Ярко-розовый багрянец окрасил край неба на восходе. Запели птицы, застрекотали кузнечики, зажужжали пчелы, роса обозначилась прозрачными слезами на яркой сочной зелени. В поле выходили драконы, показываясь по одному то здесь, то там. С холма, на котором стоял замок, были хорошо видны все владения внизу. Хозяин еще спал, окно его комнаты выходило как раз на веранду, где она сидела. Плотно задернуты шторы, створки прикрыты, не впуская свежий воздух и не позволяя ему играть с легкими прозрачными занавесями.

Она не спала всю ночь, как всегда в последние несколько дней проведя это время в кресле-качалке, которое Дерек сделал специально для нее еще при рождении сына. Сначала задремала, но потом проснулась и долго не могла сомкнуть глаз. Вспоминалось все, что им с сыном пришлось пройти за последние восемнадцать лет: от рождения и до его совершеннолетия.

Появление на свет ребенка стало для нее спасением, вторым дыханием, смыслом жизни, а сам он — центром мироздания. Она дышала только благодаря его смеху, улыбалась тогда, когда улыбался он, но никогда не плакала, больше нет. А теперь ее сыну исполнилось восемнадцать лет, и Элана сообщила, что забирает его для обучения в академию. Сказала это таким тоном, как будто она обязана расстаться со своим ребенком, отпустить, наконец, на волю, как будто этот замок был для сына не домом, а тюрьмой.

«Ты слишком сильно его опекаешь, Маша. Скоро дракон превратиться в домашнюю зверушку и будет есть только из твоих рук» — вспоминала она слова Эланы.

Драконица вытянулась и округлилась в области груди и бедер. Кожа потемнела от жаркого южного климата, волосы такими же черными волнами, как и раньше, ниспадали теперь до самой талии, небрежно перевязанные лентой. Элана светилась изнутри, даря окружающим тепло своей улыбки. Она любила всех, кто встречался ей на жизненном пути, потому что была счастлива со своим мужем, и это состояние души передавалось ее внешности, манере говорить, поведению с окружающими ее драконами. Со всеми, но только не с Машей.

Когда-то они были подругами, когда-то очень давно эта девушка, будучи еще ребенком и по возрасту немного младшее нее самой, спасла ей жизнь, а теперь Маша испытывала к драконице такую жгучую зависть, что сама стыдилась своего чувства и с трудом терпела присутствие Эланы в замке. Только потому, что Дерек приглашал Драконицу, только потому, что он был здесь полновластным хозяином, только потому, что Элана брала с собой дочь.

Это нелицеприятное чувство зависти родилось еще тогда, много лет назад, когда Маша проснулась и поняла, что ее семейному счастью раз и навсегда пришел конец, что она осталась матерью-одиночкой и Драко больше не улыбнется ей с утра, не обнимет, не скажет, что будет заботиться о ней вечно. Тот гордый дракон, непримиримый, но вместе с тем такой нежный и заботливый, пал случайной жертвой от рук своих собратьев, и Маша поклялась, что наступит день и она отомстит им, каждому по отдельности.

Одиночество поглотило ее в свои сети и не отпускало все это время, горе подтачивало здоровье, ожесточало душу. Если раньше ее несправедливо именовали Белой Драконицей, Снежной Королевой, Ледяной принцессой, то теперь она вполне оправдывала это прозвище, ставшее ей вторым именем.

— Снова грустишь? — Подсел на стул неподалеку от нее Дерек.

— Я просто думаю.

— Ты уже неделю нормально не спала, скоро от головокружения и усталости начнешь с ног валиться. Так нельзя, Маша.

Дерек, пожалуй, был единственным драконом, с которым она не испытывала дискомфорта при общении. Он всегда был рядом, помогал с воспитанием сына, принимал все его болячки близко к сердцу и мог до самого утра носить его на руках и петь песни своего поднебесного клана. Она не была против его заботы. Подрастающему дракону был необходим отец, Дерек стал ему отцом, но не стал ей мужем. Маша просто знала, что он где-то здесь, в замке, поддержит, подскажет, но не посмотрит как-то иначе, чем как на друга, соратника, собрата. Она иногда хотела стать для него просто драконицей, а не матерью своего сына, но Дерек никак не реагировал на подобного рода призывы, и Маша смирилась. Видимо, в этой жизни ей не суждено обрести свое счастье с драконом.

— Ты видел Драко? — Она назвала сына в честь отца, и он заслуживал свое имя, за все восемнадцать лет ни разу не совершив поступка, который огорчил бы или расстроил мать. Он стал ее опорой, ее поддержкой, ее любимым драконом.

Дерек махнул куда-то за спину.

— Они с самого утра убежали на площадь, сегодня Мастер обещал привезти новые книги, и Дей утащила Драко прямо из-за стола, не дав толком дожевать сдобные булочки.

Маша прикрыла глаза, как будто слова Дерека давили на нее и вызывали мучительную головную боль. Дейла занимала в их жизнях: ее и сына, отдельное место, незаметное, но вместе с тем неотделимое от их мира. Она росла копией Вольного, и драконица ловила себя на мысли, что иногда не может оторвать взгляда от личика ребенка, на котором сияли янтарные омуты, и пухлые губки с ямочками на щеках улыбались ей так, как когда-то улыбался и сам отец.

Маша не видела его с тех пор, как их семья поселилась на южном континенте, он не выбрасывал себя с Эланой, никто никогда не говорил о нем, не упоминал даже имени, но этот ребенок приносил в себе частичку отца, отчего на душе становилось тепло и уютно.

Драко же не воспринимал Дей всерьез, вздыхал обреченно, когда ему навязывали общество девочки, злился, если Дей оставалась в замке Дерека погостить.

Маша не понимала причину такой нелюбви, но со временем стала замечать, как сын смотрит на Элану и ее дочь, а потом отводит взгляд и сжимает руки в кулаки.

Он тоже завидует, — поняла тогда драконица, завидует исходящему от них сиянию, семейному благополучию и счастью, которым светились лица обеих.

В подростковом возрасте ребят примирил между собой интерес к книгам. Они пропадали на торговых площадях, выискивали старинные рукописи, исторические события, изложенные в романах и научных трудах. Полиглоты знали много наречий: западный, южный и даже язык черных драконов.

Мастер — единственный оставшийся в живых древний маг на континенте — обучал ребят всему, что знал сам и, одаренные от природы, Драко и Дей к восемнадцати годам овладели не только языками, но и магией. Стихии для них были проще простого, причем юная драконица овладела ими чуть только начала вставать на ножки, зато ее сын пользовался собственной магией не только в области стихий, но и некромантии, пугая Дерека силой собственного дара.

«Твой сын только что оживил родившегося мертвым жеребенка, Маша, — заорал однажды утром хозяин замка, когда Драко только-только исполнилось десять. Это невероятно, это потрясающе. — А потом сел прямо на пол ее комнаты. — Это так пугающе!»

Она не волновалась за то, что дар некроманта убьет в сыне все хорошее, как когда-то это случилось с Вольным, но знала, что эта магия не позволяет Драко раскрываться перед окружающими его драконами. Они пугались подобного дара и склоняли головы, заранее признавали в сыне лидера, а он хотел бороться за такую честь, хотел побеждать.

В итоге Драко рос молчаливым и замкнутым, высокомерным, как говорили о нем соседи, и лишь немногим показывая, как на самом деле умеет улыбаться. Дей не была в числе тех, кому ее сын дарил свои улыбки. С ней Драко был сдержан и лаконичен, снисходителен и только. Это ранило Машу, хотя она не могла понять, почему. Несмотря на зависть к Элане, ее дочь она любила, по-своему, тихо, любуясь со стороны.

— Скоро птенцы вылетят из гнезда, попробуй привыкнуть к этой мысли. — Прервал ее мысли Дерек. — Для меня это так же тяжело, как для тебя, поверь мне.

Маша кивнула головой. Она знала это, видела в выражении глаз дракона, его резких непривычных движениях за столом, угрюмой молчаливости, сосредоточенности.

Дерек был провидцем, но никогда не делился с ней своими видениями, что тоже ранило Машу. В последние дни были такие минуты, когда дракон внезапно погружался в себя настолько, что останавливался на полуслове или замирал на несколько минут. Потом его лоб прочерчивала резкая полоса, губы поджимались, взгляд становился жестким и суровым, и она видела, как трудно ему сдерживаться и делать вид, что ничего не происходит.

— Дерек, — позвала она дракона. — Ты можешь пообещать мне, что с ним не случится ничего плохого?

Хозяин замка опустил голову и тяжело вздохнул.

— Нет, Маша, не могу. — Произнес твердым голосом, повергая ее в состояние, близкое к истерике. Но если когда-то она могла рыдать дни напролет, то теперь сидела, подобно ледяной статуе. Прямая осанка, длинные белоснежные волосы, распущенные по плечам, и кожа, настолько бледная, что никакие лучи солнца не придавали ей даже намека на загар. И теперь она села, выпрямив спину и сжав руки на коленях. Если с Драко что-то случится, она уже никогда не встанет с колен, и никто не сможет ей помочь, тогда уже никто.

— Ты воспитала достойного дракона, Маша, сильного, мужественного, преданного тебе. Он должен справиться, но легко не будет, и ты это знала. Черные драконы вернутся во главе с Дантром, он уже ищет Дей, он уже почти нашел Драко. Отпусти сына и продли ему детство на короткое время.

Дерек ни словом не обмолвился, что будет с ними самими, когда в замке не обнаружат ее сына, это беспокоило Машу, она не хотела терять связь с этим миром, пока в нем есть ее Драко.

— Я могу вернуться на землю, с ним. — Высказала давно зревшую в голове мысль.

— Никогда! — Дерек снова сделал резкое порывистое движение в ее сторону, такое непривычное и из-за этого несколько пугающее. — Хочешь уйти? — Спросил более спокойным голосом. — Кто тебя там ждет? Родители, которые уже могли умереть, брат и племянники, похоронившие тебя много лет назад, отгоревавшие и забывшие. Кто, Маша, настолько лучше меня, что ты хочешь уйти к нему, оставив здесь одного?

Возможно, эти слова дракона должны были открыть ей глаза на истинные чувства Дерека, на глубоко запрятанные истинные чувства, которые вырвались наружу только потому, что настал переломный момент, время, когда все меняется, но Маша знала, что это иллюзия. Только она попробует открыть Дереку сердце, обнажить перед ним душу, как тот сбежит, прикрываясь очередными неотложными делами и обязанностями. Она устала ждать и надеяться, что он примет ее в свои объятия, ее гордость давно была сломлена, но чувства замерзли, заледенели от долгого неиспользования. Поэтому драконица промолчала в ответ, прикрыв глаза.

Солнце уже поднялось над горизонтом и раздавало свои еще мягкие теплые лучи этому миру, в котором так долго идет лето и так внезапно сменяется зимой, а вот весны и осени не бывает никогда.

Торговая площадь пестрела одеяниями дракониц и драконов, которые пришли сюда для того, чтобы приобрести нужную вещь, обменять свой товар на другой или нажиться с помощью доверчивых простаков. Одного из таких я заприметил сразу же, как только отвлекся от слов Мастера и переключил внимание на разношерстную толпу. Высокий и худой, он, тем не менее, отличался какой-то своеобразной манерой держаться, чуть сгорбившись и наклонив голову так, что взгляд получался из-под лобья, рассеянный, бегающий. Голова поворачивалась то в одну сторону, то в другую, перепрыгивая с прилавков на вывески, потом на лицо дракона, который предлагал ему свой товар и куда-то вдаль. Переходил к другому прилавку пружинистой походкой, но, как будто опомнившись, шел уже медленнее, приволакивая ногу. Кожаный кошель торчал из кармана дорогого вышитого по рукавам и подолу плаща, так и просясь в чьи-нибудь ловкие пальцы.

Либо этот дракон специально разыгрывал простачка для одних ему известных целей, либо был действительно немного странным, каких на этом континенте встречалось не мало. Хотелось досмотреть немой спектакль, разыгравшийся на торговой площади, до конца, но голос Дей прервал мои наблюдения. Поморщился, спрашивая мысленно, когда эта драконица научиться держать свои эмоции при себе?

Почему она всегда вторгается в мой мир яркими вспышками, вызывая гнев и злость, все плохое, что во мне было? Даже ради матери я не научился мириться с ее постоянным присутствием, хотя наблюдал за ней и знал, что она открытая бескорыстная драконица, неглупая, достойная. Но стойкое чувство неприязни не уходило.

— Ты только посмотри, Драко! — Дергала она меня за рукав, вызывая раздражение. — Какой странный текст, какие интересные изогнутые символы.

Смысл слов дошел до моего сознания, я тут же наклонился над рукописью, привезенной Мастером откуда-то издалека. На этот раз дракон отсутствовал почти год, и его обещание вернуться с подарками теперь сбывалось. Он не только привез с собой редкие экземпляры книг с историческими событиями, фанатом которых я являлся, но и артефакты, назначение которых и сам не знал, а теперь еще и это.

— Мастер? — Обратился я к седому сгорбленному дракону. — Это что-то необычное?

— Это что-то очень ценное. — Пробасил старик. Для его возраста голос был сочным и низким и совершенно не сочетался с внешностью дряхлого старца, уставшего от жизни.

Нагнулся над текстом, вписанным в четкие границы пергамента от руки. Неравнозначные пробелы, мало повторяющихся символов, непонятные точки над некоторыми из них.

— Это сложный язык, Мастер. Есть еще какие-нибудь рукописи? Нужно большее количество текста для разгадки.

Дракон покачал головой, повергая меня сначала в уныние, а потом в чувство трепетного предвкушения.

— Ты, конечно, со мной? — Спросил я Дей, как о чем-то само собой разумеющемся. Какие бы противоречивые эмоции я не испытывал по отношению к ней в повседневной жизни, но в этом мы сработались. Наше изучение языков было общей страстью, чем-то таким, что давалось двоим гораздо проще и быстрее, чем одному. Дей выхватывала одинаковые буквы, складывала их в слова, работала со знаками так искусно, как опытный травник с зельями. Я любил доискиваться смыслового контекста символов, считал делом чести сложить из отдельных непонятных фраз доступный для прочтения текст.

— Конечно, я с тобой, о чем речь? — Приподняла драконица тонкие брови. — Но теперь все изменится. — Уже с грустью в голосе. — Завтра мама заберет меня домой, чтобы я могла собрать вещи. Мы должны будем поехать учиться в академию.

— Тебе-то что грустить? — Спросил с затаенной болью в голосе. — Замок находится в паре дней езды от твоего дома, это моя мать остается здесь один на один с собой.

Дей прикусила белыми зубками пухлую губу Даже эта ее манера меня раздражала. Слишком наивный жест, слишком девчоночьи привычки, слишком неопытное и вместе с тем действенное привлечение внимание к своим губам.

— У Маши есть Дерек. Он никогда ее не бросит.

Я мысленно застонал. Откуда такие берутся? Ее что, растили в лесу, вдали от реальной жизни или она настолько слепа к окружающим ее драконам? Не бросит? Да, он вообще ничем нам не обязан. Мы с матерью живем в замке, как приживалы, которых могут попросить освободить территорию в любой момент.

Сколько раз я просыпался от кошмара, в котором Дерек встречает свою единственную Драконицу, и мы с матерью остаемся ни с чем, один на один со стихиями?

— Посмотри вон на того дракона. — Указал я пальцем на дерганного худого простачка. Кошелек был все еще при нем. Захотелось проверить, насколько Дей проницательна. — Что ты видишь?

Драконица удивленно округлила глаза, прижимая к себе рукописи, пока Мастер раскладывал на прилавок наименее ценные из артефактов, которые могли пригодиться на этом континенте только лишь в качестве украшения.

— Вижу заинтересованного покупателя, который рассматривает товар. — Бесхитростный ответ наивной Дей. — Он хорошо одет и может позволить себе, — сощурила глаза, — эээ, женские щипчики для бровей?

— Вот именно. — Кивнул я утвердительно.

— Он решил сделать подарок своей жене.

— Маловероятно. Такие вещи не принято дарить. Скорее он ожидает какого-то действия. Как насчет воровства кошелька? — Отрезал я категорично, а незнакомец сгорбился еще сильнее, тяжело опирался на прилавок и прикладывал руку к голове, как будто она сильно его беспокоила. Как бы, между прочим, мимо пробежал молодой оборванный дракон, чьи щиколотки торчали из слишком коротких штанов. Вор был пойман мгновенным движением руки худого сутулого дракона. Спина теперь выпрямлена, взгляд прожигает дыру в оборванце, во всем облике читается неприкрытая угроза.

— Так и думал. — Бурчу себе под нос и отворачиваюсь от прилавка, помогая Мастеру с тяжелыми фолиантами. Дей снова дергает меня за руку. Ее макушка даже не достает мне до подбородка, но я все равно чувствую ее любопытный взгляд, который осязаемо давит мне на затылок.

— Откуда такая проницательность, Драко? Ты заразился от Дерека?

Это ее любопытство и сотня вопросов в минуту сводили меня с ума, заставляли грубить ей или отвечать слишком резко. Я часто обижал Дей резкостью, понимая, что так быть не должно, но ничего не мог с собой поделать.

— Просто наблюдательность. Отстань. — Оборвал новый вопрос и пошел к телеге, чтобы выгрузить остатки товара, но был остановлен странным незнакомцем в компании нерадивого вора.

— Он? — Спросил дракон у оборванца, глядя прямо мне в глаза.

Кивок головы.

— Пойдешь со мной. — Отталкивает от себя воришку с такой силой, что тот падает прямо Дей под ноги. Драконица визжит и зовет на помощь, но никто к нам не спешит. Мастер начинает что-то насвистывать, доставая из рукава черный плоский прямоугольник.

— Время пришло, — говорит он кому-то невидимому и спустя мгновения перед нами появляется Элана и незнакомый мне мужчина с таким яростным выражением на лице, что я невольно отступаю назад. Серая масса сгущается над незнакомцем, он пытается что-то сделать, но непроницаемое облако будто засасывает его в воронку, поглощая вопли. Выхватываю выражение ужаса на его лице, открытый в немом крике рот, и вот уже безжизненное тело дракона кулем падает на землю.

— Некромант! — Раздаются голоса в толпе, и вскоре на площади остаемся только мы: Элана, Дей, Мастер, я и маг, только что лишивший души этого высокого худого дракона, который хотел от меня чего-то.

За что? Почему просто не поговорить с ним? Зачем сразу убивать? — Крутились вопросы у меня в голове, и неприятие собственного дара к магии некроманта становилось все более ощутимым.

Тем временем Элана сжимала дочь в объятиях, а Мастер о чем-то быстро переговаривался с магом. Потом мою руку дернули, попросили приготовиться к выбросу в замок Дерека и совершили его быстро и безболезненно. Мой первый выброс, который закончился только начавшись.

— Они целы? — Спускался Дерек с холма, неся мои упакованные сумки.

Маг кивнул головой, Элана не выпускала Дей из объятий, а Мастер посмотрел мне в глаза, а потом крепко обнял.

— Береги девочку, Драко, береги ее так, как будто от нее зависит спасение этого мира, — а потом быстрым шагом прошел мимо идущего навстречу Дерека, бросив на ходу: «Я к ней».

— Мне дадут проститься с матерью? — Спросил у прорицателя.

— Нет. — Ответил он мне таким тоном, какого я никогда от него не слышал. — И лучше тебе послушаться и не устраивать сцен, сынок.

Только многолетняя привычка сдерживать свои эмоции помогла мне совладать со своими эмоциями.

«Прощай, мама. Я люблю тебя. Ты единственная во всем мире родная душа, я обязательно к тебе вернусь, чтобы больше никогда не уходить».

Надеюсь, что она поймет мой поступок.

Дерек сунул мне сумки в руки, потом сжал плечо, посмотрев долгим изучающим взглядом и, наконец, хлопнул по спине.

— Вам пора, Элана. Забирай детей, пока черные драконы не узнали, что их шпиона вычислили и обезвредили. Сейчас они действуют неосторожно, слишком уверенны в себе, у нас есть шанс, потом его не будет. Вольный, ты должен остаться.

Элана протянула мне руку, простившись с мужем коротким горячим взглядом, а я машинально сжал ее длинные пальца и был выброшен в дом Дей.

— Добро пожаловать. — Прошептала мне драконица, а я бросил сумки прямо у порога и пошел подальше от этой семейки, которая меня порядком достала.

Она всегда была для меня эталоном красоты: в человеческом обличье или драконьем, неважно. Я любил эту королевскую осанку, прямую спину, вздернутый подбородок, неприступный холодный вид, но сегодня передо мной предстала не просто прекрасная женщина в цвете лет, а разъяренная мать, так внезапно потерявшая свое дитя, красивая даже в гневе.

— Как ты мог принять подобное решение, не посоветовавшись со мной? — Выговаривала Маша Дереку, сжимая в кулачки узкие ладошки. — Почему ты лишил нас возможности попрощаться? Как мне реагировать на твое предательство?

Дракон молчал. В его позе, в склоненной голове, скрещенных на груди руках, суровом выражении лица не было и намека на сожаление, лишь упрямая решимость, знание, что его поступок объясняется вполне понятными причинами и опасением за жизнь Драко и Дей. Мускулы на руках играли от напряжения и, наконец, прорицатель не выдержал и сорвался с места, громко саданув кулаком по столешнице. В мою сторону он даже не обернулся.

Маша сразу как-то поникла, а потом развернулась, встретившись со мной взглядом. В груди поднималась давно забытая волна паники, связанная с пробуждением желания, о котором я успел позабыть. Неисполненного обладания этой драконицей, которое никогда не угасало во мне, но дремало где-то глубоко, пока я растил дочь и был примерным семьянином, по-настоящему любя свою дочь и свою жену. Но сейчас мне больше всего на свете хотелось смять эту хрупкую женщину в объятиях, причиняя ей нестерпимую физическую боль, стянуть эти белоснежные пряди в кулаке и пропускать их сквозь пальцы до тех пор, пока не надоест. Разбить свои губы в кровь о ее ровные зубки, почувствовать соленый привкус собственной крови и ее слез, ощутить неровное биение сердца. Я сам удивился силе тех чувств, которые накрывали меня с головой будоражащими волнами пробуждающейся страсти.

Хорошо, что Мастер был рядом и отвлек меня от битвы «глаза в глаза», которая рано или поздно закончится ее поражением.

— Мы должны все время быть настороже. — Дотронулся он до моего локтя и сразу же отошел.

Понятно, — ухмыльнулся своим мыслям, — у него мое присутствие вызывает такое же неприятие, как и у хозяина замка. Они оба преданны Маше и опасаются за то, что я могу причинить ей вред. Правильно делают, но я не насильник и тем более не чудовище, каким был когда-то. Давно научился контролировать магию, которой меня одарил прадракон при возвращении в этот мир. Она была скорее моим проклятьем, чем даром, испытанием, которое я не прошел, но которое раз и навсегда убило во мне желание доверять людям и безвозмездно дарить им свою любовь.

Я присел у окна, пытаясь немного расслабиться. Недавний акт возмездие за угрозу жизни Дей отнял у меня много энергии и сил, магия давалась даже легче, чем раньше, но затраты личного резерва на нее требовались основательные.

Маша оставалась в комнате, даже с закрытыми глазами я чувствовал ее присутствие и удивлялся, какой сильный защитный барьер она возвела вокруг себя, настолько плотная и изолирующая пелена окутала ее ауру.

Говорить мне не хотелось, слишком многое пролегло между нами за прожитые годы. Все, что мне было нужно, это ее руки, ее губы, ее безмолвное подчинение, но только на добровольной основе. Больше никогда и ни у кого я не возьму чувства насильно. Но тот момент, когда она упадет в мои объятия, станет поистине судьбоносным. Пока мы не завершим то, что начали много лет назад, я отсюда не уйду и к прадракону все!

Хрустнул костяшками пальцев, поражаясь собственным мыслям и настойчивому голосу, требующему подойти к драконице, дотронуться до нее, почувствовать нежную кожу подушечками пальцев.

Немного успокоился, приводя чувства в равновесие и удивляясь, почему она стоит у меня за спиной и не двигается. Обернулся, неторопливо рассматривая ее сосредоточенное выражение лица, такое изменившееся и вместе с тем сохранившее выражение глаз, присущее прежней Маше, удивленное, полное ожидания, доверчивое.

Правда, теперь я практически не мог понять, что выражает эта складка между бровями, эти плотно сжатые губы, эта ее общая отстраненность.

— Почему тебя не было так долго и почему ты здесь именно сейчас? — Произнесла драконица, напугав устоявшуюся между нами тишину.

Неужели тоже опасается за то, на что может решиться в моем присутствии?

— Я должен защитить тебя и Дерека от нападения черных драконов. — Сказал ей абсолютную правду.

— Тебя Элана послала?

Скривил губы. Я же не маленький ребенок, чтобы меня кто-то направлял.

— Ты изменился. — Прервала она мои мысли. — Стал таким серьезным, ни тени улыбки. И твои глаза, — я понял, что Маша хотела произнести мое имя, но вовремя остановилась, — они больше не притягивают к себе, скорее отталкивают.

— Так иди. — Кивнул я на дверь, никто же не держит. Но драконица осталась стоять на прежнем месте, а потом подошла к окну и присела на подоконник. Вспомнил эту ее привычку, неизменную с нашего знакомства, и вдруг в груди что-то заныло, царапнуло, вызывая нестерпимое желание встать рядом, прижать к себе, защитить от всего мира.

Поздно! Слишком поздно! У меня есть жена, которую, правда, защищать не приходится, она сама кого хочешь закроет своей широкой грудью.

У меня есть дочь, которую хочется оберегать от всего мира, но которая живет как бы сама по себе, в отдельном от нас с Эланой пространстве, понятном только ей самой. Эти ее стопки книг на кровати, на полу и даже на плитке в ванной. Постоянное бормотание каких-то непонятных стихов, которым она пытается придать рифму и еще слезы. Дей редко плачет, но, как говорится, метко, а хуже всего, что ни меня, ни Элану она не посвящает в причину своих рыданий. Просто закрывается в комнате и часами льет слезы, а на следующее утро принимается с усиленным рвением листать пыльные фолианты и карябать в тетрадях непонятные закорючки.

Откуда в ней эта страсть к языкам? Я же вижу, как они тяжело ей даются, сколько сил отнимает их изучение, сколько требуется времени, терпения и сосредоточенности для освоения нового наречия, но Дей не останавливается. Она, как будто, специально мучает себя этими знаниями, а я ничем не могу помочь.

Мне неизвестно, почему Дей отказывается говорить со мной о проблемах, которые заставляют ее плакать. Такой она была с самого детства, не любила жаловаться, редко капризничала, чем повергала Элану и меня в настоящий шок. Мы-то ждали маленькую Драконицу, а получили тихую домашнюю ящерку. Но моя дочь такая, какая есть, я люблю ее и желаю всего самого лучшего. Моя жена солидарна со мной, в этом у нас полная гармония, но, возможно, только в этом.

Встаю и иду к выходу, Маша даже не провожает меня взглядом. Что ж.

На сегодня дежурство закончено, и я могу отдохнуть, искупаться в реке, побыть на природе наедине с самим собой и своими мыслями, как привык делать последние годы. Тем более мне многое необходимо обдумать и принять, наконец, какое-то решение.

Уже закрывая дверь, слышу ее шепот.

— Вольный, ты всегда останешься для меня тем другом, которого я так и не нашла в этом мире.

Ухмыльнулся.

Нет, Маша, твоей дружбы мне теперь мало, я хочу твою душу, всю тебя, без остатка.

И тихо притворил за собой дверь.

— Дей! — Услышала я мамин голос, но не вышла. Не сейчас, может, позже.

Комната наверху принадлежавшая мне, закрывалась на ключ. Это было единственное требование к родителям, которые, правда, всегда и во всем готовы были помочь и идти на любые уступки, лишь бы я больше времени проводила в их обществе. Только все, чего хотела я сама, быть как можно ближе к знаниям, к истине, которая с самого рождения манила меня каким-то таинственным свечением из-за угла, но как только я делала шаг навстречу, удалялась и пряталась за очередным поворотом. Это были яркие вспышки видений и сумбурных фраз, как бы произнесенных задом наперед, к сожалению, я не понимала ни слова. Словно кто-то вкладывал мне в голову эпизоды жизней других драконов и хотел, чтобы я их расшифровала и что-то поняла для себя. Столько лет одни и те же картинки, а мне до сих пор не удалось приблизиться к тайне.

Я могла бы описать эти моменты, как выключение из реальности, провал в иное пространство и время, как картинки в калейдоскопе, быстро сменяющие друг друга. Но мельтешение настолько быстрое, а языки, на которых говорят драконы из видений, такие непонятные, что я просто закрываю глаза и плачу, понимая, что ничего не могу расшифровать, что не способна понять, кто и что хочет от меня, почему терзает мысли, почему иссушает этим душу.

Когда я попыталась рассказать маме, что меня мучает, она лишь снисходительно улыбнулась. Тогда мне было десять, теперь мне восемнадцать, а ощущение, что я постоянно что-то упускаю, чего-то не могу понять, сводит меня с ума каждый день, грозя утопить накатывающими волнами отчаяния от того, что я никак не могу узнать, что же все-таки упустила и где.

Именно поэтому я потребовала замок на дверь, чтобы чаще оставаться со своими демонами наедине, не боясь, что об этом узнают близкие мне люди, не опасаясь того, как сильно они испугаются, увидев мой очередной приступ беспомощности.

Именно поэтому я так люблю находиться в замке Дерека, потому что он провидец, он тоже видит то, что недоступно другим, но его видения проходят безболезненно, по крайней мере физически, я это вижу, чувствую. Меня же словно бьют по голове, тянут куда-то за руки и за ноги, при этом я остаюсь абсолютно неподвижной, переживая все молча, а потом падаю на кровать и рыдаю от боли, умоляя, чтобы все это закончилось, чтобы мне позволили жить, как обыкновенному подростку, как другим драконицам, вступающим в фазу взросления. Просить о помощи Дерека было страшно, вдруг высмеет, не поймет, не поверит? Он такой большой и всегда такой строгий, сильный, запоминающийся, но в то же время далекий. Вся их семья такая.

Маша общалась со мной скорее взглядами и жестами, нежели словами. Драко вообще старался избегать, и я не виню его в этом, он часто помогает мне переводить тексты, изучать новые языки вместе со мной, видит, какая я странная. Возможно, его утомляют мои вопросы, но для меня они, как шаг навстречу разгадке видений, разгадки всей моей жизни. Ради этого можно стерпеть его прохладное отношение.

Хотела попросить помощи у отца, но он давно отдалился от нас с мамой. Я понимала, что у них не все в порядке, поэтому старалась не лезть со своими проблемами, хотя он интересовался, но смотрел так, будто я не оправдала его ожиданий. Это ранило и обижало, хотелось закрыться в своей скорлупе и ни на кого не смотреть. Так я и делала, общаясь лишь с Драко, который испытывал ко мне явную неприязнь, и Мастером, который отныне будет так далеко, что я не смогу прийти и поплакаться ему в жилетку на свое одиночество. Он, пожалуй, был для меня настоящим дедушкой, понимающим, добрым, способным сопереживать.

И вот мама решила отдать меня в академию, отослать, куда подальше из дома, чтобы глаза не мозолила.

Я не понимала, почему мне нужно обучаться с теми драконами, которые знают в разы меньше, владеют только зачатками магии, когда мой уровень уже продвинутый, никак не начальный. Для чего?

Но мама настояла на сборах и договорилась с Машей, что Драко поедет со мной. Вот это стало настоящей загадкой, как драконица отпускает сына на другой континент? Мне всегда казалось, что она его неотъемлемая часть, его второе я. Рядом с ними, я часто испытывала зависть, когда наблюдала их тандем, дружный, молчаливый, но от этого более крепкий, какой-то основательный и нерушимый.

Теперь еще этот случай на торговой площади, который не позволил мне толком проститься с Мастером, Дереком и Машей. Мама не хотела объяснить, к чему такая спешка, отмалчивалась, упорно собирая вещи в две огромные сумки, решала за меня, что пригодится в учебе, а что стоит оставить дома. Суетилась, не смотрела в глаза.

Драко тоже не вносил в общую картину радостных моментов, хмурясь больше мамы и злясь на меня за то, что невольно стала причиной его изгнания из собственного дома. А что я могу поделать? Родители все распланировали на годы вперед, им противостоять у меня нет ни сил, ни желания, может, когда-нибудь, когда истина, наконец, станет мне доступна и я пойму, что она от меня хочет.

— Дей, — постучала мама настойчиво, — открой, пожалуйста.

Нехотя поднялась из-за стола и распахнула дверь, впуская маму в святая святых.

— Мне нужно, чтобы ты поговорила с Драко, меня он слушать не хочет.

Посмеялась маминой наивности. Если уж ЕЕ не слушает, то меня и подавно не станет. Я вообще не авторитет для этого дракона.

— Дей, объясни ему, что мы с твоим папой не хотели, чтобы вас обидели, поэтому все произошло так быстро. Он очень грустит из-за матери.

Кивнула головой.

— Попробую.

Поплелась по коридору, придумывая, как выманить Драко наружу и напроситься на откровенный разговор. Мы вообще редко говорили о наших семьях, чаще о книгах. Обсуждали истории, описанные там, героев, придумывали, на каком континенте могли бы происходить подобные события. А теперь мне нужно было затронуть тему, от которой Драко превращается в подобие своей матери — ледяную статую, закрывается на все замки и смотрит так, что начинаешь чувствовать себя лишней в его присутствии.

Вышла на балкон немного остудить голову и увидела, что дракон сидит в кресле, углубившись в чтение книги, привезенной Мастером из очередного своего путешествия.

— Интересно? — Присела на подлокотник, но тут же локоть Драко спихнул меня в сторону.

Нет, сдаваться не стоит, а то мама подумает, что мой единственный друг мне вовсе и не друг, а это станет для нее настоящим шоком. Она почему-то решила, что у нас с драконом близкие доверительные отношения.

— Драко, я спросила у тебя…

— Я слышал, что ты спросила. — Перебил меня дракон, откинув со лба отросшую челку чуть волнистых черных волос. — Но мое молчание должно было бы сказать тебе о том, что я не намерен обсуждать с тобой эту книгу.

Попыталась взять быка за рога.

— Драко! Почему ты считаешь, что я хочу туда ехать, что я виновата в том, что тебе не дали проститься с матерью?

Плечи дракона напряглись, а это значило, что я затронула тему, которая находится под запретом.

— Значит, не виновата? — Поднял на меня глаза парень. Сглотнула вязкую слюну, понимая, что такой представительный самец не останется без внимания в академии. Откуда-то из глубины поднялась волна возмущения, что я больше не смогу рассчитывать на него даже в такой малости, как перевод новых текстов и помощь в освоении очередного наречия. Какая-нибудь драконица отнимет у меня единственного друга детства, хотя он вряд ли считает меня таковой.

И все же этот ледяной колючий взгляд скорее отталкивает, чем притягивает к себе.

— Скажи, почему ты не хочешь ехать туда, где будет весело? — Приподнял одну черную тонкую бровь дракон. — Неужели тебе не хочется встретить достойного соперника и узнать, кто из них тебя превосходит в магии?

— Это ты называешь весельем? — Искренне удивилась я.

— А почему бы и нет? — Пожал плечом.

— А как же отношения с ребятами, дружба, л… любовь, — запнулась я на последнем слове.

Драко рассмеялся, откидывая голову назад.

— Да, брось, Дей! Я думал, что ты умнее большинства дракониц. Какая любовь может быть там, куда мы едем? И ты, и я намного умнее всех тех, кто поступил на первый курс. Кто из них сможет составить нам пару?

Я была ошарашена ответом Драко. Неужели он настолько высоко залетел, что не видит, как это здорово иметь друзей, не обращая внимания на их уровень магии, на их владение языками. Конечно, подобного опыта у меня не было, но тем приятнее и неожиданнее может стать встреча с новыми драконами.

— Это снобизм, — упрекнула парня, — и он тебя совершенно не красит. Хочешь вести себя, как высокомерный дракон, кичится своими знаниями, отталкивать всех, кто мог бы стать тебе другом?

— Другом! — Выплюнул Драко, словно хотел навсегда исключить это слово из своего лексикона. — Покажи мне хоть одного друга матери, который не бросил бы ее одну! Нет, спасибо, мне такой дружбы не надо. — Встал и резким движением закинул книгу за спинку кресла. — Хотела мое мнение о прочитанном? Глупая, бестолковая трепотня о чувствах и эмоциях, почитай, тебе понравится. — И вышел, оставляя стойкое ощущение, что меня только что оплевали.

Прости, мам, разговор не получился.

Четвертый день от Эланы нет никаких вестей, четвертый день у меня нервы на пределе, а ноги болят от постоянного хождения по комнатам, полям и холмистым взгорьям. Я уже стерла себе подошвы туфель, намозолила глаза местным пастухам и служителям клана, не говоря уже о животных, которые шарахались от меня в страхе, такой заряд негатива я носила в себе. Четвертый день с моих губ слетали проклятия в адрес драконицы и сыпались ледяные искры в сторону южного континента, где пребывал мой сын. И ни одной, ни малейшей весточки для оставшейся в полном одиночестве матери.

— Так, успокойся, Маша, возьми себя в руки. — Мысленно уравновешивала свои эмоции, убеждала в том, что ничего страшного не случилось, что у ребят сейчас плотный график сборов в академию, а Элана должна одна со всем этим управляться и ей просто некогда, элементарно нет времени взять в руки проектор и скинуть с него изображение сына.

— Черт! — Заорала во весь голос, удивляясь, что еще не разучилась за все время пребывания в драконьем мире ругаться по-человечески. Начала вспоминать ругательства посочнее, но тут же пришла в себя, вспомнив свое ледяное амплуа.

— Стоп! Что-то со мной явно не так! Кажется, мир вокруг стал более красочным или я просто внезапно прозрела?

— Разговариваешь сама с собой? — Донесся язвительный голос Вольного, который вырулил из-за ближайшего дерева.

Вот на тебе-то я и оторвусь! — Решительно направилась в сторону дракона, ткнула пальцем ему в грудь и уже хотела высказать все, что думаю о его жене, но тут почувствовала, как от кончика пальца по руке расползается медленное тепло, покалывая кожу до самого предплечья.

— Что это? — Удивленно отдергиваю руку.

Вольный стоит, облокотившись плечом о ствол дерева, его руки в карманах, ноги скрещены, лицо выражает полное равнодушие, но кончики губ подрагивают.

— Желание? — Язвит дракон.

— Ну, да. — Мгновенно реагирую на такую неуместную реплику. — Желание расквасить тебе нос!

— О, как! — Пожимает плечом. — Давай. — Поворачивается правой щекой, демонстрируя колючую щетину, а я уже тянусь к ней и глажу кончиками пальцев, впитывая это опьяняющее чувство теплоты, уюта и счастья.

— Вольный, — шепчу его имя, произнося вслух впервые за многие годы, а потом вдруг кладу голову на плечо.

Сначала накатывает одна волна боли, нестерпимой, колючей, и я нахожу его пальцы, сжимаю их, практически сминаю, стараясь прийти в себя.

Не помогает. Слезы уже текут из глаз, а я шепчу имя мужа, именно мужа, не сына! Умоляю его простить меня за все, что сделала и не сделала, сама не знаю, за что и почему, но лишь бы простил, лишь бы понял. Что именно? Что я всегда любила его наполовину, как бы смирилась с тем, что другого быть не могло? Потому что никто не дал мне сделать выбор самостоятельно, а я была не в силах противостоять обстоятельствам, испортив жизнь и себе и Драко.

«Но ведь мы были счастливы? Ведь были?» — Кричу безмолвно куда-то в пространство, вспоминая, как ушла с головой в дела Школы, как старалась изо всех сил быть во всем идеальной, как сломалась в тот момент, когда поняла, что теперь свободна от мужа, что рада его смерти, рада, что могу жить дальше свободной и принимать решения самостоятельно? Что могу снова полюбить.

Потом накрывает вторая волна, которая вышибает из груди воздух, лишает сил, леденит душу! Это боль, запрятанная глубоко внутри, это невыстраданное чувство отверженности, злости на свое предательство по отношению к мужу, на свои чувства по отношению к Дереку, на свою сломленную гордость, когда я делала попытку за попыткой, чтобы привлечь к себе внимание дракона.

Как же я стала противна сама себе именно сейчас, почувствовав все, что так долго гнала прочь. Как же я буду противна окружающим, когда они узнают, кто я на самом деле, что скрывается за этой ледяной стеной отстраненности. Как же я буду объяснять сыну, что предала его с самого рождения, что не открыла всей правды, что воспитала его под гнетом собственных страхов?

И, наконец, третья волна, которая давит на меня так, что я практически висну на руках у Вольного, а в голове мелькает картинка: я еще девчонка, стою в склепе и принимаю решение оживить лучшего друга. Он отворачивается и шагает во Врата, оставляя меня в таком ужасном состоянии, что я начинаю выжигать в себе все чувства, кроме леденящего равнодушия, которое с годами завладело душой, лишило меня ярких красок мира.

— Больно, — шепчу Вольному и рыдаю в голос у него на груди, а он гладит меня по голове и просит прощения. — За что? — Икаю, сквозь пелену слез.

— За то, что вскрыл твою защиту, — отвечает мне друг, а потом сжимает в своих объятиях, крепких, нерушимых. — Я больше тебя не брошу, слышишь? — Встряхивает меня за плечи, снова прижимает к своей горячее груди. — Я самовлюбленный идиот, Маша, я сломал твой щит, ради забавы, ради скуки! — Сжимает пальцы все сильнее. — Прости меня, слышишь? Прости!

Киваю головой, продолжая цепляться за него, как за утопающую соломинку, а Вольный ругается так, что у меня уши краснеют.

Ничего себе лексикон у них там, на южном континенте. Надеюсь, Элана не обзавелась этой гадкой привычкой?

— Мы с тобой оба идиоты. — Констатирую факт, теперь уже улыбаясь сквозь слезы. — Столько лет потратили на обиды и ссоры, столько лет копили в себе боль и злость. И посмотри теперь на нас со стороны. Кто мы? Осколки когда-то цельного камня?

— Мы исправимся, — шепчет друг, кладя свой подбородок мне на макушку.

— Обещаешь? — Дышу ему в шею и наслаждаюсь этой близостью, в которой хочется раствориться, таким забытым ощущением покоя и уюта.

— Обещаю. — Обнимает меня двумя руками. — Я так скучал, Маша. Сам не понимал, чего мне все это время не хватало, тренировал магию, искал какого-то совершенства, а оно всегда было рядом. Знаешь, наша с тобой дружба всегда была совершенна. Я сам все испортил.

— Мы все испортили. — Перебиваю дракона, а сама ощущаю, что с меня будто стаяла корка снега, наст, намерзший за столько лет. Мне хорошо, так хорошо, что хочется петь во все горло!

Смотрю в глаза цвета янтаря и вижу в них того мальчишку с ружьем.

— Кстати, откуда у тебя взялось охотничье ружье?

Вольный откидывает голову и смеется, звонко, радостно, от души.

— И ты спрашиваешь меня об этом по прошествии, — загибает пальцы — двадцати с лишним лет?

Невинно пожимаю плечами, вытирая мокрые дорожки от слез и счастливо хлюпаю носом.

— У меня еще много вопросов.

Вольный обнимает меня за плечо, и мы идем с ним по тропинке, просто медленно бредем, смеясь над тем, что когда-то доставляло нам обоим радость, а потом находим уютную рощицу, садимся прямо на траву и разговариваем-разговариваем.

Мне многим нужно поделиться с другом, многое нужно спросить, о многом посоветоваться.

На душе спокойно, как никогда. Мне хорошо, я будто заново родилась. Я знаю теперь, я чувствую, что у сына все хорошо, а даже если не так, то очень скоро будет. Ведь у него есть не просто семья, а целых четыре взрослых дракона, которые любят его и готовы прийти на помощь: Я, Дерек, Элана и Вольный.

Вот идиотка! — Ругаю себя в очередной раз. — А как же Мастер?

Пятеро….

Небольшой дом семьи Вольного располагался на холмистом взгорье, возвышенности, которую принято было называть Родомелум. Мне всегда казалось, что это название переводится, как «меловая гора», что-то вроде родом из мела, но мне объяснили, что весной весь пологий склон покрывается растением с мелкими розовыми цветочками и местные жители прозвали это место «Розовый Холм» — Родомелум на южном наречии.

Был конец мая, жара стояла такая, что рубашка прилипала к телу и голову нещадно припекало, но я все равно с самого утра шел к подножью невысокого взгорья и любовался открывающимся оттуда видом. Спуск был давно проторен сотнями ног и приводил меня всегда к одному и тому же месту — деревянной лавочке, окрашенной в белый цвет и спрятанной среди ветвей низкорослого кривоватого дерева. Ствол его я мог с легкостью обхватить двумя руками, а если немного подпрыгнуть, то доставал до самой макушки, но прелесть этого дерева была в другом: его раскидистые ветви спускались до самой земли, увитые зелеными шарообразными мясистыми листьями. Кора ствола была гладкая и всегда прохладная, а запах, источаемый нежными бледно-желтыми цветами еле уловимым, ненавязчивым. Когда я сидел в тени дерева, смотрел на Родомелум, наблюдал, как суетятся драконы, просыпаясь и принимаясь каждый за свое дело, то на душе становилось легко и радостно.

Аромат, витающий вокруг, напоминал о матери, ее мелодичном голосе, легких волосах белее снега, тонком профиле и хрупкой фигурке. Я любил ее и очень пережевал, как она одна будет справляться с угрюмым прорицателем.

Дерек всегда был нам поддержкой и опорой, но держался немного отстранено по отношению к моей маме, может, потому, что она сама не хотела ничего другого? А вот я желал всем сердцем переселиться вот в такой небольшой дом, который уже имеет название, собственную историю, сложившийся ритм жизни. Я хотел бы большую светлую библиотеку, которая будет пронизана солнечными лучами, где будет витать запах дерева, бумаги и кожи. Мой собственный угол, где можно просто сидеть и думать, моя собственная крепость, куда не проникнет никто, кого бы я ни желал видеть.

— Драко! — Крикнула Дей, спускаясь с холма вприпрыжку. Сегодня на ней был оранжевый легкий сарафан с тонкими лямками и невесомым подолом, и девушка напоминала распустившийся весенний цветок. — Драко. — Уже стоя рядом и пытаясь привести дыхание в норму. Щеки горят естественным румянцем, в зрачках пляшет солнце, ресницы и брови выгорели до такой степени, что сливаются с копной светлых с рыжиной волос. Драконица впервые не вызывала у меня раздражения, а скорее удивляла своим внешним видом и тем, как смотрится на фоне собственного дома.

— Я тебя слушаю. — Оторвался от созерцания Дей и перевел взгляд ей за спину. Элана махала нам с веранды, а это значит только одно.

— Нам нужно взять лошадей и помочь маме с покупками. Раньше этим занимался папа, но теперь он занят чем-то очень важным. — Драконица смутилась, — правда, мама не хочет говорить, чем именно, но все слуги в конюшне, в саду или в поле.

— Я помогу. — Поморщился от речи Дей. Откуда у нее эта привычка произносить сто слов в минуту? Хотя, чему удивляться, пусть родители драконицы с другого континента, но выросла-то она здесь, а все местные отличались редкостным умением болтать громко и долго. Пусть слуги и не ночевали в Родомелуме, дом был слишком мал и рассчитан только на семью и гостей, поэтому они приезжали ранним утром и уезжали с последними лучами солнца, но за это время успевали надоесть мне своим навязчивым вниманием и излишней заботой. Драконы-самцы работали в конюшнях и в поле, а вот огородом и садом занимались две юные драконицы, которые пели с самого рассвета и замолкали только тогда, когда их рты были заняты пережевыванием пищи. Не раз мне приходилось отбиваться от их щебетания и настойчивых заигрываний. И если за пару недель я свыкся с ритмом жизни семьи Вольного, то сам континент и его население вызывали у меня стойкое ощущение неприязни и молчаливого недоумения.

Зачем, скажите, разводить жеребцов и с гордостью гарцевать на них, когда у тебя есть собственные крылья, и ты можешь преодолеть расстояние в два раза быстрее, чем на спине животного? Понятно, почему молодые драконицы держат конюшни и передвигаются с помощью лошадей, но остальные-то?

Маги и обычные жители южного континента селились обособленно, поэтому городов тут как таковых не было. Небольшие поселения с низкими приземистыми домиками, в которых жили в основном торговцы и ремесленники. Остальные строили себе дома среди холмов и долин, ища уединения и единения с природой.

Сообщения между обжитыми долинами были обустроены с помощью специально проложенных дорог а торговые площади организовывались на ровной местности и представляли собой ряды повозок, составленных боками друг к другу.

Драконы здесь были добродушными, улыбчивыми и всегда готовыми прийти на помощь. Это удивляло и даже немного настораживало, лично я не привык к подобному общению, а вот Элану все знали и любили. Ей кланялись, с ней часто заговаривали и даже преподносили дары в виде свежесрезанных цветов или корзин с домашними яйцами и хлебом.

— Мама помогает местной общине магов решать конфликты и регулировать отношения между отдельными поселениями. Пространственников здесь нет, выбросы для них что-то из ряда вон выходящего, поэтому маму боготворят, она и папа — сильнейшие маги континента, но только здесь. — Рассказывала мне Дей шепотом, пока мы были вынуждены стоять в стороне и сдерживать лошадей для очередной беседы Эланы с местными драконами.

— Говорят, что академия — настоящий замок, даже больше, чем тот, в котором ты вырос. Там собрались древние маги со всего драконьего мира и туда пускают только студентов, которые подписывают бумагу кровью, в которой обязуются хранить тайны академии и молчать обо всем, что они там видят и слышат.

Я усмехнулся. Эх, Дей, кто научил тебя верить во все эти сказки?

— А еще, — продолжала выдавать драконица свою норму сто слов в минуту, — во дворе академии расположены два Портала. Один перемещает драконов по нашему миру, а другой — в иные пространства и миры.

— Брось, Дей, — прервал я утомительную беседу, — если никому нельзя рассказывать о том, что творится в академии, то откуда такие точные сведения?

— Из книг, — пожала драконица плечами, как будто говорила непутевому ребенку о самых обычных вещах.

— И где же ты нашла такие книги? — Снова усмехнулся я, понимая, что местные торговые палатки, скорее всего, промышляют сказками и небылицами, а не печатают правдоподобные факты.

— Мастер привез из своего последнего путешествия, а мама доставили их в Родомелиум. — Смущенно проговорила Дей. — Я уже начала кое-что читать, потому что ты был занят в последнее время.

Скорее угрюм и неприветлив. — Посмеялся про себя, но Дей слишком воспитана, чтобы сказать мне в лицо, какой я засранец.

— Обещай, что сегодня вечером мы позанимаемся вместе.

Личико драконицы просияло, и она кивнула мне головой, надолго замолчав и погружаясь в свои, неведомые мне мысли.

Я продолжал наблюдать за кипящей вокруг меня жизнью, за резкими крикливыми драконами-самцами, чьи лица были загорелыми почти до черноты, а волосы иссушены горячим солнцем и ветром, за молоденькими драконицами, которые щебетали, словно райские птички, перескакивая от одной палатки к другой. Белые высокие ограждения ближайших домов, раскиданных в произвольном порядке и образующих что-то вроде лабиринта, скрывали внутри себя прекрасные фруктовые сады, и я вдыхал сладкий запах цветущих яблонь, груш и многих других плодовых деревьев. Мой жеребец шел спокойным размеренным шагом, отбивая по камню своеобразный ритм, который слегка усыплял. Широкополая шляпа защищала глаза от палящего солнца, но полуденный зной иссушал всякое желание бодрствовать.

— Я бы вздремнул, пока вы с матерью будете закупать все необходимое. — Кивнул на группку деревьев невдалеке от торговой площади.

Дей пожала плечами, спрыгивая с пегой лошадки и привязывая ее к специальному колышку, вбитому у кормушки с овсом.

Уже лежа в тени раскидистых ветвей и погружаясь в дрему, услышал очень странный разговор, который часто всплывал в памяти в последующие дни.

— Ты же знаешь, что Наследник скоро войдет в силу и начнет объединение войск под своим началом, мы должны ему помочь.

— Брось, Кир, никто не знает, как он выглядит и где живет. Я вообще не уверена, что этот самый Наследник существует. — Возразила драконица с тонким мелодичным голоском.

— Лил, ты — дочь самого могущественного мага и преподавателя Академии магического равновесия, я — сын ректора и самый выдающийся студент.

— Ха! Ты хвастун и зазнайка, Кир.

— И тем не менее, кому, как ни нам отыскать Наследника?

— Как, драконья твоя голова, мы будем его искать?

— Я слышал, что в кабинете отца хранится древний артефакт — кольцо с заточенным в нем сердцем прародителя. — Ого, — рассмеялась Лил. — Какого же размера это колечко должно быть?

— Обычного! — Разозлился юноша. — Ты вообще меня слушаешь?

— Ну?

— Мы будем одевать его на палец каждому дракону и драконице, которые войдут в двери Академии неделю спустя, проверим тех, кто по легенде должен переступить порог учебного заведения в этом году.

— Ты свихнулся на этих легендах, Кир, но я, как всегда, с тобой. — Как-то обреченно прозвучал тонкий голосок.

— Вот и отлично. Рассчитывал на тебя, Лил, ты самая настоящая подруга!

— Да уж, — пропел удаляющийся голос, а я, наконец, крепко уснул.

Весь вечер я провела на берегу реки, пытаясь охладить опаленное жаркими лучами солнца тело и кожу лица. Всегда понимала, что климат южного побережья не для рыжих, которые больше остальных подвержены ожогам и обгоранию, хотя, я была скорее золотистой блондинкой с рыжим оттенком, не поверите, но такое бывает. Белая кожа, которая краснела на солнце, но не покрывалась ровным загаром. А вот ресницы и брови выгорали до медового цвета, и я терялась на фоне более ярких дракониц, таких, как моя мама, например, выраженных брюнеток с ровным стойким и красивым загаром, черными бровями вразлет, естественными длинными ресницами, которые и без макияжа смотрелись великолепно.

Зато, папа подарил мне свой необыкновенный янтарный цвет глаз, который отлично сочетался с золотистым каскадом волос.

Я мало обращала внимания на свою внешность, но за последнюю неделю все чаще ловила на себе взгляды Драко. Неужели, ему нравится, как я выгляжу? Странно, раньше он не обращал на меня внимания, а теперь постоянно кидает изучающие взгляды. Вот и сейчас, развалившись на белом песочке в позе звезды и положив голову на скомканную одежду, смотрит на меня так, как будто я что-то для него значу, заинтересованно, с искренним любопытством.

Его темные глаза впитывают заходящие закатные лучи, поглощают в себя краски, оставаясь беспросветными, почти черными. Ловлю себя на мысли, что хочу прилечь рядом, почувствовать тепло, которое дарят эти загорелые руки с развитой мускулатурой, погладить безволосую грудь, подтянутый живот и остановиться на темной полоске волос, уходящих под резинку шорт.

Сглотнула, понимая, что веду себя странно даже для самой себя, не говоря уже о Драко. Что он подумает, поймав мой жадный взгляд? Что я хочу нечто большее, чем просто позаниматься в своей комнате переводами, может, проверить упругость матраса, поваляться в обнимку на кровати.

— Прадракон, Дей! Перестань соблазнять меня своим прелестным язычком, мелькающим между этими пухлыми розовыми губками. Я же живой, а не каменный и у меня давно не было общения с драконицами.

Отвернулась и уперлась глазами в песок, мечтая провалиться сквозь землю от стыда и неловкости. Выручила мама, как всегда вызывающая меня по неотложному делу с помощью изобретения Дерека. Черный проектор завибрировал в кармане шорт, и на песке появилось сообщение, в котором меня просили подняться в спальню родителей. Странно, обычно мы устраивали совещания, касающиеся сборов, в гостиной. Пожалела, что не владею магией пространственника и потопала на Родомелум своими двумя, извинившись перед Драко.

Первое, что я услышала, когда доплелась до второго этажа, это голос папы, который что-то горячо объяснял маме. Знаю, что подслушивать нехорошо, но любопытство перевесило мораль.

Только сегодня. — Пообещала себе мысленно и встала бесшумно у двери в спальню родителей.

— Я попросил тебя перенести меня домой только для того, чтобы проститься с дочерью. Не переживай, мои обязанности мне ясны. — Говорил папа уставшим равнодушным тоном.

— За что ты обижаешься на меня, Вольный? Что я делаю не так?

— Диктуешь всем и каждому, как нужно и как не нужно жить! — Повысил отец голос, а я похолодела. Никогда еще они не разговаривали на повышенных тонах. — С самого нашего прибытия на южный континент ты начала распоряжаться моей жизнью. Я словно домашний ящер, которого вкусно кормят и требует, чтобы он вел себя так, как ему предписано хозяйкой.

— Тогда почему ты согласился так жить? Свалил на меня обустройство дома, воспитание дочери, а сам посвятил себя магии.

— Ты не забыла, что моя работа приносит нам основной доход, потому что за свою ты стесняешься брать деньги?! — Да что с тобой не так, Вольный? Побыл в одном замке с Машей и решил остаться там навсегда?

Я замерла, ничего не понимая. Почему это папа должен хотеть жить в замке у Дерека? Что происходит? — Ревнуешь, Элана? Думаешь, что брошу тебя и Дей, ради Маши?

— А разве не к этому все идет? Ты же всегда ее любил.

— Серьезное обвинение, дорогая.

Я слышала в голосе матери слезы, но боялась своим вмешательством испортить родителям возможность выяснить все раз и навсегда. Неужели папа действительно может нас бросить?

— Я никогда не любил ее, Элана. Это была слепая юношеская страсть, желание, порожденное во мне магией Белой Драконицы и подогретое обстоятельствами, неопытностью и нашей молодостью. Маша с самой первой минуты стала для меня чем-то необходимым, но только много времени спустя я понял, что меня тянет к ней, как к другу, родственной душе, как к сестре, если тебе так угодно! Мы с ней совершили много ошибок, потому что не смогли понять, что нашими жизнями играет ее вторая сущность. Именно душа Белой Драконицы вызвала меня на полет, с ней я и завершал обряд, а наши с Машей отношения были разрушены, уничтожены этой беспощадной игрой. Прости, что было у них с Драко мне неведомо. Сейчас мы просто пытаемся наладить то, что много лет назад нам не удалось сохранить, но ты снова заставляешь чувствовать себя виноватым перед тобой. Отчитываться, как будто я не дракон, а птенец. Мне теперь спрашивать у тебя разрешения на каждый разговор с Машей? Тебе не кажется, что это будет слегка нелепо?

— Вольный, ты сам создаешь эти нелепые ситуации! Только совершили выброс, и уже просишь позвать дочь, а на меня не смотришь! Кто я тебе, жена или просто предмет мебели? Что бы ты подумал на моем месте, зная трепетную историю ваших с Машей отношений?!

— Да что ты к ней прицепилась! — Бесновался отец. — У нас никогда ничего не было, понятно, никогда не было и не будет! Мы совершили полет, мы с тобой единились, созданная тобой энергия доступна и мне, разве это не доказательство моей к тебе любви? Можешь считать это непреложной истиной, Элана.

— Тогда эта истина привела нас к тому, что ты в упор не замечаешь, что твоя пара уже давно мечтает о простом поцелуе, Вольный.

Услышала, как ругается отец, как старается сдержать рыдания мама и ретировалась в свою комнату.

Вот это да! Моя мама, оказывается, ревнует отца к Маше! А Драко известно об этой запутанной истории? Почему нам ничего не рассказали? Зачем держат в секрете обстоятельства, которые привели нас на южный континент? Я-то наивная всегда думала, что родителей распределили сюда сразу после окончания Академии, а маму Драко поспали, как опытного мага в замок Дерека, чтобы она помогла Мастеру и поддержала угасающую магию континента.

Теперь выясняется, что натянутые отношения между нашими семьями — это следствие ревности? Но папа говорит, что он никогда не…. Не что? Не делил с мамой Драко одну постель на двоих?

Мысли путались, и я поняла, что должна выяснить у них все сейчас, пока моя голова не лопнула от наплыва информации.

Влетела в комнату и застала родителей в такой компрометирующей позе, что впечатлений для моей детской психики хватит теперь на всю оставшуюся жизнь.

— Закрываться не учили? — Ругнулась на родителей и скрылась за дверью.

Прадракон! Опытные высшие маги, а догадаться использовать обыкновенную защелку ума не хватило. Теперь, как только увижу их вместе, буду вспоминать папины руки на маминой обнаженной груди и этот сумасшедший взгляд, как будто он решил проглотить ее целиком.

Вот ужас!

Если на берегу реки мне хотелось провалиться сквозь землю, то теперь я мечтала на какое-то время исчезнуть с лица этого мира. Вот она, первая истина, которая открылась мне совершенно неожиданно. Теперь становились понятны некоторые отрывки видений, посещавших меня в последнее время.

Раз не получается поговорить с родителями, то я должна все рассказать Драко. Сколько можно хранить этот секрет? Даже если он высмеет меня, хуже уже не будет!

Вернулся в Родомелум, отдохнувший и окончательно смирившийся с предстоящим утренним отъездом. Вещи давно были собраны и стояли у кровати, мешаясь на проходе, но выносить их в коридор было как-то неудобно, все-таки не мой дом, нечего устраивать тут свои порядки, поэтому постарался запихнуть сумки под кровать, аккуратно упаковав книги и сложив стопкой. Вольный передал от мамы привет и вручил мне за ужином какую-то плоскую холодную пластину.

— Дей научит тебя им пользоваться. Это проектор, он может передавать сообщения и с помощью затрат энергии и магии ты научишься проецировать и себя. Со временем, конечно. Отличная вещь для связи с Машей и Дереком.

Поблагодарил дракона, который утром отбывал обратно в замок по неотложным делам, как сообщили нам с Дей. Драконица вела себя необычайно тихо, я бы даже сказал, пришибленно. Глаз от тарелки не поднимала, за весь ужин не произнесла ни слова и порывалась вскочить после каждой смены блюда, пока Элана настойчиво не попросила ее остаться на десерт. В итоге целый час мы натянуто о чем-то беседовали, стараясь как-то сгладить неловкое молчание и игнорировать напряжение, которое так и витало в воздухе.

Мы с Дей планировали позаниматься и просто поговорить о предстоящей поездке и учебе в академии, но, кажется, она собиралась уснуть прямо после ужина. Жаль, я мог бы поделиться с ней тем странным разговором о Наследнике и древнем артефакте. Если судить по словам Кира и Лил, то нам наденут на палец кольцо, а если вспомнить рассказы самой Дей, еще и кровь возьмут для клятвы. Веселенькое нас ждет утро, хотя я уже просто предвкушал этот выброс и знакомство с новыми драконами и драконицами. Интересно, как нас будут распределять по факультетам? Мама рассказывала, что Отбор — интересное и очень важное событие в жизни каждого дракона.

— Драко, Дей, мы с папой хотим вам кое-что рассказать. — Начала Элана, сложив льняную салфетку на коленях и разглаживая пальцами каждый край.

Странно, ей не свойственно так себя вести, обычно мама Дей действует напролом, а тут ведет себя, как юная скромница, даже черные волосы зачесала назад и заплела в косу, что тоже не вязалось с прежним образом своевольной и властной драконицы.

— Давайте я начну говорить, а вы будете задавать вопросы, если что-то станет непонятно, хорошо?

Я кивнул, Дей посмотрела на меня, а потом тоже обреченно выдохнула.

Да что с ней такое?

— Когда я училась в Академии, на восточном континенте впервые за всю историю появились Черные драконы — самые сильные маги этого мира, которых прадракон лично назначил вершителями судеб всех континентов, включая их собственный остров — Черный Омут. По прошествии многих поколений выяснилось, что магия их настолько сильна, что забирает эмоции, желания и даже чувства, оставляя драконов неполноценными и неспособными даже к продолжению собственного рода. Там, откуда, кхм, мы совершили выброс, — как-то странно замялась Элана, — появились эмпаты — маги, которые умеют читать ауру дракона, как некроманты, но еще и воздействуют на нее, внушая те чувства и эмоции, которыми владеют сами.

— Вот это да! — Перебил я маму Дей, после чего быстренько замолчал, поймав недовольный взгляд Вольного. Надо же, оказывается можно взять и влюбить в себя понравившуюся Драконицу? Обязательно овладею этой магией.

— Магия воспроизведения чувств и эмоций очень редкая и достаточно неоднозначная. Если у кого-то из вас она обнаружится, когда ректор начнет Отбор, то я хочу, — Элана робко посмотрела на дочь, — хочу предостеречь вас от ее частого использования. Постарайтесь не показывать, что владеете ей, постарайтесь это скрыть. — Более уверенно добавила она.

— Но, зачем? — Снова не удержался я от бурных восклицаний.

— Затем, — вмешался в рассказ Вольный, — что Черные драконы охотятся на таких магов, забирают к себе в рабство и заставляют жить на Черном Омуте.

Дей вздрогнула и подняла на отца большие испуганные глаза цвета расплавленного золота.

— Папа?

— Да, дочь, существует легенда, по которой настанет такой день, когда на все четыре континента обрушится гнев Черных драконов и только Наследник, владеющий Звездой — артефактом, объединяющим всех драконов зовом крови, сможет победить зло, которое несут в себе сильнейшие маги. Я знаю, о чем говорю, Дей. Я видел, как один из них убил твоего отца, Драко, только потому, что хотел заставить Элану страдать. Я видел, как равнодушно они достигают своих целей, перешагивая через головы сотни драконов.

У меня в глазах заплясали черные мушки. Мама рассказывала, что отец погиб при трагических обстоятельствах, разбился, упав с огромной высоты, но, как и кто этому способствовал, никогда не говорила. Я готов был пробить головой одного из этих магов толстую стену и посмотреть, что из этого выйдет. Если они разрушили с такой легкостью жизнь моей семьи, то, что сделают, ради достижения целей, касающихся порабощения всех драконов-эмпатов?

— Я хочу, чтобы вы поняли, как серьезны угрозы вашим жизням.

— Но, мама, — возразила Дей робко, — у нас с Драко никогда не проявлялась подобная магия.

— Вообще-то, — ответила Элана, — магия дракона проявляется после совершеннолетия, а до этого ее можно только пробудить, тренировать, заставлять просыпаться, как делают это в случае с теми, кому пора обучаться, но чья магия еще спит, с большинством! — Сделала она упор на последнем слове. — Перед Отбором вы уже в числе первых, потому что владеете стихиями, а Драко еще и некромантией. Что будет после того, как вы пройдете Отбор и вашу магию разбудят? Об этом мы с папой можем только догадываться, но нас уже страшит результат.

— Поймите! — Снова взял слово Вольный. — Вы — наш секрет, наша строжайшая тайна, которой мы завтра вынуждены поделиться с магами этого континента. Теперь в их руках решение защитить вас или отдать Черным Драконам.

— Почему именно нас? — Не понял я.

— Потому, — прошептала Элана обреченно, — что Вольный задолжал им свою жизнь, а Дей его дочь, потому, что я владела самой сильной магией во всем этом мире, а когда родила дочь — утратила ее. Драко, — умоляющее посмотрела на меня Элана, — просто пообещай, что никогда не бросишь Дей.

— Обещаю. — Ответил я, ни секунды не сомневаясь в том, что сдержу свое слово.

— Дей, милая. — Подошел Вольный к дочери. — Мы столько лет молчали не потому, что не любим тебя или хотим, чтобы твоя магия не пробудилась, а потому, что боимся тебя потерять, понимаешь?

Драконица вскочила со стула и бегом припустила к лестнице. Вольный успел только вскользь коснуться ее щеки.

— Я так и думал. — Повернулся он к Элане. — Мы слишком тянули с этим разговором. Драко, помоги ей. Будь рядом, защищай, оберегай.

— Ничего не понимаю, — взбесился я. — Почему просто не оставить нас дома?

— Потому что в тот день на площади один из Черных драконов нашел тебя, а, значит, скоро найдет и нашу дочь. Мы сможет отбиться от небольшого отряда, но с многочисленной армией нам не справиться, а император искал вас слишком долго, его терпение небезгранично.

Академия магического равновесия — это крепость, самое защищенное место во всем драконьем мире. Мы хотим, чтобы вы затерялись на какое-то время, пропали из виду.

— А как же каникулы? — Возразил я.

Элана покачала головой и разрыдалась.

— Их просто не будет. — Ответил за нее Вольный. — Считай, что Академия — ваш новый дом на ближайшие пять лет.

Я ужаснулся, вцепившись в холодный черный прямоугольник-проектор руками.

Так, значит, только так я теперь смогу видеться с мамой? Какой ужас! А Дей? Она не слышала окончания разговора, неужели, именно я должен буду сообщить ей, что завтра утром нас отправляют в настоящую ссыпку на долгих пять лет? Что она не увидит родителей еще очень долго? Что проститься с Родомелумом, его обитателями, своим родным домом?

Настроение от хорошего скатилось к мрачно-вымирающему. Отлично! Просто, отлично! Я теперь дракон в изгнании и, вроде как, по собственному желанию.

Кто-то снова ломился ко мне в комнату. Родители не стали бы колотить с такой завидной регулярностью и силой, поэтому это мог быть только Драко, но, впервые в жизни, я не хотела видеть даже его. Не сейчас, когда я пытаюсь осознать всю серьезность происходящего и ответить себе на вопрос, почему родители долгое время скрывали от меня правду. Знали, что у меня что-то происходит, видели, что я странно себя веду порой, но закрывали на все глаза. Ужасно несправедливо прятаться от всего белого света, а потом вываливать всю грязь этого мира прямо тебе на голову. Мол, что хочешь, то и делай, мы со своей частью задания справились, теперь твоя очередь становиться взрослой и бороться со злом, хочешь ты этого или нет.

А я вот не хотела! Ни взросления, ни тем более борьбы.

— Дей, если ты не откроешь, я вышибу эту дверь магией стихии. — Настойчиво доставал меня голос Драко.

Что за упрямый дракон!

Взмахнула рукой и потоком воздуха открыла защепку. Завтра утром я буду уже в Академии, нет смысла скрывать свои способности и дальше, как того всегда хотела мама, теперь хоть понятно почему? Боялась за меня!

— Давай просто поговорим. — Предложил дракон, присаживаясь рядом, отчего матрас под его весом прогнулся и натужно скрипнул.

— А можно не просто разговаривать? — Равнодушно спросила я, укладывая голову на взбитые подушки и вытягивая затекшие ноги прямо поверх ног Драко. Он машинально устроился удобнее, сжав мои щиколотки пальцами и отодвигаясь подальше.

— Ты зря ушла. Твои родители сообщили не очень приятную новость.

Дей махнула рукой.

— Да, знаю я.

— Как? — Заинтересовался он.

Вздохнула, а потом выдала на одном дыхании, все равно ведь хотела обо всем ему рассказать.

— У меня своеобразный дар, что-то вроде предвидения, но гораздо сложней и заковыристей. Я будто наблюдаю со стороны что-то такое, что вызывает во мне понимание грандиозности увиденного, но вот расшифровать или понять, о чем мне эти фрагменты не удавалось до сих пор. После того, как мама начала говорить, некоторые картинки становились четче. Теперь я поняла, что означает огромная комната, в которой я пять долгих лет взрослею, испытываю страх больше никогда не увидеть своих родителей, борюсь с желанием обнять близкого мне человека. Они ведь отдают нас в Академию без права возвращаться домой? — Уточняю на всякий случай.

— Без. — Подтверждает Драко ошарашено, а потом как-то расслабляется и растягивается рядом, опираясь на локоть. Бедняга, думал, что ему самому придется мне обо всем рассказывать!

— Ну, и что еще ты видишь, Дей-с-сюрпризом?

— Много чего, — отмахнулась от его шутливого тона. — Огненные стены, белый свет, который нестерпимо режет глаза, здания, долины, горы тех мест, где я определенно никогда не была, драконов, которых никогда не видела. Я слышу их голоса, даже понимаю уже, какие и кому принадлежат, но не могу понять, что они хотят мне сказать. Еще меня как будто накрывает волной боли, всякий раз, когда приходят эти видения, я страдаю от сильного физического воздействия на свой организм, но ни синяков, ни ушибов не остается. Словно я переношу ощущения прошлого в настоящее.

— Вот это да! Ты у нас, оказывается, не просто с сюрпризом, но еще и с возом проблем? — Драко подсовывает руку мне под голову и заставляет лечь на его предплечье. Немного робею от подобной близости, а потом расслабляюсь и устраиваюсь в объятиях дракона. Новые ощущения накрывают с головой. Мне хорошо, мне приятно оттого, что его пальца перебирают пряди моих волос, а запах мужского тела дарит какое-то состоянии эйфории, и я стараюсь дышать не так глубоко, чтобы голова сильно не закружилась. Он закрыл глаза и, кажется, полностью расслабился, а потом вдруг посмотрел на меня долго и пристально.

— Давай просто насладимся последними часами пребывания в твоем доме, Дей? Чтобы потом вспоминать что-то приятное, а не споры и ссоры с родителями? Когда еще у тебя будет возможность проститься с этим замечательным местом?

Кивнула, признавая стопроцентную правоту Драко.

— Тогда иди к родителям и проведи с ними пару часов наедине. Я знаю, что вам есть, о чем поговорить.

— А как же ты? — Пожалела я дракона. Он-то не может вот так вот сесть и проститься с Машей и Дереком. Ему такой возможности не дали.

— Я пока высплюсь на твоей мягкой постельке. — Он перевернулся на живот и забрал мою подушку, засасывая под нее руки.

— Мм, ты вкусно пахнешь. — Промычал он что-то неразборчивое, а потом зевнул и зарылся носом в сгиб собственного локтя.

Я рассматривала полоску обнаженной кожи между резинкой шорт и приподнятым краем футболки. Так хотелось протянуть руку и коснуться этого открытого участка кожи, увидеть, как она покрывается мурашками от легкого прикосновения и ощущения щекотки. Стал бы Драко меня останавливать, если бы я приподняла футболку и очертила линию его лопаток?

— Дей! — Вернул меня в реальность голос дракона. — Ты теряешь драгоценные минуты, рассматривая меня. Я-то никуда не денусь ближайшие пять лет, а вот родители будут теперь вне зоны досягаемости.

Встала с кровати, осознавая, что в ней впервые лежит дракон-самец, красивый такой, высокий, огромный для ее скромных размеров, а потом вышла, тихо прикрыв за собой дверь.

И что мне делать? Попытаться насладиться вечером или добиться того, чтобы родители объяснили мне свои поступки по отношению к дочери?

Спустилась с лестницы и увидела, как они сидят на веранде. Мама плачет, а отец гладит ее по длинным распущенным волосам и пытается успокоить, что-то рассказывая.

— Мам, пап. — Позвала их, выходя на крыльцо.

Оба вскакивают, как по команде, идут ко мне, обнимают, мама еще и покрывает мокрыми поцелуями лицо, а я стою и чувствую, что счастливее меня нет драконицы во всем этом мире. Чтобы они не предпринимали, ради моего спасения, какие бы ошибки не совершили, но все делалось лишь мне во благо. Жаль, конечно, что меня не спросили, что и как будет лучше, но теперь слишком поздно об этом говорить. Драко прав, лучше насладиться этим временем, сидя на веранде и говоря друг другу о том, как ты любишь свою семью и как тебе дороги родители, и как ты будешь скучать по ним каждую секунду, каждую минуту того времени, которое вы проведете не вместе.

Утром я проснулся выспавшимся и отдохнувшим, но с ощущением, что что-то не так. Еще не открывая глаз, скорее почувствовал, чем увидел, что рядом кто-то есть.

Странно, кого могло занести в мою кровать в чужом доме? Повернул голову на бок и уткнулся носом в нежное плечико Дей, которая свернулась калачиком на самом краешке своей собственной постели, оккупированной моей наглой бессовестной персоной. И ведь хотел поговорить о предстоящих событиях, об обучении в академии, а в итоге уснул в чужой спальне, впервые за свои восемнадцать лет. И как сладко мне спалось, лучше, чем в собственной комнате!

— Доброе утро! — Прошептал я Дей на ушко, вдыхая ее тонкий цветочный аромат, а потом сам себя столкнул на пол.

Что происходит, Драко? С каких пор ты начал обнюхивать молоденьких дракониц?

— Доброе. — Зевнула Дей в подушку. — Ты огромен и ты настоящий собственник. Отнял мое одеяло и всю ночь пытался лишить меня законной половины кровати, жадина!

— Мгм, прости, — виновато взъерошил шевелюру, — я пошел, встретимся за завтраком.

И поскорее ретировался на свою территорию, чтобы не наделать глупостей. Каких? Я и сам толком не знал, но определенно точно мне хотелось остаться рядом с Дей подольше. И не просто стоять в сторонке, а лежать рядом и держать это хрупкое тело в своих объятиях.

Мое амплуа одиночки и замкнутого в себе дракона теряют силу, нужно заново наращивать стену прежнего отчуждения и антипатии, а то Дей слишком близко подобралась ко мне настоящему, еще никому я не позволял настолько хорошо себя узнать.

— Доброе утро! — Встретил меня Вольный в гостиной, когда я освежился и переоделся в форму академии — летние бежевые брюки и футболку-поло ядовитого зеленого цвета. — Ты вовремя, садись, пей кофе, через пятнадцать минут выброс.

Осторожно присел на край стула, оглядываясь в поисках Дей.

Да, что, прадракон, со мной такое происходит? Мы же просто спали вместе, в одежде, причем я был закутан до подбородка в одеяло Дей. А потом стоял под тугими холодными струями душа и пытался стереть с кожи девчачий аромат. И вот теперь боюсь посмотреть ей в глаза, чтобы она не подумала, будто мне понравилось проводить ночь в одной с ней постели.

— Драко! — Спусти, пожалуйста, сумки, прежде чем завтракать. — Отвлекла меня Элана от созерцания скатерти.

— Конечно. — Подскочил, как ошпаренный, и помчался по лестнице, на самом верху сбив Дей с ног. Драконица схватилась за перила, но все равно не удержалась и плюхнулась на попу, обиженно сверля меня исподлобья взглядом янтарных глаз. Бретелька зеленого сарафана такого же ядовитого, как у меня цвета сползла с округлого незагорелого плечика.

— Прости. — Сглотнул вязкую слюну, подал ей руку и с легкостью поставил в вертикальное положение. — Тебе стоит подкрепиться, ты вообще ничего не весишь.

— Зато ты у нас отъелся за двоих. — Недовольно буркнула Дей и прошла мимо, задев меня тем самым плечиком, от которого с утра пораньше у меня сносило башню.

Нет! Мне точно не стоило жить с ней под одной крышей так долго, оказалось, что это чревато разыгравшимся воображением и бурными фантазиями.

Когда с завтраком было покончено, а сумки распределены по рукам, мы вчетвером спустились по утоптанной тропинке к дереву у подножья холма и присели на лавочку, которая мне так полюбилась. Никто не произнес ни слова, но молчание давало возможность проститься с этим замечательным местом, чтобы вернуться сюда уже спустя пять долгих лет.

Еще вечером, перед тем, как пойти в комнату к Дей, я написал маме сообщение и получил напутствие, а теперь вот прокручивал в голове ее слова, полные грусти и в то же время надежд, что с нами все будет хорошо, именно с нами, со мной и с Дей. Мама просила, чтобы я всегда был рядом с драконицей, и теперь мне не казалось это каким-то навязанным обязательством, скорее приятным времяпрепровождением. Будем надеяться, что на новом месте Дей захочет общаться не только с вновь приобретенными друзьями, но иногда будет вспоминать и обо мне.

— Ну, все, — прошептала Элана дрожащим голосом, — нам пора.

А потом достала из кармана широких льняных брюк артефакт пространственника и взяла дочь и Вольного за руки, они в свою очередь крепко вцепились в мои пальцы. Холодный водоворот захлестнул меня потоком воздуха, вышиб весь кислород из легких и бросил коленями о твердую землю, поэтому вставал я с трудом, поднимая на плечо съехавшие сумки.

— Оу! — Услышал вскрик Дей и огляделся.

Действительно, «оу»! Никогда не видел подобного строения ни на западном, ни на южном континентах.

Огромного размера серый замок с двумя крыльями и центральной смотровой башней был сложен из грубого неотесанного камня и производил впечатление древнего исполина, прикорнувшего у скалы и скосившегося во сне на один бок, так как строение располагалось на склоне горы и его левые здания были чуть выше правых. Зубцы открытых галерей, соединявших крылья с центральной частью замка, кое-где обрушились, и дыры, зиявшие в стене, открывали вид на плато, замусоренное ветками, листьями и комьями земли, даже с такого расстояния различимыми глазом. Стена в три моих роста не имела ни одного выступа, так четко были прилажены друг к другу камни, а заканчивалась пиками, сиявшими в утренних лучах солнца, которым не хватало голов преступников для создания общего настроения мрачного и неприступного места, полного тайн и скрытых угроз. Точно тюрьма, в которой нам предстоит отбывать наказание долгих пять лет.

— Мы туда попали? — Прошептала Дей сдавленным голосом. Я видел, как округлились глаза драконицы при виде серого недружелюбного исполина, как она оглядывалась по сторонам, пытаясь остановить глаз на чем-то радостном. Но вокруг были редкие безлиственные деревца и желтая пожухлая трава, а далеко впереди сплошные каменные глыбы, будто растущие из самой земли. Настоящий лес камней.

— Маам, пaaп, — заныла Дей, как маленькая, — что это за странное место?

Вольный печально вздохнул, а потом обнял дочь и прижал ее голову к своему плечу, целуя в самую макушку.

— Ты же знаешь, что здесь вы с Драко будете в безопасности какое-то время. Постарайся понять нас с мамой, а потом указал мне кивком головы на дорогу, пытаясь успокоить сотрясающуюся от рыданий дочь поглаживанием руки. Я видел, как Элана старалась смотреть куда угодно, только не нас, как дрожали ее пальцы, сжимая артефакт пространственников, как она судорожным движением вцепилась в плечо мужа и выбросила их обратно домой, туда, куда нам с Дей уже не вернутся в ближайшее время.

Драконица пошатнулась, теряя опору в виде груди отца, но во время восстановила равновесие и вытерла слезы.

— Это жестоко, Драко, это ужасно несправедливо, что мы с тобой должны торчать в этом забытом прадраконом месте свои лучшие годы жизни!

— Полегче, Дей, — усмехнулся я, подхватывая сумки драконицы, — не ты ли недавно предвкушала первый день в Академии, знакомство со сверстниками, обретение друзей.

— Я, — шмыгнула носом новоприбывшая студентка.

— Тогда пошли, тяжело же. — Кивнул на многочисленные сумки.

— Пошли, — махнула рукой в сторону сплошной стены драконица и уныло затопала по дороге, упирающейся в сплошную стену.

Интересно, как мы вообще попадем вовнутрь?

Мы с Драко уперлись в стену, высокую, гладкую, без единой трещинки, даже странно стало, глядя на развалины замка, что ограждение находится в таком идеальном состоянии.

— И что дальше? — Спросила у дракона, нагруженного нашим багажом.

Драко выругался и сбросил сумки на землю.

— Попробуем постучаться? — Предположил он и даже пару раз ударил в нее кулаком.

— Мда. Попробовали и будет. Давай свяжемся с родителями и скажем, что нас не приняли. — Обрадовалась я. — Брось, Дей, нас не вернут домой. — Отрезал Драко.

— Что значит, не вернут? — Удивилась я.

— То и значит! Мы здесь неслучайно, нам помогают скрыться от угрозы мирового масштаба в виде самых сильных магов всего драконьего мира. Какая часть объяснения твоих родителей тебе показалась непонятной?

Оглянулась по сторонам. Камни, большие и маленькие, горы, снова камни. Да уж, могли бы выбрать место посимпатичнее.

— Давай подождем, пока придет кто-нибудь еще. Мы же не одни поступаем сегодня в Академию? Вроде ожидался поток студентов, а вокруг сплошное безмолвие. Я всерьез начинаю подозревать родителей в коварстве.

— Давай попробуем лучше применить стихии. — Оборвал мои причитания Драко. — Я создам земляной вал, и мы влезем с помощью него на стену.

— Чтобы повиснуть на одной из острых пик? Нет, спасибо, такая нелепая смерть в мои планы не входит.

— Тогда придумай что-нибудь получше, я есть хочу! — Разозлился на меня дракон.

А вот это он зря, я же его отговариваю от глупого поступка, мог бы и спасибо сказать. И сколько можно есть, только из-за стола вылезли!

— Мой уровень энергии на нуле, я его не пополняла несколько месяцев. Ты же знаешь, что мама не разрешала использовать мне магию. Чтобы сотворить серьезное заклинание понадобится серьезный источник, а я не наблюдаю такого.

Драко обреченно уселся прямо на землю и прислонился к злополучной стене головой.

— Слушай, а помнишь, ты что-то говорила о клятве на крови, может, просто стоит порезать руку и коснуться камней?

Я пожала плечами, вспоминая, что читала что-то про запрет любого упоминания об Академии за ее пределами. Там действительно был абзац, в котором описывалось подписание договора кровью, но стена-то тут причем? Но другого выхода все равно не было, хотя я предпочитала связаться по проектору с родителями.

— Дей, я вижу тебя насквозь. — Произнес Драко и помахал у меня перед глазами упомянутым изобретением. — Можешь, наконец, понять, что нас сюда доставили специально и если заберут, то только для того, чтобы запихнуть еще куда-нибудь. Домой ты не вернешься до тех пор, пока родители не разберутся с мировым злом.

Махнула рукой, а потом порезала палец о край травинки, жесткой и острой, и мазнула по стене. На моих глазах она стала таять, образовывая проход, который Драко, видимо, не видел, потому что громко застонал и выругался. Протянула руку, которая тут же исчезла наполовину, а потом решительно шагнула вперед, оказываясь во дворе Академии, где толпились сотни драконов и дракониц, пытаясь, переорать друг друга или играя в игру «Кто скажет громче?». Несколько секунд спустя рядом со мной плюхнулись сумки, а потом показалась нога Драко и, наконец, он сам.

— Ого! — Вытаращил друг глаза. — Странно, что снаружи ничего не слышно. Ты глянь-ка. — Указал пальцем на фасад замка.

Строение выглядело совершенно не таким, каким виделось изначально. Центральная часть его была испещрена небольшими отверстиями с цветными витражами, а крышу украшали драконы, изваянные из камня. Правое крыло было отдано под женское общежитие, так как его украшали многочисленные разноцветные флажки, свисающие с миниатюрных балкончиков. Во дворе красовался фонтан в виде прекрасной девушки, чьи плечи и руки были покрыты мелкими зеленоватыми чешуйками, а грудь и бедра прикрывались лапами дракона, обвивавшего ее тело сзади. Морда его была прижата к ногам драконицы, глаза блаженно щурились. Складывалось такое ощущение, что скульптура живая, и пара просто замерла на какое-то мгновение и сейчас девушка шагнет вперед, а ящер подставит ей спину для полета.

Левое же крыло однозначно было мужским и совершенно не гармонировало с правым. Прямые линии, отсутствие барельефов и балкончиков, широкие окна с белыми рамами, покатая крыша, соединенная со смотровой башней, сместившейся из центра в самый край строения.

До центрального входа с двух сторон тянулись ухоженные кусты в виде невысокого лабиринта, спиралью закручивающегося вокруг двух других фонтанов, а крыльцо обрамляли высокие колонны, увитые растением с широкими листьями и огромными ядовито-зелеными цветами. Места для прогулки тут были неинтересными и просматривались со всех сторон, а тем более из окон общежитий.

— Иллюзия? — Прервал мое молчаливое наблюдение Драко.

— Эй, новенькие! — Не успела я открыть рта для ответа, как на нас обрушилась парочка сумасшедших драконов. — Кир. — Протянул мне руку парень. Студент третьего курса и ответственный за вновь прибывших. Отдайте ваши вещи вот этому верзиле.

Я посмотрела на дракона, который стоял рядом с Киром, и даже присвистнула мысленно, таким высоким и широкоплечим он был.

— Рогдон. — Представился дракон и поднял сумки Драко. — Отнесу в гостиную перваков, там уже целый склад. После общего собрания, на котором вы получите инструкцию от ректора и где вас раскидают по залам испытаний, определимся с номером спальни, а пока оставайся здесь с остальными. — И дракон показал на крыльцо, где столпились драконы-первокурсники.

— Ты, — ткнул в меня пальцем Кир. — Идешь к ней.

Я проследила в указанном направлении и увидела худенькую Драконицу с копной ярко-рыжих кудряшек, одетую в ядовито-зеленую тунику и облегающие бежевые брючки.

— О вещах я позабочусь, девочки отнесут к вам в гостиную, не беспокойся. — Он щелкнул пальцами, и мои сумки поднялись в воздух и поплыли к группке дракониц с какими-то оранжевыми плакатами в руках.

— Лови вещи новенькой. — Крикнул Кир кому-то и помахал рукой, привлекая к себе внимание, а потом подтолкнул меня в спину. Я даже посмотреть на Драко не успела, как нас уже развели по разным сторонам.

— Лил, это твоя. — Подвел меня дракон к рыжеволосой.

— О, привет. — Тоненьким голоском поприветствовала меня девушка. — Ты последняя на сегодня, по списку планировалось прибытие семидесяти дракониц, но в последнюю неделю трое отказались, так что теперь нас шестьдесят семь. Вот это Кира, там Злата, Варвара и Ранетка.

В ужасе таращилась на дракониц, чьи имена мне перечисляли с такой поспешностью, стараясь запомнить хотя бы одну.

— Не буду тебя утомлять остальными, все равно потом всех перепутаешь, но этих постарайся выучить, вам вместе проходить испытания отбора.

— Почему не по одной? — Поинтересовалась я.

Лил охотно пояснила.

— Уровень у перваков слабенький, у некоторых магия до сих пор себя не проявляла, поэтому опрашивают сразу по несколько дракониц, чтобы сэкономить время.

Я хмыкнула.

Мда, мой отбор привлечет к себе немало внимания.

Лил крикнула Киру, что у нее все по списку и повела нас внутрь здания, чтобы рассадить по местам.

— Ректор сейчас объяснит вам правила Академии магического равновесия, расскажет историю основания, а потом я вернусь и отведу вас в аудиторию для церемонии отбора.

Я проследовала за остальными девушками, оказавшись в хвосте цепочки и затерявшись сразу же, как только мы вошли в огромный холл с многочисленными лестницами посередине, которые возвышались до самого последнего этажа. Представьте себе высоченную лестницу со множеством ответвлений в виде небольших мостков со ступеньками. Они протягивались от основной конструкции к этажам и представляли собой нечто хрупкое и не внушающее доверия.

Неужели мне придется по ним ходить? — Испуганно подумала я, пока меня теснили вновь прибывающие группы драконов. Оказавшись у стены, я отыскала глазами возвышение, на котором пока еще никого не было, а потом нашла свободное место и присела на самом краешке, надеясь не привлекать к себе особого внимания.

Прошло не меньше получаса, пока всех усадили и отметили в списках, а потом на кафедру взошел высоченный дракон в длинном темно-зеленом балахоне, который мешком висел на его костлявых плечах.

— Доброго всем утра, первокурсники. Меня зовут ректор Драгон, и с сегодняшнего дня стены Академии магического равновесия заменят вам дом на ближайшие пять лет. Сразу хочу предупредить вас, что правила нашей академии отличается от многих других. Здесь нет факультетов, которые разделили бы вас по группам, здесь нет специальностей, которых бы вам не пришлось изучать.

В нашей академии все равны, и если кто-то не сможет освоить тот или иной предмет, то сначала ему попытаются помочь, а потом отчислят без права вернуться обратно. Мало того, ему сотрут память о том времени, что он пробыл здесь, не закончив своего обучения. Надеюсь, что этот вопрос закрыт и к нему мы вернемся только в случае крайней необходимости.

Далее хочу рассказать о возможности выбросов домой. Внимание! Ее нет. Родители, которые подписали договор на ваше обучении, должны были предупредить вас, что мы не отпускаем студентов на каникулы и разрешаем посещать только те места, которые четко прописаны в Уставе, либо те, которые будут использоваться для обучения магии пространства.

Я настоятельно советую вам пройти в библиотеку сразу же, как только закончится церемония отбора, и изучить Устав, чтобы в дальнейшем не возвращаться к тем вопросам, ответы на которые там четко прописаны.

Итак, в течение первого курса вам предстоит изучать такие дисциплины, как основы целительства и зельеделия, магию стихий, пространственные перемещения, бытовые изобретения, некромантию, основы владения магическим оружием, изготовление артефактов, простейшее преобразование, вспомогательную магию. Предметы будут распределены с утра до четырех часов дня с одним перерывом на обед, после чего вы будете обязаны посетить любой кружок, который ведут пятикурсники и написать в конце месяца подробный отчет о знаниях, полученных в процессе обучения на нем.

Преподаватели познакомятся с вами непосредственно на испытаниях, а пока немного отвлечемся на прошлое.

Ректор небрежно взмахнул рукой и за его спиной начали материализоваться слова, которые он произносил.

— Много веков назад прадракон — основатель этих земель — заложил первый камень данной Академии и пожелал, чтобы здесь тайно обучались маги, которые превзойдут своими знаниями и умениями самих черных драконов. Я всего пару сотен лет назад стал ректором, продолжив его правое дело и кое-что изменив.

Картинки стремительно замелькали, показывая нам то, каким был замок и каким стал. Можно сравнить сначала с милым огромным белокаменным зданием, которое перестроили в крепость-чудовище.

Я вздрогнула.

Так вот почему родители отправили нас с Драко именно сюда. Они надеются, что мы выучимся и сами противопоставим господствующим магам ту силу, которой они не смогут противостоять.

— Сильнейшие и умнейшие драконы поклялись на крови, что больше никогда не покинут стены замка, а нарушение клятвы грозит им мгновенной смертью. Они поделятся с вами своими знаниями, за что вы будете обязаны в течение года после окончания академии отработать, послужив во благо одному из них.

У меня пропало всякое желание слушать речь этого чокнутого старикана дальше. Что же это получается, что меня выдрессируют на сильнейшего мага, за что я должна буду выполнять любую прихоть драконов, одаривших меня сей милостью? Или есть еще один Устав, в котором прописаны границы дозволенности желаний в каждой возможной области?

— По окончании месяца вы будете проходит экзаменационный отбор по тем знаниям, которые успеете усвоить. Лучшего студента ждет преждевременный допуск к Порталу, худшего — первое предупреждение о возможном отчислении.

Прадракон оставил нам двое Врат, одни ведут в иные миры и они закрыт для любого из вас. Если кто-то пожелает остаться здесь в качестве преподавателя и его знания будут должного уровня, только в том случае вы сможете использовать межмирный портал. Другие смогут переносить вас в пространство, ограниченное данным миром и будут открыты для использования уже на втором занятии по пространственной магии. Правда, самостоятельно вы сможете использовать портал только тогда, когда заслужите данную привилегию.

Ректор оскалился в такой злорадной улыбке, что я поняла, как это безнадежно — получить самостоятельный доступ к Вратам.

— А теперь найдите студента, который привел вас в этот зал, и следуйте за ним к той аудитории, где будет проводиться ваш отбор. Надеюсь, что вы оправдаете наши ожидания, и никому не придется стирать сегодня память. Удачи вам, студенты.

Ректор сошел с кафедры, а первокурсники, напуганные до дрожи в коленях, не торопились подниматься с насиженного места. Казалось, что, как только ты совершишь малейшее движение, начнется всемирный потом, который бесследно смоет тебя с лица земли.

— Дейла из Родомелума! — Заорала откуда-то Лил. — Мы ждем только тебя!

Я обреченно оглянулась в том направлении, где еще не затихло эхо от тоненького голоска драконицы.

Спасибо за представление. Теперь все здесь присутствующие студенты провожали меня взглядами. Надеюсь, что Драко тоже смотрит и искренне мне сочувствует.

— Побыстрее, пожалуйста. — Поторопила меня Лил. — Я хочу сплавить вас преподавателям и пойти уже отдохнуть. Это сумасшедшее утро испортит мне цвет лица. — И драконица подтолкнула меня по направлению к шаткой конструкции посередине холла.

Который раз за утро я мысленно спрашивала родителей, за что они обрекли свою дочь на такие мучения?

Наша группа быстрым шагом приближалась к центральной лестнице, а Лил на ходу давала объяснения, как вести себя на испытании.

— Главное помнить, что это не экзамен. Вы не должны бояться преподавателей, ваша магия просто должна проявить себя, — а потом резко остановилась, отчего мы налетели на нее и чуть не сбили с ног. — Но, может, в вас ее нет? — Спросила саму себя как-то отстранено и сделала шажок миниатюрной ножкой на первую ступеньку. — Нам на последний этаж.

Еще бы! — Застонала я вслух.

— Если кто-то из вас боится высоты, советую держаться посередине и не смотреть вниз.

— Уж лучше я с краю! — Шагнула к лестнице и схватилась за деревянные перила.

Теперь не оттащите. — Победно улыбнулась остальным драконицам.

— Зачисление проводится стандартным способом, — продолжала тоненьким голоском Лил, поднимаясь впереди всех. — Договор уже подписан вашими родителями, а после прохождения испытания всех ждет оформление в общежитие, ознакомление с правилами пользования общих ванных комнат и туалетов, составление списка литературы, которую можно зарезервировать в библиотеке на свое имя. Кстати! — Как обычно неожиданно развернулась драконица, но в этот раз мы успели остановиться вовремя. — Уже на этих выходных одна из вас может отправиться в путешествие по нашему миру, но для этого вы должны записаться ко мне в кружок, который называется «Кольцо наследника». Не забудьте. — И снова понеслась наверх, пока я размышляла над таким своеобразным названием непрофильного предмета.

Чем мы там будем заниматься, интересно? Создавать артефакты в виде женских украшений?

— А теперь шагаем вот на эту лестницу, аккуратнее, тут зазор между ступенями.

Я машинально глянула себе под ноги и тут же позорно присела на корточки, цепляясь за перила.

— Дейла? С тобой все в порядке? — Поинтересовалась Лил.

— У нее приступ паники. — Ехидно заметила драконица, которую звали Варварой. Я запомнила только потому, что у нее была длинная русая коса ниже талии, как из сказки, которую мама рассказывала мне в детстве про Варвару красу — длинную косу.

— Может, просто боится высоты, как я? — Заметила драконица с острыми плечиками и носиком. У нее все тело состояло из углов и костей, которые того и гляди прорвут кожу. — Ранетка. — Представилась студентка. — Ты, наверное, забыла уже. — И отцепила свои пальчики от перил, чтобы протянуть мне руку. — Давай вместе перешагнем, мне одной очень страшно.

Согласно кивнула и поспешила встать, чтобы не позориться перед надменной Варварой. Остальные смотрели скорее на Лил, ловя каждый ее взгляд.

— Быстрее, капуши, я очень хочу домой! — Поторопила нас драконица.

— Она дочь одного из преподавателей. — Прокомментировала шепотом слова Лил о доме Ранетка. — А еще ответственная за расселение новеньких и порядок в женском общежитии. У нее миллион привилегий и с ней выгодно дружить. — Кивнула головой на Кору и Злату, жавшихся поближе к дочери преподавателя.

— Что еще ты знаешь? — Спросила Ранетку, пока мы шагали по шатким ступенькам лестницы, больше похожей на древний мост, принадлежавший вымершим прадраконам.

— Ее отец самый злющий преподаватель в Академии магического равновесия, с его курса больше отчислений, чем со всех остальных вместе взятых, и дисциплина его напрямую связана с идеологией этого места. — Прошептала драконица. — Он будет учить нас уравновешивать силу с возможностями, ну, или что-то в этом роде.

Мы шагнули в коридор, который вел куда-то вправо. Его мрачные неоштукатуренные стены навевали меня на мысли о подземельях и жестоких гномах, живущих в них. Сырость помещения и отсутствие каких-либо украшений, кроме факелов в медных подставках, говорили о том, что хозяева не заботятся о создании уюта, а, судя по слоям пыли под ногами, используют это место очень редко.

— Здесь пройдут ваши испытания, заходите. — Указала Лил на огромных размеров дверь, выкрашенную черной краской.

Точно, жуть-жуткая.

— Пап! — Позвала драконица. — Я привела новеньких. — И улизнула, прежде чем раздался недовольный скрипящий голос.

— Я же просил называть меня по имени. — Дверь распахнулась, и на пороге возник широкоплечий приземистый дракон с лысой макушкой в длинном зеленом свитере крупной вязки и бежевых классических брюках со стрелочками.

Ну и мода тут у них. — Посмеялась над внешним видом дракона, а потом поймала его ненавидящий взгляд черных глаз без зрачка и проглотила от страха собственную улыбку.

— Прибыли, отщепенцы приблудные! — Зарычал преподаватель, уничтожая нас своим ядовитым дыханием.

Я вжалась в острое плечо Ранетки, а та в свою очередь спряталась за спиной Варвары. Злата и Кора стояли немного в стороне, за дверью, но напуганы были не меньше нашего.

— Заходите все сразу, постараюсь найти в вас хоть каплю магии. А если ее нет, — захлопнул дверь, шарахнув ей о косяк и чуть не сбив с ног Ранетку, шедшую последней, — так вручу договор на зачисление и выброшу домой, только вас здесь и видели!

Никто из дракониц не стал испытывать терпении неадекватного преподавателя, поэтому мы послушно опустились на предложенные жесткие стулья с неудобными прямыми спинками и приготовились слушать.

— Я объясняю один раз, дважды повторяться не стану. — Начал преподаватель. — Меня зовут Дорминум, и сегодня мы сделаем то, что в магическом мире именуется, как пробуждение сипы, на самом же деле я просто создам для каждой из вас ту ситуацию, которая задействует магический потенциал. Если вы выживете, значит, в вас есть зачатки силы и можно будет ее развивать, если нет, то я реанимирую ваш организм и отправлю восвояси.

Ранетка испуганно икнула, за что получила такой негодующий взгляд, от которого она начала икать не переставая.

Дорминум недовольно пошевелил пальцами, и драконица схватилась за горло, как будто не могла вдохнуть, а потом так посинела, что я вскочила со стула и начала трясти ее за плечи, а потом наполнила ее легкие кислородом и негодующе посмотрела на преподавателя, боясь, правда, высказать ему все, что думала.

— О! — Удивленно воскликнул маг. — Развитая магия воздуха? — Посмотрел на меня заинтересованно. Я думал, что она отправится домой первой, а жаль.

Потом махнул рукой на стул, призывая меня сесть на место.

— Уже весело, потому что одна из вас не так безнадежна, как все остальные, это делает ваше испытание более интересным для меня и более мучительным для вас. — Так-так. — Протянул преподаватель и снова взмахнул пальцами, образовывая вокруг стульев обширное болото, а сам удобно располагаясь на воздушной подушке.

Мой стул начал медленно погружаться в болотную жижу и на этот раз я понятия не имела, чем можно помочь сразу всем драконицам. Кира отчаянно оглядывалась в поисках сухого места, а потом ее ступни коснулись чавкающей жижи. Завизжав, драконица вскочила на стул, чем вызвала его быстрое погружение в топь.

— Прекратите это издевательство! — Потребовала Варвара, но в отличие от сокурсницы, сидела она абсолютно неподвижно.

— И не подумаю, — ответил Дорминум, закручивая движением пальцев стул посмевшей возразить драконицы. Теперь Варвару будто засасывало внутрь отвратительно булькающей воронки.

Я смотрела, как девушка вцепилась в края стула, а потом закрыла глаза и нахмурила брови. В тоже мгновение стул начал раскручиваться в другую сторону, брызжа во все стороны болотной жижей, пока не остановился в изначальном положении. Ненадолго, правда.

— Что ж. Ты утонешь чуть позже своих подруг. — Пожал плечами преподаватель. — А можешь как-то использовать магию воздуха, которой вы обе, — кивнул в мою сторону, — неплохо владеете.

Я посмотрела на Варвару, но та вздернула подбородок и скривила губы.

Странная она все же.

Кира тем временем терпела бедствие. Ее засосало уже по грудь, и драконица рыдала в голос, бросая на преподавателя умоляющие взгляды. Ранетка и Злата тоже плакали, но тихо и как-то смиренно, что ли?

— Бесполезные ящерицы. — Провозгласил Дорминум. — Ваша смерть станет избавлением от бесполезного мусора, который захламит стены величайшей академии в мире, — а потом отвернулся и шагнул в пустоту, исчезая из вида.

— Аоооуу! — Завопила Кира так, что я подскочила на стуле.

Думай, Дей, думай! — Приказала себе мысленно, стараясь отыскать источник и приглядеться к нему. Он как всегда ровным светом наполнял мой внутренний сосуд. Сосредоточила остатки энергии, накопленной еще очень давно, и уровняла ее с потоками магии, выдернутыми серебристыми нитями из сосуда. Вспомнила заклинание, которое превращает воду в любую другую субстанцию и начала материализовывать его, надеясь, что болотная жижа перестанет засасывать нас на дно.

— Ты что наделала, дура? — Заревела Варвара сбоку.

Оглянулась и поняла, что закопала нас всех в землю чуть ли не по грудь, а Киру по самые плечи.

— Не кричи на нее. — Заступилась Ранетка. — Она остановила твою медленную смерть.

— Да что ты говоришь? — Заорала драконица. — Я бы подняла себя снова.

— И сколько раз ты бы это проделала? Пять-десять? А потом энергия иссякла бы и все. Спасибо, Дейла. — Кивнула мне Злата. — Кажется, я знаю, как нас выкопать. Моя магия проявила себя недавно и весьма странным способом.

Драконица тряхнула головой, и ее волосы стали расти на глазах, превращаясь а разветвленные канаты, которые обвились вокруг каждой из нас, а потом начали тянуть из земли. Ранетка первая оказалась на поверхности, так как была самой легкой и худенькой и начала выкапывать Злату, но не руками, а магией стихий. Комья земли сами вырастали в аккуратные холмики по обе стороны от драконицы, а Злата уже вылизала из ямы, превращая канаты из волос в аккуратное ровное «каре».

— Это невероятно. — Попробовала Кира ее прическу. — Как тебе удается такое?

— Легко. — Усмехнулась Злата, а потом вытянула руку и волосы на ней начали расти с пугающей скоростью.

— Ой, — завизжала Кира, отскакивая в сторону.

— Ого! — Потрогала густую поросль Варвара. — Я о таком еще не слышала. Что еще можешь?

— Все, что касается волос, ногтей и даже зубов. — Продемонстрировала Злата ровные белые зубки, превратившиеся в мгновение ока в острые клыки.

— Одна я безнадежна. — Снова заревела Кира. — Моя магия никогда не проснется, я точно знаю. Папа заплатил огромные деньги, чтобы меня сюда зачислили, а этот изверг вернет сегодня же домой.

— Я слышала, что магию можно разбудить менее жестоким образом. — Вмешалась в разговор. — Попробуй материализовать ее в виде жидкости в чем-то, похожем на сосуд.

— Ты нам что, лекцию об уравновешивании магии читаешь? — Ухмыльнулась Варвара.

Я стушевалась и покраснела. Не умею отвечать на грубость грубостью и вообще не знаю, как реагировать на подобные высказывания.

— Ты ее не обижай. — Вступилась Злата. — А то научусь управлять своим талантом и сделаю твою косу «ежиком».

— Только попробуй. — Сжала руки в кулаки драконица. — Я тебя сильнее. — И начала закручивать Злату в потоке воздуха, сжимая его, словно кулак, вокруг беспомощного тела девушки.

— Эй! — Закричала Кира. — Успокойся!

Отодвинула меня от разбушевавшейся Варвары, дотронулась до ее руки и драконица тут же заснула, упав прямо на земляной пол.

— А говорила, что не владеешь магией. — Удивилась Ранетка, поддерживая Злату под руки, потому что у той кружилась голова и весь мир вокруг.

— Нда. — Раздался скрипучий голос Дорминума. — Вы могли бы поубивать друг друга и без моей помощи, но добро восторжествовало. На этот раз. — Ухмыльнулся он. — В каждой есть магия. — Стихии, — ткнул пальцем на меня, Ранетку и спящую Варвару, эмпатия — в Киру и преображение — в Злату. — Вы станете сильной командой, если научитесь управлять своей магией и преуспеете на остальных предметах, а пока пошли вон! — Дверь сама по себе распахнулась, и мы рванули наружу, услышав недовольное ворчание. — И эту возьмите.

Варвара вылетела из кабинета, как ошпаренная, тараща глаза на нас четверых.

— Эй, студентки, поздравляю! — Кричала нам Лил из начала коридора и махала руками. — Теперь пойдемте отдыхать, я уже нашла вам отличную комнату и перенесла туда вещи.

— Нам еще и жить вместе. — Обреченно вздохнула Варвара, а все остальные очень обрадовались.

— Ну ее, девочки, — махнула Злата в сторону надутой драконицы. — Будем отмечать поступление? — Ткнула меня локтем в бок.

— Ох, — потерла я ребра. — Наверное. — Сказала, впервые вспомнив о Драко. — Только узнаю у друга, как он справился с поступлением.

На меня посмотрели сразу все драконицы, включая Варвару.

— Ты дружишь с самцом?

— Давно это у вас?

— Любовь?

— Просто дружба! — Прервала бурный поток восклицаний.

— Тогда пойдем к твоему другу в гости, там, наверняка, и для нас драконы отыщутся. — Подмигнула Кира остальным, а Ранетка смущенно отвернулась.

— Вы идите, девочки, а я вещи пока разгребу.

— Ну, нет, — ответила за всех Варвара, чем очень нас удивила. — Раз идем, то все вместе, не отвертишься!

Я кивнула, а все, кроме Ранетки захлопали в ладоши, предвкушая знакомство с драконами.

— То ли еще будет. — Грустно произнесла драконица, обхватив свое костлявое тело тонкими ручками, а потом первой пошла за Лил. Мы потянулись следом.

Кир оказался совершенно не таким, каким я представлял его себе изначально: высокий, долговязый со светлыми вихрами и абсолютно неуловимой мимикой лица. Казалось, что он постоянно находится в движении, в действии, предугадывая собственные шаги и стараясь перепрыгнуть через самого себя.

Дракон собрал нас на заднем дворе академии сразу после устрашающего выступления ректора и повел в неизвестном направлении. Пока шел, думал о том, что сейчас делает Дей, где она и с кем, удастся ли ей пройти испытание? Хотя, о последнем можно не переживать, Дей не из тех дракониц, которые могут провалить отбор.

— Эй, парень, не спи! — Окликнул меня Кир. — Видишь вон ту аллейку? — Дракон указал в направлении тропинки, заросшей высокой травой и обсаженной тонкоствольными деревьями.

— Ей нечасто пользуются. — Констатировал я очевидный факт.

— Раз в год, если быть совершенно точным. — Усмехнулся Кир. — Когда принимают новых студентов. Отец любит проводить моей группе испытание около статуи равновесия.

Я не наблюдал вообще ничего, кроме буйной растительности.

— Иди по тропинке, ты первый. — Подтолкнул меня Кир в спину. — Упрешься в поворот и налево, там такие каменные весы стоят. Топай к ним, отец встретит.

Помня о том, что папочкой дракона является ректор, я шел не спеша, стараясь привести мысли и чувства в порядок. Но, по-моему, аллея закончилась слишком быстро, а за поворотом уже ждал деревянный допотопный стул со сломанной спинкой.

— Присаживайся. — Отделилась какая-то тень от ближайшего дерева, в которой я узнал очертания фигуры ректора. — Будем знакомиться. Драгон.

— Драко. — Произнес спокойным голосом.

— Очень интересно. — Сказал дракон, остановившись в полуметре от меня, почесывая подбородок. — Давно твоя сила пробудилась?

Я понятия не имел, как он с такого расстояния определил, что я не новичок в магии, по крайней мере, никакого потустороннего влияния на свои мысли и тем более ауру я не почувствовал.

— В детстве. — Не стал кривить душой.

Драгон выглядел совершенно обычно. Потрепанная одежда, совершенно не подходящая для торжественного случая, костлявые сутулые плечи, редкие сальные волосы какого-то мышиного оттенка, но вот глаза. Они создавали впечатление, что собеседник видит тебя насквозь, настолько пронизывающим и пугающим был взгляд ректора. Внутри зрачка будто жила своеобразная воронка, затягивая собеседника и вытягивая из него душу.

— Я хочу узнать, способен ли ты учиться в нашей академии, Драко. — Прервал мои мысли дракон. — Для этого необходимо не только владеть магией, но и иметь определенные качества. Сейчас узнаем, обладаешь ли ты ими или нет.

Драгон не вытащил рук из карманов длинного плаща, ни произнес ни звука, вообще не делал никаких движений, он просто посмотрел мне в глаза, отчего я стал погружаться в какой-то белый туман, медленно обступавший мое тело со всех сторон. Я ощутил на коже легкое покалывание, а дыхание стало вырываться изо рта облаками пара, и тут раздался незнакомый голос. Почему-то я определенно точно знал, что разговаривает дракон со мной, но это происходило когда-то давно.

— Привет, родной. Это твоя ножка или локоток? Маша, как думаешь, что это?

Я услышал звонкий смех мамы и стал оглядываться в поисках нее.

— Это, скорее всего, его пяточки, малыш постоянно пинается, он у нас растет богатырем.

— Мой сын! — Гордо произнес мужской голос. — Мой наследник, который когда-нибудь будет хозяином этого замка. Скорее показывайся на свет, малыш, я покажу тебе твой дом, он огромен и великолепен, и ты должен будешь поддерживать порядок во всем Скалистом краю.

— Драко. — Смеялась мама. — Не пугай сына.

Я слышу голос родителей, которые обсуждают меня, еще не родившегося меня! — Билась в голове мысль, причиняя дикую боль. И вдруг я четко увидел своего отца, который стоял на коленях, приложив ладони к округлившемуся животу мамы. У него были длинные черные волосы, собранные в хвост, а улыбка такой счастливой и открытой, что хотелось смеяться вместе с ним.

— Папа. — Позвал я тихо, понимая, что он не откликнется, не отзовется, что он давным-давно мертв.

Видение поблекло, а я снова погрузился в туман, из которого неожиданно выплыл в долину, покрытую невысокой зеленой травой и освещенную лучами солнца. Это было очень красивое место, окруженное высокими горами со снежными шапками. Вдалеке виднелась небольшая рощица, а откуда-то издалека слышался плеск и журчание воды.

Передо мной появился высокий бритоголовый дракон со странной татуировкой на лице и тонкими надменными чертами лица. Его губы растянулись в злорадной улыбке, когда он поднял голову, наблюдая, как к земле приближаются два беспомощных тела. Я узнал маму, которую прямо в воздухе подхватила Элана, исчезнув в одно мгновение, а потом наблюдал, как тело отца разбилось о землю, как подогнулись его ноги, переломанные в нескольких местах, как неестественно была повернута шея. По моим щекам катились слезы, а бритоголовый дракон смеялся, показывая кому-то на недвижимое тело отца.

— Посмотрите на этого ящера. — Хохотал он, вытирая глаза, — теперь он никакой не черный дракон, отец, теперь он просто сломанная игрушка. Моя игрушка! — Заорал бритоголовый так, что я в ужасе отшатнулся от него, хотя знал, что он не может мне ничего сделать.

— Ты дурак, Дантр. — Появилась фигура низкого толстенького дракона. — Ни один подданный императора не простит тебе смерть себе подобного! Он был черным драконом, чистокровным!

— Прекрати, отец! — Бесновался бритоголовый, брызжа слюной. — Я устал слушать твои нравоучения или ты хочешь отправиться вслед за Гордном?

— Я хочу тебе объяснить, что ты только что совершил самую ужасную ошибку в своей жизни. — Ответил толстенький дракон своему сыну.

— Ошибки! Ошибки! — Орал парень. — Ты меня достал. ДОСТАЛ! Это твоя ошибка, что эта драконица жива! Дочь придворного мага, которая должна родить на свет Наследника!

— Я выслал жену Гордна из нашего мира, я понятия не имел, что она уже беременна, что когда-то ее отродье вернется обратно. Ты мог уничтожить девчонку. — Возразил отец сыну, на что тот согнулся пополам, вырывая из головы клочья волос и стеная, как полоумный.

— Не мог, я не мог! Я люблю ее!

— Тогда ты должен выследить их обеих и убить детей, которых они носят под сердцем или наш род угаснет навсегда, навеки.

Видение испарилось вместе с туманом, а я сидел на стуле, не понимая, что происходит, и где я нахожусь.

— А теперь вопрос. — На меня внимательно смотрел ректор своими глазами-воронками со сплошной чернотой внутри. — Ты способен простить того дракона, который убил твоего отца?

Я готов был ударить этого высокого немощного на вид дракона, размазать его о статую, оставляя кровавый след, сжать его горло, чтобы никогда больше не слышать этот насмешливый голос, не видеть этих глаз.

— Никогда. — Прошипел я, сжимая кулаки. — Никогда я не прощу того, кто заставил меня скитаться по этому миру, как бездомного бродягу.

— Тогда ты зачислен. — Сказал ректор, чему-то широко улыбаясь. — Добро пожаловать в Академию магического равновесия, Драко, ты станешь для нас отменной игрушкой. — И ушел, оставляя меня в состоянии полного недоумения и беспомощности.

«Мама! — Взмолился я. — Забери меня из этого проклятого места!»

В последнее время я перестала спать по ночам, жутко мучилась из-за этого, переживала, пила лечебные настои и даже считала овечек и барашков, но все было напрасно. В кровати меня душило одеяло, и мешала промокшая от пота наволочка, на веранде грызли настырные насекомые, жаждущие свежей кровушки. В библиотеке на кожаном диване тревожили непонятные шорохи и шепоты, которые навевали мысли о привидениях, хотя я давно смирилась с мыслью о том, что моя магия способна пополняться за счет воспоминаний умерших драконов. Не помогали и советы Дерека, который, в последнее время, ходил мрачнее тучи, раздражаясь от присутствия Вольного и дергая меня по каждому поводу.

Вот и сегодняшнее утро началось с абсолютно незначительной просьбы, требующей, по мнению Дерека, моего незамедлительного присутствия.

— Маша, мне нужна твоя помощь, там проблемы с одним растением. — Дерек махнул в сторону сада. — Сможешь проверить, ядовитое оно или нет?

— И ты сам, конечно, никак не с этим не справишься? — Откинула я со лба белую прядь и посмотрела на хозяина замка с укоризной.

Дерек нахмурился и в свою очередь посмотрел на дремавшего в кресле Вольного (мы как раз закончили завтракать, и дракон обещал пойти осматривать границы, как только оладушки улягутся в желудке).

— Я не владею магическими способностями, предлагаешь травить собак?

— Конечно, нет. — Ответила на вопрос Дерека, готового взорваться новой репликой.

Шла за драконом и улыбалась, вспоминая нашу с Вольным утреннюю перебранку. Он заставлял меня идти спать к нему в кровать и обещал лежать с краешку и согревать меня своим дыханием в макушку, на что я смеялась, но все же отнекивалась. Мысль сама по себе была заманчива, но мы не дети и у Вольного есть жена, которая вряд ли поймет подобного рода совместное проведение ночи. А с другой стороны, я так испереживалась за Драко, так вымоталась за эту неделю без него, что хотелось уже просто упасть без чувств и выспаться.

— Думаешь о нем? — Прервал мои мысли Дерек. Он исхудал и весь будто постарел на десяток лет. Круги под запавшими глазами из синих превратились в черные. Улыбка, которая и так редко освещала лицо дракона, теперь вообще никогда не показывалась на его обветренных губах. Мускулистые руки и мозолистые от ежедневной роботы ладони находились в постоянном движении, то срывая травинки по ходу шага и перемалывая тонкие стебли между пальцами, то теребя пуговицы на рубашке.

Я боялась заговорить с Дереком о сыне, с одной стороны все еще злясь на него за то, что не дал с ним проститься, а с другой, предчувствуя, что ничего хорошего дракон мне не скажет. Своими видениями он точно делиться не станет, а пугать меня намеками или недосказанной правдой просто не станет.

Вот, мы и молчали о главном, постоянно вели диалоги о делах в замке, о заготовке продуктов для жителей клана, о товаре, который необходимо выставить в палатках на торговой площади, об угрозе нападения черных драконов. Последняя тема беспокоила всех гостей замка: и Вольный, и Мастер присутствовали на обсуждении возможных вариантов вторжения на континент, но мы могли только готовиться и предполагать, никто ничего не знал наверняка, а шпионов на Омуте у нас не было.

— Думаю об опасности, которая нависла над всеми нами и не понимаю, кого конкретно ты имеешь в виду. — Ответила с большим опозданием на вопрос Дерека.

— Все ты понимаешь. — С какой-то горечью в голосе сказал дракон и свернул с тропинки прямо в траву.

Стояла и думала, то ли идти за ним туда, где мне продемонстрируют ядовитый сорняк, то ли оставаться на месте и предоставить Дерека самому себе.

— Слушай, почему ты заставляешь меня в чем-то перед тобой оправдываться? — Пожала плечами и неуверенно пошла по влажной от расы траве, тут же испортив домашние туфли и промочив подол сарафана.

— Потому что ты поступаешь необдуманно.

— Конечно! — Разозлилась я не на шутку. — Один ты у нас такой большой и взрослый дракон, который думает за нас всех, куда уж мне до великих!

Дерек резко остановился и вцепился в мое запястье железной хваткой, напугав не на шутку.

— Думаешь, мне легко смотреть, как ты ведешь себя с Вольным? Думаешь, я не понимаю, почему ты так изменилась с тех пор, как он тут днюет и ночует?

— Стоп! — Вырвала я руку из захвата мужских пальцев. — Это была не моя идея, приглашать в замок некроманта, а ваша с Мастером.

— Но я понятия не имел, что ты воспылаешь к нему такой страстью, как только увидишь! — Заорал дракон мне в лицо и зашагал в сторону дубовой рощи так быстро, что я вряд ли смогла бы его догнать, даже если бы побежала следом.

— Черт, Дерек!

На меня словно ушат ледяной воды вылили. Если такой наблюдательный дракон решил, что между мной и Вольным что-то есть, то, как отреагирует на наше примирение Элана? Что нужно сделать для того, чтобы все поверили в наши дружеские отношения, полные симпатии и любви, но не дракона-самца и единившейся с ним драконицы, а брата и сестры. Я была уверена в том, что чувствую, ни о какой страсти речи не шло.

— ДЕРЕК! — Закричала так громко, как вообще не кричала уже лет двадцать, а то и больше.

Дракон остановился у самой опушки, но не обернулся, и я бросилась его догонять, проклиная скользкую траву, северный ветер, пронизывающий до костей и тяжелую голову от постоянного недосыпания.

— Скажешь, я ошибаюсь? — Прошептал Дерек с таким обреченным выражением на лице, как будто это наш с ним последний день жизни. — Я видел вас вместе в видении, еще тогда, когда ты только появилась в моем замке, когда держал твое безвольное тело в объятиях и так боялся потерять. Элана что-то пыталась объяснить, плакала, умоляла спасти жизнь тебе и ребенку, а я боролся с подступающими видениями. В них ты обнималась с Вольным, растворяясь в его объятиях с такой блаженной улыбкой и таким выражением безграничного счастья на лице, что мне невольно хотелось оттолкнуть тебя подальше и прижать к себе еще сильнее.

Знаешь, что чувствуешь, когда в видениях тебе открывается правда о том, что ты встретишь свою пару далеко не в юношеском возрасте?

Знаешь, что чувствуешь, когда твоя единственная в мире любовь вдруг неожиданно появляется на пороге в состоянии близком к смерти?!

А знаешь, что испытываешь, когда на протяжении долгого времени видишь рядом ту самую и не можешь ей открыться, потому что ее сердце навсегда занято другим? И однажды придет день, драконица шагнет в объятия того дракона и подарит ему свою самую счастливую улыбку за восемнадцать лет?

Я стояла, совершенно потеряв дар речи. Нет, мне было известно о том, что многие представители мужского пола долго терпят, копят в себе все, а потом в какой-то момент взрываются и высказывают наболевшее, но не настолько же долго!

— Дерек, — прошептала осипшим голосом, — все это время ты думал, что я люблю Вольного? — Уточнила на всякий случай.

— Только не говори, что не любишь! — Скривился дракон.

— Люблю. Не представляю, что буду делать, если жизнь заставит нас снова разлучиться, но это не то чувство, которое имеешь в виду ты.

Подошла к дракону, встала на цыпочки и обвела пальцами черные круги под глазами, слушая его неровное дыхание и ощущая бешеный ритм сердца.

— Я всегда хотела стать тебе кем-то большим, чем просто другом, но ты отвергал любую попытку сближения.

Дерек отодвинулся, убирая мои руки, но, не отпуская их, а нежно поглаживая большими пальцами.

— Потому что знал, что настанет день, когда мое видение осуществиться и ты уйдешь к другому дракону.

— Ты никогда не задумывался, что сделало меня той, кем я была все эти годы? — Спросила я Дерека. — Почему я стала такой замкнутой, холодной и несчастной?

— Потому что лишилась мужа, дома, всего.

— Нет, — ответила решительно. — Потому что не могла понять, что движет тобой, что заставляет отказывать мне раз за разом.

Знаешь, Дерек, ты действительно погряз в своих видениях и сделал их смыслом жизни, а мог бы просто поговорить со мной, тогда бы узнал, что Вольный всегда был мне просто другом, лучшим, единственным и самым необходимым в этом мире ДРУГОМ! — Заорала я так, что вспугнула птиц в роще.

— Докажи! — Прижал меня дракон к себе. — Прямо сейчас! Докажи! — Выдохнул горячо прямо мне в губы.

Посмотрела на дракона, которого давно и страстно желала, с которым давно стала единым целым, но не так, как это обычно описывают в любовных историях со счастливым концом. Наша жизнь проходила бок о бок, Дерек сделал для меня невозможное, воспитывал Драко, как сына, предоставил нам жилье, сделал его настоящим домом. Так он изо дня в день становился неотъемлемой частью нашей семьи, без него мы были бы уже другими, а вместе, как неделимое целое.

Обвила шею дракона руками, но потом поняла, что действовать нужно более решительно. Тогда отступила назад и стянула через голову сарафан, оставляя на себя тонкое кружево, которое Дерек смял в руках и беспощадно рванул с моего тела в то же мгновение. Дракон с каким-то первобытным рычанием впился в мой рот, выпивая до дна, иссушая, а потом упал на мокрую траву, уронив меня на себя, и долго смотрел в глаза, улыбаясь широко и счастливо.

— Значит, полетишь со мной?

Кивнула головой, боясь выругаться на Дерека за то, что он тянет с завершением начатого.

— Мне слегка холодно. — Поежилась я от нового порыва ветра, а дракон рассмеялся и начал покрывать мое тело горячими страстными поцелуями, разжигая кровь в венах, впивался зубами в соски, зализывая их языком, дразнил меня и доводил до потери сознания агрессивными ласками между бедер.

— Отныне ты спишь только в моей постели, тебе понятно?

— Понятно, — прошептала, недовольно ерзая под тяжестью мужского тела. — Тебе некого будет там согревать, если ты сейчас же не удовлетворишь свою Драконицу.

Дерек поцеловал меня долгим поцелуем и резким движением сделал, наконец, своей.

Я исходил замок поднебесного клана вдоль и поперек, перезнакомился со всеми драконами, которые там работали, выучил наизусть все повороты, запасные выходы и потайные лестницы. Дерек показал мне поля для посадки злаковых, холмы, где пасли скот, и густой лиственный лес, над которым я любил летать ранним утром, разминая крылья.

Вот и сегодня, сразу после завтрака решил немного размяться и наведаться в город, чтобы посмотреть, не объявился ли там кто-то необычный? Что-то долго черные драконы молчат. Не в характере Дантра терпеть, рано или поздно он сорвется и наделает ошибок. Вот только как угадать, в каком именно месте у него выйдет осечка?

Как оказалось, шпионов в сам замок больше не засылали. Вряд ли он боится потерять одного из своих или действовать в открытую, тогда почему вообще ничего не предпринимает? О чем догадывается? Неужели кто-то уже успел донести новому императору, что детей выслали с континента? — Вопросов у меня было много, а вот ответа — ни одного.

Я перешагнул в ипостась дракона и приготовился к полету, прислушиваясь к собственным инстинктам. Какое-то шестое чувство подсказывало мне, что поблизости опасность, и хотелось сначала сделать пару кругов над владениями Дерека, а потом улетать в город. Приобретенная осторожность, надиктованная долгими годами практики, не уберегла меня от нападения.

Огромный черный дракон незаметно вылетел из-за холма и атаковал в тот момент, когда я делал разворот от замка к городу. Было трудно уловить движения нападавшего из-за плотного магического щита, которым он прикрывался, держась в тени. Черный дракон спикировал прямо на мою спину, вонзив когти в чешую и стараясь зацепить зубами крыло. Закапала кровь, боль пронзила все тело, заставляя прямо в воздухе сменить драконью ипостась на человеческую. Скорее инстинктивно, нежели осознанно, я вцепился в когтистую лапу шпиона, перебирая в воздухе ногами и стараясь собрать силу для магического преображения. Сосредоточил сознание на ауре незваного гостя и понял, что он худший вариант из всех возможных, не дракон, а очередная машина на службе у Черных. Ему было приказано лишить меня сил, но не убивать, а доставить на Омут, чего я сам желал сейчас меньше всего на свете. Явиться ко двору с разорванной в клочья спиной, истекающим кровью, ослабленным и лишенным энергии. Такого не пожелаешь даже врагу. Но расцепить пальцы, значит обеспечить себе верную смерть от удара о землю. У меня не хватит энергии на левитацию, да мне, просто, не достанет магии стихии для сотворения заклинания.

Было стыдно. Мало того, что не уберег сам себя, так еще и не успел предупредить друзей об опасности. Вспомнил, что в кармане лежит проектор, отцепил руку и попытался нащупать холодный прямоугольник сквозь ткань одежды, а потом активировал его, сжав в ладони. Быстро надиктовал сообщение для Маши и снова схватился за лапу ящера, сосредоточив все силы на том, чтобы удержаться и не упасть. Сил оставалось все меньше, кружилась голова от обильной кровопотери и промелькнула мысль, «а что, если разжать руки». Этот дракон получил четкий приказ: покалечить, но не убить.

Посмотрел на мелькавшие верхушки деревьев под ногами и мысленно простился с женой, дочерью и Машей — тремя самыми любимыми и родными драконицами, а потом разжал пальцы, расставляя руки в стороны и отдавая себя на волю ветру.

В канделябре оплывали свечи, оставляя после себя застывшие капли воска на каменных ступенях и истертых временем и множеством ног коврах, превратившихся в рваные куски ткани.

Меня не пугали тени, пляшущие по стенам, тишина, нарушаемая только завыванием ледяного ветра за окном, собственными шагами и дыханием, пустота огромного здания, в котором я до сих пор не нашел ни малейшего признака живой души.

Коридоры чернели длинными тоннелями, кое-где освещенными вытянутыми очертаниями окон на полу. Свет с улицы был настолько тусклым, что не разгонял тьму, а скорее делал ее еще более зловещей. Голые ветви деревьев царапали стекла, бились в них, будто прося впустить и обогреть, так холодно было вокруг.

Я пытался согреться остатками магии, исходящей от плаща, но пальцы ног так окоченели, что хотелось сесть и растереть их руками, чтобы хотя бы почувствовать.

Тлен и запустение. Пыльная мебель, обледеневшие стены, давно потухшие камины и ни единого помещения, которое напоминало бы мне библиотеку. От отчаяния и невозможности заснуть и отдохнуть хотя бы полчаса, я начал громко ругаться, проклиная тот день, когда нас решили отправить в Академию магического равенства. Было понятно, что ректор использует меня в качестве подопытного кролика с какой-то одному ему известной целью, но я не мог понять, что конкретно от меня требуется? Дей — наследница, она призвана объединить драконов в борьбе за мир и покой, я был практически на сто процентов уверен в этом. Ректор сам подсказал мне ответ, подкинув видение.

Тогда почему сюда отправили меня, а не Драконицу?

Нет, я не жалел, что сейчас нахожусь здесь вместо подруги, но мне нужны были ответы, а не предположения. Артефакт тоже не случайно подбросили, он призван помочь мне в чем-то, возможно, в пространственной магии, но как его открыть, задействовать? И что я должен сделать, когда попаду в долину?

Почему ректор не дал четких указаний?

Может, проверяет потенциал, а на месте уже ждет бригада драконов, которые отправят меня домой.

Так, соберись Драко! Дей — спасительница мира, а ты?

Что же я могу? Понимать речь древних? Читать на нескольких наречиях? Управлять стихиями и некромантией, но только в присутствии источника энергии.

Точно!

Меня осенила мысль, которая давно вертелась где-то на задворках сознания. Энергия! Я почувствовал ее присутствие сразу, как только сосредоточился на магии. Мне просто нужно отыскать источник и попытаться им воспользоваться!

Поставил канделябр со свечами прямо на поп очередной галереи, который тут же осветил мне круг на полу. Сел прямо на каменные плиты, положив голову на ладони и стараясь задействовать магию на поиск источника энергии. Меня потянуло куда-то наружу, прямо в окно, но я предпочел спуститься на первый этаж, благоразумно подхватив тяжелый канделябр.

Где тут нормальные миниатюрные подсвечники? Хоть бы на один наткнуться! А то эта махина сгодиться только для того, чтобы стоять себе на красиво отполированной столешнице, а я его таскаю по всем комнатам, сгибаясь под тяжестью шести толстенных свеч и самого канделябра, выполненного из желтого металла. Медь, цинк, сплав того и другого? Кто ж его знает! Я не алхимик и не травник, никогда не разбирался в горных породах.

Снова очутился в холле, рассматривая картины на стенах и потолке, которым посвятил уже больше часа. Было понятно, что это место как-то связано с прадраконом, возможно, именно здесь он и жил, а потом здание превратили в музей. Я даже читал, что одни из Врат охраняет душа умершего дракона, запертая в теле самого прародителя этого мира. Неужели, такое место могли так сильно запустить?

В груди что-то рвалось наружу, а это значило только одно: оставить помещение и шагнуть в ночной холод, разыскивая источник, который мог выглядеть, как обычный камень. Что ж, придется рискнуть.

Я аккуратно водрузил тяжеленный канделябр в центр стола, где ему самое место, и пошел по направлению к той двери, которая вела не во внутренний двор, а во внешний мир.

Приоткрыл дверь и сразу пожалел об этом, потому что в лицо подул такой ледяной ветер, от которого хотелось спрятаться, а не идти ему навстречу. Но другого выхода не было. Не оставаться же здесь, в самом деле, в надежде на помощь, которой может и не быть!

Шагал по высоким сугробам практически вслепую, источник притягивал к себе, как магнит, указывая, в каком направлении следует двигаться. Темень вокруг стояла такая, что собственная рука различалась с трудом, набегающие тучи то и дело застилали свет звезд, от чего становилось по-настоящему жутко и еще более тоскливо. Порыв ветра сбросил с головы капюшон и набил за воротник пригоршню снега.

Да что ж такое?! Как тут вообще драконы живут? — стал вытряхивать ледяной подарок из-за шкирки.

Источник снова позвал меня, сначала притяжением, а потом и журчанием воды. Удивился, услышав звук, который напоминал о течение небольшого, но очень быстрого ручья.

Это в такой-то мороз?

Присел на корточки и ощутил сначала пар, а потом комья земли под руками. Пригнулся и почти пег на живот, стараясь не упустить нарастающий звук, неожиданно нырнув рукой по самый локоть в теплые воды действительно небольшого ручья, в котором ощущалась энергия. Она обволакивала мое тело, просилась наполнить сосуд, соединиться с магией. Присел на корточки и разулся, погружая в воду не только обе руки, но и обе ноги.

Блаженство!

Энергия побежала по венам, даря истинное наслаждение и силу. Потряс пальцами, и огненная сфера зависла у меня нал головой, разгоняя тьму и давая различить ледяную заснеженную пустыню вокруг.

Скорее бы убраться из этого места куда подальше!

— Уйдешь, когда напитаешься энергий. — Раздался над головой голос, от которого я шарахнулся в испуге, опрокинувшись в ручей и барахтаясь там подобно счастливой рыбешке.

— Какая у нас необычная встреча получилась. Я — Гордн, придворный маг черных драконов и дед твоей подруги Дей. На данный момент заключен в тот камень, который ты только что ненароком задействовал.

Вытаращился на дракона с лысым черепом и странной татуировкой на лице.

— Вы родственники?

Маг в одно мгновение высушил мои брюки, рубашку и плащ, а потом жестом пригласил следовать за ним.

Я честно устал за сегодняшний день и уже ночь, мне надоело мотаться по континентам, слепо повинуясь чужим приказам, хотелось в постельку, мягкую или жесткую — уже неважно, лишь бы поспать.

— Я вижу, как ты устал. Позволь тебе помочь? — снова позвал за собой дракон.

Вяло кивнул, возвращаясь по собственным следам к двери и заходя внутрь.

— Ого! — вырвался у меня возглас удивления.

Камин в холле пылал так, как будто в него только что подкинули сухих поленьев, все свечи горели, разгоняя мрак и сырость, а Гордн уже развалился в кресле у окна.

— Ты только что выполнил условие одной забытой легенды, искупавшись в источнике энергии и забрав себе его силу. — Начал дракон неспешно. — Теперь черные драконы не станут скрываться на Омуте, а начнут открыто уничтожать всех, кто им не угоден.

— Эмм, — не нашелся с ответом, — только потому, что я сел в ручей пятой точкой?

— Потому, что ты запустил механизм, которому нет обратного хода. Теперь тебе придется выполнить свое предназначение — примирить драконов разных континентов. Я подремлю, а ты поразмышляй над тем, с чего мы начнем.

Конечно! — хотелось крикнуть прямо в морду лысому дедушке Дей. — Вы тут почивать изволите, а я должен составлять стратегические планы?

Сдвинул пять стульев прямо напротив камина, подложил руки под голову и блаженно задрых, предоставляя мировым проблемам разрешаться самостоятельно.

Проснулся от того, что у меня затекли руки и ноги, ныла спина и припекало бок. Попробовал перевернуться лицом к огню, но понял, что конструкция из стульев подо мной шатается, грозя развалиться и опрокинуться на каменный пол. Потянулся и осмотрел комнату, освещенную языками пламени. Удивительно, но поленья в камине еще не прогорели, а за окном уже серело, предвещая скорый рассвет.

— Проснулся? — спросил меня дракон, сидящий в кресле у окна.

Руки его были скрещены на груди, взгляд не отрывался от огня, а морщины на лбу говорили о глубокой задумчивости. Длинный черный плащ скрывал от меня очертания фигуры, но могучие плечи указывали на то, что маг находится в отличной физической форме.

Он не повернул головы, не улыбнулся и вообще никак не отреагировал на мои упражнения, призванные разогнать кровь по венам. Наконец, закончив приседать и махать руками, я подвинул стул поближе к окну и взгромоздился на него, решительно намереваясь получить ответы на множество вопросов.

— Почему ректор Академии магического равенства прислал меня сюда? Почему подбросил артефакт не Дей, вы же ее дед? Как я перенесу себя в долину, где погиб мой отец и зачем мне вообще нужно это делать?

Гордн медленно перевел взгляд на кожаные сандалии, бежевые помятые брюки, рубашку ядовито-зеленого цвета и, наконец, посмотрел прямо в лицо долгим изучающим взглядом.

— Ты очень похож на своего отца, Драко. Правда, перерос его на голову, но я рад, что Драгон решил отправить сюда именно тебя, а не мою внучку. Правда его вкуса в выборе формы для Академии магического равенства я не одобряю, ужасные цвета, впрочем, Драгон всегда отличался небрежностью в одежде и нелепым подбором цветовых гамм. Понимаешь, мы с ним давние друзья, в свое время вместе походили по мирам, пока он не осел в своей замке, и не превратил его в крепость, зная, что рано или поздно черные драконы придут туда. Я запечатал границы южного континента и отдал императору Омута артефакт, который позволил Элане и Вольному беспрепятственно проникнуть внутрь и осесть там, где теперь находится Родомелум. Да, Драко, мне многое известно. И ты попал в Академию магического равенства не случайно, я сам настаивал на том, чтобы Драгон пригласил туда мою внучку и тебя, что он и сделал.

— Так, это не родители?

— Нет! — покачал Гордн головой. — А теперь выслушай меня очень внимательно.

Много лет назад твой отец сделал неверный шаг, нарушив мировое равновесие тем, что привел в свой дом и оставил в нем жить твою мать, в жилах которой текла кровь могущественной драконицы. Так повелось, что черные драконы испокон веков распоряжались миропорядком и поддерживали равновесие, управляя потоками энергии всех континентов. Мы проходили сквозь порталы, но всегда придерживались правила, сколько ушли, столько и вернулись обратно.

Твой отец послушался не того дракона, он вышел сквозь врата один, а вернулся с Машей, нарушив гармонию этого мира и запустив механизм разрушений. Твоя мать не хотела оставаться здесь, она чувствовала себя никому не нужной, лишней и потерянной, развязав войну на континенте и свергнув Золотых драконов. Она продолжила цепочку, породив новые жертвы.

Только черные драконы имели право приводить в этот мир жертву, отдавая взамен кого-то из своих. Так, моя жена была сослана на Землю, взамен обещания императора, что я смогу забрать ее дитя, если оно когда-нибудь родиться. Элана уже была зачата, о чем ни я, ни правитель не догадывались. Она моя дочь, в жилах которой течет кровь черных драконов, поэтому ей подвластна магия пространственника. Я многим пожертвовал ради того, чтобы остаться придворным магом и обладать могуществом и властью, в том числе и собственной наездницей — матерью Эланы. Но император даровал мне шанс все исправить, заточив в камень и ни о чем не сказав своему сыну. Скорее всего, он понимал, что Дантр рано или поздно выйдет из-под контроля и начнет проливать кровь, не важно, чью именно, что в скором времени и случилось.

Ты сын того дракона, который запустил процесс разрушения, ты дитя драконицы, которая исполнила свое предназначение, прописанное в легенде. Их союз был порожден фанатиком, который мечтал возродить свой род из пепла и заполучить прежнее господство. Серый создал легенду, но он не понимал всего масштаба написанного.

Ты окунулся в воды Источника, пробудив его древнюю магию и вобрав ее в себя. Теперь твой долг — помочь Дей занять свое место в этом мире, стать императрицей черных драконов, свергнуть Дантра и навести порядок на Омуте. Но на этом твоя роль не закончится, Драко. Дело в том, что баланс был нарушен и именно тебе предстоит его восстановить, навсегда покинув мир драконов.

Я вытаращил глаза на Гордна, мало понимая, что он только что мне поведал.

— Подожди, мама иномирянка? Отец ее похитил и вынудил здесь жить?

— Да, вот на этом самом континенте. Поэтому мы начнем твое обучение здесь, Драко. Ты познакомишься с дедушкой и бабушкой, побываешь в родовом гнезде, прочтешь легенды и узнаешь историю этого места. — Перечислял дракон монотонно.

— Чтобы в один прекрасный момент лишиться всего? — Заорал на мага, стараясь удержать непрошенные слезы. Я давно не ребенок и не должен показывать свою слабость.

— Да, это твоя судьба. Либо ты соглашаешься помочь Дей стать императрицей, а потом возвращаешь баланс, пройдя сквозь портал, либо можешь прямо сейчас распрощаться с жизнью. Я уйду, оставив тебя здесь одного, предварительно лишив магии. Посмотрим, долго ли ты протянешь в шкуре обыкновенного человека, которым тебе рано или поздно предстоит стать.

— Почему я? — прошептал обреченно.

— Потому что твоя мать уже пришла в наш мир и была принята самим прадраконом, который убил Белую Драконицу, но сохранил жизнь ей. На этом стоило поставить жирную точку, но тут появляешься ты, и баланс снова нарушается. Прости, Драко, я понимаю, какими жестокими и несправедливыми должны казаться тебе мои слова, но такова правда, которой тебе не избежать. Я хочу видеть Дей императрицей. Она призвана исправить ошибки черных драконов, восстановить их былое величие, остановить кровопролитие и навести порядок на континентах. Ты же теперь исполняешь собственное предназначение — несешь мир и покой всем драконам, помогая при этом моей внучке.

Я начал расхаживать по комнате, сжимая в кармане проектор и мечтая поговорить с матерью, рассказать ей об этом разговоре, спросить о ее прежней жизни, о союзе с моим отцом и, возможно, даже проститься. Кто знает, будет ли у нас шанс увидеться после того, как я начну осуществлять задуманное Гордном и Драгоном? Эти маги действительно могущественные, раз способны управлять событиями, будучи запертыми каждый в своем собственном каменном склепе. Я уверен, что они не дадут мне шанса выкрутиться или сделать самостоятельный выбор. За меня уже все решено, дернусь в сторону — лишат магии и выбросят насильно.

— Что я должен делать? — Повернулся к магу, сжимая пальцы в кулаки и пряча их в карманах.

— Для начала выполни элементарные утренние процедуры. Наверху есть спальни с вполне приличными ванными комнатами. Потом мы позавтракаем и обсудим план действий.

Уже поднимался по ступеням, когда Гордн кинул в след.

— И не пробуй избавиться от артефакта, не поможет. Ты уже выпустил меня наружу, обратно я могу уйти только по собственному желанию.

Теперь сжал еще и челюсти, чтобы ненароком не высказаться о драконе в нелестном тоне.

Мама, папа! Что же вы натворили?! Как мне теперь сделать все правильно и не оступиться? Как помочь Дей стать императрицей, и хочет ли она сама ею быть?

Я распахнул дверь в комнату, на которую указал Гордн, и увидел деревянную узкую кровать, застеленную выцветшим покрывалом.

И он заставил меня спать на стульях, когда знал о том, что здесь есть вполне приличная кровать? Да уж, этот дракон точно не из тех, кто дает другим поблажки. Мне предстоит нелегкое обучение, хорошо хоть, не придется сидеть на одном месте, как Дей. Успею посмотреть на мир, прежде чем распрощаться с ним навсегда.

Драконицы кружились вокруг меня, словно рой пчел, занимаясь каждая своим делом. Варвара оккупировала единственную книжную полку в комнате под свои книги, и мне пришлось сложить собственные в две стопки прямо на пол. Злата крутилась возле зеркала, экспериментируя с прической, то отращивая волосы до талии, то сокращая до короткой щетины, то завивая, то распрямляя. Казалось, эти действия нисколько ей не надоедают Кира и Ранетка все еще раскладывали вещи по шкафам, споря, кому будут принадлежать нижние попки. Я свои небрежно свалила в комод рядом с аккуратными стопочками вещей Варвары. Нам предстояло делить с ней не только мебель, но и одну кровать на двоих, в которой второй ярус был отдан мне по соображениям одной Варваре известным. Спорить не хотелось, дружить особого желания тоже не было, так что приходилось мириться с новой соседкой и терпеть ее склочный характер и резкую манеру выражать собственные мысли. Наконец, ближе к вечеру все более или менее обустроились, решив пойти в соседнее общежитие, чтобы познакомиться с драконами-одногруппниками и устроить вечеринку в честь поступления.

— Где там проживает твой дружок, Дей? — Спросила Варвара, обращая внимание всех на меня.

— Я еще не разговаривала с ним. — Ответила коротко.

— Наверное, потому, что он тебя проигнорировал сегодня днем? — Напомнила Варвара о случившемся.

Нахмурилась, вспоминая, что Драко действительно прошел мимо, не произнеся ни слова о том, как у него дела с поступлением.

— Может, он провалился и сильно расстроился из-за этого? — Предположила, искренне надеясь, что это не так.

Варвара фыркнула, а остальные стали решать, куда лучше пойти и кого спросить, где поселили первокурсников.

— Давайте найдем Лил, она точно должна обо всем знать, заодно подскажет, как лучше отметить поступление, уверена, у них уже были подобные мероприятия.

Согласившись с Кирой, мы высыпали в коридор, а потом и во двор академии, напоминая со стороны разноцветную стаю попугаев, настолько все были громкоголосыми и разодетыми. На мне одной красовался простенький сарафан, который я так любила носить дома. Он еще пах тем местом, где я родилась и выросла, не хотелось расставаться с этим мимолетным напоминанием и менять его на безвкусную форму, а вечерних нарядов у меня не было. Надеюсь, что Драко наплевать, во что я одета, и он будет рад просто увидеть меня и пообщаться.

— Привет! — Помахала нам Лил.

Она развалилась на деревянном лежаке, нацепив на глаза солнечные очки и подложив под голову какую-то книгу.

— Я хочу позагорать в последний день каникул, а то завтра начнутся трудовые будни и о ничегонеделании можно забыть. — Тоненьким голоском вещала она нам, совершенно не делая пауз между словами. — Если вы нарядились для того, чтобы прогуляться по двору, то спешу вас огорчить. С момента поступления каждая драконица обязана носить вне собственной комнаты исключительно форму. Это, кстати, прописано в Уставе, горе тому, кто не ознакомиться с ним в ближайшие несколько часов. — Лил достала из-под головы книженцию в ветхом зеленом переплете и помахала ей у нас перед носом.

— Устав?! — Удивилась я количеству листов в книге.

— Он самый. Так что идите переодевайтесь.

— Неет, — заныла Злата, которая посвятила переодеванию добрую половину вечера. — Я не хочу носить эти отвратительные безвкусные вещи!

— Тебя вроде никто и не спрашивал. — Как всегда съязвила Варвара, а я присела на краешек лежанки.

— Вообще-то мы искали тебя, чтобы спросить, где нам найти комнату драконов, поступивших на первый курс?

— А зачем они вам? — приподняла Лил солнцезащитные очки, стрельнув в меня любопытным взглядом кошачьих глаз.

— Решили познакомиться и отпраздновать поступление. — Смутилась я немного.

— О! Это отличная идея. — Драконица вскочила, толкнув меня в бок локтем. — Я присоединюсь к вам, можно? И Кир, конечно же, он сын ректора и ответственный за расселение всех драконов. Мы принесем кое-что интересное, один артефакт. — Лил недоговорила и бросилась к двери в общежитие. — Ждите меня здесь, я только одену что-нибудь и пойдем.

— Вы поняли, что это было? — спросила нас Варвара скептически.

— Она хочет стать нашей подругой! — восхищенно захлопала в ладоши Кира.

— Мы ей понравились! — верещала так же восторженно Злата, а мы с Ранеткой только пожали плечами.

— Идиотки! — выругалась Варвара.

Мне действительно было интересно, почему третьекурсница решила принять участие в знакомстве новичков? Обычно, у них своя сложившаяся за совместно проведенные годы компания, в которую редко кому из перваков удается попасть, а тут все наоборот.

— Я уже тут. — Выскочила Лил, прыгая на одной ноге и другой стараясь попасть в ярко-розовую балетку. — Пойдемте скорее, пока никто из преподов нас не застукал, а то получим двойной выговор: за внешний вид и за нахождение на территории драконов.

— А это запрещено? — искренне удивилась я.

— Официально, да. — Кивнула Лил головой, — но никто не соблюдает этих правил давным-давно. — Махнула драконица рукой.

Она повела нас какими-то задворками, а потом заставила лезть на безлиственное разлапистое дерево, покрытое сучками и шершавой жесткой корой.

— Мне на это? — нерешительно спросила Злата, нервно одергивая юбку-тюльпан и посматривая на нашу реакцию. Видно было, что ей очень хотелось попасть в комнату к драконам, где будет присутствовать Лил и даже сын ректора. — Я даже не знаю.

В итоге Варвара полезла первой, следуя указаниям и подтягиваясь на ветках, как заядлый спортсмен. Меня кольнуло нехорошее чувство зависти по отношению к драконице. Ее лидерские качества и стопроцентная уверенность в себе невольно внушали уважение. Я полезла следующей, царапая себе руки и потея, а за мной уже карабкалась Ранетка, которая старалась не отходить от меня и всегда держалась поблизости. Может, я ей нравлюсь, и она хочет подружиться? Скоро мы все сидели на толстенной ветке, а Лил стучала в грязное занавешенное окно костяшками пальцев.

— Прыгайте быстрее. — Распахнул створку Кир, помогая Варваре забраться внутрь.

Драконица возмущенно скинула его ладонь со своей талии, на что долговязый дракон только хмыкнул и уже протягивал руки навстречу мне.

— Знаешь, куда заселили Драко? — поинтересовалась у сына ректора. Он тут же опустил голову и оттащил меня ото всех, попросив Лил идти в персиковую комнату.

— Ты Дейла?

— Да. Дей. — Машинально поправила Кира.

— У меня для тебя плохая новость. — Дракон потер тонкую переносицу и взлохматил руками светлые вихры. — Отец никогда не делиться со мной своими планами на будущее, мы вообще редко видимся, но он не знает, что у меня есть доступ к его кабинету. Я как раз ходил за этим, — Кир раскрыл ладонь и продемонстрировал мне кольцо с большим камнем, — когда услышал, как отец общается с одним из преподавателей. Они обсуждали Драко и спорили, как долго он продержаться там. Прости Дей, я понятия не имею, о каком месте шла речь, но одно могу сказать точно: твой друг чем-то заинтересовал отца с первой минуты пребывания в Академии и тебе стоит узнать, чем именно, чтобы помочь или даже спасти. — Кир зашептал мне в ухо, щекоча его горячим дыхание. — Не строй иллюзий по поводу Академии, дорогая, здесь могут убить дракона и сделать вид, что он этого заслуживал. Будь осторожна, а мы с Лип постараемся помочь с информацией. Пойдем. — Потащил меня в сторону коридора. — Главное, делай вид, что ты ни о чем не догадываешься. Это важно.

Поспешно кивнула головой, стараясь подавить волну тошноты и беспокойства за друга.

Что могло случиться такого, что ректор решился на подобный поступок? Неужели он действительно способен лишить Драко жизни? Но ведь наши родители придут и не оставят от замка камня на камне!

Вдруг в голову закралась крамольная мысль: «Придут ли?»

С самого утра у меня ужасно болела голова и никакого настроения просыпаться и идти на занятия не было. Ранетка с упрямством быка скидывала мое одеяло и бубнила над ухом о времени. Вчера я до поздней ночи лежала с открытыми глазами и думала о том, где сейчас Драко и что с ним случилось. Айк и Торрен, которые жили с ним в одной комнате, утверждали, что ее друг разбирал вещи в то время, как они отрубились, а, проснувшись, обнаружили, что Драко нет на месте. Больше он не появлялся и никто не видел, как дракон шел по коридору и покидал мужское крыло.

— Девочки, у нас после завтрака самый скучный предмет на свете — бытовые изобретения. — Читала расписание Злата. На ней была короткая плиссированная юбочка бежевого цвета и зеленая блузка с коротким рукавом. У Дей тоже был подобный комплект, который она даже не потрудилась отгладить. На голове драконица соорудила прическу из длинных кос, на что Варвара отреагировала очень неодобрительно. Она размахивала расческой с такой силой, что девочки благоразумно сторонились ее. Видимо, только одной Варваре можно было носить длинные косы.

— Дей, вставай, пожалуйста, у нас десять минут до выхода. — Потянула меня за рукав пижамы Ранетка. — Если не успеешь позавтракать — не будет сил на занятия.

Пока остальные обсуждали, что их заставят изобретать на первом уроке, я слезла с кровати и потащилась в ванную. Уже на выходе заметила, как Варвара достает мою форму, отутюживает ее паром, выпущенным из сведенных ладошек, и кладет мне на кровать.

«Странная она все-таки». — Мелькает у меня в голове мысль, но тут же растворяется в новом приступе головной боли.

В столовой длинная очередь у раздачи. Кира машет нам рукой от самого ее начала, кивая на подносы. Я плетусь следом, автоматически накладывая себе на тарелку то же самое, что берет Ранетка. Руки начинают дрожать, во рту появляется металлический привкус.

«Видение»

Это первые признаки того, что скоро меня накроет с головой и пора прятаться в комнате. Но если раньше я могла себе позволить уединение, то теперь мне придется как-то выкручиваться.

Только бы очередное видение не было столь физически болезненным, как раньше. — Просила я сама не знаю кого.

— Дей, что с тобой? — шепнула мне в затылок Злата, но я только помотала головой. Не объяснять же ей, что у меня бывают моменты прозрения, которые сопровождаются недомоганием и общей слабостью.

Кофе немного взбодрил, разгоняя туман в голове и грея внутренности. Даже не посмотрев на содержимое тарелки, отправила все обратно вместе с подносом, сказав, что не голодна. Ранетка только печально вздохнула, видимо, искренне переживая за мое состояние, а Варвара хмыкнула и выдала коронное: «Для своего дружка диету блюдешь?»

В аудиторию нас провожала Лил, которая сегодня зачесала свою рыжую кудрявую гриву в высокий хвост. Ей удивительно шло платье цвета хаки, подчеркивая стройную фигуру и гармонируя с кошачьим цветом глаз.

— Ты вчера не принимала участие в общем веселье, а мы, между прочим, совершали обряд посвящения. — Упрекнула меня драконица.

Вспомнила, как они по кругу передавали кольцо, которое ей раньше показывал Кир, и произносили слова клятвы. Дей была так погружена в мысли о Драко, что постаралась уединиться на его кровати, зарываясь носом в подушку, и не обращая внимания на происходящее в комнате. Кир отвел от нее любопытствующие взгляды остальных, за что она была ему благодарна.

— Я приду на дополнительное занятие в твой кружок. — Пообещала Лил. — «Кольцо наследника»? — уточнила на всякий случай.

Драконица кивнула головой и шутливо погрозила мне пальцем.

— Смотри, туда записались все твои знакомые, будет весело.

Лил повела нас к центральной лестнице и я порадовалась, что ничего не ела за завтраком, потому что вид боковых мостиков вызывал у меня тошноту и головокружение. Ранетка подхватила меня за локоть с одной стороны, Кира с другой, и так мы дошли до аудитории, не расцепляя рук и шагая нога в ногу.

Расположившись в комнате для занятий бытовой магией, я огляделась по сторонам. Просторная аудитория была освещена лучами утреннего солнца, проникающими внутрь сквозь цветные витражи и кидая причудливые узоры на пол и одиночные парты. Порадовалась, что не придется делить стол с кем-то еще, хотя с радостью увидела бы рядом Драко. Но он не появился. Зато после звонка в аудиторию ввалилась целая толпа драконов, среди которых я узнала Торрена и Айка. Всего насчитывалось около пятидесяти студентов, но я была уверена, что во дворе академии в день поступления их было гораздо больше. Сбоку от меня стояли полки с какими-то банками, палками, камнями и прочим хламом, который хотелось смести рукой в мусорное ведро и выбросить. Видимо, предметы нужные, раз их хранят в таком порядке, но что можно из них сделать я даже не представляла.

— Сели, замолчали! — поприветствовал нас низкорослый дракон, который был ростом с миниатюрную Ранетку. За ним мгновенно закрепилось прозвище «карлик», и я даже не стала напрягать память, чтобы запомнить настоящее имя преподавателя. Голова снова наполнилась туманом, ладони вспотели, живот скрутило. Мгновение, и перед глазами уже мелькают драконьи крылья, я слышу сразу несколько голосов и один из них родной и знакомый.

Отец!

Прижимаю пальцы к вискам, стараясь не выпадать из реальности и делать вид, что внимательно слушаю объяснения карлика, касающиеся бытовой магии, но постепенно погружаюсь в видение.

Это был самый красивый город, который я когда-либо видела! Холодный поток воздуха, рывок в пространстве, и вот я уже стою посредине мостовой, и сквозь меня суетливо пробегают бритоголовые драконы в черных одеяниях. Никогда еще мое присутствие в видении не было столь ясным. Я не только различала жителей города, его панораму, очертания зданий далеко впереди, но и ясно мыслила, чего раньше никогда не случалось. Боль тупыми молоточками стучавшая в висках, на этот раз была терпимой, позволяя оценить красоту того места, куда я попала.

Дома утопали в зелени садов, поражая разноцветными кровлями, балкончики были увиты вьюном с необычными ярко-розовыми бутонами, мостовая отливала черным камнем, отшлифованным до блеска, тропинки между невысокими ограждениями вились куда-то ввысь, на самую вершину горы, к величественному замку, пики которого цеплялись за самые облака. Было такое ощущение, что я попала домой, что именно здесь мне хочется остаться навсегда.

— Почему на площади такое столпотворение? — окликнул один дракон другого.

— Ведут пленного. Говорят, что он сильный маг-эмпат.

Машинально пошла за говорящими, то и дело прикасаясь к цветам и деревьям, вдыхая сладкий запах садов, наслаждаясь уютной атмосферой этого места, пока не уперлась в спины драконов, плотным кольцом окруживших процессию в самой середине площади. С легкостью прошла насквозь и замерла, понимая, что группа драконов держит под руки моего отца. Он был без сознания, и его голова моталась из стороны в сторону, в такт движения процессии, которая шла по направлению к замку. Навстречу летел огромный черный дракон в окружении других, меньших размером и менее устрашающих. Еще не успев приземлиться, он открыл пасть, и огненная струя опалила камни мостовой. Драконы за моей спиной упали на колени, те, что тащили отца, почтительно склонили головы, замерев на месте.

Я не понимала, что происходит, хотела подбежать к процессии, убедиться, что папа в порядке, но в этот момент голова начала раскалываться от новых приступов боли, живот скрутило, в глазах померк свет.

— Приветствую вас, подданные императора! — гремел в голове голос огнедышащего ящера, сменившего драконью сущность на человеческую. — Сегодня в наших рядах появился новый маг-эмпат, и в ближайшем будущем он станет работать на благо черных драконов, одаривая нас новыми чувствами и эмоциями.

Всеобщее ликование взорвалось очередной вспышкой боли, но теперь меня еще и явственно трясли за плечи.

— Дейла!

— Дей!

Голос карлика и Ранетки. Открываю глаза и понимаю, что лежу головой на парте, а вокруг столпились студенты и встревожено смотрят на меня.

— Что с вами? — сердито спрашивает преподаватель, а я поспешно вскакиваю из-за стола, игнорируя головокружение и цветных мушек перед глазами.

— Простите меня, пожалуйста. — Лепечу в ответ на его повторяющиеся вопросы о моем самочувствии и выползаю из аудитории.

Наплевать на бытовую магию, наплевать на учебу в академии, мне сейчас не до этого. Спускаюсь по стенке в каком-то пыльном коридоре, пытаясь вспомнить то, что только что видела. Отца, плененного черными драконами, императора, который запомнился огромным огнедышащим драконом, город, поразивший яркостью красок и неповторимым запахом цветущих садов.

Драко! — произношу имя друга мысленно, а потом поднимаю голову и уверенно встаю. — Кир!

Мне нужно найти сына ректора и рассказать ему всю правду. Он обещал помочь и кому, как ни ему, знать все о черных драконах!

Все оставшееся время от пары я бродила по замку в поисках выхода к аудитории, где шли занятия по бытовой магии, и понимала, что заблудилась. Один бесконечный коридор сменялся другим, выкрашенные в белый цвет деревянные двери смотрели на меня одинаковыми узорами, тусклые подсвечники, заросшие паутиной, торчали в каждом углу, давно немытые серые стекла окон еле пропускали солнечный свет, а дополнял эту унылую картину монотонный гул моих собственных шагов по каменным плитам. Казалось, что в этом замке больше никого нет, ни души! Или это мое воображение?

Обхватила себя за плечи, убеждая в том, что просто заблудилась, что за очередным поворотом окажется знакомый коридор, а там и аудитория, из которой повалят студенты. Но время шло, звонок не звенел, а я все также бесцельно ходила кругами, начиная паниковать.

Не может быть, такого просто не может быть!

Но кого я обманываю?! Пыльные каменные плиты пола были прорезаны дорожкой моих следов, вот они поворачивают к галерее, вот белые двери с одинаковыми резными узорами, подсвечники, грязные окна лестничного пролета.

Стоп! На лестнице я еще не была. Она оказалась, будто специально спрятана за еле заметным выступом, и только игра света позволила мне увидеть лестничный провал, ступени которого уводили куда-то вниз. Я начала осторожно спускаться, держась руками за стены и стараясь нащупывать ступени кончиком туфель, прежде чем вставать на них. Сначала было совсем не страшно, подумаешь, заблудилась, с кем не бывает? Но недавнее погружение в видение, отец, который без чувств висел на руках у черных драконов, головная боль и слабость усилии нервоз по поводу кружения по коридорам. Теперь, погружаясь в полную тьму и не видя собственных рук, мне было жутко до дрожи в коленях.

Проклиная себя за излишнюю самонадеянность, я уже готова была повернуть назад, как наткнулась на препятствие в виде двери. Пошарила по неровной деревянной поверхности, пытаясь найти ручку, но нащупала только облупившуюся краску.

— Идиотка! — обругала себя мысленно и закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на стихии огня. Мама настолько вбила мне в голову мысль о том, что я не должна показывать свою магию, что у меня выработался своеобразный запрет на ее использование.

Уравновесила силу и энергию, потянула ярко-оранжевую ниточку, сплетая ее в клубок, и у меня на ладони появилась небольшая огненная сфера, осветившая действительно ужасно пошарпанную дверь. Ручки не наблюдалось, поэтому толкнула ее ногой, потом всем телом и, наконец, разбила об ее поверхность сферу и поскорее отошла назад.

Языки пламени сначала слизали остатки краски, выпуская наружу черные струйки дыма, потом с треском взялись за саму дверь, опаляя меня жаром и порождая удушливые клубы. Закашлялась, проклиная себя за импульсивность, но кому бы захотелось лезть наверх, когда за этой распроклятой дверью, возможно, выход наружу?

Соорудила себе защитную стену и села на корточки, стараясь дышать открытым ртом и не открывать слезящиеся глаза. Защита не пускала внутрь дым, но также лишала и кислорода. Ослепшая, дезориентированная в пространстве и практически лишившая чувств, уловила дуновение ветра и разлепила один глаз. Дверь больше не пылала, осыпаясь горящими угольками на поп, а помещение, открывшееся моему взору, поражало своим убранством.

Круглый зал был освещен летающими сферами с бледным серебристым свечением, а по стенам расползались черные нити, словно колышущаяся огромная паутина, опутавшая все помещение. Заворожено наблюдала за тем, как по нитям ползали шарики света, сталкиваясь друг с другом, соединяясь и исчезая. Как где-то появлялись едва заметные капельки, растущие на глазах и начинающие медленный бег по одному им понятному маршруту. Захотелось приблизиться к этой огромной паутине и потыкать в нее пальцем, убедившись, что это мне не сниться.

Затушила потоком воды остатки двери и шагнула внутрь. Уши заложило от непонятного шепота, который, казалось, поселился у меня в голове и начал осваиваться, перемещаясь по извилинам, но шум не прекратился, не нарастал, не стихал, просто был.

Аккуратно пересекла пустое пространство и остановилась у ближайшей черной ниточки с капельками-шариками, живущими собственной жизнью, подняла палец и нерешительно дотронулась до одного из них. Голову рвануло куда-то вперед, затягивая плечи, туловище и, наконец, ноги. Меня как будто схватили за волосы и потянули на себя с огромной силой, грозя лишить какой-нибудь части тела. Открыла глаза, машинально зажмуренные, и столкнулась с парой удивленных глаз невысокой светловолосой драконицы.

— Ты кто? — ошарашила она меня вопросом, уперев руки в бока. — Что делаешь в комнате моего сына?

— Эм, — ну а что я могла сказать?

— Мам, что за шум? — на пороге стоял Кир и удивленно смотрел на меня, растянувшуюся на полу. — Дей?

Кивнула головой, стараясь собрать мысли в кучу. Так, я только что дотронулась до серебристого шарика и попала в спальню ректорского сына, с которым, между прочим, очень хотела увидеться!

— У тебя разве сейчас не занятие по бытовой магии? — указал он пальцем в коридор.

— Точно. — Улыбнулась его матери и отряхивая колени. — Проводишь?

— Кир? — Вмешалась светловолосая драконица.

— Нормально, — отмахнулся он от ее взволнованного жеста, — моя новая знакомая.

— Но сюда не могут попасть студенты академии.

— Знаю. — Решительно взял меня под локоток дракон. — И собираюсь выяснить, как эта малышка прошла сквозь защиту.

Попрощалась с мамой Кира, изобразив что-то вроде «улыбаемся и машем», пытаясь сообразить, как такое могло получиться.

— Ну? — выволок меня дракон в очередной бесконечный коридор, от которого меня тут же тошнило. — Как ты попала в мою спальню, Дей? Это еще никому не удавалось, даже Лип, хотя она нередко пытается использовать магию на стене защиты.

— Я все расскажу, только не дави на меня. Хорошо?

Дракон ослабил хватку и сделал шаг назад.

— Прости, ты порядком меня напугала. В эту часть замка могут входить только несколько драконов, и ты не в их числе.

— Знаю-знаю. — Потерла виски. — Я хотела тебя увидеть после того, как очередное видение накрыло меня с головой.

Рассказала Киру все с самого начала, пытаясь не сбиваться на скороговорку и не упустить ни одной детали. Поклялась, что совершенно не помню, как очутилась в той галерее, которая вывела меня к помещению за сожженной дверью. Объяснила, как была заворожена движением серебристых шариков-капелек и решила дотронуться до одного из них пальцем, а потом очутилась на попу его комнаты.

— Я даже не успела оглядеться, ничего не видела и не запомнила. — Добавила зачем-то и замолчала, ожидая реакции дракона.

Кир почесал бровь, посмотрел за мою спину и покачал головой.

— Я догадывался, что этот учебный год будет необычным. На-ка, примерь. — Достал из кармана кольцо и протянул мне его на раскрытой ладони.

— Зачем? — спрятала за спиной руки.

— Просто хочу убедиться кое в чем.

— Кольцо правды? — рассмеялась в ответ, но Кир был серьезен, как никогда.

Пожала плечами и протянула растопыренные пальцы. Дракон аккуратно надел колечко на средний, и камень тут же вспыхнул ровным золотистым светом, согревая меня изнутри. Было такое ощущение, что мое тело погрузили в горячий источник по самую макушку. Блаженно сощурилась, поводя плечами и мурлыкая от удовольствия.

— Никогда бы не подумал, что наследник — это драконица. — Удивленно заметил Кир, оглядывая меня с ног до головы, будто впервые заметив. — Пойдем со мной, Дей, хочу тебе кое-что показать.

Послушно шагнула за драконом, все еще балдея от множества мурашек, ползающих по спине, рукам и ногам.

— Эмм, — дракон внезапно остановился, и я влетела в его раскрытые объятия, погружаясь носом в распахнутые полы пиджака.

Какой приятный запах, — мелькнула в голове мысль. — Чего интересно?

Отстранилась, глупо улыбаясь, а Кир уже стаскивал с пальца кольцо, словно обливая меня ледяной водой.

— Эй…. Отдай! — закричала расстроено.

— Хорошего помаленьку. — Хмыкнул дракон, пряча кольцо в карман брюк. Захотелось запустить туда свои пальчики и отнять заветный вспыхивающий камешек. Отчего-то я знала, что именно он дарит это ощущение блаженства.

— Попридержи-ка руки! — рассмеялся Кир, ловя мою ладошку в районе собственной ширинки.

Я покраснела, стараясь вспомнить, зачем это меня туда потянуло, а дракон развернулся и зашагал в сторону высокой зеленой двери. Отлично, не белая и то хорошо, старалась я поспевать за Киром, спрашивая себя, что на меня нашло и не получая ответа?

— Заходи, — пригласил хозяин данного помещения, кивая головой. — Это моя личная библиотека, хочу показать тебе одну интересную книгу.

При упоминании о любимом занятии я тут же пришла в себя, забыв обо всем лишнем и сосредоточившись на главном. Сейчас будет что-то интересное, спрятанное в тексте на обычных бумажных листах.

Вошла внутрь, погружаясь в атмосферу всевозможных изумрудных оттенков, коими были покрыты стены, обивка мебели и даже столешница.

— Ты наследница черных драконов, истинная правительница могущественного рода, которая призвана уравновесить магию в этом мире, распределив ее по континентам. Ты недавно каким-то образом попала в лабиринт воображения, который привел тебя к сердцу академии — организму, который содержит информацию о каждом, проживающем здесь. Ткнула пальцем ты, видимо, в сферу, содержащую информацию о моей матери. — Кир ненадолго замолчал. — Отец сделает все, чтобы ты и твой друг плясали под его дудку. Теперь я понимаю, зачем он похитил Драко, теперь я вообще многое понимаю. — Ухмыльнулся дракон.

— Я кто? — удивленно переспросила его, усаживаясь в глубокое кожаное кресло странного бутылочного цвета.

— Читай! — Кир бросил мне на колени огромный фолиант в ветхом переплете и уселся на стол, свесив ноги и уперев локти в колени. — Я подожду. — И пронзил таким загадочным взглядом, от которого мне тут же захотелось спрятаться за обложкой книги.

Открыла первую страницу и погрузилась в чтение, покрываясь липким потом и бледнея от ужаса.

«Никогда драконы не будут равны в бытовом плане: кто-то станет жить в замках, а кто-то в пещерах, найдутся и такие, что навсегда откажутся от благ, которые дает нам человеческая ипостась. Но в этом мире есть магия, и возможно создать такой баланс, который уравновесит всех драконов, подарив им равенство иного рода, когда один сможет победить другого только физической силой.

Всегда найдутся те, кто будет сильнее многих, всегда найдутся драконы, жаждущие власти, готовые ради нее на любые жертвы, даже пленение собственного тела в каменных чертогах. Они будут угнетать слабых, бесправно творить зло и приносить разрушение, боль и смерть. Их не победить какому-то одному дракону, их не убить даже группе магов, их уничтожит только та душа, которая будет способна уровнять всех в этом мире, подарить магический баланс драконам, лишить власти тех, кто зазнался в своем могуществе и поставил себя над остальными.

Я поймал в небе летящую звезду я потушил ее пламя и разбил на многие части, заключив в них безгрешные души. Они узнают ту, которая будет способна принести в этот мир магическое равенство. Она унаследовала их чистоту, она будет жаждать воссоединения с ними, и тогда либо уйдет вместе со „анима калара“ в мир их, светлый и безгрешный, либо пожертвует этому часть себя самой.

Но злые маги не дремлют, могущественные и сильные будут они драться до самого последнего издыхания, пока Наследник не объединит вокруг себя драконов всех пяти континентов: южного, северного, западного, восточного и центрального: пока не найдет все части угасшей звезды, чтобы соединить их на теле своем; пока не согласиться на великую жертву, которая дарует всего один шанс ей и этому миру.

Наследник может подвергаться пыткам со стороны власть имущих, соблазнам и каверзам, но будьте с ним рядом, драконы и драконице, уберегите того единственного, который на много веков подарит этому миру покой и счастье.

Знай, Наследник, жертва велика, она непосильна слабому духом, она может лишить тебя всего: семьи, любви, друзей. Шагнув на этот путь, ты, возможно, погибнешь, но все пять континентов раз и навсегда получат магический баланс и равновесие.

Так, реши для себя, что важнее?»

— Что за жуть? — отодвинула от себя книгу.

— Говорят, что этот текст был найден в доме самого прадракона и потом много раз переписывался, чтобы сохраниться до того момента, когда потребуется прочесть его Наследнику — безгрешной душе, способной на то, чтобы уравновесить магию во всем драконьем мире.

— И ты в это веришь? — спросила Кира удивленно.

— Я собственными глазами видел, как отец пожертвовал семьей и собственной свободой, чтобы получить могущество и творить беззаконие. Как он убивал ради забавы, проливал кровь от скуки, строил планы по захвату всех континентов и получал желаемое, забирая себе энергию, которая должна принадлежать другим драконам.

— Почему ты говоришь такие ужасные вещи о собственном отце и почему именно мне? — не хотела я верить в то, что Кир считает меня этой самой Наследницей.

— Душа, заточенная в камне, узнала тебя, и ты жаждала воссоединиться с ней.

— Ничего я не жаждала! — упрямо сложила руки на груди. — И вообще не понятно тогда, почему твой отец до сих пор не убил меня, раз он такой могущественный.

— Потому что он не самый сильный маг, хотя и бесится от этого.

Пожала плечами.

— А кто самый?

— По тем разговорам, которые я подслушал в кабинете отца, понял, что один из черных драконов.

— Император? — вспомнила я огнедышащего ящера на площади.

«Бедный папа!»

— Не знаю, Дей. Меня в такие вопросы не посвящали.

— Допустим. — Кивнула головой. — Тогда зачем они забрали Драко?

— Чтобы не дать тебе шанса отказаться от намеченного ими плана. Возможно, заберут не только его, но и всех членов твоей семьи.

Снова перед глазами возник образ отца, безвольно висевшего на руках своих врагов.

— Но я в любом случае лишусь их, это написано в книге. — Старалась сдержать рвущиеся из груди рыдания. — Пролистай остальной текс.

Машинально открыла следующую страницу, где перечислялись семь способов замариновать лудянку земляную. Дальше шли отвары из нее, мази и перечень целебных свойств.

— Эм…. Что это?

— Учебник первокурсника по зельеделию. — Прочитал Кир надпись на обложке. — Достался мне три года назад. Мать купила на торговой площади.

— Ничего не понимаю. — Схватилась я за виски, растирая их круговыми движениями. Головная боль снова нарастала, возвращалась тошнота, и взмокли ладони.

— Я тоже сначала не понял, искал какие-нибудь указания на подобные легенды, тексты с упоминаниями о Наследнике, исторические факты, подтверждающие, что прадракон мог предвидеть будущее.

От сердца немного отлегло.

— Значит, все это может оказаться чьей-то шуткой?

Кир положил на ладонь кольцо.

— Камень, который ты видишь, называется «Анима калара» — светлая душа. Отец искал его много десятков лет, надеясь обрести силу, заточенную внутри. После того, как нашел, еще несколько десятков лет пытался открыть и разгадать тайну, но так и не смог. Кольцо забросили на полку, где я его и обнаружил. Взял на всякий случай, по наитию и оказался прав. В нем часть того камня, о котором говорится в легенде.

— О, ну брось, Кир. — Застонала я, откидываясь на спинку кресла. — Прадракон поймал звезду? Загасил ее пламя? Это же невозможно с научной точки зрения.

— Это может быть приукрашенный перевод. — Невозмутимо парировал он.

— И тогда я должна поклониться на все четыре стороны, умоляя неизвестно кого прийти мне на помощь, а потом захватить Омут, лишить императора власти, заручиться поддержкой черных драконов и пожертвовать родными и близкими во имя магического равновесия, которое лично мне принесет только боль и страдания. Так?

Кир смущенно заерзал на стопе, изменяя позу.

— Я не знаю, Дей, что из этого правда, а что домысел переводчика? Но отец действительно заточил себя в каменный склеп, он привязал собственную душу к стенам академии, получив взамен могущество, силу, власть, доступ к порталам и межмирной энергии.

— Не знаю, Кир. — Шмыгнула я носом. — Так устала за сегодняшнее утро, прогуляла пару, уже опаздываю на вторую. Не лучшее начало учебы.

— Согласен. — Ухмыльнулся дракон. — Но вылететь отсюда тебе не светит, и не мечтай. Отец наконец-то заполучил Наследника в собственное владение, просто так он свою жертву не отпустит.

— А ты, я смотрю, оптимист? — уже шла я к выходу, мечтая выбросить из головы события последних часов.

— Я реалист, Дей, и я хочу помочь!

— Мне нужна твоя помощь, но только в поиске Драко. Не ввязывай меня в ваши разногласия с отцом.

— Да при чем тут это? — искренне удивился дракон.

— Не знаю. — Вышла за дверь и быстро пошла по коридору, мечтая о глотке свежего воздуха.

— Дей! Дейла, подожди! — Кир догнал меня и взял за локоть. — Провожу до аудитории по зельеварению. И возьми учебник. — Сунул в руки злополучный фолиант. — Пригодиться.

Машинально прижала к себе книгу, на самом деле мечтая избавиться от нее за ближайшим поворотом.

Но что, если Кир прав и я наследница безгрешных душ, способная принести в этот мир равновесие магии и энергии? В таком случае лучше смотреть правде в лицо, а не бегать от нее, прячась по углам.

— Давай встретимся после уроков? — предложила дракону, молча шагающему впереди.

Кир согласно кивнул.

— После ужина отец обычно запирается с преподавателями в кабинете, и я смогу незаметно провести тебя в свою комнату.

— А это удобно? — покраснела при мысли о недавнем вторжении на территорию дракона.

— Это самое безопасное место в замке, Дей, лучшего просто не найти.

— Тогда встретимся после ужина. — Помахала дракону и пошла в том направлении, которое он указал.

Итак, в ближайшем будущем меня ждет много интересного, стоит научиться как можно большему, пока есть время.

Увидела костлявую фигуру Ранетки и обрадовалась ей, как родной.

— Вот ты где! — закричала драконица, размахивая руками. — Пошли скорее, все ждут только тебя. — И увела к дверям аудитории, где Злата, Кира и даже Варвара радостно мне улыбнулись, затаскивая внутрь помещения.

Теперь я умел перемещаться. Сначала с огромным трудом, но потом все лучше и лучше моя магия преображала полученную энергию, создавая не просто выброс, а масштабный заряд, способный преодолевать не только большие расстояния, но и защитную преграду.

Гордн об этом не знал и даже не догадывался, а я был счастлив иметь козырь в рукаве, хотя и боялся его использовать, пока. Мне нужен был подходящий момент для того, чтобы переместиться подальше от него. Оболочку души, камень с гранями я оставил в Храме — так называли то место, куда привел меня портал, теперь я знал это и многое другое. Черный дракон в первую очередь привел меня к родителям отца, с которыми сам и познакомил, в ультимативной форме. Дракорион обязался впустить Гродна и принимать его в замке, как гостя, а Эльдира должна была позаботиться о том, чтобы в родовое гнездо к синим драконам никто не приходил, в ближайшую неделю точно. И только после этого мой учитель во всей красе расписал им правду, рассказал, кто я такой, где рос, с кем, каким образом попал на южный континент, а оттуда в Академию магического равновесия.

Они были моей родней — бабушкой и дедушкой, но я чувствовал, что по-настоящему близки мы не станем, не сейчас, а поэтому никогда. Второго шанса на налаживание семейных отношений мне не дадут, я вообще не понимал, зачем Гордн привел меня к ним в замок, зачем заставил их принять внука и поверить, что я именно тот, за кого меня выдают? Идеально исполняя роль, навязанную мне черным драконом, я даже не успел почувствовать, что испытываю к Дракориону и Эльдире на самом деле.

Сейчас в голове крутилась мысль, как вернуться к Дей и предупредить о том, что ее ждет? Как узнать, для чего Гордн поселился в замке и с таким упорством чего-то добивается?

С раннего утра и до позднего вечера я мерил шагами собственную комнату, почти не покидая ее пределов, или ходил по парку, одевшись потеплее, потому что на улице царила суровая зима. У меня в голове рождались идеи одна нелепее другой. Я даже пытался подслушивать разговор дедушки и черного дракона, но говорили они в основном о погоде, жизни в Центре и тех изменениях, которые произошли в Магической Академии Скалистого края. О том, как долго я буду жить в замке, что нас ждет дальше, Гордн не распространялся, но каждый вечер приходил и садился ко мне на кровать, смотря прямо в глаза, долго, испытывающее.

Вот и сегодня он в очередной раз закрыл за собой дверь спальни, тяжелыми шагами подошел к окну, выглянул наружу и только после этого присел на кровать, внимательно меня рассматривая.

— Что? — не выдержал я.

— Ничего. — Помотал он головой и сухо улыбнулся.

Прям понимающий отец, пришедший в комнату к сыну для того, чтобы поговорить с ним о половом созревании. — Тогда объясни, чего ты от меня ждешь? — попытался докопаться до истины.

— А разве тебе до сих пор не понятно? — удивленно спросил дракон. — Мы договорились, что ты начнешь свое обучение с этого континента. Познакомишься с родными, обзаведешься знакомыми. Я думал, что тебе предельно ясна твоя роль, Драко. Ты помогаешь Дей занять трон, а для этого ищешь союзников везде, где мы побываем. Я жду, когда ты осознаешь это и начнешь проявлять свое обаяние для того, чтобы завербовать сторонников. Разве родные бабушка и дедушка не лучший вариант для этого?

Я развел руками.

— Конечно, а раньше сказать было нельзя? Приходишь в мою комнату, смотришь на меня и молчишь.

— Молчу, потому что пытаюсь понять. Либо ты не хочешь помогать Дей занять трон на Омуте, либо жаждешь собственной смерти, либо настолько глуп, что мне придется искать другого ученика.

Встал напротив черного дракона.

— Ты считаешь, что справедливо требовать от Дей смерти императора? Справедливо манипулировать мной подобным образом?

— Подожди-ка, — усмехнулся Гордн, — я только учу тебя, как сделать правильно.

— Ты не даешь мне выбора.

— Потому что я — твой учитель, я знаю лучше, что и как нужно делать.

— Ты черный дракон, душа которого жаждет отмщения Дантру за это существование. Ты друг ректора Академии магического равновесия, и на пару с ним желаешь безграничной власти, разве я не прав?

— Ты упускаешь то, что на трон я мечтаю посадить не себя, а Дей.

— Потому что ты привязан ко мне, и как только я шагну в иной мир, твоя душа вернется обратно в артефакт.

Гордн встал и решительно вышел за дверь, тихо прикрывая ее за собой.

Сам того не понимая, я ответил себе на вопрос, который задавал изо дня в день.

«Почему черный дракон с таким упорством добивается того, чтобы я помог Дей?»

Потому что потом ни он, ни я не сможем остаться рядом с ней!

Так, значит, Гордн действительно хотел помочь? Не ради власти, не из корысти!

У черного дракона сложился своеобразный стереотип того, как следует себя вести в этом мире. Он был истинным сыном своего рода, выполнял работу по охране всех континентов, поддерживал баланс, поэтому так жаждал его возвращения. Убив Дантра, Гордн отомстит не только за свою смерть, но и за гибель моего отца, а Дей только исполнит собственное предназначение. Неужели, Гордн ведет двойную игру? Что он пообещал ректору сделать со мной и делает ли это на самом деле? Может, Дракорион поможет мне разъяснить ситуацию?

Выбежал в коридор и метнулся в сторону столовой. Именно там дедушка любил проводить долгие зимние вечера, греясь у камина и попивая горячий травяной настой, который Эльдира заваривала ему в высоком прозрачном стакане. Сейчас там плавали кубики льда, ударяясь друг о дружку и мелодично позвякивая о стенки.

— Привет. — Влетел я в комнату, со всего размаха плюхаясь в кресло напротив деда.

— И тебе. — Отсалютировала мне дракон.

— Знаю, что вел себя отвратительно, отгородился от вас с бабушкой, не шел на контакт, — тараторил я, стараясь не сбиться с темпа, — но сейчас мне просто необходима твоя помощь, скорее правдивый совет.

Дракорион тепло улыбнулся, ставя высокий стакан с напитком на отполированную столешницу.

— Знаешь, Драко, сейчас ты как никогда напоминаешь мне своего отца. Он всегда был импульсивен, сначала действовал, а потом задумывался о последствия своих поступков. Мы с твоей бабушкой показали ему пример того, как не надо жить и довели всех своих детей до роковой гибели. Какого же ты ждешь от меня после этого совета?

Я растерянно хлопал глазами. Почему мне раньше не приходила в голову мысль, как этому дракону не хватает простого участия и дружеского внимания?

— Вы с бабушкой готовы выслушать правду? — спросил его неуверенно.

— Я только этого и жду с тех пор, как вы оба появились у нас на пороге. — Улыбнулась мне Эльдира, неслышным шагом войдя в столовую и приближаясь ко мне. — Драко был нам приемным сыном, он подкидыш черных драконов и это ты должен знать прежде, чем поделишься с нами тем, что тебя угнетает. Но мы любили его, как родного, несмотря на то, что не смогли уберечь.

Я горько вздохнул.

— Ну, вот. Не успел обрести бабушку и дедушку, как узнаю, что они мне вовсе не родные. — Искренне расстроился я.

— Наверное, Гордн хотел, чтобы ты осознал другое, Драко. Мы готовы помочь, несмотря на то, кем тебе приходимся. — Возразил Дракорион.

— Тогда я хочу рассказать правду и попросить вас о помощи! — решительно начал я и поведал о том, что нам с Дей требуется поддержка правящих драконов всех четырех континентов, чтобы свергнуть императора Омута и освободить этот мир от его гнета, подарив магическое равновесие.

Эльдира ответила, что это сомнительное предприятие, но хуже уже не будет, а Дракорион отсалютировал мне бокалом с травяным настоем, пообещав с завтрашнего дня начать действовать.

Я сделал то, чего Гордн ждал от меня, оставалось надеяться, что интуиция не обманывает и черный дракон на нашей с Дей стороне, иначе все могло оказаться гораздо хуже, чем Эльдира и Дракорион себе представляют.

Целый день я мучилась головной болью, и занятия для меня прошли в полном тумане. Ранетка старалась отвлечь внимание преподавателей на себя, закрывая мое тело хрупкими острыми плечиками, а остальные драконицы так увлеклись процессом, что с удовольствием отвечали на вопросы и вызывались на практические занятия. В итоге, на ужин я шла в предвкушении известий от Кира и с совершенно пустой головой в плане знаний. Хотя, это сейчас волновало меня меньше всего, что само по себе было странным, ведь я всегда была примерной ученицей и любимицей Мастера.

— Ну, что? — накинулась я на дракона, как только он появился в пределах видимости.

— Я хочу кое-что попробовать поздно вечером. — Прошептал он, делая вид, что выбирает гарнир. — Как насчет межконтинентального перемещения?

— Звучит устрашающе.

— А, по-моему, просто вызывающе опасно. — Заулыбался Кир и пихнул меня локтем в бок. — Я зайду за тобой, не засыпай.

Кивнула головой и схватила поднос, заставляя его первой попавшейся под руку едой. Аппетита не было совершенно, а вот живот свело судорогой от предчувствия чего-то нехорошего.

— Кир, — догнала его уже у столика третьекурсников. — Ты когда-нибудь пробовал это раньше?

На нас уставились в немом изумлении три пары глаз.

— Эмм, — дракон замер на полуслове, а потом постарался выдавить непринужденную улыбку. — Вообще-то нет, но попробовать однозначно стоит. — После чего смерил меня злым взглядом и отвернулся, чтобы водрузить поднос на стол.

Его друзья тут же обернулись мне в след и провожали долгими любопытными взглядами.

«Странные они какие-то!» — подумала я, опускаюсь на жесткий стул в самом дальнем углу столовой.

Сейчас хотелось побыть в одиночестве и подумать над всем, что за этот долгий день на меня свалилось, но шум вокруг стоял такой, что даже собственный голос тонул в множестве других. Окончательно потеряв аппетит, вышла из-за стола и протолкнулась к дверям в холл. Оттуда направилась прямиком к двери на улицу.

Если я сейчас же не получу усиленную дозу кислорода, то просто свалюсь на кровать и до завтрашнего утра не встану, что вряд ли входит в планы Кира.

На площадке перед главной лестницей в здание академии толпилось множество студентов, поэтому я постаралась спрятаться в кустах у фонтанов, но и там почти все лавочки были заняты. Пришлось идти к женскому крылу и занимать шезлонг Лил. Я знала, что это ее неприкосновенная частная собственность, но сейчас мне нужно было упасть, закрыть глаза и подумать, что я и сделала, наплевав на все правила приличия. Юбка задралась до середины бедра, солнце нещадно припекало, хотя на дворе давно был вечер. В такую погоду только загорать и купаться, не думая об учебе, вообще ни о чем не думая.

Перед глазами промелькнул образ отца, потом дракона, на лету принимающего человеческую ипостась и грациозно приземляющегося на обе ноги.

Я знала, что попрошу Кира перенести нас на ту площадь, но как она называется, и что это вообще за место? А если видение обманчиво и показывает мне то, чего нет на самом деле? Нельзя исключать и такую возможность.

— Здравствуй, Дей.

Приоткрыла глаза и наткнулась на пристальный изучающий взгляд Дорминума — преподавателя по магическому равновесию и отца Лил. Вскочила на шезлонге, как ошпаренная, судорожно поправляя юбку и натягивая ее до самых копен.

— Добрый вечер. — Почувствовала, как горячий румянец заливает щеки. — Я просто решила немного расслабиться.

— Я вижу. — Равнодушно кивнул дракон. — Пройдем со мной.

— Куда? — насторожилась я, не доверяя этому злобному ящеру.

Он уже показал на экзамене, каким может быть беспощадным. Испытывать это повторно, да еще после тяжелого дня, совершенно не хотелось.

— Мне сказали, что тебе стало плохо на первом уроке, а потом ты надолго пропала и остаток занятий провела безучастной ко всему.

Отлично! И кому мне сказать спасибо за подобную информацию?!

— У меня очень сильно разболелась голова, такое и раньше бывало. — Стала искать я отговорку.

— Дейла, пойдем со мной, сейчас же! — теперь тон дракона говорил о том, что он в ярости и лучше послушаться и делать все, что тот ни скажет.

Проходи.

Дорминум обогнул крыло дракониц и показал мне на небольшую беседку, плотно увитую ядовито-зелеными мясистыми листьями, которые я уже видела раньше. С опаской опустилась на холодную каменную скамью, подложив ладошки под ноги и спрятав тем самым дрожащие от страха пальцы.

— Я проверю твое состояние с помощью проникновения в ауру, приготовься.

Еще не успев осознать, что собирается сделать дракон, почувствовала, как меня будто пронзают чем-то острым. И вроде ощущения вполне реальны, но вот боль отсутствует совершенно. Я потеряла связь с реальностью, погружаясь в состояние сна, но самое интересное, яркие картинки были не просто сновидением, это были отрывки прошлого.

Вот, Кир проводит меня в библиотеку и показывает текст в учебнике, перевод легенды, а потом мы стоим в коридоре, на пальце кольцо, с которым мне так не хочется расставаться. А здесь я тянусь к серебристому шарику и тут же переношусь в комнату ректорского сына. На моменте, в котором я погружаюсь в собственные видения, начинаю осознавать, что что-то не так. Дорминум не имеет права копаться у меня в голове, он и так достаточно выведал, никакое это не лечение!

От попытки противостоять вмешательству в собственное сознание, картинки стали менее четкими и так быстро начали сменять одна другую, что невозможно было понять, что и где происходит. Почувствовала, как неохотно покидает мой разум чужая магия.

— Да как вы посмели! — заорала на преподавателя, сжимая руки в кулаки. Мне явно стало еще хуже, так как к слабости и головной боли теперь примешивались черные круги перед глазами и озноб.

Дракон сидел, почесывая рукой подбородок, и молчал. Я закрыла глаза и всего за какое-то мгновение создала ледяную сферу, отошла на пару шагов назад и разбила ее прямо над головой Дорминума.

Да, пусть эта академия катиться к прадракону, так далеко, как вообще возможно. Меня тошнит от нее с первого дня учебы, а здешних преподавателей хочется просто размазать по стенке, но никак не уважать и прислушиваться к их мнению.

Понимала, что с моим телом что-то происходит, поднесла руки к шее и завизжала от ужаса. Вместо кожи под кончиками пальцев ощущалась гладкая скользкая чешуя.

Этого еще не хватало! — простонал мой внутренний голос.

Организм отреагировал на стресс по-своему, запустив процесс полового созревания. Аллилуйя! Теперь я начну покрываться чешуей, что всегда выглядит немного странно. В ближайшие пару недель все будут знать, что я готова найти себе дракона-самца и счастливо спариться с ним, производя на свет наших деток.

— За что?! — поднимала я глаза к небу, взывая о помощи.

В этот момент ноги сами собой привели меня в самый заброшенный уголок сада, где трава росла сама по себе и достигала уровня моей макушки. Опустилась прямо там, где стояла на данный момент, и залилась слезами.

Нет, и плакать-то мне особо не хотелось, просто с переменами в организме начинались еще и резкие смены настроения. Теперь я неадекват на полные две недели, о чем непременно нужно сообщить Киру. В противном случае, он шагнет в портал с истеричкой, которая смеется и плачет совершенно невпопад, а еще и обрастает на глазах чешуей.

Примерно через час или полтора, которые я провалялась в траве, уснув на собственном локте, меня разбудил странный шум. Кто-то шел совсем рядом, но с большими интервалами, будто специально замирая после каждого сделанного шага.

Поднялась на колени, а потом стала двигаться на корточках в том направлении, откуда доносилось шуршание. Сейчас мне было важно понять, что ничего опасного там нет, иначе истерика вернется и меня точно хватит удар. В таком положении меня и застал Кир.

— Ого. — Взмахнул руками дракон от того, что я врезалась в его колени головой и чуть не уронила. — Ты чего бодаешься?

Вся нелепость ситуации, мой внешний вид и то, что я действительно натолкнулась лбом на Кира, предстали в воображении яркой картинкой, рассмешив меня до икоты. Я пыталась унять рвущийся наружу дикий хохот, но ничего не получалось.

— Ты спятила?! — шипел на меня дракон, пытаясь заткнуть рот ладонью. Почувствовала его горячие пальца на своих губах, захотела облизнуть их языком и только тогда резко успокоилась, понимая, что организм сбоит от происходящих в нем процессов.

— Прости, Кир. — Затараторила на одном дыхании. — У меня выдался тяжелый день, решила поваляться в траве, а тут какие-то шорохи. Вот и решила проверить.

— Разведчик из тебя никакой, скорее наоборот. — Дракон выглядел злым и каким-то осунувшимся. Или это просто игра теней на его лице? — как ты позволила отцу Лил вторгнуться в свое сознание? Он же лучший дружок ректора. Понимаешь, о чем я?

— Быстро же тут все обо всем узнают.

— А ты как думала? — схватил меня за плечо дракон и хорошенько встряхнул. — Я считал, что у тебя в голове больше мозгов!

— Не ори на меня. — Вырвалась из цепких пальцев Кира. — Кто ты вообще такой, чтобы осуждать? Дорминум не спрашивал, а просто взял и сделал. Если хочешь знать, я до конца не понимала, что он просто считывает с помощью магии мои воспоминания.

— Да ты вообще должна держаться от преподавателей подальше! — не отставал дракон.

— Как?! — окончательно вышла я из себя, вцепившись руками в волосы. — Я здесь учусь, я вообще-то студентка первого курса Академии магического равенства.

— Наплевать! — решительно прервал меня Кир и потащил куда-то в кусты. — Нужно спешить, пока они не закрыли портал.

Какая-то доля секунды и дракон выволок меня на открытую площадку с каменной аркой, обложенной разрушенными кусками гранитной плиты и перегороженной красной лентой. Бесцеремонно перешагнув через препятствие, Кир приказал держаться за него, как можно крепче, а потом просто упал вперед. Я по инерции, цепляясь за рубашку дракона, оказалась затянута в ледяной водоворот из песка, который забился в нос, в рот, открытый для того, чтобы закричать и даже в уши.

— Все, отпусти уже. — Дернулся кто-то из моих рук.

Поняла, что глаза открыть все-таки стоит, но резь пока не проходила, и пришлось их тереть. Правда, вокруг было так темно, что мои попытки вызвали лишь кружение серебристых звездочек в кромешной черноте.

— Где это мы? — спросила, паникуя от того, что не успевала за событиями сегодняшнего дня.

— За стеной. — Ответил Кир равнодушно, а потом, кажется, лег.

— И что ты делаешь?

— Устраиваюсь на ночлег. — Снова проговорил дракон с интонацией недовольства в голосе.

— А что делать мне? — чуть не плача простонала в ответ.

Красноречивое молчание говорило о том, что дракон устал отвечать на поток моих идиотских, как ему казалось, вопросов и действительно собирается уснуть.

Присела рядом, нащупав край одеяла и пытаясь привести мысли в порядок.

Так, Дей. Не произошло ничего страшного. Ты просто убежала из Академии, куда только недавно поступила, с сыном ректора. Он немного чокнутый дракон, который принимает тебя за наследницу из легенды и теперь сделает все для того, чтобы помочь. Интересно, а в чем вообще заключается эта его помощь?

Хотела уже было открыть рот для очередного вопроса, но вовремя остановилась.

Кир зол и раздражен. Вокруг темень беспросветная и жуткая тишина. Самое время лечь рядом и просто уснуть. Так и сделала, не забыв прикрыть шею волосами и воротником пиджака.

Не хватало еще, чтобы Кир подложил руку мне под голову и ощутил у себя на коже холодную скользкую чешую.

Теперь каждое утро начиналось со списка гостей, которые должны нас посетить. Эльдира рассказывала мне значимость каждого дракона: какое место занимает в Совете, какими замками или домами владеет, сколько вкладывает денег в развитие города и Скалистого края.

— Завтра сюда приедут из Магической академии, — немного смущенно начала драконица. — Тебе необходимо с ними встретиться, но Дакки может отреагировать на наши просьбы весьма неоднозначно. Понимаешь, он родной брат Вольного и считает, что тот его предал, бросил на произвол судьбы и оставил одного справляться с трудностями, свалившимися на его плечи после вашего исчезновения и ухода из жизни Дариэна — их отца и прежнего ректора Магакадемии. И твоя мама вызывала на прощание вечную зиму, она не заканчивается на восточном континенте почти двадцать лет.

Выглянул в окно, наблюдая унылый пейзаж вокруг замка. Голые ветви деревьев, заснеженные дороги и ледяной ветер, завывающий в печных трубах. Уныло, одиноко и монотонно. Да еще солнце спряталось за низкие свинцовые тучи, которые давят своей тяжестью и беспросветной серостью.

Я понимал Дакки. Вряд ли он захочет пойти мне навстречу, но вот если бы Дей была рядом? В который раз за прошедшую неделю ее образ всплывал у меня перед глазами. Сам того не понимая, я безумно скучал по драконице и хотел разделить знакомство с новым миром и порядками именно с ней — единственным моим другом.

— Я могу попробовать связаться с Дей? — спросил у Гордна, когда тот направлялся в сад на прогулку, накинув поверх черных брюк и такого же цвета свитера толстый плащ с капюшоном.

— Нет. Она уже не в Академии.

— Что это значит? — обеспокоился не на шутку.

— Это значит, что моя внучка связалась с сынком ректора и сбежала с ним в неизвестном направлении, прибавляя нам тем самым хлопот. — Дракон шагнул за порог, оставляя после себя клубы пара и свежий морозный воздух, а я обхватил плечи руками и задумался.

Не прошло и недели, как Дей уже забыла обо мне и обзавелась новыми друзьями, причем доверилась одному из них настолько, что даже позволила уговорить себя сбежать.

Почему Кир это сделал? Неужели он понял, что Дей наследница и хочет теперь действовать самостоятельно? Или здесь нечто другое?

Остынь, Драко. Даже если они влюблены друг в друга, то так будет лучше для всех. Ты ненадолго задержишься в мире драконов, так есть ли вообще смысл скучать по ней?

Но мысли о Дей не уходили, а с приходом Дакки ее отсутствие стало ощущаться даже острее.

Ректора Магической академии встречали полным составом. Я стоял за спинами взрослых, позволяя им раскланиваться, расшаркиваться и усаживать гостей за стол. Помимо самого Дакки, огромного дракона с лысым черепом и устрашающим шрамом в пол лица, прибыла еще высокая статная немолодая женщина-маг. Ее одеяние состояло из платья с длинными рукавами, закрытым высоким горлом и подолом до пят ослепительного белоснежного цвета. Она представилась, как заместитель ректора Алма и долго не сводила взгляда, полного ненависти с Гордна и меня.

— Я пришел к вам только из уважения к памяти Драко. — Начал Дакки, тяжело опускаясь на стул. — У меня нет никакого желания находиться в одной комнате с черным драконом.

— Я понимаю, — начал Дракорион, — но прошу тебя только об одном. Просто выслушай меня.

— Весь внимание. — Дракон положил огромные ручищи на стол. В правой был зажат двуручный топор, и его лезвие лежало в опасной близости от меня. Сглотнул вязкую слюну и как можно незаметнее постарался отодвинуться подальше от ректора Магакадемии.

— Ты прекрасно знаешь, что произошло много лет назад в Скалистом краю. Твой брат попал в плен, но бежал оттуда и завел семью на южном континенте. До нас доходили слухи о том, что Элана родила дочь, совсем недавно они подтвердились.

— Мне плевать, что и где он сделал. — Рыкнул Дакки так громко, что я чуть не упал со стула. — Если вы позвали меня за тем, чтобы выслушивать о его житье-бытье, то позвольте откланяться!

Я невольно улыбнулся, стараясь опустить голову как можно ниже. Речь дракона была такой необычной смесью просторечного сленга и великосветской манеры выражаться, что у меня в голове рождались странные образы воина в шлеме и латах, вальсирующего с очаровательной драконицей в белом, сидящей напротив. Наверное, она заботиться о том, чтобы многочисленные гости ректора не страдали от его взрывного характера и неумения вести светских бесед.

— Речь пойдет о твоей племяннице и о моем внуке — Драко. — Продолжил Дракорион, чем вызвал недоумение на лицах Дакки и Алмы. — Он сидит с вами за одним столом.

— Неправда! — схватилась за сердце драконица в белом. — Как такое возможно?

— Вот так. — Развел я руками, демонстрируя им свою незащищенность и стараясь расположить к доверительной беседе. — Мама была спасена Эланой и отправлена на западный континент в замок предводителя поднебесного клана.

— Тут ты нас не обманешь. — Зашипела драконица, вскакивая со стула и хватая меня за запястье. — Я много лет служила отцу Дерека, а потом и ему самому. С какой стати он вмешался в войну против черных драконов, пригрев Машу и ее дитя.

— Спросите у него сами. — Положил я на стол проектор.

Алма схватила вещицу обеими руками, оставив мое запястье в покое. Невольно потер его, такие сильные пальцы были у этой драконицы.

— Я знаю, что это такое. — Заместитель ректора сжала черный прямоугольник в ладони, закрыла глаза и зашептала заклинание. Тут же прямо на стене стали проявляться черты Дерека и мамы. Они о чем-то переговаривались, лица их были серьезны и взволнованы, Мастер стоял тут же, у камина, с длинным свитком в старческих морщинистых руках.

— АЛМА! — закричал предводитель поднебесного клана. — ДРАКО!

После того, как он произнес мое имя, мама схватилась за горло, а потом заплакала и начала тараторить столько слов в минуту, что я понял только половину.

— О! Сынок! Дорогой! — Заливалась она слезами, чем встревожила меня не на шутку. — Мы потеряли Вольного, он пропал несколько дней назад. Элана тоже не выходит на связь, Дей уже неделю недоступна, ее проектор вообще не реагирует на наши сигналы, а твой не был активирован до сегодняшнего дня. Что происходит? Почему ты не в академии? ГОРДН!

Она схватила со стола какую-то вазу и запустила ей об стену. Сидящий за столом черный дракон даже не шелохнулся. — Отойди от моего сына, предатель! — орала мать в гневе. — Уберите его от Драко, уберите!

Дерек что-то пытался ей сказать, хотел оттащить от экрана, но она сопротивлялась, колотя его по рукам и груди кулачками. Никогда бы не подумал, что мама такая взрывная.

— Дакки! И ты там! О! Какая компания собралась за одним столом с черным драконом. Или вы забыли, что они убили моего мужа?! Забыли, как жестоко хотели расправиться со мной и Драко?!

Дакки молча смотрел, как мама бьется в истерике, сжимая в руке древко топора. Он не произнес ни слова, но не отрывал взгляда от стены.

Наконец, Алма прервала безумие, пообещав отключить связь, если мама сейчас же не возьмет себя в руки.

— Драко? — спросила она прерывающимся голосом. — Объясни мне, что ты там делаешь или я сейчас же пойду к тебе. Пешком, по воздуху, наплевать как, но я там буду.

Что мне оставалось делать? Я рассказал ей о том, что Дей наследница черных драконов, что она должна выполнить свое предназначение и стать императрицей на Омуте, тем самым остановив безумного Дантра. Поведал о своей роли в этом мероприятии, о том, что Гордн помогает собрать единомышленников, и сейчас мы пытаемся уговорить Дакки и Алму присоединиться к нам. Умолчал только об одном, что по ее вине мне придется уйти из мира драконов раз и навсегда, восстановив тем самым баланс и положив конец вражде.

— Дакки. — Обратилась мама к ректору. — Ты всегда был мне братом, поклянись, что присмотришь за сыном?

Дракон хмыкнул и откинулся на спинку стула, расслабляя, наконец, руки.

— С какой стати я должен помогать драконице, которая обрекла нас на вымирание из-за вечного холода? — спросил он, глядя ей в глаза. — Я смотрю, тебе там неплохо живется, птички за окном поют, солнышко светит.

— Как ты можешь? — побледнела мама, яростно сжимая кулаки. — Как можешь осуждать меня?

— Ты же смогла излить свое горе на ни в чем неповинных горожан и жителей Скалистого края? Мы пострадали от черных драконов не меньше твоего. Золотой дракон и Дариэн ушли сразу после того, как вы исчезли, Магическая академия лишилась ректора и преподавателей, студенты переживали шок от сильнейшего воздействия на их ауру, эмпатов забрали навсегда, о них так до сих пор ничего не известно. Нам с Алмой пришлось работать днями и ночами, борясь со стихией, чтобы выжить. И после этого ты просишь меня о помощи? — ректор поднялся и кивнул драконице в белом. — Ваш балаган может проезжать мимо, мы уходим.

Я смотрел, как мама тихо плакала на плече у Дерека, как Алма качала головой, глядя на них и Мастера, как Гордн хмурился, ссутулившись и постарев на годы, как Эльдира и Дракорион застыли в скорбной позе, умоляя ректора подумать еще раз.

Дакки шел к двери твердым уверенным шагом, по прежнему сжимая в правой руке древко топора. Потом он развернулся и произнес громким грубым голосом.

— Я понимаю, что когда Дантр придет вновь одному мне не справиться, поэтому приму ваше предложение, но при одном условии. Моя племянница лично должна попросить меня об этом. — И вышел, оставив меня и Гордна в состоянии полной растерянности.

Если черный дракон не знал, где искать Дей, то я тем более не мог ему в этом помочь. И тем не менее, мы должны ее найти, а, значит, придется довериться Гордну и рассказать о моем новом умении перемещаться между континентами. Если я правильно понимаю, он последует за мной в любую точку мира, так как привязан теперь ко мне магически. Что ж, нам это только на руку.

Темные стены давили на меня со всех сторон, грозя обрушиться прямо на голову. Потолок был низким, и с него постоянно капала вода, доводя меня до состояния, близкого к помешательству. Я до сих пор боялась признать то, что нас с Киром бросили в темницу, боялась произнести это вслух, осознать, как свершившийся факт. С приходом очередного дня, счет которым я давно потеряла, ведь в сыром подвале всегда было одинаково темно и беспросветно, надежда на то, что за нами придут таяла, а чувство безнадежности росло. Я начала сомневаться даже в том, что Кира упрятали вместе со мной. Вдруг это был его коварный план: заманить меня на Омут и сдать черным драконам, как Наследницу? Правда, аудиенции у императора я так и не дождалась, и вообще со мной не разговаривали с того самого дня, как я сюда попала.

Вспомнилась ночь, которую мы с Киром провели в кромешной темноте, как я замерзла, прижимаясь к дракону все теснее и теснее, как он грел меня своим теплом, обнимая руками и ногами. Только на небе появились признаки рассвета, как нас бесцеремонно растолкали несколько суровых незнакомцев в униформе. Я вскочила, как ошпаренная, созерцая высоченную стену, которая тянулась далеко в обе стороны и была такого беспросветно-черного цвета, что рядом с ней становилось жутко.

— Кто такие? — требовательно спросил один из драконов, а Кир пихнул меня локтем в бок и притворился глухонемым, за что спустя минуту упорного молчания получил удар в челюсть.

Вопрос повторили таким же равнодушным тоном, как и в первый раз, и я постаралась рассказать часть правды, скрывая настоящую причину нашего здесь появления. Если честно, то для меня стало новостью уже и то, что мы на Омуте, а судя по бесконечной стене, мы были там, куда я уже путешествовала в своем недавнем видении. Это дом черных драконов, таинственный остров, на котором сейчас находился мой отец, и где по легенде я должна восстановить мир и порядок, став следующей престолонаследницей.

— Мы учимся в академии и попали сюда совершенно случайно, поверьте, пожалуйста. — Пыталась я «достучаться» до охранника в балахоне, но он только перебросился несколькими непонятными фразами с другими драконами и связал нам руки магическими веревками, лишив нас обоих возможности сопротивляться. И вот теперь я в каком-то сыром подвале, отчаявшаяся, потерявшая счет дням и зверски голодная. Водой, хлебом и жидкой похлебкой сыт не будешь, как ни старайся. Охранники сменялись, одежда на мне отсырела окончательно и больше не согревала, а лишь усугубляла холод и неприятно липла к телу, Кир никак не давал о себе знать, а слезы закончились. Оставалось просто сидеть в углу, в очередной раз стараясь призвать на помощь магию, которая в этом подвале потеряла свою силу и никак не могла мне помочь.

— Ты Дейла? — окликнул меня кто-то, просовывая нос в решетку двери.

Сначала я не могла ничего различить в темноте, но глаза, привыкшие к постоянному мраку все же выловили очертания мужского лица. Принимать за галлюцинацию того, кто окликнул меня по имени не хотелось, но просто не верилось, что кто-то из здешних драконов знает мое имя. Спустя пару минут напряженной тишины вопрос повторился, и тогда я встала на ноги и приблизилась к двери.

— Да, меня так зовут. А кто ты?

— Я хочу быть тебе другом и помощником. — На пол упали со звоном ключи. — Я открыл темницу, а это ключи от помещения, в котором держат твоего приятеля. Он сейчас спит, но уверен, что ты убедишь его проснуться как можно быстрее.

Дернула на себя дверь с такой силой, что она с глухим стуком ударилась о стену.

— Эй, потише, Дейла, иначе нас всех ждут серьезные неприятности. Вас не особо хорошо охраняют, так как не считают нужным сторожить студентов, попавших на Омут по собственной ошибке. Большое упущение охранников, что они поверили твоим словам и не стали тревожить императора по пустякам. Тем более сейчас у того и так проблем немерено.

— Это каких же? — прошептала я в спину дракона, который, ссутулившись, вел меня по еле освещенному коридору куда-то наверх. Меня пугало то, что он не просто знает мое имя, но и явно осведомлен о том, кем я являюсь на самом деле.

— Ты очень похожа на отца, — сказал дракон, неожиданно повернувшись, в результате чего я налетела прямо на него, споткнувшись о какой-то камень. Меня немного раздражала эта манера не отвечать на заданный в лоб вопрос, но не повторять же его тогда, когда у незнакомца явно взыграло чувство ностальгии по прошлому? — такие же янтарные глаза, глубокие, незабываемые.

Я только нервно пожала плечом, прижимаясь к сырой стене и отодвигаясь от подозрительного типа как можно дальше.

Выглядел он неважно: бледная желтоватого оттенка кожа, потухший взгляд серых глаз, унылое выражение лица и глубокие морщины делали его похожим на старика, хотя, скорее всего дракон был не так уж и стар.

— Отсюда направо и до конца коридора. — Командным голосом распорядился незнакомец, подтолкнув меня в спину. — Дальше вы сами.

— Сами что? — на полном серьезе растерялась я.

— Дейла. — Тяжело вздохнул дракон. — Как бы я хотел рассказать тебе больше, но всему свое время. Просто знай, что в этом здании у тебя есть друг и помни об этом тогда, когда станешь править на Омуте.

— Вы в это верите? — усмехнулась я невесело.

— Я живу этой верой с тех пор, как узнал о твоем рождении, Дейла. Тебе и Киру нужно под любым предлогом проникнуть в замок императора и найти твоего отца. Он подскажет, что делать дальше, а мой брат и наши оставшиеся в живых друзья вас поддержат. Иди же.

Посмотрела на дракона в последний раз и завернула в указанном направлении, стараясь производить как можно меньше шума.

Теперь самое главное освободить Кира и выйти отсюда незамеченными, а там видно будет. По своему недавнему сну наяву я примерно представляла, как выглядит город и в какой стороне нам искать замок императора. Еще бы глотнуть свежего воздуха и получить хоть каплю энергии, а то вид у меня, наверное, как у мокрой голодной курицы. Такую сразу приметят и доложат куда надо.

Я стоял на плоскогорье, поросшем чахлой увядшей травой, больше напоминающей рыжую щетину животного, чем мягкий зеленый ковер. Гордн давно пропал из виду, плетясь далеко позади меня и настраивая магическую связь с Дейлой, что ему никак не удавалось. Полторы недели тщетных поисков, выматывающих пеших прогулок на тысячи и тысячи километров и все безрезультатно.

Никогда бы не подумал, что готов ради Дей исходить своими двумя три континента вдоль и поперек. Но чувство, что, возможно, мы больше никогда не увидимся, что она в опасности было непривычным и достаточно сильным. Грудь будто сдавливало железным ободом и болело все, что только может болеть. Я понимал, что полжизни провел рядом с ней и только сейчас осознавал, как она на самом деле мне дорога. Между нами теперь возвышалась огромная неприступная стена размером с обстоятельства, породившие ее. Дей — наследница черных драконов, будущая императрица, обладающая сильной магией, чей потенциал еще не раскрыт до конца. А кто такой я? Скромный дракон, который владеет родовым замком в Скалистом краю на одном из континентов, вынужденный отказаться от жизни в том мире, в котором родился и вырос ради блага остальных драконов, ради баланса? Смысл последнего так до конца и не был мне понятен, но Гордн настаивал на исполнении своего приказа. Помогаю в поисках Дей, собираю армию драконов-воинов по всем континентам, а потом кланяюсь на все четыре и шагаю в портал. Перспектива безрадостная, и она отдаляет меня от Дей настолько, насколько это вообще возможно.

— Хандришь? — неожиданно возникший ниоткуда Гордн напугал меня до полусмерти.

— Размышляю. — Ответил довольно грубо на его вопрос, заданный саркастичным тоном. Вообще в последнее время дракон отличался от себя самого так разительно, что я уже запутался в его многочисленных «Я». То с самого утра он ходил чернее тучи и проклинал погоду, природу, холмы и кустарники, росшие у него на дороге, то летел вперед с бешеной скоростью, так что я еле поспевал за престарелым ящером, то заставлял меня складывать крылья и пешком проходить огромные расстояние в поисках какой-нибудь зацепки. Сегодня было очередное утро сумасшедшего ритма и ненормальной активности Гордна. Он с рассветом принялся скакать по горам, разыскивая одно ему ведомое нечто, разговаривал со всеми, кто попадался на пути, показывал им проекцию Дей и Кира, рассказывал о том, что скоро придет конец тирании и несправедливости. Я только посмеивался и то плелся далеко позади, то уходил на много километров вперед, бесцельно пиная камушки, попадавшиеся под ноги.

Южный и западный континенты мне нравились тем, что здесь было солнечно и жарко, не завывал ледяной ветер, не валил с неба клочьями снег, который мешал просто идти по дороге (приходилось разгребать его с помощью магии стихий, затрачивая при этом уйму энергии и сил).

— Я тебя вот что догнал, — начал Гордн, останавливаясь и призывая меня поступить так же. — У меня не получится перенести нас на Омут, а по всем источникам информации они сейчас именно там.

Я искренне удивился.

— Ты же родом оттуда, настоящий черный дракон.

— Изгнанный и убитый нынешним императором. — Закончил за меня Гордн и присел прямо на траву, сложив ноги для медитации и положив на колени раскрытые ладони.

— Предлагаешь сесть и погрузиться в самого себя? — указал я на его нелепую позу.

— Я размышляю. — Вернул мои же слова дракон, закрывая глаза и погружаясь в собственное сознание.

Все, теперь будет тут сидеть не меньше часа, ища выход из сложившейся ситуации. Надо было рассказать ему еще у бабушки и дедушки, что я могу попробовать перенести нас на Омут. Сэкономили бы кучу времени и сил, а теперь даже как-то страшно выдавать заветную тайну. Вдруг накинется с кулаками и обзовет идиотом?

Поднял голову к небесам, щурясь от палящих лучей солнца. И ведь это даже не полдень! Придется в одиночестве искать место для стоянки и как всегда одному готовить обед. Гордн всегда сможет ощутить мое местонахождение с помощью связи, образовавшейся между нами в момент пробуждения артефакта.

Обернулся ящером, расправил кожистые крылья и довольно чихнул, подпалив сухую траву плоскогорья. Пусть Гордн сидит, сколько ему хочется, а я полетел на поиски еды и воды, мне и так в последнее время не часто удавалось нормально пообедать, а сегодня паршивое настроение скрасит разве, что сытная еда.

Уже на подлете к реке, которую я заметил сразу, как только поднялся в воздух, увидел внезапно появившегося у самой кромки воды дракона. Он огляделся вокруг, а потом резко поднял голову наверх и встретился со мной прищуренным злобным взглядом хищника. Мгновенно обернувшись драконом, он издал резкий свистящий крик, о котором я когда-то слышал. Сигнал к атаке или возможное оповещение тех, кто находился поблизости.

Во что, прадракон, я снова влип?

Ящер развивал скорость, ложась на правое крыло и выставляя вперед огромные загнутые когти. Спикировал вниз и резко в сторону, стараясь оторваться от преследовавшего меня дракона за счет молодой нерастраченной силы. Опыта в видении воздушного боя у меня не было, я вообще никогда бы не подумал, что он может мне пригодиться. Но в последнее время слишком многим не нравился сам факт моего существования.

Почувствовал, как по хвосту резанула боль, затормозив полет и резко кидая меня вниз. Ринулся к одному из холмов, стараясь прикрыться им от злобного ящера, а потом приземлился и слегка неудачно сменил ипостась, упав на колени и ободрав их в кровь. Ноги дрожали и отказывались меня держать. Видимо, преследовавший меня дракон нешуточно цапнул по хвосту, глубоко задев когтями.

Пока погружался в собственную ауру, выискивая повреждения, сто раз проклял тот факт, что Гордн не дал мне научиться элементарному исцелению. Попробовал с помощью магии некроманта выпить энергию из приближающегося врага и немного восстановить себя самого, но вокруг дракона стояли такие защитные барьеры, которые смог бы преодолеть только опытный маг.

— Кто ты? — прохрипел, с трудом поднимаясь с колен и стараясь сохранить равновесие и не упасть.

— Тот, кто с радостью приведет тебя на Омут. — Ответил высокий бритоголовый черный дракон с татуировками по всему лицу, театрально кланяясь и раскидывая руки в стороны, как для радушного приветствия.

Глупо спрашивать, зачем я ему понадобился, но сопротивляться не получалось. Как будто кто-то выкачал весь мой магический потенциал, так тяжело было просто нащупать источник энергии.

— Даже не старайся, я еще в воздухе кинул в тебя парочкой связывающих заклинаний. — Махнул дракон куда-то в ноги. — Странно, что ты вообще смог приземлиться. — Ящер снова пошевелил руками и из его ладоней вырвались веревки, опутавшие запястья и даже шею.

— Рад знакомству, Драко младший. Жаль, что старшего я уже давно отправил в могилу а то собрались бы все вместе, как в старые добрые времена, побеседовали тихо-мирно, вспомнили былое. — Скалился ящер. — Я, кстати, Дантр — император черных драконов, если тебе интересно.

С ненавистью посмотрел на того, кто лишил отца жизни, кто постоянно нарушал порядок в этом мире, кто запугал всех своей жестокостью и жаждой крови.

Дернулся в очередной раз, но добился только того, что веревки еще глубже впились мне в кожу.

Прадракон, Гордн! Где же ты? — взывал мысленно к своему мучителю, чьей помощи сейчас просто жаждал, понимая, что Дантр живым меня не отпустит, но никто не появился и не спас меня от императора.

— Если хочешь чего-то достичь — всегда действуй самостоятельно. — Растягивая слова, приближался ко мне Дантра, описывая круги. — Как же долго я тебя искал, но теперь нашел. — Он встал прямо напротив моего лица и противно растянул губы в нелепой ухмылке. — Осталась только крошка Дей, и казнь на площади будет совершена, так что говори, где она, если не хочешь преждевременной мучительной смерти.

Рассмеялся прямо в лицо императора, чувствуя, как волна облегчения и сумасшедшей радости заполняет все вокруг.

— Я к твоим услугам. — Прохрипел, стараясь держаться как можно прямее и не терять из виду злобных глаз черного дракона, хотя все вокруг уже плыло от нехватки кислорода. — Мне наплевать на Дейлу и я понятия не имею, где она сейчас.

Почувствовал, как Дантр проникает в мозг и понял, что никакая защита не спасет от того, чтобы он грубо не вывернул мое сознание наизнанку.

— Врешь, Драко. — Ехидно рассмеялся император, хватая меня за веревки на шее и притягивая к самому лицу. — Она тебе небезразлична, уже небезразлична. — И толкнул на землю с такой силой, что я потерял сознание сразу, как только голова столкнулась с землей.

Очнулся я в просторной светлой комнате, потолок которой украшала лепнина, выкрашенная бежевой краской. Пробежался глазами по стенам, автоматически отмечая картины с изображением незнакомых мне драконов и причудливой местности. Особенно запоминающейся была одна: высокий черный замок-зубец, пики которого теряются в рваных серых тучах, а на втором плане огромный огнедышащий дракон с красными горящими ненавистью глазами. Потом взгляд переместился на предметы мебели, выполненные из дерева и украшенные яркой обивкой цвета топленого молока. Окна выходили в сад, потому что я уловил запах цветущих фруктовых деревьев и свежесть водоема. Только в ту секунду, когда вдруг захотелось подойти к окну и выглянуть наружу, я понял, что крепко связан, а вернее привязан к кровати. Вот теперь реальность больше походила на правду, а то я уж было подумал, что попал на прием к императору, и меня будут принимать, как важного гостя.

— Это просто меры предосторожности, — шепнул голос драконицы, которая приоткрыла дверь и неуловимым движением руки сняла с меня магические путы, — ты же не выпрыгнешь в окно?

На меня смотрела маленькая девочка с такими выразительными черными глазами, что хотелось отодвинуться от нее как можно дальше или, наоборот, сесть рядом и смотреть не отрываясь.

— Меня зовут Дара, я племянница императора.

— А меня зовут Драко и я его пленник. — Протянул широкую ладонь, в которой сразу же утонули крохотные пальчики малышки.

— У моего дяди много игрушек, но ты самая интересная.

Удивленно распахнул глаза, надеясь, что ослышался. Неужели ребенок воспринимает поступки императора, как некую игру? Отлично же она воспитана!

— А смерть для тебя тоже игра? — не удержался от злобного вопроса, но девочка тут же опустила головку, плечики ее поникли, а из глаз брызнули слезы.

— Моя мама перед смертью сказала, что дядя все делает не со зла, он просто заигрался и рано или поздно ему это надоест. Но когда он убил дедушку и маму, то ему это показалось недостаточным, и он начал приводить в дом пленников, а потом убивать и их, продолжая свою кровожадную игру.

У меня от сказанного ребенком волосы на голове встали дыбом. Что с этим чертовым императором не так?

Я прочистил горло, стараясь как-то приободрить ребенка, так доверчиво рассказывающего о трагедии, развернувшейся в ее жизни.

— А за что твой дядя лишил их жизни? — вылетело у меня прежде, чем я понял, как ужасно бередить раны малышки.

— Он сказал, что у него теперь есть полноценный провидец и никто больше ему не нужен. Понимаешь, мама тоже болела этой болезнью, она не умела чувствовать так, как мы с тобой, как Дантр. Не могла понять тех поступков, которые совершали драконы в ее видениях, потому что не была такой, как они. А я родилась с полным спектром и виновата в том, что мамы со мной больше нет. — Малышка тяжело вздохнула, а я взял ее хрупкие плечики в обе ладони и сжал, стараясь передать свое тепло этому одинокому ребенку.

— Мама была так несчастна в этом замке, так мечтала скрыть мои способности от дяди, но он был непреклонен в желании добиться своего. А дедушка умер сам, он остановки сердца, но я считаю, что виноват в этом злобный характер Дантра! — выпалила малышка, сжимая кулачки. — Прости меня.

Я немного опешил.

— За что?

— Это я подсказала дяде, где тебя искать, а за это он обещал сохранить жизнь моему другу, которого я случайно встретила в городе. Понимаешь, мне нельзя ни с кем видеться, но Варлак такой хороший дракон, честный и очень смелый. Он даже готов был умереть, но я предпочла рассказать о тебе. Ты простишь меня?

Что я мог ответить этому ребенку, которым так искусно пользовался император.

— Ты не виновата в том, что твой дядя монстр. — Ответил, обнимая малышку и прижимая ее к себе.

Невозможно было не поверить в искренность речи драконицы.

— Я приведу Дей, чтобы она могла спасти тебя. Мы с Варлаком уже нашли тех, кто нам поможет, но ты должен молчать об этом.

Невольно затаил дыхание. Откуда эта девочка могла знать Дейлу?

— Ты забыл, что я провидица? — недоуменно воскликнула девочка, хлопнув ладошкой мне по лбу. — В этом замке нельзя быть таким забывчивым, иначе ты просто не доживешь до того момента, как тебя придет спасать твоя подруга. — Строгим наставительным голосом проговорила малышка.

— Отлично, впредь обещаю вести себя более осмотрительно. — Пообещал драконице, которая уже собиралась уходить.

— Ты не получишь того, о чем в тайне мечтаешь, но неожиданно обретешь гораздо больше. И перестань бояться своей судьбы, иначе она отвернется от тебя. — Изрекла малышка на прощание и скрылась за дверью, а я задумался над ее словами, но никак не мог сформулировать то, о чем же все-таки мечтаю. Наверное, о том, чтобы меня оставили в покое, все, включая и Гордна.

К вечеру мое тело начало ныть от того, что я был заперт в комнате, когда ноги уже привыкли к долгим пешим прогулкам, а энергия требовала выхода. Вид из окна действительно открывался на сад, но, реши я вылезти наружу, пришлось бы прыгать через огромный ров, на дне которого блестели острые пики. Приходилось любоваться цветущими деревьями, проклиная Гордна за бездействие и испытывая дикую жажду придушить Дантра собственными руками, хотя, вряд ли он позволит настолько к нему приблизиться. Когда за окном стемнело, мне принесли ужин и попросили сразу по окончании выйти в коридор, где будет ждать слуга.

— Куда меня поведут? — спросил, не особо рассчитывая на ответ.

— Вам назначена аудиенция у придворного мага.

Отлично, познакомлюсь с наставником Гордна, расскажу, что его ожидает в ближайшем будущем, если он, конечно, не очередной зомбированный бездушный дракон.

Додумать мысль мне не дал стук в окно. Странно, может, у меня уже галлюцинации?

Осторожно подошел к створке, выглядывая наружу и никого не обнаруживая.

— Я здесь. — Раздался шепот со стороны соседнего с моим карниза.

Прищурил глаза, стараясь в темноте разглядеть того, кто отчаялся на подобный поступок, да еще при этом умудрялся держаться за воздух. В очередной раз попробовал создать опору из вьющегося по стене растения, увеличив его в разы, но магия не откликалась.

— Ты должен вылезти и следовать за мной. — Снова раздался шепот. — Быстрее, иначе второго шанса не предвидеться.

Посмотрел на мрачную пасть рва, потом прикинул, сколько лететь до острых, как ножи, пик, представил, как мое распростертое тело рвут на части голодные вороны, а потом шагнул наружу. Я вообще удивлялся тому, как быстро в последнее время принимаю необдуманные решения и с какой легкостью иду на поводу у судьбы. Но ведь Дара практически приказала мне ничего не бояться, а слепо идти туда, куда зовут обстоятельства.

Встал обеими ногами на карниз, проклиная черноту ночи и низкие беспросветные тучи, стараясь теснее прижиматься спиной к шершавой стене. Ветер рвал на мне одежду и завывал в голове, превращая все мысли в один сплошной звон. Страх сковывал движение, сердце билось в груди и горле одновременно, но ведь я не один!

— А теперь двигай за мной. — Сказал голос без единой нотки сомнения или страха. — Все время влево, пока мы не наткнемся на освещенное окно. Там уже ждет Дара.

— А ты, значит, Варлак?

— Он самый. — Услышал гордый за самого себя голос юного дракона. — Из-за меня ты попал в лапы императора, я тебе и помогу.

Ухмыльнулся, понимая, что старается мальчишка не ради меня, а ради внимания своей подруги. По воле случая я стоял на узком карнизе, в полной темноте, доверив свою жизнь двум детям, которые, возможно, тоже немного заигрались, строя из себя спасателей невинных жертв императора. Вот вся наша армия, которая должна победить в жестокой схватке с кровожадным драконом: я, где-то затерявшаяся на острове Дей и парочка ребят. Отличная у нас получилась команда.

Добудиться Кира было тяжелее, чем я предполагала, то ли его чем-то опоили, то ли он просто так глубоко спал, что не слышал моих тихих окриков. Отчаявшись, я подобрала с пола земляной комок и кинула прямо туда, где на лавке свернулся калачиком дракон. Недовольно что-то пробормотав, он перевернулся на другой бок и, наконец, приоткрыл глаза.

— У тебя камера с окном, повезло же! — ткнула я в дыру, проделанную под самым потолком.

Кир вскочил на ноги, но, видимо, потерял равновесие и чуть не упал обратно на лавку.

— Дей? — он аккуратно встал на ноги и пощупал голову. — Как ты здесь оказалась?

Дракон подошел к двери, и я погремела у него перед носом связкой ключей.

— Открыто, пленник, прошу на выход.

Кир толкнул дверь и тут же обнял меня так крепко, будто мы не виделись целую вечность. Я уперлась носом ему в грудь.

— Фу, ты так воняешь!

Дракон рассмеялся и смущенно потрепал свою светлую шевелюру.

— Знаешь, ты тоже не идеально выглядишь. Как тебе удалось выбраться? Я уж думал, что император узнал, кто по неосторожности попал ему в лапы. Ты простишь меня? — сыпал Кир быстрыми отрывочными фразами.

Дракон выглядел таким расстроенным, что я невольно залюбовалась этой искренней гаммой чувств и эмоций на его выразительном лице.

— Давно простила. Давай уже выбираться отсюда, пока нас никто не увидел.

Мы взялись за руки и направились прямо по коридору, туда, где за огромной дверью брезжил серый унылый рассвет.

Сразу за стенами здания располагалась огромная площадь, а вот по краю росли густые заросли кустарника, к которому мы побежали со всей скоростью, на которую в нашем положении были способны. Уже развалившись на траве и пытаясь отдышаться, я рассказала Киру о том, что видела это место раньше, а потом указала на гору, по склонам которой будто росли разноцветные грибы — веселенькие домики местных жителей, утопающие в зелени и цвету.

— Нам туда. — Моя рука поднялась высоко над головой.

— Сами пойдем в пасть к императору? — удивился Кир.

— Где-то там мой отец, возможно, в самом замке и тот, кто подскажет, что нам делать дальше. Если попадем в город, то в ближайшей забегаловке можем многое прояснить для себя.

— Ты нас видела? — ухмыльнулся Кир. — Чтобы сойти за местных, нужно по крайней мере помыться и привести одежду в порядок, а мой запас забрали еще в темнице.

Я была согласна с драконом, что в данной ситуации лучшим решением будет поиск воды, но задействовать магию стихий я не смогла.

— Плохо, что мы ничего не знаем о том, чем занимаются черные драконы, как живут, где проводят досуг. — Покачал Кир головой, а я широко улыбнулась.

Не зря Мастер не раз подкидывал мне книги о жизни на Омуте, хоть в чем-то я могу оказаться полезной.

— Они сильные маги и самые лучшие из них живут в замке императора под началом придворного мага-дракона. Это что-то вроде элиты, которая осуществляет контроль над другими континентами и совершает вылазки через порталы по иным мирам, чтобы добыть новые ресурсы для производства артефактов. Кто-то из них изучает культуру и развитие понравившегося ему государства, создаются целые трактаты, научные труды. Ну, — немного смутилась я, — по крайней мере, раньше так оно и было, как при новом императоре, я не знаю. Те, кто нас сюда привел, работают на придворного мага, они слепо исполняют поручения, контролируют порядок на Омуте и даже карают тех, кто выбивается из толпы и возмущает привычный уклад жизни. Большинство же обычных драконов живут за счет торговли, работают на магическую элиту в разных сферах производства и добывают новые материалы для создания артефактов. Я даже читала, что в лабораториях замка работают сотни драконов с других континентов. — Похвасталась перед Киром своими знаниями.

— Печально. — Отреагировал тот мгновенно. — Если твои слова подтвердятся, то нам следует идти прямо туда. Где еще могут обитать наши так называемые помощники, как не в подземелье, угнетенные и отданные в рабство императору?

— Это только чьи-то домысли и догадки, Кир. Основываться на них было бы опрометчиво.

— А у нас с тобой выбор не велик. — Усмехнулся дракон одними губами, а потом посмотрел на меня так, как будто хотел поговорить о чем-то личном, сокровенном. Дей, — начал он нерешительно. — Мне так жаль, что я втянул тебя во все это, не дал возможности жить нормальной жизнью.

Почесала шею, ощущая кончиками пальцев отросшие влажные чешуйки и стараясь прикрыть их волосами.

— О какой нормальности ты говоришь? — печально улыбнулась я, вспоминая, как на первом же уроке облажалась, вырубившись прямо за партой. Но было бы интересно узнать, что там делает Ранетка, Кира, Злата и даже Варвара. Эти драконицы за считанные дни стали мне родными и любимыми.

— Обещай мне, — прошептала Киру, — что в один прекрасный день, когда все это закончится, ты вернешь меня обратно и позволишь доучиться?

Дракон уверенно кивнул головой, а я поняла, как мне хочется стать полноценной студенткой, одной из многих, драконицей, которая могла бы просто валяться на кровати, перемывая косточки очередному симпатичному студенту.

Кир помог мне подняться и притянул к себе, зарываясь носом в волосы на макушке и массируя кончиками пальцев мои плечи, шею, позвоночник. Почувствовала, как приятная дрожь побежала по телу, сосредотачиваясь внизу живота, как закружилась голова, как сами собой приоткрылись губы.

— В любом случае я никому не позволю на тебя смотреть. — Произнес Кир и решительно впился жаркими губами в мой рот, проталкивая язык глубоко внутрь и лаская небо. Подалась навстречу дракону, понимая, что все мое существо жаждет только одного — быть к нему, как можно ближе, ощущать оголенными участками кожи его тело, гореть с ним в едином порыве страсти.

Дракон резко отпрянул, поддерживая мой затылок, и смачно выругался.

— Прости, Дей. Сейчас не время и не место, просто у меня крышу снесло, как только я представил рядом с тобой какого-нибудь смазливого первокурсника.

Тихо рассмеялась, удивляясь тому, как естественно смотрелись наши с ним переплетенные пальцы рук. В обществе Кира мне было не просто хорошо, я чувствовала себя единственной и неповторимой, желанной, особенной.

В подсознание закралась мысль, а смотрел бы на меня дракон так, если бы не знал, что я наследница и мне предстоит перевернуть этот мир с ног на голову? Кир был одним из тех, кого никогда не устроит сидение на одном месте, кому необходимы действия, как воздух. Я вряд ли смогу быть рядом с таким, как он. С детства меня больше всего привлекали уединение и книги, и только Драко был тем, кто гармонично вписывался в это окружение. Но где он теперь? Что с ним случилось и как он воспримет мою симпатию к Киру? Между нами в Родомелуме что-то изменилось, я это чувствовала, но то, как он отвернулся тогда, во дворе Академии, как равнодушно прошел мимо и даже не ответил на вопрос, говорило лишь об одном. Драко в очередной раз поиграл со мной и поставил на самую дальнюю полку, так как в его окружении появились более интересные и увлекательные игрушки.

Решительно пошла к тропинке, по которой нам предстояло взобраться на самое широкое плато, где располагалась городская площадь. Именно там решено было искать подсказок к дальнейшим действиям или даже попробовать напроситься на ночлег. Кир активно собирал энергию, восстанавливая исчерпанные охранниками запасы. Я тоже понемногу пополняла свои, уверенная в том, что скоро придется выложиться по полной, возможно, даже прибегнуть к насилию, чего мне хотелось бы меньше всего на свете.

Озираясь по сторонам и наращивая защитный барьер с помощью магии стихий, мы стали ползти вверх по склону, стараясь держаться под прикрытием чахлого кустарника и редких деревьев. Вымотавшись уже через пару часов такого времяпрепровождения, я без сил свалилась прямо в траву, подставляя лицо редким солнечным лучам, выглядывающим из-за тучи. Сейчас мне как никогда хотелось пить и есть, поэтому я просто закрыла глаза и начала пробиваться мыслями к источнику воды. Магия стихий потянулась тонкой серебристой ниточкой куда-то в сторону от тропы.

— Прости, Кир. — Прошептала растрескавшимися губами, — но сегодня в город мы не попадем. Я все понимаю, но мне срочно нужно… — потрогала кончиками пальцев злосчастные чешуйки, — искупаться.

Дракон сам выглядел измученным и даже истощенным. Грязные пряди волос свисали прямо на лицо, ногти на руках чернели отросшими полукружиями, одежда висела мешком.

— Я могу помочь. — Произнес он, присаживаясь рядом и опуская на нас щит, который, наконец, приобрел нужную плотность. — Под прикрытием мы могли бы долететь туда, куда указывает твоя магия стихий за считанные минуты.

Я похолодела. Это значило бы только одно.

— Кир, — приоткрыла шею и продемонстрировала дракону шею и плечи. — Ты ведь знаешь? — спросила несмело.

— Что мы можем составить прекрасную пару? — прожег он меня пристальным взглядом. — Догадался.

Удивленно рассматривала невозмутимые черты лица дракона, не понимая, как он может так спокойно говорить о том, что в полете мы можем единиться и совершить первый шаг к вступлению во взрослую жизнь.

— Брось, Дей. — Нахмурился Кир. — Чем раньше мы узнаем, суждено ли нам быть вместе или нет, тем лучше, верно?

Покачала головой. Может, для него и так, а мне даже думать не хотелось, что я могу стать чьей-то женой в восемнадцатилетнем возрасте.

— Лучше пешком. — Отрезала я и поймала на себе недовольный обиженный взгляд дракона.

Пусть думает, что хочет, но после одного-единственного поцелуя я не готова совершать обряд единения. Да что там говорить! Я вообще не готова к подобному шагу, не сейчас это точно.

Поплелась туда, куда тянула серебристая невидимая ниточка магии воды, прислушиваясь к уверенным шагам Кира. Да уж, если мы решим стать парой, нам придется нелегко.

Я проклинала погоду, которая на Омуте менялась раз десять на дню: от удушающей безветренной жары до сырой и промозглой холодины. Сейчас уже вечерело, и медленные затяжные дожди барабанили по крыше сарайчика, в котором я безвылазно сидела вот уже второй день, раздражая и без того до предела натянутые нервы. Кир где-то пропадал, кстати сказать, с самого утра, хотя обещал мне принести еды и хороших новостей.

И почему я такая трусиха? — мысленно отчитывала себя за невозможность встать твердо на ноги и пойти на разведку.

Вода, которая вчера была так желанна, сегодня меня уже не радовала, а в виде сырой пелены и мокрых дорожек на треснутом пыльном стекле так вообще нервировала. Это строение, возведенное здесь много лет назад с неизвестной мне целью, послужило нам с драконом отличным убежищем, но не прятаться же в нем вечность!

Собрала всю силу волю в кулак и закрыла глаза, стараясь натолкнуться на ауру Кира. Но некромантия не была моей сильной чертой, а отец вообще редко учил меня чему-то, связанному со своей магией, хотя сейчас его знания пригодились бы. Хватила кулаком по земляному полу, душа в себе непрошеные злые слезы.

Какая я наследница, если даже простенькое заклинание поиска ауры не получается!

Почему-то вспомнился Драко, который, подобно отцу, был с некромантией на «ты». Он бы не стал бросать меня здесь одну, как это сделал Кир, потому что Драко было бы наплевать, устала я или нет, хватит ли у меня сип на то, чтобы пройти столько, сколько может он. Нет, дракон бы схватил бесцеремонно за шкирку и потащил туда же, куда бы направился сам. Он всегда смотрел на меня без особого участия и заботы, тогда как Кир думает в первую очередь о моих нуждах. Тогда почему я злюсь на него и вспоминаю друга?! Может, всему виной страх, который с приближением ночи сковывает по рукам и ногам?

За дверью, пригнанной к косяку кое-как, послышались тяжелые шаги одного или двух драконов, с хлюпаньем вытягивающих ноги из размокшей почвы. Я мгновенно прижалась к стене, отходя от маленького окошка как можно дальше и стараясь спрятаться за единственный предмет мебели — разломанный шкаф с ржавым инструментом. В голове билась мысль, что если Кир не придет во время и меня обнаружат, то придется сражаться с драконами, отстаивая свою свободу. Возвращаться в темницу я точно не собиралась!

— Говорю же тебе, что он объяснял мне дорогу именно к этому строению. — Донесся до меня голос одного из драконов и скрип дверей одновременно.

— Поосторожнее там, — какая-то драконица зажгла огненную сферу, — тебя могут ждать с вилами в руках.

Это она обо мне что ли? — удивленно подумала я, выглядывая из-за укрытия и натыкаясь на взгляд огромных голубых глаз.

— А вот и она. — Как-то робко произнесла обладательница симпатичного личика, глядя на которое никак нельзя было понять, сколько драконице лет. — Привет, нас послал твой друг, Кир.

При имени дракона я туг же покинула ненадежное убежище и встала в круг света, отбрасываемого огненной сферой, зависшей под потолком, но уже начинавшей гаснуть.

— Ты так похожа на отца. — Расплылся в улыбке высокий рыжеволосый дракон с яркими выразительными глазами. — Меня зовут Рик, и когда-то я был его учеником в магической академии, а это… — дракон сделал паузу, во время которой внимательно посмотрел в лицо своей спутницы. — Мирра. — Произнес он еле слышно, а драконица втянула в себя воздух, будто ожидая моей реакции, но их имена мне ни о чем не говорили. — Мы эмпаты.

— Приятно познакомиться, — приветливо улыбнулась яркой парочке. — Но где Кир? Я жду его с самого утра и очень волнуюсь.

— Я это чувствую. — Рассмеялся рыжеволосый дракон, протягивая мне бумажный пакет с едой. — Ешь давай, с ним все в порядке. Он встретил нас еще в полдень, мы как раз искали ваши следы, но на обратном пути нас нагнали очень странные спутники. — Рик снова весело рассмеялся. — Представляешь, что учудила племянница Дантра?

Я ошалело покачала головой, впервые узнав от рыжеволосого, что у императора, оказывается, есть племянница. Драконица все это время скромно стояла в сторонке, пряча от меня взгляд и неловко кутаясь в плащ.

— Эта маленькая вертихвостка давно напрашивалась на неприятности. — Покачал Рик головой. — Она похитила твоего друга, кажется, Драко, прямо из-под носа дядюшки и привела его сюда. — Дракон махнул куда-то в сторону, а у меня так сильно забилось сердце при упоминании друга, что я даже прижала руку к груди, боясь, что оно выскочит наружу.

— Драко с вами? Где? Как он здесь очутился?

— Прости, малышка. — Развел руками рыжеволосый. — Всей истории я не знаю, но это поправимо. Я так понял, что отец тебе о нас не рассказывал?

— Он вообще никогда не говорил мне о прежней жизни. — Буркнула я недовольно.

— Это, конечно, зря! — покачал Рик головой. — Понимаешь, — он снова бросил тревожный взгляд на спутницу, — я, Мирра, мой брат, который вытащил тебя из тюрьмы, Элана и нынешний придворный маг — Доромир, были когда-то его учениками.

— Тогда почему вы здесь? — удивленно посмотрела на жизнерадостного дракона, а тот лишь печально улыбнулся в ответ.

— Не всегда наши судьбы складываются так, как мы того желаем. — Подала голос драконица, не отрывая глаз от рукава собственной туники. — Дантр пленил нас еще на первом курсе обучения и с тех пор мы стали его рабами пожизненно.

Драконица подняла на меня виноватый взгляд огромных голубых глаз и залилась слезами, вздрагивая всем телом, а я переминалась с ноги на ногу, не зная, как реагировать на ее поведение.

— Только не это! — Рик притянул к себе спутницу, нежно целуя ее в макушку и обнимая обеими руками. — Мы же договорились, Мирра!

— Но я так перед ней виновата! — рыдала драконица. — Элана никогда меня не простит! А Драко возненавидит!

— Пойдем с нами. — Показал на дверь Рыжеволосый, — я все объясню вам с Драко, но гораздо позже. — Он продолжал прижимать к себе рыдающую Драконицу, что-то ласково нашептывая ей в ушко.

Улыбнулась, проходя мимо них и чувствуя, как от этой парочки исходят волны любви и заботы друг о друге.

Папа многое скрывал от меня, и с каждым новым поворотом событий я понимала, что он зря это делал. Им с мамой давно пора было понять, что я уже не ребенок и должна знать то, с чем мне предстояло столкнуться. Как опрометчиво с их стороны было отпускать меня неизвестно куда без знания их общего прошлого и той опасности, которая мне сейчас угрожала. Но сейчас самое главное встретиться с Драко, понять, что у того на уме, узнать, как он попал на континент, а, главное, с кем?

Столько вопросов, на которые мне не терпелось услышать ответы, поэтому я бодро шагнула под дождь, радуясь ему, как ребенок, подставляя лицо холодным каплям и улыбаясь серому небу, затянутому тучами.

— Наша девочка! — обнял меня за плечи Рик, притягивая к своей широкой груди. — Я рад, что Элана родила такую прекрасную Драконицу, и нам довелось встретиться. Теперь все станет иначе. — Он запрокинул голову и тоже посмотрел на небо, улыбаясь своим собственным мыслям.

Подсвечивая себе небольшими серебристыми сферами, которые у Рика получались гораздо ярче и светили дольше, чем у Мирры, мы добрались до лагеря, где нас уже поджидали остальные драконы: Кир, Драко и Гордн. Последнего мне представили бегло, так что я даже не смогла его толком рассмотреть из-за медвежьих объятий друга, но поняла, что именно благодаря ему, Драко сейчас здесь, со мной.

— Ого! — обхватила я дракона за плечи и уткнулась носом ему в грудь, вдыхая, такой пьянящий и знакомый с детства аромат, который стал более терпким и насыщенным. — Ты, кажется, еще вырос? — спросила его немного принужденно, потому что не знала, как реагировать на появление друга.

— Я волновался. — Ответил он, сжимая меня крепче. — И скучал. — Уже шепотом и отстраняясь, но продолжая одной рукой обнимать за плечи. Все это время Кир настороженно следил за нашими действиями, недовольно хмурясь. Он явно не одобрял то, как Драко по-свойски ведет себя со мной, но молчал, бросая косые взгляды в нашу сторону. Высвободилась из объятий друга и подошла к Киру, переплетая наши пальцы.

— Я волновалась за тебя.

Тот только кивнул в ответ, крепче сжимая мою ладонь и пожирая жадным взглядом. Я видела, как его глаза перемещаются на мои губы, как он тянется к ним, но во время вспоминает, что мы не одни и резко останавливает себя, втягивая воздух и отворачиваясь. Мне нравится, как он реагирует на мое присутствие, я как будто растворяюсь в нем, любуясь каждой новой черточкой в таком уже знакомом лице. Кир сжимает губы, ноздри его раздуваются, мышцы рук играют под тонкой тканью рубашки. Кажется, я действительно начинаю влюбляться. Как всегда не во время.

— Ну, что? — прерывает затянувшееся молчание Гордн. — Начнем?

Начинать никто не спешил, всеобщее сопение нарушалось только треском костра, который за это время успели разжечь Драко и Кир.

Местность была холмистая, и вся наша компания расположилась в долине, окруженной меловыми горами и укрытой группой низкорослых деревьев. Дождь перестал, но к ночи усилился холодный порывистой ветер, который пробирал до костей. Кроме того, меня ужасно клонило в сон, поэтому я уткнулась Киру в подмышку и блаженно прикрыла глаза, стараясь согреться. Магический щит скрывал нас от окружающих, но под его защитой было некомфортно от чувства покалывания на коже, так сильна была сила черного дракона, выставившего барьер.

— Хорошо, давайте начну я. — Как всегда с улыбкой начал Рик. — Много лет назад Дантр — ныне император Черного Омута — пришел в магическую академию, чтобы пленить эмпатов и заполучить магию преображения, которой владела Элана, а теперь владеет Дей.

Я судорожно покачала головой, потому что Рик ужасно ошибался на мой счет. Ничего, кроме развитой магии стихий мне не давалось, и на последнюю уходило очень много энергии. Почему-то каждый из них верил, что я владею сверх способностями, но даже мои видения до недавнего времени были расплывчаты и не понятны. Никого, правда, мое мнение и робкий голос не волновали.

— Черные драконы владеют такими знаниями, о которых нам с вами мало известно. — Кир пренебрежительно хмыкнул. Я тоже подумала о том, что в Академии магического равновесия учат даже пространственной магии, не говоря обо всех остальных направлениях, но, возможно, Рик просто не знал о существовании таковой.

— Одним из достижений Дантра стало заклятие оцепенения, на которое он тратил огромные запасы энергии, обездвиживая сразу сотни драконов и погружая их в состояние транса. Таким образом, он предотвратил сопротивление преподавателей и студентов магической академии, застав нас врасплох. Доромир — бывший эмпат и ученик Вольного — помог императору проникнуть на территорию, которая охранялась Драко и была его владениями, за что получил титул придворного мага и устроил себе сладкую жизнь в замке.

Я возмущенно ахнула, Драко сжал кулаки, а Мирра снова залилась беззвучными слезами, на что Гордн только покачал головой, но ни единым звуком не прервал рассказ дракона. Кир прижимал меня к себе все теснее и жарким дыханием согревал макушку. Казалось, что он давно обо всем знает и только делает вид, что ему интересно.

— Много лет я, мой брат и Мирра старались на благо черных драконов, кочевали из одной семьи в другую, одаривая наиболее знатных и именитых чувствами и эмоциями, создавали идеальные браки, способствовали рождению детей, пока у Дака не случился срыв. В тот же день его определили в здание темницы надсмотрщиком, а я и Мирра благополучно бежали и до сих пор скрывались в лесах Омута, боясь собственной тени. Все это время нам помогала маленькая драконица — племянница Дантра, чью мать он жестоко наказал за неповиновение его воле, казнив на площади на глазах у собственной дочери. Как вам известно, Дара и ее друг Варлак привели сюда Драко, способствуя его побегу. Они поддерживают с нами постоянную связь и предупреждают о патруле, который три раза в день прочесывает местность. Именно Дара сказала нам, что скоро появится наследник черных драконов, который призван освободить Омут и три континента, чьи границы открыты пространственникам, от гнета императора. Варлак пришел к Даку, предупредив его о вашем пленении, и поверьте, он сделал все возможное, чтобы усыпить бдительность охраны, рискуя собственной жизнью и шатким положением на Омуте. — Рик повернулся к Гордну. — А теперь я хочу знать, почему в вашей компании появился бывший придворный маг, которого убили еще много лет назад?

Я ошарашено посмотрела на высокого бритоголового дракона, сдерживая желание пощупать его и проверить на наличие телесной оболочки. Может, он призрак?

Гордн не спешил с ответом, сдвинув густые черные брови к переносице и посматривая на Драко. Последний равнодушно сверлил огонь немигающим взглядом, держась в стороне от всех нас. Мне очень хотелось подойти к нему, взять за руку, спросить, что его угнетает, но Кир не расцеплял объятий, прижимая меня к себе, как ярый собственник.

— Я ошибся. — Начал Гордн, потирая пальцами переносицу.

Драко резко вскинул голову, пристально следя за каждым движением дракона, заглядывая тому прямо в рот и ловя малейший звук. Здесь что-то было не так, потому что мой друг никогда ни с кем не был так предупредителен, даже с Мастером, а здесь такое неотрывное внимание!

— Кир знает, что из себя представляет его отец — высший маг, жаждущий контроля над всем миром драконов. Я был его другом и соратником до тех пор, пока не узнал о том, что моя внучка поступила в обучение в академию.

Я поймала на себе взгляд черных глаз.

— Я рад знакомству, Дей. — Произнес Гордн, шокируя меня все больше и больше. — Твоя мать родилась не на Омуте, поэтому я долгое время потратил на ее поиски. Но это не все новости, которые я вынужден вам рассказать. — Продолжал дракон, как ни в чем не бывало. — Дело в том, что Эльдира открыла мне настоящее имя Драко старшего, их приемного сына и выяснилось, что он родной брат императора, пропавший сразу, после рождения, старший брат, поэтому Дантр к его похищению не причастен. — Зачем-то добавил черный дракон, вгоняя всех нас в состояние ступора.

Я почувствовала, как напрягся Кир, явно раньше меня догадываясь о том, что последует дальше.

— Дай мне кольцо, — Гордн протянул руку в нашу сторону, нетерпеливо перебирая пальцами, и Кир разомкнул, наконец, объятия, чтобы отдать черному дракону перстень, который я уже примеряла себе на палец.

— Ты знаешь, что делать. Возьми его. — Приказал черный дракон, сверля Драко суровым взглядом, но тот, как ребенок, спрятал обе руки за спину. — Ну! — прикрикнул Гордн, заставляя Мирру подскочить на месте.

Мой друг неохотно протянул руку, и черный дракон сам надел кольцо ему на палец. Камень тут же замерцал, приковывая наши любопытные взгляды, а Драко выругался, тут же сдергивая злополучное кольцо.

— Таким образом, — пожал Гордн плечами, — перед вами родной племянник Дантра и истинный наследник черных драконов.

Я готова была запрыгать от радости, понимая, что с моих плеч только что свалилась непосильная ноша, но вот Кир моих восторгов не разделял. Он сверлил недобрым взглядом моего друга, как будто тот только что получил все то, о чем мечтал сам Кир, а Гордн продолжил равнодушным тоном.

— Не спеши радоваться, внучка. Твое участие в этом деле не последнее. Так как камень признал и твою кровь тоже, ты отныне и навсегда становишься наследницей черных драконов и законной женой Драко.

Теперь была моя очередь хвататься за сердце. Драко даже не посмотрел в мою сторону, резко развернувшись и быстрым шагом удаляясь от лагеря. Рик побежал его догонять, а Мирра только переводила недоуменный взгляд с одного на другого. Я же не могла поверить в то, что судьба распорядилась мной вне зависимости от моих собственных желаний, и теперь я должна следовать ее прихоти.

— Кир? — вопрошающе посмотрела на дракона, который тоже повернулся ко мне спиной и ушел в противоположную от Драко сторону.

— Дай им время, Дейла, — махнул Гордн куда-то в сторону. — Они примут мои слова, им придется это сделать.

— А иначе? — прошептала я, лишаясь голоса и способности здраво мыслить.

— А иначе Дантр очень быстро выловит нас поодиночке и казнит, навсегда погрузив этот мир в состояние войны и кровопролития.

Мне хотелось последовать примеру Мирры и лить слезы не переставая. Я была растеряна и как никогда нуждалась в совете отца и матери.

— Кстати о Вольном, — будто прочел мои мысли новоявленный дедушка. — Завтра мы попытаемся до него добраться и тогда объединим силы, чтобы покинуть остров на какое-то время. Необходимо тщательно подготовиться к тому, чтобы лишить Дантра власти. Вы с Драко должны будете на какое-то время вернуться к учебе и делать вид, что ничего не происходит, а на каникулах мы заберем вас в Родомелум, где состоится полет и ваше единение.

Я схватилась за виски, стараясь не слышать того, о чем говорит Гордн.

Нет! Только не тогда, когда во мне стало просыпаться чувство к Киру, когда я поверила, что могу быть любимой и желанной, могу кому-нибудь нравиться такой, какая я есть! Только не Драко, который всю жизнь делал вид, что я соринка на его рукаве, игнорировал мое присутствие и даже мог запросто пройти мимо, не ответив на заданный мной вопрос! Как мы может стать мужем и женой, если до недавнего времени он на дух меня не переносил, а я только поборола свою детскую увлеченность им? Что это будет за брак, в котором один не уважает другого? Почему?

Я залилась горькими слезами, почувствовав, как усталость резко навалилась на мои плечи неприподъемным грузом.

— Завтра. — Произнес Гордн, сплетая из золотистых нитей шезлонг и подвешивая его между ветвями деревьев. — Сама заберешься?

Я хотела отрицательно покачать головой, но Мирра уже шла в моем направлении, помогая забраться в невесомое сооружение и закутывая меня, словно в кокон.

— Спи, Дей. — Прошептала она, испуганно озираясь на Гордна, который прислонился к стволу ближайшего дерева и закрыл глаза. — Завтра все предстанет перед тобой в ином свете.

Как же мне хотелось на это надеяться! Но какое-то шестое чувство подсказывало, что утром все станет только гораздо хуже.

Вот уже месяц я снова учился в Академии магического равновесия, злясь на весь мир, и даже Айк, который отличался от многих мягким покладистым характером, старался обходить меня стороной. Торрен же предупредил знакомых дракониц, что путь в нашу комнату закрыт отныне и навсегда, потому что на одной из кроватей поселился разъяренный дракон, и он может испепелять свою жертву одним лишь взглядом. Я был ему в какой-то степени благодарен за то, что не лез в душу и отвадил от нашей двери множество своих поклонниц. Но иногда его шутки переходили границы дозволенного, тогда я просто запускал свой новый дар мгновенного перемещения, оказываясь от всего мира как можно дальше.

Излюбленным местом стал скалистый утес, уходящий прямо в море и возвышающийся над безбрежным бушующим пространством, словно исполинский палец. Там я оставался наедине с собой и своими чувствами, которые пытался затолкнуть как можно дальше, чтобы ни один отголосок не вырвался наружу. Но это было невыносимо: видеть Дей каждый день, сталкиваться с ней на парах и делать вид, что мы совершенно незнакомы.

Я проклинал каждую минуту своего молчания, но оправдываться перед ней не стал бы ни за что! Это несправедливо. Я столько лет жил рядом с этой яркой, необыкновенной драконицей и только теперь понял, как она мне дорога, осознал то, что мне больше никто не нужен, что я счастлив при мысли о нашем браке.

Но что толку радоваться, когда она уже отдала свое сердце другому, как раз тогда, когда между нами только начинало зарождаться нечто большее, чем просто дружба. Предала наши чувства, бросившись на шею ректорскому сынку, как только я пропал. Эта мысль сводила с ума, заставляла меня в ярости сбивать костяшки пальцев в кровь о ствол злополучного дерева, росшего под окном нашей комнаты.

— Ты перестанешь испепелять взглядом одну и ту же страницу учебника. — Захлопнул у меня перед носом книгу по магическому исцелению Торрен. — Так нельзя, приятель. Твоя аура уже искрит от напряжения.

— Отвали. — Бросил я дракону, распахивая окно и тяжело опираясь о створку разгоряченным лбом.

— Делай что хочешь, но будь добр, практикуй свою магию некроманта на ком-нибудь, кроме нас с Айком.

Я недоумевающе приподнял брови, а Торрен показал мне свои темные вздувшиеся вены.

— Пока я спал, ты высосал из меня весь негатив. Я тебе, конечно, благодарен, но кому от этого легче? — дракон хлопнул меня по плечу и пошел в библиотеку, где проходили его дополнительные занятия в кружках. По идее, мне тоже было необходимо посещать один из них, но находиться рядом с Киром я теперь просто не мог, поэтому предпочел отсиживаться в комнате, наплевав на то, что получу незачет и отчисление.

— Есть разговор. — Проектор высветил на стене изображение Гордна, но я даже не повернул в его сторону головы. — Когда ты уже перестанешь на меня обижаться, Драко? Ведешь себя, как ребенок.

— Можешь сразу переходить к делу, как ты обычно и делаешь. — Озлобленно бросил черному дракону, наплевав на участие в его голосе.

— Хорошо, — вздохнул тот, — я не смог связать с Дей, ее проектор как всегда не активен.

Пожал плечами, стараясь сдержать стон разочарования. Только начал забывать о ней, как Гордн снова надавил на больную мозоль.

— Сможешь передать внучке, что Вольный, наконец, стал понемногу приходить в себя? Он в Родомелуме и ждет вас на зимние каникулы. Элана переживает за Дей, места себе не находит.

— Наплевать! — Заорал я, боясь, что сейчас разобью проектор о стену.

Но этого делать нельзя, ведь Гордн единственная связующая ниточка, которая протягивалась во внешний мир, один из тех, с кем я не отказался общаться, кроме Дакки и Эльдиры, которые связывались со мной раза два за последний месяц, узнать, как обстоят дела в Академии магического равновесия. Ни мать, ни Дерека, ни тем более родителей Дей я сейчас не хотел слышать, их оправдания или слова участия вызвали бы во мне только ненужные эмоции.

— Я пытаюсь понять тебя, Драко, — произнес Гордн, — но у меня плохо получается. Ты теперь остаешься с нами, ты наследник черных драконов, о чем еще можно мечтать?

Усмехнулся, понимая всю тщетность попыток объяснить черному дракону, что матримониальные планы сейчас заботят меня меньше всего. А вот обида на мать и Дей просто душат!

— Я передам ей вести об отце. — Постарался избавиться от Гордна как можно быстрее.

После того, как он сообщил мне новость о том, кто я такой на самом деле, у меня пропало всякое желание принимать участие в дальнейших событиях. Я совершил выброс в Академию, поселившись в своей комнате и продолжая обучение, как ни в чем не бывало. Знаю, что Киру и Дей пришлось последовать за мной, чтобы не вызывать у ректора подозрений. Их отсутствие оправдали моими поисками, так как все уже знали, как близки наши с Дей семьи. Драконица избегала любых встреч с тех пор, а ректорский сынок заявил, что из-за меня она лишилась возможности помочь родному отцу.

Кир рассказал, что Гордн кое-как смог организовать их выброс с Омута, потратив на это последний запас сил, после чего был вынужден жить с Риком и Миррой долгое время. И вот теперь Вольный снова в Родомелуме, значит, у них все получилось и скоро Дантр потеряет терпение и не оставит от этого континента камня на камне. Я вообще до сих пор не понимал причину его молчания и бездействия.

Было ли мне жаль Вольного? Да, конечно. Я даже переживал за свой поступок непродолжительное время, но все вытеснила мысль о том, что Дей влюблена в другого и ей противна сама мысль о нашем единении.

В дверь робко постучали, и я пошел открывать, так как остался в комнате один.

— Привет. — На меня смотрела костлявая драконица с глазами обиженной лани.

— Ты кто? — грубо спросил ее и уже собирался сказать, что фанатки Торрена теперь встречаются с ним в библиотеке, как незваная особа проскользнула внутрь.

— Меня зовут Ранетка, я твоя однокурсница и подруга Дей.

Приподнял бровь, ожидая продолжения, а девушка жалась к стене, боясь посмотреть мне в глаза.

Неужели я действительно выгляжу таким неприступным и опасным, как обо мне говорят? Даже посмеялся над этой мыслью, говоря спасибо своему дару некроманта. На занятиях многие почувствовали силу моей магии. Айк до сих пор отойти не может, ставя на ночь защиту вокруг собственной кровати.

— И долго молчать будешь?

Драконица помотала головой, а потом выдала на одном дыхании.

— Дей очень переживает из-за вашей ссоры, ты должен с ней поговорить.

— Никому я ничего не должен. — Проревел, хватаясь за ручку и распахивая дверь. — Сама уйдешь?

Ранетка, кажется, так звали Драконицу, уже бежала по коридору, сверкая пятками.

Значит, Дей плохо? Отлично! Мне ее сочувствие точно не нужно, пусть и дальше упивается своей любовью к ректорскому сыночку.

Одним движением выпрыгнул из окна, приземляясь на ветку и вспоминая о скалистом утесе, нависшем над морской пропастью.

Прадракон! Почему все так запуталось? В какой момент я перестал понимать себя? Может, ее подруга права и нам нужно поговорить? Но что я буду делать, когда она предложит мне свою дружбу и заботу, пообещав, что, возможно, со временем начнет чувствовать ко мне нечто большее, чем просто дружеское участие? А вдруг наш брак окончится трагическим разочарованием в любви и разобьет сердце не только мне, но и Дей, Киру. Кажется, он в последнее время сам не свой, его не слышно и не видно.

— Ты зачем испугал Ранетку? — спросила Дей, выглядывая из окна моей комнаты и вылезая наружу, аккуратно присаживаясь рядом.

— Прости. — Выдавил я из себя, поражаясь тому, что она, наконец, заговорила со мной. — Чем обязан?

Дей посмотрела себе под ноги и крепче вцепилась в ветку.

— У меня проблемы с магией преобразования, с Киром и с лучшим другом.

Ну, вот. Начинается! Я теперь должен сидеть и выслушивать ее горестные речи о том, как судьба несправедливо поступила с нами, лишив ее возможности самостоятельно строить свою жизнь и развивать отношения с ректорским сынком, а меня принуждая стать ее мужем. Может, сказать, как я об этом мечтаю?

— Дей, — начал я совсем о другом, — мне сейчас тоже нелегко.

Голова закружилась от аромата ее волос, но я заставил себя сосредоточиться на коленях драконицы, таких соблазнительных и аккуратных, что хотелось обвести их пальцем, потом скользнуть под подол юбки, пробуя гладкую кожу ее ног на ощупь, стараясь проникнуть туда, где сосредотачивалась вся женственность Дей. Какая же она соблазнительная, как грациозно откидывает отросшие густые волосы быстрым движением руки, как мило хмурится, оттопыривая нижнюю губку с очаровательной впадинкой посередине.

— Драко? Ты меня вообще слышишь?

Перевел взгляд с аккуратного ротика Дей и посмотрел ей прямо в глаза, утонув в их янтарной глубине.

Как давно мы не сидели рядом, как я соскучился по ней!

— Да. — Кивнул головой, не вспомнив ни слова из сказанного ей за последнюю пару минут. Интересно, что она сделает, если я ее поцелую?

Нагнулся к самому лицу Дей и запустил руку в ее густые волосы, прижав к своей груди и поцеловав в висок.

— Мы справимся с этим. — Прошептал ей на ушко, испытывая при этом небывалое наслаждение, а потом вдруг наткнулся взглядом на аккуратные чешуйки, покрывавшие ее позвоночник.

Прадракон!

Отпрянул от Дей, чуть не столкнув ту с ветки.

— Что не так? — удивленно округлила драконица глаза.

— Все! — произнес я, цепляясь за сучки и протискиваясь мимо нее в комнату.

Неужели Дей уже не девочка? Неужели она прямо сейчас может стать чьей-то женой, единиться с Киром? Нет! Гордн не позволит!

— Драко? — звала меня Дей, догоняя уже в коридоре.

— Просто оставь все, как есть. — Сказал ей, резко разворачиваясь. — Мне лучше, когда ты делаешь вид, что мы не знакомы!

Дей отшатнулась, как от удара, пытаясь скрыть непрошеные слезы.

Вот так! Я оправдал звание чудовища, испепеляющего свою жертву одним только взглядом, и теперь она может делать все, что ей захочется. Пусть строит свои отношения с Киром, я точно не стану ей препятствовать!

Выбросил себя на знакомый уже утес, обдуваемый со всех сторон ледяными ветрами, и улегся прямо на нагретую за день поверхность камня.

Пока я не научусь мириться с мыслью, что Дей теперь с Киром и может в любую минуту единиться с ним в полете, нам стоит как можно меньше разговаривать.

С этой мыслью я отключил сознание, практикуя магию стихий вне собственного тепа. Лететь на воздушном потоке в смертельную пучину вод мне нравилось в последнее время все больше и больше.

Я пропустила столько занятий, что приходилось учиться даже по ночам, штудируя учебники и ломая голову над сложными заклинаниями. Варвара даже уступила мне нижний ярус кровати, так как я постоянно лазила за новой порцией учебников и мешала ей спать, а однажды уронила прямо на голову брошюру по магическому исцелению ауры, уснув на середине страницы. Все это время Драко и Кир игнорировали мое общество, чему я сильно огорчалась, но просто физически не могла ничего изменить. Гордн приказал во что бы то ни стало оставаться в Академии и никуда не высовываться, а для этого мне нужно было все свое время посвящать занятиям, а не личной жизни.

К сожалению, я все чаще и чаще погружалась в собственные мысли, забывая о том, что нужно внимательно слушать преподавателя и следовать на практике его советам. В итоге, зелья у меня все время выкипали из котла, выбросы заканчивались тем, что я оставалась на тренировочном поле в гордом одиночестве, а в исцелении и магии преобразования я не достигла даже того минимума, что был обязателен для сдачи первых экзаменов.

Девочки мне искренне сочувствовали, считая, что я сильно отвлекаюсь на собственные проблемы, а Лил на вечерних занятиях в кружке наоборот нагружала больше всех, давая самые сложные задания. Я знала, что они с Киром лучшие друзья и теперь драконица злиться на меня и, возможно, даже ревнует, но поговорить с ней никак не удавалось. Опять же не хватало времени.

— Дей! — позвала Ранетка из коридора. — Ты помнишь о том, что в эти выходные мы договорились отдохнуть от учебы и расслабиться?

Мысленно застонала, понимая, как мне нужны эти два дня для того, чтобы попрактиковаться в магии. И почему Драко так себя ведет? Сейчас его помощь была бы просто подарком небес, тем более ему всегда все давалось гораздо проще, чем мне.

— А что планируете? — спросила у подруги, игнорируя собственные мысли.

— Злата и Кира договорились с Лил о том, что нас пропустят на закрытую вечеринку к старшекурсникам. Говорят, что она будет проводиться в том крыле, где проживает семья ректора!

— Да, ладно! — искренне удивилась я, помня, что Кир говорил о своей комнате. — Туда же никто не сможет попасть без помощи самого ректора или членов его семьи!

Варвара присела на краешек кровати, держа спину прямо и рассматривая меня с ног до головы.

— Вообще-то нас пригласила не Лил, а Кир собственной персоной. — Вмешалась она в разговор.

Где-то в области груди сердце предательски дрогнуло, давая волю эмоциям. Я понимала, что сейчас не время для ревности, сожаления и разочарования, но они накрыли меня с головой депрессивными волнами. Неужели Кир настолько разозлен, что даже не подошел, чтобы лично пригласить меня на вечеринку или все гораздо хуже?

— Варвара, — спросила Драконицу, которая в любом случае скажет правду прямо в лицо, не скрывая от меня ничего, что могло бы причинить мне боль. И не потому, что ей было меня не жаль, а потому, что она искренне считала горькую правду лучше, чем сладкую ложь. — Расскажи, как вообще вы попали в список приглашенных? — решила подойти издалека.

— После кружка ты скорее умчалась в комнату, а мы с девочками остались, чтобы убрать книги и тогда к нам подошли Кир и Рогдон. Они рассказали Лип об идее организовать закрытую вечеринку, так как ректор с частью преподавателей будет всю ночь готовить тренировочное поле для первых экзаменов.

Теперь мое сердце оказалось в области пяток. Я совсем забыла, что в Академии магического равновесия проверка знаний была обещана на конец первого месяца обучения, но перенеслась из-за затяжных дождей на предстоящий понедельник.

— Злата, ты же ее знаешь, — закатила Варвара глаза, — подошла к Киру и спросила, можем ли мы пойти на предстоящее мероприятие, и он не отказал. Знаешь, — драконица снова оценивающе посмотрела на меня, — он даже попросил обязательно привести тебя с собой, на что Лил так возмущенно фыркнула, что я предположила, будто она ревнует его к тебе. — Приподнятая бровь говорила о том, что Варвара действительно о чем-то подозревает, но врать, что между мной и Киром ничего нет, я не смогла бы. Слишком живы в памяти были его горячие крепкие объятия и требовательные поцелуи, чтобы отнекиваться от них прямо сейчас.

— Девочки! — между тем позвала Киру и Злату Варвара, игнорируя мои умоляющие взгляды и протестующие возгласы Ранетки, которая давно обо всем догадалась, потому что была самой проницательной, доброй и понимающей в этом мире драконицей. — У меня для вас грандиозная новость!

Злата вбежала в комнату, вытаращив на Драконицу глаза. С ее волос еще капала вода, а полотенце кое-как было обернуто вокруг бедер, не прикрывая аккуратную грудь с маленькими розовыми сосками. Кира же вообще зашла голой, помахивая расческой и вопросительно глядя на Варвару.

— Если ты зря отвлекла меня от магической практики…. — Драконица продемонстрировала, как овладела магией стихий, закрутив на ладошке небольшой смерч, который запустила себе в волосы, высушив их за считанные секунды. Правда, прическа теперь оставляла желать лучшего, но тут помогла Злата, преобразовав ее непослушную гриву в две упругие косички. — Я скормлю все твои лекции тем тварям, что обитают в магическом питомнике за поляной с порталами.

Я вспомнила, как недавно нас водили в питомник для знакомства с теми видами животных, на спине которых можно совершать недолгие перелеты. Скоро нам предстоял полет в каменный лес за пределы Академии, где должны будут состояться первые пространственные испытания.

От грустных мыслей отвлек торжествующий вопль Варвары, которая хищно сверлила меня пристальным взглядом из-под густых темных ресниц.

— А наша скромница, которая куда-то пропадала почти на две недели, оказывается, влюбилась.

Поперхнулась словами, не ожидая от драконицы подобных поспешных выводов, но ведь она была права. Я действительно чувствовала к Киру то, что трудно поддавалось описанию. Целая гамма радужных эмоций, переплетающихся друг с другом, порождали ощущение блаженства, которое появлялось в груди и разрасталось при каждом появлении Кира, который, правда, не подходил ко мне в последнее время ближе, чем на пару десятков шагов. И так уже целый месяц!

Я внезапно поймала себя на мысли, что вдали от дракона перестала думать о нем, как о своем любимом, единственном и по-настоящему желанном. Да, с ним рядом мне было действительно хорошо, незабываемо, но когда в последний раз мы хотя бы держались за руки? И ведь все это время я настолько глубоко увязла в учебном процессе, что даже не вспоминала о той боли, которую почувствовала, узнав о предстоящем единении с Драко. Может, мне и правда стоит немного отвлечься от занятий и по-настоящему отдохнуть?

— Знаете, — прервала я затянувшееся любопытное молчание подруг, прикрывая Киру полотенцем и обходя их стороной. — Я, пожалуй, пойду прогуляюсь.

Услышав за спиной разочарованные возгласы, поскорее ретировалась за дверь, направляясь к мужскому крылу. Ноги сами понесли меня к комнате Драко, а в крови уже бушевал адреналин.

Нам необходимо поговорить! Сколько можно избегать темы, которая волнует нас обоих? Чем быстрее мы разберемся с нашими чувствами, тем легче станет возвращение к мирному сосуществованию. Правда, Драко думал иначе.

Я застала дракона, сидящим на ветке высокого сучковатого дерева и облокотившимся затылком о ствол. Он закрыл глаза и тяжело дышал, сжимая кулаки от собственных, видимо, нерадостных мыслей. Мы редко общались за прошедшие недели, наверное, потому, что я постоянно бежала то на занятие, то на тренировку, то на дополнительный вечерний кружок, то в библиотеку за новой порцией книг. Если честно, Драко в последнее время выглядел таким неприступным, что от него уже начали шарахаться остальные сокурсники, а его развитая магия некроманта многих из них пугала, что, правда, наблюдалось и при жизни у Дерека. Я хотела оставить дракона в покое, учитывая, как неоднозначно он отреагировал на новость, выданную нам Гордном, но сколько же можно хандрить? Да, теперь Драко обзавелся еще одной семьей, законной, и она была просто ужасна, если не сказать большего. Чего стоил один Дантр, который по словам черного дракона являлся Драко родным дядей? Но все проблемы решаемы.

В общем, я подумала, что дала другу достаточно времени, чтобы разобраться со своими мыслями и теперь нам нужно поговорить хотя бы о его помощи мне в учебе. Тем более он чем-то до смерти напугал Ранетку, которая ходила к ним в комнату, чтобы встретиться с Айком. Я заметила, как эти двое уединяются при каждом удобном случае. Правда, они не держались за руки, не заглядывали друг другу в глаза, а активно обсуждали домашние задания и практиковали их. Хотя бы у подруги все было хорошо в этом плане, а вот мне срочно требовалась помощь Драко. Но он, видимо, действительно был чем-то серьезно расстроен, настолько сильно, что чуть не скинул меня с ветки дерева, влетев в комнату и, кажется, оцарапав себе спину. Уже хотела догнать его, чтобы спросить, что его так напугало, как друг совершил идеальный выброс, даже не оставив после себя завихрений воздуха.

Стояла в комнате друга и искренне завидовала его многочисленным талантам. Мало того, что ему с легкостью давались языки, стихии и некромантия, так еще в совершенстве овладел пространственной магией. Настоящий наследник, не то, что я.

Уже в дверях мужского крыла неожиданно столкнулась с Киром, который на этот раз даже соизволил остановиться и заговорить.

— Привет. Куда ходила? — спросил он, отсылая кивком головы Торрена, который смотрел на меня так, будто проверял, все ли у меня на месте и не лишилась ли я в бою какой-нибудь части тела.

— Привет. — Устало поздоровалась с драконом, потирая виски. Сейчас мне не хотелось новых выяснений отношений, а я предполагала, что Кир начнет именно с этого. Может, поэтому у меня не было сильного желания встречаться с ним и начинать разговор?

— Я заходила к Драко, хотела попросить помощи с домашним заданием.

Кир хмыкнул, приподняв одну бровь и качая головой.

— Думаешь, я такой дурак и поверю, что вы просто вместе занимались?

Удивленно посмотрела на дракона. Сейчас его присутствие вызывало далеко не радужные эмоции.

— Кир, я знаю, что Гордн ошарашил нас всех своими новостями, но сейчас мне действительно не до того, чтобы думать обо всем этом. Я могу завалить экзамены!

— Хочешь сказать, что тебе наплевать на скорое замужество? — снова ухмыльнулся дракон, а я только пожала плечами.

— Мой дедушка не сделает мне плохого, Кир, — сказала я, полностью уверенная в своих словах. — С чего ты решил, что кто-то станет меня заставлять принимать поспешное решение?

Дракон опустил руки, которые до этого были скрещены на груди и склонил голову, как провинившийся ребенок. — Ты действительно веришь, что вас с Драко не заставят совершить полет?

— Да. — Кивнула я головой, абсолютно уверенная в этом.

— Тогда почему ты меня избегаешь? — посмотрел на меня Кир, делая шаг навстречу.

Головной мозг мгновенно отключился, в груди приятно заныло, а внизу живота потяжелело от ощущения близости дракона. Я протянула руку и коснулась невесомых светлых прядей, откинув их со лба Кира, потом встала на носочки и обняла его, отправляясь в головокружительный полет страсти, которая затягивала меня в свои сети, заставляя желать еще большей близости.

— Я никогда бы не стала этого делать, если бы ты сам не обходил меня стороной. — Прошептала Киру прямо у губы, не отрывая взгляда от их изгибов.

Дракон схватил меня за бедра, прижимая к себе и одновременно целуя горячо и требовательно. Его язык погружался в рот, дразня небо и лаская меня изнутри, пальцы исследовали каждый позвонок, очерчивая их нежными прикосновениями. Я выгнулась, застонав и желая только одного: никогда не останавливаться, но нам пришлось прерваться из-за внезапного появления Лип.

— Вообще-то вы ведете себя отвратительно! — заявила нам драконица, испепеляя меня взглядом.

Кир продолжал обнимать мои плечи, целуя шею и прикусывая мочку уха. От его незатейливых ласк кружилась голова, а с лица не сходила улыбка. До гневного настроения Лип мне сейчас не было никакого дела, я и так много свободного времени провожу в ее обществе, а после занятий штудирую те книги, которые она рекомендует для использования при изучении дополнительного предмета. Не хватало мне и во время вечерних прогулок выслушивать от нее нотации о правилах приличия.

— Знаешь, подруга, — выручил меня Кир, — сейчас тебе следует просто пройти мимо.

Драконица развернулась, ее ярко-рыжие волосы взметнулись следом, и только тут я поняла, что не одна она стала свидетельницей наших поцелуев. Драко стоял на краю площадки, у самого крыльца, облокотившись плечом о столб, и с равнодушной миной наблюдал за происходящим. Мне стало неловко от мысли, что он застал меня такой счастливой, когда мы совсем недавно снова поссорились, но ведь не я стала инициатором раздора! Он сам сбежал, оставляя после нашей встречи неприятный осадок.

— Пошли ко мне? — спросил Кир, не замечая моего настроения.

Покачала головой, стараясь не замечать взглядов друга и проклиная его за то, что он портит мне воссоединение с Киром.

— Давай встретимся завтра на вечеринке.

Дракон смущенно улыбнулся.

— Я надеялся, что до тебя дойдет мое приглашение.

— Только в следующий раз сделай это сам, хорошо? Я не люблю, когда на меня обижаются, не объясняя причины своего настроения.

— А я бы никогда не подумал, что ты еще так наивна. — Загадочно прошептал Кир, снова прижимая меня к себе и страстно целуя.

Мы расстались еще нескоро, наслаждаясь обществом друг друга. Я снова чувствовала, что желанна и любима, что являюсь той единственной драконицей, которая необходима Киру, как воздух.

— Обещай, что больше никогда не станешь на меня обижаться? — попросила его на прощание.

Кир посмотрел на меня долгим пристальным взглядом и покачал головой.

— Я не могу себе представить, даже на секунду, что тебя отдадут другому. — Прошептал дракон.

— А я не могу представить, чтобы кто-то из родителей пошел на это. Тем более в моих видениях стены общежития появлялись с завидной регулярностью, и томилась я в них не один год.

Кир заразительно рассмеялся.

— Это хороший знак. Значит, ты сдашь все предстоящие экзамены, и у нас будет много подобных вечеров.

Кивнула головой и побежала к себе. В воздухе уже ощущалась ночная прохлада, так долго мы стояли в объятиях друг друга, а порывы ветра неприятно холодили кожу.

— Расстались, наконец? — испугал меня Драко, появляясь из тени и преграждая мне путь. Выглядел друг устрашающе. Магия некроманта пульсировала у него на кончиках пальцев, глаза сузились, ноздри подрагивали, а поза выражала крайнюю степень злости. Резко остановилась, проклиная Драко за то, что портит мне жизнь.

— Прекрати меня преследовать, идиот! — заорала на него, удивляясь собственной смелости. — Ты все детство меня игнорировал, делал вид, что я тебе только мешаю, соглашался на совместные занятия, чтобы твоя мать не переживала из-за того, как холодно ты принимаешь меня в замке поднебесного клана. Совсем недавно ты стал мне сочувствовать, потому что мы попали в эту академию против воли, потому что наши родители распорядились нашими жизнями, даже не спросив, хотим ли мы этого сами? — я прижала пальцы к глазам, надеясь, что Драко меня простит за то, что я собиралась ему сказать. — Больше никто не станет диктовать, как мне следует жить и что делать. Я приняла решение учиться здесь несмотря ни на что. Ты можешь отправляться на каникулы один, Драко, и отдуваться за нас двоих. Родители хотели, чтобы я здесь училась? Они достигли желаемого! И пожалуйста, давай больше никогда не возвращаться к теме наших сложных взаимоотношений, ты сам недавно просил оставить все, как есть. Я в последнее время склонна исполнять желания окружающих! — толкнула дракона в бок, заставляя немного подвинуться и пропустить меня к общежитию.

Его кожа горела огнем, такой знакомый терпкий запах теперь просто заслонял собой все иные ароматы, но я проигнорировала его состояние. Сколько можно во всем потакать Драко, искать его расположения, добиваться внимания? Я понятия не имею, что происходит у него в голове, но раз он не одобряет моих с Киром отношений, то пусть ищет себе новую подругу, а я как-нибудь переживу.

За нашим с Эланой столом в общей гостиной собралось небывалое количество гостей, но никто не пип и не ел, все задумчиво смотрели на черного дракона, который в свою очередь пристально разглядывал каждого из нас: меня, мою жену, Машу, Дерека и Мастера. Последний с такой ненавистью воспринял появление Гордна, что я даже удивился, потому что никогда не наблюдал у дракона подобного проявления чувств, но объяснилось все очень быстро.

Оказалось, что Мастер и Гордн когда-то давно вместе с ректором и немногими другими основали Академию магического равенства и даже написали устав, в котором сформировали идею баланса в нашем мире. Но очень скоро черный дракон предал свои идеи, отказавшись от них ради поста придворного мага, ради безбедного существования и свободы перемещения, отказался и Мастер, засев на западном континенте, но имея возможность перемещаться по миру и узнавать обо всем, что происходит вокруг. Он, кстати, первым заметил ищеек императора и предложил Маше и мне с Эланой отправить детей в Академию магического равновесия. Я до сих пор помнил его слова: «Это место само по себе неприступно и убережет детей от опасности. Ректор нам не друг, но он, как и Дантр, жаждет управлять всеми энергопотоками мира, а значит, ему выгодно иметь при себе ваших детей». К сожалению, даже Мастер не догадывался о том, что наследником из легенды может стать Драко, а моя дочь должна поддержать его в качестве жены. Все так усложнилось и запуталось, что теперь каждый из нас совершенно не знал, что делать. Все, кроме Гордна, который решительно предлагал совершить между детьми обряд единения и закончить тем самым с правлением императора раз и навсегда.

— Они составят такую пару высших магов, которая разрушит не только защитные щиты Дантра и его армии, но и преобразят те заклинания, которые приготовили нам драконы с Омута.

— Вы не должны доверять черному дракону! — кипятился Мастер. — Он отказался от собственного ребенка, ради положения в обществе и тех привилегий, которые обещала служба у императора, он предал собственную жену, сослав ту в человеческий мир.

— Меня оправдывает тот факт, — начал Гордн, глядя только на Элану, — что я никогда не хотел становиться добропорядочным семьянином, а твоя мать не любила меня, а, скорее, презирала. Мы оба наделали много ошибок, которые теперь я пытаюсь исправить.

— Ты предаешь свои идеалы во второй раз, Гордн, — снова возразил Мастер. — Теперь тебе уже не нужно могущество и власть?

— Теперь я всего лишь заточенная в камень душа. — Холодно прервал дракона Гордн. — Император подарил мне шанс вернуться в этот мир и помочь истинному наследнику занять трон на Омуте, предотвратив кровопролитие и постоянные войны. Дантр уже готовится к нападению на южный континент, он очень могущественный маг и на него работают несколько сотен высших, которые все свое время посвящают исследованиям в области магии. Поймите, что те сюрпризы, которые приготовил нам черный дракон, отнюдь не мои догадки.

— И, тем не менее, на протяжении двадцати лет император не высовывался с Омута.

— Забросив все, чем прежде занимались черные драконы и тратя ресурсы на подготовку к войне с неугодными ему жителями континентов. — Снова прервал Мастера Гордн.

Элана молчала, рисуя на столе узоры кончиком указательного пальца. Ее черные волосы, туго заплетенные в длинную косу, очень гармонировали с шевелюрой отца. Они были чем-то неуловимо похожи: взглядом, мимикой, жестами? Только теперь, когда эти двое сидели напротив меня, я смог рассмотреть истинную природу многих поступков Эланы. Она с самого рождения была чистокровным лидером, черной драконицей, в чьих жилах с рождения бурлит магия. Именно сейчас, когда она сидела рядом с отцом, я гордился ей как никогда. И не потому, что признал в ней высшую, а потому, что она смогла реализоваться на южном континенте, приносила пользу и помогала тем, кто в ней нуждался. Всегда, несмотря ни на что.

— Оставьте ненадолго свои разногласия, — наконец, вмешалась Маша, как всегда стараясь всех примирить. — Наши дети сейчас в Академии, им пока ничего не угрожает, но вы предлагаете вернуть их в Родомелум и против вопи совершить обряд единения. На собственном опыте знаю, что ничего хорошего из этого не выйдет. Я люблю своего сына, мне больно говорить об этом, но он никогда не интересовался Дей настолько, насколько вы того желаете.

— Вы давно с ним общались? — спросил ее Гордн.

— К сожалению, после того, как Драко вернулся с Омута, он перестал отвечать на мои звонки и шлет однотипные сообщения, что у него сейчас очень много занятий, и он отлично себя чувствует, но хочет все обдумать и принять верное решение.

— Тут не может быть другого решения, — снова кипятился черный дракон. — Вы понимаете, что они оба являются наследниками и только объединив свои силы смогут справиться с Дантром?

— Почему они не могут оставаться друзьями? — спросила Элана.

— Потому что моя внучка и твоя дочь до сих пор не раскрыла весь свой магический потенциал, она не справляется с программой первокурсников, а это может означать только одно. Ее сила проснется после того, как совершится обряд единения с драконом-самцом, с Драко! Вспомни тот момент, когда в ней проснулись стихии, кто был рядом?

— Мой сын. — Уверенно произнесла Маша.

Черный дракон в ответ только развел руками.

— Возможно, она действительно влюблена в Кира — ректорского сына, но он не тот, кто ей нужен.

Маша заломила руки, ища поддержки у Дерека. Я заметил, как тот смотрел на мою подругу взглядом, полным обожания. Он всегда будет на ее стороне.

— Предлагаю отдохнуть. — Поднялся я из-за стола.

— О! Вольный. — Причитала Маша. — Неужели же ты станешь вынуждать наших детей совершать этот дурацкий обряд?! Ты-то должен понимать, как это опасно? Зачем повторять одни и те же ошибки? Элана?

Я видел, как жена только качает головой, устало глядя куда-то в пространство.

— Это моя дочь, Маша. — Произнесла она, наконец, — мой единственный ребенок, и я переживаю за нее не меньше, чем ты за Драко.

— Тогда как ты можешь соглашаться на подобный шаг? — вскричала Маша.

— Драко уже владеет не одной магией в совершенстве, а Дей кое-как сдает экзамены. Результаты ее тестовых заданий ужасны, она еле-еле дотягивает до проходного балла, а впереди еще магия преображения, тогда как Драко лучший, первый и единственный, который уже прошел все экзамены, не так ли?

— Так. — Огорченно кивнула Маша, хотя могла бы сейчас не печалиться, а искренне гордиться сыном.

Я разрывался между желанием успокоить подругу и поддержать жену. Пусть решают сами, я буду на стороне большинства.

— Дерек, Мастер? — Позвал драконов за собой на веранду, где уже в полном одиночестве сидел Гордн. — Давайте оставим их наедине.

Оба согласно кивнули, забирая со стола бутылку настоящего земного коньяка, лучшего, я бы сказал. Мастер презентовал мне его после того, как я спасся с Омута. Самое время открыть напиток и немного снять напряжение.

Вечеринку перед первым экзаменационным днем я вспоминала, как последний счастливый день в своей жизни, а дальше начинался сплошной кошмар. С утра понедельника нас разбудил куратор, на этот раз не Лил, чему я искренне была рада, потому что драконица с того памятного вечера нашего с Киром примирения демонстративно меня избегала.

Высокая темноволосая драконица, имени которой я так и не запомнила, сказала, что будет сопровождать первокурсников на все предметы, по которым у них в течение недели будут проходить зачетные занятия. Ранетка, Варвара и Кира со Златой восприняли новость с энтузиазмом, ведь теперь у них останется больше времени на подготовку и в аудиторию они зайдут с высоко поднятой головой. Я их радости не разделяла; хоть с куратором, хоть без, но для меня это утро означало только одно — начало пытки. Я совершенно не подготовилась к целительству, посвятив все выходные танцам и другим развлечениям, среди которых были и горячие объятия со страстными поцелуями. Теперь я даже жалела, что с таким энтузиазмом предавалась любви, назло Драко выставляя наши с Киром чувства напоказ. Нужно было сидеть в комнате и продолжать играть роль серой мышки, повторяя до головной боли тему первого экзамена. Но что толку? У меня все равно ничего не получалось, сколько я не старалась. Все попытки залечить хотя бы царапину заканчивались полным фиаско. Магия целительства меня не слушалась, просто не подчинялась мне.

— Работать будете в паре, — начала экзамен Калео — пышнотелая драконица давно за шестьдесят. Ее любили и уважали все студенты-первокурсники, включая меня, но если Драко, Варвару, Ранетку и некоторых других она чуть ли не боготворила, то других бесталанных просто не замечала.

— Самые слабые будут в паре с сильными! Я дам вам возможность за счет них пройти мой экзамен, дорогие, но эта поблажка для вас в первый и последний раз! — драконица сурово нахмурилась, выстраивая нас в две длинные шеренги и рассказывая правила прохождения тестового практического задания.

— Вы по очереди будете тянуть билеты и лечить друг друга от незначительных физических повреждений, — Калео раздала каждому из нас желтые прямоугольные карточки из твердого картона, — боли никто из вас не почувствует, но после прочтения задания будьте готовы к появлению ран, а теперь переверните карточки и начинайте.

Я с замиранием сердца прочитала свое задание и поняла, что прекрасно знаю, как исцелить ранение огненной сферой в области предплечья. Моим напарником стала Ранетка, и по ее бледной коже уже расползался огромный обугленный ожог. Глаза сами собой начали лезть на лоб, руки задрожали, но я постаралась собраться с мыслями, закрывая глаза и сосредотачиваясь на магии целительства. Заклинание я знала наизусть и начала читать то, что было мне необходимо, пытаясь выдавить из себя хоть одну исцеляющую искру, но все было напрасно. Энергия соединилась с магическим потенциалом, заклинание было дочитано до конца, но чуда не произошло. Открыла глаза, понимая, что полностью провалилась на первом же тестовом задании, но ожог на предплечье Ранетки уже не был таким страшным. Обугленная кожа превратилась в огромное багровое пятно, обещая оставить после заживания ужасные шрамы.

— Вы справились с заданием, Дей, — незаметно подошла ко мне Калео, забирая желтый билетик, — но ваша подруга вряд ли сказала бы вам спасибо, будь ее ранение настоящим, вы же наградили ее пожизненным уродством в виде отвратительного рубца. — Преподавательница недовольно поморщилась, но все же поставила мне проходной балл.

— Как у меня получилось? — пожала удивленно плечами, надеясь, что Ранетка прояснит ситуацию.

— Это не у тебя попучилось, — печально ответила она мне, показывая глазами на Айка, — я попросила его помочь, если ты не сможешь меня вылечить.

Округлила глаза, переводя взгляд с одного на другого.

— Как? Вы ведь стоите в разных концах комнаты?

— Мысленно, — махнула рукой подруга, будто говорила о вытирании пыли с подоконника, — мы уже освоили программу первого полугодия и теперь отлично можем слышать мысли друг друга на расстоянии до двадцати метров.

Почувствовала себя ничтожным пресмыкающимся, личинкой навозного жука, ржавым гвоздем в потолочной балке, сгнившей консервной банкой, а драконица уже вылечила оба вывиха коленей, получив от Калео высший бал и умеренную похвалу.

— Учитесь, дорогая, — показала она на подругу, — рядом с вами отличный пример для подражания.

Ранетка покраснела, а я вздернула подбородок и гордо удалилась из аудитории, поймав на себе злобный взгляд Драко и презрительный Варвары, которых поставили рядом друг с другом.

Ну и пусть! Я вообще не просила запихивать меня в эту Обитель премудрых, пусть возвращают обратно!

Вспомнив, что завтра будет экзамен по магии преображения и спортивному ориентированию, печально улыбнулась собственным мыслям, представляя, как Лил выбрасывает сумки с моими вещами в окно общежития и изгоняет из Академии с позором, указав тонким пальчиком на дверь. Они с Драко все выходные практиковали магию на ее излюбленном месте, развалившись в шезлонге и громко что-то обсуждая. Я видела их веселые лица, магические искорки, танцующие вокруг счастливой парочки умников и искренне завидовала. У нас с Киром хорошо получалось только целоваться, а вот все общение сводилось к разговорам о том, что он теперь единственный дракон, имеющий право находиться рядом. Я была не согласна с таким положением вещей, мне хотелось откусить себе язык за те обидные слова, которые я наговорила Драко, но сейчас он действительно казался спокойным и умиротворенным. Может, все к лучшему и нам стоит забыть о прежней дружбе, посвятив себя новым отношениям? Но как же мне не хотелось терять Драко, а тем более смотреть на то, как он и Лил веселятся, практикуя магию. На ее месте могла бы быть я и тогда, возможно, все бы у меня попучилось. Друг всегда благотворно влиял на мою магию и она слушалась в его присутствии гораздо лучше, чему у меня никогда не было объяснений.

Вечером я пошла в комнату драконов, чтобы отблагодарить Айка за помощь. Он как раз вернулся с ужина и широко улыбнулся, поймав мой виноватый взгляд.

— Привет, проходи, — пригласил дракон, широко открывая дверь, — я старался сделать так, чтобы Калео поверила, что вылечила ожог именно ты. Получилось?

Кивнула, в очередной раз почувствовав себя налипшей грязью на чужом ботинке. Неужели я так ничтожна, что у всех сложилось обо мне мнение, как об отстающей студентке?

— Эй, — дракон потрепал меня по плечу, — не стоит расстраиваться, Дей. Ты не первая и не последняя, чья магия не раскрывает себя полностью. Стихии в твоем исполнении великолепны, твои сферы уступают лишь сферам Драко, а это говорит о многом.

— И о чем же, например? — ядовито поинтересовалась у дракона.

Айк пожал плечом, состроив кислую мину.

— Все знают, что Драко один из лучших на курсе, я бы даже сказал, что самый лучший. Нам с Ранеткой многое удается, но в какой-то магии мы сильны, а в какой-то еле дотягиваем до нужного уровня. Драко же одинаково хорош во всем, говорят, он даже освоил пространственную магию пятого уровня, ты понимаешь, что это значит?

— Что? — спросила я, пялясь в одну точку и вспоминая наш с Драко разговор перед поступлением в Академию.

— После получения результатов экзаменов его, скорее всего, переведут сразу на третий курс. Такое вообще никому прежде не удавалось.

Вот так! Драко боялся, что местное общество первокурсников будет ему в тягость из-за своей недалекости, он оказался прав. Но что делать с тем фактом, что мы предполагали, будто оба будем выбиваться своим уровнем знаний, а оказалось, что я в ряду отстающих по всем предметам, кроме стихий. Даже преображение дается мне с трудом, не говоря уже обо всем остальном.

— Трудно представить Драко на первом курсе с такими умениями, — продолжал Айк, — я бы на месте преподавателей уже начал вербовать его в свои ряды.

— Ты о чем? — настороженно спросила дракона.

— Я всегда мечтал приносить пользу, — немного сконфуженно начал дракон, — но в ряды преподавателей берут только особенных, таких, как Драко.

— Ты что? — удивилась я искренне, — действительно задумывался о том, чтобы остаться в Академии навсегда?

— А почему бы и нет?

Вспомнила, как Ранетка говорила о доме, о младших братьях и сестрах, о своих горячо любимых родителях, по которым сильно скучала. Она ни за что не останется здесь, где ее потенциал постоянно подвергается пыткам из-за природной скромности и застенчивости, а преподаватель магического равновесия нагоняет на нее такой страх, что она вообще теряет дар речи, хотя прекрасно знает предмет. Неужели у них ничего не получится только потому, что Айк намерен похоронить себя заживо в этом замке?

— Ты когда-нибудь задумывался о том, как на твое решение отреагирует вторая половинка?

Дракон покраснел, вызвав у меня улыбку.

— Прости, не стоило мне лезть тебе в душу — начала я извиняться, когда в комнату зашел Драко, смерив меня презрительным взглядом и закидывая учебники на полку.

— Я смотрю, что у тебя появилась горячая поклонница, — развалился он на кровати, закидывая руки за голову, — таким образом, наш Айк заполучает внимание дракониц, на то, чтобы очаровывать их чем-то другим, у него не хватает природных данных.

Дракон опустил голову, а я так разозлилась на друга, что готова была вырвать ему язык.

— Зато ты у нас светило науки, у меня аж глаза разболелись от твоего яркого свечения! — я начала медленно закипать, понимая, что в который раз присутствие Драко будит во мне зверя. — Смотри не испачкайся, общаясь с такими, как мы!

Айк попытался меня остановить, схватив за локоть и оттаскивая к проходу, но я вырвалась и пнула Драко в голень. Наверное, это было лишним, но мои ноги действовали сами по себе, выливая всю накопившуюся за эти дни злость и обиду на неудачно подвернувшегося под руку друга.

— Сделаешь так еще раз и пожалеешь. — Зарычал он, вскочив с кровати.

— Да, ладно? — рассмеялась я прямо ему в лицо, хотя, какое там лицо, моя макушка еле доставала дракону до подбородка. — Я испортила твое великолепное тело? О, прости мои ноги за то, что они посмели коснуться его императорское величество!

Знаю, что это было слишком, но мне хотелось кусаться и драться, заставляя Драко почувствовать ту боль и унижение, которые я сама испытывала все это время. Как он смел думать, что я стану в Академии лучшей и настраивать меня на это? Почему так верил в то, что мы особенные и отличаемся от всех остальных? Как так получилось, что он действительно стал лучшим, а я числюсь в отстающих?

— В тебе говорит уязвленная гордость или природная тупость? — спросил меня Драко, ехидно посмеиваясь.

Вспомнила, как тренер обучал нас удару в солнечное сплетение. Сосредоточила всю силу в правом кулаке, становясь в стойку и нанося точный и быстрый удар между ребер дракона. Тот мгновенно согнулся пополам, хватая ртом воздух.

— А теперь беги, — предупредил меня Айк, открывая дверь в коридор.

Сорвалась с места, сшибая по пути предметы мебели и слыша ветер в ушах. Никогда еще так быстро не бегала, жалея, что рядом нет тренера, и он не видит, на что я способна, когда сильно напугана. Но не только в магии Драко был сильнее, он поймал меня уже на лестничном пролете, схватив за шкирку, как котенка и чуть не задушив воротником футболки.

— Ты куда-то торопишься, Дейла? — прорычал он мне в самое ухо, назвав полным именем, что означало крайнюю степень презрения. — Решила за счет меня возвысить себя в глазах однокурсников?

Попыталась вырваться, молча сопя и стараясь оторвать его пальцы от своей одежды.

— У вас все в порядке? — удивленно спросил Рогдон, нагруженный стопкой книг.

— Практикуем захват, — улыбнулся Драко, схватив горловину футболки в кулак и перекрывая мне весь кислород. — Не здесь же! — покачал головой доверчивый громила. — Идите на поле.

— С удовольствием, — руки Драко обхватили меня за талию.

Холодный порыв ветра и мы стоит посреди поля, на котором кроме нас никого нет.

— Это не то место, о котором говорил Рогдон, — хриплю я, согнувшись пополам.

Драко развел руками и счастливо улыбнулся.

— Разве это не здорово владеть магией пространственника?

Сейчас он был больше похож на того Драко, которого я запомнила по недолгому пребыванию в своей комнате. Счастливого, безмятежного, раскинувшегося на моей детской кровати, которая явно была ему маловата. Но с того момента, как мы оказались в Академии, нас будто кто-то сглазил. Дружба и даже несмелое робкое чувство симпатии переродилась во взаимную горячую неприязнь.

— Так и будешь молчать? — спросил Драко, присаживаясь прямо на траву. Его гнев куда-то улетучился, и казалось, что он наслаждается нашим пребыванием за территорией замка.

— Где мы?

— Понятия не имею, — ответил дракон, усмехаясь, — я еще не умею совершать выброс в определенное место, вернее, почти не умею. Но очень хорошо получается оказываться там, куда стремиться моя душа. Когда я держал тебя в своих объятиях, мне хотелось одного — остаться наедине.

Даже будучи очень наивной драконицей, я понимала, что Драко говорит серьезно. Он действительно хотел, чтобы нам никто не помешал. Отлично, мы здесь и что дальше? От чего именно нас не должны отвлечь студенты Академии?

Дракон похлопал по траве рядом с собой, и я аккуратно присела, боясь с его стороны неожиданных действий.

Нет, самого Драко я никогда не боялась, а вот того, что он мог меня бросить одну опасалась.

— Не догадываешься, зачем мы здесь? — прервал дракон молчание.

— Нет! — сердито посмотрела на Драко, отмечая ровный южный загар, который теперь покрывал не только его лицо и шею, но и мускулистые ноги, которые сейчас были открыты моему взору.

— У меня есть Кир. — Скорее себе самой, чем ему, напомнила я, — мы с тобой просто друзья.

— Были.

Драко повернулся ко мне, схватил в охапку и повалил на землю, зарываясь руками в волосы и покрывая мою шею страстными поцелуями. — Скажи, что тебе не нравится, и я остановлюсь, — прошептал он, продолжая прокладывать дорожку и замирая прямо напротив моего рта.

Пульс зашкаливал, совесть настойчиво советовала сбросить с себя наглого дракона, а вот все остальное было совершенно не против продолжения.

— Я так не могу, Драко, — сказала, глядя в глаза дракону и видя, как сильно он разочарован, — сначала ты меня игнорируешь, потом обещаешь дружескую поддержку и участие и снова отталкиваешь, а теперь вдруг целуешь.

— Потому что ты мне небезразлична.

— Это как-то связано со словами Гордна? Ты стараешься выполнить его указания?

Драко сел, посмотрев на меня так, будто я сморозила настоящую глупость.

— Ты действительно думаешь, что я способен до такой степени претворятся?

— Не знаю, — покачала я головой, — ты ведешь себя так неоднозначно, что у меня закончились возможные варианты предположений.

— А ты можешь предположить, что я действительно в тебя влюблен?

— Нет Драко, — снова покачала я головой, — возможно, ревнуешь меня к Киру, потому что он отнял у тебя игрушку, которая раньше принадлежала тебе одному, но не большее.

Дракон молчал, опустив голову на руки, а я просто сидела рядом, ощущая нашу близость, как нечто само собой разумеющееся. Мы слишком давно знаем друг друга, но не как пара. Что, если мне понравится и тогда Гордн получит наше согласие на обряд? Но я действительно не могла представить себя женой Драко, просто не верила, что у нас может что-то получится, а начинать, когда я официально встречаюсь с Киром, мне бы совесть не позволила.

— Расстанься с ним, — попросил меня дракон, поднимая голову и устремляя взгляд куда-то вдаль, — дай нам шанс, Дей, я о большем не прошу.

— Это и так очень много, Драко. То, о чем ты просишь, принесет боль двум любящим друг друга драконам.

— Ты действительно считаешь, что между вами настоящее чувство?

Я не могла ответить на этот вопрос честно, потому что всегда сомневалась в том, что искренне люблю Кира, но давать Драко ложных надежд тоже не хотелось.

— Мы обещали Гордну, что приедем на каникулы в Родомелум, — начала я несмело, — давай до этого времени побудем вдали друг от друга. Дай мне возможность обдумать сложившуюся ситуацию и решиться на попытку построить романтические отношения между нами.

— Тебе нужен стимул, — коварно улыбнулся Драко, стремительно обнимая меня и целуя так, что я вообще не могла больше о чем-либо думать. Его терпкий запах сводил с ума, заставлял меня теряться от наплыва эмоций, выгибаться навстречу и желать большего, чем просто поцелуи. С Киром мне наоборот всегда хотелось подождать, поэтому мы во время останавливались, а вот с Драко я бы не смогла самостоятельно остановиться.

Резким движением он посадил меня к себе на колени, зарываясь руками под футболку и срывая ее одним движением. Теперь на мне был белый топ, сквозь материю которого просвечивали пики сосков. Прикусив один из них, Драко втянул его в рот и начал медленно посасывать, сводя меня с ума подобными ласками. Сжала его бедра своими ногами, недовольно ерзая и понимая, что мне чего-то не хватает.

— Не торопи события, малышка, — улыбнулся дракон одним уголком рта, в который мне тут же захотелось впиться жадным поцелуем.

Прадракон! Что я творю?!

— Не уходи, — умоляюще попросил Драко, почувствовав, как напряглось мое тело, — я умру, если ты бросишь меня прямо сейчас.

Он начал поглаживать мои плечи, потом зарылся руками в волосы и притянул к себе, дразня мои губы нежным ласкающим поцелуем. Волна желания прокатилась по всему телу заставляя меня постанывать от сладостной боли в животе, двигаться на коленях у Драко, разжигая огонь между нами, который поглотил все разумные границы и табу. Дракон ласкал меня так, будто забыл обо всем на свете. Его губы целовали обнаженную грудь, хватая другую в ладонь и легко сжимая, рука блуждала по спине, то зарываясь в волосы, то ныряя мне под юбку, поглаживая внутреннюю сторону бедра.

— Теперь тебе будет, что вспомнить, — отстранился он, тяжело дыша и продолжая пожирать меня глазами, — ты такая сладкая, Дей.

От его слов у меня снова закружилась голова, и я прижала пылающее лицо к плечу Драко, понимая, что еще долго не почувствую его близости.

— Надеюсь, это не было ошибкой, — произнесла я, погружаясь в ледяной водоворот, который выбросил меня прямо к главному входу в здание Академии.

Экзамены сдавать было трудно, но еще труднее было представлять, как результаты рассматривают мать и отец, по словам Гордона полностью оправившийся от похищения в начале прошлого месяца, воображать себе их недоумение и разочарование в успехах собственной дочери, на которые надеются каждые нормальные родители.

Отношения с Киром развивались слишком быстро, он требовал встреч каждый вечер, тем самым отвлекая от учебы и отказываясь практиковать магию. Я просила помочь хотя бы с преображением, после чего он с неохотой раскрыл учебник и начал спрашивать меня о заклинаниях. Их я знала наизусть, но это не помогло мне исцелить Ранетку на экзамене, значит, вряд ли сработает и с преображением.

Что и случилось. На следующий день я с трудом добежала до конца дистанции, поразив три обязательных цели из десяти, а потом провалилась на преображении. В тот момент, когда все концентрировали магию и читали заклинание, чтобы сделать из простого камня кристаллическое образование, я представляла себе прогулку по пещерам в компании Драко. Наши объятия в темноте ущелья, подсвеченного янтарными отблесками сталагмитов и поцелуи на берегу подземного озера, голубизна которого сравниться лишь с лазурной чистотой безоблачного неба.

Вспомнив друга, я погрузилась в свои мысли настолько, что не заметила стоящего прямо передо мной преподавателя по магическому равновесию.

— Добрый день, Дейла.

Вздрогнула, вспомнив, что завтра его экзамен и у меня в руках книги и руководства по нему.

— Я смотрю ты готовишься? — отец Лил презрительно скривил губы.

Так, понятно, в мой успех он не верит.

— Ректор лично попросил помочь тебе с последним экзаменом, потому что, если ты не наберешь средний балл, — преподаватель сделал зловещую паузу, — не низший, Дейла! То вылетишь отсюда быстрее, чем успеешь дойти до своей комнаты.

Еще угроз от самого вредного и нелицеприятного преподавателя мне не хватало! Что со мной не так в этой Академии?

Покрепче прижала к себе руководства по предмету, среди которых было и умение приводить голову и эмоции в равновесие. Для того, чтобы сдать завтрашней экзамен, мне потребуется не просто удача, а скорее чудо.

— Не нужно читать книжки, Дейла, — настойчиво отобрал у меня учебники Дорминум, избегая смотреть в глаза. — Постарайся разобраться со своими демонами до завтрашнего утра, иначе даже я не смогу тебе помочь задержаться здесь.

Странно, мне показалось или он действительно что-то сказал о помощи? Чтобы преподаватель, за спиной которого шептались о жестокости и даже убийстве поступающих, решил вдруг дать совет нерадивой студентке?

Уселась прямо на траву, стараясь спрятать от всех в тени невысоких ухоженных в этой части парка кустов. Сейчас хотелось плакать, как некогда. Ситуацию с Драко не разрешить, пока я встречаюсь с Киром, расставание с которым накануне экзамена никак не поможет мне в его сдаче, скорее наоборот, я буду взвинчена и расстроена. Тогда, что мне предпринять, ведь остался всего день и вечер для того, чтобы решиться на что-то конкретное.

Закрыла глаза, стараясь вспомнить все, чему учил нас Дорминум, сосредотачиваясь на его словах, часто повторяемых в начале урока.

«Каждый из вас должен в первую очередь помнить о том, что одно-единственное слово может разрушить чью-то жизнь, один-единственный неверный поступок приведет к вашей гибели, поэтому сначала думайте».

Потом преподаватель обычно шутил о том, что серьезный задумчивый вид создает ощущение, что вы умны, что, конечно, является только обманом зрения.

Итак, сейчас самое главное сдать экзамен на средний балл, а для этого я должна буду в комнате, полной тишины и таинственных предметов, победить свои страхи и пройти задание, которое подготовили индивидуально для каждого из первокурсников. Магическое равновесие должно помочь с выбросом огромного количества адреналина и активизировать мои способности. Только вот вопрос, что именно будет в той комнате и как мне победить единственный страх быть разоблаченной?

Слишком многое в последнее время приходилось скрывать и касалось это не просто меня и моих странных видений, а многих других, в том числе и Драко, чья жизнь теперь в опасности. Что, если кто-то случайно узнает о том, что он наследник и по легенде убивает кровожадного императора черных драконов, чтобы вернуть в этот мир порядок и равновесие? Как отреагирует Дорминум, ректор, остальной преподавательский состав, в чьи планы входит подчинить себе энергопотоки трех континентов и поработить тем самым свободных драконов?

— Я слишком много думаю, мне стоит просто отключить мозги, — пробормотала, поражаясь, что теперь разговариваю с самой собой.

— Ты знаешь, что это скверная привычка? — спросила меня Варвара, откидывая длинные распущенные волосы знакомым жестом.

— Что ты здесь делаешь? — попыталась уйти от темы.

Соседка по комнате продемонстрировала мне стопку каких-то брошюр.

— Решила посвятить свое время прочтению студенческих заметок о предмете Дорминума и найти хотя бы примеры ситуаций, которые он может завтра использовать.

Я прищурилась, глядя в непривычно взволнованное лицо Варвары.

Что такого скрывает драконица, раз не уверена в собственных сипах?

— Слушай, — подняла я обе ладони вверх, — раз уж ты боишься завтрашнего экзамена, то, как я должна чувствовать себя? Только что Дорминум пригрозил выкинуть меня из Академии, если я не получу средний бал.

— Да, ладно? — Варвара удивленно присела рядом, не обращая внимания, что ее аккуратно отглаженная юбка теперь вся в пыли.

— Смысл мне врать? — печально ухмыльнулась я. — Поверить не могу, что все навалилось именно перед тем, как надо иметь ясную голову, а притворяться равнодушной смысла нет, магию не обманешь.

— Это из-за Кира? — поинтересовалась Варвара, положив рядом с собой пожелтевшие страницы, перевязанные голубой лентой. — В последнее время он от тебя ни на шаг не отходит, даже в столовой пересел за наш стол и открыто демонстрирует всем свою любовь. — Драконица поморщилась, явно не одобряя подобные отношения.

— Не только из-за него, — удивлялась я своей откровенностью. И перед кем?

— Драко требует, чтобы я начала встречаться с ним! — выпалила на одном дыхании.

— Что? — Варвара осмотрела меня с ног до головы. — Не понимаю, что заставляет их добиваться твоего внимания. А чего я собственно хотела? Сочувствия и понимания от язвы и стервы?

— Прости, Дей, — повторила мой жест драконица, поднимая обе ладони вверх. — Я не хотела тебя обидеть.

— Но обидела.

— Это потому, что мне тоже никак не дается основное правило Дорминума: сначала думай, а потом говори. Я действительно боюсь, Дей. Своей импульсивности, страхов, прошлого, — уже прошептала Варвара, глядя прямо перед собой огромными расширившимися зрачками.

— Ты о чем? — спросила ее, стараясь не спугнуть откровенность между нами, возникшую впервые за то время, что мы прожили с Варварой бок о бок.

— Я с западного континента, Дей, — начала драконица, теребя складки на юбке, — мои родители погибли в тот день, когда молодой император черных драконов нечаянно вышел из себя и забил их до смерти, на глазах у всего моего клана. И никто из друзей не заступился, не пошевелился во время жестокого избиения, боясь, что их семьи может постигнуть такая же участь. Теперь я здесь, чтобы выучиться и отомстить. Мой единственный страх, что я не смогу этого сделать, не смогу попасть на Омут, окажусь слабее этого злобного жестокого ящера, убившего моих родителей.

Варвара замолчала, а я тяжело вздохнула, запрокидывая голову и устремляя взгляд в голубизну неба.

Сколько еще жертв потребуется, чтобы я согласилась стать женой Драко и помогла ему выполнить собственное предназначение? Наверное, бывают такие моменты, когда приходится выбирать не то, что хочется, а то, что будет благом для бесчисленного множества.

— Кажется, я знаю, что нам обеим поможет. — Взяла Варвару за руку, понимая, что, наконец, определилась.

Сейчас, здесь! Сколько можно обманывать себя и делать вид, будто не понимаю, что происходит со мной и Драко? Мы нравимся друг другу и должны попробовать, несмотря ни на что. А Киру придется признать, что наши чувства наигранны и являются скорее следствием ухода от собственных проблем, чем стремлением к их разрешению.

— Устроим вечеринку! — загорелась я внезапной идеей. — Девочки поддержат!

— Накануне экзамена? Ты с ума сошла? — удивилась Варвара.

— Поверь, что самокопание только усугубит положение вещей, а вот легкое алкогольное опьянение наоборот способно помочь отвлечься от проблем и сосредоточиться на экзамене.

Драконица закинула брошюры в кусты.

— К прадракону! Я хочу веселиться!

Варвара помогла мне подняться на ноги, отряхнула юбку и взяла за руку.

— Произведем фурор!

С этими мыслями мы пошли к Злате, которая научилась преображать не только собственную внешность, но и состав воды.

Утром мы с Варварой проснулись на одной кровати в обнимку с коробкой шоколадных конфет, а остальные спали на полу, как ни странно, даже Ранетка, которая сопела, устроившись головой прямо на пороге в ванную комнату. В дверь настойчиво стучали, что, видимо, и разбудило меня. Каждый новый удар отзывался в голове барабанной дробью, а в желудке болезненным спазмом. Я была уверена, что выпили мы совсем немного, тогда почему так неожиданно отключились и почему сейчас мне ужасно плохо?

На трясущихся ногах пошла к двери, чувствуя, как содержимое желудка подступает к горлу.

— Кто там? — прохрипела не своим голосом, не понимая, почему так неподвижно лежат драконицы? Неужели, не слышат, как нашу дверь сносят с петель?

— Это Айк, открывай или я применю магию.

Щелкнула замком, опираясь о стену и тяжело дыша, а дракон влетел в комнату, пропуская за собой Драко.

— Дей, что происходит? — смотрел на меня друг с тревогой во взгляде.

Пожала плечами, недоумевая, с чего вдруг такое беспокойство с утра пораньше.

— Эй, что с ними? — тряс Ранетку и Злату за плечи Айк.

— Почему вы так испуганы? — снова прохрипела я, теперь хватаясь одной рукой за живот, а другой за голову. — Мы решили вчера немного повеселиться, и Злата преобразила воду в вино.

Драко тут же схватил стеклянный графин с пола и понюхал, скривившись.

— Пахнет отвратительно, но это может объяснить причину того, что вы проспали экзамен.

— Как проспали? — зашевелилась на кровати Варвара, пытаясь разлепить глаза. Ее скрутило сразу же, как только она поднялась из положения лежа.

— Оооо!

— Я позову целителя. — Встал Айк на ноги, решительно выходя из комнаты и разочарованно глядя на Ранетку.

О, нет! Если теперь он перестанет с ней общаться, то я этого просто не выдержу! Это ради меня она забросила учебники и включилась в общее веселье, неужели Айк не понимает?

— Драко, что с нами сделает Дорминум? — спросила друга, предчувствуя самое худшее.

— Он послал нас узнать, в чем причина вашего отсутствия и потребовал притащить тебя в кабинет в любом виде, даже мертвом.

— Так и сказал?

Драко кивнул, вызывая у меня приступ отчаяния и муки совести, тем более Варвара тем временем выползла из туалета и все слышала.

— Повеселились? — спросила она ехидно, правда на этот раз прозвучало скорее отчаянно.

— Я пойду к нему и постараюсь все исправить!

Драконица заплакала, обреченно качнув головой. Значит, в мои силы она не верит, что вполне логично. А я сейчас хотела только одного — в душ!

— Драко, дашь мне пять минут? Не могу появляться перед Дорминумом в таком состоянии.

Друг сжал кулак, а потом раскрыл его, выпуская наружу сноп желтых искр, которые мгновенно впились в мое тело. По коже побежали мурашки, а содержание желудка настойчиво запросилось наружу. Метнулась в ванную, сшибая по дороге стеклянные бокалы и произведя такой шум, что Ранетка со Златой застонали и тоже пришли в себя, но мне сейчас было не до них. Обнимая унитаз, я проклинала тот момент, когда мне пришла в голову идея с вечеринкой. Боль волнообразными движениями проходила от живота к груди и дальше по горлу, заставляя меня плакать и чувствовать себя самой несчастной на свете.

— Полегчало? — спросил Драко, появившись на пороге ванной.

Сейчас мне хотелось видеть его меньше всего на свете. Стыдясь собственного унижения, я старалась подавить рыдания, вырывавшиеся наружу, но друг присел на край ванной, подавая мне мокрое полотенце.

— Нам нужно идти, иначе ты первый кандидат на отчисление, Дей.

Обреченно кивнула головой, выпив содержимое бокала, который Драко наполнил обыкновенной ледяной водой.

— У меня с собой нет ни одного зелья, но целитель поможет тебе больше, чем я. Только давай для начала поговорим с Дорминумом и убедим его отправить всех вас на пересдачу.

— Я сама, Драко. — Решительно встала, пытаясь найти равновесие, и пошла к выходу, ловя ртом свежий ветерок, задувающий в приоткрытое окно комнаты. Стыдно было взглянуть в глаза подруг, даже их стоны и затравленный вид Ранетки вызывали у меня удушающие приступы вины.

— Останься с ними, пока Айк не вернется.

Драко согласно кивнул, поднимая подруг с пола и усаживая их на кровати, а я уже шла по коридору, опираясь одной рукой о стену.

Нужно срочно что-нибудь предпринять. Если я предстану перед преподавателем в таком виде после того, как он просил меня сосредоточиться и собрать все силы и умения на экзамене, чтобы набрать средний балл, он даже говорить мне не разрешит. Но как убрать следы самого настоящего пищевого отравления алкоголем?

— Неважно выглядишь.

Лил, окруженная толпой дракониц, о чем-то шепталась с ними и довольно хихикала, пока не увидела меня и не переменилась в лице. — Тебя, наконец, исключили?

— Тебя это так заботит? — постаралась я принять равнодушное выражение лица, но у меня так сильно болел желудок, что хотелось не пререкаться с дочерью Дорминума, а поскорее пройти мимо.

— От судьбы не убежишь. — Прокричала та вдогонку. — Ты худшая студентка за всю историю существования Академии.

Ее слова заставили меня свернуть за ближайший ствол дерева и опуститься прямо на землю, горестно рыдая. Чем я заслужила подобное отношение? Не пропускала ни одной лекции с тех пор, как вернулась в замок, посещала практические занятия и дополнительный кружок, штудировала учебники, заучивая наизусть заклинания, но все, что мне удавалось, это отлично демонстрировать магию стихий, за счет которой я и набирала в данный момент проходной балл. Остальные предметы были для меня, как язык прадракона, вроде понимаю смысл сказанного, но не могу извлечь из этого пользу и применить на практике.

— Я удивлен, что ты до сих пор не в моем кабинете. — Появился преподаватель, которого я сейчас хотела видеть меньше всего на свете. — Прогуляла экзамен?

— Отравилась алкоголем. — Честно выдала себя Дорминуму, рассчитывая на то, что никто не станет свидетелем моего позора и отчисления с курса.

Дракон молчал, поэтому я вытерла слезы и встала на ноги, качнувшись в сторону опоры.

— Я разочарован, Дейла. Впервые в жизни искренне хотел помочь студентке на экзамене, а она напилась накануне, пропустив его.

— Я случайно, честное слово. Вы посоветовали отвлечься от проблем, а это единственный способ, который пришел мне в голову.

— Я дам тебе шанс пересдать мой предмет завтра утром, — наконец, произнес Дорминум, шокировав меня этими словами, — в первый и последний раз.

— Как насчет других?

— Они получат незачет, что сильно понизит их проходной балл, но не приведет к отчислению.

Надавила пальцами на глаза, вызывая в них искры и проклиная себя за то, что вообще существую.

— Почему? — спросила у дракона, не боясь услышать даже его криков. Сейчас мне нужно знать, что во мне не так? Что движет самым строгим преподавателем, который делает мне поблажки?

— Ты особенная, Дейла, и я это чувствую. Пусть магия открывается в тебе столь болезненно, но ты единственная, кто виноват в этом.

После этих загадочных слов Дорминум развернулся и зашагал в противоположную сторону, а я поплелась в комнату, боясь вопросов со стороны дракониц.

Весь день Варвара игнорировала мое присутствие, жалея, наверное, больше остальных, что первой повелась на провокацию. Злата и Кира ругали себя за создание напитка, который отключил нас после десятка глотков, а Ранетка плакала в подушку, разрывая мне сердце на части. Не выдержав атмосферы всеобщего угнетения сбежала сразу, как только в нашу комнату ворвалась сердитая Лил, желающая отчитать нашу пятерку за безрассудное поведение.

— А ты куда собралась? — преградила она мне дорогу.

— Подышать свежим воздухом! — сердито оттолкнула рыжеволосую, наплевав на все правила приличия.

Та так и осталась стоять с открытым ртом, на что мне было искренне наплевать. В ее же интересах сохранять мир между студентками женского общежития, а она только и делает, что цепляет меня по поводу и без и нагружает внеплановыми домашними заданиями.

Решив, что сегодня вечером не буду встречаться ни с кем и уже собираясь скрыться в самом темном уголке сада, неожиданно натолкнулась на драконов, играющих в магический фаерболл. Смысл игры был в том, чтобы закинуть в постоянно движущиеся кольца соперника как можно больше сфер, избегая при этом нападающих, которые имели право строить земляные валы и водные завесы, преграждая путь к своей территории. Участников было четверо, максимум пятеро, и судья только что дал свисток к началу фаерболла, когда я неожиданно для самой себя вышла на площадку.

— Примите меня? — спросила драконов, в составе которых была всего одна девушка с последних курсов.

— Тогда число игроков будет неравным. — С сожалением ответил добродушный нападающий одной из команд.

— Я приведу друга, — улыбнулась во весь рот, надеясь, что Драко согласится несмотря на то, что у нас вроде как перерыв в отношениях.

— Тогда беги, ждем пару минут и начинаем.

Кивнула головой и сорвалась с места, забыв, что сегодня утром умирала от головной боли и спазмах в животе. Сейчас адреналин бурлил в крови и искал выхода и, чтобы никому не навредить, мне было необходимо его выплеснуть.

— Драко! — заорала я, стоя под окнами его комнаты.

Голова дракона мелькнула в проеме, а спустя секунду он уже стоял рядом, одетый в одни спортивные шорты. Сглотнула вязкую слюну от зрелища его оголенного торса, но быстро заставила взять себя в руки.

— Ты мне нужен для игры в фаерболл.

Драко растянул губы в откровенной издевательской улыбке.

— Играем друг против друга. Если твоя команда проигрывает, то с тебя желание.

Представила, что именно захочет от меня дракон и поклялась себе, что ни за что не проиграю.

— Идет!

Следующие полчаса мы сражались, как настоящие драконы, вгрызаясь подошвами обуви в самую твердь земли и производя на свет всевозможные сферы, которые носились по площадке с бешеной скоростью, налетая друг на друга, осыпаясь искрами или недовольно шипя от испарения. Драко был силен в стихиях, но я ему нисколько не уступала, поэтому вокруг нас шла игра, оставляя на периферии весь состав игроков. Судья сначала пытался что-то кричать, а потом махнул рукой и посоветовал остальным поддерживать нашу манеру ведения фаербола, что они с азартом поддержали. Каждый из них понял, какими магами стихий мы являлись, и теперь старались атаковать земляными валами и водными завесами, чтобы наши сферы не попадали в кольца. Драко принес своей команде пятьдесят очков за двадцать минут, я — пятьдесят одно. Все тело было покрыто грязными разводами, футболка облепила тело, с мокрых шорт вода натекла в кроссовки, противно хлюпая при каждом новом движении, но сейчас мне было важно не дать Драко ни малейшего шанса на победу. Он как раз выпустил огненную сферу, которая устремилась к моему кольцу, взорвав земляной вал с помощью каменных пик. Осколки отлетели в разные стороны, заставляя драконов уворачиваться от них и тем самым ослабляя их внимание и концентрацию. Драко воспользовался моментом, перехватив несколько сфер и раскидав их по разным направлениям. Я выпустила мощный поток воды, гася несколько огненных, но не причиняя вреда трем воздушным, которые были медленнее остальных, но плавно закатились в три кольца, принося безоговорочную победу команде противника. Посмотрела на судью, посмевшего дунуть в свисток так яростно, что тот благоразумно спрятался за спину друга.

— Все, Дей, хватит пугать старшекурсников! — Драко рассмеялся и схватил меня за локоть, останавливая инстинктивное движение в ту сторону, где стоял судья. — Не забывай, что ты мне кое-что задолжала, — прошептал на ушко, а потом более громко добавил, — спасибо за игру, ребят, было здорово! Увожу эту свирепую Драконицу. — И снова рассмеялся, таща меня почти волоком в сторону фонтанов.

— Если ты не прекратишь сопротивляться, я подниму тебя на руку и брошу в чашу с ледяной водой, чтобы немного остудить.

Вырвалась из лап дракона, все еще недовольно сопя. Победа была совсем рядом, но Драко использовал каменные шипы, которые могли кого-нибудь задеть и ранить.

— Ты на все готов, да? Лишь бы достичь своей цепи?

Настроение друга сразу испортилась, я видела это по холодному блеску его глаз и плотно сжатым губам.

— Не нарывайся, Дей. Ты сама пригласила меня в игру.

— Но я не думала, что ты выпустишь каменные шипы!

— Они старшекурсники. Я прекрасно знал, что никому не причиню вреда. Их координация, реакция намного лучше наших.

— А обо мне ты не подумал?

— Дей, ты стояла в другой стороне поля, до тебя они просто не долетели бы.

Выдохнула, не понимая, почему так злюсь на друга. Я проиграла в равной борьбе и теперь вынуждена заплатить, как и было обещано.

— Прости, Драко. Я просто не ожидала ничего подобного и немного растерялась. Ты победил, я проиграла. Говори, что ты от меня хотел.

Дракон покачал головой, разворачиваясь к своему корпусу лицом и ко мне спиной.

— Уже ничего. — Бросил он мне на прощание и быстрым шагом стал удаляться в противоположном направлении.

От обиды на глаза навернулись слезы. Я яростно сопротивлялась желанию, проигранному другу, но тогда, когда он сам не пожелал его получить, почувствовала разочарование и даже боль.

Почему каждая реакция Драко на мои слова и поступки так воспринимается мной? Почему я не могу общаться с ним, как с другом?

— Драко, стой! — догнала я дракона и дотронулась до его руки, скользнув по плечу и замерев от неожиданной реакции собственного тела. Соски мгновенно напряглись, грудь налилась и потяжелела, в горле пересохло, а сердце стучало в груди молотом.

— Прости, я действительно сегодня на взводе, думала, что игра мне поможет.

Драко обернулся, обжигая меня своим взглядом, в котором было желание. Он хотел того же, что и я. Между нами только искры не летали!

— И снова вы вдвоем и готовы испепелить друг друга взглядом. — Вмешался Рогдон, выруливая из-за деревьев. — Я наблюдал за вашей игрой и Кир, кстати, тоже.

При упоминании его имени Драко напрягся, а потом скривил губы и снова зашагал к мужскому общежитию.

— Где он? — спросила я Рогдона, уверенная, что дракон поймет, о ком речь.

— Думаю, ждет тебя у двери. Может, определишься уже, а то Кир сам не свой.

— С чем? — снова начала закипать, теперь уже от того, что каждый считал себя вправе совать нос в мою личную жизнь, делать выводы, давать советы и просто комментировать.

— Не злись, Дей, но мой друг всегда был жизнерадостным драконом, заводилой и любимцем дракониц, а теперь ведет жизнь затворника, неожиданно пропадает, постоянно ссориться со мной и Лил.

— И ты считаешь, что во всем виновата я?

— Это очевидно. — Пожал плечами дракон. — Он влюбился, а вот насчет тебя я не уверен.

— Тогда решу все прямо сейчас! — развернулась я в сторону своего крыла, настроенная на то, чтобы раз и навсегда разобраться со своей личной жизнью.

Утро экзамена наступило слишком быстро, и я понимала, как важно оставить все проблемы за дверью, но ссора с Драко и расставание с Киром, которое вчера вечером так и не случилось, но планировалось, выбили меня из колеи. О концентрации и равновесии речи вообще не шло, но мне дал шанс самый строгий и неумолимый преподаватель в академии, подвести его я просто не имела права.

— Доброе утро, — поприветствовал меня Дорминум с таким кислым выражением лица, будто я только что отвлекла его от очень важного дела.

— Я по адресу? — попыталась немного разрядить обстановку и унять свое бешеное сердцебиение.

— Надеюсь. — Недовольно буркнул дракон и указал на стул, который в одиночестве скучал возле преподавательского стола.

— Сначала мы поговорим, а потом я отправлю тебя в лабиринт, где и будут проходить испытания. Выдержишь и пройдешь — высший бал и мои искренние поздравления, сломаешься на первом этапе — отчисление, дойдешь хотя бы до фонтанов — средний бал и заслуженное продолжение учебы в академии. Все ясно?

— С этим да. — Имела я ввиду таинственный разговор.

— Теперь о моей дочери.

— О Лил? — искренне изумилась я, опускаясь на стул и даже забыв на время о предстоящей испытании.

— Других детей у меня нет, — кажется, рассердился дракон, а я поспешила согласно покивать головой в знак того, что готова к любому разговору.

— Итак, ты стала встречаться с Киром?

— Не понимаю, как это касается экзамена по магическому равновесию, — начала я говорить, но вовремя прикусила язык, почувствовав, как накаляется воздух вокруг нас.

— Мы с Киром расстаемся, наше общение в качестве парня и девушки было ошибкой.

— Я рад, потому что Кир не тот дракон, с которым тебе стоит встречаться.

Отлично! Теперь наши отношения комментируют и преподаватели. Когда же это закончится? Почему вчера я так и не смогла сказать решительного «прощай»?

— А с кем мне стоит встречаться? — спросила с долей ехидства в голосе.

— Считаешь, что я сую нос туда, куда мне не следует. — Скорее уточнил, чем спросил Дорминум, а я только пожала в ответ плечами. Он взрослый дракон, ему виднее, как называется подобного рода вмешательство в личную жизнь студентов.

— Я беспокоюсь за дочь, в последнее время ее оценки резко снизились, а жизнерадостность заменилась раздраженностью, обидчивостью и замалчиванием правды. А в твоем случае действительно лучше встречаться с кем-то другим.

— Понятно. — Кивнула я, уже желая побыстрее оказаться в лабиринте и дойти до какого-то там фонтана, но внезапно у меня сильно закружилась голова, в горле встал ком, который никак не удавалось проглотить, и перехватило дыхание.

— Ччто происходит? — выдохнула последний воздух и поняла, что вокруг темно и холодно. Изо рта шел пар, руки мгновенно покрылись мурашками, и я порадовалась, что с самого утра решила надеть брюки вместо шорт.

Никто не ответил на мой вопрос, и тогда стало понятно, что экзамен начался, а отсчет времени уже пошел. Теперь все зависело только от меня самой и умения быстро собраться с силами и не растеряться в незнакомой ситуации.

— Ты не понимаешь, дорогая. Наш сын должен стать не простым студентом Академии магического равновесия, он вынужден принять мой пост.

Голос, который раздался совсем близко, неприятно поразил мой слух, потому что я узнала в нем знакомые интонации. Это ректор собственной персоной прогуливался неподалеку и вел с кем-то неспешную беседу.

Вскочила на ноги, пытаясь разглядеть, куда я попала и поняла, что нахожусь в подземелье, потому что воздух был сырым и затхлым, а где-то вдали горели факелы, дымя и отбрасывая на стены пляшущие тени.

— Я пытаюсь это принять, но как можно обрекать его на подобную жизнь?

Теперь я узнала голос матери Кира и стала невольно напрягать слух, обвиняя себя в том, что подслушивать чужие разговоры непорядочно.

— Мы всегда понимали, что рано или поздно нам придется заплатить за решение выстроить эту Академию на костях друзей. То, что Кир станет преподавателем и останется здесь на всю свою жизнь еще не значит, что он будет одинок. Лил тоже вынуждена спасти своего отца, вместе они смогут помочь друг другу не сойти с ума, возможно, даже обрести семейное счастье.

Голоса приближались, а я понятия не имела, как этот разговор и мое нахождение здесь относятся к экзамену по магическому равновесию, и какое заклинание мне нужно произнести, чтобы не быть узнанной и главное замеченной. В итоге я позорно бежала, пытаясь в самом начале запоминать повороты, а потом отчаявшись и просто поворачивая наугад, пока не вышла к уже знакомой галерее, лестница из которой уводила вниз к сожженной дотла двери. Я во второй раз попадала туда, откуда был только один выход — через паутину с серебристыми капельками, когда-то так зачаровавшую меня.

Если я права, то это и есть лабиринт, из которого мне нужно выбраться, а, по словам Дорминума, фонтаны дадут мне требуемый средний бал и обозначат половину пути. Вот только в академии было несколько фонтанов, и какие из них приведут к победе, я понятия не имела.

Спустившись по пыльным ступеням и войдя в огромную пещеру, я невольно задержала дыхание, стараясь сохранить в памяти эту красоту, подсвеченную летающими магическими сферами. Интересно, их кто их подпитывает и как часто?

Пошла вдоль стены, стараясь представить, что передвигающиеся серебристые капельки — это частички души, которые застряли на этой паутине по чьей-то злой воле. Может, одна из них принадлежит мне, но тогда касаться ее я не имела права, не сегодня.

Попыталась мысленно представить здание академии, но стена никак не была похожа на карту, а потому дело это было бессмысленным, и я ткнула в первый попавшийся серебристый сгусток, готовясь к худшему. Наверное, мне повезло.

— Прекрати рыдать Лил, — уговаривала Драконицу одна из ее подружек, пока меня душили вещи в шкафу, в котором я так внезапно оказалась. — Ты понимаешь, что таким поведением ты только рушишь ваши прежние отношения?

— А что еще я могу сделать? Он постоянно говорит только об этой новенькой, а она за его спиной флиртует с Драко.

— Мне сказали, что они прибыли в академию вместе и дружат с самого детства, Лил. Говоря Киру о том, что подозреваешь этих двоих в любовной связи, ты только подрываешь его доверие к тебе. Это ревность, дорогая, а не здравый смысл.

Я проклинала Дорминума за то, что он позволил мне услышать подобное, но удивлялась, насколько осведомлен сам преподаватель. Неужели он следит за ректором, его женой и собственной дочерью? Спина внезапно покрылась липким потом.

А что, если он также следит и за мной?

— Послушай, Лил, — тем временем говорила незнакомая мне драконица. — Поговори с Дей. Убеди ее в том, что отношения с Киром не принесут им обоим счастья. Ведь ты знаешь, что вам предстоит в ближайшем будущем, а он нет, а эта первокурсница вообще далека от того, что происходит в замке.

Конечно, куда мне убогой?! Интересно, как они отнесутся к тому, чтобы поговорить со мной прямо сейчас? Хотя вряд ли Дорминум послал меня сюда для выяснения отношений, тогда зачем? Что я должна понять из услышанного, какие сделать выводы?

Если честно, то в пыльном душном шкафу, где вещей было столько, что мне самой места практически не оставалось, хотелось только одного: побыстрее покинуть его деревянную утробу. Но магическое равновесие — это баланс, который достигается посредством уравновешивания чувств и разума. Поэтому приходилось включить терпение и думать о том, как выбраться на свежий воздух, чтобы пройти экзамен и сделать то, ради чего я здесь.

— Пошли на занятие, Лил. Сегодня я могу попросить Кира заменить меня на целительстве, и тогда вас поставят в пару.

— Спасибо. — Голос драконицы звучал гнусаво и еле слышно, отчего я почувствовала себя ужасно. Мало того, что не могу разобраться в наших с драконом отношениях, трачу его время, которое он мог бы провести с Лил, так еще и довела жизнерадостную когда-то Драконицу до подобного состояния. Не зря ее отец так переживает.

Выбралась из шкафа, отряхиваясь и бегом покидая комнату, боясь столкнуться с кем-нибудь в незнакомом мне коридоре, но все были на занятиях, и я спокойно дошла до фонтана около женского общежития. Здесь никто не поджидал меня с новыми тайнами или личными разговорами, ничего со мной не происходило, в кабинет я не вернулась даже спустя пять минут бестолкового хождения вокруг да около. Может, стоит пойти прогуляться к другим фонтанам? Как назло, в саду их насчитывалось не меньше пяти.

Завернула за общежитие и прошла в парковую зону, наслаждаясь вечерней прохладой.

Стоп! Ведь совсем недавно было утро, не могла же я провести в подземелье так много часов и даже не проголодаться? Что же это означает? Я видела не то, что происходило на самом деле, а побывала в воспоминаниях?

Так вот он лабиринт воспоминаний, из которого можно выбраться, только приняв правильное решение? Но если на то пошло, то я уже давно поняла, как хочу поступить и готова это сделать прямо сейчас.

— Я должен с тобой поговорить об одной из учениц, Дорминум.

Снова услышала я голос ректора.

— Она очень значимая для нас фигура, но по каким-то причинам ее способности никак себя не проявляют.

— Я слушаю. — Говорил тем временем мой преподаватель, который в данный момент должен сидеть в кабинете и ждать моего возвращения.

— Дейла из Родомелума.

Эта студентка попала к нам случайно, скорее, ее навязали мне, но теперь я даже рад. Гордн обещал, что она станет следующим правителем черных драконов, но ее характер так слаб, а сама драконица настолько послушна, что нам не составит труда подчинить ее собственной воле.

Сжала кулаки, мысленно пообещав доказать ректору при встрече, как я «слаба».

— Что ты хочешь от меня?

— Ты должен раскрыть ее силу, иначе я добьюсь того, чтобы Драконицу отвели к порталу, и насильно создам ситуацию, в которой она покажет нам свои таланты.

— Это опасно, я даже не знаю, какая магия в ней прячется?

— У тебя есть три недели до экзамена, понаблюдай за ней, проследи, а потом сделай так, чтобы она выбрала: или сила, или вечное заточение в лабиринте воспоминаний. Будет ходить по замку, сталкиваясь со своими друзьями, словно тень, и постепенно сойдет с ума. Перспектива не из приятных, любой на ее месте сядет и подумает, как вернуться в реальность.

— Но не всякий взрослый дракон понимает, как использовать свои силы в лабиринте, а ты требуешь этого от подростка.

— Я не требую, Дорминум, я тебе приказываю, иначе Лил никогда не останется здесь с моим сыном, о чем она так горячо и самозабвенно мечтает.

— Сделаю. — Ответил мой преподаватель и ушел вслед за ректором, так и не заметив моего присутствия, но, оказывается, даже стой я сна голове, никто бы не удивился, так как я просто-напросто тень. Вот так ситуация.

Вытянула вперед руку и не увидела никакой разницы: рука как рука, но врать мне бы не стали. Дорминум специально показал мне эту сцену, а вон и фонтан виднеется, о котором, видимо, шла речь. Пошла в том направлении, где упругие струи воды били прямо в небо, рассыпаясь брызгами о каменное дно, села на траву и постаралась унять трясущиеся пальцы.

— Думай, Дей, сейчас не время лить слезы. Нужно принять решение.

Но в голову лезли мысли о том, как я превращаюсь в безумную тень и пугаю первокурсников дикими завываниями в темных тоннелях замка.

Я слонялась по замку в поисках ответов, но натыкалась только на предметы мебели и студентов, которые мелькали в коридорах, когда появлялся перерыв между занятиями. Картинки той реальности, в которой я сейчас находилась, были будто специально кем-то смазаны. Движения вокруг были растянутыми и нечеткими, голоса то убыстрялись, то замедлялись, сводя меня с ума. Я старалась сосредоточиться на каком-то одном лице, но оно прыгало перед глазами, оставляя в первоначальной точке овал лица. Только мебель по-прежнему была мебелью, не двоилась и даже пахла пылью, отчего я решила прилечь на диван и остановиться на созерцании панелей с потеками грязи и следами потрескавшейся краски, игнорируя мельтешение вокруг. Возможно, в парке все было бы гораздо лучше, но там начиналась ночь, и мне стало холодно от резких порывов ветра и страшно от таинственных шорохов и шепотов, наполнивших темные заросли.

— Ты одна? — внезапно раздался у меня над ухом голос Драко, и я подскочила от неожиданности, не понимая, что происходит. — Нужно поговорить.

— Кому нужно? — спросила его Лил, которая, как оказалось, сидела на том же самом диване, что и я и чья пятая точка прошла прямо сквозь мои щиколотки, отчего становилось немного не по себе. А я даже не почувствовала!

— Нам обоим. Ну же? — настаивал Драко, а мое сердце забилось так быстро, что я даже услышала его ритм в собственных ушах.

— Садись, — небрежно кивнула драконица, и я поспешно подтянулась на руках и забилась в угол, чтобы Драко ненароком меня не раздавил. Хотя, о чем это я? Как можно причинить вред бестелесному духу?

— Ты перестала со мной заниматься, избегаешь любого общения, даже на дополнительных занятиях. Почему?

Лил молчала, теребя длинными тонкими пальчиками потускневшую от времени обивку дивана.

— Если не хочешь говорить, то просто кивай головой. Это из-за того, что Дей начала встречаться с Киром?

— Откуда ты знаешь? — резко повернула голову драконица и вытаращила на друга глаза.

Драко понимающе сжал ее ладошку, отчего мне захотелось стукнуть его по руке.

— Я познакомился с вами двумя заочно, Лил. Еще на рынке южного континента, но это долгая история. Каждый, кто видел вас вместе, понимает, какая вы отличная пара.

— Каждый, только не Кир, — слезливо ответила драконица, прижимая кулачки к глазам.

— Иди сюда, — Драко раскрыл объятия, в которые хрупкая Лил тут же скользнула, и обнял ее с таким искренним чувством, что у меня помутилось в глазах от ревности.

Что же это такое? Я действительно испытываю настоящее чувство ревности по отношению к Лип, когда она ненавидит меня за то, что я увела Кира. Как все запуталось!

У меня в крови шумел адреналин. Хотелось прямо сейчас расставить все точки над «и», объяснить всем и каждому, что этот дракон мой, а ректорского сынка может забирать кто угодно, мне он не нужен. От подобного несвойственного мне чувства собственнической ярости, я на секунду потеряла самоконтроль и оказалась выброшена за рамки сознания, находясь где-то на периферии и ощущая себя комком света, готового сжечь все дотла. Никогда прежде сила, живущая внутри меня, не фонтанировала так ярко и не пугала меня столь сильно. Вот почему я инстинктивно пыталась ее сдержать, потому что боялась потерять контроль над собственным разумом. Присутствие Драко что-то меняло во мне с самого первого дня нашего знакомства, будило первобытные желания, заставляло терять голову. Это из-за него я стала той Дей, которую все знали, из-за него побоялась проявить собственную силу и села в лужу в первый же месяц обучения.

Что-то подсказывало мне, что сейчас я воспринимаю все в искаженном свете и не стоит валить с больной головы на здоровую, но этот шепот был еле слышен в море бесконтрольной ярости, которая рвалась наружу.

Я вспомнила мать, которая просила меня сдерживаться и от всех прятаться, вспомнила Мастера и Дерека, которые от природы умели так искусно скрывать свои силы, что вряд ли кто-то догадывался об их истинном размере и то, как они учили меня самоконтролю, а потом вспомнила Драко, который с самого детства пренебрегал мной и старался отделаться от самого моего присутствия. Может, ему, наконец, пора узнать обо всех моих талантах?

Яркая вспышка боли прошла по позвоночнику, замирая в голове. Я почувствовала магию, которая текла по венам, словно расплавленное золото и сосредотачивалась на кончиках пальцах. Резко сжала кулак, выпуская наружу сноп искр и концентрируя сознание на реальности, в которой я хочу оказаться. Сейчас мой дух смог бы переместиться в тело и соединиться с ним, только нужно было правильно выбрать пространственное заклинание, сосредоточившись на гранях духовного и телесного. Сама не понимая как, я уже шла по направлению к свету, будто длинная узкая дорога вела меня туда, где я снова обрету себя.

— Что значит, не знаете, где она? — первое, что я услышала, был голос Кира, который возмущенно кричал на Дорминума, а вот я сама, по всей видимости, лежала за книжными полками на соломенном дырявом тюфяке. — Дей должна была сдавать экзамен по магическому равновесию!

— И я его сдала, не так ли, профессор?

Дракон выглядел таким растерянным и обрадованным одновременно, что я сразу простила ему его поступок. Он защищал дочь, а это свойственно каждому любящему отцу, что бы на его месте сделал мой папа? А вот ректор действительно виновен в том, что я чуть не стала местным приведением.

— Да, Дейла, ты получила высший бал, поздравляю тебя. Я просто не хотел, чтобы Кир помешал тебе как-то и нарушил баланс.

— Да, конечно, — поддержала я обман во благо, — привет. — Повернулась к своему парню и посмотрела на него так, будто видела впервые. Спортивное, но худощавое телосложение, светлые вихрастые волосы коротко подстрижены, глаза больше не горят энтузиазмом, а подозрительно вглядываются в меня, словно хотят в чем-то уличить, губы цинично сжаты, выражение лица далеко от приветливого.

— Поговорим? — спросила я дракона, кивая на прощание преподавателю и облегченно закрывая дверь в собственное прошлое. По моим венам до сих пор струилась магия, и я понимала, что отныне все будет иначе, не так, как раньше.

— Ты снова начнешь мне врать? — обреченно спросил Кир, на что я только покачала головой.

— Твоя подозрительность и ревность сделали свое дело, Кир. Мы больше не можем делать вид, что наши отношения приносят нам радость, лично мне это надоело.

— Лично ты все и испортила.

— Ты прав, — согласилась я, — всегда легче обвинить кого-то другого в своих бедах.

— Значит, это только для меня стало новостью наше с тобой расставание, а ты сама…. Как давно ты планировала порвать со мной?

— Недавно, — честно призналась я. — Меня стало утомлять твое эгоистичное отношение, Кир. Ты не слышишь меня, не понимаешь.

— Чего я не понимаю? — сердито начал дракон. — Твоего нытья по поводу учебы? Твоих вечных просьб хвататься за учебники и практиковать магию?

— Да, Кир! — разозлилась я в ответ. — Я хотела проводить с тобой время не только на вечеринках, практикуя поцелуи и объятия. Мне было необходимо общение, интересы, которые поддержали бы мы оба.

— А я думал, что тебя все устраивает, — хмыкнул Кир, — ну куда уж мне до великолепного Драко, так ведь? К нему ты побежишь, как только я уйду?

— Нет. — Произнесла я твердо, понимая, что мне действительно нужно время, чтобы стать самостоятельной и больше не зависеть ни от Кира, ни от Драко, ни даже от матери и отца. Я хотела наверстать упущенное, узнать как можно больше и чувствовать себя с другом на равных. Злость и обида на Драко никак не хотели уходить, а стоить отношения на такой неплодотворной почве точно не стоило.

— Ты ошибаешься, Кир, — снова произнесла я, надеясь на то, что мы сможем в будущем общаться, как друзья. — Все очень запуталось. Я с трудом сдала экзамены и это очень сильно меня расстраивает, а еще давление Гордна и эта его навязчивая идея о захвате императорского трона. — Я махнула рукой куда-то в сторону. — В ближайшем будущем я хочу побыть простой студенткой, надеюсь, что никто не помешает моим планам.

Кир только кивнул и резко развернулся на пятках, оставляя полукруглые следы на песчаной почве.

Так мы и расстались, не сказав больше друг другу ни слова и ни разу не встретившись за период недельных каникул перед новым учебным периодом. Я все свое время посвящала общению с подругами, стараясь заново наладить контакт с каждой из них и искупляя вину за проваленный экзамен по магравновесию. Варвара даже пригласила меня на рождество к себе домой, а это было уже достижением! Все бы хорошо, вот только один разговор никак не выходил у меня из головы.

Я столкнулась с Драко на пробежке рано утром, когда вокруг весело щебетали птички, а теплый ветерок щекотал зеленый ковер трав и приятно обдувал лицо. Дракон остановился сразу, как только увидел меня и не дал возможности сделать вид, что я его не заметила.

— Привет, Дей, поздравляю.

— Спасибо, с чем? — сердито ответила я, сверля друга неприязненным взглядом. Вроде, мы договорились отдохнуть друг от друга, так зачем же все усложнять?

— Ты сдала магическое равновесие на высший бал, я рад за тебя.

Пожала плечом и собралась уже пройти мимо, как Драко выдал ту коронную фразу, поразившую меня в самое сердце.

— Прости за эти слова, но я безумно по тебе скучаю, Дей. Каждую минуту, каждый день, который проходит без твоей улыбки, для меня словно пытка. Ты нужна мне, милая. Я хочу поцеловать тебя даже тогда, когда ты так сердито хмуришь брови. Я больше не могу скрывать свои чувства к тебе. Наверное, это любовь. — Драко неуверенно смотрел на меня и ждал ответа, а я стояла, будто громом пораженная и понимала, что он только что признался мне в любви. На беговой дорожке, посреди тренировочного поля, в то время, когда мы пообещали держать дистанцию. Это возмущало и в то же время будило внутри дикую радость, от которой я только еще больше злилась. Не понимая, что со мной происходит, я просто убежала, не сказав ему ни слова, и до сих мучилась смешанными чувствами в его адрес. В последние дни даже стала опасаться, что к новому году все станет даже хуже.

— Дей! — позвал меня Айк, который принес девочкам программу следующего учебного периода. — Ты Драко не видела, он последние пару ночей вообще не появлялся в общаге?

— Нет, — ответила я, предчувствуя что-то нехорошее.

— Ну, вы даете, — вмешалась Варвара, которая в это время складывала свои вещи аккуратными стопочками в ящике комода. — Уже все драконицы знают о том, что он начал встречаться с Лил.

— С кем? — вырвался у меня изумленный крик.

— С Лил. — Уже менее уверенно произнесла Варвара, виновато глядя на меня и Айка. — Все же знают.

— Видимо, не все. — Сказал дракон, пятясь к двери. — Я должен бежать, дела-дела. — И он поспешно ретировался из комнаты, а я пыталась не разрыдаться от бессильной злобы и вселенского разочарования.

Любовь, да? Вот тебе и любовь!

Гордн как всегда появился внезапно, буквально свалился мне на голову, а вернее, в изголовье кровати, выругавшись на себя за неправильный расчет координат.

— Прости, дружище, — улыбнулся он мне приветливо и неуклюже приподнялся с подушки, покряхтывая, словно столетний дед. На прежнего гордого и надменного дракона, редко произносившего лишние пару слов, сейчас он был мало похож.

— Что случилось? — спросил я хриплым со сна голосом и посмотрел в окно. Там только начала заниматься заря, а значит, сейчас около четырех часов утра. Рано даже для Гордна.

— Неотложное дело на пару дней, но теперь я вытащу тебя во время каникул, так что не переживай, — снова улыбнулся Гордн. — Нужно кое-что украсть.

Я резко сел на кровати, а дракон шикнул на меня и покосился на Айка и Торрена, которые как по команде заворочались во сне.

— Ты по этому светишься, как новогодняя елка, Гордн? — поинтересовался я, натягивая через голову футболку, — потому что нам вместе предстоит обокрасть кого-то?

— Именно! — поразил меня черный дракон, у которого сияли даже морщины на лице. — Ты даже не представляешь, что обнаружил Мастер.

— О! — удивился я, — теперь вы работаете в команде?

Гордн резко помрачнел и стал самим собой.

— На данный момент нас объединяет только одно желание — помочь вам с Дей.

Я хмыкнул, вспоминая наш недавний разговор с драконицей. Мало того, что она игнорирует мое общество, так еще и сбежала, как только я открыл ей истинную природу своих чувств. Но носить их в себе просто не было сил, и сейчас я чувствовал облегчение. Мне надоело доказывать упрямой девчонке, что мы созданы друг для друга. Некстати вспомнил жаркие поцелуи и ее тонкую талию, небольшую округлую грудь, полные губы.

— Так ты не против?

— А? — очнулся я от приятных воспоминаний, которые поднимали в моей крови градус адреналина. — Что?

Гордн недовольно поморщился, вновь напоминая прежнего себя.

— Я только что поведал тебе, что нам предстоит сделать, а ты все это время мечтал?

— Я просто еще не до конца проснулся. — Буркнул в ответ, стараясь отогнать воспоминания и мысли о Дей, которая преследовала меня своими янтарными глазами и днем и ночью.

— Нам предстоит снова немного поморозиться на твоем любимом восточном континенте и сходить в гости к Дакки.

— Неет, — простонал я отчаянно, вспоминаю нашу прежнюю встречу. — Только не говори, что украсть что-то предстоит у них. Я на это ни за что не подпишусь. Видел его лабрис? Может, на тебя он побоится поднять руку, а вот меня рассечет надвое в один взмах руки.

— Струсил? — презрительно скривил губы черный дракон.

— За то время, что ты провел заточенным в камне, у тебя границы разумного стерлись. Дакки обещал нам поддержку! Мы с таким трудом уговорили его быть на нашей стороне, и теперь ты решил воспользоваться его гостеприимством и заодно обокрасть? А нельзя просто попросить?

Гордн печально покачал головой.

— Попросить можно об одолжении, а украсть необходимо Угасшую Звезду — артефакт, который поможет тебе объединить под своим началом войско трех континентов, возможно, даже заручиться поддержкой черных драконов, живущих промыслом. Дакки скрывал от нас тот факт, что давно владеет могущественной силой. Он надеется, что артефакт защитит его в тот день, когда Дантр решит обрушить свой гнев на восточный континент, верит, что камень способен нейтрализовать заклинания черного дракона.

— Не может? — спросил я, укладывая в сумку теплый плащ и кожаные перчатки и оставляя пару строк для Торрена. Он поймет, если я прикинусь, что все это время посвятил занятиям с Лил. В последнее время у нас с драконицей очень близкие отношения, ведь она готовила меня для проходных экзаменов, которые откроют двери сразу на третий курс, и мы много времени проводили вместе.

— Угасшая Звезда на многое способна, — философски произнес Гордн, помогая мне задавать координаты для выброса. — Только ты сможешь проверить это на практике.

В обществе черного дракона меня часто посещали мысли о том, что я делаю? Хочу ли я сам предстать перед Дантром и сказать, кто я такой на самом деле и чего от него хочу? Интересно, как это будет выглядеть? Я пришел к тебе с миром и за моей спиной тысяча драконов, ведомых Угасшей Звездой, которые просто решили поприсутствовать при воссоединении нашей семьи, дорогой дядя. А теперь сложи оружие и поклянись мне в вечной преданности, так как с этого момента я — истинный император и хозяин Черного Омута, а ты так, неудавшееся дитя эксперимента с ярко выраженными признаками буйного помешательства.

— О чем задумался? — дорисовывал Гордн в воздухе последние элементы круга, в котором уже вспыхивали яркими звездочками координаты Магической Академии.

— О том, что я собственно делаю и почему тебя слушаю?

— Потому что иначе Дантр рано или поздно не оставит от этого мира камня на камне. — Заметил между делом дракон. — Его последние взрывные артефакты уже использовали на границе с северным континентом, но там они бесполезны, слишком сильная древняя магия, которая поглощает все вокруг и гасит эффект, на который рассчитывали драконы-ученые. Другой вопрос, где будет проведена следующая попытка активизации взрывных артефактов?

Гордн погасил искры, сжав руку в кулак, и кивнул головой на светящийся круг, в который я должен был шагнуть. Великолепное творение высшего мага — портал, который позволяет переноситься из одной точки в другую сразу нескольким драконам без каких-либо затрат энергии.

— Я понимаю тебя, Драко, — сжал мое плечо Гордн, — совсем не подростковые заботы на тебя свалились, но что поделать? Была бы у меня возможность, не сваливал бы все на тебя, а сам стал правителем на Омуте, — хищно улыбнулся дракон.

— Не сомневаюсь, — буркнул я в ответ, шагая в круг и на секунду теряясь в пространственной магии.

Сидел в кабинете отца, который не изменился с тех пор, как его не стало, и думал о том, что мы только что сделали. Дакки принял нас неохотно, но на предложение Гордна согласился мгновенно, видимо, прав был Ледмар, положение в Магической Академии плачевное. Алма с особой горячностью начала составлять планы по обмену студентами, призывая к себе какие-то сметы, списки и артефакты, летающие по воздуху туда-сюда, а я тем временем осматривал замок и тайно разнюхивал, где хранят Угасшую Звезду, призванную помочь мне объединить под своим началом драконов нескольких континентов. Оказалось, что знаменитый артефакт выставлен в центральном холле на обозрение всем посетителям и является местной легендой, а охраняют его несколько пятикурсников, сменяя друг друга на посту раз в три часа. Втереться в доверие таких же, как я подростков не составило труда. Представился будущим студентом-некромантом и продемонстрировал им пару-тройку заклинаний, достойных высшего мага, чем заслужил шанс стоять в карауле и незаметно подменить Звезду на артефакт, к которой была привязана душа Гордна. Сколько же можно было таскать с собой этот мини — саркофаг?

— Ты молодец, — незаметно вошел черный дракон как раз в тот момент, когда я о нем вспомнил. — Сделал все правильно.

— Даже не злишься за то, что оставил твою темницу у Дакки и Алмы?

— Немного, — кивнул Гордн, пожимая плечами. — Он мне больше не нужен.

— До того момента, как? — продолжил я, давно интересуясь, чем закончится это восстание из мертвых.

— Как кто-нибудь не полюбит меня настолько, чтобы пожертвовать своим чувством ради моего полного восстановления.

— Не понял? — удивился я, — так ты можешь полностью избавиться от камня и жить как прежде?

— Вольный стал первым, кто прошел через это.

— Отец Дей?

— Да, Драко. Он был убит Белой Драконицей, а потом Маша пожертвовала своей любовью и отдала ее, сама не понимая, что делает, ради жизни Вольного.

— Моя мать была влюблена в отца Дей? Сегодня что, день откровений?

Гордн ухмыльнулся, вертя в руках какой-то предмет, напоминающий мини-котел для зелий. Подобных штук в кабинете у отца было навалом, я не знал предназначения и половины из них.

— Ты еще слишком молод, Драко, но должен понимать, что жизнь — очень непростая штука. Твоя мать попала в Скалистый край по воле фанатика, вознамерившегося восстановить свой род из пепла и готового ради этого убить всех жителей Центра, она полюбила Вольного, который стал ей не просто другом, а символом того, что и в драконьем мире есть место светлому чувству. Их отношения были обречены с самого начала, ведь Драко выбрал не просто девушку, он привел сюда ту, в которой была заключена душа настоящей драконицы. Поверь мне, Маше было нелегко в ситуации, когда приходилось выбирать между долгом и собственными чувствами, она пожертвовала любовью, чем спасла Вольному жизнь, но попутно обрекла на гибель твоего отца.

Я пытался переварить услышанное, когда дверь скрипнула и в комнату вошел высокий дракон, откидывая со лба капюшон.

— Не думал, что ты так быстро сдашься, Гордн, — улыбнулся Дантр, кошачьей походкой двигаясь по комнате. — Родственничек? — кивнул он мне и снова хмыкнул. — Рад встрече, снова.

Неужели? — первая мысль, которая посетила меня. — Неужели Гордн предал меня? Подставил под удар Дей?

Но такого просто не может быть! Тогда как император оказался в родовом замке моего отца, где мы с черным драконом собирались переночевать?

— Даже и не знаю, что еще с тобой сделать, чтобы ты перестал от меня сбегать? — Дантр вдруг сжал кулак и с такой силой обрушил его на мою скулу, что голова непроизвольно дернулась назад, затылок обожгло резкой болью от столкновения со стеной, кровь хлынула соленым потоком прямо в рот, а Гордн стоял не шелохнувшись.

— Может, решим все вопросы прямо здесь? — развел Дантр руки и на кончиках его пальцев заиграли всполохи черного пламени, вены на шее и лице вздулись, глаза метали молнии и смотрели на меня с такой ненавистью, будто хотели испепелить. — Мне надоела эта семейная драма, знаешь ли? Я убил Драко не просто так, я знал, кем он мне является и не хотел допустить в свою жизнь еще одного претендента на трон, но ты…. Как же меня достали эти родственнички, которые плодятся, как крысы! — Взмах руки и мое горло сжимает тонкая металлическая проволока, впиваясь в кожу и перекрывая кислород.

— Гордн, — шепчу я имя черного дракона, стараясь сохранить хоть каплю достоинства и не упасть на колени перед своим дядей. Рука тянется к горлу и задевает Угасшую Звезду спрятанную в нагрудном кармане. Практически теряя сознание, я чувствую, как мощный поток энергии вливается в мое тело, как лопается проволока на шее, как моя магия выходит из-под контроля и отбрасывает Дантра к противоположной стене на полки, с которых сыплется в беспорядке всякий хлам.

На мгновение закрываю глаза, выходя за пределы сознания и улавливая переменчивую ауру императора, который уже вскочил на ноги и приготовился атаковать. Ухмыльнулся, лишая дракона энергии одним глубоким вдохом, впитывая ее кожей, наслаждаясь от ощущения того, как я силен и на что способен.

— Кто ты? — хрипит мой дядя, в бессильной злобе цепляясь за спасительный амулет, который способен выбросить его на Омут и исчезает, не получив от меня ответ.

— Кто я? — поворачиваюсь в сторону Гордна, лицо которого светится гордостью и довольством.

— Ты истинный правитель черных драконов, Драко, ты сын своего отца, ты моя старческая слабость. — И по его морщинистому лицу текут слезы, а я чувствую такое облегчение, какое не передать ни одним словом в мире.

— И что теперь? — шепчу, надеясь на то, что черный дракон уже отошел от шока и переживаний за мою жизнь. Я чувствую, как он потрясен тем, что только что могло бы произойти.

— Теперь ты готов сразиться с ним и его приспешниками, Драко, но только Дей способна контролировать твои силы, только рядом с ней ты сможешь остаться драконом и не стать монстром-некромантом.

Я резко выдохнул, обреченно качая головой. Если сейчас мои возможности были равны небольшой армии магов, то в отношениях с Дей я был бессилен. Почему, прадракон, никто не сказал мне, что эта пигалица станет в будущем такой важной персоной в моей жизни, может, тогда бы я не вел себя с ней как бесчувственный идиот?

— И что мне делать, Гордн? Кажется, Дей, решительно настроена не разговаривать со мной до нового года.

— Сделай так, чтобы она передумала. До нового года, — добавил черный дракон, выходя из комнаты и оставляя меня наедине с собственными мыслями.

Замок отца был погружен в глубокую тишину, которая не нарушалась ни единым звуком, ни снаружи, ни извне. Слуги давно покинули это место, и пыль лежала на каждом предмете мебели, покрывая толстым слоем даже рамы картин.

Своей спальней я выбрал угловую комнату на втором этаже, отделанную деревянными панелями и выкрашенную в светлые бежевые тона с золотой лепниной на потолке. Мелкая мозаика пола в ванной сочеталась с цветными камнями, которыми был выложен орнамент на стенах и потолке, а краны не фыркали и не плевались ржавой водой. Правда, занавески и балдахин очень сильно пострадали от насекомых и времени, а постельное белье пропахло сыростью и пылью, так что пришлось все снять и спалить в камине, зато я нашел шкаф с простынями, переложенными сухими травами и защищенными магическими бытовыми заклинаниями, так что все его содержимое вполне сгодилось для использования.

Выпустил сноп разноцветных искр, каждая из которых была призвана сделать свое дело, и удивился, что одновременно могу управлять несколькими видами магии, это было в новинку. Желтые разожгли костер в камине, зеленые и синие убрали плесень в углах ванной комнаты и уничтожили пыль, серебристые обновили краску на потолке и стенах, а красные завершили дело, наполнив подушки и одеяла новым пухом. Я удовлетворенно вздохнул, понимая, что потратил сейчас половинный запас энергии, что в данной ситуации считалось настоящим безрассудством. Дантр еще мог вернуться и не один, но мне было важно почувствовать, что замок отца не покрывается толстым слоем пыли, а просто спит, ожидая своего нового хозяина. И пусть я искренне невзлюбил зиму и холод восточного континента, но где-то глубоко внутри мечтал о том, чтобы это место стало моим домом, настоящим и таким желанным.

А будет ли Дей рада поселиться в твоем доме? — нашептывал тревожный внутренний голос. Я упал спиной на застеленную свежими простынями кровать и уставился в потолок, наблюдая за танцем теней, которые разгоняли пляшущие в камине языки пламени. Гордн предупредил меня о последствиях использования энергии с помощью артефакта, который я незаконно выкрал из Магической Академии. Вот еще одна причина того, что селиться в Скалистом краю не слишком благоразумно, ни Дакки, ни Алма не будут рады новому соседу, совершившему такой позорный поступок. Но без помощи Угасшей Звезды я не одолел бы Дантра и не смогу победить его в будущем. Теперь я мог призвать армию драконов, создав для них портал прямо на Омут, но только, когда рядом будет Дей. Она сможет во время остановить меня, если магия выйдет из-под контроля и лишит меня рассудка. В таком случае безумный дядя сменится на троне не менее безумным племянником, а этого я точно не хотел.

Пустил водную струю в камин, оставляя некрасивую лужу на полу и мокрые дымящиеся угли и посмотрел в окно, за которым давно наступила холодная беспощадная ночь. Ветер привычно завывал, стуча в стекла голыми ветвями спящих деревьев, толстый спой снега белел на крышах дворовых построек, и я видел, как верхний слой срывается вниз, а потом закручивается в спирали от порывов ледяного воздуха. Никто не сможет выжить в подобных условиях, оказавшись в одиночестве на улицах Города, а тем более на дорогах Скалистого края. И вряд ли Дей согласится жить здесь, разделив со мной все тяготы долгой зимы.

Проектор замигал, оставляя на стене размытый образ матери и Дерека. Давно я не связывался с ними и даже теперь не хотел принимать вызов, потому что не знал, как они отреагируют на сообщение о том, что я хочу теперь жить отдельно. И почему мама не может поговорить со мной одна, почему постоянно зовет Дерека, словно боится остаться со мной наедине?

— Привет, — прошептал я, активируя проектор.

— Мальчик мой, Драко, я так рада, что с тобой все в порядке. Ректор Драгон сказал, что ты снова исчез. — Тараторила мама, пристально рассматривая меня. — Где ты?

— Дома. — Сказал я резким голосом, чем мгновенно насторожил и ее и Дерека. — Не узнаешь?

Мама закрыла рот ладошкой, будто хотела подавить всхлип и промолчала.

— Я останусь здесь жить, перееду на новогодних каникулах. — Ошарашил я новостью обоих. — Даже не отговаривай, отец хотел бы, чтобы его дом стал моим.

— Конечно, — прошептала мама, начиная беззвучно плакать. — Ты, правда, в порядке?

— Со мной все хорошо, мам. Я нашел свой дом, что может быть лучше?

— А как же я? — спросила она сквозь слезы.

— У тебя есть Дерек. — И отключил проектор, сознавая, как жестоко поступил сейчас с самой любимой женщиной на свете.

Но ведь она врала мне! Столько лет молчала об их отношениях с Вольным и моим отцом, о своем прошлом. Почему старалась уберечь от правды, отсыпая в Академию Магического Равновесия? Я ведь давно не ребенок, а правда всегда лучше лжи, но она выбрала ложь, а простить такое было труднее всего. И то, что теперь на новый год я не смогу побывать на западном континенте и не поеду в Родомелум, усложняло задачу уговорить Дей стать моей женой. Но я ведь даже не пробовал нормально сказать о моих чувствах к ней, вывалил признание в любви буквально на голову и при этом хотел, чтобы Дей сразу кинулась мне на шею с ответными чувствами. Сначала нужно попробовать просто поговорить, хотя это было очень сложно, учитывая, как сильно было мое желание прикасаться к драконице, целовать ее, чувствовать каждый свободный участок кожи своими губами.

Выругался, спрятав голову под подушку и стараясь отогнать подальше воспоминания о тепе Дей, которые сводили с ума яркими соблазнительными картинами. Мне действительно следует держать себя в руках, если я хочу получить ее расположение и завоевать любовь.

Академия магического равновесия славилась своим «Садом камней», который будто действительно вырос по чьей-то воле и теперь поражал симметрично торчащими глыбами. Я обратила внимание на это природное чудо еще в первый день прибытия, когда отец показал нам местность и ткнул пальцем, куда следует идти, а сегодня всему первому курсу предстояло коллективно уничтожить каменные глыбы по личному приказу ректора Драгона.

— Это какое-то безумие, — ворчала Варвара, которую больше всех доставал ветер, путаясь в волосах и бросая тяжелые длинные пряди в лицо. — Провести новогоднюю вечеринку за территорией Академии можно было и в другом месте, почему именно здесь?

— Дорминум говорит, что это место магически защищено от вторжения черных драконов, которые в последнее время слишком часто появляются на южном континенте и похищают обычных мирных жителей. — Пояснила Кира, не замечая, как напряглась Варвара, стараясь не выдать собственных чувств. Она рассказала мне, что смыслом ее существования является месть за смерть родителей, и пусть я не поддерживала ее рвения жить ради мщения, но не мне было решать.

— Если ректор и преподаватели так беспокоятся за студентов, то зачем вообще покидать территорию Академии, а тем более на праздники? — недоумевала Ранетка.

— И какая же здесь может получиться вечеринка, если отовсюду дует ледяной ветер? Нам не платья придется покупать, а пуховики и шапки. — Поддержала разговор Злата.

В общем, никого из нас не устраивало нахождение в прекрасном каменном саду, а тем более его уничтожение, что само по себе было актом вандализма против природы. Драконы, правда, сбились у первой глыбы и уже пытались выворотить ее из почвы, что им плохо удавалось. Преподаватели, которые сопровождали нас сюда, мирно беседовали в сторонке, вообще не обращая внимания на то, что мы делаем.

— Знаете, что-то здесь не так, — посмотрела на них Ранетка и мысленно позвала Айка. В последнее время я научилась слышать их разговоры, но старалась в такие моменты блокировать собственные способности.

— Ребята сейчас подойдут, Драко считает, что нам стоит держаться поближе друг к другу.

Я вздохнула.

Снова эта одержимость друга черными драконами! Он уже несколько раз пытался поговорить со мной с момента своего двухдневного отсутствия, но я всегда находила причину его не слушать. Во-первых, все в Академии шептались о том, что он с Лип и у меня не было причин не верить, так как она постоянно торчала в их комнате. Во-вторых, Драко обещал дать мне перерыв и нарушал свое слово так часто, что я уже со счета сбилась, так можно ли вообще верить ему? В-третьих, я только начала вести нормальное существования, блокируя возникающие видения, лишилась славы драконицы со странностями и подтянула предметы, не хотелось все портить накануне праздников.

— Конечно! Наши преподаватели специально вывели нас за территорию Академии, чтобы черные драконы налетели и выклевали нам глаза! — съязвила я в тот момент, когда неразлучная троица приблизилась к нам.

— Все еще витаешь в облаках, Дей, — парировал Торрен. — Преподы могут быть в сговоре с ними, разве не понятно?

— Кому, как ни Драко, знать, как ректор ненавидит черных драконов, не так ли? — посмотрела я на друга.

— Не тогда, когда пропал его единственный сын. — Спокойно ответил Драко, сверля меня злым взглядом.

— Ты тоже частенько пропадаешь, и никто из нас до сих пор не посвящен в твою тайну. А если Дантр и обменяет Кира, то всем прекрасно известно, на кого! — вызверилась я, сама не понимая причину собственной ярости. Но в тот момент, когда во мне проснулась сила, обида на Драко переросла в какую-то навязчивую маниакальную злость.

— Ребят, — попытался успокоить нас Айк, — ваша ругань всех достала и сказывается на нашем общем настроении.

— Простите, — прошептала я, проклиная свою неспособность держать себя в руках. — Просто не могу понять, с чего все решили, будто Кир пропал?

— Его нет уже полторы недели и ректор сам не свой из-за…. — Начала отвечать Ранетка, когда Драко резко перебил ее.

— Лил говорила с Киром в тот вечер, когда его похитили. Они планировали свое первое свидание. — Выдал Драко, шокируя меня сказанным. Кира, Злата и даже Варвара удивленно смотрели на друга. — Да, это был секрет, — прошипел тот, — но по-другому вас не убедишь держаться к нам поближе.

— Хорошо, — пришла в себя Варвара, — так мы ждем нападения черных драконов? А преподаватели спокойно будут смотреть, как первокурсников рвут когтями.

— Скорее всего, Дей права и Дантр просто хочет обменять Кира.

— На кого? — спросили одновременно наши друзья.

— На Дей и Драко, — ответил Дорминум, незаметно подкрадываясь к нам и одним движением руки выкидывая парализующие заклятия, которые Варвара принимает на себя, кидаясь ему наперерез.

— Выброс не работает! — орет Торрен, подхватывая Драконицу в воздухе, пока остальные студенты, кроме наших друзей, начинают бежать к воротам Академии.

— Вам не уйти, — хладнокровно говорит преподаватель, к которому я уже начала чувствовать симпатию.

— Сомневаюсь в этом, — пожимаю я уверенно плечом и беру Драко за руку, чувствуя, как раскрываются мои новые способности, как все мое существо тянется к нему, чтобы спиться воедино.

Вот почему мне было так плохо без Драко, вот почему я так злилась на саму себя, потому что безумно хотела упасть в его объятия и боялась, что это не мои собственные чувства, а свойства магии, которая жаждала прикоснуться к источнику друга.

— Вы спятили? — Кричит на преподавателя Ранетка, худенькой фигуркой стараясь закрыть меня и Драко от жесткого взгляда Дорминума.

— Я делаю свою работу. — Кивнул дракон другим преподавателям, которые выпустили искры и оцепляли нас в парализующий круг.

— Я сплю, — пробормотал Айк, который целью своей жизни видел работу в Академии, а теперь переживал настоящий шок от происходящего.

Моя магия уже бежала по венам, стараясь соприкоснуться с источником Драко, который этому сопротивлялся.

— Я не знаю, что из этого получиться, — прошептал мне на ухо друг, вызывая кучу приятных мурашек и желание быть к нему как можно ближе. Явно не подходящий момент для проявления нежности.

— Просто доверься мне, — улыбнулась Драко, глядя в его лицо снизу вверх.

Тот пожал плечами и открыл мне собственное сознание.

Аааа, — закричала моя магия и бурлящим потоком хлынула извне.

Мгновение, и Дорминум уже лежал у одной из глыб, парализованный собственным заклятием, а преподаватели замерли на месте, превратившись в каменные изваяния.

— Теперь я выброшу нас отсюда, — сказал Драко скорее нашим друзьям, чем мне, — скоро увидимся. — Кивнул он Айку и Торрену и рванул меня на себя.

Порыв ветра и леденящий душу холод пронизывает меня насквозь, не давая нормально дышать.

— Ггде мы? — запинаюсь я от созерцания заснеженной пустыни вокруг и натыкаюсь глазами на замок, чернеющие провалы окон которого отнюдь не светятся радушием.

— Дома, — сияет в ответ Драко и тащит меня к огромным воротам.

— Правда, эти стены прекрасны?

Оглядела внутренний двор, замшелые стены и черепичную крышу, припорошенную снегом, заброшенные строения с распахнутыми дверьми, перевернутые вверх дном тачки и кучи мусора, растущие прямо под окнами замка.

— Это даже не крепость, Драко. — Недоумеваю я по поводу нахождения в этом странном месте. — Если Дантр последует за нами, будем защищаться гнилым садовым инвентарем?

Дракон явно огорчен, услышав мои слова, а я начинаю клацать зубами от холода и прыгать то на одной ноге, то на другой. Когда рано утром Дорминум позвал нас на зачистку «Сада камней», он предупредил только о резком ветре, о жутком морозе даже речи не шло, поэтому легкая ветровка сейчас не спасала.

— Давай зайдем внутрь, ты сразу согреешься.

Кивнула, неуверенно следуя за Драко в холл, который когда-то был шикарной комнатой, а теперь представлял унылый вид заброшенного помещения. Первым делом побежала к камину, выпуская сноп искорок и разжигая веселый потрескивающий огонь. Хорошо хоть сухие дрова кто-то приготовил, а то пришлось бы мне бегать по лестнице вверх-вниз, чтобы окончательно не превратиться в глыбу льда.

— Драко, серьезно, где мы и что тут делаем? Прячемся?

— Не совсем.

— Ты нервничаешь?

— Да, потому что новость, которую я собираюсь тебе сказать, немного шокирующая.

— Хорошо, рассказывай быстрее, иначе я тоже начинаю нервничать. — Повернулась я спиной к огню и внимательно посмотрела на дракона. В этом месте он выглядел особенно хорошо, не как юноша, поступивший на первой курс обучения, а как настоящий самец, решивший обзавестись собственным гнездом.

— Этот замок — родовое поместье синих драконов и дом, который отец оставил мне по наследству.

Я развела руками. Отлично, что дальше?

— У Вольного здесь брат, который после смерти отца и побега матери стал ректором Магической Академии на восточном континенте. Сейчас у него большие проблемы со студентами, и мой долг, в первую очередь, как наследника синих драконов, помочь Дакки пополнить ряды Магакадемии. Я предложил ему свою кандидатуру и пообещал привести еще десять-двенадцать друзей, которых вербовал все те недели после своего возвращения.

— И делал все это молча, скрывая то, что в скором времени можешь покинуть не только Академию, но и меня саму. — Констатировала я неприятный для себя факт.

— Дей, ты не отвечала на мои попытки поговорить с тобой.

— Да, знаю, я была несговорчива в последнее время. Здесь всегда такой холод? — перевела разговор в нейтральное русло.

— К сожалению, мама наслала на континент проклятие, последствия которого не удается устранить уже двадцать лет. Это единственное, что тебя волнует?

Драко действительно выглядел взволнованным, а мне надоело с ним ссориться, злиться на то, что он не уделял мне внимание и выискивать причины для новых разногласий. Там, в «Саду камней» я поняла, что хочу быть рядом с этим драконом, всегда и везде, даже если придется перевестись в этот унылый замороженный край. Но что делать с тем, что он не только наследник синих драконов, но еще и единственный претендент на трон в Омуте? Просто так от него не отстанут, а обрести любимое дело и потерять его потому, что рано или поздно призовут другие дела? Слишком опрометчиво. Но как же хотелось хоть раз подумать о своем собственном счастье!

— Знаю, что у нас сейчас нелегкое время, тебе приходится постоянно опасаться Дантра и черных драконов, помогать Гордну в осуществлении его безумных планов, но давай подумаем о наших с тобой отношениях. На носу праздник, и в новый год я хочу шагнуть с чувством обретения чего-то существенного, понимаешь?

Драко развел руками.

— Выходи за меня замуж.

— Это вопрос? — усмехнулась я.

Дракон запустил руку в отросшую шевелюру и стряхнул капли воды, образовавшиеся от растаявшего снега.

— Я понимаю, что прошу слишком много, но у меня есть идея. Наши родители и Гордн в том числе совершили много ошибок в свое время, именно они должны расплачиваться за них, а не мы с тобой.

— И?

— Я пригласил всех сюда на новогодние праздники, в том числе и Дакки. Они с Вольным не виделись много лет, пора бы уже встретиться всем вместе и обсудить сложившееся положение вещей. Пусть самостоятельно разбираются с Дантром, пока мы с тобой будем попивать шампанское из высоких бокалов и обсуждать с друзьями предстоящую учебу.

Я сомневалась, что нас так легко оставят в покое и дадут наслаждаться собственным счастьем, но говорить об этом Драко не стоило, не сейчас, когда он окрылен мечтами о нашем совместном будущем.

— С какими именно друзьями? — уточнила я, подходя к Драко вплотную.

— Айк, Торрен и еще парочка драконов согласились подумать над моим предложением, все девочки рады последовать за тобой, если ты сама решишь обучаться в Магакадемии.

— Ушам своим не верю. Драко, ты интриган! — стукнула дракона в плечо.

— Я будущий правитель Омута и высший маг, правда, только рядом с тобой.

Приподнялась на цыпочки и поцеловала любимого в подбородок, чувствуя, как гордость за него перерастает в нечто гораздо большее.

— Нам есть, куда потратить энергию, — оглядываю разруху вокруг, — это место требует вмешательства парочки высших магов, иначе наши друзья будут в шоке от увиденного, а новый год уже совсем скоро. Засучим рукава?

— Ты не ответила, Дей, — Драко приподнял мой подбородок и пристально посмотрел в глаза.

— Да. — Просто пожала я плечом.

— Да? — повторил за мной дракон, гипнотизируя горящим взглядом.

— Да, я буду твоей женой и согласна провести обряд единения на праздники. По крайней мере, моя магическая сущность жаждет объединиться с твоей. — Ехидно добавила я, получив шлепок по пятой точке. — Эй!

Драко поймал меня в свои объятия и нежно поцеловал сначала в шею, потом в уголок рта, а потом властно захватил мои губы в собственническом поцелуе. Теперь мне было жарко от его дыхания, рук, блуждающих по моему телу, ощущения того, что магия растекается по телу, сливаясь с силами Драко. Это как чувствовать собственное сексуальное влечение умноженное надвое, голову сносило и разрывало изнутри от желания чего-то большего.

— Давай прервемся, к нам гости, — прошептал дракон, поддерживая меня за поясницу. Зрение никак не хотело фокусироваться, пульс зашкаливал.

— А? Что? — потерла я внезапно пересохшее горло.

— Привет, дорогая. — Улыбался отец, смущенно топтавшийся в двери и держащий за руку явно ошарашенную маму.

— Ну, привет. — Выдохнула я, предчувствуя, что разговор предстоит не из легких.

— Решили пожениться, устраиваетесь в новом доме? — грозно начала она, на ходу снимая перчатки.

— Это наша с Драко территория, мам, и вас, вроде как, пригласили на праздники, а до них еще неделя.

— Что это значит? — удивленно остановилась она в метре от меня. Отец все еще стоял в дверях, осматривая помещение.

— Это значит, что мы хотим побыть наедине и подготовить этот дом к посещению гостей самостоятельно.

— Дей, ты уверена, что вы справитесь? — поинтересовался отец, кивая на проеденную молью обивку дивана и сгнившие занавески.

— Мы справимся, — ответил за меня Драко отцу, а потом посмотрел на мать. — Спасибо за беспокойство, но я думаю, что у вас есть дела поважнее. Дакки ждал встречи с братом больше двадцати лет, а Гордн уже запланировал первую атаку на черных драконов и вам отвели место в первом ряду.

— Ушам своим не верю! — развела руки мама, — нас выгоняют?

— Нет, — одновременно сказали мы с Драко. — Просим подождать с визитами до праздников.

— Дей, — взмолилась мама, — нам предстоит разобраться с делами, я знаю. Маша и Дерек уже в Магакадемии, и, если честно, они отговаривали меня приезжать сюда, но ты моя дочь, я беспокоюсь.

— Знаю, мам. Но еще ты сама отправила меня в Академию Магического Равенства, даже не подозревая о том, что меня там ждет. Теперь мы с Драко объединили усилия в борьбе против зла, можете этому радоваться. Гордн получит наследника, вы, наконец, отомстите Дантру и разберетесь с прошлым, но сначала дайте нам небольшую передышку, хорошо?

— Элана? — позвал отец. — Нам действительно лучше уйти.

— Даже не обнимешь? — спросила мама на прощание.

Я больше не обижалась на нее за то, что она отдала меня в руки ректора Драгона, толком не узнав, кто он такой на самом деле. Мне действительно нужно было встряхнуться, понять, что я сама способна заботиться о себе и принимать решения, теперь это было очевидно, но чувство неловкости от их появления не проходило. Слишком напряженными были наши отношения в последние несколько лет. Может, когда родители разберутся, наконец, с собственными проблемами, это пройдет, и все встанет на свои места?

Обняла маму, коснувшись ее щеки легким поцелуем и помахала отцу на прощание. Вот его хотелось пригласить в гости, но как это сделать, когда мама рядом и ждет проявления дочерней любви?

— Ждем вас на праздники, — уточнил Драко, закрывая за родителями двери.

— Это было ужасно? — смущенно спросила я.

— Не тебе одной приходиться разбираться с семейными проблемами. Наши отношения с матерью в последнее время сильно осложнились. Трудно смириться с тем, что тебе постоянно врут.

— Расскажешь?

— Пойдем, — позвал меня Драко, — нам давно пора поговорить по душам.

Мы прихватили графин с вином, закупоренный пробкой, и пару бокалов из стеллажа. От каждого нашего шага в воздух поднималась пыль, половицы скрипели, потускневшая обивка мебели взывала о спасении, а лица с картин печально взирали на новых хозяев.

— Ты уверен, что Маша будет не против, что мы захватили ее дом?

— Это теперь наш дом, — решительно ответил Драко, распахивая передо мной дверь в огромную спальню. — И наше брачное ложе. — Шепнул он, горячо целуя меня в шею и подводя к кровати, застеленной свежими простынями. Воздух здесь был свежим и пах цитрусовыми нотками и хвоей.

— Елка? — спросила я, указывая на небольшое дерево в деревянной кадке.

— Все как положено. — Кивнул дракон, разливая вино. — За нас, Дей.

Улыбнулась, сдерживая подступающие к горлу рыдания.

— Я люблю тебя. — Сказала Драко то, что давно пора было сказать.

— И я тебя, — ответил мой друг, который совсем скоро станем мне мужем.

Замок на горе представлял собой пепелище, от которого все еще валил клубами черный удушающий дым. Я ухмылялся, представляя, как правлю, сидя верхом на обуглившемся троне, и раздавая приказы измазанным в саже драконам, которые поднялись сюда только из жалости к своему новому императору.

Вольный, Элана, Гордн и моя мать стояли на этом пепелище, торжественно обсуждая с группой своих приспешников последствия взрыва и трагическую кончину Дантра. Новый артефакт сработал раньше времени, обрекая всех обитателей замка на смерть в огне, что лично для меня означало только одно — конец постоянному страху за наши с Дей жизни и мирное существование драконов на западном, восточном и южном континентах. Теперь на Омуте не осталось тех, кто желал рабства низших и привилегированной жизни высших магов, таких, как черные драконы.

— С этого дня мы все вздохнем с облегчением, — пророчествовала моя маленькая родственница, — Дантр умер так, как и положено чудовищу, а ты займешь его место и будешь поддерживать магическое равновесие, если, конечно, не решишь поступить правильно и выбрать свой путь самостоятельно, полагаясь на собственные желания.

Дара спаслась только благодаря тому, что в этот день была у своего друга в городе, а не в замке, но я искренне радовался за нее.

— Ты читаешь мои мысли? — улыбнулся драконице. — В любом случае, я рассчитываю на твою помощь.

Дара утвердительно кивнула и сжала мою руку в знак согласия.

Пожал ее крохотную ладошку, оглядывая разрастающуюся толпу черных драконов, поднимающихся в гору. Сначала на их лицах читался страх и ужас, а после объяснений Гордна — облегчение и явный восторг. Каждый последующий радовался сильнее предыдущего, и вскоре на пепелище уже танцевали победный танец, подкидывая вверх, кто шапки, кто куртки, а кто и пепел. Дара присоединилась к всеобщему веселью, празднуя освобождение черных драконов и радуясь, наверное, больше всех на этом плато. Она пострадала от Дантра, как никто другой, и заслужила эти мгновения торжества.

Отошел в сторону и встал на обрыве, глядя на город, расположившийся на склоне величественной горы. Отныне, здесь мой дом, но я не чувствовал никакого родства с этим местом, не желал находиться среди этих драконов, не хотел править ими.

Разноцветные крыши поблескивали на солнце, отсвечивая в глади озер причудливыми бликами, фруктовые деревья благоухали цитрусовыми ароматами, горные реки шумно несли свои воды вниз по склону, но мне хотелось в свой замок, где правит суровая зима и целые ночи напролет завывает беспощадный ветер.

— Сожалею, что пришлось прервать благоустройство твоего нового дома, — прошептала Дей, взяв меня за руку. — Правда, нам осталось только установить елку в холле и нарядить ее в честь Нового года.

Дей назвала замок моим домом, а это плохая примета.

— Ты же понимаешь, что мы не сможем разрываться между Омутом и восточным континентом, Дей?

— Понимаю, — снова шепчет моя любимая обреченно и начинает плакать. — Мне так хорошо здесь, Драко. Ты же наследник черных драконов, ты должен занять трон и восстановить замок.

Неужели никто не хочет меня понять? Мне не нужен Омут со всеми его прикрасами, я хочу иметь дом, в котором когда-то жил мой отец, заниматься делами, которые были важны для него и теперь также важны для меня самого.

— Давай просто вернемся к друзьям? — стараюсь сменить тему. — Я поговорю с Гордном, не обязательно принимать решение прямо сейчас, у меня еще есть несколько часов.

— Они не меняют того, кто ты есть. — Решительно заявляет Дей, предчувствуя мое состояние.

Я начинал сердиться.

Если Гордн не согласиться править на Омуте, значит, согласится Кир. Дракон мечтает вырваться из Академии Магического Равновесия, уйти от гнета собственного отца, а Лил разделит любую его жизнь, следуя за своим любимым хоть на край земли. Почему у нас с Дей не так? Я не был уверен, как она воспримет новость и как отреагирует на то, что Кир может стать новым правителем на Омуте, но знал одно — я сложу с себя обязательства, как только часы пробьют полночь.

— Ты прав, нам нужно все устроить к вечеринке, — наконец, вздыхает Дей, словно стараясь быстрее проститься с этим местом, — родители обо всем позаботятся.

— Иди, — говорю ей, засовывая руку в карман и извлекая на свет Угасшую Звезду, которая дарила мне ощущение безграничной силы; но теперь все это бесполезно, как и сам артефакт. Пора ему навсегда исчезнуть, похоронив собой целую эпоху. Больше не будет разделения между черными, синими, высшими и низшими. Энергопотоки отныне не станут контролироваться, а свободно потекут во всех направлениях. Хотя бы это я могу сделать напоследок с помощью Угасшей Звезды.

— Уверен? — спросил Дерек, подходя незаметно и хватая меня за руку.

— Абсолютно, — кивнул в ответ, отстраняясь от него и закрывая глаза.

Невидимые магические потоки потекли сначала равномерными струйками, а потом вырвались из-под контроля и хлынули с горы, сокрушая черную стену и защитные барьеры трех континентов, разбиваясь о ледяную преграду на Севере. Несколько мгновений и Утренняя Звезда выжгла себя, осыпавшись пеплом на глинистую почву.

Все, больше меня здесь ничего не держит.

И я выбросил себя домой, почувствовав привычный уже холод и резкие порывы ветра.

— Я тебя ждал, — произнес Дакки, поигрывая лабрисом. — Ты уничтожил ее?

— Да, — хлопнул я по плечу дракона, счастливо улыбаясь. — Теперь мы сами по себе, вряд ли кто-то, кроме тебя и Дары, поддержат мою идею отречения от трона.

— Ты следуешь своим мечтам, Драко. Только это сохранило тебе жизнь, когда ты пришел ко мне и признался в краже артефакта.

Дакки видел мои сомнения и знал, что легко не будет.

— Поможешь? — спросил я дракона.

— Всегда! — ответил тот, сжимая меня в объятиях. — Я рад, Драко, что ты вернулся в этот замок и подарил Скалистому краю надежду на выживание.

Радостно улыбнулся, надеясь, что все делаю правильно. Дакки никому не признавался в том, что не только Магакадемия пришла в упадок, вымирает весь край, обреченный на выживание суровой зимой.

— Мы справимся, — обнял Дакки в ответ и повел его в дом. — Ты почетный гость вечеринки.

— Да уж, — буркнул дракон, — семейное воссоединение на Новый год ожидается бурным.

И мы оба рассмеялись, обсуждая возможные варианты событий.