом, дележки совместно нажитого не предвидится. Так что в течение недели развод возможен.

Я вышла из ЗАГСа, села в машину и задумалась. А собственно, как так получилось, что нет совместно нажитого? Когда вышла замуж за Сергея, то мы начали жить у моих родителей, метраж квартиры вполне позволял. Потом родители переехали в бабушкину однушку, после ее смерти, им хватало. Мы остались жить в большой родительской квартире, родители оформили дарственную на меня. Потом выросли дети, ушли в самостоятельную жизнь, где у них и появилось свое жилье. Потом родители построили дачу с весьма неплохим домиком, и опять она досталась мне. Даже вот Шнива с гаражом в придачу тоже от них. Я небольшой любитель дачной жизни, а вот невестка, жена сына, чудная девочка, кстати, та очень любит копаться во всех этих сельхозделах, вот она и заправляет на даче. Дочь тоже равнодушна к земле, так что претензий не будет, дачу я оставлю сыну. Им нужнее. Как-то так вот и получилось, что Сережа ничего и не принес для достатка семьи. Конечно, зарплата инженера на заводе не сказать, чтобы и велика была, да я и не спрашивала, в общем. Короче, сама виновата. Зато теперь он будет абсолютно свободен и весь в новом семейном счастье. И в добрый путь ему, я даже платочком помашу вослед.

Теперь по плану, подстанция.

В здание удалось пройти незамеченной почти, только пару раз кивнули встреченные мною врачи из сменных бригад. Удачно поменяв свою одежду в служебном шкафчике, унесла свою одежду в машину. Вернулась и с душевным трепетом заглянула в каморку кладовщика — аптекаря, которому мы сдаём свои чемоданы и наркоту. Ни того, ни другого я сдавать не могла, и поэтому не знала, чего ожидать. Аптекарь, увидев меня, совсем ничего не сказал этакого, только спросил:

— Тебя тоже вызвали? Слыхала, Колька пропал?

Я сделала испуганное лицо. — Как пропал?

Аптекарь, найдя свободные уши, тут же взялся просвещать меня, радуясь возможности обсудить такой животрепещущий случай с новым человеком.

— Так вот так и пропал! Он тебя как высадил у ворот, и уехал, вроде заправляться, и нет его!

— А вы откуда знаете, или видал кто?

— Ну так по камерам все видно! Вот машина подошла, вот ты с чемоданом вышла, пошла на подстанцию сдавать, вон у меня и росписи есть, что приняли от тебя и чемодан и ампулы, а машина уехала, и больше по камерам наблюдения полицейским ее нигде в городе не видно было! А Колька тебе ничего не говорил, может, собирался куда?

— Нет, Васильич, ничего не говорил.

И я в задумчивости побрела к выходу, но была перехвачена на полпути нашей главной. Пришлось зайти к ней в кабинет. Там был следователь из полиции и ещё какой-то дядечка, вроде представили его, да я не запомнила.

Да, работала вчера с этим водителем. Нет, смена обычная была. Нет, никаких конфликтов за смену не было. Нет, о личных врагах и делах Николая мне ничего неизвестно. Нет, он мне не сообщал ничего о своих намерениях. Да, сказал, что поехал заправить машину перед сдачей сменщику, так всегда делается.

Уфф, кажется, все. Поняв, что ничего я не знаю и не скажу ничего нового, меня, наконец, отпустили. Выйдя во двор и подойдя к своей машине, вдруг услышала почти забытое — ШАУРМА, ШАУРМА, горяч, вкусна, падхады!!

Это у нас по соседству есть небольшая кафешка с восточной кухней. И перед обедом частенько хозяин, полный, высокий узбек Рахмон так кричит, привлекая клиентов. В основном, работников скорой.

Плотно пообедав, я ещё какое-то время сидела над чашкой зелёного чая. Рахмон знал вкусы своих постоянных посетителей и всегда подавал мне зелёный чай с жасмином, не слишком крепкий. Я сидела и понимала — я просто трушу. Вот так обыденно, боюсь посмотреть Нине в глаза. Что я ей скажу? Что ее сын никогда не вернётся? И ей суждено прожить остаток своих дней в одиночестве? А не будет ли это просто отсроченным убийством? И по моей вине? Ведь Коля и все остальные попали в Валент из-за того, что там понадобилась я, а мои спутники пошли просто прицепом. Очень сложный психологически такой разговор будет.

За стол ко мне подсел Рахмон.

— Все в порядке, Аня-апа? Ты сегодня какая-то печальная.

Я встряхнулась, и правда чего это я? Надо набраться мужества и сделать первый шаг на этом нелёгком пути.

— Все нормально, Рахмон-ака, просто задумалась, а у тебя тут так вкусно пахнет. Да что-то и ты сегодня тоже не веселишься, или случилось что? Ты скажи, может, помочь, чем можем?

Рахмон был доброжелательным, жизнерадостным человеком, жил в России всей семьёй уже лет двадцать. Часто нашей скоропомощной молодежи перед зарплатой не хватало денег, тогда Рахмон частенько кормил их в долг, махал рукой и говорил — а, потом отдашь! И всегда улыбался. А сегодня вид имел тоже тоскливый.

— Да вот, Аня-апа, беда пришла в мой дом. Внучок мой, Карим, дочки моей средней сынок приболел. В больницу Гуля с ним пошла, а там сказали, что кровь у него плохая, белая какая-то.

Красавицу Гулю я знала, видела ее не раз, прибегала она к отцу ещё девчушкой совсем. Сейчас эта девчушка, закончив педуниверситет, работала преподавателем физики, и вот сынишка у нее, годика четыре, кажется. Белая кровь, белокровие… лейкоз, что ли? Да, серьезный диагноз.

— А сейчас Гуля с малышом где, в больнице находятся?

— Нет, дома они, выписали их, сказали, поздно уже. Теперь дома.

— Ты, Рахмон-ака, дай мне адрес Гули, я вечером зайду, посмотрю, может, ещё есть шансы на борьбу, выписки посмотрю, может, чего посоветую. Ты Гулю предупреди, что зайду.

И, видя вскинувшиеся в надежде глаза Рахмона, выставила вперёд ладони.

— Нет, нет обнадеживать тебя не буду, просто посмотрю пока.

Получив нужный адрес, встала и пошла к машине, надо ехать к Нине.

Когда мне, на мой настойчивый звонок, открыли дверь, я собрала всю волю в кулак, чтобы не ахнуть! Мне открыла дверь не моя сестра Нина, а никто и ничто. В этой женщине не было жизни. Совсем! Потухший, безразличный взгляд, тусклые, повисшие лохматой копной волосы, заострившиеся нос и скулы. Повернулась ко мне спиной, и безразлично бросив.

— Проходи, Аня! — зашаркала какими-то разношенными тапками на кухню.

И это Нина, веселая шатенка с копной вьющихся волос, без единой сединки, сияющие голубые глазищи, которая в свои пятьдесят с небольшим выглядела максимум на сорок. Я даже не могла из себя выдавить просто — Здравствуй! — становился ком в горле.

Устроились на кухне, возле пустого, чистого стола, молчали, только Нина все сметала ладонью со столешницы какие-то невидимые глазу крошки. Наконец, она прервала молчание.

— Я знаю, Аня, ты не виновата, мне уже сказали, что видели, как ты шла на подстанцию, а Коля уезжал. Тебя с ним не было. Но Коля ничего не передавал тебе для меня? Скажи, Аня!

— Нет, Нина, ничего не передавал. Но ты так не волнуйся, может, все ещё образуется, найдется Коля, мало ли что у него могло случиться, а ты так рвешь себе сердце. Успокойся.

Я осторожно просмотрела ауру и сознание Нины, хорошо, мои приобретенные способности остались со мной, как и обещал неведомый голос из ниоткуда. Все было серым, как в клубящиеся мутном тумане. Сознание просто отключило все мыслительные способности, только где-то вдали смутно угадывалась бредущая в холодную муть фигура. Чтобы вытащить Нину из этого, нужна какая-нибудь сильная эмоциональная встряска. Пока я ничего не могла придумать. Нина меж тем продолжила монотонно говорить.

— Я знаю, мой Коля жив, просто его нет в этом мире…

Это просто резануло меня по сердцу, и я не выдержала, крикнула.

— Нина, хватит! Посмотри на меня!

Она покорно перевела свой взгляд на меня. Потом в глазах у нее мелькнуло удивление.

— Аня? А ты чего и изменилась вдруг? Прическа другая, да и выглядишь совсем молодой, и уши вон проколола, серьги у тебя красивые.

Нина встала, быстро подошла ко мне, взялась рукой за мою серьгу, потом так радостно улыбнулась.

— Коленьки моего тепло от этой сережки идёт.

Я замерла, не веря своим глазам и ушам — она, что, видит меня настоящую?

И даже серьги? А ведь никто ничего про них не говорил, с кем я сегодня встречалась. Хотя должны, серьги весьма приметные и дорогие — удлиненный каскад из небольших бриллиантов. Тем более, я серьги никогда не носила, и уши были не проколоты. Обзавелась я этим дополнением ещё в Валенте, когда собиралась первый раз в театр. Очень уж подходили серьги к моему гарнитуру. Вот и проколола. А Нина их видит, несмотря на уверения "голоса", что никто ничего не заметит. И верно, в этих серьгах стоит Колина охранка. И это она видит. А может, ну ее, расскажу все, как есть? В крайнем случае, сотру это из ее памяти. Но "голос" этот допытаю, что это было. А, была-не была, расскажу!

И я приступила к рассказу. Нина слушала внимательно, задавала вопросы, вполне разумные, вскипятила чайник, достала что-то сладкое, разлила чай. И вовремя, кстати — от долгого говорения у меня уже першило в горле. Наконец, я закончила свой рассказ на том моменте, когда я проснулась на Земле.

Нина спокойно отпила чая, потом спросила.

— И что ты теперь намерена делать?

Пришлось рассказать и о беременности, и о таинственном "голосе" и даже про измену Сергея и про то, что я подала на развод. И то, что буду все это время готовиться к новому переносу — искать и скачивать любую полезную там инфу, закупать малогабаритные и необходимые там вещи. Денег у меня не так чтобы много, да и зарплата… Обнять и плакать, короче. Наверное, продам квартиру, разделю основную часть между детьми, а на остальное буду покупать. У меня ещё есть родительская однушка, проживу я там эти восемь месяцев.

Нина решительно перебила мои разглагольствования.

— Что от своего никчемушника решила избавиться — это ты молодец, правильно делаешь! Но только есть ещё и наша с Колей квартира и дача. Мы это быстро продадим, сезон покупок ещё вовсю идёт. И на все эти деньги будем покупать!

Увидев мое вытянувшееся лицо, она весело хмыкнула.

— Не думаешь же ты, что я теперь от тебя отстану? Нет уж, сестричка, хоть чучелом, хоть тушкой, но я с тобой! И пусть только попробуют меня не пропустить! Это мироздание и так мне должно за все! И Гришенька и Коля…

Голос у Нины сорвался, но она быстро справилась с собой. И теперь я вновь видела свою сестру — энергичную, решительную, собранную. Она выходила на тропу войны с мирозданием за своего ребенка! Я даже не стала лезть в ее сознание — и так было понятно, никакого сумасшествия там нет и в помине. Она выслушала, приняла информацию к сведению, проанализировала ее, и приняла решение. Теперь ее с этой дороги и танком не свернешь.

Уходила я от Нины с облегчением в душе. Сестра увидела цель — перейти вместе со мной и найти своего сына, так что медленного умирания больше не предвидится. Я обещала, что завтра с ней обязательно увижусь и расскажу, что мне удастся сегодня узнать. А для себя я решила, что вырву у этого разума мирового разрешение на перенос сестры вместе со мной. Шантажом, угрозами, любым способом, но я уже не могу оставить ее здесь.

А теперь мне надо навестить дочь Рахмона, Гулю, и посмотреть на малыша. Я не пробовала лечить лейкозы, да и прочие опухолевые заболевания, в Валенте мне такого не встречались, а на Земле это не работа скорой. Но попробовать-то можно?

В доме у Гули царствовала болезнь. Тихо ходили домашние, мама ребенка едва сдерживала рыдания, отец малыша прятал покрасневшие глаза. Малыш лежал в постели — прозрачный, худенький, с огромными глазами на бледном личике. В выписке, которую подала мне Гуля, однозначно было написано — острый лейкоз. Ремиссии достичь не удалось… да, прогноз крайне неблагоприятный, так что вариантов тут нет, надо пробовать лечить той самой магией.

Без малого два часа я провела у постели малыша — входила и выходила Гуля, Амин, отец ребенка, принес чай и сладости, что было к месту, я все сидела, всматриваясь в организм ребенка и стараясь скорректировать пролиферативные процессы в красном костном мозгу. С большим трудом удалось остановить генез больных клеток. Больше они не будут поступать в кровь малыша. На сегодня это все, что я смогла сделать для ребенка. Ну, ещё немного поддержала жизненные силы своей магией. Сегодня — завтра он будет чувствовать себя немного лучше, возможно, улучшится пищеварение — съеденная пища будет усваиваться, а не покидать организм ребенка сразу же. Завтра я приду вновь, по мановению волшебной палочки излечение не наступит. Не стала совсем обнадеживать родителей, сказала только, что шанс есть, и будем бороться.

На улице уже совсем стемнело, когда я, наконец, зашла в квартиру. Свет горел только в комнате Сергея. А, надо зайти, сказать, что я подала на развод. Не хочу делать это за его спиной, надо быть честной, хотя бы в своих глазах.

Драматического объяснения не случилось — я просто сообщила свое решение и ушла к себе в комнату. Ломиться следом Сергей не стал. Это и к лучшему, мне сейчас предстояло важнейшее дело — сеанс общения с другим миром.

Началось так же, как в ванной — короткая дурнота, серое нечто — туман, посторонняя мысль в голове: — Ты готова?

Я тут же мысленно громко завопила. — Нет!! Проблемы есть! Вы сказали, что изменений во мне никто не увидит. А моя сестра, мать Николая, все увидела, и что в моих серьгах есть охранные артефакты изготовленные Николаем.

Я даже мысленно почувствовала изменение в чужой мысли. Я бы даже сказала, что некоторая неуверенность в ней появилась.

— Возможно, магия крови? Николай ее сын? Поэтому видит сквозь охранные плетения своего сына и чувствует его ауру на вещах?

Я заторопилась, надо успеть высказать все, что я хотела.

— В первый раз перенос моих спутников и нашей машины получился случайным. В этот раз я просто настаиваю, на таком же варианте, но только не случайно, а осознанно. Нельзя оставить здесь Нину! Она погибнет!

Я представила ту картину, какой я увидела сестру, когда пришла к ней сегодня. И тут же торопливо "пересказала" историю жизни Нины, умоляя, объясняя, уговаривая взять со мною сестру. Угрожала, что из-за переживаний о сестре беременность может пойти не так благополучно, как хотелось бы.

Посторонняя мысль. — Твоя сестра не имеет отношения к оружию, которое может уничтожить людей?

— Нет, нет, Нина далека от этого! Она обычный человек! А если надо машину разбить, то я сама могу ее разбить на том месте у дерева!

Мысль хмыкнула. — Разбивать необязательно, а найдешь то дерево?

Я горячо уверила, что найду обязательно! В те минуты у меня даже ни разу не возникла мысль, и это к счастью, наверное, что Нине, как химику, скорее всего, известны многие отравляющие химические вещества и технологии получения химического оружия.

А тип предполагаемой к разбитию машины я не уточняла. Не КАМАЗ, конечно, но "шишигу"- то я могу купить списанную? То есть ГАЗ — 66. У нее и проходимость высокая, внедорожник, всё-таки, и объемный кунг для груза. Все эти мысли пришли потом. А пока я внезапно почувствовала как будто совсем рядышком, Варю. И тихонько позвала.

— Варя, Варюша…

И получила в ответ оглушающий вопль в своей голове. — Аня! Анька, зараза, ты где, прячешься, что ли??

— Варя, не кричи, оглушила! Нет, ты не сошла с ума. Ты сесть спокойно можешь? Ты где сейчас?

— Сесть могу, мы все дома у тебя, в гостиной. Дариан меня сейчас задушит, если я ничего не скажу, а то я заорала ведь.

— Варя, скажи всем, что со мной все в порядке, я жива. Но появиться дома сейчас не могу. Нет, меня никто не похитил. Меня просто перенесло вновь на Землю. Но я вернусь. Обещали, что через восемь месяцев.

— Аня, я сразу твои слова всем нашим передаю, иначе меня убьют здесь. На Дариана страшно смотреть стало к вечеру. Он утром вернулся, а тебя нет. И Никей докладывает, что ты исчезла. Колька тоже чуть с ума не сошел — ему охранки докладывают, что ты жива, но ни в одном месте на карте ты не проявляешься.

Варя отчётливо всхлипнула. Точнее, я почувствовала эту эмоцию, как всхлип.

— Варюша, я могу связываться мысленно только с тобой, и то не чаще раза в неделю. Скажи нашим, что меня перенесло практически в то же время, как мы исчезли отсюда. То есть в Валенте прошло четыре года, а здесь я опять в апреле четыре года назад. А теперь информация только для тебя, иначе я за Дариана не отвечаю и даже не представляю, что он может наворотить. Варя, я беременна! Из-за этого меня и перенесли на Землю. Вернут к вам только в момент родов, помнишь, как с тобой? Именно при таком переходе ребенок получит мощную магию, и моя дочь будет крайне сильным магом, Валенту это необходимо. Скажи нашим, что я могу с собой что-то принести, но не габаритное, на паровоз пусть не рассчитывают. Больше на инфу, какая нужна, и что-то малогабаритное. Пусть составляют заявки, ты мне будешь в следующий раз диктовать, я записывать. Ещё скажи Никею, что не надо закрывать дом и погружать в сон всех домовых, Душу и Сердце дома. Пусть все меня ждут. Дариану скажи, что я его сильно люблю и жду встречи, пусть ждёт и не сходит с ума. На сегодня все, готовьтесь к следующему сеансу связи.

— Аня, Анечка, я все поняла, мы тебя все очень любим, всё ждём. Все сделаем, как ты сказала. Значит, через семь дней. Мы будем ждать!!

Уснула я, чувствуя невероятное облегчение от того, что смогла наладить контакт со своей семьёй. Да, я абсолютно искренне, всех — и Варю с Петром и их дочкой, и Митрича, не говоря уж о племяннике Николае, да даже всех моих домовых — считала своей семьёй. И очень сильно беспокоилась, как они там? Что подумали, когда обнаружили мое исчезновение? Про Дариана, его реакцию на это, мне даже страшно подумать. Хотя внешне мой супруг и спокойный и бесстрастный, я-то знаю, какой огонь бушует под ледяной коркой. И если бы мне не удалось подать весточку о себе через Варю, я уверена, он бы перевернул все государства в том мире, в поисках меня. Хоть я и велела Варе не говорить о моей беременности, но способности к анализу ситуации и информации, у Дариана никто не отнимал. И рано или поздно он сумеет сделать правильные выводы.

И тогда… ой, что будет!! А пока не началось, я буду жить, и беречь своего ещё не родившегося ребенка, заботиться о своих родных, остающихся на Земле. Я только и успела пока просто позвонить дочери и сыну, поздороваться и спросить, как у них дела. Это для них прошел только один день, а для меня почти четыре года, как я их видела последний раз. Поэтому я пригласила их завтра встретиться в небольшом кафе в центре города. Хочу поговорить с ними, сказать, что мы с папой разводимся. Дети взрослые, не думаю, что это будет таким уж болезненным ударом для них.

Утро пришло с весёлым трамвайным перезвоном за окном, ярким солнцем и отличным самочувствием. Пока. До чистки зубов. Но это это после двух детей уже практически привычное состояние. Итак, какие планы на сегодня?

Первое — это конкретно поговорить с Сергеем, обрисовать ему все перспективы, чтобы у него не осталось ни иллюзий, ни возможных путей назад. Не хочу.

Второе. Выяснить все о возможности быстрой продажи квартиры.

Третье. Встреча с детьми. Это важно. Тем более, Танюша (дочь) намекала на какой-то сюрприз.

Четвертое. Увидеться с Ниной, проверить ее состояние.

Пятое. Мальчик Карим с лейкозом, зайти к нему обязательно.

Ещё хотелось бы, если останется время, то съездить в это Худорожкино. Это то, чего я страшусь. Именно оттуда мы забрали Варю, Петю, Митрича… как там сельчане отреагировали на исчезновение сразу троих людей? И почему, когда следователь допрашивал меня в кабинете главной, ни разу не спросил о крайнем вызове за смену? Интересно…

Разговор с бывшим мужем не слишком радостный вышел. Очевидно, он вчера не воспринял мои слова о разводе всерьез. Так же как и информацию о том, что никаким имуществом он и не обладает. Кто ему внушил мысль о том, что квартира и прочие ценности, подаренные мне родителями во время нашего брака, относятся и к нему тоже — не знаю. Уверила его, что он ошибается. Но может проконсультироваться у адвоката. Я же обязалась не претендовать на машину, которую мы приобрели вместе с ним, и которой Сергей пользуется сейчас. Пусть его. Мне и родительской Шнивы хватит. С напутствием на тему собирания вещей и отбытия к новой, молодой жизни, Сергей отбыл на работу, а я по своим делам.

Прихватив все бумаги на свое жилье, я отправилась в ближайшее риэлторское агентство. Там за мое предложение ухватились сразу, такие квартиры пользовались спросом у состоятельных людей. Единственное, что посоветовали, это быстрее оформлять развод. Ну, с этим дело не станет.

Теперь, мои дети. Как же я соскучилась по ним! Там, в Валенте, я все свои эмоции на тему детей загнала на самый нижний уровень души. Иначе становилось очень больно, так, что буквально корежило и выворачивало душу.

Только я подъехала к месту нашей встречи, как следом, с интервалом в несколько минут, появились и мои дочь с сыном. Обнималась и целовалась с ними за все четыре года. Чем немало удивила ребят. Новость о разводе с отцом они восприняли спокойно, сын, пожав плечами, сказал:

— А к этому, собственно, все и шло. Но, раз ты сама подала на развод, то не слишком тебя это и огорчает, видимо. А мы с Таней уже взрослые, нет, нам по-прежнему нужны и мама и папа, но если у вас у каждого своя жизнь, то мы ничего против не имеем. Вы же все равно наши родители и не перестанете быть ими.

Я мысленно вздохнула с облегчением. Всё-таки это был достаточно напряжённый момент, и мне не хотелось бы огорчать детей. Мои мысли прервала Танюша.

— Мам, мы вот хотели сказать тебе, теперь вот даже не знаем, как… Дело в том, мам, что Андрею (муж Тани), предлагают хорошую работу за рубежом. В Норвегии. В газодобывающей компании, а это же такой шанс… у нас он только и может, что работать в управлении нефтехимического комбината, а он ведь инженер — газовик! И квартиру предоставляют, и мне работа находится. Мне в издательстве предлагают книжки детские иллюстрировать…

Новость, конечно, была ошеломляющей. Но для своих детей я хотела лучшего, и, если Таня считает, что так будет лучше для ее семьи, то почему бы и нет? Сотовую связь пока никто не отменял, да и с моим последующим исчезновением пока не все понятно, как детям рассказать, а так, уехали в разные страны и ладно. Тут и Саша, откашлявшись, тоже виновато пробормотал.

— Мам, а мне тоже вызов из Канады пришел.

Даа… сумели детки удивить, до потери слов… нет, про то, что Саша подавал заявку на преподавание в одном из канадских университетов, давно знала, больше года назад это было, но вот так, одновременно. Честно, не ожидала. Но, может, и к лучшему? Единственно, что посоветовала, не продавать здесь свои квартиры, лучше сдавать в аренду. Мало ли, как жизнь сложится.

— И когда состоится это великое переселение народов? — нарочито бодрым голосом спросила я.

Ребята переглянулись, видимо, заметили фальшивую бодрость в голосе.

— Мы с Леночкой через две недели уедем, только последние документы оформим. А Танька со своими через месяц. Но, мама, если тебе тут плохо одной, так мы устроимся и тебе можем вызов прислать, правда, Тань?

— Нет уж, ребятки, у вас теперь своя, отдельная жизнь должна быть. Есть шанс продвинуться в карьере, изменить что-то в своей жизни к лучшему — я вам препятствовать не стану. Вы у меня умницы и молодцы! Я горжусь вами, ребята!

Посидев ещё немного и обсудив ещё какие-то уже малозначащие новости, мы разъехались в разные стороны. Мои дети выросли, и идут каждый своей дорогой. Дай Господь им счастья и спокойствия в их жизненном пути!

Все ещё под впечатлением от разговора с дочерью и сыном, я поехала к Нине. Сегодня сестра и дверь открыла сразу, и выглядела по сравнению со вчерашним — небо и земля. Бодрая, активная, она сразу потащила меня на кухню.

— Садись, Аня, сейчас чай пить будем!

— Нина, от чая уже в желудке булькает, я бы лучше какой кусок мяса съела! — взмолилась я.

Нина тут же засуетилась у плиты и вскоре на тарелке передо мной красовалась здоровая отбивная, с золотистой, зажаренной корочкой, но при этом такая сочная… мм. Смела ее я за считанные минуты и теперь уже и на чай поглядывала благосклонно.

— Ой, Нина, я как-то не заметила сразу — а ты почему дома, а не на работе?

Нина беззаботно махнула рукой.

— Да я вчера, как только узнала про Колю, за свой счёт неделю взяла, а сегодня съездила и отпуск оформила, сейчас дел навалится, не до работы. А насчёт своей дачи я уже сговорились, у нас там, в садоводстве, рядом совсем, соседи искали дачу для своих детей, вот моя им и подходит. Завтра поедем оформлять покупку-продажу.

Ну, все, Ниночка увидела цель и теперь ничего не сможет её удержать! Активности сестры и ее удачливости можно только позавидовать. Предложить ей продажу и моей дачи, что ли? Пусть занимается.

Переговорили о том, о сем, я опять рассказывала о нашей жизни в Валенте. Особо ее восхитила не магия, не другой мир, а наличие в нем домовых. Она все ахала и восхищалась.

— Неужели и правда есть они? И ты их вот прям так и видела? Ой, я вот всю жизнь верила, что домовые существуют, и так хотела их увидеть.

А затем Нина сказала: — Знаешь, Аня, ты так рассказываешь, что я вот прямо вижу и Варю и Петю, а Митрич просто прелесть какой! И тоже чувствую, что они точно наша родня.

Я засмеялась. — Ты на Митрича глаз не клади, он у нас уже мужчина просватанный! Нынче летом свадьба у него будет. Наконец дозрел мужик до женитьбы! Клиппу, заведующую молокозаводом нашим в жены берет. Три года ухаживал, все не верил, что он может нравиться молодой ещё девушке.

Нина осторожно сказала: — Анечка, ты вот говорила, что Коля стал ухаживать за девушкой одной, может, расскажешь о ней?

И я рассказала все, что знала о Тамине. За прошедшие три года девушка повзрослела, от спокойной и сытой жизни поправилась, похорошела и превратилась в просто красавицу. Кстати, ее родственники не объявлялись до сих пор. Целительскую Академию она закончила, и хотя целительская магия в ней так и не появилась, но все принципы обычной, безмагической медицины она усвоила отлично. А магия у нее появилась. Но не целительская, а организаторская. И теперь она отличный администратор в нашей больнице. Хотела бы сказать — в больничке, но уже не получится. Теперь это весьма недурственная факультетская клиника. Все это я и рассказала Нине.

Сестра задумчиво протянула. — Томочка, значит, Тамарочка… имя хорошее. Знаешь, Аня, я уже готова полюбить эту девушку только за то, что она по сердцу моему сыну. Больше всего я боюсь походить на свою бывшую свекровь…

— Нина, там ещё ничего не ясно, Тамина девушка строгая, правильная, а Колька, ты же знаешь, что он балбес, как был, так и остался. То вроде бы все у них нормально, то Колян чего-нибудь отчебучит и опять, потом прощения выпрашивает за свои дела.

Нина вздохнула. — Да, это уж в Колькином характере! Но, главное, он не со зла, просто пока ещё не всё осознает. Ничего, все наладится, я приеду, хвост-то ему прорежу, чтобы не очень пушил. С хорошей девушкой и надо по-хорошему.

Теперь я окончательно успокоилась за Нину — она уже твердо решила все и даже не сомневается, что уйдет вместе со мной. И Тамину готова полюбить. Это о многом говорит.

Посмотрела по времени — до визита к дочери Рахмона ещё достаточно много времени, я вполне могу съездить в ту деревню. А то завтра мне выходить на смену в свою скорую. До Худорожкино добралась быстро, всего за полчаса. Вот в деревне засомневалась — вроде этот дом, или вон тот? Людей возле тех домов вроде бы не видно. На мое счастье, первый же попавшийся абориген охотно ответил на мои расспросы.

— Так вы про агрономшу молодую да ее мужика спрашиваете? Так уехали они на днях, в город подались. Агрономше-то рожать вот-вот, да и не хотели они в деревне, вот собрались, да и обое уехали в город. А про Митрича… это какого Митрича? Рыбака? Так он, вроде, в другую деревню подался, родня у него тама, значится… а здесь он один, бобылем жил… да, бегет народишко с нашей деревни-то. И вам не хворать, дамочка, спасибо на добром слове!

Назад я ехала медленнее, и мысли одолевали и головой крутила, как бы не прозевать тот самый поворот на "короткую "дорогу. Нет, сейчас я и не планировала ехать по ней, но запомнить надо точно. Поворот был. И даже остались следы, продавленные во влажной ещё земле колесами нашей Газельки. Значит, все верно, и ничего мне не причудилось и не приснилось.

Посещение больного ребенка сегодня хотя бы было не столь пугающе трагичным, как вчера. Меня встретила чуть посвежевшая Гуля. Сразу с порога доложила, что ребенок сегодня чувствует себя чуть лучше, чем вчера, даже поел немного, но с аппетитом. И его даже ни разу не стошнило, и живот не болел. Это хорошо. Зашла в комнату. Мальчик сегодня был в ясном сознании, а не в сопорозном состоянии, как вчера. Попытался мне улыбнуться, но покрытые корками губы видимо, сильно болели и поэтому он только немного махнул мне рукой, здороваясь.

— Гуля, ты губы смазывай ему бальзамом для губ, не так больно будет, и красная кайма не будет так лопаться.

Несчастная мать готова была бежать с места в карьер за этим бальзамом, но я ее сдержала, что пока можно подождать, вот вернётся отец с работы и сходит. А она пусть пока посидит, отдохнёт в другой комнате. Пришлось немного придавить ментальным воздействием на женщину, уж слишком она измотана была. Пусть поспит пару часов, пока мы тут с малышом проблемы решать будем.

Ребенка тоже пришлось погрузить в лечебный сон, чтобы он не пугался и не мешал. Так, проверим. Нет, костный мозг больше не генерирует извращённые, больные клетки. Но пока что в кровяном русле находится слишком много мутировавших лейкоцитов, которые вытесняют нормальные клетки крови, а их распад вызывает такие тяжёлые явления. То есть, надо выводить из "оборота" больные лейкоциты, и при этом стимулировать костный мозг на нормальный гемопоэз, для нормального функционирования кровеносной системы. Дело это небыстрое и муторное, одним днём тут не обойдешься, а завтра я не смогу прийти, значит, сегодня по максимуму.

Уфф, вроде бы на сегодня все, что смогла, сделала. Сейчас только быстро ещё по пищеварительной системе пройтись, чтобы ребенок мог нормально принимать пищу и можно будить и маму и сына.

Немного отдохнувшая Гуля смотрела на меня с такой надеждой, что я не смогла устоять перед ее молящим взглядом. Ей так хотелось поверить в чудо! И я сказала, что вскоре малыш пойдет на поправку.

И тут молодая мать заплакала. Просто молча, страшно, не вытирая слез, не вздрагивая, слезы катились потоком по ее лицу, и она даже не вытирала их. Потом медленно опустилась на колени и прижалась лицом к моей ладони. Я немало видела людского горя на своем веку, но это саму меня пробрало до мурашек. Скомкано попрощавшись до послезавтра, я выскочила из квартиры и там перевела дух.

Вот она, эмоциональная расплата за отнятые у смерти жизни.

Утром, принимая смену, узнала состав своей бригады. Мне дали медсестру, ура! и караул! Лидочка, юное, безмозглое создание, с голубыми глазками, в которых отражалось более небо, чем мыслительная деятельность, в светленьких кудряшках. Она была головной болью всех бригадных врачей. Кое-как научили ее выполнять стандартные процедуры, но необходимо было постоянно ее контролировать, доверять ей было опасно. От вида крови ей становилось дурно, от запахов, не самых ароматных порой от наших пациентов, ее тошнило, и она убегала из квартиры. Зачем это создание вообще пришло на скорую — непонятно. Правда, потом она бесхитростно объяснила сама.

— Но на скорой же больше платят? А мне надо хорошо одеваться и ходить в спортзал и на тусовки! Только там бывают такие шикарные парни! А мне надо замуж выходить! Не за нашего же сантехника ведь! Хотя я слышала, что вот одна медсестра на скорой делала инъекции одному больному, и она ему так понравилась! А он олигархом оказался! И женился на ней!

И далее последовал пересказ то ли мелодрамы очередной, то ли романчика в бумажной обложке. Мы, молча и печально смотрели на скорбную умом девчонку — где мы и где олигархи?? У нас скорее будет алкаш Петя, который после недельного запоя и паленого бухла, словил "белочку", и, обороняясь от зелёных чертей, порезал свое семейство кухонным ножом, да ещё забаррикадировался в квартире и не даёт никому войти, оказать помощь раненым.

И вот сегодня эта "жертва сериалов" радостно ожидала меня у стойки с дежурным, где я расписывалась в принятии смены и получении наркоты. Она уже получила чемодан с медикаментами и теперь трещала о чем-то своем, девичьем, мешая мне слушать сдающего смену врача. В уголке топтался Семеныч, наш водитель на сегодняшнюю смену.

Вроде бы все, поехали. Первый вызов был стандартный, сто раз известный, бабка Стылова. Сухонькая старушонка, росту метр с кепкой в прыжке, очень любила лечиться. Ей было без разницы, дали ли ей таблетку, забабахали ли магнезию внутрипопочно или йодной сеткой задницу разрисовали. Главное, ее лечили. На ней учились поколения молодых фельдшеров нашей подстанции, и бабка проходила такое, о чем предпочитали не знать ни начмед, ни главврач подстанции для сбережения своих нервов. Правда, сегодня рановато что-то, с утра она обычно в поликлинику ходит. Вошли мы в открытую дверь квартиры, видно, бабуля открыла заранее, что тоже невидаль для нее, обычно, пока откроет все многочисленные замки, засовы, цепочки, и то после тщательного допроса. Однажды она и вовсе не пустила бригаду, поскольку там были новый доктор и медсестра, которых она ещё не знала. Хорошо, хоть водителя она знала и только ему дверь открыла. Бабка лежала на диване и выглядела, да в общем, хреново она выглядела, бледное, с серовато-голубоватым оттенком лицо, испарина, дыхание осторожное, неглубокое. Я дернула внутренний карман куртки, где наркота лежит, рявкнула на Лидочку — шприц!

Картина очень походила на инфаркт, рассусоливать некогда. Пока Лидочка цепляла электроды кардиографа, игла быстро вошла в вену, обезболивающее пошло в вену и я проверяла состояние бабки теперь своими способностями. Точно, вот зараза, по задней стенке миокарда инфаркт и состояние бабки стремительно ухудшается. Ну-ка, попробую, удалось только ограничить очаг инфаркта, больше времени нет. Введя все необходимые препараты, шуганула Лидку за Семенычем, нести носилки придется, хорошо, первый этаж и старый город, здесь лестницы широкие. ЭКГ подтвердил диагноз инфаркта, значит, надо место в кардиологии. Под Лидочкино нытье о том, что она не может носить носилки и мое командное рявканье, бабку погрузили в машину, врубили сирену и понеслись по городу.

Так весь день в запаре и прошел — гипертонический криз, почечная колика, сопельки у великовозрастного "малыша" осьмнадцати лет. Причем летели мы на температуру 39,9. На что получили объяснение от мамаши, на голубом глазу.

— Ну, вы же не поехали бы иначе, а ребенку сидеть в поликлинике среди больных!!

А где логика, блин? Он ведь и так болеет!! Дав рекомендации недовольно поджавшей губы маменьке, и объяснив, что скорая больничный лист не даёт, нет, и по уходу за больным ребенком тоже не даёт. Завтра пусть к участковому терапевту на прием. Получили многообещающие заявления о том, что вот она позвонит Иван Иванычу или Василь Петровичу и уж нам тогда. Меня так и подмывало сказать — вот пусть нас нахрен уволят и тогда уж сам Иван Иваныч под ручку с Василь Петровичем поедут на скорой лечить и спасать страждущих.

Когда заехали на перерыв на подстанцию и пополнить чемодан, первого, кого увидели, был Рахмон, нервно выхаживающий у наших ворот. Увидев меня, быстро пошел ко мне. Я немного напряглась, вдруг что с ребенком? Но Рахмон схватил меня за руку и просто молчал, потом выдавил из себя сиплым голосом.

— Помни, я твой должник! Моя жизнь — твоя жизнь!

Я выдохнула с облегчением.

— Рахмон-ака, ты не пугай так больше! Я думала, что с Каримом случилось, ты сам на себя не похож был!

— Нет, нет, Анечка, вы уже покушали?

— Да откуда, мы же только заехали! Вот Лидочка побежала медикаменты пополнить, а потом пойдем, перекусим что-нибудь.

— Аня, пока я жив, твоя бригада всегда будет кушать у меня бесплатно! А сейчас пойдем, покушаешь, а потом и твои подойдут.

И Рахмон потянул меня за руку в сторону своего кафе. Я обернулась к Семенычу, сказала, чтобы подходили, как Лида пополнится. В кафе Рахмон усадил меня за стол, захлопотал, тут же успевая рассказывать, что малышу значительно лучше, даже слабости меньше, и он сегодня сам дошел до кухни и попросил кушать! Доставив уйму тарелок с едой, как на роту солдат, Рахмон присел сам и серьезно глядя мне в глаза, сказал.

— Аня, я не знаю, как ты лечила Карима, и знать не хочу, но в моей семье все будут знать о нашем долге тебе. Я понимаю, что денег ты от меня не возьмёшь, но любую услугу, если только она реальна — получишь. Помни об этом. Жизнь по-всякому может повернуться.

Пообедав, мы опять выехали на свое патрулирование города — успеть, обогнать, отвести смерть от людей. И так до конца смены.

Так и потекли мои дни — работа, визиты к мальчику Кариму, долгие вечерние посиделки с Ниной. Я почти переселилась к ней, домой возвращаться не хотелось — вначале там находился обиженный и оскорбленный в лучших квартирных чувствах Сергей. Потом, поняв, что решение менять я не собираюсь, он всё-таки собрал свои вещи и съехал. Куда — не знаю, не интересовалась, к маме ли, к новой и светлой жизни ли… Но, думаю, вряд ли к маме, моя, практически уже бывшая свекровь более всего ценила свою благоустроенность и душевный комфорт и присутствие разведённого сына в ее квартире явно не приветствовалось. Да и шут с ними, всеми.

Нинуля развернула бурную риэлторскую деятельность, свою дачу она уже продала, теперь искала наиболее выгодный вариант для продажи своей квартиры. Я ещё выдала ей доверенность на продажу моей дачи.

Квартиру буду продавать после развода, а он через два дня, мне позвонила моя знакомая и сказала, что нам назначили через два дня. Хорошо, я как раз после смены на скорой буду.

Съездили с Ниной, посмотрели квартиру родителей, прикинули, что места двоим нам там хватит, заодно устроили уборку. Ещё старалась как можно чаще видеться со своими детьми и внучкой. Всё-таки расстаёмся мы теперь уже навсегда. В обеих семьях царила предотъездная суета. Собирались вещи, готовились документы для отъезда, финансовые документы — срочно переводились деньги на счетах в валютные.

Квартиры, по моему совету, решили не продавать, а сдавать через риэлторское агентство, с условием оплаты коммунальных счетов. Саше пришлось ещё бегать по ветеринарам, собирая кучу документов для оформления вывоза за границу его любимой кошки. Расставаться с ней он категорически был не согласен. Поэтому сейчас имел дополнительную головную боль.

Хоть и щемило у меня в груди от предстоящей разлуки, но я понимала, что пришло время отпустить детей в большой мир. Без мамы. Хотя они и сейчас жили вроде бы самостоятельно, но они всегда твердо знали, что со всеми неурядицами и проблемами надо бежать к маме. Мама выручит, поможет, подскажет, посоветует. А теперь настало время быть взрослыми. Пока что они все равно чувствовали себя детьми. Душа болела, но я знала — так надо.

К мальчику Кариму я приходила ещё три раза, сегодня крайний раз, скорее уж контрольный визит. Гуля открыла мне дверь запыхавшаяся, раскрасневшаяся. Оказывается, они с малышом играли в догонялки. Молодец малыш! Его организм очень благодарно отреагировал на влияние магии и удаление больных, исковерканных клеток крови, и сам шел семимильными шагами к излечению. Гуля прямо с порога воскликнула.

— Анна Сергеевна! Представляете, мы сегодня ходили в больницу, анализы сдавали! Так врач удивился, что мы своими ногами пришли! И первый анализ крови, общий клинический, показал, что лейкоциты у Карима в нормальном количестве! Вот ещё биохимия будет, и биопсия костного мозга будет готова, тогда врач нам всё скажет. Но пока что он сказал, что не верит своим глазам! Нас же умирать выписали…

Ее голос упал до шепота, в глазах показались слезы. Так выплёскивается пережитый страх и ужас предстоящей смерти своего ребенка, которой она не могла ничего противопоставить. Тем большее счастье она испытывала сейчас, глядя на веселого, пусть пока и не румяного, и со следами от всевозможных инъекций и катетеров, но активного ребенка.

Мальчик охотно согласился полежать немножечко, пока тетя врач ещё раз осмотрит его. Он уже знал, что никакой боли я ему причинять не буду и не боялся меня. Я ещё раз тщательно просканировав организм малыша, патологических клеток не нашла, немного подправила пищеварение. Сразу после осмотра сынишка потащил Гулю на кухню, решив, что пришла пора подкрепиться. Я посоветовала кормить ребенка часто, но небольшими порциями, больше фруктов. И попрощалась с ними, велев обязательно позвонить мне после получения анализов и визита к гематологу-онкологу.

Завтра мне на суточную смену, затем развод, а вечером долгожданный "сеанс связи" с моей семьёй на Валенте.

Смена на скорой шла как обычно — гипертонический криз, температура, ожог кипятком, боли в животе, транспортировка в роддом. Моя бригада, то есть медсестра Лидочка и водитель Семеныч (мы опять сегодня совпали) расслабились, чирикают о чем-то, сидя в кабине, а я мирно дремлю на крутящемся кресле в салоне машины. Едем на подстанцию сменить шприцы, пополнить укладки, перекусить бы ещё. Только успели пополнить чемодан, как по внутренней связи на подстанции оживают динамики.

— Доктор Ковалева, на выезд!

Вот и поужинали. Уже сев в машину, уточняю, что там на вызове. Диспетчер извиняющимся голосом говорит.

— Серегина 20, мужчина, сорок восемь лет, плохо с сердцем. Ань, я понимаю, туда кардиобригаду надо бы, но они на инфаркте… вы уж как-нибудь сами. Но если что, вызывай на себя!

Грустно вздыхаю, качнув головой. Всё-таки мужики у нас менее стойкие, чем женщины, стрессовая ситуация и следом сразу инфаркт. Семеныч понятливо хмыкает, включает мигалку, сирену, и мы со всей этой светомузыкой мчим по городу. Говорят, что лучше всех город знают таксисты. Вот и неправда! Водитель скорой даст сто очков впереди любому таксисту. Так что какими-то немыслимыми закоулками, но Семеныч доставляет нас на адрес буквально за семь минут. У подъезда мечется испуганная женщина, одетая в домашний халат и тапки на босые ноги, несмотря на весеннюю вечернюю прохладу. Увидев нас, вылезающих из машины, бросается к нам, заполошно бормочет.

— Вы только не подумайте чего, он вообще-то хороший, ничего такого, а тут вот так случилось…

Интригующее начало, но посмотрим. Поднимаемся на третий этаж, дверь услужливо открывает хозяйка, забежав вперёд, но тут же резко отступает в сторону и на площадку, пропуская нас с Лидой вперёд.

Проходим через небольшую прихожую, заходим в комнату и остолбеневаем. Прямо на меня смотрит чёрное дуло пистолета, и, по всем признакам, явно не игрушечного. Мозг машинально успевает анализировать какие-то выхваченные детали. Запах в комнате соответствует как минимум недельному крутому запою, но при этом квартира явно не алкашей, наоборот, людей с хорошим достатком. А пистолет держит в недрогнувшей руке мужик в крайне завлекательном прикиде — военная фуражка, на голом торсе офицерский ремень с пристегнутой к нему кобурой и… все. Вот абсолютно все! Не сводя с нас нацеленного пистолета, мужик рявкает.

— Кто такие? Почему не в строю?

Сбоку от меня, Лидочка тихо пискнув, пытается прикрыться чемоданом — укладкой, попутно при этом старается рухнуть в обморок.

Фигасе подстава! Зло кошу глазом на жавшуюся за нашими спинами жену. Та старается не отсвечивать. Разбуженной весенней гадюкой шиплю на хозяйку.

— Звание какое?

Та вначале непонимающе таращится на меня, потом, сообразив, тихонько шепчет.

— Полковник он…

И опять испуганно зажмуривает глаза. Да, я ее понимаю, стоять под дулом пистолета малорадужная перспектива. Собираюсь с духом и тоже рявкаю уставным голосом.

— Разрешите доложить, товарищ полковник! Капитан Ковалева и сержант Тимченко! Не в строю, потому что, вы, товарищ полковник, одеты не по форме!

Невзирая на явную нелогичность моего заявления, полковник переключается на осмотр своего внешнего вида. Ага, перенос внимания на другой объект, пара минут у меня есть. Быстро подхожу к мужику, выдергиваю из уже опущенной руки ПМ, разряжаю его. Беззлобно говорю.

— Вы, господин полковник, или уж фуражку снимите или трусы наденьте!

Лидочка смотрит на меня остановившимся взглядом и начинает ритмично икать. Ну, лишь бы не обос… не обмочилась. Бравый вояка неожиданно плаксивым голосом произносит, (видимо, визуальный осмотр себя, любимого, не порадовал).

— Рита, что тут происходит?

Пока Рита собирается с мыслями, поворачиваюсь к Лиде и говорю.

— Вызывай "психов" на себя!

Почуяв нерадостные перспективы, Рита заспешила.

— Доктор, не надо психов! Я и так не стала вызывать скорую из госпиталя! Там ведь сразу командованию доложат! А нам никак нельзя! Да и не пьет он особо, это он узнал, что его друг погиб в С…. А они дружили со школы. Вот он и запил. Неделю пьет уже.

Жена всхлипнула.

— А сегодня встал днём, я думала, он проспался, а он вот разделся, пистолет взял и сказал, что сейчас в часть поедет, строевой смотр проводить! Еле уговорила подождать, пока машина за ним придет! И вас вызвала, сказала, что с сердцем плохо, а то вы бы не поехали на запой!

— Ну, от нас-то что хотите?

Рита с надеждой уставилась на меня.

— Доктор, а вы прокапайте ему что-нибудь, что бы он пить перестал! А больничный на неделю я ему уже сделала!

Я вздохнула, с сомнением посмотрела на полковника. Да, в общем, ясно чего мужик сорвался. Только вот надолго ли остановится? А если немного помочь? Устроить ему своеобразную кодировку, вызвать неприятие любых доз алкоголя? Понятно, что это неэтично и даже, почти не законно, но опять же иметь в командирах полка пьяницу или трезвого, боевого офицера — что лучше?

Посомневавшись, сказала, что сделаю, если он сам добровольно ляжет под капельницу.

Пока Лидочка подключала капельницу и вводила лекарства, которые я назначила, я присела рядом с диваном и взяла мужика за руку. Да, изрядно он себя загнал за неделю беспробудного пьянства, продуктов токсичных распадов алкоголя в крови больше, чем смогла обезвредить печень. Это и дало такие галлюцинации.

Теперь надо собрать все токсины, вывести из кровотока, связать с остатками пиши и вывести из организма. И сделать это крайне показательно! Как раз закончился капать флакон с детоксикантом, капельницу Лида сняла, считаю до пяти и… мужик стартанул в туалет сразу со второй космической. Я сказала жене.

— Тазик ему дайте, сейчас из него со всех отверстий лететь будет.

Пока я заполняла карту вызова, а медсестра собирала наши пожитки, пугающие звуки со стороны туалета, наконец, прекратились. Вышел полковник, почти повиснув на жене. Выглядел свежим покойничком.

— Вот, господин полковник, запомнили ощущения? Отлично! Теперь при малейшем попадании в организм спиртного, так и будет, рвота, дефекация, диурез усиленный, прямо не отходя от кассы, то есть от рюмки.

Муж и жена, оба, непонимающе уставились на меня. Я хмыкнула и перевела на общечеловеческий.

— Пардон, блевать, дристать и ссать будешь дальше, чем видеть! Понятно? В тридцать три струи, не считая мелких брызг. И, да, возьмите.

Я достала магазин от пистолета из кармана робы и подала полковнику. Вид у него был достаточно обалделый от захватывающих дух перспектив, поэтому он машинально взял магазин и поблагодарил.

Мы вышли из подъезда. Сумерки уже укутывали город. Хотелось, есть, но надо было ещё доехать до подстанции и взять полчаса на ужин. Лидочка нарушила тишину.

— Анна Сергеевна, а что писать в карте будете?

— Что, что… ИБС, затянувшийся приступ стенокардии напряжения, кому лучше будет, если у нас в войсках станет на одного толкового командира меньше? Только врагам…

И бодро зашагала к машине.

Ужин прошел спокойно. Пока ужинали, позвонила Нина, отрапортовала, что она сегодня накупила кучу флешек. И уже даже успела перегнать на них все современные справочники по химии. Но вот свои старые учебники и справочники, где инфа более устаревшая, но больше подходит для другого мира, придется брать с собой, аналогов таким справочникам в инете она не нашла. Сказала, что если я дам ей свои справочники, она и их перегонит на носители. И вообще, раз есть возможность получить там электричество, то завтра с утра она пойдет и купит самые навороченные ноутбуки, по одному на каждую семью.

Вот это Нина развернулась в своей собирательно — заготовительной деятельности! Хотя, она права. Пора и мне заканчивать со всеми этими делами, разводом и прочим, и тоже присоединяться к этой заботе.

Тем более, я уверена, уже завтра же, на "сеансе связи" меня без заказов не оставят.

Утром никуда ни ехать, ни идти не хотелось, но дел было много. Самое главное — это развод! Заехала к Нине, та меня покормила завтраком. Сейчас, когда сестра узнала о моей беременности, она стала носиться со мной, как курица с яйцом — вовремя ли я поела? А что именно? А это тебе нельзя, ребенку может навредить! Сюда не садись, тебя может продуть! Представляю, что она сказала, если бы узнала, что вчера я стояла под дулом пистолета! Да она бы меня заставила уволиться!

Вот и сегодня, я только смену сдала, как она уже мне названивает, чтобы я ни по каким кафешкам не ходила, а немедленно ехала к ней, паровой омлет сейчас будет готов, свежий сок и фрукты обеспечены. Ох, чувствую я, что дочку мы вместе выносим!

Но на развод со мной ехать отказалась, объяснив это так.

— Ань, я же не удержусь, глаза и лохмы твоему Сереженьке — зайчику, захребетнику, повыдираю! Ты же знаешь, я его терпеть не могу! Столько лет жил за твоей спиной и за твой счёт, кобелировал, одна ты ничего не замечала, все некогда тебе было! Хорошо, что сейчас все разрешилось! Лучше я пойду, ноуты куплю для всех, ещё чего посмотрю, да у меня встреча с риэлтором, там твою дачу купить хотят, и на мою квартиру уже документы оформляются, надо будет все вещи перебрать, что с собой забирать будем, а что здесь брошу или по знакомым раздам.

Точно, у Нины организаторский талант, все уже придумала и быстро действует. Но уже у двери, когда я уходила, сестра добавила.

— Но ночевать я сегодня буду у тебя, ты же не думаешь, что я пропущу твой "сеанс связи'?

В ЗАГС я приехала чуть раньше назначенного времени. Ничего страшного, подожду немного. Присела на стул у нужного кабинета. Буквально через минуту в коридоре показался Сергей, кивнул мне, здороваясь. Я спокойно поздоровались в ответ. Вот в самом деле, я не испытывала сейчас к нему ничего — ни боли, ни обиды, ни злости. Просто, как выяснилось, малознакомый человек. Так к чему какие-либо эмоции?

А вот Сергей, напротив, выглядел немного нервным и почему-то опечаленным. Посидев возле меня немного, Сергей, сообщив, что он пойдет на улицу покурить, ушел. Вскоре после его ухода, из другого конца коридора показалась женщина, целеустремлённо и быстро двигающаяся прямо ко мне. Молодая, на первый взгляд, лет двадцать шесть — двадцать восемь. Одета хорошо, но не броско, стильно. Подойдя совсем близко мне, женщина гневно воскликнула.

— И вам не стыдно? Вот так поступать, не стыдно?

Я слегка опешила.

— Простите, девушка, я вас не понимаю! Вы это о чём? Вы меня ни с кем не спутали?

Девица взъярилась ещё больше.

— Да ни с кем я вас не перепутала! Как вам не стыдно! Выгнали мужа из дома, оставили без своего жилья! Неужели он за столько лет не заслужил своего угла? Он столько лет был вашим мужем! Он занимался воспитанием ваших детей!

Я, наконец, начала понимать, что тут к чему. Стараясь сдерживать смех, я довольно мирно ответила, памятуя о том, что "новая, счастливая жизнь", к которой ушел Сергей, вроде бы ждёт ребенка.

— Простите, не имею чести знать, как вас зовут, но хочу вам сказать, эта квартира, о которой вы так беспокоитесь, принадлежит исключительно мне по договору дарения от моих! — я выделила голосом это слово — родителей. Сергей не имеет на нее никаких прав и знает об этом. Он ведь консультировался у адвоката. А насчёт того, что он был моим мужем… так брак ведь у нас был не коммерческий и платить за это я никак не должна. То, что он воспитывал моих детей, так они и его дети тоже. Он просто выполнял свой отцовский долг, а он у нас в стране пока что бесплатный. Я ответила на все ваши претензии? И я вообще не понимаю, почему вы так обеспокоены, Сергей ведь не имеет ко мне претензий?

Но девица, видимо, никак не могла расстаться с мечтой о дорогой квартире. И продолжала свои претензии.

— Вы одна, у вас ведь ещё одна квартира, однокомнатная, верно?

Мне уже было любопытно, чем это все закончится и поэтому кивнула головой.

— Вот, вы могли бы, и жить себе спокойно в однокомнатной, много ли одной надо? А у Серёжи теперь семья, ребенок вот будет. По-честному бы и отдали ему квартиру.

Дослушать этот бред не дало появление запыхавшегося Сергея. Увидев нашу молодуху, он растерялся и забормотал.

— Светочка, зачем ты пришла? Я же говорил не надо, тебе нервничать нельзя, зачем ты к Ане пришла.

А и в самом деле, чего это Светочка так возбуждена? Обычно беременные женщины ведут себя более умиротворенно, их как будто озаряет мягкий свет ожидания новой жизни… ну-ка, ну-ка… Бааа…, я ещё раз просканировала девицу. Да нет там никакой беременности! Попался Сереженька! Сказать об этом, или пусть, потом сюрприз будет?

И тут нас с мужем пригласили в кабинет, становиться бывшими. Развели нас буквально за пять минут. Выслушали наше формальное согласие, подписали пару бумаг и получили на руки свидетельство о расторжении брака.

Ушла я из ЗАГСа быстро, не оглядываясь.

Мне было ясно — квартиру надо продавать и быстро, эта ушлая дева вряд ли добром успокоится, и будет подзуживать Сергея. Завтра же пишу доверенность на продажу на Нину, и заедем в риэлторское агентство, где мне обещали быструю продажу.

А пока мне необходимо отдохнуть, потом приедет сестра, будем "контактировать". И ещё один вопрос хотела бы обсудить с Ниной. Меня все больше мучила необходимость навечной разлуки с моими детьми и как им сказать, что мы больше никогда не увидимся.

Прилегла я так основательно, что проснулась от того, что в замке входной двери поворачивался ключ, он у нас всегда немного заедал, и надо было в таких случаях несколько раз провернуть туда-сюда. Ключи от квартиры были только у детей и у Нины, Сергей вернул мне ключи, когда уходил. Так и есть, в прихожую ввалилась Ниночка, обвешанная кульками и пакетами, через плечо висела ещё одна сумка, а под мышкой зажата небольшая дамская сумочка.

— Уфф! Пришлось такси вызывать, на трамвае я бы и не довезла это все! У тебя, небось, в холодильнике уже давно несчастное животное висит! Сейчас только отдышусь и будем ужинать!

Говоря это, Нина успевала раздеваться, разуваться и толкать мне в руки пакеты с наказом.

— Вот это на плиту, вот это в холодильник, а это на столе оставь!

Я засмеялась. С приходом Ниночки моя тихая, замершая какая-то квартира как будто начала оживать, и свет стал ярче, и потянуло запахом вкусной еды, а на кухне весело забрякали кастрюльки, зазвенели чашки. Я стояла, прислонившись плечом к косяку кухонной двери, и смотрела на хлопочущую сестру и улыбалась. Потом сказала.

— Нина, какое счастье, что ты у меня есть! Если бы не ты, я не знаю, как бы я пережила все это время здесь!

Нина обернулась ко мне от плиты, перестав помешивать соус в маленькой кастрюльке и абсолютно серьезно сказала.

— А если бы ты не вернулась сюда и не рассказала мне всю правду, я бы просто сдохла уже… вот просто легла бы у порога и подохла. А теперь я знаю, что надо потерпеть всего восемь месяцев и все будет хорошо! И мне сейчас так интересно всем этим заниматься! Я так хочу скорее в твой мир! Мне кажется, я всех уже там знаю и всех люблю уже, и твоя семья там, она уже и моя семья тоже! Я даже твоего павлинистого градоначальника, Тесса Алесандро, и то знаю!

Ой, знала бы я, насколько это окажется пророческим! Я бы молчала рыбой о тэссе Алесандро!

Поужинав, мы перебрались в гостиную, приготовили чистую тетрадь, решили, что Нина будет все записывать, а я диктовать услышанное. Говорили ни о чем, но вдруг сестра, серьезно глядя на меня, сказала.

— А теперь говори, что тебя так сильно беспокоит, я же вижу это.

Ну, раз сама спросила… я и изложила свою проблему с детьми и с расставанием, как рассказать, чтобы не опечалить детей и не попасть ещё и в дурку, если что… Нина насмешливо хмыкнула.

— Ань, ты создаёшь проблемы там, где их нет! Ты же ментальный маг! Заставь их спокойно отнестись к своим словам и поверить без лишних сомнений. Я понимаю, это мало — этично, ты не хочешь копаться в сознании своих детей, но поверь, другого приемлемого варианта здесь нет! Так и им будет легче воспринять эту информацию, и ты не будешь переживать. В доказательство продемонстрируй им какое-нибудь чудо, полечи какие-нибудь болячки им. Жить в нашем городе и не иметь болезней — этого быть не может!

И в самом деле, лечу чужих людей, а мои уедут не леченными! Не только дочь и сына, надо и их семьи просмотреть и оздоровить. И впрямь, что-то я затупила, такой простой ход, а я накрутила вокруг страданий.

Потом я рассказала про развод и встречу с молодухой Светочкой. Нина и повозмущалась и посмеялась.

— Вот стерва! Квартиру ей подавай! Ты права, завтра же плотно займусь этим. Обломится девушка! Но и Сереженька — зайчик знатно попал, так ему и надо, не жаль его ничуть! И хорошо, что ты не сказала, пусть потом сюрприз будет.

Началось, как уже привычно, с серой мути в голове, я внезапно перестала видеть рядом сидящую Нину, но слышала ее отлично. Она испуганно спрашивала.

— Аня, Анечка! Началось, да? Началось?

Я смогла тихо прошептать — Да! — и помахать рукой, потом голос вернулся, но я все равно видела только колыхающееся серое марево. Наконец, я услышала голос Варвары, она тоже восклицала.

— Аня! Ты тут? А мы все собрались вот, ждём! Аня, отвечай, а то Дар меня сейчас удавит, если я не скажу, что с тобой связалась!

— Варя, я здесь! Дару скажи, пусть держит себя в руках, а то больше его к "телефону" приглашать не будут!

Слышно было, что Варя облегчённо смеётся. Видимо, они тоже эту неделю прожили, как на иголках — а не почудилось ли я им? А вдруг больше не смогут со мной связаться? А они ещё так много не успели мне сказать! Вот сейчас все одновременно заспешили сказать каждый свое. Так, Варя строит желающих в очередь. Дару, как мужу приоритет.

— Аня, Дариан говорит, если ты не появишься через положенное время, он вывернет это мироздание и межмировой разум или что там есть вместо него, наизнанку, но он пойдет и найдет тебя!

— Варя, передай ему, что я тоже его люблю и очень сильно скучаю! И я обязательно вернусь! Все будет хорошо! Не надо никого и ничего выворачивать! Какие у вас новости?

— Ну, какие новости у нас могут быть за неделю? Все по-прежнему! Все дела, что и при тебе были, продолжаются. Тамина говорит, что готовятся к новому набору в Академию целителей. Жаль, что ты сама нынче не проведешь отбор. Но ничего, пока отберут желающих, а уж потом вернёшься, сама разберёшься. В клинике все хорошо. Это по вашим врачебным делам. Никею я все передала, он все выполнит. Передает поклон от всех домовых. Аня, Колька сейчас дырку в стуле провертит, подскакивает уже!

— Хорошо, я все поняла! Насчёт детской, поговори с Никеем, пусть потихоньку готовит. Давай Колю.

— Аня, Коля спрашивает, видела ли ты его маму? Как она там?

Голос Вари дрогнул, все равно, каждый из нас там помнил и не забывал свой родной мир.

— Коля, детка, не волнуйся, я видела твою маму, сейчас уже хорошо, она рядом со мной, говорит, что страшно тебя любит, скучает и помнит. И поможет мне, чем сможет.

По уговору с Ниной мы пока решили не говорить, что она тоже придет вместе со мной на Валент. Чтобы не иметь разочарования Коле, если не получится. Но мы с ней твердо уверены, что все получится.

— Аня, Коля говорит, что он тоже очень любит маму, а ещё, эти умельцы неделю писали тут списки, уже на третий метр длиной пошли. И самый главный вопрос у них, — ты на какой машине собираешься возвращаться?

Я мысленно закатила глаза и, хихикнув, ответила.

— Скажи им, что на лисапеде!

Теперь хихикала Варя.

— Аня, они говорят, что ты не можешь так подло поступить с ними! А если серьезно?

— Если серьезно, то я хотела бы купить старый ГАЗ-66, "шишигу", с будкой. Спроси у парней, сложно ли ей управлять и хватит ли ее на их запросы.

Тишина в "эфире", видимо, Варя передала мои слова, парни обдумывают ответ. Я пока рассказываю Варваре о том, как я съездила в их деревню и что думают их односельчане про исчезновение троих сельчан… Без вмешательства космического разума тут не обошлось, потихоньку память о них стирается из судеб этого мира. Вскоре даже и не вспомнит никто, что жили такие люди в их селе. Варя коротко вздыхает, непросто услышать такое, наконец, совещание заканчивается, и Варя начинает транслировать.

— Мы на дальнобойную фуру и не рассчитывали, конечно, но и "шишига" тоже хорошо, если укладывать груз с умом, а не как ни попадя.

Услышав слова, которые я тоже проговариваю вслух для Нины, сестра отзывается.

— Колька, засранец, ещё поехидничай там! Забыл, с кем разговариваешь!

Я давлюсь от смеха — мать и сын стоят друг друга. Варя продолжает.

— С машиной ты должна справиться, ты же училась водить когда-то УАЗ — скорую. Да и твоя Шнива тоже вездеход. Да, вот ещё что, парни советуют и Митрич подтверждает, ты же возвращаться должна перед самым Новым годом? Снег уже будет лежать. Чтобы не потерять дорогу, ты сейчас уже начинай ездить по маршруту, вначале на легковушке, потом на грузовике.

И привыкнешь немного, дорогу запомнишь, и колею набьешь, можно будет проехать, не застрянешь. Митрич говорит, тебе даже не надо в деревню заезжать, местные там практически не ходят, считается дурное место. Так что, накатывай себе дорогу.

Парни и Митрич решили, что пока есть время, они подготовят для тебя проезжую тропу через тот кусок леса, там недалеко до поля с лиловкой и нашей избушки. Но деревья растут так, что руки заболят руль крутить из стороны в сторону, объезжая их все. Тогда Коля был за рулём, а Митрич и Петька Сусаниными работали, шли пешком, показывали дорогу. А тебе кто поможет? Вот они и хотят расчистить проезд — где кусты выкорчевать, яму одну там засыпать, где валежник растащить, да несколько деревьев убрать. Так что не переживай. А в последний сеанс ты говори, когда точно поедешь, мы организуем в избушке дежурство. Встретим обязательно!

Да, Коля спрашивает, если маме не нужен его компьютер, можешь его привезти сюда? И все флешки из его стола?

— Варя, и его комп привезу, и вообще, мы уже купили несколько мощных ноутбуков, по одному на каждую семью и кучу флешек, можно много инфы перегнать. Нина сейчас будет мои справочники перекачивать. Так что если кому чего надо говорите, найдем и скачаем.

Тут же посыпались незнакомые мне названия, термины и вообще какая-то абракадабра, которую я озвучивала, а Нина тщательно записывала. Потом пошли хотелки. Как Варя сказала, это были первые полметра списка. Да, кажется, насчёт дальнобойной фуры это была не шутка. Подходил к концу наш сеанс, это я поняла по постепенно светлеющей мути, как вдруг, кроме Вари, я почувствовала Дариана. Неверяще спросила.

— Дар?

Но ответила мне Варя.

— Аня, это Дариан меня за руку взял, говорит, что хоть так хочет передать свою поддержку и любовь.

Попрощаться я не успела, все закончилось быстро и сразу. Вроде бы вот только говорила с Варей, чувствовала Дара, а уже сижу в кресле, за столом сидит Нина, в глазах у нее слезы. Да и у меня глаза на мокром месте.

Опять перебрались на кухню, выпили ещё чайник чая, обсудили все услышанное. Я поинтересовалась, все ли успела записать Нина и известно ли ей хоть что-то из этого списка? Я честно призналась, что мне известны из всего перечисленного только буквы. Нина успокоила.

— Аня, не кипишись, конечно, большая часть мне известна. Что не знаю, найду в интернете. Тем более пока что они большей частью просят инфу. Это не проблемно, скачаю. Я вот что решила, сейчас оформляем продажи недвижимости, что хотели продать, и я выйду на работу, для того, чтобы добыть тех реактивов и материалов, которые не смогу купить официально через магазины или сайты типа "Испорти материал сам". Раз ты говоришь, что химия ещё только на зачаточном уровне, то надо все. Но экологию портить не будем! Только необходимое и достаточно безвредное!

Я удивлённо вытаращилась.

— А что, бывает и такое?

— Аня, ну вот йод тебе нужен? А перекись водорода? А антибиотики? Нужны? А сама ты их синтезируешь? Нет. А я смогу! Только вот соберу все детальки для лабораторного химического реактора, он много места не занимает. Ты лучше подумай, где можно купить такую машину, какую ты хочешь, тем более, это грузовик, он по любому будет стоить больше легковушки. Надо ещё наши вещи перебрать, что с собой возьмём, что оставим, ты лучше те реалии знаешь, вот и подсказывай, что нам будет необходимо, что купить ещё надо. И покупки лучше сразу свозить в твой гараж, там и грузить будем, как машину купим. Вот. И не тяни, разговор с Таней и Сашей все равно не отложить, лучше быстрее это провести.

Да все я понимаю, но все равно как-то боязно, ведь это же мои дети. Кстати, хорошо, что напомнила, надо здоровье самой Ниночки просмотреть. Поправить, если что.

Пока Нина мыла чашки после нашего чаепития, я, перестроившись на магическое зрение, сканировала организм сестры. Проблемы, конечно, были, в основном возрастные, но вот пока крохотная язвочка в желудке, да ещё расположенная так паршиво, по малой кривизне, мне не нравилась. Язва явно свежая, заработанная за последнее время. Это я поправлю. Гинекология, вроде все в порядке, возрастное угасание работы яичников — надеюсь, при переходе организм омолодиться и без моего вмешательства, а вот больной сустав на левой ноге необходимо вылечить сейчас, он доставляет боли при ходьбе именно сейчас и терпеть боль ещё несколько месяцев ей ни к чему. Вот сейчас и займусь здоровьем Нины.

Вначале самое неприятное — язва. Чуть-чуть подчистить края слизистой, убрать воспаление. Теперь надо подстегнуть регенерацию тканей, пара дней и все будет в порядке. Хорошо, что язва не задела ни сосуд, ни нерв. Боли Нина пока не ощущала, такие язвы называют "немыми" и они чаще других преподносят крайне тяжёлые последствия — прободение.

Теперь колено. Ясно, старая травма, когда-то был надорван мениск, и он теперь не справляется со своей функцией служить прокладкой между головками бедренной и берцовыми костями. Из-за этого и боль. Сейчас сразу ткань мениска восстановлю и уберу воспалительно-дегенеративные процессы сустава. Вот и хорошо. Остальное, будем надеяться, обновится при переходе.

Закончив мыть посуду, Нина повернулась ко мне, спросила.

— Пойдем устраиваться на ночь? И знаешь что? Я, пожалуй, к тебе сразу переберусь, все равно я почти продала свою квартиру, да и тошно мне там одной, с тобой не так тревожно за сына, и вообще, мне с тобой лучше…

Тут она замолчала, прислушиваясь к себе, глянула на меня, понятливо хмыкнула.

— Вот же лекарская душа! Не утерпела, точно покопалась во мне! Я не поняла сразу, крутанулась от мойки, хотела охнуть по привычке, а нога-то и не болит! А должна болеть! Она у меня уже неделю ноет. Только ты могла так сделать! Ну, так что, я переезжаю?

— Конечно, мне тоже одной тоскливо…

Нина пошла в комнату, бормоча что-то себе под нос. Все я не разобрала, но отдельные слова услышала.

"Чудеса, здоровье, ещё не знает, как ребятам сказать, надо подумать".

Мне это было тоже непонятно, пожав плечами, пошла, готовиться ко сну.

Разговор с детьми и в самом деле решила не откладывать в долгий ящик, а то и поздно может быть. Позвонила им обоим с утра, выяснила, что после обеда они будут свободны и пригласила их к себе на обед. Поговорить, пообедать. Готовить что-то было лень, да и с моим сейчас обостренным восприятием запахов, проблематично. Поэтому решила позвонить Рахмону, я знала, что у него в кафе есть такая услуга — доставка блюд.

Позвонила и заказала его фирменные блюда — суп-шурпу, плов, самсу с морковкой и тыквой, медовую пахлаву, ее мой сынок обожает. Только уехал курьерский фургончик доставки, как зазвенели ключи в двери, и появился мой сын. Сказал, что Таня подъедет минут через пять и пошел мыть руки. Потом мы с ним ещё несколько минут поговорили о том, как идут его сборы к отъезду, что он намерен делать со своей машиной (оказывается, он ее продает своему другу), все это время тщательно просматривала Сашины болячки. Их у него, как правило, две — гастрит, ещё со школьных времён, склонность к ларингитам. Нет, вон ещё два зуба надо лечить, опять тянет, трусит. С детства боится стоматологов.

Вот и выберу эти болезни для демонстрации волшебства. А пока попробую внушить сыну спокойствие, уверенность в том, что мама права и говорит только правду. Знаю, что это непорядочно и, может быть, в корне неверно, но пока другого безболезненного выхода из ситуации я не вижу. Только мы успели с ним накрыть на стол, как в прихожую влетела Танюшка, грохнув сумки на пол и пропыхтев что-то нелестное в адрес всех наших властных органов. Я выглянула в прихожую, из сумки и пакета торчали папки с бумагами, разноцветные пластиковые файлы. Ясно, Таня тоже занималась подготовкой к отъезду и собирала все необходимые документы. А это ещё та замута.

Как всегда, блюда от Рахмона были отличные, и мои проголодавшиеся дети очень шустро подчистили тарелки. Наконец, приступили к чаю и Саша, жмурясь, как довольный кот, откусывая кусочек пахлавы, сказал.

— Мам, ты уж давай, вываливай свои новости, ясно же, что непросто так ты нас позвала.

Таня тоже поддержала брата. Я для начала рассказала о разводе с их папой, о том представлении, что устроила "молодая и счастливая жизнь", добавила, что по моему наблюдению, пока их папа не порадует братиком или сестричкой. Ребята коротко хохотнули и тоже посоветовали продавать эту квартиру, мало ли что придет в голову жадной и мстительной девушке.

Пока дети рассуждали о кознях нашей "молодушки" я магическим зрением осматривала Таню и пыталась воздействовать на нее ментально. Да, Танюше надо лечиться. Тут и аднексит справа намечается тромбофлебит с варикозом на правой ноге, последствия тяжёлой беременности и нефроптоз (опущение почки) слева. Вот сейчас я им и буду являть чудеса.

И я приступила к рассказу, пока они спокойны и готовы меня слушать. Уложилась я примерно минут в сорок рассказа о своих приключениях в другом мире. Несмотря на мои внушения, Таня прищурилась недоверчиво.

— Мама, ты что, фэнтези перечитала? Так ты такое не читаешь. Это мы с Ленкой фанатеем. Как это ты в другой мир уйдешь? А мы?

Я грустно улыбнулась.

— Ребятки, мои хорошие, если бы это было все так просто, я бы не задумалась, вам предложила. Но вы дети этого мира, у вас здесь сильная привязка, работа, родственники, маленький ребенок у Тани, у тебя, Саша, тоже скоро будет ребенок, вы нужны здесь. Но я не умерла, вы же будете знать, что где-то там, далеко, я живу. Если у меня получится, то возможно, я смогу общаться с вами, типа, как по Скайпу. Вы все равно уедете раньше, чем уйду я. И мы ещё не раз с вами увидимся по Скайпу. Будем узнавать, как у нас всех дела. Я тут не одна остаюсь, со мной тетя Нина будет. А чтобы вы мне все-таки поверили, сейчас будем проводить сеанс магической терапии.

Так, Сашка расслабился, а Танюша еще смотрит недоверчиво. Вот что значит — женщина современная, лапшу на уши не всегда можно навешать.

Пока Сашка расслабленно подремывал, прошлась магией по его самым проблемным местам, убрала кариес, заодно удалила пломбы из двух ранее леченых зубов, заставив регенерировать костную ткань зуба и восстановить эмаль зубов.

Разбудила сына, тот встал, покрутил затекшей шеей, прислушался к себе.

— Мам, я ничего не чувствую особенного!

— А что ты должен чувствовать? У тебя же ничего не болит! Ты лучше к зеркалу подойди, посмотри на зубы свои, где кариес был, где пломбы, какая теперь эмаль.

Зубы Саша рассматривал долго, потом обернулся к Тане.

— Тань, ты же не спала, все видела. Что мама делала со мной?

Татьяна недоуменно пожала плечами.

— Да ничего особенного, просто прикладывала руки то к животу твоему, то к горлу, то к челюсти, то к груди. И все. Я так понимаю, мама, теперь моя очередь?

Я улыбнулась своей недоверчивой девочке, перечислила те болезни, что увидела и предложила ей прилечь на диван, пока ее братец с обновлёнными зубами наливает себе горячий чай и придвигает к себе ближе тарелку с пахлавой.

Прошипев — Обжора! — Таня улеглась на диван и закрыла глаза.

Набегалась она сегодня, устала, вот и ворчит. С дочкой времени ушло больше, да я ещё дала ей немного подремать. Мы пили чай с Сашей, разговаривали, я ему велела прийти в следующие мои выходные с Леной, надо и ее посмотреть, если что немного оздоровить. Тем временем проснулась Таня, села на диване, смотря на нас.

— Танюша, ты ноги свои посмотри. Помнишь, варикоз после беременности оставался?

Исчезновение выступающих синих вен на ноге подействовало самым надёжным образом — она поверила. Вскоре они засобиралась по своим домам. Наказав ещё раз, чтобы приходили обязательно с женами — мужьями — детьми и кошками, на всякий случай. Будем лечить.

Так и потянулись дни — сутки на работе, двое дома. В мои выходные мы с Ниной сортировали вещи из двух квартир, что-то увозили сразу в гараж, что-то, необходимое для жизни, перевозили в маленькую квартиру. За две недели сестра ухитрилась продать две дачи и свою квартиру. Теперь дело оставалось за моей квартирой. А вчера Нинуля, пыхтя и отдуваясь, притащила из магазина аж три микроволновки. Я недоуменно спросила.

— А почему именно три?

— Так у тебя и у меня они есть, и оставлять их здесь я не собираюсь!

— Ладно, хозяюшка моя. Соберешься, двухкамерные холодильники покупать — скажи. Я тогда фуру дальнобойную буду приглядывать.

— Вот, кстати, помнишь, что тебе мужики говорили? Надо бы съездить по маршруту, проверить дорогу, запомнить ориентиры.

Вот это Нинуля верно напомнила, сегодня после обеда и съездим, проведаем дорогу. Дороги от весенней грязи уже должны просохнуть, если что, то моя Шнива является полноприводным автомобилем, пролезем, проехала же Газель наша скоропомощная.

Так и сделали, пообедав и прихватив с собой термос с кофе и бутылку минералки да пакет с бутербродами (пусть лучше не понадобятся, но будут!) подались мы с сестрой в сторону Худорожкино.

По федеральной трассе, даже с моими невеликими водительскими способностями, доехали мы до поворота к деревне всего за полчаса, но надо учитывать, что это легковушка и не нагруженная. Значит, грузовик, да забитый под завязку не менее чем минут пятьдесят будет ехать. А чтобы не забитый под крышу — того быть не может, Колька в кого такой хомяк (правда, он говорит, что не хомяк, а запасливый)? Правильно, в маменьку! Соответственно, и надо будет рассчитывать на полный загруз, и сверх того.

Не доезжая до первых домов деревни метров триста, и был съезд на искомую нами дорогу. Поскольку дождей не было последнее время, то след от протекторов нашей Газельки был ещё заметен, хотя уже и неотчетливо. Съехав с дороги, я притормозила и повернувшись к Нине, сказала.

— Так, сестрица, на тебе важная миссия штурмана, ты должна все тщательно отмечать, все приметы, дорогу на нашей самодельной карте (с самого утра, высунув язык от усердия, копировала с местных дорожных карт. Кстати, "нашей "дороги на ней не было). Я тоже помню достаточно примерно, темнело уже тогда.

Нина отнеслась к своим обязанностям серьезно и сразу же зарисовала необходимый нам съезд, указала приблизительное расстояние, сделала привязку к гугл — картам в телефоне. Я с уважением покосилась на нее, всё-таки техническое образование не чета моему гуманитарному. По едва виднеющимся следам проехали вдоль поля, и повернули следом за просёлочной дорожкой в негустой лес. Здесь след от протекторов держался лучше, и я спокойно рулила по нему.

Нина тем временем записывала — покосившееся дерево, одинокий куст черемухи и тому подобные приметы. Мне показалось, тогда мы меньше по времени ехали, чем сейчас. Ехали мы уже полчаса наверное, но ничего подобного тому здоровому дереву, в которое мы тогда врезались, я не видела. Может, я ехала медленнее, чем Коля тогда? Паника начала постепенно сильнее давить меня изнутри. Неужели я не найду дорогу и останусь здесь навсегда? Или до самых родов не откроется переход? Но это же будет зимой, я тогда и вовсе дорогу не найду. Наконец, страх обуял меня до горечи во рту. Я остановилась, бросив руль и закрыв лицо руками. Хотелось просто заплакать. Не знаю, никогда не была ни трусихой, ни мямлей и в излишнем слезоразливе не была замечена, чего это я раскисла?

"Гормональная перестройка организма из-за беременности, нервозность, слезливость» — подсказало наконец мое очухавшееся сознание. Точно! И чего я зря ною? Сейчас отдохну пару минут, и поеду дальше. А то уже руки устали в плечевых суставах от верчения баранки по таким поворотам и ухабам по лесной дороге, ещё и деревья объезжать надо. В мои успокоившийся мысли ворвался голос сестры.

— Аня, а вы тогда у Газельки бампер не оторвали?

Я удивилась. — Да, оторвали. А ты откуда знаешь?

— Так вон, у того дерева здоровенного валяется бампер, и ствол у дерева покоцанный.

Я посмотрела. Никакого дерева, никакого бампера. О чем и сказала Нине.

Теперь настала ее очередь удивляться.

— Ну как нету? Вон, стоит, листья какие-то, цвета непонятные, отсюда лиловыми кажутся, на земле рядом бампер белый валяется. Дерево, наклонившись, стоит. Овраг за ним сразу большой. И следы от протекторов тоже видны.

По описаниям, это то место, где мы прошли в другой мир. Но я этого не вижу! А Нина видит. То есть, если она сейчас пойдет, то перейдет в мир Валента, а я не вижу и не попаду? Или не пришел мой срок? Да, вроде бы говорил тот самый голос, что только в момент рождения мой ребенок получит свои способности. Надо же, а я думала, что это образное выражение. Получается, что Валент готов принять Нину хоть сейчас, а мне надо подождать до конца беременности и только тогда я увижу переход? Интересно… Все эти свои размышления свои я и озвучила сестре, не скрыв от нее, что она может перейти прямо сейчас и попасть в город, где найдет своего сына. Вначале радость мелькнула на лице Нины, но затем она решительно сказала.

— Надеюсь, ты не думаешь, что я тебя брошу тут одну, беременную, и рвану к своему охламону? Ничего, жил без меня четыре года, и ещё немного поживет. Зато приедем не с пустыми руками, ещё больше ценить мать будет. Ну, или материальные блага. А я останусь здесь, с тобой. И мы потом пойдем вместе и не рассчитывай на другое. Знаю я тебя, оставлю одну, так ты наберёшь чего попало, покидаешь как попало и половину нужного забудешь. Нет, Аня, мы вместе! Ты не побоялась мне все рассказать и с каким-то мировым разумом из-за меня спорила. Больше эту тему не поднимаем! Сейчас зарисую последние ориентиры, и поедем домой. И будем ездить сюда хотя бы раз в десять дней, дорогу накатывать. Местные, даже если и поедут здесь, все равно ничего не увидят.

А мне сразу легче на душе стало. И дорогу нашли, и Нина решила остаться со мной. Хоть я и хорохорилась, но все равно, страшно было оставаться здесь одной, после отъезда моих детей в другие страны. С Нинулей мы всегда были близки, а за эти дни сблизились настолько, что я даже не представляла, каково это — прийти домой, а Нины там нет.

Утро не задалось с самого начала рабочего дня. Вначале был вызов на боли в животе, мужчина. Ну, да, верно, боли, чего ж бы им не быть, когда язва желудка вот-вот пройдет последний слой стенки желудка. Только вот болезный просил нас сделать ему "укольчик" и он побежит на работу, у него сегодня важное совещание. Убила двадцать минут времени, объясняя мужику, что до работы он может и не доехать — язва таки "просверлит" себе дорогу в брюшную полость, а это уже совсем плохие перспективы.

Только свезли больного в БСМП, как последовал очередной вызов — мужчине на улице плохо. Знаю я эти "плохо"! Скорее всего, жалостливые старушки обнаружили в кустах мирно спящего пьяного бомжика и решили развлечься за наш счёт. Сейчас начнут трезвонить каждые пять минут и дребезжащим негодующим голосом интересоваться — когда же приедут эти лодыри из скорой? Тут человеку плохо! А по приезду скорой дружно испарятся за ближайший угол дома и будут оттуда выглядывать, чтобы мы не бросили "страдальца" тут в кустах. Воняет же под окнами!

Так оно и было. Бомжик мирно почивал, периодически посылая тыкавших в него своими палками бабок в пеший тур с эротическим уклоном. Стоило нам подъехать ближе, как бабки дружно упорхнули в разные стороны. Мужик бодро храпел, изредка делая попытки исполнить хриплым голосом нечто зажигательное. Гадство, и не отделаешься ведь, бабки бдили за углом. Решили — сейчас грузим, а возле парка выпустим "узника медицины" на волю. Хорошо, сегодня у меня нормальная бригада, сплошь мужики молодые, не считая меня, конечно. Водитель Андрей, фельдшер Ильяс и новенький врач — практикант Дмитрий Васильевич, или Дима, как смущаясь, представился нам с Ильясом.

Андрей подогнал ближе машину, распахнул задние двери, Дима и Ильяс ловко забросили матерящегося алкаша на носилки и в машину. Стремясь избавиться поскорее от алкаша, Андрей быстро рванул с места. Это было стратегической ошибкой. От резких рывков при объезде ям на внутриквартальных проездах бомжика стошнило. Короче, облевал он все, что видел. Пришлось отпустить бомжа раньше, чем планировали. При этом Ильяс красочно матерился на двух языках — русском и башкирском. Андрюха мрачно нахохлился за баранкой, а я запрашивала санобработку машины.

Горестно вздыхая, диспетчер отправила нас на дез. станцию. Пока я гуляла, "дышала воздухом и нюхала цветочки", мужики драили салон скорой. Видимые следы исчезли, но запах… он остался. Тогда Дрюня обрызгал все спреем "Хвойный". Стало вонять облеванными елочками.

Но Андрюша, будучи упёртым в попытках достичь нужного результата, применил ещё несколько разных спреев. И добился-таки результата! Вонью вонь поправ. На фоне химической вони запах рвоты был самым ничтожным! Так и катались до обеда, открыв все окна в салоне и даже боковую дверь. Правда пациенты, которых мы транспортировали, недоуменно крутили носами, пытаясь понять, чем у нас так забористо пахнет? Заехав на подстанцию полниться, решили заодно, и пообедать у Рахмона.

Только сделали заказ и, дождавшись своих блюд, взяли ложки, как заблымкал коммуникатор. Голос дежурного диспетчера был извиняющимся и тревожным.

— Аня, прости, я знаю, у вас обед, но у меня ни одной машины свободной! Менты просят медобеспечение. Ситуация 212!!

У меня похолодело внутри, хреново. 212! Это захват заложников.

Мы подхватились с места, пока я доставала деньги за обед, подскочил сам Рахмон, протягивая нам пакет с упакованными в коробки нашими заказами. От денег отмахнулся, проговорив.

— Храни вас Аллах! Вернитесь все целыми! Я знаю, что такое заложники…

Двор из четырех девятиэтажек был оцеплен полицией, из одного подъезда выводили вдоль стены дома жителей спецназовцы, прикрывая людей своими щитами. Мы подъехали почти вплотную к полицейскому "Тигру", там стояли несколько человек, один что-то говорил окружающим. Я запретила своим выходить из машины, сама подошла к руководителю операции.

— Мы медобеспечение, что там случилось?

Мужик повернулся в мою сторону.

— А, медицина… да нарик дозы не нашел, зато нашел где-то карабин охотничий, мать и сестру несовершеннолетнюю объявил заложниками, и постреливать по двору начал, тварь! Двоих ранил, ваши увезли уже. Теперь вот звонит, орет, что сейчас застрелит мать и сестру и выкинет в окно, вон, на седьмом этаже.

В самом деле, на седьмом этаже в одной из квартир только одна балконная дверь была немного приоткрыта, остальные окна плотно зашторены. Там, в двери, колыхалась какая-то тень.

— И что требует?

— Как обычно, — вздохнул полицейский — миллион долларов, вертолет на крышу. И дозу немедля, чтобы ширнуться.

Замолчав, он рявкнул в микрофон гарнитуры.

— Трофим, ну что там?

Невидимый мне Трофим ответил.

— Цель вижу, работать не могу, он постоянно передвигается и прикрывается то девчонкой, то бабой! Могу их зацепить, если дернется. А его реально колбасит, дёргается, мне видно.

Ясно, снайпер на крыше противоположного дома. Телефон затрезвонил в руке командира, я собралась уходить, чтобы не мешать. Внезапно полицейский махнул мне рукой, останавливая. Я замерла на месте. Он включил громкую связь, и я услышала.

— Вон скорая приехала, я вижу, пусть врачиха поднимется, у них ширево есть, я знаю! Только баба пусть идёт, мужика застрелю сразу!

И наркоман отключился. Теперь все смотрели на меня выжидательно. А я жалко улыбнулась. Ну, что я могу? Ну не чувствую я в себе позывов к самопожертвованию, тем более, теперь. Полицейский вздохнул опять.

— Понятно, что приказать я вам не могу, но он конкретно съехал с катушек, сказал, если не придёте, убьет всех в квартире, отдайте ему наркотик, он вас не тронет.

Я позвала Ильяса, при свидетелях из упаковки с наркотиками убрала все ампулы, кроме одной и передала их фельдшеру. Сказала, чтобы полицейский сразу же написал и отдал Ильясу акт о расходе одной ампулы промедола. Взяла в руки ящик с медикаментами и медленно пошла к подъезду. Каждый миг, ожидая выстрела. Что творится в мозгах у конченого наркомана — неизвестно никому, в том числе и ему самому.

После общения с наркоманами у меня осталось четкое убеждение, как в старых фантастических фильмах, когда в человеческое тело вселяется чужеродная тварь. То есть, она выглядит как человек, но ничего человеческого в ней уже не осталось. Нет такого преступления, на которое бы не пошел нарик ради дозы. Они сродни зомби — у них нет никаких ни родственных, ни душевных привязанностей, только одно осталось — Доза! Так что иду и не знаю, чем это закончится. Но решила, что ментально буду сканировать их там всех, но наркомана — крайне осторожно, они очень подозрительны и любое появление у них в голове посторонней с их точки зрения мысли могут счесть угрозой или нападением.

Дверь мне открыли не сразу, вначале явно пытались рассмотреть, нет ли за моей спиной или сбоку от дверей полицейских. Затем дверь открылась и меня рывком за рукав куртки выдернули в темный коридор. Дверь за моей спиной грохнула запорами и нервный голос приказал.

— Иди в кухню!

Я и пошла, планировку таких квартир, я знаю, бывала не раз. В кухне, у стола, сидела женщина неопределенного возраста. На полу, в углу между мойкой и холодильником, забилась девчонка лет двенадцать-тринадцать на вид, с опухшей половиной лица, с расплывающейся обширной гематомой, рваная рана на губе, откуда ещё все выступала кровь. Девочка машинально стирала с лица кровь ладонью, но молчала, уставясь в одну точку.

Сопорозное состояние, когда от стресса, ужаса мыслительная деятельность отключается, и человек уже не реагирует на внешние раздражители.

Меня грубо ткнули стволом карабина в спину.

— Ширево давай!

Я, стараясь не делать резких движений, аккуратно достала из внутреннего кармана коробочку с промедолом, подала назад наркоману. Он, открыв ее, взревел.

— Почему одна ампула? Чё, морфия нет? Промедол мне суешь!

— Мы ехали на подстанцию, пополняться, расход с утра был большой, нас с дороги развернули сюда. Морфин нам сейчас не выдают, только промедол. Больше у меня ничего нет, есть в ящике анальгин. Можно, я девочку осмотрю?

— Че этой мелкой сучонке сделается? Шприц чистый давай!

Получив требуемое, ушел в другую комнату. Я подошла к ребенку. Да, губа разорвана и гематома здоровенная, вон и глаз уже закрылся. Как бы скуловую кость этот выродок не сломал… затампонировав кровоточащую рану салфеткой с хлоргексидином, просканировала девочку.

Я была в ужасе, даже не могла вдохнуть воздух!! Нет, скуловая кость была целая, хотя этот урод ударил сестру затыльником приклада. Девочке, оказывается, было шестнадцать лет, а не двенадцать, как мне показалось вначале. Наверное, сказывалось недоедание, потому что отчётливо ощущалось чувство голода, но не это самое ужасное. Девочку уже год насиловал этот выродок, не могу назвать его человеком! Причем при полном попустительстве матери, она все знала и тоже запугивала ребенка, говоря, чтобы она молчала, иначе брат сильно расстроится и вообще ее убьет. А этого допустить никак было нельзя, поскольку девочке была положена пенсия за погибшего отца, и все эти деньги шли на наркотики.

Ребенок уже решился покончить жизнь самоубийством, больше не выдерживала, но вот это случилось… Я повернулась к матери, если можно так сказать. Видимых повреждений на ней не было, но вид у нее тоже был пришибленный. Она подняла на меня глаза со слезами.

— Вы не подумайте плохого, Вадик, он хороший, просто — это же болезнь такая, да? Его просто надо лечить! Его нельзя наказывать, его лечить надо!

Истово шептала она, надеясь, что и в этот раз ее мальчику повезет и все обойдется и ее Вадик останется с ней. Я огляделась вокруг. Нда, бедновато, видно, что все ценное уже вынесено и продано на дозу.

Но и ещё более жуткая мысль мелькала в голове у этой, не могу сказать, матери. Она уже прикидывала, как бы удачно продавать дочь мужчинам, чтобы получить деньги для Вадика. Судьба дочери ее не интересовала, у нее был только одно божество — сын. Пока я все это обдумывала и пыталась понять, как и что тут можно сделать на пороге появился довольный Вадик. Вмазался уже. Посмотрев на нас, он неожиданно весёлым голосом сказал.

— А ты тоже ничего, врачиха! Пойдем, развлечемся, пока вертолет не пригонят! А то эта — он небрежно ткнул стволом карабина в сторону девочки — надоела, ноет только. Пошли!

И он попытался дёрнуть меня за рукав. Я шарахнулась от него. Наркоман истерически завизжал.

— Что шарахаешься? Не хочешь? Кто тебя спрашивает? Или вот хошь, смотри, я этих сучек убивать буду на твоих глазах, пока ты сама не разденешься!

Девочка сидела молча, а вот мать зарыдала.

— Ну что вам стоит, женщина? Соглашайтесь, ничего с вами не случиться, вы же не молоденькая!

Я почувствовала, как злоба поднимается во мне, мутит голову, как начинают трястись руки от протекающей к ним силы, но тут опять послышался голос этого урода, истерический, с подвизгиванием.

— А вот, смотри, я сейчас в голову себе выстрелю, если не согласная! Смотри, где ж твоя гуманность, где твоя клятва Демократа? Не веришь, что выстрелю? Смотри!

Я даже не успела повернуться, как мать пулей пролетела мимо меня, повиснув на руке сына. Выстрел таки грохнул, уши заложило от звуковой волны, резко и кисло запахло сгоревшим порохом. На полу валялся наркоман, под головой собиралась кровавая лужа. На теле самоубийцы валялась и выла волчицей мать. Мне и проверять не надо было — Вадик был бесповоротно мертв. Я подошла к девочке в углу, вытянула ее за руку, повернула в сторону от этого жуткого зрелища, и, не выпуская ее руки, взяв свой ящик, вывела девочку из проклятой квартиры.

По лестнице уже скачками неслись спецназовцы. Коротко спросив — Помощь нужна!? — они ворвались в квартиру. А мы пошли вниз по лестнице, лифт был отключен. Подойдя к своей машине, я сделала страшные глаза своим, чтобы они ничего не говорили, только помогли обработать травмы у девочки и сделать инъекцию обезболивающего. Отъехав от дома, я попросила Андрея, чтобы он подъехал к моему дому, и по дороге позвонила Нине, чтобы она спустилась вниз.

Подъезжая к дому, увидела вышагивающую у подъезда сестру. Вывела девочку из салона машины, передала ее сестре, велев накормить и уложить спать. Завтра все расскажу. По дороге на подстанцию, сказала своим, чтобы они твердо запомнили — девчонка сбежала из машины у дверей детской больницы. И коротко рассказала о случившемся в квартире. Фельдшер и интерн подавленно молчали, а непосредственный Андрюха сказал.

— Ну, ясно, сбежала от страха! Не наше это дело, сбежавших пациентов ловить!

И, помолчав, добавил — Жаль, нельзя эту гниду убить ещё раз!

На подстанции, коротко доложившись о выезде, и сдав рапорт об израсходованной наркоте, подписанный полицейским полковником, я ушла в комнату отдыха и присела на кушетку. Сил не было даже разговаривать. Сообразительный Ильяс разворачивал от двери всех желающих пообщаться со мной.

А я лежала на узкой, жесткой кушетки и думала. Скорее пыталась анализировать происшедшее сегодня. Постаралась оставить в стороне вообще саму ситуацию, ужас происшедшего. Я анализировала свои действия. Что я могла сделать тогда? Могла избежать того рокового выстрела? Могла. Был еще вариант выжечь ему мозг. И чем тогда оставшаяся жизнь преступника лучше смерти. Ничем. Даже еще хуже бы сложилось для Веры, той несчастной девочки, неизвестно, что там еще надумала ненормальная мать, ведь уход за такими больными достаточно дорог. А внушить наркоману, убрать оружие или устроить ему парализацию рук, можно было, но у меня на это могло не хватить времени. Такие люди крайне подозрительны и даже если ему просто что-то показалось, он успел бы выстрелить. Так и так у меня просто не было другого выхода, как не мешать ему убить себя. Особого убытка обществу его смерть не принесла, этого Вадика уже нельзя было вернуть в нормальный социум. Так что никакой вины я не должна чувствовать. Отчего же так погано на душе?

Меня затрясло. Адреналиновый откат пошел. Я внезапно осознала, что рисковала не только своей жизнью, но и жизнью своей не рожденной дочери, судьбой своего мужа Дариана, судьбой своих старших детей. А как же Ниночка? Останется одна без Коли, без меня? Нет, больше я ни во что подобное не влезаю, не нравится — пусть увольняют, проживу эти семь месяцев, уж с голоду не помру. Кажется, я задремала. Не слышала, как приняла вызов моя бригада, как Ильяс решил не будить меня, буркнув Диме, врачу-практиканту, — сами справимся.

Проснулась я почти под утро, на удивление спокойная и отдохнувшая. Выполнили еще два вызова, одна из наших бабок — хроников решила, что пять часов утра — хороший повод измерить давление, и вызов к двухлетнему ребенку на лающий кашель. Ну, ларингиты всегда под утро начинаются. Родители попались адекватные, не спорили, надо в стационар — собрались и поехали. Утром, сдав смену, почувствовав зверский голод, вспомнила, что вчера так и не пообедала. Конечно рано еще, все кафе закрыты и у Рахмона тоже. Но вон стоит у них развозной фургончик, значит, кто-то в кафе есть, загляну на удачу, может хоть чем-то накормят.

В кафе был сам Рахмон и один из поваров. Увидев мою просительную моську, хозяин быстро догадался о цели моего визита. Засуетился, усадил меня за свой служебный столик, что-то сказал на узбекском повару — и вот мне уже несут касу с горячей, прямо огненной шурпой и свежие ароматные лепешки горкой на блюде. Пока я не поела, Рахмон молчал, и только дождавшись пиал с зеленым чаем и тарелки с восточными сладостями, заговорил.

— Я не успел тебе вчера сказать Аня, Гуля с Каримом ходили к своему врачу. Все анализы у внука абсолютно нормальные. Понимаешь, Карим здоров!

Я не видела, чтобы Рахмон плакал, когда сказал о болезни малыша, а тут плакал! От счастья, от облегчения, от того что наконец, горе отпустило свою когтистую лапу от сердец семьи.

— Аня, мы всей семьей тебе должны! Мы сделаем для тебя все, только скажи!

Вначале я хотела отказаться, что ничего не надо, но потом вспомнила Ниночкины нотации и сказала.

— Может, поможешь купить за приемлемые деньги ГАЗ-66, «шишигу» с будкой? Не надо новую, лишь бы на ходу была? Буду очень признательна!

Рахмон подумал немного, сказал.

— Для тебя я это сделаю, найду родню, земляков, но такую машину я тебе добуду. Как только появится что-то конкретное, сразу скажу.

Еще немного посидев, достала деньги, чтобы рассчитаться, но хозяин замахал руками.

— Ты что, не надо! Ты мне теперь родня, а со своих разве деньги берут!

Я вышла из кафе, и тут ожил мой телефон. Звонила диспетчер.

— Аня, извини, тебя главная вызывает, а я смотрю, твоя машина на парковке значит, и ты еще не ушла. Зайди к главной, пожалуйста.

Так и знала, что мирно это утро не закончится.

В кабинете главной я без особого удивления увидела вчерашнюю женщину, мать наркомана Вадика и девочки Веры по совместительству.

Вот было у меня ощущение, что увижусь с этой ненормальной.

— Анна Сергеевна, я знаю, что вы после работы, поэтому давайте быстро все выясним. Вот от гражданки поступила жалоба на вас. Она пишет в жалобе, что вы даже не пытались оказать медицинскую помощь ее сыну.

Главная была вежлива и тактична, как БТР на боевом марше.

Я тупо переспросила.

— Кому я помощь не оказала? Трупу, что ли?

Женщина взвилась.

— Да вы даже не подошли к нему! А ведь он мог быть еще живой, и если бы вы его полечил, он бы жив остался!

Я хмыкнула и уже обращаясь к главной, пояснила.

— Какую помощь я могу оказать, если содержимое черепной коробки растекается по ближайшей стене и половина черепа на полу, после выстрела в упор из карабина «Сайга»? Ведь карабин, по сути тот же самый «калаш», только переделанный под стрельбу одиночными выстрелами.

Пришлось коротко пересказывать все случившееся вчера в квартире.

Главная уточнила.

— А куда оставшиеся ампулы промедола использовала?

— Ампулы я передала фельдшеру Губайдуллину при свидетелях полицейских. Сейчас они сданы по описи на хранение как обычно. Рапорт об использовании одной ампулы прилагается, подписан руководителем спецоперации.

Слышавшая нас женщина выхватила из разговора одну фразу и опять вцепилась в нее.

— Вот, вот видите, вы дали моему мальчику только одну ампулу, а если бы все отдали, он может просто бы спать лег, а не выстрелил бы! Это вы виноваты в его смерти! И вообще, вы специально его раздражали! А он, Вадик, очень нервный, его нельзя сердить!

Ладно, не понимает она по-хорошему, будем по-плохому! Я молча достала из сумки сотовый телефон, и включила запись диктофона. Я всегда включаю диктофон, если предполагается проблемный вызов, вот и вчера, конечно включила и положила в карман куртки. Меня никто не обыскивал и запись отлично сохранилась. По мере прослушивания брови у главной поднимались все выше. Особо ее впечатлило, что вот эта дама уговаривает меня на секс с ее сыном. Главная кашлянула.

— Анна Сергеевна, приношу вам свои извинения, жалоба признается необоснованной. Вы все сделали правильно. Кстати, а где девочка, которая была в квартире?

— Девочка была избита и находилась в сопорозном состоянии. Была нами доставлена в детскую больницу. Потом из их приемного позвонили и сказали, что сбежала девочка, больше мне ничего не известно.

Не буду я говорить, что ребенок спит сейчас у меня в квартире, да и куда она бы делась, после того количества транквилизаторов, что я ей вчера вкатила перед тем, как высадить ее у моего дома.

Постояв несколько мгновений, повернулась и вышла из кабинета. Затем постояла на крыльце, вдыхая свежий воздух и успокаиваясь. Надо же, какая избирательная материнская любовь. Сына боготворила, а про дочь даже не спросила. Только главная поинтересовалась.

Нет, однозначно нельзя Верочке возвращаться к такой матери! Ладно, посоветуюсь с Ниной, спросим саму Веру, может, есть у нее вменяемые родственники. Дома я застала семейную идиллию. На кухне сидела Нина, подперев щеку рукой и смотрела, как одетая в мою длинную футболку, аккуратно, стараясь не травмировать лишний раз порванную губу, но торопливо ела Вера. Видимо специально для нее, Нина приготовила омлет, чтобы меньше причинять боль травмам.

Увидев меня, девочка смутилась и попыталась вскочить. Стараясь натянуть футболку подлиннее на коленки. Но не рассчитала своих возможностей и вчерашние травмы дали о себе знать, она охнула и неловко, боком присела на стул. Я махнула рукой.

— Сиди, ешь, я потом тебя еще раз посмотрю да немного твои травмы подлатаю.

Чтобы не смущать девчонку еще больше, я пошла к себе, пока переоденусь, пока посмотрю список дел на сегодня. Посмотрю, что там Ниночка успела за вчерашний день сделать.

Только успела переодеться, как в комнату мышкой проскользнула Нина.

— Давай колись, где ты эту Маугли нарыла? Она недавно проснулась, вот посадила, есть ее. Слушай, я когда ее спать укладывала, посмотрела, на ней же места живого нет. Все в синяках — и старых, и новых… про лицо уж совсем молчу.

Коротко пересказала сестре вчерашнюю историю и историю девочки. Добавила про сегодняшнее посещение «любящей» мамули, которая даже про дочь не вспомнила. Нина была просто в шоке, даже не нашла, что сказать. Хотя, оно понятно, с Нининым трепетным отношением к детям, такое у нее просто не укладывается в голове. Охрипшим голосом она спросила.

— И что думаешь делать с Верой?

Я пожала плечами.

— Для начала надо поговорить с девочкой, хочет ли она вообще возвращаться к матери. Если не хочет, то надо выяснить, есть ли у нее вменяемые родственники, которые могут взять опеку над ней. Дальше будем действовать по обстоятельствам.

Вера уже поела и тихонько сидела на кухне, не решаясь куда-то двинуться. Я позвала девочку в комнату Сергея, где она провела сегодняшнюю ночь, и приступила к ее осмотру. Опасных для жизни повреждений не нашла. Но вот недавний перелом двух ребер еще только-только начал срастаться, как этот урод опять пнул девочку. Надо обезболить все эти ушибы и гематомы, да запустить режим усиленной регенерации.

Сразу все убрать не получится, из-за обширных гематом. Слишком много продуктов гемолиза (продукты распада крови в гематомах), может поступить в кровоток, что усугубит общее состояние девочки. Вот отеки, чтобы глаз нормально открылся, и могла свободно дышать носом, да надорванную губу залечить — это я сейчас и сделаю. Потребовалось несколько минут. Вот и готово. Девочка села на диване, неверующе потрогала лицо. Я улыбнулась.

— Все хорошо. Но лечиться все равно еще надо. Пока я только обезболила, да отеки сняла. А теперь рассказывай, что к чему и почему. Есть ли у тебя еще родные кроме матери.

Когда девочка закончила свое повествование, мы сидели с Ниной, притихнувшие от ужаса. Неужели в наше время так может выживать ребенок в собственной семье?

Оказывается, у них все было подчинено культу старшего брата, сыну матери от первого брака. А Вера от второго, ее отец погиб в одной из кавказских войн. Пенсия за отца, положенная Вере, вся уходила на нужды брата, а девочка ходила в обносках с чужого плеча. Да еще в том, что иногда покупала на свою небольшую пенсию добрая бабушка, мать отца. Над ребенком смеялись одноклассники, но девочка училась отлично, и вот только закончила сдавать экзамены за девятый класс. Хотела поступать, хоть куда, лишь бы дали общежитие. Но поняв, что вместе с Верой уйдут и деньги, брат в очередной раз избил ее.

А бабушка умерла два месяца назад. Свою маленькую квартирку и небольшую дачку она завещала внучке, но мать сдала уже квартиру, так как продать не могла, только через полгода. Письменное разрешение на продажу имущества от Веры они уже выбили. Верочка готова была подписать что угодно, лишь бы оставили ее в покое.

Но брат не унимался, теперь ему хотелось безопасного секса, а от шалав в наркоманском притоне можно подцепить любою заразу. А Вадик себя любил и заботился о своем здоровье. Странно у наркомана устроены мозги.

Все это Верочка бесхитростно и вывалила нам. Признавшись, что хотела уже выпрыгнуть в окно, чтобы все это закончилось скорее. Поэтому свои документы девочка замотала в полиэтилен и скотчем прикрепила к своему тощему телу под старенькую футболку. Теперь она доверчиво протянула их нам. Глядя на нас взглядом уличного, побитого неизвестно за что, щенка. Этого Нина уже выдержать не могла, громко всхлипнув, бросилась вон из комнаты. Я уверила Веру, что матери мы точно ее не вернем. Взяла документы и потихоньку погрузила ее в лечебный сон. Пусть спит, скорее выздоровеет.

Нина нашлась на кухне, сидела с полотенцем в руках, поочередно то, прикладывая один край к глазам, то вытирая нос другим. Увидев меня, сестра безапелляционным тоном сказала.

— Эту девочку я забираю с собой! Ей в этом мире нет места! Эта подлюга-мать все равно не оставит ее в покое! Поживет у нас пока, а потом уйдет вместе со мной. А там скажу, что это моя дочь! Колька будет рад сестре, я уверена.

Я кивнула, соглашаясь. В Коле я была убеждена, характер сестры тоже знала. Да и душа у девочки была чистая, без черноты и вранья. А магия…, посмотрим, и просто люди, без всякой магии, бывают лучше, чем иные маги. Я думаю, что мы будем любить Веру и без магии. Значит, сейчас садимся и заказываем по интернету доставку одежды для нее полностью, от трусов до куртки и обуви. Заказ с курьером и примеркой. Сказала об этом Нине, она тут же помчалась за ноутбуком, делать заказ. Не поведем же мы ребенка с синяками на лице по магазинам.

Между делом, набивая заказ, Нина рассказывала о своих свершениях за вчерашний день. Последние документы на мою квартиру уже подписаны, теперь ждем перечисления денег, собираем необходимые вещи. Вещи делим на те, что в гараж, на те, что увозим в маленькую квартиру, и на те, что раздаем по друзьям — знакомым. И переезжаем. Вера едет с нами. Делаем закупки и запасы, скачиваем информацию, общаемся с нашими в Валенте. На днях еще провожаю своих детей в дальние страны. Хоть и болит душа за своих деток, но уже не так, как в Валенте, теперь и они знают, что со мной все хорошо и я знаю. А возможность сеансов связи с ними я из этого мирового сообщества все равно вытрясу. По любому. Теперь вот найти надо подходящую машину, но тут мне обещал помочь Рахмон. И еще. Надо учить Нину водить автомобиль, ибо она этого не умеет от слова совсем. И Веру, наверное. Пусть хоть с легковушкой научатся. Вот не забыть бы, спросить у Коли на очередном сеансе, у него друг был в ДОСААФ, инструктор по вождению. Может, и научит наших девиц, за соответствующую плату? А если успеем купить шишигу, то и мне не помешало бы несколько уроков…

Когда ты никуда не спешишь, то и дни тянутся медленно, размеренно, как вязкое желе. А когда ты сам спешишь, то летят со скоростью пули — вот, кажется, только вчера проводили моих Танюшу и Сашу с их семьями далеко за рубеж. Но вот уже и всю недвижимость продали и переехали в родительскую квартирку на окраине города…

Недавно совсем узнавала у Коли контакты его друга в ДОСААФе, и договаривалась с ним насчёт частных уроков — а уже Нина лихо рулит моей Шнивой на полигоне, да и Вера не отстаёт от нее. Кирилл, друг Николая, сделал за определенную сумму документы, что Нина прошла курсы в его клубе, и вот завтра сестра сдает экзамен на права. А на то, что Верочка ещё несовершеннолетняя, Кирилл закрыл глаза и просто обучал девочку водить машину. На городские дороги мы ее и не собираемся выпускать, а в лесу зайцы права не спрашивают.

Зато сегодня я с Кириллом еду смотреть машину, ГАЗ-66. На днях позвонил Рахмон, сказал, что нашел машину, подходящую под мои требования. Насчёт оплаты он несколько замялся и сказал, что договоримся на месте. Ладно, посмотрим.

Постепенно наши сборы систематизировались, мы уже не хватались за все подряд, составили два списка — то, что нам заказывали с той "стороны", начиная от каких-то невероятных присадок для наших "Держиблей", до совсем мудреных приправ и навороченных рыболовецких снастей для Митрича.

И второй список — это то, что мы считаем нужным и необходимым для того мира.

Кое-что подсказала нам Вера. Девочка оказалась для нас просто необходима. Ни Нина, ни я не обладали в нужной мере знаниями по компьютерной технике. Нет, мы были уверенными пользователями, не более. А вот Верочка, несмотря на свой юный возраст, очень хорошо управлялась с этими "умными железками".

Я ее спросила, где она этому научилась, получила ответ, который в очередной раз заставил сжаться сердце от боли. Оказывается, девочка давно увлекается компьютерным программированием, раньше часто занималась у своих друзей, а в прошлом году, когда девочка приехала к бабушке на дачу на все лето, бабуля из своих немудрящих средств скопила и купила ей недорогой ноутбук.

Вера с ним не расставалась, прошла онлайн кучу разных курсов для программистов за лето. Но потом пришлось вернуться домой, а там… как Вера не прятала самую ценную вещь из ее личного имущества, брат нашел и продал ноутбук. На дозу. А у нас ей предоставили в пользование навороченный Колькин компьютер со всем прилагающимся. Поэтому скачивание всевозможной информации теперь забота Верочки.

За прошедшие два месяца сошли все синяки, немного поправилась худая фигурка при нормальном питании. Отросли неровно остриженные волосы, и мы сделали ей в салоне модную симпатичную стрижку. Одели в одежду по ее размеру и возрасту — и перед нами появилась очень миленькая, веселая тинейджерка, какой ей и положено было быть по возрасту.

Со мной Вера вела себя чуть сдержанно, может, потому, что я присутствовала тогда там, в родительской квартире… и немного стеснялась. Но не боялась меня.

А вот с Ниной, легко было поверить, что это мать и дочь, такие у них были отношения. Нина сама мне призналась, что все равно удочерила бы девочку, если бы осталась здесь. К тому же Вера оказалась хорошей хозяйкой, удивительно, при такой матери, девочка умела хорошо готовить, поддерживала чистоту в нашей крохотной квартирке. Как она сама признавалась, при всей бытовой технике и полном продуктов холодильнике — это совсем нетрудно.

Нина теперь вышла на работу, целый день девочка была одна, если и я на смене была. Далеко от нашего дома, в центр города Вера боялась ходить, а вдруг мать встретит? Кстати, жалоба сумасшедшей матери последствий не имела — ни прокуратура, ни горздрав ее не приняли.

Ну, вот и время подошло, поедем сейчас на "смотрины" нашего будущего транспорта.

Как раз и Нина пришла с работы и Кирилл отзвонился, что ожидает нас в условленном месте, и оттуда мы поедем в гараж, где и находится нужный нам автомобиль.

У ворот гаражного кооператива нас ожидал Рахмон, немного нервничающий. Чего это он? Неужели боится, что машина нам не подойдёт по цене или качеству? Ладно, посмотрим дальше. Он подсел ко мне в машину, и мы проехали к нужному гаражу.

Там возле ворот тоже нервно прогуливался молодой мужчина около тридцати лет, на первый взгляд, причем абсолютно славянской внешности. Что удивительно, я почему-то думала, что Рахмон будет искать автомобиль среди своих земляков. Мы вышли из машины, поздоровались, Парень назвался Олегом и сразу начал распахивать большие ворота грузового гаража. Ловко забрался в высокую кабину, завел двигатель и выгнал машину наружу. Видимо, недавно прогревал движок, потому что он схватился сразу, звонко затарахтев мотором в бетонной коробке гаража.

Первый плюс — проблем с зажиганием быть не должно. Автомобиль выглядел достойно — высоко сидящая кабина, мощный кенгурятник, веткоотбойники по бокам, достаточно большой кузов-будка, широкие, зубастые внедорожные покрышки. Ах, да, он же и есть внедорожник. Весь автомобиль покрашен в цвет темного хаки, армейский, в общем. Но номера гражданские. Выгнав машину и заглушив двигатель, владелец выпрыгнул из кабины, приглашая для осмотра изнутри. Кирилл занялся привычным для него делом-осмотром техники. Мы стояли чуть в стороне, не мешая профессионалу. Олег сказал.

— Машина принадлежала моему отцу, но я уже давно, после его смерти, переоформил ее на себя. Отец всю жизнь проработал завгаром на одном предприятии, а потом, в начале двухтысячных, оно закрылось, и батя выкупил "шишигу" по остаточной стоимости. Пользовался он ей редко, только на охоту с друзьями. Но за машиной следил тщательно.

Я поинтересовалась.

— А почему продаете? Машина выглядит отлично, вдруг бы самому пригодилось…

Парень нервно передернул плечами.

— Нет, я человек городской, на природу, если только на пикник, выбираюсь, а там и моей легковушки хватает. Тем более сейчас, не до пикников мне.

Он как-то обречённо махнул рукой, отвернулся. Рахмон тоже прятал виновато взгляд. Да что тут за мировой заговор?

Пока я раздумывала, этично или нет лезть в мысли незнакомого человека, Кирилл выпрыгнул из кабины, щёлкнув чем-то позади кабины, откинул ее вперёд. И залез с головой во внутренности. Пошуровав там, опустил кабину на место, полез в будку.

Ох, и высокая же она, как залезать будем? Точно, лесенку надо! Закончив осмотр, Кирилл вытер руки ветошью и показал мне издали большой палец, мол, хорош агрегат!

Я повернулась к Олегу и Рахмону и решительно сказала.

— Берем ваш автомобиль! Сколько вы за него хотите?

И сама внутренне зажмурилась, лишь бы хватило денег, грузовые, а внедорожники особенно, стоят дорого. Мужики замялись, но потом Олег набрался смелости и сказал глядя мне в глаза.

— Я отдам "шишигу" за так, бесплатно, если вы поможете вылечить мне мою жену! Моя жена, Лариса, она умирает — парень судорожно сглотнул, но продолжил — у нас двое сыновей, пять лет и восемь месяцев. Младшему было два месяца, заболела грудь, пошла к врачу, думала мастит. Лечили мастит ещё два месяца. Потом выяснилось, что рак груди. Делали химию, облучение проводили, без толку. Вот выписали, сказали, что шансов нет. Помогите!

И парень рухнул передо мной на колени, прямо в грязь от натёкшей при мытье машины воды. Схватил меня за руку и прижал к губам. Я стояла растерянная и обалдевшая. Потом осуждающе глянула на Рахмона. Тот виновато пробормотал.

— Да не говорил я ничего и не обещал! Это Гуля проговорилась, она с Ларисой в одной школе работает, только та историю преподает… Все в школе знали, что у Гули ребенок на грани смерти, и вдруг выздоровел. Вот Лариса и вцепилась в Гулю, последний шанс у нее. А я пообещал только, что сведу их с тобой. А тут так получилось, что у парня как раз есть нужная тебе машина.

Я стояла оглушенная. С одной стороны, светиться лишний раз не хотелось, хотя бы потому, что не слишком я рвалась закончить свою жизнь в секретных лабораториях…, но с другой стороны, и машина нам нужна, и опять же, дети совсем крохи останутся…

Парень себе жену ещё найдет, а вот дети, найдут ли маму? Что-то я совсем сентиментальная стала с беременностью в связи. Мне лучше про детей ничего не надо говорить, ведь полезу, куда ни попадя.

Вздохнула — Ладно, я обещаю только посмотреть! Пока больше ничего сказать не могу.

На том и порешили — завтра я заеду по нужному адресу, а дальше будет видно.

Неделю я уже работала с Ларисой, сдвиги были, но до излечения ещё… ого, как до Пекина по-пластунски. Пока удалось лишь остановить процесс, да уменьшить болевой синдром до отмены наркотиков. Но раковая интоксикация ещё была значительной. По мановению волшебной палочки только в сказке бывает, а здесь надо работать. К тому же я остерегалась выкладываться на всю катушку, боясь навредить собственному ребенку.

Но пока моя нерожденная дочь чувствовала себя хорошо, да и я тоже. Токсикоз первого триместра беременности прошел и я никаких неудобств не испытывала, даже нагрузки на скорой не особо утруждали. Единственное, что я отказалась поднимать тяжести. А так все нормально.

Подготовка к отбытию шла уже полным ходом, заезжала недавно в гараж, смотрела со страхом на ту гору вещей, что уже скопилась у нас там. Так и дома в прихожей и на балконе стоят плотно запечатанные коробки с чем-то.

Подробные списки ведут Нина с Верой. Да, вот ещё. Недавно ездили опять по маршруту отъезда. За лето мы набили уже неплохую дорогу туда. Но никто, кроме нас туда не совался, были видны только следы от моей машины. На сей раз водителем была Нина, а штурманом я. Дорогу мы нашли и место с тем деревом недобитым тоже.

И опять — Нина четко видит переход, а я нет! Но самое интересное — переход видит и Вера! Хотя ситуацию с Верочкой я даже ещё не обсуждала с этим мировым разумом. Очень интересно… и непонятно. Получается, ей заочно дали возможность уйти из этого мира? Хорошо бы! Но теперь будем брать каждую поездку девочку с собой, проверять. Да и пусть попробует порулить по лесной дороге. А Нина экзамен на права сдала. Успешно. Как сама сестра смеялась — раньше стимула не было к вождению, а сейчас появился.

Сегодня надо заехать к Ларисе, завтра на суточную смену на скорой. Пока буду у своей пациентки, Нина с Верой поездят по центру. Хотели посмотреть какие-нибудь краткосрочные курсы для Верочки. Лето практически закончилось, ещё неделя и начнется учебный год. На полноценное обучение решили девочку не устраивать, все равно придется уходить зимой, не успеет закончить ничего. А вот какие-нибудь курсы — вполне.

Доверенность Нине на "Шниву" я выдала сразу, как только она получила права, так что пользуемся машиной по очереди. Сестра даже хотела прикупить себе какую-нибудь небольшую машинку, но я отговорила. Не стоит лишнее барахло заводить. Пока и так хватает.

Лариса сегодня выглядела бодрее. Ну да, боли не мучают, вот она и встала с постели, что-то пытается сделать по дому. Олег на нее прикрикивает, чтобы не напрягалась, а отдыхала, но мать и женщина в Ларисе брала верх — Лариса суетилась по дому. И только мой приход заставил ее лечь.

Олег унес малыша в другую комнату, старший ребенок был ещё в детском саду, так что мы остались с пациенткой одни. Ларису, чтобы не мешала и не напрягалась лишний раз, просто погрузила в сон. Да и мне так легче. Женщина спала, а я осматривала ее, намечая себе план работы. Так, раковая язва на груди огромная, но за эти дни количество некротизированных тканей уменьшилось, и новые, изуродованные мутациями, клетки не поступали в кровоток. Теперь бы справиться с последствиями интоксикации, а ткани регенерируют сами. Сегодня пришлось сеанс лечения продлить, завтра я не смогу, мне ещё сутки работать. Чуть-чуть ускорила обмен веществ, стабилизировала пищеварение, немного уравновесила гормональный баланс. Всего по чуть-чуть, а женщине стало явно лучше. Пусть ещё с часок поспит, потом сама проснется. Попрощавшись с Олегом и оставив рекомендации, вышла на улицу.

Мои уже ждали у подъезда. Были чем-то то ли встревожены, то ли напуганы.

— Колитесь, девчонки, что случилось?

Нина поморщилась.

— Да вот Верочке вроде бы мать померещилась, вот она и напугалась, что силой ее домой поволочет. Я ей говорю, что не посмеет, не верит. Она тут, оказывается, съездила в собес (управление социальной защиты населения) и написала заявление, чтобы положенную ей пенсию за отца перевели к получению через банковскую карту. Ей шестнадцать лет уже исполнилось, имеет право. Вот теперь и боится, что раз матери деньги перестали поступать, она и будет искать Веру. Послезавтра девочке как раз необходимо съездить в управление, подписать последние документы и забрать социальную банковскую карту. Боится. Я на работе буду, съездишь с ней?

Я согласно кивнула головой, раз надо, то почему бы и нет?

— А курсы нашли какие-нибудь?

— Да, вот Вере приглянулись курсы ландшафтного дизайна, а и правда, интересно и красиво. Мы записались, я с карты оплатила, нам уже кучу всякой литературы дали, через неделю занятия начинаются.

В лице Верочки явно боролись два чувства — и радость от того, что нашла учебу по душе и досада от того, что оплатили учебу мы, а не она. Я успокоила девочку, сказав, что ее помощь в копировании и поиске информации, систематизации нашего имущества с лихвой перекрывает стоимость обучения. Верочка успокоилась и повеселела.

Пока ехали домой, я раздумывала. Это же надо так запугать несчастного ребенка, что она боится даже мелькнувшей тени, похожей на собственную мать!

Как могла эта сущность, не могу даже сказать личность, называться матерью? Свою личность она полностью растворила в сыне — наркомане, начисто игнорируя наличие ещё одного и более того, несовершеннолетнего ребенка! Совершенно не обращая внимания на маленькую голодную девочку рядом в квартире, все деньги, приносимые существованием этой самой девочки, уходили на дозу для любимого сыночка, на продукты для дочки их уже не оставалось. Ее не волновало, во что будет одета дочь для школы, просто зимой, есть ли у нее куртка и сапожки. Собственно, и в квартире Веру терпели из-за того, что за нее платили деньги. И вот теперь Вера боится, что мы отдадим ее этому существу, ее биологической матери? Ну, так сейчас! Да мы с Ниной поднимем все связи свои — от полицейских до депутатских, но ребенка не вернём. В самом крайнем случае у нас есть последний вариант — навесим на нее рюкзак с вещами, дадим письмо для наших родных и затолкаем ее в портал до Валента! Доберется до наших, хоть как!

Но это самый крайний случай, не хотелось бы. Да и Нина переживать будет, у сестры уже сложилось отношение к девочке, как к давно потерянной, но сейчас счастливо найденной дочке, и от того ещё больше любимой.

Я частенько видела, как они сидят рядышком, шепчутся, как мама с дочкой, обсуждая девичьи секретики. Нина сказала мне, что Верочка поведала ей свой самый страшный ужас — про изнасилование ее собственным братом… это был показатель доверия. До этого она просто упомянула этот факт, а мы не хотели лишний раз травмировать девочку, вот и не расспрашивали. Я и так все знала из ее памяти. А сейчас Вера увидела нормальную жизнь с любящей мамой и доброй родней, поэтому так испугалась, увидев что-то из прошлой, страшной жизни.

Дома мы ещё раз просмотрели все учебники, пособия, которые купила Нина для нашей студентки и пришли к выводу, что необходимо купить ещё разных журналов по ландшафтному дизайну. Там такие красивые картинки. Основы получит на курсах. А дальше по журналам и пособиям. Все-таки ландшафтный дизайн в наше время — это настоящее искусство. Сколько сформировалось разнообразных стилей обустройства, всех не перечесть.

В Валенте до сих пор очень слабо развито озеленение и парковое декорирование. Да собственно, парки есть только в столице у королевского дворца, да в королевской летней резиденции в одной из горной долин. Да есть ещё, у нашего семейного квартала в Трумеле свой парк. Но последнее время некоторые богатые и власть имущие стали проявлять некоторый интерес к нашим цветам и различным кустарникам. В прошлом году Варя устроила небольшие клумбы с цветами — летниками в поместье Дариана, но ухаживать за ними, особо не было времени, да и далеко поместье от нашего дома в Трумеле то. А профессии садовника как таковой пока что в мире Валента не существует. Думаю, все эти красочные журналы нам пригодятся там, в будущем, если мы намерены изменить подход населения к озеленению мира.

Кстати, надо ещё раз просмотреть, что там Нина отобрала из справочников и книг для переправки в Валент, а то что-то я последнее время закрутилась и как-то пустила это дело на самотёк. Ещё хорошо бы сверить те списки, что мы приготовили и что нам надиктовали оттуда, чтобы не задваивались заказы. Из оргтехники, точно знаю, что Нина закупила ноутбуки, один мощный ксерокс, запас бумаги и краски для ксерокса, различной канцелярии несколько пакетов. Когда я увидела, что Ниночка заказала доставку из магазина навороченной кофемашины и различной мелкой бытовой техники, я только взвыла.

— Нинуль, да не будем мы КАМАЗ покупать! Куда это все?

Быстро проглядывая свои записи, сестра рассеянно ответила.

— Не пыхти, систер, все пригодится! — я вот тут призадумалась — Брать посудомойку или нет?

Ой, ну, все! Теперь Нину не свернешь, пока она ассортимент магазина не закупит, хотя бы по одному экземпляру! Я махнула рукой и сказала.

— Учти, не влезет все в машину, понесешь в руках!

Нина легкомысленно отмахнулась.

— Да хоть на саночках, да возьму!

А потом задумчиво пробормотала. — А если большие саночки…

Больше развивать тему я не стала, а то мне подсказывает интуиция, что двинемся мы к порталу автомобильно — санным обозом.

Смена на скорой была… как смена. Мелкие домашние травмы, гипертонический криз, ОРВИ у малышей, высокая температура, обострение хронических болезней, острый живот,… в общем, обычный стандартный набор городской скорой.

Сегодня мне опять "повезло" — Лидочка на прицепе. Это чудо с медицинским дипломом по-прежнему старалось увильнуть от неприятной и грязной работы, которой у нас хватало. Делало несчастные и непонимающие глазки, когда ей предлагали выполнить ту или иную манипуляцию. Большинство наших врачей, плюнув с досады, предпочитало самим выполнять процедуры, надёжней будет. Вот и я сейчас, возвращаясь после очередного вызова, обдумывала, как бы удачнее подъехать к начмеду, чтобы он надолго закрепил за моей бригадой Ильяса, вот где отличный специалист и надёжный помощник!

До подстанции мы не доехали, развернули нас с половины дороги, новый вызов — кровотечение у беременной. Васильич, врубив сирену и мигалку, совершил разворот через двойную сплошную линию, и мы полетели по указанному адресу. Сейчас мы имели право на все нарушения ПДД, у нас ситуация, угрожающее жизни женщины. На адрес доехали быстро, похватав ящики с медикаментами и приборами, ломанулись в подъезд, поднялись на восьмой этаж. Хорошо, хоть лифт работал.

Открыл нам дверь… мой бывший муж Сергей! Ну, вот как звезды сходятся. Увидев меня, растерялся, заглянул мне за спину, как будто ожидая увидеть там, по меньшей мере, доктора Пирогова, неуверенно пробормотал.

— Аня, ты… я не знал, просто в скорую звонил, я же не знал, что ты приедешь, у нас вот…

В руках он мял полотенце, и стоял в дверях. Пришлось отодвинуть его, чтобы мы могли пройти внутрь. Сергей, наконец, отступил, пропуская нас в прихожую, забежал вперёд, открыл дверь в комнату, преувеличенно бодрым голосом произнес.

— Светочка, милая, вот врачи к нам приехали, сейчас все будет хорошо, потерпи, милая!

В ответ раздался стон, на который бы проникся даже Станиславский. Мы прошли в комнату, на ходу натягивая маски. Со всеми этими карантинными мероприятиями экипируемся уже почти как космонавты — специальные костюмы, бахилы, маски, очки, перчатки…

В комнате, на широкой кровати, в шелковом бельишке страдала уже виденная мной ранее Светочка. Раскинув роскошные белокурые кудри по подушке, полуприкрытые глазки, выражение страдания на лице — полностью довершали образ несчастной девы — страдалицы. Меня в этом костюме она явно не узнала, а Сергей не решился сказать.

— Здравствуйте, что случилось? Приготовьте, пожалуйста, документы. — Привычно отбарабанила я обязательный текст.

Несчастно вздохнув, болезная произнесла.

— Доктор, кажется, я потеряла ребенка! Мой малыш… — она всхлипнула.

— Какой срок беременности, когда случился выкидыш? Где это произошло?

— У меня ещё ночью начал болеть живот, но я думала, что пройдет… А, вот потом пошла в туалет, там у меня резко заболел живот и вот…

Светочка развела руками. Вопрос о сроке беременности она технично обошла. Но со мной этот фокус не прошел. Если судить, по словам Сергея, то срок там должен быть не менее пяти месяцев, то есть 20–22 недели. Тут так просто в туалете не получится, это уже роды преждевременные.

Но я-то точно знаю, что никакой беременности не было. И любой врач это легко определит. Не было никакого выкидыша, этот спектакль исключительно для Сергея. Ладно, продолжим.

— Так, какой, говорите, какой у вас был срок беременности? Карту беременной покажите, пожалуйста!

— А карты у меня нет, мне её не дали…

— Не может быть! Карта находится на руках у беременной с первого дня постановки на учёт, в том числе и для таких случаев! Так срок какой?

Я уже откровенно забавлялась. Сергей непонимающе переводил взгляд с моего лица на Светочкино. Молодуха начинала уже злиться на мою дотошность и истерическое подвизгивание явно прослеживалось в голосе.

— Да что вам от этого срока? Отвезите меня в больницу, вот в городскую гинекологию везите!

Я терпеливо объяснила.

— Срок мне необходимо знать, для оказания вам помощи. При разных сроках она может отличаться. В городскую гинекологию мы вас все равно не повезём, вас доставим либо в гинекологию БСМП, либо в перинатальный центр. Так какой срок? И уберите одеяло, мне необходимо вас осмотреть!

Злобно зыркнув на меня, Светочка слегка отогнула край одеяла. Ну, я не столь толерантна, и решительно отодвинула его в сторону. Задрав повыше маечку и спустив крохотные шортики, обнажила плоский, загорелый животик с золотой фитюлькой в пупке. Ни малейших признаков беременности, как я и предполагала. Пропальпировала живот, мягкий, чуть-чуть болезненный в нижней трети. Выделения типично менструальные.

Твердо глядя в глаза этой хитропопой дамочке, я жёстко сказала.

— Должна вас огорчить, Света, вы не были беременны! А с обычными месячными вас вряд ли примут в стационар. Если есть болезненность, рекомендую выпить какой-нибудь спазмолитик и обезболивающее. Лидочка, сделайте пациентке инъекцию Спазмалгона.

Семейство застыло — Светочка от негодования не находила слов, а Сергей вообще никак не мог уяснить мои слова. Я сжалилась и перевела на русский, специально для него.

— Поздравляю, Сережа, тебя развели, как наивного школьника после первого секса! Нет у вас никакой беременности, выкидыша и никогда не было!

Повернувшись к медсестре, спросила.

— Лидочка, записала данные? Пиши — ложный вызов!

И не слушая истерического визга и угроз написать на меня "куда следует" кучу жалоб, вышла из квартиры. Уже сидя в машине, думала. Ну ладно, Светочка дитя интернета и своего времени, посмотрела в интернете соответствующий ролик, но не знает, что врача тут обмануть сложно с выкидышем,… но Сергей-то! Ведь я ходила две беременности на его глазах, он видел все — и токсикоз по утрам, и отекающие ноги по вечерам, и увеличивающийся живот и как ребенок активно шевелится в пять месяцев. А тут купился. Видимо, мудрость с возрастом не пришла, только один возраст, да ещё наивность по пути прихватил.

Утром, сдав смену, поехала домой. Там меня уже ожидала Верочка и поход по присутственным местам.

Ох, как не люблю я это дело! Особенно очереди. Торопливо позавтракав и переодевшись, загрузились в нашу верную машинку, двинулись в центр города. Нашли нам нужный кабинет быстро, и даже очереди нет. Специалист попросила нас минутку подождать прямо тут, в кабинете, возле ее стола. Мы присели.

И действительно, буквально через пару минут, женщина достала необходимые бумаги, дала их для подписи Вере, готовые уже лежали на столе.

Оставалось ей только заехать в банк и забрать карту. Вначале шум послышался где-то в коридоре, но затем стал приближаться к этому кабинету, брань стала отчётливее.

Дверь кабинета с шумом распахнулась, резко ударившись о стену. И в проёме двери появилась Верочкина маменька, разгневанная донельзя. Сразу нас в углу у стола она не заметила. Обращаясь сразу ко всем, разъярённая мадам громко возопила.

— Кто это вдруг у меня забрал мою пенсию? Кому это и отчего отдали мои деньги? По какому праву?

Женщины-специалисты притихли за столами, видимо, знали эту скандальную посетительницу. Дама продолжала бушевать. Затем одна из специалистов насмелилась и ответила.

— Так вам пенсия ещё по возрасту не положена и инвалидности у вас нет.

Скандалистка изумилась.

— Как это не положена? Мне ее каждый месяц платят!

— Это не ваша пенсия и деньги не ваши. Эта пенсия назначена вашей дочери по поводу гибели ее отца, для содержания ребенка. Теперь вашей дочери исполнилось шестнадцать лет, и она имеет право получать деньги сама. О чем она и известила нас, и оформила все документы. К тому же, по ее заявлению, последние два месяца она не проживает с вами, и сейчас представила справку, что проживает по другому адресу и что она поступила на очное обучение в образовательный центр.

Что-то щелкнуло в больном мозгу женщины, и она вначале растерянно пробормотала.

— А я как же? Я-то на что жить должна? Причем здесь Верка? Пусть живёт, где хочет, деньги мне верните!

Вера рядом со мной сжалась в комочек от испуга, все старые страхи и ужасы опять возвращались.

Не замечая и не обращая, женщина кричала и возмущалась. И тут мать, наконец, заметила нас.

Кинулась к нам, думаете обнимать? Как бы не так! Она вцепилась в шею девочки и начала трясти ее, как куклу и выкрикивала бессмысленные, с моей точки зрения, слова.

— Мерзавка! Это из-за тебя мой мальчик погиб! Мой бедный мальчик! Не могла ты, дура, больше денег получать! Мальчику не хватало! И бабка твоя не давала денег Вадику! Почему это тебе и квартиру, и дачу бабка отписала? Зачем тебе? Вадику нужнее!! Мы его сейчас лечить будем, вот вылечим его, тебя, мерзавка, прибить мало!

Да это уже шизофрения в чистом виде! Я попыталась посмотреть, что там, в голове у больной. Там плавала серая муть, изредка проплывали какие-то невнятные силуэты. Да, острая фаза шизофрении.

Потихоньку достав телефон, набираю номер диспетчера родной подстанции, на 112 звонить долго и малопродуктивно. Тем временем посетители и специалисты отмерли и кинулись на помощь Вере, отдирая от нее обезумевшую мать. Та отчаянно брыкалась, кусала чьи — то руки, визжала, плевалась, кидалась на всех. Коллективно с женщиной справились.

Наши "психи" прибыли оперативно, понаблюдали за уже спеленатой разными полотенцами клиенткой, похмыкали, посмотрели кадры с камеры наблюдения, признали в клиентке свою будущую пациентку и, наколов ее транквилизаторами, увезли в психиатрическую больницу.

Женщины приводили в порядок свой кабинет, а мы с Верой, забрав необходимые документы, поехали в банк за картой. Я, правда, предлагала Вере успокоиться и приехать в другой раз, но девочка твердо решила сделать все за один раз. Ладно, лишь бы успокоилась она.

Высадив Веру у нашего дома, я поехала навестить свою пациентку Ларису.

Вот теперь я могу сказать, что дело, наконец, сдвинулось с мертвой точки, пока потихоньку, но динамика болезни пошла к положительному знаку — уменьшились явления раковой интоксикации, опухолевые клетки постепенно выводились из организма, а новых клеток опухоль уже не продуцировала. Даже язва начала очищаться и по краям появились новые, здоровые грануляции. Так что есть надежда, что вскоре она закроется.

Ну и самочувствие женщины потихоньку улучшается. Даже цвет лица уже не землисто-серый, улыбается мне более уверенно, по дому передвигается больше, но все равно, быстро это не будет.

Лечение Ларисы растянулось ещё на месяц. Но в этом не было ничего удивительного — случай был запущенным до терминальной стадии. Приходилось бороться не только с самой опухолью, но и с интоксикацией от опухоли, от химиотерапии, от радиологического лечения. Женщина выздоравливала, и теперь уже все зависело только от нее самой — стоило поберечь организм, заботиться о нормальном режиме, питании, сохранять душевное равновесие. А "шишигу" Олег передал мне через две недели от начала лечения, когда заметил явные признаки избавления жены от страшной болезни.

Но мне пришлось позаботиться о своей безопасности. Боюсь ещё таких сюрпризов, как с Ларисой, не хотелось бы, чтобы пошли гулять слухи и сплетни по городу о чудодейственной лекарке. Поэтому пришлось немного подчистить им память — и Ларисе и Олегу. Точнее, даже не почистить, а подменить. Описание меня подменить. Теперь в их памяти я — молодая, цыганистого вида женщина, с пышными формами. Нашла я их сама, подошла к ним в магазине, предложила помощь. То есть максимально далёкий от меня образ.

Ещё придется навестить болтушку Гулю. Нет, зла я на нее не держала, понимала ее побуждение. Но обезопаситься надо. Не хотелось бы попасть под пристальное внимание соответствующих государственных структур или криминальных, одинаково плохой вариант. А меня ведь ждут там, за барьером, муж, семья, наша дочь должна родиться на переходе. Вот я и беспокоюсь.

А пока мы едем забирать машину. Олег не стал тянуть со своим обещанием, пока оформил генеральную доверенность, и сразу же стал готовить документы для продажи. Хотя продажа и была фиктивной, но документы то нужны. А то мы уедем, а налоги за несуществующий автомобиль придется платить Олегу.

Помогал забирать автомобиль Кирилл. И тут сразу же проявилась проблема. Хотя окружающим моя беременность и не видна, но, тем не менее, она никуда не делась и определенные неудобства уже создавала. Я стояла возле открытой двери в кабину машины и понимала — на такую высоту я точно не вскарабкаюсь. Трудновато было бы даже в обычном состоянии, а уж беременной… Подошедший Кирилл тоже посмотрел, крякнул, позвал Олега. Тот в глубинах гаража отыскал складную лестницу, по ней я и вскарабкалась на пассажирское сиденье, пока посмотрю на Кирилла, как водить этот автомобиль. Пока ехали из гаражей, Кирилл задумчиво спросил.

— Анна Сергеевна, если у вас есть деньги, я бы посоветовал вам немного переделать машину. Не знаю, для чего она вам нужна и куда вы на ней собираетесь, но вам необходима как, минимум, лестница в кабину. Можно ещё соединить кабину с кунгом, будет единый салон. Можно установить дополнительное отопление в кунг. Если будете пользоваться машиной зимой, то там холодно, практически, как на улице. Может, еще что мастера посоветуют. У меня есть знакомые, они делают машины для трофи-рейдов. За деньги, конечно.

За это предложение я ухватилась сразу, не раздумывая. С деньгами проблемы не было, а переделка машины была нужна. Мы договорились с Кириллом, что сейчас сразу забирает машину и отгоняет к мастерам. После переделки немного потренирует меня и Нину в вождении сего транспорта. Договорившись об этом, Кирилл высадил меня у автоклуба, где оставляли мою Шниву, а сам поехал сразу в автомастерскую. Процесс моей высадки был тот ещё. Беременную каракатицу видали? Вот, один в один с меня писали.

Дома меня ждали мои испереживавшиеся девушки. Я при входе в комнату потрясла сжатым кулаком, обозначая нашу удачу.

Рассказала и про переделку машины и наконец, мы полностью открыли Верочке нашу "страшную "тайну. До сих пор конкретно мы ей ничего не рассказывали, девочка была уверена, что мы просто куда-то будем переезжать и она, разумеется, едет с нами. Она даже не обдумывала вариант, что захочет остаться в родном городе. Да и Нину она уже почти считала матерью. Нина приходила к ней на курсы, ездила с ней по всяким магазинам, советовалась с Верой по поводу той или иной компьютерной заморочки.

— Теть Нина, Анна Сергеевна!! Это правда? И я могу с вами туда пойти? — восторгу девчонки не было предела — а я думала, вы из этих, выживальщиков, ну, которые к мировой катастрофе готовятся. Инфу качаете, запасаетесь всяким. Картошки разных сортов семенной накупили.

Это да. Варя на последнем сеансе связи задание нам дала — купить в специализированных магазинах семенного картофеля новых, перспективных сортов. А то у нас там, как попал с нами сорт Скарлетт, так и распространяется один и тот же. Ну и разных семян ещё побольше до кучи. В общем, забили мы тогда багажник нашей легковушки под завязку.

А вот, кстати, я прищурилась, глядя на нашего будущего ландшафтного дизайнера. Вот где поле непаханое для нашей Верочки будет! И тут же озвучила свою идею. Запасаемся соответствующей литературой, сверх того, что дают на курсах. И то, что мы успели уже приобрести, журналы по профилю.

Скачиваем всю инфу из инета, закупаем семена цветов и тех кустарников, которые можно купить семенами. В общем, все, что можно использовать для массового озеленения больших городских пространств и небольших усадеб. Вера без работы в Валенте не останется.

К сожалению, зимой саженцы мы не сумеем сберечь до перехода. Хотя тут тоже можно поискать информацию, может что-то, и умудримся прихватить с собой. Вера, тут же уселась за компьютер и принялась претворять в жизнь наши замыслы. Все, девочка в работе.

А мы с Ниной пошли на кухню, заново считать, пересчитывать и править наши списки. И мы обе душой были уже там, в Валенте.

Хотя до этого ещё были долгих четыре месяца.

А тем временем в Валенте…

У них уже вошло в привычку — собираться в назначенный день часа за два до нужного времени в доме Анны, спорить, обсуждать, что именно ещё им надо попросить принести с Земли, гадали, как все это пройдет, и когда именно. Никей поил их чаем, ворча, что дома их каждого ждут свои домовые. Но сам был страшно рад, что все свои опять дома.

Как и наказывала Аня, дом закрывать не стали, домовые в спячку не погружались, все ожидали возвращения хозяйки и подруги. Даже маленькая амбулатория в отдельном крыле продолжала работать, сейчас там прием вела Вита, и обязательно был на подхвате кто-то из обучающихся девушек — травниц для сельских поселений. Как и было заведено при Анне. Единственное, что Никей никого не пускал в лабораторию хозяйки.

Дариан сегодня отсутствовал, опять куда-то таинственно исчез по государевым делам. Коля, попивая чаек с булочками авторства Тильды, задумчиво протянул.

— Вот почему-то у меня такое ощущение, что с приездом Ани ждёт нас сюрприз какой-то! Что-то она там задумала и подозреваю, что не без участия моей матушки. Помните, я спрашивал, как там моя мама? Аня ответила, что хорошо, а этого просто быть не может! Зная свою матушку, уверен, что она должна была вцепиться в Анну с хваткой бультерьера, не меньше. Что-то они там крутят — вертят! Я даже уверен в этом! Зато не уверен, а понравится ли мне их задумки? Их бы энергию, да в мирных целях. Чего задумают, их танком с дороги не свернешь!

Знал бы Коля, насколько он бы прав! Но до этих знаний ещё долгих все тех же четыре месяца.

На Земле…

А пока мы в очередной раз прокатились по нужному нам маршруту.

Осенний лес стал почти прозрачным, акварельно-жёлтым, с просверками красного, но на деревьях листьев было уже мало, большинство устилали землю и нашу "тропу Сусанина", как метко выразилась Нина. Но мы заранее тщательно записывали все ориентиры и приметы дороги, поэтому нашли дорогу легко. Как только заехали в лес, дали порулить и Верочке, пусть учится и на бездорожье. Мало ли как может ситуация сложиться.

Лесная дорога не хайвэй, конечно, но с небольшой скоростью движения Верочка справилась с вождением. Вот и то приметное дерево. Я твердым голосом велела Вере остановить машину. Для меня пути дальше не было, я видела только непроходимую чащобу. А Нина и Вера видели не слишком густой лес с нетронутыми пока увяданием деревьями с небольшими прогалинами.

По моим воспоминаниям, этот лесок имел в глубину не более ста-ста пятидесяти метров, а дальше шло поле с лиловкой, на краю которого и стояла моя избушка, где я занималась травничеством. Но я этого не видела. То есть, путь для меня закрыт. Постояв немного, развернулись и медленно поехали назад. Как обычно, на душе было тоскливо, как будто что-то я оставляла там дорогое мне, и это что-то звало меня назад.

За прошедшие два месяца после отъезда моих детей за границу, я несколько раз общалась с ними по Скайпу. У них все было хорошо, Саша и Лена жили в небольшом городке возле Монреаля, сын каждый день ездил в университет на лекции. Лена пока совершенствовала свой французский. Монреаль и Квебек говорили в основном на французском, а вот Оттава и Северо-Западные города — на английском. Потом Лена тоже хотела бы найти себе работу по душе, скучно ей сидеть дома. Сняли небольшой симпатичный домик, им как раз подходил.

А вот Таня устроилась в Норвегии, в Бергене. Он считается вторым в стране крупным городом. По сути, по населению Берген два раза с половиной в нашем областном центре уместится. Муж Танюши летает на вахты, на буровые, внучка пошла в сад-школу, у них там немного по-другому система образования устроена. Сама Таня устроилась художником-иллюстратором детских книг, как она и мечтала, в издательство. Все у них тоже хорошо, компания сняла им отдельный дом, в общем, все рады.

Забирали переделанный автомобиль через две недели. Подъехали к мастерской на своей легковушке всем своим дамским составом, Кирилл нас уже ожидал там. Мастера, серьезные, коренастые мужики, вышли к нам, вытирая руки ветошью. Увидев наш дамский состав, немного опешили. Наконец, старший, здороваясь с Кириллом за руку, произнес.

— А мы все гадали, а зачем лесенки приделывать надо? Теперь ясно. Дамы, вы что, на трофи — рейды собрались или на Париж-Даккар тренируетесь?

Я наморщила нос.

— На охоту поедем! А вот у вас нога болит, ранение старое, да? Да так сильно, спать последние дни не можете без обезболивающего? Хотите, вылечу? Только вы больше банальностей про ралли не говорите, хорошо?

Ну, каюсь, порисоваться захотелось.

Мужик хмыкнул недоверчиво, но пригласил нас внутрь, где у них была выгорожена небольшая комнатушка, типа офисной. Мои девчонки идти отказались, остались в машине, у них обоих было уже по гаджету в руках, так что скучать не будут.

Как ни смотрел на меня мастер со скепсисом, но всё-таки уговорила я его прилечь на небольшой топчанчик и стянуть с больной ноги штанину. Положила ладони на ногу и погрузилась в магическое зрение. Его боль я видела огненно-красным, пульсирующим пятном, с резкими вспышками. Что же там такое? А было там, в средней трети бедра, звёздчатый, рваный шрам от старого ранения. А внутри мышцы, совсем рядом между бедренной артерией и бедренным нервом находился небольшой, черный металлический осколок. Видимо, ранее он был закапсулирован, но сейчас острым краем прорезал окружающие ткани и вызвал сильное воспаление. А самое плохое, в том, что он мог сдвинуться в любой момент и повредить стенку бедренной артерии. А это верная смерть, даже не всегда и скорая сможет помочь.

Наверное, тогда, давно, не решились оперировать, боялись задеть артерию, больно нехорошо осколок стоит. Да и условия, скорее всего, были медсанбатовские. А вот мы сейчас потихоньку, снимем отек с тканей вокруг, боль уменьшится, теперь элементы воспаления… Сейчас осколок не упирается в ткани и сосуд, свободно болтается… и аккуратно, потихоньку, убираю его от опасного места, края острые, сглаживаю до округлых. Металл настолько старый, что охотно распадается на мельчайшие частички… и вот, оппа! выходит из-под кожи, просто раздвигая аккуратно ткани, прямо мне в ладонь. Ещё пара минут на заживление и все.

Мастер неверяще крутил в руках этот осколок, щупал свою ногу, наступал на нее. Я же сидела, откинувшись на спинку стула. Не опухоль, конечно, но сил тоже заняло немало.

Денег с меня за переделку взяли, чуть ли не вполовину меньше, чем надо было, даже я понимала, что это смехотворно мало. Наконец, из бокса выгнали нашу "шишигу". Мастер сам с гордостью продемонстрировал приделанные изнутри к дверцам машины ловкие, складные лесенки, мощные зубастые покрышки, которые легко месят любую грязь.

Стекла защищали веткоотбойники, усиленный передний бампер. Лебедка. А внутри кабины мастера соединили дверным проёмом салон кабины и кунга, острые металлические края, затянув толстой резиной. Поставили в кунг дополнительные печки, что, конечно, увеличит расход бензина, но два бака по сто пять литров дают возможность передвигаться в тепле. К дверям в кабину приделали небольшие откидные лесенки, теперь подниматься было намного проще. Напоследок, мужики, крякнув, забросили в кунг жесткую сцепку со словами — мало ли…

В общем, "шишига" выглядела брутально и сурово. Рядом с ней я смотрелась достаточно смешно.

Ещё дней десять ушло на обучение вождению этого агрегата. Учились опять же все трое. Мало ли… Пожалуй, самое сложное, было привыкнуть к необычно расположенному рычагу трансмиссии. Но привыкли. С Кириллом простились тепло, заплатили ему не скупясь, сделал он для нас гораздо больше, чем вначале мы планировали.

Сегодня у меня выходной, а Нина работает. Поэтому решили после обеда, как закончатся занятия у Веры, я заберу ее в центре, и мы проедем на рынок, ещё там побродим по магазинам. Дома нужно пополнить запасы в холодильнике и по заявке Вари ещё пройтись по магазинам для дачников.

В частности, тот знаменитый магазин для фермеров, где прошлый раз проводила закупки Варя, и он был как раз на рынке. Провели мы с Верой в этом шоппинге не менее пары часов. Кроме семенных магазинов, заглянули ещё в магазины для рукодельниц… вот тут пропала я! Оказывается, чего только там нет! Начиная от простых швейных игл до бисера различных цветов и размеров. Мне казалось, я скупила половину ассортимента магазина.

Но самое главное я увидела, только когда Верочка уже два раза унесла здоровенные пакеты с покупками в машину. В уголке стеклянной витрины для шитья скромно примостился моток трусовой резинки!!!! И сразу припомнились те веревицы на моих труселях в Валенте. Как, как я могла про нее забыть? Нет, я буду не я, если не скуплю все запасы резинки в городе! В общем, Вера понесла картонный ящик с вожделенным товаром в машину, а я рассчитывалась за покупки. Посмотреть на такую покупательницу сбежался весь персонал магазина — продавцы, закройщик, заведующая и даже уборщица со шваброй маячила на заднем плане. Сделав независимый вид, я удалилась из этого женского рая.

Но вирус шоппинга ещё не окончательно меня покинул, оказывается.

У самой ограды рынка был небольшой стихийный рыночек, где торговали дарами природы и дачных участков. Охрана гоняла торговцев, ведь налоги они не платили, но без особого успеха — торговцы просто перемещались далее по периметру ограды. Я уже почти прошла этот ряд, как в глаза мне бросились знакомые небольшие кустики, покрытые зелёным садовым варом. Продавала их пожилая женщина. Я подошла к ней.

— Здравствуйте! Скажите, а какие у вас сорта роз?

Женщина смущённо улыбнулась.

— Так названий сортов я не знаю. Но это все канадские розы, у нас они зимуют. Не стала бы их продавать, да дочка вот переехала с семьёй в Краснодар, а я одна тут осталась. Вот она и зовёт к себе, боится, что старая я уже и болеть часто стала. Вот и продаю со своей дачи розы. Тем, кому я продаю дачу, не нужны ни саженцы, ни цветы… они там поле хотят под картофель сделать. Сейчас им торговать выгоднее, чем розами.

— А это все ваши саженцы?

— На даче есть ещё немного. Могу ещё предложить много разных лилий и пионов. Их можно до весны просто в подвале или гараже хранить.

— Тогда давайте так, мы сейчас купим у вас все, что тут есть, потом заедем к нам, выгрузим наши покупки и поедем с вами на вашу дачу и там заберём оставшееся. Согласны?

Женщина обрадованно закивала головой, конечно, ей так было лучше, чем стоять тут, на холодном ветру и ещё неизвестно, купят или нет.

В общем, с дачи мы возвращались уже в сумерках. Обогатились ещё на некоторое количество роз, коробку различного цвета и сорта лилий и пионов. Хозяйка показывала свои летние снимки цветников, они были просто роскошные! А потом я ещё на фото же увидела различные ягодные и декоративные кустарники и все, мое желание их заполучить было не сдвинуть! Но стоял вопрос — как их сохранить ещё три месяца? Но тут на помощь опять пришла хозяйка дачи. Она ловко нарезала различных черенков, привязав к ним пластмассовые бирочки с названием растений, разогрела садовый вар и быстро обработала черенки. Протянула их нам со словами.

— Вот, растите их на здоровье и удовольствие! Я вижу, вы люди добрые и хорошие, растения у вас и сохранятся и будут расти!

Я не могла не отблагодарить женщину по-своему. Пока она возилась с черенками, я быстро просмотрела состояние ее организма, поправила ей здоровье, подлечив особо опасные для ее возраста болезни, подрегулировала работу основных систем — пищеварения, кроветворения, гормональную, мочеполовую. Лет тридцать нормальной жизни теперь ещё будет у женщины. Рассчитавшись за покупки и попрощавшись с хозяйкой, пожелали ей доброго пути к дочери, сами двинулись домой. Хорошо, хоть этот дачный поселок был в пятнадцати километрах от города, добрались быстро.

Все свои растения сразу завезли в гараж, а завтра Вера с Ниной разберут и запишут наши сегодняшние покупки и увезут на хранение.

Уже после ужина, попивая чаек и болтая о том, о сем, Вера, кстати, в лицах изобразила наш налет на рукодельный магазин, Нина смеялась, а я бездумно пялилась в бормотавший о чем-то телевизор. Шли местные новости… начался сюжет о местном рыбоводческом хозяйстве при нашей ТЭЦ. Отработанная вода, ещё теплая, сливалась в большие пруды-накопители, не замерзающие даже зимой.

И вот там и основались рыбоводы. Они выращивали из закупленной где-то икры вначале мальков, а потом и товарную рыбу, причем дорогих видов — осетров, лосося. Сама видела их небольшой фирменный магазинчик в городе и покупала периодически у них рыбные деликатесы. Цена, правда, была кусачей. Я вздохнула — эх, Митрича бы сюда! Вот где рыбная душа разгулялась бы!

Но тут же мой мозг, ещё не вылечившийся от вируса шоппингизма, заработал усиленно. А если купить не саму икру, боюсь, мы с ней не справимся, а мальков? Ведь привозили же мы с Митричем мальков из королевских прудов? И отлично все прошло, рыба хорошо прижилась у Митрича, и теперь у нас всегда была своя рыба. Но не осетрина и не лосось, конечно. Найти подходящую тару, закупить мальков накануне отъезда, сутки они должны выдержать, в машине будет тепло.

Да, теперь надо только найти подходы к этим рыбоводам. Просто так ведь не заявишься — Здрасти, я рыбки на развод хочу прикупить…

Поделилась своей идеей с Ниной и Верой. Вера пожала плечами, Нина тут же начала перебирать номера в своей телефонной книжке… не нашла нужных контактов, огорчилась. Я ее успокоила.

— Нина, да не переживай, ещё почти три месяца, найдем все равно кого-нибудь подходящего! Город маленький, найдем!

Ну, вот и хорошо, пора устраиваться на ночь, у меня завтра суточная смена. Пока не уснула, успела ещё подумать, что работать буду ещё с месяц, потом уволюсь. Пора. Уже тяжело становится. Хоть и не видна моя беременность, но по факту она присутствует и все "прелести" самочувствия, связанные с ней, наличествуют.

Говорят, мысли материальны. Наверное. Ведь только вчера разговаривали про рыбных мальков… и на тебе.

Утро, на удивление, на скорой было спокойным, всего несколько вызовов, которые отработали другие бригады. А мы сидели в комнате отдыха, лениво перебрасываясь замечаниями на вольную тему.

Ильяс рассказывал, что его маленький сынишка начал шустро бегать в ходунках и у него наконец-то прорезался первый зуб и малыш охотно его демонстрирует, то улыбаясь во весь рот и сверкая маленьким зубишком, а то вполне успешно кусаясь им же. И в ходунках бегает очень быстро, с шумом и грохотом пролетая в них по коридору. Все пороги в квартире пришлось спилить, чтобы Вовкино "Феррари" не застревало на неровностях. Мы посмеялись. Андрюха широко зевнул.

— Эх, хорошо бы вот так смену провести! Чаек, приятные, приличные люди вокруг, никаких бомжей и обморочных дамочек… старух с жалобами…

И впрямь, на улицу и вылазить не хотелось, на дворе стояло то самое слякотное предзимье, когда и осень вроде бы кончилась, но и зима не наступила. То внезапно пойдет снег и приморозит до гололёда на дороге, то днём пригреет солнышко и чистый снег превращается в грязную снежную кашу, с прогалинами земли и пожухлой травы на газонах.

А сегодня с утра ещё, как на грех, небо над городом все заволокло темными, даже на вид, снежными, низко висящими над землёй, тучами. Усилился ветер, и кусты вокруг здания подстанции, весело зеленеющие летом, а сейчас полностью облетевшие, яростно мотались под порывами ветра, с силой хлестали по стенам, окнам первого этажа. Вот как раз про такую погоду и говорят — "Добрый хозяин собаку из дома не выгонит". Ясно, что из теплого здания никому не хотелось выходить…

Только начали шикать на болтливого Андрюху, как селектор ожил.

— Бригада доктора Ковалевой, на выезд!

Печально вздохнули, шумно задвигались, поднимаясь с диванов, натягивая теплые куртки и шапки. Врач-практикант Дима, как самый молодой, рванул получать бумаги, Ильяс подхватил ящик с медикаментами, протянул мне руку, помогая подняться из глубин низкого кресла. Андрей уже мелькал во дворе, сгибаясь и закрываясь от ветра, он бежал к машине. Охо-хонюшки, поедем, поработаем.

Адрес показался мне знакомым, и только пару минут спустя дошло — это же бабка Стылова, опять нас вызывает! Живая, значит, выписали бабульку из кардиологии.

Да, это была широко известная в узких кругах нашей подстанции бабушка Стылова. Удивительно прям, но сегодня дверь открыли сразу, без длительного уточнения личности врачей. Открыл дверь нам мужчина средних лет, с озабоченным лицом и с сотовым телефоном в руке, в который он что-то говорил командным голосом. Посторонившись и пропустив нас в квартиру, пригласил пройти в комнату. Сказать, что мы были удивлены — ничего не сказать. За столько лет, мы никогда не видели у бабки никого постороннего и родни тоже.

Пациентка возлежала в пышной кровати с белоснежным бельем (ещё одна невидаль! Наши глаза увеличивались в размерах, даже узковатые башкирские глаза Ильяса стремились принять форму правильного круга), вид имела благостный.

И пахло в квартире не той непередаваемой "ароматной" смесью валерьянки, корвалола и ментоловой натирки, а восхитительным куриным супчиком. Мужчина представился сыном почтенной Калерии Павловны (надо же, даже не помнила, что ее так зовут!), Его маму вчера выписали из кардиологии, велели наблюдаться у своего врача. Я удивляться уже не могла и только тупо переспросила.

— У участкового врача? А мы тут при чем? Мы же скорая помощь, мы не занимаемся амбулаторным больными. Вызывайте участкового на дом.

Не давая мне развернуться к выходу, как бабка, Калерия Пална, заголосила.

— Ой, плохо мне, ой, сердце горит, сжимает! Чую, пришел мой час, смертушка моя за порогом!

И хитро прищурив один глаз, деловито продолжила.

— Знаю я этих участковых, хорошо, если на следующий день придут! А вас вызвал, вы через пятнадцать-двадцать минут приехали. Лечите меня!

Даже сын старушки застыл с открытым ртом от такой продуманности матушки.

Ладно, смеряем бабке давление, сделаем кардиограмму и поедем с чистой совестью. Выполнив все намеченное и не найдя другой патологии, кроме возрастных изменений, ну, свежий рубчик на миокарде, что тут сделаешь, недавний инфаркт, но изменений в мышечной ткани особых не было, ещё раз посоветовали вызвать участкового терапевта, собрались на выход.

В коридоре сын потянул меня за рукав куртки в сторону кухни, откуда выглядывала озабоченная молодая женщина с полотенцем в руках.

— Доктор, ваша фамилия Ковалева? Нам мама сказала, что вы тогда приезжали к ней на вызов. А врач в реанимации потом сказал, что если бы врач со скорой промедлила с помощью или запуталась в диагнозе, мама бы не дожила до больницы. Так что мы вам очень благодарны за спасение моей матушки. Я в другом городе жил, а мама не хотела к нам переезжать. А сейчас удачно мне работа здесь нашлась по специальности, вот мы с женой и перебрались сюда сами. Теперь мама под присмотром будет. Огромное вам спасибо! Катя, положи докторам твоих фирменных пирогов с рыбой! Будет время, чайку попьют!

Я растерянно взяла в руки здоровый бумажный пакет с восхитительно пахнувшими пирожками, ещё горячими. Неловко держа пакет в руках, я зачем-то спросила.

— А где вы у нас работаете? И кто по специальности?

Мужчина спокойно ответил.

— Специальность у меня редкая, ихтиолог я. А Катя моя экономист. Работаем мы в рыбоводном цеху на ТЭЦ, я начальником, Катя бухгалтерией занимается.

Вот, на ловца и зверь бежит! Я оживилась.

— А нельзя ли мне с вами встретиться? У меня дело есть как раз по вашей специальности, или хотя бы на вопросы ответите.

Мужчина протянул мне визитку, сказал, что по этим номерам он обязательно ответит на звонок, и тогда можем договориться о встрече. Я в свою очередь обещала не оставлять своим приглядом болезную маменьку.

Распространяя вокруг духмяный аромат горячих пирогов, я села в салон скорой. Моя бригада дружно закрутила носами, нюхая запах свежей выпечки. По одному пирогу получили, и блаженно застонав, кусая пирожки, мы покатили пока назад на подстанцию.

Так, до обеда, ни шатко, ни валко и потянулся день. Мы возвращались с адреса, где лечили сопельки и газики у месячного малыша, и панику у восемнадцатилетней мамаши. Но опять же, нынче это даже редко встречающееся явление — заботливая молодая мамка. Чаще попадается замотанная работой и ребенком бабушка и неизвестно где шляющаяся непутёвая мамашка в этом возрасте. Так, разговаривая, мы выехали на проспект, ещё минут пятнадцать и мы на подстанции. Внезапно ожила рация, что редкость, обычно вызов и адрес приходил на коммуникатор, и взволнованный голос нашего диспетчера сказал.

— Всем бригадам! Повторяю всем, бригадам в районе досягаемости проспекта Н-ского и перекрестка с улицей Солнечной! Ситуация 99! Повторяю, ситуация 99!

Не дожидаясь моего приказа, Андрей разворачивался через двойную сплошную и пешеходный переход, включив всю "светомузыку" Другие машины послушно шарахнулись в стороны, знали, что водители скорой просто так не делают.

Ситуация 99 — это массовая авария с жертвами. Летим… заранее готовлюсь к тяжёлой работе. Нам тут движения пара минут, не больше и мы уже на месте, других наших машин ещё нет, но вой сирен уже слышен, скоро подмога придет. Прямо перед нами подлетела машина ГАИ. Один полицейский, шустро размахивая жезлом, прогоняет попутные машины, второй перекрывает своей машиной дорогу.

В визгливый вой сирен скорых вплетается басовитый рев сирены пожарников. Выскакиваем из скорой, бежим мелкой рысью к чему-то несусветному на дороге.

При приближении видно, что здоровенный тягач с длинной оранжевой цистерной с горючим (тут недалеко, в лесочке у дороги стоит новая АЗС), стоит, накренившись на один бок, цистерна развернулась поперек дорожного полотна, ее почти сложило в сцепке пополам. В низ водительской двери тягача врезался здоровый "Гранд Чероки", в одну сторону отброшены несколько мелких легковушек, видимо, зацепило цистерной, а сзади, в торец цистерны ещё впечаталась одна легковая, и у нее в багажнике тоже капот следующей машины. Да уж, кубик Рубика, трансформеры, как есть.

Самое поганое, что среди всего этого безобразия отчётливо слышится журчание льющегося горючего. Е-мое!! Парень — гаишник, сбросив фуражку, метнулся к капотам ближайших машин, лихорадочно сбрасывая клеммы с аккумуляторов. Наш Андрей, тоже поняв, в чем дело, яростно матерясь, тоже кинулся к машинам, ближайшим с нашей стороны. Из остановившихся машин от другой полосы дороги бегут мужики, кто с аптечками, кто с огнетушителями. Все это я успеваю заметить за какие-то секунды, пока бегу к завалу. За мной несутся Ильяс с Димкой. Сейчас для нас главное, пока нет подмоги — сортировка. Нет смысла тратить время на тех, кому помощь уже не нужна или незначительные травмы, хотя вряд ли тут такими отделаются. Нужна срочная помощь тем, кому ещё можно помочь. Поэтому я начинаю сосредотачиваться ещё на бегу. Так, из крайней машины, с капотом в чужом багажнике мужик выбрался сам, сидит на бордюре, дышит с трудом, скорее всего ребра или грудина, баюкает руку. Так переломы. Мужик в уткнувшейся в хвост цистерне легковой. Нет сердцебиения, дыхания. На заднем сиденье кто-то громко стонет, распахиваю дверь — женщина, зажало ее между сиденьями от удара сзади и спереди.

— Ильяс, вынимаете аккуратно, щит, позвоночник, однако.

Парни принимаются за дело, хорошо, что сегодня Ильяс со мной. Двигаюсь к отброшенным в сторону машинам. А, вон мелькают синие робы, наши подъехали.

Я машу рукой: — Ко мне! — Ребята подбегают.

— Ребята, я на сортировке, диагностике, вы далее…

Никто не спорит, тут не до этого. Быстро сообщаю о том, который сидит на бордюре, одна бригада рысью бежит к нему. Там тоже могут быть нехорошие осложнения. Смотрю ещё одну машину, труп на переднем пассажирском сиденье. Удар цистерны пришелся на ту сторону, водитель вроде жив, лежит головой на руле, кровь заливает лицо, явно разбил лоб, ну и закрытая черепно-мозговая травма, сзади женщина, без сознания, маленький ребенок хнычет у нее на руках, но вроде крови на нем не видно. Испугался, наверное, сильно, ударился ещё. Быстро указываю на живых людей в этой машине.

Подъехавшие пожарные разматывают толстые шланги, начинают поливать пеной цистерну, машины, впилившиеся в нее. В одной из отброшенных машин вижу знакомое лицо. Мишка, молодой фельдшер с нашей подстанции, полгода назад женился, мы все гуляли у него на свадьбе… жена беременная. Миша в сознании, бледен… увидев меня, слабо пытается улыбнуться.

— Анна Сергеевна! А я вот…

— Миша, какие травмы у тебя? Себя осмотрел?

— Да, осмотрел. Нога, похоже, сломана — нога и правда, в голени неестественно выгнута, но крови нет, перелом закрытый. Странно, что он не скатился в болевой шок.

— Только я боли не чувствую и пошевелить ногами не могу, даже целой. Совсем, понимаете!

В голосе Мишки слышны слезы. Парень понимал, чем ему это грозит.

Да, он прав, похоже на перелом позвоночника с повреждением спинного мозга. А у меня путались мысли. Вот как быть? Жалко парня, молодой совсем.

Как быть? Осторожно оглядываюсь. Наших все больше, оказывают помощь, несут каталки, грузят в скорые пострадавших.

На нас внимания не обращают, раз не зову на помощь, значит, все нормально. Эхх! пропадай, моя головушка! Кое-как подсунула ладони Мишке под спину, погрузилась в магическое зрение.

Ну, да, вот двенадцатый грудной позвонок, перелом тела позвонка, между отломками зажат нерв, и отломки сдавливают его все сильнее, сейчас полный разрыв будет! Заставляю магией застыть отломки в одном положении, чтобы окончательно не порвать нерв, осторожно высвобождаю его из тисков костей. Теперь немедленно обезболить, а то сорвётся сейчас в болевой шок. Мишка расслабился, хорошо. Теперь сам нерв по микрону восстановить целостность ткани. А теперь отвести нерв на положенное ему место и поставить отломки позвонка, как они должны быть. Сращение кости. Теперь нога. Ууу, обе берцовые, да винтом. Но закрытый. Так, репонировать отломки в правильное положение и все, можно звать на помощь. Пусть лечит перелом берцовых костей как положено, восемь недель. Иначе слишком подозрительно. Ко мне уже катят каталку парни из второй бригады, только подъехали. Мишка открывает мутные от нахлынувшей боли глаза, шепчет едва слышно.

— Анна Сергеевна, я все запомнил! Вы спасли мне все — и жизнь, и судьбу.

Ох, вот этого ещё не хватало! Ладно, если что сопру на шоковое состояние и бред больного. Все равно никто не поверит.

Дальше сортировка и оказание помощи идёт уже спокойнее. Кого-то сразу катят к машинам скорой. Но вот достали ещё одного отнесли в сторону, накрыли с головой. Подхожу к голове этой катавасии. Только глянув на водителя тягача, машу рукой.

— Сюда! — Народ у нас понятливый с грохотом, бегом тянут каталку. Водителя достаем через свободную пассажирскую дверь, предварительно накачав его обезболивающим. Видимых повреждений на нем нет, но серое лицо, синие губы, дышит с трудом — инфаркт. Все, повезли с сиреной. А вот достают и "автора" всего этого.

Как объяснили гаишники, мужик выскочил с второстепенной и угодил прямо в бок тягачу. Водила, в последний момент увидел лихача, начал тормозить, цистерну занесло и она своей задней частью сбросила в сторону несколько машин сразу, а ехавшие сзади просто не выдерживали дистанцию. Вот так все и случилось. На мужике из "Чероки" внешних повреждений не видно, только разбито лицо. Подходим вместе с гаишником. Мужик сидит на подножке своей машины, дико озирается. Спрашиваю, какие жалобы, где травмы. Молчит, потом начинает петь — Ля-ля-фа!

Полицейский спрашивает документы, тот по прежнему весело улыбаясь в лицо гаишнику, опять поет свое — Ля-ля-фа!

Вроде бы спиртным не пахнет. Явно, какой-то дурман. Скорее всего, оксибутират. Сейчас модно среди мажоров и крутых закинуться "буратиной", а последствия, вон они, на дороге и рядом с дорогой…

Уезжали мы с места аварии самыми последними, пострадавших увезли уже всех, мы поехали пустыми. Все были уставшие, грязные, Андрюха где-то порвал рукав куртки, завхоз теперь сожрёт его… только сезон толком не начался, а уже порча имущества. Сил не было разговаривать. Ильяс, согнувшись, писал бумаги на расход наркоты, я потом подпишу, Андрей мрачно крутил баранку, даже любопытный Димка не задавал своих вопросов. Я дремала, прислонившись головой к стойке двери.

Мы ехали по вечернему городу, горели фонари подсветки на дорогах, призывно и уютно светились окна домов, из кинотеатра шумно вываливала толпа народа, окончился очередной сеанс. Светились рекламами торговые центры и кафе, медленно, разбрызгивая снежную кашу с дороги, ползли маршрутные автобусы. Шла обычная городская жизнь.

Утром, после сдачи смены, всех работавших вчера, главная собрала в холле подстанции. Коротко рассказала о вчерашней аварии, отметила оперативное прибытие машин скорой, своевременное оказание помощи пострадавшим и быструю транспортировку в больницы города. Среди пострадавших в этот раз не было погибших из-за задержки оказания медпомощи. Те несколько погибших, имели несовместимые с жизнью травмы и погибли в первые же минуты аварии. Претензий к работе наших бригад не было. Выразила благодарность всем сотрудникам. Мы встали и потянулись к выходу, хотелось только домой, устали вчера все, вымотались и морально и физически. Почти у самой двери меня настигло.

— Доктор Ковалева, задержитесь, пожалуйста!

Мрачно вздохнув, повернулась. Главная ждала у дверей своего кабинета.

— Аня, ну что там ещё за чудеса медицины ты вчера демонстрировала?

Мы старались этого не афишировать, но с нашим главврачом скорой, мы не только учились в меде на одном курсе, но и в одной группе, и были в хороших приятельских отношениях. Поэтому наедине могли позволить себе неформальное обращение.

— Наталья, ну какие ещё чудеса? Кто там головой вчера головой ударился?

— Вот, говорят, ты даже не проверяла всех пострадавших на витальность, сразу командовала кого куда — кого в какую больницу, кого в морг. И, главное, ты ни разу не ошиблась в диагнозе!

— Это плохо? Наташ, твои агенты плохо смотрели, пульсацию на сонных артериях я всё-таки смотрела, сразу, как только могла открыть двери машины. Трудно не понять, что труп перед тобой. А тратить на них время, пусть это и цинично, но это может стоить жизни живым. А насчёт диагнозов… я сколько лет на скорой? Да и сама за рулём… уж механизм травмы и что там может быть повреждено — это легко можно понять, стоит только быть повнимательнее. Вот и все чудеса.

— Да вроде понятно, Аня, только вот ощущение, что ты что-то не договариваешь, есть. Но в любом случае, тебе большое спасибо. Ты взяла на себя сортировку и общее руководство, предотвратила общий бардак и неразбериху и заслуга именно твоя, что не было у нас смертей в пути. Спасибо тебе. Иди, отдыхай!

Я немного подумала и решилась, все равно надо.

— Наташа, ты прости, но я последние две недели работаю. Ты же знаешь, я с мужем развелась, дети уехали за границу, меня к себе зовут. Я уеду, визу вот только дождусь и уеду, я уж продала почти все, Осталось только выбрать — Берген или Монреаль? Пока склоняюсь к Канаде (ну да, туда дальше). Вот. Как положено, я отработаю две недели и все. Давай бумагу, я напишу заявление.

Уговаривать меня Наталья не стала, знала, что бесполезно, подписала заявление, сказав, что в кадры отдаст сама, а я должна идти отдыхать.

Вышла на крыльцо, глубоко вздохнула холодный утренний воздух, с запахом опавшей листвы, немного дыма, близких холодов и снега… Все, обрываю последние ниточки, связывавшие меня с этим миром.

Последние две недели отработала я тихо и почти без эксцессов. Ну, так, почти. Сделала доброе дело для всей подстанции — заставила уволиться Лидочку. Оказывается, главная терпела Лидочку не за ее прекрасные глазки — за нее просил кто-то сверху. Лидочка была внучкой чьей-то любимой старенькой няни, и, предвидя полную никчемность девки, ее хоть так пытались пристроить к работе.

Я оказалась непонятливой, заставляла бедную девочку носить больных на носилках (а это же низзя! Девочка не должна поднимать тяжести! Об этом трагическим шепотом, сморкаясь в платок, сообщила та самая бабушка в кабинете главной). Потом ещё, гадкая я заставляла ребенка делать манипуляции разные, где кровь, а девочка всегда боялась вида крови! И самое страшное, заставляла Лидочку промывать желудок какому-то алкоголику! Тут не выдержала даже Наташка, хоть до этого сидела с каменным лицом, захохотала. Сама страдалица сидела в уголке и тихо размазывая слезы с соплями, с осторожностью поглядывала искоса на меня, справедливо ожидая, что я опять надаю ей плюх. Ну, было дело, последний раз сорвалась и отвесила ей пару затрещин. Надо было вынести из квартиры мужчину с желудочным кровотечением, его рвало кровью соответственно, из носильщиков были наш Васильич с напрочь стертыми межпозвоночными дисками, я и Лидочка. Жена больного в инвалидной коляске, соседи, предчувствуя неладное, просто не открыли двери. Вроде бы почти донесли до подъездной двери, тут Лидочке надоело, устала и она решила уйти в "несознанку" от вида крови вроде бы. Она просто бросила свою ручку носилок. Их, конечно, перекосило, и мужик чуть не кувыркнулся с носилок на пол. Я успела перехватить, но мне в моем положении, это мало пользы принесло. Пара плюх быстро вернула сознание, а животворящий пинок задал правильный вектор движения.

В общем, Наталья открытым текстом сказала любящей бабушке, что внучка Лидочка не выполняла свои прямые служебные обязанности, количество жалоб от бригадных врачей превысило все разумные пределы. В общем, уволили Лидочку. Напоследок главная посоветовала пристроить Лидочку в отдел медстатистики, там она сможет принести меньше всего вреда для человечества. При смене бригад устроили мне дружную овацию. Как признались многие, давно хотели сделать то же самое, но мужики не решались, а женщины не догадались.

А сегодня я получила обходной и могу начинать обход на предмет получения трудовой и расчета. Хотя они и не особо мне нужны, но пусть будут.

Первые недели две я просто провела дома в блаженном ничегонеделании. Я прислушивалась к себе, сканировала свое и ребенка состояние, пока никакой патологии я не нашла. Дочка вела себя примерно — веселилась и играла в футбол только днём, ночью, как и положено благородной леди, будущей герцогине, спала. Так что пока у нас был полный консенсус. Потом я неожиданно увлеклась шоппингом — бродила по детским магазинам, скупала прелестные шапочки, кофточки, платьица, костюмчики и прочее, ну и комплект для новорожденного, весь в пене кружев, теплое одеяло, памятуя о январе месяце. Ещё было приобретено немыслимое количество мягкой детской пряжи. Короче, синдром клушки "яжемать" в разгаре. Нина и Верочка, беззлобно подсмеиваясь надо мной, помогали мне в моих налетах на магазины. Кстати, свою угрозу насчёт бельевой резинки и пластмассовых молний я почти выполнила, резинка в городе стала дефицитом.

Успела встретиться и с сыном бабки Стыловой. Он принял меня вполне доброжелательно, передал привет от матушки, получил ответный. Просьбу мою выслушал внимательно, подумал немного, барабаня пальцами по столу. Уточнил, когда мне будут нужны мальки. Сказал, что к этому времени у них будут мальки трёх пород — осетра, кеты и местной разновидности речной форели-хариуса. Но при их разведении надо учитывать, что хариусу нужна проточная холодная вода, то есть горная река, а вот мальков осетра и лосося, пока они маленькие, надо держать в разных прудах-садках, хищники лососевые. Взрослые, они не смогут причинить вреда друг другу. Но он даст небольшие брошюрки о разведении этих рыб. Даст корма на дорогу (я сказала, что будем перевозить в теплой машине в другой город).

Но дёшево это не будет. Я была согласна. Условились, что накануне отъезда я ему позвоню, он все приготовит, а в день отъезда я приеду и заберу. Уфф, прямо гора с плеч! И чего я так завелась с этой идеей насчёт мальков — сама не знаю. Бзик беременной?

Так и потянулись дни — мы ещё в сотый раз сверяли списки желаемого и закупленного или добытого правдами и неправдами, тщательно укладывали коробки, заклеивали скотчем и писали описи на коробках маркером. То же самое с мешками. Я, заходя в гараж, старалась подавить подступающую панику, при виде этого груза.

Гром грянул недели за три до предполагаемого отъезда.

Я сидела на лавочке у своего подъезда, "гуляла и дышала воздухом".

Мы ездили по разным магазинам. Я опять покупала всякое для новорожденного, включая подгузники разных размеров, не обидела и себя. Рано или поздно надо будет и мужу дать возможность заценить мое бельишко. Потом и новогодние и рождественские подарки всем подряд покупали, мы хоть и попадём в Валент после нашего Нового года, но там он ещё не наступит. Выгрузив меня у подъезда с несколькими пакетами для "дышания", девчонки поехали в гараж, надо было основные покупки оставить там. Потом они вернутся, и мы вместе пойдем домой. Начинало смеркаться, дни в декабре короткие.

А я люблю декабрь, хоть он и темный, короткий. Со снежной кашей на дорогах, периодически выплескивающейся на тротуары, резко прибавившимся количеством машин на улицах, миганием новогодних гирлянд. Веселой, немного взвинченной толпой в магазинах, спешащей приобрести подарки, сладости и, конечно же, шампанское и мандарины. Запах елочной хвои на ёлочных базарах, довольные ребятишки, гордо вышагивающие рядом с папой, несущим ёлку. Даже если ребенок просто держится за елочную лапу, он все равно ведь помогал папе нести главное новогоднее дерево! Новогодние песни из громкоговорителей в торговых центрах, запах ванили, корицы, шоколада и апельсинов изо всех кондитерских.

Так я сидела на лавочке, довольно жмурилась и поджидала своих девочек. Даже моя дочка, нагулявшись на шоппинге, мирно спала во мне.

Вот тут-то я и обратила внимание, что у соседнего подъезда стоит машина скорой, судя по номеру на борту, наша, должна быть Андрюхина. Но за рулём сидел, совсем незнакомый водила, читал газету. Я с любопытством смотрела, кто же выйдет из подъезда? Из двери вышел Ильяс с оранжевым чемоданом с лекарствами. Один. Неужели так плохо с персоналом, что даже фельдшера стали по одному ездить. Окликнула его. Ильяс, удивлённо обернулся, увидел меня, махнул водиле рукой и зашагал ко мне. Я подвинулась на скамейке, он присел рядом. Выглядел Ильяс замотанным, осунувшимся и озабоченным.

— Ильяс, что случилось? Почему ты один и где Андрей?

— Так эпидемия гриппа же, Анна Сергеевна! Дрюня вот заболел, посадили новенького, он половины адресов не знает. Еще и за ним надо присматривать. По одному работаем, все бригады неполные, кто болеет, кто во вторую смену выходит. А вы что здесь делаете, Анна Сергеевна?

— Так живу я здесь, Ильяс! Вот по магазинам ходила!

Показала на пакеты. Ильяс понятливо кивнул, потом, помявшись, сказал неуверенно.

— Анна Сергеевна, даже не знаю, как сказать… в общем, Мишка наш, дурак безголовый, тут брякал языком налево и направо. Говорит, что вы его вылечили волшебством или магией какой-то, ну, тогда, после аварии. Говорил, что у него однозначно перелом позвоночника был, с повреждением спинного мозга. Не чувствовал он ног и вообще, только руки действовали. А вы руки свои ему на спину положили, и вылечили. Вот и понес он везде эти глупости. Не верили ему, конечно, но досвистелся он. В общем, ищут вас!

Выпалил Ильяс и сам растерялся от своих слов, до того они ему невероятными показались. Стараясь не показать своей озабоченности, вздохнула и спокойно спросила.

— А кто ищет-то, Ильяс? И что им надо от меня?

— Я их не знаю, но слышал, что это очень "серьезные" люди. Хорошего от них ожидать нечего. Мы, конечно, сказали им, что все это ерунда и не может быть, да и Мишке за длинный язык бока намяли, только все равно, Анна Сергеевна, вы бы остерегались! Вроде бы вы хотели уезжать за границу?

— Да, Ильяс, вот вчера визу получила, сейчас оставшиеся документы соберу, банковские, медицинский сертификат о здоровье и поеду. Хочу в Монреаль, к Саше.

Ильяс кивнул на пакет с яркими картинками малышей в ползунках

— Никак Саша с Ленкой решили обзавестись малышом?

Ильяс учился с нашей Леночкой в одном классе и поэтому знал, и ее, и моего сына. Я кивнула, подтверждая.

— Спасибо, что предупредил, Ильяс!

— Да ладно, Анна Сергеевна! Мы все не хотим, чтобы с вами что-то плохое случилось! Может, мы и видели что-то необычное, да помалкивали, это все Мишка, дурень. Я никому не скажу, что я вас здесь видел, а водила вас не знает. Вы все-таки будьте осторожнее и лучше уезжайте! Коли не встретимся, то всего вам наилучшего!!

Я проводила взглядом поднявшегося со скамьи Ильяса, пробормотала ему вслед.

— И тебе всего наилучшего, Ильяс! Пусть это мироздание будет благосклонно к тебе!

Пока мы с ним разговаривали, постаралась осмотреть и успела-таки немного укрепить иммунитет парня, усилить устойчивость к вирусам и добавить жизненных сил. Ему это поможет пережить этот период эпидемии без особых напряг со здоровьем, у него дома маленький ребенок, жена в декрете, старенькие родители, ему сейчас здоровье необходимо.

Вечером, подумав, поделилась своими тревогами с Ниной, пока мы сидели на кухне. Она тоже забеспокоилась. Вере мы пока не стали ничего говорить, только завтра предупредим, чтобы лишнего не говорила и с незнакомцами не разговаривала.

Нина ещё сказала, что завтра с утра смотается на вокзал, там всегда можно купить «серую» симку, и новый телефон купить надо, а всю инфу с моего смартфона сейчас быстро перекачаем на ноут, а телефон и симку выбросим по разным мусорным бакам. Так и сделали. Только успели снять всю информацию с телефона на флешку, как он неожиданно зазвонил. Посмотрела на экран, звонил Рахмон. Да, беда не приходит одна.

— Аня, здравствуй! Как у тебя дела?

— Здравствуйте, Рахмон! Да вот, к отъезду готовлюсь, на чемоданах сижу, уезжаю за границу.

— Это, наверное, хорошо, что уезжаешь, я вот почему звоню. Ищут тебя. Нехорошие люди ищут. Это пока они идут по ложному следу, моя Гуля описала этим людям женщину, вовсе не похожую на тебя, да и к Ларисе приходили, Гуля рассказала, и Лариса не подвела, о тебе не сказала. Но и машину этих бандитов я видел и у вашей скорой, так что если можешь, уезжай быстрее. Не можешь, приходи ко мне, мы укроем. Мы тебе свой долг помним и не нарушим слово. Звони, если что. Храни тебя Аллах!

Всё-таки не зря встретились мне на пути такие хорошие люди — Рахмон, Ильяс, ведь они могли не предупреждать, им же ничего не грозило, но вот озаботились. И я уверена, если приду к Рахмону, он спрячет, но пока попробуем своими силами обойтись.

От этого телефона избавлюсь, новый сестра купит. Ну а высовываться из дома пока не буду. На разведку дороги пока поездят Нина с Верой. Из своей квартиры я выписалась давно, здесь не прописывалась. Доверенности на машины есть на Нину, вот пусть и пользуется.

Нам осталось продержаться меньше трёх недель, хотя тут не угадаешь, надо смотреть по моему самочувствию. Но "шишигу" в гараже надо уже загрузить и приготовить полностью к быстрому драпу. И акушерский набор сразу уложить в кунг и все для новорожденного. И даже сухпай, я помню, как прошлый раз мы хотели есть. И воды, воды… первые сутки для моих спутниц, и даже, возможно и для меня вновь нельзя пить местную воду в Валенте.

Период спокойного выжидания закончился, приступаем к активным действиям.

Пока обговаривали все наши действия на ближайшее время, подошёл как раз очередной сеанс связи с Валентом. Я уже без всякой иронии теперь так его и называла. Но мне вначале надо было ещё пообщаться с ино-разумом, было у меня одно незавершённое дело, и именно оно меня сейчас тревожило больше всего. Даже предполагаемые нехорошие люди, что меня ищут, не так тревожат. В конце концов, я вовсе не девочка-ромашка, хоть и не боевой маг, но сумею постоять за своих близких и себя. Тем более, у меня сейчас такой стимул — мой будущий ребенок, мои родные, что ждут меня в Валенте, мои родные, что идут со мной, мои родные, что остаются на Земле. Ради них я пойду на все, даже на то, что противно моей природе — могу устроить парализацию, инфаркт, да выжечь мозг, в конце концов. Однажды это сделала маленькая Маруся, спасая свою жизнь. Но и тот человек полностью заслужил свою судьбу. А чем отличаются от лорда Крейтона эти люди, которые ищут меня? Вряд ли они меня ищут, чтобы поздороваться и вручить пригласительный на детский утренник. Соглашаясь преследовать и похитить беззащитную женщину, они полностью отдают себе отчёт о нравственности и законности своих действий. Ну, и хватит про это.

Знакомая серая муть подступила в голове. Не дожидаясь прояснения, я завопила.

— Подождите! У меня дело есть, срочное!

Крутящаяся воронка мути замедлила свое вращение, затем остановилась. Знакомый бесполый голос произнес.

— Слушаю.

Я заторопилась.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Скоро подойдёт время моего ухода в Валент, я это чувствую. Но здесь, на Земле, остаются двое моих детей. Да, они уже взрослые и самостоятельные. Но для любой земной женщины ее дети всегда остаются детьми, несмотря на возраст. И мать всегда будет тревожиться о них. И беспокойство об оставшихся детях точно не пойдет на пользу ни моей будущей дочери, ни мне самой. Нет, я не прошу, чтобы их переместили в тот мир, их место здесь, на Земле. Но мне необходимо хотя бы изредка видеть их, разговаривать с ними, и им тоже будет лучше, если они будут знать, что их мама жива. Для нас, земных людей, это очень важно. Если мне нельзя будет хоть на день, хоть на час возвращаться изредка в мир Земли, я согласна и на связь по видео, ну, вот как мы сейчас общаемся с ними по Скайпу. Я помню про ту комнату связи, что находится в доме моем. Если вы дадите координаты, мы сможем настроить какой-нибудь канал связи.

Вначале была тишина, потом мне ответил тот же голос.

— Такой вариант возможен. Мы подумаем, как можно, перенастроить ту аппаратуру. По нашей технологии, она устаревшего образца. Мы свяжемся с вами.

Ничего себе, устаревшая! У нас и сейчас такой ещё нет.

А дальше начался разговор с Варварой. Я доложила, что уже закуплено по их списку, что некоторые саженцы и семена я купила сверх плана, рассказала, как купила кустики роз и луковицы лилий, некоторые черенки ягодных кустарников. Недавно проверяла их состояние в гараже, все были в порядке. Про Нину и Верочку я ничего не говорила, хоть и не суеверна, но лучше промолчать, надёжнее будет. Варя рассказала последние домашние новости, Дариан дома редко появляется, в основном он находится либо во дворце, либо по миру с Георгом с разными миссиями передвигается. Но к сеансу связи всегда старается приехать.

В доме сейчас, кроме обычной прислуги и моих домовых проживает ещё и Тамина, переезжать в Колькин особняк отказалась. Хотя Коля уже вполне дозрел и сделал ей официальное предложение руки и сердца. Тамина сказала, что всё решит после того, как вернётся Ее Светлость Анна. Вот интуиция у девчонки! Чувствует, что свекровь прикатит! Хотя Ниночка уже заранее любит Тамину. Судьба этой девочки отдаленно перекликается с судьбой обожаемой ею Верочки, поэтому, как минимум, хорошее отношение свекрови к невестке гарантировано.

Ещё Варя сказала, что наши мужчины почти закончили чистить проезд для машины от перехода до лесного домика. Последние два дня выходных в работах принимал участие и Дариан.

В конце сеанса я попросила, чтобы Дар подержал Варю за руку, так я чувствовала мужа. С каждым разом прощаться было тяжелее, но я сдерживалась, убеждая себя, что осталось совсем немного.

НИНА.

Нина стояла у окна большого служебного кабинета, где работали аж восемь химиков-технологов их комбината, разглядывала унылый производственный пейзаж за окном, и добавляющий ещё большего плохого настроения то ли ранне-зимнего, то ли поздне-осеннего вида вокруг комбината.

Собиралась с духом идти к начальнику и подавать заявление об увольнении с завтрашнего дня. Конечно, положено, отработать две недели, но Нина намеревалась сказать, что уезжает срочно на поиски сына, так как вроде бы появился его след в другом городе. Историю с пропажей Коли знали на работе все, возможно, пойдут ей навстречу. А если и не согласятся, то она просто не выйдет на работу, все бросит, да и все. Сейчас это совсем для нее не имеет никакого значения. Главное теперь — перейти благополучно через ту грань, что отделяет мир Земли и мир Валента, где сейчас ее сын. А к сыну она обязательно попадет… хорошо или плохо, но попадет. Лучше бы хорошо, потому что Нина сейчас беспокоилась о сестре Ане, в ее положении экстрим не слишком полезен.

Да и Верочкой рисковать не стоит… Верочка… женщина тепло улыбнулась своему отражению в оконном стекле. Нина уже даже представить себе не могла, что так привяжется за несколько месяцев к девочке, что и воспринимать ее будет именно как свою дочь, никак иначе.

Забитый, запуганный, никому не нужный в этом мире ребенок, никому, кроме Нины. Тем более что как выяснилось, что Вера тоже видит этот самый переход из мира Земли в мир Валента. Выходит, ее место там… А вот Аня не видит этого перехода, значит, ее время ещё не пришло.

Тогда, увидев вначале переход, первым порывом Нины было не просто сделать шаг туда, а даже пробежать эти несколько метров, увидеть, обнять самого родного, самого дорогого человека — сына. И даже уверена была, что все получится легко и Аня поймет и не обидится, но тогда она останется здесь одна, справляться со всеми проблемами, сложностями и опасностями. И Нина знала, что тогда она сама себе не простит этого. И она осталась. Зато потом, в награду, мир подарил ей дочку Верочку.

— Смотрите на свою машину, Нина Петровна? Я видела, как вы утром на ней подъехали. А говорили, что у вас ни машины, ни прав нет.

Это подошла к Нине Любочка, главная болтушка и сплетница отдела. Совсем недавняя выпускница химфака местного института, она не представляла собой ничего особенного, но ее семья, начиная от бабушек-дедушек, работала на комбинате и ее приняли на работу. Пустоголовая красотка, любящая обсуждать все сплетни — от цвета колготок секретарши у гендиректора до новостей светской жизни из глянцевых журналов.

Имела поклонников из полукриминальных кругов, разъезжала на новенькой Ауди А4, подарке одного бритоголового сурового парня.

Странно, почему бы это Любочка заинтересовалась скромной Аниной Шнивой, на которой сейчас ездила Нина? Поэтому она ответила давно заготовленной легендой.

— Так у меня и нет машины, Люба! Эта машина моей двоюродной сестры. Она уехала на ПМЖ за границу, то ли к сыну, то ли к дочери, я так толком не поняла. А эту машину отдала мне по доверенности. Она ей все равно не нужна. И возвращаться в Россию не намерена. Вот я и езжу. Извини, Люба, мне к начальству надо.

Нина решительно шагнула мимо любопытной Любы и пошла к начальнику. Вначале он пытался ее уговорить, но потом, махнув рукой, подписал ее заявление сегодняшним днём. Покидав свои вещи в коробку, и заглянув по пути в кадры отдать заявление, Нина быстро уехала с комбината.

По пути не забывая играть в боевик — то есть периодически зорко вглядываясь в зеркало заднего вида с непонятной целью, все равно не смогла бы вычислить машины наблюдателей и внезапно несколько раз меняя маршрут. В общем, слежки она не обнаружила.

Утром, ещё до работы, пока Аня и Вера спали, она успела смотаться на вокзал, где приобрела левую-перелевую сим-карту и телефон в скупке. Хорошая модель с ёмкой памятью, даже непонятно, как он в скупку попал. Хотя, что тут непонятного — ворованный, да и все. Старый телефон Ани она разбила кирпичом, и обломки выбросила в разные мусорные баки, а сим-карту для верности ещё и разрезала ножницами и тоже выбросила.

С этой стороны они обезопасились. Теперь надо забрать после учебы Веру, пообедать дома и ехать в гараж, грузить все приготовленное по спискам в грузовик. Чтобы в любой момент можно было уехать, и стоит как можно меньше мелькать в городе. А завтра надо обязательно проехать по маршруту ухода, проверить дорогу.

Говорить о странном разговоре с коллегой дома она не стала, не хотела огорчать Аню, она и так последнее время напряжена. К тому же ей это могло и показаться. Хотя, как говорится, если у вас диагностировали паранойю, то это не значит, что за вами не следят. Но всё-таки решили, что Вера завтра не идёт на занятия, и они с утра съездят на маршрут. Без Ани. Опять же, боялась ее одну дома оставить, а если так сделать. Аню укрыть на заднем сиденье пледом, и увезти ее в гости к этому ее чайханщику Рахмону. О том, что она уволилась со своей работы, тоже рассказала. Показалось или нет, но Аня вроде бы вздохнула с облегчением. Переживает за нас с Верочкой.

Хотя Аня вообще стойкий оловянный солдатик. В ее положении работала практически до самого срока декретного отпуска, а работа у нее — врагу не пожелаешь! И всегда спокойная, улыбается, рассудительная, никаких капризов. Нина как вспомнила себя, когда ещё Гришенькой была беременная, какие истерики она закатывала мужу и родственникам. Просто на ровном месте, вот хотелось так и все! Ладно, укладывается в сумку традиционный сухпай — вода, хлеб, бутерброды, нож и тушёнка так и живут в бардачке машины. Это требование Ани все выполняем неукоснительно. Не знаем зачем, но она так твердо это сказала, что мы и вопросов задавать не стали.

Надо пойти подогнать машину, пока девчонки собираются.

Они вышли практически следом, как только Нина подъехала к подъезду. Когда увидела вышедшую из дверей Веру, бережно поддерживающую старенькую, согбенную старушку, опирающуюся на трость, в очках с бифокальными линзами, Нина просто остолбенела. Только когда старушонка поправила падающий на глаза платок и лихо ей подмигнула поверх очков, узнала сестру. Боже, где они отыскали весь этот маскарад?

Оказывается, Аня ещё вчера, после предупреждений, нашла на антресолях старую бабушкину одежду, которую почему-то в свое время не выбросила тетя Рая, мама Ани. Там даже трость нашлась. Единственное, тяжело было смотреть поверх очков, ведь зрение у Анны теперь было идеальным. Кстати, после некоторых манипуляций сестры и ее здоровье тоже улучшилось — перестало болеть колено, прошла начинающаяся возрастная дальнозоркость, гипертонии как не бывало. Да и чувствовала Нина себя явно помолодевшей.

Рахмону Аня звонила предварительно, поэтому он встретил их, стоя у заднего крыльца своего кафе. Тоже посмеялся маскарадному наряду Ани, сказал, что у него есть смежная с его кабинетом комнатка, где она может и прилечь и посмотреть телевизор, оставив Аню в надёжных руках, мы с Верой со спокойным сердцем поехали по необходимому нам маршруту.

И надо же, какое совпадение — через несколько километров от города нас остановил патруль ДПС. Вначале как обычно — Старший лейтенант Козлов, ваши документы.

Так и хотелось переспросить. — Простите, старший лейтенант кого?

Но побоялась, что мне эта старая шутка выйдет боком. Поэтому безропотно протянула документы. Потом страховку, доверенность, показала аптечку, огнетушитель, знак аварийной остановки, жилет со светоотражающими элементами. Ребята честно отбывали номер (типичное отношение к своим обязанностям), не зная сами, чего они ищут. Их попросили проверить, вот они и смотрели. Наконец, начали спрашивать, совсем не относящееся к делу

— Кто в машине?

— Дочь, несовершеннолетняя, но шестнадцать есть, поэтому не в детском кресле.

— Куда путь держите?

— В Михайловку, хотим переехать туда, дочери свежий воздух нужен.

Я назвала поселок, расположенный значительно дальше, чем нужный нам.

— Вы машину по доверенности, купили и до сих пор не переоформили?

— Нет, я не покупала. Это машина сестры, она уехала жить за границу к сыну, машина ей не нужна, вот и оставила пока мне.

Больше им сказать и спросить было нечего, поэтому нас отпустили. Отъехав пару километров, я остановилась на обочине, включив аварийку, глубоко вздохнув и вытерев салфеткой мокрые руки. Да, шмон мне устроили знатный, и вряд ли просто так. Кто ж такой настырный? Хорошо, что Ани с нами не было. Маскировка у нее была хороша только издали, вблизи легко было понять.

Доехав до нужного нам поворота, мы свернули на дорогу, ведущую в лес. Интересно, кроме нашей старой колеи, четко виднелись отпечатки здоровых покрышек, как от грузовой машины. Но примерно на середине нашего пути, эти следы свернули в сторону от нашего маршрута. Я остановилась в раздумье — что это за машина была и куда она поехала?

Первой догадалась Вера.

— Помнишь, Аня рассказывала, что они сбились с дороги, которая вела в город, только короче, чем по трассе? Вот, видно, это она и есть. А они здесь и сбились с пути. А машина, так черные лесорубы, небось, от ментов удирали, то есть от полиции. Надо, кстати, и нам проехать по этой дороге, посмотрим, где выедем. Может, отсюда удобнее будет.

Хорошо, а пока проедем до перехода. Переход был на месте, хорошо виден. И разительно отличался от нашего вида леса.

У нас уже вполне местами лежал снег, да и подмораживало, совсем скоро ляжет настоящий снег и навалит сугробы, а там пока только-только заканчивалась осень, порыжевшая трава (или она и есть такого цвета!), листья на деревьях частично ещё держатся. Зато заметна неширокая просека, которой раньше мы не замечали — удаленные кусты подлеска, несколько деревьев явно вырублено, видны свежие опилки, но пней не заметно, все убрано. То есть нас уже ожидают, готовят нам дорогу. Просто отлично!

Перекусив прихваченными из дома бутербродами и запив все это водой, мы от развилки проехали по новому пути. Дорога, ну, как дорога, направление, была проходима для вездеходов, так что мы ее преодолели довольно быстро. Выехали прямо на окраине города. Так что, если что, можно будет уходить этим маршрутом.

АННА

Отдельная комнатка и правда была у Рахмона. Не слишком большая, но диванчик и стул, тумбочка с телевизором вполне умещались. Я сняла весь этот маскировочный костюм, жарко во всей этой куче тряпок, тем более, под ними и своя одежда была. Да и ходить с тростью, согнувшись — та ещё сверхзадача, прямо по Станиславскому. Присела на диван, пощелкала кнопками пульта, переключая каналы. Осторожно постучав, ко мне заглянул Рахмон.

— Можно, Аня? — В руках он держал поднос с чайником, парой пиал и несколько небольших вазочек со сладостями — халва кунжутная, варенье прозрачно — желтое, то ли персиковое, то ли абрикосовое, и прозрачные кусочки восточного сахара.

— Конечно, Рахмон, проходи! Спасибо, что приютил! Нина, конечно, больше паникует, я отлично могла и дома посидеть, но тоже хочется немного прогуляться, с друзьями увидеться. Я и в самом деле очень скоро уеду из этого города навсегда. Да что я все о себе да, о себе! Как у вас дела? Как в семье, дети? Как Карим ваш?

— Слава Аллаху, все хорошо теперь, Аня! А Карим в садик пошел! И Гуля на работу вышла теперь, им сейчас полегче будет, а то Амин один все тянул. У меня денег брать не хочет, говорит — Я мужчина!

Что-то ты не договариваешь, дорогой Рахмон! Да и выглядел он не сказать, чтобы очень хорошо — и одышка заметна, и отеки заметны. Рахмон, конечно, худым никогда не был, но сейчас я бы сказала, был скорее отечным, чем полным. Ладно, сейчас чайку попьем, и посмотрю я его. Чем могу, тем помогу.

Закончив чаепитие под разговоры ни о чем, я предложила Рахмону прилечь на диванчик, мне в принципе, без разницы, лежать он будет или стоять, просто не быстро все это будет, устанет ведь. Да, похоже, проблема с сердцем, вон как пыхтит, укладываясь на диван, отеки не дают нормально дышать. Чтобы не мешал, отправила его в лечебный сон, а я пока поработаю.

Избавить организм от отеков было самым простым, за пару дней сойдут, пробегается в туалет, да и все. Гораздо сложнее было удалить холестериновые бляшки из коронарных сосудов и вернуть прежний мышечный тонус миокарду, растянутому и вялому, как тряпочка. Два часа я провозилась с ним, устала почти до лимонного состояния. То есть, выжатого. Разбудив Рахмона, отправила его в туалет.

Вернулся он не скоро, выглядел удивлённым.

— Аня, я столько спал, оказывается! Отдохнул, вот теперь и дышать легче стало, и в груди так не давит.

Увидев мою улыбку, все понял.

— Аня, мой долг только увеличивается, я уж тут думал, как бы дотянуть до весны, последнее время плохо было, видно, сильно переживал за Карима, вот меня и подкосило.

— Не волнуйся, Рахмон, ещё на свадьбе у Карима погуляешь, если не будешь пренебрегать небольшими правилами — убери из питания баранину, жирное очень в меру, больше овощей, фруктов, сладкое в меру. Совсем ни от чего не отказывайся, просто в меру.

Рахмону было неудобно, но явно что-то хотел спросить. Потом решился.

— Аня, а ты не можешь ещё брата моего посмотреть? Ты его знаешь, он повар у нас. И человек хороший, да вот что-то с ногой у него, хромать начал сильно. Ходил к врачам, те отрезать ногу грозятся.

Я вздохнула. — Посмотрю, конечно, вот только плов вначале принеси, да чая сладкого. Сил много на тебя потратила.

Что там, у брата с ногой, я уже представляла. Судя по словам Рахмона, там был, скорее всего, облитерирующий атеросклероз сосудов нижней конечности. В наше время довольно распространенное заболевание, чаще у мужчин. Как лечить, я уже примерно представляла. Поэтому, плотно поев, чтобы восстановить силы, принялась за лечение.

Когда приехали Нина с Верой за мной, успела я пролечить, кроме Рахмона, ещё двоих человек. Нет, я ничуть не была в претензии, тут были все хорошие люди и все в той или иной мере помогали мне.

Вот и сейчас, стоило мне опять облачиться в свой маскарадный прикид и выйти на крыльцо заднего двора, как следом за мной выскочили двое мужчин, неся каждый по здоровому пакету с различными упаковками с едой. Вышедший следом Рахмон при виде кошелька, который достала Нина, замахал руками.

— Не позорьте меня, какие деньги! Это мы век не расплатимся! И вообще, надо на время будет укрыться, приезжай в любое время! А это, чтобы ты лишнего по улицам не ходила, не рискуйте! На сегодня вам тут хватит, а завтра к обеду моя машина свеженькое привезет!

Так мы и отбыли — я на заднем сиденье, зажатая между двумя пакетами с провиантом, из-за которых меня практически не было видно и Нина с Верочкой впереди.

За эти оставшиеся дни я ещё три раза приезжала к Рахмону в кафе. Два раза девочки мои ездили по маршруту, проверить дорогу. Теперь они старались не мелькать на трассе, а выезжали из города через окраину и далее по лесной дороге. Часть дороги, до нашего поворота имени Сусанина, была уже хорошо укатана лесовозами "черных лесорубов", поэтому Шниве не составляло никакого труда быстро проскочить ее. Сложнее было от поворота. Выпавший снег почти прикрыл колею, но по уже хорошо вбитым в память приметам, дорогу они всё-таки находили. Тем более, за лето мы кое-где, в меру наших возможностей, особо выдающиеся колдобины и ямы немного подправили. И машина наша прошла. Как докладывали, портал на месте, они его видят четко, и тот мир тоже видят. Дорога там для нас тоже готова, нас ждут. Это подтвердила и Варя на сеансе связи. Наши мужчины там развернули целые дебаты на тему, кто идёт дежурить в лесной домик, в ожидании нашего перехода. Варя в сердцах предложила им коллективно туда перебраться, остудить головы и не делать ей нервы. Я успокоила всех, сказав, что переход будет не ранее, чем через неделю, я ещё раз свяжусь с ними, скажу, когда начинать дежурить.

А третий раз я сама попросила Нину увезти меня к Рахмону в кафе. Хотела закончить лечение хороших людей, за которых просил Рахмон. Нет, точнее, он ничего не просил, ни в качестве ответной услуги, ни просто так, но сама хотела отплатить добром людям, которые рисковали своим благополучием ради моей безопасности. За эти три посещения я просмотрела всех работников заведения Рахмона, кому необходимо — помогла лечением, кому позволяло здоровье — просто советами и рекомендациями. Кое-кто приводил родных, у кого были серьезные заболевания, которые можно было вылечить за достаточно большие деньги и в хороших клиниках. Не все располагали такими возможностями. Еще я просила привести ко мне Карима, хотела напоследок убедиться, что у ребенка все хорошо и он здоров.

Я понимала, что сильно рискую, так как своими глазами видела стоявшую у ворот нашей подстанции скорой неприметную серенькую Тойоту, в салоне сидели двое, лиц я не разглядела, но Рахмон сказал, что именно они приходили к нему в кафе, интересуясь мной. Но решила плюнуть на все, и помочь людям, они меня не предали, а ничем другим я пока что им отплатить не могу. В последний раз, когда я была в кафе, зашёл ко мне Рахмон и тихо сказал.

— Аня, там, в зале, обедает Ильяс. Я знаю, ты с ним была дружна, хочешь, я потихоньку позову его сюда?

Конечно, я хотела. Интересно было узнать новости о бывшей работе, все-таки, двадцать пять лет отдано этой скорой, ну и про неизвестных, разыскивающих меня, тоже любопытно было. Вскоре в маленькую комнату отдыха зашёл Ильяс, как всегда, невозмутимый.

— Вот даже ни разу не сомневался, кто так сильно желает меня увидеть, когда Рахмон так таинственно позвал меня. Правильно сделала, что не зашла к нам. Там у нас "почетный " караул, видала? Вот, по твою душу. Наташка (главная) дёргается, наказала всем, что если увидят тебя в городе, даже вида не показывать и не говорить никому, что знакомы с тобой.

Понимаю главную, она тоже хочет обезопасить своих людей. Поспешила успокоить его.

— Не волнуйся, я уеду буквально через несколько дней. Уезжаю насовсем. Просто узнала, что ты здесь, захотела увидеть, попрощаться. Как там наши, как у тебя самого здоровье?

— Наши все в порядке, работают. Мишка уволился. То ли самому неудобно стало, то ли наши не простили ему трёпа не по делу. А я… в общем, спасибо тебе, я же понял, что это ты меня тогда подлечила. Даже не чихнул ни разу за эпидемию, не то чтобы заболеть. И вообще, просто значительно лучше себя чувствую, нет такой усталости постоянной. Спасибо тебе, Анна Сергеевна, и пусть у тебя все будет хорошо! Я пошел, перерыв заканчивается…

Он ушел. А я немного взгрустнула, вот и подходит к концу очередной этап моей жизни. Надо решить последние вопросы, попрощаться с хорошими людьми и отбывать. Не хотела пока пугать своих, но предвестники близких родов уже появились — небольшие тянущие боли в пояснице и животе, немного опускается живот… То есть не больше пары дней.

Сегодня ещё поговорю с Варей, предупрежу ее, чтобы начинали ожидать.

А сейчас хочу обсудить с приехавшей за мною Ниной и Рахмоном "рыбную" проблему. Не стоит мне сверкать по городу, лучше позвоню и предупрежу знакомого рыбовода, что за товаром приедет моя сестра. Да и цену надо узнать, и приготовить деньги, наверное, лучше наличку.

Позвонила я со стационарного телефона в кабинете Рахмона, договорились, что завтра с утра приедет Нина. Насчёт цены он вначале мялся, потом я поняла, что он боится, что прослушивают, потом во взятке обвинят. Тогда я ему сказала, пусть произнесет просто цифры, а ноли подставим, так и сделали — он сказал — сто двадцать. Я уточнила, три ноля или четыре? Оказалось, что четыре. То есть сто двадцать тысяч. Но в эту сумму, кроме самих мальков, входили и бачки с ними, корм и брошюры. Совсем, даже неплохо.

Вначале Нина хотела поехать на нашей легковушке, но Рахмон предложил лучший вариант — утром подъедет его разъездной фургончик, увезет Нину и Веру в гараж, там оставят Веру и парочку крепких парней, которые помогут с окончательной укладкой, а Нину на фургончике повезут за мальками. Когда все будет готово, сам Рахмон подъедет к моему дому за мной и увезет к нашим машинам. Такой вариант подходил лучше всего.

А до этого я рассказала Рахмону, что хочу, чтобы моя сестра и ее дочь были в безопасности, поэтому они переезжают в другой город. Там у них будет возможность заняться бизнесом — рыбоводством. Я уезжаю с ними, а уже из того города меня увезут в аэропорт, затем перелет в Шереметьево и оттуда уже в Монреаль. Сложно, но объяснимо. Поэтому попрощалась со всеми, кого знала, а с нужными нам людьми увижусь ещё завтра.

Вечером был разговор с Варей, предупредила, чтобы ждали нас уже завтра днём, максимально — послезавтра.

Вот и все, все долги розданы, все дела сделаны. Надеюсь, это последняя моя ночёвка в мире Земли.

Утром, торопливо позавтракали, уложили свои последние вещи по сумкам. Буквально минут через пятнадцать, позвонил парень, работавший у Рахмона водителем развозного фургончика. Сказал, что стоит у подъезда нашего, с ещё одним парнем, отправленным Рахмоном для помощи в погрузке. В подъезде и рядом никого нет, Нина с Верой могут выходить. Подхватив сумки, девушки мои ушли.

Нас ждёт Валент, теперь я это отчетливо чувствовала.

До встречи с ихтиологом ещё два часа.

За это время они при помощи парней уложат последний груз в машину, затем поедут на рыбоводческий цех на ТЭЦ. Когда они вернутся, за мной подъедет Рахмон на своей легковушке и отвезет меня в гараж. Там мы трое сядем в машину и уедем. Вроде все продумано, обговорено и решено на сто рядов. Но беспокойство гложет. И не понять, что вызывает его — то ли переживания о безопасной дороге, то ли страх родов в зимнем лесу, где из врачей я сама? А то, что рожать придется сегодня — наверняка, поясницу тянуло уже вполне конкретно, да и слабые схватки тоже ощущались недвусмысленно. Двухкратный опыт у меня уже был, так что ни с чем не спутаю.

Ещё раз прошлась по квартире, перекрыла газ, воду. Отключила свет в щитке, чисто вымытый холодильник со вчерашнего стоял с открытыми дверками. Проверила все окна, балконную дверь. Оплата коммунальных услуг автоматически будет списываться с моей зарплатой карты, я ее не трогала, деньги на ней есть. Остатки денег от продажи недвижимости перевела поровну на счёта дочери и сына. Присела на стул, обвела взглядом комнату. И так что — то тоскливо стало… Теперь уже точно, прощаюсь со своей земной жизнью навсегда. Но все равно, сколько остаётся здесь… Неожиданно пришли в голову полузабытые строчки:

И память тонкой нитью на моем запястье

Завязана… и вечно душу не отпустит. *(автор неизвестен, стихи из интернета).

Нда… мой случай. Телефонный звонок прозвучал как-то неожиданно и даже пугающе среди звенящей тишины пустой квартиры. Это был Рахмон, он ждал меня.

Окинув прощальным взглядом квартиру, подхватила запасные комплекты ключей от квартиры и гаража, вышла, закрыла дверь. Вот и все, эта страница жизни закрыта, осталось только перевернуть ее и попрощаться, как прощаются с любимой книжкой, когда все роли отыграны, все герои счастливы, а злодеи наказаны.

Сев в машину, протянула ключи Рахмону.

— Я, наверное, больше не приеду сюда, мне эта квартира не нужна. Когда дети вернутся, пусть решают сами. Но в любом случае, это случится не ранее, чем через год, а то и позже. Я оставляю тебе ключи и доверенность на субаренду, свои паспортные данные подставишь сам. Вдруг, какому хорошему человеку срочно понадобится жилье на время. Хоть так могу отблагодарить вас за помощь. А ключи от гаража вот, смотри, он большой, грузовая машина входит, тебе может пригодиться. В общем, сам смотри. Если будет у меня возможность, я дам о себе знать, твой телефон у меня есть.

Ключи Рахмон взял, помолчал, потом сказал.

— Мы и так у тебя в долгу, эта помощь лишь незначительная часть. А ты опять к нам с добром. Я буду помнить и гордиться, что у меня в друзьях такой человек, как ты, Аня! От всего сердца!

Подъезжая к гаражу, увидела, что "шишига" стоит уже на улице, ворота гаража открыты, а сзади машины идёт какая-то нездоровая суета. Душа у меня заныла одновременно с поясницей.

Выйдя из автомобиля Рахмона и обойдя свой грузовик, я остолбенела и потеряла дар речи. Двое парней деловито цепляли мою Шниву на жёсткую сцепку к грузовику!!! Сама же легковушка была доверху забита вещами, а Нина изо всех сил пыталась захлопнуть дверь машины. Какая-то коробка явно упиралась углом в дверку и не давала закрыть ее. Я ласково начала.

— Ниночка, ты помнишь, я сказала, что все, что не войдёт, ты понесешь в руках? Пешком?

Нина молча отмахнулась от меня, продолжая свои попытки. Наконец, в коробке что-то угрожающе хрустнуло и дверь машины закрылась. Ну, и в кого Колька такой хомяк?

— Ладно, цепляй Шниву, надеюсь, у "шишиги" крутящего момента хватит, протащит она эту легковушку. А там Колька разберёт ее для чего-нибудь нужного.

За руль хотела сесть Нина, но я как чувствовала что-то, села сама. Нина в кабине, рядом со мной, в кунге, около прорубленной двери, на какой-то коробке примостилась Верочка и заглядывала в кабину.

Все, наши все дома! Помахав на прощание рукой, остающимся и нажав приветственно на сигнал, мы двинулись на выезд из гаражного кооператива. Нас ждал нелегкий путь домой, в свой теперь уже мир.

"Приняли" нас недалеко от гаражного кооператива, видимо, там сторожили на всякий случай, не рассчитывая на действительное наше появление. Это было заметно потому, как неожиданно засуетились двое парней в темном "Ниссане", один неловко пытался завести двигатель, второй торопливо звонил кому-то, при этом второй рукой толкая в бок незадачливого водителя. Большую скорость я пока набрать здесь не могла — и узкая, не чищенная от снега дорога, Шнива на сцепке тоже придавала лишнего веса. Я резко выкрутила руль, ныряя в сплетение дворов, узких улочек и переулков. Зря я, что ли, столько лет отъездила по всем этим закоулкам? Мне необходимо было выехать на ту окраину, что ближе всего была к лесной дороге. На трассе, я так понимаю, нас уже ждут. Пусть ждут, туда мы не поедем. "Ниссан" где-то безнадежно отстал в городских дебрях, я выдохнула спокойнее, выровняла машину и скорость. Газончик шел ровно, вроде бы сцепку не мотало, но я все равно сказала Вере.

— Верочка, проберись к заднему окну, посмотри, легковушка ещё там? Тянется на сцепке? А то она для меня в слепой зоне, я ее в зеркала не вижу.

Навалено, напихано и натолкано у нас в кунге знатно, конечно, но при желании аккуратно, вдоль стеночки, пробраться можно. Что и проделала сейчас Вера. Шустро добравшись до небольшого окошка в задней двери, выглянула и воскликнула.

— Здесь! Здесь "Шнива"! Только там попадало все, даже видно, что вперёд все улетело, наверное, когда тормозили резко!

Вот до чего семейство Ниночкино запасливое, хомяческое! У них, видно, это воздушно-капельным путем передается, Верочка по крови им не родная, но по духу уже точно такая же.

Я ещё раз глянула в зеркало заднего вида. Погони вроде не видно, а из бокового проулка неторопливо на нашу дорогу выбирался коммунальный трактор с навесами для очистки дороги от снега. Сейчас он по любому такие отвалы устроит на дороге, "Ниссан" обязательно застрянет. Погони сзади можно не опасаться.

Со всеми этими треволнениями я даже забыла про постепенно нарастающие схваткообразные боли в пояснице и животе. Но ещё слабые, до перехода должна дотянуть. Сейчас прибавлю скорость, выезжаем на окраину и там наша дорога в лес начинается. Нам бы проскочить открытый участок. Видеокамер наблюдения здесь быть не должно, иначе не ездили бы тут так спокойно лесовозы "черных лесорубов". Вот уже последние дома в переулке, двигатель взревел на форсаже, машина рывком вылетела на открытое пространство прямой дороги.

А в начале лесной дороги нас ждала засада. В прямом смысле этого слова. Какие настырные товарищи.

Поперек дорожного полотна стоял джип, светло-серый, "Мицубиси", кажется. Возле него, опершись на открытые дверцы, в картинных позах, стояли двое, в машине сидел ещё кто-то. Объехать их не было возможности, это лесная дорога, не хайвей. Мысли метались — что делать? Остановиться? Тут даже гадать не надо, какая судьба нас ждёт. На пути к моему возвращению к моей семье, к счастью моего ребенка стоят какие-то бандиты (а в этом я не сомневалась, у госструктур совсем другие методы и они давно уже бы меня нашли) и их дорогая машина!! Да плевать я на них хотела! Моя гуманность так далеко не распространяется, и они далеко не мальчики из церковного хора, вон куртки весьма неоднозначно оттопыриваются… Ну что ж, в эту игру можно играть и вдвоем, и не обязательно им выпадает роль победителей. Нога сама плавно вдавила педаль в упор, до самого пола, двигатель взвыл на высоких оборотах, снег полетел в разные стороны из-под зубастых, мощных покрышек. И машина, неумолимо набирая скорость, летела прямо на бандитский джип. Бандюки ещё не до конца верили, что я не отверну, и пока стояли у машины, но напряглись. Кинулись они в кювет буквально чуть не из-под колес "Шишиги", из машины выскочил ещё кто-то, кубарем полетел в другую сторону.

Не зря мастера готовили мне машину, честно отработали свой гонорар. Усиленный, стальной бампер, а не пластиковый, мощная решетка кенгурина легко, как пластиковую, смяла бочину джипа и с размаху спихнула его с дороги. Как раз в сторону залегших в канаве бандитов. Пока что они точно не бойцы. Немного притормозила, ну а теперь набираем скорость.

Мы вырвались. Машина неслась вперёд, подскакивая на неровностях лесной дороги, а я никак ещё не могла отпустить педаль газа до нормы. Наконец начала успокаиваться, огляделась. Мои девчонки сидели молча, вцепившись, кто во что, лишь бы не улететь во время гонки. Нина прикусила губу, в глазах явно виднелся страх, но она молчала, чтобы не пугать меня, видимо. Посмотрела вокруг, на дорогу. Погони не видно, но особо обольщаться не стоит, раз они ждали нас на этом выезде, значит, знали, что мы рванем сюда. Ого, а мы уже больше, чем полдороги до нашей тропы Сусанина в этой гонке отмахали. Ещё минут десять и нам надо поворачивать.

Резкая боль в животе чуть не согнула меня пополам, как удержала руль — даже не знаю. Ещё не хватало нам сейчас слететь в сугроб с дороги. Нет, машина выберется, однозначно, для этого она и предназначена, но мы потеряем время, а сейчас оно очень важно.

Так, до поворота я должна дотянуть, судя по времени схватки, а там меняемся местами. Пусть за руль садится Вера, она тоже может справиться с управлением, а мы с Ниной перебираемся в кунг, небольшой лежачок там имеется. Говорят, история имеет свойство повторяться. Это точно, ситуация напоминает наше попадание прошлый раз. Разница только, что не ночь. Хотя и так хмурый зимний день уже начинал плавно перетекать в быстрые зимние сумерки. Долго провозились в городе, с укладкой, рыбой, погоней…

— Нина, перебирайся в кунг. Я сейчас остановлюсь, и за руль сядет Вера. А ты поможешь мне. Доставай там акушерский набор, одеяла, пеленки и прочее.

Нина немного взбледнула, но молча перешла в кунг и закопошилась там, доставая и готовя все необходимое. Вера села рядом.

— Вера, ничего не бойся, машину эту ты водила, вон наша дорога, видишь? Я включаю фары, дорогу видно, даже колея видна, хоть и припорошило ее. Ты проедешь и все будет хорошо. Не обращай внимания на нас. Когда доедешь до того дерева, если не скажем — Гони! притормози немного. Когда, скажем, рви с места прямо на ту дорогу, что увидишь перед собой, не спутаешь, там погода другая. И езжай прямо. Ты все поняла, моя хорошая?

Верочка молча кивнула, усаживаясь плотнее в кресле водителя, подождав, пока я перейду в кунг, аккуратно повернула на нашу тропу.

Дальше я помню отрывками. Скручивающая меня изнутри боль, Нина, вытирающая мне лицо салфеткой одной рукой, во вторую вцепилась я со всей силы. Потом вроде бы остановка. Боль уже разрывала меня изнутри. Голос Нины.

— Аня, тужься! Сейчас уже все!

Испуганный вскрик Веры.

— Они что, стрелять будут?

И все, боль отошла и хныкающий младенческий писк, радостный смех Нины, что-то воркующей малышке.

Потом удивленный возглас Веры.

— Мам Нина, тетя Аня! Смотрите! Они не могут в нас попасть! Пули отскакивают! И в них попадают! Как от резинки!

— Вера, гони!

Машина как будто прорвалась сквозь большой пузырь.

Стрельбы не стало слышно. И наступила тишина. Завернутую в одеяло малышку вручили мне. Сейчас Нина занималась мной. Но вроде бы ничего опасного. Собрав все силы, вся в слезах и соплях, я, просканировала сама себя. Отлично, разрывов и ссадин нет, плацента отошла целиком, кровотечение прекращается. Все так и должно быть. Нестерпимо захотелось пить. Нина ещё раз обтерла мне лицо, дала напиться. Ладно, теперь не более десяти минут медленной езды, и мы будем в лесном домике, а это уже дома. Там нас ждут.

Интерлюдия

Мир Земля. Десять минут спустя.

Витяй выбрался из-под вывороченного бурей здоровенного корневища старой лиственницы, куда он заныкался сразу же после того, как пули, выпущенные из автоматов и пистолетов пацанами, стали возвращаться к ним же.

Вначале Витяй стоял со всеми, разгоряченный азартом погони, даже забыв, что он, собственно, ещё не носит гордое звание бойца, а только пока что на подхвате. Но всеобщий азарт захватил и его, и он радостно реготал со всеми, вот мол, щас они тряхнут этих баб, выяснят, чего они убегали, что от них самому шефу надобно. Шеф велел доставить к нему только врачиху пожилую, а про другую бабу и девку ейную он ничего не говорил. Особой злости на этих баб у них и не было. Но тут у Серого, командира их боевой десятки, зазвонил телефон, он махнул рукой, мол, заткнулись все! выслушал все, что сказали ему по трубе, враз посуровел.

— Братва, эти суки наших на Мице порешили! Хотели их Мицей задержать, поставили поперек дороги, а они на таран пошли! Прикиньте! Парни в кювет, а они машину смяли и сбросили туда же в кювет, прям на пацанов же! Их там придавило. Синий отзвонился, лежит под машиной, ног не чувствует. Помощь вызвал, но пока нет никого. Боится, замёрзнет на снегу, зима… Так что за пацанов, мочи их, братва!

Троха пытался сказать, что мол, шеф велел врачиху живой к нему привезти, но Серый так вызверился на него, что Троха замолчал сразу. Пацаны приготовились стрелять, Витяй тоже бы приготовился, только ствола ему ещё не доверяли, и оставалось только тяжко завидовать друганам. Но когда пули, на подлёте к машине убегавших женщин как будто замедлялись, а потом и вовсе зависали в воздухе, зависть поубавилась. А уж когда заорали первые пацаны, словившие свои же пули, Витяй шустро нырнул в ту нору под корневище.

Там и сидел, трясясь от страха и повторяя — Ой, мамочки! Падали пацаны, сраженные своими же выстрелами, кто-то замолкал, кто-то выл не своим голосом, видимо, жив был ещё…, а машина этих странных баб завелась и тихо вначале, а затем, ускоряясь, двинулась с места прямо в непроходимую чащобу. Медленно исчезая из поля зрения. Вот скрылась кабина, понемногу скрывался кунг машины, а потом и сцепка с легковушкой.

И тишина. Только стоны и матюки раненой братвы. Витяй сидел ещё минут десять, не решаясь вылезти, а попросту, трусил. Потом вылез осторожно, огляделся. Хоть и темнело уже, но лежащие на снегу тела были хорошо видны. И темные пятна вокруг них. Наверное, кровь — догадался Витяй. Осторожно подобрался к месту, где стояла машина, которую они хотели задержать. Четко виднелись следы протекторов машины, которые вели прямо в чащобу и там внезапно обрывались. Как будто и не ехала никогда машина здесь… Но Витяй видел это все своими глазами… Она ехала и потом пропала.

Осматривая тела пацанов (живых осталось только двое и те были без сознания), Витяй нашел у Серого его навороченный новенький смартфон, которым он страшно гордился и изредка давал позвонить с него мелкой шушере типа Витяя. Только хотел незаметно положить его себе в карман, как телефон зазвонил. От резкого звука посреди лесной тишины Витяй вздрогнул. Горела надпись на экране — Шеф. Витяй неуверенно пробормотал — Але! Из трубки послышалось.

— Ну, где вы там, раздолбаи? Что вы там за гонки устроили, где врачиха? Сам главный прилетел, ждет, а вы там телитесь!

Весь, вспотев сразу, Витяй робко пробормотал.

— А пацанов нет больше, все убитые, и Серый тоже. Вот Троха и Жека живые ещё пока, тока без сознания они.

— А ты кто?

— Я? Витяй я…

— Кто пацанов завалил?

— Никто. Они сами. Как начали палить по машине, так и застрелились.

— Ты чё несёшь, придурок? Обкурился шмали какой?

Витяй обиделся.

— Ниче я не обкурился, я вовсе не курю, я в качалку хожу. А только пули от той машины отскакивали и в пацанов же попадали. А потом машина поехала прямо в чашу и пропала. Даже следов от шин нет. Вот вначале есть, а потом обрываются и все.

— Слышь, ты, Витяй, я сейчас приеду, будь там!

Витяй положил смартфон в карман, постоял, но было холодно. Вздохнул и потащил по очереди к машине Троху и Жеку. Сам сел в машину, завел двигатель, включил печку и стал ждать шефа. Хорошего ожидалось мало.

Мир Земля. Час спустя.

Фары подъезжавших нескольких машин Витяй увидел издалека. На улице заметно похолодало, и выходить из теплого нутра машины не хотелось, но надо было. Сел ровнее, включил фары своей машины, чтобы его тоже увидели и не подстрелили случайно. Вышел из машины, поеживаясь от холода, забиравшегося под жалкую куртенку на рыбьем меху. В морозном воздухе все ещё остро пахло железистым привкусом крови и кислым запахом сгоревшего пороха. Машины подошли вплотную, галогенные фары ярко освещали место недавней трагедии. Из головной машины вышел сам шеф, за ним ещё один мужик, худой, болезненный, зябко кутающийся в меховое пальто. Шеф подозвал робко жавшегося у своей машины Витяя.

— Ты Витяй? Ну, давай, рассказывай, что тут случилось!

Ещё раз повторил свой рассказ Витяй, неуверенно, запинаясь, путаясь в последовательности, трясясь то ли от страха, то ли от внутреннего холода. Шеф сразу же начал орать.

— Дебилы! Придурки!! Вам кто велел стрелять? Вам сказали, привезти живыми!!!

Витяй всегда был за справедливость и поэтому робко возразил.

— Так сказали, что привезти врачиху, а про другую бабу и девчонку ее ничего не говорили! Вот пацаны и хотели с ними… это того…

— Стреляли зачем? — шеф уже побагровел от злости.

— Так не хотели стрелять, но Серому позвонил на трубу Синий. Эти бабы их там, на выезде порешили… пошли на таран, машину сбросили, прямо на пацанов, они в кювете прятались. Толяна насмерть задавило, а Синий ещё живой был, позвонил… вот Серый и велел стрелять. Троха не хотел, но Серый велел ему заткнуться. А потом стали стрелять… только вот все пули как будто от резины отлетали и все назад в пацанов…

Голос подвёл Витяя, дал петуха. А что вы хотите, пацану только семнадцать лет.

— А потом я пошел посмотреть, где машина стояла… а следов и нет. Как будто растворилась в воздухе.

— А ты почему не ранен, живой?

— Я не стрелял, у меня ствола нет, рано сказали… — сконфуженно пробормотал Витяй.

Худой брезгливо сморщился.

— Ведь сказал, что добром поговорить надо, нет, устроили тут Куликовскую битву! Покажите, где тут это место!

Худого услужливо подвёл к месту пропажи сам шеф. Гость внимательно вглядывался в следы машины, недоверчиво хмыкал, крутил головой. Наконец сказал.

— Никакой чащи не вижу, там дорога, лес какой-то. Что-то здесь не так… и врач эта, и пули назад летят, машина растворяется в воздухе. Что-то уж больно это похоже на игры военных…

Затем повернулся и пошел к своей машине, бросив на ходу — Пацана приберите!

Застывший у того места, где пропала машина, Витяй вдруг отчётливо понял — сейчас его будут убивать. Совсем, бесповоротно. И прежде чем сопровождение шефа вскинули стволы автоматов на траверс выстрела, пацан, вскрикнув как-то жалко, по заячьи, кинулся в ту самую чашу. Вначале он как будто завяз в густом желе, пытаясь пробраться через него, но ничего не получалось. Легкие уже жгло огнем, вздохнуть не получалось, но Витяй все равно пытался прорваться вперёд. Наконец, облепившая его пленка лопнула, и он повалился вперёд, упав на землю, он жадно дышал, вбирая в лёгкие замечательный, вкусный, живительный воздух. Потом кое-как поднялся на ноги, пошатываясь, оглянулся.

Сзади него стоял стеной лес. Не было видно ни машин, ни трупов, ни шефа… впереди узкая дорога, почти тропа, а далеко впереди виднелся небольшой дом, приветливо светились окна… и Витяй побрел туда. Пока там было для него безопасно, там жизнь. Так Витяю ощущалось.

Мир Земля

Худой, а в миру Потапов Валерий Петрович, не оглядываясь, шел к автомобилю, ежась и кутаясь в меховое пальто. Сейчас его почти постоянно знобило, но израильские врачи обещали, что так ещё пару недель будет. Потом станет улучшаться система терморегуляции. Отдав распоряжение об устранении пацана, Худой даже не сомневался в его выполнении и поэтому не обращал внимания, что там за спиной. Но услышав выстрелы, а затем и раздавшиеся крики боли, и стоны, всё-таки оглянулся. Вот же тупарье! Ничему их чужой опыт не научил! Неужели не поняли, что не надо было стрелять, надо было по-тихому все! Те, кто стрелял, в зависимости от своей меткости, сейчас валялись на поляне, добавляя кошмара в предыдущую картину — те, у кого с меткостью было хорошо, лежали вполне себе неподвижно, а те, кто стреляли похуже, катались по снегу, зажимая раны и брызгая на снег кровью. А мальчишки не было. Нигде, ни среди живых, ни среди мертвых. А промахнуться не могли, тем более при такой интенсивности стрельбы… Худой вернулся назад, к самой кромке чащи, которую видели все. Сейчас и он уже видел дальнейшее едва-едва, как бы покрытое плотной дымкой. Вот пацан побежал, его следы четко выделяются на снегу, потом они резко обрываются, как и следы протекторов машины. Постояв ещё немного и ничего более не увидев, он вновь пошел к машине. Местный мелкий бригадир, которого его братва уважительно называла шеф, тоже решил выслужиться, но стрелком был неважным. Поэтому сейчас сидел на снегу, зажимая рану на ноге руками и что-то орал на не принявших участие в стрельбе, и поэтому целых, подчинённых братков. Остановившись рядом с ним, Потапов сказал.

— Я в город. Наведи здесь порядок. Чтобы никаких следов…

Погрузившись в теплое, сухое нутро комфортного автомобиля, махнул рукой водителю, и машина двинулась в город. Худой напряжённо размышлял — что же это было там, на поляне, военные забавы или что похуже? Куда он влез и что может лично с ним случиться из-за этого?

Себя Худой всегда любил, даже когда ещё не был Худым, а просто Валеркой… пожалуй, это был единственный человек, которого любил — это он сам. Любил, поэтому из кожи вон лез, создавая себе, любимому, достаток, комфорт, уют. После того, как узнал о своем неутешительном диагнозе, он все поставил на карту, пытаясь сохранить себе жизнь. Вначале обследование в лучших клиниках страны. Когда диагноз подтвердили в десятке клиник, начались лихорадочные разъезды по миру, в поисках чудодейственных препаратов и методов лечения. Швейцария, Германия — там всего лишь перевели болезнь из острой стадии в хроническую форму. США, Франция — помогали оставаться пока на этой стадии. Но Худой чувствовал, как тикают его часы, как утекает его время, словно песок сквозь пальцы… Наконец, в Израиле ему предложили пересадку костного мозга от единокровного, близкого родственника. Но братьев, сестер у Худого никогда не было, своих детей тоже не было. Не считал нужным обременять себя заботой о ком-то ещё. Родители у него были достаточно пожилые, чтобы родить ему брата или сестру. Так что и тут варианта не было.

Однажды, желая поддержать в пациенте стремление к выздоровлению, общее настроение, его лечащий врач в израильской клинике рассказал ему удивительную историю, которую ему поведал его бывший сокурсник из России. Он тоже работал гематологом-онкологом в одном из заштатных сибирских городов. И случилась у него в практике уникальная история — выздоровление полное, больного в острой стадии лейкоза — ребенка. Причем уже ребенок не подлежал лечению — болезнь развивалась стремительно и не оставляла никаких шансов на лечение. И вот внезапно, за несколько недель выздоровел! Вроде бы его лечила на дому какая-то женщина, как сказал ребенок — тетя молодая и красивая, брала его за ручки и смотрела в него…

На следующий день Потапов вылетел в Россию.

Интерлюдия продолжение

Найти тот город и того врача труда не составило, а дальше дело застопорилось. Нашлось ещё несколько человек, которых вылечила та женщина. Но каждый раз описание внешности было разное, люди путались в своих рассказах. Одно совпадало — молодая и, скорее всего, врач. Потому что употребляла слова, известные только врачам.

В конце концов, поиски Худой поручил местному бригадиру братвы, а сам поехал дальше по миру лечиться. Несколько раз вроде бы нападали на след той неуловимой врачихи, но все было не то. И вот нашли. Но опоздали — та врач уехала за границу и просто так там не достанешь, это не Россия. Единственная ниточка оставалась — это ее двоюродная сестра. Следили за ней уже просто так, на всякий случай. Худой велел только вежливо расспросить и никакого насилия. Он понимал, что иначе вовсе ничего не добьется. И вот из-за безголовости местной братвы он потерял все! Оказывается и женщина — врач тоже была там, а они чуть не угробили ее!

Худой даже не заметил, что рвет какую-то тряпку в руках от злости. Оказывается, рвал он шейный платок от известного итальянского кутюрье, стоившего бешеных денег. Но Худой любил этакие статусные вещи, придающие ему, как казалось, аристократический шик. Но потом успокоился. Нет, он не сдастся! Он ещё раз приедет сюда и пойдет туда, где исчезли машина и пацан! И пусть это будет полигон военных, иное измерение, летающая тарелка, в конце концов, но он туда попадет и вылечится! Ясно, что эти бумажные фантики никому не нужны, но он запасется золотом, камнями и пойдет туда!

Мир Валент

Анна

Машина потихоньку двигалась по просеке, направляясь в сторону едва виднеющегося поля. Водила Вера грузовик мало, да и дорога была ей незнакома, вот и ехала медленно. Да мы теперь уже и не спешили. Все, мы уже в Валенте, а отсюда мы уже по-любому, домой попадём. Даже если в наглую придется ехать на машине. Вот только переночуем в лесной избушке, для адаптации к здешнему миру и поедем. Я отдыхала после родов, лёжа на узкой скамейке-топчанчике в кунге, сбоку от меня мирно сопела укутанная в теплое одеяло дочка, рядом сидела Нина и азартно молотила бутерброд с копчёной колбасой. Запах был просто невыносимо упоительным! Почему-то после родов всегда есть хочется и раньше я обязательно брала с собой в роддом плитку хорошего шоколада. А после родов, как мальчиш-Плохиш, единолично съедала оную. Только тогда спокойно засыпала, отдыхая после родов. Поймав мой взгляд, Нина смутилась, неверно истолковав мой горящий взгляд.

— Ты чего, Ань? С нервняка же! Я, когда сильно нервничаю, всегда есть очень хочу!

— А мне дать? Я тоже хочу! Даже без нервняка. Утром кусок в горло не лез, а потом как-то и не до того было, мешали аппетиту всякие тут…

Пошутила я. И Нина, выплескивая, пережитый страх, тоже засмеялась, копаясь в сумке, куда мы сложили провиант. Протянула мне бутерброд. Я впилась в него зубами, чуть не заурчав, как оголодавшая кошка. Мм… вкуснятина какая! Нина сделала ещё один и, просунувшись в кабину, подала Верочке. Оголодали все…

Вначале я решила, что звуки мне почудились, потом повернулась к дочке, но та мирно спала, посапывая маленьким носиком. Но до моего слуха теперь уже отчётливо донеслось жалобное и тихое "Мяу!". Кое-как повернувшись боком на топчанчике, посмотрела вниз. Туда же, с не меньшим удивлением, смотрела и Нина. На полу, прижимаясь к какой-то коробке, стояла худющая, полосатая небольшая кошка, явно дворянской породы. Она смотрела голодным взглядом на мой недоеденный бутерброд, и опять тихонько повторила свою просьбу "Мяу!". Колбаса встала комом в пищеводе, я закашлялась. Потом, протянула колбасу и сыр от бутерброда кошке с глупым вопросом "Будешь?". Просто от неожиданности не могла придумать ничего другого. Кошка угощение взяла аккуратно, не цапнув, как я ожидала и попятилась назад, за коробки, исчезла из вида, и сразу же раздался тоненький писк.

— Котята? — Нина была потрясена не меньше моего. — Как кошка с котятами могла оказаться у нас среди вещей? И куда ее теперь?

Я пожала плечами, стараясь скрыть улыбку. Для меня лично вопроса не стояло, куда. Конечно, заберём домой. Мои кошки переживут соседство, а не переживут, так подарю кошачье семейство Митричу с Клиппой, та тоже обожает кошек. Из кабины послышалось виноватой сопение. Ага, вот и автор "кошачьего сюрприза"! Верочка заговорила виноватым голосом…

— Мам Нина, тетя Аня! Да я эту кошечку давно в гаражах видела, как ходила туда, кормила ее всегда. А недавно увидела, что котята у нее скоро будут! А вчера, когда грузились, я побежала покормить ее, а она там, за соседским гаражом лежит, на картонке одной и котяток собой укрывает!! Вот я и взяла их в коробку положила в машину. Они же замёрзли бы там, мам Нина!! А так они же всю дорогу сидели тихонько, только вот Мурка сильно проголодалась и вылезла, еды попросить!

Видя, что мы молчим, девочка воскликнула в отчаянии.

— Да они тоже лишние в том мире! Никому они там не нужны! Если бы я их не забрала, они бы все там умерли — и котятки и кошка!! Я не выброшу их!

Девчонка уже чуть не плакала.

— Не переживай, Вера! Никто твою Мурку не выкинет. Сейчас приедем, посмотрю, чтобы инфекции у них не было, подлечим, если что, в карантине посидят немного. — Постаралась успокоить я девочку.

Машина остановилась, в кунг просунулась голова Веры.

— Лес кончился, куда дальше ехать?

— Поле видишь? Там дорога должна быть, узкая, но машина пройдет. Вот по ней прямо и езжай, а там, в конце поля, дом стоит. Вот нам к нему прямо надо подъехать. — Проинструктировала Веру.

Машина вновь возобновила движение, и я, покряхтывая и постанывая, попыталась присесть на топчанчике.

— Нина, доставай мою теплую одежду и пуховик, сапоги поможешь надеть. И сама тоже оденься, а то все сбросила верхнее и Вере тоже подай.

В салоне и правда было тепло, будем надеяться, что рыбы для Митрича не замёрзли и вообще живые. Потихоньку, с помощью сестры натянула на себя одежду, обувь, верхнюю одежду. Нина торопливо одевалась сама, протягивала в кабину одежду Вере. Машина уже подъезжала к домику. Нда, первый раз архитектура дома производит сильное впечатление!

В доме в окнах виден был свет, а по дороге к нам бежали люди…

Задняя дверь кунга была намертво заблокирована нашим грузом, поэтому выбирались через кабину.

Охая и кряхтя, как столетняя бабка, боком я выкарабкивалась из кабины, пока меня не выдернули чьи-то сильные руки, отрывая меня от спасительной дверки. От неожиданности, да ещё толком не отошла от погони и стрельбы, я заорала почти как иерихонская труба и лягнула наугад ногой наглеца. Надо сказать, удачно лягнула, сдавленный ох, и невнятный мат знакомым голосом несколько примирил меня с действительностью, и далее я уже не сопротивлялась вытаскивания моей тушки.

— Тетка, ну ты даёшь! Я тут жениться надумал, а ты мою идею чуть на корню не зарубила! То есть, не залягала. — Согнувшись, бурчал племянник.

Не слушая дальнейших причитаний Кольки, я повернулась к машине и протянула руки. Где там мое сокровище? Наклонившись пониже, Нина передала мне дочку, я чуть сдвинулась в сторону, и сестра самостоятельно спрыгнула из высокой кабины. Коля как раз к этому времени отдышался и разогнулся… Перед его лицом появилась нахмуренная и грозная мать. Шок был вторичным.

— Мама… — неверяще пробормотал Коля — откуда ты здесь?

— Тебе в подробностях? Или кратким изложением обойдешься? Помоги лучше машину переставить, Верочка такую громадину боится парковать.

Совсем ошалевший от всего увиденного и услышанного, Коля беспрекословно полез в кабину, Верочка сдвинулась на пассажирское сиденье. Мы с Ниной пошли к крыльцу, там уже нервно перетаптывалась Варя. Увидев, что мы идём, вихрем слетела с крыльца, подбежав к нам, взяла у меня малышку. Я перевела дух, сильнее опираясь на руку Нины. Сбоку послышался свист — это Петька, размахивая руками в свете фар, руководил парковкой нашего грузовика возле крыльца. Варя с малышкой уже скрылась в доме. А мы с Ниной стояли на крыльце. Двигатель замолк. Из кабины выпрыгнула Вера и подбежала к нам, опасливо косясь на незнакомых людей. Следом подошёл Коля. Петя обходил грузовик вокруг. Не давая опомнится, Нина сказала старшему отпрыску.

— Кстати, Николай, познакомься, это твоя младшая сестра Вера. Вера, это Коля, твой старший брат.

Пару минут Колька напоминал вытащенную из воды рыбину — выпученные глаза, безмолвно открывающийся и закрывающийся рот. Наконец, Колян немного отошёл ещё от одного потрясения, и задумчиво протянул.

— Как много всякого интересного я о тебе не знаю, дорогая маменька!

Получив ещё один тычок в бок локтем уже от меня, племянник сообразил, что брякнул опять что-то не то, и предпочел замолчать.

И тут опомнилась Вера.

— Мама, Мурка же замёрзнет ночью в машине! И котятки…

Она умоляюще посмотрела на Нину. И я тоже вспомнила про контейнеры с рыбой.

— И правда, Нина, вы же с Верой все укладывали, знаете, где что, давайте, вы достанете из машины и Мурку, и рыбу, и корм для нее, и саженцы, чтобы не замёрзли в кунге за ночь. Там ещё сумка с продуктами и водой, нам сегодня нельзя ещё местную воду пить. А парни все перенесут. Для малышки все необходимое принесите и мне переодеться, я там сумку собирала. Все, я в дом пошла.

Только я повернулась к двери, как позади машины послышался громкий Петькин возглас, и невнятное чьей-то бормотание! Это ещё что? Не сговариваясь, мы кинулись туда. Ну как кинулись? Кто-то побежал, а кто-то и пополз каракатицей. Зрелище, представшее нашим глазам, было эпичное. На капоте нашей Шнивы сидела большая куча тряпья и вертела головой. Увидев нас, эта куча тряпья взмолилась хриплым голосом.

— Девки, а можно я тоже в тепло зайду? Закоченел в усмерть, вон всю харю поморозил, и руки едва оторвал от зеркал.

И точно, зеркала на легковушке, хоть и не оторваны, но свёрнуты все напрочь… Махнув рукой на весь этот балаган, я опять намерилась идти в дом. Не тут-то было!

Внезапно из верхней части пока ещё не идентифицированного тряпья высунулось нечто лохматое и злобно зарычало. Я шарахнулась. Вера испуганно взвизгнула и метнулась к Нине, Коля инстинктивно шагнул к ним, заталкивая своих женщин себе за спину. Петя метнулся к Шниве. И только когда это нечто звонко затявкало, мы выдохнули. Похоже, это была мелкая собачонка, спрятанная за пазухой этого странного типа. Короче, разбирайтесь сами, а мне необходимо дочку покормить и себя привести хоть в относительный порядок.

Оставив их всех решать все вопросы самим, я с третьей попытки таки попала в дом.

В домике было тепло, я облегчённо выдохнула. В соседней комнате слышалось воркование Вари. Я пошла туда, там над развернутой из одеяла малышкой ворковала Варя.

— Анечка, какая красавица у тебя! Давай, садись, я сейчас воды теплой принесу, вас сейчас хоть немного помоем.

Варя вышла из маленькой комнаты, а я с сомнением посмотрела на дочку. Красавица? Красное, сморщенное личико плаксиво скривилось, и слышалось гневное кряхтение… Волосы на головке малышки имелись достаточно длинные, (то-то последнее время меня изжога мучила!), цвет глазок не виден, личико ещё отечное после родов. Да и по любому они у нее сейчас голубоватые. Впрочем, какая разница, она же все равно моя, значит, самая красивая… Вернулась с тазиком и губкой в нем Варя, и я задала беспокоящий меня вопрос.

— Варя, а где Дариан? Почему его нет?

Варя немного смутилась, но потом ответила спокойно.

— Аня, это моя вина! Извини. Я посчитала сначала неправильно, получалось, что ты должна была вернуться через неделю. Я и сказала Дару, что он может еще раз смотаться со своим Георгом по делам. А то он нас всех там замучил, сам нервничает и нас задергал. Но он все равно завтра к вечеру вернётся, сказал, что дольше не выдержит вдалеке от дома. Так что не волнуйся, все нормально.

Рассказывая это, Варя ловко обтерла малышку мягкой губкой с теплой водой, обсушила ее мягкой пеленкой из сумки, которую чья-то рука пропихнула в комнатку. Пока Варя одевала ребенка в приготовленные вещички и пеленала в теплое одеяльце, я себя привела в порядок. Обтерлась, переоделась в чистую одежду и успела даже немного проверить свое состояние. Никакой патологии не нашла, все нормально, как и должно быть. Даже сил прибавилось. Видимо, последнее время ребенок тянул магию с меня.

— Как назвать хочешь? Или Дара подождёшь?

— Нет, я давно решила, пусть будет Любочка. Красиво, да? Любовь Дариановна!

— Не забудь добавить — Ее Светлость! — Хихикнула Варя.

Покормив дочку и полюбовавшись сосредоточенно сопящим личиком, оставили Любочку спать на мягком тюфячке на широкой скамье, мы вышли в другую комнату. Там уже собрались все наши и "заморский гость". Выкладывалась на широкий стол провизия, в углу стояла коробка с Муркиным семейством, сама Мурка сосредоточенно что-то жевала из небольшой плошки рядом с коробкой. В другом углу стояли пластиковые контейнеры с мальками, и Петя уже сыпал туда корм. Коробки с саженцами стояли небольшой пирамидой у стенки. Коля суетился у стола, помогая матери и сестре. Незваный гость сидел на небольшой скамеечке у самых дверей, из-за пазухи и впрямь выглядывала небольшая собачья мордочка, лохматая, жадно принюхиваясь к ароматным запахам… И впрямь, аромат какой, бутерброды так не пахнут. Это мы с собой привезли, что ли?

— Это Рахмон нам целую сумку напихал своих блюд в контейнерах! А Вера поставила ее у печки, вот они и остались тёплыми. — Ответила на мой удивленный вопрос Нина.

И действительно, я узнала контейнеры с едой, которые частенько привозил парень с доставки от кафе Рахмона. Вот как не вспомнить добрым словом человека! Даже о такой мелочи позаботился!

— Эй, как тебя там? Мой руки, лицо, и садись есть! И блохоловку свою покорми, тоже есть видно, хочет! — Нина командовала, как будто всю жизнь тут жила.

Бомжик послушно пошел к раковине и выполнил требуемое. Заодно и скинул верхнюю кучу тряпья. Под ним оказался старенький, вытертый, но чистый свитер и такие же потертые, бывшие когда-то давно тёмно-синими джинсы. А вот на ногах какие-то опорки, ботинками их назвать нельзя. Отросшие волосы и неопрятная бороденка делали мужика старше, а так ему на первый взгляд было лет сорок. Хотя точно тут сказать нельзя, переход сильно влияет на возраст. Вон Нинуле сейчас не больше тридцати лет внешне. Вера ничуть не изменилась, хотя куда ей молодеть-то?

Мужик опустил свою собачонку на пол. Это была когда-то светло-серая небольшая болонка, а сейчас просто кудлатая тявкаяющая "Дикая собака бздинго", испуганно жавшаяся к ногам хозяина.

И тем более жалким смотрелся на ней выцветший, некогда красный бантик, завязывающий хохолок на голове, чтобы длинная шерсть не падала собачонке на глаза. Положив собаке еды в освободившийся контейнер и налив ей пока земной воды, оставили собаку ужинать. Увидев неожиданную гостью, Мурка зашипела, выгнула спину дугой и опрометью кинулась в коробку с котятами. И мы тоже приступили к вечерней трапезе.

— Ну, рассказывай, мил человек, кто ты, откуда, и как сюда попал?

Мюллер, в исполнении артиста Броневого — жалкая самодеятельность, по сравнению с нашей Ниночкой.

Мужик испуганно отложил ложку.

— Так Сема я… Нас с Клепой эти бандюки опять споймали, и повезли на карьеры, надо было им там породу посмотреть какую-то, а потом им позвонили по дороге, и они вот поехали туда и видно, вас ждали. Машину развернули, сами вышли, а нам сидеть велели. Только когда вы там, на таран пошли, я всё-таки выскочил. А потом от бандитов нас вначале ваша машина прикрыла, а потом их же и придавило ихним джипом. А я решил, что надо удирать, только в городе все равно некуда, так и будут бандиты ловить, а потом, и грохнут, рано или поздно. Вот я и прыгнул на легковушку, даже сам не знаю, как получилось. Ногами на сцепке вашей упирался, а пузом на капоте лежал, за зеркала держался, ладно перчатки старенькие были… все думал, как бы Клепу не придавить, а уж как на поляне, когда бандюки стрелять начали, я уж и вовсе напугался, думал, все. Чуть не обосс…

Мужик смущённо кхекнул и запнулся.

— Только смотрю — пули до вас не долетают, а назад в бандюков летят. Я и решил не высовываться, мало ли что, а потом сюда поехали. Все.

Из всей этой речи Нина быстро вычленила главное.

— Так, говоришь, бандиты тебя на карьер везли, породу проверить? А ты кто у нас по жизни-то, Сема?

— Так геолог я… был когда-то. Уже к пенсии дело подошло, приезжаю я домой из экспедиции, а жена моя развелась со мной, и из квартиры выписала… хоть я ее и получал когда-то. Вот я и запил, потом с бомжами закорешился, с ними жил, ну и пил, конечно. А Клепу на дороге подобрал, ее из машины выбросили, я видел. Больно уж собачка плакала там. Ну, я ее и взял. А потом меня как-то бандиты нашли, вот и начали таскать, посмотри то, посмотри се… там в одном карьере каменный уголь лежит, прямо чуть не на поверхности, подгоняй экскаваторы и копай… ещё глины есть хорошие, для кирпичей на завод пойдет… и рядом с городом. А что сейчас там нашли — не знаю, не доехали ведь.

— Так, ясно, ты Сема, Семён, то есть. А блохоловка твоя Клепа. А полностью ее как величать?

— Ну, так Клеопатра же!

Мы захохотали. Вот это чудное создание — Клеопатра? Нда, египетская царица, небось, даже мумией перевернулась…

Сема оправдывался.

— Не, ну, в самом деле, на ней ошейник был, с бляхой такой, там и написано — Клеопатра! И номер телефона. Я позвонил, думал, вдруг они потеряли собачку, а мне сказали, чтобы больше им не звонил, не нужна им она, а Клепа долго переживала, плакала во сне. Потом вот ничего, прижилась со мной.

Он отчаянно обвел нас взглядом, как будто умоляя не выбрасывать их с Клепой из нормальной жизни. Да ладно, тут все, если не кошатники, то собачники, так что не выгоним и Клепу с хозяином. Да и хозяин думаю, нам тоже пригодится.

— Так, люди! Нам геолог нужен? — Нина повернулась к нам.

С моей точки зрения, геолог нам был очень нужен. Я вопросительно посмотрела на ребят. Варя сидела с задумчивым видом, а парни, и Коля и Петр энергично кивали головой. — Нужен, нужен!

— Тогда моем, стрижем, переодеваем, и никакой пьянки! Клепу тоже моем, стрижем, блох выводим, ставим на довольствие!

Нет, Ниночке точно надо в Генштабе служить, в отделе стратегического планирования!

Наконец, я заметила первые признаки появления ступора у Веры и нашего гостя Семы. Кивнула на них головой парням, те понятливо потащили их в другую комнату. А Нина просидела за столом неподвижно, глядя в одну точку перед собой, всего минут пять, потом тряхнула головой, как будто сбрасывая наваждение из головы и бодро спросила.

— Ну, и где тут у вас удобства?

И была сопровождена туда Варей. Надо же, как быстро у нее прошло единение с миром. Я прислушалась к себе, и вовсе ничего особенного не ощущаю, все как обычно, как будто и не уходила из этого мира.

Тем временем вернулись и Нина с Варей, и парни наши. Коля, присев на скамью у стола, наконец, пришел в себя и сказал.

— Так вот какой сюрприз вы нам готовили! Вот чуял я, что не все так просто, что не договариваете вы, хитрите! А теперь, маменька, на полном серьёзе, говори, откуда сестрица взялась? Не верю я, что ты согрешила тринадцать лет назад и бросила ребенка.

Тут я решила вмешаться.

— Не тринадцать, а семнадцать лет. Да-да, Верочке шестнадцать лет, это она выглядит так.

И я рассказала страшную историю жизни Верочки. Варя, не скрываясь, рыдала, Петя, сжимал кулаки, а Коля молча скрипел зубами да играл желваками на скулах. Наконец, проглотив ком в горле, Николай сказал.

— Мам, прости, я дурак! Конечно Вера моя сестра, однозначно! Я просто знаю, что ты иначе бы и не поступила! И тебе, Аня, спасибо, что спасла сестрёнку!

Потом, опомнившись, поинтересовался.

— А ребенок откуда? Только не говори, что ты и его нашла по дороге!

Я засмеялась.

— Нет, Коля, не нашла! Это моя собственная дочь, моя и Дариана. Твоя сестра двоюродная, между прочим! Прошу любить и жаловать — Любочка!

Коля ахнул.

— Так Варька все знала и молчала! Вот погоди, приедет Дариан и все узнает, тогда держись, Варвара! Хотя… если бы Дар знал… кирдык бы этому мировому разуму пришел, заставил бы вернуть Аню! Он и так-то нас изводил тут, а уж если бы знал…

После слов Коли о возможной выходке Дариана я призадумалась. Нет, что муж на это способен — я даже не сомневалась. Но вот как воспримет новость о своем отцовстве? Детей он, безусловно, любит, и будет очень рад дочке, но вот как примет то, что от него это скрывали? Я поежилась.

И в этот момент из соседней комнаты, пошатываясь, вышла Вера. Поискала нас с Ниной глазами, засмущалась, не зная как сказать свою просьбу, но Варя хорошо ее поняла, подскочила.

— Пойдем, я провожу!

Они ушли, а мы ещё молчали, обдумывая каждый свое.

В наступившей тишине робкий, неуверенный стук в дверь показался громовым раскатом. Все вздрогнули и недоуменно уставились на дверь…

Сидевший с краю Петр встал, подошёл к двери и открыл ее. Удивление на лицах присутствующих стало ещё больше.

Шагнувший в дверь, а теперь неловко перетаптывающийся возле порога, пацан был явно земного происхождения. Об этом говорила и черная шапчонка-петушок, и куртешка на рыбьем меху (стиль — привет из 90-х! А эта ещё и возрастом тоже как раз оттуда!), старенькие джинсы, мешком висевшие на тощеватой мальчишечьей заднице и вызывающей расцветки (все браззы из Гарлема обзавидуются!) новые кроссовки. Сам пацан шмыгал покрасневшим носом, хорохорился, но было заметно, что он замёрз основательно и напуган — на грязноватом лице две белые дорожки от слез, кисти рук все пытался засунуть под мышки, но руки плохо гнулись, губы с синеватым оттенком. Падал, похоже — к куртке и штанам прилипло несколько жёлтых листьев (с этой стороны на земле было довольно много опавших листьев), и все это припорошено снегом и глиной почему-то,… В общем, красавец ещё тот. Я нарушила всеобщее молчание и разглядывание парнишки.

— Ты кто? И как здесь оказался?

С усилием шевеля губами, мальчишка просипел.

— Я? Я Витяй. А сюда попал, так я за вашей машиной шел. Там — он неопределенно мотнул головой — ну, когда ваша машина пропала, потом приехал шеф и мужик такой, худой. Его даже шеф боится, они там ругались, а пацаны все неживые лежат…, а худой сказал шефу, чтобы меня тоже прибрали… а я не стрелял, у меня и оружия нету… правда, не стрелял…

В голосе пацана явно слышались слезы, рассказ был сумбурный, но кое-что я начала улавливать, некий смысл стал появляться. Наконец, справившись с собой, мальчишка продолжил.

— Я испугался, конечно, ясно же, что убьют, ну и кинулся в чащу, куда ваша машина ушла, по следам. Вначале как в киселе каком-то болтался, потом и дышать нечем стало, все, думал, сдохну. Вот. Потом что-то в спину как пихнуло, и я выпал из киселя прям на землю. Отдышался, смотрю, а тут и следы вашей машины… потом дом увидел, машину. Вот и постучался, замёрз совсем…

Я в растерянности смотрела на парнишку — и что с ним делать? Назад не отправишь, на улицу не выгонишь, он ведь ни языка не знает, ни местных реалий…

Дверь опять открылась и в дом зашли Варя и Вера. Прошли к нам, но Вера обернулась и уставилась на очередного "пришельца" с удивлением.

— Витек? А ты здесь как оказался?

Пацан был удивлен не менее Верочки.

— Мелкая? Так ты живая? А я с деревни приехал, а во дворе говорят, что тебя то ли брат убил, то ли сам убился, то ли тебя в детдом забрали, а мать ваша в дурке вроде. Я ходил в детдом, что в городе у нас, там сказали, что нет у них такой. Искал. А ты вот тут…

Ой, как интересно. Они знакомы, оказывается. Вера умоляюще посмотрела на Нину, на меня.

— Мам, тёть Аня, можно Витёк останется? Холодно же на улице? А я все-все расскажу, вот только он пусть поест, ладно?

Я хмыкнула, кивнула головой в сторону умывальника, пусть руки и лицо умывает, и за стол. Коля, не выдержал, захохотал в полный голос.

— Не, ну ты даёшь, сестрёнка! Точно наша порода! Тётенька, дайте напиться, а то так кушать хочется, аж переночевать негде!

Умытый и без жуткой куртешки Витяй оказался худющим, мосластным пацаном, бледноватым немного, возможно, анемия от недоедания, наша Верочка тоже такая же была вначале. Но кое-какая мускулатура явно прослеживалась, не совсем уж дохляк. Усаженный за стол, мальчишка ел быстро, но не жадно, аккуратно. А Вера, присев рядом с нами, рассказывала историю этого Гавроша, точнее, историю двоих ненужных детей. История была проста и жестока в своей простоте. Они росли в одном дворе, только в соседних домах. Витяя тогда просто звали Витькой или Витёк. Он был немного старше, чем Вера, поэтому относился к ней слегка покровительственно. В углу двора, за металлическими старыми гаражами, у них было свое тайное местечко. Когда дома становилось совсем невмоготу, Вера прибегала туда. Витёк, как мог, утешал девочку. Иногда, несмотря на теткины крики про "оглоеда", притаскивал из дома немудрящую снедь и кормил оголодавшую Веру. Самому Витьку тоже приходилось несладко. Годовалого Витька его непутёвая мать бросила на попечение сестры и исчезла.

И больше ни слуху, ни духу о ней не было. Тетка быстро подсуетилась, оформила опеку над мальчишкой, а потом и сиротское пособие. Несмотря на получаемые деньги, парнишку постоянно попрекали в теткиной семье куском хлеба, одевали по принципу — носи, что осталось. Подросшего Витька тетка приспособилась с весны и до осени отправлять в заброшенную деревню, где у нее был старый бабкин дом. Имелся огород, небольшой хлев. В огороде сажали картошку, в хлеву летом держали кур, кроликов, пару поросят. Картофель, простые овощи типа моркови, капусты — тетка всю осень и зиму продавала на рынке. Поздней осенью теткин муж забивал всю живность и тоже продавали. А ухаживать за огородом и хозяйством должен быть Витька. Кормил животных, полол сорняки, поливал овощи водой из древнего колодца с журавлем. Когда был поменьше, чуть не утонул в нем, тяжёлое ведро перетянуло тщедушного мальчишку. Пока по соседству ещё жили три бабушки — старожилы этой деревни, было ещё ничего, они жалели его, подкармливали пирогами, подсказывали дельные советы по хозяйству. А в это лето Витька остался в деревне один — две соседки умерли, а третью, несмотря на сопротивление, увезли в город внуки. Вернувшийся в город перед началом учебного года (кто-то из соседей пожаловался в опеку, что Витька пропускает учебу), Витёк узнал новости о своей маленькой подружке, искал ее, не нашел. В это время и подобрали Витьку бравые ребята из местных бандюков. Так он из Витька стал брутальным Витяем. Собственно, был он там, на побегушках, ничего серьезного ему не доверили бы. Но кроссовки ему купили, когда старые совсем развалились. Ну, а дальнейшее уже известно.

Да… и что теперь с этим несчастьем делать? Если переход его пропустил, значит, он здесь нужен? Ладно, пока поживет с нами, там видно будет,… посмотрим, может и магия, какая появится.

— А ты чего такой весь вывалянный, падал что ли, по дороге?

Витёк смутился. — Да сам не знаю, вроде не падал, а потом голова закружилась, очнулся — на земле лежу. Не знаю, сколько пролежал, но замёрз сильно, насилу до вас дошел.

Получается, он уже прошел адаптацию с этим миром? Хорошо, хоть не замёрз… интересно, чем одарил его Валент? А Веру? Нину? Они уже прошли адаптацию. Только Сема ещё не вышел, наверное, какая-то тяжёлая, сложная у него магия… вот как у парней прошлый раз. Пока я раздумывала, Нина откашлялась, подозрительно блестя глазами.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍-Коля, дочка и сестричка, это хорошо, но я считаю, что нам ещё ребенок нужен!

Пока мы, раскрыв рты, осваивали это эксцентричное заявление, Нина высказалась более конкретно и тяжеловесно, как припечатала.

— Витя будет жить с нами, я запишу его на свою фамилию! И будет у меня второй сын! Надеюсь, Николай, ты не возражаешь?

Куда уж бедному Николаю возражать против матушки! Ей даже в ЖЭКе не возражали, когда Ниночка туда приходила справедливость учинять!

Но всё-таки Колян ухитрился попасть в немилость к матери, а начиналось все мирно. Начали планировать, как завтра будем перегружать груз из машин. Я предложила не перегружать, а своим ходом добраться до дома и уж там все разобрать в комфортных условиях. Коля согласился, что так будет лучше, все равно мы на окраине живём, нас особо никто и не увидит. А там загонит он машины в сарай да разберёт по-тихому, вот тут-то он и налетел. Нина пошла в атаку.

— Как это ты разберёшь? С чего бы это? Ишь, разбиральщик нашелся! Я, можно сказать, с этой Шнивой уже сроднилась, сама ездить буду, если Аня не хочет,… разберёт он… вот тебе!

И нежная мамаша продемонстрировала ошалевшему сыночку известную фигуру из трёх пальцев. Тот пытался урезонить разошедшуюся мать.

— Мам, сама подумай, ну поездишь ты немного, пока бензин в баке есть, а дальше что, лошадей впрягать будешь?

Нина с сожалением посмотрела на сына.

— Вот смотрю на тебя и не понимаю, как ты школу-то закончил? Если Сема найдет нефть, то я тебе при помощи школьного учебника химии за десятый класс, уж восьмидесятый бензин перегоню. А нет нефти, каменный уголь должен быть! Из него ещё проще бензин получить! У немцев в войну танки на нем ездили, а уж наша российская машина и подавно его схомячит!

Ой, мамочки, кого я привезла в этот мир!! Эта семейка кого хочешь с ума сведет, и мир под себя перекроит! Полку "Держибля" прибыло…

Командирским решением прения дальнейшие я прекратила и предложила устраиваться до утра на отдых кто, где сумеет. В самой маленькой комнатке, бывшем складе для различных зелий устроились мы с дочкой, в другой учебной комнате устроились Варя, Нина и Верочка. А мужское население осталось в большой комнате, не знаю, как они там спать собрались, но Коля выпросил у матери весь список привезённого добра и сейчас сидели с Петей у стола, склонившись над списком и таинственно перешептывались. Эти двое уже точно решили, что все привезенное исключительно для них и теперь вырвать у них можно будет только с боем. Очень надеюсь, что Любашкины подгузники и моя трусовая резинка их не заинтересует. Ладно, пойду я, дочку покормлю и сама подремлю. А эта парочка пусть мечтает, все равно будем распределять все вместе…

Аппетит у Любочки оказался хоть куда, с утра она пару раз так основательно подкрепилась и теперь безмятежно спала, только маленькое личико, перепачканное в молоке довольное. Хоть и я бы ещё с удовольствием поспала, но за окном уже явно рассветало, по зимнему времени, это уже не раннее утро. Я осторожно перепеленала дочку, сменив подгузник, и вышла в большую комнату. Там, у магической плиты хлопотали Варя с Ниной, а Вера нарезала какую-то снедь на тарелки. А дружный мужской храп служил им маломузыкальным сопровождением.

Удивительно, Нинуля всего лишь несколько часов в этом мире, а чувствует себя так, как будто она была здесь с нами с нашего первого дня, вон с Варей общается, как с подружкой, никакой неловкости не испытывает. Верочка пока чувствует себя немного скованно, но она всегда так у нас на малознакомых людей реагирует. Ничего, обвыкнется, тем более, теперь и ее друг из детства тоже тут. Я поискала Витька глазами. А он уже не спал, сидел скромно на краю скамьи, давая чуть больше места для здорового Коли. Очень хочу надеяться, что образ сильного старшего брата пересилит влияние криминальных кумиров. Хотя, какие там кумиры, просто никто, кроме них, внимание к мальчишке не проявлял. А здесь наши парни не дадут ему бездельничать, так что все будет нормально с парнишкой, я так чувствую. Даже уже не сожалею, что такую толпу с собой притащила.

Нина обернулась, увидела, что я вышла, что Витёк бодрствует, и принялась командовать.

— Витя, сынок, быстро умываться и буди этих засонь! Сейчас перекусим, и домой поедем!

Спать, конечно, хотелось всем, но пробежка до удобств по бодрящему морозцу и умывание не менее бодрящей водичкой привело всех в активный режим. Пока Сема выгуливал свою Клепу, а Вера кормила Мурку, накрыли на стол и всех позвали завтракать. Доедали земные запасы, допивали земную водичку. Освободившуюся тару рачительный Колька уже прибрал, невзирая на гневные сверкания глазами маменьки. Той тоже этот пластик срочно понадобился для ее химических заморочек. Я была счастлива, что теперь у этих двоих есть собственные заботы, и они будут решать их между собой, а не бежать ко мне за решением вопросов, в которых я ничего не понимаю. Вот сейчас засомневалась — кормить рыбок или пока не надо? Вроде ночью Петя их кормил. На мой вопрос все пожали плечами и уставились на меня, а я откуда знаю? Решила, что за пару часов ничего с ними не случится, а там Митрич пусть решает.

Николай и Петр отправились прогревать машины, всё-таки ночью холодно, не как на Земле, конечно, завестись должны, аккумуляторы мы поставили новые перед самой поездкой, схватятся. Да и сцепку надо снять и посмотреть, что там, в Шниве хрустнуло, когда Нина пыталась дверку закрыть. Парни ушли на улицу, Витька не пустила Нина, объяснив, что на улице холодно, а в его куртейке только в июне месяце ходить. Витек поначалу надулся на такое заявление, но потом расслабился, заулыбался — видно непривычно ему было, что о нем заботятся. Сема и сам не рвался, сидел тихо. Но ничего, сестрица и его скоро в оборот возьмёт, получение бензина в ее голове сидело прочно. А я спохватилась — возможно, я и не забыла язык, а вот мои спутники его и не знали. Значит, нам нужны амулеты-переводчики. Спросила Варю, та всплеснула руками.

— Точно, я же взяла на всякий случай, вдруг, думаю, тебе опять понадобится, в последний момент схватила коробку с ними и привезла их сюда. Хорошо, теперь на всех хватит, так куда же я их положила…

Варя подскочила, заметалась по комнате, бормоча.

— Где-то здесь же они, я их в руках держала, а потом…

Она растерянно обвела нас глазами.

— Не помню,…куда же я их сунула?

Сидевший молча Витек, встал и подошёл к Варе, коснулся ее руки и уверенно сказал.

— Здесь они… вот вы стоите с коробкой в руках, подошли к шкафу, кто-то кричит на улице… не разобрать… вы открываете дверку нижнего шкафа, куда Анна складывает пустые мешочки из-под трав, и суете зачем-то коробку туда.

Витёк открывает злополучный шкаф, и мы все видим ярко-синюю коробку… тишина в комнате, мы сидим с открытыми ртами и только несколько аплодисментов от двери. Там стоит Николай, сзади в спину его подталкивает Петр. Коля проходит к столу, садится и говорит.

— Поздравляю, братишка, ты у нас обладатель редчайшей магии — поисковик!

Нина тяжело оседает на скамейку и выдает.

— Капец! Твой Дар заберёт у меня ребенка в свое ведомство! — но тут же воинственно восклицает — А вот не дам! Пока дети нормально не выучатся, никаких фокусов с магией и прочим! А то ишь какие! Пусть сначала своего вырастит!

Все, Нина вошла в материнский раж, ее теперь ничем не убедишь!

Ну, надо же, несколько часов назад первый раз увидела Витька и все, уже защищает с яростью кошки-матери…, а Дар… да, может, конечно, наложить лапу на столь ценного кадра, но с Ниной ему не тягаться… я на сестрёнку ставлю.

Злополучные артефакты розданы, прикреплены к одежде, проверены в действии. Оказывается, за это время я не забыла язык, но без постоянной практики артикуляция немного замедленна и получается, что говорю я правильно, но слегка нараспев. Чуть-чуть напоминает прибалтов, они так же говорят по-русски. Ничего, скоро привыкну, и войдёт в норму. Парни доложились, что обе машины завелись, на ходу. Шниву отцепили, с ней тоже все в порядке, нормально ездит. Я перевела дух, боялась, что после вчерашней гонки с препятствиями подвеску у легковушки я всё-таки оторвала.

— Коля, а что там так хрустнуло? Маменька твоя вчера там никак не могла дверь закрыть, потом поднажала, там что-то грюкнуло, хрустнуло, и дверь закрылась. Я боюсь, что дверь сломала.

— Нет, Аня, это упаковка на какой-то мудреной швейной машины хрустнула и сломалась. А давай, мы сейчас по-быстрому, вчетвером, перекидаем из Шнивы все в "шишигу". Тебе с ребенком лучше в легковушке ехать, да и теплее она. И вы, девочки, в легковушке поедете, а мужчины в грузовике постеснятся. Как думаешь, Аня?

Я тут же согласилась, ещё бы, легковушку вести или грузовик, да и карабкаться в него… Тот ещё квест. Потом спохватилась.

— А как вы сюда приехали, каким транспортом?

Коля меня успокоил.

— Так нас Варх сюда привез, мы его обратно отправили, сказали, что если к обеду не приедем, пусть он еды сюда привезет. А пока только утро. Так мы идём, грузимся?

— Да-да, идите, мы сейчас тоже все тут уберем и одеваться будем. Кстати, а скажи мне, сестрица, за каким бесом тебе понадобилась швейная машинка? Я же говорила, что у нас есть такой артефакт.

Нинуля насупилась.

— И ничего не какая-то! Это оверлок! Ну и одна машинка для вышивки, красиво так вышивает, мне в магазине дали попробовать.

Я вздохнула. — Ну, хорошо хоть стол швейно-раскроечный не купила.

Нина ехидно хмыкнула.

— А как ты думаешь, что там, в грузовике вдоль борта стоит?

Все, убью эту семейку хомяков! И Вера ведь, партизанка, явно вместе с Ниной была и ни разу не проболталась о закупках!

Пока мы так трепались, Варя, и Вера шустро убирали посуду, неиспользованные продукты, прибрали разбросанные вещи. Витёк сорвался следом за Колей, помогать носить и перекладывать вещи. Сема ушел сразу вслед за Петей. Рыбью мелочь грузили в последнюю очередь, в грузовике было уже тепло. Коробку с Муркой и ее семейством несла сама Вера, на всех остальных Мурка грозно шипела. Покормив перед дорогой Любашку, поменяв ей мм… нижнее белье, я тоже вышла на крыльцо с дочкой на руках. Нина следом тащила все оставшиеся сумки, Варя закрывала двери. Шнива стояла у крыльца, из нее выскочил Коля, взял ребенка у меня, пока я усаживалась за руль, а девочки, двое, утрамбовались на заднее сиденье, прямо под грозно нависающие над ними коробки из багажника. Перехватив мой любопытствующий взгляд, пояснил, вздохнув. — Не вошли в грузовик!

Нина села вперёд, взяв Любу себе на руки. Дочка безмятежно сопела, укутанная в теплое одеяло. Коля побежал к "шишиге", сел и машины тронулись. Мы ехали домой!

Уже в машине Варя неожиданно предложила.

— Аня, а ты не хочешь взять нашу Маю в няни для Любаши? Маруська уже большая, мы решили для нее гувернантку пригласить, пора эту бандитку начать приучать к строгости и порядку… А Мая ее все жалеет, как маленькую, а Манька и рада стараться, из шкуры вылазит. Неделю назад опять принцу наследному Филиппу глаз подбила. Георг приходил по делам к Дару, взял Фила с собой, вот Манька от восторга видеть друга и заехала ему в глаз. Хорошо, Элиана не видела, ей в ее состоянии ни к чему такие треволнения. Я не говорила? Наша королева ждёт пополнения в семействе, сейчас с токсикозом в лежку лежит, королевского целителя к себе не подпускает, говорит, что тебя дождется. Так я Маю к тебе отправляю?

Вот трещотка Варя! Но это самое лучшее, что можно было бы пожелать, Маю мы уже давно в деле проверили, очень хорошая и надёжная девушка. Для меня просто спасение. Я же все равно не удержусь, по делам помчусь, а как же Любочка? Это хорошо, что у королевской четы будет ещё один малыш, и для семьи хорошо и для королевства. Надо вскоре нанести визит Элиане.

— Конечно, если Мая сама согласна, я с радостью возьму ее няней для дочери. А как там Маруся с Дилем, не дерется?

— Вот представляешь, нет! Диль только выглядит маленьким, на самом деле старше Маруськи и умнее, конечно. Он так дело повернет, что она всегда его слушается. А Фил не может противостоять Марусе, говорит, что папа не велит девочек бить. А эта хулиганка и пользуется.

Я покачала головой. — Ой, Варька, быть тебе королевской тёщей!

Мы замолчали, я старательно удерживала дистанцию за неторопливо едущим впереди грузовиком, хотя хотелось придавить педальку до упора и мчаться домой. Неожиданно высказалась Нина, покачивая Любашку на руках.

— Знаешь, Аня, а я, пожалуй, с детьми останусь у тебя жить пока. А Тамина пусть переходит к Коле. Все равно, свадьба скоро, пусть она будет хозяйкой в своем доме, свекровь есть свекровь, хотя я и заранее к ней хорошо отношусь, но молодых стеснять не буду. Пусть привыкают сами быть хозяевами. Ты сама говорила, что места у тебя сейчас хватает, думаю, мы тебя и не стесним, и не объедим. А потом я и сама себе дом построю, ты же меня знаешь.

Это верно, Нину я знала. Хотя Нина права, лучше так и сделать, пусть Коля и Тамина живут своей семьёй, а с присутствием в своей жизни Нины и Веры за эти месяцы я уже так свыклась, что даже не представляю, как это их не будет в доме. Наверное, и с Витьком привыкну, судя по всему, он — мальчишеский вариант Верочки. И не думаю, что Дариан будет против, свою личную жизнь мы все равно напоказ не выставляем, то есть голышом по особняку не бегаем и у окружающих достаточно такта, чтобы не мешать друг другу. Только вот Коля, не обидится ли на мать? Вот это я и озвучила Нине. Та пожала плечами.

— Так я же не за тридевять земель, не в другом мире, вот, рядышком, приди, поговори, а от моей юбки его все равно надо отпускать, рано или поздно, не надо маменькиного сынка из него делать.

Она покосилась в зеркало заднего вида на дремлющую Верочку и вздохнула, вспомнив историю ее семьи.

Вон и город показался, сейчас свернем на маленькую улочку, что идёт к нашему семейному кварталу, а там мостик через небольшую речушку и мы дома. Утро практически закончилось, и день вступал в свои права, но по дороге к дому мы так никого и не встретили. За утренней выпечкой и молоком уже люди прошли, теперь в нашем краю опять будет тихо.

Выскочивший из грузовика Петя при помощи Витька уже распахивали ворота, чтобы прошли машины во двор, а нам навстречу бежали наши родные, друзья, сотрудники. Правда, под колеса незнакомых повозок никто не кидался, всех Митрич отогнал на безопасное расстояние, зато сам приплясывал возле машин, ожидая, когда мы выйдем.

Стоило мне только сделать шаг из машины, как он вихрем налетел на меня, обнимал, похлопывал по плечам, рукам, даже один раз неловко чмокнул в щеку, отчего сам страшно смутился. Я засмеялась.

— Митрич! Как же я по тебе соскучилась! А у меня для тебя сюрприз! Только идёмте все в дом, там всех сразу познакомлю, расскажу все.

Как раз все вышли из машин, и потянулись в дом. Я взяла дочку на руки и тоже двинулась к дверям. В холле уже стояли все наши домовые во главе с важным и невозмутимым Никеем (здравствуй, Бэрримор!), прислуга и служащие. Не было только Макса, он поехал по своим управленческим делам по нашей провинции.

— Здравствуйте все! Как же я по вам соскучилась! Все, теперь я вернулась и буду дома! — Оглядевшись по сторонам, продолжила.

— Разрешите представить вам новых членов нашей семьи. Это тесса Нина, моя сестра и мама графа Трума. А это ее дочь, младшая сестра графа Трума, Вера. Младший брат графа, Виктор. А это наш друг Семён, он тоже будет жить с нами. Прошу любить и жаловать.

Из встречавших нас выдвинулась вперёд Мая, протянула руки к Любашке.

— Ваша Светлость, разрешите, я возьму ребенка? Вам, наверное, раздеться надо? Я подержу.

— Вот, ещё хочу представить вам нового члена моей семьи! Ее Светлость маркиза Любовь Саммерс!

Я повернула ребенка к присутствующим, откинула закрывающее головку одеяльце. Новоиспечённая маркиза приветствовала всех недовольным кряхтением, ее Светлость желали кушать.

Попросила Никея проводить тессу Нину с дочерью в комнаты Вари и Петра, а Виктора — в комнату Коли. Бывшие комнаты, разумеется. Они все давно уже жили в своих домах. Комнату Митрича решили отдать Семе, там всего одна комната, хотя и не слишком она большая. Митрич предпочитал раньше жить по-спартански, это сейчас, обзаведшись семьёй, рьяно принялся обживать свой большой дом. Ну а Семе с Клепой должно хватить. Кстати, а куда Верочка делась? А, вон она, опять с Муркой и ее коробкой.

Так, и где мои кошки, кстати? Спросила у Никея, пока мы шли к нашим покоям. Он немного смутился.

— Леди Анна, животные очень скучали, когда вас не стало в доме, и леди Варя взяла кошку к себе, с животным очень подружилась маленькая леди Мария, а кот сам ушел жить к графу Трум. У них тоже полное взаимопонимание, я проверял. Да, отдельная комната для маленькой маркизы готова, рядом с вашими, и комнатка для няни тоже там готова. Мы так и предполагали, что Мая останется у нас в доме. Она добрая и ответственная девушка.

Я фыркнула. Ещё бы кот не нашел подхода к Коле, они оба такие же балбесы. Ладно, все это хорошо, мне бы теперь в душ, покормить Любашку, себя и спать. И именно в такой последовательности, а проснусь, сяду и буду ждать мужа. Соскучилась — сил никаких нет! Сколько мне ещё играть "железную" леди? Когда хочется просто прислониться к сильному плечу, спрятаться от всех невзгод за надёжной спиной, да просто побыть мужниной женой?

И пусть меня осудят все феминистки двух миров, но сейчас, прожив такую разную жизнь, под небесами двух миров, я гораздо больше стала ценить простые жизненные ценности — здоровые дети, любящий и внимательный муж, домашний уют, надёжные друзья. Для полной мещанской картины и огонь в камине, и дети на ковре, и муж с газетой в кресле, и я с вязанием… Навоевалась я за свою жизнь, теперь хочу в отставку.

Под эти сладкие мысли я и уснула.

Проснулась от того, что кто-то деликатно, но настойчиво покашливает рядом с моей кроватью. Открыла глаза, приподнялась на локтях. Никей. С невозмутимым видом английского дворецкого объявил.

— Маркиза Люба кушать желают!

Ага, царь трапезничать желают. Ладно, покормим маркизу и будем ждать папу…

Так и сделали, сытая Любаша мирно сопела в старой Машкиной корзине, а мне Никей принес перекус прямо в мою комнату. Тильда сварила горячее какао, этот напиток неплохо увеличивает приток грудного молока. А у меня всегда было не слишком хорошо, и с первыми детьми тоже — и мало, и жидковатое, и вскоре совсем заканчивается. Хотелось бы, конечно, Любочку подольше кормить, но уж как получится, не зря я взяла несколько коробок детской сухой смеси…

Теперь привожу себя в порядок, и как верная жена жду супруга…

Прошла по нашим комнатам, убрала разбросанные вещи, а то я как раздевалась и до кровати брела — уж и не помню, а горничная побоялась тревожить мой сон. Маю я отправила в дом к Варе, перенести свои вещи, ее комната тоже готова. Заглянула в детскую. Какой молодец Никей! Такая уютная детская получилась! Кроватка, игрушки, толстый теплый ковер, уютное кресло со скамеечкой для ног, чтобы удобно было кормить малышку, столик для переодевания, и все это сделал, скрывая своей магией домовых от Дариана, иначе скандал был бы неизбежен… он и сейчас будет, но как говорится, постфактум кулаками не машут.

Тишина стояла в доме, только иногда с первого этажа доносилось позвякивание посуды на кухне. Все приезжие отдыхали после бурной ночи переселения.

Наконец, из холла первого этажа послышался треск открываемого портала — это Дариан, больше некому.

Ещё не успели затихнуть последние хлопки закрывающегося портала, как я уже бежала по лестнице, теряя тапки, в прямом смысле. То есть, на последних ступеньках слетел с ноги один тапочек, и я чуть не кубарем полетела прямо на мужа. Реакция у Дариана оказалась отличная, поймал он меня буквально на лету, прижал к себе, неверяще вглядываясь в мое лицо. Господи, похудел, осунулся, и так от природы смугловатый, Дар и вовсе потемнел лицом. Не помню, плакала ли я, смеялась, трясла его за лацканы камзола, вцепившись в них как в спасательный круг. Помню только, как Дар все сильнее прижимал меня к себе, как будто, если он хоть чуть-чуть отпустит меня от себя, я исчезну. Наконец, уткнулся лицом в мою макушку и прошептал.

— Это ты!!!

В двух коротких словах он смог сразу выплеснуть все — и радость от встречи, ужас от осознания моего исчезновения, постоянный страх, что я не вернусь, останусь в своем мире, и напряжение от невыносимого уже ожидания последних дней.

Наконец, оторвавшись от мужа, я потянула его наверх, в наши покои, предстояло показать ему самый большой мой секрет. Хоть и трусила я, конечно. Провела мужа в спальню, он в удивлении выгнул бровь, глядя на меня. Тьфу, охальник! Я ему дочь хочу показать, а он о чем подумал?

Нетерпеливо подтянула его к кровати, посреди которой и стояла плетёная корзина с Любашей. И в этот момент дочь решила, что пора явить свой светлый лик родителям. Распахнув глазки, она недовольно скривилась, тоненько, как котенок, чихнула, зевнула и приготовилась требовать внимания к своей персоне.

Дариан потрясённо смотрел на нее, потом повернулся ко мне и прищурился, ой, с недобрым интересом!

— Я правильно понимаю, это мой ребенок и именно это ты скрывала столько времени? А зачем, скажи мне?

Стараясь погасить назревающую бурю эмоций, я торопливо пересказывала всю историю моего пребывания на Земле. Особо пикантные места я, конечно, опустила. Многие знания — многие печали. Старая мудрость.

Наконец, напряжение во взгляде и теле у Дариана ослабло, он облегчённо выдохнул.

— Но теперь, надеюсь, ты уже навсегда дома?

Получив горячие заверения. — Да ни за что! Да никогда! — Дар уже с большим интересом принялся рассматривать дочку, находя, что она просто красавица, вся в маму (тут я недоверчиво хмыкнула — глазки уже точно будут папины, темные, да и волосики темненькие). Одобрил имя дочери, когда я ему перевела на местный язык, что оно обозначает на земном. Взять на руки побоялся, отговорившись, что ещё не помылся с дороги. А по-моему, просто трусил. Все мужики такие. Пока Дариан мылся, переодевался, мы ещё немного поворковали с дочкой.

Брал ее на руки Дар осторожно, его даже потряхивало то ли от напряжения, то ли от избытка эмоций. Стоял он с дочерью минут двадцать, причем они оба очень внимательно вглядывались друг в друга. Пока в дверь тихонько не постучала пришедшая Мая, чтобы забрать девочку.

Мы остались одни. Я немного побаивалась подойти ближе, проявить чувства, хотя понимала, что надо, Дариан ещё не совсем остыл, но он, к счастью, сомнениями не страдал. Порывисто шагнул ко мне, сгреб в объятия, гладил по спине, голове, как маленькую, что-то шептал неразборчивое. Я разобрала только несколько фраз.

— Ты не представляешь, что я тут пережил без тебя! Прихожу домой, а мне говорят, что ты исчезла, и нет тебя в этом мире! Так я ещё и не знал, в каком именно мире ты находишься! Потом уже ты смогла связаться с Варей, понял, что ты в своем мире. Потом опять боялся, вдруг ты не захочешь возвращаться, твой мир уже благоустроенный, останешься, да и все. Но я всё равно решил — не вернёшься ты — пойду в твой мир я! И все равно тебя там найду! Твои бы все равно мне помогли, как я по тебе скучал!!

Я только молча прижимались к нему, у меня ком в горле стоял, так мне было жалко было и себя и мужа, но и вместе с тем, я не жалела особо о своем временном пребывании на Земле. Кроме получения особо одаренной магией дочки (вот для меня это вовсе не имело значения, мы будем любить и абсолютно немагическую Любашку, ведь самое главное — она наша дочь!), удалось решить и свои проблемы, и исправить судьбу ещё нескольких людей. А это тоже ценно. И вот теперь, когда все решено, и все в безопасности, я позволила быть себе слабой женщиной.

Выговорившись, Дариан приступил к более смелым действиям, поцелуи стали более глубокими, чувственными, сладкая истома дурманила голову… Пока Дар не притиснул меня сильнее, так что стало больно груди от налившегося молока. И это меня сразу отрезвило. Как не кружило голову, но с этим делом придется пока повременить. Объяснила все мужу, он понятливо хмыкнул.

— Анечка, я же не мальчик, все понятно, и в состоянии потерпеть, не надо рисковать твоим здоровьем. Но спать буду в одной постели с тобой, и даже желание приковать тебя к себе появляется, а то вдруг опять исчезнешь? А так, только вместе со мной! И не возражай! И дай ещё поцелую! Чтобы я точно убедился, что это не очередной сон, ты мне снилась очень часто, а просыпаюсь — никого нет рядом, только подушка ещё чуть-чуть пахнет тобой! Представляешь, войну с горничными выдержал, не давал сменить наволочку на твоей подушке, чтобы твой запах сохранить. Я, наверное, дурак, но я так скучал по тебе.

Так, целуясь, перебивая друг друга рассказами, как нам жилось вдали друг от друга, как я плакала, когда поняла, что я в своем мире, и боялась, что все это было сном, мы провели не менее пары часов. Пока я не заметила в окно идущих в дом Варю со всем семейством, Митрича с Клиппой. Колю не видела, но он, скорее всего и не уходил от нас.

И мы пошли вниз на торжественный ужин по поводу воссоединения семейства, знакомства с новыми членами семьи и разбора подарков, ну и "полетов".

Ужин накрыли в большой, парадной столовой, поскольку сегодня народу было много.

Так-то в обычные дни мы пользовались малой, семейной. Но сегодня собрались все со своими семьями. И малая столовая всех не вмещала. Семья Вари и Петра вместе с непоседливой Марусей, Митрич со смущающейся Клиппой, у которой уже был заметен округлившийся животик. Орёл, однако, наш Митрич!

Коля сидел рядом с Таминой, вот она ничуть не смущалась, внимательно выслушивала все, что ей тихонько нашептывала Нина, иногда улыбаясь и кивая согласно головой, иногда твердо говорила что-то отрицательное. Молодец, девочка! Коля сидел, надувшись и скорбно поджав губы, один в один наша бабушка, то есть Колина прабабушка. Та точно так же обижалась на какую-то ей одной понятную ерунду в преклонном возрасте. Наверное, матушка высказала свое желание остаться жить со мной. Ничего, подуется да и успокоится. В самом деле, пока так лучше будет. Далее Нинуля с младшими детьми — Витьком и Верой. Вера уже привыкла за месяцы жизни в нашей семье, что мы открытые, может, и шумноватые немного, зато искренние. А вот Витёк пока чувствовал себя немного неловко в такой большой семье, да ещё заставили снять его старые земные обноски и притащили кучу Колькиных вещей, в которых он утонул, как кутенок в ошейнике Алабая. Но пока все отдыхали, наша портниха быстро подогнала ему несколько комплектов одежды из Колиных. А обувь пока у него своя была. Но завтра же вместе с Ниной, Витьком и Семой поедем к нашему обувщику Тарду. Закажем обувь Витьку и Семе. Нина и Вера обувью минимум на сезон обеспечены, мы закупали на Земле обувь с расчетом на ношение здесь. А Витёк и Сема у нас оказались незапланированными. Сему сейчас приодели из запасов Митрича пока, они оказались почти сходной комплекции.

Ужин был на высоте, Тильда на радостях расстаралась, были приготовлены самые лучшие и самые любимые нашей семьёй блюда, включая торт в несколько слоев и в шоколадной глазури. При виде, которого сладкоежка Коля издал стон блаженства и тут же приготовил тарелку для торта побольше. Это ещё Его Величества Георга нет сегодня, иначе бы мы только понюхали воздух после торта, с этих двух сладкоежек вполне станется на двоих тортик приговорить.

После ужина, неспешно потягивая кофе с шоколадом (но это меня не касалось, я-то чаек с карамелькой прихлебывала, не думаю, что Ее Светлости Любаше кофе подходит), наш прямодушный Митрич приступил к тому, ради чего собственно большинство и собралось. Ну, кроме полюбоваться на вашу покорную слугу. А именно — обсудить привезенное нами и поспорить, кому и для чего именно это нужнее. Судя по воинственному настрою наших Держиблей, они будут сражаться за все. Включая раскроечный стол Нины. Но я волюнтаристски прервала начинающиеся прения.

— Митрич, а ты рыбок там видал, которых мы тебе привезли? Их бы поскорее пристроить к месту.

Судя по округлившимся глазам Митрича и застывшими требованиями на губах, он про рыбков не слышал и не видел. Я грозно посмотрела на племянника. Именно ему я поручила найти в кузове контейнеры с мальками и корм для них, и сразу отдать Митричу. Колька смутился и виновато пробормотал.

— Ну, Ань, прости, пока там перебирал, увлекся и забыл про этих рыбешек! Да что им станется! В сарае этом тепло, мы же туда отопление протянули, чтобы зимой работать, а кормили их утром…

Митрич подскочил, он готов был немедля нестись в сарай, забыв про беременную жену. Но высказаться по Колькиному адресу всё-таки не забыл.

— Тебя бы, оглоеда, кормить раз в сутки, по утрам! Они же там задохнуться могут, в воде без кислорода! Где именно там стоят контейнеры? В том бардаке сейчас сразу ничего не найти, вы же там копались! Никей! Позови, пожалуйста, Ведара, пойдем с ним спасать мальков. А ты, — грозно повернулся Митрич к Коляну — только попробуй летом прийти ко мне на рыбалку!

Неизвестно откуда появившийся Никей невозмутимо кивнул нашему рыбоводу и вновь исчез. Пошел звать Ведара.

Только, как и впрямь найти эти контейнеры в кузове после того, как эти два варвара там покопались? Помощь пришла, откуда не ожидали. Витёк, ещё один приемный ребенок Нины, тихо подошёл ко мне, вопросительно глянув на меня, взял мою руку в свои руки, и также негромко сказал.

— Вы же видели эти контейнеры? Вспомните, как они выглядят.

А ведь точно, у Вити же дар поисковика прорезался, я невольно покосилась на сделавшего стойку Дара и насторожившуюся Нину. Она уже, как кошка-мать, приготовилась защищать своего детёныша. Я попыталась сосредоточиться на воспоминании об этих контейнерах, и зажмурила зачем-то глаза…

Парнишка уверенно сказал.

— Эти контейнеры стоят у самого прохода из кузова в кабину, в ряд, их сбоку прикрывает поднятое длинное сиденье.

Все, Митрич уже сорвался на выход из дома, несмотря на парадный костюм и что-то бурча нелицеприятное в адрес раздолбая Кольки…

А я тяжело вздохнула. Сейчас предстоит пережить "битву титанов" — Дариан явно нацелился на новую магию, а Нина поклялась дать детям прожить их детство заново в нормальных условиях. Это мы ещё не знаем, чем мироздание наградило Верочку, я уж молчу про Любашу.

— Аня, дорогая, ты так толком нас не познакомила. Разрешите ещё раз представиться — я муж Анечки, Дариан. А вы, леди?

Ну, кто бы сомневался! Дар перешёл к активным действиям. Но и нашу Ниночку даже на божественной козе Амалфее фиг объедешь! Она уже насторожились, и приняла невозмутимый вид, а сама сладко-сладко так пропела.

— Да я уже заочно с вами знакома, герцог! И даже с тем, какую вы должность занимаете при дворе короля Георга.

И жёстко добавила.

— Детей на опыты и для эксплуатации в вашем ведомстве не дам! Вот получат образование, подрастут за это время, ума-разума наберутся, тогда, пожалуйста! А так, пока мои дети несовершеннолетние, я отвечаю за их жизнь и здоровье!

Дар заметно поскучнел, но явно решил, что совсем от своих планов не отказывается. Дети, то есть Витёк и Верочка выглядели спокойными и матери не возражали. Наверное, этот момент они уже обсуждали между собой.

Между тем делёж «добычи» продолжился. Всю информацию на флешках решили оставить для всеобщего пользования. Коля получил свой компьютер, все остальные по ноутбуку на семью. Ксерокс и прочую оргтехнику решили оставить в моем доме, в кабинете. Прийти и распечатать всегда можно будет. Всевозможные железки и железочки однозначно шли нашим мастерам.

Также им уходили какие-то разные присадки и реактивы, которых Нина набрала целый мешок. А вот Митрич заказывал различные пряности и приправы для своих производств. Их тоже получилось изрядно. По ведомству Вари тоже мы хорошо прошлись по земным магазинам и рынкам. Из саженцев пусть Варвара сама выбирает — что будет в подвал убирать до весны, а что придется прикопать в небольшой опытной оранжерейке. Список семян и клубней Варя с хищным видом утянула к себе в сумочку, и будет перечитывать дома, вместо любовного романа. Все швейные причиндалы передадим Люсии, пусть она осваивает новую технику.

Нина тоже запаслась всем, чем только было возможно, для портативной химической лаборатории и даже ухитрилась по деталям впихнуть в грузовик компактный химический реактор. И мои лекарства, капельницы, шприцы и прочее, прочее тоже прибыли вместе с нами.

Но самый сокрушительный удар мне нанесли эти две вредины — Ниночка и ее доченька. Коля, разглядывая списки, удивлённо спросил.

— Мам, а вот тут написано рез. — 12 коробок — это что такое?

На что нежная маменька, хитро прищурившись, ответила.

— А вот это, сыночек, ты у своей тётушки спроси! Пусть расскажет, как она с ума свела всех торгашей в галантерейных магазинах! Ты не поверишь, она скупила в городе как минимум годовой запас трусовой резинки!

И эти две предательницы в лицах изобразили мои рейдерские налеты на магазины. Хохотали все до слез, включая моего собственного супруга! Ну, ничего, я на вас ещё отыграюсь, когда придет время сшить новые труселя! Я всех запомню, кто ржал! Но вскоре смеялась вместе со всеми, чувствуя, как отпускает накопившееся за эти последние дни напряжение, уходит страх и остаётся только чистая, незамутненная радость от того, что я, наконец, дома, вокруг моя семья, а наверху сладко спит мой маленький ребенок.

Постепенно мы успокоились и опять начали обсуждать наши дальнейшие планы. Даже на самые ближайшие дни, например, на завтра. Нам необходимо было посетить терцию, чтобы зарегистрировать наших новых родственников — Нину с детьми, нового "друга семьи" Сему, мы так решили его представить. Возник вопрос — как добираться до терции? Так мы обычно пользовались лёгкой открытой коляской, но сейчас зима, а мне пока надо поберечь свое здоровье. Нет, в случае чего, я, конечно, могу вылечить, но зачем себя до болезни доводить?

Нина не сомневалась даже ни на секунду

— Поедем на легковушке. И тепло и быстро. Надеюсь, дороги там не хуже, чем в лесу? Заодно и обувщика вашего навестим, Вите сапоги нужны и полегче обувь и для дома… Ну и Семе тоже. Размеры одежды утром с них швея снимет, обувь закажем. И никого от работы отрывать не будем, сами доедем!

Возвысила голос она, заметив вскинувшегося в надежде Колю. Понятное дело, что Николай за эти четыре с лишним года успел соскучиться по рулю. В Валенте ему приходилось только кобылу водить.

Потом, смягчившись, добавила.

— Но если некоторые тут проверят машину с утра, тогда все может быть, мы тут ее на сцепке волокли совсем хм… без почтения…

— Нина, а как там с горючкой? Я уже давно Шниву не заправляла, да и сколько мы там, в Шишиге вчера сожгли?

— Ты не заправляла, я заправила. Полный бак в легковушке, а в грузовике не знаю, но утром заправляли и его полностью.

Коля ответил сразу и матери и мне.

— Один полный, во втором чуть больше, чем половина. Там ехать от города, всего ничего, если бы спокойно ехали и этого не сожгли бы. Вы же, небось, ломились, как ненормальные.

— А ты бы не ломился — огрызнулась Нина — если бы бандиты на хвосте висели и впереди дорогу перекрывали.

— Все, брэк! — прекратила я семейные разборки. — Завтра едем по делам в терцию, а послезавтра я поеду в Академию целителей, надо посмотреть нынешний набор студентов. Нет, нет, Тамина, никого выгонять не будем! Нет целительской магии, посмотрим, к чему ещё можно студента приспособить. Может, травники, может фельдшера для поселений. А может, совсем другая магия у кого-то есть. Никого не обидим.

Тамина успокоилась — это хорошо. Хоть и старалась не подать виду, но она очень переживала за нынешний набор студентов. Ведь именно этим набором она сама занималась. Помня хорошо свое прошлое, когда поступление на учебу для нее было последним шансом на выживание, похоже она очень беспокоилась, чтобы я не отчислила набранных ею студентов. Зря переживает, не бывает совсем бесталанных людей, просто не там пытаются применять свои способности.

Тут опять встрял Николай. Его беспокоила одна мысль.

— Мама, Аня, ну вот покатаетесь вы на Шниве какое-то время, если наше дорогое Величество опять за свое фирменное не возьмется: — А почему у меня нет? — передразнил очень похоже, Коля — ну кончится бензин, дальше-то что?

Неожиданно подал голос Сема, все это время просидевший молча.

— Да никакой на самом деле проблемы тут нет. У вас же вон там, километрах в пятнадцати на северо-запад, местность один в один Кавказско-Каспийский разлом. А там палку в грунт поглубже вколоти — и нефтяной фонтан получишь. Что Азербайджан, что Чечня — там же все барышничают на "самоварах" (жаргонное слово, обозначающее незаконную самодельную нефтеперегонную установку для получения низкооктанового бензина). Когда ехали утром, я немного осматривался, да и днём выходил на улицу, я тут, внутри ваших домов ходил. Вот предполагаю, что в сторону от поймы реки должен быть каменный уголь, причем не шахтный, а карьерный. Угольный разрез, если проще. Не знаю, но мне так кажется. А бензин можно получить не только из нефти, но и из каменного угля.

Высказавшись, Сема опять примолк в своем укромном углу гостиной. Вот какой дар достался ему при переходе. Он геолог и теперь ещё и рудознатец. Вариант магии земли. Наверное, этому миру и такой человек нужен был.

Посидев ещё немного, начали постепенно расходиться по домам. Клиппу, не дождавшуюся своего мужа, подхватили с двух сторон Петя и Коля, чтобы нигде в темноте не споткнулась. Варя и Тамина шли позади них, Маруся подскакивала рядом с ними, а все остальные оставались здесь.

Уже позднее, когда я покормила Любашу, и готовилась к походу в душ, Дариан, развязывая устало галстук, сказал.

— Аня, ты же понимаешь, что я должен доложить Георгу о твоём возвращении и наших гостях.

Я замерла на минуту, обдумывая слова мужа. Конечно, доложить надо, но вот не прямо бы с утра. Надо поторопиться с получением документов на всех моих. Тогда все будут на законных основаниях, и никто не сможет их куда-то отправить.

— Дар, а давай, ты к обеду расскажешь Георгу об этом? И приглашай их с Элианой на ужин к нам.

Дариан хмыкнул. — Ну-ну, вижу, ты что-то задумала… да ладно, пусть будет, как ты хочешь.

Утро началось, как у любой молодой матери — мытьё с недовольным кряхтением по поводу задержки завтрака, потом непосредственно сам завтрак с претензиями на добавку. Да, аппетит у малышки бон. И весьма бон. Вряд ли я справлюсь. На этот случай есть некоторый запас молочных смесей, а там посмотрим. Забавно было наблюдать за Дарианом, когда я попросила его походить с Любашей "столбиком" по комнате, после кормления. Я хотела сходить в ванную. А то неудобно перед молодым супругом распустехой ходить. Зевающей от вечного недосыпа, в халате с нечесаными волосами, а потом, здрасти, приехали! — у муженька любовница появляется! Впрочем, справедливости ради, в прошлом аккуратный и собранный вид мне в деле верности супруга не помог.

Руки у Дариана заметно дрожали, когда он протянул их, чтобы взять дочку, да и самого его потряхивало от эмоций. Посмеиваясь (только в душе!!), я помогла ему прижать дочку к себе, придерживая ей головку и под спинку. На плечо положила свёрнутую пелёнку. Ходил Дар с Любашей на руках медленно, почему-то мелкими шажками, напоминающими мне танцы ансамбля "Березка". При этом у них обоих был такой сосредоточенно-серьезный вид… ну, у Любашки ясно почему — она готовилась совершить "диверсию", а вот папенька ее чего такой важный? Будто, как минимум, мировой заговор раскрывает.

Ладно, убедилась, что их можно оставить вдвоем достаточно безопасно. Надо идти в ванную.

Уже практически выходила из ванной, когда услышала истошный вопль мужа.

— Аня!!

Выскочила с расчёской в руках.

— Что случилось?

Дар растерянно смотрел на дочь и почему-то сиплым шепотом сказал.

— Аня, она вот так поднатужилась и прямо на плечо мне рыгнула. И притихла. Я испугался, вдруг, что не так?

Я засмеялась. Нет, дочка, в самом деле, немного срыгнула молока, но это в порядке вещей, просто Дар этого не знает. Но вот то, что она потом притихла, а сейчас улыбается прямо так нахально, может говорить только одно — надо срочно менять "заминированный" подгузник!

В дверь осторожно постучали, а потом, получив разрешение, зашла Мая, забрать Любашку. Я предупредила ее о "сюрпризе", спросила, позавтракала ли она. Получив утвердительный ответ и передав слова Никея, что нас ожидают к завтраку, она взяла малышку и ушла в детскую. А мы с мужем, окончательно приведя себя в порядок, спустились в семейную столовую.

Там наши уже подтягивались на завтрак. За завтраком сразу определились с распорядком дня — Дариан отбывает на работу, мы, то есть, Нина с детьми, Сема и я едем покупать обувь, необходимую одежду, получать документы в терции, и обзорная экскурсия по городу. Ее можно совместить с посещением торгового центра и посещением терции. Надо ещё легковушку посмотреть, все ли там в порядке. Нина хохотнула.

— Вот за это можешь не переживать! Коля уже с самого утра прибегал, ключи от машины брал, все проверил и свою Тамину увез в Академию на работу. Он и сейчас с нами бы поехал, да боится, что умыкнут его ценные железяки из привезенных. Они с Митричем до сих пор дуются друг на друга.

Вот, кстати, надо узнать потом у Митрича, как он там с рыбешками определился, и что у Вари с саженцами.

Так что, позавтракали, мы все оделись и собрались в холле дома. Дар уже открыл портал и стоял рядом, готовясь шагнуть в него. Стоявшая рядом с Ниной Верочка завороженно смотрела то на рамку портала, то всматриваясь вглубь него, как будто что-то там разглядывала… интересно, отчего такая реакция у Верочки на портал? Я, сколько ими пользовалась, никогда, кроме голубой мути, ничего не видела. Как впрочем, и другие. Хотя Вера ведь и на Земле видела четко переход. Нина видела его из-за Коли и из-за меня. Но Вера не имеет общей с нами общей крови… надо подумать…

Шнива стояла у крыльца, негромко тарахтя двигателем, рядом суетился Коля, вытирая руки какой-то ветошью.

— Мам, Аня, я все посмотрел, вроде все нормально, вы даже со своим ралли подвеску не убили, и вообще, все подтянуто, как будто из сервиса.

Мы с Ниной переглянулись. Ну, конечно, из сервиса! Бери больше! Перед уходом мы на пару дней загоняли легковушку к тем мастерам, что переделывали нам грузовик. Вот они на совесть и протянули все гайки, все посмотрели, прозвонили, и изрекли, что можем даже на трофи-рейд отправляться. Денег не взяли, только попросили посмотреть двоих мужиков из мастеров. Одному житья не давала грыжа позвоночных дисков, а ещё один страдал язвенной болезнью желудка, оперироваться жуть как боялся, я рада была помочь. Но машинка теперь как игрушка, заводилась с пол-оборота, а двигун мурлыкал сытой кошкой. Погрузившись всей компанией в машину, мы поехали в город. Первым делом обувь.

Обувь для Витька и Семы Нина выбирала лично, тщательно и нудно — заставляла их маршировать по комнате, приседать, подпрыгивать. И каждый раз внимательно осматривала после обувку — не прогнулась ли подошва, не лопается ли кожа. Я успокоила Нину, сказав, что здесь в ходу натуральные материалы, кожа, мех, плотные кожи для подошвы, мех Чебурашки и кожа молодого дерматина не в чести. Наконец, были приобретены для Витька и Семы по паре теплых сапог, полусапожки полегче, как раз на такую пору как сейчас, по паре туфель и домашние тапочки. Оставили заказ ещё на кроссовки. Нинуся купила себе и Верочке по очаровательным домашним туфелькам и паре мягких и теплых тапочек. Увидев, что я не плачу, только сказала Тарду — Запиши в наш расход! — очень удивилась. Пришлось объяснить ей, что эта мастерская, так же как и обувной салон в центре наполовину принадлежит нашей семье. Нина задумалась на секунду, потом сказала.

— Хорошо, что я об этом узнала, только когда мы вышли оттуда, иначе я бы ещё что-нибудь купила!

Посмеявшись, двинулись дальше. Дороги, улицы были чисто выметены, снега не было видно, брусчатка дорог была уложена плотно, никаких ям, трещин или перекосов не наблюдалось. Земным мэрам надо только позавидовать терцу Алесандро, так хорошо управляет он городом! По пути показала на наш "студгородок" из Академии, магической школы и нескольких училищ, общежития при них. Как раз в некоторых был перерыв, студенты и школьники шумною толпою вываливали из зданий, кто-то перебегал из учебных корпусов в мастерские, кто-то торопился в столовую, а малышня из школы уже важно шествовала домой. Это те, кто живёт в городе, приезжие дети жили в интернате. Я посмотрела на Веру и Витю в зеркало заднего вида, они жадно разглядывали студентов, здания. Я спросила.

— Ну, что, учиться пойдете?

Они оба закивали головами. Значит, ребятишки учиться хотят, пристроим на учебу, пусть и с середины учебного года.

Как раз показалось здание терции на площади, я предложила сразу заглянуть туда, а потом ехать в торговый центр. Возражений не последовало, поэтому я решительно свернула к терции. Надо сказать, что определенный фурор наша машина произвела в городе, многие оглядывались, останавливались, глазели, пара небольших пацанят, и тройка таких же собачат (расходятся наши собачки по королевству!), даже увязались следом за нами, радостно что-то выкрикивая и погавкивая. Я намеренно ехала с небольшой скоростью, а то ещё кто выскочит случайно под колеса. Припарковавшись, пошли в терцию. Служащий, который регистрировал граждан города, документы оформил быстро, но вот подписывать их у терца Алесандро надо было нам самим. Чиновник, протягивая нам все бланки, сочувственно вздохнул. Я ещё не знала, какую подлянку нам приготовила судьба.

В приемной терца, что было удивительно, не было никого, кроме его секретаря — молодого, худощавого, немного суетливого и смущающегося юноши. Я его не знала, но он, очевидно, меня знал, поскольку сразу начал кланяться и смущённо полыхать румянцем на щеках.

— Господин терц у себя? Нам надо документы подписать.

Секретарь тяжело сглотнул и тихо пробормотал.

— Господин терц пока не принимает… позже зайдите!

Сказать, что я удивилась — ничего не сказать, отношения с терцем у нас были самые лучшие, и он всегда был доступен для нас, когда это было необходимо. А тут…

Ладно, заедем на обратном пути. Уже спускаясь по лестнице, мне послышался отдаленный грохот и звон стекла. Как будто кто-то кинул в стену или на пол что-то стеклянное и разбил его.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌

Торговый центр за эти месяцы остался на месте, не сдвинулся ни на сантиметр, сейчас посмотрим, что там внутри. Ну да, судя по разочарованным мордашкам детей, они ожидали увидеть нечто, не уступающее земным торгово-развлекательным. А тут, просто здание, ну, большое, окна достаточно большие, но нет ни яркой неоновой рекламы, ни развеселой музыки из громкоговорителей, ни плотного ряда машин. За эти годы мы ещё не всё успели сделать, пока все упиралось в материальное. Возможно, сейчас, когда наша семья и достигла определенного финансового благополучия, пришла пора подумать и о духовном? Хотя бы на уровне чего-нибудь развлекательного? Вот театра нам в городе не хватает, может, картинную галерею местных мастеров устроить, в общем, все пока упирается в терца Алесандро, а он "вне зоны доступа".

Эти мысли интересны, но пока надо идти внутрь и делать из наших парней добропорядочных граждан в приличном прикиде. Внутри, несмотря, что день будний, было многолюдно. Хозяйки спешили закупить, свежую провизию, в отделе бытовой техники несколько мужиков, собравшись в кружок, обсуждали солидно достоинства той или иной техники. То есть народ уже привык пользоваться в быту этими приспособами, вон уже знатоки появились. Проходили мимо отдела с игрушками нашего Рима, его жена, стоявшая за прилавком, приветливо помахала нам рукой. Зашли к ней. Как обычно, в детском отделе, у меня сразу глаза разбежались. Нет, вот эту игрушку я возьму и эту тоже, а эту уж обязательно. Хотя я и набрала на Земле различных игрушек пластмассовых и конструкторов, и Лего и прочей мелкой дребедени. Но эти игрушки были такие уютные, теплые от рук мастера, что никак не могла пройти мимо. В мои мысли ворвалось восклицание Нины.

— Аня! Ты посмотри, какая прелесть! Нет, я точно себе такую возьму! И Верочке! И Тамине подарю!

Нина крутила в руках небольшую резную шкатулочку. Узоры на крышечке были столь изящно вырезаны, что казались невесомыми кружевами. Шкатулочки были разных цветов — и белая, и бежевая, цвета слоновой кости и топлёного молока. Неожиданно пришла в голову мысль, а если украсить шкатулку разными камешками, кристаллами, это уже будет дорогой подарок. Вот, например на крышку этой изящной бонбоньерки прямо так и просится дымчатый топаз. Надо переговорить с Римом, заказать ему разных шкатулок и дать различных камней. Буду дарить их в высшем обществе, где мы с мужем теперь обязаны появляться периодически.

Да и Элиану хорошо бы сейчас порадовать. Хотя у меня и припасены для нее земные подарки. Чешская яблонецкая бижутерия, красота невероятная.

Далее магазинчик наших рукодельниц. Девчонки неплохо развернулись, набрали себе мастериц, обучили их различным вязкам и теперь, в зимний период, вовсю торгуют тёплыми изделиями. Здесь мы уже купили свитера и пуловеры для Вити и Семы, шарфы и прочую мелочь, Нине красивенную шаль и ажурную кофточку для Веры.

Так увлекательно мы и провели пару часов в торговом центре, постепенно приобретая срочно — необходимые вещи для вновь прибывших с нами. Остальное сошьет Люсия. И так она сегодня с утра ахала над новинками в свою мастерскую — различными машинками, всякой портняжной мелочью, раскроечным столом, который под бодрые матюки парни едва вытащили из кунга. Я даже призадумывалась — а как же его туда запихнули наши дамы? Нина открыла секрет — оказывается, туда его затаскивали парни Рахмона. Всё-таки хороший он человек, если вспоминаю его даже в другом мире. На втором этаже, который мы сдавали в аренду местным и заморским купцам, было народу меньше. Хотя у Визента и его компаньонов дела, по всему видно, шли неплохо, спрос на товары был, и народ то и дело заходил в их отделы. Но и местные купцы, наконец, поняли принципы нормальной торговли, что важен сервис, а не важный вид приказчика в длиннополом сюртуке и с окладистой бородой, нужно хорошее освещение, чтобы можно разглядеть все товары, что не стоит картельно держаться одной цены. Так что потихоньку и у них сдвинулись дела.

Но время у нас уже оставалось не так и много, мне необходимо было домой, кормить Любочку. Да ещё заехать в терцию!

В терции все было по-прежнему — настороженная тишина и пустота в приемной, смущающийся и неловко улыбающийся секретарь, сообщивший, господин терц уже отбыли, и вряд ли сегодня уже будут, что за тайны мадридского двора? Пообещав сурово, что завтра будем с самого утра, поехали домой. За руль в этот раз села Нина, сказав, что ей тоже надо запоминать дорогу.

После обеда я ещё успела заглянуть в нашу маленькую амбулаторию. Здесь я принимала в основном бесплатные, страховые случаи, а все платные услуги теперь оказывали в нашей клинике при Академии целителей. Пока меня не было, в маленькой амбулатории вела прием Вита, этим летом она как раз закончила нашу Академию и осталась в городе, не захотела уезжать далеко от отца, да и ее всерьез заинтересовала педиатрия, хотела специализироваться на кафедре детских болезней. Вот сегодня я и заглянула к ней. Вроде бы все было в порядке. В коридоре тихо переговаривались ожидающие своего приема, никаких посторонних звуков не доносилось из врачебного кабинета (хорошо работают Колины артефакты!), кругом чистота. Прошла в кабинет. Там Вита выслушивала вежливо жалобы старушки. Причем жалобы к здоровью имели слабое отношение. В основном старушка жаловалась на жизнь, вредную невестку, непослушных внуков, любопытных соседей… в общем, у бабули дефицит общения. Завидев меня, бабка стрельнула в мою сторону любопытным взглядом и резко заторопилась покинуть лечебное заведение.

Наверное, чтобы поведать всем желающим и нежелающим о моем появлении в городе. Вита спросила.

— Тесса Анна, вы сами будете вести прием?

Я отрицательно покачала головой.

— Нет, Вита, просто заглянула, поздороваться с тобой. Пока не сделаю все срочные дела, что накопились за время моего отсутствия, ты поработай здесь. Потом я тебя отпущу.

Пообещав, если что-то будет сложное и непонятное, тут же обращаться ко мне, Вита осталась заканчивать прием, а я пошла к себе, надо и отдохнуть и провести время с дочкой.

А по дому уже вихрем носилась Нина — утверждала с Тильдой меню для ужина с королевским семейством, проверяла попутно, как подготовили парадную столовую, нашла среди привезенных нами вещей пластиковый экран и заставила Николая подготовить компьютер и приставки для предполагаемого просмотра земных фильмов. Я, зевая, предложила, чтобы не слишком шокировать гостей, земные исторические костюмированные фильмы — Легенды осени, Ромео и Джульетта, Три мушкетёра. Они, конечно, были на русском языке, но Коля вчера похвастался, что поднапрягшись, он сумел перенастроить артефакты-переводчики в обратный режим, то есть они теперь переводили с русского на местный язык. В общем, за вечер можно было не переживать. А пока я пошла к себе, отдохнуть мне тоже надо, организм ещё не вошёл в нормальный рабочий ритм после родов.

Дариан прислал мне местную "смс", что придет домой раньше королевской семьи, чтобы мы его ожидали. Так мы и сделали — налюбовавшись друг на друга, мы с Любашкой заснули на нашей кровати. Дочь была вполне довольна — сухой подгузник, налопавшаяся, что называется от пуза, мирно сопела под боком у мамы. Когда пришел Дар, мы даже и не заметили, спали обе. Проснулась я от того, что почувствовала на себе взгляд. А это муж, придвинув кресло к кровати, сидел и любовался нашей семейной идиллией. Заметив, что я открыла глаза, он приглушённым голосом сказал.

— Знаешь, Аня, вот так бы сидел и смотрел на вас, всегда. Я даже на службе сегодня нет-нет, да и спохватывался — а не приснилось ли мне, что ты снова дома, рядом со мной, дочка, и вообще все это…

Он неопределенно повел рукой вокруг.

— Мне за эти месяцы столько раз ты снилась, кажется, вот, взаправду ты рядом, а просыпаюсь — никого нет и только подушка рядом пахнет тобой. Выть хотелось в голос, разнести все вокруг, но ты сказала, что надо ждать и ты вернёшься и я ждал.

Столько искренних чувств было в этих словах, что я тоже не выдержала, слезы сами побежали из глаз. Дар испугался, что я расстроилась, бережно взял меня к себе на колени, прямо кулем вместе с одеялом, успокаивающе поглаживал, сцеловывал слезы со щек… я притихла, прижимаясь к мужу покрепче.

Сколько мы так просидели, не знаю. Но вот недовольно заворочалась и закряхтела Любаша, ясно, барышня трапезничать желают. Предложила Дару, пока не прибыл Георг с Элианой, сходить перекусить, но он сказал, что Тильда его уже покормила, правда, отругала, что он, как последний босяк, ест на кухне, но ему так нравится.

Гости прибыли, когда мы успели переодеться, отдать Любочку Мае, а также поручить ее присмотру Маруську и ее друга Диля. Понятно, значит, прибудет и наследный принц Филипп. Скорее бы уж Маня подросла и поняла что метод "кулак в глаз" не самое лучшее средство для привлечения внимание мальчика. А то ходить принцу Филиппу ещё не раз битым.

Его Величество ничуть не изменился за то время, что я его не видела. А вот королева Элиана изменилась. И так не была пышкой, а тут ещё и токсикоз. Бедняга стала прозрачной, изжелта-бледной, а тут ещё и запахи от блюд из столовой донеслись. Королева мучительно скривилась, пережидая приступ тошноты. Нет, так дело не пойдет!

Я решительно и без всяких почтительных реверансов потянула женщину за рукав в сторону королевских покоев, которые так у нас и были закреплены в этом статусе. Там королева прилегла на кровать, и я погрузила ее в сон, чтобы не мешала работать. Так, посмотрим… беременность наличествует, примерно недель шестнадцать-семнадцать, мальчик, однозначно, крупненький, здоровый, чего ж он так маму мучает-то? А, ясно! Папина полностью генетика, и группа крови тоже папина, у мамы первая, у сынишки вторая. Вот и получается конфликт белков. Сейчас немного подкорректирую гормональный фон, аллергенную направленность, нормализую работу измученного желудка и все. Можно просыпаться. Элиана проснулась, несколько минут прислушивалась к себе, видимо, не уловив знакомых признаков тошноты, осторожно села на кровати, опять проверила себя. Поняв, что все хорошо, широко, от души, улыбнулась. Я порадовала королеву, что они с мужем могут опять заказывать голубую детскую, то есть у нас будет ещё один принц. Элиана удивилась.

— Мальчик? И придворный маг, и лекарь в один голос твердили, что девочка! Вот видишь, почему я не подпускала к себе этого лекаря! Уж лучше пусть меня тошнит, чем он меня лечить будет! Аня, Дариан сказал, что у вас дочка родилась. Покажешь?

Ну как тут откажешь? Пошли смотреть на спящую маркизу Любашу. Королева умилялась малышке, вздыхала, что тоже хочет девочку. Меня как кто под руку толкнул и я брякнула.

— Следующая у вас будет девочка!

— Правда? — обрадованно прошептала Элиана — Я учту это!

Выйдя из комнаты, где спала Любашка, я незаметно погрозила кулаком Марусе, примеривающейся пнуть сзади принца, который вместе с Дилем рассматривал привезенные с Земли новые игрушки. Маруська сразу приняла скучающий вид, мол, я тут просто мимо проходила, ничего личного, и пошла к стоящей на полке большой и красивой кукле. Мая только глаза закатила — никакие уговоры на эту хулиганку не действовали, только репрессии.

В столовой собрались уже все наши привычным составом, не пришла только Клиппа, сказавшись немного больной. По-моему, она просто стеснялась присутствия короля. А Тамина, напротив, чувствовала себя спокойно и уверенно. Нда, кровь не водица, хоть и обедневший, но всё-таки аристократический род. А наши новенькие и вовсе не испытывали никакого пиетета, для них это был зверь невиданный, неизвестный, так чего ж его заранее бояться? Нина и Вера были в вечерних платьях, которые мы купили на Земле, Витя и Сема тоже выглядели не в пример лучше, чем вчера вечером.

Появившись, наконец, в гостиной, я, как хозяйка дома пригласила всех в столовую. За столом вели себя все непринужденно, беседовали. Георг сделал изящный комплимент Нине.

— Даже не верится, что у такой молодой и просто очаровательной леди уже трое взрослых детей!

Нинуля и в самом деле выглядела просто восхитительно — самое большее она выглядела лет на тридцать, не было видно никакой седины, модельная, стильная стрижка, сделанная в салоне перед самым уходом, чистая, без морщинок кожа лица, огромные голубые глазищи, сверкающие от любопытства и возбуждения. Вечернее платье из стрейч-атласа, которое ей изумительно шло к фигуре. В общем, красотка.

Нина кокетливо улыбнулась.

— Благодарю за комплимент! Конечно, все трое мои! Я просто хорошо выгляжу! Да они и походят все трое на меня!

Ещё до королевского визита мы договорились между собой, что никому не будем говорить о приемном статусе двоих детей, они все дети Нины и точка! А сейчас, присмотревшись к Верочке и Витьку, я внутренне ахнула — отмытые и прилично одетые они и в самом деле походили на Нину и Колю! Или я просто не замечала или так пошутило мироздание при переходе, но подростки действительно были похожи, как члены одной семьи! И не подкопаешься.

Королева, избавившись от ненавистной тошноты, ела, ну не могу сказать, что за двоих, но вполне нормально, не морщась и не кривясь от запахов, пробуя понемногу все предлагаемые ей блюда. Георг смотрел на нее во все глаза, видно, и его измучило морально болезненное состояние жены, а тут просто радовался.

Поговорили и о нашей дочери. Король намеревался прибыть на торжественное представление маркизы обществу через полгода, которое должно будет состояться в родовом имении Саммерсов. И явно рассчитывал быть покровителем нашей Любочки (покровитель — так в местном обществе называется аналог нашего земного крестного отца). И радостно предположил, что наша дочь станет его дочке верной подругой. Алаверды не заставило себя ждать. Фальшиво повздыхав, сообщила изумлённому самодержцу, что если это и случится, то нескоро, ибо королева ожидает рождения второго сына. Георг вначале непонимающе посмотрел на меня, потом на королеву, и только когда она кивнула подтверждающе, отмер. Потом раздулся от самодовольства, ещё бы! Второй сын подряд! Смешные мужчины! Вроде как считают за престиж рождение сыновей, а родится девочка — начинают трястись над ней и ревниво охранять папино сокровище.

К новым членам нашей семьи король присматривался, но вопросов пока не задавал. Видимо, пытался понять, как и чем будет полезна королевству новая, непонятная магия, хотя Дар обязан был ему рассказать.

Я обещала гостям показать нечто необычное из земных вещей, поэтому, закончив ужин, все активно потянулись в гостиную, даже земляне, которым тоже было любопытно, что там удивительного придумали. В гостиной уже приглушили свет, развернули полностью экран, Коля возился у компа, настраивая его на показ фильма.

Первым выбрали для показа Ромео и Джульетта в классическом варианте. Как только пошли первые кадры фильма наши гости из мира Валента вполне ожидаемо испугались, потом, после объяснений, что это спектакль, только перенесенный при помощи техники на экран в записи, успокоились. Ещё более удивительно, что и все земляне смотрели, затаив дыхание. Хотя старшее поколение, да и Николай, Варя и Петр, явно видели этот фильм, или хотя бы читали когда-то. Но это была ностальгия по земному миру. А вот для Веры и Витька этот фильм был новинкой. Да, современное детство не очень близко к классике. В общем, к концу просмотра уже откровенно рыдали наши молодые дамы — Элиана, Тамина, Вера. Подозрительно шмыгали носом Георг с Дарианом, да и Витёк не отставал. Вторым фильмом выбрали более лёгкую комедию Собака на сене.

Пока гости, и хозяева остались для дальнейшего просмотра, я поднялась в детскую, проверить, как там наши детки. Все дети, поужинав и умывшись, уже крепко спали. Хорошо, что ещё днём принесли дополнительные кроватки в большую игровую комнату. Только юная маркиза капризничала на руках у Маи, проголодалась кроха. Плотно подкрепившись перед сном, малышка успокоилась и уснула.

В гостиной слышны были голоса актеров, фильм подходил к концу. Тихо, чтобы не мешать зрителям, прошла и присела в кресло чуть поодаль. Шли уже титры на экране и, как в приличном кинотеатре, медленно разгорался свет в гостиной, чтобы глаза успели привыкнуть. На лицах всех присутствующих были разные чувства — земляне испытывали светлую грусть по оставленной родине, местные показывали восхищение от такого необычного зрелища. Амулеты переводчики отработали на 100 процентов, перевод был синхронным, совпадал и с музыкой в песнях. Королева вздохнула.

— Ах, какие красивые в вашем мире одежды! Почему вы ни разу не надевали такие на приемы?

Пришлось объяснить, что такие одежды носили очень давно, как минимум лет двести пятьдесят-триста тому назад, и эти фильмы повествуют о прошлом нашего мира. Сейчас и фильмы другие и одежда другая.

Короля интересовало, можно ли такую штуку с фильмами сделать во дворце? Любимый вопрос, как же.

Ответил Коля.

— Дело в том, Ваше Величество, что для этого необходимо очень сложное оборудование, которого у нас нет, да и мы не задумывались о его приобретении. Сами мы его не сделаем, слишком сложно. И не специалисты мы в этой области, а вот посмотреть у нас разные фильмы можно, записей фильмов Аня и мама привезли много, и со своего компьютера я могу их показать.

Король понятливо кивнул головой, хотя разочарование прослеживалось на его лице. После сеанса кинофильмов все разошлись по своим комнатам, королевская чета тоже осталась у нас до утра, чтобы не будить давно и крепко спящего принца. И я засыпала, абсолютно счастливая — моя семья со мной, и я лежу в объятиях самого дорогого человека — своего мужа.

Уже сквозь сон, в ранних утренних серых сумерках, почувствовала что-то странное, потом опять появилась знакомая вращающаяся воронка серой мути…

Голос был, как обычно, какой-то бесполый и неэмоциональный.

— Анна, мы обдумали вашу просьбу о связи с вашими детьми, оставшимися в вашем родном мире. Технически это возможно. Используйте ту аппаратуру, что вы обнаружили в центре наблюдения. Если у вас есть специалист, который сможет работать с этой устаревшей техникой, то завтра в вечернее время мы дополнительно свяжемся с вами и передадим ему параметры для настройки связи. Взамен мы хотели бы попросить вас прояснить судьбу нашей последней смены наблюдателей. Последняя информация была о том, что они собираются в одном определенном месте для использования межмирового портала. Связи с ними нет уже около трехсот лет по вашему летоисчислению. Для нас это не такой большой срок, но, не зная судьбы своих сотрудников, мы не хотим посылать следующую смену. Мы понимаем всю сложность поисков, поэтому не торопим, но при появлении каких-либо новых подробностей просим сообщить нам.

"Сеанс связи" закончился, как и начинался — серой мутью и лёгкой тошнотой.

Сон пропал, и я лежала тихо, чтобы не будить Дариана своей суетой, и пыталась осмыслить полученную информацию. Как говорится, две новости — хорошая и плохая. Хорошая — это то, что возможно, у меня появится возможность связи со старшими детьми. Плохая — то, что мне поставлена задача без исходных данных. Где собирались эти наблюдатели, в каком месте? И пропали они на планете или во время перехода? Одни вопросы и никаких ответов. Необходимо поговорить с Колей, посвятить его во все, а может, и Веру подключить? На Земле она весьма умело обращалась с этими девайсами. Скайп для связи устанавливала, и электронные адреса Тани и Саши она знала тоже. Решено — поговорю с ними обоими ближе к вечеру. И что-то ещё царапало, где-то совсем на краю сознания, вроде как давно отметила что-то неправильное, но потом забыла прояснить этот вопрос. И теперь нет, нет, да всплывёт, царапнет и опять скрывается под ворохом проблем.

Утро было самым обычным в нашей семье — кто-то спешил на работу, кто-то только ещё неторопливо завтракал, капризничали с утра дети, торгуясь с няней по поводу манной каши на завтрак. Коля забежал, торопливо чмокнул мать в щеку, подал руку Дариану, хлопнул Витька по плечу.

— Аня, — торопливый чмок возле моей щеки — я возьму Шниву, отвезу Тамину на работу, потом пригоню назад.

Я даже моргнуть не успела, как Колян исчез, схватив ключи от машины. Соскучился парень по машинам, быстрой езде. Нина вздохнула.

— Так нам никакого бензина не хватит! Сема, ищи скорее нефть или каменный уголь! Бензин будем делать.

Сема пожал плечами.

— Так не вопрос, давайте освободим шишигу, необходимое туда забросим, да и поездим по округе, только я машину не вожу, ещё кого-то надо…

Вот, скорей надо получать документы на всех да приниматься за дела, а то их уже набирается воз и маленькая тележка.

Тогда мы сейчас прежним составом в терцию. Петя с Колей заканчивают разбор вещей из машины, мои медицинские инструменты, медикаменты переносят в процедурный кабинет в амбулаторию, а все хим. оборудование и реактивы всевозможные переносят в соседнее с моей лабораторией помещение, там раньше изготавливали подгузники и прочую гигиену. Сейчас это производство давно перенесено в торговый центр, и помещения пустовали. А для хим. лаборатории самое оно, и вытяжка есть, и много столов различных. Будет персональное рабочее место у Нины. Варя тоже занята сортировкой и осмотром привезенных семян и клубней, все привезенные саженцы плодовых, ягодных культур, кустики роз она вчера ещё прикопала в небольшой отапливаемой оранжерейке, пристроенной к ее дому. Температура там не давала саженцам тронуться в рост зимой, но и замёрзнуть тоже не позволяла. Митрич со своими рыбешками вчера весь день возился, все устраивал им наилучшее жилье, высчитывал им количество кормов, изучал брошюры, что дал нам земной ихтиолог.

Оказывается, он определил мальков в три разных небольших прудика, выпросил у Николая небольшие нагревающие артефакты, которые не давали замёрзнуть воде в прудах. По его словам, погибших мальков в контейнерах не было, спасло то, что работала система аэрации на батарейках в контейнерах. А я-то ещё думала, что там шумит в кунге, но списала это на работу печек.

Королевская чета отбыла одной из первых. Сейчас собирался уходить Дариан, предупреждал, что может задержаться, планируются переговоры на высшем уровне с правителем одного из заморских государств. Мы стояли в холле, опять мерцал портал, а Вера опять завороженно смотрела на него, вызывая у меня какие-то смутные подозрения насчёт того, какую же магию ей подарил этот мир? Вроде ничего такого у нее пока не проявлялось, и опять царапала какая-то недосказанность, недопонятость. Нет, всё-таки надо плотно сесть и подумать об этом, а то вдруг просмотрю что-то серьезное.

Когда вернулся Коля, я его предупредила, что необходимо быстрее освободить шишигу, потому что вскоре предстоит поездка по округе с целью поиска нужных полезных ископаемых. И что бы вечером он был где-то в районе досягаемости, есть очень интересное дело. А теперь мы опять той же самой вчерашней компанией погрузились в наше авто и двинулись на поиски "неуловимого Джо", то есть терца Алесандро.

В терции наблюдалась вчерашняя картина — пустота в приемной, зашуганный секретарь и "Терц Алесандро не принимает".

Но мы твердо вознамерились получить вожделенную подпись и посему только плотнее устроились в креслах приемной. Вера с Витьком тихонько шептались в уголке и гоняли какую-то игрушку в телефоне, типа шариков. Сема мудро пристроился в кресле и мирно дремал. Мы с Ниной стоически, как триста спартанцев, сидели недалеко от двери в кабинет терца. Бедный секретарь не знал куда деваться — краснел, бледнел, потел, поправлял давящий воротничок, в общем, ему было очень неудобно. Вначале было тихо в кабинете, мы даже думали, что там никого нет, но потом послышались тяжелые шаги, кто-то ходил по кабинету неровной походкой, потом послышалось какое-то невнятное бормотание, опять что-то разбилось. Только после того шуму секретарь решился заговорить.

— Ваша Светлость, леди Анна! Простите меня, но я не мог сказать вам, Терц запретил пускать к нему посетителей, дело в том, что терц Алесандро немного не в себе, понимаете…

Я вопросительно подняла бровь. Что значит "не в себе?" Болен? Секретарь замялся, потом запинаясь и оглядываясь, шепотом поведал.

— Понимаете, супруга терца, тира Алиссия… она сбежала, вот!

Выпалив это, бедный парень аж глаза зажмурил от собственной смелости. Потом, не дождавшись, что его поразит молнией прямо на рабочем месте, осторожно приоткрыл один глаз, перевел дух и так же шепотом продолжил.

— Тира Алиссия все время изводила терца, что он больше на работе пропадает, не возит ее на приемы в столицу, и дома в столице не имеет, где тира могла бы пожить в сезон балов. А у нас в городе ей скучно. Терц бывает в столице часто, но только по работе, ему некогда по балам ходить. И денег у него на ещё один дом нет. Этот дом он построил, так ему родственник наследство оставил, вот все деньги и потратил, там же тира Алиссия всем строительством заправляла. Он дом и увидел-то, когда тот уже готов был, а теперь вот…

Секретарь развел руками, но увидев нашу с Ниной заинтересованность, тихо продолжил.

— Говорят, что тира где-то познакомилась с молодым офицером из королевской гвардии и уехала с ним. Собрала свои вещи, когда терц ездил по нашему округу по делам и сбежала. А сынишка маленький с терцем остался, не взяла она его с собой. Вот терц Алесандро и не в себе уже дней восемь.

Нина хмыкнула.

— Ань, так тут наша национальная болезнь, перепил, называется. — И обращаясь к секретарю, деловито уточнила: — Так сильно любит жену ваш терц?

Парень пожал плечами.

— Да я и не знаю, вроде не слишком, обидно, наверное, просто.

Ну, ясно, жалеет мужик себя. Все это ерунда, у нас дела стоят, а терц тут нюни распустил, самолюбие свое лелеет. Пока я размышляла, Нина решительно поднялась, дернула меня за рукав и повернулась к детям.

— Так, дети мои дорогие! Дорогу запомнили? Тогда одним колесом здесь, другим дома! Попросите у Тильды капустного рассола, а у Виты в амбулатории марганцовки. И мухой сюда!

Я хотела только сказать, что я и без этого могу подлечить терца, но Нина сурового мне ответила.

— И без твоих штучек-дрючек! По-нашенски будем лечить, со всеми спецэффектами! Чтобы потом все прочувствовал, осознал и правнукам заказал бухать!

Ребята уже умчались, Сема проснулся и с интересом слушал командные речи, секретарь в ужасе вжался в стену за спиной. Уже на подходе к двери кабинета Нина вспомнила про него и озадачила и его заданием.

— А вы, молодой человек, обеспечьте нам тазик, кувшин и ведро воды! Будем лечиться народными методами.

И мы зашли в кабинет терца.

Ну, что сказать? Все ароматы Франции в одном флаконе! Запах сбивал с ног и лишал обоняния за секунды, аж до слезящихся глаз. Нина, долго не раздумывая, взгромоздилась на подоконник и решительно дернула на себя створку окна. Окно распахнулось. Одновременно с плотной портьерой. Она просто рухнула, подняв тучу пыли. По закону подлости, рухнула на деловую голову сестрицы. Лексикон ротного старшины слышали когда-нибудь? Оказывается, Нина им владеет в совершенстве. Кое-как выпутавшись из портьеры и охлопывая себя, при этом пыль вокруг нее вилась темным облаком, Нина грозно вопросила.

— Ну, и где этот терц, у которого в здании настоящий свинарник? Куда смотрит уборщица? Таких работников гнать надо той самой метлой, которой она не работает!

Вышеупомянутый терц, несмотря на алкогольный угар, всё-таки хоть и смутно, но угадал присутствие посторонних в кабинете. Поднялся, и заплетающимся языком попытался грозно воскликнуть.

— Кто это тут? Кто разрешил вот это…

И не в силах сформулировать точный вопрос, просто повел рукой вокруг. Решение было в корне ошибочным, ибо от усилия его самого повело в сторону, и он плюхнулся назад в кресло. Его усилий хватало только на то, чтобы хлопать глазами и пытаться угадать кого-нибудь в силуэтах людей.

В кабинет бочком протиснулся секретарь. В одной руке он держал ведро с водой, в другой держал кувшин, а подбородком прижимал к груди край небольшого тазика. От увиденной картины локальных разрушений — рухнувшей пыльной портьеры, раскрытого окна, полулежащего в кресле в хлам пьяного терца, матерящейся как грузчик такой приличной с виду тессы Нины — у бедняги затряслись и колени и руки, и на пол, под похоронный звон, рухнули кувшин и тазик, а сверху дополнило всю картину апокалипсиса упавшее ведро с водой. Глаза у секретаря стали почему-то навыкате, а рот беззвучно открывался и закрывался, как у рыбы. Этого я уже не могла спокойно перенести. Согнувшись почти пополам, я хохотала. До слез, до икоты.

К этому времени вернулись наши засланцы в родимый дом. Увидев открытые двери в кабинет, громкий хохот, неразборчивое бурчание маменьки, они, не сомневаясь ничуть, тут же внедрились в кабинет. Верочка протянула мне пакетик с марганцем, а Витя держал в руках литровую банку с мутной, резко пахнущей жидкостью. Тильда рассольчику не пожалела. Успокоившись, забрала у парня банку и сказала.

— Витя, сходи вот с вьюношей, принесите ещё раз воды и швабру с тряпкой, что ли. Вытереть вот лужу.

Витёк понятливо кивнул и потянул секретаря на выход из этого бедлама. Выпутавшаяся из тканевого плена Нина была добра, как разбуженная весной кобра. Для начала терц был водружен в вертикальное положение. В кувшине, объемом около трёх литров, разведен розовый раствор марганцовокислого калия. В кабинете были обнаружены и изъяты все запасы спиртного и торжественно вылиты в ведро со шваброй. Терц проводил их печальным взглядом, но возражать не решился. Правда, пытался сопротивляться процедуре заливки в него раствора марганцовки, но получив хорошую затрещину, сопротивления больше не оказывал, а покорно пил противную жидкость. Потом извергал ее обратно. К концу экзекуции взгляд у мужика стал более осмысленным, и он даже сделал героическую попытку оттолкнуть стакан с резко пахнущим рассолом от себя. Ха, он совершенно не знал Ниночку! Ловко зажав ему нос пальцами, и, несмотря на выпученные глаза, но ошибочно открытый рот, Нина удачно залила ему стакан рассола и прихлопнула рукой челюсть снизу. Пока секретарь на пару с Витьком мыли пол, а Вера выбрасывала ком ткани, бывший когда-то портьерой, в приемную, в кабинете посвежело до уровня, приемлемого для нормального дыхания.

И терц тоже посвежел. Прихлебывая из стакана ещё добавленный туда рассол, как изысканное вино, мелкими глотками, он даже стал узнавать людей. Вначале грозно нахмурился при виде незнакомых людей и своего секретаря среди них, потом увидел меня, расплылся в счастливой улыбке.

— Ваша Светлость, леди Анна! Вы вернулись! Говорят, вы в поездке по дальним странам были! И как там, дальние страны?

Я хмуро ответила.

— Стоят на месте и ни на сантиметр не сдвинулись. А вот вы, терц Алесандро, меня очень сильно огорчили! Не ожидала, что у вас такой слабый характер! Радоваться надо, что от вас эта пиявка отвалилась, а не пить! Но об этом мы ещё поговорим потом, а пока я хотела получить вашу подпись на документах для моей сестры и ее детей, друга нашей семьи и моей новорожденной дочери.

Терц истово закивал головой, сурово глянул на беднягу — секретаря, так что он мухой метнулся в приемную за папкой с нашими документами. Долгожданную подпись мы получили и теперь поехали домой, так как время уже приближалось к обеду. Банку с рассолом, как животворящим напитком, оставили терцу.

Покормив дочку и торопливо пообедав сама, я отправилась в Академию целителей, а то третий день дома, а все никак не могу добраться до своего любимого детища — Академии. Все домашние дела беззастенчиво сгрузила на Нину, назначив ее главной по домашнему бардаку — следить за правильной доставкой по нужным адресам привезенных полезностей и нужностей, примеркой одежды для Вити и Семы, полного знакомства с домом и хозяйством, обсуждением недельного меню для дома. Ещё неплохо бы ей познакомиться с Максом, он как раз сегодня возвращается из торгово-закупочной миссии по ближайшим городам и весям. В общем, все как раз по Ниночкиному характеру.

Тамина меня уже ожидала, правда, она думала, что я раньше приеду. Пришлось объяснить ей причину задержки. Посмеялись и приступили к работе. То есть, просмотру новых студентов и знакомству с их личными делами.

Тамина оказалась умничкой. Не обладая никакой магией, тем не менее, она почти 60 процентов студентов приняла верно. У них у всех проявилась целительская магия. Ещё несколько ребят обладали магией травничества, но в гораздо большем объеме, чем просто деревенские травницы. Из них выйдут неплохие провизоры. Тем более, если удастся подключить Нину к прочтению начального курса химии. У нескольких дар, к сожалению, не поднимался выше уровня деревенской знахарки, их вполне можно перевести на курс сельских фельдшеров. Пять человек явно не по адресу попали — чистые бытовики. Вот последний парень заставил меня задуматься. Что-то у него с магией? С такой я еще не сталкивалась.

Понятно только, что целительская магия в нем есть, но какая-то не такая, несколько другая. И так крутила, и этак — нет, есть, но что-то мне непонятное и незнакомое. От этих самых непоняток я и взялась расспрашивать парня о нем самом. Он и не скрывал ничего особо, да, он из деревни, учиться нравится, но не все у него получается. И дома он пробовал лечить людей под руководством местной знахарки. Получалось, но через раз. А вот животных, например, корова у кого захворала или собака лапу поранила — это у него хорошо получалось. Вот тут-то у меня и сложился пазл в голове! Парень ведь ветеринар! Конечно, магия у него целительская, просто другая, но что с ним делать?

Нет у нас факультета ветеринарии! И пока я вот одного такого встретила. Может, и есть ещё такие, да сами не знают. А пока с этим что делать? Вон он, с какой надеждой смотрит на меня, а если отправить его учиться к нашему Митричу? Правда, он зоотехник, но вроде что-то и в болезнях смыслит. Да и Ведар у него умеет лечить животных. Ладно, оставляю его в общежитии, а ходить учиться будет к нам. Дальше будет видно.

Решив, что сегодня же переговорю на эту тему с Митричем и Ведаром, я поехала домой. Покормив дочку и немного проведя времени с Любочкой, пошла в гости к Митричу, я давным-давно не была у него в гостях. Меня встретила немного смущающаяся Клиппа, сообщила, что Митрич вот-вот придет, предложила его подождать, а пока выпить с ней чая. Ой, Клиппа учится светскому этикету! Хотя да, она же теперь баронесса, надо соответствовать титулу! Вот поэтому она так смущается и напряжена, никак не может забыть то, что была когда-то посудомойкой у нас на кухне. Да ладно, мы и сами-то не голубых кровей отпрыски, освоится, привыкнет. Чай пили в гостиной. Немножечко в провинциальном стиле, но вкус у Клиппы явно имелся, в гостиной было миленько.

Осторожненько посмотрела на здоровье Клиппы, всё-таки и возраст и работа у нее тяжёлая, все время на ногах. Но вроде бы пока что патологии не наблюдается, малыш развивается нормально, разве что немного мелковат. Но и сама Клиппа не поражает объемами, да и Митрич не походит на Илью Муромца. Так что это скорее, наследственная особенность. Зато вон, какой бойкий малыш и как бодро ножкой маму пинает! Но все равно, надо наблюдать беременность.

— Клиппа, ты уже встала на учёт у Виты? Учти, тебе обязательно это необходимо! Ты же все время на ногах, твоему сынишке это может не пойти на пользу.

Клиппа поперхнулась чаем.

— Так у меня сын будет? Вот Троша обрадуется!

Теперь моя очередь закашляться. Как-то привыкли Митрич да Митрич, а ведь он Трофим, то есть Троша по-домашнему. Тут и сам Митрич пожаловал. Чмокнул супругу в щёчку, потом заметил меня, смутился.

Я изложила ему суть вопроса, приведшего меня к нему. Он задумался, потом неуверенно сказал.

— Если ты, Аня, так считаешь, можно попробовать. И Ведар, конечно, поможет. Как-нибудь поможем, а вот если ещё появятся такие одаренные?

— А вот тогда будем открывать ветеринарный факультет, и ты будешь там деканом, а твой Ведар — доцентом! Хорошо бы, чтобы ты припомнил все, что помнишь на эту тему и оформил в виде лекций. Ноут у тебя теперь есть. Набирай себе текст, а потом Вера все распечатает тебе на бумаге.

Решив этот вопрос, поспешила к себе. У меня ещё назначена встреча с Николаем по поводу межмировой связи. Да и Нина что-то хотела мне сообщить. Надо и ей время уделить. Да всем своим домашним тоже, а то с суматохой первых дней все забросила.

Нина, оказывается, хотела поговорить со мной о подготовке к Новому году. Я ей рассказывала, как мы отмечаем праздник дома. Но ее заинтересовало, почему в городе нет никаких украшений, праздничного настроения, почему возле торгового центра мы не устанавливаем новогоднее дерево, не строим снежные горки, ледяные городки? Ведь это недорого, никаких особых вложений не требуется.

Установить какие-нибудь допотопные громкоговорители, запустить плейлист с праздничными песенками. Такой лист легко скомпонует Вера, а громкоговорители сделают и установят наши инженеры. Дерево подходящее можно найти, игрушки помогут сделать студенты из Ремесленной школы. И вообще, почему за столько лет мы до сих пор не посадили какие-нибудь декоративные кустики и клумбы? Мы пристыженно молчали. Вот привыкли как-то. А новый человек сразу всё увидел и предложил дельное.

Как говорится, инициатива имеет инициатора. Вот и я радостно поручила заняться этой проблемой Нине. Идти с предложениями, желательно конкретными и документально оформленными, к нашему терцу. После всего, что у них сегодня было, терц, как честный человек просто обязан удовлетворить все желания Нины. Если будет нужна наша помощь, то может смело обращаться к любому из нас. Я и не подозревала, какого джинна выпустила из бутылки, открыв сестре карт-бланш на ее действия. Пока Нинуля, довольная разрешением своих идей и вопросом, потащила Тамину после ужина в гостиную, чтобы расспросить ту обо всем на свете, я позвала Колю и Веру с собой. Сема, Витя и Петр обсуждали будущую поездку по окрестностям. Решили не пользоваться порталами, а по старинке, машиной, ногами и своими талантами поисковиков.

Горючего должно хватить, а примитивную буровую установку Коля и Петя начали делать уже сегодня. Завтра доделают, а Сема и Витя обеспечат провиант и снаряжение.

Коля был очень удивлен, увидев этот секретный наблюдательный пост. Он за все эти годы и не подозревал, что в доме есть ещё одна тайная комната. Сразу же сел в операторское кресло, защелкал тумблерами. Мягко зажужжали какие-то аппараты, тихо щелкали, включаясь, мониторы. Только один монитор, как и в прошлый раз, остался темным.

Тогда я не знала, где расположена эта камера и почему она не работает. Сейчас начали появляться кое-какие догадки. Она, скорее всего, была расположена в том месте, где предполагался переход наблюдателей из этого мира в другие миры. И если там не произошло никакой технической катастрофы, то наблюдателей или похитили или уничтожили каким-либо образом и повредили камеру. Теперь бы ещё понять, где это место находится. Потому что прошлый раз я не обнаружила никакой ни письменной, ни голосовой, ни электронной информации. Вкратце я пересказала ребятам о своих переговорах с Мировым советом или кто они там, и то, что я добилась от них возможности связываться с людьми на Земле по связи типа Скайпа. Вот сегодня должны помочь нам в настройке, имеющейся у нас аппаратуры для связи.

— Ты, Коль, главное не пугайся, ну, немного потошнит, голова покружиться в серой мути, ты говори вслух, что тебе будут сообщать, а Вера будет записывать все слово в слово, а ты сразу пробуй включать то, что говорят, если что, сразу можно будет уточнить. А адреса почты и номера телефонов и прочее вот, я тебе записала.

Я протянула Коле листок бумаги немного дрожащими руками, это ещё на Земле все приготовила, на всякий случай. Да, я отчаянно трусила. Боялась, а вдруг не получится, вдруг все мои надежды рассыплются прахом, и не смогу никогда увидеть своих детей. Кроме меня, больше ни у кого из наших не было такой привязки к Земле, и поэтому никто особо не переживал. Но меня, конечно, понимали. Коля тоже, пока мама его не пошла в Валент со мной, сжимал зубы по ночам до боли, тоскуя по матери. А теперь вся семья здесь и переживать больше не за кого из оставленных людей в другом мире.

Внезапно Николай побледнел, глаза невидяще смотрели в одну точку, он заговорил ровным, глуховатым голосом, диктуя Вере что-то непонятное мне. Вера быстро писала какие-то символы, буквы, длинные цепочки алгоритмов, а Коля также размеренно набирал на клавиатуре какие-то команды, пароли, что-то вспыхивало на экранах, гасло, вновь крутились разноцветные спирали и полосы. И все это действо происходило примерно с полчаса. Я даже смотреть на них устала. Наконец, Коля устало выдохнул, пробежался по кнопкам пальцами последний раз и обычным голосом спросил.

— С кем говорить будем первым?

Горячая волна облегчения затопила так, что я даже не могла вначале сказать ни слова. Только дышала хрипло, с присвистом, как астматик, поднявшийся на Фудзияму.

Наконец, я, внутренне собравшись, ответила племяннику.

— Без разницы, до кого дотянешься и кто ответит, того и набирай. А там видно дальше видно будет.

Коля кивнул и опять быстро-быстро начал набирать какие-то команды на пульте. Один из мониторов замерцал и послышался характерный сигнал вызова связи по Скайпу. Вначале ничего не происходило, я уже успела внутренне запаниковать, но вот экран засветился, и я увидела лицо сына, он с недоумением вглядывался в экран, видимо вызов шел от неизвестного абонента. Потом он увидел меня, сидящего рядом в соседнем кресле Колю… Недоумение, неверие, и даже неуверенное отрицание того, что он видит — эти эмоции очень быстро сменялись на его лице. Саша повернулся в сторону от экрана, что-то сказал, наверное, подзывал к себе Лену.

— Саша, сынок, здравствуй! Это я, ты что, не узнаешь меня, что ли? — голос у меня срывался, пришлось немного откашляться — Вот, удалось связаться с вами, я просто счастлива! Как вы там?

Саша всё-таки был растерян, поэтому неуверенно ответил мне.

— Мама? Ты так помолодела, или это голограмма? А рядом Коля же? Вот он прежний… Выходит, нашелся?

Колька рядом пробасил.

— Да я и не терялся никогда! Разве мать тебе не говорила, что мы попали и теперь, как в фэнтези, Попаданцы? Все нормально, Саш, ты не волнуйся, не огорчай маму!

Наконец Сашка совсем отошёл от потрясения и стал обычным моим сыном, засыпав меня и Колю градом вопросов. Пришлось рассказать и о моем омоложении, о замужестве и даже о том, что у него теперь есть маленькая сестрёнка Любочка. Обещала в следующий раз обязательно показать ее. Коля рассказал о том, что женился, чем занимается в этом мире, посмеялись вместе с Сашей над их мастерской имени Держибли, похвастался, что и его мама тоже теперь здесь. Но окончательно убедило Сашу то, что в кадре появилась Верочка и непринужденно с ним поздоровалась. Веру мои дети знали и горячо сочувствовали ее судьбе. Сейчас Вера подсунула мне лист бумаги, на которой фломастером написала: — Пусть Лена сейчас позвонит по телефону Тане и предупредит, что ты по Скайпу выйдешь на связь с ней. И пусть Рахмону позвонит и скажет, что с тобой все хорошо, позже ты с ним свяжешься, пусть координаты даст. А ведь и верно! Тани же и дома может не быть и мало ли что ещё! А по телефону можно обговорить и время созвона и прочее. И про Рахмона тоже верно, после нашего фееричного ухода все равно в городе разные слухи ползут, надо успокоить. И где-то у меня ещё был номер телефона Ильяса, пусть Рахмон ему перезвонит или в кафе у скорой увидит, скажет, что я жива и все в порядке.

Пока мы так продолжали болтать с сыном, он хвалился, что в университете его ценят, даже подняли оплату за научную степень, хоть и российскую, Лена звонила Тане. Вначале никто не отвечал, потом мы услышали, как она воскликнула — Есть! — и быстро заговорила с Таней, сопровождая свои слова активной жестикуляцией. Потом, повернувшись к нам, улыбаясь, сказала.

— Сейчас Танюха напьется пустырника и готова будет к вызову. Велела гнать Сашку от экрана, а то ей с мамой тоже поговорить надо!

Следом набрала номер в Россию, нашему другу Рахмону. Разговор был недолгий не более пяти минут, потом она что-то почеркала на бумаге и подала Саше. Там был крупными цифрами написан номер для Скайпа. Торопливо распрощавшись с сыном, начали связываться с Татьяной.

Разговор с дочерью прошел уже легче, всё-таки у нее было время заранее морально подготовиться. Даже обрадовалась рождению Любочки и моему замужеству. Сказала, что я теперь такая молодая и красивая, что грех не прожить молодость ещё раз. Только попросила в следующий раз обязательно пригласить и Дариана и показать Любашку. Похвастались своими успехами, две книги с ее иллюстрациями уже пошли в печать, внучка уже освоилась в школе, вовсю лопочет на норвежском, сама Таня пока не может так, объясняется на английском языке с окружающими. Андрей пока на вахте, на днях должен прилететь. Уговорились о времени следующей связи и попрощались.

У меня все внутри дрожало от радости! Я смогу теперь хоть так видеть своих детей, узнавать, как идут у них дела…

Коля, разумеется, выдавил из меня разрешение покопаться в этой всей аппаратуре. Я разрешила, может, удастся узнать, где была расположенная неизвестная мне видеокамера. Только попросила не афишировать эту секретную комнату, вдруг ещё пригодится.

Спать я пошла вся на радостных эмоциях, взбудораженная, долго не могла заснуть, но потом отключилась. Не слышала, как пришел Дар, как любовался мною, спящей. Потом вздохнув, подгреб мою тушку поближе к себе, и, уткнувшись мне в макушку, счастливо засопел.

Утром у нас с Ниной был "совет в Филях", накопились вопросы, которые надо было решать. У сестры и раньше были определенные хозяйственные способности, но теперь, после перехода, у нее просто огромные организаторские способности прорезались.

Я даже всерьез задумалась — а может, существует организаторская магия? Из привезенной канцелярии Нина достала несколько перекидных блокнотов и разделила их по надобности — один для домашней деятельности, один для разных внешних вопросов, один для своих химических задач и последний для финансово-экономических. Я только поражалась, откуда в Нине столько жажды деятельности. Меня сейчас больше интересовали собственные семейные дела. Вот со следующей недели надо приступать к лекциям в Академии и работе в клиниках. Да ещё теперь надо искать этих наблюдателей. Долги надо отрабатывать, мне тоже пошли навстречу. Вот и решили мы с Ниной обсудить первостепенные вопросы. Первое — это дети сестры, младшие. Им необходимо учиться, уровень магии у них должен быть высоким (вот, кстати, надо ехать в Академию, проверять артефактом!). Но они уже почти взрослые, с малышами их учиться не отправишь, но и с взрослыми на курсах слабосилок тоже им делать нечего. Значит, после проверки комиссией, надо будет договариваться об индивидуальном обучении, чтобы за оставшиеся полгода они усвоили школьный курс и поступили в Академию магии. Так, этот вопрос после обеда поеду решать.

Нина опять достает другой блокнот. А здесь — то что? А там была погибель для нашего терца. И нам частично. Моей дурацкой идеей про театр, галерею я же поделилась с Ниной! Вот, алаверды, получай, фашист, гранату! Нина все это обдумала и расписала по пунктам, что для этого требуется, какие силы, финансовые и человеческие привлечь и т. д. То есть, готовый бизнес-план, можно выходить на обсуждение. А ещё свою идею насчёт новогоднего развлекательного городка она тоже обдумала и все расписала. И даже выяснила у Зоряна, можно ли пересадить большую ель (точнее, то дерево, что мы, земляне, называем елью). Тот ответил, что можно, при некоторых условиях — надо, чтобы наши маги, слегка отогрели грунт вокруг дерева, чтобы можно было его извлечь из земли вместе с корнями и землёй и посадить его также в подготовленный грунт и чтобы маги земли помогли прижиться дереву. Нина уже хищно поглядывала в сторону Пети и Вари. Игрушки можно поручить изготовить школярам из школы магической, учащимся ремесленной школы. Какую-нибудь простенькую гирлянду соорудят наши инженеры, музыку тоже. Разные горки построить, маги воды сделают ледяные фигуры, а летом на этом месте можно устроить небольшой детский городок с качелями-каруселями. И обязательно устроить вокруг торгового центра озеленение.

Я только рот открыла и глаза вытаращила. Слов не было. Вот это размах и! продуманность планов! Да, в первые годы нам было не до того, надо было обеспечить нашей семье достойные условия жизни и экономическую независимость. А теперь вот пришло время улучшать жизнь не только с финансовой точки зрения, но и с духовной.

Мне Нина отводила задачу по переговорам со школьниками и ремесленниками, сама она планировала заняться остальным — поручить дворнику центра, расчистить снег на нужной площадке, договориться с инженерами о гирлянде, музыке. Петя, Варя и Зорян обеспечивают дерево, его посадку. Коля, как маг воды, при поддержке учеников ремесленной школы и магов-слабосилков из взрослых обеспечивают горки и ледяные скульптуры. Даже Максу Нина нашла задачу — поручить нашим торгашам сформировать несколько видов разных по составу и цене сладких подарков и поставить их на продажу. Вот. Теперь надо идти с этими предложениями к терцу, как-никак, на его территории планируется все это безобразие. Хотя, не думаю, что он будет возражать — денег от города не потребуется, рабочей силы тоже, но если все удачно пройдет, опять же слава ему, как продвинутому терцу, перепадёт. Ну, и на десерт, Нина хотела, наконец, подготовить свою лабораторию к работе.

Но опять же, в наши планы вмешался Его Величество Случай. Только мы успели утрясти все эти вопросы, проводить всех, кто желал, трудиться, а кто пока не трудился, пусть хорошо познакомятся с нашим кварталом, всеми производствами, что там есть, посмотрят животных в хозяйстве Митрича.

А вот, кстати! Что-то я не вижу давно Мурку с ее семейством и Клепу. Оказывается, наш новоприбывший "зоопарк", уже успели осмотреть Митрич с Ведаром, подлечили по мелочи и избавили от блох, провели банные процедуры. Клепа оказалась обладательницей шикарной пепельной лохматой шкурки, сейчас вполне расчесанной, и щеголяла новеньким бантиком и ошейником с адресом нашего особняка. Как воспитанная леди, гавкать себе позволяла только при прогулке на улице, в доме соблюдала режим тишины. Нина рассказала, как она присутствовала при первой встрече наших Тузика с Белкой и Клепы. Вначале эти два амбала недоуменно разглядывали нечто, крутящееся у их лап. Но после того, как Клепа, набравшись смелости и на всякий случай, зажмурив глаза, тявкнула на них — вообще в полном обалдении плюхнулись на попы и завыли с перепугу — оно ещё и гавкает!!! Неужели оно собачьей породы?

Мурка со своим выводком жила в комнате у Веры, изредка выбегая поесть и по своим кошачьим делам. При этом грозно замахиваясь лапой на встреченную случайно Клепу. Котята ещё маленькие, ни пол, ни породу, ни расцветку мы ещё не рассмотрели, хотя какая там порода, чисто дворянская, то есть гаражная.

Пока мы все это выясняли, в гостиную торопливо зашла встревоженная Вита.

— Анна Сергеевна! Приехал слуга из дома терца! Сильно заболел сынишка терца, болеет почти неделю, но никто особо внимания не обращал, а сегодня температура поднялась, горит прямо мальчик. Вот и приехали за вами. Вы сами поедете на вызов или мне ехать?

— Вита, быстро мне мой чемодан вызывной. Ты его пополнила из нового? Я сейчас переоденусь и поеду на машине.

Нина подхватилась следом за мной.

— Аня, я тоже с тобой!

Со мной, так со мной, я не возражаю, только быстрее пусть одевается. Через десять минут я стояла в холле, готовая на выезд, а Нина уже подъезжала на автомобиле к выходу.

В доме терца нас встречала все та же испуганная служанка, Мирка, кажется, проводившая нас в детские комнаты, где и обнаружился хмурый, встревоженный терц. Сегодня, разнообразия ради, трезвый. Но вид имел помятый. На большущей кровати, которая больше походила на супружеское ложе, чем на детскую кроватку, лежал маленький, худенький мальчик, лет четырех на вид. Укутанный теплым одеялом по самые уши. В комнате окна были плотно зашторены темными портьерами, стояла невыносимая духота (сразу вспомнилась мадам мэрша, это она все боялась свежего воздуха). Ребенок весь был мокрый, красный, дышал тяжело, с присвистом, периодически прерывался на кашель. Сознание спутанное. Как и обычная аускультация, простым фонендоскопом, так и магический осмотр дали один и тот же диагноз — двусторонняя пневмония. С температурой, конечно, я сейчас справлюсь, и даже отек слизистых трахеи и бронхов уменьшу, но само воспаление лёгочной ткани без антибиотиков трудно устранить. Ну и всевозможные отхаркивающие отвары добавим.

Уже позже, когда снизилась температура, и ребенок стал спокойнее дышать, я поинтересовалась у терца.

— Ребенок болен уже неделю, почему никто не вызвал целителя, не лечил хотя бы просто отварами трав? Ведь в начале с болезнью легче было справиться, чем с запущенной? Почему вы не обратили внимание на ребенка? Это же ваш сын!

Хмурое выражение лица терца Алесандро только усилилось, но было понятно, что винит он себя, а не сердится на мой выговор. Ребенок, уснувший после инъекции жаропонижающего и антибиотика, вдруг захныкал во сне, протянул худенькую ручонку к рядом стоявшей Нине, схватил ее за рукав кофты и плачущим голоском сказал.

— Мамочка, не уходи! Я буду послушным, обещаю, не уходи!

Все, Нина поплыла. Присела рядом на постель, взяла руку ребенка в свою и сдавленно пробормотала.

— Спи, малыш, я никуда не уйду!

Я шикнула на Мирку, чтобы принесла стул Нине, и открыла окна от темных тряпок. Открыла дверь, чтобы вытянуло духоту. Убедилась, что ребенку стало лучше, попрощалась со всеми, пообещав отправить необходимые отвары и заехать вечером, сделать инъекцию антибиотика. Нина покачала головой — пока она останется здесь. Вечером приеду проведать малыша и тогда заберу ее.

После обеда я, как и планировала, вместе с Верой и Витей побывала в магической школе. Комиссию магов собрали по моей просьбе. Результаты были ожидаемы и вместе с тем неожиданные. Уровень магии у наших тинейджеров зашкаливал по самой высшей планке. А вот тип магии не смогли определить. Слишком редкая у Вити поисковая магия, такая даже по артефактам не числилась. Про магию Верочки мы и сами не могли ничего сказать, что там у нее в будущих талантах числится. Пусть пока учатся основам общей магии, потом разберемся. Договорились об индивидуальных уроках для подростков, они будут учиться дома, преподаватели покажут им базовые приемы, выдадут литературу. В школу будут приходить на зачёты по темам. Заодно, раз уж я тут, переговорила с преподавателями и учениками магической школы и ремесленного училища насчёт новогодних игрушек. Идею горячо поддержали, ведь это делалось для всей городской ребятни, да и взрослым было интересно.

Сразу же проехали в торговый центр, чтобы дать администратору указание о расчистке площадки от снега. Пусть никуда не вывозят снег, а просто собирают в одну кучу, потом снежную горку наши маги сделают.

На обратном пути заехали в дом терца. Малышу Дану стало получше, но до выздоровления было ещё далеко. Получив очередную инъекцию в попу, ребенок, к моему удивлению, не заплакал, только осторожно закряхтел и потер больное место. Напоив отваром трав с магической составляющей, велела Мирке давать отвар ребенку на ночь, и утром. А потом я ещё приеду. Надо обязательно проследить динамику развития болезни. Забрали Нину домой. Она так и просидела возле ребенка все это время. Хотя малыш и вскинул блестевшие от слез глазенки на Нину, но не посмел просить ее ни о чем. Нина сама горячо уверила ребенка, что завтра обязательно утром приедет проведать его. И обязательно будет, есть с ним противную кашу, и расскажет ему сказку.

По дороге Нина рассказала нам про малыша, что поведала ей служанка Мирка. При обоих родителях ребенок рос сам по себе — отец пропадал все время на работе, а мать была занята своей персоной, только изредка, когда приходили к ней заклятые подруги, малыша Дана выводили напоказ, как некую заморскую игрушку. Он должен был галантно расшаркиваться перед важными тетями и читать с выражением стишок. А если он, в силу возраста малого, ошибался, потом маменька его наказывала. А могла и неделями не вспоминать о малыше. Кстати, каша, по словам сестры, и правда была отвратительная, мадам маменька считала ее очень полезной для организма малыша.

— Я, наверное, завтра возьму из дома кашу, которую варит Тильда и оладьи со сгущенкой и какао. У нас же есть портативная "микроволновка"? Можно, я возьму для Данилки?

Так Нина переиначили на земной лад имя малыша — Даниэль. Я вспомнила, как кормили давно короля, и кивнула головой

— Конечно, возьми. Жалко малыша, но мадам мэрша та ещё фифа была, я даже не знала, что у них ребенок есть. Кстати, тебе пока партийное задание — вытряси из терца разрешение на снежный городок, мы уже начали подготовку.

И я рассказала про наши сегодняшние дела. После ужина Нина унеслась в свою лабораторию, что-то химичить, ребята погрузились в изучение выданных им учебников. Сема в гостиной, расстелив на столе карту окрестностей Трумеля, что-то отмечал на ней карандашом и выписывал данные в блокнот. В общем, все при деле. А я пойду, побуду хорошей матерью, проведу время со своей дочерью.

Утром, позавтракав и собрав свой скоропомощный чемодан, я прошла в холл, чтобы забрать с собой сестру. Вроде недавно ее тут видела, разговаривающий с Максом, а сейчас ее нет. Кстати, из наших Макс последний познакомился с Ниной, всего сутки назад, а уже слушает каждое ее слово. Нет, тут точно без магии не обошлось.

Вроде мне послышался голос Ниночки со стороны кухни, точно, она была там. Рассказывала доброй нашей Тильде о бедном малыше Дане, и Тильда, заливаясь слезами, споро накладывала в кастрюлю манную кашу на молоке с маслом и сахаром, даже на вид такую вкусную, что самой захотелось. Такой кашей нас когда-то давно кормили в детском саду. За кашей последовал целый контейнер с оладьями, сгущенка. Горячее какао наливалось в здоровый термос китайского производства. Помните, раньше у многих такие стояли в стенках из ГДР? металлические, расписанные яркими, крупными цветами. Они, эти термосы, практически никогда не использовались, а являлись, скорее, признаком достатка и близости к торговым кругам, проще говоря, блату. Так же, как и сервиз "Мадонна". Вот и у моих родителей сохранился этот раритет китайской промышленности в, практически, нецелованном виде. А я ещё бухтела, когда Ниночка паковала этого монстра в кучу туалетной бумаги. За всем этим ещё последовала кастрюлька с куриным супчиком, на обед, как сказала Тильда, вытирая глаза и нос. Ну, Нинуля, и тут успела!

В комнате у ребенка воздух явно был свежее, чем вчера и в окно заглядывало утреннее солнышко. Да и сам Даник выглядел получше. Нет, здоровым он ещё, конечно, не был, но не было жара, периодически начинался приступ кашля, но без астматического свиста, а продуктивного, то есть отхаркивающегося. Первым делом осмотрела малыша, прослушала дыхание в лёгких. Хрипы остались единичные, а не сливающиеся в один жужжащий и свистящий ансамбль, как вчера. Температура была почти нормальная, 36,9 Получив инъекцию антибиотика и новый флакон с лечебным отваром, Данька нетерпеливо заерзал, увидев входящую Нину и служанку за ней со стопкой тарелок в руках. Нина, раскладывая кашу по тарелкам, начала рассказывать малышу про самую сильную на свете кашу для богатырей — манную. Данька вначале схватил ложку, но потом отставил в сторону.

— А ты, тетя, будешь кашу со мной? Ты вчера обещала!

Пришлось Нине накладывать и себе пару ложек каши и изображать аппетит после завтрака у нас дома. Пока я умилялась аппетиту малыша и хихикала над сестричкиными потугами, в детскую зашёл Терц Алесандро. Сегодня он был трезв, чисто выбрит и одет с претензией на щегольство. Видимо, зашёл проведать малыша, осведомиться о его здоровье. Вначале он удивился, видя с каким аппетитом, сынишка поглощает кашу, но потом принюхался к запаху, доносящемуся от контейнеров (Нина как раз открыла контейнер с оладьями), что даже я чётко услышала бурчание желудка терца. Видно, и его кормили этой бурдой. Нина тут же положила кашу в чистую тарелку и протянула ее отцу.

— А вот и папа твой сейчас с тобой кашу будет кушать и тоже вырастет большой, здоровый и красивый! Правда, Данилка?

Успевший съесть одну ложку каши несчастный терц закашлялся и побагровел.

Но каша пахла так вкусно, и такой сливочный вкус оставался от нее во рту, что прокашлявшись, Алесандро только молча быстрее заработал ложкой. А тем временем Нина наливала из термоса невероятно ароматное какао и подвигала поближе к сыну и отцу оладьи и вазочку со сгущенкой. Говорить о том, что и это было, быстро съедено не стоит. Сытый Терц заметно расслабился и подобрел, и пока я собирала свои вещи в чемодан, Нина безо всякого труда получила от него необходимое разрешение и подпись на нужной бумаге. Верно, говорят, что путь даже к чернильному сердцу чиновника лежит через желудок.

Оставив Нину ещё на некоторое время в доме терца, я поехала по своим делам, которых накопилось за время моего отсутствия немало. Да и дома надо было ещё переговорить с Максом, как, в общем, идут дела у нашей семьи, поговорить с нашими маг — инженерами насчёт подготовки к Новому году и как продвигаются сборы в экспедицию.

Сема за эти дни полностью погрузился в изучение всех карт окрестностей нашего города, что-то все вычерчивал, высчитывал, записывал в разные таблицы. По его просьбе Дариан принес ему несколько книг и различных карт из королевской библиотеки. Похоже, Дар тоже заинтересовался этими изысканиями. Мне все эти теоретические выкладки были без надобности, но вот практические результаты очень интересовали. Конечно, в первую очередь меня привлекала возможность получения горючего.

Преимущество передвижения на автомобиле против колясок и карет было неоспоримым. Я и сама все это проверила. Каменный уголь для отопления тоже хорошо, можно сохранять леса. Ещё меня интересовало наличие неподалеку от города подходящего месторождения глины. В столице я видела здания из кирпича, а у нас в городе дома были в основном или каменные или из толстых бревен. Кирпичных не было, поскольку не делали здесь кирпич, а везти из столицы слишком дорого. Я думала об этом ещё во время моего пребывания на Земле и даже скачала информацию о производстве кирпичей. Вот и займусь этими всеми вопросами.

Дома было тихо и спокойно, все занимались своими делами. Ребята занимались со своими учебниками и выданными им готовыми лекциями в библиотеке, смешно надувая щеки и тараща глаза. Я, вспомнив свои первые потуги по обнаружению у себя источника магии, тихо хихикнула и отправила к ним Никея. Надеюсь, он и им поможет, как в свое время мне. Кстати, все наши новые жильцы отлично вписались в наш семейно-домашний коллектив, к домовым относились хорошо, безо всяких предубеждений, Нина с Тильдой так вообще лучшие подружки, трещат частенько на кухне обо всем. Сегодня после обеда Вера с Витьком намеревались идти во двор с Марусей и Дилем, строить снежную крепость. Наша семья стала только крепче.

Наших маг-инженеров нашла ожидаемо в их мастерской. Они все ещё увлеченно перебирали свое богачество и прикидывали что, куда и зачем им это применять.

— Ребята, ау! Вы там где? У меня тут дело есть!

Из какого-то закутка высунулись две зверски перепачканные маслом и прочими техническими подробностями морды и заинтересованно уставились на меня.

— Даже не так, одно дело и один вопрос. Какого черта Тузик ходит вымазанный в каком-то солидоле?? — рявкнула в сердцах я.

И правда, пять минут назад, увидев несущегося мне навстречу Тузика и радостно размахивающего хвостом, думала, сердце остановится, представляете, несётся этакая фиолетовая махина с равномерно распределенными по яркой шерсти темными и вонючими пятнами!!

Парни заюлили.

— Анечка, все чисто случайно получилось, поверь! Мы тут решили ступицы у шишиги промазать, у Кольки ещё от Газели остался солидол в запасе, вот банку с ним открыли, прошприцевали, а потом закрутились, забыли закрыть. А этот балбес Тузик, ну, ты же знаешь, он везде пронырнет, вот он и залез в банку лапами, а потом ещё и почесался грязной лапой, вот, а мы его не мазали, чесслово!

— Ладно, испачкался он сам, но почему вы его не помыли? Или хотя бы к Митричу или Ведару не отвели?

Парни хихикнули.

— К Митричу нельзя, он сейчас рыбок на послеобеденный сон укладывает, песни им поет.

О Господи, как же я забыла, новая игрушка у Митрича! Теперь мальки ему заменят все, даже любимую супругу! Пока не появится что-то новое. Я помню, как он носился ещё с первыми мальками, потом с Петей и Клавой, потом с поросятами, потом много ещё чего было. Ну, это дело прошлое, у нас пока новые проблемы. Я изложила им вопрос с музыкой, новогодней гирляндой, ледяными горками и скульптурами, ёлкой. Ну и про экспедицию с геологом заодно. Ребята задумались, потом начали между собой разговаривать на не слишком мне понятном языке. Мелькали слова — реостат, напряжение, сопротивление, частоты и прочее, я терпеливо ждала. Наконец, подытожив свои дебаты, Коля озвучил их решение.

— Ань, мы решили, что в экспедицию с Семой мы с Петькой будем ездить по очереди, баранку крутить оба можем. Но интересно же! Вот один дома остаётся, в следующую поездку другой едет. Вот завтра Петя едет, а я дома буду, займусь гирляндами и музыкой, там особо сложного ничего нет. А музыки на плейлист пусть Вера накачает с флешек или с моего компа. Потом я поеду, а Петя поможет Варе и Зоряну с ёлкой. Пересадить. Вернусь, и сделаем горки и фигуры. И ты права, привлечем ребят из ремесленной школы, магов-слабосилков, там нет большого расхода магии, где надо больше — я сам возьмусь.

Я удивилась.

— А что, к экспедиции все готово?

Парни пожали плечами.

— А чего там особо готовиться? Артефактов — обогреваек мы уже положили, несколько одеял, да сменную одежду, мало ли чего, провиант с утра загрузим и вперёд. Все равно или возвращаться каждый день будем или через день.

Вот и здорово, сразу два вопроса решила. Но всё-таки, уходя, повернулась и грозно сказала

— А Тузика чтобы помыли! Немедленно! Вот Митрич увидит, он вам даст за собачку!

Надо было ехать за Ниной, но что-то я забегалась, и поэтому отправила Варха с коляской. Одета Нина тепло, ехать не так и далеко, не успеет замёрзнуть. Приедет, и будем обедать. А мне надо какое-то время побыть в тишине и спокойствии, разложить все мысли по полочкам, побыть с ребенком. Может, оно и модно, когда мать все препоручает нянькам и гувернанткам, дитё только с выставочной целью показывает, но я так не могу.

Пока была на улице, решила заодно и пройтись по всем нашим хозяйствам. У инженеров я уже была, теперь загляну в следующий сарай. Ага, сюда Митрич перенес работы с овечьей шерстью. Осенняя стрижка была успешной, вон какие кипы промытой и подготовленной к прядению шерсти лежат! Такие яркие и сочные цвета! А вот пуха надо у Митрича позаимствовать — будет время, надо будет и Любашке связать костюмчик, и ребенку, будущему самого Митрича, и у королевы намечается ещё один принц. Так что реквизирую я, однако голубой и розовый козий пух. Вот, сразу вспомнила, по ассоциации. Надо ещё озаботиться гусиным пухом для комбинезончиков малышам. У дочки есть, ещё на Земле купила, а местным будущим малышам тоже надо. Далее следовали загоны с крупным рогатым скотом, открытый выгул для птиц, по которому важно ходили уже очередные "птички" — Клава и Петя и их подросший летний выводок. Я, на всякий случай, дипломатично обошла их по широкой дуге.

Далее небольшой мосток, наш пляж, сейчас заваленный снегом. Чуть подалее знаменитые пруды Митрича, возле небольших прудиков, а по-моему, просто больших луж я и увидела суетящегося Трофима.

— Митрич, ну, как дела у тебя в рыбоводстве? Я боялась, что с этими погонями всех рыбок взбаламутим, и погибнут они.

Митрич повернулся ко мне от своих прудов и возбуждённо заговорил.

— Нет, Аня, они не только не погибли, ни один малек, так и растут не по дням, а по часам! Не знаю, породу такую вывели или магия перехода так на них подействовала, вот сама смотри.

И он ловко выцепил сачком какую-то мелкую рыбешку. Я лично разницы никакой не видела, между тем, каких мальков получили на рыбзаводе и между этими, потому, что в контейнеры с рыбками не заглядывала. О чем честно и сказала Митричу. Тот явно огорчился моей дремучести и сообщил мне какие-то цифры до миллиграмма. Мне это ни о чем не говорило, но раз Митрич в восторге, то я поддержу его в этой радости, а несчастную рыбку пусть скорее возвращает в родную среду.

Больше я никуда не пошла, так как увидела коляску Варха, направляющуюся вместе с лошадью в конюшню. Значит, Нина приехала. И я поспешила в дом.

В доме нашла Сему и сказала, что транспорт готов, завтра могут выдвигаться. Сема спокойно кивнул, сказал, что одежду он приготовил, инструменты тоже собрали, некоторые реактивы дала Нина. Сейчас соберёт нужные карты и завтра с утра можно ехать.

После обеда немного отдохнула, пообщалась с дочкой и пошла в свою лабораторию, вниз. Я так давно там не была. Пока меня не было, Никей своей магией закрыл ее и там никто не бывал. А сейчас все убрано, пыль вытерла, приборы на своих местах, холодильники работают. Все отлично. Проверила запасы лечебных ингредиентов, реактивов. В этот раз я приехала тоже не с пустыми руками, кроме необходимого я ещё запаслась реактивами для проведения анализов крови и мочи. Что-то я просто выпросила у знакомой в клинической лаборатории, что-то по ее же совету купила в магазине "Юный химик". Надо провести сравнительные анализы у новых членов семьи, у ассимилированных землян, у местных, у меня самой и дочки, как не жаль кроху. Самые первые данные анализов четырёхлетней давности у меня все тщательно записаны. Только успела зафиксировать на стекле препараты из своей собственной крови, как в лабораторию, коротко постучав по косяку двери, вошла Нина. Вот, к месту, и у нее возьму кровь на анализ.

— Как дела, Нина? Как там малыш? Раскашлялся нормально?

Нина задумчиво улыбнулась.

— Малыш просто чудо, жаль, никто особо не заморачивался его существованием. Отец все время работе посвящал, лишь бы дома меньше бывать, мамаша занималась исключительно собой, а ребенка отдали на воспитание гувернантке последний год. До этого у него няня была, так малыш, рассказывая о ней, часто сбивался и называл ее мамой, видно, любила она мальчика. А потом, по моде, взяли гувернантку. Так она уволилась на следующий день, как сбежала хозяйка. Вот за малышом и следила просто прислуга, кто как может, а он убежал от них и бегал полуодетый по парку, маму искал, кто-то сказал ему, что мать его бросила. А ещё мадам мэрша увлекалась особым столичным питанием, наняла особого повара, точнее повариху. Вот она эту бурду и готовила. Данька никак не хотел это есть, плакал, а матушка наказывала его за то, что не ест. Отец старался не есть дома, а когда приходилось, через силу ел. В общем, выгнала я эту повариху. Она там хотела поскандалить, но у меня вот забалуешь!

И сестра показала сжатый кулачок. Кто бы сомневался. Но тут же печально закончила.

— Теперь вот думаю, кто же им ужин приготовит? Как думаешь, что тут можно придумать?

Вздохнув, я поднялась из-за стола. — Пойдем на кухню, попробуем решить этот вопрос.

На кухне я спросила у наших поваров, не могли бы они порекомендовать приличную женщину, умеющую готовить, для работы на кухне терца? Мия и Брукса задумались. Потом Мия твердо сказала, что она сама не хочет уходить от нас, а подходящих знакомых у нее здесь нет. А вот Брукса замялась и неуверенно произнесла.

— Если Ваша Светлость, леди Анна не возражает, я могла бы там поработать. А на свое место я могла бы предложить мою старшую сестру. Она неплохо готовит, замужем, есть ребенок один, но со свекровью ужиться не может никак. А мне там до дома близко, мать у нас уже старая, ей помощь необходима. Часто проведывать буду.

Тогда так и решили, сейчас Брукса едет в дом к терцу, готовит ужин, завтра соберёт здесь свои вещи, а сюда придет ее сестра. Сегодня ее работу временно возьмут на себя другие наши повара.

Может, так тоже лучше будет, надо людям профессионально расти и должность выше и оплата неплохая. Вот вечером ещё съездим, посмотрим на мальчика, сделаю инъекцию и проверю, как там Брукса. А пока через Никея передам Варху, чтобы отвез ее в дом терца.

Когда вечером мы приехали в дом терца, чтобы осмотреть малыша, то увидели, что Брукса отвоевывает свое право работать на кухне. Возражала экономка, высокая, сухопарая женщина с сурово поджатыми губами. Для полноты образа не хватало только пучка волос на голове и круглых очков. Возражала она на тему того, что и повара и ее саму принимала на работу сама хозяйка, и увольнять ее никто не имеет права, только хозяйка. И никто не имеет права отменять установленное хозяйкой меню.

Я даже удивилась, как Нина все выслушала спокойно, затем, не повышая голоса, также ровно и размеренно сказала.

— Я вас выслушала. А теперь, чтобы через десять минут духа вашего в доме не было. Все распоряжения об увольнении вас и повара получите в письменном виде, от терца Алесандро, вместе с расчетом. После того, как я проверю расходные книги. Касается всех, кто не согласен с изменениями в доме, прошу на выход. Расчет завтра. После обеда ожидаю всех за расчетом.

Повернувшись к экономике спиной, сестра двинулась в сторону кухни. Мадам экономка осталась стоять в холле, молча открывая и закрывая рот, как рыба, вытащенная из глубины вод. Проходя мимо нее, вслед за Ниной (ни за что вторую серию не пропущу!) в сторону кухни, я негромко заметила экономке.

— Вы зря не стойте, тира, время пошло, не соберётесь, через десять минут вас выставят, в чем есть.

На кухне продолжались работы по смене власти в этом доме. В углу кухни испуганно жались служанки, расстроенная Брукса с красными пятнами на щеках торопливо осматривала плиту, посуду, проверяла наличие продуктов в ларях. У стола стояла точная копия мадам экономки — те же блеклые волосы и глаза, та же сухопарость и брезгливо поджатые губы. Нина как раз обращалась именно к ней.

— Я вам ещё днём сказала, чтобы вас здесь больше не было! Так что, с песней на выход! А вы все запомните — тира Брукса теперь у вас главный повар! И делать вы будете то, что она велит. А не эти две дамы!

Нина невежливо ткнула пальцем в сторону экс-повара. Двойник экономки (Мирка потом сказала, что они сестры), высоко вскинув голову и ещё сильнее поджав губы, двинулась в холл, чтобы отбыть вместе с сестрою. Брукса сожалеюще произнесла.

— Леди Нина, я успею к ужину только пюре картофельное сварить, фарш нашла, сейчас котлет поджарю. А яблочный пирог мне Тильда из дому дала, испечь я ничего не успею, и салат тоже не успею сделать. Если бы меня сразу допустили к готовке, то я бы успела, а так… а малышу, наверное, паровые котлетки сделать, да? И морсу ягодного сварить?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Меню для ужина мы одобрили и пошли к малышу. Там пробыли ещё час, я осматривала и лечила ребенка, Нина рассказывала ему сказку. Выздоровление малыша шло весьма неплохо, завтра посмотрю, возможно, отменю антибиотики, оставлю лечебные отвары, можно ещё поправить микрофлору кишечника. Как раз Мирка принесла поднос с ужином для Даньки и начала кормить его, точнее, ел он сам, просто помогала, чтобы не испачкался сам, и постельное белье осталось чистым. Ел малыш с аппетитом, что тоже говорило об улучшении самочувствия. Только мы собрались уходить, как снизу послышались голоса. Прибыл терц Алесандро.

Нинуля поправила прическу, одернула платье, в общем, прихорошилась и двинулась навстречу терцу.

Пока я собрала свой чемодан, пока попрощалась с Даней, спустилась в холл, там уже проходила тактическая операция "Штурм и натиск» — то есть Нинуля вовсю охмуряла терца, то что-то щебеча и наивно хлопая голубыми глазками, то возвысив голос, сердито и гневно выговаривая нечто терцу. А бедный, оголодавший и замотанный мужик, жадно принюхивался к запахам, доносящимся из столовой, где прислуга уже закончила только что накрывать на стол. Аромат жареных котлеток доносился из-за приоткрытой двери, вызывая слюноотделение даже у меня, что там говорить про терца. В общем, он, почти не слушая Нину, кивал головой и был согласен на все. Чуть было не рванул следом за служанкой, которая в этот момент как раз пробегала мимо него в столовую с большим ломтем горячего яблочного пирога на блюде. Но Нину так легко было не сдвинуть с дороги.

Знаю сестрицу, если уж она вцепится во что-то, то все, как бультерьер, ни за что челюсти не разожмет.

Поэтому, проводив пирог горестным взглядом, терц поплелся в свой кабинет с Ниночкой на буксире. Правда, долго они там не задержались, терц, подгоняемый голодом, быстро подписал все распоряжения, что предъявила Нина, и отдал ей для проверки хозяйственные домашние книги.

Разошлись довольные все, я — от просмотренного спектакля. Нина, прижимая к груди бумаги и книги, как отвоёванный трофей. Терц отбыл на долгожданную встречу с котлетами.

Так и пошло у нас дальше — все занялись своими делами. Маленький Дан, выздоровел, наконец. Но Нина все никак не могла расстаться с ним, частенько заглядывала в дом терца, прислуга уже постепенно начала воспринимать ее как человека, который имеет полное право распоряжаться. Сам терц Алесандро ничего обратного не говорил и, по всеобщему умолчанию, Нина продолжала распоряжаться в его доме. Расходные хозяйственные книги терца Нина при помощи нашего Макса проверила. Как потом сказал Макс, даже с некоторым восхищением в голосе, воровали там совсем даже не — детски. Неудивительно, что с финансами у терца в доме было не совсем благополучно. Странно, потому что за городской казной терц следил очень тщательно и всегда искал более выгодный вариант для городского бюджета. И, как выяснилось, вовсе даже не присваивал из казны деньги. А домашними расходами, очевидно, занималась его супруга, тира Алиссия. И тоже не ограничивала себя в личных расходах. А перед побегом и вовсе опустошила весь месячный бюджет семьи. Так что ни экономка, ни повар никакого расчета не получили, а терцу и Нина и Макс посоветовали обратиться в службу правопорядка, может, удастся вытребовать с воришек украденное. Терц сказал, что подумает. Я его отчасти понимала — ему было стыдно, что его обманули в собственном доме, ещё не успел утихнуть скандал с побегом жены, как вновь происшествие в его доме.

Пару раз Нина привозила закутанного в кучу теплых одежек Даньку к нам в гости, чтобы он поиграл с нашей малышней — Маруськой и Дилем. В доброжелательности Диля мы и не сомневались, но вот хулиганистость Машки беспокоила заранее. Но, оказалось, мы зря беспокоились. И Диль и Маша приняли нового товарища по играм хорошо. Показывали ему свои игрушки, активно усаживали мальчика с собой за стол. Вначале Даня стеснялся, разговаривал с нашими чуть ли не шепотом, но постепенно освоился и бегал по детской вместе с ними. Мирка, возведённая пока в высокий ранг няни, едва успевала за малышней. Гувернантку для наших деток Варя нашла, это была вполне милая девушка, выпускница обычного, не магического колледжа. Пока им должно хватить, а после семи лет все равно пойдут в школу.

При этом Нина успевала заниматься в своей химической лаборатории, строить какой-то стимпанк с нашими инженерами в их мастерской (как мне сказали, это будет установка для производства бензина), и успевать воспитывать двоих младших детей. Периодически грозясь перейти к физическим методам воспитания для старшего ребенка. Тот пока всерьез такой произвол со стороны матери не воспринимал, по-моему, зря. А младшие в Нине души не чаяли. Ну, Вера-то понятно, но и наш неудавшийся "крутой пасан" Витяй тоже смотрел Нине в рот и слушался ее беспрекословно. И однажды я сама нечаянно увидела и услышала, как Витёк на какую-то просьбу Нины ответил: — Хорошо, мама.

Мальчишка ушел, а я увидела, как у сестры в глазах стоят слезы. Всё-таки, какое большое у моей Нинули сердце — для всех там нашлось местечко.

У ребят тоже неплохо шли дела — перед новым годом у них будет первый зачёт по владению магией. Все правильно, надо уметь контролировать себя, чтобы не быть опасными для окружающих и себя. Они по полдня сидели в библиотеке, обложившись учебниками. Я, честно говоря, даже думала, что привыкший к бесконтрольности в учебе Витёк начнет халтурить, но нет, он учился упорно, вопросов для учителей он выписывал на листок даже больше, чем Вера. Мы так и не выяснили, кстати, что за магия будет у нее, все скрыто пока. А вот Витя однозначно поисковик. Я не раз видела, как он тренировался — Вера прятала в доме какую-то вещь, а он потом ее находил. Даже Колян, наш известный растеряха, прознав, что у младшего брата такая редкая магия, уже несколько раз прибегал с просьбой найти ему очередную потерянную фигню. Дар пока завидовал изо всех сил, но грозно нахмуренное лицо Нинули останавливало его от получения столь ценного сотрудника.

Любочка тоже росла, как и положено малышам ее возраста. И все яснее становилось — растет папина дочка. Любашка не только была внешне похожа на папу, но и характером пойдет в него. Мытьём, то есть вытьем, или катаньем, но она добивалась того, что она желала в данный момент, например, чтобы папа взял ее на ручки и маршировал с ней по комнате, напевая ей песенки и страшно фальшивя при этом. Но ее все устраивало, главное, на ручках у папы. Музыкальным слухом ее мироздание точно обделило.

У нас с Даром тоже все было хорошо. Дождавшись своего восстановления после родов, я таки дала ему возможность заценить свое земное бельишко. И слов "Вау!" я тоже дождалась. И, собирая утром некоторые части своего туалета в самых неожиданных местах нашей спальни, тихо радовалась, что хоть стринги не на люстре, уже хорошо.

Наши геологические экспедиции уже принесли одно открытие, правда не то, что мы очень сильно ждали — Сема с парнями нашли большое месторождение огнеупорной глины. Значит, весной подумаем насчёт кирпичного заводика, а пока можно готовить оборудование, рабочих обучать. Тем более, вся инфа по производству кирпича и черепицы у нас имелась на флешках. Но мы ждали нефть. Или каменный уголь.

Новый год неумолимо приближался, подготовка к обустройству снежного городка и праздничной ели, возле торгового центра тоже шла полным ходом. Зорян нашел подходящее дерево в ближнем лесу, на днях должны пересадить его. Завтра вернётся из поездки с Семой, Петя и подготовит грунт для пересадки, то есть подогреет его. А дальше дело магов земли и воды.

Нину я сегодня нашла у ребят в мастерской. Она вместе с обоими сыновьями — старшим и младшим, копошились вокруг какой-то странной установки, похожей на гигантский самовар. Даже не представляю, для чего это сооружение предназначено. Но мастерили они это все азартно, ухитряясь ещё, и покрикивать друг на друга. Для Нины и Коли это привычная вещь, но Витек-то как освоился! Все время, которое оставалось у него от учебы, он старался находиться неподалеку от старшего брата, тут даже в экспедицию с ним на пару дней выпросился. Вот что значит, смена приоритета и примера взрослых. Теперь сам Витёк даже не вспоминает, что когда-то его кумирами были бандиты. Сейчас он четко понимает хорошо — плохо, разницу между уличным воспитанием и жизнью в любящей семье. Теперь у него в планах за эти полгода окончить магическую школу и поступить в Магическую академию. Вместе с Верой, конечно. Одно время я беспокоилась, как бы нам не получить юных Ромео и Джульетту, но сейчас убедилась — у ребят только родственные отношения. Ну и ладно, маленькие ещё, найдут каждый свою судьбу.

Всё-таки любопытство заставило задать вопрос, не утерпела я.

— Ну, и скажите мне, что это у вас за антилопа-гну? Для чего вам этот самовар-переросток?

Коля засмеялся.

— Ань, ну ты угадала! В Чечне, в Азербайджане при нелегальной добыче нефти и ее самопальной перегонки на бензины, эти аппараты и называются самоварами. Вот, сооружаем установку для получения бензина. У вас в Шниве уже на дне плещется в баке, хоть и ездите вы редко и только по городу. Вот, хотели сюрприз сделать.

— Ага, а перегонять будешь молоко, не иначе. Вначале надо нефть найти — пробурчала я.

— Так Семён нашел уже. Правда, с близким залеганием только пока одно месторождение и небольшое, есть большие, но там залегание нефтеносных слоев более глубоко. Сложная добыча, в общем. Но и с небольшого нам хватит, нефтеперегонный завод не собираемся открывать. Ты просто не видела, но мужики на Шишиге прицеп приволокли, со здоровенной ёмкостью, с разведочной скважины накачали. Надеюсь, хватит на бочку бензина, а то и в Шишиге последняя горючка. Вот, ждём-с…

А я вспомнила, зачем я приходила к ним.

— Так, голуби мои, а как у нас с ледяными фигурами и горками?

Коля пожал плечами.

— Да нормально, я уже начертил все фигуры, просчитал горки. Мы решили, что надо две их делать, для больших и для маленьких деток. Тем более что нынче со мной будут работать и маги и ремесленники, мы со всем управимся. Площадка готова, сегодня вечером приедут наши "нефтяники", а завтра и займёмся сразу всем. Запустим только установку и поедем, а здесь мама останется и Сема, справятся с перегонкой.

Получив ответ на интересующий меня вопрос, пошла в дом, точнее, в амбулаторию. Послеобеденный прием больных я взяла на себя, чтобы снизить нагрузку на Виту и дать ей возможность для работы на кафедре педиатрии.

Жизнь в доме шла по накатанной, как будто и не было моего восьмимесячного отсутствия. Жарилось — пеклось на кухне, пробегали периодически горничные с тряпками, наводя лоск в доме. Так же везде незримо присутствовал невозмутимый Никей, у которого, казалось, есть ответы на все вопросы. Мая наверху напевала что-то для Любашки. Так хорошо и уютно было в доме. Дариан теперь старался вернуться из своего ведомства вовремя, знал, что его ждут дома. И только в случае непредвиденной задержки отправлял весточку через почтовую шкатулку. И ещё один вопрос уже начинал обостряться. Мне, как "сертифицированному" магу не надо было приносить клятвы королю, а вот нашим новеньким иномирцам придется. То есть назревает официальное посещение королевского дворца. Надо готовить официальные костюмы, платья, драгоценности.

К вечеру прибыла наша геологическая экспедиция. Зашли они в дом, резко воняя смесью непередаваемых "ароматов" солярки, мазута, нефти, но сияли медными пятаками… Коля, уже с полчаса нервно вытаптывающий дорожку в паркете холла кинулся к ним, тормозя и закидывая вопросами.

— Ну, что? Получилось? Сумели раскачать скважину? Накачали ёмкость? Нефть какая, лёгкая, тяжёлая?

Мне показалось, что Колян даже приплясывал от нетерпения. А мужики, важности полны, показывали грязные руки и "ароматную" одежду, обещали рассказать все, когда приведут себя в порядок. Пока Варя не заметила ехидно.

— Ага, принять ванну, выпить чашечку кофЭ… щас как дам! Тебя спрашивают, как человека, так и отвечай!

Петька шутливо прикрывал голову руками и радостно смеялся. Сема посмотрел на этот балаган и серьезно сказал.

— Да не переживайте, все нормально, на одну перегонку мы набрали, там скважина всего метров пятнадцать глубиной и проходит через материковые глины, это практически труба. Нефть здесь как наша северная, светлая. Так что тяжёлых отходов типа мазута не будет, Если Нина найдет из чего сделать присадки, можно будет хоть автол какой-нибудь сделать. Завтра попробуем с Ниной перегонку сделать, я когда-то на Северном Кавказе видал такое. А пока и правда, мы бы помылись. И есть уж больно хочется, мы сразу, как накачали, домой поехали, даже не перекусили, да и ехали осторожно, боялись, что центровка нарушена прицепом, опрокинет нас, да и дороги там нет, одни направления. И темнеть уже начало.

Они ушли, а мы, радостно гомоня, двинулись в столовую, поджидая наших нефтедобытчиков. Ну, одна проблема с плеч долой. Преимущество легковой машины перед открытой коляской неоспоримо. Да и уже опять привыкла за эти месяцы к автомобилю.

Дар, конечно, видел наши машины, но издали, особо ими он не интересовался, вообще, от техники он был далек. Но и Его Величеству мы тоже их не демонстрировали, ибо сразу же услышали фирменное "А почему у меня этого нет?". Теперь вопрос с горючим решен, металл можно подобрать. Ну, нет пластика, кожи "молодого дерматина", композитных материалов, так первые автомобили вообще были полностью натуральными, включая деревянные кабины. Осталось только найти каучук для шин. Надо расспросить Дариана, нашего приятеля купца Визента, может они слышали или видели, что есть места на планете, где растут деревья с липким и тянущимся соком, гевеи, в общем. Хотя резины я пока в этом мире не встречала. Но после того как я увидела наш "нефтесамовар", уверена, Ниночка сделает резину, только дайте ей каучук!

После ужина нас всех ожидал сюрприз, да ещё какой!! Кстати, Дар успел к ужину и сейчас вместе с нами сидел в гостиной, баюкая на руках дремлющую Любашку. Мы болтали о том, о сем. Решили, что на аудиенцию к королю с нашими новенькими пойдет ещё, кроме нас с Дарианом, и Коля. Граф Трум беспокоился о своей разросшейся семье.

И тут тихонько приоткрылась дверь и в гостиную вслед за Верочкой вошла наша кошка Мурка. Рты у всех присутствующих приоткрылись от изумления. Я вообще видела ее давно, почти тогда, когда мы все приехали домой. Она находилась все время в комнате у Веры, выращивая своих котят. Когда я видела последний раз Мурку, это была маленькая, худенькая кошечка шпротной расцветки, то есть в полосочку и странноватого серовато-зеленоватого оттенка.

А тут… за Верой шла брутального вида кошара, чуть уступающая по размерам рыси. Дойдя до середины гостиной, она села копилкой и внимательно осмотрела нас всех своими ярко-зелеными глазами. Следом за ней в гостиную тихо просочилась стая котят. Или прайд? Не знаю, как правильно. В общем, толпа разноцветных котят окружили мать и сидели тихонько, только чуть подрагивая хвостиками. Вот они-то и были размерами с Мурку, месяцем назад. Расцветки котятки оказались самой разной. Их было пять.

Черный котенок, черный с белой манишкой и носочками, рыженький, дымчато-серый и пятый, шпротной в полоску расцветки. Ещё раз, внимательно оглядев нас всех, Мурка взяла зубами за шкирку дымчатого котенка и без усилий принесла котенка и положила его на колени Дариану, у которого на руках как раз засуетилась дремавшая до этого момента Любочка. Мы сидели, замерев от неожиданности и непонятности происходящего. Маруська, находящаяся тоже здесь вместе со своим другом Дилем нетерпеливо взвизгнула. Как мне показалось, кошка строго глянула на торопыгу, Маруся притихнула. Ей достался рыженький котенок. Манюня схватила его, прижала его к себе, но не придавила, а просто держала котенка, наглаживая его шкурку. Третий котенок, шпротной расцветки, достался доброму малышу Дилю. Он неверяще смотрел то на котенка, то на нас, то на присутствующего здесь Никея. Тот согласно кивнул головой и Диль очень бережно взял котенка, который что-то успокаивающе мурчал у него на руках. Чисто черный котенок достался, как вы думаете кому? Витьку!! Ещё раз, оглядев нас и своих котят, Мурка повернулась и пошла на выход, подталкивая лапой впереди себя черного с белым котенка.

От неожиданности ситуации я брякнула.

— Этот котенок для кого-то другого?

Как будто кошка могла меня понять. Но, к моему удивлению, Мурка повернулась и медленно кивнула головой. Так мы и сидели почти, не дыша, пока Мурка с оставшимся котёнком не покинули нас.

Тишину нарушил Коля.

— Интересно, что это было сейчас? Мурка подарила нам котят, но не всем, а по какому-то особому выбору. Я ещё мог бы понять, что она подарила их детям, но Витёк ведь почти взрослый. И ещё один кошачок, кому-то другому предназначен. Вот почему-то мне кажется, что он для принца Филиппа. А вы заметили, как вымахали котята и сама Мурка? И ещё мне кажется, что она все понимала. Как так получилось, Вера?

Та беспомощно пожала плечами. Ответила Коле я, у меня появились кое-какие догадки.

— Помните, что мироздание сделало, когда мы первый раз провалились сюда? Именно новорожденную Марусю наградило сильнейшей магией. Теперь вот наша Любашка. Но кроме меня с дочкой в момент перехода, в машине находилась и Мурка с новорожденным котятами. Вот мне кажется, что и их всех зацепило краем. И мне кажется, что это не просто так кошка подарила своих котят. Этим детям и не детям — я, улыбнувшись, взглянула на Витька — нужна будет защита. Вы посмотрите, какие они здоровые, прямо боевые коты!

Уже когда расходились из гостиной, мы по своим покоям, пришедшие гости возвращались по своим домам, я обратила внимание, что котята послушно двинулись вслед за своими юными хозяевами. Перед выходом из дома Варя и Петя подхватили своих котят и сунули их себе за пазуху, чтобы те не морозили лапки по снегу. Причем и Маруся и Диль внимательно следили, чтобы их пушистые друзья не потерялись, и не остались в нашем доме. Но котята спокойно сидели у родителей Маруси на груди и не делали попыток вырваться.

Интереснее было наблюдать за Витьком. Поначалу он был в недоумении и даже какой-то обиде — почему ему, как малышу, подарили котенка? Ведь он же взрослый! Но когда я сказала, что это прямо боевые коты, Витька даже приосанился — не у каждого есть боевой кот! А в этом мире я вообще таких не видела. Но некоторая растерянность все равно присутствовала, видимо, раньше у него никогда не было котенка, и он не знал, что с ним надо делать. Пришлось мне определить и пол котенка и дать инструкцию по пользованию животным. Это оказался кот, Витя сказал, что назовет его Чернышом. Коту это имя подходило. Жить он будет у него в комнате, а "столоваться" на кухне, там надо отвести небольшой уголок для кормления животных. Кстати, в отличие от Мурки, котята не проявляли никакой агрессии по отношению к Клеопатре, тоже присутствующей здесь вместе с Семёном. Отправлять жить ее на улице с Белкой и Тузиком мы не стали, это всё-таки домашняя собачонка. Нашего, то есть Любашиного, котенка я тоже осмотрела. Это была кошечка, назвали ее Дымка. Вначале мы понесли дочку в детскую, чтобы Мая уложила ее спать. Дымка послушно потрусила следом за нами. Я вначале посомневалась, не залезет ли она в кроватку к Любаше, но кошечка воспитанно устроилась под кроваткой дочки. Пришлось позвать Никея и попросить организовать Дымке спальное место — коврик, подушечку какую-нибудь.

На этом сегодняшние сюрпризы и плюшки в виде добытой нефти закончились. Завтра будет новый день и новые заботы.

Утром, едва позавтракав, наши сорвались в ту мастерскую, где установили "нефтесамовар". Парни закачивали привезенную нефть в перегонный бак, Нина и Семён внимательно наблюдали за процессом, чтобы нигде не накосячить, прямого опыта перегонки все-таки ни у кого не было. Потом парни и Варя перемещаются в ближний лесок за нужным нам праздничным деревом. И затем уже на площадку к торговому центру. Там подготовили место для ели, лестницы для развешивания игрушек, гирлянд. Поделки из Ремесленной школы, из обычной и Магической школ тоже уже привезли в торговый центр.

Макс отчитался, что комплектацию подарков уже начали, жаль, что пока нет таких красивых упаковочных пакетиков, как на Земле. Это он увидел использованные упаковки из-под Любашкиных подгузников… они же яркие. Но мы и ранее разговаривали со своими на сходную тему. Не хотелось бы такой экологически чистый мир загрязнять высокой химией и поэтому, надеюсь, до свалок с полиэтиленовыми пакетами дело не дойдет. А вот упаковку, типа крафт-бумаги, только с рисунком, вполне можно использовать. В моем, далёком уже, советском детстве, новогодние подарки бывали именно в таких пакетах. Надо подумать, если закупить такие простые пакеты, а Кируна сделает один штамп-образец, то шлёпать штампом по кульку может, да хоть уборщица. Доплатить за дополнительную работу, да и все. Надо обсудить этот вопрос с Ниной и Максом, не откладывая дело в далёкий ящик. Времени почти не осталось.

Пока там народ занимается горючим, у меня тоже было важное дело. Ещё вчера те, кто идёт к королю на аудиенцию, примерно обозначили свои пожелания насчёт будущих нарядов. Нам с Ниной было проще всех — мы, предвидя такой исход, приобрели несколько разных вечерних туалетов известных российских модельеров (зарубежные, увы! были нам не по карману), специально ездили за ними в областной центр. А вот Верочке мы что-то пролетели с подобным. Покупали ей одежду в основном тинейджерскую. Хорошо, хоть туфли ей хорошие купили. Ну, а для наших "приблудышей" надо полностью достойные костюмы шить. И обувь подбирать. И Коляну новый смокинг пошить тоже. Вот с утра и двинулась к Люсии.

Ее нашла в швейке в полной счастливой прострации, раскроечный стол ей уже установили, Коля отрегулировал ей машинку-оверлог. А еще Люсия опробовала машинку для вышивок. Полный восторг и счастье!! Выслушав все хвалебные отклики, мы стали вытаскивать на свет из "закромов Родины" все наши стратегические запасы тканей. И начался мучительный выбор. Ясно, мужчины все хотели потемнее, но не обрядишь ведь всех в чёрное? Пришлось выкручивать свою фантазию досуха, но смогли — таки подобрать для всех. Теперь надо выбрать ткань на платье для Веры. И тут в мастерскую влетела запыхавшаяся Варвара

— Ой, вы ещё не все окончательно решили? Мы вот вспомнили, что там вечером будет ещё и бал небольшой, а мы давно с Петькой не танцевали. Мы передумали, мы тоже идём с вами! На аудиенцию не пойдем, а на бал обязательно! Я написала Дару, обещал сегодня принести пригласительные. Митрича спросила, но они не пойдут из-за состояния Клиппы, стесняется она. Так что и мне платье и Пете костюм надо! Потом все вместе к Тарду съездим.

И, эта песня хороша, начинай сначала!! В общем, к обеду мы с нарядами закончили. Как раз и наши "нефтяники" явились из своей мастерской имени Держибли. Довольные были… как коты, спершие у кухарки килограмм мяса. Пошел бензин!

Вслух же озвучили, что как только получат необходимое количество горючего, то опять двинут на дальнейшую разведку полезных ископаемых. Теперь хотят проехать ближе к горам, разведать, что там может быть. Сейчас нас интересует каменный уголь. Вырубать бесконтрольно деревья в долине не стоит, а для отопления города дров надо много. Конечно, санитарные рубки необходимы, так же, как и очистка леса от валежника, чтобы не было пожаров. Но и леса надо сохранять. Но пока не стоит загадывать, вначале надо найти этот энергетический уголь.

Кстати, у меня появился вопрос — а почему они передвигаются на машине, а не пользуются порталом? Снисходительно хмыкнув, мне объяснили, что при пользовании порталом в неизвестное место, без определенной привязки, можно угодить на вершину горы, или макушку дерева, в озеро или реку. И магические всплески от сработавшего портала сильно сбивают настройки геомагии самого Семы. То есть, мешают ему чувствовать нахождение пород вокруг. Надо же, какой чувствительный. Я с уважением покосилась на нашего геолога.

После обеда опять у всех свои дела. Петр, Варя, Николай и Зорян переместились в лес, где Зорян подобрал нужное нам дерево. Нина и Сема опять пошли добывать бензин, я заканчивала послеобеденный прием. Витя и Вера, выполнив сегодняшние задания, сейчас терпеливо подбирали новогодние праздничные песенки на плейлист. Потом Коля приспособит к этому агрегату артефакт-переводчик с русского на местный язык и соединит это все с громкоговорителями в самом торговом центре и на площадке. Громкоговорители сооружали сами наши мастера. Правда, они несколько напоминали таковые времён Великой отечественной войны, помните из военных фильмов — зима, снег, холод, на столбе репродуктор, здоровая металлическая труба, люди вокруг столба и из того громкоговорителя доносится "Внимание! Внимание! Говорит Москва!" Ну и ладно, пусть неказисто, зато громко и весело.

Решили ехать на площадку все, за исключением "бензиновых королей", да Митрич с Клиппой остались в стороне, он все беспокоится, чтобы, где случайно не толкнули жену в толпе, или вдруг сама поскользнется. Его б воля, он бы укутал бедную Клиппу в вату, и положил бы в кровать, там ей никакие напасти не грозят. Похоже, этот новый проект Митрича с получением собственного наследника, становится даже чуть важнее для него, чем проект рыбоводства с новыми мальками.

К тому времени, когда я закончила прием, переоделась и ещё раз покормила дочку, в холле уже нетерпеливо переминались Вера с Витей, пыхтела сердито тепло одетая Маруська и спокойно сидел в кресле Диль, баюкая на ручках свою Шпротку. Машкин Рыжик, также как и хозяйка, суетливо вертелся у ее ног. Гувернантка детей поправляла шарфики и рукавички у малышей. А вот Витёк явно был растерян, не знал, что делать. Его Черныш решительно был не намерен выпускать хозяина из дома без его, кошачьего, присмотра.

Я, стараясь сохранить серьезный вид, посоветовала счастливым кошко-владельцам на улице брать своих питомцев на руки, а в помещении пусть ходят лапками. Поэтому, подхватив кошек на руки, все гурьбой высыпали на улицу, где уже стояла прогретая Шнива. После того, как мы освободили багажник у легковушки, парни поставили в нее пару дополнительных сидений и теперь все умещались в нее. Пока ехали, я вспоминала недавний разговор с Варварой. Когда они наняли гувернантку для Маруси, Варя обмолвилась, что и Диль тоже учится вместе с ней. Я тогда спросила ее.

— Варюша, Диль, конечно, славный малыш, но он ведь домовёнок, зачем ему человеческое образование? Он и так уже внешне ничем не походит на домового, не зная, и не поймёшь сразу.

Варя абсолютно искренне возмутилась.

— Ну, так что, не человек, и что теперь? Ему тоже образование нужно! И попробуй Машку разлучить с Дилем! Она же без него ни есть, ни играть, ни учиться, ни спать! Диль, конечно, постарше ее, значит, умнее, а Маша за ним тянется. А он, в игре, учит ее человеческим качествам — доброте, умению не жадничать, сочувствовать, поделиться чем-то с другом, убрать за собой игрушки. Да я благодарна Дилю за Машку! Она намного спокойнее стала. Вот меня только беспокоит то, что вскоре у нее начнет прорываться спонтанная магия, как с этим справляться будем? Диль целый день с нею, только на ночь уходит к родителям, и то не всегда. А на дневной сон, кроватка для него и так стоит в спальне Маруськиной. Я уже спрашивала и Атона и Ветану, не возражают ли они. Атон сказал, что магии домовых он все равно понемногу Диля учит, а человеческое образование ему не повредит. Ветане сейчас и так тяжело, они ещё одного малыша ждут, а дети, все равно, спокойные они или нет, им надо бегать, играть, шумные. А я только рада. Да мы и так ничем не выделяем Машу, что она человек, а Диль нет. Главное — он ее друг!

Честно говоря, это была провокация. Меня просто беспокоила судьба парнишки, его очень близкая связь с человеческим детёнышем, чтобы в будущем не получил горя и обиды на людей. Но все в порядке, в семье Варвары к маленькому домовёнку относятся как к обычному человеческому ребенку и любят точно так же. Игрушки, сладости, развлечения, теперь учеба — все пополам. Иногда удивляюсь Варе — ведь совсем молодая ещё, а сколько в ней мудрости. Или это детдомовское прошлое в ней отзывается. Но как бы то ни было, теперь я спокойна и за домовёнка и за шкодливую Маруську.

Приехав на площадку у торгового центра, наших магов мы обнаружили там. В центре была огромная яма. Воду приносили ведрами из центра без всякой магии. Пролив землю, в яму аккуратно поместили большое дерево, расправив его корни, засыпали и плотно утрамбовали грунт вокруг него. Варя и Зоран встали рядышком, держась за руки и что-то беззвучно зашептали, уставившись на дерево невидящим взглядом. Мне, наверное, показалось, но под конец этого действа дерево как — будто кивнуло согласно ветвями. Надеюсь, при помощи магии земли, дерево приживется на этом месте и будет радовать нас не один Новогодний праздник.

По принесенным заранее складным лестницам наверх уже карабкались старшие ученики ремесленной школы и развешивали разные новогодние игрушки, на нижних ветвях этим же занимались младшие ученики. По периметру площадки под Колиным руководством маги-слабосилки и ученики ремесленники делали изо льда и снега различные скульптуры зверюшек, персонажей сказок и просто красивые цветы. Петя и ещё пара взрослых мужчин тянули проводку для громкоговорителей, вешали сами репродукторы и сразу же развешивали магические гирлянды, сияющие разноцветными огоньками. Даже пока без горок и песенок уже было очень красиво.

Но мы начали уже подмерзать и поэтому пошли в торговый центр, согреться, заглянуть в различные магазинчики, посетить наш кафетерий, чтобы выпить горячего какао и съесть вкуснейшие плюшки. На площадке остались только взрослые, которые возились ещё с фигурами и гирляндами. Начинало смеркаться и горящие гирлянды, и вмороженные в некоторые ледяные скульптуры мигающие светодиоды создавали праздничный, и немного сказочный вид всей площадке. Так вот зачем Нина прикупила целый ящик светодиодных лент! В здании центра было тепло, много народу. Котят, наконец, опустили на пол, на собственные лапы. Они шли рядышком с хозяевами, приноровившись, и к широкой походке Витька и мелким шажкам малышей. Народ, разумеется, смотрел во все глаза на нашу странную процессию, да ещё и с кошками.

А мне нужна была Кируна. Значит двигаемся к прилавку с рукоделием.

В магазинчике рукоделия я и застала ее. Она сидела за прилавком, что-то тщательно подсчитывая в тетрадке. Поскольку я ее видела сегодня утром дома, то здороваться не стала, просто поинтересовалась, как дела. Кируна, вздохнув огорчённо, ответила.

— Да в целом неплохо, вот на сувениры раскупили все расписанные кухонные доски, разные туесочки, бочоночки и прочую мелочь. Сейчас со мною работают ещё несколько учеников из ремесленной школы, мы бы смогли бы быстро ещё расписать что-то такое же, так двое мастеров- дедов, с которыми у нас был договор на поставку заготовок под роспись, теперь отсутствуют. Один умер осенью, а вот второй уехал к сыну в другую провинцию. Хоть бы предупредил заранее!

Я предложила.

— Так ты опять сходи в ремесленную школу, не может быть, чтобы там никто с деревом не работал! Вот и дай ребятам заработать. Ну и что, что пока не мастера, научатся как раз! Но у меня к тебе другое дело.

И я изложила Кируне идею про расписанные пакеты для подарков. Она очень заинтересовалась этим. Тут же на листочке набросала несколько рисунков, подходящих под эту тему. А кусок резины для штампа я у парней все равно выцыганю. У Коляна должна остаться резина от колес многострадальной Газельки. Вот пусть даст для штампов кусок. А Максу надо сказать, пусть закупает пакеты, причем сегодня-завтра. А пока мы своей толпою перемещались в направлении кафетерия, проходя вдоль ряда различных магазинчиков я услышала утробный, угрожающий мяв. Резко обернувшись, увидела, как Черныш, весь распушившись до состояния большого черного мохнатого шара с горящими зелёным глазами, теснит испуганного Витька к стенке магазинчика, а сам смотрит в узкое и темное пространство между двумя магазинчиками и утробно завывает" Мяяяяффф!". Пока я сообразила, в чем дело, пока кинулась туда, в том проходе никого уже не было, только покачивалась от сквозняка приоткрытая дверь служебного выхода. Выглянув во двор, я не увидела в сгустившихся сумерках никого. Пожав плечами, вернулась в центр. И не видела, с какой ненавистью следят за нами из-за стоящих неподалеку мусорных баков с лиловкой две пары женских глаз.

Расспросов Витю, узнала следующее-он шел, Черныш мирно трусил где-то в полуметре от парня, как вдруг он затормозил так, что Витя споткнулся о него, чуть не упал. Кот начал шипеть и порывался юркнуть в тот темный проход между магазинчиками. Там явно кто-то был. Но внезапно Черныш перестал рваться туда, а начал грозно завывать и оттеснять парня от того места. При этом он весь распушился, сверкал глазами и заунывно и угрожающе при этом завывая "Мяяяфф!". Конечно, Витя испугался, а кто не испугался бы, увидев такой разгон от милого котика до грозного хищника со стальными клыками и когтями..

Вечером выбирали драгоценности для визита во дворец. С мужской половиной проблем не возникло — галстучные зажимы, запонки, титульные кольца для Коли и Петра. Нам, девочкам, было гораздо сложнее. Хотя для Веры тоже выбор был ограничен возрастом — небольшие сережки-гвоздики, кулончик на тонкой цепочке да пара заколок — зажимов для волос. А нам троим, надо было подобрать украшения под наши платья. Мне, под мое фиолетовое платье от Том Кляйн, лучше всего подходили бы украшения с александритом, но здесь такого минерала пока не нашли. Поэтому выбирала с аметистами. Наконец, все выбрали, отложили в сейф в кабинете из большой сокровищницы, завтра окончательная примерка, завершающие работы на площадке у торгового центра. А у меня предстоят сессионные экзамены в Академии, Витя и Вера сдают зачёты, и следом новогодние каникулы. Послезавтра аудиенция у короля. Вроде бы и вижусь с Георгом регулярно, и во дворце бываю, но все равно волнуюсь, ну не люблю я эту дворцовую публику.

Вечер накануне королевской аудиенции мы провели дома всей компанией семейной. Варя и Петя, извинившись, ушли рано, чтобы выспаться, у них ещё утром какие-то дела. Коля с Таминой тоже ушли вскоре после ужина. Мы сидели в гостиной, я просматривала письменные работы своих студентов, Дариан о чем-то серьезно беседовал с дочерью, самое смешное, что она его внимательно слушала. Конечно, слушать его и понимать речь не могла, скорее всего, ей нравились вибрации от звуков, возникающие у папы в грудной клетке, когда он говорил, а так все было просто прекрасно — сытая, в сухом подгузнике и у отца на ручках. Я старалась не мешать их тесному междусобойчику. Витя и Верочка гоняли в планшете какую-то игрушку. Нина, сидевшая в кресле неподалеку от меня, что-то вязала яркое. Сказала, что обновку Любашке.

Вообще, я заметила, что в последнее время Нина стала какая-то немного грустная и меня это настораживало. Всегда энергичная, веселая Ниночка как будто притихла, затаилась на время, что-то ее беспокоило. Тихонько, чтобы не привлекать лишнего внимания и не тревожить зря детей я спросила у нее

— Нина, что-то случилось, чего я не знаю? Здоровье у тебя нормальное, я уже проверила, может, что-то с детьми? Что тебя беспокоит, скажи, может, чем-то помочь?

Нина, вздохнув, отложила вязание на колени, помолчала и сказала.

— Да я и сама не знаю. Понимаешь, я всю жизнь хотела спокойной, семейной жизни, чтобы дети были спокойные, муж любящий и внимательный, а я бы им всем обеспечивала уют. Потом заболел Гришенька, предал муж, и оказалась я никому не нужной, с новорожденным Колькой на руках. Чтобы выжить в те годы, пришлось отрастить когти и зубы, обрасти броней, спрятать все свои страхи и слабости за щитом из напористости, командного голоса, умением все и вся организовать. И никого и никогда не интересовало — а хочу ли я этого? Слава Богу, Коля вырос, я за него не боюсь, он точно не будет маменькиным сынком, и мы с ним уважаем друг друга, хоть и странноватым способом, на первый взгляд. А теперь вот мне надо вырастить ещё двоих детей. Но посмотрю на тебя, ты ведь тоже такая же была, у тебя тоже все держалось только на тебе. Не на твоём же Сереженьке-зайчике. А вот сейчас вижу, как ты изменилась, у тебя есть надёжное мужское плечо, которое всегда рады тебе подставить, да и ты стала мягче, добрее. И из глаз ушли эти два пистолетных ствола в зрачках. Я тоже так хочу. Не знаю, получится ли у меня доверять так мужчине. После предательства отца моих сыновей я так и не смогла поверить никому. А теперь боюсь снять броню и уйти с войны в этой жизни. Думаю, ты меня поняла.

Из всего сказанного сестрой я поняла главное — возможно, появился у нее кто-то, или вот-вот может появиться, кому она хочет поверить, но боится. Не буду ее пытать, захочет — сама расскажет, мы люди взрослые. Но Нине я безмерно благодарна за то, что все эти месяцы она была со мной, не дала скатиться в пучину отчаянья, не позволила натворить ненужного и опасного, постоянно поддерживала и подбадривала, несмотря на свой страх расстаться с сыном навсегда, ни разу не обмолвилась об этом.

Да и что там душой кривить — львиная доля привезенного добра найдена и куплена именно Ниной, где-то выменяна, где-то взята на работе. Без нее мне бы там не справиться. И теперь моя очередь подставить сестре плечо.

Сама аудиенция ничего особо нового для нас не принесла, мы это все проходили. Новички наши короля уже тоже видели у нас за ужином, правда, теперь он был при королевских регалиях. О способностях новичков Дариан королю уже, разумеется, рассказал, поэтому самодержец сейчас просто с любопытством разглядывал наших двух уникумов — Витька и Сему. Тем более, Витёк опять отличался от остальных — Черныш решительно отказался оставлять хозяина без присмотра. Пришлось рассказать Его Величеству историю с появлением у нас магических котят, и какими способностями они обладают, и каких размеров будут, когда вырастут. И предвосхищая фирменный вопрос и видя уже открывающийся рот, торопливо добавила.

— И Его Высочества принца Филиппа тоже ждёт свой котенок, вот такой же чёрненький, только с белой грудкой и белыми носочками на лапках. Как только принц появится у нас, Мурка, мама котенка, подарит его принцу. По другому никак, кошка сама определяет, кому, какого котенка подарить.

Я развела руками, мол, простите, Величество, но кошками я не командую. Потом король задал ещё несколько вопросов, видя, что Вера и Витя ещё совсем молодые, поинтересовался их планами на дальнейшее будущее. Ребята ответили, что намерены летом поступать в Магическую Академию. На вопрос о виде магии Веры отвечала я.

— Видите ли, Ваше Величество, уровень магии у моей сестры Нины и ее дочери Веры определяла я, при помощи артефакта в нашей Магической школе. Могу только сказать, что уровень магии у них высокий, а вот вид… пока не можем уточнить, стандартный определитель не срабатывает на них. Скорей всего, какая-нибудь редкая, малораспространенная магия. Со временем увидим.

У Семена Георг поинтересовался, не желает ли он перейти на службу в Королевский комитет. Семён не желал, объяснив это тем, что тут он уже привык, знакомые и приятные для него люди тоже тут. Но возможно, со следующего года он сможет преподавать на профильном факультете Академии, если откроют филиал у нас в городе. Король проворчал, что скоро все уже перетащат в этот Трумель, останется в столице только король со своим замком.

— И какие успехи у вас в поисках полезного в землях?

— Пока что, Ваше Величество, удалось найти недалеко от города месторождение огнеупорных глин. Сможем договориться о покупке этого участка — тогда будет кирпичный завод небольшой. Будем производить кирпич и черепицу для крыш домов. Риск пожаров будет меньше в городе. Ещё по некоторым признакам должно быть месторождение каменного угля, и возможная добыча его открытым, карьерным методом.

Король в удивлении приподнял бровь. Они что, не знают про каменный уголь? Пришлось коротко рассказать про него, и то, что уголь отлично подходит для отопления, и сохраним леса. Кстати, про леса, вопрос резины волновал меня по-прежнему, и я влезла в разговор умных мужчин.

— Простите, Ваше Величество, но может быть, вы или герцог (реверанс в сторону мужа), при встречах с другими правителями слышали что-нибудь о деревьях, у которых липкий и тянущийся сок? Купцы, с которыми мы сотрудничаем, не слышали о таких деревьях, и в библиотеке я не нашла таких сведений.

Георг и Дариан переглянулись и одинаково наморщили лбы, изображая усиленную мозговую деятельность. Потом Дар, обращаясь к королю, неуверенно произнес.

— Помнишь, на встрече с правителями дальних островов что-то промелькнуло вроде бы такое.

Осталось выяснить, что это за острова и где это вообще…

После аудиенции я тихонько шепнула мужу, что мы пойдем, навестим королеву, а мужчин наших он пусть пристроит отдохнуть и пообедать, мы позднее к ним присоединимся. Если что, пусть найдет меня в покоях Элианы. Дар понятливо покивал головой, и мы разошлись в разные края дворца.

Элиана ожидаемо нашлась у себя, в окружении своих фрейлин, которые нагоняли на нее тоску и дрему, судя по тому, как королева судорожно сдерживала зевоту. Увидев нас, обрадовалась как любимой родне. Сейчас, когда явления токсикоза прошли, она выглядела цветущей молодой женщиной, которой очень идёт беременность. Только платья эти дурацкие, с корсетами, с кучей юбок, но статусные до невозможности!! Хотя я приготовила для нее подарок.

У Люсии ещё с прошлых визитов к нам сохранились мерки королевы, и она по моему заказу сшила из лёгкого шелка платье с завышенной талией, с драпировкой, начинающейся под грудью. Говорят, эту моду ввела императрица Жозефина, супруга императора Наполеона. Она любила балы и вообще светскую жизнь, но и тогда раньше было принято даже королевам при беременности не появляться публично. Тогда она и придумала такой покрой, удачно скрывающий беременность и позволявший ей выходить в свет. Но это мне без большой разницы, главное — без пыточного корсета и кучи юбок с обручами, а нежно-розовый цвет струящейся ткани придавал молодой женщине свежести и чистоты. Примерив, это платье в своем будуаре, Элиана даже взвизгнула от удовольствия.

— Я обязательно сегодня же надену это платье на бал! Как же я давно не танцевала, даже соскучилась! Непременно буду сегодня танцевать с Георгом!

Сидевшая тихо до этого Нина поддержала королеву.

— Верно, Ваше Величество! Обязательно надо потанцевать с мужем! Я уверена, что вашему ребенку тоже понравится, что мама и папа довольны и счастливы! А эти старые кошки из придворных сплетниц пусть шипят, вы — королева и вправе вводить любую моду, какая вам нравится!

Элиана счастливо рассмеялась.

— Вы все верно сказали, леди Нина! Надо бы еще, каких бы фасонов для беременных в моду ввести! Вы ведь мне поможете?

И она вопросительно посмотрела на нас. Мы с Ниной старательно наморщили лбы, вспоминая свои платья для беременных. Верочка была безмятежной — ей вспоминать было нечего.

Я припомнила платье-халат на кокетке и подобный же сарафан, Нина вспомнила свободные, широкие брюки и длинную тунику, прикрывающую все стратегические места.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Вот, кстати, вопрос о корсетах, точнее, о ношении такового беременными женщинами встал очень остро. Ранее я добивалась в нашем городе, чтобы беременные женщины могли появляться в обществе, не запирались бы в четырех стенах. Вроде бы дело сдвинулось с мертвой точки, и беременной женщине у нас теперь никто не тычет пальцем вслед и не поджимает осуждающе губы. Остались только самые ортодоксальные семьи. Но вот корсеты… их точно надо запретить к ношению законодательно. Хотя бы для беременных. Ведь это очень вредно для организма женщины и может негативно повлиять на развитие плода. Точно, выберу время и поговорю с Георгом, да и Элиане лекцию о корсетах и их влиянии на ребенка прочитаю. Уж она потом вынесет мозг муженьку. Тем более, он сейчас с нее пылинки сдувает и не откажет ей ни в чем.

Пока мы вспоминали и подбирали украшения с розовыми прозрачными камнями, на Земле я таких не видела, поэтому названия их не знаю, в будуар, коротко постучав, вошёл высокий, красивый парень, одетый по местной моде. Я его немного знала, так, поверхностно, больше по рассказам самой королевы и некоторым словам Дариана. Это был брат королевы, маркиз Горан, маг-природник, хороший хозяйственник, охотно вводящий у себя в герцогстве (в отсутствие отца, герцога Даймора, Горан управлял герцогством, которое и так отойдет ему в наследство) все новинки из нашего хозяйства. Но при всем, при этом, если верить слухам, жуткий бабник и повеса. Не женат. Но, как мне кажется, правды в этих слухах не более половины, если не меньше. Скорей всего дамы сами вешаются на него пачками — красив, молод, богат, наследник высокого титула, холост. Мечта, а не парень!

Войдя в будуар и поздоровавшись с сестрой, и чмокнув ее в щёчку, привычно заметил.

— А ты все хорошеешь, Эли! Не зря тебя Георг прячет, ведь выведи тебя в свет, сколько сердец мужских разобьешь! У тебя новые фрейлины?

Маркиз с любопытством оглядел нас троих. Королева рассмеялась.

— Горан, ты в своей деревне вовсе одичал и отстал от светской жизни. Позволь тебе представить моих подруг! Это Ее Светлость герцогиня Анна Саммерс, супруга лорда Дариана, его, надеюсь, ты не забыл? Это леди Нина, вдовствующая графиня Трум (по местной странной табели о титулах именно такой соответствовал Нине). А это прелестное дитя — дочь графини, виконтесса Вера Трум. Ее брата, графа Трум, ты отлично знаешь, именно он помогал тебе устраивать отопление и водоснабжение в твоём герцогской дворце.

Мы по очереди приседали в книксене и протягивали лапку для поцелуя. Если мы с Ниной сделали вполне равнодушно, то наша Верочка вся вдруг смущённо покраснела и ручка для поцелуя явственно подрагивала.

Уже потом, когда мы удалились для отдыха в комнаты Дариана, которые у него были во дворце, Нина тихонько мне сказала.

— Знаешь, Аня, надо бы узнать точнее об этом маркизе. Он-то просто отбывал светский номер, а вот Верунька на него как смотрела, ты заметила? Прямо восхищение какое-то было видно во взгляде. Как бы не сотворила, какую глупость. Первая влюбленность, знаешь, она такая.

Бал был не слишком большим, скорее, даже камерным, и задуман был для развлечения хандрившей королевы. Поэтому особой толкучки, суеты и духоты не было. Пожилые лорды, протанцевав со своими женами по обязательному танцу, удалились в другую комнату, где для них было несколько развлечений, в том числе и карточные игры. Леди в возрасте бдительно следили за своими юными подопечными, если были таковые и перемывали косточки остальным присутствующим. К услугам был накрыт фуршетный стол с напитками на разный вкус и закусками. Бал, по традиции открывала царственная чета.

Необычный наряд королевы вызвал осторожные щепотки скандализованных матрон, завистливые взгляды молодых дам и огненный, многообещающий взгляд короля. Вслед за королевской четой вступали в танец и остальные семейные пары, в том числе и мы с Дарианом, Варя с Петей, Коля пригласил на танец свою маму. Семён и Витя пока подпирали стену, уныло поглядывая на присутствующих. Семену отчаянно хотелось удрать отсюда к родственной душе — Митричу, а Витёк пока просто не знал местные бальные танцы. Впрочем, я сомневаюсь, что он знал и земные бальные танцы. Верочка когда-то в школе посещала кружок танцев, так что танцевать могла бы, но по традиции, молоденькие, незамужние девушки не могли принимать участия в первом танце. Глупость, по-моему, но не нам менять эти порядки. Поэтому Вера чинно сидела на стульчике, рядом маялся Витёк и разглядывал убранство бальной залы Семён.

Неожиданно, при смене очередной танцевальной фигуры, я увидела возле Верочки стоящего маркиза Горана. Он что-то говорил ей, явно какие-то комплименты, так как девица наша хоть и смущалась, розовея щёчками и ушками, но, тем не менее, кокетничала, блестя глазками, и обмахивалась знаменитым веером из "Петькиного хвоста". И откуда что взялось, вроде бы всегда Верочка побаивалась чужих и старалась держаться от них подальше. Увидела Нину, она, вытянув шею, тоже озабоченно поглядывала на дочь.

Закончился танец, и наши кавалеры галантно подвели нас к фуршетному столу освежиться лимонадом. Но вот вновь зазвучала музыка и мы с Ниной застыли с фужерами в руках — мимо нас в вихре танца, напоминающего земной вальс, пронеслась Верочка, которую вел в танце маркиз Горан… Мда, однако.

Вернувшись на свое место, мы с Ниной даже не сразу смогли хоть что-то сказать друг другу, так были растеряны. Что делать? Рассказать Вере о репутации Горана? Просто запретить ей все отношения с маркизом? А не сделаем ли мы только хуже для девочки? Ладно, пусть дотанцует этот танец, все равно по этикету маркиз не может пригласить ещё раз ее на танец, если только не имеет серьезных намерений. А таковых у него явно не имелось.

Витёк, видя наши расстроенные лица и перешептывания, попытался оправдаться.

— Мама, ну что я мог сделать? Даже ведь не ожидал, как этот франт пригласил ее, а Верка тут же подскочила.

Но Витькин Черныш спокойно лежал на стуле, где до этого сидела Вера, и лениво жмурил то один, то другой глаз, наблюдая и за Верочкой и вообще за округой, значит, никому из нас сейчас ничего не угрожает. Но ночевать во дворце не остаёмся, сразу домой.

Возможно, именно эта встреча и подтолкнула к активации магии Веры. Что из этого получилось — расскажу позднее.

Новый год мы праздновали в своем кругу, королевская чета обещала посетить нас на следующий день, так как они сами принимали гостей — неожиданно решила навестить их вдовствующая королева, пока не знаем, к добру ли сие или к худу. Учитывая странное отношение королевы — матери к своему младшему сыну. И для полноты счастья, в столицу пожаловали в отпуск родители Элианы, герцог Даймор с супругой. Хотя герцогиня последние годы стала проявлять нежные чувства к внуку, да и с дочерью наладила отношения. А теперь, когда ее дочь ожидала ещё одного сына, герцогиня и вовсе хлопотала вокруг королевы, как мать-наседка.

Но один гость у нас всё-таки был. Точнее, даже два. Накануне новогоднего вечера, когда мы сидели в гостиной, ожидая возвращения Дариана, чтобы пойти ужинать, Нина негромко спросила у меня.

— Аня, как думаешь, могу ли я пригласить к нам завтра на вечер терца Алесандро с Данькой? Малыш с нашими встретится, ему необходимо общество других детей, да и терц опять закроется один в кабинете. Пить, может и не будет, но настроение будет тяжёлое.

Нина вздохнула и смотрела в темное окно, а я с любопытством уставилась на сестру. Вот оно как выходит, значит, это и есть то плечо, на которое могла бы опереться Нина? Когда успела-то? Но, насколько я знаю сестру, для нее женатые мужчины — табу. Если изредка она и заводила необременяющие никого связи, то только со свободными мужчинами, никак иначе. А ведь терц ещё не разведен, кажется. Я шепотом спросила у сестры.

— Нинуль, а как там, у терца на семейном фронте? Как там его блудная супруга?

— Алесандро подал прошение о расторжении брака, и оставить сына у себя. Вскоре после Нового года он ожидает решения Совета судей.

— Нина, если терц согласен прийти к нам в гости, то я, конечно, не против, остальные уже с ним знакомы.

Я фыркнула, припомнив эпохальное знакомство с терцем в его кабинете, рухнувшую портьеру и народные методы выведения из запоя. Видимо, вспомнив то же самое, Нина поддержала меня смехом.

Предновогоднее утро началось с суеты. Казалось бы, все заранее продумано и распланировано, но как всегда, что-то выпустили из виду. Например, я вспомнила, что хотела связаться с дочерью, сыном и Рахмоном. А Коля с утра пораньше усвистал со своей Таминой по магазинам, той именно сегодня приспичило выбрать ткань на свадебное платье. Потом тоже надо съездить в торговый центр, вручить новогодние подарки своим сотрудниками и их детям. В общем, все не так, как хотелось. Дариан сегодня дома, на работу не ушел, поэтому наблюдал мои нервические метания по дому с безопасного расстояния, надёжно защищённый наличием на его руках дочки и топтавшейся рядом Дымки. Наконец, не выдержав моих причитаний, Вера предложила.

— Тетя Аня, давайте я попробую. Я же все записывала и смотрела, что и как Коля делает.

Я обрадованно закивала головой и потащила Веру в "узел межпланетной связи". Там Вера, усевшись в кресло, быстро защелкала кнопками, тумблерами и прочей мудреной техникой. Где-то взвыли и перешли в режим нормальной работы серверы, закрутилась, замигала разноцветная карусель светодиодов, понемногу разгорался центральный экран. Глядя на листок с записанными электронными адресами, Вера набирала пароли. Наконец, на центральном экране что-то тихонько щелкнуло, и прозвучал сигнал соединения. Через несколько томительных секунд на экране появилось заспанная физиономия Саши.

— Мам, это ты? А я уже переживал, что-то давно от тебя звонка нет. Вера, привет! Сегодня ты на связи?

— Саша, как у тебя дела? Как Леночка? Как работа, твой универ?

— Мама, все хорошо! На работе все отлично, кроме кафедры у меня теперь и лаборатория есть! Танька звонит периодически, тоже о тебе волнуется. Вот дом, наверное, придется нам другой подбирать, мал для нас этот скоро будет. Мама, у нас с Леной будет ребенок, представляешь? Кто будет, не знаем, срок ещё маленький, но нам все равно, все равно наш! Мам, а где Любочка? Ты же обещала!

Вера, недолго думая, подхватилась и убежала. Пока мы с сыном, перебивая и смеясь над собой, разговаривали ни о чем и обо всем, пришла Вера с Любашкой на руках. Повернув ее личиком к экрану и стараясь держать ее наиболее вертикально, продемонстрировала дочку. К этому моменту к нам присоединилась и Леночка, наскоро причесанная и запахивающая на себе халат поверх ночнушке. Явно у них раннее утро. Очень раннее. Любочка была оценена просто красоткой и умничкой. Сын так и сказал.

— Мам, смотри, какие у нее глазки умненькие, она ведь все понимает уже! Точно пойдет в нашу породу, ещё один учёный будет!

Я засмеялась.

— Вот и посмотрим, как у тебя кто родится так ты его сразу с электронной указкой, и будешь растить.

Поболтав ещё немного, отключилась, теперь надо побеседовать с Таней. У нее тоже все было хорошо, только утро было не раннее. Так же была продемонстрирована Любашка, так же была признана красавицей-умницей, рассказала об успехах в учебе внучки, хотя какая там учеба, ее класс соответствовал по уровню нашей подготовительной группе детского сада. Кстати, по словам Тани, внучка твердо решила стать врачом, как бабушка. Ну, это не страшно, недавно она хотела стать пожарным (насмотрелись мультика про пожарного Сэма), а ещё до этого мучилась выбором — что лучше — продавать сладкую вату или мороженое? Я посоветовала объединить эти два начинания. Так что ещё раз двести поменяем выбор профессии.

Тем временем Вера унесла Любашку в детскую к Мае, и теперь пыталась связаться с Рахмоном. Удалось только с третьей попытки. На экране появился удивленный Рахмон.

— Аня, это ты!!! Вот уж не ожидал увидеть кого! Я даже и не понял, что за абонент с таким странным адресом, наверное, зарубежный, да? А я в зале был, сегодня что-то народу много. Как у тебя дела, Аня? Ты так помолодела, похорошела! Вот сразу видно, живёшь спокойно, за границей, не работаешь.

Вывалив на меня эту кучу приветствий, Рахмон немного успокоился и был рад выслушать меня.

— Рахмон, у меня все хорошо, огромная благодарность от нашей семьи вам всем за помощь! Вот Вера со мной, ты же ее помнишь? А Нина делами сегодня занята, в следующий раз и она обязательно с тобой поговорит. Мы решили, что безопасней будет, если и Нина с дочкой тоже переедут за рубеж, вот они и приехали. Мы тут все вместе живём. А как у вас там дела? У тебя, твоей семьи не было неприятностей из-за помощи нам? Как твое здоровье, как Карим себя чувствует?

Рахмон заулыбался.

— Аня, все хорошо! Карим здоров! Его тут даже московский профессор осматривал, сказал, что мальчик здоров. Да и вот я тоже бегаю! И все, кого ты лечила перед отъездом, тоже все здоровы и кланяются тебе. В твоей квартире пока временно живёт один наш родственник, но я проверяю, там все в порядке и счета вовремя оплачивает. Неприятностей у нас не было — он понизил голос почти до шепота — некому бандитничать. Говорят, всех наших городских бандитов перестреляли в лесу, а мелочь полиция выловила!

Поговорив ещё немного, мы попрощались с добрым человеком Рахмоном. Верочка сидела какая-то задумчивая.

— Вера, ты что? Увидела родные места и заскучала?

Девочка как будто стряхивала наваждение с себя или просыпалась.

— Нет, тетя Аня, просто думала, а как вот попасть на Землю можно? Не считая того портала, что возле домика в лесу? Его ведь, наверное, контролируют эти?

И Вера подняла глаза к потолку, где, по ее разумению, должны обитать "эти".

Я пожала плечами, это было вне моей компетенции.

Решили, наконец, попробовать залить в бак Шнивы наш самодельный бензин, земной всё-таки закончился. Двигатель вначале фыркнул пару раз недовольно, тем не менее, схватился и замолотил ровно, без рывков. Выхлоп поначалу был черный и жутко вонючий, но постепенно все наладилось. Пока запас произведенного горючего был не слишком большим, литров на триста. Но мы и не собирались заниматься производством горючего в промышленных масштабах, автомобильное производство тоже не собираемся открывать. Нам и этих автомобилей хватит. А дальше уж как пойдет развитие цивилизации.

Кстати, провели эксперимент с нефтью, бензином и продуктами перегонки нефти и нашим здешним утилизатором — лиловой травкой. Все эти ингредиенты были утилизированы ею полностью и без вреда для самой травки. Я вздохнула свободнее — вопрос экологии меня тоже напрягал. Не хотелось бы принести вред этому миру, столь гостеприимно принявшему нас в свое время. Но это я отвлеклась. А пока загрузили все подарки в коляску к Варху, в машину уселись Вера с Ниночкой, Маруся и Диль. И кошки, соответственно. Ещё надо было заехать за малышом Даном, его мы сразу заберём к себе, а его отец придет к нам вечером.

Уже на подъезде к торговому центру заметили большое количество нарядно одетых взрослых и детей, идущих по улице к центру. А там и вправду было на что посмотреть — нарядная ель, сверкающие разноцветными огоньками гирлянды, светящиеся ледяные фигуры, две разных размеров ледяные горки. Я даже не знала, что для взрослых и старших детей наши умельцы сделали не простую горку, а с виражами и бортиками, как бобслейную трассу. Малышовская горка была пониже, прямая, но с достаточно длинной трассой, чтобы скорость успевала погаситься и чтобы катающиеся дети не рисковали вылететь за пределы безопасной площадки. Веселая музыка громко звучала из громкоговорителей. Праздничная сутолока, смех детей и взрослых — все создавало такое непередаваемое новогоднее настроение. Для начала решили быстро пробежаться по нашим отделам, раздать подарки, и потом идти развлекаться на площадку.

Подарки благополучно вручили всем своим сотрудникам, сегодня наши продавцы вышли на работу в усиленном составе, работы было много. Хозяйки торопились купить к праздничному столу снедь, кто-то срочно покупал подарки для своих семей, родственников, знакомых. И в отделе игрушек Рима, и в рукодельном отделе тоже толпились покупатели. Но самый большой аншлаг был в кафетерии. Находившись по разным магазинам, навеселившись возле ёлки и на горках, и взрослые, и дети спешили выпить горячего, съесть что-то вкусное. Новогодние детские подарки в пакетах с яркими рисунками от Кируны шли нарасхват и в продовольственном отделе и в кафетерии.

Наконец, освободившись от официальных обязанностей, мы пошли с детьми на площадку. Водили хоровод вокруг ёлки, катались по очереди с малышами с горки. Вера рискнула прокатиться с взрослой горки и с отчаянным визгом летела на ледянке с высоты. Совсем ещё дитё, несмотря на свои шестнадцать лет. И, конечно же, каждый из детей получил свой подарок. И Верочка тоже. Самой смешной выглядела Маруська — получив подарок, она вцепилась в него, но при этом не хотела расстаться со своим Рыжиком, ухватив его поперек животика и прижав его к себе подарочным пакетом. Шпротка Диля спокойно лежала вокруг шеи домовёнка как экзотический меховой воротничок, периодически поднимая голову и осматривая окружающее пространство. Данька с завистью посматривал в сторону питомцев своих друзей, но не канючил и не просил себе такого же. Видимо, был приучен не капризничать и требовать чего-либо. Накатавшись вволю и вывалившись в снегу, все дружно двинулись в кафетерий, выпить горячего кофе или какао и отведать выпечки из нашей пекарни. Пока шли к центру, Нина тихонько мне сказала.

— Вот не говори, что мне это все кажется! Такое ощущение, что мне в спину смотрят через прицел винтовки.

Я промолчала, но периодически и у меня появлялось такое же ощущение, но как будто отдаленное, не мне направленное. И опять, почти на том же месте, что и прошлый раз, наши кошки повели себя настороженно, спрыгнув из рук детей на пол. И если Шпротка теснила всех троих детей к стене и встала перед ними, подняв шерсть дыбом и распушив хвост, то Рыжик, тоже весь, распушившись и выпустив когти, кинулся в узкий незаметный проход, утробно воя. Из прохода послышался чей-то испуганный вскрик, и мне показалось, что женский, грозный кошачий рев, треск чего-то рвущегося. Я кинулась туда же. Даже не сообразила, что там меня может ожидать опасность. И опять полуоткрытая дверь во двор. Я выскочила во двор, там уже стоял Рыжик, с каким-то лоскутом в зубах, да виднелась задняя часть быстро удаляющейся коляски. И что это было?

Какая опасность грозит нашим детям? Причем совершенно разным. Прошлый раз это был Витёк, сейчас Маруся, Диль и Данька. Хотя он вроде ни имеет отношения к нашей семье. В общем, непонятно.

Когда я вернулась к своим, то кошки уже спокойно ластились к детям и даже Даня осмелел и гладил Шпротку, а она громко мурчала. Нина встревоженно взглянула на меня, я ей губами шепнула "Все потом!"

Дома я пересказала сестре все, что я увидела во дворе и показала лоскут, который я забрала у Рыжика. Это был лоскут от женского платья, и явно не дешёвого. То есть, нас преследует женщина? Все страньше и страньше, как говорила небезызвестная сказочная героиня. Посоветовавшись с Ниной, мы решили пока не поднимать волну паники, но сказать об этом Дариану после праздников, пока не хотели омрачать новогоднее настроение. Заодно посмотрели наших "боевых котов" в действии. Надо сказать, это впечатлило. А ведь они ещё котята, пока растут.

Новогодний вечер и ночь мы провели в нашем кругу — вручали подарки, водили хоровод вокруг ёлки во дворе, теперь растущей там, на постоянной основе. Ее вчера наряжали всем семейством, включая детей и домовых со всех наших домов. Потом пели новогодние песни, вспоминали смешные истории, я рассказала пару происшествий из жизни скорой. Коля поинтересовался жизнью бабки Стыловой. Я рассказала про изменения в жизни Калерии Палны, о том, что рыбок мы достали как раз через нее. Митрич тут же оседлал любимую тему и стал рассказывать про своих рыбок. По его словам, они только что интегралы не брали, остальное точно могли.

Вначале терц Алесандро чувствовал себя несколько скованно в нашей компании, но постепенно расслабился и охотно смеялся нашим шуткам, пел с нами песни, ходил в хороводе и даже принимал участие в запуске новогоднего фейерверка. Коробка с которыми, ну совершенно случайно! нашлась в грузе нашей машины. Разошлись все почти под утро, часа в четыре. Терца Алесандро устроили на ночлег в гостевой спальне, его сын мирно спал в детской вместе с нашими детьми.

Я заметила его робкие и немного неловкие ухаживания за Ниной. Сестра принимала эти знаки внимания спокойно, без всякого кокетства и глупых ужимок, абсолютно естественно, как будто, так и надо. Что значительно успокаивало терца и побуждало к новым действиям.

Поскольку разошлись мы все поздно, то и утром встали достаточно поздно. Неторопливо позавтракали, ещё немного посидели, затем терц Алесандро решил откланяться, и Коля повез его и маленького Даньку на легковой машине к ним домой. Заодно и наша малышня тут же возжелала прокатиться, для них это пока было большое развлечение.

Проводив этих гостей, пришлось почти сразу же встречать новых — прибыла королевская чета с наследным принцем Филиппом. Поздоровавшись с нами, Георг сразу предложил сегодня обойтись без Их Величеств, поскольку они ещё хотели бы посетить наш снежный городок у торгового центра, под личинами, разумеется, и с чинопочитанием можно запутаться. А пока Филипп потянул нас всех посмотреть на нашу ёлку во дворе и спеть хором "В лесу родилась ёлочка". Вот выучили ребенка земным шлягерам всех времён! Теперь поем, даже те, у кого медведь не просто на ухо наступил, а даже изрядно потоптался!

И, по закону подлости, именно в момент исполнения сей нетленки приехал Коля с малышней на машине! Разумеется, и этот факт не прошел мимо внимания царственного гостя. Мало разглядывания сего экипажа, пришлось Коляну и личным водителем поработать-прокатить королевскую семью вдоль нашей маленькой улочки. Все это время мы, стоя во дворе, приглушенными голосами обсуждали, что будем делать, когда Георг потребует себе такой же. А что это случится, зная короля, никто и не сомневался. Так что, когда Коля привез их назад в нашу усадьбу, мы уже заранее смирились с первым вопросом. И он не замедлил последовать.

— Какая у вас повозка удобная! Быстро, тепло, удобно! А когда у меня такая будет?

И Его Величество требовательно уставился на нас. Вздохнув, я ответила.

— Сир, время уже обеденное, давайте пройдем в дом, и за обедом я все, что знаю, расскажу вам. Что не знаю — вам пояснят наши инженеры.

Пришлось рассказать, что это сложный агрегат под названием автомобиль сделан в нашем мире и для его изготовления нужны разные материалы. Наши умельцы Коля и Петя тоже пояснили, что если для изготовления салона и некоторых деталей, они смогли бы найти подходящие материалы, то для двигателя в этом мире просто нет ни чертежей, ни нужного металла. Но даже если они и решат этот вопрос, например, поставив под капот машины магические кристаллы для движения, то сами колеса изготовить просто не из чего. Тут опять я добавила.

— Помните, сир, я спрашивала вас и Дариана, не слышали ли вы о растениях, дающих липкий и тянущийся при застывании сок? Вот при наличии такого можно изготовить каучук, а из него уж и шины и камеры. Пока это главная проблема. Сумеем найти такие растения — значит можно изготовить и такие самодвижущиеся повозки и много других вещей.

Король был явно разочарован, но других вариантов не было. Пообещал узнать у королевского библиотекаря, возможно, где-то в архивах есть сведения. Так что остались мы взаимно недовольные, но что поделать. Зато мы рассказали, что Семён перед самым праздником в предгорьях возле нашей долины обнаружил ещё месторождение поделочных камней, которые хорошо подходят и для отделки помещений, для камнерезных мастерских на изготовление сувенирной продукции. Вот со следующего учебного года хотим открыть в Ремесленной школе и курс камнерезчиков. И мастера свои будут и новые рабочие места на добыче будут. Король немного оживился, все мероприятия, направленные на улучшение экономики королевства он весьма приветствовал. Пока не стала раньше времени говорить ещё, что эти поделочные камни изучал Бор, наш бывший каменщик, а ныне хороший артефакторщик, что некоторые из этих камней вполне подойдут для изготовления артефактов. Но это все надо пробовать опытным путем.

А потом мы всё-таки поехали в торговый центр провести время в снежном городке. Разумеется, королевская семья и малышня поехали со мной в Шниве, остальные разместились в двух небольших, облегчённого типа каретах. Наши ребята переделали те местные, тяжёлые и громоздкие кареты в лёгкие, пусть и немного меньшей вместимости. Конечно, все развлечения и ёлка и гирлянды и музыка произвели впечатление на нашего самодержца.

— На следующий год такие же развлечения надо провести в столице! Я надеюсь, ваша компания сможет произвести такие работы?

Что нам оставалось делать? Только согласиться и озаботиться посадкой весной нескольких елей в назначенных для этого местах. Из всего торгового центра сегодня работал только кафетерий, причем с полной нагрузкой. Макс пообещал продавцам за работу в праздник двойную оплату и девушки охотно согласились. Вот, вводим постепенно прогрессивные методы оплаты труда. Увидев красочные пакеты с новогодними подарками, принц Филипп немедленно потребовал приобрести такой. Но мальчик оказался не эгоистом. Получив подарок, он церемонно преподнес его Марусе. Пришлось купить такие подарки ещё двоим юным "джентльменам", чтобы не оставить принца без подарка — самому Филиппу и Дилю. Наши, хоть и наелись этих сладостей, что показательно, не отказались от дополнительных конфет. А Машка и вовсе отказалась отдавать подаренный ей принцем пакет, так и стояла, прижав его к себе.

Котята Маруси и Диля тоже произвели фурор для королевской семьи. Мы ранее дарили Элиане заморских двух котят, но они все были одной породы, весьма походившей на наших сиамок. С породой русская дворовая они явно не были знакомы. Фил, увидев котят, трущихся возле ребятни, тут же кинулся к матери и что-то горячо ей зашептал. Та беспомощно пожала плечами и вопросительно посмотрела на меня. Я согласно кивнула. Понятно, что принц выпрашивал такого же котенка.

Вернувшись, домой и сидя в гостиной, мы насладились ещё одним зрелищем — явлением Мурки и ее котенка в наше общество. Мы за последнее время как-то попривыкли к размерам Мурки, да и котята росли быстро, а вот королевская чета сидела с открытыми ртами в прямом смысле слова. За Муркой важно топал последний котенок — черненький, с белой манишкой на груди и белыми носочками на лапках. У меня невольно вырвалось.

— Экий ты, братец, франт!

Внимательно оглядев нас всех, Мурка подпихнула котенка по направлению к Филиппу. Радостно взвизгнув, совсем не по-королевски, мальчик схватил кошака и прижал к себе, уткнувшись в его пушистую шерстку. А кошачок лизнул Филиппа прямо в нос и довольно замурчал.

Я объяснила, что это не просто кошки, а ещё и охранники, они могут предупреждать хозяина о грозящей ему опасности и защитить, в случае чего. Но они всегда будут рядом с хозяином, куда бы он ни пошел, так что придется смириться с присутствием кота в жизни ребенка. Королева кивала довольно, а король внимательно разглядывал Мурку. Нет, только не эта коронная фраза! Где я ему возьму ещё одну такую кошку? Мурка, как будто прочитав мысли Георга (хотя, может, так и есть), сурово глянула в его сторону и демонстративно подошла к Вере и улеглась у ее ног. Типа, вот моя хозяйка и другого не признаю!

А кошак так и получил имя Франт, по-домашнему — Франтик.

Пролетели в праздничном вихре выходные дни, в сверкании гирлянд, в громе музыки, новогодних развлечениях, с лёгким морозцем и небольшим снежком. Настали обычные будни, со своими проблемами и задачами. Через пару дней заканчиваются каникулы и начинаются вновь занятия, мне надо готовиться к лекциям. Ребята вновь погрузились в учебники. К теории сейчас у них присоединились и практические занятия. Поэтому теперь их можно было застать сидящими на ковре в гостиной в позе лотоса. При этом что-то шепчущих непонятное, с закрытыми глазами и надувающими от усердия щеки. Интересно, почему все новички глаза закрывают? И я в свое время так же щеки надувала.

Дар сегодня отсутствовал — опять на каких-то важных переговорах вместе с Георгом. Но больше суток он теперь никогда дома не отсутствовал. Дома у нас вроде бы все пока в порядке, как обычно. Кипеш во дворе и мастерских, тишина и уют в доме, невозмутимый вездесущий Никей, вкусные запахи из кухни. Периодические тыгдыки по всем свободным помещениям и поверхностям, устраиваемые Муркой и ее котёнком Чернышом, которые жили в одном доме и играли вместе. Мурка, в сущности, тоже совсем молодая кошка, ей ещё играть хочется.

Митрич властвует во дворе и на производствах, пытается уменьшить объем работ для беременной Клиппы, но у него так хорошо с молочным производством, как у жены, не получается. Зато мясной цех полностью под его руководством и приносит хорошую прибыль. Постепенно вводят в работу новые виды продукции, разрабатывают новые бизнес-планы по открытию подобных производств в других городах королевства. Чтобы не загнуться под таким ворохом проблем, я советовала Митричу изучить вопросы франчайзинга и на правах франшизы передать производства в руки других промышленников. Вот теперь Митрич по вечерам вникает в экономические, юридические и промышленные вопросы путем тщательного изучения информации с флешки. Кстати, нашего заморского друга, купца Визента, мы таки уговорили на франшизу и теперь он в своей стране не только купец, но и почтенный промышленник, производит мелкую бытовую технику без магии.

Наши умельцы — держибли тоже заняты в своей мастерской, то что-то малосерийное клепают, то что-то проектируют, яростно размахивая руками и споря. Хорошо, хоть на личности не переходят. Тамина и Нинуля полностью погрузились в предсвадебные хлопоты, свадьбу назначили на первый весенний месяц. Тем не менее, сестра успевает и за двумя младшими детьми присматривать, контролируя их учебу, и в своей лаборатории что-то химичить. Кстати, отходы от перегонки нефти она запретила пока утилизировать, объяснив, что там ещё можно кучу всего полезного получить и гудрон для дорог в том числе. Ну, химику виднее.

А пока я, пользуясь свободным временем, сидела в своем кабинете и выбирала из старых земных учебников по медицине материалы для своих лекций в Академии целителей. Тихий стук в дверь и неуверенный голос Вити был неожиданным.

— Тетя Аня, можно? Если вы свободны?

Витёк по-прежнему звал меня тетей, как и Вера, хотя я им давно сказала, что можно и просто по имени.

— Заходи, Витя! Я как раз хотела перерыв в работе сделать. Присаживайся, у тебя дело какое-то ко мне?

Витька немного смутился, но затем, набравшись смелости, выпалил.

— Вы тогда разговаривали с королем про деревья, ну, которые резину дают. А вы знаете, как они выглядят?

Поняла я не сразу, потом догадалась, что мальчик говорит о каучуконосах.

— А, ты про гевею, наверное? В натуре я ее не видела, но мы где-то скачивали информацию о растениях Земли. Погоди, сейчас найду флешку, Верочка тогда все флеш-карты пронумеровала и общий список составила. А, вот флешка.

Вставив носитель инфы, я быстро нашла про гевею страницу и даже фото с этим деревом. Повернула ноут экраном к Витьку.

Он внимательно вгляделся в фото, потом попросил меня смотреть на фото и дать ему мою руку. Мне стало любопытно, что это все значит. Сделала, как он просил.

Витя сидел с закрытыми глазами, видно было, что он напрягается, даже капли пота выступили на лбу. Я испугалась, как бы не сделать парнишке плохо. Но он в этот момент открыл глаза, отпустил мою руку и слабо улыбнулся.

— Есть! Есть такие деревья в этом мире! Давайте карту, я покажу, где это.

Все ещё не веря в происшедшее, я тем не менее, достала из шкафа карту мира Валент и расстелила ее на столе. Витёк склонился над ней, долго рассматривал, потом удивлённо глянул на меня.

— Тетя Аня, а этого острова на карте нет! Он вот тут должен быть, я его четко видел. А на карте только океан. И даже судоходные пути здесь не обозначены, они в стороне проходят. А я видел море, прибой, белый песок, а дальше лес такой густой, как джунгли. И деревья, такие высоченные, вот как у вас на фото были.

Я растерянно молчала. Вот ведь совсем выпустила из виду, что мальчик у нас маг-поисковик с высоким уровнем магии и при ясном представлении искомого объекта легко может найти его. Но найти мало, надо ещё туда попасть. И наши артефакты переноса туда явно не дотянутся, даже наши, иномирные. Этот остров в другом полушарии. А плыть туда на кораблях, не зная судоходных путей, не один месяц придется. Все это я огорчённо сказала Витьку. Тот подумал, молча кивнул головой и вышел. Я посмотрела ему вслед. Вот, расстроила парня, он ведь помочь хотел, а я со своим ушатом холодной воды.

Где-то ещё с полчаса я честно пыталась сосредоточиться на лекциях, но мысли разбегались. Я с раздражением захлопнула крышку ноутбука и отодвинула его от себя. Поджав под себя ноги, устроилась в кресле, благо, домашняя одежда позволяла принять такую позу — мягкие домашние брюки, футболка и лёгкий жакет поверх и домашние туфли — балетки без каблуков. Но просидела я в этой позе не более пяти минут. В дверь опять тихонько стукнули и в мой кабинет вошли Вера и Витёк. Я в удивлении уставилась на ребят — выглядели они уж больно интригующе. Мало того, что оба были в брюках и лёгких курточках, так Витёк ещё и обулся в свои чудовищной расцветки кроссовки, Вера в обычных кроссах. Девочка в бейсболке, Витьку видимо, не досталось такой, посему на нем красовалась жуткая панама, помесь сомбреро и ковбойской шляпы. За спиной у Вити висел туристический рюкзак неслабых размеров. Не успела я открыть рот, чтобы спросить, они что, как Том Соейр и Гек Финн, сбегают из дома, как Верочка таинственным шепотом сказала.

— Тетя Аня, идите сюда, к нам!

Не знаю, где был мой разум в ту минуту, то ли в отпуск ушел, то ли просто взял самоотвод. Но я подошла к ребятишкам, они взяли меня за руки с двух сторон, что-то вдруг ухнуло, свистнуло, в глазах потемнело, в уши ворвался свист на грани ультразвука, желудок противно сжался и попытался переместиться в гхм… несвойственное ему место, пониже немного. Когда-нибудь перемещались на скоростном лифте в высотном здании? Вот примерно такие ощущения.

Когда перед глазами посветлело, и перестали мелькать разноцветные мушки, я не поверила тому, что видела в данный момент. Мы, все трое, стояли на берегу океана, метрах в пяти от кромки прибоя, на солнце! (а у нас уже наступал вечер) сверкал белоснежный песок, а метрах в трёхстах от нас густой стеной стоял тропический лес!!! И было жарко! Я бессильно плюхнулась на попу, где стояла. И глазам не верила, и ноги не держали.

Между тем, Вера, покопавшись в рюкзаке, достала пакет со здоровенным бутербродом и бутылку с водой. Усевшись рядом на песок, азартно вгрызлась в кусок мяса. Поймав мой удивленный и ничего не понимающий взгляд, пояснила.

— Я всегда после переноса есть сильно хочу! Хотите? У меня ещё есть, я на всех взяла!

Витя отрицательно качнул головой, только отхлебнул воды.

— Ну тебя, Верка, вечно ты так лихо тормозишь, что меня всегда тошнить в конце начинает! Тебе бы не в пространстве шататься, а гонщицей в цирке выступать!

Все равно ничего не понимаю! Витя оказался понятливей, чем эта малолетняя хулиганка.

— Вот, говорил же я ей, скажи маме и тете Ане, они же свои, не сдадут! Так нет же, потом сюрприз будет! Дождемся, мама расстроится, а Колька ремня даст и прав будет! Тетя Аня, ты не пугайся! Это у Веры дар такой открылся. Она без всяких артефактов перемещаться может порталами, только вот представит, куда ей сейчас надо или к какому человеку попасть хочет, раз! И готово! Она уже там. Но мы пока по-тихому и недалеко перемещались, только из школы домой и раз из дома в торговый центр. Никто и не заметил ничего. Правда, есть она, потом всегда хочет, но тетя Тильда всегда ей даёт перекус какой-нибудь, говорит, что пока учится магии, всегда так. А сегодня вот, я только рассказал Верке, что нашел тот остров с резиновыми деревьями, и что туда не добраться обычным порталом, так она сразу подхватилась — Давай, да давай попробуем! А я что, — Витек тяжко вздохнул — мне же тоже интересно было посмотреть, правильно ли я нашел. Но вроде верно.

И он кивнул головой в сторону деревьев. Так, теперь дело проясняется. Значит, эти двое малолетних бандитов — экспериментаторов, не нашли ничего лучше, как заволочь родную тётку на неизвестный и, похоже, необитаемый остров! Жюль Верн в натуре! Ага, ещё ждём капитана Немо и детей капитана Гранта до кучи! Ладно, в самом худшем случае, Коля найдет меня по маячкам своим, да и не верю, что он шебутных младшеньких без следилок оставил. Пусть через несколько порталов, но смогут прийти за нами сюда. Вроде бы перестало звенеть в ушах, и желудок на место вернулся. Но пить тоже хочется, жарко, здесь в разгаре лето. Хотя, судя по положению острова, здесь оно всегда. И ноги уже не трясутся. Встала, попрыгала, вроде нормально. Сняла жакет, а то футболка уже мокрая. Сходить, что ли и правда, посмотреть на деревья?

— Ну что, путешественники, пойдем, глянем, что там за деревья?

Витя охотно подскочил, а Верочка, дожевав бутерброд, растянулась на песке, проговорила.

— Не, вы идите, а я полежу тут, позагораю. Я и купальник надела.

И впрямь, под плотной одеждой оказался надет на нее обычный земной купальник, не бикини хоть, а то на ее тощих "прелестях" смотрелся бы не очень. Вот хитруля! Мне самой до зубовного скрежета тоже захотелось поваляться на белоснежном песочке, но времени нет. Вздохнув, мы с Витей побрели к лесу, периодически оборачиваясь и поглядывая на девчонку. Пройдя вдоль кромки густых джунглей, мы и в самом деле увидели здоровую гевею с обхватом ствола не менее полутора метров, а то и более. В высоту ствол поднимался очень высоко, пытаясь рассмотреть макушку дерева, я чуть не упала, так запрокинула голову. По моим приблизительным прикидкам, очень приблизительным, в этой гевее было не меньше сорока метров. Следующее такое же дерево росло отсюда метрах в ста. Хорошо, это гевея, но как определить, даёт ли она искомый нами каучук? Озвучила это вопрос вслух.

Витёк, как истинный представитель семейства хомяковых (хомячистых?), тут же закопался в своем бездонном рюкзаке. Ой, что-то мне подсказывает, что я знаю, откуда этот рюкзак умыкнули. Из рюкзака поочередно было извлечено — пятилитровая пластиковая бутыль земная из-под питьевой воды, странный, загогулистый нож, пластиковое литровое ведёрко из-под красной икры, которую мы с девочками привезли с Земли для новогоднего праздничного стола. И что это значит? Витёк пояснил.

— Там, под фото дерева, было описание, как раньше индейцы Бразилии добывали примитивным способом каучук. Вот я и запомнил, у меня и раньше память хорошая была, а теперь и вовсе, раз посмотрю на страницу и сразу как фотографируется в голове. Сейчас попробую.

Я только тяжело вздохнула, час от часу не легче. Мало ему дара поисковика, так ему ещё и эйдетическая память досталась, а ещё эта, юная лягушка-путешественница, я покосилась в сторону пляжа. Вера не лежала, как обещала, а зачем-то бегала вдоль линии прибоя, что-то поднимая с песка и внимательно разглядывая.

Витя тем временем уже заканчивал вырезать на стволе зигзагообразную узкую канавку, которая тут же заполнялась белым, тягучим даже на вид, соком. В самом низу этой загогулины Витя укрепил ведёрко и в него начал поступать сок. И правда, каучук.

Пока парень занимался художественной резьбой по дереву, я оглядывалась вокруг. Деревья были мне незнакомые, возможно и аналоги земным, просто мне неизвестны тропические растения. Хотя вон та пальма развесистая что-то мне напоминает. Подойдя к дереву ближе, я все равно его не опознала, зато опознала его плоды. Это были бананы. Зеленоватые, не слишком крупные, но однозначно, бананы. Вот как бы их добыть? Что зеленоватые — это ерунда. Помнится, в восьмидесятых годах привезли в наш город невидаль — бананы! Как я понимаю сейчас, это какая-то банановая республика расплатилась с нами за полновесные кредиты бананами. Они были зелёными, как тот доллар и совершенно несъедобными. Но кто-то подсказал моей маме, что их надо укутать в одеяло и поставить коробку с ними возле батареи отопления. И действительно, вскоре бананы пожелтели и были очень даже вкусными.

Увидев, куда я таращусь, Витёк тоже пригляделся.

— Бананы, что ли?

— Ага, да как их достать? Пальма немаленькая.

— Достать можно. Только вот сейчас палку подходящую вырежу, а ты, тетя Аня, пока просмотри за соком. Как полное ведёрко будет, вот через воронку переливай в большую ёмкость.

И в самом деле, одно ведёрко сока было уже перелито в большую бутыль, в стоящем под разрезом ведёрке уже больше половины. И рядом лежало ещё одно такое же пустое. Быстро идёт отдача сока. Пока я глазела на гевею, сок, ведёрки, потом, сопя от усердия, переливала в большую ёмкость собранный каучук, Витя успел вырезать и палку с каким-то хитрым крюком и залезть уже до середины на ствол пальмы, упираясь ногами в выступы на стволе.

К тому времени, как пятилитровая бутыль наполнилась соком гевеи, Витя смог снять с пальмы четыре средних связки бананов. Я велела ему слезать, нечего там мартышку изображать, у меня тут все полное. А сок ещё бежит, и что делать?

Витя слез и подошёл ко мне. Опять нырнув в бездонный рюкзак, вытащил оттуда баночку с чем-то зеленоватым. Пояснил.

— У Вари стащили, это вар садовый, сейчас замажу.

И впрямь через несколько минут истечение сока прекратилось. Загрузив в рюкзак поочередно ёмкости с каучуком, сверху бананы, мы двинулись к Вере. Она уже набегалась и теперь что-то внимательно рассматривала у себя на коленях. Когда мы подошли вплотную, то увидели что у нее в руках ее бейсболка, а в ней какие-то горошины вроде. Подняв голову и увидев нас, Вера встала и, протягивая нам свою кепку, хрипловато сказала.

— Вот…

В бейсболке лежали штук тридцать разноцветных, помельче и покрупнее, жемчужин. Розовые, зеленоватые, белые, и даже черные, мягко светящиеся перламутровым блеском.

Мы все были растеряны. Вера торопливо объясняла.

— Я лечь хотела, но что-то под спиной царапалось. Я раскопала и увидела раковину. Расковыряла от любопытства. Там моллюск был, сдохший уже, фу!! А под ним жемчужина лежала, я промыла ее в воде, потом смотрю, а вдоль прибоя ещё много раковин таких лежит. Я немного поковыряла, ещё вот нашла, а остальные раковины, что тут недалеко были, собрала и закопала вон туда и палку воткнула. Это надо сюда специально идти, с инструментом и не одному. Я эти расковыряла, потому что они приоткрыты были, а те и не смогла.

Наверное, где-то отмель жемчужная, а штормом раковины сорвало и принесло сюда. Но Вера права, нужна специальная группа, а не так, как сегодня, набегом. И так уже не менее пары часов тут болтаемся, дома скоро нас спохватятся. Пора домой.

Пережив ещё раз все "приятные" последствия пространственного переноса, я обнаружила себя стоящей посреди своего кабинета, и только грязные руки да обувь с одеждой говорили о том, что я пару часов была совсем на другом краю планеты. Да рюкзак на полу возле стола.

Наша сладкая парочка, вернув меня по месту проживания, мгновенно испарилась из кабинета, пробормотав, что они мыться — переодеваться, пока мама не запалила, а то Колькиным ремнем не отделаются. Это точно, Нина в гневе страшна. Хотя Колю они зря боятся — этот балбес, скорее их поддержит и тоже рванет вместе с ними на тот остров. Но всё-таки надо идти к Нине, показывать ей сырой каучук и пусть она делает из него резину, на эту тему у меня познания на уровне резиновых сапог. Есть они и ладно, а уж из чего их сделали — не мои дела. Бананы надо отдать на кухню, пусть их Тильда пристроит в теплое место. А вот что делать с жемчугом? Тут надо советоваться с Ниной, как матерью и с Даром, как имеющим навыки ювелира. Считаю, что это законная добыча Веры и пусть она сама этим распоряжается.

Наскоро отмывшись от липкого сока, песка и зелени на руках и переодевшись, полюбовались на себя в зеркало. Нда… хороша, нечего сказать. Всклокоченные от ветра, солнца и соленых морских брызг волосы, покрасневшая от солнца кожа на лице. Красота не просто страшная, а уже приближающаяся к угрожающей. Если ещё и нос потом облезать будет, вообще прелесть! Но делать нечего, надо Нину найти и сдать ей добычу.

Сестра вначале не поняла, что я ей сую, нечто этакое в большой бутыли. Пришлось объяснить, что это сырой каучук, то есть сок гевеи. Нина прищурилась с подозрением.

— И откуда он у тебя появился, мне никто не объяснит? И не связано ли это с моими детьми, которых внезапно обуяла чистота не ко времени? Я к ним постучалась, а они оба кричат, что сейчас в душе, потом выйдут! Но прямо вот сейчас я даже не знаю, что делать с этим соком? Долго он не хранится, а в холодильнике может ли храниться?

— Нина, не волнуйся, сейчас эту бутыль поставим в лаборатории, в стазисный ларь и там он будет пока храниться, а ты придумаешь, как с ним обращаться. Как ты понимаешь, в этом я как раз ничего не соображаю.

За ужином Нина продолжала вслух рассуждать о каучуке, и что надо с ним делать, чтобы получить из него резину.

Оказывается, надо на пропитанную каучуком ткань нанести слой серы и прогреть при определенной температуре.

Выходит, теперь ещё и серу надо искать? Что я и спросила вслух. Сидевший по своему обыкновению тихо и незаметно за столом, Семён усмехнулся и что-то достал из кармана и положил на стол. Это было несколькими кристаллами с общим основанием, жёлтого цвета, не слишком прозрачного с маслянистым блеском.

— Такая сера подойдёт? Ее просто надо мельничкой измельчить, она довольно легко крошится. Это самородная сера, я ее нашел в небольшой пещере возле карьера с поделочным камнем.

Нет, это просто рояль в кустах какой-то!! Одни гевею нашли, а другой тут же по мановению волшебной палочки серу достал!! Сема, видя мое скривившееся лицо, рассмеялся и пояснил.

— Аня, я же геолог до мозга костей! Я просто собираю все попавшиеся мне образцы пород и минералов, камни интересные, записываю, где именно найдены. Мало ли когда и зачем они понадобятся. Нам, студентам, это ещё с первого курса геофака в голову вдалбливали, теперь на автомате так делаю.

— Вот завтра и займусь этим. А вы, молодые люди, не думайте, что я вам поверила, и вы все время были где-то во дворе.

Наше подрастающее поколение сделало максимально честные лица, и торопливо заработало ложками, стремясь поскорее убраться от пронизывающего взгляда матери. Я говорила, что Мюллер в исполнении Броневого против нашей Нины — пацан из школьного театрального кружка? Нет? Значит, говорю! После ужина я всё-таки позвала сестру в кабинет, а Николаю ещё раньше послала "смс-ку", чтобы он пришел к нам. В кабинете устроили семейный совет.

— Коля, скажи, пожалуйста, ты свои маячки навешивал на младшеньких?

Коля согласно кивнул головой

— Конечно, как только до дома добрались. У Веры они в ее сережках — гвоздиках, она их носит, не снимая, у Витьки в крестике маленьком. Малым всегда может, что угодно в голову прийти, где их потом искать. А что это вдруг ты спрашиваешь, Аня? Таки натворили чего-то? То-то я их не видел в гостиной, когда пришел!

Фух… успокоил меня Коля, по любому бы нас нашли. Но я всё-таки рассказала о сегодняшнем происшествии, взяв предварительно с родственников слово, что они не будут ругать молодежь. Пусть вначале себя вспомнят в этом возрасте. А в результате сегодняшней "прогулки" найдены необходимые ингредиенты. Заодно рассказала и о найденных жемчужинах, продемонстрировала их, достав из сейфа. Отмытые и обсушенные жемчужины мягко светились жемчужно-маслянистым блеском на подложке из черного бархата и смотрелись особо выигрышно. Особенно хороши были три розовых жемчужины грушевидной формы.

Рассматривая это богатство, Нина задумчиво сказала.

— Если найти хорошего ювелира, то из этих трёх розовых получится роскошный гарнитур для Веры. А черные жемчужины будут хорошо смотреться на наших мужчинах — запонки, галстучные зажимы. Как думаешь, Ань?

— Дариан раньше немного занимался ювелирным делом, он ведь маг огня, вот это кольцо он сам сделал.

Показала на кольцо, которое Дар подарил мне на помолвку. Колька тем временем что-то напряженно обдумывал. Затем высказался.

— Ты говоришь, там ещё много этих раковин осталось на берегу? Надо бы туда сходить, а то вдруг ещё шторм, какой или ливень тропический, все и смоет.

Ну, я же говорила, что Колян поддержит авантюру младших! Но тут я упёрлась.

— Нет, пока не придет домой Дариан, никаких походов по злачным местам! А вдруг что? И нельзя так с бухты-барахты! Надо подготовиться. И потом, вдруг Вере тяжело будет перемещать на такое дальнее расстояние большую группу людей. Нина ведь не отпустит детей одних? — Нина сразу же усиленно закивала головой — ты, Коля, обязательно свою Тамину возьмёшь. Дариан по обязанности пойдет, я с ним тоже, да и Варя с Петей не отстанут. Я бы ещё и Сему прихватила, у него весьма полезная привычка оказалась. Если только Митрич с Клиппой не рискнут. Вот и подумай.

В общем, решили подождать Дара, посоветоваться. А пока решили зря не ругать младших, но из вида их не выпускать, мало ли что.

Дар пришел домой утром, прямо к завтраку, объяснив, что вчера они с Георгом вернулись уже ночью, и он не захотел беспокоить нас ночным появлением, переночевал в своей комнате во дворце, но завтракать всё-таки будет дома. Вот и хорошо, сразу с ним и поговорим. Я тихо просемафорила сестре, чтобы она пригласила Колю к нам. И после завтрака повела мужа и сестру в кабинет к себе, а внизу уже отряхивался от снега, выпавшего ночью, Николай. Невольно вспомнилось — солнце, тепло, песочек, морская водичка. Эх, хорошо!

Опять пересказала вчерашние события, объяснив, что у Веры такая магия проявилась. Дариан тяжело вздохнул.

— Как мне не хватает такого специалиста, как Витя! А ещё и у Верочки такая необычная магия! У вас вся семья такая необычайно одаренная, Аня!

Мы же так и не говорили никому, что Вера и Витя, приемные дети, мы сами считаем их родными и ладно.

Повздыхав и помявшись, озвучила для Дариана идею Коли о повторном посещении острова, необходимо ещё заготовить сырого каучука, да и драгоценные жемчужины покоя не дают. Сразу же показали Дару нашу, точнее, Верочкину, находку. Он тоже восхитился красотой и размерами жемчужин, однозначно сказал, что сделает гарнитур для Веры сам, чтобы не выпускать из семьи драгоценности, мало ли как они "случайно" пропадут у ювелира. Стоимость их очень велика.

И тут же сразу обозначил проблему, которую мы выпустили из виду. Вот сразу понятно, кто тут государственный деятель, а кто колхозники из средней полосы России. Дело было в принадлежности острова. Поскольку его нет на картах, и никакое государство не объявляло претензий на него, нам надо обратиться к Георгу, чтобы он объявил о принадлежности острова к нашему государству, а затем мы, как первооткрыватели, имеем право на собственность. А для этого необходимо точное описание острова, включая его координаты.

— А если Семён сделает описание острова? Думаю, геодезии его тоже немного учили. Но опять все упирается в посещение всей компанией острова.

— Да, надо бы туда сходить. Но сможет ли Вера всех перенести, всё-таки далеко и нас много, а она ещё только начинает применять свою магию.

Тут вступил в разговор, молчавший до сих пор Коля.

— Чтобы Веру так не напрягать, давайте сейчас по карте посмотрим, куда максимально наши артефакты добивают, потом будет ясно, сколько ещё остаётся, и тогда уже от последней точки Вера будет переходить. Так нагрузка будет на нее меньше.

Дар с уважением посмотрел на Николая, мол, молодец, о сестрёнке заботится.

В общем, решили, что сегодня Дар пока ничего Георгу не рассказывает, завтра выходной, и мы пойдем на остров. Пока Дар сегодня будет у себя в ведомстве, мы подготовим все необходимое для экспедиции, работы и отдыха. Маленьких детей решили не брать, мало ли что, за ними уследить сложно.

С этим и разошлись. Дар отбыл совершать трудовой подвиг на ниве госбезопасности. Коля умчался к себе в мастерскую, я пойду оповещать желающих о путешествии. Нина взяла на себя материально-техническое обеспечение экспедиции — инструменты, тару, провизию, одежду. Коля сказал, что каждому из мужчин приготовит по рюкзаку с пространственным карманом. Нина торжествующе посмотрела на меня.

— Анечка, ты не помнишь, кто орал как потерпевший, когда я купила аппарат для дайвинга? Вот, а теперь он может и понадобиться? Надо же осмотреть остров и с моря?

Возразить мне было нечего. Ну да, я это орала! Но я тогда беспокоилась о вместимости машины и не помышляла о географических открытиях.

Пришлось ещё раз позвать Витю, чтобы он карандашом на карте отметил, где он чувствует этот остров. Сема примерно сказал координаты, но завтра, при осмотре на месте, определит их точно. Его будущая экспедиция тоже увлекла, и он тоже перебирал необходимую ему одежду, инструменты. Все-таки годы бомжевания не убили в нем любовь к своей профессии. Парни в своей мастерской запасались разными мудреными железками. Когда я удивилась, зачем это, мне снисходительно пояснили, что тот нож, что вчера умыкнули подростки — мелочь и дилетантство. А уж когда я упомянула, что Нина намерена и экипировку для дайвинга прихватить, они готовы были опробовать его прямо здесь и сейчас, в снегу. Петя, вздохнув, сказал, что ему придется взять два рюкзака, так как Варька непременно каких-нибудь саженцев накопает. Коле я сказала, что он может идти считать расстояния и мощность артефактов, карта на столе в моем кабинете. И пусть Тамине напомнит о том, чтобы взяла купальник.

Сама экспедиция прошла по намеченному плану. Вначале мы переместились на крайнюю доступную для наших артефактов точку. Ей оказался небольшой пыльный городок, напоминающий чем-то старинные арабские города — глинобитные стены домов и заборов, узкие улочки, повозки с запряженными в них небольшими осликами удивительной расцветки — сиреневые с желтыми полосками. Я первый раз таких увидела и стояла несколько минут, очумело таращась вслед колоритному животному, раскрыв рот. Впрочем, так смотрели все наши, кроме Дара, ему по должности положено держать лицо, хотя может, и видел уже таких. Выбрали укромный закоулок, куда выходили только глухие стены домов, без окон и дверей, собрались в плотный кружок, взявшись за руки и… ухнуло, свистнуло, затошнило. Резануло по глазам встающее прямо из морской глубины солнце, окрашивая белый песок в нежно-розовую палитру оттенков, шуршали набегающие на прибрежный песок волны, шелестели здоровыми листьями пальмы неизвестной для меня породы. Вон наши позавчерашние следы, где мы топтались на берегу, а вон и палка, которую Вера прикрепила к своей захоронке раковин. Парни и Семен сразу двинулись к лесу. Необходимо сделать ещё надрезы для получения сока гевеи. Ну а Сема сразу начал снимать кроки для описания острова. А Дариан и Витя начали носить охапками те самые здоровые листья на берег, где намеревались из палок и листьев соорудить навес для укрытия от солнца. Вера пошла, раскапывать свой клад, а мы вчетвером пока что начали собирать валяющиеся на полосе прибоя раковины, носить их к нашей стоянке. Потом займёмся добычей драгоценностей.

Между тем мужчины, соорудили навес и оборудовали нам рабочее место. Ну а мы собрали все раковины в пределах визуальной досягаемости, и куча получилась приличная. Хотя, вроде бы дальше ещё были раковины. Но нам пока и этого хватит. Дальше народ начал разбиваться на "кружки по интересам" — Дариан ходил вместе с Семёном, тот ему что-то объяснял, Дар довольно кивал головой. Коля прилаживал себе на спину баллоны с кислородом для погружения. Петя следил за наполнением ёмкостей с каучуком, Варя бродила недалеко от него, высматривая лесные диковинки. Витёк остался для помощи и охраны четырех беспомощных женщин — Нины, Веры, Тамины и меня. Ну-ну, блажен, кто верует. В основном его функции сводились к промывке добытых жемчужин и уборке в дальний уголок пляжа открытых раковин, чтобы никто случайно не порезался об них.

Надо сказать, что жемчужины были вовсе не в каждой раковине, зато поражали размерами и цветовым разнообразием. Видимо, отмель раковин — жемчужниц была старой, что и объясняло крупные размеры жемчуга и разнообразные переливы цвета, и массовый снос раковин с "насиженного места". Старые раковины гораздо легче отрываются от места прикрепления, чем молодые. Вот и это месторождение оказалось недоступным для ловцов жемчуга, неизвестное или на слишком большой глубине для человека без оборудования. Рассортировывая драгоценности, решили, "клад" Верочки пусть остаётся для нее приданым. Для себя и Коли сейчас заготовит Тамина, для Вити выделит Нина. Часть выделяем Митричу с Клиппой, Семену, ну и на подарки хорошим друзьям, вроде нашего Макса. Себе я тоже отберу понравившееся, а остальное убираем в семейный сейф, который принадлежит всей нашей семье.

Верочка открывала свои выкопанные раковины и вдруг позвала нас. Разумеется, всем нашим слабым дамским коллективом мы рванули к ней. На перепачканной ладошке Верочки лежала одна очень крупная розовая жемчужина и с десяток чуть помельче, но все же крупных, радужных жемчужин!! У них не было одного оттенка, множество разных оттенков, маслянисто поблескивая, плавно переходили из одного цвета в другой, и это была такая завораживающая игра оттенков! На Земле я ни разу не видела такого жемчуга, даже по ТВ. Хотя, может, просто не видела, а такой и есть.

Неожиданно перед глазами промелькнула картинка — Верочка, в нарядном вечернем платье, в ушах покачиваются грушевидные сережки с розовым жемчугом, а на голове сияет диадема из разноцветного жемчуга с большой жемчужиной посередине. И Верочка такая юная, свежая, просто красавица.

Вижу мужскую руку, надевающую Вере на пальчик кольцо с каким-то крупным камнем. Самого мужчину не вижу. Картинка поплыла, теряя четкость, я тряхнула головой, сбрасывая наваждение. Потихоньку отошла от всех в сторонку, села на песок, пытаясь понять — А что это сейчас было? Неужели мироздание во второй раз наградило меня ещё одним даром — предвидения? Ведь ляпнула же я тогда королеве про девочку, сама даже не поняла что и как. А тут вот, явно это помолвка Веры, но там, в моем видении, она очень молодая, совсем как сейчас выглядит. В общем, пока сама не разобралась во всем этом, буду помалкивать. А то сделают тут из меня королевскую Пифию (древнегреческое мифологическое существо, предсказывающее будущее).

ВИТЯ.

Выполняя монотонную работу, по промывке жемчужин и уборке от места отдыха пустых раковин (для этого он специально выкопал яму на дальнем краю пляжа, у леса), Витёк нисколько не тяготился ею. Он думал. Думал о том, какие перемены произошли в его жизни всего за неполных три месяца, и насколько его теперешняя жизнь отличается от той прежней. И даже Черныш, активно путающийся у него под ногами, только ещё больше подчеркивал эти отличия. Раньше у него не было ни котенка, ни щенка. Даже в деревне тетка не разрешала заводить собаку, ворча, что все горазды только объедать ее, а дом и Витёк поохраняет, да и от кого — три древних бабки во всей деревне. А тут настоящий котенок и для него Витёк единственный хозяин. Сейчас он отчётливо понимал, насколько ошибочным было его решение примкнуть к бандитствующей группировке. Но в тот момент жизни Витёк был растерян и чувствовал себя никому не нужным, как выброшенный на помойку неизвестно за какие грехи щенок. Иногда, хоть это и казалось неподходящим для семнадцатилетнего парня, он забивался в их тайное с Веркой место за гаражами и не плакал, нет, он просто тихонько поскуливал, как тот щенок. А потом и Верки не стало. Тетка ворчит, что из-за кляузы соседей пришлось забрать Витьку рано из деревни. Подождала бы школа, ничего бы не случилось, а так пришлось дядьку в деревню отправить, чтобы за скотом ухаживал. Витёк теперь понимал, что и бандитам он особо и не нужен, так, расходный материал, и вряд ли бы он прожил долго. Зато сейчас у него, как у настоящего человека, есть большая и дружная семья. Мама Нина, которую он принял своей матерью после первой же нехитрой ласки и заботы, со всем пылом никогда нелюбленного и ненужного никому ребенка. Сестра Верка, нашедшаяся в совсем неожиданном месте и вроде бы всем довольная. Старший брат, который теперь для Витька главный авторитет и кумир, после мамы, конечно. Тетя Аня, мамина сестра, серьёзная и справедливая, к которой можно подойти с любым непонятным вопросом. Дядя Дариан, строгий, но, тем не менее, Витёк точно чувствовал, что он искренне переживает за каждого члена семьи. Смешливая Варя, рассудительный Петя, забавная мелюзга Маруська и ее дружок домовёнок. Домовые, которые вообще приводили Витька в тихий восторг. Добрая тетя Тильда, всегда готовая сунуть им с Веркой какую-нибудь вкусняшку и вздыхающая, что уж больно они тощие. Дядя Никей, умеющий говорить смешные вещи самым серьезным голосом и знающий, кажется, ответы на все вопросы на свете. Но на самом главном месте, после мамы, разумеется!! был Коля.

Он многое объяснил Витька про маму. Затащив пацана в свою мастерскую, где он в этот день работал один, потому что Петя уехал с Семой в экспедицию, а домовые-мастера, работали в другой мастерской с точными приборами. Вот Коля и пояснил, что магия магией и будь ты хоть пять раз крутой маг, а обычную мужскую работу — забить гвоздь, отпилить, прибить, закрутить гайку и прочее, ты должен уметь делать. Да Витька и не возражал. Вот и шкрябая напильником, слушал он наставления брата.

— Понимаешь, Витёк, мать у человека одна. И неважно родила она тебя или нет, главное, она — мать! и нет ничего более дорогого. Знаешь, как я переживал, когда я здесь был, а мама осталась там. Я же знал, что она не сможет жить, не зная, где ее ребенок. И пусть я взрослый, но все равно ребенок. Я люблю свою Тамину, за нее порву любого на куски, без применения тех. средств. А за маму жизнь отдам. Иногда говорят, что мол, это только до того как станет выбор — мама или жена. Но я уверен — наша мама никогда не поставит нас перед таким выбором. Ты не думай, что она больше любит меня, как родного сына, это не так, она нас всех троих любит одинаково. Мне даже больше доставаться будет, так как я старший и должен быть примером для вас с Верой. И я тоже очень рад, что вы есть у меня — и брат и сестра. И мама с нами счастлива. А если и появится в ее жизни теперь мужчина, я буду только рад. Мама, как никто, достоин счастья. Ведь она, как отец ушел из семьи, так и жила только со мной, не хотела, чтобы я с отчимом рос. Так что Витёк, мотай все на ус и если что, не стесняйся, спрашивай у меня. Мы — семья! И это главное!

Экспедиция на остров прошла успешно.

Домой вернулись уже к вечеру, усталые, местами обгоревшие и исцарапанные, даже с несколькими обломанными ногтями на четверых. Все взятые с собой ёмкости были заполнены сырым каучуком. Пакеты заполнены жемчугом, который ещё надо рассортировать каждой семье. Которые раковины мы не успели открыть, мужчины, как смогли, собрали с берега и убрали в укромное место. Варя была тоже довольна невыносимо — набрала всевозможных семян и небольших саженцев. Правда, я сомневаюсь, что они примутся в нашем климате. Но пусть развлекается, раз ей так хочется. Ещё она нашла несколько плодовых деревьев или пальм, я лично большой разницы не вижу. Съедобно и ладно. Кроме бананов, были найдены кокосы и папайя. Это такой тропический фрукт. Но мне нравится. Семен установил координаты острова, Вера несколько раз переносила его в разные точки острова. С других сторон острова почти совсем близко к воде подступали джунгли. Так что нам повезло сразу попасть на такой шикарный пляж. Гевеи попадались вразнобой по всему острову. И все они были уж очень объемными, наверно местный сорт. Так что без резиновых сапог не останемся. А вот животных на острове не обнаружили. Во всяком случае, следов от крупных животных не нашли. Может, мелкие и есть какие. Птицы были, но не сказать, что в больших количествах. Зато Сема нашел самое ценное на острове — источник питьевой воды, кристально чистой, холодной и удивительно вкусной.

Но самое интересное нашел Петя, забредший в чащу в поисках неугомонной жёнушки, умчавшейся за вооон тем интересным кустиком. Вначале мы услышали громкий плюх и Петькину ругань, затем появился он сам, мокрый и частично вымазанный в черной, липкой грязи. Явственный "аромат" тухлых яиц, а попросту, сероводорода, шлейфом тянулся за рассерженным Петей. Он молча прошествовал мимо нас прямо в морские волны и принялся яростно соскребать с себя грязь и полоскать свою одежду. Потом, успокоившись, рассказал.

— Пошел я за своей драгоценной женушкой, вдруг чего, остров мы ещё не знаем, а она унеслась. Вот и полез через кусты, думал, быстрее будет. И залез одной ногой в грязь какую-то, хотел вытащить ногу — вообще поскользнулся и со всей дури брякнулся в чашу с грязью. Когда вылез из нее кое-как, ещё не легче — свалился в озерко рядышком с грязью. Вначале, дурак, даже обрадовался, думал, отмоюсь тут. Ага, два раза! Мало того, что озерко с почти горячей водой, так ещё и духан от него!!! Как в ящик с тухлыми яйцами попал! Чуть не задохнулся! Кое-как до берега добрался и грязь отскоблил. Только вот вода морская, и волосы дыбом теперь стоят и одежда коробом.

С этим вопрос решили просто — доставили с помощью Веры несколько бутылей с родниковой водой и отмыли чистой водичкой Петра. Правда водичка была холодной, и он вдоволь пощелкал зубами. Сема сходил на вонючее озеро и принес в ёмкостях образцы воды и грязи, пояснив, что это вполне могут быть лечебные сероводородные источники. Вот это интересно и здорово! Других полезных ископаемых Сема на острове не нашел и хорошо. Не вызовет наш остров ненужный интерес и зависть, как Сибирь у Мадлен Олбрайт. Потом все коллективно купались в теплой прозрачной морской воде, не отдаляясь далеко от берега. Зато наши "Ихтиандры" ныряли с аквалангом и обучали этому искусству Дариана и Витька. Правда, Черныш Витькин при этом нервически бегал по берегу и истошно орал, когда хозяин полез в эту мерзкую, мокрую воду. Сема мудро отказался от обучения, сказав, что вода — это не его стихия. Уже перед самым отбытием, пока мы укладывали и перекладывали свой багаж, Коля ещё побежал нырнуть разок. Вынырнул он быстро, с трудом выволакивая за жабры здоровенную рыбину, которая явно не была этому рада, сопротивлялась и грозно щелкала зубастой челюстью. Надеюсь, это не акула. Но Дар всех успокоил, сказав, что это морская рыба, очень вкусная, но редко попадающая, так как водится только в этих краях, а рыбацкие суда так далеко не заплывают. Так что Колиной добыче оказали всяческий респект и уважение. Оглушив ее ударом дрыны по голове, завернув в пальмовые листья, и погрузили в большой рюкзак. Надо бы поскорее доставить рыбину на кухню к Тильде.

Домой добрались быстро и без приключений. Уже после ужина, когда всей компанией сидели в гостиной, Нина выдала на-гора витающую в воздухе идею.

— Если Дар уговорит короля отдать нам этот остров, может, устроим там семейный спа-курорт? Нам же не нужны стеклянно-бетонные громадины? А простые бунгало легко можно построить из подручных материалов. Там климат, воздух и виды просто ошеломительные! Вот сделаем анализ грязи и воды, если они лечебные, как мне кажется, это же вообще просто шикарно! Можно отдыхать, лечиться, и необязательно надолго, можно на пару дней, на выходные. Всё-таки надо высчитать, на сколько точно берут портальные артефакты, может, не в два, а в три приема идти. А то не всегда же Вера может ходить с нами. Коля пусть время найдет и посчитает, да, сынок? — И Нина так выразительно посмотрела на старшего сына.

— Конечно, мамочка! — обреченно пробормотал сынок.

Да, не с Колиной харизмой спорить с матерью!

ДАРИАН.

Дариан сидел в кресле возле стола короля, который быстро проглядывал бумаги, которые утром принес его глава Тайной службы. Закончив читать, поднял голову, внимательно посмотрел на Дариана.

— Значит, говоришь, девочка эта малолетняя может ходить своей дорогой без всяких артефактов и порталов? — Получил утвердительный кивок и продолжил. — Какая интересная магия, и вот что самое интересное, зачем столько магии в одной семье сразу? И мальчик этот, поисковик. Да и Анна твоя опять отличилась. Мне Элиана проговорилась, что она твердо сказала о том, что сейчас у меня будет сын, а вот следующий ребенок обязательно будет девочкой. У твоей жены ещё и дар предвидения проявился? Не пора ли всю эту семейку забирать на королевскую службу?

У Дариана неприятно сжалось сердце, как будто ледяной рукой кто сдавил, но он постарался ответить как можно равнодушнее.

— Ну, притащишь ты их под стражей во дворец, и как заставишь магичить? Я уверен, они по любому найдут способ уйти от твоих притязаний. Не смогут уйти в свой мир, найдут необитаемое для посторонних место здесь, на Валенте. Да и эти, которые наблюдают, могут не простить такого. Не хотелось бы. Так что больше проблем, чем выгоды получишь. Добром попросишь — они тебе и так помогут, а силой не получится.

Георг пожал плечами.

— Да, наверное, так и будет, это я просто, предположил, а ты сразу все мои домыслы и разбил своими аргументами. Ладно, теперь по вашей заявке. Что там с островом? Ты сам там был, на этом самом острове? И точно ничего ценного там нет?

Дариан рассмеялся.

— Точно нет! Солнце, море, куча песка, чаща непролазная. А, нет, грязь там ещё есть вонючая!

И Дар рассказал, как Петя принимал грязевые ванны.

— А растения? Ну, из которых сок собирали? Может, они ценные? И может этот остров перевести в собственность королевства?

— Георг, ну что ты как малый ребенок? Ну объявишь ты остров своей собственностью и что? Ты знаешь, или кто-то из наших учёных знает, что именно надо делать с этим соком? А они знают! И как раз сестра Анны этим будет заниматься, она и есть мать этих двоих молодых магов и графа Трум тоже. Если у них получится что-то стоящее, непременно предложат тебе! Так что ты получишь желаемое без лишних проблем!

— Ага, только за деньги! — скривившись, пробормотал король.

Да уж, как говорит Аня, на халяву и горчица-халва! Дар долго пытался понять смысл этой поговорки, пока однажды ему не предложили за обедом готовую горчицу. Щедро намазав ее на кусок мяса, Дар от души откусил. Надо говорить, сколько он кашлял с выпученными глазами, чихал и дышал, как собака, открытым ртом?

Конечно, Дариан понимал короля, тому надо было беспокоиться о благосостоянии всего королевства, а тут такой возможно лакомый кусочек проносят мимо носа. Про пляж с драгоценными жемчужными раковинами он говорить Георгу не стал, ведь формально эти раковины не были изначально на острове, их принесло откуда-то. Раньше он не задумался бы о том, чтобы промолчать, но теперь у него есть семья и большая, и надо думать и о них всех тоже. Уж не говоря про доченьку… ох, скорей бы домой, к Ане и Любаше. Иногда Дар ловил себя на мысли, что начинает тяготиться обязанностями главы Тайной службы, а больше всего хотелось бы просто жить со всей семьёй. Заниматься мелкими и большими проблемами, видеть, как растут малыши, как учатся старшие дети, подставить плечо жене, вечно занятой разными проблемами — от мелких бытовых до общемировых. Вот и сейчас он видел, что Анну что-то заботит, но пока не обращается за помощью. Он ещё немного подождёт и вмешается сам в это дело. Его мысли прервал недовольный голос монарха.

— Нет, ты посмотри, Дар! Опять везде лезут эти интриганы дворцовые! Вот принесли мне прошения высоких должностных лиц. Вот прошение терца вашего города, ты его знаешь, Дар? А, ну да, деятельный такой мужик, сразу все идеи твоей жёнушки подхватывает, и в городе у него порядок, и в провинции, и безработных почти нет и вообще, все на уровне. Так вот, он просит о расторжении своего брака с некоей Алиссией Крайт. По поводу ее бегства из семьи и оставлении малолетнего сына. Так он просит о расторжении и воспитании сына им самим.

А сбоку, на полях, приписка, что нижайше просят не расторгать брак, мол, беглая супруга желает вернуться в лоно семьи. Знаю я этого просителя, это из старых лордов Совета. Небось, за какую-нибудь свою внучатую племянницу просит. Или еще, какую дальнюю родственницу. Ты, Дариан, узнал бы у своих, что там и к чему, не может быть, чтобы они не знали. А я пока это прошение придержу. Не хочу принимать решение наспех, не зная дела.

Обсудив ещё несколько важных дел, Дариан отбыл по своим очень тайным и важным делам, а король остался решать и править страною и людьми.

Вечером, дома, не откладывая дело в долгий ящик, Дариан поговорил с Анной про терца. Честно рассказал про разговор с королем о терце Алесандро, его прошении, и приписке к прошению. И о решении короля пока прояснить этот вопрос. Анна похмыкала понимающе, помолчала и высказалась.

— Что-то в этом роде я и предполагала, просто не стала Нине говорить. Ты знаешь, что у нашей Нинули имеются виды на терца Алесандро? Думаешь, сам терц ещё не в курсе насчёт Нины? Ну, куда ж он денется! Против Нинули ему не выстоять! Влюбится и женится! Ты уж по родственному помоги мужику развод получить. Тем более что тира Алиссия и вправду отвратительная и жена и мать. Ты знаешь, что она бросила больного ребенка и сбежала? Вот, теперь знай! Небось, бросил ее ухажёр, вот она и кинулась к родне, чтобы помогли вернуться на теплое местечко. Дар, вот честно, наш терц заслуживает лучшего и тира Алиссия ему не подходит. Расскажи все Георгу и пусть смело подписывает прошение.

Дариан думал недолго, он ещё ни разу не видел, чтобы жена ошиблась. Да и терц и впрямь был неплохим человеком, и Нина ему была глубоко симпатична. Да и родственные связи ещё никто не отменял, так что завтра же решит этот вопрос с Георгом.

Если бы он знал, какие родственные связи "светят" в ближайшем будущем.

Дел навалилось как-то так много, что мне едва удавалось найти время для своей семьи.

Я вернулась к чтению лекций в Академии целителей, вела прием в амбулатории у себя дома. Ещё по утрам надо было обязательно зайти в большую клинику. По меркам земным, она, конечно, вовсе не была большая, скорее, средней руки, но по меркам нашего города, она была большой. Тем более, сейчас к нам стали ездить на лечение даже из столицы. Так что практических занятий хватало всем — целителям, фельдшерам, провизорам и деревенским травницам. Клиническая практика им была необходима.

Наш студент — ветеринар успешно осваивал свою науку под руководством Митрича и Ведара. Во всяком случае, все трое выглядели довольными. На обучение студент ходил к нам домой и учился на наших животных. На следующий год у нас явно прибавится таких студентов — ко мне уже приезжали двое парней из деревень со сходной магией. Я их проверила, и зачислила на первый курс, на следующий учебный год, сейчас уже не было смысла начинать обучение. Придется на следующий учебный год открывать нам полноценный факультет ветеринарии.

Наша молодежь тоже активно грызла гранит науки, готовилась к зачётам и экзаменам за полный курс Магической школы. Думаю, сдадут успешно, преподаватели их хвалили. Летом поедут поступать в Магическую академию в столице.

Нина тут же всполошилась — как это детки будут одни в другом городе, и жить будут в общежитии, вдруг кто обидит ее детей? Ага, плохому научат! Но Дариан ее успокоил — к этому времени он просто откроет свой столичный дом, который сейчас стоит закрытым из-за ненадобности. И штат прислуги там тоже будет, так что дети без присмотра не останутся. Интересно, а я и не знала о наличии в семье столичного особняка. Теперь буду знать. Надо сходить туда с Ниной, чтобы определить, что там надо сделать и приготовить особняк к проживанию.

У Нины тоже дел хватало, кроме забот о семье. Она всё-таки приняла предложение о преподавании и теперь читала курс химии и фармхимии для провизоров и травников, а для лечебников — биохимию.

Кроме этого, Нина занималась ещё и практической химией. Так, каучук у нее таки получился. Теперь наши инженеры в свободное время занимались королевской антилопой-гну, как обозвал ее Колян. Самое важное для них было собрать раму с движителем для колес, подвеску и рессоры. И приспособить магические кристаллы ко всему этому. После этого соорудить салон и сделать шины. В общем, начать да закончить. Но, главное, дело сдвинулось с мертвой точки.

А ещё ребята периодически ездили с Семёном в экспедиции. Изредка привозили нефть для перегонки на бензин. Отходы от перегонки теперь тоже шли в дело — кроме автомобильного масла, они ещё применялись и в получении автомобильной резины. Таких тонкостей я, конечно, не знала, меня Нина просветила. Она теперь добивалась от Рима, чтобы он сделал ей деревянные формы ног разных размеров, клялась к весне обеспечить всех резиновыми сапогами и непромокаемыми плащами. Поживем — увидим.

А каменный уголь всё-таки удалось найти. И даже не слишком далеко. Нужна только подходящая дорога. Но это будем обсуждать с терцем и королем. Может, даже придется привлекать рабочую силу из соседних провинций, там все равно проблема с безработицей, а у нас планов громадье. Домовой Вари сейчас занят проектированием кирпичного заводика за городом, оттуда до глиняного карьера рукой подать. Оборудование типа глиномялок, месилок и такого подобного изготовят и Коля с Петей, а вот печи для обжига, формы для изготовления кирпичей и черепицы — надо искать мастеров в столице, там есть похожий заводик. Но это Дар взял на себя — переговорить и найти мастеров. Вот и каменный уголь будет к месту, дровами такие печи не натопишь.

Кстати, Нина, поколдовав с этой глиной и некоторыми природными пигментами, сумела получить разноцветные глины и сказала, что можно будет делать разноцветную черепицу, которой пока нет в этом мире. Я представила себе город, утопающий в зелени, с разноцветными крышами. Думаю, будет очень живописно.

Недавно пришло известие из королевской канцелярии для нашего терца, что его прошение насчёт развода с тирой Алиссией удовлетворено и в ближайшие дни терц Алесандро получит бумажное подтверждение своего холостого статуса. И ребенок, Даниэль Крайт, остаётся под опекой своего отца, тира Алесандро Крайта, до достижения им возраста совершеннолетия. Об этом нам торжественно сообщил сам терц, когда присутствовал у нас в гостях на традиционном воскресном обеде. Данька находился в компании своих малолетних друзей — Маруси и Диля. После дневного отдыха у них было запланировано снежное побоище, а попросту, бросание снежками во дворе. Дан уже давно перестал походить на бледную немочь с золотыми локонами. Теперь это был малыш своего возраста с круглыми розовыми щёчками, задорно блестящими любопытными голубыми глазками, быстро бегущий по дорожке крепкими ножками.

На радостях от полученного известия терц расхрабрился и пригласил многоуважаемую тессу Нину на прогулку по городу. Ну, слава тебе, Господи, насмелился! Вышеупомянутая тесса, разрумянившись от удовольствия, милостиво согласилась прогуляться по городу и отпить кофию с пирожными в кафе торгового центра. Можно подумать, она ни разу там не была. Но мы все послушно сделали изумленно — восхищенные лица, вроде, как и не знали ничего о разводе и восхищены выбором терца. Хотя Дар рассказал о решении короля сразу же, как только высохли чернила на королевском резюме. Вернувшись вечером домой и сидя в нашей гостиной, где я увлеченно вязала, а все занимались своими предпочтениями, Нина, глядя на огонь в камине, задумчиво проговорила.

— Наверное, я весной приступлю к постройке своего дома в нашем квартале. Надеюсь, Алесандро сумеет добавить нам кусок земли, самому же там жить. А в том мавзолее я все равно жить не смогу, хочу уговорить терца подарить эту громадину городу для театра, можно и галерею картинную в одном крыле дома устроить.

Я только рот открыла. Не знала, что у них так дело далеко зашло, что уже и общий дом обсуждают. Но тут вмешался в разговор Коля, сидевший неподалеку.

— Кхм… маменька, стесняюсь спросить, а терц подозревает о настигшем его счастье? Или пока ещё в неведении?

Нинуля отмахнулась.

— Вот когда надо будет, тогда и узнает. А так пока нервы сбережёт.

И увидев наши вытянувшиеся лица, весело рассмеялась.

— Да пошутила я! Конечно, знает! И даже по секрету мне признался, что его самого тоже этот дворец угнетает, да и денег на его содержание уходит уйма. А у нас ему нравится, просторно, света много, все свои, и Даньке здесь хорошо, и друзья у него тоже тут.

Вот так у нас появилась новая забота — дом для Нины и ее семейства. Никею было выдано важное поручение — по возможности найти ещё одно свободное семейство домовых, которым нужен дом и заботливые хозяева. Никей обещал помочь.

Но, как обычно, когда все долго идёт хорошо и размеренно, в один прекрасный или не очень, момент, все летит в тартарары. И надо срочно куда-то бежать, сломя голову, решать вопросы, сглаживать острые углы последствий и тому подобное. А все из-за того, что расслабились и упустили контроль. На этот раз проблему на ровном месте создала нам всем Верочка, чего я ожидала меньше всего. А все потому, что мы с Ниной как-то привыкли считать ее маленькой, обманувшись внешним видом, хотя за последние полгода Вера и подросла и начала округляться в положенных природой местах. Хотя все равно выглядела тощеватым подростком. Но семнадцатый год — самое время для первой влюбленности. А мы это прозевали или не придали значения. Теперь вот пришла расплата.

Но обо все подробнее и не только с моих слов, но и с точки зрения ещё нескольких действующих лиц.

Вера.

Ей не спалось. Вера посидела у окна, посмотрела на звёзды, полюбовалась на залитый сиреневым светом местной луны ещё не проснувшимся парком, вновь покрутилась с боку на бок в жаркой постели. Нет, ничего не помогает! Поговорить бы с кем, с мамой или тетей Аней? Сразу обеспокоятся. С Витьком? Так тот тоже не поймет, мальчишки все позже начинают понимать, и тоже может побежать к маме советоваться. С Колей страшно, тот уже совсем — совсем взрослый, хотя очень добрый. Может, с Варей или Таминой? Они могут ее выслушать. Вот завтра и поговорит с кем-нибудь из них, а сейчас просто посидит, помечтает.

Вера все никак не могла забыть того красивого маркиза, которого встретила в королевском дворце, говорят, он какой-то родственник королевы Элианы, какой точно, Вера не запомнила, так как во все глаза смотрела только на него. Высокий, статный парень просто один в один как из сериалов про старые времена, принц, да и только. Он даже произнес ей несколько комплиментов и танцевал с ней на королевском балу. Она этот танец столько раз потом видела во сне. Только там, во сне, она не была стесняющейся и краснеющей от своей неловкости дебютанткой — малолеткой, а шикарной красавицей, веселой и свободной, легко кружащей голову кавалерам, а красавец маркиз и вовсе обещал умереть, если прекрасная незнакомка не ответит на его чувства. И это было так прекрасно, ярко и завораживающе, что ещё обиднее было просыпаться по утрам и понимать, что ты все та же Верка, которая грызет науки изо всех сил, чтобы соответствовать уровню своей семьи, чтобы не огорчать маму. Хотя, как ей кажется, семья бы ее любила, даже если бы у нее не было и вовсе никакого дара. Вера так чувствовала. В этой семье любят не за что-то, а просто любят.

Вера втайне надеялась, что предмет ее мечтаний, маркиз Горан, хоть раз придет к ним в гости вместе с королевской семьёй, ведь король и королева часто бывают у них в гостях, но маркиза ни разу не было. И Вере оставалось только мечтать, яростно кусая губы, что вот вырастет она взрослой, и как встретит она маркиза на балу… Дальше ее мечты не простирались, в силу возраста и малого опыта общения со своими сверстниками. А страшный опыт земной жизни постепенно, под воздействием магии Анны, стирался из памяти и уже почти исчез совсем, вроде, как и не с ней это было, просто это она когда-то видела в кино. Давно.

Успехи в учебе ее саму и педагогов радовали, она уже почти полностью контролировала свою магию. Но иногда случались спонтанные выплески, и она пока не знала, как полностью от этого избавиться. Дело в том, что при сильных эмоциональных всплесках, когда желание увидеть кого-то или что-то перевешивали ее самоконтроль, ее могло неожиданно перенести к желаемому объекту. Как-то пару раз ее переносило в торговый центр, так ей вдруг захотелось немедля съесть горячий бургер и выпить кофе, что её прямо с зачёта в школе перенесло. Хорошо, хоть она успела сдать уже зачёт. Потом, вот недавно. Витёк уже три дня был с Семёном и Колей в экспедиции, а Вера ужасно соскучилась по нему. И внезапно обнаружила себя, стоящей у входа в какую-то пещеру, в домашнем платье и тапочках. Чуть в глубине рассматривали образцы какой-то породы Семён и Коля, а в ее сторону смотрел нахмурившийся Витька.

Увидев и опознав Веру, он погрозил ей кулаком, и она, испугавшись, что ей попадет, вновь оказалась неожиданно в своей комнате. И только испачканные в грязи тапочки напоминали о ее кратком путешествии.

Вздохнув ещё раз, Вера всё-таки решилась сходить на кухню, попросить у Тильды, если она ещё там, а если нет, то взять самой, теплого молока с медом. Идти через весь дом не хотелось, поэтому решила пойти через служебную лестницу. Ночью свет там сильно приглушали, и было темновато. Посему Вера прихватила с собой стоящую у нее на прикроватной тумбочке светящуюся палку в виде факела, надела тапочки и двинулась к двери. Обычную для Земли атласную пижамку, состоящую из короткой маечки и шортиков белого цвета, она сочла вполне уместной для ночного кухонного дефиле. Внезапно проснулась мирно дрыхнувшая в кресле Мурка, спрыгнула и затанцевала у ее ног.

— Что, Мурочка, ты тоже хочешь на кухню? Хочешь вкусняшку от тети Тильды? А если там Клепа гуляет?

Кошка презрительно фыркнула и потрясла лапой, типа — я эту Клепу одной левой.

Вера неожиданно подумала — а если бы этот красавчик — маркиз увидел ее сейчас вот такую, взлохмаченную, с палкой в руках, разговаривающий с кошкой, что бы он подумал?

И не успев даже додумать эту мысль, она ощутила знакомое "ускорение лифта", услышала хриплый мяв Мурки и осознала себя стоящей в темной комнате, неподалеку от кровати, из которой доносились стоны и неразборчивое сопение. Было слишком темно, чтобы понять, где она очутилась и что вообще происходит. Поэтому она подняла свою световую палку повыше, осветив при этом и себя. Истерический, на грани ультразвука, визг пилой резанул по ушам…

Маркиз Горан.

Горан самозабвенно и со знанием дела тр… гхм… занимался сексом с одной весьма порядочной (то есть, всем по порядку) фрейлиной Элки, своей сестры и королевы по совместительству. В королевском дворце он бывал крайне редко, и то по делам, особо он все эти увеселения не любил. Но одни из покоев в семейном крыле всегда были закреплены за ним. Вот и сегодня дела герцогства и Королевский Совет, на котором он, как наследник герцога Даймора должен был присутствовать, потребовали от него ночёвки во дворце. Заодно решил, и время провести приятно, сговорившись с одной из фрейлин. Девица особо ни на что не притязала, кроме хорошего секса и пары побрякушек. И все это он вполне мог ей обеспечить.

Дома, в герцогстве, никаких связей не заводил, фавориток не имел и даже интрижек с горничным или хорошенькой дочкой экономки, хоть она усердно и улыбалась ему и демонстрировала шикарное декольте, не имел. Понимал, что когда-то ему придется жениться и не хотел, чтобы его будущую жену унижали, ехидно сообщая ей о всех его бывших пассиях. Отрывался, и приятно проводил время, только поехав в столицу. Вот и сегодня рассчитывал на здоровый секс и спокойный сон. И вот, почти в самый интересный момент, чуть не хватило, он почувствовал что-то неладное. Его партнёрша внезапно вся напряглась, в глазах плескался ужас, и из широко открывшегося рта раздался такой визг, что у Горана от звукового удара заложило уши. Вот и где он тот здоровый секс и спокойный сон?

Когда у него вернулся слух и способность соображать, он увидел, что его незадачливая любовница бежит к двери, в чем мать родила, судорожно прижимая к себе тряпичный ком из платья и панталон, продолжая визжать, как оглашенная. Наконец, она выбежала из комнаты, продолжая визгом оглашать королевское крыло замка. Громко чертыхнувшись, Горан соскочил с кровати и только сейчас обратил внимание на яркий белый свет. И в круге этого света стоявшую молоденькую девушку, почти девочку в странной, но весьма пикантной одежде, взлохмаченной, с вытаращенными глазами и полуоткрытым ртом.

— Вот только не хватало, чтобы и эта сейчас завизжала — подумал Горан, тогда точно сбежится весь дворец, хотя он, похоже, и так сбежится.

И только сейчас он понял, стоит тоже весьма в неглиже, то есть без одежды. Совсем. Мрачно ругаясь про себя, он торопливо натягивал штаны, прыгая на одной ноге, что-то мешало, и он не мог понять, что именно, и как быстрее одеться.

В тишине комнаты, но под сопровождение удаляющегося визга, прозвучал застенчивый голос.

— У вас в брюках трусы застряли.

Большего шока он ещё не испытывал! Мало того, что эта девочка не стала визжать, стояла спокойно, так она ещё не постеснялась сказать вслух про его нижнее белье. С ещё большим раздражением он вновь содрал с себя штаны, вытряхнул запутавшиеся трусы и натянул на себя брюки прямо на голое тело и плюхнулся на кровать, пытаясь осознать происходящее. Что же теперь будет? Девочка переступила с ноги на ногу, робко сказала.

— Можно, я присяду? Стоять устала.

Горан равнодушно кивнул, лихорадочно соображая, чем может обернуться это пикантное приключение. Его интуиция подсказывала, что ничем особо приятным. И надо поскорее выпроводить незваную гостью из его спальни.

— Ты не могла бы уйти к себе? Могут быть неприятности.

Девочка вздохнула.

— Прямо сейчас не могу. Резерва не хватит, так я сяду? А то сил нет. Я немного отдохну, потом попробую уйти домой.

— А если не получится?

Уныло качнув головой, девочка ответила.

— Тогда до утра, пока резерв не наполнится… мама напугается, а Колька точно уж тогда ремнем выдерет.

— А кто у нас мама и ужасный Колька?

Увы! Ответить девочка не успела, но зато успела устало присесть на краешек его кровати. Совсем рядом послышался нарастающий шум взволнованных голосов, топот, и с грохотом распахнулась дверь спальной.

В комнату ввалилась толпа любопытствующих, впереди всех стоял Его Величество Георг. На заднем плане маячила встрепанная и в не зашнурованном платье та самая фрейлина, сейчас, слава Всемилостивому! не визжащая. Король хлопнул в ладоши, включая яркое освещение, и с недоумением уставился на открывшуюся его взгляду картину, весьма неоднозначную, мягко говоря. На разворошенной постели сидел его деверь, маркиз Горан, одетый в одни брюки, босиком, а с краешку кровати сидела хорошо знакомая девочка и тоже в весьма свободной одежде. Правда, положа руку на сердце, такая модель пижамки ему знакома, его собственная супруга надевала такую, когда хотела его порадовать. Ее подарили Элиане при посещении дома целительницы Анны. Но сейчас, здесь, в присутствии такой кучи народа, все могло обернуться плохо. Но попытаться спасти ситуацию он мог попробовать.

— Верочка? Что ты здесь делаешь? Как ты оказалась в комнате маркиза? А твои родные знают?

Девочка печально покачала головой и отчётливо всхлипнула. Толпа сзади загудела… дело плохо.

Собственно, все случилось неожиданно, он просто шел к себе в апартаменты, сегодня он задержался с работой над документами и теперь шел и мечтал, как сейчас нырнет в теплую постель, притянет к себе любимую женщину и уснет, уткнувшись ей в макушку. Как вдруг очнулся, увидев небольшую толпу из лакеев, придворных, нескольких фрейлин и громко визжащей в ужасе, практически голой, фрейлины. Она между приступами визга лепетала что-то о жутком привидении с огненным жезлом в руках и ужасном потустороннем существе с горящими желтыми глазами. Георг даже сам не понял, как его понесло с толпой по коридору в покои маркиза Горана. А тут вот такая незадача.

Георг чувствовал, что ситуация патовая, и он попал в ловушку отношений с двумя влиятельными семьями — герцогами Даймор, родителями его родной супруги Элианы и семьёй его друга Дариана, герцога Саммерс. А девочка — племянница Анны, жены Дара. Та самая, с необычным магическим даром, очень нужная для королевства. Не было бы столько свидетелей и этой дуры — фрейлины, которая своим визгом успела разбудить половину дворца, то может, и удалось бы как-то замять эту историю, но в таких условиях вряд ли получится. Теперь можно только сгладить ее последствия и маркизу придется пожертвовать своим именем и приобрести неожиданную супругу. Но возможно ли? Девочка выглядит совсем маленькой, может по возрасту не подойти для замужества. Тогда маркизу вовек не отмыться от клейма растлителя малолетних. Но для начала надо избавиться от лишних глаз и ушей. Повернувшись к толпе за спиной, король негромко сказал.

— Все вышли вон из комнаты!

И, еще к разочарованию вышедших, за последним, покинувшим пикантное место происшествия, Георг накинул при помощи артефакта полог тишины. Сам устало плюхнулся в кресло, вытянув ноги, и махнув рукой вскочившим при его появлении провинившимся, садитесь, мол. Те послушно сели опять на кровать. Неожиданно что-то мягкое и пушистое коснулось его руки, и на его колени стрелой взлетела большая кошка невообразимой расцветки и затанцевала на его коленях, замурчала, бодаясь лобастой головой ему в плечо. Георг машинально прижал к себе кошку, поглаживая ей спинку. Постепенно приходило спокойствие, расслабленность и уверенность в своих действиях. И кошку он тоже знал, это мама любимого питомца принца Филиппа, котенка Франтика.

— Верочка, а сколько тебе лет?

Девочка недоуменно взглянула на него, но ответила.

— Полных шестнадцать, через полтора месяца будет семнадцать.

Нда, а выглядит младше. Кажется, она с братом нынче собиралась поступать в Магическую академию в столице. Так, кое-какие мысли у короля появились, но надо проверить их правильность у маркиза.

— Маркиз, поведайте нам, что здесь произошло и знаете ли вы эту леди? — кивок в сторону сжавшейся в уголке кровати Веры.

— Нет, Ваше Величество, я эту юную леди не знаю и как она оказалась в моей спальне, тоже не знаю.

— Ну, тогда разрешите вам, маркиз, представить — это виконтесса леди Вера Трум, младшая сестра графа Трум, племянница леди Анны, герцогини Саммерс. Надеюсь, эти имена вам знакомы?

Маркиз сдавленно охнул и сжал зубы, удерживая ругательства. Да, виконтесса и племянница герцогини это тебе не миленькая горожанка или даже не мелкопоместная дворяночка. Тут некоей суммой денег не отделаешься, только колечком. Обручальным. Маркиз покосился в сторону новоявленной невесты, личико, вроде симпатичное, точно не страшная, но уж больно худовата, да и выглядит совсем молоденькой, то ли от страха, то ли от холода в своем странном наряде. Кожа девчонки покрылась синеватыми гусиными пупырышками, да и сама она отчётливо тряслась. За что Всемилостивый?! Нет, он, конечно, собирался когда-то жениться, но не сейчас и не на вот таком… мгм… чуде. Но ясно, что влип он по полной, и даже сестра не будет заступаться за него, тем более, с ее то моралью. Вздохнув поглубже и решившись, маркиз спокойно произнес.

— Ваше Величество, я все понимаю и свой долг, и честь тоже. Завтра же я прибуду к родственникам леди Веры и попрошу ее руки. А сейчас, может быть, отпустим леди Веру отдыхать? Она устала и замёрзла.

Георг кивнул.

— Хорошо, маркиз, что вы сами приняли это решение. Я составлю вам компанию для визита в дом леди Веры, иначе вас там могут неправильно понять. Верочка, как ты, можешь сейчас пойти домой? Маркиз, дайте вашей будущей невесте плед, хотя бы, она и в самом деле замёрзла.

Последующие события произошли почти одновременно — маркиз протягивал плед девушке, она брала его дрожащей рукой, стремительный прыжок кошки с королевских колен, внезапно вспыхнувший яркий голубой свет и пустота на том месте, где сидела девочка. Маркиз ошеломленно посмотрел на короля, тот хмыкнул.

— Да, маркиз, ваша невеста является обладательницей сильнейшей необычной магии, она может перемещаться в пространстве без всяких артефактов и порталов. А пока оставляю вас в одиночестве, надеюсь, до утра. А утром пойдем навещать герцогов Саммерс.

И только после ухода короля Горан вспомнил эту девочку. Да, ее представляла ему сестра, королева Элиана, вместе с ее взрослыми родственницами. Потом уже на балу Элка тихонько ему шепнула, чтобы он пригласил девочку на танец, чтобы ей не было так страшно на первом в ее жизни балу. Просьбу сестры он выполнил, даже несколько комплиментов ей сделал. И забыл сразу. А теперь вот как все повернулось. В конце своих невесёлых размышлений маркиз пришел к хорошо известному выводу — чему быть, того не миновать! И завалился спать до утра, один.

Придет утро и будет он решать проблемы по очереди.

Анна.

Утро не предвещало ничего особо неприятного.

До тех пор, пока за завтраком Дару не пришло известие от короля. Прочитав его, он недоуменно нахмурился, протянул послание мне, а сам задумался о чем-то, барабаня машинально пальцами по столу. В записке Георг писал, что вскоре придет к нам с маркизом Гораном и просил обеспечить нашей Верочке достойный вид… Что бы это могло бы значить? Теперь задумалась я, а послание перекочевало к Нине, настал ее черед задуматься, но недолго. Видимо, у нее кое-какие соображения на эту тему имелись. Переведя задумчивый взгляд на притихшую, как мышь под веником, дочь, Нина спросила.

— Ты ничего не хочешь нам рассказать, Вера? Как мне подсказывает интуиция, визит короля и брата королевы как-то связан именно с тобой. Рассказывай уж, что ты успела натворить. Обещаю, бить не будем, и отказываться от дочери я тоже не планирую.

Запинаясь, мямля и краснея, Вера поведала нам о своем ночном рандеву с маркизом, королем и половиной обитателей королевского дворца. К концу печальной повести мы с Ниночкой замерли, обдумывая обрушившиеся на нас последствия необдуманного поступка молоденькой девушки, а Дариан аж крякнул от этих новостей.

Но как говорится, сделанного не воротишь, карты сданы, надо играть. Нина отошла от известий быстро и развила как всегда, бурную деятельность.

— Так, время у нас немного, Аня, мы идём делать из этой разгильдяйки принцессу, чтоб маркиз этот слюной подавился! Где только эту дуру — фрейлину нашел, что полдворца переполошила! Дар, если появится король, займи его разговорами, нам тоже надо прилично выглядеть. Все, девочки, побежали!

И мы побежали. После часа суеты и нервических охов и ахов и частично слез, мы получили на выходе искомый продукт — лучащуюся свежестью и молодостью прелестную девушку с голубыми глазами, нежным персиковым румянцем и розовыми губами, для большего объема мы их подчеркнули бесцветным блеском. Нарядное платье из матового шелка с атласной вышивкой подчеркивало хрупкую фигурку юной девушки. Как удачно вчера Дариан закончил обещанный гарнитур из розового жемчуга для Веры! Хотели подарить ей на день рождения, но и помолвка тоже подходящий повод. Что это будет помолвка — я не сомневалась, ведь не зря же я это видела! Юная принцесса из Веры и в самом деле получилась! А теперь нам с Ниной необходимо привести себя в порядок и на все-про все у нас оставалось по моим прикидкам, не более двадцати минут. Поэтому одевалась я как по команде "Боевая тревога! Бригада — на выезд!".

Уже подбегая к лестнице и впопыхах поправляя прическу, услышала треск открывающегося портала в холле. Остановилась, глубоко вздохнула и медленно и чинно начала спускаться по лестнице. В гостиной уже слышались голоса Дариана и короля.

Горан.

Проснувшись утром и припомнив все ночные события (и ведь память не подвела, припомнив все эпизоды до мельчайших подробностей!) маркиз с силой долбанул по подушке кулаком. Выпустив пар и злость, он успокоился и начал одеваться и приводить себя в достойный вид. Хотя настроение не радовало, и от принесённой услужливым лакеем чашки горячего чая он скривился, но своему слову он твердо решил не изменять и лицо не терять. Поэтому он спокойно сходил порталом в свой герцогский замок, взял из семейной сокровищницы фамильное кольцо, которое подходило для помолвки, и было бы по размеру тонкому пальчику его будущей невесты, и принялся ждать, когда его позовут к королю.

После перехода в дом герцогов Саммерс Горан почти не принимал участия в беседе между королем и герцогской четой, ждали невесту, ее мать и старшего брата, графа Трум. Кстати, по светским неписанным правилам, виконтесса вполне подходящая партия для маркиза, хоть с этой стороны не будет сословных нарушений. В гостиную широким шагом, запыхавшись от быстрой ходьбы, вошёл и сам граф. Видимо, его только что известили о необходимости присутствия. Пока что он ничего не знал.

Но в неведении он оставался недолго, ибо лорд Дариан, ехидно взглянув на Горана (вот не любил он этих безопасников, не любил!) поведал о ночном приключении сестры графа, юной виконтессы. На что граф, хмуро набычившись, взглянул в сторону маркиза и предложил.

— А в глаз?

На что король, подавившись коротким смешком, ответил.

— Помилуйте, граф, счастливый жених на оглашении помолвки с фингалом под глазом, как-то не очень. Ещё подумают, что жених сопротивлялся своему счастью!

Граф скорбно вздохнул и молча сел в предложенное ему кресло, но тут же вскочил. В гостиную вошли его мать и сестра. Мать, вдовствующая графиня, была хороша! Не юная девушка, но и не старая матрона, она была хороша как раз красотой взрослой, но молодой ещё женщины. Маркиз перевел взгляд на свою предполагаемую невесту, и только усилием воли и годами привычки удерживать светскую маску на лице удержался от того, чтобы банально не уронить челюсть на пол и вытаращить глаза! Где его ночная гостья, девочка — замухрышка? Нет, это однозначно она, но не та тощенькая девчонка в нелепом наряде, взлохмаченная, с кошкой на руках. Эта юная красавица сияла прелестным свеженьким личиком, изящная фигурка в приятном для глаза платье и даже в области декольте что-то точно имеется, хотя вчера вроде и не было. Машинально отметил и удивительные украшения из жемчуга на девушке, так подходившие ко всему ее облику юности и чистоты. Да, такую красавицу придется ещё и охранять, чтобы не увели у него будущую герцогиню.

Сглотнув вдруг ставшую вязкой и немного горькой от мысли о гипотетических соперниках слюну, Горан произнес стандартную фразу о предложении руки и сердца и просьбу о руке виконтессы Веры Трум. Недолгое молчание, повисшее в гостиной, заставило сжаться от недоброго ощущения сердце маркиза. Если откажут, это будет позор. Для него. Но молчание прервала мать — графиня.

— Маркиз, ваше предложение — честь для нашей дочери и нашей семьи! Тем более, такое ходатайство за вашу кандидатуру! — она лукаво стрельнула глазами в сторону короля — но моя дочь ещё очень молода. К тому же, она летом поступает в Магическую академию и Его Величество целиком поддерживает это намерение. Поэтому, мы предлагаем вариант с отложенной свадьбой. То есть помолвку оглашаем сейчас, а свадьбу по окончании невестой учебы, устраиваем. За это время и невеста ума-разума наберётся, и вы утвердитесь в своих намерениях. Граф Трум, как старший мужчина и глава семьи, это решение поддерживает. Лорд Дариан, Ваше Величество?

Присутствующие почти одновременно кивнули. Горан постарался незаметно выдохнуть. И не отказали и дали несколько лет свободы.

Он ещё не знал, что эти несколько лет покажутся ему не один раз бесконечными и не один раз ему ещё покажется небо с овчинку, после всех экстравагантных выходок невесты, и он будет мечтать о дне, когда можно будет предъявить полные права на эту егозу и наконец, привязать ее к себе.

А пока… пока ещё раз переход в королевский дворец, в дворцовую часовню, со всем семейством невесты. В часовне их уже ожидала улыбающаяся королева и некоторые гости из числа высокопоставленных лиц. Даже заметил маркиз нескольких записных светских сплетников среди толпы гостей. Лица у них были кислые и разочарованные — скандала не случилось. Горан понял, что это специально сделала Элиана, не дав разнести сплетни и погасив скандал в зародыше, и был очень благодарен сестре.

Вот так мы нечаянно просватали нашу Верочку. Чтобы избежать ещё какой-нибудь неловкой ситуации, куда наши новенькие могут влипнуть по незнанию местных обычаев и условностей светской жизни, пришлось срочно приглашать учительницу светских манер и знатока местного светского общества, а попросту, одну из дальних небогатых родственниц Дариана. Нам знания, ей — дополнительные деньги и возможность почесать языком, обсуждая сплетни из высшего общества.

Нина и Вера спокойно отнеслись к перспективе овладения светским лоском, Витёк терпел, так как не хотел огорчать маму, а вот Семён упёрся рогом. Утверждал, что ему реверансов в экспедициях не бить, а во дворец он не пойдет ни за что. Пришлось подключать к убеждениям упрямца наших мужчин. Не знаю, как и чем они его убеждали, но на очередное занятие по этикету прибыл надутый и недовольный Семён. Вначале было ещё терпимо, но потом, как на грех, леди Кейда обратила всеобщее внимание на то, что воспитанные лорды и леди, при встрече должны всегда иметь приветливое выражение лица, а не такое вот, как будто у вас вчера умер любимый дядюшка, а наследство оставил другому. Сему, конечно, понесло, как Остапа. Гневную речугу Семена леди Кейда выслушала с ледяным спокойствием, потом разобрала всю речь по составляющим, указала на ошибки, что именно не надо говорить лорду, и прочее. В общем, представление прошло на "ура". Разошлись Семён и леди Кейда, как мне показалось, взаимно довольные друг другом, один таки высказал вслух свое недовольство, вторая получила шанс блеснуть своими познаниями.

Леди Кейда, дальняя и весьма небогатая родственница Дариана, получила в свое время хорошее женское образование, но поскольку приданого у нее не было, на рынке невест ей не повезло, осталась незамужней старой девой. Сейчас ей было лет сорок навскидку, нельзя сказать, что красавица, и в молодости вряд ли ей была, но вполне приятная на внешность дама. Перебивалась вот такими периодическими занятиями, то исполняя роль дуэньи при молодых девицах в светском обществе, то пребывая в роли тетушки — приживалки у более успешных родственников. К ее чести, надо сказать, что такое положение не превратило ее в высокоморальную старую грымзу. Вот сейчас она проживает у нас. Ведёт себя приветливо и адекватно, губы не поджимает и свое мнение по поводу и без, не высказывает. Я даже искренне не понимаю, почему такая женщина осталась незамужней, куда смотрели местные мужчины? Видимо, всё-таки в кошелек.

На фоне всех этих событий представление обществу Любаши, крестины, по-нашему, прошли спокойно и незаметно. Подумаешь, пара светских львиц (а по-моему, крыс), с досады по упущенному в свое время выгодному жениху, шипели по углам столичных гостиных, что никто меня беременной не видел, и слухов про это в обществе не было, чепуха для нас с Дарианом. Как и ожидалось, Георг стал покровителем нашей дочери, то есть крёстным отцом. Королева дохаживала последние дни беременности, поэтому все шумные сборища были не для нее. Мы просто после официального мероприятия заглянули во дворец и все вместе сходили в королевскую часовню, где местный священник провел повторный обряд представления Любашки, и Элиана тоже стала крестной матерью юной маркизе Саммерс.

Любаше было уже пять месяцев, она была весьма активной и любознательной девочкой, к счастью, не капризной, здоровой, росла и развивалась соответственно своему возрасту.

Несколько раз за это время виделась по "Скайпу" со старшими детьми, показывала им Любашку, познакомила их с Даром, а его с ними. Таня потом мне по секрету прошептала.

— Мам, муж у тебя такооой!!! Я тебя понимаю, за такого грех не выйти замуж!

Правда, что-то последний раз у Саши с Леной были грустные лица, я встревожилась. После упорных расспросов удалось узнать, что какие-то проблемы с беременностью у Лены. Точнее даже проблема со здоровьем будущего малыша, а на фоне постоянных переживаний у самой Лены повысился гормональный фон, вот и переживают. Эх, как я бы рада была им помочь, но мы теперь в разных мирах.

Наконец, я вспомнила ещё одно обстоятельство, которое меня все время смутно тревожило. Причем все время после возвращения в Валент. Недавно, на вечерних посиделках (хорошо, Дариана дома не было, опять по миру путешествовал со своим королем) в нашей семейной гостиной вспомнили триллер с возвращением сюда. И Витя рассказал, как он сам видел, что пули, выпущенные из бандитского оружия, вначале как бы увязали в густом желе, а потом летели назад, как будто выпущенные из пращи. То же самое подтвердил и Семён, хоть он особо и не разглядывал, боялся голову поднять от капота Шнивы. Странно, за магией порталов никогда не наблюдалось таких функций щита. И уже перед самым засыпанием, меня озарило — Любочка в этот момент уже родилась, хотя все ещё пуповина не была перевязана. А мне было сказано этим самым мировым разумом, что моя дочь будет обладательницей сильнейшей и редчайшей магии. А поскольку нам всем в тот момент угрожала смертельная опасность, не мог ли произойти такой выплеск магических способностей дочери? То есть, Любочка моя — это щит? Нечто похожее в свое время произошло и с нашей Марусей, когда ей угрожала опасность, совсем крохе, она просто своим ментальным даром выжгла мозг тому, кто хотел ее убить. Разве не могло произойти нечто подобное и с Любой? Кстати, где-то я что-то слышала, то ли читала про нечто подобное щиту… Да, точно, лет пятнадцать назад народ вовсю увлекался вампирской сагой Стефани Майер, вот, кажется там и было что-то про девушку с даром щита, только он был ментальный. А у Любаши он вполне даже физический.

Наши младшие готовились к весенним зачётам и экзаменам за полный курс Магической школы, у Вари наступала горячая пора весенних посадок. Причем все саженцы, что мы привезли, принялись и пошли в рост, только парочка хилых кустиков все раздумывала — расти или уж так, тихо загнуться? Варю и Зоряна с утра до вечера можно было увидеть во главе их садово-огородной бригады, мелькающих то в одном краю наших участков, то в другом. Зорян, кстати, уже присмотрел изрядное количество нарядных кустиков в нашем лесу, которые вполне подойдут для озеленения площади у торгового центра и небольшого сквера на площади у терции. Терц Алесандро наконец-то проникся идеей озеленения города, не без благотворного влияния Нины, разумеется, и издал указ о том, что "жители города возле своих домов должны иметь клумбы с цветами, нарядными деревьями и кустами". Прочитав это указ, я хихикнула, сразу припомнив указы Петра о праздновании Нового года в России.

Вот тут и пригодилось земное образование, полученное Верой. Теперь девочка была загружена с головой, кроме учебы, она все свободное время проводила то на месте будущего сквера, то возле торгового центра, наблюдая за расчисткой необходимых площадей, то вычерчивая что-то на компьютере, готовя рабочий макет, то советовалась с Варей и Зоряном насчёт растений. Городская терция сделала заказ Варе на большое количество цветочной рассады. Участок леса, примыкающей к нашему кварталу, уже давно был очищен заботами нашего лесового Зоряна, и за декоративными кустами пришлось отправляться в другие участки леса, пока ещё не охваченные заботами лесового. Но необходимое количество кустов и молодых деревьев набрали. Теперь новая забота у Веры возникла — она хотела и в скверике и на площадке поставить скамейки с коваными спинками, фонари подсветки. Хотела она и фонтаны там сделать, но не знала как они устроены и как это сделать. Так что она искренне огорчалась. Мы успокоили ее, посоветовали обратиться к старшему брату и его компаньону Петру. Да и Рим поможет в работе с деревянными изделиями. Так что будем надеяться, что свой первый профессиональный экзамен Верочка достойно выдержит и заработает свой первый личный капитал.

Так что за всеми хлопотами и заботами летело время. Но меня все больше тревожило состояние моей невестки Леночки, видя на сеансах связи ее похудевшее до прозрачности личико, пытающуюся улыбаться мне ободряюще, нарастающую тревогу в глазах сына и злилась на свою беспомощность. Ну что я могла сделать? Ведь мы живём в разных мирах в прямом смысле слова.

Инженерами связи теперь выступали Коля и Вера по очереди. Из-за своих переживаний я не обратила внимания на некую задумчивость Верочки. А стоило бы! Ведь один раз ее задумчивость привела к большим проблемам. Хорошо, что все удалось разрешить с наименьшими потерями. И маркиз Горан оказался человеком чести, и королевская семья погасила вероятный скандал. Да и сама Верочка была влюблена в красавца маркиза. Но будем рассчитывать на то, что пять лет достаточно длительный срок и все ещё может измениться.

Но опять же повторюсь, за своими проблемами я не заметила некую Верину задумчивость. Но Нина, как мать, это увидела и пыталась донести до меня свою тревогу. Но, к своему стыду, и тут я сплоховала, сочтя все это мечтательностью молодой девушки, грезящей о неземной любви. Как же я ошибалась, мне очень стыдно перед Верочкой.

Сегодня у меня после обеда выдалось свободное время, и я сидела в кабинете, пытаясь как-то упорядочить свои планы и согласовать это со всеми общими планами.

Наши домашние все были заняты своими делами, Нина пребывала в терции, готовя очередной проект по благоустройству города и провинции. Ее собственный дом уже начался строиться, но пока все ещё неспешный цикл строительства. Витя пропадал в мастерской с братом. Петя уехал в очередную экспедицию с Семёном. Митрич пропадал целыми днями, пытаясь успеть сразу везде — на скотном дворе, заниматься со своим студентом, контролировать производство в мясном цехе, и прихватывать работу жены, находящуюся на последних неделях беременности. Да ещё вечером надо было просмотреть документы, присылаемые ему для отчёта из столичных филиалов.

Моя Любашка находилась со своей няней. У Дара, как обычно, секретные и сверхсекретные дела на службе.

Я стояла у окна, бездумно таращась на картину только зазеленевшего парка, пытаясь отрешиться от своих тревог. В открывшуюся дверь кабинета тихонько скользнула Вера и подошла ко мне

— Тетя Аня, вы все переживаете за Леночку? Я вчера видела, как вы смотрели на Сашу и Лену на связи с ними.

Сама не знаю, с чего я вдруг я решила разоткровенничаться с Верой.

— Да дело в том, что я могла бы помочь Лене, но как это сделать? Мы ведь не просто находимся на разных континентах планеты, мы вообще в разных мирах. Вот это меня угнетает.

— А если бы Леночка была здесь, вы бы ей могли помочь?

— Смогла бы — вздохнула я — но что об этом говорить. Остаётся только смотреть на то, как угасает Лена, либо лишается ребенка. А они так долго его ожидали!

Тонкие руки девочки обняли меня за талию, сама она прижалась к моей спине и пробормотала.

— Надеюсь, вы простите меня, тетя Аня!

И не успела я понять, к чему бы это все, как опять ухнуло, свистнуло, меня дёрнуло и куда — то понесло. В этот раз несло нас дольше, чем при путешествии на остров.

Когда прояснилось перед глазами, я осознала себя стоящей на небольшой улочке, возле беленой ограды небольшого дома самого патриархального европейского вида. Ноги мелко тряслись, и я не могла понять, шумит ли у меня в ушах или это какой-то шум со стороны, да и вообще понять, где мы находимся. То есть некие смутные подозрения у меня появились, но разум отказывался верить.

Шум нарастал и теперь точно понятно, что это не в ушах шумит. Я бы сказала, что это двигатель машины. Шум стих, автомобиль остановился. Все ещё неуверенно себя, чувствуя, я оглянулась. За спиной увидела подъехавшую легковушку светлого цвета, из которой уже вышел Саша и помогал выйти из нее Лене. Невестка явно чувствовала себя неважно, тяжело опиралась на руку мужа. Они подходили как раз к тому дому, возле которого мы с Верой стояли. Подойдя поближе Саша замедлил шаги и удивлённо вглядывался в нас

— Мама? Верочка? Мне не кажется? Как вы здесь оказались? Пойдёмте скорее в дом, Лене надо прилечь отдохнуть.

Мы поспешили пройти в дом. Лена прилегла на диван в гостиной, Саша укрыл ее пледом. Вера, смущаясь, попросила принести ей чаю и бутерброд, она много расходовала на переход, надо восстановиться. Лена, было, вскинулась, чтобы пойти на кухню, угощать гостей. Но я прекратила эти трепыхания, сказав, что я не только не голодна, но и после "поездки на лифте" точно есть не смогу. Саша уже мальчик большой и полноценно накормить двоюродную сестру, не просто бутербродом, в состоянии сам. И пусть оставит европейские церемонии они великолепно поедят на кухне и даже вымоют после себя посуду. А я пока осмотрю Лену и разберусь, в чем там дело. Ведь перед их отъездом в Канаду я осматривала Лену, никаких страшных заболеваний не выявила. А тут просто тень от Леночки осталась.

Путем осмотра и расспросов удалось установить, что незадолго до наступления беременности Лена перенесла тяжелейшую ангину. Лечились сами, как примерно помнили из своего прошлого опыта, визиты к врачу достаточно дороги здесь. В результате тогда и развился миокардит. А следом наступила долгожданная беременность, но сердце Лены уже плохо справлялось с нагрузкой. А теперь ещё и присоединилась и почечная недостаточность. И все из-за плохо леченой ангины. Да и плод не поражал размерами и особым здоровьем. Маловесный, явно не соответствовал своему сроку, да ещё и хроническая интоксикация от плохо работающих почек Лены. Да и риск развития эклампсии, которую вряд ли переживут и мать и ребенок, велик… что делать? За один раз я со всем не справлюсь, оставаться здесь тоже мне не резон, вдруг у Веры не получится вернуться за мной? Это ведь не путешествие по миру Валента. В общем, как говорила моя бабушка, ум на раскоряку.

Впрочем, вернувшаяся из кухни, сытая и довольная Верочка не видела никаких сложностей.

— Тетя Аня, так все просто, давайте возьмём Лену с собой, к нам! Вы ее там спокойно будете лечить, а когда маленький родится, я их назад перенесу. С Сашей связь у нас есть, так что ничего страшного.

Кажется, устами младенца… Вариант вполне подходящий, мир должен пропустить Лену, здесь ей грозит смертельная опасность для жизни ее и ребенка. Вернуть, наверное, будет проще. Саша вполне разумный, он понимает, что шансов на жизнь обоих — жены и ребенка, здесь нет никаких. А так надежда всё-таки есть. Но тут опять в мои мысли вмешалась Вера.

— Тетя Аня, извините, но я пока не могу держать столько времени портал открытым. Пусть собирают вещи, через час мы должны уйти.

Лене мы велели лежать, а Саша и я засуетилась, собирая вещи Лены. Вера тоже отдыхала, отвлекая Лену разговорами. Мы уже почти все, необходимое для Лены, собрали, когда Саша спохватился.

— Мам, наверное, Лене деньги понадобятся, я сейчас быстро метнусь, сниму с карты.

Вера засмеялась.

— Ну, Саш, ты даёшь! Совсем на своем Западе буржуем стал! Даже если бы у нас в ходу были ваши деньги, никто бы с тебя бы их не взял! Мы же семья, что непонятного! Но по любому, ваши деньги там не нужны. Так же, как и наши здесь тоже не пойдут. Но у меня есть кое-что, что подходит для обоих миров.

И Верочка жестом фокусника, достающего кролика из шляпы, из кармана своих домашних брюк достала небольшой пакетик с чем-то разноцветным. Приглядевшись, я опознала в этом нечто жемчуг. Я удивлённо приподняла бровь

— Вера, ты из своего приданого взяла или в семейную сокровищницу портал открыла?

Зная Веру, уже ничему не удивляюсь. Даа.

— Нет, теть Аня — успокоила меня девочка — в эти выходные вы с мамой заняты были, а мы с Витьком, да Тома с Колей сходили на остров, купались и загорали, Колька опять рыбу ловил, разве не помнишь? Тильда ещё в понедельник пирог рыбный пекла! Кстати, Колян там кораллов ещё наломал, только они пока не полированные, не обработанные, сохнут. С пляжа вроде все раковины собрали, а эти Витька в кустах нашел, почти у леса. Вот куда волны добивали! Я их почистила и маленько сюда взяла с собой, ты ведь сколько себе места не находила, вот я и думала, как помочь…

Господи, да есть ли ограничения у этого моторчика в попе!!! Она меня своими выходками скоро до инфаркта доведет!

Девчонка тем временем продолжила

— Вот я и хотела отдать их Саше, чтобы попробовал продать, а потом нам что-нибудь нужное купил. Вот Колян на днях стонал, что какая-то мудреная хр… кхм… штука ему нужна для этой антилопы — гну, а там такого нет. Вот будут у нас деньги здешние, а я Колю сюда проведу, он сам и купит.

Нет, все, я не могу! Даже сердиться на эту малолетнюю хулиганку не могу! Вот уж точно яркий представитель семейства хомяков-хомячистых — все в дом, все для семьи!

Наконец, сборы завершены, мы все собрались в гостиной. Решили, что всем знакомым и врачу Лены Саша скажет, что жена улетела в Россию для лечения и родов. А свяжемся мы с ним уже сегодня. Тане пусть позвонит сам. Обнялись, поцеловались на прощание, подхватили сумки Лены, собрались в кружок, обняв Лену с двух сторон и… здравствуй, скоростной межмировой лифт!

Переход невестка перенесла плохо — она едва держалась на ногах, была бледнее простыни. Оставив Веру разбираться с багажом и готовить вместе с Никеем комнату для Лены, я повела ее в амбулаторию. Сейчас там нет никого, тихо и нам никто не будет мешать. Надо срочно начинать лечить женщину, хотя бы острые явления снять.

К вечеру она чувствовала себя получше, во всяком случае, в комнату связи она прошла самостоятельно и даже улыбалась мужу, да и не такая уж бледная. Сердце немного лучше стало работать, вот и насыщение крови кислородом улучшилось. Но до полного выздоровления ещё совсем не рядом, а где-то в районе Пекина.

Так и вышло. Лечила Лену я около месяца — и магией и местными травами и сборами с примесью магии. Но теперь и с Леной и ребенком (это, кстати, девочка!), все хорошо. До родов осталось ещё пара месяцев, но и я не рекомендовала, да и сама Лена пока боялась возвращаться на Землю. Решили, что здесь она пробудет, пока не родит. С Сашей виделись по "скайпу" часто и если он вначале сильно нервничал, то сейчас, видя веселую и здоровую жену, полную очарования будущего материнства, успокоился. И теперь просто ждал возвращения жены.

У нас в доме все отнеслись к появлению Лены радушно, да и невозможно было по-другому относиться к этой светлой, лёгкой молодой женщине. Выздоровев, Лена приняла посильное, активное участие в нашей жизни — с Варей и Верой, будучи ярым цветоводом, обсуждала проблемы выращивания канадских роз в нашей местности, насмотревшись на озеленения канадского городка, выдавала различные идеи Вере. Максу, припомнив свое финансово-экономическое образование, подсказала некоторые моменты для систематизации бухучета и различной документации. И даже Кируне выдала много различных идей для рукоделия, показала ещё несколько узоров для вязания, разные приемы вышивки, типа французский узелок и прочие рукодельные подробности, которые были для меня тайной за семью печатями.

В положенный срок королева родила сына. Роды принимала я, Элиана не доверяла королевскому целителю от слова совсем. Мальчик был мелковат, но вполне здоров, горласт и с хорошим аппетитом. Правда, главная фрейлина, поджав губы, тихонько бурчала, что невместно королеве, как простой девке-чернавке, на следующей день после родов носиться по королевским покоям и детской комнате новорожденного принца Ирвина, контролируя работу нянек принца.

Хотя лично я не вижу причин, которые бы предлагали удерживать королеву в постели — роды были неосложненные, без разрывов и травм, кровопотеря небольшая, а активное поведение наоборот, быстрее приведет организм королевы в норму. Представление принца Ирвина обществу, то есть крестины, будут не ранее чем через полгода. Все будет у них хорошо. Правда, Элиана сумела меня удивить. Мы с Ниной решили ее навестить, нашли ее в саду, чуть в сторонке, собравшись в кружок, сплетничали фрейлины. Королева сидела в лёгкой беседке, рядом стояла плетёная корзина с малышом, поодаль за ней ревниво наблюдала нянька. Элиана нам обрадовалась, пригласила присесть рядом, велела принести прохладительные напитки. Вот и поведала она свою "страшную тайну". Оказывается, она под личиной неузнаваемости, сходила в Магическую Академию, подала документы на свою девичью фамилию, но имя вписала своей умершей в младенчестве сестры, и прошла все испытания! И теперь она будет учиться в академии. Да, точно же, она маг воды! Это была ее мечта — учиться в Академии, но раннее замужество, материнство, да и королевский статус не дали ей такой возможности. А теперь ее мечта сбывается! Я только покачала головой — вот тебе и тихая мышка королева! Кажется, кто-то сильно просчитался, выбирая себе тихую и послушную девочку — жену! Она ещё заставит Георга поволноваться и побегать за ней!

И у нашего Митрича недавно родился крепкий мальчуган. Митрич и Клиппа были, что называется, на седьмом небе от счастья.

Так что все было хорошо и спокойно. Так спокойно, что я опять начала чувствовать некое опасение.

И дальнейшие события только подтвердили то, что мои опасения никогда не бывают напрасными.

Строительство дома для Нины и ее семьи, наконец, сдвинулось с нулевого цикла и двинулось вперёд семимильными шагами. Это, конечно, заслуга самой Нины, все свое свободное время от работы в качестве советника в нашей терции, занятий в химлаборатории и воспитания детей, она проводила на стройке. Какой уж она нашла подход к рабочим — не знаю, но работали они у нее намного организованнее и эффективнее, чем при строительстве других наших домов. Подводку воды, сантехники и прочих удобств выполнили Коля и Петя, Варя тоже помогала. Но и младших детей тоже Нина без дела не оставила, экзамены за курс школы они сдали, подали документы в Академию. Приняли их без вступительных экзаменов, только по результатам проверки магического потенциала и школьному диплому с отличными отметками. Поэтому, по меткому выражению Нины, чтобы они не крутили хвосты коровам от безделья, их и приставили к строительству. У Вити внезапно к лету проявился ещё один дар — воздушник он. Так что весь подъем тяжестей и перенос материалов на нем. Рабочим оставалось только укладывать доставленный стройматериал, что значительно ускоряло ход работ. А Вера овладела ещё одним, более лёгким видом магии — бытовой. Тоже хорошо, особенно для женщины и будущей жены, и хозяйки замка. Зато на стройплощадке чисто.

Нина, как и обещала, обеспечила нас всех резиновыми сапогами, плащами и зонтами из прорезиненной ткани. Больше всех радовался Митрич, его знаменитые бродни, в которых он попал сюда, совсем уж пришли в негодность. Правда, он утверждал, что сие произошло в силу злостных посягательств Держиблей на его резиновую собственность. Но на бельевую резинку пока не замахиваемся, не представляю, как она изготавливается.

Сейчас Нинуля ещё должна выполнить "госзаказ". Первый раз, увидев наши резиновые изделия "от кутюр Нина", как вы думаете, какие первые слова короля были? Правильно вы угадали — А почему у меня нет?

Вот теперь мы должны обеспечить такой одеждой и обувью силовиков королевства.

Да и наш заморский партнёр Визент тоже уже впрямую интересуется, когда он сможет купить у нас партию новинок? И можно ли открыть производство у него на родине? Ему понравилось работать по системе франчайзинга.

В общем, работы у Нины выше крыши. Правда, сейчас, обучив пару подручных сотрудников, Нина занялась изготовлением непосредственно резины, а уж отливкой сапог по деревянной форме — болванке заняты другие. Да и прорезиненную ткань, и пошив плащей и изготовление зонтов перевели в отдельную мастерскую.

Терц Алесандро последнее время чаще бывал у нас, чем у себя дома. Данька так давно уже прописался у нас в детской вместе с нашей малышней. Недавно терц рассказал интересную вещь — в городе не осталось соискателей работы! Нашими стараниями были загружены работой все свободные жители города! Даже подростки были заняты у Вари на сборе фруктов в бывших заброшенных общественных садах. Варя немало потратила времени и сил на приведении их в плодоносящее состояние. Теперь сады вполне неплохо плодоносили, подросткам Варя оплачивала труд и разрешала забирать вечером ведро фруктов для своих семей, так что возможности для заготовки витаминов у жителей были.

Правда, особо праведные граждане пытались возмутиться, мол, сады общественные. Но пришлось успокоиться, когда им предложили в пользование участок ещё не облагороженного сада с другой стороны города.

Так вот теперь терцу Алесандро пришлось обратиться к жителям соседних провинций с приглашением на работу. Ехали охотно, кто-то работал вахтовым методом, а кто-то привозил семьи и селился у нас. В общем, наш Трумель разрастался и становился популярным городом в королевстве.

А тут ещё и открытие кирпичного заводика прошло. Теперь мы изготавливаем огнеупорный кирпич, отделочный цветной кирпич, разноцветную черепицу. Нина себе для дома уже завезла такую черепицу. Коля, увидев новинку, тут же загорелся идеей, поменять на своем доме крышу на разноцветную. Еле уговорили потерпеть до следующего сезона. Но смотрелось и правда, красиво.

Выслушав от короля очередное — А почему? пришлось всерьез задуматься о модернизации кирпичного завода в столице. Но он нам не принадлежал, хозяин продавать не хотел, зато хотел, чтобы мы из добрых побуждений выполнили модернизацию и поделились секретом цветной черепицы. Мы, конечно, все добрые люди, но так широко наш альтруизм не распространяется. Так что пусть монарх сам решает эту проблему.

Так о чем это я? Ах, да, чувство надвигающейся опасности начало у меня нарастать прямо в геометрической прогрессии. Да и наши коты стали вести себя беспокойно, не оставляли малышей теперь без своей охраны даже внутри нашего двора, только в доме расслаблялись. То есть, если следовать кошачьей психологии, опасность угрожала только детям. Вчера был выходной день, и мы с утра двинулись вместе с малышами на детскую площадку у торгового центра. Даже Любочка присутствовала, путешествуя на руках папы.

Летом детская площадка и небольшой скверик рядом с ней стали одним из любимых мест отдыха горожан. Детские аттракционы, аллеи с кудрявыми и нарядными кустарниками, красивые кованые скамейки, светящиеся в ночное время фонари, терраса с летним кафе, где можно и просто выпить морса и съесть фруктовое или сливочное мороженое, а можно и перекусить более плотно.

Вот и мы, взрослые, накатались с малышами на качелях-каруселях до головокружения и тошноты. Потом решили передохнуть перед второй серией катаний на лошадках и постройкой замка в песочнице. Присели на террасе в кафе полакомиться мороженым.

И тут я отчётливо почувствовала чей-то ненавидящий взгляд в спину. Я огляделась. Вроде бы ничего опасного не наблюдалось. Вокруг бегали и веселились дети, взрослые суетились, стараясь успеть за бойкой детворой, но наши кошки, сопровождавшие детей в обязательном порядке и даже Дымка нашей Любашки, резко напряглись, выгнули спины, грозно зашипели, а потом и зарычали утробным мявом. Дымка осталась стоять у нашего столика, раздувшись пушистым шаром и нервно хлеща хвостом себя по бокам. При нынешних размерах Дымки смотрелось это довольно грозно. А остальные трое котов, Рыжик, Шпротка и даже Витюшин Черныш стремглав кинулись в конец аллеи. Выглядело это настолько впечатляюще, что встречные люди торопливо расступались, уступая дорогу кошачьему спецназу. Коты скрылись за поворотом, и оттуда послышался истошный женский визг. Мы все сидели какое-то время как в ступоре, но через несколько мгновений Дар сунул мне в руки Любочку, Нина сгребла Даньку, Варя держала за руку и ворот рвущуюся за своим Рыжиком Маруську, Леночка прижимала к себе Диля.

Но вскоре мы увидели возвращающегося Дариана и наших кошек, морда Черныша была подозрительно мокрой и он нервно фыркал.

Дариан на мой вопросительный взгляд пожал плечами и сказал.

— Когда я подбежал туда, где слышал визг, то увидел только отъезжающую коляску и в ней две женщины, я их не знаю. На мостовой была кровь и морда у Черныша была в крови, в кого-то он всё-таки вцепился. Я ему морду в фонтане помыл, а то уж вид больно страшный был.

Я припомнила зимние подобные происшествия. Кому так сильно мешает наша семья? Вроде бы наши недруги лорд Крейтон и его подельница надёжно нейтрализованы, а больше ни с кем никаких конфликтов не было, во всяком случае, таких, чтобы вызвать такую ненависть. Я невольно поежилась, вспоминая ощущения как от смотрящего в спину ствола оружия.

Настроение веселиться как-то резко пропало, и мы все засобиралась домой. Только успокоим кошек. Они ворчали даже по пути домой, все не могли успокоиться. Значит, в этот раз опасность была нешуточная.

Но дома постепенно все успокоились, отвлеклись на какие-то другие дела, после обеда пошли на наш домашний пляж у речки. Здесь даже Клиппа пришла со своим малышом и сидела под большим пляжным зонтом, а рядом на большой качели в виде дивана покачивалась Лена, тоже под зонтиком. За последнее время Леночка стала выглядеть намного здоровее, не было и в помине синюшной бледности, болезненной худобы. Округлилась в стратегических для беременной женщины местах. На сеансах связи с Сашей, тот, видя здоровую и веселую жену, тоже значительно успокаивался и согласен был терпеливо ожидать и жену и дочку. Поскольку прогнозы канадских врачей насчёт пола младенца не сбылись, сейчас Саша срочно переделывал детскую под девочку и готовил приданое в розовом цвете.

Кстати, о птичках. Саша продал в Квебеке всего две жемчужины из отданных ему Верой, получил такую сумму за них, что испугался, и срочно отнес оставшиеся жемчужины в банк. Необходимую деталь для Николая он нашел и даже купил, и стоила она всего десятую часть от вырученной суммы. И в прошлый выходной Вера с братом перешла к Саше. Оставив отдыхать Верочку в доме и загрузив ей стол едой, братья рванули по магазинам с разными запчастями, ибо время поджимало. Ну и ещё там по мелочи, типа различных игрушек для наших малышей и колготок для дам. Домой они вернулись вовремя, и Колян был нагружен как аравийский верблюд в торговом караване. Вера могла взять только упаковку с колготками. Больше по техническим причинам она не могла. Но и от этой добычи Коля сиял медным пятаком и уже составлял новые списки и места, где хотел бы побывать. Но его приземлили, объяснив, что можно пройти только в те места, которые как-то связаны с кем-то из нас. То есть, это Канада, Норвегия или наш родной город.

Вечером, после ужина, неожиданно начал собираться к себе домой Алесандро и взял с собой Даньку. Тот раскапризничался, но строгий взгляд отца и ласковый шепот Нины — Солнышко, я завтра к вам заеду и привезу к Марусе и Дилю! — сделали свое дело, малыш успокоился и охотно пошел домой с папой за ручку.

Наутро опять все занялись своими делами, как-то вчерашнее стёрлось из памяти, сгладилась острота ощущения опасности. Повседневность бытия подхватила, закружила в своем течении, пусть и размеренно. Выполнив необходимые дела в своей лаборатории, решила, пока есть немного свободного времени, погулять с Любашкой по нашим дворам, благо, теперь было где разгуляться. Любаша бодро крутила головкой в своей лёгкой прогулочной коляске, тараща любопытные глазенки и периодически взвизгивая от нетерпения увидеть что-то новое. Дымка крутилась у меня под ногами, то оббегая вокруг нас, то мягко топая рядышком. Всё-таки после вчерашнего наши кошки ещё продолжали беспокоиться. Когда мы подошли ближе к входным воротам, Дымка заворчала и кинулась к калитке, но когда я подбежала следом, за оградой никого не было. Мы прошли с дочкой в сторону пляжа и рыбного хозяйства Митрича. Конечно же, он был у прудов. Заметив нас, Митрич горделиво сказал.

— Аня, представляешь, как рыбки выросли! На Земле такого просто не может быть! Там надо несколько лет, чтобы они доросли до таких размеров! А тут всего чуть больше, чем полгода! Что? А нет, икры ещё нету, и в этом году точно не будет. Но так, рыбешки приличных размеров. Нет, ловить в этом году не дам!! Рано ещё, рыбу портить не дам! Вот, смотри, покажу!

И впрямь, он выловил из пруда рыбку весом примерно грамм на семьсот. Но товарная кета, как мне помнится, может достигать веса до пяти-шести килограмм, отдельные особи и больше. Так что, да, рановато ее ловить.

— А вот, смотри, хариус, сибирский родственник форели пресноводной. Прудик уже мелковат для нее, да и нужна ему холодная вода, лучше проточная, можно озеро типа горного. Ты подумай, может что-то можно будет предпринять?

Я обещала посоветоваться со всеми. Любаша уже терла кулачками глаза, явно намереваясь на дневной сон. Мы только повернулись, чтобы идти к своему дому, как увидела бегущую ко мне по аллее Мию, за ней ещё кто-то бежал. Сердце неприятно сжало ледяной рукой страха.

Задыхаясь от быстрого бега, Мия перехватила у меня коляску с дочкой и молча ткнула рукой себе за спину. Я глянула внимательно, и сердце ухнуло куда-то вниз!

Там стояла Мирка, няня Даниэля. Но в каком виде! Растрёпанная, опухшее от слез лицо и с расплывающимся синяком на глаз и щеку… уже засохшая кровь на волосах и шее… полуоторванный рукав пыльного платья… и она была одна, без ребенка.

Я стремительно шагнула к ней, подавив желание схватить ее за плечи и встряхнуть

— Мирка, что случалось? Где ребенок?

Из всхлипывания, периодически перемежающегося икотой и сморканием, удалось выяснить такие события. Нина обещала заехать за Данькой в обед, но нетерпеливый малыш потянул няню на детскую площадку у торгового центра, и она согласилась погулять с ним там, надеясь успеть до приезда Нины.

Вчера мальчику очень понравилось на аттракционах. Они уже наигрались и собирались идти домой, подошли к тротуару, как услышали шум, подъезжающий коляски и посторонилась немного, чтобы не рисковать. Вдруг Мирку резко дёрнули за руку, выдергивая у нее ручку ребенка. Но Мирка держала Даню крепко и ей только оторвали рукав. Только она хотела повернуться, чтобы посмотреть, кто это и что вообще происходит, как ее ударили чем-то тяжёлым прямо в лицо, добавив потом ещё и по голове. Но все равно, падая, Мирка успела увидеть краем гаснущего сознания, двух женщин, одна стояла с булыжником над падающей Миркой, а вторая тащила за руку громко ревущего Даниэля к коляске, стоящей у самого тротуара. Хоть и не могла няня со стопроцентной уверенностью сказать, но всё-таки она была убеждена, что та, которая стояла рядом с ней с булыжником — это бывшая экономка терца Алесандро, а вторая экс-кухарка, ее сестра.

На площади были люди, но все от неожиданности застыли на своих местах и не препятствовали спешному отъезду похитительниц, и только после того, как они скрылись, подбежали к Мирке, привели ее в чувство, помогли подняться и посадили в свободный экипаж. Почему она поехала к нам, а не домой, или в терцию, к отцу Даниэля, Мирка и сама знала. Может, испугалась терца…

Я, с непрерывно то всхлипывающей, то икающей от рева Миркой на буксире, только успела подойти к дому, как увидела стремительно несущуюся от калитки Нину. Вслед за нею спешил сам терц Алесандро. А из своих дворов уже подходили и подбегали почти все члены нашей семьи, не было только Дариана, но он был в столице, я сейчас ему отправлю сообщение. Как всегда, в минуты опасности или беды наша семья быстро сплотилась, готовясь к противостоянию бедам и готовая действовать.

Терц Алесандро

Он был на работе, когда в кабинет, робко постучавшись, заглянул его секретарь. Алесандро внутренне поморщился, вроде и исполнительный парнишка и работает хорошо, но эта вот его пугливость уже надоела, если честно. Ну, подурил немного, когда его супруга изволила отбыть в дальние края, так это ж когда было!! Но что-то вид у парня больно напуганный. Даже самому Алесандро стало как-то страшновато.

— Терц Алесандро — парень мялся, не зная, как продолжить, потом выпалил — там приехали люди от торгового центра, говорят, что вашего мальчика украли!! Дали няньке по голове камнем, Даниэля вырвали у нее из рук, на коляску и уехали!

Терц тяжело осел в свое кресло, хотя как раз начал подниматься. В дверь кабинета, отпихнув со своего пути секретаря, влетела Нина.

— Сандро! Как это случилось? Что ты сидишь? Быстро встал, и поехали, к нам едем! Время уходит! Сейчас все узнаем и найдем Даньку!

И в самом деле, чего он так раскис? Действовать надо! Сейчас они с Ниной поедут к ней домой и все вместе решат, что и как лучше делать.

Дома у Нины уже собиралась вся семья, не было только мужа леди Анны, лорда Дариана, но он вскоре будет. В углу холла сидела зарёванная, с синяком на лице и с засохшей кровью на голове няня Даниэля, Мирка. Она ещё раз повторила свой рассказ и Анна, вызвав целительницу Виту, отправила их в лечебницу лечить Мирку.

Остальные переговаривались с деловым видом, никакой паники, слез, заламывания рук. И вот как раз эта деловитость вселяла в Алесандро уверенность, что все будет хорошо и сын обязательно вернётся домой. Кое-какие соображения по поводу автора похищения у него были, и терц, кашлянув, чтобы привлечь внимание присутствующих, произнес.

— Хоть Мирка и видела моих бывших экономку и кухарку, но я уверен, что за всем этим стоит моя бывшая жена. Она не раз уже появлялась в городе, первый раз зимой, когда я ещё не получил расторжение брака. Уверяла меня, что она просто ошиблась, ее обманули, и она, наивная, поддалась на уговоры. Хотела вернуться. Я отказал. Потом она появлялась уже после расторжения брака, требовала отдать ребенка ей, денег на содержание Даниэля и ее собственное содержание. Где она сейчас живёт и с кем — ничего не говорила. Последний раз все интересовалась моей личной жизнью, спрашивала, появилась ли у меня женщина, намерен ли я жениться. Опять требовала Даню, но потом соглашалась за определенную сумму в месяц не досаждать нам. Но я в это не верю. Ей ни я не нужен, ни сын. Ей деньги нужны. А этих двоих, экономку и кухарку, она наверняка, наняла. Тем более что они обижены на Тессу Нину.

Выговорившись, Алесандро почувствовал облегчение. До этого момента он молчал об этом, так как не хотел огорчать Нину. За эти месяцы Алесандро точно понял, что Нина — это самое лучшее, что могло случиться с ним в этой жизни, и что именно с этой женщиной он хотел бы прожить всю свою оставшуюся жизнь. С ней и с их детьми. Она была такой разной и вместе с тем цельной — нежной, слабой, жалостливой и доброй. И одновременно сильной, надёжной, со стальным стержнем внутри, готовая защищать своих близких до последнего. И ему выпало счастье встретить эту женщину в своей жизни. И он будет оберегать, и любить ее и все у них будет хорошо, только бы ещё поскорее найти Даню. Мысли, что ребенок пропадет, не найдется, терц даже не допускал. Да он этот город вывернет наизнанку, но найдет своего сына!

Мы выслушали в молчании рассказ терца, потом все задвигались, набрасывая вчерне план действий. Теперь стало понятно, кого и почему ищем. Ясно, кто автор и заказчик похищения Даньки. И скорее всего, ребенка надо искать рядом с ней. Вера уже принесла из моего кабинета карту города и королевства, на всякий случай. Не успели расстелить на столе карты, как услышали треск открывающегося портала, а следом в гостиную влетел запыхавшийся Дариан. Первым делом нашел меня взглядом, постарался незаметно для окружающих выдохнуть. Потом страх опять плеснулся в глазах, одними губами он беззвучно спросил меня "Любаша?". Я отрицательно качнула головой и тоже глазами показала на терца. Мой муж не зря занимал должность главбезопасника, все понял сразу, подошёл к Алесандро, сел рядом в кресло, спросил.

— Как думаешь, кто?

— Тут и думать нечего, Алиссия, моя бывшая жена. Нет, исполнители другие, но она точно в этом завязана.

Карту расстелили на столе, но Коля смущённо и печально отрицательно качнул головой.

— Простите, но на Даньке нет моих следилок. Я не решился без разрешения отца поставить. На всех своих я могу и без их согласия навесить, я родственник, магия это допускает. Я вот даже на малыша Тимку, сына Митрича уже повесил маячок, а тут не мог. Хотел спросить у терца, да закрутился и забыл.

Тишину, повисшую в гостиной, казалось можно резать ножом, такая она была тяжёлая и плотная. И эту тишину прервал Витёк. Неуверенно и тихо он сказал.

— Если никто не против, я мог бы попробовать найти Даню. Но мне нужна какая-нибудь его вещь, чтобы настроиться на ребенка.

Вздох облегчения вырвался, казалось у всех и сразу. Затем заговорили, стараясь вспомнить, где есть вещи ребенка. Терц собрался уж ехать домой за вещами Даньки, как Варя воскликнула.

— Есть! Есть у меня дома игрушка Дани! В детской! Он из дома принес и играл с нею в детской. Сейчас я сбегаю, принесу!

И не успела она сорваться с места, как материализовался Никей, с игрушкой в руках.

— Эта? Я попросил Атона, он принес.

Да, это была игрушка малыша, это подтвердил и терц и Нина. Витя взял игрушку, закрыл глаза и застыл. Молчал и не двигался он долго, почти десять минут, напряжение в гостиной уже нарастало, когда Витя, наконец, открыл глаза, слабо улыбнулся нам бледными губами и проговорил.

— Есть! Нашелся Данька, далеко же его увели. Он не в этом государстве, в соседнем. Есть карта подробная? Я покажу, где это.

Принесли ещё одну карту, и Витя, глянув на нее, уверенно показал на небольшой приморский городок в соседнем государстве, только южнее нашего. Дар с досадой поморщился.

— Отношения с этим государством у нас не очень хорошие, пока будем запрашивать разрешение на открытие портала, может, и не откажут, но время протянут. А открытие порталов несанкционированное обязательно отследят, будет международный скандал.

Неожиданно Вера весело хмыкнула и сказала.

— А мой портал не отследят! Я в королевский дворец прошла без проблем, хотя там столько охранных контуров и даже никто не отследил проход! Тут не слишком далеко, это не в Канаду. Только перекус мне с собой взять и все.

Тут же начались бурные обсуждения, кто пойдет в поисково-спасательную экспедицию. Пока все убеждали друг друга, что именно он должен идти, я сбегала наверх, переоделась в футболку темненькую, такие же свободные брюки, неприметной расцветки кроссовки и лёгкую куртку-ветровку. Ага, боевики и детективы я тоже в свободное время любила посмотреть.

Спустившись вниз, узнала, что решили идти — Вера, как транспортировщик, Витя, вдруг надо будет ещё искать ребенка, если его в последний момент перевезут в другое место, терц, как отец, Коля, как силовая поддержка и Дариан, чтобы отмазать по официальным каналам, если что. И я тут же скромно добавила.

— И я пойду — увидев вытянувшиеся лица родных, пояснила — силовой поддержки я, конечно же, не окажу, но если вдруг кого надо срочно допросить, а правду они не захотят говорить, не будете же вы бить женщин? Вот. А я сумею узнать правду. Нет, милый, я далеко не самый сильный менталист, так себе, ерундовый, но правду узнаю.

Так я тебе и сказала, кто у нас самый сильный менталист! И так готов всех в свое ведомство забрать, а я сразу себя позиционировала, как слабого менталиста, меньше знать будет — крепче спать будет. В конце концов, должна же быть в женщине какая-то загадка?

Нехотя, но Дар согласился с моим мнением, но с условием, что я от него ни на шаг. Маленькие рюкзаки — однодневки с необходимым запасом еды, питья и даже небольшой аптечкой были собраны. В рюкзак к терцу положили пару одежек для Даньки, вдруг понадобится. "Отъезжающие" собрались в тесный кружок в центре холла, остающиеся разошлись по сторонам. Беззвучно вспыхнул голубым портал, знакомый "лифт", я уже постепенно привыкаю к нему, и вот мы стоим почти вплотную к ограде небольшого особнячка. Витя, ещё раз подержав игрушку, подтвердил, что ребенок здесь, в дальней отсюда комнате. Коля, подтянувшись на руках, заглянул поверх ограды, доложил, что особняк небольшой, одно окно выходящее во двор, немного приоткрыто. Плохо то, что двор дома совершенно пуст, и двигаться нам придется по открытому месту.

Раздался какой-то шум, ворота открылись, и оттуда выехала закрытая коляска, на козлах сидел мужчина. Я испугалась — а вдруг Даньку увозят? Но Витя успокаивающе похлопал меня по руке и прошептал.

— Здесь Данька, не волнуйся! — Потом подумал и добавил. — В доме сейчас Данька и ещё двое, но Даня в дальней отсюда комнате, а те двое в комнате, что окнами на фасад дома, с этой стороны их нет. Можно пройти.

Первым через ограду скользнул Коля, я даже рот приоткрыла, не замечала раньше за племянником навыков ниндзя, потом вспомнила, где он служил, и только языком цокнула в уважении. Следом не так красиво и совсем невежливо закинули меня. С той стороны меня ловил Коля, а снизу, на правах мужа под… мм… мягкое место подпихнул Дар, грозным шепотом предупреждая, чтобы стояла и не рыпалась без него. Кстати, перескочил он эту ограду не менее ловко, чем Колька. Потом закинули нашу молодежь, и последним перелез терц, хоть и не так ловко, как двое первых, но и не мешком упал. Двинулись быстренько к стене дома, оттуда перебрались к окну, где Коля заставил всех разуться до носков, объяснив, что в обуви и с босыми ногами больше всего шума, а в носках можно ходить бесшумно. Ну, это смотря кому. Про меня племянничек ехидно сказал, что у меня обе ноги левые и по утрам я все равно встаю не с той ноги.

Но худо-бедно, в дом мы попали. Витек уверенно показал в сторону той комнаты, где находился Даниэль, и ту комнату, где находились те самые двое. За сыном двинулся терц и Вера с Витей, а Коля и Дар со мной на буксире пошли в другую комнату. Уже подходя к этой комнате, я сняла свои ментальные щиты и почувствовала, что двое внутри помещения напряжены и раздражены, но к активному сопротивлению не способны. Скорее всего, это женщины. Те самые, из дома терца. Одновременно пришли отголоски радостных эмоций — Даньку освободили! Через пару минут они подойдут. Все это я шепотом пересказала Дариану и Коле, оба синхронно кивнули головой — поняли. Аккуратно отодвинув меня в уголок за дверью, они резко распахнули дверь и шагнули в комнату. Короткий вскрик, женский взвизг, слышно, как охнул Коля, затем послышалось какой-то то ли утробный вой, то ли рычание и тишина.

Мои нервы этого уже не вынесли, и я тоже вломилась в комнату. На стуле сидела одна из двух сестриц, которая была экономкой, руки у нее были надёжно зафиксированы антимагическими наручниками, вероятно, из запаса Дариана. Двигаться она могла только со стулом, что она и пыталась сделать, смешно подпрыгивая на сиденье. Вторая сестра валялась на полу, в отключке, но живая и целая, если не считать бланша приличных размеров под глазом. Да кровь на губах. Ударили ее, что ли? Дар, как всегда, спокоен, а Коля, тихо шипит и зажимает окровавленную ладонь. Пояснил, увидев мой непонимающий взгляд.

— Укусила, зараза!

Теперь понятно. Вот не зря я подумала про аптечку. Опять мое предвидение? Быстро скинув рюкзак, достала аптечку и принялась обрабатывать укушенную рану на ладони племянника. Пошутила.

— А ты у нее про прививки не спросил? Вдруг бешенство или яд, какой у нее на клыках, как у змеи?

На что Колька на полном серьёзе сказал.

— А может, и бешеная, кто ее знает. Я сам испугался — глаза бешеные, рычит, воет, лягается, так ещё и кусается, вот я и приложил ее… слегка…, чтобы притихла, а то все соседи соберутся сюда.

Тем временем, экс-кухарка начала приходить в себя, слабо застонала и попробовала открыть глаза. Удалось ей это только частично, один глаз угрожающе заплывал синевой и открываться не желал, из-за этого она смотрела на нас целым глазом, хоть и злобно, но в целом это смотрелось комично. Впрочем, это не помешало суровому безопаснику не поверить в ее безобидность и пристегнуть ее ещё одной парой наручников к ножке стола, даже на первый взгляд столь массивному, что сдвинуть его с места мог бы только трактор — трелевочник.

Из коридора послышались голоса — это наши возвращались с Данькой.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Малыш сидел на руках у отца, крепко обнимая его за шею и уткнувшись ему в плечо. Увидев своих похитительниц, мальчик вздрогнул, отвернулся и что-то зашептал ему на ухо. Терц нахмурился.

— Вы что, ещё и били моего ребенка? Да я вас на каторге сгною! Тише, Даня, не плачь! Что ты хочешь? Кушать? Они ещё и не кормили тебя?

Экс-экономка проворчала.

— Был уговор на то, что мы только доставим мальчишку, на кормёжку уговора не было! Да и то, пока нам не заплатили, только все обещают!

Пока она это бурчала, Вера быстро освободила край стола, вытащила свой продзапас, терц достал свой и Вера с Данькой присели трапезничать. Данька был просто голодный, а Верочке надо было восстанавливать запас сил. Неожиданно вторая сестра злобно зашипела, сидя на полу, постепенно повышая голос до визга и плюясь, как заправский верблюд.

— Ничего, вот сейчас приедут, вас тут всех и положат! Только вот тира…

Не успела она договорить, как старшая сестра быстро вскрикнула "Молчи". Но и я была начеку, сразу же лишила ее временно способности говорить, теперь та только разевала рот, испуганно глядя на меня. А младшая между тем бодро продолжала.

— Вот тира Алиссия приедет, всем вам конец придет! Знаете, кто у нее в покровителях? Вам всем несдобровать! А ты, мелкий говнюк, жалко, что тогда не сунулся, кошки твои кинулись, на тебя тоже заказ был! Кому уж ты помешал — не знаю, да только и тира Алиссия тебя хотела устранить, да и ещё кто-то… тира хотела твоей матери отомстить… про другое не знаю. Но ничего, сейчас она приедет и все решится. И нас живо отпустите, мы в другом государстве живём!

— Врет! — уверенно сказала я. Ну да, немного добавила я ей разговорчивости, вот кухарка и выложила все как на духу.

Зато вторая сестра, не в силах говорить, пыталась подать младшей какие-то знаки, и от нее отчётливо несло страхом. В чем там дело? Чего она боится? А боялась она того, что младшенькая проговорится, что тира Алиссия маг, незарегистрированный маг воздуха, и если мы заранее будем это знать, то может не получиться с их освобождением. Но я разочаровала сестер, тут же поведав своим о том, что узнала.

Совещание было коротким. Даньку с Витей Верочка сейчас запихнет в открытый портал к нам домой, а мы остаёмся и ждём главного заказчика всего этого — экс-супругу терца. Как только она входит в дом, я перехватываю контроль над ее сознанием, а Дариан опять пакует ее в антимагические наручники. Годовой запас их у него в рюкзаке, что ли? И мы всей дружной командой, прихватив наши "трофеи", уходим домой. Все расспросы — допросы дома. Рисковать и заниматься всем этим тут никто не хотел и я одна из первых.

Так и сделали. Торопливо прожевывая последний кусок, Вера открыла свой голубой (в отличие от артефактного фиолетового) портал и толчком отправив в полет внутрь рамки Витьку с Данькой на руках. И вовремя. Только перестал светиться переход, как послышался скрип ворот, и во двор въехала давешняя коляска. Я тоже успела накинуть приказ молчания на похитительниц, чтобы не заорали в неподходящий момент. Как только тира и ее спутник вошли в дом, я перехватила контроль над их сознанием, и теперь они подчинялись моим командам. Упаковали это бандформирование наши мужчины быстро, пока Вера опять жевала что-то. А затем опять знакомый "лифт" и вот мы стоим посреди нашего холла. Только теперь я облегчённо выдохнула и поняла, что все это время была как сжатая пружина.

Начальный допрос преступников провели у нас дома, сразу по прибытии, пока они все деморализованы. Обоих сестер оставили, на дорос в последнюю очередь, так как они и так, почти все известное им, уже сказали.

А вот вначале послушаем, что нам расскажет тира Алиссия. Хотя, как и ожидалось, причина была проста — деньги. Когда у тиры закончились деньги — закончилась и страстная "вечная" любовь. Гвардеец растворился на просторах королевства, жизнь в столице оказалась не по карману избалованной дамочке. Кинулась к мужу — прости, бес попутал… номер не прокатил, пришлось обращаться за помощью к родственнику, который в свое время и пристроил девицу замуж за нашего терца. Опять неудача — король не принял во внимание просьбу придворного. Развод состоялся. Вот тогда и созрел план по похищению малыша и последующего шантажа бывшего мужа. Если не удастся вновь выйти за него замуж, то пусть платит ей определенную сумму на ее содержание, ну и на ребенка заодно. Случайно в городе увидела свою бывшую экономку, узнала у нее все подробности и решила нанять их для осуществления своего плана. Тем более, те были в ярости после того, как их уволила Нина. Да и соперницу хотела устранить. А как это сделать? Надо, чтобы она была занята своими проблемами и о терце и не помышляла. А слабое место у любой женщины — это ее дети. Вот и решили или похитить или устранить кого-либо из ее детей. Старший сын сразу отпадал, такой скорее сам и устранит, если что. Оставались двое младших детей-подростков. Худощавые школьники вряд ли окажут сопротивление. Но, оказалось, что этих детей постоянно сопровождают странные, злобные твари. Они и кидались сразу на похитительниц, и им просто везло, что коляска с кучером стояла всегда рядом и наготове. Но клок от модного пальто тиры Алиссии всё-таки зверюги выдрали. А накануне так и ухитрились располосовать ногу кухарке, когда она подобралась уже почти совсем рядышком с детьми.

Но тут им улыбнулась удача — увидели малыша Даниэля, гуляющего с няней, простоватой Миркой. В общем, половина плана удалась — Даньку они украли. Парнишку, младшего сына проклятой соперницы, на которого внезапно поступил заказ из того государства, где они сейчас прятались, пока застать в одиночестве не удавалось, решили это дело выполнить немного позднее. Зачем и кому понадобился этот невидный пацан — они не знают. Но знает приставленный к ним кучер.

Пока все это рассказывала тира Алиссия, я сидела тихонько в уголке и кивала головой, подтверждая, что все сказанное — правда. А почему бы и не быть правдой? Я же приказала ей говорить правду.

А вот кучер и впрямь был интересной личностью. Служил он в Тайной службе того государства, куда мы ходили за Даней. Коллега Дариана, только в невысоком чине. Да, у него был приказ помочь этим женщинам, но основной упор был на захват парня, а не ребенка. Этот парень срочно понадобился главе их службы. Зачем, он не знает. Знает только то, что приказано, в случае невозможности захвата объекта, его необходимо устранить. Откуда узнали про этого парня? Насколько было известно псевдокучеру, информация о каком-то невероятном маге пришла как раз из ведомства Дариана. То есть, Витька сдал кто-то из сотрудников Дара? А откуда там вообще знают о Вите? Тут уж я с подозрением уставилась на супруга. Нет, я уверена, что сам Дар никого не предавал, но как-то он подозрительно смутился.

Хорошо, что Нина сейчас тотально занята кормлением детей и обустройством на проживание у нас Даньки. Сказала, что не отпустит ребенка в тот "мавзолей". Иначе Дариану был бы сейчас проведен допрос третьей степени с применением подручных средств… впрочем, этого ему всё равно не избежать.

Две сестрицы подтвердили все вышесказанное, добавив только, что тира Алиссия завела себе покровителя (так куртуазно обозвали должность любовницы) в лице главы Тайной службы того государства. И тот обещал им всем гражданство после удачно проведенной операции. Но операция с треском провалилась, они все возвращены по месту своего прежнего пребывания и понимают, что ничего хорошего им уже ждать не приходится.

После допросов я сразу даже выловила пытавшегося улизнуть Дариана и начала его расспрашивать.

— Дар, поправь меня, если я ошибаюсь. Получается, ты с какой-то целью брал Витю к себе на службу? И там стало известно, о способностях Вити? И кто-то из твоих сотрудников — предатель? Он слил информацию об уникальном даре парня. А ты понимаешь, что Витька — еще подросток, а вовсе не спецназовец и серьезного сопротивления он не сможет оказать? Если бы не Черныш, его уже похитили бы ещё зимой, и судьба мальчишки была бы незавидна! А теперь представь, если кто-то узнает, что твоя дочь тоже носитель такой уникальной магии, как и жена и трое племянников? И кому-то захочется иметь таких уникумов у себя? И нас всех похитят? Как ты себя будешь чувствовать? Ведь говорили же не просто так, что пока дети не вырастут и не смогут постоять за себя — не надо привлекать к ним широкое внимание. Ты понял это?

Дариан печально кивнул, вздохнул.

— Я просил Витю помочь всего три раза, и он не возражал.

— Еще бы он возражал! Какой пацан не захотел бы поучаствовать в расследовании! А ты сыграл на наивности мальчишки!

— Но теперь я и впрямь гадаю — кто мог предать и как мне вычислить врага?

И он уставился на меня. То есть, мне предлагается тоже, как и Витьку, оказать содействие следствию? Я хотела было возмутиться мы, но вдруг подумала — А если этот предатель и дальше начнет продавать сведения о Вите и вообще, о нашей семье? Может, и в самом деле, лучше помочь обезвредить его вовремя?

— Ладно, Дар, я подумаю. Но ты даёшь слово, что больше не пользуешься способностью нашей семьи вот так, в открытую. Даже если ты и доверяешь своим сотрудникам на все сто. Если уж совсем необходимо, приходишь домой, и мы все коллективно обсуждаем, чем и как именно мы можем тебе помочь. У нас, землян, это называется мозговой штурм. За свои секреты можешь не переживать — сам знаешь, что из этого дома дальше нашей семьи ничего не уйдет.

Кажется, Дариан проникся и своей неправотой и моим предложением. А пока он собрался уходить порталом к себе на службу и преступников забирает с собой. И правильно, нечего им здесь делать. У нас приличный семейный дом, дети, нечего здесь всякое отребье держать. А Данька, кстати, совсем даже на родную мать никак не прореагировал. Теперь она для него чужой человек.

Вернулся Дар домой то ли очень поздно, то ли очень рано. Рухнув в постель, он подгреб меня к себе, пробормотав только, что пойдем к нему в отдел днём, а пока он спит… я не возражала, так как события предыдущего дня и меня изрядно утомили. Но все равно встала раньше мужа, оставив его сладко сопеть в подушку. Спустившись вниз, в столовой я застала там задумчивую Нину.

— Вот скажи мне, Аня, как можно назвать эту женщину матерью? Она и не скрывала, что Данька ей был нужен лишь для того, чтобы выкачивать деньги из Сандро. Я за своих детей готова биться со всем миром, а эта вот… Вот как так можно? Я не понимаю. Ну не понимаю я таких мамаш!

Нина огорчённо махнула рукой. Я осторожно поинтересовалась.

— Нина, а ты серьёзно решила, что Даниэль будет жить здесь? Нет, я, конечно же, не против, но что скажет терц?

Нина спокойно улыбнулась.

— А я выйду замуж за него, и он будет тоже жить здесь.

Увидев мое слегка вытянувшееся лицо, засмеялась.

— Ну, не в прямом смысле слова здесь, в этом доме, а в моем будущем доме. Сейчас строительство подгоним быстрее и переселимся. Коля и так живёт в своем, младшие через месяц-полтора все равно уедут в столицу учиться, и что я одна тут буду делать. Ждать, когда Коля с Таминой мне внуков подарят? Так все равно, это будут их дети, а тут опять малыш будет расти.

Я плюхнулась на стул, отпила кофе из чашки, приводя мысли в порядок. С этой точки зрения Нина права. По своему нынешнему состоянию она женщина ещё молодая, и свое семейное счастье она может получить полностью. А вот, кстати! Я ехидно усмехнулась.

— А терц уже знает о постигшем его счастье, в смысле, что он вскоре жениться? Или пока в счастливом неведении?

— Тьфу, на тебя, систер! Вот вечно ты все своим пессимизмом измазюкаешь! Я так предполагаю, что он уже догадывается и не возражает человек.

По поводу нынешнего дома терца Нина сказала, что убедила Алесандро передать дом в дар городу для городского театра и картинной галереи. Вначале терц сопротивлялся, всё-таки это его единственный имущественный актив, но Нина сумела его убедить, что содержание этого мавзолея обходится слишком дорого для бюджета терца, а такой широкий жест оценит король и терц Алесандро опять будет предметом зависти остальных терцев королевства. И, соответственно и статус самого Алесандро повысит и принесёт ему повышение в денежном эквиваленте, да и статус самого благоустроенного города в королевстве тоже добавится. Так что вопрос с культурной жизнью города можно считать решенным. Осталось только дождаться завершения строительства дома Нины. Но это уже не за горами, через пару недель основные работы будут закончены, остаётся только отделка.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Пришло время моей помощи следствию. После обеда Дариан привел меня к себе в департамент. Я там ни разу не была, поэтому с любопытством оглядывалась, вертела головой по сторонам. Эмоциональные щиты я немного ослабила и поэтому обрывки чужих мыслей прорывались ко мне. В основном это было чистое любопытство, многие сотрудники тоже меня никогда не видели, и им было просто интересно на меня взглянуть. Никакого негатива по отношению ко мне или Дару я не уловила пока что. Иногда мелькали чьи-то мысли о работе, но тоже ничего враждебного не слышала. Только один раз, проходя мимо по длинному коридору с множеством дверей по обе стороны, уловила отдаленный, словно через вату, отголосок чьей-то раздражённой мысли. А мысли были о том, что проклятый "ищейка" приставил охрану к новым арестованным из своего личного отряда охраны, которые подчиняются только ему самому и теперь к ним не подобраться, и неизвестно, что они там успели наговорить.

Но мысль была какая-то полустертая, как будто прикрытая чем-то сверху, какой-то маскировкой. И непонятно, откуда именно она донеслась. Я тихо сказала об этом Дару, он кивнул, мол, принял к сведению. Ещё сказал, что проходили мы по коридору, где расположены кабинеты руководителей различных направлений, его замов и вообще, руководящий состав. А сейчас он соберёт у себя совещание, где будут все эти люди, а я тихонько посижу за дверью в его личной комнате отдыха — и меня будет не видно, но зато я смогу слышать других.

Кабинет отдыха у Дара был совсем маленький, где стоял небольшой диван, маленький столик с чайными чашками и наш чайник, авторства Держиблей — металлическая ёмкость с крышкой и носиком и приделанный к подставке артефакт нагревания. Закипела вода — чайник надо снимать с подставки, прерывая контакт ёмкости и нагревательного артефакта. Нужна горячая вода — вновь ставить на подставку. Но все равно лучше, чем гонять адъютанта за чашкой чая, или пить холодный. Ещё и кресло небольшое стояло там же. Но пройти можно было только боком. Я присела в кресло и накрылась пледом. Несмотря на летнюю жару за стенами департамента, в кабинете почему-то было прохладно. Совещание началось примерно через полчаса, я даже успела задремать, пригревшись под пледом в кресле.

Вначале обсуждали какие-то свои дела, мне они были и непонятны и неинтересны, мысли у присутствующих были ровные, спокойные. Только слышалось недовольство и раздражение от одного из присутствующих, его ругали, но сердился он на себя и своих подчинённых, не проконтролировал исполнение распоряжения.

Потом голос Дариана стал строже и суше — он коротко, без лишних подробностей, излагал вчерашнее дело. Все слушали с интересом и удивлением, и только один человек опять злился, что не может устранить болтливых баб, но они и не знали ничего о нем, поэтому насчёт них он не особо переживал. Больше всего его интересовал неизвестный мужчина, которого доставили вместе с бабами. А вдруг этому неизвестному что-то известно про него? Он даже мысленно похолодел — отношение Главы к предателям было известно всем.

И опять мысли были как бы размытыми, отдаленными. Вроде бы чем-то прикрытыми, а есть ли такой артефакт, прикрывающий от ментального сканирования? В нашем королевстве мне про такой не было известно. Но это в нашем. Но, опять же, у того псевдокучера ничего такого не было, его ментальный барьер я сломала легко, как спичку. Мелкая сошка? Или такие выдают только зарубежным резидентам? Я сосредоточилась, пытаясь определить точное место нахождения иностранного агента. Есть определение! Теперь, по договоренности, я должна была подать какой-нибудь знак Дариану, что готова поделиться с ним известиями. Не нашла ничего лучше, чем уронить чашку на пол.

Извинившись перед присутствующими и сказав, что там отдыхает его жена, Дар отпустил своих сотрудников по их рабочим местам. После ухода сослуживцев Дариана я вышла в большой кабинет, спросила, кто сидел вот на этом месте, сразу первым справа от стола самого Главы. Затем рассказала все, что удалось уловить и понять. Заодно объяснила возможность нахождения такого редкого артефакта, поэтому при аресте стоит снять с агента все, что может быть артефактом — украшения, часы пуговицы с камзола, пряжку с ремня.

Дар сидел, обхватив голову руками. Потом поднял на меня печальный взгляд.

— Аня, это мой второй заместитель! Мы с ним через такое прошли! И никогда даже намеков не было, что он способен на такое. Хотя возможностей предать у него была уйма, но он оставался верным короне и нашей дружбе ещё со времён Академии.

Потом спохватился.

— Аня, ты, наверное, устала? Давай, я тебя домой отправлю, будь дома, с Любашкой время проведешь, а мне предстоит все выяснить.

Дариан устало потёр лицо руками, поднялся из-за стола. И я ушла домой.

Дар пришел поздно вечером. Долго сидел в спальне, уставившись в одну точку, потом всё-таки рассказал. Да, предателем оказался именно этот его зам. Артефакт был в галстучном зажиме. Сейчас его изучают артефакторщики. А завербовали его очень просто — любовь к женщине. Со времён Адама и Евы используется эта сладкая приманка и практически всегда срабатывает безотказно.

По результатам этого происшествия, пришли к нескольким выводам — наша безопасность — наша забота. Так что куда лезть, а куда не стоит — думаем сами, и предварительно сообщаем родным о своих планах. В основном, это касалось нашей молодежи, остальные уже привыкли к тому, что надо отвечать за свои поступки. Тем более, теперь у нас все семейные.

Коля и Тамина поженились ещё весной. Особо пышную свадьбу устраивать не стали, Тамина не захотела. Своих родственников она приглашать не стала, пригласила только своих коллег по Академии, да из лечебницы несколько человек. У Коли и того меньше было приглашенных. Как-то не заводились особо у нас тут друзья, в основном это деловые партнёры. Может, со временем что-то изменится, а пока нам хватало общения внутри своей семьи. Вместо свадебного путешествия наши молодые выбрали неделю отдыха на нашем семейном острове.

За прошедшее время мы методом семейных субботников немного благоустроили его. Построили небольшой домик, точнее, бунгало из стволов небольших пальм, которые пришлось срубить, устраивая дорожку к источнику питьевой воды и к лечебным грязям. Я провела-таки анализ той грязи, а Нина выполнила химанализ. Эта грязь хорошо подходила для лечения опорно-двигательного аппарата, заболеваний кожи. Мы просто вкопали в грунт обычную ванну, куда наливали грязь самым обычным ведром, слегка разводя ее водой, и принимали лечебные ванны. Хоть и были мы все здоровы, зарядиться добавочной энергией, были все не против, а уж женщины были просто в восторге — кожа после таких ванн и масок просто светилась. Коля и Петя сделали подвод чистой воды прямо в бунгало, выполнили простую канализацию и сантехнику, оборудовали кухонный уголок с холодильником. Ну и обустроили пляж — зонты, лежаки. Любители дайвинга тоже могли радоваться на всю катушку — никаких кровожадных акул и монстров — осьминогов вокруг острова не наблюдалось.

Вот и наши молодожены неделю пребывали на райском острове. Вернулись они из своей "поездки" загорелые, довольные, с облупившимися носами, Тамина ещё и с горстью жемчужин (сама нашла в кустах, куда их занесло давним штормом) и двумя шикарными ветками кораллов разных оттенков — одна ветка была густо-розовой, а другая багрово-красная. Какие шикарные украшения могут получиться.

Коля потряс нашу кухню количеством выловленной рыбы. Но надо отдать должное — рыба была вкусная. В общем, единогласно остров был принят в семейную копилку как наша личная ценность и предназначен для семейного отдыха. Постановили — гостей можем приглашать на остров, но только по согласию всех.

Второй результат нашей спасательной операции заключался в том, что терц Алесандро решил жениться и не откладывать это дело в долгий ящик. Но тут Нина заявила, что в дом терца жить она не пойдет и все! Собственный дом Нины был на стадии отделки. Но вся необходимая инфраструктура в доме уже была. Упрямая Нинуля решила перебираться в дом уже сейчас, не дожидаясь полной отделки, собственно, они туда только ночевать будут ходить, и то не все.

Дариан сдержал обещание — открыл свой столичный дом, нанял штат прислуги, те быстро привели его в порядок. Так как Вера и Витя вскоре переезжают в столицу для обучения. Мы всей своей дамской компанией уже успели там побывать, оценить убранство и благоустройство дома, признали удовлетворительным. С удовольствием пошатались по столичным магазинам, сочли, что наши, трумельские, не хуже. Набрали разных подарков для наших землян, Леночка с особым трепетом подбирала подарки для мужа, я выбирала для семей обоих моих детей.

За лето Коля ещё пару раз ходил с помощью Веры в Канаду к Саше за какими-то своими заказами. Саша продал ещё две жемчужины, деньги за одну перевел на счёт Тани, и мы с Колей и Верой сходили в гости в Берген. Как хорошо обнять свое дитя в реальности, а не в виртуале. Несколько часов мы провели в этом северном городе. Очарование старинного города ощутили в полной мере, побродив по старой части города и наслаждением полюбовались на махины небоскребов делового Берген — Сити. Оказывается, мы успели соскучиться и по современной Земле.

Совпал такой редкий случай, что и Андрей, муж Тани, тоже был дома, а не на вахте. Поэтому я ещё раз осмотрела всю семью, немного поправила им здоровье. Обменялись подарками, Таня и внучка получили по комплекту украшений с жемчугом от ювелира Дариана, Андрею презентовали пару красивых свитеров из шерсти наших разноцветных коз. Коля после похода с Андреем по каким-то магазинам, вернулся довольным как слон, бренча при этом, как телега с металлоломом. Для Митрича зять приготовил подарок — совершенно невероятные какие-то рыбацкие причиндалы, а ещё мы купили уже сами здесь самый навороченный эхолот для рыбалки. Оплачивали из тех денег, что перевел Саша за жемчужины.

Я, кстати, его спросила, может ещё ему их привезти, но сын сказал, что и этих на десять лет хватит. Ну и ладно, зато теперь мы имеем средства на покупку полезных и нужных мелочей. Вера сразу предупредила, чтобы на объемное и тяжёлое не рассчитывали, не вытянет она. В этот раз Коля купил ещё один комплект для дайвинга, так она уже ворчала. И впрямь, вместо холла нашего дома мы вышли на дальнем поле, где у Вари посадки сорго. Ещё и "повезло" попасть под проливной дождь. Что значительно ускорило наше движение домой. Впереди, по раскисшей от дождя земле, несся Коля, высоко вскидывая длинные ноги и громыхая, как оркестр с ударными инструментами и литаврами. За ним мелко трусили мы с Верой, так же обвешанные различными сумками. Мы уже как-то душой смирились с перспективой принятия неплановых водных процедур, а вот грязевые были не предусмотрены.

Вот так активно мы проводили лето. Маруська подросла, проказничала меньше, ведь ей внушили, что она теперь пример для младшего братика Даниэля. Впрочем, пакостей по отношению к принцу Филиппу это не отменяло. Но, к чести Филиппа, тот стоически все терпел, как триста спартанцев и относился к вредной девочке с истинно королевским великодушием. Хотя даже родная мать Марии уже не раз говорила, закатывая глаза.

— Да отлупи ты ее хоть раз, чтобы границы знала!

На что Фил невозмутимо отвечал.

— Леди Варя, папа говорит, что женщин нельзя обижать, тем более принцу. Я ведь подаю пример своему народу! А леди Маруся поймет потом, что для леди она ведёт себя плохо.

Ну да, где леди и где наша Маруська… ладно, будем надеяться, что время все расставит на свои места.

Наша Любочка тоже очень подросла, бодро передвигалась на четвереньках, но предпочитала ходунки, подарок старшей сестры Тани. Носилась она в них очень быстро и пришлось на лестницу, ведущую со второго этажа на первый поставить барьер небольшой, чтобы малышка не слетела вниз. И теперь только по грохоту колес ходунков мы легко определяли, куда понеслась наша Люба.

А для Веры, пока не начались занятия в Академии, нашлось дело. Наш король Георг, насмотревшись на новые скверики в Трумеле и детскую площадку, и проект городского парка, который разрабатывали Вера и Атон, пожелал иметь такое же и в столице, именно для городского населения, ибо у короля всё-таки парк был вокруг его дворца. Вот так Вера и сама начала активно зарабатывать собственные деньги. Посоветовавшись со всеми, решили эти деньги не забирать в семейный капитал, пусть девочка имеет свои денежные средства, мало ли как жизнь в замужестве сложится у нее. Пусть будет у нее финансовая независимость от благосклонности мужа. Мое предложение одобрили все, за исключением надувшейся Верочки.

— Мама, тетя Аня! Я же хотела, чтобы все шло в семью, тоже внести свою долю в семейное благополучие. А то все зарабатывают, а мы с Витькой на шее сидим.

Витя густо побагровел. Не думаю, что Вера хотела обидеть брата, просто брякнула, не подумав. Но ситуацию разрядил Дариан, достав из внутреннего кармана камзола конверт.

— Верочка, уверяю тебя, ты ошибаешься! Ты вносишь свою лепту в семейный бизнес помощью в нашем передвижении. Вот Коле и Пете ты помогла, в конце концов, полностью собрать все детали для королевского экипажа самодвижущегося. Ребята говорят, что на этой неделе решающие испытания и передают его королю. Без помощи Вити нам пришлось бы сложнее искать маленького Даньку. И при его помощи нашли наш остров.

И ещё, вот здесь документы на банковский счёт на имя Вити. Мой департамент высоко оценивает помощь Виктора в расследовании некоторых дел и оплатил это. И это тоже твои личные деньги. И не огорчайтесь ребята, вы ещё принесёте свою долю в семейный капитал.

И Вера, и Витя расплылись в довольных улыбках. Им было очень приятно, что взрослые так оценили их помощь семье.

Свадьба Нины и Алесандро прошла тихо, без всякой помпезности. Всё-таки терц лицо публичное, и всегда находится в центре внимания светской жизни нашей провинции. Только утих скандал с побегом его бывшей супруги и их разводом, как терц опять вскоре женится. Конечно, первым делом заподозрят Нину, как коварную разлучницу, и разрушительницу семейного гнезда. И плевать, что Алиссия сбежала почти за месяц до появления Нины в этом городе! Все равно виновата! Это даже и хорошо, что Нинуля не пошла, жить к терцу в дом, а наоборот, он пришел в ее дом.

Поэтому зарегистрировали брак в терции, сходили в храм за благословением священника, дома отметились торжественным обедом и, как и Коля с Таминой, отбыли на наш остров на все два выходных дня.

Вера и Витя пока не захотели переезжать в дом Нины, объяснив, что через пару недель они все равно уезжают на учебу, им нет разницы, где прожить это время. А мама пусть свободно занимается отделкой дома. Комнаты в новом доме им и так всегда будут, они и не сомневаются. Маленький Данька, безусловно, остаётся с родителями. Он теперь твердо и непреложно называет Нину мамой и не вспоминает о своей биологической матери. Хотя он, конечно, ещё маленький, может и забыть о ней. Мирку оставили пока его няней в доме, но на день мальчик уходил в дом к Варе и Петру, там со всей троицей малышей — Маруся, Диль и Даня — занималась нанятая Варей гувернантка. Небольшая разница в возрасте вовсе не мешала малышне учиться и играть. Часть прислуги из старого дома терца перешла в новый дом Нины. Так, например, вернулась к нам Брукса. Точнее, она осталась шеф — поваром у Нины. Ещё пара горничных тоже пришли из старого дома. Никей пока все ещё ищет свободную пару домовиков. Последнее время, когда сменилось в королевстве отношение к магам и магическим существам и умениям, стали чаще проявляться в старых магических семьях домовики… Теперь даже стало престижным иметь домовых в семье.

Нашлись домовые и в королевском замке. Георг с восторгом рассказывал, что глава семьи королевских домовых начал служить ещё его прадеду, как только люди переселились сюда, на Валент, со своей гибнущей планеты. Потом его деду служил. А при правлении отца, видя то, что начало твориться в королевстве, домовой погрузил свою семью в сон и только периодически проверял, что творится в замке. Как говорил Георг, его домовик много перенял от его деда и прадеда и, не стесняясь, говорил королю правду обо всем, что происходит. Даже если эта, правда, не нравилось королю. И все это домовой высказывал королю с непередаваемой ехидной интонацией деда короля. Зато благодаря домовику Георг начал разгонять свое придворное "болото", озвучивая самую конфиденциальную информацию, о которой он никак не мог знать. Против некоторых придворных выдвинул обвинения, и теперь ими занималось ведомство Дариана. На некоторые должности назначил совсем никому неизвестных людей, и дела, медленно, со скрипом и пробуксовкой, но сдвинулись с застойной точки. Хотя это была всего лишь верхушка айсберга. Зато, по словам самого короля, он сейчас перестал завидовать Дариану, теперь у него тоже есть возможность по вечерам поговорить с умным человеком. Это он имел в виду, что наш Никей, во время наших семейных посиделок, и Дариан и Митрич частенько ведут философские диспуты.

После своего отдыха на острове ко мне в лабораторию неожиданно пришла Нина, села рядом, молчала некоторое время, потом всё-таки решилась.

— Аня, я хотела бы поговорить о Вере. Я думала об этом со дня ее этой странной помолвки, а тут недавно в разговоре с Таминой, кое-что выяснила. Тамина, рассказывая о себе, о Коле, удивилась тому факту, что для него оказался совсем неважным факт ее невинности. Я объяснила, что в наше современное время в нашем земном мире это уже не играет существенного значения. Главное — это чувства двоих любящих человек. И вот тут я подумала о дочери. Ты сама знаешь, что случилось с Верой…, а тут такой жених, брат королевы, маркиз, будущий герцог, и я не хочу, чтобы моя дочь испытала боль и унижение за то, в чем она не виновата!

Я тоже задумалась. Как же я выпустила этот факт из виду… Может, потому, что этот факт под влиянием моей ментальной магии постепенно исчез из памяти самой Веры? Но анатомически ничего не изменилось!

Хотя, есть, конечно, вариант, но придется пойти не слишком красивым путем — усыпить Веру и выполнить гименопластику. Самая операция несложная и быстрая, а в дальнейшем Вера будет избавлена от многих неприятностей. На Земле к такой операции прибегают иной раз такие девицы…, а тут ни в чем не виноватый ребенок. За пару-тройку лет мы все равно пока не сумеем перестроить мышление и психологию местного общества на тему сексуального воспитания. Придется вот так, искусством медицины и магии восстанавливать справедливость.

Все прошло быстро и без всяких осложнений. Вера заглянула ко мне в кабинет в амбулатории в вечернее время, я пригласила ее просто для профилактического осмотра. В этом не было ничего необычного, проводила эти подобные осмотры для всех родных и для наших сотрудников регулярно. Я ее усыпила и провела эту несложную операцию. Потом разбудила девочку и отправила ее к себе в комнату. Вот и решился один щекотливый вопрос.

Семейные дела закружили всех, только вот утро было, а тут раз! и на ужин зовут.

У меня сейчас горячая пора в Академии целителей — возвращались из отпуска преподаватели, лаборанты готовили аудитории и учебные лаборатории к будущим занятиям. Кстати, в качестве лаборантов у нас в большинстве работали сами студенты. Мы предлагали дополнительную работу в основном тем студентам, у кого были стеснённые материальные обстоятельства, но не было академической задолженности. Утрясались окончательно списки поступивших, направления их обучения. Составлялось расписание лекций и практических занятий. Большинство из этих проблем было тихой сапой свалено на исполнительную Тамину и я в душе надеялась, что они с Колей немного подождут с появлением наследников… Что я буду делать без надёжного заместителя? Как здорово, что несколько лет назад я нашла время и выслушала взъерошенную и отчаявшуюся девчонку! Зато теперь и семейное счастье для племянника имеем и ценного сотрудника.

Нина тоже кроила свое расписание, чтобы и работу в терции совмещать и преподавание, и занятие в лаборатории. Но в этом году для практических занятий она будет привлекать своих прошлогодних студентов в свою химлабораторию. Ещё необходимо уделить время семье и детям. А наши дети — это отдельная, особая песня и не всегда тихая и лирическая. Чаще всего это нечто сродни русской плясовой с элементами романса и шансона. То подпрыгиваем от их очередных выходок-коленцев, то страдаем, решая, как с меньшими потерями выбраться из той передряги, куда ухитрились забраться наши младшенькие. У Коли вопросы воспитания брата и сестры, по его словам, уже чаще переходят в плоскость лагерного шансона — темы охранников, колючей проволоки и строгих овчарок, постоянно всплывают у него в голове, глядя на независимо — виноватые моськи младших. Независимая — это у Веры, виноватая — это у Витька. Совсем детишки освоились в семье. Ну и новые проблемы не заставили себя ждать, с такими детками.

Отличилась Вера, и всего за пару дней до отъезда в столицу. Перед этим она несколько дней она ходила отрешённо-задумчивая, что-то все изучала информацию с флешек. И нет бы мне насторожиться. Ведь знаю же, что нельзя доверять подросткам, когда у них такой задумчиво-благостный вид. Чем благостнее вид, тем грандиознее будет пакость. Да и Нина как-то не встревожилась. Нет, она тоже видела некую задумчивость Веры, но сочла это возможным волнением перед началом самостоятельной жизнью в столице. Хотя, какая там самостоятельная, Дар обещался часто заходить домой, да и в боковом флигеле открыли гостевые комнаты для наших служебных дел. Там будет останавливаться Макс, когда будет навещать наши дочерние фирмы в столице. Вот наш обувной "магнат" Тард тоже попросил о гостеприимстве, собирается в столице открывать филиал обувного салона. Разумеется, не откажем, тут и наш интерес есть, мы половину денег вкладывать будем в новое предприятие. Так что совсем без присмотра детки не останутся, хоть как.

Но дома мы проглядели очередной Верочкин финт. Точно помню, что видела ее с утра за завтраком, а потом закрутили дела, заботы. Отсутствие ее за обедом слегка насторожило, но не особо. Витька, на голубом глазу, сказал, что она уже поела и сейчас укладывает вещи в своей комнате. Вечером, за столом отсутствие Веры скрыть было уже невозможно. Нина тяжёлым взглядом уставилась на младшего сына. Тот сидел с красными ушами, испуганным взглядом и робко мямлил, что "все с Веркой хорошо, и она вот-вот придет".

После этих слов уже все взрослые встревожились не на шутку. Дариан пристально смотрел на эту "восходящую звезду сыска" всея королевства, Колька грозно поднимался из-за стола, теребя пряжку ремня. Нина охнула, схватившись за сердце. Лена тоже тихонько охнула.

Но мы ничего не успели ни сделать, ни сказать. Внезапно со двора послышался истошный собачий визг, испуганный басовитый гулкий лай Тузика и жалобное скуление Белки. Поверх всего слышался крик Веры

— Босик, фу! Фу, я сказала! Нельзя!

Мы все, дружною толпою вывалили во двор, толкаясь в дверях. Хорошо Никею, он, с помощью своей магии домовых, уже стоял во дворе, невозмутимо наблюдая весьма занимательную сцену. Я такой невозмутимостью не обладала, поэтому стояла, неприлично разинув рот. Нина тоже выглядела потрясенной. Колька совсем непедагогично ржал, согнувшись пополам. Впрочем, и мой суперсекретный муж тоже хохотал. Смеялись и Варя с Петей и Митрич. Клиппа выглядела немного смущенной, Тамина — растерянной. А Витёк смотрел на беспутную Верку с откровенной обидой.

А посмотреть было на что. Вера стояла посреди небольшой площадки, выложенной плиткой. У края площадки, прижимаясь боком к своей будке, размером с добрый сарай, стоял Тузик и периодически басовито гавкал. Позади него скулила Белка, зажимая лапами нос.

Вид самой Веры тоже поражал своей креативностью — светло-голубые джинсы безнадежно изгвазданы рыжей глиной, такой же расцветки были и некогда беленькие кеды. Стильные ранее штаны обзавелись несколькими, явно незапланированными прорехами сбоку одной штанины, с попы свисал полуоторванный карман, стильный голубой с белыми когда-то деталями джемпер тоже претерпел значительные преображения. Разодранный длинными лампасовидными разрезами рукав, украшенный кровавыми пятнами. На животе и груди цвёл рыжими пятнами в форме кошачьей лапы.

Одной рукой Вера прижимала к себе извивающееся тело небольшой кудлатой собачонки, родной сестры нашей Клепы ранне-попаданческого периода. Собачонка щерила мелкие зубы в злобном оскале и то ли так громко визжала, то ли тихо лаяла. Второй рукой, в которой болтались большой нарядный пакет с подозрительно знакомыми логотипами и средних размеров коробка в блестящей подарочной упаковке (точнее, бывшей некогда нарядной, ибо сейчас эта упаковка просто свисала различными живописными лохмотьями), Вера махала на наших собак, как бы отгоняя их. Хотя наши Бармалеи и так явно боялись, и страшных животных, и необычного вида Верочки и запаха. Про животных в множественно числе я не оговорились. Ибо на плече девочки сидел, пошатываясь от ее дерганья рукой, кот самого помоечного из всех помоек Российской Федерации вида. И пытался передислоцироваться ей на голову. И про запахи я тоже не оговорились. Несло от Веры так, как будто она только что ограбила парфюмерный магазин как минимум Диор, разбив при этом половину флаконов. В общем, бедлам и дурдом. То есть сразу и английский* дурдом и наш, российский сразу, в одном составе. Очень мощное впечатление, убойное, можно сказать.

Не смеялся только Семён, держащий на руках Клепу. Конечно, по сравнению с грязным приблудышем, который верещал сейчас на руках у Веры, она смотрелась просто собачьей принцессой. Чистая, расчесанная, ухоженная шерстка с кокетливым красным бантиком, веселые, здоровые глазки и манеры наследной британской принцессы — вызывали умиление и уважение к этой собачьей леди.

Сема и Клеопатра внимательно смотрели на новоприбывших, потом Семён опустил собачку на землю и что-то тихо сказал ей. Клепа неторопливо засеменила к Вере. Незнакомый песель на руках у нее перестал вырываться и скалиться. Зато стал нервно принюхиваться. Не доходя до Веры с метр, Клепа остановилась и негромко тявкнула. Собака из рук девочки вывернулась и спрыгнула на землю. Клепа же, с истинно королевским достоинством, повернулась к гостье (гостю?) тылом и пошла в обратную сторону, ничуть не теряя спокойствия и невозмутимости. Я мысленно зааплодировала Клепе. Ну, артистка!

Да мы все наблюдали эту сцену с полным изумлением. Только Сема с философским спокойствием смотрел на свою воспитанницу.

Ладно, надо прекращать этот балаган и идти в дом для разбора полетов. Чует мое сердце — нынче Вера перевыполнила свою норму по приключениям и их последствиям.

===============================

*Бедлам* — одна из первых британских клиник для душевнобольных.

Итак, по порядку. Несколько дней Вера ходила вся задумчиво — притихшая, часами изучая что-то в ноутбуке, считывая информацию с флешек. Нам бы насторожиться, ведь мы же знаем, что Веруся у нас — это граната с неисправной чекой, никогда не знаешь, где и когда рванет, но мы это благополучно пропустили. А оказывается, девочка переживала, что маме на свадьбу ни она, ни Витя ничего не подарили. А хотелось бы чего-то сногсшибательного, чтобы ух!! А чего ух!! — не знала. Мелкая глупышка не догадывалась, что самым лучшим подарком маме были они сами, Вера и Витёк. В общем, приступила к операции "Подарок" Вера издалека. Между делом, взялась расспрашивать, чего бы хотелось Нине вот сейчас или когда жила на Земле. И Нина, не заподозрив подвоха, ответила, что во время земной жизни очень любила французские духи Диориссима, немного старомодные, но ей очень нравились, с жасминовым лёгким запахом. А мечтала она побывать в Италии, побродить по их бутикам. Но в советское время это было нереально, а в современное — столько денег ей не платили.

Все это Вера намотала на ус и решила сделать маме подарок — сбегать по-быстрому во Францию, до городу Парижу, и купить там духи, а затем в Неаполь, прикупить маме платьице и бельишко нарядное. Для того чтобы все это приобрести, ценами на трусишки и прочее она всё-таки просветилась в инфе на флешке. Они с Витьком на пару быстренько метнулись на остров, ещё раз облазили всю доступную прибрежную полосу, искололись, оцарапались, пару раз порезали пальцы, но штук пяток радужных жемчужин нашли в дальних кустах. Время поджимало, и они не стали их открывать и чистить на острове, сделали это дома. Кроме самих жемчужин и раковины изнутри оказались редкой красоты. После этого Вера связалась с Сашей, узнала, можно ли и за сколько продать жемчуг. Объяснила, что это на подарок маме. И мой великовозрастный и рассудительный сын поддержал эту авантюру, пообещав помочь в реализации жемчуга и молчать, ничего не сообщать мне или Нине. Конечно, у Веры были на рублевом счету в России деньги — пенсия и оплата за сдаваемые через агентство квартиры и дачи, доставшиеся ей от бабушки, но Вера справедливо опасалась, что их может просто не хватить. Разница между российской пенсией и французскими духами довольно большая.

Ещё пребывая первый раз в Канаде, и задумывая авантюру с походом на Землю за покупками, Вера внезапно осознала, что с земными иностранными языками у нее могут быть проблемы. Поскольку она в свое время изучала в школе немецкий язык, а нужны будут французский и итальянский, на худой конец, английский, то, как же ей быть? Но, как известно, русские не сдаются. Выяснив у старшего брата принцип перенастройки языковых артефактов в обратную сторону, она умыкнула у брата пару таких артефактов и, покопавшись пару дней, смогла перенастроить их с русского языка на французский и итальянский. Ещё на Земле, в ходе подготовки к уходу в другой мир, Вера скачала на флеш-карту несколько наиболее распространенных земных языков, включая китайский. Вот они и пригодились. Вера надеялась, что общение с носителями языка пройдет без осложнений.

Дорога до пригорода Квебека у Веры была уже обкатана, Саша ее ожидал и на его машине до самого города они добрались всего за полчаса. Затем был уже проверенный ювелир, к которому сын обращался с нашим жемчугом. Вначале недоумение, а потом восторг ювелира при виде одной радужной жемчужины. Я была права, на Земле нет такого жемчуга. Но Саша и Вера объяснили ювелиру, что эти жемчужины нашла Вера, когда отдыхала с родителями на одном из южных островов в Индийском океане и она лично их добыла, занимаясь дайвингом. Показали ювелиру даже пару раковин от жемчужин и исцарапанные руки Веры при добыче раковин. Мастер тут же вцепился и в раковины, уговаривая продать их тоже. В общем, редкая жемчужина и пара раковин потянули по стоимости как раз на содержимое бутика Диор все вместе. Оставив Саше ещё одну жемчужину и три оставшиеся раковины, мало ли, пусть будут! Вера объяснила, что Леночка уже себе набрала и жемчуг, и раковины, и кораллы тоже. Так что прибудет его супруга вполне обеспеченной дамой. Далее ей предстояли путешествия в Неаполь и в Париж. Первым в плане покупок стоял Неаполь. Там Верочка приобрела весьма миленькое платьице для Нины, комплект белья, не забыла и себя.

Те самые дизайнерские джинсы и джемпер и даже очень миленькие кедики были куплены ею для себя там же. Но Вера девочка нежадная, и для всего дамского состава нашей семьи были приобретены милые любому женскому сердцу вещички. Затем шло посещение городу Парижу, знаменитой Рю де ла Пэ. И Диор тот самый парфюмерный магазин. Вначале Веру там постигло разочарование. Ей объяснили, что эти духи из очень старой коллекции, и если они сохранились, то на складе. Видя, что девочка чуть не плачет и объясняет, что это для любимой мамы, топ-менеджер магазина проникся горем Веры, позвонил на склад, выяснил, что там есть несколько флаконов, и они могут в течение часа привезти в магазин. Вера обрадованно закивала головой — да, да, она купит все эти флаконы. Она подождёт! Проверив ещё раз баланс карты, которую дал ей Саша, убедилась, что денег ещё много, Вера решила, что не грех и остальным нашим дамам иметь по флакончику французских духов. И принялась выбирать. Перенюхала и побрызгалась таким количеством ароматов, что даже у самой заслезились глаза. Но подарки были приобретены всем, включая наших мужчин и домовых. Такой выгодной клиентке в магазине были рады, конечно, подарки упаковали, а поскольку время до приезда курьера с Диориссимой ещё осталось, а в магазине уже нечем было дышать, Веру вежливо сопроводили до ближайшего уличного кафе, посоветовав внутрь не заходить. Выпив кофе и съев круассан (Вера потом по секрету сказала — Фу! У нашей Тильды плюшки вкуснее!), она забрала свои долгожданные флаконы. Можно было отправляться домой, но тут Вере, как всегда, в голову пришла "гениальная" мысль — а не посетить ли ей родной город? Как она сказала, хотела проверить счета и вообще. Но, по-моему, ей просто хотелось увидеть бывших знакомых по школе, по двору, которые раньше все смеялись над ней в детстве. И поразить их теперь своим благополучным и модным видом. Совершенно нормальное девчоночье желание, и я ее не осуждаю. Возможно, будь я на ее месте, так бы и поступила. В общем, загрузив все купленные флаконы в дамскую сумочку с пространственным карманом, честно стыренную у Тамины, оставив для шика и понтов только нарядный пакет с платьем и коробочку с духами на виду, Верочка отбыла по месту официальной прописки.

Заглянула в агентство недвижимости, продлила договоры на аренду, проверила счета в ближайшем банке, навестила Рахмона в его кафе. Получила кучу охов и ахов, уйму приветов от всех и для всех. Рахмону объяснила свое появление необходимостью получить документы о российском образовании. Была накормлена до изумления и снабжена ещё пакетом с моей любимой самсой. Потом прогулялась по своему бывшему микрорайону, снисходительно кивая всем встреченным знакомым. Но, к сожалению, не у всех Верино дефиле по городу вызвало теплые и светлые чувства. Ее опознал один из бывших друзей — наркоманов ее брата. Испытывая острую нехватку денежных средств для приобретения вожделенного эликсира и заметив такую благополучную и дорого одетую Веру, он решил, что можно и экспроприировать толику. Попросту дать кулаком в лицо и ограбить девчонку. Вера на Джеймса Бонда не училась и слежку за собой не заметила. Поэтому спокойно свернула в закуток за гаражами, где было их с Витьком тайное местечко. Уходить решила оттуда, чтобы не вызвать ненужный ажиотаж у населения. Но проходя мимо мусорного бака, девочка услышала слабый, полузадушенный мяв. Будучи по натуре жалостливой, Вера тут же заглянула в бак и обнаружила в нем почти засыпанного мусором кота или кошку? С проволокой на шее. Видимо, местные живодёры так развлекались. Вера, несмотря на модный прикид, быстро откопала животное, распутала проволоку, нашла какой-то пластиковый лоток и налила в него воды из своей бутылочки с питьевой водой. Кошак лакал воду медленно, с трудом глотая и поперхиваясь. Видимо, трахею ему всё-таки травмировали. Выцарапанный кусочек мясного фарша из самсы кот тоже потихоньку съел и сел у ее ног, с надеждой глядя на Веру. Этого она уже перенести не могла. Подхватив животное на руки, и буркнув ему — "Со мной пойдешь!" — двинулась дальше.

Когда она завернула к своему закутку, наркоман решил, что ждать больше не стоит и, догнав ее в два прыжка, вцепился ей в рукав, разворачивая ее к себе и замахиваясь на нее кулаком. Этого уже спасённый найдёныш — кот не перенес. Вывернувшись из рук девочки, он вцепился когтями и зубами в держащую за рукав джемпера руку нападавшего. Тот взвыл, пытаясь высвободить руку, но кот драл ее немилосердно. И тут на помощь Вере пришел ещё один нечаянный спаситель. Из их закутка выкатилось нечто лохматое, кудлатое, злобно рычавшее и впившееся наркоману в голень.

Не ожидавший такого отпора парень с криками отпрянул от Веры и ее защитников, сильно толкнув ее, и кинулся прочь. Вера упала, но неудачно, прямо на кучу мусора, там была и проволока, и ещё какая-то острая железяка. Так ее дизайнерские джинсы обзавелись незапланированными прорезями. При дальнейшей ревизии себя, любимой Вера тихонько взвыла — от ее стильного и модного вида не осталось и следа. Оказывается, все это дело происходило возле кучи глины (вероятно, кто-то из владельцев гаражей копал себе подвал и сюда высыпал ненужный грунт). Джинсы и кеды были полностью испачканы в глине, одна штанина светила прорехой. Рукав джемпера был украшен длинными прорезями и залит кровью нападавшего. Но на руке Веры не было ни царапины. А спереди на джемпере цвел орнамент из отпечатков кошачьих лап, испачканных в глине. Но пакеты и сумка были при ней. Взобравшийся ей на плечо кот успокаивающе замурчал, и что-то горячее и мокрое коснулось ее лица. Это было то самое лохматое — кудлатое, при ближайшем рассмотрении оказавшееся небольшой собачонкой. Она слизывал соленые капли слез лица Веры, тоже успокаивая ее. Под периодические всхлипывания Веры были извлечены ещё два пирожка и честно съедены на троих — коту досталось немного мяса, больше он пока не мог глотать, а все остальное было употреблено девочкой и собакой. Вера называла его просто и незатейливо — Барбос. Так он у нас и прижился под домашним ником — Босик.

Поев и отряхнувшись от наиболее крупных кусков грязи, Вера, подхватив сумки и животных, отбыла домой. Где во дворе и была поймана теплой комиссией по встрече, состоящей из Белки и Тузика. Вновь прибывшие животные решили, что вот он, их смертный час пришел и помирать, так с музыкой! Первыми кинулись в атаку. Чего не ожидали наши Бармалеи. Белка, получив с ходу в нос кошачьей лапой, тихо в ужасе выла за будкой, а Тузик гавкал от испуга гулко, как в бочку, призывая хозяев спасти его. Ну, и тут прибежали все мы.

Вот, собственно и все живописание Вериных приключений. При рассказе о нападении наркомана Коля нахмурился и твердо сказал.

— Так, задохлики! С завтрашнего утра вашим физвоспитанием я займусь лично! Брюса Ли я из вас не сделаю, фактура не та. Но отпор нападавшим дать сможете. А то привыкли на своих котов рассчитывать! А вот в Академии — он глянул на Дариана, а тот понятливо кивнул головой и добавил.

— А в Академии я попрошу лично заняться вами, дети, старшего инструктора по физподготовке.

Интерлюдия

Но этот наркоман был не единственный, кто узнал Веру на улицах родного города. К сожалению.

Пара мелких бандюганов, которых до серьезных дел не допускали, поэтому они и остались на свободе, тоже случайно увидели Веру. Поначалу, дня два они пытались понять, откуда им известна эта девчонка, что-то важное с ней было связано. Потом вспомнили. И нет, чтобы тихо и быстро забыть об этом, так эти дурные головы не придумали ничего лучше, как искать выходы на криминальный верх. Торопились донести неизвестно кому-то, что видели. Пока эта информация искала своего получателя, прошло не менее пары месяцев. Наконец сведения были получены господином Потаповым, или попросту — Худым. Он проходил очередной курс поддерживающей терапии за рубежом. Он вовсе не забыл о том месте в лесу, просто готовился. Переводил свои активы из виртуальных долларов в конкретные золото, драгоценные камни. Ну и хотелось зайти в тот проход своими ногами, то есть колесами, а, не заползая, умирающим от раковой интоксикации. Но теперь он решил не класть все яйца в одну корзину. Раз девчонка появилась в своем городе, значит, возможность вернуться вновь сюда есть. За это время ему удалось выяснить, что военные, наука и силовики тут не при чем. Они сами теперь копают в этом же направлении, но пока ещё очень отдаленно, никаких конкретных данных у них нет. Вот и решил Худой, что половину своего бизнеса он оставляет тут, половину монетизирует в золото и камни. Затем двинется в тот проход, найдет ту самую врачиху, выздоровеет и организует себе там "запасной аэродром" — комфортное жилье, возможно и бизнес какой-нибудь. Такие радужные перспективы грели черную душу Худого. Хотя одно доброе дело он сделал. Перед тем, как улететь в дальний сибирский город, он перевел некую сумму своим старым родителям, достаточную им для дожития. И даже на сиделку хватит, если что. Хотя ранее свей щедростью, родных он не баловал, объясняя это тем, что они тоже в свое время не обеспечили ему его потребности.

Прибыв в искомый город, он ещё раз убедился, что информация верна и даже нашли того самого нарика, который пытался ограбить девчонку, но пострадал сам. Наркоман даже вспомнил, что чуть позже видел за гаражами яркую голубую вспышку, как от электросварки. Но ни треска, ни шума не было. В автосалоне в соседнем областном городе Худой приобрел себе дорогостоящий внедорожный автомобиль, взял у местного криминального авторитета на время личного водителя и отбыл.

Погода напоминала ту, какая была почти год назад — легкий морозец, небольшой снежок, уже припорошивший землю, опавшую листву, слегка выбелив темно-зеленую хвою елей. Вот и то самое место, вон и то самое дерево, сильно наклоненное в сторону глубокого оврага. Зябко поежившись и запахнув плотнее теплое пальто, Худой оглядел светло-бежевый салон новенького авто. Пачкать его не хотелось. Поэтому он, ещё раз вздохнув, выбрался из автомобиля на свежий воздух. Нынче никакой наезженной колеи, снег ровным слоем лежал на земле. Вон там, кажется, он видел тот самый переход, в самой чаще. Чем ближе Потапов подходил к этому месту, тем больше проявлялась из туманной дымки прошлогодняя картина — узкая проселочная дорога, поле с необычного цвета травой, чуть тронутые осенней раскраской деревья.

Не оборачиваясь, он махнул рукой водителю, чтобы он подошёл к нему. Тот услужливо подбежал мелкой трусцой.

— Смотри, дорогу видишь? Проехать сможешь?

Водила, недоуменно покосился на пассажира. Блажит, однако. Какая дорога? Чаща непролазная!

Он стоял впереди и немного сбоку от пассажира и поэтому не видел, как тот достал из кармана пальто небольшой пистолет и ничуть не сомневаясь, выстрелил в голову водителю. Тело его мягко подогнулось в коленях и медленно опустилось на землю, окрашивая свежий снег яркой красной кровью. Брезгливо сморщившись, Худой осмотрел свою одежду, небрежно смахнул перчаткой каплю крови с рукава. Выбросил испачканную перчатку на снег. Пока он все это проделывал, не заметил, что портал, светившийся мягким светом и демонстрирующий другой мир, начал тускнеть, подергиваясь мутной завесой.

Он не понял, что контролирующий этот переход межмировой разум не принял убийства невиновного человека, да ещё и перед самым порталом. И как бы этот больной человек не нуждался в помощи и спасении жизни, мировой разум его не принимал уже.

Не зная этого всего, Худой сел на водительское кресло, спокойно завел двигатель и мягко двинулся с места вперёд, в едва видимую прогалину между деревьями. Капот машины уже прошел переход, как пошла какая-то искажающая пространство волна, сминающая металл машины как бумажный лист, вот уже смялся в гармошку капот, салон машины, ещё какое-то время только светились задние стоп-сигналы, но вот погасли и они. На поляне остался лежать только большой, плоский кусок металла. И в нем навсегда застыло то, что осталось от некогда крупного воротилы теневого бизнеса с криминальным душком — Худого.

Портал в другой мир на этом месте планеты Земля закрылся и перестал существовать.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

А мы по-прежнему жили своей бурной, местами, очень редко, спокойной жизнью. Дар все также был суровым безопасником на стаже интересов государства на службе, и нежным, добрым и все понимающим мужем и папой дома. Любашка из него просто веревки вила. Стоило только малышке очень знакомым движением нахмурить бровь, как папа кидался выяснять, что так огорчило доченьку. Полицейские функции приходилось осуществлять строгой маме. Что побуждало юную доносчицу, по вечерам что-то нашёптывать папе на ушко, тыча пальчиком в мою сторону. Я веревки из Дара вить опасалась, а то можно потом удавиться самой на этих верёвках.

Наши младшенькие, скорее уже средненькие, наконец, отправились учиться в столицу. Но уже вечером, как ни в чем не бывало, появились в столовой за ужином. Объяснили свое появление тем, что у Веры оторвались манжеты на форменном платье, у Вити появились вопросы по магии, которые может пояснить только дядя Дариан, поскольку он один среди нас имеет академическое магическое образование. Нина, пришивая потом в гостиной манжеты к дочкиному платью, тихонько посмеивалась.

— Представляешь, Аня, эти клоуны не нашли другого ничего, как самим оторвать манжеты, чтобы иметь предлог появиться дома. Ведь Вера со своей бытовой магией за минуту бы привела платье в порядок. Говорят, соскучились за день, да и всё-таки за столько времени первый раз и в самом деле остались одни, от учебного дня куча впечатлений, поделиться не с кем. А ещё боятся, что я буду скучать по ним.

Отложив шитье и вздохнув, помолчала, потом призналась.

— А ведь и в самом деле, скучаю! Весь день оглядывалась — где мои неугомонные, какую неожиданность готовят. Данька пока слишком послушный, прежнее воспитание даёт о себе знать, но ничего, привыкнет, и будет точно таким же, как и трое старших.

Так что с нашим подрастающим поколением было все в порядке. Пока.

В положенный срок Лена родила дочку. Девочка была маловесной, еле-еле дотянули до нижнего края нормы в три килограмма. И вообще, была она вся такая изящная и мелкая, прямо кукла-принцесса. Зато была здоровой. И Лена тоже. Это ли не счастье!!! Саша, когда ему сообщили новость по связи и показали дочку и жену, долго на них смотрел, а потом просто заплакал. Молча, без всяких эмоциональных выкриков, просто смотрел на них и плакал. Через неделю отправим их домой.

А пока необходимо срочно организовать малышке документы. Ведь по легенде, Лена улетела в Россию рожать. Пришлось мне связываться по межмировому Скайпу со своими знакомыми в перинатальном центре нашего города и со знакомой в ЗАГСе. Договорившись, при помощи Веры перешли в город, быстро получили справку из перинатального и оформили все необходимые документы на малышку в ЗАГСе. Назвали девочку Вероника — победительница. Ещё у своей однокурсницы в перинатальном центре взяла шприц с вакциной против туберкулёза. Всё-таки жить внучке предстоит на Земле, мало ли. Конечно, почти везде пришлось платить, но я особо и не возражала, все равно я тут ничего не изменю, да и дело было хоть и праведным, но не вполне законным. Вот тут и пригодилась Верина земная банковская карта

Возвращали Лену мы втроем — Вера, я и Коля. Хотели только вдвоем, но в последний момент примчался Коля, сказав, что тут у Ленки столько сумок, что без крепких мужских рук не обойтись. А по-моему, ему что-то срочно понадобилось в магазинах Канады. Как бы там не было, но перешли мы благополучно, Лена в этот раз перенесла переход хорошо. Саша суетился вокруг жены и дочки, предложив нам с Верой самим хозяйничать на кухне, а Коле-выдав ключи от машины и банковскую карту. Пока Вера вдумчиво и тщательно жевала, пополняя запас энергии, а я просто неторопливо пила чай, внезапно мне привиделось будущее нашей куколки Ники. Девочка получила тоже определенный целительский дар. И решит стать врачом, как бабушка. Окончит университет здесь и появится у меня в Валенте, чтобы учиться ещё и у нас.

Работы по созданию королевского экипажа благополучно завершились и прошли полевые испытания. Пришло время передавать эту антилопу-гну заказчику.

Для этого в выходной собралась вся наша семья, с нетерпением ожидая королевскую чету. Они прибыли сразу после завтрака. Король, чуть ли не подпрыгивая от нетерпения, потянул всех во двор. Там, сверкая лакированными боками салона и блестя хромированными деталями, стояло нечто монструозное по размерам. Ну да, невместно самодержцу ютиться в автомобиле размером с небольшую собачью будку на колесах. (Так пренебрежительно мой сын называл первую машину нашей Тани — Фольксваген Гольф).

А тут — просторный салон, натуральная кожа, лакированное дерево, вместительный багажник, имелся даже откидной столик для королевской трапезы, мягкий диван, который легко превращался в спальное место. На передней панели светились зелёным сигнальные кристаллы, показывающие уровень мощности заряженного кристалла, кристалл — кондиционер, кристалл — обогреватель, и даже маленькая почтовая шкатулка. Разумеется, король всегда должен быть на связи. Был и спидометр. Пока самая высокая скорость на нем была 60 км/ч. Для этого мира невиданная скорость передвижения без порталов. Король нетерпеливо уселся на водительское место и недоуменно замер — оказалось, что управлять этим сооружением он не умеет. Да и откуда? И начался первый в этом мире сеанс обучения вождению автомобиля. К обеду, несмотря на обиды и королевскую надменность, перемежающиеся шипением сквозь зубы матюков Пети и Коли, Георг самостоятельно поехал. Не слишком ровно, слегка вихляя на нашей маленькой улочке, но он ехал. И был безмерно горд этим.

Утирая пот со лба, Петя сказал.

— Ты бы, твое Величество, отправил бы к нам своего верного человека, а уж мы его научим управлять машиной. И будет у тебя личный водитель.

После всех усилий по обучению королевской персоны, криков, обид и непечатных выражений, которым за эти пару часов лихо научился и самодержец, они сочли, что могут обращаться друг к другу на "ты".

Так и шла наша жизнь. Самые младшие дети подрастали, средние учились, старшие уже жили самостоятельной жизнью. Росла и уже бодро топала своими ножками моя Любашка, пытался самостоятельно ползать Дим Трофимыч нашего Митрича (вообще-то его Митькой зовут), средние довольно успешно штурмуют науку магии в Академии. Дариан интересовался у ректора, тот сказал, что если они постараются, то в зимнюю сессию закроют первый курс.

Неожиданно для всех вышла замуж наша Вита за своего коллегу с кафедры педиатрии и переехала жить к мужу. Закончилась окончательно отделка Нининого дома, и мы отпраздновали новоселье. А в городе отпраздновали (по совету Нины, конечно) осенний праздник урожая. Устроили большую ярмарку сельхозпродукции, народные гуляния на украшенных осенними красками площадях и улицах. Мы пригласили короля вместе с его семьёй на праздник, причем без артефактов изменения лица. Люди видели, что королевская семья тоже принимает участие вместе с ними в их городском празднике и весьма радовались этому, выкрикивали здравицы в честь королевской семьи. Семья благосклонно улыбалась и махала руками.

Принц Филипп, преисполненный осознанием королевского долга, тоже усердно махал рукой и улыбался. Королева ласково взирала на народ, держа на руках маленького принца Ирвина. А Его Величество Георг просто был доброжелателен, а не суров, как на парадном портрете. Ещё днём они посетили открывшуюся на днях картинную галерею.

А вечером была премьера местной театральной труппы, и королевская семья сидела в главной ложе перестроенного из дома терца театра. Мы сидели в соседней ложе, но Верочка присутствовала в королевской. Так как там находился маркиз Горан, официальный жених Веры. Он был безупречно вежлив и внимателен к своей юной невесте. А у той в глазах металась паника. Только сейчас, она, видимо, осознала, что же натворила из-за своего безрассудства. Но внешне она тоже держалась безукоризненно. Уроки леди Кейды не прошли даром. Но Нина всё-таки вздыхала, украдкой поглядывая на дочь. Терц осторожно поглаживал ее по руке, успокаивая.

Вот, опять новинка в нашем городе, посещение короля. Наш терц вновь впереди королевства всея. Георг уже недавно интересовался у Дариана, не мал ли наш городок для такой деятельной личности, как терц Алесандро. Растем-с!

Но как всегда, когда все мирно и благополучно, тем оглушительнее будет бамс! И он случился. Дар сегодня пришел раньше обычного, я ещё работала с учебной литературой в своем кабинете. Дариан вошел ко мне, присел в кресло, молчал, долго смотрел на меня, потом произнес.

— Я узнал, зачем спецслужбы соседнего государства искали Витю и выдали заказ на его похищение. Сведения о носителе такой редкой магии, как ты уже знаешь, передал им мой зам. Это моя вина, не отрицаю. Витя им нужен, они ищут что-то, что не принадлежит им, но они хотят заполучить себе. И как пока только имеются обрывки информации, но вроде бы это связано неким образом с иномирными наблюдателями. И почему то мне моя интуиция подсказывает, что тут каким-то боком замешана моя жена. Ты ничего не хочешь мне рассказать, дорогая?

Я мысленно скривилась. Если Магомет не идёт к горе, то гора идёт к Магомету. Сколько я ни откладывала эту проблему в дальний ящик, она все равно вылезла во всей красе. Теперь ещё и с угрозой для одного из членов семьи. Вот не хотела я втягивать Дариана и королевскую тайную службу, да и самого короля, в мои отношения с межмировым разумом, не хотела! Ни к чему им эти знания. А вот будут знать о возможностях, наверняка ведь захочется иметь преимущество для своего государства. И тут уж мое мнение и желание, собственно, как и моя жизнь, значения в масштабе королевства не имеют. Вот и не рассказывала всего Дару. Нет, я не сомневалась в его чувствах ко мне, но он человек подневольный и его можно сломить. Так что я хотела уберечь не только себя и семью, но и не ставить мужа перед выбором — семья или долг. Тоже помолчав для осознания значимости момента, произнесла.

— Дар, давай пригласим для разговора ещё и Нину, как мать Вити, она заинтересована в его благополучии, да ей и известно кое-что и Николая, он тоже немного в курсе дела. Вся доступная информация есть только у меня, вот я и расскажу сразу всем заинтересованным, чтобы три раза язык не мозолить. Тем более что вероятнее всего Коле придется принимать во всем этом участие. Да и не только ему.

Дар согласно кивнул, и пока я вызывала Никея, просила передать Нине и Николаю просьбу срочно прийти, удобнее устроился в кресле, вытянул длинные ноги и прикрыл глаза. Настольная лампа сбоку мягко освещала его лицо, и сейчас хорошо было видно, как он устал за последнее время. Темные круги под глазами, чуть резче обозначившиеся скулы, тревожная складка на лбу… нет, как только все закончится, срочно мужа в охапку и на наш остров, минимум на неделю. Отдыхать. Волна щемящей нежности прихлынула к сердцу. Теперь я даже не представляла себе существования без Дариана, дочки, без нашей, такой разнообразной, жизни.

Из коридора послышались торопливые шаги и голоса. Наши пришли.

Когда все расселись по своим местам, и я включила глушилку (не хочу, чтобы ненужная информация дошла до лишних ушей, особенно до двух пар ушей наших теперь уже средненьких), то я сразу изложила всю информацию, которой я обладала на данный момент. И начался мозговой штурм.

— А почему вдруг решили, что Витя им нужен для поиска тех пропавших наблюдателей? Может, он им нужен для поиска такого же острова, как тот, который Витя уже нашел?

Это Нина. Понятно, хочет обезопасить своего ребенка и не хочет принимать на веру реальность угрозы для сына.

— Нина, вспомни, первая попытка похищения Вити была перед Новым годом! Тогда ещё и речи не шло ни про какой остров, и мы свой тоже не нашли тогда. Так что эта версия маловероятна.

— Аня, ты говоришь, что наблюдатели пропали очень давно. Они могли просто умереть в силу биологических причин. И где их искать? Почему сами инопланетяне не ищут своих "коллег"?

Это Коля. Спокоен и рассудителен.

— Коля, как я поняла из объяснений, да и видела на оставленном видео, эти существа всё-таки не люди и биология у них наверняка другая. Вряд ли они обладают коротким сроком жизни и какая-то экипировка у них должна быть. И эта версия гибели по естественным причинам маловероятна.

Я ещё немного помолчала, подумала и спросила.

— Дар, а что ты можешь рассказать мне про то государство, которое так заинтересовано в нашем Вите?

Дариан чуть призадумался, потом начал рассказывать.

— Это королевство Кертария, возникло из перешедшего из старого мира небольшого княжества под протекторатом большой империи. Но с момента перехода они взяли курс на суверенитет и некую обособленность от других государств. Но дипломатические и внешнеторговые связи они поддерживали. Хотя и без особой необходимости никуда не вмешивались, не приглашали к себе гостей, только их торговые суда и караваны приходили в соседние страны. Выраженные странности начались при правлении отца нынешнего правителя. Раньше он носил титул Великого князя, сейчас его сын объявил себя королем, а страну — королевством. Причем, их посол в нашем королевстве объявил нам это явочным порядком — вот мы, королевство, а вот вы. Купцов оттуда не было порядка двадцати лет, изредка меняются только послы. Разрешения на въезд в свою страну они не дают. Помню, когда только Георг принял власть после своего отца, а я занял должность в Тайной службе, появился у нас один жрец, сумевший сбежать через горные перевалы оттуда. Он рассказывал, что уже лет двадцать — тридцать, как появилось у них новое церковное течение, весьма нетерпимое к другим верованиям. И постепенно стало захватывать умы и души людей. Да и условия жизни населения ухудшились, отношение к женщине в обществе тоже стало другим, они там практически бесправны. Появляется периодически информация, что там узаконивают рабство. Появились слухи о пропаже морских судов вблизи территориальных вод этого королевства. Хотя посол решительно не признает этого, но окружающие государства рекомендовали своим мореплавателям обходить подальше эти маршруты. Поэтому я тогда и опасался, когда Даньку похитили, чтобы нас там не застали случайно.

Мы переглянулись. Судя по тому, что рассказывал Дариан, эта страна походила на некоторые деспотии Аравийского полуострова с воинствующим исламизмом. Хорошего от них мало можно ожидать. Так что тут все серьезно.

— Аня, вот смотри, если предположить, что ищут они нечто, что поможет им возвыситься над другими странами? В этих условиях они искать могут только одно — оружие! Но в архивах их королей, так же как и у других королей, наверняка имеются сведения о гибели вашего прежнего мира, и чем это было вызвано. И если, зная все это, и в том числе о наблюдателях, они все равно идут на это, то можно сделать такой вывод — они знают, что сейчас наблюдателей на планете нет!

В логике Коле не откажешь. Дар подхватил эту мысль.

— А если именно Кертария причастна к исчезновению наблюдателей? Тогда, получается, они давно их захватили или уничтожили, но начали действовать только сейчас?

— Возможно, только недавно смогли понять, что именно знали или умели или имели в своем багаже инопланетные наблюдатели? Возможно, наблюдатели имели для собственной защиты какое-то оружие? И теперь местные учёные или спецслужбы догадались, что это? И теперь они ищут, куда могли спрятать наблюдатели свое вооружение? Ведь они ищут то, что им не принадлежит, так?

Догадки Нины тоже имели место быть. Теперь моя очередь высказать предположения.

— Если они хотят, чтобы Витя нашел им это нечто, то я думаю, надо сделать так, чтобы их поиски были бессмысленными. То есть найти это раньше их и уничтожить. И даже пусть никто не рассчитывает, что эти страшные вещи мы оставим в этом мире. Как бы нас не уверяли в исключительно миролюбивых намерениях. Как у нас говорят — если на стене в первом акте висит ружье, то к последнему оно обязательно выстрелит. Если у кого-то одного будет такое оружие, то рано или поздно искушение применить его перевесит все доводы о миролюбии. Но тогда все рано надо привлекать Витю. И, возможно, Верочку. Дар, а Георг знает обо всех этих поисках?

Муж отрицательно качнул головой.

— Нет, пока я ничего не стал говорить ему. Решил, что раз это касается семьи, то вначале посоветоваться с вами. И, слушая вас, прихожу к выводу, что пока все правильно делаю. Георг, разумеется, хороший, разумный человек, но соблазн может быть слишком силен.

— Дар, а у тебя таких соблазнов не возникнет?

Это Коля провоцирует. Дар хмыкнул.

— Нет, Коля, у меня не возникнет, потому как у меня вовсе нет стремлений к власти, и тяготит она меня. Это Георг король, у них с младых ногтей проявляется это чувство государственности. У меня этого нет. Мне вполне хватает и того счастья, что у меня уже есть и с ним бы жить в согласии.

Поговорили, все друг друга выслушали, поняли и решили — для начала пробуем сами поискать то место, где пропали наблюдатели, а там уже будет видно, к чему это может привести. При помощи Вити, конечно.

Выходные наступили через два дня и наши студенты прибыли домой. Как обычно, куча новостей из их студенческой жизни. Витя более сдержан в своих эмоциях и по его словам, пока ему все нравится и учеба идёт хорошо. Но Верочка — это Верочка! Все свои успехи и неудачи она переживала очень бурно, подростковые эмоции перехлестывали через край, иной раз мы и могли понять только что "он сам дурак", "этому преподу самому учиться надо", "а чё она, корова аристократическая", и "ой, ну и дуры девки там, представьте, они туда поступают, чтобы замуж удачно выйти!". Вот краткий пересказ первого семестра Веры в Академии.

По словам Дара, были у нее уже два выигранных "побоища" со здешними девицами. Девчонки отчаянно завидовали, а Вера этого просто пока не понимала. Местных аристократок с пелёнок, можно сказать, воспитывали в поиске выгодных женихов, учили, как подать себя во всем блеске, и теперь им было невдомёк, как эта вовсе невидная замухрышка, хоть и виконтесса, отхватила самого завидного жениха сезона. Ещё и не хвастается этим, не пытается прихорашиваться. На практические занятия и на физо ходит в свободных широких штанах и странной плотной то ли майке, то ли кофточке (вообще-то это были самые обычные треники и футболка, но девам это неизвестно!). А инструктор по физо там такая душка и мимишный!! Вот девицы и припёрлись на первое занятие чуть ли не в бальных платьях с декольте и с вавилонским башнями на голове. О чем впоследствии и пожалели.

Кстати, наш Витя тоже попал в разряд перспективных женихов со временем, и к нему уже тоже начали приглядываться. Пока не девицы, только их родители. Во всяком случае, у Дариана уже несколько раз интересовались персоной племянника.

А драки, хоть и затевала не Вера, но выигрывала их мошенническим образом — в здании Академии драки были строго запрещены, но про территорию в правилах не было сказано ни слова! То есть, для нормальных людей и так было понятно, что и там драться нельзя, но формально об этом же не сказано! И наши ушлые детки это быстро просекли.

К тому же, девчонка беззастенчиво пользовалась своей магией — применив бытовую магию, просто собрала листву в парке и швырнула противницам в лицо и на прически. Затем, использовав свой портал, очутилась сзади их и, пнув от души чуть пониже спины, тут же переместилась в аудиторию, как будто тут и была все время. Напрасно плачущие и обмусоренные зачинщицы жаловались родителям и ректору — доказать ничего не могли и преподаватель подтверждал, что Вера присутствовала на лекции.

Все эти дни мы обдумывали, как лучше организовать поиск. И пришли к выводу — пока что единственный реальный шанс — это Витя с его магией поиска. Для поиска ему нужна или вещь, принадлежавшая искомому объекту, или, как минимум, кто-то, кто видел этот объект. Как было у нас в поиске гевеи или когда искали Даньку. Я все пересмотрела в той комнате связи, но там не было ничего такого, что можно было позиционировать, как личную вещь. И, когда я уже почти отчаялась, вспомнила о той дискете, где было записано обращение к сменщику наблюдателя. Как минимум, ее он держал в руках, или что там у него вместо рук, я тогда от ошеломления и не разглядела толком.

Пришлось все рассказать Вите, но он мальчик у нас серьезный и рассудительный, не то, что безбашенная и импульсивная Верка, он все поймет правильно. Так и вышло. Собрались четверо взрослых и Витя в комнате связи, где я вначале продемонстрировала видеозапись обращения, потом расстелили карту мира на свободном столе. Витя взял дискету в руки, закрыл глаза и сосредоточился. Было заметно, что это все непросто ему дается — на лбу выступили крупные капли пота, ноги начали подрагивать. Он стоял, но заметив его состояние, Нина тут же подвинула вплотную к нему стул и усадила сына. Парень вздохнул, удобней сел, расслабился. Затем опять сосредоточился. Не могу сказать, сколько мы так ждали, но Витя так же внезапно открыл глаза, облизнул пересохшие губы и виновато сказал.

— Мама, пить хочу.

Этого мы почему-то не предусмотрели. Надо было видеть, каким быстрым аллюром неслась Нина на кухню за тонизирующим витаминным чаем для своего ребенка! С наступлением холодов я распорядилась, чтобы такой чай всегда был на кухне помимо обычной питьевой воды.

А пока Нина бегала, я торопливо сканировала парнишку на предмет здоровья и делилась с ним жизненной энергией. За эти минуты поиска Витя стал выглядеть, как будто пробежал сорокакилометровый кросс по пересеченке с полной выкладкой и автоматом в придачу. Всё-таки эта магия весьма энергоемкая. И хорошо, что она такая редкая, да и мы не для поиска любимой собачки ее используем.

Отдышавшись и выпив залпом полный стакан чая, Витя подвинул к себе карту, и уверенно ткнул карандашом в какую-то точку на карте и сказал.

— Здесь! Точно владелец этой дискеты находится здесь! — и добавил — только я что-то не могу понять, он вроде и жив и вроде нет. Странно.

Как-то и нам было не очень понятно. Ведь по уверениям тех, кто просил меня о помощи в поисках, прошло триста лет. Как мог наблюдатель сохраниться так, что Витя сумел идентифицировать особь именно как особь, а не его останки. И как понять — вроде жив и вроде нет?

Догадались мы с Ниной почти одновременно, я чуть раньше воскликнула.

— Анабиоз!

А Нина тут же добавила.

— Аня, вспомни, некоторые земные рептилии могут даже промерзать насквозь в анабиозе, а потом возвращаются к жизни! Возможно, эти инопланетяне тоже обладают способностью погружаться в анабиоз. Поэтому Витя так его и почувствовал — живой и неживой одновременно!

Дариан и Коля тем временем разглядывали карту, там, где Витя отметил карандашом. Затем Дар повернулся к нам.

— Здесь, где Витя указал, находится крошечный островок, точнее даже, потухший вулкан с небольшим кратером. Исследован он плохо, вначале, после переселения в этот мир, было некогда, потом установили, что он для жизни не пригоден вовсе и больше никто не обращал на него внимания. Потом права на него заявила Кертария, никто не возражал, тем более, этот остров ближе всего именно к побережью Кертарии.

Коля задумчиво протянул.

— Вот теперь все сошлось. И пропажа наблюдателей, и остров этот, и желание Кертарии заполучить Витю с его способностями. Видимо, они каким-то образом сумели захватить наблюдателей, но они успели уйти в анабиоз и никакой информации кертарийцы не смогли получить от них или иномирные девайсы. Вот теперь они и хотят, чтобы Витя им нашел это самое нечто. Поскольку он просто человек, то воздействовать на него можно, как на любого из нас. Но в Академии или у нас дома похитить парня невозможно, дома защищает моя охранная магия, в Академии — магия короля, то его и пытались выкрасть где-то в третьем месте. Теперь у нас есть ясная цель — найти спрятанное и самих наблюдателей раньше кертарийцев. Или тех, кто стоит за всем этим. И, как мне кажется, и, исходя из нашей земной истории, это их церковники. Наши иезуиты были ничуть не лучше, их просто остановили вовремя.

Нина тут же приступила к практической части обсуждения поисков.

— Коля, ты можешь посчитать, куда дотянутся наши артефакты? Очень не хочу Веру втягивать во все это. Если за Витю я спокойна, он мальчик дисциплинированный, будет четко следовать командам старших и не влезет по дурости, куда не просят.

При этих словах Витёк густо покраснел — сколько раз этот "дисциплинированный мальчик" влезал в сестричкины авантюры, не счесть!

Нина продолжила — Но если не хватит артефактов, то лучше идти сразу, без промежуточных переходов. А вдруг где в промежуточном пункте нарвемся на спецслужбы соседей? Не стоит рисковать. И хорошо бы прибыть на остров тихо, чтобы шума не производить и разведку провести. Ведь там и засада может быть и просто охрана.

Дариан и Коля переглянулись и синхронно фыркнули дуэтом. Ну да, нашли, кому тактику и стратегию объяснять — один самый главный тайный службист, а второй — бывший спецназовец. Тут мы с Ниной малость промахнулись, привыкнув всегда и во всем полагаться только на себя и свои знания — умения.

Опять встал вопрос о членах поисковой операции.

Дариан, Коля, Витя — они самые необходимые участники операции. Вера пока под вопросом, после расчетов Коли будет ясно. Я упёрлась, что тоже пойду. По нескольким причинам. Первое — если что, я могу оказать помощь своим как врач и даже поработать батарейкой, как сегодня. Возможно, чем-то смогу помочь инопланетянам, если их найдем живыми. И в — третьих, у меня есть связь с межмировым разумом, думаю, в экстренном случае смогу их вызвать для помощи.

Нина стояла насмерть — она участвует и все! Как это — двое, а то и трое ее детей идут рисковать собой неизвестно куда, а она останется тут, в безопасности? Да она с ума сойдёт и инфаркт получит! И напрасно мы ей говорили, что у нее остаётся ещё молодой муж и маленький ребенок, все было бесполезно. Заявила, хоть чучелком, хоть тушкой, но она идёт с нами и вопрос закрыт!

Собрались в этот раз мы довольно быстро. Что-то у нас уже отработана подготовка к очередной авантюре, как бы не превратиться в боевую группу спецназа. Неприметная одежда, походная аптечка, НЗ продуктовый в виде нескольких баночек — паштет, сыр, сгущенка, сухое печенье, бутылка воды. Кстати, Николай давно обещал приспособить к бутылке для воды артефакт пространственного расширения. Надо узнать у него.

А теперь ложимся отдыхать. Николай и Дариан высчитали, что пойдем ближе к четырем часам утра, это время ещё называют Час Быка. И если обычный человек спокойно может перенести бессонную ночь, то к этому времени, как правило, наваливается тяжёлая сонливость и внимание значительно притупляется. Так что если и есть на этом островке кто-то из охраны, то все равно будут не так бдительны.

Веру придется брать, Коля и так и этак считал, все равно получается, что с артефактом попадём в море. Или на побережье Кертарии, где легко могут засечь наш портал. А Верин портал не отследят. Чтобы лишнего не крутились в постелях, а отдыхали, в основном это касалось наших молодежи, я всем добавила в чай лёгкое успокоительное. Дар и Коля и так умели отключаться по команде — Спать! и без медицинской помощи. А средненьким необходим ещё и кнут и пряник. Чтобы ночью не бежать из одного дома в другой, Коля остался сегодня у нас, проводив до дома Тамину.

Встали легко, даже спать не хотелось. По совету бывалого Николая даже кофе пить не стали, только запаслись ментоловым леденцами — жажду отбивают и гхм… в кустики бегать не надо. Да и вряд ли там кустики есть. Леденцы делали сами, сахар у нас и так был, а Нина сумела выделить ментол из обычной кошачьей мяты, нагло обделив наших кошачьих.

На охране — обороне нашего семейного поместья остались Петя с Митричем и Алесандро. Соответствующие инструкции были выданы им ещё вечером.

Как обычно, накинув лямки рюкзаков — однодневок на плечи, а наши боевые мужчины ещё и обвешавшись холодняком и арбалетами, встали в кружок в холле.

Ну что поехали!

Привычно свистнуло, ухнуло, желудок попросился на выход. Слегка заложило уши. Ну, Верка, ну поганка мелкая! Все бы ей лихачить! Ведь может по нормальному! Когда Лену возвращали на Землю, Вера доставила нас очень гладко, ровно, без спецэффектов. А тут надо обязательно свою лихость и крутость показать. Но вышли мы тихо, без световой вспышки. Вокруг было темно, но проморгавшись и, приглядевшись, не знаю, как другие, а я чуть не обмерла со страху. Мы, всей нашей теплой и совсем немаленькой компанией, стояли на узком карнизе почти отвесной каменной стены. И, похоже, это всё-таки кратер давно потухшего вулкана. Дар и Коля внимательно изучали окружающее пространство.

Витя прижал ладонь к скале, закрыв глаза и прислушиваясь к чему-то внутри себя. Нина держала за руку Веру и что-то воспитательное ей шипела на ухо. Судя по кислой мордочке девчонки, это шло вразрез с ее планами.

Полюбовавшись видами наверху, Коля лег на живот и подполз к краю карниза, рассматривая, что там внизу. Изучал он местность не менее двадцати минут, потом так же тихо отполз назад, встал и тоже подошёл к скале. И все это не потревожив ни одного камешка, и не производя ни малейшего шума. Мне, с моими обеими левыми ногами, оставалось только жестоко завидовать. Тихо, почти не открывая рта, Николай поделился с нами тем, что ему удалось увидеть.

— В общем, так. Наверху нет никого, и делать там никому нечего, голая острая вершина. Проход от воды где-то внизу. А вот внизу интереснее. Я боялся, что там будет жерло вулкана с морской водой, но вроде бы там сухо. И есть несколько пещер или полостей в склоне кратера. Возле одной такой пещеры я заметил тень от сидящего человека. Он хоть и маскировался грамотно, но не учел отблески луны на металле оружия. Может, меч, может и арбалет, далеко, не разглядел. Значит, люди тут есть. И этот охранник что-то или кого-то охраняет. Но дремлет. За то время, что я наблюдал, он ни разу позу не сменил, у бодрствующего человека так не бывает.

Витя, все еще держа руку на скале, кивнул согласно.

— Живые здесь есть в двух пещерах, охранник сидит между ними. В левой — обычные люди, спят. В правой — те самые, странные, живые и… И ещё. Там, в правой пещере, работает какая-то техника. Вибрация идёт по стене скалы. А шума нет. Странная техника. Что делать будем?

— Надо спускаться! Здесь мы долго не просидим, и светать будет, да и сами замерзнем. — Решительно сказал Дариан.

И они одновременно с Колей достали из своих модифицированных рюкзаков по изрядной бухте альпинистской верёвки. Только никаких металлических деталей я там не увидела. Значит, придется по штурмовому. Обвязав веревкой талию и бедра, а мелких ещё и в подмышках для страховки, и регулируя спуск рукой в перчатке. Да, давненько не брала я в руки шашек. Вначале первыми хотели спускаться Коля и Дариан, но я возразила.

— Давайте я пойду с Колей, Дар будет пока на страховке. Если что, я могу охрану нейтрализовать, отвлечь, в конце концов. А спустить эту троицу я в одиночку не смогу. А Дар подстрахует их спуск и сам сможет спуститься. А мы их там встретим.

Дар смотрел на меня с недоверием. Но Коля утверждающе кивнул, подтверждая мои слова. Мало ли, что у меня там, в прошлой молодости было, не размахивать же мне медалями и дипломами! Согласился муж с моими доводами с большой неохотой. Но согласился. Мы с Колей быстро стали вязать узлы, пропуская верёвку у себя на бедрах. Опять надели рюкзаки, натянули кожаные перчатки, встали на изготовку, спиной к пропасти, переглянулись, кивнули друг другу и оттолкнулись от карниза. Меня страховал Дариан, а Колю — оставшаяся троица. Спускались мы достаточно быстро, изредка притормаживая рукой за шнуры, чтобы не закрутило на спуске и не удариться о скалу. Пришли мы точно в то место, куда планировали. Сняв с себя страховку, дёрнула конец — поднимай снарягу! огляделась, сфокусировала взгляд на спящем охраннике. Даже не стала копаться в его сознании, просто усилила сонное состояние до полного безразличия. Теперь можно у него перед глазами канкан плясать — не отреагирует.

Пока Коля будет принимать других наших "спецназовцев", мне надо посмотреть на тех, кто там, в левой пещере. И тоже обезопаситься от них. Так будет лучше — без членовредительства и тихо. Как учили, прижавшись спиной к скале, приставными шагами двинулась к левой пещере. Поймала смеющийся Колин взгляд в прорезях маски, он поднял вверх одобрительно большой палец. Осторожно заглянула в отверстие пещеры, занавешенное какой-то шкурой. У входа явно висел осветительный артефакт, но то ли разряжен, то ли просто приглушили свет. Но для меня и лучше, не ослепит с темноты. В дальнем углу не слишком большой пещеры виднелось подобие нар, на котором прослеживались силуэты спящих людей. Я насчитала четверых. Обернулась, показала племяннику четыре пальца. Тот кивнул и изобразил знак вопроса. Я отрицательно качнула головой — сама справлюсь. Коля тем временем снимал страховку с матери и готовился принять Веру.

Сосредоточившись на спящих, я усилила воздействие на их центры сна. Теперь они проснутся не ранее, чем через часов семь-восемь. Фухх… выдохнула свободнее. Вернулась к Коле. Возле него не было только Дариана, но по подрагивающему страховочному концу в руках Николая можно было понять, что Дар спускается. Осторожно двинулись к правой пещере. Нина крепко держала дочь за руку, хоть той это и не нравилось. Витя шел спокойно, временами прикладывая ладонь к стене, кивая нам, и мы опять двигались.

В этой пещере была дверь, причем относительно новая, точно ей не триста лет. Дар и Николай аккуратно оттерли меня от двери и понемногу, буквально по сантиметру начали открывать ее. Но, к счастью, дверь открылась практически бесшумно. Зрелище, открывшееся нам, было сногсшибательным, даже для нас, землян, закалёнными разными космическими блокбастерами, что уж там говорить про Дариана.

Пещера была не столь больших размеров, скорее, средняя. И ее заливал яркий, с голубоватым оттенком свет. И вообще все это напоминало декорации к какой-то космоопере. Как будто попал в исследовательский медицинский отсек на космическом корабле. На постаментах стояли пять биокапсул, покрытых каким-то прозрачным, но прочным, вероятно, материалом. Но не стекло и не пластик, а что-то неизвестное нам. Изнутри капсулы ещё дополнительно были подсвечены. Рядом с капсулами стояли тумбы примерно метровой высоты, сверкающие и переливающиеся различными огоньками. Светодиоды? Не знаю. И вся эта аппаратура явно предназначалась для поддержания состояния тех тел, что находились в капсулах. Кто там именно — от двери было не разглядеть. И вся эта аппаратура очень тихо гудела, именно она вызывала небольшую вибрацию скалы, которую уловил Витя. Ещё успела увидеть плиточный каменный пол. Все. Дальнейшие события начали как-то стремительно развиваться.

Вначале я краем глаза уловила движение сбоку от двери — там из ниши появилась фигура, очевидно, охранника, поскольку он был в такой же одежде, как и те, в другой пещере. Он ещё только поднимал свой арбалет, как коротко просвистел нож из Колиной амуниции и охранник, хрипя, повалился назад. А от одной из капсул, как в замедленной съёмке, поворачивались к нам ещё две фигуры, одетые точно, как в фантастическом фильме — белые костюмы, шлемы, закрывающие голову и стеклянные щитки перед лицами. Для полноты образа только не хватало дыхательных аппаратов.

Одна из фигур подняла руки вверх и перед собой, во всем понятном жесте — сдаюсь, мол! А вот второй немного пригнулся, будто собирался броситься на нас на таран. Теперь пролетел нож из рук Дариана, попал в плечо противнику, заставив того упасть на колени и глухо завыть.

Похоже, про охранника можно забыть, он уже не шевелился. А Коля и Дариан бросились к тем двоим, в белом. Один так и стоял, покорно подняв руки, второй скорчился на полу, костюм его медленно окрашивался красным. Когда их надёжно нейтрализовали, я осмотрела раненого. Ничего особо страшного, кость плечевая цела, артерия не повреждена, рассечена мышца да небольшая вена, она и кровит. И боль от рассеченной мышцы. Да и по факту мужик сам по себе не боец, поэтому так отреагировал на не тяжёлое ранение. Первую помощь ему оказала, дальнейшее — будем смотреть по ситуации.

А вот что делать с этими спящими "красавцами"? Теперь я могла рассмотреть лучше этих существ. Да, они были человекообразны, но не более, сразу было видно, что это не люди. Не только цвет кожных покровов, не встречающийся у людей, серый и зеленоватый, но и внешний облик далек от человеческого. Нет, компоновка тел такая же, как у людей — голова, шея, туловище, конечности, но и все. Лицо, волосяной покров, то отсутствующий у некоторых, то присутствующий излишне, пропорции тела — все отличалось от человеческих.

Фигуры в капсулах были неподвижны, дыхания у них не наблюдалось. Хотя, скорее всего, у них другая биохимия, и цикл Кребса вовсе для них необязателен. Аппаратура по-прежнему работала.

Все наши теперь уставились на меня, как будто я сейчас из кармана достану межпланетный корабль и отправлю инопланетян по месту их прописки.

Я вздохнула, придется устанавливать связь, и попробовала сосредоточиться. Серая муть вокруг меня появилась только с пятой попытки, когда от напряжения у меня пошла из носа кровь.

— Слушаю вас, Анна.

Я от облегчения чуть не заорала вслух.

— Мы нашли ваших наблюдателей! Они в капсулах находятся, не могу сказать, живы они или нет! Аппаратура работает! Что с ними делать? Прибудете за ними сами? Есть другой способ? Или как вы хотите?

Вначале на том конце "провода" было молчание, видно переваривали новость. Я уж было решила, что нам самим придется справляться с этой проблемой. Затем послышался другой голос, мне почему-то показался, что мужской.

— Анна, там должен быть такой большой черный круг, вы его видите?

Я огляделась. Да, действительно, на полу был большой черный, как будто выжженный, круг. Впопыхах я на него, да и никто не обратил на него внимания. Не до этого было.

— Вижу круг, дальше что?

— Теперь надо перевести жизнеобеспечивающую аппаратуру в автономный режим питания. Мы будем вам диктовать последовательность действий, а вы их проделывайте. Затем модуль с телом и аппаратурой поместите в круг и сами разойдитесь по сторонам подальше. И так по очереди все модули.

Все услышанное я пересказала своим. Но сил стоять у меня уже не было. Дариан нашел какую-то скамеечку, поставил у стены, и я присела там, рядом примостилась Нина. Коля кивнул, подошёл к крайней тумбе, рядом встала Вера.

Наконец, опять зазвучал голос из серой мути, я послушно повторяла непонятные мне слова, а Коля и Вера довольно успешно нажимали на какие-то кнопки и тумблеры. Управились они быстро, минут пять и готово. Теперь засветились цветные огоньки на боковых поверхностях модуля. А в круг поместить модули оказалось ещё проще — они легко катились на каких-то шариках. Поставив эту композицию в центр круга, все разошлись к стенам пещеры. Я сказала — Готово! — и вспыхнувший ослепительно свет скрыл от нас и модуль и все, что там происходило.

Когда мы проморгались, выяснилось, что круг уже пуст. А Коля и Вера уже бойко готовили следующие два модуля к "переезду". Так по одному все модули постепенно перекатывались в круг и исчезали. В общем, за час управились. И теперь встал вопрос — а где же то самое, за чем охотились кертарийцы? Вряд ли наблюдатели спрятали его где-то снаружи, они должны были держать возле себя. И не думаю, что это было нечто громоздкое, типа ракетного комплекса Искандер, скорее это нечто компактное, личное оружие.

И время нас уже начинало поджимать, но и найти оружие хотелось, найти нужно было обязательно, чтобы не было вероятности, что его найдут не те люди.

Дариан и Коля пытались простукать стены. И внимательно осматривали помещение. И всё-таки нашел это Витя. Он двигался по пещере, прикладывал ладонь к стене и замирал. Оказалось, что в одном из углов одна ниша была закрыта очень искусной имитацией каменной стены, и даже при простукивании не было изменения звука. Удалив эту стенку, увидели нишу с полками, на который лежало нечто, отдаленно напоминающее обычный пистолет, только рукоятка была значительно больше, почти квадратная и ствол больше напоминал раструб какого-то излучателя. Коля внимательно осмотрел это нечто, нажал на какой-то выступ, на рукоятке и ему на ладонь выкатился небольшой светящийся красным шарик. Осмотрев его, Николай сказал.

— Наверное, это аккумулятор энергии, а ствол — это излучатель энергии. Надо их все разрядить, аккумуляторы выбросить где-нибудь над морем, а сами эти "пистолеты" расплавим в печах для обжига, температура должна подойти.

Может, Дариану и хотелось иметь для государства такую машинку, но он мудро согласился. Так надёжнее.

Проход к морю и в самом деле был внизу, довольно неплохо утоптанная тропа на каменистом склоне, через расщелину выходящая на берег. С одной стороны почти плоский, низкий берег, с другого края поднимающийся круто вверх и резко обрывающийся в темную воду. Наверное, там очень глубоко. Оставив Нину с детьми охранять наших пленников, причем Вера торопливо жевала припасы из рюкзака, готовясь к переходу, мы втроём принялись карабкаться на крутую часть берега. Выбросить аккумуляторы Коля предложил здесь. Очень глубоко и их даже с аквалангом тут не достанут, если что.

Забравшись наверх, огляделись. Позднеосеннее солнце только вставало из-за края горизонта, окрашивая свинцово-серые волны в различные оттенки розового, но пронзительный ветер и несущиеся с севера облака предвещали скорую непогоду. Надо бы поскорее убираться домой. Кстати, когда мы проходили мимо жилой пещеры, то слышали только бодрое похрапывание, но полностью рассчитывать на длительный сон охранников я бы не стала. Время прошло уже достаточно. Коля размахнулся посильнее и швырнул первую горсть аккумуляторов, потом вторую, подальше от берега, прямо в глубокое море. Все, тут никаких следов не осталось. Теперь идём домой.

Перемещались уже отработанным методом, только наших пленников парни держали почти на весу, видимо, такой способ перехода им был в диковинку, и они пытались "возражать". Переход на этот раз прошел спокойно. И вернулись мы опять же в свой холл.

После того, как все вымылись и переоделись, а пленников переправили в подвал, все члены экспедиции собрались в столовой, там уже были все наши, изнывающие от любопытства. Докладывали мы по очереди, пока один рассказывал, другие ели. Потом рассказчик менялся.

Коля пытался рассказать все, как будто это была юмореска с походом толпы разгильдяев по горам. Показывал в лицах, как болталась на верёвке, спускаясь со скалы Нина, как Вера, боясь кричать от страха, спускаясь, причитала шепотом — Ой, мамочка, ой, мамочка! Было смешно, но почему-то никто не верил в лёгкую прогулку. Может, что-то мелькало мрачное и тяжёлое в глазах у Дара и Николая. Да, служба у обоих — не позавидуешь, у одного была, а у второго и сейчас такая.

Немного отдохнув, двинулись уже нашей тесной компанией на троих — Дар, Коля и я — вниз, в одну из пустых комнат подвала. Всего пустых комнат у нас оставалось три, вот в двух поодиночке и посадили наших пленников, а в третьей будем допрашивать. Я, как обычно, "детектор лжи". Куда без меня.

Первым допрашивали того, который поднял руки. Оказалось, что он просто маг — ученый, и на остров его доставили под охраной, и вся его работа проходила под наблюдением. Следили, чтобы он ничего не записывал, никуда не ходил, смотрели, что именно он делает. Вот второй, который намерен был сопротивляться, он и контролировал его работу. Он из церковников — ученых. Но учёными церковников назвать довольно сложно, у них такие странные представления о науке, о природе вещей, об анатомии человека, все это с точки зрения божественного происхождения отца — основателя этого учения.

Обычных магов — ученых церковники почти уничтожили, но некоторых все равно сохраняют, видимо, чтобы уж совсем не отрываться от реальности. Но фанатиков большинство. Насколько ему известно, эти существа находились в капсулах уже давно, ещё до его рождения. Но в обществе Кертарии про это неизвестно. Они пытались неоднократно вскрыть эти капсулы, сломать, разбить и даже распилить — бесполезно. На странном материале не осталось даже и малейшей царапины. Ему рассказывали, что однажды, один из дежурящих ранее магов — церковников в припадке ярости пытался разбить кувалдой ту аппаратуру. Один модуль немного погнулся, но церковник в ответ получил такой удар непонятной силы, что весь обуглился и стал как головешка. Ясно, электроразряд большой мощности, охрана от дурака. Задача этого ученого состояла только в наблюдении за работой техники и общим состоянии этих существ.

А вот маг — церковник все искал что-то, но, судя по злобному бурчанию, пока безуспешно. Только раз он проговорился, где-то чуть меньше года назад. Сказал, что вот скоро привезут одного богомерзкого выродка, и он живо им найдет все, что им надо. А уж когда он найдет то, что это зверьё спрятало, то тогда уж их великая церковь покажет всем, кто в этом мире хозяин. Ну и подобную ерунду нес.

Я кивнула головой — ученый говорил правду, он и сам был рад, что его оттуда увели. Устал бояться церковников.

Вот со вторым было сложнее, фанатик с поврежденной психикой, у которого в мозгу ещё и стоял блок, корявый, неумелый, но был. Он не позволял ему говорить правду, зато внушал глубокую уверенность в правоте слов великой церкви. Блок я сломала легко, но и допрашивать его не стали, я просто озвучила всю важную инфу, что у него имелась. Да, он поставлен следить за этим учёным. Да, он знает о попытках похитить Витю. Пока безуспешных. Да, похищение маленького ребенка было совершено с целью обмена его на Витю. Да, теперь к заказу на Витю добавили заказ и на его кота. Вообще, верховных отцов великой церкви заинтересовала вся семья пацана. Да, он искал могучее оружие инопланетян. Тогда все правители бы им покорились, и великая церковь воцарилась бы во всем этом мире. Нет, он не знает, как это оружие действует и не видел никогда. Но отец — основатель, божественный сын, видел когда-то и написал в своих заветах детям своим.

В общем, этого фанатического бреда было ещё на час. Все, записав на кристалл, Дариан взял с нас с Колей клятву — подтверждение, что мы все это слышали и записано, верно. Завтра всю эту информацию и самих пленников Дар представит Георгу, а тот, в свою очередь доведет эти сведения до глав остальных государств. В том числе и до короля Кертарии. Также Дар подтвердит, что оружие уничтожено при нем, и искать его теперь бесполезно.

И в самом деле, после допроса Коля и Дар обычным порталом сходили на кирпичный завод, где вначале тяжёлой кувалдой расплющили эти излучатели, а затем их просто расплавили в печи и они превратились в слитки неизвестного металла.

Уже вечером, когда все угомонились после такого насыщенного событиями дня и мирно спали, я все никак долго не могла заснуть.

Лежала и думала — вот и все свои обязательства я выполнила, кому могла — помогла, кому и вовсе поменяла судьбу, кому предоставила шанс на собственно, саму жизнь. Например, вряд ли осталась в живых моя добрая и нежная невестка Леночка, и не было бы у меня такой чудесной внучки Ники. Но заплатила за это больше, чем год, пребыванием в состоянии тревоги и войны. А стоило ли все этого? Разве не могла я прожить эти восемь месяцев на Земле тихо, не привлекая никакого внимания? Могла.

Но тогда не было бы чудесного малыша Карима, и у детей малознакомой мне Ларисы не было бы мамы. И у нашей Нины не появилась бы бесшабашная, порывистая, но чуткая и верная дочка Вера, и рассудительный и добрый сын Витя. Не было бы с нами и вроде тихого и молчаливого, но такого необходимого Семена. Даже Мурка с котятами и Клепа, получили свой шанс. Могла и здесь, в Валенте, сидеть тихо и незаметно свой срок, занимаясь только медицинскими обязанностями… все это было возможно. Но я так не смогла. И сейчас, спросите меня, хочу ли я прожить тихо и незаметно или согласна повторить свой путь вновь, но все будут живы и счастливы, я, положа руку на сердце, твердо могу сказать — я пройду ещё раз, я смогу!

А пока, немного повозившись под боком у мужа, устраиваясь удобнее, зевнула, засыпая, и подумала:

— Я вернулась с войны, здравствуй, жизнь мирная, тихая и спокойная!

Десять лет спустя.

Я удобно устроилась на шезлонге, под зонтиком. Хорошо-то как! Солнышко, песчаный пляж, лазурно-бирюзовые воды океана, ласковые касания теплого ветерка… а у нас, в Трумеле, сейчас вьюгой заносит дома и улицы… Мороз заставляет редких прохожих, кутающихся в теплые пальто и подтягивающих повыше на нос шарфы, только убыстрять шаг, торопясь попасть в домашнее тепло. В такие дни хорошо сидеть у камина с горящими поленьями, попивать горячий чаек, а можно и бокал глинтвейна, наблюдать за своими домашними, кто, чем занят, поддерживать неторопливый разговор… А ещё лучше — среди зимы и мороза неожиданно так, раз! и вдруг оказаться на южном острове, под солнышком.

Сегодня случился как раз такой редкий случай, когда собралась вся наша большая и дружная семья, в кои-то веки все выбрали свободное время встретиться, поговорить, похвастаться успехами, поискать поддержку и сочувствия в случае неудачи. Давно прошли те времена, когда мы все жили под одной крышей, теперь дела, учеба, бизнес, свои семьи увели некоторых из нас из родного дома.

Основной костяк нашей семьи остался дома, в Трумеле, но все равно, каждый из нас часто по своим делам куда-нибудь да перемещается из дома. Так, Тамина, жена моего племянника Коли, сейчас руководит крупной клиникой в столице, филиалом от нашей Академии целителей, и поэтому каждый день ходит порталом на работу в столицу. Знаю, что она уговаривала Николая совсем перебираться туда, но Коля не хочет. Здесь у него мать и другие родственники, свой бизнес пополам с Петей. Здесь им удобнее. К тому же многие из их заказчиков и оптовых покупателей ориентированы как раз на Трумель.

Когда Варя организовывала и обучала рабочих для королевского Агрохолдинга, ей и Петру пришлось полгода жить в столице, в доме Дариана, Петр пробовал запустить филиал их с Николаем производства в столице. Но дело оказалось малоприбыльным. И Варя, организовав работу, тоже не захотела там оставаться, вернулись они домой. Зато здесь Варя счастлива, может заниматься селекцией, экспериментами с растениями. Никто не требует от нее план, поточного производства и прочее. А результаты ее селекционной работы охотно раскупаются и в нашем королевстве и за рубежом.

Даже Вера с годовалым сынишкой пришли немного отдохнуть от зимы. Герцогство Даймор расположено севернее нашего Трумеля, поэтому и морозы там сильнее. Вера вышла замуж за своего маркиза после того, как окончила третий курс. Но училась она без перерыва в учебе и Академию окончила, как и положено.

Митрич тоже теперь увлекся научной работой. Мало того, что он активно преподает ветеринарию и зоотехнологию, так тоже занялся улучшением пород местных домашних животных. А ещё он знатный рыбовод. Из тех крошечных рыбешек, что мы привезли когда-то с Земли, у него вышло самое крупное и передовое рыбное хозяйство. Осетры и кета вырастали большими рыбинами и уже имели промышленное значение, в продажу поступали и сама рыба и икра. Да и мальками этих рыб Митрич весьма успешно торговал, спрос на молодь был огромный. А с хариусами Митрич, несмотря на весь свой консерватизм, решился на эксперимент. Неподалеку от Трумеля, среди горного массива, Семён случайно обнаружил озеро с чистейшей и холодной водой. И вид там был очень живописный — высокие горы, голубое озеро, небольшой пляж, такой же небольшой лесок с лиловыми соснами и маленькими полянками. Вначале в озеро запустили полноценную молодь хариуса. В холодной воде горного озера рыба чувствовала себя прекрасно и быстро пошла в рост. Но поскольку хариус сам по себе рыбка небольшая, такого промышленного значения он иметь не будет. И тогда, на каких-то зимних посиделках у нас дома, я неожиданно вспомнила, как не так давно Саша, мой сын, рассказывал, что они с семьей — он, Лена и Ника, ездили на выходные в небольшой кемпинг у канадских озёр на спортивную рыбалку. Очень популярный вид отдыха у них в Канаде. Некоторые ловят рыбу, фотографируются с ней и тут же отпускают рыбу назад в воду, если хочешь, — твой улов тебе приготовят на кухне небольшого ресторанчика, или предложат морозильную камеру, и ты заберёшь домой свою замороженную добычу.

И я тут же предложила подобный вариант Митричу. Вначале он посомневался, приживется ли такой вариант отдыха в королевстве, но получив заверение Дариана, что обязательно будет большой спрос (при не слишком большом выборе развлечений для мужчин — аристократов, это просто замечательный вариант!) пошел советоваться со своим помощником Ведаром и нашим семейным архитектором Атоном. Потом сходили на озеро, ещё раз все промерили, Атон просчитал, и ранней весной началось строительство. К лету на небольших полянках появились штук пятнадцать небольших домиков, стилизованных под хижины, одно — и двухместных. Построили и небольшой рыбный ресторанчик, установили небольшой пункт проката с рыболовными снастями, надувными лодками. Лодки изготовлены в нашей резиновой фабрике, а снасти закупил на Земле Андрей и при помощи Веры доставили их сюда. И в ресторане и в обслуге работали домовые, Никей помог подобрать сюда персонал, побоялись, если честно, ставить на работу сюда человеческих девушек. Хоть постепенно и начали меняться нравы светского общества при личном примере королевской четы, но все люди идеальными не бывают.

Георг отнёсся к идее рыбацкого кемпинга с ожидаемым восторгом, только попросил одну хижину чуть побольше, зарезервировать лично за ним. И он не раз приходил сюда на выходной и с сыновьями и с супругой. И им всем понравилась и сама рыбалка и то, что вечером они могли собственноручно пожарить на гриле пойманную рыбу. Необходимые для ресторанчика продукты поставлялись из нашего хозяйства. Так что эта идея принесла приличный доход. А ещё Георг стал приглашать на различные дипломатические встречи своих коллег из Совета Королей именно сюда, на озеро. Как уверял сам монарх, после рыбалки все переговоры проходили с гораздо большим успехом, чем во дворцах.

Супруга Митрича, Клиппа, преодолела свою застенчивость и окончила Академию бытовой магии, где училась по вечерам и даже заочно, когда рожала второго сына. Так что теперь она у нас дипломированный маг-технолог пищевого производства. И сегодня они тоже присутствуют с нами со всеми на острове. Как и их двое сыновей, десятилетний Митя и пятилетний Тимка.

За эти годы мы смогли благоустроить остров до нормального семейного курорта. Теперь со смехом вспоминаем нашу старенькую ванну и ведёрко для грязей. Сейчас там теперь вполне нормальное здание, с вентиляцией, стоком использованных вод и грязей и хорошими ваннами. Благоустроенные бунгало различной вместимости, общая кухня и столовая. Когда приезжаем большой компанией или вот так, общий сбор, то берем с собой и наших домовиков, а если кто-то желает приватного отдыха, то готовят и обслуживают себя сами. Периодически кто-нибудь здесь отдыхал семейно. И королевская семья тоже имела здесь свое бунгало и тоже отдыхала на острове. И точно на острове имеется какая-то своя магия — почти каждая семейная пара хоть раз, но приезжала с острова с пополнением в семье. Так, после очередного отдыха тут появилась в королевском семействе принцесса Лилиана, которой сейчас тоже пять лет и она верховодит в группе своих сверстников из нашей семьи и охотно откликается на Лильку. Тимка у Митрича и Клиппы тоже после отдыха на острове появился, как и сын Вари и Петра, шестилетний Леонид, то есть, Лёнька.

Отличный пляж, с зонтами, шезлонгами и прочими пляжными радостями, с белым чистым песочком, который периодически обязательно чистится от острых обломков раковин и прочего морского мусора. Опасности для детей быть не должно. Вот и сегодня я отдыхала, но в то же время приглядывала за группой детей — пятилеток. У нас их несколько: Тимка Митрича, дочка Коли Катя, Леня, сын Вари и Петра, дочь Нины и Алесандро Лида, семилетний сын Семена Рич, и, конечно же, наш сын, четырехлетний Кир.

Да, вот так неожиданно случилось, что однажды, пять лет назад, мне стало дурно, и результат сканирования собственного организма меня изумил — у меня будет ребенок! Конечно, по земным меркам, мне уже шел седьмой десяток, и даже теоретической возможности стать матерью у меня не было бы, но тут, в Валенте, как оказалось, вполне. И через положенное время у меня родился сын Кирилл. Счастью Дариана не было предела! В этот раз все "прелести" беременности Дар увидел и почувствовал на себе — и смену настроения и различные хотелки и странные вкусовые пристрастия. Зато теперь у него имелся наследник титула — маркиз Саммерс. Дариан уже распланировал будущее детей — Кир наследует герцогский титул и само герцогство, а Любаша — просто большое поместье, где сейчас никто из Саммерсов не живёт. Но вскоре надо будет наведываться в то поместье, приводить его в порядок, доводить до ума хозяйство. Поместье дочери мы должны передать в рабочем состоянии. Любаше исполнилось уже десять лет, это была веселая, живая девочка, совершенно без всякой аристократической фанаберии, в школе у нее в друзьях числились и сын графа и дочь одной из наших пекарей.

Но при этом дочери уже два раза пришлось применять свою магию. Первый раз ещё три года назад, когда они вместе с классом ходили в поход на небольшое совсем расстояние, горы рядом с городом. Отчего вдруг случилась каменная осыпь как раз в тот момент, когда ребятишки остановились на небольшой отдых и перекус — никто не знает. Но все с перепугу застыли на месте, не в силах убежать. И тут Любашка выдала — установила щит сразу над всем своим классом. И когда камнепад прекратился и учитель тут же вызвал помощь, глазам спасателей открылась чудная картина — здоровая куча разнокалиберных камней, насыпанная цирком, а посередине абсолютно чистая круглая площадка, на дне которой сидела группа зареванных ребятишек. И во второй раз проявилась ее магия на ещё большем по размеру объекте. Где-то в океане произошло землетрясение и зародившаяся далеко огромная волна — цунами, с огромной скоростью неслась к побережью. В основном, удар волны предполагался в безлюдной части побережья, но город-порт Мирина тоже попадал под чудовищную волну. Эвакуировать население уже не было времени, не говоря уж о судах в порту и всей инфраструктуре. Король сразу обратился к Дариану, тот, не говоря ни слова, прошел в школу, где была в тот момент Люба, и перенёсся с ней в Мирину. Там всё объяснил дочери и она, сосредоточившись, растянула свой щит по фронту, захватывая и гавань вместе с кораблями. Как мне потом рассказали Дариан и Любаша, один с ужасом в глазах, вторая с восторгом. Гигантская волна, подойдя к щиту, ударилась в него с громадной силой, щит даже загудел от такого напора силы, потом резко отскочила от него так, что на несколько секунд обнажилось морское дно, и помчалась назад в океан, постепенно теряя энергию удара. Вот такая у нас дочь растет.

И да, я не оговорились про сына Семена. Неожиданно для всех, однажды Семён за ужином, краснея, смущаясь и оттягивая рукой, ставшим вдруг тесным ворот рубашки, объявил нам, что они с леди Кейдой решили пожениться. Я так и вовсе неприлично раскрыла рот и вытаращила глаза от удивления. Никогда в жизни не могла бы подумать, что эти двое, постоянно спорящие и недовольные друг другом, могут испытывать нежные чувства друг к другу. Вот так они и поженились, а через несколько лет также неожиданно стали молодыми родителями. Сейчас они живут в столице, Семён принял-таки предложение короля Георга и возглавил Королевскую службу рудознатцев и получил баронский титул с правом передачи по наследству. Леди Кейда была на седьмом небе от счастья! Нет, конечно, титул мужа приятно грел ее душу, но больше счастья ей принесла нежная любовь мужа и счастье материнства. К сожалению, с ними вместе переехали и Клеопатра с Босиком. Хотя им должно быть уже много лет по собачьим меркам, но выглядели они по-прежнему молодо и бодро и изредка радовали семью щенками, которые были расписаны на продажу на годы вперёд. Возможно, на собачек так подействовал переход через портал, но и у Клепы и у Боськи открылся необычный геологический дар — они хорошо понимали, что именно ищет хозяин и начинали рыть именно там, где чувствовали искомый минерал. И их щенки тоже обладали этим талантом в полной мере, поэтому и был на них такой спрос.

Я пересела в сторону из-под зонта и лениво перевернулась на живот, подставляя солнцу спину. А с этой стороны пляжа весело носилась компания десятилетних во главе с грозой преступников и шпионов, руководителем Тайной службы короля, герцогом Дарианом Саммерс. Именно он пользовался у наших десятилеток непререкаемым авторитетом, даже у самых разгильдяистых. Им нравилось, что он относился к ним как к взрослым, обстоятельно отвечал на все, самые дурацкие вопросы. Но при этом мог играть с ними во все их игры. Вот сейчас они азартно гоняют мяч, какой-то вариант пляжного футбола. В теплой компании, кроме Дариана, так же азартно бегали и наша Любочка, сын Митрича Митька, принц Ирвин и та-дамм! моя десятилетняя внучка Ника. Сколько мы не пробовали, ни Саша, ни Таня, ни их семьи — никто не может перейти с нами в Валент. Даже Лена, хотя тогда мир пропустил ее. Может, потому, что ее жизни угрожала реальная опасность? А вот Ника свободно может переходить. С Верой, конечно. Скорее всего, это оттого, что родилась она в этом мире, а зачата была на Земле. Да и определенно целительская магия у Ники прослеживается. Она твердо решила, что будет, как бабушка, врачом, окончит медуниверситет и потом придет ко мне в Валент, ещё и в здешней Академии будет учиться. Но жить она хотела бы на Земле.

Ладно, что там загадывать, жизнь покажет. А пока она на зимних каникулах у бабушки. Хотя Ника и так все каникулы проводит у нас. А летом Саша с семьёй возвращаются в Россию, Саше предложили кафедру в одном из престижных московских университетах — Бауманке. Таня с мужем и дочерью тоже полгода живут в Москве — Андрею предложили очень неплохую должность в Газпроме. Тане все равно где работать, она по интернету может сотрудничать с любым издательством, как художник-иллюстратор с уже хорошо известным именем. Мы бываем в гостях и в Москве и Канаде по нескольку раз в году, а если что-то срочно надо Николаю, Петру, Варе или Митричу, то и чаще. Но это деловые визиты.

Несколько раз на Земле был и Дариан. Надо было видеть его после одного дня в Москве! Вечер он лежал в лежку, закрыв глаза и уши. Но маленький городок в Канаде понравился ему больше. Как он сам сказал, этот пригород больше похож на его мир, чем Москва с ее сумасшедшим ритмом жизни. Желание Дара уйти с королевской службы так и осталось пока только желанием. Георг без совещания со своим другом не принимал никаких важных решений. Да и в ликвидации великой церкви Кертарии Дар принимал важнейшее участие. Та наша авантюра с поиском инопланетян и захватом пленников имела далеко идущие последствия. Во-первых, межмировой совет решил больше не отправлять сюда наблюдателей. Но при необходимости я могу с ними связаться, как и ранее. Они сочли это достаточным. Во — вторых, того ученого, который сдался, так и оставили жить в нашем королевстве и сейчас он занимается наукой. А вот маг-церковник рассказал такие вещи, что по результатам этих сведений Георг и созвал Совет Королей. Оказывается, король Кертарии уже давно был там что-то вроде британской королевы, чисто декоративные функции, не правил он. Всем заправляла эта агрессивная великая церковь. Совместными усилиями Тайных служб всех остальных государств эта церковь была ликвидирована, правящая верхушка арестована. Но до сих пор, нет-нет, да обнаруживаются иногда последователи этого учения. И опять короли и их спецслужбы начинают взаимодействовать, искореняя такое жестокое верование, поддерживая равновесие этого мира. Поэтому и магов прибавилось в этом мире и магическое искусство развивается быстро. Вот и некогда уйти на покой моему супругу.

Ещё трое наших пятнадцатилеток, удобно устроившись под большим зонтом, о чем-то яростно спорят, размахивая руками. Ну, в добрый путь, лишь бы на личности не переходили, у Маруськи это запросто. Говорят, что в споре рождается истина. В этой теплой компании верховодит Маруся, дочь Петра и Вари, а обдумывает и принимает все решения ее верный друг Диль. Конечно, он тоже вырос, но все равно, ростом не дотягивает до среднего обычного пятнадцатилетнего пацана. Хотя значительно выше своих родителей. Третий в этой группе — наш бывший ангелочек Данька, Даниэль. Как так удается Нине воспитывать таких шебутных детей — для меня загадка. Но никто из ее детей, начиная от взрослого Коли и заканчивая маленькой Лидочкой, не отличается покладистым характером и спокойным нравом. Впрочем, мои ничуть не лучше. Но нынче эта троица оканчивает школу и все намерены поступать в Магическую Академию. Да-да, и Диль тоже! В школе он учится весьма успешно и я лично не вижу препятствий для того, чтобы парнишке не получить и человеческое магическое образование. В руководстве Академии вначале изумились такому странному абитуриенту, но принц Филипп упросил отца помочь, Георг надавил на ректора, и домовенку было разрешено поступать на общих основаниях. Принц Филипп нынче не присутствует у нас, у него первая сессия. Семнадцать лет парню, как-никак. Георг сдержал когда-то данное им слово — его дети учились в обычной школе, и будут учиться в обычной Академии со всеми вместе. Никаких закрытых спецшкол для избранных.

Наши старшие теперь уже детки — Витя и Вера тоже присутствуют сегодня с нами. Витя после окончания Академии всё-таки пошел работать в службу Дариана. Пока ещё одного такого мага с даром поисковика на Валенте не появилось. Может, со временем? Личная жизнь Вити еще не устроена. Девушки в его жизни появляются и исчезают, но пока что он, как сам говорит, не нашел ту, единственную, за которой он пошел бы и на край света.

У Веры год назад родился маленький сынишка, и она счастлива этим.

Ну вот, в общем, пока что и все. Все живы и здоровы, продолжают жить, любить, работать, растить детей и без тревог смотреть в будущее.

А то, как маркиз завоевывал нашу взбалмошную Верочку, как сложилась жизнь Виктора, как Маруся добивалась внимания принца Филиппа и станет ли она принцессой — это уже совсем другая история…