Среди шумных рыночных рядов сидела женщина, разложив прямо на земле толстую холщовую ткань, на которой лежал ее скудный товар. Никого не призывала обратить на него внимание, не пыталась продать, казалось, даже наоборот. Спокойно наблюдая за проходящими людьми, она чего-то ждала. Ждала терпеливо, а на вопросы потенциальных покупателей отвечала вежливо и учтиво. Цена за сей товар оказывалась настолько велика, что недовольные покупатели отходили с пустыми руками.

Вдруг женщина обратила свое внимание в толпу между рыночными рядами и уже не отводила напряженного взгляда. Ее внимание и интерес возрастал, ожидание было вознаграждено. По узкому проходу шла молоденькая девушка, худенькая, облаченная в блеклые, изрядно поношенные и непривлекательные одежды. Именно такое восприятие она вызывала. Народ увеличивался, словно всем именно сейчас, в этот момент, нужно было пройти по этому ряду. Женщина даже побоялась, что ее в этой толчее унесут обратно, но, удачно проскользнув, девушка через какое-то время оказалась возле нее. Только она хотела пройти мимо, как та обратилась к ней:

— Не проходите мимо! Посмотрите на эти чудные зеркала, каждое по-своему уникально! И у каждого свой хозяин.

Странная женщина, подумала Милена. Ее наряд совершенно отличался от привычного. Словно она затерялась во времени, и каким-то образом оказалась в будущем. Милена посмотрела на чудо-зеркала. Женщина, наблюдая за ней, рассматривала ее, как бы знакомясь поближе. У девушки были темные густые волосы, и половина ее лица была ими прикрыта.

— Что-нибудь выбрала?

— Нет, мне не нужно зеркало.

— Почему? Всем нужны зеркала, особенно молодым девушкам. Или у тебя уже есть зеркала лучше моих?

— Нет, нет… Таких, как Ваши, нет. Они очень красивые, — Милена закусила губу, — и необычны.

Она еще раз провела взглядом по двум зеркалам, оценив их красоту.

— Но я не очень люблю смотреться в зеркало! Да и денег у меня нет на такие зеркала.

— Деньги? Это не проблема. Я тебе так отдам одно зеркало.

— Что вы, я не возьму! Я не могу!

— Разве это не мои зеркала? Разве я не могу распоряжаться ими как хочу?

— Но… Так не хорошо, то есть… — неуверенно проговорила Милена.

Ей на мгновение показалось, что одно зеркало блеснуло, переливаясь разными узорами. Но это было мгновение. Можно было подумать, что это от лучей солнца, но солнце спряталось еще с самого утра за грозными тучами. И вот-вот должен был полить дождь. Надо было торопиться домой.

Женщина взяла зеркало и протянула ей.

— Возьми, это зеркало само выбрало тебя.

— Меня? Выбрало?

— Мне нравится, что ты задаешь вопросы, не отвергая ничего. Возьми, я дарю его тебе.

Милена неуверенно приняла подарок, оглядываясь по сторонам, потом неотрывно уставилась на женщину.

— Вы уверены?

— Вполне. Иди, иди.

— Я… Спасибо вам большое. Я даже не знаю, что сказать! Это так неожиданно!

— Иди, иди, — повторила женщина.

Девушка медленно попятилась от нее, прижимая к себе зеркало.

Шел дождь. С мелкого моросящего он постепенно перерос в сильный ливень. Милена бежала от остановки к своему дому, все так же крепко прижимая к себе зеркало. Промокла до нитки, в балетках хлюпало от попавшей воды. Лужи встречались все чаще. Вот проехала рядом машина и окатила грязной водой с ног до головы, грязные капли неизбежно попали и на зеркало. Милена с досадой вытерла обратную сторону зеркала рукавом джинсовой куртки.

Уже придя домой, она поставила зеркало в прихожей на старомодный комод, включила свет и стала разглядывать обрамление. Узоры были тематичные, словно рассказывали своему обладателю историю, но какую, Милена не могла понять. Мужчины и женщины в длинных нарядах, знаки и завитушки, а еще красивые разноцветные камни. Если бы они были настоящие, то вполне можно было бы сказать, что это изумруды, гранаты, сапфиры и другие изумляющие взгляд драгоценности. Вот она посмотрела на себя в зеркало, и часть ее незакрытого лица недовольно скривилась. Вид у нее жалкий. У нее всегда жалкий вид, даже несмотря на дождь. Милена нахмурилась и быстро положила зеркало рамой вниз.

Зачем ей зеркало — смотреть на свое уродливое лицо! Таким, как она, не нужно зеркало! Она недовольно постояла еще в прихожей, выключила свет и отправилась в ванную.

Город погрузился во тьму. Местами горели причудливые уличные фонари, отбрасывая свой свет на домики в два этажа с пузатыми башенками и конусообразными крышами. Возле одного дома с широкими окнами, выходящими прямо на площадь, выложенную серым камнем, где по утрам располагался маленький рынок, встретились две женщины. Они были одеты в длинные черные платья с широкими юбками и в плащи с капюшонами, накинутыми поверх голов.

— Принесла? — Спросила одна другую.

— Чего мы с тобой как из-под полы! Это наше дело, избранных. Такие, как мы, редкость в нашем мире, учитывая ценность и особенность нашего товара.

— Пайка, ты же знаешь меня! Мы для других людей загадка! Пусть думают, что мы важные птицы и знаем многие тайны, тайны многих. — И женщина рассмеялась. — Вот смотри, занавес дрогнул, никак за нами подглядывали. А нас здесь знает каждая собака! Небось, думают, случилось чего! Дело государственной важности!

— Ты отчасти права, в нашем деле немало и таких, но стоит ли так настропалять людей еще большими тайнами? Пугать зря народ, позволять думать невесть что.

— Им иногда полезно! Я слышала, что тебя два дня в городе не было?

— У меня было дело. — Загадочно проговорила Пайка.

— Какое? Не поделишься? — Сьерра заискивающе улыбнулась.

— То же самое я могла бы рассказать тебе за чашечкой чая!

— В нашем деле нельзя быть такими уверенными. Сегодня здесь, а завтра окажешься там.

— Вот и я там оказалась! Встала утром три дня назад, глянула в свое зеркало, и уже смотрю — в другом мире! Людей там не счесть! Одеты они так странно! Все снуют туда-сюда, прямо как у нас на базаре! А передо мной два зеркала! — Пайка уставилась на Сьерру, желая увидеть, какое действие возымеет ее новость.

Сьерра изменилась в лице сразу. Ее улыбку сменила скептическая ухмылка.

— Ты шутишь? Разве второй мир существует? — Наконец, проговорила она.

— То-то и оно! Можешь мне не верить, если хочешь! Сама себе порой не верю.

— Мне говорили о втором мире, — Сьерра загадочно посмотрела поверх Пайки, так как была выше ее ростом, — Если это так, что бы это могло значить?

Пайка пожала плечами.

— Я и открыла тебе это, чтобы убедиться, что я не сошла с ума. Да и человек этот здесь не появится.

— Откуда ты знаешь? — Сьерра буквально прожгла взглядом Пайку, чем напугала ее.

— Я не знаю. Но к чему этому человеку быть здесь? — Пайка растерянно посмотрела на Сьерру. Впервые она усомнилась в своих мыслях. — Я не думала, что как-то может быть иначе. Давай забудем об этом, Сьерра. Может, мне все это приснилось! — Пайка поникла и уклончиво заговорила, желая покинуть Сьерру.

— Что ж, возможно, это и так. Но зная тебя, Пайка, я могла бы предположить реальность твоих минувших событий. Одно мне непонятно — к чему живое зеркало человеку из другого мира? Он же несведущ в этих вопросах. Да и не припомню, чтобы такое вообще случалось. Люди других миров не связаны с нашим и не могут получить зеркало нашего мира.

Все же на лице Сьерры отобразилась зависть. Если это так, то Пайка меняет историю, а не она!

— Может, и получали, мы же не всегда были избранными продавцами зеркал. К тому же для жителей этого мира второй мир с его обитателями — всего лишь легенда. Я сама до сих пор в это не верю. Моя предшественница практически ничего мне об этом не говорила. Но самое интересное, одно из зеркал было старое! Оно так долго не могло найти себе хозяина, мне даже показалось, что оно утратило свою силу!

— Помню, помню…

— Оно нашло своего хозяина, Сьерра!

У Сьерры заблестели глаза, но она не решилась спрашивать, кто стал его обладателем и где он сейчас. Даже таким, как они, не все дано было знать, и не все позволялось, если конечно судьба сама не распорядится, на что Сьерра очень надеялась. Ведь это редкость — обладатель живого зеркала и из другого мира! Если Пайка правду говорит… Кто бы это мог быть? Возможно, время покажет.

— Ладно, хорошо, — Сьерра нетерпеливо затопталась на месте, — давай мне то, что принесла.

Пайка достала из-под плаща маленькое зеркальце и протянула его Сьерре.

— Держи, надеюсь, оно найдет своего хозяина. Это зеркало тускнело с каждым разом, значит, ему не место у меня. Наверняка тебе предназначено найти ему обладателя.

— Удивительно! — Сьерра взяла зеркало и восхищенно рассматривала его утонченную раму. — Мы говорим, что зеркала находят своих хозяев, но ведь это они становятся хозяевами наших судеб и сами выбирают нас! — Сьерра спрятала зеркало под плащ.

— Это точно. Надо идти, а то мы и так уже слишком много народу привлекли.

Женщины бросили взгляд на окна. Несколько занавесок тут же задернулись и заколыхались. Они обе хихикнули и разбежались в разные стороны, на прощание помахав друг другу рукой.

Милена проснулась рано утром, еще только светало. Ворочаясь периодически с боку на бок, она пыталась хоть как-то уснуть. Ну почему, когда выходной день, спать утром совсем не хочется. Самое время выспаться, но, как назло, действует закон подлости, и в выходной просыпаешься рано! Чем это вызвано? Еще с полчаса помучившись, Милена, наконец, встала и подошла к окну. Шел дождь. Это лето особенно дождливое. И это уже надоело. Хотелось солнца, больше солнца, больше радости. Настоящей радости и любви…

Ощущение того, что она одна в этом мире, Милену преследовало каждый день, несмотря на дружелюбных сотрудников на работе и соседку-подружку. Нет, чего-то определенно не хватало. Но то, что ее мучило постоянно, — это уродство. Половина ее лица была обезображена. Это несчастный случай еще в детстве. Тут Милена вспомнила про зеркало и побежала в прихожую. Включив свет, Милена подошла и посмотрела на свое отражение в обычное зеркало. Затем взяла подарок женщины и медленно развернула его к себе. Зеркало было красиво, как никогда! Ярче, что ли, стало, может, после дождя? И тут Милена не поверила своим глазам! Ее отражение было таким чистым, нежным и мягким! Ей даже захотелось отвести волосы назад и посмотреть на свое лицо полностью, что она и сделала. Еще долго она не могла отвести глаз от своего отражения, ей казалось, что она сходит с ума! Того страшного уродства и в помине не было! Словно его не было никогда! Не веря своим глазам, она быстро отвела зеркало и посмотрела в обычное. Шрамы были на месте. Потом снова в подарок женщины — шрамов нет!

Это удивительно! Это чудо!

Конечно, после этого ей все время хотелось смотреться только в свое новое зеркало. Так прошло полдня, а Милена все не могла расстаться со своим подарком. Она уже и плакала, и смеялась, и непрестанно думала, как такое может быть. Это ведь чудо, чудо?!

После обеденных хлопот по дому Милена, наконец, решилась выйти в свет. Сырость от пролившегося дождя, свежий чистый воздух, малолюдно, солнце клонилось к закату — вечерние прогулки Милена любила. Одевшись потеплее, поверх джинсов с футболкой она надела тонкую кожаную куртку, перекинула через плечо свою походную сумку, предварительно засунув туда зеркало, вышла во двор и направилась в парк, где знала уже каждую улочку и лавочку.

Что же это за зеркало такое? Которое досталось ей бесплатно, и в нем она выглядит совершенно красавицей, без этих уродливых шрамов!

Она прошла двор и направилась вдоль домов по узкой улице, где с одной стороны росли деревья и кое-где гуляли хозяева со своими собаками, а с другой стояли жилые дома. Когда улица закончилась, Милена перешла дорогу и направилась вдоль парка, где гуляли редкие парочки. Пройдя еще немного, она увидела свободную скамейку. Милена села, предварительно постелив пакет, и достала зеркало. Уличные фонари уже зажглись, освещая сквозь сгустившееся сумерки последождевую картину.

И вот она опять прекрасна, словно волшебство!

— Откуда ж ты такое, чудо-зеркало? — Милена провела пальцами по его резным краям. — Никогда не думала, что буду рада такому подарку, никогда. — И она снова коснулась краев, затем провела по своему отражению.

— Эй, уродина, что, любуешься своим отражением?

Рядом с ней вдруг нарисовался парень, слегка навеселе. Он облокотился о ближайшее дерево и откровенно смеялся над ней.

Милена привыкла к подобному обращению, хотя досада взяла свое, и она крепче обхватила зеркало, предварительно поправив волосы на лицо.

— Проходите мимо, молодой человек, — процедила она сквозь зубы.

Как же ей хотелось сейчас оказаться подальше от этой наглой ухмыляющейся морды!

Она взвизгнула оттого, что лавочка под ней вдруг исчезла! В глазах на время потемнело, и голова закружилась. Потом она оказалась на земле.

Вокруг было все так же сумрачно, но привычного парка не было. Не было и того парня, фонаря, только грунтовая дорога, по одну сторону от которой раскинулось широкое поле, по другую вдалеке виднелись низенькие дома с маленькими башенками. Или это были печные трубы?

Милену охватила паника. Где она? Встав с дороги, она продолжала держать зеркало в руках, сумка упала с колен и Милена, наклонившись, подняла ее. Что это за место? Она растерянно смотрела по сторонам и не знала, что ей делать, куда идти? Пытаясь рассмотреть домики, она пошла сквозь некошенную траву им навстречу. Наверняка эти люди, обитающие в этих домах, все могут прояснить. Она шла, пока не услышала со стороны дороги пение. Милена тут же поспешила обратно.

По дороге медленно, покачиваясь из стороны в сторону, приближался желтый свет фонаря, он был невысоко от земли. Не решаясь приблизиться, Милена подозрительно смотрела на раскачивающийся свет, пока из темноты не стали проявляться очертания маленького зверька и… До ее слуха доносился скрип. Повозка?! Маленькая повозка — различила Милена, когда та подъехала еще ближе. Голос доносился как раз оттуда. На переднем сидении сидел мужичок, маленький, сутулый, он держал за узды животное наподобие коня и распевал скрипучим голосом песни. На нем был зеленого цвета костюм, который состоял из коротких штанишек, рубашки с длинным рукавом и заканчивался зеленым колпачком, все это переливалось перламутром. Поверх рубашки красовалась ярко-красного цвета теплая жилетка, и весь ансамбль дополняли коричневые кожаные башмачки с тупыми носами.

Отлично! Я в стране лилипутов?!

Повозка резко затормозила, песня прекратилась, и послышалась ругань.

— Ну, чего встала, громила? Уйди с дороги! Не видишь, едет честный минилюд!

Только сейчас Милена поняла, что стоит на пути этих маленьких людей. В повозке сидела барышня, вся в кружавчиках, в ажуре, сама кукла Барби. Ее волосы были заплетены в высокую прическу и украшены цветами. Почему-то маленькая красавица молчала и смотрела в пол. Тонкая, как пелена, вуаль, прикрепленная к крытой повозке, от ветра развевалась, то открывая, то закрывая эту куклу.

— Извините, я не хотела! — Милена быстро отошла в сторону.

— Не хотела она! — Кучер стегнул животное, и повозка медленно двинулась с места. — Знаем, как вы не хотите, вам бы поиздеваться над нами. Мы, может, народ маленький, но гордый!

Где-то она уже это слышала. Но тут Милену осенило.

— Ой, простите?! — Она сделала несколько шагов, догнав повозку. — Вы не подскажете, где я?

Кучер удивленно посмотрел на нее.

— Известно где, мы у границы города Зеркал!

— О-о-о! — Так значит, зеркало привело ее к себе домой? Или она просто спит… — А в какой стороне этот город?

— Иди туда, откуда мы едем, прямо по этой дороге, не заблудишься.

Милена осталась стоять, провожая взглядом маленькую повозку. И все же это было забавно, она словно в сказке, где обитают всякие невиданные существа. Милена на мгновение встретилась с большими глазами маленькой куклы, и ей показалось, что они были печальными и напуганными. А ей ничего не оставалось, как только идти по направлению к городу. Она вдруг подумала, что та женщина, которая подарила ей это зеркало, наверняка из этого города, и она должна знать, что с ней произошло.

Город был обнесен высоченным забором. Милена остановилась у самых ворот, где прохаживалась бдительная стража. Средневековьем тут и не пахло, хотя можно было и так подумать. Отнюдь, на них были современного вида одежды и доспехи, конечно, отличающиеся от привычного взгляда, но все же. Шлем-каска был округлой формы, как в Великую Отечественную, черного цвета, и с каким-то креплением впереди, как фонарик шахтера. Поверх одежды был жилет тоже черного цвета, твердый, словно панцирь черепахи, и повторяющий формы его обладателя, внизу блестели в свете факелов лаковые сапоги.

— Стой! — услышала Милена, как только приблизилась к воротам. Один из стражников преградил ей путь и направил на нее невиданное оружие, напоминавшее маленькую летающую тарелку. — Ворота закрыты.

Так откройте их, подумала Милена, а вслух сказала:

— А когда можно будет войти?

— Рано утром, на рассвете, когда приходят караваны торговцев.

Да уж, перспектива ночевать под открытым небом возле ворот негостеприимного города ей не улыбалась. И как ее угораздило в это вляпаться!

— Почему этот город называется городом Зеркал?

Немного подумав и внимательно посмотрев на гостью, страж произнес:

— Только в этом городе живут продавщицы зеркал, и только здесь они рождаются.

— Рождаются?? — А про себя подумала: рождаются продавщицы или зеркала? Наверно, первое.

— Скажите, а что, каждый житель этой страны имеет зеркало?

Страж заметно занервничал и грозно на нее посмотрел.

— Кто ты и откуда пришла?

Милена забеспокоилась, не зная, что отвечать. Плохо ли, что она пришла совсем из другого мира?

— Я не здешняя, странствую давно, и не раз наслышана о вашем чудном городе и о его волшебных зеркалах. Вот и пришла убедиться, правда ли все это.

— Все существа этих земель, ближних и дальних, знают о зеркалах с малых лет. Но ты не похожа ни на одного из них! Кто ты?

Его оружие вдруг засветилось и раздвоилось, теперь в его руках было две летательных тарелки, между которыми горел неоновый свет.

Милена сделала шаг назад.

— Ну, хорошо, хорошо! Я пришла из другого мира. Правда, сама не знаю, как. Мне одна женщина подарила зеркало, вот, смотрите. — И она лихорадочно стала рыться в сумке, пока страж все так же наводил на нее свое непонятное оружие.

Когда в свете факелов блеснула резная рамка и свет огня отразился в зеркале, страж тут же опустил руку, диски оружия соединились, и между ними погас неоновый свет. Поведение стража тут же изменилось.

— Спрячь! — Вдруг шепотом заговорил он, озираясь назад. — Спрячь! — Опять повторил он.

Странные люди, то докажи им, что ты не верблюд, теперь шепчет: «Спрячь». В чем дело-то? Она вопросительно на него посмотрела, как только зеркало вновь оказалось в сумке.

— Так бы сразу и сказала, что ты к одной из продавщиц!

Милена пожала плечами. Интересно, впустит он ее теперь или нет? Хотя где искать эту женщину, подарившую ей зеркало, она не представляла.

— Через ворота я тебя пропустить не смогу, — с этими словами страж скрылся в маленьком домике, пристроенном возле ворот у стены.

Милена огорченно потопталась на месте, затем обреченно стала искать пристанища на ночь, когда через минуту вышел все тот же страж.

— Держи, — протянул он ей небольшой черный сверток, — надень это.

Свертком оказался длинный, доходящий ей до пят плащ с широким капюшоном. Перекинув сумку через голову на плечо, она поверх накинула плащ, затем капюшон на голову. Половина ее лица все так же была скрыта копной густых черных волос. Интересно, на кого она сейчас похожа? Не на ведьму ли?

— Плащ можешь оставить себе, не возвращай. Пошли.

Милена засомневалась, стоит ли за ним идти?

— Пошли, — повторил вновь страж, когда она замешкалась и остановилась, — если хочешь попасть в город, идем.

Ладно, была не была, полоса непредсказуемых событий уже пошла, что толку медлить.

Домик стражей оказался внутри гораздо объемнее и шире. Как такое возможно, не понятно, но Милена особо долго не стала вникать. Сразу ее внимание переключилось на еще одного стража, который сидел на стуле, задрав ноги на стол и потягивая что-то из бокала. Его каска была сдвинута наверх, и он периодически почесывал лоб.

— Кто там, Дири? — Прокричал он.

— Она к продавщице зеркал. Возможно, ее ученица с товаром.

Второй страж тут же опустил ноги вниз и внимательно посмотрел на Милену.

— Не похоже, — проговорил он, не отводя взгляд. — Продавщицы гораздо старше выглядят, как и их ученики.

Тогда Дири подошел к нему и что-то шепнул на ухо. Лицо второго вытянулось, и он кивнул.

Больше не говоря ни слова, Дири повел Милену в другую комнату, где они спустились в подвал. На стенах длинного подвального прохода горели факелы, освещая серость и сырость стен.

Теперь повеяло средневековьем; у них что, нет освещения? Тогда откуда такое оружие? В этом мире все перемешано!

Если этот каменный коридор пересекает границу города, то стена, окружающая его, очень и очень толстая. Враг долго будет ее атаковать.

Наконец они стали подниматься по ступенькам вверх. Дири открыл толстые железные двери, и Милена увидела город Зеркал. Ее взору предстала яркая, сказочная картина! Милена восхищенно уставилась на небольшую площадь перед воротами, где в центре красовалось зеркало, сделанное из желтого металла, резное, выложенное драгоценными камнями. Площадь окружали кирпичные домики не выше трех этажей, кое-где с башенками, красного цвета. Вдоль одной широкой улицы выглядывал вдалеке белый по сравнению с остальными дом, и все это было в огнях. Уличные фонари горели непривычным оранжевым цветом, окна в домах горели то синим, то зеленым, то желтым, то… короче, всеми цветами радуги. Город не спал, повсюду сновали люди в непривычных одеждах, колесницы, запряженные конями, периодически проезжали по площади, высаживая и подбирая пассажиров.

Дири указал Милене путь к одной из продавщиц.

— Ты не ошибешься, — напоследок сказал он ей и исчез за железной дверью.

Кое-кто из прохожих с любопытством смотрел на Милену. Ведь не каждого пропускали или выпускали из города в столь поздний час. Милена была благодарна за подаренный ей широкий плащ; еще плотнее укутавшись в нем, она пошла по указанному Дири пути. Время шло, народу на улице поубавилось, а Милена все шла по той же улице и не видела ей конца и края. Вот каменные красные домики сменились белыми одноэтажными, большая часть фасада которых отличалась широкими окнами от пола до потолка, или это просто стены такие. Наверное, этот район считается элитным, потому что выглядел он более оформленным и ухоженным. Возле одного из домиков стояли две женщины и о чем-то лениво переговаривались. Милена решила подойти к ним.

— Вы не подскажете, долго ли еще идти к продавщице зеркал? Мне указали этот путь.

Женщины перестали говорить и с интересом уставились на нее. В их глазах читалось откровенное любопытство, но спросить что-либо они не решились.

— Вон за тем домом живет одна из них, — указала полненькая и дородная женщина.

Они проводили ее глазами до самого дома продавщицы. Дири был прав, дом продавщицы все же отличался от остальных. Хотя бы тем, что на стене возле двери висела официальная вывеска «Продавщица зеркал», а внизу мелким шрифтом «одобрено королевством Зеркал» и прилагалась печать, как предположила Милена, с символикой королевского герба. Сама же вывеска имела форму и вид зеркала. В общем, действительно не ошибешься. Надо обязательно поблагодарить Дири за помощь и этот плащ. Он оказался теплым, а на улице с наступлением глубокой ночи становилось все холодней и холодней. Когда Милена неуверенно постучала в дверь двухэтажного дома, ей никто не ответил. В окнах свет не горел, значит, все спят и не слышат ее стука, или хозяев нет дома. Где же продавщица может ходить в столь поздний час? Правда, Милена не очень точно представляла, который сейчас час. Но наверняка уже за полночь. Что делать дальше, Милена не представляла. Она села на ступеньки и обхватила колени, положив на них голову. Как же ей нестерпимо хотелось есть и спать. Чего больше — Милена уже не знала. Нет, все же спать хочется больше, она так устала. А может, она уже спит, потому что все, что с ней происходит, это просто невероятно, так не бывает! Тогда почему все настолько реально? Эти запахи, люди и даже боль. Стоп! Боли она не испытывала. Милена тут же подняла голову и ущипнула себя за руку. Ощутимо, ну и что? Может, во снах можно испытывать боль? Милена огорченно скуксилась и снова сложила голову на колени. Ну, ничего, рано или поздно я точно проснусь и тогда все прояснится. О, Боже! Что же это получается?! Я заснула на лавочке в парке?

И она тут же схватилась за сумку, где лежало зеркало. Если это так, то зеркало могут украсть!

— Душа моя! Что ты делаешь у моих дверей?

К дому подходила высокая стройная женщина в длинном, до пола, платье с широкими юбками. Она грациозно перекинула зонтик с одной руки на другую. На вид ей было лет пятьдесят. Волосы у нее были светлые, волнистые, они были собраны наверху в красивую прическу. Поверх красовалась маленькая шапочка с пером.

— Ну, что молчишь?

— Мне сказали, что здесь живет продавщица зеркал.

— Верно! Я и есть продавщица зеркал! — Женщина подошла ближе, желая рассмотреть ее лицо. — Что тебе нужно?

— Я искала другую продавщицу, она ниже ростом и…

— Пайка?!

Видя, что на лице девочки не отобразилось никаких эмоций при этом имени, Сьерра поняла, что эта девушка — одна из обладательниц зеркала.

— Зачем ты ее ищешь? Тебе не нравится твое зеркало?

Милена вскинула брови.

— Нет, что вы, очень нравится, только я не пойму… — Милена побоялась рассказать Сьерре всю правду, вспомнив, что говорил ей по дороге Дири.

Сьерра же и не собиралась более ее расспрашивать.

— Хорошо! Сейчас уже поздно идти к Пайке, переночуй у меня, а утром я отведу тебя к ней.

— А откуда Вы знаете, что мне нужна именно Пайка?

— В нашем королевстве, впрочем, как и в остальных, всего лишь две продавщицы зеркал! Я и Пайка! Так что ты точно к ней.

Сьерра открыла дверь, и они вошли в просторный холл.

Милене отвели комнату на первом этаже. Положив под голову сумку с зеркалом, она предпочла его больше не вытаскивать и не рассматривать. После слов Дири ей казалось — враги кругом.

— Не показывай никому свое зеркало, — прошептал Дири, когда они только ступили по длинному коридору подземелья.

— Почему?

— В зеркалах заключена сила. В руках другого человека она может тебя убить, а может оживить. Если не хочешь, чтобы его кто-нибудь украл, спрячь его надежнее, чтобы знала только ты одна, где оно спрятано!

— Дири, а у Вас тоже есть зеркало?

Дири покачал головой.

— Нет, я не удостоился такой чести.

— Не понимаю, зачем они нужны?

— Тсс, не говори так! Я сразу понял, что ты не здешняя. Вид одежды у тебя странный. Дальнейшие вопросы задавай продавщице!

Милене предложили широкую кровать посреди комнаты с мягкими перинами, даже положили на край из тонкой ажурной ткани пижаму, но она предпочла в эту ночь пренебречь удобствами. Закутавшись в плащ, обосновалась на коврике между окном и кроватью.

Утром Милена с досадой обнаружила, что сон не кончается. Она по-прежнему в этой сказочной стране. Сьерра вошла после стука и обнаружила ее на полу.

— В чем дело? Ты не спала на кровати? Выглядишь не отдохнувшей. Люди могут подумать, что я не гостеприимная!

— Не беспокойтесь об этом! Чтобы меня рассмотреть в этом плаще, надо очень хорошо постараться.

— Верно, он для тебя большой, и он мужской!

— Это подарок. — Милена села.

— Давай, вставай, и пойдем завтракать! Ты наверняка проголодалась. Извини, что вчера ничего не предложила. — Сьерра помогла Милене встать и повела ее через коридор в кухню, усадив на высокий стул. — Садись. Теперь ты можешь мне сказать, как тебя зовут?

Милена приняла тарелочку, наполненную чем-то вкусным.

— Милена.

— Какое милое имя. Меня зови Сьерра! Мы с Пайкой давние знакомые и верные слуги нашего короля! И как я уже сказала, среди всех королевств мы одни удостоились быть продавщицами зеркал!

— Это королевство? У вас есть король?

— Ну да! И король, и королева, и даже принц с принцессой! Что тебя удивляет, дитя мое?

— Ничего. Особо ничего, я хотела сказать… Я никогда не видела ни королей, ни принцесс, ни принцев.

Сьерра улыбнулась и поставила на стол еще одну тарелку с чем-то, выглядевшем аппетитно, затем поставила высокий бокал и налила в него молоко.

Все, что ей подавала Сьерра, было очень вкусным. Милена поблагодарила хозяйку за столь щедрое угощение.

— Кушай на здоровье. — Сама же Сьерра завтракать не стала. — У тебе еще будет шанс повидать их, — вернулась она к прежней теме, — на ежегодном празднике зеркал, который, кстати, состоится через пару недель! — Сьерра села напротив. — Вкусно?!

Ответов не понадобилось, так как все предложенное Милене было быстро съедено. Сделав последний глоток молока, Милена кивнула.

— Отлично! Я рада, что тебе понравилось. — Тут она нахмурилась, посмотрев на ее одежду. — Тебе бы надо приодеться, ты не можешь ходить в таком виде, — и она странно улыбнулась, словно вспомнив что-то.

Милена смутилась.

— Но я не планирую здесь оставаться надолго! Я надеялась сегодня же быть дома!

— Ты даже не останешься у нас погостить и повидать королей?! — Сьерра снова улыбнулась.

— Не знаю. — Милене так хотелось разобраться в своем нынешнем положении, и в этом ей могла помочь только Пайка! Что ждет ее впереди? Где реальность, а где сон?

Сьерра увидела ее переживания.

— Ну что же мы сидим? Тебе наверняка не терпится навестить Пайку. Пойдем!

Они быстро собрались и вышли из дома. К дому сразу подъехала карета. Кучер приветственно снял шляпу и поклонился хозяйке дома. Та улыбнулась в ответ и указала направление, в котором нужно ехать. Оказывается, Пайка жила не так уж и далеко, разве что чуть ближе к центру города. Но, судя по направлению, в котором они двинулись, это гораздо дальше от городских ворот, возле небольшого рынка, обнесенного резным забором и крытого замысловатой крышей. Город Милене очень понравился. Пожалуй, такого она еще нигде не видела. Они вышли из кареты, как только поравнялись с двухэтажным домиком красного цвета, на котором висела похожая вывеска, что и у Сьерры, гласившая «Продавщица зеркал». Сьерра постучала в дверной молоток в виде странного животного. Этот мир точно перемешан! Обычные коты бегали по переулкам, а за ними гнались ушастые, как чебурашки, четвероногие! Райские птички разместились на деревьях у самой мостовой. На одном старинном фонаре сидел черный ворон. А вот прошел странный человек в цилиндре и в длинном плаще не с кем иным, как со львом! Где это видано, чтобы львы расхаживали среди людей?!

— Что с тобой, Милена? Ты первый раз видишь иллюзии?

— Иллюзии?

— Да! Будь осторожна!

Больше Сьерра не успела ничего сказать, потому что дверь открыли, и на пороге появилась молоденькая девушка, вся в веснушках, с рыжими волосами, в длинном платье и фартуке.

— Проходите, госпожа продавщица! — Пропищала она тоненьким голосочком и сделала неуклюжий реверанс.

Сьерра первая переступила порог дома. По лестнице спускалась Пайка.

— Что привело тебя в мой дом в такую рань, Сьерра? — Она приветливо улыбнулась. — Никак дело первой срочности?

— Да брось, Пайка! Мы виделись с тобой накануне, и совсем недавно.

Сьерра засмеялась, но потом заговорщицки прошептала:

— Тебя пожелали видеть!

— Кто? — Пайка тоже посерьезнела и сощурила глаза.

Сьерра сделала шаг в сторону. Милена стояла в своем длинном плаще, слегка наклонив голову вперед.

— Эта девочка ищет тебя! Она набрела вчера на мой дом, и я приютила ее на ночь.

Пайка остолбенела.

— Что ты здесь делаешь, дитя мое? — Она тревожно посмотрела на Сьерру, но потом отвела взгляд.

Но этого хватило Сьерре, чтобы убедиться в своих догадках. Пайка сразу помрачнела, то, чего она боялась, стало явью. Это не сон!

— Я бы тоже хотела это знать, — тихо проговорила Милена.

— Ээ, Сьерра! Спасибо тебе за заботу. Ты не останешься на чай?

— Вижу, у вас свои дела, — Сьерра покосилась на Милену. — Пойду я, у меня тоже есть неотложные дела. — Она открыла дверь и вышла с загадочно играющей улыбкой на лице.

Милена осталась стоять у порога, где в лучах восходящего солнца блестели зеркала сквозь приоткрытую дверь соседней комнаты.

— Пойдем со мной. — Пайка обняла девочку за плечи и повела в светлую комнату, где стоял маленький столик, накрытый для завтрака. — Сьерра успела тебя покормить? — Спросила она заботливо и предложила стул.

Милена утвердительно кивнула, села и скинула капюшон.

— А теперь расскажи, как это было?

— Как я попала сюда?

— Верно!

— Я и сама не знаю, все произошло мгновенно!

— Да нет! Почему ты оказалась здесь?

— Я хотела у вас спросить, это же ваш подарок?!

Пайка замялась.

— Видишь ли, мы всего лишь продавщицы.

— Почему вы называете себя продавщицами, а сами дарите зеркала?

— Мы дарим только избранным. Как тебе.

— Я избранная? Для чего?

— Не знаю, это тебе и предстоит вскоре выяснить. Одно могу сказать, что твое зеркало особенное, как и ты! — Пайка долгим взглядом посмотрела на нее. — Оно очень долго не могло выбрать себе хозяина.

— В чем его особенность?

— Посмотри на его раму.

Милена достала зеркало из сумки.

— Здесь какие-то иероглифы, люди, символ.

— Такие зеркала — редкость. В свое время они делались на заказ знатными пэрами. Я даже не знаю, к какой династии оно принадлежало, герб мне незнаком. — Пайка развернула зеркало к себе, словно впервые изучала его.

— И что мне теперь с ним делать?

— Знаешь, когда особенные зеркала долго не могут найти своих хозяев, они тускнеют и остаются такими до тех пор, пока не придет время и не отыщется тот избранный.

— Как они это определяют? И кто их создает? Это что, магия?

— Это не магия, они живые!

— Живые? Это как?

— Они разговаривают с нами. Ты им вопрос, они тебе ответ.

— Что же мне теперь делать? Спросить зеркало, как мне попасть обратно? — В голосе Милены чувствовалась ирония, но потрясенная Пайка этого не уловила.

— Неплохая идея.

Милена состроила такое выражение лица, будто над ней шутят.

— Не беспокойся об этом, я тебе помогу! Если зеркало привело тебя ко мне, значит, это мой долг, — Пайка поставила перед ней чашку и налила чай. — А сейчас попей со мной чаю. Вот тебе печенье. Бери, не стесняйся, и в моем доме ты можешь никого не бояться!

— У меня так много вопросов. — Милена скинула плащ и положила его на соседний стул. — Скажите, а как я могу попасть домой?

— Это невозможно! Пока. Ты ведь здесь не напрасно оказалась.

— Но я не хочу быть здесь! И избранной. Для чего?

— Странно, что зеркало выбрало себе хозяина из другого мира. Я такого и не помню на своем веку. Ты, наверное, единственная. Оставайся у меня, познакомься с нашим миром, а там видно будет, что тебе делать. И неужели твой мир настолько лучше для тебя, чем наш?

— Там мне все знакомо.

— Но что ждет тебя там?

— А что ждет меня здесь?

Пайка задумалась.

— Гарантий никаких нет, ни в чем. Но разве ты не хочешь выяснить, почему ты оказалась здесь? Кто ты в этом мире?

— А что, я могу быть кем-то в этом мире? Мне казалось, я здесь совсем чужая.

— Это сейчас чужая, и мы все можем быть кем-то в том или ином мире. Ты со мной согласна?

— Я не могу обременять Вас своим присутствием!

Пайка хохотнула.

— Поживи пока у меня, а там видно будет, куда тебе идти.

— Я не могу вернуться домой? — В глазах Милены читалась последняя надежда.

Но Пайка беспощадно разрушила ее, покачав головой.

— Увы.

— Вы уверены?

— Вполне! По крайней мере, это не от меня зависит.

— Я могу жить у Вас, пока зеркало не вернет меня обратно? — Про себя Милена думала, что это ненормально — соглашаться с тем, что зеркала живые!

Пайка кивнула ей в ответ.

— Я буду работать?

— Конечно, это можно устроить! Ну, раз мы с тобой более или менее все выяснили, начнем с того, что выберем тебе подходящую одежду.

— О, нет! Ваша одежда такая странная и неудобная.

— Ты выберешь себе ту, что больше всего тебе подходит.

— Платье не хочу. В этих юбках можно себя потерять!

— Ну, почему же, в нашем мире девушка вполне может себе позволить одеть штаны! — И Пайка рассмеялась.

— Почему вы смеетесь?

— Потому что такую одежду выбирают в основном девушки, принадлежащие к роду охотниц или воинов!

— Охотниц?

— Ну да, когда королю вздумается отведать чего-нибудь вкусненького, кабана или птицу. В нашем королевстве есть целая династия охотников, которые в этом деле профи. И они уже многие годы служат при дворе короля.

— И что же в этом смешного? У них смешная форма?

— Ээ, нет. Вполне прилична. Но ты не принадлежишь к их династии. — Пайка улыбнулась. — Почему бы тебе не надеть платье, как все нормальные девушки?

— У всех нормальных девушек есть прекрасные личики, чего нельзя сказать обо мне.

Пайка вдруг посерьезнела.

— Я хотела спросить тебя, зачем ты прикрываешь половину лица? Но, кажется, мне понятно. Что, все так плохо?

Милена кивнула.

— Знаешь, молодые девушки склонны преувеличивать.

Милена отвела волосы, и Пайка увидела изуродованную половину лица, всю испещренную мелкими шрамами от уха до щеки.

— О, Боже, как это произошло? — Пайка села обратно.

— Еще в детстве, но как, я не помню. Я была слишком маленькая. Родители рано умерли, я сирота.

— Как звали твоих родителей.

— Я не знаю.

— Разве тебе никто не сказал? Например, бабушка или тетя, или…

— У меня никого нет.

— Бедное дитя. — Пайка добавила ей чаю. — Ты непременно должна остаться у меня, что-то мне подсказывает, что так и нужно. Кушай, вот тебе еще сладенькое.

Милена еще раз поблагодарила Пайку за гостеприимство, но есть не стала.

Торговые ряды вдоль дороги простирались почти до самых ворот города. В этот выходной день народу было много, а выложенный товар просто поражал своим удивительным разнообразием. Пайка остановилась возле одного магазина, где продавалась дамская одежда.

— О, нет, это я не одену! Пайка, ты только посмотри на них? Они до пола? Я в них не потеряюсь?

— Перестань. Я же не потерялась. Парочку таких тебе точно надо иметь, давай зайдем внутрь.

Зазвенел колокольчик, извещая продавца о посетителе. Высокая худощавая женщина тут же повернулась им навстречу и всплеснула руками, словно к ней пришли неожиданные гости.

— Кто к нам пожаловал! Сама продавщица зеркал! Чем могу быть полезной?

— Перестань, Рена, я хожу к тебе уже целую вечность, а ты все никак не привыкнешь?

— Раньше ты не приводила с собой никого, — в словах Рены слышался вопрос.

— Любопытная! Хочешь знать, кто эта девушка? Моя ли ученица? — Пайка улыбнулась. — А может, она просто моя племянница.

Лицо Рены тут же потеряло интерес. Но оживилось, когда Пайка попросила подобрать ее племяннице целых три платья. Девушка оказалась весьма привередлива, к тому же она такая странная, под этой копной волос прячет половину лица.

Милена выбрала, на ее взгляд, наиболее подходящие платья, одно синего цвета и с голубыми розами по линии декольте, хотя она была против декольте, другое цветом слоновой кости, в ее мире это назвали бы гипюр, тоже ничего, и третье выбрала сама Пайка, на взгляд Милены шикарное, слишком шикарное, настолько шикарное, что ему грозит провисеть в шкафу добрую сотню лет, а может и больше. По крайней мере, Милена точно его никогда не наденет, несмотря на уговоры Пайки. Следующий их заход был в магазинчик, расположенный прямо на рынке, где продавались всевозможные украшения. Серьги, колье, браслеты, еще украшения на волосы, в них Милена тоже сомневалась. Красоваться в этом мире ей ни к чему. Да и зачем? Потом дело дошло до обуви — туфельки, сапоги. И наконец, по уговорам Милены, они нашли костюм охотницы.

— О, Пайка! Это же просто замечательно! Думаю, мне в этом будет удобно!

— Я покупаю ей шикарные платья, а она зарится на какой-то эльфийский костюм!

— Эльфийский?

— Ну, нет! Это я так, сказок, что ли, не читала?

— У вас что, водятся эльфы?

— Разумеется, нет! Это все выдумки!

— Да?

— В нашем мире есть великаны, гномы и минилюды.

— Кажется, с минилюдами я уже знакома.

— Когда успела?!

— Еще до ворот города.

— Постой! Сьерра приютила тебя на ночь… Ты долго блуждала в поисках ее дома?

— Нет, у ворот я оказалась поздно, они уже были закрыты.

Пайка поправила шапочку, которая была на ней.

— Как же ты вошла?

— Меня охранник впустил после того, как я показала ему свое зеркало.

Пайка тут же осела.

— Что ты сделала? Не может быть! Ты показала ему свое зеркало?!! Нельзя, нельзя!

— Пайка, все в порядке, он добрый и то же самое сказал мне.

— Смотри, девочка! Вовсе необязательно всем знать, что ты избранная, и тем более из другого мира, — она прошептала ей почти в самое ухо.

— Пайка, ты меня просто пугаешь! Если все так плохо, не лучше ли мне вернуться в свой мир и жить преспокойно?

— Нет, не лучше! Просто запомни это и все! К тому же это не я тебя сюда вызвала, а зеркало, и только оно может тебя перенести. — Пайка встала и глубоко вздохнула. — Так, мы берем этот ваш охотничий костюм. Только сначала примерим!

— И этот лук со стрелами.

— Что ты задумала? Зачем тебе это?

— Хочу научиться стрелять из лука.

Они прошли в примерочную.

— Глупости! Тебе все равно не поступить на службу к королю в качестве охотника!

— Подумаешь! Я буду это делать для тебя!

— Что ты там возишься?

— Я не пойму, как одеть вот это? — И она показала Пайке кожаное приспособление с кармашками и еще какими-то вставками, лямками, пуговичками и не пойми чем еще.

Пайка какое-то время вертела, крутила, пыталась представить, как это можно приспособить к наряду, но так и не смогла.

— Не понимаю, в целом ты прилично одета. Тебе действительно недостает этого непонятного аксессуара?

— Нет, все хорошо, но что это?

— Не могу ответить на этот вопрос, так как я не охотница и не все в этом мире знаю, — она протянула аксессуар Милене обратно. — Если ты хочешь брать этот костюм, бери и пошли!

Им завернули товар, и они двинулись в направлении дома.

— Ну, а теперь выясним, где ты собралась охотиться? Здесь все земли короля, или земли богатых пэров. Не думаю, что тебя кто-нибудь пустит к себе.

— А племянницу продавщицы зеркал? Пайка, неужели у тебя нет ни одного знакомого пэра, который будет так добр и позволит мне поохотиться?

— Упрямица! — Пайка остановилась и подбоченилась, осматривая Милену в длинном плаще с сумками наперевес в руках. — Не пойму, чего тебе сдались эти охотницы?!

— У них одежда удобней, чем ваша!

— Ты думаешь, они все время так ходят? Это если только работают!

— Тогда мне нужен похожий костюм, пусть из другого материала.

— Одно могу сказать, этот костюм тебе очень идет!

— Я так рада, Пайка, что тебе нравится!

— Все равно, я придерживаюсь того, что женщина должна ходить в юбках.

— Да-а. Какие-то принципы не меняются даже в зазеркалье…

— О чем ты?

Милена пожала плечами. Они шли вдоль торговых рядов, плотно стоящих между собой и завешенных, заваленных разнообразным товаром. Народу ближе к обеду становилось все больше. Вдруг ей показалось, что кто-то тянет за ее мешки. Первая реакция Милены — возмущение. Кто-то пытается вырвать ее покупки прямо из рук! Ну не наглость? Она резко повернула голову, но сзади уже никого не было, кроме проходящих мимо людей. За мешки снова потянули, и Милена опустила свой взгляд. Рядом с ней стояла маленькая фигурка, немного не доходящая до ее колен. Махнув рукой идти за ним, минилюд скрылся между рядами, завешенными товарами. Пайка давно уже прошла вперед и скрылась в толчее народа. Посмотрев предварительно по сторонам, Милена последовала за минилюдом.

Минилюд нервно в нетерпении быстро замахал рукой, чтобы она склонилась к нему. Когда Милена присела на корточки, тот затораторил шепотом. Он держал капюшон, натянув чуть на лицо, тем самым пытаясь скрывать свою внешность. Но Милена разглядела живой с искоркой взгляд и большой торчащий с горбинкой нос.

— Не говорите о нашей королеве никому! И о том, что видели ее! Об этом просит сама королева и готова вам заплатить за молчание. — Он вытащил маленький мешочек и протянул ей.

— Что это?! Какая королева?! Я никого не видела… — Но Милене тут же представился образ маленькой куклы Барби, что встретилась ей у дороги. Так вот какая королева? Это была королева минилюдов?!

— Прошу вас, выполните нашу просьбу! Возьмите! Это достойная плата за молчание. — И он вложил ей в руку мешок.

Этот малый явно нервничал, постоянно озираясь по сторонам.

— Простите, но я не могу взять плату за молчание! Если ваша королева желает, чтобы я молчала, то я промолчу!

Тут минилюд упал на колени и стал умолять ее взять мешочек.

— Я охотно верю вашим словам, но что я скажу королеве? Она напугана! — И тут он быстро прикрыл себе рукой рот, боясь чего лишнего сболтнуть.

— Милена? Где ты? — Она услышала обеспокоенный голос Пайки. — Милена!

— Я здесь, Пайка! Я… — когда она посмотрела в сторону минилюда, его и след простыл. В руках у нее оставался маленький мешочек. Она поспешила спрятать его в купленные одежды.

— Что ты там делаешь?

Ничего не придумав, Милена только пожала плечами.

Пайка отвела Милене комнату наверху в одной из пузатых башенок.

Зачем такому маленькому домику башенки, причем целых три! Хотя смотрится интересно. А комната была просто чудо, до чего удобная, светлая, красиво обставленная. Упав на кровать, покрытую нежно-голубым покрывалом, Милена не могла поверить своему счастью. Почему-то здесь она ощутила радость, и не потому, что ей посчастливилось волей судьбы жить у этой доброй женщины, но просто потому, что ее сказочное путешествие обернулось для нее приятной встряской вопреки серым обыденным дням. И пока все шло хорошо, она счастлива! Хотя этот мир не обещал ей радужной жизни.

— Милена, после обеда пойдем на рынок, я покажу тебе, где можно купить лучшие продукты, — услышала она снизу голос Пайки.

Опять рынок?! Не люблю рынки…

— Хорошо, Пайка!

Пайка поднялась по лестнице к ней и, слегка постучав в приоткрытую дверь, вошла в комнату.

— Что ты делаешь?

— Хочу переодеться в удобную одежду.

— О, извини…

— Я осматривала комнату. Здесь так уютно! Спасибо Вам, Пайка!

— Обращайся ко мне на «ты», теперь в этом мире ты моя племянница. Давай, надень свой наряд и спускайся вниз, скоро обед.

— Хорошо, Пайка.

Мягкая, тонкая, непрозрачная ткань, растянувшись, облегала все тело, она была зеленого цвета с перламутровым отливом в розовый цвет. Интересное сочетание. Затем Милена надела наплечники из более прочного материала, напоминавшего кожу, широкий пояс с огромной пряжкой и юбку выше колен, сапоги из тонкой кожи дополняли весь ансамбль. Странный аксессуар так и остался лежать в мешке.

— Как он тебе идет! Ты настоящая воительница! — Пайка всплеснула в очередной раз руками, когда Милена спустилась в главный холл, представ перед ней вновь в этом наряде.

— Воительница? Вы же сказали, что это костюм охотника?

— Этот да, но выглядишь ты в нем как женщина с поля боя! Твои волосы и взгляд это дополняют.

— Мой взгляд?

— Ты смотришь иногда исподлобья. Может, это потому, что ты боишься, что увидят твои шрамы? А может, это просто твоя особенность характера, — и Пайка улыбнулась. — В нашем мире тоже есть войны, правда их не было уже более двадцати с лишним лет, да и те были мелкие междоусобицы. Для многих мирных жителей они прошли стороной. А женщины тоже занимают определенную нишу в военном деле.

— Не думаю, что из меня вышел бы хороший воин.

Пайка подошла к ней и обняла ее за плечи.

— Я говорила, что ты внешне похожа на воительницу. Но я открою тебе секрет. Те, кто получают зеркала, в один прекрасный момент сами себя не узнают. В них вдруг просыпается то, чего они никогда не способны были сделать. Или это где-то далеко в них спрятано.

— И что же спрятано во мне?

— Я еще не поняла, но явно не цветочница. Кстати, у которой ты наверняка будешь работать, ей как раз нужны девушки, красавицы, как ты.

Милена скривилась на последнюю фразу.

— А зеркало нельзя попросить, чтобы оно убрало эти шрамы? — Милена отвела волосы. — Когда я пришла домой, после того, как ты мне подарила зеркало, я посмотрела в него, и вдруг мои шрамы исчезли! Но когда я посмотрела в обычное зеркало, они вновь появились. Как такое возможно?

Она заметила, как брови Пайки медленно поднялись вверх.

— Что, Пайка? Что? — И она подбежала к ближайшему зеркалу. — О, вот снова! Смотри, Пайка, шрамов нет! Но ведь я же смотрюсь в обычное зеркало! — Но когда она повернулась, лицо Пайки дало понять, что все вернулось.

Милена обреченно отошла от зеркала, опустив волосы на лицо.

— Похоже, мне так и ходить с одной половиной лица.

— Это не так печально, как кажется, но ты знаешь, почему сейчас так произошло?

Милена покачала головой.

— Что ж, это тебе тоже предстоит выяснить. И я думаю, мы сошьем тебе другой костюм, похожий на этот.

— По моему заказу?

— Да, как хочешь.

— Спасибо Вам, Пайка! Я даже не знаю, что бы без Вас делала!

Пайка растрогалась и разрумянилась.

— Наверно, не попала бы сюда.

— Верно. — Милена улыбнулась и повернула голову на стук дверного молотка. — Кто это может быть?

— Наверное, покупатель.

— Эти зеркала все особенные? — Она посмотрела на открытую дверь Пайкиного магазина, в необычном желтовато-оранжевом свете зеркала смотрелись чем-то загадочным и таинственным, отражаясь друг в друге.

— Конечно, нет. — Пайка подошла к двери и открыла ее.

На пороге стоял молодой человек в средневековом костюме, ну, почти средневековом, отличием лишь были непонятные латы из непонятного материала. Что-то напомнило ей стражей ворот. Его длинные, почти белые волосы были собраны в хвост на затылке. Слегка небрежный вид, сбившийся тонкий шарф, расстегнутый камзол, завернутые рукава рубашки — все говорило, что визит его неофициальный. Волосы чуть растрепались, и некоторые тонкие пряди выбились и торчали у самых глаз и носа. Зайдя внутрь, он машинально поправил их, убрав назад. Смуглая кожа резко контрастировала с его цветом волос и белозубой улыбкой. Тонкие черты лица выразили живейший интерес к девушке, стоящей рядом с Пайкой. На вид Милена дала бы ему лет семнадцать, но вполне может оказаться и не так.

— Сенти! Какими судьбами? — Пайка пригласила гостя войти. — Слышала, твоя матушка затевает праздник в честь ее старшего сына?

— Верно. — Его голос оказался мягким и бархатистым. Таких представителей мужского пола Милена видела впервые. — Охотница короля?

— Ах, нет, Сенти, это моя племянница, она их ярая поклонница.

— Жаль, очень похоже. Вам идет этот костюм!

— Милена, познакомься, это мой добрый друг, впрочем, как и все их семейство, — пэр Сенти Дорин, младший сын своего отца пэра Дорина.

— Дин Пайка! Вы уж так официально! — Сенти засмущался.

— А это, как я уже говорила, моя племянница дин Милена.

Сенти приветливо улыбнулся и протянул руку. Она неуверенно посмотрела на Пайку.

— Просто коснись его руки, дорогая, — прошептала та, а потом обратилась к Сенти:

— Она не здешняя.

Милена так и сделала.

— Я ведь пришел купить у вас зеркало и вручить это приглашение. Но вижу, вы теперь не одна. Я скажу своей матери о приезде вашей племянницы, и она незамедлительно отправит вам новое приглашение.

— О, не стоит! — воскликнула Милена, после чего Пайка и Сенти посмотрели на нее. — Мне кажется…

— Да что ты, дорогая! Не бойся. Она стесняется… Моя бедная племянница такая застенчивая. На самом деле она будет в полном восторге от вашего приглашения! Правда, Милена?

Милене ничего не оставалось, как только кивнуть.

— Милена? Ваша племянница издалека? Ее имя редкое. По крайней мере, я такого не слышал. Да и странная манера произношения речи.

— Да, издалека. Там у них все так разговаривают. Вот потихоньку осваивает нашу манеру. Ничего, поживет, вольется.

— Да нет, и так хорошо. Мне даже нравится! — Он повернулся к Пайке. — На балу могут быть король с королевой, возможно, и просто принц с принцессой. Но мы, конечно, ожидаем видеть всех.

— Но праздник состоится в честь твоего старшего брата. Не будет ли принц помехой? — Пайка задорно подмигнула Сенти.

— Принц его давний друг, тем более он выразил живейшее желание увидеть избранницу принца как можно скорей. Учитывая, конечно, что мой старший брат против затеи с женитьбой!

Пайка рассмеялась.

— Смотри, Сенти, тебя ждет та же участь.

— Я постараюсь к этому времени определиться!

— Ну что ж, Сенти, проходи, я покажу тебе свои зеркала.

— Благодарю Вас. — Он последовал за Пайкой.

— Какое именно ты хочешь?

Они вошли в просторный зал, который еле вмещал в себя обилие зеркал.

— Маленькое и красивое.

— О, Сенти, да ты, похоже, уже определился!

Милена из любопытства последовала за ними.

— Нет, это для моей двоюродной сестры. Она выиграла спор и загадала зеркало. — Сенти смутился и растерянно водил взглядом по зеркалам, пытаясь отыскать то самое, которое бы понравилось сестре.

— Понятно! Твоему отцу следовало бы женить сначала тебя, твой брат слишком разборчив.

Взгляд Сенти остановился.

— Вот это, я возьму вот это! По-моему, красивое, вы не находите, Милена?

Милена истинно оценила выбор. Зеркало было очень красивое и роскошное, впрочем, как и все здесь. Кто же их делает?

Когда Сенти скрылся за дверью, Милена тут же насупилась.

— Я не могу пойти на этот бал! Я не готова увидеть столько людей вашего мира!

— Да брось, Милена! Это же не случайность! Сам Сенти попросит за тебя! Невежливо отказывать!

— У меня шрамы, Пайка! Меня нельзя показывать!

Пайка сердито поджала губы.

— Ну и что с того? Мы никому их не покажем!

— Разумеется, не покажем! Я просто туда не пойду! — Милена опять отвела волосы. — Пайка, я боюсь сделать неосторожное движение, как бы не раскрыть свой позор!

— Это не позор! И не говори так! У тебя прекрасное личико! И даже Сенти ты понравилась.

— О чем вы, Пайка… Я никогда не смогу жить нормальной жизнью, как все девушки моего возраста, и у меня никогда не будет того же счастья, что и у них!

— О чем мы говорим? — Пайка подбоченилась, отчего ее пышные рукава у плеч вздыбились до самых ушей. — Я тебя не замуж выдаю! И ты идешь туда не на смотрины! Если ты моя племянница, то из вежливости должна пойти туда! Хотя бы потому, что тебя приглашают приближенные самого короля! Ты знаешь, какая это честь для любого жителя королевства, которые спят и видят, как оказаться на твоем месте?! Ты без пяти минут здесь, а тебя окружают такие успехи! Ты не задумывалась, что все, что происходит в твоей жизни, не случайно? То, с кем знакомит тебя судьба, это не напрасно!

Милена подняла голову и посмотрела на Пайку.

— И отныне зови меня тетушкой, ведь ты моя племянница. Помнишь? Иди пока к себе наверх, через час мы обедаем и идем на рынок, потом к цветочнице. И да! Нечего болтать об этих шрамах! Это не позор!

Милена шла к себе и ворчала. С чего вдруг в Пайке, такой милой и мягкой женщине, проснулась командирша и комендантша? Счастье вдруг куда-то улетучилось. А на смену пришло уныние. Как же! Не позор! Ей бы мои проблемы в мои годы! Хотя что это она? Как так случилось, что их разговор зашел о женихах? О последних Милена даже и не мечтала. То есть мечтала, но где-то там, глубоко. По-крайней мере, она никогда не обольщалась на этот счет и, слава Богу, влюбчивой себя не назовет. Так что при виде Сенти сердце ее хоть и дрогнуло, но так, на самую малость и ненадолго. Ее пытливый и любознательный ум тут же перекинулся на изучение манер высшего общества, странности поведения и произношения речи. Например, некоторые слова растягивались, вопросы произносились вообще с другой интонацией. Складывалось впечатление, что, растянув слово, они будто пытаются что-то вспомнить, а потом неожиданно договаривают или быстро произносят вопрос. Милене приходилось немало напрягаться, чтобы понять и привыкнуть к этому, сама же она немало удивляла людей своей манерой разговора. И, конечно же, зеркала, главная и животрепещущая тема Милены, которые буквально пестрели на прилавках и стенах магазина Пайки.

Милена не находила себе места. Это было бы ошибкой — в первые же дни бежать в общество, которое для тебя незнакомо! Я не знаю этих людей, их повадки, традиции, я буду чувствовать себя совершенно неудобно!

Так Милена добрела до своей комнаты и плюхнулась на стул возле письменного стола. Вся мебель в этой комнате была сделана из синего дерева. Шутка или нет, но, оказывается, в этой полосе растут деревья с синей древесиной, а листва и кора их изумрудного цвета. На них еще растут такие цветочки нежно-розового цвета, это красиво! Милена еще не видела. Но Пайка очень восхищалась, когда показывала ей эту комнату.

После длительного, на взгляд Милены, и утомительного похода на рынок они, наконец, добрались до дома цветочницы. Та, конечно же, приняла их радушно и принялась во все глаза рассматривать племянницу Пайки. Милена же выказала и в этот раз желание появиться на публике в костюме охотницы.

— Милена, дорогая, конечно, завтра ты можешь приходить. Я тебе здесь все покажу, но у тебя же есть в гардеробе пара прелестных платьев, правда? — Цветочница сидела на красивом диване напротив своих гостей, которые восседали на таком же. По обе стороны от диванов стояли длинные желтоватого цвета вазы с красивыми цветами.

— Есть у нее все, Рита.

Рита. Хоть одно знакомое имя. Милену вдруг по-родному потянуло к этой женщине, сейчас ради нее она была готова на эти длинные средневековые платья.

В комнату вошла пышная девица, розовощекая и улыбающаяся.

— Познакомься, Милена, это моя дочь Ими, она тоже помогает мне с цветами. Кстати, уверена, вы уже в курсе, что семья пэра Дорина затевает праздник в честь их старшего сына, и они воспользовались нашими услугами в оформлении их дома.

— Да, Сенти заходил сегодня, чтобы лично вручить мне приглашение, но, увидев мою племянницу, решил послать еще одно.

— Правда? Замечательно! — Улыбка Риты получилась несколько кривоватой. — Значит, на праздник в помощники мне придется искать еще одну девушку?

— Ой, нет, что вы, я вам помогу! Я…

— Милена, ты не можешь, ты приглашена на праздник, тебе надо как следует подготовиться!

— Разве я не могу прийти раньше? Разве вы не будете украшать дом днями раньше?

— Цветы должны быть свежие!

Милена задумалась.

— Что ж, тогда я приду при параде. Не думаю, что от цветов пострадает мой наряд.

Рита улыбнулась и взглянула на свою дочь.

— Смотри, Ими тебе завидует, что ты приглашена на этот праздник, где Палу будет выбирать себе невесту. Но ты готова помогать нам?! Насколько я поняла, Пайка, твоя племянница не очень хочет быть на самом празднике. Но почему? Все девушки об этом мечтают и сейчас выдумывают себе невероятные наряды, чтобы вскружить голову приближенному к принцу или его брату. Что же будет, когда принц будет выбирать себе невесту! — Рита произнесла это мечтательно, будто к ней это тоже относилось. — Но ты, Милена! Ах, да! Ты же новенькая в нашем городе, и никого еще не видела толком. Но даже если и не видела!

— Наверно, у нее уже есть жених, и он остался там, ждет ее. Так, Милена? — Тут же принялась защищать племянницу тетя.

Отчасти это было правдой, поэтому Милена кивнула. Ей нравился ее сосед, но это было несбыточной мечтой. С недельку потосковав, она забыла о нем в тот же день, как только очутилась в ином мире. Милена поморщилась и мысленно возблагодарила Бога за столь странные, но вовремя наступившие обстоятельства. Кто знает, может, Милена изменила бы себе и влюбилась бы в этого парня надолго и безответно. Вот такая печальная история. Милена сидела с кислым видом, весь этот разговор о женихах ей наскучил. Что толку о них говорить, когда шрамы все еще на ее лице.

— Вот как? Тогда понятно, ты, наверное, тоскуешь по нему? Постойте, ты здесь надолго, раз ищешь работу?

Милена опять кивнула.

— Я не хочу обременять свою тетю.

— Вот это да. Похвально! — Рита опять взглянула на свою дочь. — Не переживай, Ими, ты попадешь в этот знатный дом пэра Дорина, и, возможно, тебе посчастливится раньше всех претенденток встретиться с его сыновьями. — Она погладила по коленке дочь, которая села рядом с матерью.

Ими скромно опустила глаза и улыбнулась.

— Да, мама, возможно.

— Что ж, тогда, Милена, завтра я тебя жду, надеюсь, ты запомнила дорогу?

— Да, спасибо.

Они с Пайкой возвращались домой, на улице уже было совсем темно. Яркие причудливые фонари горели оранжевым светом, наполняя улицы теплом. Вот бы и в нашем мире такую красоту, подумала Милена!

— Милена, нам надо сделать одну вещь с тобой.

— Какую?

— Надо спрятать твое зеркало.

— Но куда я его спрячу! Зарыть в землю? Или в глубокую пещеру унести?

— Ну, то, что оно лежит в твоей сумке, это не дело. Пока спрячем в моем доме.

— Пайка, а у тебя есть твое зеркало?

— Конечно. У каждой продавщицы есть свое зеркало.

— Интересно, какое оно у тебя!

— Красивое — все, что я тебе могу сказать. — Пайка улыбнулась и отперла дверь ключом, как только они подошли к дому.

После ужина они спустились в подвал дома, по каменной лестнице, глубоко вниз. При желании Пайка могла бы сделать два цокольных этажа! Но, видимо, местные жители (или только продавщица) не особо придавали значение подземным помещениям и хранили в них ненужный хлам или вещи не первой необходимости. Либо тайники, как это делали сейчас они с Пайкой. Внизу, куда они спустились, стояло много стеллажей с полками, на которых стояли запыленные, в паутинах, банки с непонятным содержимым, какие-то свертки, которые Пайка попросила не трогать, шкатулки, короче, всякий хлам и провизия. Отвернув половик, Пайка потянула за тонкое кольцо, приделанное к одной из плиток каменного пола. Та с трудом поддалась и открылась. В полу зияла неглубокая яма.

— Клади пока сюда.

— Пайка! Мне жалко мое зеркало класть в эту дыру! Я не могу так с ним поступить! Оно не хочет!

— Ты уверена?

— Вполне! Давай лучше на полку! Тем более, я хочу, чтобы зеркало было рядом!

Пайка задумалась на время.

— Странно…

— А где же ты хранишь свое зеркало? Неужели так далеко от себя, неужели ты с ним так мало видишься?! — Милена прижала к себе зеркало, завернутое в тряпки. — Я не могу и не хочу с ним расставаться. — Милена слушала себя со стороны и удивлялась своей привязанности. Послушала бы ее сейчас Ленка, ее подружка и коллега, то покрутила бы пальцем у виска.

— Ты не можешь везде таскать его с собой, оно достаточно большое! Ты можешь его потерять или уронить!

— Тогда я хотела бы его спрятать так, чтобы чаще могла его видеть.

— Ты можешь приходить сюда.

— Пайка, моему зеркалу здесь не место, я это чувствую.

— Странно… — опять повторила Пайка.

— Ты же сказала, что они живые! Я чувствую это!

— Странно…

— Да что странного-то?

— Ты из другого мира, но чувствуешь такую сильную связь с этим зеркалом?!

— Похоже на то, а что?

— Ничего. Я ничего не понимаю! Такое ощущение, что ты не просто избранница из другого мира, но что ты избранница этого мира, просто ты еще об этом не знаешь! Кто твои предки? — Пайка задвинула плиту обратно и накрыла сверху ковром.

— Что ты, Пайка, я родителей своих не знала, а ты говоришь о предках!

— У тебя есть картины, на которых они изображены?

— Нет, ничего нет. Словно их и не было. — Да и картины в ее мире большая роскошь.

— Ну, тогда твое зеркало должно все прояснить. Жди.

— Чего ждать?

— Этого я не знаю. Ладно, пошли наверх, я знаю еще одно местечко. Пойдем.

Они поднялись снова наверх. На этот раз Милена без колебаний положила зеркало в небольшое ложе между двумя камнями в стене. Что за ерунда! Носимся по дому, как ненормальные, прячем зеркало. Да кому оно нужно? Не понадобилось же раньше, несмотря на то, что некоторые узнали о нем.

— Знай, что твое зеркало всегда даст тебе знать, когда будет в беде.

— Да, я это уже поняла, Пайка. — Милена отряхнулась от пыли.

— А сейчас иди спать, тебе завтра рано вставать утром, я тебя разбужу. Не забудь приготовить платье, которое хочешь надеть.

— Хорошо, Пайка, спокойной ночи.

Я всего лишь пару дней здесь, а события развиваются молниеносно, подумала Милена, поднимаясь к себе. Нет, все же жизнь в этом сказочном мире гораздо привлекательнее, чем там. Когда Милена разбирала платья и вешала в шкафчик, то наткнулась на мешочек минилюда. Она совершенно про него забыла. Хотя, когда ей помнить, Пайка загоняла ее то по рынкам, то по базарам, и на работу удивительно быстро устроила. Опомниться не успела, как уже ее облачили в здешние одежды, познакомили с милыми дамами магазинчиков, трудоустроили и еще на бал пригласили! И этот маленький подарок… Развязав мешочек, она высыпала содержимое на ладонь и ахнула. Это оказались драгоценные камни изумрудного цвета, ярко переливающиеся в свете комнатного освещения. Кстати, понятие электричества в этом мире несколько иное, у них нет выключателей или включателей. Просто встроенные в стену устройства, которые при наступлении ночи начинали изливать мягкий желтоватый или какой-либо другой свет. Правда, почему-то этот свет не горел, когда людей не было дома, и от чего это зависело, Милена не знала. Здесь вообще было много непонятного, например, иллюзии, ходящие по городу, словно призраки. Милена так и не поняла, где иллюзии, а где правда жизни. Весь этот мир перемешан. Словно в устои этого мира кто-то привнес устои ее мира, и все перемешалось. То этот мир отставал в прогрессе, то взлетал вверх. Наверное, те ресурсы, которыми обладали эти люди, неизвестны нам, и наоборот. Если говорить о фонарях, то, поближе присмотревшись через окно, Милена увидела, что необычная лампочка горела в плафоне, а сгусток твердого вещества или камня горел разными цветами. Как сказала потом Пайка, это распространенный минерал, которому нашли свое применение. Она ощутила холодящие руку камешки и мысленно вернулась к ним. Красивые. Только сейчас она заметила голубоватые отливы. Это наверняка не изумруды, подумала Милена.

Утро. Синее платье ей очень шло. Милене даже самой нравилось, но как-то непривычно в таком наряде выхаживать перед народом. Ничего не поделаешь, после недолгих сборов и завтрака она добралась по памяти к дому цветочницы, где был рядом пристроен ее магазин. Аромат цветов стоял на всю улицу. Милена отметила, что представительниц прекрасного пола и парочек здесь обитало гораздо больше. Да и улица была оформлена так, словно это парк или улица любви. Забавно работать в таком месте. Что она будет делать с этими цветами? Разве что только поливать, вот и все, на что она способна. Составление букетов — это не для нее. Но радушная хозяйка, Рита, выдала ей с утра фартук и проводила лично в цветочные сады. Милена и представить не могла, что за ее домом находились целые плантации цветов и оранжерей. Люди, чьи дома окружали ее угодья, должны быть просто счастливы такому соседству!

Сейчас ей доверили обрезать цветы и складывать в корзину. Показали несколько кустов, что составляли объем ее работы. Цветы напоминали чем-то наши ромашки, только они полностью были зелеными. Милене же показалось, что букет из этих нежных цветов будет очень красивым. Например, в сочетании с чем-то белым.

Ее размышления прервали мягкие шаги по гравию. Это оказалась дочь хозяйки. Она грациозной походкой подошла к ней, Милена позавидовала ее утонченности, несмотря на пышные формы.

— Милена, я пришла вам помогать и отвечать на ваши вопросы, чтобы вы быстрей могли войти в работу.

— Спасибо. — Похоже, в этом мире не принято особо здороваться.

— Скажите, а откуда вы приехали? Что-то мы вас никогда не видели? Никто в этом городе и не слышал о том, что у Пайки есть племянники. Она, правда, всегда была скрытной, а тут объявились вы. Мы сначала подумали, что она будет вас обучать своему ремеслу, но когда сказала, что хочет, чтобы вы работали у нас, честно признаться, мы удивились!

Да-а. Эта подруга любопытна и говорлива, когда нет поблизости ее матери, разумеется. Ну, не собирается же она меня сейчас уболтать…

— Может, Пайка все же как-нибудь сама и расскажет?

Ими недовольно поджала губы.

— Простите еще за нескромный вопрос. — Милена уже напряглась и выпрямилась. — Почему вы опять пришли с распущенными волосами? Разве к платью не идет какая-нибудь прическа?

Ну вот, опять! Это мое дело!

— Если вы хотите, я могу вам сейчас ее сделать, если вы, конечно, не против.

Наговорила, а теперь пятками назад. Вот заноза.

— Нет, спасибо. Так я буду ходить всегда. — И Милена вновь принялась срезать цветы. — Что вы делаете с этими цветами?

— С Малидками? Их очень любит одна пожилая дама знатного рода, честно говоря, только для нее, ну и для особых случаев, мы выращиваем эти цветы.

— Понятно.

— Они на самом деле необычны. Их стебель тонкий, зеленый, а лепестки нежные, наитончайшие, бледно-зеленые, я тоже считаю их красивыми, — Ими сделала паузу. — Милена!

— Да?

— Вы меня простите, но, если вы не делаете прически, то как вы пойдете на праздник по выбору невесты? Я, конечно, поняла, что вас это мало интересует. Но все же, если хотите, я могу украсить ваши волосы цветами, это будет тоже элегантно и красиво. У вас такие роскошные волосы! Честное слово, я вам даже завидую!

Ладно, за комплимент простим ей ее назойливость. Милена проникалась симпатией к этой девушке. В какой-то момент она даже пожалела, что ее не будет на этом балу. Тоже мне бал! Парень собирается выбрать себе кого попало, а потом кусать локти всю оставшуюся жизнь! О чем только думают его родители? Он же не король, не принц какой-то, чтобы жениться на себе подобных. И если все девушки так трепещут перед этим выбором, значит, он тоже, как и его братец, недурен собой. В таком случае вокруг него должно виться немало девушек, причем каждый день. С трудом можно поверить, что он никого себе не выбрал. Наверняка уже есть претендентка. Это будет самая богатая, самая красивая, и т. д. и т. п. Вот и все.

После резки этих милых цветов Милене предстояло составить из них букет. Этого она меньше всего хотела. Но пышная и цветущая Ими всегда была рядом и помогала ей. После утомительных попыток составить букет в одиночку Милена готова была кидаться растениями, как дротиками. И получилось бы это лучше. Но, утешая ее, хозяйка и Ими сказали, что для нее всегда найдется работа, может, и менее привлекательная, зато подходящая. А по мнению Милены, лучше она будет срезать цветы, копать землю, только не букеты или украшения. Таскать, собирать, складывать — это все она. Рабочий день уже подходил к концу, когда к ней в оранжерею подошла Ими.

— Милена, к тебе пришли! — Глаза ее подозрительно блестели.

— Ко мне? — Кто бы это мог быть, она никого не знает в этом городе. — Кто это?

— Это пэр Сенти Дорин, он примчался верхом. Вы успели уже познакомиться?! Он приходил к вам домой?! Какой же он красивый, дин Милена! — И она покрылась еще большим румянцем, а глаза ее, словно два фонаря, осветили бы темную улицу.

Сенти стоял у входа возле широкого окна от пола, служившего витриной. Завидев Милену, он протянул руку. Милена чуть коснулась и сделала реверанс, как учила ее Пайка.

— Милена, я поспешил вручить вам это приглашение, как только оно было готово. Моя семья заинтригована вашим появлением и желает с вами скорее познакомиться.

Сенти протянул ей приглашение. Его лицо было взволнованным, и он неотрывно смотрел на нее. Честное слово, Милене приходилось непросто с этими утонченными манерами знатных пэров и дам. И что это с ним?

— Благодарю вас. Я очень польщена.

Сенти просиял.

— Тогда, возможно, вы не откажетесь от прогулки с нами по нашему парку. Я видел, вы поклонница охотниц, могу с некоторыми из них познакомить!

— Правда?! — Милена загорелась, но тут же повернулась к Ими, скромно стоявшей позади. — Сенти, а вы позволите моей подруге сопровождать меня?

Сенти посмотрел на Ими и утвердительно кивнул.

— Конечно! Вы в этом городе еще никого не знаете, вам наверняка будет удобно пойти с вашей… — он запнулся, но немедленно продолжил, — …подругой. Прошу вас, Ими, приходите и вы к нам. — Он обратился вновь к Милене. — Когда вам будет удобно? Скажем, завтра примерно в это время? — Милена кивнула. — Я пришлю за вами карету.

— Скажите, Сенти, могу я взять с собой свой лук и стрелы?

— Да, это будет интересно — посмотреть, как вы стреляете!

— Сенти, я никак не стреляю, я не умею, но горю желанием научиться.

Почему-то Сенти это обрадовало и развеселило. Еще спустя какое-то время он распрощался с ними и ушел. Милена повернулась к Ими.

— Ими, с тобой все в порядке? — Вид у нее был такой, словно она сейчас от умопомрачительного восторга упадет в обморок.

— Да… — еле слышно и с придыханием проговорила она, — я вам так благодарна, так благодарна! Это просто дар свыше, что вы пришли к нам, в этот город!

«Да что с ней?» — пронеслось у Милены в голове. Ими же, сжав руки на груди в кулак, словно в молитвенном обожании, продолжала изливать свои чувства. — Что вы назвали меня своей подругой, и пригласили сопровождать вас в этой прогулке… Я вам так благодарна!

Тут зашла Рита.

— Мама! Ты не представляешь, что сейчас произошло! — Она кинулась к матери, чуть не опрокинув ее на диван.

— Осторожно, Ими!

— Я завтра иду на прогулку в поместье пэра Дорина, в их парки! Там так чудесно!

— Правда? Откуда такая чушь? Милена, что здесь произошло? Моя дочь сходит с ума?

— Нет, Сенти пригласил нас.

— Пэр Сенти Дорин? Он не мог пригласить Ими! Она ниже его по положению!

Если бы они знали, что у Милены вообще нет никакого положения. Да, в этом мире тоже есть несправедливость. Милена тяжело вздохнула.

— Не думайте об этом, дин Рита. — Дин — еще утром Пайка объяснила ей, как обращаться к людям выше ее по званию и положению, если это, конечно, не какой-нибудь пэр. — Просто берите, что судьба вам дает.

— Судьба?

— Ну, может, дар зеркал. — Неуверенно проговорила Милена.

— Дар зеркал. Да. Нам нет нужды от него отказываться. Ими, ты должна одеться очень просто и элегантно! Нет! Очень пышно и ярко! Тебя должны видеть все! Все женихи этого королевства!

С этими словами хозяйка куда-то быстро ретировалась.

Милене сразу заплатили за первый день ее работы. Так что Пайка была вдвойне счастлива — что Милену утвердили как работницу, и что ее уже дважды пригласили в дом известного пэра. С полученной зарплаты Пайка с Миленой сразу условились прикупить еще несколько нарядов. Если она зарекомендует себя хорошим другом и собеседником в этом доме, ей предстоит принять немало таких приглашений, чему Милена была не особо рада, ведь ее привычная жизнь — это жизнь в тени, общение только с теми, кто знает ее достаточно близко, чтобы она могла не бояться скрывать свою внешность. И ее нельзя назвать очаровательной барышней, ей больше присуща резкость в движениях и в словах, хотя она вполне справляется. Нет, даже очень справляется!

Подруги вышли из цветочного магазина в назначенный срок, к ним подъехала карета с гербом пэра Дорина, запряженная лошадьми.

— Ими, скажи, в вашем королевстве пользуются только каретами и повозками?

— Нет, конечно! То есть да. В основном да. Но в редких случаях по небу проносятся крылатые воители. Кстати, пэр Сенти из этой же династии. Хотя вы, должно быть, в курсе.

— Летают, значит?

— Да, их изобрел магистр Трэм! Он такой великий ученый!

— Это он изобрел иллюзии?

— Да, он. Правда, необычно?! Можно как будто воочию увидеть то, чего ты никогда не видела!

— Разве это никто не использует в плохих целях?

— Нет, я такого не слышала.

— А почему не все могут летать на этих аппаратах?

— Потому что это не очень полезно для окружающей среды.

Какие сознательные люди. Понятно, прогресс есть, значит, есть куда расти, все это используется во благо народа. Что ж, приятно. Только вот и я бы полетала.

Карета остановилась возле огромного особняка из белого камня, с высокими широкими окнами и красивыми балконами. Парадный вход прятался в проходе через арку. Вокруг особняка раскинулся парк. Позже Милена узнала, что позади здания протекала река, а за рекой лес. Сейчас Милена впервые оказалась на окраине города после ее первого появления у ворот. Ночью природа говорила о себе мало. Но теперь это было прекрасно!

Сенти встретил их у главного входа, рядом с ним стояли две охотницы в своих униформах с вышитыми гербами на левых плечах, в руках они держали лук и стрелы.

— Дин Милена! Рад, что вы приехали. Ими. Позвольте вам представить дин Мину и дин Шти, как и обещал, знакомлю вас с охотницами. Мы как раз вышли, чтобы встретить вас и показать владения моего отца. Сам он не может присутствовать, у него неотложные дела за пределами нашего города. А мой братец морально готовится к предстоящему празднику. — И Сенти звонко рассмеялся.

Милена же во все глаза смотрела на охотниц, на их наряд, их дикий, но в тоже время прекрасный вид. Если эльфы существуют, то это они. Правда, уши у них, как у обычных людей.

Ими предпочла держаться в тени Милены, а когда к ней обращались, она лишь мило улыбалась и иногда бросала редкую фразу. Что случилось с Ими, с ее любопытством и ее безостановочной болтовней? Наверное, сказывалось неравенство. Что ж, по крайней мере, по ее лицу было видно, что она все же счастлива побывать здесь. У нее будет чем поделиться со своими подругами и даже похвастаться. Если говорить о Сенти, то он вел себя достойно и уделял немало внимания Ими, неравенство его не пугало. Это заметно поднимало его в глазах представительниц прекрасного пола. Общителен, внимателен, галантен, богат, что еще надо? И, конечно же, красив! Даже на первый взгляд холодные охотницы вскоре оттаяли и смеялись, бегая по полю вдоль реки и вокруг деревьев, то играя в салки, то гоняя местных букашек, стайками кружащих над причудливыми кустами. Наконец, приблизился тот момент, когда троица соизволила пострелять из лука. Милена так этого ждала, что уже готова была сама предложить сменить их затеи на стрельбу. Когда охотницы увидели ее лук и стрелы, послышалось фырканье.

— Твой лук слаб, на, возьми мой. — Шти протянула свой лук и забрала ее. — Где ты достала его? Он не подходит даже для праздного пользования. С ним нет никакой радости. Стрелы не будут долетать до цели! И стрелы! Они тупые! Это из детского магазина?!

Милена смутилась, но не подала виду. Она вставила стрелу и натянула лук.

— Сильнее натягивай! — Мину подошла сзади и помогла.

К этому занятию они подходят всегда не как к забаве, а с профессиональной точки зрения. Словно тренеры своего ученика. Это приятно.

Милена выпустила стрелу, и та точно угодила в центр отметки на дереве. Ими радостно захлопала в ладоши.

— Вот это да?! Это чистая удача, хорошие учителя, или Милена уже умела стрелять из лука?! — Сенти озадаченно, но с веселостью в глазах подошел к ней.

— Боюсь, что это и то и другое, кроме последнего. Я никогда до этого времени не стреляла из лука.

— Милена, возьми еще стрелу, — Шти была менее улыбчива и более серьезна, — попробуй еще.

— Бывает так, что у не потомственных охотниц открывается другого рода дар, особенно у избранных. Правда, могут сыграть свою роль какие-нибудь гены предков. — Мину проследила за ней, как она натягивает лук, не помогая ей.

Точное попадание в цель удивило всех. Когда Милена попала еще пять раз подряд, это озадачило их еще больше. И ей уже никто не поверил, что она никогда не держала в руках лук, либо она обладательница зеркала дважды. Что значит «дважды», Милена не стала выяснять. Пока. И все-таки решилась согласиться с первой версией, что все же был в ее жизни момент обучения стрельбе из лука. Хотя от этого ей стало не лучше, ведь это неправда. И в их глазах она представлялась врушкой. Что здесь такого, ну обладательница она зеркала, и что? Не кинутся же они все рысью искать его!

На обратном пути Милена только и думала о своих точных попаданиях из лука. Как такое возможно?! Держа лук и целясь, она вдруг почувствовала уверенность, она видела цель, и цель была близка. На самом деле цель была уже далека, они отходили все дальше и дальше, пока мишень не сократилась до маленьких размеров.

Может, зеркало над ней шутит, выявляя в ней те способности, которые ей не присущи?

Когда Милена вернулась домой, Пайки не было дома. И девушка, которая помогала ей по дому, а иногда присматривала за магазином зеркал, сказала, что ее не будет как минимум еще два дня. Милена сразу все поняла: очередное зеркало нашло своего хозяина, и Пайка сейчас сидит где-нибудь так же высматривает избранного, даже не подозревавшего о своем счастье. Надеюсь, к балу она вернется, потому что если нет, одна она туда не пойдет. Пройдя в кухню, Милена нашла на столе записку от Пайки. Ее новоиспеченная тетушка сильно переживает о ней, оставляя ее одну в незнакомом городе, но надеется, что Милена будет следовать простым правилам этого мира и не искать себе приключений, работа-дом, дом-работа. Ясно. Она под домашним арестом! А мы ведь хотели купить пару платьев. Что ж, это подождет!

Сенти, как всегда, оставался дружелюбным и общительным, так что Милена в отсутствие тетушки не скучала. И, конечно же, везде ее сопровождала Ими. Она была несколько смущена и скована в присутствии Сенти и его друзей, ведь их положение в обществе было на порядок выше. Да и никто особо не горел желанием общаться с ней, что еще больше удручало. Все смотрели на такое общество, как на маленький каприз племянницы продавщицы зеркал. Милене это не нравилось. Когда Ими чуть отстала, она не преминула сказать об этом Сенти.

— Сенти, я заметила, что общество Ими в тягость вам.

— В тягость? Нет, просто она простая цветочница! И если ее общество тебя забавляет, пусть будет так. — Он немного помолчал, обдумывая. — Странно, что ты об этом спрашиваешь? Так было всегда. Родовые династии и люди высокого положения больше общаются в своем кругу, и это приветствуется!

— А если тебе вдруг понравится девушка из низшего общества?

Сенти усмехнулся на это замечание, и в его глазах появились искорки.

— Чтобы этого не случилось, лучше общаться в своем кругу. — Снова повторил он, а потом остановился и внимательно посмотрел на Милену. — Ну и к чему эти вопросы, дин Милена? Разве ты сама не знаешь этих правил?

Милена поджала губы, не зная, что ответить.

— В этом мире когда-нибудь что-нибудь изменится? — Наконец пробубнила она и отвела глаза в сторону, посмотрев на Ими, которая шла, опустив голову.

— Ты о чем?

— Никто не застрахован влюбиться не в того человека, даже ты!

Сенти слегка дернул бровями и они снова пошли вдоль кустистого сада.

— Хм… Пусть даже и так! Почему тебя волнуют эти вопросы, кто в кого должен влюбиться. Ты часом не влюбилась в простолюдина? — И Сенти широко улыбнулся, видя возмущение на лице Милены.

— Что?! Да я вообще ни в кого не влюблена! — Милена выразила на своем лице всю абсурдность этого предположения.

— Тогда зачем спрашиваешь?

— Я о равенстве, а не о разделении людей по положению!

Сенти кивнул и заложил руки за спину. Его тонкие короткие пряди возле лба выбились и торчали дугой, пока он привычным движением не убрал их назад.

— Тебе ли об этом переживать? Или ты боишься влюбиться в простолюдина? — И Сенти снова улыбнулся. Он отвернулся на этот раз от Милены, убрал препятствующую ветвь дерева, посмотрев на идущих впереди Мину, Шти и еще двоих молодых людей.

— Разве Ими простая цветочница?! — Милена вновь украдкой взлянула на нее и зашептала. — Мать которой имеет свой магазин, целую плантацию и, возможно, династию цветочниц?

— Так вот ты о чем? Надеюсь, Ими не влюбилась в избранного. Если это так, то это безнадежно.

— Сенти, ты можешь думать о чем-нибудь другом, кроме любви!

— Ты первая начала.

— Я серьезно!

Сенти тяжело вздохнул и вдруг посерьезнел. Его брови нахмурились, можно было подумать, что он внимательно рассматривает дорогу впереди себя.

— Насколько я знаю, это не так. Ее мать занимается цветами лишь после смерти своей матери. Это еще не династия. И, к тому же, каждая династия обладает живым зеркалом.

— Так вот почему эти люди отличаются от таких как вы?!

— Даа… — Протянул молодой пэр. — Ты хотела сказать — от таких, как мы! — Он остановился и прищуренными глазами посмотрел на Милену. — Есть родовые зеркала, передающиеся из поколения в поколение, — проговорил он с сомнением.

— А есть просто люди, имеющие зеркала, свои собственные, верно?

— Определенно…

— А в вашем роду есть обладатели живых зеркал?

Сенти заметно помрачнел, и его губы превратились в тонкую полосочку.

— Я не должна этого спрашивать?

— Как и все остальное. — Небрежно проронил он. Потом с минуту помолчал, и они снова пошли вдоль уже фруктовых деревьев. Ими же, остановившись в сторонке, сделала вид, что любуется прекрасными кустами с вытянутыми усиками, как у винограда. — Нет, дважды избранных в нашем роду еще не бывало.

Что-то Сенти тревожит. Он с неохотой отвечал на ее вопросы. Но Милена не заостряла на этом внимание. Сейчас ее больше интересовало, кто такие дважды избранные. Она не успела спросить, так как слуга, который вышел им навстречу, сообщил о прибытии пэра Дорина и его жены. На этом прогулка закончилась.

На следующий день отсутствия Пайки Милена решила попробовать упаковать себя в единственное платье, которое еще не видело свет, оно предназначалось для бала. Почти уже облачившись в него, она вдруг услышала торопливые шаги за дверью и через секунду стук в дверь. На пороге стояла рыжеволосая девушка.

— Дин Милена, к вам пришел пэр Сенти Дорин. Ждет вас в гостиной.

— Хорошо, скажи, я сейчас спущусь.

Быстро облачившись в прежнее платье, Милена поспешила вниз. Сенти стоял, облокотившись о подоконник круглого окна, обрамленного резной, покрытой белой краской, рамой.

— Сенти? Рада видеть тебя!

Он повернулся и сначала несколько секунд не отводил от нее глаз. Потом посмотрел в пол, в руках теребя свой шарф. Нервничает, отметила про себя Милена и тоже заволновалась.

— Извини, Милена, что без приглашения. Я много думал… — Промямлил он, снова опустив голову в пол. Но потом, тяжело вздохнув, на что-то решившись, затараторил, упуская моменты растянуть слова. — Почему ты задаешь вопросы, которые знают все от мало до велика, учитывая, что ты родственница самой продавщицы Зеркал? Ты даже не пугаешься их откровенно задавать! — Он на секунду замолчал, проверяя ее реакцию, и продолжил. — И почему ты никогда не носишь прически, как все дамы нашего общества? Почему ты закрываешь половину лица и всякий раз придерживаешь волосы, когда дует ветер?

Огорошенная Милена тут же нахмурилась на последнее заявление Сенти. Ну и наглость, пронеслась у нее в голове первая мысль. Она не знала, что и ответить, такого поворота трудно было ожидать, да еще от Сенти. К чему бы эти вопросы? И что ему ответить, чтобы не навредить себе, тем более Пайке? И что за наглость такая — спрашивать про ее волосы?!

Сенти тем временем замолчал, наблюдая за гаммой чувств, передаваемых на ее лице, и несколько стушевался.

— А почему ты спрашиваешь? И что за интерес к моим прическам? — Возмущенно прокричала Милена и зыркнула на него одним глазом исподлобья.

— Это одна из твоих странных особенностей. — Проговорил он, скрестив руки на груди.

Его поведение было странным. Вот тебе и Сенти, скромный, дружелюбный и общительный парень. Что-то он определенно задумал. И все это неспроста.

Милена встряхнула аккуратно волосами и подняла подбородок. И чего все взъелись на ее прическу! Подумаешь, особенность, странность! А если бы она была лысая! Этот мир бы перевернулся?

— На этот и второй вопрос я не обязана отвечать. И я весьма обескуражена их смелостью. — Милена вышла из-за дивана и встала прямо перед Сенти с гордо поднятой головой, тоже скрестив руки на груди. — Что именно тебя настораживает? Или, правильнее сказать, что больше? Зеркала?!

Сенти кивнул. Зачем ему вообще все это нужно? Или не верит, что она племянница Пайки? Милена сощурила глаза. Непонятно. Так они стояли друг против друга, как два врага.

— Обо всем, что касается этих живых зеркал, вы много не говорите, словно это опасно. Что, если мне это не нравится? Почему люди, обладающие «редким даром», должны скрывать его, тогда как остальным по понятным причинам становится ясно, что эти люди не так просты?! Что в их жизни произошло чудо! И почему кто-то всегда пытается завладеть даром, не предназначенным ему? И если этот кто-то украдет дар, неужели тот перейдет к нему? Неужели ищут зеркала только в тех целях, чтобы погубить обладателя или как-то навредить ему? Какой в этом смысл? Даже если и так, не нашлось бы другого способа? — Милена выпалила все это скороговоркой.

Сенти не совсем все понял. И заключил, что у этой дамы в голове каша.

Минутная тишина никем не нарушалась, пока Сенти не опустил руки, тяжело вздохнув в очередной раз.

— Что ты хотел услышать, придя сюда? — Милена тоже опустила руки.

— Наверное, правду. Но, боюсь, ее я не услышу. — Он повернул голову к окну. — Впрочем, мне этого и не нужно, я и так знаю…

— Что ты знаешь? — Милена снова завязала руки на груди в узел.

— По-крайней мере, могу предполагать, что ты не племянница Пайки. Потому что ничего практически не знаешь о зеркалах. Да вы и не похожи совсем. — Сенти откровенно рассмотрел ее половину лица. — Ведь это же абсурд! Прическа и невежество в этих вопросах бросают на тебя тень простолюдинки. Но здесь есть одно «но»!

Сенти снова посмотрел на Милену.

— Простолюдины тоже знают все о живых зеркалах! Все живущие знают о зеркалах! Но не ты. И твои речи, манеры, мысли не схожи… ни с чем и ни с кем, — заключил он.

Милена села на диван. Молодой пэр оказался гораздо наблюдательнее и умнее, чем можно было подумать при первом знакомстве. И не такой уж он ветреный, а продуманный до мозга костей.

— И что теперь?

— Я прав?

— Я ничего тебе не скажу, Сенти. Можешь думать, что хочешь.

Сенти сел рядом.

— Тебе не стоит бояться меня, Мили.

Первый раз он назвал ее, как называли друзья.

— Почему?

Сенти пожал плечами.

— Потому что я знаю, что ты избранная. Пусть и не дважды. Но первое гораздо важнее.

Милена забеспокоилась. Чего можно было ожидать от Сенти, она не знала. И к чему он завел этот разговор, тоже непонятно. А его доводы совсем не успокаивают.

Милена вопросительно на него посмотрела.

— Я вижу, в твоих глазах читается страх. — Милена тут же отвела взгляд и разозлилась на Сенти за его внимательность. Теперь он принялся над ней издеваться… — Что тебя пугает? Неужели мои верные догадки относительно твоей личной избранности? Ты же сама была против того, чтобы избранные скрывали свой дар!

— Хватит, Сенти! Уходи! — Милена вскочила и указала рукой на дверь. Хватит с нее откровенностей! Он что, решил разложить ее по полочкам?

Сенти и не думал уходить.

— Я всего лишь учу тебя, Мили! Быть осторожной в вопросах, которые ты задаешь, и кому задаешь!

— Уже жалею, что задавала их тебе!

Сенти обиделся.

— Я всего лишь пытаюсь тебя защитить!

— Да? С чего бы это?!

— Я избранный, пусть и династийный, но имею связь с зеркалом! — Он это проговорил, гордо выпятив грудь, будто ему за это сейчас медаль повесят.

— Похвально!

Сенти совсем разобиделся, и Милена решила смягчиться.

— Ладно, к чему ты клонишь? Что тебе надо, Сенти?

— Я помогу тебе в твоих вопросах. Только ты должна задавать их мне, а не кому-то другому.

— Я могу задавать их Пайке!

Сенти помрачнел еще больше.

— Похоже, зеркало было право, тебя нужно защищать от себя самой. Ты так многого не понимаешь, особенно себя… Пайки для тебя мало! Да и путь избранных не так прост! — Сенти схватил шарфик, брошенный на столик, и двинулся к двери.

— Эй, ты куда? Чего я не понимаю? Сенти, стой! Сенти…

Сенти остановился, только когда открыл дверь.

— До встречи Милена. Будь осторожна. — И он вышел. Его лошадь стояла, привязанная к кованому забору на противоположной стороне от дома Пайки.

Ну вот, ее злой язык подводит, остается надеяться, что Пайка сейчас вернется и все уладит, разъяснит. Сенти начинает ее пугать. Неужели в этом мире нет укромных уголков, куда бы не дошла весть о зеркалах? Восклицания Сенти только усиливают ее любопытство, и возникает все больше вопросов. Если зеркала такие живые, что же ее зеркало с ней не говорит? Или она не обладательница зеркала, что, если это зеркало перенесло ее и все! Тогда зачем? Непонятно! Ничего не понятно! Милена схватилась за голову. Кажется, голова сейчас пойдет кругом.

На следующий день, рано утром, когда она еще не вышла из дома, чтобы идти к цветочнице, пришло приглашение от семьи пэра Дорина — Пайке и ей. На предварительный ужин по случаю бала в честь пэра Палу Дорина.

Первым желанием и мыслью Милены было никуда не идти, но в этом мире без видимых причин отказы не принимались, к тому же считалось нехорошим тоном проигнорировать приглашение. А в приглашении указано, что придет королевская семья. Так что вдвойне невежливо не явиться на ужин. Милена уже трижды пожалела о столь близком знакомстве со знатью. Что ей там делать? Вопросы задавать нельзя, так о чем с ними разговаривать? Прическа ее им всем не нравится! К тому же у нее наверняка нет подходящего платья. И Сенти, этот последний разговор с ним вполне может означать, что их встреча была последней. Ну, по-крайней мере, не в дружественной форме точно. Это сухое «до встречи» совсем как-то сухо прозвучало. Ладно, будь что будет. Наряды ей покупать нет времени, надев самое привлекательное и подходящее по ее мнению платье кремового цвета, она вышла из комнаты и поднялась по лестнице на чердак. Дверь со скрипом отворилась. Как только она вошла внутрь, зажегся мягкий желтый свет, и темное захламленное помещение осветилось. Какой же здесь завал, подумала Милена. При желании здесь можно спрятать немало зеркал и искать их целую вечность. Если, конечно, сам не потеряешься.

Зеркало лежало, закутанное в толстую холщовую ткань, и как только Милена развернула его, оно засверкало пуще прежнего, переливаясь радужкой по рамке. Вот, пожалуй, и все, что выдавало ее зеркало. Просто сверкало, словно маленькое домашнеее животное, радующееся, что хозяин обратил на него свое внимание.

Весь рабочий день Милена мучила себя вопросом, когда же вернется Пайка. Ей совершенно не хотелось идти на ужин в дом пэра Дорина одной. В этот раз Ими не могла быть приглашена из-за присутствия королей и принцев. Что ж, Милена тешила себя надеждой, что Сьерра не так занята в этот вечер и будет присутствовать на ужине.

Ближе к концу рабочего дня за ней подъехала карета. Взволнованная Ими сообщила, что прибыл сын пэра Дорина Сенти. Вот этого она не ожидала. Наверное, боясь, что она передумает после их разговора, Сенти решил подстраховаться. Он стоял возле кареты, весь разодетый, в рубашке белого цвета, поверх которой был надет коричневый камзол, где у правого плеча красовался герб династии. А вот ей похвастаться нечем. В этот раз волосы Сенти были зачесаны назад, и только одна непослушная прядь торчала, свисая на лоб. Черные брюки, сидящие идеально, плавно переходили в сапоги. На поясе были прикреплены предметы, по виду напоминающие поясной арсенал Дири, в целях обороны. Ему-то это сейчас зачем?

— Я узнал, что Вашей тетушки не будет еще в городе, и решил сопровождать Вас лично на ужин. — Проговорил он после того, как поздоровался с Ими.

Странно теперь было слышать это из его уст, учитывая, что он ее раскусил. И интересно, как он узнал, что Пайки не будет в городе?

— Честно признаться, после вчерашнего разговора для меня это сюрприз.

Сенти помог Милене сесть в карету.

— Признаться, этого я и боялся! Одно могу сказать: пока моя миссия не закончится, мы с тобой, Мили, не расстанемся. — На его лице заиграла лукавая улыбка. Он прекрасно понимал, что она даже не догадывается, о чем идет речь, и ее напряженный взгляд говорил об этом очень красноречиво.

Мельком Милена заметила расстроенное лицо Ими. Бедняжка всеми фибрами души желала оказаться на ее месте. Если бы Ими знала, о чем мечтает Милена, то удивилась бы или сочла ее сумасшедшей.

Они шли по длинному коридору, где их со всех сторон встречали лакеи, которые открывали двери, подносили напитки и вкусности. Те вежливо отказывались. Фонари минералов в каждой секции коридора горели разными цветами под цвет убранства. Красиво и загадочно. Но где же тот зал, в котором будет проходить ужин? Как только открылась последняя дверь, изумленному взору гостьи предстал далекий горизонт из полоски леса, поляна и небольшая терраса, на которую они ступили.

— Не поняла? Где долгожданный ужин? — Милена остановилась и повернулась к Сенти.

— Пойдем, и ты увидишь все своими глазами.

— Что я должна увидеть? — Она спустилась по лестнице вслед за ним.

Сенти направился по мощеной дорожке к саду.

— Видишь ли, перед каждым таким праздником устраивается небольшой ужин, где члены семьи приглашают только самых близких себе гостей, ну и тех, кого они хотели бы видеть. — Решил снизойти до пояснений Сенти.

— Что-то я не пойму, где сам ужин будет проходить? В саду на лавочке? Или какой-нибудь лесной поляне? Куда ты меня ведешь, Сенти?

Сенти вдруг остановился.

— Ты боишься?!

— Что? Я? Нет!

— Потому что ты мне не доверяешь!

— А с чего мне тебе доверять? Я знаю тебя всего неделю! И мне непонятно, куда мы идем? — Милена махнула рукой в чащу садовых деревьев.

Уже становилось темно. Но маленькие фонарики, раскинутые по деревьям, не только придавали праздничность и нарядность, но и освещали мощеную дорожку, уходящую в глубину сада. Похоже, здесь все помешаны на фонариках, точнее, на свойстве этого минерала. Но, раз уж это так красиво, Милена не возражала.

— Посмотри на эти деревья, видишь эти фонари? Разве ими стали бы украшать деревья просто так, вдоль дорожки?

— Честно признаться, здешние правила мне мало известны, и не надо мне говорить, что так поступают и делают во всех домах, городах и королевствах.

Сенти долго смотрел на Милену.

— Я должен защищать тебя от себя самой.

— Интересное заявление.

— Пойдем, только короли приходят последними, но мы, кажется, только сейчас изменили правила.

— Постой! Ты сказал, что на ужин приглашают только родных и близких.

— И тех, кого хотят видеть, так вот тебя хотят видеть!

— Кто?

— Ну, хотя бы я.

— И все?

— Тебе меня мало?

— Сенти, мне вовсе не хочется, чтобы мое появление было для всех сюрпризом! Кто меня хочет видеть? Меня никто не знает?!

— Члены семьи вправе пригласить того, кого они посчитают нужным. Так что тебе нечего бояться! Я приглашаю тебя. К тому же моим родителям не терпится узнать, кто же такая племянница Пайки.

— Почему ты им не скажешь о своих догадках?

— Шутишь? Да за обман они вас с Пайкой растерзают!

Поняв, что Милена приняла его слова буквально, Сенти решил исправиться.

— Ну, не растерзают, но головной боли прибавится.

Милена только покачала головой.

— Сьерра здесь?

— Разумеется! Она всегда в лучших домах нашего города.

Дорожка, по которой они шли, уперлась прямо в небольшую площадку, на которой была расположена беседка. Вокруг горели фонари, и внутри тоже. Сама же беседка была вся в переплетающихся, как лианы, цветах, и огромных размеров. Слышались разговоры, потом взрывы смеха и снова разговоры, кто-то запел. Сенти повел Милену внутрь.

Прямо во главе стола с одной стороны восседали король с королевой, а по обе стороны от них принцесса с принцем. Впечатляет, они выглядели просто роскошно и величественно. Все обратили внимание на появление Милены и Сенти, но разговоры не прекратились.

— Держись меня. — Шепнул ей на ухо Сенти. — Как только они обратят на тебя внимание, сделай реверанс и легкий поклон головы.

Милена тут же проделала все так, как велел Сенти.

По другую сторону стола восседали сам пэр Дорин и его супруга, по обе стороны должны были сидеть Палу и Сенти, в центре же стола ближайшие родственники и знатные гости.

То же самое Милена проделала и в другую сторону стола. Их живо приветствовали и во все глаза смотрели на Милену. Что за дикая птичка залетела к ним на пикник? Палу же скептически рассматривал подругу Сенти. Милену посадили рядом со Сьеррой. Та радостно приветствовала ее.

— Как поживается Вам у Пайки?

— Спасибо, очень хорошо.

— Угощайтесь, милочка, здесь все очень вкусно, как и всегда. — И она улыбнулась мужчине напротив, который как раз отправлял кусочек изысканного мясного блюда себе в рот. — Вы задержались. Приходить позже короля — плохой тон, но видя, что вы с молодым пэром, вам простили, — шепнула она.

Милене есть расхотелось. И правда, неудобно получилось. Как же так произошло, что они с Сенти пришли позже всех? Если только ужин не был назначен на более ранний срок.

— С каких мест вы к нам прибыли? — Вдруг спросил мужчина напротив.

— Я… — Милена растерялась, и ей на помощь вдруг пришел Сенти.

— Она с королевства Улая к нам прибыла.

— Улая? Вы там живете? Я совсем недавно навещал своего друга. — Оживился Палу, но его тон был несколько саркастичен. — И в каком именно городе вы живете?

— Палайдер.

— Сенти?! Разве твоя подруга сама не может ответить на эти вопросы? — Удивилась супруга пэра Дорина.

— Полагаю, что может. — Сенти смутился.

— Ты хочешь нам всем продемонстрировать свои знания о дин Милене, так не стесняйся! — Король засмеялся, и все за столом подхватили, кроме Палу.

Этот унылый братец Сенти стал Милену раздражать. И что он взъелся на нее, что она ему сделала? Смотрит как на врага народа!

— И чем Вы занимаетесь, Милена? — Спросила принцесса тоненьким голосочком. Ее белесые волосы идеально сочетались с тонкой и нежной белой кожей.

— Сейчас я помогаю цветочнице дин Рите в ее оранжереях.

Все, кто сидел за столом, удивились. Хотя Милена прекрасно понимала, что это давно не новость, если о ней уже судачили. Скорее всего, их удивляло, почему избранная работает на простолюдинку? Но дин Риту никто еще так не решался называть. И Милена догадывалась, почему. Наверняка в неспокойные годы ее род прервался и потерял свое зеркало. Теперь никто не опровергает и не утверждает ее родство. Что потеряно, то потеряно. Но город нуждался в цветах, а тем более в таких умелых руках, как у дин Риты. Сам король к ней благосклонен, и все это знали. Даже сама дин Рита. Так что эта женщина и ее семья имела неопределенный статус в королевстве. Поэтому Ими позволено было гулять среди избранных.

— Весьма похвально, вы всего неделю здесь, а уже нашли себе занятие. — Принц поднял бокал и отпил глоток. — Но, кажется, мы забыли про виновника торжества. Палу, за тебя и твою будущую супругу!

Все подхватили и повеселели еще больше. Палу же радости не испытывал, казалось, он сник еще больше. А принца забавляла хандра друга. И он как мог в течение всего вечера подтрунивал над ним. Если бы это был не принц, Палу бы давно расправился со своим мучителем.

— Дин Милена? Меня зовут Аркараида, и мы самые лучшие из тех, кто умеет делать всевозможные прически, парики и головные уборы, и все, что связано с украшением.

Опять они со своими прическами.

Аркараида сидела ближе к королю с колоссальной прической и украшениями в волосах. Ну конечно, по сравнению с ней она просто пугало. Когда же кончится этот ужин? Видимо, тем же вопросом был озадачен и Палу. Его тонкие черты лица выражали скорее скорбь, чем полнейшую радость. Неужели никто из сидящих за этим столом этого не видит? Или так положено?

Положено страдать? О безвременной кончине его холостяцкой жизни? А певец сегодняшнего вечера затянул еще одну песню, и нетрудно представить, что он был тоже из династийного потомства. Видимо, каждая династия имела одну профессию, и все потомки только ею и занимались. Смешно! А как же выбор? А вдруг этому певцу хочется рисовать! Милена не заметила, как Сенти оказался возле нее.

— Смени гнев на милость, — шепнул он ей, — у тебя такой вид, словно ты готова развязать войну меж королевствами прямо за этим столом. Не хочешь прогуляться?

— Если прямо до моего дома, то да!

Сенти заметно напрягся. Половина гостей уже выползла на улицу и продолжала там свое веселье.

— Ты недовольна сегодняшним вечером? — Сенти насупился. Они отошли чуть дальше в глубь сада.

— Учитывая, что я не была готова к ряду задаваемых мне вопросов, то да! Аркараида пыталась мне намекнуть на ее салон причесок! Твой брат по непонятным мне причинам невзлюбил меня с первого взгляда, и все смотрели и относились ко мне так, словно я не просто твоя подружка!

— Ты могла хотя бы сделать вид, что ты радуешься?! Просто из вежливости и хорошего тона!

— Извини, Сенти! Я старалась, как могла, но, видимо, как я и думала, оказалась не готова к такому приему! Прости!

— Сенти! Твоей подруге скучно на самом веселом вечере по случаю самого радостного события в моей жизни? — Голос Палу был ниже, а сам он был выше своего брата на полголовы. Его светлые волосы были идеально уложены и забраны назад.

Палу вышел из-за деревьев и направился к ним. Подслушивал? И чего ему нужно?

— Палу, извини, Милена переживает от долгого отсутствия своей тети.

— Тебя отец зовет к себе. Иди, а я пока побуду с твоей подругой, не бойся, с ней ничего плохого не произойдет. — Палу оперся о дерево и усмехнулся.

Сенти нехотя покинул их, предварительно шепнув Милене быть осторожной.

— Вы ведь не с Улая, верно? — Милена напряглась и покраснела, но ее волнение осталось незамеченным в тени деревьев. — Об этом королевстве с его вечнозеленой растительностью и летящей, словно легкая дымка, пыльцой, переливающейся в лучах солнца, невозможно говорить без восхищения. Тем более, если это ваши родные края, где вы родились?

— Я не там родилась.

— А где же? В каком-нибудь другом королевстве? О котором вы ничего не знаете? — Палу снова усмехнулся.

— Послушайте! Не знаю, как остальным, но мне вполне заметно ваше нездоровое настроение по поводу вашего радостного события! Уверяю, не стоит его срывать на мне. Тем более, что повода и основания для этого я не давала!

— Я вот только не пойму, что в Вас нашел Сенти? Вы ничем не лучше любой придворной дамы нашего королевства.

Милена закипала.

— И вам грех было жаловаться на Аркараиду, она делала вам одолжение, пожелав помочь с прической.

Еще слово, и Палу летел к ближайшему дереву. На его лице отобразилось недоумение. Сенти подоспел как раз вовремя. Палу, опомнившись, готов был метать молнии. Милена не оставалась в долгу.

— Милена? — Сенти подбежал, когда Палу шмякнулся о ствол дерева. — Что ты делаешь?

— Твой брат только что назвал меня уродиной и недостойной вашего общества!

Сенти посмотрел на брата.

— Не совсем так, но суть… — Палу криво улыбнулся.

— Что с вами такое?! — Сенти повернулся к брату. — Ты же сам хотел с ней познакомиться? Ты попросил меня пригласить Милену на твой ужин!

— Что? — Милена возмутилась еще больше.

— Поверь, я тоже хотел этого! — Сенти стоял между Миленой и Палу, пытаясь унять их гнев.

— Сенти! — Вдруг кто-то окрикнул его, и снова более требовательно.

— Тебя зовут. — Палу довольно улыбнулся.

— Слышу. Но боюсь оставить вас одних! Я так и знал, что что-нибудь случится! Ты весь день сегодня не в духе. — Он посмотрел на брата.

— Не бойся.

— Слово?

— Да.

Сенти скрылся за деревьями.

— Мне тоже пора идти! — Милена собралась покинуть старшего брата Сенти.

— Стой. Я совершенно не имел в виду то, что сказал!

— Да ну?! — И Милена растянула слова на манер этого мира. — Только мне все равно!

— Подожди! Я действительно хотел тебя видеть.

— Зачем? — Милена брезгливо поморщилась.

— Мне Сенти много рассказывал о тебе… — Милена напряглась и мысленно поругала Сенти. — Что ты не похожа на здешних дам, у которых только одно на уме — выйти за знатного пэра и иметь повышенный статус в обществе.

— Допустим? Как это могло вызвать неуважение ко мне?!

— Хотел проверить, так ли это.

— Довольно странный способ проверить, нравитесь вы мне или нет.

— Многие девушки настолько хотят выйти за пэра, приближенного к королям, что не замечают или делают вид, что не замечают плохого отношения к ним.

— Мне все это не интересно. — Милена снова собралась уходить, но Палу остановил ее.

— Подождите. Я хочу заключить с вами сделку.

Пэр Палу вдруг сделался официальным.

— Сделку? Со мной? Никогда!

— Прошу вас! Мне нужна ваша помощь! Очень! Я не знаю, кто еще мне может помочь!

Умоляющий вид Палу убедил, что он не шутит. И чем она может ему помочь? Палу быстро бросил взгляд на деревья, где скрылся Сенти.

— Как известно, завтра я должен выбрать будущую супругу, которая станет частью нашей династии. Вы мыслите по-иному и можете понять меня, как никто другой, что я не могу выбрать случайную!

— И что, при чем здесь я?

— Прошу, сыграйте роль этой случайной! — Видя округлившийся глаз своей собеседницы, Палу поспешил добавить. — Но это только, чтобы протянуть время!

— Нет! Я не буду этого делать!

— Потом мы объявим о расторжении помолвки и будем вновь свободны!

— Нет!

— Я прошу вас! Это вас ни к чему не обязывает!

— Нет! Я бы хотела помочь Вам, Палу… То есть нет! Я не хочу вам помогать! Тем более таким способом! Я не хочу, чтобы меня использовали в таких целях, или каких-либо еще! И боюсь, что никто не поверит в ваш внезапный порыв ко мне.

— Почему? Сенти же поверили!

— Что? Что за вздор?! — Милена сделала несколько шагов от Палу. — Я не хочу связывать себя какими либо обязательствами. Пока, Палу.

Милена нашла Сенти и попросила проводить ее домой.

Весь остаток дня у Милены не выходила из головы просьба Палу. Невероятно! Она здесь чуть больше недели, а с ней происходит событие за событием! Да еще какие события! Могла ли она представить, что стреляет из лука лучше, чем охотницы! Что она, без роду и племени, вдруг займет высокую нишу в этом сказочном обществе, что сам приближенный короля сделает ей предложение, пусть даже и в такой форме! И, самое главное, она стала обладательницей одного из зеркал, о которых мечтает каждый житель этих королевств! И еще зеркало творит такое чудо, что пропадают ее шрамы, и лицо становится таким чистым и красивым. Милена заплакала. Ну почему в ее жизни такой поворот, а она не может наслаждаться им в полную меру! Почему эти шрамы не могут исчезнуть навсегда! Может, тогда она была бы счастлива?

— Милена? Ты плачешь? Что-нибудь случилось?

Она услышала голос Пайки, входящей в ее комнату.

— Что с тобой? Я никогда не видела тебя такой!

Пайка подошла к ней и обняла ее за плечи.

— Пайка! Наконец-то ты вернулась!

Пайка села рядом с Миленой.

— И что же произошло в мое отсутствие?

Милена поникла.

— Вижу, что-то не очень хорошее. Выкладывай.

— Я не знаю, как и сказать. Сенти подозревает меня, что я не твоя племянница. А сегодня я была на ужине у них дома, где присутствовали короли. Но он не собирается ничего говорить обо мне…

— Я знаю. Сенти не такой, как кажется на первый взгляд. Вот ты и попалась. — Пайка погладила ее по плечу. — Его легкомысленность обманчива. Но и ты не должна была быть легкомысленна, ты мало знаешь здешних правил.

Милена кивнула, а сама думала, как Пайке сказать про Палу. Но так и не решилась. А завтра бал. Еще с утра Милена должна пойти в дом пэра Дорина, как цветочница, а вечером гостьей. Хоть бы Палу не попадался ей на глаза. На его просьбу она соглашаться не собиралась.

Утром Пайка с Миленой устроили бойню, та ни в какую не хотела ее отпускать в самом нарядном платье таскать цветы и горшки. И требовала, чтобы она до начала бала вернулась переодеться.

— Я пришлю за тобой карету! Ими сказала, что поможет тебе с прической! Не упрямься! Ты должна выглядеть подобающе!

А Милене хотелось выглядеть, как пугало, которое оттолкнет Палу. Делать было нечего, Пайке противостоять трудно. Она нацепила свое синее платье и побежала вниз, где ее уже ждала карета с дин Ритой и Ими. Те услужливо предложили составить компанию по дороге в поместье пэра Дорина. Перед самым домом уже стояла куча повозок, откуда разгружали всевозможные цветы и украшения. Хозяйка оранжерей не успела сойти на землю, как уже принялась раздавать распоряжения.

— Эти цветы поставьте отдельно, они для гирлянд. Что вы делаете? Аккуратней, вы не дрова несете!

— Пойдем, Милена. — Ими подхватила ее под руку, как только они ступили на землю. — Нам надо идти внутрь, мы будем украшать банкетный зал. Это так интересно!

Милене же ничем привлекательным это занятие не показалось, она просто послушно выполняла все распоряжения, которые ей поступали. Ими, видя мучительные попытки Милены собрать хоть один букетик для украшения банкетного стола, сжалилась над ней и предложила расставлять горшки с цветами по углам комнат.

— И почему ты захотела помогать нам в оранжереях? Ты же совершенно непригодна к этому роду занятий. — Ими искоса глянула на реакцию Милены.

— Твоя правда. Но это была не моя идея, а Пайки. Зато я лучше стреляю из лука, как оказалось. — Милена поставила очередной горшок рядом с пышными занавесами.

— Может, тебе пойти в охотницы?

— Ими, и это говоришь мне ты? Разве ты не знаешь, что я не вхожу в их династию?!

— Тогда тебе просто надо выйти за одного из них замуж.

— Это для тебя так просто! А я не хочу вот так лишать себя свободы ради какой-то карьеры!

— Для меня это как раз и не просто. Потому что я не их круга, но ты можешь.

— Знаешь, Ими, если так получится, что я полюблю кого-нибудь из династии охотников, то этот вариант для меня станет приемлемым, но если нет, то нет!

— Ну, похоже, тебе действительно не стать охотницей. — Ими загадочно улыбнулась. — Потому что Сенти принадлежит к династии воздушных воинов.

— Ими! Хотя бы ты не сходи с ума! Это все ложные заблуждения! Мы с Сенти едва знакомы!

— Разве у любви есть время?

— Конечно! Нельзя любовь определять только по чувственным порывам! Они изменчивы!

— У вас есть чувства?

— Нет у нас никаких чувств!

Ими закусила губу и уставилась в свой букетик.

— Может, есть, а может, и нет. — Пробурчала она.

Дин Рита влетела в помещение, как ураган, и за нею следом десяток рабочих, готовых выполнить ее распоряжения. Она кинула свой оценивающий взгляд на дела, производимые в банкетном зале, и указала нескольким рабочим, где нужно развесить приготовленные ими гирлянды. Оставшись довольной, она скрылась за высоченными дверями.

— Твоя мама молодец, знает свое дело.

— Гены, наследственность. А ей так и не хотят давать династийные права. Ведь мы потомки избранных.

— Мне очень жаль, Ими, что ваше зеркало утеряно. Но разве король не может вам дать другое? Или Пайка, Сьерра?

Ими удивилась.

— Дин Милена, Вы удивляете меня с каждым разом. Вы же знаете, что по нынешним законам это невозможно! — Ими поставила очередной сделанный ею букетик посередине стола. — Мы, конечно, надеемся, что что-нибудь произойдет, и все изменится. Король вправе корректировать закон, но как на это отреагируют, неизвестно. Если честно, я даже не знаю, на что уже надеяться: то ли на благосклонность зеркал, и однажды мы увидим на пороге Пайку или Сьерру, которые вручат кому-нибудь из нас зеркало, то ли на короля…

— Ладно, об этом потом расскажешь подробней. — Милена заметила косые взгляды рабочих.

К своей радости, членов семьи Доринов она так и не повстречала, а время близилось к самому празднику. И вот они, Милена и Ими, уже мчались в карете к дому Пайки. Пайка же почти вся при параде встречала их, не переставая кудахтать на тему «как мы все успеем». Но в подтверждение ее напрасным переживанием Милена была готова меньше чем за час.

— Милена, ты просто красавица! Как тебе идут твои распущенные волосы и эти цветы! А платье просто сказка, ты в нем принцесса!

— Да ладно тебе, Ими. — Милена стояла возле самого большого зеркала в зале зеркал Пайки и сама удивлялась своему отражению.

Отчасти волосы были все же переплетены между собой сзади, так чтобы спереди волосы закрывали шрамы. Милена объяснила Ими, почему не хочет открывать свое лицо полностью, и та сочувственно принялась за свое дело, корректно стараясь не приоткрывать ту часть, за которую переживала Милена. Все приготовления были закончены, и Пайка с племянницей отправились на праздник по случаю выбора невесты старшего сына пэра Дорина Палу.

— Пайка, я должна тебе кое-что сказать.

Милена так нервничала, что Пайка была вынуждена спросить о ее здоровье.

— Нет, со мной все в порядке, Пайка. Вчера на ужине Палу хотел заключить со мной сделку. Он хотел, чтобы я сыграла роль невесты, чтобы ему не пришлось жениться в скором времени. Он уверен, что я откажусь от обязательства быть с ним, и тем самым мы будем свободны.

— Это просто невероятно! Неслыханная дерзость в нашем королевстве! Похоже, парень так расстроен и нервничает, что ему в голову лезут всякие бредни! Надеюсь, ты ему отказала?

— Да.

— Надеюсь, ты к нему не питаешь нежных чувств?

— Нет!

— Держись от него подальше.

Слова Пайки очень успокоили, и вскоре Милена забыла про эту тему.

Народу было столько, что затеряться среди толпы не составляло никакого труда. Так что спрятаться можно было всегда. Этот факт Милену очень обрадовал. Ну что ж, невест в этом королевстве больше, чем можно было предположить, но и кавалеров, бросавших взгляды на представительниц прекрасного пола, тоже хватало. Ну, ребятки, вам достанется все остальное, чем пренебрежет элита — королевская свита. Про себя Милена ехидно смеялась над этими смотринами и втайне радовалась, что она не подвержена традициям этого мира и его стереотипам. Первой, кого они встретили, была Сьерра. Она вошла в сопровождении еще нескольких дам и кавалеров. Сьерра тут же отметила наряд Милены и удивительно необычную прическу, которая ей шла. И Милена была ей благодарна. Несколько кавалеров искоса поглядывали на нее, да и дамы среднего возраста смотрели с немалым любопытством. Наверняка пронеслась новость по городу, что к Пайке пожаловала племянница, о которой никто ничего никогда не слышал.

Искусные работники по украшению залов постарались на славу, здесь и так было красиво и по-царски, но сейчас просто ощущался дух празднества и торжества в каждой детали убранства этого дома. Это оценили и многие вошедшие. Никто не знал, когда подъедет королевская свита, так что в назначенное время, точнее, за полчаса до него, люди стали приезжать, создавая пробки, ощущение было такое, что полгорода точно присутствует здесь, и как не резиновый дом пэра Дорина вместит столько гостей, неизвестно. С одной стороны, здесь можно затеряться, с другой же — это было утомительно!

Когда Милена обернулась, Пайки уже и след простыл, то ли ее унесло потоком вошедших гостей, то ли просто заслонили от нее, и они не видят друг друга. Что ж, по крайней мере, Милена знает, где выход. Подчинившись потоку, она вошла в главный зал, который вмещал как минимум тысячу человек. Затесавшись где-то среди толпы, ей так и не представилось увидеть королевскую свиту, шествующую посреди расступившегося народа. Здесь никто никого не представлял, практически на каждом красовался герб династий. Наконец, Милена увидела хоть одно знакомое лицо. Сенти стоял ближе к подиуму, на котором расположились члены его семьи и семьи короля. Вокруг него вились нимфы, по-другому никак нельзя было их назвать. В представлении Милены о красоте они побили все рекорды. Умеет Сенти привлекать к себе внимание! Он оживленно общался, и когда смеялся, чуть запрокидывал голову назад, отчего становился еще более привлекательным в глазах этих красоток. А вот и Палу, он был, как всегда, угрюм и одинок. Наверное, за него никто просто не пойдет, поэтому он и предложил такую сделку. Милена рассмеялась, прикрыв рукой улыбку. Мину и Шти тоже присутствовали в этом окружении. Охотницы были менее разговорчивы и строги, как всегда. Заиграла музыка, и народ поутих. Королевская свита выступила вперед, и народ стал вновь приветствовать их, радостно восхваляя и благодаря своего короля за чудное и мирное правление. После слов главного пэра этого дома начались танцы, дамы приглашали кавалеров и наоборот. Все перемешалось, закрутилось, завертелось.

Король сидел на самом большом возвышении и скучал. Таких моментов в его жизни было немало, и сейчас ему больше всего хотелось на охоту. Привычку к этому увеселительному занятию привил ему его давний друг и приближенный пэр Брингу. Конечно, как король он мог поступить по своему, но, зная пэра Дорина еще с малых лет, учитывая некоторое их родство по общей линии прапрабабки, не рискнул обидеть его.

— О! А вот и Пайка! Здесь и ее брат. До чего противный тип. Вы посмотрите, как он себя держит? Словно король здесь он, а не я!

Король встал, подбоченившись, возле колонны.

— Сенти… — Он повернулся к молодому пэру в окружении дам. — Дамы? Вы часом не перепутали, в чью честь сегодня праздник? — Король посмотрел на Палу. Тот сидел угрюмо в своем кресле. — Палу, ты своим видом распугал всех невест! Или ты уже сделал свой выбор? Иди тогда и покажи ее нам!

Палу медленно встал и стал всматриваться в толпу. Он был очень растроен и напуган. Ему совершенно не хотелось жениться, тем более на ком попало. И его последняя надежда в лице странной девчонки Милены рухнула, как только он заикнулся об этом. И он винил себя за это. Откуда ему было знать, что его поведение настолько оттолкнет и отпугнет ее от него. С таким он еще не встречался. Ему буквально все вешались на шею и умоляли взглядами выбрать их, как только подойдет время. Но он был нем, вернее, сердце его молчало. Он не виноват, что настолько холоден. Порой и сам себя боялся. Как же они отличаются в этом с братом…

— Сенти, не ты ли пригласил эту девушку на ужин? — Король увидел вдалеке среди шумной толпы девушку, выделяющуюся среди общей массы белоснежной кожей и жгуче-черными волосами, а ее голубые глаза кого хочешь оставят неравнодушным. — Почему она не вьется возле тебя? Не почтит тебя за твой выбор? Ведь придет время, и ты займешь место Палу. — Король посмотрел на Палу, но тот уже шел в толпе. Навстречу ему все расступались, и дамы почтительно склонялись в реверансе. — И Пайка так и не явилась на ужин. — Он снова всмотрелся в толпу, выискивая Пайку и Гапву, ее старшего брата. — Вы оказали ей такую честь, пригласив без Пайки. К тому же, она пришла позже короля!

Сенти встрепенулся.

— Король Палитон, уверен, они скоро подойдут к нам.

— Похоже, они не особо торопятся! — Принц подошел к отцу.

— Что тебе до Пайки и ее племянницы, Палитон. — Королева Инера оторвалась от разговора с женой пэра Дорина Йялой. — Посмотрите лучше на Палу, он, кажется, сделал выбор!

— Что-то не похоже. Все ходит в толпе…

— Он не ходит, а идет целенаправленно. — Инера положила руку на плечо мужу, подойдя к нему. — Так что скоро мы увидим невесту Палу. Сенти, через год твоя очередь.

Сенти стоял уже один возле принца и тоже наблюдал за братом. Милену он давно потерял из виду. Как же он ей не объяснил, что после званого ужина нужно подойти к членам его семьи и поблагодарить еще раз за приглашение, а уж потом расхаживать по залу. И Пайка тоже хороша, куда она смотрит!

— Милена, вот ты где! — Взволнованный голос тетушки обратил на себя внимание.

Пайка еле переводила дыхание, словно ее заставили побегать по этому залу не один круг.

— Что случилось?

— Ох, у меня разорвется сейчас сердце! — Она энергично замахала на себя рукой. — Ты должна принять это предложение!

— Какое предложение?

— Палу! Как только он к тебе подойдет, ты скажешь ему да! Слышишь?!

— Нет! Я ничего не понимаю! Какая муха вас укусила?

— Все пропало! Гапва здесь, и он все расскажет! Он мой брат, вдовец, и у него нет никаких детей! А это значит, что нет и тебя! — Пайка перешла на заговорщицкий тон и снова замахала рукой.

— Ну и что с того?

— Как же ты не понимаешь! Значит, ты не под защитой зеркал и не принадлежишь ни к одной из династий! И это значит, что ты обманным путем втерлась в доверие избранных. Это ужасно! Король может заточить тебя в башню!

— Тогда мне ничего не остается, как рассказать всем, что я одна из обладательниц зеркал.

— Тише! Это тебе не шутки! Начнут исследовать твою родословную и к своему ужасу ничего не найдут, тогда начнут выяснять, откуда у тебя зеркало, а потом признают виновной в том, чего ты не совершала! Убийство!

— Убийство! Пайка, ты меня пугаешь. Немедленно отправь меня обратно!

— Послушай меня, прими предложение Палу! Тогда Гапва промолчит! Иначе тебя ждет смерть! В нашем мире самое страшное преступление — это убийство обладателя живого зеркала.

— Хорошо, хорошо! Я ничего не понимаю… Откуда ты знаешь, что это остановит твоего брата?!

— Видишь ли, даже если он проболтается, то никто не станет затевать скандал, если станешь невестой Палу. Ты почти войдешь в династию, и на тебе будет их защита. Соглашайся, он идет!

— Кто?

Милена увидела, как к ним уверенной походкой приближался Палу. Выше ее на целую голову. Идеально уложенные волосы, наряд невообразимо красивый, все в нем было привлекательно и мужественно. Ну как в такого не влюбиться! Но Милена напряглась и похолодела внутри. Все заинтересованно расступались и образовывали круг.

— Ты не согласишься со мной танцевать? — Палу протянул руку и слегка склонился в поклоне. Сейчас его вид был кротким и смиренным, это подкупало. Умел же Палу произвести впечатление, когда хотел.

Пайка толкнула Милену в бок, та сделала легкий реверанс и протянула руку. Танец начался, и к своему ужасу Милена обнаружила, что совершенно не умеет двигаться. Точнее, она не знает правил танца. Как бы коряво это ни выглядело, Палу все же продолжал водить ее по залу. Королевская семья и семья пэра Дорина с интересом и недоумением смотрели за развитием событий. Сенти же, несмотря на бледность, побледнел еще больше и злился. Палу что-то задумал. Этот напыщенный индюк всегда выкрутится из самой сложной ситуации, даже из такой. Но Милена, наивная девчонка, как она умудрилась попасть в лапы Палу? И что ему нужно от нее?

— Вы обдумали мое предложение? — Спустя некоторое время заговорщицки спросил Палу, слегка склонившись к ней.

— Обдумала. Я соглашусь, но только если это действительно потом освободит меня от обязательств.

— Разумеется. — Смиренность Палу куда-то улетучилась, и ей на смену пришла торжествующая улыбка. Впрочем, он был несказанно рад, что все же его задумка возымела действие. И сейчас он увидит выражение лиц своих дражайших родителей, которые даже не представляют, какой сюрприз их ждет.

Еще немного покружившись по залу, Палу остановился, взяв Милену за руку, и повел ее к подиуму, где обитали главенствующие знати королевства и сего дома. На глазах удивленной публики и не менее удивленного Сенти вручил ей небольшой сверкающий ювелирный букет-брошку, который, словно тяжелая гроздь винограда, лег на ее грудь и засверкал при свете ламп. Милена восхищенно рассматривала эту вещицу, пока Палу заботливо прикреплял ее на законное место избранной невесты, прямо над сердцем. Теперь на ее платье красовался отличительный знак. Она — невеста! Если это сон, то остановись, мгновенье! Тысяча завистливых глаз были устремлены только на нее. И если еще кто-то не знал, то задавался вопросом, кто она?

Сенти за весь бал так и не подошел к ней и не поздравил с таким знаменательным событием, даже ни разу не посмотрел в ее сторону, за искоючением того момента, когда она с Палу взошла на подиум. Неужели злился на нее за то, что она неизвестного рода, но ведь он догадывался, что она избранная! Это-то и должно его успокаивать! Или он думает, что она недостойна войти в их семью, династию. Пэр Дорин и его жена находились в полном недоумении от выбора сына, но изо всех сил пытались это скрыть. Теперь они не очень были рады своей затее, возможно, они поспешили. А теперь их сын от дикого переживания ошибочно выбрал не ту.

Жена пэра Дорина Йяла сидела вся в слезах и не могла утешиться, повторяя все те же слова: «Как ты мог, как ты мог». Пэр Дорин ходил по комнате, собрав руки за спиной, Сенти же тихо с холодным выражением лица сидел в кресле. Чего нельзя сказать о Палу: на его лице играла все та же торжественная улыбка, когда он представил им свою невесту.

— Ты не знаешь ее! Ты не мог ее выбрать! — Пэр Дорин буквально кричал. Его длинные светлые волосы с проседью уже давно выбились из укладки и торчали прядями в разные стороны. Камзол, который он надевал по особым случаям, валялся бы на полу, если бы заботливая жена не подняла его и теперь безутешно поливала слезами.

— Однако же выбрал!

— Ты едва с ней знаком! — Сквозь слезы проговорила Йяла и всхлипнула.

— Допустим, но это мой выбор, и расторгать помолвку я не намерен. — Палу демонстративно вытянулся во весь свой рост и упрямо поднял подбородок.

— Сенти, скажи своему брату, образумь его! Это же девушка не нашей династии, и даже не из династий, дружественных с нами! Кто знает, откуда она приехала, кто ее воспитывал! Сьерра сказала, что Пайка сама была удивлена ее появлению. — И Йяла опять залилась горючими слезами. — Она даже не может носить нормальные прически, и кто знает, что она скрывает за своей копной волос!

Сенти сидел, не шелохнувшись.

— Вы видели, какая она бледная? Словно ее держали в чулане и наконец выпустили! Без образования и малейших знаний о правилах приличия в обществе! — Отец метал молнии. — Ты пожалеешь еще о своем выборе! И будешь сам умолять нас развести вас! — Он тыкал сына пальцем в грудь, пока тот не поймал его руку и не остановил.

— Не понимаю, чего вы так переживаете? Сенти знает Милену хорошо, они даже были добрыми друзьями. Верно, Сенти?

Сенти молчал.

— Друзьями! Но он в отличие от тебя жениться на ней не собирался! Или собирался? — Пэр Дорин обратил внимание на угрюмый вид младшего сына и остановился.

Сенти только покачал головой. Как же ему все это надоело! Что же теперь будет? Милена выйдет за Палу замуж и войдет в их семью. Такое ему даже в мыслях не представлялось. Почему, он и сам не знал. Наверное, так не должно быть.

Пэр Дорин закрыл глаза и возблагодарил создателя зеркал, что хоть младший сын дружит с головой и не будет расстраивать своих родителей. Он тяжело опустился в кресло и махнул рукой на старшего сына.

— Уйди с глаз моих, Палу. Ты расстроил нас своим выбором. Если бы я мог такое предположить, то, возможно, запретил бы тебе жениться… Совсем.

Палу молча выслушал последнюю реплику своего отца и вышел. Уже ближе к своим покоям его окликнул Сенти. Теперь и братец будет прочищать ему мозги! Весь такой правильный Сенти!

— И что? Ты теперь собой гордишься?

Палу обернулся. Младший брат стоял, не скрывая своего гнева.

— Я ведь знаю, почему ты сделал такой выбор! Не жестоко ли с твоей стороны? И не подло ли? Этот поступок не достоин того, кто носит герб династии!

Тяжело вздохнув, Палу закатил глаза и посмотрел на Сенти.

— Успокойся. Этот союз по обоюдному согласию, а значит, она в курсе всего происходящего.

— И когда это вы успели полюбить друг друга?

— Когда родители все это затеяли.

— Это традиция!

— Хорошо. Но они же не думали, что я быстро кого-нибудь полюблю? Значит, мой выбор был просто случаен.

— Но почему она?!

Палу остановился и задумался, решая, что ответить.

— Она меня не любит.

— Откуда ты знаешь?!

— Она не хотела соглашаться на эту сделку. Что переубедило ее в последний момент, я не знаю. Но это уже не важно.

— Ни в чем нет гарантии!

— Возможно, риск есть, но это стоит того. Я никак не пойму твоей сильной заботы о той, которую знаешь всего неделю? Ты же не хочешь сказать, что сам влюбился в нее?

— Нет, но она хороший друг.

— И ты это понял всего за неделю?

— Хорошего тебе сна, Палу.

Сенти направился в свою комнату. Он не понимал, почему, но эта история и все вокруг нее представлялись чем-то нехорошим, недобрым. Двери за братьями с треском захлопнулись, как только они скрылись каждый в своих покоях.

Гапва терпеть не мог Пайку, ее успех в жизни, почести, нишу, которую она занимала в обществе. Все в ней его раздражало, и если он чем-то мог ей насолить, он всегда был готов. Еще на балу он представлялся всем, как брат Пайки. И все ахали и предполагали, что Милена — его родная дочь. Когда он говорил, что это не его дочь, показывая при этом полнейшее удивление, все тут же предполагали, что у них есть еще брат или сестра, и были рады хоть что-то узнать о загадочной жизни Пайки — Продавщицы Зеркал. Но, к их удивлению, оказалось, что кроме брата-вдовца у нее никого нет, и тогда следовал незамедлительный вопрос, кем же приходится им Милена. Гапва растерянно пожимал плечами и, чтобы не сильно накалять обстановку, повторял, что она, возможно, какая-то дальняя родственница, о которой он ничего не знает. И вот эта весть начала облетать город, дойдя до самого короля. И, конечно же, семьи пэра Дорина.

Уже прошло два дня с тех пор, как Милена была представлена невестой Палу, но он так и не появлялся. Странно. На улице все чаще на нее обращали внимание, шушукаясь за ее спиной. Теперь она не могла работать в доме цветочницы Риты, так как ее статус возрос еще выше, да и не пристало невесте приближенного к принцу ковыряться в земле, тогда как у нее сейчас должны быть другие хлопоты. Не появлялся и Сенти.

Как только стемнело, Палу влетел в дом Пайки, как сама тень, черный от злости и негодования, но среди всего этого читался явный испуг.

— Кто ты такая, кто?! — Первое, что он выкрикнул, как только вошел.

— А что случилось-то?

— Что случилось! И ты еще спрашиваешь? Я взял себе в жены девчонку без роду и племени! Вот что случилось! Ты меня обманула! — На этот раз его идеальная прическа плакала, нечесанные волосы слегка волнились от влажной погоды, приобретя желтоватый оттенок.

Милена привыкла ко всякого рода нападкам, еще в школе ее постоянно дразнили из-за ее увечья и по-всякому притесняли. Немало мерзавцев находилось и просто среди прохожих, когда неосторожный ветер вдруг сдувал ее волосы и обнажал ее лицо. Она сжала кулаки и бросила взглядом вызов, это привело Палу в еще большую ярость. Судя по ее взгляду, к мирному соглашению они сейчас не придут. А ведь он пришел просить ее отказаться от помолвки.

— Я не твоя жена, а всего лишь невеста!

— Это почти одно и то же! Все теперь смотрят на тебя, как на мою жену!

— Ты сам меня попросил об этом! Или ты забыл?

— Да, только ты забыла сказать мне, кто ты!

— Но ты и не спрашивал.

Палу усмехнулся.

— А ты бы непременно рассказала мне правду!? — он нервно заходил по коридору.

— Тебе нечего бояться, Палу.

На лице Палу отобразилась такая гримаса, что Милене стало страшно за свою жизнь. Он подлетел к ней и стал выкрикивать каждое слово, сопровождая четкими жестикуляциями, так что к концу этой речи не оставалось сомнений: они в полной беде.

— Завтра состоится совет глав династий, и будет решаться вопрос о нашей судьбе!

— Что за ерунда! Не должно быть никаких осложнений. Пайка ничего мне об этом не говорила! Все должно быть не так! Я не хотела соглашаться на эту сделку, пока Пайка не подлетела ко мне и не сказала, что я должна принять это предложение! Она была испугана. Да, я действительно не ее племянница.

— Ты нарушила закон, сидела среди избранных с самим королем, это не прощается. Пайка хитрая, она знала, что тебе грозило, и таким образом защитила! Но я-то, глупец, поддался на ваши уловки! — Больше всего Палу раздражало то, что он думал оказаться, как всегда, в выигрышной ситуации, наказав тем самым традиции королевства, но оказался наказан сам. Одно оставалось вопросом, почему Пайка так оберегает и печется о девушке, которая, как выяснилось, даже не избранная? Если только она не избранная лично! Но кто в это сейчас поверит? В этом мире полно людей, потерявших свою избранность в смутные времена, которые пытаются пролезть наверх всевозможными путями.

— Палу, нет! Я ничего не знала об этом. Ну, если хочешь, я откажусь от помолвки! Пусть меня заключат в эту башню.

— Ты не знаешь, что это за башня! Иначе бы не говорила так! Да ты вообще хоть что-нибудь знаешь, понимаешь? Ты словно вчера родилась!

Милена замолчала и опустила глаза.

— Самое лучшее, что они могут сделать, это сослать нас в наказание.

— Но ты же не знал.

— Для них это неважно.

— Это какая-то ошибка!

— Ошибка, что мы встретились…

Палу вышел, сел на лошадь и поскакал прочь сломя голову.

Милена же, растерянная, осталась стоять, провожая его взглядом. Где же Пайка?

В этом мире оказалось не все так просто. Их традиции и понятия гораздо сложнее ее мира. И Пайка, как она могла подставить Палу? На нее это не похоже. Пусть даже это самый лучший вариант спасти ее.

Бежать!

Куда глаза глядят, подальше от этого сумасшедшего дома. Если ей не удастся вернуться к себе домой, то она начнет все сначала в этом неизвестном мире!

Она шла по узкой тропинке вдоль леса; на ней был охотничий костюм, плащ, подаренный Пайкой, и сумка, в которой лежали ее вещи: платья, зеркало, мешочек с драгоценными камнями и лук со стрелами. Плотно поужинав, Милена прихватила с собой еды на дорогу, а хватит ли ей до ближайшего населенного пункта, она не знала. Но останавливаться не собиралась. Больше оставаться в этом городе ей не представлялось возможным. Может, это как-то поможет Палу, нет невесты — нет проблем? По крайней мере, ее исчезновение будет некоторым в радость, ну что ж, пусть будет так. Она представляла, какой удар вся эта история нанесла по чести семьи Доринов, какой скандал, и как они, наверное, сейчас ужасно себя чувствуют, что говорят люди за их спиною, или в глаза. И что думает о ней Сенти, ведь он один был добр к ней и даже хотел защищать. Наивная, она действительно в этом нуждалась! Особенно сейчас, но он так и не появился, наверное, после всего случившегося не желает ее видеть. Конечно, она обманула его брата. Но ведь именно Сенти как никто должен понимать, как Милена несведуща в вопросах этого мира. Он чувствовал, он же понимал, что с ней что-то не так… И разве не зеркало их династии подталкивало его к ней как защитника? Если верить Сенти, конечно…

Как ни просила Милена свое зеркало вернуть ее в свой мир, ничего не происходило, и наконец, смирившись, она после устроенного ею привала решила переждать ночь. Место, которое она выбрала, было в лесу, но недалеко от главной тропинки, под деревом, ветки которого укрывали ее от глаз случайных прохожих. Единственное, чего она боялась, это неведомых зверей этого мира. Но сон брал свое, и она погрузилась в небытие.

Пайка вернулась домой очень поздно, вся измученная и расстроенная. Брат сделал свое дело. И о чем она только думала! Нет, она не думала, она была огорошена, и ее догадки подгоняли к тому, чтобы помочь этому бедному беззащитному существу, каким предстала перед ней Милена. Если Милена каким-то образом попала в тот чужой мир, будучи уроженкой этого, значит, она так же имеет права этого мира. И если у нее такое зеркало, вполне возможно, что она выходец из числа избранных. Пайка в это верила, и это придавало ей сил. Но как Милена оказалась в том мире? Кто ее родители? Какой династии были? Кто же она? Она часто думала о том, почему это зеркало лежит у нее, и почему оно, тускнея, не давало знать, что ей нужно передать его другой продавщице!

Дом пустовал. Сердце Пайки екнуло, когда она обнаружила, что Милены нет дома. Девочка, которая прислуживала и помогала в ее доме, давно ушла, спросить, куда ушла ее подопечная, было не у кого. Пайка поднялась по лестнице и несколько раз постучалась в дверь ее комнаты. Когда ей никто не ответил, она отворила ее и обнаружила, что вещей Милены тоже нет. Ушла? Просто взяла и ушла? Но куда? Куда она может пойти, к тому же на ночь глядя! Пайка не на шутку разволновалась. К кому она могла пойти? Может, к Ими, они за этот недолгий срок достаточно сдружились, или к Сьерре. Зачем? Нет, к Сьерре она не могла пойти. Если она ушла со своими вещами, значит, ушла насовсем! Зеркало! Забрала ли она свое зеркало? Пайка тут же кинулась на чердак, но остановилась. Конечно же, она забрала свое зеркало, никак не могло быть иначе, но все же решила проверить.

Почти весь вечер она провела на аудиенции короля и семьи Доринов, пытаясь объяснить ситуацию. На завтра назначен совет по решению дальнейшей судьбы Палу и Милены. Она видела, как Палу в гневе просто вылетел из здания, где располагался верховный суд самого короля. Король, понимая ситуацию, не мог принять решения о помиловании, так как был нарушен закон в его адрес. Если дать слабину, то каждый подумает, что может безнаказанно ходить, где ему вздумается, появляться на собрании избранных, жениться не на равных и т. д. Принц Эпран горевал за друга, но сделать ничего не мог, в конце концов, кого хотел обмануть Палу? Сам и попался. Что касается Пайки, то ей тоже несдобровать. Такой обман, пусть даже и в целях милости, непростителен, но, учитывая ее положение, никто не мог сказать и ничего против. Словно между строк ее действий читалась и другая истина, которая недоступна пока никому. Понимая это, король Палитон ограничился строгим предупреждением и дальнейшим разъяснением планов Пайки прилюдно в обществе верховного суда. В общем эта ситуация всех так заморочила, что разобраться с первого раза не представлялось возможным. Но первичный приговор будет вынесен. А теперь, учитывая побег Милены, стало еще сложнее. Что же делать?

Отдаленные звуки хрюканья доносились до ее слуха, потом приближались, становясь реальными, затем стали отчетливо слышны у самого уха. Медленно, сквозь остатки сна Милена открыла глаза и первое, что она увидела, была большая жирная морда хрюкающего порося, но так как остатки сна владели ее бедным сознанием, ужас, который она испытала, выразился в раздирающем крике и молниеносном побеге сквозь ветки укрывавшего ее дерева. Она бежала, пока паника и впечатление образины не покинули ее, и не прояснилась общая картина.

Свинья? Всего лишь свинья?! Желая в этом убедиться, Милена вернулась назад, медленно ступая по мягкой траве. Большой хряк, прибывший неведомо откуда, преспокойно рылся в ее сумке, конечно же, поедая ее завтрак. И тут она осознала сильный голод. Откормленная проживанием у Пайки, где каждый день как праздник, ломящийся стол от яств, Милена затосковала. Но вернуться все же не хотела. Свинья громко хрюкнула, как только Милена попыталась ее прогнать, кидаясь в нее палками и мелкими камешками. Настырная, не хотела уходить. Завтрак манил. Спасая еду, Милена изощрялась, как могла, и вот, наконец, победный клич вырвался из ее груди, как только хряк стал спасаться бегством. Когда же она вышла на поляну вдоль тропинки, то увидела еще с десяток таких свиней. На небольшом холме, где лежал валун, примостился маленький человек. Он тихо посапывал и клонил голову набок. Сейчас упадет, подумала Милена. Подойдя ближе, она обнаружила, что это ребенок.

— Мальчик? — Она тихонько толкнула его в бок.

Он быстро очнулся и встрепенулся, увидев перед собой незнакомого человека. Большими непонимающими глазами он уставился сначала на нее, потом на своих свиней.

— Мальчик, ты, кажется, потерял одну из своих свиней. — Мягко проговорила Милена, боясь его напугать.

Тот забеспокоился и закрутился на месте, потом стал пересчитывать оставшихся и, о ужас, одной действительно не хватало! На его лице проступили слезы.

— Где, где вы видели эту свинью?

— Вон там за теми деревьями, она пыталась съесть мой завтрак.

Но мальчика мало интересовал ее завтрак, он кинулся было за свиньей, но остановился.

— Что же мне делать! Если я побегу за этой свиньей, то могут разбежаться эти!

— Ну, хочешь, я посторожу их?

На лице мальчика отобразилось недоверие, и она поспешила добавить:

— Или пригоню убежавшую свинью.

Делать этого, конечно, не хотелось, но помочь парню надо, на нем лица не было.

Свинка бежала впереди Милены, а та погоняла ее сзади. И чем она только занимается!? Пришлось приманить ее остатками своего завтрака. Прожорливая такая! Мальчик сиял и был невообразимо благодарен спасительнице.

— Отчего ты выгуливаешь их? Разве им не место в загоне?

— Эти свиньи для дин Варча, он купил их у моего отца еще на прошлой неделе. В этом году наши хрюшки уродились на славу. Их порода довольно редкая. А отец любит всякую живность, вот и разводит иногда. А тут такое дело, дин Варча они приглянулись. Вот перегоняю в его загон. Его селение находится вон за тем холмом, оно принадлежит пэру Шибру из Зеркального города.

— А где же твое селение? Оно тоже принадлежит какому-нибудь пэру из Зеркального города?

— Да, пэр Дорин наш господин!

— Хм… Ясно. Ну, тогда мне пора, а где поселения, которые не принадлежат этому городу? Куда мне идти?

— Вы плохо знаете местность? Дин…

— Мили.

— Дин Мили.

— Плохо. Я мало разъезжала и странствовала.

— Мой отец — купец и скупщик, если хотите, вы можете с ним отправиться на межкоролевскую ярмарку, а оттуда рукой подать до земель другого королевства.

— Спасибо! Как же тебя одного пустили перегонять столько свиней?

Мальчик обиженно насупился.

— Мне уже не впервой, я натасканный.

Земли пэра Шибру были обнесены и разграничены каменным забором в высоту человеческого роста. Здесь повсюду была скотина, понятно, какой династии принадлежал этот человек. Всю дорогу мальчик, которого звали Ийен, рассказывал об этих удивительных свиньях, об их вкусном мясе и необычном окрасе, так что к концу пути Милена готова была съесть одну живьем. В животе урчало.

— За перегон свиней дин Варча заплатит мне, и потом он всегда мне дает еды на дорогу. Хотите, я с вами поделюсь, дин Мили?

Спасибо, внимательный мальчик. Людям надо помогать, и тогда кто-нибудь поможет тебе.

Дин Варча — коренастый седовласый мужчина с высоким лбом и сосредоточенным взглядом — пересчитал свиней и передал плату Ийену, затем подозвал к себе девчушку, которая при виде мальчишки стеснительно опускала глаза и улыбалась.

— Мена, принеси Ийену в дорогу. За услугу всегда плачу сверху! Верно, парень? — Его голос оказался громоподобным и слышался от края до края селения. — А это кто с тобой? Никак сестра твоя двоюродная, которая все никак не навестит нас! — И он почему-то раскатисто рассмеялся.

Ийен смущенно возразил.

— Нет, дин, эта девушка помогла мне довести до вас этих свиней. Когда я спал, она бодрствовала!

— Да, ночью гнать скот рискованно. Как тебе удалось, удивляюсь, но теперь понятно! — Он посмотрел на Милену и ее широкий синий плащ с капюшоном.

— А вы откуда будете?

— Я иду в земли соседнего королевства, навестить… то есть хочу там жить и работать. — Неуверенно проговорила она.

Дин Варча посерьезнел. Тут вышла Мена, вручила Ийену завернутый в ткани паек и смущенно отошла в сторону.

— Одной в такую даль идти рискованно, неужели вас никто не сопровождает?

— Все умерли. — Единственное, что нашла сказать Милена.

Наступила пауза. Дин Варча нахмурился, но вопросов больше не стал задавать.

— Поживите пока у нас с неделю, даже работу найдем. А после я отправлю вас с моими детьми к их тетке, что живет у границ земель пэра Лафри. А оттуда рукой подать и до королевства Улая.

Милена заколебалась. Куда ей пойти: с Ийеном, отец которого поедет на ярмарку в ближайшее время, или остаться здесь? Здесь все же надежней, заключила после недолгого раздумья Милена. К тому же у этого селения преимущество — оно не принадлежало пэру Дорину, а дин Варча сам предложил ей помощь, отец Ийена может и отказать. Было решено, Мили остается здесь!

Ей отвели комнату наверху гостевого домика с видом на бескрайние леса династии охотников королевства Зеркал. Почти всю неделю Милена вела нелюдимый образ жизни — работа, еда, сон, небольшие прогулки вдоль земель пэра Шибру, опасаясь дальнейших расспросов. Детьми дин Варча оказались дочь и ее муж, которые поженились совсем недавно. Они напоминали ей двух голубей, воркующих и милующихся между собой дни напролет. Остальной мир для них пока не существовал. Тетушка, которую они собирались навещать, не могла приехать на их свадьбу по состоянию здоровья, поэтому молодые решили навестить ее сами. Видимо, та чего-то обещала им в подарок, да и поездка для двоих представлялась чем-то увлекательным. Так что новости отца о появлении в их компании Мили они не особо обрадовались, но и не упрямились.

Когда этот день настал, на земли пэра Шибру налетела конница, они искали какую-то девушку, даже прилагался портрет. И, о счастье, правоохранительные органы королевства Зеркал попались дин Варчу, который по непонятным для нее причинам отвадил их. Как выяснилось позже, дин Варча узнал об истории семьи пэра Дорина, и он не разделял опасения и силы обмана в их адрес. Он не считал, что общества не избранных нужно чураться как огня. К тому же, они не виноваты, что не принадлежат ни к какой династии, а только служат ей. Их семья давно и многие годы отдавала себя пэру Шибру в верное услужение, но заслугой оставалось только позволение жить в этих землях. Многие рады стать такими, как они, но это не представлялось возможным. Закон, как оказалось, не обойти. Милена же стала ему еще симпатичней, когда он оценил ее смелость против всего клана избранных. Они с женой проводили ее и своих детей в путь, приставив к ним пару вооруженных людей. Хоть меж королевствами сейчас и царил мир, все же никто не застрахован от нападок разбойников.

Превеселый мужичок в самодельных доспехах ухохатывался прямо-таки до сердечного приступа над попытками Милены держать оборону против противника, чью роль играл второй провожатый в их неблизком путешествии. И все началось с того, что они увидели, как она стреляет из лука, причем недурно, учитывая, что он рассчитан для забавы. Слово за слово, и те решили обучить ее парочке приемов защиты, но все попытки Милены заканчивались поражением. И все лишь потому, что одной рукой она придерживала волосы, боясь показать шрамы, а другой пыталась овладеть искусством боя на кинжалах. Это-то и позабавило мужичка средних лет с седой бородой, которая болталась у него на груди тонкими ниточками. Второй же, высокий, с развитой мускулатурой парень в расцвете сил, добряк этакий, без всяких заморочек, самый что ни на есть простой, выписывал в воздухе кренделя своим кинжалом, пока Милена пыталась сообразить, что к чему. Он крутился, вертелся вокруг нее с завидной скоростью и тыкал при случае мечом, приговария, что она уже мертва. Вот противный! Разве это обучение? Он просто играет с ней или хвастается своим завидным умением?

— Что ты вцепилась в свои волосы! Ты драться будешь или нет?! — Парень по имени Путя, видимо, разыгрался до такой степени, что забыл, что перед ним представительница прекрасного пола, которая ни разу в своей жизни комара не прибила, не то что мужика!

Перед глазами Милены возник мозг Пути размером с грецкий орех. Это ему в отместку! Другой же, в приступе смеха, катался по земле, хватаясь то за живот, то за сердце. Ну ладно, посмеялись и хватит. Милена подняла руки, сдаваясь, и села на землю, пытаясь отдышаться.

Сегодня у них на обед был пойманный зайчик и птица. Путя умело распотрошил обоих, снял с зайца шкурку и натянул на кору дерева. На такое зрелище смотреть не очень хотелось, но в силу непредвиденных обстоятельств Милена решила для себя впитывать все полезные навыки. Надо быть подкованной во всем.

Вечерами они впятером садились вокруг костра и разговаривали о традициях этого мира. Конечно, инициатором всех этих разговоров была Мили. Удивляли их ее пропущенные знания или нет, ей было все равно, они всего лишь временные попутчики. Но для Милены эти дни не прошли даром. Она научилась ездить на лошади, охотиться на дичь, нескольким приемам обороны и плюс неоценимые знания об этом мире. Каве, второй провожатый с оружием, смастерил ей отличный лук, который стрелял не хуже луков охотниц, чему Мили была несказанно благодарна, и теперь она охотилась всегда с ними. Их путь длился уже почти три недели, и граница земель королевства Зеркал постепенно оставалась позади.

Однажды ранним утром, когда солнце еще только встало, Милена открыла глаза и первое, что она увидела, это плывущая по воздуху искристая пелена. Она поднималась с земли и плавно утекала по направлению ветра, проскальзывая сквозь ветки кустов, деревьев, иногда кружась, это было так волшебно! И ей захотелось коснуться ее.

— Это пыльца Латиды. Она повсюду растет в землях королевства Улая, мы уже близко. — Каве проснулся и тоже любовался этим зрелищем.

На ощупь пыльца оказалась прохладной и шелковой. Убрав руку, Мили заметила на ней мелкие искрящиеся песчинки пыльцы. Как же ей это понравилось! И ей сразу представилось, что она попала в волшебную страну, где все будет хорошо, где ее ждет водоворот чудес, который, как и положено в сказках, сделает ее жизнь полной радости. Непреодолимое желание побегать среди пыльцы взяло вверх, и она с радостными восклицаниями воплотила свою сумасшедшую мысль. Енка, дочь дин Варча, как только проснулась, заразилась этой затеей, во что вовлекла и своего мужа. И вот они втроем с шумом и гамом бегали среди деревьев, гоняя туда-сюда искорки, пока не подул сильный ветер и не унес пыльцу дальше от их лагеря.

Милена бежала, провожая пыльцу, пока лес не кончился, и ее взору предстала с высоты обрыва долина в ярко-оранжевых цветах и искрящейся на солнце пыльце. Наверное, это и есть Латиды. Как они прекрасны! Милена ощущала себя так, словно у нее сзади выросли крылья, и она вот-вот готова взлететь.

Гулкий топот и ржание лошадей возвестило ей, что позади подъехали всадники. Сначала Милена испугалась, что за ней погоня аж от самого города, но незнакомый голос убедил ее, что она ошиблась.

— Учитывая, что я вырос в этих землях, сам так и не перестаю удивляться этим цветам. Особенно когда они распространяют свою пыльцу.

Милена повернулась. На высоком сером коне сидел молодой мужчина в доспехах воина, позади него еще четверо, среди них были и женщины, тоже по-форменному одеты. Ее с нескрываемым интересом разглядывали, пока она приходила в себя от внезапности. И первое, что она осознала, это ее волосы, забранные назад в высокий хвостик. Милена рефлекторно прижала ладонь к шрамам и, покраснев, отвернулась. За эти три недели она настолько свыклась со своими попутчиками, что перестала стесняться и скрывать лицо. Все началось с того, что в обучении самообороне Милена постоянно терпела поражение, пока однажды, разозлившись, не повязала волосы в пучок на глазах у изумленных Каве и Пути, и стала успешно справляться то с одним, то с другим нападавшим. А те стали уважать ее за шрамы, вообразив невесть что.

Говоривший с ней мужчина спешился.

— Вы к нам в гости? — Он посмотрел на ее костюм охотницы королевства Зеркал. — Или по делу? — Его заинтересованный взгляд выражал вежливую учтивость.

— Разве мы не находимся еще в землях королевства Зеркал?

— Почти нет! Вы стоите как раз у начала земель королевства Улая.

Милена выпрямилась и развернулась к ним.

— Значит, в гости! — А сама стала лихорадочно думать, как же они у границ Улая, когда тетушка Енки живет в землях Лафри.

Тут затрещали ветки, и из леса выбежал Путя. Не сделав и пары шагов, он склонился в поклоне перед спешившимся, затем подошел к Мили. А ведь Милена даже не подумала об этом, но, наверное, уже поздно.

— Все беспокоятся, не ходи далеко одна. — Шепнул он ей.

И чего они к ней так привязались, особенно Путя. Может, чувствует вину за те уколы кинжалом, что он ей понаставил. Руки до сих пор болят, и бока. Вот и картиночка: стоит девушка, половина лица в шрамах, руки обнажены и исколоты, в костюме династийной охотницы, правда, без герба, но это не было заметно, так как на ней была шкурка, подаренная Енкой в виде шальки, и парень-амбал, самый что ни на есть простолюдин, с трепетной заботой о ней. Что о них можно подумать? А напротив воины в доспехах — все статные, гордые, лошади просто красавцы, смотрят на них и снисходительно улыбаются. Милену, судя по костюму, сперва признали династийной охотницей, а вот Путя цензуру не прошел. В общем, непонятно, кто что подумал, но стоять здесь и пялиться друг на друга она больше не намерена. Но уходить вот так просто посередине слова было невежливо, поэтому Путя с Миленой уставились в свою очередь на них. Молчать тоже оказалось неприлично, поэтому воин со знаком отличия вежливо поинтересовался, куда именно они держат путь, и подошел к своей лошади. Ответил Путя.

— Мы держали путь до земель Улая, а потом обратно в земли пэра Лафри. Там наши родственники. — Он опять учтиво склонился. Милена смотрела то на одного, то на другого, то на воинов позади.

— Зачем же до земель Улая? Чтобы полюбоваться полями Латиды? — Он уже сидел на коне.

Милена еще раз посмотрела на эти удивительные цветы.

— Нет. Я бы хотела обосноваться в землях Улая, жить среди этих красивых цветов. — И она, улыбнувшись, сделала, наконец, реверанс.

— Вы, охотница при королевском дворе Зеркал, хотите жить в королевстве Улая? — Спросил все тот же собеседник. Похоже, парочка показалось ему странной. Это было видно по его лицу.

— Я купила этот костюм на рынке, — и Милена сжала губы, отчего у нее появились на щеках ямочки, — потому что он очень удобный…

Она хотела назвать его по отличию, но растерялась, так как не понимала в них ничего. То, что он не дин, это точно, пэр наверняка. В отличие от других всадников, которые смиренно стояли позади, на его форме красовался совершенно другой герб, и на шее висело украшение, выдававшее очень богатого человека.

Собеседник рассмеялся.

— Что ж, возможно, ваш муж внемлет вам, и вы станете жителями Улая!

«Еще чего! Путя и мой муж!» — быстро отреагировала в мыслях Милена.

Это его позабавило. Значит, перед ним совершенно простая девчонка! Хотя это не делает ее простой, судя по ее манерам, она все же знает правила двора, но не особо в них разбирается. Он натянул поводья, махнул своим «в путь» и уже через мгновение их след простыл.

— Кто это?

— Принц Улая со своей свитой. И, кажется, ты их только что позабавила.

Принц Улая? Это был принц Улая? Какой ужас! Она не присела в почтенном реверансе перед самим принцем! По крайней мере, сразу. Лучше будет вообще больше не встречаться с этими королями, принцами или приближенными к ним, от них одни только неприятности. А принца Улая она за тридевять земель будет обходить, чтобы он только не посадил ее в башню за непочтение. Конечно, если он не посадил ее сейчас, то и потом не посадит. Хотя кто знает, что будет потом.

Милена шла впереди, а Путя тянулся позади молча. Это было на него не похоже. Когда они подошли к лагерю, все тоже попритихли. Почти молча погрузили все вещи в повозку, сытые лошади уже били копытом, им не терпелось поразмять ноги. Это было странно. Ей даже показалось, что на нее несколько иначе смотрят. И она не выдержала.

— Что-то случилось? У меня исчезли шрамы? Или что-то еще?

— Шрамы твои на месте, можешь проверить. — Буркнул Каве.

Понятно. Кто-то лазает по чужим сумкам! И как она могла так далеко отойти от своего зеркала, как могла не бодрствовать! Милена тут же кинулась к своим вещам. Все на месте.

— Нехорошо лазать в чужих вещах! — Она накинулась на Каве.

— Мили, он и не лазал, просто взял твою сумку, а оттуда выпало… — Енка запнулась.

— Зеркало! Выпало зеркало! — Милену вдруг возмутило, что люди, особенно непосвященные, так боятся зеркал и избранных людей.

— Ты избранная? — Путя насупился и нервно ковырял пальцем кору деревьев.

— Пусть даже и так, ну и что? Я не кусаюсь, и со мной можно дружить!

— Избранные не могут быть в близком общении с такими, как мы.

Милена тяжело вздохнула. Могут, не могут… Надоело все!

— Ну, вместе-то они могут куда-нибудь ездить? И просто мирно общаться? У меня в городе была подруга, никакого отношения к зеркалам не имевшая! Ну, и если вам так интересно, меня никто не считает избранной, потому что не знают. — Милена покосилась на свое зеркало.

— Что у тебя есть зеркало? — Енка сочувственно посмотрела на Мили.

— Потому что я не принадлежу ни к одной династии.

Путя и Каве с мужем Енки подозрительно на нее уставились.

— Но я никого не убивала и ничего не крала, это мне подарила Пайка!

— Пайка! Ты знаешь Пайку?

— Конечно! Я у нее жила некоторое время.

— Так это ты — мнимая племянница Пайки!

— Слышали…

— Отец рассказывал, а потом конница приезжала! Значит, они искали тебя! Ты стала невестой одного из избранных, старшего сына пэра Дорина, как его зовут…

— Палу… — Пробубнил Путя.

— Так ты невеста пэра Палу! — Каве, как и все присутствующие, не скрывали своего удивления и восторга.

Как же, они стали частью скандала в городе Зеркал, где замешан сам король Палитон и его супруга с детьми. И, к тому же, они могут узнать все подробности этой истории. Но Мили не особо хотела рассказывать, поэтому им приходилось клещами доставать из нее информацию. Так что до ближайшего крупного города в королевстве Улая, куда они направлялись, чтобы проводить Мили, она буквально страдала от мысли, что была так неосторожна. И больше всего ее пугало то, что она разболтала всю истину о себе, кроме того, конечно, что она из другого мира. Но ее попутчиков это не особо беспокоило, Путя даже предложил помочь ей разобраться в ее нелегком избранном пути. Спасибо, Путя, не надо! В планы Мили входила лишь легкая безмятежная жизнь. Найти жилье, еду, и по возможности добрых друзей. Вот и все! Когда они расставались, Енка предложила ей навестить их еще раз, как все утрясется. Мили не обещала, но, если случай представится, то непременно. И еще, если они не хотят однажды услышать, что некая Милена, бывшая невеста пэра Палу, безвременно скончалась при весьма странных обстоятельствах, то пусть лучше молчат о том, что она обладательница живого зеркала. Те давали все на отсечение, что этого не случится, и они будут молчать, как рыбы! Мили оставалось только надеяться, что рыбы в этом мире так же немы, как и в ее.

Пайка же решила времени даром не терять, а выяснить происхождение Мили. Ее не покидала мысль, что эта девушка вполне может оказаться уроженкой этого мира, но по каким-то обстоятельствам ее закинули в другой. Она стала рыться в истории королевств, отсчитав приблизительно тридцать лет назад. Но книги, что были в ее распоряжении, мало о чем говорили, нужны были живые свидетели минувших смутных дней. Она все больше и больше погружалась в глубь истории, узнавая для себя новые факты. Приблизительно в то время шла война между королевством Зеркал и Улая, это Пайка помнит, тогда она была еще молода и только вступила в права ученицы продавщицы зеркал Каталаны. Время было неспокойное, и больше было похоже на внутреннюю борьбу между королевствами. Хоть воины и выступали на поля битвы, но потери несли больше от каких-то заговоров и личных преследований. Словом, войной прикрывалась истинная причина всех проблем. И завоевание земель — это был лишь предлог в суматохе убрать тех, кто мешал королям. А точнее, короля Улая тех времен, которого недолюбливали, пожалуй, все королевства. И это его обвиняли в развязке междоусобной войны.

Из всего этого Пайка вынесла, что в королевстве Улая происходили более страшные события, особенно среди приближенных к Кумирану. Пайка пока не очень все понимала, так как история об этих подробностях не пишет. Значит, надо искать другие источники, которые могут более подробно рассказать о тех временах. Так Пайка и решила: ей надо ехать в Улай, к своей давней подруге Туде. К тому же она постарше ее будет, да и проживает в центре интересующих событий.

Оказавшись одна в неизвестном городе, в гостинице под названием «Добрый Улай», Милена не находила себе места и покоя от нахлынувшего на нее одиночества и безысходности. Что же ей делать дальше? Как жить? Найти работу и вести оседлый образ жизни, слившись с этим неизвестным ей обществом? Но все, что она умеет, пригодится ли ей в этом мире? Или все же попытаться найти ответы на ее вопросы? Ведь зеркало у нее, и оно определенно не просто так попало ей в руки! И не просто же для того, чтобы перенести в этот мир? Милена в случайности не верила. А раз с ней произошло такое чудо, то совершенно легко поверить в то, что и зеркала живые. Тогда с чего ей начинать? Кто ей в этом поможет? Милена еще раз посмотрела на мешочек с драгоценностями от минилюда. Это отправная точка ее благополучия; по крайней мере, на год ничегонеделания хватит, ведь, как заметил Путя, эти драгоценные камни стоят немало. Их огранка высокого качества, и происхождение их с горных высот. Как они оказались у Милены, она так и не раскрыла. А на вопрос, откуда Путя так разбирается в камнях, Каве решил похвастаться за него, что тот долгое время работал на династию пэра Юрвика, которые всегда славились как истинные добытчики драгоценных камней. А в королевствах очень ценятся драгоценные камни.

Первым делом Милена сразу подумала купить себе небольшое жилье, где можно надолго обосноваться и не скитаться по всему свету, куда бы можно было вернуться в любое неблагополучное для нее время, между поисками истины. Ей должно хватить, ну и кое-что останется на обустройство жилища. Еще Милена подумала завести скотину, ей же надо как-то кормить себя, пока она ищет работу. Но потом прикинула, что она не из династии скотоводов. Милена разозлилась. Как же выживают в этом мире простые люди! Ах, да! Они работают на богатых пэров. Получается, у них нет ничего своего?! Вечные рабы? Стоп, но ведь цветочница Рита сама устроила свое дело, и весьма успешно, не работая ни на какого пэра. И тут Милена прикинула, есть ли в том королевстве династии цветоводов? И поняла, что никогда об этом не слышала. А вот Рита взялась за такое дело и ожидала, что ее признают, как достойную избранную, если, конечно, зеркало хоть когда-нибудь попадет к ней.

Хозяин гостиницы оказался редкий зануда, равно как и его жена. В своей гостинице они приветствовали только высокопоставленных слуг своих пэров, ну и самих пэров. А кто такая Милена? Без сопровождения, явно не из богатых, а ее костюм охотницы выглядел после долгого пути плачевно, грязный и в дырках. Вот так она предстала перед ними, желая снять комнату на пару дней. В местной столовой, где они кормят своих постояльцев, народу собиралось немало, и косые взгляды нередко были обращены на нее. Не желая здесь дольше задерживаться, Милена решила осуществить свой план и продать камни, выручив на них деньги за жилье. Расспросив прохожих, где находится лавка скупки и продажи драгоценных камней, она отправилась туда на следующий же день своего пребывания, не заметив, как за ней увязались двое. На этот раз на ней было синее платье и дорожная сумка, приобретенная на местном рынке Зеркального города, взамен той, с которой она явилась в этот мир. Пайка ей все уши прожужжала, что ее сумка выделяется из общего плана, и была права. Когда Милена уже прошла главную площадь, ее чуть не сшиб высокий мужчина, хилый, сутулый и неприятного вида, он и не думал извиняться. Опомниться она не успела, как сумку у нее выхватили те двое, что увязались за ней, и бросились наутек. Конечно же, Милена могла кинуться за ними, но не было смысла, те двое бросились от нее в разные стороны, а у кого сумочка, она так и не разглядела. Видимо, все отработано. Один сбивает с ног, а пока ты думаешь о первом, другой хватает сумку, передает третьему, и все врассыпную. Милена коварно засмеялась про себя, наверняка эти ворюги слышали, как она спрашивала про магазин драгоценностей, и решили поживиться. Но не тут-то было: наученная и выращенная в непростом мире и условиях, Милена пошла сложным путем. Она спрятала драгоценности не в сумке, а пришила мешочек к нижней юбке своего платья. А в сумке лежала просто мелочь: расческа, бумажки, часы, подаренные Путей, и печенье.

Драгоценная лавка располагалась в центре города среди других бутиков и богатых домов. Цейтлон находился прямо на окраине самого королевства, и по меркам и представлениям Милены городом его назвать было нельзя. Тем более, что ей было с чем сравнить. Даже если не говорить о ее мире, то хотя бы город Зеркал по масштабам гораздо больше и живописнее, равно как и народу больше. Внутри лавки ее встретил молодой парень. Его пепельные волосы торчали дыбом вверх, а единственной достопримечательностью в его одежде была жилетка, черная с гербом династии, в центре которого красовался блестящий красного цвета камень, причем настоящий! По его виду Милена сразу поняла, что он этим гордится. Ведь не каждому представляется такая возможность носить на себе драгоценности, да еще и с родовым гербом. Не считая, конечно, самих королей и приближенных к ним родовых династий.

— Здравствуйте. Я бы хотела продать несколько камней. Вы не расскажете своих расценок?

Парень почему-то удивленно на нее посмотрел. Что в ней не так? Платье вроде ничего, подобие прически есть, что еще надо?!

— Э-э… Да, сейчас. Секунду. Проходите, можете пока посмотреть прилавки, я позову оценщика. — На вид он был младше ее, роста примерно одинакового, создавал впечатление спортивного человека.

Пока парень скрылся за дверью, Милена быстро достала мешочек с камнями и еле успела расправить юбки. К ней вышел коренастый среднего роста мужчина с залысинами на лбу и в очках. Очки! У них есть очки! Милена приятно удивилась, заметив еще один типичный аксессуар из ее мира.

— Чем могу вам помочь, молодая дама?

— Мне нужно продать несколько камней.

Тот протянул руку.

— Давайте, я посмотрю.

Милена протянула мешочек с драгоценностями. Оценщик высыпал камни на стол, покрытый черной бархатной тканью. Включив местную лампу, повернул прибор с огромнейшей лупой и еще с несколькими приспособлениями, затем, прищурив глаз, стал рассматривать их.

— Огранка мне определенно известна. Тонкая работа, слишком тонкая. Где вы их взяли? — Все это он говорил и спрашивал, не отрываясь от лупы. Когда не услышал ответа, все же удостоил ее взглядом. — Не хотите говорить? Странно. Это делали не люди.

— Не люди? А кто? — Потом на укоризненный вопрос оценщика решила добавить. — Мне их подарили в знак доброты.

— Минилюды народ маленький, но очень искусный, особенно в ювелирных вопросах. Их камни ценятся гораздо выше, чем сделанные людьми.

— Но ведь они тоже люди, только маааленькие.

Оценщик усмехнулся.

— Знаем. Народ маленький, но гордый. Слышали. Они также искусные воришки. Вот уж кого трудно уличить в кражах, так это их. Ну да ладно, мы отвлеклись. Сколько вы хотите за них?

— А сколько вы дадите?

— У вас десять камней, редкого зеленого минерала, который можно найти только в горах Истрена Ди Тори. К тому же его добывают на высотах этих гор. Не каждый решается туда пойти, кто-то из-за здоровья, кто-то из-за легенды. Но минилюды народ смелый. — Оценщик улыбнулся. Похоже, ему нравилось об этом говорить, особенно когда собеседник с интересом слушает.

Тут появился паренек с сумасшедшей прической, прошмыгнул мимо прилавков и подошел к двери. Дверь отворилась, и на пороге появилась миловидная барышня, тоже в синем платье с замысловатой прической. Кого-то она Милене напомнила, но, не задерживая больше внимания на посетительнице, она обратилась к оценщику. Кстати, на оценщике был черный сюртук, где со стороны сердца красовался такой же герб с камнем.

— А что за легенда?

Оценщик довольно хмыкнул.

— Довольно длинная история… У вас есть время для сказок?

— Да. С удовольствием послушаю!

— Ну, тогда присаживайтесь поудобней. — Он причмокнул, задумался и начал повествовать. — Поговаривают издревле, что в то время, когда королевств было мало, жила одна семья, которая умела создавать всякие замысловатые вещицы. Эти вещи граничили только с чудом. И поговаривают, что они жили в нашем королевстве. И создал как-то глава этого семейства зеркало, которое умело говорить с людьми, образами и словами, и слышащее тебя. Ты можешь задать вопрос, оно тебе отвечает. И говорит правду и только правду. И все люди задумались, откуда такие зеркала умные, как они могут так много знать?! Что самое удивительное, эти зеркала выявляли неправду! Вот скажешь при каком зеркале ложь, а оно раз, и потемнеет. Все! Значит, человек говорит неправду! И наделал он тогда много этих зеркал, почти в каждом доме были они. Людей такая новинка и пугала и привлекала, всем захотелось знать правду. Ну, король первый удостоился этой чудо-новинки. И давай в своем королевстве проверять на правду своих приближенных — слуг, пэров, задавая всем каверзные вопросы. Зеркало то темнело, то оставалось прежним. Так многие слуги и пэры потеряли милость короля и были изгнаны. И возроптал народ на изобретателя зеркал, испугались, что король всех их может извести, потому что к тому времени и суды и всякие дела в королевствах не делались без зеркал, многие за ложь сидели в башнях тьмы. — Милена облокотилась о стол, внимательно слушая. — И решили убить изобретателя, а к тому времени народ был так зол, что готовы были извести всю семью, чтобы кто из потомков не создал подобного чуда и не натравил его на людей. Задуманное было исполнено. Когда король узнал о несчастье, произошедшем в его королевстве, что всю семью, а их было немало, извели, он решил отобрать уцелевшие зеркала у народа. Верные подданные короля влетали в каждый дом и отбирали зеркала, даже осколки. А король со временем оставшихся верных ему и приближенных поделил на династийные семьи и дал по зеркалу, как считал нужным. А людей, что были замешаны в бунте, лишил права быть при дворе, но только работать на избранных и жить на их землях. Они не могли ни купить себе землю, ни свободно заниматься тем, чем хотят. Правда, сейчас несколько посвободней стало с этим вопросом, но политика все же выдерживается.

— А при чем здесь гора?

— Истрена Ди Тори? Говорят еще, что кто-то в этой резне все же выжил. И никто иной, как брат изобретателя, кстати, зовут его Чирено Та. Ничего себе имечко! — И оценщик рассмеялся. Но, видя, что Милена продолжает смотреть на него, не мигая, продолжил. — Так вот. Этот брат, с возможными уцелевшими, ушел в горы и основал там город, прямо на высотах этой горы. С тех пор никто их не видел и не слышал. И поговаривают, что на горе происходят странные вещи, то люди, осмелившиеся взойти на нее, исчезают, то голоса неведомые слышатся. Предполагают, что это призраки погибших в той резне. В общем, вокруг этой истории и этой горы сплошные легенды и страхи.

— Значит, мои камешки очень высоко ценятся!

Оценщик поджал губы и добро улыбнулся.

— Вы так и не ответили на мой вопрос.

— Какой?

— Откуда они у вас? — Он повертел еще один камешек в руке и положил к остальным.

— Минилюды подарили, — проговорила нехотя Милена.

— Минилюды народ скрытый. И за какие, интересно, заслуги такая щедрость?

Она пожала плечами.

— Не знаю, вроде ничего особенного.

Оценщик прищурился.

— Из какой династии вы?

Милена заметно напряглась.

— Послушайте! Я же не на допросе у следователя! Не хотите покупать, не надо! Найду кого-нибудь другого!

Оценщик хмыкнул.

— Если вы намекаете на то, что я ограбила минилюдов, то вы ошибаетесь!

— Конечно, это просто невозможно! Ни один человек не может этого сделать, если он не уродился такой же маленький, как они. Минилюды умеют хранить свои секреты и тайники. Ладно, допустим, я вам поверил, но вы не из простого ли народа? — Потом он оценивающе взглянул на нее. — По вам и не поймешь, одежда вроде знатного рода, а прическа простого, говор у вас вообще не здешний. Вы часом не с гор Истрена Ди Тори спустились?!

— Что?

Мужчина облокотился о стол и изучающе уставился на нее. Похоже, ход его мыслей нравился ему. Милена вся взволновалась, и это только подтверждало его догадку. Он широко улыбался. Совсем свихнулся дядька. Напридумывал всякой ерунды! Верит во всякие легенды. Но тут Милена как-то сникла и обреченно вздохнула.

— Послушайте, я действительно не здешняя и, в общем, я невеста одного знатного пэра. Пока он по делам, я здесь все обустраиваю, а это… — Она указала на камни. — Свадебный подарок. Мы хотим обосноваться в этих краях. Оценщик заметно приуныл.

— Не пристало женщине заниматься такими делами, камни продавать!

— Вы будете покупать или нет? — Отрезала Милена.

Что за приставучий, какое ему дело, кто я, откуда? Дают камни, бери! Но ссориться с ним не хотелось, уж больно охотлив он был на всякого рода рассказы. А про зеркала — это самая насущная тема для нее. И главные вопросы: что могут зеркала, и как она очутилась в этом мире? А еще почему? Конечно, оценщик вряд ли на них ответит, но кое-что прояснить может.

Оценщик сделал удивленное лицо и протянул.

— Я куплю у вас один камень. Для такого маленького городка, как наш, это слишком высокие цены. Люди здесь не бедные, но и не богатые. В основном простой народ живет. Если побрякушки какие и покупают, то только подешевле. А знатных всех в города тянет, да покрупнее. Так что один возьму, и то себе, в коллекцию. А остальные езжайте с женихом продавайте в Улае, или Полтене, там тоже знати побольше.

Милена нахмурилась. В Улай? Ни за что?! Там принцы всякие, видеть их не хочу. Еще беды не оберешься!

— И далеко до Полтена?

— Не знаю, там не бывал, а вот в Улае живет мой родственник, его бы и присоветовал, он может купить у вас хоть все! Богатый, знатный, приближенный к королю. — Мужчина гордо выпрямился, так что его герб тоже выпрямился из складок и натянулся во всей красе, а камень ярко блеснул в свете ламп.

Милена моргнула и встала.

— Хорошо, берите один. А где живет ваш родственник и как мне ему представиться? — Скрепя сердце проговорила Милена.

— Да пусть ваш жених придет, я ему все и объясню. Она так и села. Еще чего! Жениха ему подавай! Вот хитрый тип, так и норовит раскусить!

— Не придет он! Его сейчас и в городе нет. Так что говорите мне.

— А нет у вас жениха, потому и не придет!

У Милены аж глаза округлились. Да что ему надо-то?! Вот попала!

— Есть, нет! Вам-то что?

— И герба у вас никакого нет!

— Что, по-вашему, все знати в нашивках должны ходить или в наколках, чтобы в случае чего отличить!?

— Я не совсем понимаю ваши речи. Наколки, следователь, но знаю, что я прав!

— Насчет жениха нет! Есть он! Только я от него сбежала, а эти камни мои, потому что их мне подарили! — Милена вскочила, вся на эмоциях.

— Сбежала? Видимо, дурен собой был? Или поссорились? Из-за камней!

Милена скрестила руки на груди и уставилась на оценщика.

— Про зеркала сами придумали, или кто подсказал? Хотя не удивлюсь, если вы додумали. Воображение у вас ого-го! И вовсе не ювелиром вам надо было работать, а следователем на допросах. Кого угодно до белого каления доведете! Короче так! Без лишних вопросов, да или нет!

Ювелир заметно обиделся.

— Да, если ответите на один вопрос.

Милена поджала губы.

— Один… — Вкрадчиво повторил оценщик.

Милена благосклонно кивнула.

— Кто такой следователь?!

— У вас что, нет правоохранительных органов? Ищеек, или как их там, ну те, которые правосудие вершат, ищут пропавшие вещи, людей, расследуют убийства? Те, кто работают на короля и занимаются выяснениями всяких загадок, необъяснимого. — Попыталась еще объяснить Милена, видя непонимающее лицо мужчины.

Оценщик просветлел.

— Ааа, следопыты!

Брови Милены изогнулись. Оценщик заметно подобрел и обмяк.

— Вы так думаете? — Широченная улыбка, вдруг появившаяся на его лице, собрала щеки в складочки у самых ушей.

— Определенно!

Мужчина помялся, видимо, обдумывая, что сказать. Тут он наклонился вперед и поманил ее рукой. Милена опять села.

— Была б моя воля, стал бы им! Это у меня, между прочим, в крови! Моя прабабка была из династии следопытов, а как вышла замуж за второго сына пэра Талтипа, так и вошла в новый род, а дети ее стали огранщиками камней и всякого металла.

— И хорошо у вас получается ваять всякие украшения?

— Ну, не жалуюсь. — Оценщик стал собирать камни в мешочек. Один отложил. Потом встал и вышел.

Сумма, которую он вынес, Милену устраивала. Почти. Потому что оценщик поспешил сказать, что этого точно хватит добраться до Улая и найти там себе домик, и прожить в нем полгода с питанием. Определение соотношения денежных единиц между ее привычным миром и зеркальным Милена усвоила почти сразу. Разницы практически никакой. А нынешние цены, по ее меркам, не кусались, так что представить, что к чему, она могла без чьей-либо помощи. Взяв деньги и мешочек с оставшимися камнями, она поблагодарила оценщика и вышла. Парень с взрывной прической все так же стоял с девушкой возле куцей клумбы, расположенной у входа в ювелирную лавку. Милену они проводили долгим взглядом.

Теперь уже наученная происками воришек, Милена старательно обошла по другим улицам площадь, набитую странной публикой, и поспешила в гостиницу. Время было послеобеденное, на улицах практически никого не было, стояла знойная жара. Дороги в том районе, где она обосновалась, были грунтовые, кремового цвета, а не выложенные камнями. Пыль поднималась каждый раз, как только проезжала очередная запряженная телега, карета или повозка. Зелени было настолько мало, что создавалось впечатление, будто она попала в прерии Канады или Северной Америки, где всюду скалистая местность и равнины. Кое-где на дороге можно было увидеть редкие, закинутые ветром частички пыльцы Латиды. Она так хорошо вписывалась в местный колорит, создавая впечатление, что здесь могут поживиться добытчики золота. Милена нагнулась, чтобы поближе рассмотреть пыльцу. Позади себя она услышала быстрые торопливые шаги и обернулась. Парень из лавки огранщика подлетел к ней и, согнувшись вперед, пытался отдышаться.

— Щас… — Выдохнул он. В руках он держал сложенный лист бумаги. — Э… это вам, отец передал. — Он протянул листок. — Сказал, что это вам поможет.

— Спасибо. — Милена с интересом воззрилась на сложенный лист.

Парень выпрямился и сглотнул. Он наблюдал за тем, как Милена рассматривала врученное ей послание, но при нем разворачивать не стала. Что-то еще? — Она спрятала его в складках юбки.

На его лице появилась лукавая улыбка.

— Меня Тыня зовут, можно просто Тын.

Милена улыбнулась, не в силах сдержаться. Тыня, дыня, пронеслось у нее в голове.

— Милена. — Милена протянула руку, и он чуть коснулся ее.

— Красивое имя… — Протянул Тыня.

Милена прищурила глаза, странный он какой-то.

— Ну, поблагодарите вашего отца от меня за помощь.

— А ответ вы писать не будете?

По его виду Милена поняла, что он тянет время.

— Нет, я еще не читала, что здесь написано.

— Я подожду.

— Может быть, я не буду писать ответа. К тому же у меня нет с собой ни листка, ни ручки.

Парень сунул руки в карманы и потянул плечи вверх.

— Что? — не поняла Милена, чего он так на нее смотрит?

— Вы так похожи на мою девушку! Просто удивительное сходство!

Хорошая новость, в этом мире у нее есть двойник! Интересно, тоже со шрамами?

— Ааа… Забавно… Бывает… Это та красавица, что стояла с вами у входа?

Парень кивнул.

— Ну, мне пора! Пойду читать ваше послание, ответа не ждите, если что, передам с кем-нибудь другим. Спасибо!

Парень удивленно воззрился на нее. И что ему нужно? Может, она должна была быть польщена новостью, что похожа на его девушку? Или это намек, что она могла бы ею быть? На всякий случай Милена сказала, что дома ее ждет жених. Парень покраснел и быстренько попрощался. Милена направилась к воротам гостиницы. Во дворе стоял балаган. Только что въехали новые постояльцы, их кони нервно стучали копытами, поднимая пыль и пыльцу. Работники местной конюшни быстро взяли их под уздцы и повели в стойла. Приезжих было пятеро, среди них две женщины. Они были в знатных одеждах, женщины осторожно ступали по пыльной дороге, слегка приподнимая подол платьев, и с недовольным видом озирались по сторонам. Мужчины же, напротив, пребывали в прекрасном расположении духа. И, похоже, местная обстановка их не очень удручала. Хозяин гостиницы так и трепыхался перед ними, чуть ли не ползая по пятам и не целуя пол. Фу, даже противно, вот подхалим! Милена вошла следом за ними и просочилась к лестнице на второй этаж. Отворив комнату, она заперлась изнутри. Приставив ухо к двери, услышала дребезжащий голос хозяина, он проводил гостей в правое крыло гостиницы, где располагались более уютные в его понимании и подобающе обставленные комнаты, женщины тихо между собой переговаривались и периодически хихикали. Отойдя от двери, Милена скинула свой плащ на кушетку и села к окну. Листочек, который передал ей Тын, оказался именной, с гербом, с одной стороны исписанный мелким почерком. Мили давно задавала себе вопрос, почему в этом мире ей понятен их язык и письменность, словно она здесь жила всегда. Но ответов не находила.

Дорогая клиентка!

К сожалению, так и не имел возможности узнать вашего имени. Я забыл вам представиться, если вы случайно не в курсе или не заметили внешнюю вывеску над моей лавкой, по которой наверняка могли бы узнать, что воспользовались услугами пэра Апоентуратана…

О, Боже! И это он еще смеялся над именем Чирено Та!

Мы много говорили с вами о вас, простите за излишнюю назойливость, но из всего я понял, что вы нуждаетесь в некоторой поддержке и помощи. Поэтому хочу предложить ее вам и уговорить вас все же поехать в Улай, а по приезде в город навестить моего ближайшего родственника и огранщика с рекомендательным письмом, которое следует ниже. Где вы можете, не тратя вышеупомянутое в нашем разговоре, обосноваться у них в качестве работницы. Но чтобы не пала тень подозрения на вас, что вы незнатного роду, жить вам лучше в домике какой-нибудь уважаемой женщины и исправно платить ей на заработанные улы. Правда, все же парочку камней вам придется продать моему брату пэру Фэлу, собственно вас к нему и посылаю. Ниже рекомендательного письма прилагается положение знатного имения пэра Фэлу. И прошу вас, если возникли какие-либо вопросы, то вы всегда можете найти меня в моей лавке огранщика.

С уважением, пэр Апоентуратана.

Убедительная просьба: все, что выше рекомендательного письма, отрежьте и оставьте у себя на всякий случай.

Милена оторвалась от чтения. Неудобно как-то получилось. Определенно, ответ надо написать и поблагодарить пэра… Апоена… Лично. Что за имечко, не выговоришь! Она быстро села за стол и накропала ответ в довольно короткой, но весьма благодарственной форме. Сложила лист бумаги наподобие письма пэра, но потом передумала и сделала по-своему — треугольником, затем подписала в уголке «пэру Апоентуратана». В коридоре все так же была слышна возня. Выглянув сквозь приоткрывшуюся дверь, она сразу заприметила мальчонку, младшего сына хозяина гостиницы, и поманила его рукой. Тот нерешительно застрял на месте. В руках он держал тяжелые сумки, вид у него был загнанный и уставший. Тут из его рук забрали чемодан, и он большими глазами воззрился на знатного мужчину, который второй рукой, не побрезгав, потрепал парня по вспотевшей макушке.

— Тяжелые! Кто надоумил тебя таскать их, надорвешься! — Он мельком глянул на Милену и протянул руку ко второй сумке.

Мальчишка дернулся.

— Нет, пэр, я сам. Если отец увидит меня, побьет!

— Поставь сумки здесь и подойди к даме, видимо, она нуждается в твоих услугах.

Мальчишка не замедлил исполнить, но сумку не выпустил. Милена приоткрыла дверь чуть шире и слегка улыбнулась пэру. Тот склонил голову и отвернулся. Мили, пообещав парнишке дать пять улов за доставленное письмо, скрылась за дверью. Не успела она и шагу ступить, как истошно завопила, увидев прямо перед собой маленькое существо. От неожиданности существо оступилось назад и грохнулось на пол, капюшон длинного плаща слетел, и перед Миленой предстал маленького роста молодой человек — минилюд.

— Простите! — Успел минилюд проговорить мягким баритоном.

В дверь настойчиво постучали. Милена уставилась на минилюда, не зная, что ей делать.

— Что вам здесь нужно? Вы часом не перепутали свою комнату?!

— Нет! Меня привело к вам зеркало!

И тут Милена вспомнила о своем зеркале, как давно она его не доставала. В дверь постучали настойчивей.

— С вами все в порядке? — Услышала она уже знакомый голос.

— Прошу вас, не выдавайте меня!

Как только Мили повернулась, чтобы открыть дверь, минилюд тут же шмыгнул под кровать. И чего он боится? На пороге стоял известный молодой пэр, мальчонка без сумок и хозяин гостиницы.

— С вами все в порядке? — Выпалил первым пэр.

— Да. Как видите!

— И все же позвольте осмотреть вашу комнату. Здесь нет крыс? — Этот вопрос был адресован хозяину.

— Нет! Какие крысы! В моей гостинице нет и не может быть крыс или других каких-либо млекопитающих!

Милена стояла, не пропуская никого.

— Вы позволите? — Повторил вновь пэр.

Ну, чего привязался, сказано же, все хорошо! Хотя, с его стороны это благородно — настоять на своем, вдруг она тут на мушке. А под прицелом правду не всякий скажет. Ну, минилюдик, прости, похоже, этот пэр не отвяжется. Молча, отойдя в сторону, Милена ждала, пока окончится осмотр. Пэр не поленился даже заглянуть под кровать. Хорошо хоть, вещи в шкафу…

— Позволите? — Пэр встал напротив шкафа и уже держался за ручку.

Милена возмущенно посмотрела на пэра одним глазом исподлобья.

— Ну, уж нет! Кого вы собираетесь увидеть в моем шкафу!?

Странно, как он минилюда не увидел под кроватью, она же сама видела, как он туда шмыгнул. Может, они имеют способность становиться невидимыми?

— Это же для вашей безопасности!

Укоризненный взгляд Милены говорил о многом, и пэр со своей свитой быстро покинули ее комнату. В коридоре уже с любопытством топтались сопровождавшие его дамы.

— Что-то случилось? — Поинтересовалась одна.

Милена поймала их скептический взгляд на ее прическу.

Им что, скучно? Дверь за ними закрылась, открылась дверца шкафа, и оттуда выпрыгнул минилюд. На его изможденном лице выступили капельки пота. Некоторое время они изучающе смотрели друг на друга. Первым молчание нарушил минилюд.

— Вы единственная девушка с половиной лица в этой гостинице.

Начало многообещающее.

— И вы пришли посмотреть на меня?

Минилюд засмущался. На вид ему было лет семнадцать. Его одежда, выглядывающая из-под плаща, говорила о высоком происхождении.

— Мне нужна ваша помощь. Никто вас не заподозрит, никто вас не знает!

— Контрабанду не вожу.

Минилюд осекся, некоторое время пытаясь сообразить, что к чему.

— Мне всего лишь нужно передать королеве послание, это очень важно!

— Королеве минилюдов, я полагаю? Но почему я?

— Меня прислало к вам зеркало. Оно сказало, что вы можете мне помочь!

— Но почему я?

— Я не знаю! — Минилюд заволновался, он уже сомневался, правильно ли все понял. — Вы когда-нибудь видели королеву минилюдов?

— Допустим.

— Так она вас знает!? — Минилюд обрадовался. — Наверняка вы избранная, если зеркало указало на вас. Если вы сомневаетесь, спросите у своего зеркала, что вам делать и почему. Мой долг быть верным королеве.

В этом мире творится что-то странное. С чего бы минилюду передавать послания через человека, пусть даже случайно забредшего в этот мир. С чего бы такое доверие?

— Так значит, вы тоже избранный?

Минилюд решительно кивнул. Видимо, дело государственной важности.

— С чего бы мне передавать ей послания?

Минилюд опешил, он нервно затеребил края плаща.

— Если зеркало говорит, то лучше исполнить, вы же избранная!

— Тише! Не кричите вы так! Давайте сначала представимся друг другу.

— Нельзя!

— Что за бред? Почему?

— Никто не должен знать, кто вам передал это послание, и наоборот.

— Имя! Кто вы такой? Я не буду передавать сомнительные послания неизвестно от кого!

Видимо, минилюд с таким первый раз столкнулся, ведь желание зеркала — закон, и не оспаривается никак и никем. Он разозлился.

— Если вы так боитесь, то я сам отнесу послание королеве!

— Если это возможно, зачем было приходить ко мне? — Милена уже сидела на стуле, закинув ногу на ногу.

— Вы издеваетесь надо мной! И только лишь потому, что я минилюд! Думаете, если я ниже вас ростом, на меня можно смотреть, как на ребенка!? Вы — самая невоспитанная из всех людей! Вы даже не предложили высокочтимому минилюду сесть, не выразили никакого почтения! — И он гордо выпрямился.

Его тонкие усики слегка дрогнули, большие карие глаза горели праведным гневом, темные вьющиеся волосы, доходящие ему до плеч, запрокинулись назад от гордо поднятой головы. Кое-где в бликах солнечных лучей песчинки пыльцы Латиды поблескивали в его волосах. Странно было видеть совершенно нормального мужчину, не карлика или какого-нибудь калеку, такого маленького роста.

— Знаете ли, я как-то не привыкла, чтобы ко мне врывались в комнату без приглашения и давили на меня поручениями зеркал! — С секунду подумав, Милена решила сменить гнев на милость и предложила минилюду сесть за стол, сама же заняла место на кровати.

Минилюду было непривычно сидеть на высоком стуле. Его смущало, что долгое время он никак не мог забраться на него, и что ноги его не доходили до пола, как у маленького ребенка. Подумаешь, сам напросился. Но молодой человек все же старался сохранять достоинство.

Он отстегнул верхнюю пуговицу плаща и скинул его на сидение. Одежда минилюда была абсолютно черная, из бархатной ткани. Под камзолом виднелась белоснежная рубашка с рюшевым воротником и манжетами. На туфлях красовались большие со стразами пряжки. Милене не хотелось признаваться, что она мало знакома с обычаями и обстановкой в этом мире, но, провоцируя минилюда на откровенность, нужно самой как-то заслужить его доверие.

— Хорошо, я передам ваше послание. Как и где мне ее найти?

— Вам нужно посетить земли Шеити, в ее лесах есть маленькое заброшенное поселение гномов.

— А что происходит-то?

Минилюд замялся.

— Я не могу туда пойти, никто не может из моего королевства…

— Так она не ваша королева? То есть вы не ее подданный?

Минилюд кивнул и глубоко вздохнул.

— Я разговариваю с вами только лишь потому, что вы избранная, и вы не похожи на других людей. — Он еще раз внимательно посмотрел на нее. — Совсем не похожи. Кто вы?

— Заблудшая в чужом мире. — Немного подумав, ответила Милена.

Минилюд сморщил лоб и задумался.

— Пусть будет так. — Медленно проговорил он. — Прошу вас, это послание очень важно. Оно может спасти королеву!

Милена поджала губы.

— И где мне найти эти земли Шеити?

— Вам нужно идти по дороге в Улай, она пролегает через земли Шеити. Это земля гномов. — И он протянул ей послание.

— Ладно, хоть дорога в Улай входит в мои планы. Что ж, надеюсь, у меня получится сделать судьбоносное поручение.

Минилюд спрыгнул со стула, накинул свой плащ и поклонился Милене. В ответ Милена сделала заученный реверанс.

— Никому не говорите, что вы видели меня. Или какого-либо минилюда. Доставьте послание королеве лично.

Послание было запечатано и скреплено гербовой печатью.

Вдруг на глазах Милены минилюд вырос и превратился в хилого старичка со скрюченой клюшкой в руке.

— Не бойтесь, это всего лишь иллюзия. Мне же надо как-то выйти отсюда.

— А как вы попали сюда?

— Так же, разумеется. Посмотрите, там есть кто в коридоре?

Милена поспешила выглянуть наружу.

— Никого.

Старичок с завидной резвостью выскочил сквозь проем и скрылся уже за поворотом, ведущим к лестнице. Иллюзия. Хотелось бы Милене иметь иллюзию, например, что у нее чистое, без шрамов, лицо. Она достала зеркало и заглянула в него. Отведя волосы, она увидела себя, как и предполагалось, без шрамов. Будь она без них, уже давно бы обзавелась поклонниками. Так было бы или не так, а то, что она сейчас — сбежавшая невеста, это правда. Тут ее отражение в зеркале стало волноваться и дрожать. Милена застыла на месте и во все глаза смотрела на новое для нее свойство зеркала. Первое, что она увидела, это затхлый покосившийся маленький домик с соломенной крышей; зеркало, словно камера оператора, приблизилось к окну домика, и она очутилась внутри. Королева минилюдов сидела у самой печки в менее пышном, по сравнению с тем, что она видела, лилового цвета платье и в накидке бархатного вида с капюшоном. Красавица, подумала Милена. Рядом с ней сидела пожилая минилюдка, старательно зашивая какую-то тряпицу, видимо, из своего гардероба. Вот в поле зрения появился уже известный кучер, он нес охапку хвороста, дальше все происходило, как во сне. В руках кучера что-то блеснуло. Королева обернулась и ахнула. Затем изображение заволновалось, и на смену проявились кривые дрожащие слова.

«Отнеси послание в Улай.»

— Что? Куда? — Милена вцепилась в края зеркала.

Оно что, сломалось? Почему зеркало говорит в Улай, а не в Шеити?!

Сколько ни теребила Милена зеркало, сколько ни проводила руками по гладкой поверхности зеркального стекла, надпись так и не менялась. Что же ей теперь делать? Минилюда подводить никак не хотелось, тем более, чтобы из-за нее погибла королева, ну это уже не в какие рамки не входит. Нельзя поручать человеку такую ответственность, если он ничего не знает и не понимает! Милена кусала себе губы. В ней происходила настоящая борьба: плюнуть на все и забыть, но как же чувство долга? Дал слово, держи! Милена не из той категории людей, что кидает слова на ветер, тем более дела. Но кого же ей послушаться? Минилюда или зеркало? И, придя к решению, что первое слово дороже второго, она утром же отправилась к пригородному рынку, вблизи которого при выезде из города располагалась стоянка запряженных карет, телег и крытых повозок. Здесь можно было купить или нанять возницу, что Милена и сделала: купила крытую повозку и наняла возницу. Если ей много придется путешествовать, то такой вид транспорта весьма кстати. Правда, люди более высокого положения в повозках не ездят, но кто сказал, что она династийного круга. В тот же день повозка стояла уже у самых гостиничных ворот. Милена собрала все свои вещи, предварительно купив себе дорожную сумку взамен украденной и те мелочи, что были в ней. Отдала мальчонке спустить и погрузить сумки с провизией, а свои вещи доверила себе. Во дворе было пусто, равно как и в самой гостинице, словно все разом съехали. Возница была женщина средних лет, походившая на атаманшу. Долго Милена сомневалась, но все же решилась ее нанять. Больше никого не нашлось, а мужчину-возницу не хотелось.

Путь пролегал вдоль полей Латиды. И почему здесь нет фотоаппаратов… Такое бы зрелище в ее мир! Оставалось надеяться, что, по словам Палу, Улай тоже преизобилует этой красотой. По мере их пути погода менялась с более жгучего и палящего солнцепека на кратковременный моросящий дождь, а уже ближе к землям Шеити полил настоящий ливень. В это время Милена сидела рядом с возницей и держалась за поводья. За два дня пути она потихоньку обучилась вождению повозки, уходу за лошадью, и больше овладела ездой верхом. Атаманша оказалась довольно приятной женщиной, несмотря на свой хулиганский вид. Это была ее форма выжить в этом мире. В леса Шеити Сидра отказалась въезжать, с гномами она не в дружбе, да ей в принципе и не нравится эта затея, времена сейчас неспокойные. С тех пор, как была война меж королевствами и произошел переворот глав королевства, лучше не стало, и непонятно, чем все это закончится.

— Разве минилюды, люди и гномы не дружны между собой?

Сидра шмыгнула носом и получше укуталась в свой плащ.

— Да они особо никогда и не были дружны. Только разве что сейчас хуже, чем прежде.

— А что за переворот? В королевстве Улая?

— Да… Свергли предыдущего короля Кумирана за извергские наклонности. Сатрап, столько народу извел и войн развязал. Даже приближенные отвергли его как короля. Ну, а какой король без королевства? Ему ничего не оставалось, как добровольно уступить трон своему дальнему родственнику и единственному готовому на трон, троюродному брату Тэлону. Я в то время девчонкой еще совсем была, молоденькая. Так и осталась в те времена сиротою в двенадцать лет. Время смутное было.

— А нынешний король какой?

— Добрый, все его любят, и дипломатичный вроде бы. — Сидра пожала плечами.

Дождь усилился. Земля стала мягкой, борозды от колес сразу затоплялись водой, копыта лошади увязали и затрудняли ход. Сидра слегка стегнула кобылку, чтобы та не останавливалась.

— Тогда почему сейчас отношения между маленькими людьми сложные? Вроде при Кумиране должны были быть хуже.

— Не знаю, но сдается мне, что он затаился где-нибудь и воду мутит, портит отношения. Одно дело — внутри королевства неспокойно, другое дело — между королевствами. И не забывайте про великанов. С ними портить отношения хотелось бы в последнюю очередь. А сейчас воины разного класса брошены чуть ли не по всему миру следить за нестабильностью и положением в королевствах. А недавно даже следопытов направили. Вон они уже и в нашем городе шурудят, все чего-то ищут, вынюхивают. Чего ищут, не понять. Я, кстати, заметила, что за последнее время в наших краях не встретишь ни одного минилюда, не говоря уж об остальных.

Милена только хмыкнула. Ну, да! Кто не встретит, а кого они просто преследуют!

— Гномы вообще народ скрипучий и сварливый, чуть что, обижаются. А великаны, им вообще на все наплевать, лишь бы их не трогали. Ну, а если что, то они потом так тронут, мало не покажется!

Да, с людьми полезно общаться, глядишь, нужную картину и набросаешь к утру. Милена про себя улыбнулась. Здорово, ничего не скажешь, попасть в этот мир в смутные времена. Теперь уж точно неспроста.

Они въехали на высокий пригорок, с которого открывался вид на широкую полоску темного леса. Основная дорога вдоль леса разветвлялась, уходя тонкой ниточкой в самую чащу.

— Вам туда. — Проговорила Сидра. — Дорожки гномьи не слишком широки и довольно запутанные, петляют. Не знаю, зачем вам это понадобилось? Сейчас все гномы в основном живут в скалистой местности, подальше от людей и великанов. Я лучше вас здесь подожду, разожгу костер. Вы оставьте мне только повозку, а на лошади скачите, куда вам надо.

Желая переждать дождь, они остановились по другую сторону от деревьев и дороги. Костер разжигать было бессмысленно, поэтому они забрались в повозку и укутались одеялами. Дождь усиливался, и кончился только ночью. Разумеется, по ночам бегать по лесу не имеет смысла, поэтому, как только горизонт тронула алая заря, Милена собрала все самое необходимое, запрягла с помощью Сидры лошадь и поскакала легким галопом в лес. Страшно? Несомненно, но по непонятным Милене причинам это было терпимо, скорее, даже наоборот, она бросала вызов очередному крутому виражу своей жизни. Конечно, где-то теплилась и грелась мечта найти свое пристанище, пусть даже и в этом мире, и незыблемое счастье. Но только теплилась…

Уже который час она плутала по этим тропинкам, но ничего похожего с тем, что она увидела в зеркале, не было. Ей повстречалась одна только деревенька гномов, тоже заброшенная, но почти все дома были выжжены и разрушены до основания. Зеркало молчало, сколько Милена не пыталась в него смотреться и задавать вопросы. Какое же ей попалось неразговорчивое зеркало! Может, правда сломалось?

Привязав лошадь к дереву, Милена остановилась перекусить. Солнце стояло высоко, говоря о том, что половина дня уже прошла, а нужной деревни все не было. Основным ориентиром было старое гнилое дерево, росшее возле домика, с черными ветками, тянущимися к соломенной крыше. Но здесь нет ничего подобного! Возможно, королева предпочла укрыться подальше от дороги, в глубине этого леса. Значит, ей предстоит пройти немалый путь, и знать бы еще, куда и в какую сторону. От кого, интересно, прячется королева минилюдов? Может, у них свой, не относящийся к людскому, переворот?

Ветки треснули, и Милена вздрогнула. Все до этого было тихо и спокойно, слышны только трели невидимых птичек и шуршание листвы от легкого ветра. Напрягшись, Мили медленно встала и подошла к лошади. К седлу был прикреплен колчан со стрелами и лук. Самое время пострелять, кто бы там ни был. Треск возобновился, и послышались отдаленные гулкие шаги, шуршание веток. Достав лук и натянув его, Милена спряталась за деревом. Вскоре на тропинку вышел конь, медленно перебирая копытами. Всадник в плаще то и дело озирался по сторонам в поисках кого-то. Лошадь Милены предательски заржала, и ее раскрыли. Всадник сразу же повернулся в их сторону и направил коня к ним. Не опуская лук, Милена узнала непрошеного гостя, он приблизился к ним и скинул капюшон с головы. Это был пэр-рыцарь с гостиницы «Добрый Улай».

— Вы? — Милена поспешила опустить лук.

Пэр слегка склонил голову в приветствии, но спешиться не торопился.

— Позвольте узнать, что вы делаете одна в столь неприветливом месте?

— Я же не спрашиваю вас, что вы здесь делаете? — Милена сложила лук и стрелу обратно и взобралась на лошадь, правда, ей не сразу это удалось. Ходят тут всякие, пугают ее!

Пэр неодобрительно глянул на нее. Сейчас он совсем не походил на того доброго и дружелюбного человека, что переживал за мальчонку, рисковавшего заработать себе грыжу. Ни тени улыбки, только строгий надменный взгляд. Ну и пусть, ей-то что? Она путешествует сама по себе, ей никто не указ. Денег она никому не должна, да и отвечать на всякие вопросы тоже. Милена пришпорила лошадь и направила ее к тропинке.

Пэр назойливо последовал за ней. Молчание Милены и ее диковатое поведение его ничуть не смутили, словно с таким он встречался не в первый раз.

— Что делает охотница королевства Зеркал в Улае?

Она остановила лошадь. Стоит ли говорить, что это не настоящий костюм. Тогда возникнет еще больше вопросов, зачем и почему? Да кто он такой?!

— К чему все эти вопросы? Я что-то делаю не так? Что, запрещено ходить по этому лесу? Это ваши владения? Пэр поравнялся с ней.

— Не пристало молодой девушке путешествовать одной. А если и так, то это неспроста? Если хотите знать, мы направлялись в Улай, когда встретили повозку без лошади и возницу у костра. Разумеется, мы остановились. И выяснилось, что молодая хозяйка повозки уже полдня как скачет по лесу в поисках гномьей деревни. К чему бы это? Всем известно, что гномы покинули эти места.

— Это хорошо, не хотела бы я их встретить.

— Тогда что вы ищете?

— Слишком много вы задаете вопросов! Если вы ожидаете, что я поверну обратно, то ошибаетесь! — В доказательство своих слов Милена пришпорила лошадь, и та тронулась легким галопом дальше в глубь леса.

Всадник последовал за ней.

— Тогда позвольте вас сопровождать?!

— Не стоит, пэр! — Как же от него отделаться? Ему совершенно не надо знать, куда она едет и почему. — Уезжайте! Не стоит перестраивать свои планы из-за меня!

— Будет неблагоразумно оставить вас здесь одну! Разве вы не знаете, что в этих лесах водятся уширы?

Это еще что за неведомы зверушки? Милена притормозила, но отступать нельзя.

— Послушайте, я вам очень благодарна, но вам следует оставить меня, я прошу вас настоятельно!

Пэр уставился на нее пронзительными потемневшими зрачками. Его темные короткие волосы слегка волнились и отблескивали в свете лучей, пробившихся сквозь листву деревьев. Темно-синий плащ покрывал круп коня и открывал камзол с династийной символикой. Правда, что обозначала эта символика, Милена так и не поняла: это была птица с расправленными крыльями над полусферой. Всадник заметил, что она рассматривает его герб. Но по ее лицу понял, что ей ни о чем это не говорит. Пэр, конечно, удивился, и любопытства прибавилось еще больше. Странная девица. Конечно, он и не ожидал, что она в поисках чего-то будет бегать по лесу в нарядных платьях и пышных прическах, но все же ее диковатый вид привлекал с чисто профессиональной точки зрения. Темные длинные густые волосы спадали по плечам, закрывая половину лица, и закреплялись поверх кожаным шнурком. Создавалось впечатление, будто она боялась, что при езде или случайном ветре ее волосы растрепятся и будут лежать в разные стороны. Суровый взгляд ее говорил, что она не отступит.

Пэр впервые видел девушку, отказавшуюся от сопровождения в столь сомнительном лесу. Не считая, конечно, простолюдинок. Но эта, скорее всего, к ним не относилась. По крайней мере, отпечатка такого на ней нет. Впрочем, ее вообще было не понять, кто она и откуда. Даже несмотря на ее охотничий вид… И только сейчас пэр заметил, что династийной символики на ее одежде не наблюдалось. Это было бы совершенно нормально, будь она просто в нарядном платье, но когда на людях их родовая форма, то…

— Послушайте, что вы пытаетесь на мне рассмотреть? Вам лучше уйти, потому что я не желаю вашего сопровождения… — Потом, немного подумав, Милена дополнила. — Этот костюм, который вы так старательно рассмотрели, я купила на рынке из-за его удобства, в королевстве Зеркал. И я простолюдинка, так что вы зря тратите на меня свое время!

Это возымело действие. Пэр мрачно на нее посмотрел, почему-то молча развернул коня и поскакал прочь. Тоже мне рыцарь! Ушел… Оставил одну… Почему-то Милене стало не по себе в этом лесу, но она понимала, что так будет лучше.

Ее блуждания увенчались успехом только ближе к вечеру. Деревенька стояла почти у самого обрыва пропасти. Странно, что гномы покинули эти места, что же их заставило это сделать? Домик, который она видела в зеркале, стоял почти у самого обрыва. Спешившись и взяв лошадь под уздцы, Милена шла, оглядываясь по сторонам в поисках хоть какой-нибудь живой души. Но ее приветствовали темными окнами только пустые, покосившиеся со временем домики. Природа стала брать свое, и уже сквозь крыши, окна и даже стены стали пробиваться в трещинах деревья, а где-то просто трава или незамысловатые вьюны. Остановившись у известного дома, Мили привязала лошадь к ближайшему дереву и заглянула внутрь сквозь дырявое, без стекол, окно.

— Эй, есть кто живой?

В ответ ей была только тишина. Намека на то, что она видела в зеркале, не было. Печка стояла черная, как будто в ней никто уже давно не готовил и огонь не разжигал. В комнатке стоял полумрак, так как солнце светило со стороны обрыва, а окошка с той стороны не было. Вещей здесь никаких не было, да и мебели особо не наблюдалось, кроме старой поломанной кушетки. Что же могло такое случиться, что сама королева минилюдов польстилась на такое страшное убежище? Здесь воняло сыростью и тухляком. Фу! Милена зажала нос рукавом и решилась войти в этот маленький домик. Дверь оказалась низковатой, и она, наклонив голову, вошла внутрь. Вонь усилилась. Стало страшно не на шутку. Видя в зеркале последние моменты, произошедшие здесь, Милене представлялись самые мрачные картины. Больше всего она боялась увидеть бездыханную королеву. Ведь немудрено, что в ее смерти могут обвинить Милену, по крайней мере, минилюды точно. Ей стало еще больше страшно за себя. Почему она не послушалась зеркало?! Сам минилюд же сказал, что если зеркало говорит, надо делать! Ей захотелось бежать, и как можно скорее и дальше, но тут из-за печки она увидела торчащую старую стертую обувь, которая смотрела носками вверх. Набравшись последней смелости, неуверенными шагами с широко раскрытыми от ужаса глазами Милена прошла к печке и заглянула за нее. Перед ней предстали безжизненные, широко открытые старушечьи глаза, седые волосы разметались по полу и местами были испачканы черными пятнами. Кровь… Милена задрожала, убрала руку от носа и закричала, кинувшись к двери домика, но, не рассчитав высоту косяка, со всего размаху стукнулась лбом. Упав на пол, она быстро вскочила, перед ее глазами поплыло, но сознание оставалось с ней. Звездочки и искры преследовали ее, пока она не выскочила наружу и не подбежала к своей лошади. Тяжело дыша, она затравленно оглянулась на ужасающую деревню гномов, теперь отовсюду боясь опасности. Невдалеке всхрапнул конь, и из-за деревьев показался навязчивый всадник. Сейчас она была рада видеть его, как никогда. Лихорадочно схватив лошадь за узду, Милена еле вскарабкалась на нее и потянула поводья. К глазам подступали слезы. Ну почему она такая невезучая, и как так случилось, что она вляпалась во всю эту историю с этим миром? Жила себе преспокойно и тешила себя надеждами о заоблачном счастье, но нет же, теперь ей нет пристанища, и обстоятельства гонят ее отовсюду. Пэр буквально подлетел к ней, на его лице она увидела хищное выражение и испугалась — может, зря она ему обрадовалась, может, это враг? Но всадник быстро спрыгнул с лошади и, на ходу крикнув ей оставаться на месте, скрылся в домике. Уже через несколько минут он вышел с зажатым носом.

— Вы это искали? — Он указал рукой, которой только что зажимал нос.

Милена вздернула подбородок и промолчала. Пэр быстро взобрался на лошадь.

— Напрасно отмалчиваетесь, а что, если это вы прибили старушку?

Милена укоризненно посмотрела на него. Не на ту напал.

— Трупы не разлагаются так быстро и не воняют. Ей уже не меньше двух дней.

Пэр с интересом посмотрел на нее.

— Для простолюдинки вы весьма находчивы в ответах, да и откуда такие познания?

— А чего тут знать, что мы, трупов никогда не видели?

— Ну, судя по вашему воплю, то с трудом верится, что вы похороны видели.

— Как же я, наверное, громко кричала, что за столько верст вы услышали меня. А ваша лошадь умеет летать? Причем очень быстро.

Пэр наконец-то улыбнулся. И, глядя на разрушенную деревню, продолжил:

— Скрывать нечего. Я действительно следил за вами. Вы вызываете у меня подозрения, причем обоснованные.

— И в чем меня обвиняют?

— Пока ни в чем. — Пэр повернул к ней голову и задумчиво посмотрел. — Так все же, что вы здесь делали? Может, вы прольете свет, что делает в гномьей избушке старушка-минилюдка, судя по одежде, незнатного происхождения? Вы ее знали?

Тьфу ты! Следопыт, тоже мне нашелся! И тут ее озарило, а что, если перед ней и вправду представитель династии следопытов? Тогда его нездоровый интерес к ее скромной персоне вполне понятен.

— Простые люди не…

— Откуда вы знаете, что делают простые люди? Они вам что, все докладывают? — Прервала его Милена, и он неодобрительно на нее посмотрел. — Да не знаю я этой старушки! Хотите, верьте, хотите, нет. Впрочем, мне здесь больше делать нечего! — Милена пришпорила коня. — Можете оставаться, если хотите, и вынюхивать, что хотите.

И она поскакала прочь. Спустя какое-то время она поняла, что обратной дороги из леса не знает, да и солнце уже клонилось к закату. Ночевать в лесу никак не хотелось. Пэра поблизости не было. Может, опять следит? Или правда остался вынюхивать обстановку. Да ну его, доберусь как-нибудь без него, лишь бы только эти уширы не попались. Кто это такие? Может, просто его выдумка, чтобы запугать? А откуда он может знать, что я плохо местность знаю? Даже если и не знаю, то вполне могу располагать сведениями об обитателях. Милена всматривалась в дорожки, тропинки, ближайшие деревья, пытаясь определить, проходила ли она тут ранее. Пока ничего определенно не представлялось. Вдруг она услышала отдаленный стук копыт, опрометью несущихся в ее сторону. Легок на помине. Ну да ладно, пусть, лишь бы вывел из этого леса.

— Не меня ли ждете? — Он замедлил ход и поравнялся с ней.

— Ну да, как же. Дорогу я плохо знаю. Что толку от вас бегать, так можно долго по лесу кругами гонять, не зная дороги.

Пэр рассмеялся. Ну, наконец-то, а то надоело смотреть на его кислую физиономию.

— Будете задавать вопросы, убегу. — Поспешно пробурчала Милена.

— Так дорогу же не знаете?!

— Все равно.

Милена услышала, как он опять тихо рассмеялся, потом опередил ее и пошел вперед. Милене показалось, что он сейчас ускачет прочь, но он продолжал медленно идти.

— Если быстрым галопом пойти, то не всю ночь проторчим в этом лесу.

Милена, конечно же, быстро поддержала эту мысль, и они понеслись по заковыристым тропкам гномьего леса.

Те, кто сопровождал пэра еще в гостинице, никуда не собирались уезжать, они смиренно устроились чуть поодаль от обочины главной дороги и разожгли костер. Кареты и лошади стояли ближе к повозке, где их стерегла атаманша, будучи не прочь подзаработать лишнюю улу. Выйдя из леса, Милена и пэр направились каждый к своему костру. Атаманша в красках рассказала, как встретила этих знатных людей, как дотошно они расспрашивали, кто она такая, и где ее лошадь. А узнав, что это не ее повозка, и с ней сейчас хозяйка, то стали расспрашивать про нее, Мили. По описанию Милена им кого-то напоминала, и они все же решились найти ее. А так как они — следопыты, то волей-неволей все выложишь, даже лишнего. Это уже как рефлекс. Королевским следопытам лучше не перечить и не возражать, тем более в такое время. Значит, догадки Милены оказались правильными. Правда, все правила поведения с этим следопытом она нарушила в пух и прах. Мили посмотрела в их сторону, услышав очередной взрыв смеха мужчин и женщин. Весело им там. Подумаешь. А она, слава Богу, жива, и то хорошо.

Ночью Милена проснулась от протяжного воя и рыка где-то неподалеку. Наверное, редкий ушир все-таки не поленился мельком заявить о себе, чтобы не сомневались, что мы здесь, все еще в этом лесу. Милена придвинулась поближе к костру и уснула.

Утро встретило их зябким холодком. Сидра сидела у костра и раскладывала последнюю провизию. Запасы кончились. Но та поспешила успокоить Милену, что вблизи есть деревеньки пэров Улая, так что отовариться можно и у них.

— А где соседи? — Милена встала и увидела чистое пространство, где недавно было расположено пристанище следопытов.

— Так они, как только солнце начало подниматься, встали и поехали дальше. Видать, чего важное у них, раз спешат и лишнего часу не позволяют спать.

— И куда направились?

— Да в Улай, они еще вчера обмолвились.

С возницей они расстались в самом городе. Милена в качестве награды за труды Сидры подарила ей повозку с лошадью. Отчего та была просто в несказанной радости и век готова была служить ей, хоть до гробовой доски. Они условились, что, если Сидра в ближайшее время никуда не уедет из города, а помощь ее понадобится, то Мили найдет ее. Со слезами на глазах Сидра забралась уже в свою повозку и тепло попрощалась с Миленой.

Пэр Фэлу проживал недалеко от королевских земель. Его чудо-замок стоял в живописном месте у границ его владений, у самой реки. Обосновавшись пока в недорогой гостинице, Милена привела себя в порядок с дороги, надела самое дорогое платье, придумала что-то вроде прически и, остановив карету, направилась, не откладывая, к нему. В холле ее встретила жена пэра, Дора Фэлу. Она заявила, что пэра Фэлу сейчас нет в замке, но он должен вернуться с минуты на минуту, так как уже давно отсутствовал на очередном выезде по случаю прибытия старателей с ближайших приисков. Дора предложила подождать его за чашечкой доброго кофе, а заодно поближе познакомиться, предварительно спросив ее о причине визита и о том, кто направил ее к ним. Услышав имя младшего брата пэра Фэлу, Дора больше расположилась к неизвестной особе и незамедлительно проводила ее во внутренний дворик дома, где стояла беседка и сервированный стол для ужина. Отсюда Мили узнала, что пэры любят в летнее время трапезничать на природе. Когда было выпито по второй чашке кофе, во дворике появился долгожданный хозяин в сопровождении миловидной девицы. Ее представили как младшую дочь Ялу Фэлу. В этой семье родилось три дочери, и две из них уже покинули отчий дом, выйдя замуж. Теперь на очереди стояла младшенькая, но пока претендента на роль жениха не наблюдалось. После коротких представлений и разговоров Милена протянула пэру рекомендательное письмо, предварительно, конечно же, ознакомившись с ним сама. Пэр Фэлу внимательно в тишине прочитал письмо и сдвинул брови к переносице.

— Так вы сирота?

Милена утвердительно кивнула. Что правда, то правда. По крайней мере, родителей она никогда не видела.

— Что ж, я не прочь вам помочь. — Потом он еще раз зачем-то заглянул в письмо. — Камни — это ваше единственное наследство? Рискованно… — Протянул он. — И что же вы собираетесь делать, как только продадите их?

Милена молчала. Право же, об этом она еще не подумала.

— Может, хотите вложить их в мое дело? Например, в один из моих приисков? Чтобы вырыть новый канал, который будет приносить вам прибыль. И, пока вы не вышли замуж, он будет вас кормить. — В своих глазах пэр был просто великолепен и весьма находчив, и таких же признаний ожидал от остальных. Милена не заставила себя долго ждать, она, собственно, была согласна.

Так и было решено. Обосновавшись у одной из довольно высокочтимых старушек, по научению Доры Фэлу, Милена продала два камня и вложила их в дело пэра Фэлу. На оставшиеся еще от поездки деньги она прикупила себе новых нарядов и занялась поисками подходящей работы, так как пэр Фэлу ни в какую не соглашался с ее решением пойти работать, ссылаясь на то, что ей лучше заняться активными поисками жениха, посещая всякие рауты и вечера. Но этим Мили заниматься не собиралась. Светская жизнь совсем не для нее. Да и риску много. Династийного герба у нее нет, а заявлять, что она — обладатель зеркала, не имело смысла. Лучше она займется выяснением обстоятельств, по которым здесь оказалась, и зеркало должно ей в этом помочь. Тем более, что в очередной раз, посмотревшись в него, она увидела все те же слова.

«Отнеси послание в Улай.»

Следом ей нарисовалась другая картина. Высокий рослый мужчина диковатого вида шел по маленькому проулку и встал прямо под вывеской «Сели, Встали»; что это значит, Милена не представляла. Затем сзади тенью возникла фигура девушки, облаченная в воинский наряд, но не королевства Улая, просто создавалось такое впечатление. Они оба, с орлиными носами и глазами, зорко смотрели куда-то в сторону, затем исчезли под вывеской, скрывшись в здании. Изображение помутнело, и она вновь увидела себя. Прямо игра в прятки какая-то: догони меня, найди меня и т. д.

«Сели, Встали», как выяснилось, — это бар, расположенный прямо в центре города. Здесь всегда было много народу, по вечерам проходили увеселительные шоу, представления местных артистов, устраивались танцы под народный жбах — это что-то вроде скрипки. В общем, любителей тусовок всех просим сюда! Чего нельзя сказать о Милене.

Пробираясь мимо близко стоящих столиков и недовольных, что их задевают, посетителей, она старалась рассмотреть почти каждого посетителя при тусклом освещении бара. Но даже отдаленно похожих на парочку в зеркале лиц она так и не увидела, пока не повернула голову к сцене. Под довольно тревожную и ритмичную музыку на сцену вышли они в полном обмундировании. Теперь Милена поняла, это были не военные костюмы, а их сценические образы. Сначала они боролись между собой на мечах, потом последовало что-то вроде танцев с кнутами и веревками и всевозможными пируэтами. И это у них получалось так легко и непринужденно, словно они были легче воздуха. В общем зрелище было красивым и внушительно сильным. Зрители аплодировали, свистели и кидались монетами в артистов. Вдруг музыка неожиданно закончилась, и, мягко приземлившись, воители замерли под оглушительный вой и овации публики. Спросом такие увеселения пользовались немалым. Встав и поклонившись, молодой мужчина, напоминавший Милене индейца, только белокожего, и девушка со светлыми волосами сошли со сцены и прошли к барной стойке. К ним тут же подбежали поклонники и поклонницы, кто заказывал им выпивку, кто требовал какой-нибудь атрибут на память. Но, мягко отказавшись от всего предложенного, они попросили Амипалика — так звали бармена — налить простой воды. Милена еле протиснулась к этим двоим, и сначала рассматривала их с нескрываемым любопытством. Ну не подойдет же она вот так сразу и не вручит послание от минилюда, может, здесь какая ошибка? С чего бы это послание должно попасть в руки к этим людям, кто они такие? Но как-то же надо это выяснить.

— Здорово у вас получается, хотела бы и я так уметь. — Милена прикинулась завсегдатаем бара, но у нее это плохо получалось.

— Вы не местная? — Обратился к ней молодой артист, скорее из вежливости, чем из любопытства.

— Да. — Она замолчала, раздумывая над очередным вопросом, но в голову ничего не лезло. Заискивать и выискивать она не умела. Вот сразу в лоб, это пожалуйста. И, если что, уж извините.

— Вы что-то хотели? — Его напарница по сценическому бою оторвалась от своего пустого стакана и обратилась к ней. — Мы в команду никого не берем, если вы об этом. На сегодня мы уже закончили, пошли, Честр.

Тот сделал последний глоток второго стакана воды и слез со стула. Они гордо прошли мимо людей, кидавших на них восторженные взгляды. Девицы заискивающе поглядывали на Честра и улыбались. Вечер выдался теплым, сухим, ветер то и дело подвывал, пробегая по узким улочкам, поднимая с тротуаров брошенные листки бумаги, обертки и всякую всячину, попадавшуюся ему на пути. Улицы заметно пустели, минеральные фонари зеленоватого цвета разбавляли красновато-коричневые кирпичи домов и желтый свет окон. Редкие кареты и всадники проезжали по широким основным улицам. Честр со своей напарницей пошли вдоль домов, тихо о чем-то переговариваясь. Милена выскочила из бара и решила просто пойти вслед за ними. Как только они завернули за угол, она побежала быстрей и столкнулась с ними нос к носу. Те поджидали ее сразу за поворотом. Испугавшись, она сделала шаг назад. Честр наклонил голову вперед и угрожающе посмотрел на нее. Девушка выхватила тонкий кинжал. Прямо страсти какие-то!

— Спокойно, ребята, я своя! — Милену пробила мелкая дрожь.

В следующую секунду ее поволокли, предварительно зажав рот, в тупиковый проулок между домами. Ужас! Да чтоб она, Милена, еще раз кому-нибудь что-нибудь передала!

— Что тебе надо? Кто ты?

Они почему-то тревожно смотрели по сторонам.

И куда она вляпалась. Да ну их всех! Зеркало показало на них, так будь что будет!

— Вы поаккуратней со мной, пожалуйста! — Милена первым делом поправила платье и сбившуюся прическу, если ее можно назвать таковой.

Они угрожающе на нее надвинулись. Ну и пусть!

— Я вам не мешок с костями! Нужны вы мне больно! Не знаю, что у вас там за тайны, мне сказано, делаю. Короче, один минилюд… — Ей тут же поспешили закрыть рот и пригрозили говорить тише. Ненормальные! Больно же!

— Ладно, ладно! Я все поняла! — Она заговорила тише. — Он в городе Цейтлон передал через меня послание в земли Шеити, но прибыв туда… — Милена замялась. — В общем, там уже никого не было. Тогда мне было сказано передать послание вам в Улай. — Милена вопросительно на них посмотрела. Какое действие возымеет ее рассказ?

— Кто тебя просил передать нам послание?

— Кто, что, какая разница! У вас одних, что ли, тайны! — Милена разозлилась.

Нашли пешку, принеси то, подай это! Девушка коснулась руки Честра, и они отошли в сторону. Через минуту они вернулись.

— Давай нам твое послание. — Девушка протянула руку.

Ага, как же! Теперь они пусть поднапрягутся, зря она, что ли, рисковала своей жизнью? Чтоб вот так просто вручить им и все?!

— А вы докажите мне, что я по адресу попала? Вдруг адресат испорченный!

Те непонимающе посмотрели на нее.

— Ну, кто вы такие?!

— Меня зовут Эмиса. — Она смотрела на Милену грустными глазами. — В наше время трудно кому-либо доверять. — Она сузила глаза и посмотрела на Честра, тот утвердительно кивнул.

— Ты обладатель зеркала, верно? — Голос Честра был низким и глубоким.

Милена только подняла брови.

— Нам ты можешь доверять. Мы тоже обладатели зеркал.

— Вы даже можете их мне показать… В деле?

Те утвердительно кивнули.

Милена слегка отвернула голову и посмотрела на них недоверчивым взглядом. Ей ли не знать, что эта просьба нереальна. Значит, врут. Никакого послания они от нее не получат! И что же теперь делать, куда бежать, скорей бежать! Она сорвалась с места что есть силы и рванула мимо них, скрывшись за поворотом дома. К ее удивлению, Честр и Эмиса ее не преследовали.

Успокоившись и уняв дрожь, Милена поспешила домой. Так поздно она еще не загуливалась. В этой части города прохаживались люди поодиночке, молоденькие парочки, видимо, из простых людей, вот какой-то мужчина обратил на нее внимание, слегка склонил голову и прошел мимо. Кое-где в домах уже гас свет, но где-то еще были слышны крики и смех. Пройдя до конца улицы, Милена увидела небольшой парк, где народ все еще веселился, прогуливаясь по узким аллейкам, катаясь на замысловатых качелях и играя в задорные игры. Праздник, что ли, какой-то? Она свернула и пошла вдоль парка, поспешила обойти шумную компанию сомнительных мужчин, перейдя на другую сторону улицы. Звонкий цокот копыт отдавался по мощеной камнем дороге и приближался к ней. Милена ускорила шаг.

— Стой, Милена!

Она обернулась. Прямо перед ней возвышался, сидя на вороном коне, Сенти. Сказать, что Мили удивилась, это ничего не сказать.

— Сенти?! Что ты здесь делаешь?! — Милена не знала, радоваться ей или нет этой неожиданной встрече.

— Искал тебя. — Сенти поправил длинные волосы, убрав пряди со лба.

— Не надо было этого делать, я не вернусь, а Палу можешь передать, что он свободен!

— Мили, так это не делается.

— Я не вернусь. — Упрямо повторила Милена. — И как ты меня нашел?

Сенти улыбнулся и наклонился вперед.

— Зеркало подсказало.

— Зачем ты меня искал?

— О Палу, я понял, не имеет смысла говорить, что он расстроен, переживает…

— Не стоит.

— Что ж, поделом Палу. Куда ты направляешься? Надеюсь, прямиком домой? Время позднее для одинокой девушки.

— Так зачем ты меня искал?

— Ты забыла? Я должен тебе помогать в твоем нелегком пути и защищать от себя самой. Садись, подвезу. — Сенти вел себя непринужденно.

— Не сяду.

— Палу нет в городе, и даже в городе Зеркал. Садись, трусиха.

Милена недоверчиво посмотрела на Сенти и все же решилась. Одной и правда сейчас гулять нежелательно. Милена взобралась с помощью Сенти на лошадь, сев позади него, и они мерным шагом направились на окраину города, где проживала Мили.

— Трудно поверить, что зеркало просило тебя помочь мне.

— Знаешь, Мили, избранный тот, кто доверяет зеркалам, кто понимает их…

— Откуда зеркала могут знать такие подробности нашей жизни? Как появляются образы в них или слова? Если их сотворил ученый, то наверняка ими кто-то управляет.

— Нет, Мили, они живые.

— То есть, сами по себе? Значит, их сотворили разумными? Способными к обучению, пониманию…

— Сотворение — это всего лишь легенда.

— Ничего ты, Сенти, сам не понимаешь. Вам с детства внушили, чтобы вы слушались зеркала, а кто или что они — так и не объяснили.

— Перестань, Мили, так запрещено думать, если кто услышит, в башню упекут.

— Да что меня все пугают этой башней?! Меня уже любопытство распирает на нее посмотреть!

Сенти хмыкнул.

— Поверь мне, там тебе делать нечего.

— Откуда ты знаешь, бывал, что ли?

— Нет. И не хочу.

Милена помолчала и добавила.

— Все равно рада тебя видеть, Сенти. Хоть одно знакомое лицо.

К дому они подъехали уже совсем поздно, так что хозяйка Милены беспокойно маячила возле окон, а может, ее попросту напугали двое молодых людей, стоящих прямо возле крыльца.

— Это твои знакомые? — Сенти остановил лошадь.

Милена поджала губы и в молчании сидела, не шелохнувшись. Честр первым подошел к ним. И как они узнали, где она живет? Неужели они и правда обладатели живых зеркал? Они что, их с собой всегда носят? Ладно, сдаюсь! Пусть забирают это послание минилюда, и покончим с этим. Милена слезла с помощью Сенти с лошади и, оказавшись уже на земле, извлекла маленькое послание и протянула Честру. Честр незамедлительно развернул его. Эмиса подошла к нему и стала внимательно читать. На их лице отобразилась тревога.

— Это плохо. — Первое, что сказал Честр. Он взглянул на Милену, обдумывая, что сказать или спросить.

Сенти наблюдал за этой картиной, не проронив ни слова.

— Я выполнила свою часть, и я свободна. — Милена подняла руки в знак протеста и двинулась к крыльцу дома.

— Подождите! Но здесь четко написано, что вы — союзница и помощница королевы, и вам можно доверять! — Эмиса остановила ее, еле коснувшись руки.

— Что? При чем здесь я? Я ничего не знаю! И это сообщение я не читала. Оно адресовано… Ну, наверное, вы сами знаете, кому.

— Принц Грикко просит просить вас о помощи, так как видел вас в зеркале, ваше будущее. И…

— Зеркала умеют предсказывать будущее?

— Не совсем так. Они показывают, как должно быть, но совсем необязательно, что так и будет. Человек вправе сам выбирать свой путь. — Пояснил Честр.

— И что же такое ему показало зеркало? — Милена попыталась заглянуть в послание.

— Здесь этого не написано.

Сенти стоял, держа лошадь под уздцы, весьма заинтересованный происходящим.

— Значит, я был прав! Ты избранная, если зеркало просило помочь тебе в начале твоего пути.

— Спасибо, Сенти! — Кинула она в его сторону. — Так, и что теперь? — Уже к остальным.

— Вы обладатель зеркала? — Эмиса скрестила руки на груди и строго посмотрела на Сенти.

— Не совсем я, но наша семья…

— Понятно.

— Послушайте! — Милена тяжело вздохнула. — Слушайте… Я не понимаю, что у вас тут происходит, и при чем тут я. И что это за зеркала, которым все так послушны, и они крутят, вертят людьми, как хотят. Я вообще здесь гостья! И надеюсь, что в ближайшее время покину это место! Так что на меня полагаться не стоит!

— Какая разница, гостья вы или нет. Вы же не будете отрицать, что обладаете зеркалом? — Честр свернул послание минилюда и спрятал в карман короткого камзола без рукавов.

— Не буду!

У Сенти заблестели глаза. Он умеет понимать зеркала!

— Если вы стали обладателем, то вам можно доверять, потому что зеркало выбрало вас. Я только одного не понимаю, почему мы говорим об этом? Вы что, выросли где-то в глухом безлюдном месте, где от вас скрывали всю суть нашего существования? Или вы просто плохо учились в свое время?

— А что, если и так? — Милена подозрительно опустила глаза.

— Какого вы рода?

— Я и сам давно хотел спросить ее об этом. — Сенти уже встал рядом с Честром и Эмисой.

И вот они втроем смотрели на нее, как на допросе. И почему она постоянно должна всем что-то объяснять и доказывать. Почему бы им не оставить ее в покое?!

— Никакого!

— Вы не состоите ни в какой династии? — Эмиса удивилась.

— Нет.

— Вы из простого народа?

— Нет.

Все трое были крайне удивлены.

— Тогда кто вы?

— Никто…

Похоже, это не то, что они ожидали услышать. Она их только разозлила.

— Так не бывает! Зеркала не выбирают никого! — Эмиса всплеснула руками.

— Что вы хотите от меня услышать! Чего вы все ко мне пристали!

— Мы спросим у зеркала, и тогда это уже не будет только вашей тайной! — Эмиса без страха вытащила небольшое зеркало из кожаного мешка, прикрепленного к поясу поверх кожаной жилетки. Все потянулись к нему. Милену больше изумило то, что зеркало действительно оказалось живым, когда Эмиса задала вопрос, откуда Милена пришла…

— Как вас зовут?

— Милена ее зовут! — Отозвался Сенти.

Предатель…

Зеркало тут же показало самую мрачную картину домов и улиц ее города. Милена ойкнула, как давно она не видела родных краев, домов, и как она соскучилась по всему этому. Затем они увидели ее квартиру, в частности прихожую, и парк, где она последний раз сидела на скамейке и исчезла.

— Что это за место? Где это? — Эмиса и все остальные были в недоумении.

Милена пожала плечами.

— Может, и это вам зеркало расскажет? — Милена казалось, она настолько долго обитала здесь, что ее ранее привычный мир стал для нее нереальностью.

Перед ними в буквальном смысле стояла девушка-загадка, которая к тому же ни в какую не хотела признаваться, какого она рода и с каких мест. Зеркало ничего не сказало, и все сочли, что им знать пока не нужно, или вообще не будет дано. С раздосадованными лицами они продолжили свой разговор.

— Почему все боятся показывать зеркала, а вы нет?

Вопрос Милены был как нельзя некстати. Честр и Эмиса не сразу ответили. Они объяснили, что считают, что здесь нет никакой угрозы, даже если у тебя отберут зеркало. Это все выдумки. К чему Сенти отнесся скептически, но спорить не стал. Значит, Сенти действительно не все знает о зеркалах. А еще берется ее учить. Потом Милена все же смирилась и поняла, что Сенти больше нее знает и поможет ей многое понять и узнать. А помощь ей не помешает. Представившись друг другу, кого как зовут, они порешили на том, что встретятся в ближайшее время, как только позволят зеркала. Эту фразу Милена еще не слышала, но подумала, что сейчас она находится в обществе только избранных, так что все возможно. Да и фраза ей понятна: если зеркала посылают их на всякого рода задания, то вполне вероятно, что они могут не скоро встретиться. Остался только один вопрос, что в этом послании к королеве минилюдов. И почему Честр с Эмисой не захотели, чтобы она на него даже взглянула, не то что прочитала. Как только они ушли, Сенти и Милена, попрощавшись, условились, что завтра он заедет к ней, и самой главной темой разговора будут зеркала, то есть все то, что она пропустила в школьные годы, если говорить на языке ее мира. Милена улыбнулась и согласилась. Она любопытная, с удовольствием поучится.

Хозяйка, видя, что все в порядке, ушла спать, так что, тихо пройдя в свою часть дома, где были ее две комнаты, Милена затворила дверь в спальне и, лежа уже в кровати, стала прокручивать последние события дня, особенно неожиданную встречу с Сенти, пока не погрузилась в спокойный сон.

Противные назойливые мухи летали возле самых ушей, а на очередные взмахи рук профессионально лавировали, уворачиваясь от них. Сенти удалось одну прибить прямо на столе. Чем они их так привлекли, непонятно, да и на мух эти существа не очень были похожи. Расположившись возле дома в тени небольшой беседки, Милена и Сенти сидели за маленьким низеньким столиком, заваленным книгами. Откуда их Сенти натаскал, неизвестно, но многие вопросы уже получили ответ. Сенти рассказывал интересно, красочно, и терпеливо отвечал на ее вопросы. Легенда, что она услышала в Цейтлоне, теперь открылась еще шире, и прозвучало много имен. А народ, проживающий в горах Истрена Ди Тори, — совсем не выдумка, но не все в это верили. Просто они более скрытные и независимые, а в их королевство не так просто попасть. Если, конечно, повезет встретиться с ними здесь, в этих краях, и подружиться, то вообще красота! Правда, где их искать и как выявить, не понятно? Да и зачем ей это нужно? Нет, если они — прямые потомки ученого, сотворившего зеркала, то им вполне может быть известно, как Милена может попасть к себе домой. И если для этого нужно пройти весь этот замысловатый путь, то она готова.

Сенти же все не унимался, под любым предлогом пытался выяснить, с каких она краев, и намекал, что именно она и есть жительница таинственного королевства на горе Истрена Ди Тори. Но одно не состыковывалось: почему Милена так мало знает про зеркала? Сенти подумал, что она либо прикидывается, либо здесь скрыта загадка ее существования.

А однажды Сенти так странно на нее посмотрел и так долго всматривался в ее лицо, пытаясь разглядеть, что, конечно же, Милену это смутило. Наверное, неосторожный ветер слегка открыл ту часть ее лица, где шрамы, странно, что он и раньше этого не заметил. Пусть даже шрамы лежат не так близко к носу и рту, но ближе к уху от щеки они реально страшны и глубоки, с красными рубцами. Словно она получила их совсем недавно, и они еще не зажили. Милену охватила досада, она вовсе не хотела, чтобы ее видели с этой стороны, причем никто не должен видеть! И, как могла, скрывала, но, честное слово, как уже все это надоело! Так хочется убрать волосы со лба, ей даже казалось, что скрытый глаз стал хуже видеть. Милена покраснела в ответ на свои мысли. Рано или поздно все равно это может открыться, так что надо быть готовой.

Сенти же действительно случайно увидел красные разводы на ее щеке и задался вопросом, что же там скрывает Милена? И теперь отсутствие прически, как у знатных дам, стало для него более понятно, и не только потому, что она не знатного рода, но и там… Что же там? Но спросить так и не решился.

— Сенти, все, хватит, я устала и хочу есть.

— Тогда пошли в одно место, где хорошо готовят пиляку.

— Это еще что такое?

Сенти уже ничему не удивлялся.

— Это мясное блюдо из кроличьего мяса.

Хорошо хоть зверушки в этом мире аналогичны тем, которых она знает. Ну, почти.

Пиляку им подали на больших широких тарелках из желтого дерева, в соусе красного цвета и с гарниром, который напоминал черный рис. Сенти заказал напиток красного цвета, сказав, что он безалкогольный, и салатики из какой-то травки с овощами. Однозначно, теперь пиляка стала ее любимым блюдом! Затем им принесли десерт, что-то вроде пирожных с кремом синего цвета. Такую экзотику Милена еще не пробовала, а вкусив, изумилась новому ощущению. Сенти за эти несколько дней, которые они провели вместе в Улае, все удивлялся, как она много ест сладкого, и все переживал по поводу ее зубов и объемов, намекая, что женихи сейчас разборчивые. На что Милена злилась и при каждом его настырном замечании недовольно фыркала и продолжала делать свое. Конфеты — это ее страсть, даже в этом мире. Несмотря на все метаморфозы, которые с ней произошли, это осталось неизменным. На вопрос Сенти, стреляет ли она из лука все так же метко, Милена ответила, что теперь она немного овладела искусством борьбы, пусть даже и уличной, на кинжалах и ножах. А еще научилась кататься на лошади и седлать ее. Сенти улыбался, а про себя все думал, с каких же она краев?

С того места, на котором сидели Милена, Сенти и Честр с Эмисой, город смотрелся узкой полоской, чуть покрытой дымкой утреннего тумана. Время было раннее. Милена сидела на свежеповаленном дереве возле Эмисы и зевала, укутавшись в плащ. По какой причине их сюда вытащили, собирался рассказать Честр. Он сидел в простой рубахе с расстегнутым воротом, и на шее у него красовался кулон зеленого цвета, на коротком вязаном шнурке. Такой камень Милена еще не видела. Ветер дул довольно прохладный, но Честру все было нипочем. Сенти же и Эмиса сидели в своих камзолах, с повязанными вокруг шеи тонкими шарфами. Нельзя сказать, что Мили — мерзляка, но почему-то именно сейчас хотелось уюта и тепла.

— Я пригласил вас сюда лишь по одной причине, и это будет просьба об услуге. Не могли бы вы кое-что подробней прояснить? — Начал Честр.

Начинается. Такими темпами она не выяснит, как сюда попала. Домой уже не так хотелось, ей стало здесь нравиться. Но желательно бы просто узнать, есть ли такая возможность, так, на всякий случай.

— Послание, которое должна была передать Милена, не дошло до адресата. И это…

— Честр, скажи, каким боком ты к этим минилюдам? Почему ты им помогаешь? — Милена не собиралась продолжать разговор, а уж тем более куда-то мчаться, не зная толком, кто эти люди, пусть они даже и обладатели зеркал.

— Наша семья очень дружественна с минилюдами, особенно с королевскими семьями. Мы — их ближайшие союзники среди людей.

— Вы что, брат и сестра? — Вдруг предположил Сенти, удивившись.

— Разумеется! — Эмиса сдвинула брови на переносице. — Это же очевидно, мы похожи!

— Подумаешь, очевидно… Будто муж и жена не могут быть похожими друг на друга. К тому же у вас цвет волос несколько отличается.

— Милена, тебе зеркало что-нибудь говорило или показывало перед тем, как отнести послание туда?

— Допустим.

— Я спрашиваю, потому что зеркало наверняка знало, что ты не передашь послание в Шеити, и указало на нас. Что тебе сказало или показало зеркало? — Честр был напорист.

Признаваться, что она не послушалась зеркало, было неловко.

— После того, как минилюд ушел, зеркало показало мне место, куда я должна отнести послание, и что там произошло, а потом слова: «отнеси послание в Улай». Мне показалось это странным, минилюд только что сказал одно, а зеркало говорит другое…

— Что? Ты не послушалась зеркало?

По заключению Милены, Эмиса была ярой фанаткой зеркал.

— К вашему сведению, я в этом новичок!

— Что ты видела?

Честр уже встал и скрестил руки на груди.

— Домик гномий у самого обрыва, внутри печки сидела она, королева минилюдов, рядом бабка какая-то…

— Что за бабка?

— Не знаю, седая такая, сгорбленная немного, вся в черном, тонкие черты лица, помятые старостью, сидела и что-то штопала. А потом в комнату вошел мужичок, я его видела ранее, возница, он внес в дом охапку хвороста и… — Милена запнулась, все в напряжении слушали ее, боясь шелохнуться. И что за важность?

— Ну? — Подбодрил ее Честр.

— У него что-то блеснуло в руке из-за охапки хвороста, он замахнулся, а дальше все пропало.

Все серьезно задумались, даже Сенти, будто сам принимал во всем этом непосредственное участие.

— Что дальше? Ты же не послушалась зеркало?

— Как только мы добрались до лесов Шеити…

— Мы? — Вопрос задали одновременно Сенти и Честр.

— Да, мы! Я и моя возница, которую я наняла в Цейтлоне. Оставив ее у дороги, я сама направилась на поиски этой деревни, но их там так много! В общем, блуждала я порядочно…

— Ближе к делу.

Милена обиделась, хоть бы выслушали рассказ о ее нелегком пути и поиске, между прочим, ей страшно было! Тем более она этого не ожидала от Эмисы. Женщина женщину должна понимать.

— Домик был пуст.

— Не настолько же?! Там ничего не было? Какой-нибудь записки, или нацарапанного текста на стене, или еще чего-нибудь? — Честр такого конца не ожидал.

— Ну, не считая бабьего трупа, ничего… наверное. Я оттуда так вылетела…

— Бабку убили? — Лицо Честра вытянулось, как будто это его личное горе.

— Ну да, за печкой лежала. Если, конечно, она не искусная актриса, то точно мертва! Это даже следопыт подтвердил!

— Кто?

— Так ты была не одна?

Милена занервничала, про следопыта совсем не хотелось говорить, равно как и врать.

— И чего из тебя все клещами надо доставать? — Не выдержал Сенти.

— Я не люблю рассказывать чужие тайны! Откуда я знаю, может, мне молчать надо?! Вдруг вы не те, за кого себя выдаете.

Честр тяжело вздохнул и сел рядом с Эмисой по другую сторону от нее.

— Получается, бабка была сторожем королевы. Ивен убил ее, и теперь они с королевой непонятно где скрываются. Это и хорошо и плохо.

— Давайте теперь вашу правду! Кто это бабка?

— Судя по описанию, это могла быть мегера из отколовшегося династийного рода королевской семьи, дальняя родственница самой королевы.

— Что-то она не была похожа на обеспеченную женщину. До сих пор помню ее старые башмаки, торчащие носками вверх. Брр…

— Это всего лишь походный прикид, а может, и маскировка. К тому же, сейчас отколотые не так богаты, как раньше, и это их злит, вот они и строят свои козни, пытаясь завладеть троном. А королева на выданье была.

— Да ну? И кто же ее принц?

— Это тебе не шутки, здесь все серьезно! — Сенти одернул ее, как заботливая мамаша. Сиди, дочка, тихо, не глупи.

— Принц Грикко просил ее руки еще в прошлом полугодии. Тогда все было хорошо. А сейчас этот переворот…

— Так он уже случился? — Сенти выпрямился и задел Эмису широким плечом, та чуть не упала назад.

— Эй..

— Извини.

— Нет пока… Королева в изгнании, это плохо. Ей нужна армия, чтобы отстаивать свои права.

— Почему бы принцу Грикко не помочь ей с этим, они же помолвлены?

— Он может помочь ей просто как союзник. — Уточнила Эмиса.

— Но беда вся в том, что союзники отколотых гораздо сильнее. И, похоже, их настрой на завоевание не ограничивается только королевством минилюдов. — Честр был настолько серьезен, словно он повелитель всех земель и королевств, и в его правлении появилась брешь, которую срочно нужно устранить.

— Думаете, они хотят завоевать людей? — Милена играла маленькую роль, но помочь очень захотелось. Тем более, учитывая, что она гостья, и ей выпала такая честь — сыграть роль в такой тяжелый для этого мира момент. Стать героем, если получится. К тому же, ей доверили зеркало.

— Мы с Эмисой завтра уезжаем, нам надо помочь минилюдам, хотя бы сделать все возможное с нашей стороны. Спасибо, Милена, что послушалась зеркало и передала нам послание, пусть даже и с задержкой.

Тут попахивало иронией. Шуточки шутить надумали. А, да ладно.

Милена поднялась следом за всеми.

— Что, больше не увидимся? — Спросила она.

— Увидимся, конечно, если зеркала позволят. — Честр улыбнулся. Наверное, его широкую улыбку она увидела первый раз. Красивые ровные зубы блестели на белой чистой коже лица.

И чего это они все так вдруг встрепенулись и кинулись прощаться? Мили бы еще пару вопросов задала.

— Подождите… А кто же является союзником отколотых? Честр повернулся к Милене.

— Это может быть кто угодно: гномы, великаны, и даже люди, недовольные нынешним правлением королей.

— Так вы не знаете? Трудно готовиться к войне, не зная, кто твой противник.

— В этом вся и сложность.

— А что говорят зеркала?

Все переглянулись. Милена застала их врасплох. И они вынуждены были признать, что ничего.

— Они же все знают? И я так поняла, они за добро. Так в чем дело?

— Мы и сами задаем себе этот вопрос, — признался Честр. Он немного помолчал. — Наверняка кто-то знает больше, чем мы, — вдруг нашелся он. — Не все дано знать только одному, каждый играет свою роль, и, возможно, эта другая роль отведена кому-то другому.

Ой, ладно. Все с ними понятно.

— Я думаю, что если мы — пазлы во всей этой замысловатой истории, то нас надо объединить.

Эта интересная мысль, выданная Миленой, заинтересовала остальных. Но вопрос, как это сделать и угодно ли это зеркалам, немного поубавил пыл. Ладно, будь, что будет.

После отъезда Эмисы и Честра Мили с Сенти отправились в королевские библиотеки, в архивный отдел, где сидел самый древний представитель человеческой расы. При его движении на их просьбу пыль с его одежд поднялась столбом, он чихнул, отчего гости побоялись, что он рассыплется в прах. Старая потрепанная книга, дрожа, легла на их стол, за которым они собирались найти новые ответы. Теперь Милену интересовала подробная информация двадцатилетней давности о событиях, произошедших в Улае во времена правления короля Кумирана. Портрет Кумирана, выполненный в ярчайших тонах, красовался на одной из страниц книги. Кумиран сидел вполоборота от художника, смотря куда-то вдаль, густые брови были решительно сдвинуты к переносице, слегка тонковатые губы были плотно сжаты, овальный, красиво очерченный волевой подбородок чуть тронула небритость. Вот он какой, гусь. И свергли ведь такого красавца. Милена рассматривала его, пока Сенти не перевернул страницу.

— Смотри дальше, здесь приближенные, которые были при его правлении. Некоторые еще остались. Пэр Пирпа, Гашер, Слидвг, Турилан, даже Ноир, это наверняка те, кто были не согласны с его режимом. А ведь король был молод, и откуда у него столько злости было?

— Откуда ты знаешь, что он именно таким был? Тебя же еще на свете не было?

— Я верю своим учителям и мудрым людям. А если и свергли, то точно не за хорошие заслуги.

— Народ и на изобретателя зеркал восстал, а он был хорошим.

— Это другое! И говори тише, пожалуйста. — Сенти, не отрываясь от книги, поправил прядь белых волос, выбившихся из пучка.

Голубоглазый блондин, если ему сделать острые ушки, сойдет за эльфа.

— Что ты смеешься? — Сенти поднял бровь и посмотрел на Милену.

— Ничего. — Она пожала плечами и стала рассматривать портреты приближенных к Кумирану. — Как их много. Что мы хотим здесь увидеть?

— Странно, ты ничего не видишь?

— Что я должна увидеть? Если понял что-то, говори.

— Здесь нет глав одной династии, точнее, их детей, словно их род прервался. — Сенти активно листал книгу чуть ли не носом. — Смотри, вот предыдущий король Юкант, до правления его сына Кумирана, рядом с ним, как и положено, сначала стоят военные династии, советников, министров по внешним делам, следопытов, и так далее. В династии воителей три направления: пешие, крылатые…

— Это на ваших загадочных летательных аппаратах?

— Да, Мили, не отвлекайся. И водные. Здесь есть все три династии: пэра Соива, пэра Велинна и пэра Овелана…

— Ну и что?

— А то, что династия пэра Овелана совсем не значится в истории Кумирана, словно его и не было.

— Видно, чем-то он насолил королю, вот он и разобиделся, запретил летописцам писать о них…

— Самое интересное, что о пэре Овелане тоже ничего нет, только семейный портрет, и то без детей, в молодости, как только они поженились с женой. А род древний, насколько я знаю.

— Откуда знаешь?

— Из истории. Мы, крылатые воители, должны знать свою историю и историю соседних королевств, но лучше всех.

— А чего ты не на службе?

— Сейчас нет войн. Мы только проходим кратковременные тренировки и обучение, если есть какие новшества.

— Значит, в скором времени тебя вызовут на службу. — Милена грустно уставилась в книгу. Военное настроение в королевствах — не самое лучшее время для гостей, почему бы всему не сложиться более удачным образом? Она вздохнула и перелистнула страницу дальше, где был нынешний король, его сыновья, внуки, пэры. — О! Вот этого принца я знаю, он повстречался нам на границе Улая.

— Наверняка мимо пролетал? — Сенти смеялся.

— Нет. Он сам поздоровался со мной, когда я любовалась цветами Латиды!

— Принцы не здороваются с кем попало. Не в обиду сказано.

— Подумаешь, значит, он не так горд, как этот ваш друг-принц… забыла… как его.

— Мили, перестань. Наверняка опять была в своем излюбленном костюме охотницы.

— О, да! Принц увидел меня во всей красе. — Милена вспомнила свои забранные в хвостик волосы и недоумение на лицах принца и его приближенных, когда она к ним обернулась. Прямо дитя войны, вся в шрамах.

— Что значит во всей красе? — Сенти нахмурился.

— Да так…

Сенти покосился на нее, но промолчал. Не говорить же ему, что принц увидел ее шрамы.

— Так… — Милена сосредоточилась снова на истории. — И чего мы вертимся вокруг семейства Овелана? Нас интересует Кумиран. Здесь о нем только формальности, а что происходило, не пишут. Почему его свергли, за какие грехи, кто его союзники, чего он добивался и чего хочет сейчас… Интересно, он вообще жив?

— Ты думаешь, это он стоит во главе отколотых? — Догадался вдруг Сенти.

— Разумеется, он — лучшая кандидатура!

— Уже прошло двадцать лет!

— Тем более! У него столько было времени подготовиться и все получше продумать.

Сенти долгим взглядом посмотрел на Милену.

— Что?

— И откуда ты такая? Пусть даже ты и потерянная, но тебя можно отнести к двум династиям точно. Следопытам и воителям-стратегам.

— Это уже четвертый вид воителей?

— Стратеги есть везде.

— Что ж, ничего не могу сказать против. Никогда не сталкивалась с этим. Но там, откуда я пришла, много войн было, да и книжек в моем распоряжении на всякую такую тематику немало, фильмов…

— Фильмы? Что это?

— Иллюзии. — Единственное, что нашлась сказать Милена.

Старец принес им другую книгу, та была еще здоровей и тяжелей, так что Сенти пришлось ему помогать. И куда смотрит начальство? Штат нужно обновлять.

— Ну вот, как по заказу, здесь некоторые пояснения.

— Кто автор? — Милена приподняла книгу, на обложке которой было написано: «летописец пэр Филбю».

— Зачем тебе автор? Собралась расследование вести и допросы?

— А можно?

— Людям это может не понравиться, и они вполне могут спросить у тебя герб, а у тебя, как известно, нет ни одного. Вообще, такие вещи делаются в форме с нашивкой.

— Есть много способов, как поговорить с людьми, правда, они более длительные.

— Давай сначала узнаем, что здесь пишут, потом уж выводы будем делать. И почему я тебе в этом помогаю?

— Тебе просто самому интересно. Разве нет?

Сенти только хмыкнул и принялся читать.

Первую часть, когда родился Кумиран и где он вырос, они опустили и стали сразу читать с места о начале его правления. Уже почти сразу при странных обстоятельствах погиб его брат. Кумиран подозревал своих приближенных и боялся, что он следующий. Возможно, эта боязнь и повлекла за собой ряд тяжелейших событий в будущем. Затем вдруг выяснилось, что часть приближенных действительно строят против него заговор. С чего бы это, подумала Милена. Странно здесь как-то все описывается, одни только предположения. А вот и «великая резня у дворцовых ворот». Ух ты! Сколько людей, минилюдов и гномов погибло!

— Я так и не поняла, Кумиран уже был злым параноиком, или его что-то на это надоумило? С чего бы ему стольких людей убивать, да еще своих приближенных? Разогнал их небось по всем королевствам, те и сидят до сих пор, носа не показывают. Неужели у него не было зеркала, которое покажет и расскажет, кто враг, а кто нет?

Сенти только пожал плечами.

— Не знаю. Не все, наверное, верят в силу зеркал. Одно понятно: Кумиран покинул престол злым, как собака, пуще прежнего, и теперь жаждет мести.

— С чего ты взял? Здесь про это тоже не пишут. — Милена улыбнулась и прищурилась.

— Я просто делаю выводы.

— Ладно, пошли. А что, если нам все же поговорить с очевидцами этих минувших лет? Ну, с теми самыми пэрами, что ты перечислял. Ты еще сказал, что они остались при дворе.

— Не знаю… — Сенти опустил голову и задумался, наморщив лоб.

— Давай, Сенти! Герб у тебя есть, наверняка и знакомые имеются, к тому же, если тебе зеркало велит мне помогать, то…

Сенти встал и закатил глаза.

— Ооо… И откуда ты такая взялась на мою голову? Тебе-то это зачем? Разве зеркало велит?

— Нет, сердце! Сенти, пошли.

— Ну, ты же не думаешь, что мы сейчас пойдем к пэрам с этими вопросами? И мне вовсе не хочется баламутить это болото. Я не той династии!

Они вышли из библиотеки, предварительно попрощавшись со старцем. День уже клонился к закату, но на улице было приятно прохладно после жаркого солнца. Народу прибавилось, да и карет с возницами.

— Да брось, Сенти! Той, не той, это не так важно; если ты чем-то можешь быть полезен, почему бы и нет.

— Первый раз вижу девушку, которая так мыслит.

— А обычно как?

Они вышли на главную улицу и шли вдоль богатых придворцовых домов.

— Достаточно узко, в одном направлении, редко когда бывают отклонения, и то не в такой форме.

— По-твоему, у меня нездоровое отклонение?

— Я этого не говорил, по крайней мере, не так.

— Ну да, конечно, а еще диагноз, не в такой критической форме!

— В этом все женщины одинаковы. — И он свернул в ближайший магазинчик, где продавались всякие приятные мелочи.

— Эй, ты куда?

За ними захлопнулась дверца, и продавец, улыбаясь, поинтересовался, чем он может быть полезен.

— Хочу подарить этой даме что-нибудь приятное.

— Ваша невеста? — Добродушно поинтересовался продавец.

— Не совсем.

— Что значит не совсем? — Зашипела под ухом Милена. — Что говоришь-то?

— Я должен был выразиться как-то иначе? — Брови Сенти изогнулись дугой.

— Разумеется! Я же не твоя невеста!

— Думаю, это странно — дарить подарки невесте другого. — Сенти явно насмехался.

— А с чего ты вообще взялся мне дарить подарки?

— Может, ты все-таки оглянешься вокруг и выберешь себе приятную безделушку?

— Зачем?

— Просто сегодня так принято, дарить друг другу подарки! Друзьям, близким, знакомым, невестам и так далее.

Милена недоверчиво посмотрела на него.

— Придумываешь?

— Нет…

Она посмотрела на продавца и еще на пару покупателей.

— Вы будете выбирать что-нибудь?

— Не думаю, что это уместно. — Выдавила Милена.

Сенти почему-то покраснел и помрачнел одновременно. Что опять не так, подумала она?

— Минуточку, нам надо немного переговорить. — Бросил Сенти продавцу.

Они отошли к дальним полкам, заставленным товаром.

— И чего ты опять упрямишься! Если мужчина дарит подарок, тем более в день крылатых воителей, это честь для любого! Не позорь меня!

— Чего ты кипятишься!? Откуда мне знать, что это у вас так принято!?

— Не знаю, как там у вас и где это там, но у нас мужчин не унижают в присутствии других! Могла бы взять подарок, а потом вернуть, если он тебе так неприятен! Неужели ты думаешь, я буду претендовать на женщину, которая является невестой моего брата?!

— Чего? Неет!

— Тогда подожди меня лучше снаружи.

Милена тут же выскочила, чтобы больше не разочаровывать Сенти. Подумаешь, разозлился! Его мир не сравнить с ее. В своем мире она бы точно не стала принимать подарки от любого мужчины, если это, конечно, не день рождения, или этот мужчина — не ее жених или муж. Вот такая вот она, Милена. Впрочем, претендентов на это еще не было.

Сенти вернулся буквально через пять минут с небольшой коробочкой и протянул ей. Мимо проскакала конница, и один всадник придержал коня. Конь звонко стучал копытами по мощеной дороге, в нетерпении желая продолжить свой стремительный бег. И, как только такая возможность представилась, опрометью кинулся догонять остальных. Но Милена на них не обращала внимания. Она открыла коробочку, где на белой блестящей ткани красовался кинжал, сделанный из желтого металла, с резной и выложенной камнями ручкой. От такой красоты и щедрости просто дух захватывало. Милена покраснела.

— Ты рассказывала, как научилась защищаться, пусть даже у простых людей. Кстати, они неплохо это умеют. Но я заметил, что ни меча, ни кинжала у тебя нет, а путь твой будет нелегким, судя по тому, в какую кашу мы заварились. И я не уверен, что мы всегда будем вместе в этом путешествии…

— Ну вот, а я-то надеялась на тихую, безмятежную жизнь.

Сенти улыбнулся и добавил:

— Она будет, Милена, будет, только чуть позже. Сегодня день крылатых воителей, так что принято дарить подарки вроде таких, особенно, конечно, фигуры летательных аппаратов. Но я подумал, они тебе ни к чему.

— Спасибо, Сенти. Не знаю даже, что и сказать.

— Я все понимаю. Эй… — Он увидел, как она нервно кусает пухлые губы. — Я все еще призван помогать тебе, так что этот подарок не просто так, я надеюсь, ты это понимаешь?

— Что тебе говорит зеркало?

— Пока ничего. Знаешь, Милена, жду не дождусь, когда зеркало отправит меня от тебя подальше, чтобы не отвечать на твои глупые вопросы, и как бы опять ненароком не вляпаться в дурацкую историю. — В голосе Сенти чувствовалось веселье.

— Хватит! Мне и так нелегко! В таком случае не разочаруюсь!

— Не обижайся, это тебе не к лицу.

Можно подумать, за этой копной волос можно хорошо разглядеть ее лицо. Подарил, и ладно, назад не верну. Что же ей теперь с этим кинжалом делать, неужели пригодится? Об этом было страшно подумать.

На следующий день Сенти посетил Милену в весьма радостном и словоохотливом расположении духа.

— У нас сегодня назначена встреча с семейством пэра Слидвг! — Он прямо сиял от счастья.

— Надеюсь, мне не придется выговаривать это имя? — Проворчала Милена.

— Если ждешь успеха, то постарайся. В непринужденной беседе вполне можно затронуть события минувших дней.

— Мне-то можно?

— Что?

— Участвовать в непринужденной беседе?

— Женщины редко это делают, но это реально. Если мужчины пригласят.

— И кто там будет? Мы и само семейство?

— Не совсем. Это, скорее, вечеринка в честь приезда старых друзей, и я туда приглашен, так как мой отец является близким знакомым пэра Слидвг. А Палу прекрасно ладит с его старшим сыном Теуном.

— А я…

— Что ты? А! А ты пойдешь в качестве моей сопровождающей дамы.

Милена сделала недовольное лицо. Опять балы, наряды, вечеринка, короче, официальные рауты.

— Мили, это наш шанс хоть что-то выяснить! Ты же сама хотела?

— Мне нечего надеть… я думаю…

— Тогда пойди и купи что-нибудь. Только не перестарайся с рюшами. — Сенти задорно улыбался. — Кстати, у тебя все в порядке с… — Сенти посерьезнел. Только сейчас он сообразил, что Милена совершенно одна в незнакомом для нее городе, без мужской опеки. На что она живет?

— С деньгами полный порядок, спасибо, что побеспокоился.

Они условились встретиться ближе к вечеру, он заедет за ней на карете.

Что за жизнь пошла? Кавалеры, кареты, интриги, тайны, расследования, прямо страницы какого-нибудь романа или ужастика, это как посмотреть. Нет, пока ничего ужасного, конечно, не произошло, не считая убитой старушки.

Огромный особняк Слидвг располагался недалеко от земель пэра Фэлу, так что эти места Мили знала. Широкий фасад, украшенный яркими лентами, небольшими фонарями разных цветов, даже ковровой дорожкой красного цвета, все словно зазывало и говорило о предполагаемом веселье в честь званых гостей. Кого здесь так чествовали, Мили увидела сразу. Король и принц только что вышли из своих карет в сопровождении блистательных дам с дивными, как всегда, прическами. И когда у них мода пройдет на эти башни из волос? Стараясь меньше попадаться на глаза, в частности, принцу, Милена всячески обходила королей и их свиту. То склонит голову, то отвернется, и в конце концов Сенти это стало раздражать.

— Ты что, пришла сюда в прятки играть?

— Не дергай меня!

— Чего ты боишься? Ты шарахаешься от королевской свиты, как от чумы!

О, чума и сюда пробралась!

— Послушай, так ты еще больше привлекаешь к себе внимание.

— Конечно, все теперь смотрят, как ты шипишь на меня и отчитываешь.

— Нет, они смотрят на твою прическу. Ты забыла? В любом случае тебя из-за этого заприметили, особенно дамы. Неужели нельзя было что-нибудь придумать?

— Не смей меня отчитывать в том, чего ты не понимаешь или не знаешь!

— Кажется, уже догадываюсь… — Буркнул Сенти и отвернулся от нее.

— Ты сюда со мной не красоваться пришел! Если тебе так стыдно находиться рядом со мной, то я уйду…

Сенти покраснел и бросил беглый взгляд на толпу, которая разместилась уже в главном и самом большом зале для танцев.

— И что мы постоянно с тобой ссоримся? Давай успокоимся прежде, чем начнутся танцы.

— Я танцевать не буду.

— Я уже понял, спрячься где-нибудь в стороночке…

— Сенти, не зли меня…

— Ладно, мне можно пойти танцевать? — Сенти состроил умоляющую гримасу.

— И не паясничай!

Женщины, проходящие мимо, то и дело бросали на Милену надменные взгляды. Ей приходилось собирать все свои силы, чтобы сохранять достоинство и игнорировать их. Она поглядывала на группу мужчин, расположившуюся у дальней стены комнаты, сожалея, что среди них находились король с принцем. И надо же было такому совпасть. Теперь есть опасность не поговорить с пэром Слидвг в более непринужденной беседе. Все внимание здесь приковано к ним.

Конечно, и другое не меньше беспокоило Милену: принц видел ее шрамы. Неприятно как-то получилось. Но, с другой стороны, не будет же он говорить об этом направо и налево? Теплилась надежда, что он вообще ее не помнит, тем более сейчас она не в том охотничьем наряде, и волосы ее распущены и переплетены сзади. Некоторые пряди были слегка завиты. Пусть это не то, что носят придворные дамы, но тоже ничего.

— О, наконец-то я вас вижу в приличном обществе! — Милена обернулась и увидела перед собой все семейство пэра Фэлу. — Я уж подумал, вы пренебрегли моими рекомендациями посещать светские вечера в поисках приличного жениха.

Интересно, как бы она это сделала без особых связей. Сам-то ни разу так и не позвал никуда. Этакий врунишка.

— Кто ваш сопровождающий?

— Пэр Сенти Дорин.

— Из королевства Зеркал? Знаю, знаю эту семейку, весьма знатного рода! Слышал, какая беда с ними приключилась. Старший брат опозорил всю семью. Но это было бы поправимо, если бы невеста его не сбежала… — И он рассмеялся так громко, что рядом стоящие повернулись в их сторону.

Сенти как раз подходил к ним и все слышал. Лицо его помрачнело. Милена сказала пэру Фэлу, как она рада видеть и приветствовать его семью, и те перекинулись на следующих знакомых.

— Откуда ты их знаешь?

— Это первые люди, с кем я имела честь познакомиться в этом городе. Я попала к ним по рекомендательному письму от их родственника из Цейтлона.

— Они огранщики! Как ты могла с ними познакомиться?

— Сенти, мы здесь не меня хотели допросить, а пэра Слидва.

— Слидвг. — Поправил Сенти.

— Судя по твоему лицу, ты уже не рад, что взял меня с собой.

— Я просто не хочу, чтобы трогали мою семью!

— У меня что, на лбу написано, что я имею какое-то отношение к вашей семье?

— Мили, я сделал грубость, не представил тебя своим друзьям. — Сенти сделался вдруг улыбчивым и приветливым.

К ним как раз подходили хозяева дома и всего торжества. Пэр Слидвг, раскрасневшись от удовольствия, что все идет, как планировалось, что-то тарабанил на ходу королю, тот утвердительно кивал. Его сын Теун смотрел то на Сенти, то на Мили, его усы торчали в разные стороны и при улыбке разъезжались — еще одна дурацкая мода этого мира, которая не каждому подходила — усы стрелочками. Принц шел чуть поодаль с еще тремя молодыми пэрами.

— Сенти, смотрю, ты не один! Представь нам свою даму. — Самый молодой из них широко и добродушно улыбался, он был низенького роста и полноватый.

Слидвг и король учтиво задержались и приветственно кивнули Милене, немного задержав свой взгляд на ней. По их лицам пробежала легкая тень удивления и что-то еще, трудно было понять. Милена присела в реверансе, и сделала это довольно изящно.

— Пэры, это Милена, моя давняя знакомая и хороший друг. — Подчеркнул Сенти.

— Сенти, ты не перестаешь нас удивлять. Каждый раз мы тебя видим с новой дамой… — Молодой пэр, что заговорил первым, тут же осекся, поняв, что сморозил нечто неподобающее, покраснел и принялся извиняться.

— Давняя знакомая? Что же ты прятал ее от нас? — Прогрохотал второй молодой человек, пытаясь скрыть неловкость.

Теун стоял рядом с принцем и молча наблюдал за происходящим. Король и Слидвг, увлекшись очередной темой, отошли чуть поодаль, и к ним присоединился пэр Фэлу и другие пэры.

Сенти был недоволен и не скрывал этого. Милена же старалась быть приветливой и непринужденной, давая понять, что выше сказанное замечание не сильно расстроило ее. Принц же периодически бросал на нее заинтересованные взгляды, пока не подошла королева-мать и не объявила, что сейчас заиграет музыка и пора танцевать, отметив, как много здесь молодых дам. В этом мире любая вечеринка используется как повод свести какую-нибудь парочку.

Заиграла музыка, схожая по звучанию с симфоническим оркестром, и в центре зала образовался круг, в котором молодые люди стояли парами, смотря друг на друга и держась за руки. Движения были отточены, завсегдатаи балов и вечеринок знали свое дело. Сенти тоже увлекся танцами и уже успел пригласить двоих дам.

— Вы не танцуете?

Рядом с Миленой нарисовался Слидвг.

— О, нет! Я не очень владею этим видом… искусств.

Слидвг улыбнулся. Он почему-то пытался рассмотреть ее лицо. Заметил, наверное, что-то. Милена смущенно опустила глаза.

— Вы давно в нашем городе?

— Нет. Я приехала сюда почти месяц назад. И мне очень здесь нравится, особенно сады Латиды! Это удивительные цветы. — Милена говорила так искренне и завороженно, чем тронула пэра.

— Раньше вам не доводилось быть в наших краях?

— К сожалению, нет.

— А кто ваши родители?

Этого вопроса Милена очень боялась, но решила не таиться.

— Я не знаю своих родителей. Меня воспитывали другие люди.

Пэр Слидвг удивленно поднял брови и, казалось, что-то обдумывал.

— Родственники?

— Нет. Я не знаю своих родственников.

— Но… — Он покраснел, не зная, что и сказать. — Это странно. То есть, я хотел сказать, что были смутные времена в наших королевствах… — Он замолчал. — Вы даже не знаете, какого вы рода?

У Мили пересохло в горле.

— Что я должна ответить на ваш вопрос? Почему вы спрашиваете? И что вы знаете о смутных временах?

— О смутных временах я знаю не понаслышке. Да вы не бойтесь меня. Если даже и так, то простому человеку трудно в избранном обществе. Но не вам. Значит, вы в любом случае избранная, не важно как. — Он прищурил один глаз и посмотрел на нее. — Верно?

Его добрая улыбка располагала к себе.

— Мне интересно послушать о смутных временах. Возможна, ваша мысль совместима с моей ситуацией. Я могла потерять родителей в то время.

— Но не родню! — Его лицо резко посерьезнело.

— Хм..

— Если только…

Но их прервала подлетевшая к ним жена пэра Слидвг, Циртанели, и ее подруги с молодыми дочерями.

— Дорогой! Кавалеров не хватает, а вы тут стоите! — Она обратилась к Мили. — Молодая девушка наверняка мечтает потанцевать с каким-нибудь кавалером, а вы ей не даете. Сейчас же отпустите беднягу!

— Простите, дин Милена, я вынужден потанцевать с моей женой и, возможно, с этими милыми дамами.

Молодые девицы захихикали в ладошки, они уж наверняка предполагали танцы с более молодыми кавалерами.

Милена отошла и встала у самой двери, за небольшим выступом. Она вспоминала разговор с пэром. Ей показалось, что она чем-то привлекла пэра. Его вопросы показались ей удивительно точными, прямо не в бровь, а в глаз! С ним обязательно надо поговорить о смутных временах. И ей кажется, у него есть, что рассказать.

Наконец, все перебазировались в зал, где был накрыт стол. Все по той же схеме, что была известна Милене. Теперь, сидя за столом, все могли насытиться великолепными кулинарными искусствами местных поваров. А тихие мерные беседы перешли в бурные обсуждения, когда люди, образовав группки по интересам, разбрелись по всему особняку и его владениям. Милена не знала, куда себя деть. Стоять среди мужчин одной, да еще в присутствии королевской знати, без приглашения смелости не хватало. Поэтому она надеялась на Сенти, что он задаст нужные вопросы сам. Стоять тихо в сторонке одной тоже неприятно, поэтому она решила прогуляться на свежем воздухе, взяв пример с других дам.

— Ваша дама никого не знает из присутствующих? — Поинтересовался принц, когда заметил одиночество Мили.

Сенти растерянно бросил взгляд в ее сторону.

— Да, если не считать семьи пэра Фэлу, но его дам, похоже, уже не видно.

— Приглядите за вашей дамой, она не должна скучать.

— Если только ей не польстят наши мужские разговоры! — Слидвг добродушно дал всем понять, что он не против присутствия этой дамы.

Мужчины рассмеялись и согласились. Сенти поймал Мили у центрального выхода из особняка.

— Милена, пойдем со мной. Ты — удачливейшая из женщин!

— Что так?

— Мужчины не против твоего присутствия. Обычно женщины сами отклоняют предложения и сторонятся, но ты же не против! — Сенти улыбнулся и открыл ей дверь в зал, где располагались мужчины.

Среди них восседал король Улая Тэлон, его сын, принц Ниан, те двое молодых людей, один, что пополней, Чунир, другой Гоит, пэр Слидвг и его сын, еще пэр Фэлу, а других ей пока не представили. Впрочем, Милену они и не интересовали. Если здесь короли, значит, без политики не обойдется. Отлично! Послушаем, о чем говорят мужчины. Хотя Милена не особенно надеялась на откровенность улайцев в присутствии заграничных людей, но ведь им нужна только история. Сенти посадил ее рядом с собой на маленьком диванчике возле музыкального инструмента, напоминающего рояль. Только крышка сверху была приподнята не по диагонали, а полностью, на расстоянии от самого инструмента, и держалась на тонких опорах. Оттуда были видны трубочки, а вместо клавиш были квадратные кнопочки разных цветов. За ним сидел молоденький пэр и играл тихую спокойную мелодию. Король и принц заняли главные места в центре на более широком и длинном диване у камина, остальные расселись, кому где придется. Беседа не прекращалась даже тогда, когда Сенти с Миленой вошли и расположились на диванчике.

— Так значит, вы — уроженка Зеркального города? — Неожиданно обратился к ней принц, переключив свое внимание на них.

Запомнил все-таки, подумала Милена.

— Нет.

— Нет? — Такого ответа он не ожидал. И, конечно же, последовал следующий вопрос.

— Тогда просветите нас.

Сенти занервничал. Милене этот вечер показался бесконечно длинным, а цель их визита — очень далекой.

— У нее нет постоянного места жительства, она путешественница… — Сморозил ерунду Сенти.

Где это видано, чтобы женщины в этом мире путешествовали одни, да еще и не хотели иметь постоянного пристанища. Сама же Мили просто мечтала об этом.

Тут влез пэр Фэлу.

— И к тому же сирота! Мой брат имел случай знаться с дин Миленой, и просил помощи в благоустройстве и заботе о ее будущем.

Пэр Фэлу, как всегда, некстати.

Принц, видимо, что-то обдумывал, иногда бросая на нее задумчивые взгляды. Что ему нужно? Милена то краснела, то бледнела, то искоса бросала на Сенти жалобные взгляды. Наконец, от нее отстали, и тема быстро сменилась на злободневную. Оказывается, представителей Зеркального города здесь было немало. Сенти, еще один пэр средних лет, два молодых пэра и самый, пожалуй, молчаливый среди всех, пэр Мартитран. Он стоял, опершись о камин, скрестив руки на груди, а его экзотический и дикий вид противоречил всему, виденному Миленой в двух других городах. Разве что, конечно, Эмиса и Честр были такие же белокожие, как и он, с орлиными носами, выразительными голубыми глазами, все это было схоже, словно они были одной породы. Таких людей она больше не встречала. Сама она несколько отличалась от здешних аборигенов королевств, ее кожа была белее, но чуть темнее Эмисы и Честра, нос прямой и тонкий. Пэр Мартитран скучающе стоял, пока не заговорили о волнениях со стороны гор Истрена Ди Тори.

— Не думаю, что проказой и брешью среди королевств является мифический народ гор. Проблема может быть на поверхности и не так далека от нас.

— Мартитран! — Король повернулся к нему. — И на что вы намекаете? Наверняка ваша мысль обоснована.

— Король, проблема может выйти из глубины прошлого.

— Мой брат давно канул в лету, не стоит баламутить прошлое. — Король раздраженно заерзал на месте.

Странно, что король отрицает очевидное. Милена подалась вперед. На языке чесались вопросы, но задать их она не решилась.

— Почему же… — Слидвг был как никогда серьезен и печален. — По последним данным, с воздуха сообщили, что еще часть гномьих земель покинута, надвигается что-то страшное, и они, словно крысы, бегут с тонущего корабля!

— Я слышал, что старая ведьма мертва! И теперь у отколотых минилюдов новый предводитель.

— Потише, друзья мои, нашей молодой даме наверняка не интересно слушать эти страшные байки. — Король посмотрел на Милену, делаясь непринужденным.

— Отнюдь, мне интересно, что происходит в наших королевствах. И если я что-то смогу сделать для мира в них, то с удовольствием это исполню!

Мужчины удивленно посмотрели на нее. Что может эта хрупкая женщина? Кто-то слегка рассмеялся, пэр Мартитран посмотрел на нее заинтересованным взглядом, принц же задумчиво прищурил глаза.

— Забавно, весьма забавно. — Все, что смог произнести король.

— Может, у вас есть свое мнение на все это?

Принц встал и облокотился о заднюю спинку дивана. Все замолчали. Сенти напрягся.

— Я поддерживаю мнение пэра Мартитрана, что люди гор в этом не виноваты, и даже больше, они помогают удержать мир…

Тут все неожиданно рассмеялись, кроме Мартитрана, Сенти, короля и принца.

— Вы верите в эти сказки про горных людей?

— Смелая барышня и забавная.

— К тому же, — Милена продолжила как ни в чем не бывало, — не стоит отрицать мести Кумирана. Он вполне мог прикрываться взбунтовавшейся кучкой знати минилюдов. И теперь, когда главная зачинщица мертва, ему ничего не стоит встать на ее место. К тому же, он мог сделать своими союзниками и гномов, и великанов. Впрочем, последнее не подтверждается!

Все замолчали. Никто не решался ни возразить, не поддержать. Смелое высказывание против мнения короля пугало и внушало уважение. Кто она? Король некоторое время молчал.

— Что ж… — Наконец произнес он. — Если даже женщины об этом заговорили, то это имеет место быть. Вот только один вопрос… Какой вы династии?

Сенти похолодел и только собирался что-то сказать, как Мили его опередила.

— Я просто избранная, король Тэлон!

Мурашки предательски побежали по всему телу. Все замолчали и удивленно уставились на нее. Никто еще практически не решался открыто заявить о своих правах личной избранности.

— Вы обладательница одного из зеркал? — Король подался вперед. — И какого королевства вы подданная?

— Никакого.

— Вы не знаете, какого вы рода?

Почему-то пэр Слидвг побледнел и нервно теребил подол своего камзола. Пэр Мартитран заинтересованно и с легкой улыбкой, смотря на огонь в камине, слушал этот странный разговор.

— Нет, король, не знаю.

— Но где вы выросли? В какой семье? — Король некоторое время не мог поверить в услышанное.

— Не среди простого народа. — Милена позволила себе улыбнуться, теперь понимая, как эти люди трепетно относятся к своим обычаям.

Пэры не знали, что и думать: она не знатна, но избрана, и не из простого народа.

— Вы потерянная… — Неуверенно предположил Слидвг. — В смутное время многие потерялись. — Неуверенно добавил он.

— О чем это вы? — Король переключился на него.

Слидвг бросил на него быстрый взгляд. Все прекрасно поняли, что король сейчас играет, и что-то скрывает. Но решили подыграть.

— Я, как некоторые из вас, был при дворе еще во времена Кумирана. Никому не стоит напоминать, сколько народу он тогда извел.

Король повернулся к Милене.

— Ваши мысли привели нас в темное прошлое, избранная! Видимо, неспроста вы попали к нам! Я поверю в вашу избранность, и за смелость позволю остаться в моем присутствии. — Король снисходительно посмотрел на нее. — Но только лишь потому, что вы действительно не похожи на простолюдинку.

Сенти и Милена виновато опустили глаза, сглотнув слюну в пересохшее горло. Сенти сто раз уже пожалел, что не отправил Мили домой до начала разговора.

— У вас есть, что нам рассказать? — Король обратился к пэру Слидвг.

— Нет, нет, собственно… — Он почему-то замялся.

Даже самому глупому было бы понятно, что хозяин дома что-то скрывает. Он вспотел, покраснел и стал несколько заикаться. Странная реакция на прошлое. Видимо, Кумиран был действительно страшным человеком.

Король по милости своей предпочел замять этот разговор и больше к нему не возвращаться. На Сенти лица не было все оставшееся время, пока хозяин не пригласил их в свое святая святых.

Вся эта компания из мужчин плавно перебазировалась на нижний этаж особняка. Дом пэра Слидвг можно было считать уникальным. Большинство жителей этого мира не использовали цокольные этажи своих домов в качестве жилых помещений. Но здесь все было по-другому. Милена и Сенти шли позади всех, и тут Сенти как прорвало, он принялся ворчать.

— Зачем ты рассказала им, что ты избранная!

— А что мне нужно было говорить? Успокойся, Сенти, я не чувствую никакой опасности! И мне надоело это скрывать!

— Ты не понимаешь!

— Все я понимаю! Почему же тогда Эмиса и Честр не боятся показывать свои зеркала?!

Сенти насупился и отвернулся. На это сказать ему было нечего.

— Были случаи, когда убивали избранных за их зеркала. Я поговорил с пэром Мартитраном. Хоть он и не был здесь во времена Кумирана, но он слышал, что все произошло из-за зеркал! Был один избранный дважды!

— Это как? Давно хотела тебя спросить.

— Один пэр имел зеркало династии, но потом он сам стал обладателем зеркала. И стал творить что-то против воли Кумирана.

— Кто это?

— Он не сказал.

— Почему?

Сенти пожал плечами.

— На мой взгляд, не стоит особо слушать его, он странный человек, как и ты для многих других. Но это не единственная причина, по которой тебе не стоило говорить, что ты обладательница зеркала. Вдруг его захочет увидеть король, чтобы убедиться, что это зеркало никому не принадлежало ранее.

— О чем это ты? Разумеется, оно кому-то принадлежало!

— Кому?

— Я-то откуда знаю?

— Тогда продавщица, которая тебе его дала, должна подтвердить это.

— Но Пайка говорила… Стоп, почему Пайка не могла в городе Зеркал подтвердить, что я обладательница? Она боялась, что все подумают, будто я убила избранного и забрала его зеркало.

— В силу обстоятельств ей могли не поверить. Не думай, что продавщицы обладают безграничной властью, как они сами говорят или думают. Они всего лишь продавщицы…

— Слышала бы тебя сейчас Пайка, ее бы удар хватил!

Сенти миролюбиво улыбнулся.

Они прошли по длинному коридору и нырнули под лестницу, ведущую на верхние этажи, под ней в самом углу за широким и длинным занавесом скрывалась дверь. Толстая, из прочного дерева, с замком. Пэр Слидвг достал ключ и легким движением открыл дверь, та поддалась и без скрипа отворилась. Слидвг гордо выпрямился и предложил войти. Пока он придерживал дверь, остальные проходили вперед и по лестнице спускались вниз. Кругом было светло от минеральных ламп. Место, в котором они оказались, было похоже на манеж. Желтый узорчатый пол, стены, обтянутые красной тканью. Минеральные светильники были прикреплены по кругу, а в центре на потолке красовалась огромная люстра. По кругу располагались двери, и возле каждой то на полу, то на стене были необычные предметы.

— Это, как вы заметили, картинная галерея лучших художников наших королевств. Но, конечно, моя галерея не сравнится с королевской. — Пэр Слидвг стоял с толстой связкой ключей, безошибочно определяя нужный ключ для очередного замка.

— Слидвг, мы вполне поняли вашу задумку, вы хотите войти в историю своей неординарностью. Ваша предрасположенность к искусству и дизайну объясняется наследственностью вашей матери, что состояла в династии такого рода. Вы же, надеюсь, останетесь верны вашей основной профессии пеших воителей? К тому же на вас легла нелегкая судьба другой династии. — Король стоял у самой двери, его короткие седые волосы лежали идеально.

О чем это он?

Комната, в которую они вошли, действительно была большой и абсолютно пустой, за исключением картин и подставок для них. Каждый проходил по выставочному ряду, любуясь кистью художника. Пэр Слидвг время от времени комментировал работы. По всем стенам были портреты династийных глав семейств прошлых и настоящих лет. Милена заметила, что Кумирана среди них не было. Возможно, и еще кого-то, но она знать не могла. Увязавшись за Сенти, она остановилась возле уже знакомых ей семей.

— Смотри, Сенти, это те главы, которые остались при дворе, а вот и те, которые…

— Тише, Мили.

— Это пэр Овелан, он тоже здесь, а это…

— А это его сын с женой. — Принц стоял позади.

— Спасибо.

— Это династия крылатых воителей нашего королевства, если вы еще не знаете. Но, похоже, Сенти вас просветил. Вы интересуетесь историей?

— Что-то вроде того. Ваше королевство загадочней Зеркального.

— Каждое королевство имеет свою неповторимую историю. И чем же наше кажется вам загадочным?

— Хотя бы тем, что зеркала зародились именно в Улае, а королевством Зеркал называют другое.

Принц хмыкнул. Это верно.

— Вы весьма проницательны и любите размышления. И начитаны, как я погляжу.

Милена с этим согласилась, поверхностность не для нее, а вот вглубь копнуть — пожалуйста.

— Наверное, вам известно, что более двадцати лет назад в нашем королевстве произошла трагедия?

— Да.

— В то время многие погибли.

— Да.

— И что время сейчас неспокойное, вы сами нас красноречиво просветили. И откуда такая осведомленность в политике? Я все больше убеждаюсь, что вы не из простого народа, как вы пытались убедить меня при первой нашей встрече.

— Что? Я вовсе и не пыталась!

— Почему вы прикинулись простолюдинкой? — Принц чуть склонился к ее уху, чтобы кто не услышал.

Сенти это не понравилось.

— Я так не говорила, да и повода не давала. Просто уточнила, где именно приобрела форму охотниц. Дальше выводы вы сделали сами.

— Меня смутил ваш реверанс.

Милена покраснела.

— Чем же? — Тихо проговорила она.

— Он был настоящим, и в то же время нет. И да, еще ваш муж…

— Разве он представился моим мужем?

Принц немного подумал и отстранился.

— Верно, такого я не припомню. — Он сцепил руки за спиной и продолжал идти сзади, время от времени бросая взгляд на картины. — Скажите, чем вас так привлекают наши династийные приближенные?

Милена пожала плечами.

— Да вроде и ничем. Наверное, они просто часть важной истории вашего королевства, а возможно, и других.

— Извините. — Он учтиво склонил голову.

Принц отошел, как только его подозвал к себе король.

— О чем вы говорили? — Сенти скорчил недовольную гримасу.

— О предыдущей встрече.

Сенти помрачнел. Честное слово, он ведет себя странно! Сюда ходи, туда не ходи, это делай, то не делай, и так далее. Тоже мне папаша!

Тихий ненавязчивый шепот разбудил Милену прямо посередине ночи. Она привстала на кровати и посмотрела на занавешенное окно. Минеральные лампы комнаты от ее шевеления чуть забрезжили светом и тут же погасли. Прямо из шкафа проникал неестественно яркий свет, тонкими пронизывающими лучиками. Что это? Милена медленно слезла с кровати и подошла к дверце плетеного декоративного шкафа, где висели ее немногочисленные наряды и лежали кое-какие вещи. Дорожная сумка прямо светилась со всех щелей. Зеркало, оно звало ее, тихий шепоток вновь повторился и позвал ее по имени. Она принялась лихорадочно доставать зеркало из сумки. Оно перестало так светится, как только оказалось в руках у Милены, и ей показалось, что она видела чье-то лицо сквозь тусклую пелену. И тут же появились слова: «Заброшенный замок, иди туда». И тут же все исчезло. Как будто погас экран монитора.

И все? Сколько бы Милена ни задавала вопросов, ответа так и не последовало. Отлично! Много ли этих заброшенных замков? И в каком королевстве ей его искать? И что там делать?!

Не дождавшись утра, Милена быстро облачилась в новый охотничий костюм другого цвета, сшитый ею на заказ, накинула плащ и вышла на улицу. Знати было не видать, но вот простые люди, прислуживающие им, уже спозаранку занимались своими делами: кто на рынок шел, кто домашнюю работу выполнял, но все же их было не так много. Проходя мимо старой, но красивой забегаловки для простых людей, она услышала оклик. Это оказался какой-то мужик в длинной рубахе, с растрепанными волосами, он шел вдоль каменного заграждения, его порядочно пошатывало. Милена постаралась обойти его на приличном расстоянии.

— Эй, что бежишь, громила! — Крикнул он ей вслед. — Думаешь, я тебя боюсь? Никого я не боюсь, даже… — Но тут он запнулся и добавил: — Никого! И тебя тоже…

Он поплелся дальше. Милена же перебежала на противоположную сторону и скрылась за поворотом. Ей было смешно, когда ее называли так. Ведь иллюзия, которую она приобрела с помощью Сенти, очень забавна. Это в целях безопасности, как говорил он. Иллюзия напоминала простолюдина — здоровенного волосатого мужика, давно не бритого, в звериной шкуре вместо куртки, кожаных штанах и сапогах. В руках он нес всегда что-то вроде дубинки.

Сенти проснулся от звонкого стука в окно. Он обитал у своего знакомого пэра в гостях. Сенти быстро вскочил и выглянул в окно. Прямо перед его окнами стоял здоровый волосатый простолюдин. Не сразу сообразив, что это Мили, он разозлился на такую фамильярность. Но, как только мужик галантно присел в реверансе, немного поостыл.

— Что ты здесь делаешь? — Сенти открыл окно. На улице было еще свежо, и он поежился. — В такую-то рань…

— Не могла уснуть после того, как зеркало разбудило. Может, спустишься?

Сенти нехотя оделся и вышел на улицу.

— Ну, и что зеркало говорит? — Он потер плечо и украдкой зевнул.

— Сенти, а зеркала могут говорить?

— Разумеется! Я и спросил…

— Нет, вслух!

— Что? Не слышал… а что? — Сенти немного растерялся.

— Оно разбудило меня, оно звало меня по имени.

— Тебе приснился кошмар, и ты пришла мне об этом рассказать?

— Нет! Это было наяву! Я проснулась и некоторое время сама не могла понять, что к чему! Но сомнения разлетелись в пух и прах!

— И что оно говорило… вслух?

— Оно звало меня по имени. Милееена… Тихо так и отчетливо, ну, почти шепотом.

Сенти почесал за ухом, распущенные волосы, не причесанные со сна, были в беспорядке. Он кое-как зачесал их рукой назад и обнял себя. Было холодно.

— Я же говорил, что они живые… — Проговорил он неуверенно, не зная, верить Милене или нет. — Ну, и что хотело зеркало?

— Нет, Сенти, мне показалось, что меня словно кто-то звал по другую сторону, чтобы сказать мне, куда идти.

— Опять ты за свое! И куда же?

— В заброшенный замок.

— Какой?

— Вся проблема в том, что это оно мне не сказало! Как я ни спрашивала, бесполезно! Оно словно выключилось! Ничего не понимаю! Что мне теперь делать?

Сенти пожал плечами и снова зевнул.

— Ждать.

— А вдруг это важно?!

— Разумеется, важно, но хаотично бегать по всему королевству — пустая трата времени, или… Постой! Да здесь и не так много заброшенных замков! По крайней мере, я знаю один!

— Сенти, а он точно в этом королевстве?

— А иначе зачем ты проделала весь этот путь? Думаю, все связано… Но не уверен.

— Что мне теперь делать?

— Милена, это только ты можешь знать, что тебе делать!

Они сели на скамейке в глубине территории дома, спрятавшись в тени раскидистых кустов.

— Если слушаться сердце, то пора отправляться в путь, а если разум, то ждать, что скажет зеркало. А еще оно мне говорит, что ты должен пойти со мной!

Сенти хмыкнул.

— Ну да, как же… Это тебе зеркало так сказало…

— Не зеркало, а сердце!

Милена почему-то рассмеялась, и Сенти вслед за ней.

— Мне надо найти Сидру.

— Кто это? — Сенти встал вслед за Миленой.

— Она сопровождала меня в поездке в Улай.

— Кстати, кто там был с тобой в землях Шеити?

— Я не знаю этого человека, местная ищейка какая-то. А что?

— За тобой глаз да глаз.

— Сдается мне, Сенти, что тебе не зеркало велит мне помогать, а твое честолюбие! Ты носишься со мной, как с писаной торбой, только лишь потому, что я невеста твоего брата, и чтобы я ненароком не начудила и не бросила еще большую тень на твою семью!

— Ты почти замужняя женщина, которая не знает обычаев нашего мира по непонятным мне причинам! Что я, по-твоему, должен делать?!

— Оставить меня в покое! Я не желаю быть невестой твоего брата!

— Но таковой являешься, пока официально помолвка не будет расторгнута!

Они встали друг против друга, как две противоборствующие стороны.

— И как же мне ее расторгнуть! Если меня все норовят заточить в какую-то башню! Я не уроженка этого мира, а всего лишь гостья! Когда же все это закончится, и я проснусь в своем мире, где не было этой сумасшедшей истории про эти зеркала, гномов, минилюдов и королей!

Сенти упер руки в бока и, не мигая, смотрел на нее.

— Что?

— Ты уроженка другого мира? — Тихо проговорил он. — Но это невозможно…

— Ну, знаете ли, я живое тому доказательство, вот только не помню, почему я должна была молчать об этом…

— Не может быть…

— Ну что ты все заладил!

— Какие еще сюрпризы ты там припрятала? Другой мир — это всего лишь легенда!

— Я уже поняла, что для вас и история про изобретателей зеркал — легенда, ну, и про мой мир тоже, кстати, с этими зеркалами не все понятно. Что там говорит ваша легенда?

— Всего лишь, что мы не одни в этом мире, среди нас существует другой мир, словно сокрытый от нашего. Мы не видим друг друга, но существуем бок о бок.

— Интересная версия. Все же лучше веры в инопланетян.

— Вы для нас — словно бестелесные духи, обитающие по ту сторону мира.

— Наверное, как и вы для нас.

— Но это только лишь одна версия. Есть версия, что один магистр-иллюзионист сокрыл часть мира под невидимой завесой. Словно отделил прошлое от настоящего.

— Ну, судя по твоим словам, должно быть и будущее. Потому что мой мир никак нельзя причислить к прошлому. То, как вы одеваетесь, — у нас это прошлый век. Но в то же время у вас есть некоторые прорывы цивилизации, значит, вы… Нет, все равно прошлое.

— У вас нет королей?

— Именно там, где я живу, нет. В некоторых странах есть.

— Ваш мир такой безликий. — Сенти вспомнил, что показало зеркало Эмисы.

— Ты видел всего лишь часть этого мира, и то в непогоду. И райончик у меня не ахти. Красоты на самом деле есть!

— Трудно в это поверить.

— Да ну, и не верь, мне-то что!

— Почему ты не уберешь иллюзию? Честное слово, мне надоело смотреть на здоровенного мужика, говорящего женским голосом и с женскими манерами!

— А! Ой! Забыла, извини.

Мужик растаял, и ему на смену появилась Милена.

— Так-то лучше. Ну, что ты решила?

— Отправляемся в путь, ты со мной?

— Да. А зачем тебе Сидра?

— Она будет меня сопровождать и скрашивать наше одиночество.

Сенти проворчал что-то наподобие «делать тебе нечего» и, попрощавшись, скрылся в доме.

Милена же, включив иллюзию, поспешила на возничий рынок.

Сидры нигде не оказалось, и, разочаровавшись, Милена поспешила нанять другую возницу. Погрузив всю необходимую поклажу, Милена запрыгнула на оседланную лошадь и поскакала трусцой вслед за повозкой. Сенти ждал у окраины города на вороном коне, укутавшись в черный плащ. Солнце клонилось к закату. Все эти сборы и улаживание всякого рода дел, по большей части из-за Сенти, заняло почти весь день. Так что в путь они отправились ближе к вечеру, несмотря на уговоры Сенти остаться еще и на эту ночь.

— А повозка зачем? — Сенти пришпорил коня, как только они поравнялись с ним.

— Там все необходимое.

— Что — диван, стол, стул, котел, тарелки, весь гардероб…?

— Еда, ты забыл про еду, а спать я буду в повозке, я захватила пару одеял, и там еще вещи возницы. Теперь скажи мне, куда мы направляемся?

— Здесь три заброшенных замка. До одного день пути, так что к вечеру следующего дня должны быть там. И не забывай проверять зеркало, и не вздумай при вознице говорить о нем.

— Что я, маленькая?! Сама знаю!

Пройдя добрую половину пути по лесу, они остановились на ночлег, и только ранним утром отправились снова в путь.

Где-то к середине дня, обогнув густой лес, раскинувшийся на добрую милю, они подошли прямо к реке. Широкой назвать ее было нельзя, но воды текли быстро. Возница, женщина средних лет с седыми, убранными в длинный хвост волосами, предложила спуститься чуть ниже, по ее мнению, там должен был быть мост, если ей не изменяет память. Так они и сделали. Солнце уже стояло прямо над ними, жара была невыносимая. Сенти давно скинул свой плащ и, свернув его, прикрепил к седлу. Камзол вскоре последовал за плащом. Светлые, почти белые волосы были затянуты в тугой пучок сзади, короткие и непослушные пряди развевались от неспокойного ветра. Милена же, как могла, придерживала свои волосы, и ей было неудобно одной рукой управлять лошадью. Сенти это заметил.

— Может, уже покажешь, что ты там прячешь? Меньше проблем будет.

— Нет. — Милена опустила голову и еще сильней прижала волосы, потуже затянув шнурок вокруг шеи и волос.

Они остановились возле моста. Лошади беспокойно переминались с ноги на ногу, как бы предчувствуя, что хозяева сейчас предпримут нечто из ряда вон. Этот мост действительно вызывал сомнения. Он казался хрупким и тонким. Возница первая ступила на мост.

— Пройти можно. Только осторожно, не гоните, лошади могут испугаться. Она легонько подстегнула свою белую лошадку с коричневыми пятнами на боках, и та с великим нежеланием подалась вперед. Медленно ступая копытами, она потащила за собой повозку. Колеса подпрыгивали по неровным доскам, доставляя беспокойство лошади и вознице. Лошадь останавливалась, издавая недовольные звуки, и шла дальше. Конец моста она преодолела рывком, желая скорее добраться до берега и почувствовать твердую почву под ногами. Милена пошла следующей. За ней Сенти. Если им предстоит вернуться обратно, то пусть это будет другая дорога.

— Все, здесь надо сделать привал. — Сенти остановился и спрыгнул с лошади. Его, конечно же, поддержали, полдня пути были очень утомительны, особенно для Милены. Она впервые так долго сидела на лошади, ее ноги еле выпрямились, все болело.

— Может, вам потом продолжить путь в повозке? — предложила возница.

— Возможно, посмотрим. — Милена, расседлав свою черную лошадь, купленную на возничем рынке, привязала ее к дереву чуть поодаль от лагеря и села под деревом, прислонившись спиной. Жарко. Нестерпимо хотелось убрать волосы с лица, поднять с плеч тяжелые мокрые пряди. Как же она не учла, что с мужчинами путешествовать нелегко, особенно когда есть что скрывать.

Возница как ни в чем не бывало спрыгнула с повозки и стала доставать провизию. Время обеденное, желудок требовал своего. На постеленное покрывало легли овощи, фрукты, запеченная картошка, вяленое мясо, хлеб. Подготовилась Милена неплохо. Как только все было готово, путешественники приступили к еде, но несколько вяло. Жара делала свое дело, пить хотелось больше.

— Дальше будет скалистая местность, — предупредила возница.

— Никогда не бывал в тех краях, чей замок там был? Возница задумалась, вспоминая.

— Вроде те земли принадлежали пэру Харатоне. Но точно знаю, что сейчас там никто не живет, даже простой народ. Так незаселенной и осталась та земля.

В те времена погибло несколько династийных семей, подумал Сенти.

— А родственники?

— Никого нет больше.

— Что же это получается! У вас что не резня, так по-крупному. Если кого надо извести, так всю семью разом, со всеми родственниками. Так ведь многие могли жить и в других городах!

— Если даже и так, Милена, они не будут претендовать на эти земли и предпочтут забыть, какого они рода.

— Да сейчас все равно еще смутное время. — Возница откусила помидорку, и та брызнула жидкой мякотью на волосы Милены. — Ой, извините!

— Да что уж там! — Милена пыталась убрать с волос жидкость и чувствовала, что маленькие семечки никак не желали удаляться.

— Давайте я вам помогу. Вы уж простите, мы — народ простой, не обучены хорошим манерам.

— Не переживай, Юпалу, с каждым могло случиться. Сенти доедал свою картошку, смачно закусывая огурцом. На его лице играла довольная улыбка.

— Вы только посмотрите на него. И чего мы так улыбаемся?

— Да вот, думаю, вид у тебя какой-то изнуренный…

— Понятное дело, с дороги…

Сенти усмехнулся и промолчал. Ясно, к чему он клонит. Галантным его не назовешь. Ну что за назойливый противный мух!

Скалистая местность представляла собой неровную долину, покрытую зеленой травой, как покрывалом. Белые камни разных размеров выпирали из земли, придавая ландшафту сказочный вид. В некоторых местах камни достигали огромных размеров, наслаиваясь один на другой, создавая целую гору. Они проходили между двух таких, когда земля вдруг задрожала, и мелкие камешки посыпались к подножию валунов.

— Что это? — Милена схватила поводья обеими руками, натянув на себя, и пыталась усмирить испуганную лошадь.

Сенти приподнялся на стременах, будто среди этих скал, возвышавшихся в округе, можно было что-то рассмотреть. Дрожь прекратилась, но послышались гулкие шаги. Возница напряженно смотрела по направлению шума. Сенти сначала изобразил удивление, потом двинул лошадь дальше.

— Стойте здесь, — бросил он.

Милена тронула лошадь и последовала за ним.

— Я же просил!

— Не думаю, что это так опасно.

— Откуда ты знаешь?

— Мне показалось, что ты знаешь.

Из-за одной такой горы вынырнула огромная голова и вопросительно уставилась на путников.

— Великан! — Милена запрокинула голову назад. Она впервые видела таких огромных размеров человека. Вот так рост! Невероятно!

Великан недовольно поморщился и нырнул снова за гору. Земля вновь задрожала.

— Что он делает?

— Камни ворует.

— Неправда! — Голос великана оказался низким и громким, так что эхом отдавался по равнине. — Эти земли уже многие годы никому не принадлежат! Значит, они ничьи.

Его голова вновь появилась из-за валунов.

— Тогда позвольте узнать, зачем они вам? — Сенти обогнул гору, Мили за ним.

Великан был облачен в простую тонкую серого цвета рубаху и синего приглушенного цвета штаны, покрытые пылью от таскания камней.

— Укрепляю свое жилище. — Он снова подхватил камень и положил его на огромного вида телегу. Там уже лежало четыре камня меньшего размера.

— Разве великаны не покинули эту долину?

— Кто-то покинул, кто-то нет. Мне некуда идти, тут мой дом. К тому же, с пэрами этих земель мы знались и тесно дружили, пока не произошло это несчастье. — Великан подхватил телегу и покатил ее. Грохот разнесся такой, что уши не выдерживали.

— Постой!

Сенти и Милена пытались успокоить испуганных лошадей.

— Чего тебе, маленький человек? — Великан был не особо приветлив и желал поскорее покинуть это место.

— Ты можешь рассказать, что тогда произошло?

— Мне некогда болтать с незнакомцами.

— Я заплачу.

— Деньги твои мне ни к чему.

Сенти раздосадованно поджал губы.

— Нам очень-очень нужна ваша помощь! Мы ищем заброшенный замок… — Милена умоляюще воззрилась на него одним глазом.

— Замка давно уже нет. Его до основания разнесли. Теперь его развалины возвышаются так же, как и эти скалы.

— Вы такой молодой! Наверное, те времена и не помните?

— Все я помню! Я тогда подростком уже был и помню, как отец прибежал и велел сидеть дома и никому на улицу не показываться. Говорил, что королевские люди прискакали на своих конях, злые, молнии мечут… — Великан тяжело вздохнул. — А сам отец туда побежал, это мы с моим старшим братом видели. Ну, мы и за ним, украдкой. Всю семью вырезали, всю, даже его славных дочерей не пощадили, и…

— За что же их так?

— Дело давно минувших лет. — Великан помялся. — Во всем виноваты зеркала. Поговаривали, что один пэр пытался надоумить короля править мудрее. А король в то время потерял дочь и жену свою, то был несчастный случай. Но король не утешился, у него свои мысли на этот счет были, и винил он своих приближенных…

— При чем здесь зеркала?

— Да не знаю я! Вроде как один из пэров стал обладателем зеркала. Король узнал об этом, и его зависть обуяла.

— Разве у него нет своего зеркала, как у главы королевства?

— Милена, разумеется, у королей есть свои зеркала. — Сенти позволил лошади пощипать травку. — Только зеркала не со всеми разговаривают. Люди думают, что те сломаны. Но причины могут быть разные.

— И какой династии был этот пэр?

— Следопыт. Он нам много добра принес.

— Получается, что в этом королевстве нет больше следопытов? Потомственных?

— Есть. — Великан почесал за ухом, и короткие волосы за ухом стали торчком. — Видать, все же кто-то остался, наверное.

— И чего вокруг этой истории такой туман! Никто ничего не знает! Пошли, Сенти, посмотрим хоть на эти развалины.

Под грохот удаляющейся телеги они продолжили свой путь, и только к вечеру, как и обещал Сенти, они достигли нужного места.

От замка давно ничего не осталось. Россыпь камней, покрытых зеленым мхом, и местами заросли травы. Кое-где стояли обломанные стены с железными балками. Части круглых башенок, словно огромные трубы, зияли пустотой. Черная железная лестница, как высунутый язык, торчала искореженным концом вверх. Послышался шорох, и что-то белое мелькнуло среди обломков. Возница остановилась у кромки заброшенного сада бывшего замка и ждала, когда ее попутчики разведают местность. Сенти обошел развалины с другой стороны.

— Милена, иди сюда! — Крикнул он откуда-то сверху. Замок располагался у подножия пологого холма, покрытого лиственными деревьями. Тишину нарушали незваные гости и ветер, гонявший листву деревьев. Она нашла Сенти в лесной чащобе. Прямо за замком расположилось родовое кладбище. Они открыли тонкие резные ворота и вошли внутрь. Могилок было не так много, но они совершенно отличались друг от друга. По одну сторону от основной дорожки в самом дальнем ряду виднелись высокие каменные обелиски, потом статуи в виде крылатых людей, потом пошли просто белые камни, наподобие тех, что они видели в равнине, с выдолбленными надписями на надгробье. Могилы были неухожены, особенно те, что по другую сторону.

— Наверное, здесь похоронили простых людей, которые попали под опалу. Сенти подошел к одной из могилок и потер толстой палкой по поросшим надписям. На камне было написано «Пэр Гоя Харатоне». Наверное, главный пэр, брат или ближайший родственник самого Харатоне.

— А где могила Харатоне? — Милена стала осматривать все могилки. — Их нет! Может, они живы?

— Вряд ли. Смотри сюда. — Сенти дошел до самого конца кладбища.

Почти у самого забора, рядышком друг ко другу, были две могилки. Низенькие белые квадратные камни с выдолбленными надписями говорили, что здесь захоронены последние главы династийного семейства: «Пэр Харатоне» и его дражайшая жена «Дия Харатоне», а также на камнях вверху надписей красовался герб семьи, который Милена уже имела честь видеть — орел в круге, парящий над землей и смотрящий на нее сверху. Печально. Более чем. Это место наводило тоску, словно все призраки прошлого стояли сейчас вокруг тебя и оживляли трагедии минувших дней, рассказывая о своих судьбах.

— Пойдем отсюда. — Милене показалось, что что-то белое снова мелькнуло среди надгробий, да и ветер странно усиливался.

Сенти беспокойно осмотрелся и выпрямился.

— Подожди секунду! Смотри, эти камни ухожены. Да и могилы совсем не смотрятся заброшенными. Словно они свежие.

— Думаешь, их кто-то перезахоронил?

— Нет, за ними ухаживают постоянно.

— Может, тот великан? Он знал этих людей. — Милена стала придерживать волосы обеими руками, так как ветер не на шутку разыгрался.

— Почему тогда только за этими двумя могилками? Тут наверняка и дочери есть, и другие родственники.

— Сенти, пошли уже, мне кажется, здесь кто-то есть. Слышишь, как лошади беспокойно заржали? Да и ветер…

— Пошли.

Ветер все усиливался. Когда они подошли ближе к воротам, удерживаться ровно на земле становилось невозможным, особенно для Мили. Она ухватилась за ближайший камень и вцепилась в него обеими руками.

— Сенти!

Небо заволокло синей дымкой, и стало темнее.

— Это северный ветер с гор, здесь так бывает! Нам надо убираться отсюда! — Он схватился за камень одной рукой, другую протянул ей.

Волосы Милены выбились прядями из шнурка и метались в разные стороны. Еле ухватившись за руку Сенти, она подтянулась к нему, смотря на Сенти выразительными серыми глазами. В его глазах читалось изумление. Ветер обнажил ее лицо, и Сенти увидел шрамы. Страшные ужасные шрамы. Молодой пэр смотрел во все глаза. Тут новый сильный порыв ветра ударил ее в грудь, не удержавшись, она кубарем полетела к самому дальнему участку кладбища. Упав, она покатилась по центральной дорожке к железному резному забору. Сенти кинулся за ней, но ветер, набрав силу, буквально понес его.

— Это плохо! — Прокричал он.

— Что такое?

— Будет белый покров и ужасный холод!

— Снег? Сейчас? Летом?

— Давай руку!

Они медленно продвигались до ворот кладбища, то и дело останавливаясь и покрепче хватаясь за надгробья.

Ветер неожиданно стих, когда они почти добрались до лошадей, привязанных у ворот, и наступила мертвая тишина. Сенти рванул что есть силы, дернув Мили за собой.

— Да что такое?

— Я не хочу замерзнуть в этом гиблом месте, и ни в каком другом!

Их лошади, привязанные к деревьям, метались в разные стороны, деревья накренились, некоторые ветки сломались. Успокоив лошадей, они взобрались на них и опрометью помчались к вознице. Повозка покосилась, а возница испуганно выглянула, когда услышала топот копыт.

— Что делать? Сейчас будет белый покров! — Ее волосы растрепались, между бровей еще отчетливее заложилась складка.

— Нам надо найти ночлег.

— Сенти, может, этот великан впустит нас к себе?

— Я слышала, великаны живут выше по этой долине, ближе к горам.

— Тогда нам туда.

Становилось холодно. Сенти поспешил накинуть свой плащ, его примеру последовали остальные. Юпалу поспешила слезть и отвязать лошадь. В путь они отправились, когда белые, словно пух, хлопья, кружась, падали на землю.

— Это снег!

— Снег так снег. — Проговорил Сенти и поежился от холода. Сейчас он был немногословен.

— Когда снег выпадает, холодно. Мы не любим снег.

— А я люблю снег. Люблю зиму. Там, откуда я, зима целых три месяца стоит, если не больше.

— У нас такое аномально проклятое явление редко. — Проворчал Сенти.

— Белый покров снегом называют люди гор. — Заметила Юпалу.

— Вы видели этих людей?

— Нет. Их никто, наверное, не видел.

Милена промолчала. Откуда тогда у нее такая информация? Эти люди говорят о людях гор так, словно они фантомы, то они есть, то их не существует. Определились бы уже, наконец!

Великана они застали прямо во дворе его каменной берлоги. Он поднимал бревна с земли и самые длинные ломал пополам о колено, откидывая в общую кучу возле входа в дом. Так, парень решил печку затопить или огонь в камине развести. На нем была белая шуба из пушистого зверька. Тепло ему. У возницы уже зуб на зуб не попадал. Сенти стойко держался, только теперь цвет его кожи почти слился с цветом волос.

— Знаю, почему ко мне идете. — Великан подошел к своему каменному ограждению из известных уже валунов.

— Пустишь переночевать? — Проговорил Сенти сдавленным голосом. Видать, совсем худо, замерз.

— Пущу, если только расскажете, какие дела творятся в нашем королевстве.

Лошадей и повозку завели в огромный сарай, где лежали садовые вещи, и всего было навалом. Великан, который назвался Яжи, провел их к себе в дом и усадил рядом с камином. Здесь все было большое: столы, стулья, различные предметы обихода и скудного интерьера и утварь. Впервые в жизни Милена ела из таких огромных тарелок, руками, так как ложки и вилки в этом доме неприподъемные. Сенти недовольно вылавливал пальцами вареные овощи и хватал макаронины. На это было смешно смотреть, и Милена от души расхохоталась. Если ей представится такая возможность вернуться домой, будет о чем рассказать. Правда, ей не поверят.

Они рассказали Яжи все, что знали о последних смутных временах, конечно, упустив некоторые подробности и догадки. Яжи постелил им прямо у камина, а сам отправился к себе в комнату.

Через какое-то время в дверь кто-то поскребся. Послышались гулкие шаги. В проеме нарисовался Яжи, сонный и зевающий. Он прошел к двери. В комнату вместе с холодным ветром ворвался белый пушистый зверь. Он, как кошка, благодарно потерся о ноги Яжи, внимательно посмотрел своими синими глазами на гостей и тут же свернулся калачиком у порога.

— Это Бэсси, не беспокойтесь, она вас не тронет.

Бэсси была большой белой кошкой, ну, по сравнению с великаном — котенком.

— Она в последнее время часто загуливает ко мне, видать, хозяин где-то близко.

— А кто ее хозяин? — Милена приподнялась, чтобы получше рассмотреть Бэсси.

— Человек, которого я однажды спас. Он тоже, как и вы, постучался ко мне в такую же погоду, как сейчас. Весь израненный и избитый, еле выходил. Тогда они с Бэсси познакомились. А Бэсси я нашел еще котенком в лесу, мамку ее охотники убили. Жалко мне стало звереныша, вот и подобрал. Двоих их и выходил. — Великан добродушно улыбнулся и ушел в свою комнату.

Возница давно уже спала и тихо посапывала. Сенти же все ворочался с одной стороны на другую.

— И что же тебе не спится? Неужели мои шрамы вспомнил?

Сенти повернулся в ее сторону.

— Теперь вспомнил.

— Предполагаю, что теперь с твоим братом будет легко разорвать помолвку.

— Что, так хочется?

— Я не из тех, кто кидается на парней и хватается за первую попавшуюся соломинку. Так что твой брат свободен!

— Когда ты получила эти шрамы?

— Еще в детстве. Хотя, мне кажется, я с ними родилась.

— Они выглядят свежими!

— Сама не понимаю, почему так. Знаешь… — Она заговорила шепотом. — Когда я смотрюсь в зеркало, мои шрамы пропадают.

Сенти повернул к ней голову.

— Пропадают?

— Пропадают. — Повторила Милена и повернулась на спину, смотря в потолок.

— Зеркало показывает правду, запомни это. — Тихо проговорил Сенти.

— Иногда, чтобы ее увидеть, достаточно взглянуть глазами.

— Не все правда, что лежит на поверхности.

— Давай не будем об этом.

— Покажи…

— Еще чего. — Милена отвернулась от него и натянула одеяло с головой.

Утро встретило их ярким теплым солнцем. Яжи старательно готовил завтрак и накрывал на стол. Снег все еще лежал, покрывая долину и скалы, но уже таял. Повсюду слышалась капель. Милена подлетела к окну. Снег ослепительно сиял в лучах солнца, и было совсем не холодно. Она выбежала во двор, накинув плащ и дорожные полусапожки. Поскользнувшись, Милена с размаху плюхнулась на спину, но, тут же подскочив, побежала дальше, на ходу комкая в руках снег, придавая ему форму шарика и налепляя новые слои снега. Так она скатала три разных по размеру шара и водрузила их один на другой. Найдя во дворе два маленьких камешка, она сделала снеговику глаза, из обломанной коряги — нос, на голову водрузила треснутую миску. Рот она провела пальцем и обозначила улыбку.

— Что это? — Услышала она за спиной.

— Снежный человек. — Милена провела мокрой рукой по волосам. Она все еще боялась показать Сенти шрамы несмотря на то, что он уже их видел.

Сенти стоял, ежась от холода, позади него нарисовался Яжи.

— Нее, снежные человеки не такие. Они выглядят, как мы, люди, только роста вашего.

— Яжи, это снеговик!

— Я таких не встречал.

— Разумеется, не встречал. У вас снега мало бывает, а мы каждый год такие можем лепить.

Сенти потоптался еще немного и решил вернуться в дом, на ходу бросив:

— Надеюсь, тебя не дернет сейчас отправиться в путь?

— Не беспокойся, Сенти, нам торопиться некуда.

Весь день прошел в ожидании, когда же растает снег и высохнет земля, но только к вечеру следующего дня представилась возможность отправиться в путь и искать следующий заброшенный замок. Так что они остались у Яжи еще на одну ночь.

Хозяин Бэсси появился внезапно и довольно поздно, когда все уже легли. Он стоял на пороге, разглядывая в полумраке лежащие фигуры возле камина. Возница с Миленой расположились ближе к комнате Яжи, Сенти же ближе к окну. Бэсси гулкой, хаотичной поступью топталась возле ног хозяина, бесконечно радуясь встрече с ним. Он погладил кошку и тихо прошел в комнату рядом с Яжи.

Утром возница первая продрала глаза и уставилась на рядом сидящую кошку, та, мурлыкая, смотрела на нее прикрытыми глазами и чего-то ждала.

— Гулять, что ли, надумала? — Юпалу посмотрела на спящих еще попутчиков, встала и выпустила кошку. Яжи возился во дворе с лошадьми. Он пустил их побегать по двору. Места, конечно, не так много, но ноги животным надо хоть как-то размять после долгого простоя. Выйдя на улицу, Юпалу столкнулась на крыльце с новым пришельцем. Хозяин Бэсси поздоровался с ней. Кошка расположилась рядом с ним на ступени и положила голову ему на колено.

Гулкие разговоры за дверью разбудили и Милену с Сенти. Вставать не хотелось, но надо отправляться в путь. Зеркало все так же молчало. Непонятное предчувствие, что случилось что-то нехорошее, преследовало Мили постоянно. Она поделилась этим с Сенти, который выполз из-под одеяла и стал поправлять волосы, собирая их в новый пучок.

— Мое зеркало тоже молчит.

— Ты о чем?

Сенти опустил руки.

— У тебя есть зеркало?

— Что ты так удивляешься? Я же потомок династийный.

— Сенти, что-то ты темнишь! Я знаю, кто ты. Но то, что ты избранный дважды!

— Я не избранный дважды. Просто мое династийное зеркало сейчас со мной.

— Разве так можно?

— Что ты, как маленькая! — Сенти встал и собрал свою постель, бросив ее на большой длинный сундук. — Я не обязан спрашивать разрешение, чтобы взять с собой зеркало. Его отсутствие даже никто и не заметит. Похоже, им интересуюсь только я.

Милена очень в этом сомневалась.

— Откуда ты знаешь?

— Знаю. — Сенти вышел во двор.

Милена тщательно поправляла свои волосы, когда в комнату вошли остальные.

— Бэсси вас очень любит. — Услышала она голос Юпалу. Та все умилялась нежности зверя.

Милена обернулась, когда поняла, что среди них есть еще кто-то. Она встретила улыбающиеся глаза, выражение которых сменилось откровенным удивлением. Брови хозяина Бэсси взметнулись вверх. Сенти это заметил.

— Вы знакомы?

— Да, мы встречались по дороге в Улай. — Пэр следопыт запрыгнул на стул великана, словно пытался оседлать лошадь.

Милена покосилась на Сенти, она ему так и не рассказала во всех красках, что произошло в лесу Шеити.

Бэсси последовала за своим хозяином и улеглась рядом с ним на стуле. Занятная парочка.

Этой встречи Милена совсем не ожидала, надо же, какое совпадение. Но, подумав, что это ненадолго, решила не переживать по этому поводу. Напрасно. Следопыт есть следопыт. Он принялся за свое дело. А куда вы направляетесь? А зачем? А что делали в городе Улая? И тысячу других вопросов, которые просто напрягали. К тому же, никто ему не обязан на них отвечать! Сенти был недоволен, он вообще в последнее время стал какой-то нервный. И не будешь же говорить этому следопыту, что мы по велению зеркал предприняли этот марш-бросок. Сенти шепнул ей на ухо, что пора бы и честь знать. Юпалу все поглаживала Бэсси, они тоже сдружились. Ей и уходить не хотелось. А, разоткровенничавшись, она призналась, что они были лучшие ее наниматели. Милена кивнула Сенти, и они поспешили собраться в путь. Яжи тут же засуетился, собирая провизию в путь. По меркам великана, это был скудный запас, но человеку еще четыре дня можно было объедаться. Пэр следопыт, который представился как Мирэль, задумчиво потирал подбородок и, наконец, выдал:

— Я поеду с вами. Мне тоже в те края.

— Да ну, конечно! — Не выдержала Милена, вспомнив его назойливость в гномьем лесу. Можно подумать, его кто-то приглашал.

— Что нам идти порознь, когда мне в ту же сторону! — Он встал с постеленной на полу ткани, где они только что завтракали. — К тому же, время сейчас неспокойное, вместе безопасней. И Бэсси будет с нами.

Милена посмотрела на Бэсси. Огромная кошка, доходящая хозяину при его росте до пояса в сидячем положении, довольно заурчала. Ну, как же такую красавицу с собой не взять? Надо срочно завести пса, просто так, в отместку хозяину за назойливость. Причины возражать не было, к тому же, это не означало, что следопыт будет с ними ходить по замкам. Что ж, в одну сторону, так в одну.

Основной путь к следующему замку, который находился к северу от границ города Улая, пролегал вдоль уже известной реки и удаляющейся за горизонт полоски гор. В полдень они свернули от реки и остановились возле небольшого оазиса равнинных мест, отделявших реку от гор. Деревья пучками росли по кругу небольшой поляны. Привязав лошадей, путники расположились прямо в центре, где бугристая каменистая почва волнами расходилась, образуя неровную поверхность. Кое-как примостившись, они принялись за поедание великановой пищи. Спасибо ему. Хозяйственный парень. Видно было, с каким сожалением он провожал своих гостей, особенно Мирэля. Милена с интересом стала разглядывать напросившегося попутчика. Теперь он был облачен в обычный дорожный костюм из дорогой замшевой ткани, отделанной кожей. Его сдвинутые к переносице брови и сжатые губы, казалось, скрупулезно пытались помочь руке подцепить маленькую горошинку и насадить ее на тонкую палочку наподобие зубочистки, заменявшую вилку. И чего его Бэсси так любит, он даже на знаки внимания скупится для своего питомца. Ну, чесанет пару раз за ухом, и все. Милена поморщилась и отвела взгляд. Сенти наблюдал за ней. Еще один следопыт! Шагу не ступи! Она встала и пересела под дерево поодаль от всех. Есть время поразмышлять, пока все, измотанные полуденным солнцем, отдыхают.

Так, что мы имеем…

Милена прикрыла глаза, пытаясь прокрутить в голове все события, происшедшие за последнюю пару месяцев. Может, конечно, и больше. Счет времени давно потерян. Ей казалось, что она здесь уже целую вечность.

Почему она здесь? Так и не понятно. Почему зеркала живые? Тоже непонятно. Но есть версия, что это прототипы компьютеров, каких в ее мире хоть отбавляй, и пользуется этой роскошью чуть ли не каждый. Только функции и модели этих зеркальных компьютеров отличаются от привычных. Да и, к тому же, если их создал ученый, и в этом мире нет магии, как утверждает Пайка, то другой вариант предвидеть сложно. Вопрос, для чего эти компьютеры, которые могут разговаривать с людьми образами и текстами, и, как она убедилась, еще голосом, тоже непонятно. Милена могла только догадываться, что все зеркала связаны между собой одним основным… Ей уже представился человек, стоящий возле огромного зеркала и дающий всякие голосовые распоряжения остальным зеркалам. А живет этот человек на той самой горе Истрена Ди Тори, которую все так боятся. Или жителей ее боятся, потому что их никто никогда не видел. Ох уж эти люди. Вечно они боятся того, чего даже не знают, стоит ли бояться. Милена рассмеялась про себя. Сплошная головоломка. Но ей думалось, что часть этого ребуса она все же понимает. Все люди, живущие в этих королевствах, пребывают словно в тумане, бредут только туда, куда им говорят. Они определенно ничего не смыслят в функциях зеркал, и даже те, кто пытаются что-то понять, испорчены придуманной легендой и научной блажью. Хотя есть и те, кто все понимает, все. И ей казалось, что таких людей она уже знает…

Очнувшись от своих мыслей, Милена поняла, что кто-то сидит возле нее. Бэсси с полузакрытыми глазами, словно прибалдев, нюхала ее лицо так аккуратно и настороженно, будто обладатель этого лица способен неожиданно разинуть пасть, и оттуда появятся страшные клыки. Но Милена только улыбнулась.

— Бэсси, не приставай к даме, она невкусная! — Услышала она голос Мирэля.

Очень смешно…

Бэсси нехотя отвернулась и сначала села к ней спиной, а потом мягкой поступью пошла к хозяину.

Точно заведу пса!

Еще побыв какое-то время в оазисе, они отправились в путь. Горы приближались и становились все выше и внушительней. Только через какое-то время путники вновь свернули, уже к узкой расщелине, которая вела вниз на равнинные места. Почва здесь была менее каменистой и более плодородной. Растительности становилось все больше и пышней. Повозка совсем износилась и поломалась, последней каплей для нее стала расщелина. Пришлось ее оставить, а возницу с вещами посадить на лошадь, распределив поклажу. Мирэль согласился с этим помочь и часть вещей взял на себя. Дождь застал их, когда они сделали очередной привал. Наступила ночь. Мужчины кое-как смастерили что-то наподобие шалаша и накрыли большими листьями. Ночь выдалась холодной, огонь разжечь было невозможно, так что к утру кое-кто уже кашлял и температурил. Это был Сенти. Он уже трижды пожалел, что отправился в этот путь, но во всем был виноват белый покров, тогда-то его так и проморозило. Милена и сама не лучше себя чувствовала, но виду не подавала. По крайней мере, она способна позаботиться о других. Только чем и как помочь Сенти, она не знала. Таблеток, привычных в этом случае, у нее с собой никаких не было, а местной медициной, тем более традиционной, она не владела. Зато Юпалу и Мирэль нарвали травы, истолкли ее в посудине, взятой с собой, и разожгли костер. Этим отваром и поили Сенти. К вечеру следующего дня он был, как огурчик. Потом этим отваром пришлось поить Милену, так как всю ночь ей было плохо и лихорадило, но наутро лучше не стало, что привело всех в неописуемое удивление. Пришлось решать, что делать дальше.

— Здесь есть неподалеку замок, раньше он принадлежал пэру Овелану. — Мирэль сидел на покосившемся пеньке, с сердцевиной, превратившейся в труху и вывалившейся из отколотой части коры. Сенти и Юпалу стояли возле Милены, которая, закутавшись в одеяло, лежала возле костра.

— Ты знаешь, где это? — Сенти приободрился.

— Да.

Бэсси неспокойно ходила возле Милены, то коснется ее лапкой, то неожиданно прильнет. Заботливая киса, и, кажется, она ей сочувствует.

— Ей нельзя здесь оставаться. Если дин Милене не станет лучше к обеду, нужно будет соорудить носилки и отнести ее к замку. — Юпалу подбоченилась и озабоченно смотрела на нее.

— Эй, народ, я еще здесь и жива. — Еле слышно проговорила Милена. — Мне не настолько плохо, чтобы нам не отправиться в путь. Мы и не такое переносили. Так что собирайтесь. — Милена села и поправила волосы.

И кому все это надо? Все эти походы, задания, поручения, тайны, интриги, смута… Что за жизнь!

С большим сомнением они согласились на эту авантюру, беспокоясь за здоровье Милены. И были правы, к обеду она совсем раскисла, так что они часто останавливались. А замок уже виднелся. Мирэль предложил пойти первым и разведать всю обстановку. Сенти согласился.

К вечеру до замка добрались и остальные. Мирэль сидел в одной из главных комнат замка, возле камина, подбрасывая в огонь полена, собранные им в ближайшем полесье. Милену сразу положили возле камина. Замок походил на призрак прошлого. Серый, в паутинах и пыли. Из разбитых окон дул и завывал ветер.

— Как ей? — Поинтересовался Мирэль, видя, что Милена спит.

— Плохо. — Пожала плечами Юпалу. — Почему на нее не действует отвар из высотки?

Мирэль посмотрел на Сенти. Тот промолчал. Откуда ему было знать, чем лечатся от недугов люди из другого мира.

— Может, у нее другая какая болезнь, не просто простуда? — Сенти присел на корточки и поправил волосы Милены.

— Высотка помогает почти от всех хворей, это лучшее, что мы могли найти сейчас. Мирэль отошел, осматривая замок. Бэсси же легла рядом с Миленой.

Замок на удивление хорошо сохранился. И Мирэль задавался вопросом, почему? Если конница короля настигла обитателей этого замка, то в живых никто не должен был остаться. Бывают, конечно, исключения. А вслед за конницей к работе приступают великаны, которые разбирают буквально по кирпичикам родовые гнезда. Такова месть и наказание королей, что, собственно, и случилось с пэром Харатоне и его семьей. Но почему здесь все сохранилось? Мирэль разглядывал высокие стены, на которых висели серые, потрескавшиеся от воды и времени картины, в основном с пейзажами местных природных прелестей. Видимо, нанимали специально художников или рисовали сами. Вполне возможно, что кто-то уродился в этой семье с задатками к художественной живописи, по линии какой-нибудь бабки или прабабки. Длинные плотные шторы, потерявшие с годами свой цвет, ободранными кусками безжизненно свисали и иногда еле колыхались от ворвавшегося ветра. Мирэль обернулся, когда Милена проснулась и закашлялась. И что с ней такое? Почему ей настолько хуже, чем нам? Почему на нее не действует то, что нам помогает? Мирэль озадаченно посмотрел на нее, как она, сев и сгорбившись, зашлась от кашля.

— Мне нужна горячая вода. — Тихо просипела она. — Сода, йод, цветки ромашки, масло… — Стала она перечислять странный для них список.

И где все это они могли достать? Тем более сейчас. И тем более какие-то ромашки. В округе нет ни одного поселения простолюдинов. Все пэры перенесли границы своих земель на более дальние расстояния от земель пэра Овелана, как от чумы.

Сенти схватился за голову и стал нервно расхаживать из стороны в сторону. Как же он о ней переживает, подумал Мирэль. И, наверное, понял, почему. Еще ранее в Улае он видел случайно, как они оба стояли возле лавки сувениров, и Сенти вручал ей какой-то подарок в праздничный день. Хотя это еще ничего не могло значить. Ну, да не важно. Мирэль подошел к ним.

— Пойду соберу еще какие-нибудь травы.

— Что за ромашки? — Юпалу знала много трав, но об этих слышала впервые.

— Не знаю, ей должно что-нибудь еще помочь.

— Я с вами. — Юпалу подхватила маленький мешочек, и они с Мирэлем вышли из замка.

Сенти и Милена остались одни.

— Сенти, надо вскипятить воду. У меня горло болит.

— Сейчас, ложись. Почему на тебя не действует высотка?

— Откуда я знаю…

Сенти достал котелок и налил воды из скудных запасов, поставил ближе к огню в камине.

— Что нам делать, Мили? Ты не можешь двигаться дальше…

— А надо ли? Возможно, мы уже пришли. Надо посмотреть, что зеркало скажет. Дай мне его, Сенти.

— Нет, нельзя! Они могут войти в любую минуту!

— Брось, Сенти, ты забыл, что сказали Честр и Эмиса? Это не страшно.

— Они могут ошибаться и сильно рисковать тем самым!

— Дай мне зеркало! Я не собираюсь торчать в этом месте целую вечность! Если зеркало ничего не скажет, выступим завтра.

— Ты же болеешь?

— Значит, когда выздоровею.

Сенти подал ее дорожную сумку. Милена извлекла свое зеркало, и Сенти впервые увидел диковинку. Это действительно было необыкновенное зеркало, с оригинальной огранкой и гербом. Гербом? Зеркало с гербом? Но этого не может быть? Таких зеркал не бывает… Даже у короля такого нет, наверное. Хотя, что мог знать Сенти о зеркалах? Ведь их боялись показывать друг другу, все равно, что собственное сердце вынуть из груди.

Милена, не обращая внимания на Сенти, провела рукой по гладкому стеклу зеркала. Зеркало ожило и заискрилось тонкой пеленой. Это что-то новенькое.

— И какой замок мы должны были найти? — Просто спросила она.

В зеркале выплыли буквы одна за другой «нашли».

— Вот видишь, Сенти, мы на месте! — Милена обрадовалась и улыбнулась, так что ее болезненный вид несколько преобразился. Она заправила волосы за ухо, забыв о шрамах.

Сенти с интересом наблюдал за ней и рассматривал ее шрамы, пока она это не заметила и не выправила волосы назад.

— Хочешь увидеть меня без шрамов?

Сенти просто кивнул. Интересно было бы посмотреть. Подождав, когда она в очередной раз прокашляется и задаст вопрос или просьбу зеркалу, Сенти, наконец, увидел то, чего никогда не видел. В зеркале отобразилась Милена с чистым лицом, без всяких повреждений, как это и должно быть. Довольно симпатичная мордашка, улыбаясь, смотрела в его сторону. Сенти задумался и отстранился.

— Милена, ты знаешь, что зеркала выявляют правду?

— Ты говорил уже об этом.

— Может, это и абсурд. Но правда может быть и в том, что у тебя нет никаких шрамов, а эти — всего лишь иллюзия.

— Вот это, скорее, абсурд. В нашем мире нет иллюзий, как вы их понимаете. И даже если это так, то где та кнопочка, на которую я могу нажать, выключив это уродство? Сенти склонил голову. Вода в котелке закипела и стала выплескиваться. Сенти поспешил поставить котел на пол. Зачерпнув чашечкой воду, Милена стала пить маленькими глотками.

— Странно, устройство иллюзий должно находиться при обладателе иллюзии. На дальнем расстоянии оно не действует.

— Лучше бы оно было где-то рядом. К тому же, я могу ощущать шрамы.

— Ну и что? Иллюзии бывают разные.

— Послушай, если это иллюзия, то получается, что я уроженка этого мира, просто каким-то образом попала в другой. И по какой-то причине на меня наложили иллюзию.

— Значит, ты из знатного рода…

Милена убрала зеркало, когда вошли Мирэль и Юпалу. Мирель отметил, что Милена выглядела более ожившей, чем некоторое время назад, видимо, Сенти знает какое-то другое лекарство. И чего он с ними возится? Если бы не принц, даже не подумал бы. Хотя есть что-то в этой парочке странное.

Милена же задавалась тем же вопросом: почему Мирэль до сих пор не покинул их? Разве ему не просто по пути было? Или он решил изменить свои планы? Просто так этот парень точно не будет действовать. И не похоже, что ему делать вдруг стало нечего. То ли эти вопросы в воздухе летали, то ли Мирэль сам об этом думал, но он решил об этом заговорить, так сказать, косвенно.

— Вы что-то ищете? Я бы мог вам помочь.

— Зачем нам посвящать государственную ищейку в наши личные дела?

Конечно, это были не совсем их личные дела. Милена поправилась:

— Королевского следопыта.

— Государственный ищейка. Кто это? — Мирэль примостился возле камина, подтащив длинную скамейку, непонятно откуда взявшуюся из этой былой роскоши.

— Те, что вроде вас. Можете считать это моим личным термином.

Сенти усмехнулся. Выкрутилась. Юпалу стала разбирать траву, которую они набрали с Мирэлем, тщательно вычищать ее и рвать в котел, в котором еще оставалась вода.

— Ну, если вам и это не поможет, тогда я не знаю, чем еще вас лечить.

— Может, само пройдет.

— Знаю, молодость и влюбленность побеждает многие болезни, но лучше подстраховаться.

Сенти и Милена переглянулись. Откуда они знают, что Мили помолвлена? Разве что, конечно…

Милена и Сенти неожиданно разразились таким смехом, что по огромному залу эхо буквально отбивало дробь о стены замка и рикошетом отскакивало то от одной, то от другой стены. Объяснять они, конечно, ничего не стали, главное, что Милене стало лучше, и хорошо. После отвара Юпалу ей стало действительно хорошо. Ночь прошла сравнительно спокойно, если не считать возникающего время от времени кашля Милены.

Мирэль встал раньше всех и, не став дожидаться пробуждения остальных, взял немного из провизии подкрепиться, а затем отправился осмотреть замок. Темные коридоры он освещал минеральной лампой, которую носил всегда с собой на случай, если… Собственно, этот случай в его профессии мог настать в любое время. Так что темные уголки прошлого этого замка могли и не укрыться от его глаз. Осмотрев первый этаж, где располагались гостиная, зал для вечерних раутов, кухня, столовая и мелкие комнаты для прислуги, Мирэль поднялся наверх. Здесь в правом крыле располагались комнаты глав семейства и их детей. В противоположном крыле были комнаты для званых гостей и ближайших родственников, ну, и на случай пополнения семейства. Мирэль решил сначала осмотреть комнаты в правом крыле. Первая комната оказалась довольно простой и скромной, наверняка она служила какому-нибудь мальчугану. Он увидел в дальнем углу за кроватью большую корзину, где оставалась лежать всего лишь одна игрушка. Это был поломанный, с оторванными руками солдатик. Со временем и непогодой его краски выцвели и облупились. Прямо у выхода стоял открытый шкаф, на вешалке висели одни штаны, а в комнате царил беспорядок. Если бы не разграбленное добро, можно было бы представить еще больший хаос. Следующая комната была практически пуста, за исключением письменного стола, нескольких полок и этажерки с книгами. Правда, книг там уже давно не было, кроме одной. Мирэль пролистал ее и поставил на место, это оказались стихи прославленного пэра Щияка. Шкафчики стола быстро поддались, но в них ничего не было. Одинокая картина висела, покосившись, на противоположной стороне от окна. Мирэль внимательно всмотрелся в лица, и эта картина показалась ему знакомой. Похожую он видел в подвале пэра Слидвг. Пэр Овелан и его жена с маленьким сыном на руках. Вполне возможно, что эта комната служила пэру Овелану кабинетом.

В центре детской комнаты под будуаром стояла маленькая люлька. Странно, что ее не выкрали, в хорошем состоянии, несмотря на минувшие годы. Мирэль предположил, что сын вырос и женился, у них появился потомок, а может, и двое: мальчик и девочка. Эта комната из всех, какие он уже видел, была самая светлая, кое-где просматривались яркие краски, сочетания розового и желтого. Мягкие игрушки валялись на полу возле… Мирэль увидел отогнутый ковер, изъеденный мелкими грызунами по краю. Он приподнял его. Под ковром виднелась дверца. Он поспешил отодвинуть люльку и убрал ковер. В полу был тайник. В надежде, что теперь ему подвернется удача, Мирэль отвернул щеколду и открыл дверцу, но там ничего не было. Раздосадованный Мирэль хотел уже уйти, как, наклонившись ниже, увидел под маленьким шкафчиком небольшую картину. Картина оказалась в бледно-голубой овальной оправе с мелкими резными завитушками. На него смотрела счастливая пара. Молодой пэр чем-то напоминал Овелана, а девушка рядом с ним совершенно не была похожа на жену Овелана, из чего Мирэль заключил, что это портрет сына пэра Овелана и его жены. Удивительно, но картина неплохо сохранилась, как и вся эта комната. Мирэль опять взглянул на картину. Девушка была белокожей, длинные черные волосы волнами спадали с ее плеч. Так просто и так красиво, подумал Мирэль, без всяких там замысловатых дамских причесок. Большие длинные ресницы обрамляли выразительные голубые глаза. Полноватые губы чуть тронула улыбка. Они сидели, взяв друг друга за руки. Во всем чувствовалась такая искренняя любовь. Мирэль отогнал от себя наваждение и спрятал портрет в короткий камзол, как только услышал шаги со стороны коридора.

— Мирэль, что-нибудь интересное нашли?

— Здесь все интересно. Сплошные загадки прошлого. — Он развернулся к вошедшим Сенти и Милене.

А девчонке действительно лучше, но вид, конечно, все равно болезненный.

— Почему-то я так и подумала, что вы здесь.

Милена подошла к люльке и стала осматривать ее.

— Что, прямо здесь?

— Нет, конечно. Ваше профессиональное любопытство могло завести вас куда угодно.

Сенти подозрительно молчал и оживился только, когда что-то заметил.

— Смотри, Мили. Кто-то на спинке детской кровати вырезал иероглиф.

Они втроем склонились над спинкой. Иероглиф походил на крест, в центре которого был круг и жирная точка.

— Что это? — Милена посмотрела на мужчин, потому что они должны были больше знать, живя в этом мире.

— Да все что угодно!

— Хотя бы на что это похоже?

— Может, и ни на что. — Мирэль выпрямился. — Вы тоже хотите видеть во всем тайны? Я на вас так действую или гены предков?

— Если бы я могла спросить мои гены, то, возможно, они бы ответили! — Милена с серьезным видом посмотрела на Мирэля.

Тот понял, что здесь не до шуток, и промолчал.

— Мне это кое-что напоминает, но это же ерунда какая-то, да и к чему бы. — Милена пожала плечами.

— Ну, говори уже, Мили!

— Кулон! Очень похоже на кулон. Смотрите, если пририсовать к этому маленькому кружочку, — она показала на верхнюю часть креста, — тонкую цепочку, то получится кулон.

— С чего ты это взяла? — Сенти привычно убрал выбившиеся короткие пряди волос назад.

— А что еще можно подумать? Вы молчите, я предположила.

— Это действительно может быть так. — Мирэль еще раз посмотрел на знак. — Его же не случайно здесь нацарапали, да еще на этой кровати.

— А чья эта комната? — Милена осмотрелась.

— Видимо, маленькой внучки пэра Овелана.

— Так значит, сын пэра Овелана женился и имел ребенка?

— Даже двух. Старшим был мальчик, но в его комнате ничего интересного нет. Скажите, мы что-то конкретное ищем? Или случайно здесь оказались?

Милена и Сенти переглянулись.

— Ничего конкретного.

— В вас пробудилась жажда к истории? Или мы можем уже отправиться в путь?

— Если вы спешите, то можете отправляться. — Сенти был сама любезность.

Мирэль даже глазом не моргнул. Они определенно что-то ищут. Иначе зачем им просто так слоняться по заброшенным землям прошлого. Он прошел к двери и уже на пороге обернулся.

— Эти земли небезопасны, мы не можем здесь дольше оставаться. Завтра с утра выступаем.

Утром все проснулись, как по команде, вместе. Недолгие сборы, завтрак, и все были готовы отправляться в путь. Мирэль стал относить вещи к лошадям, закрепляя поклажу на седлах, Сенти занялся тем же. Когда женщины тушили камин остатками пищи, воды и земли, в зал ворвались Мирэль и Сенти. Их испуганные лица не предвещали ничего хорошего. Со стороны улицы послышались голоса, много голосов.

— Что случилось? Что там?

— Бросайте все!

Сенти подхватил Милену за руку и потащил в глубь замка. Мирэль и Юпалу с Бэсси за ними. Позади голоса и шум усилились, они были хаотичные, а кто-то кричал командным голосом: «найти их!». Послышались шаги, их преследовали.

— Сюда. — Мирэль спустился по лестнице вниз.

Никто не стал задавать вопросов, все последовали за ним. Бэсси первая шмыгнула в проем двери. Каменные стены подвального коридора от сырости покрылись слизью, повсюду воняло затхлостью и гнилью. Они лихорадочно бежали по этому коридору почти наощупь. Минеральная лампа освещала путь не так ярко, как хотелось бы. Шаги и крики приближались, их настигали, и тогда Мирэль остановился и вручил лампу Сенти.

— Бегите! Скорей! — Прокричал он.

Сенти поколебался и наконец вручил лампу Милене, крикнув ей, чтобы они с Юпалу бежали и не останавливались! Мирэль побежал навстречу преследователям, и уже завязалась первая битва.

— Сенти! — Милена не знала, как ей поступить.

Юпалу выхватила у нее лампу и опрометью побежала дальше. Неподалеку смешалось все: крики, ругань, лязг металла и рык большой кошки. Милена выхватила из сумки подаренный Сенти кинжал и побежала на шум борьбы. Появился свет от валяющихся на полу ламп. Лежали убитые и раненые воины в доспехах. Сенти и Мирэль с завидной резвостью сражались не на жизнь, а на смерть. Она испугалась, когда к ней подлетели двое, но отступать не стала. Словно по мановению волшебной палочки в ней вдруг проснулась доныне неизвестная Милена и стала биться с воинами чуть ли не на равных. Она ловко отражала их атаки и даже сумела поранить одного и оттолкнуть. Но с двоими ей было все же не справиться. Она увидела перед собой Мирэля, когда противник перед ней покачнулся и упал.

— Что ты здесь делаешь? Я же сказал бежать! — Заорал он.

Но ответить Милене не удалось, так как второй воин налетел на нее, а на Мирэля еще трое. Силы противника увеличивались. Они, словно тараканы, выползали со всех щелей. Тройка отступала шаг за шагом. Мирэль рубил минеральные лампы, тем самым повергая коридор в полную темноту. Так у них оставался шанс к отступлению, пока не подоспели другие. В темноте никто не решался сражаться, боясь поранить своих.

Юпалу, обеспокоенная и растрепанная, стояла у выхода из подземного коридора, который выходил прямиком в лес. Маленькая минеральная лампа, которую она держала в руках, давно погасла от дневного света. На ее глазах выступили слезы, она спешно вытерла их и размазала по лицу вместе с грязью. Вот послышались крики, и первыми выбежали Мирэль, Милена и Сенти. Вчетвером они помчались что есть силы подальше от этого места. Голоса преследователей эхом отдавались в каменном коридоре, пока не вырвались наружу.

— Вон они! Схватить их!

Первая стрела просвистела прямо над ухом Мирэля. Он, пригнувшись от неожиданности, споткнулся и кубарем полетел вниз по склону. Сенти подгонял Милену. Бэсси мчалась за своим хозяином, гигантскими прыжками преодолевая препятствия.

Юпалу вскрикнула и остановилась. Милена и Сенти обернулись как раз в тот момент, когда она с замершим несчастным выражением лица подкосилась и пала замертво. В спине ее торчала стрела. Медлить было нельзя, еще чуть-чуть — и они так же кубарем покатились вниз к подножию горы, ушибаясь о пни и камни, встречая на своем пути мелкие коряги, которые царапали и раздирали одежду. Но на этом преследования не закончились. Часть осмелевших солдат последовали за ними. Но их уже встречали внизу. Бэсси огромными прыжками достигала бедолаг, звучал хруст, и кошка покидала жертву, настигая следующую. Силы были на исходе, когда неожиданно подоспела помощь. Честр и Эмиса опрометью неслись на своих лошадях в самую гущу борьбы, раня врагов направо и налево, искусно владея мечом. Исход битвы предрешила молния, блеснувшая где-то вдалеке. Это повторилось еще раз и еще, затем небо прогрохотало, набежали темные тучи и ветер. Биться стало намного сложнее, но не только им. С первой молнией ряды солдат поредели, а с набежавшими тучами и более храбрые покинули поле битвы. Оставшись одни, все посмотрели на надвигающуюся бурю.

— Почему они все убежали? — Крикнула Милена, пытаясь перекричать очередной грохот неба.

— Молнии. Сейчас повсюду будут молнии! — Эмиса еле удерживала вырывающуюся лошадь.

— Разве не польет дождь?

— Нет. Только гром и молнии.

— Нам надо где-то укрыться! — Милена посмотрела на мужчин.

Честр боролся с конем, когда тот все же вырвался и кинулся в сторону от них. Неожиданно с неба пальнула молния, и в воздухе запахло жареным.

— Ооо! — Все, что могла вымолвить Милена. Только она хотела побежать, но Мирэль схватил ее за руку и удержал.

— Стой, не шевелись. — Он не отпускал ее до тех пор, пока не убедился, что она его послушала.

Лошадь Эмисы рванула от нее, и ее постигла та же участь. Бэсси послушно сидела возле хозяина, хотя кончик ее хвоста нервно дергался при каждом громе и вспышке молнии. Дразнящие запахи паленого мяса сейчас не манили, но пугали.

Милена задавалась вопросом, почему молнии мечут свои стрелы только в движущиеся мишени, но ответ так и не пришел. Да и всем остальным было не до этого. Как только стихия прошла стороной, они поспешили убраться с этого места поскорей.

Все тело ныло, раны и ушибы болели. Через какое-то время каждый начал ощущать голод. Лошадей и провизии с ними не оказалось, только дорожные сумки, но в них было слишком мало для поддержания нормальной жизни в лесу. Им оставалось только охотиться, разводить костры и как-то выживать в таком ужасном месте, как подножие гор Истрена Ди Тори.

— Милена… — Услышала она сквозь сон чей-то голос. — Милена.

Еле продрав глаза, она увидела перед собой морду Бэсси. Та смотрела на нее умными синими глазами.

— Милена. — Повторила она голосом Сенти.

Сенти сидел по другую сторону костра и поворачивал над огнем маленькую тушку. Это сколько же она проспала? Остальных в лагере не было, от их пребывания осталась только примятая трава.

— А где все? — Она привстала, и камзол Мирэля сполз с ее плеч. Когда это она успела в него облачиться?

— Честр с Эмисой еще не вернулись с охоты, а Мирэль разделывает остальные тушки. Бэсси сама себе находит еду.

— Спасибо за подробности. Что за зверек?

— Это птица.

— У птицы есть хвост?

— У всех птиц есть хвосты.

— Видимо, эта птица позаимствовала его у Бэсси. Она хоть с перьями была?

— Разумеется.

Мирэль вышел из леса с тремя тушками такого же вида. С них еще капала кровь, фу. Милена поспешила отвести глаза. Жалко зверушек, но так есть хочется. Вчера никто так и не решился поохотиться, было только желание уйти как можно дальше от преследователей, а когда ноги уже не могли нести, они кое-как развели костер и рухнули, поверженные сном.

— Вы их знаете? — Мирэль насадил тушки на тонкие, но упругие палочки и протянул одну Милене.

Костра оказалось мало, так что ей пришлось держать все три тушки, насаженные на палки, пока Мирэль разжигал другой.

— Да, знаем. Мы познакомились еще в городе Улая.

— Они уроженцы каких-то других мест? Их кожа белая, как молоко, это редкость. — Тут он посмотрел на нее. — Но и вы особо от них не отличаетесь.

— Не такая уж и редкость. — Сенти повертел тушку, проверяя на готовность. — В городе Зеркал их немало.

— Они пришли вовремя.

— Известно, почему, и это они не скрывают! — Милена посмотрела на Сенти с вызовом. Костер был разожжен, и Мирэль взял две тушки у Милены. Милена присоединилась к костру Сенти, тем более, что тот почти закончил.

— Значит, они избранные, как и вы? — Спросил Мирэль.

— Что значит, как и мы? — Сенти аж привстал.

— Ну, чего ты прыгаешь! Он имеет в виду династийную форму избранности!

— И да, и нет. Что-то мне подсказывает, что тут не все династийные избранные, по крайней мере, трое из вас точно. — Мирэль улыбался уголками губ, его глаза хитро смотрели то на одного, то на другую.

Его забавляли вспышки гнева Сенти и удивляло спокойное и своеобразное восприятие Милены. В лагерь вернулись Честр и Эмиса. Они приволокли парочку тех же птиц, животное, похожее на горного козла, оленя и еще одну более мелкую зверушку, но с длинным-предлинным мехом, тонкие длинные лапки которой болтались, как четыре веревочки.

Милена высказала им свою радость по поводу встречи с ними. Тем и не пришлось объяснять, как они оказались в нужном месте и в нужный час. С Мирэлем они уже успели познакомиться и понять, что этому человеку доверять можно. Рассказав по порядку всю историю, что с ними приключилась, Сенти с Миленой выслушали в свою очередь, что произошло с их друзьями. Как только они расстались тем утром за пределами города Улая, то сразу направились на поиски королевы минилюдов. Узнав из рассказов Милены, что старуха мертва, они поняли, что королева теперь не под водительством отколотых, а находится в бегах вместе с ее верным слугой. Что до письма, которое им вручила Милена, то там говорилось о месте, где королева может найти убежище, пока силы правящей королевской династии не восстановятся и не заручатся поддержкой других королевств. Но, так как по непредвиденным обстоятельствам до королевы не дошло послание, им было слово от зеркал, что нужно найти королеву и доставить в тайное убежище, что они и сделали. Самой плохой новостью было то, что королевство минилюдов теперь захвачено, и там царит полный хаос и беспредел. Минилюды бегут, как могут, спасаясь от рук тиранов. Королева в горе, что ей пришлось оставить своих подданных, и решительно настроена вести переговоры с королевствами людей о восстановлении мира в их землях. Многие земли минилюдов уже захвачены, и не только минилюдов, гномьи земли и земли великанов тоже пострадали. Теперь темное воинство подступает к землям людей. И кто во главе этого воинства, остается только догадываться.

— Что же получается, грядет великая война? — Милена поправила шнурок, который фиксировал ее волосы в нужном положении.

— Получается, что так. — Эмиса откусила кусок приготовленной птицы.

— Нет. Она уже идет. — Честр бросил обглоданную кость Бэсси, но та с безразличным видом понюхала, так, для приличия, и отвернулась.

— Получается, что против всех ныне существующих королевств движется армия отколотых, которая состоит из людей, гномов, минилюдов и великанов?!

— Нет, Мили. — Впервые Мирэль назвал ее коротким именем, как Сенти, которому, кстати, это не понравилось. — Не всех королевств.

— Ты хочешь сказать, что легенда вовсе и не легенда?

— Именно. И сдается мне, что только это королевство способно сейчас усмирить восставших против нынешних правителей.

Честр и Эмиса переглянулись и улыбнулись друг другу.

— Значит, наши пути не напрасно пересеклись. — Честр улыбнулся остальным и достал из дорожной сумки свое живое зеркало.

— Зеркало говорит, чтобы мы взошли на гору Истрена. Зеркало не будет говорить напрасно. — И он показал всем, как появились в зеркале фразы, в знак подтверждения его слов.

Эмиса повторила за ним, вытащив свое зеркало, и появились те же фразы. На удивление Мили, Сенти проделал то же самое. Когда Милена достала свое зеркало, лица Честра и Эмисы вытянулись и побледнели еще больше. Мирэль сидел, как ни в чем не бывало. Теперь он знал, что его догадки оказались верны. Сенти взял свое родовое зеркало, остальные же являлись личными обладателями зеркал, и это была высшая привилегия для таких простых людей, коими являлись Честр, Эмиса и Милена. И, кроме того, Милена кого-то ему напоминала.

Было решено, что все вместе они отправляются на поиски легендарного затерянного королевства создателей зеркал.