— За что вы так со мной? — тихо спросила у повитухи, стоя около порога.

— Девочка, ты родила? Родила. На ногах стоять можешь? Можешь. Всё, проваливай, мне проблемы не нужны.

— Но куда я пойду с младенцем? — едва ли не прошептала, отчаянно стараясь сдержать слёзы.

— Раньше надо было думать, когда сынку графскому взаимностью отвечала, — отрезала женщина, имя которой я так и не смогла выведать. Кто-то говорил, что она травница, кто-то – что самая настоящая колдунья.

— Вы же знаете, что это не так. Он меня…

— А ну тихо! — рявкнула повитуха, не давая договорить. — Хозяева сказали, что ты сама лезла, значит, так и есть. Скажи спасибо, что в монастырь не отправили.

— Можем мы остаться хотя бы на ночь? — я предприняла последнюю попытку. — На улице темно, незнакомый лес. Вдруг там водятся хищники?

— Ладно, только на одну ночь, а утром, ещё до рассвета, ты уйдёшь, — сдалась женщина. — Ложись на лавку. Ты худая, места хватит. А ребёнок пусть в корзине спит.

На тёплую благодарность меня попросту не хватило. Всё происходящее со мной напоминало страшный сон. Только вот проснуться не получалось… Положив сумку с вещами под голову, я укрылась старым покрывалом и погрузилась в воспоминания.

Ещё несколько дней назад я была дома, в съёмной однушке на краю Москвы. Пришла с работы, прибралась, приготовила нехитрый ужин и снова села за работу. Надо было подшить платье и отремонтировать пару молний. Завтра опять в мастерскую: небольшой павильон, который мы делили с Василием Павловичем, сапожником. Мечты об ателье разбилась ещё пять лет назад, когда заболел сначала отец, а через год мама. Все средства, отложенные на открытие собственного дела, ушли на лечение, но и этого не хватало. Продажа квартиры, долги, огромный кредит… Но родителям это не помогло, оба сгорели пару лет назад, оставив меня совершенно одну. Василий Павлович ругался на меня, говорил, что я опустила руки и перестала мечтать. Но как продолжать витать в облаках, когда каждый месяц необходимо отдать банкам почти всю зарплату, а на оставшиеся копейки прожить целый месяц? В тот злополучный вечер я как раз дошивала подол платья, когда почувствовала сильную боль в груди. Вызвав скорую и открыв дверь, я прилегла на диван, но очнулась не от приезда врачей и даже не в больничной палате, а в аду, чувствуя неимоверную, опоясывающую боль. И тихое бормотание пожилой женщины: — Ещё немного осталось, не смей помирать! Ну же, тужься!

Даже затуманенным от боли мозгом я поняла, что от меня требуется. Напрягшись из последних сил, я почувствовала облегчение, а затем тихий детский плач. Подумать о том, что я никак не могла быть беременной, не успела, потеряв сознание. Очнувшись спустя сутки, я знала всё… Кем стала, почему и от кого родила, как попала в это место. Знала всё, кроме понимания, что делать дальше. Теперь я – Амалия, младшая служанка поместья Девон. Юная девушка восемнадцати лет, которая так некстати попалась на глаза вернувшемуся из столицы младшему лорду. Генри Адамсон брал от жизни всё, не думая, что может причинить кому-то боль. Амалия была не первой, кто пал жертвой его похоти, были и другие. Но ей повезло больше, из его спальни ушла живой. Только вот не знала она, что понесла в ту ночь, а когда узнала, что-то делать уже было поздно. Родители Генри, Адамсоны-старшие, пожалели Амалию. Спрятали до родов и даже оставили мешочек с золотом – за молчание. Только вот Амалия умерла, не пережив рождение своего сына, а я каким-то чудом попала в её тело. Я ворочалась на скамье, пытаясь понять, как жить дальше. Кое-что я знаю из воспоминаний Амалии, только знания девочки были очень скудны. Хорошо хоть читать и писать умела. А ещё она знала точно: незамужнюю девушку с ребёнком не примет ни один нормальный дом. Зажмурившись, я постаралась выкинуть из головы все лишние мысли. Мне нужно поспать, потому что не имею ни малейшего понятия, когда смогу отдохнуть в следующий раз. Да и путь предстоит неблизкий. Адамсоны ясно дали понять, что я должна убраться из графства так далеко, чтобы их сынок с садистскими наклонностями точно меня не встретил. Едва я уснула, как настало время вставать. Старуха грубо тряхнула за плечо и кивнула на ведро с тёплой водой: — Умывайся, поешь и уходи, мне проблемы не нужны.

— Можно хотя бы покормить ребёнка? — тихо спросила я, поглядывая на малыша, который уже начинал кряхтеть.

— Корми, — вздохнув, разрешила повитуха. — Оставила бы ты его, Амалька. Авось и примет его кто, выживет мальчишка. Ну куда ты с ребёнком пойдёшь? С ним только один путь – в увеселительный дом.

Я лишь качнула головой, прикладывая малыша к груди. Знаю, что будет тяжело, но не могу я так. Ребёнок не виноват. Справимся как-нибудь. Покормив и перепеленав малыша, я умылась и перекусила хлебом с молоком. Повесив сумку на плечо, подхватила корзину и развернулась к старухе.

— Подскажите, как до деревни дойти?

— Нельзя тебе в деревню, — нахмурилась старуха. — Иди прямо через лес, тропинка там есть, выйдешь уже в других владениях, там и спросишь. И вот, в дорогу тебе, а то помрёшь от голода.

Повитуха протянула кулёк с хлебом и глиняный горшочек с молоком.

— Спасибо, — тепло поблагодарила я, принимая еду. — Прощайте.

Выйдя из дома, я отыскала тропинку, про которую говорила старуха. Карты у меня нет, так что остаётся только надеяться, что мы не сгинем там, среди деревьев. Оказалось, дом повитухи находился практически на краю графства, а лес был не дремучим и страшным, а простой лесополосой в пару километров шириной. Но дажи эти крохи показались мне вечностью, ведь идти неведомо куда, да ещё и с младенцем, сложно.

Выйдя на просёлочную дорогу, я от облегчения едва не расплакалась, увидев вдалеке крыши домов. Хотелось броситься со всех ног, но не дал малыш, захныкав в корзине. Расположившись на краю леса, я накормила кроху и сменила пелёнку, мокрую насквозь. Конечно, надо бы чаще, но нет у меня столько вещей, а пелёнок так и вовсе две штуки. Стирать и сушить всё равно негде.

Съев остаток хлеба и допив молоко, я собрала свои пожитки и уже с полными силами двинулась дальше. Там люди, которые помогут. Подходя к первому дому, я едва не зажмурилась от предвкушения. Ещё немного – и смогу отдохнуть!

С улыбкой проводив взглядом бегающих мальчишек лет шести, я постучала в дверь маленького домика с красной крышей.

— Ну чего стучитесь? Дверь открыта, — раздалось изнутри. Недолго думая, толкнула дверь и прошла внутрь. Оглядевшись, заметила несколько сундуков, а также маленький ящик, в котором пищали птенцы.

— Ну что не заходишь? — вторая дверь, ведущая в дом, распахнулась, а на пороге возникла женщина лет сорока в сером переднике и с косынкой на голове. — А ты кто такая?

— Здравствуйте, я с соседних земель, — заговорила я вежливо. — Не подскажете, где можно остановиться хотя бы на одну ночь? Мне бы поужинать, да ребёнка переодеть. Я заплачу!

— Это что, ребёнок там у тебя? — нахмурилась женщина, заглядывая в корзину. — А папаша евоный где? Почему одна шлындаешь?

— Нет папаши, — растерянно произнесла, невольно подавшись назад от такой напористой грубости. — Одна я.

— Вообще одна? — хозяйка дома сложила руки на груди и окинула меня взглядом. — Ублюдка, значит, нагуляла? А сюда зачем пришла? Увеселительных домов здесь нет.

— Я не увеселительный дом ищу, а место, где смогу жить с сыном, — тихо произнесла я. — Если не хотите меня пускать, то хотя бы подскажите, к кому я могу обратиться за помощью?

— Девку гулящую в дом к себе запустить! Ну, насмешила! — женщина громко рассмеялась, запрокинув голову и обнажив желтые зубы. — Ни одна хозяйка не пустит тебя в дом, если только к Василу пойдёшь. Он мужик одинокий, ласки женской давно не пробовал, авось и сможешь ночь переждать, расплатившись особыми услугами.

Чтобы не расплакаться у неё на глазах, я развернулась и вышла из дома, низко опустив голову.

Нелюди! Ладно я, но неужели кроху не жалко? Он ведь только родился!

Прикусив губу до боли, чтобы прийти в себя и не дать слезам волю, я решительно тряхнула головой. Ничего! Скорее всего, эта тётка обычная склочница, которую не любит вся деревня. В другом доме мне обязательно помогут. Но ни во второй, ни в третий меня не пустили. В четвёртом я сказала, что замужем, просто супруг мой ещё не приехал… Но потребовали показать плечо, а после с силой вытолкнули за дверь. Я упала, больно ударившись коленями. Чудом не уронила корзину, уперевшись в землю одной рукой. Подняв голову, заметила, что на крик уже собралась толпа. Кто с любопытством, а кто и с нескрываемым омерзением разглядывал меня. Не выдержав, поднялась с земли и пошла прочь, украдкой вытирая катившиеся слёзы. Звери… Нелюди… Я думала, что на Земле народ чёрствый, но оказалось, что есть ещё хуже. Выйдя из деревни, я свернула с дороги и села возле стога сена, спрятавшись от чужих глаз. Сжимая кулаки в бессильной злобе, я горько плакала, прижав к груди корзину с ребёнком. Может, повитуха была права? Может, надо было оставить малыша? Нет… пусть малыш и не мой, но я его родила, я взяла в руки впервые, я его кормлю грудью. А мамы родной нет, погибла из-за жестокости и несправедливости этого мира.

— Ну, будет тебе слёзы лить, — раздалось сбоку.

Подняв глаза, я увидела невысокого мужчину с пышными усами и лысеющей головой.

— Я сейчас уйду, дайте мне пару минут, — попросила я, привставая.

— И куда пойдёшь? Скоро стемнеет, а до ближайшей деревни часов пять пути. Волков не боишься?

— Боюсь, — тихо призналась я. — Но и здесь мне никто не поможет.

— Почему никто? — удивился мужичок. — Пошли со мной. Дом небольшой, переночевать места хватит. Васил меня зови.

Я только намеревалась встать, как тут же села обратно, хмуро глядя на мужчину.

— Я не предоставляю услуг непристойного характера, — сразу обозначила я и, насупившись, опустила голову.

— Непристойности мне и не нужны, а баб не слушай. Эти курицы только и умеют, что кудахтать да сплетничать, — рассмеялся мужчина. — Стар я уже для непристойных дел. А вот помощь по хозяйству нужна. Давно ужина нормального не было, да и историй интересных не слышал. Идём.

— Я могу заплатить, — вспомнила я о монетах, лежащих в сумке.

— Вот и заплатишь ужином да рассказом, а монеты себе оставь, понадобятся, — отмахнулся Васил, а затем повернулся ко мне и серьёзно, строгим тоном произнёс: — И про монеты не трепись. Быстро оберут.

— Не буду, — испуганно шепнула я, крепче прижимая сумку к себе.

— Не глупая, это хорошо, — себе под нос буркнул Васил. — Идём уже, дел много, а времени мало. Дом Васила находился на краю деревни, к счастью, совсем недалеко от того места, где я сидела. Да и народа вокруг не было, видимо, разошлись по своим делам.

— Заходи давай, — кивнул на дверь Васил, пропуская меня вперёд. Было страшновато. Незнакомый мужчина, да ещё и крупный. В случае чего я себя защитить не смогу, а на помощь здесь никто не придёт. Я замешкалась, уже думая о побеге, но закряхтел малыш. Глубоко вздохнув, сделала шаг вперёд, оказываясь в довольно уютной кухне. Большой стол, покрытый скатертью, стоял посреди комнаты, на стенах висели расписные тарелочки, а сбоку пространство занимала большая печь с лежаком наверху. Почти в углу, прямо за печкой, спряталась дверца, видимо, ведущая в спальню.

— Проходи, не бойся, — по-доброму усмехнулся Васил. — Сейчас дров натаскаю, печь затопим. Дитё помыть не помешает. Спать на печи будешь, авось продрогла, пока по лесу шла.

— А как вы узнали, что я из леса пришла? — не поняла я.

— Так на туфельки свои глянь, в земле да палой листве все. А дорога у нас вся песчаная, — хохотнул мужчина и посмотрел на хнычущего малыша. — Молоко-то есть? Аль коровьего принести?

— Есть, — покраснев, отозвалась я, опуская голову.

— В комнату иди. Корми, а я пока растоплю да воды нагрею, — махнул рукой в сторону двери Васил и вышел из дома. — Ну что же, идём, — тихо шепнула я, беря малыша на руки. Зайдя в комнату, я осмотрелась. Большой сундук за дверью, ещё поменьше возле кровати, стол прямо возле окна, а у стены большая, двуспальная кровать.

Я села сначала за стол, но поняла, что долго не выдержу. Пересев на кровать, с удивлением обнаружила довольно-таки мягкий матрас. Не ожидала такой роскоши в деревне! Распеленав мокрого малыша, я стянула платье по пояс и приложила обнажённое тело к груди. Послышались жадные причмокивания, а я улыбнулась. Всегда хотела детей, но сначала училась, потом копила деньги на собственное ателье, потом болезнь родителей, долги, кредиты… Ни времени, ни желания заводить отношения не было. А время шло… Теперь ни долгов, ни кредитов, зато есть ребёнок и абсолютное непонимание, что делать дальше. То, что оставаться в этой деревне нельзя – понятно даже последней дуре, коей я себя не считала. А куда идти? Амалия не была нигде дальше графства, в котором работала. Родители давно сгинули, подхватив холеру, а больше у девочки никого не было. Вот и не защитил никто, когда графский сын под юбку полез. И на крики никто не пришёл – привыкшие. Да и какой смысл? Слуги только сочувственно головой покачали, когда едва живая Амалия вышла из графских покоев. Но как ни странно, девочка хотела этого ребёнка. Наверное, потому что больше никого не осталось, а родную душу хочется иметь любому человеку. Или сыграли юношеский максимализм и вера, что она сможет воспитать ребёнка. Я залезла в сумку и достала мешочек с монетами. Высыпав их на кровать, я принялась считать золотые кругляши. А немало за молчание! Пятьдесят золотых – при зарплате горничной в две серебрушки. Неужели родители Генри всё же чувствовали свою вину и понимали, какое чудовище их сын? Только вот он единственный ребёнок в семье, наследник… Собрав монеты в кошель, я спрятала их поглубже в сумку и посмотрела на крошку.

— Как же тебя назвать, милый? — тихо прошептала я, разглядывая тёмные волосики мальчика. — Может, Итан? А ты знаешь, что это имя означает “сильный, крепкий”? Когда-то верили в силу имени, что оно дарует особую защиту своему носителю.

Малыш оторвался от груди и смотрел на меня внимательным взглядом, словно понимал, что я ему говорю.

— Накушался, маленький? — проворковала я, целуя кроху в макушку, пахнущую молоком. — Тогда давай оденемся. Но одеть малыша я не успела, раздался стук в дверь. Натянув платье и зашнуровав его на груди, я распахнула дверь, за которой стоял Васил.

— Вода согрелась, искупай мальца, — тихо сказал мужчина, кивая на Итана. — Тряпки, переодеть его, дам.

— Спасибо, — поблагодарила мужчину, положила Итана в корзину и, забрав вещи, вышла из комнаты. На столе уже стояла небольшая ванна, наполненная чистой водой. Я подвернула рукав и коснулась воды локтем. Вода оказалась комфортной, тёпленькой. Взяв из корзины влажную пелёночку, завернула Итана и аккуратно опустила в воду, стараясь не делать резких движений, чтобы не напугать малыша. Итан сморщил носик, но не расплакался, лишь засопел и завозился на руках.

Так как для крохи это первое купание, я только обмыла его и вытащила буквально через несколько минут. Этого времени вполне хватило Василу, чтобы достать тёпленькую пелёнку из странного материала и положить на стол.

— Кутай, не простая это пелёнка, — пояснил Васил. — Очищается сама. Для детей маленьких самое то.

— Она, наверное, ужасно дорогая, — тихо сказала я, покосившись на это чудо. — Я верну её завтра.

— Не надо возвращать, ни к чему она мне, — махнул рукой Васил, отворачиваясь. — Укладывай мальца, да выполняй свою часть уговора, приготовь ужин. Снедь в сенях найдёшь, я пока дров нарублю и овощей с огорода принесу.

Мужчина ушёл, явно чем-то расстроенный. Подумав, что обязательно спрошу об этом позже, я запеленала Итана и принялась укачивать, напевая единственную колыбельную, которую знала:

Люли, люли люленьки

Прилетели гуленьки,

Сели гули на кровать,

Стали гули ворковать,

Стали гули ворковать,

Стали котика качать,

Стали котика качать,

Стал мой котик засыпать.

Как только Итан уснул, я застелила дно корзины чистыми отрезами ткани и положила малыша внутрь. Покрутившись, решила отнести малыша в комнату, чтобы ненароком не разбудить, пока буду готовить. Ужин… Для начала неплохо бы посмотреть, из чего мне придётся готовить. Готовку я любила, но обычно времени не было заниматься сложными блюдами. Слишком мало свободного времени, а отнимать лишний час у сна не хотелось. Выйдя в сени, я отодвинула занавеску, скрывающую полки, и с любопытством осмотрелась. Итак, что тут у нас… Несколько видов крупы, какие-то приправки, мешочек с мукой, немного овощей, да яйца в маленькой корзине. И это всё? С таким набором мало что сделаешь. Точнее, сделать можно многое, только вот без мяса не так интересно.

— А, нашла уже, — улыбнулся Васил, зайдя в дом с корзиной, в которой лежали огурцы, помидоры и картошка. — Бери, что надо, и идём, покажу холодильный ящик, там мясо взять можно, да молоко хранится.

Недолго думая, я прихватила несколько яиц и муку. Что-нибудь придумаю с ними! Холодильный ящик и впрямь оказался обычным, ничем не примечательным ящиком, но температура в нём была явно ниже, чем в доме. И вот тут уже было и мясо, и растительное масло, судя по цвету и запаху, а также молоко. А что если сделать блинчики? Кусочек сыра вижу, копчёный окорок тоже имеется. Нет, не на основной обед, а так, к чаю? А приготовить можно супчик с гречкой, да картошку потушить с мясом и овощами. Салатик опять же. — Много не готовь, — прервал мои мечтания Васил. — Я уезжаю завтра в Лирх, пропадёт всё.

— А далеко этот Лирх? — поинтересовалась я.

— Так в трёх днях пути, — махнул в сторону двери мужчина. — Обычно хлеб да воду беру с собой. Не очень сытно, зато не портится, а готовить я не умею, сам не знаю, зачем огород сажаю, привычка, наверное. Могу яйца пожарить, мясо, а что-то горячее – нет, да и не надо мне одному.

— А что, если в пути готовить буду я, а за это вы возьмёте нас в город? — закинула я удочку, понимая, что уходить из деревни в любом случае придётся, а так хоть не одна.

— Да мне не жалко, место в телеге есть. А что до готовки… — Васил сделал вид, что задумался, а затем усмехнулся. — Ужин сначала приготовь, посмотрим, какая ты кухарка.

— Приготовлю, — усмехнулась я и принялась за дело. Раз дорога предстоит неблизкая, то помимо обычной еды следует приготовить ещё что-то такое, что может храниться несколько дней. На улице не жара, судя по всему, начинается осень, но вот картофель тушеный скиснет быстро, а гречка останется нормальной. Ещё хорошо подойдут пирожки с картошкой и варёные яйца. Последние напомнили мне наш земной поезд. На ужин решила приготовить немного гречневого супа, чтобы хватило на пару тарелок, а также потушить мясо с овощами и сварить гречку, остатки которой возьмём в дорогу. Спустя два часа ужин был готов. Долго, конечно, но очень уж непривычно готовить едва ли не на открытом огне. Жар просто невозможно контролировать. Накрыв на стол, я усмехнулась, глядя, как Васил с любопытством разглядывает приготовленное.

— Говорил же, что много не надо, — пробурчал мужчина, дожидаясь, пока я наполню его тарелку супом.

— А это и не много. Сейчас поедим да в дорогу возьмём, — пояснила я.

— А не стухнет? — прищурившись, спросил Васил.

— Нет, три дня вполне выдержит, — отозвалась, приступая к еде. Спустя минут пятнадцать мы взяли по пирожку и переглянулись. Настало время вопросов, на которые я отвечать не хотела. Но и обижать мужчину, который был так добр к нам, просто не могла. Сказать правду? Неплохой вариант, учитывая, что мы доедем только до города, а там распрощаемся. Я рассказала почти всё. Всё, что касалось Амалии. Про себя и своё попадание предпочла промолчать, просто рассказывала историю девушки, как свою собственную.

— Да, уезжать тебе надо, — нахмурившись, изрёк Васил. — Наш младший граф дружит с вашим. Часто в лесах, недалеко отсюда, вдвоём охотятся. И в Лирхе оставаться тебе нельзя. Если узнают, чьего сына растишь, сживут со свету или младшему хозяину расскажут. А он… Сама знаешь. — И что же делать? — тихо спросила я, расстроившись. Я ведь действительно хотела остаться в Лирхе, найти работу.

— А ты ближе к столице поезжай, — подумав, предложил мужчина. — Там жизнь дороже, но и людей больше. Работу найти сможешь. Вон, готовишь вкусно, может, получится в едальню какую устроиться. Только вот…

— Что? — нахмурилась я, чувствуя подвох.

— Сильно усложнила ты себе жизнь, девочка, решив оставить мальца. Дело доброе, не спорю, но как работать тебе с таким крохой? А няньки дорогие. Да и сложно хорошее место найти одинокой матери.

— А если я буду говорить, что это брат? — предложила я. — Родители погибли, а я вот с братом.

— А молоко у тебя откуда? Видно по тебе, что на сносях была. Мужики ещё не так хорошо разбираются, а вот бабы вмиг прознают, — покачал головой Васил. — А за враньё и плетей получить можно, если не тому соврёшь. А тут вариантов мало, — мужчина пожал плечами. — Работу искать, где не посмотрят на ребёнка и отсутствие брачной метки, ну или мальца оставить в храме.

— Не смогу оставить, — покачав головой, шепнула я.

— Знаю, что не сможешь, — кивнул Васил, грустно усмехаясь. — Значит, работать много придётся. Ох, нелёгкую ты себе судьбу выбрала.

— А я её изменю, — тихо, но твёрдо сказала я. — Знаете, я достаточно неплохо умею шить и многие вещи перекраивала, делая из одной вещи совершенно другую. Уверена, и с судьбой так можно.

— Перекроить судьбу? — усмехнулся Васил. — Попробуй. Характер в тебе чувствуется, может, и получится. А ежели не вытянешь, так приезжай сюда, мне места не жалко, а у тебя будет крыша над головой.

— Спасибо, — тепло поблагодарила я мужчину. Когда за спиной есть место, куда можно вернуться, это неплохо расправляет крылья. Моей опорой будет этот маленький домик и Васил с добрыми глазами и роскошными усами.

Васил разбудил рано утром. Открыв глаза, я с удивлением обнаружила, что мужчина уже практически собран. Даже сумка стояла на столе. Заметив мой взгляд, Васил усмехнулся: — Дал тебе поспать подольше. Завтракай, корми мальца и поехали. Кстати, переодень ребёнка, я положил на кровать всё необходимое. Пойду лошадь запрягать.

Мужчина ушёл, я же сползла с тёплой печи и быстро умылась. Итан уже должен вот-вот проснуться, но я надеюсь, что позавтракать успею.

Пара пирожков и кружка молока стали прекрасным перекусом, так что к тому времени, когда Итан проснулся, я была полна сил и в прекрасном расположении духа. Покормила сына – именно так я решила его называть, смирившись с ролью мамы. Тем более фактически я его родила, хоть и наполовину.

Какой-то сюр, не иначе.

Пелёнка, что мне дал Васил, действительно была чудом. Не знаю, как это работает, но намного круче памперсов. Малыш был сухой и чистый. Надо бы побольше расспросить мужчину об этой вещице. Да и узнать, откуда она у него. Зайдя в комнату, я с удивлением обнаружила гору детских вещей на возраст примерно до года, несколько похожих пелёнок и одеяльце. Однако… Неужели у Васила был ребёнок, но эти вещи не подошли? Или… Об этом думать не хотелось, слишком болезненная догадка. Завернув Итана в новую пелёнку и одеяльце, я собрала детские вещи к себе в сумку. Пригодятся, учитывая, что местных денег у меня маловато, а городских расценок я не знаю.

Выйдя на кухню, я нос к носу столкнулась с Василом.

— Собрались? Тогда в путь, нужно успеть в Малинки до заката солнца, — мужчина махнул головой в сторону двери и шагнул мимо меня в комнату. На улицу выходить было страшно. Я ещё помнила, как нас вчера встретили, не хотелось ещё раз столкнуться с оскорблениями и насмешками. Но, к счастью, улица была пуста. Нет, люди ковырялись в своих огородах и управлялись в сараях, но на меня не обращали внимания. Оно и понятно, нет времени на праздное любопытство. Я подошла к телеге, наполненной до середины мешками, и остановилась, гадая, как мне усесться и можно ли вообще. Или ехать, сидя на специальной подставке для кучера?

— Ну чего застыла, залезай в телегу, — поторопил Васил, запирая входную дверь на засов. — Или, если хочешь, едь рядом со мной, только мальца на мешки положи.

— Я с вами, — решилась я, аккуратно пристраивая Итана между мешков, набитых чем-то мягким. рядом положила сумку.

С трудом забравшись на скамеечку для кучера, я поёрзала. Нет, долго здесь ехать не смогу, с непривычки быстро устану, да и попа болеть будет. Всё же никаких мягких подушечек не было, голая доска.

— Готова? — спросил Васил, садясь рядом и беря поводья в руки. Дождавшись моего кивка, он громко свистнул. Лошадь тут же отреагировала на команду, медленно двинувшись. Но стоило нам выехать за пределы деревни, Васил свистнул ещё раз, и лошадь пустилась трусцой.

— Можно спросить? — решилась я.

— Спрашивай.

— А откуда у вас детские вещи? Простите, если вопрос вам неприятен.

— Неприятен? — мужчина усмехнулся. — Да нет, всё нормально. Это жена собирала вещи внуку. Передать, правда, не успела.

— Что случилось? — тихо спросила я, глядя на грустного мужчину.

— Умерла, сгорела от лихорадки.

— А почему вы не передали? — не поняла я логики. — Ребёнок родился? Всё хорошо?

— С внуком-то? Да что ему будет! — усмехнулся Васил, а после минутной паузы продолжил. — Ладно, расскажу. Мы с женой с самой юности вместе. Сначала просто дружили, как и наши родители, потом женились. Правда, долго не получалось у жены забеременеть. Потом родилась Миларка, единственная дочка. Выросла красивая, женихи наперебой руки просили, так нет же, влюбилась в приезжего мага. Да и сбежала с ним. Дурёха! Потом приезжали, благословения просили, да я не дал. Без согласия родительского укатила греховодить! А им, как оказалось, и не нужно было наше дозволение. Женились в городе, Миларка забеременела. Жена ездила к ним несколько раз, но я сразу сказал, не приму мага в семье и брак их не приму. Дочь в меня вся характером, тоже упёртая. Нет бы приехать, прощения попросить, домой вернуться. Так и не виделись больше с ней.

Васил замолчал, а я сидела в полнейшем шоке. Мужчина принял меня с ребёнком, рождённым вне брака, а дочь собственную до сих пор не простил!

— А Милара счастлива? — спросила я, едва не сорвавшись на мат.

— Жена говорила, что да. Говорила, смотрю на Милку и нас вспоминаю.

— Посмотрите на меня, — тихо попросила я, серьёзно глядя на мужчину. — В телеге спит малыш, рождённый вне брака. Я теперь навсегда с клеймом падшей, хоть и не хотела этого. И даже обратиться не к кому. А теперь представьте, что такая же судьба была бы у вашей дочери? Представьте хоть на секунду, что её обесчестили без её на то согласия, что родила она у повитухи деревенской, а потом мучилась из-за косых взглядов и насмешек. Всю жизнь. Ваша дочь любит своего мага, а маг любит её. У Милары есть ребёнок, есть семья, она защищена. И её семья – единственное, что у вас осталось. Знаете, что самое важное в жизни?

— Что? — глухо спросил Васил, не глядя на меня.

— Поддержка семьи. Когда теряешь родных, это особенно чувствуется, — уверенно сказала я, а затем тихо добавила: — Не позволяйте своей гордости делать вас несчастным. Не отбирайте у себя время.

— Что бы ты понимала, — буркнул Васил и более не проронил ни слова до самого привала. Через пару часов после нашего разговора проснулся Итан. Васил остановил лошадь и помог мне перелезть к сыну. Там я и осталась до привала, чтобы не прыгать постоянно. В очередной раз я воздала хвалу богам этого мира, что послали мне непроблемного ребёнка. Интересно, а не оттого ли это, что экология хорошая? Питание натуральное, качественное, как во время беременности, так и во время кормления. Именно поэтому животик малыша не мучает? Интересная логика… А ещё интересна магия! Васил сказал, что его дочь замужем за магом. Не знаю, почему он их так не любит, но это же чудесно! Одна пелёнка чего стоит. Это вам не куча денег на памперсы, или мокрые пелёнки не пойми где сушить. А ведь в этом мире только те самые пелёнки и остаются, если не приобрести самоочищающиеся. Очень любопытно, что же ещё умеют маги и сколько их вообще. Я до самой остановки вспоминала всё, что когда-то читала или видела в фильмах о магии. Начиная с Гарри Поттера, заканчивая лёгкими фэнтезийными романами. В последних героини быстро находили любовь всей своей жизни, обычно это был принц или даже сам король. Проблемы решались легко и непринуждённо. Сказочное везение, не иначе.

Я посмотрела на спящего Итана. Почему я попала в очень не добрую сказку? Или, как обычно, всё иначе? В современных любовных романах жизни героинь тоже достаточно легки, только вот в реальности по-другому. Так и тут… Сказка в очередной раз оказалась сказкой. Я не встретила героя, который спасёт меня от злого дракона. Мне предстоит спасти себя самой, при этом заботясь о малыше. Но хотела бы я вернуться домой? Пока не могу ответить, слишком сложный вопрос. На Земле мне было невыносимо, но как будет здесь – ещё непонятно.

На привале Васил развёл небольшой костёр, а я подогрела остатки гречневой каши, добавила немного воды и сверху положила пирожки. Как раз от каши будет подниматься пар, который согреет их. Как только еда была подогрета, я поставила котелок с чистой водой для чая.

— Васил, идите есть, — позвала я мужчину, который поил лошадь. Мужчина хмуро кивнул, отставил пустое ведро в сторону и подошёл к костру. Так же молча взял тарелку и принялся есть.

— Я вас обидела, — не спросила, скорее констатировала факт.

— Всё ты правильно сказала, — буркнул Васил. — Не скажу, что мне было приятно это услышать, но зато честно. Только вот времени уже столько прошло, не примет меня Миларка, небось, забыла уже.

— Не попробуете – не узнаете, — легко отозвалась я, улыбаясь. — Но будете точно знать, что попытались.

— И то верно, — кивнул мужчина, а затем хитро посмотрел на меня. — А знаешь что, ты со мной к Милке пойдёшь! Не хочу один, переживаю.

— Вы уверены, что это хорошая идея? — нахмурилась я. — Не очень любят матерей-одиночек. Дочь может разозлиться.

— Она за мага вышла, так что не разозлится, — отмахнулся Васил.

— А что не так с магами? — не поняла я. — Почему они вам так не нравятся?

— Слишком многое им дозволено, — хмыкнул Васил. — А что в их академиях творится! Вот магичкам, чтобы дитя родить, не нужно замуж выходить, да и вообще они с этим делом не торопятся. Гуляют со всеми подряд. Распутны и легкомысленны.

— Интересно, а почему им это позволено, если остальным это не по нраву?

— Потому что силу имеют и срок жизни дольше, — объяснил мужчина. — Позвать мага – удовольствие дорогое, особенно если нужна лекарская магия. Горничные, владеющие бытовой магией, получают жалование в несколько раз больше, чем обычные, да и служат в богатых домах. И так со всем, будь то купец с магическим даром либо мастер. Особенно ценятся маги-ищейки, они все королю служат. Но самое интересное, они совсем не обращают внимания на титулы, кроме королевской семьи. Обычная деревенская девочка может обращаться к знатному господину, не получив перед этим разрешения, да и ещё и “тыкать” может. И её за это не отхлещут плетьми на конюшне, наоборот, знатный господин перед магичкой голову склонит.

— Как интересно, — прошептала я, смотря на Васила широко распахнутыми глазами и ловя каждое слово.

— Вот молодость дурная! — воскликнул Васил и расхохотался. — Так и Милка моя. Глазищи вытаращила, на волшебство повелась.

Я лишь грустно улыбнулась. Знал бы Васил, как я мечтала о чуде, когда сидела сначала рядом с умирающим папой, потом около мамы. Я даже к бабкам ходила, обивала пороги и молила о помощи. Вот бы мне тогда такого целителя, который мановением руки избавит от болезни. А денег? Денег бы нашла, уж не думаю, что вышло бы дороже, чем мы потратили.

— Ох, повеселила ты меня, — фыркнул Васил, поднимаясь с мешка. — Давай собираться, а то приедем ночью.

— А Малинки – это деревня же? — поинтересовалась я, ополаскивая и складывая посуду.

— Деревня, побольше моей. Стоит на перекрёстке двух трактов, что очень удобно, когда далеко едешь. Там и постоялый двор есть, хоть переночуем на кроватях.

Я промолчала, но с мужчиной была полностью согласна, ночевать на кровати да ужинать за столом всяко удобнее, чем вот так, посреди леса.

В Малинки мы въехали как раз на закате. Ещё немного, и на улице окончательно стемнеет. У ворот, а вокруг деревни стоял высокий дощатый забор, нас встретили стражники и стребовали медяшку с носа. Васил заплатил за нас двоих, но один из стражников сунул нос в корзину с Итаном, а затем, прищурившись, посмотрел на меня. Тонкие губы растянулись в издевательской улыбке. — За ублюдка тоже давай, — сказал стражник, отведя от меня взгляд.

— С каких это пор за детей платить надо? — нахмурился Васил.

— Не заплатишь – останетесь за воротами, — подал голос второй, облокотившись на стену и поправив перевязь с мечом. — Говорят, волков нынче стало много.

— Да подавитесь! — рявкнул Васил, вынимая монету и кидая в стражника. Я испуганно сжалась, ожидая скандала или драки. Но тот, что минуту назад похотливо смотрел на меня, ловко поймал медную монетку и положил в карман. Подошёл к воротам и пару раз с силой стукнул кулаком — Открывай! — крикнул он кому-то, невидимому нам.

Ворота со скрипом открылись, Васил тронул поводья, пуская лошадь лёгкой рысцой.

Я же прикрыла глаза. Осматриваться не было никакого желания после такого-то приветствия. В голову лезли нехорошие мысли, на иные просто не хватало сил и оптимизма. Кто-то может сказать: “Ты жива! Радуйся!”, но я не столь оптимистична. Скорее слишком реалистка со здравой долей скепсиса. На нос упала капля. Распахнув глаза, я с удивлением обнаружила, что небо заволокли тучи. Да, только дождя нам не хватало. Радует, что до деревни мы доехать успели, иначе вымокли бы. Я достала Итана из корзины и прижала к себе, укрывая сверху одеяльцем. Не хватало ещё, чтобы ребёнок заболел.

Спустя несколько минут Васил остановил лошадь и обернулся ко мне — Дождь усиливается, а конюшня для лошадей на другом конце деревни. Я тебе дам серебрушку, сними пару комнат нам. А я пока Вьюгу в стойло поставлю да почищу. Ужин обязательно закажи и ванну.

Я кивнула и слезла с телеги, повесила сумку на плечо и забрала Итана. Корзину взяла свободной рукой. Ничего, сейчас я наконец смогу переодеть сына, а ещё лучше – дам ему полежать без пелёнок. Не дело это, что ребёнок постоянно замотанный. Васил уехал, а я направилась к двери местной гостиницы. Ну… Дом как дом, в два этажа. Правда, больше, чем виденные мною раньше. Толкнув дверь, я сделала шаг и тут же зажала нос. Пахло алкоголем, дымом и вонючими носками. И как здесь ночевать, не задохнувшись? Ничего, Амалька, главное, что с неба не капает. Я даже застыла на мгновение. Вот это да! Даже в мыслях называю себя новым именем!

Подойдя к стойке, я обратилась к довольно пышной женщине в замызганном переднике.

— Я хочу снять у вас две комнаты, — немного повысила голос, потому что среди гомона саму себя плохо слышно.

— Это что у тебя? Ублюдок, что ли? — женщина согнулась, заглядывая в корзину. Её объёмная грудь едва не вывалилась из довольно нескромного выреза прямо на барную стойку. — Не пущу, иди отсюда. У меня достойное заведение!

— Это вот это достойное? — я оглядела зал, плотно заставленный деревянными столами, за которыми пили мужики. Пол был грязный настолько, что угадать цвет покрытия было просто невозможно.

— Дерзишь ещё? — рявкнула женщина, замахиваясь грязным полотенцем. — А ну, пошла вон и выродка своего забирай. Никто тебя не пустит под крышу, а уж ежели сгинете, то никто внакладе не останется. Уходи!

Я увернулась от полотенца и опрометью выскочила на улицу. Как только дверь за моей спиной закрылась, отрезая истеричную владелицу гостиницы, я облегчённо выдохнула. Но тут же застонала, дождь разразился не на шутку.

Васила видно не было, стоять под проливным дождём не только неприятно, но и опасно. Что же делать?..

Минуту подумав, я постучалась в соседний дом. Вдруг повезёт, и нас примут хотя бы погреться, пока Васил не придёт? Но стоило хозяйке дома увидеть меня, а следом ребёнка, в лицо полетело ругательство, а дверь перед самым носом захлопнулась.

— Что это ты в дома ломишься? — поинтересовалась женщина средних лет, проходя мимо и держа над головой корзину.

— Мне бы погреться где-то, пока друг не придёт, — пояснила я. — А лучше ночлег найти. Но нас никуда не пускают.

Фразу я заканчивала уже практически шепотом, от обиды горло свело спазмом.

— А ты удумала к Арьке идти! — расхохоталась женщина. — Она таких, как ты, за версту чует. Пойдём ко мне, согреешься. А за серебрушку и комнату сдам.

— Вы владелица постоялого двора, да? — обрадованно спросила я.

— Постоялого двора? — переспросила женщина и громко рассмеялась. — Ну, можно и так сказать.

Жила моя новая знакомая в паре домов от постоялого двора. Я с удивлением обнаружила достаточно большой дом и хотела уже пройти к двери, но хозяйка остановила: — Мы через чёрный ход пойдём.

Она кивнула на неприметную дверь в боковой стене. Отперев засов, она запустила меня вперёд, следом запирая дверь. Мы прошли по узкому коридору и свернули в комнату с крутой лестницей на второй этаж.

— Переодеться-то есть во что? Промокла вся вон. Если что, у девочек попрошу, у них есть твой размер. Меня, кстати, Белла зовут, а тебя?

— Амалия, — представилась в ответ. — Белла, а можно как-то передать послание моему другу, что я здесь? А то он потеряет меня.

— Можно, почему нет, — пожала плечами женщина и рявкнула что есть силы. — Митька! Иди сюда быстро, негодник!

Спустя минуту на лестнице послышались шаги, а следом появился и сам владелец шагов – светленький мальчишка лет десяти.

— Чего, мам? — прогундосил пацан в такой знакомой подростковой манере.

— Как твоего друга зовут? — спросила у меня Белла, а услышав ответ, тут же обратилась к сыну. — Ну-ка, сбегай на конюшню, найди там Васила и скажи, где Амалия находится. Быстро!

— Ну ма-а-ам, там дождь идёт, — заканючил мальчишка.

— И что? — руки Беллы уткнулись в бока, она грозно посмотрела на сына. — Бегом давай. Быстрее побежишь, меньше намокнешь!

Пацан вздохнул, но покорно ушёл натягивать плащ и ботинки. Я не видела, как он ушёл, как раз проснулся Итан. Распеленав малыша, я приложила его к груди, прикрываясь пелёнкой.

— Что? Жених бросил? — усмехнулась женщина, кивая на малыша.

— Почти, — не стала вдаваться в подробности. — А вы здесь с сыном живёте?

— С сыном. Ну и девчонки во второй части дома обитают, — женщина махнула головой в сторону стены.

— Дочки? — улыбнулась я.

Женщина перевела на меня внимательный взгляд, а затем тихо спросила: — Ты действительно не понимаешь, в чьём доме находишься? Ты – девочка чистенькая, невинная, но не знать совсем?

— Я не понимаю, о чём вы, — нахмурилась я.

— Деточка, ты в доме мадам Беллы – исполнительницы самых потаённых желаний наших мужчин, — расхохоталась женщина.

— Но как? — ошарашенно спросила я. — Меня с ребёнком гонят отовсюду, а вы здесь живёте – и ничего, всё нормально.

— А кто меня выгонять будет? Бабы? — рассмеялась Белла. — Ох, девочка, молода ты ещё, глупа. Мой дом популярностью пользуется. Мужики идут, а бабы их и рады, что не к ним после пары литров чары. А мужики не обижают, потому как отказать я могу, не пустить. И девочек моих не трогают, боятся. Но дружбу – да, не водят, а мне и не надо.

— Удивительно, — растерянно пробормотала я.

— Это ладно, оставаться будете с ночёвкой? — перешла Белла к делу. — Если монет нет, так заработать можно.

— Так я зарабатывать не готова, — отшатнувшись, пробормотала я.

— А тебя никто и не заставляет, только вот путь ты выбрала больно сложный. С мальцом вон. Проще было бы в такой дом устроиться. Клиентов не очень много, всегда в тепле и накормлена. Ещё под защитой всегда, не побьют.

— Знаете, я однажды услышала хорошую фразу: “Когда идёшь через ад – не останавливайся”, — задумчиво заговорила, глядя на Беллу. — Так вот, если соглашусь на ваше предложение или на любое другое подобного рода, значит, я остановилась, застряла в аду.

— Ну, как знаешь! — махнула рукой женщина. — Может, и правда что-то у тебя да получится. А пока давай серебрушку.

— Мне бы две комнаты, — вспомнила я про Васила.

— Две так две, всё равно серебрушка, — пожала плечами Белла. — Ванну покажу, а ужин подогрею, как друг твой придёт. Друг-то или с женихом сбежала?

— Друг, — с улыбкой отозвалась я.

— Ничего, всё образуется, а на остальных не смотри, своим умом думай. А тому, кто это сделал, — женщина указала на Итана, — воздастся по заслугам.

— Не верю я в такое.

— А и не верь. Сходи к магу тёмному, пусть проклянёт так, что стручок отсохнет. Не сможет больше девок портить да с животом бросать.

Я рассмеялась, чувствуя, как отпускает напряжение. Ничего, всё будет хорошо. Этой ночью мы спим не под открытым небом, скоро придёт Васил, а дальше… Дальше видно будет.

Васил пришёл примерно спустя час. Он сердечно поблагодарил Беллу за помощь и повернулся ко мне.

— Прости, Амалька, не додумался, дурак старый, что отказать тебе могут.

— Всё хорошо, — успокоила мужчину и достала серебряный. — Это ваше.

— Ну что же, идёмте ужинать да по комнатам. Время позднее, спать пора, — позвала нас Белла. — Ночь сегодня спокойная ожидается, мужиков много не будет, так что выспитесь спокойно, а то тут порой такой шум стоит, ужас.

Мы с Василом переглянулись и кивнули. Ужин – это хорошо. Голод чувствовался довольно сильно, да и усталость накрывала, всё-таки проснулись мы слишком рано.

Проснулись ещё затемно, чтобы успеть собраться и прибыть к открытию рынка. Васил предлагал подождать его у Беллы, но я, несмотря на желание не вылезать из скорлупы, всё же решила пойти. Через пару дней мы с Василом пойдём каждый своей дорогой, а значит, нужно иметь хотя бы минимальные представления о новой жизни. Воспоминания Амалии слишком скудны: детство в деревне, одна-единственная поездка в город на ярмарку, и то в нежном возрасте. Потом, в шестнадцать, служба в графском замке. Города девушка совсем не помнила, только выступление циркачей, и то смазано. Ещё одним ярким воспоминанием был большой пряник в форме лошадки. Скудно и не информативно, а мне жизненно необходимо хорошо разбираться в ценах, научиться торговаться.

Спустя пару часов мы попрощались с Беллой и вышли из её дома. Мы шли молча, огибая людей и торопясь скорее закончить все дела. Нам предстояло закупиться провиантом, потому что больше негде будет купить еды, а ночевать и вовсе придётся в телеге. В город, по словам Васила, мы въедем лишь под конец завтрашнего дня.

Несмотря на то, что мы вышли довольно рано, а рынок только начал просыпаться, было довольно много людей.

— В Малинках так много жителей? — удивлённо спросила, рассматривая импровизированные столы, на которые торговцы выкладывали товары.

— Сама деревня раза в три больше моей, но здесь же не только жители, но и те, кто заезжает по пути, чтобы обновить запасы. В любую сторону отсюда до ближайшего поселения, где можно остановиться, пара дней езды.

— На чём и зарабатывают местные, — усмехнулась я. — Удобно и доходно.

— Твоя правда, — согласился Васил. — Только вот торгуют в основном походными принадлежностями, едой, кое-какой одеждой, а вот за мебелью или оружием едут в Лирх или дальше. Чем ближе к столице, тем дешевле можно купить хорошую вещь.

— А почему так? — удивилась я. — Ведь в крупном городе всегда золота больше, а значит, и возможность расплатиться за товары выше.

— Потому что конкуренция, — пожал плечами Васил. — Между тем, услуги и жильё стоят в Даларосе дороже. Как бы тебе объяснить на примере? Ну вот смотри, вчера видел вывеску о продаже дома. За десять золотых можно купить неплохой дом в центре деревни. За такую же стоимость ты купишь в столице маленькую каморку с видом на городскую стену. Или, например, одежда. Можно купить готовый костюм для верховой езды примерно за пару серебряных, но вот пошить такой на заказ будет стоить уже один золотой.

— Неплохо, — усмехнулась я, прикинув в уме, сколько серебряных придётся отвалить за костюм. Здесь один золотой был равен десяти серебряным монетам, соответственно, десять медяшек означали один серебряный.

Я не лезла, пока Васил покупал всё, что нам понадобится в дороге. Торговцы косились на меня, но Василу ничего не говорили, смиренно продавая товар, правда, некоторые отказывались торговаться. Я поняла, что моё положение слишком шаткое, жить мне будет сложно. Да, на те монеты, что есть у меня, я вполне могу купить небольшое жильё, но всё равно придётся устраиваться на работу, на что-то жить. Итан… Как работать с младенцем? И так с устройством могут возникнуть проблемы, а с ребёнком и подавно. Кому нужна та же уборщица, которая будет каждые два часа бегать кормить младенца?

— Васил, скажите, а как люди узнают, что я не замужем? — решилась я.

— Ты не знаешь? — удивился мужчина. — Обычно это знают даже малыши. С детства видя разницу. Но если ты не знаешь, почему бы и не объяснить? Смотри на женщину в синем платье – на область шеи и немного на горле.

Я растерянно посмотрела на неё, потом на торговку. Ничего… Абсолютно чистая кожа.

— Не вижу, — растерянно пробормотала я. — Ничего не вижу.

Васил окинул меня странным взглядом, молча кивнул и двинулся дальше.

— Вы мне ответите, почему я не вижу? — продолжила допытываться. — Ладно, допустим, я какая-то бракованная, но разве нельзя никак нарисовать метку или, наоборот, стереть? Какой-то выход должен быть.

— Вот доберёмся до Лирха, там и будешь искать выходы, — грубовато отозвался мужчина, направляясь к конюшне. — Жди здесь.

Я растерянно осталась стоять у входа в конюшню, не понимая, что произошло. Резкая смена настроения Васила встревожила. Может… Может, я какая-то проклятая, поэтому не вижу эти самые знаки? Но там ведь и правда ничего нет!

Я села на корточки и прислонилась спиной к стене конюшни. Корзину с Итаном поставила на колени, поглаживая спящего малыша по щёчкам. Какие же люди здесь глупые. Какая разница, почему родился малыш? Будь то несдержанность влюблённых или другие причины… Ребёнок – это всегда чудо, доверчивый малыш с безусловной любовью. Я улыбнулась, осознав, что всё же рада присутствию Итана в моей жизни. Да, мне будет очень сложно, мне будет невыносимо, но зато хоть одно существо в этом мире будет меня любить просто за то, что я есть. Мне не придётся постоянно доказывать сыну, что я чего-то стою. В этом и есть прелесть безусловной любви, которую не могут дать отношения между мужчиной и женщиной. А с Итаном мы справимся! Иначе и быть не может.

Васил вывел лошадь минут через пятнадцать. Подвёл к навесу, где стояли телеги, и принялся запрягать Вьюгу. Я решила пока не отвлекать, для разговора у нас будет время на привале, а потом и на ночёвке. Изводить себя мыслями, что я где-то очень сильно налажала, я просто не могу. Вокруг меня и так слишком высокая концентрация злобы и агрессии, чтобы накручивать себя ещё больше.

Васил запрыгнул на свою скамеечку и мотнул головой: — Садись.

Недолго думая, я залезла в телегу и удобно примостилась между мешками, заняв положение полулёжа. Итана вытащила из корзины и положила себе на грудь, чтобы малыш был ближе ко мне и крепче спал. По идее, он уже должен скоро проснуться на кормление. Вчера перед сном я его искупала и сменила пелёнки. Эх, сюда бы сейчас ассортимент детских магазинов! Чепчики, царапки, ползунки, бодики. Дарить стильную детскую одежду стало модно, ведь фирменная вещь с симпатичным принтом смотрится намного лучше, но и цены порой кусаются. Даже я несколько раз шила на заказ комплекты в подарок. И молодые родители, получив праздничную коробку с красивыми комбинезонами и смешной шапочкой, были в восторге. Об этом я узнала примерно через неделю, когда пришёл радостный клиент с коробкой конфет.

Интересно, мне было бы легче на Земле в роли матери-одиночки? Даже с условием, что мне приходилось выплачивать огромный долг, было бы намного проще. Итан – спокойный малый, он бы тихонечко спал в коляске, пока я подшиваю очередные брюки. А уж в одежде малыш тем более не нуждался бы. Интересно, а здесь вообще популярна одежда для грудничков? По идее, у кого есть средства, те могут купить чудо-пелёнку, а у кого нет монет, те и не станут последние копейки на наряды отдавать. А вот я, пожалуй, разорюсь немного. Куплю набор игл и ниток или… Я вывернула наизнанку подол платья и усмехнулась. Машинки здесь определённо есть, накладной шов явно не вручную сделан. Значит, мне стоит купить швейную машину, если смогу, конечно. А там и Итану нашью одежды, и себе. Главное, чтобы было чем заплатить за ткань и нитки.

Так за раздумьями пролетела половина дня. Я аж вздрогнула, когда Вьюга всхрапнула и тоненько заржала, останавливаясь.

— Привал. Перекусим быстро и поедем. Нормально поедим уже ночью, — буркнул Васил, спрыгивая на землю и стягивая с телеги мешок с зерном и пару вёдер. — Достань из сумок вяленое мясо и воду.

Я безропотно выполнила указания, лишь немного скорректировав. Просто жевать мясо с хлебом не так вкусно, так что я решила сделать пару бутербродов. Походным ножом я разрезала большую булку сначала пополам, а потом каждый кусочек вдоль. Внутрь положила мясо, несколько слайсов из свежих огурцов и помидоров, а уже на них уложила сыр. Жаль, нет никаких соусов, да и подогреть не получится, времени разжигать костёр у нас нет. Передав подошедшему Василу его порцию и крынку с водой, замерла, ожидая реакции.

Мужчина нахмурился, пожевал губу, но бутерброд всё же взял, только вот откусывал несколько неуверенно.

— Да что произошло? — не выдержала я. — Почему вы перестали со мной разговаривать, будто я вас чем-то обидела?

— А ты не догадываешься? — зло спросил Васил. — Или для тебя это нормально?

— Вы можете спокойно объяснить, что случилось? — тихо попросила я. — Просто объясните, пожалуйста. Я не хотела вас обидеть, честно.

— Честно? Ты говоришь о честности, а сама лгала мне! И сама же и прокололась, не увидев знака на той падшей, — хрипло рассмеявшись, язвительно ответил Васил, но закончил речь с горечью: — Я был добр к тебе, а ты мне солгала.

— Я действительно не понимаю, почему не вижу знаков, — начиная злиться, процедила я. — Да, у меня есть свои тайны, но я не врала ни разу. Просто кое-что утаила.

— Утаила, что имеешь проклятый дар? — усмехнулся Васил, недоверчиво глядя на меня. — Или хочешь сказать, что не знала о такой крохотной особенности?

— Я действительно не знала, — прошептала я, отшатнувшись.

— Не могла не знать, — нахмурился мужчина. — Ну-ка, рассказывай мне всё – и смотри, без тайн. А то не посмотрю, что не дочь моя, хотя такая же непутёвая, выдеру прутом, сидеть не сможешь.

— Это будет очень странный рассказ, — медленно заговорила я, гадая, а стоит ли… Может, проще сейчас же уйти, унося секрет попадания с собой. Но в одном Васил прав – он действительно слишком добр к той, от которой все отвернулись. Помогает, кормит, поит… Тогда почему я боюсь довериться?

— Говори уже, — фыркнул Васил. — Не люблю я вас, проклятых, ой как не люблю.

— Ну раз так, тогда слушайте…

— Не обманываешь меня? — с подозрением спросил Васил.

— Разве такое можно выдумать? — тихо спросила я, отворачиваясь.

Сочтёт сумасшедшей – даже не обижусь. Невозможно в такое поверить, просто невозможно! Я бы не поверила, а доказательств нет, лишь только слова. Максимум – могу нарисовать что-то из своего мира или… Ну, сшить могу.

— Твоя правда, выдумать нельзя. Я тебе верю, Амалия, но помочь никак не смогу.

— Помочь? — я посмотрела на Васила. — Чем тут можно помочь?

Васил не ответил, задумался на несколько минут, потом молча закинул пустые вёдра в телегу и кивнул мне:

— Поехали, по дороге объясню.

Пожав плечами, я проверила Итана и села на скамеечку. Васил тронул поводья и свистнул, пуская кобылу вскачь.

— О таких, как ты, я слышал из легенд и сказок, — начал Васил.

— Таких, как я? В смысле – проклятых? — перебила я мужчину.

— Тише, не перебивай, — шикнул Васил и продолжил: — Таких, чья душа пришла в этот мир и заняла тело умершего. Сам никогда не встречал, да и на самом деле думал, что это лишь сказки. Говорили, что такие люди были часто магически одарены, но в какой-то одной сфере. И как-то… Интуитивно, что ли, они начинали магичить.

— Значит, во мне есть магия? — тихо спросила я.

— Не знаю, это же всего лишь сказки, — Васил поморщился.

— А почему ты не любишь магов? И кто такие проклятые? — вопросов было море.

— Я же уже говорил, почему не люблю их, — фыркнул мужчина. — А проклятые… О них тоже слагали легенды, но если прибывшие из других миров были как сказка, то проклятые действительно существуют. Но раз ты не знаешь о метках, то нужно тебе рассказать с самого начала. Когда-то очень давно был только один остров, и людей на нём было очень мало. Все люди, населяющие его, были знакомы друг с другом. Дружили, строили дома, заводили семьи. Естественно, о блуде никто и подумать не мог, ведь все вокруг друг другу слишком близки. Но однажды к берегу пристал корабль с одним-единственным человеком на борту. Естественно, это вызвало интерес у остальных. Они приглашали этого человека к себе домой, считая это благом и удачей. А потом одна из женщин, пока муж ловил рыбу, пришла к путнику на корабль. Ей было интересно послушать про моря и другие острова. Разговор закончился соблазнением этой женщины. И вроде бы ничего такого не произошло, но на следующий день, когда вернулся муж этой женщины, то раскрылся обман. Как оказалось, она не рассказала путешественнику о замужестве и обязательствах. Путешественник до этого вёл себя как обычный человек, но, разозлившись, явил островитянам силу. Целую неделю шли непрерывные ливни, а затем неделю была засуха. Поняв, что дальше может быть хуже, островитяне схватили ту женщину и потащили к кораблю. Мол, делай с ней что угодно, только прекрати всё это. Женщина готова была погибнуть от рук божества, ведь именно за него приняли путешественника. Но он лишь рассмеялся, сказав, что это глупое наказание. А вот то, что придумал он, является действительно уникальным. Тогда же и расцвела чёрная вязь на теле той изменницы. Путешественник сказал, что эта вязь будет на каждой, кто посмеет осрамить себя связью вне брака или же в браке, но не с супругом. А все остальные эту вязь видеть будут. Но тут он увидел в толпе, что тащила женщину, её мужа. Ещё пуще разозлился он. Сказал, что тот мужчина, что не только не уберёг женщину от соблазна, но и не защитил, будет тоже наказан. Он не будет видеть вязь, которую видят все, тем самым опозорит себя, заводя разговоры с изменниками. Потом учёные долго спорили, что является из сказанного правдой. Был ли этот путешественник божеством или просто хорошим магом. Но с тех самых пор связь вне брака у девушек сопровождается вот такой вязью, а те, кто уличён в предательстве, не видят меток.

— Но почему проклятыми могут быть и мужчины, и женщины, а вязь получили только женщины? — возмущённо спросила я.

— Никто не знает, — пожал плечами Васил. — А ещё есть одна особенность: на магах эта метка не проявляется. Именно поэтому магички могут позволить себе намного больше, чем обычная женщина.

— А что-то в этом есть, — усмехнулась я. — Мужчина всегда знает, верна ли ему жена. А жених знает, что невеста не тронута. Но в моём случае… Слишком жестоко.

— Жестоко – это то, что люди до сих пор считают важным отсутствие вязи, — с улыбкой сообщил Васил. — Никто не давал права обществу намеренно оскорблять женщин за этот знак. Тем более, если девушка не замужем.

— Наверное, люди везде одинаковые, — тихо произнесла я. — Унизить слабого – это пожалуйста, а сильного боятся. Магов не осуждают за распутный образ жизни, потому что страшно. А вдруг в мышь превратит!

— Верно, — с улыбкой кивнул Васил.

— Вы разозлились, потому что думали, что я кого-то предала? — спросила я, серьёзно глядя на мужчину.

— За обман, — отозвался Васил минуту спустя. — Я не прощаю обмана – никому.

— И меня не простите?

— Знаешь, я бы на твоём месте тоже не рассказал, — после недолгого молчания Васил заговорил. — Это страшная тайна, никто не знает, как на неё отреагируют остальные.

— А вдруг посчитают ведьмой и сожгут? — невесело усмехнулась.

— В твоём мире жгли ведьм? Зачем? — удивился Васил.

— А зачем в вашем мире проклятые и клеймённые? — с сарказмом поинтересовалась я.

— Туше, — рассмеялся Васил.

Мы ехали до самого заката. И только когда солнце скрылось за горизонтом, но всё ещё не наступили сумерки, мы съехали с дороги и остановились на небольшой полянке.

— Я схожу за водой и хворостом, а ты пока накорми Вьюгу, — дал указание Васил и, схватив пустое ведро, ушёл вглубь леса. Я раскрыла мешок, насыпала зерна и погладила лошадь по длинной гриве, думая о том, что пропала бы, если бы шла одна. Итана не беру в расчёт, вряд ли малыш может показать мне ручей или помочь развести огонь с помощью огнива. Я же даже с помощью спичек и газеты – не факт, что справлюсь. В те немногие разы, когда меня приглашали на природу друзья, я обычно занималась готовкой, а сбором веток и разведением костра занимались мужчины. Впрочем, ничего не изменилось. Только мир…

Интересно, у меня есть магия? И если есть, то какая? Хотя… Если бы была магия, не было бы тату. Значит, я не та особенная из сказок и легенд. Что же… Не была крутой, не стоит и начинать. И так справлюсь.

Вьюга доела и теперь мотала мордой.

— Сейчас, потерпи, будет тебе вода.

Погладив бархатный нос, я убрала ведро на место и открыла сумку с едой. Итан ещё спит, так что успею всё подготовить. Надеюсь, Васил успеет развести костёр до того, как полностью стемнеет.

Васил вернулся, когда я заканчивала нарезать овощи, которые мы купили на рынке. Я не стала заморачиваться и готовить что-то особое. Тушеное мясо с помидорами, картошкой и перцем – самое то. Да и готовить несложно, стоит только залить всё это водой и поставить на огонь. Просто почаще мешать и подольше варить.

Поляну осветил огонь. Я подвесила котелок над разгорающимся костром и присела прямо на сырую землю. Васил, напоив лошадь, расположился рядом.

— А в том городе, куда мы едем, сложно с работой? — спросила, наблюдая за языками пламени.

— В Лирхе-то? Побольше, чем в Малинках. Работы всем хватает, только как ты работать-то будешь, с мальцом?

Я пожала плечами. Откуда я знаю – как? Как-нибудь, будто выбор есть. Уж не буду сидеть на попе ровно, умирая от голода.

— А жильё купить за сколько можно? — задала следующий вопрос.

— Смотря где ты хочешь. Можно поближе к центру, в респектабельном районе купить, но придётся заплатить от пятнадцати и выше, смотря какая квартира. Подальше от центра можно за те же деньги купить дом или за восемь-десять монет квартиру.

Я мысленно прикинула, что денег мне должно хватить надолго, даже с учётом покупки квартиры. Или домика? Там можно будет выращивать свои овощи, хотя если они не слишком дорогие, то, может, проще сэкономить? Сколько вопросов… Вот бы ещё знать на них ответы, но для этого надо хотя бы добраться до города. А ещё я переживала, что меня попросту не пустят переночевать даже в самую захудалую гостиницу. Как мне тогда найти и приобрести жильё? А если соседи будут против такой жительницы? Тогда что делать? Уезжать и искать другое место? Но я вижу расстояния между населёнными пунктами, с малышом я просто не доберусь в одиночку. Да я даже с лошадью не справлюсь, а в попутчицы меня вряд ли кто-то возьмёт.

Тяжело быть изгоем. Тем более, когда не сделала ничего плохого, лишь пострадала от рук безнаказанной сволочи.

Спустя минут сорок я наколола на нож кусочек мяса и попробовала. Приготовилось, отлично! Сбегав за тарелками, я разложила наш ужин и поставила чистую воду на чай греться. Только вот поесть не успела, сын решил, что я могу немного потерпеть.

— Сиди, — тихо сказал Васил и сам подошёл к корзине с малышом. — Я пока подержу его, а ты ешь спокойно.

Я благодарно кивнула и принялась за ужин, стараясь не обжечься. Краем глаза я наблюдала, как Васил бережно качает притихшего Итана. Зря он так с дочерью, видно же, как он любит детей. Вон, что-то тихо бормочет, улыбается. Сколько же он времени потерял, пока обижался. А сколько ещё потеряет, если не послушает меня и не помирится с дочкой.

Ополоснув пустую миску и ложку, я убрала их в сумку и взяла Итана на руки. Пока Васил будет ужинать, я смогу покормить малыша. Жаль, что искупать сына не могу, да и полежать без одежды ему тоже никак. Ничего, надеюсь, с жильём проблем не будет, и у меня получится устроиться нормально. А потом займусь поиском работы. К сожалению, я даже представить не могла, куда можно устроиться с малышом. Может, просто купить домик на краю города задёшево и посидеть дома, пока Итан не подрастёт? Амалия зарабатывала две-три серебрушки в месяц, но практически не тратилась на еду.

Я чуть не подпрыгнула, вспомнив, что она копила. Амалия откладывала серебрушку в месяц, хотела купить дом и заняться фермерством. Потом… когда накопит достаточную сумму. Только потом случился молодой граф, а следом роды со смертельным исходом. А ведь все её вещи сложили в сумку, в том числе и кошель с монетами. Только вот сколько там, я не помнила.

Одной рукой придерживая Итана, второй я полезла в сумку. И правда, на дне лежал кошель, только вот помимо монет было что-то ещё. Развязать тесёмку одной рукой оказалось невозможно, пришлось помочь себе зубами. Внутри мешочка лежало кольцо. Интересная находка, не помню, чтобы у Амалии оно было. Спёрла, а я не помню? Кольцо тяжелое, золотое, с большим красным камнем. Явно не могло оно принадлежать простой служанке. Подарок? Тоже сомневаюсь. Такие кольца дарят любимым, а любимого у Амалии не было. Я не стала примерять кольцо.Закинула его обратно в кошель, а его уже запихнула на дно сумки. Если что, сдам его куда-нибудь в ломбард. Или продам на рынке хотя бы.

Покормив Итана, я немного поиграла с ним, щекоча животик и пухленькие щёчки. Чаю мне не хотелось, да и выходить к костру тоже. Убаюкав малыша, уставшего от моего внимания, я накрылась детским одеяльцем и уснула, прижимая к себе корзинку с сыном.

В Лирх мы въехали на закате. Уставшая и голодная, я не смогла в полной мере насладиться величием крепостной стены. В отличие от Малинок, Лирх был огорожен каменной стеной, к которой подъехать можно только по мосту через глубокий ров. Железные кованые ворота были призывно распахнуты, но проехать мимо стражников устрашающего вида никто не мог. Здесь, как и в Малинках, тоже требовали плату за въезд, но цена чуть выше: по две серебрушки с человека. Но, справедливости ради, за Итана плату не взяли. Лишь скользнули по нам безразличным взглядом и коротко скомандовали: — Проезжайте.

Город всё же достаточно сильно отличался от Малинок. Первое, что бросилось в глаза – мощёная улица и тротуары, располагающиеся чуть выше уровня дороги. Сама же дорога была немного выпуклой, из-за чего отсутствовали лужи. Вода стекала к тротуарам и уходила за пределы городской стены. Лирх, несмотря на позднее время, был оживлён. Мимо нас проезжали крытые экипажи, открытые кареты и такие же телеги, как у Васила. Одиноких всадников было мало, но и они не гнали галопом, а двигались размеренной трусцой. Интересно, неужели в городе есть что-то типа правил дорожного движения?

— Амалия, — окликнул меня Васил. — Попробуем остановиться здесь. Попробуешь сама или с тобой сходить?

Я внутренне сжалась. Одной? Туда? Опять под насмешки?

— Васил, я готова поговорить с хозяином постоялого двора, но боюсь идти одна, — призналась тихо.

— Хорошо, тогда идём, — кивнул Васил, спрыгивая на брусчатку и подводя Вьюгу к коновязи.

Я спустилась на землю, взяла Итана и, дождавшись Васила, двинулась к дверям. У самого входа замерла, судорожно вздохнув. А что если… А вдруг… — Всё будет в порядке, — тихо сказал Васил, заметив мою нервозность.

Кивнув, я распахнула двери и с удивлением обнаружила, что ожидания не оправдались. Никакого грязного стола и пьяных криков. Столики были, да. Но за ними спокойно ужинали люди. За парочкой столов пили пиво мужчины, посмеиваясь и что-то рьяно обсуждая. Даже сцена была в углу помещения, на которой стояла молодая женщина и очень красиво пела.

Я подошла к стойке и обратилась к мужчине, который наливал пиво в большую кружку.

— Скажите, у вас можно снять две комнаты? — осторожно спросила, силой воли заставляя себя не сжиматься от страха.

— Две комнаты на третьем этаже, две серебрушки каждая. Ещё за две серебрушки ванная в каждую комнату и ужин. За серебрушку будет ещё и завтрак, — монотонно проговорил мужчина, мельком взглянув на нас.

— Хорошо, нам подходит, — обрадовалась я отсутствию отказа и выложила семь монеток.

— Мужчин не водить, не шуметь, за преступления ответите по закону, — он достал из-под стойки два ключа с большим квадратным брелоком, на котором были выбиты номера комнат, и бросил их на стойку передо мной.

— Я не… — попыталась оправдаться, но меня перебили.

— Мадам, мне всё равно, — устало проговорил мужчина. — Завтрак внизу, ужин по желанию, ванна будет готова через час.

— Ужин в комнаты. Спасибо, — едва ли не шепнула, потому что голос совершенно не слушался. Забрав ключи, мы поднялись на третий этаж и практически одновременно открыли свои комнаты. Неплохо… Комнатки маленькие, квадратов на восемь, но имелось всё, что необходимо. Небольшая кровать возле стены, маленький стол рядом и сундук для вещей. Один угол был отгорожен ширмой. За ним спрятался местный унитаз, больше похожий на ведро с сиденьем.

— Располагайся пока и покорми Итана, зайду после ужина, — предупредил Васил и шагнул в свою комнату. Я прошла внутрь, стянула накидку и бросила на кровать. Сев за стол, я взяла сына на руки и поцеловала в прохладный лобик. Малыш смотрел на меня так серьёзно, изучающе, что мне казалось – он понимает, что я не совсем мама. Знаю, это глупости, но всё же казалось именно так. Накормив малыша, я повесила накидку на спинку стула, достала из сумки чистую пеленку и расстелила на кровати. Давно хотела дать малышу принять воздушные ванны, не дело это, что малыш вечно замотанный. Как раз ещё и искупаю, чтобы был чистенький, а там уже и спать. Спустя минут десять принесли ужин. Большой кусок жареного мяса, тушеные овощи и ломоть белого свежего хлеба. В кувшине принесли молоко. Поблагодарив юную девчушку, с любопытством поглядывающую на меня, я принялась за ужин, стараясь не глотать жадно. Из-за вчерашнего разговора по душам мы с Василом сильно отстали от графика, из-за этого не остановились на обед по дороге сюда. Голод не чувствовался, но стоило уловить запахи свежеприготовленной еды, как потекли слюнки.

Я только успела доесть, когда в двери постучали, следом вошёл Васил, прикрывая за собой дверь. Мужчина был хмур, словно его что-то очень сильно беспокоило.

— Что-то случилось? — тихо спросила я, заглядывая мужчине в глаза.

— Вообще, я приехал в Лирх продать кое-какие товары, но после разговора с тобой… В общем, я хочу, чтобы ты мне помогла.

— Я готова, — кивнула я. — Что нужно сделать?

— Я долго думал и понял, что ты права. Ну, — мужчина скривился, словно ему неприятно было об этом говорить, — ты говорила про семью и ценности. Я хочу, чтобы ты сходила со мной к Миларе. Один я боюсь.

Я ошарашенно замерла, не веря своим ушам. Нет, я надеялась, что Васил всё же решится. Но никак не могла подумать, что это произойдёт так скоро.

— Она живёт здесь? В Лирхе? — уточнила я.

— Да, в паре кварталов отсюда. Там у мага того дом, — буркнул Васил, пряча глаза.

— Хорошо, сходим вместе, — с готовностью согласилась. — Когда пойдём? Завтра?

— Завтра надо продать товар, закупиться, да и… — принялся искать причины для отказа Васил.

— Стоп, — тихо, но строго остановила я. — Давайте сходим завтра, а затем займётесь своими жутко важными делами. Или утром продадим товар, а к обеду съездим.

— Но столько дел…

— Не лишайте себя времени, проведённого рядом с семьёй, — перебила мужчину.

— Хорошо, — сдался он. — Завтра так завтра. Я пойду спать тогда, утром разбужу.

Пожелав нам спокойной ночи, Васил вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь. Я же, дождавшись ванну, искупала Итана, уложила спать и сама погрузилась в тёплую воду. Такого наслаждения не испытывала с момента попадания в этот странный мир. Вдоволь належавшись в воде, вымыла волосы и растёрла тело тряпкой до скрипа. Замотавшись в полотенце, вылезла из ванны и вывалила содержимое сумки на стол. Мне бы что-то, в чём можно спать ночью, да и сменную одежду найти не помешает, а то та, что была на мне, уже в ужасном состоянии. Я отыскала ночную рубашку до пяток и быстро натянула на себя. Переворошив вещи, отыскала неплохое глухое платье с пуговицами на груди. Очень удобно, учитывая, что я кормящая мама. Отложив его в сторону, принялась дальше перебирать вещи: двое панталон, заменяющих здесь трусы, ещё одна ночнушка, униформа горничной, состоящая из грязно-коричневого платья, белоснежного передника и такого же белоснежного чепчика. Ещё одно платье, но если то, что я отложила, было летним, лёгким, то это, наоборот, тёплое, шерстяное. Помимо этого лежали мешочки с монетами, гребень с частыми зубьями, пара лент, чтобы завязывать волосы, и брусок вонючего мыла, напоминающего хозяйственное. Это самое мыло я отложила в сторонку, решив постирать панталоны. Или… Я задумалась, не остаться ли мне здесь на время, пока не подыщу жильё? Думаю, за неделю я определюсь, хочу ли жить в этом городе. А там уже буду выбирать. А раз я останусь, то могу постирать платье, оно как раз за сутки высохнет. Простирнув наряд, повесила его на натянутую верёвку. Оглядев дело своих рук, протёрла туфли и разрешила себе наконец отдохнуть. Укутавшись в одеяло, я обняла сына и уснула под мерное сопение малыша.

Утром меня разбудил Васил, но сказал, что сходит по делам сам, а мне велел отдыхать. Я кивнула, закрыла за Василом дверь и легла спать дальше, прерываясь лишь на кормление Итана. Божечки! Славься тот умник, что придумал самоочищающуюся пелёнку! Представить себе не могу, как бы я меняла бельё. А ведь и сушить негде, да и пелёнок нет…

Васил вернулся примерно в обед. Разбудил меня, удивившись, что я ещё сплю, и потащил вниз – обедать.

— Я заплатил ещё за пару ночей, — сказал Васил, ожидая еду. — У меня здесь дела, а ты осмотришься. Может… Может, вообще вернёшься со мной в деревню?

— Нет, не поеду, — мотнула я головой. — Не уживусь я там. Не факт, что найду пристанище здесь, но в крохотную деревню, полную ненависти, я ехать не хочу.

— Ну, как знаешь, — не стал уговаривать мужчина. — Но чтобы писала мне!

Быстро расправившись с обедом, мы вышли на улицу.

— Сейчас словим экипаж, — сказал Васил, подходя к дороге.

— А почему не на Вьюге? — удивилась я.

— Не хочется мне к дочери на телеге ехать, — фыркнул мужчина. — А вот и извозчик.

Васил махнул рукой так знакомо. Мне показалось, что вот сейчас подъедет желтенький автомобиль с шашечками на крыше. Но подъехала открытая карета с молодым парнем-кучером.

— Полсеребрушки – и отвезу куда угодно! — залихватски начал он, но затем добавил, подмигнув: — Но в пределах Лирха.

— Нам надо на Весеннюю улицу, дом с красной крышей и серым забором, — не поддержал весёлый тон Васил.

— Залазьте, — фыркнул парнишка и проказливо улыбнулся.

Мы ехали молча. Васил нервно теребил подол своей рубашки и жевал губы. Переживал… Сколько же он не видел дочь? Подъехав к нужному дому, Васил передал монеты кучеру и спрыгнул на землю. Подав мне руку, помог спуститься и повернулся к дому.

— Идём? — тихо спросила я.

— Да, идём, — но с места так и не сдвинулся. Просто смотрел на дверь и молчал. Наверное, мы бы ушли, так и не решившись сделать последний шаг, если бы не это. Белоснежная дверь распахнулась, и послышались голоса:

— Альп, смотри за сестрой и слушайся миссис Вайолет. Я скоро вернусь.

На крыльцо вышла молодая девушка лет двадцати пяти на вид. В цветастом сарафане и беленькой шляпке. Этакая американская леди шестидесятых. Помахав рукой кому-то за дверью, она развернулась и увидела нас. Взгляд изменился, стал удивлённым и даже несколько шокированным. Девушка приложила руку в перчатке к губам и тихо спросила: — Отец?

Девушка побледнела, прикрыла за собой дверь и спустилась с крыльца. Но близко не подошла.

— Что ты здесь делаешь? — спросила она с дрожью в голосе.

Васил молчал. Смотрел на дочь, сжимал кулаки и молчал. Нет, так дело не пойдёт, пора брать всё в свои руки.

— Здравствуйте, — я выступила из-за спины Васила и приветливо улыбнулась. — Он приехал навестить вас.

— А вы кто? — переведя взгляд на меня, спросила девушка. — Новая жена папы?

— Что ты такое говоришь! — возмутился Васил.

— Нет, вы неправильно поняли, — перебила я мужчину, не давая наговорить глупостей. — Ваш отец помог мне. Мы вместе добирались от вашей деревни. Он же и предложил сходить к вам вместе. Если вам неприятно моё общество, я могу уйти.

Отступив назад, я отвела взгляд. Видела же, как Милара задержалась взглядом на моей метке падшей.

— Куда ты собралась? — буркнул Васил.

— Нет, что вы, всё в порядке, — торопливо заверила девушка. — Я собиралась прогуляться на рынок, но вполне могу отложить свои дела. Вы зайдёте?

Я подтолкнула молчавшего Васила в спину, потому что он словно прирос к земле. А я не могла позволить ему уйти. Не могла… По глазам Милары было видно, как она надеется! Надеется, что папа не откажется зайти в гости, хотя бы просто поговорить.

Васил молча прошёл вперёд, зашёл в распахнутую Миларой дверь, сделал пару шагов вперёд и застыл.

— Ой, а вы кто? — раздался удивлённый детский голос.

Милара поманила меня в дом и закрыла дверь. Я отыскала источник голоса и улыбнулась. Мальчику было лет пять. Светловолосый, со светлыми голубыми глазами. Он с таким живым интересом разглядывал гостя, что было понятно: его не обижают – слишком смело себя ведёт с незнакомцами.

Рядом топталась такая же светловолосая малышка. Совсем кроха, ещё неуверенно стоящая на ногах. Она держалась за руку брата и грызла пряник передними зубками.

— Альп, это ваш дедушка, — представила Васила Милара, беря крошку на руки. — Папа, это Альп и Лили, твои внуки.

Неуверенность матери передалась девочке, она нахмурила бровки и скривила губки, собираясь расплакаться.

— А это Итан, — влезла я, показывая Лили малыша, спящего в корзине. — А меня зовут Амалия.

— Ама? — удивлённо переспросила Лили и протянула мне пряник. — Ня!

Васил не выдержал. Нахмурившись, он шагнул к дочери и крепко обнял, стараясь не навредить малышке. Я отвернулась, смахивая непрошенные слёзы. Неужели они помирятся и наконец будут большой и счастливой семьёй?

Тихий всхлип дал понять, что Милара тоже не смогла сдержать чувств.

В холл вышла женщина лет сорока в белом переднике.

— Здравствуйте, — поздоровалась она и внимательно посмотрела сначала на обнимающуюся пару, а затем на меня. И вот тут её глаза расширились, а на лице проскользнула гримаса презрения.

Что же, этого следовало ожидать. Я удивлена, что Милара не кинулась отгонять меня от своего дома, но этому хотя бы есть объяснение – всё же её воспитывал Васил, которому нет дела до метки.

Васил отстранился от плачущей дочери, вытер лицо рукавом и присел перед Альпом.

— Ну, здравствуй, — улыбнувшись, поздоровался мужчина.

— Здрасте, а вы и правда мой дедушка? Вы папа моей мамы? — любознательность мальчишки била через край.

— Правда, — усмехнулся Васил.

— А вы добрый? — прищурившись, спросил Альп.

— Надеюсь, что да, — кивнул новоиспечённый дед.

— Кру-у-уто, теперь у меня есть два добрых дедушки, — восхитился мальчишка.

Это восклицание разрядило обстановку. Мы не смогли сдержать смех, даже малышка Лили хихикнула. А вот я, несмотря на комичность ситуации, заострила внимание на необычном словечке, которого никак не могло здесь быть.

Круто… Здесь так не говорят. Это слово из моего мира, молодёжный сленг. Но тогда как?

— Альп, а где ты услышал это слово? — аккуратно поинтересовалась я. — Круто.

— Так говорит мамина подруга – Анья, — честно признался Альп. — Она ещё много других слов говорит, но я все не помню. А иногда она тихо говорит странные слова, но просит не повторять. Говорит, что они плохие. Наверное, это какие-то заклинания!

Под конец мальчик шептал, сделав большие глаза. Словно он рассказывал важную тайну.

— Вам знакомо это слово? — заинтересовалась Милара. — Впрочем, негоже приставать к гостям с расспросами, даже не угостив чаем. Проходите в гостиную, сейчас я прикажу подать чай.

— Прикажу! — тихо фыркнул мужчина, когда мы остались в гостиной одни. — У моей девочки слуги есть!

— Да и несчастной она не выглядит, — заметила я. — И дети славные.

— Да, — кивнул Васил и разом сник. Помолчав, заговорил вновь: — Права ты была, Амалька, надо было не ерепениться, а сразу к дочери ехать. Дурак старый, не принял её решения, столько упустил. Вон – и дед хороший есть, а я так, незнакомый дядька.

Ответить я не успела. В гостиную вошла Милара с детьми, а следом та женщина, что вышла в холл. На этот раз она несла поднос с чашками.

— Папа, расскажи, как там, дома? — попросила девушка, присаживаясь рядом.

— Хорошо всё дома, — улыбнулся Васил. — Ты лучше расскажи, как у тебя дела.

Девушка не ответила, потому что послышался хлопок двери и весёлое:

— Я дома!

Я напряглась, помня, как Васил не любит магов. “Пересиль себя ради дочери, пожалуйста”, — молила я про себя, неотрывно глядя на мужчину.

Послышался звук шагов, а затем в гостиную вошёл высокий светловолосый парень лет двадцати пяти от роду. Интересно, они примерно одного возраста с женой?

— Грэм, познакомься. Это мой отец, — подскочив с дивана, воскликнула Милара, встревоженно переводя взгляд с отца на мужа.

Мужчина внимательно посмотрел на жену, ища признаки обиды или горечи. Не найдя оных, он шагнул к Василу и протянул руку.

— Рад познакомиться.

— Не стоит, — Васил поднялся навстречу, но руки не подал. Я затаила дыхание – неужели не примет? Но Васил договорил: — Я знаю, как маги берегут руки.

Мы с Миларой переглянулись и синхронно выдохнули. Пронесло…

— А это Амалия, — представила меня девушка, — знакомая папы.

— Здравствуй, Амалия, — меня также наградили внимательным взглядом. Странно, хоть и выглядел мужчина молодо, казалось, что ему намного больше лет.

— Папа вернулся! — закричал Альп, забегая в гостиную. Грэм развернулся и подхватил смеющегося мальчишку на руки, подкидывая в воздухе.

Отвлёк меня Итан. Малыш заворочался в корзине и требовательно захныкал. Я растерянно посмотрела на Милару. Не могу же я прямо здесь оголить грудь.

— Идём, я провожу тебя, — шепнула Милара. — И, если не против, составлю тебе компанию. Лили тоже уже голодна. Да и хочется, чтобы папа и Грэм поговорили.

Милара привела меня в гостевую спальню на втором этаже, по пути подхватив дочь на руки. Я заняла кресло, прикрывшись пелёночкой, а Милара села на кровать, уговаривая дочь покушать.

Стоило нам наконец начать кормление, как Милара спросила:

— А как вы познакомились с папой?

— Он нашёл меня под стогом сена и предложил крышу над головой за приготовленный ужин, — призналась я с улыбкой, вспоминая тот день.

— А что ты делала там? — девушка смешно округлила глаза и, казалось, затаила дыхание в ожидании моего ответа.

— Я ходила в поисках места, где переночевать, но никто не соглашался брать падшую в дом, а одна даже толкнула сильно, — не сдержавшись, пожаловалась.

— Да, в Листянках не любят меченых, — поджав губы, Милара нахмурилась. Затем немного помолчала, словно гадала, задавать ли вопрос, но всё же решилась. — А как ты получила её? Наверное, какая-то романтичная история с подлецом?

— Романтичная? — я горько усмехнулась. — Нет, романтики там не было, зато подлец – как раз-таки да. Я служила в богатом доме горничной и попала на глаза лорду. Вот… Лорд взял, что хотел. Меня спрятали в охотничьем домике, а после рождения Итана приказали уехать.

— Но как? — Милара возмущённо дёрнулась, но вовремя вспомнила, что на руках дочь. Успокаивающе погладив дочь, она сбавила тон, но возмущения в голосе было полно. — Ты должна сообщить об этом страже!

— Мне заплатили за молчание, — я не стала говорить, что понятия не имела о незаконности поступка графа. — Я решила, что это нужнее, чем судебные тяжбы.

— Ты не права, — нахмурилась девушка. — Знать наказывают за такие проступки сильнее, чем простой народ. Считается, что лорду нарушение закона спускаться с рук не должно. Они должны подавать пример. Однажды уже был такой случай. Герцог совратил юную девушку и после бросил. Девушка обратилась к стражам, а те уже к магам. Маги провели расследование и сказали, что герцог виновен. Его лишили земель и отправили в ссылку куда-то на границу, а девушке досталась часть имущества герцога. После рождения ребёнка титул перешёл ему вместе с землями. Амалия, надо рассказать Грэму, он поможет.

— Я не могу, — опустив взгляд, призналась. — Есть ещё кое-что, о чём я не могу рассказать, извини.

Рассказать… Было бы идеально, ведь тогда графский сынок получит по заслугам. Но что получу я? Насилия надо мной не было, а настоящая Амалия не пережила рождение сына. Зато у графа могут быть друзья, которые захотят отомстить за друга. Есть родители, которые не простят такого. Нет, нельзя говорить.

— Милара, а расскажи мне о своей подруге, Анье, — попросила я. — О которой упоминал Альп.

— Анья… — девушка улыбнулась, вспоминая подругу. — Я познакомилась с ней не так давно. Она немного необычная, со странными словечками и поступками, но хорошая. Не знаю, могу ли я говорить, откуда она.

— А ты можешь нас познакомить? — я затаила дыхание. А вдруг? Вдруг мне повезёт встретить соотечественницу?

— Я бы с радостью, но Анья уехала из Лирха пару месяцев назад к себе в поместье. Собиралась начать, м-м-м, путешествовать, — было видно, что Милара недоговаривает что-то, но чтобы подтолкнуть её к рассказу, я должна рассказать свою историю. Нет, не готова пока, слишком опасно.

— Жаль, — вздохнула я и сменила тему. — А твой муж, Грэм, не будет против моего присутствия здесь? Всё же многие относятся к падшим с откровенной ненавистью.

— На этот счёт можешь не переживать, — девушка улыбнулась. — Маги иначе относятся к меченым, будь то падшие или проклятые. Они слишком долго живут, чтобы обращать внимания на такие мелочи. Только представь, что маг будет ждать свадьбы как минимум сто лет.

— Сто лет? — сдавленно пискнула. — Это сколько же живут маги?

— Ты совсем о них не знаешь? — рассмеялась Милара. — Ах, ну да, в деревнях маги редкость. Ну, слушай тогда. Обычно магия просыпается в раннем детстве и развивается до ста лет. Детей начинают учить сразу же, как только выявили дар, и учат до самого окончания роста магии. Сначала гувернантки, затем наставники, после – академия магии. И только после ста лет маг может самостоятельно и безнадзорно применять магию. Никакой задержки в развитии у мага нет, он взрослеет, как обычный человек, примерно до двадцати лет, потом останавливается и начинает медленно стареть уже после ста лет. Вот и получается, что в восемьдесят лет маг вроде вполне взрослый, но до брака не дорос.

— Как интересно, — покачала я головой. — А сколько Грэму? Он же уже не студент?

Милара уговорила нас остаться на ужин. Точнее, меня, Васил был занят. Он держал на руках Альпа и о чём-то беседовал с Грэмом.

— Милара, скажи, а в какую стоимость здесь дома или квартиры? — спросила, пока ждали ужин.

— Ты хочешь здесь остаться? — заинтересовалась девушка. — Если честно, я не интересовалась намеренно, но вот леди Мариэлла продаёт свой дом всего за двадцать золотых. Он в пяти домах отсюда, ближе к ярмарке.

— Правда, а почему она продаёт его? — заинтересовалась я.

— Возраст, — Милара пожала плечами. — Леди была швеёй, но зрение начало подводить. Поэтому продаёт всё, что есть, и уезжает к дочке. Дочь живёт где-то под Даларосом, в небольшом поместье, что на берегу Линявки.

— Швеёй, говоришь, — заинтересовалась я.

— Да, там даже оборудование есть. Швейный стол, манекен, всякие ткани, — принялась перечислять девушка.

А я вот задумалась… Может, это знак? Может, купить домик и начать шить одежду? Нет, я понимаю, что мои изделия вряд ли кому-то подойдут, но даже для себя или вон – для малышей Милары. А может, кто и купит что-то, будет небольшой доход.

— Милара, а ты можешь мне показать, где именно живёт эта женщина? — попросила я.

— Давай завтра сходим? — предложила она. — Как раз мне хочется попрощаться с леди Мариэллой. Она очень хорошая и наряды её тоже. Так что, завтра прямо с утра и пойдём, как проснёмся, верно?

— Проснёмся? — я слегка обалдела. — В каком смысле?

— Но… — девушка растерялась. — Я так надеялась, что вы останетесь у нас. Хотя бы сегодня, а вообще – чем дольше, тем лучше. Правда, Грэм?

— Угу, — кивнул мужчина и дальше продолжил беседовать с Василом. Сомневаюсь, что он вообще что-то услышал или понял из сказанного.

— Милара, я действительно благодарна тебе за приглашение, но пойми, пожалуйста, и не обижайся, — медленно подбирая слова, я старалась отказать максимально корректно. — На постоялом дворе все мои вещи, сушится одежда, да и заплатили уже. И мне неловко вот так оставаться. Твой отец, скорее всего, останется. Но я не могу. Лучше приду завтра.

— Жаль, — погрустнела девушка. — Но ты приходи обязательно!

После сытного ужина я засобиралась в гостиницу. Васил хотел было ехать со мной, но я отказалась. Видно же, что хочет остаться с дочерью, а мне сопровождающие не нужны, тем более до постоялого двора меня довезёт карета.

Уже на постоялом дворе, искупавшись и покормив Итана, я вывернула оба мешочка на стол. Итак, что мы имеем… Стоит дом двадцать золотых, ещё пару оставляем на всякие вещи типа оформления. Не знаю, нужно оно или нет, но пригодится. Амалия успела накопить всего два золотых и четыре серебрушки, что немало для горничной, но катастрофически мало для покупки дома. Но у меня есть ещё монеты графской семьи, значит, даже с учетом покупки того дома, плюс налог или иные расходы… Остаётся тридцать золотых и четыре серебрушки! Хм, серебрушек хватит как раз на то, чтобы оплатить ночёвку, если не получится завтра-послезавтра перебраться в своё жильё. Питание здесь недорогое, даже на постоялом дворе, а значит, если готовить самой, то вообще копейки. Мне много не надо… Хм-м… А ведь возле домика должна быть земля, а значит, я таки смогу посадить пару грядок овощей. Но нужно учесть, есть ли в этом смысл. И работа! Мне срочно нужно начинать работать, потому что запас в несколько золотых – это хорошо, но он не бесконечен, и лучше уж позаботиться о себе заранее. Но да ладно, для начала жильё. Я легла на кровать и укрылась одеялом, обняв Итана, постаралась уснуть, но из-за сегодняшних приключений выходило из ряда вон плохо. Мне не давала покоя некая Анья, которая, по рассказам Милары, была очень похожа на землянку. А вдруг??? Вдруг я не одна такая! Жаль, что она уехала, я бы хотела поговорить. А что если попросить Милару написать письмо своей подруге? Хотя… Что она ей напишет? Что с ней хочет связаться падшая из глубокой деревни? Глупость несусветная! Но и рассказать… А что если и правда рассказать? Вдруг ничего страшного не произойдёт? Вряд ли попаданок отправляют на опыты или ещё куда-нибудь. Но страшно. Боги, как же страшно навредить себе! Ладно, если наша зарождающаяся дружба с Миларой продлится дольше, то я открою тайну.

Первое, о чём я подумала с утра: как же мне повезло с сыном! Малыш прекрасно спал, просыпаясь за ночь всего пару раз. И тут же засыпал обратно. Вспоминая своих подруг, которые после рождения напоминали скорее зомби, а не человека, я благодарила Итана за столь спокойный нрав. А ещё благодарила местную экологию, присутствие молока в груди и беспроблемный послеродовой период. Не знаю, как тут лечат маги, но и повитуха справилась на отлично. Или же Амалия сама оказалась достаточно вынослива, раз пережила ночь с Адамсоном-младшим. Я старалась не вспоминать ту ужасную ночь, относилась как к просмотренному ужастику, который хочется скорее забыть. Но если вспомнить досконально… Генри действительно не в себе. Не просто избалованный сынок богатых родителей, а психически больной человек. В прошлый его приезд пострадали две девушки чуть старше Амалии. И нет, им не повезло родить и стать меченой. Тела их пропали, как ненужные улики. Что же было потом? После смерти девушек и долгого отсутствия графа? В поместье сменили горничных. Теперь это были не юные красавицы, а взрослые женщины, в большинстве случаев имеющие свои семьи в деревне неподалёку, а то и вовсе служившие вместе с супругом. Только с Амалией что-то пошло не так. Сначала была слишком юна – Генри такие не нравились, а затем, когда уже выросла… Я не знаю, почему Амалию не уволили, почему не защитили, ведь знали, что стоит графу появиться, как единственная девушка в поместье попадёт в его лапы. Но случилось то, что случилось. Ужасная ночь, избиение, а затем он просто отпустил девушку. Я задумалась над таким странным поведением. Почему не убил? Может, его лечили? Договорились с целителями, с магами и лечили непутёвого сыночка, которого, по-хорошему, надо вообще изолировать от людей. Может, в этот раз лечение немного помогло?

Жизнь научила меня испытывать жалость к тем, кто болен. Научила относиться с пониманием и сочувствием даже к тем, кто совершает ужасные поступки. Шизофренику не объяснишь, что он не прав. Человек болен, ему нужна помощь. Но вот родственников я понять не в состоянии. Жаль родного человека? Безусловно, жаль! Но окружающие не виноваты, они не должны пострадать от неразумных действий человека, который даже не осознаёт, что не в себе.

Но да ладно, это всё лирика. Что до Генри и его разоблачения – заманчиво настолько, что хочется пойти к Грэму и рассказать ему всё, попросить о помощи. Но я – душа, случайно попавшая в это тело. Или не случайно, но в любом случае пока потерплю. Но для себя выясню, имеет ли данное преступление срок давности.

Полежав ещё немного в кровати, я всё же встала и принялась собираться. До встречи с Миларой мне бы хотелось прогуляться по городу. Немного боязно, учитывая татуировку, которую я даже не вижу, но надо учиться выживать самой.

Посмотрев на корзину Итана, я поморщилась. Неудобно будет с ней ходить, но и на руках сложно. Вес сына хоть и маленький, не больше трёх с половиной килограмм, таскать весь день будет очень неудобно. А вот если придумать слинг… Только вот ни большого и широкого шарфа, ни любой другой похожей вещи просто не было. Сделав себе заметку, что нужно купить отрез ткани и смастерить слинг, я всё же положила малыша в корзину и вышла из комнаты. На первом этаже меня вкусно накормили завтраком, состоящим из глазуньи с колбаской. А вместо чая подали вкусный морс. Ела я неспешно, разглядывая людей за соседними столами. Удивительно, но на меня особого внимания никто не обращал, лишь пара женщин кинули презрительные взгляды, и один мужик похотливо ухмыльнулся. Он хотел ко мне подойти, но был остановлен взглядом владельца постоялого двора.

Или это заслуга кулака, которым владелец помахал… Не знаю. Было жуть как интересно спросить, почему же он пустил меня и не даёт обижать. Но страх пересиливал любопытство, поэтому спрошу попозже, когда перееду в своё жильё. Мало ли что! А вдруг он не видит меток и после моего вопроса не пустит больше на порог?

Я уже доедала, как хлопнула дверь, и в помещение вошёл Васил. Увидев меня, он широко улыбнулся и направился ко мне.

— Встала уже! Это хорошо. Доедай и поехали, — радостно принялся командовать мужчина.

— А вы что здесь делаете? — удивилась я, дожевывая колбаску. — По делам или вещи забрать?

— За тобой приехал. Миларка отправила, — отчитался мужчина.

— Так я не планировала так рано ехать, — растерянно пробормотала. — Думала, ближе к обеду.

— Милка сказала, чтобы вёз тебя скорее, потому что та леди хочет с тобой встретиться. Ты вчера уехала, а Милка моя, никак ей на месте не сидится, сбегала к той бабке и поговорила насчёт тебя. Дескать, ищет девушка дом. Вот и согласилась она с тобой встретиться.

— Ого, — только и смогла выговорить. — Тогда едем.

Я парой глотков допила морс и подхватила сумку. Ну что же, прогулка отменяется, но может, дом получится купить.

— А что Милара про меня рассказала? — поинтересовалась, пока шли к экипажу.

— Да рассказала, что ты пострадала от рук сволочи и теперь с малышом жильё ищешь.

Я едва сдержалась, чтобы не закатить глаза. Ну, Милара! Я не думала, что она всё расскажет, да ещё и посторонней женщине.

Мы проехали дом Милары, а вскоре остановились около маленького домишки. Да, именно так и можно охарактеризовать продаваемое жильё – домишка. Маленький, аккуратный, в два этажа. Навскидку один этаж занимал всего квадратов тридцать, а второй этаж мансардный. Зато перед домом был настоящий цветник. Между кустами роз, камелии и сирени пролегали узкие дорожки из брусчатки, а крыльцо дома и козырёк над входом украшали розы фиолетового цвета. Кажется, этот вид цветка называется плетистым, но утверждать не буду – слишком далека от ботаники.

— Милара уже у неё, так что идём, — поманил меня за собой Васил. — И ничего не бойся, я в обиду не дам.

Вот после таких слов обычно и становится очень страшно, но, сделав пару глубоких вдохов, я, переборов панику, последовала за мужчиной прямо к белоснежной двери.

В этот раз я разглядывала город с позиции жителя. В Лирхе не было магазинов “Всё включено”, лишь маленькие лавки, которые торговали определёнными товарами. Не очень удобно, но за счёт конкуренции качество должно быть хорошим. А конкуренция была действительно высока. Только на нашей – не самой длинной – улице было аж три пекарни и четыре мясных магазинчика. Но не только у продуктовых лавок была борьба за покупателя, мне тоже придётся потрудиться, ведь вывесок “Модная лавка” я нашла аж пять штук. Хм… А что я вообще помню про рекламу? Агрессивная реклама не подойдёт, да и не знаю я, как в этом мире можно провернуть что-то, подобное нашей, земной рекламе. А вот что, если нанять ребёнка раздавать листовки? Кстати… Надо будет узнать, есть ли здесь печать, а то вручную сложно будет нарисовать. Я рассматривала за окном маленькие частные домики и не понимала…

— А здесь же есть квартиры? — спросила у Милары. — Где они все?

— Так вот же, — девушка кивнула головой на дома. — Например, хозяин живёт на втором этаже, а первый продаёт или сдаёт в аренду. Частая практика.

Такой способ заработка показался мне удобным. Не то чтобы я готова сделать так же, но в случае чего… И опять я забыла про метку, которая скорее отпугнёт нормальных арендодателей и притянет любителей наживы. Что же, этот способ отменяется. Пока я думала, как бы начать шить и зарабатывать, экипаж остановился около обычного, на первый взгляд, дома. Ничем не примечательное двухэтажное строение, лишь люди, снующие вокруг, давали понять, что это не просто частный дом.

А ещё распахнутая входная дверь и мужчина, который выходил со списком и выкрикивал имена. Почти электронная запись, не иначе.

— Да, мы здесь долго простоим, — присвистнул Васил, оглядывая толпу.

— Со мной? — фыркнула Мариэлла, грациозно спускаясь с подножки экипажа. — Господин Радос мне кое-что должен.

Я проводила женщину восхищённым взглядом. Вот какой я хочу быть в её возрасте. Не брюзжащей старухой, которую ненавидят даже собственные дети, а энергичной, умной женщиной, которую знают и уважают. Только как добиться такого успеха? Заставить нельзя, только поступками.

— Мадам, господин Радос примет всех, дождитесь своей очереди, — занудно проговорил секретарь упомянутого господина.

— Передайте ему, что леди Мариэлле требуется помощь, — громко сказала хозяйка дома, улыбнувшись мужчине. — Поверьте, он захочет меня видеть.

— Сейчас уточню, — пробормотал покрасневший секретарь. Она ему глазки там строила, что ли? Однако… Женщина-загадка.

Не то чтобы я не верила старушке, но никак не ожидала, что господин Радос выйдет из кабинета с распахнутыми объятиями.

— Мариэлла! Дорогая вы моя! Как я рад вас видеть! — полноватый, круглолицый мужчина низенького роста заключил старушку в объятья. — Что у вас произошло? Говорят, нужна моя помощь?

— Мне нужно срочно продать дом вот этой милой даме, — Мариэлла указала на меня. — Я уезжаю из города и хочу это сделать завтра, а не через уйму времени, отстояв огромную очередь к твоему дому.

— Любое желание, госпожа, — мужчина шутливо склонился и поцеловал руку старушки. — Лишь скажите, и я тут же сделаю всё, что вам потребуется.

— Ах вы плут, — хихикнула Мариэлла. — Мне нужна лишь ваша подпись и заметка, что данная леди теперь будет жить в Лирхе. Так что?

— Проходите, — фыркнул мужчина, — будут вам документы! Но как же жаль, что вы уезжаете! Моя Мелинда без ума от ваших нарядов!

— А также София и Виолла, да? — ехидно поинтересовалась женщина.

— Они тоже в полнейшем восторге, — подтвердил господин Радос и тут же тихо добавил: — Вы же не скажете Мелинде?

— Я уезжаю, господин Радос, — напомнила Мариэлла, выкладывая на рабочий стол документы. — Уезжаю завтра, так что новый наряд для вашей жены пошить не смогу.

— Что же, попытаться стоило, — вздохнул мужчина и протянул руку. — Давайте документы и золото. Сейчас всё сделаем. Передав монеты, я посмотрела на Васила, который находился словно в трансе.

Да что уж там, я сама была удивлена поведением Мариэллы! Вот вам и тихая, спокойная старушка. Нет, я определённо ей завидую!

Процедура купли-продажи дома оказалась несложной и достаточно быстрой, но я так понимаю, это всё благодаря Мариэлле. Пока господин Радос делал записи в большом журнале, исписанном мелким почерком, женщина развлекала его рассказами. Когда я отсчитала пятнадцать монет, Радос нахмурился: — Да вы дом, считай, задарма продаёте, — мужчина подозрительно взглянул на нас. — Ещё с десяток монет добавить бы.

— Ох, господин Радос! Я же для вас стараюсь! — старушка всплеснула руками. — Амалия продолжит моё дело, а я буду отдыхать! Тем более она уже знает некоторые твои тайны, мы ведь так громко разговаривали!

Господин Радос покосился на меня и несколько побледнел. Не сказав больше ни слова, он ещё раз пересчитал монеты и поставил на бумагах квадратную печать. Дав нам бумаги на подпись, отдал золото бывшей владелице дома.

— Всё готово. Амалия, теперь вы полноправная хозяйка дома, поздравляю, — как-то неохотно проговорил Радос, отдавая мне документы.

— Как славно! — воскликнула Мариэлла. — Господин Радос, вы великолепны! Всё, не будем отвлекать от службы.

Выйдя из кабинета, мы остановились передохнуть. Особенно мне требовалась передышка, словно кросс на пару километров пробежала.

— Ну что, отмечать? — предложила неугомонная Мариэлла. — Я знаю прекрасное заведение недалеко отсюда. Амалия, тебе понравится. Кстати, до него можно прогуляться пешком. Заодно зайдём в одно интересное место.

Нам ничего не оставалось, как проследовать за старушкой. Тем более женщина явно не просто так решила прогуляться, вместо того чтобы собирать вещи. Вообще, складывалось ощущение, что Мариэлла ничего не делала просто так. Я посчитала, что отказываться от пары уроков ведения дел будет огромной глупостью.

Мы прошли всего метров триста, когда старушка вдруг остановилась и громко постучала в высокие ворота. Как только дверь распахнулась, женщина раскинула руки и широко улыбнулась: — Мадам Помфи! Как я рада, что застала вас дома! — восхитилась женщина, приобнимая девушку лет двадцати пяти в костюме, похожем на строительный. — Удели старушке несколько минут своего драгоценного времени.

— Мадам Дэф, я готова уделить вам весь день, — рассмеялась девушка, отвечая на объятия. — А кто ваши сопровождающие?

Девушка мельком взглянула на Васила и Милару, а вот на мне взгляд задержала. Я напряглась, ожидая неприязненного взгляда, но тут мадам Помфи широко мне улыбнулась и поманила рукой, приглашая войти на территорию.

— Это Милара и её отец, Васил. Милара моя соседка, точнее, уже бывшая. А вот эта милая леди – Амалия. Она купила мой дом. А малыш, что спит в корзине, Итан. Сын Амалии, — представила нас женщина и повернулась к нам. — Знакомьтесь, Клара Дэф – главный поставщик тканей и ниток.

— Вы всё же уезжаете, — погрустнела Клара. — Как жаль. Обязательно напишите мне, как добрались.

— Клара, я не только поэтому пришла, — понизив голос, серьёзно произнесла женщина. — Амалия с даром, так что совсем скоро ей понадобится большой запас тканей. Я привела её, чтобы вы познакомились и сотрудничали в дальнейшем. Твой нюх на ткани и её дар помогут вам.

— Хорошо, я поняла, — кивнула девушка и обратилась ко мне: — Амалия, верно? Зови меня Клара. Как только устроишься – дай знать. Познакомимся поближе и обсудим дальнейшую работу.

— Вот и хорошо, — удовлетворённо кивнула старушка. — А теперь нам пора к Гансу. Только у него подают самый лучший вишнёвый пирог. Амалия, ты поняла, почему я вас познакомила?

— Потому что она хорошо разбирается в тканях? — предположила я, но по взгляду женщины поняла, что не угадала.

— Проклятая? — Мариэлла окинула меня заинтересованнм взглядом. — Странная ты девушка, непростая. Клара тоже падшая, но очень талантливая. Она тебе поможет освоиться в Лирхе, подскажет, где тебя встретят нормально, а какие места лучше обходить. И, конечно же, ткани заказывай только у неё. В таком случае никто не сможет назвать твои работы некачественными. А сейчас мы идём к Гансу, ещё один человек, который не обращает внимания на метки. Его заведение славится тем, что к нему может прийти любой и получить помощь или дельный совет. Так что идём, а то времени мало осталось. Кстати, готовит Ганс действительно лучше всех в этом городе.

Корчма, в которую мы направились, находилась напротив оживленного рынка и действительно пользовалась популярностью. Люди сновали туда-сюда, дверь заведения практически не закрывалась.

Мы подошли ближе и остановились, чтобы получше разглядеть место, в котором собирались отобедать. Да и мне следовало запомнить местоположение.

Одноэтажный прямоугольный дом с множеством окон украшала деревянная вывеска “У Ганса”. Не особо оригинально, но, судя по количеству посетителей, реклама корчме была не нужна.

— Это центр города, верно? — поинтересовалась я, оглядываясь.

— Именно, — подтвердила старушка. — Если идти по вот этой дороге, то дальше будет площадь Правосудия, а левее Балаганная площадь.

— Правосудия, Балаганная, — пробормотала я. — Странные названия.

— Зато в точности описывают происходящее на них, — рассмеялась Милара. — На Балаганной каждое воскресенье циркачи выступают. Интересно, но следует быть внимательной. Слишком много воришек. А на площади Правосудия проходят казни. Там же можно узнать, разыскивают ли кого.

— Казни? — я побледнела. — Прямо вот на самом деле?

— А чего ты так удивляешься? — усмехнулась Мариэлла. — Будто на Земле не так.

— Не так, конечно, — возмутилась я, но потом вспомнила, что старушка родилась ещё в царские времена. — В моё время казней уже не было, сажали в тюрьму просто.

— А здесь казнят довольно часто, так что если ты не любишь такие представления, то советую туда не ходить, — улыбнувшись, поведала Милара. — Я вообще стараюсь близко не подходить, а вот Дана, я тебе о ней рассказывала, очень даже любит приходить.

— Как-нибудь обойдусь, — поморщившись, отказалась от такого развлечения.

— Идёмте обедать, а после прогуляемся до дома пешком, покажу ещё пару мест да сама посмотрю, — поторопила нас старушка, подталкивая к дверям. — Не знаю, приеду ли я ещё когда-нибудь в Лирх.

В корчме мы с трудом нашли свободный столик, людей действительно было много. Что сразу бросилось в глаза, так это чистота и простота. Я удивилась этому. Нет, не чистоте, а простоте интерьера. Учитывая, что корчма находится в центре города, здесь было так же, как и на окраине, на постоялом дворе. Деревянные столы, лавки, широкая барная стойка и картина с красивым пейзажем на бревенчатой стене. Девушки-подавальщицы юрко сновали между столами, удерживая заставленные большими пивными кружками подносы. Доброжелательная улыбка не сходила с их губ, а белоснежные передники прекрасно выделяли девушек среди остального народа.

— Что вам подать? — с улыбкой поинтересовалась миловидная девушка, подошедшая практически сразу, как только мы расселись.

— Мне, деточка, принеси похлёбку и вишнёвый пирог, — особо не раздумывая, сделала заказ Мариэлла. — И кружечку эля от Ганса.

— Будет сделано, — подавальщица кивнула и повернулась к нам. — А вам что принести?

— И я тоже попробую вишнёвый пирог, — последовала я примеру старушки. — И какое-нибудь мясо. А попить… Что у вас есть без хмеля?

— Чай, морс, есть ещё укрепляющий отвар. Вы родили недавно? Советую вам этот отвар, сил прибавляет.

— Тогда давайте отвар, — согласилась я.

Девушка переключилась на Васила, а затем и на Милару. Приняв заказ, она убежала за стойку, юркнув в неприметную дверь.

— А как сказать, что требуется помощь? — спросила у Мариэллы. — Просто прийти и…

— И сказать, — кивнула женщина. — Иногда усложнять не стоит. Приходишь, садишься за столик и говоришь, что тебе очень нужна помощь. Здесь накормят и напоят, а после отведут к Гансу, который постарается решить проблему или подсказать выход.

— И что, всегда удаётся помочь? — удивился Васил.

— Не всегда, но в таком случае здесь можно найти утешение, — Мариэлла грустно улыбнулась, а затем заговорила вновь. — Говорят, что у Ганса дар такой – людям помогать. Не знаю, я столкнулась с ним, когда потеряла Альфреда. Сложно было. Бетти уже замуж вышла, своих детей нянчила, а я одна осталась. Как быть? Куда идти? Что делать? Страшно, боль от потери разъедала душу. Пришла к Гансу, плакала долго, а потом вышла – и словно груз с плеч упал. Выйдя из корчмы, я знала, что делать дальше. А ещё я знаю, что встречусь с Альфредом после смерти. И проживу с ним в загробном мире ещё много столетий.

— Это Ганс сказал? — я нахмурилась. Чем-то мне это напоминает церковь и исповедь. Только вот от веры до фанатичности недалеко.

— Он вообще ничего не сказал. Лишь слушал и гладил по плечу. Я не знаю, может ли он вообще говорить, — женщина задумалась. — Ни разу не слышала, хотя заходила сюда частенько. И тебе к нему надо.

— Сейчас? — удивилась я.

— Нет, когда потянет, — Мариэлла качнула головой и внимательно посмотрела на меня. — Однажды тебе понадобятся ответы, а он их даст. Так что не пренебрегай советом и слушайся старших.

Я решила не спорить с женщиной. Может, она права, а Ганс действительно волшебник. Помогает по-своему, магией. Да и права Мариэлла, мне может в любой момент понадобиться помощь. Да, я могу обратиться к Миларе, но не стоит забывать, что у неё своя семья. Дети, Грэм – они жаждут её внимания, не стоит мешать им. Васил… Тот и вовсе скоро уедет. Я останусь один на один со своими проблемами. Будет здорово, если смогу спросить совета. А пока… Пока следует подкрепиться и прогуляться по городу. Вдруг Мариэлла ещё что-то интересное подскажет.

Обед в корчме действительно оказался славным. Не скажу, что вкуснее больше ничего не пробовала, но это лучшее, что я ела в этом мире. Оставив подавальщице пару медяшек на чай, мы вышли из заведения и направились вдоль рынка, пестрящего цветами и разнообразием товаров. От обилия глаза разбегались, хотелось остановиться и пощупать ткани, осмотреть вазочки, понюхать специи, но времени не было. Совсем скоро Итан захочет кушать, а мы довольно далеко от дома.

Дом…

Я не могла поверить, что теперь имею жильё, откуда никто не выгонит, ни перед кем не придётся оправдываться. Завтра я заберу сумку с постоялого двора, последний раз позавтракаю, поблагодарю владельца и перееду в собственный дом, который буду оборудовать под себя и Итана.

Я шла по улице и размышляла, что бы хотела изменить. Например, сделать перестановку в своей спальне и купить Итану кроватку. Смастерить манеж в мастерской, чтобы ребёнок не скучал в одиночестве, а мог развлекаться с игрушками. Ведь совсем немного, и Итан перестанет спать сутки напролёт. Ещё поставить качели во дворе, а в гостиной оборудовать уютную зону для отдыха и обязательно сделать стеллаж для книг. Думая о своём, я не забывала смотреть по сторонам, подмечая месторасположение тех или иных заведений. Например, мы только что прошли мимо дома с нестандартной вывеской в виде лодки. Можно было подумать, что это рыболовная лавка, но это оказалась столярная мастерская, где производили всё, что можно производить из дерева. Я всё ещё помнила слова Васила о высокой стоимости работы, поэтому решила по возможности покупать готовую мебель. А вот если удастся заработать денег…

Я зажмурилась, предвкушая, что смогу заказать, но едва не расшибла нос, запнувшись о камень.

— Аккуратней! — Васил едва успел подхватить меня. — Задумалась?

— Замечталась, — улыбнувшись, призналась.

Вот так и мечтай, потом ходила бы не только с меткой, но и с разбитым лицом. Хорошо смотрелось бы.

— А ты ворон не считай, — посмеиваясь, посоветовала Мариэлла. — Лучше вон на тот домик посмотри. Господин Бивош мастер на все руки. Крышу мне латал два года назад. Много не берёт, но делает всё. И полку прибьёт, и воду починит.

Я обратила внимание на указанное строение. Никаких вывесок, ничего. Но сам дом словно сошёл со страниц сказок про пряничный домик. Такой же аккуратный и с резными фигурками зверей. Да, прелесть. Обязательно стоит наведаться, хотя бы просто познакомиться. Мы не торопясь дошли до дома старушки, тепло попрощались, решив, что завтра все вместе проводим Мариэллу. Мне не сложно, а ей приятно будет. Да и хотелось как-то отблагодарить женщину. Она оказала мне неоценимую помощь. Не только продав дом, нет… Но и знакомствами, советами, ехидными замечаниями. Может, кто-то и обиделся бы на старушку, но только не я. Уж я-то понимаю, насколько важен бесценный опыт, особенно в моём случае. Я попрощалась также с Миларой и Василом. Мы с Милой здорово потрудились, убедив мужчину остаться ещё на денёк. Ничего с его огородом и живностью не станет, односельчане обещали присмотреть. А мы завтра проводим Мариэллу, а сами отметим моё заселение.

До постоялого двора я добралась быстро. Итан уже начал хныкать, так что стоило поторопиться. Кивнув хозяину, я опрометью бросилась в свою комнату, закрывая дверь на засов. Мать способна на многое, когда её ребёнок страдает. И пусть ничего страшного в пяти минутах голода нет, хотелось наконец успокоить малыша. И только спустя минут тридцать, когда Итан заснул, довольно улыбаясь, я уложила его в корзину, а сама спустилась вниз, чтобы заказать ужин на вечер и ванну. Видимо, в этот раз я была неосторожна, доставая деньги, потому что спустя несколько часов, глубокой ночью, я проснулась от скрипа двери. Стараясь не дышать, немного стянула с лица одеяло, чтобы посмотреть, кто же пришёл. На пороге стояли двое мужчин явно бандитской наружности. Сомневаюсь, что они пришли узнать, который час. Ну какого чёрта я не закрыла дверь на засов? Я ещё дала себе пару минут на раздумья – вдруг ошиблись комнатой, но тихий шёпот разбил все надежды: — Проследи, чтобы щенок не дёрнулся, а я с бабой разберусь.

Я хотела закричать, но горло сжал спазм. Видя, как один из мужиков подкрадывается к кровати, я тихо заскулила и попятилась назад, одной рукой прикрывая ребёнка у себя за спиной. Как хорошо, что я из страха скинуть Итана во сне кладу его к стене.

Хотя…

Если меня убьют, то Итану стена мало чем поможет.

— Если не будешь кричать, не тронем тебя, — тихо сказал бандит. — Отдавай золото – всё, что у тебя есть. И мы уйдём.

Лишиться денег жаль, но жизнь дороже. Я протянула дрожащую руку и указала на сумку, лежащую в моих ногах. Ухмыльнувшись, мужик погрозил мне пальцем, видимо, чтобы не кричала, а сам полез в сумку. Достав кошель, он высыпал монеты в руку, пересчитал и засыпал обратно.

— А ничего так, — тихо сказал он подельнику, засовывая мешочек себе за пазуху. — Идём, вряд ли у неё ещё что-то есть.

— Сейчас уйдём, сейчас, — пробормотал второй, плавно двигаясь ко мне. — Сначала поблагодарим девку и уйдём. Ты же не хочешь оставлять следы? А она морды наши засветила.

— Нет, прошу, я никому ничего не скажу, — запинаясь, прошептала я.

Но меня не послушали. Огромная рука уже тянулась ко мне и готова была ухватиться за край одеяла, как произошло невероятное. Комнату оглушило взрывом, яркая вспышка ослепила на несколько мгновений. А когда я проморгалась, то с удивлением увидела, что вокруг кровати установлен мерцающий купол, а около двери без сознания лежат мужики.

— Что здесь такое? — рявкнули из-за двери, а затем в комнату ворвался владелец постоялого двора. Нахмурившись, он кинул быстрый взгляд на бандитов, а затем посмотрел на меня.

— Леди, вы в порядке? Уже безопасно, можете снимать защиту, — тихо, словно с душевнобольной, заговорил мужчина.

— Не могу. Это не я, — прошептала, всхлипывая. Била крупная дрожь, а сердце отчаянно трепыхалось в груди. Казалось, ещё пара ударов – и оно сломает рёбра. По щекам текли слёзы, а я абсолютно не могла себя контролировать.

— Хорошо, — владелец поднял руки, словно сдавался. — Главное, не волнуйтесь. Я сейчас вызову стражу, они помогут.

Он хотел было выйти, но я жалобно попросила: — Нет! Не уходите. Я боюсь.

— Что же, — мужчина нахмурился и выглянул в коридор. А затем кому-то крикнул: — Эй, сбегай к стражам, пусть кто-нибудь придёт. И маг нужен.

— Спасибо, — шепнула я, садясь на кровати и кутаясь в одеяло.

— Не переживайте, они, — мужчина кивнул на разбойников, — в ближайшее время не очнутся. Но скажите, зачем они приходили?

— За золотом. Один из них забрал мой кошель, — призналась я.

Мужчина присел перед телами и принялся осматривать карманыы. Выудив мой мешочек, он показал мне.

— Он?

— Да, — кивнула я. Дрожь медленно уходила, страх отступал. Я уже могла нормально дышать, а сердце потихоньку выравнивало ритм.

— Я положу на стол. Боюсь, не смогу подойти к вам, щит не пропустит.

— Не знаю, откуда он. Я такое делать не умею, — призналась, рассматривая купол.

— Ничего, сейчас придёт маг и во всём разберётся.

За спиной захныкал Итан. Неужели пора кормить? Я растерянно глянула на мужчину и повернулась к Итану.

— Кормите ребёнка, я выйду, — сказал владелец гостиницы, но я спешно крикнула: — Нет! Не оставляйте меня с ними.

Пусть бандиты и были без сознания, всё же могли в любой момент очнуться. А защитит ли меня купол – я не знаю.

— Хорошо, — мужчина растерянно кивнул и осмотрелся. — Тогда я сяду на стул спиной к вам. Видеть ничего не буду.

— Спасибо, — поблагодарила я, устраивая Итана удобнее на руках. — Почему вы так добры к падшей?

— Падшая, проклятая, добропорядочная – мне всё равно, — легко ответил владелец. — Считаю, что это глупость – метить женщин, превращая их в изгнанниц.

— Я уверена, вы многим помогли, — подумав, всё же сказала я. — В Малинках – это деревня в двух днях пути отсюда – меня не пустили на постоялый двор.

— И здесь не везде пустят, — усмехнулся мужчина. — Зря вы так распорядились своей жизнью. Молодая, красивая, а уже с меткой. Мне всё равно, а вот люди вокруг…

— Я не хотела, — шепнула в ответ. Настроение пропало. Объяснять причину появления метки не хотелось, а по-другому оправдаться вряд ли получится. И не пришлось. Я едва успела покормить Итана, как в комнату вошли трое стражников с обнаженным оружием. Двое принялись связывать руки бандитам, а третий подошёл ко мне:

— Снимайте купол, — приказал он.

— Я не могу, не умею, — испуганно отозвалась, растерявшись от такого напора.

— А ставила как? — усмехаясь, поинтересовался второй. — Странная ты. Меченая, а с магией. Что же натворила?

— Отстаньте от потерпевшей, — буркнул третий. — Авис, вызывай Дикого.

— Может, сами справимся? — скривился Авис. — С Диким связываться… Сам понимаешь.

— Понимаю, но и щит высшего порядка я снять не смогу, — хмурясь, пробормотал мужчина. — Вызывай, пока он в городе. Иначе потерпевшая в мумию превратится, дожидаясь помощи.

Я с опасением ждала упомянутого Дикого. Кто он? Почему его так не любят стражники? Или они его боятся? А может, и мне стоит переживать?

Прошло не менее часа, прежде чем в номер вошёл высокий мужчина, укутанный в плащ. Широкополая шляпа закрывала лицо, видно было лишь тонкие губы, изогнутые в кривой ухмылке, и тяжелый подбородок.

— Мессир, — склонившись, пробормотал Авис. Двое других также склонились рядом.

— Что произошло? — голос у мага был оказался довольно молодым. А когда он снял шляпу и стянул плащ, стало видно, что маг и правда достаточно молод. Лет тридцать-тридцать пять, не больше.

Синие глаза смотрели на меня внимательно, а губы презрительно скривились. Ну вот, опять… А я было подумала, что маги относятся к меченым нормально.

— Мессир, вот эти двое вломились в номер потерпевшей и… — начал было тот, что предложил вызвать Дикого.

— Вы меня вызвали, чтобы рассказать про нападение? — перебил стражника мужчина. — Я должен разбираться с двумя недоумками?

У меня по спине пробежал холодок от его голоса. Таким тоном можно замораживать, да и вообще начинаешь чувствовать себя букашкой.

— Нет, мессир, простите, — стражник склонил голову и отступил.

— Мессир, дело в защитном куполе, мы не можем его снять, — обратился к магу Авис.

— Я направлю ходатайство, чтобы вас проверили на знание магии и магических предметов, — не повышая голос, ровным тоном сказал Дикий. — Такой купол даёт артефакт высшего порядка, отключить который может только владелица.

Стражники и Дикий выжидающе посмотрели на меня.

— Я не знаю, о чём вы говорите, — прошептала я, прижимая Итана к груди. — Я не умею колдовать.

— Лжёте, — холодно усмехнувшись, сказал Дикий. — Обмануть высшего мага невозможно, а попытки караются смертью. Я дам вам последний шанс. Где артефакт?

— Но я правда не знаю, — едва не всхлипнув, пробормотала, прижимаясь спиной к холодной стене. Меня убьют за то, что я не знаю?

Маг склонил голову набок и внимательно посмотрел на меня, затем кивнул.

— В этот раз не лжете. Артефакт высшего порядка всегда является каким-то предметом. Будь то украшение или деталь интерьера.

— У меня есть кольцо! — вспомнила я странное украшение. — Оно иногда светится. Но оно не моё, не знаю, как попало ко мне.

— Достаньте его и сожмите в руке, — Дикий не обратил внимания на мои оправдания.

— Сейчас, — я положила Итана на кровать и потянулась к сумке. В одном из кармашков я нашла украшение, зажмурилась и сжала в руке, молясь всем богам, чтобы купол исчез.

Открыв глаза, я не увидела купол, зато столкнулась с заинтересованным взглядом Дикого.

— Дайте кольцо, — мужчина требовательно протянул руку.

Отказаться? Нет… Я молча протянула украшение. Да пусть хоть совсем забирает!

Дикий покрутил побрякушку, хмыкнул, а затем вернул обратно.

— Советую узнать об артефакте побольше, прежде чем он нанесёт кому-то вред. Вы будете приятно удивлены.

— Кольцо опасно? — испуганно спросила я, откладывая его подальше в сумку.

— Я разве похож на королевскую библиотеку? — усмехнулся Дикий, а затем обернулся к стражникам, стоящим по стойке смирно. — Почему нападающие ещё здесь? У меня будет серьёзный разговор с вашим командиром.

Надев шляпу и закутавшись в плащ, Дикий вышел, даже не попрощавшись.

— Ну вот, ещё и от командира влетит, — пробурчал Авис, со всего маху пнув бандита.

— Оштрафует, — со вздохом подтвердил второй стражник.

Третий промолчал. Он просто попинал второго преступника, таким нехитрым способом приводя в чувства.

— Леди, вы здесь ещё задержитесь? Нужно будет дать показания в участке, — обратился ко мне Авис.

— Я завтра собираюсь съезжать.

— Утром за вами пришлют, — кивнул мужчина, подхватил одного из бандитов под руки и вывел за дверь. Когда стража вышла, поднялся и хозяин постоялого двора.

— Я тоже пойду. А вы закройтесь на замок и спокойно спите. Уверен, больше вас не потревожат. Завтрак за счёт заведения.

— Спасибо вам, — поблагодарила я его. — Спасибо, что не оставили одну.

— Это отчасти и моя вина. Спокойной ночи.

Я заперла дверь на засов и легла в кровать. Но так и не смогла уснуть, вздрагивая от каждого шороха, прислушиваясь к каждому скрипу половицы. Казалось, что стоит мне закрыть глаза, как дверь распахнётся, явив передо мной разбойников, которые придут вершить месть. Так и пролежала до утра, уговаривая себя, что следующую ночь я проведу уже в своём доме, куда никто не посмеет залезть.

Но стоит порасспрашивать о способах защиты, лишним не будет.

За мной пришли, как только солнце показалось из-за горизонта. Я была уже собрана и нетерпеливо ожидала стука. Хотелось быстрее разобраться с проблемами, а после ехать в свой дом. Да и Мариэллу проводить следует, старушке будет приятно. Местный полицейский участок не впечатлил. Низкое серое здание, мало окон и крохотные кабинеты. В одном из них я, сидя на шатком стуле, подробно описывала всё, что со мной произошло вчера. Не знаю, насколько им поможет знание, что я обедала у Ганса, а затем купала малыша… Но спорить не рискнула. Описала всё и была отправлена домой. Точнее, сначала с меня взяли обещание, что я обязательно сообщу им адрес, как только окончательно перееду.

Выйдя из участка, я поискала взглядом повозку и, не найдя оной, решила прогуляться пешком.

Лирх, на самом деле, был небольшим. На Земле я проходила большие расстояния пешком, а здесь часа за три можно полностью пересечь город. С корзиной в руках дальнюю прогулку я вряд ли осилю, но немного прогуляться и проветрить голову всё же стоит. Сейчас меня больше всего волновало, рассказывать ли Василу и Миларе о ночных приключениях? Подумав немного, решила, что не буду волновать друзей. Не хотелось видеть сочувствие во взгляде и отвечать на кучу вопросов. Ещё и Васил будет винить себя, что не ночевал на постоялом дворе. Нет, таких переживаний они не заслужили, только вот… Как бы так узнать побольше о кольце? Как его назвал маг? Артефакт высшего порядка? Надо будет спросить у Грэма, что бы это могло значить. Придумаю… Скажу, что где-то услышала, и стало любопытно. А может, и вовсе не буду спрашивать, просто узнаю, есть ли в Лирхе библиотеки. Я услышала цокот копыт, оглянулась и махнула рукой. И только потом поняла, что такие кареты не останавливаются, чтобы подзаработать. Чёрная, с золотым узором на двери… Не простая, нет. Явно кто-то важный едет, высокопоставленный.

К моему удивлению, кучер остановил лошадей, а дверь в карету распахнулась, как только поравнялась со мной.

— Садитесь, — послышался глухой голос. В самой карете было темно, я даже не могла понять, сколько там человек, не то, чтобы сказать, как выглядит говоривший.

— Простите, я случайно, — отступая назад, промямлила я. — Просто перепутала.

— Сядь, — грозно… властно… таким же тихим голосом. — Это приказ.

Сглотнув, забралась в карету и села напротив мужчины, прижимая корзину к себе.

Мужчина взял в руки трость, стоявшую рядом, и направил в мою сторону, словно собирался ткнуть железным набалдашником прямо в грудь. Я отшатнулась, на что незнакомец усмехнулся и постучал тростью в стену кареты в паре сантиметров от моей руки. А я узнала эту усмешку… — Что вам от меня надо? — придав голосу жесткости, спросила, прямо смотря на Дикого. С большим трудом не сорвалась на писк под конец фразы.

— Узнать, как кольцо попало к вам, и от кого родился ребёнок, — мессир, видимо, не любил ходить кругами, а сразу спрашивал прямо.

— Про кольцо я вам уже сообщила, а кто отец моего сына, неважно, — я тряслась, словно испуганный заяц. Но раскрыть тайну попадания всё же страшнее, чем навлечь гнев мага. Я ведь не сделала ничего противозаконного, верно?

— Мы можем заключить сделку, — немного помолчав, Дикий заговорил вновь. — Вы рассказываете про отца ребёнка, а я раскрою тайну артефакта.

— Я не заключаю сделок, мессир, — вновь отказалась, подавив желание согласиться и узнать наконец, что же скрывает кольцо.

— Когда побрякушка вновь проявит себя, кто-то умрёт, а я вернусь в этот захудалый городишко, чтобы судить вас, как хозяйку артефакта, — принялся расписывать далеко не радужные перспективы мужчина. — И тогда, подвергнувшись заклятию правды, вы не сможете ничего утаить. И выгородить богатого любовника тоже.

Я молчала… Просто не могла согласиться на сделку, пока не буду уверена, что останусь в безопасности. Смотрела на свои руки, держащие корзину, и думала о том, как же хочется выйти из кареты.

— Что же, я дам вам время подумать, — так и не дождавшись ответа, Дикий заговорил вновь. — Куда вас отвезти?

— К мадам Дэф, — призналась, даже не пытаясь скрывать. Смысл? Вряд ли меня выпустят из кареты, магу нужно было знать, куда я еду.

Вновь трость и серебряный набалдашник в опасной близости от меня, но в этот раз я не дёрнулась. Не стоит доставлять мессиру удовольствие наблюдать за моим испугом. Несколько стуков, словно мелодия, а затем тишина. Мы так и доехали до дома Мариэллы в полнейшей тишине. Когда карета остановилась, Дикий распахнул дверцу и тихо сказал:

— На сегодня я вас отпускаю, но скоро вернусь за ответом. Надеюсь его получить, иначе я найду способы выпытать информацию. Только, боюсь, вам это не понравится.

Я пулей выскочила из кареты, даже не стараясь быть вежливой. К чёрту мессира! Пусть катится.

— Амалия? — услышала я шокированный возглас Милары. Подняв глаза, увидела стоящих у калитки подругу и Васила. Они смотрели на меня с тревогой и немым вопросом. Знали, чья карета. Что же, видимо, солгать не получится и рассказать правду придётся.

— Что случилось? — спросил Васил, хмуро глядя на отъезжающий экипаж.

— Я расскажу, обещаю, но не сейчас, договорились? — скромно улыбнувшись, попросила я. — Давайте для начала проводим мадам Дэф.

— Но даже не думай отвертеться, — Васил пригрозил пальцем и, забрав Итана, пошёл в дом.

— Я жажду подробностей, — прошептала Милара с любопытством.

Что же, подробности раскрывать не хотелось бы, но… Может, стоит рассказать всё мужу Милары? Он маг, может, подскажет, что там такое с артефактом, да и расскажет про мессира.

Все размышления отошли на задний план, стоило нам зайти в дом. Мадам Дэф уже собрала сумки и выставила их в прихожую, а сама крутилась на кухне.

— Идите в гостиную, сейчас принесу чай, — крикнула Мариэлла. Зайдя в гостиную, огляделась. Всё осталось на своих местах, исчезли лишь памятные мелочи в виде статуэток на полках.

— Мадам Дэф, а за вещами кто-нибудь приедет? — крикнула, не представляя, как можно вот так всё оставить.

— Да создатель с тобой, — воскликнула старушка, входя в комнату с подносом. — Всё тебе оставляю. Не понравится – выбросишь. На что мне этот хлам? У Бетти места много, да только своей мебели полно. Я только вещи забрала, а остальное мне не надо. Кстати, в чулане есть колыбелька детская. Она целая, сыну твоему как раз подойдёт.

— Спасибо, — тепло поблагодарила Мариэллу. — Мебель мне не помешает, а кроватка особенно.

Мы молча пили чай, каждый думал о своём. Мариэлла разглядывала гостиную с лёгкой улыбкой на губах. Не нужно быть гением, чтобы понять, о чём думает женщина. Воспоминания… Когда мне пришлось продать родительскую квартиру, я не сидела вот так, с блаженной улыбкой. Я старалась сделать всё быстрее, не давая себе времени на печаль. Ведь иначе бы вспомнилось не безоблачное детство, а кошмар, начавшийся с оглашения результатов анализов. Вместо ярких дней, наполненных смехом, наступили серые, безрадостные будни, пропитанные запахом лекарств и слезами.

Разве захочется такое вспоминать? Радовало лишь то, что от продажи квартиры появятся деньги, а с ними и призрачный шанс на исцеление родителей. Но увы…

Я тряхнула головой, освобождаясь от грустных мыслей. Какая разница, что было до, если сейчас не то что проблемы другие, да даже сам мир?

— Вы нам только напишите, как доберетесь, хорошо? — попросила Милара. — Переживаем очень.

— А что там добираться? — рассмеялась старушка. — До Далароса порталом, а оттуда уже дочка с зятем заберут. Я же не первый раз езжу.

— Возраст всё же, — буркнула я и тут же покраснела, понимая, насколько нетактична.

— Деточка, я ещё лет десять проживу, — казалось, Мариэллу нисколько не смутила фраза про возраст. — Так что нормально доберусь, но так уж и быть, пришлю весточку. И вы пишите, не забывайте бабушку. Кстати! Амалия! Там на столе, в мастерской, список адресов и имён тех, кто может помочь с тканями, нитками и всем, что может пригодиться в ателье. А чтобы не отказали, скажи, что от меня.

— Спасибо, — в который раз повторила от всего сердца.

Оглядевшись, Мариэлла встала с кресла и направилась на кухню. Любовно помыв чашку, она поставила её рядом с мойкой и погладила столешницу. Я лишь молча наблюдала, стараясь быть на подхвате.

— Люби этот дом, Амалия, — тихо произнесла старушка. — Я знаю, что магия в этом мире заключается в другом, но верю в душу вещей. Люби то, что тебя окружает. И окружай себя тем, что ты любишь. Тогда твоя жизнь будет радостной и благополучной.

— Вам грустно отсюда уезжать, да? — тихо спросила, ловя момент, пока мы одни.

— Грустно, — согласилась Мариэлла. — Здесь прошла почти вся моя жизнь, но всё же её остаток я хочу провести с теми, кого люблю. Жаль, мой Альфред покинул этот мир, но я верю, что воссоединюсь с ним там, на небе. А тебе желаю встретить мужчину, который полюбит и тебя, и Итана всем сердцем. Родишь ещё детишек и будешь счастлива.

— Не думала про замужество, — немного поморщившись, призналась я. — С меткой это будет сложно, да и не до мужчин мне, ребёнка бы на ноги поставить.

— Зря, — усмехнулась Мариэлла. — Посмотри на Милару. Она счастлива, светится рядом с Грэмом. Да и он души не чает ни в ней, ни в детях. Ищи себе жениха среди магов. Они не такие снобы, да и относятся к рождению детей вне брака проще.

Я сразу вспомнила Дикого. Мессир… Сильный маг… А разве он не сноб? Как скривился, когда понял, что перед ним падшая! А как любит запугивать? Нет уж, мне обычные стражники показались намного приятнее, да и вежливее. Во всяком случае не хамили, не угрожали и даже не обиделись, что из-за моего артефакта им теперь положена взбучка. А если и обиделись, то никак этого не показали. А что до Милары и Грэма… Да, он другой, но не может ли он быть исключением из правил?

С улицы донёсся звон колокольчика, вырывая меня из размышлений.

— Мне пора, — улыбнувшись, тихо сказала Мариэлла. — Проводи старушку к экипажу. Провожала, естественно, не только я. Милара и Васил тоже вышли.

— Ну что же, живите счастливо, — напутствовала старушка, обнимая каждого из нас. Ей тоже достались пожелания. Лёгкой дороги, приятного путешествия, счастливой жизни с родными. Милара шмыгнула носом, не сдержав слёз.

— Но-но, не реви, — усмехнулась Мариэлла, смахнув с щёк Милары слезинки. — Не помираю я, а всего лишь уезжаю.

Васил помог женщине сесть на сиденье, поднял багаж и отошёл назад, давая нам возможность беспрепятственно махать, пока экипаж не скрылся за поворотом.

— Ну что, мы ждём рассказа, — Милара повернулась ко мне и потёрла ладони.

— Идёмте в дом, — вздохнув, я качнула головой в сторону входной двери.

Правда, приступить к рассказу сразу не получилось, Итан принялся ворочаться, а вскоре и вовсе разрыдался, требуя еды. Разведя руками, я подхватила малыша и поднялась на второй этаж, в одну из спален. Приложив кроху к груди, я обвела комнату взглядом, подмечая, какую бы спальню хотела видеть. Определённо, нужна кровать побольше. На полуторке я вполне умещаюсь, но почему бы не побаловать себя просторным ложем – в собственном доме-то? Ещё хочу освежить стены и поменять шторы. Обязательно покрашу полы, а на дверцу шкафа прикреплю зеркало в полный рост. Настроение стремительно улучшалось, и потихоньку приходило осознание, что я не в гостях, а у себя. В этом доме я могу сделать всё так, как мне удобно. Отремонтировать, купить что-то новое, выкинуть ненужное. Жаль, что в деньгах я пока ограничена, но ведь настанет время, когда я смогу позволить себе пусть немногое, но уж точно смогу улучшить жизнь. Но начну, пожалуй, со своей спальни уже сейчас. Можно было бы с детской, но я не планирую переселять Итана в соседнюю комнату в ближайший год. Не слишком удобно бегать к плачущему младенцу по ночам. Покормив Итана, я поднялась с кровати и, покачивая малыша, вышла из комнаты. Чулан… Мариэлла что-то говорила про чулан и люльку. Было бы замечательно оставить малыша спать наверху, а самой спуститься к Василу и Миларе. А что если попросить Васила мне помочь? Зайдя в гостиную, я поманила мужчину и тихо прошептала, чтобы не разбудить дремлющего сына:

— А вы можете из чулана достать люльку и принести на второй этаж?

Васил кивнул и, поманив Милару за собой, ушел на поиски того самого чулана. Я же, придерживая Итана, закопалась в сумке, выуживая оттуда необходимое. Если люлька будет в хорошем состоянии, то нужно подготовить что-то внутрь. Одеяльце, пелёнка… Но это всё не то. Малышу бы что-то подложить вместо матрасика, но ничего такого в сумке не было. Из корзины брать не хотелось, ведь то, что лежит там, пойдёт в коляску.

Я поднялась на второй этаж и заглянула во вторую комнату в поисках чего-нибудь, что могло бы мне помочь. Потрогав на ощупь покрывало, я удовлетворённо кивнула. В меру мягкое, как раз подойдёт подложить под низ. Не думаю, что Мариэлла давно не стирала его, старушка показалась мне достаточно чистоплотной. Я дождалась, пока Васил принесёт деревянную люльку с высокими бортами, передала ему Итана, а сама принялась сооружать малышу постель. Хорошо, что малышам не нужна подушка. Прежде, чем положить плед внутрь, я сбегала в уборную и намочила найденную там тряпку. Люлькой давно не пользовались, поэтому лучше её протереть, хотя пыли я не заметила. Интересно… Мариэлла её протирала? Ведь её дочь достаточно взрослая, значит, люлькой давно не пользовались. Магия? Возможно. Стоит спуститься в чулан и самостоятельно осмотреть. Возможно, прошлая хозяйка просто любила чистоту везде. Или имела аллергию на пыль.

Протерев колыбельку влажной тряпкой, я сложила плед в несколько раз и положила на дно. Следом Васил удобно устроил спящего Итана, мне оставалось лишь укрыть сына одеялом. Качнув люльку пару раз, я вышла из комнаты и спустилась вниз.

— Ну, — нетерпеливо подтолкнула меня к рассказу Милара. — Давай уже, не томи!

— В общем, меня вчера пытались ограбить, — зажмурившись, выпалила я.

Васил и Милара не перебивали, слушая внимательно. Васил хмурился и сжимал кулаки, а Милара охала, прикладывая узкую ладонь ко рту, а глаза её были широко распахнуты.

— Вот так вот, — закончив рассказ, я развела руками. — Милара, а ты сказала мужу про моё попаданство?

— Сказала, — смущённо призналась девушка. — Грэм удивился, конечно, но вроде не собирался никому сообщать. А что?

— Я бы хотела узнать у него про этого Дикого, — задумчиво проговорила я. — И хотела бы узнать про артефакт.

— Дикий это скорее прозвище, — хмуро произнёс Васил. — Сомневаюсь, что мессира зовут именно так.

— А кто такие эти мессиры? — задала волнующий меня вопрос, даже подалась вперед, чтобы скорее узнать ответ.

— Высшие маги, — легко ответила Милара, но увидев мой непонимающий взгляд, принялась объяснять: — Высшие маги обладают четырьмя стихиями, они очень хорошо обучены и могут смело преподавать в академии. Много знаний равно много власти. Мессиры обычно приближены к Его Величеству и выполняют заказы от короны. Есть ещё и одиночки, но их мало. Обычно высшие маги имеют высокий титул, притом заслуженный. Собственно, это всё, что я знаю.

— Не пойму, если маги спокойно относятся к меченым, то почему этот Дикий так себя повёл с Амалией? — нахмурился Васил. — Вот не зря я не люблю магов!

— Пап, ну ты несправедлив, — одёрнула отца Милара. — Обычно маги действительно не обращают внимания на метки, но мессир не только маг, но и титулованный господин. А возможно, и вовсе его род имеет истоки от создателей. Тогда презрительность понятна, ведь это впитывается с детства, особенно в таких семьях.

— И что мне делать? — задала я главный интересующий меня вопрос. — Раскрыться мессиру?

— Лгать ему нельзя ни в коем случае, маги чувствуют ложь. А за обман высшего мага можно проститься с жизнью, — заговорила Милара. — А правду… Знаешь, давай я попрошу Грэма помочь тебе? Может, он знает этого лорда, сможет подсказать, как себя вести. Да и про артефакт этот…

— Спасибо, — тепло поблагодарила я девушку. — Милара, расскажи мне про своих детей.

Я намеренно сменила тему, увлекая в разговор не только подругу, но и Васила, чтобы мужчина не пытался себя ругать, хоть и безмолвно. Я же видела, как он сжимал кулаки и стискивал челюсти. Выпив чаю и вволю наболтавшись, я проводила гостей, пообещав Василу завтра его проводить. Жаль, конечно, что он уезжает, но останавливать его я не имею права. Милара пообещала поговорить с мужем сегодня же, а мне велела не волноваться, а отдыхать и обживаться на новом месте. Закрыв за гостями дверь, я окинула взглядом гостиную и улыбнулась.

Пока Итан спал, я решила побродить по дому, проверить все закуточки и начать уже обживаться. Вещей не было, так что раскладывать нечего, а значит, я могу просто ознакомиться с жилищем.

Начала с кухни, распахивая каждый ящик. Мариэлла явно любила готовить, потому что посуды было полно. Даже пара сервизов, практически не тронутых, такие не стыдно и лордам поставить на стол. Не то чтобы я бы краснела, принеся чай в обычной кружке, просто… Ну красиво! Я вытащила сервиз и поставила на стол, чтобы попозже ополоснуть и использовать по назначению. Сразу вспомнились бабушкины серванты, забитые фарфоровыми тарелками и столовым серебром. Естественно, наборы стояли исключительно для красоты.

— На всякий случай. Вдруг гости придут, — любовно смахнув пыль с расписного фарфора, бабушка убирала чашку на место.

Гости приходили и уходили, в доме справлялись дни рождения, свадьбы, и даже отправляли в последний путь. Ни одно из этих событий бабушка не посчитала веской причиной, чтобы достать хотя бы столовое серебро. Думаю, даже заявись к ней президент, она бы не тронула свои драгоценности. Так и умерла, ни разу не испив из хрупкой пиалы. Мама тоже переняла эту модель, правда, у неё тяга была к бытовой технике. Новая духовка, которую я дарила родителям на новый год, так и досталась новым владельцам прямо в упаковке.

Два таких явных примера перед глазами не могли не наложить на мою жизнь явный отпечаток. Я тоже старалась приберечь на потом. Красивое платье? Потом надену, на важный праздник. Серьги? Ну нет, их только в особом случае. И вот я здесь, того платья давно нет, как и украшений. Зато есть изысканная столовая посуда, а я не вижу смысла и дальше ждать особого случая. Синдром отложенной жизни… Мне порой любопытно, а жалеют ли люди, лёжа на смертном одре, что не попробовали, не примерили, а всего лишь ждали? И как часто удавалось дождаться этого самого особого случая? Вволю порывшись в ящиках, я заглянула в кладовые. М-да, за продуктами в ближайшие несколько дней можно и не ходить. Крупы, мясо, яйца, овощи. Всё было аккуратно расставлено на полках достаточно холодной кладовки. Интересно… Магия? Ведь электричества здесь точно нет, а температура лишь едва достигает плюсовой отметки. Наметив себе продукты для приготовления ужина, я вышла из кухни и направилась в гостиную. Тут же начала подмечать детали, что стоит всё же поменять кресло, в котором любила сидеть прошлая хозяйка дома. Поистрепалось…

Я подавила в себе желание оставить мебель на память, но… Какой смысл в этом кресле? Лишь людей пугать. Конечно, можно застелить его пледом, подкрасить, перетянуть обивку, но разве оно того стоит? Это кресло живо напомнило мне, как я ходила в гости к тётке по маминой линии. Я часто бывала у неё в гостях в детстве, прыгала на роскошном диване, пока из кухни не доносился вопль, что я так пружины сломаю. И вот спустя двадцать лет я прихожу в гости и вижу тот самый диван. Он уже не роскошный и даже на звание “хороший” не тянет, но всё так же гордо украшает гостиную. — Зачем выбрасывать? — удивилась тётя. — Он здесь стоял ещё до твоего рождения, да еще столько же прослужит! Можно было бы подумать, что новый диван просто не по карману, но нет, достаток у тёти был хороший. В тот вечер я просто огляделась и поняла, что здесь не только мебель, повидавшая виды, а также обои, которым не меньше пятнадцати лет, линолеум не менялся с постройки дома, а старенький стол уже перенёс не один ремонт. В тот вечер я вернулась домой и зарылась в интернет, чтобы понять, как убедить тётушку хотя бы освежить ремонт. И тогда-то я и столкнулась с интересным диагнозом “генетическая нищета”. Человек просто не хочет улучшать свою жизнь. Или точнее… Он не видит смысла в улучшении своего жилья, в обновлении гардероба, в путешествиях. Даже имея средства, он не потратит их на улучшение качества своей жизни. Просто махнёт рукой на облупившуюся краску и, точно Вовка в тридевятом царстве, скажет: “И так сойдёт”. Руки зачесались немедленно выкинуть кресло, но я сдержалась. Оно, скорее всего, довольно тяжелое. Перетащить смогу, но сделаю ли это тихо, чтобы не потревожить сон ребенка? Решив, что не хочу доставлять неудобства, я ушла в мастерскую. Надеясь отвлечься, я ходила по дому в поисках интересного, но руки всё равно чесались сесть за машинку и сделать первые стежки. А ведь ещё и магия есть. Надеюсь, я не наврежу ни себе, ни окружающим.

Я рассматривала ткани и пыталась понять, что же хочу. Слинг? Но у меня есть коляска, а город не особо большой. Да и лишних средств, чтобы кататься в экипажах, нет. Я зажмурилась, провела рукой по рулонам и остановилась на одном. Распахнув глаза, я улыбнулась. Тёплая, абсолютно не колючая шерсть песочно-коричневого цвета. Рядом лежали отрезы белого, чёрного и розового цветов. Я вспомнила, как однажды на заказ шила костюмчик на выписку. Коричневый зайка с розовыми лапками, белым брюшком и смешными ушками. К счастью, мне не надо самостоятельно рисовать раскройку, силясь не ошибиться. Я прекрасно помнила пропорции, и теперь их стоит только увеличить на пару размеров. Это несложно, но всё же схему нарисовать стоит. Единственное, мне не придётся подниматься наверх и будить Итана, чтобы снять мерки.

Я подошла к столу и сначала штрихами, а затем уже прямыми аккуратными линиями нарисовала часть раскройки. Лапки буду пришивать отдельно, а на ручках сделаю кармашки, чтобы можно было спрятать пальчики от холода. Ушки тоже шли отдельно, как и детали для мордочки. Любимое дело увлекло настолько, что я перестала чувствовать под ногами пол. Словно летала от стеллажа к столу, от стола к швейной машинке. Сделав последний стежок, я пришла в себя, устало откинувшись на спинку стула. У меня в руках был полностью сшитый костюмчик. На белом брюшке зайчика были пришиты две ярко-оранжевые морковины с зелёными листочками. Я точно не брала ткани этих цветов… Что это? Магия? По моим ощущениям, прошло буквально минут пятнадцать, но я никак не могла сшить костюм за такой короткий срок. Взяв костюм, я вышла из мастерской и тут же услышала надрывный плач Итана. Бросившись наверх, думала о том, что надо бы либо класть сына в коляску и оставлять в мастерской, либо не закрывать дверь. Интересно, что разбудило малыша, ведь он точно должен был проспать пару часов.

— Тише, маленький, я рядом, — прошептала, беря сына на руки. Итан покраснел, а на лбу выступила испарина. Так долго плакал? А подняв голову, я обомлела: за окном уже сгущались сумерки…

— Это как так… — растерянно пробормотала я, садясь на кровать и расправляя шнуровку на груди. — Этого просто не может быть. О том, что времени прошло очень много, я поняла ещё и по бурчащему животу и острому ощущению голода. Меня словно разом настигли все чувства. Естественные потребности, которые я не ощущала, пока была занята шитьём. Покормив Итана, я вместе с малышом спустилась вниз. Положив ребёнка в коляску, принялась готовить, развлекая ребёнка стишками и прибаутками. Только в голове у меня вертелись совсем иные мысли, невесёлые. Магия, проснувшаяся во мне, может здорово навредить Итану. Я поняла, что словно отключаюсь во время работы, но с маленьким ребёнком такие отключения опасны для жизни. Для его жизни.

— Что же нам делать, родной? — прошептала я, перекладывая из сковородки в тарелку глазунью. Пока вяло ковырялась вилкой в яичнице, продумывала разные варианты, отметая один за другим. Что делать? Брать Итана с собой? А вдруг не услышу, даже если он будет в метре? Купить другую швейную машинку? Сомневаюсь, что дело в ней. Может, просто сменить род деятельности? Я поморщилась, вспоминая слова Мариэллы. Если решу заняться чем-то другим, то ждёт меня кара в виде “ста лет неудач”. Ладно, допустим, я могу проверить, услышу ли Итана. Всего-то и надо попросить Милару посидеть рядом со мной, пока я буду шить. А если не услышу? При мысли о том, что я могу как-то, пусть даже косвенно, навредить сыну, холодели руки. Хотелось встать и бежать к Миларе немедленно, но я вовремя одёрнула себя. Грэм, скорее всего, уже дома. Они проводят время с семьёй, куда я полезу? К тому же завтра я пойду провожать Васила, заодно и поговорю с подругой.

Ополоснув тарелку, я подхватила Итана на руки и вернулась в свою комнату. Спать ещё не хотелось, да и Итан не желал засыпать. Потому, раздев кроху полностью, принялась делать лёгкий массаж, иногда щекоча пяточки. Да, не хватает массажного масла, да и крем не помешал бы Итану, да и… Столько всего надо, не счесть! Например, у меня нет даже шампуня, а того, что остался от Мариэллы, хватит на один раз. Немного поиграв с Итаном, я уложила кроху в кроватку, а сама ушла в уборную. Там, лёжа в ванне, я мечтала. Мечтала о том, как буду жить потом, когда наладится работа, немного подрастёт сын. Я и раньше любила думать о том, как буду жить лет через “...дцать”. Например, влюблюсь, выйду замуж, у меня будет большой дом, золотистый ретривер и пара детишек. Только время шло, ни ретривера, ни детей на горизонте не намечалось, мечты начинали тускнеть. Лёжа в кровати под толстым одеялом, укрывшись с головой, я больше думала о том, что делать на следующий день. Составляла планы, вспоминала, всё ли сделала, подсчитывала сумму за заказы и сколько смогу потратить на жизнь. Сейчас я вновь начала мечтать, быть может, потому что будущее перестало быть таким мрачным, а может, после гибели в том мире на многое стала смотреть иначе. Например, что нельзя предавать мечты… И пусть возлюбленного нет, но домик уже есть, так же как и малыш. А собака… Собаку заведём, пусть охраняет наш сон по ночам, а днём учит Итана доброте и заботе о братьях меньших.

На следующее утро я, позавтракав и нарядив Итана в новенький костюмчик, отправилась к Миларе. Сегодня проводы Васила и последняя попытка уговорить мужчину на переезд. Процесс уговоров я и застала, когда вошла в дом подруги. Альп вцепился в руку деда, а малышка Лили сидела на коленях Васила и доверчиво обнимала за шею.

— Пап, места хватит всем, — уговаривала Милара строптивого отца. — С Грэмом вы поладили.

— Мне что, сто восемьдесят, чтобы я с детьми жил? — хмурился Васил. — Не надо мне этого. Тем более, хозяйство у меня, люблю им заниматься. А у тебя где? На заднем дворе корову держать?

— Амалия, ну хоть ты ему скажи! — Милара повернулась ко мне и топнула ногой, не сдержавшись. — Мы столько лет не общались, я соскучилась. А он – вот, уезжать собрался! Внуки, опять же, скучать будут. Часто видеться не получится, ездить далеко. Да и не хочу я в деревню кататься! Не нравится она мне.

— Ишь какая! — возмутился обиженный отец. — Никто не просит тебя кататься. Сиди дома.

— Так, стоп, — громче, чем хотела, сказала я, поднимая руки. — Васил, ну купите вы дом рядом с городом! Там и корову заведёте, и куриц, и огород будет. Так хоть дочь с внуками рядом, в любой момент встретиться сможете. А ещё помочь сможете, если что. Альпа с Лили погостить да на свежем воздухе побегать брать будете. К чему упрямство? Или не хотите дом бросать, в котором с женой жили?

Видимо, я попала в самую точку, потому что Васил нахмурился и опустил голову.

— Пап, — это же заметила и Милара. — Жизнь в старом доме маму не вернёт. Я думаю, она была бы рада, если бы ты решился переехать.

— Рада, — буркнул Васил. — Конечно, рада. Слышала бы ты, с каким восторгом она рассказывала о своих поездках к тебе. Ладно, стрекозы, перееду, так уж и быть. Только мне всё равно дом да скотину продать надо. И выдвигаться уже пора, иначе добираться до дома неделю буду.

Я вспомнила наш путь и поморщилась. Тяжело это – такой путь проделать.

— А мы пока дом тебе подыщем, правда? — Милара посмотрела на меня. — Я поспрашиваю в Лирхе, может, продаёт кто.

— Да погоди ты! Старый ещё продать надо, — махнул рукой Васил. — Или ты думаешь, дом в деревне продать так просто?

— Знаю, что непросто, — Милара села рядом с отцом и обняла его. — А ты не жди. Старосте скажи, что продаёшь, а сам приезжай сюда. Монет на дом я тебе дам.

— Ещё чего не хватало! — Васил разозлился. — Сам смогу купить, не нужно мне золота вашего.

— Так я взаймы дам, — рассмеялась девушка. — А как дом продашь, так и вернёшь. Давай, а? Ну так не хочется опять надолго расставаться.

— Ладно, — окончательно сдался мужчина. — Продам скотину, вещи соберу да приеду. Иначе всю душу вытрясете. Всё, поеду я. Пора.

Васил запретил его провожать до ворот, обозвал дурочками и наказал оставаться дома или же идти по своим делам. Не маленький, сам доберётся до лошадки своей. А долгие проводы – лишние слёзы. В чём-то я была согласна с мужчиной. Ему надо ещё докупить еды в дорогу, кое-каких вещей. А мы только мешать будем.

Милара тепло обняла отца и поцеловала колючую щёку. Дети, поняв, что уговоры не сработали, обняли деда и убежали играть.

— Расти крепким мальчишкой, — пожелал Васил Итану, погладив малыша по щёчке. — Костюмчик вон какой занятный. Сама шила? — мужчина посмотрел на меня.

— Сама, — кивнула, улыбаясь.

— И правда дар у тебя. Красивый, — похвалил Васил и тут же усмехнулся. — Только где ты таких зайцев увидела? С такими лапами – медвежьими?

— Просто вспомнила, как шила подобный дома, — развела я руками, не вдаваясь в подробности, что мне костюмчик тоже напоминает неприличную связь зайца и мишки.

Обняв мужчину, я пожелала ему удачной дороги. Выходить следом на крыльцо не стала. Всё же пусть Милара попрощается без посторонних глаз.

Подруга вернулась спустя несколько минут, сильно погрустневшая.

— Думаешь, он всё же приедет? — тихо спросила девушка, присаживаясь рядом.

— Думаю, приедет, — улыбнулась я. — Васил выполняет свои обещания. Так что не расстраивайся. Заметить не успеешь, как отец уже здесь будет.

— Верно, — кивнула Милара. — Тем более у нас столько дел!

— Каких же? — удивилась я, вспоминая, не планировала ли я что-то эдакое.

— Первое – разрекламировать тебя, чтобы заказов была куча! — принялась перечислять девушка. — А ещё я хотела тебя попросить сшить моим такие же костюмчики. Сможешь?

— Смочь-то я смогу, только у меня проблема, — нахмурившись, сказала я. — Магия не так проста, как думалось.

Я рассказала девушке, что со мной произошло вчера.

— Поможешь мне? — тихо спросила я, с надеждой глядя на Милару. — Если всё так и есть, и магия буквально отключает меня, то придётся что-то решать.

— Помогу, — с готовностью согласилась подруга. — И если всё так, то тебе просто надо будет нанять няню.

— Это, наверное, дорого, — засомневалась я. — Дохода ещё нет, когда он будет – тоже непонятно. Да и кто согласится работать у падшей?

— Согласятся, — отмахнулась девушка. — Во всяком случае можно найти меченую женщину, если ты не против.

— Не против, — криво усмехнулась. — Уж я-то знаю, как легко получить метку.

— Вот и отлично! — радостно хлопнув в ладоши, заявила подруга. — И с доходом решим. Сама знаешь, не будет работы – не будет нужды платить няне. Ну что, идём?

— Сейчас? — я удивлённо подняла брови, не намереваясь сегодня садиться за работу.

— Конечно! — рассмеялась девушка. — Я хочу Лили нарядить в такой костюмчик.

— Идём, — кивнула я, улыбнувшись. — Только нужно снять мерки с детей, на глаз вряд ли смогу.

— Возьму с собой, — махнула рукой Милара. — Им полезно прогуляться. Пока ты будешь работать, Итан в коляске поспит на улице, а я со своими поиграю.

Уже у себя дома я завела детей Милары в мастерскую и сняла мерки. Осталось определиться, что будем шить.

— Зайчика? — не то спросила, не то уточнила подруга.

А я вспоминала наш Новый год и то, как детки наряжаются на праздник в самые разнообразные костюмы, как фабричные, так и сшитые на заказ. А кому-то родители шили сами.

— Ты улыбаешься, — заметила Милара. — Вспомнила что-то весёлое?

— А у вас есть праздники, когда принято наряжаться? — ответила я вопросом на вопрос. — У нас был такой праздник. Новый год назывался. Когда отмечали уход старого года и начало нового. Наряжали ёлку игрушками, а отмечали в полночь. Подарки, веселье…

— Звучит очень весело, — улыбнулась Милара. — У нас есть похожее – праздник равноденствия. Но отмечаем немного по-другому. Во-первых, празднуем не ночью, а днём. Во-вторых, никакие деревья не наряжаем, а просто на площади устраивают гулянья. Есть ещё маскарады с переодеваниями, но на них хоть и приходят все желающие, детей пускать туде не принято.

— А когда этот день? — прищурившись, поинтересовалась я.

— Да вот, через две недели, — Милара нахмурила лоб, вспоминая число. — Ты что-то хочешь придумать?

— Нет, — я качнула головой, взглядом выискивая нужные ткани. — Не в этот раз точно, может, в следующем году что-то придумаю. Так что? Решила? Смотри, и Альп, и Лили уже вовсю бегают, так что им комбинезоны с ножками ни к чему. Да и царапки на руки не нужны. Может, что-то наподобие кигуруми? Это практически то же самое, но можно надеть ботиночки. Ну и, естественно, надо выбрать, каких животных шить и в каких цветах.

Милара надолго задумалась, рассматривая рулоны с тканью. Она трогала понравившиеся, проходила дальше, потом возвращалась и снова щупала.

— Мама, а я хочу быть мишкой, — заявил Альп, дёргая Милару за рукав. — Можно, мам?

— Можно? — спросила подруга, поднимая на меня глаза.

— Конечно, — я улыбнулась и поманила Альпа к себе. Мерной лентой измерила длину ступни и полноту. Пришла идея сшить не только кигуруми, но и тапочки для дома в виде лапок.

— А кем будет Лили? — спросил мальчишка, усаживаясь на стул и с любопытством вертя головой.

— Могу сшить белочку, — предложила я, прикинув уже, из какой ткани буду шить. Нет, я не собиралась прямо сегодня изготовить сразу два наряда, это слишком долго, но хотя бы часть я сегодня должна сделать. Определившись с цветом и фасоном, я принялась за работу, а Милара вышла с детьми из мастерской. Мы договорились, что как только Итан заплачет, подруга тут же принесёт его ко мне и попробует оторвать меня от занятия, если я сама не услышу ребёнка.

Как только дверь за девушкой захлопнулась, я улыбнулась и потёрла руки, предвкушая, как окунусь в любимое дело. Начать решила с белочки. Она сложнее, да, но ведь и интереснее. Достав необходимые ткани, разложила их в ряд на столе и… Пропала…

Потерян счёт времени, а заботы отошли на второй план. Сложности? Опасности? Тайны? Ничего не важно, пока ткань в руках превращается в симпатичный костюмчик. Но внезапно что-то стало… Не так. Что-то мешало, не давало и дальше находиться в этом блаженстве. Тихий писк и чёткое понимание, что надо прийти в себя.

— Амалия, Амаль, — послышалось где-то там… Наяву?

Вынырнув из волшебного омута, я непонимающе посмотрела на Милару. Тряхнув головой, я отогнала наваждение и услышала тихий плач сына.

— Долго ты здесь стоишь? — спросила подругу, беря Итана на руки и успокаивая.

— Нет, только зашла. Итан не успел сильно расплакаться. Но то, что ты делаешь, невероятно, — в голосе девушки угадывалось восхищение.

— Да что я… — я повернулась к машинке и удивлённо ахнула: больше половины наряда было сделано. Но как?

— Ты очень быстро шьёшь, а машинка светится, — хихикнула девушка.

— Сколько прошло времени? — оглянувшись, вспомнила, что окон в мастерской нет.

— Пара часов, не больше.

Я неверяще посмотрела на бельчонка, которому осталось пришить хвостик и ушки, а затем уже пришить мордочку, детали которой ещё следует вырезать.

— Ты будешь ещё работать? — спросила Милара. — Если да, то я пойду, что-нибудь приготовлю нам.

— А тебе домой не надо? — я нахмурилась. Не хотелось удерживать подругу. — Знаешь, я, наверное, в другой раз закончу.

— Как знаешь, — улыбнулась Милара. — Тогда корми Итана, и пойдём ко мне. Скоро Грэм вернётся со службы, успеешь с ним поговорить. А завтра уже попробуем найти няню Итану.

— Думаешь, няня необходима?

— Да, — серьёзно кивнула девушка. — Мало ли что может случиться, а так Итан будет под присмотром, да и тебя, если что, смогут отвлечь.

— Хорошо, — вздохнув, согласилась. Милара ушла, а я приложила кряхтящего сына к груди и свободной рукой погладила тёмную макушку. Маленький и родной человечек. Что же, найдём няню, обязательно найдём.

Мне было немного страшновато идти к Миларе и рассказывать Грэму, что произошло на постоялом дворе. Может, из-за того, что мне было стыдно. Или просто страшно открываться чужому человеку. Милара рассказала мужу обо мне, но то она, а мне предстоит воочию увидеть реакцию мужчины.

Интересно, что страшит больше? Само раскрытие тайны или же реакция человека, с которым нам придётся общаться.

Или не придётся, если Грэм запретит жене всяческие контакты со мной. Но Грэм – меньшее зло по сравнению с мессиром, которого прозвали Дикий, вероятно, из-за паршивого характера. И я угадала! Грэм так и сказал. Мессир – маг сильный и опытный, но характер дрянь. Его не любит ни начальство, то есть главные маги, ни подчиненные, а подчиненные у него все, кто ниже по чину. Единственные, кто благоволит Дикому – король и королевский маг. Но тут есть за что. Никакого лизоблюдства, всего лишь прекрасная работа и верность своему сюзерену. Герцог Вертейль славился стопроцентной раскрываемостью дел, до того как стал мессиром артефакторики, а после – выдающимися артефактами. Также занимался и расследованиями, связанными с артефактами и магическими вещами. В скандалах среди знати заметен не был, кроме одного-единственного случая. А вот тут интересно…

Лет пять назад герцог собирался жениться на юной графине Элоизе. Девушка обладала выдающейся внешностью и покладистым характером. Самое то для нелюдимого Дикого. Помолвку отмечали всей столицей, организаторы сбились с ног, готовя поместье герцога к пышной свадьбе. Но за неделю до события грянул гром. Графиня получила метку! Свадьба тут же была отменена, предполагаемый любовник казнён, отец девушки умер в результате инфаркта, не пережив ужасной новости, а сама невеста бесследно пропала вместе с матерью. Ходили слухи, что они уехали из королевства, но злые языки поговаривали, что мать уехала одна, и не за границу, а в монастырь. Невеста же мертва… То ли убили, то ли сама наложила на себя руки – непонятно, мнения расходятся. Герцог и его семья отказались комментировать произошедшее, сам мессир рьяно взялся за работу, и вскоре слухи сошли на нет, а история забылась. Подумаешь, сорванная свадьба. В высшем свете и не такое бывает.

— Вот почему герцог смотрел на меня с такой неприязнью, — пробормотала я, как только Грэм договорил. — Я слышала, что маги относятся к меченым более… лояльно.

— Зависит от семьи, сословия, характера, — пожал плечами Грэм. — Чем старше род семьи, тем сильнее устои и привязка к старым обычаям. Молодые маги сейчас даже не смотрят на наличие меток. Лишь к проклятым относятся хуже. Всё же проклятия просто так не получают. Но согласен с вами, поведение герцога более чем понятно, хоть и не совсем профессионально.

— А что-нибудь о кольце скажете? — я протянула мужчине артефакт.

— Думаю, что мне не стоит его трогать, — легкая улыбка коснулась губ Грэма. — Кладите на стол. Я в артефакторике не силён, изучал для общего развития, не более. Но кое-что помню из обязательного курса, да и в книгах были упоминания.

Мужчина взял лупу и нагнулся ближе к кольцу, внимательно рассматривая.

— Интересная вещь, — тихо произнёс он. — Старинная, судя по огранке. Очень старинная. А вот клеймо такое я где-то видел. Не могу сказать, где именно, но точно видел.

— А у кого можно узнать побольше?

— Мессир не зря отправлял в библиотеку. Может, там вы найдёте более точные упоминания. Я же могу только сказать, что артефакт выполняет защитные функции, а если судить по вашему рассказу, то он не просто реагирует на настроение хозяина, а самостоятельно определяет степень опасности и момент защиты. Подозреваю, что если опасность не исчезнет, артефакт не прекратит защищать, как бы вы ни старались.

— Если он только защищает, то почему мессир посчитал его опасным и сказал, что однажды артефакт причинит вред?

— Потому что кольцо – неодушевлённый предмет, — терпеливо пояснил маг. — Оно может посчитать опасностью абсолютно невинный поступок. Боюсь представить, что будет, если человек попадёт в поле купола. Только ли отбросит, как тех грабителей, или же убьёт на месте?

Раздался тихий плач Итана, который остался с Миларой, чтобы я спокойно поговорила с Грэмом.

— Идите, — кивнул Грэм. — Я запишу адрес библиотеки. Как будет время, обязательно зайдите. Пока я кормила Итана в гостевой комнате, Милара распорядилась об обеде. После него подруга предложила прогуляться до рынка и узнать, не ищет ли кто работу няней. Я не особо рассчитывала на успех, но не хотела огорчать Милару. Что же, попробую, а там как получится. Но всё равно все мои мысли сейчас были об артефакте и грозном мессире.

Милара идею прогуляться пешком отвергла. Идти примерно час-полтора, а времени у нас не так много. Как оказалось, есть специальное учреждение, где можно подать заявку на поиск няни. Да и в принципе любого персонала. Там же можно взять адрес соискателя. И вот работало это заведение далеко не допоздна, потому и следовало поторопиться. Я уже свыклась с мыслью, что сегодня работать не буду, ведь няню за такой короткий срок не найти. Завтра, если получится, мне поможет Милара, а дальше… Думаю, что-нибудь придумаем. Во всяком случае, я попробую найти такую же, как я – с меткой. В местном центре занятости было пусто. Всё как и на Земле, только вместо крашеных стен здесь деревянные, да и вместо стульев вдоль коридора стояли жёсткие лавки. Нам они были ни к чему, это для тех, кому нужна была работа. Мы сразу направились в кабинет, где грузный седой мужчина с цепким взглядом протянул амбарную книгу с сегодняшними заявками. Я и не надеялась, что здесь будет что-то похожее на земное агентство по трудоустройству или центр занятости. Типа: ваши контакты мы взяли, как появится человек – отправим к вам. Нет, здесь никто и не собирался разделять по профессиям. Просто имя и краткая запись бывшего места работы. Лилиана – поломойка, розовый слон. Демид – конюх, дом Ларистенов. Коротко и ясно, только искать долго. — Что мне с этим делать? — прошипела я Миларе, указывая взглядом на журнал с записями.

— Можешь выписать место работы понравившейся женщины и отправиться туда, спросить адрес.

— Серьёзно? — я аж обернулась к ней, не сдержав шока. — И мне несколько дней бегать в поисках няни? Натурально бегать?

— Можете прийти завтра с утра, — подал голос сотрудник. — Здесь собираются много тех, кто ищет работу. Выписав пару имён тех, кто раньше работал нянями, я сложила бумажку и, поблагодарив мужчину, подпихнула Милару к выходу.

— Может, посмотрим, что есть на доске? — без особой надежды спросила девушка. — Нам няню нанимал Грэм.

— Доска? Это уже интереснее, — улыбнулась я, кивнув. — Что же, идём.

Да, доска была предпочтительней, ведь по письму хоть что-то можно узнать. Например, как сильно человек ищет работу.

Только вот хоть доска и была заполнена белыми листочками, ничего подходящего мы не нашли. Да и как искать, если прям вот работу няней никто не ищет, да и опыт бы хоть какой-то. — Ну, может, найдётся что-нибудь в том списке? — посмотрев на меня с жалостью, неуверенно протянула Милара.

— Может, — вздохнула я, а затем указала на корчму “У Ганса”. — Может, зайдём?

— Полагаешь, там нам помогут? — девушка явно не верила в этого самого Ганса, но верила своей старой знакомой – Мариэлле.

— Я не иду туда за помощью, — улыбнулась я. — Просто выпить по чашке чая да передохнуть, а то Итана тяжело таскать в корзине. У Ганса было как всегда многолюдно. Только пара столов оставались свободны, а все остальные места плотно заняты. Заняв один из столов, предварительно спросив разрешения у подавальщицы, мы с Миларой заказали по кружке чаю и малиновый пирог. Вот чего я никак не ожидала, так это что меня окликнут. Да и как ожидать, если меня в Лирхе и не знает никто! Оглянувшись, с удивлением посмотрела на старую знакомую, которая меня однажды здорово выручила.

— Белла? — я улыбнулась и встала со скамьи. — А ты здесь как?

— Приехала за покупками, — женщина приподняла бумажный пакет в доказательство. — А ты как? Устроилась?

— Присаживайся с нами, — предложила я и посмотрела на Милару. — Ты не против?

— Нет, что ты, — Милара смущенно улыбнулась. Интересно, она вообще умеет быть грубой или жестко отказать? Чем дольше я общалась с Миларой, тем сильнее понимала Васила, который боялся за дочь. Слишком нежная и доверчивая. Ей повезло, что первой любовью оказался честный человек, а чувства взаимны. Иначе… Было бы горе.

— А я дом купила, шитьём занялась, — принялась рассказывать Белле, что со мной произошло за то время, пока мы с ней не виделись. — Вот, няню ищу, а то не удаётся работать с малышом на руках.

— Няню? — девушка задумчиво посмотрела на меня. — Есть у меня девочка на примете…

— Твоя? — улыбнулась я, помня, кто передо мной сидит.

— Ко мне её привела нужда, как и многих девочек. Опытные не очень уживаются, знаешь ли. Интриги, пакостничества. А Северина – девочка со сложной судьбой.

— А что не так с… опытными? — не поняла Милара. — Опытные в чём?

Раздался громкий, заливистый смех Беллы. Как и тогда, в нашу встречу, она, ничуть не смущаясь, рассказала, кем является и чем занимается, нещадно вгоняя в краску Милару.

— О-о-о, — только и смогла протянуть девушка в ответ.

— А что с опытом? — поинтересовалась я. — Всё же Итан совсем маленький.

— Вот тут и есть то самое “но”, — Белла нахмурилась. — У Северины есть дочь, два годика ей сейчас. Как Северинка узнала, что беременна, так и ушла от меня. Скопила немного монет, сняла комнату в Лирхе, живёт как может. Но, сама знаешь, с малышкой не поработаешь нормально, перебивается кое-как. Я предлагала вернуться в Малинки, но куда там! Не хочет она нечестным путём зарабатывать. Хотя, как по мне, так самый честный заработок! На Миларку смешно было смотреть. Сидела, красная как рак, и казалось, краснеет ещё сильнее. А ещё во все глаза смотрела на меня, видимо, не понимая, почему я такая спокойная. А что я? На земле и не такое видела, и не ставили там никакие метки. А про заработок… Может, оно и правда честнее.

— Я бы поговорила с ней, — задумчиво пробормотала я. — Думаю, даже комнатку смогу выделить. Можешь нас познакомить?

— Отчего нет? — удивлённо фыркнула Белла. — Идёмте со мной, быстро домчим.

Я расплатилась за чай и пирог, оставила пару медяшек на чай подавальщице и вышла вслед за Миларой и Беллой. Только переступив порог, я замерла и обернулась. Из окна второго этажа с понимающей улыбкой на нас смотрел седовласый старец. Да, Ганс, я шла в твою корчму не за помощью, но ты не остался в стороне, спасибо…

О том, что у Северины большие финансовые проблемы, говорило место, где она жила с маленькой дочерью.

— Советую дышать как можно реже, — фыркнула Белла и приложила носовой платок к лицу. Так как она выходила первая, мы с Миларой не видели, что именно находится там, на улице. Но запах… Его мы учуяли, как только дверь распахнулась. Запах перегара и фекалий. Носовые платки тут же было решено достать. И да… Дышать намного реже.

— Знакомьтесь, квартал бедняков, — с улыбкой сообщила Белла, стоило нам спуститься на землю. — Место, в котором вы вряд ли были.

Я огляделась. С одной стороны городская стена, с другой – длинный одноэтажный дом.

Барак… Я видела такие в детстве. Только в моих воспоминаниях они хоть и были тёмными и невзрачными, вокруг бурлила жизнь. Соседки, стирая на улице бельё, болтали, дети играли шумной толпой, мужчины за столом хлебали пенное из огромных кружек и играли в домино. То, что я видела сейчас, больше напоминало какой-то притон. А может, это он и был.

— А я предлагала Северине остаться у меня, — фыркнула знакомая.

— Я бы тоже предпочла жить здесь, чем… — я махнула рукой, не договаривая.

Внезапно одна из дверей с грохотом распахнулась, ударилась о стену и со скрипом осталась висеть на одной петле. Из подъезда вышел заросший, шатающийся мужик с много говорящим пятном на брюках.

— Де-е-евочки, — протянул он, похабно улыбаясь и делая шаг в нашу сторону. Не удалось: зацепившись носком драных ботинок, мужчина плашмя рухнул на землю, ударившись головой. Затих… Я даже на мгновенье усомнилась, пережил ли мужик встречу со злосчастным порожком. Но нет, спустя пару секунд раздалось мычание, а следом ругань.

— Уверена? — усмехнулась Белла и поманила нас в соседнюю дверь, такую же хлипкую, как и первая.

— Северина, выходи! — крикнула бывшая хозяйка, едва мы вошли в длинный коридор с несколькими дверями, видимо, за ними располагались комнаты. — Я не знаю, в какой именно она живёт.

— Что… — из-за ближайшей к нам двери высунулась молоденькая девушка примерно возраста Милары и, наверное, моего. — Белла? Что ты тут делаешь? И кто эти леди?

— Я нашла тебе работу, раз ко мне возвращаться ты не хочешь, — весело сообщила женщина и кивнула на меня. — Знакомься, это Амалия.

— Белла, я тебе говорила, что не буду больше… Ну, ты поняла, — Северина глянула на нас с Миларой и запнулась.

— Нет, что ты, я и не предлагаю ничего такого, — поспешила успокоить девушку. — Мне нужна няня. Белла сказала, что у вас есть дочь.

— Да, Свята, — кивнула Северина. — Проходите, пожалуйста.

Мы вошли в маленькую комнатушку.

— Простите, места здесь не много, но зато мы сможем поговорить, — смущаясь, пробормотала девушка. — Соседи любят слушать, знаете…

— Успокойся, — фыркнула Белла. — Нормальная комната. Я промолчала, разглядывая съёмное жильё. Серые, потемневшие от времени и кое-где заплесневелые стены, старые доски на полу, которые были тщательно выскоблены. Шкаф с отломанной дверцей, но в шкафу порядок. Как и на столе возле окна. Лишь кровать была расправлена, а на ней сидела симпатичная малышка и сонно тёрла ручками глаза.

— Привет, Свята, — улыбнувшись, познакомилась я с малышкой. — Меня Амалия зовут. А в корзине Итан спит. Он тоже маленький, даже меньше, чем ты.

— Вы уверены, что я именно та, кто вам нужен? — тихо спросила Северина. — Девушка с клеймом падшей – не самый лучший вариант няни.

— Знаете, мне достаточно того, что я вижу, — улыбнувшись, я повернулась к хозяйке комнаты. — Прибранную комнату, чистенького и здорового ребёнка, и это в таких-то условиях. Если вас не смутит, что работать вы будете на девушку с меткой, то, думаю, можно попробовать.

— Что я должна буду делать? Присматривать за малышом? — девушка приободрилась.

— Да, смотреть за Итаном и помогать мне по дому. Плачу пять серебрушек в месяц, питание за мой счёт. Но есть пара условий. Во-первых, вы должны жить у меня, комнату я вам выделю. Во-вторых, я оплачу и вам, и вашей дочери осмотр у лекаря.

— Я не заразная, — прошептала Северина, краснея и опуская взгляд.

Милара за моей спиной громко ахнула, а Белла поперхнулась. Боже… Они подумали, что я подозреваю девушку в венерических болезнях?

— Нет, что вы! — воскликнула я, беря Северину за руку и показывая на плесень на стенах. — Видите вот это? Кроме того, что от неё очень сложно избавиться, плесень влияет на здоровье. Поверьте, дышать ею опасно для жизни, лучше перестраховаться. Северина смешно округлила глаза и тут же посмотрела на дочь, во взгляде читался испуг. Правильно, девочка, бойся. Такие вещи действительно опасны, тем более для малышки. К тому же сырость лишь добавляет болезней, а маленькое окошко открывается совсем немного, не позволяя свежему воздуху свободно гулять по комнате.

— Вы меня берёте? Но почему? — Северина действительно не понимала.

— Чувствую, что так надо. Я и правда просто чувствовала. Ещё не раз возвращалась к этому дню и гадала, почему поступила именно так? Почему решилась взять незнакомую девушку и подпустила к своему ребёнку? Почему дала шанс ей, а не наняла няню с опытом? Всё же я подозреваю, что помог именно Ганс, слишком странные и мгновенные решения.

Мы решили не ждать следующего дня. У Северины не было уймы вещей, лишь пара котомок, дочь и плюшевый заяц. Быстро собрав всё своё добро, девушка зашла в соседнюю комнату, сообщила хозяйке, что съезжает, и была такова. Поймать извозчика в таком районе оказалось почти невозможно, поэтому нам пришлось пройтись пешком, прежде чем отыскать хоть один экипаж. Белла с нами не поехала, сославшись на дела, но обещала заезжать в гости. Милару мы высадили возле её дома, а сами поехали ко мне – знакомить Северину и Святу с новым местом жительства.

Зайдя в дом, я сразу же показала Северине комнату, а сама ушла в свою кормить Итана. Пусть девушка спокойно разложит вещи, переоденет ребёнка, а потом уже покажу всё остальное. Тем более, Итан точно будет спать, ведь всю дорогу до дома он кряхтел и ворочался, пытаясь разглядеть мир за пределами корзины. М-да, малыш растёт, и ему уже недостаточно просто маминого тепла и своевременного кормления. Ещё месяц-полтора, и Итан будет требовать всё больше и больше внимания. И хорошо бы это внимание было моё. Ведь няня не может полностью заменить маму, да и не хочется, чтобы сын тянулся к Северине сильнее, чем ко мне.

Я оказалась права. Стоило Итану утолить голод, как он тут же уснул, сжимая в кулачке мой палец. Что же, я бы с радостью и просидела вот так пару часов, но нужно делать дела. С сожалением переложив сына в колыбель, я надела домашнее лёгкое платье и пошла на разведку. Северина ещё не вышла, видимо, занятая дочерью Я же, выглянув в окно, решила, что настало время для ужина. Завернув на кухню, оглядела запасы. Не думаю, что Северина и Свята питались разнообразно, так что обычный супчик с крупой будет прекрасным выбором. К тому же готовка много времени не займёт. Хотелось бы ещё поработать сегодня, но успею ли? Пока поужинаем, пока поговорим… Там уже и стемнеет, настанет пора спать ложиться. Поморщившись, вспомнила, что так и не сходила в лавку купить себе мыльные принадлежности. Что же, ещё немного шампуня осталось, а вот завтра уже точно отправлюсь за покупками. А сегодня попробую составить график, по которому мне предстоит жить. Например… Время на работу нужно ограничить рамками. Пусть будет пара часов с утра и ещё пара после обеда, а остальное время проводить с сыном. Или на первых порах лучше больше шить? Тем более теперь есть кому. Наряжу аккуратно Северину, Святке нашью красивой детской одежды, Миларе с детьми. Бесплатная реклама! Сама не заметила, как мясо уже сварилось, и настало время закидывать крупу и овощи. Бульон из мяса птицы получился хорошим, в меру наваристым, а по кухне поплыл приятный запах. Рот наполнился слюной, а живот жалобно заурчал. Ничего, скоро ужин.

— Амалия? — раздался тихий голос. В кухню вошла Северина. — Давайте помогу.

— Я уже почти закончила, — помешав суп, накрыла кастрюлю крышкой и повернулась к девушке. — И давай на “ты”, идёт?

— Как-то не очень красиво, — засмущалась девушка, опуская глаза.

— Не очень будет, если мы как во дворце “выкать” друг другу начнём, — рассмеявшись, покачала головой. — А где Свята? В комнате осталась?

— Да, я попросила её немного посидеть. Вы… То есть ты не переживай, она привыкла быть одна и ждать меня, ничего не разрушит.

— Так, стоп, — я хлопнула в ладоши, привлекая внимание. — Северина, я не переживаю, что твоя дочь может что-то натворить. Точнее, я не переживаю за вещи, лишь за саму девочку, чтобы себе не навредила. И конечно же, Святе не обязательно сидеть всё время в комнате, пускай гуляет свободно по дому. Единственное, я не разрешаю ходить в мастерскую. Вот там может быть опасно для малышей.

— Мастерская? А чем вы занимаетесь? — девушка хоть и была скромной, но любопытной. Это хорошо.

— Я шью одежду, — улыбнувшись, на мгновенье отвлеклась к плите, чтобы, помешав суп и добавив лук с морковкой, вернуться к разговору. — Если честно, я пока не работаю, но надеюсь, что совсем скоро начну шить на заказ.

— Поэтому вам нужна няня?

— Если честно, я вполне бы справилась и с заказами, и с Итаном, — разоткровенничалась я. — Но, как выяснилось, я обладаю бытовой магией, и, когда начинаю работать, магия практически полностью овладевает мной. Однажды не услышала, как плачет малыш. Не хочу постоянно думать, не навредит ли себе ребёнок, пока мама будет работать. Именно поэтому нужна ты. Следить за Итаном, пока я занята, и отвлекать меня, когда понадоблюсь.

— Магия, — прошептала зачарованно Северина. — Это так интересно и волшебно!

— Волшебно, — рассмеявшись, кивнула.

А вот про себя задумалась. Моя реакция вполне понятна. Прожив половину жизни в мире, где магии сроду нет, лишь шарлатаны, естественно, я была удивлена и очарована. Милара жила в глухой деревне, сомневаюсь, что туда часто приезжали маги. Но Северина? Она жила сначала у Беллы, куда могли захаживать маги, затем здесь, в Лирхе, где магия не в новинку. Так почему такой острый интерес? Словно для неё это тоже чудо. Надо задать вопрос Миларе, она может знать ответ.

Оставив суп вариться, я поманила Северину. Пора показать девушке дом и территорию вокруг. Но территорию потом, я сама её не видела ещё. Домик маленький, особо гулять негде, поэтому, уложившись в какие-то пятнадцать минут, мы вернулись на кухню, где я уже рассказала, где лежат продукты и столовые принадлежности.

— Я могу готовить и убираться, — с готовностью выпалила девушка, словно считала заботу об Итане недостаточными обязанностями. — Тогда я шью тебе одежду даром, — согласилась, решив, что такой бартер будет удобен всем. Отправив Северину за дочерью, я принялась накрывать на стол. Ничего особенного не требовалось, всего-то нарезать хлеб, разлить суп по тарелкам и положить ложки рядом. Спустившись вниз, девушка присела за стол и усадила дочь на колени.

— Нет, так не пойдёт, — усмехнулась я и протянула руки малышке. — Маленькая, пойдёшь ко мне?

Девочка с готовностью вытянула ладошки, а после и вовсе доверчиво прижалась к груди.

— Но как же ты? — растерялась Северина, на что я лишь отмахнулась.

— Кушай спокойно. А дочь после покормишь, как раз суп остынет. А то и Свята извертится в ожидании, и ты голодной сидеть будешь.

— Спасибо, — шепнула девушка едва слышно, придвигая тарелку ближе. — А мы пока посмотрим, что же за интересные штуки находятся вот тут, — я раскрыла ящик, где лежали деревянные лопатки. Свята ожидаемо залепетала и потянула ручки к новым игрушкам. Прекрасно, значит, хныканья не будет. Дождавшись, пока Северина поужинает, я отдала малышку маме, а сама села напротив.

— Северина, а как ты оказалась у Беллы? — осторожно спросила, не до конца понимая, хочу ли знать ответ.

— Мне нужны были деньги, чтобы выплатить долг, — со вздохом, принялась рассказывать девушка. — Не подумайте, я обслужила всего одного – Лизара. Он…

— Свята от него, — понятливо кивнула я.

— Да, — грустно кивнула Северина. — Я с самого начала не хотела во всё это влезать, но выбора не было. А после Лизара так и вовсе решила, что не готова. В общем, и девицы дома Беллы из меня тоже не получилось. Лишь вот, метку получила. Но я ни о чём не жалею.

Посмотрев на дочь с нежностью, девушка уткнулась в светлую макушку малышки. Жалею ли я, что Итан появился на свет? Да нисколько! Пусть и зачат ужасным путём, но он самый лучший мальчишка. Оставив Северину с дочерью, я пошла в мастерскую. Грустная история девушки подтолкнула меня к работе, напомнив, что монет не так уж и много, а заработка ещё и в помине нет. Пора навёрстывать. Северина принесёт Итана, как только он проснётся, так что я без зазрения совести погрузилась в работу. Костюм бельчонка почти закончен, осталось совсем малость, так что если повезёт, костюмчик Альпу тоже начну сегодня, а завтра доделаю. Ничего, после обеда прогуляюсь по лавкам, а перед этим порадую подругу. Благодаря магии мне не только удалось начать медвежонка, но и сделать половину костюма. Самое сложное – в виде лап и объёмной мордашки – оставила на завтра. Северина так и не зашла. Неужели Итан не просыпался ещё?

— Малыш ещё спит, — проинформировала меня девушка, как только я вышла из мастерской.

— А Свята тоже? — я проказливо улыбнулась, словно задумала шалость.

— Да, только уложила. Переезд её взбудоражил, — помедлив, отозвалась Северина. — Чаю?

— Чаю можно, но потом, — кивнула я и поманила девушку. — Идём, сниму с тебя мерки. Руки чешутся, как хочется уже начать шить одежду на взрослых. Стоило девушке снять старенькое платье, как я ахнула, увидев россыпь синяков на теле.

— Ничего страшного, я просто отказывалась, — прошептала девушка, смущаясь и прикрываясь руками.

— Ты сообщала стражам об этом? — нахмурившись, уточнила, прекрасно понимая, что хотели от девушки бывшие соседи.

— Нет, — качнув головой, шепнула Северина. — Да и кто поверит? Я же меченая.

— Глупая, — резко оборвала девушку. — Тебя бы защитили, не сомневайся. И на будущее, если вздумают обижать, сразу сообщай мне. А вот про себя подумала, что ей бы пригодилось такое колечко, как у меня. Слишко беззащитная, тихая и пугливая. Таких всегда стремятся обидеть и использовать ради своей выгоды. Ничего, самооценку поправим! Вот бы мне того мага, который придумал метки! Я бы ему не только высказала, но и язык в узел завязала, чтобы чего лишнего не наплёл больше! Сняв мерки, мы с Севериной пошли пить чай, а после разошлись по своим комнатам. Уже лёжа в кровати, я заметила слабое свечение из сумки. Ведомая любопытством, поднялась и вытащила источник света. Камень в кольце светился… — Что бы это могло значить? — пробормотала я, разглядывая украшение. — Какой сюрприз ещё подготовишь?

Проснулась достаточно рано. Потянувшись, прислушалась. По тихому шуршанию стало понятно: Северина – ранняя пташка. Что же, тем лучше. Не хотелось бы будить девушку, чтобы присмотрела за Итаном. Да, сейчас малыш спит – и проспит ещё долго. Как я уже успела заметить, плотно покушав ночью, он не торопится распахнуть глазки, как только назреет рассвет. Я ещё удивлялась, помня про маленький перерыв в два часа между кормлениями. Нет, я знаю, что кормление – процесс сугубо индивидуальный, но всё равно порадовалась, что мне дают поспать.

Выскользнув из кровати, я быстро оделась и вышла из комнаты. Прямо на пороге столкнулась с Севериной, которая вела крошку в комнату.

— Доброе утро, — улыбнувшись, поприветствовала я девчонок.

— Мы вас разбудили? — извиняющимся тоном шепнула девушка, состроив жалостливое выражение лица.

— Нет, — качнув головой, улыбнулась. — Сама проснулась, а сейчас уже пойду работать.

— Ой! — девушка испуганно приложила ладонь к губам. — Сейчас, я завтрак приготовлю!

— Так, стоп, — я подняла руку. — Не надо никуда торопиться. Я абсолютно не голодна, да и поработать хочется до того, как Итан проснётся. Так что я умываться и за работу. Остальное потом.

Девушка понятливо кивнула и юркнула в свою комнату, утянув следом дочь. М-да, надо будет всё-таки убедить Северину обращаться ко мне на “ты”. Неудобно как-то от “выканья”, что странно, ведь на работе я всегда обращалась на “вы” к руководителям. Даже невзирая на обратные просьбы. А тут неприятно… Слух режет. Может, от того, что ко мне обращаются, как к руководителю? Возможно, да и не столь важно. Хотя такие размышления здорово отвлекают, особенно когда руки заняты. Но это никоим образом не касается моей работы… Как и до этого, стоило лишь начать шить, как мир вокруг перестал существовать. Мысли? Их не было. Ни о деле, ни о ерунде. Здорово помогает отвлечься, не всегда следует нагружать голову. А на подумать всегда время найдётся. Костюм для Альпа дошит, но к платью для Северины я решила приступить вечером. Даже не знаю, что меня выдернуло из творческого процесса, может, магия перестаёт своевольничать, и вскоре няня будет не нужна?

Эта мысль неприятно царапнула. Спустя пару месяцев работы уволить Северину? Лишить её и Святу дома, заработка… Не смогу. Нет, я не настолько прикипела к девушке за один день, но и отпускать её в тот барак не хотелось. Ужасное место с ужасными людьми и такими же судьбами. Чистой, светлой девочке, пусть и с меткой, там не место. А уж тем более ребёнку! Вот кому не следует с младых ногтей впитывать всю грязь, иначе однажды окажется в доме Беллы. Сложив аккуратно костюмчики для малышей Милары, я задумчиво побарабанила пальцами. И чем сегодня заняться? Ну… В первую очередь купить-таки мыльные принадлежности, докупить продукты… Заказать вывеску? Допустим, я наведаюсь к столяру, которого так хвалила Мариэлла, узнаю стоимость, а дальше? Как назваться-то? Может, обыграть магическую составляющую? Чудесные нити… Магические наряды… Всё не то… Волшебная игла?

Я замерла, улавливая странную вибрацию внутри. Волшебная игла… Звучит неплохо, но стоит посоветоваться с Миларой, чтобы ко мне не повалили толпами те, что будут ждать чудес. Значит, сначала зайдём к подруге, а уж потом прогуляемся за покупками.

Я вышла из мастерской и окликнула Северину, которая играла с дочерью в гостиной.

— Я пойду к подруге, а потом на рынок. Пойдёшь со мной?

— Вам нужна помощь? — девушка вскинулась и выжидающе посмотрела на меня. — Сейчас, только Святу одену.

— Нет, помощь мне не нужна, — качнула головой. — Если не хочешь, то можешь остаться.

— Как-то это неправильно, — Северина нахмурилась. — Я же вам помогать должна.

— Помощь в покупках мне не нужна в этот раз. Кстати, лучше потратьте это время с пользой, сходите к целителю, — предложила я, а потом нахмурилась. — Нет, целитель отменяется пока. Сначала я у подруги узнаю, к кому сходить, а то наткнётесь ещё на шарлатана или вымогателя. Отдохните пока, а мы с Итаном прогуляемся.

Я поднялась к себе и разбудила спящего до сих пор Итана. Странно, уже прошло достаточно времени, но малыш не плакал от голода. Но и от груди не отказался, что плюс. Может, прогуляться к целителю с Севериной и Святой? Пусть посмотрит Итана, оценит здоровье. А то скоро крошке месяц, помню я, как подруги бегали по врачам, проходя медкомиссию, включающую не только врачей, но и различные УЗИ. Итана после рождения не осматривал никто, кроме той самой повитухи. Сомневаюсь, что она достаточно компетентна. Собрав Итана, прихватила плед, чтобы положить в коляску, мешочек с монетами и – исключительно на всякий случай – кольцо. Мало ли… Не хотелось бы им пользоваться, но и подвергать себя опасности тоже. Тем более сегодня я планирую прогуляться пешком, к счастью, погода самая подходящая. Но путь долог, можно нарваться на неприятности, самой того не желая.

Милара меня ждала… Не знаю, чего ожидала больше: рассказа про няню либо же костюмчики, но вот по спешной примерке и горящему взгляду я поняла – всё-таки рассказа. Ох, не хватает Миларке развлечений!

— Нечего рассказывать, — я закатила глаза. — Обычная девушка, старательная, скромная.

— Так неинтересно, — надулась подруга. — А как же рассказы о влюблённости и о… Ну, ты поняла.

Милара смутилась и покраснела, вызвав у меня смех.

— Ничего особо не узнавала, да и считаю это очень личным, чтобы рассказывать, — я покачала головой, улыбаясь. — Не допрашивай, не надо. Кстати, лучше расскажи мне, где можно купить мыльные принадлежности хорошего качества и по не завышенной цене.

— Ты странно говоришь, — усмехнулась Милара. — У нас никто так не изъясняется, а вот по делу скажу. Помнишь, Мариэлла показывала дом столяра? Вот через три дома от него будет лавка с мылом и шампунями.

— О! Забыла! Скажи мне, если я лавку назову “Волшебная игла”, ни у кого посторонних ассоциаций не возникнет?

— Не должно, — задумчиво пробормотала девушка. — И о бытовой магии говорит, и симпатично.

— Кстати, о магии, — нахмурившись, я встала и подошла к окну. — Северина как-то странно отреагировала на моё владение магией, словно для неё это чудо. Но как может быть чудом то, что вот, рядом?

— Очень легко, — девушка пожала плечами. — Маги не любят работать открыто, а обладают ею не так много людей. Так что для простых людей это действительно как чудо. Можно, конечно, сходить на выступления иллюзионистов, но билеты стоят недёшево. Кстати! Я попрошу Грэма взять нам билеты на следующее выступление! Тебе обязательно надо на это посмотреть!

— А ещё два билетика не будет? — я хитро прищурилась. — Северину со Святой взять.

— Я попрошу, да, — кивнула девушка.

Спустя час я вышла от Милары и направилась к столяру, по дороге разглядывая здания, изучая путь, по которому ходить теперь буду чаще. Остановившись возле заборчика, увитого розами, я вдохнула аромат. И только сейчас задумалась, какой свежий воздух здесь, в месте, где нет машин, заводов, пластика и химии. Голова не кружилась даже вначале моего попадания, что вполне логично, ведь тело-то другого и не знало. Но я впервые поняла, насколько хорошо растить ребёнка вот в таком мире. Болезни лечатся не таблетками, а магией. Полезная пища, хороший иммунитет. В тот момент я ещё не знала, что мне придётся столкнуться с обратной стороной магического мира. С проклятиями и последствиями…

Столяр, к счастью, оказался дома. Мужчина среднего возраста и довольно крупный, что неудивительно, ведь работа его достаточно тяжелая. К счастью, он никакого внимания на метку не обратил, лишь уточнил, что я желаю узнать.

— Вывеска на дом, где будет швейная мастерская, — сразу обозначила цель посещения.

— Ровная или с изгибами? Большая или маленькая? Как будете крепить? Вопросы из столяра сыпались как из рога изобилия. Боже, да я и не подозревала, что мне придётся ответить на все эти расспросы. По правде говоря, я вообще об этом не думала. Ну, вывеска и вывеска.

— Красивая, — мило улыбнувшись, ответила, как типичная блондинка. — “Волшебная игла”.

— Красивая, — мужчина усмехнулся и покачал головой. — Идите за мной.

Я прошла в сарай, который явно служил мастерской, и ахнула, увидев различные заготовки. Действительно, от больших до малых. И тут-то я и задумалась о размере и куда, собственно, её прикреплять. На крышу цеплять, чтобы свисало над окном второго этажа? Это нужна достаточно большая вывеска. Или, может, на забор небольшую и на дверь?

— Скажите, а сколько стоят вывески? — поинтересовалась, прежде чем делать заказ.

— Большая, как вот эта, — мужчина ткнул в огромные, длинные доски, — два золотых. А мелкие по ползолотого.

— Мне маленькую, на забор, — быстро протараторила, понимая. что не готова выложить огромную сумму за вывеску. Откуда вообще такие цены? Леса много, я не прошу какую-то особенную. Обычную… — Куда надо будет привезти?

— М-м-м, бывший дом Мариэллы, — протянула я, понимая. что напрочь забыла фамилию. — Она мне вас и посоветовала.

— Так что же вы сразу не сказали, милая? — столяр расплылся в улыбке. — Тогда за маленькую три серебрушки, а за большую золотой. Золотой… Нет, меня определённо удивила такая огромная скидка, но всё равно – готова ли я расстаться с такой суммой?

— Всё же маленькую, на забор, — решила я, подумав, что попозже закажу себе большую вывеску, если понадобится.

Заплатив необходимую сумму и обговорив детали, я пошла в магазин косметики. Ну, или лавка красоты, как назвала её Мариэлла. И вот там уже, в этой самой лавке, я потерялась. Действительно не ожидала такого разнообразия! Помимо шампуня, я также приобрела маску для волос, крем для тела, большой кусок умопомрачительно пахнущего мыла и детское масло, которое вот вообще не ожидала увидеть в этом мире. Ещё кучу мелочей набрала в виде лент для волос, гребней и заколок. Купила бантики Святе и уходовый набор для Северины. Опустошив кошель на серебрушку, я, ничуть не жалея, решила прогуляться на рынок, где встретила Беллу, которая уже вот-вот собиралась уезжать из города. Но несмотря на спешку, женщина не отказалась посидеть со мной в кофейне и поговорить. — Значит, магия, — кивнула женщина, словно подозревала и раньше о существовании у меня способностей.

— Поэтому мне и нужна была няня, — я развела руками. — Переживаю, что в порыве вдохновения могу не услышать Итана.

— Оно и правильно, — улыбнулась Белла и как-то странно на меня посмотрела. — А ты только наряды шьёшь? Платья да вот такие костюмы? — Белла кивнула на Итана.

— На самом деле я многое умею шить. От нижнего белья до курток и пальто, но не знаю, насколько это надо.

— Хочу сделать первый заказ, — неожиданно произнесла женщина. — Сшей два комплекта нижнего белья для моих девочек, только такого, чтобы мужчины глаз оторвать не могли. Сможешь? А я тебе рекламу сделаю.

Не успела войти в дом, как утащила Северину для снятия мерок. Те, что снимала ранее, не совсем подходят. Девушка на просьбу раздеться густо покраснела, но стянула платье и осталась в нижней сорочке.

— Я, конечно, могу и так, — с сомнением произнесла я, с сожалением вспоминая размерную сетку, такую привычную для Земли. Здесь же… всё по старинке, ручками.

— Прям полностью? — прошептала Северина и, низко опустив голову, потянулась к подолу сорочки.

— Не надо, — отмахнулась я. — И так нормально. Только понять не могу, что случилось-то? Для платья нормально мерки снимали, ты не стеснялась.

— Ну так это для платья, — протянула девушка. — А тут непотребство.

— Непотребство? — смеясь, переспросила я. — Так никто и не будет в этом белье прогуливаться по улице или раздеваться на глазах у посторонних мужчин. Только для своего мужчины. Ну… Эти комплекты будут для многих мужчин, но потом, когда слух пойдёт, будет только для своих мужчин. Или не очень своих. Какая разница? Я же не заставляю тебя это носить. Отделяй мух от котлет.

— Мухи в котлетах? Фу, — девушку передёрнуло.

— Вот и я о том же, — с улыбкой прокомментировала возмущение. — Мерки с тебя, носка – с девочек Беллы. Никто не будет знать, что я на тебе примеряла.

— Ещё и примерять? — девушка смешно округлила глаза.

— Конечно! Поверь, тебе понравится, — я подмигнула Северине.

Девушка нахмурилась, но промолчала. Просто вышла из мастерской, оставляя меня одну. Что же… Итан скоро проголодается, но на этот счёт я не переживаю, Северина отвлечёт. Я пробежалась взглядом по тканям, выбирая. Слишком откровенно, наверное, не стоит, всё же непривычно будет. Значит, прозрачные ткани и вышивка отменяется. Пуш-ап тоже особо не сделаешь, косточек в этом мире нет, как и бюстгальтеров. А заказывать… Нет, есть интересные модели и без дужек, да ещё и поддерживают неплохо. А что если… Корсеты здесь в ходу, но закрытые. Люверсы у меня есть, значит, вполне можно сделать корсет с шнуровкой спереди и трусики бикини. А что если сделать ещё пояс для чулок? Чулки здесь есть, но они далеки от капроновых, больше для тепла. Надо подумать… Прикрыв глаза, откинулась на спинку кресла и расслабилась, представляя наряды, которые когда-либо видела. Красный с чёрным – слишком вульгарно. Белый? Тоже не то. Намекает на чистоту и невинность, но в этом мире этого добра хватает. Кокетливый розовый? Нейтральный зелёный? Всё не то… А что если просто чёрный? Будет одна из девочек щеголять в чёрном корсете, а вторая… в белом. Да! И будут они как полные противоположности.

Но к работе я не успела приступить. Сначала зашла Северина сказать, что Итан проголодался, затем забежала на огонёк Милара, которая выгуливала новые костюмчики детей. Она же и сообщила, что рассказала всем, где можно найти швею, чтобы сшить похожие.

Я же… Я хитро прищурилась и спросила: а не хочет ли Милара удивить Грэма необычным нарядом? Подруга засмущалась, покраснела, но глаза… В них всё видно, и то, как девушка хочет быть раскрепощённой рядом с мужем. Совсем как магички, которым позволено много больше, чем обычной горожанке.

Мы засиделись до самого вечера, пока Милара не подскочила с оханьем и не кинулась к дверям, сообщая, что совсем скоро придёт Грэм, а её нет. Оставив Северину следить за Итаном, я ушла в мастерскую, где первым делом решила сшить красивое бельё для Милары. Вот ей прекрасно подойдет та ткань, которую я до этого отклонила. Изумительное кружево и совсем немного невесомой, но непрозрачной ткани на стратегически важных местах. И да, безупречно-белого цвета. Заранее настроившись на шикарный результат, я принялась за работу, уходя в неё полностью, с головой. И только очнувшись глубокой ночью, поняла, что бельё сшито, а Северина уже давным-давно спит. Отложив комплект подальше, решив его рассмотреть со всех сторон с утра, я отправилась спать. Чтобы ночью проснуться от оглушающего грохота, звона бьющегося стекла и чьего-то громкого вскрика… Мы с Севериной выскочили в коридор одновременно. Перед выходом я обратила внимание на окно и увидела купол, который тонкой плёнкой окутал дом.

— Воры? — шепнула девушка, растерянно глядя на меня.

— Не знаю, — шепнула еле слышно, удерживая тяжелую статуэтку, которой намеревалась защищаться.

Спустившись вниз, я осмотрелась и, чтобы лучше видеть, зажгла свечи. Прямо за распахнутой дверью лежал мужчина. Просто лежал… Словно и не дышал. А возле него, уже в доме, валялся камень с нацарапанными словами: “Убирайся вон”

— Что же делать? — всхлипнула Северина, с ужасом глядя на распростертое тело.

Хороший вопрос, вот бы ещё знать на него ответ. Поэтому я лишь пожала плечами. Подойдя к мужчине, опустилась рядом с ним и приложила ладонь к шее. Бьётся жилка? Нет? Чёрт, руки трясутся так, что почувствовать пульс просто невозможно.

— Беги ко мне в комнату и принеси пояс от халата, — тихо приказала девушке. — Только быстро и детей не разбуди.

Сама же осталась, но покрепче сжала камень в руке, чтобы в случае чего опустить его на голову вора. Или не вора? Ещё раз посмотрела на камень. И не лень же было царапать? Да и кому я помешала? Конкуренция? Вывески ещё нет, заказы у местных не беру.

— Вот, держите, — запыхавшаяся Северина протянула мне пояс.

Крепко связав руки мужчины, я встала и серьёзно посмотрела на девушку.

— Ты должна остаться дома, а я сбегаю за стражей, — медленно произнесла, не отводя от девушки взгляда. — Если он очнётся, не пугайся. Я быстро.

Девушка яростно закивала, чем я и воспользовалась. Ещё немного, и у неё начнётся так называемый откат. Посттравматический синдром? Не знаю, но будет ей плохо, страшно и слезливо. Как и мне, но потом. А пока я пулей влетела на второй этаж, нашла кольцо и бросилась обратно. Алгоритм действий тот же: сжать кольцо, постараться успокоиться, открыть глаза. Есть! Купол снят, осталось найти стражников и обратиться к ним за помощью. Благодаря полной луне на улице не была непроглядная темнота. Именно поэтому я увидела одинокий экипаж, медленно едущий в мою сторону.

— Эй! Остановитесь! — крикнула, размахивая руками, чтобы кучер точно меня не пропустил.

Кучер потянул поводья на себя и остановился аккурат возле моих ног. Мужчина опустил поводья и устало произнёс: — Леди, я направляюсь домой, простите. Уже поздно.

— Прошу вас, очень нужна помощь, — взмолилась. — Ко мне в дом вломились, срочно нужна стража.

— И вы для этого ищете извозчика? Леди, из какой вы деревни, что не знаете простых правил? — мужчина усмехнулся и достал из кармана длинную трубочку.

Громкий, пронзительный свист, казалось, разбудил всю округу. Я охнула и зажала уши ладонями, боясь оглохнуть. Посмотрев на конюха, заметила, что он протягивает мне устройство.

— Держите, — в руки легла тонкая трубочка с выемкой.

— Спасибо, — растерянно поблагодарила, принимая подарок. — А как же вы?

— У меня ещё есть, — кивнул мужчина и со вздохом огляделся по сторонам. — Знаете, постою с вами, пока не приедет стража.

Стража действительно прибыла быстро. Сначала послышался цокот копыт, а затем из-за поворота между домами выехали двое всадников.

— Что случилось? — спросил один из них, подъезжая ближе и осматриваясь вокруг.

— На дом леди напали, сир, — коротко ответил кучер, склонив голову в знак приветствия.

— Леди? — страж обратился ко мне, ожидая ответа. Уверена, его брови сейчас были немного приподняты.

— Да, сир, — перенимая манеру общения, подтвердила я. — В мой дом бросили камень. Тот, кто бросил, сейчас ещё там, с моей подругой.

— Подругу удерживают насильно?

— Нет, нападающий без сознания и связан, — выпалила я, набирая полную грудь воздуха.

— Ты слышал, Мэнс? — хохотнул стражник, обращаясь к напарнику. — Две леди связали нападавшего, да ещё и сознания лишили. Неужто скоро расформируют стражу за ненадобностью?

— Прошу вас, в доме ещё двое детей, — взмолилась, всё сильнее переживая за домашних.

— Где ваш дом?

Я обернулась и с удивлением заметила, что с перепугу убежала довольно далеко. Живу аж через пять домов. Добрались быстро. Нет, меня не предложили подвезти, пришлось буквально бежать следом. Кучер уехал, откланявшись и поняв, что его помощь на этом может быть закончена.

Дома всё было так же, как и до того, как я вышла. Напуганная Северина и бессознательное тело возле неё.

— Вот этот камень, — я протянула стражнику необычное послание.

— Интересно, — пробормотал мужчина, вчитываясь в запись. — Мэнс, проверь его, бледноват слишком.

Второй стражник подошел к телу и присел на корточки, прикладывая руку к шее, а затем приподняв веки. Короткий взгляд на напарника и взмах головой без слов дали понять, что мужчина скончался.

— Интересно, — тихо усмехнувшись, протянул тот, что держал камень. — Две падшие смогли не только не пострадать, но и убить якобы нападавшего. А он действительно нападал или вам… показалось?

— Что? — осипшим голосом переспросила, словно не расслышала, хотя каждое слово, уверена, вонзится в память надолго. — Мы спали, когда услышали грохот. А мужчина уже лежал. Мы его не трогали.

— И как же он умер? От разрыва сердца? Испугался своего поступка? — продолжал ёрничать тот, что клялся защищать.

— Полагаю, что это из-за артефакта, — я достала кольцо и показала мужчине. — Мне говорили, что оно защищает владельца.

— Артефакт, значит, — кивнул мужчина, но в руки кольцо не взял. — Что же, вы задержаны до выяснения обстоятельств. Собирайтесь, обе.

— Но сир, у нас дети, — я побледнела, понимая, что за малышами некому будет присмотреть. — В доме только мы и дети, больше никого. А они маленькие совсем! Один из них грудной, скоро проснётся на кормление.

— Значит, собирайте детей тоже, — поморщился стражник. Мы с Севериной в полном молчании поднялись наверх и разошлись по комнатам. Я подняла спящего Итана, аккуратно натянула на него костюмчик зайца и уложила в корзину. Сама же натянула первое попавшееся платье, сверху лёгкий плащ и уличные туфли на ноги. Что же, пора идти, только вот совершенно не хочется. Чувствую, что ничего хорошего нам не скажут. Если что, обращусь к Грэму, может, сумеет помочь хоть немного. Как оказалось, на выходе нас ждала карета с открытым верхом и хмурым кучером в форме стража на козлах. В полном молчании заняв место, я порадовалась, что сейчас ночь и свидетелей такого позора нет. Не знаю, как бы мы потом смогли отмыться от прозвища преступниц вдобавок к падшим. Нас привезли в то же место, куда вызывали меня в первый раз. Только тогда я была не подозреваемой.

Утром всё, что происходило несколькими часами ранее, действительно напоминало сон. Я бы так и подумала, если бы не платье, в котором заснула, и не кольцо, которое так и осталось на пальце. Пока умывалась, думала, а не обратиться ли к Грэму. Вдруг он что-то знает или знает того, у кого можно спросить. Но… Ещё немного подумав и вспомнив озадаченность и интерес мессира, передумала втягивать подругу и её семью в свои проблемы. А то, что это проблема, сомнений не вызывает. Но что я тогда могу? Покрутив ситуацию и так и эдак, поняла, что мне остаётся только ждать мессира и надеяться на благоразумие кольца. А вот если будет ещё нечто подобное, то мне придётся идти к магам. Только вот есть ли смысл? Если уж герцог не знает, что за артефакт и как он работает, то вряд ли мне поможет простой маг. Благоразумно рассудив, что вот прямо сейчас я сделать ничего не в силах, решила, что буду жить, как и жила до этого.

Шить, стараться заработать, растить сына, учиться жить в новом мире и не нарываться на неприятности.

Именно с такими мыслями я и спустилась вниз, где Северина уже вовсю готовила завтрак. Позавтракав овсянкой, я поднялась к себе, покормила сына и ушла в мастерскую, предупредив Северину, чтобы окликнула меня через пару часов. Слишком много уделяю времени работе и преступно мало – собственному ребёнку. Значит, сегодня мы идём осматривать наш участок. А пока у меня есть пара часов, чтобы сделать часть заказа для Беллы. Осмотрев бельё Милары, я удовлетворённо кивнула. Да, качество прекрасное. Швы ровные, нитки нигде не торчат, да и к телу приятно. Ничего не колется и не натирает. Сложив комплект в бумажный пакет, я отставила его в сторону и принялась за работу сначала по своим размерам.

И едва не совершила глупость, ведь я-то помнила свои старые размеры. Того тела… Как бы это странно ни звучало. Отложив испорченную ткань, я грустно вздохнула и потянулась за другой. К сожалению, уже ничего не исправить, так как отверстия от иглы будут сильно выделяться. Да и не хочется мне терять репутацию из-за лени или жадности. Только вот работа не шла. Я сразу это поняла, как только коснулась машинки второй раз. Ничего… Тишина… Словно и нет во мне магии ни капельки. Неужели это неудачная работа так повлияла? Я никогда особо не верила во вдохновение. Думала, что только кропотливая работа даёт результат, а вдохновение… Сказки для ленивых. Оказалось, что всё совершенно не так. Ну, раз уж теперь моей работой командует магия, я решила дать себе денёк отдохнуть. Например, провести время с ребёнком, занять себя книгами, отнести подарок Миларе.

Только относить ничего не пришлось. Подруга сама пришла ближе к обеду, когда я собирала Итана на прогулку.

Милара схватила врученный подарок и побежала переодеваться в уборную. Пришлось взять с неё честное слово, что результат она мне всё же покажет. Наверное, именно поэтому подруга долго не выходила, я уже подумала было, что мне не удастся оценить свой труд, но… Милара пересилила стеснение и вышла.

Как меняет девушку красивое бельё! В этом мире в ходу ночные рубашки и панталоны. Но разве можно свести с ума мужчину, будучи в панталонах? А в цветастой сорочке? Ещё одна важная деталь – бюстгальтер, который приподнимал грудь. Милара – девушка родившая и вскормившая двоих детей. Ну никак не мог такой подвиг не отразиться на теле. Конечно, трусики тоже играют немаловажную роль. Панталоны хоть и в цветочек, но несколько уродливы. Но это на мой, искушенный взгляд. Местные мужчины сошли бы с ума, увидев то разнообразие, что висит в магазинах нижнего белья.

— Тебе самой-то нравится? — с улыбкой спросила у подруги.

— Это красиво, — неуверенно, запинаясь, произнесла девушка. — Но как-то странно, я словно обнажена. Как в таком ходить?

— С высоко поднятой головой, — рассмеялась я. — Правда, такое бельё с местной модой немного не сочетается, лямки будут видны, а это уже некрасиво. Так что пока только дома. Грэм сойдёт с ума.

— Ты знаешь, это может иметь успех у наших женщин, — подумав, выдала Милара. — Только я не совсем понимаю, как вот это им показать.

— Через мужчин, — усмехнулась я. — Именно поэтому заказ для девочек Беллы будет сделан. И, возможно, я схожу в местное увеселительное заведение, чтобы предложить им сделать заказ.

— Но как… — Милара нахмурилась, не понимая. Но вскоре девушка осознала. — Это ужасно.

— Но действенно, — фыркнула, отмахнувшись. — Тем более, я же не только этим буду заниматься.

Восторг Милары вызвал во мне чувство уверенности. Казалось, что всё сложится удачно и самым лучшим образом. Я забыла и про беспокойную ночь, и про проблемный артефакт, и сегодняшнее нежелание магии мне помогать. Всё у меня получится, главное – набраться терпения и действовать постепенно. Например… Посетить, наконец, лекаря. С этим вопросом я и обратилась к Миларе. Прожив в Лирхе много лет и имея двоих детей, она должна была к ним обращаться.

И я не ошиблась.

— Есть целитель – мэтр Лабор, — с готовностью кивнула подруга. — Однажды Альп сильно заболел, жар не спадал целых пять дней. Мэтр дал настойку и немного поколдовал, и Альп буквально за три дня выздоровел. Он живёт прямо напротив рынка, ещё вывеска такая большая над домом. Не пропустишь.

— Торопишься? — улыбнувшись, поинтересовалась, глядя, как Милара немного нервничает.

— Грэм должен уже прийти. Сегодня у него короткий день, хочу сделать сюрприз, — девушка покраснела и опустила глаза.

— Беги давай. Только скажи, к мэтру надо записываться заранее?

— Нет, — чуть подумав, ответила Милара. — Если только очередь, он не записывает никого.

Проводив подругу, я сообщила Северине, что мы идём к мэтру Лабору. Пора уже удостовериться, что с нами всё в порядке. Единственное, что я не уточнила у Милары, так это стоимость приёма, но надеюсь, пары золотых будет вполне достаточно. К местному врачу мы отправились в экипаже. Хоть погода и была прекрасной для прогулки, я решила сделать всё быстро, а остальное время провести у себя на заднем дворе.

Кучер знал мэтра, поэтому привёз нас к самому дому, и искать целителя не пришлось. Впрочем, как и сказала Милара, такую вывеску пропустить сложно. Большая, практически под самой крышей, украшенная вензелями. Произведение искусства, не иначе. Очереди у мэтра тоже не было, так что стоило нам войти в приёмную, как вежливая женщина, похожая на Мэри Поппинс, пригласила нас в кабинет.

Мэтр Лабор оказался достаточно пожилым – лет восьмидесяти, если не больше. Маленького роста, но с безумно добрыми глазами и светлой улыбкой. На носу очки, а в руке слуховая трубка.

— Что вас ко мне привело, милые леди? — поинтересовался целитель, с интересом рассматривая нашу компанию.

— Хотели бы удостовериться, что полностью здоровы, — сообщила, вежливо улыбаясь. — Только, прошу вас, скажите заранее, сколько будет стоить осмотр?

— Всех вас осмотреть? — старичок задумался. — Золотой за вас, взрослых, детишек бесплатно.

Вытащив монетку и вложив её в морщинистую руку, я вышла в приёмную, оставляя Северину и Святу. Было очень интересно, как проходит осмотр, но я не решилась остаться, считая посещение врача интимным делом.

Девчонки вышли минут через пятнадцать, вполне довольные собой. Мэтр Лабор сообщил, что с ними всё замечательно, здоровье отменное.

Вздохнув, я подняла корзину с Итаном и направилась в кабинет.

— Сначала вы, леди, — мэтр поманил меня и указал на кушетку. — Ложитесь и ничего не бойтесь. Малыша пока оставьте там, на стуле. Негоже, когда две ауры сплетаются.

Я ничего не поняла про ауры, но сделала всё так, как и сказал целитель. А когда легла на кушетку, то едва удержалась, чтобы не ворочаться.

Одну руку мэтр положил мне на макушку, а вторую на солнечное сплетение. Я чувствовала их тепло и… почему-то показывание. Это так действует магия?

— С вами всё превосходно, леди. Только скажите, были ли случаи, когда вы находились буквально на грани жизни и смерти? Ваша душа потрепана и… несколько старше, чем тело. Словно вы пережили очень много нехорошего.

— Я чуть не умерла при родах, — тихо ответила, отводя взгляд. Вот как… Значит, душа моя…

— Мне жаль, — понимающе кивнул мэтр. — Теперь я осмотрю малыша.

Я думала, что с Итаном будет так же, как и со мной. Руки положил, немного постоял – и всё. Но нет, мэтр долго сканировал малыша, прикладывая руку то к груди, то к пяткам, то ко лбу. И хмурился… Я молча кусала губы, не осмеливаясь отвлечь целителя.

— Малыш здоров, — наконец произнёс целитель.

Только почему я чувствую подвох в этих словах? Почему старичок хмур?

— Но? — подтолкнула я к дальнейшему разговору.

— Его душа с чёрными отметинами, леди, — вздохнув, сообщил мэтр.

— Что это значит? — я взяла Итана на руки и прижала к груди, словно таким образом смогу уберечь, закрыть от враждебного мира.

— Такие метки оставляют проклятия. Страшные проклятия.

— Но… — я растерянно смотрела на старичка. — Но кому могло понадобиться проклинать ребёнка?

— Возможно, проклятие не на нём, а на отце или более старших родственниках, — мэтр развёл руками. — На вас проклятия нет.

— Чем нам это грозит, и как можно его снять? — мысли путались, не давая нормально сформулировать вопрос.

— Я не проклятийник, леди, — мужчина с жалостью посмотрел на меня. — Хотел бы помочь, да не могу. Тот, кто наложил проклятие, достаточно силён, значит, и снять сможет не менее могущественный. Таких в Лирхе я не знаю, может быть, в Даларосе. И стоит это очень дорого, леди, проклятийники за свою работу требуют высокую плату, и не всегда это золото. Я не помню, как вышла от мэтра. Да и как до дома доехала – тоже. Очнулась, сидя у себя в комнате и качая Итана. В шоковом состоянии даже плакать не могла, лишь раскачивалась и думала… думала… думала… Как же так, магия есть, а спасти своего ребёнка практически невозможно? Что это? Карма? Чей-то сглаз? Судьба у меня такая – терять близких? Да, мэтр не сказал, чем мне грозит проклятие, но… Но слишком уж он был встревожен.

Убаюкав уставшего ребёнка, я уложила его в колыбель и спустилась вниз. Наткнулась на Северину, с тревогой меня разглядывающую, слабо улыбнулась Святе, которая бегала по дому… Меня несло в мастерскую. Я не думала, что зайду сегодня туда, но меня тянуло… Влекло к работе, хотя голова была забита абсолютно другими вещами. Не знаю, может, таким образом магия пытается подбодрить? Не дать панике запустить свои щупальца в мозг и отключить сознание? Нет у меня на это ответа, ни тогда его не было, ни сейчас. Очутившись в мастерской, я с головой ушла в работу, отвлекшись всего один раз, чтобы покормить сына. И очнулась окончательно, когда вошла Северина.

— Амалия, к вам тот странный мужчина, — неуверенно протянула девушка.

— Тот? Это который? — с удивлением переспросила я, поворачиваясь к девушке.

И замолчала… На пороге, сняв шляпу и ехидно улыбаясь, стоял герцог.

— Прошу прощения, что не дождался приглашения. Не смог отказать себе в любопытстве и не заглянуть в вашу мастерскую. Значит, вот этим вы зарабатываете себе на жизнь?

Мужчина кивком головы указал мне за спину, на стол, на котором лежал полностью готовый заказ для Бэллы.

— Это вас не касается, — холодно напомнила, только щёки опалило жаром. Что же, он и так нелестного мнения обо мне, а после такого – и подавно.

— Боюсь, у нас нет времени на препирательства, — если мой тон был просто холоден, то его тоном можно было замораживать. За секунду… — Собирайтесь, вы едете со мной.

— Куда?! — я подскочила со стула. — И надолго ли? Никаких происшествий со мной либо с кольцом не случалось.

— Вы ждёте, что случится? — герцог приподнял бровь. — Вас не будет несколько дней. Хочу кое-что проверить. И да, няню я бы попросил остаться здесь. Надеюсь, вы справитесь в одиночку со своим ребёнком.

— Я никуда не пое… — начала я, а потом замолкла. А вдруг он мне поможет? Мессир просто обязан знать лучших из лучших, а как расплатиться с проклятийником, я найду. — У меня есть условие!

— Это становится интересно, — герцог улыбнулся и посмотрел на меня уже с интересом. — Что же вы хотите от меня? Думаю, будет глупостью напоминать вам, что артефакт – ваша проблема?

— Вы познакомите меня с проклятийником. Самым сильным и опытным, — выпалила, пропуская мимо ушей всё, что он сказал.

— Хотите наказать того мерзавца, что воспользовался вашей беззащитностью? Не стоит, за такое никто не возьмётся, да и карается строго. Но… Нет, вы не глупы, так мелко мстить не будете, подвергая себя опасности. Так что случилось, Амалия? Учтите, пока не признаетесь, сделка заключена не будет.

— Я хочу снять проклятие с сына, — шепотом произнесла я, но по цепкому взгляду синих глаз поняла – услышал.

Что же… Я пошла ва-банк. Должно же мне хоть раз повезти, ведь на кону в прямом смысле человеческие жизни.

— Всё ещё не хотите говорить, кто его отец? — усмехнулся герцог, глядя на спящего Итана. — Знаете, вы либо слишком сильно боитесь, либо безрассудно глупы.

— Вы здесь не для того, чтобы давать оценку моему разуму, — я едва зубами не скрипнула от досады.

— Поверьте, мне вообще нет дела до вашего разума. Как и до вашего ребёнка, о помощи которому просите вы, — парировал мужчина, а я поняла, что в умении показывать зубы я проигрываю. Опыт маловат…

— Как эта информация вам поможет? — я уже готова была сдаться, лишь бы услышать, что проклятие совершенно не страшное и снять его легко.

Но герцогу не дали бы прозвище Дикий, не будь он таким…

Снобом и задирой?

Иначе как объяснить его манеру отвечать вопросом на вопрос?

— Амалия, что вы знаете о проклятиях? — мужчина внимательно посмотрел на меня, а затем нахмурился. — Не отвечайте. Думаю, это можно обсудить в дороге. Тем более помочь вашему ребёнку прямо сейчас я не смогу.

— Хорошо, — я огорчённо вздохнула, но спорить не стала. Мужчина прав, поговорить можно и позже.

— Подождите меня внизу, я сейчас соберусь, — попросила я, отходя от двери, чтобы герцог мог выйти. — Только скажите, мы надолго? И куда вообще едем?

— Надолго ли… — мужчина задумался. — Пока не могу дать точного ответа. У меня есть теория происхождения этого кольца. Я бы мог сам проверить её, но может потребоваться само кольцо, которое, как вы понимаете, защищает вас и попросту не дастся мне в руки. А едем мы к моему старому другу.

Герцог вышел, а я растерянно достала сумку из шкафа.

“Собирайтесь”. Стоит ли говорить, что брать мне с собой нечего? Кое-какие вещи, но в таком состоянии, что в них стыдно появляться. Пара одёжек для Итана. В общем, закидав почти всю одежду в сумку, я переодела малыша в костюмчик для прогулок и положила в корзину, отметив, что та уже достаточно мала ему. Пора что-то придумывать… Ладно, это пока потерпит. Если совсем будет сложно носить на руках, куплю ткань и сделаю что-то типа слинга, попросту примотав сына к себе.

Прежде чем спуститься, я оставила пять золотых Северине, понимая, что могу уехать на достаточно долгий срок. Монет становится всё меньше и меньше, но мне же ещё должна заплатить Белла, и я очень надеюсь на заказы. Окинув взглядом комнату, я мысленно перечислила всё, что мне может понадобиться. Поняв. что ничего не забыла, закрыла дверь и спустилась вниз. Северина была на кухне. Она только что подала чай герцогу и теперь просто боялась ещё раз попасться ему на глаза.

— Мне придётся уехать на неопределённый срок, — принялась я давать наставления. — Я в комнате оставила монеты, так что можешь не переживать о пропитании. И ещё, когда приедет Белла, то отдай ей заказ. Он уже доделан и лежит на столе, возле швейной машинки. Миларе скажи, что я уехала по делам и всё ей расскажу, как только вернусь.

— Хорошо, — растерянно пробормотала девушка. — А что делать, если вас долго не будет?

Я прикусила губу, пытаясь найти выход.

— А ты шить умеешь? Я не говорю о чём-то сложном, но что-то мелкое? Хорошо заштопать одежду, пришить пуговицу?

— Умею, — Северина кивнула.

— Если монеты будут подходить к концу, а я не вернусь, то занимайся этим. И ещё… — я замолкла на пару минут. — Если не вернусь вовсе, считай, что дом твой.

— Как это – не вернётесь? — девушка всхлипнула и прижала ладонь к губам.

— Успокойся, — шикнула на Северину. Мне только истерики не хватало для полного счастья. — Это на всякий случай. И вообще, я постараюсь отправить письмо.

Спустя несколько минут мы с герцогом уже сидели в экипаже друг напротив друга.

— Расскажите про проклятие, — попросила я, нарушая тишину.

— Что вы вообще о них знаете? — вспомнил герцог окончание разговора в доме. — Я не про классификацию или способах различия, а вообще.

— Ничего, — я пожала плечами, понимая, что в воспоминаниях Амалии такого нет. — Только знаю легенду о проклятых. Тех, кто не видит меток. Но это же не то?

— Не то, — согласился мужчина. — Проклятие могут наслать лишь проклятийники. Маги, имеющие достаточную для этого силу, знания и опыт. Проклятия можно адресовать как конкретному человеку, так и целому роду. Снять такое проклятие может либо проклятийник, имеющий силу уровнем выше, чем тот, кто наслал. Либо выполнить условия, если таковые имелись. Самый последний вариант – проклятийник сам снимает проклятие, но таких случаев слишком мало. Никто в здравом уме не сообщит, что нарушил закон королевства. Тот, кто виновен в проклятии вашего ребёнка, достаточно силён. И я сомневаюсь, что он желал зла именно младенцу. Скорее всего, это проклятие рода. Наслали на отца либо же деда. Ранее – не думаю. Настолько сильных проклятийников слишком мало, и все они служат и служили на благо королевства. Амалия, почему вы так тщательно скрываете имя отца ребёнка? Ведь он тоже проклят, а значит, можно узнать, в чём заключается смысл проклятия.

— Проклят? — непонимающе посмотрела на герцога. А затем ахнула, осознавая… Почему я не поняла раньше, когда ещё целитель говорил? Конечно же, Генри Адамсон проклят! И это полностью объясняет его странное поведение, жестокость и… всё остальное. “— Я не хотел, не хотел, — рыдая, Генри вытирал слёзы, размазывая мою кровь по своему лицу. — Не хотел!” И следом граф менялся. Становился злым, жестоким, из его груди рвалось рычание. Проклятие, вот оно что. Нет, это нисколько не оправдывает ни его, ни Адамсонов-старших, но хотя бы стало понятно.

— Боже, — я с ужасом посмотрела на Итана, сладко спящего в корзине. Масштаб катастрофы просто невероятен. — Нет-нет-нет!

— Леди? О чём вы? — герцог схватил меня за руку и вынудил сесть на сиденье, а я только заметила, что порывалась встать. — Может, расскажете, наконец?

— Он не может быть таким, как его отец, — прошептала, чувствуя, как солёные капли падают мне на руки. — Прошу вас, помогите нам!

— Почему вас так пугает это? — голос герцога доносился до меня словно сквозь вату.

— Я не смогу так… Он не должен, — бессвязно бормотала, пытаясь придумать хоть какое-то решение. — Мой сын не будет таким.

— Амалия! — рявкнул герцог и со всей силы тряхнул за плечи. Зубы клацнули, а сознание стало проясняться. Особенно помогало, когда я смотрела в синие глаза герцога. Он словно заражал своим холодным спокойствием.

— Его отец, он был помешан на жестокости и девушках, — пробормотала я, осознавая – дальше молчать нельзя, а вот с Лирхом придётся попрощаться.

— Вы осознаёте, что своим молчанием могли навредить другим девушкам? Что вот прямо в этот момент он может истязать юную леди, испортив ей жизнь? — зло, едва сдерживая ярость, спросил герцог, сжимая мои плечи.

— Отпустите, мне больно, — я отпрянула назад, вырываясь. — Вы ничего не знаете!

— Я знаю, что вы осознанно молчите о преступлении. О жестоком, ужасном преступлении, — отрывисто бросил герцог. — Амалия, вам лучше рассказать всё, иначе, клянусь, вы пойдёте на казнь как соучастница. Слово мага.

— Я расскажу, — прошептала едва слышно, отвернувшись к окну. — Но можете ли вы мне обещать, что сохраните мою тайну?

— Вы снова ставите условия, — с укором проворчал мужчина. — Даже находясь в безвыходном положении, на волоске от смерти, вы имеете наглость диктовать мне свои правила.

— Я не могу иначе, — грустно усмехнулась, повернувшись к магу и посмотрев в глаза. — От этого зависит моя жизнь. Моя и его.

— У нас есть ещё немного времени, пока мы доедем до портальной арки. Если ваш рассказ займёт больше времени, то предлагаю сначала всё же назвать имя. И да, я даю слово мага, что никому не раскрою ваш секрет, если вы не пожелаете иного.

— Генри Адамсон, — уже более уверенно сказала, не пытаясь больше юлить. — Наследник соседнего графства.

— Генри, я знаю его, — пробормотал маг. — Вы не лжете? Семья Адамсонов достаточно влиятельна и известна. Такое скрыть слишком сложно.

— Вы мне не верите, — грустно резюмировала, отворачиваясь. Зря я не послушала Васила и не сбежала настолько далеко, насколько это возможно. Да пусть даже на другой конец этого сумасшедшего мира.

— Не говорите глупостей, — герцог поморщился. — Я умею отличать ложь, не забывайте. Что же, Генри, значит. Признаюсь, был не прав, обвиняя в молчании. Приди вы с такими обвинениями к страже, вполне возможно, что вас бы отправили обратно в графство.

— А сейчас?

— Сейчас мы едем, куда и планировали.

— А что будет с графом? — мне было важно услышать ответ. — Ничего не произойдёт? Ему ничего не будет?

— Расследование займёт некоторое время, — уклончиво сообщил маг, отчего я усмехнулась и отвернулась, посчитав, что наш разговор окончен.

Вот так, Амалия, никакой справедливости…

Минут через пять экипаж остановился. Дверца распахнулась, выпуская вначале герцога, а затем меня с малышом. Герцог подал руку, но я не смогла… Не нашла в себе силы дотронуться до мужчины. Слишком обидно и больно… А ведь ещё придётся раскрыть свой секрет… Остаётся надеяться, что он, узнав тайну, потеряет ко мне интерес и исчезнет из моей жизни.

А вот мне придётся заново строить своё будущее, только уже уехав из так полюбившегося мне Лирха.

Портальная арка находилась в большом здании, напоминающем маленький дворец, с башенными пиками, широкими лестницами и статуями возле величественных дверей. Толпа… Слишком много народа оказалось внутри. Я уже представила, как сложно будет ждать очереди, но тут к нам подошёл молодой человек в форменной ливрее.

— Приветствую, милорд, миледи. Прошу за мной.

Мы шли по узким извилистым коридорам, пока не уткнулись в тупик с одной-единственной дверью, которая тут же распахнулась, стоило нам остановиться.

— Прошу, проходите.

Да, обстановка в вип-портальной сильно отличалась от общественной. Мягкие диваны с шелковой обивкой, мягкие ковры под ногами с длинным ворсом, столик с хрустальными бокалами, наполненными какой-то жидкостью.

А в середине помещения арка, которая переливалась всеми цветами радуги.

Пока я рассматривала убранство, даже не слышала, о чём говорят рядом со мной. Вряд ли мне удастся ещё раз пройти сквозь такой портал, так что не очень интересно.

— Амалия, идёмте, — окликнул меня герцог. — Нам пора. Координаты уже установлены.

Я немного боялась подходить к арке, но другого выхода всё равно не было. Зажмурилась что есть силы, затаила дыхание, прижала сына покрепче и шагнула вперёд. А распахнула глаза уже в другом помещении. Здесь было так же красиво и роскошно, но в других цветах.

— Идёмте, до графства несколько часов пути, а тратить магию на порталы я не хочу.

И снова длинные коридоры, чёрный экипаж и тишина… Я не хотела разговаривать. Да, мне было интересно узнать, действительно ли герцог умеет строить порталы. Интересно было узнать о месте, куда мы едем, но… “Расследование займёт некоторое время”.

Я просто не могла пересилить себя и продолжить вести диалог вежливо. Какая вежливость? Откуда? Если в душе лишь презрение и безысходность. Главное, не попасть в руки графа. — Генри в королевской темнице, — спустя время сообщил маг. — Его арестовали.

— И что? — без энтузиазма спросила я. — Допросят и отпустят? Что помешает ему солгать? Ни один человек в здравом уме не расскажет о преступлении сам.

— В королевской темнице не допрашивают, леди, — тихо, опасно произнёс герцог. От этих слов моё тело покрылось мурашками, и стало страшно.

— Чем она отличается от той, что в Лирхе? Да и от любой другой?

— Методами, — улыбнувшись, пояснил герцог. И я вот вообще не захотела знать, что там за методы.

— Амалия, его не отпустят, — тихо сказал мужчина. — Теперь уже нет. Слово мага.

— Откуда вы вообще узнали, что его схватили?

— Вот отсюда, — мужчина покрутил в руках маленький конвертик. — Магический вестник. И не удивляйтесь скорости, портальная магия, не более. Теперь расскажете?

— Я бы рассказала и так. Обещала ведь, — пожав плечами, усмехнулась, а затем отвернулась к окну и начала рассказ. Правдивый рассказ не только о жизни самой Амалии, но и о моей. Как попала, когда, куда. Я рассказывала долго, вспоминая буквально каждую мелочь. Рассказ получился сбивчивый и немного запутанный, но маг меня не перебивал. Он внимательно слушал, откинувшись на спинку сиденья.

— Вот так вот, — я посмотрела на герцога, ожидая реакции.

— Душа из иного мира сама пересекла барьер, — тихо произнёс он, рассматривая меня. — Вот почему вы кажетесь старше, чем показывает внешность.

— Сомнительный комплимент, — усмехнулась, покачав головой.

— Согласен, — рассмеялся герцог. — В своё оправдание могу сказать, что знакомство с графиней вас порадует. Она тоже пришла из другого мира, и судя по описанию, из вашего.

— Правда? — я подалась вперёд, готовясь с жадностью слушать всё, что расскажет маг о графине. — Значит, я не одна такая?

— Не одна, но графиня попала сюда не после своей смерти, а вполне живая, сквозь портал.

— Значит, я смогу вернуться домой? — надежда расцвела буйным цветом.

Кредиты? Долги? Плевать! Зато нет идиотских печатей, и способы выжить имеются. Заберу Итана и вернусь домой.

— К сожалению, портальный артефакт был в единственном экземпляре, а Томас сейчас не может создать ещё один. А вы хотите вернуться?

— Да, — огорчённо кивнула, стараясь сдержать слёзы разочарования. — В моём мире всё привычно и намного проще. Да, нет магии, но и сословий нет. Меток этих дурацких.

— Вам стоит привыкнуть к нашему миру. Здесь не так плохо, как вам сейчас кажется.

— Правда? — я скептически хмыкнула. — Скажите, а как жить, если в кармане несколько золотых, на руках грудной ребёнок и из имущества только маленький домик? И работы нет благодаря метке, которая получена незаслуженно, да ещё и не мной! А вдобавок ко всему проклятие. Как жить? Не сопротивляться судьбе и податься в увеселительный дом? Развлекать мужчин за серебрушку, а спустя несколько лет оказаться на улице без медяшки в кармане? Мессир, вы живёте в другом мире. В мире роскошных балов, дорогих домов и безотказности. Любое ваше желание исполняется, будь то индивидуальный портальный зал или экипаж, который встретит вас где угодно и доставит куда угодно. Ваша жизнь другая.

— Вы заблуждаетесь, — возразил герцог, но взгляд отвёл.

— Сомневаюсь, что вы думали о том, где взять хотя бы медяк на булку, — усмехнулась я. — Я не говорю, что ваша жизнь сказочна, но и о моей вам неизвестно ничего. Узнав правду, вы стали разговаривать со мной иначе. Более… вежливо. Поняв, что метка на мне не из-за разгульного образа жизни? Не думайте, я вас не упрекаю, привыкла уже.

— Сейчас Его Величество борется со стереотипами. Пытается снизить уровень презрения к меченым, — принялся объяснять мужчина. — Мы находимся далеко от столицы, там более стёрты границы между мечеными и простыми людьми.

— А в Малинках с постоялого двора гонят. А в деревушке на краю герцогства вообще бы побили, будь я без ребёнка, — продолжила я. — Мессир, я всё прекрасно понимаю.

— Называйте меня Нейт, — неожиданно попросил маг. — Вы не совсем правы в своих суждениях, но спорить я не хочу.

Мы замолчали, а вскоре захныкал Итан, требуя еды. Нейт стукнул пару раз в заднюю стенку экипажа, давая сигнал для остановки.

— Покормите ребёнка, я пока прогуляюсь, — герцог улыбнулся, надел шляпу и вышел, подняв воротник плаща повыше. Да, погодка здесь не та, что в Лирхе. Ветер деревья гнёт.

Пока кормила Итана, смотрела на улицу и думала, что не зря я доверилась. Может, и правда графа накажут. Только вот как быть с Итаном и проклятием? К счастью, это узналось сейчас, пока он совсем малыш. Есть время накопить золота. А значит… Я просто обязана развить свою мастерскую. А вот пояса придётся затянуть потуже, экономя буквально каждую медяшку. Ничего, зато сын будет здоровый.

Спустя пару часов мы остановились возле дома, очень похожего на замок. Пусть он и не был огромный, но красотой завораживал. Острые пики башен, овальные окна, тёмные, немного мерцающие стены. На крыльце нас ждала молодая девушка, скромно сплетя руки в замок. С длинными светлыми волосами играл ветер, создавая на её голове беспорядок. Но эта небрежность была к лицу графине, как и лёгкая улыбка на губах. А простое платье в пол и тонкая шаль на плечах делали её не леди, а обычной горожанкой. Необычно, если не вспоминать, что девушка может быть с Земли.

— Нейт, я рада вас видеть, — поприветствовала графиня моего спутника, а затем повернулась ко мне. — Я Анна, добро пожаловать в мой дом.

— Амалия, — представилась в ответ и немного качнула корзину с малышом. — А это Итан.

— Какой чудесный малыш, — умилилась девушка. — Проходите в дом.

Анна прошла вперёд, а вот Нейт задержался и потянул меня за локоть.

— Стойте, Амалия.

— Что-то не так? — я нахмурилась.

— Что бы вы ни увидели и ни услышали – не пугайтесь, — серьёзно сообщил мужчина. — Простите, моё упущение, забыл предупредить.

— Предупредить о чём? — недоуменно переспросила, не понимая, что герцог от меня требует. — Что происходит?

— Дом не совсем обычный. Он живой, что-то вроде вашего артефакта, но более сообразительный. Именно поэтому я привёз вас сюда.

— Живой? — ошарашенно переспросила я, переведя взгляд на здание.

И тут же взвизгнула, когда дверь медленно приоткрылась… Сама.

— Не пугайтесь, замок не причинит вреда людям, — услышав мой визг, отозвалась Анна, которая отошла подальше, но осталась ждать, пока мы договорим. — Да и графиня Сеттингтон не обидит, если только словом. Но уверяю, не стоит обращать на неё внимания.

— Анна, неужели вы так и не смогли поладить с бабулей? — укоризненно спросил герцог, но по улыбке было понятно – шутит.

— С переменным успехом, Нейт, — сокрушенно вздохнула Анна. — Старая графиня вроде как и не против меня, но и не за. Иногда мне кажется, что она это специально. Проверяет меня на прочность?

Я молча слушала диалог, не особо вникая. Вероятно, у Нейта и Анны есть общие темы, при обсуждении которых мои комментарии будут неуместны.

— Зато Адриан под присмотром, — фыркнул герцог и повернулся ко мне. — Амалия, графиня Сеттингтон – призрак давно почившей бабули Томаса. Женщина старой закалки и традиций. Неплохая, но к ней нужен особый подход.

— П-призрак? — с трудом, заикаясь, повторила я, надеясь, что мне послышалось.

— Ещё один опыт графа, — кивнул Нейт. — Не переживайте, вреда графиня не принесёт.

— Нотациями замучает, — вздохнула Анна. — Идёмте, познакомлю вас.

Хотела ли я знакомиться с призраком умершей бабки? Чёрт! Нет, конечно! Но не на улице же ночевать, да и с Анной очень хотелось поговорить. Она производит впечатление хорошей девушки. Не задириста, не наглая. Простая… Пройдя внутрь, я принялась осматриваться по сторонам. Как-то… пусто для дома графини. Я думала, что здесь будут сновать слуги, но кроме юной служанки и пожилого слуги больше никого не было. Почему так? И где хозяин дома?

Служанка отвела меня в гостевые комнаты и предупредила о начале ужина через час. Есть хотелось жутко, но ещё больше – спать. И я бы не против отказаться от ужина, только вот любопытство… Слишком уж хотелось поговорить.

— Падшая в нашем доме? — рявкнули за спиной, едва я положила Итана на кровать. Подпрыгнув от испуга, резко развернулась и что есть силы завизжала. У входа в комнату стояло… Или висело?.. В общем, находилось самое настоящее привидение. Пожилая женщина в роскошном платье и с очень презрительным взглядом. Это и есть графиня?

— З-здравствуйте, — пробормотала я, сцепляя руки в замок, чтобы они перестали так трястись.

— Что в моём доме делает падшая, да ещё и с ублюдком? — гневалось привидение. — Нейт привёз? Паршивец! Я всегда говорила Томасу, что дружба с герцогом ни к чему хорошему не приведёт! Сейчас я ему устрою! Привидение развернулось и выплыло из комнаты прямо сквозь закрытую дверь.

— Знаешь, сынок, в следующий раз я буду уточнять, к кому мы едем, — пробормотала я скорее себе, чем сыну. Ведь он крепко спал, не обращая внимания ни на привидение, ни на смену обстановки. Ему, по большому счёту, без разницы, что происходит вокруг. Лишь бы мама рядом была, да кормили вовремя. Я усмехнулась, посмотрев на сына. Хорошо быть малышом. Это потом начинаешь знакомиться с миром, с людьми, не всегда приятными, с укладом, правилами и стереотипами.

Я успела покормить сына и немного передохнуть. Перед самым приходом служанки я переоделась в то единственное домашнее платье, что у меня было, стянув дорожное, переобула туфли и, взяв Итана, спустилась вниз. Я бы могла дождаться, когда малыш уснёт, и потом прийти, но оставлять ребёнка не хотелось.

В небольшой столовой, куда меня привели, уже был накрыт стол. Хозяйка уже была здесь, стояла возле камина и с улыбкой смотрела на меня.

— А герцог подойдёт? — поинтересовалась я, замявшись от неловкости.

— Нейт разговаривает с графиней, — чуть поморщившись, сообщила Анна. — Предлагаю выпить по бокалу сока. Крепкие напитки не предлагаю, ведь вы кормите грудью, верно?

— Верно, — кивнула, присаживаясь в кресло напротив камина. Второе заняла хозяйка дома. — А у вас тоже есть ребенок?

— Да, сын, — улыбнулась девушка. — Адриану всего семь месяцев, но он пошел в отца, очень уж любознателен.

— А сам граф к нам присоединится? — продолжила поддерживать разговор. Но что-то пошло не так. Улыбка сползла с лица Анны, плечи опустились.

— К сожалению, мой… — девушка запнулась, но затем продолжила, — мой муж пропал шесть месяцев назад, и, к сожалению, неизвестно, жив ли он вообще. Поиски не прекращаются, но…

— Простите, — прошептала я. Совершенно не хотелось расстраивать девушку. Даже пожалела, что спросила.

— Ничего, вашей вины в этом нет, а с одиночеством я свыклась, — Анна грустно улыбнулась. — Нейт – один из тех, кто помогает найти Артё… Томаса.

Я заметила заминку, но не стала заострять внимание. Кто я такая, чтобы выпытывать секреты?

Задала другой, более волнующий меня вопрос.

— Анна, Нейт сказал, что вы из другого мира, верно? С Земли, — я затаила дыхание, ожидая ответа.

— Верно, — спокойно согласилась хозяйка. — Вам любопытно, как там всё устроено?

— Нет, — голос охрип от волнения, а сердце забилось чаще. — Просто я тоже с Земли.

— Правда? — удивилась Анна. — Я не знала, что есть ещё кто-то, кто может создавать межмировые порталы.

— Нет, я пришла не через портал, — усмехнулась я, беря себя в руки. — Там, на Земле, я умерла.

— Оу, мне так жаль, — сокрушенно пробормотала девушка. — Нейт в письме писал, что вам нужна библиотека, ищете какую-то информацию. Вы хотите вернуться домой? Но… Подождите, а как давно вы здесь?

— Чуть больше месяца, — и, понимая, какой вопрос будет следующим, сразу ответила: — Итан не совсем мой ребёнок. Моя душа попала в тело умирающей девушки. Это она зачала сына, а я, получается, его родила.

— Удивительно, — с восхищением произнесла графиня. — Знаете, я не хотела уходить с Земли, но меня вынудили.

— Муж?

— Нет, — девушка качнула головой. — С Томасом я познакомилась на Земле почти два года назад. Мы влюбились друг в друга настолько, что совершенно потеряли голову. А через два месяца я узнала, что жду ребёнка. Я не знала, кто Том на самом деле, мне он представился Артёмом. А потом, спустя месяц после рождения Адриана, Томас пропал. Подарил кольцо, сообщил, что теперь я его жена, и сказал, что ему надо отлучиться на неделю. И пропал. А ещё через три месяца в мою квартиру ворвались двое. Сказали, что мой Артём на самом деле не Артём, а Адриан – наследник графства. Вот так я и очутилась здесь.

— Получается, вы уже полгода не видели мужа? — тихо спросила я с сожалением в голосе.

— Именно, но мы знаем, что Томас жив. Только почему он не появляется, никто не может понять. И где он – тоже никто не знает. Любовь к экспериментам, видимо, сыграла с ним злую шутку.

— И как вы справляетесь? В новом для себя мире, с другими законами и порядками?

— А что делать? Приходится приспосабливаться. Я бы ушла порталом отсюда обратно на Землю, но уже не могу. Адриан действительно очень важен для графства. Томас, желая улучшить жизнь на своих землях, что-то сделал, отчего эти места словно закольцованы на нём и его наследниках. Увези я сына на долгий срок – и здесь начнёт гибнуть всё живое. Самое отвратительное, что спустя несколько месяцев после отъезда кровного наследника графство накроет куполом, и отсюда попросту нельзя будет уехать, нельзя спастись.

— Но зачем он так поступил? — ужаснулась я, не думая, что некрасиво критиковать абсолютно незнакомого человека.

— Если бы я знала, — грустно улыбнулась девушка. — Томас скрывал правду о себе, так что я знать не знала, что он граф, да ещё и из другого мира. Представьте себе мой шок, когда в моей квартире возникли двое мужчин в плащах и с мечами? Да ещё и околесицу несут про другие миры и наследство. Но это всё мелочи, главное – найти Томаса живым и невредимым.

— Я верю, что вы его найдете, — поддержала Анну, очень надеясь, что мои слова окажутся пророческими. — А чем вы здесь занимаетесь? Не скучно?

— Скучать некогда, — рассмеялась девушка. — В пяти километрах отсюда горы, где находятся шахты. В их работу я не особо лезу, а занимаюсь ювелирными изделиями. Открыла небольшую мастерскую и изготавливаю украшения.

— Это очень интересно, — честно ответила я. — Я думала, графини устраивают балы и меняют наряды.

— В этой глуши балы не для кого устраивать, да и не принял меня местный бомонд, — отмахнулась Анна. — Свекрови пришлась не по душе неродовитая невестка. Но мы договорились, что я не лезу в столицу, а она не отравляет мне жизнь.

— А как же внук? — с сочувствием произнесла я. — Сын пропал, так это же счастье, что есть внучок.

— Она верит, что Томас опять путешествует по мирам и скоро вернётся. Даже невесту ему нашла – дочь одной из титулованных подруг, — девушка скривилась. — В общем, меня попросили вести себя тихо и никуда не лезть, тогда и меня трогать не будут. Выделили немного золота на содержание и сослали в глушь.

— Да, я бы на твоём месте тоже захотела бы вернуться на Землю, — нахмурилась я.

— Вернулась бы, предупредив перед этим, чтобы люди уезжали с этих земель, но Томас подготовил всего один межмировой портал, рассчитанный на небольшую группу лиц. Им и воспользовались маги, когда искали моего сына.

Мы замолчали. Каждая думала о своём. Я, например, о том, что землянкам в этом мире плохо вне зависимости от положения в обществе. Вот Анна… Ни метки, ни проклятия, даже наследник имеется. А всё равно сидит здесь в одиночестве, пытается как-то жизнь улучшить. Ещё и любимый человек неизвестно где, да и непонятно точно, жив ли вообще. И как? Жить всю жизнь в надежде, что муж вернётся? Я не думала, хочу ли замуж. Не думала, решусь ли завести какие-то отношения, хотя с меткой мне можно не бояться связей вне брака. Но не хотела бы вот так – сидеть и ждать.

Нейт спустился минут через пять в сопровождении служанки. Девушка забрала Итана, предупредив, что за ним присмотрит няня маленького графа.

Что же, мне так будет проще. Сидеть с малышом за столом не очень удобно, да и зачем? — Графиня воспитывала? — улыбнувшись, спросила Анна, заметив, как Нейт морщится.

— У нас состоялся сложный разговор, — вздохнув, пояснил герцог.

Я опустила голову, отчаянно краснея. Знаю, что он выслушивал обо мне гадости и отстаивал моё право находиться здесь. Стыдно-то как…

— Амалия, не обращайте внимания, — Нейт едва заметно улыбнулся. — Поверьте, у нас с графиней свои, особые отношения.

— Они на то и особые, чтобы хранить их в секрете, — раздался ледяной голос графини. Призрак женщины медленно приблизился к столу и завис над пустым стулом. — Анна, почему мне не принесли приборы? Чем я должна есть?

— Вы призрак, они вам не нужны, — не удержался Нейт от комментария.

— Это не повод нарушать этикет. Вы, Ваша Светлость, невоспитанный. Вашим родителям должно быть стыдно, что не привили сыну правила поведения в приличном обществе. Анна, я всё ещё ожидаю положенные мне приборы.

— Сейчас принесу, — вздохнув, девушка поднялась с места, но призрак давно умершей бабули остановил:

— Леди не прислуживает за столом, для этого есть слуги. Будь это большой приём, вас бы освистали.

— Это не большой приём, и вряд ли он когда-нибудь будет, — буркнула девушка, садясь на стул и беря в руки золотой колокольчик.

— Я умерла, но не оглохла, — не осталась в долгу старушка. — Когда мой внук вернётся, вам надо будет появиться в высшем обществе. Наша семья не может опозориться из-за того, что невеста графа – необразованна.

— Да, Ваше Сиятельство, — Анна ещё раз вздохнула и взглядом указала служанке на приборы.

— Амалия, я приношу извинения за грубые слова. Это было недопустимо, — обратилась ко мне старушка. — Впредь такого не повторится.

Я молча кивнула и уткнулась в тарелку. Даже отвечать не хочу, а то будет “неподобающе” или “недостойно”. Нет уж, не надо мне такого счастья. Далее ужин прошел в полнейшей тишине. Разговаривать при графине было просто страшно, ведь в любой момент нас могли начать учить, исправлять. Поговорить смогли лишь спустя час, когда старушка удалилась “отдыхать”.

— Анна, я не представляю, как вы выдерживаете это, — покачав головой, посочувствовала девушке. — Это же невозможно!

— К нравоучениям я уже привыкла, — рассмеялась хозяйка дома. — А в целом я очень благодарна графине, если бы не она и не её подсказки… Кто знает, что было бы с нами. Я правда ей благодарна, но иногда устаю, ведь от леди во мне ничего нет, да и росла я в другом обществе. Амалия, предлагаю перейти на “ты”.

— Согласна, — кивнула я. — Так действительно будет проще.

— Так что вас привело сюда? Нейт, ты говорил, что тебе нужен доступ в библиотеку, но не объяснил, для чего, — Анна повернулась к графу, ожидая ответа.

— Я знаю, что Томас очень интересовался живыми артефактами и собирал о них информацию. К Амалии попал живой артефакт, нужно узнать, что именно он требует от хозяйки и как обезопасить окружающих от действий артефакта.

— Да, в библиотеке было что-то такое, — задумчиво проговорила Анна. — Так странно, я прожила с Томасом год, но, только попав сюда, поняла, что совершенно его не знала.

— Ничего, Том вернётся, и у вас будет куча времени для этого, — герцог улыбнулся и пожал ладонь Анны, поддерживая.

— Ты веришь в это? — слабо спросила девушка. — В его возвращение?

— Верю. И ты не теряй надежды. Знаешь же, что, погибни он, графство начало бы умирать. Не думаю, что Адриан смог бы это остановить. Анна, мы не прекратим поиски, но и ты не отчаивайся.

— Не будем об этом, — девушка качнула головой и поднялась со стула. — Идёмте в библиотеку, покажу, что находила на интересующую вас тему. Амалия, не волнуйся, за Итаном присматривают и позовут тебя, если возникнет необходимость. Библиотека, которая находилась на третьем этаже, полностью занимала всё пространство. Стеллажи ломились от книг с самыми разнообразными корешками. А на полу стояли сундуки. Какие-то закрытые, а какие-то без верхних крышек, с торчащими изнутри свёрнутыми рулонами. Наверное, Томас действительно очень умный человек, ведь, прочитав хотя бы одну треть имеющегося, уже наберёшь приличный багаж знаний. Анна подошла к столу, стоящему у окна, и распахнула толстую книгу.

— Смотрите, всё об артефактах сложено на первом и втором стеллаже, плюс три сундука. С, З и К. А вот о живых артефактах более точно. Первый стеллаж, третья, четвёртая и пятая полка, сундук З и… Так, и ещё что-то лежит в сейфе. Предлагаю начать со стеллажей.

— Ты будешь помогать? — Нейт удивлённо приподнял бровь.

— Вы не представляете, насколько мне скучно порой. Поговорить особо не с кем. Если только со слугами или графиней. Со слугами болтать не разрешает графиня, а с ней самой… В общем, без особой нужды я к ней не хожу.

Нейт зарылся в книги и свитки, а мы с Анной доставали ему всё новые и новые. Увы, но что именно искать, мы не знали, а Нейт отмахнулся. Сказал, что толком объяснить не может, но поймёт, когда увидит. Я не смогла долго помогать, вскоре пришла служанка и сообщила, что Итан расплакался. Пожелав всем доброй ночи, я ушла в свои комнаты. Искупав и покормив сына, я принялась делать расслабляющий массаж, попеременно целуя то розовые пяточки, то маленькие ручки. Итан живо реагировал на мои нежные слова, пуская слюни и дрыгая ногами. Периодически пытался схватить меня то за волосы, то за нос, но я уворачивалась от цепких пальчиков, чтобы тут же зацеловать животик. Спустя минут двадцать Итан начал кукситься. Устал крошка… Спеленав сына, я принялась напевать колыбельную, качая его. Итану много и не надо, зевнув, он прикрыл глазки, а я любовалась им, испытывая щемящую нежность и любовь. Всё на свете отдам, лишь бы мой малыш был здоров и счастлив. И неважно, кто его отец и что там за проклятие. Мы всё преодолеем. Обязательно… Утром меня разбудила служанка. Итан просыпался на кормление пару часов назад, так что ещё два-три часа проспит, о чём я и сообщила девушке. Я бы и рада побыть с малышом, но меня ждали.

Уходила от Анны с тяжелым сердцем, но с чётким пониманием, что это не просто так, и я обязана вернуться. Нейт попросил кучера, который привёз нас сюда, вернуться назад. Неизвестно, надолго ли мы уезжаем. А до последней точки, где ещё действует магия, мы перенеслись порталом. Если сам портал меня не удивил, то лошадь, которую Нейт провёл через него, очень даже. И не зря, ведь мы очутились на границе леса, где не было и следа человеческого присутствия.

— Но почему так? — удивлённо спросила. — Ведь люди без магии могут жить где угодно. — Могут, — согласился мужчина. — Но не все хотят. Обычные артефакты здесь не работают, так что перевозка провианта труднодоступна.

— Значит, мы здесь совершенно одни? — я даже вздрогнула, осознавая это. — А если нам далеко ехать? Не день и не два? Мы же даже еды в дорогу не взяли.

— Я не просто так настоял, чтобы Итан остался с Анной. Здесь не место для детей. а провиант я нам добуду. Всё, что может понадобиться нам, есть в седельных сумках. Садитесь, Амалия, не будем терять времени.

Нейт помог забраться на лошадь и запрыгнул сзади. Я крепко сжала луку и замерла, боясь пошевелиться. Естественно, я не раз каталась на лошадях, но это было под присмотром хозяина и неторопливым шагом. Сомневаюсь, что мы просто будем шагать.

— Вы не умеете ездить верхом, — понял мужчина. — Что же, значит, быстро не доберёмся.

— Ничего, я потерплю, — пискнула, не желая тратить время зря.

— Поверьте, Амалия, не потерпите. Спустя два-три часа скачки ваши конечности онемеют. Особенно если вы и дальше продолжите так крепко сжимать руки и колени. Расслабьтесь.

— Страшно, — тихо призналась я.

— Не бойтесь, я смогу удержать. А чтобы было удобно, прислоняйтесь спиной ко мне.

Я решила довериться. Облокотилась на Нейта и немного расслабилась. Побороть страх сложно, но иногда просто необходимо.

— А вы знаете, куда нам надо? — поинтересовалась, после того как Нейт тронул поводья, пуская кобылу вскачь.

— Я догадываюсь, где именно замуровали мага. Более точно укажет ваше кольцо.

— Оно проводник?

— Не совсем. По легенде, в этом кольце заточена душа помощника мага. Не знаю, сам ли маг заточил, чтобы был путь к спасению, либо же те, кто запер мага, оставили способ исправить.

— Странно это всё, — пробормотала, нахмурившись. — В который раз задаюсь вопросом, зачем нам это? Зачем мы едем непонятно куда, чтобы попытаться вызволить странного мага?

— Разве вам неинтересно? — я по голосу услышала – маг улыбнулся. — К тому же следует выполнить волю кольца, чтобы оно никому не навредило.

— А если маг опасен? — тихо спросила я.

— Не думаю, иначе об этом было бы сказано. Скорее всего, маг сделал что-то такое, что очень не понравилось тем людям. Впрочем, к чему гадать, на месте узнаем.

Мы молча скакали несколько часов. Спустя примерно час я поняла, о чём говорил Нейт. Очень болела спина и ноги, но я терпела, не решаясь пожаловаться. Лишь когда тело онемело настолько, что я начала сползать, а из глаз брызнули слёзы, мужчина остановил лошадь. Спрыгнув на землю, он протянул руки ко мне:

— Не бойтесь, я вас удержу.

— Я не могу, — красная от стыда, шепнула, шмыгая носом. — Пальцы свело.

— Настолько всё серьёзно? — мужчина нахмурился. Он даже не думал насмехаться или злиться. Дотянулся до моих рук и принялся растирать пальцы. — Ну что, чувствуете? Я кивнула, отпустила луку и буквально свалилась на руки герцога. Ноги не держали совершенно, а поясница болела так, что хотелось выть. Посадив меня на свалившееся рядом дерево, мужчина попросил потерпеть, а сам вернулся к лошади, доставая что-то из седельной сумки.

— Выпейте, это уберёт боль. К сожалению, полностью не вылечит, так что завтра сесть в седло будет намного сложнее. Но утром я дам вам средство ещё раз, так что должно быть сносно.

— Завтра? — переспросила, проглотив горькую жидкость. — А сегодня?

— Сегодня мы уже приехали, — улыбнулся мужчина. — Так что вы отдыхайте, а я подстрелю нам что-нибудь на ужин.

Нейт ушел, а я так и осталась сидеть, борясь с чувством вины. И в дороге задерживаю, и помочь ничем не могу. Боль ушла, но сил двигаться просто не было. Нейт вернулся спустя минут тридцать с тушкой какой-то птицы и охапкой хвороста.

— Как вы себя чувствуете? — Нейт присел недалеко от меня и принялся разводить костёр. — Сможете ощипать стрига?

— Стриг – это вот эта тушка? — я кивнула на птицу. — Смогу. Только подайте мне её, пожалуйста. Не уверена, что смогу дотянуться.

Нейт подал мне тушку и передал походный нож. Сам же, разведя костёр и накидав хвороста побольше, занялся лошадью. К счастью, недалеко от нашей стоянки располагалась река, так что с водой проблем не было, как и с едой, травы вокруг поляны было вдоволь. Когда герцог вернулся, я уже разделалась с нашим будущим ужином. Даже смогла доковылять до ближайшего дерева и нарезать толстых прутьев, чтобы насадить мясо и пожарить на манер шашлыка. Мы сидели в полном молчании, но одиночества я не ощущала. Было как-то… уютно?

Скорее всего, именно так, нарушать тишину пустой беседой не хотелось. В ожидании еды я облокотилась на ствол дерева и принялась наблюдать за мужчиной из-под полуопущенных ресниц. Нейт красив… Та самая хищная красота, которой я так боялась у мужчин на Земле. Казалось, что такие люди властны и деспотичны. Да и герцог показался вначале именно таким. Надменным повелителем, считающем всех вокруг людьми третьего сорта. Как с такими общаться, уже не говорю о чём-то большем. Но Нейт оказался совершенно другим. Да, от него веяло властью, и невольно хотелось слушаться, но деспотичного поведения я так и не обнаружила, хотя внимательно наблюдала. Да и не холодный. Заботливый… Я вспомнила рассказ Грэма. Интересно, что произошло с невестой герцога на самом деле?

— Вы что-то хотите узнать, — с усмешкой изрёк Нейт, покосившись на меня.

— С чего вы взяли? — я густо покраснела, поняв, что мой взгляд не остался незамеченным.

— Опыт, — скупо улыбнулся мужчина. — Задавайте вопросы, не стесняйтесь.

— Это личное, — предупредила, гадая, стоит ли вообще.

— Что же, вашу историю я знаю, так почему бы не рассказать свою, — пожал плечами герцог. — Спрашивайте, так уж и быть.

— Что стало с вашей невестой?

— Неожиданный вопрос, — Нейт нахмурился и замолчал на несколько минут. Но потом заговорил вновь. — Что вы вообще знаете об этой истории? Я знаю, что слухов ходит множество, но…

— Говорят, невеста изменила вам, отчего на ней появилась метка. Помолвка разорвана, невеста пропала. Ходят слухи, что невесты нет в живых, — перечислила я услышанное, поморщившись. Не очень хорошо разносить слухи, но хотелось знать правду.

— Почти всё правда, кроме измены, — кивнул Нейт. — Элоиза стала жертвой насилия. Виновный был найден и казнён практически сразу, но её это не спасло. Она отменила помолвку, хоть я и уговаривал этого не делать. Но, знаете, общество… Для девушки её круга получить метку сродни казни. Избежать слухов и сплетен не удалось, Элоиза не выдержала насмешек и утопилась в пруду, недалеко от родового поместья. Отец умер, не пережив гибель дочери, а мать уехала в монастырь, потому что жить в доме, где когда-то была счастлива, просто не смогла.

— Именно поэтому вы так злились на меня, — грустно усмехнулась я. — Потому что скрывала личность преступника.

— Именно, — подтвердил герцог, глядя на огонь. — Вы и представить не можете, сколько девушек скрывают, как именно появилась метка. Кто-то из-за стыда, а кто-то из-за страха.

— И всё равно я злюсь, — неожиданно для себя буркнула, скрестив руки на груди. — Почему ответственность только на женщине?

— Почему? — не понял Нейт. — Я же вам говорю…

— Да, — кивнула. — Но мужчину наказывают лишь тогда, когда это произошло не по воле женщины. Но мужчина также прекрасно знает, что любая связь вне брака обернётся для девушки сломанной судьбой и дурацкой меткой. Почему в таком случае мужчин не привлекают к ответственности?

— Это сложный вопрос, — покачал головой мужчина. — Но вы правы, стоит донести это мнение до короля.

— Скажите, а кто-то искал способ снять эти метки? — сменила я тему наказаний и ответственности.

— Все маги королевства однажды пробуют, но пока не выходит. Если бы был хотя бы один удачный опыт, но такого ещё не было. Давайте ужинать, мясо готово. Поужинали мы в полном молчании, как и выпили по чашке чая. Нейт убрал посуду в сумки и достал два одеяла. Расстелив в метре от костра и на расстоянии друг от друга, кивнул мне:

— Располагайтесь. Укрываться придётся плащами.

Я стянула плащ, легла и закуталась. Заснула быстро, уставшая после путешествия.

А проснулась, отчаянно стуча зубами от холода. Костёр догорел, теперь там слабо тлели угли. Нейт спал, завернувшись в плащ чуть ли не с головой. Я поплотнее укуталась, но толку… Казалось, холод пробирает до костей. Да, от ветра плащ закрывает, только вот земля холодная, а одеяло тонкое. Ворочаясь в бесполезной попытке хоть как-то согреться, я уже подумывала встать и поприседать, чтобы хоть как-то разогнать кровь и почувствовать тепло. Видимо, моё вошканье и разбудило мужчину. Приподняв голову, он хмуро посмотрел на меня.

— Простите, — шепнула я и постаралась замереть, понимая, что мешаю спать, а отдых нам ой как нужен. Но Нейт не лёг обратно, наоборот. Он поднялся, поднял одеяло и подошел ко мне.

— Вставайте, — приказал мужчина. А дождавшись, пока я поднимусь, положил своё одеяло поверх моего.

— Ложитесь.

Безропотно легла, не смея пикнуть, и тут же повернулась боком, съёжившись от холода. Мужчина накрыл сначала мои плащом, а сверху положил свой. Я не успела задуматься, где будет спать он, как мужчина лёг рядом, прижал меня к себе и коротко скомандовал:

— Спите.

Я закрыла глаза, постепенно согреваясь. От герцога шел жар, словно от печки. Но я не могла вот так просто заснуть.

— Нейт, — тихонько позвала, гадая, уснул или нет.

— Что? — послышалось в ответ так же тихо.

— Спасибо вам, — шепнула, улыбаясь.

— Обращайтесь ко мне на “ты”, — вместо ответа сказал мужчина, а спустя недолгое молчание продолжил: — Не за что. Спите.

И я действительно уснула, согревшись. А проснулась от того, что подо мной что-то ворочается.

Или кто-то…

Я затаила дыхание, осознав, что во сне буквально легла на Нейта. И так стыдно стало. Не признаваясь, что уже проснулась, постаралась перевалиться на бок, будто во сне шевелюсь. Но судя по тихому смеху мужчины, солгать мне не удалось.

— Вы поняли, что я не сплю, — разочарованно произнесла я, распахивая глаза и тут же натыкаясь на смеющийся взгляд.

— Ты очень пыталась, но меня сложно обмануть, — фыркнул Нейт. — Я не хотела, — пробормотала, отчаянно краснея. И вспыхнула ещё сильнее, хотя казалось бы, куда ещё-то! Я лежала на мужчине сверху, а он обнимал меня одной рукой. Придерживая, чтобы я не упала.

— Не хотела обманывать? — идеальная бровь насмешливо приподнялась.

— Не хотела спать на вас.

Боже, что я несу!

— На тебе, — и, заметив моё недоумение, продолжил: — Не хотела спать на тебе. Мы вчера договорились.

— На тебе, — послушно исправилась и таки скатилась с Нейта, ложась рядом. — Нам пора ехать?

— Пора, — подтвердил мужчина. — Предлагаю быстро позавтракать и отправиться в путь. Завтрак и правда был очень быстрым. Первым делом меня напоили зельем, которое убрало боль в мышцах. Затем отправились к ручью умываться и заодно набрать воды на чай. Позавтракав остатками птицы, мы вновь отправились в путь. В этот раз ехать было хоть и комфортно, но несколько стыдно. На довольно симпатичных мужчинах я ещё не спала… Нет, я не была невинна на Земле. Пусть долгосрочные отношения не сложились, но несколько романов всё же было. Только относилась я к ним по-другому. Или просто эмоциональные качели в нашем общении с Нейтом так влияют? Времени подумать было предостаточно, Нейт был занят наблюдением за довольно заросшей дорогой. В полном молчании доехали до старых развалин, которые хотели обогнуть, но внезапно кольцо ожило. Сначала припекло, а затем вовсе начало жечь, словно металл раскалился.

— Ай! — я тряхнула рукой, скидывая кольцо, которое упало на плащ. К счастью, не на землю, иначе не знаю, как бы мы его искали.

— Жжет? — с тревогой спросил Нейт, останавливая лошадь.

— Угу, — я кивнула, подув на обожженный палец. — Мы уже приехали, что ли?

— Вероятно, — мужчина нахмурился. — Я думал, что это намного дальше. По крайней мере, в прошлый раз дорога была длиннее.

— Ты здесь уже был? — удивилась я. — Именно здесь?

— Нет, просто проезжали с группой мимо, обследуя местность, — Нейт спешился и протянул руки, помогая мне слезть. Мне показалось, или Нейт задержал меня на несколько секунд в своих объятиях? Наверняка прошедшая ночь и странное место теперь будут преследовать меня всю жизнь, как и подозрительность.

— И что нам делать? — тихо спросила я.

Нейт промолчал. Он подошёл к одной из стен развалин и стряхнул пыль с каких-то символов.

— Смотри, здесь есть выемка, похожая на кольцо, — Нейт внимательно осмотрел место и поманил меня.

— Попробуем? — с тревогой предложила, а после и вовсе шепнула: — Мне страшно. Вдруг сейчас что-то произойдёт, что-то опасное?

— Опасное? — каким-то странным тоном переспросил Нейт, серьёзно глядя на меня. А затем на выдохе продолжил: — Тогда не буду упускать шанс.

Неожиданно мужчина привлёк меня к себе и накрыл губы поцелуем. Таким нежным и осторожным, аж сердце защемило. Разорвав поцелуй, герцог улыбнулся и кивнул на выемку.

— Теперь можно.

Я достала кольцо и приложила его к стене, совершенно не думая о последствиях. В голове билась лишь одна мысль: “Неужели это мне тоже показалось? Или…” Что там “или”, я додумать не успела. Раздался громкий, закладывающий уши гул, а затем мелькнула яркая, ослепляющая вспышка.

— Привет, — тихо поздоровался мужчина, стоящий передо мной. — Вот ты какая, избранная.

Он склонил голову набок и разглядывал меня с живым любопытством.

— Кто вы? — спросила, оглядываясь. Мы с ним находились внутри купола, а вот Нейт был за пределами. Он стоял там, за прозрачной стеной, и молча смотрел на меня, сжимая кулаки.

— Тот, кого ты должна была разбудить.

— А почему тут только я? Почему Нейт там, ведь только благодаря ему мы тут?

— Ты уверена, что он тебе нужен? — смеясь, спросил мужчина. — Кстати, он слышит меня, но твои ответы ему неведомы.

— Так кто вы? И почему вас заперли? — перешла я к расспросам.

— Я Эйдан, — легко ответил незнакомец. — А заперли меня недовольные. Им не понравилось, что я наказал неверных.

— Так это вы? — я сделала шаг назад, в полном ужасе смотря на молодого мага из легенды. — Вы сотворили то заклинание и разрушили судьбы многих женщин. Как вы могли?

— Да, немного погорячился, — скривился Эйдан. — Только потом понял свою ошибку, только исправить не получилось. Вот, заковали.

— Как до такого вообще можно было додуматься! — воскликнула, с отвращением глядя на мужчину. — Знали бы вы, сколько жизней загубили!

Я обернулась и посмотрела на хмурого Нейта, который напряженно прислушивался.

Эйдан усмехнулся, зажмурился и щёлкнул пальцами.

— Вот и всё, — легко отозвался, улыбаясь. — Проклятия больше нет. Только огорчу тебя, маленькая, но храбрая девочка. Ничего не изменится. И это уже не моя вина. Общество, знаешь ли. Но это уже неважно. Скажи мне, как тебя отблагодарить? Подумай хорошо.

— Сними проклятие с моего сына, — тихо сказала я, надеясь, что получу желаемое.

— Проклятие, — мужчина усмехнулся. — А может, вернуть тебя домой? Возьмёшь мальчишку с собой, будешь жить в родном мире, где всё так знакомо. Там проклятие не достанет, не пробьётся сквозь миры.

— Домой? Вы можете вернуть меня домой? — севшим голосом спросила, глядя на Эйдана. Маг легко кивнул.

Дом… съёмная квартира, работа, маленький ребёнок. Я знаю, что справлюсь, но… Обернулась и посмотрела на Нейта. Здесь у меня есть дом, больше не будет метки, денег мало, но я верю, что они придут. А может, и получится создать семью. Конечно, я тороплюсь, Нейт ничего мне не обещал, всего один невинный поцелуй, но… Как же хотелось уже тепла и заботы.

— Я хочу остаться, но снять с сына проклятие, — твёрдо ответила, надеясь, что не прогадала.

— Хорошо, с мальчика проклятие сниму. Но смотри, не пожалей о решении. Ты же из-за него осталась? — Эйдан кивнул на Нейта. — Зря. Не знаешь ты много, а узнав, разочаруешься.

— Хотите сказать, что Нейт мне не подходит? — тихо уточнила я, прикусывая губу в нерешительности. Нет, моё мнение не изменится в любом случае, даже если мужчина, что нравится мне, сделает больно. Ерунда, переживу.

— Подходит или нет – не знаю. Но помни, что путь к счастью с ним будет слишком тернист. Если вообще будет.

— Всё равно, — я замотала головой. — Остаюсь.

— Что же, я не смею решать за тебя, — кивнул Эйдан. — Сейчас я исчезну, купол распадётся через пару минут. Подождёшь?

— Да, — кивнула и тут же вспомнила, что кольцо у меня в руке. — Вот, это ваше.

— Оставь себе, — Эйдан даже не потянулся к кольцу. — Моя плата за спасение.

— Но в нём же ваш друг или помощник, — нахмурилась я. — Разве так можно? Отдавать его мне?

— Мой друг теперь в лучшем мире, а это просто артефакт, который будет защищать. Нажмёшь на камень, и вспыхнет защитный купол. Я пошёл, а ты подожди немного.

Мужчина исчез, оставляя меня одну. Через пару минут купол исчез, и ко мне бросился Нейт.

— Осталась, — шепнул маг, обнимая меня и прижимая к себе.

Я уткнулась носом в грудь и тихонько вздохнула. Да, осталась и надеюсь, это решение верное.

— Нейт? — тихо спросила я, вспоминая обещание Эйдана. — А метка… Она…

— Пропала, — улыбнувшись, кивнул Нейт. — Думаю, меток теперь не будет. Ты готова вернуться домой?

— Готова, — вздохнув, кивнула, косясь на лошадь.

— Тогда я открываю портал к Анне, а затем в столицу.

— Портал? Но как? Здесь же нет магии? — не поняла я. И тут же задала другой вопрос: — Почему в столицу, а не в Лирх?

— Мне нужно отчитаться, а ещё хочу пригласить тебя в гости. Всего на несколько дней. Ты согласна? Посетим королевский бал.

— Согласна, — покраснев, шепнула я. Может, Эйдан что-то напутал? Пока у нас с Нейтом складывается всё хорошо. Даже очень! Я прильнула к груди мужчины и не отлипала, пока он настраивал портал и переносил нас к поместью Анны.

— Вы уже вернулись! — девушка выскочила нас встречать в одном платье, ёжась от пронзительного ветра. — Как всё прошло? Ох, Амалия, поздравляю!

— Спасибо, — улыбнулась я. Анна сразу заметила отсутствие метки. Вот бы ещё узнать, у всех ли она пропала.

— Идём, Итан только проснулся.

Я изо всех сил старалась не бежать в детскую. А увидев сына, не сдержалась, тут же подхватила на руки и принялась расцеловывать пухлые щёчки. Как же я скучала! Как же боялась, что с ним или с нами что-то произойдёт! Но всё закончилось, и мой сын теперь со мной.

— Как всё прошло? — тихо спросила Анна, подходя к нам.

— Хорошо, — выдохнув, сообщила я.

— Вы вернулись в обнимку, — фыркнула девушка. — Вы с Нейтом теперь вместе?

— Не знаю пока, — я пожала плечами, отчаянно покраснев. — Но вроде у нас всё складывается хорошо.

— Знаешь что, я буду рада с тобой дружить вне зависимости, какие отношения у вас будут с Нейтом. И вообще, я бы хотела сделать заказ на детскую одежду. Нейт упоминал о твоей работе.

— Ой, — я растерялась. — Мне нужно тогда снять мерки или…

— С мерками я разберусь как-нибудь, — хихикнула девушка. — Вышлю тебе их письмом через пару недель, когда ты точно будешь дома. Или ты не планируешь возвращаться?

— Я не знаю, — шепнула, краснея. — Но домой в любом случае стоит вернуться. Не могу я оставить своё дело.

— Понимаю, — Анна рассмеялась. — Сама такая же. Вот что, давай договоримся. Я тебе напишу, а там уже решим. И ещё – приглашаю вас с Итаном летом отдохнуть. У нас здесь замечательно, а горы и правда великолепны. Да и теплее намного, чем сейчас. Ну что?

— Договорились, — я с удовольствием кивнула.

Анна ушла, оставляя меня с Итаном наедине. Усевшись поудобнее, приложила малыша к груди и прикрыла глаза от ощущения счастья. Всё хорошо, скоро я буду дома. Всё закончилось. Мой ребёнок теперь не подвержен опасности, меня не будут шпынять только за то, что я с меткой. И, возможно, моя личная жизнь наконец-то наладится… Убаюкав малыша, я ещё некоторое время посидела рядом, наблюдая за спящим сыном. Ещё немного подождать, и настанет время, когда придётся ловить Итана по всей комнате, а потом гоняться за ним по заднему двору нашего дома. Как же хорошо, что меня окружают честные и порядочные люди. Не приходится думать, что кто-то может всадить в спину нож.

Стоило мне выйти из гостиной, как навстречу вышел Нейт.

— Амалия, предлагаю не дожидаться завтрашнего утра, а отправиться в путь немедленно. Всего пара часов до портала, а там мы перенесёмся прямиком в мой дом.

В мой дом…

Я затаила дыхание, замерев под его взглядом. Может, позволить себе больше, чем позволено девушке, не связанной с мужчиной узами брака? Боги, куда я тороплюсь! Ещё несколько дней назад и подумать не могла, что с герцогом нас может что-то связать. Неужели отсутствие сильного плеча рядом толкает меня на глупости? Так хочется быть защищённой, что я готова лечь в постель с Нейтом?

— Амалия, — тихо позвал Нейт, глаза его смеялись. — Ты меня слышала?

— Я согласна, — только и прошептала в ответ И тут же получила нежный поцелуй. Вот же… Я с такими успехами остатки мозгов растеряю! А мне нельзя… Всё же в какую бы сторону наши отношения ни повернули, надо быть готовой ко всему и не остаться в случае неудачи у разбитого корыта.

Но как же хотелось расслабиться и не думать ни о чём! Просто отпустить ситуацию и пойти на поводу у влюблённости.

Собирались мы действительно быстро. Анна покачала головой и с сожалением поведала, что хотела бы ещё немного пообщаться. Но мы пообещали, что обязательно ещё приедем в гости, а сейчас хотелось домой. Столько всего произошло… Да и Нейту нужно к королю – отчитаться. Видимо, за прошедшие двое суток организм мой устал слишком сильно, потому что, несмотря на желание поболтать с Нейтом, я уснула практически сразу, как только мы отъехали от дома Анны. И сладко проспала у мужчины на плече, в тёплом кольце рук.

Открыла глаза, лишь когда мы уже прибыли к портальному залу, и надо было уходить.

— Мне так стыдно, — покраснев, призналась я.

— Ничего, идём, — лёгкая улыбка и кивок.

Я шла по коридору следом за Нейтом и думала, как всего за пару дней может повернуться жизнь. Ещё пару дней назад я шла здесь же и думала, что герцог такая же сволочь, как и все остальные. А сейчас улыбаюсь как дурочка и вспоминаю поцелуй.

— В Даларос, вот координаты, — Нейт передал какую-то пластину магу и подошёл ко мне. — Ну что, готова?

— Да, — без тени сомнения кивнула, уже предвкушая, что увижу столицу. Всё же было любопытно хоть одним глазком посмотреть на дворец. А ведь Нейт обещал сводить на бал…

Яркая вспышка портала – и вот мы уже у входа в дом. Прямо рядом с крыльцом, ещё бы десяток сантиметров, и мы бы стояли на ступеньках.

— Добро пожаловать, — Нейт приглашающе махнул рукой. Стоило нам ступить на первую ступень, как двери распахнулись.

— Добро пожаловать домой, — с лёгким поклоном сообщил молодой мужчина в форменной ливрее. — Ваше Сиятельство, вас ожидают.

— Кто-то зашел в гости? — недоумённо переспросил Нейт. — Что же, пора узнать, кто это.

Но не успели мы перешагнуть порог дома, как нам навстречу выскочила девушка. Она с радостной улыбкой сбежала по ступеням и бросилась герцогу на шею. — Нейт! Я как чувствовала, что ты вернёшься именно сегодня. А это кто?

Я судорожно вздохнула. Может, сестра? Вот глупое сердце, будет до последнего верить в хорошее, но я-то мозгами понимаю… Нет у герцога сестры…

— Лексия, что ты здесь делаешь? — хмуро спросил мужчина, убирая её руки со своей шеи.

— Пришла навестить тебя, — невинно пролепетала красавица. — Так ты нас познакомишь?

— Не думаю, что это надо, — Нейт всё ещё хмурился. — Лексия, мы с тобой всё обсудили в прошлый раз, не понимаю, что тебе здесь надо.

— Но я думала, мы остались друзьями, — тихо пробормотала девушка, опустив голову. Играла… Я видела таких… Видела не раз. За показной невинностью прятались такие чертята… Ад позавидует.

— Я не думаю, что дальнейшее общение имеет смысл, — твёрдо возразил мужчина. — Лексия, мы очень устали с дороги, так что не намерены принимать гостей. Прости.

Девушка побледнела, но взяла себя в руки. Гордо подняла голову, улыбнулась, кивнула и пошла прочь, обогнув нас по широкой дуге.

— Не обращай внимания, — тихо шепнул Нейт.

— Но кто это? — мне не нравилось, как герцог разговаривал с этой девушкой. Словно она… прокаженная, что ли. Или настолько настырна, что не может отпустить мужчину?

Но Лексия действительно красотка. За ней должны бегать толпы мужчин, добиваясь внимания. Неужели она настолько влюблена? Или ей многое обещали?

— Забудь. Больше она тебя не побеспокоит. Кстати, ты голодна? Предлагаю сходить в ресторацию.

— Я за, — безмятежно улыбнувшись, согласилась я. — Сейчас, только Итана переодену.

— Конечно. Меня проводили в свободные покои, где я оставила вещи и покормила сына. Немного страшно было оставаться здесь… Не знаю почему. Что-то не давало покоя. Ещё эта Лексия… Кто она вообще такая? Любовница? Невеста? Кто?

Нет, я прекрасно понимаю, что Нейт не жил всё время один, что отношения были, и не одни. Но одно дело – знать, что кто-то был, а другое – видеть собственными глазами. Но разве могу ли я судить мужчину по тому, что было в прошлом? Да и кому судить? Мне? С лялькой в корзине? Собравшись, я улыбнулась собственному отражению и спустилась к Нейту. Не должна я нашу прогулку омрачать воспоминаниями о бывших любовницах своего мужчины. И вообще, тащить прошлое в настоящее – ужасно. Могу я хоть раз позволить себе быть счастливой без оглядки на кого-то или что-то?

Столица сверкала… Да, именно так я могу описать то, что увидела. Если Лирх был хоть и чистенький, но какой-то провинциальный городок, то Даларос сиял. Витрины практически все подсвечивались магически, фонари прекрасно освещали мостовую и не оставляли ни единого местечка без света. Двух- и трёхэтажные дома стояли сплошняком друг к другу, а входные двери находились со стороны внутренних двориков, вход в которые вёл через небольшие арки. Любопытно, что в окна первого этажа можно без труда заглянуть, проходя мимо, потому что они располагались довольно низко. Я уже видела такое однажды на Земле, когда прогуливалась по старым улочкам бывшего Гердауэна*. Даже стало немного жаль, что я больше не вернусь домой и не смогу погулять по родному городу. Я мельком глянула на Нейта и задумалась, что решила остаться здесь не только из-за зарождающихся чувств. Что бы я ни говорила герцогу в экипаже про разные сословия, сложность выживания – это всего лишь слова и мелкие трудности. Тем более сейчас, когда опасность, грозящая мне и Итану, миновала, а печати исчезли. Да, я ни капли не жалею. Распыляясь об отрицательных сторонах этого мира и восхваляя свой, я кое о чём позабыла. Например, где брать деньги на жизнь и оплату жилья, пока ребёнок маленький? Или же где взять документы на малыша, ведь ни свидетельства о рождении, ни полиса у него нет? И я даже не представляю, как такие документы раздобыть легально.

— Мы пришли, — отвлёк Нейт от раздумий, останавливая меня.

Я вынырнула из собственных мыслей и огляделась. Были бы на Земле, решила, что меня привели в дорогой ресторан. Ярко, дорого, лаконично – вот что можно сказать о вывеске данного заведения.

— “Лирандина”, — прочла я и тут же обратилась к Нейту: — Что это значит?

— Имя принцессы из старой легенды. Кстати, вон там, за мостом, есть ресторация под названием “Деренис”. Обе ресторации принадлежат одному хозяину и названы так неспроста. Легенда о Лирандине и Деренисе довольно красива, но в то же время грустная. Два королевства стояли по обе стороны от реки. Короли враждовали между собой, а вот дети… Дети полюбили друг друга. Они мечтали вырасти и построить мост между двумя дворцами. Но в итоге Деренис был убит отцом Лирандины, а сама принцесса утопилась в этой самой реке.

— Подобие истории о Ромео и Джульетте есть и здесь, — улыбнулась я. — Но оно и понятно, несчастная любовь бывает у всех, и мир здесь не важен. А мост построили в память о них.

— А у тебя? — заинтересовался герцог. — У тебя была несчастная любовь?

— Конечно! — рассмеялась я. — Но тогда я была ребёнком пятнадцатилетним, да и он ненамного старше. В общем, я в него влюбилась, он тоже признался в любви, а потом пригласил гулять мою подругу. Слёз было много, как и клятв, что я больше никогда и никого не полюблю. Говорю же, практически у всех в жизни бывает несчастная любовь.

— Идём, наш столик уже готов, — Нейт подал мне руку и проводил к призывно распахнутым дверям.

Внутри было довольно тихо. Негромко играла ненавязчивая музыка, а за столиками переговаривались гости ресторации. Я засмущалась, опустив глаза. Как и принято в таких местах, гости были одеты дорого и со вкусом. Не было ни одной девушки, которая была бы одета в обычное платье. Да что уж платье! Одни драгоценности на шеях и в волосах этих дам чего стоят! Стало неуютно. Вроде и не должна обращать внимание, ведь не просто так сюда забрела, но… Но я девушка, а девушки хотят выглядеть хорошо, тем более когда рядом красивый мужчина. Худшее, что можно увидеть, так это жалость в глазах женщин, направленных на Нейта.

— Идём, у нас отдельный кабинет, — шепнул герцог, уводя меня подальше от любопытных глаз.

— Кабинет в ресторации? Что это значит? — не поняла я.

— Небольшая комната, где можно посидеть не у всех на виду, — коротко объяснил мужчина, а я охнула, едва дверь в тот самый “кабинет” распахнулась. Нет, удивил меня не стол, резьба которого восхищала, и даже не мягкость бархата на спинке стульев. Удивил вид за окном. За стеклом был внутренний дворик с прекрасным садом и небольшим фонтаном.

— Вижу, что угадал с местом для ужина, — усмехнулся Нейт.

— Здесь чудесно, — шепнула я, ставя корзину с Итаном на стул рядом с собой. — Поможешь с выбором блюд?

— Заказывай любое, не ошибёшься. Но предлагаю попробовать рыбу, в городе есть порт. Кстати, ты видела море когда-нибудь?

— Если моря наших миров не отличаются, то да, видела, — кивнула я. — Город, в котором я жила, находился недалеко от моря. Летом мы с семьёй часто ездили на день или два, если получалось остаться с ночёвкой.

— Это замечательно, у многих за всю жизнь так и не получается увидеть волны и почувствовать солёный воздух.

— А иногда люди и не хотят. Знала женщину довольно преклонного возраста, которая так ни разу и не побывала на побережье, учитывая, что живёт рядом. То времени не было, то не хотелось.

— А ты? Ты любила ездить?

Я задумалась, вспоминая прохладное Балтийское море. Любила ли? А можно ли море не любить? Нет, я не про купание в солёных волнах, а про шум и крик чаек, оранжевые или багровые закаты, песчаные замки. — Любила, — тихо ответила, улыбаясь. За ужином время пролетело как-то… незаметно. Мы делились детскими воспоминаниями, дополняя их объяснениями. Сложно оценить шутку, если в ней участвует машина, которых здесь не существует. А мне трудно представить, каково это – периодически жить во дворце, учить геральдику и сражаться на мечах, устраивая пусть и шуточные, но дуэли. Два часа промелькнули незаметно. Итан принялся копошиться и хныкать, да и Нейт сообщил, что ему ещё нужно отчитаться перед королём. Удивительно, что он не сделал это сразу же по прибытии. Ведь мы не просто освободили какого-то там мага, а способствовали снятию меток и проклятий, что облегчало жизнь.

Проводив нас до своего особняка, Нейт откланялся, пообещав завтра прогулку по городу. Но только ближе к обеду, до этого будут дела. Я же, наигравшись вволю с Итаном, убаюкала малыша и легла рядом. Но сон не шел. Я думала о том, что смогла наконец расслабиться. То, что я доверилась Нейту – само по себе очень странно, обычно я не подпускаю к себе людей так быстро. Наверное, сказались сложности, с которыми я столкнулась в этом мире, да и на Земле жизнь была далека от безоблачной. Наверное, мне просто тяжело тащить всё на себе, захотелось заботы и побыть той самой девочкой, чьи проблемы решит большой и сильный мужчина.

Единственное, я всё же хочу развить своё дело. И нет, не потому что к этому призывает магия, просто хочется быть самостоятельной. Я не выдержу, если снова очнусь на пороге какой-то хибары с мешочком монет и без дальнейших перспектив. А значит, стоит позаботиться о себе и Итане. Но об этом я подумаю, когда вернусь домой. Как же не хочется нарушать то волшебство, которое происходит сейчас со мной.

Утром я проснулась окрылённая, хоть и немного невыспавшаяся. Всё же по ночам нужно спать, а не глупо улыбаться, гипнотизируя потолок. Нейт уже ушел, как сообщил слуга, так что мне было предложено позавтракать и… А что “и”? Можно прогуляться или написать письма Северине и Миларе. Да, надо написать письма, сообщить, что жива и здорова. Только вот планы изменились. Только успела позавтракать, как в столовую вошёл лакей:

— Леди, к вам гостья. Виконтесса Ларрентийская.

— Кто? — растерялась я и посмотрела на мужчину, ожидая пояснений. Меня здесь никто не знает, чтобы приходить в гости. Но буквально через несколько секунд вопросы отпали сами собой, в столовую вошла Лексия, на ходу разматывая шарфик и кидая его на спинку стула.

— Амалия, доброе утро, — с улыбкой поприветствовала меня виконтесса, словно мы заклятые подружки. — Сегодня прелестная погода, не правда ли?

— Не знаю, не была ещё на улице, — растерянно отозвалась, гадая, что ей здесь понадобилось. Пришла уговаривать бросить Нейта? Или… Что она от меня хочет?

— Зря, там действительно превосходно, — девушка села за стол напротив меня. — Амалия, прошу прощения за ранний визит, но я к тебе не просто так! Исключительно по делу! До меня дошли слухи, что вы обладаете бытовой магией. Это большая редкость и большая удача.

— Да что вы? — я из последних сил старалась скрыть язвительность, но получилось не очень. Зачем она набивается в подружки? Я видела наряды местных леди, необязательно приходить ко мне и просить что-то сшить.

— Раз вы с Нейтом дружны, то я подумала, вы не откажете в малой просьбе – сшить свадебный наряд для меня, — девушка мило улыбнулась и сделала маленький глоток чая, который подала служанка.

— Вы выходите замуж? — улыбка словно приклеилась к губам. Холодок пробежал по спине. Я чувствовала, что услышу что-то нехорошее.

— А Нейт не рассказал? Странно, — девушка нахмурилась. — Вчера он сообщил, что выполнять приказ короля уже нет смысла. Ох, прости, я не должна была.

— Вы лжете, — тихо сказала, искренне в это веря. — Лжёте, потому что Нейт вас выгнал вчера – и выгнал довольно грубо. Сейчас вы пришли и пытаетесь наговорить на Его Сиятельство.

— Оу, мне так жаль, — искренне пробормотала девушка, опуская взгляд. — Амалия, прошу, прости меня. Я не хотела… Не думала, что ты питаешь чувства к моему жениху, но пойми, несмотря на отсутствие метки – ты всё ещё падшая с ребёнком от другого мужчины. Нет, ничего не говори, понимаю, что мои слова слышатся тебе как ложь. Но у меня есть доказательство!

— И какое же? — я словно превратилась в статую. В ледяную скульптуру. Казалось, тронь меня – и я рассыплюсь на миллиарды осколков.

— У меня есть кристалл, где Нейт говорит о тебе. Не подумай, я не специально записывала, просто находилась рядом и проверяла магическое свойство, совершенно случайно сохранив и обрывок разговора. Но, прежде чем я включу запись, хочу кое-что тебе рассказать. Нейт не просто так появлялся рядом, когда артефакт давал о себе знать. Это был приказ короля. Знаю, как неприятно это слышать, но Его Величество приказал Нейту быть ближе к тебе настолько, насколько это возможно. Пойми, в нашем мире редко встречаются живые артефакты, а те, о которых сказано в пророчествах – тем более. Ты была слишком важна для короны, ведь являлась ключом к пророчеству. Перед тем, как вы с Нейтом уехали в путешествие, Его Величество приказал Нейту сделать тебя своей. Ну… Ты понимаешь, о чём я. Зависимой настолько, чтобы столь мощное кольцо не попало в чужие руки. Именно поэтому Нейт так грубо вчера со мной обошелся, но это ерунда, я понимаю, что только ради дела. Но я правда думала, что он тебе уже всё рассказал, ведь артефакт теперь бесполезен.

— Так что с записью? — перебила я девушку. Больно? Очень… Я до последнего не верила, что всё это правда, пока не зазвучали голоса. Короткий разговор двух мужчин, голос одного из них я узнала моментально… “ — Ты выполнил мой приказ?

— Да, но теперь в этом нет смысла, артефакт теперь просто защищает.

— А связь с тем магом?

— Её тоже больше нет. Он исчез. Амалию и мага ничего не связывает.

— Что же, меток теперь не существует, проблем стало меньше. А что ты? Будешь готовиться к свадьбе?

— Буду, Ваше Высочество.

— Не буду больше отвлекать и даже подготовлю подарок будущим молодоженам. Иди, обрадуй невесту, ведь теперь препятствий нет.”

Препятствий… Я – препятствие? Я могла не верить виконтессе, но слишком многое она знала. Словно… Нейт делился с ней, рассказывал ей обо мне. Боже, как это ужасно.

— Амалия, ну так что? — девушка смотрела на меня выжидающе. — Что с платьем? Ты сошьёшь свадебный наряд?

— Да, конечно, — через силу улыбнулась. — Попросите модистку снять с вас мерки и отправьте мне. Либо сами приезжайте в Лирх.

— Ох, благодарю, — виконтесса жеманно сложила руки на груди. — Прости, что ты узнала о приказе короля вот так. Ой, я побежала. Ещё столько дел! Свадьба – всегда хлопотно.

Виконтесса ушла, а я так и осталась сидеть с ровной спиной, лишь улыбка сползла с губ. А что, если всё, что она сказала – ложь? Такое может быть, если бы не одно “но”… Нейт готовится к свадьбе… Даже в самых далёких мечтах я и подумать не могла, что он решит сделать мне предложение. Да и во всяком случае, мы не знаем толком друг друга, о какой свадьбе может идти речь? И даже если Лексия лжет и она не невеста, то это ничего не меняет. Абсолютно…

— Леди Амалия, проснулся ваш сын, — отвлёк меня от размышлений слуга.

— Спасибо, — я кивнула и пошла наверх. И лишь в спальне, прижав сына к груди, я поняла, что не хочу выяснений отношений. Может, это и трусость, что я не встречу горькую правду от Нейта с гордо поднятой головой, но мне не хотелось этого разговора. Не понимаю… К чему была резиденция и наш милый диалог? Нейт хотел смягчить своё признание? Да, скорее всего, так и есть, ведь перед уходом он даже не подумал меня приобнять или же поцеловать. А я и не заметила… Дура! Глупая влюблённая девчонка! Вот что бывает, когда начинаешь доверять. Пока Итан кушал, я поняла, что хочу уехать сейчас же. Поэтому спустя минут пятнадцать я уже была полностью собрана. Найти здание, где располагался портал, оказалось несложно. Всего лишь сказать кучеру, куда нас следует доставить. И вот, простояв в довольно длинной очереди, я шагнула в марево перехода, чтобы через секунду выйти уже в Лирхе. Чтобы не тратить время зря, я добралась до дома в экипаже. А выйдя на улицу, улыбнулась впервые за прошедшие несколько часов. Я вернулась… Да, я влюбилась, но это оказалось невзаимно. Да, мне будет больно какое-то время, но вскоре всё придёт в норму. У меня ведь всё есть! Есть замечательный дом, друзья, есть работа и ребёнок. Метки нет, так что теперь я не личность третьего сорта, а вполне благопристойная горожанка. Ничего, всё наладится. Только в груди болит, но и это пройдёт. А погрустить и поплакать я могу и ночью, за закрытыми дверьми своей спальни.

— Мы дома! — воскликнула, стоило открыть входную дверь.

В прихожую сразу же выбежала Северина, счастливо улыбаясь.

— Вы вернулись! — всплеснув руками, воскликнула девушка. — Амалия, скажите, это ведь вы как-то сняли метки с женщин?

— Не совсем я, но да, поспособствовала, — улыбнувшись, кивнула. — Как у вас дела?

— Хорошо всё, вы раздевайтесь-раздевайтесь!

— Так, — я нахмурилась. — Северина, давай договоримся, что ты обращаешься ко мне на “ты”. И да, мы сначала разденемся, а потом я спущусь, и мы поговорим.

Дома все мысли о неудачной любви испарились как-то сами собой. Нет, я всё помнила, и в душе неприятно тянуло. Но именно сейчас нет ну ни капельки времени, чтобы расстраиваться или гадать “Что бы было, если бы не…” На самом деле, только приехав в Лирх, я поняла, что поторопилась. Нельзя было вот так уезжать. Стоило дождаться Нейта и попросить объяснить и разговор, и его будущую свадьбу. Да и мало ли, вдруг меня бы во дворец вызвали? Всё же проклятие снято, могло потребоваться объяснение. Но что сделано, того не вернуть. Придёт? Поговорю. А сама искать встречи не буду. А вот с Анной общаться буду, она не виновата, что мы с Нейтом не нашли в себе сил поговорить раньше и обсудить планы. Я искупала Итана, накормила и оставила отдыхать. Малыш уже знатно подрос, теперь не спит круглосуточно, а требует общения. Но я решила, что сейчас мне нужно немного времени на себя. Привести в порядок волосы, принять душ, надеть чистое платье – уделить время себе, а затем приступать к работе. Не думаю, что есть заказы, но ведь надо обновить гардероб себе и Северине, да и Святу надо одеть, и Итану одежду сшить. В общем, работы много, пусть она и не принесёт дохода. Зато будет реклама, надеюсь, неплохая.

Как же я ошибалась, что заказов нет! Стоило спуститься вниз, как Северина вывалила на меня кучу новостей.

— Стоп, по порядку, — рассмеялась я, выставляя руки ладонями вперёд. — Я ничего не поняла.

— Приходила Белла, принесла монеты и заказ. Его она описала в письме, — принялась рассказывать девушка. — Есть ещё одно письмо от некой Анны, я его не вскрывала. Ещё есть два заказа на детские костюмы, по рекомендации Милары. Да, она тоже забегала и просила дать ей знать сразу, как только вы вернетесь.

— Ого, — я растерялась. — Я не ожидала такого ажиотажа. Ладно, работа подождёт немного. Лучше расскажи, как у тебя дела?

Девушка покраснела и опустила голову. И только сейчас я заметила, что Северина уже не похожа на бледную тень девушки. Расцвела, улыбка на лице, платье подвязала ярким поясом, в причёске цветочек. Так-так-так…

— Рассказывай, — фыркнула я.

— Я влюбилась и скоро выхожу замуж, — пискнула счастливая девушка. — Но ты не подумай ничего, я не уйду от тебя. Буду так же работать.

— Да бог с ней, с работой, — отмахнулась я. — Кто жених?

— Майк зовут. Служит стражем на площади справедливости, следит за преступниками. Он хороший. Хочешь, я вас познакомлю?

— Обязательно, — кивнула я. — Вот пойдём сегодня на рынок, и познакомишь. Мне кое-что докупить надо.

— Хорошо, — кивнула девушка. — Монеты за заказ на столе в мастерской. Амалия, а ты расскажешь, как поездка прошла?

— Расскажу, — вздохнув, согласилась. И действительно выложила всё, что произошло.

— Вот гадюка злая! — воскликнула девушка, сжимая кулаки. — И ты ей поверила? А если Нейт говорил о свадьбе с тобой?

— Не думаю, что Нейт рассказал королю о свадьбе, не имея ответа невесты, — мягко улыбнулась я. — Я не ей поверила, а записи разговора. Да и не в свадьбе же дело, Северина. Нейт лгал, а я не люблю ложь.

— Но ведь и ты скрывала своё происхождение, скрывала отца Итана, — справедливо рассудила девушка.

— Да, но я всё же сказала правду.

— Может, и он хотел, но не успел.

— Может, — вздохнув, откликнулась я. — В любом случае, я не уверена, что готова сейчас к серьёзным отношениям.

— А как же любовь? — расстроилась Северина.

— Любовь? — я рассмеялась. — Свята у тебя по любви получилась ведь? А сколько проблем ты получила в итоге? Нет, милая. Сначала я позабочусь о себе и сыне, а вот потом подумаю о любви. Когда буду в безопасности.

— Разве вам что-то угрожает? — засомневалась помощница, а мне стало страшно за наивную девушку.

— Быть в безопасности – это не только про охрану дома, но и про финансовую составляющую. Мне нужно развивать мастерскую, чтобы всегда иметь монеты на жизнь, да и откладывать тоже. Потому что любовь может закончиться, а я останусь одна с малышом и без средств для жизни. Так что запомни: сначала ты заботишься о себе и дочери, и только потом позволяешь себе витать в облаках и доверять мужчине. Иначе ни к чему хорошему это не приведёт. Кстати, мужчина будет больше тебя уважать, если ты будешь независима.

— Это всё не так романтично, как в книжках, — буркнула девушка, вызвав у меня взрыв смеха.

Как в книжках… Да, стоит всё же присматривать за Севериной, как бы дров не наломала. Слишком она… доверчива и романтична, это если ласково. На Земле её бы просто назвали дурой.

— Романтику оставь на потом, когда будешь знать, что в случае неудачи разобьётся лишь твоё сердце, а не рухнет жизнь, — я хлопнула в ладоши и встала с кресла. — Смотри за детьми, а я пойду. Письма почитаю, да посмотрю, что там за заказы.

В мастерскую вошла, затаив дыхание. Соскучилась… Машинка призывно блестела, но я покачала головой: — Не сейчас, милая. Не могу я пока к работе приступить. Ночью либо завтра, обещаю.

На столе нашла письма и несколько золотых монет. Пять золотых за два комплекта? Неплохо… Интересно, это такая цена или же Белла решила меня так поддержать? Хм, это ещё один вопрос, который я так и не успела решить. Я не изучила рынок одежды, потому не знала, какие цены ставить. Поставлю низкие – будут проблемы с остальными мастерскими, да и моя выгода пострадает. Поставлю высокие – не будет заказов.

Сев в кресло, открыла первое письмо. Белла с восторгом рассказывала, как понравился заказ. Огорчена, что не смогла меня застать, но просит сшить ещё пять комплектов на своё усмотрение. Ниже она прислала мерки своих девочек. Также поблагодарила за скорость работы и сообщила, что постарается дать рекламу в Малинках. Пусть все знают, какую красоту могут заказать в Лирхе. Пообещала приехать примерно через недельку и очень надеется, что заказы будут готовы. Ещё пара слов благодарности за заботу о Северине и просьба приглядывать за девочками, потому что она видела возлюбленного Северины, и он ей не понравился. Я отложила письмо в сторону и сделала себе пометку, что если придут по рекомендации Беллы, то сделать скидку. Пусть небольшую, но всё же – как комплимент. А вот слова Беллы о Северине насторожили. Кому, как не владелице борделя, разбираться в мужчинах? Ведь прими она не того клиента, и девочек могут обидеть. Что же, глянем на жениха… Познакомимся. Заодно ещё раз поговорю с Севериной, чтобы не торопилась. Ещё две записки были от заказчиков. Просили костюмчики для своих детей. Что же, с ними всё проще. Написав ответные записки с приглашением на примерку, я отложила их в сторону, предварительно пометив себе, чтобы не забыть. Осталось только письмо Анны, его я вскрывала с радостью. Иметь в этом мире не просто знакомую, а соотечественницу было очень приятно и радостно на душе.

Анна рассказывала, что у неё всё хорошо, но немного одиноко. Спрашивала, как добрались и как складываются наши отношения. “Не тупит ли Нейт, или всё так же дурака изображает?”. Я похихикала над ласковыми прозвищами для Нейта. Также графиня прислала список, что ей необходимо сшить, и мерки. Помимо детской одежды, там ещё был заказ на платья для самой Анны. А ещё девушка вложила в письмо именной чек, который я могу обналичить в банке. Сумма в двадцать золотых выглядела внушительно. Её заказ столько не стоил точно, и уж точно это не аванс, как она указала. Уверенность в необходимости посещения других мастерских росла всё больше.

Анне я написала ответ сразу же. Рассказала про поездку к Нейту в гости, про ресторацию и визит его невесты. Зная, что графиня обзовёт меня дурочкой, описала ещё и другие причины такого спешного побега. Пусть я и понимала, что немного сглупила, но всё же поступила правильно. Ну никак не время предаваться влюблённости, когда за спиной ничего нет.

Убрав письмо и записки в карман, я пересчитала остаток денег. Неплохо, если не думать, что часть надо оставить на закупку тканей, нитей… Да на кучу всего, что потребуется для мастерской. Десять золотых наличкой и двадцать чеком. Что же, пару золотых оставлю на расходы, а вот остальное следует положить в банк. Раз услуга оплаты по чекам есть, то и счёт завести можно, что не могло не радовать. Буду копить на чёрный день, что уж теперь.

— Амалия, тут посыльный ещё одно письмо принёс, — окликнула меня Северина, заходя в мастерскую. — Странное такое.

— Что там? — я приняла письмо и рассмотрела конверт с чёрной сургучной печатью, моё имя и адрес были написаны золотом. — И правда странное.

Сердце на миг забилось с удвоенной силой. Неужели Нейт написал? Но нет, раскрыв письмо, я пробежалась по сухим, официальным строчкам. Нахмурилась и перечитала ещё раз. Меня приглашали на… встречу с графом Адамсоном. Стандартная процедура перед приговором суда, последняя попытка подсудимого что-то изменить в своей жизни. Стало страшно… Я не хочу встречаться с тем, кто являлся мне в кошмарах всё это время. Кто наградил моего сына жутким проклятием, пусть и не специально. А ещё я опасалась, что раз проклятие с сына снято, то и с Генри тоже, а значит, он может избежать наказания. Ведь он-то ни при чём… — Ты побледнела, — осторожно заметила Северина. — Что-то плохое?

— Ещё не знаю, но точно ничего хорошего, — призналась и ещё раз прочла. В королевскую темницу мне надлежало прибыть через три дня. Что же, прибуду. Такое игнорировать нельзя. Кинув письмо на стол, я попросила Северину собрать Итана, пора заняться делом.

По пути на рынок я поймала мальчишку-посыльного и попросила отнести записки заказчикам, заодно узнав, где здесь пункты отправления писем. Вихрастый рыжий подросток лет пятнадцати просиял и заверил, что сам отнесёт, если леди даст ему пару медяков. Что же, не жалко, да и я время сэкономлю. Пожалела, что сразу не написала ответ Белле, тогда бы отправила оба письма сразу. На рынке я заглянула в пару лавок с готовой одеждой и таки посетила большую мастерскую, которая призывно манила огромной вывеской. Колокольчик оповестил работниц о моём приходе. Девушки возникли за прилавком практически сразу, но разглядев далеко не богатые наряды, сморщили носики. Но обслужить не отказались, а потом и вовсе сменили сухой тон на более благожелательный. Но это уже не моя заслуга, просто со второго этажа спустилась хозяйка ателье.

— Амалия, — представилась я высокой худощавой женщине в изумительной шляпке с перьями.

— Я вас знаю, — немного подумав, кивнула она. — У вас мастерская где-то в городе, верно?

— Да, — кивнула я удивлённо. Не думала, что обо мне уже известно.

— И что вас привело ко мне? Хотите прикупить наряд?

— Если честно, я хотела узнать расценки, поэтому и пришла, — призналась я, раскрывая карты. — К сожалению, шить умею, а вот стоимость определить не могу.

— Спасибо за честность, — усмехнулась владелица. — Мои цены выше, чем в остальных мастерских. Я работаю давно и уже имею большой объём заказов, так что меня конкуренцией не напугать, пытались уже. Так что помогу вам. Не просто так, по доброте душевной, а за вашу честность. Могли бы солгать и просто спросить, сколько стоит то или иное платье, но вы поступили иначе. Правда, скажи вы ложь, я бы определила и выгнала вас. Что же, приступим. Что вас интересует?

— Всё, — развела я руками. — Сейчас шью вот такие детские костюмы и исподнее для женщин.

Хозяйка ателье кинула взгляд на Итана, спящего в коляске.

— Необычно, но привлекательно. Для бедных такие костюмы ни к чему. Сложно чистить, а магических пелёнок нет, дорогие они. Так что такое купят только состоятельные жители Лирха. Два-три золотых вполне подходящая цена. Для такого, как у вас – маленького. Чем больше ткани потрачено, тем выше стоимость. На ребёнка пяти-шести лет такой костюмчик будет стоить уже пять-шесть золотых.

— Ого, — тихо произнесла я, не ожидавшая таких расценок. — Это много.

— Много, но это штучная вещь, эксклюзивная. Простых рубашечек можно десять штук заказать за ту же цену. А что за исподнее? Панталоны?

— Не совсем, — покачала я головой. — Но даже не представляю, как объяснить. Скорее это такой комплект, который не позволит мужчине остаться равнодушным, увидев свою жену. — Хм, — женщина задумалась, глядя в окно. — Знаете, наверное, это как и с костюмами детскими. Пока вас не начали массово копировать, ставьте цену выше. Пусть будет два или три золотых за комплект. Во-первых, очередей не будет, а вам она вряд ли нужна, вы же работаете одна.

— Откуда вам это известно? — удивилась я, понимая, что не говорила об этом.

— Конкуренция мне не страшна, но знать о рынке стоит, — усмехнулась собеседница. — Так что как вы работаете, с кем и по сколько – мне известно. Не переживайте, эта информация вам вреда не принесёт. Но будьте готовы к недовольным, когда оборот повысится. Я вам помогла?

— Ещё один вопрос, — поспешила спросить я. — Женская одежда.

— Тут всё просто. Берёте стоимость материала, которое уйдёт на наряд, плюс ваши сто-сто пятьдесят процентов, зависит от сложности изделия. Если шьёте с помощью бытовой магии, то двести процентов, потому что с бытовой магией наряды получаются уникальные. Чем больше времени провели за изделием и чем больше просьб у клиентки, тем выше цена.

— Спасибо большое, — тепло поблагодарила женщину за огромную и неоценимую помощь.

— Спасибо, — фыркнула та. — Теплое слово приятно, да только хотелось бы у вас заказать то исподнее, о котором вы рассказывали, ну и скидку получить.

— Договорились, — рассмеялась я. — Приходите завтра, снимем мерки, и я вам покажу, что примерно шью.

Мы вышли из ателье, и Северина тут же потянула меня на площадь Справедливости.

— Ну хоть одним глазком на него посмотришь! — воскликнула девушка в ответ на мои попытки отказаться. Не хотелось идти туда, где мучают людей, пусть и преступников. Но ладно уж, ради подруги схожу.

То, что я увидела, мне не понравилось… Совсем.

— Амалия, это его работа, — грустно промолвила Северина, а я…

Я смотрела издалека, как два стражника, шутя и смеясь, издевались над человеком, привязанным к столбу позора. Не знаю, за что его так, но то, что этот человек получал пинки и тычки от стражников, мне не понравилось. Очень… Особенно не нравилось, что жених Северины в этом участвовал. И ему это нравилось.

— Северина, он жесток, — тихо сказала я, глядя девушке в глаза. — Это может быть опасно.

— Это его работа, — упрямо заявила девушка, готовая стоять за любимого горой. Чёрт, да как же ей объяснить!

— Его работа – охранять этого человека, чтобы не убили другие. А он издевается и – посмотри на него, посмотри внимательно.

— И что?

— Ему нравится. Нравится жестокость, значит, и ты можешь быть в опасности, и Святка.

Девушка промолчала. Но я и так поняла – решения она не изменит. Слишком сильна пелена влюблённости перед ней, чтобы мыслить здраво. Как же уберечь девушку? Я не стала больше поднимать тему с Майком, просто увела девочек оттуда, отправив их домой с покупками. Сама прогулялась до Милары, где и выложила всё подруге и Грэму, который слушал меня внимательно, не перебивая.

— Не знаю, что делать, — я растерянно смотрела на друзей. — Девчонка хорошая, переживаю, что навредит он ей.

— Стражники не должны бить осужденных, — нахмурился Грэм, вставая с кресла. — Ты права, они должны только охранять. Позорный столб и есть наказание, причём не самое лёгкое, но за небольшие проступки. Я разберусь.

Грэм ушел к себе в кабинет, видимо, отправлять магическое письмо. Мы же остались с Миларой вдвоём, и я наконец поделилась с подругой деталями путешествия. Девушка, в жизни которой не было особых развлечений, охала, смеялась и плакала, пока я рассказывала. Ожидаемо назвала меня дурёхой и так же, как Северина, не поняла, почему я сбежала. Что же, радует, что Миларе повезло с мужем. Романтичная натура она. У Милары тоже были новости. Она с радостью рассказала, что папа всё же принял решение и скоро переедет в пригород Лирха. Теперь ищет тут дом и готовится к продаже скота. Приезд Васила порадовал и меня. Я соскучилась по старому другу и действительно буду рада его увидеть. Поболтав ещё пару часов, я поспешила домой. Всё же времени уже много, а я хотела ещё поработать. Только вот вместо спокойной обстановки дома меня ждал неприятный сюрприз.

— Куда ты собралась? — я кивнула на сумку с вещами, в которую Северина остервенело запихивала последнее платье Святы.

— К Майку, — буркнула девушка. В ней, судя по всему, кипела такая злость, что остановиться она уже не могла. Швырнув сумку, посмотрела на меня и выкрикнула: — Это ты во всём виновата!

— В чём именно? — не дрогнув, уточнила я.

— Майка понизили, и теперь он постоянно будет патрулировать город. А там и жалованье меньше, и условия хуже. И всё из-за тебя!

— Я здесь при чём? — я мысленно усмехнулась. Да, Грэм сработал быстро, хороший он.

— Потому что приказ пришёл от мага, а ты ходила к Миларе. А у неё муж – маг!

— В отсутствии логики тебя не обвинить, — вздохнула я. — Северина, не делай глупости. Ты знаешь его пару дней, а уже собралась увольняться и бежать практически к незнакомцу.

— Я его люблю, и он меня любит. Большего и не требуется. Это ты нос воротишь, а я не буду!

— Ладно, хочешь уйти – пожалуйста, — я махнула рукой. — Но не бросай работу хотя бы сейчас. Мне нужна помощь, а тебе – деньги.

— Майк сказал, что мне не нужно у тебя работать, — девчонка вздёрнула нос. Я лишь глаза прикрыла и тихо вздохнула. Что же, насильно удержать я не смогу, только…

— Северина, пообещай мне, что если что-то пойдёт не так, ты вернёшься. Хорошо? Ты придёшь ко мне сразу же, как только понадобится помощь. Неважно какая, неважно, как мы расстались, я вас всегда приму и помогу.

Северина молча подняла сумку, обошла меня, схватила Святу за руку и вышла. Что же… Надеюсь, я ошиблась, и Майк будет хорошим мужем, но ох, как же я сомневаюсь. Но и меня Северинка не услышит сейчас. Никого не услышит, пока на лбу шишек не набьёт.

— Вот и опять мы с тобой одни остались, — шепнула я Итану. — Ничего, справимся. Попрошу магию не сильно меня в сети свои завлекать.

Перекусив бутербродом, отправилась в мастерскую. Пора браться за заказы, тем более, оставшись без помощницы, быстро шить не смогу. А надо…

Как хорошо, что мне оставили коляску. Не пришлось тащить колыбель из своей комнаты. Поэтому, потратив больше часа на создание простенькой тряпичной игрушки, я села за работу. К счастью, магия не пыталась перечить. Первое, о чём я задумалась – что мне необходимо в первую очередь? Мне бы одежду какую-то, а то “сапожник без сапог”, да и Итану пора сшить что-то. Одежда, которую передал Васил, становилась маленькой. Ещё немного, и на Итана ничего не налезет. Надо, но… Завтра придёт хозяйка ателье, и, по-хорошему, ей бы показать образцы белья. Да и вообще, мне бы образцы того, что я шью, но могу ли я потратить материал и время на то, что не принесёт мне дохода? Решив, что надо для начала выполнить заказ Беллы, я перечитала ещё раз письмо и выписала себе мерки. Пять комплектов… Одинаковые шить не хотелось, а разные… Эх, мне бы хоть одним глазком посмотреть на девчонок, определить, кому какой фасон подходит. Белоснежный для невинной на вид соблазнительницы, огненно-красный для роковой красотки, светлая бирюза достаточно лёгкая и красивая, чёрный шелк невероятно будет смотреться на загорелой коже. Задумалась над фасоном трусиков. Стринги или же пока остановиться на классическом варианте? Подумав, решила два комплекта сделать классическими, одни стринги и два комплекта с танго. Пусть будет разнообразие, плюс Белла сможет определиться, какой вариант ей больше подходит. С лифом я тоже долго думала. Корсеты отмела сразу же, а вот форму бюстгальтера выбирала долго. В итоге остановилась на трёх обычных кружевных вариантах, а два комплекта сделаю с пуш-ап. Жаль, что нет синтепона, но ведь можно заменить ватой? Если прошить аккуратно, то бюстгальтер форму не потеряет даже после стирки. Тем более, стиральных машинок в том виде, в котором они есть на Земле, здесь нет. Есть шкафы для стирки, но работают они полностью на магии. Удобно, но жутко дорого. Я такую видела у Милары, но себе купить… В общем, несложно мне руками простирнуть платье, но я задумаюсь о покупке такой вещицы попозже. Несколько часов работы и короткий перерыв, чтобы накормить проснувшегося Итана. За окном сияла звёздами уже глубокая ночь, так что сын уснул практически мгновенно. Я же осмотрела сшитые изделия и в очередной раз порадовалась, что во мне проснулась магия. Сшила бы я пять великолепных комплектов за несколько часов? Никогда! Это заняло бы несколько дней, не меньше. Желудок жалобно заурчал. М-да, я с такой напряженной работой забуду, что мне нужна пища. Готовить посреди ночи не хотелось. Пусть в сон ещё не клонит, но лучше это время потратить на работу, а поспать… Думаю, хватит несколько часов. Мне не очень нравилось работать ночами, но смогу ли я без няни столько времени уделять шитью днём? Выпив чай и перекусив бутербродом, я нашла стопку желтоватых листов и взялась рисовать. Раз я не могу сшить витринные экземпляры, то будет у меня каталог. Не скажу, что рисую я замечательно, но одежду набросать сумею. Ещё пара часов у меня ушло на рисунки. Несколько интересных костюмчиков для малышей, одежду для детей постарше и несколько листов с взрослой одеждой, в том числе и нижнем бельём. Подумав, под каждой моделью написала цены, чтобы клиентам было проще ориентироваться. Закончив работу и выглянув из мастерской, заметила, что на улице занимается рассвет. Быстро умывшись, уложила Итана в кроватку и легла сама. Думала, что из-за стольких событий за последние несколько дней я не смогу уснуть, но усталость взяла своё. Стоило голове коснуться подушки, как я провалилась в сон. А проснулась от тихого кряхтения Итана и яркого солнца за окном.

Не успела встать, как услышала громкий стук в дверь. Мне безумно не хватает часов, но я сомневаюсь, что сейчас почти вечер, а ведь на примерку я приглашала вечером… И кто там такой настырный? Надев платье и заколов волосы, я спустилась вниз и распахнула дверь.

— Господин… — я сделала паузу, вспоминая, как зовут столяра.

— Бивош, леди, — улыбнулся мужчина. — Вот, заказ ваш привёз.

— Не ожидала, что так быстро, — растерялась я и вышла из дома, прикрывая за собой дверь. — Что от меня требуется?

— Так место покажите, леди, куда приколотить вывеску, — рассмеялся господин Бивош. — Я быстро приколочу и дальше поеду.

Выйдя за забор, указала на место, где бы хотела видеть вывеску, но обратно зайти не успела. Ко мне подошла молодая женщина с явным желанием поговорить.

— Леди Лиция, — представилась женщина. — Я вам оставляла записку, что хочу заказать костюмчик для дочери.

— Приятно познакомиться, меня зовут Амалия, — благожелательно улыбнувшись, представилась в ответ. — Вам передали записку с указанием времени, к которому надо будет подойти для снятия мерок?

— Передали, — подтвердила Лиция. — Обязательно приду и дочь приведу. Рады очень, что Мариэлла продала дом вам, а мы не остались без портнихи. Знаете, вот госпожа Завински, что жила через два дома отсюда, так и не нашла подходящих покупателей. Вы знаете её дом?

— Нет, не знаю, — качнула головой, не понимая, что хочет от меня женщина. Просто поболтать? Так мне некогда…

— Ох, ну вы его точно видели! — отмахнулась леди. — Завински выращивала очень красивые цветы, а из них делала прелестные украшения. Но буквально несколько дней назад сообщила, что выставила дом на продажу. А сегодня в него уже въезжают новые жильцы! Точнее, жилец. Поговаривают, что это какой-то маг, не знаю. Жаль, что роскошных роз больше не будет.

— Жаль, — механически подтвердила я и тут же улыбнулась. — Прошу меня простить, мне нужно идти к ребёнку.

— У вас нет няни? — удивилась Лиция, пропуская мимо ушей то, что мне пора. — А та миленькая девушка горничная? Кстати, могу рекомендовать вам хорошую прислугу. Миссис Дебора прекрасно ладит с детьми, мою Патриссию нянчила с рождения. Сейчас Патриссии нужна гувернантка, а не няня, так что могу сказать ей, что вам требуется помощница.

Я тихо вздохнула. Няня нужна… Она необходима как воздух, только я всё ещё надеюсь, что Северина вернётся. А если нет? Опять бегать в поисках необходимого человека?

— Скажите, пожалуйста, — решилась я. — Помощь няни мне сейчас необходима.

К счастью, развивать тему нянь и прислуги Лиция дальше не стала. Она сообщила, что обязательно передаст миссис Деборе о моей просьбе и придёт на примерку к назначенному времени. Попрощавшись с женщиной, я приняла работу столяра и, проводив мужчину, побежала в дом. Странно, но Итан даже не плакал. Он крепко держал в ручке свою новую тряпичную игрушку и издавал звуки, похожие на агуканье.

— Нравится, да? — улыбнувшись, спросила, поправляя одеяльце. — Ничего. Вот будет у мамы немного больше времени, я обязательно сошью тебе несколько игрушек. И у столяра попросим – деревянные. Только надо, чтобы ты стал немного старше.

Я играла с сыном и понимала, что мои проблему понемногу сходят на нет. Жизнь ведь действительно налаживается. И жить здесь, в мире, наполненном магией, мне нравится куда больше, чем в родном. Тем более сейчас, когда метки исчезли, а я уже не ловлю на себе осуждающие взгляды. Теперь никто не поймёт, что мой сын рождён вне брака, и не станет отбросом общества. Если что, назовусь вдовой, узнать правду всё равно будет сложно. Да и перед кем, а главное – для чего оправдываться? Утомив малыша играми, я оставила его дремать в кроватке, а сама, умывшись, спустилась готовить себе завтрак. Сооружая очередной бутерброд, задумалась, что мне проще питаться в тавернах, чем тратить время на готовку. Но это дорого… Так что пока обойдусь перекусами, благо мне много не надо. Завтракать решила в гостиной и, зайдя туда с кружкой и тарелкой, поняла, что надо всё менять! Я не хочу постоянно водить людей к себе в мастерскую, а гостиная никак не похожа на приёмную. И что же делать? Ремонт сейчас совершенно не к месту, но можно что-то придумать. Например, стянуть разноцветный плед с дивана и обшить его однотонной тканью, поменять кофейный столик на более удобный и кинуть на него каталог с моими рисунками. Кресло-качалку точно убрать, она совершенно не смотрится в приёмной. А вот поставить высокую стойку и барный стул можно, только тогда придётся нанять и администратора. Да, хорошенькую девушку, которая будет подавать чай гостям и принимать заказы. Можно даже угол выделить! Выбросить старый шкаф и сделать примерочную, чтобы не таскать людей каждый раз в мастерскую.

И всё равно я кривилась, думая, как же лучше поступить. Нет, мне определённо не нравится, что люди будут ходить ко мне домой. Толпа незнакомцев – не то, что я хочу. А ведь ещё Итан подрастёт, ему я не могу запретить бегать по дому, играть. Но и клиентам такое не понравится! Вспомнила Беллу и то, как она поделила дом. А что если мне соорудить пристройку рядом с мастерской? Это будет долго, это будет дорого, но определённо того стоит. Пока сделаю, как и решила. А вот в перспективе…

Я мечтательно улыбнулась, представляя, какую красоту сделаю. Помимо приёмной, обязательно будет отдельный кабинет, куда я приглашу клиента для снятия мерок. И туда же я буду приглашать покупателей, чтобы показать готовую одежду. Таким образом я не буду никого пускать в мастерскую, и дом останется домом, а не проходным двором. Захотелось всё бросить и бежать к столяру, узнавать, сможет ли он построить пристройку. Но я осадила себя. Увы, но денег маловато. Если уж вывеска такая дорогая, то сколько тогда будет стоить целая постройка? Смогу ли я вообще себе это позволить? Не сейчас уж точно. Да и помимо пристройки, в доме ремонт бы сделать. Обновить краску на стенах, мебель поновее заказать… А потом можно подумать и о комнате для Итана. Как раз комната на втором этаже освободилась. Я грустно вздохнула, вспоминая Северину. Переживаю… Даже была мысль попросить Грэма присмотреть за ней, но такая просьба была бы уже совсем наглостью! Да и не будет же он сам следить за девчонками, скорее прикажет кому-то из стражей, а те быстро растреплют женишку. И как быть? Оставить всё как есть, и пусть выпутывается сама? Сложно… Как всё сложно.

Допив чай, я прибралась в гостиной и кинула на журнальный столик стопку листов с рисунками. Затем, подумав, решила сделать что-то типа блокнота. Просто сделать шилом дырки в листах и связать бечёвкой – так листки не потеряются, а я смогу добавлять новые рисунки. Да и смотреть посетителям будет проще. Пока собирала импровизированный блокнот, пока прибиралась в гостиной и прихожей, не заметила, как пролетело время. Очнулась от стука в дверь, а распахнув оную, увидела владелицу ателье.

— Ничего, что я пораньше пришла? — с улыбкой спросила женщина, с интересом разглядывая дом.

— Ничего, время ещё есть, проходите, — я пропустила гостью в дом и замерла. Как мне к ней обращаться? Имени-то я не знаю… Что же, по старому принципу “Начни, а за тебя продолжат”.

— Леди… — я выдержала паузу, давая владелице ателье возможность представиться.

— Миссис Миллер, — подсказала гостья.

— Миссис Миллер, присаживайтесь и позвольте угостить вас чаем.

Ответив согласием, женщина расположилась на диване и заинтересованно посмотрела на блокнот.

— Посмотрите пока, что я могу вам предложить, — я пододвинула блокнот ближе к ней, а сама отправилась готовить чай.

— Это интересно и точно необычно, — задумчиво сообщила миссис Миллер, разглядывая нижнее бельё. — Определённо вызовет ажиотаж, но не сейчас, немного позже. Сейчас слишком…

— Откровенно? — улыбнувшись, поинтересовалась я.

— Именно, — кивнула гостья. — Но ненадолго. Мода переменчива и стремительна. Месяц-два, может, чуть дольше, и вот к вам уже выстроится очередь из желающих приобрести такое великолепие. А в живую посмотреть можно? Есть экземпляры?

Спустя пару минут миссис Миллер увлечённо разглядывала кружево и краснела. По блеску в глазах я видела – ей определённо нравится, но вот решится ли… Всё же для девочек Беллы это нормальное бельё, а для горожанки, всю жизнь ходившей в панталонах, это шок.

— Хочу чёрное, но не такое… открытое, — решилась миссис Миллер. — Чтобы не просвечивало. Так можно?

— Можно сделать лиф более закрытым и низ тоже, — я взяла кусок карандаша и нарисовала то, о чём говорила. — Ткань могу предложить на выбор, но лучше смотрится шелк. Можно без кружева, либо сделать пояс кружевным и оборку на трусиках.

Каждое своё слово я подтверждала рисунком, чтобы клиентке было понятно, что я имею в виду. Спустя сорок минут выбора, рисунков и диалога мы пришли к решению и сняли мерки. Гостья отдала аванс в один золотой и удалилась, довольная нашей встречей. Я же, помня, что мне ещё отправляться в столицу, пообещала сделать сегодня же, а завтра уже отдать заказ. Даже не подумала, что мне будет сложно шить после бессонной ночи, тем более, мне предстоит ещё принять заказы у двоих клиенток, которые прислали письма.

Спустя час подошли и они. И как раз вовремя, я успела накормить сына и даже немного с ним поиграть. Но вот спать малыш отказался, так что пришлось брать его с собой, что не очень хорошо, ведь грудному ребёнку не место на работе у мамы. Но и оставлять его одного на втором этаже не хотелось.

— Леди Амалия, дорогая! — леди Лиция приложила руки к груди и широко улыбнулась, словно встретилась со старой знакомой. — Я передала миссис Деборе, что вы ищете няню. Она согласна прийти на смотрины, но только завтра. Сегодня, увы, ну никак не получается!

— Благодарю за помощь, — улыбнулась я и пригласила женщин внутрь.

Угостив клиенток чаем и подтолкнув к ним блокнот с рисунками, я села напротив, ожидая вопросов и уточнений.

Леди Лиция и леди Мур с интересом разглядывали рисунки детских костюмчиков, тихо советуясь между собой. Затем обсудили фасоны женских платьев и… откинули блокнот от себя, стоило наткнуться на нижнее бельё.

Леди Мур пришла в себя быстрее. Она аккуратно, словно дотрагивается до ядовитой змеи, потянула листы на себя и уже более бесстрашно посмотрела на рисунки. А я отметила, что надо было сделать три блокнота или хотя бы два. Да, моя неосмотрительность может лишить меня заказа. Пусть женщины пришли за детской одеждой, они могут отказаться от заказа, посчитав меня распутной.

— Это же… — пробормотала леди Мур, пытаясь подобрать слова.

— Женское исподнее, — озвучила я наконец то, что они так боятся произнести. — Красивое и удобное.

— Это очень открыто, — покачала головой Лиция. — Разве леди подобает?..

— Это бельё не принято носить на людях, — сообщила я, умолчав, что видела купальники и откровеннее. — Носить такое надо под платьем, ещё можно показать мужу. Мужчинам по нраву такие наряды на женщинах.

— Такое носить только падшим в домах удовольствий, — нахмурилась леди Мур.

— Разве это правильно? — с улыбкой спросила я, понимая, что уже лишилась клиенток. — Падшие женщины соблазняют мужчин откровенными нарядами, а мужчины идут, потому что дома их жёны надевают панталоны и ночные рубашки до пола. Разве плохо это – красиво одеться для своего мужчины? Зачем мужьям идти в дом удовольствий, если дома у него красивая женщина в красивом исподнем, от которого дух захватывает?

Увидев, как женщины переглядываются, я поняла, что не всё ещё потеряно. Ещё можно перетянуть их на свою сторону!

— Не по мне это, — покачав головой, заявила Лиция, покосившись на подругу. — Я закажу только костюм лисы для Патриссии.

— Мне нужно будет снять мерки с вашей дочери, — напомнила я, осознавая, что женщины пришли без детей.

— Они у меня есть, няня сняла, — Лиция достала из сумочки сложенный лист бумаги и передала мне. — Мы часто шьём одежду на заказ, так что размеры знаем.

— А мне – волка на сына, — подала голос леди Мур и также передала мерки. Проводив женщин до двери, я покормила Итана и, искупав, уложила спать. В сон клонило с ужасающей силой, но нельзя… Обязательно нужно сшить бельё для миссис Миллер. Ещё бы начать хоть один из сегодняшних заказов, но это под большим вопросом. Лучше выспаться сегодня, а завтра приступить к работе с новыми силами. Только вот за работу я сесть не успела. Раздался стук в дверь, сообщая о прибытии гостей.

— Кто это может быть? — нахмурившись, пробормотала я, осторожно подходя к двери и приоткрывая.

— Леди Амалия, я бы хотела заказать комплект исподнего, — краснея, прошептала леди Мур.

Я, скрыв улыбку, пропустила женщину внутрь и закрыла за ней дверь. Только не успели мы снять мерки, как раздался ещё один стук. Это уже начинает веселить… Попросив леди Мур дождаться меня в мастерской, я пошла открывать. Кто бы сомневался… Леди Лиция собственной персоной! Стараясь не рассмеяться, пропустила женщину внутрь и попросила подождать буквально немного. Ох уж эта женская дружба! Из-за конспирации и глупых стереотипов мне пришлось действовать как шпионке. Сначала сняла мерки с леди Мур и попросила подождать, пока я не провожу очень важного, но скрытного гостя. Затем быстро сняла мерки с Лиции. Тут уже выручил Итан, который внезапно проснулся, хотя в это время он обычно спит. Сославшись на то, что нужно кормить малыша, я отправила сначала Лицию, а минут через десять – Мур. Чтобы уж точно не пересеклись! Поднявшись наверх, взяла сына на руки и принялась баюкать. Малыш смотрел на меня внимательно и как-то хмуро. — Что ты проснулся, солнышко? — прошептала я, целуя в лоб. И тут же нахмурилась. Горячий… Горячее, чем должен быть.

— Маленький, ты у меня заболеть удумал? — прошептала я, лихорадочно гадая, что же делать. Выбора особого нет. В этом мире нет ни сиропа от температуры, ни градусника. Есть травы, в которых я не разбираюсь, и маги. Вот к последнему я и поехала, наспех собрав малыша. Мэтр Лабор ещё не спал, да и сомневаюсь я, что ушла бы. Слишком страшно ночевать с температурящим ребёнком, тем более не имея возможности помочь. Добрый мэтр принял нас с улыбкой и напоил Итана настойкой. сбивающей жар.

— Ничего страшного, леди, — сообщил мужчина. — Дети болеют, так бывает. Но после этого снадобья о жаре можете забыть. Кстати, я вас помню и рад, что проклятие удалось снять.

— Спасибо, — кивнула я. — А что-то надо делать, чтобы Итан выздоровел?

— Ничего, — покачав головой, улыбнулся мэтр. — Малыш проспит всю ночь, а проснётся полный сил и очень голодный. Настойка не простая – она магическая.

Искренне поблагодарив лекаря, я отправилась домой, надеясь, что настойка действительно поможет. Но зря сомневалась. Не успела доехать до дома, как температура уже спала, а Итан заснул. Раздев и уложив малыша, я устало села на край кровати. Очень хочется спать, и сил нет совершенно, но заказ… Нельзя подводить покупателей, тем более заказы растут и скоро образуют снежный ком, которым меня и завалит… Ведь мне ещё надо сшить заказ Анны! А вот себе я, видимо, буду покупать платья, совсем времени нет.

С трудом поднявшись, я заварила себе чай и закрылась в мастерской. Всего один комплект – и можно идти спать. Спасибо магии, когда я работаю, то усталости не чувствую. Только вот после… После того, как я сделала последний стежок и обрезала нитки, я едва ли не вывалилась из-за стола. Даже проверять комплект не стала, поплелась наверх, где рухнула в кровать и уснула, так и не раздевшись.

Следующие два дня я потратила на работу. Няня, про которую говорила леди Лиция, так и не пришла. Не вернулась и Северина. Мне лишь оставалось надеяться, что с девочками всё в порядке. Может, я покажусь бессердечной, но за эти два дня я даже не попыталась узнать, как они там. Настолько завалило заказами, что отдохнуть некогда было. Зато я успела практически всё, кроме заказа для Анны. Её списком займусь, когда вернусь из столицы. Пусть я и валилась с ног от усталости, а сын даже на улице не побывал за эти дни, гордость за свою работу поселилась в моём сердце, а душу грели двенадцать золотых, осевших в моём кошельке. Я уверена, что когда вернусь, то не останусь без работы. Заказы будут обязательно. Ведь леди Лиция и Мур обязательно посоветуют меня другим, настолько им понравилось то, что я для них сшила. Естественно, хвастаться они будут детской одеждой, слишком консервативны для рекламы белья. А ещё я договорилась с миссис Миллер о наряде для меня. Для поездки во дворец мои наряды не подходят. Откровенно говоря, в этом уже просто стыдно появляться на людях. Миссис Миллер предложила мне несколько комплектов, от которых отказались покупательницы, только вот подогнать их под свой размер предстояло мне. Чем я и занялась в ночь перед отъездом. Пусть проснулась с ощущением песка в глазах и гудящей головой, но была довольна, ведь на манекенах висело два платья и один комплект, состоящий из длинной широкой юбки и жакета. Одно платье, нежно-сиреневого цвета, было более повседневным – для выхода в город или же приёма гостей дома, а вот второе уже подходило для дворца. Пусть такое не наденет столичная леди из высшего света, но мне, провинциальной девушке, позволялось. Бальное платье небесно-голубого цвета с закрытым верхом, а на лифе вышиты узоры прозрачным стеклярусом. Образ дополняли длинные шелковые перчатки и шляпка в тон платью, украшенная цветами. Обувь миссис Миллер посоветовала купить уже в самой столице. Пусть стоимость чуть выше, но и качество намного лучше, что очень важно.

Юбку и жакет я решила надеть в дорогу. В платье путешествовать не очень комфортно, тем более в этот раз Нейта рядом нет, значит, и вип-портала тоже не видать. А вот огромную очередь в общем зале я помню прекрасно. По этой же причине было решено взять с собой коляску, потому что держать Итана всегда на руках достаточно сложно. Только вот в карету коляску не засунуть, если только пристегнуть сзади, как пристёгивают багаж. Написав для себя список, что мне необходимо сделать, как только вернусь, я собрала Итана и отправилась в дорогу. Кучер кое-как примотал бечёвкой коляску, неодобрительно поглядывая на меня. Но замечание не сделал, вероятно, понимал, что с малышом на руках далеко не уйдёшь. Всё время пути до здания с порталом я сжимала письмо из королевской канцелярии и думала, как бы мне избежать встречи с кошмаром из снов. Кто вообще придумал, что перед судом обвиняемому следует облегчить свою душу непременно перед пострадавшим? Пусть священнику рассказывает! А ещё очень не хочется идти туда с ребёнком. Итан и не поймёт ничего, мал ещё, но граф будет смотреть…

Я передёрнула плечами, представляя эту встречу. Не хочу, отчаянно не хочу. Но понимаю, что написать отказ – непозволительная роскошь.

В портальном зале царила суматоха. Люди толкались и ругались, полная дама громко визжала, что у неё украли кошель, а рядом стояла девушка и сгорала со стыда, потому что её ребёнок громко рыдал, полагаю, без особой на то причины. Да, взять коляску с собой оказалось прекрасной идеей. Я знаю точно, что малыша не толкнут и не заденут. А вот меня… Столько пинков и тычков я не получала долго. И сколько бы ещё получила, пытаясь выстоять в очереди – неизвестно. Но тут меня окликнули. Молодой мужчина в длинной мантии позвал по имени и попросил следовать за ним в отдельную портальную, откуда нас перенесут сразу же к постоялому двору.

— Но отчего такая щедрость? — изумлённо поинтересовалась, ступая за портальщиком.

— Леди, я лишь выполняю приказ, — улыбнувшись, пояснил мужчина. — Мне приказано доставить вас к постоялому двору, в котором забронирован номер на ваше имя.

— А кто приказал? — осторожно поинтересовалась я.

— Увы, но такой информацией я не располагаю. Мне передали, я исполнил. Не более.

Вздохнув, промолчала. Да и какой смысл мучить парня расспросами? Может, так положено, королевская канцелярия заботится о людях и обеспечивает комфортную доставку до дворца и обратно. Или только до постоялого двора. До него точно, потому что стоило очутиться в портальной комнате столицы, как ко мне подошел мужчина и попросил следовать за ним к экипажу, который и отвезёт на постоялый двор. Также попросил завтра быть готовой к двум часам, за нами заедут и отвезут во дворец.

Постоялый двор, возле которого меня высадили, напоминал элитный отель. Я бы такой точно не выбрала, максимум полюбовалась бы со стороны и прошла мимо, потому что даже территория вокруг двора была настолько красива и дорого обустроена, что было понятно – стоимость комнаты здесь, как и ужина, будет равняться стоимости дома в Лирхе. Именно поэтому я заходила внутрь с опаской, кивнув мужчине, открывшему нам дверь. Не крутить головой было сложно. Красивые картины, лепнина на стенах и потолках, каменный отполированный пол… Да даже стойка регистрации была шикарна. Я же в своём простеньком платье выглядела как серая ворона на фоне павлина. Поэтому и имя своё проговаривала едва ли не шепотом. Всё казалось, что сейчас меня погонят прочь, заявляя, что таким здесь не место.

— Идёмте, я вас провожу. Багаж можете оставить тут, его заберёт носильщик и доставит в номер, — доброжелательно улыбнувшись, сообщил регистратор. Комнаты располагались на третьем этаже. Да, именно комнаты… Светлая спальня, достаточно просторная гостиная, небольшой кабинет и уборная с маленьким бассейном. И мне здесь предстоит жить двое суток? Я согласна! Главное, чтобы с меня потом не потребовали денег, иначе придётся продать всё, что у меня есть.

— Ваш ключ, леди, — регистратор протянул ключ мне и кивнул на столик. — Меню на столе, заказать блюда можете в любое время суток, подадут в номер. Также можно спуститься в ресторацию и отобедать там.

— Спасибо, — едва слышно шепнула, сжимая в руках железный брелок с номером комнаты.

Оставшись одна, я прошлась по номеру и заглянула в каждый угол. А ведь кто-то живёт именно так – и даже лучше. Амалия не видела такой роскоши, пока работала в графском доме, там было намного проще. А здесь же… Такое я видела только на картинках в журналах. Обычно это называлось “президентский люкс”.

Только сидеть в помещении и наслаждаться красотой было некогда. Самое время подкрепиться и отправляться в лавку за обувью. Не думаю, что завтра у меня будет время. Тем более, раз я сэкономила на проживании и портале, можно купить одежду Итану. Присев за стол, я посмотрела на меню, которое выглядело как тонкая дощечка с набитыми названиями. Картинок не было, так что я растерянно читала незнакомые названия и надеялась, что не закажу экзотическую еду непонятно из кого. Что примечательно для таких заведений, цен тоже не было. Видимо, считалось, что человек, оплачивающий такой номер, не стеснён в средствах, и думать о стоимости супа ему нет нужды. Но меня червячок сомнений всё же грыз. Именно поэтому, подхватив Итана, я спустилась вниз, к стойке регистрации.

— Простите, а вы можете помочь? — попросила я миловидную девушку в форменном платье рядом со стойкой. — На моё имя забронирован номер в вашем отеле, но я не знаю, оплачен он или мне при выезде надо будет заплатить?

— В каком номере вы остановились? — ни капли не смущаясь и не подавая виду, что что-то не так, спросила девушка.

— В пятнадцатом, — отозвалась, показывая ключ.

Открыв амбарную книгу, девушка пробежалась глазами по записям и улыбнулась:

— Проживание и питание оплачено, вы можете находиться здесь столько, сколько посчитаете нужным.

— В каком смысле? — нахмурилась я. — Я думала, завтра уже выезжать. Как счёт может быть оплачен, если неизвестно, на сколько ночей?

— Мы не берём за проживание, когда клиент заезжает. Счёт из отеля направляется в банк на имя того, кто бронировал.

— А можно узнать, кто это был? — закусив губу, спросила я.

— Минуту, — девушка вновь полезла в записи, а потом с сожалением улыбнулась. — Прошу прощения, но эта информация не подлежит разглашению.

— Спасибо, — задумчиво пробормотала я. Смысла допытываться нет, но я так полагаю, что это оплачено королевской казной. И вот мне не особо нравится, что оплата бессрочная, ведь я не планировала находиться в столице дольше двух, максимум трёх дней. А если придётся задержаться надолго? У меня куча работы, а я тут!

Еле заставила себя успокоиться, ведь от меня мало что зависит. Завтра узнаю точнее, как надолго я здесь застряла. Так что смысла дёргаться нет, от моих метаний не изменится ровным счётом ничего. Поднявшись в номер, выбрала блюдо – предположительно с мясом, а пока заказ готовили, покормила сына и переоделась в платье. Стоит поторопиться, я не знаю, когда закрываются местные лавки. Можно было бы перекусить где-то в другом месте после покупок, но… Стоит экономить, когда есть такая возможность. Я не ошиблась в выборе блюда. Несмотря на заковыристое название, это оказался стейк с овощами и грибным соусом. Вкусно и сытно, а горячий ягодный чай прекрасно дополнил обед. Как только тарелка опустела, я поспешила в лавку, искренне надеясь, что смогу подобрать себе что-то прочное и красивое. И не прогадала. Пусть пять золотых – это весомая сумма для меня, но я смогла купить не только туфли для дворца, но и простенькие туфельки для прогулок, а также мягкие, домашние, напоминающие тапочки.

Обрадованная хорошей покупкой, я продолжила и дальше гулять по лавкам, обалдевая от цен и роскоши нарядов. Даже нашла маленькую лавку с детской, достаточно недорогой одеждой, купив Итану пару рубашек и трое штанишек. Теперь нам не стыдно и во дворце появиться, и по улицам города прогуляться. Но всё же, видя цены на детскую одежду, я понимала, что стоит шить гардероб сыну самой. Как минимум это дешевле. Да и я костюмчиков красивых нашить могу, по типу земных.

Пока гуляла по лавкам, на улице стемнело. Так что, выпив в кофейне чашечку чая и послушав музыканта, игравшего на гитаре, я поспешила в отель. Несколькими часами позже я ложилась в кровать с мыслью, что буду ворочаться, ведь завтра предстоит сложный день, но какой там! Бессонные ночи, заваленные работой, дали о себе знать. Так что мысль, что я буду переживать, додумала аж утром, когда распахнула глаза и поняла, что в окне не темень, а вовсю светит солнце. И тут же в страхе повернулась к ребенку. Он спал! Спал всю ночь и даже не просыпался поесть. Я приложила ладонь к носу малыша и с облегчением выдохнула, почувствовав тёплое дыхание. Пощупав лоб, температуры не обнаружила. И почему тогда такой крепкий сон?

— Сынок, просыпайся, — прошептала я, целуя малыша в щёку. — Что-то ты разоспался. Итану рано ещё спать всю ночь, слишком рано для такого маленького возраста. Только вот и изменений в поведении я не заметила. Проснулся с улыбкой, не кряхтит, не плачет. Приложив к груди, решила понаблюдать за поведением малыша, но он вёл себя как всегда. Кушал с аппетитом, не кривился, не хныкал. Решив не пугать себя раньше времени, докормила малыша и переодела в новенькую одежду. Скоро надо будет выезжать, не хочется собираться второпях. Именно поэтому я заказала себе завтрак, а уже после принялась собираться. Не хотелось бы опоздать или прибыть во дворец растрепанной. Поэтому, сделав лёгкую причёску и облачившись в наряд, я принялась смиренно ждать, пока меня позовут. Спустя несколько часов меня таки доставили на приём, но во дворец не повели. Мы обогнули белоснежное здание с золотыми пиками и свернули к серому длинному строению.

— Это темница? — спросила я у провожатого. Но мужчина промолчал. Он вообще был неразговорчив, лишь имя спросил, чтобы удостовериться, что нужна именно я.

Железные тяжелые двери открылись со скрипом. Хмурые стражники смотрели на меня подозрительно, словно оценивали, не пришла ли я за тем, чтобы помочь преступникам бежать.

— Вы Амалия, верно? — навстречу вышел мужчина лет пятидесяти. Высокий и поджарый, с острым пугающим взглядом. — Письмо с собой?

— Вот, — я передала письмо.

— Ребёнка придётся взять на руки, с этим устройством нельзя, — страж кивнул на коляску. — Идёмте. Скоро суд, так что времени не так уж и много.

— Если честно, я бы и вовсе не пошла, — шепнула я. — Это обязательная мера?

— Обязательная, леди, мне жаль, — сочувственно произнёс мужчина. — Бытует мнение, что, увидев жертву, преступник раскается и осознает, что натворил. И наказание примет с благодарностью.

— А уже известно, какое наказание будет у него?

— Это известно лишь Его Величеству, — покачал головой стражник.

Мужчина открыл засов и со скрежетом распахнул дверь. Он сидел на грязном матрасе, небрежно брошенном в углу, рядом стояла железная кружка и такая же железная миска. И больше ничего… — Заходить обязательно? — тихо спросила я, а мой кошмар поднял голову и посмотрел на меня. Я помнила этот взгляд. Пусть так смотрели не на меня, но я помнила… Как и ощущение животного ужаса.

— Не бойтесь, граф ничего не сделает. Тем более я буду рядом, — страж стоял за моей спиной, не отходя ни на шаг. Стало ли безопасно после этих слов? Ни капли…

Тем более, когда граф привстал и, не выпрямляясь полностью, шагнул в нашу сторону.

— Маленькая Ами, кого ты держишь на руках? Неужели это мой ребёнок? — слипшаяся от грязи и пота чёлка падала на глаза, граф мотал головой, чтобы убрать её, почему-то не задействуя руки.

Он был не в себе… Я думала, что как только проклятие снимут, то он тут же станет нормальным мужчиной. Но он был болен. Походка, дёрганые движения, взгляд, оскал вместо улыбки. Зачем мне находиться здесь?

— Там мальчик, да? Ты родила мне сына, — шипяще произнёс граф, а я отшатнулась, впечатываясь спиной в грудь стража, и закрыла малыша второй рукой. — Он будет таким же, как я. А ты, Ами, никогда не избавишься от кошмаров. Помнишь? Помнишь мои руки на своей шее? А свои крики? Как срывала горло и задыхалась от ужаса? Мой сын вырастет, и уже другая будет кричать в его покоях.

— Никогда, — прошептала я. — Никогда он не будет таким, как ты.

В ответ раздался хриплый смех. Такой жуткий, что невольно выступили слёзы на глазах.

— Уведите меня, прошу, — попросила я, боясь поворачиваться к графу спиной. — Я хочу уйти.

— Идёмте, леди, — согласился мужчина. — Положенное время вышло.

— Что мне теперь делать? — спросила, как только железный засов скрипнул, отрезая меня от безумного взгляда.

— В три часа состоится вынесение приговора, так что вам следует быть здесь до этого времени.

— На оглашении мне быть обязательно? — задала волнующий вопрос. — А здесь – это где? В темнице?

— И на оба вопроса я отвечу “нет”, — усмехнулся мужчина. — Вас проводят во дворец. Подождёте там, пока король не скажет, что делать дальше. Нет, не пугайтесь, самого короля вы вряд ли увидите, но секретарь передаст вам слова Его Величества.

— Спасибо, — шепнула я. Страж передал нас в руки того самого сопровождающего, что привёл сюда. Молчаливый мужчина проводил нас до пустого кабинета, где приказал ожидать. Разочарованно облокотившись на стену, огляделась. Ничего особенного, комната как комната. Стулья, белые стены, небольшой диванчик. Всё интересное было там, в широких коридорах и огромных залах, только полюбоваться красотой я не смогла, слишком быстро шел провожающий. Здесь же мне предстояло просто сидеть и ждать. Только вот чего – непонятно. Я покормила Итана, поиграла с ним, даже успела убаюкать, прежде чем в помещение зашли. За окном уже давно стемнело, а я извелась, гадая, могу ли выйти и спросить у кого-нибудь, сколько мне ещё сидеть.

Но стоило мне собрать всю свою решимость, как дверь открылась, и вошел мужчина лет шестидесяти, неся папку в руках.

— Леди Амалия, здравствуйте, — поздоровался он, присаживаясь на стул и кладя папку на стол передо мной. — Ознакомьтесь с документами.

— Что с графом? — потянувшись к папке, спросила то, что волновало меня больше всего.

— Генри Адамсон казнён час назад, — улыбнувшись, отозвался мужчина. — Леди Адамсон, прочтите документы и поставьте подписи, уже достаточно поздно, а Его Величество приказал не откладывать.

— Вы ошиблись, я не Адамсон, — меня передёрнуло, как только я услышала, как он меня назвал.

— Я служу секретарём Его Величества уже пятнадцать лет. Поверьте, я ничего не забываю. Прочтите.

— Простите, — шепнула, сгорая со стыда, и опустила взгляд.

Папка была наполнена документами… Свидетельство на собственность, приказ Его Величества, ещё несколько бумаг на собственность.

— Не понимаю, — нахмурилась я, в который раз перечитывая один и тот же текст.

“Итан Адамсон является единственным наследником графства Девон и является графом Девон. Его мать, Амалия, отныне носит имя Адамсон, имеет титул графини Девон и является регентом Итана Адамсона до достижения им возраста шестнадцати лет. Наследство включает в себя земли и замок, принадлежащие графству Девон, счёт в королевском замке, особняк по адресу: улица Кленовая, пятое строение.” — Поставив свою подпись, вы станете владелицей графства. Регентом собственного сына.

— А как же родители Генри?

— Их нет в живых. Так что, принимать наследство будете?

— Послушайте, у меня нет никакого опыта в управлении всем этим, — я развела руками. — Конечно, мне бы хотелось, чтобы Итан имел земли, титул, но я не разбираюсь во всём этом. Это же надо платить налоги, смотреть за землями, присматривать за деревнями.

— Наймите управляющего, — устало посоветовал секретарь. — Раз в несколько месяцев будете проверять графство, а всё остальное сделает управляющий.

— Хорошо, — кивнув, не стала больше спорить. Мужчина действительно устал, да и мне хотелось домой. Управляющий так управляющий. Неважно, знаю я, как быть графиней, или нет, мне нужно не профукать земли и средства. Только так я в полной мере обеспечу сыну будущее. На постоялый двор я ехала в неком оцепенении, сжимая папку с документами. Вот так всё и закончилось? Страшный кошмар больше никогда не придёт и мучить не будет, больше нет печати, которая укажет, что я падшая. Больше нет нужды в средствах. Во всяком случае, графство не было бедным, если только Генри не промотал всё наследство. Тогда… что делать мне? Я могу уехать в поместье, шить там одежду просто потому, что мне это нравится. Или жить здесь, в столице, праздно проводя время и не думая, что нужно сшить очередные трусы, чтобы получить монеток на еду и проживание. Я многое могу, даже уехать прочь из королевства. Но хочу ли?.. В детстве и юности я, как и любая девочка, хотела красивых нарядов, внимания от мальчиков, модные игрушки. Потом повзрослела, и хотелось хорошего ремонта, качественную технику, отучиться на права и полететь отдыхать. Хотелки корректировались в зависимости от ситуации в семье. А что я хочу сейчас? Вот дали мне всё… И титул, и золото, и дом, даже целый замок. Но чего хочу я? А мои мечты не изменились. Хотелось всё так же шить на заказ красивую одежду и видеть восторг в глазах заказчиков. Хочется жить в своём маленьком домике, общаться с соседями и выращивать помидоры. Хочется ходить в лавку за свежим мясом и делать комплименты продавцам. И всё это я потеряю, если решусь на переезд… Потеряю ту простоту и спокойствие, к которым так стремилась. Титул означает ответственность, деньги приведут кучу ненужных людей, которые будут рваться дружить. Хочу ли я этого? Вопрос “чего ты хочешь от жизни?” довольно сложен. Не каждый вот так, сходу может ответить. И я не про заветные мечты, а о жизни в целом. Что-то типа популярного вопроса на собеседовании “Кем вы видите себя через пять лет?”. Но это работа, где двое играют в игру, где первый задаёт каверзные вопросы, понимая, что второй в любом случае обманет, а второй подыгрывает, надеясь получить тёплое местечко. А если дать человеку возможность быть кем угодно, что он сделает? Если дать выигрышный лотерейный билетик, который принесёт миллиард? Что сделает человек, у которого до этого было десять рублей в кармане, а сейчас несметные богатства? Он начнёт воплощать свои мечты… Те, что можно купить. Наверное, поэтому на следующий день, прежде чем ехать в портальный зал, я заехала на ярмарку, где приобрела белоснежного щенка. Глупо? Возможно… Но разве мечты не должны осуществляться? Тем более тогда, когда есть возможность для их осуществления. Да, я решила остаться в Лирхе. Нанять управляющего, съездить с ним разок в графство и на несколько месяцев забыть, что я теперь имею титул. Только гардероб себе и Итану обновлю, да ремонт в доме сделаю. А то аскетичный образ жизни – это хорошо, только вот не хочется, чтобы полоскали в грязи за старое платье или небеленый камень. И стоило мне решиться, как с души словно камень свалился, означая, что выбор верный. Я словно на крыльях летела домой, понимая, насколько соскучилась по спокойствию и тишине. Выпустив щенка бегать по дому, я раздела Итана и разделась сама. Стопка писем, которую достала из почтового ящика, была довольно увесистой. Любопытство грызло… Даже не пошла переодеваться, села на диван и принялась вскрывать письма. Одно от Милары, девушка сообщила, что на днях приедет Васил. Пять писем от незнакомых женщин с заказами детских костюмов, ещё три письма от мужчин, но заказывали они нижнее бельё. Интересно… Неужели реклама Беллы начала работать? Сама Белла тоже написала, но её письмо я решила прочесть позже. В отличие от записки Милары, письмо Беллы было длинным и требовало размеренного чтения. Стук в дверь отвлёк меня от писем. Отложив недочитанные в сторону, я подошла к двери и распахнула её.

— Боже, — шепнула я, стоило посмотреть на гостью.

— Вы говорили… — начала было Северина, но я буквально втащила её в дом, бегло осматривая. Сначала её, затем Святу. — Подними голову, — попросила я, но Северина не двинулась. — Подними! Я пальцами дотронулась до подбородка и надавила, заставляя девушку поднять голову. Багровая переносица и тёмные синяки под глазами. Этот урод сломал ей нос. И не только, ещё была довольно сильная ссадина на губе и кровь на шее возле уха. — Леди, вы говорили, что в случае чего я могу прийти к вам, — прошептала Северина, опуская голову, как только я перестала её удерживать.

— От своих слов не отказываюсь, — сквозь зубы, стараясь усмирить гнев, прошипела я. — Садись, я сейчас вернусь.

— Куда вы? — девушка испуганно дёрнулась. — Только не ходите к нему, он убьёт.

— Успокойся, я попрошу вызвать лекаря, — спокойно сказала, отворяя входную дверь. — Не везти же тебя к нему через весь город.

— Это очень дорого. Вычтите из моего жалования, если не прогоните…

— Не думай об этом, — отмахнулась я и вышла-таки наружу, запирая за собой дверь. Спокойно, Амалия, ты ничего не можешь сейчас сделать. Только врач и утешение. Дура, боги, какая дура! Ну я же говорила! Я же предупреждала! Махнув рукой, остановила проезжающий мимо пустой экипаж.

— Мне нужен лекарь, — без обиняков заявила я. — Плачу две серебрушки, если доставите мэтра Лабора. Одну сейчас, вторую отдам, когда привезёте лекаря.

Кучер посмотрел на монету, подумал немного и кивнул, принимая плату.

— А если он не согласится?

— Тогда любой другой лекарь, — раздраженно пояснила я. Как только экипаж скрылся с глаз, я вернулась в дом. Злость немного поутихла. Тем более, я знала, что делать. Сегодня же отправлю записку Грэму, может, он сможет повлиять на Майка. Чудовище… Избить слабую женщину – невелика трудность.

— Как так получилось? — спросила я, подавая Северине чай. — Повздорили? Глупые слова… Глупые вопросы… Разве извергу нужна причина, чтобы причинить боль?

— Свята разбила вазу, совершенно случайно. Он так страшно кричал, потом толкнул Святу, хотел ударить, но я не позволила. Тогда он стал бить меня.

— Ясно, — тихо отозвалась я. — Ничего, теперь ты в безопасности.

— Я боюсь, что он придёт сюда и навредит вам. Кричал, что убьёт меня, если я уйду. Я… Меня, наверное, отправят на тот позорный столб.

— Что ты сделала? — я заинтересованно посмотрела на девушку. Неужто сдачи дала? — Ударила его по голове молоточком для отбивания мяса, — призналась девушка. — Я не хотела, просто испугалась и…

— Ты уверена, что он живой? — осторожно спросила, понимая, что молоточком можно запросто убить человека.

— Да, — Северина кивнула. — Он сначала упал, но потом встал и снова начал ругаться. Но у него шла кровь – вот здесь. Девушка коснулась своего затылка и зашипела от боли. Досталось не только лицу, но и голове. — Не бойся, ничего он нам не сделает, — заверила девушку, сама слабо веря, что Майк не придёт сюда. А если придёт? Что делать в таком случае? Лекаря мы прождали долго. Я перенесла Итана наверх, а Северина уложила спать Святу. Сами остались внизу беседовать.

— Простите меня, — тихо сказала Северина, пряча глаза. — Надо было вас послушать.

— Надо было, — кивнула я, соглашаясь. — Но каждому человеку свойственно совершать ошибки. Главное, на этих самых ошибках учиться. Мне под ноги клубком покатился щенок, запнувшись о порожек. Подняв кроху на руки, посадила к себе на колени и погладила мягкую шерстку.

— Вы завели собаку? Красивая, — Северина с улыбкой посмотрела на щенка.

— Я решила, что мне нужно животное… Договорить не успела, потому как раздался стук. Видимо, я слишком ждала лекаря, раз не поняла, что стук слишком громкий и какой-то нервный. Приветливо распахнув дверь, я приготовилась встречать врача, но получила сильный толчок, отчего не устояла на ногах и рухнула на пол. В дверях стоял Майк. На рубашке кровь, на лице звериный оскал, в глазах ярость. А в руке железный прут… — К подружке своей побежала? Жаловаться? — прошипел Майк, глядя на Северину, выскочившую следом за мной. — Вот так ты меня отблагодарила за то, что подобрал падшую? Пришла со своим выродком и давай мне жизнь портить. И подружка твоя! Успела уже магам рассказать, ну?

Я испуганно дёрнулась. Отвечать разъяренному мужику не хотелось, да и не услышит он. Майк, словно зверь, переводил взгляд с меня на Северину и обратно, выбирая жертву. И нашёл… Меня… Видимо, посчитал, что, стоит прикончить подружку, ему никто не помешает развлекаться с Севериной. Я вскрикнула и закрылась руками, ожидая сильного удара, до меня донёсся крик Северины, а затем наступила тишина. Поняв, что меня никто ударил, я опустила руки, но глаза открывать побоялась. Так страшно… Что я там увижу?

— Амалия, ты в порядке?

— Ты? — я распахнула глаза и, не веря себе, увидела Нейта, который с тревогой смотрел на меня.

— Тебя нельзя оставлять одну ни на минуту, — с улыбкой выдал герцог, аккуратно убирая с моего лица волосы. — Не успела из столицы вернуться, как уже вляпалась во что-то.

— Откуда ты знаешь про столицу? — нахмурившись, спросила я. — Следишь?

— А разве не надо? — по-доброму усмехнулся Нейт. — Стоило немного отвлечься, а тебе уже расправой угрожают?

— Тебе стоит следить за своей невестой, — нахмурившись, я встала, опершись на руку герцога. — Северина, с тобой всё в порядке?

— Да, — шепнула девушка, испуганно глядя на нас. — Я к Святе. — Что с ним теперь будет? — спросила я, кивая на Майка, опутанного разноцветными нитями силы.

— Каторга или казнь, — безразлично пожал плечами Нейт.

— Какие странные законы. То ничего, то сразу казнь, — фыркнула я.

— Стражник напал на графиню, но вреда причинить не успел, скорее всего, каторга лет на двадцать.

— Откуда ты знаешь, что… — я замолчала, озаренная догадкой. — Это ты. Ты – тот самый неизвестный, оплативший номер на постоялом дворе. И ты сказал, чтобы меня провели тем самым порталом, куда остальным нельзя.

Нейт не стал отпираться, он кивнул, полностью соглашаясь с моими словами.

— Зачем? — тихо спросила я, глядя на мужчину с грустью. — Я знаю, мне не следовало вот так уезжать, без разговора. Но ты не приехал, не захотел поговорить. Зато следишь за мной, спасаешь, оплачиваешь постоялый двор, экипаж… Зачем?

— Потому что не могу иначе, — тихо ответил Нейт. Обойдя мужчину, я вошла в гостиную и устало села на диван, закрывая лицо руками.

— Не понимаю, — покачала головой. — Почему ты присматриваешь за мной, вместо того чтобы просто поговорить?

— Поговорить, — Нейт усмехнулся. — Разговор должен был состояться позже, не ожидал, что это произойдёт сегодня. Я хотел дать тебе больше времени, но судьба распорядилась иначе. Что же, тогда выслушай, а потом решишь, гнать ли меня или дать шанс.

“Любил ли я её? Восемнадцатилетняя графиня Ровенар, только закончившая пансионат. Умна, красива, воспитанна, скромна. Мы познакомились на балу, куда девушка приехала в сопровождении родителей. Родовитая дебютантка не могла не вызвать интерес к себе. Молодые мужчины, метившие в женихи, вились вокруг графини, стараясь затмить друг друга. Наверное, именно по этой причине Элоиза предпочла наше с Томасом общество – отсутствие навязчивости и лёгкое общение, переросшее в дружбу. А спустя несколько месяцев я понял, что между нами не только дружба. Всё чаще хотелось оставаться наедине и мельком касаться губами порозовевшей от смущения щеки. Всё реже мы стали приглашать на совместные прогулки Томаса. Всё категоричней Элоиза отказывала потенциальным женихам.

В какой момент я решил попросить руки?

Не могу сказать. Наверное, всё же был влюблён. Да и Элоиза подходила на роль невесты, как никто другой. Родители – что мои, что её – были счастливы от такого союза. Две довольно богатые семьи объединятся, увеличивая капитал в несколько раз. Дата назначена, подготовка в самом разгаре, а мы с Элоизой сбегаем ото всех, словно нашкодившие подростки, чтобы урвать время для себя. Тот день даже спустя пять лет я помню отчётливо… Бледная мама передаёт мне письмо, в котором отец Элоизы просит срочно приехать к ним в поместье. И короткая фраза: “У Элоизы появилась метка”. Непонимание, как такое могло произойти, ярость, обида и вопрос “Что же делать?”. Отец кричал, что свадьбу необходимо отменить немедленно, ведь невестой герцога меченая быть не может. Мама молча плакала, поминая рухнувшие мечты. Я же рвался наказать виновного. И даже когда взглянул в бледное лицо Элоизы, узнал о насилии, не подумал пожалеть девушку, остаться рядом. Я ушел вершить правосудие… Долгие годы я задаюсь вопросом – “Насколько сильна моя вина в случившемся?”. Виновника казнили, но Элоиза отменила свадьбу, не слушая возражений и уговоров, что для меня это неважно. Что сделает мужчина, узнав об отмене? Узнает причину и попробует решить проблему. В тот раз я не поступил как мужчина. Обиделся, ругался, заподозрил невесту в предательстве. А потом графини Ровенар не стало. Короткая записка от её матери, что Элоизы больше нет. В день похорон, глядя на безжизненное тело, я понял, что в моих силах предупреждать такие случаи, находить виновных. Искупление… Не зная, как бороться с болью и чувством вины, я выбрал путь искупления. Наверное, надеясь, что чем больше преступников я отправлю на казнь, тем меньше будет грызть чувство вины. Тем слабее будет боль потери. Ох как я ошибался! Девушки, испытывая страх, запуганные или же влюблённые, не торопились сообщать о тех, благодаря которым появилась метка, искалечившая судьбу. В какой момент я перестал испытывать жалость к меченым? В какой момент появился цинизм, а искупление стало работой? Нудной, сложной, но просто работой? — Нейт, найди уже невесту и перестань кидаться на людей с допросами, — закатывая глаза, советовал друг.

Но я с упорством барана следовал к своей цели, с каждым разом осознавая – цель невыполнима. Потом пропал Томас, а я немного отвлёкся, пытаясь найти друга. Но и там меня ждало разочарование. Он просто исчез в одном из миров, в которые так стремился. И снова гонка, выиграть в которой невозможно. Злость на глупых меченых, которые отказывались сознаваться и только усложняли расследование. Возвращение Томаса немного встряхнуло меня. Счастливый, он с восторгом рассказывал о любимой и о рождении наследника. О том, что совсем скоро он перенесёт их сюда, осталось совсем немного. В тот раз я задумался, а не последовать ли совету друга и не отправиться ли на поиски невесты? Но что-то удерживало. Даже спустя столько лет я не смог себе признаться. Это страх… Банальный страх, что всё повторится. И страх усилился, стоило мне встретить Амалию. В первую встречу она напомнила мне Элоизу. Такая же растерянная, хрупкая, совсем юная. Огромные заплаканные глаза, бледное лицо и метка. Даже стало жаль девушку, но осознание, что есть ребёнок, меня словно в ледяной омут окунуло. Немногие меченые осмеливались родить, прекрасно осознавая, что их жизнь станет невыносимой, а жизнь ребёнка – и того хуже. Скорее всего, в этом случае была и есть глупая влюблённость и отсутствие сознательности. И я бы даже узнавать о судьбе не стал, если бы не сильный артефакт, попавший в её руки “случайно”. Думал ли я, что Амалия разительно отличается от женщин нашего мира? Нет… Но хватило пары встреч, чтобы понять – другая. Умна, смела, отчаянно защищающая себя и свою семью в виде такой же меченой девчонки и детей. Её хотелось узнавать, с ней хотелось общаться и внимательно слушать. С ростом интереса к Амалии росла и ярость. Несмотря на наличие мозгов, она так же, как и другие, отказывалась рассказывать об отце ребёнка. Наверное, я бы с помощью шантажа и угроз выпытал всю нужную информацию и даже оставил бы в покое девушку. Но наличие древнего, живого артефакта в неумелых руках я допустить не мог. Как и скрыть от короля такую важную деталь. Приказ Его Величества быть ближе к девчонке вывел из себя. Поиски ответов заняли не так много времени, а дальнейшее… История юной Амалии и история попавшей в другой мир Алёны принесла облегчение. Несмотря на довольно трагичные судьбы обеих девушек, я получил ответ, почему же возраст не соответствовал знаниям и рассуждениям.”

— Не понимаю, — вздохнула я, выслушав сбивчивый рассказ мужчины. — Получается, ты сказал королю о свадьбе… со мной? Но зачем? Кроме интереса, я в тебе не вызвала никаких чувств. — Про поцелуй не спросила, — усмехнулся Нейт. — Думал, тебя это заинтересует больше.

— Глупости, влюблённость к поцелуям не имеет никакого отношения, — фыркнула, отмахиваясь. — Это у вас всё сложно. Сначала брак, затем поцелуи. В мире, где жила я, таких строгих правил нет. Поцелуи и постель не повод бежать под венец, а для некоторых даже не повод начинать отношения. Кроме того, женщины нашего мира не настолько доверчивы и не готовы заглядывать в рот каждому, кто проявит хоть каплю симпатии. А вот резко повышенный интерес может даже отпугнуть. Так для чего всё это? В сказки про любовь я не верю. Так не бывает.

— Почему ты не веришь, что кто-то может тебя полюбить?

— Не переворачивай мои слова, Нейт, — огрызнулась я. — Чтобы полюбить, нужно время, которого у нас не было.

— Значит, я ошибся, ты не влюблена, — тихо сказал Нейт. — Не верю, так играть невозможно, твои чувства были взаимны.

— Боги, да я же не говорю о влюблённости! — воскликнула, поднимаясь с дивана. — Влюбиться можно в одну лишь улыбку, даже в актёра, которого никогда не встретишь. Но влюблённость, не подогреваемая дальнейшими отношениями, улетучится быстро. Была ли я влюблена? Да, даже скрывать не буду. Любила ли? Нет, чтобы всем сердцем прикипеть к человеку, мне надо больше, чем парочка встреч и один поцелуй. И уж тем более этого мало, чтобы сообщать королю о свадьбе. Так для чего всё это, Нейт?

— Смерть Элоизы и пять лет страха позволили мне понять, что решать надо быстрее, пока не стало поздно.

— Мне жаль твою бывшую невесту, но я – не она. И помогать тебе справляться с внутренними проблемами не собираюсь, своих хватает.

— Я собирался тебе рассказать о разговоре с королём. И сделать предложение тоже, — я собиралась возразить, но Нейт перебил. — Не спорь и дослушай. Путешествуя по нашему миру, я осознал одну простую вещь: любовь – не гарантия хорошего и крепкого брака. Для герцога особенно. Миленькую, но глупую девушку просто засмеют в высшем обществе, титул в этом случае не поможет. Можно привить страх, но не уважение. Я вдоволь насмотрелся на такие семьи, где жена, не выдержав, уезжает прочь, в дальнее поместье, оставляя мужа в столице или в крупном городе, потому что должность его не позволяет отлучаться надолго. В итоге супруги живут раздельно, изредка встречаясь, интерес, как и любовь, пропадает.

— И ты решил, что я подхожу, — кивнула, усмехаясь. — Но я не стремлюсь в ваше высшее общество. Оно мне не нужно.

— А у меня нет должности, привязывающей к постоянному месту проживания. Но я знаю, что ты умна и образованна, пусть и не училась здесь. Способна поддержать беседу, а также постоять за себя. Защитить любимую женщину от опасности может и должен каждый уважающий себя мужчина, но защитить её от злых языков – нет. Итог будет плачевен для всей семьи. А уж если злыми языками будут женщины…

— Нет ничего ужасней мужчины, который учиняет разборки с другими женщинами, — понятливо кивнула я. — Мотивы понятны. Я – подходящая кандидатура для брака. Удобная.

— Амалия, просто дай мне шанс, — устало потерев ладонями лицо, попросил Нейт. — Дай нам шанс. Если была влюблённость, значит, может быть и любовь. Мы можем поладить, нам интересно вместе.

— Я подумаю, — тихо шепнула я на грани слышимости.

— Я не уйду.

— Нет, ты уйдёшь, — вскинув голову, строго посмотрела на мужчину. — Ты уйдёшь из моего дома и дашь мне подумать. Тебе не за что передо мной извиняться, но мне следует понять, хочу ли я свиданий и надежды на что-то большее.

— Подумай о дружеских встречах. Не буду скрывать, что мне бы хотелось большего, но обещаю держать себя в руках.

Мужчина ушел, забрав с собой бессознательного Майка. А я так и осталась сидеть, словно в прострации, пока не приехал лекарь. И потом, проводив мужчину и отправив Северину спать, я долго бродила по дому. стараясь объяснить себе, чего же я хочу?

Налив большую кружку чая, я села на диван и поджала под себя ноги. Если разбираться досконально… Мне не понравились мотивы Нейта. Я их понимала, так же как и логичность. Любовь – это, конечно, хорошо, но… У Северины тоже была любовь. Та самая, всепоглощающая, которая едва не стоила девушке жизни. Мне же предлагают брак, основанный на уважении в первую очередь. Маленькая девочка внутри меня, выросшая на романтических сказках про принцев, требовала любви, а вот взрослая я хотела адекватных отношений. В любом случае я готова поддерживать дружеское общение, чётко обозначив границы и потребовав честности. А что будет дальше? В любом случае, пока я не пойму, что готова создать с Нейтом семью, брака не допущу. У меня даже возникла мысль написать список положительных и отрицательных сторон брака с герцогом.

Статус… Это скорее плюс, ведь сколько клиентов можно получить, общаясь с высшим обществом. Но для этого придётся посещать мероприятия и заводить дружбу, в которой я не нуждаюсь. Интерес… Будучи заняты каждый своим делом, нам некогда будет скучать. Я не хочу ждать мужа с работы и слушать о его успехах, открыв рот. Мне нужны свои успехи, и рассказывать о них я хочу не меньше. Обсуждать планы, спрашивать мнение и получать ценные советы. С Нейтом это возможно. Опыт и знания у мужчины довольно обширные.

Любовь… Нравится ли мне мужчина? Да, определённо. Возникает ли желание? Возникает. Но любовь… Что будет, если я утону в нём с головой, а вот у него останется лишь интерес? Я не умею играть. Подогревать интерес к себе, затем отступать, раскачивать чувства мужчины, словно хлипкую лодку на волнах, надеясь. что она не потонет. Я могу лишь искренне отдаться, надеясь на ответные чувства. И если ответа не будет, мне станет очень больно.

Когда кончился чай, я точно знала, что нужно делать. Нет, не думать об отношениях, нафантазировав себе кучу приятных и не очень моментов. И даже не гадать на тему, как же мы будем дружить. Идти и работать. Заказ Анны до сих пор не готов, как и не разобраны письма с заказами. Если так дальше пойдёт, на встречи, даже дружеские, просто не останется времени, потому что меня завалит под заказами.

Оставив разбор писем на завтра, я занялась заказом для Анны, понимая, что и так непозволительно задерживаю заказ, который к тому же оплачен.

Так что остаток вечера и почти всю ночь я трудилась, с помощью магии создавая наряды для Андрюшки и Анны. А утром, едва проснулась и покормила сына, спустилась в мастерскую, продолжив работу. Хотелось скорее приступить к другим заказам, расширяя базу клиентов. Словно я подсознательно торопилась жить. Хотелось результатов. Сейчас… немедленно! Но пусть мир и с магией, такого не бывает даже здесь. Тщательно упаковав заказ Анны, отправила Северину на местную почту. Девушка побаивалась идти, но страх был беспочвенным. Я знаю, что за нами наблюдают. Люди Нейта придут на помощь, если она понадобится. Да и вряд ли Майка отпустили. Герцог был настроен серьёзно, жаждая наказать бывшего жениха Северины.

Я же приступила к разбору остальных заказов, составляя список и отписываясь заказчикам, когда им можно будет приходить за одеждой. От этого занятия меня отвлекла Милара. Подруга скучала, изнывая от безделья. Семья и дети – это хорошо, но жить только ими невозможно. А Милара жила так уже больше пяти лет.

— Хорошо тебе, — вздохнула девушка, разглядывая ворох писем на столе. — Занята всегда, скучать некогда.

— И жить тоже, — рассмеялась я. — Ничего не успеваю, а вот на это всё времени много уходит.

— Так найми секретаря, — предложила Милара. — Пусть письма разбирает.

— Так не получится, — качнув головой, отозвалась я. — Секретарь не сможет составить список вместо меня. А вот если…

Я вспомнила, как хотела сделать ремонт, но на тот момент у меня не было денег. А что? Поставить стойку, пригласить девушку на работу. — А ты не хочешь устроиться ко мне? Только не секретарём, — предложила я, искусительно улыбаясь.

— А кем? — удивилась девушка. — Шить я не умею, да и не нужна тебе помощь в этом деле.

— Администратором, — хихикнула я. — Ты будешь принимать заказы и выдавать их. Разбирать почту и общаться с людьми, показывая каталог.

— Я… — Милара растерялась, но видно было – заинтересована. — Я не знаю, справлюсь ли. Да и согласится ли Грэм?

— А ты поговори с мужем, — подмигнула я. — Тебе уж точно скучно не будет.

Милара кивнула, а затем собрала письма в кучу и отодвинула на край стола.

— Расскажи мне, подруга, как прошла поездка в столицу? Ты дворец видела?

— Видела, но лишь снаружи и пару коридоров, по которым мы слишком быстро неслись, — рассмеялась я. — Но кое-что интересное есть.

Рассказав о встрече с графом и наследстве Итана, я также рассказала о Северине и Майке. Пришлось рассказывать и о Нейте.

— И что ты? — нетерпеливо потребовала девушка. — Только не говори, что снова отказала! Хотя я надеялась, что он тебя любит.

— Я бы не поверила, сообщи он мне о любви. Но могу тебя обрадовать, я согласилась пока просто общаться, а дальше видно будет.

— А я буду мечтать о вашей свадьбе, — Милара подперла ладонью голову и мечтательно вздохнула.

— Ты неисправима, — от души рассмеялась, качая головой. — Не зря Васил переживал за тебя.

— Кстати, не забудь, скоро папа приезжает. Ты же придёшь навестить?

— Непременно, даже помогу обустроиться, — кивнула я. Спустя пару часов, проводив подругу, я вышла погулять с Итаном, а затем опять засела за заказы. Отвлеклась от работы, когда в мастерскую зашла Северина, неся записку.

— Передал мальчишка-посыльный, — девушка протянула мне конверт. — Он ждёт ответа.

— Ещё один заказ? — вздохнула я, чувствуя усталость. Но развернув, я сначала недоуменно пробежалась по строкам, а затем расхохоталась.

Мой новый друг требовал общения и сетовал, что для друзей мы слишком мало видимся. “Вы слишком торопите события, Ваше Сиятельство”, — написала в ответ и вынесла записку мальчишке. Пообещав всё рассказать Северине потом, я заперлась в мастерской и попыталась продолжить шить. Но работа не шла. Я думала о том, что герцог пошёл в наступление, а я не настолько опытна, чтобы стойко держать оборону. Пришлось даже постараться, чтобы придушить в себе червячок сомнения. “А может, надо было согласиться на встречу? Всего одна… Ничего не изменится.” Только обманывать себя – глупо и бессмысленно. Отпустить ситуацию и плыть по течению не очень-то и хотелось, хотя было бы приятно. Ну что же, я принимаю эту древнюю, как мир, игру – заигрывание.

Следующая неделя разделила мою жизнь на “до” и “после”. Нет, я не выскочила замуж и даже так и не сходила ни на одно свидание. Лишь отвечала на письма, поддерживая флирт, получала цветы с посыльным и стойко держала оборону. Зачем? Не потому что хотелось помучить мужчину, мы далеко не студенты, чтобы заниматься ерундой. Просто заказов свалилось столько, что я едва успевала кормить Итана, втайне надеясь, что наплыв скоро закончится, а я смогу свободно выдохнуть и уделить внимание сыну. Лирх, как выяснилось, оказался просто большой деревней, где все друг друга знают и общаются между собой. Сарафанное радио сыграло мне на руку, как и те комплекты белья, которые я сшила раньше. Смешно, но теперь у меня было два вида заказов. Первый – детские вещи. Их заказывали исключительно женщины. Себе либо в подарок. Они чинно обсуждали костюмчики, а сами, пока никто не видел, посматривали в каталог с нижним бельём. Второй вид заказов шел чуть ли не сразу после первого. Только в этот раз ко мне приходили мужчины и якобы заказывали жёнам бельё. Конечно, я прекрасно понимала, как это работает. Девушка втихаря посмотрела, выбрала тот, что ей понравился, но заказать такое непотребство не хватило духу. А хочется… А дома супруг, который не настолько стеснителен. Ему выдают точное описание комплекта, мерки и отправляют ко мне – якобы за подарком. Мужья, едва глянув на картинку, тыкали пальцем и раздраженно просили изготовить побыстрее.

Так было не со всеми. Иногда мужчины приходили сами. Им о диковинных нарядах рассказали друзья за кружкой пенного. Таких клиентов видно было сразу. Они долго листали каталог, мечтательно улыбаясь. Эти покупатели не торопили. Конечно, их же не пилит дома жена, требуя быстрее дать ей это интересное бельё. Так что я, застряв под ворохом тканей, эскизов и писем с заказами, монотонно выполняла работу, тихо радуясь, что монетки копятся. А мне нужно было немало, ведь я всё же планировала сделать ремонт и отдельную приёмную для гостей. На средства графства я пока рассчитывать не могла, потому что прежде чем тратить деньги из наследства сына, неплохо было бы узнать, в каком вообще состоянии земли и поместье. А управляющего я пока не нашла, да и времени искать не было. Милара бегала счастливая, потому что Грэм разрешил ей работать. Я же попросила подождать, пока мы не сделаем ремонт. И вот тогда я ей выделю место под маленький кабинет. Северинка ходила, опустив глаза. Сколько бы я ни утверждала, что не злюсь, и сколько бы ни лукавила, что каждая может попасть в такую ситуацию, ничего не менялось. Девушке было невыносимо стыдно за своё поведение. Иногда мне казалось, что скоро наступит время, когда с Севериной придётся попрощаться. Иначе нормальной жизни у неё не будет, съест себя. А ещё я гадала, существуют ли в этом мире мозгоправы. Глядя на то, как Северина опасается мужчин, я с грустью думала, насколько сильно её задело очередное предательство. Только урок она вынесла неправильный. Вместо того, чтобы поставить себя на ноги, сделать максимально независимой и потом искать мужчину, она закрылась в себе и даже думать не хочет, что однажды её коснется мужчина. Я могу помочь с жильём, с работой, а вот по части психологии – это не ко мне. Не знаю я, что сказать в таком случае. Что больше такого не повторится? Но как я могу говорить такие вещи, не зная, в кого влюбится Северина? Тем более, есть такой вид женщин, которые неосознанно выбирают плохих, жестоких мужчин. Водить Северину за руку везде и всюду, подсказывая и направляя? Но у меня тоже есть своя жизнь, и времени утирать сопли юной дурочке просто нет. Единственное, что в моих силах, так это спросить у Нейта, не может ли он подсказать доктора, который лечит душу, а не тело. Можно было спросить и у Милары, не втягивая герцога, но зная подругу, она бы принялась жалеть Северину, тем самым выдав меня.

Нейт не заставил ждать. Но вместо конкретного ответа он написал иное: “Встретимся?”

Оглядевшись, я заметила небрежно брошенную ткань, которую брала пару дней назад для детских штанишек, впопыхах свернутые обрезки меха, засунутые в угол стеллажа, белый от мела стол. Это усталость? Обычно я не отношусь к вещам столь неаккуратно, стараюсь сразу убирать за собой, а тут… Словно и не я вовсе. Покачав головой, взяла карандаш и написала всего одну строку: “Буду свободна через час”. Мне нужен отдых. Да, было бы лучше провести время с сыном, но малыш спит, да и хочется поговорить со взрослым, адекватным человеком. А вот с завтрашнего дня я составлю себе график, по которому и буду работать. Загонять себя ради пары золотых больше не хочу.

Отдав записку мальчишке-посыльному, я поднялась на второй этаж и заглянула к Северине.

— Присмотри за Итаном, — попросила девушку. — Меня не будет пару часов, может, чуть больше. К счастью, малыш уже достаточно вырос, так что не требовал еды каждые пару часов. Да и на всякий случай всегда есть сцеженное молоко, которым можно напоить малыша с помощью специальной бутылочки, отдаленно похожей на земную. Ополоснувшись, я заплела волосы в косу и надела платье. То самое, которое купила у миссис Миллер. Даже имея средства, я была лишена возможности прогуляться до лавки и выбрать что-то ещё. Сапожник без сапог, какая банальность. Через час я была собрана, а на дороге напротив моей двери стоял чёрный экипаж. Нейт вышел, как только я открыла входную дверь. Придержал дверцу кареты, галантно подал руку, помогая подняться по ступеням, а после занял сиденье напротив, снимая шляпу и кладя её рядом.

— Амалия, вы всё же соизволили уделить мне минуту своего времени, — иронично заметил герцог, улыбнувшись. — Вы недовольны, Ваша Светлость? — приподняв бровь, надменно поинтересовалась, прекрасно понимая, что чего-чего, а недовольства Нейт точно не испытывал. Но я хочу, чтобы флирт продолжался.

— Я безмерно счастлив.

— Прекрасно, — кивнула и тут же отвернулась к окну, рассматривая дорогу и дома. — А куда мы направляемся?

— Я взял на себя смелость выбрать необычное для свидания место.

— Свидание? — деланно удивилась, возмущенно посмотрев на герцога. — Но вы обещали не торопить события.

— Разве я сказал “свидание”? Вам послышалось, — Нейт принял правила и играл со вкусом и наслаждением. — Конечно же, я имел в виду дружескую встречу.

— И где же пройдёт наше не-свидание? — я намеренно выделила частичку “не”, давая понять, что меня всё устраивает.

— В парке, за городом. Там прекрасная природа, а также немноголюдно. Кстати, Мелинда, моя экономка, собрала нам корзину для пикника. В парке есть озеро, на берегу которого мы можем расположиться. Ещё можно прокатиться на лошади, но насколько я помню, это не ваш любимый способ передвижения.

— Совсем не любимый, — скривилась я, вспоминая боль после дня, проведённого в седле. — Мне нравится ваш план, но разве можно незамужней леди встречаться с мужчиной в безлюдных местах?

— С другом? Безусловно, — синие глаза блеснули озорством.

— Поверю вам на слово, хотя не подобает леди быть такой легковерной. А вдруг вы проходимец, который жаждет меня совратить?

— Ну что вы, я совершенно не такой, — серьёзно выдал герцог.

Кокетничая и смеясь, мы провели время в дороге, а когда очутились в парке и медленно побрели по пустынной дороге, Нейт серьёзно спросил: — Тебе нужна помощь целителя душ?

— Не мне, Северине, — качнула головой, глядя перед собой. — Девушка боится мужчин и испытывает чувство вины из-за того, как ушла от меня.

— Ты не рассказывала, что вы поссорились, — удивился Нейт. — Я знал, что девушка ушла, но и подумать не мог, что это результат ссоры.

— Да какая там ссора, — отмахнулась, словно от чего-то несерьёзного. — Я пожаловалась на её любимого, за что того понизили. А она взбесилась и ушла, напоследок сказав несколько неприятных слов. Влюблённая девчонка, ничего особенного. Я и не обижаюсь, ей не устаю повторять, но Северина словно не слышит. Прячет глаза и пытается услужить.

— Такие целители есть, в основном это шаманы, которые верят в духов леса. Не знаю, насколько реальны эти духи, но души лечат шаманы прекрасно. Несколько встреч, и твоя подруга и думать забудет о страхе и чувстве вины.

— А как с ними связаться? — заинтересовалась я. Не только из-за Северины, просто… Шаманы? Это довольно любопытно.

— Я напишу тебе адрес, — кивнул мужчина. — Кстати, ты наняла управляющего?

— Ещё нет, — вздохнув, призналась. — Во-первых, не было времени. Во-вторых, я даже не представляю, где найти хорошего специалиста. Не по объявлению же искать.

— В столице есть дом братьев Левицы. В нём трудятся все стряпчие, которые управляют владениями на расстоянии.

— Братья? — удивилась я, понимая, насколько удобен семейный бизнес.

— Основали дом братья, точнее, четверо братьев – много лет назад. Затем начали нанимать других управляющих. Братьев давно нет в живых, но название оставили память о создателях. Единственное, что не изменилось там, так это качество услуг. Довольно дорого, но оно того стоит.

— Было бы замечательно, — улыбнулась я. — Вот так оставить управление на кого-то другого, а самой забыть.

— Ты же понимаешь, что так нельзя? — серьёзно спросил Нейт. — Ты обязана съездить в поместье и представить людям нового графа. Это не пустые слова, ты обязана появляться в графстве хотя бы пару раз в год. Иначе будут судить за ненадлежащее управление землями.

— Я не знала, что всё настолько серьёзно, — тихо произнесла, чувствуя, как настроение катится на дно. — Не хочу туда ехать. Не хочу.

— Понимаю, но так надо. Ты вправе сменить весь персонал, сделать ремонт или и вовсе перепланировку, но ездить обязана. Хочешь, я съезжу с тобой?

— Что? — вопрос застал меня врасплох. Я удивлённо посмотрела на Нейта, не понимая, шутка это или нет. Но мужчина был серьёзен, как никогда.

— Если ты не хочешь либо боишься ехать туда, я могу составить тебе компанию, — повторил Нейт и замолчал, ожидая от меня ответа.

— Я не знаю, насколько это уместно, — нахмурившись, покачала головой. — У тебя тоже дела, служба. Когда уж тут со мной возиться и кататься по графствам?

— Думаю, я смогу выделить время на ту, которую назвал своей невестой при короле, — усмехнулся Нейт и подмигнул. — Не переживай, всё не так страшно, как ты думаешь. Идём, озеро за тем поворотом.

И правда, спустя десяток шагов мы вышли на ровный песчаный берег. Озеро оказалось довольно большим, другого берега не было видно совсем. Я помогла Нейту расстелить покрывало и, скинув туфли, села, поджав под себя ноги.

— Красиво, — тихо сказала, смотря на спокойную гладь воды, над которой алел закат.

— Я рад, что тебе понравилось, — Нейт передал мне бокал с соком и присел рядом, выставив блюда с фруктами.

— Жаль, что скоро стемнеет, и ничего не будет видно.

— Ты забыла, что я маг? — фыркнул мужчина и поднял руку вверх, магича яркий шарик, светящийся лунным светом.

А я с детским восторгом смотрела на магию, которая была так близко. Вот оно, настоящее волшебство. Моя работа тоже волшебна, но скрыта. А здесь… Я словно попала на выступление иллюзиониста. Ребёнок во мне пищал от восторга, а я лишь улыбалась, глядя на необычный фонарик.

— Изумительно, — шепнула я, не сводя глаз.

— Это ты изумительная, — тихо отозвался Нейт. Я, не ожидая услышать комплимент, перевела взгляд на герцога и тут же смутилась, осознав, что он рассматривает меня. Изучает с мягкой улыбкой на губах.

— Так о чём мы? — покраснев, отвела взгляд и сделал глоток сока. — Кстати, хотела спросить. Ты живёшь в Лирхе или прибыл из столицы порталом?

— У меня здесь дом. Никаких сил бы не хватило постоянно строить порталы.

— Правда? — я заинтересованно взглянула на мужчину. — А где?

— Я тебе обязательно расскажу, но потом, — уклонился от ответа Нейт, вызывая во мне азарт. — Расскажешь, как поживает твоя мастерская?

— Я собираюсь делать ремонт, — принялась рассказывать о своих планах, мечтательно представляя, как будет всё красиво. — Сделаю пристройку для приёмной, да и сам дом хочу расширить. На втором этаже всего две комнаты, а мне бы хотелось, чтобы у Итана была своя. Да и Свята растёт, ей тоже скоро надо будет переселяться в отдельную спальню. Что?

Я повернулась к смеющемуся в голос мужчине.

— Ты знаешь, что твоё графство далеко не бедное? Ты можешь купить любой дом здесь, в Лирхе, не особо ограничивая себя в средствах. Но вместо этого ты думаешь, как будешь делать пристройку.

— Но я люблю свой дом, — пожав плечами, призналась я. — Да, он маленький, но тёплый и родной. Тем более я работаю там.

— Но ты можешь оставить этот дом под мастерскую и лавку, а жить в другом месте. Тем более щенка ты выбрала не маленького, ему место нужно, как и Итану.

— Я подумаю об этом потом, — кивнула, соглашаясь с доводами мужчины. — Надо поинтересоваться, не продают ли у нас дом. Кстати, недавно продавали, но я тогда ещё не была графиней с кучей золота, а сейчас дом уже куплен.

Нейт закашлялся, а когда я посмотрела, всё ли в порядке, он отвёл глаза. Что с ним происходит? Но разгадывать тайны, которые хранит его сознание, мне не хотелось. Своих проблем хватает, да и я отдохнуть пришла, а не голову ломать. Если захочет, сам расскажет. Мы разговаривали о Лирхе, об этом мире, о Земле. Я вспоминала смешные случаи из своей жизни, Нейт рассказывал об их с Томасом шалостях в детстве. Мы допили сок и легли на спину, глядя в небо. На улице уже давно стемнело, Нейт убрал магические светлячки, позволяя нам увидеть усыпанное звёздами небо. Мы даже замолчали, любуясь красотой. Смешно, но последний раз я смотрела на ночное небо, когда только попала сюда. По-моему, это было в телеге Васила. А ведь это было совсем недавно. Сколько прошло? Пара месяцев или чуть больше… А я уже стала забывать детали. Стала забывать то чувство паники и ужаса, когда стояла на пороге дома повитухи, когда сидела под стогом сена. Как круто повернулась жизнь. Теперь не страшно, я уверена, что справлюсь с трудностями. Я смотрела на звёздное небо и понимала, что здесь и сейчас я счастлива. У меня есть дом, есть друзья, есть любимое дело, родной сыночек, даже собака есть. И, видимо, скоро появится любимый мужчина. Но это не точно…

Моей мечтой за последний месяц стало появление маховика времени. Маги Хогвартса его изобрели, а здесь не могут, увы. Поэтому приходится только мечтать о ещё паре часов в сутках. Выходные для владельца малого бизнеса – зверь неведомый. Бойся своих желаний… Как точно фраза описывает то, что со мной происходит. Хотела много заказов? Пожалуйста. Сарафанное радио работало на ура и не переставая. А ведь ещё ремонт… Господин Бивош взялся за работу столь рьяно, что я задумалась: а не завысил ли он стоимость ремонта? Пятьдесят золотых за работу – много или мало? Но посоветоваться было не с кем. Нейт предлагал помочь как золотом, так и контактами людей, которые строят дома для знати. Но брать деньги я отказалась, а сама не осилю оплату таких специалистов. Именно поэтому пошла к единственному человеку, который мог помочь. И Бивош помог. Подготовил смету, нашел рабочих и озвучил сумму. Семьдесят золотых – и через пару месяцев помещение будет готово. Вздохнув, отсчитала положенную сумму, стребовав обещание, что всё будет готово точно в срок и без халтуры. Проверить я могла лишь очевидные недочёты, которые видны даже профану. А вот если пристройка сложится, как карточный домик… А ещё я, после того как вернулась от Бивоша, написала бывшей хозяйке дома. Пятнадцать золотых за дом, когда одна пристройка стоит семьдесят? Не верю… За что такая скидка? За владение бытовой магией? В общем, потребовала ответов и приглашала в гости. Вряд ли она согласится приехать, но вежливость требовала.

Пусть ремонт я смогла делегировать, но работу свалить на других я не могла. А отказывать клиентам не хотелось, ведь в следующий раз ко мне не обратятся. Очередь росла, всё больше было недовольных. Ждать не любит никто. Именно с этой проблемой я и пришла к миссис Миллер.

— Это и не проблема вовсе, дорогая, — усмехнулась женщина, отставляя чашку с чаем и закидывая ногу на ногу. Хозяйка ателье смотрела на меня с доброй, понимающей улыбкой. Вспоминала себя и свои начинания?

— Я не успеваю, — грустно отозвалась, опуская голову.

— Просто подними цены. К тебе приходят не за простой одеждой, и не потому что ты владеешь магией. Всё просто. То, что шьёшь ты, у нас не производят, а потому позволь себя скопировать.

— И тогда я останусь без заказов вовсе, — нахмурившись, выдала я.

— Не останешься. Знатные леди и лорды не пойдут покупать наряд для себя или же для ребёнка к мастерице, которая шьёт из материалов подешевле, да и сама она не имеет имени, которое появилось у тебя. Твоя работа подорожает, отсеются те, кто не готов будет платить.

— Нет, — тихо шепнула я, поняв, что нужно делать. — Я не дам копировать себя кому-то. Я сама буду копировать.

— Не поняла? — Кларисса изумлённо вскинула брови. — Это как?

— Открыть мастерскую и набрать мастериц, которые будут работать по моим эскизам, — я встала с кресла и подошла к окну, обдумывая план действий. — А потом уже подниму стоимость на свои наряды. Я буду шить эксклюзивные наряды, а мои мастерицы – простенькую одежду для тех, кто не сможет покупать у меня.

— А потянешь? — ухмыльнулась женщина. — И работать, и управлять мастерской сложно, поверь.

— Я не буду управлять. Вначале – да, но потом найму управляющего, а сама буду лишь присматривать, — идея захватила с головой и решала многие проблемы.

— Решение интересное и необычное, — задумчиво протянула Кларисса. — Но тебе надо будет вначале открыть мастерскую, а уже потом повышать цены. Справишься? Сейчас у тебя времени нет даже на пошив заказов, а ведь надо будет найти место под мастерскую, нанять мастериц, открыться. Это тоже время. То самое, которого у тебя нет.

— Я найду тех, кто мне поможет в этом деле, — улыбнулась я. — Спасибо за совет, побегу домой – думать.

— Беги, — усмехнулась Кларисса, поднимаясь, чтобы проводить меня.

С того памятного дня прошло три недели, а я уже хочу просто лечь и умереть от усталости. Моей помощницей стала Милара, но девушке явно не хватает опыта. Нет, руководить девочками она сможет, но что касается выбора помещения и найма… В общем, это моя головная боль. С Итаном я играла в минуты поездок и после каждого кормления. Совесть грызла, что сыну достаётся слишком мало моего времени, поэтому я старалась каждую свободную минуту уделять малышу. Но не забывала и про себя, вырываясь из дома на пару часов, чтобы встретиться с Нейтом. Первые несколько дней я ругала себя, что трачу время на мужика, вместо того чтобы поработать. Но подумав, решила не забывать о себе, ведь можно попросту сгореть на работе. Тем более с Нейтом я не только отдыхала, но и обсуждала работу. Мужчина помогал советом и предлагал финансовую помощь, но от последней я отбивалась как могла, чувствуя, что буду считать себя должной. Место под мастерскую я нашла в соседнем квартале, ближе к окраине. Небольшой двухэтажный дом, на первом этаже которого было решено разместить швейные машинки и склады, а на втором – несколько комнат для девочек. Сняв домик на длительный срок, я принялась набирать персонал. Девочек набрать оказалось сложнее, чем я думала. Приходили многие, только вот опыта у них маловато. А хотелось бы опытных и открытых к экспериментам. Опытные мастерицы либо боялись уходить с насиженного места, либо шили на заказ дома. Поняв, что в Лирхе мне не найти нужных людей, я съездила на день в столицу. Подав заявку, вернулась домой и продолжила делать то, что делаю – работать. Сделала заказы на швейные машинки, а также заказала всё, что понадобится для работы. Пусть мастериц пока нет, но они будут, обязательно будут. Сегодняшний вечер немного отличался от остальных. А именно – заказом. Девушка заказала свадебное платье, не обращая внимания на мои слова, что я такое ни разу не шила. Да и заказ был странным. Леди меньше всего была похожа на невесту. Разве счастливица бросит небрежно мастеру “Сшейте на свой вкус”? Но эта дама поступила именно так. Позволила снять с себя мерки, махнула рукой на ткань, фасон и даже цвет, кинула увесистый кошель с золотом и ушла, бросив на прощанье, что платье ей нужно будет примерно через два месяца. Закрепив бумажку с заказом над столом, я доделала дела и, уложив Итана, ушла на свидание. Нейт обещал мне сегодня нечто интересное, а удивлять он умеет.

Сев в карету, я улыбнулась мужчине: — Куда мы едем?

— Ехать никуда не надо, но вот это понадобится, — Нейт протянул мне тёплое покрывало, а сам накинул пальто. Стукнув пару раз по стенке кареты, он протянул мне руку. — Идём?

Всего несколько мгновений, и мы уже стоим возле входа в ресторацию. Вдохнув прохладный воздух, я огляделась и едва не ахнула от изумления. За моей спиной в паре сотне метров виднелось самое настоящее море.

— Мы обязательно прогуляемся по берегу, но предлагаю сначала поужинать, — с улыбкой предложил Нейт, заводя меня внутрь ресторации. Нас посадили на втором этаже, возле окна, давая возможность любоваться бушующими волнами. Красиво… И, как выяснилось, вкусно, едва я попробовала кусочек рыбы, приготовленной на решетке.

— Часто здесь бываешь? — поинтересовалась, когда голод был утолен.

— Нет. Для обычного ужина добираться слишком энергозатратно, а для прогулок больше подходит тёплое время года.

— Тебе удалось меня удивить, — улыбнувшись, поведала я. А сама задумалась, скольких девушек Нейт сюда водил? Избранных или каждую? Я тут же осеклась. Неужели я ревную? Внимательно посмотрела на герцога и представила, что однажды открываю дверь, а мне говорят, что его нет. Совсем нет… Представила настолько реалистично, что даже мороз по коже пробежал. Нет, расстаться с ним я не готова. Лгать самой себе – дело неблагодарное, более того, оно бессмысленное.

— Ты странно на меня смотришь. Словно оцениваешь, — Нейт смотрел серьёзно, с опаской. — Глупость выдумываешь?

— Нет, — рассмеялась я и покачала головой. — Не обращай внимания. Просто задумалась.

— О работе или о нас? — мой ответ не устроил, допрос был продолжен. Я размышляла недолго. Несколько минут смотрела в окно, думая, что ответить. Решение пришло внезапно. Если не хочешь, чтобы лгали тебе, не лги сама. — О нас. О том, что привязалась к тебе.

— Тебя это пугает?

— Нет, — качнула головой, прислушиваясь к себе. А ведь действительно не пугает. Мне не страшно быть с Нейтом, уже не пугает мысль, что мы будет жить вместе, не пугает брак. Понимаю, что семья – это не короткие встречи по вечерам, но чем больше я узнавала мужчину, тем меньше опасалась рамок, ограничений, ссор. Только вот…

— Нейт, я помню наш разговор и согласна с тобой. Наш союз не принесет ничего плохого, скорее всего, нам действительно будет хорошо, только… Я не одна. У меня есть сын, и его не выкинешь из жизни, да и я не позволю. Сейчас наши встречи за пределами дома, без ребёнка. Но если мы решим быть вместе, то Итан будет с нами. Я не отошлю его от себя и не отдам няне, чтобы всё свободное время проводить с тобой. Он будет расти, бегать по дому, возможно, что-то крушить – и просто будет жить. Ты… Скажи, ты вообще любишь детей?

Нейт отставил бокал и задумался. Думал достаточно долго, чтобы напугать меня. Неужели он думает, что я могу оставить сына ради брака с ним?

— Ты достаточно умна, чтобы выслушать правду и не просто понять, но и принять её, — заговорил Нейт, а у меня задрожали руки. Это конец. — Люблю ли я детей? Я к ним равнодушен, абсолютно. Своих нет, дети на улице и у друзей умиления не вызывают. Твой сын… Я могу пообещать, что буду любить его, полностью заменю отца и буду счастлив возиться. Но я не хочу лгать. Не знаю, каково это – растить ребёнка. Но могу кое-что пообещать, если ты согласишься попробовать.

— И что же? — хриплым от волнения голосом спросила, внимательно глядя на мужчину.

— Что я не буду ревновать и пытаться отвоевать твоё время. Что не буду вредить ребёнку со зла, но готов воспитывать Итана так, как воспитывали меня. Спуску не дам, но и в абсолютной строгости держать не намерен. Как и не намерен устраниться, оставив воспитание тебе либо гувернёру. Я знаю, что такое дети, и готов взять на себя ответственность. Готов обучить ведению дел, чтобы, получив наследство, он не промотал состояние. Это то, что я готов дать. Подойдёт ли тебе такой ответ?

— Вполне, но мне надо его обдумать, — кивнула, принимая объяснение. Как и любая девушка, я хотела бы услышать от любимого мужчины именно то, что он будет любить Итана. Но… Это будет откровенное враньё, которое подкупает, но не гарантирует абсолютно ничего. Более того, стоит присмотреться к человеку, который так утверждает.

— Идём, — Нейт кивнул головой в сторону моря. — Перестань фантазировать ужасы и просто расслабься.

— Я попробую, но плыть по течению не могу, — я поставила пустой бокал и встала из-за стола.

— Никто и не просит, но перестань пытаться всё контролировать.

— Как? Когда моё и сына будущее зависит только от меня? Отпустить контроль значит пустить нашу жизнь коту под хвост, — буркнула я, выходя на улицу и кутаясь в плед.

— А может, ты позволишь позаботиться о себе? — Нейт остановился, повернулся ко мне и поправил плед, прикрывая шею. — Могу поклясться с помощью магии, что не причиню боли.

— Нет, — покачала головой, опуская глаза. — Не нужно клясться. Я верю.

Васил так и не решился переселиться в Лирх. Городская жизнь ему не подходила. Пусть городок и маленький, но держать скотину здесь не принято. Поэтому, выбрав деревню в паре часов езды, Васил перевёз туда не только вещи, но и пригнал свою корову. Казалось бы, зачем тащить скот так далеко, если и там можно выгодно продать? Только вот не мог он расстаться со своей любимицей. Домик понравился и мне, и Миларе. А уж Альп был в полном восторге, ведь в городе нет такого простора. Уверена, теперь дети Милары будут часто проситься к деду, особенно в тёплое время года, ведь за домом протекает неглубокая речка.

— Что теперь будешь делать? — спросила Милара, обойдя дом и заглянув в каждый угол.

— Жить, как и жил, — улыбнулся мужчина. — Сажать огород, разводить кур. Козу заведу, детям полезно козье молоко. Даже двух заведу, троих внуков выкармливать же.

Милара рассмеялась, а я почувствовала тепло и щемящую нежность. Наша встреча была предрешена. Васил помог мне и Итану, а я ему. Мы могли бы потерять связь и больше никогда не увидеться, но я безумно рада, что этого не случилось. Сможет ли Васил заменить мне отца? Захочет ли? Это неважно, главное – он на Итана смотрит так же, как и на детей Милары.

— А Грэм где? — прищурившись, спросил Васил. — Помощь его нужна, сарай отремонтировать.

— Вот так, сразу припахали к делу, — рассмеялась я. — Маг не маг, а работать на родственников жены будет.

— А что ты смеёшься? — ухмыльнулся Васил. — И своего жениха приводи. Вместе помогать будут. А то ишь ты! Если в семью хочет, то должен это доказать.

Теперь смеялась уже Милара, глядя на меня. И я её понимала… Васил не знал, кого приглашает, а вот она в курсе, оттого и веселится. А мне остаётся лишь нервно хихикать.

“Дорогой, оторвись от дел государственной важности, надо моему отцу названому сарай починить, а то корове жить негде!” Боже, какой стыд. Как я скажу о таком? И ведь понимаю, что это проверка. И понимаю, что если Нейт сгонит сюда половину магов королевства, Васил всё равно заставит показать себя в деле. Герцог, строящий сарай – да тут вся деревня сбежится посмотреть на такое чудо! Это если он согласится. А если нет? Если решит, что это блажь, а Васил заупрямится и не захочет видеть Нейта рядом с собой? Мне придётся делать выбор.

Выбор… Сердце в пятки ушло, стоило мне задуматься, что с кем-то из них придётся расстаться. Только вот переубедить Васила не удалось. Всё просто, либо он “настоящий мужик”, либо пусть ищет себе другую. Для мужчины, выросшего в деревне, работа руками ценится гораздо выше, чем работа умом либо же магия. Власть и вовсе значения не имеет, когда речь заходит о семье. Только вот… что делать мне?

Я оттягивала знакомство как могла, ссылаясь на стройку, работу, мастерскую. На всё что угодно, лишь бы не говорить Нейту о просьбе Васила. О приказе… просьбы не было. Не скажу, что причины моей занятости были выдуманы. Стройка в самом разгаре, а вопросов ко мне всё больше. “Выберите цвет, леди”, “Выберите доску, леди” – вроде и не часто, но отнимает уйму времени. Заказы также никуда не делись, как и мастерская, в которую мы нашли мастериц. Да, мастерицы есть, но прежде чем запускать производство, необходимо обучить их шить так, как шью я. Нет, сидеть с ними нет необходимости, я просто привезла образцы и потребовала сшить то же самое, один в один. Справились далеко не все. Из десяти приглашенных мастериц осталось только трое. Мало, но пока что есть. Тем более сейчас я не могу передать им заказы, обманывать клиентов не хочется. А ещё свадебное платье… Наверное, я подсознательно хотела замуж, именно поэтому с особой любовью шила наряд. Я не стала копировать платья, которые видела на Земле, хотелось чего-то особенного. Только цвет я оставила таким же. Белоснежный, словно едва выпавший снег. Долго думала над фасоном, но решила пышную юбку не делать. Платье в пол, приталенное, с вышитыми бисером узорами на корсете. Да, корсет я оставила, предполагая, что талия невесты позволит затянуть шнуровку потуже и создать красивый силуэт. Глядя на сделанную работу, я улыбалась, представляя, как сказочно будет выглядеть девушка. Видимо, сильно меня вдохновила идея, раз я в подарок сшила длинные, по локоть, перчатки и трёхслойную фату с вышивкой по канту. Ох, если невеста решит вместо высокой причёски просто завить крупные локоны, то она будет похожа на фарфоровую статуэтку, куколку. Отдавала платье с грустью, настолько привязалась к наряду. Но кошель с тридцатью золотыми успокоил. Ничего, я ещё много платьев сошью – и себе тоже. Как-то незаметно, сам собой подошёл день открытия мастерской. Нет, ничего глобального я не делала, просто небольшой праздник в честь открытия, но по большей части для клиентов, чем для себя. Пока мы оборудовали мастерскую, мастерицы сшили несколько нарядов, которые мы расставили по залу для примера. Каталоги я тоже сделала, позволяя людям ознакомиться с ассортиментом. И кроме того, мы вывесили баннер с ценами, доказывающий, что качество – не значит очень дорого.

А вот своим клиентам я сообщила не очень радостную новость – на мои работы поднимается стоимость в три раза. Те, кто заказал вещь давно, платили по старым ценам, но те, кто бронировал примерку, жутко расстроились. Многие ушли, но три заказа ещё висят, значит, в ближайший месяц я без работы не останусь. Васил забежал на открытие, расцеловал в обе щёки и от чистого сердца поздравил, а Миларе погрозил пальцем, дескать: “Трудись как полагается, не посрами честь семьи!”. Северина немного сторонилась нас. Я всё же познакомила девушку с целителем душ, оказавшимся очень странным дядькой. Но Северине нравилось проводить у него время, а я видела, что девушка оттаивает. Правда, я ждала, что однажды она придёт увольняться. Не знаю, почему так. Но не думаю, что она останется со мной. Нейт посетить открытие не смог, у него оказались дела в столице, но он обещал прибыть к окончанию торжества. Сегодня мы идём к нему в гости, мне хочется посмотреть дом, в котором живёт любимый мужчина. Или не просто посмотреть… Не просто так я с утра целых полтора часа не вылезала из ванны, наводя красоту. И не просто так перебрала полгардероба, ища самое шикарное бельё. Только утром я была намного смелее, чем в момент, когда увидела чёрную карету сквозь оконное стекло.

— Иди, — шепнула Милара, улыбаясь. — И помни, что главная твоя задача – быть счастливой.

Судорожно вздохнув, я кивнула подруге и вышла из мастерской. Шла и думала, что веду себя не как девушка за тридцать с кое-каким опытом, а как невинная дева перед брачной ночью.

Всё та же чёрная шляпа, всё та же улыбка и протянутая рука, на которую можно опереться. Только в этот раз я дрожу от неуверенности и глупого страха.

— Нам далеко ехать? — поинтересовалась, лишь бы что-то сказать, не выдать волнения.

— Нет, — качнул головой Нейт. — Но ты будешь удивлена. Как прошло открытие?

— Всё прекрасно. Думаю, мастерская скоро начнёт приносить свои плоды. Как дела в столице?

— Тоже отлично, получил несколько интересных артефактов, буду разбирать. Глупейший, ничего не значащий разговор. Нейт вёл себя… странно. Неужели переживает о том, что между нами может случиться? Не знаю… сомневаюсь. Он что-то сказал об удивлении…

И таки да, он был прав.

— Так это ты купил дом, — тихо произнесла я, рассматривая особняк, находящийся в сотне метров от моего дома. — Почему раньше не сказал?

— Не знал, как ты отреагируешь, — напряженно отозвался мужчина, внимательно разглядывая меня.

— Зато бегать домой недалеко, — фыркнула я, понимая, что не хочу ругаться, спорить или высказывать претензии. Конечно, можно подумать, что это нездоровое преследование, но я понимала, почему Нейт поступает именно так. Мужчины этого мира не привыкли к отказам. И его не будет.

— Прислугу я отпустил, так что мы вдвоём. Если хочешь, можем остаться здесь, в столовой, или поднимемся наверх? — Нейт расслабился и теперь стоял напротив меня с улыбкой на губах, а руки его были заняты бутылкой и бокалами.

— Наверх? — я вздрогнула и посмотрела на мужчину. — Да, наверное, лучше наверх. — Там есть камин, — Нейт словно наслаждался моей стеснительностью. Ничего, это ненадолго. И ведь действительно. Стеснительность ушла практически мгновенно, стоило увидеть то, что я видеть не должна была. Нейт пошел в кабинет, а меня оставил в гостиной осматриваться. Из любопытства заглянула и в спальню.

— Что это? — хрипло спросила, указывая на чехол, висящий на вешалке.

— Амалия...

Я не слушала. Меня манил белый лоскут, выглядывающий снизу. Подойдя к чехлу, стянула его и отошла назад, любуясь платьем, которое только недавно отдала заказчице.

— Объяснишься? — спросила я, стараясь не смотреть на мужчину. — Это ведь то, о чём я думаю?

— Нет, никакой другой невесты у меня нет, — напряженно отозвался герцог, подходя ближе. — Послушай…

— Сообщил королю о свадьбе, — я принялась загибать пальцы, — купил дом рядом с моим, следил за мной, заказал платье, как я понимаю, мне же. Нейт, ты не маньяк?

— Что? Маньяк? — Нейт растерянно посмотрел на меня, не понимая, почему видит не злость, а улыбку.

— Именно, — кивнула я важно, подходя к герцогу вплотную. — Ты маньяк, который всеми путями решил сделать меня своей женой. И знаешь что?

— Что? — тихо спросил Нейт и затаил дыхание.

— Я согласна, — шепнула еле слышно прямо в губы.

— И ты его простила? — Эмили смотрела на меня широко распахнутыми глазами. — Прям совсем-совсем?

— Простила, милая, — с улыбкой ответила дочери, поправляя одеяло. — Я уже любила твоего папу и готова была простить многое. Ложись спать, хорошо? Завтра поедем к Итану.

— А мы Бони возьмём? — уже засыпая, спросила дочь, поближе подтягивая к себе трёхмесячного щенка.

— Нет, Бони останется дома. Ей пока рано путешествовать. Спи. Поцеловав дочь, я выключила магический светильник и вышла, прикрывая за собой дверь. Но вместо своей спальни я направилась в наш с Нейтом кабинет.

— Уснула? — не поднимая головы, спросил муж. На столе лежала стопка документов, которые следовало проверить.

— Да, но перед этим спросила, можно ли взять щенка, — отозвалась я, садясь за соседний стол и открывая первую папку. — Завтра, если не забудет, начнёт просить вдвое больше.

— А может, возьмём? Всё равно порталом пойдём.

— Ты ей слишком потакаешь, — укоризненно заметила, ставя первую подпись под списком тканей.

— Думаешь, я могу иначе? — грустно улыбнулся Нейт. А я, увидев в глазах боль, поняла. Не может. И никогда не сможет. Эмили далась нам нелегко. В принципе, прошедшие двадцать лет были далеки от безоблачных. Но было и хорошее. Обо всём по порядку.

Спустя неделю после нашей встречи в доме я таки рассказала Нейту о Василе и его требовании. Помню, как сильно переживала и действительно думала, что меня засмеют. Но ошиблась. Нейт выслушал меня и предложил поездку через пару дней, когда вернётся из столицы. А вот после, когда он получит одобрение названого отца, мы поженимся. Я и забыла о его обещании утянуть меня в храм, все мысли были лишь о встрече Васила и жениха. Но и в этот раз я зря переживала: Нейт, едва зайдя в дом к Василу, вызвал его на разговор. О чём они говорили – я не знаю, но помню, как Васил провожал нас. Он обнял меня крепко и шепнул, что теперь полностью за меня спокоен. Правда, строить сарай Нейту всё же пришлось. Вместе с Грэмом он несколько дней подряд приезжал в деревню и помогал чинить стены и крышу, подружившись и с Грэмом, и с Василом.

А потом напомнил про свадьбу… Оттягивать и дальше поход в храм не было смысла, так что, взяв несколько дней перерыва, мы поженились на берегу моря, а после провели славный небольшой отпуск в горах. Жизнь закрутила нас в водоворот событий. Мастерская, как я и предполагала, процветала, разгрузив меня с заказами. Теперь я брала только эксклюзивные заказы, а с обычным бельём или детскими вещами справлялись нанятые девочки. Нейт перестал ездить по королевству в поисках артефакта, теперь он всё больше проводил время дома, а спустя пять лет и вовсе решил заниматься только герцогством, одновременно обучая Итана, а в свободное время изучая новые артефакты. Дом – полная чаша, сказали бы многие.

Но я хотела детей. Родить мужу малыша было моей мечтой. Судьба словно насмехалась, не позволяя мне забеременеть. Именитые маги и лекари разводили руками и вздыхали, мол, простите, но мы бессильны. Я, полностью здоровая, молодая женщина, не могла зачать. Даже были мысли попробовать развестись, чтобы Нейт нашел женщину, способную подарить наследника. А затем произошла долгожданная беременность. Я летала от счастья, но всего три месяца. Кровотечение и выкидыш, и снова: “Мы не знаем, что случилось. Вы в порядке”. Три раза… Три беременности подряд заканчивались выкидышем, а я рыдала в подушку, гадая, что со мной не так. Бизнес рос, доход от графства тоже, а я задыхалась от боли и отчаяния. Извечный вопрос “за что?” стал моим спутником ещё на пару лет. А потом я успокоилась, если можно так назвать моё рвение к работе. Просто ушла в любимое дело с головой, не забывая уделять внимание мужу и сыну. И вот почти шесть лет назад я узнала радостную новость – беременна. Обычно, когда женщина узнаёт о желанном зачатии, то она радуется. Меня обуял ужас. Я понимала, что ещё одной потери просто не переживу. Но обошлось. Эмили, чьё имя переводится как “Небесный дар”, родилась в срок, здоровенькая. Нейт плакал как ребёнок, когда взял её на руки. И сейчас, глядя на мужа, я понимала. Да, он не может по-другому, слишком тяжело нам далась дочь. Оборачиваясь назад, вспоминая свою жизнь, я не жалею ни о чём.

Итану уже двадцать. Он отрастил небольшую бородку и смешно хмурит брови, отчитывая управляющего. Нейт воспитал достойного мужчину и лорда, заботящегося о своих людях. Пусть и живёт наш мальчик далеко, но связь мы поддерживаем, регулярно наведываясь в гости друг к другу. Васил женился на милой вдовушке спустя пару лет после переезда. Итан проводил у деда каждое лето, а сейчас я часто вожу Эмили. Папе сложно смотреть за маленькой егозой, возраст не позволяет угнаться за пятилеткой, но каждый раз он берёт внучку на руки, а глаза его при этом светятся счастьем. И это не один малыш, который его навещает. Ещё Альп привозит сына. Мальчику всего полгода, но мы уверены, вырастет славный малый. Милара часто хвастается успехами внука – в те редкие разы, когда нам удаётся увидеться. Да, Милара – занятая женщина, бизнесвумен средневековья. Отработав у меня несколько лет, подруга решила кардинально изменить свою жизнь и открыла школу для детей. Теперь каждый день в её доме аншлаг в виде толпы маленьких бесенят. Раньше было намного меньше, всего пара человек, но после смерти Грэма шесть лет назад Милара окунулась в работу, пытаясь заглушить боль. Сможет ли она позволить себе влюбиться? Не знаю… Это сложно, но я не теряю надежды. Северина уехала из Лирха спустя полгода. Попросила прощения ещё раз, забрала Святу и переехала в столицу. И уже там смогла начать жить заново. Нет, мы не общаемся больше, видимо, так ей было проще забыть прошлую жизнь. Но я наблюдала за её жизнью издалека и очень обрадовалась, узнав, что Северина вышла замуж за хорошего, достойного мужчину. Мой домик, полученный за копейки, так и стоит. Продать его не могу, а работаю теперь из нашего с Нейтом дома. Иногда я прихожу туда и вспоминаю. Каждую мелочь и каждую улыбку, ностальгируя по прошлому. Я так и не узнала, почему Мариэлла продала мне дом так дёшево. На моё письмо ответила дочь, сказав, что мама умерла, унеся секрет с собой в могилу. Мариэлла для меня стала кем-то вроде ангела-хранителя. Что же, однажды и я продам дом за бесценок такой же нуждающейся, какой была сама. А ещё, прогуливаясь по городу, я частенько прохожу мимо таверны “У Ганса”. Сомневаюсь, что старичок ещё жив, но слухи о волшебстве таверны ходят до сих пор. Но я не захожу, мне не нужна помощь. Больше не нужна. Но всё равно каждый раз, проходя мимо, шечу тихое спасибо.