Каждый раз, когда убивали кого-то из чудовищ, Ишида проживал эту смерть, ощущал, как обрывается нить их жизни и запросто мог перенестись на место сражения, но не всегда успевал. Как сегодня. Сегодня он не успел…

Когда появился, самка серебреношёрстного ираи, саблезубого леопардового медведя уже была мертва. Тушу пытались разделать прямо на месте. Снег окропила бурая кровь несчастного животного…

Охотники до противного стали хитрее.

Умело отвлекли внимание Ишиды расставленными ловушками с птенцами красноклювых алконостов, а сами убили медведя точным выстрелом арбалетного болта, который вошёл аккурат между грудных пластин прямо в сердце…

Ишида тряхнул светлыми, словно иней, волосами и продолжил неторопливо идти по свежим вихляющим следам, оставленными на рыхлом снегу человеком, и капелькам тёмно-алой крови, что зловеще темнела в свете полной луны. Человек был ранен и слаб, едва переставлял ноги, но отчего-то упорно продолжал углубляться в сердце Драгара, словно бессмертный. Ночью в любом лесу опасно, а в этом особенно…

Такое поведение человека обескураживало и что им двигало не понятно. Не понятно такому чудовищу, как Ишида. Чудовищу, что привык править на этой земле, что привык защищать себе подобных от таких, как этот…

И не прыгай впереди встревоженная танаки, которая периодически оборачивалась и подгоняла своим неумелым «мра-у», как бы говоря: «Чего же ты медлишь? Ему нужна твоя помощь...», Ишида давно бы свернул безмозглому охотнику шею. Как он посмел унести детёныша ираи?

Ишида неприязненно поморщился.

Раздражала необходимость вникать в мотивы жалкого человека. Но приходилось. Когда он появился, охотники уже приходили в себя: чувство, словно между ними произошла драка, в которой ранили того, кто забрал комок серебристого меха, только открывающего глазки медвежонка.

Охотника за наживой, как и других, следовало скормить прожорливым подземным змеям…

Бледных губ Ищиды коснулась кровожадная, удовлетворённая ухмылка.

Змеи только что плотно поужинали останками незадачливых дельцов, которых Ишида не пощадил и как следует приласкал своим кнутом, в глубине души наслаждаясь сладостными криками боли и отчаянья...

Ишида дёрнул желваками. В нос отчётливо бил запах человеческого тела, что смешался с тошнотворно-приторным запахом крови. До тонкого слуха доносился слабый скулёж медвежонка.

– М-рау… – издала танаки, умело гася вспыхнувший, словно пламя, гнев. В золотых кошачьих глазах плескалась тревога. Тревога за человека.

Ишида обернулся змеем-драконом и за одно мгновение преодолел оставшееся расстояние. Опираясь спиной на чёрный ствол лиственника, в снегу сидела человеческая женщина.

Розовая шапка с помпоном съехала набекрень, волосы спутались, превратившись в сосульки. На овальном лице обозначилась подозрительно блаженная улыбка.

Грудь человечки часто вздымалась, дыхание вырывалось хриплым, но она продолжала прижимать к себе, пытаясь спрятать под куртку малыша ираи, будто он мог замёрзнуть. С таким-то мехом…

Ишида вновь стал человеком и опустился на одно колено.

В тусклых, поддёрнутых предсмертной пеленой тумана, глазах человечки не было страха. Не было вины, не было раскаянья. Только восхищение. Восхищение им: змеем-драконом.

– Я… я боялась… малыш погибнет, если останется один, – выдавила она сипло, доверчиво протягивая пищащего медвежонка. – И попросила вашу кошку… кхм… привести помощь, – бледная улыбка предназначалась танаки.

Так вот отчего оборотень так волновалась. Многое стало понятно. Человечка тоже стала жертвой охотников. Хотя мысль о том, что она пыталась спасти чудовище ценой собственной жизни не желала укладываться в голове.

… но кровоточащая рана в боку этой женщины свидетельствовала именно об этом.

– Вы… вы мне поможете? – хриплый, полный боли полустон и нотки слабой надежды в утомлённом голосе.

Никто умирать не хочет, но тем не менее, сожаления о содеянном в глазах человечки так и не появилось. И даже, если сейчас Ишида встанет и уйдёт, она ни о чём не пожалеет. В ту минуту – спасение медвежонка для этой женщины было на первом месте. Главнее всего. И в этом… они очень похожи. Ишида такой же…

– Ар… гр… р-р… – нечленораздельно выдал он и раздражённо поморщился. Сто лет не говорил на человеческом наречье. Даже охотников убивал молча, не о чем с ними беседы вести… – Не бой-с-ся, – прошипел, подобно змее и перехватил заметно притихшего медвежонка под мышку.

– Я не боюсь… – от искренней открытой улыбки в груди что-то ёкнуло.

Это было так неожиданно, что рука Ишиды дрогнула. Сила полилась непроизвольно, волнами, расплёскивалась вокруг, почти не попадая на рану.

«Это чертовски странно…» – подумал он, для себя решив, что сначала следует вытащить женщину из снега и отнести в своё логово, а затем уже лечить. Да, это была здравая мысль.

Танаки довольно махнула хвостом, обернулась пумой и скрылась меж тёмных стволов деревьев…

– Что за холод собачий? – пробормотала недовольно, пряча нос в вороте пуховика.

Не люблю зиму. Холодно. Темно. Уныло. Да и за что её любить, если я с работы возвращаюсь всегда дворами, а это страшно, скажу я вам. Мало того, что у меня бурное воображение и от любого шороха, сердце выпрыгивает из груди, так ещё мерещится всякое.

Сунула руки в карманы куртки, нащупала в одном электрошокер и покрепче сжала. Сашка подарил. Сам работает допоздна, встречать меня не может, а вину за собой чувствует. Так ему спокойнее, да и мне, признаться. Электрошокер не раз уже выручал меня при встрече с дворовыми пьяницами.

Снег противно скрипел под рифлёной подошвой ботинок, шапка лезла на глаза, а лямки рюкзака так и норовили свалиться с плеч. Кололся подаренный будущей свекровью свитер и самое ужасное, просто кошмарное… сползал носок. Да, ощутите эту боль! Сползал. Носок. Прямо в ботинке. Прямо с пятки…

Хотелось запрокинуть голову и отчаянно замычать. Или закричать внутрь себя. Я не высыпаюсь, ночные дежурства кого угодно доконают, и ладно бы я утром шла домой, так нет, торчу до вечера в клинике. Патриот, блин… Защитник сирых и убогих.

Но какой бы уставшей и раздражённой я не была, стоило услышать жалобное «мра-у…», больше похожее на рёв манула или котёнка хищной кошки, не раздумывая свернула в переулок. И вот я уже не замученная и утомлённая жизнью женщина двадцати семи лет от роду, а готовый на всё профессионал, точно знающий свою дело. Я ветеринар. Жажда спасать животных у меня в крови, чувство, что я впитала её с молоком матери. И могу с уверенностью сказать, ветеринарами становятся только по любви. По большой и безграничной любви ко всему живому.

– Да держи её! Эта тварь кусается! – низкий баритон, раздающийся прямо за мусорными баками, заставил меня замедлиться и прижаться к стене. Достала электрошокер и сняла предохранитель.

Животное пронзительно ревело, видимо, пытаясь вырваться и каждое его «мра-у…» отдавало просто серпом по одному месту, и пусть у меня нет этого места… словно душу наизнанку выворачивали.

«Уроды…» – подумала мрачно, доставая телефон. Попробуем обмануть. Нашла у себя в мелодиях полицейскую сирену и врубила на всю громкость.

– Что это? – мужики, будто даже не поняли. – Ай! Проклятье! Ты можешь лучше её держать, открывай клетку!

Ясно. Уловка не сработала. Убрала смартфон, глубоко вздохнула и вышла из своего укрытия.

– А чего это вы там делаете? Плюшками балуетесь? – поинтересовалась невинно, сбивая мужиков с толку.

«Бродяги какие-то…» – наблюдательно отметил мозг, я и решила не церемониться. Металлическая удавка до крови врезалась в шею несчастного животного, если его сейчас же не освободить, может задохнуться…

– Ты кто та… – вскинула руку и ударила бородоча электрошокером прямо в щёку. Через одежду плохо лупит, уже пробовала…

Второй попытался вскочить, но мешало животное, которое он удерживал, и я ударила током в оголённую руку. Мужика тряхануло, но этого оказалось мало, пришлось ударить ещё в шею и подержать подольше. Даже обожжённый след на коже остался, как бы я не перестаралась.

Сняла с животного удавку, подхватила его на руки и бросилась прочь, пока живодёры не очнулись. Что за мудаки, честное слово? Зачем так кошку мучать?

Кошка, которая и не кошка вовсе: не то собака, не то рысь, сипела, пытаясь отдышаться и медленно приходила в себя. Весила она около восьми килограмм и казалось вполне упитанной. Может, из зоопарка украли?

Я только наделась, что в погоню браконьеры за мной не кинутся. И… что я никого не убила. Каждый раз боялась ненароком отправить человека на тот свет. Но Сашка заверил, что разряд маленький, даже слабое сердце выдержит.

До дома оставалось каких-то метров сто. А там я смогу разобраться, что за животное спасла на этот раз, оценить степень тяжести повреждений и свяжусь с зоозащитниками.

… кошка укусила внезапно.

Извернулась в моих руках и нагло тяпнула за палец. Нет, я ко всему привыкла. Змеи кусали, еноты кусали, собаки и подавно. Крысы, хомяки, даже попугайчики клевали. Я привита от всего на свете, не страшно. Но вот стоило нескольким каплям моей крови приземлиться на снег, стало происходить нечто странное.

Кошачьи глаза животного засветились голубым призрачным светом, а на земле стали расходиться мерцающие круги. Галлюцинация после одного укуса?.. чудесно просто.

Стало подташнивать. Закружилась голова. И вот, пошатавшись, я свалилась в этот мерцающий круг вместе с кошкой.

Ощущение было таким, словно я в вагончике на американских горках несусь вниз на огромной скорости. Внутренности поднялись к горлу, перекрывая доступ кислорода. Всё прекратилось так же резко, как началось.

Я распахнула веки и обнаружила себя сидящей в сугробе под какой-то сосной, а в метрах двадцати от меня ещё два мужика разделывали тушу огромного медведя. Или не медведя… Но я похоже буду следующей, если не уберусь отсюда.

Попыталась встать и наткнулась взглядом на тревожно и беззвучно открывающую рот кошку, на шее которой раны затянулись чудесным мифическим образом. Даже следов не осталось. Её взгляд был направлен на клетку, в которой… о, боже!.. жалобно скулил комок серебристой шерсти с глазами бусинами.

«Да твою мать…» – выдохнула обречённо, нащупывая заветный электрошокер. Мысль о том, где я чёрт возьми оказалась, волновала меня сейчас меньше всего. Нужно спасать медвежонка…

Покрасться незамеченной у меня не вышло бы при всём желании. Несмотря на то, что браконьеры были увлечены добычей, один постоянно озирался, будто кого-то искал. Может, своих приятелей, что за не-кошкой охотились? Или будто чего-то боялся. Слишком уж дёрганый…

– Эй, а ты кто такая? – всполошился мужик с охотничьим ножом в руке.

По зазубренному лезвию стекали капли бурой крови, при виде которой, нет, меня не мутило, я впадала в неконтролируемую ярость, особенно, если это пролитая кровь несчастного животного. Меня потряхивало. От злости, от выброса адреналина, от желания немедленно вцепиться в глотку мерзавца. Такие ублюдки заслуживают самой мучительной смерти.

– Да я тут… подснежники собираю, – голос едва ли слушался. В ушах грохотал пульс, закладывая перепонки. Во рту пересохло…

Второй браконьер оторвался от своего занятия, выпрямился, вперев в меня настороженный взгляд, и задвинул меховую шапку на затылок.

– Это ты неудачное место выбрала, – хмыкнул криво и смачно сплюнул на снег. Второй заметил кошку, встревоженно переминающуюся с лапы на лапу рядом со мной, и пихнул в бок первого.

– Ты же умная?.. – обратилась шёпотом. – Вот и приведи помощь…

Кошка шевельнула ушами-кисточками и прыгнула в темноту.

– О! Смотрите-смотрите! Что это там летит и светится?! – закричала, указывая пальцем в небо. Мои актёрские данные были на высоте, раз оба браконьера обернулись, выпуская меня из виду. Идиоты.

Я бежала так быстро, как только могла, ведь эффект неожиданности он самый лучший. Зачерпнула в ладошку снега и швырнула его в лицо браконьера, который повернулся ко мне первым. Ударила электрошокером в мокрую щёку, чтобы наверняка, но не успела увернуться от удара ножа.

Второй браконьер бил быстро и безжалостно. Ему терять нечего: их застали на месте преступления, поймали с поличным, приятель валяется без чувств, так что…

Сталь мягко вошла в левый бок, вызывая яркую вспышку боли до искр из глаз, очень похожую на жжение, будто мне в живот раскалённую кочергу сунули. На удивление, ясность ума сохранилась и меня больше волновало, не задета ли поджелудочная и пищевод. С детства я не очень восприимчива к боли и успешно научилась её игнорировать, поэтому, наверное, смерть от болевого синдрома мне не грозит.

– Мазила, – иронично усмехнулась и ударила обескураженного браконьера током. Один раз, второй и когда он рухнул к моим ногам, наклонилась, зажимая рану ладонью, и ударила электрошокером ещё два раза. В шею. Выбила носом ботинка нож из его руки и отшвырнула подальше, после чего выпустила ещё один заряд тока в тело первого. На всякий случай.

Перевязать рану было нечем. Даже жалкого шарфа под рукой не оказалось. Мне бы только домой добраться…

Вытащила медвежонка из клетки и выругалась. Малявка даже глаза ещё толком не открыл. Бросила мимолётный взгляд на его убитую мамку и, стиснув зубы, поковыляла вглубь леса, подальше от браконьеров. Наверное, скоро очнуться, а может, и нет. К сожалению, не представлялось возможности засечь, сколько именно времени человек лежит без чувств, после удара током.

«Да где же эта кошка?» – подумала мрачно, гоня прочь мысли о скорой смерти. Главное от потери крови не откинуться, остальное не страшно…

Я продолжала упорно идти, питая слабую надежду выбраться на то же место, с которого оказалась в лесу. Дома-то у меня всё есть: и бинты, иглы, нитки, обезболивающее. Я и сама себя зашить смогу, но лучше бы, конечно, до больнички добраться. Устранить внутреннее кровотечение, если есть, и повреждения органов.

Сколько я так протяну?

Медвежонок пытался куда-то ползти и возил мордой по моей груди, вызывая улыбку, несмотря на подступивший жар и головокружение. Ноги подкашивались от слабости, на лбу выступила испарина, общее состояние иначе как дерьмовым по-другому не назвать. Но у меня был план, и я его придерживалась.

Душераздирающие вопли заставили ненадолго остановиться. Кричали браконьеры. Больше некому. По воздуху разносился дурманящий запах смерти. Плевать. Что там с ними происходит меня не касается.

Прижала к себе медвежонка, одновременно пытаясь зажимать рану, и продолжила путь. Куда-то же я должна выбраться, но время тянулось до невозможного медленно. Слишком медленно. И чувство, словно я прошла всего ничего, каких-то жалких метров десять. Отчаянье накатывало волнами, вместе со слабостью и дрожью в ногах, но я подпитывала себя злостью и продолжала идти. Ровно до тех пор, пока силы окончательно меня не покинули.

Не думала, что умру вот так… А кто вообще о таком думает?

Упала в снег и прислонилась спиной к дереву. Ладно, немного отдохну и попытаюсь снова. Только бы переохлаждение не получить. И ни в коем случае не засыпать. Поэтому я сосредоточила своё внимание на медвежонке. На его серебристой шкурке, на черных, как у снежного барса пятнах, на уже выступающих, хоть и малюсеньких, клыках. Смешной какой. У нас точно таких не водится. Может, вид какой вымирающий?..

Он появился внезапно. Словно из воздуха. Гибкое змеиное гладкое тело, но морда драконья, именно драконья и ничья больше. Длинные усы, отведённые назад тонкие ветвистые рога и короткие лапки. Китайский, не иначе.

Заметив кошку, облегчённо выдохнула. Привела помощь, не обманула.

А может, у меня предсмертные галлюцинации? А что?.. это вполне возможно.

Но вот змей обернулся человеком и опустился передо мной на одно колено, а я утонула в его синих гипнотических глазах. И поверила. Поможет. Этот поможет…

Завозилась, ощущая гул в голове, и попыталась разлепить веки. Под ладонью и головой было что-то тёплое и пушистое. Я не сразу смогла вспомнить, что вообще произошло, похоже, меня мучал бред, возможно, я простудилась, поднялась высокая температура, так бывает. Сейчас открою глаза, увижу взволнованное лицо Сашки и…

Но ничего похожего на привычную знакомую обстановку я не обнаружила. Какие-то рубленные каменные стены и потолок, в подобии камина потрескивал огонь, жадно пожирая поленья, на полу перина и подушки, но нет ни кровати, ни какой-либо другой мебели. Пусто.

Перед глазами замелькали отрывки воспоминаний того, что со мной произошло. Испуганно подскочила и рванула на себе незнакомую льняную рубашку, задирая и оголяя живот. Раны в боку не было, только небольшой красный рубец. Вот если бы вообще никаких следов не осталось, я бы решила, что спятила. А так…

За спиной раздался недовольный рык. Предельно медленно обернулась и молниеносно отскочила, во все глаза уставившись на огромную волосатую рысь… Или это не рысь, не так уж и важно. Важно, что она огромная, глазища раскосые и внимательные, шерсть длинная, гладкая, а когда киса скалилась, отчётливо виднелся ряд острых зубок. Такими хрясь!.. и пополам.

Киса смерила меня скептическим взглядом и поднялась, демонстрируя во всей красе свои стройные лапы. Потянулась, шикарно зевнув, махнула пушистым хвостом, задев им по моему лицу, и направилась к выходу. Какая гордая особа.

Проводила существо обескураженным взглядом и подтянула к себе тонкое на пуху одеяло. Так себе защита, но меня жутко смущали собственные обнажённые ноги. Интересно, а одежда моя где? Рюкзак? И шокера под рукой нет. Какая досада…

Стоило моей стражнице скрыться в темноте узкого прохода, как из него же показался мужчина. Высокий мужчина. Пришлось задрать голову, чтобы рассмотреть его выразительное с заострёнными скулами лицо. А вот гипнотические тёмно-синие глаза показались знакомыми. Точно!.. мой спаситель.

Попыталась встать и села на попу обратно. Если мне не изменяет память, то этот мужчина оборачивался китайским драконом в лучших традициях аниме. Самое время вспомнить мультфильм Унесённые призраками, был там похожий…

– Очнулась, – утвердительно произнёс он, удивительным образом растягивая некоторые согласные буквы, словно шипя. Недоумённо склонила голову набок, пытаясь понять, что же он такое? Может, я всё ещё брежу? Не может же человек, так раз, и в дракона превратиться. Раз, и обратно в человека. – Меня… зовут Ишида. Я Повелитель Драгара. Повелитель чудовищ. Ты… человек.

– Очевидно… – пробормотала неловко, теребя край одеяла. Какой странный разговор. Кем бы этот мужчина ни был, он спас меня, вообще-то, стоит почаще себе об этом напоминать. – Спасибо… в общем, ну… что залечили мою рану и не бросили в лесу.

– Я не хотел с тобой возиться, – прямо произнёс он. Прошёл вглубь пещеры и уселся прямо на пол, скрестив ноги. – Но ты спасла танаки. А мне… мне нужен помощник. Будешь им.

Изумлённо приоткрыла рот и моргнула. Вот так здрасти… очнулась, называется.

– Эм-м… подождите… – села на колени, кутаясь в одеяло, и отбросила с лица спутанные волосы. – Помощник? А нельзя меня просто вернуть в мой мир тем же образом, которым я оказалась тут? Это ведь другой мир, верно? – в нашем – таких существ не водится, и змеи-драконы в людей не оборачиваются.

– Тебя переместила танаки, – бесстрастно произнесло существо. – Но она способна перемещаться между мирами только в момент опасности, и не сама, а вместе с проводником, а за переход нужна плата. Человеческая кровь. Думаю, она переместилась в твой мир случайно, когда её пытались поймать охотники, и утащила их за собой, а обратно не смогла, только когда ты её освободила. Теперь танаки где-то бродит и когда появится вновь – неизвестно. Но сам факт того, что её смогли поймать, говорит о том, что охотники стали хитрее. И мне нужна помощь человека, способного мыслить, как человек, а не как чудовище… – мужчина недовольно поморщился. – Это была моя самая длинная речь за последние пару десятков лет, а на человечьем наречии я не разговаривал веков пять. Если сослужишь мне хорошую службу, я помогу тебе вернуться домой. Или можешь уходить прямо сейчас и молиться, чтобы тебя не сожрали, пока пытаешься дойти до границы людей.

– Вау… – выдохнула тихо. Признаться, я тоже не ожидала от недочеловека такой проникновенной и аргументированной речи. Как много слов он знает? Насколько умён и социален? Выглядит вполне… мужественно. Привлекательнее большей части мужского населения России. – Вы очень доходчиво расписали мои перспективы. Сразу чувствуется деловая хватка.

– Много лишних слов, – равнодушно произнёс он, а синие глаза сверкнули хищным блеском.

– Понял, не дурак, – вымолвила, примирительно вскинув руки. – Но мне придётся разговаривать, чтобы понять, как вам помочь защититься от браконьеров и… мне нужна одежда, – у меня ещё был вариант начать паниковать, но я его отложила до худших времён. В принципе, мне всё понятно. Я помогаю этому Повелителю, он помогает мне.

– Одежда будет, – удовлетворённо кивнув, мужчина поднялся на ноги. – Но ты не должна покидать логово без меня, не бродить в одиночестве по лесу, не делать глупостей. Понятно?

– Предельно, – кивнула и залилась стыдливым румянцем. – А где у вас тут туалет?

Повелитель как-то обречённо вздохнул, прикрывая глаза, и махнул рукой.

– Там. Я провожу.

Эх, не завидую я ему уже. У меня ещё столько потребностей и нужд. Лучше бы завёл себе собаку. Сторожевую. И браконьеров гоняла бы и вопросов лишних не задавала…

Я приготовилась к тому, что слабость не позволит мне подняться на ноги, но нужда оказалась сильнее. Замоталась в одеяло, на манер древнегреческой тоги, пошевелила пальцами ног и поплелась за змеем-человеком.

Голые ступни приятно щекотало тепло, что удивительно, наверное, покрытие пола какое-то особенное. На стенах светили лампы, тускло освещая проход, не было ни сквозняка, ни сырости, но самым большим для меня открытием стала уборная.

Да, положив руку на сердце, я ожидала увидеть яму, в лучшем случае деревянное отверстие, как в сельском туалете, а подтираться пришлось бы соломой. И я даже успела морально подготовиться ко всему, что уготовила мне судьба. Но Повелитель чудовищ оказался куда более цивилизованнее многих людей. И чистоплотен, судя по всему. Просто счастье какое-то…

– Объяснять не нужно? – равнодушно поинтересовался он, а вот синие глаза мрачно сверкали, завораживая. В них, словно отражалась целая Вселенная с миллиардом звезд. Потрясающе.

– Разберусь, – натянуто улыбнулась и скрылась за неприметной полукруглой дверцей. – Воу… – присвистнула, озираясь.

Есть вероятность поскользнуться на этой сверкающей мраморной плитке и удариться головой о деревянный борт купели. Этого ещё не хватало.

Опасливо справила нужду, боясь провалиться в унитаз, но ничего подобного не случилось. И как я не пыталась понять устройство водопровода, не поняла. И пусть вода из крана лилась только холодная, зато чистая и прозрачная. Не во всех регионах моей ненаглядной родины такая течёт.

Умылась, кое-как пальцами причесала волосы, глянула в отражении прямоугольного зеркала на свои мешки под глазами, и усмехнулась. Да, выгляжу неважно. Зато живая, чем не преимущество?

Отрыла дверь и наткнулась на стопку одежды в руках змея.

– Одевайся и за работу.

– Вот так сразу? – вырвалось непроизвольно.

Светлая бровь Ишиды медленно, но весьма саркастично, изогнулась.

– Есть возражения?

– А кормить меня будут? – невинно хлопнула ресничками и ножкой так… шорк. Я не на отдыхе, но блин, совсем недавно у меня была дырка в боку и кровь из меня так и хлестала, а я между прочим спасала медвежонка и заслуживаю… – Так, стоп. А где медвежонок? Вы же не выкинули его на мороз? – а вот теперь я хмурилась. Скинула с себя одеяло, забрала одежду и стала одеваться прямо в дверном проёме, не сильно заботясь о приличиях. – Носки где?

Змей рассеянно повёл пальцем, окидывая меня недоумённым взгляд. Нашла пару чудесных шерстяных носков, поморщилась, досадуя, что будут колоться, но на удивление, шерсть оказалась мягкой, пушистой. Всё, кроме моих сапог, куртки и шапки было с чужого плеча. Похоже, с плеча Ишиды… Вот мужские портки я ещё не носила, но где наша не пропадала? А нигде не пропадала. Хочешь жить, умей и штаны с гульфиком носить.

Натянула шапку, убирая волосы в пучок, застегнула молнию пуховика под самый подбородок, и сунула палец в дырку. Задувать будет.

– А нитки с иголкой у вас есть? Зашить бы… – и красноречиво вытащила из дырки клочок синтепона.

– Давай по порядку, – скривившись попросил он, отступая и закидывая одеяло на плечо. – Сначала покажу тебе медвежонка ираи, нет, я не выкинул его. Но кроме него у меня есть и другие чудовища, о которых тебе предстоит заботиться. Все они стали жертвой охотников. Или осиротели и без взрослых особей не выживут, или были ранены. Силки, арбалетные болты, капканы…

– Ясно, – серьёзно кивнула, уже накидывая в уме план предстоящих работ. – Я с чудовищами дел не имела, поэтому мне нужен блокнот и ручка, я буду записывать с ваших слов особенности каждого из них, строение внутренних органов, вскармливание, период спаривания, условия жизни в дикой природе. Или… – подняла на Ишиду пристальный взгляд. – Или у вас есть энциклопедия? Ну что-то откуда я смогу черпать информацию.

Змей отрицательно помотал головой. Чувство, что мы говорим на разных языках.

– Ладно, – вздохнула, ощущая, что начинаю жариться. Нужно на свежий воздух. – Письменные принадлежности есть? Ну, ручка там, карандаш, перо? Хоть что-то. Уголь?

Мой начальник как-то обречённо закатил глаза, развернулся и щёлкнул пальцами, чтобы следовала за ним.

Немного поплутав по переходам пещеры, мы оказались… гм…

– Ваш кабинет? – поинтересовалась, изумлённо вздёрнув бровь.

– Кабинет? – через плечо поинтересовался Ишида. Подошёл к стеллажу с книгами, пробежался пальцами по корешкам и вытащил одну громадную, но тонкую. Обложка, будто выполнена из древесной коры. Листы жёлтые. Ломкие. – Наверное кабинет, если под этим словом ты подразумеваешь место, где обычно люди работают. Для меня это комната, и я тут не только работаю. Ещё думаю.

– А-а… – протянула понятливо, но моим вниманием уже завладел древний талмуд. Раскрыла его и бережно перелистнула несколько страниц. Судя по картинкам, кстати, нарисованным от руки, это и есть энциклопедия чудовищ.

– Бестиарий, – пояснил Ишида. – Я сам его составил на древнем языке Лун, вряд ли ты поймёшь о чём там сказано. Можешь спрашивать. И… – он наклонился, открыл ящик стола и достал листы на деревянной планшетке и грифельные карандаши, которые пачкали руки. – Как ты сказала? Блокнот и ручка? Это подойдёт?

Вероятно, не так уж мы и не понимаем друг друга, а Ишида куда более человечней, чем кажется.

– Да, то, что нужно, – улыбнулась, забирая принадлежности. – А можно ещё воды?

А что? У меня есть потребности, и не нужно так обречённо на меня смотреть, словно я сама большая проблема в жизни.

– Ещё не поздно отправить меня домой, – намекнула тонко, вдруг, сработает.

– Поздно, – невозмутимо отозвался Ишида и предельно спокойно наполнил стакан водой из графина, что стоял на одной из полок. – Пей и за работу. Пришло время кормить моих подопечных, сами они этого не сделают.

Залпом осушила стакан и совсем уж бесцеремонно вытерла рот рукавом куртки. Шмыгнула носом и махнула рукой:

– Чтож, показывайте, где там ваши подопечные.

И тут выяснилось три занимательных вещи.

Я спала больше суток и сейчас утро следующего дня. Подопечных гораздо больше, чем я предполагала. И у Ишиды уже есть собака. Большая, мать вашу, собака. Волосатая и слюнявая…

Из пещеры пришлось выбираться довольно долго, но радовало, что путь освещали лампы, принцип работы которых для меня остался загадкой. Наверное, на магической тяге.

– В твоём мире есть имена? Как мне к тебе обращаться? – поморщился Повелитель. Ощущение такое, будто разговоры вообще не доставляют ему никакого удовольствия, и я разделаю его чувства, тоже привыкла общаться исключительно с хвостатыми пациентами, но нам придётся какое-то время сосуществовать и взаимодействовать.

– Дарина, – произнесла, озираясь.

Точно пещера. Сомнений не осталось. Каменный свод, сталактиты и сталагмиты, сливающиеся в столбы карбоната кальция. Наверное, и озеро подземное где-то есть. Пресное.

– Да… Ри-На? – не совсем понимая, переспросил змей, снова перейдя на свой шепелявый язык.

– Дарина, – терпеливо повторила. – Но вы можете звать меня как угодно, главное, помогите мне потом в свой мир вернуться, – честно, плевать. Хоть кабачком пусть зовёт, только бы нашёл танаки и вернули меня туда, откуда взяли. Одно могу сказать точно… плакала моя свадьба. Сейчас я это осознала в полной мере.

– Я не заключаю сделок с людьми, – неожиданно заявило это странное человекоподобное существо. Чудовище. – Но могу гарантировать, как только разберёмся с охотниками, когда научишь действовать, как люди, помогу.

– Это радует, – отозвалась понуро, медленно, но верно погружаясь в удручающие мысли. Как-то до этого момента, я не сознавала, что попала по полной, а ведь дома меня искать будут. Переживать. Но нет гарантии, что Сашка дождётся, а кроме него и его мамы, я никому, собственно, больше и не нужна. – Спасибо, – поблагодарила вполне искренне.

Вылечили, в лесу не бросили, а ведь могли тварям каким неведомым скормить. Не скормили. Даже вот штанами и рубашкой пожертвовали. Носками…

– Я буду звать тебя Рин, – внезапно произнёс змей. Впрочем, он всё делал внезапно и говорил отрывистыми фразами с долгими паузами. Но ничего, привыкну. – На языке Лун – Рин означает самоотверженный. Тебе подходит.

– Ого… – протянула обескураженно. Это комплимент такой?.. но лучше не уточнять. Рин так Рин. – Мне нравится.

Змей кивнул и остаток пути мы преодолели молча, каждый погрузился в свои собственные мысли, есть о чём подумать. Мне вот потосковать хоть немного. Я конечно смелая и, как сказало чудовище, самоотверженная, но… проклятье!.. да я же в чужом мире очутилась. Помереть могла. Эх…

Погрустить и пожалеть себя толком не вышло. Моя натура просто не могла долго заниматься самобичеванием, а рефлексия не моя стезя. Очень быстро стала думать о медвежонке, о том, как разобраться с браконьерами и не заметила, как мы покинули пещеру и вышли на яркий дневной свет.

– Аучь… – застонала от резкого жжения и рези в глазах и зажмурилась, закрывая лицо рукой. – Что вы со мной сделали? Обратили в вампира? – я реально была на грани паники. Почему так больно?

– Ты проспала в полумраке почти двое суток, а сейчас утро следующего дня. Ничего, привыкнешь, – равнодушно произнёс змей и обошёл меня по дуге.

– Угу… – буркнула, вытирая выступившие на глаза слёзы. Проморгалась и последовала за удаляющейся спиной Ишиды в синем сюртуке…

Дошли до деревянной ограды, змей отворил калитку и распахнул, пропуская меня вперёд. Я шагнула, не ощущая подставы. А она была.

Из-за довольно высоких деревянных построек, напоминающих хлев, на меня неслась огромная… швабра. Не сразу сообразила, что это собака. Только когда швабра опустила морду, издав низкий угрожающий рык. И всё равно она возвышалась надо мной. Почувствовала себя ничтожной букашкой. А самое страшное, меня явно собирались попробовать на зуб.

Сунула два пальца в рот и пронзительно свистнула, заставив швабру затормозить и проскользить на передних лапах. Нечего рассекать на летней резине… Могла бы когти выпустить, они ведь у неё наверняка есть.

Выставила ладонь и скомандовала:

– Сидеть.

Ишида рядом опешивши кашлянул.

– Да не вы, – отмахнулась дружелюбно. – Ты, – указала на собаку и повторила с нажимом. – Сидеть, – швабре такое обращение ой как не понравилось. Псина оскалила зубы, демонстрируя внушительного вида клыки. Ну вылитый Баскервилей. – Срочно дайте мне что-то вкусное, иначе меня сожрут. Ну или уже прикажите вашему охраннику не трогать меня.

– Я хотел, – бесстрастно произнёс змей. – Но передумал.

Изумлённо моргнула, но мне сунули в ладонь подозрительного вида сухарики, и я решила действовать. Надо же налаживать контакт с чудовищами. Ветеринар я или кто? У меня и «корочка» кинолога имеется. Зря что ли?

– Эй, Барбос, смотри, что у меня есть, – покрутила сухарик и понюхала, издавая протяжное ум-м… якобы очень вкусно пахнет. Пахло обычным сухим кормом. Сделала вид, что попробовала и протянула псине. – Сидеть, – повторила, выставив вторую ладонь. Только Барбос чихать на меня хотел. В прямом смысле слова.

– Чхи!..

И вот я стою в слюнях этой швабры с головы до ног, поражённо хватая ртом воздух. Даже глаза залепило. А рядом кто-то подозрительно хрюкает.

– Ишида, вам смешно?

– Нет, – издав предательский смешок, отозвался он. – Аки, это наша гостья, она из другого мира и немного… – нутром чувствовала, что змей смеётся надо мной и крутит пальцем у виска. – Странная, – вымолвил после красноречивой паузы. А Повелитель-то шутник, оказывается. – Позаботься о ней, – добавил уже серьёзно. – Вот, – и протянул мне платок.

Пёс глухо рыкнул, что, наверное, означало «не очень-то хотелось возиться с человеком», а я шумно вздохнула, вытирая платком глаза, и протянула ему сухарики.

– Мне тоже неприятно познакомиться. На вот, ешь уже, – пробормотала недовольно, а этот слюфаундлен только рад. Слизал угощение шершавым языком, обслюнявив руку и счастливый, походкой в развалку, отправился обратно на своё место. Где-то там, за постройками, наверное, его большая будка. Или лежанка. Такой швабре никакой снегопад не страшен.

– Теперь я буду пахнуть слюнями, – высказалась вслух, наверное, больше обращаясь к себе самой. Констатировала факт.

– Вечером нагрею в кадке воду, – невозмутимо произнёс змей и направила к воротам хлева. Ну или ангара. Сейчас узнаем, кого он там держит.

Скрипнув, лязгнул тяжелый засов, но воротины, на удивление, поддались легко. Площадка перед хлевом была расчищена от снега, двор ухожен, видно, что содержится в чистоте. На меня дохнуло тёплым воздухом, но не скажу, что запах животных был явным. Желания заткнуть нос и сказать «фу» не возникло.

Загоны разделяли прочные металлические решётки или глухая каменная кладка. В питьевом рве блестела чистая прозрачная вода, в кормушках лежали остатки еды: яблоки, что-то вроде комбикорма, в некоторый куски мяса. Представляю, кто там сидит…

– Ишицу, – проследив за моим взглядом, пояснил змей.

Осторожно приблизилась к ограде и перегнулась через неё. Из деревянного домика выглядывала рыжая морда с чёрной «маской» вокруг глаз. Забавная зверушка, напоминающая что-то среднее между лисицей и енотом.

– Что с ней? – мне лисичка показалась грустной. Вялой.

– Угодила лапой в силки. До сих пор хромает, хотя я воздействовал силой сразу, как нашёл её. Плохо ест.

Да, мясо лежало практически нетронутым.

– У неё есть имя? – под лопатками ощутила привычный зуд. Так бывало всякий раз, когда я видела больное животное и отчаянно хотела ему помочь.

– Я не даю имена чудовищам... Имя служит привязкой, – отрывисто пояснил змей, поморщившись. Вероятно, он хотел быстро показать мне поле деятельности и отделаться от меня. А тут я со своими вопросами.

– А как же Аки? Вашей швабре вы дали имя…

– Шва… б-ре? – по буквам выговорил змей. – Аки – сокращённо от акито, разновидность снежных псов.

Я озадаченно нахмурилась.

– В моём мире тоже есть такая порода собак, но они даже близко не похожи на вашу шва… на вашего акито. Он больше похож на смесь командора и ирландского волкодава.

Ишида передёрнул плечами, мол, его это вообще не касается. Собственно, да, какое ему дело до моего мира?

– Могу я осмотреть ишуцу? – этот вопрос сильно меня волновал. Не думаю, что дело в перетянутой силками лапе. Тем более, как я убедилась, змей может исцелять даже смертельные раны.

– Незачем, – бесстрастно отказал он. – Твоя работа заключается в другом. Вовремя кормить животных и убирать вокруг вольеров, в сами клетки не заходи. Корм в кладовой за ангаром, там же бочки с питьевой водой и ведро. Веник и прочий инвентарь для уборки. Снег чистить сможешь?

– Эм-м… – протянула обескураженно. Так вот для чего я нужна. Раб сила. – Смогу. Это все мои обязанности?

– Нет, – спокойно отозвался он и медленно двинулся по проходу мимо загонов и клеток с животными. Птицы, странные рогатые кролики, лысые волки, больше похожие на крыс, кого только не было. И все подозрительно молчат, следя за каждым движением змея. Наверное, чувствуют, кто тут настоящий хищник. – Медвежонок ираи, его нужно выходить и выкормить, моя сила… бессильна, как бы странно это не звучало. Он не ранен, просто мал, недавно родился.

– Ясно, – кивнула, стараясь не хмуриться. Пока плохо представляю, как выкармливать медвежонка, но обязательно разберусь. – Чем питается? Молоком?

– Да, – Ишида остановился у загона с… газелью? Очень шерстяной газелью. Рога и глаза, вот вылитая газель, а тело крупнее и волосатее, как у бизона. И копыта крупные. – У араки ещё есть молоко, однажды я спас её беременной, вылечил и оставил. Два её козлёнка содержатся отдельно и скоро будут выпущены. Её молоко сгодится для ираи.

– Осталось надоить… – заключила я, разглядывая козу-бизона. – Всё? Будут ещё какие-то обязанности? Как это поможет в борьбе с браконьерами?

– У меня будет больше времени на обход территории, но это не всё, – мрачно признал Ишида. – Буду иногда брать тебя с собой, а ты должна придумать, как защитить лес от охотников. И… через несколько дней отведу тебя в сердце Драгара – Витор, это место, в котором людям официально разрешено торговать, может, найдёшь для себя подходящие вещи.

Едва удалось скрыть предвкушающую улыбку. Мысленно потирала ладони. Базар – это замечательно просто. Возможно, я смогу найти что-то из привычных для меня вещей, которые пригодятся в работе.

– А денег у вас много? – уточнила на всякий случай, невинно хлопая глазками. Хотелось бы знать, насколько состоятелен мой спаситель и как много я могу себе позволить взять на местном рынке.

Змей скептически выгнул бровь.

– Решила меня ограбить?

– Нет, – скривилась в ответ. – Но хочу сделать своё пребывание в вашей пещере максимально комфортным, раз мне придётся работать на вашей ферме. Хочу знать, на сколько могу рассчитывать.

Ишида безразлично махнул рукой.

– Возьмёшь всё, что посчитаешь нужным.

Очаровательно улыбнулась и сосредоточилась на козе.

– Ведра в кладовой, говорите? Могу одно взять для дойки?

– Здесь нет ничего, чем ты не могла бы пользоваться. Медвежонок ираи там, – змей указал рукой, на последний вольер и направился к нему. – Аки охраняет двор, тебе здесь ничего не угрожает. Обед через три часа, я приду за тобой. А сейчас, мне нужно отлучиться, – синие глаза стали ярче, они будто наполнились лунным светом. Мерцающим и манящим.

– Что-то случилось? – предположила и видимо попала в точку. Змей тяжело вздохнул, качнув головой.

– Похоже, тяжело ранили семихвоста, я должен успеть, – с этими словами Ишида вновь потерял свой человеческий облик.

Я отступила. В облике змея-дракона он был… поразителен и пугающе громаден. Змей пролетел мимо, прямо по воздуху, сверкая гладкой жемчужного цвета чешуёй. Длинное гибкое тело плавно извивалось, усы развевались в стороны, а змей стремительно набирал скорость. Раз и он уже скрылся с глаз.

Воротина ангара сиротливо скрипнула на ветру.

– Что ж… приступим, – потёрла руки и отправилась искать кладовую. Не стоит терять время понапрасну, мне ещё столько предстоит сделать.

Аки пристально следил за мной из своего укрытия. Пристально, это валясь на спине в сугробе, вывалив из огромной пасти язык, на который медленно приземлялись и тут же таяли снежинки. Но глаза-то открыты. Один жёлтый, второй хитрый.

В сарайчике, именуемом кладовой, нашла чистое ведро и что-то похожее на бутылку с соской. Видимо, Повелителю не впервой вскармливать малышей, обо всём позаботился. Пока шарилась, обнаружила мешки с зерном для птенцов, сарай с сеном, и хранилище овощей и фруктов. Жестяной бак с мясом (боюсь представить чьё оно, Идиша ведь может своих животных кормить браконьерами, почему нет?), и банки с червяками и жуками.

Сунула руку и достала замороженные трупики насекомых. Жалко. Но выбора всё равно нет: или ты накормишь чудовище или оно сожрёт тебя. Радует, что у змея есть практически всё. Не было только моего привычного чемоданчика со стетоскопом и прочим набором инструментов. У меня там даже антибиотик был и адреналин, транквилизатор…

Отыскала на полках чистые тряпки, зачерпнула в бочке воды и вымыла как следует стеклянную бутыль. Намочила тряпку и отправилась обратно в загон с газелью, а сама думала, успеет ли змей спасти семихвоста? Наверное, если чудовище не нуждается в дополнительной помощи, он исцеляет его и сразу отпускает. На семихвоста хотелось посмотреть. Какой он? Есть ли у него что-то вроде магической силы, как у танаки?

В ангаре стоял гвалт звериных голосов: они рычали, курлыкали, чирикали и мяукали, каких только звуков не издавали, видимо, почувствовав себя смелее в отсутствие Повелителя. А вот газель встретила меня настороженно. Ещё бы, что это за баба с пустыми вёдрами, я бы тоже насторожилась. Глазами большими луп-луп, а сама к стене отступает и копытом так предупреждающе цок-цок.

Поставила вёдра: одно с чистой водой и тряпкой, второе под молоко, в котором лежала бутылка, сунула руку в карман и достала стянутую из хранилища морковь. Да, подмёрзла немного, сойдёт за мороженое. Морковное. И протянула пугливой «козочке» угощение, приговаривая:

– Не бойся, милая, я не кусаюсь.

Газель шевельнула ушами. Похоже в этом мире все чудовища реагируют на голос. И понимают, как ни странно. Ладно, пришла пора пустить в ход всё своё красноречие.

– Какая же ты красивая, а какие у тебя глазки, а хвостик какой милый, – заливалась соловьём. – Кушай морковочку, вкусна-ая. Вот так… – улыбнулась, когда газель всё же осторожно подошла и зацепила бархатными на вид губами овощ.

Хрум-хрум… чудесный звук. Звук моей почти победы.

Пока газель с удовольствием хрустела, я осторожно вошла, закрыв за собой калитку на щеколду. Погладила шёрстку, почесала за ушком, дала себя обнюхать.

– Не бойся, моя хорошая, – шептала ласково. – Я лишь немного возьму молочка для малыша ираи и уйду. Я тебя не обижу.

Не знаю, поверила ли мне газель или поняла смысл слов, но покорно встала боком, повернувшись к сеннику и принялась невозмутимо жевать сухую траву.

– Приму это за знак согласия, – пробормотала и занесла вёдра.

М-да… сидя на корточках не очень удобно. Протёрла вымя тряпкой, заставив газель понервничать. Ещё бы, вода-то холодная. Надо бы Ишуду напрячь установить мне буржуйку. Не дело это в ледяной воде возиться. Я и так старалась влажную тряпку немного согреть в руках.

Не стала долго мучать бедное животное и, выдохнув, бережно обхватила соски вымени. Вот и практика пригодилась: на каком бы отдалении будущий ветеринар не обучался, на какой кафедре, мы все начинали с сельского хозяйства.

Немного приложив усилия, в ведро выстрелила короткая молочная струя. Признаться, давно ничего подобного не делала, даже испарина на лбу выступила. Но меня ждёт голодный медвежонок, некогда возиться.

Газель дёрнула ногой, пытаясь отойти, но я потянула ей дольку сушёного яблока и животное окончательно успокоилось. Слава богу…

Надоив миллилитров пятьсот, не больше, я решила, что этого хватит на одно кормление. Я всё равно пока не представляю, где хранить сцеженное молоко. Есть ли у Ишиды холодильник, а на улице или в том же сарае, оно быстро превратится в лёд.

Перелила парное молоко в чистую бутылку, убедившись, что никакой мусор не попал, закрутила насадку с резиновым напальчником, который служил соской, и направилась к вольеру с медвежонком. Пришло время с ним познакомиться поближе. А потом… потом я всё же хотела осмотреть ишицу. Что-то с этой лисицей не так, не нравилось мне её угнетённое состояние…

Подойди к медвежонку оказалось непросто. Похоже у меня возникла новая проблема. На мягкой соломке лежала белоснежная собака-лисица, размером с порядочного откормленного волка. Морда острая, глаза хищные, сверкающие. В длинной, лоснящейся шерсти умиротворённо спал меховой комок ираи.

– П-с… – позвала полушёпотом, демонстрируя бутылку с молоком. – Нужно кормить медвежонка. Пустишь?

Собака местного происхождения, то есть чудовищного, угрожающе оскалилась.

– Та-ак… – протянула задумчиво, ставя бутылку с молоком на землю.

Пока вожусь с непонятно откуда взявшейся защитницей, питание малыша-ираи остынет. Надо как-то выкуривать эту… самку. Сомневаюсь, что у неё есть своё молоко, иначе бы зачем Ишида просил накормить медвежонка. Наверное, собака просто греет малыша, охраняет.

Задумчиво потёрла пальцами лоб и подошла к кормушке ишицу. Мясо так и лежало нетронутым. Осторожно запустила руку под решёткой, но лисица лишь тяжело вздохнула и отвернулась от меня. Ясно, бросаться не станет. Спокойно взяла пару кусков и вернулась к собакоподобной защитнице. Может, всё-таки волчица?

Осторожно открыла дверцу и опустилась на корточки, протягивая приманку.

– Давай, родная, это вкусно.

Волчица повела носом и поднялась на полусогнутых лапах, опустив морду: смотрела на меня снизу-вверх, изучая. Медвежонок закряхтел, но не проснулся. Его защитница сделала несколько неуверенных шагов, принюхиваясь. Похоже, запах ей понравился.

– Вот так, хорошо, – произнесла я, выпрямляясь, когда волчица подошла совсем близко. – А теперь беги! – и бросила куски мяса подальше от себя.

Чудовище инстинктивно бросилось за добычей, а я подхватила бутылку с молоком и заскочила в вольер, предусмотрительно закрыв за собой дверцу на щеколду.

– Ну-с… приступим, – улыбнулась, опускаясь на колени.

Взяла медвежонка на руки, усмехнувшись, когда тот недовольно заворчал и зашевелился. Глазки открывались едва ли. Сомневаюсь, что он пока что-то видит. Устроила малыша у себя на руке, капнула пару капель молока на губы, чтобы распробовал, а потом сунула соску в пасть, к которой он тут же жадно присосался.

– Проголодался, – протянула умилённо, с удовольствием прижимая к себе медвежонка. Как можно на таких охотиться ради наживы? Милейшие же создания, если их не трогать, и они не тронут.

… волчица вернулась слишком быстро. Но самое паршивое, ограда вольера для неё не преграда: она преодолела её одним прыжком. Раз!.. и напротив меня воинственного вида волк со вздыбленной холкой.

«Приплыли…» – печально подумала, но медвежонка выпускать не думала.

– Если ты меня сожрёшь, кто его выкормит? Может быть ты? – поинтересовалась, стараясь не показывать страх. А он был. От такой хищницы просто так не убежишь.

Волчица медленно приближалась, угрожающе рыча.

Медвежонок причмокивал. Идиллия просто.

– Я назову тебя Клео, – произнесла я, предприняв отчаянную попытку спастись. Змей что-то говорил о том, что имена образуют связь. В такой ситуации я бы даже мычать начала, не только имя чудовищу дала. – Клео – красивое имя, тебе подходит. А теперь, Клео, запомни, меня нельзя обижать, я не причиню ираи вреда, я забочусь о нём. Понятно?

Волчица резко дёрнулась вперёд, заставив меня вздрогнуть: чуть бутылку из рук не выронила. Медвежонок недовольно заурчал и присосался к соске по новой.

Но, к моему облегчению, Клео лишь решила напугать меня, а сама легла рядом, бросая украдкой настороженные взгляды.

– Хорошая девочка, – облегчённо выдохнула, улыбнувшись одним уголком губ.

Может, мы и не станем лучшими подругами, но сегодня меня определённо есть не станут. Это радует и даёт надежду на светлое будущее.

Молоко закончилось, медвежонок сыто причмокивал, Клео пристально следила за мной. Погладила малыша и пристроила его под тёплый бок волчицы.

– Видишь? – усмехнулась, вставая с земли и разминая ноги. – Я не опасна. Покормила и ухожу, – стараясь не создавать резких движений, благополучно покинула вольер.

Отнесла пустую бутылку в кладовую и сразу вымыла её. Правда в холодной воде и без моющего средства пришлось повозиться. Пальцы покраснели и одеревенели. Зато я точно поняла, что мне нужно искать на местном базаре…

Набрала в ведёрко из бака мяса и наполнила кормушку Клео. Я так понимаю, теперь она тут будет жить, пока ираи не подрастёт. Ещё бы знать, откуда она вообще такая взялась. Ладно, это уже забота змея, он же Повелитель чудовищ, разберётся.

Я вошла в вольер с ишицу. Лисица не казалось большой и опасной, на меня она даже не обратила внимания. Дремала. Осторожно приблизилась и попыталась выманить её из домика.

– Давай, милая, я только осмотрю тебя, – позвала ласково.

Лисица приоткрыла зеленоватые глаза и отвернулась, пряча мордочку под хвостиком.

– Ох, да ладно тебе. Я ведь помочь хочу, – произнесла сокрушённо и протянула руку.

Если дам лисичке себя обнюхать, возможно она подпустит к себе. Предлагать угощение бесполезно, если даже от мяса отказывается.

… но вместо того, чтобы обнюхать, ишуцу цапнула меня.

Отдёрнуть руку не успела. Точнее успела, но острые зубы-иголки всё равно проткнули кожу. По пальцам сочилась кровь.

Хм… довольно глубоко укусила. Зараза.

Зашипела сквозь стиснутые зубы, пытаясь оценить повреждение, но внимание привлёк скулёж лисицы. Заглянула в домик и обнаружила нахалку, изнывающую явно от боли: она скребла лапками морду, жалобно подвывая.

– Ага… – протянула задумчиво. – Похоже проблема с зубами или в пасти какое-то воспаление.

Надо дождаться змея, а сейчас… Я поднялась на ноги и отправилась промывать рану, пока заразу не занесла. Как хорошо, что прививки делала…

Промыв место укуса, посмотрела на свои припухшие, слегка посиневшие пальцы и поскребла затылок здоровой рукой.

А что, если прививки в этом мире не работает? Это же волшебные звери, может, и болезни у них волшебные? Не обычное наше бешенство, от которого ты просто умрёшь, ну ладно, не просто, довольно жутко, если вовремя не сделаешь всего каких-то сорок уколов в живот. Шутка. Такое практиковали раньше, сейчас всего шесть доз.

А вдруг в этом мире бешенство влечёт за собой необратимые последствия? Например, у меня появится ещё три пальца или отрастёт хвост, а может, по ночам я буду превращаться в ишицу и сбегать в лес ловить мышек.

Бр-р, аж передёрнуло.

Самое обидное, я не запомнила дорогу обратно в логово змея, и кисы, что стерегла меня утром, нигде не наблюдалось, могла бы проводить. Да уж, так себе из меня пещерный человек. А на улице довольно холодно, в хлеву буду только зверей нервировать, а заболеть не хочется. Организм у меня вполне человеческий, а значит и человеческая простуда стороной не обойдёт. Хорошо, если только она. Мне для полного счастья только чего похуже сейчас не хватало…

Вышла на улицу, прихватив кусок мяса и позвала аки. А что? Он большой, лохматый и тёплый, его можно использовать вместо грелки.

… но привередливая «швабра» на мясо не купилась.

– М-да… – протянула, скривившись. – Что ты жрёшь, зараза?

Следующие пятнадцать минут я таскала из сарая всё, что казалось съедобным. Яблоки, капусту, что-то похожее на брюкву, куски замороженной тыквы, зерно…

Пёс мотал мордой, разбрызгивая в стороны слюни, а потом и вовсе повернулся ко мне задом.

– Вот ведь!.. – выругалась в сердцах.

Где же змей хранит сухарики для своего слюфаундлена?

Решила посмотреть за сараем, может, есть ещё какое строение, которое я просто не заметила. И тут моё внимание привлекла тень, мелькнувшая между щелей в заборе.

По спине пробежал дурной холодок. На затылке зашевелились волоски.

Шумно сглотнула и осторожно приблизилась к ограде.

«Это же не браконьеры?..» – мелькнула шальная мысль. Чем отбиваться, если эти нелюди решили нанести удар, пока хозяина где-то черти носят. Семихвостого он спасает, а меня кто спасёт?

И тут я вспомнила про акито.

– Вот балда, – усмехнулась, несильно стукнув себя по лбу. Ну кто решится напасть, когда двор сторожит такая громадина? Значит не браконьеры.

Осторожно прижалась к доскам и одним глазком заглянула в щель.

Сердце ухнуло в желудок.

«Танаки…» – подумала обрадовано и тут же огорчилась.

Я уже пообещала змею, что помогу ему, а он потом отправит меня домой. Сбегать некрасиво, нехорошо получится. Да и… совесть меня замучает.

А кошка как специально села на ветку дерева совсем рядом с забором и давай умываться. Если перелезть через ограду, до неё каких-то метра три, не больше. Но где гарантии, что хитрюга не сбежит? Ишида опять же… поймёт ли, что с ишицу или лисичка так и будет страдать? Вернусь домой и буду изводиться: как они тут? Сможет ли змей сам защитить своих чудовищ?

– Что ты тут… делаешь? – вкрадчивый прерывистый голос заставил вздрогнуть и обернуться.

Прижалась спиной к забору и выдохнула, держась за сердце.

– Фу-у… Зачем подкрадываться и пугать? Так и до инфаркта рукой подать…

Повелитель проигнорировал мои слова и заглянул мне за спину. Светлая хищная бровь вопросительно изогнулась.

Вздохнула и потёрла переносицу.

– Я не думала сбегать, – произнесла спокойно. – Увидела тень, решила, что браконьеры, а это танаки… Не стану скрывать, что сначала обрадовалась и подмывало желание попробовать подманить её, но потом я передумала.

Повелитель скользнул по моему лицу нечитаемым взглядом сверкающих синих глаз и вымолвил:

– Она играет с тобой.

– Играет? – удивилась, вылезая из сугроба. Нечего стоять понапрасну и любоваться нахалкой танаки, мне тут один змей обед обещал.

– Танаки… магическое существо, – пояснил Ишида, закладывая руки за спину. Только сейчас заметила на его поясе свёрнутый кольцом хлыст, с кончика которого сорвалась жирная капля крови, расплывшись алым пятном на снегу. – Она оборотень и умение перемещаться между мирами не единственная её возможность… Танаки, – змей запнулся, подбирая слова. Недовольно скривился, и я решила подсказать.

– Хитрая?

– Да, – облегчённо выдохнул он, возобновляя шаг. – Умная и… оттого опасная. Танаки любит игры, игры с людьми, с их жизнями. Она могла заманить тебя в ловушку.

– Ясно, – кивнула, принимая к сведенью. С кошкой следует быть осторожной, а то по наивности можно угодить куда-нибудь в Кыргызстан, потом даже Повелитель не поможет. – О! Я же поняла почему ишицу не ест! – воскликнула, хватая змея за рукав сюртука и потащила за собой, ведома импульсом. Энтузиазмом.

Но он резко затормозил, перехватывая меня за кисть, и с хмурым выражением лица уставился на мои пальцы.

– Что с рукой, Рин?

– А-а… – протянула, усмехнувшись. – Да ничего. Ишицу тяпнула, – отмахнулась, высвобождаясь из крепкой хватки.

– Я же говорил, чтобы ты не заходила в вольер… – голос змея опасно рокотал, но внутри меня подрагивало нетерпение: так происходило постоянно, когда я знала, как помочь больному животному и хотела сделать это незамедлительно.

Воинственно упёрла руки в бока и с вызовом произнесла:

– Да если бы я не полезла, то ни за что бы не узнала, что причина вялости и потери аппетита у ишицу в её пасти. Хочешь, чтобы она от голода померла? – и скептически выгнула бровь.

Повелитель тяжко выдохнул и снова подхватил мои пальцы, которые практически сразу окутало голубоватое свечение. Укус заживал прямо на глазах, а через пару секунд и следа не осталось. Поразительно гладкая кожа.

– Я могу заживлять только раны. Раны, которые вижу, но не могу лечить болезни, – бесстрастно пояснил он, выпуская мою руку. – Поэтому не мог помочь ишицу.

– А я могу, – улыбнулась самодовольно и счастливо. Я снова на коне. Снова занимаюсь любимым делом, снова нужна. – Потому что ветеринар.

– Ве-те… – Ишида предпринял отчаянную попытку повторить, но уже на третьем слоге сломался.

– Ай, забудь, – отмахнулась, любуясь целыми и здоровыми пальцами. Даже припухлость спала. – Пойдёмте уже, поможете мне. Вы же Повелитель, вот и велите ишицу не кусаться, – произнесла, не заметив, как снова перешла на «вы».

Змей недоверчиво и крайне скептически сощурился, но под моим напористым взглядом был вынужден сдаться.

… я весело шагала впереди, насвистывая себе под нос.

– О! – обернулась, вспомнив. Змей едва не врезался в меня, но всё же успел вовремя остановиться. – А где семихвост?

– Залечил и выпустил, – ответил спокойно, продолжая изучать меня пристальным взглядом, будто пытаясь разгадать головоломку. – Брать его сюда не было нужды.

Я вспомнила о крови на хлысте, но уточнять, откуда она, не стала. Наверное, браконьеров, но я не хочу об этом знать. Как и о том, чьё мясо хранится в баках.

– Жаль, а я хотела на него посмотреть, – улыбнулась и поспешила к хлеву, спиной ощущая на себе жгучее внимание Ишиды.

Со змеем дела пошли веселее: подобраться к ишицу не составило труда. Войдя в вольер, Ишида что-то молвил на своём тарабарском языке повелителя, и лисичка добровольно покинула домик. Села, подогнув пушистый хвостик, и уставилась на змея преданным печальным взглядом. Аж сердце защемило.

– Ты сказала, проблема в пасти? – растягивая слова, уточнил он, опускаясь на колено. – Я подержу, пока ты делаешь, что нужно.

Я приготовилась. Для удобства сняла шапку и куртку, бросив их на решётку вольера, закатала рукава широкой для меня рубахи. Эх, как же не хватает моих инструментов. Ну или хотя бы стерильных перчаток.

Ишида мягко надавил на скулы животного и приоткрыл пасть.

– Шире, – не церемонясь, надавила на нижнюю челюсть, заодно проверяя остроту зубов.

Ишицу попыталась слинять, но попытку к бегству остановил змей своим властным голосом. Одно тарабарское слово и чудо-лисичка (хотя, животное мне показалось крупнее обычных лис, окрас ярче и форма челюсти немного иная, резцы острее) послушно сидит, позволяя мне ковыряться у неё во рту.

– Та-ак… – протянула, скривившись, когда ощутила явных запах тухлятины. – Зубы… крепкие, сильные, по форме, как у гиен, наверняка и кости способны перемалывать, но нижний хищный зуб коренной надломился, осколок вошёл в челюсть. Тут воспаление и гнойный нарыв. Ещё один предкоренной, верхний, с этой же стороны, шатается. Нужны инструменты и анестезия, без них я ничего не смогу сделать.

Отпустила пасть напуганного животного и огляделась, где бы помыть руки. Ишида, на удивление, оставался спокоен.

– Я могу заморозить часть челюсти, боли животное не почувствует.

Мои глаза изумлённо округлись, я едва не запрыгала от радости.

– Правда? Это же здорово! Считай – половина успеха, – выдохнула со свистом и стала одеваться. – А вы полны сюрпризов, – усмехнулась, натягивая на голову шапку. – Без помощи – ищуцу погибнет, но теперь у нас есть шанс. Осталось раздобыть хотя бы кусачки… – я задумалась, размышляя, чем бы их заменить и где взять раствор для промывания. Ни отсоса тебе, ни воздуха, ни скальпеля. И рентген не сделать…

– Завтра… – бесстрастно произнёс Идиша, внимательно за мной наблюдая, будто я диковинка какая. – Завтра с рассветом мы отправимся в Витор, там сможешь найти что-то подходящее, обычно у торговцев есть всё, даже ненужный хлам. Люди странные существа…

– Это замечательно, – невольно нахмурилась, глядя на несчастную лисичку. – Но животное явно голодное. Нужно её накормить.

Змей недоумённо приподнял бровь.

– И как?

Подняла на него взгляд и ухмыльнулась, деловито поднимая указательный палец.

– Не «как», а «чем».

– И чем? – невозмутимо исправился он, оставаясь всё таким же непрошибаемым.

– Молоком, – усмехнулась и покинула вольер. – Как ираи. Надою газель, в бутылку и хоп…

– Не думаю, что получится, – бесстрастно возразил выходящий за мной следом змей. – Ишицу – плотоядные, к тому же, самки практически не вскармливают щенков молоком, они отрыгивают пищу.

– Хм… – остановилась, наморщив нос. – А мясорубка у вас есть? – Ишида хлопнул глазами. Синими, чертовски манящими, глазами. Хоть совсем в них не смотри. Магия-шмагия какая-то… – В общем, чтобы ишицу окончательно не ослабла от голода и не умерла, раньше, чем мы её вылечим, нужно намелить мясо, понимаете? Мелко-мелко, Прямо, чтобы получился мясной фарш.

Ишида сощурил один глаз и медленно кивнул.

– Пойдём. Отведу тебя в логово. Пока ешь, я сделаю из мяса…

– Фарш, – подсказала с улыбкой.

– Фарш, – повторил он послушно и махнул рукой, чтобы следовала за ним. – И запомни уже дорогу.

– Постараюсь, – издала смешок, но тут вспомнила одну важную вещь и остановилась. – Слушайте, там… э-э… с медвежонком спит крайне нервная ско… животина. Она не хотела меня пускать.

– Бакэнэко – кошка-демон, поверь, если бы она хотела причинить тебе вред, то причинила бы. Бакэнэко прекрасно чувствуют намеренья живых существ, а ещё они питаются эмоциями.

Шумно сглотнула, ощущая, как мои глаза увеличились до размера чайных блюдец.

– Демон? Питается эмоциями? – что-то мне нехорошо стало. Даже сглотнула весьма тревожно.

– Пойдём, – змей бесстрастно взял меня под локоть и подвел к вольеру с ираи. Кошка-демон, которую я приняла за волчицу безмятежно вылизывала медвежонка. Только зелёные глаза призрачно сверкали, пугая. – Бакэнэко помогает мне, заботясь о малышах, оставшихся без мамы-самки. Она дарует им тепло, избавляет от стресса и тоски, помогает пережить потерю. Если ты думаешь, что животные ничего не чувствуют, то…

– Никогда так не думала, – перебила спокойно, склонив голову набок и по-новому взглянув на «волчицу». – Может, она и демон, но человечней многих будет и мне не жаль для неё эмоций. Пусть питается… – протянула с умилением, наблюдая с какой заботой бакэнэко намывает малыша-ираи. Красавица.

Ищида не сводил с меня глаз.

– Есть в тебе что-то… – пробормотал задумчиво и резко смолк.

Усмехнулась, не придав его словам значения.

– А кроме эмоций, бакэнэко ещё чем-то питается?

– Кровью врагов, – без намёка на иронию произнёс змей. – Она же демон.

– Хм… логично, – согласилась задумчиво. – И где же мне взять кровь для тебя, Клео? – усмехнулась, обращаясь к «волчице».

Ишида изумлённо кашлянул.

– Ты дала ей имя?!

– А у меня был выбор? – отозвалась невозмутимо. – Клео вела себя так, будто хочет меня сожрать, мне же надо было как-то к ней обращаться, отвлечь там.

– Нельзя давать имена демонам… – прикрывая глаза, глухо протянул змей.

– Откуда мне было знать, что чудовище, похожее на белую волчицу окажется кошкой-демоном? – поинтересовалась иронично.

– Выучи бестиарий, – распахивая глаза велел змей.

– Есть, кэп, – шуточно отдала честь, но Ишида не оценил. Наградил меня мрачным взглядом и направился к выходу.

И чего злится? Подумаешь, имя демону дала… На самом деле я даже близко не представляла, какие последствия повлечёт мой поступок, а Ишида не спешил ничего пояснять. И я бы рада выучить бестиарий, но он вообще-то на чужом для меня языке.

– Кстати, – я догнала мужчину и пристроилась рядом. Навстречу выскочил весёлый аки и получил свою порцию ласки от хозяина, и порцию сухариков, которые Ишида хранил в кармане сюртука. – Ваша речь заметно улучшилась.

– Я быстро учусь, – безэмоционально отозвался он.

– Тогда расскажите мне о вашем мире, я буду больше знать и тогда…

– Не хочу, – спокойно произнёс он, заставив меня поражённо хлопать ресницами. – Не сейчас. Разговоры на вашем языке утомляют.

– Не будьте таким чёрствым, если я не буду знать о вашем мире, то попаду в переплёт. Или дам имя ещё кому-нибудь. Кто у вас тут водится? Леший? Водяной?

– Я дам тебе книги и помогу выучить язык Лун, – флегматично ответил он, давая понять, что разговор закончен. Вредина.

Повернула голову в сторону, на этот раз пытаясь запомнить дорогу до логова этого скучного Повелителя. Радует только то, что меня всё-таки покормят и в целом и в общем, мне на что жаловаться. Главное, что Ишида очень чуток и внимателен к своим чудовищам…

На пороге логова нас встречала белоснежная пушистая киса, которая сторожила мой сон и была подушкой под голову. Красавица потянулась и прильнула к ноге хозяина, не скупясь на ласку, а вот на меня посмотрела предостерегающе. Ясно, в ком-то проснулись собственнические чувства.

– Не вздумай давать ей имя, – предостерёг змей, словно угадав мои намеренья. Эх, я уже почти было… – Это младшая сестра той, которую ты назвала Клео.

– Ладно, буду звать просто красавица, – покосилась на кису, теперь отмечая некоторое сходство с бакэнэко, и добавила: – Не волнуйся, я не претендую на твоего Повелителя, не нужно уничтожать меня взглядом, – усмехнулась и обошла кису, намереваясь снять обувь.

В логове у змея довольно чисто, пол устлан коврами, жаль марать.

– «Красавица» тоже имя, никак не зови, – велел он и неожиданно придержал меня за руку, чтобы не завалилась набок. – А я попытаюсь исправить твою ошибку.

Сняла ботинок и выпрямилась, заглянув в глаза змея.

– Пока я не знаю, чем грозит то, что я дала демонице имя, я не считаю это ошибкой, – самодовольно улыбнулась и наклонилась вновь, чтобы избавиться от второго ботинка.

Над головой раздался тяжкий вздох.

– Демонам дают имена, если хотят заключить с ними сделку. Обычно просят защиту или убить кого-нибудь, но надо быть готовым отплатить за услугу бакэнэко собственной кровью. Нет, она не лишает человека жизни, но вместе с выпитой кровью, поглощает часть души. Люди, заплатившие демону кровью, потом напоминают живых кукол. Бесчувственных и пустых.

– Э-э… – протянула изумлённо. – Но я ничего не просила. Хотя… просила дать мне спокойно покормить медвежонка. Выходит, я должна Клео позволить выпить мою кровь?

Светлые брови Ишиды сошлись в переносице.

– Я не вижу на тебе печати демона.

– И что это значит? – моргнула непонимающе. Сестра моей Клео смешно наморщила нос и звонко чихнула, словно специально. Вот проказница.

– Это значит… – змей взял меня за плечи и подвинул в сторону, позволяя двери на входе в логово автоматически закрыться. Или механически? – Значит, бакэнэко будет повсюду следовать за тобой, пока не получит приказ, пока не получит свою плату за его выполнение.

– А дверь… – я указала себе за спину, растерянно хлопая ресницами.

– Механизм. Ты стояла на плитке, не позволяя ей закрыться, – змей наклонился, откинул край ковра и показал ту самую плитку.

– Аа, – протянула, улыбнувшись. – У вас тут всё схвачено.

Змей стал мрачным.

– Кажется, ты не понимаешь всю серьёзность своего поступка.

– Почему же? – хмыкнула, сняла верхнюю одежду с шапкой и прошла за стол, такие обычно в тематических тавернах ставят и пабах. Тёмный, на крепких опорах и вместо стульев скамья. – Если не найдём способ разорвать образовавшуюся между мной и бакэнэко связь, она так и будет следовать за мной. Или мне придётся что-то попросить и заплатить за это кровью и частью души. По-моему, всё очень понятно.

– И? – на змея было жалко смотреть, такой вид потерянный. И обречённый.

– И всё просто, – подпёрла голову кулаком и огляделась. В этой части логова я была мимоходом и толком ничего не разглядела. Помещение что-то вроде передней совмещённой с кухней. Только вместо привычной мне бытовой техники, у стены стояло что-то похожее на печь. – Либо я ничего просить не стану и буду искать способ отвязаться от Клео, либо поймаем браконьера и заплатим его кровью за мою просьбу. А что вы так удивлённо смотрите? Есть вероятность, что Клео не откажется, – и глазками невинно так хлоп-хлоп.

Киса обошла стол и уселась в углу, заинтересованно изучая меня своими огромными глазищами. Повелитель хотел что-то сказать, но издал лишь задумчивое «гм», снял обувь, повесил на треногую вешалку сюртук и подошёл к полкам с крупами и кастрюлями. В пенале стояли кружки, в металлической подставке ложки, я приметила чугунок и котелок с чистой судя по всему питьевой водой. А внизу стояли баки точно такие же, что на улице. В них, наверное, тоже что-то хранится. В общем, не всё так плохо. Жить можно.

– А можно водички? – попросила, развалившись за столом. Тело ломило от усталости, ещё ощущалась слабость. Прикрыла зевок и улыбнулась. – А лучше чаю.

Ишида скептически покосился на меня и продолжил греметь посудой. Хозяйничать. Приятно, когда трудятся другие. А мужчина на кухне вообще, как отдельный вид искусства – вечность бы любовалась.

Развитая мускулатура, широкий плечевой пояс, узкие бёдра, обтянутые плотной тканью штанов.

Склонила голову на бок и чуть не поперхнулась, когда Ишида внезапно повернулся.

– Перестань, – произнёс укоризненно, держа кружку в руках. – Я чувствую твой взгляд.

– Ладно, – примирительно вскинула руки и повернулась к стене. Буду на неё смотреть, любоваться отделкой, которой нет.

Минут через десять змей стал накрывать на стол. Ну как накрывать, передо мной плюхнули тарелку похлёбки, поставили корзинку с хлебом и кружку с чаем.

– Ешь, – велен он, оделся и вышел. Я так понимаю, пошёл делать фарш.

Опустила ложку в похлёбку и понюхала сомнительного вида жижу.

– Эх, похоже ещё и готовить придётся, – пожаловать кисе, а та легла и устроила острую морду на длинных лапах. Слушает. Наблюдает. Умная…

Пока Ишида отсутствовал, я порылась в баках, нашла овощи, потушила их и приготовила гарнир. А когда змей вернулся, я уже раскладывала еду по тарелкам.

– О, вы вовремя, – повернулась и поставила порцию напротив своего места. – Извольте отобедать.

Бровь Ишиды поползла вверх: кажется, такая реакция входит у него в привычку.

– О, да бросьте, – отмахнулась и положила рядом с тарелками приборы. – Простите, но вы готовить не умеете. А мне несложно. Попробуйте.

Змей поставил на разделочный стол тазик с мелко порубленным мясом, разделся и сел за стол. Осторожно попробовал овощной гуляш и, одобрительно кивнув, начал есть.

– Не за что, – обворожительно улыбнулась и последовала его примеру.

Молчание во время трапезы не напрягало. Я могла немного расслабиться и осознать то, что со мной происходит. События слишком быстро закрутились, не было возможности, а теперь думаю, как там Сашка без меня? Наверное, ищет, переживает, а я тут без возможности ему сообщить о себе. А когда вернусь, что скажу? Не сочтут меня за сумасшедшею? Вряд ли кто-то в здравом уме поверить в подобное. Другой мир, как же… скорее решат, что я загуляла и решила таким способом оправдаться.

– Вкусно, – признание змея выдернуло меня из размышлений, заставив недоумённо моргнуть. – Вкусно, – бесстрастно повторил он, вытирая рот тряпичной салфеткой. – Идём?

Не сразу поняла «куда», а потом вспомнила.

– Точно! Кормить ишицу, – подорвалась с места и кинулась убирать со стола. Ишида показал куда составить грязную посуду, залил её водой, а я вытерла со стола и угостила кашей кису, которая осталась сторожить логово. Хорошая, девочка, чувствую подружимся. Главное запомнить, что лучше не давать чудовищам имён, а то мало ли…

Ишицу встретила нас насторожено. Видимо, боль усилилась после моего вмешательства, и теперь лисица не желала так легко даваться нам в руки даже по приказу Повелителя.

Змей рассеянно взглянул на меня, как бы спрашивая, и что дальше?

– Поймайте её и заморозьте часть нижней челюсти, – произнесла, наблюдая за метаниями несчастного животного по вольеру. – Я поищу чем промыть нарыв, попробую выпустить гной, это снизит болезненные ощущения. Гм… – неловко развернулась и поспешила к сараю, ощущая на себе озадаченный взгляд Ишиды. Надеюсь, он не навредит лисичке, не сделает хуже. Как там его заморозка действует? Не отомрут ткани? Гангрены только не хватало.

Проходя мимо загона с медвежонком ираи, я замедлилась. Клео провожала меня пристальным взглядом сверкающих глаз, но как ни крути, на демона не была похожа. Меня больше волновало то, что она похоже целыми днями вот так греет медвежонка, не отлучаясь, а ведь у неё наверняка тоже потребности есть.

В сарае набрала из бочки в ведёрко чистой воды, нашла тряпочки, пригодные для использования, но главное, в ящике с каким-то хламом обнаружила несколько металлических игл и клещи. Да, те самые клещи, которые инструмент, а не которые энцефалитные. Точнее, эта штуковина была похожа на знакомый мне инструмент. Это лучше, чем ничего. Это почти прекрасно. Жаль только у змея нет канистр со спиртом… мне бы пригодилась одна. Исключительно в качестве антисептика.

Прихватила с собой куски мяса и, проходя снова мимо бакэнэко, бросила их в кормушку. Пусть поест нормально, а потом я её подменю. Она может и демон, но нужду-то справлять нужно…

Ишицу лежала на расстеленном сюртуке змея и не двигалась, только изредка моргала. Грудь вздымалась мерно: судя по всему, проблем с дыханием у неё нет.

– Я смог её успокоить, – поглаживая животное произнёс Ишида. – И частично заморозил челюсть без вреда для её здоровья. Попытался направить силу на нерв и область воспаления. Я всё правильно сделал?

– Ого… – протянула удивлённо, опускаясь на корточки. – Я впечатлена. Вы реально быстро учитесь, – разложила на одной из тряпок инструменты, рядом поставила ведро и сначала вымыла руки, затем постаралась тщательно отмыть иглы и клещи, назовём их так для простоты восприятия, не забыв оставить чистую воду для промывания.

– Где ты это взяла? – нахмурился змей.

– В деревянном ящике, – отозвалась просто, беря в руки иглу. – А теперь откройте ишицу пасть и держите, пока я не разрешу отпустить, – хорошо, что она лежит на боку, так проще будет промывать рану от гноя.

Вся операция заняла минут пятнадцать, не больше. Сначала я проверила чувствительность, убедилась, что лисичка не чувствует боли, а если и чувствует, то незначительную. Она продолжала спокойно лежать, лишь изредка дёргала мордой, но вырваться не пыталась.

Мне удалось вытащить часть осколка, но другой обломок, к сожалению, вошёл слишком глубоко. Зато я максимально промыла нарыв, жаль только, что обработать нечем. Хоть бы хлоргексидин какой завалялся. Даже пожалела, что свой врачебный чемоданчик в клинике забыла, так торопилась. Обычно всегда с ним таскаюсь, а тут…

– Проверьте заморозку, – велела, тщательно намывая руки в ведре. – Если начала спадать, добавьте ещё немного, чтобы мы смогли накормить ишицу.

Змей понимающе кивнул и приступил: от его пальцев целенаправленно тянулись тонкие голубые жилы силы, но на любование и удивление не было времени. Я просто приняла это явление, как неоспоримый факт. Прибралась за собой, отнесла инструменты, вылила под ограду грязную воду, помыла ведро и заглянула к своей демонице.

– Ты ж моя хорошая, – усмехнулась, обнаружив пустую кормушку. – Всё съела. Вот умница, – на мой голос Клео реагировала спокойно. Уже не следила за мной столь пристально.

Вернулась в вольер и погладила несчастную лисичку, лежащую на руках змея. Видимо, он поднял её, желая успокоить.

– Потерпи немного, – прошептала ласково. – Очень важно, чтобы ты сейчас покушала, это придаст тебе сил. А завтра продолжим, скоро всё заживёт, вот увидишь.

Ишицу, будто поняла мои слова, и когда мы закладывали ей в рот куски мелкорубленного мяса, покорно глотала.

– Вот молодец, – похвалила, гладя животное между острых ушек. – А теперь отдыхай.

– Мне нужно работать, – произнёс Ишида, вставая и отряхиваясь. – Много дел осталось. Ты можешь возвращаться в логово. Я погрею воду, как обещал, когда закончу.

– Ну уж нет, – усмехнулась, воинственно сдувая прядь волос со лба. – Убирать вольеры для меня не такая и проблема. Помогу. Да-да, не нужно так смотреть и отказываться, – осторожно устроила ишицу в её домике, убедилась, что животное в порядке и покинула вольер. – Только сначала подменю ненадолго Клео, кажется, она немного устала, – развернулась и под вопросительно-задумчивый взгляд змея направилась к бакэнэко.

– Ну что? – поинтересовалась, перелезая через ограждение. Нет, конечно, можно было открыть щеколду и войти нормально, но разве так интересно? – Готова отправиться на прогулку? – демоница заинтересовано подняла мордочку. Медвежонок возился у неё под боком. А ведь скоро снова время кормления. Меня осенило. – Давай так, Клео, я помогаю Ишиде с уборкой, дою газель и отпускаю тебя по своим делам, а пока ты дышишь воздухом, я кормлю ираи и грею его вместо тебя? Идёт? И это не просьба, учти. Если не хочешь, можешь сидеть тут, но накормить медвежонка всё равно придётся.

Мне показалось или глаза демона насмешливо сверкнули?

– Она всё понимает, – ровно вымолвил возникший рядом Ишида.

– Фу-ты! Напугал! – облегчённо выдохнула и улыбнулась. – Ну тогда давайте инвентарь для уборки. С чего начнём?

Ишида опасливо на меня покосился и молча прошёл мимо. Эм-м… ну ладно, разберусь на месте, как обычно.

Мне пришлось всё делать самой, Ишида не спешил давать ценные указания. Плохой из него руководитель, но я-то отличный помощник…

Ухмыльнулась и взяла из сарая ещё одну лопату, а ещё метлу и прикатила тележку для компоста, назовём это так. Достаточно было смотреть на Ишиду и повторять за ним. Он снял сюртук, небрежно повесил его на решётку вольера, расстегнул рубашку… до середины, и завязал белоснежные волосы в тугой хвост на затылке.

«Чёрт… он даже среди отходов жизнедеятельности выглядит, как истинный аристократ…» – тряхнула головой и принялась за работу.

Чудовища пытались кусаться. Воспринимали меня настороженно, но я не зря же ветеринар, набила карманы вкусняшками, всеми что нашла в баках, и раздавала желающим в зависимости от предпочтений.

Хорошим птичкам – зерно, но оказалось, что зерно вообще не дня них, а хорошие птички питались какими-то ягодами бузины. Не бузина конечно, но я просто понятия не имела, что это, но пищащим птенцам понравились. А так как змей не спешил меня останавливать, значит им такое можно.

«О, нет, Ишида, от меня не укрылся ваш пристальный следящий за мной взгляд. Я его лопатками ощущаю…» – усмехнулась и отправилась за свежими опилками.

В загоне с гигантскими саблезубыми кроликами, в неравной схватке, я потеряла кусок штанины. Точнее лоскут.

– Ай! – воскликнула больше от неожиданности, чем от боли. Опустила руку и потрогала оголённый участок кожи.

Кроль с удовольствием доедал натуральную льняную ткань.

– Эм-м… Ишида? – позвала, медленно оборачиваясь и наткнулась взглядом на взгляд змея, который уже стоял в полуметре от меня. Слишком близко. Слишком бесшумно. Мне не стоит забывать о том, кем он является, но я не могу объяснить, почему так слепо доверяю этому змею.

Должна испугаться, но не боюсь. Должна думать о том, что он может обмануть и разорвать меня куски при желании, но даже подобных мыслей в голову не приходит. Почему я такая глупая?..

Без лишних слов он вырвал оставшийся лоскут из пасти кроля, отчитал его на своём тарабарском и притащил каких-то веток, на которые кролики тут же накинулись.

– У них меняются зубы, – пояснил бесстрастно. – Нужно что-то грызть.

– Ясно, – протянула задумчиво. Ишида внезапно опустился на корточки и предельно осторожно коснулся пальцем небольшой царапины, которая осталась после столкновения с зайцем – убийцей льняных вещей. Прикосновение заставило меня дёрнуться. – И как часто у них меняются зубы?

– Всегда, – ровно отозвался он и залечил мою незначительную ссадину. Одним касанием. Даже применение силы практические не почувствовала, лишь неожиданное тепло его длинных пальцев. – Будь внимательнее, некоторые чудовища весьма ядовиты. Хотя… – он выпрямился, а в его глубоких синих глазах отражался тяжёлый мыслительный процесс. О чём он думает с таким лицом? – Ты ненормально смелая. Так не должно быть. Люди… – он запнулся, удивлённо вкинув брови.

– Вы и сами не ожидали, что такой разговорчивый, да? – поддела шутливо и покинула загон.

Осталось налить зверям чистой воды и можно доить мою подругу мадам газель. Надо прихватить для неё немного корок хлеба.

– Стой, – змей схватил меня за рукав, повергая в некоторый шок. А взгляд до чего мрачный... Я что-то сделала не так? – Ты испачкалась. Здесь, – его палец прицельно ткнулся в мою щёку, вынуждая удивлённо моргать.

– Эм-м… спасибо, – быстро стёрла грязь и поспешила за вёдрами с бутылкой, пока Повелитель чудовищ ещё что-то не выкинул. Что-то очень смущающее…

На этот раз дойка прошла быстрее и спокойнее. Газель радушно приняла от меня подношение и, звонко захрустев сухарями, позволила надоить молока.

… ираи жалобно пищал. Он ползал по демонице в поисках гм… еды, отчего Клео имела крайне растерянный вид.

– Да, милая, я тебе понимаю, – усмехнулась, осторожно входя в вольер. – И сочувствую. А теперь предоставь это мне, а ты отдохни.

Показалось, что бакэнэко благодарно кивнула и, осторожно поднявшись на стройных лапах, перепрыгнула ограду и вышла на улицу.

– Фух… – выдохнула, радуясь, что всё прошло относительно гладко и устроилась на подстилке из сена с медвежонком на руках.

Малыш смешно причмокивал, присосавшись к соске, вызывая у меня неконтролируемые приступы умиления.

«Интересно, как там мои подопечные в клинике?» – тряхнула головой, отгоняя прочь грустные мысли и сосредоточилась на кормлении.

Ишида появился по обыкновению бесшумно. Скорее, я просто почувствовала на себе его изучающий взгляд.

– Разве… разве ты не скучаешь по своему миру? – спросил настороженно. Странно, что его вообще волнует подобное. Разве ему не всё равно?

– А это что-то изменит? – усмехнулась, правда, не так беззаботно, как хотелось бы. Нотки досады и сожаления всё равно проскочили в голосе, вынуждая меня поморщиться. – Гм… я решила не переживать об этом. Ведь моё возращение домой зависит от того, как быстро я помогу вам справиться с браконьерами. Сосредоточусь на этом.

Ишида ничего не ответил, ни единой эмоции не отразилось на его мраморном лице, но ведь не зря говорят, глаза – зеркало души. А вот его душу сейчас раздирали противоречивые эмоции, которым Повелитель чудовищ вряд ли сам знает определение. А мне не очень-то хочется вмешиваться в его внутренний конфликт.

– Расскажите о семихвосте. Почему за ним охотились браконьеры? – смена темы, лучшая тактика во все времена, ни разу не подводила.

Змей поднёс пальцы к переносице и слегка потёр её, видимо, медленно возвращаясь в реальность.

– Семихвост… наделён особой энергией, его давно пытаются поймать, чтобы создать эликсир бессмертия, так как семихвост обладает регенерацией и живёт довольно долго.

– И люди реально думают, что смогут из этого существа сварить такой эликсир? – мои глаза непроизвольно расшились.

Нет, я знала, что люди безумны и жестоки в своих стремлениях… ладно, чего уж говорить, даже в моём мире истребляют животных по очень сомнительным причинам. Например, рог носорога якобы лечит рак, а во Вьетнаме его растирают в порошок и используют, как лекарство для душевного спокойствия. Достаточно вспомнить сколько уникальных видов вымерло по вине человека. Всё это очень печально.

– Мне сложно понять людей, – признался Ишида.

– А вы пытались? – выгнула скептически бровь. Как-то не верится.

… ираи хорошо поел и умудрился заснуть с соской в пасти.

– Не особо, – не стал отпираться змей. – От чудовищ я не видел столько жестокости, сколько от людей. Я просто хочу, чтобы они не приходили в мой лес.

Я ещё секунд пятнадцать смотрела в синие глаза змея, ощущая его беспокойство. Беспокойство не за себя.

– А есть другие… эм-м… похожие на вас? – ничего не могла поделать с нахлынувшим любопытством. Интересно же сколько их таких выглядящих как люди, но не люди вовсе.

– Как я? – Ишида озадаченно вздёрнул бровь. – А-а… – кажется до него дошло. Хорошо не через год. Подниматься не спешила, а просто устроила медвежонка у себя на коленях и принялась гладить. Надо дождаться Клео, его приёмную мамочку. – Драгар – земля, таких как я, а Витор – его сердце. Но я не люблю сталкиваться с себе подобными, мне не нравится их жизнь, приближённая к человеческим условиям, мне… – он задумался, подбирая правильные слова. Идиша всё ещё запинался, но уже меньше. – Мне комфортно среди моих чудовищ, хоть и вынужден иногда посещать Витор и пользоваться человеческими благами. Но есть вещи, которые мы изобрели сами.

Уголки моих губ дрогнули в улыбке.

– Кажется, я вас понимаю… – вымолвила тихо, гладя тёплый комок на моих коленях. Меня часто посещало желание жить в лесу, вдали от людей и слишком навязчивой цивилизации, но… я должна была работать в клинике и ежедневно помогать братьям нашим меньшим. – Но могу заверить, не все люди злые, алчные, жестокие и беспринципные. В моём мире много волонтёров, много добрых сердец, помогающих животным. Как-нибудь я вам расскажу, – отвела взгляд и чуть не вздрогнула, увидев бакэнэко. – Фу, Клео… напугала.

Демоница смотрела в мои глаза, но я не чувствовала угрозы. Кажется, она хорошо погуляла, хоть и недолго.

– Ладно, – усмехнулась, спуская медвежонка с рук на подстилку. – Пост сдал, пост принял. Я вернусь через четыре часа и снова тебя отпущу. Будь умницей, – машинально погладила демона по голове и спокойно вышла.

«Как же я устала…» – подумала, мечтая о тёплой пенной ванне, но меня ожидало тёплое корыто…

На самом деле змей сдержал слово, нагрел воду в ведрах и наполовину заполнил деревянную бадью, которая служила ванной и располагалась в уборной. У нас дома тоже совмещённый санузел, так что никаких неудобств я не испытывала.

– Печь растапливается просто: убедилась во время готовки, и в будущем я смогу самостоятельно греть воду, – произнесла, наблюдая за работой чудовища.

Тугие мышцы перекатывались под тонкой тканью рубашки, но так и не скажешь, что он прикладывает какие-то усилия. Таскал вёдра легко и непринуждённо, что казалось, они ничего не весят. Пустые, будто.

– Тяжело. Можешь обжечься, – отрывисто вымолвил он, даже не взглянув на меня. Светлые волосы выбились из хвоста и спадали на его безупречное, словно из воска лицо, закрывая мне обзор.

– Это проявление заботы? – усмехнулась иронично, привалившись к дверному косяку.

– Рациональности, – змей поставил вёдра на пол, открыл дверцы шкафчика и достал стопку чистых полотенец. – Если покалечишься, мне придётся тебя лечить, так что лучше смотри за собой… Не доставляй мне лишних хлопот.

– Как прямолинейно и грубо, – фыркнула насмешливо, забирая полотенца.

Наши пальцы на мгновение соприкоснулись, а моё тело отчего-то странно среагировало. Прошибла мелкая, короткая дрожь, но ощущение быстро улетучилось. Наверное, я просто всё ещё отношусь к чудовищу настороженно чисто подсознательно, хоть и пыталась себя убедить, что он не опасен.

– Я принесу чистое бельё, – бесстрастно проинформировал змей и удалился.

Сняла с себя одежду, аккуратно сложила на скамью и медленно погрузилась в бадью с горячей водой, от которой всё ещё шёл пар. Тело раскраснелось, расслабилось. Я блаженно откинулась на деревянный борт и устало прикрыла глаза.

День был долгим. Насыщенным. Но несмотря ни на что, чувствовала удовлетворение. Удовлетворение собой. Подружилась с демоном, научилась доить газель, нашла причину плохого самочувствия ишицу… А завтра мы отправимся на базар и…

… за мной наблюдали.

Холодные глаза из темноты коридора. Жгучий взгляд сверлил затылок, но я не обернулась. Не думаю, что это может быть кто-то кроме Повелителя или его ручного демона. Думаю, им тоже любопытно и, наверное, мне не доверяют. На это есть причины. Я ведь человек…

Когда почувствовала, что молчаливый наблюдатель ушёл, спокойно вымылась. На полках нашлись моющие средства, похоже травяные, натуральные. Мне понравилось то, что пахло лавандой и цвет эмульсия имела приятный. Не скажу, что сильно пенилось, но мне хватило.

Мужская нательная рубашка болталась на моём щуплом тельце как на вешалке и в принципе могла служить сорочкой, необязательно даже влезать в хлопковые штаны. Но выбора не было. Своё нижнее бельё я постирала и повесила сушиться в укромном месте. Интересно, на местном базаре женские трусы продаются?

Тапок не было, пришлось шлёпать босиком. И надо же, я запомнила дорогу от уборной до той части пещеры, в которой впервые проснулась.

Ишида стелил перину. Невольно улыбнулась и опустилась рядом с ним на колени.

– Вы всегда спите на полу?

– Это удобно, – равнодушно отозвался он.

Взялась за другой край перины и помогла расправить.

– Я вытерла воду с пола в уборной, но куда сливать грязную не нашла.

– На дне купели есть резиновая пробка, – подняв на меня озадаченный взгляд, пояснил он. – Ты ведь чувствовала моё присутствие пока мылась?

– Ну да, – отозвалась беспечно. – Только не была уверена, вы ли это, или ваша кошка, – повернулась, взяла подушки и накидала поверх перины.

– Как такое возможно? – синие глаза Ишиды мистически сверкали в полумраке, завораживая.

Пожала плечами и села, скрестив ноги.

– У людей нет магии, но есть интуиция, чутьё. Наверное, оно сработало.

Змей кивнул, принимая мой ответ и поднялся на ноги.

– Спи, подниму тебя утром, покормлю и отправимся в Витор.

– Минуточку, – подняла указательный палец, задумавшись. – Лучше, разбудите меня часа через три, мне нужно покормить медвежонка.

Змей опустился передо мной на корточки, бережно подцепил двумя пальцами мой подбородок и проникновенно велел:

– Никогда не покидай логово ночью… Это может быть опасно.

– А-а… – протянула растерянно.

– О ираи я позабочусь сам, – произнёс властно и, выпустив меня, поднялся. – Отдыхай. Завтра предстоит долгий путь.

– Спасибо, – улыбнулась одним уголком губ и подтянула к себе пуховое, лёгкое одеяло.

Проводила спину чудовища сонным взглядом, опустила голову на подушку и почти сразу заснула.

Мне вот тогда ещё стоило поинтересоваться, а где же спит сам Повелитель, но… я проснулась оттого, что жарко. А ещё твёрдо. И шее неудобно, как-то тесно и тяжело.

В темноте ничего не было видно, глаза жгло от сухости, ощущение, будто в них насыпали раскалённого песка. Так бывало всякий раз, когда просыпалась среди ночи, мои глаза слишком чувствительны. Даже с Сашкой во сне редко обнималась по этой причине, чтобы лишний раз не просыпаться.

Кровать у нас стояла огромная и места хватало для манёвра: я могла наслаждаться пространством и вращаться по своей половине, как хотела. Но вот в чём загвоздка, разве на полу не больше места чем на кровати? Тогда как вышло так, что мы с Ишидой сплелись в этот… гм… страстный клубок, что не разберёшь, где чьи ноги и руки?

– Хватит возиться… – голос змея звучал иначе. Приглушённо, сонно, мягче… – Если хочешь отодвинуться, двигайся, но потом не приползай снова.

– Снова? – переспросила сипло. Выходит, я сама на него вскарабкалась?

Щеки обожгло стыдливым румянцем, хотя я барышня не из робких, ну просто… э-э… у меня жених есть, а я тут… поползновения устраиваю.

Ишида тяжко вздохнул и разомкнул кольцо своих рук, обвивающихся вокруг меня. Легла на подушку и неловко отодвинулась. Стало… пусто. И холодно. Похоже, я поняла, почему именно полезла обниматься со змеем.

– Может, у вас есть ещё одно одеяло? – спросила, ощущая, себя немного жалкой. Я ведь просто в безвыходном положении, ну подумаешь с незнакомцем во сне обнялась. Не в трусы же к нему полезла, а чувство, будто изменила мужу. Надо проще быть на самом деле и не переживать о таких мелочах. Так и свихнуться можно…

– Не нуждаюсь в этом, – флегматично отозвался змей. – Потому что не мёрзну.

– Везёт, – пробормотала завистливо и повернулась на другой бок, заматываясь в одеяло.

– Я покормил ираи.

– Угу…

– Если будет холодно, ты можешь… – Ишида смолк на полуслове и вдруг поднялся. Я даже повернулась на шум. – Ничего. Спи, – велел, а сам принялся разводить камин.

Сухие поленья загорелись быстро. Свет от огня, треск дров, всё это успокаивало. Умиротворённо выдохнула, сунув ладонь под щёку, и уставилась на обнажённую спину Повелителя.

«Так он был практически голым…» – мелькнула запоздалая мысль, но я уже засыпала, не собираясь больше поддаваться мукам совести.

Мне придётся встать пораньше, чтобы покормить медвежонка и самой приготовить завтрак, иначе Ишида нас просто отравит. Нельзя доверять ему готовку. Только чудовищ…

На этот раз проснулась, не ощущая тяжести мужских рук на себе. Приподняла голову, пытаясь оглядеться. Но в пещеру дневной свет не проникал, лампы не горели и огонь в камине практически погас. Как определить время – неясно, но думаю, змей бы меня разбудил, если бы спала слишком долго.

Искать одежду пришлось наощупь. Штаны, рубашка, носки… Волосы расчёсывала пальцами. А на выходе наткнулась на спящую кису-демоницу.

– Меня сторожишь? – усмехнулась и погладила негодницу, хоть та и выражала немой протест. Недовольно фыркнула, потянулась и вышла. Нахалка.

Интересно, а где Ишида? Неужели не выдержал тепла и ушёл охлаждаться на мороз? Он выглядит как огромный змей, но всё же больше дракон, наверное… и вообще странное существо. Чудовище одним словом, но…

Я вдруг вспомнила, как он бережно прижимал меня во сне, несмотря на то, что я человек, просто потому, чтобы не дать мне замёрзнуть. А потом любезно развёл камин, хотя самому было некомфортно в тепле.

Закусила костяшку указательного пальца, тряхнула головой и поспешила в уборную. Быстро умылась, привела себя в порядок и отправилась на кухню. Вовремя. Ишида собирался кашеварить.

– Нет-нет-нет, положите это!.. – воскликнула, подскакивая к змею и забирая из его рук банку с крупой и деревянную лопатку. – А теперь медленно отойдите и сядьте за стол. Прошу без резких движений. Я сама приготовлю нам завтрак, а после проведаю малыша-ираи.

Ишида склонил голову набок, будто осмысливая моё предложение, а я на мгновение даже залюбовалась им. Не должна была, но…

Чёрная шёлковая рубашка была расстёгнута до середины, демонстрируя накаченную грудную клетку. Шелковистые волосы обрамляли лицо и шею. Кожа белая, нежная на вид, я даже ощутила запах мыла, исходящий от неё.

– Похоже… расчёска у вас всё-таки есть… – протянула завороженно, касаясь пальцами распущенный серебристых прядей. – Ой… – испуганно отдёрнула руку и неловко улыбнулась. – Гм… просто мне бы расчёска не помешала.

Змей непринуждённо пощупал мои волосы в ответ и, соглашаясь, кивнул.

– Я не подумал об этом. Принесу гребень.

– Спасибо, – пробормотала и отошла в сторону, пропуская его.

Вот вроде чудовище, а чувство, что с обложки модного журнала сошёл. Нет, не так. Журнал – слишком дёшево. Чувство, что он воплощённая фантазия азиатского художника, рисующего аниме. Да. Так будет точнее. Аж дрожь по телу…

Медленно выдохнула через нос, упираясь ладонями в столешницу, вспомнила о том, что дома меня любят и ждут и занялась готовкой.

Сварю, пожалуй, молочную кашу. В банках нашла орехи, немного сушёных ягод, извлекла из печи свежий хлеб, нарезала и намазала маслом. По сути, все продукты, которые были у змея, оказались знакомы. А незнакомые я просто не трогала, потом узнаю, что это и для чего.

– Вот, – раздался прямо над ухом рокочущий с хрипотцой голос, заставив меня вздрогнуть и резко обернуться.

– Проклятье, Ишида… – выдохнула и с ужасом обнаружила, что ударила змея ложкой в грудь и на рубашке остались следы каши. – Простите… – вымолвила, поджимая губы. – Я просто не ожидала, вы так подкрадываетесь.

– Хм… учту, – изрёк он, вручая мне гребень.

Сунула его в карман штанов и помешала кашу в чугунке.

– Всё готово, садитесь.

Змей послушно прошёл за стол, пытаясь оттереть пятно с рубашки.

– Оставьте, – вздохнула, смачивая чистую тряпку. – Это так не работает, давайте я, – не скажу, что всегда была заботлива по отношению к людям, но умела быть благодарной. Ишида уже многое для меня сделал, могу немного о нём позаботиться в качестве платы.

Села рядом и бережно отчистила рубашку, остался лишь влажный след.

– Скоро высохнет, – сообщила, поднимаясь.

Накрыла на стол, разложила ароматно-дымящуюся кашу по тарелкам, поставила порцию перед Ишидой, а рядом блюдо с нарезанным хлебом с маслом.

– Приятного аппетита, – пожелала, зачерпывая кашу.

– Так в твоём мире говорят? – вопросительно вздёрнув бровь, поинтересовался он, настороженно принюхиваясь к каше. Смешной…

– Ага… желают перед началом трапезы, – отозвалась, смело погружая ложку каши в рот.

Змей последовал моему примеру и, кажется, был приятно удивлён. Его глаза изумлённо расширись, лицо вытянулось и тут же блаженно расслабилось.

– Вкусно…

Замерла на мгновение, а на губах против воли заиграла улыбка. Признаться, наблюдать за Ишидой весьма интересно. Обычно он холоден, сдержан и даже кажется безучастен, но в такие моменты… в моменты его искреннего удивления, становится непосредственным и даже немного по-детски наивен. Противоречащие друг другу качества, но так гармонично сочетающиеся в чудовище…

Облизала ложку и подвела итог:

– Тогда давайте договоримся, что готовить буду я. Вы лучше уделите больше времени защите от браконьеров и заботе о чудовищах. Хорошо?

– Это будет разумно, – серьёзно согласился он, доедая свою порцию.

– Можете положить добавку, там осталось, – махнула рукой, выходя из-за стола. – Потом просто замочите посуду в воде, я помою, – опустила грязную тарелку в тазик с водой и отправилась в уборную чесать волосы.

Деревянный гребень – это вам не мягкая массажная щётка. Зубья цеплялись, выдирая волосины, отчего на глаза выступили слёзы. Просто издевательство какое-то!

У меня вполне себе густые волосы, хоть и не длинные, слегка вьющиеся, очень прям слегка, но я рискую остаться вообще без волос.

Положила гребень на полку и вернулась в кухню. Ишида мыл посуду. Сказала ведь ему…

Усмехнулась и встала рядом.

– А вас неплохо получается.

– Я подумал, что так мы быстрее закончим, время кормления… – поставил посуду на подставку, вытер руки и повернулся ко мне. – Пока ты занимаешься ираи, я сделаю всё остальное и тогда отправимся в Витор.

– Отлично, – улыбнулась и собиралась отправиться одеваться, но меня ловко перехватили, опять же за подбородок. У кого-то это входит в привычку.

– Ты… плакала? – озадаченно спросил змей, вглядываясь в моё обескураженное лицо. – Глаза красные…

– Э-э… А! – воскликнула понимающе. – Ну да… – протянула хитро, дёрнув головой. – Кое-кто довёл меня до слёз.

– Кто? – синие глаза змея подозрительно сощурились. Какой же он забавный…

– Ваш гребень, – обворожительно улыбнулась и поспешила за курткой.

Кажется, я не скоро устану подшучивать над Ишидой, это слишком весело...

Первым делом подманила акито сухариком, очень уж хотелось подружиться со сторожевой «шваброй».

– О, нет! Не делай так! – увернулась от нахального громадного языка, не дав собаке облизать лицо. Этого ещё не хватало. – Всё! Фу! – бросила сухарик подальше и рванула в хлев, не переставая смеяться.

Согнулась пополам и выдохнула.

– Дурная швабра, – усмехнулась и направилась к вольеру с лисичкой. – Привет, родная, сегодня ты выглядишь лучше. Прелесть рыжая забавно трясла попой, как бы виляя пушистым хвостом. Кажется, кто-то рад меня видеть. – Не переживай, там остался вчерашний фарш, а уже вечером мы вылечим твои зубы.

– Я заметил, ты много разговариваешь с чудовищами, – Ишида как всегда подкрался незаметно.

Вздрогнула и тут же, разозлившись, пригрозила ему кулаком.

– Хватит меня пугать, ну серьёзно, так заикаться начну! – покачала головой и посторонилась.

Змей катил на тачке корм в разных ёмкостях. Он хорошо знал, кому что нужно давать.

– Зато вы практически не разговариваете, – заметила непринуждённо. – Не скучно так? Не бывает одиноко?

Ишида высыпал кролям овощи, наполнил сенник и подкатил тачку к красноклювым птенцам.

– Никогда не испытывал подобного. Как нас с братьями разлучили, так я и остался один.

– С братьями? У вас есть братья?! – воскликнула недоумённо. – Серьёзно? Такие же змеи-драконы, как вы?

Ишида высыпал сушёные ягоды бузины и повернулся ко мне.

– Почему тебя это интересует? Разве не нужно кормить ираи?

Недовольно скривилась и проворчала, удаляясь:

– Подумаешь… не больно-то и хотелось знать…

Клео меня уже ждала. И стоило мне войти в клетку, держа в руках бутылку с молоком, как демоница осторожно поднялась и рванула на улицу.

– Бедняжка, – усмехнулась ей вслед и взяла медвежонка на руки, бережно прижимая к себе. – Ого… – дёрнула бровями и подняла медвежонка над уровнем своего лица, чтобы лучше видеть его мордочку. – А кто это у нас тут глазки открыл? Кто такой пусечка пусечный, ум? – звонко поцеловала медвежонка в коричневый нос и радостно плюхнулась на солому.

– Ты меня пугаешь… – прокомментировал, проходящий мимо Ишида.

– Да ладно вам! – отмахнулась, устраивая медвежонка на руке. – Наш малыш открыл глазки. Голубые-голубые. Это же чудесно, разве нет?!

Змей неожиданно усмехнулся.

– И всё же ты забавная… – и пошёл дальше, толкая перед собой тачку…

Я? Забавная? Быть такого не может.

Пожала плечами и сунула ираи соску в пасть, а то он заждался уже. И пока кормила напевала незатейливую мелодию, точнее смешала в одну кучу всё, что помнила. Детские песни, колыбельные и даже выудила из недр памяти несколько хитов Короля и Шута.

– Замученный дорогой я выбился из сил… – медвежонку было всё равно, что я бормочу, его интересовала соска и молоко, которое из неё поступало ему в рот.

Малыш кряхтел, жадно причмокивая, а вот Ишида странно на меня косился. Наверное, я для него такая же неведомая зверушка, как для меня танаки, бакэнэко и все остальные.

Клео не спешила возвращаться, а я устала сидеть со спящим комком меха на руках. Копчик отсидела уже и ноги онемели.

– Пс, Ишида, – позвала заговорщицки. – Помогите встать, у меня проблемка…

Змей проворно перепрыгнул ограду, в лучших традициях паркура, и подал мне руку. Тёплая… Вот кажется кожа змея должна быть холодной, но она тёплая и лишь слегка шероховатая, несмотря на тяжёлый ручной труд.

Поднялась на ноги, по-прежнему держа медвежонка, и потопталась на месте, разминая ноги.

– Я почти закончил, – проинформировал змей. – Даже ишицу удалось накормить. Удивительно…

– Воспаление спало, – отозвалась непринуждённо. – Надеюсь, нам удастся найти нужные мне вещи, без них работать будет затруднительно.

– Выходит… в своём мире ты лечила животных? – поинтересовался Ишида. Наверное, ему и вправду интересно.

– Да, если захотите, расскажу вам об этом по дороге, – погладила медвежонка, отчего он недовольно заворчал.

– Не привязывайся к нему, – осадил змей, наблюдая за мной. – Ираи быстро растут, его необходимо будет выпустить.

– Я знаю, – улыбнулась в ответ. – Но я не могу иначе, мне хочется дарить этим милахам свою любовь, хоть потом и трудно будет расставаться. Любовь к животным сильнее меня.

Клео вернулась в вольер и демонстративно улеглась. Я усмехнулась и подложила ей под бок медвежонка.

– Береги его и хорошо кушай, – потрепала демоницу по холке и вышла. Надо положить ей мяса...

Мы выдвинулись примерно через полчаса. Я буквально подскакивала от нетерпения, впервые ведь увижу город чудовищ, лес, который толком не рассмотрела, может, встретим кого удивительного.

Снег хрустел под ногами, но погода в целом стояла тихая, безветренная. Не сильно морозная. Ишида шагал впереди и казался невозмутимым.

– Почему вы не оборачиваетесь змеем? – поинтересовалась, озираясь по сторонам.

– Зачем? Ты медленно ходишь, а на себе я тебя не повезу, – бесстрастно отозвался он, раскусив мой коварный замысел.

– Жаль, – вздохнула притворно. – А почему бы вам не построить в лесу кормушки?

– Кормушки? – змей на мгновение обернулся и снова продолжил путь. – С едой для чудовищ?

– Ну да, – зачерпнула пальцами пушистый снег и растерла в ладонях. – Для птиц можно подвесить на деревьях, а другим установить что-то вроде корыт на земле.

– Такие кормушки будут привлекать не только чудовищ, но и охотников, – отозвался Ишида.

– Хм… да, это может стать проблемой, но зная это, мы можем предпринять меры защиты, – не согласилась я. – К тому же, можно расставить ловушки, которые будут сообщать о появлении охотников. Жаль, что невозможно построить вокруг Драгана высоковольтный забор, думаю, он бы смог отпугнуть браконьеров, но тогда… если чудовище близко подойдёт к такому забору, тоже может пострадать. Всё это не годится… – вдохнула, печально скривившись. – А браконьеры вообще часто появляются?

– Последнее время, да, – произнёс Ишида, вдруг остановившись. – Знаешь, в твоих словах есть смысл. Я про ловушки, сообщающие о продвижениях охотников... Думаю, я смогу сделать нечто подобное.

– О, это же здорово! – обрадовалась я. – Но всё равно думаю, что стоит начать отлавливать браконьеров на их же территории. Что? Не гуманно? То есть им можно, а нам нет? Нужна публичная показательная порка, чтобы другие увидели и боялись сунуться в Драгар.

Лицо Ишиды стало недоверчивым и даже немного растерянным, но тем не менее его губы дрогнули в улыбке.

– Если я объявлюсь на территории людей, это может привести к конфликту между драконами-Лун и людьми. Я не могу этого допустить, – мягко пояснил он и махнул рукой. – Смотри, ты хотела увидеть семихвоста.

Я аж подскочила на месте и резко повернулась. Между тонких стволов деревьев виднелась бело-черная острая морда. Острые уши с кисточками и семь пушистых хвостов, концы которых будто испачканы в чёрной краске. Худое тело существа вызывало у меня сомнения.

«Как он таскает за собой столько хвостов?» – подумала, и вздрогнула, когда существо вдруг исчезло и появилось совершенно в другом месте.

– Ого… – протянула вслух изумлённо.

Глаза семихвоста сверкали красным угрожающим огнём. Он двигался очень грациозно и явно выказывал любопытство по отношению к нам.

Ишида сунул руку в карман сюртука и бросил чудовищу вкусняшку. Кажется, кусок яблока. Свежего, не сушёного.

– Вау… – прошептала, опускаясь на корточки. – Он потрясающий.

Хвосты существа шевелились, словно живые, я просто не могла оторвать взгляда. Такой красавец…

Приглядевшись, я нахмурилась и подняла на Ишиду взгляд.

– Слушайте, мне кажется или это самка?

– Вероятно, – безразлично отозвался он.

– И у неё есть щенки… – протянула задумчиво. – Посмотрите на соски… Она точно кормящая, говорю вам. А что если её логово найдут браконьеры и заберут щенков? Разве мы не должны позаботиться об этом?

– Не думаю, что это возможно, – произнёс змей и рывком поднял меня на ноги. – Семихвосты очень хорошо скрывают свои гнёзда, при всём желании в такую нору ни один браконьер не залезет.

– Может быть, – не стала спорить. – Но самка вышла из норы не просто так. Она голодная и щенки должно быть голодные, мы должны помочь ей и сократить её пребывание в лесу до минимума.

– И что ты хочешь от меня? – устало поинтересовался Ишида.

Очаровательно улыбнулась и опустила ладонь ему на плечо.

– Обернитесь змеем и летите в логово за едой для самки-семихвоста, а я подожду здесь. У вас быстро получится, вы ведь дракон-Лун, верно?

– Какая ты… – кажется Ишида всерьёз хотел выругаться. Ничего себе!.. и такое бывает. Думала, он вообще непрошибаемый. – Даже если я принесу еду, не факт, что семихвост не исчезнет. И не факт, что мы потом найдём его гнездо.

– Но попытаться стоит, – упрямо произнесла я. – Не тратьте время зря. И яблоко отдайте уже. Мне же нужно чем-то её удерживать.

На лице Ишиды дрогнули желваки, но он покорно отдал мне остатки яблока, а сам обернулся змеем, строго наказ мне не двигаться с места и заверил, что в этой части леса мне ничто не угрожает, тем более утром.

– Я скоро, – произнёс напоследок и превратился в дракона, снова вынуждая меня стоять с открытым от удивления ртом.

Не устану поражаться. Какой же он всё-таки пугающе-красивый…

Мне стоило усилий, чтобы не потерять семихвоста из виду до появления Ишиды. Без него существо насторожилось и уже не столь дружелюбно ко мне отнеслось. Яблоки есть не стало.

– Хм… – медленно опустилась на корточки и заговорила. – Уверена, ты прекрасно меня понимаешь, значит, пришло время знакомиться.

Кисточки на ушах семихвоста дрогнули, в глазах сверкнул огонёк любопытства.

– Меня зовут Рин, – улыбнулась, опускаясь на колени. Взяла кусок яблока и захрустела. – Видишь? Не отравлено, – бросила кусочек животному и вытерла пальцы о штаны. – Я помощница Повелителя чудовищ, тебе не стоит меня бояться. Сейчас вернётся Ишида и накормит тебя, тебе нужно хорошо кушать, чтобы кормить своих малышей.

… за спиной хрустнула ветка. Резко обернулась, ощущая, как тревожно заходится сердце, но в кустах никого не заметила, а когда повернулась обратно, семихвоста уже не было.

– Чёрт… – выдохнула сокрушённо.

Хруст повторился. Развернулась и рванула к кустам, крича как умалишённая.

– Эй! Кто бы ты ни был выходи! Драться будем! – нет, я не такая храбрая, скорее безумная, и пусть тот, кто посмел прятаться от меня, знает об этом. Правда меня могли запросто сожрать, но об этом я подумала после…

– Почему ты вопишь? – передо мной появился Ишида. Он так бережно прижимал к себе корзинку с овощами и фруктами, что я не сдержала улыбки.

– Просто, мне показалось… – и тут мой взгляд наткнулся на следы. – Это точно не мои… – пробормотала, обходя змея. – И не ваши.

Ишида проследил за моим взглядом и нахмурился.

– Охотники… но как они сумели подобраться так близко?

– Вот и я бы хотела это знать, – отозвалась, озадаченно скребя лоб. – Я бы увидела, точно бы увидела. Здесь практически негде спрятаться, так как у него получилось скрыться незамеченным? Если только браконьер не воспользовался плащом-невидимкой, – усмехнулась и сама же задумалась. Змей тоже.

– Пойдём, – произнёс он, тронув меня за плечо.

– По следам? – обрадовалась я.

– Нет, – мрачно возразил он. – Найдём гнездо семихвоста и оставим еду, как ты и хотела.

– А как же охотник, что следил за нами? – поинтересовалась разочарованно.

– Не видишь?.. следы обрываются, – ровно произнёс Ишида и двинулся в том направлении, где недавно был семихвост. – Каким-то образом охотнику удалось исчезнуть, при этом ты утверждаешь, что никого не видела. Стало понятно, как им удалось подобраться к семихвосту и даже ранить его.

– А мне непонятно, – насупилась, шагая за Ишидой. – Мы всё так и оставим?

– Нет, – в низком бархатном голосе скользнула усмешка. – Теперь я уверен, кто-то помогает охотникам. Кто-то из людей со способностями. Я о таких только слышал, но знаю кто нам поможет.

– И кто же? – воодушевилась я. Хотя Ишида и говорил, что гнездо семихвоста найти трудно, но кажется, он точно знал куда идти. Ну да, он же всё-таки Повелитель чудовищ…

– Мой брат, – бесстрастно произнёс он.

– Брат?! – воскликнула удивлённо, хлопая глазами. – Такой же дракон-Лун как и вы? Мы правда пойдём к нему? – воздух со свистом вылетел из лёгких. Мне ещё не дали положительный ответ, а я уже в предвкушении встречи.

– Слишком много энтузиазма, – поморщился вредный змей. – Умерь свой пыл. Мы встретимся с Иченем по делу и ненадолго.

– Он живёт среди людей? – полюбопытствовала, теперь шагая гораздо веселее.

– На их территории. Он Повелитель равнин, степи и гор, но именно Ичень из нас троих больше всех контактирует с людьми, – волосы змея качались в такт его казалось невесомым шагам. Он будто плыл по воздуху и выглядел таким непринуждённым… – Ты продолжаешь меня разглядывать так, словно видишь впервые.

Ироничный голос вернул меня в реальность. Качнула головой и сосредоточилась на деле.

– Выходит вас трое, а кто третий брат?

– Повелитель рек, – вопреки ожиданию пояснил змей. Я думала он скажет что-то вроде: «Не думай об этом» или «Ты слишком много любопытствуешь». – Хирро. Его зовут Хирро.

– Вау… – выдохнула восхищенно. – Признаться, я под глубоким впечатлением. Просто… просто вы такой необычный, особенно когда в облике змея. Интересно, как выглядят ваши братья…

Губы Ишиды дрогнули в улыбке.

– Кажется… я начинаю привыкать.

– К чему? – поинтересовалась, вопросительно вздёрнув бровь.

– К твоим честным эмоциям, – ровно отозвался он. – Таким искренним и открытым.

… меня бросило в жар. К лицу прилила краска…

Опустила голову, поджимая губы и очень надеясь, что волосы скроют моё внезапное смущение. Обычные слова, ни похвала, ни комплимент… Сашка говорил более… «пикантные» вещи, хвалил мою внешность, говорил, что глаза у меня красивые, но я впервые так взволнованно ощущаю себя. Даже странно…

– А как мы найдём логово семихвоста? – спросила, снова переводя тему. Да, лучше интересоваться чудовищами.

– Он сам нас приведёт, – произнёс змей и нараспев затянул свою тарабарщину. Ломанный шипящий язык, но было в нём что-то таинственно-очаровательное.

Ишида оказался прав. Семихвост появился между деревьев и повёл нас к своей норе. Самочка явно была голодной. И хоть внутри глубокой норы я не могла разглядеть щенков, зато прекрасно их слышала. Они так забавно пищали, что я невольно растрогалась.

– Сколько их там? – заглядывая в непроглядную темень норы, поинтересовалась я.

Семихвост жадно ел прямо из корзины, только хруст стоял. Она показала нам своё логово, а это признак большого доверия. Не ко мне, естественно. К Ишиде.

– Четыре щенка, – змей безнаказанно гладил семихвоста, а мне оставалось лишь молча завидовать. Меня сразу предупредили, что лучше этого не делать.

«Чудовища не должны привыкать к человеку, а ты человек…»

– Пойдёмте? – отряхивая колени, спросила я. – Хотелось бы вернуться до темноты и вылечить ищицу.

– Да, – Ишида выпрямился и указал направление. – Нам туда. Идти до Витора не так и долго.

– А мне вот что интересно… – протянула задумчиво. – После того, как я вытащу осколок зуба и удалю больной, вы ведь сможете залечить рану?

Ишида медленно кивнул.

– Пожалуй, это в моих силах.

– Отлично просто, – я загорелось энтузиазмом и пошла бодрее.

Оставалось надеяться, на местном базаре я найду всё необходимое…

В домике чаротворца пахло жжёнными травами. В горький, терпкий запах вплетались кислые нотки облепихового масла и чего-то очень тошнотворного.

Ганс бесцеремонно зажал нос рукой, выругавшись в густую бороду. Следом вошедший Йенис лишь брезгливо поморщился, безошибочно находя чаротворца взглядом за книжным стеллажом.

Под сапогами скрипнули половицы.

– Кого там демоны принесли?! – закряхтел старик.

… резкий хлопок заставил вздрогнуть обоих охотников.

– Жалкий старикашка, пугать нас вздумал?! – вызверился Ганс, ринувшись вперёд, но был остановлен жёсткой рукой Йениса.

– Тише ты, это в печи…

Что конкретно в печи, Йенис пояснять не стал, а из-за стеллажа показалась косматая голова чаротворца.

– А, это вы… – протянул разочарованно, вытирая сморщенные руки подпаленным полотенцем. – Говорил же, предупреждать о везите надобно, а вы…

– Предупреждать?! – гневно воскликнул Ганс. – Да твоё поило дрянь редкая! Несколько раз нутро наизнанку вывернуло!

Старик хитро сощурил глаза-бусины, прятавшиеся за мутными стёклами очков в толстой оправе.

– Побочные действия, ничего не попишешь… – и развёл руками, мол, вы знали, на что шли, проблемы ваши. – Но зелье невидимости ведь работает. Да? Работает ведь? – взгляд старика стал безумным. Одержимым. – А бомбочка телепортации? Я столько сил вложил в это изобретение…

– Да работает всё, ты молодец, – устало вымолвил Йенис и упал на старый покосившийся табурет. – Только пока чудовище защищает Драгар, нам никакие чары и бомбочки не помогут.

– Твоя правда… – на лице Ганса дрогнули желваки. – Два дня как Франц и его люди сгинули. А ведь он уверял, что притащит живого медвежонка-ираи… Нас становится всё меньше.

– Но ведь и дела ваши пошли лучше? – настороженно поинтересовался старик, переживая, что потеряет клиентов. Никто кроме охотников его услугами не интересовался. Было бы жаль. Жаль остаться совсем без денег в этой глуши. До денег старик был жаден.

– Лучше-то лучше… – задумчиво протянул Йенис. – Но будет ещё лучше, если мы от чудовища избавимся. Думай старик, чем дракона-Лун убить?

Чаротворец побледней и осел на скамью, утирая пот со лба полой мантии.

– А знаешь… – Ганс понизил тон до заговорщицкого шёпота. – Сегодня ведь зелье невидимости сработало. Да, шум и следы от сапог не исчезли и нору семихвоста я не нашёл. Как ты и говорил, эта тварь только Повелителю показывает своё логово и щенков. Близко бы я подобраться не смог, чудовище бы меня почуял, а потом шёл по их следам, но ничего. Вообще ничего. Тварь хвостатая хорошо скрывается, но…

– Стой, ты сказал «их»? По их следам? – насторожился Йенис, скребя начинающую отрастать щетину.

– Вот именно! – глаза охотника зажглись азартным нехорошим блеском. – С чудовищем была девка.

– Девка? – куцые брови Йениса поползли вверх.

– Ага… уверяю, своими глазами видел! Обычный человек, но она… она сама проболталась, что помощница дракона. Кажется… она ещё имя своё называла. С хвостатой тварью разговоры вела. Глупая девка… Как же её там звали? О! Рин! – Ганс победно щёлкнул пальцами, осалившись во всю толстую мерзкую рожу. – Её зовут Рин, но похоже, чудовище ей доверяет.

– Хм… – Йенис глубоко задумался и перевёл взгляд на притихшего чаротворца. – А знаешь… нам бы дротики со снотворным. С дозой, рассчитанной на человека…

Эсины снова поклонились и проводили нас обескураженными взглядами. Правда я быстро забыла об их существовании стоило увидеть город. Великолепный город, сошедший со старинных фресок. С его белокаменными башнями-куполами, с высокими шпилями, что тянулись ввысь. И небо над городом сияло чистым ярко-лазурным цветом, не было холодно, не было снега, но воздух свежий, морозный.

Мощёные извилистые улочки, памятники архитектуры, причудливые арки и невероятные цветущие клумбы, которые по логике не должны цвести зимой, но они благоухали и радовали глаз буйством красок.

– Как такое возможно?.. – прошептала завороженно, касаясь нежно-фиолетовых лепестков необычных цветов, не замечая прохожих, странно косившихся на нас.

– Витор – сердце Драгара, – отозвался стоящий рядом змей. Он терпеливо наблюдал за мной и не торопил. Такой чуткий… – А в сердце бьётся жизнь, сконцентрирована энергия, которая создаёт противоречивый климат внутри города.

Повернула голову, прищурившись.

– Здесь… живут такие как вы и людям в этом месте позволено торговать?

– Да, ты верно поняла, – Ишида прошёл мимо и направился под арку.

– Значит… те стражники на воротах тоже драконы?

– Младшие эсины немного отличаются, но суть ты уловила. Их сила предназначена для защиты города, сами эсины редко оборачиваются.

Надо же… какой змей сегодня общительный. Обычно он неохотно отвечает на мои вопросы, речь и правда даётся ему с трудом, но сегодня…

– У вас хорошее настроение? – поинтересовалась, заглядывая в его бесстрастное лицо. Так и не скажешь, конечно…

– Хорошее? – задумчиво протянул Ишида. – Не знаю, никогда об этом не задумывался.

Усмехнулась и перевела взгляд на вытянутые «стройные» дома. Не думала, что другой мир может быть таким удивительным, что меня настолько охватит любопытство. И… я чувствую умиротворение. То ли потому, что чужой мир оказался комфортным для меня, то ли потому, что Ишида рядом. С ним не может быть страшно, я будто под надёжной защитой, под присмотром большого, грозного, но в то же время доброго дракона.

– А базар далеко? – прикладывая руку ко лбу «козырьком», поинтересовалась я. Свет резал глаза, хотя, не похоже, чтобы слепило солнце. Сам свет слишком яркий. Я привыкла к унылой серости, даже летом в моём городе солнце не такое ослепительное.

– Уже устала? – снисходительно поинтересовался змей, возобновляя движение.

– Да нет, – пожала плечами, пристраиваясь рядом. – Просто любопытно. Город оказался весьма удивительным, интересно, как выглядит здесь человеческий базар. Я же невольно постоянно сравниваю свой мир и ваш…

– Тебе понравится, – загадочно отозвался этот таинственный мужчина. Взял меня за руку и придвинул поближе к себе. – Держись рядом, лучше не отставай и не теряйся.

– Эм-м… ладно, – ощущение, будто по спине маршируют мурашки.

Ишида не перестаёт вызывать у меня диссонанс. Я ожидала от чудовища иного поведения, наверное, где-то на подсознательном уровне. Холодности, безразличия, бесчеловечности, но похоже это всего лишь мои предрассудки. Рада, что ошиблась.

Нет, слепо доверять чужаку не стоит, как и не стоит забывать, что я не дома, но забота и внимание змея выбивает из колеи. Вероятно, я просто постоянно жду подвоха. И это касается не только Ишиды и этого мира. Я привыкла ожидать подвоха…

Пройдя под аркой, мы вышли на площадь, засаженную деревьями. К моему изумлению, тонкие гибкие ветви были покрыты молодыми листочками и набухшими почками готовыми вот-вот распуститься.

– Будто в весну попала посреди зимы… – улыбку сдержать не вышло. Да и не хотелось. Раскинула руки и покружилась, запрокинув голову. На душе царила лёгкость, смешанная с томительным ожиданием чуда. – Хорошо… – протянула, наслаждаясь моментом. – Вернусь домой и обязательно напишу картину. А может, начать зарисовывать прямо сейчас? – усмехнулась, взглянув на Ишиду.

Змей смотрел на меня нечитаемым, но странным взглядом. Он же не забыл, что обещал вернуть меня домой?

– Идём, – мягко позвал он. – Если хочешь рисовать, посмотри себе принадлежности.

– Не знаю, никогда не пробовала. Я даже конспекты оформить нормально не могла, – хмыкнула, сунув руки в карманы куртки. – У меня не было хобби, работа занимала всё моё время. Я уходила рано утром, возвращалась поздно вечером, часто оставалась на ночные дежурства. Даже в так называемое свободное время, я занималась тем, что заботилась о животных. Была волонтёром, ездила по питомникам, искала тех, кому нужна моя помощь.

– Хм… мы похожи в большей степени, чем я думал, – задумчиво изрёк змей, но тут его равнодушный нечитаемый взгляд стал острым, пронзительным.

Куда это он смотрит с таким лицом?

К нам направлялись две дамы.

«Приятной наружности и нужной округлости…»

На самом деле обтягивающие чёрные брюки, заправленные в высокие сапоги на шнуровке, приталенные рубашки и жакеты очень будоражили воображение. Обе дамы обладали незаурядной внешностью и имели в своём арсенале не только полные алые губы, но и копну пышных вьющихся волос.

Я на их фоне выгляжу нищенкой, наверное. Но с другой стороны меня не сильно волновало, как я выгляжу в глазах окружающих. Ни в своём мире, ни в каком-либо другом.

Замедлила шаг, нарочно отставая, чтобы дать возможность змею спокойно поговорить со знакомыми без свидетелей, и чтобы меня не пожирали такими яростными взглядами.

– Повелитель, какая честь… – нежный мелодичный голос одной из женщин приятно ласкал слух.

– Нечасто можно встретить вас в сердце Драгара, – пропела вторая.

Интересно, они оборачиваются в змеев-драконов? Судя по всему, это кто-то из представителей вида Лун, не обычные человечки как я.

– Юна, Аяна, – бесстрастно поприветствовал Ишида.

Стоит ли мне ещё немного отстать?.. но мне же велели не теряться и далеко не отходить. Чувствую себя неловко…

– Что привело вас в Витор, Повелитель?

– Последний раз вы были здесь очень давно… – щебетали дамы, обволакивая своими голосами, словно патокой.

Ишида не спешил отвечать, а я устала изучать взглядом поверхность булыжников, которыми была вымощена площадь. Может шапку снять?.. что-то жарковато стало.

– Почему ты стоишь тут?.. – вкрадчиво поинтересовались над ухом, заставив вздрогнуть. Фу-у… никогда не привыкну! – Я же сказал тебе держаться рядом, – тёплые пальцы Ишиды обхватили моё запястье, рождая по телу дрожь.

– Да я просто… – пробормотала смущённо, опасаясь взглянуть на растерявшихся дам. Думается мне, что меня уже ненавидят.

– Юна, Аяна, прошу простить, у меня с моей помощницей много дел, – невозмутимо произнёс Ишида и повёл меня дальше, не выпуская моей руки.

Недоумённо кашлянула в кулак и всё же обернулась.

… глаза девушек сверкали нехорошим алчным блеском.

Надеюсь, у меня не будет из-за этого проблем.

– Гм… лучше нам постараться взять всё необходимое и больше сюда не возвращаться, – выдавила сипло и прочистила горло, в котором всё ещё мешался вязкий ком моего смятения и страха. Страха перед этими жадными змеюками. До сих взглядами мою спину сверлят. Бр-р…

– Не понравился город? – спросил Ишида, не понимая моего беспокойства.

– Понравился, – шумно глотнула, потирая затылок, который всё ещё жгло. – Просто… дурное предчувствие. Мне больше нравится в вашем логове. Там спокойно, я чувствую себя в безопасности.

Змей смерил меня изучающим взглядом и бережно выпустил мою руку, перестав сжимать моё запястье в плотном кольце своих пальцев.

– Я… рад это слышать.

– Правда?! – воскликнула изумлённо, вскинув брови. – Вам и такие эмоции доступны?

Ишида хмыкнул и неожиданно развернул меня за плечи спиной к себе.

– Смотри, эти три улицы заполнены торговыми лавками. Можешь заходить в любую, какая приглянется. Одежда, инструменты, еда. Я возьму всё, что пожелаешь, всё, что тебе потребуется. Но… больше не отходи от меня ни на шаг. Это может быть опасно, – змей выпустил меня и снова встал рядом, а я не сразу восставила сбившееся дыхание.

Фух… чудовище!.. напугал же!

Поначалу растерялась. Мне же столько всего нужно!.. но решила просто заходить во все магазины по порядку. Лавки… так их назвал Ишида.

Глаза разбегались. Я даже не сильно замечала реакцию торговцев на нас. А она была неоднозначной. Кто-то удивлённо хлопал глазами, другие наоборот кланялись, радуясь «дорогим» клиентам. В целом, как я поняла, люди здесь привыкшие к чудовищам в человеческом обличии.

Уже через некоторое время Ишида напоминал загруженного сумками мула, но змей не жаловался. А я как бабочка порхала от одной лавки к другой, набирая всё больше необходимых мне вещей.

Щётка для волос, заколки, рубашки и подходящие мне штаны, бельё, в конце концов, ведь тоже нужно. Не думаю, что панталоны змея мне подойдут. Шампунь и крем для рук. Пишущие принадлежности, бумага. Иголки и нитки. А потом я нашла аптеку…

Нет, это была лекарская лавка и мне долго пришлось объяснять, что мне необходимо, проводить аналогию, приводить примеры, но всё-таки я стала счастливой обладательницей антисептика, обезболивающего, бинтов и даже аналога антибиотика. Шприцов, конечно не нашла, но зато нашла антибактериальный порошок и противовирусную настойку. Но главное, я отыскала пинцет, которым можно было бы вытащить осколок зуба в пасти ишицу. И даже подобие хирургического скальпеля. Не знаешь, что в хозяйстве может пригодиться.

Мне даже было немного жаль торговца, выглядел он неважно, даже испарина появилась на морщинистом лбу. Он то и дело бросал на змея жалостливые взгляды, но тот усиленно игнорировал посылы о помощи, направленные на него.

А потом меня понесло ещё дальше. Нашла кое-что необходимое из посуды и та-дам!.. удобную сковороду. Нам её продали со скидкой. Можно сказать, я стала счастливой обладательницей сковородки по акции. Радости моей не было предела.

Думала, куда уж больше, но мы наткнулись на пекарню…

– Ум-м… – застонала вслух, втягивая воздух носом. Аромат стоял сногсшибательный, в прямом смысле. Устоять невозможно. – Давайте зайдём?

Ишида печально посмотрел на котомки в своих руках, тяжко вздохнул и согласно кивнул. Какой безотказный.

– Вы меня балуете, – усмехнулась, заходя в пекарню.

Над дверью звякнул колокольчик, а к прилавку поспешила ухоженного вида миловидная женщина лет тридцати пяти на вид. Светлые волосы, карие внимательные глаза…

– Ишида… – ласково пропела она своими бледно-розовыми губами. – Ты здесь редкий гость, но тем не менее я рада. Что же тебя привело?

В воздухе повисла неловкая пауза. Женщина не спешила изучать меня взглядом, но вряд ли не заметила.

Эм-м… ладно, собственно, меня интересовали исключительно булочки. Вот эти ароматные, румяные, в разноцветной посыпке, в сладкой нуге, ум-м…

– Лин, это моя помощница, – флегматично вымолвил змей, наблюдая за мной. Вот от кого точно нигде не скроешься. Ведёт себя… будто мой надзиратель. – Рин, моя сестра Линель.

– Угу… приятно познакомиться, – вымучила вежливую улыбку и вернула внимание выпечке. Сестра, значит… О сестре он ничего не говорил, только о братьях.

– Не родная сестра, – поспешила внести ясность эта загадочная владелица пекарни. Выходит, она тоже дракон Лун?

– Но мы росли вместе, – не согласился Ишида. – В любом случае… это ничего не меняет…

Мне кажется или между ними что-то произошло? Точнее, происходит. Я не очень умею читать между строк, но чувство недоговорённости так и осязает на языке.

– Ты не говорил, что тебе нужна помощь, но завёл себе помощницу, мог бы просто обратиться ко мне, – с приятного лица женщины не сходила приторная улыбка, от которой лично у меня почему-то сводило скулы. Не люблю тех, от которых не знаешь, чего ожидать.

Ишида сгрузил сумки на пол под лавку и размял плечи: сначала одно, затем другое. Интересно, если я предложу сделать ему массаж, как он это воспримет? Исключительно лечебный. Терапевтический…

– Мне нужна была помощь человека, а не сестры, – ровно произнёс он. – К тому же у Рин есть то, чего нет у тебя.

– И чего же? – насмешливо поинтересовалась Линель.

Я замерла, вся внутренне напряглась в ожидании ответа, но сама делала вид, что с энтузиазмом рассматриваю товар на прилавке.

– Любовь к моим чудовищам, – бесстрастно вымолвил змей, посмотрев на меня.

Затылком ощутила, как Линель закатывает глаза, мол, то же мне причина, но я покраснела. Мучительно покраснела до кончиков ушей.

А ведь это был даже не комплимент, простая констатация факта: мы действительно с Ишидой во многом похожи, оба тонко чувствуем животный мир, любим тишину и покой, предпочитаем жизнь вдали от людей и не ждём от них ничего хорошего…

– Не думала, что ты такой сентиментальный, – иронично отозвалась сестра змея и возникла передо мной, заставив едва уловимо вздрогнуть. Уверена, она заметила. – Помочь с выбором?

Намекает, что я долго разглядываю сдобу, а на деле нагло подслушиваю?

– Благодарю, я уже выбрала, – хотелось ответить, что мучное на ночь не ем, да и аппетит что-то подпортился, но меня ведь не касаются чужие «семейные» разборки, верно? Да и хлеб в логово нужен…

Я взяла несколько видов хлеба, который, я уверена уйдёт за пару дней, не успев стать чёрствым, и несколько булочек себе на завтрак. С Линель прощались сдержанно, но меня не покидало чувство, что этих двоих связывает нечто большее.

Ишида ведь знал, что пекарней владеет его сестра и, если бы не хотел с ней сталкиваться, смог бы мне отказать или предложить зайти в другое место. Чувство, будто он специально хотел, чтобы мы встретились. Хитрец так спешил меня представить...

Запнулась носком ботинка о выступающий булыжник и полетела вперёд… И непременно бы поцеловалась с землёй, не поймай меня Ишида.

Не знаю, как ему это удалось, держа все эти сумки… я просто изумлённо хлопала глазами, даже не пытаясь понять, какой манёвр ему пришлось совершить и тупо хлопала глазами. Сердце пыталось выпрыгнуть из груди.

– Фух… – прижала руку к груди, облегчённо выдохнув. – Не хотела бы я разбить свой чудесный носик, – потёрла переносицу и благодарно улыбнулась змею.

– О чём-то задумалась? – отходя, поинтересовался он.

– Эм… – первым порывом было сказать: «Нет, просто оступилась…», но я не привыкла молчать о том, что меня тревожит. – Слушайте, а зачем вы меня сестре показали? Вы ведь намеренно это сделали? У меня не будет из-за этого проблем?

Уголки губ Ишиды дрогнули в улыбке. Это так странно… странно наблюдать за его проявлениями человечности. Он будто неуклюжий ребёнок, делающий свои первые шаги. Удивительное зрелище.

– Ты не только честная, но ещё и проницательная, – отозвался он, устремив взгляд вперёд. – Не переживай об этом, Линель не причинит тебе вреда. Просто… просто мне хотелось, чтобы она отказалась от своих… идей, – своим тоном и многозначительными паузами, змей как бы подчёркивал, что не желает поднимать тему его взаимоотношений с сестрой. Ну и ладно, меня и такой ответ устроит.

– Что ж… тогда, нам ещё куда-то нужно? Я бы хотела кое-что купить из продуктов, – не удержалась, сунула руку в корзинку, достала на свет булочку и вцепилась в неё зубами. – Ум-м… знаете, я готова простить вашу сестру, что бы она не натворила. Печёт потрясающе.

– Нужно взять кое-что из корма для чудовищ, – сдержанно произнёс Ишида, но я успела заметить озорные искорки в глубине его завораживающих синих глаз…

Мы вернулись до темноты, но я ощущала себя не только до чёртиков счастливой, ведь набрала кучу полезного хлама, но и жутко вымотанной. Прогулка по лесу сказалась. Давно я не наматывала такой километраж. Клиника довольно близко к дому, а по делам мы ездили на машине Сашки, гулять с ним выходили редко, вот и имею то, что имею. Отвыкла от долгих пеших прогулок.

– Отдохни немного, вид уставший, – произнёс Ишида, занося сумки в логово.

Аж сердечко защемило от проявления его заботы. Но вопреки желанию последовать доброму совету, со вздохом расправила плечи и твёрдо произнесла:

– Не уж, сначала ишицу, потом отдых. Любое промедление может вызвать сепсис, бактериальную инфекцию или заражение крови. В вашем мире может и волшебные звери, но бактерии самые обычные… – развернулась к сумкам, спиной ощущая на себе озадаченный взгляд змея, и принялась искать всё необходимое…

В ангаре свет горел тусклый. Такого освящения явно недостаточно. Поморщилась и стала раскладывать на импровизированном столе инструменты.

Ишида снял сюртук, закатал рукава рубашки и… подбросил вверх несколько светящихся бледно-жёлтых шаров. Шары вращались и мерцали, но главное, стало значительно светлее и свет больно уж напоминал лампы в операционной.

– То, что нужно, – улыбнулась одобрительно, обрабатывая руки. Стерильных латексных перчаток найти не удалось, но мы и так справимся.

Ишида оказался прекрасным ассистентом. Мы будто сто лет в паре работали!.. понимает всё без лишних слов, с полувзгляда, очень аккуратный и спокойный. Держал, как нужно, вовремя подавал инструменты, отсасывал грушей воду с кровью, так как нормального отсоса не было… И лисичка только его слушалась.

Повелитель, одним словом.

Я не замечала ни дискомфорта, ни неудобств, несмотря на отсутствие половины нужных мне вещей и приспособлений. Самое главное – Ишида умел замораживать определённый участок тела, при этом не повреждая тканей. Было бы обидно, начнись у ишицу некроз.

Осколок был успешно извечен, рана промыта и обработана, а зашивать её не было нужны. Теперь Ишида мог просто заживить её своей силой.

Тонкие голубые жилы, сорвавшиеся с его длинных белоснежных пальцев, проникали вглубь раны и бережно сращивали плоть. Я даже засмотрелась.

– Поразительно… – прошептала одними губами. – Не перестану удивляться. Магия – это нечто!.. и очень удобно.

Ишида снисходительно усмехнулся, погладил притихшую лисичку по мордочке и отпустил. Сам поднялся и стал помогать мне собрать инструменты и использованные стерильные тампоны, которые я наделала из бинтов.

– Ты испачкалась, – голос Ишиды звучал мягко, но всё так же глубоко и раскатисто. Мурашечно…

– Ничего, – усмехнулась, пытаясь плечом убрать прилипшие к лицу волосы. Руки были замараны кровью. – Сначала помою инструмент, потом уже…

– Стой, не дёргайся, – Ишида развернул меня к себе и повернул мою голову на свет. Убрал волосы и стёр большим пальцем кровь с щеки. – Ты хорошо постаралась.

Что это за чувство, поднимающееся из глубины души?

– Спасибо, – пробормотала невнятно, желая отстраниться. Когда такой мужчина заботится о тебе, невольно проникнешься. Да кто хочешь на моём бы месте проникся.

– Мне нужно убрать вольеры и покормить чудовищ, – произнёс змей, отходя как ни в чём не бывало. – Ты можешь ступать отдыхать.

… лисичка спряталась в домике и улеглась спать. Устала, бедняжка, но думаю, уже завтра ей станет лучше.

– Я бы с радостью, – не стала врать. – Но мне ещё нужно встретиться со своим демоном, – усмехнулась и направилась к вольеру с ираи.

Клео лежала, устроив морду на стройных лапах, а медвежонок возился в её шерсти. Голодный, наверное.

– Привет, красавица. Соскучилась?

Демоница среагировала на мой голос и подняла голову. Глаза сверкнули упрёком.

– Что? Слишком надолго тебя оставила? – усмехнулась, устроив локти на ограде. – Сейчас я тебя отпущу. Побегаешь. Разомнёшься.

– Думаю… ей нужна кровь. Бакэнэко в первую очередь демон, ей нужно охотиться, – подкравшись, произнёс Ишида.

Шумно выдохнула, укоризненно взглянув на змея, и задумалась.

– А что, если забрать ираи на одну ночь в логово? Там есть сестрица Клео, она позаботиться о медвежонке, а сама Клео сможет спокойно поохотиться?

Демоница навострила уши, а змей медленно кивнул.

– Что ж, я думал о таком варианте. Рад, что наши мысли сходятся…

«Да уж…» – подумала, опуская голову. Слишком уж сходятся.

– Слышала? Сегодня ты сможешь поохотиться, – улыбнулась, обращаясь к бакэнэко. – Я пока пошла за молоком для нашего малыша. Будь умницей.

Мне показалось или Клео закатила глаза? Похоже демоница не привыкла к подобному обращению. Ну ничего, пускай привыкает...

Как бы я не устала, накормила медвежонка, помогла Ишиде закончить, убрав у агрессивных кролей. На этот раз мне удалось отбиться от нападения ушастых. Подсунула им морковь. У-у, зубастики!..

В логово возвращались втроём. Я, змей и малыш-ираи, что вошкался у меня на руках, возмущённо кряхтя, будто ворчливый старик.

– А он подрос, – заметила, разглядывая медвежонка. – И шерсть, словно гуще стала. Глазки практически открылись.

– Скоро зубы прорежутся, – произнёс Ишида безмятежно. Странно, он всегда кажется таким спокойным, что невольно я и сама успокаиваюсь. – Нужно будет научить ираи охотиться самостоятельно, а потом выпустить. Завтра… я собираюсь устроить обход территории, ты пойдёшь со мной?

– Конечно! – чуть не подпрыгнула от радости. – Но возьмём с собой много вкусняшек. Слушайте, – повернула к змею голову, кое-что вспомнив. – А когда мы отправимся к вашему брату, чтобы поговорить на счёт того, кто помогает браконьерам?

– Думаю, через несколько дней, мне сначала нужно связаться с ним. Иченя не так просто найти…

«Ага, несколько дней… ну ладно…» – подняла взгляд в стремительно темнеющее небо и улыбнулась.

– Интересно, а какого здесь летом? Красиво, наверное…

– Ты бы хотела увидеть Драгар, когда природа оживает? – искренне заинтересовался Ишида.

– Да, – ответила без промедлений. – Уверена, здесь просто невероятно.

– Разве ты не хотела вернуться в свой мир? – вопрос застал врасплох.

– Э-э… по-прежнему хочу, – отозвалась тихо, поглаживая медвежонка. – Просто подумала, что было бы жаль не увидеть это чудесное место, когда всё цветёт и наполняется красками…

На языке появился неприятный осадок. Странно, почему я себя так почувствовала от обычного вопроса? Тряхнула головой и поспешила за змеем.

Медвежонка уложила к сестрице Клео на мягкую подстилку, а сама отправилась умываться и переодеваться. А ведь ещё нужно разобрать купленные вещи и приготовить ужин.

Усталость меня подвела. В самый находящий момент. Свалила с ног в буквальном смысле. Я села на кушетку в уборной, начала снимать с себя одежду и… заснула. Просто отключилась, привалившись к стене. Полагаю, в таком состоянии меня и нашёл Ишида.

Потому что очнулась я посреди ночи уже на перине. В одной рубашке и без штанов. Змей спал рядом. Без одеяла, демонстрируя своё жилистое, подтянутое тело. Серебристые пряди волос разметались по подушке, сильные руки покоились за головой.

Так и захотелось опустить пальцы и провести по этим тугим мышцам, по рельефному прессу…

Зажмурилась, краснея со стыда, шумно сглотнула и встала на четвереньки, намереваясь найти штаны и проверить медвежонка.

Горячие пальцы обхватили лодыжку.

– Куда это ты собралась? – хрипло поинтересовался змей, разгоняя по телу мурашки.

«Ой, не надо так… я же и отдаться могу!..» – испуганно вздрогнула от собственных постыдных мыслей и поспешила натянуть на себя одеяло.

– Боишься меня? – бесстрастно спросил змей. В темноте его глаза сверкали призрачным, холодным блеском.

«Нет, Ишида, я не тебя боюсь… а себя… своих мыслей…»

– Нет, – ответила честно. – Хотела бы. Так, наверное, было бы лучше. Но, увы, не задалось с самого начала.

– Понятно, – ровно вымолвил он и в следующую секунду притянул меня к себе. Развернул спиной и уткнулся лбом в моё плечо. – Спи тогда, я недавно проверил ираи, до кормления ещё пару часов.

– Угу… – пробормотала, зажмурившись.

И как тут уснуть, спрашивается?

Проснулась на удивление раньше Ишиды. Было немного странно застать его спящим. Ещё и рядом со мной. Змей казался таким умиротворённым… Но ещё более проблематично было тихо и незаметно выползти из-под его тяжёлой руки, которая лежала на моём животе.

Даже спящим он выглядел невероятно. Слишком красивый. Удивительно просто, что я смогла разглядеть его лицо в свете догорающего огня в камине.

Осторожно высвободилась из «плена», взяла одежду и отправилась в уборную, чтобы потом приготовить на завтрак кашу, что нас не отравит и надо бы вернуть медвежонка Клео, она наверняка уже вернулась...

Готовую кашу убрала прямо в чугунке в печь и вышла на улицу. Вдохнула морозный воздух, убедившись, что ещё толком не рассвело и понесла кряхтящего медвежонка в вольер.

На пути встретился аки. И непонятно: пёс решил меня сожрать или так рад видеть?

– Спокойно, – скомандовала, летящей навстречу «швабре». Сунула руку в карман и достала приготовленные заранее сухарики. Теперь меня так просто не обслюнявить. – Хороший мальчик хочет вкусняшку?.. конечно хочет, – усмехнулась и сунула аки под нос раскрытую ладонь.

Сухарики в одно многоводие исчезли в тёмной огромной пасти, похожей на зловещую зубастую пещеру. Потрепала пса по голове и отправилась в ангар, где меня уже поджидала Клео.

Демоница сидела у ворот и стоило меня заметить встала, демонстративно потянувшись.

– Красавица, – улыбнулась я, гладя бакэнэко по холке. – Ну как поохотилась? Удачно?

Клео махнула хвостом, а в глубине глаз сверкнул лукавый огонёк. Я так понимаю, это означает «да», вполне удачно.

Занесла медвежонка в вольер, устроила его под тёплым боком демоницы и отправилась доить мадам газель. Всего ничего времени прошло, а я тут уже как дома. Освоилась. И не страшно, несмотря на то, что лес кругом. Не гнетёт отсутствие цивилизации. На удивление, я не скучаю по бессмысленному листанию новостной ленты в соцсетях перед сном. Так устаю, что мне это не нужно. Сил хватает только… нет, как выяснилось, у меня не хватает сил даже на то, чтобы умыться и раздеться.

Представила, как змей меня раздевал и смутилась. Не девочка вроде, но вот чувство, что такое со мной впервые. Может потому, что он чудовище?..

Нет-нет, даже мысленно нельзя такого обаятельного и заботливого мужчину называть чудовищем. Ни разу не чудовище.

Покормила ираи и занялась обычными делами. Пускай змей выспится, а я и сама могу наполнить кормушки и начать убираться в вольерах. Как там ишицу, интересно? Надо бы проверить…

Змей появился, когда я пыталась разобраться с кричащими птенцами. Они так прыгали, что не давали выгрести грязные опилки. Дурашки.

– Не делай всё одна… – мягкий, обволакивающий голос проникал под кожу. В самое нутро. Кажется, я становлюсь слишком чувствительной.

– Но ты же делал, – отозвалась беспечно, так и не повернувшись. Если сделаю это, Ишида сразу поймёт. Поймёт мою реакцию на него. На его голос. – Всю жизнь справлялся со всем один, разве не пришло время немного отдохнуть? Разве ни разу не возникало желания чем-то заняться?

– Я и так занимаюсь, – флегматично отозвался он, забирая из моих рук лопату. – Я привык к такому образу жизни и ничего другого не делал.

– М-м… – потёрла уголки глаз и улыбнулась. – Это похвально, но в мире полно удивительных вещей. Так не пойдёт, я научу тебя наслаждаться жизнью, – в предвкушении потёрла руки, а у Ишиды кажется задёргался глаз. Да, ладно, это же только начало…

Вместе закончив дела, осмотрев бодрую и весьма счастливую лисичку, позавтракав, мы отправились на обход территории. Я уговорила змея взять с собой сушёных яблок, корок хлеба и немного мяса. Ну вдруг кого-то повстречаем, а я с пустыми карманами. Нельзя так.

– В своём мире я постоянно носила с собой пакетики кошачьего и собачьего корма, – рассказывала воодушевлённо, шагая рядом с Ишидой. Новая одежда удобно на мне сидела и не стесняла движений, как мешковатые штаны змея, которые ещё всё время сползали. – Вообще на улицу без вкусняшек не выходила. А в сумке у меня лежали глазные капли, стерильные ватные диски, средство для промывания и даже таблетки от паразитов и всё это рядом с документами. Там же валялась расчёска. Сашка всегда надо мной смеялся из-за этого, – я смолкла, осознав, что сейчас ляпнула, но было уже поздно.

– Сашка? – спокойно отреагировал змей. По его бесстрастному лицу никогда не угадаешь, какие эмоции он испытывает. И испытывает ли вообще.

– Да, мой жених, мы собирались пожениться, – ответила спокойно. Мне нечего стыдиться и нет смысла скрывать.

– Ясно, – Ишида больше не расспрашивал, а я не стремилась затрагивать эту тему. Да и зачем? У меня была своя жизнь до встречи со змеем, да и ему я ничего не должна. Между нами не те отношения…

Территория оказалась гигантской, вряд ли мы обошли всю, но нам удалось покормить странного шерстяного оленя, вытащить из силков мохнатое существо, которое напоминало что-то среднее между собакой и енотом. Ишида тут же залечил ему лапку и выпустил. Браконьеров не повстречали, но я видела пёстрых птиц, маленьких смешных зверьков, похожих на тушканчиков и даже удалось мелком увидеть огромную змею, что скрылась в земляной норе.

Домой, то есть в логово, вернулись ближе к вечеру. Я едва влачила ноги, хотелось просто рухнуть на перину и проспать до утра. Но…

– Пошла кормить ираи, – сообщила змею, поворачивая к ангару.

– Иди отдыхать, – он поймал меня за руку, чуть повыше локтя и развернул в другую сторону. – Я сам. Тебе нужно привыкнуть к таким нагрузкам, нагрей себе воды и расслабься немного, скоро приду.

– Ладно, но только сегодня, – предупредила, насупившись. – Ненавижу собственную слабость. Хочу быть полезной.

Ишида неожиданно усмехнулся и поправил шапку на моей голове.

– Ты и так полезна.

… щёки вспыхнули румянцем. Вообще не могу рядом с ним себя контролировать, плыву, будто девственница.

– Спасибо… – невнятно пролепетала и поспешила в логово.

После ванной стало чуточку легче, ломота в теле прошла и усталость немного отступила. Сполоснула после себя деревянную бадью и нагрела чистой воды для змея. Он весьма чистоплотен, как я заметила. Всегда опрятен и от него, как ни странно, пахнет свежестью.

Расчесала мокрые волосы, надела купленный мной домашний велюровый костюм, который напоминал милую мягкую пижамку и отправилась готовить ужин. Сестрица Клео спала в углу рядом с печкой.

Достала из бака куски мяса и навалила в миску, рядом поставила чистую воду.

– Кушайте, Ваше Высочество, – усмехнулась, вытирая о полотенце руки.

Демоница благосклонно приняла подношение и уже меньше на меня косилась.

На ужин запекла овощи с картофелем и ради разнообразия приготовила тыквенный крем-суп. «Порубила» салатик. Немного прибралась, встряхнула нашу постель. Нашу… да уж. Я уже так спокойно воспринимаю то, что сплю с чудовищем, но при этом думаю о том, что смогу вернуться домой. Теперь мне эти мысли кажутся неуместными. Я слишком быстро привыкаю и адаптируюсь.

– Пахнет вкусно, – раздался от входа знакомый умиротворяющий голос.

Поставила на стол латку с овощами и улыбнулась. На душе потеплело, а все тревоги отошли на задний план. Я обрадовалась, увидев змея, нельзя это отрицать.

– Проходи, мойся, переодевайся и будет ужинать. Сегодня я научу тебя играть в морской бой, готовься, – пригрозила шутливо, а Ишида скептически выгнул бровь.

– Ох, потом узнаешь, – усмехнулась, толкая змея в спину в сторону уборной. – Давай, не задерживайся, я жду тебя.

Мышцы под моими ладонями заметно напряглись. Змей застыл на мгновение, мотнул головой, шумно сглотнув, и тихо вымолвил:

– Хорошо, не начинай есть без меня… – и поспешил скрыться в полумраке коридора.

Чего это с ним? Хм… подозрительно. Что это за реакция на мои обычные слова? Обрадовался, что буду ждать его?

Махнула рукой и решила заварить чай. С мятой…

Ишида вернулся минут через десять, не сильно утруждая себя тем, чтобы одеться полностью и хорошенько вытереться полотенцем.

Скользнула взглядом по обнажённому торсу, судорожно сглотнула и, усилием воли, подняла глаза к его лицу. По скулам и шее сбегали прозрачные капельки воды, срывающиеся с потемневших от влаги волос.

Отставила чашку с горячим чаем в сторону и решительно поднялась.

– Ну ты как маленький, – произнесла осуждающе, приближаясь.

Змей вопросительно вскинул бровь, а я надавила на его плечо, пальцами ощущая жар бархатисто-жемчужной кожи, и усадила его на стул.

– Сиди смирно, схожу за полотенцем.

Надеюсь, он не заметил мои пылающие уши…

Когда вернулась Ишида сидел за столом с невозмутимым видом, поглощая ужин.

– Ну вот, оставила на минуту, – усмехнулась, подходя.

– Я не понял, чего ты хотела, – бесстрастно отозвался змей, поднося к губам ложку с супом. – А еда выглядела слишком аппетитной. Прости…

– Не за что извиняться, – отмахнулась, придвигая к змею табурет. – Просто хотела подсушить твои волосы. И… думаю, тебе следует надеть рубашку.

Ишида отложил ложку и повернулся ко мне спиной.

– Ладно. Можешь сделать это.

– Ого! – воскликнула, издав смешок. – Ты мне позволяешь? – покачала головой и потянулась полотенцем к серебряным прядкам волос.

Сашка всегда стригся коротко, у меня не было подобной возможности. И мне сложно представить жениха с подобной шевелюрой, а вот змею идёт.

Кроме волос вытерла от воды крепкую спину и удовлетворённо произнесла.

– Готово. Только в следующий раз, без рубашки за стол не садись.

Ишида кивнул, возвращаясь к трапезе.

– Если тебя это волнует…

– Гм… – поперхнулась и потянулась за салфеткой. – Не то что бы волнует, просто… вроде как неприлично кушать с голым торсом, – не выдержала прямого взгляда змея и сдалась. – Ладно. Меня это волнует. Я смущаюсь. Доволен?

Змей внезапно усмехнулся.

– Хорошо. Но что же делать?.. похоже мне нравится тебя смущать…

– А-а… – протянула обескураженно, а сердце сделало предательское «ту-дум».

Придвинула к себе тарелку, опуская голову, и недовольно буркнула:

– Ешь давай. Глупости болтаешь…

Что это сейчас было? Невинный флирт в исполнении змея-дракона? Он решил меня подразнить?.. мамочки, а чего сердце-то так стучит?..

Зачерпнула суп и попыталась сосредоточиться на мягком сладковатом вкусе. Наверное, мне просто самой стоит перестать провоцировать Ишиду. Лучше соблюдать дистанцию. Но как, чёрт возьми?!.. мы же даже спим вместе. Попросить его «съехать»?

Ну нет, он же хозяин пещеры, я не могу просто взять и выселить его. А других спальных мест в логове похоже нет.

Не скажу, что сама ситуация напрягает. Нет, я даже чувствую себя комфортно. Просто всё это… неправильно с точки зрения морали. Я же вернусь домой, у меня есть Сашка… не знаю, дождётся ли он меня, но пока… я должна вести себя благоразумно. Сложно…

После ужина прибралась, а посуду мыла, уже медленно моргая: глаза слипались. Постоянно зевала, потирая лицо тыльной стороной ладони. Ишида долго за мной наблюдал, а потом подкрался со спины и шепнул на ухо:

– Хватит. Не могу больше смотреть как ты себя истязаешь из-за двух тарелок. Пойдём, – подхватил меня на руки, заставив взвизгнуть, и понёс как ни в чём не бывало.

– Знаешь, я могу ногами… – прошептала, цепляясь за его шею.

– Разве они у тебя не устали? – поинтересовался змей насмешливо. – Не упрямься.

– Угу… – буркнула, уткнувшись носом в обнажённое плечо. Нет, всё же стоит ввести запрет на рассаживания без одежды. Это выше моих сил, так и хочется пробежаться пальчиками по этим тугим мышцам…

Ишида уложил меня на перину и устроился рядом.

– Чувство… что рубашки сделали тебе что-то плохое, и ты просто решил им отомстить, не надевая их, – проворчала, прикрывая зевок.

– Спи, завтра отправимся к Иченю, тебе понравится человеческий город… – тихо выдохнул Ишида.

Повернулась к нему и подпёрла голову ладонью, приподнявшись на локте.

– Переживаешь из-за этого? Или из-за встречи с братом?

– Не знаю… – равнодушно отозвался он, глядя в потолок. – На душе неспокойно. По-хорошему, я сразу должен был отправить тебя к людям.

– Глупости, – усмехнулась, ложась на спину. – Ерунда всё это. Правильно – не всегда означает хорошо. Я человек, но животные мне ближе, с ними спокойнее. Я лучше и дальше буду твоей помощницей, чем попытаюсь освоиться среди людей. Если ты думаешь, что мне это в тягость, то выбрось эти мысли из своей головы. Сейчас я на своём месте и мне очень нравится то, чем я занимаюсь. Ясно?

– Вполне… – хрипло отозвался змей, сгребая мне в охапку. – Никогда ни с кем не спал, но ты… ты, будто кошка. И не вызываешь у меня раздражения. Забавно…

«Да уж…» – сглотнула, поворачиваясь к змею спиной, и зажмурилась.

Не знаю, что это за чувство, щемящее в груди, но не могу сказать, что мне не приятно засыпать в объятьях змея…

Утром я привычно приготовила завтрак, а после уборки вольеров и кормления чудовищ, пришло время выпускать на волю кролев. Даже жалко немного было с ними расставаться.

Один гад-ушастый напоследок тяпнул меня за сапог. Видимо решил попробовать на вкус. Дурашка…

Я смотрела как саблезубые зайцы, будто колобки разбредаются по лесу, обнюхивают голые кусты, дерут кору с деревьев, и умилялась. Они выросли без матери, здоровы и живы. Обзаведутся семьёй, потомством, станут чьей-то добычей… но такова природа. Если это не браконьеры, то всё в порядке.

– А когда мы отпустим ишицу? – поинтересовалась, шагая рядом со змеем. С лисичкой прощаться не хотелось.

Сегодня она так ластилась ко мне, прижимаясь к ногам. Дрыгала попой, будто виляя пушистым хвостом, а глаза хитрые-хитрые, но добрые. Поела нормально. Сама. Кажется, челюсть не болит уже, всё зажило.

– Думаю, через пару дней. А что?.. привыкла? – усмехнулся Ишида, щуря на солнце один глаз.

«А он всё чаще улыбается…» – обратила внимание и кивнула.

– Если честно, то да. Мне нравится ишицу. Смешная…

Змей остановился, лукаво взглянув на меня.

– Ты же мечтала полетать на мне?

– О чём ты? – удивлённо моргнула, но тут до меня дошло. – Это что же… ты обратишься и дашь мне… божечки!.. – чуть не завизжала от радости. – Да-да-да, – зачастила, хлопая в ладони. – Обращайся скорее.

– Хах… – хохотнул Ишида, качнув головой. – Тебе придётся… как бы это сказать… лечь на меня, обхватив шею руками и тело… ногами. Сидя, вряд ли удержишься, а пешком мы доберёмся до Иченя к вечеру, в лучшем случае.

– Я поняла-поняла, – заверила с энтузиазмом. – Сделаю, как нужно. Буду послушной девочкой, не буду ёрзать и буду крепко держаться.

Ишида цокнул языком.

– Как тебе не терпится. Даже не думал, что моя вторая сущность приведёт тебя в такой бурный восторг.

– Ох, да ладно вам. Меньше слов – больше дела, – поторопила, широко оскалившись.

Я прокачусь на живом драконе-Лун, да меня просто распирает от счастья. Жаль, что в моём мире никому рассказать не смогу. Не поверят…

Я уже заметила, что Ишиде не обязательно раздеваться перед каждым обращением. Наверное, одежда волшебная. Но как-то немного жаль стало, не отказалась бы посмотреть на мужской стриптиз в его исполнении.

От собственных мыслей запылали щёки, но что я могу поделать? Когда видишь перед собой такого мужчину трудно удержаться. Сашка тоже по-своему красивый и привлекательный, а ещё добрый… Нет-нет!.. нельзя сравнивать. Да и не хочется, хочу насладиться полётом.

Ишида обернулся змеем-драконом, вынуждая моё глупое сердце биться чаще, и опустился ниже, паря над землёй.

Трепетно провела ладонью по гладкой жемчужной шкуре, ощущая под пальцами мелкие чешуйки, и забралась верхом. Обвила гибкое тело руками, обхватила ногами и прижалась к холке лицом. И пахнет от него невероятно. Лесом…

– Можно трогать, – пробормотала смущённо и взвизгнула от неожиданности, когда змей резко сорвался с места.

У дракона не было крыльев, но он поразительно легко перемещался по воздуху. Поначалу зажмурилась, пытаясь успокоиться, а потом всё же распахнула глаза и завороженно протянула:

– Вау… – не скажу, что мы летели высоко над лесом, но достаточно, чтобы перехватило дыхание.

Змей пролетал между деревьев, ловко маневрируя, а скорость казалась приличной. Лицо обжигал холод, кожу покалывало, но я готова была вытерпеть любые неудобства. Когда мне ещё представится такая возможность?

Совсем скоро показались верхушки домов, присыпанные снегом. Границей между Драгаром и городом людей служила река, поверхность которой, видимо, никогда не замерзала и казалась серебряной.

Я не увидела ни моста, ни переправы, но могу догадываться, что браконьеры нашли возможность миновать эту преграду. Вот бы найти способ и близко не подпускать их к лесу…

Мы снижались. Даже немного загрустила, что «поездка» так быстро закончилась, но ещё предстоял обратный путь. Это радовало.

Стоило мне спуститься на землю, как Ишида вновь обернулся человеком. Это происходило неуловимо для человеческого глаза, просто раз и всё, как по волшебству.

– Я не могу перемещаться по городу в своём истинном обличии, – бесстрастно пояснил он, расправляя ворот сюртука.

– Ничего, ты и такой симпатичный. Что? – не поняла недоумённого взгляда змея. – Не знал, что внешне довольно привлекательный? Это для тебя открытие?

Ишида тряхнул головой.

– Просто не думал, что ты видишь меня таким. Как ты это сказала?.. симпатичным…

– Это значит красивый, – пояснила, сжалившись. – Мне нравятся оба твоих облика. Они совершенно разные и воспринимаю я их по-разному, но оба вызывают у меня восхищение.

Ишида взял меня под локоть и повёл по узкой дорожке в сторону домов.

– Тебе не следует быть такой откровенной и честной.

– Почему? – удивлённо хлопнула ресницами. – Я ведь с тобой. Мне нечего опасаться.

– Если только со мной… – делая вид, что ему всё равно, согласился он.

– Ладно, – широко улыбнулась и перевела взгляд на дорогу.

По пути встречали людей в рабочей одежде, и нарядной тоже, верхом на лошадях и в повозках. Я думала, что Витор оживлённый, но нет. Вот где кипела настоящая жизнь.

– Интересно, как мы найдём вашего брата? – поинтересовалась, озираясь вокруг.

Мне нравилось, как светило солнышко, как хрустел под ногами снег и как дым валил из печных труб. Нравился морозный воздух и ощущение счастья. Лёгкости. Давно мне не было так спокойно. Спокойно и хорошо. Без суеты и давления серых будней. Самое приятное, пожалуй, во всей этой ситуации, не нужно платить за квартиру, за воду и за свет. Не жизнь, а праздник.

– Ичень сообщил мне, что будет ждать нас в таверне «Золотое руно», – отозвался змей, смерив меня подозрительным взглядом. – Что с твоим лицом?

– Странное? – усмехнулась в ответ. – Я просто радуюсь. Мне хорошо.

– Ум-м… – задумчиво протянул Ишида. – Если хорошо, тогда ладно.

Задорно хохотнула, отцепила руку змея и наклонилась, загребая охапку снега. Сформировала снежок, благодаря тому, что руки тёплые и снег подтаивал, слипаясь. Подбросила снежок на ладони, дождалась пока Ишида увеличит между нами расстояние и запустила снаряд ему в спину.

Змей замер и бросил на меня укоризненный взгляд через плечо.

– Рин… сейчас не время играть.

– Да, ладно, – отмахнулась, смеясь. – А когда «время»? Не будь такой занудой, – наклонилась за снегом, но не ожидала того, что меня подхватят руки и стремительно понесут.

– Сама виновата, – произнёс Ишида, неся меня с невозмутимым видом. – У нас не так много времени.

– Эх… хорошо, я буду слушаться. Только спусти меня уже. Неловко как-то… – пробормотала, отводя взгляд.

Змей поставил меня на ноги и удовлетворённо хмыкнул, а затем неожиданно потрепал меня по голове. Даже шапка набок съехала.

– Не расстраивайся. В лесу мы можем делать, что захотим. И если тебе так нравятся игры…

– Будешь делать это ради меня? – усмехнулась удивлённо.

– Ну ты же заботишься о моих чудовищах, разве я не должен позаботиться о тебе? – очень простодушно поинтересовался он.

– Угу, – буркнула, поджимая губы.

Вот любит он меня в краску вгонять…

Таверна «Золотое руно» располагалась в тихом районе города. Рядом я приметила швейную лавку, пекарню и здание, напоминающее театр. А может, это какой-нибудь дом культуры или что-то вроде того.

Поднялись на высокое деревянное крыльцо, толкнули распахивающиеся двойные двери и вошли внутрь полумрачного помещения.

В нос ударил запах жаренного мяса и кислого пива.

– Мне тоже не нравится, – прокомментировал Ишида мой недовольный вид. – Но Ичень любит подобные места, в другом встретиться бы не согласился.

– А нам очень нужно знать, кто помогает браконьерам, – закончила понуро и последовала за широкой спиной змея. Он знал, куда нам нужно.

Брата Ишиды узнала сразу. Невозможно не узнать. Мужчина со смуглым выразительным лицом и копной длинных тёмных как смоль волосами сильно выделялся среди других посетителей. Только у него были такие пугающие пронзительно-янтарные глаза.

– Ишида, – мужчина хитро улыбнулся, склоняя голову набок. Скользнул по мне заинтересованным взглядом и любезным жестом пригласил нас за стол. – Не часто нам выпадает случай встретиться. Но ещё реже… тебя можно застать в компании человека. Что же такого должно было случиться?

– Это Рин, – ровно произнёс змей, садясь на скамью. Меня усадил рядом, заботливо снял с моей головы шапку и даже расстегнул куртку. Что это на него нашло? – Моя помощница. Мы пришли по делу.

– Да я понял, – усмехнулся брат змея. Надо же, он более человечней, чем я думала. – Расскажешь за ужином, помогу, если в моих силах, – перевёл на меня взгляд и протянул руку. – Моё имя Ичень. Наверное, Ишида говорил обо мне?

– Немного, – отозвалась уклончиво, опасливо пожимая горячу смуглую ладонь в ответ.

– Не стоит бояться, – улыбнулся он. – Друг моего брата – мой друг, я не причиню тебе вреда.

– Да я не боюсь, – передёрнула плечами и перевела взгляд на бревенчатую стену.

– Делайте заказ, не стесняйтесь, – излишне дружелюбно протянул Ичень и жестом подозвал работницу этого заведения.

Не знаю, какие взаимоотношения между братьями, но не думаю, что мне стоит опасаться. Кажется, я просто подсознательно отношусь настороженно ко всем, кто не Ишида…

Надо признать, готовили в таверне отменно. Но самое приятное, что не я. Сегодня у меня можно сказать выходной. Сырная лепёшка, грибной супчик, салатик, ум-м… Даже чай высокого качества. Терпкий, с травами и сушёными ягодами.

Ишида рассказывал брату о проблеме, пока я наслаждалась отдыхом и вкусной едой. Ичень слушал внимательно, иногда задавал уточняющие вопросы, но с каждой минутой всё больше мрачнел. Услышанное ему явно не нравилось.

– Хм… не давно я принял меры в отношении охотников, подключил магов к этому вопросу и был уверен, что эта проблема решена, но подлые ублюдки воспользовались тем же методом и решили поохотиться на твоей территории…

– Ты сотрудничаешь с людьми? – бесстрастно поинтересовался Ишида.

– С одарёнными, – кивнул Ичень. – А что мне оставалось делать? Моя территория в разы больше Драгара, появились вымирающие виды животных, я не мог это так оставить. Так эти… принялись разорять птичьи гнёзда, убивали ради меха, а туши просто бросали в лесу, – сокрушённо пояснил он, неприязненно морщась.

– Нам бы тоже помощь не помешала, – осторожно заметила я. – Если своими силами не можем защитить Драгар, то пусть маги это сделают. А что вы предложили им в качестве платы?

Ишида смерил меня удивлённым взглядом, а его брат довольно ухмыльнулся.

– А толковая у тебя помощница, – взял кружку с пивом и отпил. – Я заплатил монетами Лун. Благо не бедствую. Люди падкие на драконье золото.

– А теперь возможно они же помогают охотникам. Люди двуличны, эгоистичны и циничны. У многих отсутствует понятие морали и честности.

– Я понимаю о чём ты, – не стал спорить Ичень. – И не отрицаю этого, но эти маги не связались бы с охотниками, я постоянно слежу за ними и держу с ними связь. Они знают, как только решат перейти на другую сторону, я буду рядом. С предателями разговоров не веду, – он притворно улыбнулся и подался вперёд, складывая руки под подбородком. – А вы знали, милая Рин, что драконы Лун славятся своей жестокостью? Мы были созданы богами для защиты природы и всего живого, естественно, речь не о людях. И мы в праве убить любого, кто несёт угрозу. Ни один человеческий суд не сможет нас осудить.

– Хватит, – попытался осадить Ишида. Не хочет, чтобы я знала о его «жестокой стороне»?

– Значит, в тех баках всё-таки мясо браконьеров? – усмехнулась, пытаясь разрядить обстановку.

– Рин… – вздохнул мой чересчур серьёзный змей.

Я насупилась.

– Как мы вообще ушли от темы о поимке охотников и перешли к тому, что вам дозволено, а что нет? Разве мы не должны найти тех, кто помогает браконьерам?

– А она не из пугливых, – иронично протянул Ичень. – Я думаю, это кто-то из тех, кто не состоит в гильдии и ведёт отшельнический образ жизни. Таких немного. Можем проверить.

– Сразу после еды? – обрадовалась я. – Главное, до вечера управиться. У нас там ираи, кормить нужно.

– Ещё и ответственная, – довольно вымолвил Ичень, подпирая голову кулаком. – Одолжил мне свою помощницу на пару недель?

– Забудь, – ровно отозвался Ишида, вставая из-за стола. – Если не хочешь нам помогать, то мы сами займёмся поисками. Не хочу терять время даром.

– Ты как всегда… такой категоричный, – усмехнулся Ичень, вставая следом. – Идёмте, начнём с одного мелкого недоучки. Здесь недалеко…

Дом мага располагался на окраине и вызывал недоумение и жалость. Покосившаяся изба, трухлявое крыльцо и, кажется, дыра в крыше.

– Одарённые так плохо живут? – поинтересовалась обескураженно.

– Только те, кто не прошёл обучение и не получил лицензию, не зарегистрировал свой дар, – охотно пояснил Ичень, берясь за круглое металлическое кольцо на двери. – Такие как этот. Другие бы не стали помогать охотникам, опасаясь, что могут лишиться не только разрешения на использование магии, но и дара в принципе. Но больше их пугает вероятность лишиться жизни… – добавил многозначительно, а я лишь закатила глаза.

– Да поняла я уже, что вы людей в капусту крошите, не нужно меня и дальше запугивать.

Ичень лишь хмыкнул и рывком вырвал дверь с петель. Просто взял и вырвал, вместе с куском деревянной балки.

… мои брови взлетели вверх.

Ишида осуждающе вздохнул и закрыл меня собой.

– Постой здесь, – велел тихо.

– Ладно, – не стала спорить и спрыгнула с крыльца. Постою в сторонке, пока они там… ну в общем, выясняют причастен этот маг к браконьерам или нет.

А если нет… кто ему дверь починит? Ну Ичень… ну собака невоспитанная!..

Из дома доносились голоса. Говорили на непонятном мне языке. Снова тарабарщина… Я лишь поняла, что хозяин дома хоть и был напуган, терпеть бесцеремонных змеев не собирался и пытался их вытурить.

– Пришлю мастеров, халупу твою починят, – на крыльце, имея безмятежный вид, появился Ичень. Следом вывалился рассерженный хозяин дома, немного хромой, в распахнутой рубахе, простых штанах и босой.

Ишида вышел чуть позже.

– Никаких следов, – произнёс он, поворачиваясь ко мне. – Не замёрзла? Людям свойственно болеть от холода…

«Какой же он всё-таки душка…» – подумала умилённо и приветливо улыбнулась, поспешив заверить:

– Нет, ничего такого. Идём дальше?

– Да, – произнёс Ичень, спускаясь. – Здесь чисто, но есть ещё два отшельника. Не боишься?

Изумлённо вздёрнула бровь и поинтересовалась:

– Со мной два дракона-Лун, чего мне бояться?

– И то верно, – усмехнулся он и прошёл мимо.

Ишида подошёл ко мне и взял за руку. Приятно. А пожилой маг ещё долго матерился нам вслед…

Другой одарённый нелегал… то есть незарегистрированный маг, жил возле кромки леса, далеко за чертой города. Пришлось идти по рыхлому снегу и в какой-то момент Ишида просто взвалил меня себе на спину. Было неловко. А Ичень ещё дразнил во время всего пути.

– Могу я понести, мне несложно.

Ишида красноречиво молчал.

– Ох, да ладно, разве братья не должны делиться? – не унимался хитрый змей-провокатор.

– Я не вещь, чтобы мной делиться, – буркнула недовольно, обнимая Ишиду за шею, а ногами обхватив торс. А у него на спине ничего так, удобно.

– Какая ты смешная, – лукаво ухмыляясь, отозвался нахальный змей. – Если захочешь у меня погостить, всегда можешь приходить. У меня тоже животных много.

Показала Иченю язык и отвернулась. А он лишь рассмеялся, гад такой. Вообще совести нет. Правда Ишида стал ещё мрачнее. Думает, я могу уйти от него?

– Мне и с чудовищами хорошо, – произнесла уверенно…

Перед домом отшельника, Ишида спустил меня на землю, поправил шапку на моей голове и велел отойти подальше.

– Будьте осторожны, – буркнула и стала отходить, как в окно дома вылетела какая-то светящаяся колба.

– Ложись! – крикнул Ичень, роняя нас обоих в снег и закрывая своим телом, обернувшись змеем…

Даже понять ничего не успела, как прогремел взрыв. В нос ударил едкий запах дыма.

– Проклятье! – выругался Ишида, выкарабкиваясь из-под тела брата. Надеюсь, живого…

Сердце барабанило в районе горла, а я просто боялась пошевелиться. Змей пришёл в движение, заключая меня в кольцо своего гибкого хвоста. Вытянул драконью морду, намного больше, чем у Ишиды, и разинул пасть извергая тёмное безжалостное пламя.

Человеку, пытающемуся сбежать, удалось увернуться. Он снова что-то в нас кинул, но стеклянка отскочила от коричневой сверкающей шкуры Иченя, как от батута и упала в снег, почти сразу погаснув.

Ишида обернулся змеем и рванул за горе-магом, решившим противостоять двум драконам. Я опустила голову и зажмурилась. Не хочу ставить своего змея в неловкое положение.

Не подумала. Надо было и уши заткнуть...

– Эй, помощница… – прозвучал над головой насмешливый голос Иченя.

Кажется, меня уже никто не держит. Опустила руки, изумлённо оглядываясь. Я стояла на земле, брат Ишиды рядом, а сам Ишида… волоком тащил того безумца, решившего напасть на драконов. Вполне себе живого, только слегка потрёпанного и напуганного.

– Я думала, ты его сожрёшь, – призналась, стыдливо закрывая ладонями пылающее лицо. Ичень рядом бессовестно рассмеялся.

Ишида остановился, держа горе-мага за шкирку, будто нашкодившего кота, и скептически заломил бровь.

– Я не питаюсь отбросами, – заявил серьёзно и продолжил тащить свою добычу. – И вообще всякую дрянь в пасть не беру, – швырнул мага лицом в снег и демонстративно отряхнул руки.

– Логично… – пробормотала, отводя взгляд. Может, змей и не питается всякой гадостью, но почему тогда маг похож на человека, столкнувшегося с огромным дыроколом?

– И какой смысл был кидаться в нас этой гадостью? – кажется искренне не понимая, поинтересовался Ичень у до смерти напуганного, пожёванного волшебника.

– Я… да вы… это… – заикаясь, попятился несчастный. – А чего мне было делать? – заговорил вдруг нормально, но очень уж жалобно. – Вы бы меня сожрали. Оба змея хмуро переглянулись.

– И только поэтому ты убегал? – вскинув бровь, поинтересовался Ишида. – Разве не потому, что помогаешь охотникам промышлять на моей земле и испугался расправы?

– Что?.. – растерянно проблеял мужчина, пытаясь подняться. На снегу отпечатались следы крови. Сморщила носик и отвернулась. Не хочу испытывать жалость, но ничего не могу с собой поделать. – Я бы никогда… я бы… да всем известно, как драконы-Лун оберегают свои земли. Связаться с охотниками всё равно что подписать себе смертный приговор. Я не настолько безумен! – горячо воскликнул маг. Пошатнулся на слабых ногах и рухнул бы, но его вовремя поймал Ишида.

– Проклятье… – впервые на моей памяти вслух выругался он. – Идём, – затащил мужчину в дом и бросил в старое кресло, как ненужную ветошь.

Естественно, что я пошла следом, вдруг, моя помощь тоже понадобится. А вот Ичень всем своим видом демонстрировал неодобрение. Похоже, будь его воля, от мага бы и куска не осталось. Вот он точно не брезгует откусить кому-нибудь голову.

– Что ты собираешься? – поинтересовалась, маяча за спиной Ишиды и наблюдая как он бесцеремонно избавляет мужчину от одежды. – Думаешь, он врёт? Будешь пытать?

Ишида обернулся, бросив на меня недоумённый взгляд, и покачал головой.

– Закрой дверь и растопи печь, я пока залечу его раны.

– Угу, – обрадованно кивнула и бросилась выполнять поручение.

– Я бы всё-таки попытал, – проворчал Ичень, приземляя зад на табурет. – Ты слишком добр по отношению к этим паразитам. Сам же знаешь, не стоит ждать хорошего от людей.

– Я вообще-то тоже человек, – напомнила многозначительно, опускаясь на корточки. Открыла заслонку, металлическую дверцу печи и вздохнула. Этот мужчина вообще ей пользовался? Пепел хоть вычищал? Ну что за безответственность?

– И что? – лениво протянул Ичень, подпирая голову кулаком. – Хочешь сказать не способна на предательство?

– Ну, пока как-то обходилась без этого, – отозвалась, закидывая бересту и поленья. М-да… давно я подобными вещами не занималась. С жаровней в логове у змея как-то проще управляться.

Горе-маг тихо поскуливал, опасливо взирая на окутавшее его голубое свечение. Закончив, Ишида швырнул в несчастного старый пыльный плед и направился ко мне.

– Дай мне, – произнёс сдержано, забирая из моих одеревеневших пальцев спички.

– Я пока чайник найду и питьевую воду. Без горячего чая не уйду, – пригрозила многозначительно и вышла в переднюю.

Надеюсь Ичень не решит закусить магом в моё отсутствие. Всё-таки мы так и не выяснили связан он с охотниками или нет.

Когда вернулась в печи уже весело потрескивал огонь. Жар медленно наполнял наполняй узкую неприбранную комнату, совмещённую со спальней, а её владелец раскачивался в кресле, закутавшись в плед по самый подбородок.

– Рассказывай уже, – вздохнул Ичень, окидывая полки с посудой скучающим взглядом. – Кто охотникам помогает? Где живёт, как найти… всё рассказывай.

Маг судорожно сглотнул, кивая, и перевёл на меня настороженный пугливый взгляд.

– Чай там… – тихо вымолвил. – В банке…

– Спасибо, – благодарно улыбнулась и поставила на скамью ведро со студёной водой. Надо бы бедолаге обед приготовить. Как он тут живёт вообще?

– Не отвлекайся, – красноречиво напомнил Ичень, выразительно приподнимая брови. – Она тебе всё равно помочь, если соврёшь, не сможет.

Бросила за змея укоризненный взгляд и отвернулась. Лучше поищу продукты, которые можно использовать.

– Что собралась делать? – от мягкого голоса Ишиды по спине разбегались мурашки и собирались на затылке, шевеля волоски. Очень необычное чувство…

– Если ты не против, хочу что-нибудь приготовить, – отозвалась, боясь повернуться. Слишком уж мой змей близко, совсем границ не чувствует. Зачем так подбираться?.. я же не добыча.

– Думаю, время позволяет, – задумчиво отозвался он.

Лопатками ощутила на себе его жалящий взгляд и не выдержала. Повернулась.

– Тебя что-то беспокоит? – поинтересовалась, склоняя голову набок.

«Почему ни меня, ни Ишиду не волнует зашуганный Иченем маг, а волнует… что-то совершено иное?»

Светлые стрелообразные брови змея сошлись в переносице.

– Твоя реакция… – кажется, нехотя ответил он. – Я не понимаю… если напугал тебя, хочу знать.

Усмехнулась, качнув головой, и поинтересовалась:

– Я похожа на испуганную? Думаешь, сбегу, не сдержав своего обещания?

– Не… ничего, – выдохнул Ишида, отходя. – Занимайся готовкой, – развернулся и направился в конец комнаты, исследовать шкафы и полки.

Чувство, что он хотел сказать что-то ещё, но передумал. Странный он.

– Я правда не знаю… – лепетал маг, пока я пыталась отыскать хоть что-то съедобное. – Я никогда даже не пересекался с охотниками. Но я слышал… есть один чаротворец… безумный старик, живущий на Серых болотах… Он иногда появляется в Утаде, закупает разное… Он ведь не работает, а деньги имеются. Так торговцы говорят. А откуда на болотах деньги?

– Действительно… – отрешённо протянул Ичень. – Значит, Серые болота… Это дальше чем я ожидал.

Ишида согласно кивнул, скользя по жалкому имуществу мага изучающим взглядом.

– Господин Гаис, у вас есть что-то, что поможет защитить Драгар от охотников? Я бы хорошо заплатил вам.

– Бра-ат… – обречённо протянул Ичень. – Не совершай ошибки. Обращайся только к одарённым из гильдии, могу даже посоветовать тебе парочку умельцев.

– Не нужно, – бесстрастно отозвался Ишида, качнувшись на пятках, стоя перед полками с книгами. – Господин Гаис тепло относится к животным, многое о них знает и сможет помочь.

– Ты это понял по книгам? – скептически поинтересовался Ичень.

– По миниатюре с изображением его кота, – произнёс Ишида, взял с полки квадратик холста и повернул к нам.

На картине маслом был изображён маг с жирным, очень шикарным чёрным котом на руках. То как была изображена ладонь мужчины, гладящая длинную шесть котяры, то какой любовью сверкали его глаза, говорило о многом.

– И ты прав, здесь множество книг о животных. Вы ведь принципиально не употребляете в пищу мясо, да, господин Гаис?

Маг заторможено кивнул и тут же отвёл стыдливый взгляд.

– Маги гильдии весьма кровожадны и высмеивают тех, кто отказался от белковой пищи, – спокойно пояснил Ишида, ставя миниатюру на место. – Поэтому я не хочу обращаться к ним, а вот господин Гаис может оказаться полезным, если согласится конечно.

– Я… да я с радостью, – растерянно отозвался маг, а я усмехнулась, воинственно уперев руки в бока.

– Вот и отлично! Значит приведите себя в порядок и оденьтесь, а я приготовлю обед.

В груди щекотало будоражащее чувство нежности. Так бы и кинулась Ишиде на шею и задушила в благодарных объятиях.

Какой же он… ну вот мудрый же мужик!..

– Ты сейчас восхищаешься мной, что твои глаза так завораживающе сверкают? – раздался неожиданный смешок над ухом.

Вздрогнула, едва не выронив ложку, и насупилась.

– Серьёзно… хватит подкрадываться и следить за мной. В своих мыслях я могу делать что угодно, как угодно и восхищаться кем хочу. Ясно?

Ишида деланно задумчиво провёл пальцами по своим губам и подбородку.

– Ясно, но вот в чём загвоздка… хочу знать, о чём ты думаешь с таким выражением лица, и что же делать?

Возмущённо пихнула змея локтем в бок и прошипела:

– Для начала отойти и не мешаться. Лучше думайте, когда на болота отправимся. Мне вообще-то ираи кормить, нельзя медвежонка надолго бросать одного…

– Ты права… – вздохнул Ишида, отступая на шаг. – Сначала вернём тебя в логово, там ты будешь в безопасности.

– Отправитесь вдвоём без меня? – спросила, затаив грусть. Как-то не хотелось мне одной оставаться, да и змея отпускать тоже. Мало ли… какой этот маг сумасшедший. – А вдруг там охотники окажутся?

– Тем лучше, – усмехнулся Ичень. – А ты только отвлекать будешь и мешаться. Придётся всё-время за тобой присматривать, защищать, да и летать ты не умеешь. А, кстати… как вы сюда добрались? Пешком?

Ишида резко отвернулся, рывком поднял мага на ноги и куда-то поволок. Наверное, решил помочь скорее одеться, а точнее попросту свалил от ответа.

Подозрительно сощурилась и вернулась к готовке.

– Нет. Ишида позволил мне лететь на нём. Сказал, так быстрее будет.

– Правда позволил? – изумлённо поинтересовался Ичень. – Не ожидал от брата… не ожидал.

Чего именно этот нахал не ожидал, уточнять не стала. Наверное, Ишида никогда не позволял людям эксплуатировать себя в качестве средства передвижения. Выходит, я первая и единственная. Даже особенной себя ощутила. Это плохо, так и поверить недолго. Привязаться…

Обед получился постным, но господин Гаис был так счастлив, словно ребёнок на детском утреннике, что я невольно испытала умиление и гордость за себя. Не зря старалась.

Перед уходом Ишида оставил магу денег: на жизнь, на все необходимые ингредиенты и наказал подумать над защитой Драгара.

– Я вернусь через две недели. Постарайся, – произнёс он, спускаясь с крыльца.

Гаис провожал нас, неустанно кланяясь.

– Да, господин. Я всё сделаю, господин.

– Какой у тебя послушный раб, – усмехнулся Ичень.

– Не раб, а союзник, – деловито поправила я. – И не послушный, а благодарный.

Змей хмыкнул и прошёл мимо, бросив через плечо:

– На себе не повезу, не надейся. Ты уж прости, но драконы-Лун таким образом показывают всем, что выбрали себе избранницу. А ты до моей избранницы немного не дотягиваешь. Я посимпатичнее люблю, – лукаво подмигнул и обернулся, взмахнув гибким хвостом, поднимая снег.

– Вот… ведь… – глухо процедил Ишида.

«Что там гад ползучий про избранницу говорил?» – но задать вопрос вслух не решилась. У меня есть просто поразительная способность притворяться глухой, когда ситуация выбивает меня из колеи. А ещё слепой и немой. Могу, умею, практикую, как говорится.

– Ну что? Возвращаемся в логово? – спросила невозмутимо.

Ишида недоумённо вскинул бровь, но осознав, что вопросов я задавать не планирую, обернулся змеем. Теперь и садиться на него как-то неловко.

О таком лучше предупреждать заранее, хотя… мне кажется, Ичень, гад такой, просто решил меня подразнить. А Ишиду спровоцировать. Я бы этому прохвосту не доверяла.

Вернулись довольно быстро. И какого же было моё удивление, когда спустилась на землю и обнаружила Иченя, тискающего акито.

– Хороший мальчик. Хороший, – приговаривал он, трепля «швабру» за холку. Пёс был счастлив, настолько, что норовил облизать змея с головы до ног.

– Твой брат и таким может быть, – усмехнулась, разминая ноги.

– Мы драконы-Лун, любовь ко всему живому заложена в нас с рождения, в этом нет ничего удивительного, – прокомментировал Ишида, почему-то глядя на меня. – А вот ты… ты же человек, но твоя любовь и сострадание безграничны.

– Да ладно… – буркнула смущённо. – Захвалишь.

– Надеюсь, проблем не возникнет и я вернусь к ночи, – произнёс Ишида. Протянул к моему лицу руку, но передумал, сжал пальцы в кулак и опустил. – Будь осторожна. За ворота не ходи.

– Есть, сэр! – шуточно отдала честь, стараясь хоть немного разрядить обстановку, и тепло улыбнулась. – Берегите себя, а я всё сделаю, не волнуйся. И даже ужин приготовлю. Твои чудовища в надёжных руках.

– Я знаю, – серьёзно отозвался Ишида и обернулся змеем.

«Ну до чего же красивый…» – подумала восхищённо, наблюдая за тем, как он взмывает в небо, как искрится его чешуя, как сверкают огромные синие глаза…

– Был рад знакомству, – Ичень насмешливо отвесил поклон и последовал за братом.

– А этот слишком огромный… – протянула задумчиво. – И как он свой здоровый хвост только с земли поднимает? Жирный же… – хмыкнула и отправилась кормить ираи…

Дел у помощницы Повелителя много. Нет времени на глупые мысли. Этих накорми, за теми убери, демона гулять отпусти. И лисичка по мне соскучилась, так радостно встречала, так попой крутила… пришлось её тоже по двору отпустить побегать. Думала, сбежит, но ишуцу кажется не предполагала такой вариант. Носилась всё время рядом, пока я вёдра с чистой водой таскала, пока грязные опилки из вольеров выгребала, пока зверей кормила.

– Ты ж моя умница, – похвалила, гладя лисичку по мордочке. – Только под ноги не лезь, а то хвост отдавлю, – усмехнулась, заходя в вольер с птицами.

На время работ отнесла медвежонка в логово, к сестричке моей Клео. Пусть нянчится, пока взрослые трудятся. Нечего без дела сидеть.

Бакэнэко вернулась часа через три, я только-только заканчивала: вывозила на тачке компост, назовём это так. Села посреди двора и уставилась на меня изучающим взглядом. Чего это она?

– Можешь ещё погулять, – произнесла я, проходя мимо. – Ираи могу до утра в логове оставить, а ты поохоться сходи.

Демоница поднялась на лапы, потянулась и подошла ко мне. Ткнулась мордой в руку, а я удивлённо вскинула бровь.

– Тебе ласки не хватает что ли? – отпустила тачку и присела на корточки. – Ну давай поглажу тебя, потискаю, – усмехнулась, обнимая Клео. – Могу и шерсть тебе расчесать. За такой красотой уход нужен…

Так мы скоротали вечер. Я была в окружении животных, почти как доктор Дулиттл, разве что не понимала их, но это и не нужно. Нам и так прекрасно было. Без лишних слов. Ишицу и бакэнэко сверкали вычесанной шерстью, акито тоже перепала порция внимания и заботы, по двору гуляли непонятные гуси с кривыми лапами и красными хохолками. Как они оказались в этом приюте обездоленных, я не знала, но гуси смешные. Бродили туда-сюда вразвалку, акито за хвост щипали. В общем, я почти всех выгуляла, даже мадам-газель по двору поводила.

Во время готовки на всякие мысли тоже сильно не отвлекалась, хотя иногда возвращалась к событиям сегодняшнего дня. Прокручивала в голове встречу с магом и тихо радовалась. Вот всё не зря!.. Ишида ещё одного помощника себе завербовал, а Гаис больше не будет бедствовать, сможет дом себе с уютом обставить, голодать не придётся…

Чугунок с запеканкой убрала в жаровню, чтобы не остыла и отправилась мыться. Вот тут-то и подкралась тревожность.

«А если с драконами что-то случилось?..»

Мы же не знаем, что там за чаротворец такой и как часто его охотники навещают. Не нравится мне всё это. Спать ложилась вместе с ираи и сестрой Клео, только подстилку им и пеленку выделила. Так теплее, да и спокойнее.

Посреди ночи проснулась от писка медвежонка, пришлось отправляться кормить его. А вот Ишида так и не вернулся… Сердце сдавило тисками.

Оставив ираи с Клео не смогла успокоиться, как бы не старалась. Бродила неприкаянной тенью по ночному двору, удивляя акито, пила чай с травами, но всё без толку. Душа рвалась на части, разум туманила тревога.

Промаялась до рассвета, но выйти так и не решилась. Куда я пойду? Ни дороги не знаю, ни что делать. Можно добраться до Витора и там попросить сестру Ишиды о помощи, но… идти через лес… одной, как-то страшно.

Покормив чудовищ, решила, что, если в течении часа змей не явится, возьму акито и отправлюсь в город. Не могла сидеть на месте, так и с ума сойти можно. И когда я, полная решимости, стала отворять ворота, прямо посреди двора с неба рухнул дракон. Точнее два.

Тихо ахнула и бросилась на помощь.

Жемчужная шкура Ишиды алела кровью. Ичень пытался выбраться из-под него, обернувшись человеком, но кажется застрял, а сам Ишида… змей дёрнулся, будто в предсмертной агонии, и обмяк.

– Проклятье! – упала возле него на колени, не раздумывая, коснувшись уродливой раны в груди змея. – Почему он не оборачивается в человека? – спросила дрожащим шёпотом, не веря своим глазам.

Это ведь сон, правда? Как кто-то мог ранить дракона-Лун? Почему Ишида не исцеляет себя?

– Не может… – хрипло вымолвил Ичень, наконец, выбравшись. Отполз назад и упал на снег. Кажется, он сильно вымотан. – Арбалетный болт был смазан ядом, который не позволяет брату обернуться, который медленно убивает его…

Провела по морде дракона ладонью и прислушалась к дыханию. Его едва ли можно было ощутить, настолько слабое. Глаза оставались закрытыми и даже когда позвала змея по имени, он никак не отреагировал.

– А магия?! – воскликнула изумлённо. – Почему…

– Потому, – вздохнул Ичень. – В ипостаси дракона мы не может использовать свою силу, а я не ничего не смог сделать. Бесполезно. Даже Гаис и маги гильдии оказались бессильны… я таскал Ишиду на себе всю ночь и сделал всё, что мог.

– Нет… – вымолвила сипло, закрывая уши руками. – Нет… это не правда… – пробормотала, ощущая подступившие к глазам слёзы. – Не может быть… так не может всё закончиться.

– Времени почти не осталось… – едва слышно вымолвил Ичень. – Я правда старался. Скоро прилетит Хирро, но у него нет дара целительства. Из нас троих только Ишида мог залечивать смертельные раны, но даже он… вряд ли бы избавился от яда.

– Помолчи немного… – попросила раздражённо, раскачиваясь, сидя на месте. – Я думаю.

«Думай, Рин, думай!» – змей не подавал признаков жизни, а моё сердце выколачивало рёбра, мешая сосредоточиться. Должен же быть способ…

Острая боль пронзила руку.

– Ай! – вскрикнула, пытаясь вырвать запястье из острых зубов бакэнэко. – Ты что творишь?!

… и тут до меня дошло.

– Клео… – выдохнула взволновано. – Милая моя… родненькая… я тебе всю кровь отдам, бери сколько нужно, только помоги Ишиде. Пожалуйста… – последнее слово вымолвила, всхлипывая.

– Ты с ума сошла?! – взъярился Ичень, садясь от удивления. – Ты заключила сделку с демоном? Дала ему имя? Ты дура?! А как же твоя душа?!

– Да не жалко уже… – улыбнулась, позволяя Клео пить мою кровь. – Без Ишиды Драгар погибнет, чудовищ будет ждать печальная участь. А без меня… без меня ничего не изменится.

Жалела ли я о содеянном? Нет. Ни капли, если это поможет Ишиде…

Ишида говорил, что бакэнэко высасывают душу вместе с выпитой кровью в качестве платы. Люди становятся безвольными куклами. Пустыми. Не скажу, что не боялась. Боялась, но не сожалела. Оставалось надеяться, что я не буду испытывать чувства и скучать по себе прежней. Останусь живой и может, пригожусь змею, если смогу выполнять элементарные задания. Ведь, чтобы чистить вольеры душа не очень-то нужна, верно? Буду послушным зомби…

Клео выпустила мою руку из хватки и отошла. Опустив морду, приблизилась к змею и понюхала рану.

Я неуклюже плюхнулась на промерзлую землю, ощущая накатившую слабость. Руки мелко подрагивали, на лбу выступила испарина. В ушах появился звон.

– Так и должно быть? – поинтересовалась у застывшего Иченя. – Ничего особенного, кроме недомогания не ощущаю. Разве крови достаточно? Разве я не должна упасть замертво и воскреснуть бесчувственным мертвецом?

Ичень недоверчиво сощурился.

– Я что, демон по-твоему? Откуда мне знать, как должно быть? Я в жизни сделок не заключал, только ты такая… отважная.

«Он явно хотел сказать что-то другое…»

Я бы провела более тщательный самоанализ своего состояния, но с неба спустился песчаного цвета с золотыми переливами ещё один дракон. Гибкое тело, длинные усы и загнутые назад тонкие, будто ветки, рога.

Ещё одни брат. Хирро, кажется…

Змей обернулся человеком, а у меня вырвалось непроизвольное…

– Воу… – нет, я чувствовала себя неважно. Похоже, меня начало лихорадить, но… не могла не восхититься таким мужчиной. Особенно, когда он почти голый по пояс. Кожаные облегчённые латы, пересекающие мощную смуглую грудь не в счёт. Короткие волосы лежали непослушными прядями, глаза сверкали янтарём…

Почему-то я думала, раз дракон связан с водной стихией, то должен быть лазурного цвета или бледно-голубого, но Хирро напоминал раскалённый песок с россыпью мелких камней.

«Так вот ты какой… Повелитель рек…» – подумала восхищенно, но вовремя очнулась и попыталась встать.

У нас тут вообще-то Ишида при смерти и что-то бакэнэко не торопится его спасать.

… пошатнулась и едва не упала, но врезалась в стальную мужскую грудь. Почти обнажённую.

– Демон не забрала твою душу… – рокочущих голос Хирро заставил вскинуть голову. – Видимо, посчитала слишком ценной или… – змей выпустил меня, нахмурившись. – Не думаю, что бакэнэко способны испытывать привязанность или благодарность, но должна быть причина.

– Я запутался… – обречённо протянул Ичень. – Сделка состоялась или нет? Она спасёт Ишиду?

Хирро перевёл взгляд на лежащего без чувств брата, а по его лицу поползла мрачная тень.

– Сделка состоялась, я больше не вижу связи между демоном и человеком, но выпитой крови явно недостаточно для обращения бакэнэко. Я дам свою, – хладнокровно вымолвил он и, опустившись на корточки, протянул руку Клео.

– Вы так запросто делаете это… – поразилась, стараясь устоять на ногах. Наверное, мне всё же стоило порадоваться, что душу у меня не забрали, но… тревога за Ишиду взяла верх над всеми остальными чувствами. – Тоже заключите сделку?

– Нет, – просто отозвался Повелитель рек, даже не дрогнув, когда зубы демона вошли в его запястье. – Но кровь дракона поможет бакэнэко напитаться силой.

– А могу я и дальше звать демоницу по имени, которое ей дала? – поинтересовалась осторожно и всё же опустилась обратно на холодную землю.

– Ты совсем с ума сошла?! – изумлённо воскликнул Ичень. Его темные волосы трепал поднявшийся колючий ветер, делая образ змея ещё более зловещим.

«Три брата… и такие разные…» – подумала отстранённо.

– Думаю, это уже не имеет значения, – спокойно отозвался Хирро, напаивая Клео своей кровью. – Демон не приняла твою душу.

– Фух… – наверное, я испытала облегчение, услышав это ещё раз. Осознав. Но… – Бакэнэко точно сможет спасти Ишиду?

Ичень закатил глаза, словно я сказала какую-то глупость, или я его просто бешу, сорвал с себя сюртук и набросил мне на плечи.

– Угомонись уже, – произнёс тихо, глядя мне в глаза. – Подумай о себе хоть немного. Если ты заболеешь, думаю, Ишида будет очень огорчён. Ты же не хочешь этого?

Мотнула головой и послушно сунула озябшие руки в длинные рукава сюртука, что пах костром…

Клео светилась. Светилась как огонёк новогодней гирлянды и прямо на глазах превращалась… в девушку. В хрупкую, полностью обнажённую, с кожей белее чем снег. Ветер играл со светлыми волосами, касался кукольного лица.

Тихой поступью она молча приблизилась к моему змею и опустилась перед ним на колени.

– Почему она голая? – поинтересовалась шёпотом, завороженно следя за каждым действием демоницы.

– Бакэнэко не нуждаются в одежде, – полушёпотом отозвался Хирро, перебив открывающего рот Иченя: он точно сказал бы какую-нибудь язвительную гадость. – Человеческая сущность нужна только для обрядов, демоны не пользуются ей так, как пользуются драконы-Лун. Они не говорят, но всё понимают.

– А ваша одежда… – начала было я и запнулась. – Ну… она же не рвётся и не меняется при обращении.

… Клео коснулась тонкими пальцами зияющей дыры на груди змея, повернула голову, словно прислушивается, а в следующее мгновение дохнула на рану сиянием. Нет, не так. Из её рта лился сияющий яркий свет, проникая вглубь дракона.

«Интересные у них… гм… обряды. И тамада хороший…»

– Наша одежда соткана из специальной ткани, закалённой дыханием дракона, – раздражённо пояснил Ичень. – До сих пор поверить не могу, что ты так легко была готова проститься со своей душой. Ты же человек, ты не должна так делать.

Молча сгребла пальцами снег и швырнула во вредного змея, попав прямо в волосы. Хихикнула в кулак и демонстративно отвернулась.

– Никто никогда не жертвовал собой ради нас, – серьёзно произнёс Хирро.

– Да ничем я не жертвовала, – вздохнула устало. – Это был мой выбор, а не благородный порыв. Я выбрала между собой и Ишидой – Ишиду, вот и всё. Потому что его жизнь значимее моей, потому что… – потому что даже не задумывалась в тот момент. – Я просто хотела его спасти.

Голова стала тяжёлой. Веки медленно опускались…

Моргнула, но безрезультатно. Я не могла сопротивляться накатившей сонливости. И уже находясь в полудрёме, заметила, как часто и высоко начала вздыматься грудь дракона, что в ней уже не было дыры.

Передо мной склонилась Клео, всё ещё в образе девушки, нежно коснулась моего лба ледяными губами и улыбнулась. Её благодарная улыбка – последнее, что запомнила, погружаясь в темноту…

Уже на подлёте к Серым болотам стало ясно: что-то не так. Ишида не спешил снижаться и сделал круг над этим злачным местом, принюхиваясь.

«Ты тоже это чувствуешь?» – обратился к Иченю, кружащему рядом.

«Магией фонит… безумно… – без раздумий отозвался он. – Старикашка хорошо обезопасил свой дом, видимо, знал, что в скором времени мы его навестим…»

Ишида позволил стихии подняться из глубин и обрушиться на болото ледяным пламенем. Магические ловушки лопались, подобно мыльным пузырям, остаточная магия быстро рассеивалась.

Ичень первым ступил на землю, обернувшись человеком и первым отразил атаку арбалетного болта.

… чаротворец палил по драконам из окна своего ветхого дома.

– Нужно разделиться, – произнёс Ишида, обернувшись. – Отвлекай его, я зайду сзади.

Ичень кивнул и призывно помахал рукой, привлекая внимание одарённого.

– Эй, старик! Мы просто пришли поговорить.

… Ишида обходил дом по широкой дуге.

Под ногами хлюпала трясина, но попадались твёрдые кочки и даже редкие деревья со сгнившими стволами, лысые колючие кусты. За которыми укрывались охотники…

«Вовремя мы пришли…» – подумал Ишида, отпрыгивая в сторону.

Стрела просвистела прямо над ухом, а следом что-то хлопнуло и в нос ударил зловонным едкий дым. Заслезились глаза, дезориентируя.

… он успел обернуться и взмыть в небо.

Ударил хвостом и снёс к праотцам отважного стрелка, вышибая из крепкого тела дух. Второго нагнал у домика чаротворца, схватил лапами, поднял в воздух и сбросил с высоты. Ичень не остался в стороне. Свернул охотнику шею, ещё одному разорвал глотку, особо не щадя. Он редко церемонился.

Сплюнул на землю, брезгливо вытирая пальцы о штаны и рванул на себя хлюпкую старую дверь дома одарённого.

Ишида услышал только звук. Звук выпущенного арбалетного болта и среагировал за секунду. Исчез в пространстве и появился за мгновение до удара… Толкнул брата в спину хвостом, подставляясь сам.

Остриё болта пробило шкуру и едва не задело сердце, Прошло совсем рядом, но… не ранение было опасным, а яд… который уже жаром разливался в крови. Парализуя. Лишая воли. Лишая возможности обратиться в человека. Залечить себя…

… округу огласил душераздирающий крик. Ичень разобрался с охотником.

Уже рухнув на землю, Ишида, находясь в агонии, наблюдал последние минуты жизни чаротворца по вине которого погибло не одно чудовище…

Сознание ускользало, но тем не менее Ишида смог обратиться к брату:

«Отнеси меня в логово…» – если это его последние минуты жизни, то кроме братьев есть ещё одно существо, которое бы так хотелось увидеть. Существо со странным именем Дарина…

Её наполненные светом добрые глаза. Глаза, не затуманенные злобой. Завистью. Жаждой наживы. Видеть её взволнованную улыбку. Срывающиеся с пушистых ресниц крупные капли слёз. Человечка, та, кто сможет позаботиться о Драгаре без всякой силы…

Ишида в жизни никому так, кроме братьев, не доверял и, пожалуй, именно сейчас благодарен танаки. Рад, что хватило ума не оставить человечку умирать в лесу.

«Я позвал Хирро и отнесу тебя к магам. Они помогут…» – даже мысленно голос брата звучал напряжённо.

Ишида не питал пустых надежд. Маги не помогут. Яд создал чаротворец и он наверняка учёл то, что раненый дракон-Лун может обратиться за помощью к одарённым из гильдии…

Метания, казалось, продолжались бесконечно, а силы стремительно покидали тело. Темнота затягивала.

«Увидеть её глаза… В последний раз…» – думал Ишида, но бороться уже не мог. Яд вытеснил из головы все мысли. Ещё немного и всё закончится. Не стоило недооценивать охотников. Эти умерли, но придут новые и с ними уже придётся бороться Дарине. Этой маленькой сильной женщине с огромным сердцем.

«Нет. Нельзя сдаваться. Нельзя оставлять её одну…»

Душа наполнялась светом. Свет проникал в каждую клеточку отравленного организма, очищая его от яда.

«Этого не может быть!.. только если… Бакэнэко…» – горько усмехнулся Ишида, возвращаясь к жизни.

Эта безумная упрямица… снова сделала это. Снова пожертвовала собой. Не задумываясь решила променять свою душу на жизнь малознакомого чудовища. Сколько ещё раз она будет совершать подобные самоотверженные глупости?..

«Я не взяла её душу… – далёким эхом звучал в голове голос демона. – И сделала человеку подарок. Тебе понравится…» – замершее было сердце забилось с утроенной силой. Подарок от бакэнэко?

Ироничный смешок сорвался с губ непроизвольно.

– Брат… – просочился в уши облегчённый вздох Иченя.

– Надо отнести их внутрь. Человек замёрзнет, – здравомысляще произнёс Хирро. Ишида почувствовал, как старший брат поднимает его в воздух и безмятежно несёт. – Отдохни, ты долго боролся. С твоим человеком всё в порядке. За пару дней восстановится.

Если Хирро так говорит, то нет причин волноваться. Можно позволить сну сморить себя…

Проснулась, ощущая что-то мягкое и теплое под своей головой. Пощупала руками, приподнялась и повернула голову, нисколько не удивившись увидев сестрицу Клео.

– Демон охраняет мой сон и покой, – протянула сипло. Улыбнулась и погладила бакэнэко, несмотря на её прямой укоризненный взгляд. – Не вредничай, я знаю, что ты меня любишь, – усмехнулась и переползла на подушки.

Тело изнывало от долгого лежания. Мышцы, казалось, ослабли, совсем дряблые, в голове ещё шумел туман, но в целом… я чувствовала себя живой и это не могло не радовать. Я жива всем браконьерам назло, что чертовски приятно.

Сладко потянулась и вздрогнула, ощутив на себе пристальный взгляд. Ишида. Я поняла это ещё до того, как села и посмотрела змею в глаза. В пронзительные и глубокие синие глаза.

– Ты очнулась раньше, чем я ожидал, – бесстрастно произнёс он, опускаясь рядом со мной на перину.

В одних хлопковых штанах, босой, с обнажённым торсом и лохматый он казался до умиления домашним. Родным.

В носу предательски защипало. Просто… просто я безумно рада.

– Ты… – шмыгнула носом, вскидывая голову. – Не смей так больше меня пугать! Умирать он собрался!.. А я? Как же я? Как же лисичка?.. и медвежонок и кроли твои прожорливые и…

– Ну тише, – змей резко прижал меня к своей груди, позволяя услышать гулкое биение сердца. Его сердца. – Всё уже хорошо. Всё позади. Не плачь…

– Да не плачу я, – заворчала, пытаясь вырваться. Стыдно ведь. Расчувствовалась. – Мне помыться надо и это…

– В уборную, я знаю, – мягко усмехнулся он, касаясь пальцами моего лица. А взгляд такой… аж в груди что-то ёкнуло. – Ты творишь невероятные вещи… И как ты хочешь, чтобы я тебя отпустил после всего? Как? Скажи мне это…

– Отпустил? – я даже икнула от удивления. – Куда отпустил? – хлопнула глазами и тут на меня ледяной волной обрушилось осознание. Я из другого мира. Точно… Если с браконьерами покончено, то… – Моя помощь больше не нужна? Ты хочешь вернуть меня в мой мир? – вымолвила растерянно, ощущая, как ускоряется сердцебиение. В ушах нарастал противный гул, казалось, стало нечем дышать.

«Нет… нет, так не может всё закончиться. Я не хочу…»

– Глупая… – сипло выдохнул змей, опуская ладонь мне на затылок… – Глупая… – повторил, осторожно притягивая к себе и накрыл мои губы своими.

«Совсем целоваться не умеет…» – подумала, закрывая глаза. Но это неважно. Ничего неважно.

Обвила шею змея руками, ловко перебираясь к нему на колени. Он первый начал. Он дал понять, что я нужна. Я нужна ему. Повелитель чудовищ не стал бы целовать простую человечку, уверена, он просто не нашёл слов, чтобы выразить свои чувства. Ничего, такой способ тоже подходит.

… я наконец имела возможность зарыться пальцами в серебристых волосах. Ум-м… чуть не застонала от наслаждения.

«Что же я творю?!» – мелькнула ошарашенная мысль, но я быстро от неё отмахнулась. Нечего тут мешаться. Я тоже сделала свой выбор. Когда, не задумываясь, бросилась спасать змея…

– Ишида… – прошептала, слегка отстранившись. – Ты понимаешь, что это значит?

… синие глаза затягивали и дурманили разум.

– Понимаю… – хрипло отозвался он, целуя мою шею. – Ты сумасшедшая человека и я никуда тебя не отпущу. Ты сама виновата…

Усмехнулась, роняя голову змею на плечо.

– Ты же такой древний, а ведёшь себя как мальчишка, – кажется, мозг окончательно превратился в желе, но я никогда не смогу описать словами то чувство, которое неистово жгло в груди. Оно не поддавалось объяснению, как и искры света, что кружили вокруг нас, подобно светлячкам, а мы ведь просто целовались. Почти целомудренно, но… будто наши души сплелись воедино.

– Дарина… – мягко выговорил змей, бережно потянув меня за волосы, отклоняя голову назад. – Дарина…

– Подожди… – простонала на выдохе. – Подожди… я знаю, слова мало, что значат, но мне важно произнести это вслух… – сердце колотилось с такой силой, что складывалось впечатление, будто сейчас оглохну. Змей внимательно вглядывался в мои глаза. Ждал. – Я виновата перед Сашей. Перед его мамой. Чувствую себя предательницей, но… Знаешь, я всегда принимала решения стремительно, но никогда ни о чём не жалела, вот и сейчас… Я ни о чём не жалею. Никогда не чувствовала себя настолько счастливой. Не чувствовала себя на своём месте, как сейчас. Меня даже не пугает отсутствие многих благ человечества. Я… Я дома, понимаешь?..

– Рин… – змей шумно втянул воздух, обнимая меня. – Не своди меня с ума ещё больше.

– Ты должен знать это, – пробубнила, утыкаясь лбом в надёжное плечо. – Знай это и не отпускай меня никогда. Не прогоняй и не сомневайся. Если в один прекрасный день я исчезну… я не бросила тебя, значит, со мной что-то случилось… – в горле встал ком. Это было моё самоё длинное и неожиданное признание в жизни. Никогда не была склонна к сантиментам, но… но и чувств таких тоже никогда не испытывала.

– Я понял, – ласково прошептал Ишида, подхватывая меня на руки. – А теперь пойдём купаться…

Прижалась к его груди, трепеща от удовольствия и наконец задышала свободно. Спокойно. Все эти дни меня терзали противоречия: мысли о возращении в тот мир не давали мне покоя, но стоило принять решение… Нет, я никогда не пожалею…

Собственно, нести меня на руках не было никакой необходимости, но мне было так приятно, что слезать не хотелось. Почувствовала себя маленькой очень нужной и любимой девочкой.

– Ты так разбалуешь меня… – пробурчала смущённо, спускаясь с надёжных рук Ишиды.

– Сложно такое представить, – бесстрастно отозвался он, выпуская меня из тёплых объятий. – Одежду оставлю на лавке. Хирро приготовит обед, у него лучше получается.

Мои глаза удивлённо расширились.

– Твои братья всё ещё здесь?!

– Да. У нас осталось одно незавершённое дело. Помоешься, выходи, расскажем, – отрывисто произнёс он и потёр шею, нерешительно переминаясь с ноги на ногу, будто хочет ещё что-то сказать.

– Ты… ты можешь остаться… – прошептала, мучительно краснея. – Со мной.

– Я рассчитывал на это… – облегчённо выдохнул змей, заталкивая меня в ванную комнату и захлопывая дверь.

Его глаза налились тёмной обволакивающей синевой. Змей прижал меня к стене, безнаказанно забираясь руками под ночную рубашку.

– Думал, близость со мной… напугает тебя, но похоже, я как всегда ошибся, и уже не в силах больше сдерживаться…

– Ох… – издала рваный выдох, когда змей подхватил меня под попу, вынуждая ногами обхватить его торс. – Стала бы я тогда целовать тебя, если бы боялась?.. – прошептала сипло. Веки медленно опустились от нескончаемого будоражащего наслаждения. От предвкушения…

Мне всегда было стыдно оставаться перед мужчиной обнажённой. Занятие любовью при выключенном свете – это про меня. Может, причина в том, что я росла в детском доме где царила своя иерархия, где невозможно было почувствовать себя уверенной, почувствовать себя в безопасности, невозможно было нормально уединиться. И детские комплексы росли вместе со мной. С каждым годом их становилось всё больше.

Мне прививали мысль о собственной невзрачности, о том, что меня не ждёт в жизни никакого успеха, что я самая обычная и лучше не высовываться, жить как все. И я жила. Только посвятила всю свою любовь животным: доброту – я считала своим единственным талантом, но сейчас… видя каким взглядом пожирает меня Ишида, как восхищается каждой клеточкой моего тела… почувствовала себя по-настоящему исключительной. Особенной. Желанной. Не такой как все.

У меня не было никаких глупых мыслей о том, что Ишида может повести себя необычно или вдруг превратится в змея прямо посреди процесса, как и не было каких-то больших ожиданий. Я просто наслаждалась моментом, ощущая, как пылает моя кожа, как трепещет тело в ожидании прикосновений.

Всё так спокойно. Нежно и уютно, хотя… Казалось Ишида всё же сдерживается. Иногда он сжимал меня слишком сильно, временами из горла вырывался животный рык, но и это меня не пугало. Наоборот. Распаляло ещё больше. И если меня однажды спросят, каково это придаваться любви с драконом, с Повелителем чудовищем, я загадочно улыбнусь и отведу смущённый взгляд. Промолчу. О таком не говорят, но это прекрасно.

Я дрожала от возбуждения, всеми силами стараясь не срываться на стоны, но всё равно плавилась. Таяла в ласковых руках змея и шептала его имя пересохшими губами. Этот момент близости между нами был по-настоящему чарующим. Волшебным, хоть я и не склонна романтизировать подобные вещи. Я не возносилась на небеса и не рассыпалась искрами, но удовольствие, которое испытала засело глубоко в моём гулко бьющемся сердце …

Странно, что после всего я не рухнула в постель ещё на двое суток. Долго дремала у змея на груди прямо в бадье с тёплой водой, не желая сразу выходить. По телу растекалась нега, лень было шевелиться, но всему когда-нибудь приходит конец. Обычно неожиданный, а иногда неловкий.

… мой живот пронзительно заурчал.

«Такой момент…» – простонала мысленно, в ужасе зажмурившись.

Ишида провёл пальцами по моим влажным волосам и слегка укусил за плечо.

– Пора выбираться и кормить тебя. Сможешь встать самостоятельно?

Хороший вопрос, я и сама хотела это знать.

… ножки подрагивали. Но с помощью змея я всё же выбралась на коврик и тут же была замотана в полотенце.

– Я сама, – улыбнулась, поймав равновесие. – Не стоит быть со мной таким нежным и заботливым, я привыкну.

– Я ни о ком, кроме чудовищ не заботился, но с тобой делаю это интуитивно. Мне так хочется. Так что просто позволь мне делать это и дальше.

Сердце пропустило удар. Попыталась сдержать рвущуюся наружу глуповатую улыбку, но ничего не вышло. Эмоции били через край...

– Знаешь… – Ишида остановился на середине процесса застёгивания рубашки. Я почти оделась, осталось лишь влезть в сапожки и расчесать волосы. – Я не знаю, как ты жила до этого и раньше мне казалось это неважным, как и неважно то, что тебе нравится. Но сейчас… я бы хотел об этом больше знать. И хоть я не люблю говорить, говори со мной, я готов слушать, – приблизился и томно прошептал мне на ушко: – Вечность…

Тело мгновенно отреагировало, и я совру, если скажу, что не испытала новый прилив возбуждения. Кожа покрылась мурашками…

– Не провоцируй… – отозвалась сипло. – Иначе твоим братьям придётся ждать нас до утра, – довольно усмехнулась и вышла.

Сама. На своих двоих. Что странно, даже в сон не клонило. Может, совсем чуть-чуть. Зато я ощущала приятную утомлённость. И знаю, что стало причиной её появления. Любовь…

Увидев Хирро в моём фартуке, хорошо одетом поверх рубашки, а не на голое тело, я запнулась на пороге, издав довольно звонкий смешок. А когда попыталась заткнуть рот ладонью, ещё и тихо хрюкнула.

– Невероятное зрелище… – прошептала, улыбнувшись Ишиде. – Твои братья такие удивительные. И такие простые…

Хирро ответил мне едва заметной улыбкой и поставил чугунок с супом в центре стола. В воздухе витали соблазнительные запахи, вызывающие слюноотделение.

Ичень скорчил недовольную гримасу.

– Почему так долго? Мы между прочим всю ночь сторожили дом того сумасшедшего чаротворца, ожидая, что придут другие охотники. Голодные, уставшие… а Хирро сказал, что нужно дождаться одну человечку.

– Прекрати сотрясать воздух, – ровно оборвал Ишида, проходя и садясь за стол. – Ты ел печенье, купленное Рин. И её хлеб.

– Я дракон, а не птенчик, этого ма… а почему от вас так пахнет? Чем вы там занимались?

Я не хотела, но… густо покраснела. Во рту мгновенно пересохло.

– Водички бы… – пробормотала, потянувшись за стаканом.

– Только не говорите мне, что… стоп, Ишида, ты же знаешь, что люди смертные вообще-то и долго не живут? – продолжил негодник и вредный провокатор. Чуть водой не поперхнулась.

Какой же он дракон? Он самая настоящая заноза в одном месте…

– Слушай… – угрожающе зашипела, подавшись к Иченю. – Чувство такта напрочь отсутствует? Ишида, как вы вообще его воспитывали?.. болтает всё, что в голову приходит. Пороть тебя надо было…

Ишида нахмурился, впившись в лицо младшего брата мрачным негодующим взглядом.

– Давайте кушать, – беря половник, произнёс Хирро. Он казался таким умиротворённым и по-простецки свойским. Никогда бы не приняла его за чудовище. – Уверен, Ишада знает, что делает.

Глаза Иченя изумлённо расширились. Он так резко повернулся, что едва не снёс локтем тарелку.

– Но ты был тем, кто первым отказался от связи с людьми и говорил, как это рискованно и опасно!

– Я – это я, – бесстрастно отозвался Хирро, наливая ароматный суп. Похоже, с клёцками и зеленью. Шумно сглотнула, терпеливо ожидая, пока и мою тарелку наполнят. Если бы у меня не было Ишиды, я бы женилась на Хирро, даже если он против. Именно, женилась. Он отличная домохозяйка… – Но я не в праве диктовать своим братьям, как им жить. Более того… я по-прежнему не доверяю людям, но видел достаточно. Ты тоже видел, Ичень. Преданность Рин и её самоотверженность.

– Я вообще-то тут… – буркнула неловко. Говорят так, словно я невидимка. – Но еда очень вкусная, поэтому можете продолжать, – взяла ложку и зачерпнула наваристый, пусть и овощной, бульон.

Ичень хмыкнул и последовал моему примеру. Кажется, он просто дразнил нас. Такой уж у него характер.

– Ой! – вскинула голову, чуть не выронив ложку. – Ираи!.. я совсем забыла! – рванула с места, но Ишида поймал меня и усадил обратно.

– С ним всё в порядке. Медвежонок сыт и сейчас спит. Глазки совсем открылись… – на губах змея появилась умилённая мимолётная улыбка.

– Правда?! Хочу на это посмотреть! – воскликнула и начала усиленно шевелить ложкой.

«Божечки… как же я соскучилась!..» – застонала мысленно. Всего сутки была в отключке, ну или сколько там, а такое чувство, что год своих чудовищ не видела. Ишицу ведь выпускать на волю нужно. Не хочу с ней прощаться…

– О, кстати… – проглотила суп, поднимая на безмятежно жующих змеев взгляд. – Что там с браконьерами? У вас остался какой-то нерешённый вопрос? Я думала вы всех сожра… ну, в смысле, обезвредили.

Ичень выронил ложку, и закрыв лицо ладонью, глухо засмеялся.

– Что я такого сказала? – протянула обескураженно.

– Ничего, – улыбнулся Ишида, коснувшись костяшками пальцев моего лица. – Мы не… питаемся людьми, Рин, но то как ты спокойно отреагировала, даже безразлично, очень мило.

– Ты довольно забавная для человека, – расслабленно прокомментировал Хирро. – Твою реакцию, как и поступки невозможно предугадать.

– Ладно, хватит обо мне… – пробормотала смущённо, переходя ко второму блюду. – Какой у вас план? Что задумали на этот раз?

– Вместе с чаротворцем мы убрали четырёх охотников, но думали, может придут другие, – задумчиво произнёс Ичень. – Ждали всю ночь и утро, а потом…

– Я вспомнил, как ты говорила, что действовать нужно на их территории, – перебил Ишида. – И подумал, что неплохо бы найти место, в котором торгуют убитыми и живыми пойманными чудовищами.

– Даже если люди придут в негодование, мы в своём праве, – кивнул Хирро. – Так как животные этого мира находятся под нашей защитой. Речь ведь не идёт о легальном промысле ради пропитания.

– Хм… – выдохнула, ковырнув картофель. – Контрабанду обычно скупают те, у кого есть деньги. Ну и те, кто нацелен на прибыль. Это могут быть торговцы изделий из меха, торговцы чучелами животных или псевдоцелители, использующие органы животных для создания всяких мазей, кремов и настоек. Сбывать могут не только чёрном рынке, это может быть аукцион, например. В любом случае такие места следует искать недалеко от столицы, не в центре, но около. Кто его содержит… у него наверняка есть нужные связи с местной полицией. Ну этими… стражами порядка. Не знаю, как правильно сказать…

– В целом всё понятно, – на удивление спокойно произнёс Ичень. – Думаю, если мы разделимся, то быстрее найдём этот… как ты сказала? Чёрный рынок?

– Именно, – отозвалась мрачно. – Вы снова решили ввязаться во что-то опасное, а меня оставить здесь? – прищурилась подозрительно.

Ишида мягко улыбнулся, а в синих глазах плескалась безудержная, щемящая нежность. Наверное, змей чувствует сейчас себя виноватым. Мы ведь только спасли его.

– Если не ты позаботишься о моих чудовищах, то кто? К тому же… я не могу рисковать тобой.

– То есть рисковать собой, нормально? – скептически отозвалась, вскинув бровь.

– В этот раз мы все вместе, – произнёс Хирро, с интересом за нами наблюдая. – Но я думаю, что поиски займут не один день.

Подпёрла щёку кулаком и вздохнула.

– Почему вы раньше этого не сделали? Почему не собирались, как сейчас? – поинтересовалась недоумевающе.

Братья переглянулись.

– В нас закладывали мысль, что каждый дракон-Лун должен сам заботиться о вверенной ему территории. До твоего появления… – Ишида поморщился. – До твоего появления мы не обращались к друг другу за помощью.

– Божечки… – простонала мучительно и поднялась. – Если это весь ваш гениальный план, я пойду. Хочу проверить… как там всё. Посуду оставьте в тазике – помою, – махнула рукой и пошла за курткой. Не терпелось увидеть моих милых подопечных.

На душе скребла тревога. Не хочется снова отпускать змея. Не сейчас, когда только обрели друг друга…

Радость от встречи с моими чудовищами заполняла каждый уголок моей души трепетным теплом. Здесь моё место…

Обнимая взвинченную ишицу, гладя жёсткую шкуру газели, которая так любезно делилась молоком с ираи, наблюдая как красноклювые птенцы топчутся у моих ног, требуя еды, счастье переполняло меня. Делало мягкой, уязвимой… к глазам подступали слёзы, но я сделала правильный выбор. Теперь мне сложно представить жизнь без этого мира, без всех этих хлопот.

– Ну что, Клео… – произнесла, опираясь руками на металлические прутья вольера. – Ты спасла дракона-Лун и не забрала мою душу. Как ощущаешь себя после этого? Не прогадала? – подразнила демоницу, улыбнувшись. В ответ её удивительные глаза сверкнули красным блеском. – Ты очень устала за прошедшие сутки, сходи отдохни, поохоться, – зашла в загон и взяла медвежонка на руки. Отряхнула его от соломы и пищащего спрятала за пазуху. – Я о нём позабочусь.

Бакэнэко благодарно кивнула и легко перепрыгнула ограду. Я вернулась в логово и подложила медвежонка сестрице моей Клео. А меня ждала уже привычная работа. И стоило мне начать, вскоре присоединился Ишида.

Он всё так же немногословен, но теперь… когда смотрел на меня, его глаза сияли. И от этого щемило под сердцем. Ни с кем у меня не было столь стремительно развивающихся отношений, но… и Повелителя чудовищ я раньше не встречала. Кажется, мы давно нуждались друг в друге, вот и всё…

Ужин готовила вместе с Хирро. Его методы сильно отличались от моих, мне хотелось узнать что-то новое и ему, видимо, тоже.

– Что вы там делаете? – ворчал Ичень, устроившись за столом. Он пытался поспать после тяжёлой ночи, но сестрица Клео ему не дала. Выгнала из нашей спальни, обрычав с головы до ног.

– Обмениваемся опытом, – отозвалась, не глядя. – А зачем эта трава? – обратилась к Хирро.

– Она обеззараживает воду, ты не знала? – невозмутимо поинтересовался змей. – Кидай немного во время приготовления, вкуса и запаха практически не имеет, так что не испортишь блюдо.

– А это что за овощ? – показала на плод в форме боба с пупырышками.

– Он понадобится для приготовления супа, надо снять кожуру и слегка обжарить. Сырым лучше не есть, горчит и вяжет рот.

– Он полезен? – скептически вскинул бровь, понюхав странный овощ. – Ум-м… а пахнет вкусно. Почти как помидоры.

– Я уже жалею, что не научился готовить, – в кухню вошёл Ишида.

Радостно обернулась и помахала ложкой. Это наш последний совместный ужин, когда все три брата дракона-Лун собираются за одним столом. Нет, может потом ещё выпадет такая возможность, но слов Хирро я поняла, что Повелители не любят покидать свою территории. Они чувствуют себя комфортно только в месте, соответствующем своему предназначению.

Ишида в Драгаре, Ичень в Минкаре – долине степей, лесов и гор, а Хирро обосновался рядом с реками и озёрами в месте с красивым названием Джакарт. Надеюсь, однажды мне представится возможность побывать там.

– Выдвигаемся с закатом, – объявил Ишида, моя руки. – Не думаю, что охотников осталось много, но наверняка есть и те, кто не обращался за помощью к одарённому.

– Уверен, ты что-то задумал, – вздохнул Ичень, развалившись на столе. Видно, как он устал, но всё равно не стал отказываться помогать брату. Каким бы вредным он не был, а доброта и преданность в нём преобладают над всеми другими чертами характера.

– Если найдём скупщиков контрабанды, то сможем выйти на охотников. Хочу оставить всем людям предупреждение, если продолжат охотиться на нашей территории, то последствия будут необратимыми, – спокойно произнёс Ишида. – Я давно должен был это сделать, но понял это, лишь когда появилась Рин.

И как тут не улыбаться? Как не любить этого мужчину?..

Они ушли с появлением на тёмном небе полной сияющей луны. Всё, что я могла сделать, это хорошо позаботиться о чудовищах. Должна была спать, но не смогла. Нервничала.

Первая ночная разведка почти ничего не дала. Ишида вернулся уставший, сообщив, что он снова встретится с братьями ночью. Удалось найти лишь одного человека, связанного с чёрным рынком, но никаких следов охотников обнаружено не было.

Утро мы провели в объятьях друг друга, а потом я ушла заниматься делами, оставив змея отдыхать. Ночью он ушёл снова и так продолжалось ещё три дня.

– Ты выглядишь бледной, – заметил Ишида, обнимая меня со спины. Кажется, прикосновения ко мне стали для него чем-то привычным. Нет, его по-прежнему можно назвать холодно-отстранённым, но я-то знаю, что это не так.

Помешала кашу и развернулась в его руках, чтобы видеть внимательные, чуточку взволнованные синие глаза.

– Я переживаю и плохо сплю, это нормально. Если ты снова вернёшься смертельно раненный, то не знаю, как справлюсь с этим, смогу ли что-то придумать вновь…

Ишида ласково провёл ладонью по моим волосам.

– Знаешь… для меня непривычно всё, что происходит между нами, но я благодарен тебе.

– Вот ещё… – буркнула, уткнувшись лбом в его надёжное плечо. – Скажешь тоже. Было бы за что благодарить.

– Меня пугает мысль, что однажды ты устанешь от такой скучной однообразной жизни в лесу и захочешь вернуться в свой мир… – объятия стали крепче. Кажется, меня пытаются задушить.

Подняла голову, улыбнувшись.

– Никогда не чувствовала себя настолько счастливой, как в этой скучной и однообразной жизни…

Кадык на горле змея дёрнулся… Он облизал губы и потянулся к моим.

«Надо же… даже поцелуи стали чаще…»

Уже не такими не умелыми и всё более трепетными, заставляющими меня терять рассудок.

– Мы нашли место, в котором происходят встречи скупщиков и охотников, скоро всё закончится, – заверил Ишида, прервав поцелуй. Нехотя выпустил меня и отошёл, ероша волосы.

Пытается таким образом скрыть возбуждение? Это очень мило…

– Замечательно, но… у нас заканчиваются продукты и некоторые корма. Мне нужно выбраться в Витор.

– Хм… – змей сел за стол, уперев в него локти. – Ты можешь взять бакэнэко, деньги и отправиться самостоятельно, если помнишь дорогу. Демон тебя защитит, а эсины пропустят без всяких вопросов.

Самостоятельный поход в город взволновал. Не думаю, что не смогу справиться. Дорога до города прямая и недолгая, а в компании с бакэнэко мне будет спокойно.

– Я возьму самое необходимое, – заверила воодушевлённо. – А ты хорошенько выспись. Ночью тебе понадобятся силы.

Ишида подпёр голову кулаком.

– Мне бы хотелось сделать для тебя что-то особенное, но я не представляю что. Поэтому мне бы хотелось, чтобы ты рассказала об отношениях мужчины и женщины в своём мире, думаю, эти знания мне пригодятся. Надеюсь, я не прошу о многом.

Опустила голову, заливаясь краской, и мигом повернулась обратно к жаровне.

«Глупое сердце... прекрати так бешено колотиться!.. я же так умру…» – закусила губу, чтобы не показывать насколько сильно меня обрадовало желание змея узнать об отношениях больше. Значит, он дорожит мной и хочет сберечь то, что между нами происходит. Впервые, я могу отчётливо представить старость с другим чел… так стоп!..

– Погоди… я должна уточнить, ты же не стареешь?

Ишида изумлённо моргнул.

– Я думал, ты знаешь об этом. Драконы-Лун живут, пока кто-то не убьёт их. Но и убить нас не так просто. Это могут сделать лишь одарённые.

– Гм… – закусила костяшку указательного пальца, поднимая на змея взгляд. – А я старею. И очень быстро. Теперь меня немного волнует наше совместное будущее.

В бездонных глазах Ишиды промелькнул испуг. Он резко поднялся, приблизился ко мне и порывисто обнял, прижимая мою голову к своей груди.

– Не думай об этом. Ни о чём не думай. Я не оставлю тебя…

И я поверила. Поверила его словам. Его обещанию. У меня не такой большой выбор: я могла и дальше изводить себя сомнениями, тревожиться из-за того, что ещё не произошло, но… я выбрала быть счастливой сейчас. Наслаждаться каждым мгновением, проведённым вместе. И если однажды я начну о чём-то сожалеть, то буду возвращаться мыслями к этому моменту и уверена… все печали пройдут. Я буду знать, что не зря прожила эту жизнь.

– Давай кушать, – улыбнулась, потираясь щекой о плечо змея…

После завтрака Ишида практически сразу уснул, стоило ему дойти до перины. Я как обычно почистила вольеры, поменяла чудовищам воду, покормила всех, отбилась от принудительной ласки любвеобильной «швабры»…

В последнее время аки вёл себя совершенно несносно. Ронял меня, слюнявил, втягивал в свои травмоопасные игры. Попробуй отобрать ту же лопату у такой громадной псины… Но не скажу, что мне это не нравилось. Чудовища принимали меня и осознание этого грело душу. Я своя для них. Я не опасна. Мне доверяют. И я всеми силами старалась сохранить это хрупкое доверие между нами, ведь это самое ценное, что может в жизни быть…

Закончив, переоделась в приличные штаны, для выхода в свет, скажем так, опрятную рубашку, почистила свою куртку, заплела волосы, взяла сестрицу Клео и отправилась в Витор. Деньги, выделенные змеем, спрятала во внутренний карман, опасаясь уличных краж. В этом плане я всегда была осторожна.

Однажды в метро у меня вытащили кошелёк из сумки, с того дня, я очень бдительна. И хотя, пока демоница рядом, ко мне вряд ли кто-то сунется, всё же лучше быть предусмотрительной.

Бакэнэко шагала рядом, под моими ногами мягко продавливался снег, ощущалось стремительно приближающееся тепло. Скоро весна… Я смогу встретить её вместе с Ишидой и насладиться всем очарованием цветущего Драгара. Увидеть птиц и зверей, которых не встретишь зимой. Узнаю новые виды растений, расспрошу о съедобных грибах и ягодах. Наверное, начну делать заготовки на зиму. Никогда подобным не занималась, но сейчас ощущала будоражащее предвкушение.

Мост пришлось преодолевать со мной. Сначала меня охватила паника и удушающий страх. Я вдруг вспомнила, что в детском доме меня столкнули с крыши беседки и тогда я неделю провалялась в больнице с сотрясением, ощущения не из приятных.

Бакэнэко мягко тыкалась мордой в мою ногу, стараясь помочь, но я так сильно вцепилась в натянутые канаты, что уже не могла разжать пальцы.

«Это всего лишь навесной мост…» – пыталась убедить себя. И тут очень вовремя вспомнился полёт верхом на змее. Тогда мне не было страшно, так сильно мной овладело восхищение, что я позабыла о собственных фобиях.

«Достаточно представить Ишиду рядом…» – медленно отцепилась от верёвок и глубоко вдохнула, на секунду прикрывая глаза.

Погладила демоницу по голове и сделала первый неуверенный шаг. Вот и всё. Нужно лишь смотреть вперёд, представляя, что змей идёт со мной рядом, что поддерживает меня и поймает, если вдруг оступлюсь. С ним не страшно. Ничего не страшно…

Эсины на воротах поклонились и пропустили меня в город, как и обещалось, без лишних слов. Я уже знала куда идти и прямиком направилась к торговым улочкам. Хотелось управиться к ужину и успеть застать Ишиду до того, как он снова исчезнет в ночи до самого рассвета.

Сердце сдавила тоска. Надело спать в одиночестве. Хочу его сильное тело рядом. Хочу обнимать его…

На меня снова косились. Неудивительно. Тогда я шла с Повелителем чудовищ, которого многие знали и уважали, а теперь опять же – обычная человечка, иду под охраной бакэнэко.

Нырнула под арку и оказалась на той самой небольшой площади, от которой тянулись три улицы, заполненные торговыми лавками. И я уже знала, что лучше начинать с конца, то есть с кормов для животных. Возьму немного, чтобы смогла донести. Ещё нужны овощи, крупы и хлеб.

«Эх… хочу шоколада…» – подумала, вздохнув. А ещё не отказалась бы от оливье, но найдётся ли колбаса в этом мире? Я бы и на соевую согласилась. А майонез могу приготовить сама, не так и сложно.

– Рин? – раздался за спиной удивлённый женский голос.

Остановилась у крыльца лавки с кормами и повернула голову. На меня недоумённо взирала сестра моего змея.

Вот так встреча… Не сказать, что я сильно обрадовалась, но и не хотелось показаться грубой. Всё-таки у меня нет особых причин питать неприязнь к этой… драконше.

– Почему ты одна? – на выразительно-красивом лице отразилось непонимание.

– Ишида отдыхает, он с братьями последнее время выслеживает охотников, и отпустил меня за покупками самостоятельно, – ответила потупившись. Как же это неловко…

В карих глазах Линель мелькнуло что-то странное. Что-то очень похожее на ревность, но мне могло просто показаться.

– Не думала, что он настолько тебе доверяет…

«А ещё мы спим вместе…» – вертелись в голове язвительные мысли, но я оставила их при себе.

– Я бы хотела закончить пораньше… – начала бы я, собираясь проститься, но Линель неожиданно перебила.

– Может, выпьем по чашке какао? Утром я приготовила новые шоколадные кексы и прежде чем выставить их на продажу, хотела бы услышать стороннее мнение. Ты могла бы мне немного помочь в этом вопросе?

«Как мне хочется отказаться, кто бы знал…» – но это же сестра Ишиды, не желаю портить отношения с будущими родственниками. И пусть мы пока официально не объявили о наших отношениях, когда-нибудь Линель об этом узнает и будет лучше, если я хоть немного зарекомендую себя с положительной стороны.

– Конечно. Буду рада помочь, – непринуждённо улыбнулась и последовала за сестрой Ишиды…

Бакэнэко не выражала тревоги. Кажется, её мало заботило происходящее, но я-то знала, если демонице что-то не понравится или она почувствует угрозу, то даст об этом знать. Она девочка не из робких.

Пекарня встретила нас ароматными запахами и звяканьем колокольчика.

– Присаживайся, – Линель махнула рукой и отправилась за прилавок. Загремели чашки.

Я села за стол у широкого окна, а сама уставилась на аппетитные булочки, которые призывно смотрели на меня с витрины. С изюмом, в сахарной посыпке, с корицей и яблоком, такое разнообразие.

Линель поставила на стол две белые кружки, до краёв наполненные тягучим какао, и принесла обещанные кексы. Я подозрительно принюхалась.

– Думаешь, отравить тебя хочу? – иронично усмехнулась… змея. Ну или дракониха, не знаю, как правильно.

Бакэнэко легла у моих ног и устроила морду на лапах, издав тяжкий, но полный спокойствия вздох.

– Ну… я не знаю, твоё предложение вместе выпить… какао, выглядит странным, – призналась, не спеша прикасаться к еде и напитку.

Линель приглушённо рассмеялась и взяла кружку.

– Я могу отпить из обеих и надкусить каждый кекс, если тебе станет легче, – снисходительно улыбнулась она и сделала глоток. – Но ты же не думаешь, что я настолько глупа? Травить кагото без плана, среди белого дня. Мне даже тело некуда спрятать, да и Ишида… расстроится. Я не могу причинить ему боль.

– Тогда зачем? – не поняла я, косясь на кексы. Не похоже, что меня собираются устранять из-за ревности. Да и не сильно Линель похожа на ревнивую отвергнутую женщину.

– Ты насквозь пропахла Ишидой. Я не глупая, могу догадаться почему, но ты знаешь, что это опасно?

– В каком смысле? – не поняла я, насторожившись.

Линель взяла кекс и с аппетитом откусила шоколадный бок.

– Связь между человеком и драконом-Лун не только странная, но и оскорбительная для всех, кто подчиняется Ишиде. Мало того, что люди живут мало, так ещё и рождение наследника в таком союзе невозможно. Ишида об этом знал, но всё равно пошёл на такой риск. Может, надеялся, что против его воли не пойдут, никто не осмелится тронуть то, что принадлежит ему, но я бы не была столь уверена. Самки очень импульсивны и не сдержанны. Кто знает, что могло случиться столкнись ты с одной из них на улице до моего появления…

– Подожди… – выставила ладонь и потёрла переносицу. – На меня мог кто-то напасть, если бы учуял запах Ишиды на мне?

Линель пожала плечами.

– Но согласись, запах выпечки невероятен и здорово перебивает остальные? – протянула хитро.

– Так ты… – я была сбита с толку. В конце концов, её слова могли быть просто уловкой, обманным манёвром, чтобы притупить мою бдительность.

Линель подпёрла подбородок кулачком.

– Вот что удивительно, ты подозреваешь меня и боишься, но всё равно пошла со мной. Ты странная…

– Ничего подобного, – буркнула в ответ. – Именно Ишида представил тебя как свою сестру. Не просто ведь так. Видно, что он испытывает неловкость от общения с тобой из-за твоих чувств, но это не значит, что он не дорожит отношениями между вами. Я не хотела его расстраивать.

– То есть, хотела со мной подружиться? – усмехнулась Линель.

– Ну не то чтобы подружиться… – замялась в ответ.

– Послушай, – улыбнулась дракониха. – Мы не просто росли вместе, мы были очень близки. Не только с Ишидой, но и с Хирро, с Иченем. Пока они не стали Повелителями. Мне неприятно осознавать, что сейчас ему ближе обычный человек, но я бы не стала делать то, что рассорит меня с братьями. Я дорожу теми тёплыми отношениями, что между нами сложились. Но я надеюсь, ты подумаешь над моими словами. Наверное, мне бы хотелось, чтобы ты сама ушла.

– Гм… очень честно с твоей стороны, – неловко вымолвила я, машинально погладив бакэнэко. Так мне, наверное, спокойнее.

– Я не привыкла лукавить и заниматься самообманом. Ишида дорог мне, и я желаю ему счастья. И если ты делаешь его счастливым, что ж… у меня не остаётся выбора кроме как принять это. Кушай кексы, я приготовила такие впервые, – в карих внимательных глазах промелькнула грусть.

Наверное, эта женщина никого никогда не любила и поэтому так привязана к Ишиде. Но я не почувствовала в её словах лжи, кажется, она была откровенна со мной. Возможно, мы могли бы стать хорошими приятельницами.

– Знаешь… я бы хотела и дальше посещать твою пекарню. Поговорить с кем-то вот так… – произнесла и отсалютовала кружкой с какао.

– Не надейся, что мы станем подругами, – усмехнулась Линель и чокнулась со мной. Не такая она и стервозная, всё-такие первое впечатление часто бывает обманчивым.

Кексы оказались вкусными. Я бы сказала, нереально вкусными. Нежными, тающими во рту.

– Шоколадная пропитка придала им сочности, – улыбнулась, вытирая крошки с губ. – И вкус не приторный. Ты отличный пекарь.

– Спасибо, – скупо улыбнулась Линель. – Я с лёгкой душой могу выставить их на продажу.

Над дверью звякнул колокольчик, впуская новых посетителей.

– Теперь от тебя почти не пахнет, – прошептала Линель, вставая из-за стола. – Ступай. Ещё увидимся.

– Непременно, – улыбнулась, оставляя на столе деньги.

Прихватила с собой ещё один кекс, забрала бакэнэко и отправилась за покупками. Разговор с Линель наложил свой отпечаток. Невольно я задумалась о том, не будет ли у Ишиды проблем из-за связи со мной. Как-то меня это не сильно раньше волновало, но оказывается есть драконье общество, которому это может не понравиться. Более того… наследник. Что Линель имела ввиду говоря, что появление наследника на свет невозможно?.. я же не бесплодна. Или всё дело в том, что я человек, а Ишида нет?.. тогда это действительно печально.

Не то чтобы я мечтала о детях прямо сейчас… Я даже не знаю, что Ишида думает на этот счёт, но раз уж он решил сблизиться со мной, значит всё в порядке, так ведь?

– Ох… – выдохнула, останавливаясь у лавки с кормами. Линель хотела заставить меня думать, и это у неё отлично получилось. От мыслей пухла голова.

Пришлось сосредоточиться. Лучше обсудить всю эту ситуацию с Ишидой, чем зря нервничать. Потянула на себя дверь и вошла…

Примерно через пару часов, я закупилась всем необходимым. Лямки холщового рюкзака давили на плечи, но зато руки были почти свободны. На сгибе локтя болтался пакет с хлебом и помидорами, боялась их помять. Бакэнэко неспешно шла рядом, постоянно принюхиваясь. Она вела себя крайне настороженно, стоило нам выйти за ворота города.

Над лесом сгущались сумерки. По-прежнему темнело рано и мне бы хотелось вернуться в логово до наступления темноты.

Под ногой хрустнула ветка, заставив нас с демоницей замереть.

– Я такая неуклюжая, – усмехнулась, плохо скрывая сиюминутный страх.

– Какая поразительная встреча, – буквально из ниоткуда, просто из воздуха показался… не знаю кто это, но выглядел он жутко.

Половина лица обожжена, перемотанная рука, прижата к телу, в другой трость. Я невольно попятилась назад. Шерсть на загривке бакэнэко встала дыбом, демон оскалилась и прыгнула...

Моё сердце замерло: внутри, словно что-то оборвалось.

Фьют! Фьют!.. просвистело откуда-то сбоку. Я даже вздрогнуть не успела.

… бакэнэко упала на снег, будто замертво. Из её тела торчали «хвосты» выпущенных дротиков. Из воздуха появился ещё один человек. Дико бородатый, уставившийся на меня безумным взглядом лихорадочно сверкающих глаз.

В горле застрял ком. Я в ужасе взирала на бесчувственную демоницу не в силах пошевелиться. Пакет с продуктами свалился на землю…

– Она жива, – оскалился уродливый браконьер с тростью. – Всего лишь снотворное.

Облегчённо выдохнула, ощущая, как стремительно возвращаются чувства. Рухнула на колени и трясущимися руками потрогала бакэнэко.

– Милая… – голос предательски задрожал.

– Вообще-то, мы ждали не тебя, – философски изрёк главарь этой банды.

… из воздуха один за другим появлялись обросшие и вонючие браконьеры.

– Хотели устроить засаду на драконов-Лун, но их помощница тоже сгодится, – главарь криво усмехнулся, тяжело ступая, опираясь на свою трость. – Всё-таки твоему чудовищу стоило тогда ещё на болоте проверить, все ли мертвы. Ах да!.. – притворно воскликнул гад, а я остервенело выдернула дротик из тела демоницы. Кажется, дышит. – Он же был занят дырой в груди. Кажется, тварям было не до меня. Как судьбоносно, не находишь? – раздалось совсем рядом, вынуждая меня поднять взгляд. Вынуждая меня жалеть о собственной беспомощности.

Ну почему у меня даже ножа с собой нет?!

– Сама пойдёшь или тебя как эту? – браконьер кивнул на бакэнэко, и меня бросило в дрожь.

«Шансов сбежать нет…» – сколько их? Пять?.. нет, кажется, семь человек и все вооружены. Арбалетный болт догонит меня быстрее, чем успею повернуть обратно к воротам Витора, но ведь и до них добежать нужно. С рюкзаком-то на плечах… даже если брошу его…

«Нет…» – мотнула головой, поднимаясь на слабых ногах. Меня не тронут, пока я нужна им живой. Нужна для торгов с Ишидой, для того, чтобы выманить его из логова.

– Хорошо, – кивнула, как можно бесстрастнее. – Но демона возьмём с собой. В конце концов, вы сможете потом её продать.

– Разумно, – легко согласился браконьер и махнул рукой. Его сообщники тут же подхватили бакэнэко и сунули в мешок, как какую-то ненужную вещь. Надеюсь, она себе ничего не повредит.

Под сердцем резануло. Но сейчас я ничего не могу поделать, придётся сестрице Клео немного потерпеть.

Под лопаткой кольнуло неожиданно. Я даже оступилась. Думала, браконьеры всё же решили перестраховаться и выпустили в меня дротик, но… Я огляделась. Эти уроды спокойно шли позади.

Место укола начало жечь. Пришлось стиснуть зубы.

«Что происходит?!» – мелькнула тревожная мысль.

Но судя по тому, как спокоен главарь, потому, что даже не смотрит на меня, это не его рук дело. И хотя я была крайне взволнована, а сердце колотилось как сумасшедшее, была вынуждена делать вид, что ничего не происходит. Почему-то это казалось важным…

Сквозь крепкий сон потянуло видение. Оно бросало несвязные образы, а зудя, в груди разрасталось волнение.

«Что-то с Рин…» – пришла ясная мысль.

Ишида резко сел, хватаясь за плечо. Метка, которая может проявиться только, когда образуется связь между драконами-Лун, выжигала на коже ледяной узор.

Ишида обратился внутрь себя и потянулся по невидимым нитям к Рин. Сознание петляло, но удалось безошибочно понять: девчонка жива, и она недалеко от Витора. Углубив связь, Ишида смог увидеть обстановку глазами Рин.

Раз. Два. Три… шесть охотников и недобитый чаротворец.

Тревога девчонки отдавала болью под сердцем. Хотелось немедленно сорваться с места и откусить голову каждому, кто посмел её касаться. Кто посмел её напугать.

Ишида моргнул и растёр лицо ладонями, разрывая связь. Он увидел достаточно. Сейчас нельзя поддаваться эмоциям. Нужно действовать осторожно, чтобы не навредить Рин и самому не угодить в ловушку, расставленную охотниками. Сначала следует сообщить братьям…

Вокруг Драгара мерцал и подрагивал защитный купол, созданный с любовью и от чистого сердца. Господин Гаис трудился над его созданием не один месяц, не спал много ночей, но всё не напрасно.

И хорошо, что его новый дом решили построить недалеко от нашего логова. Удобно заходить в гости, готовить для занятого мага обед, да и поговорить есть с кем. Ему и самому удобно. Пожилой чаротворец стал чаще улыбаться, а чудовища уже узнавали его, признавали за своего. Вокруг его домика часто собирались «попрошайки». Как не придёшь, а маг кого-нибудь да подкармливает. Добрый.

Солнце приятно согревало макушку, лес Драгара медленно примерял на себе оттенки жёлтого и багряного, но по-прежнему сохранялось тепло. Пахло хвоей.

Я улыбнулась и прошла сквозь барьер, который со стороны напоминал мне мыльный пузырь. Пузырь, который пропускал только своих. А всё благодаря маленькому кристаллику, который я теперь всегда ношу в кармане и каждый раз проверяю на месте ли он, прежде чем пересечь черту.

Клео величественно шагала рядом. Теперь, когда медвежонок вырос, и мы были вынуждены выпустить его на волю, демонице стало скучно, но уходить она не пожелала. Осталась со мной. Как и ишицу. Лисичка всегда крутилась где-то поблизости: часто прибегала поиграть, да и чего уж, покушать. К хорошему быстро привыкают даже чудовища.

Эсины на воротах поклонились. Сегодня особенный день. День, когда Ишида уговорил меня… в общем, меня должны официально представить городу чудовищ.

Улицы были забиты до отказа. Драконы разместились даже на крышах домов. От меня не так много требовалось, но всё равно было волнительно. Во-первых, я опаздывала. Да, я опаздывала на собственную «коронацию», обзовём это так. Во-вторых, я не успела переодеться. Вот как была в рабочих штанах и рубахе, так и пошла. Ну и, в-третьих, меня тошнило…

На площади установили трибуну, откуда бы все могли нас видеть. Ишида о чём-то тревожно перешёптывался с братьями. Даже издалека я видела складку, залёгшую между его светлых бровей. В тени скучала Линель.

К слову, мы так и не стали подругами. Но в пекарню я захаживала регулярно и имела процент с продаж. За что, казалось бы?.. а вот, подкинула Линель с десяток новых рецептов. Теперь на её прилавках красовались и радовали жителей Витора сочные эклеры, маффины, корзиночки с кремом, пирожные «картошка» и прочие лакомства моего бывшего мира. Должна же я была где-то применить полученные за столько лет знания.

– Привет, – поздоровалась со всеми, подойдя.

– Ну и вид у тебя, – осуждающе произнёс Ичень и почему-то покосился на Клео, правда, бакэнэко чихать на него хотела.

Она устроилась в тени рядом с плетёным креслом Линель и безразлично закрыла глаза. Негодница. Даже порадоваться за меня в такой день не может.

– Рин… – мягко позвал Ишида, бережно касаясь пальцами моей щеки. – Как себя чувствуешь?

– Что-то ты бледная, – заметил Хирро.

– Не выспалась, наверное, – пожала плечами и вздохнула. – Ну что? Мне нужно будет только показать метку на плече?

– Да, – прошептал Ишида, помогая расстегнуть пару пуговок на моей рубашке. – Приспустишь рукав и повернёшься, после того, как закончу речь.

Его прохладные пальцы коснулись метки, даря облегчение. Ледяной узор в форме цветка перестал горечь и раздражать. А то зудит последнее время, спать мешает. Гад.

Что означало это жжение я поняла потом. Потом, когда свалилась в обморок прямо посреди торжественной речи моего Повелителя чудовищ, на глазах всех собравшихся. Я вроде слушала, даже понимала, что происходит, но в какой-то момент мир поплыл и я вместе с ним. Такая вот я удачливая.

Ишида вовремя поймал меня на руки не дав встретиться с землёй и осторожно спустил с трибуны. Пришла в себя, сидя у него на коленях.

– Поздравляю, – усмехнулась Линель, склонившись надо мной. – Ты смогла даже это.

– Чего? – не поняла я. Голос звучал отвратительно.

Ишида заботливо вложил в мою руку стакан воды.

– Это значит, что у меня скоро появится племянник, – улыбка Иченя стала шире, прямо от уха до уха.

– Племянник? – а вот у меня дёрнулся глаз.

Ишида сгрёб меня в охапку, закрывая от посторонних глаз.

– Ну хватит, объявим обо всём в другой день.

– Нет уж, – завозилась я, пытаясь встать на ноги. – Я хочу покончить со всем сейчас, – произнесла и решительно направилась обратно к трибуне.

Выходит, метка что-то вроде теста на беременность? Так я беременна? Всё-таки беременна… А что, не такое и плохое это чувство, даже не смотря на тошноту и слабость. Видимо, мне очень придётся очень постараться, чтобы выносить маленького дракончика, но когда меня пугали трудности? Никогда.

Молча спустила рукав и повернулась к жителям Витора спиной. Толпа загудела. Радостно. Одобрительно. Все видели метку. Выбор Повелителя больше никто не поставит под сомнение, не станут шушукаться за спиной.

Я – истинная пара Повелителя Чудовищ. И его помощница, и навсегда ей и останусь.

– Нет слов… – прошептал Ишида, стоящий рядом. – Не могу подобрать… – он выглядел растерянным, но в синих глазах плескалась необъятная нежность.

– Я помогу, – хитро шепнула в ответ. – Просто повторяй за мной: я, тебя, люблю. Я тебя люблю, Ишида. Понятно?

– Понятно… – хрипло отозвался он. Глаза затянуло поволокой. – Я люблю вас… Тебя, Рин, и его… – прохладная ладонь опустилась на мой живот.

– Вот и славно, – улыбнулась в ответ, кладя голову на плечо любимого чудовища.

Из него выйдет замечательный папа, а из нас чудесная семья…