— Будь проклят день, когда мне в голову пришла эта идиотская затея! — я брела по кладбищу, сжимая в руках распределительный лист и ощущая, как глина, размытая дождями, противно липла к ногам и безнадежно испортила новые туфли. Да и парадная форма академии, надетая в честь такого важного события, порядком запачкалась.

Распределительная бумага должна была меня перенести прямиком к моему наставнику. И вот я битый час слоняюсь по кладбищу, но мой наставник будто под землю провалился! Где этого некроманта черти носят?! Или он сам с этими чертями загулял? Или это он специально издевается? Проверка на вшивость так называемая. Впрочем, судя по слухам, это вполне вероятно! Отшил сотню стажеров-фамильяров, не меньше. И от меня похоже решил избавиться таким образом.

Сумерки опускались на город, небо как-то резко потемнело, в воздухе запахло чем-то прелым и стало даже немного жутковато. Не часто я бывала в подобных местах. Перед глазами мелькали каменные надгробия, кривоватые деревья, отбрасывали зловещие тени и… ни души! От тишины, стоявшей вокруг, в ушах звенело.

Четыре года академии, сотни прослушанных лекций, сотни семинаров, десятки практических работ, курсовые, контрольные и еще куча проверочных работ! Да я почти дипломированный фамильяр! Почти… Этому некроманту так просто от меня не избавиться. Меня жутковатым кладбищем не запугать!

— Ниар Да-аррел, — я позвала еще раз нараспев, упорно идя вперед. — Вы со мной в прятки играете?

Откуда-то справа раздался резкий хруст. Трещали ветки и мне даже послышался чей-то приглушенный голос. Резко развернулась и устремилась в сторону ближайших кустов, ориентируясь на звук.

— Ниар Даррел! Это вы? — я проговорила, чуть запыхавшись и добавила для приличия: — Добрый вечер!

— Дес-сять, вос-семь, шес-сть… — послышался хрипловатый низкий и немного пугающий голос.

А следом… следом прямо из-за кустов, обрамлявших надгробие, появился он! Синеватая кожа растрескалась, как бумага, пустые безумные глаза смотрели куда-то вдаль, к измятой сероватой рубашке прилипли комья земли. А еще в воздухе повис запах. Удушающий, сладковатый, зловонный. Запах смерти.

Черт возьми! Да это же… Самый настоящий мертвяк! И от его хриплого голоса по спине прокатилась волна мурашек, а к горлу подкатила тошнота.

Какого черта?! Это же не может быть… он? Или… может?! Этого еще не хватало!

— Вы же не ниар Даррел? — я поинтересовалась, делая шаг назад и, в общем-то, не надеясь услышать какой-то внятный ответ. Это существо явно давно не помнило своего имени.

Спокойно, Саша. Спокойно. Это просто мертвяк. Нежить ходячая, неразумная, почти безвредная. На этом мое познание некромантии в общем-то заканчивалось. Стоп. А если не просто умертвие? Если упырь? Но разглядывать его клыки желания не было совершенно! Поэтому… Поэтому нужно просто делать отсюда ноги как можно скорее!

— Шес-сть! — глухо прорычал мертвяк.

Что там надо сказать, чтобы упокоить умертвие?

— Развейся! Умри! Упокойся! Да чтоб тебя…

Крикнула и рванула прочь, маневрируя между оградами. Сердце подкатило к горлу, волосы липли к лицу, застилая глаза, ноги разъезжались на мокрой глине… Я и забыла, что местные кладбища намного опаснее людских. На земле все же мертвых можно было не бояться, опасность несли только живые.

Проклятие! А куда меня вообще занесло? Где город или хоть какая-нибудь деревушка? Где академия? Где мой мобильник с навигатором, когда он так нужен?! Нужно продвинуть идею сотовой связи в Велгрее. Озолочусь!

В темноте что-то сверкнуло, а затем послышалось чье-то гортанное рычание. Твою жеж… Еще мертвяки? Или… или кто похуже. Упырь? Лич? Вампир?

В теле человека я явно проигрываю любому по всем показателям!

Не раздумывая больше сделала рывок в сторону, выпуская магию зверя на свободу и ощущая как тело стремительно уменьшается и обрастает серебристой шерстью. Непередаваемое ощущение! Вещи рухнули на землю, а в следующее мгновение все чувства обострились до предела. Запахи, звуки… Все вокруг заиграло новыми красками. Два прыжка — и вот я уже карабкаюсь вверх по искореженному дереву.

Веселенькое начало практики, ничего не скажешь! И это я даже еще не приступила к самой практической работе!

А в следующее мгновение все пространство вокруг озарилось фиолетовым светом.

— Куда сбежал? Ай-яй-яй… — обостренный слух донес до моих ушей тихий голос.

Осторожно выглянула из-за ветвей и обнаружила свои вещи нетронутыми. А на том месте, откуда на меня скалилось странное существо, замер мужчина лет… наверное, тридцати в черном кожаном пыльнике. И этот высокий весьма привлекательный темноволосый незнакомец разглядывал меня пристально, изучающе и поджав и без того тонкие губы. И в его темных, почти черных глазах промелькнула искорка интереса. Или мне показалось? Но что-то было в его взгляде такое, от чего внутри что-то дрогнуло.

— Ты! Чего вопишь и нежить распугиваешь?! — он нагнулся над моей одеждой и подцепил распределительный лист, белеющий среди прочих вещей, а мгновение спустя заговорил: — Значит, Сандра Бэйшоп. Мой новый фамильяр. Ты если так орать будешь, то долго в этом статусе не пробудешь! Слезай оттуда, ниара Сандра.

Значит, вот он какой. Знаменитый некромант. Слезть-то я слезу, но вот если совершу оборот, то наше знакомство начнется весьма… пикантно! Но и норкой оставаться было нельзя.

В два прыжка преодолела расстояние до земли и замерла в траве принюхиваясь. И в нос тут же ударил резкий запах шерсти, падали и крови. Черт. Не к добру это…

— Боюсь даже спрашивать за какие такие заслуги тебя ко мне заслали? — рассуждая вслух, некромант следил за моим приближением с каким-то ленивым интересом. Словно не фамильяра ему приписали, а просто домашнего питомца. — Проректору на хвост наступила?

Почти. Но я могла лишь фыркнуть в ответ. Голосом в обличье зверя я, увы, не обладала.

— Можешь не утруждать себя ответом, — отмахнулся Даррел Стрейтен, подняв с земли мой плащ, встряхнув, осмотрел меня внимательным взглядом и, кажется, передумал мне его отдавать. — Не оборачивайся обратно. Ты как раз вовремя ко мне попала — у тебя важное первое задание. А ну-ка милая принюхайся, где собачкой воняет?

Он что, серьезно сейчас? Я же фамильяр, а не ищейка. Но судя по прищуренному взгляду он был серьезен как никогда.

— Обещаю, что хотя бы выслушаю твои пожелания, если поможешь, а не вышвырну тебя с отказом, как всех остальных, — оскалился в “доброжелательной” улыбке магистр темной магии.

Чудо, а не наставник. Шантажировать начал, а я еще даже распределение не подписал! Впрочем, я сама этого хотела. И это обещание выслушать дорогого стоит.

Приподнялась над травой и вновь втянула воздух. Вернее даже не воздух, а жижу, провонявшую псиной! Явно пахло оборотнем… типичным волком с нотками человеческого жилья.

— Вижу унюхала. Теперь идем искать этого негодника, — все так же добродушно улыбаясь подбивал меня на работу полицейской собаки мой наставник. как это вязалось с моими обязанностями фамильяра — понятия не имею. Да и с оборотнем встречаться желания не было — весовая категория не та. — Охотилась когда-либо на оборотня в полнолуние? В первый раз это всегда незабываемо!

Да он еще и шутник. Что ж, раз он обещал хотя бы выслушать меня, то придется идти по следу этого чертового оборотня. В академии узнают — засмеют. Какой позор!

Вервольф, значит. Интересно, какое отношение имел некромант к оборотню? Они же живые, хоть и измененные. Может, не по работе? Так, для души шатается по кладбищу среди ночи? Божечки, и об этом наставнике я грезила с того самого момента, как впервые о нем услышала. Чем я вообще думала?

Осторожно повела носом, пытаясь понять направление запаха. Хотя казалось, что он просто всюду! Но… зверя не обманешь.

И вот я уже скачу как ужаленный кролик в пасть удава. Вернее вервольфа, хотя, какая разница. Но надеюсь, у некроманта все же есть какой-то план и он не решил скормить надоедливого фамильяра своему дружку.

Некромант не отставал. Быстрые чавкающие шаги позади подгоняли меня, как еще недавно внимание умертвия.

И в один момент запах стал просто невыносимым. Я замерла. И мой спутник тоже остановился у указанной мной могилы, постучал по надгробной плите и с какой-то шальной веселостью поинтересовался:

— Есть кто дома? — нормальный человек от такого наставника бежал бы, сверкая пятками, но меня нормальной можно назвать с большой натяжкой. — Кивен, давай ты не будешь портить мне настроение. Оно и так не лучшее.

Внутри гробницы что-то зарычало, заурчало, словно огромный каменный монстр переваривал ужин. Это именно те звуки, которыми обычно озвучивают фильмы ужасов, где потом кто-то кого-то обязательно ест. И rрышка отъехала с противным скрежетом. А следом в полный рост встал самый настоящий оборотень, которых я раньше видела только в учебниках и фильмах еще дома. Впрочем, в фильмах этих тварей сильно преукрашивали. Ох…балдеть!

Два метра ростом, покрытый шерстью не то волк, не то вообще непонятно что, в лунном свете казался просто огромным. А с высоты моего роста — так вообще… Несло от него конечно… человеку обычному задохнуться можно запросто.

Волк шумно выдохнул, набрал в грудь воздуха и зарычал — громко, с душой. Воображение живо нарисовало картину, как мертвяки в могилах перекрестились и на всякий случай поправили могильные плиты.

— Не ори, не дорос еще, — строго, как старший маленькому велел невозмутимый Стрейтен.

А после в воздух взлетел серебристый порошок, окутывая вервольфа. И чудище начало меняться, пошло рябью, окуталось туманом, и вот в каменной гробнице стоит паренек чуть младше меня, щуплый и абсолютно голый. О боже! Я отвела взгляд. Но некроманта это кажется нисколько не смутило. Он продолжал, даже не сменив тон разговора:

— Мать ревет, дите в окно выглядывает. Отец поднял всю округу на уши, а ты слоняешься по кладбищам, словно тебя это вообще никаким боком не касается. Я тебе что велел делать?

Ага. Значит, этот юноша старый знакомый, а некромант в няньки заделался. С чего бы?

— Принимать настойку перед полнолуньем, — виновато прогудел паренек еще ломающимся голосом, прикрывая руками главный инструмент для продолжения славного рода.

Черт, куда я вообще смотрю?!

— А ты? — некромант продолжил.

— Забыл!

— Забыл! А ты поотрывать козам головы на пастбище за городом не забыл? Шерсть в зубах не позастревала? Или носиться по улицам города? Твоему отцу придется раскошелиться, чтобы прикрыть все твои промахи. А мать? Она капли стаканами уже локает. А ты забыл! — некромант перевел дыхание и продолжил уже куда спокойней. — Ладно! Домой придешь, выпей настойку. Брысь отсюда.

— Как “брысь”? В таком виде?

Как я понимала этого юношу!

— Шерсти маловато для прогулок по городу? Так и быть, у меня тут плащик случайно завалялся, — и расправил он мой плащ.

Проклятье! Это между прочим самый удобный способ обратно оборачиваться — залез под плащ, и сразу же укутался. А теперь как оборачиваться?

— Сшит на заказ лучшими мастерами, которые прислуживают королевской семье, на нем заклинания, наложенные сильнейшими магами континента…

Казенный он. Студентам выдают по две штуки в год.

— Да мне только домой добежать и пришлю его сразу обратно, — прервал пафосную речь оборотень.

— Ценность вещи осознал?

— Угу!

— Стоимость аренды сам посчитаешь. Брысь, сказал. Чего стоим?

И паренька как ветром сдуло. С моим небесной стоимости плащом — стареньким, но там родным. Еще не наставник, а мои вещи уже раздает. Может, это хороши знак?

— Теперь ты. Судя по тому, что не сбежала сразу же, планируешь у меня практиковаться, — сделал закономерные выводы Стрейтен. Но я на всякий случай утвердительно кивнула. — Надеюсь, что ты понимаешь всю серьезность. Фамильярам у некромантов не сладко. А я пацифист — за мир и гармонию. Так что идем решать твою дальнейшую судьбу, ниара Сандра.

И в шаге от мага открылся ядовито-зеленый портал.

Мы очутились в каком-то мрачноватом кабинете. С высоты моего крошечного роста он казался просто гигантским. Мебель, обтянутая коричневой кожей, массивный письменный стол, заваленный бумагами, и множество стеллажей с книгами. Здесь пахло затхлостью, табаком и каким-то алкоголем. Да так, что нос закладывало, и я чихнула.

— Оборачивайтесь, и закончим с этим поскорее, — предложил Даррел Стрейтен, щелкнув пальцами, и на кресле рядом со мной материализовались мои аккуратно сложенные и кажется даже вычищенные заклинанием вещи. В том числе и распределительный лист, — Если вы опасаетесь за мою нежную психику, то можете быть спокойны, обнаженных девушек мне уже случалось видеть.

Сам некромант, совершенно не обращая внимания на мое присутствие, сбросил плащ, стянул сапоги, даже распустил пояс и выдернул из-под него рубашку, намереваясь избавиться от вещей. Похоже, для него меня в этом помещении не существовало вообще.

Но я-то его прекрасно видела! И щеголять голыми прелестями, пусть и весьма скромными, перед совершенно незнакомым пусть и привлекательным мужчиной желания не было никакого. Схватила зубами сначала рубашку и сбросила ее за кресло. Следом за ней полетели и форменные брюки. Ну а затем и я прыгнула прямиком за кресло, заставляя зверя скрыться. И тут же по голой коже прокатился холодок. Да здесь холодина! Надеюсь, это не потому, что по углам он тут мертвяков прячет.

— Плащ вам пришлют утром в академию, вместе с неустойкой за моральный ущерб, — судя по звуку и запаху наливая в стакан крепкий алкоголь, уведомил меня мужчина.

— Рада была помочь вашему другу, ниар Стрейтен, — я торопливо натягивала нижнее белье прямо вместе с брюками. Далее последовала рубашка. Годы тренировок, и вот я уже могу одеться за полминуты, как солдат в армии.

Поднялась на ноги и вежливо склонила голову, ощущая как от волнения перехватывает дыхание.

— Выпьете, ниара Бэйшоп?

— На работе запрещено употреблять алкоголь, ниар Стрейтен, — я подняла взгляд. Некромат стоял ко мне вполоборота. Темные отросшие волосы небрежно спадали на лоб, на щеках проступила щетина. Губы изогнуты в ухмылке, а глаза чуть прищурены. И он по-прежнему увлечен бутылкой коньяка больше, чем мной. Будто я для него пустое место.

— Вы не на работе. И вряд ли будете. Давайте ваше распределение, я напишу вам отказ.

Вот как?! Значит, как “собачку” искать, так я на работе! А как распределение, так отказ?! Так не пойдет!

— Вы не держите своего слова? — я настолько осмелела, что решила подойти ближе. — Несколько минут назад на кладбище вы обещали меня выслушать взамен на оказанную мною услугу. И, кажется, я успешно справилась с вашим заданием.

Некромант поморщился, как от зубной боли, добавил себе коньяка и тяжело опустился в кресло, махнув мне на второе такое же.

— Вы явно не в ладах с головой, если всерьез рассматриваете связку с некромантом. Или нынче в академии не открывают последствий подобного рабочего союза студентам?

— Я отдаю себе отчет о последствиях и многое знаю о работе, — опустилась в кресло, хотя по ощущениям будто на иголки села. — В распределительном листе вы можете увидеть мои баллы и краткую характеристику.

— Это мне мало интересно, — отмахнулся Стрейтен. — Полагаю, как любая юная ниара вы несколько романтизируете образ некроманта. Поверьте, лучше остаться без диплома, чем пережить, или не пережить, такую практику. Трупов в городе и без вашего предостаточно.

— Я выдержу, ниар Стретен. Я три года ждала встречи именно с вами и отдаю себе отчет о последствиях. Не меня распределили к вам, я сама… напросилась, — вздернула подбородок, надеясь, что хоть сейчас он обратит на меня внимание, но он лишь повел бровью.

— Послушайте, Сандра, мне кажется, что помимо прочего вы еще и не очень умны, раз провернули это. Я не издеваюсь над фамильярами и не понимаю, чем могу вам быть действительно полезен, — он снова поморщился, дрогнув и потянувшись к своему левому боку, но спохватился, передумал и сделал еще один большой глоток коньяка. — Оставьте эту блажь. Сходите замуж, нарожайте прекрасных маленьких норок и живите спокойно. Считайте, что своим отказом я оказал вам услугу.

Какой упертый. Сказала же, что знаю, на что иду, так нет же!

— Я расскажу вам, почему я здесь. Двадцать два года назад известный фамильяр, Мэдрина Кроунер, на пике своей карьеры внезапно исчезла. Да так, что даже самые опытные сыщики, судя по вырезкам из старых газет, не могли ее отыскать. На деле же она попросту сбежала из этого мира. Каким-то образом она попала на землю, в мир людей. Влюбилась, вышла замуж, нашла работу и у нее родилась дочь. Жила обыкновенной человеческой жизнью в мире, где магия, маги, фамильяры, вампиры и все вот это, что так обычно для вас — всего лишь плод фантазий.

Я сделала небольшую паузу, переводя дыхание. Слова давались с трудом. Стрейтен слушал внимательно, не сводя с меня взгляда, чуть прищурившись. Не перебивал, и на том спасибо. Такие как этот некромант не обременяют себя правилами приличия.

— А спустя шесть лет Марина… или как здесь ее звали Мэдрина Кроунер ушла на работу рано утром и… исчезла. Ее объявили без вести пропавшей. Ее… муж, — я вновь сделала паузу, сглатывая ком, подкативший к горлу. — Ее муж умер спустя год от инфаркта. Дочка осталась сиротой.

— И вы полагаете, что я как-то причастен к ее исчезновениею? — криво улыбнулся Даррел Стрейтен.

— Нет, — мотнула головой. — Я полагаю, что вы можете помочь мне найти того, кто причастен к ее исчезновению.

— Зачем это мне?

— Именитый фамильяр сбежала не понятно по какой причине на землю, а затем и вовсе исчезла. Это громкое дело. Двадцать два года назад все местные газеты писали об этом. И это дело, учитывая новые подробности, до сих пор никто не раскрыл.

— Если она умерла, мне все равно нужно то, что связано с ней напрямую, чтобы призвать дух. А ее личные вещи уничтожены пожаром, — проговорился некромант, выдав свою личную заинтересованность.

Значит, я была права. Он знал о деле моей матери!

— Кровь ее родной дочери вам подойдет? — я выдохнула и взглянула ему прямо в лицо.

Стрейтен задумчиво побарабанил по столешнице, откинул крышку коробки с сигарами, и посмотрел прямо мне в глаза.

— Для этого вы не обязаны терпеть мучения и должности фамильяра некроманта. Ритуал займет четверть часа, при должной подготовке. А если подпишу распределение — то два месяца не самой приятной практики вам придется отработать.

— Я уверена, что моя мать жива. И хочу участвовать в ее поисках. И о том, что я ее дочь, никому не известно.

Даррел Стрейтен помолчал, раскуривая сигару.

— Вам лучше отправляться в постель, ниара Бэйшоп. Иногда, лучше оставить все как есть.

— Жить в неведении — худшее из мучений…

— Разговор окончен, — резко и холодно обрубил некромант. — Бри! — в воздухе соткалась призрачная женская фигура. — Проводи ниару до выхода. Был рад знакомству, Сандра. И не держите на меня зла.

По кабинету разливался запах кофе, коньяка тридцатилетней выдержки и дыма сигар, привезенных с Кетри-Сабо. В окно заглядывала полная луна, на столе плавились белые свечи в витых подсвечниках, небрежно разбросанные бумаги ждали своей очереди на внимание, и все в общем-то было привычно для Даррела Стрейтена, если бы не неожиданный срочный визит старого уже давно бывшего друга и не ноющая боль давно не напоминавшей о себе раны. Даже любимый коньяк не мог унять эту боль. И значило это одно — отсчет начался. Обратный отсчёт его проклятия.

— Я заинтригован! — пряча мученическую гримасу за клубом дыма, заговорил некромант. — В последний свой визит ты, помнится, грозился ни за что больше не переступать порог моего дома. Боюсь и предположить, что такого произошло, что ты наступил на горло своей гордости, Тим.

— Тимер, — упрямо поправил гость, поставив стакан с недопитым янтарным напитком на стол. — Вынужден признать, что ты мало изменился с нашей последней встречи. В частности — характер у тебя только портится с годами.

— Зато ты, смотрю, все так же следишь за новомодными веяньями, более рьяно, чем за исполнениями своих должностных обязанностей.

Тимер Кролтрейр помощник министра по внутренним делам королевства Велгрея, закинул ногу на ногу, и поправил и без того идеально уложенные волосы. В носки его ботинок можно было смотреться, как в зеркало, стрелки его брюк могли резать крылья бабочек в полете. А белоснежный платок на шее смотрелся скорее издевательски в это время суток.

Дар в свою очередь даже не попытался привести себя должный вид. Проводив девчонку, он предпочел манерам — халат, тапки и коньяк. Все же просителем сегодня был не он. Не нужно было быть менталистом, чтобы понимать, как неприятен Тиму этот визит, в его карих, по-девичьи больших глазах, опушенных длинными, густыми ресницами, в резких порывистый движениях читалось раздражение.

— Я не для очередных скандалов здесь, Даррел, — вздохнул, подавив приступ гнева, Тимер. — Министерству нужна помощь. Твоя помощь.

— Министерство не расплатилось за прошлый заказ, — стряхнув пепел в пепельницу выполненную в форме черепа после трепанации, напомнил некромант. Не то чтобы он нуждался в тех медяках, но спусти раз — и будут ездить на тебе пока не свалишься с ног.

— Ты не выполнил задание, — процедил Тим, вцепившись в подлокотники массивного кресла так, что стоило бы опасаться за обивку. — Ниара Свот мертва.

— Была с самого начала, — напомнил Дар. — Вы пришли ко мне уже, когда время было безнадежно утеряно. Нелегальный некромант пойман и передан вам. Значит, свою задачу я выполнил.

— Это жена одного из самых влиятельных ниаров города.

— Потому он ее отравил и нанял некроманта, чтобы отвести от себя подозрения. Не делай из меня идиота, пожалуйста. Вы очень удачно свалили все на меня, чтобы обелить старого борова, которому надоела жена.

— Ты забываешься! — подался вперед помощник министра.

— Прости, очень влиятельного и богатого старого борова. Так будет правильней, — совершенно не отреагировав на выпад бывшего друга, поправил себя Дар. — К слову, если мне память не изменяет, то у него на пороге уже топталась беременная любовница, закатав рукава по плечи для нанесения брачных татуировок.

Ему этот визит не приносил никакого удовольствия. И уже всерьез подумывал, что не так ему и интересна причина появления Тима в его доме. Сегодня был слишком насыщенный день и вечер, чтобы распыляться еще и на препирания с чиновниками.

— Я позабочусь, чтобы это недоразумение было исправлено, а тебе принесли извинения.

— В пятикратном размере.

— В пятикратном размере, — процедил сквозь зубы Тим, словно свои деньги собирался выплачивать. Но после расслабился, откинулся на спинку кресла и рассмеялся, превратившись в того самого старого друга, которым некогда дорожил некромант. Даже ностальгия подняла свою змеиную голову. — Ты действительно не меняешься. Так и знал, что этот обман министерству обойдется дорого. Но ты сам понимаешь. В палате Совета сидят не простые люди. Они на все готовы, чтобы получить желаемое и сохранить при этом репутацию.

— Мой кошелек это не волнует, — улыбнулся Дар и добавил коньяк в стаканы. — Так что опять нужно Министерству от нерадивого некроманта?

Тимер Кролтрейр не спешил с ответом, медленно поднял с пола свой ридикюль, приложил руку к замку, дождавшись, когда ее охватит сиреневое сияние распознавая ауру владельца, выудил папку и бросил ее на стол перед некромантом. Но Даррел только вскинул бровь, затянувшись горьким дымом и не спеша браться за это дело.

— Убийство, — ровно, по-деловому начал Тимер. — Похоже на то, что совершено на фанатиком. Убийца задержан и ждет суда.

— Признает вину?

— Еще как! Гордится содеянным!

Помощник министра замолчал, явно с целью распалить интерес Стрейтена. Но некромант понимал — с простыми делами к нему не идут. А значит, сказанное — просто официальная версия.

— Но… — выдав свой интерес, протянул Дар.

— Убит глава клана Черных туманов. И его подданные не верят, что на это способен простой человек. — закончил Тим, наслаждаясь реакцией некроманта.

Еще бы. Глава самого древнего и многочисленного клана вампиров. Это убийство могло стать причиной очередной войны между людьми и вампирами. Мир и так держался только благодаря тому, что обе стороны закрывали глаза на небольшие нарушения. К примеру в манифесте о мирном сосуществовании значилось, что вампиры не могут принуждать людей к донорству, обращению или жизни на территории Клана. Но влияние вампирского обаяния и золото, которое, как известно не имеет ни правителей, ни религий, решило все разногласия, вынудив человеческие власти частично ослепнуть. В свою очередь вампиры не предъявляли претензий по поводу охотников-одиночек, которые фанатично пытались выследить и уничтожить вампирский род. Идиллия и гармония.

— И? Очередной фанатик достиг поставленной цели? — все еще борясь с желанием раскрыть папку и окунуться в новое дело, спросил Дар.

— В это даже я не верю.

— И что тебя так смущает?

— Представь себе, самый старый вампир континента, сильнейший глава сожжен, — Тим выдержал паузу, не удержавшись от довольной улыбки. — Привязан в столбу и оставлен дожидаться рассвета.

— Даже так, — нахмурился Дар.

Действительно, чтобы провернуть такое, нужно иметь нечто большее, чем пара колов и благословение пастыря. В схватке с обычным молодым вампиром погибали сорок девять из пятидесяти охотников. А на могущественных, вроде главы клана даже посмотреть не каждому удалось. А тут такая смерть.

— Что-нибудь еще необычное?

— Похоже, его пытали. Вырваны когти, зубы, сломаны крылья. Полагаю, ради информации. Если в клане узнают подробности…

Будет война. Ответ просился на язык, но озвучить его не решился даже некромант.

— И что такого пытались узнать у Главы?

— Это и нужно выяснить!

Когда-нибудь Даррел поплатится за свою любовь к загадкам. Осталось надеяться, что не в этот раз.

— Ладно, обещаю подумать, — откинулся в кресле и, сделав еще глоток коньяка, решил некромант. Ноющая противная боль отступала под действием алкоголя, и настроение Дара постепенно улучшалось.

— До утра! И наследники обещали всю возможную помощь и поддержку клана. Обе стороны заинтересованы в том, чтобы найти и уничтожить убийцу.

— Мальчишку пока не выпускайте и с судом тяните. Пусть все думают, что вы считаете его виновным.

— Естественно. Мы даже казним его, если ты облажаешься. Клан должен получить жертву.

Даррел поморщился. Вот потому он когда-то оказался от должности в министерстве. Справедливость не так важна, как ее красивая видимость.

— Тим, что ты помнишь о деле Мэдрины Кроунер? — неожиданно даже для самого себя спросил Дар, выпустив в потолок тонкую струю табачного дыма.

Тим замер со поднесенным ко рту стаканом, но все же взял себя в руки и заговорил немного раздраженно.

— Дело о пропавшем фамильяре? Никак не успокоишься?

— Не совсем. Мне до сих пор кажется, что мы с тобой что-то упустили тогда.

— Упустили шанс сделать себе имя, — поморщившись, отмахнулся Тим. — Но даже это я предпочел бы не вспоминать. Она мертва. Сгорела в том пожаре, и не стоит ворошить прошлое. Это дело едва на стоило мне карьеры. И моего первого фамильяра. Как и тебе…

Дар сжал челюсти, вспомнив и дело, и неоправданно высокую цену провала. И в левом боку снова заныло, словно прострелило, и тут же стало легче. Проклятое напоминание о бренности бытия и утекающем времени.

В кабинете повисла тишина. Она была пропитана воспоминаниями и горечью несбывшихся ожиданий. Оба мага хорошо помнили те дни, когда они только начинали свою карьеру, полагали, что способны свернуть горы и перевернуть мир. Не то что найти одну пропавшую женщину. Увы, реальность поправила эти заблуждения, превратив одного в циничного чиновника, второго — точно такого же циничного следователя. Но корона от этого только выиграла. Корона всегда выигрывает.

Тимер сделал глоток коньяка, и захлопнув ридикюль, поднялся с места.

— Рад, что мы оба смогли забыть на время о старых разногласиях, — наиграно добродушно заключил помощник министра. — К слову, слышал, Академия снова прислала тебе фамильяра. Хорошая девушка, не понимаю, за что проректор оставил ее без возможности написать дипломную.

Дар промолчал, отставив стакан и никак не отреагировав на реплику Кролтрейра.

— Ведь останется же? Ты не взял ее практиканткой?

— Я еще думаю, — открыв папку с делом, принялся делать вид, что изучает материалы некромант. — К старости становлюсь нерешительным, не рублю сгоряча…

— Зачем? — помощнику министра явно не нравилось то, что он слышал. — Ни один некромант не поступит так с фамильяром. Это не для таких как вы. Ты же никогда не переступал этот принцип.

— Наверное, мне тоже понадобился проводник, раз думаю. Совсем другое дело, что тебе до девчонки? Знакомы? Или не только?

— Виделись, несколько раз. Дело не в этом…

— Дело в этом. Она получила распределение, и я сам решу, как поступить с ней.

В голосе Даррела прорезалась холодная сталь. Кто его знал не первый год, понимал, что это означало — разговор окончен. И Тимер был одним из тех, кому знаком был и тон и тяжелый взгляд глаз, цвета темненного серебра.

— Доброй ночи, — коротко поклонившись, сдался гость.

— Бри тебя проведет, — сухо завершил Дар, и у двери соткалась полупрозрачная немного голубоватая женская фигура.

— Ниар, — изобразив старомодный книксен, склонила голову призрачная женщина. — Позвольте вас сопроводить.

— Я еще помню, где здесь выход, — рявкнул Тим, покинув кабинет.

— Присмотрю, чтобы ничего не стащил, — вмиг изменившись и в лице, и в поведении, решила Бри. — А то с виду приличные и благородные, а на деле — ищи потом по всем Серинкрему вазы Эллийской династии, статуэтки эпохи Рассвета…

— Черт с ними — со статуэтками, — отмахнулся Дар, безошибочно отыскав на столе распределение подписанное размашистой нервной росписью проректора Олдкредера. — Разузнай мне все, что получится о Сандре Бэйшоп. Студентка Академии магов и фамильяров. Факультет фамильяров. Четвёртый курс.

— Непременно! А с какой целью? Чтобы понимать, что за сведенья собирать! — мгновенно принял деловой вид и соткал из воздуха прозрачны блокнот и перо призрак.

— Любые, Бри! Хочу знать все о своем новом фамильяре.

— Ну, рассказывай! Какой он? Такой, как про него рассказывают? Язвительный и высокомерный? Еще говорят, он проклят! Как все прошло вообще? — затрещала Ниста, стоило мне только распахнуть глаза.

Ее зеленые глаза лихорадочно блестели, зрачки расширились, на щеках выступил румянец. Рыжие кудрявые волосы, как мелкие пружинки, торчали в разные стороны, а измятая пижама перекрутилась. Все говорило о том, что она сгорала от любопытства и разбудила меня едва сама проснулась.

И что-то внутри сжалось. Ох, мне так будет не хватать ее бесконечной болтовни и сплетен…

— Незабываемо, — я приподнялась с кровати и откинула со лба слипшиеся волосы. — Ночь, кладбище, на меня вышел жутко смердящий синий мертявяк, затем мы преследовали оборотня.

Голова раскалывалась после ночного приключения. Но это было лишь меньшее из зол.

— Ой, жутковато звучит! Сразу в дело тебя взял, да? И каково это? Меня ниара Темплтон приняла в своем особняке, угостила ужином, и мы даже впервые выстроили связь, представляешь? — Нисте явно не терпелось поделиться подробностями вчерашнего вечера.

— Ниара Темплтон определенно гостеприимнее ниара Стейтона, — подхватила с тумбочки стакан с водой и осушила его залпом.

— Но ты же ему понравилась? Ну понравилась же? Раз он уже работал с тобой! — подруга уселась на мою постель и смотрела на меня с нескрываемым любопытством. — Расскажи мне все подробности! Жутко интересно. Я никогда с некромантами не общалась!

— Если бы я была трехдневным мертвяком или призраком, на худой конец, я бы понравилась ему куда больше, — я выбралась из-под одеяла и вздохнула: — Но мне не повезло. Я живее всех живых. Поэтому нужно вещи паковать и искать угол для ночлега. Поможешь с вещами?

— Что?! — Ниста вскрикнула, а ее глаза округлились, делая ее похожей на белку. — Какие вещи? Ты о чем вообще?!

Я закатала рукав и выставила совершенно чистое запястье перед подругой.

— Вот. Нет метки, как видишь. Он меня не принял. И ты сама знаешь, что это значит.

Ниста застыла, приоткрыв рот. В ее зеленых глазах плескалось недоверие, недоумение и испуг. Конечно, она знала, чем грозит мне такой расклад. Исключением из академии.

Если наставник-маг отказывался от фамильяра-практиканта, то все. О дипломе и выпуске из академии можно было забыть. Потому как выпускная работа писалась о том, что было усвоено именно на практике, а нового наставника академия не назначала никогда. В общем-то, наставники практически всегда принимали юных фамильяров. Многие даже не требовали выполнения прямых обязанностей, просто проставляли все необходимые подписи, лишь бы фамильяры не таскались за ними.

Но было лишь одно исключение. Даррел, черт бы его побрал, Стрейтен. Некромант со скверным характером, который предпочитал работать один. Без фамильяров. И мне, увы, не удалось его убедить.

Впрочем, сама виновата! Знала, на что шла, идиотка… Поставила на карту все, что имела! Теперь расхлебывать придется!

Маги в этом мире с давних времен вершили судьбы фамильяров. Ведь фамильяр не имеет собственной магии, является лишь ее проводником, усиливая волшебника, на которого работает. Место фамильяров в социальной лестнице здесь было примерно, как у прислуги. Ведь мы — всего лишь удобные проводники. Маг мог призвать фамильяра в любое время дня и ночи, когда он ему был нужен. А если проводник надоедал, плохо выполнял свою работу, то от него избавлялись и нанимали нового. При этом репутация у фамильяра портилась, и ему найти новую работу было практически невозможно. И такое положение дел лично меня раздражало! Но кому какое дело до моего мнения вообще…

— Мерзавец, подлец! Высокомерный заносчивый сноб! Да как можно вообще?! — выругалась Ниста. — Я была уверена, что у тебя получится! Ты же одна из лучших, ты… Ты же всегда получала высшие баллы! — подруга подскочила с кровати и заметалась по комнате, а затем замерла и ткнула пальцем в настенные часы. — Погоди! Время еще есть! Метка должна появиться до десяти, и у тебя в запасе еще целый час…

— Нет никакого часа, Нис. Даже если я сейчас брошусь к дому Стрейтена и в ноги ему упаду, он вряд ли передумает, — я вытянула здоровенный чемодан из-под кровати. — Все кончено. У тебя же метка есть?

— Да, вот, — подруга продемонстрировала искрящуюся золотистую татуировку, которая означала, что ее наставник ее принял. — Она появилась, как только Ниара Темплтон поставила подпись на распределительном листе.

— Поздравляю! Ты станешь отличным фамильяром, — я кивнула подруге и распахнула чемодан, подняв волну пыли по комнате. — Так что, с вещами поможешь?

— Нет! — Ниста захлопнула чемодан. — Иди прямиком к ректору. Объясни ситуацию, попроси назначить тебе нового наставника. С твоими баллами…

— С моими баллами мне будет очень удобно работать в трактире, подносы таскать. Только туда на работу примут в лучшем случае, в худшем придется искать место в борделе, — я мотнула головой.

— Глупостей не говори! Тебе заменят наставника!

— Исключений не делали никогда.

— Или просто мы об этом не знаем! И все же, подожди до десяти. Может, этот высокомерный засранец одумается, — Ниста задвинула ногой чемодан обратно под кровать. — А сейчас завтракать пора. И я хотела тебе рассказать про вчерашний вечер и ниару Темплтон. Я в таком огромном доме и не бывала никогда, почти как наша академия…

Спорить с Нистой не было никакого смысла. К тому же я не собиралась скрываться и прятаться от однокурсников, сгорая от стыда. Схожу на завтрак, выслушаю язвительную речь от проректора. Ух, я прямо представляю его самодовольную ухмылку! И вот потом буду вещи собирать. Впрочем, не так уж и много у меня их накопилось за четыре года…

И для начала неплохо бы было привести себя в порядок. Страшно представить, как я выглядела после этой увлекательной ночки. Бросила беглый взгляд на зеркало. С той стороны стекла на меня смотрела худощавая голубоглазая девица. Бледная кожа обветрилась, тонкие губы растрескались. Светлые, почти белые длинные волосы сейчас торчали в разные стороны, делая меня похожей на домового. И даже кое-где в “прическе” виднелась сухая листва. Да уж! Та еще “красавица”!

Все время пока я приводила себя в более-менее божеский вид после этой не самой легкой ночки, Ниста трещала о своей наставнице и ее семье.

Что ж, хоть кому-то повезло. Быть может, даже после практики Ниста останется с этой расчудесной женщиной.

А я… А что я? Я сама выбрала свой путь, думая, что цель оправдывает средства. Сама нарушила десяток правил академии, только чтобы занизить свой балл и попасть на практику именно к Стрейтену, зная, что просто так с ним мне не встретиться и что он меня даже слушать не станет. Но в качестве фамильяра у меня был шанс. Ключевое слово «был».

Теперь я и вовсе стану никем из-за своей идиотской затеи. Фамильяр-недоучка здесь был где-то на том же месте, что и домашний питомец. Хотя, нет. Питомцев все же больше уважали.

Ну и ладно! Что сделано, то сделано. Не пропаду! В конце концов, земная жизнь научила меня многим навыкам. Я умела готовить, шить немного, подносы в кафе, в конце концов, тоже разносила. И черт с ним, с этим Стрейтеном.

Выберусь из академии, заработаю золота, и сама буду пытаться выяснить, что произошло с моей матерью.

Она исчезла, когда мне было шесть. Просто ушла утром на работу и не вернулась больше. И тогда я знать не знала ничего об этом мире, о магах и фамильярах, о том, что я и не человек вовсе. Для меня рассказы о волшебниках и ведьмах были лишь сказками на ночь. Мы были самой обычной семьей, как мне тогда казалось.

И спустя двенадцать лет меня призвали в академию. Как сейчас помню тот день. Я в прямом смысле решила, что сошла с ума! Что все происходящее сон, галлюцинация, да что угодно, но только не реальность!

Но потом совершенно случайно я выяснила, что мама была одним из лучших фамильяров. Ну как, случайно… я просто увидела ее портрет на доске почета. Но ввиду ряда…странных обстоятельств я не стала распространяться о своём происхождении. Для всех Сандра Бэйшоп, в прошлом Александра Стрельцова, была просто «человечкой», у которой пробудился дар фамильяра. В общем-то, фамильяры с земли не были здесь такой уж редкостью и никого не интересовало мое происхождение.

А я тем временем собирала информацию о матери и ее жизни здесь изо всех доступных мне источников. Почему она сбежала из этого мира, стала изгнанницей. Почему она решила стать человеком? Почему она мне ничего не рассказывала? Почему я росла на земле… И главное. Куда она исчезла?! Сотни вопросов и ни одного ответа!

— … а еще Нейтон вчера пригласил меня на свидание, — мы уже вышли в коридор, а Ниста все еще говорила без умолку, видимо пытаясь отвлечь меня от дурных мыслей.

Здесь уже во всю кипела жизнь. Однокурсники неровной вереницей тянулись в сторону столовой, шумно обсуждая распределение и своих наставников. И их голоса отскакивали эхом от сводчатых стен коридора.

— И что? Ты согласилась?

Нейтон Фарантон был выпускником на факультете боевых магов. Смазливый, высокий, но немного туповатый. Что не мешало ему быть объектов воздыхания практически всех девчонок нашего факультета.

— Нет, разумеется, — Ниста фыркнула и вздернула подбородок. — Он красавчик и все такое, но мне нужны серьезные отношения! А магам от фамильяров нужно только одно.

Да уж, это точно! Магам было запрещено вступать в браки с фамильярами, но это не мешало им крутить короткие интрижки и использовать их в своих целях.

— Что Сандра, уже упаковала вещички? Давно пора! Тебе не место среди нас, человечка, — из-за спины послышался едкий высокий голос Тианы.

Вся кровь прилила к щекам, а пальцы будто иголками закололо! Вот только ее сейчас не хватало! Мисс высокомерная выскочка, которая родилась в богатой семье и думала, что ей все дозволено, на дух меня не выносила. На первом курсе у меня, обыкновенной “человечки”, итоговый балл оказался выше. А затем и вовсе меня угораздило пойти на свидание с Алексом, за которым она полгода бегала. Впрочем, с Алексом у меня ничего не вышло, но мисс совершенство это не волновало.

Тиана, в сопровождении своей “свиты” состоявшей из Клэйры и Аниты, поравнялась с нами, отбросила черную прядь волос назад и бросила в мою сторону презрительный взгляд.

— За собой следи, Тиана. С практики могут вышвырнуть в любой момент, — я щелкнула перед ее носом пальцами. — Вот так. По одному щелчку. Так что лучше молчи, когда тебя ни о чем не спрашивают. Одно из главных качеств фамильяра — скромность.

— Ты… ты… — Тиана будто задыхалась. А следом округлив глаза, бросилась прямо по коридору. Клэра и Анита переглянулись и направились следом за ней.

— Что это с ней? — Ниста бросила в сторону девушек несколько удивленный взгляд.

Черт-черт-черт! Опять я это сделала! Это не нормально, так не должно быть! Фамильяр лишь проводник, не может использовать силу.

Кончики пальцев опять опасно закололо. Спокойно, Саша, спокойно! Нельзя поддаваться эмоциям.

— Злостью своей подавилась. Идем, — я торопливо перехватила подругу за руку и потянула в сторону столовой.

— Не обращай внимания на эту чокнутую, — Ниста перехватила мою ладонь и сжала.

— Вот уж кто будет громче всех радоваться после лекции с проректором. Пообещай, что… Ох черт!

Выдернула руку из ладони подруги, ощущая как по руке будто самое настоящее пламя прокатилось. А следом запястье зазудело так, что кожу захотелось содрать. Задрала рукав рубашки и… глазам своим не поверила!

Прямо на раскрасневшейся воспаленной коже проявлялась темно-синяя искрящаяся татуировка с гербом Стрейтена.

— Сандра! — Ниста закричала, но ее голос доносился будто сквозь толщу воды. — Это же оно! А я говорила! Я тебе говорила, что метка появится! Ох, как же я рада!

— И все же мне удалось… — я пробормотала, разглядывая рисунок на коже с недоверием.

А следом различила голос, который предназначался только мне. “Начнем работать Сандра Бэйшоп, раз уж вы так этого хотели!”

— Нет, это невозможно! Как тебе удалось попасть на стажировку к самому Стрейтену?! Он же никого из фамильяров раньше не принимал! — Кайр шел за нами с Нистой по пятам, пытаясь ненароком подхватить меня под руку или невзначай обхватить за талию.

В его карих глазах читался какой-то нездоровый интерес к моей персоне, а тонкие губы были изогнуты в весьма двусмысленной ухмылке. И мне это совершенно не нравилось.

Кайр Лейтон, выпускник факультета некромантии, стал моей занозой в заднице с того дня, как я опрометчиво попросила его выполнить ритуал призыва духа матери. Моя просьба не показалась ему странной, многие интересовались жизнью так внезапно угаснувшей звезды. Но Кайр оказался не настолько способным некромантом, с ритуалом ничего не вышло, а одного чересчур навязчивого поклонника я заработала.

— Не приставай к нам с глупыми вопросами, Кайр. Ниар Стрейтен оценил ее баллы. Она — лучшая в выпуске.

— Была лучшей в выпуске, — Кайр напомнил о моих намеренных провалах и опять ухмыльнулся.

— За собой лучше следи, Лейтон, — Ниста поморщилась и открыла дверь женской душевой. — Идем, наша очередь!

Подруга скрылась за дверью, и я тоже собиралась поскорее сбежать от Кайра, но тот явно хотел продолжения разговора и объяснений.

— Баллы?! — он приблизился вплотную, обдавая меня резким едким запахом своего парфюма. — Ты думаешь, я идиот? Дело не в баллах, дело в другом… — парень бросил в мою сторону многозначительный взгляд. — Говорят, что ты переспала с ним! Продала свою невинность!

От таких новостей я на мгновение даже дар речи потеряла!

— Ты головой не ударялся случайно?! — я рявкнула будто не своим голосом и дернулась в сторону. — Кто тебе сказал этот бред?!

Хотя, я примерно предполагала, кто может распускать такие грязные слухи. Тиана, чтоб ее! Бесится, что меня не вышибли, вот и решила подгадить мне репутацию. Что за детский сад?!

— Об этом все говорят, — Кайр передернул плечами. — Ты возвращалась в академию глубокой ночью и в измятой форме. Ты переспала с ним. Это все объясняет! До тебя к нему в основном парней отправляли, а ему вот что нужно было… Невинная человечка!

Как же хотелось вмазать ему! Но я сдержалась и лишь процедила сквозь зубы:

— Ты идиот, если веришь всему, что говорят, Кайр! Я была на задании.

— Всем ясно, что за задание. Не строй из себя недотрогу, — он фыркнул, а следом подтолкнул меня к стене и прижал. — Я с того самого дня, когда ты сама пришла ко мне с просьбой призвать дух той фамильярши, понял, у тебя слабость к некромантам. Это же был просто предлог! После выпуска возьму тебя к себе на работу. Раз уж ты такая… отзывчивая! Ты же хочешь… меня.

Его ладонь скользнула под рубашку, а горячее дыхание обожгло шею. А меня накрыла ярость.

Что?! Какого….?! Кобель проклятый!

Резко дёрнулась в сторону, а следом мое колено врезалось ему прямо в пах. Парень резко отстранился и согнулся пополам от боли.

— Катись ты к черту, Кайр! И если ты еще раз попытаешься облапать меня, то, клянусь всеми святыми, я за себя не отвечаю! Так легко ты не отделаешься, — шагнула через порог душевой и громко хлопнула за собой дверью.

Внутри все бурлило и кипело! Это ж надо! Выставить меня девицей легкого поведения! Тиана ведет грязную игру.

Нисты уже не было в душной раздевалке, зато слышалось ее пение и шум воды. Сбросила с себя одежду и отправилась в сторону свободной кабинки. А следом зажмурилась и нырнула под теплую струю воды. Пальцы сами собой пробежались по свеженькой метке.

Нет, мне все равно кто и что там говорит обо мне. Это сейчас совершенно не важно. Ведь я действительно добилась того, к чему шла весь этот год. Я действительно буду работать со Стрейтеном! Это не сон и не бред. Он принял меня! По-моему, за весь день я так до конца и не поверила в то, что метка реальна. Но она проявилась, а это значит, что у меня появился крохотный шанс. Шанс разобраться в собственном прошлом. Найти мать. Понять, кто я вообще такая…

Перекрыла воду, потянулась за полотенцем и в этот момент запястье опять зазудело. Уже терпимей, но… я знала что это означает! Черт… неужели сейчас?!

«У нас задание», — пронесся в голове тихий и знакомый шепот, а следом прямо посреди душевой появился зеленоватый портал.

Сдернула с крючка полотенце и быстро обмотав его вокруг себя на манер платья, ощутила, как ванная перед глазами растворилась в зеленоватом тумане.

Мгновение, и вот я уже стою посреди какой-то крохотной полутемной комнатки, завешанной разноцветными тканями. Мокрая, почти голая и под прицелом темно-серых глаз некроманта. Щеки обдало жаром и ощутила, что краснею как спелый помидор на рынке. И некроманта это позабавило еще больше. Уголок губ дрогнул в ехидной ухмылке.

Сегодня он выглядел иначе. Пропал пыльник, небрежная щетина и усталый взгляд. Облачен в черный явно дорогой костюм и рубашку, сидящие точно по фигуре, лицо гладко выбрито. Волосы уложены по последней моде.

— О! В Академии сменили форму для студентов? Эта мне определенно нравится больше, — окинув меня насмешливым взглядом, поддел некромант.

Спокойно, Саша, ты профессионал.

— Прошу прощения за внешний вид, ниар Стрейтен, — заговорила спокойно, хоть и хотелось сквозь землю провалиться. — Я не ожидала призыва в столь поздний час. Такого больше не повторится. Если позволите, я отправлюсь в академию и оденусь. Дайте мне три минуты.

— Нет-нет! Можешь так всегда приходить. Люблю минимализм.

Сначала плащик, теперь это! Опять он норовит меня раздеть! А может, Кайр прав и Стрейтен… Да нет, бред!

— Ма фьери, вы определенно смутили девушку, — выступив из-за ширмы, заговорила незнакомая женщина. В ее говоре отчетливо сквозило квитианским чрезвычайно модным акцентом в последнее время. Как по мне, он напоминал больше фальшивый французский.

— Ох… Простите…

— Трайя, из этой милой невинной девушки нужно сделать вызывающе прелестную даму, — явно нехотя оторвав от меня взгляд, обратился он к женщине. — Мне нужна спутница. Предпочтение — черные цвета, вызывающий макияж и откровенные наряды.

А вот это уже интересно! Откровенный наряд никак не писался с работой фамильяра… Что этот некромант задумал?

— Ох. Дар, ты абсолютно разучился ухаживать за девушками, если тащишь их на похорона. — покачала головой незнакомая ниара. — По крайней мере, не могу представить, куда еще ее можно тащиться в таком виде, вьяви.

Намек остался незамеченным. Стрейтен вытащил из кармана трубку, набил ее табаком и раскурил. При этом совершенно потеряв ко мне интерес. В его руках материализовалась папка с документами, и он углубился в их изучение.

Хотя, сложно представить, как здесь можно было сосредоточиться. Вокруг кружили девушки в пикантных нарядах, открывающих ноги едва ли не до бедра, корсеты превращали их талии в осиные, а грудь прижимали так, что она едва не выпрыгивала из декольте. Разноцветные перья в волосах, цветы и банты… это вообще что за место такое?

— Посмотрим, что можно с тобой сделать, дорогая… — ниара подтолкнула меня к зеркалу и провела пальцами по волосам, от чего они в одно мгновение высохли. — Так-то лучше! Худенькая, бледненькая! То что надо! Пожалуй, начнем с платья! Постой-ка тут!

Дамочка направилась к стойке с костюмами и принялась быстро выбирать оттуда только черные наряды. Черные и о-очень вызывающие! И вот пару минут спустя на мне уже красовалось нечто, что я и платьем-то назвать не могла! У меня ночные сорочки дома приличнее, честное слово! Сзади юбка перерастала в длинный кружевной шлейф, а вот спереди… спереди я была практически голой. Попыталась чуть одернуть подол и прикрыть бедра, но ткань опасно треснула.

— О-ла-ла, ма фьери! Осторожнее с вещами! — она легонько тюкнула меня по рукам. — Как тебе образ, Дар?!

Некромант поднял на меня взгляд, задержав его на открытых, затянутых в чулки с кружевом по верху ногах, на открытом декольте, и довольно улыбнулся.

— Отлично! Добавь яркий акцент. Губы только алым, чтобы хотелось пробовать на вкус такую спелую вишню, — распоряжался, словно манекен одевал, Стрейтен. Мне вспомнились передачи о закулисье модной жизни, показах, как кутюрье одевают моделей. Бабушка просто обожала “Топ-модель по-американски” и не пропускала ни одного выпуска. И по вечерам, после школы, мы смотрели с ней новые выпуски… Как давно это было. Будто в другой жизни и не со мной.

— Прелестно! — как-то предвкушающе улыбнулась Трайя. — Приступим к макияжу и прическе!

Ниара усадила меня на высокий стул, а следом в ее руках материализовались кисти и огромная коробка с косметикой. Следом она начала двигаться с такой скоростью, что я едва успевала следить за ее действиями. Только и успевала, что чихать от обилия белил и едкого запаха теней. А потом настал черед волос, которые ниара решила уложить в высокую прическу из локонов, окончательно обнажая все мои весьма скромные прелести. И я ощущала себя еще более голой, чем явилась на это так называемое задание. Полотенце прикрывало намного больше кожи!

Бросила взгляд на зеркало и совершенно не узнала собственное отражение. По ту сторону стекла стояла самая настоящая девица легкого поведения. Огромные глаза, жирно намазанные угольной подводкой, светлые волосы собраны в высокую прическу на затылке, бледные щеки, вызывающе алые губы и платье… Не платье, а кружевной пеньюар со шлейфом, совершенно ничего не скрывающий. Придорожная путана и та смотрелась скромнее. Что за задание, на которое необходимо явиться в таком вызывающем виде?!

— Ма фьери, от тебя глаз не оторвать, — с придыханием восхищалась ниара Трайя. — Дар, она прекрасна! Но ты и раньше всегда имел отменный вкус. Эта твоя протеже просто великолепна.

И опять ощутила, что краснею, как школьница на экзамене. Она меня что, за его любовницу приняла?

Некромант, наконец, захлопнул папку, порывисто поднялся и приблизился вплотную, подхватив локон и поиграв им, словно пером проведя по моей же шее. Его глаза на какой-то момент показались мне более темными, чем обычно, затягивающими.

— Покрутись. Хочу тебя рассмотреть хорошенько, — хрипло и чуть вибрирующе попросил некромант.

Быстро крутанулась на месте, чувствуя себя совершенно не в своей тарелке, а затем проговорила едва слышно:

— Может, наконец, скажете к чему этот маскарад?

— Ты моя любовница, Сандра. Соответствовать нужно!

— Что ты на меня смотришь, как дракон на рыцаря? — раскуривая трубку, спросил Стрейтен, прервав уже порядком затянувшееся молчание и разбавив скрип колес наемного крытого экипажа. — Ты же сама рвалась в помощницы следователя.

Некроманта явно забавляла моя реакция на происходившее, и он не торопился рассказывать о том, куда мы отправляемся и зачем. Пользуется тем, что я от него завишу целиком и полностью! А я ощущала себя настолько неуютно, насколько это вообще было возможно. И если меня сейчас хоть краем глаза увидит хоть кто-нибудь из академии, то от грязных слухов точно не отмоюсь.

— Мне казалось, вы пятью минутами ранее повысили меня до роли любовницы, ниар Стрейтен. И одели как гм… шлюху, — я в очередной раз все же попыталась прикрыть хотя бы грудь, так и норовившую выпрыгнуть из декольте.

— Ну почему же. Ты выглядишь по последней вампирской моде, — явно забавляясь моими попытками прикрыться, медленно ответил Стрейтен. — К тому же, никаких упоминаний о работе. Мы нанесем неофициальный визит в клан. Я не должен привлекать внимания. А согласись, некромант с любовницей выглядит куда менее официально, чем некромант с фамильяром. У нас дело, сосредоточься на нем, а не на одергивании юбок. Или если не согласна, я могу высадить тебя…

— Я согласна, — быстро убрала руки от дурацкого платья и расправила плечи. — Какая у меня будет задача?

— Хорошо. Что касается задачи, то… Убит глава клана вампиров. — в воздухе повис портрет мужчины средних лет неброской, но привлекательной внешности. — Обвиняют фанатика из ордена святого Стефания. — портрет вампира сменил образ паренька, моего ровесника. — Фанатик так себе, хлипковат, правда, во всем сознается с выпяченной грудью. Но… Все улики указывают на то, что он не смог бы совершить преступление, даже если бы очень этого хотел. Не та весовая категория. У меня есть несколько соображений на сей счет. Вот их проверим. Как полагаешь, кому выгодно убрать главу и подставить нашего доходящего фанатика?

— Одному из наследников, чтобы выйти чистым из воды и взять власть в свои руки, — выпалила первое, что пришло в голову.

— Очевидно и вероятно. — портрет паренька сменило шесть мужских образов, похожих и разных одновременно. — Запоминай, это наследники, с ними лучше не пересекаться сегодня. Да и вообще. Вероятно, именно им на руку смерть главы. Или же тому, кому выгодно натравить вампиров на орден. Они, конечно, и так любви особой не питают… но подкинуть дров в огонь не помешает. В общем, у тебя будет задание, милая моя Сандра. Ищем все необычное, привлекающее внимание. Я рыскать по замку не смогу — слишком заметен. А вот ты… — он многозначительно вскинул бровь, предлагая мне додумать самостоятельно.

Все ясно. Опять играем в “собачку”.

— Что я должна отыскать?

— Полагаю, что ты поймешь, когда найдешь. Только будь осторожна, никакого излишнего внимания не привлекай. На территории вампиров я ограничен в правах, несмотря на их радушие.

Прекрасно. Отыщи то, не знаю что, в замке, напичканом клыкастыми машинами-убийцами. И если им вдруг что не понравится, то разговор недолгий будет. И от меня останется лишь обескровленный мертвяк. Б-рр…

— И помни, что ты в меня бесконечно влюблена. — поправив манжеты черной рубашки, заметил некромант. Признаться, костюм и рубашка ему шли куда больше, чем потертый пыльник. — А я тобой дорожу. Это даст тебе защиту в клане. Со мной конфликтовать вампиры не решатся. А если и решатся… Угроза мне или моему близкому окружению отменяет действия пакта. И развязывает мне руки. Это если, конечно, тебя не уличат в чем-нибудь…

— Это обнадеживает. Все же мне хотелось бы окончить академию в качестве студентки, а не в качестве бестелесного призрака, — я вытянула перед собой руку меткой вверх. — Но у нас есть еще одно незаконченное дело. Раз уж я теперь официально ваш фамильяр… Нужно установить связь.

Подняла взгляд, ожидая действий некроманта. И внутри все как-то похолодело от предвкушения. По слухам, для фамильяра нет пытки страшнее, чем стать проводником этой темной и опасной магии. Она лишала разума, путала мысли, высасывала жизнь, проникая под кожу сотнями иголок. Фамильяры у некромантов долго не жили и были расходным материалом. Но и оплата их работы не соизмерима даже с фамильярами боевых магов.

— Обязательно, — кивнул Стрейтен, взяв меня за руку и поднес к губам, едва поцеловав кончики пальцев. — Установим все связи, на которые ты решишься. Но не на задании же.

Его голос был таким вибрирующим, низким, интимно-вкрадчивым и чуть хриплым. Взгляд обнимающе-ласкающим, таким обещающим, а этот намек… О, Господи! И внутри будто что-то оборвалось. Дыхание перехватило. А следом опять ощутила, как кровь прилила к щекам. Третий раз за день! Черт-черт-черт! Приди в себя, Саша! Он опять смеется, просто издевается надо мной!

— Все связи между нами регулируются регламентом! — вскинула взгляд и отдернула ладонь, все еще ощущая как горят щеки.

И в этот момент карета резко остановилась.

— Прибыли! Улыбайся, красней, это тебе идет, и называй меня по имени. Дар. И никаких ниаров.

— Да, ниар Стрей… Дар. Я поняла.

— Прошу, милая, — подавая руку и одаривая меня лучезарной улыбкой, помог выйти из кареты начальник.

Выдохнула, сбрасывая наваждение, и подняла взгляд. И вздрогнула. Прямо перед нами возвышался будто скала огромный готический замок из серого камня, который в свете луны казался особенно впечатляющим и зловещим. Точно как в ужастиках, которые мы с одноклассниками частенько смотрели в кино. Огромные окна, закованные в массивные решетки, горели белесым светом, а из открытых дверей доносилась чуждая слуху мелодия. Похоже именно здесь вершились все самые значимые дела в вампирском мире. Это место явно хранило в себе множество мрачных и кровавых тайн.

Кроме нас к двери не спеша направлялись и другие гости. Дамы, выряженные в черные, вызывающе-откровенные наряды и их спутники, сверкающие клыками. Здесь мы с некромантом сливались с толпой.

— Дар! Как неожиданно, — мелодичный, томный женский голос вывел меня из оцепенения.

По ступеням навстречу нам медленно плыла невероятно фигуристая брюнетка, в черном кружевном платье. Под тонкой тканью едва угадывалось наличие нижнего белья, скорее подчеркивая, чем прикрывая интинмые места. В ее нереально четких и правильных движениях не было ничего человеческого и вывод был очевиден — вампирша.

— Надеюсь, точно так же и приятно, — улыбнулся в ответ Стрейтен.

И у меня в груди неприятно кольнуло от этого их обмена любезностями. На дух не переносила нежить. Все не живое не должно свободно разгуливать по земле.

— Да уж… Приятно ты умеешь… сделать, — протянула девица, приблизившись и блеснув острыми белыми клыками.

А я едва не скривилась, представляя Стрейтена и эту нежить. Нежить же не умеет чувствовать. Это только в земных фильмах вампиры ведут себя романтично и рискуют своей бессмертной жизнью ради любви. На деле же эти кровососущие — бесчувственные, жестокие и черствые создания, которые заботятся только о своей бессмертной заднице.

Вампирша сделала еще шаг навстречу, обдавая нас едким парфюмом. И было в этом аромате что-то смутно… знакомое. Где-то я уже встречала этот запах.

— Не думал, что так запомнилось, — рассмеялся некромант, поцеловав протянутую руку и задержав взгляд на аппетитных выпуклостях. Кобель! — Давай сегодня не будем вспоминать прошлое. Каким бы… запоминающимся оно ни было. Знакомься, ниара Бэйшоп, моя очень хорошая знакомая. А это моя старая знакомая Марика Краворски.

— Просто Сандра, — я оскалилась, повторяя улыбку вампирши, а затем позволила себе вольность и положила ладонь на плечо некроманта, заключая его в объятия. И даже не покраснела.

В конце-концов, это просто игра, и я в нее сыграю! Почему бы не сыграть прекрасную спутницу привлекательного, таинственного, очень влиятельного некроманта?

— Когда-то я была твоей очень хорошей… а иногда и не очень хорошей, — окинув меня нечитаемым взглядом, заключила вампирша, капельку поморщившись. — Не думала, что тебя потянуло на человечек.

— С возрастом начинаешь ценить постоянство и безопасность. Спать куда приятней, когда не опасаешься, что тебе вскроют горло, — ладонь Стрейтена ответно легла мне на талию, притягивая меня ближе.

— Вижу и ты на память не жалуешься, — поморщилась Марика. — Все никак не простишь мне тот скандал. А жаль… хорошее тоже было тогда.

— Куда меньше ожидаемого.

— Да уж… Забудем на сегодня наши разногласия. Дар, ниара Бэйшоп. Позвольте проводить вас. Представление претендентов скоро начнется.

Стрейтен улыбнулся мне и подмигнул, предлагая подниматься первой. А его рука, лежащая мгновение назад на талии, скользнула ниже и подтолкнула меня под… вторые девяносто. И сердце ухнуло куда-то в пятки.

Прекрасная актерская игра!

В ответ я только оглянулась и игриво улыбнулась. Надеюсь, что не оскалилась. Итак, задание. И это сейчас главное. Без этого не видать мне расследования по делу моей матери.

Приглушенные голоса, музыка, чуждая моему слуху, шелест платьев и стук каблуков по каменному полу заполнили огромный зал замка местного графа Дракулы. Я будто очутилась на съемочной площадке фильма «Ван Хельсинг». Там, помнится, тоже был похожая сцена на балу…

В тусклом белесом свете в глаза бросались откровенные наряды девушек, их томные улыбки, полные похоти и жажды взгляды клыкастых бледнолицых мужчин-вампиров. Они видели в этих девицах лишь кусок мяса в подарочной упаковке, с которым можно было весело провести время. А девицы, судя по слухам, получали неплохие деньги за работу подобного рода. Правда, бывали случаи, что эта работа все же становилась для них последней, но кто не рискует, тот не пьет Шампанское, как говорится…

Были здесь и представители оборотней, держащиеся особняком, послы из Вечного леса, кажется, делегация из озерного народа и еще бог знает кто. Событие такого масштаба не могли пропустить ни в одном уголке королевства.

Вечеринка что надо, ничего не скажешь! Сегодня здесь будет разыгрываться самая настоящая грызня за власть. Судя по тому, что я знала о вампирах, мирно такие вопросы они никогда не решали. Прежде в подобных местах мне бывать не приходилось и надеюсь, не придется больше бывать. Хотя, кто знает, куда меня еще забросит Стрейтен. Черт знает, что вообще у него в мыслях.

Он явно не собирался следовать стандартной процедуре, предусмотренной практическим руководством номер шесть для взаимоотношений мага и фамильяра. Фамильяр должен был исполнять лишь роль проводника, компенсировать затраченную в работе мага силу, пополнять ее. Но Стрейтен даже связь выстроить отказался.

«Установим все связи, на которые ты решишься. Но не на задании же…» — тихий чуть хрипловатый шепот с нотками возбуждения прозвучал в воспоминании. Он, взрослый именитый влиятельный некромант. Он не просил чего-то большего, не лез ко мне под юбку, как Кайр, но эта двусмысленность и тон голоса с ума сводили… Черт возьми. Опять захотелось сквозь землю провалиться!

Нужно сохранять невозмутимость, Саша! Стрейтен просто играет с тобой! Издевается!

Ох, и нелегкими будут эти два месяца… Но главное, чтобы он действительно мне помог. И я сыграю в игру, которую он затеял.

— Я отойду…

— Осторожно и не привлекая внимания, — напомнил Даррел Стрейтен, коснувшись губами виска и мимолётно пробежавшись пальцами по моей руке вверх. — Нам нужны сведения, а не скандал.

— Хорошо, Дар, — призывно провела языком по алым губам, и отстранившись, направилась на поиски укромного места, под прицелом его потемневших глаз.

Двигаясь под музыку и сохраняя на губах улыбку, я маневрировала между гостями, старалась слиться с этой толпой. Слиться и, оставшись никем не замеченной, добраться до укромного местечка и совершить оборот. В облике зверя будет намного проще разнюхать нечто необычное в этом месте.

И стоило мне только приблизиться к противоположному концу зала, как мое предплечье обхватила чья-то ледяная ладонь. Вампир. Черт бы его побрал…

— Сегодняшний вечер ты проведешь со мной, светлячок.

Не вопрос, простой приказ. Он принял меня за одну из этих донорш, которые торгуют кровью и развлекают высшее вампирское общество. Этого еще не хватало! Развернулась и наткнулась на высокого молодого мужчину в черной бархатной рубашке. Он выглядел как само совершенство. Широкие скулы, тонкий ровный нос, очерченные губы. Ну точно как модель из глянцевых журналов. Вот только глаза, налитые кровью, сильно отталкивали. Да и клыки не добавляли привлекательности. Один из наследников, чтоб его!

— У меня уже есть спутник на сегодняшний вечер, — ответила, как можно дружелюбней и вложив всю свою уверенность в голос.

— По-моему, ты мне лжешь, — он подхватил прядь моих волос и провел пальцем по шее, намекая на то, что вампирской метки у меня нет. — Ты знаешь, кто я?

Правая ладонь скользнула на талию, он притянул меня ближе и… опять я ощутила этот тонкий едва уловимый запах. Кровь, алкоголь и что-то еще! От той вампирши Марики на входе исходил точно такой же аромат.

— Прошу прощения, — склонила голову. — Но мне нужно отлучиться в уборную. Человеческие нужды и все такое…

— Это можно исправить, — он как-то хищно провел языком по губам, но хватку ослабил.

— Благодарю за предложение, но вынуждена отказаться! — я быстро отстранилась, а следом распахнула первую попавшуюся дверь и нырнула в темный коридор.

Сводчатые потолки, ни одного окна, факелы на стенах и еще какие-то двери… То, что нужно для оборота. Здесь звуки бала вампиров уже практически не были слышны, зато эхо разносило по коридору девичьи голоса, переплетающиеся со звонким смехом. Торопливо направилась вперед в поисках укромного местечка, где можно будет оставить свои вещи.

И чем дальше я продвигалась по коридору, тем громче звучал девичий смех. Чисто из любопытства приблизилась к приоткрытой двери и заглянула внутрь. Перед глазами появилась небольшая комнатка, напоминавшая гримерную, в которой, смеясь и весело переговариваясь между собой, красились и прихорашивались десяток полуголых девиц в черных пеньюарах. У них на щеках играл какой-то нездоровый румянец, а глаза блестели явно не от слез. А еще у всех на шеях виднелись красные точки — следы от укусов. Значит, здесь обитель доноров.

— Ты новенькая что ли? — мимо меня проскочила темноволосая девица, грудь которой едва скрывал чересчур узкий корсет. — Чего в дверях застыла? У нас осталось шесть минут!

Остальные девицы никак не отреагировали на мое появление. Продолжали хохотать, поправлять макияж перед зеркалами и оживленно обсуждать кровососов с большими кошельками. Кто они все? Полукровки, лишившиеся дара? Люди? И фамильяры… У одной из девиц заметила ожоги на запястьях, которые остаются после разрыва связи.

— Знаем, Вита, знаем… — хихикнула худенькая блондинка, сидевшая у входа, а затем протянула мне свой недопитый бокал. — Выпей, первый раз всегда страшно! А виски тут отменный!

— Спасибо, — подхватила бокал чисто из вежливости.

Сделала вид, что собираюсь выпить, и… ощутила, как мир перед глазами покачнулся. Среди аромата крепкого алкоголя сейчас я точно могла вычленить запах, не похожий на все остальные. Моржельник. Опасная и очень редкая трава, различить запах которой под силу только зверю. Эта трава дарила людям эйфорию, но на нежить она действовала по-другому. Лишала сил. И этот же аромат исходил от того вампира в зале, одного из наследников, и от Марики… И как я сразу не поняла?!

— Стой, — темноволосая перехватила бокал из моих рук. — Тебе нельзя, раз новенькая. Поправь помаду и иди работать!

Кивнула на автомате и направилась к одному из свободных зеркал. Что здесь происходит?! Кто-то накачал всех доноров этой травой и собирается уложить всю вампирскую элиту? Что это, захват власти?

Вытерла чуть смазавшуюся помаду, а затем подхватила один из пустых стаканов со столика. Это прямая улика.

Пора бежать отсюда и искать Стрейтена. Как можно скорее. Потому что от одного только запаха у меня голова закружилась, а мысли в голове начали путаться. Появилась какая-то легкость… Что уж говорить о донорах. А если все эти доноры сейчас отправятся к наследникам, то боюсь представить, какой «концерт» нас ждет!

Выскользнула за дверь и направилась в сторону и направилась выхода в основной зал. Но…

— Опять ты, светлячок, — передо мной вновь возник уже знакомый вампир, его взгляд скользнул по моей шее. — И ты по-прежнему чиста…

— Этот прием мне однозначно по душе, — с немалым усилием оторвав взгляд от стройных ножек своего фамильяра, улыбнулся Дар.

Что-то в глбине некромантской души подсказывало — эта заноза ему еще нервы помотает. Но эта перспектива вызывала лишь предвкушающую улыбку.

Подобные сборища он всегда старался обходить стороной. По долгу службы лишь иногда показывался на приемах. Но выбор нового главы пропустить никак не мог. Сандра закономерно заключила, что скорее всего, к гибели предыдущего главы причастен уставший ждать своей очереди наследник. Не прямо, скорее всего косвенно. Вполне вероятно, что имеет место сговор.

Вот только сам глава был не юнцом и вряд ли его так легко бы одолели его же воспитанники. При осмотре того, что с натяжкой можно было назвать трупом, Краворски были обнаружены остатки зелья из моржельника, влияющего на силу вампиров. Вот только старый глава вряд ли принял бы его с вечерним виски для улучшения пищеварения. Его отравили. Это однозначно был тот, кому он безгранично и полностью доверял. Тот, кто не стал бы претендовать на его место и омрачать доверие жаждой власти. Близкий. Очень близкий. И Даррел мог бы выяснить это с помощью одного заклинания. Но для того, чтобы применить магию в клане вампиров нужно нечто большее, чем просто догадки.

К тому же, для чего его было пытать? Чтобы правдоподобней выглядело убийство фанатиком? Клыки бедняги главы так и не найдены. Что само по себе очень странно. Словно их прихватили, как трофей.

В любом случае, теплилась надежда, что у этой норки получится что-то отыскать.

Даррел бросил задумчивый взгляд в сторону, где еще недавно дефилировала его фамильяр и улыбнулся. Признаться, играть увлеченного этой пигалицей было на удивление легко. Сандра была юна, чиста, деятельна, легко увлекалась делом, но при этом так неопытна и… притягательна. И неловко признаться, именно эта юная чистота притягивала прожженного и видавшего многое некроманта. Да и что скрывать, она ему нравилась, как женщина. Жаль даже, что связи магов и фамильяров, мягко говоря, не одобряются.

— Да уж. За последние пятьсот тридцать лет первый выбор нового главы — событие континентального масштаба, — раздался мужской голос за плечом. — Не припомню, когда в последний раз эти стены собирали такое количество кровососов… и не только. Даже оборотни делегацию прислали, — кивнул он на трех напряженно перешептывающихся молодых людей у дальней стены. — Послы из Вечного леса, Пустыни, Озерный народ. Всем любопытно, кто взойдет на престол, испив первородной кровушки.

Адам Тарвейл, высокий, импозантный, голубоглазый блондин, едва разменявший пятый десяток лет, был образцом того, к чему стоит стремиться фамильяру… на пенсии. Некогда один из мощнейших проводников, нынче занимал высшие посты в министерстве. У Дара было подозрение, что это сделано исключительно для того, чтобы не взбунтовались молодые, зеленые, еще сохранившие и силы, и мечтания фамильяры. Его ставили в пример, его заслугами бахвалились, и имя великого Адама Тарвейла, как знамя на флагштоке, трепалось при каждом введении в курс для нового набора факультета фамильяров. Правильно, не тащить же их в нищенские районы, где доживали промотавшие все деньги, потерявшие и силу, и зверя фамильяры.

Да. Маги платили неплохие отступные, когда срок работы их фамильяров подходил к концу, зверь уже не откликался, а каналы перегорали. Чаще несчастными становились проводники боевых магов. Совсем юные, вкусившие разгульной жизни своих недавних работодателей, они быстро теряли ощущение реальности, получая отступные, продолжали жить так, как это было при магах. Но деньги имеют свойство заканчиваться. Не все умеют распоряжаться финансами, и свое дело открыли единицы, имеющие скорее врожденный талант, а не нужные знания. Некоторые спускали деньги за год-два, а после… у каждого была своя судьба, но чаще всего — незавидная. Потому нужны вот такие вдохновители, как Тарвейл.

Своими заслугами он, конечно, большей частью обязан имени и брату, у которого он и числился фамильяром. История умалчивает подробности ритуала, при котором погиб Рендел Тарвейл, а младший, не совсем кровный, брат потерял зверя и свои способности. Но именно с этого момента Адам стал звездой. Министр по делам фамильяров — должность, созданная специально под увядшего, но от того не менее именитого Тарвейла, позволяла блистать на приемах, присутствовать на всех значимых событиях как официальное лицо, но при этом оставаться полным нулем, от которого ничего не зависит.

— Не очень умно, Адам, так непочтительно отзываться о хозяевах дома, — утопив улыбку в бокале с вином, заметил Дар, едва ли удостоив старого знакомого вниманием.

— Прекрати. Мы прекрасно знаем, что мое посещение подобных мероприятий — просто формальность. Уверен, что никто не заметит ни моего присутствия, ни отсутствия, ни меня самого, если я не пробегусь по залу с голым задом, конечно, — отмахнулся Адам, подхватив бокал с подноса официантки-человечки, одетой в корсет, короткие панталончики, чулки и кружевную маску. Донор, судя по мелким точкам от укусов, которые прикрывались на шее косынкой, а на руках — высокими перчатками. — Но заметь, вампирские праздники куда приятней, чем первобытные сборище блохастых.

— А я еще думал, что во мне почтения ни на грош, — рассмеялся Дар.

— Оставь. К слову, сам для души или по делу?

— Одно другому не мешает.

— Значит, все же взялся расследовать гибель главы? И в этом деле решил отметится. Полагаешь, что-то тут не чисто?

— Полагаю, что слишком уж много шероховатостей в этом деле!

— Ты самый непостоянный следователь из мне знакомых — то тебе слишком гладко, то шероховато, — рассмеялся бывший фамильяр, окинув плотоядным взглядом длинноногую блондинку из доноров в полностью прозрачном платье, старательно подражавшей своим хозяевам. — В любом случае, если тебе понадобится помощь — я к твоим услугам.

— Я запомню на будущее, — улыбнулся некромант.

— О, еще ходят слухи, что ты обзавелся фамильяром. Не думал, что решишься.

— Сам не думал, — улыбнувшись одним уголком губ, признался Стрейтен. — Но юные дарования умеют убеждать.

— Да уж, — мечтательно закатив глаза признал министр. — Некоторые демонстрируют такое таланты, что диву даешься, откуда они всего этого набираются. И чему только учат в академии сейчас.

Адам похабно хохотнул, а Дар на этот раз заставил выдавить из себя улыбку. Этот разговор ему резко разонравился. Хоть с чудаковатым Тарвайлом всегда был в самых добрых отношениях.

— Кажется, начинается, — кивнул на возвышение, напоминающее театральную сцену, заметил Стрейтен.

Едва раскачивая шикарными бедрами, на возвышение поднялась Марика, разливая вокруг волны вампирского обаяния и привлекая всеобщее внимание. Вытвори она подобное в любом человеческом или не человеческом городе — был бы скандал и штраф такого размера, что сознание потерял бы даже вампирский казначей. Но в своем клане она могла себе позволить подобную вольность. Исключительно, чтобы придать моменту торжественности.

— Дорогие братья, сестры, гости, сегодня мы собрались здесь, чтобы почтить память главы клана Черных туманов Трайра Краворски, — ее лицо приобрело скорбный вид. Всего лишь мастерски подобранная маска — не более. — Он многие столетия оберегал наш клан от войн. Старожилы еще помнят те времена, когда вампирам приходилось выживать, сражаясь за свое право на существование. — по залу снова разлилась волна священного трепета. Даже маги и эльфы вздрогнули. Беспристрастными остались только оборотни и некромант, от природы устойчивые к воздействию клыкастых. Что, впрочем, не укрылось от бдительной Марики. — Но есть время скорби, и время новой надежде, — раздавая новую эмоцию — надежды и радости, продолжала Краворски. — Как угасает солнце на закате, порождая тьму, так и взойдут на престол лучшие из лучших, чтобы сразиться за место главы.

— Но разве можно занимать место, пока не наказан убийца предыдущего главы? — задиристо осведомился парень из клана Снежных Волков.

Тут волки были правы. Вампиры как-то подозрительно спешили с ритуалом, словно пытались что-то скрыть. Вот только кто и что?

— Начинается, — со стоном, протянул Адам, подхватив еще один бокал. — Куда без блохастых?

Марика безошибочно нашла взглядом говорившего. Ее глаза в одно мгновение превратились в два кровавых сгустка, клыки и когти удлинились, но заговорила она поразительно спокойно и беззаботно.

— Виновный уже в темнице, дожидается приговора. И я лично, как первая из дочерей, проконтролирую, чтобы эта казнь запомнилась всем, кто подумывал перейти дорогу нашему клану.

— А первая из дочерей хоть сама верит, что какой-то человеческий сморчок мог пытаться и даже убить главу вампирского клана? — не унимался волк. — Марика, ты сама узнать правду хоть пыталась?

Повеяло гневом. Зашипели вампиры, чувствуя негодование Марики.

— Ты рискуешь нарваться на поединок, — со змеиным свистом парировала вампирша.

— Думаешь, испугала?

— Кажется, представителям клана Снежных волков самое время покинуть праздник, — заговорил высокий вампир с хищными чертами лица и черными провалами глаз. — Наследники удалятся для ритуала. Но гости могут и дальше развлекаться. Кроме вас, молодые люди, — обратился он к волкам. — Вас проводят до границ нашего клана. Благодарим за ваш визит.

По сути, было нанесено оскорбление. Марика имела полное право на поединок и поведение незнакомого вампира вызывало слишком много ненужных вопросов. Да и сама дочь нахмурилась, но проглотила обиду.

— Ты как всегда прав, Семерон, — втянув клыки и когти, слишком легко согласилась Краворски.

Даррел текучим быстрым движением скользнул в узкий коридор, поймав на ходу мимо пробегающую блондинку с томными карими глазами из немолодых вампиров.

Заклинание подчинения, немного магии и глаза вампирши стали полностью черными, отзеркалив глаза некроманта. Это был опасный ход, в клане он не имел право воздействовать на вампиров без разрешения главы, но… проклятье. Творилось что-то неладное, а Сандра рыскала где-то по дому. И ей могла грозить опасность.

— Повелитель!

— Что происходит?

— Большинство наследников не могут участвовать в ритуале выбора, — принялась отчитываться девушка. — Отравлены или опоены. Пока не понятно. Круг не будет завершен. Как и поединка не будет. Ищут злоумышленника.

Дальше можно было и не слушать. Если Сандра попадется, то все повесят на нее. И тогда он ее забрать из этого замка сможет только с боем.

— Забудь все, что я спросил и все, что ответила. Свободна, — уже на ходу бросил Дар.

И сжал кулак с меткой на ладони, пытаясь понять, куда запропастился его фамильяр.

 — Так на чем мы остановились? — левая рука вампира легла мне на бедро, а правой он поддел подбородок, заставляя смотреть ему прямо в глаза. — Сегодня вечером ты будешь со мной, Светлячок.

И весь мир вокруг сузился до этих глаз. Черный завораживающий зрачок, обрамленный рубиновой радужкой. Такой манящей, такой привлекательной. Тембр голоса вибрировал в сознании, воспаляя все потаенные желания. По коже прокатился жар, дышать стало тяжелее. Его губы оказались так близко и… Пальцы разжались и пустой бокал, который был у меня в руках, с глухим стуком покатился по ковру под ногами. И звук прозвучал словно выстрел в воспаленном сознании.

— Нет. Не обращай внимания, — уголки его губ дрогнули в улыбке, обнажая острые клыки.

Нет. Я должна идти. У меня было какое-то задание… Какое-то задание…

— Мне нужно… — пробормотала, пытаясь собраться с мыслями.

Вампир провел большим пальцем по моим губам, не отводя взгляда.

— Т-ш… Какая строптивая девочка. Ты определенно мне нравишься… Не борись со своим желанием. — Вампир склонился над моим ухом и проговорил едва слышно: — Я чувствую, как бьется твое сердце… Мне не терпится попробовать тебя на вкус, Светлячок. Ты же не против?

Его губы, едва касаясь, прошлись по моей шее. Ледяная ладонь задрала подол платья и прошлась по бедру, вызывая острое нестерпимое желание…

— Не против… — пробормотала, а в следующее мгновение по запястью резанула острая отрезвляющая боль.

Какого черта я творю?!

— Я против, Тадеус, — по комнате прокатился уже приевшийся, но сейчас такой дорогой и желанный голос некроманта. — Ты бы не разевал рот на чужую женщину. Знаешь ли, я обидчив страшно, когда моих любовниц надкусывают. Даже если это наследник.

— Дар, — вампир мягко отстранился и тут же навесил на лицо совершенно неестественную улыбку. — Неожиданно. Не знал, что эта ниара уже занята.

Не знал он! Я же говорила! Отошла от нежити ходячей и поправила лиф платья. Еще и приемчики свои на мне использовал. Козел похотливый!

— К своим извинением подложишь две сотни серебром. И я даже забуду о твоем поведении. Может быть… — Стейтен перевел взгляд на меня, протянув руку. — Милая, я уже тебя обыскался. Пойдем, а то пропустим все веселье.

— Дар, я такая неловкая… — повернулась боком и не спеша наклонившись, подняла с ковра треснутый бокал, а затем подошла к Стрейтону. — Была рада познакомиться, ниар Тадеус.

— Еще увидимся, светлячок, — этот ответ прозвучал скорее как угроза в моих ушах.

— Сандра, — обняв меня по-свойски и прижав с силой, горячо зашептал на ухо некромант, уводя меня от места моего почти грехопадения. — Я подарю тебе толковый словарь. Посмотришь там значение слов “незаметно”, “осторожно”, “не привлекая внимания”. Ты по мелочам не разменивалась, решила сразу наследника охмурить?

— Можно подумать, я сама на него вешалась. Это вы вырядили меня как… Впрочем, не важно! Наследник уже охмурен. И скоро та же участь настигнет остальных, — я прошипела, ткнув в грудь некроманту бокалом.

— Нашла все-таки доказательства? — открывая дверь в узкий коридор с лестницей вверх, хмыкнул Стрейтен. — Молодец, держи при себе. Сейчас все мне расскажешь.

Подталкивая меня по лестнице, Стрейтен что-то бормотал, щелкал пальцами и хмыкал.

— Значит моржельник-таки, — заключил он. — Скажи, от кого ты еще ощутила такой же запах?

Что? Так он знал о моржельнике?!

— От твоей бывшей любовницы тонкий аромат и от этого любвеобильного наследника. К остальным не приближалась на достаточно близкое расстояние.

— Не ревнуй, милая. Я же тебя не ревную, — рассмеялся Даррел Стрейтен. — И давай быстрее, а то там всех выберут без нас.

Прямо перед нами появилась добротная дверь из темного дерева и некромант решительно толкнул ее, выпуская запахи алкоголя, табака, мужских и женских парфюмов и… моржельника.

— Ну, вот. Я же говорил, что все веселье пропустим, — покачал головой, подталкивая меня вперед, Стрейтен. — А ты мне еще не верила.

Я неуверенно шагнула через порог. В небольшом кабинете, словно для Столичной хроники, собрались все влиятельные лица города. По крайней мере многие лица я уже встречала в новостных статьях местных газет. И от этого стало еще больше не по себе. Фамильяр-недоучка в неприличном костюме да в таком обществе… Кошмар и ужас!

Все шесть наследников, эта мерзкая Марика Краворски, еще кто-то из вампирского клана. И люди из министерства…

— Надеюсь, вы пришли с добрыми новостями, ниар Стрейтен, — раздраженно поинтересовался высокий брюнет с огромными карими глазами, опушенными длинными, как у девушки, ресницами. Его новомодный костюм даже не примялся, а отточенным движениям мог бы позавидовать вампир.

— Тим, я всегда с хорошими новостями, — улыбнулся Дар, присаживаясь в кресло, усаживая меня на подлокотник рядом и лениво принимая стакан с виски. — Слышал с ритуалом беда — наследники отравлены и не могут участвовать в состязании.

Все взгляды сейчас обратились к нам, и я кажется позабыла как дышать.

— Ты, как всегда, более чем осведомлен, — процедила Марика, закинув ногу на ногу, открыв обзору ногу едва ли не до пояса. — Или может, не без твоего участия?

— Дорогая моя, кому, как не тебе, знать, что я не марался бы отравой. Так убил бы, если бы хотел убить, — на эту реплику несколько вампиров зло зашипели, подавшись вперед. Но некромант не обратил на них ровным счетом ни капли внимания. — Милая Сандра, расскажи, что тебе удалось выяснить, — хлопнув меня по бедру, велел некромант.

Что?! Я?! Ощутила себя как на выпускном экзамене, если не хуже. Ректор хоть горло вскрыть не мог за оплошность. А от этих клыкастых товарищей можно ожидать чего угодно. Да еще эти приемчики…

— Доброго вечера, — я поднялась, стараясь сохранять невозмутимость и с силой сжимая злосчастную улику. — В напитках ваших доноров сегодня был подмешан моржельник. Полагаю, вам известны его свойства. На стенках этого бокала все еще сохранились остатки вытяжки из этой травы и, если вам будет угодно, то можете проверить кровь девушек-доноров.

Лица людей из министерства вытянулись, но Стрейтен не позволил никому и слова вставить.

— Вот, по абсолютно нелепому стечению обстоятельств, глава клана, достопочтимый ниар Краворски тоже был одурманен этой гадостью. Сандрочка, дорогая, а скажи мне, от кого в этом зале несет моржельником? Она у меня такая умница, нарадоваться не могу.

На эту реплику отреагировала только человеческая половина присутствующих. Вампиры в принципе не фонтанировали эмоциями, а вот люди отреагировали каждый по-своему: кто-то многозначительно закашлялся в кулак, кто-то откровенно поморщился, сомневаясь в моих исключительных способностях, и только тот мужчина, заговоривший с некромантом первым, смотрел ровно и серьезно прямо на меня.

Я сделала нерешительный шаг в сторону вампирской знати, но некромант решил все же прийти мне на помощь. Подхватил под локоть и уверенно направился прямиком к наследникам. Запах был всюду. Казалось, сбивал мысли и туманил собственный разум. Марика при этом припечатала меня странным нечитаемым взглядом. Будто я была мухой, назойливо кружившей вокруг нее.

— О чудо, оказывается, уважаемая первая дочь главы устойчива к ядам, сморившим наследников, — некромант порывисто приблизился к вампирше и так же молниеносно вцепился ей в лицо пальцами. — А скажи ка мне, Марика Краворски, как так случилось, что от тебя несет моржельником, как от пьянчуги брагой, но в твоих глазах ни капли помутнения? Ни грамма слабости в теле? Как так, а?

По кабинету разлилась холодная магия некроманта, резким порывом пригнув фитили свечей. Я наблюдала за происходящим затаив дыхание, впрочем, как и все остальные.

— Это запрещено! — выкрикнул кто-то, но помешать побоялся или просто не решился.

Марика смотрела на Стрейтена, не отрываясь, ее глаза затягивало мраком, а губы изогнулись, словно от омерзения, но она заговорила:

— Потому что я опоила их, — ее голос мало походил на тот мелодичный перезвон, что встретил нас у входа в замок. — И отца опоила.

Вот так новость! Впрочем, ожидаемо. Для вампиров вообще нет никаких ценностей. Родственные связи здесь вообще ни во что не ставят. Они любят лишь власть и кровь.

— Что ж ты так? Разве можно так с любимым отцом?

— Он хотел отдать меня — первую из обращенных им, одному их этих… но я не рождена подчиняться! Я рождена править!

— Все ясно! Помогал тебе кто? — стенания о том, как нелегка вампирская доля, явно мало интересовали моего наставника.

Марика не ответила, бросила только один взгляд на высокого светловолосого вампира, и его тут же схватили свои же. И я в очередной раз поразилась реакции.

— А отраву взяла где?

— Подарок от доброжелателя, — процедила Марика, побелев больше обычного.

— Волчат, полагаю, вы выслали тоже исключительно, чтобы они не определили отраву до тех пор, пока наследники не превратятся в овощи окончательно.

— Их закрыли в подземелье, — подал голос совсем молодой с виду вампир.

— Правильно, на кого-то же все спихнуть нужно. Особенно когда метишь на место главы клана. Ай-яй-яй, Марика, а мне всегда казалось, что ты благоразумна и осторожна, — покачал головой Стрейтен, отпуская вампиршу, точнее передавая ее в руки вампирьего правосудия. — Зачем сама? Можно же было все поручить кому-то. Но ты, дорогая, никому в этом мире не доверяешь. Это тебя и сгубило. И за что тебя отец так любил? — в голосе некроманта послышалось разочарование. — Идем, Сандра, мы свою работу выполнили. Ниар Тимер уладит формальности. А тебе лучше не видеть того, что здесь произойдет.

Он приобнял меня за талию, снова увлекая в сторону двери, но замер, обернулся и неожиданно спросил:

— Марика, а зубы главы где?

Уже удаляющиеся присутствующие замерли, наградив некроманта такими взглядами, словно он повредился рассудком.

— Это он попросил в плату за помощь, — прошипела Марика. — Он уничтожит тебя, Дар. Ты даже глазом не успеешь моргнуть.

Стрейтен кивнул не то своим мыслям, не то в тон ее словам, и не сказав ни слова, вышел вон, придерживая меня за талию.

— …и завершим мы лекцию темой 'построение связи между фамильяром и магом в экстремальных условиях и при чрезвычайных ситуациях', - вот уже второй час довольно заунывно вещал профессор Тримм из-за кафедры.

Единственный преподаватель, который даже самую интересную тему читал так, что веки начинали непроизвольно слипаться даже у самых стойких. Что уж говорить про меня сегодня. После бессонной ночи мне не помогли ни кофе, ни пробежка по коридорам, ни бодрящая беседа с проректором на тему моего отсутствия в общежитии на протяжении всей ночи. Сейчас, к концу учебного дня, я чувствовала себя как лимон, который досуха выжали в чашку. Но тема построения связи все же привлекла мое внимание.

- Еще раз коснемся определения экстремальных условий, — все так же размеренно говорил профессор. — Экстремальные условия — это такие условия, в которых возникает угроза жизни мага, его жизни, здоровью или магии от внешних объектов из-за незапланированного изменения их состояния, приводящего к появлению и действию дезадаптирующих факторов. Стоит различать понятие чрезвычайных ситуаций. Таких как: потеря магом большого количества сил, опасность, исходящая от внешних факторов, физические увечья. Такие обстоятельства исключают возможность мага использовать связь со своим фамильяром. И только при таких условиях фамильяр имеет право самостоятельно использовать связь с магом исключительно для поддержания жизни мага. Обратимся к теории…

Профессор Тримм зашелестел листами учебника, а моя рука взметнулась вверх. Ниста, сидящая рядом, даже вздрогнула от неожиданности.

Этой скользкой темы мы касались на третьем курсе. Но лишь мельком и второпях, так как это было большой редкостью, и самовольно принимать решения фамильяр в обычной ситуации не мог. Предполагаю, что маги боялись инициативных фамильяров. И я понимала по какой причине. Лишний поток силы, который фамильяр передавал своему магу, мог попросту уничтожить мага. Поэтому инициатива всегда была в руках магов. Из-за недоверия. И для их же безопасности.

Но в условиях моей практики эти знания могли бы мне пригодиться. Кто знает, куда занесет Стрейтена в следующий раз, а он так и не установил связь между нами.

Впрочем, он устанавливал свои «связи». И от воспоминания о прошлом вечере сердце выполнило кульбит в груди, но я отмахнулась от ненужных мыслей и вздернула ладонь еще выше.

— Итак… — преподаватель поднял взгляд, а затем недовольно поморщился: — Слушаю, ниара Бейшоп.

— Профессор Тримм, как именно необходимо выстраивать связь с наименьшими потерями для фамильяра и мага?

В аудитории стало непривычно тихо. Все взгляды были устремлены на меня. Я и так за прошедшие два дня стала знаменитостью. Мое имя полоскали практически везде. Маги, фамильяры и даже преподаватели. И какие только слухи до меня не доходили… Слова Кайра о моем грехопадении ради практики были лишь цветочками.

— Уж ее-то связи явно приведут к большим потерям, — довольно громко проговорила Тиана, но я сдержалась от ответной реакции.

В мыслях пронесся голос бабушки: “Не спорь со сплетнями и никогда не отрицай их. На оскорбления отвечай смехом”.

— Сандра определенно заинтересована во всех возможных связях с магами и любит инициативу… — кто-то из однокурсников зашептал в ответ.

Но профессор одним жестом пресек шепот

— Тишина! В настоящее время нет предпосылок к возникновению таких условий, при которых вам бы пригодилось применение этих знаний на практике, ниара Бэйшоп, — с напряжением в голосе проговорил профессор и поправил очки на переносице.

— Но все же? — я вложила настойчивости в голос, не позволяя продолжать лекцию, а Ниста отчаянно тянула меня за рукав, но тем не менее я добавила: — В газетах я читала, что Мэдрина Кроунер на одном из заданий использовала…

Профессор вскинул ладонь, заставляя меня замолчать.

— Мэдрина Кроунер опрометчиво использовала связь со своей стороны, и нам всем известно, чем это все закончилось. Мы будем изучать данную тему лишь в теории. А именно по главе тридцать второй учебника почтенного Адама Тарвейла. Откройте ваши пособия на странице триста двадцать восемь и законспектируйте три первых абзаца. В них вы найдете исчерпывающие ответы, — профессор сделал паузу, а затем вновь обратился ко мне. — А вы, ниара Бейшоп, раз уж так увлечены данной темой, подготовите для меня развернутый доклад на десяти страницах о последствиях, которые могут проявиться из-за необдуманного проявления фамильяром связи.

Твою же ж… И как это называется?!

— Хорошо, профессор, — я сухо кивнула и опустилась на свое место.

По залу послышались смешки, которые, впрочем, быстро утонули в мерном шелесте страниц. А следом вокруг заскрипели перья по бумаге и запахло чернилами. Уныло опустила свое перо в чернильницу и перелистнула унылую книгу.

— У вас со Стрейтоном вчера были спорные… ситуации для использования связи? — Ниста зашептала, склонив ко мне голову.

По-моему, после того как она увидела вчера мой видок после «задания», даже в ее голове появились сомнения насчет моей работы.

— Нет. Пока нет, — мотнула головой. — Но черт знает, что будет в следующий раз. У него… странные методы работы. Но вместо реальной помощи я смогу разве что огреть нападающего вампира или мертвяка этим внушительным томиком…

Ниста успокаивающе положила мне ладонь на метку.

— Я знаю, что тебе тяжело. Но не думаю, что дойдет до этого. Не бери в голову. Это всего лишь практика, Сандра. К слову! Сегодня в малой гостиной будет вечеринка в честь начала практики, — Ниста зашептала, передавая мне цветастую бумагу-приглашение. — Кажется, будет что-то интересное.

— Я мечтаю только о постели и беспробудном долгом десятичасовом сне, Нис.

— Все хотят, чтобы ты пришла. Ты же работала с самим Стрейтеном. Нужны подробности! Расскажи им что-нибудь интересное. Ты стала ходячей легендой, что очень бесит Тиану. К тому же, тебе не помешает развлечься.

— Тиану бесит просто факт моего существования в академии. Но ты права! Мне нужно развлечься, — я мотнула головой и улыбнулась.

В конце концов, мне не помешает немного отвлечься. И показать, что мне нет дела до всех этих слухов.

— Забираю назад свои слова об интересной вечеринке, — Ниста подхватила со столика бокал с шипьером и, откинувшись на спинку дивана, сделала глоток. — Даже на кладбище и то должно быть оживленней, чем здесь.

В просторной гостиной общежития крыла фамильяров, несмотря на объявление о вечеринке, сейчас было немноголюдно и душно. Из музыкального проигрывателя, похожего на земной патефон с рупором, звучала какая-то новомодная мелодия, больше напоминавшая хриплые завывания вервольфа в полнолуние и все это под звуки какого-то инструмента, похожего на электрогитару. Впрочем, не удивлюсь если исполняет действительно вервольф. Похоже на рок-музыку того года, когда меня призвали для обучения в академии.

Зато на столах было предостаточно малосъедобных закусок и шипьера, который смутно напоминал кислое шампанское. Весьма действенное, к слову. Пара бокалов, и вот в голове уже приятная легкость и ненавязчивая беспечность.

Бросила беглый взгляд на импровизированный танцпол, организованный в центре, между диванами и камином. Под музыку там сейчас самозабвенно извивались Диана, Нейла и Вейра. Рядом с нами раскладывала карты Лиззи, гадая на супруга Нисте.

Я от подобной забавы отказалась. Меня мало интересовали гадания, а еще меньше перспектива возможного замужества. В этом мире и в этом унизительном положении фамильяра обзаводиться супругом и детьми я не собиралась. Лучше построить карьеру и сгореть на работе, в прямом смысле этого слова, чем заводить детей, обреченных на такое же подневольное существование.

Нет уж. Никакой свадьбы и никаких детей.

— О, я тебя уверяю, что нет, — мотнула головой и одним махом осушила бокал с шипьером. — И компания мертвяков не угостит тебя шипучкой. По-моему, все неплохо. Так что там с женихом для нашей Нисты, Лиз?

— Все смутно… — она пробормотала, закусив губу и, отбросив со лба отросшую темную челку, бросила в мою сторону горящий взгляд. — Ты… ты же работаешь со Стрейтеном?

Это был, по-моему, сотый вопрос за сегодняшний день. И фамилию некроманта я слышала чаще, чем свою собственную.

— Естественно работает, Лиз, — Ниста отмахнулась от нее. — Пришла собирать очередные сплетни?

Лиззи никогда не была сплетницей, прилежно училась, но всегда казалась какой-то не от мира сего. Будто умом тронулась.

— Нет, мне просто интересно, каково это, — ее глаза округлились и засияли с каким-то нездоровым, маньячным интересом. — Ощутить эту темную силу, пропустить ее через себя. Так же невыносимо, как это описывают?

Мне бы тоже хотелось знать, каково это. Не так чтобы очень, но все же мне еще выпускную работу писать о прохождении практики. Ну не рассказывать же в самом деле о том, как я полуголая щеголяла на балу у вампиров и вынюхивала моржельник. Думаю, у профессора Тримма инфаркт случится от такого. Не готова я нести ответственность за гибель старейшего преподавателя академии.

— У каждого свой болевой порог, не узнаешь, пока не попробуешь, — я ответила обтекаемо.

И в этот момент двери с громким стуком распахнулись, избавляя меня от дальнейших расспросов на тему моей практики. Помещение заполнилось множеством голосов, перекрикивающих музыку. В гостиную веселой толпой ворвались парни-фамильяры и, естественно, маги-выпускники, без которых не обходилось ни одно сборище. Среди них увидела знакомые лица. Кайр, Нейтон, а позади них Тиана, черт бы ее побрал вместе с ее ядовитостью.

— Ооо… Это мы удачно попали, — громко прокричал Нейтон, вызывая восхищенные взгляды однокурсниц. — Парни, заносите!

И в следующее мгновение в дверях показалась огромная бутыль, наполненная золотистым игристым напитком. Ничего себе! Похоже, что завтра на лекциях половина курса будет мучиться от похмелья, а вторая и вовсе не придет…

— Вечер однозначно становится веселее, — Ниста оживилась, бросив в сторону Нейтона будто бы ничего не значащий беглый взгляд.

Но я-то знала, что ей льстит его внимание. И если бы не идиотское правило, то подруга однозначно давно была бы с ним вместе.

— Ты серьезно?! Это же кошмар! Музыка, шипьер, теперь еще и парни! Если здесь сейчас появится проректор, то до конца года нам точно не видать ни стипендий, ни поездок в город, — Лиззи нервно комкала подол форменной юбки.

— Расслабься. Что делать проректору в женском общежитии, да еще и в такой час? — фыркнула Ниста, поднимаясь с дивана и делая музыку громче.

— Искать нарушителей, — Лиззи поджала губы с неодобрением разглядывая нахлынувшую толпу.

Этого еще не хватало. Эта чудачка запросто могла донести куда следует о том, что здесь происходит.

— Он будет искать нарушителей, только если нас кто-нибудь сдаст, — я поднялась на ноги и припечатала однокурсницу тяжелым взглядом. — Ты же понимаешь, о чем я?

Мой вопрос остался без ответа, вместо этого Лиззи вжалась в спинку дивана, а затем нас уже со всех сторон обступили разгоряченные однокурсники. Они подхватили слова песни, льющейся из «патефона» и принялись распевать ее на новый лад.

Ниста перехватила мою руку, чтобы не потеряться. Я оказалась зажатой в этой бурлящей толпе, ощущая в голове странную легкость. Сердце билось чаще, ритмичнее. Музыка вселяла уверенность, дарила то самое ощущение мимолетной свободы, которого мне здесь так не хватало. Кровь, подогретая шипьером и адреналином, бурлила по венам. Я двигалась в общем безумном ритме, а из горла вырывались строки песни. Не обращая внимания на то, что мир вокруг кружится, на прилипшие ко лбу волосы, на жар и духоту. Я будто сама состояла из одной сплошной музыки. Музыки, дарившей ощущение эйфории.

— Бельчо-онок! — в какой-то момент перед нами появился Нейтон и закинул руку на плечи Нисте. — Ты тоже здесь! Иди ко мне поближе.

Парень притянул Нисту к себе как можно ближе, и его ладонь скользнула на талию.

— Не распускай руки, Фарантон, — Ниста вывернулась из захвата, но это лишь больше разгорячило парня. — Что тебе надо?

— Тебя, — Нейтон хмыкнул, а затем бросил в мою сторону липкий взгляд. — И твою симпатичную подружку. Мы тут делаем ставки. Я говорю, что Стрейтен уложил ее в постель и только после этого сделал своей фамильяршей, а Кайр утверждает, что Сандра сама уложила некроманта, и он не смог устоять перед ее обаянием…

И об этом тотализаторе я тоже уже успела услышать. Поразительно, как сильно все любят копаться в чужом грязном белье. Ощутила, как вокруг стало значительно тише. Нас обступили со всех сторон, внимательно слушая каждое слово.

— Да иди ты… — Ниста сделала резкий выпад в сторону мага.

— Не надо, Нис, — я перехватила подругу и усмехнулась: — И что же ставки, Нейтон?

Этот ажиотаж вокруг моей персоны порядком надоел. Ярость накатывала подобно волнам, смывая на пути остатки разума. Ощутила покалывание в кончиках пальцев.

Да чтоб ты подавился своими словами, Нейтон!

— Небольшой перевес в десяток золотых в сторону некроманта, — Нейтон сально ухмыльнулся, а следом на его лице появилось озадаченное выражение и он продолжил сдавлено: — Так что же? Кто получит деньги? Я или Кайр?

— Приют святой Софии, Нейтон. Потому что вы оба идиоты, — я рявкнула, ощущая как голова идет кругом и меня окутывает поток силы.

Но парень меня уже, по-моему, не слышал. Его глаза округлились, лицо позеленело. Он сделал рывок в сторону, а следом его вывернуло прямо в одну из стоящих на столе тарелок с закусками. И все это на глазах у всего выпуска. По гостиной зазвучал гогот и смех.

Что ж, кажется, теперь не только про меня сплетни будут по академии летать!

— Какой же ты придурок, Нейтон, — процедила Ниста. — И только попробуй еще хоть раз ко мне подойти! Идем!

Подруга потянула меня в сторону дверей. Мы протискивались между извивающимися телами под громкую музыку. Надо признать, что затея развлечься и отвлечься с треском провалилась. Мне похоже, до окончания года не стоит появляться на публике.

И стоило нам только выбраться в коридор, как запястье вновь зазудело, предвещая о призыве. Черт возьми, этот некромант вообще спит?!

— Нис, проклятие, у меня опять задание, — я проговорила, ощущая, как зеленая вспышка вновь накрыла меня с головой.

 — Бри! — хлопнув с размаху дверью, выкрикнул Стрейтен в пустоту, зная, что смекалистый призрак все слышит и выполнит. — Больше ко мне никого сегодня не пускать! Даже если сам император заявится — меня нет.

В его комнатах давно не проветривалось — недостаток бестелесной прислуги. И некромант толкнул оконную створку, впуская в комнату прохладный свежий, ночной воздух. Изматывающая противная боль то утихала, но била по грудной клетке, забивая дыхание. А после задания и вовсе выбивала Стрейтена из колеи. Удивительно, что он нашел в себе достаточно сил, чтобы встретиться с Тимиром и получить оплату. И сейчас расчет упал круглой суммой на банковский счет некроманта. Как и извинения Тадеуша, аренда плаща и должок министерства. Однозначно, удачный выдался день. А особенно приятный бонус сейчас лежал на его столе, благодаря старанием бывшего лучшего друга — папка с именем «Мэдрина Кроунер». Которую Стрейтен открыть пока не спешил.

Это дело должно было быть простым, специально подобранным для практикантов выпускников. И Стрейтен уверен был в своем полном успехе. Простое заклятье призыва призрака, ничего особенного. Но обернулось оно почему-то ужасными последствиями.

— Пожелаете чай, коньяк, болеутоляющее? — соткавшись в шаге от некроманта, поинтересовалась Бри. — Отправить весточку ниаре Трайе, чтобы прислала девицу? Или несколько?

Дар замер, но после махнул рукой на слишком рьяную прислугу. Как-то чересчур хорошо она его выучила. Слава богам, что подчинена она тоже — полностью и навечно, и никому не проболтается о привычках и пристрастиях своего некроманта.

— Сильно заметно, что мне нужно болеутоляющее?

— Мне не видно, как человеку, но я чувствую в вас удерживаемую магию мертвых и меньше ее не становится. Это не очень приятно для живых, должно быть.

Вот в этом призрак была полностью права. Переносить боль становилось все сложнее. Но терпимо.

— Лучше расскажи мне, что ты узнала о моем фамильяре, — упав в кресло и закурив сигару, спросил Стрейтен.

— Ничего необычного. — принялась за доклад Бри. — Призвана из другого мира, когда впервые обернулась и проявила себя, как потенциальный фамильяр. Родители по данным академии из ее же мира, вполне обычные, без каких-либо способностей. Отец умер, мать исчезла, воспитывалась девочка бабушкой. В Академии показала неплохие результаты, но все время пытается доказать значимость фамильяров. За что любви от преподавателей не заслужила. Скорее наоборот, учитывая, что ее направили к вам. Хоть бы некроманта поприятней выбрали.

— Когда я буду нуждаться в твоих комментариях, обязательно тебя уведомлю об этом, — по-змеиному улыбнулся некромант, и призрак точно юная девица ойкнула и стрельнула невинным взглядом в своего хозяина. — Давай дальше. Я пока слишком живой, чтобы принимать всерьез твое кокетство.

— А жаль, — надула губки Бри, и некромант решил не уточнять, о чем именно пожалела его прислуга. — Друзей немного, с сокурсниками не особо ладит, но и не враждует. Точнее не враждовала до некоторых пор. Сейчас там ставки делают, уложили ли вы ее уже в постель или она вас.

— Вариант — «половая связь отсутствует» не значится?

— Был, — кивнула Бри. — Но ставка одна и то… скорее для приличия. Видимо подруга ее. И это притом, что сама она невинна.

— Это откуда ты узнала?

— Медицинская карта, — улыбнулась призрак. — Осмотр перед практикой. Если вы еще не…

— Бри-и-и…

— То она совершенно точно невинна.

— Мда… — поморщился некромант, бросив взгляд на папку. — Поставь сотню золотых на самый непопулярный вариант.

— Как прикажете, господин! — кивнула Бри. — Это все?

— Абсолютно, — кивнул некромант и призрак растаяла, отправившись выполнять задание.

Некромант улыбнулся, представив, как Бри явится в студенческое общежитие делать ставки от его имени. Скорее всего, слухи это если не уничтожит, то несколько остудит.

Даррел Стрейтен перевел дыхание и все же наполнил бокал коньяком, сделав несколько больших глотков.

Руки чесались снова провести призыв. Завершить начатое много лет назад. Если Мэдрина мертва, то обязательно откликнется по крови на зов некроманта. Но в прошлый раз Дар думал так же, а закончилось это для них с Тимом не лучшим образом — два фамильяра мертвы потому, что молодые и самоуверенные маги переоценили себя. А отдача от заклинания стала проклятьем Даррела.

Он нервно постучал пальцами по папке, а после открыл один из многочисленных ящиков стола и смахнул ее туда. Слушая доклад Бри о Сандре, он словно читал давно забытое дело Мэдрины Кроунер. Вот что значит — одна кровь.

Губы некроманта дрогнули, когда в памяти словно картинки всплыли события предыдущего вечера.

В любом случае, он обещал ей попробовать. И уклониться от этого задания у него не получится.

Даррел Стрейтен щелкнул пальцами и прошептал заклинание, сжав метку. И посреди комнаты открылся зеленый портал, послышались звуки музыки, смех, а следом появилась сама фамильяр. Ее глаза были широко распахнуты, белые волосы прилипли ко лбу, а на щеках играл неизменный румянец.

— Ну хоть одета в этот раз, — хмыкнул Стрейтен, окинув Сандру с головы до ног. — Правда, не скажу, что это плюс.

— Добрый вечер, ниар Стрейтен, — она вскинула чуть затуманенный и будто хмельной взгляд. — У вас какие-то личные счёты с дневным светом? Вы вообще не спите?

Дар улыбнулся, окинув взглядом не совсем уверенно стоящую на ногах девушку. Да его помощница, похоже, навеселе! Вовремя он ее выдернул, ничего не скажешь.

— А я тебя на гулянку приглашал, между прочим, — усмехнулся некромант, добавив коньяка в стакан. — А ты без меня развлекаешься в рабочее время. Ай-яй-яй!

Он укоризненно покачал головой, поцокал языком и сделал несколько глотков из стакана, даже не поморщившись, глядя на Сандру поверх края стакана. Повезло же вырвать ее просто с вечеринки.

— Вы на часы давно смотрели? — Сандра вскинула правую бровь. — Сейчас полночь.

— Самое некромантское время! А ты что думала, мы будем средь бела дня нежить охотничать? Нет, милая. Некромантские ритуалы творятся под покровом ночи, подальше от любопытных глаз. Нас и так только три века назад перестали на кострах жечь. Или ты думала иначе?

— Я думала, что некроманты все же спят по ночам, — она откинула прядь волос с лица. — В компании смазливых вампирш, например. Или кто там еще из нежити вас привлекает? Мертвяки, упыри…

— Ты как сварливая жена. Не завидую твоему будущему мужу, — рассмеялся Стрейтен, махнув рукой на кресло. — Присядь, тебя штормит слегка, смотрю. Бри, — призрак соткался в воздухе за одно мгновение. — Попроси Анну приготовить для нашей гостьи чай.

Сандра неуверенно приблизилась к креслу и плавно опустилась, одергивая юбку.

— Как прикажете, господин, — наградив фамильяра ревнивым взглядом, кивнул призрак. — Ваше предыдущее поручение выполнено.

— Я в тебе и не сомневался, — изучающе глядя на девушку, рассеянно кивнул некромант. И Бри, не удостоившись внимания, фыркнула и исчезла. — Вот. И эта ревнует. Откуда вас только ревнивых таких на голову мою насыпалось? Не отвечай. Вопрос риторический. Ладно. Судя по всему, планы меняются. Ты не в состоянии работать.

— Почему же? — Сандра вскинула взгляд. — Я готова!

— Ты мне как минимум прямостоячая нужна, — скептически поморщился Стрейтен.

— Так вы же на гулянку звали, — она передернула плечами. — Очередной бал вампиров? Сходка мертвяков?

— Мда… — протянул Стрейтен. — Такая молодая, а уже смертница. Ладно, спишем на алкоголь. Я обещал тебе ритуал призыва. Видимо, зря потревожил только. Чай выпьешь, и брысь домой отсыпаться.

— Нет! — она подскочила на ноги, покачнулась и оперлась руками о стол, буквально нависнув над некромантом и оказавшись совсем близко. И Дар невольно замер, задержал дыхание, вглядываясь в напряженно-сосредоточенное лицо своей помощницы. — Я сделаю все, что скажете!

— Очень заманчивое предложение. Хорошо, — сбросив секундное наваждение, съязвил Стрейтен. А после взял ее за руку и, поднявшись на ноги, подвел к стеллажу с книгами, пробежал пальцами по корешкам книг и резко дернул пошарпаный томик стихов эпохи Затишья. Стеллаж дрогнул и растворился, искря серебром, открывая лестницу в подвал, его любимое место в доме — лабораторию. — Идем, раз готова… Стоять.

Стрейтен подмигнул своему фамильяру, а она чуть нервно улыбнулась, но решительно двинулась за ним следом.

Резко воняло бальзамирующим зельем, которое некромант неосмотрительно забыл закупорить. Темноту рассеивал свет от нескольких настенных ламп. На столе смирно лежало чучело редкой в этих краях совсем юной виверны, почти готовое к поднятию и подчинению. Мало того, что она и так воняла, так еще и бальзам. Вонь глаза выедала.

— Посиди в уголочке на стульчике, пока я приготовлю все необходимое, — кивнул на стул Даррел. — Будет тошнить — не стесняйся говорить. У меня только повар из живых, убирать тут за тобой никто не будет.

— Я в полном порядке… — она поморщилась и бросила взгляд на стол с виверной. — Все некроманты испытывают слабость только к неживым? Вы поэтому один живете?

Сандра, чуть заметно покачнувшись, дошла до стула и несколько неловко хлопнулась на пятую точку, решительно вздернув подбородок. Но, скорее всего, больше храбрилась, чем действительно могла участвовать в ритуале. Благо, от нее всего-то и нужно было — пара капель крови, отданной добровольно.

— С нами, некромантами, не уживаются теплокровные, почему-то. Да и с неживыми проще, не портят нервы, как некоторые. А ты? Парня почему не завела себе до сих пор? Если что, я с сотрудницами не сплю, пустых надежд не питай.

— О, половина академии так не думает, — Сандра хмыкнула. — Вы — живая легенда. И сейчас ваша кхм… личная жизнь ввиду некоторых обстоятельств среди выпускников самая обсуждаемая.

— Это еще один минус живых — они вечно придумывают темы для обсуждений, даже если они высосаны из пальца. У меня была невеста, если тебе интересно. Помолвлены были еще со студенчества. Но она втрескалась в моего фамильяра, да так и не простила мне… — Дар замолчал, прикусив язык. С чего это его потянуло на откровения? Не иначе, тоже переусердствовал с алкоголем. — Не важно, вобщем.

— В фамильяра? Это же запрещено.

— Любить невозможно запретить, — грустно улыбнулся Стрейтен. — Ты просто не влюблялась, видимо, по-настоящему еще.

— Надеюсь, эта участь меня минует, и я сгорю на работе, ниар Стрейтен.

— Это самая большая глупость, Сандра, которую ты могла придумать. Даже самые упрямые шли на все ради своих чувств. Благо, я тоже еще ни разу настолько не увлекался, чтобы забыть обо всем на свете. Любовь, видимо, не для таких как я. Как ты там выразилась? Любитель мертвяков? Пусть так. К слову, на работе гореть тоже совершенно не обязательно. Ладно, время идет, а у тебя еще пары завтра, кажется? Впредь, будь готова к тому, что я могу призвать тебя в любое время. Раз уж ты решила со мной работать.

— Поняла. Спать буду в форме. И прикрываться плащом на всякий случай.

— К слову, тебе на счет перевели оплату за первое задание и за аренду плаща, — между прочим заметил Стрейтен, перебирая пузырьки и пытаясь понять, что помимо чучела здесь завоняло. — Точнее — твою часть гонорара.

— Разве практикантам положена оплата? — в ее голосе слышалось искреннее изумление.

— Возьми за правило — ни один труд не должен быть обесценен. Тем более, если ты рискуешь собственной жизнью, — назидательно вздернув палец вверх, изрек Стрейтен, а после подмигнул. — И не спускай никому ни медяка. Все, ты мне мешаешь. Разболталась тут, мне с тобой что… здесь всю ночь прикажешь сидеть?

Стрейтен задумчиво улыбнулся, отвернулся от девушки и щелкнул пальцами, а на полу тут же вспыхнула зеленым пентаграмма. Магия прокатилась по помещению, наполняя рисунок, укоренившийся в самом фундаменте этого дома. Дар пошевелил пальцами и в узлах печати призыва оказались свечи.

— Идеально, — пробормотал себе под нос некромант, достав из навесного шкафа ритуальный нож. — Она скорее всего агресивна. Смерть неестественная, потому не жди, что она будет рыдать от счастья, едва тебя увидит.

Дар достал лучину и принялся зажигать свечи в определенной последовательности от живого огня, начитывая заклинание, укрепляя защитный контур. Кто вообще знæт, чем в этот раз может обернутся этот демонов призыв. Стрейтен, конечно, сильнее, опытнее, чем много лет назад, да и пентаграмма уже не рисунок мелом от руки, но все равно на душе было неспокойно.

— Ниар Стрейтен, — послышался скрипучий голос Анны чуть раньше, чем сама она появилась с подносом в руках. Сухая, сгорбленная, с обожженным лицом пожилая женщина, прихрамывая, спустилась в лабораторию, не расплескав ни капли чая. — Куда оставить?

— На столик в углу. Даме нужно взбодриться, — махнул рукой, даже не оглядываясь, велел некромант.

— Это той, которая спит уже? — так же бесцветно, уточнила повариха, чуть прищурив изуродованный левый глаз.

И только теперь некромант уделил внимание фамильяру. И невольно улыбнулся.

— Кажется, я зря тебя потревожил.

Анна хмыкнула, пробормотав себе под нос что-то рассерженное, но развернулась и отправилась обратно на кухню.

А Дар задумчиво смотрел на милую девушку, забавно морщившую во сне немного курносый нос и поджимающую губы. И на душе было какое-то непонятное, неуместное чувство, которому он еще не нашел определения. Видимо, в его словаре оно отсутствовало напрочь.

Стрейтен вздохнул, приблизился к девушке и осторожно взял ее на руки.

— О, уже оседлала, — беззвучно всплеснула руками Бри.

— Тише ты. Какая комната у нас не самая запущенная?

— Ваша, господин. В остальных, только упырей разводить — темно, пыльно и сыро, — отчиталась подручная.

— Ясно, — кивнул Стрейтен уже по дороге наверх.

 — … сколько вообще можно спать? Я что, в няньки этой невоспитанной фамильярше нанималась? — сквозь пелену донеслось недовольное женское бормотание. — Мне хватило и троих детей при жизни!

— Будто у тебя есть другие дела, Бри, — чопорно и сухо ответил другой женский голос.

Что-то звякнуло, и в нос ударил аромат крепкого кофе. Черт возьми, что вообще происходит? Где я? И почему голова гудит как электростанция?

— Очень нетактично напоминать мне, что я мертва, — первый голос зазвучал будто бы обижено.

— Но ты мертва, — «сухой» голос хмыкнул. — А у меня полно дел. Ниар Стрейтен просил приготовить кофе юной ниаре.

— Судя по ее состоянию, ей не кофе нужен…

Стоп, Стрейтен?! Фамилия наставника пронеслась в воспоминаниях яркой вспышкой и заставила сердце ухнуть в груди.

Веки распахнулись, и перед глазами в ярком солнечном свете, бьющем из окна, предстал незнакомый потолок с витиеватой мрачной люстрой, следом взгляд зацепился за незнакомые тяжелые темно-синие шторы, кровать с балдахином и… это была чужая спальня! В тот момент в памяти начали мелькать обрывки воспоминаний прошлого вечера. Вечеринка в холле женского общежития, внезапный призыв, Стрейтен, обещавший выполнить ритуал призыва духа, пентаграмма на полу и… все. Больше ничего не помню. Неужели я уснула прямо во время ритуала?! Но… как я оказалась в постели? И чья вообще это постель?

Резко подскочила с кровати и, запутавшись в одеяле, рухнула прямиком на пыльный ковер. Звон в голове от этого только усилился, а к горлу подкатила дурнота.

— Наконец-то! — перед глазами появилась полупрозрачная фигура женщины.

Кажется, это Бри. Помощница некроманта. Значит, я осталась у него дома.

— Доброго утра, Бри. Где ниар Стрейтен?

Кроме полупрозрачного призрака помощницы Стрейтена в спальне больше никого не было. Обладательница второго голоса уже ушла, хозяина дома тоже не было видно. Уже представляю его язвительные шуточки про мою ночевку в его доме. И, кажется, в его постели… Потому как здесь все было насквозь пропитано ароматом его парфюма, виски и табака. Я и сама пропахла смесью этих запахов. И от этого вся кровь прилила к щекам.

И все же я очутилась в постели некроманта, а еще провела в ней всю ночь… Превосходное начало практики! И это только второй день. А дальше что?!

Поднялась на ноги и, поправив изрядно помятую, но целую академическую форму, осмотрелась.

Спальня оказалась довольно просторной, но какой-то безжизненной, мрачной, холодной и совершенно не уютной. Стены темно-синие с тонкими серебристыми узорами, из мебели кроме большой кровати здесь был шкаф из темного дерева на резных изогнутых ножках, стол, заваленный какими-то бумагами, две прикроватные тумбы, кресло, на котором небрежно валялся черный пыльник. А следом взгляд зацепился за массивные настенные часы, показывающие, что я вот-вот опоздаю на первую пару! Черт…

— У ниара Стрейтена неотложные и очень срочные дела. Артефакт, который отправит вас в академию, находится на тумбочке. И кофе, — призрак говорила холодно и перед тем, как раствориться в воздухе добавила: — В мое время фамильяры не позволяли себе такой дерзости. Ну и поведение!

— С каких пор нежить вообще стала такой болтливой? — буркнула себе под нос

Еще не хватало выяснять отношения с ревнивой мертвой девицей…

Приблизилась к тумбочке, на которой действительно был оставлен артефакт и чашечка с кофе. Пора возвращаться в академию. Сегодняшние занятия никто не отменял, разумеется. Увы, но практика — всего лишь часть работы выпускного курса.

Кое-как пригладив спутанные волосы и собрав их в хвост, залпом выпила крепкий кофе и протянула руку к артефакту, мерцающему зеленым светом.

Один удар сердца, и мрачная спальня растворилась в изумрудной вспышке, а вместо нее перед глазами появился холл общежития. Правда, не женского общежития фамильяров. Но место я узнала. Мне довелось уже бывать здесь дважды. Обитель парней-магов, черт бы их побрал.

Совсем близко зазвучали мужские голоса, а следом смех.

Твою жеж…! Да Стрейтен просто поиздевался надо мной! Вот только не хватало мне быть замеченной в мужском крыле магов в столь ранний час. И Кайр или Нейтон, разумеется, придумают свою версию развития событий этой ночи. И от репутации распущенной девицы мне точно не отмыться. Вот только этого еще не хватало!

Так. До учебного крыла отсюда было рукой подать. Нужно действовать. А то третьей беседы с проректором мне не избежать.

Резко развернулась и бросилась в противоположном направлении от звука голосов, надеясь, что останусь никем не замеченной. Но стоило добраться до поворота, как все мои надежды рухнули в бездну. Мне навстречу кто-то приближался. И я едва успела нырнуть за колонну и затаила дыхание, ощущая, как бешено колотится сердце.

— …подкинешь это ей в вещи, — тихий голос Кайра. — Только незаметно.

— Поняла. Эта белобрысая идиотка отравила Нейтона и из-за нее… — последовал чей-то едва слышный ответ. Говорила девушка, но кто — не ясно. А выглянуть из-за колонны я не могла. Впрочем, больше ничего разобрать не удалось. Но кажется, я знала о какой белобрысой идет речь. И, кажется, маги объявили мне войну. Чудесно…

До лекционного зала мне удалось добраться без происшествий и даже без опоздания. Нисты на привычном месте не было, но меня это не удивило. Отсутствовала еще треть однокурсников, а значит вечеринка, скорее всего, продолжалась до самого утра. Тем количеством шипьера, что принесли ребята, можно было напоить вообще все общежитие. К началу занятий определенно пришли самые стойкие. Или те, кто попросту проигнорировал все веселье, как например Хельда и Зои.

Гул в голове практически исчез, и я даже чувствовала себя отдохнувшей. Отдохнувшей, но все же немного не в своей тарелке. Стоило только вдохнуть чуть глубже, и я тут же ощущала смесь ароматов мужского парфюма и сигар, впитавшуюся в волосы, пропитавшую кожу. Аромат Стрейтена. И это совершенно не давало сосредоточиться на истории развития института фамильяров. Этот запах будто возвращал меня назад, в его поместье, напоминал о моем провале и… о вчерашнем разговоре.

Все это время я считала его язвительным высокомерным снобом, который привык издеваться над студентами-фамильярами. Нет, он определенно язвительный, но не сноб и не высокомерен, как все маги. Вчера Стрейтен вел себя совершенно по-иному. Обещал самую настоящую зарплату, а затем и вовсе оставил меня в своем доме, да еще и в своей спальне. Почему? Мог бы разбудить, устроить мне выволочку с язвительными уколами. Но нет. Мне показалось, что именно вчера он… был самим собой. Или просто показалось из-за пузырьков шипьера в голове?

Стараясь отвлечься от ненужных мыслей, сразу после лекции я отправилась в библиотеку за литературой для написания проклятого доклада для профессора Зануды. Увы, в этом мире не было ни компьютеров, ни тем более, интернета с готовыми рефератами и сочинениями. Поэтому готовиться приходилось по старинке. Но меня все еще не покидала мысль о внедрении современных земных технологий в магический мир. Это значительно бы упростило жизнь для всех.

— Сегодня один из самых худших дней в моей жизни! — Ниста появилась, стоило мне только погрузиться в записи о фамильярах. Плюхнулась на соседний стул и подперла голову кулаком. — А у тебя как дела?

— И тебе привет, Нис. Я в целом… неплохо. Если бы не доклад для Тримма, то было бы еще лучше, — отложила книгу в сторону и бросила взгляд на подругу, — Это ты из-за вечеринки, да?

Ниста выглядела вполне обычно. Рыжие кудряшки стянуты в хвост на затылке, форма как всегда чистая и идеально разглажена. Но лицо было мрачнее тучи, а в зеленых глазах плескалось уныние.

— О, так ты знаешь? — подруга забарабанила пальцами по столешнице.

— Не сложно догадаться, что после всего у тебя голова раскалывается. Но, знаешь, у меня в тумбочке осталось еще то зелье, которое устраняет последствия от шипьера…

— Издеваешься? — Ниста фыркнула. — Думаешь, я не знаю, как справиться с похмельем? Дело не в этом.

— А в чем? Да что с тобой? Что случилось, и где вообще ты была все утро? — собрала книги и скинула их в сумку, планируя заняться докладом позже.

В этот момент послышалось недовольное “гхм-гхм” от ниары Дэйзы, хранителя библиотеки академии. Маленькая, щуплая, но очень проворная женщина. Казалось, она перемещалась по библиотеке со скоростью метеора и видела каждое нарушение. Вот и сейчас она прошла мимо, поправив очки на переносице и недовольно мотнув головой.

— У проректора, чтоб его… — Ниста заговорила тише и закатила глаза. — Значит так, запомни, когда я предложу тебе в следующий раз пойти со мной на вечеринку, скажи мне заткнуться!

— Оу, это уже интересно! И что я пропустила? Скандал? Драка? Только не говори, что ты избила Нейтона!

Не удивлюсь, если так и было. Ей-богу, я и сама побаивалась Нисту в гневе.

— Кулаки чесались, но, увы, нет, — подруга хмыкнула. — На вечеринку пришли совершенно неожиданные гости. После того, как Нейтон излил гм… душу перед всеми, появились Ниара Тремлон в компании великого и ужасного повелителя ключей Торрена. Так что твой призыв был весьма кстати. У тебя останется стипендия. И тебе не придется драить полы и следить за порядком общежития целый месяц. Ну и балл тебе не понизят за нарушение дисциплины. В отличие от меня, — Ниста тяжело вздохнула. — И с чего вдруг Тремлон обход решила устроить? Четыре года без них как-то прожили, а тут такое!

Не сказать, что новость меня сильно удивила. У меня было предположение на этот счет.

— Это Лиззи. Мне кажется, по крайней мере. Ты же слышала, как она верещала по поводу парней, шипьера и всего остального. Она и настучала на нас.

— О! Лиззи… — в зеленых глазах Нисты сверкнул нехороший огонек. — Найду ее и запихну ее гадальные карты ей… в общем, увидишь. Вообще-то, я думала, что за этим стоит Тиана. Ее в гостиной тоже не было. Она вполне тоже могла всех сдать. В ее стиле. Так что некромант со своим ночным заданием тебя практически спас!

Ниара Дэйза вновь бросила гневный и почти физически ощутимый взгляд в нашу сторону.

— Обязательно поблагодарю его, — я предусмотрительно поднялась с места и закинула сумку на плечо. — И нам уже пора. Мы опаздываем, а ты знаешь, что Гэмберт делает с опоздавшими.

Ниста неохотно поднялась на ноги.

— О! К слову о твоем некроманте! Вот что я увидела сегодня утром! — Ниста жестом фокусника вытянула откуда-то газету и помахала ею у меня перед носом. — Раскрытие убийства главы клана бла-бла-бла… Целый разворот посвящен Стрейтену! Но почему ты упустила от своей лучшей подруги тот момент, что позавчера ты была на вампирском балу?

Бросила взгляд на газетную статью. Громкий заголовок, страница текста и здоровенное фото Стрейтена. Черный костюм, сидящий идеально по фигуре, черная рубашка с расстегнутой верхней пуговицей, чуть прищуренные глаза, следы легкой небритости на лице и губы изогнуты в подобии улыбки. Но Ниста ткнула на соседнее изображение.

— Вот, это же ты на фото? Я узнала то черное платье!

Присмотрелась, и действительно мне удалось разглядеть знакомый силуэт. Черт. Плохая новость! Особенно учитывая то, под каким «прикрытием» я там была.

— Тише ты! Больше никто не должен меня узнать. Мне нельзя разглашать подробности работы. Сама понимаешь…

К большой радости хранительницы библиотеки мы выскользнули в переполненный коридор. Здесь жизнь, как и всегда, кипела и бурлила. От шума голосов и эха буквально в ушах зазвенело. Ниста перехватила меня под руку и уверенно потянула прямо по коридору.

— Угу. Понимаю. И… тебя опять сегодня всю ночь не было. Ничего не хочешь рассказать?

Рассказать о том, что ночевала в спальне Стрейтена. Сенсационная новость, учитывая все обстоятельства… Поэтому придется врать, хоть и я на дух не переносила ложь.

— Вот только ты не начинай, ладно? — я заговорила тихо, стараясь сохранять невозмутимость. — Некроманты работают только по ночам, поэтому придется немного пересмотреть свой режим.

Мы протискивались между младшекурсниками, которые и так таращились на нас во все глаза. Не хотелось привлекать большего внимания.

— И в мыслях не было! Ты что! — в глазах Нисты горели искорки интереса. — Просто хотела спросить, где вы на этот раз были. Ну хоть намекни, над каким делом он работает. Так интересно!

— Не могу, Нис, правда.

— Ла-адно… Но может и про тебя в газете упомянут! Ты же помогаешь ему!

Если про заслуги фамильяра напишут в газете, то Луна на Землю упадет. Или конец света наступит по каким-то другим причинам.

— Фамильяр всего лишь тень, — передернула плечами. — И всегда останется тенью. А Стрейтен и правда превосходный сыщик, о котором нужно писать статьи в газетах.

— Превосходный сыщик и определенно красавчик! — Ниста подмигнула. — Ты забыла упомянуть этот факт!

От этих слов щеки обдало жаром. Бросила взгляд на окружающую нас толпу, надеясь, что нас никто не подслушивает. В последние дни у меня вообще развилась мания преследования… Не привыкла я к повышенному вниманию.

— Какое это имеет значение? — я ответила чересчур резко. — Он маг. Взрослый, самодостаточный, богатый и влиятельный мужчина. Который, к слову, по возрасту годится нам с тобой в отцы. И у нас сейчас пара, если ты забыла.

— Не забыла, — Ниста бросила в мою сторону подозрительный взгляд, но затем продолжали как ни в чем не бывало: — Если меня поставят в пару с Нейтоном, то я за себя не отвечаю, сразу говорю…

— И тебе опять придется беседовать с проректором. Забудь, Нис.

Мы перешагнули порог огромного тренировочного зала, разбитого на различные локации. Воссозданные развалины для тренировки стихийников, палаты госпиталя с реальными заболевшими для целителей, в отдалении алтари для некромантов… И так далее.

Сейчас здесь уже собрался весь выпуск. На протяжении последнего полугодия раз в неделю у нас были совмещенные пары с магами, на которых нам наглядно показывали работу «в связке». Вернее мы, фамильяры, были подопытными для магов-недоучек. Мне удалось поработать только со стихийниками. Такие тренировки требовали немалой физической подготовки и быстроты реакции. Нисте больше всего было по душе работать с целителями.

Тренер Гэмберт, подтянутый широкоплечий маг, как и всегда, быстро распределил нас по парам. Временные печати-связки отобразились на запястьях спустя мгновение после начала занятия, и я едва сдержалась, чтобы не выругаться, как только увидела символ на своей коже. Ну, конечно. Кого из некромантов мне еще могли назначить? Ближайший час будет явно запоминающимся.

— Значит, сегодня ты моя пара! — Кайр появился передо мной, насмешливо ухмыляясь. — И не обещаю, что сегодняшняя тренировка пройдет для тебя безболезненно. Идем.

Следом за Кайром я направилась в сторону каменного алтаря, на котором расположились свечи, какие-то книги и чучела птиц, мелких животных.

— Взаимно, Лейтон, — я заговорила едва слышно в тон своему сегодняшнему “напарнику”, - У меня отлично поставлен удар, как ты уже мог заметить.

— Ты забываешься, Сандра, — парень резко сократил разделявшее нас расстояние. На дне его темных расширившихся зрачков полыхнул гнев. — Я знаю, это ты отравила Нейтона. Не думай, что это сойдет тебе с рук.

А следом некромант-недоучка развернул запястьем вверх. Грубо сжал нежную кожу, мгновенно выстраивая связь. Я ждала этого, но все же зажмурилась. Временная метка отозвалась жжением, а меня будто током насквозь прошило.

Один удар сердца, и мир вокруг перестал существовать. Остались лишь потоки магии, переплетающиеся в пространстве. Золотистые, голубые, розоватые и черные, которые были мне нужны сегодня… Они переплетались и наполняли этот мир первозданной силой, магией. Нужно было лишь потянуться к ней. Уши заложило. Вокруг стало непривычно тихо.

Выдохнула и приняла силу, как это было положено по протоколу. Кайр, наконец, отстранился. Развернулся к алтарю и распахнул ближайшую книгу. Его губы зашевелились, произнося заклинание. И в тот же момент темная, тягучая магия полилась по венам, распространяя волны леденящего холода, заставляя сердце в груди замирать. Но чем дальше некромант-недоучка читал заклинание, тем сложнее мне было справляться с потоком темной магии. Происходило нечто из ряда вон выходящее. И я не могла это контролировать.

— Лейтон, ей плохо, прекрати… — будто сквозь стену раздался рядом голос кого-то из магов.

Но Кайр и не думал останавливаться. От его действий перед глазами все поплыло. Казалось, еще мгновение, и меня разнесет на кусочки. Какого черта он творит?! Хочет лишить меня сознания на глазах у остальных?! Или еще что хуже… Мысли лихорадочно бились в голове, в воспоминаниях всплывали обрывки фраз из учебника. Доклад для Тримма… Фамильяр может выстраивать связи, а может и прерывать. Это возможно… Я должна попытаться.

Обратилась к потоку и резко вскинула ладонь вверх, вкладывая в этот жест всю свою уверенность и остаток сил. И тут же мир вокруг приобрел обыкновенные краски. Гул голосов вокруг вновь стал громче.

— Что… что ты сделала?! — Кайр процедил сквозь зубы, склонившись пополам над ритуальным камнем.

Заметила рядом изрядно напуганную Нэйру, одногруппницу Кайра. Она таращилась на нас во все глаза. Больше, правда, никто ничего не заметил.

— То, что должна была, — выдохнула, пытаясь восстановить дыхание. — Еще одна такая выходка, и отправишься к целителям в лучшем случае, в худшем — к праотцам, Кайр.

— Это угроза?

— Предупреждение. Думаю, мы закончили, — я развернулась и зашагала прочь.

Бом-бом-бом… Часы на центральной площади перед общежитием пробили одиннадцать раз будто в насмешку. Прохладный ветер раздул волосы и полы вернувшегося ко мне плаща. Уже полтора часа я нервно бродила взад-вперед перед фонтаном в полной боевой готовности, как говорится, но… Ниар Стрейтен сегодня не торопился с вызовом.

Решил устроить выходной? Или все же планирует выволочку за вчерашнее происшествие? Чего вообще теперь ждать? Может и вовсе пора идти в общежитие и все же выспаться.

— Спишь? — послышался голос Стрейтена в голове. Какой-то усталый, хриплый. Не думала, что ментальная связь отражает проблемы со здоровьем. Или я просто придумываю?

— Нет, я полностью готова к работе! — опомнившись проговорила в ответ.

— В кои то веки, — проворчал некромант, и меня тут же объяло зеленоватое сияние.

Первое, что ощутила — сырой воздух и запах тины. И только проморгавшись, поняла — мы на Трейгренском мосту. Потому и вонь такая. Жатерлина, или в народе Жабница, протекала через столицу, собирая сточные воды после дождя. После скандала с наядами, правда, запретили выбрасывать мусор и выливать помои в реку. Правда, и для такого волевого решения понадобилось пара перевернутых лодок и искромсанные неводы. Но уже загрязненная река мстила жителям столицы. Особенно после дождя. Хорошо хоть протекала она по западным кварталам, а не через весь город.

Свет пары фонарей вырывал из опустившегося на город тумана темную фигуру некроманта, облокотившегося на парапет и разглядывающего что-то в воде. Мистичестичности его и без того мрачной фигуре добавлял неверный свет, не самое уютное место в городе и темное время суток, в которое обычно только в нижних кварталах и людно. Приличные люди уже захлопывали окна на ночь и рассказывали сказки детям перед сном. Ночь — время нежити и некромантов. Ну еще одного ненормального фамильяра, решившего, что имеет право и силы работать с таким невыносимым наставником как Даррел Стрейтен.

— Доброй ночи, ниар Стрейтен! — заговорила, стараясь держаться уверенно. — Я хотела извиниться за вчерашнее происшествие. Такого точно больше не повторится. И… спасибо вам. За все.

— Как учеба? — проигнорировав все, сказанное мной, словно не услышал, спросил наставник. — Слышал, у тебя не очень ладится с однокурсниками. Правда это?

С каких пор его интересует моя жизнь вне практики? Я ожидала насмешек, язвительных уколов или по крайней мере очередную шутку про мою одетость, но никак не такого вопроса. Сегодня Стрейтен, на удивление, был серьезен как никогда. Что это с ним?

— Правда, но я вполне могу за себя постоять, — пожала плечами, вспоминая испуг на лице Кайра.

Я и правда поставила его на место. Главное теперь, чтобы это не вышло мне боком и не разозлило его еще больше…

— Это хорошо! — кивнул Стрейтен. — Фамильяр у меня должен думать исключительно о работе, а не о том, что ему чего-то подсыпали, подлили, или изрезали парадное платье. Работа такая, что не стоит отвлекаться. Иди сюда. — махнул он рукой, и я послушно шагнула ближе к магу, тоже бросив взгляд в темноту под мостом. — О чем ты сейчас думаешь?

Подобный вопрос заставил меня растеряться на какое-то мгновение. Как и серьезность моего наставника.

— О задании. И… о том, какая вообще у меня задача на практике? — ответила искренне и вскинула взгляд. — По протоколу фамильяр должен стать тенью мага, пополнять силы и все такое… Вы же слышали о протоколе?

Какое-то время он молчал, обдумывая мои слова? Или все же делая какие-то свои выводы. Может, наконец, пытался вспомнить, что там пишет протокол?

Но скоро он повернул голову, посмотрев на меня как-то изучающе и… волнующе. Настоящее везение, что я не смутилась под этим взглядом. Видимо потому, что настолько не ожидала, что некромант вообще способен на кого-то смотреть так… что кровь в венах вскипает. А после, приблизился ко мне каким-то неуловимо-текучим движением, и все, что я успела — развернуться к нему лицом, глядя прямо в черные глаза. В горле застряли не то что слова, даже воздух не вдыхался. И только сердце колотилось как ненормальное.

— Вот! В этом твоя проблема. Ты должна думать о будущем. Мы сейчас ночью посреди города. Точнее посреди самого неблагополучного квартала, где с тобой может случиться все, что угодно. Рядом с тобой только один некромант, с не самым простым характером и не самыми понятными целями. О чем ты должна думать, Сандра?

Он склонился ко мне так близко, что теплый воздух вылетающий вместе с его словами, касался кожи. Волнующе, дурманяще, гипнотизирующе.

— Зачем я здесь? — заговорила едва слышно.

— Ты всегда должна думать, как выжить, Сандра. — проговорил Стрейтен, словно не услышал моего вопроса, и его ладони скользнули мне на талию, а губы оказались совсем близко к моим губам. Наверное, потому смысл сказанного не полностью доходил до разума и частями терялся в ночной тишине и тумане над рекой. — В первую очередь, как выжить. Поверь, быть умертвием не самая веселая и завидная судьба. У тебя должно быть десять вариантов, как выкрутиться или сбежать, если на тебя напали. Притом, три — сразу же. Даже если твой маг трижды самый-самый и точно уверен, что все пойдет как нужно. Фамильяр себя не сможет защитить. И гибнет всегда первым. Из-за самоуверенности магов. Ясно? Кивни если ты меня поняла!

И я понимала, о чем он. Стрейтен будто мои мысли озвучивал. Но когда я пыталась задавать неудобные вопросы преподавателям, то никогда не слышала разумных ответов. Фамильяр должен думать в первую очередь о маге, а не о себе. Но Стрейтен… думал иначе?

— В академии учат совершенно противоположному, — выдохнула я в ответ.

— Опять ты не о том, — прошептал мне на ухо некромант. — Всегда три выхода… Это мой самый важный для тебя урок, Сандра.

Одно движение, Стрейтен резко подхватил меня под колени и толкнул в плечо. Наваждение исчезло. Мир перевернулся, я стала невесомой на несколько мгновений. Какого черта вообще происходит?! Я ни понять, ни вскрикнуть не успела прежде, чем плюхнулась в холодную воду Жабинки. А после, за мои ноги кто-то вцепился и потащил на дно.

Русалки, вернее наяды, конечно, прекрасны, но становиться одной из них в мои планы не входило совершенно! Три выхода… Пока выход только один — пяткой в нос тому, кто пытается меня утопить!

Кретерхольские острова — жемчужина империи. Обычному жителю континента на них так просто не попасть. В первую очередь потому, что место это тщательно оберегается наядами. И не столько сами острова, сколько подводные пещеры, о которых существа наземные только слышали.

В первое свое знакомство с холодными женщинами южных морей, Стрейтен едва не утонул. Но, как и любая нежить, наяды легко подчинялись темной магии некроманта. И скоро с населением южных морей у столичного некроманта установился стойкий нейтралитет. Они не заигрываются на его территории, он — не мешает им жить вне столицы по своим правилам. Впрочем, его отношения с любой разумной нежитью были приблизительно одинаковы — они интересовали некроманта исключительно тогда, когда того требовало дело и ровно настолько, насколько это требовало дело.

Эринаргель даже подарила ему на память артефакт для связи, назвав это жестом дружбы и доброй воли. Именно с помощью этого артефакта повелительница южного моря и вышла на связь, объяснив свое внимание коротким — “Дело требует вмешательства опытного следователя”.

А поскольку помимо Стрейтена у нее знакомых магов, которым она хоть каплю доверяла не было, привередничать не получилось.

— Брыкаться прекрати, — по ментальной связи скомандовал Стрейтен отбивающейся от наяды Сандре, оказавшись в воде и отыскав ее взглядом. — Иначе, до портала воздуха не хватит.

— В следующий раз формулируйте задания четче! — последовал ее будто бы рассерженный ответ, но девушка все же успокоилась.

— Утонешь, я не буду тебя поднимать. И вообще, скажу, что ты не подготовлена была для работы в полевых условиях, — меланхолично не то предупредил, не то констатировал некромант. — Чему вас там сейчас в академии вообще учат? Если тебя захватила наяда, то лучше прикинуться дохлой селедкой. Может, повезет и утопленного топить по второму разу не станет. Чем больше брыкаться, тем остервенелей она тебя будет топить. Приготовься, сейчас портал.

Подводные порталы не самая приятная штука. Это как стихийные водовороты — затягивает на дно и неизвестно, куда вынесет несчастного, решившего им воспользоваться, и доживет ли он до выхода. Потому этот способ передвижения и предпочитали одни жители морей, океанов, рек и озер. И еще маги воды, у них еще получалось направлять водную стихию в нужное им русло.

Голубая вспышка, едва ощутимая дрожь воды и тут же все изменилось, а некроманта и его фамильяра вытолкнули из воды их проводники.

Мягкое сияние освещало довольно большой куполообразный грот. Солнечный камень просто в почве скалы отражал свет, создавая сплетение тонких разноцветных лучей, что собирались в пучок под самым сводом и падали вниз на алтарь. Пустующий сейчас.

— О! Сани, кажется, у тебя появилась возможность хвастаться, что ты побывала в сокровищнице наяд, — заулыбался некромант, не обращая внимания на злое сопение отфыркивающегося фамильяра. — Нам просто несказанно повезло.

— Да уж! Неслыханное… везение! — буркнула Сандра себе под нос, глотая ртом воздух отчаянно пытаясь отдышаться. — Сейчас самое время рассказать о задании, ниар Стрейтен. Или мне ждать, когда меня с концами утопят? Вам же с нежитью куда приятней общаться…

— Не буду отрицать, нежить меня бесит куда меньше, — подмигнул Стрейтен.

Дар оперся на камень, и рывком выпрыгнул из воды. Мокрая одежда тянула на дно, потому нужно было вытащить упрямого фамильяра на сушу, пока она из вредности и правда не пошла ко дну. Потому Стрейтен не придумал ничего лучше, чем подцепить ее за воротник многострадального плаща выдернуть на тот же каменный берег. Лицо девушки раскраснелось, а во взгляде явно читалось раздражение.

— Так полегче разговаривать, Сани, — констатировал некромант, всего на мгновение придержав ее под руку, помогая подняться на ноги и тут же отошел на сколько позволял небольшой островок с алтарем. Нужно держать дистанцию, она слишком много занимает места в его жизни, а подобное исключено для него. — А в суть дела нас введет эта милая дама с рыбьим хвостом.

— Расист, — мелодичный голос, так похожий на журчание молодого родника, раздался совсем рядом, а отбившись от сводов эхом, повторил несколько раз.

Старшая дочь повелительницы южных морей ни капли не изменилась со времен переговоров с людьми, состоявшихся десятилетие назад. Светлые, словно отлитые из платины волосы, миндалевидные глаза, цвета моря, идеальные черты лица и белоснежная кожа, словно фарфор — ничто, без этого голоса. Не зря говорят, не будет покоя тому, кто однажды услышал песню наяды. Люди сходили с ума, просиживая на берегу и мечтая хоть раз еще услышать голос прекрасной жительницы подводного царства. Но… мужчинам места на дне водоемов не было, разве что так… ради увлечения и пропитания, а женщины становились такой же хвостатой нежитью.

— Забываешься, Дриэла, — покачал головой Даррел. — Знакомься, моя помощница и преемница Сандра Бэйшоп. Сандра, это преемница повелительницы морей — Дриэла. Невероятно прекрасна и точно так же коварна. Как само море.

— Рада знакомству, — сдержанно проговорила Сандра, чуть кивнув головой.

— Какая очаровательная девушка, — наяда как-то плотоядно посмотрела на фамильяра. Словно уже примеряла на Сандру хвост. — Как приятно.

— Познакомились, молодцы. Теперь говори, что нужно и к чему такая таинственность. У меня дел полно, а молодые кадры уже от усталости с ног валятся, им на пары еще.

— С каких это пор ты заботишься о ком-то кроме себя? — фыркнула Дриэла, выпрыгнув на камень и подтянув рыбий хвост.

В считанные мгновения на месте шикарного рыбьего хвоста появились идеальные человеческие ноги. Дри пошевелила пальцами, словно уже не помнила, как это иметь еще одни человеческие конечности, как-то грустно улыбнулась, но рывком поднялась, поправив волосы так, чтобы не сильно смущать присутствующих людей своей наготой. Даррела конечно не удивишь и не смутишь, а вот Сандра покраснела и отвела взгляд.

— Дело в том, что недавно из этой сокровищницы пропало два очень важных артефакта — ожерелье из голубого жемчуга, и чешуйка с хвоста Матери наяд. Эти две реликвии использовались для того, чтобы мы могли… размножаться, — Дриэла бросила быстрый взгляд на Дара и продолжила. — Жемчуг из ожерелья приманивал девушек, а чешуйка даровала благословение… стать такой, как мы. Охрана на входе ничего не слышали и не видела.

Стрейтен не считал, что обрести рыбий хвост — такое уж благословение. Но его умозаключения не имели сейчас никакого значения.

— И как вы считаете, кто мог пробраться в закрытый охраняемый грот?

— Понятия не имеем. Потому ты и здесь, Дар. Нам необходимо вернуть эти реликвии. Иначе… наш народ под угрозой вымирания. Мы и так все чаще гибнем от рук браконьеров. Нас вытравливают нечистотами, которые сливают в воду, вылавливают неводами… и скоро…

На глаза русалки навернулась кроваво-красная слеза и скатилась по щеке.

— Ой, давай ты только не будешь из себя жертву строить. Сами выживаете за счет чужой гибели. Расскажешь все это кому-то более жалостливому… Сандре вон рассказывай, она может, тебя и пожалеет. Мне лучше скажи, у вас в последнее время гостей сверху не было?

— Делегация от правителя вашего была, — посерьезнев и растеряв все наигранные страдания, призналась Дриэла. — Но они все были на виду. Да и времени провели здесь немного. От дыхания наяды отказались, принесли с собой зелья, чтобы дышать под водой. Они и недолго пробыли во дворце. Думаешь, что это… они?

Глаза наяды потемнели, словно море в шторм. Все же, не стоит забывать, что самая красивая нежить всего-лишь бесчувственный монстр, созданный в первую очередь, чтобы убивать.

— Рано делать выводы. Мы осмотримся, а ты пока составь-ка мне список всех, кто прибыл с делегацией, — улыбнулся Дар, и наяда согласно кивнув, развернулась и прыгнула в воду, напоследок наградив Сандру внимательным взглядом и легкой улыбкой. — А теперь, дорогой мой фамильяр, скажи, кто может пробраться в грот, не попадаясь на глаза наядам?

— Быть может, — она нахмурилась и задумчиво закусила губу. — тот, кто может оборачиваться в какое-то водоплавающее животное? Тот, кто не вызывает подозрений.

— Как вариант, — задумчиво побарабанил Стрейтен по пустующему камню. — Оборотня наяды засекли бы. А вот фамильяра… Вы куда больше похожи на обычных животных, чем оборотни. К тому же, оборотни сохраняют пропорции, лишь немного изменяясь. А вот фамильяр может из человека хоть в медведя, хоть в жука. Утрирую, не дуйся.

— О да, мы же ручные, карманные зверьки, которые носят при себе… не важно, — Сандра мотнула головой. — Зачем вообще фамильяру эти сомнительные реликвии? Работал на заказ для своего мага? Зачем вообще кому-то похищать эти вещи? Они же не имеют силы для магов… Или я чего-то не знаю?

— Как знать… все имеет силу, если знать, как применять. А фамильяр мог работать и с магом. Маг воды к примеру мог открыть портал к своему фамильяру. Или же сам фамильяр вне закона… Есть и такие, подбери челюсть. Не все фамильяры с радостью идут на жертвы во имя всеобщего блага. Есть и с инстинктом самосохранения. В любом случае, для начала нужно проверить состав делегации. Потом видно будет. Ты подозрительного ничего больше не замечаешь?

Сандра сделала пару шагов вперед, а затем присела на корточки и провела пальцами по каменному полу, поросшему зеленоватой водорослью.

— Наяды, я так понимаю, не часто принимают человеческий облик. Значит, здесь вполне могли остаться следы зверя, к примеру, — девушка отбросила прядь мокрых волос с лица и продолжила исследование камней. — Но тот, кто украл, ведь точно знал местонахождение, ведь это не многим известно, я так понимаю…

— Возможно. Правда, подслушать или проследить не проблема, когда ты какой-нибудь краб или креветка.

— Фамильяр не стал бы действовать в одиночку, — Сандра мотнула головой, осторожно перебирая камни и принюхиваясь.

— Вероятно, ты еще не встречалась со своими коллегами вне закона, — насмешливо вздернул бровь некромант. — Они прекрасно работают самостоятельно, если это хороший заказ. Притом они не ограничены законами клана, как оборотни.

— В академии такому не учили, а я слишком плохо знаю этот несправедливый мир, ниар Стрейтен, — Сандра настороженно застыла над одним из камней и провела по нему пальцем.

— Это нужно будет исправить, Сани, — как-то легко он перешел на уменьшительное имя и поймал себя на том, что ему нравится, как она краснеет, когда он его произносит. — Ну, и что ты можешь сказать о звере, если это он?

— Здесь определенно был зверь. Травоядный, водоплавающий и с острыми зубами. Большего сказать не могу, запах уже исчез, и я ничего не чувствую, но взгляните на это, — девушка ткнула пальцем в потрепанные водоросли. — Вот, здесь, видите? Явно видны следы от небольших зубов. Вряд ли какой-то реальный зверек забрался черт знает куда, чтобы полакомиться этой дрянью. Быть может, это и правда фамильяр… Украл реликвии и не смог удержаться от соблазна хм… перекусить. В своем зверином обличье иногда бывает сложно контролировать инстинкты. По себе знаю.

Стрейтен внимательно выслушал умозаключения своего фамильяра и довольно кивнул.

— Ну вот с этим уже можно работать. Молодец! Но завтра. Сегодня некоторым фамильярам пора спать, как мне кажется. Завтра заберем список у Дриэлы. — И в пространстве открылся зеленый портал в дом некроманта. — Прошу, Сани!

 Зеленая вспышка, и вот перед глазами появился уже знакомый кабинет. Сегодня на столе прибавилось бумаг, каких-то папок и баночек с неизвестным содержимым. И творческий беспорядок понемногу превращался в самый обыкновенный бардак. Втянула в себя воздух, и вновь меня окутал запах сигар, крепкого алкоголя с примесью какого-то знакомого аромата, ассоциирующийся у меня только с некромантом. Ночной ветерок ворвался в приоткрытое окно и раздул темные шторы. Нахохлилась, а следом обняла себя руками, стараясь согреться. Мокрая одежда противно липла к телу, в волосах запуталась тина и, судя по запаху, рыбья чешуя. Страшно хотелось помыться, чтобы отмыться от этого едкого запаха.

Но еще больше мне прямо сейчас хотелось поговорить со Стрейтеном. Ведь я так долго шла к тому, чтобы выполнить призыв… И все сорвалось из-за меня же! Я должна попробовать еще раз!

— Итак, встретимся завтра. А сегодня не рассчитывай на мою постель, Сани, — Стрейтен сбросил с себя пыльник, его губы бесшумно зашевелились, а спустя мгновение его одежда высохла, как и моя. — Спать отправишься в общежитие. К слову, ты знала, что храпишь, как горный тролль?

Щеки обдало жаром. Захотелось сквозь землю провалиться, но я вздернула подбородок и взглянула прямо в лицо некроманту, наткнувшись на несколько задумчивый изучающий взгляд. Он нарочно меня поддевает!

— Ниар Стрейтен, я уже извинилась за произошедшее. Мне правда очень стыдно, что так вышло…

— Можешь не утруждать себя, я все понял с первого раза. К тому же, все уроки ты, надеюсь, усвоила. На сегодня твоя работа завершена, — некромант начал чертить в воздухе окно портала.

Ну что ж, была-не была!

— Ниар Стрейтен, — подошла ближе, вкладывая в голос всю свою уверенность. — Быть может, перед моим отправлением в общежитие мы с вами закончим начатое вчера?

— Мда… — поморщился Даррел, тяжело вздохнув. — Никакого уважения к возрасту. Может, мне тоже спать нужно, а не только тебе храпеть. Ладно. Давай быстренько и отдыхать. Ты вообще в курсе, что фамильяры помогать должны своему магу, а не последние силы из них выкачивать. То ее в сокровищницу наяд своди, то призрак призови… обнаглела молодежь.

— Спасибо большое, ниар Стрейтен! На чем мы остановились? — я даже вздрогнула от нетерпения, сердце заколотилось как ненормальное.

— Еще не за что, — проворчал некромант, направляясь в сторону знакомого мне с предыдущего вечера книжного стеллажа, потянул за книгу и открыл проход. — Еще посмотрим, что из этого получится. Может, для разнообразия в этот раз я усну посреди ритуала.

Ворчал он не злобно, скорее из врожденной вредности и вызывая не раздражение, а улыбку.

На этот раз мы преодолели путь до лаборатории намного быстрее. И я бежала перепрыгивая ступени. Внутри все замирало и обрывалось от нетерпения. Неужели сегодня я, наконец, получу ответ на вопрос, который мучил меня уже шестнадцать лет? Неужели прямо сейчас все случится? Хотя где-то в глубине души жил червячок, желающий оставаться в неведении и жить надеждой. Но я старательно давила его.

— Какая от меня требуется помощь? Расставить и зажечь свечи? Нарисовать пентаграмму? Может, принести вам чай? — спустившись вниз, я резко развернулась к некроманту, от нетерпения сжимая ладони в кулаки.

— Лучше виски. И кусок мяса. Готовить умеешь вообще? — не разделяя моего энтузиазма, буркнул некромант, попытавшись выдавить улыбку. Но вышла она не слишком натуральной.

— Да, я неплохо готовила. Ну, знаете, до того, как меня призвали. На Земле. Так вам отбивную приготовить?

— На ночь вредно есть. Но я запомню, что с тебя обед! — махнул рукой некромант, а после хлопнув в ладони.

Свечи вспыхнули каким-то нереально зеленым светом, придавая жуткой торжественности ситуации и обстановке. По подвалу потянуло магией.

— Пока с тебя капля крови, — взяв меня за руку, некромант без предупреждения полоснул по руке и капнул несколько капель на пентаграмму.

От неожиданности я даже охнуть не успела. Зачарованно следила за происходящим, боясь вдохнуть. Все станет известно просто сейчас. Вот в это мгновение. Я или увижу… ее. Или буду знать, что она точно жива. И если она жива, то я найду ее, где бы она не находилась! А, быть может, некромант захочет мне помочь…

Слова заклинания смешивались с силой некроманта, заставляя дрожать зеленый огонь на фитилях свечей, меня и даже немного стены подземелья. Дыхание забивало от тяжелой магии мертвых. Некромант покачнулся, словно от удара. Сила завертелась, создавая воронку. И вместо слов заклинания я уже услышала заковыристые ругательства, от которых и гоблин покраснеет.

Кажется, что-то шло не так, как должно! Опытный некромант не рассчитал сил. Ну вот, настало время фамильяра. Мое время! Я смогу, я читала об этом.

В один прыжок я преодолела разделяющее нас расстояние, перехватила руку Стрейтена, ощутив холод его кожи. Сердце пропускало удар за ударом, перед глазами плясали зеленые вспышки, блики. Губы беззвучно зашевелились, призывая всех известных мне земных святых… А следом потоки магии захлестнули меня с головой. Я установила связь.

И мир в одно мгновение утонул во тьме. Темная магия сковала тело, прокатывалась по венам леденящим душу холодом, норовила проникнуть в самое сердце. Подвал закрутился, как безумная карусель. К горлу подступила тошнота, а тело парализовало от боли.

Проклятие! Кажется, сегодня в этом подвале станет на одну нежить больше.

 Гул в ушах. Зеленые всполохи в глазах. Адская боль чуть ниже сердца, разъедающая некроманта не первый год, парализовала на несколько мгновений. Магия, влитая фамильяром бурлила в крови, холодила вены стылым туманом, но и добавляла болезненных ощущений. Слишком много, чтобы он мог так просто с ней справиться.

— Чуяло мое сердце, что нельзя связываться с фамильяром-практикантом, — процедил он сквозь зубы, с трудом разогнувшись. — Ты там как?

Обернулся и замер, едва взглядом нашел девушку, лежащую прямо на каменном полу раскинув руки. Бледная, неподвижная, словно неживая.

Память мгновенно откинула его на несколько лет назад. Точно такой же ритуал. Все точно так же пошло не по плану. И фамильяр точно так же…

Деррел Стрейтен уже и не подозревал, что его может что-то напугать так, до паралича. Он боялся моргнуть, пошевелиться, вдохнуть.

Эта девчонка не могла умереть. Только не так и не сейчас.

Казалось, время замерло, отмеряя мгновения набатом сердечного ритма. Его собственно сердцебиения, которое со временим становилось все медленней, реже, болезненней.

— Сандра, — хрипло позвал некромант и затаил дыхание.

В ответ ее ресницы дрогнули, а глаза тут же открылись. И это словно спустило какой-то пусковой механизм. Даррел сбросил паралич, в мгновение оказался рядом, ощупывая девушку и помогая ей подняться. Слава всем богам, кроме ощутимой шишки на затылке повреждений не наблюдалось.

Стрейтен облегченно вздохнул, набрал воздух в грудь и заорал во все горло:

— Ты чем вообще думала, недоучка? Как ты посмела вообще влезть в ритуал и кто тебя просил? — голос мага гремел с такой силой, что казалось сейчас на голову свалится потолок, а вдогонку и все поместье. Но сдерживаться он просто не мог. Это говорил не Даррел Стрейтен, а его страх. Страх, угрожавший мгновение тому стать реальностью. Страх потерять Сандру, влезшую в его жизнь и каким-то образом умудрившуюся занять слишком много места в его жизни. — Безголовая! Вставай, простудишься еще! Понаприсылают кого попало, даже правил безопасности в глаза не видевших.

Поддержав под локоть дезориентированного фамильяра, неистовстоввал некромант.

— Я… я знаю о правилах, — она поднялась на ноги, а затем сфокусировала взгляд на некроманте. — Но вы едва на тот свет не отправились! Вы себя видели вообще? Еще мгновение и…

— Ты с чего взяла, что я там отправлялся куда-то. Я тебя чему учил?! О себе думать в первую очередь! Три выхода сходу. Несколько часов назад, ты меня уверяла, что все поняла и что в итоге? Продемонстрировала обратное! Ты бежать должна была, если подумала, что что-то идет не так. Маг справится без фамильяра. А фамильяр — помрет. Особенно такой безмозглый, как ты!

— Но я же справилась! Я сумела установить связь, вовремя ее разорвать и… все в порядке!

— В порядке?!

— В полном! Я в полном порядке и вы уже не выглядите, как нежить ходячая. И это я настояла на ритуале, а он вас чуть не убил. И я… я не могла вас бросить.

— Если ты в таком полном порядке, то поднимай свой тощий зад и неси его в общежитие академии. А заодно, поищи себе другого мага, который заменит меня. Я не собираюсь больше тратить время на того, кто не слышит и не понимает того, чему его учат, Сандра Бэйшоп. И не нужно на меня так смотреть и ошарашенно хлопать глазами. Первое, чему должны научиться партнеры — доверие. А я не способен доверять тебе, если не знаю, чего могу от тебя ожидать.

— Вы не правы, ниар Стрейтен, — Сандра сжала ладони в кулаки и поджала губы.

— И правоту свою обсуждать я тоже не намерен!

— Фамильяр и маг должны быть партнерами, — она вскинула взгляд, полный негодования. — Должны помогать друг другу! А не заботиться каждый о своей заднице! Вот в чем вы не правы! Ведь если бы я оказалась на вашем месте, то вы бы просто сбежали?! Я могла вам помочь и помогла!

— Я не просил тебя. А ты даже не представляешь — помогла или сделала хуже. И вообще, ты не на моем месте! А если так будешь себя вести, то никогда не окажешься. Просто не доживешь. Но я позабочусь о том, чтобы ты больше не подвергалась такой опасности, Сандра! — маг начертив в воздухе окно портала и напитал его переполнившей магические каналы магией, открывая портал во двор академии. — Вон пошла. Сейчас же!

Фамильяр поджала губы, а затем рванула в сторону портала, явно проглотив еще парочку аргументов, которые некромант уже выслушивать не собирался.

Переход сомкнулся, оставив Даррела в одиночестве. С его разъедающей тело и душу магией, с болью, прошиваающей, как каленная игла.

Он тяжело стащил с себя рубашку, приблизившись к единственному зеркалу в этом помещении и выругалась, прошипев длинное тролье ругательство сквозь зубы. Его рана, его проклятье, росло. И вливание магии увеличило его вдвое, одним махом неимоверно приблизив тот самый час “Ч”, которого Даррел Стрейтен так опасался.

Но больше беспокоило его даже не это. Что не так с духом матери Сандры, что ритуал обрывается уже во второй раз? Ладно тогда Стрейтен был неопытным студентом. Но теперь…

— Как думаешь, что я сделал не так, — внимательно разглядывая пентаграмму с зажженными свечами, спросил Стрейтен у зависшей немного в стороне Бри.

На призрачном лице читалась непередаваемая, а главное, не присущая привидениям гамма эмоций от страха, до благоговения. Некогда именно в такой пентаграмме появилась и сама чопорная дама, именуемая простецки — Бри. Она не помнила уже, кем была при жизни. Как покинула этот мир впервые. Но прекрасно помнила, как вернулась. Полная ненависти ко всему миру и скованная по руками, ногам и даже мыслям. И, откровенно говоря, она не представляла, что не так.

— Понятия не имею, господин, — честно призналась она, вжавшись в стену так, что в подвале некроманта осталась только половина призрачного силуэта. — Ни один мертвый не смог бы вам противиться.

Бри не лгала, и Стрейтен прекрасно это знал. Сейчас на нее давила неизрасходованная сила, влитая Сандрой во время связки, и она с удовольствием оказалась бы подальше от этого места. Эта магия и некроманту мешала думать нормально, что говорить о подневольном привидении.

Стрейтен пошевелил пальцами, и в воздухе появились словно сотканные из ядовито зеленых линий силуэты — его и Сандры. Еще одно движение и в который раз фигуры задвигались, повторяя события предыдущего вечера.

Ничего странного или необычного. Простой призыв призрака. И все же опять все пошло не так. Воронка, открытая на изнанку этого мира, не выпустила дух Мэдрины, а едва не затащила его. И Сандру… Почему-то второе пугало и злило куда больше, чем вероятность собственной кончины.

Как и то, что он снова не справился. Проклятый призыв какой-то! Учитывая то, что он выстраивался на крови самого близкого родственника, провала просто быть не могло. Ладно в первый раз некромант сомневался в себе, в собственных силах и опыте, был буквально парализован из-за гибели фамильяра, не мог нормально думать… но теперь.

Объяснений очередной неудачи было две и обе вполне логичны.

Первое, девочка вообще не родная дочь Мэдрины Кроунер. Сандра увидела портрет похожей на ее мать женщины, выцветшие воспоминания и подсознантельные желания сыграли с ней злую шутку. Добавить факт родства магий, и фамильяр решила, что это и есть ее пропавшая мать. По сути, доказать или опровергнуть ее заявления можно только проведя анализ ее крови и останков Мэдрины. Но обгоревшие кости пропали. Было подозрение, что их затянуло в воронку, во время ритуала. Но и за это ручаться некромант не мог.

И второе, что в принципе невероятно и больше является домыслом — Мэдрина Кроунер не погибла в том пожаре. Обгорелые останки принадлежали не ей. Учитывая, сколько магии некромант влил в заклинание и призыв, ничто ее не смогло бы удержать отозваться на родную кровь. И если Сандра Бэйвшоп действительно говорит правду, то исключать вероятность того, что мать ее не умерла не стоит.

Правда, делиться подобными соображениями Стрейтен тоже не собирался пока ни с кем. Голословными заявлениями разбрасываться он не любил. Нужны доказательства. Немного больше того, что ему рассказали перед первым призывом. И куда больше, чем удалось прочитать в деле, раздобытом старым бывшим другом — советником министра.

Даррел рассеянно наблюдал за действиями созданной им же пары. Вот Сандра сокращает расстояние между ними, создаёт связь и вливает в него магию, корчась от боли. Некромант словно снова пережил эти мгновения — боль, страх, осознание того, чем все может закончиться.

Все же не стоило брать себе фамильяра. Нужно было послушаться бывшего друга и отправить девчонку восвояси. Она своей смертью не умрет, с таким энтузиазмом.

Сотканные из зеленых линий фигуры упали, и некромант хлопнул в ладони, развеивая магию. Ничего нового увидеть так и не удалось.

Стрейтен порывисто поднялся и, к огромному облегчению своего подручного призрака, направился в кабинет.

— Бри, меня ни для кого сегодня нет, — бросил через плечо некромант, налив виски в стакан и отыскав папку с делом Мэдрины Кроунер. — И попроси магистра Драгрейра записать меня на прием. Кажется, пришло время нам снова встретиться.

Боль мешала думать нормально, но ничего не поделать. К тому же в его случае боль — хороший знак. Нежить не чувствует боли. Она вообще ничего не чувствует. Очень скоро ему удастся это прочувствовать на себе — проклятье превратит его в лича.

Взгляд невольно зацепился за невзрачный сосуд из прозрачного стекла. Или его душа станет узницей сосуда, пока не растеряет остатки разума, превратившись в могущественное чудовище, с жаждой убивать. Кто знает, что хуже — стать сразу связанным подчиненным некроманту личем, или все же сначала сойти с ума, но быть свободным.

Некромант тяжело вздохнул и упал в кресло.

Ему необходим был отдых, насколько длительный, скажет магистр, не оставляющий попытки снять проклятье последние годы. Но, что-то подсказывало Стрейтену — ему отдыхать никто не позволит.

И не ошибся.

— Дриэле тоже сказать, что вы заняты? — снова превратившись в холоднокровную чопорную даму-призрака, поинтересовалась Бри.

— С Дриэлой я все же поговорю, — не страдая излишним рвением к работе, вздохнул Дар.

— В таком случае, вам стоит обратить внимание на артефакт. Мне кажется, что поговорить с ней стоит незамедлительно.

— Да уж… ты права. Можешь быть свободна, — а едва призрак исчез за дверью, активировал подарок повелительницы и услышал чарующий голос наяды.

— Вечер добрый, Даррел, — протянула Дри. — Как твое самочувствие?

— Не дождетесь, — проворчал некромант. — Давай по делу. Ты составила список.

— Конечно! — обижено фыркнула наяда. — Не так там много было ваших магов.

— Отлично, сразу скажи мне, были ли фамиильяры среди прибывших людей?

— Понятия не имею, — честно призналась Дриэла после недолгого молчания. — Вы для меня все одинаковы.

— Ну, может кто-то следовал за магами. Стараясь быть незаметным. Притворяясь ручным зверьком.

— Не зна-аю… Хотя… была девушка. Такая некрасивая, — даже по голосу можно было догадаться, что наяда в этот момент поморщилась. — Глазу зацепиться не за что.

— Потому и проглядели, — заключил некромант.

— Ты что хочешь сказать? — взвилась хвостатая.

— Ничего. Когда у меня будет что сказать тебе, мы и говорить будет совсем иначе. — А пока прости, у меня работа.

Некромант разорвал связь. Выпил еще стакан виски и тяжело вздохнул.

Вот и отдохнул…

 — Ита-ак, я все же остановилась на вот этих платьях. Как думаешь, мне больше пойдет зеленый цвет или золотистый с блестками? — Ниста шелестела журналом с новинками здешней моды, готовясь к грядущему балу по случаю весеннего равноденствия.

И из-за этого чертового бала в огромной столовой академии, не имеющей ничего общего с обеденным залом из фильма о мальчике-который-выжил, сегодня было крайне оживленно. Все пространство вокруг было заполнено взволнованными девичьими голосами, от которых звенело в ушах. Парни же делали вид, что бал их вовсе не касается. Между столами проносились довольно злобные полугномки, собиравшие грязную посуду, протиравшие столы и бранящиеся на чересчур разгулявшуюся сегодня публику. В общем, обстановочка сильно смахивала на обычную земную школьную столовую.

Покончив с занятиями на сегодня мы с Нистой расположились в самом конце зала. И меня все обсуждения бала, если честно, мало волновали. На эту пафосную вечеринку я уже не попаду. Мне оставалось лишь искать ответы на мучившие меня вопросы. Поэтому на столе были разложены книги по теории магических связей, по работе в связке и вот уже полдня я пыталась найти ответ на вопрос: что я сделала не так?!

Потому что стоило мне только прикрыть веки, как перед внутренним взором возникало мертвенно-бледное лицо некроманта. Зеленоватые всполохи, тьма вокруг и дыхание самой смерти. Он был на грани, ритуал практически лишил его магии, я чувствовала это всем своим нутром. Но как я могла позволить ему погибнуть у меня на глазах?! Маг не может существовать без магии, это тоже самое, что человек без крови… Я помогла, сделала все, что в моих силах и… он вышвырнул меня!

От обиды хотелось бить посуду и ругаться на тролльем наречье, но я старательно себя сдерживала, переписывая уже заученные фразы из учебника в свой доклад, параллельно пытаясь выцепить хоть что-то, что ответит на мой вопрос. Пока тщетно, правда. Потому как самоуправство фамильяров в целом было неприемлемо.

— Так какое платье? — Нис ткнула меня в плечо.

— Зеленое, — я проговорила, не отвлекаясь от учебника.

Манжет форменной рубашки задрался и вновь перед глазами появилась метка. И вновь сердце судорожно сжалось в груди. Большим пальцем левой руки провела очертания герба дома Стрейтен.

Он все же не отказался от своих обязательств и не расторг договор о наставничестве. Просто не задумывался над этим, забыл или… или не все еще кончено?

Да кого я обманываю… Стрейтен так кричал, что чуть потолок поместья не обрушил на нас. А ведь мне впервые в жизни начало казаться, что я нашла родственную душу в этом чертовом мире. Того, кто понимает меня, кто разделяет мою точку зрения, позволяет действительно работать, а не заставляет быть послушной марионеткой. Но теперь… Он меня ни то, что на порог дома больше не пустит, он даже разговаривать со мной не захочет. И я так и не узнаю, по какой причине ритуал вышел из-под контроля… Никогда не найду ответов на вопросы о моей матери. Быть может, все это означало, что она все же в ином мире, а ее душа не нашла покоя? Или наоборот… А что, если она между жизнью и смертью? В коме.

Перед нами промелькнула тощая фигурка Тианы, на лице которой застыло какое-то злобно-торжествующее выражение. Будто она сейчас не по столовой шла, а как минимум по королевскому тронному залу. Впрочем, мне-то какое дело… Взгляд вновь заскользил по строкам книги. Мне нужно найти ответ до того, как проректор скажет мне «прощайте, ниара Бейшоп, вы самое слабое звено».

— Да что с тобой такое?! — Ниста рявкнула и выхватила у меня из-под носа учебник. — Ниста вызывает Сандру, прием! Прием! Как слышите?! Тиана только что назвала тебя подстилкой магов, а ты никак не отреагировала!

Ничего нового не произошло. Моя личная жизнь видимо самая животрепещущая тема в жизни Тианы. Похоже, ей совсем нечем заняться…

— В моем детстве говорили «кто обзывается, тот сам так и называется». - я отмахнулась и попыталась выцепить книгу из рук подруги, но не тут-то было. — И отдай мне учебник!

— Он у меня в заложниках. Пока не расскажешь, что стряслось, не отдам книженцию, — Ниста помахала учебником перед моим носом. — Сандра, ты весь день ходишь сама не своя. И только и делаешь, что пялишься в свои учебники. Рассказывай. Хотя, попробую угадать. Это связано со Стрейтеном?

— Что? — я ответила чересчур резко и тут же одернула себя. — С чего ты вообще это взяла?

— Последний час ты обводишь пальцем метку, — Нис принялась загибать пальцы, считая свои догадки. — И неравно кусаешь губу. А еще ночью вернулась, разгромив ни в чем не повинную тумбочку. Выкладывай.

Ниста всегда видела больше, чем хотелось бы. И да, тумбочка и правда пострадала от моего удара. Теперь еще и за порчу казенного имущества будет взыскание.

— Как вы работаете в паре с ниарой Темплтон? — я уклончиво ответила вопросом на вопрос. — Она дает тебе задания, чему-то обучает?

— Хм… это конечно не ответ на мой вопрос, но если тебе интересно, вчера, к примеру, мы посетили госпиталь святого Тиаоблона, куда доставили десяток раненых боевых магов с границ. Я помогала ниаре со сложными ранениями, то еще зрелище, я тебе скажу. Но я-то подготовленная. Выдержала десяток связок.

— А если бы ниара Темплтон потеряла контроль, была бы угроза ее магии? Какие твои действия?

— Что? Это же невозможно, — подруга нахмурилась и мотнула головой, от чего ее рыжие кудряшки пришли в движение.

— Допустим такую ситуацию, Нис. Чисто теоретически.

— Ну… чисто теоретически я бы призвала на помощь других целителей. А что такое? У некроманта проблемы с магией?

— Нет. Это я интересуюсь исключительно для своего доклада. Мне интересны случаи проявления фамильярами собственной воли. И как фамильяр этим может навредить магу.

— В твоих книжках же написано, что нам не позволено выстраивать связь. Можем не разорвать ее вовремя. Или вкачать темную магию светлому и наоборот. А ещё, к примеру, над магом может висеть какое-то проклятие. А проклятия имеют свойства собирать магию и при лишнем контакте… Бум! — Ниста красочно хлопнула в ладоши. — И нет мага.

Что? Проклятие?! Я даже подскочила с места. Я точно знала, что разорвала связь вовремя, и магия была тёмной, но проклятие… Неужели я и правда могла как-то навредить некроманту?! Но это многое объясняло. К примеру, его болезненный вид, пристрастие к виски и нежелание установить связь самостоятельно. Потому что связь могла его… убить? И еще все эти слухи…

— Ты гений, Нис!

И в этот момент мне на плечо легла чья-то рука. Совершенно внезапно, поэтому я резко развернулась, ударив наотмашь подошедшего. А им оказался Тэймар, наш однокурсник-фамильяр. Высокий, широкоплечий, и с чертовски обаятельной улыбкой. От неожиданности Тэйм отпрянул, схватившись за ушибленную руку.

— Вот блин! Прости, Тэйм! Я случайно! И… я рада, что тебя выписали!

Мы работали вместе над практическими заданиями в прошлом году. Я давала списывать свои домашки, а он помогал с физической подготовкой. А еще ниста постоянно пыталась нас “свести”. Ей казалось, что парень от меня без ума и лучшей пары мне точно не отыскать. Впрочем, она вообще пыталась меня свести с каждым парнем, который со мной имел неосторожность заговорить.

А последние две недели Тэймар не посещал занятия. Его положили в медицинское крыло, где целители боролись с насланными на него прыщами. Впрочем, от прыщей здешним врачам практически удалось избавиться, и сейчас парень выглядел все так же… смазливо. Лучшего слова и не подобрать.

— Я… все в порядке, Сани, — он заговорил низким голосом, а затем улыбнулся, все еще потирая плечо, но обращение «Сани» царапнуло слух. — Это я виноват, что испугал тебя. И на самом деле я пару дней назад вернулся, но меня распределили на практику в министерство, пришлось пропустить занятия.

— Ого! Поздравляю! Это отличный шанс проявить себя, — подтянула к себе вещи, намереваясь как можно скорее сбежать из столовой

— Слышал, ты тоже проявила себя на практике.

— Боюсь представить, что ты слышал, Тэйм.

— Грязные слухи мне не интересны. И вообще я подошел не для того, чтобы практику обсуждать, — парень подмигнул мне. — Хотел спросить, у тебя есть пара на бал равноденствия?

Он как бы невзначай поправил свои светлые длинные волосы, а в его взгляде явно читался интерес. Черт, неужели он собрался…

— Эм… нет, — я передернула плечами.

— Тогда… как ты смотришь на то, чтобы пойти на бал вместе?

От неожиданности я даже дар речи потеряла. Тэйм зовет… меня? Он что, в больнице с койки часто падал? Или проклятие на его голову повлияло?

— Я… эм…

— Тэйм! Ты вернулся! — все это время молчавшая Ниста вклинилась между нами. — Привет! Конечно, она согласна!

— Я… подумаю! — мотнула головой. — И знæте, я тут вспомнила об одном очень срочном деле, — одним махом я скинула все свои вещи в сумку и перекинув ее через плечо, помахала ребятам. — Нужно быстрее бежать в библиотеку!

Бросившись прочь из столовой, я физически ощущала, как Ниста сверлит меня взглядом. Но мне не объяснить ей всего, что происходит.

Перед глазами мелькали общие залы, извилистые коридоры, однокурсники и преподаватели, но я не замечала ничего вокруг.

Добравшись до практически безлюдного коридора крыла фамильяров, я спряталась за одной из колонн, приложила палец к метке и, прикрыв веки, установила ментальную связь, надеясь, что некромант не перекроет ее одним махом.

— Ниар Стрейтен! Надеюсь, вы меня слышите.

Ответа не последовало, но я упрямо продолжила:

— Я хотела извиниться перед вами за мое непрофессиональное поведение. Вы правы, я фамильяр-недоучка. Просто поддалась эмоциям и не сохранила трезвый рассудок. Не приняла во внимание тот факт, что могу не рассчитать сил, могу… навредить. Вам, наверное, уже все равно, но я усвоила ваш урок. И перед тем, как вы расторгните договор, я хочу, чтобы вы знали, что последние три дня работы для меня были впечатляющими и незабываемыми. Вы подарили мне нечто большее, чем просто несколько практических заданий. Мне правда очень нравилось работать с вами. Спасибо вам. За все.

Пару мгновений ничего не происходило. Я даже решила, что мои слова улетели в пустоту, но…

— Будь я лет на двадцать моложе, то пустил бы слезу, Бейшоп, — последовал несколько язвительный ответ, но у меня от этого голоса все внутри перевернулось. — Что, уже прощаешься?

— Будто у меня есть выбор. Или вы… сможете меня принять обратно?

— Выбор есть всегда. А на счет принять обратно… будет видно с учётом того, как ты выучила домашнее задание.

Впечаталась затылком в ледяную стену, а губы сами собой расплылись в улыбке. Сердце в груди выделывало такие трюки, что голова шла кругом. Неужели практика продолжается?

Таверна «Золотой час» гудела, как потревоженный пчелиный улей. У входа околачивалась парочка вышибал, прикладываясь к кувшину с элем и смачно сплевывая просто на ступеньки. Для них работы еще не было — слишком рано для серьезных потасовок, слишком все трезвы. А по полуночи начнется их час.

Сырая прохлада летней ночи, насыщенная вонью нечистот, впитывалась в одежду, раздражала обоняние, проникала под кожу. Но почему-то именно в «грязных» нищенских и воровских кварталах Стрейтен чувствовал себя свободней. Здесь не существовало законов, загоняющих людей и нелюдей в жёсткие рамки. По сути, основные законы здесь были — выживи, не имей дела с властями и не забывай, кто тут главный. Но и суд здесь был скорый и жестокий. А правила всем чистая сила, а не ложь и интриги.

Здесь было место свободы, и она была куда приятней, даже если воняла помоями.

— Отдохнул, и работать, — сам себе давал наставления Даррел, отхлебнув глоток из походной фляги и сунув ее в нагрудный карман. Ядрёный виски мгновенно обжег горло, а после и желудок, но притупил очередной виток нарастающей боли. Перевел дыхание, а после сжал метку на запястье, устанавливая ментальную связь с фамильяром. — Занята? — спросил, почувствовав живой отклик на той стороне ментальной связи.

— Нет, ниар Стрейтен, готова к работе. — живо откликнулась Сандра, словно сидела и ждала его вызова.

Некромант невольно улыбнулся, поймав себя на том, что ему приятно слышать ее голос. Даже так — мысленно. Сложно будет отвыкать от этой девушки. Хотя, если некроманту осталось совсем недолго, то не так и сложно. Может, и привыкнуть толком не успеет.

— Отлично! Тогда приглашаю тебя на незабываемое рандеву.

На мгновение некромант почувствовал ее замешательство, но уже выстроенный портал перенес Сандру на темную улочку с мокрой и скользкой после дождя брусчаткой.

— Ну давай, скажи, как по мне скучала, дорогая, — улыбнулся Дар, придержав ее за локоток.

— Я и правда очень рада видеть вас, ниар Стрейтен, — она вскинула взгляд. — Что у нас сегодня?

— Как ты смотришь на то, чтобы провести этот вечер в компании мужественных брутальных незнакомцев и не очень прекрасных, но очень общительных женщин?

— Это мое самое любимое времяпровождение, — Сандра с готовностью кивнула и следом все же бросила несколько растерянный взгляд на улицу.

— Правда? — с явным сомнением посмотрел на нее Стрейтен. — Ну, посмотрим. Какая-то ты слишком покладистая, даже страшно, если честно. Говори, что от меня еще нужно, пока я добрый.

— Я… да…. я хотела спросить о том… — она замялась, но затем выпалила: — Вы же знаете, про ежегодный весенний бал… Все одногруппники будут с наставниками — это обычай. И… Не могли бы вы найти время и пойти на этот бал.

И весь ее вид говорил о том, что она явно не это хотела спросить. Стрейтен усмехнулся одним уголком губ, оценив ее терпеливость. Ведь дураку понятно, что Сандру мучил совершенно иной вопрос, что не так пошло с ритуалом. Но хорошо, что не спросила, потому как однозначного ответа у некроманта не было, а врать и выкручиваться желания не было. Как и просто промолчать. Всему свое время. Подозрения нужно подтвердить, а уж после обнадеживать девочку. Если ее мать жива, то эта егоза точно не успокоится, пока не перевернет всю империю вверх дном. А если нет… то в ее жизни и без того достаточно разочарований, чтобы добавлять еще и это.

— Я старый больной человек. Не хотелось бы скрипеть суставами и греметь костями среди молодых и полных сил парней. Это вселит в меня комплекс неполноценности, Бэйшоп, — стараясь сохранять серьезное выражение лица, ответил Стрейтен, предлагая ей руку. — Давай для начала потренируемся на этом гостеприимном заведении. От твоих способностей здесь толку будет мало. Сейчас поймешь почему. Держить только рядом со мной, никакой самодеятельности. Ясно?

— Да, ниар Стрейтен, — Сандра недовольно проворчала, осознав, к чему это напоминание. — Никакой самодеятельности впредь! Я уяснила. Молчу как рыба.

— Прелестно, — заключил Дар, и потащил свою практикантку в сторону таверны.

Равномерный гул внутри заведения сигнализировал о том, что сегодня пока все спокойно. Один из вышибал услужливо распахнул перед парой дверь, явно узнав важного и, главное, опасного гостя. Силу в этом месте уважали куда больше, чем любой статус. И стоило только переступить порог “Золотого часа”, как Сандра охнула и поморщилась, явно подавив желание зажать нос пальцами.

— Теперь поняла, почему от тебя здесь толку нет? — с некоторой долей сочувствия спросил Дар. — Может, выйдем отдышаться?

— Лучше давайте поскорее закончим с делом, — она проговорила все еще морщась. — Что мы ищем?

Запах таверны в нижнем квартале для фамильяра и оборотня то еще испытание — вонь немытого тела, табака, перегара, нечистот, испорченной еды и прокисшего эля, создавали такой букет, что у некроманта дыхание забивало. Что говорить о Сандре. В этом месте только закаленные и давно привычные к подобным местам и бывали.

Стрейтен быстро пробежался взглядом по лицам присутствующих. Несколько завсегдатаем оживленно о чем-то спорили. Побитые жизнью девицы в грязных фартуках, но с внушительным декольте сновали между столами, расставляя эль и еду на столы, при этом выгибаясь так, что сразу становилось понятно как именно они зарабатывают на жизнь. Кто-то дремал устроив голову просто на стол, видимо, переоценив свои силы. Вполне вероятно, что воришка, которого они искали среди присутствующих. Вот только кто он?

— Похоже, незабываемых впечатлений, — задумчиво пробормотал некромант, не спеша с заключениями.

И решительно направился к стойке. Сандра засеменила следом.

Хозяин таверны — Джо по прозвищу Гриф, получивший свое прозвище за то, что скупал вещи с покойников и осужденных на смерть, тер стойку замусоленным грязным плотенцем, время от времени отмахиваясь от назойливой мухи, норовящий отхлебнуть слитого в грязную кружку эля. Периодически этот эль доливался в кружки изрядно выпивших посетителей, не пропадать же добру.

Гриф мгновенно заметил некроманта и вытянулся в струнку, достав сразу два идеально чистых стакана и тут же наполнив их лучшим элем. Для важных посетителей — все лучшее. И за куда меньшие деньги.

— Как рад вас видеть, ниар Стрейтен, — залебезил Джо, подсовывая стаканы новым посетителям. — Прекрасная ниара. Что-то особенное пожелаете? Комнаты на втором этаже свободны… — с явным намеком, уведомил хозяин таверны.

— Решил осыпать всем арсеналом прямо с двери? — хмыкнул Дар. — Мы по делу и не на долго, — сразу выставил границы некромант. — Это моя помощница, потому никаких двусмысленных намеков.

— Как прикажете, ниар. Вы все по делу, да по делу. Так что вас привело к нам в этот раз? Может, изволите приобрести что-нибудь для ритуала?

— Не сегодня. Лучше скажи мне, кто брал заказы в последние дни из “зверей”?

Сандра тут же собралась, вздернула подбородок, в ее глазах появилось понимание происходящего.

— Откуда мне знать? — мгновенно покрывшись мелким бисером пота с удвоенной силой начал тереть стойку Джо. — Я человек маленький…

По стойке тут же запрыгала серебряная монета, выплясывая юлой и встав на ребро просто напротив Грифа. И в одно мгновение исчезла под грязным полотенцем, как и не было.

— Кое-что слышал, — тут же излечившись от амнезии, заговорил хозяин таверны. — Последние недели пустовало было: работы нет, заказчиков мало. Но приходил один богатейчик, я его раньше здесь не видел. Да и не в моих правилах запоминать таких важных гостей. Чревато. Он искал кого-то из фамильяров водоплавающих. Я его отправил здесь поспрашивать. Кто хочет заработать, того работа сама находит.

— Понятно… И кто заказ взял, ты конечно не знаешь, — словно невзначай поинтересовался некромант.

— Точно не скажу, конечно, но есть подозрения… — хозяин таверны умолк на полуслове.

Стрейтен не сразу заметил, что со спины к ним приближалась женщина и только когда она присела на стул рядом с Сандрой, смог ее разглядеть — невысокая, но гибкая, возможно даже была бы красивая, если бы не уродливый росчерк шрама на левой щеке.

— Дай нормального эля, — проворчала женщина, опираясь на стойку.

И все бы ничего, но Сандра в одно мгновение напряглась, потянула носом и бросила многозначительный взгляд на наставника одними губами сказав: “Это она!”.

Не успел Стрейтен сообразить, как быть дальше, женщина замерла, бросила быстрый взгляд на некроманта с помощницей и в следующее мгновение из кучи тряпья уже выбегала маленькая водяная крыса или что-то вроде того.

Сандра бросила только извиняющийся взгляд и тоже обернулась, рванув белой тенью за подозреваемой.

— Ну вот тебе и никакой самодеятельности, — недовольно проворчал Стрейтен, щелкнув пальцами и отправив вещи фамильяра домой, прежде, чем отправиться вслед за своей “очень послушной” помощницей.

 Я мчалась вперед, ловко маневрируя между ногами нетрезвых посетителей этой тошнотворной таверны. Нет уж. Эта крыса сегодня от меня не уйдет!

Чутье меня не подвело! В деле о пропаже реликвий наяд действительно замешан фамильяр! Фамильяр, которой явно есть что скрывать, раз она рванула прочь, стоило ей только заметить Стрейтена.

Зрение обострилось. Каждая мышца напряглась до предела. Я чуяла след и шла по нему невзирая на вонь, стоявшую вокруг. Кровь, подогретая охотничьим азартом, бурлила по венам и заставляла сердце бешено колотиться в груди.

Цель была близко. Я ощущала ее страх. Слышала, как колотится сердце. Потому что я быстрее. Я хищник. А она просто хитрая изворотливая преступница.

Фамильяр заложила петлю, а в следующее мгновение… уже нырнула в одну из дыр в стене. Проворная какая! Этого еще не хватало! Я не знала, куда ведет лаз, не знала ничего, но времени на размышления не было.

Была-не была! Ныряй, Саша, за своим кроликом. Вернее крысенышем. В конце концов, я всегда смогу вернуться обратно.

Темная нора вывела меня в грязный переулок, освещенный лишь луной и одним подбитым фонарем. Но здесь запах загнанной жертвы ощущался особенно четко. Нужно просто загнать ее в угол пресечь пути отступления.

За пару прыжков мне удалось догнать беглянку. Обошла ее справа, прижимая к стене. Она была совсем близко, один прыжок и… мне удалось прижать ее к земле. Фамильярша заверещала, запищала и дернулась, царапнув меня острыми как бритва когтями. Звериный разум затмил человеческий. Мгновение, и вот мои зубы сомкнулись на холке этой беглянки. Рот мгновенно и весьма отрезвляюще наполнился вкусом грязной мокрой шерсти.

— Бэйшоп, что за манеры, все в рот тащить? Ты вообще думала, откуда эта помойная выползла? Фу! — заговорил где-то совсем рядом наставник. и как только так быстро догнал нас. — Выплюнь гадость, подцепишь еще что-то неприятное. А может, еще и неприличное. Как мне потом академию отчет подавать?

Отстранилась, не спуская рук, то есть лап, с крысы. И принялась отплевываться. Срочно захотелось почистить зубы. Трижды.

— Дай ка сюда нашего свидетеля пожеваного, — выдернув из-под лап крысу, снова заговорил некромант, явно забавляясь моей реакцией на его предыдущую фразу. — Полагаю, нам лучше поговорить в другом, более уютном месте. Думаю, ты уже там бывала, удачливая наша. Следственный участок называется. Бэйшоп, про твои послушность и покладистость мы еще тоже поговорим. Пока полезай мне на плечо, пешком погуляем. Здесь не так далеко.

Еще раз хорошенько откашлявшись, я вспрыгнула на вытянутую руку Стрейтена, а по ней, цепляясь за пиджак, взобралась на плечо. Прямо как пиратский попугай…

— За шею не щекочи, — проворчал некромант. — Я щекотки с детства боюсь.

Его ворчание было каким-то незлобным, скорее для приличия. Может и выволочки не будет? Ну, хотелось надеяться. Все же мне удалось догнать свидетельницу. Правда приказа ее ловить вообще-то не было…

Ну, молчит пока. А обещание поговорить о моем поведении прозвучало как-то не очень грозно. Или это меня окрылили первый и такой важный успех. Я же молодец! Я сделала это! И не только батарейкой работать при маге могу, а еще и на что-то способна сама. Может, не только в проводники нам дорога после окончания академии? Может, есть надежда стать посто вот помощницей какого-нибудь следователя? Но спрашивать буду потом, когда станет ясно его настроение!

— Ты к слову если хочешь задавать вопросы — не стесняйся. Ментальная связь у нас работает не только в человеческом обличье, — словно заметив мое нетерпение, обронил Стрейтен.

— Вы возьмете меня на допрос? — выпалила я, использовав связь и все еще отфыркиваясь от вонючей крысы.

— Наглость — второе счастье, Бэйшоп, — хмыкнул некромант, встряхнув пришедшей в себя и начавшей вырываться из рук мага крысой. — Посмотрим. Ты мне еще не доказала, что исправилась и начала слушать, что тебе старшие мудрые дяди говорят. Я тебе сколько раз говорил не ввязываться в сомнительные потасовки? А если бы там шайка тебя поджидала? А если бы тебя там в переулке по башке и в мешок, на шубку пустили? М? Бэйшоп, что за детский сад?

— Зверь чувствует опасность лучше человека. Я всегда могла вернуться или отступить назад. Из трех выходов я могла использовать один. К тому же, она не ждала нашего появления и явно у нее не было помощников.

— Ладно. Справилась ты неплохо. По крайней мере, не пришлось призывать твой дух, чтобы устроить выволочку. Это уже что-то.

Это была, пожалуй, высшая похвала! Главное теперь не ударить в грязь лицом дальше.

Бросила осторожный взгляд на Даррела Стрейтена и… то ли мне показалось, то ли он действительно улыбался.

Следственный участок мирно ждал рассвета. Даже дежурный клевал носом в журнал посещений и героически старался держать глаза открытыми. Но завидев некроманта вмиг подобрался и даже вскочил на ноги.

— Ниар Стрейтен. Доброй ночи! — рявкнул дежурный так, словно гвозди вколачивал каждым словом.

Мне и вовсе, по-моему, перебило барабанные перепонки. Крыса тоже встрепенулась. И всем своим писком давала понять, как она “рада” появлению в этом месте.

— И тебе доброй, Ганс. Скажи, есть на месте ниар Грабовски или опять прогуливает работу, околачиваясь на кладбище?

Бросила беглый взгляд на дежурного. На его лице отразилось замешательство. Кажется, он отчаянно не понимал, как реагировать на реплику некроманта.

— И не стыдно тебе, Дар, дискредитировать начальство перед молодыми кадрами? — на пороге участка появился невысокий полноватый мужчина, неопределенного возраста. Его макушку украшала блестящая лысина, под глазами виднелись мешки, явно не от хорошей жизни. Но держался он, как хозяин, встречающий на пороге родного дома старого друга — немного ворчливо, но с радостью. — С чем пожаловал?

— Нужна камера для мелкого фамильяра, — тут же сообщил некромант. — Очень желательно, чтобы магически укрепленная.

— Преступник?

— Ценный свидетель, — улыбнулся некромант.

— А у себя никак? Ты же знаешь, что потом отчет писать нужно…

— Тут такой кадр, что ты его потом из свидетелей в подозреваемые быстро переквалифицируешь, — пообещал Стрейтен, беспардонно тряхнув крысой перед собой. Вообще-то, нехорошо так с девушками. Она хоть и преступница, но тоже существо живое, а не просто зверек.

— Ладно, давай… — согласился ниар Грабовски, приняв крысу из рук в руки. — Вас не пущу до утра. Прости, прямое распоряжение из министерства. — от самого слова “министерство” следователя перекосило так, словно он ведро клюквы неспелой проглотил. Похоже, люби к чинам он не питал совершенно, но против приказа идти не собирался. — Что ни день, то новое распоряжение и одно другого краше. На прошлой неделе велено допросные в розовый покрасить. Способствует расслаблению подозреваемых… Тьху… кто их туда только набирает и за какие заслуги. В общем, давай с утра.

— Ладно, — не стал препираться некромант. — Давай завтра тогда.

И когда мы оказались в гостинной дома Стрейтена, переместившись в одно мгновение порталом, сказал:

— Утром попрактиковаться увы у тебя не получится, — пожал плечами Стрейтен. — Дуй в академию грызи гранит науки. Но обещаю держать тебя в курсе. Вещи в кресле, переодевайся и можешь сегодня гордиться собой и отдыхать.

Главный следственный участок столицы всегда просыпался постепенно, но всегда в одном и том же режиме. Сначала начинали сновать тетушки уборщицы с ведрами и швабрами, лениво разгоняя пауков и сметая в углы мусор. После младшие следователи, пролетающие мимо клюющих носом заспанных дежурных. Старшие следователи являлись на работу с некоторым опозданием, словно наученные жизнью волкодавы между молодых активных щенков. А уж начальство появлялось позже всех, но все, кто уже приступил к исполнению своих прямых обязанностей одинаково думали, что спокойно обошлись бы и без столь важных персон.

Следователь Грабовски считал именно так, остервенело строча отчет о ночном дежурстве и мысленно костеря бюрократию, раздумывая, как можно бороться с преступностью бумагой и карандашом? Вообще, о каких отчетах может идти речь, когда дело касалось некромантов? Преступность над потугами следователей с карандашами просто смеялась и разрасталась, пока на каждое действие доблестные стражи законов писали по пять объяснительных и десять отчетов.

А мама, мудрейшая женщина во всем городе, говорила, что нужно лучше учиться и тогда не придется работать на государственной службе. Или хотя бы не простым следователем. Хотя с его родословной и магическим резервом на большее рассчитывать не приходилось. Фамильяры с некромантами работать не желают, да и платить им собственно нечем. Потому, Грабовски приходилось довольствоваться тем, что имел.

— Ну и как мне оформлять Крысу? — размышлял вслух старший следователь, подперев рукой щеку и стуча обратной стороной карандаша по листу бумаги. — Место занимает — значит задержанная. Но протокола и акта задержания в наличии не имеется. Ох-хо-хой!

Грабовски уже трижды думал о том, что лучше бы отказал Стрейтену. Сейчас пройдутся по камерам, а у него за ночь лишний задержанный. А старшему следователю и так в прошлый раз влетело знатно за отсутствие записи в журнале приема. Знали бы, что сам журнал Грабовски за час до приезда проверки состряпал. Вот только Даррелу он отказать не мог ввиду связывающей их десятилетий дружбы, которая началась еще на скамье академии и продолжается по сей день. За это время они частенько друг друга выручали, оказывая вот такие услуги — кто чем мог.

— Не оформляй, я заберу ее, — раздался голос внештатного некроманта от двери.

То ли появился он неожиданно, то ли Грабовски так задумался, но следователь не просто вздрогнул, а едва не подскочил на стуле от испуга.

— Какого… ты подкрадываешься? — проворчал смутившийся следователь, снова корябая какие-то черточки на листе карандашом. — Забирай. И больше не таскай своих подозреваемых мне. Если вдруг… сам понимаешь, что будет. Жерай с меня живого не слезет.

Жераем Грабовски, да и не только он, называл начальника следственного комитета, не имеющего привычки находиться на рабочем месте, когда он был нужен, зато появляющийся совершенно некстати. И старший следователь не удивился бы, если бы начальство появилось именно сегодня.

— У меня негде такую мелочь держать. Да и лицензия на блокираторы только у государственных учреждений. Если каждый встречный начнет блокировать магию, то можешь себе представить, к чему это приведет. — следователь поморщился, но что на это скажешь — некромант был прав и справедлив как никогда. И знал это. — Как она к слову?

— Да что ей будет? — отмахнулся Грабовски, отбросив наконец несчастный карандаш и потянувшись к чашке мало того, что мерзкого, так еще и холодного кофе. Но отхлебнул, даже героически не поморщившись. — Сразу как обернулась получила одежду согласно протоколу. Для задержанных оборотней держали, потому она в ней как в мешке. Возмущалась, правда, сетовала на несправедливость задержания. Но не она одна. Ты ее зачем мне приволок, к слову?

— На всякий случай, — улыбнулся Стрейтен, присев в кресло, и жестом отказавшись от кофе, заботливо высунутого следователем. — Она ценный свидетель по очень сложному и важному делу. А может, даже соучастница. В любом случае, мне было важно, чтобы она не сбежала и случайно не случилось с ней чего… нехорошего.

Грабовски вздохнул и согласно закивал. Кому как не ему знать, как дела разваливаются, словно карточные домики из-за этих самых плохо выживающих свидетелей. И хорошо, если некромантам еще под силу допросить труп. А если нет? Ведь чего нынче только не выдумывают. Самое простое — плеснуть кислотой в рот погибшему, уничтожив связки и язык. Все! Что такой труп может рассказать, если он безмозглый совсем?

— Да уж… — протянул старший следователь. — Ты поаккуратней с ней. Дама с характером и потенциалом. Вчера дежурному руку прокусила насквозь. Сегодня утром навесила фингал под глаз еще одному, который завтраки разносил. Сразу видно, что не нежный цветочек.

— Спасибо за заботу, — по-доброму улыбнулся Стрейтен, поднимаясь на ноги, и Грабовски вскочил следом с неожиданной для его комплекции прытью. — Уведу через хозяйственный двор, пока Жерай не заявился.

— Прямо мысли мои читаешь, — с каким-то обреченным тяжелым вздохом закивал старший следователь, первым выходя из своего же кабинета.

Утреннее совещание, на которое Грабовски не имел привычки спешить, позволило добраться до подвального этажа без свидетелей. Разве что охранник, открывший дверь, проводил их молчаливым недоумением.

— Новые кадры, — разъяснил следователь, спускаясь по лестнице. — Еще не научились реагировать на все с хладнокровием свежеподнятого зомби.

Стрейтен на это только сдержанно улыбнулся. Почему-то у него было дурное предчувствие. Воровской мир не решается цеплять просто так сильных бессмертных. А пробраться в сокровищницы наяд вообще верх наглости и… дурости.

Но чутье подсказывало Стрейтену, что крыса точно воровала реликвии на заказ. Для кого? Был ли среди человеческих послов тот, на кого работал этот фамильяр? И с какой целью могли понадобиться эти реликвии нежити? Маловероятно, что кто-то решился создать личную армию наяд. Подчинить целую армию нежити сможет только сильнейший некромант, но для того, чтобы управлять ею потребовалось бы слишком много сил. Было еще более реальное предположение. Возможно, кто-то решил избавиться от надоедливых наяд таким образом. Слишком много от них было шума в последнее время. Но были и другие чешуйки, хранившиеся в северных морях, к примеру. Так просто от этой нежити не избавиться. Возможно только навлечь на себя гнев повелительницы морей. Нет, тут дело было в другом. В силе, скрытой в реликвии. И, быть может, крыса прольет свет на это дело.

Но было еще кое-что, что не давало покоя Даррелу. Слова Марики, произнесенные перед казнью. “Он уничтожит тебя, Дар. Ты даже глазом не успеешь моргнуть.” Кто он? Кому могли понадобиться клыки главы клана вампиров?

Возможно ли, что убийство главы клана вампиров и исчезновение реликвий как-то связаны? Уж очень подозрительны нападения на бессмертных. Быть может, все дело именно в бессмертии?

— Вот! — промакивая испарину на лбу, Грабовски остановился, сунул ключ в скважину и быстро его провернул. — Только блокираторы, прости, одолжить не получится. Жерай, что б ему… допрашивай здесь, только тихо. А там посмотрим, куда ее определить.

— Если расколется, побоится сама бежать. Если нет — уверен вам есть за что ее прикрыть не на один год.

— Угу. Сочинить бы еше акт, протокол… — тяжело вздохнул Грабовски.

Но не тут то было. Резкий гнилостный запах ударил в нос, едва дверь в камеру открылась.

Некромантам не нужно было разгадывать, что бы это значило. Они уже знали, что увидят.

Крыса, которую доставили накануне ночью сидела повесив голову, словно уснула сидя. Но они оба знали — задержанная мертва. Грабовски коснулся ее плеча, и девушка, словно кукла, упала на лежанку. Даже при плохом освещении легко было разглядеть черные круги вокруг носа, рта, глаз.

— Черная гниль, — процедил сквозь зубы Стрейтен, легко угадав яд, которым обычно травят оборотней и фамильяров. Она не имела ни запаха ни вкуса, и даже звери не могли различить их в пище. — Что б ее…

— Похоже на то, — кивнул Грабовски, склонившись над трупом. — Боюсь даже предположить, под кого ты копаешь, если свидетеля умудрились убрать даже в камере следственного комитета.

— Я тоже… — выдохнул Стрейтен, напряженно раздумывая, как быть дальше.

— Я допрошу всех, кто был в участке.

— Не нужно, — мотнул головой Дар. — Сделай вид, что ничего не случилось. Дежурному скажи, что я увел свидетеля. — некромант щелкнул пальцами, поднимая в воздух труп и одновременно открывая портал. Избыток магии по крайней мере в этих обстоятельствах шел на пользу делу. — И понаблюдай за своими. Кто знает, кому и что могут подсыпать в следующий раз.

 — …И помните, на зачете у вас будет всего час для прохождения полосы препятствий. От результата этого зачета будет зависеть ваш итоговый балл, — тренер ниар Корк вещал со своего места, бросая хмурые взгляды на нас, перепачкавшихся в грязи выпускников. — И на итоговой аттестации все равны! Почему вы усмехаетесь, ниара Лейнор? Я сказал что-то смешное? — тренер рявкнул так, что даже мне стало не по себе. — Вы не дотягиваете даже до середнячка с вашими нынешними показателями. И почему все застыли?! Работаем-работаем! Вы сейчас похожи на трехдневных мертвяков! Всех на пересдачу отправлю! У вас осталось пятнадцать минут!

По просторному тренировочному полю, состоявшему из полосы препятствий, зазвучали охи и вздохи. От жары, казалось, даже грязь закипала. Солнце сегодня намеревалось нас всех поджарить. Но задание есть задание…

— За мной, — подмигнул Тэймар и в его карих глазах заплясали искорки веселья. А следом парень ловко взобрался вверх.

Сердце и так колотилось как у загнанного кролика. Но откинув прядь слипшихся волос со лба, я вновь принялась штурмовать высокую стену.

— До других экзаменов мы не доживем такими темпами, — бубнила под нос Ниста, стряхивая прилипшую грязь с ботинок и пытаясь вскарабкаться вверх.

— Сегодня наш звездный час, Нис, — Зои подтолкнула подругу вверх. — За нами наблюдают люди из министерства! Сам Тарвейл здесь! Отбирают лучших из лучших.

Рядом с тренером Корком, вооружившись блокнотами, и правда стояли трое мужчин в костюмах-тройках. И они цепко разглядывали однокурсников. Как им в костюмах-то не жарко? Дышать совершенно нечем!

— По-моему, они давно уже сделали выбор, — я буркнула себе под нос. — И наши показатели ни при чем.

— Сани, хватайся! — Тэйм свесился сверху, протягивая руку. — Давай же!

Его горячие пальцы обхватили мое запястье, последовал рывок, а в следующее мгновение парень оказался на неприлично близком расстоянии. Его дыхание касалось моей щеки, а через форменную куртку я чувствовала, как быстро бьется его сердце.

— Спасибо! — я резко и немного смущенно отстранилась и, отмахнувшись от ненужных мыслей, рванула к следующей преграде.

Физическая подготовка считалась здесь одним из важнейших предметов для фамильяров. Ведь мы должны быть готовы к любому раскладу событий. К погоням, длительным забегам, или к нападениям мертвяков, к примеру. Поэтому тренировке сил и выносливости и отводилось так много времени. Именно эта подготовка и помогла мне во время вчерашнего вечернего забега.

Мысленно я опять и опять возвращалась во вчерашний вечер, в шумный вонючий трактир. Еще одно задание, в котором помощь фамильяра, как батарейки, была совершенно ни к чему. Некромант позволяет мне действительно работать, показать, что я что-то значу и без мага. Но неужели фамильяр может существовать в этом мире не только как бесплатное приложение, как аккумулятор для мага? Неужели кто-то может воспринимать нас всерьез? По крайней мере сам Стрейтен относится к фамильяру как к личности.

Впрочем, он же совершенно не такой как все маги. Этот некромант живет по каким-то своим правилам, у него свои тайны и секреты. И иногда так хочется понять, что у него в голове? О чем он думает и что скрывает? Что он делает сейчас? Наверное, уже допросил ту крысу…

— Три минуты! — последовало напоминание от тренера Корка.

Я ускорилась, но мысли по-прежнему вертелись вокруг Стрейтена. И по какой причине не распрощался со мной? Я ведь нарушила правила во время призыва, хоть и из лучших побуждений. Стрейтен был взбешен, но в его глазах было что-то такое… Что-то, чего я не видела никогда раньше.

Он ведь уже знал о деле моей матери, возможно, даже изучал его. И то, как прошел призыв, явно не вписывается в понятие нормы. Но почему он молчит? Что пошло не так?

Черт, я думала, что ритуал поможет мне, но черта с два. Все стало только более запутанным. И я ни на шаг не продвинулась в своем деле.

— Сандра, осторожно! — возглас Нисты прозвучал совсем рядом, возвращая меня к реальности.

Резко обернулась, но было поздно. Ощутила болезненный тычок под ребра, беспомощно взмахнула руками, но нащупала лишь пустоту. Опора из-под ног исчезла, и я летела прямиком к земле. Вмиг меня прошило, сердце перестало биться, а время будто замедлило ход. Земля приближалась чересчур медленно. Будто кто-то включил замедленную съемку…

Быстро выставила ладони перед собой, готовясь к удару, а в следующее мгновение кончики пальцев закололо. Перед глазами замелькали золотистые потоки магии, а в следующее мгновение я уже рухнула на землю. Но боли не было. Я вообще ничего не почувствовала.

— Сани, проклятие! — перед глазами появился взволнованный Тэйм. — Ты цела? Нужен целитель?

Вот черт! Опять случилось нечто из ряда вон выходящее!

- Сандра?! Какого демона? — рядом приземлилась испуганная Ниста.

— Я в порядке, — при помощи Тэймара подскочила на ноги, чувствуя небывалый прилив сил. — Бежим, осталась минута!

До финиша мы добрались вместе со свистком Корка. Ниста тут же рухнула на колени, как подстреленная, жадно глотая пересохшими губами воздух. Я согнулась пополам, обхватив колени руками и тоже пыталась отдышаться. Те, кто уже успел добраться до финиша, валялись на траве, а остальных отчитывал Корк, сдерживаясь в выражениях только из-за приглашенных министерских гостей. Обычно он не скупился на ругательства на тролльем наречье.

— Сани, ты точно в порядке? — Тэйм осторожно прикоснулся к моему плечу.

И опять это Сани…

— В полном! Ты же научил правильно группироваться, — я натянуто улыбнулась. — Зачем ты помог? Если бы ты меня бросил, то стал бы первым, Тэйм.

— Ты моя пара, помнишь? — парень подмигнул. — Ну, на балу.

И я даже растерялась, не понимая как на это все реагировать. Нет, Тэйм был чудесным и все такое, но мне сейчас было совершенно не до отношений.

— Я… да! И спасибо еще раз! — кивнула и направилась к Нисте, которая все еще пыталась выровнять дыхание. — Принести воды?

— Не надо, — подруга отмахнулась. — Какого демона ты опять в облаках витаешь? Ты видела вообще, что произошло? — Ниста резко подскочила на ноги, а следом сделала выпад в сторону прихорашивающейся Тианы.

— Это ты, — ее голос звенел от злости. — Ты понимаешь, вообще, что творишь?! Ты толкнула Сандру!

— Что за бред?! Ты умом тронулась, Мейлон? — Тиана отпрянула, будто бы даже искренне удивившись. — Хотя, кого я спрашиваю! А твоя Бейшоп сама рухнула вниз, она же как мешок с картошкой.

Девушка стрельнула в мою сторону острым взглядом, полным неприязни. Затем как ни в чем не бывало отряхнула форменные брюки и поправила волосы. А Клэйра и Анита боевыми церберами замерли по бокам.

— Ты…

— Оно того не стоит, Нис, — я перехватила подругу за руку.

— Правильно. Убери свою тявкающую лисичку, Бэйшоп, — Тиана фыркнула.

— Не нарывайся, — я процедила сквозь зубы, хотя руки чесались стереть это самодовольное выражение с ее лица.

— Тиа, не обращай внимания! — зашипела Клэйра, округлив глаза, и кивнула в сторону помоста для тренера. — У нас сегодня проверка, ты забыла? Министерские пиджаки наблюдают.

Лицо Тианы вытянулось, а следом она, фыркнув, резко повернулась к нам спиной и в окружении подружек направилась в сторону раздевалок. А мгновение спустя голос тренера обрушился на меня как гром среди ясного неба.

— Бэйшоп! Ко мне! Быстро!

Меня будто током прошило, а слова застряли в горле. Они видели мое падение, поняли, что произошло. И сейчас меня арестуют за то, что я старательно пыталась скрыть все эти годы. Ведь то, что произошло — не нормально. Я — не маг. Я не могу трансформировать силу и, тем более, использовать ее. Черт… Неужели мне все же не суждено закончить эту чертову академию?!

— Иди, — заметно повеселевшая Ниста подтолкнула меня вперед. — Может, тебе работу хотят предложить?

Я очень сильно в этом сомневалась. На негнущихся ногах направилась в сторону тренера и министерских «шишек». Двое из этих троих были мне знакомы. Помощник министра по внутренним делам королевства Велгрея Тимер Кролтрейр, высокий темноволосый мужчина в костюме сидевшем точно по фигуре, и сам Адам Тарвейл, министр по делам фамильяров. Впрочем, должность министра была лишь фикцией. По факту Адам Тарвейл мало что решал… Он частенько появлялся в академии, наблюдал за процессом обучения и отбирал способных фамильяров лично. А первого я видела при аресте Марики, а второго знали, по-моему, все фамильяры. Третий мужчина держался в стороне и, поправляя очки на переносице, что-то записывал в черный блокнотик. Может, секретарь?

— Сандра Бэйшоп, — представил меня тренер, стоило мне только приблизиться.

И теперь все взгляды устремились в мою сторону. Тарвейл смотрел как-то изучающе, а Кролтрейр цепко, будто пытался проникнуть мне в голову. Стало совсем не по себе.

— Доброго дня, — я замерла напротив проверяющих, стараясь держаться уверенно.

— Мы уже знакомы, не так ли, ниара Бэйшоп? — ниар Кролтрейр едва заметно улыбнулся. — Ниар Корк, мы бы хотели поговорить с Сандрой наедине. А вы можете показать ниару Шертану табель успеваемости.

— Да, конечно. Идемте, — тренер как-то неохотно кивнул и отправился к спортивному залу, а мужчина с блокнотиком последовал за ним.

Ох, Черт возьми… Чего от них ждать вообще? Неужели и правда в тюрьму отправят?

— Ниара Бэйшоп, — ниар Кролтрейр заговорил первым. — Мы наблюдали за вашей работой сегодня. Впечатляет! Вы определенно входите в тройку лучших выпускников факультета фамиляров.

— Доклад на тему последствий проявления инициативы фамильяром выше всяких похвал! — добавил ниар Тарвейл, одобрительно кивнув. — Вы действительно разобрались в теме.

— Благодарю, я использовала ваши научные труды, ниар Тарвейл, — осторожно ответила, комкая ткань форменных брюк.

Начали они издалека. Но к чему ведут? Сначала пряники, потом ждать кнута? Ох, как же мне все это не нравится…

— С вашими баллами вас должны были отправить на стажировку в министерство, — подметил Кролтрейр. — Как так получилось, что вас направили работать с ниаром Стрейтеном?

К чему такие вопросы вообще?

— Я… хм… непреднамеренно нарушила некоторые академические запреты, а еще участвовала в неодобренном митинге в поддержку изгнанных фамильяров, — озвучила лишь часть своих «преступлений», но затем быстро добавила: — Но я была не права.

— Что ж, похвально, что вы смогли это признать. И большая удача, что Стрейтен вам не отказал. Или это не просто удача? — ниар Кролтрейр выжидающе уставился на меня.

Стоп. Ничего не понимаю. Меня пригласили для разговоров о моей практике? Стрейтен что, перешел дорогу этому помощнику министра? Или дело в чем-то другом?

— Полагаю, что без удачи не обошлось, — постаралась улыбнуться и сделать вид, что не совсем поняла вопрос.

— Тимер, твои слова звучат так, будто ты в чем-то подозреваешь Сандру, — ниар Тарвейл вмешался в нашу беседу. — Даррел редко брал стажеров, этим и вызван наш интерес. Как, к слову, проходит ваша стажировка? Надеюсь, все согласно протоколу?

— Да, ниар Тарвейл, — соврала я, не моргнув и глазом. — Ниар Стрейтен отличный специалист в своей сфере и для меня большая честь работать именно с ним.

Кролтрейр при этом усмехнулся. Видимо, вспомнил мое появление на балу вампиров.

— И над каким делом ниар Стрейтен сейчас работает? — ниар Тарвейл поинтересовался чуть склонив голову. Кролтрейр при этом неодобрительно поджал губы.

А вот это было уже и вовсе странно. Разглашение подробностей дел было под запретом. И министру об этом было явно известно. Это что, проверка?

— Боюсь, не смогу ответить вам на этот вопрос, — добавила в голос сожаления. — При всем уважении к вам. Я всего лишь фамильяр-стажер. Но вы можете обратиться за информацией к непосредственно ниару Стрейтену.

— И это правильный ответ ответственного фамильяра, Сандра, — одобрительно кивнул Тарвейл. — И после завершения обучения в академии я лично внесу вашу кандидатуру в список претендентов на место фамильяра при министерстве.

Вот это поворот! Совершенно неожиданный…

— Это… большая честь! — мой голос все же дрогнул.

— Вы можете идти, ниара Бэйшоп, — ниар Кролтрейр неопределенно махнул рукой.

— Благодарю вас, ниар Кролтрейр, ниар Тарвейл, — склонила голову в знак уважения, а следом развернулась и отправилась в сторону раздевалки.

О том, чтобы работать на министерство мечтали все выпускники. Да и я совсем недавно. Но сейчас… Сейчас подобная перспектива почему-то не радовала.

Я замерла посреди просторной, но мрачноватой столовой, не веря своим глазам.

Вечерний полумрак рассеивал свет от нескольких свечей, расставленных в витых массивных канделябрах вдоль стола. Тяжелые чуть приоткрытые шторы впускали в комнату свежий прохладный воздух. Круглая, словно блюдце, бледная луна подглядывала за нами в высокие окна, размазывая по подоконникам бледный свет. Но в общем, атмосфера складывалась в помещении в меру мрачная, под стать роду деятельности хозяина дома. И все же создавалось впечатление нереальности создавшейся картины.

Моргнула раз, другой, но видение не исчезло. Прямо передо мной по центру стола на бордовой скатерти разместилось блюдо с копченым поджаренным поросенком, от аромата которого мгновенно свело желудок и рот наполнился слюной. Рядом с основным блюдом были расставлены небольшие закуски на маленьких тарелочках. В свете десятка свечей сверкали столовые приборы и белоснежный фарфор. Рядом с вазой с букетом белоснежных роз виднелась бутылка с красным вином и еще каким-то янтарным напитком.

Когда после призыва на практическое занятие ожидаешь увидеть грязную подворотню или очередное кладбище с облезлым посиневшим мертвяком, то обыкновенный стол, накрытый для ужина, кажется очень странным и весьма подозрительным. Может, мне по запаху блюд нужно будет определить отравлено ли оно? Ну не для ужина же меня Стрейтен пригласил. И где он сам вообще?

— Ниар Стрейтен, — я заговорила, стараясь не смотреть на аппетитного копченого поросёнка. — Я так понимаю, вся еда отравлена, и мне нужно определить яд?

— Можешь, если заняться нечем! — словно из-под земли появился мой наставник, и приблизившись к одному из пустующих стульев на резных ножках, отодвинул его, предлагая присесть. — Но лучше поужинаем. Ночь предстоит долгой, а лично я уже забыл, когда нормально ел. Составишь компанию?

От неожиданности я даже дар речи на мгновение потеряла, но поспешно опомнившись, все же кивнула:

— Да, конечно, ниар Стрейтен! Спасибо, — я хлопнулась на стул, ощущая себя совершенно не в своей тарелке. Все же в подворотне общаться было как-то привычнее.

— У меня там в анкете написано, что у меня еще и имя есть. Можешь обращаться по имени ко мне, по крайней мере, когда мы не на задании и наедине. А то с твоим официозом я себя стариком чувствую. К тому же не чужие люди.

— Хорошо, — осторожно кивнула, сцепив пальцы на салфетке. — Вы сказали, ночь будет долгой. Это новое задание? Или как-то связано с той женщиной фамильяром?

Сегодня Даррел Стрейтен выглядел как-то иначе. Задумчивей и напряженней. Словно за манерами пытался спрятать что-то, что ему не давало покоя.

— Вообще-то, мы с тобой тут ужинать пытаемся, — пожурил меня наставник. — Скажи лучше, как прошел твой день? — одарив меня белозубой улыбкой, попросил некромант, принимаясь за еду. — Работа нас дождется, можешь в этом быть уверена.

— Нас готовят к экзаменам, — пожала плечами. — Ищут лучших из лучших. Сегодня было показательное выступление перед магами из министерства.

Нужно сказать ему, что его делами интересуются в министерстве. Может, это что-то значит?

— Как любопытно, — наполняя мой бокал красным вином, прокомментировал Стрейтен. — Надеюсь, ты выступила с блеском и не уронила мою репутацию в грязь тренировочного полигона. Мои коллеги и так сомневаются в моих преподавательских способностях.

— Боюсь, мои способности и таланты их интересовали куда меньше ваших. Они интересовались вами. Я заверила, что мы работаем согласно протоколу и моей жизни никогда и ничто не угрожает. И не угрожало. И еще… — запнулась, но вскинув взгляд все же добавила. — Может это и не мое дело, но они спрашивали о деле, над которым мы с вами сейчас работаем.

Даррел Стрейтен на мгновение замер, после отложил вилку и промокнул губы салфеткой.

— Надеюсь, что ничего лишнего они от тебя не узнали, — пронзив меня внимательным взглядом темных глаз, спросил Стрейтен.

— По протоколу я не имею права разглашать никаких подробностей, — мотнула головой, немного даже оскорбившись. Кто-кто, а я прекрасно знаю и свои обязанности, и права. Но обида тут же сменилась живым интересом. — Значит, мне не показалось? Это связано с пропавшими реликвиями и проверкой из министерства. И поэтому, видимо, мне предложили место среди фамильяров министерства. Чтобы узнать о делах, над которыми я с вами работала.

— Это только предположения, притянутые за уши. Но исключать нельзя ничего. К слову, кого именно интересовала наша работа?

— Со мной беседовали Тимер Кролтрейр и Адам Тарвейл, — подхватила бокал с вином и сделала пару глотков.

— Ясно, — вернувшись к ужину, кивнул Даррел. — Тим беспокоится за тебя. Думаю, что имеет личную привязанность, — быстрый, но цепкий взгляд и он снова все внимание вернул блюду на тарелке. На мгновение мне показалось, что на лице некроманта мелькнуло какое-то недовольство. Словно он, смешно сказать, приревновал меня. Смешно, но приятно, почему-то. — А вот Тарвейл, видимо, имеет на тебя собственные планы. Хороших фамильяров быстро пристраивают при министерстве. Старые боровы в массивных креслах уже давно сами ничего не могут сделать. Отбирают лучших проводников и выжимают из них все соки. Не понимаю, чего молодежь так рвется к вышестоящим. Еще и платят в разы меньше тех же наемников.

— Нас покупают как породистых собачек, — проговорила поджав губы и утопив взгляд в бокале с вином. — И знаете, для меня это дикость. В мире, где я выросла, у всех примерно одинаковые возможности, но здесь… Если ты не маг, то будешь всегда ниже.

— Вы позволяете себя покупать. Вместо тебя никто не принимает решений. Только ты имеешь право выбирать свое будущее. Любое разумное существо в мире само решает, как ему жить. Почему-то фамильяры уверены, что их этого права лишили. А ведь силком вас не заставляют подписывать контракты. Сами подписываете.

Стрейтен надавил на мою самую болезненную мозоль.

— Серьезно? — мой голос дрогнул, резко отставила бокал с вином. — Я думала, что вы больше видите. Фамильяр может работать либо низко оплачиваемой прислугой, либо аккумулятором для мага, что принесет больше денег. Какое место можно занять в обществе, если сила не подвластна тебе?

— Фамильяр имеет куда больше, чем сам понимает. Вот ты… ты способна взять след, даже приблизительно разобраться, кто преступник. Недавно сама задержала подозреваемую. Неужели этого мало, чтобы понять, насколько ты можешь быть самостоятельной и свободной?

— Скажите это вашим друзьям в министерстве. Меня никто не воспримет без вас. Мое слово — пустой звук.

— Повторюсь, силком тебя никуда не тащили. А ты пробовала говорить?

— Пробовала. И именно поэтому я здесь! Я участвовала в митингах весь прошлый год. Думаете, кому-то было до этого дело? — устремила взгляд прямо на Стрейтена, чье лицо казалось непроницаемым. — Только проректору, которому я стала занозой в… не важно. Давайте займемся делом, ниар… Даррел.

— Как скажешь. И все же зря ты не поела. Ближайшие сутки тебе точно кусок в горло не полезет.

Даррел Стрейтен поднялся с места, щелкнул пальцами, выстраивая портал. В следующее мгновение мы уже были в каком-то холодном помещении, где воняло медикаментами и чем-то еще… не слишком ярко выраженный, но все же трупный запах. Им я успела “насладиться” на кладбище в первую встречу с некромантом.

Под стеночкой выстроилось в ряд несколько железных столов, застеленных короткими белыми простынками. Один привлекал внимания чуть больше потому, что под простынью виднелся холмик. А в общем, мне это помещение напоминало наш земной морг. Даже свет какой-то яркий и совершенно неестественный.

— Что ж. Приступим, — потирая руки, Стрейтен сдернул простынь с одного из столов, и трупный запах усилился до тошноты. Видимо, простынь была зачарованной. Присмотрелась… И я едва не вскрикнула.

На столе лежала та самая Крыса, которую мне повезло поймать накануне вечером. Без малейших признаков жизни. Нужно быть безнадежной оптимисткой, чтобы преположить, что она еще жива.

— Что с ней случилось? — сдавленно поинтересовалась, отведя взгляд.

— Не знаю, но планирую у нее и спросить, — сдержанно, но серьезно ответил Стрейтен.

По коже прокатилась волна мурашек, а сердце забилось чаще. Свет в морге замерцал, добавляя зловещности окружающей обстановке. Некромант перевел дыхание, прикрыв глаза, а после резко вскинул руки, формируя заклинание. Следом повеяло леденящим душу холодом. Темная магия разливалась по помещению, стала ощутимой физически. Грудь сдавило, но я не могла отвести взгляда от Стрейтена и Крысы.

Втянула в себя дурно пахнущий воздух и напряглась, стараясь сохранять хотя бы видимость спокойствия. Ничего подобного ранее мне не довелось наблюдать, хотя после происшествия на кладбище я все же почитала о мертвяках и прочей нежити. Правда сейчас знания, полученные из книг, как-то не особо успокаивали. Одно дело увидеть зомби на картинке, а другое — побывать на допросе этого самого умышленно поднятого трупа.

Но все же кроме страха меня переполняли и другие эмоции. Азарт и любопытство. Я чувствовала след и мне не терпелось посмотреть, к чему он приведет. Это дело не давало мне покоя. Наяды, реликвии, фамильяр и интерес министерства… Смерть этой крысы была только подтверждением того, что дело серьезное. Поэтому стряхнув оцепенение я подошла ближе.

Как раз в этот момент магия некроманта сделала свое дело. Простынка пошевелилась, а следом женщина, которая мне была известна как Крыса, резко поднялась на столе. Тут же ощутила тошнотворный запах гниения, вперемешку с какой-то травой, которой ее по всей видимости и отравили. И первое, за что зацепилась взглядом — синие глаза крысы. Абсолютно пустые. Оскалившись, она смотрела куда-то сквозь пространство. Сероватая кожа выглядела как пергамент.

— Слушай мой голос, — заговорил некромант. — Слышишь ли ты меня?

У меня почему-то возникли ассоциации с дрессировкой хищных животных. Даже живенько так представилось, как дрессировщик с хлыстом щелкает по арене цирка и так властно приказывает “Сидеть! Лежать! Прыжок!”. Как по мне, нереально несправедливое отношение к свободолюбивым животным. Но, как и в этом мире, мое мнение разделяли немногие. А еще, что в цирке вообще-то заграждения какие-то имеются. А здесь…

На всякий случай плавно зашла за спину некроманта. Так как-то надежней и спокойней. Признаться, несмотря на эксцентричность моего наставника, с его привычкой швырять меня в самые неожиданные и опасные ситуации, я никогда и нигде в этом мире не чувствовала себя настолько защищенной, как рядом с ним. Сложно сказать, почему так! Было это чутье моего зверя или… что-то другое? В любом случае, вот в такой ситуации я ощущала какую-то потребность быть к нему ближе. Может, это все еще тот страх, который я испытала во время предыдущего ритуала?

Конечно, я просто волнуюсь за наставника. И ничего больше! Впрочем, как-то не очень у меня получается врать самой себе.

— Ы-ы-ы-ы! — отозвалась Крыса. Или правильней сказать то, во что она превратилась.

Я опасливо выглянула через плечо некроманта, пытаясь оценить ситуацию. Зомби активно кивала, но отвечать как-то не спешила. Если не учитывать нечленнораздельного “ы-ы-ы-ы!”

— Помнишь ли ты, как умерла? — не меняя тона, снова спросил некромант.

В этот раз наскребла храбрости и вышла из-за плеча Даррела, чтобы лучше рассмотреть допрашиваемую. Невольно положила руку ему на плечо, но быстро спохватилась, сцепила пальцы в замок, смутившись. Очень надеюсь, что он не обратил внимания на мой порыв.

Крыса застыла, словно пыталась что-то вспомнить. Книги пишут, что подчиненные врать не могут. У меня были подозрения, что существо, у которого мозг начал разлагаться, в принципе врать не могло. А еще думать и, частично, помнить. Потому, чем свежее труп, тем больше из него можно выудить информации.

— А почему вы не допросили ее сразу? — почему-то шепотом поинтересовалась я, не в силах отвести взгляд от задумавшегося зомби.

— Чем отличается отравления черной гнилью? — вопросом на вопрос ответил некромант.

— Она убивает быстро, почти не имеет вкуса и запаха. Смерть наступает от отека и частичного разложения гортани и языка, — отчиталась я, вспомнив все, что знала о яде из курса ядовитых и лекарственных настоев. — Все ясно! Вопрос снят.

Она просто не может разговаривать. И как он собирался допрашивать то, что ответить ему не может?

— Мозг сохранился благодаря заклятию. То есть медленней разлагается. Потому не отвлекайся. Возможно, как фамильяр ты заметишь нечто большее, чем я, как некромант.

Вот значит как! Расправила плечи, чтобы не ударить в грязь лицом, и даже встала рядом со Стрейтеном, улавливая каждый звук, запах, движение.

В этот момент Крыса, наконец, отрицательно мотнула головой. Похоже, не помнит. Ну, это еще совершенно ничего не значит.

— Помнишь ли ты, на кого работала? Для кого украла реликвии наяд? — точно так же спокойно и жестко продолжил некромант, словно и не отвлекался на небольшой урок для меня.

Я бросила на него беглый взгляд. Магия вытягивала из него силы. Кожа уже начала сереть, как у подчиненного зомби. Побелели губы. Но он все так же строго их поджимал. Часть меня хотела ему помочь. Не так уж и больно быть аккумулятором некроманта. Но я обещала ему не вмешиваться. К тому же… Меня не отпускала мысль о проклятии. Ведь если Дар действительно проклят, тогда моя помощь будет во вред. Наверное.

Крыса вздрогнула. Ее белесые, как у лежалой рыбины, глаза посмотрели прямо на некроманта.

— Ы-ы-ы-ы! — взвыло умертвие и вскочило с железного стола, но тут же его скрутило магией некроманта.

— Кто он? — голос Даррела стал глуше, прорезалась хрипота. — Ответь, и я отомщу за твою смерть.

Я невольно закусила губу, понимая, сколько сил отнимает у мага этот допрос.

Крыса в ответ только завыла громче, раскачиваясь из стороны в сторону. А после рванула себя по руке когтями, выпуская тягучую, черную кровь.

Дыхание забило от вони. Я невольно задержала дыхание и подумала, что не так уж плохо, что не поужинала сегодня. Вряд ли смогла бы удержать содержимое желудка в таких экстремальных условиях.

Задышала медленно, снова сосредоточившись на допросе.

Тем временем зомби уже вывело на белом полу черные знаки. Она писала имя?

Любопытство заставило меня забыть об осторожности. Я приблизилась к нежити, склонившись над рисунком. Это было не имя точно. Скорее какой-то символ. Может, пентаграмма? Или знак тайного ордена? Круг, перерезанный пополам ровной линией. Четыре треугольника по кругу.

Бессмыслица какая-то…

— Что это значит? — спросила я, подавшись еще ближе и стараясь запомнить все в малейших подробностях. Хоть это было как раз не сложно.

И в этот самый момент нежить подняла лицо, словно увидела меня, и резко бросилась вперед. Прямо на меня.

Время словно застыло на мгновение. Все двигалось, как в фильме с замедленной съемкой. Разлитая в пространстве магия смерти впиталась в кожу, причиняя невероятную боль, а с губ сорвалось невольное:

— Сдохни!

Сама не знаю, что это было, но Крыса замерла и упала на месте, как мешок с зерном.

Опять! Это я. Просто сейчас применила магию. Более того, магию мертвых! Это из ряда вон выходящее… Проклятье! Нет! Нет-нет-нет! Только не это!

Медленно повернулась к наставнику. Вот сейчас мне… все. Теперь меня точно осудят, клеймят, запечатают, сошлют или вообще казнят. Нельзя быть магом и фамильяром. Нельзя собирать магию в пространстве и тут же ее применять…

— Зря ты ее так, — пожурил меня Даррел. — Теперь уже окончательно все. И не допросишь больше.

Я проглотила густой ком в горле.

— Это все, что вы мне хотите сказать?

— Конечно нет! Просто еще не решил с чего начать, — посмотрел прямо на меня Стрейтен. — Но продолжим дома, Сандра.

И прямо в шаге от меня открылся немного мерцающий от недостатка магии портал. Сложно представить, чего стоило некроманту еще и портал построить. Потому я не стала тянуть и покинула допросную, совершенно не представляя, как буду объясняться с наставником.

Секунда, и вот я уже стою посреди хорошо знакомого кабинета некроманта. Но язык будто к нёбу прилип, а пальцы нервно комкали плотную ткань форменных брюк.

Итак, я добила допрашиваемого свидетеля и каким-то немыслимым образом применила магию мертвых. Это никак не желало укладываться в голове. Но и отрицать это было невозможно. Крыса подчинилась моим словам. Черт, но почему?! Я же никак не могу быть некромантом.

Та сила, которой я могла управлять раньше, была чем-то иным. Она была обжигающей, прокатывалась по венам жидким огнем и ее было сложно контролировать. И впервые я ощутила ее на втором курсе. Это была защита на уроке физической подготовки и в тот день я сильно разозлилась… Впрочем, тогда уже знала достаточно для того, чтобы понимать, что то, что тогда произошло, было не нормально. И каждый раз после мне чудом удавалось оставаться никем не замеченной. И именно тогда я пришла к выводу, что секретом популярности моей матери среди фамильяров в этом мире был схожий дар. И я надеялась понять, что со мной не так, когда и если найду ее.

Даррел тем временем подошел к своему столу и привычным жестом подхватил бутылку с янтарной жидкостью. Он казался как всегда расслабленным, будто ничего не произошло вовсе. Только вот его лицо казалось непривычно бледным, губы плотно сжаты. Ему больно. Он потратил слишком много сил во время допроса, а может… Может его тревожило что-то еще.

И внутри что-то сжалось. Не у одной меня в этой комнате были тайны. Вот только что-то подсказывало, что секрет некроманта я вряд ли когда-нибудь смогу узнать.

— Я испортила допрос, — все же набралась смелости и заговорила, делая шаг ему навстречу, но не решаясь посмотреть некроманту в глаза. — И приношу свои извинения. В пятый раз за практику… От меня вам одни проблемы.

— Скорее ты испортила допрашиваемую, — поправил меня Даррел. — Но все, что она могла нам рассказать — уже рассказала. В отличие от тебя.

Он бросил на меня короткий взгляд, и приближаться расхотелось. Что он предпримет? Как поступит? И что будет со мной теперь? По закону некромант должен был заявить обо мне в министерство, но… Зная “любовь” Стрейтена к закону, он вряд ли будет действовать по протоколу. Мне хотелось в это верить.

— Фамильяр и маг… Восхитительно! — сделав глоток напитка из стакана, медленно проговорил Стрейтен, словно пытался объять необъятное. — Кажется, нам нужно начать знакомство заново. Итак… Кто, говоришь, был твой отец?

Что? При чем тут мой отец? Он не может быть связан с происходящим совершенно точно.

— Мой отец никак не связан с этим миром, — мотнула головой и вскинула взгляд. — Он самый обыкновенный человек… был. Инженер, всю жизнь работал на заводе.

— Полагаю, некоторые тайны остались тайнами и для тебя, — присев на край стола и указав мне жестом на кресло, проговорил Стрейтен. — Подобные способности в тебе могли проснуться только в том случае, если бы твои родители были… напарниками, возможно. Мама — фамильяр, а отец… точно не простой человек. Понимаешь, в Империи не просто так запрещены браки и связи между фамильярами и магами. Прецеденты были. И последствия плачевные. Полистай историю Семидесятилетней войны. Тогда именно благодаря таким, как ты, она была выиграна. Но вот беда. Справиться потом с магом, который сам генерирует магию с пространства, не так просто, как кажется. При том совершенно разную магию. Если я не ошибся в оценке ситуации. Потому таких, как ты, объявили вне закона, приняли несколько законов, чтобы подобного не случалось. И в итоге не осталось метисов.

— Я слышала об этом. И нет, — вновь уверенно мотнула головой. — Мой отец не маг. Мама встретила его спустя год, после ее… побега. И потом родилась я. Мой отец тут не при чем. Я думала, что мама была такой же… Поэтому она и считалась одним из сильнейших фамильяров.

— Исключено. Детей магических семей проверяют на третий день после рождения. Сразу же определяя их способности. Родившись в этом мире, она просто не смогла бы дожить до такого возраста, будь она такой, как ты. Скорее всего, тебе рассказали немного иную историю. Или тот, кого ты считала отцом — не отец, или… все же имел способности. Иначе никак! В любом случае, тогда понятно, почему она так неожиданно исчезла. Она бы не прошла проверку на магию с тобой. От тебя бы избавились едва ты появилась бы на свет. Понимаешь, что случится, если о твоих способностях станет известно?

Все то, что я выстраивала в мыслях последние три года, разрушилось как карточный домик от дуновения ветра. Неужели все так? Мама… была обычным фамильяром? Но это же невозможно, ведь тогда получается… Что отец тоже был из этого мира? Или он был магом, родившимся на земле? Не знал о своих способностях, к примеру… Хотя, я о таком еще не слышала.

— Понимаю, что ничем хорошим это не закончится, — втянула в себя воздух и выпалила: — И именно поэтому хочу попросить вас закрыть глаза на этот инцидент. Этого больше не повторится.

Стрейтен вздернул бровь, оценив мою наглость и то, о чем я его просила. Я просила его преступить закон, скрыть преступление.

— Простите, — отвела взгляд, ругая в который раз себя за несдержанность. — Мне наверное, не стоило вас о таком просить. В любом случае, можете хотя бы подождать, пока я покину город…

— И попадешься кому-нибудь еще, — поморщился наставник. — Нет уж, практикантка. Будешь практиковаться. А еще учиться все это контролировать. С остальным разберемся по ходу дела. Пока тебе лучше отдохнуть. Я полистаю старые дела, возможно что-то узнаю о твоей родне. А ты… не влипни никуда, пожалуйста, пока я буду занят. А то с твоей удачей меня завтра к тебе в суд вызовут.

— Ниар Стрейтен, надеюсь, нашли, что искали? — услужливо поинтересовался архивариус, принимая обратно папки со старыми нераскрытыми делами.

Невысокий мужчина преклонных лет в маленьких очках поглядывал на некроманта с уважением и даже каким-то суеверным страхом. Часть его восхищалась талантливым сыщиком, а часть — боялась. До испарины на блестящей плеши, до бегающих по сторонам серых глазок. Он вообще не понимал, как можно не бояться такого человека? Ведь некроманты опасны. Это еще в Семидесятилетнюю войну выяснили. Но терпят их потому, что с мертвяками больше никому не справиться.

— Отчасти, — уклончиво ответил Дар, оставив размашистую подпись на обходном листе. — А скажите, никто более не интересовался материалами из этого сектора?

— Одну минуточку. Сейчас проверю! Ритуальные убийства? Запрещенная магия? — бубнил себе под нос архивариус, перелистывая книгу регистрации. — Давно никто не заглядывал в этот сектор… А, вот есть, ниар Стрейтен, их пересматривал ниар Тимер Кролтрейр. Но это было еще осенью. Не думаю, что это важно.

— Иногда для дела важно все, — рефлекторно постучал ладонью по стойке Дар. — Благодарю!

И более не сказав ни слова, развернулся и направился к выходу.

Имя старого бывшего друга заставило некроманта напрячься. Что если Кролтрейр знает куда больше, чем говорит? Он интересовался Сандрой, уговаривая Стрейтена отказать ей в практике. С ним приходилось пересекаться на балу вампиров. Он присутствовал в составе делегации к наядам. И вот теперь снова… Возможно, это просто совпадение. Но… как показывает опыт, случайности чаще всего совершенно не случайны.

Настроение некроманта и без того оставляло желать лучшего. Предстояло объясниться с повелительницей наяд. Она требовала результата с нетерпеливостью, присущей только этому народу. А Дар пока не понимал, что значит тот рисунок умертвия. Какое оно имело отношение к ожерелью и чешуе наяд? Не хотела ли Крыса сказать, что это совсем другие реликвии? И одна из украденных ценностей из сокровищницы наяд, просто составляющее. А что тогда еще? Какая-то мысль зудела как назойливая муха, а поймать ее не получалось. Почему-то только боль усиливалась, доводя до отупения. Даже коньяк уже не помогал. Пора бы задуматься о чем-то более сильном.

Потом. Немного со временем. Пока дело.

В архивах, ожидаемо, не нашлось ничего о знаке, который нарисовало умертвие Крысы. И Дар был готов признать, что время потрачено впустую. Но случайно набрел на одно дело, где в ритуале использовалась кровь метиса. Понятно, что о самом ритуале упоминалось лишь в общих чертах, а вот о преступлении. Кровь мага-фамильяра использовали, чтобы напитать ритуальный круг. Правда, что-то пошло не так и тот, кто проводил ритуал, погиб. Дело закрыто. Но почему-то именно оно не давало покоя некроманту.

Как так вышло, что Мэдрина Кроунер решилась родить от мага? Неужели она не понимала, чем это ей грозило? Понимала, если сбежала не просто из Империи, а даже за пределы этого мира.

Но что было потом? Зачем она вернулась? От чего погибла? И почему не отзывается на призыв?

Некромант остановился посреди улицы, закрыл глаза, словно это могло ему помочь выстроить картинку. Но она не выстраивалась.

Сандра могла стать сильнейшим магом, черпая силу просто с пространства. Фамильяры просто чувствуют, иногда даже видят магию, чтобы передать ее магу. Но сами использовать силу просто не в состоянии. Метисов разрешили оставлять и обучать только во время войны. Выживали далеко не все. Чаще метисы погибали в раннем детстве, не в силах справиться с магическими потоками. Скорее всего, не имеющей представления о своих способностях Сандре помогло выжить то, что ее мир не имеет магических потоков, а способности развиваться начали только здесь.

Впрочем, и в Империи были счастливчики. Из тех, кто дожил до совершеннолетия и научился справляться с силой, получилась неплохая армия. Но когда война закончилась, власть почувствовала угрозу в полукровках. Имея столько силы и возможностей, они легко могли захватить власть в Империи. И император с министерством, при поддержке магистрата, решились на смелый шаг — уничтожить метисов. Это был долгий, кровавый, но результативный процесс. Метисов больше не осталось. А следом был принят закон о запрете межвидовых браков, где одним из пунктов было прописано наказание за рождение детей метисов.

Мать Сандры, видимо, надеялась, что в другом мире способности дочери не проснуться и девочка вырастет хоть и не одаренной, но нормальной и счастливой. Некромант понимал ее стремление, он бы поступил точно так же. Но все случилось иначе. Дар фамильяра, не требующий такой магической силы, как дар мага, дал о себе знать, и академия отреагировала на всплеск, призвав девочку на учебу. И подвергнув ее жизнь опасности.

Одна мысль, что с ней что-то случится, заставила все внутри сжаться. Нет! Он не допустит, чтобы ей причинили вред. Перед внутренним взором мелькнуло ее лицо с горящими глазами, легкой улыбкой, упрямо вздернутым подбородком… И что-то в груди заныло болезненно и тоскливо. Нет уж… Она просто ему дорога, как… молодой специалист, просто забавная девчонка. Он, уже не имея надежды на будущее, не имеет права морочить ей голову. У девочки вся жизнь впереди, в отличие от подыхающего со своим проклятьем некроманта. Но почему так горько и тоскливо смириться с таким простым и закономерным решением?

Стрейтен досадливо поджал губы, взяв под контроль эмоции и сосредоточившись на том, чтобы понять, как помочь Сандре? Пока сложно было представить даже, что он мог для нее сделать. Одно он понимал наверняка — Даррел Стрейтен сделает все, чтобы она не пострадала. Чего бы ему это не стоило.

— Ниар следователь, — совсем рядом негромко обратился к нему незнакомец.

Дар открыл один глаз, оценив, как толпа спешащих по своим делам горожан обтекает его. Словно река огромный валун. Вот, что творит с людьми значок некроманта на отвороте пиджака. Выглядит впечатляюще.

В шаге от некроманта, покачиваясь с носка на пятку и воровато оглядываясь, стоял молодой мужчина в поизносившемся сером костюме на размер больше нужного, пожелтевшей от времени рубашке и клетчатой кепке.

— Боюсь представить, зачем ты здесь, — скептически поморщившись, обронил Стрейтен.

— Вы не бойтесь. Слышал, что вы занимаетесь делом Крысы. Есть время поговорить?

— Немного отыщется, если уж по такому важному делу, — проговорил некромант, нахмурившись, но все же кивнул в сторону ближайшей подворотни. — Не здесь, я так понимаю.

Паренек бросил быстрый взгляд в указанном направлении и, не проронив более ни слова, направился в ту самую подворотню.

— Говори, — убедившись, что их разговоры не привлекают ненужного внимания, приказал Дар.

— Угу, так я вам и разговорюсь ни с «привет», ни с «здрасте», — поглядывая по сторонам фыркнул паренек. Он нервно пожевывал тонкие губы, серые глаза бегали по сторонам, да и все лицо дергалось, выдавая крайнюю нервозность.

— Тогда не понимаю, зачем ты морочишь мне голову, — пожал плечами Стрейтен и развернулся, чтобы уйти.

— Э-э-э! — вцепившись в рукав засуетился паренек. — Резкие какие все. Мне это… защита нужна. Очень! Чтобы не бултыхаться где в канавке.

В воздухе повисло недосказанное «как Крыса». Но о смерти фамильяра вне закона знали единицы, потому некромант ответил на эту тираду сдержанным понимающим кивком.

— Смотря, что ты готов мне предложить взамен на мое покровительство… — задумчиво и деланно равнодушно заговорил некромант, бросив лишенный интереса взгляд на парнишку.

Тот засуетился, потоптался с ноги на ногу и сунул руку в карман:

— Это сойдет? — затаив дыхание, спросил дружок Крысы, раскрыв ладонь.

В руках незнакомца была одна из двух украденных реликвий наяд — ожерелье из голубого жемчуга. А это значит, что не все потеряно и ниточка к раскрытию преступления снова появилась.

— Обсудим, — выдержав душераздирающую театральную паузу, кивнул некромант и паренек заметно расслабился.

Похоже, удача все еще не отвернулась от Даррела Стрейтена.

— Боюсь спросить, где вы взяли это… чудо, — эмоции на обожженном лице Анны прочитать было практически невозможно, но не услышать недоумение и скепсис в ее голосе было просто нереально. — И как долго оно пробудет в этом доме?

Стрейтен задумчиво поджал губы и смерил паренька, представившегося Треем, внимательным взглядом. Типичный беспризорник. С виду ему было около семнадцати-двадцати лет, но улица искажает возраст. Дети кажутся младше, а взрослые — куда старше, чем есть на самом деле. Потому пареньку могло быть одинаково и двадцать пять, и пятнадцать. Схожесть с упокоенной навечно Крысой разглядеть было совершенно несложно. Те же маленькие серые глаза, тонкие губы, острый нос… Вполне вероятно, что это ее близкий родственник, к примеру — брат.

Паренек энергично работал ложкой, проглотив уже две миски мясного бульона и приступив к гречневой каше и рубленному тушеному мясу. Иногда диву даешься, куда это все лезет таким мелким и щуплым людям.

— Не так уж и долго, как ты опасаешься, — наконец, успокоил свою кухарку Стрейтен, оторвавшись от дверного косяка и приблизившись к кухонному столу. В основной части дома этому чудесному воспитаннику улиц делать пока было нечего. Да и разговаривать лучше сытым, а Анна, несмотря на то, что из еды хозяин дома предпочитал больше всего коньяк, готовила каждый день. — Полагаю, что если этот молодой человек не поведает мне ничего ценного, то уже до вечера окажется там, где и был — на улице.

— И это прекрасно! Иначе вам придется работать только на пузо этого проглота.

— Зато ты не будешь жаловаться, что твои произведения искусства некому есть.

— Не для этого невежества стараюсь, — надулась кухарка, развернувшись и покинув комнату с поистине королевским величием, несмотря на стеснение движений из-за старой травмы.

— Я вообще-то здесь и все слышу, — не отвлекаясь от поглощения обеда, напомнил на всякий случай Трей. — И я еще расту. Потому и ем чуть больше обычного.

— Надеюсь, ты помнишь, что здесь ты не для того, чтобы рассказывать про особенность своего организма. Итак, если ты уже не так голоден, может расскажешь мне что-то из-за чего не стоит выставлять тебя за дверь прямо сейчас. Я весь во внимании.

Трей вздохнул, бросив тоскливый взгляд на опустевшую тарелку и отодвинув ее, наконец принялся за рассказ.

— Надеюсь, вы помните, что обещали мне защиту, — в тон некроманту заговорил парнишка, вздернув бровь. Но Стрейтен решил это никак не комментировать. — Крыса сказала, что те бусики — цена моей защиты.

Значит, решила обезопасить дорогого человека, оставив ему нечто ценное, с чем он сможет торговаться. Знала, что в случае чего, сама она не выживет.

— Почему пришел ко мне? — коротко и серьезно спросил Дар.

— Слышал, что именно вы делом этим занимаетесь, — с готовностью ответил Трей. — По нашему кварталу такие новости быстро расходятся. Диана тоже знала. И боялась вас. А мне кажется, что если где и безопасно, то только рядом с таким могущественным дядькой, как вы.

— Не подлизывайся, не поможет. Что ты знаешь о пропавших реликвиях наяд? — оставив без должного внимания очередные намеки и манипуляции.

— Крыса не сильно хотела брать этот заказ. — вздохнул Трей. Впервые на его лице появилась грусть и боль утраты. Все же, эти двое были близки. — Но платили столько, что мы до конца жизни могли жить припеваючи. Не нужно было рисковать, берясь за новую работу, слоняться по подворотням, скрываться от властей. Сбежали бы куда-нибудь и все. Ясное дело, что Диана сдалась. Заказчика не интересовали все сокровища, а только одно — чешуя. В этот раз. Ее он и забрал. А бусики оставил Крысе, сказал, что может делать с ними, что угодно.

Вот значит как.

— И она отдала их тебе.

— Оставила на сохранение. Франт не знал обо мне. Сестра всегда меня прятала, чтобы на глаза не попадался. Меньше обо мне знают — спокойней моя жизнь.

— Ты сказал франт. Видел его?

— Не-е-е! Пару раз слышал разговор их. Но сам не видел нормально. Со спины в щель между досок. Он такой… лощеный. Из знати богатейчик. Крыса как-то оговорилась, что какая-то шишка из министерства. Но это не точно…

Даррел едва не поморщился. Очередное совпадение. Может ли быть, что старик Тимер Кролтрейр, помощник министра, некромант и когда-то очень хороший друг Стрейтена и есть тот самый франт? Учитывая, что ему случилось узнать в архиве… слишком много совпадений.

— Он не говорил, для чего ему чешуя? — не надеясь на положительный ответ, спросил на всякий случай некромант.

Паренек пожевал губами, смачно цмакнул, чтобы вытащить застрявшее в зубах мясо, и вытер губы рукавом.

— С маленьким народом такими сведениями не делятся, — пожал он плечами. — Но заказ был не единственный.

— Правда? Поподробней можно?

— Да там ерунда какая-то… — махнув рукой, поморщился Трей. — Дяденька заказал зубы вампира, чешую эту проклятую. Ну и говорил, что для Крысы есть еще дело. Чего-то там увести нужно. Но… не сложилось вообще.

Даррел откинулся на спинку грубо сколоченного стула и поморщился от очередного приступа боли. Круг, четыре треугольника и прямая, рассекающая этот круг пополам. Вот, что она хотела сказать. Три заказа… И заказчик один. Вот только Дару не очень верилось, что это Тим, хоть много что и указывало именно на него.

— Третий заказ. Не догадываешься, что это может быть?

— Да понятия не имею даже. Диана не сильно распространялась о работе. Говорила, что так целее буду.

— Ему нужно искать нового исполнителя… — протянул Дар. — Где заказчик нашел твою сестру?

Трей нахмурился.

— На Арене Милаша Грома. Она там иногда как боец подрабатывала. В зверином обличье.

— Случайности не случайны, — пробормотал Дар, улыбнувшись. — Ладно, можешь пока оставаться у нас. Если еще что-нибудь вспомнишь — дай знать сразу же. Бри!

В воздухе в одно мгновение соткался призрак.

— Да, господин. — поклонилась Бри.

— А что б тебе, — вскрикнул Трей, вскочив и перевернув неловко стул. — Это что за кошмар.

— Твоя охрана и защита. Ты же об этом меня просил. Бри, дорогая, присмотришь за нашим гостем. Жить он будет в комнатах для слуг. Там же думаю, найдется что-нибудь из одежды для нашего гостя.

— Как скажете. Это все?

— Пожалуй.

— В таком случае, для вас тоже есть новости, — прогудела Бри, игнорируя бледного подопечного. — В гостиной вас ожидает ниара Клейтон. Она и слушать не захотела о том, что вы заняты…

О том, что ниара ни капли не изменилась и все так же непосредственна, до наглости, Бри рассказывала уже догоняя хозяина по ступеням в гостиную.

— Помнится, я дал тебе задание, — прервал призрака некромант, и Бри, запнувшись, в одно мгновение растворилась в воздухе.

Стрейтен толкнул створку двери и, сам того не ожидая, искренне и открыто улыбнулся.

— Саманта, не верю своим глазам! — проговорил он, проходя в гостиную.

Саманта Клейтон тут же вскочила с кресла. Такая же тонкая, грациозная, полная жизни и энергии, и с неизменной открытой улыбкой на веснушчатом лице. Ее огненные кудри выбились из небрежного узелка на макушке, глаза светились от радости. А пыль на дорожном костюме подтверждала догадку некроманта — к нему она явилась прямиком с дороги.

— Как я рада тебя видеть, — искренне и от души призналась Саманта и тут же, раскинув руки, подбежала и буквально повисла у него не шее.

Если в мире и есть люди, которых Даррел Стрейтен подпускал так близко — то Сэмми была едва не единственным таким человеком.

— Какими судьбами?

— Увы по делам на несколько дней. Но гостить буду у тебя. Хочу новостей, много, разных, — и уже шепотом заговорщицки добавила: — можно даже сплетни…

Саманта умолкла на полуслове, все еще обнимая некроманта за шею, но глядя уже через его плечо.

— А это еще кто у нас такой?

Стрейтен медленно повернулся, чувствуя, некоторую неловкость от того, что визитер неправильно истолкует объятия с Самантой. Но никак не ожидал, что визитером окажется… Сандра. В такое время! Неужели что-то случилось?

— Я… фамильяр ниара Стрейтена. Доброго дня, ниара, ниар Стрейтен… — отчего-то побледнев и окаменев лицом, заговорила Сандра, и от ее тона в груди некроманта тоже что-то заледенело. — И… Вот! Я принесла восстанавливающее зелье, — она как-то чересчур резко, будто смущаясь, выставила пузырек с голубой жидкостью на небольшой столик. — Мне показалось, что вчера вы плохо себя чувствовали. Но видимо, просто показалось! И… не буду больше отвлекать вас!

— Сандра, — озадаченно окликнул он напарницу.

— Прошу меня простить. Но заскочила всего на минутку. И теперь жутко опаздываю. У меня занятия, — она попятилась к двери. — Хорошего дня вам!

Сандра исчезла так же быстро, как и появилась. А Стрейтену стало не по себе. Хотелось догнать ее, сказать, что Саманта просто старая, но очень дорогая подруга. И несмотря на то, что увидела фамильяр — между ними никогда ничего не было и быть не могло. Но… почему-то не стал. Он ведь уже решил, что не будет и пытаться искать расположения девушки. Все что он может ей дать — недолгая интрижка. А Сандра заслуживает куда большего.

— Какая милая девушка, — напомнила о своем присутствии Саманта. — И… у тебя появился фамильяр? Когда? Как? Мне казалось у тебя пунктик на сей счет! Рассказывай. Все и с самыми незначительными подробностями.

— Давай для начала попьем чай, Саманта. Я все расскажу по порядку.

 Колеса наемного экипажа мерно стучали по мостовой Амерсбрука, за окном мелькали улочки с невысокими домами, бесконечные ряды магазинчиков, лавочек и кибиток со всякой всячиной. В розоватом небе зажигались первые звезды, а в воздухе веяло вечерней прохладой.

Черт, какая же я идиотка! Как же неудобно получилось, хотелось сквозь землю провалиться, честное слово. С чего я вообще взяла, что что Стрейтену плохо после допроса, что ему нужна моя помощь?! Как последняя дура искала восстанавливающее силу зелье полночи. Ворвалась к нему в дом без приглашения! А там он с этой женщиной… Наверное, у них было свидание, после которого они отправились к нему домой и…

Воображение вполне реалистично дорисовало картинку. И от этой мысли вся кровь вновь прилила к щекам, а в груди что-то болезненно сжалось.

Нет, а чего я ожидала? Что он сидит и ждет именно меня? Он — один из лучших некромантов королевства, сильный маг, богатый, успешный, красивый мужчина. Пора уяснить наконец, что я в его глазах всего лишь фамильяр-полукровка с неясным прошлым. Девчонка-недоучка с ворохом проблем, которая постоянно лезет с непрошенными советами и мешает работать над действительно важными делами. Он, наверное, жалеет, что вообще связался со мной. Сегодня в особенности.

Итак, с этого момента никакой самодеятельности. Совсем. Все, что мне от него нужно — информация о моей матери и ритуале. Необходимо выяснить все, что ему известно, отработать практику, получить заветную подпись и распрощаться, сохранив свою тайну. В конце концов именно за этим я пришла именно к нему.

Экипаж покачнулся и остановился напротив центрального фонтана. Заплатив за проезд, я вынырнула на шумную и оживленную улицу.

— Сандра! Мы здесь! — среди мерного гула голосов различила возглас Нисты.

Поймав взглядом ее огненную копну волос, направилась в сторону фонтана, пытаясь маневрировать между уличными торговцами, зазывалами, шумными музыкантами и танцорами. В нос били запахи жженой карамели, сладких булочек и яблок с корицей. Ниста, миниатюрная блондинка Зои и недовольная всем на свете Хельда ждали меня, поедая румяные рогалики.

— Привет, девочки! — я махнула рукой, подходя ближе.

— Наконец-то! — Ниста с облегчением выдохнула. — Мы думали, что ты уже не приедешь и опять отправилась на задание со Стрейтеном покорять кладбища и разорять могилы, вместо похода по магазинам.

— На сегодня я совершенно свободна от внимания любых мертвецов, — мотнула головой. — Ну что, идем?

В этом я была уверена. Стрейтен явно решил отвлечься от работы в объятиях той ниары, а значит призыв на задание мне точно не грозит. И эта мысль от чего-то угнетала. Нужно было отвлечься и развлечься.

— Идем! Мы записаны на примерку платьев через десять минут, — Ниста кивнула и уверено направилась в сторону центральной улицы.

Сегодня на главной улице Амерсбрука жизнь кипела и бурлила на полную. Воздух пропах женскими духами, блюдами из окрестных ресторанчиков и алкоголем. Сюда стекались девушки со всех районов города в поисках двух “М”. Моды и мужчин. Мужчины же в свою очередь были вполне не прочь поглазеть на молоденьких девиц из открытых ресторанчиков вдоль улицы, распивая крепкие напитки, дымя сигарами и обсуждая последние новости.

И каждый раз появляясь в городе я ощущала себя не в своей тарелке. Все, происходившее здесь, больше напоминало события фильмов начала девятнадцатого века. Все эти причудливые наряды, повозки, запряженные лошадьми, низкие дома с черепичными крышами больше походили на декорации для съемок исторического кино. Этот мир был мне по-прежнему чужд. Чужд, да еще и опасен для таких как я. А на земле я была чужачкой, и туда мне точно не вернуться.

— Нис, Сандра же еще не знает, — Зои заговорила, с трудом сдерживая свое нетерпение.

— Да прекрати ты уже. Может, это и не правда, — хмыкнула Хельда. — Мало ли кто и что говорит.

— Чего я не знаю? И кто и что говорит?

— На весеннем балу будет присутствовать младший принц, — Зои выпалила новую сплетню. — И знаешь что?! Он в поисках нового фамильяра!

— А что стало со старым?

— Выгорел. Ходят слухи, что он хочет лично посмотреть на наш выпуск. Будет выбирать кого-то из нас! Может, поэтому приезжали Тарвейл и Кролтрейр. Они отбирали возможных претендентов. Тиана, Лиззи, Лиам, Тэйм. С тобой же тоже они беседовали, Сандра. Что они сказали?

— Ей предложили работу в министерстве, — Ниста ответила за меня.

— И ты согласилась? — в голосе Хельды явно слышались нотки зависти.

— Я еще не решила, — соврала, не моргнув и глазом.

На самом деле все было решено за меня. Даже если бы очень захотелось, то мне все равно нельзя было работать на министерство. Там раскусят мои особенности в один момент. На этом мой карьерный взлет оборвется. Вместе с жизнью.

— А что решать то? — Зои нахмурилась. — Или…. погоди, Стрейтен оставляет тебя на постоянную работу?!

Где-то в глубине души мне хотелось этого. Хотелось разгадывать головоломки вместе, участвовать в допросах и искать злоумышленников. И тот символ, нарисованный Крысой, никак не шел из головы. Я же собиралась сегодня заглянуть в библиотеку и в книжный магазинчик неподалеку. Правда, это опять проявление самодеятельности…

— Нет. Ниару Стрейтену не нужен фамильяр, — ответила отстраненно и тут же сменила тему. — Зои, кстати, слышала, что Ксандра тоже звали в министерство. Он не говорил? Вы ним вроде помирились…

— Ооо… — Ниста закатила глаза. — Зря ты вспомнила.

— НЕ помирились. — Зои фыркнула и поджала губы, мотнув копной белых волос. — Я не собираюсь разговаривать с этим придурком. И в любом случае, меня уже Саймон пригласил на бал!

— К слову о бале! Мы пришли, — Ниста остановилась около двухэтажного магазинчика с огромными окнами-витринами, в которых красовались манекены в изящных и явно очень дорогих платьях.

«Салон платья ниары Тьернан» значилось на витиеватой кованной вывеске над широкой двустворчатой деревянной дверью с позолоченными ручками.

Мы перешагнули порог магазинчика и тут же попали под влияние чересчур улыбчивой и очень обаятельной девушки-модистки. Все пространство внутри просторного помещения было заставлено стойками с тканями и с уже готовыми платьями разных стилей и фасонов. От изобилия цветов, рюш, бантов и искрящихся камней рябило в глазах.

Процесс переодевания, казалось, занимал целую вечность. Одно платье сменяло другое, мы выскакивали из примерочных и кружились перед зеркалами. И, как ни странно, было весело. Мы смеялись над Зои в образе свадебного торта в рюшах, хохотали вместе с Хельдой, когда она выскочила к нам в образе русалки.

Наконец, спустя час Зои остановила свой выбор на фиалковом платье с открытыми плечами, Ниста выбрала изумрудное, расшитое россыпью камней. А в моей примерочной осталось лишь одно платье, подобранное улыбчивой модисткой как раз под цвет моих глаз. Нежно-голубое, из атласа и шелка, оно струилось по коже, подчеркивая все изгибы тела. Корсет, расшитый мелким жемчугом, плотно стягивал талию, приподнимал не пойми откуда взявшуюся грудь.

Оно смотрелось просто великолепно. Было лишь одно но. Я не могла себе позволить платье, стоимостью в годовую стипендию студентки факультета фамильяров. И это были практически все деньги, которые мне удалось накопить за четыре года обучения.

— Сандра, оно прекрасно! — Ниста подпрыгнула на месте, стоило мне только появиться перед зеркалами. — Тиана ядом своим подавится от зависти!

— Тэйм голову потеряет! — Зои поправила подол. — Это платье создано для тебя!

Увы, нет. Оно создано для тех, у кого кошелек потолще. А мне лучше и вовсе пойти в прошлогоднем платье. Кого я хотела удивить, в конце концов? Точно не Тэйма.

— А потом Тэйм стянет его с тебя, и вы… Ой! — Ниста резко осеклась и запнулась, будто подавившись словами.

— Что такое, Нис? — Резко развернулась и… тут же встретилась взглядом со своим наставником.

Стрейтен застыл у стойки с двумя пакетами в руках и… смотрел прямо на меня таким взглядом, что воздух застрял в горле. Словно увидел вместе все сокровища этого мира, будто ничего прекрасней никогда в жизни не видел. И на короткое мгновение мне захотелось, чтобы он смотрел на меня так всегда.

Но секунда, и все это наваждение исчезло. Его взгляд вновь стал привычно-прищуренным и немного насмешливым. А губы тронула кривоватая ухмылка. Похоже, мне все это померещилось. Сама придумала и увидела то, чего и не было вовсе. То, что хотела увидеть.

Но что Стрейтен вообще делает в салоне женского платья? Хотя, пожалуй, ответ очевиден. Судя по сумкам в его руках — решил приодеть свою рыжеволосую ниару. Или еще… кого-нибудь! Впрочем, какая разница?!

— Ниара Бэйшоп, вам упаковать это платье? — напомнила о себе девушка-модистка.

— Нет, пока не стоит! Благодарю, — мотнула головой. — Я посмотрю что-то еще!

Тем временем Ниста, Зои и Хельда, не привлекая внимания, быстро попрятались в своих примерочных комнатах. И я ощутила себя еще более неловко.

— Ниар Стрейтен, — я заговорила как-то сдавленно, пятясь к своей примерочной. — Не знала, что вы следите за веяниями женской моды.

— Подруга попросила забрать заказ, — обронил он, отвернувшись к стойке и забирая еще какой-то пакет. — У нее срочный вызов в министерство. А ты, говоришь, на занятиях?

Он усмехнулся, поймав меня на маленькой хитрости.

— Была на занятиях, — как ни в чем не бывало передернула плечами и поскорее скрылась за тонкой дверкой примерочной в сопровождении модистки, которая любезно помогала мне переодеться.

— И я так понимаю, вечер у тебя совершенно свободен? — не смущаясь десятка ушей, жаждущих услышать свежайшие новости, довольно громко спросил наставник.

Черт, что за двусмысленный вопрос? О моей личной жизни только второй день перестали сплетничать…

— Я отложу свои планы, — проговорила сдавленно, избавляясь от платья и быстро натягивая форменные брюки и рубашку. — Если вам необходима моя помощь, ниар Стрейтен.

Собрав волосы в высокий хвост под прицелами взглядов подруг, вышла из примерочной. Сердце бешено колотилось в груди, но я старательно делала вид, что ничего такого не произошло. Я просто фамильяр на службе у некроманта. Готовая к работе в любое время дня и ночи, как нас и обучали в академии.

— Мне нужна только ты, дорогая, — Стрейтен в одно мгновение оказался рядом и, приобняв меня за талию на глазах у присутствующих сплетниц нашей академии, увлек к выходу.

На долю секунды я даже дар речи потеряла. И я кожей ощутила, как Ниста припечатала меня взглядом. Приоткрытая дверца в ее примерочную со стуком захлопнулась.

— Вы что творите? — прошипела я, безуспешно порываясь отстраниться.

— Повышаю коэффициенты ставок, — просиял обезоруживающей улыбкой Стрейтен. — Если уж играют, то пусть хоть по крупному. А то какой-то у вас там в академии хиленький тотализатор. Даже обидно. — и я даже не успела все хорошенько обдумать, как неожиданно спросил: — Ужинала?

Дверь за спиной с громким стуком захлопнулась, и я почувствовала некоторое облегчение. Мне все эти игры и тотализаторы были не интересны совершенно.

— В прошлый раз после того, как вы предложили поужинать, мы отправились на допрос трупа. Так что нет, я не ужинала. И это, пожалуй, к лучшему, — держаться отстраненно было крайне неудобно, но я все же попыталась вернуться к рабочей теме: — Появилась новая информация о Крысе, ниар Стрейтен?

— Надеюсь, — рассеянно кивнул Дар. — И ты же вроде не страдала склерозом. Мы наедине решили опустить все эти формальности. Еще начни меня полным родовым именем величать. Проклятье, здесь точно был лоток с отличными пирогами и не менее потрясающим кофе. А вот!

Дальше по улице показался небольшой магазинчик с открытой витриной и улыбчивой румяной продавщицей. Несмотря на немалые габариты она раскладывала по бумажным пакетам пироги, готовила кофе и рассчитывала покупателей с невероятной скоростью, почти не задерживая очередь.

Вечерний легкий ветерок носил по улице умопомрачительные запахи от которых даже на душе становилось теплее, как дома. За столом у любящей бабули, где всегда пахнет ванилью и малиновым вареньем. И кофе с молоком.

— Она мне просто подруга. Ничего из того, что ты себе там придумала, — словно между прочим обронил Даррел, принимая две кружки кофе. — Ты же ничего не имеешь против пирогов с мясом?

— Если только это мясо не гавкало пару часов назад, и… ваша личная жизнь не должна касаться нашей работы, я считаю, — подхватила кружку с кофе и вновь попыталась вернуться к рабочей теме: — Так значит вы выяснили, что за символ изобразила Крыса?

— Работы, она как раз касается куда больше, чем позволено, — Стрейтен бросил на меня быстрый, но какой-то нечитаемый взгляд, и снова вернулся к пирогам. — Нам пожалуйста два пирога, которые мяукали. Ниара принципиально не ест псину. Шучу. Не дуйся. Курица, полагаю, в самый раз.

Он протянул мне бумажный пакет с ароматным пирогом и кивнул в сторону парковой скамейки, к огромному моему удивлению свободной в это время суток. В шаге от скамейки разбрызгивал мелкую влажную пыль небольшой фонтан, бродили влюбленные парочки по дорожкам, играл скрипач, пытаясь на своем инструменте изобразить нечто одновременно романтичное и совсем заунывное. Вероятно, это любимое место молодых и влюбленных Амерсбрука.

Стараясь не замечать всей этой обстановки и сосредоточиться на работе я опустилась на скамейку и сделала большой глоток кофе.

— Саманта проклятийница и ритуалист, — снова заговорил Даррел, откинувшись на спинку скамьи. — Когда-то очень давно она очень помогла мне. Или скорее отсрочила неизбежное. Но все же я ей безмерно благодарен. Ты могла бы воспользоваться возможностью и поднабраться опыта и у нее. Она в городе всего неделю, но с радостью продаст тебе любые знания за свежие сплетни.

— Вы что, все рассказали ей?! — мой голос дрогнул.

Стрейтен нахмурился, а после недоуменно вскинул бровь.

— Что именно “все” я мог ей рассказать? — голосом некроманта можно было города вымораживать.

— Обо мне. Иначе чему маг проклятийник может обучить обыкновенного фамильяра? Так вы рассказали? — я смотрела ему прямо в лицо, ощущая, как все внутри напряглось от страха.

— Сандра, я сейчас сделаю вид, что ты не задавала таких идиотских вопросов. — он с силой смял опустевший стакан из-под кофе и бросил его в урну. Туда же отправился и недоеденный пирог. Его глаза, обратившись ко мне потемнели больше обычного, а лицо окаменело. Кажется, я что-то не то сказала все же. — Кому и что рассказывать о себе — это только твое дело. А мак проклятийник и ритуалист может просто поделиться знаниями, которые помогли бы тебе в будущих расследованиях. Если ты не решила стать просто проводником, которым тебя и пытались сделать все время учебы. В остальном, я даю рекомендации, предлагаю варианты и знания, а принимать ли это все — только твой выбор. Полагаю, ты уже поела

Он порывисто поднялся на ноги, щелкнул пальцами, открыв портал и буквально бросив в него пакеты с явно не дешевыми вещами. И направился прямо по дороге, даже не оглядываясь, успеваю ли я за ним. Кажется, я его обидела своим вопросом.

— Спасибо. Мне просто… страшно, — призналась честно, догнав некроманта. — Я не хотела вас обидеть.

— Обижаются девицы на выданье. Меня уязвило то, что ты вообще обо мне могла такое подумать, Сандра. Думал, что мы немного лучше друг-друга знаем, — обронил Даррел. — И прекрати мне выкать. Мы это уже решили же.

— Здесь многолюдно. Нужно соблюдать субординацию, действовать согласно протоколу и все такое. И так вокруг моего имени много слухов в последние дни.

— Ты думаешь, в мире до тебя есть кому-то дело, кроме тех, кому ты действительно важна? — он одарил меня каким-то таким взглядом, от которого в груди что-то стянулось пружиной, мешая дышать. — Никто из этих людей не знает нас, и не сильно стремится узнать. Потому будь добра исполнять мои распояржения. К тому же, сегодня ты снова должна сыграть мою возлюбленную. Если конечно, готова приступить к работе!

— Я готова, — выдохнула в ответ пытаясь собраться и совладать с собственными чувствами.

— Правда?

Даррел резко остановился, развернулся ко мне и сократил расстояние между нами до немыслимо неприличного. Но как он и говорил, никто даже не взглянул на нас. Аромат его парфюма вскружил голову, а близость заставила растерянно замереть, глядя прямо в его глаза. Некромант легко коснулся моей щеки костяшками пальцев, осторожно поймал прядь волос, выбившихся из хвоста на затылке, и заправил ее за ухо. А после наклонился, словно хотел… поцеловать. А я непроизвольно вздрогнула и отпрянула.

— А говоришь, что готова, — натянуто улыбнулся Стрейтен, отстранившись. — Еще тебе готовиться и готовиться, Сандра. Лучше нам таких проколов не допускать там, куда мы направляемся.

И говорил же вроде обычно, но в голосе, тоне, манере разговора сквозила какая-то глухая грусть, досада.

— Практики маловато, — я мотнула головой, сбрасывая наваждение.

— Это предложение? — подмигнул мне наставник. И тут же посерьезнел. — Не бери в голову. Но держись возле меня. Никакой самодеятельности, пожалуйста. Подпольные бои не самое приятное и безопасное место. Особенно для молодых фамильяров.

Так, значит подпольные бои. Интересно, как с ними связана крыса, символ и исчезновение реликвий наяд?

— Что мне нужно искать? Что-то вынюхивать?

— Наслаждайся вечером. И не притягивай неприятности, если получится. — вздохнул наставник, не очень-то веря, что это вообще возможно. — А еще… — он бросил на меня быстрый взгляд и поджал губы. — Не отходи от меня.

И мне показалось, что сказать он хотел что-то другое. Но спросить времени уже не было. Мы незаметно, но довольно быстро пересекали беднеющие на глазах улицы. И вскоре оказались в месте подозрительно похожее на то, где посчастливилось поймать крысу. Такое же мрачное и неприятное. Но фамильяру на задании носом крутить не положено. И я уверенно взяла под руку некроманта, ответив на его удивленный взгляд открытой улыбкой.

В крови вскипел уже знакомый азарт охоты. И я поймала себя на том, что он мне нравится куда больше, чем кропотливая, высокооплачиваемая, но скучная работа в министерстве. Я была охотницей по природе.

И как упустить такую прекрасную возможность идти на поводу своей природы?

Роскошь и шик центра старого Амерсбрука сменились совершенно иной картиной. Из десятка фонарей, расставленных вдоль дороги, горел лишь один. Моргал и опасно покачивался, добавляя тревоги в царившую вокруг атмосферу. Воздух был пропитан смрадом городских нечистот и гари.

О подпольных боях я знала немного. До студентов академии долетали лишь ничем не подкрепленные слухи и домыслы, которые сходились лишь в одном. Эти бои были вне закона. Но на ставках зарабатывали огромные деньги, можно было сорвать большой куш за один вечер. Или остаться ни с чем. Впрочем, судя по всему, риск мало кого останавливал. И многие фамильяры, которые не желали подчиняться законам и жить в тени магов, делали карьеру в качестве бойцов. В зверином обличье, разумеется. Век таких фамильяров был недолог, но зато можно было неплохо заработать.

— Официально, подобные развлечения запрещены, — проводил просветительскую работу Стрейтен по пути. — Издевательство над бесценными редкими магическими экземплярами — карается штрафом, а иногда и лишением свободы. Но! — он бросил на меня быстрый нечитаемый взгляд. — Посещают их не только ради азарта, денег и просто забавы. Бои, это прекрасная возможность обзавестись драгоценным домашним питомцем, заключить договор с каким-нибудь оборотнем или, как в случае с Крысой, фамильяром. В общем, скорее выставка достижений, нежели бои. Правда, то, что власти закрывают глаза на происходящее совершенно не означает, что их здесь жалуют. Пришли!

Задумавшись, я едва не впечаталась в спину Стрейтена, не иначе как чудом затормозив и выдержав хоть подобие дистанции.

Узкая извилистая и практически безлюдная улочка, обрамленная низкими домишками с покосившимися крышами и выбитыми окнами, вывела нас к тупику.

Я на мгновение остановилась, но некромант уверенно повел меня к невзрачной серой облупившейся двери без каких-либо опознавательных знаков.

— И еще, — он остановился перед дверью. — Будет лучше избавиться от пиджака академии.

Коротко кивнув, я быстро стянула казенную курточку с нашивкой и сунула ее в сумку. А затем, чуть осмелев, расстегнула верхнюю пуговицу белой блузки. Я же на задании. Нужно играть убедительней.

Некромант усмехнулся, толкнул дверь и жестом пригласил войти.

Нет, а чего я ожидала? Вывески и уличных зазывал, приглашающих на нелегальное представление?

Перед глазами в тусклом зеленоватом и явно магическом свете появился узкий каменный коридор. Пахнуло алкоголем, табаком и свежей кровью. Этот запах ни с чем не перепутать. Но некромант все так же уверенно вел меня вперед. Где-то вдалеке можно было различить голоса.

И стоило нам приблизиться к кованной винтовой лестнице, как из темноты вынырнул высокий мужчина в черной потертой куртке. Он преградил дорогу, скрестив руки на груди. И его вид не предвещал ничего хорошего, но мгновение спустя его лицо разгладилось.

— Ниар Стрейтен, — мужчина пробасил, узнав некроманта, а затем коротко кивнул, пропуская нас вперед: — Давно вас не было!

— Дела, — неопределенно махнул рукой Даррел. В тусклом свете блеснула монета, глухо тюкнувшись о кожаную перчатку местного “секьюрити”. И тот с ловкостью циркача буквально ее испарил.

— Понимаю-понимаю, — как китайский болванчик, закивал вышибала, распахнув дверь настежь. — Проходите!

Я семенила следом за некромантом, скорее цепляясь за его локоть, нежели величественно придерживая, и отчаянно стараясь слиться со стеной. Все в этом месте вызывало во мне острое желание оказаться где угодно, лишь бы подальше отсюда.

— Какие новости?

— Все по-старому, ниар Стрейтен, — охранник не был настроен на разговоры.

Стрейтен повел меня вниз, не позволяя убрать ладонь со своего локтя. Массивная добротная лестница вкручивалась в пол, как штопор, и чем ниже мы спускались, тем были слышнее громкие голоса, музыка. И тем удушливее становились запахи. Парфюм, сигары, алкоголь, кровь и пот. Жуткое сочетание. Звериный нюх сегодня был в наказание.

И вот перед глазами появилось огромное помещение с высокими сводчатыми потолками, забитое совершенно разными гостями. Со всех сторон холодно скалились, раскуривая сигары, холеные маги, явно министерские крысы, вервольфы держались в стороне, вампиры как-то хищно и плотоядно осматривали публику. Да кого здесь только не было. Даже фамильяры. Посетители собрались вокруг большого ринга, занимавшего где-то треть всего помещения. И пока бой еще не начался, гости что-то оживленно обсуждали. В то время как девицы в красных костюмчиках такой тесноты, что мне стало жутко любопытно, чем это нужно намазаться, чтобы в них влезть, разносили напитки и, похоже, собирали ставки.

— И министерство тоже? — я проговорила едва слышно, практически над ухом Стрейтена, выхватив из толпы несколько знакомых лиц, частенько мелькающих в утренней прессе.

— Ты удивишься еще больше, узнав, кому принадлежит это заведение, — некромант непринужденно рассматривал публику.

При этом его ладонь по-хозяйски переместилась мне талию, “абсолютно случайно” соскальзывая пониже, едва наша пара привлекала чье-либо внимание. И вместе с тем, крепко меня придерживал, не позволяя отстраниться ни на миллиметр.

— Что вы ищете? Или кого? — я поинтересовалась, стараясь настроиться на рабочий лад.

— Видно будет, — неопределенно ответил Дар, улыбнувшись остановившейся рядом блондинке, видимо из полукровок из Вечного леса. По крайней мере, худоба и легкость движений у нее могла быть только от эльфов. А полукровка потому, что ни одна эльфийка ни за что не опустилась бы до такой работы.

— Ниар Стрейтен, — расплылась девица в улыбке человека, который о тебе все на свете знает. — Рада видеть! Ваши места как обычно зарезервированы.

— Отлично, — величественно кивнул наставник. Выражение лица его было при этом такое, словно он уже сделал девице огромное одолжение, что с ней заговорил. — Мне как обычно, моей спутнице — вино и шоколад.

— Как вам будет угодно, — выдавила девушка, стараясь удержать улыбку, но уже во всю измеряя меня полным профессионального любопытства взглядом.

Но в общем-то мне не было никакого дела до этой девицы. Внутри разгорался охотничий азарт. Зрение обострилось, слух тоже. Я даже могла выцепить отдельные обрывки фраз из разговоров. Стрейтен сказал, что здесь и нашла подработку крыса, а значит среди всех этих гостей, вполне возможно, мог быть заказчик реликвий наяд. Мой взгляд заскользил по холеным лицам гостей. Кто мог позариться на сокровища наяд? Может, нужно сопоставить список делегации из министерства и список гостей? Быть может, я смогу почуять запах крысы, если заказчик с ней общался на днях…

— Полагаю, что именно сегодня наш злоумышленник будет присматривать себе нового исполнителя, — склонившись к моему уху, заворковал Стрейтен. Со стороны и, если не слышать о чем именно он говорил, можно показаться, что он мне шепчет какие-то нежные глупости, как и полагается увлеченному своей пассией покровителю. — Улыбайся и поедай меня восхищенным взглядом. А то нас раскусят в два счета. Кто вообще так следствие под прикрытием ведет? Ты как имперский дознаватель всех взглядом препарируешь.

Неужели так заметно? Черт… Под этим прикрытием работать сегодня не так просто, как мне показалось.

— Мой неожиданно открывшийся источник информации, сообщил, что у Крысы было три заказа. Два она выполнила, а с третьим, не задалось. Так что будем очень сильно надеяться, что нам сегодня улыбнется удача.

— Вы могли бы подойти пообщаться со старыми знакомыми, — смахнув серьезность с лица я склонилась близко к небритой щеке некроманта, практически касаясь ее губами, а затем захихикала как влюбленная школьница. — Быть может, я смогу почуять запах. Я ее шерсть еще долго от зубов отдирала…

— Не думаю, что это хорошая идея. Ты же не думаешь, что посетители этого прекрасного во всех смыслах заведения, сидят и ждут, когда ты придешь их обнюхивать, чтобы уличить во всех возможных преступлениях? К тому же, абсолютное большинство старается выдерживать дистанцию и держит при себе телохранителей. А если Крыса участвовала в боях и была замечена, то поздравить ее мог кто угодно, подцепив ее запах.

— Хорошо. В таком случае, необходимо проследить за боями и за победителями после боя чтобы предугадать новый заказ?

— Именно! — довольно кивнул Дар, склонившись и поцеловав меня в висок.

И вроде ничего же такого, все согласно легенде, а сердце предательски пропустило удар, сбив меня с нужного настроя. Я замерла, опасаясь даже дышать, не то что пошевелиться.

Трибуны взорвались криками, вместе с тем секундное наваждение схлынуло.

На ринге, кажется, закончился еще один бой. Какое-то животное, на первый взгляд напоминающее нашу земную рысь, тащили выходу, а в центре потрясал кулаками над головой подогревая публику здоровый, как медведь, боец. Мда… оставалось только соболезновать его неудачливому оппоненту.

“И снова победу вырывает Краско Медведь! — заорало мужским голосом прямо над головой. — Неужели сегодня не найдется достойного противника для нашего чемпиона? Возможно, в перерыве появится доброволец, который скрутит чемпиона в бараний рог?”

И так далее по тексту. Страшно и представить, как должен выглядеть сумасшедший, рискнувший бросить вызов этой горе тестостерона и допинга.

— Кажется, мне необходимо тебя оставить ненадолго, — высмотрев что-то в другом конце зала, сообщил мне Стрейтен.

Интересно, кого или что? И почему он не мог мне прямо сказать?

— Конечно, Дар! — широко улыбнулась и подхватила бокал с вином. — Я подожду тебя здесь!

— Нет. Здесь ты точно что-то найдешь на свою, и мою тоже, голову. Проводите девушку в мою ложу, — отдал распоряжение некромант нарезающей вокруг нас круги девушке в красном костюме. — Я скоро приду.

И снова этот мимолетный поцелуй. На сей раз он подцепил пальцем мой подбородок и легонько коснулся губами моих губ. В его глазах прыгали отблески магических фонарей, словно огненные сполохи. В черных глазах некроманта это выглядело зачаровывающее красиво. На меня словно заклятие вечного стазиса наложили. Все же привыкнуть к такому Даррелу было невозможно, а уж договориться с собственным сердцем, когда он вот так натурально играл влюбленного…

— Прошу за мной, — проговорила девушка, указывая куда-то в сторону.

Кивнув, я направилась за своей провожатой, маневрируя между разгоряченными посетителями этого заведения. Официантка уверенно, даже не оборачиваясь, чтобы проверить, следую ли я за ней, шла куда-то вглубь, к балкончикам, завешанным бордовыми тяжелыми шторами. Видимо здесь уединялись не только для того, чтобы бои посмотреть… Интересно, со сколькими девицами здесь Стрейтен уединялся? Судя по взглядам этой официантки, я была явно не первой.

Мы нырнули в узкий душный коридор, в котором практически не было освещения. Зато весьма красноречиво воняло потом, мокрой шерстью и чем-то незнакомым. Коридор петлял, от чего я уже начала сомневаться, что смогу найти выход в общий зал. Все эти петляния, закономерно, начали вселять в меня здоровый невроз. Как-то уже очень далеко от остальных оказалось заветное вип-место некроманта. И вообще, страшновато здесь как-то. Жутковато. Хотя… в стиле некроманта. Ему чем больше жути, тем лучше!

Но вот спустя пару мгновений мы остановились перед темной шторой.

— Одну минуту, — коротко бросила мне девица и скрылась под шторой.

— Подождите! — я дернулась вперед, но моей провожатой уже и след простыл.

Внутренности в узел скрутило от нехорошего предчувствия. Попятилась назад, но тут же уткнулась во что-то.

— А вот и доброволец! — орал во все горло тот самый мужской голос. — Неужели мы дождались этого момента?!

— Что? Какой доброволец? — покрутила головой в поисках говорящего. — По-моему, я заблудилась и…

— Приветствуем нового участника!

Зал взорвался аплодисментами, криками, свистом. И шторы передо мной открылись, ослепляя ярким пронзительным магическим светом.

Проморгалась, смахнув пару набежавших слезинок, и тут же захотелось вспомнить великий и могучий во всех его глубокомысленных оборотах. Какого черта вообще я на ринге оказалась?!

— Тебе конец, мелюзга, — пробасил уже знакомый Медведь с другого угла ринга, и я поняла, что он был полностью прав.

Мне точно конец!

— Это ошибка! — закричала и вскинула правую руку вверх над головой, заслоняясь от слепящего магического света. — Я вовсе не доброволец!

Но мои слова утонули в оглушительном сигнале гонга, свидетельствующего о том, что бой начался. Тут же по залу разнеслись одобрительные крики и хлопки. Медведь расправил плечи, явно наслаждаясь своим положением и купаясь во всеобщем внимании, а затем медленно направился в мою сторону.

Сердце ухнуло куда-то в область пяток. Да этот бугай меня одной рукой задавит и не заметит! Нужно бежать с поля боя.

— Я сдаюсь! — попятилась в сторону выхода под весьма красноречивый и явно осуждающий свист. — Принимаю поражение! Хочу закончить бой! Ты победил!

— Что ты там бормочешь, мелюзга?! — медведь прорычал, начиная трансформацию и становясь при этом еще больше.

Кажется, совсем скоро я стану наглядным пособием свеженького мертвяка для факультета некромантов. К слову, о некромантах! Где вообще Стрейтен?!

Дернулась назад и уперлась в прозрачный, но отозвавшийся жжением магический купол, которым была ограждена арена. Вот почему некромант не слышит мой ментальный призыв. Если мне не изменяла память, то подобный купол блокировал любую магию внутри. Во избежание жульничества. Черт…

Взгляд скользнул по раскрасневшимся лицам в поисках Стрейтена. Если кто и мог мне сейчас помочь, то только мой наставник. Хотя… стоп! Может, это он меня сюда и запихнул? Чтобы я привлекла внимание злоумышленника, и тот бы нанял меня на грязную работу. В ином случае зачем эта официантка вообще меня сюда притащила? Да нет, бред. Стрейтен не мог же так со мной…

— Бой начался! Три раунда! Три нокаута! Нас ждет интереснейшее представление! Что-то мне подсказывает, что доброволец явно не так проста, как кажется! — загремел радостный голос над головами. — Пожелаем участникам удачи и пусть победит сильнейший!

Три нокаута?! Да меня после первого уже ни один целитель не соберет по частям!

— Эй! Эй, послушайте!

Низкий гортанный рык пронесся по рингу, проникая в самое сердце и заставляя все внутри замереть от накатившего ужаса. Медведь обернулся. И за два прыжка преодолел разделявшее нас расстояние. В нос ударил запах крови, грязной шерсти и пота.

Все. Разговоры кончились. Что там Стрейтен говорил про три выхода из полной задницы? Пока я видела только один. Бегать и увиливать. Благо, что размер позволял.

Дернулась к полу, выпуская зверя на волю. Все чувства обострились, мышцы напряглись. По коже прокатилась привычная волна магии, и вот я на всех парах неслась к противоположному концу ринга. А медведю достался лишь ворох моей одежды. Впрочем, обостренный слух подсказал, что от одежды уже ничего не осталось.

Итак, нужно измотать его. Я быстрая. Ловкая. Маленькая. На этом достоинства заканчивались. Поэтому больше мне ничего и не оставалось в общем-то. Может, бой остановят в конце концов и без нокаута? Ввиду того, что один из соперников отказывается драться. Хотя пока, судя по восторженным крикам, публике было явно весело. Там, за пределами ринга делали ставки, курили сигары, пили вино… Но кое-кто заставил меня на долю секунды остановиться перед куполом. Знакомое лицо. Тимер Кролтрейр. И он сосредоточено смотрел прямо на меня, поджав губы. Но мгновение, и он слился с толпой.

А я из-за секундного промедления чуть не лишилась хвоста.

Рывок в сторону. Еще рывок. Прыжок. Воздух над головой рассекает лапа медведя. Опять гортанный рык. И снова я уклоняюсь. Рвусь между ног соперника, увеличивая разделяющее нас расстояние. Жмусь к куполу, не замедляя бега, в надежде найти хоть одну небольшую брешь в куполе. Но тщетно. А медведь несмотря на свою грузность, не отстает. Висит на хвосте, не позволяя даже на секунду остановиться. Ныряю к центру ринга. Но и медведь разгадывает мой маневр. Ощущаю его мерзкое зловонное дыхание в спину. Прижимает меня к куполу, загоняя в ловушку. Вновь резко и неожиданно разворачиваюсь, ныряя под его лапы, прижимаясь как можно ближе к полу. Медведь на мгновение упускает меня, но тут… по куполу прокатилось едва заметное свечение. И звучит сигнал гонга.

— Внимание-внимание, дорогие гости! — радостный голос пронесся над головами. — По технической причине бой остановлен! Но прямо сейчас произойдет невероятное событие… Что за…

Низкий гортанный рык поглотил остаток фразы. Развернулась в сторону соперника. Медведю было плевать на слова ведущего. Он будто не слышал его, будто взбесился еще больше. Будто стал… животным, диким зверем. В его повадках теперь невозможно было угадать человеческих жестов. А в глазах полыхнул какой-то странный синеватый отблеск, а из горла вновь донесся еще один оглушительный рык, поглотивший все остальные звуки. Мгновение, и зверь навис прямо надо мной. Мощная мохнатая лапа за долю секунды прижала меня к полу, выбивая весь воздух из легких. Клацнула зубами, впиваясь в его толстую кожу, но это лишь еще больше злило зверя.

Кажется, сейчас должна промелькнуть вся жизнь перед глазами, но увы. Мне виделись только безумный глаза медведя и его жажда моей крови…

— Тебя не учили, что маленьких нехорошо обижать? — голос некроманта зазвучал откуда-то из-за спины Медведя.

Голос, который мне будто послышался в бреду, но… Медведь тоже его услышал и дернулся, будто от удара током.

— Беги, Сандра! — последовал короткий приказ.

Дважды повторять не требовалось. Мне достаточно было этой заминки, чтобы вывернуться и рвануть прочь, совершенно не понимая, что вообще происходит. Стрейтен на ринге, медведь обезумел, бой прервали… Но не прервали. Что за чертовщина тут творится вообще?! Голос над головой что-то говорил, но я не понимала ни слова. А зрители вокруг, по-моему, и вовсе взбесились. Повыскакивали из-за своих столиков рукоплескали, кричали…

Нырнула под черную штору, и тут за спиной послышался удар, следом еще один. Резко развернулась, ощущая себя совершенно сбитой с толку. Бой же завершился, разве нет?!

Но Стрейтен, облаченный в одну черную рубашку и брюки, ловко уклонялся от нападок Медведя. На его правом плече была заметна кровь, волосы взъерошились, а лицо побледнело. Но даже на фоне огромного медведя фигура некроманта смотрелась несколько… устрашающе. Было в его движениях что-то такое… От чего кровь стыла в жилах, хоть он и не прибегал к магии. Но каждый выпад был хорошо отточен, он двигался как змея во время броска.

Медведь же и вовсе обезумел. Отвешивал удар за ударом, скаля зубы и целясь точно в горло Даррелу. И пару раз коготь задевал тело некроманта…

Черт. Он же убьет его! От этой простой мысли все внутри скрутилось в узел, а к горлу подступил горький комок. Все внутри рвалось к нему. Нужно помочь, нужно сделать хоть что-то… но магический барьер не позволял и шага ступить.

Вскинула взгляд, боясь наблюдать за происходящим. Стрейтен резко сближается с соперником. Пара молниеносных ударов, и Медведь покачнулся. Отступил. Вновь зарычал и бросился вперед. А у меня все внутри оборвалось.

Мгновение, и Дар ускользает от удара. Слышится глухой рык. И в следующую секунду некромант делает быстрый выпад. Слишком быстрый. Молниеносный. Я не успеваю следить за его движениями. В нем — сила, скорость. Он — быстрее ветра. Несколько ударов и… и Медведь падает на ринг как подкошенный. Его глаза закрываются. А некромант чуть согнувшись отходит в сторону.

Удар гонга, и магический купол рассеялся. На нас обрушился гул из сотен голосов, крики, хлопки… Все смешалось и сводило с ума.

А Стрейтен, морщась явно от боли, нырнул под черную штору и выстроил зеленый портал.

Кабинет некроманта встретил меня все тем же ароматом виски, сигар и формалина. В камине плясали языки пламени, озарявшие комнату теплым светом. Сердце бешено колотилось в груди, но все же внутри появилось что-то похожее на облегчение. Хотелось верить, что на сегодня неприятности закончились. Теперь осталось понять, что же вообще произошло и кто за этим стоит. Но для начала хорошо бы вернуть человеческий облик и найти хоть какую-то одежду. Моя казенная форма встретила свой конец в лапах оборотня-медведя. И еще придется как-то это объяснять нашему прижимистому завхозу по кричащему прозвищу Жаба.

Взгляд зацепился за кожаный пыльник Дара, небрежно брошенный на спинке диванчика. В два прыжка я добралась до находки и усилием воли подавила зверя. Потертая кожа пыльника приятно холодила тело, а аромат некроманта действовал успокаивающе. Поднялась на ноги, ощущая давящую боль в ногах и груди, и застегнула плащ.

Да уж… Не так я себе представляла сегодняшний вечер. Мы с девочками должны были бегать по магазинам в поисках платья, заглянуть в кондитерскую за свежими пирожными, бродить по городу, обсуждая последние новости.

Зеленая вспышка озарила кабинет и погасла. Даррел появился посреди комнаты, чуть покачнувшись. Под глазами залегли серые тени, губы поджаты, кожа побледнела.

Даже не бросив в мою сторону беглого взгляда, он быстро налил себе полстакана коньяка и осушил их залпом, задержав дыхание и тяжело опершись на стол. От рубашки остались ошметки. В прорехи виднелись кровавые царапины, а сам он дрожал, словно пытался справиться с судорогой.

Черт, Дар ранен! И выглядит так себе…

— Раны нужно обработать, — заметалась по комнате в поисках необходимых для перевязки вещей. — Для начала нужна вода, бинты, то зелье, что я привезла днем, тоже может помочь, а еще лучше целитель… И тебе нужно сесть.

Некромант посмотрел на меня так, словно впервые увидел, но все же опустился в кресло.

Рубашка соскользнула с плеч Дара. Перед глазами появилась широкая рана от когтей медведя на правом плече. Но не она привлекла мое внимание. Тонкий витиеватый и хаотичный черный рисунок, будто татуировка, опоясывал грудь некроманта слева чуть ниже сердца. Мне было известно, что это означало. И от осознания увиденного я замерла, позабыв все, что хотела сказать. Язык будто к нёбу прилип.

— Только целителя здесь и не хватало. Само затянется, — процедил Дар сквозь зубы, откинувшись на спинку кресла и прикрыв глаза. — Лучше раскури мне сигару. В ящике там.

Усилием воли оторвала взгляд от груди некроманта, стараясь проглотить ком, подкативший к горлу. Все внутри похолодело, а грудь будто тисками сжало.

— Нет. Нужна вода. И бинты, — проговорила каким-то чужим голосом.

Дар поморщился, но спорить не стал, неопределенно махнув рукой.

— Впусти женщину… кхе… в свой дом и она… кх… перевернет его вверх дном, устанавливая… свои порядки.

Он замер, так и не открывая глаз. Грудь поднималась тяжело, с каким-то хрипом и натужностью. Не все так легко и безобидно, как утверждал его темнейшество. Упрямый гордец! Умрет, лишь бы не показаться слабым.

Выцепила взглядом графин с, по всей видимости, водой, а среди банок и бутылочек на стеллаже нашлись и пожелтевшие бинты. Смочив ткань водой, приблизилась к креслу и опустилась на колени рядом, оценивая повреждения. Все выглядело скверно. Рваные края ран говорили о том, что целитель все же нужен. Кожу по-хорошему нужно было зашить… Но для начала промыть и остановить кровь.

Мягкими движениями осторожно промокнула рваную рану на плече, стараясь не смотреть на темную метку проклятия. Дар не смотрел в мою сторону, даже не пошевелился от моих манипуляций, хоть я уверена, боль была адской. Собрав всю кровь, я принялась за перевязку. Хорошо хоть в академии научили оказывать первую помощь на случай ранения мага, с которым предстояло работать.

— Слушай… а тебя не прокляли, в детстве… — сухой, чуть трескучий голос Стрейтена заставил меня вздрогнуть и поднять взгляд. Он смотрел прямо, без тени насмешки. А темные омуты глаз затягивали. — Ты… магнит для неприятностей…

— Не удивлюсь. Мое детство, как выяснилось, окутано тайнами и загадками. — пожала плечами, а затем вскинула взгляд: — Дар, Эта официантка… это она провела меня на ринг. И думаю, ее подослали. Чтобы отвлечь или убить… меня. Или тебя.

Осторожно провела пальцами по разгоряченной коже некроманта, жалея, что целительская магия мне не по зубам. Или пока не по зубам… Хотелось избавить его от боли, облегчить страдания. Но в эту минуту магия не отзывалась, я вообще не видела потоков… Поэтому принялась за обработку следующей раны.

— Уверен, что так и было, — обронил Дар, потянувшись за стаканом с алкоголем, но я твердо удержала его за плечо, не позволяя двигаться. — И пить… запретишь? Что мне тогда останется… кхм… в этом полном всяких кошмаров мире? М, Сандра?

Его губы изогнулись в какой-то ребяческой улыбке, что была несколько ненатуральной на лишенном красок лице. Его глаза стали темнее, появился какой-то шальной блеск. Осторожно, будто боялся вспугнуть, он пробежал по моей щеке костяшками пальцев, словно опалил. И воздух зазвенел от напряжения. Заиграли неведомые струны, сбивая сердцебиение, дыхание, путая мысли. Я точно ему хотела что-то сказать еще…

— Что останется… Я… — выдохнула в ответ, не в силах отвести взгляда от его лица. — Я могу остаться с тобой. После окончания академии.

— Нет, — спокойно отрезал он, коснувшись подбородка, а второй рукой поймав мою замершую с пропитавшейся кровью тряпокой руку. И снова мысли спуталась. — Ты останешься вместо меня, Сандра. Когда придет время…

Мои пальцы скользнули по витиеватым черным узорам на коже, прямо под сердцем. Я понимала, о чем он. Но не хотелось об этом даже думать…

— Не хочу вместо, хочу с тобой! — прошептала я, закусив губу от волнения.

Его пальцы на моем лице замерли. Показалось, что он затаил дыхание. Будто даже время остановилось, подарив нам этот момент.

Но в следующее мгновение раздался громкий стук, возвративший меня к реальности. Резко поднялась на ноги и отпрянула, боясь взгляда некроманта и ощущая, как вся кровь прилила к щекам. Сердце бешено и оглушительно громко колотилось в груди, предательски выдавая мои эмоции.

Черт! Что я себе позволяю вообще?! Хочу, не хочу… Нужно взять себя в руки!

— Дар, спасибо тебе, что забрал мой заказ! — тишину пронзил цокот каблучков и мелодичный женский голос той самой рыжеволосой проклятийницы. — Эти министерские отчеты из меня все соки выпили! И, знаешь, я не против хорошего вина или чего-то покрепче… — женщина резко замолчала, а затем каблуки быстрее зацокали по каменному полу. — О Тьма, Дар! Что произошло?!

Она остановилась напротив кресла, внимательно изучая Стрейтена. Ее рыжие кудри были уложены в прическу, темно-зеленое платье сидело точно по фигуре, а в зеленых глазах читалось нескрываемое волнение, или даже тревога. Даррел явно много значил для нее. Он назвал ее подругой, но кем считала его она?

— Почти пал смертью храбрых. Только твои молитвы… кхе… и держат меня в этом мире, — картинно простонал Дар и я заметила, как он вновь прикрыл глаза.

— Паяц без инстинкта самосохранения, — проклятийница тряхнув головой уверено направилась к полке с зельями и подхватила несколько бутылочек. — Так, Сандра, кажется, да? Я Саманта. Помоги-ка мне! Поищи пузырек с мазью из настойки клетуллы золотистой, был где-то здесь…

— Заняться нечем? Там у тебя… кхм… платья новые. Иди примерь и оставь… кх… меня в покое… — попытался слабо возразить Дар. — Перед уходом плесни мне… кх… в стакан коньяка, пожалуйста.

— Нет уж, — Саманта мотнула головой, отчего несколько кудрей выпало из прически. — Возражения не принимаются.

— Да вы сговорились… А я, между прочим, даже “пожалуйста” сказал.

— Точно! Сговорились! Мы позаботимся о тебе, а ты пока отдыхай, — Саманта приблизилась к Стрейтену, ее губы беззвучно зашевелились, вместе с тем по комнате прокатился холодок, и тут же дыхание Дара выровнялось, а голова откинулась на спинку кресла.

— Края раны рваные, не думаю, что срастется само, — подошла к стеллажу вынюхивая знакомый едкий запах травы, пальцы скользили по стеклу, а взгляд никак не желал сосредоточиться на названиях, указанных на склянках. — Скорей всего потребуется помощь целителя. И… Вот мазь.

Подхватила прохладную баночку с зеленоватой жижей и передала ее проклятийнице, которая уже ловко орудовала над другими пузырьками и бинтами, расставленными на столе некроманта.

— Отлично! Но думаю, обойдемся и без целителя. Дару не помешает отдохнуть и не шевелиться хотя бы час. А мазь пока сотворит чудо. Нанеси-ка ее на бинты. А затем нужно приложить ее как можно плотнее.

Оторвала кусок ткани и окунула его в вонючую жижу. Затем вновь приблизилась к Дару и как можно осторожней приложила мазь к одной из ран на плече. Некромант едва заметно поморщился, но не проснулся. Несколько прядей волос упали ему на глаза, и я откинула их назад.

Проклятие, что он подумал обо мне? Полезла со своими разговорами, когда он тут кровью истекал. Идиотка. Точно идиотка. И язык мой — враг мой.

— Так что произошло, Сандра? — Саманта тоже склонилась над креслом, ловкими и привычными движениям обрабатывая ссадины на левой руке.

— Мы были на задании, и хм… кое-что пошло не по плану, — ответила обтекæмо, заканчивая наносить мазь и вновь приступая к перевязке.

Взгляд сам собой то и дело обращался в сторону метки. И каждый раз все внутри замирало.

— Фамильяр не должен распространяться о деятельности мага, на которого работает, — Саманта бросила в мою сторону мимолетный какой-то нечитаемый взгляд. — Пункт семнадцать подпункт два протокола о сотрудничестве. Что ж, не буду тебя пытать! Дар сам расскажет. Значит, ты выпускница академии… Сто лет там не была! Проректор Олдкредер еще работает?

— Работает, — коротко кивнула и даже не поморщилась при упоминании фамилии проректора.

— Старый гад! — Саманта хмыкнула. — Все никак не уйдет на пенсию, мучает молодые дарования. Сколько раз я побывала в его кабинете, сосчитать сложно. Ты, судя по тому, что практикуешься с Даром, тоже…

Пауза была весьма красноречивой. Похоже, Саманта пыталась меня разговорить. А мне сейчас меньше всего хотелось с ней общаться.

— Проректор не любит проявления свободы воли. Особенно на факультете фамильяров, — пожала плечами. — Я участвовала в несанкционированных митингах, собраниях.

— Значит, бунтарка! Понимаю, почему Дар решил принять тебя! — женщина одобрительно улыбнулась, а затем чуть ниже склонилась над столом и ее брови сошлись на переносице. — Что это? Не знаешь?

Бросила взгляд на бумагу, которую Саманта сжимала в руках. Лист с изображением того самого символа, который нарисовала Крыса.

— Это относится к делу, над которым ниар Стрейтен сейчас работает… — уклончиво ответила я.

— Интересно… Я уже видела этот символ раньше. Не припомню только, где… Нужно поднять свои записи. Проклятия и ритуалы — моя слабость. Если раз увидела — запоминаю на всю жизнь. Жаль не всегда могу вспомнить суть, а вот рисунки такие — легко, — Саманта вновь вернулась к обработке ран.

Ритуалы и проклятия… Мой взгляд вновь переместился на метку на груди некроманта. Значит, Саманта знала и о проклятии Стрейтена.

— Дар уже рассказал тебе? — проклятийница, поймав мой взгляд, спросила будто между прочим.

— Нет, — втянула воздух, стараясь унять дрожь в кончиках пальцев и ответила уже тише: — Но такое сложно перепутать с чем-то другим. Как так вышло?

На пару мгновений наступило неловкое молчание. И закончив с перевязкой, отстранилась, наблюдая за отточенными движениями Саманты. Она будто не слышала моего вопроса. Или не хотела отвечать. Ведь я лезла не в свое дело.

— Я никаких соглашений о неразглашении не подписывала, поэтому могу рассказать, — проклятийница все же заговорила. — К тому же, думаю, что ты, как его фамильяр, должна знать. Проклятие сработало во время призыва духа двадцать два года назад. Неупокоенная душа, чья энергия была настолько сильна, что едва не убила Дара. В тот день я практически вытащила его с того света. Но… снять проклятие не вышло. Лишь отложить. И ты должна знать, что происходит с некромантами после этого…

Дар не умрет. Проклятие питаясь его собственной магией, обращает его в бездушное мощное существо. Он станет личом. Наказание хуже, чем смерть.

Грудь сжало будто тисками, а к горлу вновь подкатил комок.

— Но неужели…

— Ничего нельзя сделать? — Саманта не дала мне договорить. — Пока я предприняла все, что в моих силах. Но этого все же не достаточно. Поверь, я не стану сдаваться, пока есть хоть какая-то надежда.

— Но что за призрак мог сотворить… такое?

— Дар призывал дух Мэдрины Кроунер в тот день и…

Имя матери подействовало будто ледяное ведро воды на голову. Моя мать прокляла Дара?! Но она же тогда была жива!

— Что?! — я во все глаза уставилась на Саманту, не скрывая своих истинных эмоций. — Но Мэдрина Кроунер же фамильяр…

— Она была фамильяром. А сейчас стала неупокоенным разъяренным духом. И от такого духа можно ожидать все что угодно. К сожалению, — Саманта перевела взгляд на массивные деревянные настенные часы и покачала головой, резко меняя тему: — Уже почти полночь! Время летит, кошмар! Тебе же на пары завтра, наверное?

— Да… И мне пора возвращаться в общежитие, — на негнущихся ногах сделала несколько шагов в сторону двери.

— Постой! — Саманта окликнула меня. — Будет странно, если ты явишься в академию в пыльнике своего наставника на голое тело… В гостиной лежат пакеты с платьями, ты можешь выбрать что-нибудь себе по вкусу и размеру. И не беспокойся, я позабочусь о Даре. До встречи, Сандра!

Днем нижние кварталы напоминали старую маман захудалого борделя — если ночь скрывала за красками, белилами и удачно подобранным бельем старость, дряхлость и усталость от особо сложной работы, то под солнечными лучами уже спрятать не удавалось всего того, что превращало интересную даму в дряхлую старуху.

Вот и улицы нищенских кварталов так же.

Стрейтен шел медленно, старательно создавая видимость досужей прогулки. А на деле, он был ничем не лучше этих кварталов — старый, дряхлый, да еще, совсем немного, обескровленный и обессиленный. И белилами это точно не исправить.

Если говорить начистоту, то его на ногах держала только злость. На полуэльфийку, втянувшую Сандру в такую опасную ситуацию. На заказчика, перевернувшего и сломавшего на пути к своей извращенной цели несколько жизней. А цель непременно извращенная, если для ее достижения жертвуют чужими жизнями.

Но больше всего он злился на себя. Дался ему этот Кроунер! Почему он сам не проводил Сандру в свою ложу? Почему положился на случай?

Стрейтен остановился, морщась от боли. Теперь к уже привычной ноющей боли из-за растущего проклятья, добавилась еще и боль от ран. Завидный жених, ничего не скажешь.

«Хочу с тобой!» — а ведь его сердце предательски ёкнуло от радости, когда она это произнесла. Такое простое признание, а в темной душе некроманта стало светлее.

Совсем другое дело, имеет ли он право морочить ей голову. Ему и жить осталось всего ничего, а все туда же. Нет! Сандра заслуживает лучшего. Сверстник и точно не маг-некромант, с которым у нее нет будущего. Он точно не станет эгоистично пользоваться ее детской, возможно, первой влюбленностью. Не станет давать надежд, чтобы после — разбить сердце.

Дар готов ее оберегать, учить, наставлять и сделать все, чтобы Сандра была счастлива. Но точно не станет ее запутывать. Не позволит привязанности испортить ей жизнь. Как бы не болело сердце от одной этой мысли.

Даррел Стрейтен слишком взрослый и слишком хорошо себя знал, чтобы отрицать то, что девочка укоренилась в его сердце.

Накануне он это осознал, как никогда ясно. В тот момент, когда увидел испуганную девушку на ринге… Этот миг он мог теперь смело называть самым ужасным в его длинной, насыщенной жизни.

Все же необходимо пересмотреть условия ее работы. Более рисковать так нельзя.

«Ниар Стрейтен… Дар… — послышался голос Сандры, что пыталась связаться с наставником по ментальной связи. — Как ты себя чувствуешь?»

Некромант закрыл глаза, прислонившись затылком к холодному камню корявой облупившейся постройки нищенского квартала. И не сразу ответил. Пусть и решил все сразу, но… сложно все.

«Не дождешься! — буркнул он ей в ответ, с усилием возвращаясь к привычной манере разговора. — И вообще, занят! Ты по делу, или просто заняться нечем?»

«Я просто волновалась! — обижено, с нотками обвинения, ответила фамильяр. — Простите, что помешала!»

И тишина. Пустота. Впрочем, как и до недавнего времени в его жизни. Как все же изменилась его жизнь, как изменился сам некромант с появлением этой белобрысой занозы.

Стрейтен вздохнул и рывком оттолкнулся от стены.

До места назначения оставалось несколько минут ходьбы. Даже его улиточным шагом. Нужно как-то собраться, чтобы не показаться слабым и несчастным.

Саманта утром и так ему отвесила комплимент, сказав, что зомби в его подвале получше выглядят. И не поспоришь же. И если восстанавливающее зелье Сандры немного улучшило внешний вид, то в общем состояние было близко к поднятому мертвецу.

— Ниар… Стрейтен? — удивлению в голосе вышибалы на входе бойцовского клуба не было границ. — Вы?

— Я! Удивлен? — наградив охранника брезгливой улыбочкой, уронил некромант.

— Да нет… вы вчера просто… досталось же вам!

— А мы, некроманты, бессмертны. С самой смертью на короткой ноге. Так что…

Одной этой недосказанности и многозначительно вскинутой брови хватило, чтобы Крег побледнел и даже вздрогнул. Иногда людям не нужно много знать, чтобы много придумать. Несколько намеков и он напридумывает ужасов куда больше, чем кто-либо ему сможет предложить.

— Девочки, которые вчера работали на месте? — не дав одуматься вышибале, спросил Дар. И тот кивнул, заторможенно, но утвердительно. — Я сам найду их.

Стрейтен решительно двинулся внутрь заведения. Крег порывался не то открыть услужливо дверь, не то преградить путь некроманту, но передумал. Кто их некромантов знает, что у них там в голове. Сейчас заколдует, превратит в ходячего мертвеца, а у него, Крега, жизнь только начиналась. Вот даже девушку приличную встретил, что удивительно для этого квартала, свадьбу планирует… пусть себе идет этот некромант.

Даррел и правда хорошо знал не только все закоулки этого заведения, но и его владельца. Некогда с Тадеусом Дропски они даже приятельствовали. Но время это исправило. А еще внезапная любовь Дропски к политике и желание протиснуться в министерство любыми правдами и неправдами. Все же полюбить этих кротов в новомодных костюмах Стрейтен так и не смог.

— Дар! — раздалось в пустом помещении клуба, как гром среди ясного неба.

Высокий, словно у баньши, голос Тадеуса резанул по ушам так, что некромант поморщился и даже закрыл левый глаз. У него еще после потери крови в голове звенело. Куда орать так?

Но Тадеус Дропски не мог знать, как страдает его давний приятель и спешил, раскинув пухлые руки и потрясая необъятными телесами и гирляндами драгоценностей. Любовь к сверхмерной вычурной роскоши Стрейтену тоже было понять сложно. Возможно, потому что сам он был совершенно непритязателен.

— Чего ты орешь, будто у тебя все имущество по медяку выносят? — укоризненно покачал головой некромант, уворачиваясь от богатырских объятий Тадеуса.

— Злой, как всегда. Укусил тебя леприкон? — замахал пухленькими руками владелец бойцовского клуба. — Ворчишь, ворчишь, хоть бы спросил, как дела у друга.

— Судя по перезвону твоих украшений, дела у тебя отлично! Зачем денежного бога лишний раз разговорами тревожить? — пожал плечами Стрейтен и не поморщился только чудом. Раны затягивались плохо и любое неловкое движение напоминало насколько немощен некромант. — Особенно после того, как ты на моем бое сколотил целое состояние…

— Э-эй! Знал, что не упустишь возможности мне об этом высказать. Хоть я тебя на ринг не звал, сам явился. — владелец клуба махнул рукой на диванчик, приглашая присесть. — К слову, как там твоя любовница? Не пострадала?

— Жива-здорова, — коротко ответил Дар, уходя от ответа.

— Ну, это прекрасно. Могла случиться такая потеря. Я бы себе не простил… Но если все хорошо, что привело тебя ко мне в такой ранний час?

Ранним часом Дропски называл три часа пополудни. Что для обычного человека уже к вечеру ближе. Но у каждого свои внутренние часы. У Тадеуса они тикали по-особенному.

— Вот все же решил полюбопытствовать, с каких пор твои девушки начали путаться в коридорах клуба? Да еще настолько, что вместо того, чтобы мою невесту отвести не в ложу, за которую я плачу тебе золотом каждый месяц, а на ринг?

В голосе некроманта прорезалось нечто такое, что Тадеус струсил. Это было заметно по бегающим глазкам, задрожавшим трем подбородкам и испарине на лбу. Даже политика не искоренила страх Тадеуса перед некромантом. Это была вторая причина по которой распалась их краткосрочная дружба.

— Это ужасная ошибка. И мы все исправили… — запричитал Тадеус. — Но я могу тебе и… невесте подарить годовой абонемент в качестве извинений.

— Лучше Ксарею, — плотоядно оскалился Дар, чем заставил Дропски взмокнуть и побелеть лицом.

— Ксареи нет, — упавшим голосом признался Тадеус, потянувшись к графину, но обнаружил, что тот пуст и раздосадовано смахнул на пол какой-то мусор со стола. — Исчезла еще вчера. Искали… искали… нету нигде. Ни на работе, ни дома… даже к ее хахалю людей отправлял. Думаешь, что мне нужны проблемы. Ты же понимаешь, какой это удар по репутации. А репутация — это все, что у меня есть.

— Не прибедняйся! — процедил Стрейтен сквозь зубы. То, что девчонка скрылась, сомнений не вызывало. Были подозрения, что ее никто уже не увидит. Никогда. — И сотрудники тоже ничего не знают, ничего не видели…

— Терсея говорила кое-что… — нехотя начал Тадеус. — Ксарея закрутила интрижку с каким-то чиновником. Никто его не видел. Кто такой — никто не знает. Но Кси оговорилась вчера, что выполнив его последнее задание станет сказочно богатой и совершенно свободной.

«И вероятней всего, мертвой!» — подумала некромант, но вслух это не произнес.

— И что, ни единой догадки что это за мужчина такой? — подняв бровь, спросил Дар.

— Еще под одеяло своим девкам не заглядывал, — растеряв всю доброжелательность, рявкнул Дропски. — Сам понимаешь, что мне это радости не доставляет. Поговаривали, что кто-то из министерства. Но кто? Тут каждый второй в министерском кресле ж… седалище греет. Так что сам дальше. Ты у нас следователь, или где?

Значит, в министерском кресле… Что снова выводило расследование к Кроунеру.

Мог ли он отдать приказ избавиться от Сандры? А выставить ее против Медведя — самый простой способ если не убить, то искалечить фамильяра. Или… его цель была другой?

— Скажи, кому известно о том, что на ринге глушат магию? — спросил Дар, подавшись вперед.

— Я… распорядитель… — Тадеус развел руками. — Да кому они, эти знания, нужны. У нас ты первый маг, который в боях участвовал. Никто и не замечал ранее. Просто думали, что защита на ринге. А что?

— Ничего, — отмахнулся Даррел, поднявшись на ноги. — Спасибо!

«Что если ее не убить пытались, а заставить магию применить?» — мелькнула мысль.

И Стрейтен действительно испугался. Потому что это значило, что о ее особенностях было известно еще кому-то, и… Сандра в куда большей опасности, чем Дар думал.

 — Итак! Время вышло! — профессор Тримм, прохаживающийся между рядами столов, щелкнул по небольшим карманным часам на серебристой цепочке и обвел аудиторию цепким взглядом. — Отложите ваши записи! Ниара Лейнор, к вам это тоже относится. Еще одна секунда и вашу работу я проверять не буду! — Зои вздрогнула и отпрянула от своих записей. — Так же напоминаю вам всем, что результаты этой работы будут влиять на итоговый балл на тридцать процентов. Но основа балла — результаты отчета о прохождении практики. Вы должны применить все усвоенные в академии знания в вашей работе, получить высший балл от вашего наставника. Надеюсь, вы все уже приступили к составлению отчета о прохождении практики. К следующему занятию вам будет необходимо сдать черновик первой главы. Опирайтесь на теоретической руководство ниара Тарвейла. Есть какие-либо вопросы?

Моя ладонь устремилась вверх. Отчет я даже не начинала писать. Мне вообще с трудом представлялось, как его составлять, учитывая особенности моей практики. Бал вампиров, неудавшийся призыв духа, подъем трупа и, как вишенка на торте, участие в боях без правил. О таком точно нельзя даже вскользь упоминать.

— Что ж, ожидаемо… Слушаю вас, ниара Бэйшоп, — Тримм недовольно приподнял правую бровь.

— А как же правило номер семнадцать руководства?

— Хорошее напоминание. Это правило никто не отменял. То, над чем вы, ниара Бэйшоп, работаете с вашим наставником, остается только между вами, — в голосе профессора появились какие-то язвительные нотки, а по аудитории полетели тихие смешки. — В отчете нужно отразить лишь вашу работу. Продолжительность связки, время восстановления, умение быстро реагировать в критической ситуации. Оперируйте цифрами, анализируйте свои ошибки. Итак, если ни у кого больше нет вопросов, то занятие окончено.

Подхватив увесистую сумку, я поднялась из-за стола. После боя тело ныло, болело, кое-где проступили синяки, а на предплечье проявился глубокий порез от когтей медведя. Впрочем, это меня мало волновало. Мысли путались и постоянно возвращались во вчерашний вечер. И перед глазами раз за разом возникал мертвенно бледный Дар и страшная метка.

Палец на автомате прикоснулся к татуировке на запястье, внутри появилось знакомое ощущение, но я вовремя себя одернула. Дар не был настроен со мной общаться час назад, вряд ли что-то изменилось. Главное, мне известно, что он жив, в сознании и даже не растерял язвительности. Вот только… надолго ли он в сознании?

Проклятие рано или поздно настигнет его. И тогда… тогда Дар станет бесчувственной могущественной нежитью. Обратного пути уже не будет.

От таких мыслей к горлу подкатывал комок, а внутри все сжималось.

— Черт, мне попались ужасные вопросы… — Ниста подхватила меня под руку, отвлекая от дурных мыслей. — Я точно не получу нормальный балл. А ты как?

— Я… нормально, — пожала плечами.

— Вижу, как ты «нормально», — подруга как-то подозрительно хмыкнула. — После занятий мы с девочками опять хотели доехать до Амерсбрука, ты с нами? Платье-то тебе так и не выбрали… Или у тебя опять хм… практика?

Слово «практика» Ниста выделила как-то по-особенному. Мы вышли из душной аудитории в коридор, вливаясь в толпу. Однокурсники вереницей потянулись в сторону столовой.

— Думаю, что пойду в том же, что и в прошлом году, — сделала вид, что не заметила странного тона подруги. — И… я вечером хотела позаниматься, начать подготовку к сдаче отчета. Так что, езжайте без меня, все в порядке.

— Нет не в порядке, — Ниста мотнула головой, от чего мелкие кудряшки упали ей на лицо, а следом дернула меня в сторону колонн и заговорила тише. — Я видела вас с ниаром Стрейтеном вчера. И если раньше все эти сплетни казались бредом, то теперь…

— И ты туда же? — вся кровь прилила к щекам. — Эта тема уже устарела и непопулярна.

— Да между вами такие искры летят, что стоять рядом страшно. Он на тебя так смотрел, будто был готов наброситься прямо там. Ты же понимаешь, что ничем хорошим это не кончится? — Ниста перехватила мою ладонь и сжала сильнее. — Если все это всплывет, то ему-то ничего не будет, а вот тебя могут отчислить!

— Нис, ничего не всплывет, потому что ничего такого и нет. Это всего лишь игра на публику. Стрейтен узнал о тотализаторе в академии и теперь насмехается. Между нами ничего нет. И быть не может.

«Как бы сильно мне этого не хотелось…» — промелькнуло в мыслях.

Черт! Вчера я и вовсе позволила себе вольность. «Хочу с тобой…» Это же надо было такое ляпнуть! Со стыда сгореть можно… Может, он и вовсе забыл этот разговор? Хотелось бы верить… Я для него всего лишь практикантка, примагничивающая неприятности, будто проклятая. И теперь стало понятно, по какой причине Дар принял меня на практику. Все дело в моей матери. И в загадке ее так называемой «смерти», которая как-то связана с проклятием Дара. И Стрейтен просто пытается эту загадку разгадать. И о моей матери он знал явно куда больше, чем мне рассказывал…

- Ладно… Значит мне показалось, — Ниста проговорила совершенно неуверенно и отвела взгляд куда-то в сторону. — Но я волнуюсь за тебя, правда. Ты как на практику к нему попала, сильно изменилась. Стала сама не своя. И… просто будь осторожна, ладно? Он взрослый, самодостаточный маг, а ты…

— Вот вы где! — Зои выскочила из-за колонны, от чего Ниста тут же замолчала, — Вы идете в столовую?

Следом за Зои перед нами появилась и Хельда.

— Я позже присоединюсь! — перекинула сумку на правое плечо и махнула рукой девочкам. — Мне нужно в библиотеку. Встретимся на тренировке!

Под прицелом внимательного и встревоженного взгляда Нисты я уверенно направилась в сторону противоположного крыла академии.

В хранилище знаний, пропахшем книжной пылью, в обеденное время всегда было немноголюдно. Мне же совершенно не хотелось привлекать внимания к интересовавшей меня теме ритуалов и проклятий. Ниара Дэйза встретила меня несколько удивленным взглядом, но лишних вопросов задавать не стала.

Следуя указателям, я добралась до отдаленной части зала, где мне прежде не приходилось бывать. Стеллажи, заставленные от пола до потолка книгами разной степени ветхости, казались просто необъятными. Да мне и жизни не хватит, чтобы отыскать здесь нужный символ!

Нет, ну насколько было бы проще загрузить изображение знака, что нарисовала Крыса, в сеть и через секунду получить ответ. Так нет же… в мире, где правит магия и заклинанием можно убить человека, знания и информацию приходится добывать вручную.

Начать я решила с исследования секции древних ритуалов. Если Саманта, специалист своего дела, не помнит, где видела знак, то значит сам ритуал не известен даже в узких кругах. Скорее всего, он и вовсе запрещенный. Но в секцию по темной магии мне доступ закрыт, поэтому придется довольствоваться малым. Быть может удастся найти хотя бы название этого ритуала и для какой цели его используют… Может, кто-то собирается впустить в этот мир какого-то очень мощного мага, разделившего душу на семь частей? Так, стоп. Это же было в земных книгах, не имеющих отношения к этому миру.

Я носилась от полки к полке, исследуя названия корешков и собирая все возможные фолианты, в которых хоть как-то проскальзывала тема ритуальной символики и нежити. На всякий случай я добыла и расширенную классификацию нежити. И взгляд сам собой зацепился за главу с подробным описанием особенностей лича. «Маг-некромант, выбравший эту сущность вместо смерти…», «наделен огромной силой…», «тяжело уничтожить…», «он не исчезает окончательно…»

— Сани, ты неуловимая, как лесной тырейл в сезон охоты, — раздался сзади голос Тэйма, от которого я подпрыгнула на месте.

— Тэйм! Ты… здесь, — я брякнула, развернувшись и пряча книгу за спиной. — Умеешь же ты подкрадываться!

Тэйм остановился совсем близко, устремив свой взгляд мне прямо в лицо. В его темных зрачках отражался магический свет, играли искры.

— Ага! Ниста сказала, что ты ушла в библиотеку, но я никак не ожидал найти тебя в этой секции. С каких пор ты интересуешься… — он бросил беглый взгляд на гору книг на столе. — Темными ритуалами? И нежитью?

Он медленно приблизился, и вновь его взгляд замер на моем лице. В глазах появился нескрываемый интерес и что-то еще, от чего стало как-то неловко.

— Мне нужно для хм… практики, — сунула несколько книг себе в сумку. — Просто хотела лучше понять то, чем занимается ниар Стрейтен.

— Зачем? Он что, предложил тебе работать с ним и дальше? Или что?

Тэйм спросил будто бы между прочим, но за его словами было скрыто что-то еще. Он что, ревновал?

— Нет. Просто любопытно, — пожала плечами.

— Значит, после выпуска ты пойдешь в министерство? — в голосе Тэйма будто чувствовалось облегчение. — Я слышал, что тебя тоже выделили. Мы сможем чаще видеться, работать вместе.

— Я еще ничего не решила, Тэйм, — быстро подхватила уже просмотренные книги и направилась к лестнице, планируя расставить все по своим местам, чтобы не навлечь гнев вездесущей ниары Дэйзы. — Девочки сказали, что на бал придет сам младший принц выбирать себе новенького фамильяра.

— Да. А ты планируешь его очаровать? — Тэйм придержал лестницу и как бы невзначай коснулся моей щиколотки.

— Думала, что принц выбирает фамильяра по навыкам, а не по умению очаровывать, — я усмехнулась.

— О, так ты не знаешь! — Тэйм рассмеялся. — Он ни одной юбки мимо не пропустит, сразу тебе говорю. Так что не советую привлекать его внимание.

— А ты что, ревнуешь? — вернула книги на место и провела пальцами по корешкам.

Где-то тут должен быть ответ! Но где же… Черт возьми, хоть бы как-то упорядочить все эти книги.

— Может и так, — Тэйм опять прикоснулся к моей ноге. — Ты же моя пара, помнишь?

И тут пальцы остановились на ничем не примечательном синем переплете. Перевела взгляд на корешок и вздрогнула. Символ на корешке был одним из символов в круге! Сделала рывок вверх и обхватила пальцами книгу, но следом… лестница в одно мгновение ушла из-под ног. И я полетела вниз.

— Осторожней, Сани! — Тэйм тут же перехватил меня, предотвращая падение.

И внезапно его лицо оказалось так близко. Непозволительно близко. Ощутила его теплое прерывистое дыхание на щеке, его зрачки расширились. А в следующее мгновение его губы накрыли мои, выбивая остатки кислорода. Легкая щетина царапнула кожу, а все внутри будто оцепенело от неожиданности.

— Что здесь происходит?! Вы что себе позволяете?! — тишину пронзили крики ниары Дэйзы. — Это вам что, дом терпимости?!

— Простите, — Тэйм отпрянул, но на его довольном лице не было ни грамма раскаяния. — Этого больше не повторится!

— Конечно не повторится! Я больше вас на порог библиотеки не пущу! Вон! — ниара ткнула пальцем в сторону выхода. — А ты, — она обратилась ко мне. — Приберись за собой!

— Да-да! Конечно! — я с готовностью закивала, наблюдая за удаляющимся Тэймом и благодаря библиотекаршу за это вторжение.

Я не была готова к этому… сближению.

Стоило только вездесущей Дэйзе скрыться за ближайшим стеллажом, как пальцы сомкнулись на татуировке. Не терпелось сообщить о находке Дару. Или… хотелось попросту найти повод снова услышать его голос

— Еще одна тренировка, и я точно не доживу ни до какого бала, — раскрасневшаяся Хельда, тяжело дыша, обмахивалась ладошкой. — А в расписании на следующую неделю физическая подготовка ежедневно! Кошмар…

После очередного изнурительного занятия под руководством тренера Корка, мы направлялись в сторону раздевалок первого этажа. В коридоре, как и всегда, стоял гул голосов, которые разносились эхом по всему первому этажу. Однокурсники обсуждали предстоящие экзамены, платья, наряды, кто кого пригласил на бал… Все шло вроде бы как обычно, как всегда. И даже Кайр с Тианой куда-то запропастились с их идиотскими издевками. Но именно сегодня в академии было особенно тягостно.

Хотелось поскорее остаться в одиночестве, вернуться к изучению найденной книги о темных ритуалах, но среди дня сделать это незаметно и не вызывая лишних вопросов было крайне проблематично. Мысленно я раз за разом прокручивала события вчерашнего дня, да и всех предыдущих, пытаясь найти ответы на сотни вопросов. Ведь с каждым днем все происходящее становилось только запутанней. Мысли, поступки, эмоции, раздиравшие изнутри… Все смешалось в один комок и не желало распутываться.

— Смотри на вещи позитивней, Хель! Зато вес сбросим, — подмигнула Хельде Ниста. — У меня, например, налипло пять лишних килограммов. А все эти булочки с посыпкой…

— Да, кстати! На земле за такие тренировки обычно деньги платили, — я кивнула, стараясь выглядеть как можно более непринужденно. — Чтобы в форму себя привести. Фитнес-залы пользовались большой популярностью.

— За свои мучения еще и деньги платить?! В каком странном мире ты жила, Сандра, — покачала головой Хельда и, распахнув дверь раздевалки, нырнула внутрь.

И правда, о чем это я? В мире, где существуют зомби, оборотни и вампиры фитнес-зал кажется странностью.

— Так, собираемся через час! Сандра, ты точно не поедешь с нами? — Ниста чуть прищурившись всматривалась в мое лицо.

И что-то внутри дрогнуло. Ниста и правда волновалась. Ближе нее в академии, да что там в академии, во всем этом мире, у меня никого не было. Но я никак не могла поделиться с ней всем, что происходило со мной.

— У Сандры на сегодняшний вечер точно другие планы. И это явно не отчет для Тримма, — Зои ткнула меня в плечо и кивнула левее. — Смотри, кто к нам идет!

Бросила беглый взгляд в сторону и едва сдержалась, чтобы не выругаться. Конечно же, к нам направлялся Тэйм, которого я старательно избегала все это время. А он усердно искал встречи и будто специально ходил по пятам.

— Проклятие… Я в таком виде после тренировки! Не хочу, чтобы он меня видел, — я наигранно округлила глаза и проворно юркнула за дверь раздевалки.

В нос ударил хорошо знакомый запах пота, мыла и женских духов. Непередаваемое сочетание… Задержав дыхание и ловко маневрируя между шумными однокурсницами, добралась до пустовавших душевых кабинок и перевела дух.

Ну почему все всегда происходит так не вовремя?!

— Бэйшоп, чем занята? — словно чувствуя бедственность моего положения, раздался голос Стрейтена в голове.

На мгновение растерялась, ощущая, как бешено подскочило сердце в груди, разливая волны тепла по телу.

— Совершенно ничем! — с готовностью послала ответ.

— Прекрасно! Дуй сюда, — скомандовал наставник, и прямо в кабинке открылся портал. — Поговорить нужно!

Прижав к себе сумку с книгой и пригладив растрепанные после длительного забега волосы, нырнула в портал. Мгновение, и вот уже перед глазами появилась вполне привычная обстановка кабинета некроманта. Вот только сегодня я ощущала себя здесь иначе после вчерашнего вечера.

— Что-то случилось? — я вскинула взгляд и расправила плечи, стараясь вести себя как обычно. — Как… ты себя чувствуешь?

Некромант сидел в кресле, прикрыв глаза. Если бы мгновение назад я не разговаривала с ним, подумала бы, что он тут спит, пока я терзаюсь сомнениями. Но мы не первый день работали вместе, и мне удалось уяснить — все что касается моего наставника, совершенно не так, как выглядит на первый взгляд.

Дар отмер, устало потер переносицу и посмотрел прямо на меня. Отчетливо стало не по себе. Даже холодок вдоль позвоночника пробежал. Таким взглядом препарировать можно. Опять я в чем-то виновата?

— Что вас связывает с Тимером Кролтрейром? — слету спросил некромант. — Только давай ты не будешь утаивать ничего. — его голос выражал так мало эмоций, что поначалу я даже растерялась.

Чего-чего, а такого вопроса я явно не ожидала. Мог бы хотя бы сказать, в чем вообще дело. Хотя, чему я вообще удивляюсь?

— Ничего не связывает, — пожала плечами, принимая правила его игры. — Мы познакомились в академии, он был одним из приглашенных магов в приемной распределительной комиссии. Потом он несколько раз появлялся в составе делегаций… И еще, я видела его вчера на боях, — мысли лихорадочно выстраивались в картинку, и я выпалила: — Постой, ведь это дело как-то связано с ним? Это он — тот маг из министерства, который нанял Крысу?

— Вот любишь ты сразу выводы клепать! Не знаю я… пока. Но ты ему интересна, — на лицо некроманта набежала тень. — И… хотелось бы понимать, как фамильяр, магическая аномалия, или… — он умолк, отвел взгляд и глухо добавил. — Как женщина.

— Что за ерунда? — я нахмурилась и прошла вперед, к стеллажам с книгами. — Он никогда не проявлял интереса. К тому же, если бы ему была известна моя аномалия, то в академии я бы уже не училась.

— Я тоже знаю, но не выдал же тебя, — хмыкнул некромант. — Дело в мотивации. Он ничего тебе не предлагал? Не пытался… заинтересовать?

Стрейтену явно мало нравился этот разговор. Он пытался казаться обычно-расслабленным, но то и дело отводил взгляд, сжимал чуть сильнее обычного челюсть, постукивал нервно пальцами по столешнице. Он… злится?

— Мне же предложили место в министерстве, но не только мне, — попыталась поймать взгляд некроманта, чтобы понять его мысли, но тщетно. — А с чего ты взял, что Кролтрейр мной интересуется?

Тишина в кабинете стала похожа на густое желе, хоть ножом режь. Все в ней замерло, даже настенные часы притихли, кажется. И я затаила дыхание, наблюдая за нервно растершим ладони некромантом.

— Еще до того, как я принял решение о том, чтобы стать твоим наставником, — выдержав театральную паузу, заговорил наконец Даррел. — он приходил просить за тебя. Точнее, чтобы я отказал тебе в месте фамильяра. Такая забота… — Дар поднялся на ноги и прошелся вдоль стеллажа с книгами, постепенно сократив между нами расстояние до интимного. — Скажи, неужели он ни разу не давал понять, что заинтересован тобой?

Я вновь ощутила резкий запах парфюма, лечебной мази, крепкого алкоголя и сигар. И сейчас он все же смотрел мне в глаза, цепко, внимательно. Будто пытался в чем-то уличить. Но в чем? В связи с Кролтрейром?

— Он никогда не был заинтересован мной, и зачем ему мое исключение из академии, понятия не имею, — стойко выдержала взгляд, ощущая как по телу прокатилась дрожь. — Мы беседовали пару раз, но он часто общался со студентами-фамильярами. Не было ничего подозрительного. Я думала, что вчера от нас попросту хотели избавиться, как от свидетелей, ведь он до этого интересовался делом, над которым мы работаем. Пытался понять, как далеко ты зашел. Получается, что все ниточки ведут к нему, каждый раз всплывает его имя. И здесь слишком много совпадений. И я не верю в эти совпадения.

— Вот и я не верю. Но нашей веры мало для того, чтобы кого-то в чем-то обвинять. Тим был и на балу у вампиров, и в делегации к наядам…

— Нужно разгадать его план и вывести мерзавца на чистую воду. И мне удалось кое-что выяснить по поводу символа, нарисованного Крысой. Саманта вчера узнала в нем часть какого-то ритуала и обещала узнать, что это за ритуал.

— Если Сэм задалась целью — скоро мы будем знать о нем все, что нужно и даже больше. Я ее знаю хорошо, и довольно давно, чтобы это утверждать.

Невольно перевела взгляд на рубашку Дара, туда, где вчера чернела проклятая метка и выпалила:

— Она рассказала мне… О вашем знакомстве.

— Трепло! — поморщился Дар, и попытался отстраниться, но я невольно перехватила его за рукав. — Саманта никогда не умела держать язык за зубами. Но, с другой стороны, теперь ты смело можешь осваиваться в моем кабинете. Объявляю тебя моей преемницей. Даже Бри и Анну тебе оставлю в наследство. Хочешь, и лича привяжу к дому, будет тебя охранять. Я буду…

Он пытался шутить, но смешно не было. А с точностью наоборот.

— Не хочу! — коротко и упрямо мотнула головой, все еще сжимая плечо Стрейтена. — Какая из меня преемница?! Любое проклятие можно снять. Тот, кто его наложил, сможет и избавить тебя от него. И дух моей матери этого явно не мог сделать. Саманта сказала, что пока есть хоть какой-то шанс, то она будет бороться. И я буду.

Стрейтен улыбнулся. Но улыбка вышла грустной, какой-то обреченной. Он осторожно взял мое лицо в ладони, заглянул в глаза и сказал:

— Проклятие необратимо, Сандра. Я смирился. Меня очень скоро не станет. А то, что останется, лучше сразу убить. Если не передумаешь, с личной охраной. Ты мне ничего не должна. И уж точно не обязана бороться за это безнадежное дело.

Он был так близко, щеку обожгло его прерывистым дыханием.

— Я хочу помочь. И ты не можешь мне запретить, — вложила свою уверенность в каждое слово, напряглась как струна.

— Еще как могу. И запрещаю, — припечатал он.

Один удар сердца, и… предупреждая все возражения, мои губы накрыло поцелуем. Жестким, требовательным, стирающим все границы, которые я старательно пыталась выстроить. Все тщательно скрываемые эмоции захлестнули меня с новой силой, уносившей меня куда-то прочь, далеко от кабинета некроманта. Туда, где мы были только вдвоем. Туда, где я имела права на свои чувства.

По телу прокатилась мелкая дрожь. И я… не смогла отстраниться на этот раз. Я ответила, с жадностью принимая этот внезапный порыв.

Его ладонь скользнула на мой затылок, зарылась в волосах, прижимая ближе. На языке ощущался горьковатый привкус отчаяния с примесью виски и сигар. Под тонкой рубашкой чувствовала, как колотится его сердце, чувствовала сбившееся горячее дыхание, щетина царапала кожу.

Я отдалась этому моменту, наслаждаясь каждой секундой этой близости. И ко всем чертям эти предрассудки!

Надрывный бой настенных часов привел в чувства некроманта. Он словно предупреждал его, пытаясь предостеречь.

Секундная слабость… минутное помутнение… всего лишь глупость…

Даррел Стрейтен разорвал поцелуй, отстранился, заглядывая в лицо Сандры. Боги, что он творит? Сам себе противоречит. Только что так распинался, доказывая ей, что у него нет ни единого шанса, а после… только за это ему уготовано самое мрачное место в Бездне.

Дар замер, поймав ее затуманенный, немного рассредоточенный взгляд.

— Тебе пора, Сандра. Завтра занятия… дипломную готовить нужно, — собственный голос казался магу надтреснутым.

Впервые за долгое время ему захотелось поверить в то, что все можно исправить. Что его проклятье не сожрет его заживо, выпивая последние соки, питаясь темной магией некроманта. Она вселила в него это желание. Самое несбыточное желание. И пока он не понимал, как к этому относиться.

— Нет, — она тряхнула головой, сбрасывая оцепенение. — Я не отступлюсь. И если ты хотел заставить меня замолчать… так… то не вышло! Послушай, проклятие же можно обойти. Что если… А что, если нам отправиться, скажем, на Землю? На Земле нет магии, нет потоков, там ты сможешь жить нормально! И… я смогу. Здесь я — аномалия. В этом мире мне явно нет места. И тебе, по всей видимости, тоже. Можно найти портальщика, например… Я слышала, что есть те, кто могут выстроить портал в любой мир.

Стрейтен вздохнул и устало улыбнулся, отстранившись. На Землю… жить без магии — все равно что умереть. Сандра и сама не сможет уже жить на своей Земле. Дар плеснул в стакан коньяка, а девушке налил красного тимергейского вина. На ее щеках пылал румянец, а в глазах плясали искорки надежды.

— Тебе ли не знать, что побег не спасение! — протянув ей бокал, заговорил некромант. — Твою мать он не спас. Тебя опять же… Представь, что ты сбежала, даже зажила хорошо. Но вот, спустя двадцать лет у твоего ребенка проснется сила и… академия призовет его. Как фамильяра или мага. Не важно. Ты не сможешь сбежать. Твоя кровь всегда будет связывать тебя с этим миром. И меня тоже. А ведь ты можешь жить здесь. Все что нужно, не совершать глупостей.

— Ну да, конечно лучше остаться здесь, — она недовольно нахмурилась. — Тебе ожидать своего смертного часа, а мне… Мне жить в страхе, что меня раскроют, прятать способности, скрывать от близких все… И смотреть со стороны, на то, как сила покидает тебя? Что по-твоему, мне делать?

— Тебе — жить! Ты молода, красива, обладаешь большим потенциалом, полна энергии и идей. Ты станешь тем, кем действительно хочешь быть. К тому же я тебе оставлю Бри. Этот призрак тебе скучать не позволит, — улыбнулся некромант, пытаясь вернуться к обычной манере общения, но выходило скверно.

На душе было тяжело, словно его прижало могильной плитой. Не стоило связываться с факультетом фамильяров. Нужно было послушать Кролтрейра еще в самом начале всего этого. И не портить жизнь молодой немного романтичной особе с приступами юношеского максимализма. Это пройдет. Время это исправит.

— Не можешь отправиться на Землю, значит я найду способ снять это чертово проклятие, — Сандра принялась метаться по комнате, закусив губу. — Оно как-то связано с исчезновением моей матери, с ее подстроенной смертью… И что, если…

Негромкий стук в дверь оборвал разговор на высокой, недопетой ноте.

— Войдите, — отведя взгляд, разрешил Стрейтен.

Дверь распахнулась несколько раньше, или ровно в тот же момент, как Дар разрешил войти визитеру. Сандра замерла, поджав губы, и бросила недовольный взгляд на дверь.

— О! Какая у вас здесь… рабочая обстановка, — на миг замерев у входа, тут же сориентировалась Саманта. — Ссориться, голубки, будете потом. У меня для вас новости и не скажу, что хорошие.

Она быстро прошла к журнальному столику, грохнув толстой книгой с пожелтевшими листами так, словно уронила ее. По всему было видно, что сама проклятийница была занята делом долгое время: всегда аккуратная и опрятная, сейчас она выглядела так, словно преодолела путь из пустыни в горы пешком, пилигримом.

— А хороших новостей в этом году совсем не предвидится? — поморщился Стрейтен, сделав глоток из стакана и задержав на мгновение дыхание.

Он старался не смотреть на своего возмущенного полного решимости фамильяра.

— Увы, дорогой. Хорошими новостями порадовать не могу и, боюсь, далее они будут только хуже. — Саманта ткнула пальцем в символ, точно такой же, как недавно нарисовала Крыса на допросе. — Это ритуал воскрешения, Дар. Кто-то кого-то пытается вернуть из мира мертвых. И собирает ингредиенты для ритуала: чешую наяды, клыки вампира и… осталось перо феникса. А для активации нужна кровь мага и фамильяра.

При этом, Саманта смотрела попеременно то на Дара, то на Сандру, отмечая ошарашенно-задумчивые выражение их лиц. Она узнала этот символ сразу, но не могла понять, когда видела его раньше. А раньше — было. Было, как оказалось, в то время, когда Дар схлопотал проклятье. Тогда она, совсем молодая, влюбленная по уши в выпускника академии — Даррела Стрейнета, проклятийница, не придала никакого значения рисунку на стене возле того самого места преступления. А как оказалось — зря. Через столько лет, в памяти не стерся этот символ.

— Дар, этот символ был на месте убийства Мэдрины Кроунер. Я видела его в тот день, когда тебя наградили проклятьем. И… ты же понимаешь, что это значит. Тогда я не придала этому значения, у меня хватало забот, а ты два месяца на грани жизни и смерти пробыл. Возвращаться просто было уже не к чему. Там зачисткой месяц занимались. Магии вольной было…

Ничего хорошего и правда. Воскресить мертвое — невозможно. Некроманту ли не знать. И то, что подобное предприятие кто-то решился затеять — ничем хорошим не закончиться. Возможно, нужно будет отдать подменыша вместо того, кого пытаются воскресить. Возможно, привязать к себе, вечно питая воскрешенного своей энергией. Но хуже всего — никогда не знаешь, что вернется из-за черты. Призраки порой опасны и непредсказуемы, а тут целая сущность, побывавшая по ту сторону.

— Я знала! Черт… Это все связано! — Сандра вскрикнула и тут же выхватила книгу из своей сумки. — Вот! Здесь есть немного информации… Но это все, что нашлось в открытом доступе библиотеки… Здесь говорится о том, что подобные ритуалы опасны, выпущенная магия концентрируется на месте ритуала. Это закономерное. Полагаю, что для этого и нужна была ма… Мэдрина — чем больше магии, тем больше шансов на успех. Она ведь была сильнейшей. А когда что-то пошло не так или может кто-то прервал ритуал… вся энергия осталась нерастраченной. Вот… “в местах проведения ритуала долгое время нельзя применять магию. Иначе есть риск, что она срикошетит и причинит вред магу”. На месте ритуала был же пожар. Все сгорело, а на пожарище даже фамильяру трудно считывать магический фон. Вот и… получилось так. Что если… — Сандра закусила губу, не спеша делиться догадкой. — Саманта, у вас может есть немного больше сведений про этот ритуал?

— У меня нет. У отца может что-то найтись. Мне нужно с ним связаться и тогда смогу говорить точнее. Но не обещаю… Если предположить, что в прошлый раз у того, кто проводил ритуал ничего не получилось, то… вероятней всего, это все тот же преступник. И он снова пытается повторить ритуал. — в каким-то благоговейным ужасом подытожила Саманта. Она как ритуалист, прекрасно понимала ювелирность, опасность и трудоемкость затеянной работы. — Благо, феникса ему не найти уже. Не осталось.

А вот это очень распространенное заблуждение. И кажется, ритуалист это тоже знал.

— Значит, нужно не дать ему это сделать, — подытожил Дар. — Похоже, пора наведаться к одному моему очень старому знакомому.

Вечер опускался на самый дорогой и респектабельный район столицы. Здесь царил покой и тишина спального квартала. Лишь иногда грохотали по мощеным дорогам колеса дорогих и явно не наемных экипажей. Мелькали в свете фонарей силуэты дневной прислуги, спешащей домой после рабочего дня. Ни тебе бродячих кошек, ни бездомных псов. Даже люди здесь не бродили бесцельно, как бывало в торговом или районе развлечений. Все настолько пахло старой аристократией, что забивало дыхание.

Тянуло прохладой после знойного дня. И эта прохлада забиралась в окна кареты некроманта, силясь развеять разгоряченные тяжелые мысли.

Сам Стрейтен был тих и задумчив, порой выглядывал в окно, иногда делал какие-то пометки в блокноте, иногда просто хмурился, от чего его губы превратились в тонкую напряженную линию, а между бровей залегла глубокая складка.

Что если Сандра права и проклятие не было таковым на самом деле? Что если Дар себя и правда рано похоронил? Срикошетившее заклинание темной магии просто искромсало его ауру в клочья, как обычное проклятье. Даже проклятийники могут ошибиться, если вред нанесен не телу, а именно ауре. Приняли за проклятье. Благо, кандидатура того, кто проклял имелась. А Дар и не задумался, что могло быть иначе. Да и кто бы подумал, что на том пожарище проводился запрещенный ритуал!

В любом случае, все то, о чем говорили женщины в его кабинете давало… надежду. И это пугало Дара, куда больше, чем безысходность. Утратить едва обретенную надежду куда болезненней, чем и вовсе ее не иметь.

Стрейтен старался не смотреть на задумчивую и непривычно притихшую Сандру, сидящую напротив. Но взгляд раз за разом соскальзывал в ее сторону. Она листала книгу, закусив нижнюю губу, поправляла помятую форму и накручивала волосы на указательный палец. И периодически Дар ловил на себе ее встревоженный и задумчивый взгляд. И Дару было интересно, о чем она думает в этот момент.

Ко всему прочему он еще и влюбился, что отрицать? Только такой напасти ему и не хватало. Но, признаться, если не думать о всех бедах и проблемах, которые сопровождали в их случае это чувство, то оно дарило ему какой-то свет и тепло. Дар даже не думал, что подобное с ним еще могло случиться.

Карета резко остановилась, оборвав тем самым качающиеся, словно праздничные качели, мысли.

Дар выскочил из экипажа стукнув при этом тростью о брусчатку. Сандра соскочила быстрее, чем он успел подать ей руку.

Как давно он здесь не был. Немного дальше по улице — дом его деда, в котором некромант провел все свое детство, и даже отчасти — юность. А за поворотом — дом Кролтрейров. А в этом самом дворе самые сладкие в мире небесные яблоки, которые они с Тимом воровали, прыгая через забор. А садовник гонял их, потрясая огромным кулаком. Мог ли он подумать тогда, что за столько лет мир перевернется с ног на голову?

В доме Эттельроу было темно и безжизненно. Впрочем, старик и ранее не очень любил движения, веселья, шумные компании. Его не часто можно было встретить и во дворе. Но свет в окне его кабинета не тух долго. Порой чуть ни до утра. А сегодня из него смотрела во двор темнота.

— Нам сюда, — бросил на ходу Дар, толкая калитку. Ранее и ее никогда не забывали закрывать. В воздухе отчетливо пахло смертью. И дар добавил, проговорив одними губами: — И кажется, мы опоздали.

— А если преступник еще здесь? — Сандра напряглась, всматриваясь в распахнутую настежь дверь, а затем сделала уверенный шаг вперед. — Я могу… обернуться и пойти первой, может удастся что-то вынюхать.

— Даже не думай. Жди меня здесь, — Дар поджал губы, перехватив трость в правую руку, и бросился в дом.

Внутри было темно. Гулким эхом отдавались шаги некроманта и постукивание трости. Ни прислуги, ни хозяев, ни живности. А ведь ниар Эттельроу любил кошек. Странное увлечение для человека с его сущностью.

Дар не очень хорошо помнил, как попасть в кабинет. Ему в этом доме случалось быть всего раз — в тот самый день, когда под колеса экипажа попала дочь Эттельроу. Именно тогда он и узнал, кем именно являлось это семейство.

— Ниар Эттельроу, — воззвал Дар к темноте. Но та ответила ему гулом ветра в пустых коридорах, трепетанием штор на распахнутых окнах.

Все же в доме было что-то не так.

Дар наугад распахивал двери одну за другой, пока не попал на нужную.

— Дар! Дар, ты здесь? — пронесся высокий тревожный голос Сандры по коридору первого этажа. — Я почувствовала запах…

— Тебе что сказали делать? — процедил сквозь зубы Даррел, делая шаг внутрь кабинета ниара Эттельроу. — Ты вообще когда-нибудь научишься меня слушать?

— Я не заходила в дом! — ее голос звучал от входной двери. — Но от лестницы и по дорожке тянется стойкий запах алейлоны серебристой. Я подумала, что тебе нужно знать. Это же сильный яд…

— Я в курсе, если что! — проворчал Стрейтен.

Посреди кабинета, как чернильное пятно, виднелся силуэт. Несложно было догадаться, кто именно это был. Дар щелкнул пальцами, подбросив в воздух небольшой световой пульсар и выругался сквозь зубы.

— Что с хозяином дома? — сдавленно поинтересовалась девушка. — Дар?

— В стазисе. Можешь сама посмотреть, — коротко ответил тот, но, дождавшись, когда Сандра войдет в кабинет, перевел дыхание и пояснил: — Учитывая, что он должен был умереть и тут же возродиться, что это куда хуже чем смерть. Записывай в свой блокнот: алейлона серебристая действует на феникса, как заклинание стазиса на обычное существо, вынуждая его застрять в промежуточной стадии. Мы имеем птичку, с которой если теперь снять заклятье — будет новорожденное дитя, с которого мы ни слова связного не вытянем.

— Ох… Это… — глаза Сандры округлились, а голос стал тихим. — Это ужасно.

— Ужасно то, что теперь у нашего сумасшедшего злоумышленника есть все ингредиенты, — опустив тот нюанс, что не хватает только активаторов, отметил Даррел. — И теперь он может провести ритуал. А кто и где это сделает мы по прежнему не знаем.

— Тот, кто совершил это, был, скорее всего, знаком с фениксом, — Сандра принялась расхаживать по комнате, строя предположения. — Следов борьбы или каких-то проявлений магической атаки нет. Судя по всему преступник, приехал в экипаже… Но удалился через портал. Вопрос еще в том, сделал он это сам или опять нанял какую-то… крысу. Есть еще кое-что. Кроме яда присутствует аромат сигар. Здесь и тонкий след на улице. И, я конечно не специалист, но эти сигары пахнут… точь-в-точь, как твои. Это как-то может помочь делу?

— Будем надеяться, — коротко бросил Дар, а после взмахнул рукой, открывая портал в академию. — Но об этом ты узнаешь чуть позже.

 Раскаленный солнечный диск медленно, но верно, клонился к горизонту, озаряя территорию академии розоватым светом. Его лучи прыгали по крышам учебных корпусов и общежитий и играли разноцветными бликами в фонтане просторного парка. Уже ощущалось дыхание лета. Дни становились длиннее, жарче. В воздухе витали ароматы диковинных цветов и, естественно, сплетни. Сплетни, которые, перетекая из уст в уста, обрастали все новыми животрепещущими подробностями. И главной темой свежих обсуждений был ежегодный весенний бал.

Мы разместились за одним из столов парка, пытаясь готовиться к предстоящим экзаменам и написать злосчастную первую главу отчета.

— Как же он меня бесит! — Зои плюхнулась слева от меня и стукнула по столу кулаком.

И если бы она была боевым магом, то наша скамейка бы точно взлетела на воздух. Когда Зои не в настроении, то была похожа на бочку со взрывчаткой. Тронешь — и тут же рванет.

— Что Ксандр опять натворил? — Ниста поинтересовалась, отрываясь от конспектов и небрежным жестом смахивая рыжие кудри с лица.

— Пригласил на бал Аниту! Представляете, Аниту! Эту прилипалу Тианы… — Зои процедила сквозь зубы. — Он на зло мне это сделал! А Аните только и нужно — свежие сплетни. А Ксандр идиот!

— Конечно, идиот, — я хмыкнула. — Аните палец в рот не клади, руку откусит. А потом еще и ногу и даже не подавится. Будто ты не знаешь.

— Сандра права, Анита его до нитки оберет, вот увидишь, — Ниста со знанием дела кивнула. — И вообще, успокойся уже. Какое тебе вообще дело? Забудь про него и точка. Лучше уж в одиночестве прийти на бал, чем с этой. К тому же на балу будут многие маги, можно будет завести новые полезные знакомства. Ниара Темплтон, к примеру, ищет фамильяра для своего супруга. И она обещала, что обязательно придет на бал…

Ниста перешла к успокоительной и вправляющей мозги речи, а я вновь вернулась к записям. Перед глазами мелькали страницы из учебника, обрывки фраз, предложения и я старательно пыталась начать работу. Выходило, честно признаться, скверно.

«Цели и задачи практической работы». У меня была цель для практики. Найти мать и разобраться со своим происхождением. И за время работы я не то, что ни на шаг не продвинулась в этом направлении, у меня появилось еще больше вопросов. Все стало только запутанней и непонятней. Запрещённый ритуал, чудовищные убийства, проклятие Дара, расследование, все ниточки которого вели в министерство и к Кролтрейру… Все это запутывалось и переплеталось, как старый клубок ниток. И за какую ниточку бы мы не дергали, то петель становилось только больше.

Интересно, чем сейчас занят Дар? Что стало с фениксом? Куда вывели его все собранные зацепки? Дар не выходил на связь уже сутки…

Привычным жестом провела большим пальцем по запястью, но тут же одернула манжет рубашки. А внутри что-то судорожно сжалось. Будто пружинка старого механизма щелкнула, возвращая меня в прошлое. И перед глазами вновь появилось лицо Дара. Вновь я почувствовала тепло его тела, жар губ, прерывистое дыхание, щекотавшее щеку. И вновь захотелось оказаться рядом.

Что это было? Попытка заставить меня замолчать? Очередная игра? Или… или нечто большее? Ведь он назвал меня своей преемницей и вообще наговорил многого…

Черт возьми, спустись с небес на землю, Саша! Проклятые чувства! Чувства, от которых я старательно пыталась закрыться на протяжении последних четырех лет. Чувства, которые были непозволительны! Первый, кому мне захотелось довериться, с кем мне не бывает скучно… Маг. Проклятый маг, который собрался на тот свет.

Дар просто был не в себе, поэтому и наговорил… всякого. И поцелуй тоже был ненастоящим, это был какой-то отчаянный порыв… В конце концов, его сознание меняется за счет проклятия. Оно уже изменило его.

И даже если каким-то образом Дар избавится от проклятия, то мы с ним… точно не сможем стать чем-то большим, чем маг и фамильяр, на него работающий. Да и вообще, нет никакого мы с ним и быть не может. Маг и фамильяр, именитый некромант и безродная девица… Мы из разных миров в прямом смысле. Он вернется к расследованиям и всем этим светским мероприятиям, обзаведется очередной вампиршей в постели.

А я… а пока я должна помочь ему. Нужно вспомнить все, что мне удалось собрать по делу «смерти» моей матери. Нужно выяснить подробности, понять, с каким магом она тогда работала и может это даст какие-то ответы. Может, мой отец был тем, с кем она тогда работала? Нужно выяснить. Дар может поднять записи из недоступных для меня архивов…

— Так что? — Зои ткнула меня в бок, возвращая к реальности.

— Что? — я вздрогнула.

— Ты и Тэйм. Что между вами происходит вообще? — Зои не унималась.

— Все… в порядке, — передернула плечами, вспоминая свой побег в раздевалку.

Да и сегодня я старательно избегала долгих разговоров с ним. За весь день мы перебросились лишь парой фраз и то об учебе. Нет, Тэйм был чудесным парнем. Фамильяр из древнего рода, хорош собой. И он явно многого достигнет в работе в министерстве. И год назад мне даже казалось, что мы и правда можем стать хм… парой. Но не сейчас.

Сейчас все перевернулось с ног на голову.

— Тэйм поцеловал ее в библиотеке, а ниара Дэйза их увидела, — Ниста поведала события прошлого дня, бросив в мою сторону несколько настороженный взгляд. — И теперь Сандре закрыли доступ к читальному залу. Вот она и злится.

— Так стоп! Вы, наконец, вместе?! И ты молчишь, — Зои вглядывалась мне в лицо, ожидая подробностей. — Я сразу говорила, Тэйм на тебя глаз положил еще на втором курсе.

Обсуждать свою личную жизнь желания не было никакого.

— Мне не до него сейчас, — поднялась со своего места и скинула вещи в сумку. — Нужно сдать главу отчета и выслушать часовую нотацию Тримма. Встретимся за ужином!

— Ох, а меня ниара Темплтон вызывает! — Ниста вздрогнула и схватилась за тату на своем запястье. — Пока-пока!

За спиной подруги появился портал, и она поспешно нырнула в него, предварительно одернув и без того идеально сидящую форму. А я отправилась в сторону общежития.

В крыле фамильяров в столь ранний час было тихо и безлюдно. И мои шаги звучали как-то оглушительно громко и отскакивали звонким эхом от сводчатых стен.

Но прямо у дверей в нашу с Нистой спальню меня поджидали гости. Кайр и Нейтон. Их только еще не хватало…

— По-моему, вы перепутали крыло общежития, — я процедила сквозь зубы, ощущая, как все внутри напряглось, и попыталась обойти эту парочку.

Они явился сюда явно не по ошибке. Но выяснять отношения с этими самовлюбленными болваноми я не собиралась.

— Это ты кое-что перепутала, — некромант хмыкнул. — Перепутала, с кем общаешься, Бэйшоп.

— Какого демона вы забыли у двери моей спальни?

— Человечка недоделанная, указывает, где мне ходить? — Нейтон сделал какое-то резкое движение в мою сторону. — Как ты сделала это? На вечеринке. Это ты, я знаю.

— Ты просто много выпил, — отстранилась и обхватив дверную ручку, потянула на себя. — Не скажу, что рада была вас видеть…

— Иди, собирай вещи, Сандра, — фыркнул Кайр. — Уже завтра тебя вышибут из академии. Нам известно, где ты была позапрошлой ночью. Ты участвовала в боях без правил и у нас много свидетелей. Так просто от этого не отмоешься. Проректор уже завтра подпишет бумаги о твоем отчислении. Лучшая выпускница факультета фамильяров спит с некромантом с сомнительной репутацией и бьется за деньги. Дурная слава академии не нужна. А тебе дорога одна — в бордель…

Его слова — как ушат ледяной воды на голову. Но я старалась и виду не показать, что это как-то меня задело.

— Иди ты в Бездну, Кайр, — прорычала в ответ и хлопнула дверью так, что, по-моему, треснул косяк.

Этот некромант-недоучка и его злопамятный дружок решили настучать на меня проректору. Чудесно. Неприятности сыпятся на мою голову как из рога изобилия прямо! Может, я тоже проклята?

Проректор меня и так на дух не переносит… И что с этим делать? Рассказать о том, что я была на боях по делу с Даром нельзя… Потому что тогда получается, что он подвергал мою жизнь опасности. Да и вообще, моя задача — питать мага, а не биться за деньги на ринге.

И как только эти двое узнали о том, куда меня занесло? Хотя… Может, мне подкинули какой-то следящий артефакт? Память услужливо подсунула воспоминание из мужского общежития магов…

Судорожно перевернула сумку, и спустя минуту пальцы обхватили злосчастный артефакт, исполненный в виде небольшой металлической пуговицы.

Проклятие! Кто-то добрался до моих вещей…

Распахнула окно и швырнула его со всей силой вниз, совершенно не представляя, как оправдываться перед проректором.

Развернулась и рухнула на кровать. В этот момент подо мной что-то зашелестело. Отодвинулась в сторону, предвкушая какой-то подвох. Очередной «подарочек» от Кайра? Но… нет.

Перед глазами оказался объемный бумажный пакет с витиеватой надписью «Салон платья ниары Тьернан». Что? Откуда это? Может, доставили для Нисты?

Осторожно раскрыла пакет, и… На секунду задержала дыхание. Передо мной лежало то самое нежно-голубое платье из шелка и атласа, а жемчужинки сейчас искрились и переливались в теплом свете, льющимся из открытого окна.

Это что, чья-то шутка? Как оно могло здесь оказаться…

Вытащила платье и тут к ногам упал небольшой желтоватый листок. Чек! Чек на баснословную сумму…

Кто мог его оплатить? И тут же прочитала ответ: «Оплачено Д. Стрейтен»

Ох… На мгновение замерла, ощущая себя… золушкой самой настоящей. Но затем провела пальцем по татуировке.

«Дар, я хотела сказать… спасибо большое за платье! Но не стоило…»

«Стоило. Пыльник на голое тело тоже неплохо смотрелся, — спустя мгновение последовал ответ. — Только не позволяй всяким Трэйкам, или как его там звать. стягивать его с тебя после бала»

И сердце забилось часто-часто, а губы сами собой растянулись в улыбке.

— Ладно ты мне трупы таскал. Хорошо — преступников. Но это! — старший следователь Грабовски опасливо заглянул в корзинку и отскочил, как от проклятого артефакта. — Что мне прикажешь с этим делать, вообще?

«Этим» Грабовски размашисто величал улыбчивого розовощекого младенца, увлеченно беседующего с самим собой на только ему понятном языке и при этом задорно перебирающего ногами и руками в воздухе. «Этому» было абсолютно наплевать на проблемы взрослых дядек.

— Ну, можешь допросить, если хочешь, — предложил Стрейтен, поглядывая на циферблат карманных часов.

Одно этой фразой внештатный некромант заслужил испепеляющий взгляд следователя, злобное пыхтение и точно такое же бормотание. Следователю Грабовски идеи старого друга нравились все меньше. С каждым новым его визитом. По сути, он и приблизительно не понимал, что делать с младенцем. Ну хорошо, когда он молчит, а если заорет?

От одной мысли у тучного мужчины выступили капельки пота на лбу. Детей он не то чтобы не любил, он их боялся. Панически. Его собственных детей воспитывала уже бывшая супруга и его бесценное участие ограничивалось финансированием. Любые прихоти, лишь бы его самого оставили в покое. И тут Стрейтен снова отличился — притащил в участок новорожденного.

— Надеюсь, ты не пытаешься мне сказать, что это свидетель преступления? — утирая пот со лба платочком, с любовью вышитым мамой, скептически поинтересовался Грабовски.

— Именно это и пытаюсь. Даже не просто свидетель, это наша жертва, дорогой друг.

Умел консультирующий некромант ответить так, что возникало вместо одного два, а то и больше вопросов.

— Пояснишь? — плюхнулся на стул Грабовски, толкнув погремушку над корзиной и та с готовностью, но весьма противно, затарахтела.

В этот момент малыш вспомнил, что ему сами боги велели орать и недовольствовать. Душераздирающий крик пронесся по кабинету старшего следователя, вырвался в окно, входную дверь, промчался по коридору. По пути доставал он всех: младших следователей, старших, консультантов, задержанных и жертв. Даже начальник опасливо выглянул из своего кабинета и полюбопытствовал, кого там убивают прямо в оплоте закона?

— Сделай что-нибудь! — вскочил Грабовски, и отбежал на самое безопасное расстояние.

Дар с радостью так и поступил бы, но опыта в общении с детьми имел куда меньше, чем семьянин Грабовски. Хоть признаться, с недавних пор начал и сам подумывать о том, что хотелось бы… наверное. А виновата во всем Сандра. Некромант до недавнего времени даже не мог представить, что по вечерам будет лежать, смотреть в сереющий потолок и мечтать. О семье… Жене белокурой и непоседливой. И точно таких же детях. Мечтать было больно, учитывая его положения. Но и поделать с воображением он ничего не мог.

— Ты думаешь, что я знаю, что нужно делать? — точно так же резко поинтересовался Стрейтен, легонько покачав корзинку. Но помогло так себе.

— Забирай тогда его!

— Надеюсь, ты не серьезно! Это жертва убийства. Один из последних фениксов.

Не дави так на нервы один из последних представителей древней расы — Грабовски обязательно впечатлился бы. А так, сгреб бумаги со стола и вылетел вон из кабинета, предлагая налаживать межрасовые контакты Дару самостоятельно. И хорошо бы где-то очень далеко от этого места.

И кто знает, что могло бы случиться, но спустя невероятно долгие минуты в помещение вошла высокая молодая девушка. На вид ей было около двадцати, может чуть больше, может меньше. Уложенные в аккуратную прическу волосы цвета красного золота, и желтые глаза с огромным птичьим зрачком, выдавали в ней представителя той же расы, что и орущий младенец.

— О! Да разве вы не слышите, как он плачет? — лишь на короткое мгновение задержавшись у входа, девушка бросилась к корзинке и взяла ребенка на руки. И тут же принялась укачивать и уговаривать малыша. — Вы бессердечный тип. — между прочим, шипела она сквозь зубы. — Кто вам вообще доверил дите?

— Удивлю вас, если скажу, что участвовал в его рождении буквально вчера? — немного успокоившись и приняв снова независимый серьезный вид, заговорил Стрейтен.

И не соврал ни словом, учитывая, что проковырялся с противоядием чуть не сутки. Счет времени уже шел на минуты, и некромант был еще немного взвинчен и резок. Хотелось выпить, но он все время себя одергивал.

— В таком случае, вы еще и ужасный родитель.

— Это вы ужасная супруга, ниара Эттельроу. Так как бросили любимого мужа одного. И вот что с ним случилось…

Девушка, которая старику Эттельроу годилась бы во внучки, замерла, взглянула в лицо ребенку, и отчетливо всхлипнула.

— О крылатые боги! Онри, милый, неужели… опять! — запричитала она, буквально упав на стул и продолжая укачивать своего супруга. Ее плечи сотрясали молчаливые рыдания, но она продолжала улыбаться, словно кукла. — Как же… так?

— Я думал, что вы мне расскажете немного о том, как именно.

Ниара Эттельроу бросила быстрый взгляд на некроманта и тут же снова вернула все внимание супругу.

— Полагаю, вы желаете узнать, что известно мне? — заговорила она относительно ровно и серьезно. — Не много! Как вы успели догадаться, не так давно я была вынуждена оставить город. На меня совершили ряд покушений, одно из них вы, полагаю, помните. Меня сбил экипаж.

Некромант согласно кивнул. Он и сам не так давно вспоминал этот инцидент, но опрометчиво назвал эту девушку дочерью, позабыв, что фениксы не только живут, по сути, вечно, а еще и любят только раз. В силу своей магии и способности каждый раз возвращаться к жизни — у них очень больше проблемы с продолжением рода. Потому и очень бережное отношение к любым детям. Отправляя письмо в дальнее поместье, Стрейтен упустил тот момент, что дочь таковой, по сути, не являлась. Фениксам приходилось прятаться, потому как слишком много желающих заполучить предсмертное перо или еще что-то. А умирать не хочется даже тому, кто возрождается. Тем более, что некоторые охотники придумали, как убивать фениксов наверняка. И ниар Эттельроу едва не испробовал это чудо средство на себе. Вот только как? Может ли быть так, что гость, укравший перо, был близко знаком с фениксом.

— Помню. Вы покинули город и больше не появлялись здесь. Все думали, что вы мертвы.

— Какое-то время так и было, — согласно кивнула девушка. — Тот случай сделал меня калекой и… Онри решил проблему самым простым способом. Как вы понимаете, было бы весьма странно притащить в дом младенца, назвать его дочерью или даже внучкой. Тогда как предыдущую дочь постигла такая трагедия. Не стоит вызывать ненужных вопросов. Я должна была провести некоторое время в дальнем поместье, а после вернуться в город под видом племянницы моего дорогого Онри. Но, как вы успели заметить, все наши планы в который раз пошли прахом.

— И вы не знаете, что могло случиться с вашим мужем?

— Очень отдаленно. Мы конечно связывались ежедневно, а порой и несколько раз на день. Но он не жаловался на то, что его преследуют или ему угрожают. Возможно охотники… Мы все еще ценный трофей. Благо еще, что не применили свои жуткие артефакты и снадобья.

— То есть к нему никто не приходил, ему не писали, не интересовались? Он ничего такого не говорил вам? — решил не развеивать заблуждения супруги феникса Стрейтен.

Ниара Эттельроу пожала плечами, все так же продолжая укачивать ребенка, но уже скорее по инерции. Потому как тот крепко спал, посасывая большой палец.

— Возможно, это и не важно… — осторожно наговорила она, даже замерев на мгновение. — Но… на днях его проведывал ниар Кролтрейр. Возможно, просто дружеский визит… мы соседи с ним. Как и с вашим дедом. Но… думаю, вам стоит это знать. Он задавал какие-то странные вопросы. Но Онри не любит все эти задушевные разговоры. Полагаю, что он мог бы навестить наше поместье еще…

И напоить феникса зельем. Но теперь у следствия был повод наведаться к старому бывшему другу Стрейтена. И спросить его напрямую.

— Да, конечно. — сдержанно кивнул Даррел, даже выдавил вежливую улыбку. — Спасибо вам, ниара Эттельроу. И… сочувствую. Очень горько, когда любимый человек совсем рядом, а вы не имеете возможности быть с ним.

— Говорите так, словно прочувствовали это на себе, — вздернув бровь, обронила девушка.

— Даже не представляете, как сильно. Прошу прощения, но мне пора. Еще раз спасибо.

Дар вышел из кабинета и не теряя ни мгновения поспешил по коридору. Следовало найти Кролтрейра. Дальше откладывать его допрос смысла уже не было. А на кону стояло слишком много. И было чувство, что Даррел катастрофически опаздывает.

 — Ну все, наконец-то с Триммом и его первой главой покончено, — Ниста проговорила, стоило нам только покинуть аудиторию. — Осталось сдать норматив Гэмберту, и до бала мы свободны.

Академическая жизнь текла своим чередом без каких-либо видимых изменений. Первая пара началась как и всегда по расписанию. Но внутри нарастало беспокойство. Оно скручивало внутренности, заставляло сердце биться чаще и раз за разом трогать тату на запястье. От Дара не было никаких новостей. Или он решил, что дело приняло слишком опасный для меня оборот и поэтому не вызывал меня, или случилось нечто из ряда вон выходящее. О последнем я старалась не думать. Дар опытный маг, он знает, что делает. И все же… тревога не отпускала.

К тому же были еще Кайр и Нейтон с их идиотским обвинением. И когда меня снова вызовут к проректору — вопрос времени. Хотя в данный момент именно это меня волновало меньше всего.

— Главное не попасть в пару к Нейтону или Кайру, — я поморщилась, выцепив в коридоре взглядом довольного некроманта-недоучку. — Тогда я точно не сдам.

— О, если меня поставят в пару с кем-то из них, то точно говорю, им мало не покажется, — Ниста хмыкнула и вздернув подбородок проследила за моим взглядом.

В общих чертах я рассказала ей об угрозах и слежке этих двоих, опустив подробности с боями без правил.

Мне страшно хотелось стереть это самодовольное выражение с лица Кайра, и я даже вновь ощутила покалывание на кончиках пальцев. Магия вновь была готова мне подчиниться. Достаточно сильно разозлиться, и тогда… Тогда меня точно признают аномалией и запихнут в одну из тюрем на окраине. А учитывая мою удачливость в последнее время, все именно так и будет. Поэтому нужно уметь себя контролировать, сдерживать эмоции.

Все эмоции. Как бы тяжело это не было.

— Попалась, Сани! — голос Тэйма обрушился на меня как снег на голову, а в следующее мгновение он обхватил меня за плечи, будто намерено отрезая все пути к отступлению.

— Черт возьми, Тэйм! Когда-нибудь ты все-таки доведешь меня до инфаркта, — я выкрутилась из захвата.

— Просто я не дал тебе шанса сбежать от меня на этот раз, — парень поймал меня за запястье.

— Кажется, третий здесь явно лишний, — Ниста развернулась, махнув копной рыжих мелких кудряшек. — Не забудьте только про Гэмберта, как отношения выясните!

Подруга скрылась в толпе студентов, оставляя нас наедине.

— Тэйм, — заговорила, прерывая это неловкое молчание. — Я просто…

— Знаю. Ты злишься на меня. Я понял, — он наклонился и осторожно откинул прядь волос, выбившуюся из высокого хвоста. — Поэтому… вот. Хотел подарить тебе в знак примирения.

В ладонь легло что-то прохладное. Бросила мимолетный взгляд на подарок. Небольшой кулон в виде цветка, усыпанный россыпью мелких искрящихся камней.

— Спасибо, но не стоило… — попыталась вернуть подарок.

— Стоило, — Тэйм не принял отказа. — И прости меня за эту выходку. Больше такого не повторится.

— О, если ты еще раз накинешься на меня с непристойностями в библиотеке, то, боюсь, простым отстранением от Дэйзы мы не отделаемся, — я нервно усмехнулась, сжав в ладони кулон.

— В следующий раз я выберу более подходящее место и время, — он подмигнул мне. — Как насчет этих выходных? Сходим куда-нибудь вдвоем?

Тэйм был так близко. Я видела тонкие золотистые лучики в радужках его глаз, чувствовала его дыхание, ощущала аромат терпких духов. И… ничего. Я не ощущала никакого трепета, никаких эмоций.

— Если выживу после зачета Гэмберту, то…

— Эй, Бэйшоп! — Лиззи замахала с противоположного конца коридора, спасая меня от ответа. — Тебя вызывает проректор! И, по-моему, он в бешенстве!

Твою жеж… Начинается! Впрочем, неужели я ждала, что Кайр и Нейтон будут молчать? Ведь я, фамильяр человечка с земли, задела их больное самолюбие.

— Что-то случилось? — брови Тэйма удивленно подпрыгнули, а зрачки расширились. — Давай я тебя провожу…

— Не надо, Тэйм. Я сама знаю дорогу, не первый раз уже, — сунув медальон в карман, поспешно отстранилась, ощущая на себе десятки взглядов. — Передай тренеру Гэмберту, что я задержусь!

Ловко маневрируя между студентами, я направилась по хорошо знакомому пути в крыло, которое занимала академическая администрация. Итак, какие у меня шансы? Один из тысячи, что останусь в академии? Оправдать себя явно не выйдет. Сейчас я действительно нарушила десяток правил не только академии, но и королевства в целом. Так что отвечать придется по всей строгости.

Перед массивной деревянной дверью кабинета проректора на секунду остановилась, перевела дыхание и поправила волосы, а затем постучала. Тут же послышалось резкое «Войдите!».

— Доброго утра, ниар Олдкредер, — скользнув в хорошо знакомый кабинет, склонила голову в знак уважения.

И в этот момент в нос ударил хорошо знакомый запах. Запах сигар Дара. И тревога вновь накрыла меня с головой.

— А доброе ли это утро? — проректор в свойственной только ему манере процедил сквозь зубы. — Вам известно, по какой причине я вас вызвал?

— К сожалению, я не владею ментальной магией, — пожала плечами и, расправив плечи, вздернула подбородок.

А в следующую секунду от неожиданности даже вздрогнула. Кроме седовласого и сухонького старика Олдкредера в просторном и богато обставленном кабинете находились еще двое. Профессор Тримм, неодобрительно поджав и без того тонкие губы, замер около рабочего стола. И Адам Тарвейл, сидевший в одном из массивных кресел. Его присутствие и вовсе заставило меня растеряться.

Что здесь вообще происходит? Меня собираются прямо отсюда отправить в тюрьму?

— Она еще и издевается! — проректор бросил в мою сторону испепеляющий взгляд.

— Девочка напугана, Ритхард, — спокойно заговорил Тарвейл, одарив меня мягкой полуулыбкой.

— Напугана? Ты плохо ее знаешь, Адам! — Олдкредер покачал головой. — Итак. Где вы, Сандра, были две ночи назад?

— В Амерсбруке, — ответила, не опуская взгляда и ощущая себя буквально на скамье подсудимых.

— И, судя по меткам в отчете, который любезно предоставил нам профессор Тримм, в тот вечер ваш наставник вызвал вас на задание? — продолжил допрос проректор.

— Да, — коротко кивнула.

— И как же вы оказались участницей боев, находясь на задании под руководством ниара Стрейтена? — это прозвучало с долей ехидства.

Он подозревал меня во вранье? Думал, что я просто прикрывалась практикой, чтобы незаконно зарабатывать деньги?

— Произошла какая-то ошибка и…

— Все ваше обучение здесь — ошибка! — оборвал меня проректор, теряя остатки самообладания. — Вы прикрываетесь заданиями, а на самом деле участвовали в незаконных боях?! Каждую ночь вы отсутствовали в общежитии, отправлялись в город и занимались незаконными делами! Впрочем, почему я не удивлен?!

— Ниар Олдкредер, не думаю, что это была вина Сандры. Исходя из показаний свидетелей, ниар Стрейтен был так же замечен в том заведении… — жестко заговорил Тарвейл, поднимаясь из кресла. — Полагаю, что ниар Стрейтен безответственно отнесся к своим обязанностям наставника ниары Бэйшоп. Сандра — одна из лучших выпускниц этого года, и я предлагаю заменить наставника для нее.

Что?! Да что он несет?!

— Ниар Стрейтен здесь ни при чем! — я попыталась возразить, но кто бы меня слушал.

— Нет, — Олдкредер ответил Тарвейлу — Это против правил! К тому же, вы не знаете, на что способная ниара Бэйшоп!

— В любом правиле бывают исключения. И сейчас как раз такой случай. Жизнь и здоровье вашей выпускницы подверглись опасности. Вы хотите огласки? — Адам выразительно приподнял правую бровь. — Хотите, чтобы фамильяры считали, что обучение в академии небезопасно?

На мгновение наступило молчание. На лбу проректора проступили капельки пота, а лицо раскраснелось. Он, естественно, не хотел огласки в таком свете. Ему нужно было обвинить меня во всем произошедшем, но и перечить Тарвейлу он не мог…

Дверь кабинета вновь с глухим стуком распахнулась, привлекая всеобщее внимание. Перевела взгляд на вошедшего и сердце подкатило к горлу. На пороге появился Тимер Кролтрейр. Как и в прошлую нашу встречу на нем был идеально сидящий костюм-тройка, волосы зачесаны назад по последней моде. И этот взгляд… Цепкий, изучающий.

— Доброго утра, — он заговорил, сухо кивнув присутствующим. — Этим делом будет заниматься министерство. И я должен сопроводить ниару Бэйшоп.

— Тим, в этом нет необходимости… — Тарвейл прошел вперед.

— Необходимость есть. Прошу, ниара Бэйшоп, — бросив в мою сторону нечитаемый взгляд, Тимер пригласил меня к выходу.

И вновь я ощутила запах тех самых сигар.

Мысли лихорадочно путались в голове. Кролтрейр хочет завершить ритуал. У него на руках все ингридиенты. Осталось лишь найти мага и фамильяра… Или мага-фамильяра? Что, если он и правда знал о моей аномалии? И именно поэтому следил за моей жизнью? Что, если сейчас он хочет завершить задуманное? Но я не могла его обвинить ни в чем!

Дверь захлопнулась за спиной, вызывая волну мурашек. Нужно обратиться. И бежать. Найти Дара. Черт…

— Не делай глупостей, Сандра, — Кролтрейр перехватил меня за запястье, не позволяя обернуться, а в следующее мгновение перед глазами замерцал портал.

— Сандра, будь добра, возьми себя в руки, — уговаривал Тим, волоча упирающуюся и брыкающуюся девушку за руку. — Это для твоего же блага.

Одно резкое движение, и Сандра вывернулась из захвата. Ее щеки раскраснелись, губы были поджаты, а в темно-синих глазах плескалась ярость. Девушка готова была наброситься на Тимера с кулаками, но… резко отпрянула.

- Я знаю, кто вы! И знаю, что вам нужно! — она приложила большой палец к татуировке. Следом ее губы беззвучно зашевелились.

— Поверь, ты ошибаешься… — все еще пытался достучаться до девушки помощник министра.

Труд укрощения строптивых выпускниц дался ему нелегко — ценой истоптанных дорогущих ботинок, растрепанной прически. Расстроенно-растерянное выражение лица несказанно шло старому бывшему другу. Дар поймал себя на мысли, что любовался бы им вечно. Но дела превыше всего.

— Сандара, не обижай дядю Тима. Он обещал нам посильную помощь в раскрытии дела и лучший ром в королевстве, — из темного угла комнаты раздался голос некроманта. — Дай ему шанс объясниться, и он расскажет тебе много интересного.

— Дар?! Ты здесь?! — она вздрогнула и неверящим взглядом уткнулась в темноту. — Какого демона происходит?! Где мы?!

Она несколько растерянно осмотрелась вокруг, пытаясь построить догадку о месте своего нахождения. Но все же предусмотрительно отошла в сторону от Тимера.

Некромант сделал несколько шагов на свет, но тут же присел на подлокотник удачно вставшего на пути кресла. Не потому, что устал, хотя и поэтому тоже, наверное. Силы покидали его стремительней, чем он сам этого ожидал, а проклятая метка болела просто непередаваемо. Но не показывать же это превосходящему тебя во всем старому другу и девушке, в которую уже по уши и безнадежно влюблен.

— Мы пришли в гости к старому другу твоих родителей — господину Тимеру Кролтрейру. — огорошил некромант своего фамильяра, сделав глоток из стакана. Паузу заполнил только звук звякнувшего о стекло стакана льда и нервный вздох Сандры. — Но обо всем по порядку. Как ты успела понять, мной была проведена разыскная работа и выяснилось, что этот гостеприимный господин, к нашим преступлениям имеет весьма косвенное отношение. Он их расследовал, совершенно не желая делиться своими наработками. Полагаю, что причина тому — ты, милая.

— Я? — Сандра едва заметно вздрогнула, но следом собралась и нахмурившись заговорила: — Проклятие, объясните мне, что происходит. И каким образом тут замешаны мои… родители.

— Ниар Кролтрейр тебе все объяснит потом. Расспросишь его, можешь даже проклясть и избить. Даю тебе свое дозволение, могу и помочь, если потребуется. Но у нас есть дела насущней. Наш неуважаемый преступник собрал все, для ритуала, а мы остались с носом, подозревая почтенного ниара помощника министра, слишком заносчивого, чтобы поделиться своими наработками с простыми смертными.

— Прекрати, Дар! — прошипел Тим. — Я и сам не сразу понял, в чем дело. Да и… не уверен был, стоит ли тебя посвящать во всю эту историю. Сам понимаешь, чем рисковала Сандра.

— И ты не придумал ничего лучше, чем прийти с просьбой отказать ей в практике. Ее бы вышвырнули, и ты предложил свое покровительство? Таков был план?

— У тебя лучше?

— У меня действенней.

— Прекратите оба! — хлопнув створками дверей, в комнату влетела Саманта. — Петухи на птичьем дворе и те порассудительней и повежливей вас. У нас дело, а вы развели тут…

Как ни странно и Стрейтен и Кроунер затихли повинуясь повелительно манере разговора этой миниатюрной хрупкой женщины. Правда, каждый остался при своем мнении.

— Сандра, милая, присядь. Они тебе даже чай не предложили? — подцепив под локоть девушку, проклятийница усадила ее в кресло напротив наставника.

Дар старался не показывать своего интереса. Не стоило Тиму знать о его чувствах, но взгляд то и дело возвращался к ней. Выхватывал мелочи: отлетевшую от блузки пуговицу, растрепавшиеся волосы. Что-то было не так, как обычно. Казалось, как-то неуловимо изменился магический фон. Но у нее это могло случится.

— Да какой тут… чай, — Сандра проговорила поджав губы и переводя взгляд с Дара на Тимера и обратно. — Саманта, скажите, на мне есть проклятие?

— На тебе нет ни одного проклятья. — осмотрев фамильяра, заключила проклятийница. — Это я тебе могу сказать с уверенностью профессионала.

— Значит способность попадать в передряги — врожденный дар. Что тут вообще происходит? Если… — Сандра бросила еще один прищуренный и недоверчивый взгляд в сторону Тимера. — если вы так уверены в своем друге, то теперь у нас нет подозреваемого, и наше расследование зашло в тупик.

— Из тупика выбраться пытаемся, — бесцветно просветил преемницу некромант, сцепив зубы от очередного витка боли. Но едва немного полегчало продолжил, как ни в чём не бывало. — Пока мы выяснили, что у нашего преступника есть цель — воскресить кого-то, — сотворив в пространстве нечто, очень напоминающее сияющий лист с пометками, заговорил серьезно Дар. — Для этого он избавил главу клана вампиров клыков, — щелкнул пальцами, и на листе появилась галочка напротив нужной строчки. — Украл реликвии наяд и едва не избавил мир от представител почти исчезнувшего вида фениксов.

— Все что ему осталось, — вмешалась Саманта. — Отыскать сильнейшего фамильяра и такого же сильного мага. Непростая задача.

— Полагаю, он пытался уже. Посчитав Мэдрину лучшей кандидатурой на роль этого фамильяра, — встрял Тимер. — Но она была не из тех, кто покорно сдается и ждет своей участи. И это передается по крови, кажется, — он бросил беглый взгляд на застывшую сосредоточенную Сандру, но развивать тему не стал.

— Вероятно. Но раз Мэдрина ему уже недоступна, то искать будет в академии — сильных и глупых. А для того, чтобы за тобой шли, глядя в глаза со щенячьим восторгом, нужна власть.

— Ректорат? — предположила Сандра.

— Полагаю, что тут скорее коллеги по цеху нашего гостеприимного хозяина. — рассуждал вслух Дар. — Министерство. Удачно, что сейчас идут выпускные экзамены, наставников назначают. Уверен, выбирать будут среди выпускников. У вас там кто самый сильный на факультете?

— Места в министерстве предложили шестерым и… — она запнулась, а следом в ее глазах появилось понимание. — Тэйм. Мой… друг сейчас проходит практику в министерстве. Думаешь, его могли во все это как-то вмешать?

От Дара не укрылось, как на мгновение полыхнули румянцем щеки Сандры, как дрогнул голос. И в груди сжалась тугим узлом ревность. Хотя… а не того ли он хотел для нее? Как бы больно не было осознание — но фамильяр сокурсник ей куда лучше пождет, чем… проклятый некромант, практически лишенных общепринятых достоинств.

Он сделал еще глоток жгучего напитка и взял себя в руки.

— Нельзя исключать вероятности, — щелкнул пальцами, и в списке появилось имя этого… как там его… фамильяра. — И мага, полагаю, тоже будут отбирать из того, что имеется. Тим, позаботься о безопасности студентов. Это в твоих полномочиях.

Помощник министра на это только коротко кивнул.

— И все же, личность преступника нам не известна, — вздохнула Саманта, плеснув и себе того же напитка, что и Дар. — Полагаю, он слишком педантичен, любит контроль и даже если что-то делали по его указке, контролировал процесс лично.

— Он был на всех местах преступления. С вампирами сложнее, а вот с наядами… Тим, ты не составишь список членов делегации?

— С удовольствием, — снова кивнул Тимер, явно преувеличивая уровень радости от указаний старого друга.

— И надо бы расспросить соседей ниара Эттельроу. К нему не так часто приходили гости. Возможно, заметили бы еще что-то… кроме тебя, Тим. Этим займусь я.

Дар порывисто поднялся, но ноги подкосились от пронзившей грудную клетку боли, и едва не рухнул обратно на диван. Удержался на чистом упрямстве.

— Кажется, сначала, нам с тобой нужно кое-что обсудить. Наедине, дорогой, — быстро сориентировалась Саманта, вцепившись в рукав куртки некроманта. — Мы вас тут оставим пока. Не скучайте.

Скучать им точно не придется. Ведь Тиму предстоит многое рассказать Сандре. И разговор не будет легким.

 — Хельга! Принеси чай для моей гостьи! — в очередной раз поправив немного помятый моими стараниями пиджак, Кролтрейр бросил короткий приказ бесшумно появившейся прислуге.

Он казался каким-то напряженным, встревоженным. Но если честно, мне сложно было вот так с ходу поверить в то, что главный подозреваемый превратился в помощника и даже друга моих родителей. В который раз все переворачивается и еще больше запутывается. Хотя, чему я вообще удивляюсь уже? Как говорится… чем дальше в лес, тем больше дров.

Но я обязательно разберусь во всем происходящем. По-другому и быть не может.

— Не нужно чая, ниар Кролтрейр, — поднялась на ноги, ощущая себя совершенно не в своей тарелке. — Я не могу долго задерживаться. Мне необходимо возвращаться в академию на зачет. И если у вас есть какая-либо информация о моей семье, то можете сказать прямо без всех этих светских штучек.

— Ты так похожа на мать. Такая же резкая и прямолинейная, — Тимер как-то грустно усмехнулся и, опустившись на диван, чуть растянул ворот рубашки. — По началу я не сразу заметил сходство, но с каждым годом оно становилось все очевидней. Все же присядь, Сандра. Вопрос с академией я помогу решить.

Вернулась в кресло и, нервно сжав край форменной юбки, поинтересовалась:

— Так вы и правда знали мою мать?

— Учились вместе, — Тимер щелкнул пальцами и передо мной появилась фотография выпуска факультета фамильяров. — Мэдрина всегда была яркой личностью. Сильнейший фамильяр из древнейшего рода Кроунер, она играла магическими потоками, с легкостью работала с любой силой и с любым магом. Собранная, уверенная, готовая рисковать… Знаешь, в то время ей не было равных. Впрочем, тебе, полагаю, известно о ее достижениях.

Маму я узнала сразу. Именно такой я ее и помнила. Невысокая худенькая и, казалось бы, хрупкая блондинка, но в глазах читался непростой характер. Взгляд заскользил по улыбающимся лицам одногруппников мамы. Ни одного знакомого фамильяра… Пока никакой новой информации о матери Кролтрейр не дал. И с чего вдруг Дар назвал его другом семьи?

— Известно, — я отложила фотографию и посмотрела помощнику министра прямо в лицо. — И еще мне известно, что она, судя по данным из газет, погибла. Но выходит, что вы знали, что это не так? Вы, помощник министра, знали и молчали?

— Конечно, знал. Знал и молчал. Ведь двадцать два года назад именно я помог твоим родителям бежать в другой мир, Сандра. Тогда, правда, я еще не был помощником министра, — Кролтрейр смотрел куда-то вдаль, его брови сошлись на переносице, а взгляд стал несколько рассеянный.

Внутри будто что-то оборвалось и треснуло. А к горлу подкатил комок.

Значит, мой отец все же был из этого мира? И… помощник министра помог родителям бежать, прикрывал побег и, ко всему прочему, не раскрыл мою родословную министерству.

— Получается, мои родители покинули этот мир вместе?

— Естественно. Их союз здесь был невозможен.

Догадка Дара была верной. Мой отец и правда был магом.

— И… Моего отца вы тоже знали?

— Рендел был моим лучшим другом в академии, — еще один щелчок, и вот теперь передо мной еще одна фотография.

Бросила взгляд на снимок и вздрогнула. Негнущимися пальцами подхватила фото и провела по нему пальцами.

Из прошлого на меня смотрели четверо улыбающихся молодых людей. Трое юношей в парадных костюмах и девушка в нежно-розовом платье. Как всегда идеально выглядевший Кролтрейр, мама, смутно знакомый паренек и… отец. Это безусловно был он. Вытянутое лицо, заостренные скулы, тонкие губы, изогнутые в такой знакомой улыбке, и задорный взгляд.

— Этот снимок был сделан во время весеннего бала в выпускной год. Рендел долго скрывал свои чувства, а Мэдрина… Твоя мама казалась неприступной, как каменная крепость. Никто в нашем окружении и понятия не имел об этих отношениях. Они не работали вместе, не общались на людях, держались на расстоянии. Мэдрина скорее больше общалась с младшим братом Рендела, с Адамом. Он тоже есть на фото. Да и я узнал, когда скрывать они больше не могли.

Дыхание перехватило, а глаза обожгло от нахлынувших слез. Я хорошо представляла, каково было родителям. Скрываться, лгать близким, любить на расстоянии. И все же любить. Побег с любимым на землю пару дней назад и мне казался отличным выходом. Дар станет человеком, проклятие не сделает из него бездушного монстра. И там, на земле, мы сможем быть вместе. Но… если бы все было так гладко. Любое действие влечет за собой последствия.

— Почему не могли?

— Мэдрина была беременна. Сама понимаешь, что ребенка метиса при проверке определили бы сразу. А после вас всех ждала бы незавидная судьба. Выход был только один — покинуть этот мир. И я согласился помочь провести ритуал и открыть портал в другой мир. Моего потенциала было маловато, поэтому пришлось просить помощи еще и Адама.

Родители бежали, спасая меня. Пытались спасти мне жизнь и… вот чем все обернулось.

— Адам кажется смутно знакомым…

— Естественно. Правда сейчас он отрастил внушительный живот и большое самомнение. Это Адам Тарвейл.

— Адам Тарвейл мой… дядя?! — я подскочила на ноги во все глаза вглядываясь в фотографию. — Это невозможно!

Адам — фамильяр, а Рендал маг. Такого не могло быть!

— Отчего же? Адам твой сводный дядя, но естественно, не знает об этом, — Тимер хмыкнул. — Герберт Тарвейл, твой дедушка, взял опеку над сыном своего фамильяра. Адам и Рендал сводные братья, не родственники.

Кусочки пазла складывались в определенную картинку. Все это время я пыталась понять, почему Мэдрина на пике славы сбежала? От кого она пыталась скрыться? И что толкнуло ее на этот шаг? А оказалось, что… я.

И стало ясно, по какой причине в нашем доме не было ни единой фотографии из прошлого родителей, почему у нас никогда не было шумных семейных праздников с родственниками. Да и бабушка, которая меня воспитала, выходит и бабушкой-то мне не являлась.

— Ритуал прошел не без последствий… Но все же Мэдрине и Рендалу удалось сбежать, — продолжил рассказ Кролтрейр. — Мы устроили все так, чтобы не показалось, что они исчезли вместе. Шесть лет я не слышал никаких новостей о твоих родителях, но затем… Мэдрина появилась на пороге моего дома. Бледная, испуганная… Она очень торопилась. Успела лишь сказать, что тебе может угрожать опасность. Мэдрина боялась, что тебя призовут в академию как мага или фамильяра и взяла с меня слово, что если это произойдет, то я не оставлю тебя.

— Так вы виделись с ней? Ее кто-то преследовал?

— Мне не удалось это выяснить, — Тимер покачал головой. — Спустя несколько дней сообщили, что ее тело было найдено на месте того страшного пожара. И…

Договорить Кролтрейр не успел. По комнате пронеслась золотистая вспышка, а в следующее мгновение перед помощником министра появился пожелтевший свиток. Мужчина пробежался по нему взглядом, и его лицо стало мрачнее тучи.

— Тебе и правда пора отправляться в академию, Сандра, — он поднялся с дивана, заставляя свиток раствориться в воздухе. — А я постараюсь решить вопрос о твоем отчислении. И об отстранении Дара от должности твоего наставника. Хотя, здесь я согласен с Адамом. Дар вел себя крайне безответственно и подвергал твою жизнь опасности.

— Ниар Стрейтен никогда не подвергал мою жизнь опасности, — я запротестовала.

— Я видел, — Тимер неодобрительно покачал головой. — До встречи, Сандра.

Мужчина махнул рукой, и позади меня открылся портал.

 В глазах двоилось от оглушающей боли. Даррел молчал, стиснув зубы до хруста, до боли в челюстях. Сжатые в кулаки руки свело судорогой.

Мелькнула мысль, что это похоже конец. Вот и настал тот самый момент. о прохладные пальцы проклятийницы впились в лицо некроманта, буквально вынуждая его открыть рот.

— Вот так… должно стать полегче, — приговаривала Саманта чуть ни силой вливая зелье Дару в рот.

На вкус хваленое чудо-снадобье было, как прогорклое масло с запахом козлиной мочи. О чем некромант и поспешил уведомить свою целительницу.

— Шутишь? Значит жить будешь, — совершенно не обиделась подруга, отставив опустевший бокал в сторону и осмотрев повторно печать проклятья, пришла к выводу Саманта. — Но, судя по тому, как быстро пожирает тебя проклятье, недолго.

Это не было новостью. Это не стало неожиданностью. Даррел и глазом не моргнул, когда проклятийница озвучила свои не самые радужные прогнозы.

Но что-то противно засосало в груди. Еще несколько месяцев назад он был готов к этому «недолго». Но теперь… Теперь у него было ради чего жить. О ком заботится и кого защищать от всего этого злобного мира. А все что они мог — ждать, когда магия превратит его в бездумное существо. Отчаянно надеяться, что то, во что он превратится, не разрушит ничего, призвав и подчинив армию мертвецов, призраков и прочей потусторонней дряни. Не навредит той, кого так любит некромант.

— Мне так жаль, Дар, — глаза старой подруги наполнились слезами, но она быстро их смахнула. — Это зелье даст тебе еще несколько месяцев при условии, что ты не будешь использовать магию. Желательно… совсем. Но даже оно не панацея. Одно мощное заклятье… и ты сам понимаешь, к чему это приведет.

— Как ты представляешь себе практикующего мага-следователя, который не использует магию? — хмыкнул некромант, достав флягу из внутреннего кармана и смачно к ней приложившись. Горло обожгло крепким алкоголем.

Боль утихала, силы возвращались рывками, словно пульсируя. Но на душе лучше не становилось. Скорее становилось тягостней. Он должен бы исчезнуть. Уехать, куда глаза глядят, оставив Сандру в покое. Но это расследование… ее диплом… разве он мог оставить ее сейчас? Вот подпишет практику, выдаст рекомендации, оформит все документы, как полагается. И уже тогда…

— Слышала, ты переписал на своего фамильяра все свое имущество? — полюбопытствовала Саманта, опустившись на диван напротив Дара. — Она уже знает, что стала одной из самых богатых невест столицы?

— Бри… ее же язык отправит ее на тот свет повторно, клянусь флягой. И в этот раз уже окончательно.

— Ты должен все рассказать Сандре, — никак не отреагировав на резкие слова некроманта, продолжила проклятийница, как ни в че мне бывало. — Ей будет сложно с таким наследством…

— Сандра знает, что станет моей преемницей, — нехотя признался Дар, раскуривая сигару. Добрая подруга ненавидела эту его привычку и в любое другое время не преминула бы высказаться о вреде табака, но сейчас это было бы абсолютно абсурдно. — К тому же в наследство ей останется Бри. А этот слишком говорливый призрак, несмотря на свое неумение держать язык за зубами, бесценный кладезь всевозможной информации. Она со мной так долго и знает обо мне столько, что порой мне кажется, что я родился уже с помощницей.

— Любишь ее, — констатировала Саманта.

— Бри? Обожаю!

— Не паясничай! Я о Сандре.

Кому другому Дар не спустил бы такой непосредственности и прямоты. Но проклятийница была ему почти как сестра.

— Люблю, — спустя невероятно долгую паузу признался он, снова приложившись к горлышку фляги. На этот раз, чтобы заглушить другую боль — душевную. — Но это бессмысленно и глупо. Зачем ей морочить голову? Все останется как есть. А когда я почувствую, что несу угрозу окружающим — исчезну.

— Ты все решил… — с какой-то злой досадой заключила подруга, выбрав из графинов на небольшом угловом столике самый на ее взгляд привлекательный. Ранее она резко негативно относилась к любому алкоголю, но сейчас как-то… захотелось. — Мы еще можем попробовать снять проклятье. Любой яд имеет противоядие… Дар… нельзя опускать руки…

Губы Стрейтена тронула грустная улыбка. Пробовать можно сколько угодно. Бороться до самого конца. Но он и так всю жизнь растратил на что-то несущественное, глупое, ненужное… Хоть последние дни он наполнит смыслом.

— Пожалуй, я потрачу оставшееся время с большей пользой, Саманта.

— Поделишься, что может быть полезней поиска решения твоей проблемы? — вздохнула проклятийница, понимая, что дальнейшие уговоры просто бессмысленны. Этот упрямый мул не сдвинется ни на полшага, если уже все сам для себя решил.

— Конечно, дорогая. Более того, мне теперь просто необходима твоя помощь! Сам не справлюсь так точно.

 — Девочки, это кошмар! Ужас! — Зои со скоростью небольшого, но очень шумного торнадо ворвалась в нашу с Нистой комнату, распространяя приторный аромат духов. — Все пропало! Я не иду на бал!

Именно сегодня наступил апогей всего этого безумия последних двух недель под названием ежегодный весенний бал. С самого утра девушки красились, укладывали волосы, примеряли платья и носились по коридорам из одной комнат в другую, помогая друг другу в сборах. Парни вели себя скромнее, снисходительно поглядывая на старания девиц. Помимо всего прочего академию заполонили десятки магов-стражей, прочесавших все корпуса вдоль и поперек в поисках опасности для венценосной особы. Также они должны были поддерживать безопасность младшего принца, который все же действительно должен был появиться на торжестве. К тому же факт появления принца на балу, пусть и младшего, третьего в очереди на престол, лишь добавляла истеричности и азарта женской половине академии. Девушки-маги не теряли надежды заполучить внимание его высочества, а фамильяры — удачно устроиться на работу.

Так что суматоха царила повсюду. Мне не было никакого дела до принцев, танцев и выгодных партий магов-потенциальных работодателей. И без этого голова раскалывалась на части, пытаясь собрать части пазла в единую картинку. Мои родители, сбежавшие из этого мира, Кролтрейр, их прикрывавший, Тарвейл, знавший тайну и… Что он делал с этой тайной? Знал ли он обо мне? И главный вопрос. Может ли он быть причастным к исчезновению матери и другим преступлениям?

Но раз за разом мысли возвращались к одному и тому же. К темному проклятию. Потому что времени у Дара оставалось все меньше. Он хоть и держался, но… Я все понимала. Эта мысль сводила с ума, не давала покоя.

Всю ночь я провела над книгами, которые Ниста достала для меня из библиотеки, разбираясь в теории проклятий и продираясь сквозь дебри темной магии. Если мои домыслы были верны, то нужно было лишь найти способ, как избавиться от этой темной силы, от остаточной магии ритуала, которая отравляет жизнь Дара, превращая его в бездушного безразличного ко всему на свете убийцу.

— Что пропало? И почему ты не идешь?! — я вынырнула из-за зеркала, за которым провела последние полчаса в попытке совладать с последствиями полу бессонной ночи при помощи белил и пудры.

Выходило скверно. Синяки приобрели серый оттенок, и я все больше напоминала скорее утопленницу в очень дорогом платье, чем спешащую на бал выпускницу факультета фамильяров.

— Из-за этого! Это кошмар! — Зои, облаченная в серебристое искрящееся платье, ткнула пальцем в свою высокую и действительно не самую удачную прическу, состоявшую из склеенных друг с другом локонов. — Ты посмотри, что мне сделали в салоне!

— Надеюсь, ты не платила им? — Ниста, закончившая со своим нарядом, выскочила из-за ширмы.

Сегодня подруга выглядела просто безупречно. Изумрудное платье из атласа и шелка подчеркивало цвет ее глаз, резко контрастировало с огненно-рыжими волосами, собранными в небрежную, но элегантную прическу.

— Оплатила! — Зои всхлипнула. — Я похожа на мою двоюродную бабушку Джанин! А ей шестьдесят четыре! Я не могу так пойти…

— Без паники! — Ниста вооружилась расческой и принялась вытаскивать шпильки из волос Зои. — Сейчас поправлю твой кошмар.

— Сначала проверка эта идиотская накануне бала, потом выяснилось, что платье не успели подшить, а теперь и это! Меня точно кто-то проклял, — Зои с готовностью опустилась на стул, позволяя Нисте приняться за работу.

— Мне изо дня в день кажется тоже самое, — я вновь вернулась к косметике.

— К чему была такая спешка с этой проверкой? У меня до сих пор голова болит от этих менталистов!

— Да каждый год что-то меняют, проверяют… — отмахнулась Ниста. — Сиди и не дергайся.

У меня было предположение на счет проверки. Вот только делиться этим я никак не могла. После возвращения от Кролтрейра проректор потерял ко мне интерес, с меня были сняты все обвинения и вопрос с заменой мага-наставника был закрыт. Вот только тем же вечером весь выпуск отправили на проверку физического и психо-эмоционального здоровья. Видимо проректор решил очистить свою репутацию, доказав Тарвейлу, что никто из студентов выпускников не подвергался опасности во время прохождения практики. Ведь именно во время весеннего бала большинство выпускников-фамильяров должны проявить себя с лучшей стороны перед приглашенными магами.

От этой мысли где-то внутри сжался тугой узел.

Придет ли Дар? Захочет ли? Ведь он на дух не переносил подобные мероприятия, к тому же у него есть дело, над которым он работает и проклятие не добавляет сил… Но как же хотелось его увидеть именно сегодня. На один вечер забыть обо всем, что творится вокруг, просто провести вечер в его компании. Хотелось, чтобы он вновь увидел меня в этом платье, вновь в его взгляде мелькнуло то самое выражение… На большее я не рассчитывала. Да и глупо было надеяться. Инстинктивно потянулась к запястью, но…

— Девушки! Тук-тук! — раздался за дверью голос Тэйма, возвращая меня к реальности. — Могу я войти? Все одеты?

Тэйм. Сегодня он — моя пара. А всякие глупые мысли необходимо выбросить из головы. Срочно.

— Подожди! Я сейчас, — провела ладонью по локонам, уложенным Нистой в прическу, и, отойдя от зеркала, зашептала девочкам: — Как я выгляжу?

Ощущала я себя немного не в своей тарелке, хоть это и был мой четвертый бал. Но это платье меняло все. В нем я будто бы не была собой. Оно подчеркивало все изгибы тела, корсет приподнимал грудь, нежная ткань приятно холодила кожу, и даже довольно объемная юбка не путалась в ногах.

— Шикарно! — Зои улыбнулась, показав палец вверх. — Ты все же купила это платье! Оно великолепно!

О том, что это подарок Дара я благоразумно умолчала. Это выглядело бы в глазах девочек весьма… двусмысленно.

— Стой! Медальон! — Ниста, все еще колдовавшая над прической, округлила глаза. — Ты забыла о подарке?

— Точно, — подцепила со стола подвеску-цветок и, защелкнув ее на шее, направилась к выходу. — Встретимся в главном зале!

Тэйм ждал меня в коридоре. В явно дорогом темно-синем костюме и белой рубашке он напоминал одного из министерских работников. И стоило мне появиться перед ним, как на мгновение он замер, будто дар речи потерял. В его глазах появилось то самое выражение. Восхищение? И тут же сердце болезненно отозвалось в груди.

— Тэйм? — я подала ему руку.

— Да! Прости, — он подхватил меня под локоть.

Мы не спеша направились в сторону главного зала, сливаясь с другими парочками. Сегодня, в отличие от прошлых лет, и я была не одна. В воздухе висел стойкий аромат смеси мужских и женских духов, косметики и, похоже, шипьера. Где-то вдалеке уже слышались звуки музыки, смешавшиеся с гулом голосов и цокотом каблуков по каменному полу.

Коридоры академии пестрили от ярких нарядов, сверкали в теплом магическом свете. Суета и суматоха отошли на второй план, уступая место празднику.

— Ты… и это платье. Ты совсем другая! Тебя просто не узнать! Не привычно видеть тебя… такой.

— Всего лишь атлас и много косметики, — пожала плечами.

Удивительно, что может творить одежда с обликом человека. Еще вчера до меня никому не было дела, а сейчас я ловила на себе взгляды одногруппников и одногруппниц.

— Ты прекрасна любая, Сани, — он чуть наклонился и предпринял попытку меня поцеловать, отчего я нервно вздрогнула. — Все в порядке? Ты напряжена…

— Нет, все нормально, — улыбнулась как можно шире, пытаясь не обращать внимания на ноющую боль в груди.

— Правда? — Тэйм недоверчиво изогнул бровь. — Зачем тебя вызывал проректор? Все дело в этом, ведь так?

— Уже не важно. Я правда в порядке, — попыталась отойти от этой дурацкой темы, но тщетно.

— И все же? — мой спутник не унимался.

— Это из-за практики и отчета, который я сдала Тримму. Ерунда, не забивай голову…

Музыка зазвучала громче, голоса стали отчетливей. Двери в главный зал были распахнуты настежь. Гости академии и студенты стекались именно сюда. Ароматы стали насыщенней, ярче, кружили голову.

По этому торжественному случаю огромный зал был украшен с большим размахом. Массивные мраморные колонны, явно не без магической помощи, были увиты живыми цветами, по периметру расположились столы с ароматными закусками, пол был натерт до зеркального блеска, а под потолком словно звездное небо, сияли тысячи магических огоньков. Казалось, что все пространство вокруг горит и сияет. Дух захватывало от этого зрелища.

Взгляд жадно заскользил по гостям. Где-то в глубине души я надеялась, что Дар уже здесь. Но… нет. Естественно, его здесь не было.

Зато среди приглашенных магов были и знакомые лица. Наставники, маги из министерства. Некоторых я вообще до этого видела только в прессе. Принца же не было видно, но о его скором появлении говорили десятки невозмутимых королевских стражей, выставленных по залу.

— Нет, не ерунда, — Тэйм заговорил тише, притягивая меня ближе. — Я видел в министерстве прошение о замене твоего наставника на практике. Сам относил его к ниару Тарвейлу на подпись.

— Что?! — вскрикнула чуть громче, чем следовало, привлекая внимание студентов.

Мы отошли чуть в сторону, к одной из колонн, скрывавшей нас от чужих взглядов.

— Да, я знаю о чем говорю, — Тэйм поджал губы. — Послушай, мне ты можешь все рассказать.

— Мне нечего рассказывать. Вопрос был решен еще в кабинете проректора. Все. Точка.

— Я тебе не верю. Такие бумаги просто так не составляют. Я волнуюсь за тебя.

— Не стоит. Ты видел, я могу за себя постоять.

— Ты боишься? Боишься Стрейтена? — Тэйм вглядывался в мое лицо, пытаясь найти ответы на свои вопросы.

— Что? С чего вдруг мне бояться моего наставника? Тэйм, эта тема закрыта. Мне не меняют наставника, произошла небольшая ошибка, — этот разговор начинал меня напрягать, и я потянула Тэйма в сторону гостей. — Смотри, кажется принц сейчас появится!

Музыка смолкла. Следом зазвучали трубы, привлекающие всеобщее внимание и создающие торжественность момента. В дверях появился один из королевских стражей, голос которого прокатился волной по залу:

— Его высочество, принц Аластер Джозеф Маклеллан!

Все взгляды устремились к центральной двери, где спустя мгновение появился и сам принц. Прежде я видела его на фото в газетах. В живую он оказался ниже и толще, чем я предполагала. С моего ракурса сложно было разобрать что-то большее. Его высочество прошел вперед, улыбаясь гостям и явно наслаждаясь всеобщим вниманием.

Но Тэйму до принца не было никакого дела.

— Значит, ты его боишься… — В голосе парня появились какие-то стальные нотки, а глаза сузились. — Слухи не просто слухи? Если это то, о чем я думаю, если этот некромант хоть пальцем тебя тронул, то я за себя не отвечаю. Он придет сегодня на бал?!

— Замолчи! Хватит! — я рявкнула, ощущая как кровь прилила к щекам, и резко отстранилась. — Прекрати сейчас же молоть эту чушь. Остынь! А я… отойду.

Не дожидаясь ответа, я поспешно нырнула прочь из тени и слилась с толпой студентов. В груди все клокотало от ярости. Кончики пальцев обожгло потоком магии, и я лишь усилием воли смогла удержать в себе этот прилив.

И Тэйм туда же! Придумал черт знает что, обвиняет Дара не пойми в чем! Или дело просто в обыкновенной ревности? Наслушался идиотских разговоров, да еще этот чертов тотализатор, устроенный Кайром с Нейтоном. Похоже, что на этом балу, как и на предыдущих трех, я все же буду одна. Впрочем, оно и к лучшему.

Стараясь сохранить улыбку на лице и маневрируя между гостями и студентами, я пробиралась в сторону столиков с закусками. Но…

— Сани, прости! — он перехватил меня за запястье. — Я не хотел тебя обидеть.

— Думай, что говоришь, — я сухо процедила в ответ.

— Хорошо. Ладно. Просто хочу, чтобы ты знала. Я… смогу тебя от него защитить!

— Бейшоп, неужели ты снова влипла во что-то? — прямо над ухом зазвучал голос, от которого сердце забилось как у подстреленного воробья. — От кого уже тебя собирается защищать этот… — в его голосе появились насмешливые нотки, и пауза подразумевала что-то нелицеприятное. — храбрый юноша?!

Разве это важно? Главное… что он пришел! Дар… здесь!

— Ниар Стрейтен, доброго вечера! — я резко развернулась и затараторила, стараясь заполнить неловкую паузу и ничем не выдать собственного волнения. — Ни во что я не влипла, все в порядке! И… рада, что вы нашли время посетить этот бал.

Но стоило только увидеть некроманта, как внутри будто все замерло. Замерло, а затем оборвалось. Дыхание перехватило, а сердце ухнуло куда-то в область пяток.

Дар, облаченный в черный костюм, сидевший точно по фигуре, и кипенно-белую рубашку, выглядел иначе. Совершенно не так, как во время нашей последней встречи у Клортрейра. Лицо гладко выбрито, волосы явно уложены чьей-то умелой рукой, и в глазах не было той тени боли от мучающего его проклятия. Чуть прищурившись, он будто насмешливо разглядывал Тэйма.

— Я бы не был так уверен, что все в порядке, — процедил Тэйм, сверля немигающим взглядом стоявшего за моей спиной Дара, а затем представился: — Тэймар Макларен. Слышал о ваших… подвигах, ниар Стрейтен.

— О! Из тех самых Макларенов?! — вскинув бровь, протянул деланно-заинтересованно Стрейтен, отдавая дань приличиям. Но только тот, кто его совершенно не знает, смог бы предположить, что ему действительно интересна персона фамильяра. — Наслышан о вас. Сандра столько о вас рассказывала… — в этот раз он мне заговорщицки подмигнул, от чего лицо обдало жаром. — Я бы вам советовал побеспокоиться о своей безопасности. Город стал небезопасен для сильных фамильяров. — и уже тише добавил. — Особенно для тех, которые преступают черту чужого личного пространства.

И совершенно не обращая внимания на возмущенно хватающего ртом воздух Тэйма, Дар подцепил меня под локоть и потащил в сторону столов с закусками.

— Умеешь ты Бэйшоп выбирать себе ближнее окружение. От этого хлыща просто разит желанием тебя раздеть и… — он бросил на меня быстрый взгляд, и передумал заканчивать начатую фразу. — Впрочем, я его понимаю. Прекрасно выглядишь.

И в его глазах было столько искреннего восхищения, сколько недавно злости на Тэйма. Черт, да он приревновал меня. И эта догадка почему-то заставила меня улыбнуться.

— Спасибо, — чуть сильнее сжала плечо некроманта. — Тэйм узнал, что тебя обвинили в несоблюдении договора, и поэтому он немного… не в себе сегодня.

— Он тебе нравится? — серьезно, немного напряженно спросил некромант, глядя мне прямо в глаза. В его собственных глазах бушевала тьма и те эмоции, которые он старался скрыть от окружающих.

Этот вопрос заставил сердце пропустить удар.

Заполняя паузу, Дар протянул мне бокал с шипьером, который разрешали только на выпускном балу и только выпускникам и преподавателям. Но кого это когда останавливало? Студенты во всех мирах твердо убеждены, что правила в принципе созданы исключительно для того, чтобы их нарушать. Правда, сегодня я полноправно могу себе позволить выпить бокальчик.

— Нет, — сделала глоток, мгновенно ощутив кисловатый вкус напитка и легкое головокружение. — Мы с Тэймом просто одногруппники. Ничего большего быть не может.

— Какая грустная новость, — но по довольному виду и широкой улыбке на лице некроманта было ясно — его эта новость не расстроила совершенно. — Значит, твое сердце свободно?

— Нет, — ответила отведя взгляд, закусив губу, а следом вернула бокал с шипьером на столик. — Но я же фамильяр, помнишь? Мне нельзя выбирать, кого любить.

— Умеешь ты Бэйшоп запутать там, где, казалось бы, нужно дать простой и конкретный ответ. — спрятав эмоции за глотком шипьера, обронил Дар. — Любить можно. Жизнь так коротка, что нам, по сути, можно все. Иначе, зачем жить?

Помня, что самому некроманту приходится переживать каждый день, как приходится бороться с желанием сложить руки, сдаться, переживать боль, стало совсем грустно. Сложно представить, чего ему стоило прийти сегодня на бал. И очень хотелось верить, что этот подвиг он совершает ради меня.

Наш разговор оборвался на высокой ноте, так и оставив в воздухе дымку недосказанности. Присутствующие засуетились, двинулись в сторону небольшого возвышения, где уже собиралась администрация академии и почетные гости. Музыка стала тише и уже не скрывала разговоры перешептывающихся парочек.

Наш ректор вышел вперед, активировав усиливающий голос артефакт, и затянул свою обычную ежегодную речь. Я поймала себя на мысли, что могу с точностью до слова пересказать ее, даже не слушаю. Потому что за четыре года обучения она не изменилась ни на слово.

— Двадцать лет назад он говорил то же самое? — я зашептала Дару, стараясь не улыбаться слишком широко.

- “Именно вы, гордость и сила нашего королевства”, - гундосо прошептал мне на ухо Стрейтен в один голос с ректором, обдавая меня ароматом дорогого парфюма. — Слово в слово! Хоть что-то в этом мире не меняется!

- А каким был твой выпускной весенний бал? Ты был… с той невестой? — я вновь зашептала под размеренную речь ректора.

— Да. Но вот она уже тогда была не со мной, — улыбнулся Дар. — И не скажу, что я хоть на миг пожалел, что она исчезла из моей жизни. Отношения, исчерпавшие себя, становятся грузом, что тащит нас на дно. О! “И вы, лучшие из лучших, будете опорой нашего монарха!”. Даже не думал, что все еще помню этот речитатив.

— Так ты не был в академии со дня выпуска? — я несколько удивилась. — Тебя не приглашали на весенние балы?

— Не возникало необходимости их посещать, — ответил он. — Сегодня я пришел тоже не для того, чтобы слушать ректора. И точно не потому, что меня пригласила администрация.

— Я очень рада, что ты пришел. Правда, — перехватила руку Дара и осторожно сжала. — И я надеюсь, увидеть тебя на моем выпускном.

Речь ректора завершилась оглушительными аплодисментами. Следом началась еще одна обязательная часть бала. Представление высокопоставленных гостей академии. И вот перед глазами замелькали знакомые и не совсем знакомые лица, все это сопровождалось громкими объявлениями от секретаря проректора. Слышались длинные титулы, звания, причудливые имена.

— Тарвейл… — я проговорила, зацепившись взглядом за знакомую фигуру министра фамильяров. — Тимер же рассказал тебе… все? Дар?

— Не больше, чем тебе, полагаю, — кивнул Стрейтен, тоже посерьезнев при появлении улыбающегося министра по делам фамильяров. — Тоже настораживает роль Тарвейла во всей этой истории?

— Ему было многое известно… — задумчиво нахмурилась, пытаясь разглядеть в новоявленном “дяде” хоть что-то подозрительное.

— И слишком мало ресурсов. Сомневаюсь, что тщедушный фамильяр, лишенный зверя, смог бы провернуть все это, — пожал плечами Стрейтен, но выражение его лица стало каким-то напряженным, задумчивым. — Завтра будем об этом думать.

Едва он это сказал, как после очередного взрыва аплодисментов, ректор снова показался у трибуны и громко, очень официально, объявил первый танец. Краем глаза заметила приближающуюся фигуру Тэйма.

Черт. Его только сейчас не хватало!

— Не окажете мне честь, ниара Бэйшоп? — непривычно галантно поклонился Даррел, предложив руку и спасая меня от навязчивого кавалера.

— С радостью, ниар Стрейтен, — вложила свою ладонь в его руку, ощущая легкое покалывание магии от нахлынувших эмоций.

А в следующее мгновение некромант осторожно принял меня в свои объятия. Его правая ладонь скользнула на талию, моя рука опустилась на его плечо. И аромат знакомых духов окутал меня с головой, будто затуманивая сознание. Хотелось прижаться ближе, уткнуться носом в его плечо, обнимать, чувствовать его дыхание на своей коже…

Мелодия зазвучала громче, и все вокруг пришло в движение. Пары закружились в танце. Дар двигался плавно, уверенно, увлекая меня за собой вглубь зала. Его прерывистое чуть сбившееся дыхание щекотало щеку, отчего по коже прокатывалась волна мурашек. И именно сейчас я ощутила себя по-настоящему счастливой. Мысли всех предыдущих дней, недель растворились в этом моменте. Было плевать на то, что скажут окружающие, как отреагирует Тэйм на этот танец. Сейчас все это не имело никакого значения. Я просто наслаждалась этими мгновениями в объятиях любимого мужчины.

И этой завораживающей феерии звук битого стекла раздался особенно резко, неуместно. Подумалось, что если есть звук, с которым разбиваются мечты и фантазии — то это именно оно.

Не сразу удалось отыскать взглядом, что именно и где расколотили. Даже музыка притихла, вскочили стражи его высочества, прикрывая его собой и активируя магические амулеты.

— Это записанное воспоминание! — распознал кто-то предназначение разбившегося магического артефакта.

— Бэйшоп не отмоется после этого, — послышалось где-то за моей спиной.

Я даже с легкостью угадала, кому принадлежала эта смелая фраза. Проклятый Кайр.

От разбившегося стекла, словно голубоватый пар, поднималась иллюзия. Танцующие пары расступились, с интересом поглядывая на записанную сцену. Сложно даже представить, что именно они там решили продемонстрировать.

Одноразовая следилка на первых курсах была просто бедой академии. Их одно время подбрасывали всюду. В том числе на пары, если приходилось прогуливать, а лекция была важная. Беда только в том, что активировать ее можно было только расколотив, а как итог — просмотреть только раз. Но это неудобство вполне компенсировала не очень высокая цена, что делала следилку доступной для студентов. Артефакт подбросить могли куда угодно. Кроме комнат личной гигиены. После нескольких скандалов администрация позаботилась о том, чтобы обеспечить полную приватность студентам там, где им необходимо уединение.

Дымка становилась плотнее, вскоре образовав мой силуэт и менталиста за моей спиной. Он едва легко прикасался к моим вискам. От одного этого воспоминания снова заболела голова.

— Какая прелесть. Это у нас что за новшество? — вполголоса спросил Дар, явно не особо радуясь картинке. Новшеством он называл точно не следилку, а именно то, что она записала.

— Требование министерства, — поспешно пояснил с трибуны побледневший ректор. — Только чтобы убедиться, что фамильяров не подвергали опасности во время практики.

Говорил он быстро, сбивчиво, уже ощущая нарастающий в воздухе скандал. Кажется, недовольных проверкой нашлось немало. А ведь и правда, это вторжение в личное пространство. Мало ли, что там могли накопать в нашей памяти сильные маги-менталисты.

— Понимает, что если будет коллективный иск — лишится работы и всех сбережений, — невзначай пояснил Дар, даже взгляда не бросив в сторону блеявшего ректора.

Кажется, происходящее на допросе его интересовало куда больше. Пока никаких страшных тайн по расследованию я не выдавала. Все в рамках дозволенного и не нарушая договора.

— Скажите, ниара Бэйшоп, — голос второго мага, что вел допрос, звучал словно издалека, а самого мужчину видно не было. Но я-то помнила лысоватого мужчину средних лет с внимательным взглядом и слишком слащавой манерой разговора. — Вступали ли вы со своим наставником в… более близкие отношения, интимные, так сказать. Кхе-кху. Вы же понимаете, мы вынуждены задать этот вопрос, чтобы понять, не повлияло ли личное отношение Стрейтена на оценку ваших способностей.

Не совратил ли он меня. Даже сейчас мне хотелось умыться, слушая этот голос. Тогда хотелось просто плюнуть и уйти. Но одно было ясно — от этого тестирования зависело куда больше, чем просто оценка за практику.

В ожидании скандала затих весь зал. Мне на мгновение показалось, что присутствующие даже не дышали, ожидая моего ответа. Проклятье, какое позорище!

— Нет! Я не спала с Даррелом Стрейтеном ни до практики, ни во время, — довольно резко ответила я.

— Это же прекрасно, ниара Бэйш…

Вероятно, на этом записывающий потенциал артефакта был исчерпан. Не знаю, что Кайр этим хотел доказать и чего добиться, но я почувствовала себя грязной.

— Троллья печенка, — выругался кто-то.

— Да кто мог подумать! — воскликнули с другой стороны зала.

- Ха! А я знала, — я различила возглас Нисты. — Ну и идиоты же вы…

Я закусила губу, сдерживая ругательства похуже, которые явно не предназначались для ушей проректора и прочих гостей. До меня начало доходить, к чему было это представление. Чертов тотализатор. Ладони защипало от магии, захотелось что-то расколотить. Желательно об головы этих придурков.

— Зато! — совершенно спокойно заговорил Стрейтен, так и не выпустив меня из объятий и ободряюще мне улыбаясь. — Мы только что выиграли крупненькую сумму денег. Как говорил мой покойный дед, не уверен в успехе, не играй в азартные игры. А ты, дорогая, не обращай внимания на идиотов. Представь сейчас, как они будут сдавать экзамен ректору, которого так жестоко подставили. Представила? И теперь подумай, какое будущее их после этого ждет, — он снова вел меня в танце под тихо играющую музыку, словно и не случилось ничего. — Полагаю, больше господа, затеявшие такое развлечение, не появятся не только в министерстве или при дворе, а даже в столице или близлежащих землях.

— Ты знал о тотализаторе? — я процедила, пытаясь отыскать взглядом идиота Кайра.

Но его уже и след простыл. Помощник проректора и его секретарь устраняли последствия недоразумения, и в целом бал продолжился будто ничего и не произошло. Только вот все внимание теперь было сосредоточено на нашей паре. Я спиной чувствовала прожигающие взгляды. Особенно проигравшихся. Так им и нужно!

— Пф, в первый же день поставил на выигрышный вариант, — и чуть подавшись вперед интимным и таким искренним шепотом на ухо добавил. — Но если бы и проиграл… был бы куда счастливей, чем от любого выигрыша.

Вокруг столько ушей, столько внимания… Голова шла кругом.

— Дар я… — выдохнула я, поймав чуть затуманенный взгляд некроманта, а затем отстранилась, ощущая как вся кровь прилила к щекам. — Мне нужно на воздух. Ты… составишь мне компанию?

— С удовольствием, — улыбнулся Стрейтен, приобняв меня за талию и увлекая подальше от зала, в сторону одной из немногих открытых террас.

В воздухе отчетливо пахло весной. Прохладный воздух щекотал обоняние смесью упоительных ароматов. Чуть жалил легкий ветерок открытые плечи. И некромант в одно мгновение накинул на меня свой пиджак. И стало немного спокойнее. Магия, покалывавшая ладони, понемногу отпускала. Черт, да какое мне дело до всех, кто сейчас в зале и до их мнения обо мне? В конце концов, идя на этот бал я надеялась увидеть лишь одного человека. И он был здесь, рядом.

— Я не имел права тебе говорить о своих чувствах, — облокотившись на перила, заговорил Даррел. — Мы оба знаем, что мне осталось совсем немного. Саманта дает мне несколько месяцев. Но прости… не смог сдержаться. Оказывается, престарелые некроманты тоже умеют влюбляться, Сандара. И совсем не понимают, что с этим делать. Но можешь быть спокойна. Преследовать тебя и домогаться я точно не стану…

Сердце бешено колотило о ребра, разгоняя по венам разгоряченную кровь. Я замерла на мгновение, но затем выдохнула:

— Я люблю тебя, Дар, — резко развернулась к нему, впившись взглядом в его лицо. — И черта с два я позволю тебе просто так взять и сдаться. Мы… придумаем что-нибудь с Самантой. Я не отпущу тебя, Даррел Стрейтен, в мир иной. Даже не надейся.

Несколько мгновений он смотрел на меня, не мигая и не дыша. Словно боялся развеять иллюзию неловким движением. А после, сделал шаг, сметая расстояние между нами.

— Повтори-ка еще раз, Сандра, — хрипло попросил он. — Скажи еще раз, что любишь!

— Люблю тебя, Дар. Люблю, — проговорила, ощущая как тону в его темных глазах. Мир вокруг сузился до этого единственно важного взгляда.

— Это все, что я хочу слышать. И я тебя люблю, — выдохнул он, накрывая мои губы поцелуем.

Мир закружился. Все чувства обострились, забивая дыхание. Это и есть счастье, наверное…

Упиваясь своими чувствами, я не сразу осознала, что подвеска, которую мне подарил Тэйм, нагрелась, едва не обжигая кожу.

— Проклятье, — ругнулся Дар, отстранившись и попытавшись сдернуть украшение, но оно, как змея, выскользнуло из его ладони.

Как удар под дых вспышка магии. Все расплылось. А я провалилась в какую-то невесомость, чтобы через мгновение оказаться в совершенно другом, абсолютно незнакомом мне месте.

 Сквозь окутавшую меня тьму перед глазами появилось просторное мрачное полупустое помещение со сводчатыми каменными потолками, освещенное тусклыми не магическими факелами, висящими на стенах. Рядом со мной расположилась большая напольная каменная чаша. И тут же в нос ударил резкий запах моржельника. Да такой сильный, что голова шла кругом и перед глазами все поплыло. И еще здесь было холодно и сыро. По всей видимости меня притащили в подвал. Но кто и зачем?! Подвеска… Тэйм!

— Эй! Кто-нибудь здесь есть? — сбросив оцепенение, я заговорила, и потянулась к злосчастному кулону, который сейчас уже остыл и выглядел вполне невинно, как безделушка. — Тэйм? Ты здесь? Если это ты меня сюда притащил, то клянусь всеми богами, это тебе с рук не сойдет! Такой момент испортил! И знай, между нами ничего не было и быть не может! Теперь так точно! Тэйм, демон тебя раздери, где ты?!

Сделала шаг вперед и в это же мгновение из тени донеслось зловещее гортанное рычание. И все дальнейшие ругательства застряли в горле.

По спине пробежал холодок. Замерла на месте, бросив осторожный взгляд в темный угол. В свете факела блеснули зеленые глаза, и тут же не спеша прямо на меня грациозно вышла огромная пантера. Ее черная шерсть искрилась в тревожном свете факелов, из груди доносились устрашающие звуки, а в глазах отражалась лишь слепая ярость.

Это еще что за новости?! Охрана такая? Черная гигантская кошка — моя тюремщица? Что вообще делать и как отсюда выбираться?! И где я вообще нахожусь?! С Тэймом позже разберусь. Если меня не разделает на котлеты эта зверюга.

Приложила палец к татуировке, пытаясь связаться с Даром, но не вышло. К тому же мысли начинали путаться от паров моржельника. Аккуратно зажала пиджаком нос и попятилась, пытаясь двигаться беззвучно и плавно. Нужно обернуться. Зверь быстрее найдет выход в любом случае.

Но… попытка выпустить норку провалилась с треском. Я будто на стену бетонную натыкалась раз за разом, пытаясь потянуться к магии зверя. Хотя потоки силы были всюду, магией было пропитано все пространство вокруг.

И от этой магии в груди стало тяжело. Темная сила? Откуда? Что это за место… А в следующее мгновение взгляд наткнулся на рисунок под ногами. Прищурилась, пытаясь разобрать и… меня будто током прошило. Под ногами был прямо в камне был вырезан тот самый символ. Из ритуала воскрешения. Перо, клыки, чешуя… Я стояла как раз в центре этого символа.

ЧТО?! Тэйм как-то связан со всеми преступлениями? Но… как? Почему?!

Грозное рычание приближалось. Пантера не отступала. Скалясь, шла прямо на меня. Подкатила волна паники и тут же кончики пальцев обожгло магией.

— Хорошая киса… Ты не трогай меня, а я не причиню тебе вреда… — я забормотала, вскидывая руки перед собой и пытаясь успокоить скорее себя, чем разъяренного зверя.

И лучше бы я этого не делала. Кошка напряглась, повела ушами, а мгновение спустя прыгнула прямо на меня. Рванула в сторону каменной чаши, пытаясь управлять магией, но… тут же лязгнула цепь, а пантера издала низкий гортанный какой-то полный отчаяния звук, так и не добравшись до меня. И было в этом возгласе что-то… человеческое.

— Тише, Мэдрина! — тишину пронзил хорошо знакомый низкий мужской голос, отскочивший эхом от голых стен. — На место!

Тарвейл. Именно он появился из едва различимого дверного проема. Свет факелов отбрасывал какие-то зловещие тени на его лицо. В том же парадном костюме-тройке, только вот что-то неуловимо изменилось в его облике. Он выглядел более собранным, чем обычно, взгляд стал более хищным, черты лица заострились.

А пантера, прижав голову к полу попятилась. Стоп. Он сказал… Мэдрина?! Второй сущность матери была… пантера! Голова закружилась, на глазах проступили слезы, казалось, что я задыхаюсь от осознания…

— Сандра! Как хорошо, что ты уже здесь! Значит, Тэйм передал тебе мой подарок. Прекрасно. Бал в самом разгаре, все внимание сосредоточено на принце, его безопасности и безопасности студентов. Нам никто не будет мешать, — министр по делам фамильяров широко улыбнулся, будто оскалился, а следом выхватил какую-то вещицу из кармана. Раздался щелчок. Артефакт активировал что-то, и по кругу проклятого символа, прямо вокруг меня вспыхнуло пламя. Дернулась к его краю, но меня будто что-то оттолкнуло.

— Это вы… — я проговорила, сжимая руки в кулаках и чувствуя магию, готовясь к удару.

Дернулась в другом направлении, пытаясь покинуть круг, но тщетно. Я была в ловушке, как тогда, на ринге.

Тарвейл был все это время у нас под носом. Но кто будет подозревать того, кто лишен дара, лишен зверя? Он казался слабым, каким-то… никчемным. Ему сочувствовали и жалели. Вероятно зря. И теперь я здесь…

— Да, я, Сандра, — Тарвейл прошел вперед, к каменной чаше и что-то опустил туда. — И попрошу тебя не применять силу для твоей же безопасности. Меня ты не ранишь, а себе можешь навредить. С блокиратором ты уже знакома, полагаю? К тому же моржельник, если ты не приняла противоядие, конечно же, уже достаточно ослабил тебя, мысли становятся рассеянными, не можешь сосредоточиться… Артефакты, яды и прочие хитрости идеальны для того, кто лишен всех своих способностей!

— Зачем вам все это? — проговорила сквозь зубы, устремив взгляд в тот самый темный угол, туда, где скрылась пантера.

Она здесь! Она действительно здесь! Жива!

— О, это занятная история. Я так понимаю, на недавней встрече Тим рассказал тебе нашу с тобой семейную историю? О преступлении твоих родителей, об их бегстве?

«Дядя» перевел чуть прищуренный внимательный взгляд в мою сторону и отошел от каменной чаши.

— Но вы все эти годы хранили тайну! Вы же помогли им! — горло обожгло от запаха гари.

— Ценой своей силы, — жестко оборвал меня Тарвейл. — Ценой своего зверя. И нет муки хуже для фамильяра, чем гибель второй ипостаси.

Мысли путались, сознание уплывало. Но короткая ясная мысль пронеслась в воспаленном сознании яркой вспышкой.

Его зверь умер, и он все это время… Хотел его вернуть! Ритуал воскрешения! Черт возьми, он хотел воскресить не человека! Тарвейл хочет вернуть себе силу! У него есть все ингредиенты и моя кровь будет служить проводником…

— Вы убьете меня?

— Всегда приходится чем-то жертвовать, — холодно проговорил Тарвейл. — Все могло бы сложиться иначе, дорогая Сандра, если бы двадцать лет назад твоя мать сделала правильный выбор.

Адам бросил мимолетный взгляд в сторону пантеры, а следом в его руках блеснул нож. Он любовно провел пальцем по гладкому металлу.

— Так вы… любили ее?! — я высказала свою догадку, и по тени, проявившейся на лице Тарвейла, поняла, что попала в цель. — И потому она до сих пор жива и все это время находилась здесь, у вас…

Я закашлялась и рухнула на колени, не в силах больше держаться на ногах. Яд медленно заполнял сознание, от него было не спрятаться, не скрыться… Краем глаза заметила, как Адам сжал лезвие ножа в ладони, а мгновение спустя тонкая струйка крови полилась в чашу.

— Женщины вашего рода Кроунер всегда были строптивы, ненавидели правила и лезли в постель к магам, — Тарвейл брезгливо поморщился. — Взять хотя бы тебя, Сандра. Рядом с тобой перспетивный умный сильный влюбленный молодой фамильяр. Но ты делаешь выбор в пользу некроманта, о чьей репутации ходят весьма спорные слухи. Это выдает в тебе Кроунер. Хоть я далеко и не сразу догадался, что ты ее дочь. Что ты метис… Тим прикрывал тебя все эти годы. А Мэдрина… — Адам замолчал, а следом приблизился с ножом к кругу.

— Что вы сделали с ней? — я прорычал, ощущая собственное бессилие.

Моржельник растекался по венам жидким огнем, и я опустилась на пол, чувствуя как силы покидают меня.

— Лишь то, что она заслужила, — Тарвейл фыркнул, поджав губы. — Стоило ей только узнать об опасности, которая нависла над ее дочерью, как она нашла способ вернуться… Ну а здесь моржельник стер память, лишил разума. Теперь она не понимает, кто она и где находится.

— А мой отец… Ваш брат… Это вы его убили?!

— Лишь помог справиться с горечью утраты любимой, — Адам процедил, а в следующее мгновение пересек черту и резким движением провел по запястью. Кожа отозвалась болью. Но лишь на мгновение. Я не могла пошевелиться. Меня будто несло по волнам, укачивало, вращало и вертело. Узоры на полу вспыхнули алым, а пламя рвануло вверх.

Все стало ярким, ослепительным. И лишь черное пятно в углу пришло в движение. А следом тишину пронзил грохот. Будто потолок рушился… Или так оно и было…

— Дар… — я пробормотала, уцепившись взглядом за темную точку.

А следом мир вместе с этой точкой растворился в ослепительной вспышке.

Сознание уносило меня прочь из реальности. Закружило в водовороте собственных воспоминаний, заставляя забыть кто я, где я и что происходит. Все чувства желания померкли, притупились. Я могла лишь безвольно как тряпичная кукла плыть по течению, наблюдая за собственным прошлым. И не было ни конца ни края этому бескрайнему морю памяти. Все, что было так важно когда-то стало лишь воспоминанием.

Прогулки в парке, сахарная вата, первое сентября в школе, первая подружка, последний мамин поцелуй, мимолетная грустная улыбка отца, слезы, бабушкины пироги, школьные будни, первая любовь… И другой мир, академия, магия, первый оборот, друзья, враги, тайна. Все стало четче, значимей… Распределение, задания, призывы и черные глаза. Любовь. Объятия, танец, признание, поцелуй… Дар!

— Остановись, Адам… — его громкий голос зазвучал будто сквозь толщу воды.

Воспоминания стали четче, ярче. Тарвейл. И мама! Она жива!

— Саша! Саша, очнись! — ее призрачный голос пронесся в голове, сбрасывая наваждение.

И тут же резко порывисто вдохнула. Закашлялась. Но поток свежего воздуха ворвался в легкие, пробуждая, заставляя встрепенуться. Сердце бешено заколотилось, разгоняя по венам спасительный кислород. Ощущения, чувства, эмоции нахлынули резко, будто кто-то щелкнул выключателем. Вместе с приступом боли и холода от камня, на котором я лежала. Моржельник испарился, от чего сознание вновь прояснялось.

Приоткрыв глаза, первое, что увидела выгнувшую спину пантеру на привязи. И из ее груди доносилось грозное рычание. По телу прокатилась волна облегчения. Она жива.

А я была на том же самом месте. В центре ритуального горящего круга с перерезанными запястьями. Вот только подвал выглядел иначе. Весь пол пошел трещинами. А по центру стены зиял темный провал с рваными краями, напротив которого вскинув ладони вверх замер Дар. Бледный, сосредоточенный, серьезный как никогда. Его губы беззвучно шевелились, а темная магия струилась потоками вокруг его тела, формируя какое-то мощное заклятие. Но он был бессилен против антимагической стены.

— Зря стараешься, Даррел, — холодно заговорил Адам, возвышавшийся надо мной как скала. — Артефакт выстраивает надежную защиту, тебе ли не знать…

На его коже проступила белесая длинная шерсть, а в голосе было слышно звериное рычание. Артефакт… Из нагрудного кармана свисала цепочка, на которой поблескивало что-то…

— Скоро здесь будут стражи министерства, — Дар процедил, не теряя хватки. — Все кончено.

Он действительно был здесь. Не плод моего разыгравшегося воображения. Пришел по следу… На лице некроманта проступили капельки пота, под глазами залегли темные круги. Он орудовал магией, тем самым позволяя проклятию завладеть им полностью. И эта мысль заставила сердце подпрыгнуть в груди. Ведь чем больше магии он использовал, тем сильнее становилось проклятие.

Приподнялась над полом, судорожно соображая, что можно сделать в моем положении. Напасть на Адама? Сил нет… Нужно… Разрушить магическую стену. Нужно уничтожить артефакт.

— Для тебя — все кончено, Даррел. Увы, — Адам мерзко ухмыльнулся. — Ведь что найдут появившиеся стражи? Министра по делам фамильяров, мертвую метиску, скрывавшую ото всех свое происхождение, и опасного безумного, потерявшего контроль лича. О да, Дар. Мне известно о твоем проклятии. И о том, что ты доживаешь последние мгновения. Я всегда был на шаг впереди.

Итак, необходимо отвлечь Тарвейла. Сосредоточившись, поднялась на коленях. И шумно втянула воздух.

— Почему именно я? Вы могли выбрать любого… — наигранно слабым осипшим голосом зашептала, привлекая внимание. — Я же не сделала вам ничего…

— Сандра… — Дар прошептал едва слышно.

— У каждого ритуала своя цена. Не принимай близко к сердцу, — Тарвейл оскалился, и его клыки удлинились, челюсть вытянулась вперед, речь стала более невнятной. — Твоя кровь мощный проводник. Твоя жизнь в обмен на жизнь моего зверя. В прошлый раз я не учел этого…

Собрав все силы, всю волю сделала рывок. И кровожадный «дядюшка» явно не ожидал этого. Отпрянул, но было уже поздно. Перепачканными в крови пальцами я сжала цепочку и дернула. Артефакт, блеснув золоченым боком, полетел на пол, а мгновение спустя моя нога раздавила эту вещицу. Раздался странный звон. Пламя замерцало и растворилось, будто его и не было вовсе. И в ту же секунду потоки темной магии сшибли с ног. Министр по делам фамильяров с грохотом врезался в стену. Но мне до него не было больше никакого дела.

Что-то грохнуло, заставляя черную пантеру вновь гневно выгнуть спину. Но с ней я позже разберусь… Дар! Дар рухнул на пол Все краски покинули его лицо. А темный зловещий узор уже тянулся по шее, все выше и выше… Рванула к нему и опустилась рядом с ним на колени.

— Все бумаги у моего душеприказчика. Я больше не могу сдерживать… Возьми нож, Сандра…

Он кивнул на ритуальный кинжал Тарвейла, валявшийся около моих ног, и я слишком хорошо поняла, на что намекает некромант.

— Нет! Дар! Нет, прекрати… — с силой сжала его ладонь. — Борись! А я позову Саманту…

Меня обдало потоком леденящего душу холода. Вдоль позвоночника прокатилась волна мурашек. Я видела ее. Видела темную магию. Ее потоки сгущались, заполонили все пространство вокруг будто липкий кисель. Даже дышать стало тяжелее.

— Больше нет времени, — Дар проговорил и его глаза заволокло темным туманом. — Действуй… Бэйшоп.

Нет-нет-нет! Не может этого быть!

— Дар?! Дар, даже не думай! Слышишь?! Черт…

Он не слышал. Дыхание стало прерывистым, хриплым. Сердце замедляло свой ритм. А тьма клубилась вокруг, окутывала некроманта, забирала его в свои лапы. И все внутри взорвалось от собственного бессилия. Из глаз брызнули слезы. Отчаяние и злость клокотали внутри, ладони жгло от магии.

Нет! Я не смогу без него! Я не отдам его тьме! Он не превратится в бездушного убийцу!

— Прочь! — крикнула, выставляя перед собой руки, в отчаянной попытке оттолкнуть магию, желая совладать с этой силой и…

Тьма подчинилась. Еще движение, и сила вновь отступила. Я ощущала, как тьма клубится в ладонях. И ощущала, что могу управлять ею.

Руки обожгло от холода, сердце бешено подскочило в груди, виски будто тисками сдавило, но я не замечала этого, не замечала ничего вокруг. В пространстве и времени осталась лишь я и эта тьма. Сила, потоки которой врывались в сознание, туманили разум. Но Магия и дар фамильяра соединились воедино, позволяя мне добраться до источника этой тьмы, скрытом у Дара под сердцем. И вот эта страшная мощная сила уже струилась по коже будто скользкая змея. А следом…

В помещение ворвались крики, чужие голоса и топот ног. Стражи? Впрочем, какая разница.

Перед моими глазами виделась лишь беспросветная тьма. У меня не получилось. Не получилось!

Прижалась к груди некроманта, уже не сдерживая накатившие слезы. И плевать мне было на все, что творилось вокруг. Но…

Один гулкий удар сердца. Второй. Третий…

— Бэйшоп, ты когда-нибудь научишься подчиняться приказам? — тихий, но вполне реальный шепот зазвучал в воспаленном сознании яркой вспышкой.

Вздрогнула и прижалась к его груди сильнее, вдыхая запах гари, дыма и его духов. По щекам текли слезы, грудь сдавило, но я еще никогда в жизни не чувствовала такого облегчения.

— Я помню. Думай сначала о себе. И ищи три выхода. Я завалила практику, да? — зашептала, смаргивая слезы и всматриваясь во все еще бледное лицо некроманта.

— Уберите свои руки! — за спиной раздался голос Тарвейла, о котором я уже и думать забыла.

— Ниар Тарвейл, вы должны проследовать с нами! Против вас имеются обвинения! — строго ответил кто-то из стражей.

— Обвинения? — кровожадный дядюшка как-то истерично заверещал. — У меня в таком случае встречное обвинение. Я пытался задержать ниару Бэйшоп и ниара Стрейтена! Сандра Бэйшоп является метисом. А ниар Стрейтен покрывал ее и обучал магии.

В этот момент пантера издала низкий гортанный звук и рванула прямиком на… Тарвейла! Тот отпрянул за спины мужчин в мундирах, а стражи в свою очередь перешли к атаке…

— Стойте! Эта пантера — фамильяр. И ей нужен целитель! — я закричала, привлекая к себе внимание.

— Проверьте, — кто-то из стражей отдал короткий приказ. — И… Ниара Бэйшоп, ниар Стрейтен, вам тоже придется отправиться с нами чтобы прояснить некоторые моменты.

И тут я пожалела, что Дар не стер «дядюшку» в порошок! Его признание будет дорого нам стоить.

Нет, меня определенно кто-то проклял…

Небольшой зал, в котором его величество предпочитал принимать близких друзей, несмотря на незначительное количество присутствующих, гудел, как пчелиный улей — монотонно, равномерно и как-то рассеивая смысл слов.

Король время от времени переводил взгляд с одного министра на другого, выслушивал их доводы и отмечал, что все они были справедливы. Метисы опасны. И история это доказала.

— Следователь Грабовски, как вы считаете, знал ли магистр Стрейтен о магических отклонениях Сандры Бэйшоп, — задал вопрос ответственный секретарь и самопишущее перо активно заскребло по бумаге на столе.

— Ну… — замялся следователь. На лбу штатного некроманта выступыли капли пота. Он явно не привык к вниманию такого количества высокопоставленных особ и терялся не только с ответами, но и в принципе речью.

— Знал я, — равнодушно ответил Стрейтен, сидя в стороне рядом со своей практиканткой и так же равнодушно разглядывая присутствующих. — Откуда Грабовский мог знать, что мне известно или не известно? Он некромант, а не телепат.

Говорил он спокойно, размеренно, вяло даже. Его голос был сиплым, усталым, немного глухим, но уверенным.

— Помолчите ниар Стрейтен, — осадил разговорчивого подсудимого ответственный секретарь. — Вам еще предоставят возможность выговориться. — и снова обратился к следователю. — Как вам кажется, ниар Стрейтен собирался доложить куда следует о аномалии?

— Э… — снова протянул Грабовски, поражаясь глупости вопроса.

— Не собирался, — снова ответил некромант.

— Но вы же знаете, что само существование метисов — преступление! — воскликнул секретарь, брызжа слюной и краснея от негодования. При его величестве вести себя так неуважительно не могла себе позволить даже королева. А тут некромант, пусть и из древнего рода. — Вас могут прямо сейчас осудить на смерть! Не говоря уже о ниаре Бэйшоп, длительно время водившей за нос руководство академи.

— Одна ошибка прошлого — не повод перечеркивать будущее, — поднялся с места Тимер Кролтрейр, привлекая к себе внимание и призывая к тишине. — Мы же не истребляем всех наследников мятежного рода, оставляем шанс на будущее древней крови. Почему не дать такой же шанс метисам?

— Восставшие роды можно контролировать! О метисах мы такого сказать не можем, — парировал министр внутренних связей. — Мы помним, чем закончилось все в прошлый раз.

— Министерство пыталось зажать метисов, превратив в самый низший класс. Как много лет поступает с фамильярами, по сути, — снова подал голос некромант Даррел Стрейтен. — И ожидало, что могущественные существа будут смиренно терпеть, что об них вытирают ноги.

— Говорили вы тяжко больны, ниар Стрейтен, — проговорил король, внимательно наблюдая за талантливейшим некромантом. — Слухи оказались излишне преувеличены, полагаю.

— Благодарю вас зам заботу, ваше величество. Думаю, я уверенно иду на поправку. К слову, благодарить мне стоит ниару Бэйшоп и ее новые способности.

— Не спешите рассыпаться в благодарностях. Я еще ничего не решил по вашему делу.

Дело действительно было сложным, деликатным и тайным. По официальной версии, и Стрейтен и его практикантка просто дают показания по делу Тарвейла. Вон с ним как раз все предельно ясно — казнь. А тут… если сейчас будет принято решение не в их пользу, то официально — они просто загадочно исчезнут, оправившись по заданию министерства в дальние земли. На деле, просто будут казнены в застенках и преданы огню.

— В любом случае, умирать здоровым куда солидней, чем ползти на эшафот на карачках, выкашливая последние вздохи на потеху публике, — пожал плечами некромант.

На какое-то мгновение вечно орущие советники даже не нашлись что вставить в речь бедового некроманта. Кажется, ему уже нечего терять. Но сидящая рядом с ним белокурая девица Бэйшоп бросила на него гневный взгляд, и улыбка на лице некроманта дрогнула, в одно мгновение превратившись в наигранную гримасу. Он пожал неопределенно плечами, взял ее за руку и успокаивающе погладил ладонь. Молча, слишком нежно и так… говоряще.

У короля в груди что-то дрогнуло. Некогда он обменивался точно такими же, полными нежности взглядами с Клариссой. И теперь легко разгадал нежные чувства между этими двумя. Они любили друг друга. Даже несмотря на то, что у них не было будущего. А их судьбы решались в этом зале под крики министров, высказывающихся больше против этой пары, чем за.

И король понял, что некромант не шутил.

Он выбрал казнь. Даже если его помилуют, он будет драться не за свою жизнь, ею он не дорожит, а вот за дочку Мэдрины Кроунер… А помнится, совсем недавно он даже с блокирующим магию артефактом справился.

По спине короля прошел холодок. Его величество был сильнейшим магом королевства, но сила некроманта впечатляла и его. А если еще и эта метиска придет ему на помощь…

Мелькнула предательская мысль, что эту пару лучше иметь в союзниках, нежели во врагах. Но дельной идеи, как это провернуть не преступаю букву закона не приходило в голову.

— Здесь даже обговаривать нечего, — подал голос глава совета министров. — Есть закон. Кем мы будем, если сами же будем отступать от него?

Король поморщился, но все же кивнул.

— Исключения есть всегда и везде! — с некой долей отчаяния выкрикнул Тимер Кролтрейр, но его слова потонули в общем гвалте.

А его величество подумал, что разногласия с министерством ему ни к чему. Разлад между монархом и министрами никогда ни к чему хорошему не приводил. Потому решение напрашивалось единственное.

Придется пожертвовать этой парой. Как бы не было жаль.

Его величество вскинул руку, призывая к тишине.

— Мы выслушали обе стороны, — начал он, когда все затихли и снова заняли свои места. — И смею заверить всех присутствующих, что корона в первую очередь всегда чтила, чтит и будет чтить…

Его речь прервал громкий стук в дверь. Створки распахнулись, впуская в помещение немного свежего воздуха и запах духов, который он узнает всегда и всюду.

Мелкая дробь острых каблучков, вынудила всех притихнуть. ОНА всегда так действовала на окружающих. От природы тонкая, грациозная она умела подчеркнуть свою естественную красоту нарядом, украшением. Маги красоты еще ни разу не колдовали над ее внешностью, несмотря на вполне приличный возраст и три беременности. Светлое платье подчеркивало изгибы все еще молодого тела, а высокая прическа открывала тонкую шею. Она вся была словно выткана из солнечного света.

За королевой следом семенила, изображая покорность проклятийница Саманта, пряча улыбку, но проходя мимо пары обвиняемых все же не сдержалась и ободряюще улыбнулась.

— Ваше величество, — поклонилась она королю, даже головы не повернув в сторону министров и их помощников. — Как я рада, что успела посетить совет. Когда еще увидишь столько благородных ниаров, сильнейших магов и просто прекрасных людей в одном зале.

Ее голос разливался медом в зале. Это был ее дар. Она умела привлекать внимание, удерживать и убеждать любого, кто ее слушал. Она редко использовала свои способности, практически не появлялась на совете, а если приходила, то скучала, сидя в стороне и даже не произнося ни слова. Чтобы никто не смел попрекать короля, что жена им вертит в своих интересах.

И если Кларисса здесь, то точно неспроста.

— Могу ли и я сказать свое слово по поводу слушаемого дела?

Кто ей запретит?

— Решение уже принято, — робко напомнил глава министерства.

— Думаю, в виде исключения, мне позволят обратиться к королю прежде, чем он его озвучит, — все что оставалось монарху согласно кивнуть, едва сдержав улыбку. — Я прошу отдать под мою личную опеку Сандру Бэйшоп, — громко произнесла королева.

— Но это противозаконно! — тут же подал голос кто-то из зала.

— Полагаю, что во времена, когда закон о гонениях метисов принимали, было действительно сложно контролировать таких могущественных магов, — не меняя интонаций продолжила королева. — Оставшиеся после войны маги едва справлялись со своими основными обязанностями. И контролировать метисов собиралось министерство, жестко ограничивая полукровок в правах. Но время идет, все меняется и нас придется подстраиваться под прогресс, чтобы однажды не оказаться в проигрыше. В наши дни, мы просто обязаны исследовать и придумать применения такой силе, а не истреблять ее. Полагаю, только закостенелые старые маги, трясущиеся за свое могущество и влияние, не понимают всех выгод. Я думаю, моих способностей достаточно, чтобы обучать метисов. Уж я точно смогу справиться с их эмоциями, ваше величество. Выгоды от решения в пользу помилования куда больше, чем просто снова закрыть глаза на проблему, растущую, как снежный ком.

Король хмыкнул, потер пальцами подбородок и в который раз поблагодарил свою прекрасную находчивую супругу за предоставленную возможность. Но напустил на себя суровый вид и произнес.

— Полагаю, если вы согласны взять и всю ответственность на себя, в случае чего… дорогая супруга.

— Целиком и полностью, — кивнула величественно королева.

— В таком случае, я передаю вам под опеку ниару Бэйшоп. А ниар Стрейтен за нарушения, сокрытия преступницы, но учитывая его заслуги перед короной, обязан будет выплатить штраф в размере трех сотен золотых кренов. На этом дело закрыто.

Король поднялся с места, взяв в королеву за кончики пальцев и поспешил удалиться.

Стрейтен замер, не веря собственным ушам. В зале зашуршали бумагами министры, покидая помещение, словно дело перестало их волновать после объявления решения короля.

— Это все? — спросила бесцветно Сандра, еще опасаясь поверить, что все позади.

Дар поймал себя на том, что и сам все еще ждет продолжения и так же сжимæт ее холодные пальцы.

Но ответить он не успел. Словно ураган налетал Тимер, за ним Саманта, с предложением отпраздновать…

Но Дар смотрел на Сандру, борясь с единственным желанием — сгрести ее в охапку и спрятаться от всего этого сумасшедшего мира на несколько месяцев. Туда, где нет министров, расследований, наяд и оборотней… а только они вдвоём.

Это все? Пожалуй, далеко не все. Это был первый шаг, который только что сделала королева. Но такой важный в их с Сандрой судьбе. И судьбе всех метисов континента.

— Увы, не все, дорогая, — скорбно вздохнув, подытожил Стрейтен. — Есть один момент. — театральная пауза. — Ты не одолжишь мне три сотни золотом до гонорара? Я от недавнего времени самый бедный жених королевства…

— Ты неисправим… — рассмеялась Сандра.

— Кажется, за это ты меня и любишь, милая. Как и я тебя.

 Ослепительно яркое летнее солнце пробивалось сквозь легкие шторы, наполняя комнату теплом и светом. В маленькой, но очень уютной гостиной фамильного дома семьи Кроунер все еще стоял аромат свежих блинчиков с вареньем и горячего кофе. Мама кружилась вокруг меня что-то напевая себе под нос. А я шумно втягивала носом аромат беззаботного прошлого. Ведь он возвращал меня назад, в детство. Именно так пахло каждое утро на нашей небольшой кухне. Мама пекла тончайшие блины и каждый год закатывала банки с вишневым вареньем… В те дни самой большой проблемой были испачканные белые коготки. И сейчас на пару мгновений я вновь почувствовала себя той самой маленькой Сашей.

Но одного взгляда на отражение в зеркале было достаточно, чтобы вернуться к реальности. Из отражения на меня смотрела высокая девушка в длинном летящем шелковом платье цвета фиалки. Волосы были завиты в аккуратные крупные локоны, на лице легкий макияж… И все это по случаю выпуска из академии.

После всех событий, после сотни обсуждений мне позволили вернуться назад в академию и доучиться, стать дипломированным фамильяром. На деле все это было сделано для отвода глаз, чтобы не привлекать ненужного внимания, которое я и так успела привлечь предостаточно. Ведь слухи о том, что меня под свое чуткое руководство взяла сама ее величество королева Кларисса расползлись быстро. Как и слухи о моем происхождении. Впрочем, к слухам мне было не привыкать.

И теперь, когда жизнь начала входить в нормальное русло, я старательно обучалась, выполняла все, что от меня требовалось, не пренебрегала правилами. Потому что стоило один раз оступиться, и судьба всех метисов королевства, всех тайных союзов вновь была бы в опасности. Да-да, кроме меня естественно в королевстве были и другие метисы. Те, кому лишь чудом удалось скрыться от закона. И теперь от меня, от моей работы зависело слишком многое. Но я старалась, действительно старалась доказать всем, всему министерству, что имею право на жизнь, что не несу никакой угрозы, что метисы должны жить в мире со всеми. Я верила, что со временем законы изменятся. Нужно просто дать повод их изменить.

— Ну вот! Все готово, — мама заговорила, расправив складки на подоле платья и поправив пояс. — Ты прекрасна, моя девочка.

И я заметила, как побледнело ее лицо, а в глазах застыли непролитые слезы. Опять. Это продолжалось раз за разом на протяжении всех последних месяцев. Сперва казалось, что все в порядке, но… После того, как целители вернули ее разум, вернули ее к жизни она изо всех сил старалась быть сильной. И несмотря на то, что на ее лице появились морщины, а в темных волосах блестела седина, взгляд ее карих глаз будто бы не изменился. Она по-прежнему была Мэдриной Кроунер, сильным фамильяром из древнего рода. Многие маги вновь хотели с ней работать. Ее возвращение стало одним из самых громких событий королевства. И перед всеми она держалась достойно и уверенно, будто и не было всего, что она пережила за эти годы.

И только я видела ее слезы, видела всю ту боль, которая мучила ее на протяжении всех этих лет. В такие минуты она не могла себя контролировать.

— Все в порядке, мам? — перехватила ее за руку и сжала. — Тебе нехорошо? Если что, я могу остаться, не пойду ни на какой выпускной, приглашу целителей…

— Нет-нет, что ты! Такой день сегодня! Просто… воспоминания нахлынули, — она широко улыбнулась и, сморгнув слезы, вытерла их костяшками тонких пальцев. — Помнишь, как я вела тебя в первый раз на линейку в первый класс? У тебя были два огромных белых банта, рубашка с кружевным воротничком, юбка, которую ты отказывалась надевать, и еще рюкзак с рыжей русалочкой. А теперь ты здесь, передо мной такая взрослая чудесная девушка… Понимаешь, я все пропустила…

— Не говори так, ма! — сжала ее ладонь крепче. — Ты хотела как лучше! Тогда у тебя не было другого выбора, ты отправилась спасать меня, мое будущее, и попалась в эту западню…

— Я попросту бежала от проблем, пыталась спрятаться, скрыться. Спрятать тебя. Из-за этого все случилось так… как случилось, — она отвела взгляд и шумно втянула воздух. — Я была слабой. И хочу, чтобы ты… чтобы ты простила меня.

К горлу подкатил комок от ее слов, от ее слез. От чувства вины, которое раз за разом она испытывала. Как же она не понимала, что прошлое навсегда останется в прошлом.

— Простила? Что ты такое говоришь? — притянула ее к себе и уткнулась носом в ее плечо. — Мам, я никогда не считала тебя слабой. Нужно иметь большую силу духа, чтобы ради своего ребенка полностью изменить свою жизнь. Изменить мир, тебя окружающий в прямом смысле этого слова.

— Я хотела быть сильной. Но… мне не удалось тебя уберечь. Из-за меня, из-за моей трусости все вышло именно так, я упустила эти годы…

Мама едва заметно вздрогнула.

— Если жить, постоянно оборачиваясь на прошлое, то не увидишь настоящего. Я здесь, с тобой, прямо сейчас, — отстранилась, чувствуя, как по моей щеке течет горячая слеза.

А мама… улыбалась. Пусть и сквозь слезы, но ее улыбка была настоящей, такой живой, такой родной.

— Да. Ты права. Моя взрослая умная девочка, — она осторожно убрала локон с моего лица. — Знаешь, сейчас я вижу тебя и понимаю, что за свои права, за свою жизнь, за свое счастье нужно было бороться. Как это делаешь ты. Я горжусь тобой, горжусь какой ты стала.

— О, я ведь тоже хотела… сбежать. Но меня остановили. И сейчас у меня большая команда, — я сморгнула слезы и тряхнула головой. — Без вас всех, без тебя, без моих друзей, без Саманты, Тимера, без Дара я… Я бы сдалась. И не было бы никакой Сандры Бэйшоп.

— Бэйшоп… Я все время хотела спросить, почему ты выбрала это имя? При поступлении в академию тебе, как и всем иномирянцам, предоставили выбор. Почему именно Сандра Бэйшоп?

— Тогда я еще не знала, что моя мать сама Мэдрина Кроунер, — я рассмеялась. — Я немного изменила фамилию моей так называемой бабушки. Бейшикова стала Бэйшоп. А Александра превратилась в Сандру. Все просто!

— Нина Григорьевна стала мне родной… Но на самом деле здесь ее знали как Ниана Бейшик.

— Подожди, так бабуля… была тоже местной?! — я даже вздрогнула от удивления.

— Да и я… обязательно расскажу тебе все, но не сейчас, — мама бросила взгляд мне за спину и кивнула. — Кажется, кое-кто хочет тебя видеть! Я вас оставлю. Встретимся в академии, Саша.

Круто развернулась, и перед глазами появился знакомый зеленый портал.

И губы растянулись в улыбке. Дар. Он уже ждал меня.

Внутренний двор Академии сиял магическими огнями плавающими просто в пространстве, иногда натыкаясь друг на друга и рассыпаясь разноцветными искрами. Нарядные выпускники, светясь от счастья, разбились на пары и кружились под мелодию, напоминающую венский вальс.

Дар замер рядом с порталом, протянув руку, чтобы помочь мне пройти.

— Ты неотразима, дорогая, — проговорил он, наградив меня при этом таким восхищенным взглядом, что сомнений не оставалось — говорит чистую правду. Да и если и красавица я только для него — мне этого хватит с головой.

Сам он по случаю тоже принарядился, выбрав темно-синий костюм — изысканный в своей простоте, и белую рубашку.

— Спасибо, — вложила свою ладонь в его руку. — Прошлый наш бал закончился не слишком… радужно. Надеюсь, сегодня не будет никаких неожиданностей.

— Главное, что все хорошо закончилось. Даже лучше, чем ожидалось, — протянул Даррел. — Предлагаю, не откладывать наш первый танец, пока этого самого непредвиденного не случилось.

— Сложно сопротивляться вашему обаянию, ниар Стрейтен! — улыбнулась я, положив ладонь на его плечо, едва мы оказались среди танцующих пар.

Взгляд цеплялся за счастливые, вдохновленные лица девушек и парней, с которыми я провела последние четыре года своей жизни. Все они сейчас, как и я, немного волновались, представляя свою жизнь вне стен академии, строя планы и чуточку мечтая.

Абсолютное большинство присутствующих — завидовало мне. Остальные, считали, что это протекция Стрейтена и мамы. Но мне неожиданно было плевать на чужое мнение. И еще, я с точностью до секунды могла предсказать, что будет дальше…

— Ниар Стрейтен, как думаете, на нас сильно обидятся, если мы не почтим своим присутствием торжественную часть бала и вернемся к концу? — вполголоса рассуждала я, открыто улыбнувшись подругам, что-то оживленно обсуждающим в стороне от танцующих пар.

Из-за бесконечных тренировок и занятий за последние три месяца мы практически не проводили времени вместе. И сейчас, когда выдался свободный вечер, я не хотела тратить время впустую. Единственное, чего хотелось прямо сейчас, это побыть с Даром наедине.

— Полагаю, что самое время сбежать, пока ректор не затянул свою заупокойную о вашем светлом будущем, — кивнул некромант продолжая улыбаться, словно рассуждал о погоде, а не замышлял побег. — Полагаю, слухов о нас уже достаточно, чтобы мы могли не беспокоиться о том, что скажут, когда мы удалимся вместе.

И между высокими кустами диковинных цветов рядом с нами открылся зеленый портал. Дар подхватил меня под руку, и мы нырнули в него так быстро, что мало кто успел понять, куда мы запропастились.

Обоняния забило от едкого запаха пыли. Это обычно первое, что ощущаешь, посещая давно оставленные помещения без хозяйской руки.

Сердце предательски екнуло. Дурные воспоминания словно толкнули в спину, и я сильнее вцепилась в рукав Дара.

Но спустя мгновение по щелчку зажглись магические светильники, открывая взгляду слегка унылый интерьер давно заброшенного помещения. Судя по всему, здесь раньше находилась какая-то конторка маленького клерка. Даже бумаги все еще покоились на письменном столе у входа и чернильница с засохшими чернилами.

— Я имела ввиду немного другое… — вскинув бровь, взглянула я на некроманта. — Не объяснишь?

— С удовольствием, — улыбнулся Даррел. — Понимаешь ли, мой кабинет с некоторых пор стал слишком мал для твоего энтузиазма. И я подумал, раз ты все равно мой напарник — нам нужна собственная контора. Не принимать же клиентов дома. — жестом фокусника он выудил документы из внутреннего кармана пиджака. — Будем считать, что это мой тебе подарок на твой выпускной. Есть только одно НО!

— И какое же? — я все еще не совсем понимала, что вообще происходит.

— Мой душеприказчик такой невнимательный. Документы выписаны на имя Даррела и Сандры Стрейтенов, — скорбно вздохнув, произнес Дар. Актер из него — не самый талантливый, признаться. Переигрывает. — А значит, ты просто обязана теперь стать моей женой. — он развел руками, мол ничего не могу поделать, прости. И протянул мне пакет документов на НАШУ контору. — Все претензии выставишь потом ниару Ерену.

На секунду я забыла, как дышать. Сердце забилось часто-часто, и я могла лишь стоять и смотреть на протянутый пакет документов.

— Дар, это же… — все слова, кажется, закончились. — Ты серьезно?!

— Милая, после всего что мне пришлось с тобой пережить, ты просто обязана стать моей супругой, — задорно, по-мальчишески улыбнувшись, подытожил Даррел.

— Похоже, ты не оставил мне выбора, — я притянула его к себе и аккуратно поцеловала в губы.

— Естественно, — ответил он на мой поцелуй, прижав к своей груди. И только когда нам катастрофически стало не хватать воздуха, разорвал поцелуй. — К слову, у тебя там первое дело, ниара пока еще Бэйшоп. У ниара Страворски пропало фамильное колье. Он подозревает свою супругу…

— Вот как?! И что такого особенного в этом деле? — вмиг почуяв, как повеяло очередным приключением, азартно спросила я.

— Его супруга давно и совершенно успешно мертва, — Дар пояснил, подмигнув мне. — Кажется, это дело как раз для нас с тобой, дорогая.