Вся эта поистине сумасшедшая история началась летом 2008-го года. Наверное, мне накануне должны были бы сниться странные, полные смутных намеков сны или в воздухе коробить запашок неожиданных перемен. Но нет, нет и еще раз нет. Это день был самый что ни есть обыкновенным. Клянусь. Ничего не предвещало беды.

Тогда стояло душное лето. На наш город, и так страдающий от переизбытка углекислого газа и недостатка зеленых зон, обрушилась жара. Да-да, та самая прекрасная погодка, когда тебе кажется, что ты живешь на планете, максимально приближенной к Солнцу.

Итак, как я упоминала день моего личного апокалипсиса (иначе его назвать язык не поворачивается) начался довольно скучно. Подъем в полдень (летние каникулы, как никак), завтрак в гордом одиночестве (брат все еще спал в обнимку со своим ноутбуком, мама же была на работе) и последующие часы ничего неделанья перед телевизором. Ну, а что еще остается? Все мои друзья разъехались кто куда, и только я одна осталась тухнуть в городе. Единственной, кто составлял мне компанию в столь увлекательном времяпровождении, оказалась девочка Лена из сериала «Турецкий для Начинающих». Как выяснилось потом, мы были похожи не только именами и цветом волос, но даже судьбами. Но обо всем по порядку…

Я еще в начале июля стойко убедилась в том, что это лето станет самым ужасным в моей жизни и что хуже быть уже не может. Но как оказалось, может. Просто я наивная не полагала, что моя жизнь может так круто измениться.

Все случилось вечером, когда мама вытащила меня и брата в японский ресторан. Стоит отметить, что в нашей семье существует довольно забавная традиция. Если маман рвет со своим очередным другом, то мы идем в японский ресторан и проводим время в гробовом молчании, орудуя палочками и разбрызгивая соевый соус по подстилкам.

Тут я, конечно, немного утрирую. Не обращайте внимание. Просто с чувством юмора у меня большие проблемы, как, собственно, и со многими вещами в этой жизни.

— Дети, мы сегодня идем в «Планету Суши»! — объявила Лиза сразу с порога. — Лена, Марк, собирайтесь!

Я и брат многозначительно переглянулись. Меня мамин окрик застал на диване с любимой книгой, братец же возник в дверном проеме, потягиваясь и зевая.

— Шесть месяцев, — констатировала я. — Это можно считать рекордом за последние два года.

Кстати, сходить в ресторан и полакомиться суши не такая уж и плохая мысль. Мне не помешало бы проветриться. Подышать свежим воздухом, к примеру… Хотя кого я обманываю? Какой в нашем городе свежий воздух?

— Лена, ты что опять целый день перед телевизором сидела? — строго поинтересовалась Лиза, заходя в нашу с братом комнату.

— Нет, еще пару раз заглянула в гости к холодильнику, — отозвалась я и принялась рыться в шкафу в поиске более-менее приличных вещей.

Поверьте мне на слово, нет ничего хуже, чем делить комнату с такой неряшливой мелочью, как мой братец. Он пытается назвать это «творческим хаосом», но как по мне, Марк себе льстит. Хаос и то более упорядоченная штука, нежели то, что сейчас творится у нас в шкафу.

— Я заказала столик на семь часов, так что поторапливайтесь. У нас полчаса на сборы, — посоветовала мама и ушла в ванную. Ну, это надолго.

Я повернулась к младшему, который задумчиво перебирал вещи из какой-то кучи на полу. Не спрашивайте. Я давно бросила попытки понять, что с данным индивидом не так.

— Как думаешь мне эти брюки пойдут? — и продемонстрировал мне светлые брюки с внушительным пятном на… Опустим душещипательные подробности. Называется, однажды брат уселся на только что покрашенную скамейку.

— Ааа, черт. И ничего другого надеть нет… — задумчиво почесал макушку.

Угу. Этим нечего надеть весь шкаф забит, к слову говоря.

Полчаса, отведенные на сборы, мы скорее потратили на попытку выяснить, кто в последний раз пренебрег уборкой и кому потом приводить комнату в порядок.

— Лена! Маркус! Вы уже готовы?

— Дай нам минуту, — откликнулась я и сунула в руки брата какие-то джинсы. — Одевайся быстро.

— Дети, мы же опаздываем!

Мама порой такая мама… И не надо кричать. В семье глухих нет, хотя конечно, тебе, мамочка, порой кажется обратное.

— Я собран, — радостно доложил мне братец.

Ух ты, и века-то не прошло!

— Ну так пошевеливайся, мелюзга, — я подтолкнула его к двери.

— Дети, вы что надо мной издеваетесь?!

Упс, мама уже начинается злиться.

— Мы уже все! — я выпихнула сверхмедленного Марка из комнаты. — Готовы!

Будем на чистоту. Три недели прошли, и мамино решение осталось неизменным. Лиза не одумалась, не нашла себе человеческого кавалера и от идеи переезда не отказалась, к моему глубочайшему сожалению.

Вот и настал роковой день. Четверг. Этим всё сказано. Как я уже заметила, четверги в принципе довольно паршивые деньки. По крайней мере, в моем случае.

— Черт! — примерно с таким восклицанием я очень «элегантно» плюхнулась на чемодан, чтобы застегнуть никак не поддающуюся молнию.

Откуда столько вещей? Ведь всегда казалось, что их не хватает. И почему маме и брату пришло в голову ехать в такую рань? Это же издевательство. Я всегда подозревала у своих родственников садистские наклонности.

— Ты уже собралась? — на пороге замер Марк.

Да уж, видок у него был еще тот. Растрепанные светлые волосы, заспанные голубые глаза, след от подушки на щеке. Вообще, младший больше в отца пошел. Открытое лицо с приятными мягкими чертами. Я же в маму: шевелюра медного цвета, серо-голубые глаза и бледная кожа, которая весной покрывается веснушками. В придачу ко всему, тощая, как скелет. Красота неземная, если, конечно, вас привлекают гуманоиды.

— Как видишь, да, — справившись с упрямой застежкой, буркнула я. — Собралась.

— Пухленький у тебя чемоданчик, — ухмыльнулся Маркус. — Тащить его тяжеловато будет.

Нет, мой брат не подкалывает меня и не шутит — он правду констатирует. Есть за ним такой маленький недостаток. Причем говорить он это с таким невинным видом, что аж придушить хочется.

— Спасибо, Марк. Я сама до такого бы не додумалась.

— Всегда пожалуйста, — отозвался радостно тот.

Может мне табличку с надписью «сарказм» носить с собой? В общении с моим тугодумным братцем она бы пригодилась.

Я обвела взглядом свою комнату. Да уж, отсутствие мебели особой красоты не прибавило. Скорее наоборот, тоска да и только: голые стены, пол, заляпанное окно. Совсем не узнаю наше уютное семейное гнездышко.

— Марк, я буду скучать по нашей прежней жизни. Я уже по ней скучаю.

— Лена, помнишь, о чем мы договорились? — мягко произнес тот. — Надо дать маме шанс.

Да, да, да. Ты мне это раз в тысячный, наверное, повторяешь.

— На память пока не жалуюсь.

— И кстати, мы будем возвращаться в Москву.

— Если нас не принесут в жертву демоническим богам или не съедят заживо, — я не удержалась и все-таки вставила свои пять копеек.

Зря. Потому что братишка сейчас прочитает мне краткую лекцию о развития клыкастой цивилизации. Я говорила, что он умный? Нет? Так вот, он очень умный. И занудный. Поэтому…

— Лена, — младший тяжело вздохнул, мол, «и почему ты не знаешь таких простых вещей?». — Демоны приносили жертвы веков так семь назад. И это были животные, цветы, еда или золотые украшения. Люди, те которые умудрялись попасть в Тангрет, считались посланцами богов. Их боготворили, а не варили в котле с маслом, — кто меня за язык тянул, а? — Сейчас это прогрессивное, цивилизованное общество, немного отстающее в развитие от нашего. Но это результат влияние колониального режима на Тангрет. В наши дни королевство открыто для инвестиций….

Признаться, я отключилась после слово «инвестиции». Никогда не могу дослушать его бубнение до конца. Этим Марк тоже в папу пошел.

— А уж если готовить о культуре Тангрета, то ни в коем случае нельзя сравнивать ее с нашей. Ведь развивающаяся в разных условиях она… — Остапа понесло. Хотя я бы даже сказала, занесло.

Пора заканчивать лекцию, иначе, так мы с квартиры никогда не съедем.

— Спасибо. Очень интересно, — довольно резко пресекла я нескончаемый поток слов этой ходячей энциклопедии.

— Пожалуйста. Хочешь, я могу еще рассказать про их культуру? — брату не терпелось просвятить меня, темную и дикую, относительно. Табличку с надписью «сарказм» точно надо будет сделать — вещь, необходимая в хозяйстве.

— По дороге в Нижний Мир и расскажешь, — я ухватилась за ручку чемодана. Сперва мне надо решить, каким образом дотащить эту громадину до машины. И желательно так, чтобы не поцарапать паркет. Легко сказать…

— Дети, вы собрались?

Перед тем, как выйти, мы согласно очередной традиции перед долгой дорогой уселись кто куда (я опустилась на пол, Марк на какие-то коробки, Лиза на чемодан) и посидели так несколько секунд.

— Ну, что, ребята? — поинтересовалась мама. — Пора в дорогу.

Задача под кодовым названием «дотащить чемодан до машины, не поцарапав паркет, не уронив его и не упав вместе с ним с лестницы» завершилась удачно. Как оказалось трудно, но вполне выполнимо.

Оставив Маркуса заниматься вещами, я забралась в машину и оглянулась в заднее окошко на нашу серую сталинку. Прощай, моя прежняя жизнь. Мне тебя будет очень-очень не хватать!

В кармане тихо трелькнул телефон. Небось очередная смс-ка с пожеланиями счастливого пути и новой жизни в другом мире. Как бы грубо это не звучало, но написать сообщение может каждый, а вот прийти самому и попрощаться нет. Три моих близких друга пришли сегодня и помогли со сборами. Видимо, дружба познается не только в беде, но и в такие грустные моменты.

Хлопнула дверь — мама заняла водительское место, рядом с ней уселся Марк. Повоевал немного с ремнем безопасности и успокоился. Нет, не человек, а просто какая ходячая нелепица!

Я широко зевнула, прикрывая рот ладонью. Не знаю, как некоторые, но я собираюсь немного вздремнуть. Дорогая длинная будет. Все-таки в другой мир собрались, как никак.

— Итак, детишки, — мама посмотрела на брата, на меня, затем улыбнулась, — поехали к новой жизни!

Меня, пожалуйста, высади на остановке «Прежняя жизнь», а сама с младшим езжай до конечной в Нижнем мире.

Самое первое правило, которое следует усвоить, заселяясь в новый дом, — кто успел, тот лучшую комнату и занял. А уж в большой семье (поверьте моему горькому опыту) клювом не щелкают. Тем более, когда речь заходит о личном пространстве.

Наш новый дом содрогнулся. И причиной тому стало вовсе не землетрясение, как могло показаться. Называется, я и моя семья выбирают себе комнаты.

С толкотней, руганью, типа «Ты отдавил мне ногу, дебил!» или «Куда лезешь, молчалка?», дерганьем за конечности и прочими соответствующими «развлечениями», мы пробирались на второй этаж — к заветным комнатам.

Вообще-то старт ненароком дала мама, обронив в гостиной: «Можете выбрать себе комнаты детишки. И…». Что там дальше я не расслышала потому, что остаток фразы потонул в возбужденном гомоне, будто на второй этаж ринулась не четверка подростков, а угнанный из зоопарка табун слонов.

Я оттолкнула Соршу и взлетела по ступеням вверх, но затем почувствовала рывок вниз — сильные руки Демиана сомкнулись на моей талии и резко вернули меня на прежнее место. Сам же силач уже бежал к двери из темного дерева, а спустя пару секунд скрылся за ней. А про то, что джентльмены должны уступать дамам, он не слышал? Сомневаюсь, что этот клыкастый тип вообще слышал слово «джентльмен».

Вторым в гонке стал мой длиноногий братец, занявший комнату по соседству с клыкастым. Ну, и хорошо. Чем дальше от этой обезьяны, тем лучше. Что до меня… Я пришла к финишу третьей. Свободной походкой от бедра прогулялась до конца коридора и толкнула оставшуюся дверь. И только после этого перевела дух.

Итак, вспомним один психологический тренинг, который нам давали слушать в школе.

«Лена, найди себе друзей». Примерно с такой фразы (в различных ее вариациях) начинается мой день. И если вдаваться в подробности, то недели так три уже… Мама, вероятно, поставила перед собой цель — свести дочь с ума в кратчайшие сроки. Признаюсь, если Лиза продолжит в том же духе, то я действительно тронусь умом.

Затянув потуже пояс халата, я спустилась вниз и заняла свое место за столом. «Повезло», сижу напротив Демиана. Оглядев наш шикарный утренний стол, потянулась к чрезмерно загорелому тосту. Предполагаю, сегодня Лиза пренебрегла услугами тостера и решила поджарить хлеб сама. Ну-ну, положить на горячую сковороду кусок может каждый, а вот, вовремя его снять видимо нет.

— Котенок, — вынос мозга начался точно по расписанию. Мама пунктуальна в таких вещах, — лето на дворе, а ты дома сидишь.

— И тухнешь, как пакетик с чипсами на крыше, — прервала я начавшуюся тираду. Знаю, что она мне сейчас начнет говорить. Лето на улице, замечательная погода, а ты сидишь дома. Ой, а почему тебе не сходить с Соршей? Или может ты хочешь прогуляться с Демианом? Он покажет тебе город. И так далее.

Любая мамина попытка разбивается в пух и прах. Дружить со своими клыкастыми сожителями я не собираюсь. Во-первых, я и Сорша терпеть друг друга не можем. Вы же помните, что мы делим одну комнату? Ну вот, теперь представьте себе ту «дружескую» атмосферу, которая там царит. Ни о каком совместном времяпровождении и речи быть не может. Я и так вижу ее угрюмое лицо каждое утро и вечер. Во-вторых, Демиан. Ты сказала, мама, что он покажет мне город? Да он заведет меня в самый поганый район и отдаст на съедение голодным демонам. На том наша совместная прогулка и закончится. Потому я предпочту сидеть дома и оплакивать такие чудеса цивилизации, как Интернет и кабельное телевидение, которые еще не докатились до Тангрета…

— Тебе бы не помешало найти себе друзей.

— Какой хороший совет, мама. Как же я сама до него не додумалась? — неужели так сложно хоть на день оставить меня в покое? — Ах, да… Наверное, потому что все так хотят со мной дружить, что от кандидатов в друзья глаза разбегаются.

— Дорогая, чтобы с кем-то познакомиться, для начала надо выйти на улицу.

— Думаешь, местные захотят со мной знакомиться? — ехидно спросила я, проигнорировав сидящих за столом демонов.

— Вообще-то, захотят, — подал голос Ахо, отрываясь от газеты. — Нам интересны гости из другого мира.

— В качестве ужина?

— Нет, — невозмутимо отозвался посол. — В качестве собеседников, которые могут рассказать много чего интересного про Срединный мир. Единицы выбирались за пределы Нижнего.

— Да неужели? — деланно удивилась я и обратилась к клыкастому братцу. — Демиан, хочешь, чтобы я стала твоим другом и рассказала массу интересного про Срединный мир?

В ответ это наглое создание хмыкнуло и протянуло «неа», а потом уткнулось в миску с хлопьями, поймав сердитый взгляд отца.

— Думаю, Соршу спрашивать не будем. Ответ аналогичный.

Ахо беспомошно посмотрел на Лизу, признавая свое поражение перед моей бетонной логикой. Мама украдкой погрозила мне кулаком. Что ж, первое предупреждение с утра пораньше я заработала. Как пить дать, после завтрака начнет со мной беседы в духе подросткового психолога. Начиталась различной литературы и думает, что может разобраться в том, что творится у меня в голове. Куда уж ей, если я сама не могу?

— Мне пора на работу, — Ахо поднялся из-за стола. — Всем хорошего дня, — он чмокнул Лизу в щеку, потрепал сына по голове. — Лена, удачи в поисках друзей.

Следом за отцом нас решил покинуть и Демиан. Взяв свою тарелку, он собирался было отправиться на кухню, но Лизин голос остановил его. Не сводя с меня глаз, мама отчеканила.

— Демиан, оставь. Сегодня убирает посуду Лена, — и улыбнулась так сладко, что меня аж передернуло. — И моет её.

Демон младший с плохо скрываемым наслаждением оставил тарелку. А потом поинтересовался.

— А чем еще Лена будет заниматься?

— О, раз она сидит дома и страдает от безделья, то я найду ей массу приятных занятий. Например, уборка. Еще мне надо высадить лилии на заднем дворе. Дел по дому достаточно. Замечательно, что дочь решила мне помочь.

Это запрещенный прием, и она в курсе.

Но, чтобы не показывать матери, что она меня сделала, я растянула губы в улыбке.

— Как скажешь. Может будут еще какие-то пожелания?

Вместо Лизы ответил Демиан.

— Мопед мне помой.

Не найдя, что ответить, вопросительно посмотрела на мать — та кивнула со словами.

— Брату необходима помощь, — и Лиза глянула на настенные часы. — Сейчас мне надо в магазин. Когда я вернусь, надеюсь, посуда будет вымыта. Раз уж сидишь дома, так сиди с пользой.

Лиза встала из-за стола и ушла в прихожую, я же принялась за тарелки. Довольный Демиан порылся в карманах и протянул мне с ленцой ключи.

— Он во дворе. И будь аккуратно, не поцарапай краску.

— Постараюсь, Ваше Величество, — процедила я сквозь зубы.

Клыкастый нагло улыбнулся. И почему я не умею испепелять одним лишь взглядом? Сейчас эта суперспособность пригодилась бы.

— Хоть на что-то сгодишься, щепка, — бросил мне на прощание этот… Этот… Ладно, опустим красные эпитеты. Думаю, вы меня поняли.

Новая жизнь, называется! В старой ни разу такого не было!

А следующее утро началось с поистине великолепной вещи. С похмелья. Знаете, проспаться от «аппетитного» аромата Лизиных блюд — это одно, а совсем другое от дикой головной боли и сушняка. У меня было такое ощущение, что голова сейчас расколется на два полушария. Ну, или лопнет, облегчив тем самым мои страдания.

Разлепив тяжелые веки и приподнявшись, я обвела взглядом свою комнату. Проснулась дома, это уже хороший знак. Правда, не в своей кровати, а на полу. Вероятно, забота демона на том и кончилась. Демиан принес меня наверх, бросил на пол и ушел… Ну, еще пледом укрыл. И на том спасибо, клыкастый.

Откинув краешек одеяла, я отметила, что спала в одежде. Даже сапоги на ногах остались. Огромная благодарность Демиану за то, что не стал переодевать непутевую человечку в пижаму.

Сорши в комнате, слава богу, не было. Иначе на мою и так больную от похмелья голову свалились бы многочисленные нотации о том, как не должны поступать приличные леди.

Так, Елена, соберись, пожалуйста. Впереди нас ждет масса дел. Например, встать, переодеться, добраться до ванны, умыться и самое главное, предстать перед очами межмирного семейства…

Скажу сразу, подняться-то я поднялась, переоделась и даже до ванной добрела. И в зеркало глянула, хоть делать этого не стоило. Удивлена, что оно не треснуло от ужаса, когда в его поверхности появилась моя распухшая физиономия. Глядя на красоту такую, невольно вспомнила Григория — алкаша из второго подъезда. Поставить нас сейчас рядом, так с черт с два найдешь пять отличий.

А спустя n-ое количество времени я медленно спускалась по лестнице. Вот она, самая сложная часть плана — встреча с семьей. Зная Демиана, не удивлюсь, если он всем уже не преминул рассказать о моем лихом приключении и своем героическом поступке.

Семейство в полном составе сидело в столовой (она же у нас гостинная). И если судить по кислым физиономиям, на завтрак был очередной мамин шедевр. Мое появление не прошло незамеченным: сразу же смолкла негромкая беседа и пять пар глаз проводили меня до моего места. Знаете, таким долгим и очень укоризненным взглядом. На меня продолжали пялиться даже, когда я потянулась к тарелке с тостами. Единственным съедобным блюдом нашего завтрака. А все потому, что за готовку отвечает тостер, а не мама.

Товарищи, на мне узоров нет и цветы не растут!

Заметив мое возмущение, все уткнулись в свои тарелки. И только мамулечка подала голос. Но лучше бы молчала за компанию с остальными.

— Помню, я студенческие годы. Напивались так, что едва стояли на ногах. Один раз мы с подругами так перебрала с текилой, что сели на какой-то автобус и уехали в другой город. Отличное было времечко, — Лиза ободряюще мне улыбнулась.

Теперь пришла моя очередь сосредоточенно разглядывать цветочный узор на тарелке. Полное поражение: армия разбита, выжившие бежали с поля боя.

Мой негодующий взгляд метнулся к Демиану, который невозмутимо намазывал масло на хлеб. Зачем он им все рассказал? Так сложно было держать язык за зубами? Или все-таки не рассказывал…

Одной насмешливой улыбочки Ахо, которую посол старательно прятал, хватило сполна. Я резко поднялась из-за стола. Находится тут больше нет сил. Тем более, еще немного, и Сорша во мне дыру взглядом прожжет. Моралистка, блин.

От стыда хотелось провалиться под землю. И о чем я только вчера думала? Напиться, как последняя свинья, — отличная мысль, Лена! Почему бы так не провести свое свободное время? Прекрасно ты сходила на дискотеку, не находишь? Ничего получше ты и придумать не смогла. Куда уж тебе!

Добрела я до своей комнаты и залезла под одеяло, свернулась в теплом коконе. Голова болела, немного подташнивало, и, закрывая глаза, я все еще куда-то уплывала.

— Лена, — мой покой был наглым образом нарушен. Рядом прозвучал знакомый голос, и Демиан потряс мое уютное гнездышко. Что ему нужно? И вообще, хватит меня трясти. За последствия я не отвечаю.

— Оставь мой стыд и меня саму в покое.

— У тебя голова болит?

Опять превратился в заботливого братца? Нет, второй раз я на такое не куплюсь. Хотя голова действительно болит…

— Ну, болит, — я высунулась и недовольно посмотрела на демона.

Тот ничего не ответил, просто поставил на прикроватную тумбочку высокий стакан с мутно-зеленой шипящей жидкостью.

— Это еще что такое? — я с подозрением посмотрела на предложенное. — Яд? От головной боли обычно советуют топор.

— Выпей, — посоветовал клыкастый. — Станет полегче.

Я снова глянула на зелье сомнительного происхождения. Радует, что нечто просто шипит, а не булькает и плюется.

— Зеленка?

— Настой из трав, — братец пропустил мой сарказм мимо ушей. — Ахо для тебя заварил.

— Как любезно с его стороны, — я принюхалась к содержимому. И вправду, травяной… Пахнет-то травой. — До дна, — подняла и осушила настой тремя жадными глотками.

А на вкус ничего оказалось. В состав явно входила петрушка. Или то, что ее напоминает по вкусу. Одним словом, допила я сие зелье и… Ничего. То есть, не упала к ногам клыкастого, корчась в предсмертных муках и проклиная демоническое семейство до седьмого колена.

Кстати, по поводу демонов.

— Ты зачем им рассказал о вчерашнем? — решила я идти на пролом. Взять быка за рога, как говорится.

— Ничего я не рассказывал, — ага, врет и не краснеет, подлец.

— А откуда все знают о моем позоре и смотрят так, будто я сотворила нечто ужасное?

Отвар Ахо, кстати, начал действовать на удивление быстро. Голова прояснилась, сковывающая виски тяжесть пропала, да и головокружение вместе с тошнотой прошли.

— Ты что ничего не помнишь? — насмешливо поинтересовался у меня Демиан.

Я открыла было рот, чтобы поставить наглеца на место, и тотчас его захлопнула. Действительно, а что я помню?

Клуб, где ко мне за стойкой подсел какой-то парень, алкоголь, выпитый в неимоверном количестве, затем мы вышли с этим типом на улицу, там он прижал меня к стенке… Даже под юбку полез. Вовремя появился Демиан и отвел, точнее, отнес меня домой.

— Вспомнила? — любезно осведомился мерзавец, заметив мои покрасневшие щеки.

Черт, нет. Только не это… Я же его по… Ну, этой… Пятой точке шлепала. Блин. И потом… А что же было потом-то? Ох, точно. Демиан притащил меня домой. Все спали, а мне приспичило попеть. Конечно, семейка сразу же встрепенулась, потому что звучание моего голоса больше походит на визг несчастной кошки, попавшей под газонокосилку. И члены моей семьи отважно бросились спасать несчастное животное в халатах и тапочках. Облом. Внизу я — певчая пьяная птичка.

Боже, боже, боже… Лучше бы ты мне, Демиан, топор принес.

— Вспомнила, — выдавила я из себя, стараясь сохранять невозмутимость. Стоило это огромного труда, поверьте. Было очень стыдно.

Дерзкая улыбочка клыкастого стала еще шире. Он почувствовал себя на коне.

— И ничего не хочешь мне сказать? — еще и издевается, засранец.

— Спасибо, что помог.

— Это все?

— Тебе мало?

— Тебя могли изнасиловать в темном переулке, а все, что я слышу, это всего лишь спасибо? — ударить бы тебя, Деми, да силенок не хватит.

— Большое спасибо, Демиан. Так сойдет?

— Вполне, — небрежно бросил он мне в ответ.

Это он мне сейчас одолжение делает или нет?

— Благодарю от всего сердца, — в доказательство своих слов даже приложила ладонь к груди. — Прости, что реверанс сделать не могу — ноженьки после бурной ночи не держат.

— Теперь ты, надеюсь, поняла, что я был прав и меня надо слушаться? Если бы не я, тебе бы пришлось очень плохо, Лена. А если бы ты меня слушалась и вела себя, как приличная девушка, ничего бы не произошло, — тоном профессора, читающего лекции нерадивым студентом, заговорил Демиан.

— Поняла, поняла. До восемнадцати никакого алкоголя.

Хорошо, что он еще лекцию о вреде наркотиков и курения не прочитал. Сорша не переживет, если кто-то отнимает у нее драгоценную возможность покапать мне на мозг.

— Я вообще имел ввиду, твой внешний вид. Твою одежду.

Ээ… Разве не алкоголе все дело?

— Причем здесь моя одежда?

— Если бы ты одевалась скромно, этот парень не решил, что ты доступная. Раз уж ты живешь в другом мире, то привыкай, к тому, что здесь другое общество…

— Которое похоже никогда не слышала о женской эмансипации, — мне все-таки удалось поддеть наглеца. — Слушай, Демиан, я в ваш мир строгих нравов ни-ког-да не стремилась. Можно сказать меня сюда привели насильно. Так, что до здешних правил, особенно, по поводу одежды, мне нет никакого дела. И я буду счастлива, если за их несоблюдение меня отправят обратно в Россию.

— Жаль, что ссылку отменили столетие назад, как и забивание непослушных камнями, — с сожалением вздохнул юный тиран и направился к выходу.

Знаете, я не удивлена, почему Сорша выглядит, как клуша. С таким-то братцем любое развитие личности подлежит уничтожению еще в стадии зародыша.

— Демиан, — окликнула я парня у двери, — спасибо, что тогда пришел на помощь… И это не просто спасибо, чтобы ты от меня наконец отстал. А искреннее. Мне было очень страшно, — совесть все-таки дала о себе знать. Пусть Демиан и последний наглец, но он меня спас. Как бы пафосно это не звучало.

— Пожалуйста.

— А можно еще вопрос?

— Валяй, — «разрешил» братец, облокотившись плечом о дверной косяк.

— Как ты там оказался?

Он помолчал несколько секунд, а потом ответил.

— Меня твоя мама послала узнать, где ты и как, — и ушел, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Я, же оставшись в одиночестве, снова забралась в одеяло. Хотелось поваляться в постели подольше. Тем более, никто меня беспокоить в ближайшее время не будет. Похмелье причина уважительная, как никак.

Мама, говоришь, послала? Может оно и так. Теперь это разницы никакой не имеет. Ведь хорошо то, что хорошо заканчивается.

Тишину центральной библиотеке Мирте нарушали только шуршание книжных страниц, приглушенные шаги присутствующих и чей-то сухой кашель. А так, можно смело сказать, здесь царила поистине мертвая тишина. С подобной может соревноваться только кладбище. Да и последнее уж точно повеселее будет.

Итак, что я здесь делаю? Отличный вопрос. Я и сама хотела бы получить на него ответ.

Всё началось, как всегда с намерений Лизы укрепить внутрисемейные отношения. Я не очень-то и стремилась к обогащению знаний, планируя провести день перед теликом, потом легкий завтрак, потом снова лежание на диване… Ближе к вечеру рассматривался поход в магазин за чем-нибудь вкусненьким. Да, примерно так выглядело мое увлекательное расписание дня. Мамино расписание моего дня выглядело совсем иначе. Она очень «удачно» повстречала уходящую Соршу и поинтересовалась о цели ее прогулки. Узнав, что та собирается в библиотеку, «внезапно» воскликнула: «Лена тоже туда собиралась! Не так ли, милая?». Лизин взгляд был достаточно красноречив, что я согласилась. Я готова на все, лишь бы не слушать мамины нарекания.

Библиотека? Почему бы и нет. Последний раз я там была в классе шестом и до сих пор не отдала «Волшебника из Страны Оз».

Стоит сказать сразу, что Центральная Библиотека уж точно отличалась от моей районной. Во-первых, она не располагалась у черта на куличиках, а согласна своему имени, возвышалась прямо в центре. А во-вторых, когда Сорша подвела меня к пышному и праздному зданию с позолоченным сверкающим куполом, мраморными плитами и колоннами, украшенные нефритом и обсидианом, с фресками и фигурами местных божков, насмешливо поглядывающих на меня сверху, я не сразу поверила, что это библиотека. Ну, музей, на крайний случай.

Раньше, как мне рассказала клыкастая, здесь располагался храм Элусу. Местный бог праздников, вина и много чего еще. Веселый парень, одним словом. А эти уродливые ребята, чем-то смахивающие на горгулий, его личные подручные. Проказники редкие. Кто сидит, свесив ноги, кто полулежит, подперев щекой руку, кто гримасничает, — в общем, расположились себе со всеми удобствами на карнизе и смотрят на нас, людей и демонов, сверху. Мне больше всех понравился тот, кто кажется вот-вот плюнет на проходящих внизу. Но что-то я отвлеклась… В один прекрасный день, когда здесь обосновались люди, Элусу пришлось собрать вещички и быстренько переехать в ближайший музей. А вот в его храме сперва обосновались губернатор колонии и его совет. Потом же, после признания Тангрета независимым королевством, по решению Князя после реставрации тут сделали библиотеку.

Ну, вот именно так я оказалась здесь в компании сестренки. Сорша с радостью схватила очередной шедевр французской литературы (и к моему разочарованию, это оказался вовсе не Маркиз Де Сад), уткнулась в него и не спешила возвращаться в наш мир. Я же предпочла Америку прошлого века и взяла себе Керуака, «В дороге».

Здравствуйте, сударь. Как ваше самочувствие? Как жизнь в Московской губернии?

Ладно, ладно, Стас, можешь не закатывать глаза. Что касается твоей забытой всеми подруги… У меня все отлично. С Соршей мы подруги не разлей вода. О такой брате, как Демиан, и мечтать нельзя было. Заботливый. Умный.

Вся эта кутерьма началась вполне безобидно. И самое главное, внезапно. Был прекрасный выходной день: я занималась тем, что лежала на диване и разлагалась, Сорша сидела рядом и вязала нечто крайне мне несимпатичное. Демиан и Маркус отправились в качалку — клыкастый решил, что он сделает из моего худощавого братца мачо. Что касается, Ахо и Лизы… Ну, вы же знаете, у них все прекрасно. Так прекрасно, что порой обоих стукнуть хочется.

Итак, как я говорила, лежала я себе, никого не трогала, ничего не делала, и тут, будто гром среди ясного неба, новость от вошедшей в комнату Лизы.

— Лена, а почему ты еще не собрана? Нам через час уже выезжать!

— Куда? — недоуменно посмотрела я на Лизу. К слову мамуля была одета в светлое платье до колен, перехваченное на талии широким поясом. Русые волосы собраны в аккуратную прическу, на лице легкий макияж.

— Лена, — Лиза закатила глаза, — я тебе вчера говорила о том, что мы собираемся на пикник к родственникам Ахо.

Да? Тогда понятно, почему я автоматически пропустила эту новость мимо ушей. Мне и двух родственников Ахо хватает сполна.

— А можно я останусь дома? — и вообще, сделаю вид, что к семье Кукановых никакого отношения не имею.

— Нет. Давай собирайся, — отчеканила мать. — Сорша тебе поможет выбрать правильный наряд, — ага, она же у нас заядлая модница. — Я хочу, чтобы вы с Марком произвели хороше впечатление на родителей Ахо.

— Это будет сложно… Бабушка очень строгая, — сестрица поднялась, замерла возле меня. Здорово, значит, меня отдадут на растерзание Сорше номер два, только постарше. — Пойдем, Лена. Я тебе одолжу кое-что из своей одежды.

С тяжелым вздохом (очень старалась передать Лизе свое отчаяние) я встала и вяло поплелась за Соршей. Судя по ее довольному выражению лица, предложение Лизы пришлось сестрице по душе.

Ох, чувствую, сейчас она на мне отыграется. Интуиция не обманула — наша «гламурная модница» достала поистине самые «красивые» шмотки из своего шкафа. Спасибо, дорогая, за заботу. Я всегда знала, ты самое лучшее отдашь сводной сестре.

— Возможно, оно будет тебе немного великовато, — пробормотала неуверенно клыкастая, демонстрируя мне что-то серое и бесформенное, напоминающее мешок для картошки. — Но ничего страшного. Вот, примерь, — и протянула вешалку.

Немного великавато в данном случае — я утонула в складках этого кошмара.

— Знаешь, — я попыталась вылезти из предложенного Соршей ужаса, — я пожалуй что-нибудь в своем шкафу найду, — вопреки мнению клыкастой части семейства, у меня там не только миниюбки и коротенькие маечки.

— У меня еще свитер есть.

Действительно, почему бы не прийти на пикник в свитере, чтобы зажариться под ласковыми лучиками двух солнц? Странно, что мне столь гениальная мысль раньше не пришла в голову.

— И вот, юбка, — Сорша перебирала вещи на своей полке, я же отвернулась. Сил нет смотреть на то, во что, по мнению клуши, я должна нарядиться.

— Паранжа у тебя там случаем не завалялась?

— Не смешно, Лена, — буркнула Сорша.

Я лишь развела руками в ответ. Мол, прости, но ты знаешь, что нужно рассмотреть все возможные варианты. Да и реагирует сестра так, будто я у нее поинтересовалась, есть ли в наличии костюм кролика из Плейбоя.

Одним словом, отведенный на сборы час был убит скорее на препирательства с Соршей, нежели на обсуждения, что модно в нынешнем сезоне. Мы с клыкастой поругались и обиделись друг на друга. Я выбрала джинсовый сарафан, а она втиснулась в какое-то пышное платье, аля Барби идет на бал, и с гордым видом проплыла мимо меня. А я что? Я, засунув руки в карманы, последовала следом. По дороге расчесала пальцами свою рыжую шевелюру и предстала перед требовательными очами матери.

— Лена, такое чувство будто ты сбежала из зверинца, — выдохнула Лиза, пытась хоть как-то пригладить мои растрепавшие волосы. — Дикий ребенок.

Будем считать это комплиментом. Вроде, «О, Лена, ты прекрасно выглядишь. Этот сарафан так подчеркивает твою ладную фигуру. Локоны же, будто чистый шелк струятся по твоим плечам». Ну, вы меня поняли.

— Обещаю, что рычать и бросаться на присутствующих не буду, — заверила маму и главу семейства — они переглянулись. Если вы обдумываете мысль оставить меня дома, то я «за» и руками, и ногами. Продавленное на диванчике местечко для меня дороже всех ваших семейных ужинов, пикников, завтраков и так далее.

— Лена, я просила тебя одеться прилично, — мама вытащила из сумочки расческу и принялась приводить в порядок мои кудри. Так и знала, что без пыток день не обойдется.

— Я прилично оделась, — мы остались в прихожей вдвоем. — И вообще, ты мне подобное могла заявить, спустись я в драных джинсах и потертой куртке, с рыжим ирокезом. Но уж никак не в этом, — поправила шлейку сарафана. — Я в таком даже в католический храм могу пойти.

— Никто тебя туда не пустит, — не удержалась от шпильки мама, заплетая мне косички. Знает же, что я их терпеть не могу.

— Белый бант тоже завяжешь?

— Сегодня ты должна выглядеть ангелом, а не бесенком, как обычно.

Ангелом? Ну-ну. Сейчас нимб с подзарядку сниму и крылышки из подвала достану.

— Угу.

— Ангелом, Лена, — мама положила ладони мне на плечи. — Мне очень важно мнение Жанны. Она весьма… — замолчала на пару секунд, подбирая слова, — сложная женщина. Она против того, что Ахо встречается с мной. И уж тем более живет под одной крышей, поэтому сегодня все должно пройти идельно.

Я бросила взгляд на свое отражение, затем на маму, застегивающую сумочку. Если хочешь, чтобы вечер прошел идеально, оставь меня дома.

Конечно, дома меня никто не оставил. А зря… Потому что светская львица из меня никакая. Хоть Сорша и провела со мной инструктаж о том, как следует себя вести на подобных мероприятий, я как-то не особо вдохновилась этикетом Тангрета…

— Это несправедливо! — в доказательство своих слов я постучала ложкой по столу. — Почему должна страдать в ужасных муках я, когда у них, — под «ними» имеется ввиду младшая клыкастая часть семейства, — еще неделя каникул будет.

— Лена, — мама устало вздохнула, — мы это уже обсуждали. Занятие помогут вам с братом адаптироваться в обществе Тангрета, — такое чувство, что нашей семейки маловато для адаптиции. — Всего лишь несколько уроков, и вы будете чувствовать себя в новой школе, как дома, — уверенно закончила пафосной фразой из рекламного буклетика. Я его нашла в тумбочке, когда заглянула в родительскую спальню, чтобы одолжить у мамы ее белую юбку.

— Угу, — прощайте, мои заслуженные семь дней отдыха. Здравствуйте, дополнительные занятия в школе. Словно мало того, что я человек, так еще и психически неуравновешенный социопат, нуждающейся в советах, как правильно контактировать с социумом. Ну, просто «как завести друзей» для чайников.

— Не волнуйся, Лена, — попытался приодобрить меня намазывающий масло на тост Ахо. — Здесь нет ничего унизительного или страшного. Просто школы Тангрета немного отличаются от ваших, — это чем? Вы все-таки запекаете человечину в гигантской печи и подаете к обеду после третьего урока?

— Демиан тоже ходил на такие занятия.

В том, что Деми у нас опасный для общества тип, я ни капельки не сомневалась. Вы же посмотрите на него. Сразу видно: потерянная особь.

— И как помогло? — любезно поинтересовалась у демона. Тот лишь криво улыбнулся мне в ответ. Ясно. Видимо, нет. — Ладно, — повернулась к Лизе, — раз ты хочешь избавиться от меня пораньше, так тому и быть, — я готова смириться со своей несправедливой судьбой и заглянуть в школу пораньше. — Схожу на эти ваши дополнительные занятия, — не думаю, правда, что мне поможет. — Но, если не понравится на первом, я туда ни ногой. Договорились?

Мама и Ахо переглянулись. Посол вопросительно смотрел на свою женщину, и та кивнула. Знает, что на большие уступки я не соглашусь.

— Договорились, — последовал мамин ответ. — Завтра ты отправляешься в школу, — а как по мне, «утром будешь отправлена на эшафот» звучит и то оптимистичней.

Вы, кстати, знаете, что в клыкастом королевстве все еще действует смертная казнь? Нет. На главной Гревской площади всем злодеям рубят голову на радость простому люду. Славный-славный, у них век. Я же говорила, что демоны, они добрые. Даже чересчур.

Чувствуя себя героиней шпионского фильма, я кралась по коридору. Осторожно приоткрыла дверь в родительскую спальню и заглянула в щелочку — на фронте все спокойно. Ахо и Лиза спят. А тишину нарушает лишь тиканье часов да скребущаяся в окно ветка. Ага, вот вам и первый день осени. Вместе с ним в солнечное королевство пожаловал и сезон дождей. Может, разразиться ураган и унесет мою новую школу к черту на куличики?

Что я делаю в начале первого ночи в родительской спальни, изображая то крадущегося тигра, то затаившегося дракона? Хороший вопрос. Как раз накануне меня посетила отличная идея: а не устроить ли себе один выходной? Все-таки в отличие от некоторых клыкастых, мой учебный год начался немного раньше. И продумав на редкость гениальный и дерзкий (на мой взгляд) план, принялась за его осуществление.

Мама зашевелилась, и я замерла в метре от тумбочки. Неужели проснулась? Лиза перевернулась на другой бок и засопела. А нет, все-таки пронесло. Добравившись до своей заветной цели — будильника, я нажала заветную кнопку, отключая его.

Ну, что ж. Теперь можно и в кровать вернуться со спокойной душой. Зная маму, могу сказать, раньше двенадцати она не проснется. Так что, до свидания школа и первый официальный учебный день. Да здравствует крепкий сон до двух часов и лень все оставшееся время!

Я ведь сказала днем, что не собираюсь идти на занятия. И как честный человек, собираюсь сдержать слово.

Невероятно довольная собой, я развернулась и направилась обратно. Стоило спальне остаться за спиной, как я из Бесшумного Тигра превратилась в обычную Лену, которая топая, ввалилась в комнату.

Сорша что-то пробурчала из-под одеяла. Но кто ее будет слушать? Я — нет. А вы? Тоже нет. Вот, и замечательно.

Уютно устроившись под одеялом, снова восхитилась своей сообразительностью. Мама и Ахо не поднимуться вовремя, значит, половину уроков я точно пропущу. А там и Лизу уговорить оставить меня дома будет несложно. Поэтому: нет школы — нет проблем. А нет проблем… То можно ой как много приводить примеров.

Одним словом, завтра будет замечательный день. По крайней мере, буду просто надеяться на лучшее. Все равно выбор невелик.

Пятки утонули в густом ковре травы, и приятная дрожь пробежала по телу, рассыпаясь мелкими мурашками. Стоило мне сделать глоток пряного ночного воздуха, как усталость, будто рукой сняло.

Засунув руки в карманы, я направился прочь от дома — по тихой и спящей улочке. Подобные прогулки были не редкостью, особенно, в полнолуние. В такие ночи мне плохо спится.

Задрав голову, глянул на серебряный диск луны. Такая красивая и равнодушная, она взирала на нас всех со своей головокружительной высота.

Коттеджи остались позади, дорога сузилась до тропинки, ведущей к черным силуэтам деревьев. Лес дохнул на меня тугим запахом смолы, сосен, трав и мускуса. Как я и ожидал, они были рядом. Пришли повидаться. Пожелать удачи в новой жизни.

Я сел на землю, вытянул ноги и принялся ждать. Старая семья стала реже со мной видеться с того случая. Им запретили ко мне приближаться.

Лир не стал затягивать с появлением. Сначала мой нюх различил его островатый запах, а затем и глаза — темный силуэт, отделившейся от черничных теней леса. Он приблизился ко мне, по привычке ухмыльнулся, разглядывая, а потом опустился рядом.

— Ты почти и не изменился, — задумчиво проговорил он. — Не думал, что ты так скоро к нам вернешься.

— Мне говорили, что я вполне неплохо справляюсь.

— Да, — Лир согласился. — Ты всегда быстро учился. Но… Ты ведь не сможешь к нам вернуться, да?

Я отрицательно мотнул головой, и Лир тяжело вздохнул. До сих пор чувствует свою вину за то, что произошло. Хоть я тысячу и один раз твердил ему, что он ни при чем.

— И как дальше будешь?

Пожал плечами.

— Как все. Новый город, новая школа и новое окружение… Я справлюсь, Лир. Все не так уж и плохо, как кажется на первый взгляд. Надо оптимистичней смотреть в будущее.

Его мои слова не особо воодушевили. Мужчина бросил взгляд на мое запястье, где тускло поблескивал браслет, и недовольно поинтересовался:

— И когда снимут с тебя эту дрянь?

— Не знаю. Может быть, никогда, — ответил и коснулся тонкой вязи заклинания, покрывающей поверхность браслета. Да, сначала было тяжело свыкнуться с «клеткой», но затем приноровился как-то. Так даже легче стало. — Они дали год испытательного срока. Апотом будут рассматривать вопрос о моей «свободе», — сделал воздушные кавычки.

Лир нахмурился. Конечно, все эти процедуры ни у кого не вызовут восторга. Ну, сейчас есть хотя бы шанс… Раньше все было проще — голова с плеч и дело с концом.

Мы молчали несколько минут, пока Лир не поднялся.

— Меня ждут.

— Я знаю, — кивнул.

— Ты береги себя, Макс… И знаешь, рад, что ты наконец-то дома, — да, я тоже этому рад. — Удачи тебе во всем.

— И вам всем тоже, — отозвался я, а потом долго смотрел Лиру вслед, пока его сутулая фигура не скрылась с моих глаз.

Снова поднял взгляд на темное, усеянное звездами небо. Вот, она — последняя летняя ночь. Завтра по словам Лейны должна начаться наша новая жизнь, светлая полоса и прочее в том же духе…

Я не особо во всю эту фигню верю, если честно.

Пора бы уже запомнить, что половина моих «гениальных» идей, ничем хорошим не заканчиваются. Идея с прогулом как раз из их числа… А ведь всё начиналось вполне неплохо. До того момента, правда, как меня выдернули из постели с криками и обещаниями жестокой расправы над тем, кто отключил будильник. Не вру. Все именно так и было.

— Мама, пожалуйста, на повороте хоть притормози! — отчаянно взмолилась я, изо всех сил вцепившись в поручень. Мой бледный братец, сидящий впереди, испуганно ойкнул, когда машина пронеслась на красный свет.

Бедняга. Мне-то немного лучше — я на заднем сиденье расположилась. Хотя самое безопасное место на данный момент — это вне автомобиля!

Я понимаю: Лизу утреннее пробуждение не обрадовало, но ведь это не повод подвозить нас до школы. С тем же самым успехом мама могла добавить в завтрак цианистого калия. Все лучше, чем леденящий душу ужас от этой поездочки. Не сомневаюсь, на парочку седых прядей в моих волосах стало больше.

Мимо проносились деревья и машины, прохожие, улицы, здания; вслед нам неслись гудки рассерженных водителей. И когда перед нами на ленте дороги вырос грузовик, я невольно начала вспоминать все то, что еще не успела сделать в своей короткой, но весьма насыщенной жизни. Незаконченных (или даже неначатых дел) осталось достаточно….

Повезло Сорше и Демиану — им только к третьему уроку. И почему именно мама села за руль? За что нам, грешным смертным, такое наказание? Она же гоняет, как ненормальная. Тоже мне участник Формулы Один!

— Светофор! — пискнула я со своего места. Пожалуйста, умоляю, хоть здесь остановись.

Остановилась. Да только так резко, что я со всей радостью ударилась лбом о дверцу. Черт, будет шишка теперь.

Глухой стук услышала и мама.

— Лена, ты в порядке? — поинтересовалась «сверхзаботливая» родительница.

— Ага, все окей, — если не считать удара, пригоревшего завтрака, который я впопыхах затолкнула в желудок, и раннего подъема, то я в порядке. Относительном, конечно же.

— Вот, и славно, — контастировала мама. Естественно, она догадалась, кто в нашей семейке невероятно умный, что решился отменить поход в школу.

Нет, а чего она еще ждала? Что я как Маркус вскочу за час до подъема и буду вся такая в нетерпении от нового учебного года? Я разве смахиваю на этого психа?

К сожалению, загорелся зеленый свет. И «Шумахер» вдавила педаль газа в пол. Я тотчас последовала примеру братца: перекрестилась и нашла то, во что можно вцепиться мертвой хваткой.

Нас понесло по ленте дороги. Ууууу! Брусчатка! Вот, чего мне для полноты счастья не хватало. Небольшая встряска, чтобы мой несчастный желудок принял окончательное и верное решение расстаться с завтраком.

Наверное, на небесах услышали мои молитвы… Только я хотела выдавить из себя просьбу сойти с безумного транспортного средства, как машина остановилась. И первое, что я сделала — вывалилась наружу. Хорошо, что еще в порыве счастья удержалась от целования асфальта с восторженными криками «Земля!».

— Итак, у вас есть еще пять минут до начала второго урока, — мама выбралась из автомобиля. — Добрались мы быстро. И без последствий.

Если последствием не считаются мои убитые поездкой нервные клетки, то да — всё прошло как по маслу.

— Все, детишки, — Лиза спешно чмокнула Марка, меня и подтолкнула нас вперед. — Жду вас дома. Потом расскажите, как все прошло.

А что тут рассказывать? Уже и так понятно, все пройдет «замечательно». Тем более, два первых урока — это история. Самое то для начала прекрасного дня.

— Удачи вам, — с улыбкой маньяка радостно махала нам вслед мама. — Лена, не забывай про дружелюбие!

Спасибо. А можно я вернусь домой и буду проявлять дружелюбие к подушке и одеялу? Мне кажется, у нас так много общего. Стопудово, подружимся.

У братца была математика, и он, окаянный, бросил меня. Лену же ждала с нетерпением история Тангрета, которая началась несколько минут назад. Я еще немного поболталась по этажу, отчаянно отгоняя дикое желание вернуться домой. Отыскав где-то в глубине души силу воли и храбрость, направилась в класс. Вот, всегда ненавидела эти моменты: когда ты опоздав, мнешься на пороге кабинета, жалобно выпрашивая разрешения войти. И все на тебя смотрят…

— У нас тест, Елена, — учительница глянула в журнал. — Быстро займите свое место. О вашем пропуске поговорим попозже.

Надо было все-таки отправиться домой. И какой еще тест? После летних каникул? Серьезно?

Свободных мест было немного, и я выбрала самое удобное. Заняла предпоследнюю парту, расположившись по соседству с Максом. Он вроде неглупый парень. Если что, можно списать.

— Привет, — шепнула, спешно доставая из сумки ручку и тетрадку. Глянув на мои принадлежности, парень хмыкнул.

— Ну, хоть сейчас у тебя с собой все необходимое, — напомнил он мне те дошкольные дни, когда я, собираясь на дополнительные занятия, всегда умудрялась что-то забыть.

— Лучше бы я голову дома оставила, — буркнула я, наблюдая за учительницей, раздающей тесты. — Ее отсутствие наверняка послужило бы веской причиной удалиться с урока.

Макс улыбнулся. Не сказать, что наше общение было очень насыщенным. Порой перебрасывались парочкой фраз на уроках адаптации. Он был единственным, кого я знала в новой школе. Не считая, моих родственников, конечно. Но если что, я всегда готова сделать вид: знать не знаю данных индивидов. К тому же, Макс был человеком. А это сами понимаете, как-то сближает.

Стоило мне увидеть вопросы теста, как мысль сделать харакири линейкой показалась вполне сносной. Действительно, почему бы не получить кол в первый учебный день? Как символично-то.

— И откуда мне знать, когда первые демоны заселили южную часть континента? — поинтересовалась я тихо. — Я с ними не болтала за чашечкой кофе, сидя в собственной пещере с видом на океан.

— В девятом веке от падения Спящей Звезды, — склонился ко мне Макс. — А во втором вопросе напиши, что причиной стали распри между кланами. Можешь добавить что-нибудь про любознательность или жажду захватить новые земли… Уже на свой вкус.

Я смерила мистеру Всезнайку внимательным взглядом. Что-то не помню такого на адаптицонных уроках. Нам больше рассказывали о культуре, о поведении, а вот, мою «любимую» историю оставили на десерт.

— Нам все это рассказывали на первом уроке, который ты пропустила, — будто прочитав мои мысли вслух, пояснил Макс. Улыбнулся. — Но ты не волнуйся. Я если что, тебе помогу.

Ого.

— Спасибо большое, — искренне поблагодарила его.

Что ж, значит, рисования безобразных цветочков и кривых облаков на бумаге отменяется. И слава богу… Потому, что обычно учителя не приходили в восторг от моего художества на полях. Особенно, математичка.

Снова взглянула на Макса, который пододвинул свою работу так, чтобы я могла всё разглядеть. Вот уж правда не ожидала, что этот замкнутый и молчаливый паренек станет мне помогать. Добряк, как оказалось.

Нагнал Демиан нас с Соршей по дороге из школы. Мы с сестрицей встретились на первом этаже, перекинулись парой фраз о том, как прошел учебный день и отправились домой. Сорша увлеченно рассказывала о собрании, о воодушевляющей речи директора, о том, как прошли уроки и что ей сегодня поставили «отлично» за ответ по алгебре. Ну, очень «интересная» история.

И как раз тогда, когда сестренка гордо пересказывала мне похвалу учителя, за спиной раздалось:

— Мелочь, стоять!

Ну, начинается… Одного клыкастого я еще вытерплю, но двух — это уже выше моих сил.

— Так, Лена, нам с тобой нужно поговорить, — Демиан взял меня под локоть. — Это очень серьезная тема так, что прекрати скалиться, — добавил спустя секунду.

Я попыталась сдержать глупую улыбку, но ничего не вышло. Демиан хочет со мной серьезно поговорить? Какая неожиданность.

— И о чем же?

Братец огляделся по сторонам. Я последовала его примеру, хищно прищурившись, а потом шепнула клыкастому на ухо, пристав на цыпочки.

— Все чисто, Деми. Тебе удалось избавиться от «хвоста».

Тот смерил меня угрюмым взглядом.

— Не смешно, — и потащил в сторону дома. — Сорша, не отставай.

Да уж, если в школе Демиан лишь заинтриговал меня, то сейчас я сгорала от нетерпения услышать столь важную и засекреченную тему. Может он убил кого-то и нужно спрятать труп? Или наоборот скрыться из королевства? Или…

— Слушай, я понимаю, что ты пересмотрел фильмов про Джеймса Бонда и теперь изображаешь из себя великого шпиона, но умерь пыл… — я вырвала руку из крепкой хватки демона. — Агент 007 из тебя никудышный. Давай рассказывай, что случилось.

До нашего дома оставалось буквально минут пять ходьбы.

— Дома, — отрезал братец.

Я беспомощно оглянулась на Соршу, семенящую за нами. И почему этот балбес поговорить хочет именно со мной? Я-то ему ясное дело ничего хорошего советовать не собираюсь.

— А ты не думал, что они могут подслушать нас и там? — изобразила я испуг. — Слишком опасно, Деми, — понизила голос. — Вдруг кто-то из нашей семьи на их стороне, — бросила опасливый взгляд на клыкастую. — Ни в ком нельзя быть уверенным наверняка. Никому нельзя доверять…

Клыкастый посмотрел на меня, как на сумасшедшую. Не надо, кстати. Не я тут страдаю паранойней и изображаю героя боевика. Для полной картины мог бы еще гонку на мопеде устроить.

— Что? Тебе можно вести себя, как дурак, а мне нет? — деланно возмутилась я. — Мне между прочим еще выслушивать твой бред.

— Это не бред, — кажется, или братца задел мой тон. — А весьма серьезная тема.

Ага. Например, экономический план, который поможет королевству выйти на новый уровень развития. Как же…

— Да, — отозвалась едко. — Попивая чай из фарфоровых чашечек, будем беседовать с тобой о свободе и о истине.

— Почти что… — уклончиво ответил Демиан. — О, вот мы и пришли. Пойдем, — и потащил меня к крыльцу. — Время деньги. И нельзя терять ни минуты.

Боже, за какие грехи мне эта семейка?

Хотелось бы сказать, что свою «гениальную» идею братец позабыл через пару дней, да не могу. Не забыл. Хуже того — активно начал воплощать ее в реальность. Даже слишком активно.

Мы как раз выходили из школы с Максом, когда объявился ненаглядный клыкастый. Уточню: за прошедшую неделю в школе мы с Максом сдружились. Ничего удивительного: ведь он такой же одиночка, как и я. Так, что мы нашли друг друга. Да и интересы у нас оказались схожи. Сошлись вкусы в музыке и литературе. Ко всему прочему, Макс оказался тем самым человеком, которому понятно мое чувство юмора. Идилия, одним словом.

— Если хочешь, могу проводить тебя до дома, — предложил Максимилиан. Я уже собиралась согласиться, как заметила приближающегося к нам Демиана. Ага, ясно. Домой мне кое-кто так просто не даст уйти.

— Привет, — бросил клыкастый Максу. — Ну, что? Ты готова, мелкая?

Знать бы еще к чему я должна быть готова? На всякий случай кивнула. Братца мой ответ воодушевил. Он и так пританцовывал от нетерпения, а сейчас и подавно не мог стоять на месте спокойно.

Макс бросил на меня вопросительный взгляд. Мол, что не так с этим приматом? Я в ответ устало отмахнулась. Как-нибудь потом расскажу.

— До завтра, — распрощалась в Максом и поспешила за Демианом.

Не так быстро, братец. В отличие от некоторых длиноногих, я не настолько шустрая.

— Куда мы идем?

— В храм, — коротко бросил клыкастый, поправляя сползшую шлейку рюкзака. Я же наконец-то догнала демона и поравнялась с ним.

В храм? Деми, ты внезапно решил замолить свои грехи?

— Зачем?

— Мелани сейчас там. Эту неделю она отсутствовала. Уехала на какой-то очередной конкурс, — тогда понятно, почему наша кампания по совращению святош приостановилась. — Сегодня вот вернулась. Хочу, чтобы ты на нее посмотрела.

Угу. Прям-таки сгораю от нетерпения.

— Слушай, — подергала демона за рукав, — может завтра покажешь? Я домой хочу.

— Нет, сегодня. Лена, нельзя терять ни минуты, — звучит так, будто у нас на носу очень важное дело, от исхода которого зависят судьбы миллионов. — Занятие хора закончится минут через десять.

Больше разговор не возобновлялся. С моим братцем особо не поспоришь. Уж если что-то в голову пришло, черт с два выбьешь эту дурь. Только выстрел поможет. Желательно, из дробовика.

Мы успели вовремя. Демоны как раз покидали храм, когда я и братец пожаловали на площадку. Пока я оглядывала на удивление небольшое здание, выложенное из красного гладкого камня, Деми отправился на поиски своей ненаглядной.

Стоит объяснить, что ни христианство, ни ислам, ни буддизм особо не прижились в Тангрете. Процент верующих в религию Срединного мира совсем небольшой. Первое время пионеры пытались насадить демонам свою религию, но их затея не увенчалась успехом. «Демоны Ада», как их прозвали испанцы, оказались на редкость упрямыми. Потому кокинстадоры плюнули (золота они все равно не нашли) и оставили это безнадежное дело.

Демоны поклоняются своим местным богам. Главных всего-навсего трое: главный бог солнца — Трой, его жена богиня плодородия — Лиа, и их сын (одновременно, с этим дочь. Не спрашивайте. Что-то вроде гермафродита, который может быть, как мужчиной, так и женщиной) — Ри. Она или он олицетворяет смену дня и ночи. Остальные члены многочисленного божественого семейства отвечают за все остальное: океан, ветра, война, смена сезонов, царство мертвых и так далее. Пантеон достаточно большой, богов считать не пересчитать. Есть даже божество похмелья. Храм, в котором занималась Мелани, судя по всему принадлежал Лии. Единственная башенка была украшена символом, напоминающим чем-то кельтский крест.

От размышлений меня отвлек Демиан. Схватил за руку и потащил в сторону широких кованых ворот, за которыми виднелся внутренний дворик храма. Попетляв немного — конспиратор чертов! — остановился в нескольких шагах от группы щебетавших о чем-то девиц. Кивнул в их сторону.

— Мелани та, что в синем платье.

Я, сгорая от любопытства, выглянула из-за спины брата. И не сдержала разочарованного вздоха… Это та самая первая красавица школы? Я-то ожидала увидеть ту, чья красота затмила бы Анджелину Джоли, Шарлиз Терон и Монику Беллучи вместе взятых. Но видимо, понятия, красоты у демонов слегка отличаются от тех, что обычно показывает нам Голливуд… Мелани оказалась примерно моего роста. У нее были темные кудрявые волосы, овальное личико с большии и карими (ну, просто телячьими) глазами, изящный носик и пухлые губы. Не Василиса Прекрасная, вовсе нет. Милая такая девушка.

— Что скажешь?

— Ну… Она милая. Такая вся… Милая, — кажется, мол словарный запас на этом и закончился. — Мне как-то больше нечего добавить, — пожала плечами. — Тебе самому она хотя бы нравится?

Мой вопрос явно застал братца врасплох. Он мотнул отрицательно головой и бросил взгляд на смеющуюся Мелани. Но какой это был взгляд. О таком обычно пишут в романах… Знаете, он взглянул на нее, и в его глазах она увидела столько нежности и любви, что аж дыхание перехватило. Я не сильна в описаниях, но как-то оно так. Да и думаю, вы меня поняли.

Собственно, и тут-то до меня дошел истинный мотив всех поступков клыкастого братца. Нет, все-таки какой же он гад!

— Самую малость, — буркнул демон. — Даже не то, чтобы нравится… Просто…

И в ту же секунду мой кулак угодил ему в грудь. Братец ойкнул. Не от боли, конечно. Сил-то во мне немного.

— За что? — обиженно надулся Деми.

— За все прекрасное в этой жизни, — раздраженно отозвалась я. — Сложно было мне сразу сказать, что она тебе нравится. А не выдумывать всю эту фигню со спором?

— Говори тише, — прошипел мне в лицо демон и толкнул в сторону колонн, за которыми мы и скрылись от посторонних глаз. Ой, да ладно. Такое чувство, кому-то могут быть интересны наши перебранки. — Мне она не нравится… — и замолчал под моим выразительным взглядом. Давай сознавайся, братец. Я жду. — Хорошо. Мелани мне нравится. Очень нравится. И мне нужна твоя помощь, потому что я без понятия, как сделать первый шаг. И да я соврал тебе. Мне показалось, что идея с пари тебя заинтересует больше… — кому-то не помешало бы потренироваться в раскаянии. Не очень правдободобно получается.

Поздравляю, Деми. Фантазия у тебя наибогатейшая. Хоть стой, хоть падай, как говорится.

— Ты дурак.

— Ты мне поможешь? — и жалостливо так в глаза посмотрел.

О, нет. Только не этот собачий взгляд. Терпеть не могу, когда на меня давят подобным способом.

— Естественно, — сердито фыркнула. — Мы же «семья», — сделала воздушные кавычки. — Только еще одно условие: никакого больше вранья. Я тебе помогаю от чистой души, — плюс, конечно, небольшие и приятные бонусы, — а ты мне вешаешь лапшу на уши. Так не делается.

— Договорились. Обещаю тебе больше не врать, — Демиан поднес к груди правую ладонь, а потом быстро добавил, — во всем, что касается Мелани. Сойдет?

— Сойдет. А теперь давай пойдем домой. Скоро должен начаться мой любимый сериал, — глянула на наручные часы.

— Боги, — выдохнул клыкастый, следуя за мной, — женщина, тебя хоть что-нибудь в этом мире интересует, кроме телевизора?

Сделала вид, что задумалась. Забавно, что этот вопрос задает мне тот, кто проводит возле телика больше времени, чем я. Да еще и пульт отбирает, когда видите ли «матч начинается».

— Конечно. Не забывай пожалуйста, что широкий круг моих интересов также включает в себя лень, сон и ночные похождения к холодильнику.

— Такое сложно забыть, — ехидно отозвался Демиан. Он шагал рядом со мной, засунув руки в карманы. Я глянула на братца. Взъерошенные темные волосы, лукавая полуулыбка на губах, свободная походка… Братец, конечно, гад редкий. Но гад как ни крути симпатичный. Неужели влюбленность его так преобразила?

— Лена, — знакомый голос раздался над ухом и чья-то рука опустилась на мое плечо. — Лена, проснись. Лееееена…

Черт бы побрал эту семейку.

Я лениво приоткрыла глаза и недовольно воззрилась на склонившуюся надо мной Соршу. Потом на часы на прикроватной тумбочке. Начало девятого… Издеваешься надо мной, что ли?

— Сорша, назови мне первую субботнюю заповедь.

— Не будить тебя раньше двенадцати часов, — сказала и покраснела. — Прости. Просто подумала, что ты захочешь прогуляться со мной по парку.

О, да. Горю желанием выбраться из своей уютной постели и пройтись с тобой… Кажется, сестрица поняла все по моему выражению лица потому, что смерила меня жалобным взглядом. Ладно, у меня нет друзей (точнее, есть, но один), но она-то почему вечно одинокая дева?

— Позвони своим подругам, — и прекрати на меня так смотреть.

— Оли не может. Бетани тоже. Они сегодня собираются на ночевку к Мелани, — это к ненаглядной Деми, что ли. — И днем будут заняты, потому гулять со мной не пойдут, — уныло вздохнула.

— А тебя пригласили на ночевку?

— Нет, — и Сорша еще больше погрустнела.

Ну, все ясно. Мою тихую сестренку оставили без внимания, и теперь ей не с кем проводить свое свободное время. Добро пожаловать в наш клуб одиночек!

— Дай мне еще пять минут, — а лучше пару часиков. — И мы сходим в парк. Обещаю, — и забралась под одеяло.

— Можем даже устроить небольшой пикник. Я соберу все необходимое, — и счастливая клыкастая вылетела из комнаты.

Стоило смежить веки, как я сразу же провалилась в сон… Жаль, что ненадолго.

Разбудил меня на этот раз Демиан. Точнее, его очередное: «Почему вы не отпускаете меня в «какой-то там» лагерь?!». Четвертый день подряд ноет об одном и том же. Вся истерика заключается в том, что его друзей, то бишь Родрика и Криса (еще один приятель клыкастого) родители отправили в спортивный лагерь на несколько недель. Вроде как это очень престижное заведение для мальчишек, где они отрываются по полной. Деми ездит туда каждый год… Но ведь всякая традиция рано или поздно заканчивается.

Ахо сказал свое твердое нет, когда ему позвонила учительница и поведала, что последние дни Демиан прогуливает уроки по алгебре. Оценочки братика главу семейства в восторг не привели, потому о своем лагере он может забыть в этом году. Так, что теперь наш обделенный клыкастый уже который день устаривает скандалы, давая фору самым заправским капризным барышням.

— Чего разорался? — мрачно поинтересовалась я у Деми, встретив того на лестнице. В ответ это прекрасное создание буркнуло: «сама знаешь».

— Нечего было уроки прогуливать, — пожала плечами.

— Спасибо за совет. Учту.

Да наздоровье.

— Я письмо написал.

Ух, ты. Не прошло и века.

— Ты вроде обещал эта сделать пару дней назад, — напомнила я. — Но я рада, что успел хотя бы в этом году.

— Не смешно. Я несколько раз его переписывал. А потом как-то раз проснулся посреди ночи и просто… Вдохновение накатило. Вот, — о, мне это очень интересно. Спасибо за столь ценную информацию.

— Надо будет сегодня его отправить.

— Ага.

— Пойдешь со мной?

Какой глобальный катаклизм случился в Тангрете, раз всем я стала нужна, как глоток воздуха?

— Тебя подержать за ручку, пока ты будешь опускать письмо в ящик? — или подбадривать криками: «Давай, Деми. Ты справишься. Давай».

Я начала спускаться вниз, на ходу поправляя сползающие пижамные штанишки. Было слышно, как Лиза и Ахо в гостиной о чем-то переговариваются.

— Нет. Ну… Просто мы могли бы обсудить с тобой, что делать дальше, — клыкастый семенил следом.

Есть один вариант. Дождаться какой-нибудь реакции, для начала. Примерно так я и ответила братцу. Его подобный вердикт не очень устроил. Ожидание, видите ли…Нет, если так горишь желанием покорять девичье сердце, могу отдать тебе свою старую гитару. Отправишься к окнам Мелани и будешь петь под ее окнами о своей большой и сильной любви.

— Лена, всё готово к нашему пикнику, — Соршу я обнаружила в гостиной. Она сидела на диване, читая очередную книгу. Рядом, на полу стояла плетеная корзина полная, как я надеюсь, всяких вкусностей.

— Всё, кроме меня. Дай хоть кофе выпью.

Мои сборы много времени не отняли. Полчаса от силы, и я готова к нашей незабываемой прогулке. Сорша уже была на улице, когда в прихожей меня перехватил Демиан — его пальцы сомнкнулись на моем локте.

— А письмо отправить?

— Взрослый мальчик. Сам справишься, — и легонько шлепнула его по руке.

— Куда вы с Соршей собрались? — строго поинтересовалась «полиция нравов».

— В парк. Гулять, кормить уточек и обсуждать влияние символизма на поэзию Серебряного Века. Демиан, мне пора, — попыталась сбросить его цепкую лапчонку, но демон держал крепко.

Несколько минут задумчиво он смотрел куда-то мимо меня. Впал в ступор, что ли?

— Слушай, а может разбавить вашу компашку мужским присутствием? — и многозначительно на меня так глянул.

Я еле-еле сдержала смешок.

— Окей. Как только встретим мужчину, обязательно спросим, хочет ли он к нам присоединиться.

Боже, неужели и этот страдает тем, что у него нет друзей? Что вообще за семейка атусайдеров каких-то?

Заметив, что клыкастый заметно приуныл после моего отказа, я мягко добавила.

— Хочу обсудить с Соршей кое-что женское, — то бишь перемолоть косточки половине школы, в том числе, и твоей любимой.

— Ага. Слушай, Лена, ты там скажи Сорше, что если ее кто обижает, то ему не сдобровать. Она моя сестра и я за нее заступлюсь, — и наконец-то разжал свою стальную хватку.

Кивнула и со словами «обязательно» направилась к двери. Чувствую, долгий у нас с Соршей будет разговор. И непростой.

Предупреждаю сразу: никакого разгрома мы устраивать не собирались. То бишь алкоголь не тек у нас рекой, наркота не выпадала ввиде осадков и никто не забирался на стол, пьяный и обнаженный. Все тихо, мирно и спокойно.

Идею ночевки Маркус и Демиан приняли на ура. Последний, узнав, что придет Мелани, взялся помогать, не покладая рук. Мне даже чуток дурно сделалось от его доброжелательности.

Родители. Ахо, конечно, поворчал насчет того, что мы будем шуметь и не давать взрослым спать (на этот момент я едва сдержалась, чтобы не упомянуть, как они с мамочкой порой нарушают тишину) и так далее. Лиза наоборот — всеми руками (и ногами) «за». Так что, родителям ничего не оставалось, как согласится с нашей затеей, предоставив достаточно средств на исполнение затеянного.

Так, как наш вечер выпал на какую-то магическую ночь, то мы с Соршей решили все оформить в колдовском стиле. Аля, Гарри Поттер и Семейка Адамс в одном флаконе. В ближайшем магазинчике купили какие-то свечи, затем светящиеся в темноте украшения, доску для спиритического сеанса (зачем не знаю. Но как показала практика она послужила прекрасным подстаканником), магический шар, дающий ответ на любой вопрос, и так далее. Потом уже отправились в кондитерскую, где ряды наших покупок пополнились, печеньем, конфетами и прочими мучными и крайне вредными для фигуры изделиями.

Пока Сорша выбирала милые и романтичные комедии, где в конце все рыдают от счастья, нам с Деми удалось купить без ее ведома парочку ужастиков. По типу «Звонка» и «Омена». Что за ночевка без просмотра расчлененки? Тем более, если Соршины подруги испугаются, это будет забавно.

И вот, когда до прихода гостей оставался час, я смогла упасть на диван и довольная константировать, оглядывая украшенную клыкастыми комнату (сводные брат и сестра украшали, а я, как зачинщица, командовала парадом).

— Класс. Чувствую, вечер пройдет на славу.

И если не брать во внимание три правило Ахо, а это: не шуметь после двенадцати, никакого алкоголя и никаких наркотиков, то все действительно складывалось вполне неплохо. Правда, была в этой бочке меда и ложка дегтя, а именно, Демиан. Нет, я ничего не имею против его любви, но поведение как-то настораживает. Или может я просто привыкла к наглому и саркатичному братцу, а тут… Впрочем, судите сами.

— Как я выгляжу? — меня остановили в коридоре и поволокли в свою комнату, дабы задать столь жизненноважный вопрос.

Я оглядела братца: рубашка и джинсы. Нашел чем удивить. Больше удивилась, увидев его во фраке и цилиндре. Ну, или в костюме Бэтмена.

— Паршиво. Я могу идти? А то там твоя сестричка печет пирожки, и я числюсь дегустатором, — направилась к двери. Но разве меня отпустят просто так?

— Я серьезно, Лена, — я тоже. — Как ты думаешь, я ей понравлюсь?

Обернулась. Сделала задумчивое лицо, пристально разглядывая клыкастого. Ох, уж эти комплексы. Хоть определись: ты либо мачо-мучачо, либо скромный парнишка с робкой улыбкой. Скромный симпатичный парнишка, стоит добавить.

— Улыбнись-ка, только без клыков пожалуйста.

Деми послушался. Растянул губы в милой улыбке, и это было… Не знаю, что на меня нашло, но я, как последняя идиотка, улыбнулась в ответ. Еще и покраснела впридачу.

— Не смешно, мочалка, — буркнул Демиан, поворачиваясь к зеркалу. Мою искренную улыбку приняли за насмешку. Спасибо, блин.

— Деми, ты прекрасно выглядишь. Будь я на месте, Мелани, запала бы на тебя сразу же, — подбадривать родственников явно входит у меня в привычку.

— Правда? — он бросил на меня недоверчивый взгляд через плечо.

Странно, но я не сразу нашла, что ответить. Обычно ведь за словом в карман не лезу. А сейчас… Словно ком встал в горле.

— Конечно, — и попятилась к выходу. — Там это пирожки, все дела. Выглядишь отлично, — показала большой палец и быстренько смоталась.

Не знаю, что на меня накатило, но пусть Деми сам готовиться ко встрече с ненаглядной. Как знала, что эта семейка доведет меня до ручки!

Все повторяется снова: теплая ночь, наполненная оглущающим ароматом трав, темное бездонное небо, будто перевернутая чаша, накрывшая землю… И огонь, который струиться по венам, разбегается по телу алыми узкими дорожками. Чувствую, как меня наполняет эта дикая древняя сила, по легенде когда-то подаренная богиней Ри людям… Жадно втягиваю воздух, различая твой терпкий аромат.

Я не помню, что произошло. Просто щелчок в голове. Мгновение, изменившее все. Картинка, состоящая из маленьких деталей, рассыпается. Ранее широкий мир сузился исключительно до ее запаха и… Еще чего-то… Чего-то страшного и одновременно желанного. Меня шатает, как пьяного. Непослушное тело сжимает в своих тугих кольцах жажда. Ледяная волна судроги швыряет меня лицом в траву. Кажется, еще немного, и все кости переломаются…

Меня вырвало. А ты растерянная стоишь рядом и не можешь понять, что происходит. Пытаешься мне помочь подняться — я тебя отталкиваю. Ты пытаешься позвать кого-то, но тихий голос дрожит. Пожалуйста, просто замолчи. И проваливай отсюда. Мне так хочется это сказать, но язык присох к небу.

Сопротивление не длилось долго. Последнее, что я помню, это твои слезы и металический привкус, расходящейся во рту.

— Это все из-за вас женщин, — я иронично выгнула бровь и подняла глаза на нашего оратора. — Все неприятности начались с того, что Ева вкусила яблоко греха. И, пожалуйста, человечество изгнали из Рая!

Мы с Соршей переглянулись. Начинается.

— Демиан, — я шлепнула две ложки сахара в чашку кофе, — давай начнем с того, что изгнали человечество, а представителей вашей клыкастой расы туда вообще не пускали, — и правильно делали, кстати. — И во-вторых, пощади наши скромные женские умы. Если тебе однажды довелось подержать Библию в руках, это еще не значит, что ты ее читал.

Сорша хихикнула. Братец же нахмурился. Положив ладони на стол, он склонился ко мне.

— У тебя совсем нет совести.

И это говорит мне самый совестливый член нашей семьи! Сам небось давно продал свою за пачку жевачки.

— Есть. Но ее влияние на тебя не распрастраняется.

— Дискриминация.

Деми, у тебя сегодня день умных слов? Или ты решил опровергнуть наше мнение о том, что твой словарный запас срочно нуждается в пополнении резервов?

— Нет, это называется «помоги ближнему». Я тебе помогаю, а ты мне. Помоешь посуду, польешь цветы и пропылесошишь гостиную, и я так уж и быть схожу с тобой в магазин.

Демиан подарил мне поистине взгляд, полный ненависти. Ага. Пытайся-пытайся меня сжечь силой мысли (мыслей-то и нет в помине), но я и шага из дома не сделаю по направлению к торговому центру, пока половина домашней работы, которой нагрузила меня Лиза, не будет выполнена.

Дело в том, что я умудрилась схлопотать двойку по математике, и мама решила наказать глупую дочь. Весьма оригинальным и изощренным способом. Лучше бы в угол поставила на горох.

Ну? Я с ожиданием посмотрела на Деми. Насколько ты любишь свою Мелани? На что «готов» ради своих чувств?

— Ладно. Пойду цветы полью, — согласился клыкастый и отправился на кухню. Хоть что-то.

Все же стоит рассказать, к чему сейчас был весь этот спектакль.

Вы помните, что наш Демиан обзавелся девушкой? Ну вот, у его дамы сердца через три дня День Рождение. Братец решил поразить свою любимую. Решить-то он решил, да только фантазией природа обделила беднягу. И ему пришла в голову «отличная» идея. Обратиться ко мне. Я-то, сердобольная девушка, не откажу несчастному влюбленному…

Один нюанс: клыкастый пришел ко мне с просьбой в два часа ночи. Почему, я не в курсе. Всегда знала, что у него с головой что-то не так. Лишний раз в этом убедилась.

— Что в кино со своим шизиком собралась?

Голос братца раздался за спиной в тот момент, когда я обувалась в прихожей.

— Демиан, можно и повежливей отзываться о Лениных друзьях, — строго заметила спускающаяся вниз Лиза.

Мама замерла на последней ступени и повернулась ко мне:

— Солнышко, а на какой фильм вы собираетесь?

— На Железного Человека, — ответила я, пропуская мимо ушей едкое замечание Демиана: «если бы друзей».

— Да, — Лиза улыбнулась. — Роберт Дауни Младший там просто красавчик. Помню, я его в другом фильме… Ммм, — что ж, вкусы у нас с мамой совпадают, по крайней мере.

— Знаю, мамуся, — чмокнув Лизу в щечку, подхватила сумочку и направилась к двери. — Скоро вернусь, — и махнула рукой на прощание.

Правда, мое прекрасное настроение тотчас улетучилось, когда за спиной повторно хлопнула дверь и вслед за мной на улицу вывалился Деми.

Я резко развернулась к клыкастому.

— В сопровождении не нуждаюсь, Демиан. Знаю, что ты сомневаешься в моих способностях, но до кинотеатра как-нибудь сама доберусь.

Засранец клыкастый хмыкнул.

— А кто сказал, что я тебя сопровождаю, мелочь? — засунул он руки в карманы и достал ключи. — Я между прочим в кино иду с Мелани. О, не буду задерживаться. Сеанс начнется через двадцать минут, — и отправился к своему припаркованному у бордюра мопеду.

Я злобно смотрела ему вслед. Вот же ж гад! Значит, пришла ему идея о том, где провести вечер со своей дамой. Угу. Фантазия бьет ключом просто!

— Тебя подвезти? — с улыбкой поинтересовался Демиан, оборачиваясь ко мне. — А то еще опоздаешь…

— Спасибо, — выдавила я. — Не стоит беспокоиться, — и, печатая шаги, направилась к остановке.

Так, Лена, успокойся. Все хорошо. Эта сладкая парочка «твикс» просмотр вам с Максом не испортит. Тем более, в зале будет темно, зрителей достаточно.

И собственно, чего это я взбесилась? Подумаешь, свидание у них. Мелочи какие-то.

Прошло три дня, а Макс так и не появился.

Демиан в тот вечер довел меня до дома. Я еще пару раз перед сном пыталась дозвониться до друга, но всё глухо. И если сначала он просто не брал трубку, то потом абонент и вовсе стал недоступен. Заснула я часа в три ночи, обдумывая месть приятелю. А в том, что я ему завтра покажу, где раки зимуют, нисколько не сомневалась. Да только сюрприз меня ждал — Макс на уроки не явился. На мои вопросы учительница ответила уклончиво: «Позвонили родители, сказали плохо себя чувствует». И всё. Больше я ничего не узнала.

Нет, я все понимаю… Но почему он меня не предупредил? Если болен, то почему мне об этом не сказал? Бред какой-то. Я же волнуюсь, черт побери!

И почему я не умею связываться с нормальными людьми?

— Мелкая, ты что сдурела? — заорал Демиан на ухо и резко дернул меня за рукав. — Куда по машину лезешь?!

Недовольно прогудел проехавший мимо меня автомобиль, будто подтверждая слова брата, и скрылся за поворотом. Демиан встряхнул меня еще раз для приличия и отпустил.

— Глаза разуй, щепка. Ты что на дорогу не смотришь?

— Задумалась, — передернула я плечами. Да уж, действительно чуть под колеса не попала.

— А ты чего из себя супермена корчишь?

— Сочту за спасибо, Демиан, что не дал мне прокатиться на капоте той тачки, — хмыкнул мой брат. — Вот, ты забыла, — и достал из рюкзака мой пенал. — Держи.

— Спасибо, — рассеянно поблагодарила я его. — Мог и дома отдать.

— Ага. Только гляжу я на тебя и боюсь, до дома с такими темпами нескоро дойдешь. Да и… Подумал, неплохо было бы пройтись вместе.

Мелани на Демиана обиделась за то, что братец бросил её тогда. И теперь мой родственничек обделен вниманием своей прекрасной половины. Но самая мрачная роль в нашем семействе по праву достается мне. После исчезновения Макса настроение еще то… Сама «доброта и понимание».

— Как твоя дама сердца? Всё еще дуется?

— Есть немного. Слушай, ты это… Не особо сильно из-за своего Макса переживай.

— Я и не переживаю, — мне уже Сорша промыла мозги насчет того, что благородные джентльмены так с дамами не поступают.

Только ты не начинай. Хватает расспросов мамы и Марка, почему я такая угрюмая. «Солнышко, может тебя кто-то в школе обижает?».

— Я бы так не сказал.

— Лучше вообще ничего не говори.

— Лена, встретился тебе на дороге один сумасшедший, так это же не значит, что ты должна на нем зацикливаться, — гнул свою палку Демиан. — Найдешь себе другого ненормального друга.

Пожалуйста, клыкастый, не зли меня.

— Вот, что ты в нем нашла, а? — вместе с табличкой с надписью «сарказм» надо будет сделать еще одну, с надписью «молчание-золото». — Я, конечно, понимаю, что простые смертные не для тебя, но могла бы найти себе и более адекватного друга…

У меня терпение далеко не ангельское, а в таком настроении и подавно. Я повернулась к брату. Тот остановился. Вероятно, взгляд у меня был дикий потому, что Деми примиряюще поднял руки.

— Лена…

— Ни слова больше про Макса, — я ткнула пальцем в грудь парня. — Ни слова, понял? Еще раз я услышу что-нибудь, вроде не переживай или не грусти, грустить уж точно не буду, поверь. И не смей обзывать моего друга психом, шизиком и так далее. Услышу и врежу. Даже не сомневайся, — пригрозила кулаком, а затем быстрым шагом двинулась в сторону дома.

— Лена!

— Отвали! — рявкнула я, не оборачиваясь.

Больше клыкастый меня не доставал.

Этот день не задался с самого начала. Так, как вечером должна была приехать Жанна, мама встала пораньше и разбудила нас шумом. Называется, решила пропылесосить. Потом я опоздала на урок и получила выговор. Это был уже второй на неделе, и преподовательница отправила меня к директору. Одним словом, четверг. А эти дни у меня обычно не самые удачные.

«Куканова, после урока к директору. Бегом. А то еще раз опоздаешь», — ох, и люблю я же нашу математичку.

На этом сюрпризы не закончились. Я стояла в коридоре, ожидая, когда меня пригласят войти, дабы обрушить на рыжую голову все кары небесные… Тут дверь кабинета распахнулась и прямо на меня шагнул Макс.

Оп-па!

Приятель окинул меня равнодушным взглядом и пошел дальше. Я же ошарашенно уставилась ему вслед. Ничего себе поворот!

Минут десять мне читали тираду о роли дисциплины в жизни. О том, как важно приходить вовремя, что это проявление уважения к учителям и так далее. Я еле-еле усидела на месте. Черт, Макс вернулся! Не терпится разузнать, где он пропадал и что с ним случилось.

Наконец-то меня отпустили. До начала урока у меня оставалось еще несколько минут в запасе. В пустом классе — длинная перемена, все скорее всего в столовой — сидел только Макс. На нашем месте, за последней партой.

— Ясное дело, тотчас поспешила к нему. Просто сцена из романтического фильма: я бегу, волосы развеваются, портфель бьет по попе. Лена вся такая счастливая с идиотской улыбкой от уха до уха.

— Что касается Макса… То он даже не удостоил меня вниманием. Продолжал что-то писать в своей тетради и оторвал взгляд от бумаги, только когда я села на свое место и легонько подтолкнула парня в бок.

- Ты где, черт побери, пропадал?!

- Пожалуйста, не кричи так, — спокойно отозвался приятель и вновь вернулся к прерванному занятию.

- Хорошо, — я понизила голос. — Так, теперь скажешь, где пропадал?

- Болел.

- Почему ушел тогда? Почему мне не позвонил? Почему…

— Макс раздраженно захлопнул книгу. Повернулся ко мне и злобно поинтересовался:

- А с какой стати я должен перед тобой отчитываться? Это тебя не касается.

— Его слова и стали последней каплей. Я медленно поднялась со стула.

- Не касается? — голос мой дрожал от злости. — Знаешь, вот от тебя я никак не ожидала свинства. Ты хоть представляешь, как я за тебя волновалась? Ты же пропал и даже не удосужился сказать, куда и надолго ли. И что мне надо было думать?! А вдруг с тобой что-то случилось?! А вдруг ты лежишь в больнице?! Или ты умер?! И вот… — я резко замолчала — Макс смотрел удивленно, словно не ждал, что меня настолько сильно заденет его раздраженный тон, — ты, наконец, появляешься! И все, что я слышу «это тебя не касается». Спасибо огромное. Удружил. Если меня это не касается, прекрасно! — всплеснула раздраженно руками. — Лезть не буду. Адьёс, — и быстрым шагом направилась прочь из класса.

— А в коридоре я столкнулась с Демианом. Заметив, что я не в настроении, он преградил мне дорогу и, когда я попыталась юркнуть в сторону, схватил меня за руку, развернул к себе. К глазам как раз в тот момент подступили предательские жгучие слезы.

- Эй, мелкая, ты чего? — с беспокойством поинтересовался братец. — Ты что плачешь? Лена, что случилось? Тебя кто-то обидел?

- Никто меня не обижал, — я попыталась стряхнуть его руку со своего локтя, но не получилось. — Никто меня не обижал, Демиан.

— Он внимательно вглядывался в мое лицо несколько секунд, а потом нахмурился.

- Это шизик твой, да? Я видел его в школе сегодня. Он тебя обидел? Да?

- Нет.

- Значит, он, — заключил парень и отпустил меня. — Не расстраивайся, мелкая, а затем задумчиво добавил. — Всё будет хорошо, мелка, — и направился в класс.

— Я же отправилась в уборную: успокоиться и привести себя в порядок.

— Эх, если бы я знала, что это только затишье перед грозой, и что туманное изречение Демиана повлечет за собой и решительные действия. Если бы я знала…

-

— Итак, последний урок. Биология, до начала которой осталось минут пятнадцать. Я сидела на первой парте, никого не трогала, повторяла домашнюю работу… И тут…

- Лена! Где Лена?

- Я здесь, Кайла, — я повернулась в сторону своей одноклассницы. — Что случилось?

- Там дерутся, — выпалила девушка, — во дворе школы.

— Хм. Я что забыла снять свой костюм «Супервумен», на котором написано «борец за справедливость»? Ой, простите, сейчас дочитаю параграф и пойду спасать мир.

- Это не имеет ко мне никакого… — начала была я, но Кайла меня перебила.

- Это Макс и Демиан, — оу… — Да ты сама посмотри! — одноклассница подскочила к окну, тыча куда-то пальцем. — Сорша пыталась их разнять. Ничего не вышло.

— Ага, а сильная Лена это сделает запросто: просто возьмет за шкирку обоих и хорошенько встряхнет, чтобы привести в чувства. Хотя…

— Я сразу же вскочила: на площадке уже собралось немало народу, и все наблюдали за тем, как двое дерутся. Кайла сказала правду, это действительно были Демиан и Макс. Я прижалась к стеклу, чтобы получше все разглядеть. Вот, сейчас Демиан ударил моего друга в живот — тот согнулся, но вовремя успел уйти от второго удара.

— Мамочки! Да они же сейчас поубивают друг друга!

- Идиоты! — выругалась я и пулей вылетела из класса.

— Когда я выбежала во двор, драка не закончилась. Наоборот страсти еще больше накалились. Что касается присутствующих, они и не думали её разнимать, с удовольствием наблюдая или снимая на мобильные телефоны. Кто-то вроде побежал за учителями, однако, подмога в лице директора и завуча, еще не подоспела, поэтому Лена, весьма храбрая и весьма не умная девочка, полезла разбираться сама…

— Растолкивая зевак локтями, матерясь и наступая кому-то на ноги, я наконец прорвалась в эпицентр событий и грозно двинулась к дерущимся. Роста во мне метр шестьдесят, силы соответственно немного. Что я хотела сделать, кроме того, как внести еще больше суматохи, не знаю. Но в тогда я почему-то подумала, что будет правильным — вмешаться.

- Кретины! — хоть голосок у меня громкий (спасибо мамочке за такие гены). — А ну, прекратите! — я схватила своими хиленькими ручонками Макса за рукав, потянула на себя, еще кое-как ухитрилась пихнуть Демиана в бок.

— Теперь в драке участвовало трое. Включая меня, которая вообще пришла сюда с крайне благородными намерениями. Например, не дать сводному братцу сломать шею моему другу.

— Драка только сегодня и только у нас во дворе! Всем вступившим синяки и ушибы в подарок! Присоединяйтесь!

- Немедленно остановитесь!

— Ой, мужчины стали такими послушными, такими послушными, что стоило им услышать мольбу дамы, как драка сразу же прекратилась…

— Макс оттолкнул меня, чтобы я не путалась под ногами и пошел в атаку — теперь уклоняться и пытаться кое-как блокировать удары стал мой клыкастый братец.

— Может, мне изобразить Киру Найтли из «Пиратов Карибского Моря»? Свалится в обморок со словами «нечем дышать»? Хотя не думаю, что в такой ситуации мне это поможет.

— И тут раздалось из толпы:

- Директор! — крикнул кто-то один. «Директор» подхватилось всеми и скоро ряды зрителей поредели. Очень быстро и очень заметно так поредели — ученики предпочли досматривать бой из окон.

— Вот, только эти двое никак не хотели униматься… В отчаянной и абсолютно глупой попытке я бросилась к Демиану, надеясь, что хоть угрожающее «директор» возымеет свой эффект.

- Директор идет, — я оказалась рядом с братом, успела крикнуть ему это на ухо, перед тем, как что-то, очень твердое, ударило меня в лицо. А именно, в глаз.

— Я ойкнула: скорее от удивления, нежели от боли, затем неуклюже плюхнулась на пятую точку, продолжая удивленно пялиться куда-то…

— Что, собственно, произошло?

— Шок длился недолго: несколько секунд, потому что потом…

- Черт вас всех побери! Блин! — выругалась я и прижала руку к горящему глазу — именно туда и угодил кулак Макса. А в том, что это был его кулак, я нисколечко не сомневаюсь!

- Лена, прости, прости, прости… — рядом со мной кто-то опустился. — Убери руку. Дай мне посмотреть, — поблизости суетился извиняющейся Макс, а спустя секунду я услышала и голос Демиана.

— Ну да, как же без него… Героя…

- Придурок, ты ударил мою сестру! — что ж, теперь понятно, кто стал зачинщиком драки… Какой удивительный поворот сюжета.

- Я случайно!

- Я тебе уже говорил, держаться от нее подальше!

- Заткнитесь оба! — закричала я — тогда-то они и замолки.

— Правда, я не знаю, что больше подействовало, я или директор, стоящий за моей спиной. Он дал о себе знать почти сразу же после моих слов:

- Правильный совет, Елена. Все живо в мой кабинет, — отчеканил мужчина, развернулся и пошел обратно в здание школы.

— Макс помог мне подняться; Демиан злобно на него косился, пока я пыталась встать на ноги. А я же была так зла на обоих, что видеть их не было сил.

— Очень смелая и не очень умная девочка Лена оказалась у директора второй раз за день из-за того, что пыталась поступить благородно. И сейчас, оглядываясь на две унылые фигуры парней, идущих за мной, то и дело прикладывая руку к ноющему глазу, я думала о том, что было бы прекрасно, если бы они покалечили друг друга в драке… По крайней мере, я бы спокойно подготовилась к биологии. Теоретически, а не практически проверяла бы способности своего организма в экстремальных ситуациях.

— Но как говорят те, кто уже сглупил, что «сделано, то сделано» или что-то типа «прошлого не вернуть».

— Что касается нашего общего похода к директору, то спешу разочаровать: парни не строили из себя героев. «Это он начал!», — заявили оба, причем одновременно и с таким видом, будто глубоко оскорблены тем, что они, v.i.p. персоны, грубейшим способом доставлены к директору.

- С этими все ясно. Ну, а ты чего в драку полезла? — сердито посмотрел на меня директор. — Сегодняшнего визита не хватило?

- Да нет, хватило… Просто давно хотела фингал получить, — пожала плечами я. — Это нынче модным считается. А тут такой случай предоставился.

- Ты же девочка. Тебе вообще должно быть стыдно, что ты там оказалась! — ага, так стыдно, так стыдно, что аж снова заныл глаз.

— Я мимолетом глянула на тихих парней: притихли-то они притихли, а вот, стыда, конечно же, не наблюдается.

— Директор говорил что-то еще, но моя выработанная привычка — пропускать мимо ушей нотации — не подвела и на этот раз. Внимание Макса привлекла к себе книжная полка — он, краем уха слушая директора, разглядывал корешки книг. Демиан же рассматривал пол и кончики туфлей.

- Можете, идти. Свободны! — и чтобы произвести дополнительный эффект своим словам, директор ударил по столу кулаком.

— Мы втроем переглянулись и молча покинули кабинет.

- Что ж, самое худшее осталось позади, — заметил Макс.

— Ну-ну, верь и надейся, мальчик.

- Как твой глаз? — заботливо поинтересовался он.

- Нормально, — «вежливо» ответила и направилась к лестнице, ведущей на второй этаж.

- Лена, подожди… — Макс попытался меня остановить, но вмешался Демиан. Кто-нибудь заберите этого героя обратно в психушку!

- Она не хочет с тобой разговаривать. Проваливай, — спасибо, Деми, а я сама разговаривать не умею. — Давай, давай.

- Знаете что, — я поднялась всего на три ступеньки, а затем спустилась заново вниз, — вы мне оба надоели! Ты, — я ткнула в Демианом. Да, в людей тыкать пальцем неприлично, знаю, но Деми же у нас демон. Значит, сделаем исключение. — Ты меня достал. Если у тебя создалось впечатление, что я за время нашей с тобой последней беседы разучилась разговаривать, то оно ложное. Если мне кто-нибудь мне надоест, думаю, у меня хватит извилин сказать ему «отвали». А что касается братской заботы, то я не принцесса из одинокой башни и я прекрасно могу постоять за себя. По поводу тебя, — повернулась к Максу. — Ты вообще человек загадка. Тут уж без комментариев. Определись сначала со своими тараканами в голове. И до тех пор не приближайся ко мне и на пушечный выстрел! А сейчас будьте любезны оба оставьте меня в покое. Мне еще реферат по биологии читать.

- Может сперва в медпункт сходишь, — предложил осторожно Макс.

— Дельная мысль, кстати. — Хочешь могу проводить? — все еще пытался искупить свою вину он.

— Ага. Какая забота.

- Пушечный выстрел, — прорычала я, спускаясь вниз.

— Нет, как же я на них зла! И ведь, никто не извинился: ни Макс, ни Демиан! Но ничего: уж я-то им устрою… Обоим.

А приехала Великая и Ужасная Жанна ближе к девяти часам. К ее приезду мы приготовились знатно: мама с утра затеяла уборку, клыкастая часть семейства отправилась в магазин, а я и Марк помогали мамуле.

Кстати, заметив мой фингал, Лиза хохотала долго. Предложила даже за фотоаппратом сбегать, чтобы «чудо» это заснять. А чудо, как надо полагать, это я.

— Видно? — размазывая отстатки тонального крева вокруг глаз, поинтересовалась я у Маркуса.

Тот натянуто улыбнулся.

— Выглядишь отлично, — и поднял большой палец вверх.

Угу. Фальшивая улыбка тотчас пропала, стоило Марку встретиться с моим злобным взглядом. Да уж, братец, как и я, врать не умеет абсолютно. Видимо, все в нашем семействе обделены этим талантом.

— Он заметен, — сознался братец. — Но чуть-чуть.

- Ясно, — значит, заметен и вовсе не чуть-чуть. Снова схватилась за баночку с кремом. Спасибо Максу за подарочек. Ни один тональник его не берет.

- Маркус, я ужасно выгляжу, да? — для нужного эффекта даже шмыгнула носом.

— Давай успокой меня и скажи, что я прекрасна, аки Василиса Прекрасная. Только звезда у меня не во лбу горит, а возле глаза. И на этом твоя пытка будет закончена: меня комплимент подбодрит немного, а ты с более-менее целыми нервами спустишься вниз встречать Жанну.

- Да, — кивнул братец, немного подумав, и тут же получил от меня подзатыльник. — Но я же сказал правду! — возмутился.

- Вот, именно! — всплеснула я руками. — Кто захочет услышать то, что он знает и так? — тем более, я и без твоей помощи, могу прекрасно догадаться, что до Афродиты мне сегодня далеко. Я нынче ближе к Медузе Горгоне.

- Но я же тебе еще несколько минут соврал, что ты выглядишь отлично, однако, ты все равно была недовольна, — недоумевал о причине моего раздражения Марк.

- Да, — я кивнула. — Но тебе надо было соврать еще один раз.

— Это же так очевидно: все любят комплименты. Только почему-то мой брат не может понять такой простой вещи.

- Зачем, если тебе не понравился мой ответ?

- Я девушка. Мне приятно, когда говорят, что я красивая и выгляжу отлично, пусть это и ложь от первого до последнего слова.

- Но даже если я тебе скажу, что ты выглядишь отлично, ты начнешь это отрицать…

- Так положено. А ты все равно убеждай меня, что я красивая, даже если у меня будет два фингала, рожа кирпичом и солома на голове.

— Маркус думал над моими словами несколько секунд, а потом выдал осторожно:

- Ты красивая, Лена, — и выжидающе посмотрел на меня.

— Наверное, боялся, что я сейчас снова разозлюсь. Но ладно, хватит мелких мучить.

- Ой, брось врать! — хлопнула его по спине и вышла из комнаты. Краем зрения зацепила, как брат закатила глаза и тяжело вздохнул: «женщины».

— А внизу вся семья собралась в ожидании пресловутой Жанны. Я глянула на маму: красивое платье, русые волосы уложены в высокую прическу, легкий макияж — хорошо выглядит. Ахо и Демиан в костюмах. Мужчины официальны не только в одежде: на лице застыло крайне надменное выражение. Будто они не мать и бабушку встречают, а находятся на приеме у Елизаветы II, которая их в рыцари посвятить собирается. Сорша в платье до пят. Эта милая клуша как всегда, оделась еще нелепее, чем я. Редкая способность. Зато рядом с ней всегда можно почувствовать, что выглядишь намного лучше. Удобная сестра.

— А что касается меня?

— Я стояла в джинсах, растянутой майке с надписью Sex Pistols, лохматая, как пугало, с оранжевым пятном возле глаза, которое по идее должно скрыть синяк, сгорбившись и засунув руки в карманы.

- Что? — спросила я, перехватив недовольный мамин взгляд.

- Иди переоденься, — шепнула она мне.

- Мы не Князя встречаем, а их родственницу, — отозвалась я и поморщилась, когда мама начала пытаться что-то сделать с моими волосами. — Мам, ну, не надо! — отмахнулась, но Лиза была непреклонна: каким-то магическим образом у нее в руках резинка для волос — мамочка стянула мои рыжие патлы в высокий хвост.

- Теперь хорошо, — удовлетворенная проделанной пыткой, она вернулась на свое место — рядом с Ахо.

- Синяк виден… — буркнула и распустила волосы обратно.

— Мама неодобрительно на меня покосилась, но тут входная дверь открылась и на пороге показалась Жанна.

— Добро пожаловать в Ад, милая женщина! А мы вас уже заждались.

— Жанна аккуратно поставила чемодан на пол и внимательно осмотрелась, будто бы оценивая царившую обстановку. Но взгляд ее сразу же потеплел, когда Ахо сделал ей шаг навстречу.

- Мама, — произнес он.

— Я заметила, как Лиза иронично приподняла правую бровь, наблюдая за трогательными объятиями мамы и сына. Но когда потенциальная свекровь отстранилась от Ахо и глянула на нее, Лиза тотчас улыбнулась.

- Очень рада, что вы к нам приехали.

- Я тоже очень рада, что мне удалось вас навестить, — таким же вежливым тоном отозвалась Жанна.

— Это у меня одной нехорошее предчувствие от излишней вежливости в их беседе? Или кто-то еще чувствует надвигающуюся катастрофу?

— Затем Жанна обратила свое внимание на внуков. Ну, пошло-поехало.

- Сорша, — и придирчиво рассмотрела клыкастую сестричку, — как всегда выглядишь… Не очень, — женщина повернулась к Демиану. — Здравствуйте, юноша. Как успехи в школе? Нам уже праздновать получение твоей первой пятерки? Или все-таки еще подождать?

— Демиан, конечно, же промолчал. А вот я не сдержалась и хмыкнула.

- Да, мама, — Ахо взъерошил темные волосы, — в нашей тихой семейной жизни твоего чувства юмора очень не хватало.

— Эм, в тихой семейной жизни, Ахо? У тебя есть еще одна семья, о существовании которой никто не знает? А можно меня забрать туда?

- Я здесь, и эта потеря будет очень скоро восполнена.

— Значит, моя интуиция меня не обманула. Пойду-ка соберу вещи и пережду бурю где-нибудь в безопасном месте. Например, в Срединном мире.

- Необычайно рады этому факту, — подала голос Лиза.

— Я вижу, как ты рада, — обронила Жанна и повернулась ко мне. — А ты Маркус верно?

— Эм… Она серьезно или издевается сейчас?

- Нет, слава богу, — ответила. — Я — Лена, — и откинула волосы, открывая ей свое прекрасное личико.

- Хм. Точно, у тебя же двое детей, Лиза. Значит, ты Лена, — кивнула. — А что у тебя с глазом? — заботливо поинтересовалась, приглядываясь.

— А из вежливости сделать вид, что его не существует, нельзя?

- Фингал. А оранжевое пятно вокруг — это тональник.

— Жанна удивилась. Да, я знаю: нечасто приходится видеть такой плохой пример неумения пользоваться косметикой.

- Хм. Больше так не делай. Выглядит странно, — то есть ужасно, если включить «честность».

— Спасибо, вы мне просто Америку открыли. А я думала, что мне идет желтое пятно на лице. Это же должно придать моему образу немного экстравагантности, разве нет?

- А я Маркус, — представился мой братик.

— Жанна вынесла ему приговор сразу же:

- Постричься бы тебе. Раз я со всеми поздоровалась, может, покажешь мою комнату? — обратилась Жанна к Ахо.

— Судя по лицу Лизы, она едва не ляпнула: «Оно по ту сторону входной двери» или «Вон, коврик. Располагайтесь».

- Да. Демиан пока поживет с Маркусом. А ты займешь его комнату.

- Хорошо. Деми, внучек, возьми бабушкин чемодан и отнеси его в свою комнату, а я бы хотела выпить кофе. Он же у вас есть? — это было адресовано Лизе.

- Конечно. Пройдем-те на кухню, — сделала мамочка приглашающий жест.

— Удар гонга.

— Лиза vs Жанна.

— Раунд первый.

-

— Пока мама и Жанна на кухне изображали из себя вежливых и миролюбивых созданий, я спешно ретировалась наверх. Мои нервные клетки, получившие вторую степень инвалидности, пока еще мне дороги. А Лизины и Жанные ужимки обещают добить их окончательно.

— По пути в комнату меня перехватил Демиан.

- Слушай, — загородил он мне дорогу и скрестил руки на груди, — есть у меня к тебе разговор.

— Уже теряюсь в догадках, что же такой высокопоставленной персоне могло понадобиться от простой человечи?

- Ну?

— Демиан оглянулся по сторонам и втолкнул меня в свою комнату, прикрыл за собой дверь. Эм, это ты так извиниться решил клыкастый?

- У тебя же почерк аккуратный?

- Не очень.

— Хм… Ну ладно, и такой сойдет. Подойди, — и жестом подозвал меня к столу, где из груды учебников и тетрадей Деми извлек на свет отчет о первой четверти. Мы все такой получили пару дней назад.

Я пробежалась глазами по оценкам. Впечатляет. Пятерка по рисованию, по физкультуре, музыке и истории. Четверка с плюсом по математике. Ого. Что нашло на нашу учительницу? Язык, физика, химия, биология, георгарфия — четверках. И одна скромная троечка затесалась по общественному праву.

— Демиан, — я внимательно посмотрела на клыкастого, ищущего ручку среди хлама, — ты что учителям деньги заплатил? Я точно помню, что у тебя по алгебре выходила тройка.

— Это не настоящий отчет. Фальшивка. И ты должна его подписать. Вот тут, — его палец опустился к «подпись директора». — Здесь тоже. На месте учительницы.

Ага, так вот, значит, что от меня требуется? Демиан такой Демиан. Никакой совести. Только помогать так просто я не стану. Тем более, что-то не расслышала твоих извинений, Деми.

Я положила лист бумаги на стол, развернулась, чтобы уйти, но проворный клыкастый остановил меня.

— Я понял, — примиряюще поднял руки, встречаясь с моим угрюмым взглядом. — Я виноват, что ты теперь у нас самая красивая в семье. Прости.

Емко и по делу. Вероятно, Деми всерьез воспринял поговорку: «краткость сестра таланта».

— Так, ты подпишешь?

— Катись ты, Демиан, к черту. И отчет свой прихвати.

— Но я же извинился, — возмущенно всплеснул руками этот… этот… Нет, у меня даже кончились слова, чтобы охарактерирозовать данную клыкастую особь.

— Мы вообще-то одна семья.

— Мелани свою попроси отчет подписать, — рявкнула я. — И не забывай, — указала на свой синяк и ушла.

Так-то, клыкастый, пока не извинишься, никакой родственной помощи. Может еще стараниями твоей бабули, мы родственниками вообще не станем. Уж очень на это надеюсь!

Утро это такое время, которое язык не поворачивается назвать радостным. Особенно, когда приходится еще стоять в очереди в ванную, где битый час плескается Демиан.

— Надеюсь, ты там утонул, — крикнула я, ударила по двери ногой и отправилась дальше спать. В запасе было еще пятнадцать минут… А дальше, все пошло-поехало по уже обыденному сюжету. Обнаружила пропажу мама за завтраком и пустилась по моему следу.

— Лена! — я резко подскочила от ее гневного окрика. Протерла глаза, пытаясь включить мыслительный процесс, который походу перегорел от такого резкого пробуждения.

Мама выдернула меня из кровати, а затем под её строгим надзором я одевалась и приводила себя в порядок. Мою расческу Сорша опять куда-то спрятала. Она называет это «навести порядок», но мне больше нравится «ты опять перекладывала мои вещи, без моего же ведома».

Одного взгляда на завтрак хватило, чтобы осознать: это нечто будет смотреться лучше где-угодно, кроме моей тарелки. И уж, тем более, моего желудка.

— Солнышко, ты даже не поела, — мама, возникшая в дверях, всучила мне стакан сока и бутерброд.

— Мне худеть пора, — брякнула, не подумав.

Вроде бедный несчастный ребенок голодным отправляется в школу, волнуется за свою фигуру. Обычно матери должны вселять в своих детей уверенность. Мол, зачем тебе худеть, милая, ты стройная, аки березка. Вот поешь. Но моя мама окинула меня оценивающим взглядом, кивнула и забрала скудный завтрак обратно со словами: «действительно пора».

Что же такого я натворила в прошлой жизни, раз мне досталась настолько «заботливая» семейка?

Братец и клыкастая часть семейства копошились в прихожей, собираясь. Маме вскоре надоело на нас, таких медленных и неповоротливых смотреть, и она пригрозила:

- Так все живо вон из дома, а то опоздаете в школу, — и подумав, добавила. — Иначе мне придется вести вас самой.

— Ой, бежим, братцы!

— Да я лучше прокачусь вместе со всадником Апокалипсиса сквозь вечность, чем сяду в машину этого второго Шумахера.

— Остальные, вероятно, думали также, потому что не прошло и нескольких секунд, как мы вчетвером, пихаясь и толкаясь, пытались пролезть в слишком узкий для нас всех дверной проем. Снять бы это на камеру, да отправить на программу «В Мире Животных». Я бы послушала, что скажет Николай Дроздов о повадках данного вида млекопитающих.

— Воспользовавшись толкотней, я отдавила Демиану ногу. Ха, с добрым утречком, клыкастый!

— Тот бросил на меня хмурый взгляд.

- Мочалка, — это у него синоним «доброе утро, Лена».

- Идиот, — а это у меня синоним — «И тебе тоже доброе утро. Прекрасно выглядишь».

— Мы с Деми понимаем друг друга с полуслова. У нас особенные отношения, знаете ли.

— Правильно говорят, сделал гадость, на сердце радость. У меня даже настроение поднялось. Не так уж и плохо, заметьте, день начинается.

Все началось с того, что Жанна решила пройтись по магазинам. А так, как ей было одиноко, добрая женщина позвала с собой нас. Нас имеется ввиду женскую часть семейства: маму, Соршу и меня.

Уж не знаю, то ли она представляла нас идущих по центру, веселых и смеющихся, как в рекламе. То ли ей просто доставляло удовольствие наблюдать, как я страдаю от переизбытка магазинов (наверное, у меня на них аллергия), как Сорша покупает себе безвкусные вещи, а мама пытается быть вежливой и хорошей. И знаете что, я склоняюсь ко второму варианту.

— Вообще-то, ваша покорная слуга была против куда-то с ними идти… Но знаете, мое мнение так всех интересует, что только и остается поражаться вниманию к моей скромной персоне. Поэтому, когда мама зашла в мою комнату, положила на кровать джинсы и майку со словами: «Одевайся. Идем за покупками», мое «Мам, а можно я не пойду?» осталось висеть в воздухе без ответа.

— Когда я спустилась вниз, все уже были в сборе: Жанна красовалась перед зеркалом, мама обувалась, Сорша скромно и тихонько ждала всех у двери.

- Мамочка, прекрасно выглядишь, — словно из ниоткуда, появился Марк.

— У него как всегда на готове комплименты, хорошее настроение и эта широкая добродушная улыбочка. Ну, вот откуда в нем столько позитива? Его зачастую бывает так много, что аж тошно становится…

- Спасибо, дорогой, — ответила Лиза, глянув в сторону Жанны, словно тем самым говоря ей «Видишь, какие у меня дети заботливые».

— Тоже нашла мне аргумент — дети! Нас надо приводить в последнюю очередь, да и то, если спор обречен на провал.

- А вы куда уходите? — а это появился Демиан с пачкой чипсов в руках.

— Кстати, одного взгляда на этого субъекта будет достаточно, чтобы всем захотелось взять минуту молчания в память об интеллекте и манерах этого юноши.

- По магазинам. Пойдем-ка с нами, а? — прежде, чем кто-то успел отрыть рот, ответила я.

— Демон хмыкнул.

- Неа, это ваши… Женские дела, — и отмахнулся.

— Ну, и ладно. Не очень-то и хотелось. А теперь представьте мое удивление, когда Жанна отвлеклась от своего отражения, повернулась к Демиану и сказала:

- Пойдем.

— А эта бабуля так точно садистка: Демиана, рассадник гендерных стереотипов, в женскую компанию позвать. Ммм, знаете, я пожалуй все-таки пойду с вами. Уж очень хочется посмотреть, как этот якобы полигамный самец будет участвовать в «чисто женских делах».

— С бабулей Деми спорить не стал: обреченно отнес чипсы на кухню, вернулся и начал одеваться.

- А можно и я с вами? — вызвался добровольцем Маркус.

— Нет, с ним точно что-то не так. Не удивлюсь, если окажется, что он не мой брат. Ну, знаете, как в индийских сериалах: они всю жизнь воспитывали чужого ребенка, который оказался сыном их соседей, что воспитывали настоящую дочь других своих соседей и так далее по цепочке. Также присутствуют в большом количестве пение и танцы.

- Конечно, малыш, — еще бы мама ему отказала.

— Итого, нас шестеро: занимательная компания собралась, ничего не скажешь. Хотя, опустим Маркуса, он-то ничего занимательного не представляет, в отличие от своего потенциального сводного братца. Ох, Демиан, чувствую весело тебе будет.

— Словно прочитав мысли, клыкастый повернулся в мою сторону, перехватив полный предвкушения взгляд, и нахмурился.

— В правильном направлении мыслишь, братик. Тебя ждет увеселительная поездка с нами в огромный торговый центр. Где ты потратишь половину дня, следуя за двумя безумными женщинами, которые скорее всего будут заняты не покупками, а препирательством между собой. Вообще, я подозреваю, что Жанна взяла тебя с собой, потому что кому-то придется таскать пакеты с её многочисленными покупками. Так, что освоишь профессию грузчика еще до окончания школы. По-моему, для тебя такая перспектива вполне неплоха.

- Такси приехало, — объявила Сорша, выглядывая из окна наружу.

— На улице стояла отличная погода: тепло, солнце светит, теплый ветерок дует… Вот, такая осень мне по душе! А не мерзкая, дождливая пора холода и сырости. Хоть какая-то польза от нашего переезда в другой мир.

— Жанна, сидящая впереди назвала адрес торгового центра — мы тронулись с места.

- Подвинься, капуста, — буркнул Демиан, пихая меня.

— Как, как ты меня назвал?

- Тебе и так места достаточно.

— Тем более, Жанна заказала такси на четырех человек, поэтому приехал минивэн. Что оказалось весьма кстати в связи с пополнением нашей команды.

- Двигайся, — продолжал толкать меня заботливый и ласковый братец.

— Демиан, не зли меня, иначе сяду тебе на колени!

- Иди к черту. Я не виновата, что твоя накаченная задница занимает так много места.

- Моя задница занимается как раз положенное место, а вот, твоей не мешало бы подвинуться, — замолчало это чудесное создание, а потом добавило. — И похудеть, тоже.

— Сидели мы с Деми рядом, то мне не составило труда через несколько секунд плюхнуться ему своей «толстой» попой на колени.

— Демон тихо ойкнул. Надеюсь, что я тебе кое-что отдавила, клыкастый ты засранец!

- Лена, ты… — а вот, сказанное я бы вырезала цензурой.

- Прости, не расслышала твоей вежливой просьбы слезть.

- Слезь, капуста.

- Вежливой, Демиан. Слово такое знаешь? — ядовито поинтересовалась у засранца, а потом, поймав непонимающий взгляд Сорши, направленный на нас, мило улыбнулась и пояснила. — Учу твоего брата правильным манерам.

— Сестренка кивнула и отвернулась к окну, видимо, решив, что мы клинический случай. В чем-то она права: тот, на чьих коленях я сижу, действительно клинический случай.

- Какая ты у нас умная.

— По сравнению с тобой, Деми, все кажутся умными.

- Ага.

- А еще заботливая… Вот, я думаю…

— Деми, когда ты уже прекратишь говорить «думаю»? Думать ты от этого все равно не начнешь.

- Даже не продолжай. Вежливая просьба слезть — твои колени вновь станут свободные.

- А может, мне это и не нужно… — раздалось тихое, даже слишком, а затем рука демона коснулась моей спины.

— Я замерла: нежное, я бы даже сказала, ласковое прикосновение Демиана к моей спине отозвалось мелкой дрожью. Его пальцы скользнули по лопаткам, затем игриво пробежали по позвоночнику; горячее дыхание обожгло шею; губы демона оказались слишком близко… И тут я не выдержала — соскочила с его коленей, как ошпаренная, а затем гневно посмотрела на братца.

- С ума сошел? — прошипела я, покрутив пальцем в виска.

- А что? — пожал тот плечами. — Сработало же. Ты слезла, — сказал Деми таким странным голосом, что я даже засомневалась: рад клыкастый этому или нет… — Капуста, — добавил спустя пару секунд.

- Идиот, — отозвалась я в свою очередь.

- Малыши, у вас все в порядке? — обернулась к нам мама.

— Нет, не все! С этим клыкастым явно творится что-то непонятное!

- Да, — хмуро отозвался Демиан, бросая на меня косой взгляд. — Все нормально.

— Больше мы не разговаривали. Радует лишь то, что до центра доехали быстро. Минут двадцать, и вот, мы остановились перед огромным застекленным чудищем, по магазинам которого можно блуждать часами, если не днями.

- Вылезай, — бросила я Демиану, а затем легонько подтолкнула… То есть помогла вылезти. Всего лишь помогла выбраться. Сестры и братья должны же помогать друг другу, разве не так?

- Спасибо, — буркнул демон, потирая ушибленный локоть.

— Он ударил его, когда выбирался из машины. Вот, где неуклюжее создание.

- Всегда пожалуйста, — я вылезла следом за ним наружу. — Нужна будет подобная помощь, обращайся, — и мило так улыбнулась.

— С удовольствием помогу тебе, Деми, и не раз. Как только предоставится удобный момент и удобное место, требующее «помощи».

— Двери торгового центра разъехались в стороны, впуская нас в длинный холл, где уже пестрели вывески всевозможных магазинов.

— Я едва сдержала стон, бросив взгляд на план торгового монстра. И нас действительно ждет крестовый поход по всем магазинам во имя шопинга? Да вы шутите, наверное…

— К сожалению, Жанна не шутила: она внимательно изучила план и предложила начать с магазина, напротив которого мы как раз и стояли.

- А потом уже будет определяться.

— Не знала, что теперь «определяться» — это значит, зайдем во все магазины подряд, что только встретятся на нашем пути.

Спустя полчаса вы можете наблюдать такую картину. Стою я, стоит Демиан, и мы оба держим на руках, вероятно, половину предоставленной в магазине продукции и ждем, пока мама, Жанна и Сорша переодеваются. А в то, что эти сумасшедшие еще не утолили жажду покупок, сомневаться не приходится.

Мы с Демиан переглянулись. Я тяжело вздохнула. Как это говорится? Пошел восьмой круг Ада, а мы всё еще лидируем.

От скуки я стала оглядывать магазинчик. Ничего из ряда вон необычного, куча шмоток, полки, манекены, зеркала и… Смутно знакомая фигура, стоящая неподалеку. Я пригляделась к ней повнимательней.

— Деми, это случаем не твоя пассия там стоит? — дернула я за рукав прислонившегося к стенке клыкастого. Тот глянув в указываемую мной сторону и насупился. Судя по реакции, действительно Мелани.

Нас она тоже заметила и подошла поздороваться: чмокнула Демиана в губы, мило улыбнулась мне.

— А ты не сказал, что собираешься сегодня за покупками? — улыбнулась она шире, разглядывая вещи в наших руках.

— Да… Как-то неожиданно получилось.

— И Лена здесь, — Мелани окинула меня заинтересованным взглядом. — А Демиан говорил, что ты не любишь походы по магазинам.

Выразительно посмотрела на Демиана. Что ты еще говорил про меня?

— На что только не пойдешь ради мамы и потенциальной бабушки.

Мелани снова повернулась к своему парню. Ох, кажется, я догадываюсь, что сейчас будет… Эти поджатые губы, умоляющий взгляд, аля кот в сапогах из «Шрека».

— Милый, а может прогуляешься со мной? Не думаю, что твои родственники сильно расстроятся, — снова посмотрела на меня. — Ну, или может я к вам присоединюсь? Мы с тобой так редко видимся.

Братец бросил на меня умоляющий взгляд. Мол, и что делать в таких ситуациях? Я лишь пожала плечами. Справляйся сам, дорогой. Хотел девушку — получай со всеми достоинствами и недостатками.

— Конечно, дорогая Лена, ты же не против?

Мотнула отрицательно головой. Естественно, я не против. С чего бы?

— Когда ты счастлив, я тоже счастлива, — выдавила из себя и йокнула, когда Деми свалил на меня свою порцию вещей. Ну, спасибо, братец.

— Удачи вам…

Приобняв Мелани за талию, Деми направился к выходу. Махнул вяло рукой на прощание и скрылся с моих глаз. Герой любовник, называется.

— А где Демиан? — поинтересовалась возникшая за спиной Сорша.

— Ушел, Дон Жуан, покорять девичье сердце, — буркнула, поворачиваясь к сестре. — Скажи пожалуйста, что вы закончили. Мне до смерти хочется есть, и я устала.

Сорша сочувственно кивнула. Ну, хоть кто-то сегодня разделяет мои чувства.

— Как собственно, я и предполагала, общение Жанны и Лизы тет-а-тет ничем хорошим не закончилось. По возвращению домой мама закатила своему мужчине грандиозный скандал. Закрывшись на кухне — правильное место, там ножи близко и посуда — мама кричала на Ахо. Громко так и отчетливо кричала. Вероятно, чтобы даже соседи догадались о причине ссоры.

- Либо я, либо твоя мать завтра покинет дом!

— Мы вчетвером: я, Демиан, Марк и Сорша сидели в гостиной и усиленное делали вид, что вовсе не подслушиваем спор родителей.

- Лиза остынь, пожалуйста. И выслушай меня внимательно.

- Нет, это ты выслушай меня внимательно!

— Если Ахо попытается возразить, то, смею предположить, в него полетит парочка фарфоровых тарелок из того самого набора, который до безобразия дорогой и очень любимый нашим послом.

— Пока Лиза распиналась, рассказывая Ахо, чем ей пришлось пожертвовать ради переезда в Нижний мир, посол не сказал ни слова, внимательно слушая маму. Нервам главы семейства можно только позавидовать.

— Выговарившись, Лиза остыла немного, и этим моментом и воспользовался Ахо. Мы, затаив дыхание, прислушались.

- Милая, мама сейчас в непростой ситуации. Я не говорил тебе… Мой отец около года назад влез в одно неприятное дельце и прогорел. Он скрылся, а мама осталась одна. Чтобы расплатиться с долгами, пришлось продавать все имуществом. Малыш, ей негде жить. Пойми.

— Ого, вот это поворот, однако.

- И почему же она не попросила помощи у тебя?

- Не знаю. Гордость, может быть… Или что-то еще в этом роде. Лиза, она моя мать. Я не могу ее выгнать, тем более, в такой сложное для нее время.

- Как насчет того, чтобы снять ей квартиру? — Лиза почти оттаяла, но продолжала настаивать на своем чисто из упрямства.

— Эх, быстро они помирились. Даже посуду не побили.

- Хочу, чтобы это время погостила она у нас, потом будем разбираться. Да и сама подумай, как я своей родной матери скажу, что она нежеланный гость в доме сына?

- Никак, — согласилась с ним Лиза. — Ладно, я постараюсь не ссориться с ней.

— Судя по тишине, эти двое ступили на тропу перемирия. Что ж, Лиза пообещала, но время покажет, как эти двое смогут ужиться под одной крышей.

— Нет истории печальнее на свете, чем повесть о Ромео и Джульете, — задумчиво изрек Стас.

Причем сделал он это с таким видом, будто данные строчки должны были разрешить все мои проблемы. Или это тонкий намек последовать примеру прекрасной Джульетты?

Пять часов вечера. Мы сидим на лавочке в нашем дворе и ведем задушевные беседы, в которых все сводится к тому, что я ною, а Стас порой вставляет вот такие умные фразы.

- Поздравляю, — отозвалась я. — Ты выучил две последние строчки поэмы Шекспира. Теперь можешь собой гордиться.

— Стас улыбнулся.

- Эх, Рыжая, — вздохнул он. — Знала бы ты, как я соскучился по твоему убогому юмору.

- Ты просто не способен оценить всей тонкости моих шуток, — фыркнула я, а потом «смилоствилась» и добавила. — Я тоже по тебе скучала.

— Стас закатил глаза, приложил руку к груди. Эх, вот как был клоуном, так и остался.

- Вот, уж никогда не думал, что за тебя, — Стас особенно сильно выделил «за тебя», — развернуться баталии сильного пола.

- Спасибо за комплимент, — и если бы я не знала Стаса, то вполне могла обидеться.

— Но у нас довольно своеобразные отношение, потому данные слова можно понимать так: «Лена, ты такая красивая и я не удивлен, что поклонников хоть отбавляй». Ну, или близко к этому.

— В принципе разговор об отношениях, в том числе, о Ромео и Джульетте (надо же Стасу блеснуть своими знаниями в литературе), начался с того, что я рассказала другу о том, что за беспредел творится в Тангрете. Начиная от Демиана и внезапной перемены его отношения ко мне, заканчивая поцелуем Макса. Если честно, далеко не дружеские чувства последнего свалились на меня, как снег на голову. Демиана и его тараканов в голове мне хватало сполна.

— Конечно, в числе жалоб не последнее место заняли Жанна и Лиза, из-за которых мы с Марком здесь и оказались. И черт знает, сколько еще пробудем. По правде говоря, ничего не имею против возвращение в Срединный мир. Только отвыкла самую малость от нашей мерзкой и дождливой осени.

- Ну, и холодина же у вас, — буркнула, дыша на замершие ладони. Стас посмотрел на меня и насмешливо проговорил:

- Бедная ты, моя аборигенская девочка. Совсем отвыкла от нашего сурового климата, — угу, спасибо за доброту, белый человек, век не забуду. — А вообще, возвращаясь к теме сердечных дел, тебе сначала нужно в себе разобраться, а потом уже лезть в любовные передряги.

— Так, как Стас уже месяцев пять встречается с Сашей, хотя могу и ошибаться с подсчетами, то считает себя чуть ли не психологом, способным разрешить любые конфликты в отношениях. Ну-ну, флаг ему в руки.

- Говоришь так же, как и моя мама.

— Что касается Лизы, то та, став невольной свидетельницей проявления далеко не дружских чувств Макса, сразу же набросилась на меня с распросами. Долго ли мы встречаемся? Что я к нему чувствую? И как скоро состоится свадьба?

— В ответ я вяло попыталась уйти от ответа, давая понять, что такого я от Макса не ожидала. Мама все поняла и посоветовала мне разобраться в своих чувствах. Потому что, как она сказала, «Макс сделал первый шаг, следующий за тобой». А я как ни пыталась поковыряться в своих ощущениях, ничего особо не заметила. Может, все придет потом. Ну, я вернусь в Тангрет, увижу Макса и почувствую, как земля уходит из под ног, в животе порхают бабочки и прочее в том же романтическом сопливом духе.

- Ну, твоя мама в чем-то права, ведь… — начал было Стас, но был перебит.

- Слушай, это не Санта-Барбара, — прервала я начавшие было нотации на тему «слушай свое сердце и заткни свой разум», — и не любовный роман. Когда я начинаю об этом думать, у меня болит голова, а сердце подло молчит. Столько проблем, что я начинаю подумывать о том, чтобы уйти в монастырь.

— В мужской, что ли?

— Нет, но загляну туда по дороге.

— Стас улыбнулся и похлопал по карманам куртки в поисках пачки сигарет. Найдя искомое, закурил. На мое замечание о том, что он вроде бы бросил, обронил: «Я пересмотрел свои принципы. Гибкость ума залог успеха в наше стремительно меняющееся время».

— Да уж, такого оправдания зависимости от табака я еще не слышала. Как, однако, ранее чахлая фантазия начинает цвести и пахнуть, когда дело доходит до придумывания причин «почему я все-таки не бросил курить» или «где я пропадал прошлой ночью», или «что делает свитер в морозильнике / телефон в куче грязного белья» (в основном, данные ситуации касаются моей мамы).

- Ты, кстати, надолго сюда приехала?

- Не знаю, — пожала плечами. — Всё зависит от того, как скоро мама помирится с Ахо. Они вчера поругались. Причем мама так громко орала в трубку, что соседи по батарее стали стучать.

- Паршиво, — подытожил Стас.

— Мне осталось только с ним согласится. Мы посидели в тишине и спокойствии еще несколько минут, прежде чем раздалось столь до боли в сердце родное.

- Лена! — бабуля приоткрыла форточку и огласила двор нашим фирменным семейным голосочком. — Лена, обедать пора!

— Ну, прямо, как в детстве. А то, что мне шестнадцать, существует мобильные телефоны и я не хочу есть, мало кого видимо волнует… Самое главное, с моей бабушкой, не поспоришь: оно кого угодно убедит, что он замерз, проголодался и нуждается в третий порции горячего супа.

- Иду! — похоже моя семья способна общаться только способом «чем громче, тем лучше тебя понимает собеседник».

- Быстро! — закончила беседу бабушка и закрыла окно. Сейчас, Ба, только в песочнице докопаюсь.

— Стас еле-еле подавил рвущейся наружу смешок. Я смерила его строгим взглядом. Он с крайне серьезным выражением лица прокашлялся и потушил бычок.

- Моя бабушка мне просто смс-ки шлет, особенно, когда родители куда-нибудь уезжают. Что-то вроде: «Ты поел?» или «Ложись спать».

- Или «постирай носки, а то я с другого конца города чую их приятный запашок», — не удержалась я от колкости.

- Не смешно, Лена, — буркнул Стас.

- Ну-ну, — закивала я. — Стиральная машина, я слышала, проста в использовании: достаточно загрузить вещи, насыпать порошок и нажать кнопку.

- Ты меня спутала со своим братцом-неадертальцем, с которым, как я понимаю, у тебя сложились очень теплые отношения.

— О, мы без ума друг от друга.

Парень хмыкнул, поднялся со своего места.

— Да я заметил уже. Ладно, — он глянул на наручные часы, — мне пора идти. Договорился с Сашей встретиться. Идем в кино. На какую-то комедию. Ты же знаешь, она их любит… Слушай, Рыжая, оставайся-ка здесь. Без тебя скучно как-то.

Я только развела руками в ответ, мол, без проблем. Любой каприз за ваши деньги, сударь.

- Лена! — вновь дала о себе знать бабушка.

— И почему у меня такое чувство, что и в старости кто-то тоже будет орать мне, старой, глухой и слепой: «Лена, ты опять забыла свою вставную челюсть (или слуховой аппарат, или какой-нибудь еще гаджет) на кухне!».

— Это карма, вероятно.

-

Наш агент на вражеской территории, а именно, Сорша, позвонила, как полагается, в шесть часов вечера. Обстановка такова: настроение у Ахо паршивое, Сорша скучает, а Демиан… А Демиан пропадает все время с Мелани. Также Сорша добавила, что она столкнулась в школе с Максом и тот поинтересовался, как скоро я вернусь.

- Я ответила, что не знаю… Кстати, Лена, а действительно, вы когда домой-то приедете? Без вас тут такая тишина стоит.

— Я бросила косой взгляд в гостиную, где по телевизору шел очередной сериал. Моя бабушка их любит. Мама судя по ее увлеченному выражению лица, тоже подцепила эту заразу.

- Вот и наслаждайся тишиной и покоем, — попыталась я отшутиться. — И вкусной едой.

— Сорша еще немного пожаловалась, как им всем тут одиноко и горько без нас, и мы распрощались. Договорились созвониться завтра в такое же время.

— Мама и бабушка, увлеченные сериалом, сидели в гостиной, я же направилась в комнату, служившую моим временным пристанищем. Бабушка жила в двухкомнатной квартиры, а потому силы были распределены так: я и Марк в спальне, я на кровати, он на раскладушке, бабушка и мама в гостиной, на раскладном диване.

— На кровати, с коробкой из-под обуви в руках сидел Маркус и перебирал какие-то старые фотографии. Заметив меня, широко улыбнулся и подозвал.

- Я нашел старые отцовские фотографии. Смотри эта, когда он до знакомства с мамой путешествовал.

— Присев рядом, я придвинулась ближе к брату и достала одну карточку. Саванна. Покосившиеся лачуги. Три негритенка, рядом с которыми стоит высокий худощавый мужчина. Светло-русые волосы, голубые глаза и добродушная улыбка. Марк, конечно, очень на Эдуарда похож. На обратной стороне подпись. Гвинея. Тысяча девятьсот восемьдесят четвертый год.

— Он столько много разных стран посетил. Объездил весь мир… Я бы хотел также.

О, это у брата больное место. Не знаю почему, но он вбил себе в голову, что должен походить на отца. Он для него пример для подражания. И поди ты ему объясни обратное.

— Не забывай, что его потом бросила жена и забрала детей, потому что муженек предпочитал ловить змей в Амазонке, нежели сходить с ней в кино или в гости.

— Я помню, — глухо отозвался брат и, аккуратно сложив все фотографии обратно, закрыл коробку. — Он как-то рассказывал, что примерно в моем возрасте его отправили в школу интернат.

— Да. Потому что ни деду, ни бабушке до него не было дела. Блин, Марк, хватит уже. Ты действительно хочешь походить на человека, который бросил свою семью, ради того, чтобы залезть в какие-нибудь джунгли и пообщаться с дикими племенами?

Братец как-то неопределенно пожал плечами в ответ. На этом неприятный разговор и закончился. Жаль, только, что все оказалось не так просто. Впереди меня ждала еще парочка «веселых» сюпризов.

Пятница. В семь утра наш поезд тронулся и покатился в сторону портала в Нижний мир, расположенном где-то на окраинах. Шесть часов пути, и вот, мы наконец-то достигли Мирте. Погодка в королевстве разительно отличалась от той, что царила в столице. Солнечно, ясно, тепло. Просто баунти рай.

Сказать, что нас встречали радостно — это не сказать ничего. Клыкастые издали заметив наш поезд замахали руками, а уж когда мы втроем сошли на перрон, так и вовсе кинулись обнимать и целовать. Мама и Ахо позабыли о своей ссоре. Жанну пару раз недовольно покосилась в их сторону, но промолчала.

— Сорша, ты мне сейчас ребра сломаешь, — вот, уж не предпогала, что в младшей клыкастой столько силушки богатырской.

— Прости, — Сорша выпустила меня из своих крепких объятий. — Я просто очень рада тебя видеть.

— Заметила.

Сестренка чмокнула меня в щеку.

— Как же я соскучилась по твоему сарказму.

С Демианом вышла заминка в радостной приветствии. Помня о том, какой эффект произвели его объятия, вешаться на шею братцу я не спешила. Тот тоже не особо горел желанием. Поэтому мы стояли, глядя друг на друга и ожидая, кто же сделает первый шаг. Ладно, дело за мной. Я протянула ладонь брату. Мы пожали друг другу руки.

Всё это сопровождалось примерно такими репликами:

— Лена.

— Демиан.

— Рад тебя видеть.

— И я, — кивнула я.

Что ж, со сценой приветсвий мы закончили. Можно и домой ехать.

Новость о том, что Марк больше с нами не живет, мама сообщила Ахо по телефону. Пока мы добирались до гнездышка, глава семейства выразил сожаление, что нам пришлось расстаться с моим братом. Но добавил, что такова жизнь: дороги то пересекаются, то расходятся. И Марк вправе сам выбрать, в какую сторону ему идти.

Днем я и мама собирали вещи Маркуса. Она созвонилась с братцем и пообещала выслать все самое необходимое по почте. Также в понедельник необходимо было съездить в банк, открыть счет на имя Марка Куканова и заехать в школу. Но не будет о грустном.

Раз Жанна и Лиза теперь живут в любви и гармонии, было решено, что мама Ахо остается с нами жить. Как по мне, снять квартиру мысль вполне дельная, но разве к моему мнению кто-нибудь прислушивается? Конечно, нет. Тем более, как раз и комната освободилась.

Вечером мы закатили пир на весь мир. Заказали две огромные пиццы и объедались от пуза перед телевизором, по которому шел какой-то боевик. Одним словом, день удался на славу.

Выходные тоже прошли хорошо: Жанна обживалась в комнате Марка, Лиза и Ахо подолгу гуляли вдвоем, а Сорша рассказывала мне последние новости. Демиан… Демиан действительно где-то пропадал. И я даже догадываюсь, с кем.

Последние новости таковы: Мелани и Демиан все такие же сладкие, как сахар с сиропом, школа стоит на месте, к моему глубочайшему сожалению, Макс же, бедный и покинутый всеми, совсем зачах без моей компании.

Я не стала рассказывать Сорше о том, что произошло между нами. Новой порции вопросов, о моих чувствах, голосе сердца и его отголосках в печенке, я, боюсь, не переживу. Почему-то, мне казалось само собой разумеющимся: стоит мне увидеть Макса, как все станет на свои места.

Угу, наивная.

Настал понедельник. Я за прошедшую неделю обленившаяся и отвыкшая просыпаться по утрам изо всех сил изображала Спящую Красавицу, разбудить которую под силу только прекрасному принцу. И если будильник рано или поздно сдался, то мама так просто от меня не отстала. Да уж, она и мертвого поднимет. Тоже мне прекрасный принц.

И если клыкастая часть семейства соскучилась по жизни бок о бок с людьми, то вряд ли мамины шедевры входили в список того, без чего демоны не могли и дня прожить. Как по мне, без этого… гм, даже точно не знаю, что это, можно и обойтись. Жанна, которой невероятно улыбалась удача в прошлом (то бишь, мы заказывали еду из ресторана), разглядывала содержимое своей тарелки, с таким видом, будто ожидала, что оно вот-вот начнет дергаться. Мысль о том, что мамину стряпню можно снимать в фильма ужасов, в качестве космического нечто, пожирающего каждого встречного, я оставила тогда при себе.

Вообще, если возвращаться к теме наших с Максом отношений, я не раз представляла, что скажу ему… Даже пролистала парочку Соршиных романов. Мало ли, вдруг найду там источник вдохновения. Не нашла. А кидаться к Максу с громким восклицанием: 'О Максимилиан, эти дни прошли для меня, как годы! Моя любовь крепчает день ото дня. Заключи же меня в свои объятия, чтобы я смогла убедиться, что это не сон' как-то не особо грело душу. Я и в голове не могла связать нескольких слов, чтобы получилось вполне презентабельное предложение, то решила полагаться на волю случая. Импровизация спасала меня не раз.

Когда я зашла в класс, Макс сидел на нашем месте, уткнувшись в учебник по истории. Я не предупредила о своем приезде. Решила, пусть будет сюрприз. Поэтому, когда Макс резко оторвал глаза от страниц, я не сразу нашлась, что ответить.

— Тадам, — выдавила из себя.

— Очень рад тебя видеть, — он тепло улыбнулся, и я опустилась рядом с ним.

Так, поведение вроде нормальное, то бишь исключительно дружеское. С поцелуями не лезет, цветы не дарит… Может, Лиза ошиблась со своим 'он сделал первый шаг'. Подумаешь, поцеловал. Это ведь ничего не значит, да?

Но как выразился однажды Стас, дружба между мужчиной и женщиной слабеет ближе к ночи.

— Как Срединный мир?

— Вроде остался цел и невредимым, когда я уезжала, — черт, даже чувство юмора скоропостижно скончалось под весом 'внутренних терзаний'. И как мне сделать следующий шаг? И надо ли вообще его делать?

Ладно, пойдем напролом…

— Макс, я хотела поговорить…

— Добрый день, класс! — в кабинет зашла историчка.

Макс приложил палец к губам, мол, потом поговорим. Да уж поговорим, куда денимся.

После происшедшего мы с Демианом не разговаривали. Я делала вид, что его вообще не существует. Он вел себя примерно также. Если нам удавалось пересечься дома или не дай бог столкнуться в дверях, обмен «любезностями» был гарантирован. Прямо, как в старые добрые времена, когда мы только съехались.

И все бы ничего, только родственники заметили, что мы с клыкастым не в ладах. Ладно бы просто заметили, так еще и помирить решили. Мол, Лена может сходишь в магазин. О, Демиан проводи сестру. Излюбленный мамин прием. Или Лена, может поможешь брату с домашкой. Мне кажется, у Демиана проблемы с решений какой-то там задачи. Да в гробу меня видел этот клыкастый вместе с задачей!

Но ведь не скажешь этого Лизе и Ахо — обидятся. Поэтому приходилось идти к Демиану в комнату и стоять у него над душой, громко сопя в ухо демону и указывая на ошибки. Братца это немало раздражало, но он держал язык за зубами.

Сорша сколько бы ни пыталась выведать у меня, что за кошка между нами пробежала, я не рассказывала. Да и что рассказывать… Просто твой брат козёл.

Собственно, мой братец и наши с ним «дружеские» отношения это еще полбеды. Потому что гроза, тоже в виде «дружских» отношений несколько иного рода, правда, надвигалась совсем с другой стороны. От Макса.

Я уворачивалась от этой темы, как могла. Сыпала отгворками, предлогами и так далее. То я не могу говорить, потому что слишком сильно переживаю из-за контрольной по математике. То у меня болит голова. То прости, но мне надо срочно побеседовать со своим внутренний «я».

Мое внутренее «я», кстати, молчало. Сердце, почки, легкие тоже, только желудок иногда подавал голос. Но это был голод, а не тот самый зов любви, которой я ждала, как маны небесной.

Спросив маму ненароком, как она поняла, что ей нравится Ахо, Лиза без стеснений пояснила, что одного взгляда на такого мужчину хватило, чтобы понять — хочется…

— … хочется с ним жить под одной крышей и воспитывать его детей вместе со своими, — извернулась мама и вернулась к плите.

Сегодня на ужин нечто, что раньше было курицей. Несчастная птица. Ей и в голову не приходили те круги ада, через которые пропустит ее Лиза, чтобы испечь котлеты.

Оставив маму и ее маньячество, z направилась в свою комнату. Сорша, расположившись на диване в гостиной, читала. Рядом в кресле сидела Жанна и вышивала. Ахо вроде снаружи цветы поливал. Идилия, блин. И только мне одной на ровном месте не сидится.

Все хватит тянуть кота за хвост! Я завтра же дам Максу ответ. Сейчас только определюсь со своим внутренним «Я». Воодушевшись своей идиотской затеей, взяла лист бумаги и разделила его на две колонки… В одной «Плюсы», в другом «Минусы».

Итак, я погрызла кончик карандаша, размышляя, что мне нравится в Максе. Его чувство юмора, конечно же, манера общения, его голос… У него красивый голос. Глаза, необычного цвета. Мне нравится, как он одевается. Как…

Черт, как-то слишком много плюсов. Или это плохо? Может это признак любви? Господи, сколько же с этими мужчинами проблем! Податься может в лесбиянки?

Раздался едва слышный шелест. Оставив размышления о любви, повернула голову и замерла… Мамочки! С той стороны стола, через пустую фольгу из-под шоколада, ко мне неспешно полз паук. Большой, волосатый мерзкий паук!

— Фу, какая гадость! — я оттолкнулась от стола — мой стул на колесиках отъехал к противоположной стене. — Боже! — вскочила на ноги и схватила первое, что попалось на глаза. А именно, Соршин тапочек.

В ту же секунду дверь в комнату распахнулась, и на пороге замер Демиан со стеклянной банкой в руке. Заметив, что я подкрадываюсь к шестиногой жертве, подал голос:

— Стой, женщина. Не трогай, Брюса! — и поспешил к моему столу, на котором паук уже успел взобраться на учебники.

Я опустила «оружие». Он что издевается надо мной? Или действительно притащил домой тарантула, назвав его Брюсом?

— Эта мегера же ничего с тобой не сделала, да? — сюсюкая со своим новым другом, Демиан осторожно засунул его в банку. Прикрыл сверху крышкой. — Молодец. Умница, Брюс, быстро нашелся, — и повернувшись ко мне, хмуро наблюдавшей за столь нежной сценой дружбы, обронил. — Ты чуть не погубила мой проект по биологии.

— Твоему проекту по биологии стоило сначала спросить разрешение, можно ли ползать по моему столу, — огрызнулась я. — И вообще, убери тарантула с глаз моих.

— Это не тарантул, а паук-птицеед, — в тон мне отозвался Демиан. — Тапок положи на место.

— Еще чего, — скрестила руки на груди. — Мало ли кого ты еще мог домой принести? С тебя станется.

Мы обменялись еще парочкой реплик, в числе которых я посоветовала Демиану, как можно быстрее, покинуть территорию. Иначе, пригрозила, огрею его чем-нибудь тяжелее тапка.

Уходить клыкастый не думал. Наоборот бросив мимолетный взгляд на мой заваленным всяким хламом стол, обнаружил то, о чем вообще даже знать не должен был. Мой список.

— Это что еще? — он склонился над столом, вчитываясь в мои каракули. Не теряя времеи даром, я подскочила к братцу и выдернула бумагу из-под его носа. Скомкала листок в руках. Для полноты картины осталось только съесть сий позорный опус.

— Ты что составила список достоинства своего дружка? — хмыкнул клыкастый.

— А тебе-то какое дело? — насупилась я.

Демиан, поставив банку с Брюсом на стол, облокотился на его край. Скрестил руки на груди. Ну, и самодовольный у тебя видок. Так бы и врезала, честное слово.

— Мне просто интересно, что ты нашла в этом задохлике. Хотя, — он щелкнул пальцами, — я слышал, что девушки частенько начинают встречаться с неудачниками из-за жалости.

— Ага, ты как раз такой случай, Демиан.

Если его моя колкость и задела, то виду братец не подал. Продолжая все также нахально ухмыляться, он продолжил делиться своими «крайне интересными» мыслями по поводу Макса.

— У него же силенок пффф. За себя постоять не может, а уж за тебя тем более. Дистрофик.

В ответ мило улыбнулась.

— Я за себя постоять и сама могу, — демон оскалился еще шире. — Да и знаешь, Демиан, некоторым девушкам нравятся умные парни. Те, которые умеют не только лапать подружку в коридорах школы.

Гадкая, поистикая гадкая улыбка расцвела на губах братца. Он оторвался от своего места, шагнул ко мне. Остановился почти вплотную, как Макс тогда в классе… Только сейчас, глядя на него снизу вверх, меня бросило в дрожь. Мурашки разбежались веселой волной по спине, и внутри все замерло, когда демон склонился к моему лицу.

— А я умею не только лапать в коридорах свою подружку, — выдохнул мне прямо в губы. Я почувствовала, как ноги стали ватными. — Да и не думаю, что девочка Макс таким увлекается… Обидно, не правда ли?

Я хлопнула демона тапком по груди. Ишь разыгрался Искуситель!

— Мне ни капельки, — прошипела, словно рассерженная кошка. — И хватит оскорблять Макса. Он умный, порядочный и замечательный человек. Ты вообще ни в какое сравнение с ним не идешь! — о, мне такое удовольствие доставило лицезреть, как он поиграл желваками от злости. — И если тебе хочется узнать, он мне нравится. Очень сильно. Поэтому будь добр заберай свои советы и паука, и отправляйся в свою комнату, делать проект по биологии. Мелани вряд ли понравится, что ты бездельничаешь!

Деми облизал пересохшие губы. И тихо проговорил:

— Посмотрим еще, кто был прав, — и прихватив своего мохнатого приятеля, ушел. Аж бессильной злобы я даже швырнула тапочек ему вслед. Не долетел.

Итак, раз мы теперь с Максом встречаемся, к великой радости мамочки и к великому огорчению Демиана, обычные наши прогулки отныне будут называться свиданиями. Будем держаться за руки, улыбаться, целоваться и вообще, быть милее всех на свете.

После объявления о том, что я и Макс больше чем друзья, настроение у моего братца испортилось окончательно. Не то, чтобы меня это сильно волновало, просто остаток дня он старался мне испоганить изо всех сил. Колкие замечания и ядовитый тон Демиана довели меня до такой степени, что едва сдерживалась, чтобы не ударить его чем-нибудь тяжелым. К тому же у этого дурака появилась еще одна придурь. После того, как Демиан и Мелани выиграли какой-то там проект по биологии (все же больший вклад внесла скорее Мелани), Брюса мой братец оставил себе. Теперь у него есть новый друг, которому Деми порой позволял прогуляться по дому. Правда, после того, как Брюс и Лиза столкнулись в гостиной — очень длинная история, чуть не закончившаяся для паука трагично, Демиан предпочитает держать своего паука взаперти и выпускать его только тогда, когда никого нет дома.

Такие вот дела. Но вернемся в той пятнице, когда через час у меня должно было состояться первое свидание с Максом. Я как раз крутилась перед зеркалом, не без удовольствия рассматривая новенькое платье, купленное мамой пару дней назад. Настроение было отличное, и его не испортило даже появление Демиана, который, как всегда, завалился без стука.

— Тебе чего? — закалывая волосы, поинтересовалась я у него.

— Книгу хочу одолжить. «Войну и Мир».

— С каких пор ты Толстого читаешь? — точнее, с каких пор ты вообще читаешь? — Демиан, если у тебя шатается стол, не обязательно подпирать его книгой. И уж тем более такой внушительной.

— Мне сочинение надо написать про судьбу Наташи Ростовой, — и бросив на меня косой взгляд, повернулся к полкам, уставленным книгам. — Хочу кое-что выписать.

А я на минуту поверила, что ты решил обогатить багаж своих знаний, братец. Но, видимо, ты предпочитаешь путешествовать по жизни налегке.

— Только верни.

— Ага. Вечером зайдешь и заберешь, — сделало мне одолжение это чудовище. Я увидела в отражении, как его взгляд скользнул по моей фигуре. — Куда собралась?

— На свидание.

— Точно, — протянул Демиан, продолжая разглядывать меня. — И куда вы собираетесь?

Туда, где тебе самое место, клыкастый.

— В зоопарк.

Мой ответ привел брата в восторг. Еще немного и начнет капать ядом на паркет.

— Потрясающе. Одно из самых романтичных мест в Мирте. С фантазией у твоего парня явно большие проблемы.

— Демиан, — вздохнула тяжко. Как же я наверное запятнала свою карму в прошлом, раз теперь живу в этом сумасшедшнем доме, — «самое романтическое» место я выбрала сама. Потому что насмотревшись на тебя, хочу увидеть, как ведут себя нормальные животные в клетке.

— Да уж, вы просто идеально друг к другу подходите, — буркнул клыкастый и направился к двери. На мое «книгу не забудь вернуть», обронил:

— Помню.

И почему у меня возникло стойкое ощущение, что придется ждать какую-то подлость с его стороны?

Знаете, бывают такие приятные сладкие сны. Они, как растопленная карамель или как теплое молоко. Стоит голове коснуться подушки, как тотчас ныряешь в это теплое озеро… Сновидение хоть убейте вспомнить не могу, но состояние такое приятное, расслабляющее… Я плыла, уносимая карамельным течением куда-то к молочным берегам.

— Заснула я в одно мгновение, проснулась тоже. Приятный сон ушел по-английский, резко вернув меня в реальность. Пробуждение заслуживает отдельного внимания.

— Сначала у меня зачесался нос. А это не очень хорошая примета, как известно. Затем я разлепила веки и обнаружила… Первые мгновения после пробуждения человек не осознает, где находится. Такое было и со мной. Только спустя несколько секунд до Лены дошло, что она находится в объятиях Демиана. И не просто, черт побери, объятиях! А нагло устроившись на груди демона, в то время, как он по-хозяйски меня обнимал. Думаю, что загляни сюда посторонний, он бы решил, что мы еще та сладкая парочка.

— Глупо отрицать, что такое положение с одной стороны (да, той самой, где удобная грудь клыкастого и его крепкие руки) весьма и весьма неплоха, но… Мы друг друга терпеть не можем! И вообще, это не дело просыпаться, обнимаясь со сводным братом так, будто у нас позади была долгая и страсная ночь любви.

— Минута (а может и две) у меня ушла на то, чтобы оценить ситуацию. А дело обстояло так…

— Представьте себе палатку — ту самую, которая обычно предназначается для походов, например, в лес. Не важно. Внутри подобной палатки три темно-синих одинаковых спальника расположены в горизонтальный ряд: мой — справа, Демиан лежит посередине, а крайний слева принадлежит Сорше.

— Я глянула на умиротворенное лицо спящего Демина и начала операцию под кодовым названием: «Лена покидает объятия сводного братца». Спешу доложить, что операция была проведена без лишнего шума, мата и ненужного пробуждения некоторых клыкастых личностей.

— Хорошо, что Демиан не проснулся и не увидел данной картины: я безмятежно сплю на его груди, пуская слюну на белую майку и громко посапывая.

— Откатившись в сторону, я полностью заползла в свой спальник и отвернулась от клыкастых. Вечно от них одни проблемы.

— Судя по тому, что снаружи не царят привычные голоса семейства, только редкие робкие крики птиц, то еще ранее утро.

— Я помассировала виски. Ох, как знала, что не стоило идти в поход.

— Надо было соврать, что у меня контрольная или диктант, или контрольный диктант — одним словом, что угодно. Лишь бы не паковать вещи и не выбираться на природу, становясь ужином для комаров и посадочной полосой для многочисленных комаров!

— А всё Ахо и Лиза со своими безумными идеями в честь примирения женской половины семьи. Но давайте по порядку, а то я уже и сама запуталась.

— Лена, а как ты поняла, что любишь Макса?

Я стояла перед зеркалом и расчесывала свою спутавшуюся шевелюру. Услышав столь неожиданный вопрос, замерла и посмотрела на Соршу: она сейчас всерьез спрашивает или просто начинает день с такой вот позитивной ноты?

- Люблю Макса? — повторила я и отложила щетку в сторону. — То есть, как я это поняла?

- Нууу… — решила издалека подойти Сорша, — ведь, когда парень и девушка встречаются друг с другом, значит, они влюблены. Наверняка, любовь спускается внезапно и озаряет их одинокие сердца, — ох, понесло деву романтичную… — Вот, ты и Макс вместе. Конечно, не хорошо, что вы до свадьбы целуетесь, — насупилась она. — Но, как ты, поняла, что любишь его?

— Ммм, а как я поняла, что люблю Макса? Хороший вопрос. Но думаю, стоит начать с такого: «Люблю ли я вообще Макса?». И дать мне время, желательно несколько лет, чтобы я смогла определиться.

- Понимаешь, Сорша, — черт, тоже самое, что рассказывать моему десятилетнему племяннику, откуда берутся дети. — Любовь это такое сложное и неоднозначное чувство, — что там еще пишут в книгах? — Поэтому довольно сложно его определить, — я вот, например, не определила. — У некоторых бабочки в животе порхают. Или с любимым время кажется летит незаметно. Ты чувствуешь себя особенной, — наверняка, чувствуешь… — Тебе хочется постоянно быть с ним вместе. Не отходить на ни шаг. И он для тебя самый лучший.

И где я только научилась так вдохновленно врать? Это я вот понимаю польза чтения.

Сорша от моих пышных слов прям расцвела, крепче прижала к груди учебник по химии и томно вздохнула:

— Значит, я влюбилась…

Эм? Я сейчас ослышалась или Сорша действительно сказала, что влюблена? Глянула на сестру, на чьих губах расплылась широкая улыбка. Влюбилась. С этим не поспоришь.

— И в кого же? — поинтересовалась я.

- Ох, Лена, он такой… такой красивый, такой умный, такой благородный, такой… Такой прекрасный! — ага, просто принц на белом конец. — И его зовут Брендон.

— Нуу… Не совсем подходящее имя для прекрасного принца, но сойдет. Интересно, где же Сорша успела приметить этого субъекта? Надеюсь, это не портрет ученого в учебнике, а то она с такой страстью его к себе прижимает.

- Он учиться в нашей школе?

- Нет, он гимназист. Мы встретились с ним на приеме у его родителей Эль-ти-Стоуков-Гир. И он пригласил меня на танец… И в тот момент, Лена, я осознала, что влюбилась в него. Мы с ним созданы друг для друга.

— Так, что-что сестричку не в ту сторону понесло. Эти романтики… Вечно в своих облаках витают, а я должна их на землю спускать. Будто мне больше заняться нечем.

— Ой, Лена, он такой… Такой… Мне кажется, что он идеальный…

— Обрадую тебя, сестричка, это скоро пройдет. Как увидишь дырку на его носке или жирное пятно на рубашке так сразу, поймешь одну простую истину. А именно: идеальный мужчина, как розовый пингвин, может быть выведен только искусственно.

— Пока Сорша щебетала, я открыла шкаф и достала черное платье. В школу сойдет. Тем более, Максу оно должно понравится… Или даже Демиану. По крайней мере, его Мелани одевалась похуже.

- Я сидела на приеме. Было так скучно, душно и чуточку одиноко, — не обращайте внимание на описания, у нее всегда такие обороты. — Заиграл Снежный Вальс… И тут ко мне подошел он. Лена, — горящие глаза Сорши обратились ко мне, что отчаянно пыталась влезть в слишком узкое платье. — У него такой красивый голос. От него мурашки по телу разбегаются. Он предложил мне руку и пригласил на танец. Я не смогла отказаться… Передо мной стояла мечта, словно сошедшая со страниц книг. Именно таким, я себе представляла идеального мужчину, — опять словосочетание «идеальный мужчина».

— Кажется, я знаю, какие книги следует сжечь вместе с многочисленными поваренными сборниками Лизы.

- И мы танцевали три раза. Брендон прекрасный танцор. И мы говорили… О, Лена, у нас столько общих тем… Мне кажется, оно тебе мало, — спустилась на землю Сорша наконец-то.

— Спасибо, кэп. А я-то пыталась понять, что не так и почему оно и не лезет дальше. И кстати, сниматься тоже не желает. Наверное, по той же самой причине.

— Я сделала еще одну попытку надеть ставшее мне ненавистным платье, но она закончилась провалом. Ох, кажется я застряла…

- Сорша, — жалобно попросила я, стоя с вытянутыми вверх руками — платье-то через голову одевается, — ты бы не могла мне помочь?

- Принести ножницы? — участливо поинтересовалась сестренка — через тонкую ткань платья я заметила ее милую улыбку.

- Давай сначала постараемся его снять так, чтобы не собирать потом лоскуты и нитки. Тяни, но только не сильно, чтобы не порвалось.

- Думаешь, ты еще влезешь в него? — ну, разве не прекрасные у меня родственнички?

- Не думаю, а знаю. Наверное, Лиза его постирала и оно село…

— Ну просто: «просто у вас слишком маленькие двери» — «нет, просто кто-то слишком много ест».

- Ага, — отозвалась сестричка и потянула платье вверх. — Моя подруга Зара тоже полная. И она одевается в специальном магазине, — раздался громкий треск ткани. — Могу попросить ее дать тебе адресок.

- Ты сейчас издеваешься? — процедила я сквозь зубы и ойкнула, когда Сорша вместе с платьем рванула и мои волосы.

— Осторожней, сестренка, у меня их и так мало осталось.

- Да, — довольно отозвалась Сорша и сделала еще один резкий рывок. — Вот и все. Ты в порядке? — взглянула она заботливо на меня, поправляющую шевелюру.

- Да. Спасибо, что помогла, — раздосадованная неожиданным происшествием, я снова направилась к шкафу. Надо придумать что-то другое.

- Так, что ты там говорила про Брендона? — напомнила я Сорше о ее влюбленности, и из уст сестрички снова полились бесконечные комплименты в адрес Брендона.

— Одним словом, я представила его себе так: высокий, стройный, умный… Хотя нет, гениальный (скоро вот-вот Нобелевскую получит), красив (Аполлон, Бред Питт и Джонни Депп плачут горько в стороне), красноречив, превосходно танцует (а также ездит верхом, ест, говорит, спит — одним словом, все его действия сопровождаются наречием «превосходно»). Ну, после десяти минут Сорше почти удалось меня убедить, что она встретила идеального мужчину.

— Мне даже стало интересно на него взглянуть. Что я, собственно, и сказала Сорше. Клыкастая же, к моему удивлению, хитро улыбнулась и обронила:

- Как раз по этому поводу я и хотела с тобой поговорить, но это вечером. Из-за того, что ты застряла, мы опаздываем, — констатировала она, глянув на часы. — Придется, попросить Лизу подвести нас. Пойду найду её, — а я пожалуй поищу каску и шлем, в них безопасней с моей мамочкой кататься.

К сожалению, королевство Тангрет богато на выдумщиков. Почему к сожалению? Сейчас объясню. На первый взгляд нет ничего плохого в небольшой школьной викторине. Но это только на первый взгляд. Потому, что некоторым клыкастым, как оказалось, лень просто-напросто раздать каждому темы доклада, и они решили всецело положиться на фортуну…

— У тебя такое выражение лица, будто ты вытянула билет в Верхний Мир, — ах да, это у местных шуточки такие. Смешные очень.

Заняв своё место, я продемонстрировала Максу листок с темой.

— Оборотни, — простанала и уронила голову на сложенные руки. — Почему из всех тем, мне выпали именно оборотни? За что?

Макс, развернув аккуратно бумажку на столе, поинтересовался:

— А оборотни это плохо?

— Нет… Просто я хотела вытянуть что-нибудь попроще тех, кто превращается в голодных зверей в полнолуние. Например, людей. Про людей я массу чего интересного рассказать могу.

— Вообще, не обязательно в голодных и не обязательно в полнолуние. Это самое заезженное клише об оборотнях.

От удивления я даже языком цокнула. Ого. Вот это действительно неожиданный поворот. Прекратив изображать страдалицу, подняла взгляд на Макса:

— Ты у нас оказывается спец по оборотням?

— Ну… Увлекался одно время, читал много. Даже общался с одним. Давно, правда это было.

Да? Тогда это конкретно меняет расстановку сил!

— Отлично, — я похлопала парня по плечу. — Ты принят в мою команду. Учительница сказала, что можно делать доклад в паре. Будешь мне помогать. Итак, — я открыла тетрадь, взяла ручку, — получается, что полнолуние и налитые кровью глаза это миф? И оборотень превращается в зверя по своей воле?

— Да, по своей воле. Существует легенда, что когда-то богиня Луны, в те древние времена, когда боги жили среди Высших, наделила своих подданных особой властью — превращаться в зверей. Без труда можно найти эти старые сказки в библиотеке… Тут зависит не от полнолуния. У каждого оборотня есть свои особые дни, когда ему под руку лучше не попадаться. Ну, или под лапу.

Я хмыкнула. Как знакомо, однако.

— Слушай, — я оторвалась от своей писанины и шутливо спросила, — а ты случаем сам не оборотень? А то так много знаешь…

После моих слов вид у Макса стал какой-то растерянный. Он криво усмехнулся, взъерошил по привычке светлые волосы. И прежде чем парень открыл рот, я легонько толкнула его в бок. Так ясно, временами мой убогий юмор понятен только мне.

— Это была шутка. Расслабься, — и снова взялась за «перо». — Давай дальше делись знаниями. Потом надо будет зайти в библиотеку. Спросим, есть ли у них книги про оборотней.

— Что ты скажешь по поводу того, что Демиан и Мелани снова вместе? — спросила меня Сорша перед сном в тот же день.

Я бросила в ее сторону хмурый взгляд. А что я по-твоему могу сказать? Лишь то, что у твоего братца ни стыда, ни совести. И на месте Мелани я бы и на пушечный выстрел к нему не приближалась. Но святоша у нас видимо любит садо-мазо.

— Я очень рада за них. Мелани прекрасная пара для Демиана.

Сорша как-то странно на меня посмотрела. Не поверила, скорее всего. Ну да, звучит не очень правдоподобно.

Тоже самое я примерно заявила и Демиану. Мы пересеклись в коридоре: я шла на кухню, он в свою комнату. Место встречи изменить нельзя просто. И тут клыкастый поинтересовался:

— Чего хмурая такая? Или не нравится, что я снова с Мелани встречаюсь?

Какое раздутое самомнение. Вокруг тебя мир не вертится, Деми. Смирись с этим.

— Нет, что ты, — я даже сумела изобразить дружелюбие (ну, или что-то очень его напоминающее), — просто устала. А насчет тебя и Мелани мои поздравления. Это замечательно. Вот, разберусь с завалом по учебе и можем снова устроить двойное свидание.

Братец смотрел на меня с недоверием. Удивлялся, вероятно, почему это я не грызу ногти от ревности, не рву волосы и не падаю ему в ноги, умоляя порвать с Мелани. Не дождешься.

— Рада за меня? — переспросил.

— Конечно. Это же так прекрасно, что две одинокие половинки нашли друг друга. Когда в моей жизни появился Макс, я поняла, как это важно иметь рядом человека, которого любишь и который любит тебя, — и «контрольный в голову». — Надеюсь, у вас все сложится самым наилучшим образом, — в порыве «доброты» обняла брата — тот даже не пытался сопротивляться.

Я отстранилась, одарила его лучезарной улыбкой и направилась дальше. Клыкастый, не проронив ни звука, проводил меня взглядом.

Ты хотел специй, Демиан, так получай. Приятного аппетитта.

Дрейка очень воодушевила тема оборотней. Даже не знаю почему. А позже выяснив, что в нашей маленькой команде присутствует Макс, он заметно повеселел. «Десятка нам гарантирована», — обронил радостно, направляясь с нами в библиотеку. Макс только смерил его угрюмым взглядом в ответ.

Скажу сразу, у этих двоих отношения сложились в крайней степени «дружелюбные». Что уже успели мальчики не поделить, мне понять не дано. На все мои вопросы Макс отмалчивается, Дрейк же отшучивается.

— Итак, еще один миф об обротнях, — мы сидели в библиотеке и грызли гранит науки.

Точнее, грызла я. Что касается этих клоунов — они особого рвения в учебе не проявляли. Парням нравилось больше доставать друг друга. Флаг им в руки.

— Оборотни теряют контроль над собой в полнолуние и превращаются в кровожадных, ничего не соображающих монстров. Макс, что скажешь?

— Да, Макс, — чуть поддался вперед Дрейк, положив локти на стол, — ты же у нас специалист по волкам. Как там в полнолуние? Сильно ломает кости?

— Лена, полнолуние это миф, — холодно откликнулся мой парень, пропустив слова Князюшки мимо ушей. — Я тебе уже объяснял, у каждого свои особенные дни, когда лучше оборотню не попадаться на глаза.

— Тут написано, что раньше до принятия закона об изоляции, оборотней, убившего демона или человека, казнили на главной площади.

Макс сделал задумчиво лицо и покатал шарик стирки по поверхности стола.

— Было дело. Тогда резали всех, особо, не разбираясь виноват или нет.

— А сейчас? — полюбопытствовала я, делая пометки.

— Запирают в специальных больницах. Учат себя контролировать. Если подает надежды, выпускают. А если нет, то остается зверь там на всю свою жизнь.

«Оптимистичный» расклад. Оборотням не позавидуешь — никакой романтики.

— А что такое «клетка»? — с интересом взглянула на всезнающего Макса. Дрейк также посмотрел на него со странной полуулыбкой.

— Не в курсе, — сухо ответил Макс и поднялся из-за стола. — Я сейчас вернусь.

Он ушел, и я снова погрузилась в чтение истории Тангрета. Лучше бы я про людей билет вытянула. Меньше мороки было бы.

— Если ты хочешь получить хорошую оценку, советую приняться за дело, — сказала я, когда Дрейк с тяжким вздохом уронил голову на сложенные руки и прикрыл глаза.

Ну-ну, Князюшка, здесь тебе бездельничать не дадут. Не волнуйся, занятие найдется и для особы голубых кровей.

— Слушай, — он подпер щеку рукой, обвел библиотеку скучающим взглядом. — Вы можете с ним сколько угодно обсуждать оборотней, но вряд ли собранные здесь материалы откроют Америку.

— На что ты намекаешь?

— Как насчет того, чтобы пообщаться с живым оборотней и задать ему вопросы. Представь себе, реакцию на такой доклад. Высший бал.

Я с сомнением посмотрела на Дрейка. Фантазия цветет и пахнет, когда речь заходит о том, чтобы не сидеть в библиотеке в компании книг.

— Размечтался. Так, мы прямо сейчас найдем тут общительного оборотня, который ответит на все вопросы. Ты слышал, что Макс сказал: они держаться в стороне. Ты, например, можешь дружить с таким перевертышем, и не знать, кто он на самом деле… — Дрейк хмыкнул. — Поэтому не говори глупостей. Лучше вот эту прогляди и выпиши то, что на твой взгляд пригодится в презентации, — и придвинула к нему упитанный томик: «Расы Нижнего Мира».

— Лена, — простонал дредастый соседушка в отчаянной попытке склонить меня на темную сторону, — это все пустая трата времени. Я знаю места, где проводят своё время оборотни. И у меня есть парочка знакомых, которые тебе раскажут все в самых ярких красках. Забей ты на это тухлое дело, — захлопнул мою книгу. — Погнали сегодня. И ты соберешь для своего доклада намного больше материала, чем здесь.

— Не знаю…. - засомневалась я. — Предложение, конечно, заманчивое, но мне надо с Максом посоветоваться.

— Нет, — слишком резко отозвался Дрейк. — Макса мы с собой не возьмем.

— Это еще почему? — нахмурилась я.

— Он… Будет лишним. Рыжая, — парень перегнулся через стол, заглянул мне в глаза, — давай, не трусь. Будет весело, обещаю. Ты не пожалеешь. Да и… В свою скучную библиотеку всегда сможешь вернуться. Никуда она не денеться, — улыбнулся хитро. — Ну, что? Согласна?

Вот умеет же засранец уговаривать. И улыбается-то как… Черт, с ним! Кто не рискует, тот не пьет шампанское, как говорится. Тем более, давно я не находила себе приключений на одну очаровательную точку.

— Хорошо. Я согласна, — кивнула. — А сейчас, будь добр не мешай. У меня еще работы по горло, — и я придвинула к себе внушительную стопку книг.

Домой я вернулась поздно, ближе к полуночи. Называется, мы с Дрейком сделали огромный круг, чтобы не встретиться с его старыми приятелями, потом долго ловили такси и когда мы, наконец, добрались до знакомых мест, я дала себе обещание — больше с ним никуда не ходить. Ходячая катастрофа, а не демон.

— Я же говорил, будет весело, — попытался напоследок приободрить меня Дрейк.

Да вообще, не вечер, а праздник какой-то.

— Угу. Не забудь про задание, — буркнула я, выбираясь из автомобиля.

Дома, как оказалось, семейство еще не спало. Старшие уже удалились наверх, Сорша тоже, и в гостиной сидела воркующая парочка — Демиан и Мелани. Смотрели какой-то фильм. Здорово. У нее что своего телевизора нет?

— Привет, Лена, — поздоровалась со мной Мелани.

— Привет, — обронила я по пути на кухню.

Настроение окончательно испорчено. И ночной перекус не помешает. Как говорится, пойду с горя наемся.

На полках холодильника, кроме маминых изысков, я обнаружила банку шоколадной пасты. Отлично. То, что нужно.

— Что с тобой? — о, это Демиан решил осведомиться, почему у меня такое кислое выражение лица. — И где ты шляешься по ночам?

— Курю. Пью и предаюсь разврату, — облизала я измазанную пастой ложку. — Что же еще я могу делать в такое время?

— А если честно?

Я отмахнулась. Мол, лучше не спрашивай. И так проблем хватает, хоть ты, Деми, не лезь.

— Так, решила изучить наш город поближе… Знаешь, Демиан, я хочу у тебя кое-что спросить.

— Валяй, — клыкастый облокотился на край стола, скрестил руки на груди. — Тебя обижает кто-то?

— Нет, — вечно он из себя Капитана Америки строит. — Никто меня не обижает. Просто вот хочу узнать твое мнение… Представь себе такую ситуацию: ты знаком с человеком, вы дружите достаточно долго и тут открывается, что он вовсе не тот, за кого себя выдавал. Твоя реакция?

Демиан задумался и ответил просто:

— Я бы ему врезал.

Что ж, вполне неплохое решение проблемы. Но только мне не совсем подходит. Я лучше истерику закачу. Такой жанр моей скандальной натуре ближе.

— Так, а тот человек, который оказался не тем, кем ты считала его в начале, это Макс?

— Угу.

— И кто он?

Я вздохнула и поставила банку на стол.

— Понимаешь, дело не в том, кто он… А в том, что он мне ничего не рассказал. Мне казалось, мы можем доверять друг другу. И я ему доверяла… А он молчал о таком. Обидно очень. Как бы я понимаю, у каждого есть свои тайны, там скелеты в шкафу, — которые когда открываешь этот самый шкаф, сыплются на тебя… — Понимаю, но все равно обидно. Ай, тебе наверное не очень интересно это слушать. У тебя там Мелани, фильм и всё такое…

— Лена, — Демиан придвинулся ближе, взял мою ладонь в свою — я вздрогнула от его прикосновения. — Если для тебя это важно, то поговори с ним. Я уверен, должны быть причины, из-за которых Макс не сразу тебе признался.

Ого. Такого я от Демиана не ожидала. Думала заведет свою обычную песню, о том, что Макс псих и мне рядом с ним не место. И что он, Демиан, был прав, что я с ним и месяц не смогла продержаться…

— Да, наверное так и сделаю, — чувствую, разговор выйдет не простой.

Демиан продолжал держать мою ладонь в своих, поглаживая. Я же зачарованно следила за его смуглыми пальцами на моей бледной коже.

Все мои проблемы сразу же отошли на задний план. Как ему это удалось? Он поднес мои пальчики к губам, нежно поцеловал. И в тот момент я была готова всё послать к черту: и Макса с его проблемами и тайнами, и Дрейка с его приключениями, проклятый доклад — всё. Просто придвинуться к клыкастому ближе, прижаться к крепкому телу, вдохнуть терпкий запах одеколона, дотянуться до его губ…

Кажется, я начинаю терять голову.

— Наш с тобой спор закончится через две недели, — проговорил Деми тихо. Его горячее дыхание коснулась моей кожи, и по телу пробежала мелкая приятная дрожь.

— Знаю.

Никогда еще так сильно мне не хотелось проиграть. Пусть братец мерзавец, пусть он играет не по правилам, пусть демон, которого я вроде как терпеть не могу… Плевать. Он одержит вверх, он окажется прав, и я буду не против.

— Демиан, — внезапно раздался за нашими спинами голос Мелани. Она застыла в дверях.

— Мы с тобой фильм смотрим, помнишь? — и бросила на меня полный неприязни взгляд.

— Верно. Прости, — Деми с сожалением выпустил мою руку. Я же, чтобы скрыть разочарование, снова придвинула к себе банку со сладким и уткнулась в шоколадную массу, чтобы не видеть, как он приобняв ее за талию, направился в гостиную.

Господи, день только что стал еще хуже, чем был.

За что мне всё это?

У нас с Максом все прекрасно. Честно. Его откровения сблизили нас еще больше. Между нами будто бы рухнула невидимая стена. Знаю, звучит пафосно, но в принципе как-то так оно и есть.

Что касается клыкастого… Наш спор с Демианом близился к концу. В субботу уже должны были определиться и победитель, и проигравший. Ясное дело, в дураках грозило остаться клыкастому. Потому видя, что мы с Максом не собираемся расставаться, клыкастый мрачнел с каждым днем всё больше и больше. Заодно и мне портил настроение. И ладно бы язвил, грубил, обзывал — привычное наше с ним общение, так нет же ж. Ходил угрюмый по дому и действовал жутко на нервы.

— Что с Демианом, знаешь? — поинтересовалась у меня Сорша как-то.

Я пожала в ответ плечами.

— Без понятия. Может с Мелани поссорился…

Отчасти это правда. Клыкастый своей унылостью довел Мелани до очередного скандала, а потом с огромной радостью послал её подальше. У меня даже челюсть отвисла от того набора слов, которыми изобирировала речь Демиана в коридоре. Хоть стой с блокнотом и записывай.

Мелани обиделась. И больше дома она у нас не появлялась. Ну, а Демиану я стараюсь не попадаться на глаза. Особенно, если рядом со мной Макс. Мало ли куда это угрюмое чудовище занесет.

Всё закончилось (или началось, как вам будет угодно) в ту злополучную субботу. Я пригласила Макса к нам в гости. Мы собирались посидеть перед теликом, посмотреть фильм, а потом выбраться на прогулку. Вот такой вот приятный и незамысловатый план.

Мама, которая давно горела желанием получше познакомиться с моим парнем, решила удивить гостя своим кулинарным талантом. Мне оставалось только надеется, что волчий желудок Макса выдержит Лизину стряпню.

День обещал выдаться тихим, спокойным и уютным. Мое семейство относилось к Максу заведомо хорошо (ну, одна личность его терпеть не могла, но к мнению этой личности никто не прислушивается) и с нетерпением ожидало близкого знакомства с моим парнем.

Как я уже говорила, суббота должна была пройти без особых сюрпризов… Должна была — ключевые слова.

— Сегодня заканчивается наш спор, Лена, — Демиан словил меня в коридоре, когда я направлялась в свою комнату. Прижимать к стенке, обнимать, целовать не стал — просто преградил дорогу.

Помню, конечно. Что за идиотский вопрос?

— Разве? — я захлопала глазами. — Ой, точно. Совсем из головы вылетело. Так много всякого навалилось…

Вероятно, искреннее изумления получилось у меня на славу. Взгляд Демиана потяжелел.

— Как видимо, расставаться со своей подружкой ты не собираешься?

— Нет. Я же тебе говорила, что мы с Максом идеально подходим друг к другу. У нас с ним все замечательно.

Демиан шагнул ко мне и проговорил негромко:

— Еще посмотрим… Я не люблю проигрывать, Лена, — затем развернулся и ушел в свою комнату, хлопнув дверью.

Вот именно, клыкастый, что мы еще поглядим, кто кого. Потому, что я тоже не люблю проигрывать.

Проснувшись, я еще долго лежала в кровати и вспоминала. Вспоминала всё, что произошло вчера: тихий мирный ужин, следом нашу с Максом ссору, и поцелуй с Демианом… Клыкастый долго не выпускал меня из своих объятий, наслаждаясь своей победой сполна. И мне стало так… Так мерзко, что вы даже представить себе не можете. Мерзко, потому что так всё вышло с Максом. Он хороший и не заслужил подобного.

Потянувшись к прикроватной тумбочке, я нащупала мобильный. Смс-ок нет, входящих тоже. Макс не звонил. Скорее всего он меня ненавидит после случившегося. Черт!

Скорее всего вчера до родителей донеслись отголоски нашей с Максом ссоры (слава богу, что они не вмешались) потому, что Лиза осторожно заметила, что порой молодые люди ссорятся. Ха, если бы люди… И если бы ссорились просто так.

А что касается Демиана… Он за завтраком был сама обходительность. Лена, может хочешь блинчик? Смотри, я выбрал самый неподгорелый. Или джем? Клубничный? Положить? Сливки? Передать тебе сахар? А сколько ты хочешь ложек?

Знаете, у меня было такое чувство, что он сейчас подвинет Соршу, сядет рядом со мной и будет кормить с вилочки. Клыкастая лишь покачала головой, наблюдая за столь резкой сменой поведения, а Лиза и Ахо недоуменно переглянулись. Только Жанна старательно прятала улыбку. Да уж, братец не палится. По-другому и не скажешь.

В то воскресенье была как раз моя очередь убирать со стола и мыть посуду. Демиан, настоящий джентельмен, вызвался помочь. Когда же мы остались наедине на кухне, парень приобнял меня за талию, прижал к себе и поинтересовался:

— Что сегодня будет делать?

Наверное, он ожидал чего-то более романтичного, но я вывернулась из его объятий со словами:

— Например, попытаемся дозвонить до Макса.

В ответ Деми смерил меня мрачным взглядом.

— Это еще зачем?

— Мне надо перед ним извиниться. Ты ему наговорил лишнего вчера.

— Я ему сказал правду, — скрестил руки на груди демон. — А ты между прочим эту правду скрывала. И кто из нас двоих виноват?

Гад. Мерзавец. А я сегодня чуть не поверила в заботливого до тошноты Демиана.

— Оба, — выкрутилась я и достала из кармана мобильный. — Но извиниться все равно надо. Макс мне нравится.

Демиан заинтересованно выгнул бровь.

— Как друг, — добавила я. — Он мой друг. И очень хороший.

— Ну раз друг… То звони, так уж и быть, — класс, еще не успели разобраться в отношениях, как клыкастый уже командует. — А я послушаю, — произнес он, когда я бросила многозначительный взгляд на дверь.

И как мне это теперь называть, а?

Набрав нужный номер, я приложила мобильный к уху. Потянулись долгие гудки. Ну пожалуйста, Макс, возьми трубку. Я все объясню, я извинюсь. Я… Я не знаю, что еще сделаю. Только не пропадай ты так.

Нет ответа. Но Лена же так просто не сдается…

— Не поднимает? — поинтересовался Демиан после моей шестой попытки дозвониться парню. Бывшему парню, точнее. — Ну, и забей.

— Нет. Он просто злится, вот и не берет… — я тяжело вздохнула. — Я чувствую себя последней сволочью…

— И правильно, — «поддержал» меня клыкастый, но, заметив моё возмущенное выражение лица, сжалился. — Лена, чего ты так волнуешься? Это жизнь. Самка достается лучшему, неудачники ищут вариант попроще.

Боже, отберите у него учебник по биологии и отключите кабельное телевидение.

— Демиан, — я выдавила на мочалку моющее средство, — если ты продолжишь называть меня самкой, а себя величать альфа-самцом, то боюсь, с тобой я никуда ходить не буду, — вдруг тебе в голову взбредет что похуже. Например, пометить территорию.

Он щелкнул пальцами.

— Тебе надо отвлечься, и я готов тебе помочь, — улыбнулся он хитро. — Мы можем сходить в парк, погулять. Или в кино. Или… Да куда только захочешь. Выбирай место. Сходим.

Ну вот, видишь, Деми, и у тебя случаются озарения.

— Давай в парк. А потом можно в кино… Только, Демиан, если одна проблема? — я сделала жалостливые глаза. Демон тотчас оказался рядом, приобняв меня за талию.

— Какая? — поинтересовался он с беспокойством.

Я перевела тоскливый взгляд на гору грязной посуды. Называется, выходной, всё семейство в сборе.

— Помой за меня посуду.

Демиан закатил глаза.

— Это женское дело, мочалка, — и ойкнул, получив от меня тычок локтем в бок.

Ну-ну, спасибо, милый друг. Как командовать или приглашать на свидание, так он с радостью, а как помочь — так дело женское.

— Тогда мы никуда не идем. Я до конца вечера мою посуду, натираю полы и шью бальные платья своим сводным сестрам и злой мачехе.

Демиан шумно выдохнул. Ну… Прекрасный Принц будешь Золушку выручать? Или потопаешь на свой бал в одиночестве?

— Ладно, — сдался демон. — Но я вымою половину. Половину, Лена.

— Без проблем. Грязные тарелки ждут тебя, — я с радостью вручила ему губку. — А я пока в душ схожу, — и чмокнула Демиана в щеку.

Макс уехал, и моя жизнь стала постепенно возвращаться в прежнюю колею. Этому немало поспособствовал и Демиан. Зная, как я болезненно реагирую на отъезд Макса и то, что с ним случилось, он больше не проронил ни слова о нем. А уж «псих», «шизик» и «странный» я не слышала и подавно. За это клыкастому огромное спасибо.

Демиан окончательно порвал с Мелани, но наши с ним отношения мы афишировать не хотели. Пока не стоило. Тем более, мы в этих отношениях еще сами не определились.

Мы с клыкстым стали больше времени проводить вместе, и от внимательной семейки это, конечно, не укрылось. Мама и Ахо порой поглядывали на нас с улыбкой, Жанна многозначительно ухмылалась, а Сорша… Сорша собиралась было устроить мне лекцию о том, как важно не переходить одну черту до свадьбы. Ну, вы меня поняли, думаю.

Так, что жизнь действительно возвращалась на круги своя, поэтому скучать долго не пришлось. У меня есть две новости. Действительно стоящие новости.

Первая — Жанна наконец-то дала согласие на брак Ахо и Лизы. Собственно, будто могло быть иначе, живя с нами под одной крышей. Мамуся и её посол свадьбу играть прямо сейчас не решили, но разрешение взяли на заметку. О чем мама радостная и рассказала всем своим подругам. Зря, как оказалось… Но об этом позже.

Вторая новость — Дрейк. То, что дредастый соседушка у нас теперь лучший друг, я уже говорила. Стоит также упомянуть, что теперь я вижу его у нас дома всё чаще и чаще. Порой мне кажется, что наша безумная семейка пополнилась еще одним членом.

Вот и сегодняшний день не стал исключением.

— Лена, это катастрофа! — воскликнул Дрейк и упал на диван. Следом за ним в гостиную вошел Демиан. Скинув рюкзак, клыкастый устроился рядом со мной и приобнял.

— Ты о чем? — поинтересовалась я, делая звук телевизора тише.

— Я завалил тест по алгебре, — простонал он. — И если мне выйдет тройка, я запорю эту четверть. Дед с меня шкуру спустит. Все, мне конец…

— Слушай, это еще не полный завал, — подал голос Демиан. — Моя сестра хорошо алгебру знает, — я бросила на него удивленный взгляд, и демон добавил, поймав его. — Не ты, щепка. Я про Соршу. Она мне помогала с математикой. Подтянула до четверки. Я могу её попросить помочь.

— Сорша? — переспросил у него Дрейк. — Ты что издеваешься? Твоя сестра меня терпеть не может.

Я кивнула, соглашаясь. Что правда, то правда. После того случая, на именинах, Сорша Князюшку не выносит, как и он её. Радует, что они хотя бы просто ругаются, а до драк дело не доходит. Именно поэтому, как только Сорша возращается с дополнительных занятий, Дрейк и Деми уходят на второй этаж и рубятся в видеоигры до самого вечера.

— Ну, я с ней поговорю, — Демиан многозначительно посмотрел на меня.

Стоп, я не поняла, это значит мне придется с ней говорить? Нет, уж увольте. Сопли по поводу красавца Брендона я готова стерпеть, но нежные и трепетные чувства к Дрейку выслушивай сам.

— Или Лена поговорит, так?

Мерзавец. Терпеть не могу, когда он ловко переводит стрелки на меня. И если бы не жалостливый взгляд Князюшки, я бы высказалась по поводу того, как я рада тому, что Демиан делится со мной своими обязанностями.

— Я постараюсь.

А с тобой, Деми, у меня будет отдельный разговор. Делать мне больше нечего, как уговаривать Соршу помогать всяким Князьям.

Дрейк остался жить у нас. Ахо и Лиза выслушали его историю. Оказалось, это несчастье поссорилось с родителями. Его отец крикнул, чтобы сын катился из дома… А сын взял и покатился. Причем, тугодум наш не догадался даже вещички какие-нибудь собрать. Значит, выслушали старшие Дрейка и разрешили ему остаться. Места у нас много. Может жить в одной комнате с Демианом. Тем более, семья большая — одним демоном больше, одним демоном меньше. Разницу всё равно уже никто не заметит.

Дрейк теперь живет с нами. Маме гость пришелся по душе потому, что оказался единственным (ну, кроме Ахо), кто хвалит ее стряпню. И ладно, хвалит. Так еще и переваривает как-то.

Но вернемся к нашим баранам. Точнее, будет сказать, к одной упрямой особе, которая на данный момент сверлит меня злобным-презлобным взглядом.

— Сорша, — я ей мило улыбнулась. — Дрейк, — повернулась к сидящему на моей кровати парню. — Пожмите друг другу руки в знак того, что вы согласны с условиями, — вместо рукопожатия они смерили друг друга ненавистными взглядами. — Дрейк помогает Сорше, Сорша помогает Дрейку. Все довольны, все счастливы.

Они неохотно поднялись со своих мест: Дрейк с моей кровати, Сорша — из-за стола, остановились друг напротив друга. Краткое рукопожатия, и бойцы снова оказались в разных углах ринга. Хоть что-то.

И если Соршу я уговорила давно, то после всей этой кутерьмы с временным переездом Кнюзяшки к нам, мне стоило огромного труда выловить его и рассказать о том, что занятия по алгебре ему обеспечены. А услышав, что хочет взамен Сорша, Дрейк засмеялся и покрутил пальцем в виска. На что был мой ответ, либо он выкатывается отсюда со своими скудными вещичками и заваливает алгебру, либо помогает моей сестре. Меня сразу же окрестили фашистом, но долго сопротивляться не стали. И я поволокла Князюшку наверх, где нас с нетерпением ждала Сорша.

— Я с тобой буду заниматься каждый день, — Сорша взяла слово. — Два академических часа. Начало занятий в пять вечера. Оставляю за собой право давать тебе дополнительные занятия и… Наказания, — ее улыбка не предвещала ничего хорошего непослушному ученику.

Дрейк бросил краткий, но красноречивый взгляд на дверь. Даже не думай сбежать. Запру с этой гарпией.

— Наказания в том случае, если ты будешь валять дурака и не делать домашнее задание. До конца четверти чуть меньше месяца, а мне надо вытянуть тебя до оценки удовлетворительно. Все ясно? — в её голосе прорезались стальные нотки.

Дрейк умоляюще посмотрел на меня. Ого, я и сама не ожидала от нашей тихони таких решительных действий.

— Понял. Но я тоже тебе спуску не дам. Я хорошо осведомлен о вкусах Брендона, потому рекомендую меня слушаться, если хочешь понравится своему прекрасному принцу, — произнес он едко.

Сорша смерила его полным негодования взглядом — Дрейк не остался в долгу. Клянусь, еще немного, и между ними будут пробегать искры.

— Как идут дела? — на пороге показался Демиан. — О, они нашли общий язык, верно?

Я кивнула. Нашли общий язык — еще мягко сказано. Пожалуй, пора сматываться, прежде чем эти двое не перешли на более тесные взаимотношения.

— Так, друзья, — я повысила голос, — мы пожалуй оставим вас. Дрейку самое время грызть гранит науки. Очень надеюсь, что вы останитесь после этого живы, — и подтолкнув Демиана к двери, направилась к выходу.

Меня окликнула Сорша:

— Погоди, а разве ты не останешься?

Ну уж нет, на бои без правил я могу по телику полюбоваться.

— Мы с Демианом идем гулять. Потому комната в вашем распоряжении. Удачи.

Я прикрыла за собой дверь, и мы с Деми замерли, настороженно вслушиваясь. Вроде тихо. Ругательств, криков боли и мольбы о помиловании не слышно. Но ведь, еще все впереди, не так ли?

— Лена, доченька моя! — папа шагнул мне навстречу, распахнув объятиями, я же отскочила назад. Отец смерил меня угрюмым взглядом и кивнул со словами: «ну ясно».

А он совсем не изменился за прошедшие годы: высокий, поджарый мужчина с загорелой обветренной кожей, выгоревшие светлые волосы и яркие голубые глаза. Такие же, как у меня.

— Мы вообще-то разносчика пиццы ждали, — тонкий намек на то, что папочку видеть я ожидала в самую последнюю очередь.

— Ну, я могу подождать его вместе с вами, — отец прошел в прихожую, скинул свой объемный рюкзак.

Видимо, враг покидать наши чертоги не собирается. Придется пускать в ход тяжелую артилерию.

— Эдуард?! — раздался удивленный мамин возглас.

Ага, артилерия уже сама прикатилась и рвется в бой. Я оглянулась на столпившихся позади маминой спины клыкастых. Угу, добро пожаловать на наш семейный обмен любезностями.

Лиза же стояла в шаге от меня, скрестив руки на груди и недобро так прищурившись.

Пожалуй, уберусь-ка я с линии огня.

— Никак не ожидала тебя увидеть, — отчеканила она.

— Да, я тут проездом в Тангрете… Подумал, почему бы мне не заглянуть, не узнать, как поживает моя дочурка. Маркус вам кстати привет передавал. Обещал приехать на праздники.

На маму это не произвело впечатления. Продолжая прожигать отца злобным взглядом, она поинтересовалась:

— И что же ты делаешь в Нижнем Мире? В последний раз, когда я с тобой разговаривала, ты кажется был в Китае…

— О, это долгая и очень интересная история, — довольно отозвался отец, потирая ладони.

Мы с мамой понимающе переглянулись. Историй у папы в запасе много, и он очень любит их рассказывать.

Не знаю, чем бы закончилась перепалка родителей, если бы вперед не выступил хозяин дома. Ахо, оттеснив Лизу, подошел к Эдуарду и протянул руку для рукопожатия.

— Ахо.

— Эдуард.

— Может быть останетесь? Вы так долго добирались сюда, — предложил нас излишне гостеприимный посол, игнорируя мамино возмущение. А его очень сложно проигнорировать, если честно.

— С удовольствием. Я вроде бы к ужину, да? — осведомился он, снимая обувь. — Лиза, всё еще травит вас своими кулинарными шедеврами? — мило поинтересовался.

— По крайней мере, они выглядят аппетитней, чем та жареная саранча и сушеные тараканы, от которых ты без ума.

Папа в ответ только развел руками. Улыбнулся.

— Чем только не приходилось питаться, когда ты подходила к плите.

И это, знакомьтесь, мои родители. А потом мама удивляется, в кого я такая пошла. Я бы на ее месте молчала о том, в кого пошли дети и что из них вырастет. Ясное дело, ничего хорошего.

Лиза ничего отвечать не стала — просто ушла в гостиную. А следом за ней подтянулись и остальные. В прихожей остались я и Жанна. Та облокотилась о дверной косяк с бокалом вина в руке и задумчиво обронила:

— Кажется, теперь я понимаю твоего отца. От такой жены я бы точно на другой конец света свалила.

Мне нечего было возразить. Жанна со своими замечаниями как всегда — редко, но метко.

А в гостиной папа уже очаровывал моих клыкастых родственников. Рассказывая о каком-то забавном случае, происшедшем с ним в Южной Америке, он попутно раздавал всем подарки. Только мама и я продолжали сохранять кислое выражение лица.

Ахо получил какую-то разрисованную тарелку, от которой пришел в полный восторг, мама небольшую статуэтку богини плодородия, Демиан складной нож, Сорша украшение из ракушек, а я ловца снов. Маленького.

Оглядывая подарок, я выдавила из себя улыбку.

— Небось его сделал твой знакомый шаман из племени чероки в Северной Америке, да?

Отец сделал вид, что не заметил моего сарказма, и спокойно ответил.

— Нет, я купил его у своего друга в его сувернирном магазинчике в Монтане. Он ирландец.

Клыкастым папа понравился. Еще бы… Он ведь такой энергичный, интересный, и к визиту подготовился. Паразит. То пропадает на несколько лет и от него ни слуху, ни духу, а теперь вот — объявился любящий папаша с подарками. Мама судя по всему думала тоже самое.

Я держалась от восхищенным моим родителем родственников подальше. Опустилась в кресло. Да уж, что отец, что мать — два сапога пара. Оба обаятельные, умеющие нравится и людям, и нелюдям. Да и Маркус такой же — с легкостью заводит новые знакомства. И только я получилась какой-то недоделанной… Глядя на отца, который громко что-то рассказывал, активно жестикулируя, испытала острый приступ зависти и злобы. И так всегда. Не получается на него долго злиться, даже если очень хочется.

— Эдуард, — историю отца мама оборвала на самом интересном месте — тот только подошел к моменту, когда он и его экспедиция спускались по реке, — ты кажется, забыл упомянуть, зачем приехал.

— Чтобы я бы без тебя делал, детка, — усмехнулся. — Ты всегда напомнишь о самом главном. Так вот, — он занял свободное место за столом, — я приехал в Тангрет по работе.

А всё свелось к тому, что моему отцу предложили смотаться в Нижний Мир и подняться в какой-то там храм в горах, на юге королевства. Так, как папа в последнее время активно интересуется темой Верхнего мира, то с радостью принял это предложение. Тем более, ему также предложили преподавать в школе за вполне неплохие деньги. А они лишними, по его мнению, в хозяйстве не бывают.

— Чем не повод навестить свою дочь и бывшую жену, — улыбнулся. — Я вас так давно не видел.

Угу. Очень давно. Последнего раза мне хватило сполна.

У мамы же был вид, словно она готова задушить отца, потом хладнокровно расчленить в ванной и закопать куски тела под своими любимыми розами на заднем дворе.

— А вы уже решили, где остановитесь? — поинтересовался посол.

— Нет.

— Так почему бы вам не остановиться у нас? — радостно предложил Ахо. Я и мама бросили на него уничтожающие взгляды. Он что сейчас издевается? Или действительно желает моему отцу медленной и мучительной смерти?

Эдуард просиял. Ясно, именно на такое гостеприимство он и рассчитывал.

Голос подала мама.

— У нас дом не резиновый, милый. И мест нет. Только чердак и остался…

— Чердак отлично подойдет. Ты же знаешь, Лиза, я неприхотливый.

Мрачная Лиза кивнула. Видно, судьба, решив, что моя жизнь стала слишком спокойной, тотчас решила ее усложнить. Карма. Это всё карма. Хотя я где-то слышала, что самый лучший способ её очистить — это протереть спиртом.

— Тогда добро пожаловать.

Довольное семейство загалдело и зашумело, приветствуя гостя. Угу. Только пожалуйста не надо подхватывать его на руки и описывать круги почета вокруг дома.

Мама удалилась на кухню. Я шмыгнула следом за ней и прикрыла дверь. Лиза наполнила бокал вином и осушила его одним жадным глотком.

— Он специально это делает. Он специально приехал, чтобы мне досадить, — начала она. — Твой отец обожает меня доставать. И узнав, что я здесь, что я счастлива вместе с Ахо, решил все испортить!

— Мам, — попыталась я немного разрядить обстановку, — может он действительно приехал сюда по работе. А к нам заглянул, потому что действительно соскучился… — конец фразы вышел у меня крайне неуверенным.

Мама фыркнула сердито.

— Ты сама-то в это веришь? Вот-вот, — добавила, когда я мотнула отрицательно головой. — Помяни мое слово, мы еще с ним намучаемся.

— Хорошо. Но все же мамочка… Давай ты не будешь раньше времени набрасываться на него с бензопилой, — блин, и какого черта я его защищаю? — Мне не очень хочется провести каникулы, отмывая кровь со стен. Дадим ему шанс. А будет плохо себя вести, накостыляем по шее, а?

Моя вымученная и глупая шутка заставила ее все-таки улыбнуться и немного расслабиться.

— Доченька моя, — Лиза обняла меня, — как же мне повезло с таким добрым ребенком.

Я кивнула. Повезло не то слово. А уж как мне свезло с родителями… Ни в сказке сказать, ни пером описать.

За те полгода, проведенных в Нижнем Мире, можно привыкнуть ко всему. К маминым завтракам (в Москве она хоть как-то нас с Марком жалела и кормила полуфабрикатами), к брату с сестрой (они оказались не так уж и плохи, как на первый взгляд), к Жанне, к Дрейку, но только не к папиному присуствию… Потому как оказалось Эдуард Куканов побил все рекорды. Этим утром я вскочила с кровати, разбуженная гортанным пением северных шаманов.

— Это твой отец музыку слушает, — пояснила мне Сорша, заметив, как я озираюсь по сторонам, пытаясь понять, что, куда и почему. Сама сестрица уже одетая и собранная сидела за столом и что-то дописывала.

— Странные у него предпочтения…

Странные не то слово. Спустя несколько минут отец все-таки вырубил этот ужас, но заснуть снова у меня не получилось… Я спустила ноги с кровати. Лучше бы мама выставила его вон. И проблем, и шума меньше.

— А ты куда собралась? — поинтересовалсь у Сорши и глянула на часы на тумбочке. Половина десятого. — В такую рань-то?

— Я иду в торговый центр вместе с Дрейком. Он же хочет помочь мне с новым имиджем.

Мне ничего не оставалось, как пожелать им обоим удачи. Будем надеется, что хоть кто-то доберется до дома живым.

Мы вместе спустились на первый этаж. А там… А там уже папа готовил завтрак. Мама то и дело бросала на него полный раздражения взгляд. Конечно, отнял-то такую привелегию — травить свою семью. Ахо читал газету, попивая кофе, Дрейк, разбуженный Соршей, клевал носом, Демиан и Жанна скорее всего еще спали.

— О, Лена, доброе утро! — папа поставил передо мной тарелку с овсянкой.

Доброе? С каких пор подъем раньше двенадцати часов в субботнее утро считается критерием доброго?

— Что это на тебя нашло? — я посмотрела на содержание своей тарелки. Что ж, стоит признать, что готовка выходит у моего отца намного лучше, чем у Лизы.

— Ну, — папа поставил на стол корзиночку с хлебом, — я решил сделать что-нибудь полезное. Подумал, мою дочь обрадует полезный и вкусный завтрак.

Надо же какая забота. Я тронута до глубины души. Но следующая фраза удивила меня еще больше съедобной каши.

— А вообще, я бы с удовольствием прогулялся бы по городу. Что скажешь, Лена?

Недавно я кажется просила не налаживать отношения отцов и детей, но кого интересует мое мнение.

— Вообще-то, я сегодня занята.

— Чем же? — прежде чем отец успел открыть рот, поинтересовалась мама.

— Мы с Демианом собирались в кино.

— Да? И на какой же фильм? — спросил отец.

— На Темного Рыцаря, — вспомнила я недавний показ трейлера по телику. — Тебе не понравится. Это по комиксам «DC», там супергерои и никакого особенно глубокого философского смысла.

— Замечательно, — отозвался отец. — Я люблю комиксы. «Marvel», конечно, немного больше, чем «DC». Но ничего страшного, считаю. Когда сеанс? Могу купить вам билеты.

— Мне кажется, эта замечательная идея, Лена, — снова влезла мама. Ну здорово, только дел семейных мне не хватало для полного счастья.

— Когда вы идете в кино, солнышко?

— Вечером, — буркнула я и принялась дальше размазывать кашу по тарелке.

День намечается еще хуже, чем утро.

Отец довольный удалился на кухню. Сорша поднялась из-за стола и хлопнула слишком тихого Дрейка по спине. Тот от неожиданности вздрогнул, чуть не пролив на себя кофе, широко зевнул с явной неохотой поднялся.

— Мы идем в торговый центр, — известила нас клыкастая.

Дрейк, который вероятно всю ночь с Демианом рубился в видеоигры и только под утро лег спать, в доказательство ее слов только кивнул. И сложив в карман немного печенья, вяло поплелся за сестрой в коридор.

Видок у него такой, словно на расстрел ведут. Хотя… Прогулка с Соршей, казнь — почти одно и тоже. Для Дрейка, разумеется.

— Кстати, — мама проводила нашего гостя беспокойным взглядом, повернулась к Ахо, — ты говорил с родителями Дрейка? Не то, чтобы он нас сильно стеснял, просто немного странно, что они как-то не особо интересуются его жизнью.

— Говорил, — Ахо сделал глоток кофе. — Княжна попросила нас приютить ее сына еще на некоторое время, — и добавил, заметив проступившее возмущение мамочки. — И не нужно вмешиваться, Лиза. Считаю, что Дрейк способен сам разобраться со своими проблемами в семье, — ага, как же Князюшка разберется. Как по мне, Дрейку в кайф с нами жить…

Кстати насчет проблем в семье.

— И как теперь это называется? — после завтрака мама была поймана и затащена мной в нашу с Соршей комнату. Я встала у двери, преградив дорогу. — Ты ему что теперь помогаешь?

— Лена, я лишь пытаюсь наладить ваши отношения.

— Свои лучше налаживай, — тотчас огрызнулась я, Лиза закатила глаза. — Ты же сама сказала, что не хочешь, чтобы он был здесь. Сама сказала, что не рада ему. А сейчас наоборот — хочешь, чтобы я стала дочкой года.

— Он твой отец. Я лишь хочу, чтобы вы с ним нашли общий язык.

— А еще твой бывший муж. Может, заново за него замуж выйдешь? — парировала я. — Так сказать, воссоединим семью по полной программе.

— Зайчик, муж и отец это две разные вещи. Да, признаю, ему в своем доме я не особо рада. То есть совсем не рада, но… Наши с ним проблемы не должны влиять на ваши отношения отца и дочери. Поверь, я знаю, каково это иметь… Сложных родителей. Особенно, разведенных. Ты не помнишь дедушку. Скажу, мой отец тоже был не подарок, — мама пожевала задумчиво нижнюю губу. — Жаль, что когда я попыталась все исправить, было уже поздно. Я это все к тому, солнышко, что если Эдуард делает первый шаг тебе навстречу, не надо его отталкивать… — и помолчав, добавила. — Зная твоего отца, он еще даст тебе тысячу и один повод это сделать.

Ага, оптимистично звучит, не поспоришь.

— Ты думаешь, что он изменился?

Лиза пожала плечами.

— Мало ли что с людьми творит кризис среднего возраста, — задумчиво произнесла она.

Ага, например, им приходит в голову безумная мысль — съехаться с демоном и переехать жить в другой мир.

— Ладно, раз ты просишь, я так уж и быть повременю с жестокими пытками и долгой расправой, — «смилоствилась» я. — Все ради тебя мамочка.

Лиза послала мне воздушный поцелуй в ответ, а потом улыбнулась, заметив, недовольное выражение лица дочери.

— И да, мам, передай ему, чтобы больше не включал свою музыку с утра пораньше. Это было ужасно.

Лиза согласилась со мной.

— Да, зайка. К твоему отцу у меня вообще масса претензий, — мама в предвкушении потерла ладони. — Начиная с того, что он заляпал мое любимое полотенце, когда готовил завтрак.

У кого что на уме, как говорится.

— Ты что там умерла? — Дрейк прислонился спиной к стенке, с усталостью посмотрел на дверцу примерочной.

— Погоди… — раздалось, и через минуту Сорша сделала шаг ему навстречу. — Ну как? — поинтересовалась, а потом нахмурилась, заметив выражение лица Дрейка. — Что опять?

Тот только развел руки в стороны:

— Это… Это платье. Я же сказал, что-то более яркое и желательное открытое. А это полная жесть. Ты что в монашки собралась?

Сорша обиженно насупилась и повернулась к своему отражению.

— А как по мне, так неплохо…

— Да, — протянул Дрейк. — В таком наряде Брендон падет к твоим ногам, ослепленный неземной красотой.

— Хорошо. И что ты предлагаешь?

Дрейк кивнул на одежду, горкой возвышающейся на узеньком диванчике, но заметив умоляющий взгляд Сорши, «разрешил».

— Ладно, мы и так часа два убили здесь. Пора бы уже и перекусить. Потом продолжим.

— Звучит так, будто тебе нравится меня тут таскать по магазинам… — заметила Сорша, вновь закрываясь тяжелой шторкой.

— О да, всю жизнь мечтал сопровождать тебя по торговому центру. И надо же, — Дрейк хлопнул в ладони, — моя мечта сбылась.

— Порой ты просто отвратителен… — донеслось с той стороны.

Через минут пятнадцать они расположились в ближайшем кафетерии. Сорша ограничилась десертом, в отличие от Дрейка. Пока тот флиртовал с официанткой, девушка с предельной внимательностью изучала меню, когда же они остались наедине…

— У тебя такое выражение лица, будто ты вагон лимонов съела.

— У вас, Ваше Высочество, получаются потрясающие комплименты.

— Самые лестные слова принебрег для тебя, дорогуша, — не остался Князь в долгу.

Сорша недовольно откинулась на спинку стула.

— Как только Лене пришло в голову, что ты можешь мне помочь… Бред, — и потерла лицо ладонями. Поймала на себе внимательный взгляд Дрейка. — Что?

Тот пожал плечами.

— Ничего… Просто… — не договорил — его оборвала телефонная трель.

Засунув руку в карман, демон достал мобильный. Нахмурился, узнав, кто ему звонит, но все же ответил.

— Да, я тебя слушаю, мама…

Разглядывая поверхность стола, Сорша прислушивалась к беседе. И если сначала всё началось довольно мирно, то потом разговор протекал на повышенных тонах. В сердцах послав мать и остальных родственников куда подальше, Дрейк захлопнул раскладушку и бросил телефон на стол.

— Ну что такое? — раздраженно поинтересовался у Сорши, поймав на себе её внимательный взгляд.

— Ничего… Грубовато ты с мамой, на мой взгляд.

Дрейк поджал губы.

— А как бы ты отреагировала, заяви тебе мать, что не хочет видеть дома? Она позвонила лишь для того, чтобы сообщить, что собрала мои вещи и оставила их в камере хранения на вокзале. Чокнутая стерва.

— Нельзя так о… — начала было Сорша, но прервалась. — Ладно, может в твоем случае она действительно чокнутая стерва. В жизни всякое бывает, — и помолчал, добавила. — А можно вопрос?

— Смотря какой.

— Почему ты ушел из дома?

Дрейк задумчиво крутил запотевший стакан с колой в ладонях. Было слышно, как шипит газировка. А на экране телевизора, подвешенного на стенку, шел без звука какой-то клип.

— Из-за всего этого… Ты вряд ли поймешь. Ты же у нас, «идеальная». Не парься, это я просто к слову. Потому, что моя мать считает меня полным неудачником. Мне с самого детства говорили, что я всё делаю не так. Дышу не так, ем не так, говорю не так, одеваюсь не так, думаю не так… В конечном итоге, как видишь, моя одержимая мамаша потеряла остатки терпения. С глаз долой, из сердца вон. Может он так и лучше. По крайней мере, поживу тихо и спокойно, без скандалов.

Сорша усмехнулась.

— Тихо и спокойно это не в моей семье…

Ее собеседник невольно улыбнулся.

— У тебя хорошая семья. Пусть шумная, но веселая и дружная. У меня не такая… — и замолчал, глядя в экран телевизора.

— И где ты будешь жить?

— Не знаю.

— Я не думаю, что мой отец выгонит тебя на улицу.

— Было бы здорово…

Снова опустилось напряженное молчание: Сорша окинуда рассеянным взглядом по интерьеру кафе, Дрейк пялился в телевизор. Потом девушка глянула на наручные часы и подала голос.

— А вообще знаешь… Думаю, мы можем купить одежду в другой раз. Сейчас поедим и поедем на вокзал за твоими вещами.

Дрейк кивнул:

— Хорошо. Твоему брату вряд ли нравится, что я таскаю его шмотки. И Сорша… — та вопросительно на него посмотрела, — не говори об этом разговоре никому. И вообще, о моих отношениях с матерью лучше не особо распространяться. Я хочу, чтобы это оставалось в каком-то подобие тайны, — Дрейк провел ладонью по гладкой поверхности стола, смахивая на пол крошки.

— Без проблем.

— Спасибо, — поблагодарил он искренне.

— Это называется укрепление внутрисемейных отношений, — терпеливо объясняла я, наверное уже в тысячный раз, но вы же знаете… Демиан такой Демиан.

— В следующий раз я буду встречаться с сиротой, — огрызнулся демон.

— Посмотри на это с другой стороны, — попытки воззвать к его совести я давно оставила. Природа на нее поскупилась, также, как и на мозги. — Он купит нам билеты.

— Только ради этого, я и пошел. Будто есть удовольствие идти с твоим папашей в кино. А тут халява все-таки, — отозвался этот… Этот… Ну, вы меня поняла, надеюсь.

— Свинья, — сбросила его руку со своей талии. — Хамло трамвайное.

Да, называется, уговорила я Демиана на поход в кино с Эдуардом. Узнав о том, что к нам присоединиться мой отец, демон тотчас отказался от мероприятия, аргументируя тем, что «семья важнее». Ага, как же ж… как по мне, это называется «пока ты там будешь с отцом торчать, я займусь чем-нибудь полезным. Например, погляжу порнушку».

— Ладно, ладно, — попытался подлизаться демон, я смерила его злобным взглядом. — Я просто надеялся, что мы пойдем с тобой вдвоем… А там сама понимаешь, — лукаво улыбнулся Деми. — Но идет твой отец с нами, и как я понимаю: с романтикой на заднем ряду облом.

Часы на ратуше показывали, что уже без двадцати девять. Фильм начнется через двадцать минут, а отца все нет… Может, он отказался от своей идиотской затеи подружиться со мной?

Боже, вы даже не представляете, как я «люблю» свою семью. Всем сердцем и душой… Вот, бы он не пришел, и мы с Деми прекрасно провели время вдвоем.

— Это случаем не он?

Я глянула в сторону — к нам спешно приближался мужчина. Эдуард. Значит, идем все-таки втроем.

Что ж, прощай, как выразился Демиан, романтика. Да здравствуйте, как сказала мама, налаживание внутрисемейных отношений. Жуть.

— Ну, что детишки? — довольный папочка замер перед нами. Кажется, начинаю понимать, в кого Маркус пошел своим вечным позитивом. — Пойдемте? — и направился к кассам, поманив нас за собой.

— Пошли, — Демиан потянул меня за собой. — Я не думаю, что все пройдет так уж плохо, — шепнул он мне.

Нет, Демиан, все пройдет не плохо. Все пройдет, ужасно. Я знаю. Это же мой отец и я. По-другому, просто не может быть.

— Ну, и как все прошло? — мама лукаво на меня посмотрела.

Я поймала ее взгляд в отражении и с удвоенным усердием принялась расчесывать волосы. Как все прошло, спрашиваешь…

— Ужасно. Просто отвратительно. Это самое бесполезно потраченное время в моей жизни.

Мама улыбнулась и присела на краешек моей кровати.

— Значит, тебе понравилось, да?

Лиза в своем репертуаре. Нет, бы подыграть мне немного… На самом деле всё прошло неплохо. Точнее, всё прошло хорошо. Мы посмотрели классный фильм, потом отправились в кафешку. Демиан и Эдуард тотчас нашли общий язык. Клыкастый братец едва не зашелся в слезах счастья, когда обнаружил, что мой отец тоже любит всяких рептилий и членистоногих. Итого: битый час он рассказывал ему про Брюса (помните, его мохнатый шестиногий проект по биологии? Ну, вот. Он еще жив и весьма неплохо себя чувствует). Папа ему что-то рассказывал про змей, потом уже про свои путешествия… И в какой-то момент я поймала себя на мысли, что всё идет не так уж и омерзительно, как я надеялась.

— Ладно, — сдалась я под пристальным вниманием матери. — Мне понравилось. Мы отлично провели время.

— Но ты все равно недовольна? — продолжала «издеваться» мама. Вот, не люблю, когда она начинает играть в психолога, причем в выходной день.

— Я довольна.

— Лена, — укоризненно произнесла Лиза.

— Хорошо, — я повернулась к ней. — Я хотела, чтобы всё прошло ужасно. Потому, что тогда у меня будет повод считать его плохим отцом… А так он старается, что ли… Только я знаю Эдуарда, что каким бы классным, общительным и веселым он не был, каждый раз, когда я к нему привязываюсь, он исчезает. На несколько лет. Так зачем налаживать с ним отношения, если ему наплевать?

Тут-то Лиза и призадумалась.

— Думаю, тебе нужно поговорить с отцом на этот счет, — ой да ладно? Какой интересный и неожиданный совет.

— Не будешь же ты на него вечно дуться.

— Буду.

Наш разговор прервало появление Сорши. Клыкастая замерла на пороге, переводя взгляд с меня на маму и обратно. Лиза сразу же поднялась.

— Поговори с отцом, — направилась она к двери. — Сорша, ты замечательно выглядишь, — на столько неожиданной фразе я повернулась к ним.

Что-то? Я ослышалась или Лиза сейчас сделала комплимент клыкастой?

— Какое красивое платье.

— Спасибо, — засмущалась сразу же та.

Я посмотрела на сестру. А что, и вправду хорошо выглядит. Платье красивое, подчеркивает стройную фигуру. И цвет, жемчужно-серый, Сорше идет.

— Мм, — мама ушла, мы остались вдвоем. — Ты все-таки решила снять траур. Тебе оно действительно идет.

Сорша с плохо скрываемым наслаждением оглядывала себя в зеркале.

— Да, спасибо. Мы с Дрейком его вчера купили.

Еще одна новость. От Князюшки мы теперь так просто не отделаемся. Он серьезно поругался с родителями и теперь остается с нами надолго. Как я уже упоминала, моя семья даже и не заметила подкидыша. У нас давно не дом, а проходной двор какой-то.

— В таком виде я и отправлюсь на курсы. Как думаешь, — Сорша собрала волосы в высокий хвост, — Брендону понравится?

— Мне бы понравилось. И погоди… Какие курсы? Завтра же начинаются каникулы, — и я на всякий случай указала на свой настенный календарь, где завтряшняя дата была жирно обведена розовым маркером.

Да, я все-таки это сделала — дожила до зимных каникул. Плюс Тангрета — каникулы у нас длятся не две недели, как было в раньше, а три. Демоны они сначала свои какие-то праздники отмечают, а потом и наши. Добрые создания.

— На курсы это не влияет, — Сорша покрутилась перед зеркалом. — Лена, а я могу одолжить у тебя блеск для губ?

Я удивленно подняла на сестрицу глаза.

— Ого. Дрейк на тебя плохо влияет, Сорша. Пройдет пару дней, и ты наденешь миниюбку, — клыкастая в ответ только глаза закатила. — Твоего брата от такого зрелища инфаркт хватит, — фыркнула я насмешливо.

Сорша пожала плечами, убрала блекс с сумочку и радостная ускала в коридор.

Мда, что же с нами гормоны творят?

Итак, две новости. Первая — сегодня официальный день зимних каникул. Почти три недели лени, подъемов во второй половине дня, ничего неделанья и прочих радостей жизни. Каково, а? Вторая — Ахо и Лиза встречаются ровно полтора года. Год они провели в Москве, и шесть месяцев мы все живем под одной крышей. Что ж, никто не умер и никто особо сильно не пострадал. Чем не повод для радости?

Мама и ее клыкастый избранник объявили нам о своей годовщине за завтраком, чем и заслужили вялые овации.

— Потому, детишки, — продолжила мама после «бурных» аплодисментов, — мы с Ахо решили отправиться в небольшое путешествие на Южный Полуостров.

«Детишки» переглянулись. Если память мне не изменяет, то Южный Полуостров это что-то вроде острова из рекламы Баунти. Солнышко, белый песочек, пальмы, лазурное море… Мне определенно точно нравится такой поворот событий.

— Отлично, — подала я голос. — И когда мы едем?

Мама улыбнулась.

— Малыш, поедем только я и Ахо. Мы бы хотели отметить эту скромную дату вдвоем.

Ну здорово. И здесь облом.

— А кто за нами присматривать будет? — внезапно поинтересовалась Сорша.

Ответил Ахо:

— Останется Жанна. Эдуард. Тем более, вам уже не три года. Справитесь как-нибудь сами.

Что за вопрос? Справимся, конечно.

Глава семьи тем временем повернулся к Дрейку.

— А с тобой у меня будет серьезный разговор.

Дрейк ничего не ответил, просто кивнул.

— И когда вы уезжаете?

— Через два дня. Не волнуйтесь, малыши, мы всегда будем на связи.

Ну… Я скользнула взглядом по своим родственникам. Судя по довольному виду «малышей», они не особо волновались по этому поводу.

— Сорша, — Дрейк замер на пороге комнаты девочек, — у меня будет к тебе небольшая просьба, — Лена, оторвавшись от записей в своем блокноте, вопросительно приподняла брови. — Прости, Рыжая, но мне надо с Соршей поговорить наедине.

Та только пожала плечами и вышла, прихватив с собой пенал и блокнот.

— Так, что за просьба?

— Моя мать хочет встретиться… Ты бы могла пойти со мной? — и на удивленный взгляд Сорши, ответил. — Мне не хочется отправляться туда одному. Зная свою мать, уверен, беседа вряд ли пройдет дружелюбно.

— Конечно, — Сорша не стала отказываться. — Только почему я?

Дрейк как-то странно усмехнулся:

— А кого мне еще попросить?

— Если для тебя это важно, то я согласна.

— Спасибо.

А спустя час они оба направились к остановке автобуса. Дрейк договорился встретиться с матерью в кафе «Под Солнцем».

Они вошли в кафе, когда на часах было без пятнадцати три. На десять минут раньше. Но Изабелла уже ждала сына — женщина сидела за крайний столиком у окна. Заметив Соршу и Дрейка, поманила их к себе. На её тонких бледных губах застыла улыбка.

— Добрый день, Дрейк.

Сорша скользнула взглядом по светлому брючному костюму Княжны, по ее огненно-рыжим кудрям, рассыпавшимся по плечам, и, наткнувшись на неприветливый взгляд светлых глаз, принялась рассматривать поверхность стола. Она слышала, что Изабелла не отличается мягким нравом.

— Привет, мама. Как твои дела?

— Неплохо. А твои?

— Хорошо.

Княжна повернулась к Сорше:

— Передай отцу нашу с мужем благодарность за то, что ваша семья присмотрела за Дрейком.

— Это было не сложно. У вас хороший сын.

Изабелла недовольно поджала губы.

— Он умеет быть милым и послушным, когда нужно, — она снова обратилась к Дрейку. — Так, что ты решил насчет моего предложения?

Сорша глянула на парня с интересом. Дрейк же нахмурился в ответ.

— Я сказал, нет. Я не оставлю столицу. Я не хочу и не буду поступать в вашу академию.

От Сорши не укрылось, что тема вероятно была болезненной и не раз обсуждалась. Только присуствие постороннего не давало разразиться привычному скандалу. Может, для этого Дрейк и позвал ее с собой, чтобы избежать известного конца беседы.

— Это элитная академия. В ней учился твой дед, твой отец и учатся твои братья. Я бы на твоем месте была бы благодарна отцу за то, что он договорился о месте для тебя. Особенно, после твоих выходок.

— Я сказал — нет. Я не хочу там учиться. И говорю это не в первый раз.

— А я тебе не раз говорила, что будешь со мной спорить — отправлю обратно в Срединный мир, — в ее голосе заиграли стальные нотки. Дрейк помрачнел. — Тебе ведь там так нравилось, не так ли? Я могу позвонить своим знакомым. Они с радостью возьмут тебя обратно.

— Не надо.

— Так, значит ты пойдешь учиться?

— Нет.

Женщина шумно выдохнула, сцепила бледные руки в замок и отчеканила:

— Ты не перейдешь порог моего дома, пока не примешь наши с отцом условия. Ты внук Князя, так и веди себя соответствующе. Мне осточертели твои выходки. И уж, поверь, отец с дедом думают также.

— Не сомневаюсь, — едко откликнулся Дрейк.

Изабелла потеряла остатки терпения:

— Либо ты делаешь так, как решили мы с отцом, либо больше не попадайся нам на глаза!

Сорша заметила, как дернулся Дрейк. Чтобы хоть как-то смягчить эффект от её слов, она протянула руку и накрыла ладонь Дрейка своей так, чтобы Княжна этого не заметила. И почувствовала, как парень стиснул её пальцы в ответ.

Не смотря на обиду, затаившуюся в глазах, голос Дрейка звучал спокойно.

— Я лучше на помойке жить буду, чем с тобой под одной крышей.

— Такому никчемному мальчишке, как ты, там самое место.

Тут уж не сдержалась Сорша, почувствовав, как Дрейк сжал ее ладонь сильнее.

— Он ни никчемный. Вы не имеете права так, говорить о своем сыне. Если бы вы не давили на него и дали бы свободу выбора…

Женщина её резко перебила:

— Он уже сделал свой выбор несколько лет назад. И если ты, Дрейк, хочешь пойти по тому же пути, скатертью дорога, — эти слова она почти что выплюнула. — Мы с отцом больше мешать тебе не будем. Это твоя жизнь. Хочешь ее угробить — вперед. Ты больше не наша забота, — достав из кошелька несколько купюр, Изабелла бросила их на столик, поднялась и быстрым шагом направилась к выходу.

— Ты как? — заботливо спросила Сорша.

Дрейк только сейчас заметив, что до сих пор держит ее ладонь. Он медленно разжал пальцы.

— Прости… Нормально, — хмыкнул. — Я ожидал больше криков, если честно.

— Что она имела ввиду, когда говорила, что ты сделал свой выбор?

Демон отмахнулся.

— Да так… Старая история. Забей.

А вечером Дрейк куда-то пропал. Сорша, подготовшись к их занятию по алгебре, прождала минут двадцать, а потом отправилась искать своего нерадивого ученика. И не нашла.

После крайне неприятного разговора Дрейк был сам не свой и пресекал все попытки Сорши приободрить его. Он молча зашел в дом, поднялся на второй этаж и заперся в комнате, которую делил с Демианом, буркнув что-то вроде: «мне нужно немного побыть одному».

Сейчас же комната была пуста… Он ушел, прихватив с собой свои немногочисленные вещи. Даже никого не предупредил.

Через два дня наши родители собрали вещички и уехали на Южный полуостров. Мама расцеловала меня, Соршу, Демиана (в щечку, не волнуйтесь), обняла Жанну и скомандовала Ахо нести чемоданы в машину.

— Все дорогие мои, ведите себя хорошо, — она написала на бумажке свой номер, засунула её под телефонную трубку. — Я позвоню вам, сразу же, как только мы приземлимся.

Они ушли, и Жанна тотчас собрала нас всех в гостиной. Обвела строгим взглядом и проговорила:

— Итак, детишки, — скрестила она руки на груди, — договоримся примерно так. Я не буду следить, когда вы ложитесь спать, что едите на завтрак, обед, ужин и так далее. У меня нет никакого желания контроливать ваш шаг и трезвонить, если вы не пришли ровно к одиннадцати домой. Тем более, ваши родители этого не делают. Но, — она подняла указательный палец, — это не значит, что вы творите всё, что хотите. Держите себя в руках, и мы прекрасно проведем время.

Понятно. Вы не трогаете меня, я не трогаю вас. Как по мне, все замечательно. Я уже говорила, что Жанна мне всегда нравилась? Нет? Ну вот, теперь говорю.

Неделя пролетела незаметно. Мама и Ахо всё также жарились под солнцем где-то в тропическом климате, Жанна была заботливой бабушкой, которая как можно реже старалась пересекаться со своими внуками (только во время завтрака и ужина, ну, и во время переклички), Сорша и Дрейк по-прежнему дуются друг на друга (почему… Я вообще не в курсе, оба молчат, как партизаны), папа все также работает, а мы с Демианом — это отдельная тема. Я и клыкастый буквально уменьшенная копия Лизы и Ахо, тоже такие милые, влюбленные и действующие всем на нервы.

Так, как я говорила, миновала неделя, и тут у меня для вас есть две новости.

Первая — папа уехал.

Помня о своем обещании не пропадать из моей жизни внезапно, он предупредил о поездке за три дня. Значительный прогресс в наших отношениях. Работа в школе закончена, теперь Эдуард должен ехать на север в какие-то там пещеры. Я не особо углублялась в подробности его рассказа, но вроде в пещерах должны быть какие-то рисунки, посвященные Верхнему Миру или что-то вроде того.

Я пожелала папе удачи. Отец обещал звонить по мере его возможности и привезти сувениры. Он покинул нас через пару дней.

Вторая новость. Буквально в тот же день мне позвонил человек, чьего звонка я никак не ожидала.

Мы с Деми в тот момент как раз смотрели телевизор, когда зазвонил мой мобильный. Я думала, мама или Эдуард. Но это оказался Стас.

— Привет, Рыжая, — раздался на том конце знакомый хрипловатый голос. — Знаешь, кто тебе сейчас звонит?

— Ой, даже не догадываюсь, кто бы это мог быть.

Демиан бросил на меня заинтересованный взгляд, и я жестом попросила поставить фильм на паузу.

— Вы очень похожи на одного моего знакомого, но вряд ли, мы с ним давно не общались…

— Вот, я так и знал, что меня забыли. А я еще говорила, что любишь меня. Мое сердце разбито, — я в ответ фыркнула. Тоже тут мне драму развел. — Слушай, Рыжая, есть такое дело. Я все-таки уговорил мать отпустить меня к тебе в гости на праздники. Что скажешь? Найдется месточко?

— Погоди… Ирина Павловна, отпустила тебя к нам? Действительно отпустила? Ты не шутишь? Серьезно? Так это же супер! — зная его сумасшедшую маменьку, которая не разрешает сыну и за порог перешагнуть после одиннадцати, то уговорить её отпустить сына в другой мир — действительно подвиг.

— Да, я знаю. Я молодец, — самодовольно отозвался Снегов.

— Место у нас найдется. Лиза и Ахо уехали в отпуск. Так, что нас опекает бабушка клыкастых.

— Ого. Я оказывается вовремя позвонил.

— Когда ты приедешь? — спросила я у него.

— Через два дня. Все, жди меня, дорогая. Передай нашим детям, что их отец скоро вернется.

— Хорошо, так уж и быть всё передам детям, — хихикнула я, и Стас на том конце отключился.

Едва сдерживая широкую счастливую улыбку, я повернулась к Демиану — тот поинтересовался.

— Кто это был?

— Мой лучший друг. Стас. Я тебе про него рассказывала. Снегов тебе понравится. Уверена, что вы подружитесь, — Демиан в ответ только кивнул. Мол, я не против.

Мда, как оказалось — я ошиблась.

Подружились, как же.

Время давно перевалило за полночь. Сорша сидела на кухне и читала при свете настольной лампы. Изредка она бросала недовольный взгляд на настенные часы, потом снова возвращалась к чтению. Это помогало отвлечься от колючего беспокойства.

— Ну, и чего ты сидишь тут? — она вздрогнула, когда раздался знакомый голос — у двери, ведущей на мансарду, стоял Дрейк.

— Да так, — Сорша пожала плечами, — читаю. Разве не видно?

Князюшка хмыкнул.

— Двадцать минут первого, вообще-то.

— И что? Вполне подходящее для чтение время. Где ты был? — спросила она, якобы равнодушно.

Дрейк направился к холодильнику и достал себе яблоко, протер его рукавом и откусил большой кусок. Все это время, он не сводил глаз с Сорши. Девушка в свою очередь смотрела на него.

— Гулял, — ответил просто. — Ты из-за этого здесь сидишь? Ждешь, когда я вернусь? — добавил в голос ядовитых ноток.

Сорша улыбнулась тонко. Медленно поднялась из-за стола, взяла книгу в руки.

— Ты слишком много о себе возомнил. Я читала. И это никак не связано с тем, что ты где-то шлялся до глубокой ночи, — прижала томик Джейн Остин к груди.

— Лучше бы ты так о Брендоне беспокоилась, — отозвался Дрейк. — А то вдруг принцесса явится на сказочный бал в платье, а его цвет не понравится принцу. Вот ужас-то будет.

Сорша направилась было к выходу с кухни, но у порога обернулась.

— Мы так и договаривались. И я не понимаю, твоих претензий.

Губы Дрейка тронула улыбка.

— Претензии? — он развел руки в стороны. — Никаких претензий, Сорша. О чем ты? Я даже рад, что у вас все так складывается с Брендоном. Он ведь такой благородный, красивый и c хорошей репутацией.

Сорша помолчала минуту, потом кивнула, соглашаясь с его словами.

— Верно. Он не ты. Не капризный мальчик, от которого отвернулась семья и друзья, и который оказавшись в заднице, ноет о том, какой он плохой и о том, что его никто не любит, не спеша между тем, хоть что-то наладить.

Дрейк поджал губы и вяло похлопал.

— Поздравляю, принцесса. Ты и Брендон действительно подходите друг к другу. Только говорю сразу, на свадьбу меня приглашать не нужно. Не люблю подобные мероприятия.

Сорша устало прикрыла глаза. Хотела было что-то сказать, да передумала. Просто развернулась и ушла. Дрейк же еще долго сидел на кухне.

И все же она оказалась права. Капризный мальчик, который ничего не хочет меня в своей жизни. Мальчик, который однажды упав, не хочет подниматься…

Стас приехал через два дня. В час мы встречали его с Демианом на вокзале. Я заметила Снегова сразу же. Он нисколько не изменился за прошедшее время: долговязый парень со всклоченными черными волосами, крупным носом и пронзительно голубыми глазами. Одетый в узенькие джинсы, клетчатую рубашку, он стоял, озираясь по сторонам. В руках куртка, за спиной рюкзак.

Подавив искушение подскочить к нему со спины, я замахала руками, всячески привлекая к себе внимание и попутно кого-то пихнув локтем.

— Стас! Стас!

Эта глухая тетеря наконец-то повернулась в мою сторону. Расплылся в широкой улыбке и распахнул объятия, в которые я радостно впечаталась.

— Ох, — выдохнул он. — Ты мне кажется, что-то сломала, — и с гримасой потер ушибленные ребра.

— Ничего, до свадьбы заживет. Боже, мне даже не верится, что ты тут! Это так… Так… круто! — и не в силах сдержать свои радостные порывы, обняла Стаса еще раз.

К нам тем временем приблизился Демиан.

— О, Стас, знакомься, это Демиан, — и заметив взгляд парня, кивнула. — Да, это мой клыкастый братец, о котором я тебе говорила.

— И что же ты обо мне говорила?

— Только самое гадкое, — и показав демону язык, снова повернулась к Стасу. — Надолго ты приехал?

— На неделю. После Нового Года мать хочет, чтобы я вернулся. Ну, или чтобы вы выслали то, что от меня останется.

— Твоя мама, как всегда мила и очаровательно. Ох, Стааас, только сейчас я поняла, как мне тебя не хватало. Пойдем, — я потянула друга за собой. — Я тебе здесь всё покажу и расскажу.

— Ох, я весь в нетерпении, — откликнулся тот, покорно следуя за мной.

Да, начиналось всё оптимично многообещающе.

Я скоро сойду с ума. И у меня складывается мерзкое впечатление, что Демиан именно такого исхода и добивается. Иначе его идиотское поведение невозможно объяснить.

Неделя. Прошло неделя, а клыкастому всё на ровном месте не сидится. Мне кажется, он ищет любой повод, чтобы начать скандал, и находит: я слишком много времени провожу со Стасом (уже проходили), я сижу на коленях у Стаса, а не у него (был всего один случай, когда мне не нашлось местечка на диване, а демон хмуро жевал попрокорн, прожигая моего приятеля гневным взглядом. Тогда я хоть Жанне на колени сяду, только не к Демиану, но попробуй объясни это клыкастому), Стас то, Стас се — вы поняли, думаю, к чему я веду. Демиан либо первым начинает ссору, либо просто огрызается весь оставшийся день на любые мои слова. Это становится просто невыносимым. А потом клыкастый еще поражается, что я так много времени провожу со своим другом и так мало с ним! Хотя должна признаться, я порой подливаю масло в огонь, но чисто из вредности.

Вот, и сейчас картина такая: сидит Демиан на диване, сижу рядом я. У нас краткое перемирие, но клыкастый все равно стоит из себя обиженного. В гостиную заходит Стас с миской попкорна. У нас очередной совместный просмотр фильма. Нет, а что еще делать, когда за окном льет, как из ведра? Тем более, вы же помните, что я не особый любитель покидать своё уютное гнездышко.

Стартом к очередному скандалу послужило то, что Стас улегся на диван, положив голову на мои колени. Причем он еще долго устраивался на моих костях, примеряя то одну позу, то другую. Что-то мне подсказывало, что ему просто-напросто нравится бесить Демиана… Заметив злобный взгляд, который метнул Демиан в него, я пару рах пихнула Снегова, но тот сделал вид, что ничего не заметил. Замечатально. А я потом отдуваюсь за ревность первого и упрямство второго.

— Тебе удобно? — «ласково» поинтересовалась я у друга.

Тот, нисколько не стесняясь, кивнул. Демиан в свою очередь уже играл желваками от злости. Начинается… Ария Оттело, наблюдающего, как его Дездемона подготовливает почву для измены.

Клыкастый поерзал на своем месте еще пару минут, а потом бросив «я пожалуй оставлю вас одних» поднялся и ушел наверх. Тут-то Стас и сел нормально.

— Молодец, — угрюмо похвалила его я. — Добился своего. Браво.

Тот зачерпнул пригошню попкорна и отправил ее в рот.

— Ну, а что он ведет себя как идиот? — ты сам недалеко ушел, приятель. — Детский сад какой-то. Может он скоро тебя на поводок посадит и скажет, когда можно гавкать, а когда нет.

— Глупоси какие-то говоришь. Тем более, он мой парень. Конечно, ему неприятно, что ты… Так вольно со мной себя ведешь.

Стас смерил меня скептическим взглядом.

— Я вижу, Тангрет все-таки повлиял на тебя, — Снегов с ленцой закинул ногу на ногу. — Давай, я тебе кое-что напомню. Ты сколько со своим клыкастым встречаешься? Вот, что-то около месяца. А со мной ты ходила в детский садик, я тебя за косички дергал и крапивку делал, я с тобой за партой сидел вплоть до восьмого и я у тебя списывал ровно до того момента, как ты сюда переехала. Так, и кто имеет на тебя больше прав? Ответ очевиден. У нас столько общего, что я могу с тобой в одной кровати спать. Что я собственно, частенько и делал, — добавил ехидно.

Еще один невыносимый на мою голову свалился. И хватит вообще меня делить! А то такое ощущение, будто вы все-таки договоритесь и кто-то из вас отправится за топором. Каждому по кусочку Лены: кому ножку, кому ребрышки, кому почки на продажу.

— Да ну? — раздалось раздраженное за нашими спинами.

Угадайте, кто? Конечно, «милый и радостный» Демиан. А я думала, что он в комнату свою ушел.

— Так уж в одной кровати вы и спали? — его острый взгляд сначала скользнул по мне, потом по Стасу. — Расскажите про это поподробней.

— А что рассказывать? — Стас пожал плечами. — Я и Рыжая были довольно близки.

— Да? — Демиан посмотрел на меня тем самым взглядом, который называется «я выем твой мозг чайной ложечкой». Может, мне в лесбиянки поддаться… Или в монашки.

— Стас, мне кажется, у тебя закончился попкорн, — и на всякий случай спихнула тощего с дивана. Он ведь у нас обладает поистине редким талантом «не замечь тонких намеков».

Вот, Снегов удалился на кухню, и я повернулась к Демиану.

— И что опять тебе не нравится?

— Ты говорила, что вы с ним просто друзья.

— Так и есть, — я устало потерло лицо.

Терпение у меня вовсе не ангельское, и Демиан решил испытать его на прочность. Прошлые попытки ничем хорошим не закончились.

— Ты и сам это видишь.

— Нет, я этого не вижу, — отчеканил клыкастый злобно. — Он сказал, что вы не раз спали с ним.

— В одной кровати, в одежде и кроме нас, там было еще шесть человек, — Демиан только закатил глаза.

Какой же он все-таки мерзавец. Вот специально меня выводит из себя сейчас. Достало, честное слово.

Подумав секунду, я добавила.

— Все было пристойно, не считая, конечно, той сногшибательной оргии, — и я многозначительно усмехнулась.

— Очень смешно, — мрачно отозвался Демиан.

— Но ты ведь именно хочешь услышать, не так ли? Ты вбил себе идиотскую идею в голову. Поздравляю. Теперь она не такая пустая, какой была прежде.

— Я просто знаю, чем обычно заканчиваются у тебя «дружеские отношения», — он сделал воздушные кавычки.

Я устала от его скандалов. Я устала от его скотского нрава. Устала от того, что когда он получает, что ему нужно, Деми ведет себя, как ангел, а когда нет — начинает скандалить, прямо, как капризная девчонка.

— Катись ты к черту, — я устало отмахнулась и опустилась обратно на диван.

Демиан удивленно переспросил:

— Что?

Не ожидал такого поворота событий? А ведь к этому все и шло… получите и распишитесь, сэр.

— Я сказала катись к черту, — уставилась в телик, щелкнула пультом, переключая канал. На Демиана специально не смотрела. — У меня уже башка болит от тебя.

— От Стаса у тебя небось голова не болит?

Я кивнула.

— Нет, не болит. Так, что проваливай, чтобы я наконец-то смогла тебе изменить в спокойной обстановке. А то ты рядом все крутишься, и никак у нас со Стасом не получается.

— Замечательно. Тогда отвлекать не буду, — процедил он сквозь зубы и, печатая шаги, удалился.

Кретин. Идиот. У меня уже даже слов нет, чтобы описать эту говорящую мартышку с ревнивыми заскоками!

Я злобная сидела перед телевизором, раздраженно щелкая с канала на канал, и Стас, решив, что буря миновала, вылез из своего укрытия.

Я метнула в него поистине уничтожающий взгляд.

— Это всего лишь я…

— Заметила.

— Да ладно тебе… Зато он больше нам не мешает.

Я потерла лицо. Пошло-поехало по второму кругу.

— Он мешал тебе. Ты ему. Вот, вы и изводили друг друга. А о том, что это может быть неприятно мне, никто не подумал, — я ткнула себе пальцем в грудь.

Стас поставил миску на стол и примиряюще поднял руки.

— Зато теперь я знаю, что тебе нужно…

— Пулемет? — кисло осведомилась я. — Или мышьяк?

— Нет, — мотнул головой Стас. — Оторваться, Рыжая, как в старые добрые… Этот деспот тебя совсем приструнил. Помнишь, как мы дома веселились? — я кивнула. — Ну вот! Это то, что тебе нужно. Тем более, через три дня Новый Год.

— Моей радости от такого известия нет конца…

— Я вижу. Так вот, Елена, плюнь ты на этого злобного бабуина, — Стас опустился рядом со мной, прижался подбородком к моему плечу и заговорщицки шепнул. — Есть у меня тут одна идейка. Тебе понравится.

Я с интересом посмотрела на него. Может он прав? Стоит послать все к черту и оторваться? Все равно Демиан на меня злиться, я злюсь на Демиана…

Ай, пошло оно все к черту. Даже думать об этом не хочется. Гулять, так гулять.

— Что за идея?

Стас лукаво улыбнулся. И принялся излагать свой гениальный план.

Итак, тридцать первое декабря. Сейчас в моей стране, все строгают отливье, закупаются шампанским и мандаринками, а у нас в Тангрете моросит мелкий дождь, елки же нет и в помине. Максимум, что мы сделали — это расклеили уродливые снежинки на окнах и развесили бумажные гирлянды. Мы — это я и Сорша, остальным, было как-то все равно, какой сегодня праздник. Демоны до сих пор не привыкли к нашим традициям. У них есть что-то вроде Нового Года. Кажется, они празднуют день, когда не случится конец света или что-то вроде того, но этот веселый денек отмечается в середине лета.

В остальном, ничего не напоминало о том, что скоро Новый Год… Хотя по телику, по единственному отечественному каналу стали раньше времени крутить «Иронию Судьбы».

Сорша готовилась к своей вечеринке. Я валялась на диване, почитывая книгу. Клыкастая бродила туда-сюда: то одно платье примерит, то другое.

— Лена, мне это идет? — услышав это в стопятьсотый раз, я на всякий случай кивнула, не отрываясь от книги.

— Лена, а ты бы могла помочь мне с макияжем? И с прической? — Сорша стояла передо мной с влажными волосами и беспомощным видом, держа в руках косметичку и щипцы для завивки.

Пришлось соглашаться. Не оставлять же сестру в беде. Я не стилист, но кое-что симпатичное все же смогла соорудить. Примерно, часов в шесть, Золушка была готова ко встрече со своим прекрасным Принцем.

Сорша крутилась возле зеркала, любуясь собой. Я с чувством полной удовлетворенности сидела на кровати и красила ногти прозрачным лаком. Красота страшная сила. И заразная.

Зашел Дрейк. Сначала бросил внимательный взгляд на Соршу, затем повернулся ко мне.

— Слыш, Рыжая, а ты с кем пить идешь?

Я отвлеклась от размазывания лака по ногтям и взглянула на Князюшку.

— Со Стасом.

— А третьего с собой возьмете?

Ну, а что? Почему бы и нет? Чем больше народа, чем лучше.

— Ага. Не думаю, что Стас будет против… Но, я думала, вы что-то с Демианом замутить хотели.

— Демиан сваливает к своим приятелям. А я с ним не хочу.

— Хорошо. Мы ближе к восьми из дома выберемся.

— Гуд, — Дрейк довольный потер ладони, еще раз глянул на Соршу и обронил перед тем, как оставить нас одних.

— Хорошо выглядишь, — похвалил он её и вышел.

— Спасибо, — откликнулась Сорша.

Мне кажется, либо между этими двумя что-то есть?

— Ты можешь пойти с нами, если хочешь, — предложила я Сорше, складывающей все необходимые в покорении Брендона вещички в клатч.

— Нет, не стоит. Меня же Брендон пригласил. И я так долго готовилась к этому вечеру. Не думаю, что Дрейку это понравится… Не стоит, действительно. Я хорошо проведу время.

— Смотри сама.

Мда, что-то с новогодним настроением у всех не заладилось. Тот еще вечерок будет, чувствую.

Мне было очень плохо. Ужасно. Отвратительно. Помните, я когда-то после Вертушки дала себе зарок не напиваться… Так вот, тогда у меня было просто легкий намек на похмелье. Сейчас же лучшим с способом избавиться от головной боли — убиться головой об батарею.

Я со страдальческим стоном перевернулась на другой бок. Одна только мысль об алгоколе (да ладно, любая мысль) вызывала у меня острый приступ дурноты…

Я с трудом открыла глаза и огляделась. Нахожусь в своей комнате. Хорошо. В своей кровати. Замечательно. И я с чувством выполненного долга смежила веки… Всё прекрасно. Если умирать, так умирать в своей постели.

Сперва я перевернулась на один бок, потом на другой, придя к выводу, что на том меня мутило меньше. Я уже снова начала провалиться в сладкие чертоги сновидения, как кто-то прижался ко мне и засопел в ухо. Демиан, наверное. Неужели простил меня? Хотя я бы себя тоже простила, особенно, пьяную и заливающеюся горькими слезами. Жалкое, скорее всего, зрелище.

Хорошо, что простил. А я боялась, что это действительно конец наших отношений. Потому, что зная Демиана, то он может корчить из себя обиженного и ущемленного очень долго.

Хотела было сказать клыкастому, что он милый и всепрощающий, но получилось только промычать нечто невразумительное. Ладно, потом скажу.

А потом как оказалось не вышло. Потом вообще все было крайне некрасиво, неприлично и об этом стыдно вспоминать.

Все началось с пробуждения.

— Лена, какого черта?! — внезапно раздался гневный окрик, и я испуганно подскочила в кровати.

Боже мой, что происходит?!

Крохотные извилини в моей башке заработали, и я изумленное уставилась на Демиана. Тот стоял на пороге, держа в одной руке букет ирисов, другой стискивая дверную ручку… Мой недоуменный взгляд скользнул по его фигуре и замер на лице, перекошенном от злости. Я почувствовала, как страх сковывает меня.

Минуточку…

Понимая, что влипла по полной, я медленно повернула голову вправо. Со мной в кровати спал не Демиан. Стас. Наши же шмотки валялись на полу. Да, весьма и весьма красноречивая картина.

В комнате повисла напряженная тишина.

Первой заговорила я:

— Демиан, я… Я все могу объяснить, — выдавила из себя, Демиан чуть поддался вперед, не сводя глаз с меня.

Я разом забыла все то, что хотела ему сказать. Собственно, и говорить особо нечего было.

— Демиан… Ты только выслушай меня, пожалуйста.

Мои оправдения его не интересовали:

— Не надо. Не утруждайся, — отчеканил парень злобно, швырнул букет на пол и вышел вон, печатая шаги.

Я вскочила с кровати, быстро натянула какие-то вещи и поспешила следом. Я нагнала Демиана в коридоре, вцепилась в руку демона.

— Демиан, погоди! Дай ты мне все объяснить!

Он резко ко мне развернулся. Его острый разъяренный взгляд буквально пригвоздил меня к месту. Он вырвал свою руку, оттолкнув меня в сторону.

— Пошла в жопу! — злобно выплюнул и скрылся комнате, хлопнув дверью.

Я же прижалась спиной в стенке и медленно сползла на пол.

Боже, боже, боже…

Что же я натворила…

Стас проснулся ближе к полудню и обнаружил меня в гостиной в самых растроенных чувствах в компании двухлитровой булытки воды. Он ничего не стал спрашивать, просто сел рядом. Сделал несколько жадных глотков и произнес.

— Я ничего не помню.

— Я тоже, — глухо отозвалась я.

— Мне уехать?

— Это было бы самым лучшим вариантом.

— Прости. Я не должен был приезжать.

Я остановила поток извинений, подняв руку, и повернулась к другу. Тот выглядел действительно виноватым. Доигрались мы, ничего не скажешь.

— Все хорошо, Стас, просто в такой накалившейся обстановке, тебе действительно лучше уехать. Сам понимаешь… — сделала неопределенный жест рукой. — Все эти выяснения отношений… И прочее.

— Как скажешь.

Через два с половиной часа Стас уехал. Я обняла его на прощание и попросила позвонить, как он приедет домой.

Потянулся долгий день. Где шлялись Сорша и Дрейк не знаю. Демиан заперся у себя в комнате. Приходить сейчас к нему было если честно страшновато… И стыдно… Очень стыдно. Надо собраться с силами. И дать ему остыть, желательно.

Не зная, что мне делать, я набрала номер Лизу. Ну, ответь пожалуйста. Твоя идиотка-дочь нуждается в совете. Отвееееть, пожалуйста. Нет ответа. После долго гудка включился автоответчик.

Я раздраженно швырнула трубку в противоположный конец дивана. Голова все еще болела, то и дело подкатывал тугой комок тошноты. Но меркзо мне было не столько от похмелья, сколько от утренней сцены. Перед глазами все еще стояло лицо Демиана, а его слова никак не хотели уходить из головы.

Ближе к обеду вернулись Сорша и Дрейк. Оказывается, у нас дома кончились еда. Пришла и Жанна. Она отмечала Новый Год у своей подруги и осталась ночевать у нее, зная, что детишки разбегутся кто куда.

— Ты чего такая хмурая? — спросила у меня клыкастая, выкладывая на большео блюдо фрукты. — И выглялишь неважно… Может, ты хочешь есть?

Дрейк, остановившейся за ее спиной, предложил другой вариант. Более, подходящий.

— В таком состоянии, как Лена, в первую очередь надо думать о других вещах… Погоди, пять минут. У нас есть петрушка?

Я сидела за столом, уронив голову на руки, и очнулась только тогда, когда Дрейк поставил передо мной стакан со знакомом мутно-зеленой жидкостью. Ну прямо такое ностальжи… Только в прошлый раз мне ее принес Демиан.

Я выпила чудесное зелье и принялась дальше наблюдать за родственникам. Видя мое подавленное состояние, они особо не распрашивали о том, что случилось. Решили рассказать, как у них прошел праздник. Сорша рассказала, как она сходила на свой сказочный бал. Ей там не понравилось. Судя по тому, как они порой переглядывались с Дрейком, Новый Год эти двое удачно отметили вдвоем.

Когда легкий и скорый на руку обед был завершен, Сорша повернулась ко мне.

— Ты не хочешь позвать Демиана? Мы садимся обедать.

Я сразу же поднялась на нетвердые ноги.

— Да, конечно.

Скажу честно, мне было страшно, мне было стыдно… Но еще мне отчаянно хотелось извиниться и оправдаться за тот идиотский поступок. Сказать ему, что я была пьяная, что я не соображала, что делаю и что может вообще ничего не было… Шмотки на полу это не доказательство.

Дверь была заперта, и я деликатно постучалась.

— Демиан, это Лена… Эм, там Сорша обед приготовила. Может ты хочешь спуститься вниз? — нет ответа. Я постучала сильнее. — Демиан, пожалуйста, давай поговорим, — молчание. — Демиан! — и ударила кулаком так сильно, что заныли костяшки.

Это сработало. Не прошло и нескольких секунд, как дверь распахнулась, и надо мной навис Демиан. Язык не повернется сказать, что он был рад меня видеть.

— Обед там… — я разом растеряла свою немногочисленную уверенность, наткнувшись на его ледяной взгляд. — Внизу.

— Я слышал.

— Послушай, — не в силах смотреть ему в глаза, стала разглядывать кончики своих тапок, — давай поговорим о том, что произошло утром. Пожалуйста. Все не совсем так, как ты подумал, — а может оно и так… Я сама не знаю.

Он пожал плечами, мол, валяй.

— А я могу зайти?

Демиан, подумав немного, кивнул, затем посторонился, пропуская меня в комнату. Я сделала несколько шагов и огляделась. Либо мне показалось, либо здесь была капитальная уборка. Если так Демиан свою злость вымещал, то похоже всё намного хуже, чем я предполагала.

— И что же ты такого хотела мне сказать? — поинтересовался клыкастый.

Сам он встал у окна, облокотившись на подоконник. Я же жалась у двери, засунув руки в карманы.

Ну, вперед, Лена. Оправдывайся.

— Кстати, где твой дружок? Небось смотался домой, да? — ехидно оскалился парень.

— Я его сама отправила. Он должен вернуться домой второго числа.

— Какая забота с твоей стороны, — демон снова отвернулся к окну. — Так что? Я дождусь захватывающей истории или могу спуститься вниз и пообедать?

Я сделала глубокий вдох.

— Мы напились. Я была так зла на тебя… Особенно, из-за того, что ты сказал Дрейку о том, что мы расстались. Сказал именно Дрейку, а не мне… меня это очень сильно задело…

— Я ляпнул сгоряча. Неужели ты думаешь, что решив с тобой расстаться, я бы не сказал тебе?! Кретинизм какой-то, — резко перебил он меня — я вздрогнула. Демиан устало потер лицо.

— Я дура. Я же говорю, что я напилась… И это самое идиотское оправдание, я знаю, но… Я злилась… И я не знаю, что еще сказать.

Несколько минут он молчал. Потом шагнул ко мне навстречу, осторожно обхватил мое лицо ладонями и заглянул в глаза. От его надломанного шепота у меня подогнулись и без того ватные ноги.

— Скажи мне одно. У вас было что-то со Стасом или нет?

Демиан смотрел мне в глаза. Я смотрела в его и видела там затаенную надежду. Если я отвечу нет, он поверит. Он простит. Я знала это.

Давай, Лена, соври ему… Соври, и все будет хорошо. Просто найди в себе силы соврать. Пожалуйста. Просто скажи ему нет. Просто скажи…

Но я не умею врать. И не хочу.

— Я не помню, Демиан. Может и было, а может и нет.

Затаянная искорка надежды в его глазах угасла. Демиан опустил ладони и отступил от меня. Вот, и всё.

— Но этого больше не повторится. Я обещаю.

— Ты права, не повторится, — медленно кивнул он и бесцветным голосом вынес приговор. — Всё кончено, Лена.

С этими словами он оставил меня одну. Я неподвижно замерла в центре комнаты, слыша, как он спускается вниз, как переговаривается о чем-то с Дрейклм. На щеках все еще теплилось его прикосновение.

Все кончено.

Он не изменит своего решения.

Finita La Comedia, Лена.

Как во сне, я опустилась на край его кровати, закрыла лицо ладонями и разрыдалась.