Когда меня отчислили из Академии магии, а следом взбунтовалась сила, я думала, что мир окончательно рухнул. Только когда это почти случилось, в мою жизнь ворвался мужчина, обещая защиту и счастье. Мужчина, посчитавший меня подарком судьбы.
И то, что он – дракон и правитель могущественного королевства, по сравнению со всем произошедшим, почти мелочь. Другой вопрос, когда я успела в него влюбиться и как теперь скрыть от суженого одну маленькую тайну…
v 1.0 – создание fb2 – AlenaCh
– Отец, прекрати!
Я осторожно выглянула из-за плеча мужа, покосилась на разъяренного правителя драконов. Темные глаза Ардагария сверкали и наливались тьмой. За окнами сверкали молнии, били в укрепленные башни дворца, но внутрь, конечно, не проникали. Хорошо, что несколько дней назад Ингар додумался наложить достаточно серьезную дополнительную защиту на стены и окна, иначе нам всем королевским семейством пришлось бы жить в развалинах.
– Для вашего же блага старалась! – пискнула я и, поймав взбешенный взгляд Ардагария, снова быстренько спряталась за спину Ингара.
Навык, кстати, полезный для выживания в среде драконов, да и не только среди них. И если учесть к тому же, что я ведьма, стремящаяся к экспериментам, у которых непредсказуемые последствия… В общем, прятаться мне приходится часто.
– Для чьего? Яна, темные горы Архарна тебя побери! Да ты хоть представляешь, что я почувствовал, когда связь с Ларель окончательно ушла?
– Свободу и легкость! – отозвалась я, так и не показываясь из-за спины мужа. – Ларель, ваша пара, останется самым светлым и теплым воспоминанием, вашей первой любовью, но жить-то дальше надо!
Я настолько была напугана яростью Ардагария, что перешла с ним на «вы». Ингар это явление в моем голосе уловил сразу, незаметно хмыкнул и приготовился защищать меня во что бы то ни стало. А куда ему деваться? Сам ведьму в жены взял – пусть теперь наслаждается последствиями.
В разгромленном кабинете, от которого чудом уцелели стены и дверь – похоже, и тут мой Ингар постарался и наложил необходимые заклинания – неожиданно воцарилась тишина.
– Иногда очень хочется…
– Меня убить? – поинтересовалась я. – Так я ведьма, Ардагарий. И характер…
– Все гораздо хуже – повернуть время вспять и…
– Лишить меня самого большого счастья? – тихо спросил Ингар. – Отец, ты ведь всегда был сдержан и мудр. Посмотри на эту ситуацию с другой стороны. Да, Яна изобрела новое зелье. И оно убрало боль в сердце от потери мамы, с которой ты жил долгие годы. Почему бы не попробовать обрести новое счастье?
– Ты рехнулся? – спокойно поинтересовался Ардагарий. – Да мне почти сотня лет, уже пора…
– Вам еще жить и жить! Внуков воспитывать, – влезла я.
– То есть предлагаешь смириться со случившимся?
Сказать или нет, что антидота к моему зелью не существует? Там такие ингредиенты использованы… с такими свойствами… Нет, лучше промолчать. Все же не уверена, что дворец драконов выдержит еще одну волну ярости правителя.
Я осторожно выглянула из-за спины Ингара, оценивающе оглядела Ардагария. Свекор у меня мужчина видный, красивый. Темные волосы цвета вороного крыла заплетены в замысловатую прическу, украшенную драгоценными сверкающими камнями. Костюм черного цвета простого кроя, расшитый алыми цветами, выглядит изысканно и строго на стройной и натренированной фигуре. А глаза… так и метают молнии!
– Предлагаю насладиться происходящим! – улыбнулась я, и он застонал, понимая, что спорить нет смысла.
Мы, ведьмы, народ упертый, от своих идей, сколь бы безумными они ни были, не отказываемся. И раз уж я решила осчастливить свекра и найти ему пару – прятаться бесполезно. Найду и не помилую. И осчастливлю, конечно.
Ардагарий сел на обломок стула, велел затихшим слугам, столпившимся под дверями, нести вина. Пил прямо так, из бутылки, чего раньше за ним до появления меня в славном семействе драконов не наблюдалось. Хмурился… Думал… Пожирал одну несчастную ведьму глазами.
– Ардагарий, обещаю, вы не пожалеете о моем подарке.
– Подарок, значит? – ехидно уточнил он, снова сделал глоток вина, выдохнул, покосился на Ингара, который наблюдал за отцом молча и не вмешивался в происходящее.
Видимо, понимал, что дракон сам должен принять решение. Об отсутствии выбора я промолчала. Зелье начало действовать с первого глотка.
– И какие сюрпризы меня еще ждут после принятия твоего чудесного зелья, Яна? – хмуро поинтересовался Ардагарий.
Я с трудом сдержала улыбку, понимая, что свекор успокоился, убивать меня не планирует, а значит…
– И как только подмешать-то смогла! Устрою-ка я всей службе безопасности сладкую жизнь.
Ингар хмыкнул, а я подумала: вряд ли Ардагарий успеет выполнить угрозу. Семена болотной аршанки, которые я месяц настаивала в живой воде, точно усилят эффект ведьминской ворожбы.
– И откуда такая идея только взялась!
– А я с Лиравиром и Греравиром поговорила, – сдала я богов удачи и равновесия.
– Убью! – прошипел Ардагарий.
– Сутки из постели не выпущу, – пригрозил Ингар.
Ему мое знакомство с братцами-богами всегда добавляло проблем. Стоило нам встретиться… и Ингару в скором времени приходилось вытаскивать меня из какой-нибудь неприятности. Но я ведь… случайно в них попадала! Ингар охотно верил в эту отговорку, рычал на весь дворец, а потом просто утаскивал меня в спальню, продолжая семейные разборки там.
– А что мне было делать? С кем советоваться? – возмутилась я.
– И? – не утерпел Ингар, поглядывая на отца, который залпом допил вино и недобро на меня косился.
Ардагарий тоже понимал, что ничем хорошим вмешательство богов в приготовление моего зелья не закончится.
– Ну…
– Яна! – не выдержал Ардагарий.
– Они наведались к другим богам, поспрашивали… Если дракон нашел в себе силы жить и не ушел следом за избранницей в ближайшие пару лет после ее смерти, то…
– Что?
– Вы встретите еще одну девушку, Ардагарий, которая сможет стать вашей парой.
– Да не хочу я…
– Не смейте отказываться от любви! Да как вы можете! Я, между прочим, все корешки златоцвета на эликсир перевела! И неделю по пустыне летала, разыскивая алоцветы! И добывала журчалис в заповедном озере! А оно глубокое, страшное и…
– Где ты летала? – тихо и спокойно спросил Ингар.
Так тихо и спокойно, что можно было прямо сейчас бежать без оглядки. И прятаться.
– И что ты добывала?
В его голосе слышались совсем нехорошие нотки.
Я пискнула, выскочила из-за его спины и спряталась за Ардагария. Ингар зло рыкнул, Ардагарий молча открыл еще одну бутылку вина, протянул ее сыну. Тот проигнорировал предложение. Правитель драконов снова выпил, выдохнул, обернулся, разглядывая мой потрепанный и испуганный вид.
– Вы прокляли тот день, когда со мной познакомились, да? – спросила я, стараясь не расплакаться.
– Жить стало однозначно веселее, Яна, – ответил Ардагарий и неожиданно рассмеялся.
– Яна! – рявкнул Ингар, даже не скрывая своей злости.
– А я тебя очень-очень люблю, – попробовала утешить разъяренного дракона.
Муж глубоко вдохнул, выдохнул и посмотрел на меня. Я уже знала, что означает этот темный, лишающий воли взгляд.
– Полагаю, сейчас поднимешься в наши покои и покажешь, насколько сильно.
Я улыбнулась, выскользнула из-за спины Ардагария, замерла. Мир вообще рухнул, оставив только жадный взгляд Ингара и пламя, которое билось и рвалось мне навстречу. Я чувствовала его даже на расстоянии.
– Я вам тут не помешаю? – усмехнулся Ардагарий, разрушая очарование момента.
Вдруг дернулся, будто от удара.
– Вот же… бездна!
– Отец!
– Ардагарий! Тебе плохо?
Сейчас, когда я перестала бояться грозного свекра, снова перешла на «ты».
Он выдохнул, поднялся и чуть пошатнулся.
– Отец!
– Уже? – поняла я. – Ты чувствуешь зов?
– Да. И, кажется, твоей будущей мачехе, Ингар, очень плохо.
Я вытаращилась на Ардагария. Ингар споткнулся.
– Перемещайся же к ней! Ну же! Не медли!
Правитель драконов посмотрел прямо в мои глаза и тихо спросил:
– Яна, думаешь, у меня действительно есть шанс на счастье?
– Уверена, – ответила я, понимая, что только сейчас он окончательно принял новый виток судьбы.
Ардагарий глубоко вдохнул, прикрыл глаза. На миг его лицо озарила непривычно теплая улыбка, и правитель Раганрата переместился.
– Знаешь, ведьмочка моя ненаглядная, – вдруг прошептал Ингар, оказываясь за моей спиной и подхватывая на руки. – Я тут подумал-подумал… Нам мало одной дочки. Давай еще одну заведем.
– Драконище! – возмутилась я.
– Любимое, ненаглядное, желанное? – уточнил он, перемещаясь в спальню.
Я фыркнула, подставляя шею под его поцелуи. Стон сдержать даже не пыталась. Откликнулась, отозвалась огнем, прошептала его имя.
– На сына я тоже согласен, огонек.
– Ингар…
– Как же я люблю тебя…
– А я тебя больше.
Сила внутри рвалась, билась, и я сдерживала ее из последних сил. Мне бы переместиться, чтобы точно ничего не натворить, но это опаснее, чем бежать через весь город в надежде… успеть.
Споткнулась, поскользнувшись на заледеневшей дороге, больно ударилась ногой, когда упала. Мимо бежали люди, занятые своими делами и проблемами. Падал снег, укрывал дома, делая город сказочным и красивым. Воздух был свеж и холоден. Вчера выглянуло солнце, все подтаяло, а сегодня резко ударил мороз, и дороги превратились в каток.
Голова кружилась, накатила слабость. Я с трудом поднялась, потирая ушибленное колено, и побрела в сторону скамейки. На центральной площади их было немало, установили недавно. Надо перевязать рану, раз до крови льдом порезала, а потом покинуть город, чтобы не допустить беды.
Сила снова забилась внутри, заставила пошатнуться. Только бы выдержать…
Надо успокоиться. Она отзывается на мои эмоции.
В спину ударил чей-то снежок, и я снова поскользнулась, с трудом удержав равновесие, чувствуя, как по щекам начинают бежать слезы. Тьма поползла по пальцам, словно живой огонь.
– Нет, – прошептала я, стараясь ее остановить.
Не преуспела. Она разрослась туманом, сгустилась. Кто-то вскрикнул, я вздрогнула, попыталась убрать магию, но она не слушалась.
– Держите ее, граханка! – закричал кто-то.
Да, темных колдунов нигде не любят – слишком много в них магии. Опасаются, боятся… Наверное, если бы я могла на каждое обидное слово отвечать силой, заставила бы себя уважать. Но я… не могла, в этом и была беда. А доброту люди часто принимают за проявление слабости. Но даже несмотря на это, становиться другой я не желала.
– Темная ведьма! Проклянет!
И после этих несправедливых, не имеющих ко мне отношения, слов сила совсем перестала подчиняться. Она вырвалась, опутала площадь. Люди побежали, крича и паникуя, словно испуганные зайцы. Я всхлипнула и приготовилась долго и мучительно умирать после, когда все тут разнесу и уничтожу. В живых меня точно не оставят. Я потеряла контроль над магией.
– Тише, – вдруг раздался спокойный мужской голос.
И чьи-то крепкие сильные руки обняли меня, прижали к себе, словно старались защитить от всех бед.
– Тише, мой свет. Все будет хорошо. Я тебе обещаю.
Я замерла, подумала, мне это снится, и запрокинула голову.
Меня держал в объятиях незнакомый мужчина. В черные волосы вплетены самоцветы, глаза темные, но столько в них прячется чувств, что и подумать страшно. И одет совершенно не по погоде: в черный костюм, расшитый алыми цветами.
Прижал сильнее, наклонился и поцеловал в лоб.
– Вы… вы…
– Тише. Сейчас тьма уйдет.
– Вы… вы…
Я могла только дрожать и плакать, плохо соображая, что происходит. Откуда взялся незнакомец? Почему не бежит от меня, как от проклятой? И силы моей не боится. Совсем. Ничего не понимаю. А главное, почему я позволяю ему себя обнимать? И ведь защиты ищу, поддержки у неизвестного мужчины! Мой мир решительно рушился и сходил с ума.
Осторожно повернулась, увидела, что нас окружает защитный купол. Тьма бьется в нем, но вырваться не может. Горожане столпились вокруг, пытаются разглядеть нас. И да, тоже ничего не понимают.
– Сколько же силы, – удивился мужчина и неожиданно тепло улыбнулся.
– Моя магия вас не обжигает?
– Нет, – ответил он и успокаивающе погладил меня по спине, наблюдая за буйством магии.
– А как вы поставили купол? Какие-то защитные плетения использовали, которых я не знаю? А меня научите?
Внутри вспыхнула надежда, что не все еще потеряно. И жить-то очень-очень хочется, вопреки всем напастям!
– Научу.
Тут я поняла, что не задала главного вопроса.
– А вы… кто?
– Не уверен, что, если правдиво отвечу, тебе понравится услышанное.
Я глупо моргнула, вытерла слезы, чувствуя, как тьма начинает таять, а сила снова контролируется, и выпуталась из объятий.
Ойкнула, потому что нога болела, хотя кровь больше не текла.
– Ты ранена? – встревожился незнакомец.
– Вы кто?
– Ардагарий, дракон из Рода Черного Опала, правитель Раганрата.
Скамейка подвернулась на моем пути вовремя, я так и плюхнулась на нее и во все глаза уставилась на мужчину. Шутит или нет?
– Не похож? И не вздумай сбежать!
Ой, темная бездна!
Ардагарий, не скрывая интереса, рассматривал меня. В глазах плескались беспокойство и что-то еще непонятное.
– И что теперь? Накажете?
– За что? – удивился он.
– Так я силу выпустила, – ответила тихо. – И потеряла контроль.
Он подошел ближе, опустился на корточки и осторожно, словно боялся спугнуть, погладил меня по щеке. Этого прикосновения, отозвавшегося где-то внутри теплом и странным томлением, я испугалась больше, чем выпущенной силы.
Бежать! Бежать и не думать! Вопрос в том – куда? Сегодня я лишилась всего, что имела.
Неожиданно перед моим лицом вспыхнул алый шар. И, к сожалению, я знала, что это означает. Хотелось застонать, но сдержалась. Тьма, какой же стыд!
– Анита Рой, бывшая адептка Литанской Академии магии, отчисленная на четвертом курсе с факультета боевой магии! За панику среди горожан и необоснованный выброс силы на вас налагается штраф в триста золотых монет. Он может быть заменен на три года исправительных работ на благо Литана. Получив это сообщение, вы обязаны немедленно отправиться в городскую мэрию в отдел правонарушений.
Шар завис, ожидая моего ответа. Ардагарий спокойно поднялся, потянулся к нему, приложил ладонь и произнес:
– Я, Ардагарий из рода Черный Опал, правитель Раганрата, своей властью снимаю наказание с Аниты Рой. С этого момента ее статус: «Неприкосновенна».
Наверное, до этой минуты я не верила в происходящее, а теперь оно обрушилось на мой позвоночник ледяной водой, окатило… Дышать стало тяжело, голова закружилась.
– Что же вы меня… как вещь, – прохрипела я и неожиданно потеряла сознание.
Проснулась я от того, что мне стало совсем тепло, даже жарко. Я лежала в одной, явно не моей рубашке, укрытая пушистым пуховым одеялом. Осторожно открыла глаза, огляделась. Незнакомая комната, но достаточно просторная и уютная, отделанная в ало-золотистых тонах. Мебель ближе к классическому стилю, немного громоздкая, но внушающая доверие касательно ее прочности.
Неподалеку располагался камин, в котором весело потрескивали дрова. Возле него в кресле сидел Ардагарий и сосредоточенно что-то помешивал в бокале, время от времени смотря на ярко-фиолетовый цвет жидкости.
Он, видимо, почувствовав мой взгляд, обернулся. Тут же поднялся, подошел и присел на кровать.
– Надо выпить, мой свет.
– Почему вы…
– Ты, – поправил он. – Это зелье от простуды. Ты замерзла на площади. Ногу я залечил, но все равно лучше подстраховаться. Не хочу, чтобы ты заболела.
Мужчина протянул бокал, и я приподнялась. Горло и правда першило. Осторожно взяла зелье, понюхала.
– Не бойся, пей. Моя невестка делает, и обычно зелья у нее получаются… отменные, – как-то весело усмехнулся Ардагарий.
– Она маг?
– Ведьма, – заставил меня вытаращиться Ардагарий.
Я мгновенно припомнила, что слышала о королевском семействе. Наследный принц действительно был женат на ведьмочке. Слухи о паре ходили разные – один другого забавнее и интереснее, но я полагала, правды в них мало. Говорят, любит Ингаррион из рода Черный опал свою ведьму больше жизни, пылинки с нее сдувает, на руках носит. Но разве такие чувства существуют?
– Не отравлюсь? – все же уточнила.
Ведьмы, конечно, редкость, и сила у них разная. И я верила, что Ардагарий не причинит вреда: хотел бы – уже сделал это, но не спросить не смогла.
– Нет.
Дождавшись ответа, я сделала глоток, чувствуя приятный аромат трав и проникающее внутрь тепло.
– А что за зелья она еще варит?
Ардагарий снова улыбнулся и ответил:
– Например, зелье поиска истинной любви. Оно-то и привело меня к тебе, мой свет.
Я закашлялась, быстро поставила бокал на прикроватную тумбочку и немножко отползла.
– Вы хотите сказать…
– Эта невозможная поганка, моя невестка в смысле, сговорилась с богами! И они дали мне шанс снова полюбить.
Сумасшедший! Я осторожно оглянулась, прикидывая, куда бы сбежать.
– Яна тоже от Ингара долго бегала, – правильно понял мой взгляд Ардагарий. – Все нервы вытрепала и ему, и мне, и всему моему семейству. Но разве можно отказаться от счастья? Пусть и с грозным драконом?
Он неожиданно мне подмигнул, и я окончательно растерялась.
– Мои мысли так очевидны? – не удержалась от вопроса, осознавая, что мужчина надо мной подшучивает.
Ардагарий поднялся, подошел к огню, подкинул полено и тихо ответил:
– Полагаю, страшных историй про драконов ты наслушалась немало. Раньше для нас чувства избранницы не имели значения. Мы похищали, заставляли, прятали… Расплатились за это варварство и дикость сполна, поверь. Все изменилось, когда мой сын был готов умереть, лишь бы не принуждать свою ведьму остаться с ним. Иногда одно правильное решение меняет судьбу целого мира.
Он обернулся, посмотрел на меня.
– Я никогда не причиню боли своей избраннице. И не стану удерживать силой. Понимаю, для тебя случившееся, как огонь на хвост, но…
Ардагарий подошел, опутал меня взглядом, в котором сквозила тоска, и попросил:
– Может, ты согласишься дать мне шанс, Анита? Не такой уж я и страшный, как кажется на первый взгляд. Я не тороплю, подумай…
– Вам от меня одни проблемы будут, – вздохнула я.
– Тебе, – снова поправил он. – Я все решу, не переживай. Расскажи лучше, за что из Академии магии отчислили, и хочешь ли туда вернуться.
Я покосилась на мужчину. Он что, после всего того, что сказал про истинную пару, готов еще и согласиться, чтобы я училась? А я слышала, драконы – собственники… Или Ардагарий, как и его сын Ингар, готов не просто дать мне выбор, но и поддерживать и ценить мои желания?
– Свет мой… Я приму тебя такой, какая есть. Честно.
– Да нет у меня ничего и никого, – вздохнула я.
Ардагарий присел на кровать, но не попытался сократить между нами расстояние.
– Я никогда не видела своих родителей. Мама умерла, едва я родилась, а отец так и остался неизвестным. Меня бабушка с дедушкой воспитывали, но потом не стало и их. А во мне неожиданно проснулся дар повелевать тьмой.
– Граханка? – не удивился Ардагарий. – Я почувствовал в тебе именно их силу там, на городской площади.
Кивнула и нервно потеребила край одеяла.
– Я долго думала, как жить дальше, и отправилась поступать в Академию магии.
– Тяжело было? – неожиданно спросил мужчина.
Еще как! То, что маги учили с детства с нанятыми преподавателями, мне приходилось осваивать в Академии самой, ночами.
– Это уже неважно. В Академии все складывалось непросто, да, но мне там… нравилось.
– Из-за чего отчислили? – снова повторил он вопрос.
– У нас сегодня утром проходил экзамен по боевой некромантии. Я нранха, вид нежити такой, – на всякий случай пояснила, – увидела. Испугалась так, что сила вырвалась… Я полкладбища в Литане разнесла…
– Но половина-то у них осталась, – попытался приободрить меня Ардагарий.
– Нет, вторую я превратила в пепел. Вот ректор Варадарий и отчислил. Сказал, что когда у него с ближайшего болота на пару случайно телепортируются лягушки, а Академию убирают поднятые мной скелеты, он еще потерпит, но разрушения в городе…
– Я понял, Анита. Решим этот вопрос. Если Варадарий не согласится взять тебя обратно, в Раганрате ведь есть и другие академии.
– Не вернусь я туда… Он же, если и примет снова, то только потому что вы… ты… прикажешь.
– Гордая, значит?
– Да откуда? – жалобно заметила я. – Мне сегодня даже идти некуда было! Ни дома, ни друзей, ни денег. Наверное, так бы и замерзла где-нибудь ночью под мостом. Или того хуже.
Мужчина вдруг оказался близко-близко, обнял меня с небывалой нежностью и заметил:
– Надо Яне еще корней златоцвета добыть. Если бы не ее зелье… не нашел бы.
Я подняла на него глаза и неожиданно почувствовала, как жар окутал меня всю. Тело словно жгло, губы горели. Я хотела этого мужчину. Прямо здесь и сейчас. И желание, вспыхнувшее так внезапно, пугало.
– Сейчас ты в безопасности, никто тебя не обидит, Анита. У меня в Раганрате самоубийц нет.
Я с сомнением посмотрела на него, пытаясь разобраться в своих чувствах. Не могла же я в него влюбиться? Мужчина, конечно, привлекательный. И пусть наделен властью, но подкупает своей искренней заботой и участием. Но вот так… встретить и обрести в нем предназначенного судьбой? Немыслимо! Глупость!
– Скоро будет готов обед. Отдыхай пока что.
И попытался выпустить меня из объятий. Пальцы не хотели разжиматься, я тяжело задышала.
Не может быть! Не может!
– Анита…
– Я тебе не пара, дракон, – прохрипела, сгорая от желания его поцеловать.
Мое лицо оказалось в сильных ладонях, взгляд пронзил стрелой, заставляя терять связь с реальностью.
– Ты теперь вся моя жизнь, – мягко заметил Ардагарий. – Мой подарок. И отказываться от такого не стану.
Затем отцепил мои руки, перецеловал каждый пальчик, согревая дыханием, соблазняя.
– Отдыхай, мой свет. Я скоро вернусь, – сказал он, поднимаясь.
Едва мужчина ушел, а я пришла в себя, закатала рукав рубашки и выругалась. На коже четко и уверенно проступала брачная вязь. Неужели я действительно встретила истинную пару? Так ждала, хотела, но сейчас… Ардагарий ничего не знает о проклятии, под которым я нахожусь. Остаться с ним… значит, подвергнуть не только свою жизнь опасности, но и его, и всей его семьи. По сравнению с проклятием, отчисление из Академии магии и все остальные проблемы – мелочи.
Сколько бы я отдала, если бы встреча с тем, кто предназначен богами, состоялась год назад или раньше? Да все бы, что имела!
Боль от того, что я не могу даже рассказать ему о проклятии, была сильной, почти невыносимой. Как отпустить того единственного, которого столько ждала? Почему все так несправедливо?
Мне хотелось выть, но это вряд ли поможет делу. Что остается?
Нет уж, не сдамся! Теперь было за что бороться! А если проклятие окажется сильнее… То хотя бы я не разобью этому чудесному мужчине, ворвавшемуся в мою жизнь, перевернувшему ее с ног на голову, сердце.
Я вздохнула, осторожно выбралась из постели и отправилась переодеваться.
Я потянулась и медленно поднялась с кровати.
– Ты куда? – тут же всполошился Ингар.
– Спросить, как дела у твоего отца.
Дракон приподнялся на локтях, оглядел растрепанную меня и хмыкнул:
– А я-то думал, сил уже ни на что не останется.
Я покраснела и закуталась в его халат, так как свой найти так и не сумела. Но идти никуда не пришлось, в дверь постучались, и в покои вошел Ардагарий.
– Ну как? – всполошилась я.
– Нашел, – хмыкнул дракон и сел в кресло.
Ингар натянул штаны, выбрался из постели и подошел к отцу.
Ардагарий был задумчив, но то и дело на его лице появлялась мягкая улыбка.
– И? Знакомить будешь?
– Пока нет. Она… напугана.
– Тем, что ты дракон? – уточнила я.
– Или тем, что ты правитель? – уже Ингар.
– Ситуацией в целом. Запрос к граханам я отравил.
– Зачем?
– Она из темных колдунов? – правильно поняла я.
Ардагарий кивнул.
– Неплохо бы узнать, кто ее отец. Очень уж сила мощная, а обряд посвящения Анита точно не проходила, я бы почувствовал.
Он вдруг снова светло улыбнулся, словно что-то вспоминал.
– От нас какая-то помощь требуется? – уточнил мой муж.
– Мне надо, Ингар, чтобы ты посетил Литанскую Академию магии и поговорил с ректором этого учебного заведения. Анита слишком переживает, что ее отчислили.
Ингар удивленно приподнял брови.
– Она свою силу не удержала, все кладбище разрушила, – пояснил Ардагарий. – Могу, конечно, и в Академию драконов слетать, да только не пойдет она туда. У девчонки словно мечту отобрали, когда выгнали.
– А ты хочешь вернуть, отец? – улыбнулся Ингар. – И выбираешь, не как легче, а как правильно?
– Я просто начал понимать тебя лучше, чем когда-либо, – хмыкнул правитель. – Первоцветы для своей ведьмы еще не все в горах оборвал?
Я вспыхнула от смущения, но Ингар и ухом не повел. Неделю назад он ночью слетал в горы Архарна, растопил там снег и принес мне целую охапку подснежников. Я так и проснулась от его поцелуев, вдыхая легкий морозный запах, что шел от Ингара, и аромат первых весенних цветов. То, что после магии дракона сошла лавина и накрыла плотину на окраине Раганрата, вспоминать не хотелось. Никто не пострадал, но… припоминать ему это Ардагарий будет долго.
– За Нархандой роща, – неохотно ответил Ингар, словно открывал тайну. – Осторожней, там гнездовье ргандов неподалеку.
– Что?
Рганды – это хищные такие птички величиной с дом. И если не заходить на их территорию, то нападать они не станут. Ингар, однозначно, увлекся и не сразу их заметил. Помнится, усталый был, и пришлось даже поделиться силой. Наверняка тогда ввязался с ргандами в бой!
Возмущенно на него уставилась.
– И вот стоило так рисковать ради…
– Твоей улыбки, огонек? – поинтересовался он, и я окончательно смутилась.
Ардагарий посмотрел на меня, о чем-то задумался.
– Как думаете, Аните понравится?
Ингар удивленно приподнял брови. Таким сомневающимся он своего отца еще не знал.
– Непременно. Ардагарий, ты не против, если я тоже наведаюсь в Академию магии?
Он хмыкнул. Помнил, как в прошлый раз в Академии драконов я случайно забралась в оранжереи полюбоваться на серенький скромный цветок. Кто же знал, что он стреляет колючками! И что, если их сбросить на пол, они еще и взрываются? А подпалила я их случайно… И рухнувшая балка…
– Слетай с Ингаром. Глядишь, посмотрят они на тебя, оценят масштаб катастрофы, если надумаешь к ним поступать, и… все само собой сложится удачно.
Ардагарий поднялся, распрощался с нами и быстро покинул покои.
– Никогда мне так прямо не говорили, что я ходячая неприятность.
– Я все равно тебя люблю, моя ведьмочка.
И мы снова принялись целоваться. Отдышались, рассмеялись.
Я сбегала умыться, переоделась. Ингар за это время успел полностью собраться и терпеливо ждал, пока я ношусь туда-сюда, разыскивая то одно, то другое.
– Взрывоопасные зелья не бери.
– Хорошо. Тогда яды и приворотные.
Он закатил глаза.
– Нет уж, лучше первые. До сих пор не могу забыть, как посольство граханов обнималось с кадками тропических пальм!
– Сами напросились! Совсем обнаглели, все аристократки из клана Темных Звезд с тебя глаз не сводили, а я, между прочим, собственница, – буркнула в ответ, впихивая еще и экспериментальные зелья. – Причем очень ревнивая.
– Ты ведьма, – хмыкнул Ингар.
Я остановилась, обернулась, скрестила руки на груди.
– Может, мне напомнить, как ты случайно подпалил полигон, когда заметил, что кто-то из драконов просто наклонился ко мне, помогая подняться?
– Это были инстинкты!
Я скептически на него посмотрела. По-моему, кто-то тогда просто переборщил. Но ошибки Ингар признавал редко.
Слуги принесли еду и пока накрывали на стол, прилетел Эарин. Волшебный дракончик, способный превращаться в книгу и делиться знаниями, умел перемещаться на большие расстояния. Пользовался всеобщим обожанием и вниманием и нагло вымогал сладости. Он покружил по комнате, стребовал пару конфет и довольный разлегся возле огня, смотря на пламя.
Мы почти закончили есть, когда на пороге появился Лис. Встрепанный, ругающийся и запутанный в каких-то сетях.
– Что, опять пытаются поймать? – не удержался Ингар.
– Между прочим, в этом и ваша дочь участвует! Хулиганка!
Я хмыкнула, посмотрела на своего фамильяра и неожиданно предложила:
– Как насчет небольшого приключения?
– Кого будем ловить?
– Скорее уговаривать, – улыбнулась я, поднимаясь.
Ингара кто-то позвал, и мы остались одни. Лис сощурился, оглядел меня и поинтересовался:
– Так и не сказала?
– Иначе Ингар никуда не пустит.
Покраснела и опустила глаза. Эарин оживился, коварно облизнулся. Понятно, если не скажу правду я, то это сделает книга.
– Вымогатель, – вздохнула я, телепортируя ему из кухни сгущенку.
Лис хмыкнул и заметил:
– Если твой драконище разнесет мой дом, узнав, что снова тебя покрываю, имей в виду, перееду жить к вам. Со всем своим лисьим семейством.
Напугал! На его месте я бы боялась моего переезда к нему пусть не в дом, но королевство.
Не удержалась, показала Лису язык. Понимаю, Ингар не любит, когда от него что-то скрывают, но сейчас очень хотелось устроить судьбу Ардагария. Моя маленькая тайна… могла еще немножко подождать.
Пообедав, поняла, что вновь хочу спать. Бороться с этим было бессмысленно, поэтому прикрыла глаза и умудрилась задремать прямо в кресле.
Щеку пощекотала бабочка, и я мгновенно открыла глаза. Мотылька, конечно, не было. Передо мной на корточках сидел Ардагарий, скользил пальцами по лицу.
– Ой! Я… заснула.
– Полагаю, последние дни у тебя выдались тяжелыми.
– Еще как!
Я неожиданно улыбнулась, вглядываясь в глаза мужчины. В них буквально пылал огонь, и я готова была в нем сгореть. Слишком притягательно, слишком желанно, слишком… сладко. От Ардагария пахло лесом и снегом, немного пеплом и пламенем.
– У меня для тебя подарок.
Поднялся, сходил куда-то, вернулся с огромной корзиной первоцветов. Маленькие цветки-колокольчики, хрупкие, едва распустившиеся, словно сделанные из снежного кружева.
– Ар… – просипела я.
– Повтори, – хрипло прошептал он. – Повтори мое имя, мой свет.
В горле встал ком, наши глаза встретились. Я не боялась того темного огня, что в них полыхал. И почему-то сразу поняла, что за цветами мой дракон летал сам.
– Ар… ты… первоцветы…
– Всего лишь хотел тебя порадовать.
Я знала, что он мог подарить мне что угодно, но когда принес именно эти цветы… Я вдохнула аромат, вспоминая, как каждую весну, едва снег начинал сходить, бегала к подножью гор, чтобы их найти. Принести в дом, подарить бабушке… И ощущение было – словно в такой момент у меня за спиной вырастали невидимые крылья. Сейчас, держа в руках цветы, распустившиеся среди зимы, я будто снова очутилась… дома.
– Спасибо, – растроганно прошептала я.
Отставила корзину, скользнула к Ардагарию и крепко обняла. В его объятиях оказалось спокойно и тепло. Наверное, когда встречаешь своего мужчину, все так и случается. Признаешь, принимаешь, готова идти за ним хоть на край света!
Хуже любого приворота. Хуже любого проклятия. И в то же время нет ничего желаннее любви.
– Сейчас вымоюсь, и поужинаем? – спросил он, неохотно выпуская меня из своих рук.
Кивнула, стараясь скрыть, как остро реагирую даже на мимолетное прикосновение Ардагария.
Мужчина поднялся, ушел в сторону ванной комнаты. А я попросила у служанки широкую, но не глубокую вазу, поставила в нее цветы. Дивный лесной аромат, нежный и светлый, наполнил комнату. Оставалось лишь принести воды. Покосилась в сторону ванной, подождала. Но Ардагарий не выходил уже минут двадцать, поэтому решила постучать. Не ответил. Растерянно уставилась на дверь, которая неожиданно приоткрылась. Хм…
Подумала и осторожно заглянула внутрь, охнула и застыла. А что бы вы сделали на моем месте, обнаружив вместо ванной комнаты уютный грот? Вода стекала из чаш-ракушек, разбросанных в хаотичном порядке вдоль одной из стен. Камни, которыми было уложено дно, оказались полукруглыми и наливались синим, рассеивая свет и бросая теплые и приятные блики. Вдоль двух других стен грота росли и благоухали розы с дивным тонким ароматом. Там, где я стояла, имелось небольшое пространство с двумя скамейками. На одной из них стопкой лежали полотенца и чистые рубашки.
– Нравится? – поинтересовался Ардагарий, который по пояс находился в воде и даже не обернулся, когда я охнула.
Я чуть вздрогнула от хриплых ноток в его голосе, но развернуться и уйти не смогла. Так и смотрела на перекатывающиеся мышцы на спине и руках мужчины, желая к ним прикоснуться. Напасть! Самая настоящая напасть!
– Уютно и необычно, – прошептала я, не сводя с него глаз.
Ардагарий оглянулся, осмотрел меня всю, неожиданно быстро подплыл и протянул руку.
– Хочешь поплавать?
Я, как зачарованная, спустилась по маленьким ступенькам, вложила свою ладонь в его и… Руку вдруг обожгло болью, я зашипела. Ардагарий среагировал мгновенно: закатал мой рукав и уставился на брачную вязь.
– Почему не сказала? – спросил тихо, а мне захотелось спрятаться от стыда. – Испугалась?
– Я ее увидела не так давно, – честно ответила я.
– И что планируешь делать?
Создалось ощущение, будто не только Ардагарий замер в ожидании ответа, но и весь мир. Сделаю несколько шагов назад, закрою дверь, утром покину его дом и… даже не попробую, какое оно… это шальное счастье, что обещают его губы, на вкус. Или решиться сделать шаг навстречу? Пусть мой дракон не узнает о проклятии и уйти придется на рассвете, не прощаясь, но… я не стану отказываться от моего мужчины.
Как там Ар сказал – я его подарок? Нет, дракон, это ты – мой.
– Запереть дверь и наложить заклинания, – честно ответила я, выпрямляясь.
Мой суженый вышел из воды, заставляя все благие намерения растаять.
– Мне почти сотня лет, – заметил он, – но сейчас я чувствую себя юнцом, который впервые влюбился и абсолютно не знает, как себя вести.
Дракон вдруг рыкнул, подался вперед и впился в мои губы болезненным властным поцелуем. Жар пронзил меня всю, опутал. Страсть лишила возможности думать, только отвечать на бесстыдные ласки мужчины, выгибаться и стонать в его губы. Даже дышалось теперь с трудом, а пространство словно наполнилось огнем.
Ар остановился, замер и осторожно уточнил:
– Анита, у тебя были мужчины?
– Я что-то сделала не так?
– Я просто не хочу тебя напугать, мой свет, и причинить лишней боли. Я должен знать… Ты вызываешь безумно много чувств и эмоций, а моя страсть… с каждым мгновением, когда ты рядом, становится сильнее.
– Никого, – призналась я и прижалась к нему крепче, заскользила руками по плечам, не узнавая себя в этой отчаянной смелости.
Ардагарий наклонился, снова поцеловал, но на этот раз нежно-нежно, так, что от этого едва ли не захотелось плакать. Я чувствовала его желание, то, как он сдерживается, и колени подгибались. Просто, когда властный мужчина готов быть со своей женщиной таким… чутким и ласковым, это цепляло душу, сжимало и не отпускало. Хотелось ответить тем же, показать, как сильно желаю его ласк, и я снова потянулась за поцелуем.
– Поплаваем? – прошептал суженый, выдыхая в мои губы.
– Надеешься, передумаю?
Он не ответил, подхватил меня на руки и понес в воду.
Медленно, явно наслаждаясь тем, что делает, снимал с меня одежду, потом потянул в дальний угол, прижал к стене, страстно поцеловал. Плаваньем то, что мы творили друг с другом, можно было назвать разве с натяжкой. Ар целовал жадно, но нежно, а я отвечала. Ни страха, ни стыда, только легкое волнение, предвкушение того, что будет… Мы не разговаривали, ничего не шептали друг другу. Я вздрогнула, ощутив, как неожиданно укололась шипом розы. Ар тут же отодвинулся, развернул меня к себе спиной, залечил порез. Но и сам при этом умудрился пораниться до крови.
– Прости, не хотел. Тут просто лежат лепестки цветов, думал в воду бросить и… увлекся.
Я не ответила, нашла его губы, оплела руками и ногами, не готовая отпустить. Да я ли это была? Такая страстная, ненасытная, жадная до его ласк и поцелуев?
В воде вдруг из ниоткуда, словно по велению волшебной палочки, вспыхнули алые цветы, заполнили пространство. Они, казалось, сотканы из живого огня! Искрились и сверкали, словно невиданные драгоценности. Я застыла, поймала изумленный взгляд Ардагария.
– А это…
– Линары. Они появляются, когда дракон и его… ийрия смешивают кровь в воде. Подобных обрядов два. В первом случае создается нерушимая связь, во втором… закрепляется. Впрочем, иногда достаточно и одного раза, если между парой все ясно.
Я смотрела на цветы, не в силах отвести глаз, и все же уточнила:
– То есть… их создает…
– Магия любви, – тихо ответил Ардагарий. – Решать тебе, мой свет. Я… подожду, если желаешь.
Я повернулась, заглянула в его глаза и невольно подумала о своей беде. Какой же силой должно обладать проклятие, чтобы оказаться мощнее этого волшебства? Сильнее любви. Я не знала. Лишь потянулась к своему дракону, окончательно принимая его сердцем и душою. Даже если у нас не будет просто и легко, другой мужчина мне не нужен. У граханов всегда так… Влюбляешься с первого взгляда и уже навсегда. И как же мне повезло, что мои чувства взаимны!
Поцелуй вышел нежный, заставляющий в очередной раз сходить с ума от пламени, которое билось где-то внутри, разгораясь все сильнее.
– Связь после обряда обретения линары нерушима, мой свет, – прошептал Ар. – Не смогу без тебя.
– И не надо, – тихо ответила я, чувствуя себя самой желанной на свете.
Больше он ни о чем не спрашивал, накрыл мои губы своими. Жар полз по телу, сводил с ума… Я не осознала, когда мы переместились в комнату. В памяти остались лишь страсть и умопомрачительная нежность. Я оказалась сметена этим мужчиной, словно лавиной, отдавалась жадно, ничего не оставляя себе. Он что-то шептал, выцеловывая мои позвонки, рисовал пальцами и губами узоры по моей коже, снова становился пламенем, проникая в самое донышко души. Как я без него жила?
– Ийрия, – прошептал, когда я почти засыпала.
– Это кто? – устало поинтересовалась я.
– Суженая, – ответил, нежно целуя меня в висок.
Мне почему-то казалось, сейчас он улыбается.
– Лис, да прекрати уже хохотать! – взвыла я, отряхиваясь от снега.
– Как ты вообще умудрилась свалиться с метлы? – удивился Ингар, который успел и меня поймать, и мое летное ведьминское средство спасти.
Я ничего не ответила, Лис хмыкнул.
– Яна…
– Думаешь, когда сбегали из этой академии, я что-то подобное задумывала?
– Зато, ведьмочка моя ненаглядная, – рассмеялся Лис, – ты все экспериментальные зелья опробовала.
Ингар вздохнул, развернул меня к себе, уставился в глаза и потребовал:
– Правду!
– Прямо сейчас? – пискнула я, понимая, что мой дракон настроен решительно.
– Да.
– А может… потом? Давай вернемся во дворец, поужинаем…
– Яна!
Я быстро его поцеловала и заметила:
– А я тебя очень люблю.
Некоторое время Ингар часто дышал, явно приходя в себя, затем покосился на Лиса.
– Если она скажет тебе правду здесь, до дворца мы будем добираться долго, – заметил мой фамильяр. – Хотя… Мы со всем разобрались, навещу-ка я детей.
И, сжав амулет для перемещения в свой дом, Лис нагло сбежал.
– Я синие поганки вместо зеленых в то зелье случайно кинула.
– То-то вся Академия теперь в синий горошек… – задумчиво протянул Ингар. – А что моя прелесть добавила во второе зелье?
– То, от которого случился потоп или от которого рухнула башня в левом крыле? – уточнила я, радуясь, что хотя бы на время сумела отвлечь Ингара от выяснения причины падения метлы.
Мой дракон оценивающе прошелся по мне взглядом, ничего не ответил. Хотя я полагала, он был безумно зол. Ведь снимать последствия моих зелий пришлось именно ему. И пока Ингар этим неблагодарным делом занимался, мы с Лисом по-дружески поговорили с ректором. И он даже заикаться, как его секретарь, после нашего общения не будет. Мужик мировой и понятливый оказался. Оценив масштаб разрушений, устроенных мной за четверть часа во вверенной ему Академии и разглядев еще с десяток зелий, торчащих из сумки, и метлу за моей спиной, предложил сделку. Она свелась к следующему: я никогда не появляюсь в его учебном заведении, а он возьмет обратно учиться Аниту Рой и ни при каких обстоятельствах не станет ее отчислять. И все бы ничего, мы с Лисом тихо и мирно ушли, но Ингар не был бы драконом, если бы в этот момент не снес дверь в кабинет главы Академии. Оказывается, он неожиданно перестал меня чувствовать, а это… чревато последствиями.
Когда мы покидали Академию магии, вернее, сбегали на моей метле от толпы студентов, которые впечатлились эффектами зелий и жаждали все скупить, Ингар в качестве моральной компенсации оставил главе Академии бутылку редкого вина.
– Даже не надейся сбежать! – спокойно проинформировал Ингар, молниеносно оказываясь рядом и прижимая меня к дереву.
Все же расспросов и разборок не избежать, похоже.
– Холодно, – заметила я.
Не отпуская меня, дракон что-то шепнул – и вокруг нас заплясал огонь. Вреда он никому и ничему не причинял, лишь согревал.
– Знаешь, я еще поверю, что по какой-то невероятной причине перестал тебя чувствовать в кабинете главы Академии магии… Хотя если такое случается, то вариантов немного: либо избранница дракона мертва, либо… полюбила другого.
– Ингар!
Он рыкнул, прижался ко мне крепче, жадно покрыл волосы поцелуями, и я застонала.
– Мне никто, кроме тебя, не нужен, знаешь же, – ответила, взяв в ладони его лицо.
– Тебя неожиданно перестала слушаться метла! Яна, тут может быть что угодно: от сглаза до проклятия!
Я вздохнула и поняла, что правду все же придется сказать прямо сейчас.
– Кто-то хотел еще одну дочку. Ваше желание исполнено, мой несносный дракон.
Ингар неверяще уставился на меня.
– Это только когда ждешь первого ребенка, у ведьм магия на пять лет исчезает, а после… просто становится нестабильной, пока не родится малыш.
Я покраснела и опустила глаза. Сейчас Ингар начнет ругаться, что не сказала ему сразу, отправилась в Академию, рисковала, применяя магию…
– Я люблю тебя, – вдруг хрипло произнес он. – Ийрия моя, – вдох в мои удивленно распахнутые губы. – Ведьмочка несносная, – нежный-нежный поцелуй.
– Что, прямо тут? – возмутилась я, понимая, что на поцелуях мой муж не остановится.
Он замер, отдышался.
– Нет, до дворца доберемся и…
– Ты покажешь, насколько сильно любишь? – не удержалась я.
– Я покажу, насколько сильно не могу без тебя жить, – ответил он.
В этот раз я проснулась от того, что Ар начал меня целовать. Что-то промурлыкала в ответ, не желая выбираться из-под одеяла, и он тихо рассмеялся. По спине побежали мурашки, я открыла глаза и утонула в нежном поцелуе. Губы давно опухли и даже немного болели, но значения это имело мало.
Неожиданно послышался шум, легкий смех, дверь в покои распахнулась, и в комнату, абсолютно никого не замечая, вошла пара. Мужчина чертами лица и мимолетными жестами неуловимо напоминал Ара. Девушка, которую он прижимал к себе и не выпускал из рук, целуя и что-то шепча, была светловолосой и милой. Она беззастенчиво отвечала на ласки мужчины и даже уже успела скинуть дорожный плащ.
– А ничего, что это моя спальня? – спокойно поинтересовался Ар. – Совесть имеете или нет?
Парочка замерла, выдохнула и уставилась на нас. В глазах девушки пылал огонь, но тут же он сменился озорством, а щеки покрылись румянцем.
– Ой!
Мужчина же неожиданно смутился и уставился на Ардагария.
– Знакомься, мой свет. Это мой старший сын Ингар и его жена Янина.
– Можно Яна, – улыбнулась она.
– Та самая ведьма? – уточнила я.
– Не удержался, уже рассказал? – хмыкнул Ингар. – Рад знакомству. Отец, мне кажется, или на тебе росчерки аринаты?
– Не кажется. Мы с Анитой прошли обряд линары.
Яна и Ингар переглянулись, улыбнулись и от души поздравили. Я осторожно прижалась к Ардагарию, чувствуя непонятное жжение на ладони.
– Если у вас все – дверь за вашей спиной, – намекнул Ар.
– Да раз уж зашли… случайно, – ухмыльнулся Ингар, – то докладываю. Ректор согласился взять мою… эм-м-м… будущую мачеху обратно и не отчислять ни при каких обстоятельствах.
– Повреждения? – уточнил Ар, вводя меня в ступор.
Да когда он успел? Но мысль, что можно вернуться в любимую Академию, отозвалась теплом на сердце.
– Все устранил, разрушенную башню восстановил, синий горошек со стен убрал, ректору оставил бутылку вина, чтобы пришел в себя после знакомства с моей ведьмочкой, – и ехидно уставился на Яну.
Та опустила глаза, шаркнула ножкой и тихо сказала:
– Ардагарий, а мы с Ингаром вас скоро опять сделаем дедом.
О! Я замерла, а мой дракон нахмурился.
– То есть снова мне править? Издевательство!
Но я чувствовала по смеху, прятавшемуся в его голосе, что он рад за старшего сына, да и невестку тоже искренне любит.
Ладони внезапно обожгло болью, и я тихонько вскрикнула.
Яна быстро подскочила ко мне. Сощурившись, напоминая ведьму как никогда раньше, спокойно так заметила:
– Занятно… Ардагарий, а на твоей ненаглядной сильное проклятие.
– Что?
Мой дракон спросил так, что я вздрогнула, попробовала отползти в сторону, но он не дал.
– Какое?
– Хм… «Ледяное сердце» называется, если я правильно разглядела плетения. Гадость еще та… Любые чувства напрочь выжигает. Имеет отсроченное действие.
– Сколько у нас времени? И как его снять?
Я молчала, даже не пытаясь выбраться из рук моего мужчины. Боль разливалась по телу, забирая любые желания. Не осталось даже удивления, что Ар ни в чем не стал меня обвинять, лишь собрался снова помогать.
– Пара часов еще есть. Потом повернуть его вспять будет сложнее. А снять… я не смогу, прости. С магией граханов не справлюсь. Вам нужно навестить темных колдунов. Полагаю, в их храме снимете проклятие.
Яна смутилась, посмотрела на Ингара.
– Собирайтесь. Я напишу письмо Нарингарду.
Яна и Ингар ушли, а я жалобно всхлипнула. Ар взяло мое лицо в свои ладони, мягко вытер слезы и заметил:
– Я же пообещал решить все проблемы, мой свет. Учись мне доверять. И больше не скрывай подобных вещей. Договорились?
Кивнула.
– Думаешь, получится снять эту пакость?
– Ты где на нее нарвалась-то? – тихо уточнил он.
– В прошлом году на практику отправились в горы Архарна. Мы там на сокровищницу наткнулись…
– Взяла что-то из драконьего серебра?
– Да… То есть нет… Я только посмотреть хотела. Кулон там был с синим камнем-капелькой… И уже руку опустила, чтобы в шкатулку вернуть, а он вспыхнул и…
– Почему не пошла снимать проклятие? Ведь тогда оно только коснулось, а не проникло внутрь?
Ар почему-то не стал расспрашивать про сокровища и как их обнаружили, из чего я сделала вывод, что к нему их тогда и перенаправили. Наверняка и большую часть чар снимало его драконье семейство.
– Я даже не знала про него, пока… руки не стали временами покрываться изморозью. Одна граханка-ведунья сказала мне… что может снять.
– И?
Признаваться было стыдно, гордость так и рвалась наружу.
– Она сотню золотых просила за то, чтобы рассказать, как это сделать. Пока я накопила денег, проклятие усилилось.
Ар молчал, не перебивал, лишь гладил мои плечи и волосы, пытаясь успокоить.
– Оказалось, могу и сама снять, когда создам…
– Лунную серебряную пыль? – тихо уточнил Ар.
– А ты откуда знаешь? – удивилась я. – Яна же сказала только, что нужно к граханам, они помогут…
И тут же смутилась, вспомнив, что один из сыновей Ара женат на принцессе этого народа. Изморозь снова поползла по ладони, обожгла болью.
– Проблема ведь была не в этом, да, мой свет? Ты бы могла добраться до граханов, но…
Он замолчал, поднес мои руки к губам, согрел дыханием, забирая боль.
– Первый раз создать серебряную пыль можно, если полюбишь, – закончила я. – И…
– Хотела сегодня от меня сбежать, даже не попрощавшись?
– Я бы просто не успела справиться с проклятием. До граханов далеко… поэтому… Прости, что не сказала правды, Ар.
Он ласково погладил меня по щеке.
– Позволишь посмотреть на твой танец, мой свет? – спросил он. – Очень хочется.
Я растерянно кивнула. Ар поцеловал нежно-нежно, заставляя отступить даже мороз, что тянулся по венам. Дальше мы собирались. Я смущенно отправилась мыться и вскоре натянула одежду, которую принесли слуги. Тело ныло и напоминало о прошедшей ночи. Нет, Ар был нежен и бережен, но когда первый раз и почти до рассвета… Щеки так и покрывал румянец, а брачная вязь, возникающая у граханов после близости с любимым, отчетливо сверкала нитями на запястье. Впрочем, стоило вернуться, как Ардагарий заставил выпить какое-то зелье, и все неприятные ощущения сразу прошли. Разве что я краснела, как роза, когда он пояснил, что за снадобье находится в бокале.
Выдохнула, подошла к нему, Ардагарий уже держал в руках амулет для перемещения и шептал какое-то заклинание.
– Иди сюда, мой свет. И ничего не бойся.
Мороз холодил кожу, но я все равно, даже зная, что могу растаять, тянулась к огню, которого был полон мой мужчина.
Переместились мы быстро, сразу к храму. Граханы, видимо, предупрежденные своим же владыкой, нас ждали и вежливо поклонились.
Наверное, если бы не рука Ара, которая не отпускала меня, я бы не выдержала, позволила проклятию действовать сильнее. Но когда рядом бьется любящее сердце, сдаться не получится.
Стены в храме были мощные, каменные. В полу – небольшие бассейны с водой, в них плавали горящие свечи. Окна огромные, почти в мой рост, заколдованные. Через них всегда падали лунные лучи, явно создаваемые специальными кристаллами, что находились под потолком. В помещении было гулко и тихо.
– Нарингард отписался, что в первый раз ты должна довериться интуиции, мой свет.
Кивнула, осторожно выпустила его руку, скидывая плащ. Проклятие тут же разлилось в крови, по ладоням потянулась нитками изморозь.
Я не думала, лишь шагнула в центр храма – и вокруг вспыхнуло кольцо огня. Мне не нужно было собирать пыль, только кружиться в ней, впитывать кожей. Покосившись на замершего Ара, скинула обувь и платье, оставаясь в одном нижнем белье.
Стыда и смущения не испытывала, даже когда рассматривала инеевые узоры по телу. Жгли так, будто змеи кусали, и медлить я уже не могла. Зашептала заклинания, которые выучила давным-давно, надеясь, что однажды сниму проклятие, успею… Свечи мгновенно погасли – и в храм вошла, словно живая, сотканная из незримого полотна, ночь.
Я готова была испугаться, если бы не знала, что там, за ее завесой, остался тот, кто мне дорог. Пламя снова взметнулось, позвало за собой. Огонь расцвел алыми лепестками, я сделала первое робкое и неуверенное движение. Я не видела Ара, но понимала, что он следит за мной. И неожиданно осознала, что очень хочу станцевать именно для него.
Наверное, это уже была не я, кружащаяся в лунном свете. Улыбаясь и выгибаясь, ощущая себя частью странного волшебства. Когда рядом вспыхнул нож, порезала ладонь, позволяя каплям крови растворяться в воздухе. Лунные лучи окутывали круг, в котором я находилась, кровь впиталась, и я снова закружилась, позволяя серебряной мерцающей пыли падать на кожу, волосы, губы…
Я бы, сдаеттся, не вернулась из этого танца, потому что за спиной выросли невидимые крылья, и в ночи были те, кто звал меня. Но летать одной… невозможно. В последние движения я вложила всю свою благодарность темным богам, что смотрели мой танец, и попросила отпустить, потому что… сердце болит от любви, рвется к единственному мужчине, который ждет за чертой круга.
Проклятие отступило, исчезло. Даже странно было сначала чувствовать его ледяное дыхание, а затем осознать, что тиски растворились. Пламя погасло, снова вернулась реальность. Я вдохнула и посмотрела в глаза Ару. В них бился огонь, звал за собой.
– Справилась, – улыбнулся суженый.
Я заметила, что у него на руках порезы.
– Ар…
– Проклятие выжигает не серебряная пыль, мой свет. Она лишь дает тебе силы не сдаться и обрести контроль над магией. Его выжигает искренняя любовь, способная на любые жертвы.
То есть это он просил богов мне помочь, жертвуя силой и жизнью? И пока я танцевала, покрываясь серебром, иное волшебство, называемое любовью, выжигало во мне проклятие?
Ар залечил порезы на ладонях, тепло улыбнулся.
– Пара лет моей жизни стоит тебя, Анита. Ийрия моя драгоценная…
Я во все глаза смотрела на него, чувствуя, как к горлу подкатывает ком. Это должна быть моя цена, моя расплата, не его.
– Спасибо, – тихо ответила я. – Со мной много проблем, да?
– Разве этим испугаешь дракона? – улыбнулся он. – Потерять тебя – худшее из возможных бед.
– Люблю тебя, – призналась я, делая шаг навстречу.
– Люблю тебя, – отозвался он.
Ар помялся и сказал:
– Ингар нашел твоего отца. Он даже не знал, что у него есть дочь.
Я растерянно замерла.
– Хочешь познакомиться с ним сейчас и сразу пригласить на свадьбу? Связь у нас закрепил обряд линары, но торжество все равно организуем, да и в храме официально надо подтвердить церемонию, – пояснил Ар.
Нервно сглотнула.
– Не готова к встрече? Тогда пока вернемся во дворец? Или хочешь прогуляться по городу темных колдунов?
Глаза моего Ара сверкали, явно давая понять, что думает он совсем не о том, что предлагает. И этого взгляда хватило для моего решения. И знакомство с отцом, и свадьба, и прогулка по городу подождут. Успею еще! А вот к Ару тянет прямо сейчас. К самому желанному, единственному, любимому…
Подошла ближе, поцеловала его так нежно, насколько могла. И постаралась в этом прикосновении выразить все то, что так хочется ему сказать, а слов… не находится! Он ответил жадно, страстно…
– Какой ты… огненный, – хмыкнула я.
– Одевайся и…
– Покажешь заветную поляну с первоцветами?
– Да хоть весь мир, – прохрипел Ар, пожирая меня глазами. – Я уже забыл, каково это – быть настолько одуряющее… счастливым.
– Я напомню, мой дракон, – честно пообещала я, снова находя его губы.
Что нам еще нужно для счастья? Разве что маленькую щепотку серебряной пыли, чтобы загадать одно-единственное желание: пусть наша любовь будет вечной.