Может ли изменить жизнь обычный камень? А может ли современная девушка встретиться со средневековым рыцарем, когда каждый из них находится в своем времени? Может, Лада Князева испытала это на собственном опыте. И понесло ее, и завертело в водовороте приключений и древних тайн.
Пятница мой любимый день недели. Любимей только суббота. Но в пятнице есть один неоспоримый плюс, это последний рабочий день на неделе, и окончание работы превращается в маленький праздник. С понедельника мы всегда ждем пятницу, это греет нас всю неделю.
Вот и я ждала пятницу с понедельника. Ложась спать в четверг, я была почти счастлива. Завтра меня ждал замечательный день...но... Неприятности начались с самого утра. Тривиально,сломался фен,и я с мокрой головой побежала на работу. По дороге машина окатила из лужи. Это была единственная лужа по пути на работу и почти вся оказалась на мне. Настроение пропало окончательно и бесповоротно. И в течении рабочего дня ничто его не выправило.
На меня ни за что наорал шеф,правда,уходя он извинился,но что это уже могло изменить?Единственным светлым лучиком стал звонок моей подружки Светки,которая поругалась со своим приятелем и теперь искала компанию,чтобы развеяться в каком-нибудь клубе. Конечно,я схватилась за ее предложение. Это было,что называется,встреча двух одиночеств. Ей нужно было переключиться с ссоры,а мне прийти в себя после этого кошмарного дня.
Даже настроение появилось откуда-то. По дороге я купила новый фен. Свой старый даже не собираюсь ремонтировать,с него все и началось!Потом с наслаждением помылась,когда пришла домой. Это так здорово смыть с себя неудачный день!После процедуры омовения я с час торчала у шкафа,по нескольку раз примеряя и перемеряя одежду. Наконец остановилась на красном шелковом платье. Достаточно простенькое,но оно так выгодно обтягивало мою фигуру. Шпильки,элегантная сумочка,аккуратная прическа...Я бы даже пустила себя на прием во французское посольство. Жаль Светка не туда меня позвала. Ничего,для клуба тоже сойдет,и быть может я даже смогу обзавестись поклонником,так подумала я.
К назначенному времени я позвонила подруге. Она ответила сразу,и сразу же мне не понравился ее тон.
-А,привет,-сказала она,-Ты все-таки решилась пойти?
В смысле?-не поняла я,-Как это решила?Мы же договорились.
Да,конечно. Лада...-она замялась,-тут такое дело...Я с Костиком помирилась. Но раз мы с тобой договорились,то мы заедем за тобой.
Похоже она решила,что дело улажено и,сказав во сколько выходить,отключилась. А я осталась стоять с трубкой в руках. Нет,я,конечно не законченная стерва и очень даже за нее рада. Но я так не люблю,когда срываются уже утвержденные планы. Я посмотрела на себя в зеркало,и куда я так выпендрилась?Буду сидеть и любоваться на Светкино счастье. Ей уже будет не до меня. Знаю я,что означает помириться с любимым человеком. Хоть бы Костик друга бы какого взял,может и вечер бы сложился...Так захотелось раздеться и никуда не идти, пришлось взять себя в руки.
Я вышла из дома в назначенное время,но Светки и ее Костика не было и в помине. Я простояла полчаса как дура возле подъезда. Уже хотела плюнуть и уйти домой,но тут позвонила пропажа и сказала,что они уже подъезжают. Я чертыхнулась,но вздохнула с облегчением. Светке,по-моему,стыдно не было совсем,впрочем,оно и понятно. Она сияла,как новогодняя елка. Костик мило улыбался. Может я бы и умилилась от их вида,если бы не была так раздражена. Но все-таки я вежливо улыбнулась. В машине оказался еще один человек,это был приятель Костика,и я подумала,что вознаграждена наконец за этот дурацкий день.
В клубе я посмотрела на него более внимательно. Не красавец,но достаточно приятный. Светка шепнула мне на ухо,что задержались они потому,что заезжали за ним ради меня. Теперь было вроде совсем глупо обижаться за их опоздание. Сергей,так звали друга Костика,небыл весельчаком и балагуром,но молчуном не являлся тоже. И вроде вечер даже начал приносить свои приятные плоды,я расслабилась. Сергей ухаживал за мной,но танцевать отказался. Жаль, танцевать я очень люблю. Он не отпускал меня от себя,становился все пьяней и от этого начал превращаться в обузу. Вскоре я уже с ужасом смотрела на него и думала как бы сбежать. Тем более,Светка с Костиком не появлялись уже какое-то время. Я обратила на это внимание. Сергей сказал заплетающимся языком,что они попрощались пока я пудрила носик. Мрак!Этого я Светке никогда не прощу!Я теперь еще больше захотела уйти. Не тут-то было. Сергей вцепился в меня как клещ. Он начал жаловаться на жену,Боже,он еще и женат!Ну,Светик...Потом на тещу,которая отравила ему жизнь. Как апофеоз вечера,он заглянул в свой кошелек и обнаружил,что деньги закончились и стал просить заказать ему еще водки. Здесь я уже не выдержала и практически побежала к выходу. Сергей пошел за мной. Я начала лихорадочно искать такси. Оно подъехало,когда это чудовище было уже рядом. Он полез за мной в такси. Я уже почти плакала от бессилия,но случилось чудо. Водитель оказался его знакомым,причем,мужем подруги его жены. Я тут же сказала,что не буду мешать приятелям и выскочила из машины. Они уехали.
Я вздохнула с облегчением. И стала искать другое такси. Его не было,а к друзьям из ближнего зарубежья я не хотела садиться в машину. В конце концов я решила идти пешком. Как же я об этом пожалела. Идти было далеко и страшно. Не факт,что ко мне пристанут хулиганы или маньяк,но паника уже потихоньку накатывала. Не хорошо девушке бродить ночью по улице. Не скажу,что подругу Свету я сейчас вспоминала добрыми ,ну,или хотя бы литературными словами. Это немного отвлекало от паники. Половину пути я прошла без приключений. Я даже позволила себе немного расслабиться и чуть замедлила шаг. Ноги гудели,но останавливаться не хотелось. Я ковыляла средним шагом,подвернула ногу и покачнулась,издав тонкий писк,который тут же перешел в крик. Что-то больно ударило меня по плечу и шмякнулось под ноги,громко стукнув об асфальт. Я порывисто нагнулась и подняла камень,который так больно ударил меня. Это был уже предел. Такого свинского дня у меня еще не было в моей не такой уж длинной, но все-таки достаточно насыщенной жизни. Я начала бешено озираться по сторонам. Никого не было. Это довело меня до белого каления. Я заорала:
-Какая сволочь это сделала?!
Ответом мне была тишина...
Опять яркий солнечный свет в глаза. Пустынный холм и клубы пыли за ним. И гул...
Страшный приближающийся гул... Горячий воздух поднимается над холмом, гул переходит в лязг и топот. Вот-вот они покажутся из за холма.
Рука до боли стиснула копье. Из под нагретого на солнце шлема катятся капли пота по покрытому слоем пыли и обожженному лицу. Глаза до боли всматриваются в вершину холма , в столб пыли, в то что начинает появляться в этом пыльном мареве.
Вот они показались! Сарацины. Тяжелая конница. Лязг идет от металлических пластин на кожаных доспехах коней и рыцарей. Они закованы , обшиты металлом. Тысячи пластин отражаются на солнце , переливаются, слепят... В общем гуле слышен душераздирающий боевой клич. Ряды дрогнули, ощетинились копьями. Бежать бесполезно. Смерть настигнет гораздо быстрее. Выход один. Только вперед. Только в бой. Молча строй рыцарей перешел на рысь , на ходу выстраиваясь клином, смыкая плотнее ряды. Сарацины уже близко. Видны конские хвосты на наконечниках копий и шлемах. Лица закрыты забралами или черными платками.
Конь рванулся вперед. Мелькнула мысль, сколько времени так продержимся? Полчаса? Час? Уже неважно. Две лавины несутся навстречу друг другу. Свист, удар! Рядом рухнул конь сраженный арбалетной стрелой. Еще рывок! Впереди темная орущая стена с тысячами копий, направленных на меня. Мое копье нацелено на блестящий шлем с конским хвостом, выкрашенным в разные цвета. Его копье нацелено на меня. Сейчас будет удар треск ....
....Вскакиваю, открываю глаза,- темно. Почему? Где я? Куда делось яркое солнце? Почему так тихо? Ах, да. Это сон. Опять этот жуткий сон! Уже несколько раз за последние месяцы.
Сознание медленно возвращается... И не темно вовсе. Узкий луч света проникает в вытянутое маленькое окно. Освещен только дальний угол комнаты, но это неважно , комната маленькая. Пять шагов в длину, два шага в ширину, в ней с трудом помещаются два лежака. На втором тихонько похрапывает брат Бернард. Вот уж кому всегда и в любом месте спится хорошо. Кошмары не мучают, видения не преследуют. Поклевал пшеничных зерен, водой запил, помолился и спит как младенец. Святой человек, одним словом. И ведь сколько он пережил, настрадался за веру а все равно, бодренький такой старичок. Все епископы его уважают, да и в Риме, говорят он был принят высокими особами. Непрост он, брат Бернард, ох, не прост. Не зря меня к нему определили, видно кто то решил, что святому монаху нужна охрана.
В узкое окно проник промозглый мартовский холод. Ничего, уже рассвело, скоро пригреет солнце. Это хорошее солнце, оно не обжигает кожу, не высушивает сердце, не слепит нещадным ярким светом. Во дворе послышался шум. Стук, скрип открывающихся ворот , отрывистые крики привратника. Скрип колес. Поспать уже не удастся. Пожалуй, надо собираться к утренней молитве, да и перекусить совсем не мешает. Монахи постятся, питают душу, а нам, воинам это совсем ни к чему. По коридору послышались семенящие шаги. Кто то за ужином несвежее съел. Нет, шаги приближаются, что то случилось. За пять месяцев первый раз вижу что здесь кто то так носится.
Дверь распахнулась на пороге появился запыхавшийся брат Ганорий. Он и в нормальном состоянии не выговаривает половины букв, а после быстрого подъема по винтовой лестнице и бега по коридору совсем невозможно ничего разобрать.
- Блатц Белналдц! Ефишкоф Шалтлсцки плибыл! Оцец наштоячель плошиц к шебе...
Брат Бернард встал, как и не спал. Вежливо поблагодарил брата Ганория за благую весть, попросил меня собрать свои пожитки в дорогу (сам он все свое носил в маленьком холщовом мешочке). И ждать во дворе.
У меня заныло плечо. Явный признак, без приключений не обойдется. Когда два высоких духовных сана просят на совет нищенствующего монаха, это уже настораживает , а то что со двора слышны беспорядочные крики и шумная возня, натолкнуло на мысль, что мое лечение закончилось. Начинается служба.
Солнечный лучик скользнул по лицу. Я зажмурилась и потянулась. Так я замерла на мгновение и улыбнулась сама себе. Люблю просыпаться,когда на улице солнце и не тренькает будильник,значит наступил замечательный выходной денек. Я не спешила открывать глаза,наоборот уютно натянула одеяло,почти зарывшись в нем,и попробовала вспомнить,что мне снилось. В голове пронеслись ускользающие образы,которые было невозможно собрать в целую картинку. Стало понятно,что сон мне не вспомнить,и я открыла глаза. На стене,напротив кровати весели часы. Я присмотрелась и даже привстала,двенадцатый час дня.
-Сильна спать,тетя Лада,-сказала я себе.
От более интенсивных движений заныло тело,особенно ноги,а еще болело плечо. Я взглянула на него. Там красовался огромный синяк,даже кожа,которую я столько холила в салоне красоты,была местами содрана. Настроение уже было не столь радостное. Вспомнился прошедший день со всеми его радостями. Я осмотрела комнату. Рядом с кроватью валялось все мое вечернее обмундирование. Я подняла платье,на которое было страшно смотреть. Мда...Вчера оно выглядело новее...Потом подняла мои хорошенькие,хм...простите,мои бывшие хорошенькие чулочки. В помойку,а больше они не на что не годились. Снизу капрона вообще не было,разодрано вдрызг. Это вообще уже были не чулки. Я босиком что ли шла?Вот это да,не помню!Я же трезвая была...ну совсем капельку пьяна. Что наливают в этом клубе. Туда я больше не ходец. Потом я взяла в руки туфли. Вот ведь!..Маленькие мои туфельки,простите меня!Такие утонченные,такие элегантные...ныне фирменные галошки. Как можно было превратить их в ЭТО?!А что с сумочкой?Сумочка оказалось так же в плачевном состоянии,вся ободранная. Я на ней с лестницы что ли каталась?Мрак какой-то...На глаза навернулись слезы. Было обидно за свое убитое имущество,за себя любимую и вообще...В это мгновение в голове яркими буквами вспыхнуло-СВЕТКА!Я кинулась к телефону. Даже боль не мешала. Ну,Светик,сейчас ты получишь на орехи и на изюм еще останется. В трубке долго гудело,но я не собиралась сдаваться,ага,сейчас!Во мне сейчас живет не Леопольд,а леопард.
-Алло,-томно протянули в трубке.
Света,-произнесла я таким голосом,что самой стало страшно на мгновение.
Да-а?А,Ладусик,-радостно промурлыкала она,-приветик. Как вечер?Понравился?
Еще как,-прошипела я,-ты себе даже не представляешь на сколько...
Ой,я так рада,солнышко,Сережка отличный парень.
Да,ты что?!Правда?-тут меня прорвало.-Светка,коза,ты давно знаешь этого отличного парня?
Нет,-она явно опешила и перешла на более естественный тон.-Костик вчера познакомил,сказал,что скучно тебе с ним не будет.
Скучно?Скучно совсем не было. Не-ет,Светик,я очень веселилась,когда он душил меня рассказами про тяжелое детство,бравую юность .А еще про жену,про тещу...
Про кого?-переспросила обалдевшая Светка.
Про жену!-крикнула я в трубку.-Но совсем мне весело стало,когда он начал канючить,чтобы я заказала ему выпить!
Да,ты что?-моя подруженция была поражена.-Но ты отвязалась от него?
Ага,чтоб тебе так от мужиков всю жизнь отвязываться!Только чудом!И пешком пошла домой!-я просто-таки надрывалась.
Пешком?-поразилась Светка,-Да,как ты вообще дошла?
Не помню,-крикнула я и бросила трубку.
Меня колотило от злости. Вот зараза! Отличный парень! Очень хотелось обрушить на голову подруженции обрушить какое-нибудь зверское проклятие,типа,чтоб твой муж был сантехником или,или...вообще...Но не хотелось,чтобы проклятие вернулось обратно. Все ж таки мужа посерьезней хотелось очень. Телефон вывел меня из ступора.
-Прям,гром среди ясного неба пробурчала я.-Слушаю...
Лад,-это была Светка,и голос у нее был виноватый.-Лад,прости-и...
Бог простит.
Лад,ну,правда,я не хотела. Ты послушай,я сейчас тебя все расскажу,-затараторила она.
Ну?-грозно сказала я.
Я уже собиралась,когда пришел Костик.Я открыла дверь,а он на коленях перед дверью. И такой букет шикарный...Как можно было его не простить,понимаешь?
Дальше что?
Ну,дальше сама знаешь как это бывает...У меня из головы вылетело про то,что мы собирались с тобой. А потом ты позвонила,мне было так неловко. Я сказала Костику,что получилось нехорошо.Он сказал,что все нормально,и мы вместе можем съездить в клуб,просто пораньше уйдем.А чтобы ты не обиделась,мы найдем тебе компанию. Он позвонил нескольким друзьям,но ничего не получилось. Время уже поджимало.А тут этот Сергей позвонил,Костик его и позвал. Прости,я же не знала,что он из себя представляет. Лад,ты ж знаешь,что я ничего плохого тебе бы никогда не сделала. Мы с Костиком искупим нашу вину,как только захочешь...Лад...
Что?-тон у меня был еще грозный. Узнать,что мне нашли компанию на быструю руку,было неприятно.
Ладочка,ты это...ты мне еще не пожелала мужа сантехника?-голос ее стал совсем упавшим.
И тут я расхохоталась. Громко и от души. От сердца сразу отлегло,и я простила ее.
Сборы были недолгими. Все вещи уместились в двух седельных сумках. Меч , два клинка дамасской работы, кое какие личные вещи я взял с собой. Остальные вещи , запасы провизии и оружие, уложили на повозку, которую приготовил Тибо, ему помогали два монаха-цистерианца.
Меня разбирало любопытство. Что за срочное дело могло заставить епископа ехать всю ночь напролет, поднимать такой шум в монастыре, и пригласить на совет простого монаха, живущего молитвами и постом?
Пять месяцев я провел в монастыре Моримон в Шампани, недалеко от тех мест, откуда я ушел много лет назад , не столько по зову веры, сколько из за невозможности оставаться и делить наследство, которое на одного то еле хватало. А в семье было четыре брата .
А в монастырь аббатства меня привел брат Бернард. Да, пожалуй не привел, а притащил. Я был совсем обессиливший от множества открывшихся ран, по дороге домой. Так брат Бернард отплатил мне за услугу , которую я оказал ему , вызволив из сарацинского плена. Хотя , он сделал бы это даже не будучи обязанным. За пять месяцев я окреп, проникся духом и неторопливой жизнью цистерианцев, и все увиденное и пережитое казалось таким далеким. Вот только этот сон... Мне приходилось участвовать в сражениях, но эта картина была мне совершенно незнакома. Несмотря на то что картина была настолько реальна, что я различал каждую деталь , каждую мелочь, я точно знал, что этой конной атаки никогда не было.
Брат Бернард как то спросил, отчего я так вскакиваю по ночам. Пришлось рассказать ему этот сон. Он слегка задумался, улыбнулся, и сказал, что в снах мы видим свои пути. Я не стал задумываться над его словами, потому что, если задумываться над всеми его изречениями, то ни на что другое времени не останется.
А вот и он. Сияет как всегда благостной улыбкой. Холщовый мешок перекинут через плечо. Изношенный, потертый, много раз зашитый плащ, накинут на тщедушное тело. За ним тяжелой косолапой походкой шел верзила рыцарь в богатых начищенных доспехах с выражением на лице , которое говорило о том что он ожидает от окружающих почестей положенных ему согласно происхождения.
- Ты готов ,брат мой? - спросил Бернард, н ожидая ответа: - Мы примкнем к свите графа Жоффрея де Пиньи. Он благосклонно решил сам доставить пожертвования ордену на святое дело церкви .
Своим видом брат Бернард показывал , что самое время поклониться светлейшему графу, да и по виду графа было ясно, что он не двинется с места, пока не получит своих почестей.
Я поклонился, выразил почтение, и граф отвесил снисходительный поклон, лицо его немного оживилось. Он деловито стал поправлять новенькие доспехи, на которых не было отметин, указывающих на боевой опыт рыцаря. Зато он был выше меня почти на голову и гораздо шире в плечах. Даже при отсутствии необходимой подготовки, он своим видом мог повлиять на решение неприятеля напасть на нашу компанию, а когда к нам за стенами аббатства присоединилась свита графа, состоящая из дюжины вооруженных рыцарей и двух десятков слуг, то путешествие перестало казаться опасным.
Брат Бернард неторопливо трусил на своем ослике, Тибо и два монаха, брат Гийом и брат Арнульф, ехали на повозке за обозом графа.
Граф сначала ехал с высокомерной миной, постоянно оглядываясь и проверяя что его свита выглядит достойно его положению, но вскоре скучные и однообразные пейзажи надоели ему , он сбросил маску надменности и пустился в рассказы о местных землевладельцах, их доходах и замках , не забывая при этом сравнивать их со своими. Когда он совсем забывал о знатном происхождении, он спрашивал о событиях на Святой земле. Обрадовался когда узнал что я знал его дядю, Бодуэна да Пиньи, был с ним при осаде Дамиетты и в походе на Каир, когда Бодуэн пропал в болотах разлившегося Нила. Так продолжалось до исхода дня, когда мы приблизились к небольшому селению, где можно было остановиться на ночлег . Маска надменности и надутости снова сковала графа. Местный землевладелец радушно предоставил нам свой дом, и граф поспешил разместиться с удобствами.
Однако брат Бернард повел себя на удивление странно. Он придирчиво осмотрел комнаты и сказал мне что на всякий случай, надо принять предосторожности и оружие взять с собой поближе. Это опять натолкнуло на мысль, что истинная цель путешествия мне еще не известна...
После уборки,душа и завтрака я чувствовала себя очень даже приемлемо. И решила,что про вчерашний день вспоминать не буду. Хотя не скрою,меня угнетало,что я не помню свое возвращение домой. Хотелось бы знать почему моя одежда в таком диком виде. Ладно,нервный срыв такая штука,может еще вспомню. Я вынесла на помойку убитые вещи,даже платье решила не реанимировать. Шмотья полный шкаф,переживу.
По телевизору смотреть толком было нечего,как обычно в выходной день. Остановилась на какой-то передаче,но не скажу,что помню о чем она. Лежала и не о чем не думала. Было спокойно,но немного скучно.Может завести кота-подумала я,но тут же передумала. И собаку тоже не буду заводить. Живность это хорошо,но я живу одна,могу зависнуть где-нибудь у друзей,а животное страдай. Нет,лучше пойти погулять куда-нибудь. Только куда?Я задумалась еще более тщательно. Ага!Что может поднять настроение девушке?Конечно же старый добрый шопинг! Но одной неинтересно,нужна компания. И это не Светка. Можно навредничать и оторвать ее от Костика,они ж мне должны...Но я девушка добрая,пусть живут. И я подумала о другой нашей подруженции Маринке. Вот кто со мной точно пойдет. Почему?Да,пожалуйста:она одинокая как я-раз,она фанатка шопинга-два и она намекала,что на выходные ей заняться нечем-три. А значит я звоню Маринке.
Сказано,сделано. Через час Маринка заедет за мной,класс. Я иду тратить деньги! А для чего их еще зарабатывать?Я оделась и накрасилась за полчаса,это вам не в клуб с отличным парнем собираться. А потом вышла во двор. Решила ждать на свежем воздухе. Маринка подъехала даже раньше. Ее десятку было слышно из далека. Она ласково называла свою машину-ласточка,а остальные-ведро с болтами. А Маринка упрямо ездила на ней. Она когда-то с тяжелыми боями отбила машину у бывшего мужа,и теперь этот трофей ей был ближе,чем тот самый бывший муж во время свадьбы. Люблю я Маринку. Она веселая пышечка,которая за словом в карман не лезла. С ней и скучно-то не бывает,кажется,никогда. Я села к ней в машину. Маринка радостно лыбилась во все свои тридцать два зуба.
-Ну,погнали наши городских,-возвестила она,и мы затарахтели на ласточке с болтами на шопинг-терапию.
* * *
К вечеру уставшие и счастливые мы садились в машину,чтобы ехать в обратный путь. На заднем сиденье ласточки красовались разноцветные пакеты,мои и Маринкины вперемешку. Наверняка мы их перепутаем,зато будет над чем еще посмеяться. Как же мне сейчас было хорошо. Прогулка подняла настроение по самую крышу. Хотелось продолжить вечер. Но Маринке позвонила ее сестра,и она собиралась дальше к ней. Ну и ладно. Пока разберу покупки,пока поужинаю,посмотрю телевизор там уж и ночь. А может кто-нибудь позвонит. Короче,еду домой.
Дома я занялась своими трофеями. Точно,пара покупок подруги я хапанула,а вот сумочка с косметикой осталась у нее. Завтра разберемся. Намеченный план воплощался до мелочей,все одно делать было больше нечего. Когда я разобрала покупки,поужинала и села к телевизору,мне пришло в голову,что я давно не наводила порядок в своих шкафчиках на кухне,и я обрадовалась новому делу. Когда я сунула туда нос,оказалось,что там все в порядке,и я просто переложила пакетики со специями с одного места на другое,из принципа.
Но если на кухне мне нечего делать,как оказалось,то попытать удачу в прихожей мне никто не мешает. И я перебазировалась в прихожую. Коробки с обовью стояли аккуратными стопками,но я их вытащила и открыла. Yes,на несколько пар нужны были набойки,а кое-где и накат. Есть чем заняться в свободное время. Потом я сложила обувь,не требующую ремонта назад в коробки,а остальное сложила в мешок. Потом я проверила мебель в прихожей на предмет пыли. Нашла ее и сбегала за тряпкой. Когда я протирала шкаф,мы с тряпкой на что-то наткнулись. Я пошарила и сняла сверху камень. Камень?А что он там делает и как он туда попал?На всякий случай я еще пошарила,но больше инородного ничего там не нашла. Я отложила камень и закончила протирку пыли. Потом снова взяла камень и пошла с ним в комнату. Я села в кресло и начала его рассматривать. Он был весь какой-то ребристый.
-И как ты оказался у меня дома?-спросила я его,но он был нем,как камень.
Я откинулась назад,и тут же заныло плечо. Ну-ка,ну-ка...Я сжала камень в руке и прищурилась:
-Твоя работа?Болит между прочим.
Как же я возвращалась домой и зачем его-то приперла?Камень быстро нагрелся в руке даже начало покалывать кончики пальцев. Надо же как я его сжала сильно. Я ослабила хватку и руке стало легче. Я прикрыла глаза и попробовала все-таки вспомнить,не смотря на обещание не вспоминать вчерашний день. Так,я орала как потерпевшая на всю улицу,призывая все кары на голову того урода,который бросил в меня булыжником. А потом?..Ого,припадочная...Я начала пинать камень по всей улице,пинала я еще деревья,какой-то мусор,а потом...потом подвернула ногу и упала. Как же я распсиховалась!Я начала прыгать на сумке,прости меня моя красивая сумочка. Потом протащила ее по асфальту,зачем-то вновь подобрала камень...ой,какие я слова неприличные знаю. Да,еще как громко их кричала...Лучше бы не вспоминала,душа была спокойней. А домой я пошла босиком. Не удивительно,что ко мне никто не пристал. В гневе я оказывается страшна. А для себя еще и опасна. Как ничего себе не сломала?Больше не буду так напрягаться в неудачные дни.
Я открыла глаза,посмотрела на камень:
-И зачем я тебя домой приперла?Еще и на шкаф закинула. Ладно,живи пока. Но только одну ночь. Завтра вернешься к своим братьям на улицу. И больше на людей не кидайся.
А камню,по моему,весь мой монолог был по барабану...
Граф Жоффруа де Пиньи сидел на самом крепком стуле , откинувшись на высокую спинку , напротив очага и размахивая очередным бараньим ребрышком, разглагольствовал о том , что его личная охрана самая лучшая в округе, и во многом не уступает даже личной охране самого Тибо Четвертого. Иногда он переводил дух, смотрел на меня, как бы ожидая подтверждения, и в это время слуга ловко выхватывал у него обглоданное ребрышко, и заменял его новым , отрезанным от барашка, который крутил на вертеле над огнем другой слуга. Третий слуга стоял с кувшином вина и улучшив момент, наполнял чашу графа. Не знаю, как там насчет личной охраны, а обслуга у графа превосходная.
Граф рассказал, что обоз с деньгами , драгоценностями и прочей утварью охраняют два рыцаря в амбаре, и трое слуг в дозоре , во дворе и на подъездной дороге. Хозяин, который сидел напротив меня, смотрел в рот графу и на все его высказывания энергично кивал и поддакивал. Само присутствие высокого гостя он расценивал как награду , а уж рассказ он надеялся запомнить наизусть, чтобы передать его потомкам.
Я немного захмелел. Вина я не пил со времени прибытия в Моримон, да и сейчас было неловко перед братом Бернардом. Он пожевал краюху хлеба, и запил водой, а теперь сидел блаженно улыбаясь, и смотрел на языки пламени в очаге. Вскоре, сославшись на усталость, и извинившись что не могу далее поддерживать компанию, я встал и вышел во двор. Посреди двора на бочке сидел дозорный. В глубине двора , под навесом стояли лошади. Я постоял немного и вернулся в комнату, отведенную нам с братом Бернардом , но там меня ожидал неприятный сюрприз. Брат Бернард наотрез отказался спать в комнате, на кровати, объясняя это тем, что он привык к более жесткому ложу. Мне все таки хотелось провести ночь на мягкой постели, но после недолгих пререканий, пришлось взять подстилку и одеяло, и последовать за ним в каморку, где уже во всю храпели братья Арнольф и Гийом, а зак же Тибо. Я улегся, положил свернутый плащ под голову, как делал это долгие годы походов, и закрыл глаза. Вдруг что то фыркнуло и коснулось моего уха. Я резко повернулся.... Вот радость то! Ослик брата Бернарда. Я ткнул. Его в морду и повернулся на другой бок. Ослйк обиженно потоптался и отошел...
...Снова яркое солнце, снова клубы пыли и марево над холмом, снова страх увидеть то что возникнет сейчас из за холма. А вместе с этим решимость и полная покорность судьбе....крик... Это не отсюда. Еще крики. Кого то зовут. Меня толкают я просыпаюсь...
- Что случилось? - кричу и сразу понимаю, что никто не ответит, все бегут к выходу, где то вдали мерцает огонь. Выбегаю во двор. Несколько слуг с факелами стоят полукругом у входа в амбар, где стоят повозки с имуществом графа. Двери распахнуты настежь. Слуги в страхе замерли. Хватаю у первого слуги факел и забегаю внутрь. Здесь уже над телом одного рыцаря сидит брат Бернард . Неподалеку от него полусидит второй охранник . Повреждений не видно. Подношу ближе факел, - вот оно, - небольшая дырочка в ухе и еще не запекшаяся струйка крови. Чистая работа!
- Еще не остыли. - голос брата Бернарда ровный и спокойный. - Был один человек. Следов не оставил. Этому перерезал горло , очень умело. А второго, видел как?
- Да, - ответил я: - видел. Шилом, или вроде того. Видно задремал, чтобы со сна не вскрикнул.
Мы еще немного покрутились, пытаясь найти хоть какие то следы, но тщетно. Тот кто здесь был ,хорошо знал как войти, как выйти и что делать. Честно говоря, такого искуссного убийцу в наших краях я даже не ожидал увидеть.
Со двора послышались крики, шум. Мы поспешили туда.
В центре двора, при свете факелов стоял граф, не полностью одетый, разъяренный. Одной рукой он держал, жалобно скулящего хозяина, а другой наносил ему удары наотмашь. Лицо хозяина было в крови, изо рта неслись жалобные крики. Зубов во рту стало заметно меньше.
- Предатель! Скотина!- орал граф: - Где ты спрятал разбойников? Куда они убежали? Змей проклятыи! Выведал все у меня, и ограбить решил!
Мы с братом Бернардом оттащили графа от хозяина и с трудом упросили его разобраться во всем прежде чем что то предпринять.
Граф приказал всем осветить амбар и принялся лично осматривать ущерб нанесенный имуществу. Никто не обратил внимание что поодаль рядом с бочкой лежит дозорный слуга со свернутой шеей...
К великому изумлению графа ничего из вещей, денег и драгоценностей не пропало. Правда все было сброшено, перерыто и разбросано. Граф вскоре вообще стал считать что все обошлось благополучно, а гибель трех человек воспринимал как дополнение к приключению.
Я же отвел брата Бернарда в сторону , и сказал ему:
- Во всей этой истории странно одно: Как это такой опытный и искусный убийца, не успел взять того, что хотел, и как получилось что тревогу подняли, не смотря на то что он сделал все, чтобы остаться незамеченным? Кто вообще поднял тревогу?
- А это я поднял тревогу- сказал брат Бернард.
- Так ты знал что произойдет сегодня ночью? - спросил я, вспоминая, как брат Бернард противился тому чтобы спать в комнате.
- Все события происходят в свое время. Иногда мы можем знать что что то произойдет, но не можем знать что именно. А иногда можем знать что именно произойдет, но не можем знать произойдет ли. - ответил брат Бернард очередным своим изречением.
Я махнул рукой и пошел досыпать. Очередной раз я почувствовал , что брат Бернард делает из меня идиота. Что то часто, в последнее время. Еще привыкну...
Но вопросы которые крутились в голове не давали уснуть. Что же искал таинственный убийца? Нашел ли он то что искал? Какое отношение имеет брат Бернард ко всей этой истории?
Под утро ненадолго я сомкнул глаза...
Воскресенье было похоже на субботу,ничего из ряда вон выходящего. Правда,чувство стыда за свое буйное поведение немного мучило,но я успокоила себя тем,что возможно меня никто не видел. Я затеяла большую стирку. Ну,не очень большую,но стирку. Сходила в магазин,приготовила поесть,какая я все-таки хозяйственная... И куда мужики смотрят?Нет,они смотрели на меня и с симпатией,на мужское невнимание я не могла пожаловаться. Но в двадцать пять уже хочется чего-то большего,чем просто встречи и расставания. А мне попадались мужчины,которым хватало именно таких отношений. По этой причине я рассталась со своим последним бойфрендом,так сказать. И вот уже четыре месяца я была свободной как птица.
После обеда я решила почитать книгу. Достала старую добрую,зачитанную до дыр "Мастер и Маргарита" Булгакова. Обожаю эту книгу. Еще со школы полюбила. Всегда хотелось побывать на месте Маргариты. Пойти на все ради любимого. Только любимого,ради которого я пошла бы на все,у меня никогда не было. Даже не уверена,что любила кого-нибудь по настоящему,чтоб земля из-под ног,при одном только взгляде на близкого человека. Эх,сколько же во мне нерастраченной нежности. Стало грустно. Я поставила книгу на место. Потом перечту. Что-то я совсем расклеилась...
Я вышла на балкон. Все-таки замечательная у меня квартирка. Однокомнатная,мне хватает. И с балконом. С детства мечтала о балконе. А теперь он у меня есть. И я люблю на нем посидеть вечером с кружечкой чая,не зимой,конечно. Очень умиротворяет. Сейчас я постояла,облокотившись на перила. Во дворе бегала ребятня. Стоял самый конец мая,погода баловала уже неделю летней жарой. Я прикрыла глаза,подставила лицо солнышку и небольшому теплому ветерку. Ах,как же мне было хорошо на душе.
Из блаженного состояния меня вывели крики внизу. Какая-то женщина ругала мальчишку за то,что он кидается камнями. Опачки,точно! А камень-то я так и не вынесла. Я вернулась в квартиру. Мой необычный гость лежал на комодике и не чирикал. Конечно,а чего чирикать?Если не думать о том,что камни этим вообще не занимаются,то все равно ему у меня было уютно. Стоп,кажется я очень одинока,если уже в камне вижу друга...Ну,и ладно. Это же не кот,и если я куда-нибудь уеду,он только пылью покроется. Никаких забот.
-Совсем чокнулась,-одернула я себя.
* * *
Я взяла камень с комода. Все-таки какой-то он неправильный. Граненый весь. Ни разу не видела,чтобы обычный булыжник имел грани. Вчера я была больше увлечена своими поисками вчерашнего дня,а сегодня начала его рассматривать пристальней. Я взвесила камень на руке,тяжеленький. А еще я бы сказала,что он гладкий на ощупь,не каменный. Скорее на металл похоже. Может,если его поцарапать,там и окажется металл?..Тут меня озарило,это,наверное слиток золота замаскированный под камень. Ого!Так это я удачно позавчера под него попала!Вот что означает в нужном месте,в нужное время. Меня аж залихорадило от возбуждения. Я бросилась на кухню. Схватила нож и начала его скоблить. Что за ерунда?На камне не осталось ни царапины. Точнее,царапины я рассмотрела,но не мои. Они уже были до моих попыток найти золото. А мои старания ничем не увенчались. Но сдаваться как-то не по русски. Я нашла напильник в ящике с инструментами. А что здесь такого?Ящик с инструментами у меня был для тех,кто будет мне что-нибудь делать. Я отвлеклась немного. Так вот,я взяла напильник и попыталась отскоблить краску им. Не вышло...Что же это такое?!Ладно,это еще не конец. Я задумалась на минуту. Эврика!У меня же есть растворитель!И я принялась тереть камень растворителем. Ну,нет же...так нечестно...Ничего не изменилось. Я расстроилась и кинула камень на стол.
-Пойдешь на улицу,-зло сказала я ему.
С чего я взяла,что это золотой слиток?Обиженная я ушла в комнату. Посидела там,походила,вышла на балкон. Нет,этот вредный камень не давал мне покоя. Я вернулась на кухню и забрала его со стола. Несколько раз подкинула его,потом сунула в карман и пошла в комнату.
-Я с тобой все равно разберусь,-сказала я ему.
Сев в любимое кресло,я достала его из кармана. Повертела в руке,потом откинулась на спинку,положила руку с камнем на колени и задумчиво на него посмотрела. Меня охватило состояние какого-то расслабленного ступора. Камень,как и вчера,быстро нагрелся в руке,и опять начало колоть кончики пальцев. Это было...это было не неприятно,но и приятным не назовешь. Как будто кровь пульсировала,но не внутри пальцев,а пульсация как бы входило из вне. Где-то в дальнем углу мозга родилось удивление. Но как-то в стороне от происходящего. Я оставила камень на коленях и немного приподняла руку над ним,колоть продолжало. И появилось еще кое-что...Между рукой и камнем,или что он там такое было,воздух стал плавиться,как в сильный зной,ну,или как над костром...не важно...И в этом плывущем и плавящемся облаке...о,Боже...стали проступать очертания...Я всмотрелась,да,точно. Это были очертания леса!
Стало страшно,очень страшно,и я сбросила камень с колен. Тут же все исчезло. Я отупело смотрела на...камень?Что же это было,и что ОНО такое?..
Вторую неделю мы в пути, а убеждение в том, что настоящая цель путешествия мне так и не известна, не отпускает. Одно утешение, в том что граф де Пиньи понимает во всем этом еще меньше моего. Он твердо убежден в том что наша основная цель, это доставка его пожертвований ордену. Так что только один человек понимает что же на самом деле здесь происходит, - это брат Бернард. Я уже пытался разными способами выудить из него хоть что нибудь. Но все попытки заканчивались отговорками или бессмысленными изречениями.
К тому времени все уже забыли происшествие и гибель троих человек от руки неизвестного убийцы и ничто не напоминало о том что отряд кто то преследует. В конце концов я махнул рукой и решил подождать, когда ситуация разрешится сама собой , но тут произошел странный случай.
Из свиты графа исчез слуга. Граф сильно и долго ругался и кричал, однако пропавшего не нашли.
Бернарда эта новость очень встревожила , он весь следующий день, задумчиво ехал на своем ослике, не обращая ни на кого внимания. К ночи нам пришлось остановиться лагерем на ночлег в поле. Слуги развели костер, и стали готовить ужин, а я присел у нашей повозки,
Бернард знаком показал, что нужно поговорить наедине. Мы отошли от лагеря на расстояние, чтобы никто не уелышал наш разговор.
- Я прошу прощения, брат мой, за то что долго скрывал от тебя зачем мы здесь, и какова цель нашего путешествия, - начал брат Бернард ,и в его речи уже не было ни обычной безмятежности,ни странных присказок,- И это не от недоверия. Я много времени знаю тебя, и ты стал мне больше, чем брат по церкви, ты стал мне брат по духу . Тайна , которую я храню , это тяжелая ноша, которую я обязан нести и обязан платить за нее своей жизнью . Долго я думал посвящать ли тебя , но обстоятельства сложились так, что у нас может не быть другого случая. Времени мало и я расскажу тебе только вкратце , зачем мы здесь, скажи мне, ты готов принять на себя тяжесть знаний ? Твое согласие будет и святым обетом.
Я ответил брату Бернарду, что во всем готов его поддержать, и готов помогать ему любой ценой. Он посмотрел на меня пристально, и продолжил:
- Я был одним из братьев, причастных к событиям, которым было положено начало сто лет назад . Моя задача охранять очень важный предмет. Многие умы решали, считать ли его святыней, или это порождение иных миров. После некоторых событий ,высокими духовными лицами было решено вернуть этот предмет туда, откуда он был взят сто лет назад.
Когда первые воины Христа разгромили неверных, в новое Иерусалимское королевство устремились толпы паломников. Многие из них приходили поклониться святым местам, но были и такие, которых церковь посылала разыскивать святыни и предметы , связанные с христианством. Многие действовали в одиночку, а были и такие, которые объединялись для этой цели. Так как Папа утверждал и содействовал только малому числу из них, то большинство так и остались неизвестными подвижниками и мало кто помнит их имена.
Так пятеро монахов удалились в горы что южнее Мертвого моря, и нашли там древний христианский монастырь, в котором жили монахи еще со времен византии и римской империи. А так как жили они в пещерах, в труднодоступных, уединенных местах, то и не пострадали от языческих и мусульманских завоеваний и притеснений. Паломники остались в монастыре и долгое время жили среди местных монахов, пока не заслужили их доверие. Затем, монахи рассказали паломникам множество легенд и допустили их в свою библиотеку . Большинство текстов и свитков было на греческом и арамейском языках, и один из паломников делал переводы с греческого, а другой с арамейского, хотя и очень плохо. Пытались переводить и тексты на коптском языке. Несколько лет трудились паломники записывая на латыни все что услышали и все что прочитали. Много неизведанных тайн почерпнули они, и когда они собрались возвращаться , монахи не разрешили взять им с собой все свитки и записи, да и отпускать их особо не хотели. Только взяв с них обет молчания о месте монастыря, отпустили. Паломники, среди которых были ученые монахи, по пути в Европу прошли много испытаний и не все из них вернулись домой. Только трое из них после двухлетнего путешествия, оказались в Риме, и представили папским легатам рассказы и описания всего что они увидели.
Папа и его окружение были настолько поражены этими сведениями, что немедленно распорядились снарядить отряд воинов со своими представителями в эту местность. Монахи -паломники сначала отказались открыть место древнего монастыря, затем после того как двое из них были убиты, а последний, брат Иоанн из Клермонта, после полугода прибывания в подвалах Ватикана согласился провести отряд к монастырю.
Папским указом пещерные монахи были объявлены еретиками и отступниками. Всем верующим было запрещено помогать им.
И вот через год, в горах Мертвого моря появились отряды крестоносцев. После недолгих поисков войско осадило монастырь. Монахи были перебиты ,имущество разграблено. Но ни библиотеки, ни записей паломников не обнаружили. Иоанн не смог указать точно, где находится библиотека. Паломников проводили туда через лабиринты и туннели, и сколько ни пытались захватчики отыскать библиотеку, сделать этого они не смогли. Зато в одной из пещер они нашли алтарь с изображением странных знаков. А на нем деревянный сундук , в котором лежал камень, на вид обычный, но никто не встречал ничего подобного. Вес камня был гораздо больше чем мог быть у камня такого размера. Камень решили отправить в Ватикан, и отряд отправился в обратный путь....
В этом месте брат Бернард прервал рассказ схватил меня за руку и присел. Знаком он показал сидеть тихо и слушать внимательно.
Минуты три мы сидели в темноте, только отсвет и тени от костра вдали , боролись с тьмой. Брат Бернард сильно сдавил мое запястье и я не услышал, а почувствовал бесшумное приближение. Мимо нас в сторону костра прошли две тени.
Кто то собирался напасть на лагерь...
Остаток дня и ночь прошли как в тумане. На работу в понедельник я шла в полу коматозном состоянии. Происшествие с камнем выбило меня из колеи. Очень хотелось доказать себе,что все это бред. Но почему-то хотелось,чтобы все это было правдой. В моей жизни так мало интересного,а из ряда вон вообще нет ничего. И вдруг это нечто в виде камня. Наверное,по этому оно все еще лежало у меня дома. Там,куда я вчера его сбросила. В руки я это взять больше не решилась. И старалась вообще на него не смотреть,но получалось это не всегда. Глаза все время предательски опускались вниз. Оно лежало как камень,по другому не скажешь. Но только как очень странный камень. Ночью я два раза вскакивала,мне казалось,что оно там светится и растет. И скоро станет размером с комнату,и раздавит меня. Оно было неподвижно и того же размера,что и раньше. До утра я больше не выключала свет. А утром собралась за полчаса и сбежала из дома. Красилась я на работе. Те,кто приходил рано,смотрели на меня круглыми глазами. Я нарушила два своих основных правила,приходить на работу в полной боевой выкладке(форс мажоры в виде сломанного фена и лужи не в счет)и приходить самой последней. Максимум предпоследней. А в понедельник я пришла одной из первых. Одета была в первое попавшееся под руку,волосы не уложены и красилась на рабочем месте. А мне плевать на эти разинутые рты,им нечто в виде камня не показывало веселые картинки.
В течении дня я не выходила из-за стола. Один раз меня отвлек от моих мыслей звонок Светки. Она спрашивала о том,как я. Успокоилась ли и не сержусь ли больше на нее. Нет,я не сердилась. Мне уже давно было не до этого. И я,наверное,лучше бы еще раз повторила тот день,но не пошла бы уже той дорогой. А теперь оно лежало у меня дома,и я боялась его,но меня тянуло снова взять его в руки. Ко мне несколько раз подходил шеф. Он спрашивал в порядке ли я. Я ответила,что в порядке,просто неважно себя чувствую. Шеф лично принес мне таблетку,которую я автоматически проглотила. Конечно,она мне не помогла. За два часа до конца рабочего дня шеф снова подошел ко мне. Он придвинул стул к моему столу и посмотрел на меня.
-Лада,что у тебя стряслось?-спросил он.
Ничего,-ответила я и пару раз переложила какую-то бумажку с места на место.
А я вижу,что ты сама не своя. Может расскажешь?Или тебе нужна помощь?
Нет,мне не нужна помощь и у меня все в порядке.
Что я должна была рассказать?Про это?Чтобы отсюда я поехала в белую палату?Ну,уж нет. У меня все в порядке. Я в силах сама решить свою проблему. Шеф понял,что сегодня я кремень. Он несколько мгновений смотрел на меня потом сказал:
-Пошли.
Куда?-опешила я.
Пошли,пошли. Ты на сегодня работу закончила.
Я пыталась возразить,но он был неумолим. Пришлось собраться и идти за ним. На ходу он крикнул секретарше,что будет позже,и мы вышли из офиса. Шеф покатал меня немного для прояснения мозгов,у него был кабриолет,и ветром обдуло очень хорошо. Но конечным пунктом был мой дом. Шеф решил,что это то,что мне надо. Я обреченно вздохнула и вышла из машины. Мой начальник ободряюще махнул и уехал. Умеет он быть хорошим парнем,этого у него не отнять. Я даже улыбнулась. Затем повернулась в сторону родного дома. Первый раз в жизни я не хотела туда идти. Но куда же еще,если не туда?Я опять вздохнула и пошла домой. Надо разобраться с этой штукой. Я поднялась не спеша по лестнице. Не торопясь открыла дверь. Прислушалась,вздохнула в третий раз и шагнула в квартиру.
Оно лежало на том же месте. Все так же похожее на камень. Я села на пол перед этим и долго на него смотрела. Ничего не менялось. Лес не показывался,камень не рос,не светился,не искрил,все было на своих местах. Я нагнулась к нему,прищурилась.
-А может это я тебя запустила,и сам по себе ты не опасен?
И я решилась. Я взяла его в руки. Он был холодным. Только сейчас я заметила,что на мне все еще туфли,на плече висит сумочка. Сумка полетела на кровать,туфли в коридор. А мы с камнем пошли к журнальному столику. Я встала перед столиком на колени,Камень положила на него,руку на камень и сжала ее. Грани впились в руку,стало немного больно. Я чуть ослабила хватку. Кажется,стало удобней. Камень начал нагреваться,уже знакомо стало покалывать кончики пальцев. Я приподняла руку,все исчезло. Рано. Как же я это вчера сделала?Я снова положила на него руку. Расслабилась,прикрыла глаза. Камень начал нагреваться,закололо пальцы. Какое-то оцепенение начало сковывать меня,захотелось убрать руку,но я лишь немного приподняла ее. Покалывание осталось. Между рукой и камнем опять стал плавиться воздух. Я всматривалась в то,что показывал мне камень,или что он там такое. Было видно совсем немного,захотелось увеличить панораму,и я рискнула еще немного приподнять руку,картинка увеличилась. И мои глаза тоже.
Это было что-то...что-то такое...Я снова увидела лес,точнее небольшую поляну в лесу. Там были люди. Случайно рука дрогнула,и картинка сменила угол,унеся меня в другую сторону. Оказывается этим можно еще и управлять. Я подвигала аккуратно рукой. Я увидела небо,оно было затянуто облаками,я рассмотрела несколько деревьев,а потом вернулась на поляну. Чуть опустила руку,и люди стали хорошо различимы. Я пригляделась...О,Господи!Там шла драка,самая настоящая. Я закусила губу и заставила себя смотреть дальше. В их руках были мечи,щиты,копья. У кого-то топоры. Мне кажется,я услышала лязг металла и крики,то ли ярости,то ли боли. Рука опять дрогнула,и меня приблизило к двум сражающимся. На том,что был ко мне спиной,был одет черный плащ с красным крестом. Его противник был плохо виден. Этот в плаще чуть нагнулся в сторону и воздух разрезало острие меча,скользнув по его плечу. Потом они повернулись ко мне в профиль. Противник человека с крестом был чуть ниже,но коренастей. Похоже,что силы их были равны. То один,то другой уходили от ударов или отбивали их щитом. На щите одного из них,кажется того,что с крестом,была птица очень похожая на орла. Я завороженно смотрела на этих воинов. А потом...я не поняла,что случилось. Тот,в черном плаще,сделал выпад,и его противник осел на землю. Откуда-то потекла кровь. Человек в черном плаще с крестом выпрямился,посмотрел на окровавленный меч. Я громко вскрикнула. И тут произошло нечто...Он снял с головы шлем,провел по лицу рукой,стирая пот и замер...Его взгляд был направлен на МЕНЯ!Моя рука снова дрогнула. Он стал совсем близко. И я встретилась с ним глазами. Пронзительно голубые глаза были полны удивления. Его губы шевельнулись,будто он что-то сказал. Я ахнула и погрузилась во тьму...
Я вдруг резко осознал, что щит и дамасские клинки остались у повозки. Хорошо меч при мне. Разглядеть крадущихся я уже мог, начинало светать. Ловкие, гибкие , двигаются бесшумно. Явно , стараются не разбудить спящих и не привлечь внимание охраны. Надо что то делать.
Только надо все делать быстро! Я рванул наперерез к трем деревцам, между которыми стояла повозка. Меня увидели,-плевать, на ходу я заорал что было силы: - Тревога! Нападение! Над головой послышался свист, хорошо что пригнулся. Навстречу выбежал часовой и тут же упал с проткнутым стрелой горлом. Еще три прыжка и я у цели. Хватаю щит, до клинков дотянуться не успеваю, выхватываю меч. Картина передо мной невеселая. Два коренастых невысоких воина на полном ходу ворвались в лагерь. Видимо ,они поняли, что уйти без боя не удастся и решили нападать пока в лагере не опомнились. Похоже, каждый из них выпустил по стреле из арбалета и сейчас они неслись , стараясь поразить как можно больше, вскочивших на ноги рыцарей. Все таки одного остановил граф с двумя или тремя рыцарями и они медленно оттесняли его к лесу. На второго тоже набросились двое, но он со всего размаха нанес каждому по два рубящих удара и они упали как подкошенные. Я уже надел шлем и с разбегу попытался нанести мощный удар. Он ловко уклонился и развернувшись ударил в бок, но я ожидал и подставил щит. Еще серия ударов сверху , отбиваю щитом и мечом. Снова два удара. Один отбиваю а один скользя проходит по плечу. Хорошо , на доспехах на плечах двойной слой кожи, только разрезал ремни. Я улучил момент и нанес удар. Чуть не достал. Он рассверипел. Стал наносить удары один за другим. Если ударит больше трех то откроется. Один...два...три...на четвертый размах резко наношу колющий удар в живот.. Клинок легко входит. Противник осел на землю. Все. Посмотрел налево , там граф со своими людьми стоят над телом второго нападавшего, теперь точно все. Медленно снял шлем . Впереди еще кто то. Глаза застилает пот, плохо видно, кажется это женщина . Смотрит прямо на меня. В глазах испуг, нет, это не испуг, это больше, это похоже на ужас, недоумение, удивление. Как же много могут сказать глаза! Я не видел таких глаз в своей жизни. -Ты кто? Откуда ты? - слова сами вырвались . И тут я почувствовал что кто то тормошит меня за плечо.
-Кому ты кричал, брат мой?- брат Бернард обеспокоенно смотрел на меня.
- Да вот же, она...- я посмотрел на пригорок, но женщины там уже не было. Я оглянулся. Не было ее нигде. Куда она иечезла? Или я бредил?
Надо перед выходом хоть лицо сполоснуть, а то чудится всякое...
Граф тем временем считал потери. Эти двое убили четверых рыцарей и двоих слуг. Кто они такие? Кажется брат Бернард должен объяснить мне побольше.
Я внимательно осмотрел врага. Никаких признаков, по которым можно было определить, откуда он, или какого он рода, не заметил, только вот на запястье... Рука его была откинута, и на запястье четко выделялось выжженное клеймо. Что то вроде креста в круге . Я быстро подбежал ко второму, завернул рукав - та же метка. Я поднял голову и встретился глазами с братом Бернардом . Он понимающе кивнул, подтверждая мои опасения. На нас идет охота. И эти двое, возможно ,только начало.
Когда уже совсем рассвело, мы похоронили убитых, брат Бернард, прочитал молитвы и отряд продолжил путь . Настроение было неважное ,до Марселя несколько дней пути, и неизвестно, что нам предстоит испытать за эти дни. Графу путешествие уже не казалось легкой прогулкой, он ехал молча , погрузившись в свои мысли. Этим я и воспользовался, чтобы дослушать историю брата Бернарда.
Мы отстали чуть от обоза и я приготовился слушать дальше, постоянно осматриваясь и прислушиваясь к каждому шороху. Брат Бернард продолжил:
- Отряд крестоносцев с жалким имуществом монахов из разграбленного монастыря, возглавлял славный рыцарь Луиджи Пазолербо из Венеции. Пробившийся из нижнего сословия , благодаря храбрости и жестокости к врагам, он давно уже выполнял поручения приближенных папы . Честь оказанная самим папой, наложила на него отпечаток исключительности. Он стал надменным и своевольным. Кроме того по дороге в порт Яффо, отряд остановился в окрестностях Лода. Далее на пятый день стоянки лагерем, Луиджи исчез, а вместе с ним сотня итальянских рыцарей. Оставшись без предводителя, отряд был атакован сарацинами и разбит. Когда два десятка уцелевших рыцарей вернулись в Рим, и рассказали о предательстве Луиджи, папа приказал немедля отправить войска, в необходимом количестве, чтобы схватить Луиджи и доставить в Ватикан. Отдельное задание нескольким монахам было, найти и доставить камень из монастыря.
Папские посланники нашли Луиджи во владениях египетских диких племен, он был захвачен , закован, но на обратном пути отряды бедуинов и несколько товарищей Луиджи предприняли попытку освободить его. Им почти удалось сделать это, но действуя по указу папы, посланники убили Луиджи, а камень монахи тайно вывезли и доставили в Ватикан.
-Все это очень интересно и увлекательно, - сказал я Бернарду, - Только какое отношение это имеет к нам?
- А такое, - хитро прищурившись , ответил брат Бернард, - что герб Луиджи Пазолербо - крест, начертанный в круге, а камень находится в твоей седельной сумке....
Не знаю сколько я пролежала без сознания, но когда я очнулась за окном уже был серый сумрак. Я села и посмотрела на столик, камень лежал там. Я его уже не боялась... кажется. Надо его воспринимать как телевизор что ли... Он ведь только при моей помощи начинает работать. Только вот кино у него какое-то страшное. Меня передернуло, про убийство, которое я видела. Картинка окровавленного меча стояла перед глазами... Замутило. Я бросилась к туалету, еле успев добежать. Спазмы выворачивали на изнанку, я задыхалась. Из глаз потекли слезы. Господи, что же это такое было?!
Я прислонилась спиной к стене. Выходить было страшно, спазмы периодически скручивали желудок. Спазмы сменила икота, и я опять заплакала. Было себя жаль до жути. Наконец, я решилась перейти на кухню. Икота зверски мучила, и стакан воды должен был меня от нее избавить. Когда меня отпустило я вернулась в комнату.
- Прости, но в руки я тебя пока брать не буду,- сказала я камню... Буду ЭТО пока так называть.
Я вышла на балкон, который был все еще открыт. Сразу стало холодно, и это привело меня в чувство, насколько это было сейчас возможно. Я была совершенно разбита. Надо позвонить шефу и взять отпуск. Завтра на работе я буду еще хуже, чем сегодня. И я позвонила. Заикаясь и придумывая на ходу какую-то абракадабру о несчастьях троюродной сестры, которой у меня никогда не было, я выпрашивала себе две недели отпуска по семейным обстоятельствам. Шеф грозно молчал в трубку, отчего на моем конце провода наблюдалась дрожь в коленках. После моих всхлипов и причитаний, я вытрясла из шефа вожделенные две недели, которых должно было хватить на восстановление душевного равновесия... надеюсь... Не думаю, что я больше не трону камень, он меня интересовал все больше и больше. Так что за две недели моя задача адаптироваться к его фильмам- ужасов. Хотя, может в его программе передач есть и что-нибудь подобрей.
Ночью я ворочалась с боку на бок, сон не шел. Все мысли вертелись вокруг показанного мне камнем. Что же это было? Самые современные технические разработки, жутко засекреченные? Я никогда и ничего не слышала о транслирующих камнях. Или... или я видела прошлое? Я даже вскочила с постели от такого предположения. Жутко захотелось снова схватить камень, но я сдержалась, памятуя об окровавленном мече. Я снова легла и опять начала прокручивать это... видение, стараясь убрать эмоции. Мои мысли остановились на рыцаре в черном плаще с красным крестом. Он ведь меня видел, ВИДЕЛ! Я могу поклясться в этом, чем угодно! Он мне что-то сказал... Интересно, что он мне сказал? Он был удивлен. В его глазах было только изумление и никакой агрессии. Он ведь не может выбраться сюда? Опять стало страшно, но тут же следующая мысль перебила страх. Раз я могу на него посмотреть, значит и он может за мной наблюдать? Я даже поправила волосы на всякий случай... Потом я осмотрелась, прислушалась к себе. Нет, у меня не было ощущения, что за мной подглядывают. Я немного успокоилась. Вскоре мои мысли начали путаться, и я уснула. Кажется, мне снились голубые глаза и черный плащ.
* * *
Проснулась я как-то сразу, на удивление собранная. Надо будет съездить на работу, чтобы написать заявление на отпуск. Потом я придумаю, чем еще себя занять, а пока надо сделать самое главное: принять душ и выпить чашку кофе. Этим я и занялась без отлагательств. Потом, посвежевшая и поздоровевшая, я оделась, подкрасилась и отправилась писать заявление на отпуск по липовым семейным обстоятельствам. Камень все еще лежал на столике, до него очередь дойдет позже... возможно. Все-таки я его опасалась.
На работе я постаралась напустить на себя самый таинственный и озабоченный вид, чтобы остальные думали, что я вся в себе и в проблемах. Единственная, кто ко мне сунулась с распросами, это была секретарша шефа Анютка. Между собой мы ее называли " наша Нюша". Во-первых, она была наша, а во-вторых, она была жутко похожа на смешарика Нюшу, такая же модница и фантазерка. Ну и розовый пухличок с рыжим хвостиком. Любила Анютка посплетничать, сунуть свой носик везде и всюду, но была добрейшим созданием. И сейчас, подгоняемая своей врожденной любознательностью, она вилась вокруг меня и задавала столько вопросов сразу, что я даже не успевала уловить суть ни одного из них.
- Анька, отстань,- отмахнулась я,- видишь, не в себе я, отвечать на твой соц. опрос не могу.
- Злая ты, Ладка,- обиделась Анюта,- попросишь еще у меня шефского кофе, я тебе кофейный напиток налью.
- Неправда,- я ее обняла за плечи и чмокнула в щеку,- ты со мной так не поступишь.
- Не поступлю... Но с тебя потом подробный рассказ,- розовый пухлый пальчик с перстеньком уткнулся мне в грудь.
- Нюш, ты меня знаешь,- чистосердечно ударила я себя в грудь,- все как на духу.
Анюта искоса глянула на меня, еще раз молча ткнула пальцем и гордо удалилась. А я вздохнула с облегчением и постаралась сбежать, как можно быстрей, из офиса.
После того, как я оказалась на улице, мои стопы сразу же направились в сторону небольшого кафе. Я любила эту уютную кафейню. Здесь всегда вкусно пало свежесваренным кофе. А еще тут продавали обалденные пирожные. Посетителей практически не было, и мой столик оказался свободным. Это был столик у окна. Скатерть была как всегда белоснежной, в вазочке стояли свежие цветы. Я уселась, и тут же к столику подошла официантка, приятная белокурая девушка. Она мне приветливо улыбнулась, я ей ответила тем же. Приняв заказ, она удалилась, а я посмотрела в окно. На улице суетились люди, они были заняты своими делами. Бежали, спешили, разговаривали по мобильным телефонам. Я даже залюбовалась этой обычной жизнью мегаполиса. Все, что происходило со мной в последние дни, казалось сном, странным фантастическим сном. А может и не было ничего это?.. И тут же потерла плечо, которое все еще болело. Да и плечо это было одето в кофточку, купленную на последнем шопинге. Свидетельства реальности всего происходящего, так сказать, были на теле. В этот момент мне принесли мой заказ, и я отключилась от своих мыслей, чтобы ничего не отвлекало меня от чашечки ароматного кофе и пирожного с замечательной клубничкой сверху. Девушка- официантка пожелала мне приятного аппетита и ушла, оставив меня наедине с моей вкуснотой. Пока я блаженствовала, поглощая эти изыски, я не позволяла подобраться к себе ни одной мысли: ни о камне, ни о рыцарях, ни об окровавленных мечах.
Когда чашечка опустела и клубничка, тщательно сберегаемая напоследок исчезла, я почти счастливо вздохнула и снова посмотрела в окно. Солнышко ярко освещало улицу. Люди все так же спешили, машины ехали. Рыжая псина с наглой мордой и умными глазами преувеличенно радовалась каждому кто выходил из мясной лавки. Иногда ее радость оправдывалась щедростью какой-нибудь сердобольной бабулькой или молодой мамочкой, чье дитя умилялось хитрой зверюгой. И вновь меня охватило ощущение нереальности происходящего. Как а фоне всего этого мог существовать камень, который показывает рыцарей, мечи, кровь и убийства. И как эти показы могли касаться меня, современной до мозга костей молодой женщины?! Вон проехала шикарная машина со жгучей брюнеткой за рулем. Какое она может иметь отношение к этому средневековью? А рыжая дворняга? А мальчишка-подросток на роликах? Какое Я могла иметь отношение к этим видениям? Я всяких там рыцарей видела только в кино! Я мечтаю выйти замуж за преуспевающего бизнесмена, чтобы стать ему верной спутницей жизни, чтобы он любил меня и выполнял мои капризы. Чтобы он возил меня в жаркие страны и не только. Хочу, наконец, машину... красную! Причем здесь голубоглазый рыцарь с коренастым бедолагой на мече?! Настроение сразу испортилось.
- Вы желаете еще что-нибудь?- спросила официантка с вежливой улыбкой, неожиданно возникшая рядом.
Нет, спасибо,- ответила я, так же вежливо улыбаясь, и пошла к выходу...
Поток воды взял свой разгон где то у подножия Арденнских гор, набирал силу, становился большой рекой, разветвлялся на десятки мелких, опускался в долины.
Я сижу на берегу , смотрю на бурный поток, и думаю о том, как простой камень может изменить судьбу людей. Сколько человек погибло , и сколько погибнет еще? Да и сам я , будучи вовлечен в эту тайну, становлюсь другим человеком. И все из за простого камня... Впрочем не такой он и простой, этот камень. Вчера вечером я достал его из сумки. С виду камень как камень. В этой реке таких много. Но какой то он неестественно тяжелый. Вытянутый, с округлыми краями. На поверхности виднелись несколько отметин. Пока я развернул тряпку, в которой камень был завернут, ничего странного, кроме этой тяжести, не замечалось, но когда я взял его рукой, то почувствовал слабое тепло, исходящее от него. Сначала я подумал, что это кажется, но тепло было явным, и как бы разливалось по телу. А через несколько минут я почувствовал легкое головокружение и воздух вокруг стал теплее. Что то похожее было в тот момент, когда я увидел на поляне женщину... Да, вот оно! Эту мысль я отгонял и не хотел с ней мириться. Была ли там эта женщина, или это все только почудилось мне? Если была, то откуда она, и куда исчезла? Кто она и что же в ней было такого странного?
Нет. Лучше об этом не думать. Итак голова кругом идет от всех этих историй. Где же брат Бернард? Пока люди графа ищут брод, пусть рассказывает уже все до конца. Или он считает что мой разум может пострадать, если я услышу всю историю целиком, а не по частям? Хотя в этом он, возможно , прав...
Брат Бернард вышел из леса. Вместе с братом Арнульфом они срубили ствол молодого деревца, и , пока они пользуясь стволом как рычагом, приподняли повозку, Тибо закреплял колесо, которое от долгой езды расшаталось в ступице.
Граф, ожидая прибытия дозорных, сидел на походном стульчике и грелся в лучах весеннего солнца.
Наконец то монахи закончили починку телеги. Брат Бернард подошел, сел рядом со мной и сказал:
- Я вижу, что у тебя есть много вопросов. И не на все из них я могу дать ответ. Возможно, ты сам сможешь найти некоторые. Все что я могу, это рассказать все что мне известно обо всей этой истории
Продолжу я с того, что , когда отряд, разрушивший монастырь, убивший всех монахов, отправился в обратный путь, один человек остался в этом глухом неизведанном месте. Это был Иоанн Клермонтский. Он очень раскаивался в том, что предал монахов и обрек их на смерть. Он не желал возвращаться в Рим, пока не испросил бы прощения, и не получил бы священного знамения о своем прощении.
Ничуть не заботясь о пропитании, он молился о прощении днями и ночами. Он бродил по пещерам монастыря, по кельям и склепам, где были похоронены многие поколения монахов. Он просил прощения у душ умерших, истязал себя, и часто впадал в бессознательное состояние от голода и бессонницы.
Как то , очнувшись ночью, он увидел Знамение. Голос в его голове вел его по лабиринтам пока, наконец, он не оказался в библиотеке монастыря.
Иоанн благодарил Всевышнего. Он дал обет скрывать втайне от всех библиотеку, и продолжать дело монахов, сколько будет сил.
И как будто оскрылись ему врата знаний. Он прочитал те переводы, которые он с товарищами составлял в монастыре, будучи гостем. Он изучил некоторые языки, прочел много свитков с описаниями деяний монахов и событий в древние века.
Однажды обходя лабиринты библиотеки, он наткнулся на ступени , уходившие еще глубже вниз. Внизу он нашел келью, а в ней полуживого старца. Старцу было более ста лет, он долгие годы не покидал своей кельи. Питался остатками зерна, что приносили ему когда то, а потом насекомыми, живущими под землей. Он уже так давно ждал своей смерти, что ничто земное его не интересовало.
Иоанн стал выпытывать у старца то, что он не понял в свитках. И вскоре большая часть картины ему была известна.
Монастырь был основан более чем тысячу лет назад. И назыался он монастырь Хранителей. В монастыре хранилась очень древняя реликвия, играющая важную роль и , уходящая своими корнями далеко в Ветхий завет.
В ветхозаветных преданиях много говорится о том, что прибудет на землю мессия. Среди признаков мессии, было сказано, что он будет из рода царя Давида. А в те времена многие объявляли себя мессией, и часто из за лжемессий шли долгие и кровопролитные войны. Шли годы и века. От царства великих царей мало что осталось, но была одна вещь, которая хранилась в Храме, в скрытом месте все время. Это был простой речной камень. Этот камень был одним из пяти камней , подобранных простым пастухом Давидом, когда он шел на бой со здоровенным, хорошо обученным филистимлянским воином. Это был тот самый камень, выпущенный Давидом, который размозжил лоб Голиафа. Он ,по преданию, хранился веками, и должен был обрести силу после пришествия мессии.
Когда Иисус вошел в Иерусалим, все знающие о свойстве камня настолько не верили в то, что он может быть мессией, что никому в голову не пришло проверять . Однако, после чудесного воскрешения , спустя несколько дней, камень исчез из Храма. Священники так и не смогли узнать права ли легенда..
Брат Бернард прервал рассказ. Послышался топот копыт и тревожные крики. Мы поспешили в на крик.
В лагере несколько человек окружили раненого всадника. Это был один из трех посланных на поиски брода. Он рассказал, что двое его товарищей были атакованы залпом из арбалетов и луков, и убиты на месте, а ему удалось скрыться, получив несколько тяжелых ранений.
Брат Бернард сказал, что нужно срочно переправляться на другую сторону. Неподалеку есть место, где видно дно, но течение настолько сильное, а дно каменистое, что риск возрастает во много раз. Но опасность нарваться на засаду не оставляет нам выбора.
Наспех собравшись, мы стали спускаться к реке...
Шел второй день моего отпуска. Вчера я так и не притронулась к камню. Мне нужен был отдых после всего,что со мной произошло. Сегодня я тоже еще не решила продолжать ли свои эксперименты с камнем или послать его куда подальше. Периодически меня подмывало взять его в руки,но это желание быстро пропадало. Все намеченные планы по дому я воплотила в жизнь,их и был-то мизер. Я решила позвонить подругам. Светки не было дома. Маринка была недоступна. Анька и Настя уехали на какой-то курорт. Ну и ладно,не больно-таки и хотелось. Кстати,давно хотелось позаниматься спортом. Подтянуть животик и еще есть что подтянуть...Я переоделась более подобающим образом,включила диск с упражнениями и приступила к делу.
Сквозь музыку и мое тяжелое дыхание пробился телефонный звонок. Я мысленно нехорошо послала звонившего и продолжила свои занятия. Оставалось еще минут двадцать до конца занятий. Я не хотела прерываться. Телефон замолчал."Кому надо,перезвонит",-подумала я.
Потом я приняла душ,чувствовала себя отлично. А потом все-таки взяла "Мастер и Маргариту" и завалилась с ней на кровать. Ой,какое умиротворение было на душе. Я вся ушла в книгу...Опять зазвонил телефон. Я вздрогнула от неожиданности. Кто там меня так настырно хочет?Я протянула руку и взяла трубку.
-Алло,-произнесла я.
Кто это?-спросил мужской голос.
А это кто?-удивилась я.
Ответом были короткие гудки. Я пожала плечами и снова углубилась в чтение. Книга шла легко,ничего кроме чтения меня сейчас не интересовало. Так продолжалось еще полтора часа. А потом снова зазвонил телефон. Я чертыхнулась и взяла трубку.
-Да,я слушаю.
Кто это?
Де жавю?
-Алло,что вы хотели?-немного раздраженно спросила я.
Опять раздались короткие гудки.
-Придурок какой-то,-пробурчала я.
Но я подавила в себе раздражение и снова взялась за книгу. Но через полчаса телефон зазвонил опять. Я дернулась и схватила трубку.
-Слушаю!-почти крикнула я.
Кто это?-все тот же мужской голос.
Эй,там на том берегу,слушайте внимательно. Если вы не перестанете звонить и задавать этот идиотский вопрос,я передам ваш номер в милицию. Он у меня высветился,ясно выражаюсь?
Я бросила трубку. Попробовала вернуться к чтению. Не вышло,меня выбили из колеи. Ну,что за идиот!Я вскочила с кровати. Попробовала успокоится,не вышло. Внутри было неприятно,такое неуютное ощущение. С чего он названивает мне и спрашивает кто я?Ошибается номером или сознательно?На всякий случай я отключила телефон. Так спокойней.И снова взяла книгу,но нет,уже книга перестала меня занимать окончательно. Какой урод,так легко вывел из равновесия. Я прошлась по комнате. Потом мой взгляд упал на журнальный столик. Камень лежал на своем месте. Я отвернулась и пошла на кухню. Сварила себе кофе и вернулась с чашкой в комнату. Опершись о косяк на входе в комнату,я смотрела на камень. Затем пошла к столику,по дороге поставила чашку на комод:
-Ладно,уговорил.
Я опустилась на колени перед журнальным столом,взяла камень в руку.Он начал нагреваться."Началось",-мелькнуло в голове,и на меня стало наваливаться расслабленное состояние. Я приподняла руку и пригляделась к тому,что начало появляться в плавящемся воздухе.
Это была река. На ее берегу суетились люди,кажется,они собирались переправляться. В центре суеты был высокий рыцарь. Он выделялся на общем фоне ростом и статью. Рыцарь махал руками,вел себя очень эмоционально. На нем были доспехи,которые я бы назвала богатыми. Должно быть слуги вели лошадей к реке. Лошади были впряжены в повозки. Повозок было несколько. Что было в повозках,я не видела. Меня это мало интересовало,в принципе. Я разглядывала людей. Интересная группа. Часть людей была одета очень похоже. Судя по тому,что они постоянно прислушивались к великану,я поняла,что это его прислуга. Еще часть,явно воины,они были вооружены основательно,тоже принадлежали великану. Это понять было несложно. Они тоже слушали указания своего синьора. Сразу вспомнились уроки истории. Практически все в этом отряде были либо вассалами,либо прислугой. Но несколько человек,кажется,были только спутниками богача. Там были монахи,я заметила троих или четверых. Двое сидели на повозке. Они занимались кем-то.Я приблизила картинку. Господи,человек был весь в крови!Один из монахов читал молитвы,я так поняла. Другой перевязывал раненного. А еще один монах сидел на осле. Забавное зрелище,если честно. Рядом с монахом на ослике стоял...рыцарь в черном плаще с красным крестом. Я перевела внимание на него. Сейчас его можно было рассмотреть более спокойно. Я попробовала аккуратно изменить вид так,чтобы мне стало видно его лицо. После нескольких попыток у меня это получилось. Я осторожно приблизилась. Было страшно,что он меня увидит. Но сегодня он меня не замечал,как и все остальные. И тогда я всмотрелась в него.
Он был без шлема. Белокурые волосы с золотистым отливом рассыпались по плечам. Одна прядь упала на лоб. Он смахнул ее небрежным движением руки,открыв совсем свое лицо. Взгляд голубых глаз был задумчив. Он что-то сказал монаху,тот кивнул в ответ. Рыцарь снова заговорил. У него были чувственные губы на мой женский взгляд. Только он их периодически сосредоточенно поджимал. Мне понравилось его лицо. Мужественное. Я бы не назвала его смазливым,но было в нем что-то такое,что-то едва уловимое,что заставило меня им залюбоваться. Он весь дышал,как бы это сказать...настоящим мужчиной. Я приблизила его глаза. Действительно,удивительно-голубые,глубокие. В них можно было потеряться...Я смотрела не отрываясь. Вдруг взгляд его изменился. Из задумчивого он стал тревожным. Рыцарь повернул резко голову,и волосы метнулись золотистым облаком. Я тоже направила туда взгляд. Люди метались по берегу. А бурным потоком уносило одного из слуг вместе с конем. Он периодически всплывал,махал руками,кричал. Голова лошади тоже то была видна над водой,то скрывалась под ней. Вскоре они совсем исчезли из виду.
Я убрала руку от камня. Меня бил озноб. Опять стало страшно...
В другое время мы бы перешли реку в этом месте легко и быстро. Но сейчас , весенний разлив наполнил ее водой, и поток был гораздо быстрее.
Повозки шли тяжело и слугам приходилось постоянно подталкивать их . На нашей повозке лежал раненый дозорный. Брат Арнульф пытался сделать все, чтобы не дать ему истечь кровью. Тибо сидел на козлах и готовился тронуться в путь.
Граф суетился, отдавал приказы, торопил и подгонял людей.
Вдруг конь оруженосца графа отпрянул в сторону, всадник не смог удержать его, видно там было глубокое место, и через несколько секунд они скрылись под водой, уносимые течением. Вскоре показалась голова коня. Несчастный оруженосец, увлекаемый потоком скрылся из поля моего зрения. Дальнейшее путешествие прошло без особых трудностей. Только когда мы уже удалялись от реки, на той стороне появились люди и недалеко от нас , упали несколько стрел. Мы уже ступили на земли Прованса. Теперь нам предстояло идти на юг до древнего порта Франции, Марселя.
Вскоре мы почувствовали признаки приближения к Марселю. На дорогах, в селениях, на постоялых дворах, мы встречали одиночных рыцарей, отряды и целые небольшие армии. Все двигались в Марсель. По всей Европе рыцари собирались в новый поход под знаменами папы, императора Фридриха второго Гогенштауфена и многих других предводителей.
Часть из них шла в Марсель, часть в Венецию а часть в Геную. Мы старались идти обособлено не примыкая к толпам рыцарей. Оснований для этого было достаточно.
А мне все не давал покоя рассказ брата Бернарда. Насколько я понял из его слов, наша задача уберечь камень от тех кто пытается его захватить. Тогда почему бы его не спрятать? Почему мы едем куда то? Зачем весь этот маскарад с сокровищами графа, и всеми его людьми, которые погибают, даже не подозревают из за чего? Опять же, если брат Бернард посвятил меня в тайну камня, значит и мне предстоит сыграть какую то роль в этой истории. Раздумья не оставляли меня ни на минуту.
В таком состоянии я оставался , когда мы добрались к вечеру до одного из селений на юге Прованса. Разместились мы в большом помещении, которое служило и столовой и спальней и конюшней для постояльцев. Кроме нашего отряда здесь разместилось несколько групп , следующих в Марсель.
Брат Бернард шепотом сказал мне, что в такой толпе сумку с камнем следует держать поближе к себе. Да и без оружия ходить не следует. Я полностью с ним согласился.
Мы вышли во двор, уже стемнело. Во дворе только несколько слуг суетились у повозок и охранники настороженно прохаживались из угла в угол.
- Ты, наверное думаешь, что если я тебе рассказал эту историю, то теперь тебе придется играть в ней какую то роль? - сказал брат , - И ты , как всегда прав. Потому что хочешь ты или не хочешь , ты стал одним из посвященных. Чтобы объяснить понятнее, я должен продолжить свой рассказ.
Долгие месяцы Иоанн изучал предания, легенды и хроники разных христиан. И он узнал, что основателем секты хранителей, как называли себя монахи, был один из последователей Христа, по и мени Захария. Он не входил в число его учеников. Даже не разговаривал с ним. Но несколько раз слышал его проповеди, и проникся ими. Конечно же он никому не рассказывал, потому что был служителем Храма. Но он был знаком с учениками и последователями Христа. Он же был первым, кто догадался взять камень в руки после воскрешения. Что произошло, об этом не было сказано. Он забрал камень и решил примкнуть к ученикам Христа. Но долгое время Захария вынужден был бежать и скрываться от преследований. Когда он вернулся в Иерусалим, у него были сторонники. Они, как и ранние христиане , принимали учение Христа, но держались обособленно. Вскоре им пришлось уйти в горы. Там они , в мертвых, пустынных скалах, в пещерах, создавали себе жилища. После смерти Захарии ,сан духовного лидера , а затем и настоятеля монастыря, принимали, посвященные в тайну его последователи. И так длилось более тысячи лет, пока отряд Луиджи Пазолербо не уничтожил монастырь.
Вот оно , прощение! Иоанн понял знак, данный ему свыше. Он теперь обязан возродить дело хранителей. И он сделает все , чтобы найти камень, чтобы вернуть его на место и не дать использовать его во зло.
Поняв это, Иоанн стал собираться в обратный путь. В Рим.
Тут брат Бернард прервался и спросил, - Скажи брат Рауль, ты видел что то необычное в последние дни? Что то, что показалось тебе чем то невероятным?
- Последнее время мне все что происходит вокруг , кажется необычным, - рассмеялся я всем видом показывая что все что я видел, брат Бернард уже объяснил. Хотя мысли о женщине на лесной поляне меня беспокоили не на шутку..
Я стояла на балконе и терла вески. Это же получается,мне камень только смерти показывать будет?Или время у них такое было?Жутко болела голова. Того с лошадью было жаль до невозможности. Я вытерла слезы выступившие на глаза."Надо выпить таблетку",-подумала я. Выпить таблетку и уснуть. Если получится. Я пошла на кухню,где на полке лежали лекарства в красивой коробочке. Я достала таблетки от головной боли. Задумчиво обмахнулась пачкой. Надо на что-то переключиться,чтобы не думать о бедолаге...Потом проглотила таблетку,запила ее и пошла в комнату. Я сразу легла,прижав к себе розового мишку,подарок позапрошлого приятеля. Приятель был так себе,а мишка чудесный. Я зарылась лицом в мохнатой макушке чудесного мишутки. Мысли все время возвращались к утопленнику. Я начала ворочаться с боку на бок. Отказываться от камня не хотелось,он все больше занимал меня. Если он мне будет показывать только ужасы,то надо будет просто убирать руку и прекращать видение. Главное просечь момент,когда ужасы начинаются. Потом я начала вспоминать то,что увидела с самого начала. Попробовала подробно вспомнить великана в богатых доспехах,его слуг и воинов. Их одежду. Тут же в сознании появилась река. А в ней человек и лошадь. Я застонала и снова повернулась на другой бок. Когда же это закончится?!И я стала заставлять себя думать о том,что еще было в моем видении,кроме великана,его людей и...стоп,хватит!
Там еще были монахи. Да,точно. И раненный...брр,не надо и об этом. Там был забавный монах на ослике. Небольшой такой дедушка. Я даже улыбнулась. Он действительно был интересным,этот монах на ослике. А рядом с ним был мой рыцарь...Ой,как-то странно это вышло-мой рыцарь. Нет,я имела ввиду совсем другое. Я даже почувствовала,что краснею,неизвестно перед кем. Но я правда его так назвала,потому что уже видела. Он был мне единственный знаком,ну,то есть,я его видела уже в первом видении. Вот. Я оправдывалась перед собой или уж не знаю перед кем,а потом рассмеялась,поняв нелепость этих оправданий. Это наконец переключило мои мысли в другое русло. А русло было очень мужественное. И мне понравилось это сочетание-мой рыцарь .Да,мой!А кто его еще видел?Я откинулась на спину и улыбнулась. Он был хорош,на мой взгляд просто великолепен. Благородная стать,широкие плечи,золотистые волосы. И лицо у него такое...такое...брутальное. Но краше всего глаза. Необыкновенно-голубые глаза. Интересно,он женат?"Стоп,дорогая,тебе-то что?"-я громко засмеялась над собой. Можно подумать,реального жениха рассматриваю. Даже грустно стало. Увидев его,я до конца поняла,что ищу в мужчинах. Я ищу вот такого вот благородного рыцаря. Но как-то не нахожу. Стало совсем грустно. Перевелись что ли рыцари-то?В этих мыслях я провалилась в сон. Рыцарь приснился мне. Такой же задумчивый,как и в видении. И я пыталась заговорить с ним,но он не слышал меня и все продолжал смотреть в даль...
Утром я проснулась с мыслью,что мне надо уехать из города. Не знаю куда,но очень надо. Меня скоро начнет мучить депрессия,я это чувствовала. После завтрака и душа я решила выбраться в магазин и вообще пройтись по улице. Перед выходом из дома я вспомнила,что у меня выключен телефон. Как только я его включила,раздался звонок. Я взяла трубку.
-Алло,-сказала я.
Извините,а с кем я говорю?-спросил достаточно приятный мужской голос.
А я с кем я говорю?-настороженно спросила я.
Простите,я не представился. Я представитель косметической компании. Мы только открываемся и ищем новых клиентов. Вы Антипова Анна Сергеевна?
Мне не нравился этот разговор,мне не нравился этот представитель какой-то косметической компании,название которой он даже не сказал. И я решила соврать. Он назвал имя моей бабушки,на имя которой был оформлен телефон. Ее же имя значилось в телефонном справочнике.
-Да,это я. Антипова Анна Сергеевна. И что надо от меня представителю новой косметической компании?
Мы провели розыгрыш по случайным телефонным номерам,вы выиграли полный набор косметики для лица и тела. Вы сможете подъехать к нам за призом?Или мы можем подъехать к вам. Как вам удобно?
Я поахала для порядка,повосхищалась. Потом начала спрашивать,что входит в мой приз. Он начал отвечать. У меня создалось впечатление,что мне зачитывают каталог,как-то так это слышалось. Потом он еще раз предложил привести мне"приз"на дом. Я отказалась,сказав,что сама подъеду. Потом спросила:
-А от вас мне вчера никто не звонил?
Вчера?Да,извините. Мы уже уволили этого сотрудника,не умеет работать с клиентами. Он вас напугал?
Немного.
Приносим наши извинения. Может вам все-таки домой привести ваш выигрыш?
Нет,спасибо.
Дальше мы договорились куда и когда подъехать. Я положила трубку. Ха,на дуру попали лохотронщики. Сейчас прям,разбежалась,вам адрес дала. И за вашей косметикой поехала,а там еще на что-нибудь разведете. По крайней мере,я успокоилась по поводу маньяка. Потом я сходила в магазин,который был рядом с домом. Когда я возвращалась домой,мне позвонила Маринка.
-Здорово,подружка,как жизнь молодая,-спросила она
Ой,Мариш,приветик!По тихоньку. Ты как?
На дачу хочу смотаться. Ты не хочешь на природу съездить?
Вау!Как Маринка вовремя со своим предложением.
-Очень хочу,Мариночка,просто помираю,как хочу. Когда едем?
Сегодня. Через пару часов.Ты с работы успеешь отпроситься?
У меня отпуск на две недели!
Отлично. Скоро буду.Жди.
Я поспешила домой. Сунула продукты в холодильник,готовить не придется. Потом собрала сумку. Много не надо. У Маринки там достаточно удобств. Можно постирать. Я одела джинсы,майку,завязала волосы в хвост. Все,готова .Нет,еще не готова. Я кое-что забыла. Я подошла к журнальному столику.
-Мы едим на дачу,-сказала я камню и сунула его в сумку.
Осталось дождаться подругу. Когда она позвонила,что подъезжает,я сразу выскочила из дома. Вся душа моя стремилась уехать из города. И через пять минут мы с Маринкой уже тарахтели на ласточке в сторону чистого воздуха...
Пронзительный ветер загнал нас на вторую палубу. Третий день корабль груженый рыцарями, их слугами, лошадьми и припасами, шел вдоль побережья на восток. Погода была пасмурная , море неспокойно, но меня это не расстраивало. В море я перестал видеть сны. Лавина арабских всадников больше не заставляла меня вскакивать по ночам. И я был рад и качке, и холодному ветру.
Но и спать особенно не хотелось. Вспоминалось первое такое же путешествие, более десяти лет назад. Тогда я начал свой путь в голландском порту, и путь был гораздо длиннее и опаснее. Первая битва, в которой я участвовал была уже в Португалии, где наши отряды участвовали в реконкисте. Затем долгий переход в Египет. Дамиетта и Аль-Мансура. Победы и поражения. Годы скитания по чужим краям. Сражения под знаменами короля иерусалимского, плен, побег, возвращение во Францию. Все это проносилось в памяти.
Однако самые главные переживания касались событий последних двух недель. Я потерял верного друга и преданного слугу, а взамен приобрел жизнь полную тайн и опасных скитаний.
Началось все с того, что по прибытию в Марсель, брат Бернард с монахами пожелал остановиться отдельно. Не в монастырском подворье, а в здании небольшой местной церкви. Я пошел с ним, чтобы проводить , и по дороге высказывал ему свои опасения. Мне очень не нравилось , что брат Бернард пренебрегает мерами осторожности, и рискует , оставшись без охраны.
- Любезный брат мой, - отвечал мне на это брат Бернард, - Вскоре тебе понадобится самому принимать решения. И я хочу чтобы у тебя всегда были подсказки к тому чтобы правильно поступить.
С этими словами он снял с шеи кожаный мешочек, достал из него большой перстень с изображением двух скрещенных свитков.
- Это печать Главного Хранителя, - сказал брат Бернард, - с ее помощью ты сможешь узнать все тайны Хранителей Камня. Эта печать откроет многие двери и вооружит знаниями. Если ты останешься один, тебе придется взять ее, потому что ты уже стал Хранителем. И запомни, брат мой, моя безопасность уже не важна. Важно сохранить камень и вернуть его туда, откуда он был взят.
Я понял, что брат Бернард непреклонен в своем мнении, и переубедить его не удастся. Он положил печать обратно, в мешочек, и спрятал за пазухой.3атем обернулся ко мне , и сказал. И позаботься, пожалуйста, о моем ослике. С тяжелым сердцем я вернулся в монастырь, нам с графом предстояло нанять корабль для отправки к месту нашего назначения.
Дорога в порт и обратно, переговоры и сделка заняли часа два, так что начинало уже слегка темнеть. Возле входа в монастырь меня остановила вышедшая из темноты арки тень. Кто то нащупал мои руки и вложил в них что то липкое.
Я схватил не известного и вытащил на свет , он сразу обмяк. Откинув капюшон, я наконец смог рассмотреть его. Это был брат Арнульф. На уровне его груди расплылось кровавое пятно. Изо рта он смог выдавить только хрип. Тибо перехватил его из моих рук , и уложил на земле. Я наконец рассмотрел, что же у меня в руках. Липким предметом оказался окровавленный кожаный мешочек...
Спустя несколько мгновений я уже несся на полном скаку к церкви, в которой остановился брат Бернард.
Перед входом в здание церкви не было никого, и я проскочил во внутрь. В два прыжка добежал до каморки и тут пригнулся. Над головой пролетел со свистом топор. Затем навстречу вылетел верзила. Я даже не затормозил. Меч сам оказался в руках, и я нанес рубящий удар в бок. Верзила рухнул. В каморке брата Бернадрда стояли два человека. Сам брат Бернард лежал на полу. Я внимательно рассмотрел незнакомцев, насколько позволяло тусклое освещение лампы. Один из них поднял меч. С него стекали капли крови...
Второй стоял ко мне спиной. Медленно он повернулся. На его лице не отражалось беспокойство. Лицо вообще ничего не отражало, от глаза вниз шел шрам, и скрывался в подстриженной бородке.
- Уходи, прохожий, - сказал человек со шрамом. - Нам нужен только он. Не заставляй нас убивать тебя.
- Ты думаешь, я просто так уйду, и забуду о том что я увидел? - спросил я , занимая удобную позицию поближе к углу комнаты, рядом со столом.
Человек со шрамом чуть заметно кивнул своему здоровяку. Тот явно считал, что разница в весе даст ему легкую победу. Он налетел на меня, делая слишком широкий замах. Вся тяжесть его была где то впереди. Все произошло в считанные секунды. Я чуть отстранился, и основанием лезвия своего меча , направил его меч в угол. А за мечом полетел и он сам, ну не совсем сам, ногой я его все таки толкнул, и тут же с большим замахом разрубил его голову как арбуз. Этот удар должен был показать второму убийце, что он может получить ранение более тяжелое, чем у него есть.
Невозмутимый и на этот раз остался спокоен.
- Неплохой удар для бродячего рыцаря. - сказал он. - Видно много лет тебе пришлось тренировать руку в сражениях. Но против меча настоящего Охотника тебе не устоять.
В подтверждение своих слов он очень быстро выхватил свой меч, и сделал резкий неожиданный выпад. Я еле успел отпрыгнуть, а он молниеносными шагами уже снова встал в угрожающую позицию. Я приготовился защищаться.
Во дворе послышались крики и шум. Человек со шрамом метнулся к двери. На пороге кто то возник и тут же упал, сраженный коротким, почти невидимым движением меча убийцы. Он скрылся за дверью, снаружи сразу же послышались крики а затем хрипы и стоны. А я смотрел на лежащего у входа человека.
Тибо, мой старый слуга, который много лет неотлучно был со мной во всех походах и странствиях. Он, видно поднял людей графа, поспешил на помощь, и погиб от руки неизвестного . Горе потери близких людей захлестнуло меня, вытесняя из головы все другие мысли.
Стоп. Надо сосредоточиться. Брат Бернард знал, что я останусь один. Он знал , что его убьют. Может даже заметил людей, которые за ним следили. Не зря же он передал с братом Арнульфом печать Главного Хранителя.
Что он там говорил про подсказки? Печать, что еще? Да , вот. Вспомнил! Он говорил что то про ослика.
Я вышел во двор. Люди графа уже прекратили погоню за неизвестным. Он ранил еще трех человек, и один, скорее всего не выживет. Кто то утверждал, что нападающих было трое или четверо. Я прошел на конюшню, ослик стоял и грустно смотрел перед собой. Я погладил его , потрепал по холке, и тут заметил что левая передняя нога перевязана . Утром ослик был здоров и шел бодро. Ну ка, посмотрим, что там под повязкой...
Через три часа мы подъехали к Маринкиной даче. Люблю ее дачу,там очень хорошо. Небольшой уютный домик,ухоженный участок. Маринка была самой практичной и самой хозяйственной из нас. Что говорится,все в дом. Я даже иногда ей завидовала,у меня все делается по настроению. Ладно,не об этом. Почти сразу за домом бежала речка. Вид из окна был замечательный. Иногда всей компанией мы приезжали сюда на выходные. Отдыхали на речке,а на ночь шли к Маринке в домик,где места всем иногда не хватало. Все зависело от количества отдыхающих. Тогда доставались привезенные с собой спальные мешки и палатка из закромов Маринки,и те,кто не поместился в дом,шли в палатку на участок,где не жили Маринкины овощи. К своим посадкам она относилась трепетно,что было,конечно же,оправданно. Моя подруга вкладывала в них много сил. А мы угощались результатами ее труда зимой. Это были очень вкусные результаты. Периодически она подключала кого-то из подруг себе в помощь. В этот раз Маринка решила взять меня,я это понимала и была даже рада. Если она разрешит мне здесь остаться на недельку,то я буду самой счастливой на свете. Не нужен мне сейчас берег турецкий,в простой русской деревне так замечательно!
Мы вошли в дом. На нас сразу дохнуло влажным воздухом,все-таки в доме не жили на постоянной основе. Маринка оставила открытой настежь дверь,мне велела открыть окна,что я сделала. Занавески сразу надулись белыми парусами,и свежий воздух хлынул в дом. Я стояла посреди комнаты и улыбалась блаженной улыбкой.
-Чему радуешься,дорогая?-спросила меня Маринка,пробегая мимо.
Миринка,красота-то какая...Лепота!-радостно засмеялась я и обняла подругу.
Дурочка,-по доброму сказала она и улыбнулась.-Сейчас перекусим и на огород. Будем обществено-полезным трудом заниматься.
А,запросто-,ответила я и пошла помогать ей на кухне.
Мне вручили картошку. Сама Маринка наводила деловитую суету по дому. Когда я закончила с картошкой и спросила,что мне еще делать,Маринка отослала меня на веранду накрывать на стол. И это я тоже сделала с радостью. После обеда и возни в огороде,мы снова сидели на веранде. И веранда у Маринки замечательная...Мы пили чай из электрического самовара,цивилизация,но с вкусным вареньем подругиного приготовления. Мы разговаривали ни о чем. Иногда совсем замолкали. Я была сейчас совершенно счастлива. Очень хотелось поделиться с подругой тем,что происходит у меня в жизни,показать камень. Но я не решалась на это,больно уж фантастическая история. Но кое о чем мне все-таки очень хотелось ей рассказать,точнее,о ком...Только я не знала с чего начать. Маринка сама начала:
-Лад,когда замуж-то соберешься?Кавалеров меняешь,а все на свободе бродишь.
А я,Мариночка,своего рыцаря еще не нашла-,улыбнулась я.
Какого тебе еще рыцаря?-опешила она.
Такого...-мечтательно протянула я.-Высокого такого,косая сажень в плечах. А еще волосы у него золотые и глаза голубые как небо. И губы чувственные. А еще он такой мужественный...
И кто такой?Где видала?
Во сне,-улыбнулась я.
Где?-Маринка такого явно от меня не ожидала.
Во сне,Мариш,честно.-ответила я
Ты совсем уже,Ладка,-покачала она головой.-Надо будет тебя познакомить с кем-нибудь.
Спасибо,меня Светка недавно познакомила. На всю жизнь такого кавалера запомню.
Что за кавалер?Рассказывай.
Я начала рассказывать. Маринка слушала,а потом заржала. Сначала я даже обиделась,а потом представила свою историю со стороны и тоже засмеялась. Действительно,сейчас это все уже выглядело комично.
-Не переживай,Ладка,мы тебе найдем лучше Светкиного,-заверила меня подруга.
Спасибо,добрая женщина. И чтоб глаза голубые,-улыбнулась я.
Да,хоть серо-буро-малиновые в крапинку,-веселилась Маринка.
С мутантом встречайся сама,-хихикнула я.
Да,я с ним уже развелась,-снова заржала подруга.
Мы еще какое-то время болтали на веранде,а потом пошли укладываться спать. Постели у Маринки были тоже замечательные. Мы еще немного поговорили уже лежа и вскоре уснули. Утром моя подруженция собиралась обратно в город,а мне разрешила оставаться сколько мне надо,в ее согласии на мою просьбу я и не сомневалась. Не зря сумку собирала. В эту ночь мне ничего не снилось,а может я просто не запомнила. Но спалось очень сладко...
"Любезный брат мой, Рауль. Если уж пришлось тебе найти это письмо, то верно, меня нет с тобой среди живых. Прошу тебя смирись с судьбой, и не дай чувствам слишком долго оплакивать меня. Теперь в твоих руках, дело не только всей моей жизни, но и священная миссия, которую ты взял на себя. Много лет целью нашего братства , созданного Иоанном Клермонтским, было спасение этого камня из рук людей, не знающих его силы. Долгое время Камень Давида находился в Ватикане , в папских хранилищах. И только желание высших церковных лиц узнать, что за тайны хранит камень , позволило братству хранителей получить его в свои руки. Все это время нашему братству противостоят те, кто называет себя охотниками. Это наследники и последователи Луиджи Пазолербо. Еще в начале этой истории, Луиджи прознал о силе камня и чудесных его свойствах и завещал последователям владеть им и добиться личной власти. Не зная истинного назначения камня, они тоже пытались завладеть камнем, но все их попытки не достигали успеха. Десять лет назад, некий знатный рыцарь, Чезаре Корволо, бывший одним из хранителей, предал братство и перешел на сторону охотников, принеся им знания о истинном назначении камня. Братство пыталось помешать этому, и убить Чезаре, но неудачно. На память об этом у Чезаре остался шрам на лице. Тебе будет несложно узнать его по этой примете. Чезаре жестокий властолюбец. Он скоро подчинил себе всех охотников и организовал их для одной цели - заполучить камень.
Когда братьям хранителям наконец удалось получить камень, я находился далеко, среди пустынных гор. Я искал конечную цель нашей миссии,- место, где надлежит спрятать камень , и закончить его скитания среди людей непосвященных. Там же я и был схвачен в плен дикими племенами неверных, и отправлен в Дамасск. Во время пути , я узнал, что моим похитителям было заплачено за меня человеком со шрамом, и с каждым днем по мере приближения к Дамасску, приближалась ко мне мучительная смерть.
Но тут , Господь послал мне тебя . И тебе я обязан не только своим избавлением, но и спасением общего священного дела. Поэтому я и старался быть неподалеку от тебя, и когда, после тяжелых ранений ты вернулся во Францию, я принял это как знак свыше, и счел своим долгом помочь тебе не только ради человеколюбия, но и сознавая, что ты появился на моем пути ради исполнения нашей цели.
Затем я старался понемногу приобщать тебя к истории хранителей, и в конце моего пути ты был уже готов к тому, чтобы принять последнюю тайну хранителей.
Я знаю ,что Чезаре Корволо будет ждать меня, и постарается завладеть камнем. Скорее всего мне придется умереть.
Я постараюсь передать тебе кольцо, которое ты по прибытии на Святую землю можешь показать братьям хранителям, и они помогут тебе. Опасайся Чезаре. Он пока пойдет по ложному следу, но вскоре все раскроется , и он будет искать тебя. В крепости Атлит, ты найдешь капеллана тамплиеров, Жерара д'Эрвена. Ему ты можешь доверять как и мне. Он поможет тебе. Знай, что никто не знает о том, что ты посвящен и что ты с этих пор - главный Хранитель, даже братья хранители не знают тебя. Возможно, что будут проверять. Я верю в тебя, брат мой. Ты найдешь верный путь.
Помни еще об одном. Камень имеет силу. Силу веры. Силу, которая росла в нем веками . Ты можешь почувствовать ее. Это может тебя испугать, а может искушать, как Луиджи Пазолербо. В любом случае, я знаю, в тебе есть силы исполнить то что задумано. И принести камень к его последнему пристанищу.
На этом я прощаюсь с тобой. Прощаюсь навсегда . Да прибудет с тобой сила Господня! Да укажет тебе перст Его путь истинный!
Твой преданный брат Бернард."
Яркий лунный свет освещал палубу корабля. Наконец то стихли ветры, и я смог уединиться на носовой пристройке и перечитать еще раз письмо брата Бернарда, которое нашел в повязке на ноге ослика. Полная луна и тусклый свет фонаря создавали ощущение таинствености и одиночества. Я одинок, и я один против неизвестности. Как узнать кто друг, а кто враг? Как избежать ловушек и обмана? Слова брата Бернарда вселяли надежду, но сомнения не оставляли меня. Я оглянулся , достал из холщовой сумки сверток. Размотал плотную ткань, и взял в руки камень. Он был слегка теплый и , может мне это казалось от волнения, я почувствовал легкую дрожь, исходящую от камня...
Утром Маринка уехала после завтрака,а я получила список дел на неделю. До следующих выходных. Я ее проводила и упала еще вздремнуть.В огород было идти лениво.Маринка это понимала и по этому составила облегченный список.За что я была ей благодарна. Сон не шел. Я выспалась отлично.Но всавать я не стала из принципа.Я в отпуске,имею право.Однако,меня хватило всего на полчаса.Не лежалось.И я пошла прогуляться.На речке я потрогала воду,она была холодная.Больше к воде я не подходила.
Каких-то определенных желаний по времяпровождению у меня не было,и я просто села на траву.Под рукой оказался камешек.Я кинула его в речку.Он упал с громким плюхом,и тут же по воде побежали круги.Я с детским интересом следила за ними.Когда вода успокоилась,я с азартом принялась искать новые камешки.Не очень был богат на них этот речной берег.Но я была упорна в своих поисках и набрала пригоршню камешков разного калибра.Потом я села на облюбованное место и стала их кидать.Я так радовалась,когда плюх получался громким,что даже привстала,чтобы сильней кинуть.Пара камешков было плоскими,что порадовало меня несказанно.Я запустила первый блинчик.
-Раз,два,три,четыре,-считала я,сколько камешек проскачит по воде.Но больше он не проскакал.
Я запустила второй.
Раз,два,три,четыре,пять,шесть,семь...Йес!-подпрыгнула я и гордо посмотрела по сторонам.
Никого вокруг не было.Ну,и ладно.Пусть им будет хуже,тем,кто не видел.Я мстительно хмыкнула,и этим своим поведением рассмешила сама себя.Тихо похихиков,я опять села на траву.Блаженно потянулась и мягко упала на зеленый ковер из сочной травки.Сказка...Хорошо до невозможности.
Я прикрыла глаза и начала фантазировать.Я прекрасная принцесса,и меня похитил злой герцег,чтобы жениться на мне.А спасать меня отправился доблестный и красивый рыцарь.Он нагнал похитителей прекрасной принцессы,то есть меня,а я успела сбежать под шумок.И,значит,я споткнулась,ударилась головой...нет,не так.Я долго плутала,потом устала,легла на берегу реки и уснула.А проснулась от того,что он несет меня к своему коню на сильных руках.
Он же не мог меня не найти,ведь он же благородный рыцарь. Моя голова покоится у него на плече. Я чувствую нежный аромат его золотистых волос...моя мечта,как захочу,так и будет пахнуть!Так вот,несет он меня на руках,а сам глаз не сводит с моего лица. Я открываю глаза,обвиваю руками его шею,и мы сливаемся в долгом страстном поцелуе. Ну,а потом мирком,да,за свадебку. И жили мы долго и счастливо...
Я открыла глаза и порывисто села.Как-то сразу скучно стало на берегу.
Из тебя принцесса,как из Светки жена сантехника,-заворчала я на саму себя.-Хватит валяться,ваше высочество.Вам велено редиску полить,вот и проследуйте на огород-с любезной подруги.
Когда я шла по деревне,она была небольшая,дворов пятнадцать и не все жилые,пара уже почти родных бабушек сидели на своей скомейке.Я поздоровалась с ними,они приветливо ответили. Когда я их почти прошла,одна из них окрикнула меня:
Лада,обожди-ка.
Я повернулась к ней.
А Мариночка в город уехамши?-спросила она.
Да,баба Катя,в город.Я за хозяйку на недельку.-ох,уж эти любопытные деревенские бабушка,впрочем,в городе они не менее любопытны.
Ну,добро.Ты одна аль с кем?-спросила вторая бабулька.
Одна,баба Нюра,в отпуске я.Вот Марина меня и оставила за старшую.
И хорошо.За хозяйством приглядишь и на чистом воздухе.А этот город ваш сплошная отрава.
Вы правы,баба Нюра,-улыбнулась я.
Одожди еще чуток,-сказала баба Катя и заковыляла к своему дому.
Через несколько минут она вернулась с миской,накрытой белым полотенчиком.От миски так сумасшедше аппетитно пахло пирожками,что я не удержалась сглотнула слюну.Баба Нюра,взглянула на это дело и тоже пошла к своему дому,попросив"обождать малеха".Я уже почти захлебнулась слюной,я уже знала,что она вынесет свои творог и сметану.И баба Нюра не подвела.У нее всегда были оболденные сметана и творог.Она вручила мне мешок с двумя баками,и я,поблагодарив обеих бабулек от души,пошла домой.У меня теперь был замечательный ужин.И плевать мне на все каллории,главное,это было необыкновено вкусно.
Потом я выполнила все задания подруги на сегодняшний день.Отдохнула,сидя на ступениях террасы,подставив лицо вечернему солнышку.Нет,мне определенно нравился мой отпуск.Даже с работами на огороде.Затем я накрыла себе стол и приступила к уничтожению даров деревенских бабушек.Какая же вкуснатища,только бы это и ела!И чай был у подруженции под стать пирожкам,очень вкусный.Или мне так казалось,но за один такой ужин можно продать не один ресторан со всей их культурной пищей.После еды я еще немного повалялась в гамаке с рыцарским романом из небольшой Маринкиной деревенской библиотеки.Потом отложила книжку и задумалась.Как-то очень уж меня пробило на рыцарей.Почему?Что такого я увидела,что так задело меня за живое?Да,на мой вкус он идеален.Не смотря на окровавленный меч...Он не мог нападать,он защищался.
Такие глаза не могут принадлежать убийце. Не верю. Даже если я его идеализирую,пусть...Я ведь никогда не увижу его по настоящему. И опять стало грустно и вновь захотелось взглянуть на него.
Я пошла в дом.Открыла свою сумку.Камень лежал там,где я его оставила,на дне.Вещи я убрала в шкаф,а его не стала доставать,дабы не волновать подругу за мой рассудок.Я немного замешкалась.Душа рвалась взять камень в руки,а разум боялся быть подвергнутым новому стрессу.Душа пересилила.Я взяла камень и встала у окна.Я сжала камнеподобное нечто,оно стало нагреваться и покалывать пальцы.Я почувствовала,что меня затягивает в знакомое расслабленно-отрешенное состояние,и приподняла над камнем руку.Было странно так четко увидеть ночь на фоне заходящего солнца,которое лилось мне в окно.А в окне с видением была глубокая ночь.На небе сияли звезды,очень яркие.Луна бросала свой мистический призрачный свет на...море!Да,это море,никаких сомнений,может океан,но точно не река.Я подвигала картинку взад и вперед.Берегов не было видно.Лунная дорожка струилась и переливалась.А по этой серебристой ряби шел корабль.Не знаю,что это был за корабль,не разбираюсь я в кораблях,не знаю чей это был флаг.Паруса ветер не сильно наполнял,судно шло явно медленно. Я подвигала изображение. Пару человек я увидела на палубе,одного на мачте,двух у штурвала. Его не было видно. Я снова подвигала рукой и наконец заметила,что в пристройке на носу кто-то есть. Я приблизила картинку,и сердце вдруг куда-то побежало. Это был он,мой рыцарь. Он сидел на полу. Меч лежал рядом отстегнутый. Одна нога его была согнута в колене,вторая была вытянута. На согнутое колено опиралась рука,а в ней было что-то,что он внимательно разглядывал. Я не смотрела на предмет его изучений,я жадно смотрела на лицо. Он был печален,задумчив и суров одновременно. Взгляд отсутствовал. Явно о чем-то напряженно думал. Но вот он перевел взгляд из далеких далей и посмотрел в мою сторону. Нет,не в мою сторону,на меня!Он смотрел на меня,как тогда в лесу. Он видел меня!Это меня не на шутку взволновало. Захотелось поправить волосы,но было страшно убрать руку от камня. Я не хотела сейчас прерывать видение. Он был изумлен. Я улыбалась,как дурочка,сама не понимая чему радуюсь. Очень хотелось,чтобы он мне тоже улыбнулся...
Привет,-как-то машинально произнесла я и поняла,что он меня не слышит.
Рыцарь матнул головой,будто отгоняя видение.Он встал на ноги.Потом посмотрел на меня уже с интересом и любопытством.Я растерянно улыбнулась и потупила глаза.Его губы шевельнулись.Потом снова.Я не слышала.Наверное,сейчас это было и неважно.Было замечательно,что он меня видит. Как бы я хотела ему понравится. Затем он перевел взгляд на свою руку. Я,улыбаясь,сделала то же самое. Я взглянула внимательней на то,что было у него в руке. Кажется,улыбка сползла с моего лица в тот же момент. В руке он держал...МОЙ КАМЕНЬ!
Рыцарь поднял на меня взгляд.Его лицо стало тревожным.Он сделал шаг в мою сторону и опять что-то сказал.Я бы могла сказать процентов на восемьдесят,что он спросил:"Что с вами?"Именно этот вопрос читался в его чистых голубых глазах.Я в каком-то ступоре подняла руку с камнем,как бы показывая его.Он перевел взгляд,и его лицо приобрело выражение крайнего изумления.Кажется,он увидел камень в моих руках.Не знаю,не могу толком сказать.Мне стало нехорошо.Я еще раз взглянула на него с какой-то уже вымученной улыбкой
и убрала руку с камня...
Теплота и напряжение исходили от камня. Казалось ,он пытается что то мне сказать. Кончики пальцев слегка покалывают , видно это то, о чем говорил брат Бернард. В камне точно есть какая то сила. В чем же она... Вдруг на меня упал свет заходящего солнца. Я поднял голову и увидел ту самую женщину. Она стояла передо мной и смотрела на меня. От неожиданности я встряхнул головой, стараясь отогнать видение. Опять она. Значит это мне не привиделось. Откуда она здесь. Я рассматривал ее и не мог понять что это за свет. Кругом ночь, а я ее вижу как при дневном свете. Это знамение, или я схожу с ума? Я оглянулся, никто не обратил внимания. Рулевые и матрос на мачте ее не видят. Она вдруг улыбнулась. Какая хорошая и светлая улыбка! Лицо ее стало прекрасно! Красивая линия губ, зеленые глаза, тонкая нежная кожа. Губы ее зашевелились, но я не услышал ни слова. Последний раз я встряхнул головой , в страхе, что видение исчезнет, но нет, она здесь .Я встал, но меч оставил на месте. Да и ни к чему тут меч. "Кто ты?"- спросил я. - "Ты пришла помочь мне? Ты друг или враг?"
Кажется она меня не слышит , как и я ее. Я поднял руку с камнем и взглядом указал на него. Вдруг ее улыбка сменилась тревогой, почти страхом. Она видно не ожидала увидеть , то что видела. Я невольно сделал шаг вперед и спросил: " Что с тобой?" Лицо ее выражало растерянность и было все также прекрасно. Видимо не в силах сказать что либо, она подняла руку. В ней лежал камень, как две капли воды , похожий на мой...
Я испугался. А вдруг, это ловушка? Нет, кажется, она сама испугалась... Она совсем растерялась. Попыталась снова улыбнуться. По видимому, ей стало плохо. Я сделал по направлению к ней еще шаг, но она исчезла, так же внезапно , как и появилась. Тьма резко ослепила меня, и я еще минуту стоял, привыкая к темноте.
Я спустился на вторую палубу. Отовсюду доносился громкий храп воинов. Я же не мог заснуть. Мысли о незнакомой красавице не покидали меня. Кто же она, и где искать ее? С виду она знатного рода. Кожа нежная, черты правильные. Волосы короткие до плеч, но это даже придает ей очарование еще больше. Под легким простым платьем угадывались волнующие линии. Ну как тут заснешь!
Рассвет застал меня в раздумьях. Уже мне не казалось что я одинок, что один против всех . Солнце взошло, тучи исчезли и к тому же матрос на мачте закричал, что видит землю. Мы приближались к острову Крит.
На острове мы остановились ожидая судна на Сен-Жан Д'Акр. Два дня граф гостил у знакомого венецианского купца, который владел на Крите домом, который можно было назвать дворцом. Я не особо желал разделить их веселье и просиживал часами неподалеку от порта за крепостными стенами. Я грелся в лучах южного солнца и вспоминал брата Бернарда, его историю, давние походы и недавние приключения. Но больше всего мои мысли занимала женщина , так внезапно и странно появившаяся на моем пути. Неужели мне предстоит с ней встретиться? Ну конечно же, предстоит. Я чувствую связь между нами. Да и то что у нее был такой же камень, говорит о том что мы связаны судьбой.
Так, в мечтах о встрече с прекрасной незнакомкой, я возвращался к постоялому двору . Проходя между приткнувшихся к деревянному причалу, рыбацких лодок, я заметил двух людей, занятых разговором. Что то в фигуре одного из них , заставило меня насторожиться. Я обошел развешенные для просушки сети, и приблизился , стараясь не быть замеченным. Услышанный разговор и голос одного из них подтвердили мои опасения. Я перебрался к пустым бочкам и продолжал слушать их разговор.
- Они отплывают завтра на рассвете. Уже все договорено, деньги заплачены, мне надо знать только кто из них нам нужен. - говорил один из них нервным, высоким голосом.
- Пока я не могу этого сказать. Постарайтесь выяснить это в пути. У меня будет время опередить вас и встретить на Родосе. - отвечал ему второй голос. Голос, который я не забуду никогда.
- Я понял, господин, я дам Вам знать заранее.
- Не подведите меня. Мне очень не хотелось бы наказывать своих венецианских братьев. Но , я итак уже потерял четырех человек, и не допущу, чтобы потерь было больше.
С этими словами высокий быстрыми шагами двинулся вдоль причала . А маленький, с писклявым голосом, накинув капюшон, прошмыгнул в переулок в сторому города.
Я пошел вслед за высоким и увидел, как он взбежал по мостику на борт большой галеры. Перед тем как взойти на палубу , он обернулся, и я увидел в свете заходящего солнца, его лицо,через которое вертикально проходил большой шрам....
Вскоре я вернулся на постоялый двор, и застал графа в прекрасном настроении. Он объявил, что его новый друг, венецианский купец, любезно согласился взять наш отряд на свое судно, которое завтра на рассвете отплывает в Сен - Жан Д'Акр. Только сначала придетя сделать остановку на Родосе.
Я наконец то сложил все факты вместе, и понял, что кто то готовит мне ловушку. И тот факт, что я знаю кто готовит и где, а мои противники не знают кому они готовят ловушку, дает мне время подготовиться.
Пару дней я не прикасалась к камню. Из двойственного чувства: и хочется, и колется- я выбрала второе. Временно, конечно. Мысли о рыцаре неотступно преследовали меня. Но, скорее всего, из-за него я и не трогала камень. Я влюбилась в него, влюбилась так, как ни в кого и никогда в своей жизни. Вот так сразу и бесповоротно. Не смотря на то, что никогда не прикоснусь к нему, не смотря на то, что никогда не услышу его голос и не узнаю его имя. Он навсегда останется моим видением. И все-таки я влюбилась в него. Дурные мыслишки терзали меня: а понравилась бы я ему? Ведь нас разделяли эпохи. Другие нравы, другие взгляды, другая мораль и разное восприятие мира. Потом я начинала себя ругать за фантазии. При мыслях о нем что-то сжималось внутри. Было больно, горько и сладко одновременно. Ну и пусть я могу только смотреть на него, главное, он существует! Пусть и параллельно мне и моему времени. А еще приятно щемило в груди от того, что он тоже мог видеть меня, ведь у него был такой же камень, как у меня... или это тот же самый?...
Но как же тогда он попал сюда, в Россию? Как бы мне хотелось узнать историю моей находки! Как бы мне хотелось понять, что он такое, а еще, наверное, кто же кинул его в меня? И откуда камень у моего рыцаря?.. Моего рыцаря... мой рыцарь... мой... Как же сладко это было произносить. И вновь мои мысли вертелись вокруг него. Кто он, откуда, как его зовут? То, что он был крестоносцем, я поняла по его плащу. Но в какой стране он жил? Эх, если бы я могла узнать... Стоп! А ведь могу! Когда я вернусь в город, я обязательно залезу в интернет. Ведь на его щите есть герб, да и на одежде я видела такой же рисунок, вдруг я найду его в сети? Это было бы так здорово! Я даже зажмурилась от своей идеи. Я начала с увлечением размышлять, как надо составить запрос в поисковике, чтобы получить ответ.
Где- то над головой громыхнуло. Я присела от неожиданности. Тут же сверкнула молния и вонзилась в землю недалеко от меня. Я прибавила шаг, стремясь отойти подальше от этого места, и тут же меня накрыл дождь, бухнувший с небес сразу и мощно. Я побежала под ближайшее дерево, ругая себя за это. Мне ведь еще в школе объяснили, что в грозу нельзя стоять под деревьями. Но стоять под дождем, да еще таким сильным, мне совсем не хотелось. Однако, гром бахнул гораздо дальше и сверкнуло теперь в другом месте. Помимо дождя задул сильный ветер. Я тут же продрогла и решила встать с другой стороны дерева, надеясь, что там дует поменьше. Я обошла громадный ствол по кругу. Похоже дерево было древним, таким толстым было оно. На обратной стороне оказалась довольно приличная щель в коре. Я заглянула в нее и поняла, что с моим миниатюрным ростом и сложением, я легко могу поместиться в этом... дупле. Сказано- сделано. Я протиснулась внутрь и смогла присесть. Правда, колени мне пришлось подтянуть к груди, но зато здесь не было ветра. Запах прелого дерева защекотал мне нос, но он был даже чем-то приятным.
Рука непроизвольно просунулась в карман. Я погладила камень и усмехнулась.
- Моя прелесть,- сказала я вслух, отвечая своим мыслям.
С недавних пор я действительно стала частенько поглаживать камень, даже не замечая этого. Потом я достала его из кармана . Я практически не видела его, но я знала на память каждую его грань, каждый его миллиметр. Его необычайно гладкую поверхность, его прохладу, пока не сожмешь на нем пальцы. И вот тогда, когда его грани вопьются в руку, он начнет греться... Но сжимать камень я не стала, я просто положила его между телом и коленками. И тут же почувствовала его ребристость животом, стало неудобно, но я не стала его убирать в карман. От камня все-таки шло небольшое тепло. Это было приятно, ведь я так сильно промокла и замерзла. Постепенно дремота начала одолевать меня. Я несколько раз пыталась с ней бороться, но проиграл бой и заснула...
... Меня накрыло ледяной водой. Тут же нос и рот наполнились ею. Я распахнула глаза и увидела, что действительно нахожусь в воде. Меня охватила паника, и я начала бить ногами и руками, пытаясь всплыть. Плохо понимая, что я барахталась, стараясь плыть. На мое счастье под коленками оказалось каменистое дно. Я проползла по нему и оказалась на суше. Упав навзничь я закашлялась, выплевывая воду, попавшую в легкие. Потом лежала, приходя в себя. Вместе с сознанием вернулась способность размышлять. Не открывая глаз, я пыталась понять как я могла оказаться в воде? От того дерева, в которое я забралась, до реки было приличное расстояние. Вроде не время для наводнений... Что же произошло? Я резко открыла глаза и села. Голова немного закружилось и в глазах потемнело. Это быстро прошло и я снова зажмурилась. Какое же яркое солнце! И как сильно печет. Я приложила ладонь козырьком ко лбу и огляделась.
Вокруг были скалы. Ничего здесь не было кроме скал и озера, из которого я только что выбралась.
- Где я?- ошарашено прошептала я.
Конечно, мне никто не ответил, что порадовало, если честно. Если бы кто-то со мной сейчас заговорил, я бы, наверное, чокнулась. Я снова огляделась. Мой взгляд уперся в водопад, который я не заметила сразу, несмотря на шум низвергающейся воды. Он был небольшой, но не заметить его было странно.
- Слона-то я и не приметил,- снова сказала я себе.
Я впервые видела водопад, и мне захотелось подойти к нему. Вот только озеро лежало на пути, а обойти его не было никакой возможности. Я немного потопталась на берегу в нерешительности, а потом быстро вошла в воду. Она тут же обожгла холодом тело, но я поплыла к водопаду. Озеро было небольшое, иначе я бы вряд ли решилась. И приятным сюрпризом стал каменный выступ у самой цели моего заплыва. Я забралась на него, оказавшись в воде всего по щиколотку. Отвесная стена воды была прямо передо мной. Я протянула руку, и водопад жестко по ней ударил. Я сделала еще шаг, рука прошла в поток до локтя, еще шаг, и водопад уже бил меня по плечу. Но главное, я чувствовала, что за отвесной водяной стеной ничего нет, там было свободное пространство. Я сделал еще шаг, и вода всей мощью обрушилась мне на голову, попав в нос. Я сделала рывок и... оказалась в пещере. Меня обступили каменные стены. Я дотронулась до одной из них и удивилась, насколько же реален мой сон. Неровная прохлада камня четко ощущалась под пальцами. Дневной свет не особо сильно проникал сюда, и я могла видеть не так уж и много. Однако, я различила в сумраке фигуру человека. Я остановилась, вгляделась. Да, там кто-то был. Тогда я сделала шаг назад и задела маленький камешек, который с шумом отскочил в сторону, выдав меня незнакомцу. Он обернулся. Лязгнул металл. Незнакомец сделал несколько быстрых шагов в мою сторону, и мое сердце ухнуло куда-то вниз. Потом замерло, а затем застучало быстро и гулко. Это был ОН!
Где-то далеко промелькнула мысль: " Боже, как же я сейчас ужасно выгляжу...". Потом я подумала, что он, наверное, не видит моего лица, так как я стояла против света, а его меч все еще был вытащен наполовину. Тогда я повернулась в пол оборота, давая возможность свету попасть на мое лицо. В его глазах отразилось изумление... Ох, эти глаза... Я расплылась в улыбке. В этот момент я чувствовала себя жуткой дурой. Он убрал меч, подошел ко мне и вдруг тоже улыбнулся. Первый раз я видела его рядом. Он был высок, я доставала ему только до плеча. В отличии от меня он был сухим. И я вновь почувствовала себя глупо. Какой же реальный сон... Молчание затягивалось.
- Привет,- сказала я и тут же смутилась. Кто же так разговаривает с рыцарем, вдруг он обидится.
Но он не обиделся, он вообще меня не понял. Так же как и я не поняла то, что он сказал в ответ. Но еще я поняла, что он француз. И это уже было кое-что.
- Меня зовут Лада,- сказала я.- А вас?
Он непонимающе смущенно улыбался. Я подошла к нему вплотную и дотронулась до своей груди.
- Лада. Ла- да,- потом протянула руку к нему,- А как тебя зовут?
Он вдруг радостно засмеялся, поняв, что я от него хочу.
- Рауль,- ответил он.
- Рауль! Тебя зовут Рауль, я поняла! У тебя красивое имя... и ты очень красивый...- я смутилась, но он все так же приветливо улыбался, не понимая ни слова из того, что я говорю. И я осмелела... ведь это же сон.
- Ля- да,- произнес он с ударением на второй слог.- Ляда.
У него был приятный голос. Я слушала его как музыку. Слушала и любовалась. Потом наши взгляды встретились. В воздухе будто побежали электрические искорки. Не отдавая себе отчета, я протянула руку и провела по его щеке. Она была небрита. Жесткая щетина тут же кольнула ладонь. Это было так приятно... Я прикасалась к моему мужчине, к моему рыцарю. Рауль не отошел, не убрал мою руку. Напротив, он сжали мои плечи. Это было наше первое объятие.
- Милый, прошептала я,- мой милый...
Он опять ничего не понял, но в его глубоких голубых глазах отразилась нежность и смущение одновременно. Потом он коснулся моего лица. Его рука оказалась жесткой, но я в жизни не чувствовала прикосновения более ласкового, чем прикосновение этой мужской ладони. Я прикрыла глаза, мечтая, чтобы этот миг никогда не кончался. Когда я снова посмотрела на него, Рауль кивнул на выход из пещеры. Я согласилась. Так хотелось рассмотреть его при дневном свете.
Мы подошли к выходу из пещеры, вместе сделали шаг в водопад...
... Прелый запах ударил в нос. Я открыла глаза. Меня окружал тесный сумрак, я была внутри дерева...
Теперь надо действовать быстро. На постоялом дворе я разыскал молодого рыцаря, который отправился в свой первый крестовый поход. По всему было видно , что он не из богатых, и все эти дни, он расспрашивал меня, сможет ли он на свои сбережения приобрести необходимые доспехи и снаряжение.
Рыцарский багаж прост, но все же занимает достаточно места. Во время похода, все это находится в обозе , под присмотром слуг. В остальное время нужна повозка или вьючная скотина. А так же один, а лучше два оруженосца. Конечно , у знатных сеньоров целый отряд слуг, оруженосцев, но содержание их стоит очень дорого.
Когда я потерял своего единственного слугу и оруженосца, мне пришлось выбирать, или нанять нового слугу, или же продать свое снаряжение. Сначала , я не знал как мне лучше поступить, но теперь, когда охота на меня объявлена, и без засад и погонь не обойтись, решил продать все , что будет мешать мне как можно скорее добраться до цели.
Юный воин восторжено рассматривал мои доспехи. Нашитые на кожаную подкладку металлические пластины, щитки, закрывающие предплечье, наколенники и боевой шлем, с забралом. Кое где имелись вмятины от сарацинских мечей и стрел. Рыцарь сиял от радости, когда я уступил ему все это, и впридачу конное снаряжение большой щит и два копья, за цену, вдвое ниже той, которую он готов был заплатить.
Себе я оставил только легкие кожаные доспехи, меч, два дамасских клинка , маленький круглый щит и старый простой шлем. Таким образом, я освободился от лишних вещей , и получил возможность не привлекать внимания.
Слуги графа уже заканчивали сборы, и за моими действиями никто не следил в этой суматохе.
Следующий восход я встретил уже в море. Корабль, принадлежащий венецианскому купцу , новому знакомому графа, был большой и просторный. На нижней палубе размещались пассажиры, сидящие на своих мешках, тюках, одеялах. В нижней части корабля, под палубой, везли товары, вещй пассажиров и лошадей, подвешенных в специальных устройствах.
Сам купец остался на Крите, но в плавание послал своего племянника , Джованни, невысокого щуплого, лысоватого человечка, с писклявым голосом. Он сновал между пассажирами, расспрашивал всех, вынюхивал, кто, куда и зачем направляется, что везет. Я прекрасно понимал, с чем связан этот интерес, и старался не привлекать внимания. Когда же Джованни стал спрашивать меня, как бы невзначай, что за человек, граф Жоффруа де Пиньи, я прикинулся недалеким деревенщиной, и обронил, как бы невзначай, что граф очень умный и образованный человек, хоть и не показывает этого. Намекнув на то что я знаю больше, чем говорю, я сменил тему, и постарался найти других собеседников, будучи уверенным, что Джованни заглотил наживку и от меня теперь не отстанет. Очень кстати оказался молодой рыцарь, купивший мои доспехи. Он тоже воспользовался возможностью скорее попасть в Сен Жан д'Акр, и сейчас крутился возле меня в ожидании возможности поговорить и разузнать что же ждет его в далекой стране. Это соответствовало моим планам, и усевшись под навесом на верхней палубе, я рассказывал юному любителю приключений, о взятии Дамиетты, окружении в разлившемся на многие километры Ниле, о скитаниях по Иерусалимскому королевству, Тирскому княжеству.
Вскоре, незаметно, к нам присоединился Джованни, и как бы невзначай , у него оказалась бутылочка вина. Тут я и сыграл роль человека, которого стоит только потянуть за язык, и он выложит все что надо. Джованни искуссно перевел разговор на недавние события на Крите, и я рассказал о том, что граф очень скорбит о погибшем брате Бернарде, хоть и не подает виду. Что брат Бернард был духовным наставником и другом графа, что они проводили много времени беседуя вдвоем, и упомянул о том что никому не дозволено находиться рядом с сундуками, которые граф везет с собой. Джованни походил на охотничего пса , который напал на след. Кажется я добился того, чего хотел, хоть и немного было не по себе, из за того что навлекаю на графа неприятности.
Так в беседах с Анри, так звали моего нового знакомого рыцаря, и в размышлениях о дальнейшей своей судьбе, прошло все путешествие до Родоса. По прибытии в Родос, мы сошли с корабля, чтобы разместиться в загородном доме. Я попрощался с Анри, который должен был оставаться на Родосе, поджидая своих друзей, которые, как и он собирались принять участие в очередном походе, и двинулся налегке , за нашим отрядом. Джованни ехал впереди показывая дорогу. На окраине порта, мы выехали за крепостные стены и двинулись через небольшое ущелье, поросшее кустарником.
Пока я думал , о том, как бы предупредить графа об опасности, впереди послышались крики, и я увидел мчащихся нам навстречу всадников , и рванущего к ним Джованни . Писклявый голос , казалось , слышен был на весь остров: " Этого взять живым, а остальных убейте!" Пальцем он показывал на графа, и я понял, что спасаться надо сейчас самому, а с графом можно будет и позже разобраться.
Пока трое или четверо всадников окружили графа, еще пятеро пытались отсечь от него остальных рыцарей и слуг. И тут я услышал свист стрел. Оставшаяся группа оказалась под градом стрел, летящих из за кустов, со склонов. Идеальная засада!
В один момент вернулись былые навыки, и не думая , я помчался туда, где было безопаснее всего, то есть, как можно ближе к неизвестным всадникам. Стрелки не будут срелять по своим. Маленький круглый щит я закрепил на левой руке, ближе к плечу, в эту руку взял дамасский клинок, а в правую меч. На полном скаку, врубился в кучку всадников , лица которых были замотаны платками. Нанося удары сверху мечом и заставляя парировать эти удары, я пытался поразить их кривым сарацинским мечом. От неожиданности первые два всадника, рухнули сразу же, а трое оставшихся стали тесниться , чтобы напасть вместе. Краем глаза я видел, что граф стоя на земле, еще отбивался от нападающих. Конь, и его оруженосцы лежали вокруг. Остальная часть отряда была безжалостно истреблена. Сухая земля пропиталась кровью. Через несколько минут граф был схвачен, и я понял, что пора выходить из неравной схватки. Я осадил коня, направил его к противоположному склону, затем изменил направление. На мое счастье, всадники бросились за мной и я не спешил от них оторваться, пока не покину зону обстрела.
Через некоторое время, я почувствовал, что конь сбавляет шаг, и спотыкается, видно ранен, и долго не протянет еще несколько шагов до гряды камней, куда можно запрыгнуть, и всаднику меня не достать, им тоже придется спешиться.
Задние ноги коня подломились, и ом завалился на бок. Я бросился наверх на склон, но понял, что и тут мне не спастись. По склону ,в мою сторону, бежали еще люди. Положение только ухудшалось... Прямо за собой я услышал знакомый голос: "Рауль, сюда! Скорее!" Я метнулся назад. Передо мной возник Анри на коне, я запрыгнул на коня позади него, и мы поскакали вдоль склона , затем свернули на тропинку, которая вела вверх. Преследователи спохватились, но мы уже успели оторваться. Немного времени выиграли. Я поблагодарил Анри. Времени расспрашивать, как он оказался здесь, уже не было. У меня не оставалось выбора. Очень не хотелось, чтобы юноша погибал из за меня. Чуть в стороне я заметил старую каменоломню. Спрыгнул с коня и крикнул Анри, чтобы гнал что было мочи, и уводил погоню. Одному ему больше шансов добраться до города. А сам нырнул в один из множества входов. Молясь, чтобы он не закончился тупиком.
Глаза быстро привыкли к темноте. Я двигался то вперед, то поворачивал в сторону, иногда шел под уклон вниз. Лишь бы уйти подальше. Воздух вскоре стал более сырым. Стало совсем темно. Я остановился. Где то наверху послышались шаги и голоса. Потом все стихло. Надо еще переждать. Наверняка они кружат вокруг. Интересно, успел ли Анри скрыться.
Через некоторое время, я стал двигаться в обратном направлении, но вскоре понял, что не запомнил поворотов и разветвлений. Светлее не становилось , а это означало, что иду я совершенно не на выход. Пошел в другую сторону. Тоннель стал сужаться и вскоре нельзя было протиснуться. Я вернулся , пошел наугад. Тоже тупик. Еще раз. И еще... Часа через два я выбился из сил , сел на камень. Голова трещит, дышать стало тяжело. Вдруг за пазухой я почувствовал покалывание. Камень! Совсем забыл про него. Правда чем он мне поможет? Может светится в темноте? Я достал кожаный мешочек, и вынул из него камень. Нет , не светится. Жаль. Я сжал камень в руке, откинул голову назад и закрыл глаза. Все равно ничего не видно. Накатила усталость. Сон сковал тело....
Шум воды... Откуда здесь вода. Я открыл глаза. Лежу совсем в другом месте. Тоже темно, но не кромешная темнота, а полумрак. Откуда то идет свет.
Я встал. Вверху, кажется , довольно высокий свод, а свет идет оттуда, откуда слышен шум воды. Как я здесь оказался? Я осматривал стены, где то в дальнем углу, кажется есть проход. Я всмотрелся во тьму.
Вдруг шум покатившегося камня и шорох шагов, заставил обернуться. Я увидел силуэт и схватился за меч. Но угрозы никакой не было. Тот кто стоял передо мной не проявил признаков враждебности. Присмотревшись, я понял, что это женщина. И у меня даже появилось чувство, что я знаю , кто эта женщина.
Я подошел ближе. Она повернула голову, и свет упал на ее лицо! Она! Это она! Женщина из моих видений. Она еще прекраснее, чем я мог бы себе вообразить, и она совсем мокрая, как будто вышла из воды.
Она улыбнулась мне божественной, смущенно радостной улыбкой. Я подошел совсем близко. Она невысокого роста, и свет отражаясь в ее зеленых глазах , проникает прямо в сердце.
Она сказала что то на непонятном языке. Я улыбнулся ей в ответ и спросил, уже который раз: " Кто ты, прекрасная незнакомка?" Она будто поняла меня. Сначала что то сказала, а затем приложила ладонь к своей груди и произнесла : "Лада"
- Лада, - повторил я, но видимо, произнес это не совсем правильно , потому что она весело засмеялась и положила руку мне на грудь . Я сообразил, что она хочет, чтобы я назвался.
"Рауль..." - начал я с имени, но она перебила меня, радостно смеясь и повторяя: "Рауль...Рауль" я не смог удержаться от радостной улыбки.
И тут она сделала то, от чего у меня перехватило дыхание. Она поднесла руку к моему лицу и провела по нему. Мои мысли унеслись далеко. Сам даже не зная как и зачем, я тоже провел рукой по ее лицу. Похоже, ей было приятно. Я застыл, готовый стоять так с ней вечно...
Однако, мысль о том, что же это за место, вновь не давала мне покоя. Я жестами показал ей , двигаться на выход. Вход в пещеру закрывала стена воды. Водопад с шумом падал в небольшое озеро. Глядя друг на друга и держась за руки мы шагнули вперед....
Остаток дня я ходила потеряной.Сон или не сон,но мой любимый был так близко,а вместе с ним мне почти не удалось побыть.Мне хотелось то плакать,то рвать и метать.Я даже дождь не замечала,когда шла домой.Дома автоматом переоделась в сухое и завалилась на кровать.Я пыталась снова уснуть,но сон не шел,должно быть,я была сильно возбуждена.Но эти попытки меня немного привели в себя.Я встала с кровати и отправилась готовить.Завтра должна была приехать Маринка,и я хотела ее встретить вкусным обедом.Не могут же измениться планы,потому что мне приснился реалистичный сон.Но готовка ведь не мешала мне думать о Рауле...О Рауле?Его действительно так зовут или я в подсознании дала ему имя из книжки,прочитанной в детстве?Но тогда почему именно Рауль?Я читала много книг.Да,к чему все эти вопросы?Мне нравится-Рауль...Какое мелодичное имя.
Рауль,Рауль,Ра-ау-уль,-пропела я.
И снова вспомнилось его прикосновение.Сердце сладко защемило.Если я опять увижу его во сне,я его обязательно поцелую,обязательно!Мои мысли вращались вокруг любимого.Ни о чем и ни о ком другом я думать просто не могла.В этот момент заиграл мой мобильный.Звонила Маринка.Я нехотя оторвалась от своих мыслей.
Привет,Мариш,-сказала я.
Лад,у тебя все в порядке?-голос подруги заставил меня насторожиться.
Да,все отлично.Дом в порядке,огород цветет и пахнет.Не доверяете,тетенька?-попробовала пошутить я,но Маринке было не до шуток.
Князева,в городе у тебя есть проблемы?
Марин,откуда?Ты же знаешь,я девочка мирная.Знакомые сплошь приличные люди,сама это знаешь.Работа у меня не связана с секретами Родины или финаисами.Откуда у меня прблемы?
Ладка,я не знаю.Ко мне приходили из милиции.Двое.Задавали непонятные вопросы.Не рассказывала ли ты о чем-то необычном,что не поддается здравому смыслу.Прям,Малдер и Скалли в штанах.Я сказала,что ты адекватный человек и с необъяснимым дело не имеешь.Они не были похожи на милицию,хотя корочки у них были.Но они какие-то...-она помолчала,подбирая слово,-они опасные.Мне совершенно не понравились.Хотя вид у них был очень даже располагающий.Говорил в основном один,и голос у него такой приятный.Я себя чувствовала,как кролик перед удавом.Честное слово,буквально загипнотезировал.Я сказала,что у меня на даче.Лада,вали оттуда.Быстро вали.У тебя есть пара часов.Уезжай не с нашей станции.Или на попутке.Не знаю.Придумай сама.Но лучше уезжай быстрей.Они опасные,я это кожей почувствовала.
Господи...-больше я ничего не могла сказать.
Давай,Лад,удачи.
Маринка отключилась,а я стояла,отупело глядя на телефон.Что это было?Какая милиция?Что за бред?О чем они ее спрашивали,о необъяснимом?
Камень!-крикнула я,и это буквально подкинуло меня с места.
Я кинулась собирать вещи.Просто кидала в сумку,как попало.Чуть не забыла выключить бульен.На сборы ушло минут десять,не больше.В голове вертелось,как уехать.
Из дома я вышла через заднюю калитку,прямо к реке.Недалеко мальчишки толкали плот от берега.Я крикнула им:
Мальчишки,захватите меня.
Куда,тетенька?-удивились они.
На тот берег перевезете?
Сто рублей,тетя,-рыжий пацан в конопухах лыбился во весь свой щербатый рот.
Ох,уж эти современные детки.
Ну и расценочки у вас,пацаны.Пойдет.
Они придержали плот пока я не заскочила на него,и мы тронулись в комерческий рейс на тот берег.Мальчишки были мастера своего дела.Через несколько минут я уже шагала по лесу вдоль реки.Я сразу решила добраться до деревни на другом берегу.Там ходил автобус до станции.Но электричка шла по другой ветке и на другой вокзал.Я знала это,потому что однажды,,когда ласточки еще не было у Маринки,мы этим путем ехали на дачу.Было спонтанное решение нетрезвой компании,и мы все ломанулись на ближайший вокзал,где и обнаружилось нужное направление.Правда,мальчишек с плотом не было,и мы сделали тогда немаленький крюк,после чего решили ездить только проверенным маршрутом.
Дорога дала мне возможность подумать.Оказывается,у моего камня есть хозяева...или не хозяева?Что это за люди и какое отношение имеют к камню?Чутье у Маринки было что надо,вообще она всегда быстро соображала и делала правильные выводы.Если она сказала,что люди опасные,то так оно и есть.Тем хуже для меня.В какую историю ты втянул меня,камушек?..Вспомнились странные звонки и стало совсем жутко.В животе была пропасть,в груди давило.Я тихо застонала и остановилась на минуту,чтобы перевести дух.Меня потрясовало и пришлось сильно постораться,чтобы взять себя в руки и продолжить путь.Дорога до деревни с автобусной остановкой заняла минут сорок.Я старалась как можно дольше никому не попадаться на глаза.Потом еще полчаса ждала автобус.Тряслась на нем до вокзала по разбитой дороге минут двадцатьИнтересно,эти уже на даче?Хотя,нет,не интересно.Лучше бы они вообще пропали.Что мне теперь делать?Отдать камень?Нет!Теперь расстаться с ним подобно смерти,не отдам.Да и оставят ли меня в живых после того,как я его отдам?Хотелось спрятаться и плакать,плакать,плакать...Но этим я займусь уже дома.Дом...А есть ли он у меня?Может туда опасно возвращаться.
Господи,да за что мне это счастье?!-тихо воскликнула я,и какая-то бабулька оглянулась на меня.
Я отвернулась к окну.Слезы все-таки потекли,а у меня не было желания привлекать к себе внимание.Что делать,я совсем не представляла.Но домой мне нужно.Забрать документы.Взять вещи.У меня была надежда на то,что за домом никто не следит,все-таки они знают,что меня там нет.Да,кто же эти они?!Автобус остановился у перона,и я побежала к кассе.
В городе я почувствовала себя уверенней.Все-таки у меня были знакомые и друзья.И не все они знали друг друга.Например,Надя.Я лежала в больнице пару лет назад.Там я и познакомилась с Надей.Мы подружились.Несколько раз она приглашала меня в гости на праздники,а я звала ее в кино и просто отдохнуть.Пеиодически мы перезванивались.И никто о ней особо ничего не знал.Общих знакомых у нас не было.Может я пару-тройку раз рассказвала про нее,но это не та информация,которую мои девченки могли запомнить.О ней,о Наде,я сейчас и думала.Может удасться остановиться у нее.Я подошла к телефоной будке.Сомнения и надежда на лучшее бушевали во мне.Но осторожность и наличие камня взывало к здравому смыслу.Я набрала номер Нади.С мобильного не хотелось звонить.
Алло,Надюха,приветик,-защебетала я,когда она взяла трубку.
Привет,-она обрадовалась мне.-Как ты?
Я сейчас в отпуске...
Мы болтали ни о чем нинут пять.Оказалось,что она тоже в отпуске.А еще ей очень хотелось куда-нибудь съездить недельки на две,но одной скучно.Почему одной?Да,потому что муж на два месяца ушел в поход(он у нее был капитан третьего ранга и служил на корабле).Я этому очень обрадовалась.Она хотела съездить в пансионат.Я для начала попросилась пожить у нее под предлогом того,что у меня делают ремонт,а никуда не приткнуться на это время.Она легко согласилась.Ее сын был у бабушки в деревне,и она скучала.Мы весело попращались.Я положила трубку и перевела дыхание.Вопрос с местом прибывания я решила.Теперь надо было съездить домой.Собрать вещи и документы.Тяжело вздохнув,я спустилась в метро.
Недалеко от дома я начала оглядываться и присматриваться к прохожим и машинам.Ничего особо подозрительного я не увидела.Новых машин вроде не было.Хотя какой из меня Шерлок Холмс.Я перекрестилась и почти бегом двинулась к парадной.На лестнице меня остановила соседка.Приятная женщина.Мы всегда с ней здоровались и иногда по мелочам выручали друг друга.
Здравствуйте,Лада.Давно вас не было видно.Уезжали?
Здравствуйте,Елена Петровна,да,у подруги на даче гостила.
А вас тут несколько раз спрашивали какие-то люди.Сначала сказали,что принесли вам какой-то приз.Но на курьера или на что-то подобное эти люди не были похожи.Потом другой мужчина спрашивал.Он никак не представился,просто спрашивал где вы и когда вернетесь.А потом приходили из милиции.И знаете,один из милиционеров был очень похож на накурьера из первой пары.У вас неприятности?
нет,что вы,Елена Петровна,все в порядке.Спасибо вам.Если еще раз придут,скажите,что я переехала в Москву,-улыбнулась я.
Елена Петровна покачала головой и попросила быть осторожней.Я пообещала и подошла к квартире.Заходить было страшно,но я заставила себя сделать это.Я открыла дверь и шагнула внутрь.Моему взору открылась мрачная картина.Моя квартира была перевернута вверх дном.Я зашла в комнату.Содержимое ящиков и шкафов было вывернуто на пол и перерыто.Хорошо,что документы незванных вандалов не интересовали,и они лежали все в одном месте.Не аккуратной стопкой,но и не разбросаны.Я как могла быстро собрала все необходимое,что смогла найти в куче и выбежала из квартиры...
Опять перед глазами темно. Сырой, затхлый запах каменоломни. Неужели это все было сон? Водопад, пещера, Лада. Лада... Кто она? Откуда? Это не может быть сном . Не знаю, что это и почему так получилось, но это не сон. Слишком все явно. Я же видел и ощущал каждую деталь.
А вот голоса у меня в голове, это то что чудится. Это, наверное, от темноты. Или сырости. Или усталости. Я помотал головой, голоса не исчезли, даже стали громче. Теперь я ясно различал свое имя.
"Рауль!" - слышалось мне отку да то : "Рауль, отзовись! "
Кажется это меня. И голос как будто знакомый.
"Рауль, это я, Анри! Отзовись!"
Похоже на то, что это и правда он. Я начал кричать, как можно громче, и вскоре мы с Анри уже могли перекрикиваться. Несколько раз я шел на крик, но замысловатые изгибы тоннелей искажали направление , откуда шел звук. Наконец, я начал различать слабый свет, и устремился в этом направлении. Вскоре , я встретился с Анри и его слугой, которые. предусмотрительно не удалялись от выхода. Наконец то, я вырвался из каменного заточения. Не знаю, сколько времени пришлось бы мне выбираться самому.
До города от каменоломни было совсем недалеко. Слуга Анри уступил мне свою лошадь, и сам плелся сзади, пока мы ехали верхом. Анри рассказал, что в городе говорят о том что на графа и его свиту напали разбойники, видимо , ожидавшие поживиться его сокровищами. Никого выживших не нашли. А сам граф исчез.
Сначала мнс требовалось отдохнуть, и мы направились к месту, где можно было найти приют. Как всегда, постоялые дворы были полны рыцарей и паломников. Они стекались сюда ото всех концов Европы, представители латинской и эллинской культуры. Никому не было дела до двух рыцарей, и затеряться среди этого многообразия было несложно. До утра мы с Анри проспали в каком то сарае, а поутру, я направился в порт, где стоял у причала корабль, на котором мы приплыли в Родос. Слуги и рыцари из свиты графа, оставшиеся охранять его груз, были безутешны. А кроме того, не знали, что им делать. Их было всего четверо, и продолжить дальше путешествие не могли. Они распрашивали меня о том, что случилось. Я рассказал все как было. Сказал, что видел сражающегося графа, но смерти его не видел. Умолчал лишь о предательстве Джованни. Сейчас мне надо было думать о том, как затеряться и уйти от преследования .
Следующие два дня я пытался найти корабль, на котором я смог бы покинуть Родос, не привлекая внимания. Повсюду мне мерещились люди человека со шрамом. Я высматривал в толпе подозрительных людей, проверял, не следят ли за мной, ночами не смыкал глаз. И наконец сообразил, что затеряться я смогу только в толпе. Нужно было только найти подходящую группу людей. К моему счастью на третий день пристал генуэзский корабль, перевозивший отряд лотарингских рыцарей ,которые спешили стать под знамена очередного крестового похода. Я попытался узнать, кто старший, и могу ли я присоединиться к ним. Команддир отряда отнесся ко мне с недоверием. Я рассказал ему о том, что находился в свите графа, и на нас напали разбойники. Вожаку отряда явно не понравилось, что я оказался единственным кто выжил. Он не скрывал подозрения, и разговор уже заканчивался не в мою пользу, как вдруг я услышал радостный крик: "Рауль! Бог мой, это ты? Откуда? Ты живой! Давно ты здесь?" - Я всматривался в молодого человека, бегущего мне на встречу, и с трудом узнал своего младшего брата Жака, которого не видел уже десять лет. Когда я оставил дом, он был еще мальчишка, а сейчас , пошел по моим стопам. Да и выбора то у него ,особо, не было.
Я очень обрадовался. Долгие годы вести из дома доходили до меня редко. Сейчас я могу расспросить Жака обо всем, что происходило в родных местах, м самое главное, теперь я могу затеряться, и отправиться дальше под прикрытием.
Командир отряда с неохотой согласился взять меня, а я предусмотрительно взял свои вещи , а Анри оставил прощальное письмо, где объяснял, что нам необходимо расстаться, ради его же безопасности. На корабль грузили припасы, и вскоре мы отплыли из Родоса. Я чувствовал облегчение. Но на всякий случай, я попросил Жака рассказать о каждом пассажире на корабле. Как я и думал, опасений никто из них не вызывал.
Снова море , и теперь уже ничто не предвещает приключений до самого Сен Жан д'Акра..
До Нади я добралась без приключений.Никто меня не остановил,не пытался задержать.Я даже подумала,что зря я испугалась.Но лучше не рисковать.Раз я решила делать то,что делаю,значит и буду делать дальше.Надя встретила меня очень приветливо.Она накормила меня ужином.Потом мы проболтали до вечера.Она рассказывала последние сплетни о людях,которых я совершенно не знала,да и вряд ли когда-нибудь узнаю.Но это отвлекало от тоски,которая сжимала мое сердце.Мне никто не звонил.Никто и не мог звонить.Я сменила сим-карту.Это напоминало какой-то детектив.И мое участие в этом детективе было полной нелепицей.Я всегда была мирной послушной девочкой.Учителя,не все,но все же были мной довлоьны.Родителям не доставляла неприятностей никогда.Не дралась,не ругалась.Жизнь не сильно била фонтаном,но меня это,в принципе,вполне устраивало.У меня была работа,которая приносила мне достаточно приемлимый доход.Мне хватало.Были друзья,с которыми я общалась не один год.Все в моей жизни было хорошо налажено.И вдруг все это.Со мной этого не должно было произойти!Когда мы с Надей легли спать,я долго ворочалась.Меня мучали сомнения.Правильно ли я поступаю?Может все-таки пойти в милицию,пусть они разбираются.Все же им за это деньги платят.И в очередной раз я откинула эту идею.Ко мне приходили из милиции.Да,Маринке показалось,что они не милиционеры,но остается шанс,что они оттуда.Я не готова сейчас расстаться с камнем.Чуть позже.Может через месяц,может раньше...Но не сейчас!И потом,что я им скажу,как объясню,что хотят от меня неизвестные люди?Из квартиры ничего не пропало.Ничего.Я уверенна,что все мое имущество на месте.Нет.Я снова исчезну.Завтра же займусь путевками.Никаких самолетов и поездов,ничего такого,где могут быть зарегистрированы мои данные.Значит поедим недалеко.С этими мыслями я провалилась в сон.
После завтрака я напомнила Наде о ее желании поехать в пансионат.Сказала,что точно решила,что тоже хотела бы уехать из города.Мы залезли в интернет и начали подбор.Надя была более стеснена в средствах,и мы выбирали что-нибудь подешевле.Наконец мы просто закрыли глаза и щелкнли мышкой.Нам открылся пансионат"Буревестник".Он находился в Репино.Мы решили,что это нам подходит.Посмотрев фотографии дополнительные услуги,Надя позвонила в агенство.Мы заказали наши путевки.У нее настроение было замечательное.Надя нашла куда и с кем поехать во время своего отпуска.У меня настроение было полной противоположностью.Но я усиленно показывала,что тоже счастлива.Еще мне у меня было чувство стыда перед моей невольной помощницей.Я ведь использовала ее.Но я успокаивала себя тем,что от этого Надежде даже выгода.Вон как светится.Через полчаса нам перезвонили из агенства и сказали,что все в порядке,места есть.Через три дня мы могли уже уехать.Плохо только,что отпуск мой подходил к концу.Мне надо было еще время.За три дня я должна была уладить это.Только что сказать начальнику,чтобы он меня не уволил? Я решила позвонить ему.Буду просто просить за свой счет.А если все-таки уволит?Найти такое же место будет сложно.Да и накапления мои не слишком велики.Ладно,буду просить еще две недели.Не надо наглеть.Я вздохнула и набрала номер шефа.Он оказался в дурном настроении.Я сразу захотела выйти на работу.Прямо сейчас.Но во мне проснулось мое упрямство.Он кричал на меня.Я спокойно просила еще две недели за свой счет.В результате он все-таки крикнул,что я могу не возвращаться.Я положила трубку.Настроение стало совсем никуда.Вот я и без работы.Очень паршиво.Хуже не придумаешь.Я опустилась на пол и обхватила голову руками.Так я просидела долго.Ни одной мысли в голове,пустота.Хотелось только заснуть и не проснуться.Остаться в том месте,где я увидела ЕГО.Навсегда.Это вывело меня из оцепинения.Я поднялась с пола.Надя все еще не вернулась.Она ушла перед тем,как я позвонила шефу...бывшему шефу.Я тяжело вздохнула.Обидно до жути.Нахлынули воспоминания о веселых выездах на природах всей фирмой.О корпаротивах.Вообще о том,что работалось мне очень хорошо...Ладно,не надо об этом.Я взяла себя в руки.Потом будем решать эти проблемы.
Я зашла в комнату и достала камень.
Надеюсь,ты стоишь всего этого,-сказала я ему.
Камень отозвался знакомым теплом.Мне показалось,что я не брала его в руки целую вечность.Я даже соскучилась по нему.
Конечно,стоишь.Ты самый необыкновенный камень из всех камней.Ты показал мне ЕГО.Покажи еще разок.-я села на диван и сжала камень...
Я увидела море.Снова море,но сейчас было светло.По морю шел корабль под парусами.На палубе сидели,стояли и просто бродили.Народа было много.Но меня интересовал только один,и я его сейчас усердно искала.Зачем их так много?Каждое мгновение мне казалось,что я его вижу,но приближаясь я понимала,что это другой человек.Я постоянно меняла угол картинки.Уже начала паниковать,как вдруг я его увидела.Он сидел на корме.Его лицо было спокойно,даже печально,так мне показалось.Рядом с ним сидел еще кто-то.Я рассмотрела собеседника.Это был совсем молодой человек,мальчишка лет двадцати.Может чуть больше,а может меьше.Какое-то очень знакомое у него лицо.Голубые глаза,золотистые волосы.Он был очень похож на моего Рауля.Некоторые нюансы отличали двух рыцарей,но в общем они были очень похожи.Я начала догадываться,что они родственники.Неужели это его брат?Сыном точно быть не может.Разница не так велика.Здорово,я теперь знаю о нем еще немного больше.У него есть брат,а может и не один.А может есть и сестры.Как же я хочу знать о нем все...Я любовалась им.Как же хотелось поцеловать его.Сейчас он меня не видел.И ладно.Главное,я могу на него смотреть...
Лад,я пришла,-пробилось в сознание.
Я дернулась,и видение исчезло.В дверях стояла Надя и улыбалась во весь рот.
Лад,а я себе обновок купила.И купальник новый.Зацени.
Точно,а у меня нет купальника.Вот же досада.
А что меня с собой на шопинг не позвала?-немного обиделась я.
Как это не позвала?Ты же осталась,чтобы позвонить.
Мне стало немного стыдно.Правильно,я сама отказалась.
Пошли после обеда,-предложила Надя.
Пошли,-согласилась я.
Она ушла на кухню.А я поцеловала камень,который спрятала за собой,когда Надя вошла в комнату.
Предай это ему,-прошептала я камню и убрала его.
Надь,а что еще купила?-крикнула я,направляясь из комнаты...
Дальнейшее плавание прошло спокойно, без происшествий. Мы с Жаком, почти все время проводили на верхней палубе. Он рассказал мне обо всем, что случилось со времени моего отъезда , более чем десять лет назад. Как умер отец, он и в то время был уже болен. Как старший брат, получив наследство, постарался выжить из дома Франсуа, среднего брата, и Жака, младшего. Как они жили в услужении у местных аристократов. Из за недостатка грамотности, они могли только смотреть за лошадьми, и охотничьими собаками. Франсуа, так и остался в услужении, а Жак так и не оставил своей мечты , отправиться в крестовый поход, по примеру старшего брата. Я слушал, как он рассказывал о том, как приходили вести обо мне. Как жадно слушал он рассказы рыцарей, вернувшихся из похода. Как слышал он весть, что я убит, а потом, что я попал в плен. Совсем недавно он узнал, что меня видели во Франции, но он уже не успел отыскать меня, потому что сам отправился в новый крестовый поход, о котором уже года два говорили проповедники. В дороге он познакомился с группой молодых людей, как и он, жаждущих славы на Святой земле. К весне они уже были в итальянском городе Бриндизи, где собралось огромное количество крестоносцев. От такого большого скопления войск, в городе стала чувствоваться нехватка мест, продовольствия. Начались болезни. В отряде Жака были опытные крестоносцы, они решили не ждать транспортных кораблей папы и императора, а плыть самостоятельно. С большим трудом им все таки удалось найти судно, которое доставит их к цели. Многие из них были воинами, преданными своему делу, и прекрасно знали, что любое промедление идет во вред Иерусалимскому королевству, что на счету каждый воин, и даже небольшой отряд поможет латинским княжествам Востока. Так они прибыли на Родос.
Я больше слушал его , и иногда отвечал на вопросы.
Море было спокойно, и ветер позволял идти под полным парусом, почти весь путь. Через несколько дней, показался берег. Плоский, безжизненный пейзаж , переходящий в небольшие скалы, открылся нашим взорам. Еще один день мы плыли вдоль берега на юг, пока не показались стены Сен-Жан д'Акра.
Город встретил нас слепящими на солнце, белокаменными домами, диковинными запахами специй и благовоний, шумом на улицах, превращенных в большой базар, пестрыми тканями и чудными одеждами.
Те , кто оказался на Святой земле впервые, удивлялись обилию фруктов, о многих из которых, они даже не знали понаслышке, яркому , палящему солнцу , сверкающим куполам.
Жак хотел рассмотреть все, по ребячески, радуясь всему, что видел. Но командир их отряда желал поскорее присягнуть королю, и примкнуть к одной из армий крестоносцев.
Меня же это совсем не устраивало, во первых, в одиночку мне легче будет затеряться и перехитрить преследователей, во вторых, моя задача состояла совсем не в служении королю.
Жак очень огорчился, узнав о том , что я покидаю отряд. Мне тоже было очень грустно оставлять брата. Мы простились, не зная, доведется ли свидеться еще.
Затем я начал действовать по плану, который продумал заранее во время плавания.
Первым делом , я купил коня. Не европейского, с тонкими ногами, а арабского скакуна, способного переносить жару, засуху, и делать долгие переходы.
Хотя ,переход до крепости Шато Пелерен не занимал дольше двух дней, я все же нашел группу паломников, которые отправлялись туда под защитой отряда рыцарей ордена Храма.
Храмовники держались обособленно, не вступая в беседы . Паломники тоже не вызывали у меня желания общаться. Всю дорогу я ехал поодаль, оценивая обстановку и наблюдая окрестности.
Святая земля больше не была полной собственностью западных королей и князей. Иерусалим пал. Эдесса пала. Центральная власть ослабла, и крестоносцы цеплялись за каждый город, каждую крепость. Замки ощетинивались высокими двойными стенами. Только так можно было противостоять набегам сарацин.
Глухая защита. Почти никаких наступательных войн. Похоже дело плохо, и только новый крестовый поход сможет принести избавление. Нужен новый и большой приток рыцарей с запада.
Наконец мы снова стали приближаться к морю. Задул свежий ветер, и показались стены замка Шато Пелерен. Одна сторона крепости выходила к морю, на небольшой мыс. Вдоль остальных стен тянулся выбитый в скалах ров.
Замок полностью принадлежал рыцарям Храма. Тамплиеры здесь жили, воевали, молились и принимали паломников. Под защитой двойных стен, рва и башен, находилось одно из самых сильных братств Европы и Востока. Шато Пелерен был одним из многочисленных замков ордена и одним из самых неприступных.
В крепости, я даже не взглянул на помещение, которое отвели нам для ночлега, только привязал коня и отправился к церкви тамплиеров. По дороге я спросил , где я могу найти капеллана Жерара д'Эрвена. Мне указали на небольшую пристройку у церковного здания, и я зайдя в полутемный коридор, увидел лестницу ведущую вниз. Во тьме, почти не было видно ступенек и мне пришлось крикнуть несколько раз, есть ли кто в темном подвале. На мой крик, где то внизу зажегся свет, тусклый и мерцающий, и голос, сильный и властный спросил:
- Откуда ты путник, и зачем пожаловал в края наши?
- Я ищу отца Жерара д'Эрвена, из ордена Храма. - отвечал я.
- Зачем тебе нужен Жерар д'Эрвен?
- Я пришел сообщить ему что его старый друг , брат Бернард оставил нас.
На какое то время , стало тихо, затем свет стал чуть ярче, и где то внизу в конце лестницы, появился высокий бородатый тамплиер в белом одеянии с красным крестом. Жестом он позволил мне спуститься вниз. Я оказался в узком тесном коридоре. Тамплиер смотрел на меня изучая и молчал. Я прервал молчание.
- Я говорю с Жераром д' Эрвеном?
- Да, я Жерар д'Эрвен, только друга по имени Бернард я не знаю.
- Может вспомните монаха цистерианца , который носил это кольцо? - с этими словами я показал тамплиеру кольцо, которое передал мне брат Бернард.
Тамплиер пристально вгляделся в кольцо. Протянул руку и я увидел у него такое же кольцо, только свитки, на кольце были меньше.
- Как он погиб? - спросил он.
- Его убили люди Чезаре Корволо. Он сам ушел, и не захотел, чтобы я охранял его..
- Он, видно, отдал тебе уже камень....старался отвести от тебя след.
- На Родосе они устроили ловушку, но вскоре мне удалось от них оторваться.
- Это не надолго. У Чезаре здесь везде свои люди. Он приближен ко двору эмира Дамасска. Тот помогает ему во всем. Я Тайный магистр братства Хранителей. За последние годы, они убили десятки братьев хранителей. Они используют самые изощренные ловушки и ложь, чтобы проникнуть к нам. Наши братья служат при ордене Храма, и в ордене Святого Иоанна, и даже в новом германском ордене. Хоть нас осталось немного, мы сможем помочь тебе исполнить миссию. Сначала тебе нужно собрать карту, которая разделена на четыре части. Так брат Бернард обезопасил карту, чтобы она не попала в чужые руки. Я знаю только у кого находится первая часть, она находится у настоятеля монастыря госпиталя. Но монастырь был разрушен несколько лет назад. И настоятель живет сейчас в Сен Жан д'Акре. В церкви Святого Иоанна. Первым делом ты обратишься к нему , скажешь кто ты , и передашь ему от меня послание. В нем нет ничего тайного, просто он будет знать, что ты был у меня. Будь осторожен. Люди Чезаре следят за ним, и будут ждать тебя.
Пока я получал указания от капеллана, стемнело, и я поспешил прилечь, чтобы еще до восхода выйти в обратный путь. Теперь предстояло ехать одному.
Завтра утром мы уезжаем.Здорово!Я устала от города за несколько дней,что я была в нем.До жути надоело ходить по улице с оглядкой.Когда мы с Надей ходили по магазинам,меня не отпускало чувство,что на за мной наблюдают.Но сколько не озиралась по сторонам,я никого не видела.Наверное,это уже нервы.А сегодня утром рискнула поехать в офис.Если я уволена,то надо было написать заявление на увольнение,забрать документы,собрать вещи.Входить в офис было тоскливо.Все такое родное,привычное.Захотелось всплакнуть,но я сдержалась.Почти сразу же я столкнулась с шефом.Он остановился,посмотрел на меня и сказал:
-Лада,ты меня извини.Я в тот день был взвинчен,ты под горячую руку позвонила.В общем,бери сколько тебе надо времени,работы сейчас почти нет.Но за свой счет,сама просила.
Конечно,за свой!Спасибо!-я чуть не расцеловала его.Так сразу полегчало.
Мы договорились,что я напишу заявление,когда вернусь.Потому что я не знала сколько мне надо времени.Когда шеф чувствует себя виноватым,с ним можно договориться о чем угодно.Когда вернусь,он повесит на меня работы за себя и за того парня,это хорошо известно,но оно того стоит!Я попращалась с ним и счастливая вышла на улицу.Светило солнце,шумели машины...хорошо...Я подняла руку,желая остановить такси.Почти сразу же ко мне подкатила зеленая тайота.
-Куда вести,королева?-лыбился мне водитель,высунувшись из машины.
Я улыбнулась и хотела ответить,но меня тут же оттеснили двое мужчин.
-О,шеф,как вовремя!На ваську отвези,не обидим,-потрясли они кошельком.
Эй,дядечки,вообще-то это я машину остановила,-возмутилась я.Какие наглые мужики!
Девушка,милая,спасибо вам,-хохотнул один.-Не обижайтесь,но вам лучше ехать на другой машине,а эту возьмем мы.
Но позвольте,что за наглость?!-я была просто в шоке.
Водила,похоже,тоже.Он твердил,что он не такси и просто решил подвести красивую девушку.На что эти два хама говорили,что им нужней,и что заплатят сполна.Меня уже колотило,но сдаваться я не собиралась.Я обвиняла их в том,что они не мужчины,а просто быдло,раз могут так грубо обходиться с женщиной.Они ржали и все пытались влезть в машину.В конце концов,водитель сказал,что на ваську,Васильевский остров,он не поедет,сел в машину и уехал.И тут эти двое перестали хохотать.На их лицах почему-то было облегчение.Они мне виновато улыбнулись и заговорили совсем другим тоном.
-Прости,девушка,ради Бога простите.Неосмотрительно садиться в первую попавшуюся машину.Кто знает,что может произойти.Вам лучше пользоваться общественным транспортом,это безопасней.Давайте мы вам настоящее такси поймаем.
Я стояла и хлопала глазами.Что это за превращение из быдла в джентельменов?И откуда неожиданная забота?Однако,они правы.Я действительно сейчас вела себя необдуманно.Но им-то какое дело до меня?!Я отказалась от их помощи и поспешила прочь.Они за мной не пошли.Просто проводили взглядом.Я не пошла в метро.Я пошла в торговый центр,где было много народа и несколько выходов.Поплутав между магазинчиками,я вышла с другого выхода и сразу села на трамвай.Я поехала совсем не в ту сторону.Все время приглядываясь к своим попутчикам,я доехала до проспекта Просвещения и вышла.Там я села на метро и отправилась к Наде,выбрав маршрут с двумя пересадками.Сто километров не крюк,когда дело идет о твоей безопасности.Теперь мне казался подозрительным водитель тайоты и сама машина тоже.И цвет у нее дурацкий...А двое неожиданных спасителей?Они спасители или кто?Эти двое теперь не давали мне покоя.Чувство легкости,которое появилось на работе,пропало напрочь.Желание уехать усилилось до невозможности.К Наде я приехала раздраженной.Пришлось спрятать свое настроение,она-то здесь ни при чем.Остаток дня я не покидала квартиру.И слова Нади о том,что нас отвезет ее брат,меня очень воодушевили.Болтаться по улицам я не хотела совершенно.Да здравствуют Надя,ее брат и его машина.Несколько успокоенная я легла спать.
На следующий день не было никаких происшествий,но я успокоилась только тогда,когда мы выехали из города и направились в сторону Сестрорецка.А когда мы и его проехали,я окончательно расслабилась.Пришлось постоять в пробке.Машин ехало много.Все рвались за город.Тем более,что была суббота.Брат Нади Степа оказался весельчаком.Он значительно скрасил нам дорогу своим разговором.Мы хохотали чуть ли не над каждым словом.Может из-за этого мы и проехали нужный поворот.Надя дернулась и крикнула:
-Степка,балабол,мы проехали!
Чего это?Я не видел нужного указателя.
Было написан" Балтиец"!
А он тут причем?-искренне удивился Степа.
Нам туда,точно.
Я начала вспоминать.Да,они были вместе,когда мы смотрели пансионаты.
-Надя права,-я поддержала подругу.
Ой,девки,ваши слова да мне в уши минут десять назад.
Степа нашел место для разворота,и мы поехали обратно.Балтиец оказался цевилизованным сооружением.У стойки регистрации толпились люди,и мы заняли очередь к одной из трех девушек,которые занимались размещением людей.Когда мы прошли всю процедуру регистрации,нам выдали карточки гостя и отправили в"Буревестник",где нам предстояло прожить ближайшие десять дней.Степа помог нам донести вещи.Получив у портье ключи от номера,мы поднялись на наш этаж.Я разглядывала увесистый брелок с номером нашей комнаты.Сразу вспомнилось детство.Мы с родителями ездили в похожий пансионат,когда мне было лет десять.Тогда тоже на ключе висел похожий брелок.Когда мы вошли в номер,я поняла,что и обстановка мало чем изменилась за эти годы.Нда...За последние несколько лет я привыкла к другим условиям отдыха...но ничего,это тоже неплохо.Сейчас я была бы рада и палатке.Лишь бы дальше от города.
-Ну,девки,хорошо отдохнуть,-сказала Степа и оставил нас разбирать вещи.
Надя была довольна и хорошо,я тоже была довольна.Надеюсь,мне удалось спрятаться от неизвестно кого.Потом мы пошли рассматривать окрестности.Поглядели пляж...Сойдет.Скоро нам предстояло познакомиться с местной кухней.А пока я просто наслаждалась чувством свободы...
Арабский конь, оправдал мои ожидания. Я гнал коня , чтобы достичь Сен Жан д'Акра как можно скорее. Во первых, чтобы не оставаться на ночь за пределами крепостных стен одному, во вторых, чтобы выиграть у преследователей время. Дорога шла через горы, поросшие редким лесом. Иногда, с высоты, открывался вид на залив. Я даже мог увидеть в дымке , на другой стороне залива Сен Жан д'Акр. Встречать кого то на пути, не входило в мои планы, и я старался двигаться скрытно и быстро.
Уже в сумерки я въехал в город. Стараясь не быть замеченным, я поспешил к церкви Св. Иоанна. Орден госпитальеров имел солидную собственность в городе. Сама церковь, близлежащие строения , амбары, конюшни. Все это было огорожено с четырех сторон стеной, внутри, которой размещались монашеские кельи, и которая служила надежной защитой госпитальерам. Настоятель, преподобный Августин, жил в помещении под самой церковью. Зайдя в маленькую дверь снаружи, мне пришлось , сильно согнувшись, спуститься по винтовой лестнице. "Как же братья - хранители любят жить глубоко под землей!" - подумалось мне. Вскоре я убедился, что они все таки правы.
Длинный, узкий и низкий коридор заканчивался тяжелой массивной дверью. Я вошел. За маленьким столом сидел аббат Августин, седой сухонький старичок, с черезвычайно живыми, бегающими глазками, которые впились в меня , пытаясь вытащить из меня правду еще до того, как я открыл рот.
- Кто такой? По какому делу? Кто тебя послал? - скороговоркой засыпал вопросами аббат.
- Я с посланием от Жерара д'Эврд, преподобный Августин, отвечал я, - У меня к Вам очень важное дело.
- Скорее заходи, не стой в дверях! - Августин проворно вскочил и затянул меня в келью.
- Давай скорее, - он выхватил у меня из рук свиток, развернул , прочитал, и бросил на пол. - И по какому же делу? Что за срочнность?
Я молча достал и показал ему кольцо. Августин резко приблизился, потом отпрянул, издал какой то писк , и снова заговорил скороговоркой:
- Я так и знал! Я чувствовал! Вот уже две недели, они следят за мной. Две недели эти люди стараются не попадаться мне на глаза, но я то их вижу, я много вижу. Я так и знал что это из за нее...
- Кто следит? Охотники?..
- Тсс...Тише! Они может слышат нас. Идем скорее!
Он потянул меня , но не к выходу, а в дальний угол кельи, где стоял каменный стол, и попытался его сдвинуть. Стол еле поддавался, мы вместе сдвинули его в сторону, и Августин открыл лаз, который уходил куда то вниз. Августин зажег медную масляную лампу, и мы протиснулись в узкий лаз.
В подземелье пахло сыростью, но, чувствовался приток воздуха. Августин пошел вперед по узкому тоннелю. Мне пришлось пригибаться под низким сводом , вырубленном в скале.
- Этот потайной ход ведет к общему тоннелю. Там идут сточные воды, немного грязно, но зато мы выйдем прямо к морю, и ты сможешь спокойно уйти.
- А как же карта? - спросил я.
- А карта скоро будет- хитро усмехнулся Августин, и протянул мне кошелек. - Купи себе другого коня. За этим не возвращайся. Скачи на северо- восток . На границе с дамасскими землями, есть крепость Баниас, сейчас он в наших руках, и там собираются войска для похода на Дамасск. В отряде госпитальеров ты найдешь рыцаря Конрада Сафедского, так прозвали его за оборону крепости. Передай ему этот знак, - тут Августин дал мне половину медальона с изображением парящего орла.
- Вторая половина будет у него. Покажешь кольцо, и получишь часть карты и дальнейшие указания.
Тут в нос ударил сильный запах нечистот и гнили. Под ногами захлюпало, а проход стал шире и выше . Вскоре мы вошли в примыкающий тоннель большего размера. Средняя часть пола была выше , а по бокам, в желобах текла вонючая жидкость. Августин посветил в расщелину, в которой зловонная жижа застаивалась и запустил в нее руку. Пошарив в расщелине, он радостно вытащил глиняный сосуд, обтер руки о рясу и разбил сосуд о камень. В руке у него оказалась свернутая трубочка толстого пергамента. Я взял ее , развернул. В тусклом освещении не разобрал ничего, в глаза бросились мелкие значки. Ладно. Потом рассмотрю.
- Ну вот и все. Я свое дело сделал. Побегу назад отвлекать шпионов Чезаре Корволо. Они, видать , еще не хватились. А ты беги к морю. Схоронись до утра, а там смешайся с толпой, купи коня, и скорей из города. К утру они поймут, что упустили тебя. Зажги факел. Как выйдешь, сразу потуши.- он дал мне факел, который захватил с собой.
Я поблагодарил Августина, и , стараясь не вступать в желобы по бокам, побрел вперед. А Августин пошел назад, в келью.
Я шел по тоннелю, и рассматривал его. Иногда своды становились высокими, и была видна кирпичная кладка. Но в основном, это был вырубленный в скале ход. Не знаю, сколько я так шел, но вскоре я почувствовал свежий морской воздух. Тоннел выходил в безлюдную бухту и зловоние стекало в море. Я выбрался наружу, погасил факел, и зашел по колено в воду, смывая с себя грязь и набрав полные легкие свежего воздуха.
Уже светало. Я пошел вдоль берега и вскоре уже был в порту города . Еще часа два я подождал , когда на улицах начнет толпиться народ, купил на базаре коня, продуктов на дорогу, и выехал через восточные ворота.
Сначала я решил двигаться к Тивериадскому озеру, затем на север через Галилейские горы , огибая Сафед, и затем снова на восток, по дороге на Дамасск.
Через день пути, огибая Тивериадское озеро, я нагнал отряд крестоносцев , который спешил в крепость Баниас. Уже приближаясь к ним, я узнал людей из отряда, в котором служил мой брат. Теперь мы с Жаком снова были вместе...
Шел седьмой день нашего прибывания в пансионате.Надя цвела и пахла.Я составляла ей компанию везде.В номере мы были только по ночам,да и то не всегда.Меня несколько выматывал этот отдых,но зато я перестала дергаться.Моя развивающаяся мания преследования перестала прогрессировать.Я спокойно общалась с людьми,не всматриваясь в них и не анализируя каждое слово.Единственное,что меня начинало бесить,это невозможность взять в руки камень.Я уже неделю не видела моего рыцаря.Я ужасно скучала.Во снах я видела его голубые глаза.И я все говорила и говорила,что хочу быть ближе к нему,что я полюбила его чуть ли не с первой минуты как увидела его.А он молчал и улыбался.А еще гладил меня по лицу,как тогда в пещере...Потом я просыпалась и снова шла следом за щебечущий Надеждой.Она замечательный человек,но после возвращения я какое-то время звонить ей не буду.Я немного от нее устала.Вот и сейчас у нее есть план,куда и зачем нам надо сходить.Я чувствовала,что во мне закипает раздрожение.Пришлось очень постараться,чтобы взять себя в руки.Неожиданно Надя сказала первый раз за время нашего отдыха:
-Лад,слушай,если хочешь,оставайся,я одна в магазин схожу.Ты какая-то замученная.
Я чуть не расцеловала ее.Хотела из вежливости предложить сходить с ней,но подумала,что Надя согласится и не стала спорить.Она собралась и вышла.Вообще Надьке,конечно,эта поездка пошла на пользу.Она очень похорошела.А я похоже наоборот.Ну и ладно.Главное,что я была в безопасности.Я вышла на балкон,Надя шла в сторону магазина.Я проводила ее взглядом и вернулась в комнату.Наконец-то меня оставили в покое.Наконец-то я одна...одна,да!Я кинулась к своей сумочке.На дне лежал мой камень накрытый всяким хламом.Таскать его за собой было тяжеловато,но оставить его одного я не решалась даже здесь,в пансионате.Я достала камень и забралась на кровать,скрестила ноги по турецки и сжала в руке камень,ощущая его тяжесть и то,как быстро он начал нагреваться.На моем лице была,наверное,счастливая улыбка.Наконец я добралась до него.Привычная пульсация коснулась пальцев,в плавящемся воздухе начали появляться очертания какой-то крепости.Я начала приближать картинку,как вдруг дверь распахнулась и в комнату влетела Надя.Я резко дернула руку,сильно сжав пальцы.Появилось ощущение,что у меня в руке глина.Никогда я не чувствовала,чтобы камень становился мягким!Меня это напугало.
-Ой,Лад,что это с тобой?Ты будто привидение увидела,-остановилась передо мной Надя.
Я в норме,-проборматала я,зажав между колен руку с камнем.Он больно впился мне в пальцы,став опять твердым.-Ты что вернулась так быстро?
Представляешь,я шлепку порвала,-хихикнула Надя.-Пришлось вернуться,чтобы переодеться.А ты говорила,зачем обувь набираешь.
Ты,Надюх,прозорливая женщина,-попробовала пошутить я,но хотелось задушить ее.Когда же это мучение закончится?!
Ладочка,ты ложись поспи,совсем на тебе лица нет,-говорила Надя,доставая босоножки.-Я сейчас,когда обратно шла,с нашей соседкой напротив разговорилась.Она меня позвала прогуляться.Если захочешь выйти,ты позвони,я скажу,где мы.
Да,конечно,Надь,обязательно позвоню,если решу выйти.Гуляй спокойно,а я действительно вздремну пожалуй.
Надя чмокнула меня в щеку и ушла.Я выдохнула и разжала колени.Потом положила камень рядом и долго трясла рукой и разминала польцыРука затекла и ныла.Когда неприятные ощущения прошли,я снова взяла камень и начала его рассматривать.Твердый как всегда,почему мне показалось,что он мягкий?Я несколько раз повернула его вокруг своей оси,а на червертом ветке меня словно током ударило.Стоп!У него появились новые грани!Я ведь каждый его миллиметр знаю,все грани наперечет.Их было восемь,а теперь одиннадцать с половиной.Я положила в эти выемочки свои пальцы.Точно,они совпали по размеру с этим новшеством.Три пальца,три грани и четвертая еле заметна.Интересно как...Вот значит почему ты граненый,кто-то когда-то так же как и я был неосторожен с тобой.Любопытно,значит раньше ты был гладенький?Получается,что во время видения камень меняет свою структуру.Нагревается,становится мягким как глинаА когда видение заканчивается он твердеет.Раньше я не сжимала руку больше,чем до момента,когда он начинал греться,а сейчас сделала это сильней в момент испуга.Какаие еще секреты ты мне не открыл,камушек?Я легла и положила камень на подушку рядом с собой.Глаза действительно начали закрываться.Я сунула камень под подушку и провалилась в сон.
Мне приснился камень.Он лежал на каком-то алтаре на золотой подставке и ярко сиял.Я хотела подойти к нему и взять в руки.Камень будто манил к себе,подзывал таким чистым,таким приветливым теплом.Я посмотрела себе под ноги.Я стояла на каменной лестнице из пяти ступеней.Я сделала шаг,и меня оглушил звук этого шага.Он раскатился вокруг,отразился от каменных стен и вернулся назад.Я испуганно замерла,ожидая услышать шаги бегущих людей,но шагов не было,и я решила сделать еще один шаг.Снова прогрохотало,потом еще и еще.На пятой ступеньке отзвук был совсем тихий.Я стояла на полу,но так никто и не появился.Дальше движение было тихим.Я прошла половину пути,когда откуда-то сбоку раздался какой-то звук.Я повернула голову и увидела,что сбоку от меня открылась огромная кованная дверь.Через ее проем вошел человек.Он двигался спокойно,отчеканивая каждый свой шаг по каменным плитам пола.Человек был высок,но фигуру было не разглядеть,она была скрыта плащем.Я оглянулась,спрятаться было некуда.Меня окружал пустой зал с каменными стенами и полом.Посреди этого зала был только камень,который все так же сиял на своем возвышении.Человек вышел в освещенное камнем пространство.Он будто не увидел меня.Человек подошел к камню,и его волосы вспыхнули золотистым бликамиМое сердце бешено стучало в груди.
-Рауль!-крикнула я.
Мужчина обернулся.Это был Рауль.Он мне улыбнулся и сделал шаг на встречу.Я бросилась к нему,обхватила его за плечи и прижалась всем телом.Его руки обхватили меня.Я подняла голову.Он смотрел на меня сверху и нежно улыбался.
-Рауль,Рауль...-повторяла я.
Он наклонился и поцеловал меня в губы.Голова пошла кругом.Вдруг он отступил назад.На его лице была все таже нежность.Он шел от меня,спиной подходя к камню.Свет стал ярче и сам камень будто тоже стал больше.Рауль уже утопал в этом свете.Я протянула руку к нему.
-Не уходи!-крикнула я.-Рауль!
Он продолжал пятиться.Его лицо уже невозможно было увидить.Каменный свет вспыхнул так ярко,что мне пришлось прикрыть рукой глаза.Камень поглатил,обтек моего рыцаря собой и погас.
-Нет!-закричала я бросилась к камню.
Камень больше не светился.Он был такой как всегда.Я схватила его с золотой подставки и тут же пол начал раскачиваться...
-Лада,Лада,-меня тормашила Надя,-тебе снился какойто кошмар.Я захожу в номер,а ты кричишь.
Я села на кровати,вытерла пот со лба.Уф,надо же такое присннилось.Но поцелуй...Я встала и поцеловала Надю в щеку.
-Спасибо,что разбудила,-сказала я.-Пора на ужин?..
Старая дорога на Дамасск была всегда. По ней издавна ходят караваны с товарами из морских портов, из Египта, стран Магриба . Во времена расцвета Византии, а до этого, Римской империи, а до этого при Александре Великом, на протяжении всего пути было много цветущих городов, богатых товарами . Караваны шли в Дамасск, и дальше, до самой Индии и на всем пути не испытывали недостатка в воде и пище. Так было в древние века. Теперь же караванные пути стали опасными. Цветущие города исчезли или превратились в военные крепости, Которые постоянно переходили из рук в руки и не успевали оправиться от грабежей. Одной из таких крепостей был город Паниас, основанный еще Александром Великим. Когда то крупный и цветущий город, из за постоянных набегов и грабежей, стал всего лишь крепостью на пути в Дамасск.
Именно туда, к крепости Паниас, спешили отряды крестоносцев. Там, в ожидании подхода основных сил императора Фридриха, сосредоточились крупные силы. Дорога на Дамасск была почти свободна, так казалось лидерам отрядов, которые так и не договорились о едином командовании. А между тем, дорогу преграждала крепость , которую айюбиды построили на скале, над ущельем. Когда отряд крестоносцев вошел в Паниас, там царила суматоха и распри между отрядами разных орденов и земель. Везде на улицах, возле ворот, в палатках, перед крепостью, мы видели множество раненых, возбужденная группа рыцарей , на повышенных тонах, переходя на брань ругались с несколькими тамплиерами. У меня возникло нехорошее предчувствие. Крестовый поход еще не начался, а настроение в лагере передового отряда, уже можно было назвать упадком духа.
Отряд, с которым я приехал в Паниас, стал лагерем в небольшой долине, у стен крепости. Командиру отряда хотелось, как можно дольше сохранить независимость от других лидеров, да и в самой крепости места уже не было. У Жака и его товарищей было достаточно забот, и я направился разыскивать Конрада. Я уже знал, что он руководил одним из отрядов. А заодно надо выяснить, что же здесь произошло.
Из разговоров я узнал, что рано утром сводный отряд крестоносцев из Антиохии и Триполи, без согласования с остальными, совершили вылазку , пытаясь прорвать заслоны мусульман в ущелье, и проскочить ущелье . Прямо посреди ущелья они попали в засаду . Завязался тяжелый бой. Около десяти всадников прорвались назад в лагерь и подняли тревогу. Все способные быстро вступить в бой, выступили немжленно. Первыми на подмогу подоспели отряд Конрада и отряд тамплиеров. Они попытались оттеснить нападавших, чтобы дать возможность отступить. Однако из крепости расположенной на скале над ущельем, подходили новые отряды. Град стрел сыпался сверху, тела устилали дорогу, и мешали коням продвигаться дальше. Неимоверными усилиями отряду Конрада Сафедского удалось оттеснить врага, а затем, с боем отступать , неся большие потери. Все отряды потеряли большое количество людей. Тамплиеры и люди Конрада обвиняли триполийцев и антиохийцев. Сам Конрад был тяжело ранен, и это совсем не добавило боевого настроения в войсках.
Мне не составило большого труда найти палатку Конрада , но путь в нее преградил здоровенный рыжий рыцарь, и я напрасно потратил полчаса упрашивая его впустить меня к Конраду. Только , когда я повысил голос и наделал много шума , послышался слабый голос: " Кто там, Патрик?" . " Я от аббата Августина, у меня послание" - громко крикнул я . Рыжий Патрик угрожающе двинулся на меня. "Пусть войдет "- раздался снова голос Конрада : " Пусть скорей зайдет!"
Я оттолкнул стража, и вбежал в палатку. На ложе из ковров шкур , лежал Конрад Сафедский, крепкий рыцарь, страдающий от нескольких ранений. Рядом возился лекарь с инструментами для кровопускания .
Я сразу же протянул ему половину медальона. Он глянул на него, с трудом повернулся и снял с пояса кошелек , достал вторую час медальона, и приложил к первой.
- Выйдите все, - сказал он лекарю и Патрику. Затем спросил: - Как там преподобный Августин? Все еще торчит в своем подземелье?
- Возможно, что теперь не надо будет ему прятаться, - ответил я, - Он отдал свою часть.
С этими словами я показал ему кольцо.
- Вот как, значит брат Бернард умер?
- Убит. Люди Корволо идут за мной по пятам.
- Пока ты здесь, нечего бояться. Мои люди надежнее и не дадут им приблизиться.
- Я все же, уйду как можно скорее. Надо торопиться.
- Мои люди проводят тебя , до следующего Хранителя. Патрик! Подай мой походный сундук!
Вошел Патрик, с небольшим сундучком. Помог Конраду сесть, стараясь не причинять ему боли. Конрад достал из кошелька ключ, и открыл сундук и извлек третью часть карты и протянул мне.
- Теперь слушай внимательно. С тобой пойдет Патрик и несколько воинов. Вы поедете на запад, к морю. , пересечете Галилейские горы, и перед приморской долиной, будет возвышенность, на которой орден германских рыцарей построил свою крепость. Мы называем ее Монфор, а германцы Старкенберг. Чтобы пробраться туда, надо пройти земли где много вражеских и враждебно настроенных племен. Тем более, сейчас, когда война не прекращается, потребуется много усилий, чтобы попасть туда. Мои люди сделают все , чтобы доставить тебя в крепость. В крепости хранятся архивы и библиотека ордена. Хранитель библиотеки Вернер фон Витингхоф, передаст тебе последнюю часть карты. Чтобы он был уверен, что ты пришел от меня, передай ему мой кинжал. Он знает о чем речь.
С этими словами он протянул мне кинжал в ножнах , изумительной работы, украшенный драгоценными камнями.
Попрощавшись с Конрадом, я быстро собрался в путь. Через несколько минут ко мне присоединились Патрик, и трое рыцарей. Все они были бывалыми воинами, не один год, проведшими в походах. Пожалуй, на какое то время можно будет полагаться не только на свои глаза и уши. Я опять попрощался с Жаком. На душе было неспокойно. Уж в очень уязвимом положении были отряды крестоносцев. Если основные силы не подойдут в ближайшее время, поражение неизбежно.
С такими мыслями я ехал в сторону моря. Дорога то постепенно уходила вверх, в горы, то спускалась в очередную долину. Летнее солнце слепило и обжигало. В лучшем случае, переход должен занять дня три- четыре. И хотелос бы, конечно без приключений.
Ох,скоро наш отпуск заканчивается.Ура!Причем,троекратное.Надька вымотала меня и выжала,как наволочку.До чего ж деятельный человек.Пара дней покоя пролетели незаметно.Наша соседка напротив уехала,и Надежда вновь вернулась ко мне.Мне ничего не оставалось,как только распахнуть ей свои объятья,в которых очень хотелось ее задушить.За два дня я так и не увидела Рауля.Тоска уже просто жгла грудь.Меня даже пугало,что я так сильно влюбилась в человека,которого вроде как реально и не было.Но я сходила с ума,потому что не могла уже больше недели просто посмотреть на него.Наверное,это выматывало меня гораздо больше,чем подвижность Нади.Мне уже казалось,что даже камень на меня обиделся.Пара-тройка попыток закончились ничем.Один раз я даже сумела начать настраивать картинку в видении.Я видела небольшой отряд рыцарей,но был ли он там,я не поняла,потому что Надя вывела меня из видения звонком по телефону.У нее был срочный вопрос,и мой отряд превратился в дымку,не успев даже показать тех,кто там был.А в остальные попытки я не успевала толком расслабиться.Но сегодня,после того как Надя таскала меня на экскурсию,а потом еще Бог знает куда,я все-таки сумела от нее сбежать.Вечером она решила поваляться и никуда больше не ходить.Зато я очень захотела выйти на улицу.На свежий воздух.Очень хотелось побыть одной.В душе был полный омут.Надя предложила себя в качестве спутницы,но я ее уложила,убедив,что не обижусь,если она останется в номере.И закинув на плечо сумочку,я вышла из номера.
На улице было тепло и светло.Белые ночи были в разгаре.Я вздохнула полной грудью и пошла в никуда.Я не знала,где мне найти уединенное место.Людей вокруг было еще много.Я просто брела по парку,который находился напротив нашего корпуса.Большой и аккуратный.Потом я спустилась вниз к дороге и пошла вдоль нее.Мыслей особо не было.Только очень хотелось остаться наедине с камнем и рыцарем. Бродила я часа три.Шла куда-то,потом возвращалась,меняла направление.Не знаю,что я хотела выходить,на улице начинать видение я не хотела.По этому я все-таки направилась в сторону нашего корпуса.Очень хотелось верить,что Надя уже спит.Когда я уходила,вид у нее был сонный.Но перед входом в корпус я решила присесть на качели,которые стояли на площадке перед ним.Я положила сумку на колени и засунула в нее руку,камень отозвался прохладой,когда мои пальцы коснулись его.Я сжала руку,но не сильно,здесь было не место.Что-то попало под пальцы,и я сжала это вместе с камнем.Я тихонько раскачивалась на качелях,продолжая держать руку в сумочке.Камень несильно пульсировал.Лицо обдувал еле заметный теплый ветерок.Становилось все тише и тише.На меня навалился покой и легкая безмятежность.Глаза начали закрываться...
...По глазам ударило яркое солнце,очень яркое.Откуда оно поздно вечером?Белые ночи,но не солнечные ночи...Я открыла глаза...
О,Господи,-прошептала я.
Я была не на качелях,меня окружали скалы и скудная зелень.А еще я слышала гул.Я обернулась и увидела водопад...Водопад!Да,да!Я снова здесь,это же то самое место!Неужели я смогу опять увидеть моего рыцаря и обнять его?Он ведь тоже здесь?Я начала озираться по сторонам,но Рауля не было видно.Зато я смогла разглядеть,что скалы окружают меня вокруг.Что-то со звоном упало к моим ногам.Я опустила голову и увидела свои ключи от дома с брелком фанариком.Как они тут очутились?Тут я вспомнила,что зацепила что-то пальцем в сумочке,когда взялась за камень.Неужели я притащила их в сон?А почему нет?Это же сон...Я сжала ключи в кулаке и еще раз осмотрелась.Я была на склоне,рядом находилось только озеро,в которое с громким шумом падал водопад.А за ним была пещера и может быть Рауль.Я хотела сразу бежать туда,но вместо этого я начала корабкаться по склону вверх.Подол моего легкого сарафанчика мешал мне,да и шлепки на коблучках не способствовали легому передвижению.Я пару раз оступилась,больно приложилась коленкой,наконец,одна из шлепок покатилась вниз,и я плюнула на всю эту затею.Высоко подняться мне не удалось и спускаться,стало быть,было тоже недолго.Однако,спуск оказался не легче подъема,и я снова оступилась.До низа я проехалась на своих коленках,ободрав их.Боль была самая настоящая.Я сморщилась и сжала коленки руками.
Ой,как больно,-запричитала я и немножко пострадала.
Потом я открыла глаза и посмотрела на водопад.
Ну,что разнылась,-одернула я себя,-тебе надо в пещеру.Вперед.
Я подобрала шлепки,которые валялись рядом,ключи,которые сжимала все время,пока мои руки не понадобились моим коленям,и встала.Больно было,но там за водопадом меня возможно ждал мужчина,о котором я грезила всю свою жизнь.Тут же подумала,что шлепки мне очень помешают оставила их на склоне,а ключи прицепила колечком к бретельке сарафана.И,больше не теряя ни минуты,я вошла в озеро.Меня тут же ослепила новая вспышка боли,от воды разбитые колени начало щипать.Я скривилась,но продолжила свой путь к водопаду.От холодной воды боль все-таки притупилась.Основную часть озера я проплыла,но у самого водопада смогла встать на ноги,как и тогда.Сердце бешено колотилось от волнения.Я порывисто вздохнула и шагнула через поток воды.
В пещере был все тот же полумрак.Я стала оглядываться,но никого не видела.Кажется,в пещере никого кроме меня не было.Какое же разочарование охватило меня,и слезы покатились по щекам.Я прошла еще вперед.Вытирая слезы,я не не смотрела под ноги и в результате споткнулась о что-то большое.Нет,даже не споткнулась,а задела ногой и чуть не упала.Я взглянула вниз и увидела,что это лежит человек.Я опустилась на корточки,чему тут же выразили ярый протест мои несчастные колени,но я отмахнулась от них и начала вглядываться в того,кто лежал у моих ног.Черный плащ окутывал человека.Я осторожно потнулась к лицу и тут же чуть не вскрикнула.Я зажала себе рот рукой,чтобы не разбудить.Это был он,он,ОН!Стараясь не производить шум,я переместилась к его голове.Бедняжка,он же лежит на камнях.Приподняв его голову,я подсунула свои многострадальные коленки,и так замерла.Теперь он лежал на моих коленях,и я нежно гладила его волосы,едва касаясь волос.Так хотелось,чтобы это продолжалось вечность...Но он очень быстро проснулся.Сначала открыл глаза и не понимающе посмотрел перед собой,потом резко дернулся,схватил мою руку и вскочил,сильно приложив меня к камням и вывернув кисть.Я вскрикнула от боли,а Рауль,оторопело охнув,выпустил мою руку и поспешно поднял меня.Мои глаза уже привыкли к полумраку пещеры,и я разлечила в его глазах растерянность и раскаяние.Он гладил мою кисть и што-то говорил.Я не понимала слов,но понимала,что он просит прощения.Слезика скатилась по моей щеке.Она выступила,когда Рауль заломил мне руку,а теперь решил выкатиться.И я тут же ее возненавидела,потому что в глазах моего любимого отразилась такая боль...Он ударил себя лодонью по лбу и опустился на колени.Меня охватило растерянность.Даже не подозревала,что зачерствевшее сердце рыцаря может таить в себе такую силу эмоций...Я тоже опустилась на колени подле него,взяла его голову в ладони и мгновение смотрела ему в глаза.А потом...я сама не поняла как осмелилась,но у меня в голове произошел какой-то взрыв,и я буквально впилась ему в губы жадным поцелуем.Наверное,он оторопел от такой выходки.Не знаю,как женщины в его время должны были себя вести,но явно не кидаться с поцелуями к мужчине на втором свидании.Но меня перекнуло,я так долго об этом мечтала,что не могла сдержаться.И он ответил на мой поцелуй.Сначала нерешительно,а затем все более и более страстно.Он зарылся пальцами мне в волосы.Потом оторвался,слегка отстранился,Жадно вгляделся в мое лицо и снова приник к губам.Уже сам.И теперь отвечала на поцелуй я.Это было похоже на ураган.Кажется мы испытывали одинаковые чувства,иначе мы бы так не целовались.Я была счастлива,по настоящему счастлива!Я любила и была любима.Что может быть лучше взаимной любви?Я счастливо смеялась между поцелуями,как же все это было волшебно.Однако,издеваться дольше над моими коленями было дольше нельзя.Даже сквозь пелену счастья я начала ощущать острую боль.Я поморщилась,и на лице Рауля снова появилась тревога.Я виновата улыбнулась и взглядом показала на ноги как только встала.Он опустил взгляд и ахнул.Сомневаюсь,что он так переживал по поводу собственных ран.А сейчас он стал похож на заботливую няньку.Оглянувшись,Рауль подвел меня к камню лежащему недалко от нас и усодил на него.Сам встал на одно колено,вытащил Свою рубашку из-под кожанной куртки или комзола,не знаю,как называется его одежда,и отрезал полосу кинжалом,который вытащил из-за голенища сапога.Перевязав меня,что-то тихо приговаривая,он сел рядом со мной и взял за руки.Я улыбалась ему и смотрела на него,стараясь запомнить каждую черточку.
Рауль,-тихо говорила я.-Любимый...Рауль...
Он улыбался и слушал меня,не понимая не слова.Потом он тоже говорил,а я слушала его голос.Мне кажется,что я услышала что-то похожее на мон амур-моя любовь,но может мне и показалось.Все-таки я знаю французский в районе пары-тройки фраз.А он еще и говорил всяко не на современном языке.Ну и пусть,пусть это будет моя любовь,так этого хочется.Чуть погодя он поднялся,я встала вслед за ним.Как одновременно мы стали оглядываться по сторонам.Переглянувшись,мы двинулись в глубь пещеры.Я зябко поежилась,стало прохладно.Все-таки я была мокрой.Рауль сразу уловил это движение и сняв с плеч плащ,накинул его на меня.Я благодарно укуталась в его плащ,который все еще хранил его тепло.Он положил мне руку на плечо,привлекая к себе и нежно поцеловал.Так мы и пошли дальше в обнимку.Вокруг становилось все темней,и мы все больше замедляли ход.
Наконец,нас окончательно окутала темнота.Мы остановились и начали ощупывать пространство вокруг себя руками.Я наткнулась на стену,она была почти впритык ко мне.Полшага вправо и плечом я бы уперлась в эту каменную стену.
Как бы сейчас фонарь пригодился...-прошептала я.
Рауль что-то спросил,и я догадалась,что он интересуется,что случилось.Я улыбнулась ему в темноте и нежно сжала его пальцы.Он сразу мне ответил таким же пожатием.И меня вдруг пронзил электрический разряд,точнее озарило:
Вот же я дурная!-воскликнула я.-Как же кстати я тебя зацепила!
Я схватилась за фонарик,который висел на бретельке сарафана.Он не хотел отцепляться,особенно в темноте.Я даже начала злиться.Наконец,я решила проблему по другому.Я отцепила фонарь от кольца с ключами и,облегченно вздохнув,нажала на кнопку.Слабый луч света выхватил из темноты узкий коридорчик.Рауль тоже почти упирался плечом в стену.Я улыбаясь посмотрела на моего рыцаря.На его лице было такое изумление,что меня это развеселило.Я расхохоталась и протянула ему фонарик.Он нерешительно смотрел на мою руку.Я почти силой заставила его взять это маленькое светило.Вложив ему в руку фонарик,я нажала его пальцем кнопку,и свет погас.Потом снова нажала вместе с ним,и лучик света снова вспыхнул.
Фонарь,-произнесла я.-Фо-нарь.
Рауль попытался повторить,у него это плохо получилось,и я снова засмеялась.Он несколько раз щелкнул кнопкой,зажигая и гася свет.Потом что-то прошептал и перекрестился.Я постаралась сдержаться,чтобы не обидеть его очередным взрывом смеха.Рауль освоился с новой для него вещью и начал подсвечивать нам дорогу.Коридорчик был небольшим,но вскоре он совсем сузился.Он пошел впереди,светя фонариком,а я шла сзади и держалась за его плечо.Через пару метров рыцарь остановился и начал светит по сторонам.Я поняла,что мы зашли в тупик.Рауль посветил мне за спину.Я проследила взглядом за лучом и увидела слева от нас небольшой лаз.Мы вернулись к нему.Несложно было просмотреть это неширокое отверстие,когда светишь себе под ноги слабеньким фонариком.Хорошо,что он у нас еще есть.Правда,мне обещали,что он водонепрницаемый,когда я его покупала.Недаром стоил столько.Проверила я его только в водопаде...во сне.Надо будет это сделать наяву.
Рауль отстранил меня в сторону,когда мы вернулись к лазу и полез внутрь.Я прошла легче,все-таки габаритами я была меньше.Он ждал меня,водя фонариком по стенам.Потом обернулся ко мне и,улыбнувшись,привлек к себе.Затем поцеловал и повел вперед.Здесь места обернулся ко мне и,улыбнувшись,привлек к себе.Затем поцеловал и повел вперед.Здесь места было больше,и мы снова могли идти рядом.Пршли мы немного,метра четыре и снова наткнулись на тупик.Но в этот раз перед нами было два хода.Мы стояли перед ними и смотрели,не решаясь двинуться дальше.Рауль начал осматривать стены вокруг этих ходов.Я следила за светом фонаря.Вдруг мне показалось,что я что-то увидела на стене.
Рауль,-окрикнула я.
Он обернулся и вопросительно посмотрел на меня.Я взяла у него фонарь и провела лучом по стене.Точно,слева наверхуот одного из входов был высечен круг.Рауль приблизился к стене и внимательно посмотрел.Потом снова забрал у меня фонарь и подошел ко второму входу.Рауль медленно провел лучом фонаря по каменной стене и наконец остановился.В свете фнарика был второй круг.Но в отличие от первого он не был пустым.Внутри него находились два скрещеных свитка.Я подошла ближе,чтобы разглядеть.Под ногу попал камешек,я оступилась и вскрикнула,начав падать.Рауль протянул руку,пытаясь поймать меня.Я вытянула руку навстречу,но пальцы прошли будто сквозь него...
...Я дернулась и открыла глаза.Я сидела на качелях,сжимая рукой камень в сумке.Вернулась...Ну,нет же,нет,я хочу обратно...Я почти плакала.Как же так?Мы же еще не все увидели!Мне надо назад!Однако,по прошлому разу я знала,что этого не будет.Я выташила руку из сумки.На пальце висело кольцо с ключами,без брелка...Фонаря не было!НЕ БЫЛО!Я перерыла сумку,зато на качелях лежал сползший с моих плечей...ПЛАЩ!Я принесла с собой плащ Рауля...Значит,у него остался мой фонарик.И тут я радостно засмеялась.Он не сказка и не миф мой Рауль,он есть!Я зарылась лицом в плащ и просидела так несколько минут.Потом встала на ноги и поняла,что с собой из сна я принесла и разбитые колени.
А вот это могло бы там и остаться,-решила я,-надо обработать коленки...
Я с нежностью взглянула на повязки,которые были на моих ногах,наложенные руками любимого,и заковыляла в номер...
Пробуждение было настолько быстрым, что я какое то время не мог понять, где я, во сне, в видении, или наяву. На губах еще чувствовался вкус губ чудесной незнакомки. Перед глазами возникал ее зовущий взгляд. Нет, это слишком непохоже на правду.
Чуть поодаль, за погасшим костром, стоял часовой. Вчера перед закатом, мы остановились на горной вершине , заросшей лесом. Перед нами была долина, за ней возвышалась гора, на окончании которой, угадывались очертания замка. За замком, еще ниже, вдалеке, над морем, садилось багровое солнце. Казалось, до моря рукой подать, но на самом деле до него было дня два, а может и более, пути. Решено было утром перейти долину и войти в замок. С нашей горы хорошо просматривались окресности. В стороне, на некотором расстоянии я рассмотрел хижины, будто прилепленные к скале. Видимо там находилась деревня одного из местных племен. Узнавать на чьей стороне эти племена не было ни времени , ни желания. Просто надо пройти стороной , чтобы не наткнуться на хозяев.
После ужина, затушили костер, выставили часового, и легли спать . Я лег поодаль, постелив себе сосновых веток, а камень ,для надежности взял в руки.
Сон набросился на меня сразу же. Все та же знакомая картина. Яркое солнце, раскаленный воздух, шеренга рыцарей , блеск металла, копья наперевес. Опять ожидание, когда же из за холма появится, закованная в железо конница. Я оглядел ряды, и увидел знакомые лица. Яркая вспышка мелькнула в голове...но я тут же отвлекся . Из за холма под страшный гул и лязг появились враги. Мы начали двигаться вперед.....
Проснулся я от нежного прикосновения женских рук все в той же пещере, с водопадом у входа.
Значит эти все вижния, это не сон, и в пещере есть что то, связанное с обществом Хранителей. Пещера, кольцо с изображением свитков, а значит и камень, как то связаны. Мысли путались и сбивались . Уходили куда то. Хотелось думать о вкусе губ Лады на моих губах. О том, какой сладкий и жаркк был поцелуй.
Уже почти рассвело. Я подошел к склону, и осмотрел долину. Солнце вот вот взойдет у нас за спиной, из за горы. Небо уже посветлело и внизу стали видны очертания ручья, заросшего густой растительностю. Вдоль ручья, только чуть повыше, шла узкая дорога, и по дороге, быстрым шагом ехали два всадника. Издалека было трудно различить кто они, однако , по тому что всадники ехали по этим местам , не опасаясь встретить местных жителей, означало, что они здесь свои, или же между ними и местными есть какой то договор. В любом случае мы по этой дороге не рискнем так открыто продвигаться. Пора нам выдвигаться , надо будить своих спутников.
Я вернулся в лагерь. Рыцари уже проснулись и собирали пожитки . Мои вещи были уже при мне кроме... Не может быть. Нет плаща, он остался там , в пещере. У Лады. А у меня был ее луч света. Я его выронил, когда пытался схватить ее за руку и очнулся.
Наконец, мы были готовы двинуться в путь. После короткого совещания было решено перейти ручей и двигаться с другой стороны ручья от дороги . Местность там была каменистая, постоянно приходилось огибать обломки скал, стараясь не терять направления на замок.
За время всего путешествия, я не припомню и полутора десятка слов, которые произнесли бы трое рыцарей из свиты Конрада. Патрик, был более разговорчивым, хотя и не рвался к откровениям. И после осторожных расспросов , я выяснил, что они все потомки местных рыцарей, родившиеся и выросшие на Святой земле. Они привыкли не доверять западным рыцарям, пришлым королям и баронам. Они привыкли целиком и полностью полагаться на своего сюзерена, поддерживая его полностью, и соблюдая интересы королевства в первую очередь. Они не любили так же заносчивых и властолюбивых рыцарей орденов, разводящих интриги и беспокоящихся, в первую очередь, о своих владениях и влиянии. Идея отправиться в опасный поход, в резиденцию германского ордена, да еще в помощь чужаку, неизвестного происхождения, им очень не нравилась. Но обсуждать приказы Конрада они не привыкли.
Из за медленного продвижения мы пересекли долину только после полудня, и перед нами появилась крепость.
На выступающем гребне горы , за двумя рядами мощных стен, возвышались шпили дворца тевтонских рыцарей и главной башни - донжона. Чуть ниже были расположены сторожевые башни внутренних стен , и у самого основания горы , внешние стены, и небольшие башенки . Крепость выглядела неприступной с трех сторон, а с четвертой стороны возвышалась огромная гора, по которой если и можно было подобраться к крепости, но из за плохой проходимости и рва, выдолбленного в скале, атаковать было невозможно.
Главные ворота были открыты, но стража остановила нас , чтобы выяснить кто мы такие и зачем прибыли в замок. У нас была припасена история, которую пригототовил заранее Конрад. Письмо и значительная сумма денег к Вернеру фон Витингхофу объясняли и наш приезд и необходимость охраны. Но как только стражники услышали имя фон Витингхофа, то сразу же пригласили меня в сторожевую башню к начальнику стражи. Мои спутники с лошадьми остались во внешнем дворе замка, а я с двумя стражниками прошел в башню возвышающуюся над внутренней стеной замка. Башня была узкой квадратной и поэтому здесь не было каменных винтовых лестниц, а только деревянные вход находился на втором этаже башни, который служил и комнатой для стражников. Я поднялся на третий этаж и там меня встретил начальник стражи, одетый как и все стражники в белый плащ с черным крестом, но с фамильным гербом на куртке и в дорогих доспехах.
Рыцарь, который привел меня , сказал ,что я прибыл к Вернеру фон Витингхофу. Начальник стражи нахмурился, но тут же обратился вполне дружелюбно:
- Я Рудольф фон Зост, начальник стражи крепости, прошу Вас назвать свое имя и цель прибытия.
Я Рауль Монбар, друг Конрада Сафедского, по случаю тяжелого ранения которого, выполняя его волю , отдаю долг Вернеру фон Витингхофу и в качестве признательности за услуги, кинжал редкой работы в подарок.
К моему глубокому сожалению, я ничем не могу Вам помочь, сегодня около полудня Вернер фон Витингхоф, был найден у себя в комнате мертвым . Кто то заколол его и сумел выбраться из замка незамеченным.
На моем лице , видимо, было ясно выражено изумление и досада, поэтому начальник стражи продолжил:
Я понимаю , что это для вас такая же неожиданность, но я прошу Вас до окончания расследования не покидать замок, и если вы не против , я хотел бы взглянуть на письма и посылки, которые должны были передать фон Витингхофу.
- Прошу со мной, все находится во дворе. - я ожидал этой просьбы - Скажите, где я и мои люди могут остановиться ? И если это возможно, я хотел бы ознакомиться с обстоятельствами смерти фон Витингхофа. Возможно, что Конрад Сафедский будет очень заинтересован в расследовании убийства его друга.
Во дворце , на стороне коннетабля ордена есть свободная комната для гостей, там же находится и комната Вернера фон Витингхофа. Вы не были знакомы с ним, или известно ли вам что либо ,что могло бы угрожать библиотекарю ордена.
Нет, к сожалению, я не был с ним знаком. Скажите, много ли приезжих было за последнее время в замке?
Мы подошли к моему маленькому отряду, и фон Зост переключился на другую тему. Пока мы поднимались по крутым тропинкам, лестницам к дворцу, я рассказал Патрику , что случилось, и добавил, что нам во что бы то ни стало, надо знать , кто убил фон Витингофа.
Пока рыцари устраивались в чистой но тесной комнате на стороне коннетабля, я спросил где находится комната убитого библиотекаря, мне указали комнату , в том же крыле , в конце коридора. Только мы с Патриком зашли в комнату , сразу же в глаза бросился беспорядок. В комнате не было много вещей, поэтому, тот, кто искал что то, перевернул все за считанные минуты. Тело уже унесли, но лужа крови указывала место где был убит фон Витингхоф. По видимому, он был убит сидя за столом. И кажется, умер не сразу. Потому что на столе, слабеющей рукой успел написать кровью , по французски :" в воде "
Мы с Патриком переглянулись и я задал этот вопрос:
Почему...
...он написал по французски - услышал я за собой голос - и почему сверху надписи лежало это?
Я обернулся и увидел священника, который держал в руке кольцо со скрещенными свитками...
Надькин брат ждал нас под нашим корпусом. Надежда глушила его рассказами с точным перечислением событий за весь наш отдых. Он почти не слушал ее,засовывая наш багаж в машину. Одну сумку я ему не отдала. В ней лежала самая дорогая для меня вещь,плащ Рауля. Я прижимала эту сумку к груди,не желая ее засовывать в багажник,и Надька была бессильна меня уговорить.
Когда я вернулась с плащом,она уже спала. По-этому,моя подруга даже не догадывалась,что он у меня есть. Оставшиеся пару дней от нашего отдыха я ломала голову,куда же мне податься дальше. Я решила,что все-таки стоит попробовать вернуться домой. Может я смогу наконец начать приводить свою жизнь в более привычное русло. За время моего отсутствия все могло вполне нормализоваться. Только я думала,стоит ли мне сразу ехать домой или сначала позвонить Маринке. А вдруг к ней еще кто приходил? Так ничего толком не решив,я сейчас ехала в родной Питер в несколько растрепанном состоянии. На месте разберусь,уже привыкла я к этому. Надя жужжала всю дорогу. Я не слушала ее,не слушала ее балагура брата. На душе было тоскливо. Хоть я устала от своей подруги,но уже привыкла к ней,она стала олицетворением жизни без страха. Я очень расслабилась за последнее время и снова втягиваться в то,от чего убежала мне совсем не хотелось. Очень хотелось верить,что оно не вернется. Наконец,я разозлилась на себя. Сколько можно распускать сопли. Поеду сразу домой и там уже видно будет,что и как. С таким решительным настроем я и вышла из машины,когда меня высадили недалеко от моего двора.
Но к дому я подходила уже не так решительно. Постояла немного,приглядываясь к людям и машинам. Потом выдохнула и пошла к подъезду. На лестнице мне никто не встретился. Это даже радовало. Возле двери в квартиру я немного постояла,прислушиваясь. Но в квартире было тихо,и я открыла дверь. Меня окутал воздух заброшенного жилища. Как же мало для этого надо оказывается. Я прошла в комнату. Разгром никуда не делся,все было так же,как я и видела при последнем своем посещении родной квартиры. Я вздохнула и присела на край кресла. Надо было убрать весь этот бардак,но начинать не хотелось. Я прошла на кухню,там тоже были следы присутствия чужих,но это выразилось только в распахнутых дверцах и открытых банках с крупами.
-Да,нет там ничего,придурки,-сказала я непонятно кому.-Нигде здесь не было. Только разбросали все.
Потом поставила чайник и начала приводить кухню в порядок. Я уже ни о чем не думала,действовала как автомат. Потом перешла в комнату и начала там разгребать. Оторвалась только на чайник. Заварила чай и вернулась к уборке. Так прошел мой первый в родном доме. Никому я так и не звонила,и никто не беспокоил меня.
Вечером я решила сходить в магазин. В доме не было почти продуктов,пригодных к употреблению. Да и мусор не хотелось держать в доме. Признаться,меня вновь охватили сомнения,но я не позволила им меня удержать. Долго мне не протянуть без еды. Надо идти. И я пошла. И снова ничего не произошло. Я спокойно сходила в магазин,который был недалеко от дома. Пару раз я дернулась,когда меня обогнала шумная компания,и когда рядом остановилась машина. Но не компания,не водитель автомобиля не обратили на меня никакого внимания. И ночью я никому не понадобилась. Так прошло два дня. Эти дни я провела в наблюдении за Раулем. Он не видел меня,сны у водопада не повторялись к моему огромному сожалению .Но мне хватало и созерцания.
На третий день я решила выбраться из дома. Куда и к кому особого вопроса не составило. Конечно,к Маринке. Я позвонила ей. Маринка мне удивилась,но обрадовалась. Мы договорились встретиться в нашем любимом кафе. Я принарядилась,все ж таки в люди...Шла я на встречу с подругой легко и свободно,без оглядки. Никому же я ведь не понадобилась за это время,значит и бояться мне особо нечего. Так легко стало от этих мыслей,и настроение было очень даже неплохое. Маринки еще не было,и я заказала себе кофе. Она опоздала на пятнадцать минут. Влетела в кафе и,бухнувшись на стул,начала эмоционально рассказывать про своего бывшего. Он вдруг решил помириться,и Маринка была возмущена до глубины души,хотя глаза ее светились. Я не стала привлекать ее внимание к этому,возмущаться ей хотелось,чтобы прикрыть настоящие эмоции. Ну и пусть у Маринки все будет хорошо, не такой уж ее бывший и ужасный. Расстались они больше из-за принципов. Наговорившись,Маринка наконец обратила на меня внимание.
- Дорогая,как ты?Где пропадала это время?-спросила она,и я ей рассказала про Надю и про пансионат.
Она слушала,но явно не слышала. Подруга была в своих мыслях. Я решила не обижаться. Потом мы обсудили пару знакомых,опять ее мужа,затем ее домик в деревне и снова мужа. Наконец Маринке пришла в голову мысль сходить куда-нибудь и хорошо погулять,ну,вы понимаете. Решили взять с собой кого-нибудь из подруг,но не придумали кого.
- Лад,пошли вдвоем,-решила подруженция,-мы с тобой и вдвоем оторвемся замечательно.
А если твой к тебе придет,а тебя нет,-спросила я-
Что? Да,пошел он,-отмахнулась Маринка.
Мы еще поспорили немного куда ехать и поехали...в стриптиз-бар. Странное настроение было у моей подруги,но спорить сильно я не стала. А почему бы и нет...
Если честно,то мы напились,сильно. В глазах двоилось,но нас,что говорится,перло. Из стриптиз-бар мы ушли где-то через полтора часа,как пришли в него. Мы неправильно расставили пункты нашего путешествия по злачным местам. И теперь мы веселились в одном кабаке,куда заглядывали периодически. Мы пили,мы танцевали,мы отрывались. Несколько раз с нами пытались познакомиться,но нам было хорошо и так. У меня был Рауль...странно звучит,да?..А Маринка весь вечер трещала о своем бывшем. Далеко за полночь мы поняли,что нам пора по домам. Жутко не хотелось,но физическое состояние было на грани отключения жизненно важных функций в данных условиях. Когда мы хотели уйти,к нам подошли двое.
Девушки,-сказали они,-а почему две такие красавицы сидят в одиночестве?
Почему же одни?-удивилась Маринка.-Вот вы подошли.
Да!-поддержала я. И в совсем нетрезвом мозгу пронеслось,что я все-таки живая и хочу живого мужчину.
Мы переглянулись с подругой и перемигнулись. Мы явно созрели для знакомства. Молодые люди,кажется,очень обрадовались. Я начала их разглядывать,сосредоточившись насколько могла. Они были очень неплохи,но один казался настоящим красавчиком. Высокий,статный с густой шевелюрой черных волос. Он сел рядом со мной. Второй был тоже высокий,но более худощав. А еще он был блондин,и я сразу подумала,что с Маринкой у него нет шансов,не любила она блондинов. Наши новые знакомые представились как Герман и Андрей. Блондин Герман,брюнет Андрей. С ними было весело,но наше состояние не позволяло слишком долго засиживаться. Минут через сорок Маринка кивнула мне.
Лад,пойдем попудрим носик,-сказала она.
Пошли,-согласилась я.-Мальчики,мы сейчас,не скучайте.-пококетничала я.
Марина,подхватив меня под локоть,зашептала:
Лада,пошли отсюда. Они еще слишком трезвые для нас,не хочется позориться.
Марин,а может мы бежим,потому что твой блондин?-хихикнула я.
Да,мне плевать на его окрас. Я не хочу,чтобы меня чужие мужики на плечах выносили. И они мне откуда-то знакомы.
Во-от,значит не такие они и чужие,-продолжала я радоваться неизвестно чему.
Дура ты,Князева,не могу я спокойно сидеть с ними и не понимать откуда я их знаю. Мне это не нравится.
Да,пошли уже,пошли,-согласилась я.-Мне они не сильно-то и нужны.
Мы вышли на улицу. Ночной воздух приятно овеял прохладой. Маринка оглядывалась по сторонам,нам нужно было такси.
Мариша,Лада,-раздалось за спиной,-ну, куда же вы так по-английски?
Вот прилипли,-сказала Маринка.-Да,что вы,мальчики,срочный звонок,нам пора. Спасибо за компанию,все было очень мило.
Андрей,подошел ко мне и встал напротив. Его глаза прямо-таки жгли.
Лада,не уходи,-тихо сказал он,глядя мне в глаза.-Ты мне очень понравилась,честно. Не уходи...
Его голос обволакивал,я просто тонула в нем. Даже дыхание перехватило,он был таким красивым,он был таким...Я была растеряна.
Хотя бы позволь проводить тебя,-почти жалобно просил он.
Ну,я не знаю...-я совсем потерялась. Где-то в груди клокотало и что-то противилось тому,что я готова была уступить. Он ведь просто проводит...
"Рауль"-кольнуло где-то. Я зажмурилась и покачнулась. Андрей подхватил меня. Я открыла глаза. Все плыло,я была жутко пьяна.
Ты немного устала,я провожу тебя. Даже не спорь. Я не могу оставить слабую девушку одну на улице,да,еще в таком состоянии.
Он такой благородный,пронеслось у меня в голове,как рыцарь...Рыцарь,мой рыцарь...Маринка вдруг оказалась рядом. Она перехватила меня.
Нет,ребята,спасибо за заботу,но мы уж как-нибудь сами.
Зачем вы отказываетесь от помощи?-опять этот голос,просто сладкая патока...
Мы девочки взрослые,сами все можем. Спасибо!-голос Маринки был тверд и даже на взводе. Я почти отключилась. Вокруг был только голос Андрея и его большие темно-карие глаза.
Дальше я перестала почти понимать происходящее. Наша компания начала привлекать внимание. Маринка практически кричала на них. Голос у нее был звонкий.
Эй,господа,вам же говорят,что девушки в вас не нуждаются!-еще один голос влился в гул тех,который уже окружал меня.
Вам что,отвалите,-а это голос Германа.
Ну,уж нет. Девушкам вы не нравитесь. Они не хотят идти с вами.
Это наши девушки,и мы не отпустим их.
Придется,-это был еще один голос. Властный,но приятный и чем-то очень знакомый.
А потом меня что-то сильно дернуло,я полетела,но чьи-то сильные руки подхватили меня и потащили в сторону. Я услышала Маринкин крик,а потом она снова оказалась рядом.
Князева,да очнись ты,-нервно прикрикнула она.
Она сильно пьяна,-сказал кто-то,но я не узнала этот голос. Глаз открыть не было сил,у меня был только слух.
Знаю,что пьяна,-огрызнулась Маринка.
Куда вас?
Я скажу.
Сумка,-еле проговорила я.
Что?-не поняла Маринка.
Сумка,моя сумка где?
Обалдеть,Князева,тебя сейчас чуть не утащили в неизвестном направлении,а она о сумке печется. Здесь твоя сумка.
Посмотри,пожалуйста...
Что смотреть?
Камень...Там должен быть камень...
Какой еще камень,Лада?Ты драгоценности с собой таскаешь?
Нет,просто камень...пожалуйста...
Маринка пошарила в моей сумке.
Ого,Ладка,на фига тебе этот булыжник в сумке?-поразилась она.
На месте значит,-прошептала я.-Он мне нужен,Маринка,не потеряй...-и я отключилась...
Я разглядывал вошедшего. А он пристально разглядывал нас. В его взгляде не было враждебности. Он изучал внимательно и, казалось, от его взгляда не ускользает ни одна мелочь.
- Так почему же все таки он написал по французски? Может хотел чтобы франк, который увидит это, понял, что это означает? - Не дожидаясь ответа , вошедший представился,- Я отец Иоганн, меня назначил магистр ордена расследовать обстоятельства смерти Вернера фом Витингхофа.
- Рауль Монбар, я с моими спутниками прибыл с посылкой к Вернеру фон Витингхофу от Конрада Сафедского.
- Да, я слышал от фон Зоста, о причине вашего приезда, согласитесь, очень много совпадений . Вы должны были передать ему что то, и тут же его убивают. Скажите, он мог знать, что вы должны приехать именно сейчас?
- Нет, не думаю. Конрад отдал распоряжение внезапно, в связи с ранением .
- Тогда у меня есть еще один вопрос. Вы знаете, что может находиться в воде?
- Нет , мне ничего об этом неизвестно, - я на самом деле не был уверен, что имел ввиду убитый, и по взгляду собеседника я понял, что он мне все же не поверил.
- Знаете ,что я думаю, - продолжал отец Иоганн, - Я думаю, вы не причастны к убийству . Но Вам, все же что то известно, и Вы это скрываете. Вы даже не рассмотрели кольцо, значит ,Вам оно знакомо. Меня не интересуют Ваши секреты, я хочу только расследовать убийство. Но, если Вы узнаете что то касательно убийства, то будте добры, скажите мне об этом. Мне бы очень не хотелось вмешиваться в ваши дела.
- Все, что будет связано с убийством, я обязательно сообщу. Сегодня рано утром, когда мы еще не тронулись в путь, я видел на дороге двух всадников. Они ехали в сторону замка. Мы же, опасаясь местных племен, двигались через долину, поэтому , если они могут быть убийцами, то должны были прибыть в замок за четыре - пять часов до нас.
- Действительно, утром к нам заезжали два пилигрима, хотели купить припасов на дорогу, сейчас мы разыскиваем их, но , думаю , успеха не добьемся. Они словно испарились. Уйти через стены они не могли. Единственный ход, который, они могли использовать , это спуск к ручью, где мы берем воду. Но по ручью невозможно уйти . Течение слишком сильное, да и он просматривается из сторожевой башни во все стороны. А вокруг ручья места непроходимы.
- Может он хотел указать путь , по которому ушли убийцы, когда написал "в воде" ?
- Я тоже так сначала подумал, но зачем , в таком случае писать на французском языке. Я все же считаю, что надпись и кольцо предназначались определенному человеку, и к самому убийству прямого отношения не имеют.
Мысленно я согласился с ним. Вода давала нам подсказку. Видимо у ручья, или же в нем самом, могла быть спрятана часть карты. На всякий случай, мы пропросили отца Иоганна осмотреть тело. С его слов я понял, что при нем ничего не было, что могло бы помочь в расследовании. Затем мы спустились к ручью . Спуск представлял собой тоннель, ведущий вниз под крутым углом. Тоннель начинался от конюшен, расположенных, на нижнем уровне, и заканчивался выходом к ручью . В нем было достаточно высоко, чтобы провести коня и достаточно места чтобы вести двух коней . Этим спуском пользовались, чтобы водить лошадей на водопой , и носить воду из ручья в крепость. Во время нападения и осады выход из тоннеля закрывался железными решетками, а сам тоннель заваливали камнями.
Я осмотрел спуск и выхор к ручью. Карта могла быть спрятана где угодно. Ничего похожего на тайник я не нашел.
Вернувшись в дворец, я попытался еще раз продумать, как же указатель Вернера фон Витингхофа поможет отыскать карту, но так ни до чего не додумался. Тогда я попытался определить путь по карте, без четвертой части. Я уже несколько раз пробовал определить где же находится конечная цель путешествия. Карта была разделена на неровные части. Кривые линии, разделяющие части карты, проходили так, что без одной недостающей части, нельзя было найти, или место конца пути, или же дороги , как к нему добраться.
Я вышел во двор, обошел дворец. С обратной стороны дворца я увидел длинную извилистую каменную лестницу наверх. Поднявшись по ступенькам, я оказался на площадке перед входом в главную башню. Эта башня возвышалась над всеми строениями замка , и с площадки открывался чудный вид на равнину перед морем. Небо на горизонте было еще багровым от лучей заката, на вершине горы за замком лежала тьма. Где то там, во тьме притаились враги. Возможно, что часть карты у них в руках, хотя, насколько я успел узнать Хранителей, прячут свои тайны они очень хорошо.
Где то неподалеку я услышал храп лошадей. Странно, конюшни находятся внизу, значит кто то на ночь глядя, вывел лошадей? Я снова задумался о карте, но из задумчивости меня вывел болезненный щелчок по голове. Маленький камень ударил по затылку. Я оглянулся , и увидел на ступенях Патрика. Он знаками показывал не шуметь, и следовать за ним. Я как можно незаметнее спустился за ним на задний двор , затем мы обошли главную башню с другой стороны. Там была узкая улочка, ведущая вверх. По ней мы подошли к стене. В этом месте стена примыкала к огромному обрыву, отделяющему крепость от всей горы. Сейчас в стене быль открыт небольшой лаз, напоминающий небольшие ворота, а через расщелину перекинут мостик. Перед мостиком стоял человек в накидке и капюшоне. В руке он держал зажженый фонарь, и раза два помахал им в темноту.
Из за кустов вышли двое. Они говорили о чем то с человеком, мы расслышали только обрывки фраз, они говорили по французски. Двое вскочили на коней, и выехали из замка. Человек с фонарем убрал мостик внутрь замка, закрыл лаз. Затем быстро пошел в нашу сторому. Мы с Патриком отпрянули назад в тень и спряталисьв тени , за выступом скальной породы которая выступала прямо из стены замка. Проходя мимо нас, он остановился и прислушался. Мы затаили дыхание. Человек в накидке постоял несколько мгновений и пошел дальше. Вниз по улочке, прямо к фасаду дворца. Мы шли за ним поодаль, чтобы не выдать себя. Когда он подошел ко входу во дворец, то откинул капюшон. Видимо не считал больше нужным оставаться незамеченным. В ярком свете луны мы смогли рассмотреть его. Это был отец Иоганн.
Мы вернулись к себе, и Патрик рассказал, что после того, как выяснилось, что убийство было совершено совсем недавно, и скорее всего убийцы не ушли, а остались в замке. А раз это так, то им кто то помогает. Патрик разгуливал по замку , пытаясь найти место, где убийцы могут улизнуть из замка. И уже в сумерках наткнулся на лаз. А вскоре к нему пришел и священник, ведя двух лошадей. Посмотрел на верх, и там , на площадке перед главной башней, увидел меня. Быстро поднялся на площадку и , стараясь не спугнуть отца Иоганна, позвал меня.
Теперь , точно зная, что отец Иоганн враг, необходимо было как можно скорее уходить из замка, пока нас не загнали в ловушку . Решено было с рассветом двигаться в обратный путь.
Наутро мы наскоро собрались, и , стараясь не попадаться никому на глаза, выехали из замка. Снова двинулись на восток , но уже к концу дня встретили отряд рыцарей, который направлялся в Акру. Это были местные бароны, которые рассказали нам печальную участь войска , стоявшего у Баниаса. Отряды, после стычки , так и не смогли оправиться от поражения. Вскоре гонцы принесли весть, что император Фридрих захватил Кипр, узурпировал королевскую власть , силой принудил местных баронов дать ленную присягу, и совсем не спешит воевать. Оскорбленные отряды из Антиохии и Триполи ушли в свои владения. Затеа Тамплиеры и Госпитальеры, решили, что отлученный от церкви император перешел все границы и своими действиями внес раздор в войска , и тоже ушли в свои замки. Местные рыцари, тоже разошлись. Остались только рыцари тевтонского ордена, верные своему монарху, и отряды , прибывшие из Европы. Но, оказавшись в малом количестве, крестоносцы , боясь оказаться в окружении стали отходить на юг. Появились слухи о приближающемся большом войске из Дамасска , участились нападения мелких отрядов сарацин. Крестоносцы быстро отходили к Тивериадскому озеру , чтобы сохранить способные к бою отряды.
Мои спутники спрашивали всех, кого встречали, где находится Конрад Сафедский, им отвечали по разному, кто то говорил, что его в тяжелом состоянии увезли в Тир, но многие говорили, что Конрад был все время с войсками. Поэтому мы отправились на юго восток, чтобы догнать отряд у Тивериадского озера. Мы шли по горам Галилеи. Местные деревушки были малы и племена, которые старались остаться незамеченными, не доставляли хлопот. И, через три дня пути , мы вошли в лагерь крестоносцев, расположившийся на берегу Тивериадского озера, возле библейского места под названием Капернаум. Патрик с товарищами начали спрашивать о Конраде, а я бросился искать брата. Отряд брата я обнаружил неподалеку от куполов древней церкви. Жак очень обрадовался и рассказал, что отряд у сильно досталось от передовых арабских отрядов. Около трети первоначального числа рыцарей погибло, но здесь, в Капернауме к ним присоединились новые отряды, прибывшие из Европы. Так как уже стемнело, мы решили перенести дальнейшие разговоры и дела на завтра. Я как всегда устроился на ночлег под открытым небом, подальше от всех, и утомленный переходом заснул.
Я открыла глаза. Первое,что я увидела была репродукция Джаконды на стене напротив. Я зажмурилась и снова открыла глаза и резко вскочила. Тут же виски среагировали на это движение дикой болью. Я рухнула со стоном обратно на подушку. Где я,как я здесь очутилась? Эти вопросы терзали меня,пока я не собралась с силами и не осмотрела комнату. Это была Маринкина квартира. Это успокаивало. Но как я тут очутилась? Последнее,что я помнила,это как мы вышли на улицу и начали искать такси. Потом что-то было,но что...Я решила пока сильно не напрягаться,главное,я знаю,где я. Пришлось преодолеть неприятные ощущения,чтобы встать с постели. Я пошла в комнату к Маринке. Она еще спала. Одежда была аккуратно сложена на стуле,значит Марина была в лучшем состоянии,чем я. Даже завидно стало,как она умудряется быть в разуме даже после такого количества выпитого...Я села на кровать и тихонько кашлянула. Маринка не шелохнулась. Она продолжала спать,а мне становилось все хуже. Почувствовав приступ тошноты,я побежала из комнаты. Когда спазмы отступили,я прошла в кухню и начала жадно глушить воду. Вот они прелести похмелья. И на фиг так напиваться было? После еще нескольких походов к унитазу мне даже легче стало. Я нашла таблетки от головы и выпила сразу две. Потом поставила чайник и вернулась в комнату к Маринке с кружкой воды. Я снова села на кровать и задумалась.
- Что,алкаш,очухалась наконец?-услышала я хрипловатый со сна голос подруги.-Что у тебя там,вода?Дай-ка мне тоже.
- Держи. Я там чайник поставила.
- Это ты молодец. Сейчас чайку попьем.-она села и залпом выпили всю воду.-Это надо было так накушаться,-сказала она ни к кому не обращаясь.
- Марин,а что я у тебя-то делаю?
- Ты?Ты здесь спишь.
- А почему я не дома сплю?
- Потому что ты была вчера в роли Буратино до папы Карло. Просто дрова. Хорошо мужик тебя на руках тащил,я бы и не знаю как тебя доперла.
- Какой мужик?-опешила я.
- Откуда я знаю,-один из тех,кто нам на помощь пришел. Он тебя донес до своей машины,привез нас ко мне и затащил в квартиру. Раздевали мы тебя вместе. А потом он сразу ушел.
- А нам нужна была помощь?-я была очень удивлена.
- Ты вообще ничего не помнишь?
- Почему это ничего.-я даже обиделась.-Что-то очень даже помню. Вот как вышли из кабака помню,как там с мальчиками познакомились помню.
- Ясно. Тогда расскажу.
Она вылезла из-под одеяла,накинула халат и проследовала на кухню,где уже вскипел чайник. Я ждала. Когда мы сидели за столом,на котором стояли чашки со свежим горячим чаем,она начала рассказывать.
Она рассказала,что наши новые знакомые вышли за нами,что Андрей что-то тихо говорил мне,а я стояла перед ним,как кролик перед удавом. Маринке показалось,что Герман пытается отвлечь ее внимание от меня и Андрея,который нашептывал мне и пыта лся увести. Когда Марина поняла это,она подбежала к нам. В результате ее громких споров с Андреем,на нас обратили внимание. К нам подошли четыре человека. Точнее три,четвертый вышел из подъехавшего автомобиля и тоже пошел к нам. Наши знакомые не хотели отпускать нас,точней меня. Маринку сразу оттеснили. Андрей прижимал меня к себе,а Герман закрыл приятеля и меня от подошедших. Водитель подъехавшего автомобиля был сзади,поэтому его не видели. Он буквально выдернул меня из рук Андрея,и Маринка тут же кинулась к нему. Моя подруга,водитель и я,в качестве поклажи,направились к машине. Маринка обернулась и увидела,что там идет драка.
- Князева,это было как в кино. Ван Дамм отдыхает. Они все были равны. Такой бой,люди стали собираться вокруг них. А дальше мы уехали.
Потом все было прозаично. Водитель привез нас к Маринке,помог дотащить меня до кровати,и даже поддержал,когда Маринка раздевала меня. Это заставило меня смутиться.
- Ты лучше смущайся,что он видел тебя пьяную,как сапожника,а не то,что он увидел тебя в нижнем белье,-цинично сказала Маринка.
- Вот ты зараза,-возмутилась я. И мне стало совсем стыдно.
- Да,Лад,а что ты так переживала за какой-то камень у тебя в сумке?
- Что?!-я поперхнулась и закашлялась.
- Ты,когда тебя несли к машине,попросила меня проверить есть ли у тебя в сумке камень.
- Он там был?-похолодела я.
- Да,и сейчас должен быть там.-Мужик,который нас вез очень переживал за наши сумки. Твою даже сам на плече вместе с тобой нес. А в квартире поставил твою сумку тебе на постель.
Я сорвалась с места и побежала в ту комнату,в которой я спала. Сумочка действительно стояла на постели,точней валялась. Я лихорадочно открыла ее и засунула руку внутрь. Камень был там. Я выдохнула с огромнейшим облегчением. Потом вернулась на кухню. Маринка с интересом смотрела на меня.
- Что ты носишься с этим камнем?-спросила она.
- Да,так. Он мне дорог как память,-попробовала я пошутить.
- Ладно,это твои заморочки.
- Мариш,а почему ты так нервничала,что они хотят нас проводить?
- Потому что я их вспомнила.
- Да?И кто же это?
- Я вспомнила только Андрея. Это он заходил ко мне в милицейской форме и спрашивал тебя. Ну,а потом он пытался тебя увести. И мне сразу стало казаться все подозрительно.
Внутри похолодело. Значит ничего не прошло. Они ищут меня. И нашли! Я с благодарностью взглянула на подругу. Похоже Маринка меня спасла вчера,не знаю от кого,но точно не от милиции. То,что милиция была тогда липовая,теперь не оставляло сомнения. И эти неожиданные спасатели...Как же они вовремя. Значит мир не без добрых людей. Но что же мне теперь делать? Куда мне деться?! Быть может все-таки в милицию обратиться? Интересно,что я им скажу,что меня преследуют неизвестные?А кто эти неизвестные?Почему они меня преследуют?Я даже сказать толком ничего не могу. А что они скажут мне? Разберемся? А пока они будут разбираться,со мной может случиться все,что угодно. И будут ли они разбираться вообще? Покрутят пальцем у виска и все. Нет,в милицию я не пойду. Это мне ничем не поможет. А еще Маринку подставлять не хочется. Надо снова бежать. Но денег на бега уже почти нет. Голова трещала,и не знаю от чего больше:от похмелья или тяжких размышлений.
Марина молча смотрела на меня,но ничего не говорила. Я понимала,что она ждет от меня рассказа ,но рассказать мне было ей нечего. Как я могу ей открыть свою тайну? Она не поймет и не поверит. И зачем это вешать на нее. Меньше знает,лучше спит. Мне хотелось плакать от бессилия и страха. Я совсем одна. И даже не знаю против кого...Где найти помощи,кто меня поймет и защитит?
Стоп! Меня прямо-таки ударило. Два раза какие-то люди появляются в тот момент,когда я начинаю общаться с незнакомцами,кто они? Может это моя защита?
- Марин,а водитель слышал,как я говорила про камень?-спросила я.
- А как же,-ответила она,-Он тебя на руках нес,когда ты про камень спросила.
- А потом сам следил за сумкой?
- Да,-Маринка задумалась,-Мою сумку он оставил на сиденье машины...да,точно. Сразу повесил на плечо твою,а потом взял тебя на руки.
- Не факт...-произнесла я себе под нос.
- Может все-таки расскажешь во что ввязалась?-сказала подруга.
- Марин,-я замялась,-ты не поверишь и вряд ли поймешь. Я бы сама себе не поверила,если бы не видела собственными глазами. И потом я не хочу,чтобы ты подвергалась опасности. У меня нет доказательств,что это опасно,но я все больше это чувствую.
- Это и я чувствую,-буркнула она,и я поняла,что она обиделась.
- Мариш,не обижайся. Ты,правда,решишь,что я сумасшедшая.
Но как же мне вдруг захотелось ей все рассказать!Все,все,все! Маринка встала из-за стола.
- Смотри сама,но вдруг я бы смогла тебе помочь.
- Марин,ты веришь,что в жизни бывает необычное? Настолько необычное,что разуму это не поддается?
- Ну-у,-протянула она,-все возможно в этом мире.
Я понимала,что ей очень и очень хочется понять,что же происходит в моей жизни. А мне очень и очень хотелось ей рассказать. Я молчала мучаясь сомнениями,она молчала,давая мне решиться. И я решилась. Сил держать это в себе больше не было. Я сходила в комнату,принесла камень и положила его на середину стола. Маринка села напротив.
- Помнишь,я тебе рассказывала,как Светка пригласила меня развеяться?
- Да,это было не так давно.
- Да,так вот...
И я рассказала ей все с самого начала. Про то как камень попал мне в плечо,про то как притащила его домой. Рассказывала все по порядку,ничего не скрывая. Я рассказала и про Рауля,и про сны. И с каждым словом мне становилось легче. Я понимала,что помочь мне Марина не может ничем,но груз падал с моих плеч,и это давало мне вздохнуть полной грудью. Когда я закончила,в глазах Маринки застыло странное выражение. Она взяла камень в руку и сжала пальцы. Так она сидела некоторое время,а потом вздрогнула и почти откинула его. Я знала,что она сейчас почувствовала. Камень ответил ей. Подруга сидела какое-то время в задумчивости. Она поверила,это я поняла. Она умела анализировать и сопоставлять.
- Значит так,-сказала она,когда вышла из задумчивости.-Это полный бред,но я тебе верю. Все,что творится вокруг тебя последнее время очень странно. Ты не можешь оставаться здесь. Это опасно. И для меня тоже. Я уже не помню,что ты мне рассказывала. Но Знаю,что тебе надо сменить обстановку. И я знаю как. Моя двоюродная сестра оставила мне ключи от своей квартиры. Я дам их тебе. Последние жильцы съехали оттуда две недели назад,а новых еще нет. Сестра приедет не раньше,чем через год. Ты можешь там полечить свои нервы.
- Марин,это сестра из Кронштадта?-я была несколько удивлена.
- Точно. И ты там поживешь. Если что,я тебе позвоню.
- Маринка!-крикнула я и кинулась ей на шею в порыве благодарности.
- Ладно,ладно,-улыбалась она.-Слышь,Князева,я все забыла,но кое-что еще помню. Расскажи мне подробней про этого рыцаря,очень интересно...
Утром, мы снова принялись искать Конрада. Патрик, видимо, чувствовал вину за то, что оставил своего покровителя одного , в беспомощном состояний, а мне было необходимо посоветоваться с единственным из всех окружавших, посвященным в тайну Хранителей.
Я оказался в тупике. Карта была не полной, и что делать дальше, мне было неизвестно. Кроме этого , за мной по пятам следовали невидимые враги, которые знали о Камне и о карте больше чем я. Все что у меня было , это желание и решимость исполнить последнюю волю брата Бернарда.
Наконец кто то из моего отряда узнал, что Конрад находится в небольшом поселке недалеко от горы Тавор , и состояние его ухудшилось. Мы быстро оседлали коней и двинулись в указанное место. Я едва успел попрощаться с Жаком, и сказать ему, что постараюсь догнать его в пути.
Лагерь крестоносцев гудел и собирался в путь. Слухи о движущемся войске из Дамасска и Алеппо разносились быстро. Местные племена стали неспокойны и опасны. Решено было возвращаться в Акко.
Мы же , не обращая внимания на сборы лагеря, помчались на запад по скудным холмам , и скакали довольно быстро, пока через какое то время не оказались в небольшой зеленой долине , где протекал широкий ручей. Неподалеку от ручья, на склонах горы прилепились хижины небольшого селения. Ближе, у самой воды мы увидели шатер Конрада и его охрану. Сначала все насторожились, увидев всадников, затем узнали Патрика и остальных рыцарей. Мы спешились, подбежавшие люди сразу отвели коней к ручью.
Мы прошли в шатер. Конрад побледнел и осунулся со времени нашей последней встречи. Он молча слушал про наш переход в Монфор, про убийство Вернера фон Витингофа, про странное поведение отца Иоганна. Затем снова попросил выйти всех, и оставить меня с ним наедине.
- Мне очень жаль, но я уже не смогу помочь тебе. - Конрад говорил спокойно, - Раны мои ,видно, не дадут мне пожить дольше десяти дней. Поэтому я решил, что Патрик, и те, кто ездил с тобой, пойдут с тобой и дальше, и будут служить тебе, как и мне.
- Я очень признателен, Конрад, но мне хотелось бы знать, как же все таки мне выполнить завещание брата Бернарда. У меня нет четвертой части карты , я не знаю как найти путь, по которому мне идти, я не знаю кто мои враги и есть ли у меня друзья.
- Те услуги, которые я могу оказать, лишь часть того, что я хотел бы сделать, чтобы помочь тебе. Когда то, наше братство было сильнее и могущественнее. Но враги наши использовали хитрость, накопленную за сто лет, раздоры и предательство. На нас была объявлена настоящая охота, и теперь нас осталось настолько мало, что некому передать знания и истинные цели нашего братства. Насколько я понял, брат Бернард не успел передать все что он знал, а я всего лишь один из хранителей . Чуть более двадцати лет назад, я дал клятву и вступил в братство. Часть из нас была занята поисками Хранилища. Места, куда нам предназначено доставить Камень. Часть из нас отправилась в Рим, чтобы найти , где же высшие церковные служители хранят Камень. Самые способные и честолюбивые должны были стремиться занять высокие посты в разных орденах, церковной иерархии, при дворах латинских государств и византийском дворе. Моей же задачей , как и многих уроженцев латинского востока, была защита братства от многочисленных врагов. Я собрал отряд, который мог в любое время выступить и защитить интересы братства, хотя лишь немногие знали об истинных целях .
Шли годы, каждый из нас делал свое дело, но никто не знал как близко или, как далеко мы от того, чтобы выполнить наше предназначение.
И вот, в Святую землю прибыл брат Бернард. Он долго изучал в монастырях и церковных библиотеках все о Камне. Он знал о реликвии больше чем кто либо, и он знал о том, какой опасности подвергается мир, пока Камень находится не в Хранилище , а в руках людей. И что может произойти, если он попадет к тем, кто может использовать его силу в своих целях. Именно брату Бернарду удалось найти Хранилище.
Однажды , пятеро братьев тайно пробрались в захваченный войсками Салах ад Дина Иерусалим, и в доме иудейского священника, который тоже примкнул к братству, состоялось собрание, на котором каждый из четверых хранителей получил часть карты, на которой был указан путь к Хранилищу.
Так брат Бернард стал Главным Хранителем, и последней его задачей было найти, добыть и вернуть Камень.
С этого момента ему пришлось скрываться, выдавать себя за простого нищенствующего монаха, который странствует по Святым местам.
Еще несколько лет ушло на то, чтобы братству удалось убедить нескольких высокопоставленных служителей церкви в том, что Камень необходимо вернуть. И, наконец, брат Бернард прибыл к нам, чтобы приготовить последний поход из Франции в Королевство Иерусалимское.
Но за ним уже шли по пятам шпионы и наемные убийцы. Ему нужен был кто то, кто сможет защитить его в пути. Так он выбрал тебя, а затем и завещал тебе свою миссию.
Конрад устало откинулся на подушки. Долгий рассказ утомил его. Я позвал слуг, и вышел из шатра. Пора собираться в путь, если мы хотим затемно догнать отряд крестоносцев.
Патрик и его товарищи были уже готовы, и через полчаса мы вышли в путь, двигаясь на запад.
Я снова и снова вспоминал слова Конрада, пытаясь найти в них что то, что поможет мне в поисках Хранилища. Последнее время я привык , углубляясь в свои мысли, не упускать из виду все вокруг и прислушиваться к происходящему.
В какой то момент я услышал шум и крики , а затем мы разглядели в клубах пыли трех всадников. За ними мчались около дюжины воинов, похоже из местных племен. Один из троих рыцарей был ранен, и с трудом держался в седле.
Я решил сделать ставку на неожиданность. Мы пришпорили коней, и с копьями наперевес стали приближаться навстречу преследователям.
Разгоряченные в пылу погони сарацины не сразу заметили нас, а когда заметили было уже поздно . Пятеро сразу же были выбиты из седел , а остальные, пытаясь увернуться от атаки стали отворачивать в стороны. Тут же их и настигли удары мечей. Все закончилось быстро. Двум всадникам удалось оторваться и ускакать в сторону холмов. Мы даже не стали преследовать их.
Я приблизился к рыцарям, чтобы спросить кто они, откуда и как оказались здесь, и услышал радостный возглас:
- Рауль! - я всмотрелся внимательно и узнал своего недавнего попутчика.
- Анри! - мы спешились и обнялись. - Не будем терять времени, нам надо догнать основной отряд. По дороге все расскажешь.
Патрик осмотрел рану пострадавшего рыцаря. Стрела прошла между пластинами в доспехах, и воткнулась между ребер, но неглубоко.
Наскоро перевязали его , и как можно скорее продолжили свой путь.
Нравится мне Кронштадт. Милый уютный городок.. Мы периодически наведываемся сюда. Точнее,наведывались,когда двоюродная сестра Маринки еще не уехала. Она приглашала нас на день рождения,который у нее был в июле,и мы традиционно отмечали его на форту Шанец,в просторечье шансы. Мне очень нравилось. Теперь Ленка,так звали сестру моей подруженции,уехала куда-то на два года,а Маринке было велено сдавать квартиру,чтобы не пустовала,ну и чтобы приносила финансовую пользу. Теперь в эту квартиру заехала я...бесплатно. Ну,не могла же Маринка сдать мне квартиру,да,еще и в такой сложный период моей жизни. Наоборот,она дала мне денег,которых мне должно было хватить недели на две,довольно скромной жизни. А другую я вести и не собиралась. Мне было не до прежних радостей. И это не удручало,нет,это убивало меня. Меня вдруг перестал интересовать милый городок Кронштадт,впрочем,как и любой другой город,воспоминания не радовали меня. Грела только мысль,что я узнала мужчину,который был за всю мою жизнь единственной настоящей любовью. И то,эта любовь была насмешкой. Я любила призрака. Что я знала о нем? Его имя,что он француз и все. Еще знаю,что у него есть такой же камень как у меня. Или это все-таки мой камень,но когда-то очень давно. Наверное,он бы мог мне про него много рассказать,но я не понимаю ни слова из того,что он мне говорит. И это тоже убивало. Так хотелось бы понимать речь моего рыцаря. Кажется,я знаю,чем мне заняться! Я начну изучать французский. И вскоре я смогу разговаривать с моим любимым. Тогда и понятней станет гораздо больше. Настроение немного поднялось. Я решила прямо сейчас пойти в книжный магазин и купить пособие по изучению французского языка. Что я и сделала.
Три первых дня прошли в добровольном изучении нового для меня языка. Я слушала аудиозаписи,читала учебник. Я практически ничего еще не узнала,но я старалась. И как же я себя ругала,что мне не пришла эта идея в голову гораздо раньше. Периодически я думала про тех,с кем мне довелось встретиться не так давно. И чем больше я думала,тем больше казалось,что на меня не только охотятся,но и охраняют. А это вселяло немного надежды.
Два раза я смотрела на моего любимого со стороны. Сны мне не снились,а он меня опять не видел. Вид у него все время такой задумчивый...что гложет его? Ничего,скоро я смогу его понимать...хоть как-нибудь. Все-таки я изучаю современный французский. Возможно я и не смогу его понять,но попытаться ведь стоит,правда? Я поглаживала камень,который теперь все время лежал рядом со мной. Немного клонило в сон. Я зевнула и попробовала вернуться к своим урокам. Несколько раз монотонно повторила слова аудио-учителя.
Веки словно налились свинцом. Я уронила голову на грудь,но тут же вскинула ее. Не надо спать,я краду у себя драгоценное время! Но все усилия ни к чему не вели,глаза закрывались. Камень слегка грелся под пальцами. Кажется,я все больше проигрывала битву со сном. Скоро сон победит окончательно,это становилось все ясней,и я решила добровольно сдаться. Взяв камень со стола,я перебралась на диван. Больше я не сопротивлялась. Веки послушно сомкнулись...
...Яркий свет ослепил даже сквозь закрытые глаза. Я крепко зажмурилась,но сердце уже пустилось в бешеный пляс. Я ТАМ! Телом я ощущала камни,на которых лежала. Солнце было прямо над головой,пекло невозможно. Встав на ноги,я огляделась. Да,уже знакомые скалы,озеро и водопад. А за водопадом пещера и... Я не стала сегодня исследовать окрестности. Колени уже зажили,а новых ран мне было не нужно. Ноги сами несли меня к озеру.
Вода обожгла ледяным холодом. Мелькнула мысль:"И почему мне оказаться в пещере сразу? Все время предстаю перед Раулем мокрой курицей." Но мои переживания оказались напрасными,его не было в пещере. Я обшарила ее вдоль и поперек. Оказалось,что пещера не такая уж и большая,как казалось. За сумраком у стен,который создавал иллюзию большого пространства,были только скалистые стены. Я надеялась,что Рауль где-то там,куда мы с ним забрались в прошлый раз,но шагнуть в темноту я не решилась. Без него мне стало страшно. Я вернулась к тому камню,на котором он перевязывал мои коленки и села на него. Чувство одиночества становилось все острей. Никто не появлялся,я не просыпалась. Тогда я зачем здесь? Если я должна что-то найти,то я ни за что не пойду одна в ту темень. Фонарика у меня не было в этот раз. А на ощупь идти смысла нет. Куда так можно зайти неизвестно. Хотя это сон...А разбитые колени реальность. И плащ Рауля тоже. Не такой уж это и сон. Я снова осмотрелась,нет. Никуда я не пойду,я не смелая,не отважная. Я простая женщина,слабая и растерянная. Слезы сами собой потекли по щекам. Я попробовала успокоиться,но это привело к полноценному рыданию. Горестно взахлеб я оплакивала свое разочарование от отсутствия любимого,а еще свой страх и испорченную жизнь.
Ляда!-услышала я вдруг. Сердце ухнуло куда-то вниз со скоростью света. Только один человек произносил мое имя так...
Рауль!-крикнула я и кинулась ему на шею.
Он появился из ниоткуда,так же,наверное,и я появляюсь. Я не видела его и не слышала шагов. Когда я прижалась к нему,он уже был рядом со мной. В его глазах была тревога. Он опять что-то говорил мне,похоже спрашивал,что случилось. Его пальцы нежно вытирали слезы на моем лице. А тревожный и нежный взгляд проникал в самую душу. Он снова повторил тот же вопрос.
Ничего,ничего не случилось,-ответила я.-Ты здесь,значит все в порядке. Я ждала тебя,мой рыцарь...
Увидев на моем лице улыбку,он улыбнулся в ответ. Но тревога все еще оставалось в его глазах. Я больше не могла стоять и просто смотреть на него. Я встала на цыпочки и потянулась к его губам. Рауль ответил на мой порыв. Его губы коснулись моих,и мир перестал существовать в ту же минуту. Мы были где-то в космосе,одни среди звезд. Голова кружилась и плыла. Его руки так крепко прижимали меня к себе,что дышать я уже почти не могла. Но это все было так неважно,когда он обнимает меня. Все тело пылало огнем и сладко ныло где-то внизу живота. Не могу вспомнить в какой момент мы оказались лежащими на полу. Но жесткость и неровности каменного пола уже не могли остановить несущийся поток наших чувств и желаний. Никогда и ни с кем я не чувствовала ничего подобного. Его поцелуи,его объятья,его ласки будили во мне что-то такое,о существовании которого я даже не подозревала. Задыхаясь и бесконечно повторяя его имя,я неслась на волне этого нового и неведомого ощущения...
Потом, много позже,я лежала на его груди с закрытыми глазами и не думала ни о чем. Пальцы Рауля перебирали пряди моих волос. Он нежно целовал меня в макушку и тихо шептал что-то очень ласковое. Это было полное и всепоглощающее счастье. Потом я приподнялась и посмотрела ему в глаза. Там была только любовь,только покой и радость. Я поймала себя на мысли,что такого взгляда у него никогда не бывает в моих видениях,когда я смотрю на него. В своей повседневной жизни он всегда закрыт,всегда о чем-то думает. О чем-то,что не приносит ему радости. Всегда сосредоточен и суров. А со мной здесь он совсем другой. Он как будто освобождается от той обузы,которая сковывает его в реальном мире. И от этого стало еще теплей на душе. Я давала ему покой,я давала ему счастье.
Я люблю тебя,больше жизни люблю,-тихо сказала я ему.-Мне без тебя незачем жить,слышишь? Я не смогу больше без тебя.
Рауль будто понял меня. Он улыбнулся мне и крепко прижал к себе. Ответил так же тихо. И мне показалось,что он сказал:
Я не знал без тебя жизни. Первый раз я понял,что живу только здесь.
Может мне просто хотелось это слышать. Но смысл его слов вдруг стал таким ясным. Всего на миг. Следующую фразу я уже не поняла. Потом он сел,я села рядом. На несколько мгновений в его глазах мелькнуло то выражение,которое я так привыкла видеть в своих наблюдениях за ним. Это тут же вонзилось в сердце тонкой иголкой. Моего любимого что-то тревожит,а я не могу понять что,и не могу ничем ему помочь. Но глаза его скоро прояснились,будто он принял какое-то решение и теперь ему стало легче. Рауль снова улыбнулся. Он снял со своего пальца массивный перстень и,взяв мою руку,одел его мне. Перстень был великоват. Он тут же съехал набок. У меня было такое чувство,что это не подарок жениха невесте. Это было что-то другое. Но не менее значимое,а может и больше. Я поднесла кольцо к глазам. Это был перстень-печатка. Без камней. Из потемневшего серебра. На перстне было изображение, два перекрещенных свитка. Я удивленно посмотрела на рыцаря,а потом перевела взгляд в ту сторону,где клубилась плотная темнота. Рауль кивнул. Его подарок действительно значил гораздо больше,чем может подумать влюбленная женщина. Только я все равно не могла понять что. Но у меня тоже был для него подарок,не менее важный. Я сняла с шеи крестик и одела на него. Рауль взглянул на необычный для него крест с интересом. Потом снова поцеловал.
Пусть Бог хранит тебя,любимый,-сказала я ему.
Он улыбался. Теперь на его лице не было ни тени тревог и сомнений. Он лучился каким-то внутренним светом. Я не могла оторвать от него глаз. Но что-то подсказывало,что наше время на исходе,а мы так и не двинулись с места. Но не для наших встреч мы попадаем в это место,здесь уже нельзя было заблуждаться. Мы поправили одежду,что вызвало глуповатый смешок,как это бывает у счастливых любовников после утех,а потом двинулись в темноту,тесно прижавшись друг к другу.
Фонаря у нас не было больше. И пришлось двигаться на ощупь. Рауль вел рукой по стене,чтобы не пропустить узкого входа. Наш путь занял немного больше времени,чем в прошлый раз. Но позволить себе долго осторожничать мы не могли. Наконец,мы добрались до прохода и вошли в него. Рауль опустился на колени и начал шарить по земле. Я позвала его,он сразу же откликнулся. Голос его был ободряющий. Он еще что-то сказал,вроде как ругнулся. Но вскоре рыцарь радостно воскликнул. И в этот миг темноту прочертил слабый лучик света. Он нашел фонарик, должно быть наше светило так и оставалось здесь. Вот и замечательно. Рауль посмотрел на меня и ободряюще подмигнул. Потом прижал к себе. Когда он через мгновение кивнул на ход со свитками,я готова была идти за ним хоть на край света. И мы пошли дальше.
Двигаться пришлось по узкому коридору,рядом идти стало невозможно. Но Рауль крепко держал меня за руку,двигаясь впереди. Потом дорога пошла под уклон. Мы спускались вниз. А дальше вновь и вновь заворачивали. Периодически в свет фонарика попадали ответвления. И мне стало казаться,что мы двигаемся по лабиринту.,только очень уверенно. Наверное,что-то вело нас по верному пути. Даже догадываюсь,что. Камень привел нас в это место. Камень и направлял. Может я и ошибаюсь,но мы не заблудились. Через некоторое время мы вышли в какое-то большое помещение. Лучик фонарика ощупывал стены. Мы двинулись вперед. По обоим сторонам в стенах были выдолблены полки. На полках лежали свитки. Много свитков,очень много. Толстый слой пыли говорил о том,что мы первые посетители за очень долгое время. Периодически в свет фонаря попадали какие-то треноги с чашками наверху. Я догадалась,что это светильники. Только они давно никем не зажигались. Затем тьма стала отступать. Мы и без фонаря могли уже рассматривать окружающую нас обстановку. Она не менялась,каменные полки и свитки. Свет шел откуда-то сверху,но своды стен были так высоки,что мы не видели откуда. Наконец,мы добрались до конца этого длинного зала,который не содержал в себе ничего кроме свитков. Прямо,библиотека,мелькнуло у меня в голове. Окончанием для нашего путешествия стала стена,на которой были высечены уже знакомые мне свитки в перекрестье. Мы осмотрели плиту. Под большим изображением свитков было сделано еще одно,очень маленькое. Но оно было как бы утоплено в камень. Рауль посмотрел на мою рук,на которую недавно одел перстень. Я внимательно посмотрела на кольцо и поняла тоже,что и мой рыцарь. Оттиск в камне точно совпадал с печаткой. Я сняла перстень и приложила к углублению. Они четко совпали. Ничего не произошло. И тогда я повернула перстень до упора. Раздался скрежет,очень громкий для такой почти могильной тишины. Звук отразился от сводов и обрушился на нас,оглушив на несколько мгновений. Я порывисто прижалась к Раулю,сжимая в кулаке кольцо,которое я сразу же и выдернула из стены. Он встал передо мной,закрывая своим телом от неведомой опасности. Но произошло следующее. Плита со свитками повернулась! На другой ее стороне было сделано другое углубление. Оно очень напоминало по размеру...
Камень!-воскликнули мы в один голос,но на разных языках.
Так вот куда ты все время вел,камешек. Ты хочешь домой...Я ясно поняла,что свидание окончено,и нас вернут в наши реальности. Похоже мой рыцарь подумал о том же. Я бросилась ему в объятья. Рауль принял меня и порывисто прижался к губам. Мы спешили. В любой миг нас ждало пробуждение в разных мирах,в разных эпохах,но с одним камнем в руках...
Я порывисто села на диване. На губах все еще была влага от поцелуев любимого,и тело помнило тепло его рук. Я сжимала в руке что-то большое. Мне не надо было проверять что это. Это был перстень. Я разжала руку и одела перстень на палец. Крестика на шее не было. Он был у Рауля. Я мечтательно улыбнулась и упала обратно на подушку. Я хотела еще раз пережить все,что случилось в пещере. Хотя бы в воспоминаниях. Но я была уверена,что мы встретимся с Раулем еще много-много раз...
Наконец то ,за долгое время моих странствий, чувство надежды на лучшее, на благополучный исход, вернулось ко мне. Я видел много знаков , подтверждающих это чувство. Самое главное знамение , это любовь. Она пробудила во мне желание сделать все , чтобы выжить, желание вернуться к любимой и быть с ней, как бы далеко она ни находилась. Меня поразили чувства Лады. Я смотрел в ее глаза, и видел в них любовь, желание, страсть. Когда я очнулся после видения, где мы снова были вдвоем в пещере, я знал что должен во что бы то ни стало вернуть камень в зал со свитками, и тогда смогу ,наконец, быть со своей любимой.
Все складывается один к одному, как нельзя лучше. Со мной мой брат, со мной мой друг Анри, со мной четверо преданных мне людей, которых я знаю совсем недолго, но уже могу доверять им. Брат Бернард с небес направляет мой путь и дает подсказки. И меня ждет та, которую я люблю .
Вчера вечером, в конце первого дня перехода навстречу основным силам, я почувствовал , что мне необходимо видеть Ладу. Я знал что нужен ей и поспешил с наступлением темноты укрыться в развалинах старого поселения, неподалеку от которого мы остановились на ночлег. Мне просто необходимо было, чтобы камень перенес меня в пещеру. И я добился своего.
Очнулся я уже на рассвете. В лагере уже проснулись . Я хотел позоворить с командиром отряда Гийомом де Шатийоном по поводу того что узнал вчера от
Анри.
Прибыв на Святую землю, Анри прибыл в Тир, и поступил на службу к графу Триполийскому, как и многие из его родственников. Отряд, в который его назначили был собран собсем недавно , после неудачи под Баниасом. Задачей отряда было, как можно быстрее присоединиться к главным силам крестоносцев , но уже вначале пути к ним стали поступать сведения от разведчиков, что из Дамасска движется большой, хорошо вооруженный отряд. Триполийские рыцари знали, как добыть сведения, и они послали своих людей разузнать в округе, что это за отряд, насколько большой, и насколько хорошо вооружен. Люди посланные разведать об отряде мусульман рассказали, что отряд состоит из закованных в броню всадников. Таких, хорошо вооруженных мусульманских воинов, здесь не видели давно. Но самое интересное, ходили слухи, что с ними идет отряд рыцарей европейцев, и во главе их стоит человек со шрамом.
Гийом де Шатийон конечно же не должен знать, что это может означать, но мне надо знать, собирается ли он уходить от опасности, или же намерен дать бой во чтобы то ни стало. До главных сил крестоносцев еще три дня пути, и надо сделать все возможное, чтобы добраться до них до того как отряд мусульман доберется до нас. Гийом де Шатийон уже пару раз пытался уговорить меня примкнуть к отряду, и сражаться в их рядах. Ему не помешал бы рыцарь, который уже учавствовал в крестовых походах. На этот раз я решил согласиться. Хотя бы на время, пока главные силы из Европы не прибудут на Святую землю. Но у меня было одно условие....
Я принял сотню воинов и тут же стал готовить охрану колонн в пути. Дорога проходила между горных вершин разрушенных и иссеченных ветрами. Из за любой складки гор всегда могли напасть враги. Да и в случае нападения всадников противника, оборону будет держать трудно. Я выстроил колонну так, чтобы пешие воины смогли прикрывать всадников , в случае внезапного нападения .
Гийом де Шатийон выслал легкий конный отряд вперед, приказав ему ни в коем случае не вступать в бой, и возвратиться в строй при первых признаках неприятеля. Все это замедлило продвижение, но позволило быть готовыми к нападению. Ближе к полудню, нас обстрелял какой то отряд , видимо из местных племен, но мы отбили нападение, даже не прекратив движение. К концу дня мы вышли на равнину и остановились на ночь. Де Шатийон выставил усиленную охрану. Я попросил у него письменные принадлежности, и сел у огня, отдельно ото всех писать письмо. Я должен быть готов к любому повороту событий.
Наутро, перед рассветом, Гийом де Шатийон выполнил условие. Он послал семерых крестоносцев с посланием в Акру, на случай, если нам не удастся пробиться к месту сбора основных сил. Среди них был и мой брат , Жак. Перед их отъездом , я передал Жаку сверток, и наказал беречь его, и вскрыть его ,будучи в Акре, так чтобы его никто не видел. Мы попрощались, и отряд ушел на запад, с первыми лучами солнца.
С рассветом на расстоянии полета стрелы, показался всадник. Он кружился на коне, размахивал копьем, кричал что то по арабски. После недолгой демонстрации верховой езды, всадник пришпорил коня и ускакал за холмы, оставив за собой облако пыли. Когда пыль рассеялась, показались три всадника, они остановилис и прозвучали звуки рога. Это означало одно. Нас вызывают на переговоры. Гийом де Шатийон подозвал меня и еще одного командира сотни, и мы в полном снаряжении, и готовые ко всему, приблизились к парламентерам.
Стоящий в центре , по-видимому, высокопоставленный военачальник. Он был облачен в дорогие доспехи , украшенные замысловатым орнаментом и чеканными узорами. Справа от него был , похоже, оруженосец, а слева, уже знакомый мне человек со шрамом. Почему то я совсем не удивился, даже ожидал увидеть его сейчас. Он же никак не выказал того что узнал меня.
Старший начальник выкрикнул что то очень грозное, и человек со шрамом перевел:
- Достопочтенный Омар Сулейман аль Субейби, предлагает избежать кровопролития и сложить оружие , ввиду преимущества в силах. Взамен он обещает жизнь всем сдавшимся крестоносцам.
- Явное преимущество в силах, это не повод для сдачи в плен, - ответил Гийом де Шатийон. - Я не вижу ни малейшей причины, почему мы не должны сражаться.
Человек со шрамом перевел сказанное. Омар аль Субейби свирепо сверкнул взглядом выкрикнул что то и резко повернул коня. Оруженосец последовал за ним, а человек со шрамом перевел:
-Тогда долина наполнится кровью неверных. - и от себя добавил: - Нас в пять раз больше. Надеюсь, вы понимаете чем все это закончится.
- Все закончится так , как будет угодно Богу, - ответил Гийом де Шатийон.
Мы развернулись, и неспешным галопом вернулись в лагерь. Всем уже стало ясно, что боя не миновать. Рыцари готовились сражаться.
Солнце поднималось все выше, день обещает быть жарким. Даже очень жарким. Мы с де Шатийоном осмотрели долину . Пустынная почва, высохшая земля. Я предложил расположить левый фланг ближе к холмам, чтобы иметь природную преграду для вражеской конницы.
И вот уже мы стоим, выстроившись в боевую линию. На более сложные построения у нас не хватает людей. Я спокоен. Со мной мой друг, Анри. Со мной Патрик, и его немногословные рыцари. Брат Бернард смотрит на меня сверху. И меня ждет Лада....
Опять яркий солнечный свет в глаза. Пустынный холм и клубы пыли за ним. И гул... Страшный приближающийся гул... Горячий воздух поднимается над холмом, гул переходит в лязг и топот. Вот-вот они покажутся из за холма.
Рука до боли стиснула копье. Из под нагретого на солнце шлема катятся капли пота по покрытому слоем пыли и обожженному лицу. Глаза до боли всматриваются в вершину холма , в столб пыли, в то что начинает появляться в этом пыльном мареве.
Вот они показались! Сарацины. Тяжелая конница. Лязг идет от металлических пластин на кожаных доспехах коней и рыцарей. Они закованы , обшиты металлом. Тысячи пластин отражаются на солнце , переливаются, слепят... В общем гуле слышен душераздирающий боевой клич. Ряды дрогнули, ощетинились копьями. Бежать бесполезно. Смерть настигнет гораздо быстрее. Выход один. Только вперед. Только в бой. Молча строй рыцарей перешел на рысь , на ходу выстраиваясь клином, смыкая плотнее ряды.
Сарацины уже близко. Видны конские хвосты на наконечниках копий и шлемах. Лица закрыты забралами или черными платками. Конь рванулся вперед. Мелькнула мысль, сколько времени так продержимся? Полчаса? Час? Уже неважно. Две лавины несутся навстречу друг другу.
Свист, удар! Рядом рухнул конь сраженный арбалетной стрелой. Еще рывок! Впереди темная орущая стена с тысячами копий, направленных на меня. Мое копье нацелено на блестящий шлем с конским хвостом, выкрашенным в разные цвета.
Его копье нацелено на меня. Сейчас будет удар треск....
Ночь я не могла уснуть. Меня переполняло счастье,которое плескалось через край,занимая все мои мысли. Я пела,приплясывала и смеялась. Наверное,со стороны это выглядело как помешательство. Да,я сошла с ума,сошла с ума от счастья. И пусть все катится в тар-тарары,я была первый раз в жизни СЧАСТЛИВА! Весь остаток дня и почти всю ночь я ни о чем вообще не думала,только об одном и том же. Но с первыми лучами солнца я вдруг перестала чувствовать ту необычайную легкость и задумалась.
А зачем камень мне показал то место,где он должен находиться? Я должна его туда отнести что ли?! Или передать кому? Да и кому,если никто не выходит со мной на связь кроме тех,от кого опасностью прет за версту? Может я должна объяснить про место? Так я даже не знаю,где оно находится. Скалы,озеро,водопад,пещера и все. Больше я ничего не знаю. Так что было нужно от меня моему камню? ЧТО?! Настроение вдруг резко испортилось. Появилось чувство,что на меня кто-то возложил ложные надежды. Был выход отдать камень тому,кто его ищет,но для этого надо его ОТДАТЬ! А как же я,как же Рауль? Я ведь тогда его больше не увижу,а это просто невозможно. Проще утопиться в Финском заливе.
Я вновь прокрутила в голове все,что видела за это время при помощи камня. Я видела Европу,наверное,Францию,природа уж больно знакомая. Потом он плыл морем. Куда? Пейзажи были точно не европейские. Очень яркое солнце. Где-то пальмы,где-то песок. Крепости встречались на его пути. А кто окружает его? Такие же рыцари как и он...Стоп! Не все такие же. Несколько раз я видела людей в белых одеждах с красным крестом. А это было очень знакомым по фильмам...Тамплиеры? Да,вроде они. Тогда что у нас получается...Солнце,пальмы,песок,тамплиеры,были еще явно арабы или кто-то в этом роде...Иерусалим? Он в Иерусалиме? Но тогда и пещера может быть там? Солнце такое же слепящее как во сне. О,Господи...Я вскочила с кровати и снова села. Мысли вновь вернулись к Раулю. Если он там,то это крестовый поход? Я разозлилась на себя за незнание истории. Все мои знания были получены по фильмам. И как же мне узнать!..Я задумалась и тут же радостно вскрикнула:
Интернет! Ну,конечно,интернет!
Сложность была в том,что у меня его не было под рукой. Но зато он был в интернет-кафе,и я туда схожу сегодня же. Эта мысль меня настолько обрадовала,что мне вновь стало легче. Я откинулась на подушку и не заметила,как провалилась в сон.
Проснулась я почти в полдень. Сладко потянулась и сразу вспомнила про свое желание сходить в интернет-кафе. Душ,кофе,быстро одеться,вот все,что я должна сделать. И я сделала.
Я не заметила,как пролетел день. Несколько часов я жадно вчитывалась в исторические материалы. Смотрела картинки,карты и фотографии исторических мест. Мысленно сравнивала то,что видела на фото и в своих видениях. Иногда мне казалось,что я вижу знакомые очертания или местность. Но тут же мне казалось,что это не так. Ведь прошло с тех пор лет семьсот-девятьсот...Обалдеть! Это ж когда живет мой любимый...У меня перехватило дыхание. Какая пропасть между нами! Но ведь мы видимся,значит время не преграда. Так что же такое мой камень,в очередной раз задалась я вопросом. Он стирает границы времени,пусть не в реальности. Да,я не могу перенестись к Раулю,а он ко мне,но мы ведь и не пробовали. Меня охватил сиюминутный душевный подъем,который тут же и схлынул. Нет,вряд ли такое возможно. Это же не машина времени. Но очень напоминает...Я вздохнула. Было бы здорово,но я чувствовала,что камень не способен на научно-фантастические вещи. Это было что-то другое,это было настоящее чудо,которое не поддавалось моему пониманию,но стало частью меня,моей новой жизни. Я постучала пальцами по столу и выключила компьютер. Я получила кучу новой информации,но она ничего мне рассказала о моем рыцаре. Он по прежнему оставался для меня тайной. Был только один выход,узнать о нем у него самого. Не знаю,когда мы снова увидимся,но я буду больше готова. Я поспешила домой,меня ждал мой французский.
По дороге я поняла,что жутко проголодалась и зашла в кафе. Там почти никого не было. За одним столиком сидели парень с девушкой,за другим две женщины. Я села за столик в углу,чтобы быть в некотором уединении. Просмотрев меню,я заказала себе второе,салат и кофе. Пока я ждала свой заказ,в кафе зашли двое мужчин. Они сели в другом конце зала и заказали кофе. Мужчины были заняты своим разговором,они даже не сразу обратили внимания на официантку с подносом. И быстро потеряли к ней интерес. А к ним. Разделавшись со своим заказом,я пошла на выход. Когда я проходила недалеко от столика тех мужчин,один оказался ко мне в пол оборота. Я глянула на него и ахнула. Земля на секунду ушла у меня из-под ног. Я оперлась рукой о пустой столик,тряхнула головой и протерла глаза. Когда я вновь посмотрела на мужчину,тот сидел ко мне спиной. Иллюзия рассеялась. Я еще раз протерла глаза и поспешила к выходу.
Да,вредно долго сидеть перед монитором,-сказала я себе,выйдя на улицу,-Надо же,Рауль померещился.
Я хмыкнула,чем вызвала недоуменный взгляд какой-то женщины,проходившей мимо. Я улыбнулась ей и пошла прочь.
Дома я занялась своими уроками. Часа полтора я честно занималась. От моих занятий меня отвлекла Маринка. Она позвонила мне на мою очередную новую сим-карту,со своей новой сим-карты. Она специально завела ее из-за меня. Все-таки Маринка моя лучшая подруга,что не говори. Не уверена,что та же Светка приняла бы во мне такое участие.
- Как дела,затворница?-спросила подруга.
- Маринка,приветик!-радостно приветствовала я ее.-Все тихо,живу,не отсвечиваю.
- Это правильно. У меня тут пару раз крутился тот Андрей. Ко мне не лез,но все-таки был. У тебя там никто не появился подозрительный?
- Нет,никого совершенно.
Слова подруги заставили меня напрячься. Меня искали,но не нашли. Я начала волноваться за Маринку.
- Мариш,ты там сама осторожней,хорошо?
- Не боись, Князева, со мной все в норме. Я им не нужна.
- И все-таки,-настаивала я.
- Хорошо,буду осторожней. Да,мне не особо и страшно,Лад,я своего простила. Сейчас вместе живем.
- Классно,-обрадовалась я,-Я здесь всего лишь около недели,а ощущение,что отсутствую уже год.
- Ерунда,-ответила Маринка,-разберемся. Пусть уляжется немного.
- Уляжется,-фыркнула я,-Что-то не уложилось. Сколько меня до этого не было.
- Князева,не плакай. Пока там побудь.
- А куда мне деваться,-я вздохнула.
- Ладусь,не расстраивайся,-Маринке было меня жаль,и я была ей за это благодарна.-Мне пора уже. Ты там держись.
- Пока,подруга,-попрощалась я и нажала отбой.
Разговор с подругой немного выбил меня из колеи. Тревога вновь охватила меня. Меня вновь искали. Меня не забывают. Резко захотелось оказаться в объятьях любимого,чтобы он укрыл меня от всех бед.
- Рауль,-прошептала я.
Французский сейчас меня перестал интересовать. Я оставила свои занятия,взяла камень,который лежал на своем законном месте,рядом со мной,и пошла на кресло.
- Покажи мне его,камешек,-прошептала я и сжала камень.
Знакомое покалывание сразу заставило расслабиться. Я сделала уже автоматическое движение рукой,картинка начала проступать...
Панораму заливало сумасшедше яркое солнце,я даже зажмурилась и поспешила сменить угол обзора. Я стала рассматривать окрестности. Пейзаж был уныл. Сухая земля была желтой и потрескавшейся. Впрочем,желто-коричневый цвет преобладал здесь везде. Несколько пальм,да,сухие колючки,тоска...Еще там были холмы и горы. Единственной краской было голубое небо без единого облака,но от этого Небо казалось неживым,нарисованным. Воздух плавился,заполняя знойным маревом все вокруг. Я подумала,как же там могут дышать люди? Мне показалось,что сделай я там хоть вдох,и мои легкие сразу бы высохли,превратившись в сморщенные комочки.
Но там могли дышать. Передо мной был отряд рыцарей. Я начала его жадно рассматривать. Их было человек триста,может меньше,может немногим больше. Над отрядом реяли в обжигающем зное несколько стягов. Как же я была рада,что потратила несколько часов на просмотр материалов об Иерусалимском королевстве. Я кое-что узнала. И у меня перехватило дыхание. Ведь передо мной сейчас была живая история. Я становилась очевидцем реальных событий! Даже в животе похолодело от этой мысли. Я узнала флаг королевства. На белом фоне в центре большой желтый крест,каждая сторона которого заканчивалась на подобие буквы Т,и в каждом из четырех секторов большого креста,было по одному маленькому кресту. Так же было еще несколько знамен,но их я не знала,должно быть они принадлежали баронам или графам,находившимся в этом отряде. Короны,львы,орлы. Разные цвета,разные формы. Так же я увидела нескольких человек в белых туниках с красными крестами. Тамплиеры,улыбнулась я. Если бы я подольше изучала историю крестовых походов и Иерусалимского королевства,может я бы еще что-то поняла. Но я просмотрела столько информации,сколько смогла найти в этот раз,и то не всю. Но все же кое-что я рассмотрела и была очень этим довольна. Весь отряд стоял так,будто что-то ожидал. Люди переговаривались,но на лицах не было улыбок. Все как один суровые,обветренные,обожженные солнцем. Среди всадников были и пешие войны. Весь этот отряд был как бы выстроен в линию. Я продолжала рассматривать рыцарей,но все же меня больше всего интересовал один единственный,и я искала его. И вдруг я его увидела.
Он сидел на своем коне. Это был не первый конь с того момента как я первый раз увидела его,но этот сопровождал его уже довольно долго. Гнедой скакун с рыжей челкой. Он раздувал ноздри,вскидывал голову и нетерпеливо переступал с ноги на ногу,как будто тоже чего-то ждал. Рауль похлопывал его по шее,ворошил гриву,и конь,казалось,немного успокаивался,но ненадолго. Вскоре он снова начинал проявлять беспокойство. Рауль был в шлеме,и это мешало мне рассматривать его. Один раз он снял шлем,чтобы вытереть пот,и я с жадностью впилась взглядом в его лицо. Шлем снова вернулся на свое место,но я уже уцепилась за его взгляд. Что-то неуловимо в нем поменялось. Я вглядывалась в него,ища перемены и нашла. Его взгляд больше не был застывшим льдом. В нем появился огонек жизни. Да,он был так же сосредоточен как и остальные войны,но в его глазах был покой. Кажется,он нашел в себе мир. И я улыбнулась ему. Конечно,Рауль меня не видел и не слышал,но я с нежностью прошептала ему,как сильно я его люблю и послала воздушный поцелуй. На мгновение его губы тронула легкая улыбка,и он кивнул. Легкое недоумение во взгляде,будто он сам удивился тому,что делает и вновь прежняя сосредоточенность. Я готова поклясться,что между нами была в этот момент какая-то неведомая связь. Он будто услышал и почувствовал меня. Я продолжала улыбаться,когда увидела,что теперь взгляд Рауля изменился со спокойно сосредоточенного на тревожно внимательный. Я сменила обзор и устремилась в направлении его взгляда. Там,за холмом,росло облако пыли. Что это? Как-то неприятно похолодело внутри. Я взглянула на отряд,они все теперь молча следили за этим огромным и все растущим пылевым облаком. Рыцари склонили копья. Рауль перекрестился,достал мой крестик и поцеловал...И вдруг с холма сверзлась лавина,сияющая,слепящая бликами от множества доспехов людей и лошадей. Они неслись сносящим все на своем пути потоком. Их было много,очень много. Отряд рыцарей казался каплей в сравнении с этой сверкающей массой людей и металла. Я метнулась обратно к рыцарям. Они взметнув мечи и копья уже неслись на эту огромную лавину. И Рауль с ними. Отряд превратился в клин,и лицо у него было одно на всех:плотно сжатые губы,взгляд,полный решимости убить или умереть. Я с ужасом наблюдала за тем,как эти два потока сейчас встретятся. Появилось желание все закончить и вернуться тогда,когда Рауль будет отдыхать после славной победы. Иного исхода я и не предполагала. Но меня будто привязали на месте,я боялась пошевелиться. Мне показалось,что пока я смотрю на моего любимого,ему ничего не угрожает. И я продолжала смотреть.
Они встретились. Клин рыцарей вломился в сияющее море,и пришла СМЕРТЬ. То тут,то там начали падать люди,это была мясорубка,перемалывающая людей вместе с доспехами,плотью и костями. На миг я потеряла Рауля в этом кровавом ужасе,но тут же снова нашла. Он несся с опущенным копьем на какого-то воина в шлеме с...кажется,лошадиным хвостом. А тот на него. Кровь в один момент покинула меня,я похолодела от макушки до кончиков пальцев ног. Хотелось закрыть глаза,закрыть руками лицом,но не было сил. Они покинули меня в момент начала этой кошмарной сечи. И я смотрела на то,как два копья встретились,скользнули друг по другу,копье Рауля разлетелось и...Он не успел защититься или уклониться,это бы не смог сделать никто. Копье сарацина только сменило угол от удара и вошло в грудь справа,пробив легкое.
- Не-е-ет!..-закричала я.
Одно мгновение,одно крошечное мгновение,но он увидел меня. Его глаза смотрели в мои глаза. В них была только любовь и всепоглощающая нежность. Губы сложились в слово- Лада. Это было как замедленная съемка. А потом все снова неумолимо понеслось вперед. Он откинулся назад,шлем слетел с головы и пропал в мешанине тел,волосы золотистым облаком сверкнули на солнце,и еще один блик отразился на солнце-маленький золотой крестик. Мой крестик...
- Не сберег,-прошептала я,-Не сберег,-громкий стон разбил грудь на тысячу мелких осколков.
Воздуха не было в разбитой груди,дышать было нечем. Легкое пробило копье,насадило на себя вместе с моим любимым,а сердце забыло как надо стучать. Мозг забыл,как надо убрать руку от камня. Только глаза помнили,как следить за падением рыцаря...бесконечное количество раз. Он падал пронзенный копьем,падал...падал...И я падала вместе с ним.
Тьма окутала сознание,кажется,я умерла...
До чего же я люблю лето. Особенно когда солнце светит ярко, на небе ни облачка, вокру г все зеленое. Ветерок прохладный подул , и чувствуешь живую летнюю свежесть. И по утрам просыпаешься не хмуро, в ожидании пасмурного дня, а от раннего лучика солнца, пробившегося сквозь шторы , от шелеста листвы деревьев, растущих во дворе. Окно приоткрыто, утренний ветерок свежий такой. Я бы мог вскочить, как обычно, но еще лежу, слушаю шум за окном, вдыхаю запах чего то цветущего, ароматного...
С тех пор, как я переселился из центра Питера в более спокойный, зеленый район, пробуждение стало доставлять удовольствие.
Звонок будильника на сотовом прогнал остатки сна окончательно. Я вскочил, быстро побежал в душ. , по дороге включил электрический чайник. После душа, и крепкого кофе, планы на сегодняшний день стали не такими уж и сложными, как казались с вечера. Да и вообще события последних месяцев можно назвать большой удачей. Во всяком случае, давно так все хорошо не удавалось. Сначала долгие и кропотливые исследования , которые я начинал еще два года назад, стали приносить плоды, затем я получил возможность проверить правильность своих предположений. Вообще то, стоит сказать, что это не только мои предположения . Идею о том, что необходимый нам документ находится в развалинах крепости Монфор, в водосборных цистернах, которые до сих пор остались, хотя дворец и донжон, которые находились над цистернами, уже лет четыреста, как разрушены до основания, высказывали еще в восемнадцатом веке. Несколько моих предшественников писали об этом в своих записках, хотя из за ограниченного круга посвященных, это все так и осталось на бумаге. Еще до учебы, сразу же после службы в армии, я уже начал интересоваться направлением поиска четвертой части карты Бернарда, как называли ее в нашем кругу. И вот этой весной, я вернулся из ,так называемой экспедиции с ценной находкой. Не спрашивайте, как мне удалось проникнуть в цистерны, или в то что от них осталось. Как пришлось в одиночку и незаметно для всех обследовать крепость, а особенно, как удалось вывезти найденный клочок пергамента, написанный еще в начале тринадцатого века. Просто как то удачно все сложилось. Хотя затея изначально была без шансов на успех.
Труднодоступная , выстроенная по всем правилам фортификации того времени, тевтонская крепость просуществовала около полувека. Она пережила натиск айюбидов, но не устояла под многочисленными осадами мамлюков. С тех пор крепость была брошена и больше не отстраивалась. За семьсот лет ее растащили на стройматериалы , мамлюки, турки, местные племена. Было , как минимум, два сильных землетрясения. Солнце и ветра доделали свое дело, и на месте крепости были видны только развалины, остатки стен, сторожевых башен, колонн и жилых помещений.
Опять же, на мое везение , развалины крепости стоят поодаль оживленных туристических тропинок, и мне особо не пришлось таиться от назойливых любителей древних развалин. Через неделю кропотливых поисков я предстал перед Магистром с запечатанным глиняным футляром, в котором, предположительно находилась карта.
Нет, мы не расхитители гробниц, и не индианы джонсы. Мы просто ищем то ,что принадлежит нам. И стараемся исполнить то, что нам предназначено. И законы , границы государств, которые были созданы гораздо позже того, как мы получили свое предназначение, нас не вправе останавливать. История ордена, к которому я принадлежу насчитывает почти тысячу лет, и не все в ней мне известно . Даже Магистр, который обладает высшими знаниями, не всегда может дать ответ на некоторые вопросы. Но историю последних семьсот пятидесяти лет ордена, со времен Первого Магистра Жака Монбара, я знаю очень хорошо. Этому меня учили с детства и это позволило мне зайти дальше других в моих поисках.
Звонок мобильника напомнил мне о том что день сегодня предстоит не из легких. Голос Паниковского как всегда был ровным, скучным , монотонным:
- Доброе утро , Макс. У нас все по прежнему . Объект не подает признаков жизни. В квартире ни шороха, слышен звонок мобильника, на который не отвечают. Шакалов поблизости не обнаружено, датчики движения молчат. Мне войти, или сам приедешь? - Паниковский, как всегда на высоте. Он занимается наблюдением, безопасностью и расследованиями в ордене. Паниковским его прозвали как то за то что он изображал слепого с тростью, на одном из заданий. Прозвище прицепилось, и с тех пор никто не называл его по имени. Даже Магистр.
- Да придется мне. Мало ли что , а у меня легенда готовая есть. Буду через полтора часа. Наслаждайся пока прелестями маленького городка.
- Уж насладился под завязку. Городок маленький, приходится крутиться, чтобы не примелькаться .
- Ничего, зато если шакалы появятся, сразу видно будет. До встречи .
Время у меня есть. До Кронштадта добраться успею. План у меня неплохой , если все пойдет как задумано, то мы на пороге больших открытий.
Вернувшись в Питер из поездки, я попал в царящую в ордене суматоху. В мое отсутствие было совершено нападение на главное хранилище. И случилось то, чего не случалось уже сотни лет. Камень был украден . Похитители, два охотника пытались скрыться , уходя по крышам. Они уже почти было ушли, но Паниковский, как всегда был на высоте. Пока тревожная группа гнала охотников по крышам, он погнал наперерез, вырубил одного, а другого поймал когда он уже почти скрылся в парке. Но Камня при них не нашли. Видно, скинули по дороге. Два дня все кого можно было собрать, прочесывали окрестности, а потом Паниковский установил всех прохожих и шатавшихся в то время, и , через некоторое время выяснил, что Камень находится у Князевой Лады, двадцати пяти лет, незамужней, проживающей в Питере неподалеку от места погони за охотниками. Причем, как выяснил Паниковский, Лада была совершенно посторонним человеком, не связанной ни с орденом, ни с охотниками. Но Магистр имел по этому поводу иное мнение. Камень к совершенно посторонним людям не попадает, считал он, и если Камень попал к ней то она уже не посторонняя
С этого момента, Лада стала нашим объектом, а через четыре часа после моего возвращения Магистр поручил мне вести все дела, связанные с объектом. Причем , все местные отделения ордена переходили в мое подчинение. Ничего подобного раньше не случалось. Я был доволен собой и горд с одной стороны, но с другой стороны пришлось нам пометаться и днем и ночью. Сначала все было спокойно, но затем Лада стала внезапно перемещаться и исчезать из поля зрения. Видимо Камень начал как то воздействовать на нее, и понятно, что это ее как то напугало. Кроме того на горизонте появились охотники. Мы специально не отпускали наших пленников, чтобы они не сообщили своим подробности, и это дало нам запас времени, но охотники все же вышли на Ладу. Благодаря усилиям Паниковского, который вычислял охотников , стоило только им появиться неподалеку, и группе, дежурившей круглосуточно нам пока удавалось держать их на расстоянии, и предотвращать попытки похитить Ладу или Камень.
Я сел в свой видавший виды Гольф, выехал из двора, и покрутился немного , чтобы убедиться, что за мной нет никого, и направился в сторону Кронштадта. По дороге я остановился на заправке , а затем возле киоска с пирожками. Не то чтобы я так сильно люблю пирожки, но мне покоя не давала серебристая Тойота . А когда я увидел ее за собой на дамбе, то понял, что следят за мной давно и очень хорошо. На хвост сели не в Питере, а уже на шоссе. Свежий ветерок с залива немного успокоил меня, и я решил, что лучше держать этих шакалов на виду, чем не иметь представления , где они находятся.
Сегодня по плану день контакта с объектом. Нормальным языком это означает, что мне надо каким то образом заговорить , познакомиться с Ладой, и постараться узнать, насколько на нее воздействовал Камень , а также, насколько она готова к восприятию совсем необычной информации.
Недавно я допустил ошибку. В кафе, когда передавал инструкции дежурному наблюдателю, Лада бросила на меня взгляд. И самое неприятное было то, что она обратила на меня внимание. Не знаю, что ей показалась, но она отшатнулась и выбежала из кафе почти бегом, и вид у нее был, будто испугалась чего. Я немного расстроился. Все же думал, что на девушек моя внешность действует по другому. Особенно, на таких привлекательных.
Вот и Кронштадт. Мне нравится приезжать сюда. Люблю маленькие зеленые города. А здесь еще и море. Наконец я подъехал к тому месту , где находился Паниковский. Он всегда был в квартале от объекта, но в курсе был всегда. В руках он держал свой любимый Эйч Пи, напичканый программами, которые соединяли его с многочисленными камерами, датчиками, сигнализаторами, а иногда и взрывателями. Он сразу перешел к основному:
- Макс , дело принимает нехороший оттенок. С вечера я не слышал ни одного шума, не зафиксировано ни одного движения. Думал, утром проснется, хоть в туалет пойдет, а датчик шума на унитазе не реагирует. Человек не издает звуки только в двух случаях, если он умер, или если он Чингачгук. Она, точно не Чингачгук. Ты бы поторопился. Там снаружи Роман крутится, я ему собачку подогнал, типа выгуливает. Если что, он прикроет.
- Я пожалуй так и сделаю. У меня есть запасная легенда. Какое то время я смогу протянуть на ней. Скажу, родственник ее подруги. Время поджимает, мало ли что.
Я уже двинулся в сторону двора, и вспомнил:
- Да, там за мной двое на Тойоте прикатили. Присмотришь за ними?
- Я видел. Вон они ,на скамейке , за детской площадкой. Забудь, я разберусь.
Я удивленно покачал головой, за время разговора, Паниковский даже взгляда не бросил в ту сторону.
Вот , наконец, нужный мне двор. Несколько красных кирпичных домов, я иду с видом человека, идущего в знакомое место. Возле дома я чуть не поперхнулся . Напротив, со страшно замученным видом прогуливался Рома. Впереди него резво бежал маленький французский бульдог с обрубленным хвостом и красным бантом.
Зайдя в подъезд, я быстро поднялся на нужный этаж, прислушался и достал связку заготовок для ключей. Нужная была уже подобрана и обточена под мастер ключ. Затем я засунул в скважину тонкую проволочку, затем заготовку. Ударил тяжелым набалдашником перочинного ножа, провернул и дверь открылась. Цепочки нет, очень приятно. В темной прихожей не стал задерживаться и зашел сразу в комнату. Душный воздух просигналил, что что то не в порядке. Окна закрыты, шторы задернуты. В полумраке на большом кресле кто то лежит. Я быстро подбежал к окну, раздвинул шторы и открыл окно. Взгляд упал на журнальный столик. На нем валялся разбитый стакан, вода из него растеклась по столу. В глубине кресла, сжавшись в комок, без движения лежала Лада. Бледное изможденное лицо было безжизненно. Веки чуть приоткрыты, но зрачки закатились. Я бросился проверять пульс и дыхание. Нашел жилку на шее . Есть. Пульс слабый, дыхание тоже. Подхватил перенести ее на диван, и казалось не почувствовал веса. Еще раз проверил дыхание, кажется стало более ровным. Достал мобильник , нажал в скором наборе тройку.
- Вениамин Сергеевич? Срочно собирайте экстренный чемоданчик, вызовите такси и срочно в Кронштадт. Рома вас встретит. У нас пациентка без сознания... Пока не знаю. Пульс есть . Дышит ровно.
Затем набрал Рому:
- Рома, бегом к Паниковскому, там возьми мою машину, поезжай в центр, встреть Вениамина Сергеевича, вези его сюда. Паниковскому скажи, что после врача везем ее ко мне. Пусть делает что хочет, но шакалов с хвоста сбросит.
Все. Теперь остается только ждать. Я присел рядом с Ладой, поправил ее упавшую руку, и тут заметил на кресле Камень. Поискал глазами сумочку Лады, нашел ее тут же рядом с креслом, положил в нее камень, и снова присел возле нее , глядя на тонкую жилку на бледной шее. Она еле заметно пульсировала.
Темно,вокруг темнота без единого проблеска. Я плыла в этой темноте. Темнота и покой,это все,что я ощущала. Наверное,мне было комфортно...сложно сказать,у меня не было мыслей,не было чувств,не было эмоций и желаний. Было только ощущение темноты и покоя. Вечность окружала меня и мне было хорошо. Или я просто ощущала,что мне хорошо. А потом меня понесло невидимым потоком. Где-то далеко был свет,и меня выносило к этому свету. Почему-то мне это не понравилось. Ощущение покоя рушилось,темнота рассеивалась,и у меня появилось первое чувство-недовольство. Я не хотела,чтобы меня несло,я не хотела,чтобы темнота закончилась. Но меня нес невидимый поток,и я ничего не могла с этим поделать. Появились какие-то звуки. Кажется,это были голоса. Они что-то обсуждали. Почему-то я решила,что говорят обо мне. Меня вынесло-таки на свет. Там был туман. А в тумане плавали лица. Они были странные. Расплывались и собирались вновь в единое целое. Меня о чем-то спросили. Это мне тоже не понравилось. Глупцы. Зачем нужен свет,зачем нужны слова,когда есть темнота и покой,и вечность. Невидимый поток отхлынул назад,и я поспешила за ним. Он уносил меня от света,от голосов и плавающих лиц. Я все больше погружалась в темноту и все больше ощущала,что счастлива...
... Веки тяжело дрогнули,но поддались и поднялись. Я посмотрела на то,что мне показали глаза. Светлые стены...Перед глазами все плыло. Я закрыла их и снова открыла. Какие-то мысли стали появляться в голове,очень медленно и со скрипом,будто кто-то поворачивал проржавевшие шестеренки. Я лежала на кровати,на какой-то неизвестной мне кровати. Рядом стояла стойка с бутылочкой...капельница,лениво отметила я. Попробовала повернуть голову и тут же снова все поплыло перед глазами. Пришлось вновь их закрыть. Я полежала так,пытаясь понять,где я,и что со мной. Почему-то это не получалось. Я ничего не могла вспомнить. Потом в голове всплыло слово-камень. Я удивилась,к чему бы это? Но тут же к этому прибавился яркий солнечный свет,люди на лошадях и в латах. Потом в памяти всплыло лицо...и я все вспомнила. Что-то задрожало внутри,что-то надвигающееся с неотвратимостью,с которой летели навстречу друг другу две живые лавины. Это что-то было все ближе и ближе. Смяло ребра,снесло легкие и сердце,поднялось к горлу и я закричала. Просто закричала,вложив в этот крик все свое горе и всю свою боль:
- А- а- а!!!
Слезы хлынули неудержимо и яростно,словно вздувшаяся от весеннего половодья река,круша на своем пути все плотины. Я рыдала в голос,это единственное,что я могла сейчас делать.
Кто-то склонился надо мной. Этот кто-то схватил меня за плечи и начал трясти. Я не могла посмотреть,кто это. Я билась в истерике. Мужской голос пробивался ко мне в сознание:
- Лада,что с вами?Лада! Вы меня слышите,Лада? Посмотрите на меня! Ну,скажите же хоть что-нибудь! Лада!
Я не хотела ни на кого смотреть,я не могла остановить поток слез. Кто-то еще появился рядом. Тот голос,который звал меня что-то кричал тому,который появился позже. Чьи-то пальцы сжали мне руку,и я почувствовала боль от укола. Я возмущенно дернулась Голова моя повернулась,и я распахнула глаза. Рядом со мной стоял мой рыцарь,в его глазах была тревога. Я попробовала протянуть к нему руку,но все куда-то рухнуло,и я погрузилась в сон.
Когда я снова открыла глаза,кто-то сидел рядом с кроватью,положив голову на скрещенные руки. Реальность вновь вернула мне воспоминания,и слезы снова прорвались наружу,не дав удивиться тому,где я,и кто сидит рядом. Мужчина моментально поднял голову и сел на кровать,приподняв меня. Он позвал меня,и я узнала этот голос. Теперь мне почему-то легче было взглянуть на него. Только слезы мешали мне рассмотреть мужчину,они застилали взор мутной пеленой. Я моргнула,протерла глаза и посмотрела на него снова. Кажется,рыдание застряло в горле,мешая вздохнуть полной грудью. Я мотнула головой и снова посмотрела...
- Нет,этого не может быть,-выдохнула я,-Этого не может быть...Я же видела,как ты ...
Это был бред,не иначе. Невозможно голубые глаза смотрели на меня внимательно и тревожно. Я подняла руку,она почему-то плохо меня слушалась и дрожала. Я коснулась его лица,оно было гладко выбрито,потом провела рукой по волосам. Когда же он успел подстричься,где эти чудесные золотистые локоны? Я прижалась к нему,вдохнула его запах,но не узнала его. Все равно,чтобы это не значило,он был рядом. Я взяла его голову непослушными руками и еще раз посмотрела в эти глаза,глаза,которые могли поспорить с небом своей синевой.
- Любимый мой,-прошептала я,-ты живой,Рауль...
И я поцеловала его. Его губы приоткрылись, но он не сразу ответил мне. А когда ответил,его поцелуй был нерешительный,будто он целовал меня в первый раз,он был...чужой. Я оторвалась от его губ и снова посмотрела в глаза:
- Рауль?-что-то было не так.
- Я не Рауль,-ответили до боли знакомые,но чужие губы.
- Не может быть,-воскликнула я,-я не могу ошибаться. Я никогда не спутаю тебя...
Я осеклась. Я стала внимательно всматриваться в того,кто был так похож на Рауля. Это был он и не он одновременно. Я не хотела верить,что это не он. Слишком хорошо я знала эти глаза...и я совсем не знала ЭТИ глаза,которые сейчас смотрели не меня. В них читалось недоумение и любопытство одновременно. У него не было меча,у него не было доспехов. Его волосы были подстрижены совершенно по современному. И главное,он говорил на чистом русском языке. Да,что же это. Кому надо так издеваться надо мной? Кто придумал эту злую шутку? Почему на чужом человеке было лицо моего любимого?! Слезы снова готовы были прорваться. Я как могла пробовала держать себя в руках,но это плохо получалось.
- Кто вы?-дрожащим голосом спросила я.-Где я и как сюда попала?
На его лице было явное облегчение. Наверное,к этим вопросам он был больше готов.
- Мне жаль,что я не тот,за кого вы меня приняли. Меня зовут Максим. Я был вынужден зайти к вам в дом,вы два дня почти не подавали признаков жизни,а на третий день затихли совсем. Мы были напуганы этой тишиной.
И он рассказал,как вскрыл дверь,как нашел меня в кресле чуть живую. Рассказал,как приехал врач и ввел мне какое-то лекарство,от чего я открыла глаза,но тут же опять потеряла сознание. Потом меня перевезли в Питер,и сейчас я находилась у него в квартире под постоянным наблюдением. Он рассказал,что забрал камень вместе со мной,и что теперь артефакт в безопасности. Почему-то упоминание о камне не вызвали у меня живого отклика в душе. Но меня охватило беспокойство, почти ужас. Кроме камня у меня было то,что сейчас мне казалось наиболее важным. Важнее камня и важней вопроса о тех,под чьим наблюдением я находилась. Кое-что лежало в моей сумочке. Этот Максим говорил,что положил камень в мою сумочку,а вдруг он на шел и это!Или просто выбросил сумку,как только забрал камень. Я похолодела.
- Где моя сумка,куда вы ее дели?-спросила я.
- Она здесь,-он был явно удивлен.-Вы хотите,чтобы я вам ее дал?
- Да,хочу,сейчас же хочу.
Он встал и прошел в другой конец комнаты. Я следила за ним взглядом. Он открыл нижнее отделение стеллажа с книгами и достал мою сумочку. Когда он подавал ее мне,мои руки дрожали еще сильней. И мне казалось,что это было не из-за слабости,меня охватило волнение. Я открыла сумку,потом внутренний карман и выдохнула с огромным облегчением. Он был там. Подарок моего любимого. Я достала перстень и одела на палец. Максим внимательно следил за моими действиями. Когда массивное кольцо было на моем пальце,он вгляделся в него и побледнел. В его глазах было настолько сильное изумление,что я на мгновение забыла о своем горе.
- Откуда это у вас?-спросил он выдохнув.
- Это подарок Рауля,-ответила я,не задумываясь ни на минуту,что он не понимает о ком я говорю...или понимает? Он подарил мне его,когда мы виделись с ним в последний раз,перед тем как...как он погиб...
Дыхание перехватило подступившее рыдание. Я подавила его и с вызовом взглянула на Максима. Отдавать это я не собиралась никому. Максим был в состоянии близком к обмороку,но он быстро пришел в себя. Дальше он сделал то,от чего у меня отвисла челюсть. Он встал передо мной на одно колено,взял за руку,где был одет перстень и прижался к нему губами. Потом он встал,склонил голову и сказал:
- Наконец-то мы вас дождались,Главный Хранитель Камня,приветствую вас от лица всего Ордена.
- Кто бы мог подумать...-тихо буркнул он себе под нос.
- Главный кто?-кажется,я сейчас опять потеряю сознание...
Не думал я, что увижу Магистра таким взволнованным и раздраженным. Он двадцать раз заставил повторить все события в малейших деталях. Ему, возможно, хотелось меня отчитать со всей строгостью, но ситуация вышла из под моего контроля не по моей вине. Просто события повернулсь так, что никто из нас не мог ничего поделать. И искать выход придется ему, Магистру Ордена Хранителей Камня. Хотя, интуиция подсказывала, что большая часть поисков падет на меня, но решать то придется все равно ему . Это было единственным моим утешением. Ситуация действительно непростая, и требует полного переосмысления.
Теория о существовании Тайного Главного Хранителя возникла еще в средние века, и основывалась на письме Рауля Монбара, которое было вместе с Камнем в свертке, переданном его брату Жаку Монбару , первому Магистру Ордена, которого мы знаем. В письме было сказано, что кольцо Главного Хранителя передано в надежные руки , тому, чья жизнь накрепко связана с Камнем. Поэтому первые Хранители посчитали что есть Главный Хранитель, который ждет назначенного времени, чтобы явиться перед братьями ордена , когда они будут готовы.
А теперь, когда выясняется, что кольцо находится у совершенно посторонней молодой, красивой девушки, лежащей без сил в моей кровати, и рассудок не спешит к ней возвращаться. Магистр был вне себя от сознания этой ситуации, хоть и старался не показывать этого. А еще он полностью отказывался верить в какую то связь между Ладой и Раулем Монбаром, он называл ее слова больным бредом и случайным совпадением. Я же утверждал, что ясно и четко слышал как Лада, обращаясь ко мне , сказала: "Рауль..." . И, по моему мнению, это не могло быть совпадением, и имеется, какой то другой Рауль, ее хороший знакомый. Я придерживался сумасшедшей версии, что Лада имела ввиду именно Рауля Монбара. Почему она обратилась при этом ко мне, я внятно объяснить не мог. Конечно же, я родился в семье, которая принадлежала к ветви рода Монбаров, но с тех пор как мои предки, мальтийские рыцари, после захвата Наполеоном Мальты, присягнули на службу императору Павлу Первому, приняли православие и осели в Питере, многое изменилось ,и черты рода, скорее всего смешались и размылись. Скорее всего это было вызвано видением, возможно под действием Камня.
Во всяком случае скоро я все это выясню. Лада, похоже , приходит в себя. Еще не очень разговорчива , и совсем мне не доверяет, но состояние ее стабильно, реакции адекватны, на языке врачей это называется: можно выписывать. Пожалуй, пора провести с ней ознакомительный экскурс, рассказать об ордене и о Камне. Думаю, завтра с утра этим и займусь. Я уже начал представлять себе, какой улыбкой я буду ее располагать к себе и очаровывать интригующими рассказами, как раздался звонок .
Звонил Паниковский .
- Макс, у нас ЧП. Я вчера говорил же тебе, что за гаражами постоянно кто то прячется. Я тогда еще проверил там все на предмет бомжей, алкоголиков . А сегодня постоянно там кто то слонялся . Я послал Рому проверить еще раз и через двадцать минут , когда не получил от него ответа пошел сам узнать . Кто то шарахнул Рому по темечку чем то тяжелым. Голову не разбили, так, сотрясение небольшое. Я сразу засек, как кто то по тропинке в кусты прыгнул. Я за ним, вызвал на бегу Вадима с Лешей, чтобы они у дома подстраховали. Им ехать тут минут десять. А сам пока рванул за этим прыгуном, ну а когда он запетлял и в машину на соседней улице заскочил, я понял, что провели меня. Все это для отвода глаз было. Я вернулся к дому, забежал наверх, но уже опоздал...
- Что значит, опоздал? - я еще не совсем четко сообразил, что же произошло, но нехорошее чувство уже запустило процесс выработки адреналина - Что там у вас стряслось? Лада в порядке?
- Похоже что она уже в полном порядке. Ушла. Да так быстро, что я не успел засечь куда. Вадим с Лешей прочесали все дворы, она шла пешком, во всяком случае , первое время. Ни самих шакалов , ни их следов вокруг не было замечено. Сейчас пробую засечь, в какой зоне ее телефон. Она забрала свои вещи, а телефон был в сумке, я проверял.
- Ну, вы, ребята и удружили мне...- у меня не было слов выразить, что я чувствую. Нет, слова были, но я не стал их говорить, - Ты уверен, что она ушла сама? Может ее похитили, угрожали?
- Да нет, следов взлома нет, да и не успели бы. Я всего минут семь как двор из поля зрения потерял. И шума никакого не было. На камерах наружки пусто.
- В голове у вас пусто...- не выдержал я, и тут же пожалел, что сказал. Ребята были виноваты не больше меня.
- Как скажешь...- голос Паниковского немного успокоил.
- Ладно, продолжай разбираться с телефоном, я уже еду.
День,когда я вернулась,закончился так же как и начался,в тумане. Но утром следующего дня я чувствовала себя гораздо лучше. Физически,конечно. Душевно мне было плохо как никогда. Утро я проплакала. Завтрак есть отказалась и мне поставили капельницу. Когда мне сказали,что будут кормить меня тогда таким образом,я попыталась вырвать иглу из вены. Двое мужчин не дали мне это сделать. Один из них сказал,что я добьюсь только нового укола своим поведением,а много уколов вредно.
- Да,плевать,-выкрикнула я сквозь слезы,-я не буду есть,слышите? Не буду!
- Тогда мы вынуждены будем привязать вас к постели,чтобы кормить хотя бы через вену,-ответил один из них. А второй добавил,-А еще есть питательные клизмы.
Я в ужасе уставилась на них. Клизмы? Да,что они себе вообразили?! Я не позволю себя так унижать! Я была в бешенстве. Слезы высохли в момент,я готова была их разорвать...если только они освободят мои руки.
- Но этого всего можно избежать,если вы будете есть сами. Вам нужно восстановить силы,-снова заговорил первый.
Я перестала вырываться и выдавила из себя:
- Хорошо,я буду есть сама,уберите капельницу.
- Вот и хорошо,-просиял второй.
Они вытащили иглу, отодвинули стойку с бутылочкой и помогли мне сесть повыше. Потом второй поставил мне на колени поднос. Я улыбнулась им и...швырнула в них подносом.
- Мне не нужны силы,-заорала я.-Я не хочу есть! И если кто-то посмеет приблизиться ко мне с клизмой,тому я откушу нос,ясно?!
- Вот зараза,-выкрикнул второй, потирая ушибленную подносом щеку.
- Дикая кошка,-тихо сказал первый,вытирая лицо. И мне послышалось в его голосе восхищение.
Последнее,что я помню,это иглу,вонзающуюся мне в плечо. Меня опять усыпили.
Проснулась я после обеда с тяжелой головой. Некоторое время я приходила в себя,а потом еще поплакала. Теперь к слезам горя прибавились еще и слезы жалости к себе. То,что они вроде мне не враги я поняла,но я не видела в них и друзей. Разве друзья будут делать такие вещи со мной? Друзья оставили бы меня в покое. Было чувство,что я несправедлива,но я не позволила себе обратить на него внимание. Со вчерашнего дня я не видела этого Макса,который был так похож на моего возлюбленного. Засыпала я вчера тоже с уколом,потому что билась в истерике. Тогда Макс еще стоял рядом с постелью,глядя на меня с интересом и сочувствием. Утром я оказалась в руках этих двух животных. Первого звали Паниковский,так по крайней мере его называл второй. А второго Паниковский назвал Лехой. Был еще какой-то Рома. Он топтался у дверей,когда я начала вырывать иглу капельницы,но Паниковский отправил его куда-то. Сейчас я никого не слышала,и меня это устраивало. Я все еще тихо плакала,когда в комнате кто-то появился.
Я вскинула голову. Это был Паниковский с очередным подносом. Добавки захотел,мстительно усмехнулась я. Его лицо было совершенно спокойно. Он поставил поднос на журнальный столик и подошел ко мне. Он недолго смотрел на меня. В его глазах была веселая искорка.
- Я принес вам обед,-сказал он.
- Хотите,чтобы я вас покормила,Паниковский?-ехидно спросила я.
- Меня зовут Антон,-сказал он,и мне вдруг стало неудобно. Его глаза сверкнули уже явным весельем.-Паниковский это прозвище.
- Вот и не приятно,-фыркнула я и отвернулась.
И тут меня выдернули из кровати. Я возмущенно вскрикнула и попробовала вырваться. Силы были явно не равны. Я просто задохнулась от ярости,стараясь хотя бы укусить его,что у меня тоже не получилось. Ответом был громкий смех:
- Только нос мне не откусывайте,пожалуйста,-гоготал он.
Я еще рванулась и выдохлась. Он посадил меня рядом со столиком на кресло,и я превратилась в каменное изваяние. Я надулась и решила с ним не разговаривать. Но Антон не собирался сдаваться. Он присел передо мной на корточки и посмотрел мне в глаза. Я отвернулась от него. Тогда он просто взял меня за руки. Его руки были большими и теплыми. Я дернулась,но почему-то не стала их вырывать.
- Лада,-тихо сказал он,-почему вы так враждебны?
- Потому что вы меня не оставляете в покое,-резко ответила я,но рук по прежнему не вырвала.
- Но если мы оставим вас в покое,вы погибните.
- И пусть,мне все равно.
- Так нельзя,вы должны жить. Вам еще слишком мало лет,чтобы думать о смерти.
- Я уже пережила все самое лучшее.
- Это не так,впереди лучшего еще больше,чем позади. Нужно только набраться сил.
- Да,нет ничего впереди,понимаете,нет!-крикнула я разрыдалась.-Нет,нет,нет...Его больше нет,его больше нет...-захлебывалась я слезами.
Паниковский ничего больше не спросил,он просто прижал меня к себе и гладил по голове. А я рыдала у него на плече. Глотая слова,хлюпая и плача я говорила. Меня просто прорвало:
- Я учила французский...я смотрела интернет...я поняла,где он...я любила...и он...а потом он...он...он умер...Я не могу,я не хочу без него...
Наверное,ему хотелось спросить о ком я,но он не спрашивал. Он только гладил меня по голове и шептал так,как шепчут маленьким детям. Потом я просто замерла у него на плече,когда слезы закончились и только прерывисто вздыхала. У него,должно быть,сильно затекли ноги,но он не шевелился. Только когда я подняла голову,он взглянул мне в глаза и спросил:
- Вы ведь голодны?
И тут я почувствовала,что мой желудок приклеился к спине. Первый раз за несколько дней я поняла,что безумно хочу есть. Облегчение и голод,вот что я сейчас чувствовала.
- Я хочу есть,-кивнула я,и Пониковский вздохнул с облегчением.
- Тогда я должен все подогреть,-сказал он,-еда остыла.
Он взял поднос и вышел из комнаты. Но очень быстро вернулся и забрал меня с собой. На подгибающихся ногах,поддерживаемая рукой Антона,я заковыляла из комнаты. Как оказалось,мы шли на кухню. В конце коридора у входной двери стоял неизвестный мне молодой мужчина. Он не двинулся с места,когда мы вышли из комнаты. Я поняла,что это охрана.
- Вас и камень надо охранять,-не глядя пояснил Антон,и я немного удивилась. Он смотрел вперед и не мог видеть,что я бросила взгляд на мужчину у двери.- Вы здесь в полной безопасности.
Когда он подогревал мой бульон,я спросила:
- От кого нас с камнем надо защищать?
- От шакалов,-ответил он не глядя на меня.
- А подробней?
- Скоро вернется Макс и все расскажет,если посчитает нужным сейчас это рассказать,-ответил он,стараясь закончить разговор,но тут же мягче добавил.-Вам нечего бояться,Лада,здесь ваши друзья. Просто вам надо очень много всего узнать,а вы еще слабы. И физически,и психологически.
Это объяснение меня удовлетворило на данный момент. Я действительно была слаба во всех смыслах. Потом я поела. Сначала ложка выпадала у меня из рук,и Антон помог мне. Похоже ему нравилось быть папочкой. Я даже ему улыбнулась.
До вечера время прошло более плодотворно. Я немного поговорила с Антоном ни о чем. Потом он помог мне дойти до другой комнаты,где был телевизор. Я смотрела его,когда пришел Максим. Он первым делом заглянул в ту комнату,где я спала. Потом раздался тихий разговор,и он вошел туда,где я сейчас была.
- Здравствуйте,Лада,-поздоровался он.-Как вы себя чувствуете?
- Живая,-коротко ответила я.
- И это главное,-весело сказал он и сел рядом.
Я боялась смотреть на него. Меня тянуло посмотреть,но я изо всех сил старалась этого не делать. Очень уж тяжело было видеть такое родное лицо на чужом человеке. Макс пытался разговаривать со мной,но я отвечала кратко и не всегда. Я была и рада поговорить с ним,ведь ему было,что рассказать,но я не могла с ним разговаривать. Голос его тоже был похож на голос Рауля,но с другими интонациями. И это тоже делало больно. И я все время думала,почему же они так похожи?
- Я вам неприятен,Лада?-похоже он был искренне расстроен.
Я заставила себя повернуться к нему. Уголки его губ слегка опустились вниз,в глубине глаз затаилась грусть. Он был такой трогательный. И он был так похож...Я подняла руку и погладила его по щеке. Потом порывисто вздохнула и отвернулась. Справившись с подступающими слезами,я вновь повернулась к нему.
- А где мой телефон,-спросила я,чтобы сменить тему.
- Он в вашей сумке,я принесу.
Макс вышел, но через минуту вернулся. Он передал мне сумочку,и я достала телефон. Конечно,он был давно и безнадежно разряжен. Тут я первый раз подумала про Маринку. Она ведь,наверное,обыскалась меня. Мне стало стыдно.
- У вас нет подходящей зарядки?-спросила я.-Мой телефон умер.
Максим взял телефон в руки.
- Есть зарядка,-сказал он.-У Лехи такой же телефон.
- А он мне не даст,-хихикнула я,сама от себя этого не ожидая.
- Почему?-удивился Максим.
- А я его сегодня обидела,-и мне стало вдруг весело,когда я вспомнила,как запустила поднос в него и в Паниковского.
- Любопытно,-Максим был удивлен. Похоже этого эпизода он еще не знал.
Я посоветовала спросить Антона,что удивило Макса еще больше,и он вышел из комнаты. После он вернулся с зарядкой для телефона и смеющимися глазами. Я взяла зарядное устройство,поблагодарила и снова закрылась в себе. Макс пытался разговорить меня,но мне вновь было страшно на него смотреть. Единственное,что я спросила у него,так это,где мой камень.
- В безопасности,-ответил он.
- Он здесь?
- Да,в сейфе в этой комнате.
- Я хочу его взять,-сказала я.
Макс коротко взглянул на меня,потом кивнул своим мыслям и сказал так тихо,что я еле расслышала:
- Главный Хранитель имеет полное право на то,чтобы взять Камень.
Меня вновь покоробило то звание,которым он меня наградил. Макс открыл бар,где-то нажал,и задняя стенка отъехала. За ней был сейф. Максим набрал шифр и принес мне камень. Я не сразу его взяла. Сама не понимала зачем он мне нужен. Но через мгновение я его взяла. Камень знакомо скользнул в руку. Я сжала пальцы,но ничего не произошло. Камень не грелся,не покалывал,не пульсировал. Он молчал. Будто жизнь покинула его. Или он больше меня не признавал. А может он просто уже все мне показал. Я нахмурилась.
- Что такое? -спросил Макс.
- Он не работает. Он как телефон,будто разрядился и не работает,-сказала я.
- А что вы раньше чувствовали?-он был заинтересован.
- Ничего такого,-буркнула я. Мне стало неловко,но раздражение начало брать верх. Какое ему дело до моих отношений с камнем?!-Я хочу полежать. Камень я возьму с собой. Если не возражаете.
- Нет,если вы хотите взять его с собой,я возражать не буду. Но выносить вы его не должны. Из дома.
- Можно подумать,что я сама могу отсюда выйти,- ответила я,думая об охраннике у дверей.
Я встала,сделала пару шагов,но тут же покачнулась. Нет,идти мне рановато,может завтра. Я вновь села. Макс попытался меня поддержать. Я отпрянула. Кажется,вышло очень враждебно,даже брезгливо. Но я боюсь своей реакции,если его руки коснуться меня,и я почувствую его тепло.
- Позовите,Антона,пожалуйста,-попросила я.-Пусть он мне поможет.
- Хорошо,-ответил Максим. В голосе чувствовалась обида.
Макс ушел,и вскоре появился Антон. Он помог мне встать и довел,но в его взгляде был укор. Антон уже почти вышел из комнаты,но вернулся и спросил:
- Почему вы не дали Максу помочь вам? Он ведь друг.
- Я не хочу,чтобы он меня трогал,-ответила я.
- Почему?
Я не могла ему ответить и промолчала. Паниковский подождал немного,а потом повернулся и вышел. Я легла. Камень занял свое привычное место,у меня под подушкой. Я постаралась не думать о том,что я похоже разочаровала своего нового друга,который был со мной так добр,но я не могла ему объяснить,почему я так боюсь прикосновений Максима. Мне удалось переключиться на камень. Я попыталась подумать, зачем я попросила камень? Я не хотела больше его брать в руки,что он мне еще может показать? Рауля-то больше нет...или есть? А вдруг я могу начать смотреть все заново?! Меня обдало волной жаркой надежды,и лоб покрылся испариной. Поколебавшись,я взяла его в руки. Я поднесла его к глазам и начала рассматривать,будто в первый раз видела. Он молчал. Грани были безжизненны и холодны. Я снова взвесила камень на руке как когда-то давно,где-то тысячу лет назад. Вес он не потерял,даже стал тяжелей. А может я стала слабее. Но надо признать,силы ко мне возвращались. Мне было лучше. И все-таки я не решилась попробовать вызвать видение,потом. А может камень и молчит поэтому? Может он останется нем,пока я вновь не буду готова? Пока не наберусь сил. Камень вернулся под подушку. Через час мне принесли ужин. Упорствовать я не стала. Съела все,что мне принесли. Даже показалось вкусно. После ужина я немного походила по комнате,постояла у окна. Недолго,правда,потом пришлось сесть на подоконник. И все же мне явно становилось лучше,это даже радовало. У меня появился стимул,может я смогу вернуть свои прежние видения. Тогда Рауль снова будет жив. То,что он был мертв за много веков до нашей встречи,мне даже в голову не приходило,потому что он жил параллельно мне. И умер всего несколько дней назад. Периодически слезы копились где-то в горле,но мне удавалось их проглатывать. Все же меня сумели выдернуть из омута моего горя. И потом во мне поселилась надежда. Что-то мне подсказывало,что наши желания:мои и моих новых знакомых,расходились в самой начальной точке. Ладно,пока я чувствую себя в безопасности, и за это уже можно сказать им спасибо. Я почувствовала,что меня клонит в сон,и я перебралась на кровать. Вскоре я уснула,даже не заметив,что привычно сжала камень в руке. Но камень молчал.
Я проспала всю ночь без всяких успокоительных. Не помню,что мне снилось и снилось ли вообще. Но утром я себя чувствовала почти в норме. Сама прошла на кухню. Там никого не было,охраны у дверей тоже,но недолго. Я услышала шаги,и поняла,что охранник вернулся на пост. Шарить по чужому холодильнику было неудобно,но есть хотелось жутко. Я налила себе воды жадно осушила стакан. Голод это не утолило. Потом я посмотрела на часы. Они висели на кухне. Была половина седьмого. Ого,конечно,мой завтрак еще и не готовился.
Тут я вспомнила,что поставила телефон заряжаться в той комнате,где был телевизор. Я прошла туда. Переступив порог я остолбенела. Комната была не пуста. На диване,где я сидела перед телевизором,спал Макс. Он ровно дышал. Одна рука свесилась с дивана и безвольно касалась пола. Вторая была закинута за голову. Легкое покрывало тоже на две трети сползло на пол. Мускулистое крепкое молодое тело обнажилось. Первые лучи солнца падали на грудь. Я прерывисто сглотнула. Он был великолепен. Несколько раз я видела спящего Рауля. Они и здесь были похожи,но гораздо меньше,чем во время бодрствования. И тело Макса было крепче. Фигуры похожи,но Рауль не имел таких бугров мышц. Макс постоянно занимается,мелькнуло у меня в голове. Я наконец отмерла,сглотнула и двинулась к телефону. Он все еще был подключен к зарядному устройству. Мне было страшно его разбудить. Не ловко,если он увидит меня крадущейся на цыпочках в его комнате. Я почти не дышала. Под ногой скрипнула половица,Макс вздохнул и повернулся на живот. Теперь моему взгляду открылась спина. Атлетически красивая,кожа чистая и загорелая. Покрывало практически совсем сползло. Оно прикрывало только ягодицы. Но не могло скрыть их округлую упругость. Я снова сглотнула. Неожиданно почувствовала,что на меня накатывает возбуждение. Это испугало меня так сильно,что я буквально вырвала вилку зарядки из розетки и выбежала из комнаты со спящим Максимом. Я вбежала в ту комнату,где жила я и захлопнула дверь. Потом кинулась на кровать и зарылась лицом в подушку. Меня лихорадило,тело сотрясала легкая дрожь. Перед глазами стояло великолепное тело и никак не удавалось избавиться от этого наваждения. Тут послышался звук открываемой двери,и до меня донесся голос Антона. Это отвлекло меня. Я даже вздохнула с облегчением. Тут же вернулось чувство голода. Похоже на Антона у меня уже рефлекс. Антон-еда. Он заглянул ко мне в комнату посмотреть как я и пожелать доброго утра. Я как раз включала телефон.
- Доброе утро,Лада,как вы?
- Доброе утро,Антон. Хочу есть,зверски,-ответила я.
- О,это мы мигом,-заулыбался он и ушел на кухню.
Я со своим телефоном пошла за ним. Когда Паниковский увидел меня входящей на кухню,он улыбнулся и одобрительно кивнул. Я устроилась за столом и занялась чтением смс,которых пришло сразу целая куча. Все были от Маринки. В первых сообщалось,что она звонила. Звонков было несколько. Потом пошли ее сообщения. Текст в каждой был все более эмоционален. Если в первых был только вопрос о том,где пропала,то в последней она написала: Князева,я тебя убью,если ты еще жива! Потом снова шли звонки,звонки,звонки. Я нахмурилась.
- Что случилось?-спросил Антон.
- Маринка,-ответила я,-она меня искала. Надо ей отзвониться,волнуется же.
- Это ваша подруга? Та,с которой вы были,когда шакалы пытались вас увести,а она подняла крик?
- Да,а откуда вы?...-я изумленно взглянула на него.-А,так это вы нам помогли?
- Да,-коротко ответил Антон.-Позвоните и скажите,что живы и здоровы. Она хорошая девушка.
Да,мне она тоже нравилась. Лучшая подруга,даже возразить нечего. Не знаю,чтобы со мной было,если бы не она. Я набрала номер Маринки. Ответом были гудки.
- Наверное,звук отключен или подойти не может. Позже перезвоню.
- Правильно,рано еще. Все-таки суббота.
- Сегодня суббота?-я вдруг поняла,что потеряла счет дням.
- Суббота. А вот и ваш завтрак,Лада. Приятного аппетита.
И на столе передо мной появилась тарелка с овсянкой. Я взяла ложку и начала есть. Это была самая вкусная каша,которую я когда либо пробовала. Клянусь вам! Одно из двух:или Антон отличный повар,или я так оголодала. Наверное,и то,и другое.
Поев и выпив чай,я снова заговорила с ним.
- Антон,я хотела бы принять ванну и переодеться. Чувствую себя отвратительно. У меня есть чистая одежда?
- Есть. Мы забрали ваши вещи. Одежда в шкафу в вашей комнате. Хотите сейчас пойти в ванную?
- Да,если можно.
Антон показал мне,где,что находится и вернулся к своим делам. Я взяла одежду и пошла мыться. Но ванная была занята. Пришлось ждать. Это вызвало легкое раздражение,в душ хотелось сильно. Когда вода затихла,я снова была под дверями ванной комнаты. Оттуда вышел Макс. Вокруг бедер намотано полотенце,капли воды кое-где покрывали кожу. Чистые голубые глаза смотрели приветливо.
- Доброе утро,Лада,-сказал он.
- Доброе утро,-ответила я и юркнула в ванную,поспешив закрыть дверь. Сердце колотилось.
Что же это такое в конце концов?! Я разозлилась на себя,на Максима и даже на Рауля. Как смел Макс иметь лицо Рауля,зачем умер Рауль,и почему я так реагирую на Макса? Его влажное чистое тело стояло перед глазами. Первым делом я включила холодный душ. Ледяные струи обожгли кожу,я пискнула и стало легче. Потом прибавила горячей воды и,наконец,вымылась с удовольствием. От чего состояние мое улучшилось в десятки раз. Потом я,насколько это возможно в мужской квартире,привела себя в порядок. Косметику мою они не взяли. За это им жирный минус,как и за парфюм. И все-таки мне было хорошо. С одеждой тоже были проблемы. Я жутко исхудала за эти дни,теперь одежда висела на мне как на вешалке. Подобрала я только маячку и спортивные шорты,в пояс которых был вставлен шнурок. По тому они на мне держались. Да,так худеть я никогда не хотела. Неожиданно я увидела резинку для волос. Наверное,оставила какая-нибудь подруга Макса,это ведь его квартира. Еще более неожиданным стал укол ревности и злости на Максима. Но я взяла себя в руки и использовала резинку по назначению. Когда я вышла из комнаты,Максим уже был на выходе из квартиры. Он повернул голову,задержал на мне взгляд,осмотрев с ног до головы. А потом отвернулся и вышел. Я хмыкнула и пошла на кухню. Там никого не было. Антона я нашла в третьей комнате. Он что-то говорил Роману. Эта комната,точнее один ее угол напоминал шпионский центр. Несколько мониторов,пара компьютеров,еще какие-то приборы. Оба смотрели на экран. Я не стала им мешать и тихо вышла из комнаты. Побродив по квартире,я нашла книгу,детектив. С ней я и уединилась. Не знаю,сколько я читала,но книга захватила меня,наверное,часа два-три я не отрывалась от детектива.
Незаметно подошло время обеда. Меня позвали. Когда я вышла на кухню,Антон снова одобрительно улыбнулся. Но он не стал со мной сидеть и снова ушел в третью комнату. Я мыла посуду,когда услышала,что кто-то ушел. Это был Роман.
Вернувшись в комнату я вспомнила,что Маринка мне так и не перезвонила. Она не могла не видеть,что я ей звонила. Обиделась,наверное,подумала я и снова набрала ее номер. Гудки опять были долгие. Когда я уже хотела нажать отбой,на другом конце мне ответили. Точнее там молчали. Просто по экрану было видно,что связь есть.
- Марин,-позвала я.-Мариночка,солнышко,ты обиделась на меня? Не обижайся,я тебе все объясню. Марин!
- Привет,Лада,-мне ответил мужской голос. Его вкрадчивая интонация была мне знакома,но я не могла вспомнить,где я его слышала.
- Кто это?
- Тихо,дорогая,не кричи. Нас не должны слышать.
- Я не понимаю...
- Тихо,не спеши. Просто слушай. Пока ты отсутствовала,произошли некоторые изменения. Марина гостит у нас. Ей ничего не угрожает пока ты молчишь Мне не хочется причинять тебе боль,дорогая,но мы вынуждены были забрать твою подругу. Ты должна нас понять.
- Где Марина?
- Лада,ты умная девушка,ты ведь уже все поняла,не так ли? Ты ведь знаешь,что нам надо?
- Камень?
- Точно. Ты должна принести его нам. Тогда мы отпустим твою подругу живой и невредимой.
- Но мне не выйти из дома.
- Не переживай,малышка. Мы устроим этим сторожевым псам шоу. Слушай внимательно и запоминай. Через некоторое время они начнут суетиться. Когда квартира опустеет,хватай камень и беги. На выходе из парадной повернешь налево. Увидишь небольшой проход между домами,беги в него,там соседний двор. Увидишь черный мерин,я буду ждать тебя в нем. Запрыгивай в машину,и мы поедем к твоей подруге.
- Какие гарантии,что Марина еще жива,и что меня не убьют,когда я принесу камень?
- Дорогая,я не причиню тебе вреда,клянусь. И подругу мы отпустим. Ты готова?
- Готова,-еле слышно выдавила я.
- Тогда следи за событиями. Скоро мы увидимся.
- Да,-бросила я и отключилась. Меня била нервная дрожь,и мне было страшно.
Я забилась в угол кресла и стала ждать. Сумочка стояла рядом со мной,камень лежал в ней. Перстень лежал в потайном кармане сумочки,а я тряслась как в лихорадке. Антон заглянул в комнату. Услышав шаги,я схватила книгу. Он снова закрыл дверь и быстро вышел из квартиры. На ходу он кинул охраннику,чтобы тот был на чеку. Дверь за ним захлопнулась. Я поняла,что это то,о чем говорил мне вкрадчивый голос. Его гарантии меня не устроили,но выхода не было. Я не могла позволить им обидеть Марину. Я вышла из комнаты. Охранник был у дверей. В голове проносился вихрь мыслей,как же мне очистить себе проход? Я выглянула в окно кухни,оно выходило на гаражи. Антон выбежал оттуда и куда-то ринулся. Тут мне пришла в голову мысль:
- Что это?-закричала я.-О,Боже! Ему надо помочь!
- Что случилось?-подбежал охранник. Это был совсем молодой парень. Не вчерашний.
Я махала рукой в сторону окна. Паренек практически наполовину высунулся наружу. Я не медля ни секунды ломанулась прочь из квартиры,схватив свою сумочку,стоящую у дверей комнаты. На лестнице никого не было. Меня никто не увидел и не поймал. Я свернула налево,как мне велели,шмыгнула в щель между домами. Черный мерседес я увидела сразу. Сумка очень сильно оттягивала плечо. Я поправила ее и пошла быстрым шагом к машине. Дверь распахнулась,когда я была на подходе. Я села в машину,и она тронулась. Я повернула голову. За рулем сидел Андрей. Он улыбнулся и подмигнул.
- Ну,вот видишь,дорогая,ты все-таки едешь со мной. А я уже извелся,пока дождался этого...
Когда я вернулся домой, Леша с Вадимом уже прочесали всю территорию вокруг дома, но никаких следов не нашли, и теперь сидели на скамейке во дворе. В квартире Рома сидел с зелено серым лицом, Паниковский колдовал в своем коммуникаторе и выговаривал охраннику , который оставался в квартире:
- Ты, Миша, вроде бы взрослый парень, и даже расписываться в платежных ведомостях умеешь самостоятельно. А девчонка провела тебя как последнего постового милиционера. А если бы она сказала, сейчас отсюда вылетит птичка? Тоже бы стоял и глазел? Тебе то что, стоишь, глазами хлопаешь, а мне шеф сейчас промывание мозгов через прямую кишку делать будет... Привет, Макс, сам знаю, обделался по самое некуда. Но я сейчас вычисляю, где телефон Лады находится. Если не выключила, сейчас отследим.
- Давай, вычисляй скорее, шакалы сейчас все концы в воду упрячут. Проверь, звонила ли она кому, входящие , исходящие, кто ей мог помогать.. Ну ,не сама же она так красиво уйти смогла.
-Уже проверяют. Я смотрел в контакты ее телефона. Там был только один номер, ее подруги .
- Вот и займись ее подругой, выясни, где она, зачем звонила, знает ли что. Может у нее парень какой ненадежный есть, может подозрительные люди появлялись.
- Слушай, Макс, а ты не предполагаешь вариант, что Лада перешла к шакалам сама? Что они смогли переманить ее на свою сторону? Ведь были же подобные случаи. Слишком велик соблазн силы Камня.
- Предполагать варианты это твоя работа. Лада - Главный хранитель, а у Главного хранителя связь с Камнем. Как была у Рауля Монбара. Я пока не знаю, откуда она знает о нем, и как он выглядел, но то что Камень стал частью ее жизни, не меньше, чем моей и твоей, я не сомневаюсь.
- Ладно, ладно, двигай свои теории, а я тут уже кое что накопал. - Паниковский, позвонил Леше и Вадиму:
- Ребята, , телефон Лады включился, он был выключен через четыре минуты, после того, как она вышла , я скину адрес и координаты по смс, поторопитесь. Езжайте осторожно, возможно это ловушка.
Я оставил Паниковского, хлопотать над своими навороченными приборами, и поспешил присоединиться к Леше и Вадиму. Не мог я сидеть на месте, без дела. Я прыгнул в Лешину машину, и мы помчались. Я ненадолго задумался. В голове не укладывался образ Лады, связанный с охотниками. Я чувствовал, что я прав, что интуиция не подводит меня . Лада связана с Камнем, и он связан с ней. Теория Скрытого Главного хранителя подтверждается. Не так как мы предполагали, но тут уж никто нас не спрашивает. Я вспомнил, как два года назад я проходил испытание на пятый уровень . Надо сказать, это было чуть покруче , чем защита диссертации. Моя тема была, как раз, история возникновения теории Скрытого Главного хранителя, и анализ споров с теорией на протяжении существования Ордена. Главным оппонентом был Георгий. Трудно, конечно, когда рецензию на работу по переходу на пятый уровень дает командор Питерского филиала ордена. Мне было еще труднее, Георгий приходится мне дядей, и с раннего детства я слушал его споры с отцом, по поводу теории Скрытого Главного хранителя. Георгий очень увлекался, приводил множество различных примеров, проводил исследования. Называл отца ортодоксом, цепляющимся за старые догмы. Меня всегда возмущало, что отец не приводил достаточно веских аргументов. Он просто обходил острые углы, и не ввязывался в долгую полемику. Видимо с тех пор, чувствуя обиду за отцовские, как мне казалось, неудачи в спорах, я и стал заниматься теорией всерьез. В семнадцать лет я уже был принят в Орден, поэтому в двадцать восемь лет я уже подошел к пятому уровню. Насколько я знаю, ни отец, ни Георгий не могли в моем возрасте похвастаться таким достижением. И поединок с Георгием на переходе на пятый уровень стал моим главным достижением, хотя я и имел уже кое какие заслуги по работе в исследовательском отделе. За четыре часа непрерывной дискуссии, я не только отыгрался за свои юношеские воспоминания, но и убедил весь Совет в том, что именно идея Скрытого Главного хранителя стоит в основе принципов Ордена....
Леша заехал на заправку, остановился на въезде и окликнул меня.
- Макс, мы на месте, звони Паниковскому.
-Хорошо, а вы ребята осмотритесь, может заметите что интересное. - я нажал быстрый набор,
- Паниковский, мы на заправке. Где сигнал? Далеко?
- Удаляется по Таллинскому шоссе, от вас в трех с половиной километрах. Езжайте за ней осторожно. Возможно, что это отвлекающий маневр, или ловушка. Сворачивает в сторону Пулково.
- Выезжаем. Следи за ними. Что нибудь есть по телефону подруги?
- Выключен. Или вне зоны доступа. Пробую узнать через базу провайдера, откуда были последние звонки. Подругу уже третий день разыскивает ее парень. На работе не появлялась. Кажется, она и есть крючок, на который Ладу и подцепили. Шакалы мастера по этой части.
- Похоже на то. Их почерк. Настало время звать подмогу.
Мы выехали на шоссе. Движение не интенсивное , скоро нагоним.
Телефон зазвонил тревожным, раздражающим сигналом. Его только не хватало. Легок на помине.
- Максим , у тебя серьезное ЧП, а я узнаю об этом совершенно случайно, - в голосе Георгия сквозили язвительные нотки. Ясное дело, чего же не поязвить, когда племянник выскочка обделался, хотя он предупреждал. - Ты используешь свои особые полномочия, чтобы самому вести дело и не привлекать помощь командорства? Хочешь быть героем, и вершителем судеб? Надеюсь, ты помнишь, что поставлено на карту. Твой провал может привести к необратимым последствиям.
Это уже наезд. Георгий явно вне себя, если позволяет себе обвинять меня в таких ребяческих стремлениях.
- Свои особые полномочия я использую, для того, чтобы исправить ситуацию. Найти Ладу и обезопасить камень. Я не в офисе сижу, а иду по следу . Возможно, Ладу заставили сбежать. Обманом, или угрозами. Сейчас выясним где она находится, и в случае необходимости , попросим помощи у командорства. А пока, если у тебя нет нужной информации, позволь мне работать. И таблетку прими.
Я отключился . Меньше всего мне сейчас нужны нотации.
На связь опять вышел Паниковский сообщил, что объект свернул с шоссе и движется к жилому району неподалеку, удаление, чуть больше километра. Я объявил начало операции, особый режим. Леша прибавил газ .
Вот и съезд с шоссе . Машин почти нет совсем, можем приблизиться и найти объект очень быстро. Но, пока Паниковский ведет нас по маршруту, лучше не дергаться и не попадаться кому нибудь на глаза.
- Макс, я знаю, куда они едут. Я достал список исходящих звонков с телефона подруги за последние три дня. Три звонка были сделаны из Кронштадта, когда мы обнаружили Ладу, и четыре как раз, из того района куда вы направляетесь. Мы с Ромой выдвигаемся к вам.
Леша резко сбросил скорость, мы двигались по жилому кварталу. Паниковский направил Лешу в какой то переулок, и сказал остановиться. Затем дал нам координаты и адрес места , где остановился телефон Лады. Это в ста метрах от нас. Я обошел небольшой зеленый скверик, и из за деревьев рассмотрел, массивное двухэтажное здание, которое значилось под указанным адресом. Здание выглядело пустым и безжизненным. Большие витрины на первом этаже были заляпаны краской , кое где внутри были видны кучи песка и корыта для раствора. Над одним парадным входом виднелась полустертая надпись: "химчистка", перед другим была гора строительного мусора, с проросшей сквозь него травой. По всему видно, ремонт был длительный, затяжной, и за давностью лет брошенный на произвол судьбы. Зато с заднего хода , в маленьком дворике , заставленном ящиками и прочим мусором, стоял черный мерс, который совсем не вязался с убогим видом здания. Вот они, голубчики, здесь.
Я осмотрел издалека окна второго этажа, они были затянуты чем то черным, и отошел вглубь скверика. Телефон завибрировал. Звонки мы отключили заранее. В трубке зазвучал спокойный голос:
- Максим, ввиду сложности ситуации, я подключаю командорство к операции, - магистр не повышал голос, но было ясно, что обсуждению это не подлежит.
- Никто, конечно, тебя не ограничивает, и операцией руководишь ты, но представители от командорства, будут в твоей группе с этого момента. Можешь располагать ими и любой помощью от командора. - он смягчил голос и добавил, - Ты же знаешь, мы не можем пренебрегать сейчас ничем.
- Я сделаю, все как надо, можешь быть уверен. Насколько я помню, у тебя не было повода жалеть что поручаешь мне задания.
Магистр отключился , а я все не мог решить, он обращался ко мне больше, как к руководителю группы, или как к своему сыну.
Из раздумий меня вывел толчок в плечо. Паниковский, как всегда, подкрался незаметно.
- Хорош мечтать, давай посмотрим, что у нас есть...
Мы ехали молча. Я сидела прикрыв глаза. Мне надо было собраться с мыслями. Я должна была вытащить подругу и не отдать камень. Это было ясно как дважды два. Только вот уверенности,что мы с Маринкой вообще сможем оттуда уйти живыми,не было совершенно. Андрей посматривал на меня, я это отчетливо ощущала. Было неловко под его взглядом. Я старалась не обращать на него внимания. В какой-то момент мне удалось отключиться от назойливого взгляда. Моя рука лежала в сумке на камне. Рядом болтался умерщвленный телефон. Андрей велел мне его выключить, как только мы отъехали. Я не поняла зачем,но выключила. Сейчас он не видел телефон и можно было снова включить, но он же услышит приветствие... Зачем я вообще когда-то поставила такое громкое приветствие? Я сейчас дико злилась на себя за это. Хорошо еще , что пин-код не установлен, при случае включу телефон. А пока я могла только сидеть с камнем в руке и думать.
Неожиданно я поняла, что камень ожил. Он не колол пальцы, как раньше. Из камня шла легкая вибрация. Такого раньше не было, и я подумала, что он так просыпается. Но режим вибро не сменился через пять минут и через десять тоже. Камень продолжал так же тихо вибрировать, и от этой вибрации меня вдруг охватило состояние покоя и уверенности, что у меня все получится. Мне даже показалось, что я сама вошла в ритм этой вибрации. Это заставило открыть глаза и посмотреть на Андрея. Но он вел машину,глядя на дорогу и ничего не замечал. Я снова ушла в себя. Мысли потекли сплошным неспешным потоком. Я начала анализировать события последних дней. Мои новые друзья были хранителями моего камня на протяжении многих веков. Это было ясно как божий день. Камень находился у них до возвращения домой. А где его дом знала только я. Они не нашли бы его никогда, потому что камень не говорил с ними. Это я тоже поняла. Он говорил только со мной, потому что я была его Главным Хранителем. А последним Главным Хранителем был Рауль, потому что с ним камень тоже говорил... И тут я поняла,что это камень вливает в меня эти знания через вибрацию, и почувствовала радость и облегчение. Значит, пришло время все узнать. И я продолжила слушать.
Я стала Главным Хранителем за много лет до своего рождения. Камень шел ко мне столько столетий, чтобы я отнесла его туда,где ему должно было находиться. Камень не желал оставаться в мире людей. Я это тоже поняла. Но я так же не могла обойтись без Ордена Хранителей, как они не могли обойтись без меня. Они знали путь, а я знала место. Никто и никогда бы не нашел пещеру. Никто не смог бы пройти лабиринт. Это был моя дорога, это было мое предназначение. Рауль выбрал меня. Камень выбрал меня...
Я открыла глаза и потерла вески. Голова начинала болеть. Опять появился вопрос- почему я? По какому принципу камень выбрал меня? Что во мне такого, что настроило меня на восприятие камня? Этого камень не рассказал. И не стоило, наверное, углубляться в это. По крайней мере сейчас. Потому что сейчас я твердо знала, что я несу за то, что находиться у меня в сумке, полную ответственность. Я должна не отдать камень. Должна положить его за ту плиту со свитками. Только как мне это сделать... Я снова вернулась к камню.
Ничего нового в сознании не появилось, но чувство покоя осталось. И кое-что я все-таки поняла еще. Перстень-это атрибут Главного Хранителя, придуманный людьми. Камень же определял его иначе, что-то должно быть в человеке такое, что объединяет его сознание с сознанием этого...существа. Это заставило удивиться. Неужели никого подходящего не нашлось за столько времени? Наверное, я должна гордиться, но этого чувства не было. Не знаю почему, но гордыня за свою исключительность меня не охватила. Я просто продолжала анализировать.
Неожиданно машина подскочила на чем-то, моя рука дернулась, и салон заполнила звонкая веселая музычка. Андрей резко обернулся.
- Что это,- спросил он.- Ты включила телефон?
- Нет,- испуганно ответила я.
- Выброси его, малыш,- спокойно, но твердо сказал Андрей.- Ты избавишь нас всех от лишних проблем, выброси.
- Да, я...
- Прошу тебя, дорогая, не спорь.
Я была в растерянности. Это не телефон заиграл. Это я случайно включила свою игрушку,которая была похожа на мой телефон как две капли воды. Я уже было хотела сказать об этом, но тут же чувство покоя вернулось, и я открыла окно и молча достала игрушку из сумки, показала ее и выкинула в окно. Андрей удовлетворенно кивнул и отвернулся. Но вскоре опять посмотрел на меня.
- Лада, ты изменилась с последней нашей встречи. Что с тобой произошло. Псы морили тебя голодом?
- Это бестактный вопрос.- ответила я.- Моя худоба только моя заслуга. Никто меня голодом не морил.
- Прости, малыш, ты действительно сильно похудела. Но все равно прекрасна. Я верну тебя к прежней форме, я тебе обещаю.
- Э-э, не поняла...-я была озадачена его словами.
- Малыш,- он замолчал ненадолго, но потом продолжил,- Понимаешь, малыш, ты для меня гораздо больше, чем Лада Князева, чем объект, чем кто-либо вообще. Ты та женщина, которая заставила меня не спать ночами, о которой я не могу не думать. Не понимаю, что в тебе особенного, но оно есть. Ты заинтересовала меня с первой минуты, когда я тебя увидел. Ты пропадала, но я находил тебя снова и снова. Никого и никогда я не искал так, как тебя. И о том, что ты мне небезразлична, я тебе уже говорил однажды. Может ты и не помнишь этого, ты была очень пьяна в тот момент, но, черт возьми, Лада, ты даже тогда была лучше всех!
В памяти всплыло: Ты мне действительно нравишься... Я смотрела на него во все глаза. Я ожидала все, что угодно, но не признания в любви! Этого мне еще не хватало. Что мне с этим делать, да, еще в такой ситуации? Если я его отвергну сейчас, что меня ждет? Что он за человек? Андрей замолчал и смотрел на дорогу. Если он ждал моего ответа, то его не было. Он был красив. И, наверное, еще несколько месяцев назад, я была бы не против начать с ним отношения, но сейчас это было неправильно. Мое сердце занято. Там был только один человек- Рауль. И еще была эта непонятная тяга к Максу, которую я могла объяснить только его поразительным сходством с Раулем. Но для Андрея места в моей душе уже не осталось. И был еще один фактор, он был моим охотником. Точнее, охотником за камнем, а я несла ответственность за камень. Я была выбрана камнем и не должна была ни при каких условиях расслабиться. "А вдруг это такой ход,чтобы усыпить мою бдительность?" Это пронеслось у меня в голове. Да,скорее всего так и есть. Но у него ничего не вышло. Я ему не поверила. Как будто услышав мои мысли, он сказал:
- Я понимаю, тебе сложно мне поверить, и я не буду тебя торопить. Ты сама все почувствуешь и поймешь. Я не причиню тебе вреда и никто не причинит, я не позволю. Подруга твоя уйдет живой и невредимой. Когда мы приедем, я тебе все расскажу. Только не делай ничего, что может все испортить. Я очень тебя прошу.
- С Мариной все в порядке? Ей не делали больно?
- Конечно, нет. Она нам не нужна. Это только приманка для тебя. Клану нужен камень, а мне нужна ты.
- Клану?
- Я все тебе расскажу.
- Марину точно отпустят?
- Я могу тебе в этом поклясться, дорогая, она уйдет сразу, как только мы приедем.
- Разве в таких случаях отпускают?
- Нет, конечно, и не отпустили бы. Но я, наверное, тронулся умом, мне важно, чтобы ты мне верила. Ее никто не тронет.
Наши глаза встретились, и я поняла, что он сказал правду. Марина уйдет оттуда. Ее отпустят. Но тут же в голову закралась новая мысль.
- А она вернется домой?- спросила я.
- Что?- он удивленно посмотрел на меня.
- Марина уйдет живой от вас, а до дома она дойдет?
- Дойдет. И еще не раз из дома выйдет и вернется в него. Ее вообще никто не тронет.
- Хорошо,- я была удовлетворена.
Но оставался другой вопрос, который мне надо было решить, и без участия Андрея. Для начала мне надо включить телефон, это важно. Не зря мой похититель заставил меня его выключить, а после и совсем выкинуть. А после того, как Маринка уйдет, я сама должна сбежать, не отдав камня.
Андрей подъехал к заправке. Я вышла из машины вместе с ним.
- Ты куда?- спросил Андрей.
- Нужда у меня есть выйти. Можно?- с вызовом спросила я.
- Нужно,- улыбнулся Андрей.- Сумку-то можешь оставить. Если бы я хотел, забрать только камень, я бы давно это сделал.
- И все-таки я возьму ее с собой.
- Хорошо,- он не стал спорить.
Я спросила,где туалет и прошла туда. Первым делом я включила телефон,зажав его между колен, чтобы хоть как-то заглушить звук дурацкого приветствия. Потом отключила звук и вибровызов. Глянула на себя в зеркало, висевшее над раковиной, и сама себе удивилась. На лице было индейское спокойствие. Впрочем, ничего другого я и не чувствовала. Я была спокойна как удав. Неожиданная любовь охотника давала мне шанс на спасение. И мне было не стыдно этим воспользоваться. Я ополоснула руки, плеснула воды на лицо и вышла из туалета.
Андрей уже заправился и отъехал в сторону. Он стоял возле машины, подставив лицо солнцу. Но при моем появлении, сразу переключился на меня. Он пошел мне на встречу, приобнял за талию и подвел к машине. Возле дверцы резко развернул к себе. Я ахнула и была вынуждена уцепиться за него. Андрей мгновение прижимал меня к себе, наверное, со стороны мы смотрелись очень мило. Затем отстранился и неожиданно охрипшим голосом сказал: "Садись в машину". Я юркнула на сиденье и затихла там. Он сел на водительское место, и мы поехали дальше. Андрей молчал. Его лицо было каменным. Я к нему не лезла. Меня устраивала тишина. Остаток пути так и прошел в молчании.
Я смотрела в окно. Кажется, это Таллинское шоссе...хотя могу ошибаться. Мы чаще ездили по Московскому. Точно Таллинское, мы свернули к Пулково. Куда же он меня везет? Ладно, доедем узнаем. Доехали мы достаточно быстро. И я поняла, что не знаю этот район. Мы остановились возле какой-то постройки в несколько этажей, которая находилась в стадии ремонта или перестройки. Только строителей не было видно. Похоже, что в этой стадии постройка находилась очень давно. Денег что ли на окончание работ не хватило... Андрей махнул рукой в сторону, и я увидела, что там есть человек. Охрана, поняла я. Мы поднялись по ступеням и вошли внутрь. На мгновение чувство спокойной уверенности покинуло меня. Как же я смогу выбраться отсюда? Я прижала к себе сумку и ощутила легкую вибрацию, которая меня сразу подбодрила. Мы поднялись на второй этаж и оказались в небольшом зале. Обстановочка-то спартанская,мелькнуло в голове. Там было почти полное отсутствие мебели. Стол, несколько стульев, диван и еще какая-то мелочь. Окна были занавешены черной тряпкой,отчего освещение было совсем скудным. За столом сидело три человека. Они повернули головы в нашу сторону, тут же встали. Один из них пошел нам на встречу. Когда мужчина была рядом, я его узнала. Это был Герман. Он бросил короткий взгляд в мою сторону и сразу переключился на Андрея.
- Андрей, ты все-таки это сделал,- в его голосе был укор.
- Да, сделал. Ты что-то имеешь против?,-а вот в голосе Андрея был вызов.
- Имею, ее не нужно было привозить. А если за ней идут псы?
- Успокойся. Хвоста не было.
- Они же не лохи, могли вычислить куда ты едешь.
- Она выкинула телефон, а за нами никто не ехал. Гера, не мельтеши, я знаю, что делаю.
- А где Марина,- вмешалась я.
- Сейчас, малыш, она здесь.- Андрей повернулся к Герману.- Приведите девушку.
- Андрей, ты же не собираешься?..
- Собираюсь,- отрезал Андрей.-Гер, ты сам подумай, что она может сказать? Нас описать? Псы знают нас, как и мы их. Где она была? Так нас здесь через полчаса не будет. Она безвредна, зачем крайности? Это не тот случай, чтобы действовать жестко.
- Возможно ты прав... Но меня не оставляет ощущение, что ты действуешь не в интересах клана,- Герман снова бросил на меня взгляд. Я невольно отступила за спину Андрея.
- Герман, ты забываешься,- холодно произнес Андрей.- Приведите девушку.
Тон Андрея неуловимо поменялся. Я бы не рискнула ему противоречить. Никто и не рискнул.
- Да, синьор куратор,- отозвался Герман, но в его взгляде был укор и обида.
Синьор куратор, это еще что за ерунда. Вообще мне было дико слышать все эти звания и названия: хранители, Орден, магистр, псы и шакалы, клан, синьор куратор...Что это? Игры больших мальчиков? Вообще, все это дичь полная.
В это время привели Марину. Моя подруга была испугана. Она тревожно переводила глаза с одного охотника на другого. Но в общем она выглядела нормально.
- Марина!- вскрикнула я и бросилась к ней.- Как ты, что с тобой? Тебя не трогали?
- Князева? Ты здесь? Живая...
Я обнимала ее, оглядывала со всех сторон и плакала от радости. Одежда подруги была целой, синяков нигде не было видно. Андрей сказал правду, Маринку не трогали.
- Где ты пропадала,- спрашивала она меня тоже плача.- Что с нами сделают?
- Я тебе все расскажу, все что со мной было, но потом. Сейчас ты уйдешь отсюда. Тебя отпускают, слышишь, Мариночка, ты сейчас сможешь уйти домой.
- А ты? А как же ты?
- Со мной все будет хорошо, честное слово.
- Я без тебя не уйду, Князева. Пошли вместе.
- Не глупи, Марина, иди. Я тебе позвоню при первой возможности.
Тут Маринку грубовато оторвали от меня. Она попыталась уцепиться за меня и потащить с собой, но Андрей встал между нами.
- Идите, Марина. С Ладой все будет в порядке, идите. Не стоит искушать судьбу.
Марина всхлипнула и пошла к выходу. Она еще раз обернулась и посмотрела на меня. Я улыбнулась и махнула рукой. Подруга скрылась из виду, и я почувствовала себя маленькой и одинокой. Андрей положил мне руки на плечи. Я вздрогнула.
- Не бойся,- тихо сказал он. Потом увидел, что трое мужчин смотрят на нас.- Оставьте нас. Нам нужно поговорить.
- Андрей, а камень?- Герман не собирался отступать.
- Он здесь, Гер, у Лады. Лада и камень вместе.
- Так пусть его отдаст и забавляйся сколько хочешь.
- Не понял,- голос Андрея понизился. У меня по коже побежали мурашки.
- Андрей, клану нужен камень. Он наконец у нас в руках. Если тебе нужна она, это твое дело, но не забывай про свой долг перед кланом.
- Я никогда не забываю о своем долге. Клан- это моя семья. И не тебе учить меня долгу. Или тебе напомнить почему я приехал сюда?- потом он заговорил спокойней.- Гера, мы с тобой дружим пятнадцать лет. За эти пятнадцать лет я дал повод сомневаться во мне?
- Нет. Но за эти пятнадцать лет ты никогда не сходил сума ни по одной бабе. Мы же столько раз могли ее взять, но ты все эти возможности послал. Мне уже кажется, что ты работаешь на псов.
- Что?!- глаза Андрея потемнели.
- Стоп, ребята, не надо!- один из молчавших мужчин встал между ними.- Мы же братья, из-за чего вы готовы наброситься друг на друга? Гер, Андрей в чем-то прав. Не зря псы носятся с ней. Они могли забрать камень и скинуть ее в больницу. Но они притащили ее к себе. И камень не забрали. Это не просто так. Чем бы не руководствовался куратор, но она имеет какое-то отношение к камню.
Четыре головы повернулись ко мне. Я поежилась под взглядами троих. А вот в глазах Андрея было облегчение.
- Почему псы носятся с тобой как с писаной торбой?- спросил тот, который успокаивал Андрея и Германа.- Кто ты такая?
Я отошла к занавешенному окну. Откинула кусок тряпки и выглянула на улицу. Там все так же светило солнце. Потом я повернулась к ним.
- Вы правы,- заговорила я,и меня не оставляло чувство, что мне нужно тянуть время.- Я связана с камнем. Связана больше, чем кто либо из хранителей или вас. Он работает только в моих руках. Хотя я не знаю, что вы от него хотите получить. Вы можете забрать его силой, но не думаю, что от этого будет толк.
- Что ты несешь?- перебил меня Герман. Я ему явно не нравилась.
- Помолчи, Гер, пусть говорит,- сказал Андрей.
- Она нам по ушам катает. Что у нее может быть общего с камнем?
Где-то разбилось окно. Потом послышался шум на лестнице. В зал влетел человек. Его голова была в крови.
- Псы, они здесь,- прохрипел он и тяжело осел на пол.
- Никого не привел?- заорал Герман.- А ее ты на жучки проверял? Придурок!
- Не смей,- не своим голосом заревел Андрей, когда Герман ринулся ко мне.
Он кинулся к нам, но его опередил выстрел. Герман падая ударил рукой мне по плечу, сбив сумку. Камень я все время держала в руке, но все остальное вывалилось на пол. Андрей, который был уже совсем рядом, ошеломленно уставился на телефон. Рядом звучали выстрелы. Андрей подхватил раненного Германа, бросил на меня взгляд и кинул на ходу:
- Помни, что я сказал тебе, я тебя найду,- и исчез за железной дверью, которая была недалеко от нас.
В его голосе не было угрозы. Несмотря на двусмысленные слова, я поняла, что он имел ввиду. К железной двери подбежал Паниковский, дернул ее, но дверь не поддалась. Я была в какой-то прострации. Как будто находилась вне всего происходящего.
- Лада, ты в порядке? Лада!- меня тряхнули.
Я повернула голову. Макс стоял напротив и крепко держал меня за плечи.
- Я в норме, Макс,- ответила я и упала ему в объятья...
Прежде всего, надо выбрать место , откуда можно наблюдать и где мы не будем привлекать внимание. Скверик, как раз подходил для этого. Паниковский продолжил наблюдать за зданием, а я получил сигнал от Вадима, и быстро вернулся в переулок, где мы оставили машину.
Там я застал напряженную обстановку. Вплотную к Лешиной машине стоял темно зеленый Лэндкрузер, и Вадим с Лешей на повышенных тонах разговаривали с сидящими в нем. Подойдя ближе, я узнал людей из командорства. Глеба и Бориса, которых прислал Георгий. Мне никак не приходила в голову мысль, чем бы их занять, чтобы они и под ногами не мешались, и не жаловались, что я их не допускаю к операции.
Леша уже почти наседал на здоровенного Глеба:
- Ну куда вы приперлись? Шакалы сейчас вычислят такую веселую компанию! Уберите тачку подальше и сами спрячтесь!
- Ну, не тебе указывать, что нам делать! - Глеб не желал уступать,- Вы с камнем напортачили, упустили шакалов, теперь постойте в сторонке.
- Да у нас тут супергерои приехали! - Леша не унимался, - Бетмен и Спайдермен, в одном флаконе. Ща, мы вам солько площадку для взлета расчистим, и вы принесете нам камень под бурные аплодисменты.
Глеб уже приоткрыл дверь и начал выбираться из машины, я подоспел вовремя:
- Парни, спасибо за помощь, но машину вам придется убрать отсюда. Хотя бы, на соседнюю улицу. Сами пройдите в дальнюю часть сквера, и ждите указаний. Операцией руковожу я, и вам это несомненно известно. Как только можно будет действовать, вы первые сможете показать на что способны.
Глеб нехотя сдал назад и развернулся. Затем отъехал в конец улицы и свернул за угол Через пять минут, они с Борисом уже прошли прогулочным шагом прошли в сквер, и затерялись где то в глубине.
Я вернулся к Паниковскому, и спросил, нашел ли он что то, что поможет нам войти в здание.
- Во первых, снаружи у них никого нет, это плюс. Они нас не видят. - Паниковский излагал обстановку, - Во вторых, дверь со двора закрыта, и скорее всего, за ней есть кто то прикрывающий вход. Легче всего войти через окно на первом этаже. Надо только вырвать решетку и разбить окно.. Я бы предпочел войти и через окно, и через дверь, одновременно.
- И как откроем дверь? Опять взрывать будем? Шуму наделаем.
- Да все пройдет быстро, и как по маслу. Совсем маленький направлепый заряд, хлопок, как шина лопнула. И заодно внимание охранника отвлечем.
- Смотри, только сделать надо все быстро, чтобы успеть уйти.
В наших ребятах я уверен, а вот куда мне Бориса с Глебом пристроить, ума не приложу. Как бы они нам всю вечеринку не испортили.
- Макс, отослал бы ты их обратно. Ребята неподготовлены для этого, и в команде не работали.
- Да не могу я, Георгий там уже на уши весь орден поставил. Спит и видит, как бы к нам своих людей приставить.
Мы еще какое то время обсуждали , как быстрее и безопаснее войти внутрь здания и забрать у охотников камень и Ладу.
Виброзвонок оторвал меня от рассуждений, звонил Вадим:
- Макс, из здания вышла девушка. Идет в нашем направлении, что делать?
- Это Лада?
- Нет. Какая то девушка. Кажется очень испугана.
- Дай ей пройти, как только она отойдет подальше, затем задержи ее, только осторожно. Я иду к вам.
Я махнул рукой Паниковскому:
- Бери Лешу и готовьтесь к захвату. Мы с Вадимом сейчас подтянемся.
Я подбежал в переулок, где Вадим держал плачущую девушку, которая захлебываясь слезами, пыталась что то сказать, но не могла из за пережитого шока.
- Успокойтесь, я вам помогу, - я старался как можно увереннее и спокойнее говорить с ней. - Я, и мои товарищи, поможем вам, и поможем Ладе.
Она перестала рыдать, но говорить еще не могла.
- Как вас зовут, скажите, как вас зовут?- я пытался добраться до ее сознание, которое было где то далеко.
- М..М.. Маринаа,- она наконец обрела способность говорить.
- Вот, умница... Скажите, Марина, Лада там в доме? На втором этаже?
- Даа..- девушка кивнула.
- Сколько их? Сколько человек, ее держат? Сколько вы видели?
-Трое... Нет, четверо. Или пять... Я не помнююю... -ее снова начало трясти
-Ясно, - сказал я Вадиму, - будем расчитывать на пятерых. Зови этих героев плаща и кинжала.
Спустя две минуты Глеб с Борисом стояли рядом, и я ставил им задачу:
- Самое важное сейчас, отвезти эту девушку куда она скажет, и охранять ее . Смотрите, чтобы за вами не увязались шакалы. В экстренных случаях звоните мне.
Глеб с Борисом посадили плачущую Марину в лэндкрузер, и лихо тронулись с места. Можно было начинать освобождение Лады и камня.
На совещание и подготовку ушло минут пятнадцать.
Затем Вадим с Паниковским одновременно подбежали к зданию . Вадим ломиком выдернул хлипкую решетку, а Паниковский прилепил заряд возле замка, и отбежал метра на три. Послышался треск, за ним шум разбивающегося стекла. Дверь дрогнула, замок разлетелся в стороны, и на его месте образовалась дыра. Паниковский открыл дверь и вбежал в здание. Одновременно за ним Вадим запрыгнул в окно. Я забежал следом за Паниковским, а Леша последовал за Вадимом. В голове пронеслась мысль: только бы они ничего не сделали с Ладой. Паниковский уже уложил оглушенного охранника у двери, и я бросился к лестнице , ведущей наверх. Но только я приблизился к ступенькам, раздался выстрел, и пуля ударила в перила. Я отскочил назад, а Паниковский с Вадимом открыли огонь в сторону стрелявшего. Послышались убегающие шаги, и мы стали подниматься по лестнице. На площадке перед входом в зал не было никого, на полу, до дверей я увидел капли крови. Еще один рывок, и мы уже на пороге. Доли секунды , за которые я увидел Ладу, двух оходников, один из которых пытался схватить ее , а другой пытался ему помешать.
Моментально, я оценил ситуацию и прицелился. Но охотник уже дотянулся до шеи Лады, и я никак не решался выстрелить. Выстрел все же раздался. Паниковский попал в охотника. Тот отскочил и начал падать. Второй охотник схватил его и потащил к задней стене. В это время еще два охотника открыли огонь, прикрывая отход своих. Я уже не пытался уклоняться от пуль, и подбежал к Ладе, которая стояла посреди зала, и чудом осталась жива в этой перестрелке.
Выстрелы внезапно прекратились, и мы заметили , что охотников нет в зале.
Пока я занимался Ладой, собирал ее сумку , и пытался привести ее в чувство, Паниковский с Лешей пытались открыть дверь, за которой скрылись охотники.
- Все, ребята, у нас нет времени. - я понял, что охотников ловить смысла нет. Лада жива и камень у нас.- уходим быстро! Леша, давай машину! Через считанные секунды, мы выбежали на улицу, сели в машину и рванули прочь. Только отъехав на приличное расстояние, я обернулся проверить состояние Лады. Я думал, что она была в обмороке, но оказалось она просто крепко спала.
Я открыла глаза и обнаружила себя на заднем сиденье автомобиля. Кто- то обнимал меня. Я приподняла голову с плеча неизвестного. На меня смотрели глаза, которые были ясней неба. На мгновение я захлебнулась голубизной этих глаз.
- Макс,- прошептала я .
- Тебе лучше?- спросил он, неожиданно перейдя на "ты".- Ты нас очень напугала.
- У меня не было выхода, - ответила я.
Макс прижал меня к себе и попробовал успокоить. А меня колотило нервной дрожью. Только сейчас до меня дошло, какой опасности я подвергалась. Я прижалась сильней к плечу Максима, он гладил меня по волосам и по спине. Я почему- то больше не хотела сопротивляться его прикосновениям, но все- таки почувствовала себя неловко и попробовала отодвинуться от него, но его руки были сильней. Он не отпустил меня, и я сдалась. В конце концов я начала успокаиваться и почувствовала, что усталость наваливается на меня. Глаза начали закрываться. Так я и уснула в объятьях Макса.
Проснулась я от того, что Максим тихонько тормошил меня.
- Лада, просыпайся, - говорил он улыбаясь. - Будем поднимать тебе настроение.
- Как? - я не понимала, о чем он. Голова была тяжелой.
- Сейчас увидишь. Пошли.
Я вышла из машины и снова посмотрела на него. Макс приобнял меня за плечи и повел к Гостиному Двору. Паниковский шел рядом с нами. Он поглядывал на нас и молчал. Тут только я сообразила, что воспринимаю как должное то, что иду в обнимку с тем, от кого шарахалась еще утром. Но мне не хотелось убирать его руку. Мне хотелось, чтобы он не отпускал меня. Когда мы зашли внутрь, Максим широким жестом показал на торговые павильоны:
- Выбирай все, что хочешь.
- Шопинг?- уточнила я.
- Да.- подтвердил Макс.
Я не стала спорить, одежда мне была нужна. Интересно, на какую сумму мне можно разойтись? Я спросила Макса.
- На сколько ты захочешь, не стесняйся,- ответил он, и в его голосе зазвучало мужское самодовольство, которое появляется, когда хотят поразить широтой размаха.
Я посмотрела на Макса прищурившись и хмыкнула. Паниковский тоже посмотрел на него и покачал головой. Макс не смутился. Я кивнула и огляделась. Куда направить свои стопы я нашла быстро. И нырнула туда...
Через пару часов мы сидели в кафетерии. На душе было гораздо лучше. Куча пакетов с обновками лежали в багажнике машины Паниковского. Максим сидел с замученным видом. Ну, так мне же нужен был советчик и оценщик моего вида. Хитрый Антон сбежал через двадцать минут. Он прятался по другим отделам. А Максу достались все сливки. А так, как мне сказали себе ни в чем не отказывать, то душенька моя развернулась. И он мог мне сказать спасибо, что я не дала ей развернуться во всю ширь. Иначе мы не прошли бы еще и половины того, что могли пройти. Но и этого ему оказалось многовато. Слабенький он все-таки. У одной моей подруги муж выдерживает пять часов шопинга и ничего, через час как новенький. А этот выглядит как выжатый лимон и на вкус, наверное, такой же. Антон с невозмутимым видом пил чай и что- то просматривал в своем телефоне.
- Мы же чемодан не купили!- вдруг вскинулся Макс.
- Зачем?- удивилась я.
- Мы будем играть роль молодоженов на медовом месяце.
- А-а, вот оно что...-меня обожгли его слова. Значит его объятья были всего лишь ролью.
Макс глянул на меня и вид у него стал озабоченным.
- Что-то не так, Лада?- спросил он.
- Нет- нет, все так,- ответила я и отвернулась.
Мне удалось справиться с обидой, в конце концов, что это я на него взъелась? Он мне ничего не должен, скорее я ему. Все- таки он спас мне жизнь. Причем, уже дважды. Но в моей голове мелькнула одна мыслишка.
- Максим,- сказала я.- Я кое- что забыла купить.
- Что?- Макса просто перекосило. Мысленно я потерла руки.
- Пойдем. Здесь недалеко есть один магазинчик. Я недолго, честное слово.
- Хорошо, пошли...дорогая.
- В роль входишь,- подмигнула я.
- Я с вами,- сказал Антон.
Я мысленно широко улыбнулась. Мы пошли в мой любимы магазинчик нижней одежды. Мужчины заподозрили неладное, когда я остановилась у витрины. Они встали как вкопанные. Я им подмигнула и направилась к двери. Паниковский сделал пару шагов в сторону. Лицо Максима вытянулось, глаза испуганно округлились. Он не собирался входить со мной. Я вернулась к нему, непринужденно взяла под руку и потянула к двери.
- Милый, пошли. Ты же знаешь как мне нравится вместе выбирать белье.
- А это обязательно?- промямлил он.
- Любимый,- я обвила его шею руками и прижалась к нему,- какой же ты у меня трусишка.
- Я? Нет, дорогая,- Макс расправил плечи,- я обожаю помогать тебе выбирать белье, пошли.
Антон тихо хихикал в стороне от нас. Макс осторожно освободился из моих объятий. Глаза его бегали по сторонам, он был не в своей тарелке. Но он нашел, чем себя утешить.
- Дружище,- он сделал шаг к Паниковскому и, вцепившись ему в руку, резко дернул за собой.- Ты же хотел сделать своей подружке подарок. Вот отличное местечко, чтобы его выбрать.
- Я! Хотел?!- в глазах Антона был священный ужас.
- Конечно, ты!
- Макс,- протянул умоляюще Паниковский.
- Мы тебе поможем и подскажем, мы ведь так любим вместе выбирать нижнее женское белье,- Макс тащил его к дверям.
- Для обоих?- спросил Антон с наивным интересом и, подгоняемый коленом Максима, влетел в магазин.
Я подошла к прилавку. Девушка продавщица приветливо улыбнулась мне. Я была здесь свой человек. Мои мужчины топтались как два бараны у входа. Как же им некомфортно среди всех этих лифчиков, трусиков, чулочков, поясов, корсетов и прочих женских радостей. Я повернула голову и махнула им подзывая. Макс опять толкнул вперед Антона, а сам спрятался за ним. Я объясняла девушке, что хочу посмотреть, она подавала, а я трясла этим перед каменными лицами мужчин. Они что- то мычали, потели и изо всех сил делали вид, что это для них обычная процедура. Наконец, я выбрала несколько комплектов белья. Я вручила это Максу и пошла к примерочной. Бедный "молодожен" тащился за мной как на заклание. Хитрый Паниковский опять попытался сбежать, но Макс сразу отреагировал и не выпустил из магазинчика. В примерочной я еще осмотрела обновки. Выбрала нежно- салатовое шелковое белье. Одела его на себя и посмотрела в зеркало. Худоба меня опять вогнала в депрессию. Но это не было помехой задуманному. "Роль говоришь? Ну- ну", подумала я и распахнула шторку примерочной.
- Ну, как тебе, милый?- спросила я, приняв самую сексуальную позу, которую могла только придумать.- Я тебе в этом нравлюсь?
Лицо Максима вытянулось, потом поменяло цвет с белого на ярко- пунцовый. Он крякнул что- то невразумительное и бросился бегом из магазина, зацепив по дороге манекен и почти сбив с ног какую- то женщину. Вслед ему несся громкий гогот Паниковского.
- Макс!- крикнул Антон в исчезающую за дверями спину.- Девчонка тебя сделала, Макс!
Заходясь от почти истерического смеха, Антон вышел вслед за своим начальником. Я задернула шторку, повернулась к зеркалу и тоже захохотала. У меня ушло какое- то время на то, чтобы успокоиться и одеться. Потом я взяла все выбранные комплекты. Выбрала еще новый купальник и пошла расплачиваться. Тут же поняла, что деньги у моего "мужа" и, извинившись, выглянула на улицу. Макса не было видно. Там был лишь Антон. Я намекнула ему, что мои красивые глаза бесценны и потому за обновки ими не расплатишься. Антон, все еще посмеиваясь, достал карточку и отдал мне. Вскоре я вышла еще с одним пакетом.
В сопровождении Паниковского я вернулась к машине. Макс стоял там и усиленно не смотрел в нашу сторону. Он разговаривал по телефону, но на щеках его все еще играл румянец. Когда он закончил разговаривать, я подошла к нему, привстала на цыпочки и поцеловала в щеку, не забыв помахать пакетом у него перед носом. Макс затравленно посмотрел на меня. Я подмигнула и села в машину, Антон на свое место водителя. Максим сел рядом с ним на переднее сиденье. Антон снова хохотнул, но тут же постарался подавить смех под испепеляющим взглядом начальства. Впрочем, это у него получилось гораздо хуже, чем сварить кашу.
- А почему ты не сел ко мне, любимый?- наигранно обиделась я.
- Расскажешь кому- нибудь, я тебя лично задушу,- сказал Макс Паниковскому, игнорируя меня.
- Ну, что ты, Макс, разве ТАКОЕ можно рассказывать,- с честными глазами ответил Антон, и я поняла, что не рассказать ТАКОЕ он не сможет.
- Ну- ну, -буркнул Максим, явно ему не поверив,- А теперь о делах. Снять коттедж не удалось. Мне только что звонил Рома.
- Нам нужно спрятаться?- спросила я.
- Ты поразительно догадлива,- ядовито ответил Максим. Я почувствовала, что так он пытается скрыть смущение.
- А я знаю, кто нам поможет.- сказала я.
- Правда?- ехидство в его голосе убавилось.
- Да, есть у меня тут должнички. Думаю, пришло время им выполнить обещание.
Я попросила у Макса телефон, мой отказывался работать после падения. Я набрала домашний телефон, чтобы не придумывать, где найти мобильный. Я набрала. На пятый гудок мне ответил голос Светки.
- Алло, я слушаю вас.
- Привет, подруженция,- с преувеличенной радостью крикнула я в трубку.- Тысячу лет тебя не видела.
- Кто это? Ладка, ты что ли? Куда ты пропала?
- Светик, солнце, это такая длинная история. Я ее тебе потом расскажу. Как ты? Как Костик?
- Мы неделю назад вернулись из Швейцарии,- похвасталась Светка.- Так классно, Лад, заезжай, поболтаем. Я тебе фотки покажу.
- Отличная идея, Светик. Обязательно заеду! А как там отличный парень Сергей?- не удержалась я.
- Кто?.. А этот? Лад, ну, вот что ты начинаешь. Столько пропадала, а вернулась с тем же. Лучше бы о себе рассказала.
- Светулик, я тебе вкратце расскажу. У меня появился жених.
- Да, ты что? Красивый? Богатый?
- Да, красавчик. Банковский счет не проверяла, но едем с полным багажником покупок.
- Куда едите?
- А куда, ты мне помоги,- мой голос стал совсем елейный.
- Я?- Светка была жутко удивлена.
- А помнишь, как в конце мая мы в клубе были?
- Ну, Лада,- протянула подруга,- зачем ты все об этом? Я помню, что обещала отработать. Вам некуда поехать?
- Ты меня правильно поняла.
- А к тебе?
- У меня родственники приехали из Орла, сама понимаешь. А для молодой влюбленной пары нужен покой и романтическое уединение.
- Все, не продолжай. Я знаю, что вам надо. У Костика есть коттедж в Сестрорецке. Курортная зона. Соседи хорошие. Хотя сомневаюсь, что там сейчас много соседей. Заезжай, я дам вам ключ.
- А Костик не будет ругаться?
- Нет, ты что! Он же не любит быть долго в долгу. Он будет рад вам помочь.
- Тогда все отлично. Мы скоро подъедем.
Я отключилась и назвала адрес куда ехать. Макс спросил, о чем я договорилась, и куда мы поедем. Я ответила.
- А что за долг,- спросил Антон.
- Это моя маленькая женская тайна,- шепотом сообщила я и сделала загадочное лицо.
Вечером, устроившись в коттедже Костика, мы сидели на улице, подставив лица заходящему солнышку. Погода была замечательной. Жара спала, и небольшой теплый ветерок приятно обдувал кожу. Антон уехал обратно в Питер. Но к ночи обещал вернуться. Мы с Максом остались наедине. Он не смотрел на меня, я не смотрела на него. Мы просто сидели рядом на скамейке и молчали. Хотелось пить, но было лень идти в дом.
- Ты не принесешь попить?- нарушила я тишину.
- Да,- он с готовностью встал.- Что ты хочешь?
- Водички,- улыбнулась я.
- Я быстро,- улыбнулся он в ответ.
Я посмотрела ему вслед. Сейчас он совсем не был похож на Рауля, и это меня только порадовало. Вернулся он действительно быстро, неся стакан с водой, в которой плавали кубики льда. Стенки стакана запотели, и я почувствовала как в горле все пересохло. Макс протянул мне воду и снова сел рядом. Он немного помолчал. Потом повернулся ко мне.
- Лада, -позвал он.
- Что?- улыбнулась я в ответ.
- Можно тебя попросить?
- О чем?
- Расскажи о камне и о Рауле, пожалуйста.
Я поперхнулась и закашлялась. До сих пор Рауль был только моим. О нем знала лишь Маринка. Но это подруга, а подруги знают многое. Но сейчас я должна была поделиться моим любимым с совершенно чужим мне человеком, который почему- то был очень на него похож. Я немного помолчала, собираясь с мыслями. И решилась. Я знала, что рассказать я должна. Никуда не денешься.
- Хорошо,- ответила я.- Что ты хочешь узнать?
- Все,- коротко ответил Макс.
- А ты потом мне расскажешь о камне и об ордене?
- Да, я все тебе расскажу.
- Договорились.
Я задумалась, с чего же мне начать, и решила начать сначала. Я рассказала ему о том, как камень упал на меня. Как я первый раз почувствовала пульсацию. И о том как камень первый раз приоткрыл для меня свои возможности, а я испугалась. После я перешла к рассказу о стычке в утреннем лесу. Про то, как рыцарь в плаще с красным крестом пронзил мечом коренастого человека. Макс слушал меня затаив дыхание. А когда я рассказала, что рыцарь с крестом каким- то образом увидел меня, он ахнул. Макс не перебивал, а я уже не могла остановиться. Я рассказала про то, как смотрела за передвижениями этого рыцаря. Про то, как вокруг него гибли люди, но ему удавалось уходить от смерти. Я рассказала про сон и пещеру, где мы встретились с этим рыцарем в первый раз, и я узнала, что его зовут Рауль. Потом я рассказала, что мы виделись еще дважды. Из второго сна я вернулась с его плащом и разбитыми коленями. А в третьем он подарил мне кольцо, а я ему свой крестик. Мое сердце пело от нежности, когда я вспоминала все это. Я даже не заметила, как рассказала о том, что мы полюбили друг друга. О том, что он стал реальней всех реальных мужчин. Потом я дошла до последнего виденья, и мой голос начал дрожать. Я вспомнила, как он ворошил рукой гриву коня, и какими чистыми были его глаза. Наконец я дошла до атаки сарацинов. Макс весь подался вперед. Я все больше и больше дрожала, когда рассказывала, как клин рыцарей влился в сияющую лавину. И когда я дошла до воспоминания, как копье пробило грудь любимого, мой голос сорвался на крик, и я начала биться в истерике. Макс схватил меня в объятья пытаясь успокоить.
- Я видела, как он умер, понимаешь? Я видела, как он ужасно умер!- причитала я.- Но он увидел меня, за секунду до смерти увидел, я готова в этом поклясться!
Я рыдала, а Максим все прижимал меня к себе. Когда я немного успокоилась и подняла к нему лицо, меня охватило смятение. В его взгляде были такие же нежность и тревога, как во взгляде Рауля. Макс вновь был похож на него как горошинки из одного стручка.
- Как же ты похож на него, Макс,- прошептала я.- Почему ты так сильно на него похож?
- Он был братом моего пра- пра- прадеда. Первого Магистра нашего Ордена. Рауль Монбар. Так было его имя. А моего предка Жак Монбар.
- Брат...- я задумалась.- Ну, конечно, он плыл на корабле в Иерусалим вместе с пареньком, который был на него похож. И там они тоже встречались. Я видела их вместе незадолго до... до гибели моего рыцаря.
- В тот день Рауль передал Жаку письмо и камень.
- А перстень мне,- задумчиво произнесла я.
Макс хотел что-то сказать, но тут к воротам подъехал автомобиль, осветив нас фарами. На улице уже стемнело, а мы этого не заметили.
- Паниковский ,- сказал Макс и пошел открывать ворота...
На этот раз, обстановка в офисе Магистра была особенно неприятно напряженной. Кроме того, что с нами находился Георгий, который, с некоторых пор, начал вызывать у меня ощущение изжоги, и нервной беседы, я непрерывно думал о том, что Лада там, в Сестрорецке одна, без моей защиты, и неизвестно что может произойти еще. Конечно же, там были Рома, Леша с Вадимом. Но это не успокаивало, я все равно сидел в удобном кожаном кресле, как на иголках, и слушал, преисполненную праведным гневом, речь Георгия.
- Мало того, что Максим безоговорочно принимает на веру спорную теорию Главного Хранителя, он в угоду своим амбициям пытается подтасовывать все события под свое мировоззрение, что может идти вразрез с нашими общими целями, и навредить, а возможно, уже вредит. И ведь он ни с кем не советуется. Принимает решения, не обдумав последствия. Пользуется данной ему властью, и идет одним, и возможно неверным путем. С самого начала он допускает ошибки, за которые придется расплачиваться кому то другому. Как мы можем полагаться на его утверждения, что эта, совершенно посторонняя девица, и есть Главный Хранитель? Как мы можем ставить под угрозу сохранность камня, позволяя ей держать его при себе. Вы же знаете, что камень имеет сильнейшее влияние на человека. Поэтому никто из нас и не дотрагивается до него, кроме случаев крайней необходимости и то на короткое время. А у нее камень находится уже месяц. Кто знает, как это отразится на ее действиях? И наконец, последний случай, когда Камень, фактически был в руках охотников. Поразительная легкомысленность и самонадеянность Максима, чуть не погубили всю операцию. А кроме того, людей, которых я послал для оказания помощи его группе, он отослал по совершенно ненужной и лишней надобности. В создавшейся ситуации, я вынужден просить снять Максима с руководства операцией и передать ее командорству.
Долгая пауза повисла в офисе. Магистр не казался озадаченым или обеспокоеным. Было видно, что он уже принял решение, и пауза нужна, чтобы подчеркнуть весомость. Затем он начал говорить.
- Мы не будем менять руговодителя группы посреди проведения операции. У меня есть информация, которая объяснит , хотя бы частично, то, что происходит, но пока нам необходимо время, чтобы разобраться в ситуации. И командорство, и группа Максима, должны приложить все усилия, чтобы дать нам это время.
- Тогда я требую созвать Совет, - голос Георгия упрямо звенел, он был готов идти до конца. - И пусть все узнают о просчетах группы и риске. И Совет не будет полагаться на родственные чувства...
Последняя фраза заставила Магистра поморщиться. Доля секунды понадобилась ему чтобы справиться с чувствами и ответить.
- Совет будет созван независимо о требований, нам необходимо принять важные решения. Георгий, ты свободен. Командорству выделить все необходимые силы и средства для помощи группе.
Георгий, не скрывая негодования, резко встал и вышел. А Магистр , выждал, когда дверь за ним закрылась, не глядя на меня, сказал:
- Надеюсь, у тебя будет достаточно доводов, чтобы убедить Совет в своей правоте.
- Будут. У меня будут очень веские доводы. Лада, действительно Хранитель. Она встречалась с Раулем Монбаром. Кольцо он дал ей лично. Более того, самое главное доказательство, - она была в Хранилище....
Еще полчаса я рассказывал, все что я узнал от Лады, стараясь не влезать в подробности, а затем рванул обратно в Сестрорецк. Паниковский отсыпался, рядом с Ладой был только Рома. Леша и Вадим расположились в доме отдыха, неподалеку, в двадцати минутах езды. Завтра с утра приедут ребята от Георгия, но мне казалось, что без моего присутствия все пойдет не так, и что то случится. Поэтому я мчался сломя голову, не забывая, однако, менять направления, и проверять, не следят ли за мной.
Наконец, после всевозможных маневров и петляний, я доехал до нашего пристанища. Лада сидела на диване в гостиной и смотрела телевизор. Какое то ток-шоу с бесконечными аплодисментами и криками ведущей - двадцатилетней жертвой пластических хирургов. Лада явно скучала. Я предупредил ее, чтобы из дома она без меня не выходила, а вынужденное ограничение в перемещениях, всегда удручающе действует на психику. Она улыбнулась и приветственно кивнула, но получилось немного уныло.
На кухне послышался звук захлопнувшейся дверцы холодильника. Я заглянул туда. Рома стоя у окна, и глядя на улицу, усиленно жевал. В одной руке он держал огромный бутерброд, а в другой, надкусанный соленый огурец. Я отпустил Рому домой, достал из холодильника пачку гранатового сока, из шкафчика, два стакана, налил, бросил по три кубика льда, и понес в гостиную.
Телевизор все еще издавал веселые крики, шум , но Лада сидела задумавшись, глядя куда то в сторону. Я поставил сок на журнальный столик, и сел рядом. Она, оторвавшись от своих раздумий спросила тихим растерянным голосом:
- Максим, неужели это все правда? Неужели это все бывает на самом деле? Путешествия во времени и пространстве, магическая сила камня, средневековый орден, злодеи? Мне все кажется, что я во сне, и никак не могу проснуться. Как это может быть? Разве бывают волшебные камни?
- Ну слово волшебный, не совсем верно отражает суть, - я определенно обрадовался возможности поумничать, - Скажем, имеющий силу. Так будет лучше понять.
- А откуда такая сила? Почему она оказалась в камне? Камень особенный? Как его нашли? Как про него узнали?- Лада не переставая задавала вопросы .
- Послушай, я расскажу тебе историю. Очень давно, более трех тысяч лет назад, этот камень был обычным речным камнем, который лежал себе на дне реки, неподалеку от берега. И ничем он от других камней не отличался. Первым взял его в руки молодой пастух, по имени Давид. Незадолго до этого, он шел к своим братьям, которые находились на военной службе у царя Саула. Тогда мир был совсем не таким как сейчас. Люди жили по другим законам, исполняли заветы Божьи, и в том был смысл их жизни. Не было конкретных понятий, как страна, государство. Были народы, цари, пророки. И вот армия царя Саула, воевала с соседним народом, - филистимлянами. Сначала война шла успешно, а затем зашла в тупик. Силы, примерно были равны, и никому не удавалось одержать верх. Кроме того, у филистимлян появился воин, каких не было в округе. Кроме того, что он был огромного роста, он еще был искусен в бою. Мастерски владел копьем и мечом. Мечи, кстати, были совсем не похожи на те к которым мы привыкли. Изогнутые как серп, только лезвие снаружи. А еще, этот воин был одет в металлические доспехи, которые сияли на солнце. Звали его Голиаф. Сам вид Голиафа в сияющих доспехах, играющего копьем, как тростинкой, уже наводил ужас. И из за этого полководцы не решались на битву с филистимлянами. А филистимляне не начинали битву, из за того, что их было гораздо меньше, и они не хотели лишних потерь. Думали, что войско Саула отступит, так как с каждым днем нерешительность и упадок духа росли все больше.
Войска, разделяла мелкая речка. И два лагеря находились по разные ее стороны.
Каждое утро войска строились в боевые порядки в ожидании, что кто то начнет битву. Перед строем филистимлян выходил Голиаф. Он был в полном боевом снаряжении, играл оружием, показывал боевые приемы, а затем громким голосом начинал кричать оскорбления противникам, и вызывать их на бой, который должен был решить участь битвы. В те времена это был распространенный способ выиграть битву, и избежать потерь. Два воина сражались, и чей воин побеждал, тот и становился победителем. А противник признавал поражение и принимал все условия.
Так вот , охотников сражаться с Голиафом не находилось, и войско с каждым днем теряло боевой дух и надежду.
В это время, отец Давида, послал его навестить остальных сыновей. Сам Давид был еще молод, чтобы идти на военную службу, и занимался семейным делом, то есть, пас овец. Еще было одно обстоятельство, о котором, ни Давид, ни его отец не вспоминали и не рассказывали никому. Как то к ним в дом пришел пророк. Пришел отметить праздник в их семье. Это считалось большим почетом. Но как известно, пророки не приходят просто так, и в тот раз, так и случилось. Пророк пришел, чтобы свершить волю Господа, и помазать на царство младшего сына, юношу по имени Давид. Дело в том, что Бог разгневался на царя Саула, за неисполнение заветов, и выбрал другого царя. Но если с точки зрения Бога все было просто и легко, то сам пророк вынужден был делать это тайно, опасаясь мести Саула, да и отцу Давида не очень хотелось, чтобы об этом узнали. Что касается Давида, то он был крайне набожный парень и принимал и исполнял все заповеди и заветы, но сам и не знал , как ему быть в такой ситуации. Вскоре он уже забыл об этом случае, и старался не забивать себе этим голову. Тогда так все и делали, потому что считали, все в руках Божьих, и он разберется.
Короче, Давид с гостинцами и приветами от родных приходит на берег реки, где стоят два войска. Он встречается с братьями, они беседуют, закусывают, и тут шумы и смех стихают, все погружается в атмосферу уныния и страха, когда слышится грозный голос Голиафа...
Лада сидела тихо, поджав под себя коленки, и обхватив их руками, слушала не отрываясь. Воодушевленный этим видом, я продолжал :
- Голос гремел над рекой, и был слышен над долиной. Давид встал, подошел к первым рядам воинов, и увидел как огромный, страшный Голиаф, поносит его народ, веру, угрожает всему что он знает и любит, и никто не может ему ответить.
Внезапно ему стало ясно, одно. Он просто не может терпеть это. Он положит этому конец. Он был спокоен и уверен в своей силе. Он знал, что Бог с ним, он чувствовал это . И громко крикнул: " Я принимаю вызов!" Но это ему только показалось, и его голос услышали только на этой стороне реки. Толпа расступилась, чтобы посмотреть на него, а он крикнул еще раз, еще громче и еще увереннее. Тут только Голиаф заметил юношу. Какое то время он удивленно смотрел на Давида, а затем начал смеяться. Все стали отговаривать Давида, но он был спокоен, и сказал всем , чтобы не волновались, он победит. У него нет в этом сомнений. Тут же прибежали его братья, дали ему меч, копье. Попытались одеть на него доспехи, но они оказались тяжелы, и Давид не стал их одевать. Голиаф издали потешался, и описывал способы, которыми он убьет парня.
Давид, не смущаясь нисколько, зашел в реку и в прозрачной воде выбрал три увесистых камня и положил их в сумку. Затем повернулся к Голиафу и крикнул: " Ты вооружен, на тебе доспехи , ты силен и страшен, но я все равно убью тебя. Твое имя будет покрыто позором, и твой народ исчезнет. Потому что на моей стороне сила Господа!"
Голиаф рассвирепел, и с места начал разбег. Он отбросил в сторону тяжелый щит, и бежал с копьем наперевес. А Давид достал из за пояса свою пращу, которой он охотился на мелких животных, вложил в нее один из камней, раскрутил ее как следует, и метнул. Камень ударил Голиафа прямо между глаз. По инерции, тот пробежал еще чуть и как подкошенный упал в мелкую речку, глубина которой была ему чуть выше щиколоток. Он не успел прийти в себя от сильного удара, как Давид подбежал к лежащему Голиафу, отсек кривым мечом голову, и поднял ее на вытянутой руке. Все произошло быстро, молниеносно. Никто не успел осознать , как это произошло. Филистимляне застыли, до них постепенно доходило, что это означает разгром. А на них уже неслись воины Саула. Еще мгновение, и они побежали. К Давиду подбежали братья, которые уже успели с ним проститься. Все поздравляли его, называли героем, а главный священник поднял, лежащий, рядом с обезглавленным телом камень и забрал его с собой.
Вот так началась зарождаться сила в этом камне, которая передалась ему от той силы Давида, что он чувствовал в себе идя на бой. Камень сначала держали, как сувенир, напоминание о победе, но сила рожденная верой Давида росла и умножалась верой других людей, и на протяжение сотен лет она выросла настолько, что уже через тысячу лет, священники стали замечать в камне силу. Именно вера людей, исполнение заветов, преумножили силу камня....
Я глянул в окно. Уже стемнело. Голова Лады устало склонилась, и я пообещал ей, что в другой раз, расскажу ей остальную часть истории камня. Ей лучше было прилечь, и она отправилась в спальню. Какое то время я слышал ее шаги, шум воды в ванной а затем все стихло. Уже было за полночь. Я связался с Паниковским, он уже был у Леши с Вадимом, сказал ему, что мы ложимся спать. Паниковский обещал объехать, проверить территорию, дом снаружи. Я проверил все окна и двери, систему сигнализации, и лег на диване , в гостиной. Еще пять минут я прислушивался к звукам в доме и снаружи, а затем погрузился в сон.
Сквозь сон я почувствовал легкое прикосновение холодной руки к плечу. Я вскочил, и в тусклом свете разглядел Ладу. Точнее, больше была видна ее ночная рубашка, с тоненькими лямочками, сами плечи тонули во тьме.
- Максим, меня разбудил страшный сон, - голос Лады дрожал.
- Какой сон? - я еще не стряхнул остатки сна.
- Не знаю, не помню. Но очень страшный. Я вскочила, и сразу прибежала к тебе.. - тут я заметил что она прижимает к себе сумку.
- И камень взяла с собой?
Она посмотрела на сумку с недоумением.
- Я незнаю... это машинально, я не думала.
В этот момент раздался писк на пульте сигнализации и замигала маленькая красная лампочка. Это означало , что периметр нарушен.
Я схватил телефон, вызвать Паниковского, - сигнала нет. Я привлек к себе Ладу, стянул одеяло на пол, уложил ее на одеяло, и шепотом сказал, лежать тихо. Затем достал пистолет из под подушки, и на корточках присел возле окна. Хорошо что в штанах спал. А то бы бегал в трусах, хорош защитник.
На пульте загорелась вторая лампочка, третья.... На улице не было слышно ни звука. Только треск кузнечиков. Я выглянул в окно, - темень, ничего не видать , потихоньку прошел до входной двери и услышал шорох и стук калитки...
Я лежала в своей комнате и размышляла над тем, что мне сегодня рассказал Максим. Отсвет уличного фонаря оставлял желтые квадраты на стене, в которых шевелились тени деревьев. Я смотрела в эти квадраты, и мне виделся короткий, но результативный библейский бой. Неужели я держала в руках тот самый камень, который держал в руке Давид?! Уму непостижимо... Если бы мне сказали, что камень привезли инопланетяне, мне было бы легче поверить. Но оснований сомневаться у меня не было, необычную силу камня я узнала на личном опыте. Я вновь и вновь прокручивала в голове новую информацию. Постепенно мысли начали путаться, желтые квадраты стали ближе, переплетение теней причудливей...
Я стояла перед лесом, который заливал таинственный желтый свет. Вокруг расстилалась кромешная тьма и только лес светился и играл пляшущими тенями. Я стояла и не могла решиться войти в этот странный лес. Но не могу сказать, что я боялась. Нет, скорее мне было любопытно, но осторожность все еще держала меня на границе. Я вглядывалась в чащу, но ничего не видела. Вдруг мимо меня скользнула какая-то тень. Я повернулась и увидела, что это Макс. Он скрылся между деревьев. Я почувствовала, что мне нечего опасаться и наконец сделала шаг. Меня сразу окутал желтый свет. В нем не было теней, которые я видела, они растаяли, но очертания деревьев стали резче и били по глазам своей четкостью. Ветви их сплелись между собой, образуя крышу, которая перешептывалась от листка к листку, от ветки к ветке. Я не понимала шепот деревьев, но была уверена, что он имеет какой-то смысл. Зверей и птиц не было слышно совсем. Может их не было в этом непонятном лесу вообще. Я шла вперед. Под ногами шуршали опавшие листья. И, кажется, они были недовольны, что я наступала на них. Мне стало неловко и я прибавила шаг. Макс несколько раз мелькнул среди деревьев. Он не видел меня, а я не звала его. Потом он потерялся из виду. И желтый свет вдруг начал вести себя странно. Он как будто начал сворачиваться, убегать куда-то в глубину леса. Его место занимала ночная тьма. Лесная крыша распадалась на отдельные кроны, которые начинали гнуться под порывами ветра, пришедшего вместе с темнотой. Я уже почти бежала, боясь упустить свет. Я несколько раз спотыкалась и падала, задевая корни и сучья, все чаще попадавшиеся под ногами. В конце концов свет исчез, превратившись в оранжевый далекий блик. Теперь добраться до этого блика было для меня жизненной необходимостью. Ночной лес навевал на меня панический ужас, и я бежала выставив руки вперед, чтобы не налететь в темноте на дерево. Наконец оранжевый блик приблизился. Он играл на деревьях, и я увидела, что это огромный костер. Перед ним столпились люди. Их было много. Они молчали и смотрели в одну сторону. Там что-то было. И чувство радости, что я больше не одна, сменилось жгучим любопытством. Я вышла на поляну и попыталась привлечь внимание людей. Они не повернули головы, но дружно расступились передо мной. Я почувствовала себя Моисеем посреди моря. В конце образовавшегося прохода стоял продолговатый предмет. А перед ним два человека. Я медленно двинулась по проходу. Украдкой я бросала взгляды по сторонам. Вокруг меня стояли мужчины. Не было ни намека на присутствие хотя бы одной женщины, не считая меня, конечно. В толпе я увидела лицо Антона, потом Ромы, Леши, Вадима. Их лица были такими же каменными как и у всех остальных. Но их присутствие все-таки меня успокоило еще больше. Но чем ближе я подходила к концу прохода, тем больше не по себе мне становилось. Какая-то необъяснимая дрожь охватывала меня, будто впереди ждало что-то важное, очень важное. Но вместе с тем страшное. Еще несколько шагов, и я вскрикнула и остановилась, пригвожденная к месту. Передо мной стоял... гроб. Он стоял на помосте, покрытом покрывалом, на котором было выткано изображение орла. Ноги у меня подкосились. Это был герб Рауля... герб рода Манбар. Кто же там в гробу, и где Макс? Усилием воли я заставила себя оторвать взгляд от жуткого постамента. В изголовье гроба стояло два человека, чем-то похожих друг на друга. Один из них был Максим. Он смотрел на меня. В его взгляде было ожидание. Второй был старше. Он бы мог быть отцом Максима. Мужчина постарше смотрел в гроб. Макс еле уловимо качнул головой, подзывая меня. Я опустила взгляд. Подойти было страшно. Тогда он отвернулся от меня и тоже посмотрел внутрь гроба. Это вызвало отголосок боли в груди, и я решилась подойти. Сделав несколько шагов и поднявшись по небольшой лестнице, я оказалась перед гробом. Мысленно сосчитав до пяти, я посмотрела туда, куда смотрели Макс и второй мужчина. Из моей груди вырвался крик ужаса и горя. В гробу лежал... Рауль. Лицо его покрывала синюшняя бледность. Такие же руки были сложены на груди. Они не скрывали жуткую рану от копья. А в руки ему был вложен камень. Ноги мои подкосились, и я упала на колени. Теперь лицо мое было на уровне его лица. И вдруг страх пропал. Передо мной лежал мой любимый. Мертвый, холодный, с изуродованным телом, но это был он. Я протянула руку и погладила Рауля по лицу. Ледяной холод, вот что я почувствовала. " Возьми камень",-услышала я шепот за спиной. Я послушно потянулась к камню. Было неудобно. Мне пришлось встать с колен. Я аккуратно разжала пальцы Рауля, чтобы взять камень. Но тут кто-то черный, человек без лица прыгнул на меня. Он вцепился мне в плечи и попытался оттащить от гроба и от камня. Я закричала, но камень был крепко сжат в моей руке, и существо разозлилось. " Это не твое",- зашипело оно мне в ухо: " Отдай это мне". Его склизкие пальцы вцепились мне в горло. Я начала задыхаться и проснулась, подскочив на кровати. Машинально я потянулась к своему горлу. Ощущение скользких пальцев все еще оставалось.
Убедив себя, что это всего лишь сон, я попробовала снова уснуть, но ужас не проходил. В конце концов я вскрикнула от напряжения, сковавшего меня. Не выдержав больше, я в панике выбежала из своей комнаты. Я кинулась в комнату Макса, это единственное безопасное место, которое пришло мне в голову. Он спал. Естественно, что еще может делать человек ночью. Я даже немного разозлилась на него. Как он может спокойно спать, когда я сейчас схвачу инфаркт?! Я достаточно бесцеремонно потрясла его за плечо. Он даже ухом не повел. Я потрясла его более настойчиво, и он проснулся. Сел на кровати, пытаясь проморгаться. Потом взглянул-таки на меня. После небольшого диалога он обратил внимание на то, что я прибежала с сумкой, в которой уже по хозяйски поселился камень. Если честно, то сумку у меня в руках он увидел раньше, чем я сама. Как не напрягала память, я так и не смогла вспомнить момент, когда я ее схватила. От размышлений меня отвлек какой-то писк, который издавал небольшой аппарат на прикроватном столике. Помимо писка он еще мигал лампочкой. Макс начал звонить по телефону, потом схватил меня в охапку и утащил на пол. Затем он взял пистолет и подкрался к окну. Я почти не дышала. Но не было сейчас так страшно, как во сне. Эта неожиданная суета даже отвлекла меня.
Когда Макс тихо вышел из комнаты, я осталась лежать на полу, вглядываясь в темноту за окном. Чувство тревоги снова начало сковывать меня. А когда тревога переросла в страх, я уже не могла лежать одна в комнате. Чтобы там не случилось, но я должна быть вместе с другими живыми существами, потому что пальцы липкой гадины очень явственно ложились мне на горло. И я быстро выскочила из комнаты Макса и отправилась на его поиски.
Нашла я его, и не только его, во дворе. Он и Паниковский стояли на подъездной дорожке к дому. Вадим вошел в калитку. Не было видно только Лехи. Но и он скоро появился, выбежав из дома.
- Ее нет в доме,- кричал он.
- Что?- Макс подкинулся как пружина.
- Я здесь,- сказала я, подходя к ним. Не надо было быть семи пядей во лбу, чтобы понять кого они потеряли.
- Лада, что ты здесь делаешь?- накинулся на меня Максим.- Где я велел тебе оставаться?
- Я не могла там быть одна. Не кричи.
- Ты доведешь меня до сердечного приступа,- Максим был зол, и отыгрывался он сейчас на мне.
- Макс, не надо,- сказал Антон.- Она не виновата ни в чем. Нас кто-то сливает. К бабке не ходи.
- Кто мог это сделать? Кто знал, что мы здесь? Ты хочешь сказать, что в Ордене крыса?
- Макс, они не могли нас найти так быстро. Я вывернулся наизнанку, все проверил. Даже там, где проверять нечего. Их на хвосте не было. И рядом с домом не было еще два часа назад. Нас слили, говорю тебе.
Макс угрюмо глянул на него, потом подошел ко мне и посмотрел в глаза. В его глазах не было злости как в голосе. В них была сильная тревога. Он обнял меня за плечи и повел в дом. Максим хотел, чтобы я снова легла спать, но мне было страшной одной. Рассказывать ему свой сон я не хотела. И признаться, что я боюсь сейчас как трехлетний ребенок тоже. Поэтому я просто включила свет и радио на бумбоксе, который стоял в моей комнате. Так я и пролежала часа два. В доме все стихло. Это начало давить на меня. Я снова начала нервничать. Поняв, что больше не выдержу, я тихо выскользнула из комнаты и снова пошла к Максу. Наши комнаты были на втором этаже. Остальные расположились на первом. Я слышала тихий разговор на кухне. Потом увидела, как Антон прошел в холл с кружкой кофе. Его аромат донесся даже до меня. Потом я продолжила переход к Максу. Он снова спал. Я послушала его ровное дыхание и подошла к кровати. Она была достаточно просторная, и я юркнула к нему под бок, даже не задумавшись о приличиях. Какие приличия, когда сердце заходится от страха? Я легла с края свернувшись калачиком. Максим что-то промычал, вздохнул и обнял меня. Его нос уткнулся мне в шею и стало немного щекотно от его дыхания. Рука Максима по прежнему была на мне. Он был такой теплый... Состояние покоя охватило меня, страх исчез, и я быстро уснула.
Проснулась я, когда солнце было уже высоко. Я даже сразу не вспомнила, где я. Я с улыбкой потянулась. Взгляд упал на футболку Макса, которая висела на кресле, и мне стало жутко неудобно. Максима, конечно, в комнате уже не было. Интересно было бы посмотреть на его лицо, когда он меня обнаружил в своей постели. Что же он обо мне думает после этого? Я тихонечко выскользнула из его комнаты и вернулась в свою. Надо было принять душ и одеться. Чем я и занялась незамедлительно.
Минут через сорок я спустилась вниз. Очень хотелось есть. На кухне никого не было. Я сварила себе кофе, сделала бутерброды и села завтракать. Никто так и не появился пока я ела. Я выглянула в окно. Там стояла какая-то незнакомая мне машина. Рядом с ней было четыре человека. Леша с Вадимом и двое мне неизвестных. Они разговаривали. Потом засмеялись. Один из незнакомцев хлопнул Вадима по плечу, и я расслабилась. Это были их знакомые. После завтрака я вышла из дома. Четверка у машины обернулись ко мне. Леха махнул мне рукой здороваясь. Вадим улыбнулся. Двое незнакомцев посмотрели с интересом. Я кивнула всем четверым и вернулась в дом. Из кабинета вышли двое. Макс и еще какой- то мужчина. Они двигались в мою сторону, но встречаться с ними мне почему- то не хотелось. Я отступила к лестнице, попав таким образом в тень. Там я и замерла, ожидая, когда Максим и его гость пройдут мимо. Уже подойдя к двери, незнакомец обернулся, и его взгляд упал на меня... Один короткий миг, но я почувствовала ледяной холод, прятавшийся в светлых глазах мужчины. Он сразу же отвернулся и вышел, а я помчалась наверх. Там я и сидела, пока не услышала, что от дома отъехала машина, а на лестнице зазвучали шаги. В дверь постучали. Это был Антон. Он приветливо кивнул мне и спросил, хочу ли я есть. Его глаза были красными от усталости. Я сочувственно покачала головой и сказала, что уже поела. Антон кивнул и ушел.
Только через какое- то время я решилась спуститься вниз. Меня и правда испугал взгляд незнакомца. Макс опять был в кабинете. Антон тоже был там. Я решила, что без моего общества они уже соскучились и направилась к ним...
Я сидел за столом, и пристраивал поудобнее свой ноутбук. Паниковский стоял у входа в кабинет прислонившись к косяку двери, и излагал свою версию, стараясь не поднимать голоса, чтобы его не услышали.
- Смотри, как получается, первую ночь, когда кроме нас с тобой не знал где мы, было все в порядке. Как только, мы сообщили командорству свое местонахождение, тут же, здрасте, приехали. Надо проверять, кто в командорстве мог нас слить.
- Ну, во первых, не исключай Лешу с Вадимом. Как это они вдруг так быстро примчались? Этот вопрос зададут и нам, когда мы начнем трясти командорских. А во вторых, Георг ий итак воет на всех углах, что я проваливаю операцию, вряд ли он нам даст даже нос сунуть к их людям. Хотя бы не мешало знать, сколько человек у них, вообще, в курсе операции. И велика ли вероятность утечки.
- Насчет Леши с Вадимом, как раз все ясно. Сигнал тревоги на пульте передается по сотовой связи на их пульт. Как только связь пропадает, автоматически включается тревога у них. Так что они еще раньше тебя поняли, что что то не так. Да и я уже закончил обход, хотел уехать, как заметил, что сигнал исчез. Машину оставил в с той стороны улицы, а сам в обход через садик. Смотрю, тень промелькнула во дворе. Я за ним, а сзади был второй. Он увидел меня, свистнул, и оба скрылись.
- Вадима с Лешей надо сюда перевести на ночь. Пока не найдем другого места. Ты займись поиском, а мне надо получить результаты из лаборатории. Вчера сказали, что перешлют мне на почту. У них уже есть полная картинка. Пора уже отыскать конечную цель на карте.
- Ну, это твоя специальность. Ты же у нас профессор, вот и ищи. А я гляну как там ребята Георгия осваиваются. Проведу инструктаж.
Паниковский вышел из кабинета , а я занялся загрузкой материалов, полученных из научного отдела. То, что я увидел, превзошло все мои ожидания. Последняя часть карты, была восстановлена полностью . Несколько снимков были под воздействием ультрафиолета, инфракрасного и рентгеновского облучения. Данные углеродного анализа я просмотрел мельком, возраст находки был мне итак известен. Быстро просматривал описания проверок, используемых методов и приборов, перечень лабораторий, в которых проводились исследования. Наконец то дошел до самого главного. Картинка , восстановленного первоначального изображения. Я припал к экрану и тщательно изучал свою находку. Затем загрузил три известных ранее фрагмента.
Передо мной возникал новый сюжет. Я представил, как брат Бернард , начертив карту, разрезал ее на четыре части, и
раздал четырем проверенным людям. Так что же было в четвертом фрагменте, без чего невозможно найти Хранилище? Я пытался разобрать знаки. Вот оно! Так и есть. Здесь указано название местности, и даже показано, как войти. Невероятно, но именно так я себе все и представлял.
- Что представлял? - голос Лады раздался за моим плечом. За работой я забыл о времени, и видно последнюю фразу сказал вслух.
- Я просто немного заскучала. Прошлась по дому. Это что такое?
- Карта. Очень древняя карта.
- С сокровищами? - она склонилась ко мне и наши лица сблизились. От нее пахло шампунем и еще чем то приятным.
- Возможно и с сокровищами. Это надо еще выяснить.
- Макс, а что стало с камнем потом? Где он был все это время?
- Хороший вопрос! - я улыбнулся. Очень уж не хотелось, чтобы она уходила. - Давид, после долгих приключений и странствий, все же стал царем. Но сначала ему пришлось пережить гонения , страхи, скитания по чужим землям, преследования Саула, других царей , предательство и войны. Но он остался преданным Богу, себе, и своему народу. И с тех пор пошел род царя Давида, из которого вышли многие великие люди. Цари и пророки, воины и священники. Сын царя Давида тоже стал царем. И был он одним из мудрейших и великих царей. Звали его Соломон. На четвертом году своего правления, он начал строить Храм. Грандиозное по тем временам сооружение, которое служило для проведения религиозных обрядов, жертвоприношений и хранения Ковчега Завета. Ранее Ковчег хранился в Скинии, а кроме этого существовало несколько святилищ, для жертвоприношений. В одном из них хранился камень и меч Голиафа. Известно, что Давид, спасаясь от преследований Саула, скитаясь по чужим землям и собирая отряд воинов, забрал с собой меч Голиафа. Вполне вероятно, что и камень он взял тоже.
Семь лет строил Соломон Храм. На восьмой год он освятил его, и отпразновал открытие. Ковчег Завета был помещен в Святая Святых, куда мог заходить только первосвященник, а камень, вместе с другими сокровищами и святынями, поместили в сокровищницу Храма.
Не все было гладко в царстве. Войны, междуусобицы, распри. Сокровища царя Соломона грабились, брались взаймы, в залог. Вавилонский царь Навуходоносор дважды захватывал Храм, и увозил сокровища. Затем Храм был разрушен, Иерусалим разграблен, а люди угнаны в Вавилон. Существует версия, что Навуходоносор Второй знал о необыкновенных свойствах Камня. Почти шестьдесят лет длился вавилонский плен. Персидский царь Кир, захватил Вавилон, и освободил пленников, возвратив в знак доброй воли многие святыни. В том числе и Камень.
Только через несколько столетий царь Ирод построил Второй Храм. А до этого камень находился в различных святилищах, у разных людей. Возможно, из за него были интриги и войны, возможно кто то поклонялся камню, может и свои хранители были. Мы этого знать не можем. Сведения о той поре настолько скудны, что с трудом узнаем о порядках, интригах, обычаях тех дней. Даже многие события разнятся по датам в разных источниках на десятки лет. А уж если и были упоминания о Камне, то они за сотни лет затерялись, забылись, или были специально уничтожены.
- Максим, так сколько же лет этому камню?
- Ну, считай, Соломон жил в десятом веке до нашей эры, Давид еще чуть раньше, вот и получается, что с тех пор, как Камень попал к нему в руки, прошло более трех тысяч лет. Понятно, что в реке он лежал еще дольше .
Я видел как Лада вздрогнула. Видимо осознание причастности к событиям глубокой древности, взволновало ее .
Пока она, задумавшись, сидела в кресле, я разглядывал знаки на кусочках карты, и тут мне пришла в голову безумная идея. Я узнал это место. Я читал о нем во многих летописях, источниках, исследованиях. Это место описано в Ветхом Завете, о нем писал Иосиф Флавий, оно есть во многих туристических проспектах. На карте было изображено ущелье, это точно. И на отвесной скале явно виден силуэт горного козла. Все верно. На предыдущих частях были изображены долина, плоскогорье, часть водоема...
Я быстро защелкал мышкой пытаясь найти изображения, местности с высоты . Лада, очнувшись от раздумий наблюдала за мной.
- Что то случилось? - она даже немного встревожилась. - На тебе лица нет.
- Да уж не до лица тут.... Вот смотри. Это часть карты, которую искал Рауль. У него было три части, а четвертая, на которой и был ключ к карте, он не смог достать. Я четыре года искал эту часть, и наконец, я кажется смогу прочитать, что говорит эта карта.
- И что она тебе говорит?
- Что место которое мы ищем, находится в горной местности, где когда то Давид скрывался от своих врагов. И там как раз и находится...
Я не успел закончить фразу . Из гостиной послышался крик Вадима. На пороге возник Паниковский:
- Макс, вызывай всех кого сможешь поднять! У нас начинаются неприятности.
Я схватил Ладу за руку, выбежал в гостинную. Леша стоял возле окна. Вадим, погасил свет, и пытался выяснить, что же показывает пульт сигнализации. А пульт мигал всеми светодиодами и издавал слабые гудки. Паниковский пытался как то справиться, колдуя над своим КПК. Я усадил Ладу на диван, прозвонил Георгию, и попросил всех свободных людей, которых он сможет найти. Рому Паниковский вызвал сразу же, и тот был уже на полпути к нам.
На улице было уже совсем темно.
- Сколько же их там? - спросил я. - Все датчики сработали. Не меньше пяти человек.
- Или ни одного - ответил Паниковский. - Они запустили вирус в систему. Возможно, сидят в ближайшем кафе, и кофеек попивают.
- Но подстраховаться не мешает, - я решил что мы и так наделали достаточно ошибок. - Как только приедет Рома, прочешем территорию и проверим датчики.
Какое то время мы сидели в полной тишине, в темной комнате. Леша с Вадимом всматривались в окна, а Лада сжимала мою руку холодными пальцами. Тишину нарушил шум подъехавшей машины...
В течении дня я так и болталась по дому как селедка в море. Все были заняты. Никому не было до меня дела. Хотя, нет. Даже в одиночестве я была не одинока. Кто- то все время оказывался рядом. Не для того, чтобы развлечь меня или просто поболтать. Но из поля зрения моих новых друзей я не выпадала ни на секунду. Даже от нечего делать начала играть с ними в прятки. Улучала момент, когда рядом никого не было видно и старалась забраться куда- нибудь. И когда я была уверена, что я самый хитрый индеец, меня обязательно кто- нибудь о чем- нибудь спрашивал, и я обнаруживала этого кого- нибудь у себя за спиной или сбоку. Сначала это забавляло, потом стало делом принципа, а затем и вовсе начало раздражать. Я на всех обиделась и ушла готовить ужин. Все- таки я была единственной в доме женщиной, но зато главной ценностью.
На кухне никого не было первые две минуты. Потом появился один из новых охранников Глеб. Он присел рядом, посмотрел на то, что я достала кучу продуктов и спросил, чем может помочь. Я тут же вручила ему картошку. Мне не жалко, пусть чистит. Второго охранника звали Борис. Они меня даже немного рассмешили своими именами: Борис и Глеб, сразу вспомнилась история древней Руси. Вообще они мне понравились. Дружелюбные ребята. Смущало только, что смотрели они на меня с откровенным любопытством. Словно изучали неведомую зверюгу в зоопарке. Правда, к тому моменту как Глеб стал добровольным кухонным рабочим, любопытство уже начало проходить.
Пока он чистил картошку, я занялась мясом. Так мы и возились вдвоем на кухне, болтая ни о чем. Когда к нам попробовал затесаться Леша, мы с Глебом его выгнали. И всех остальных любопытных постигла та же участь. Мы вошли в поварской раж. Потом мы накрыли стол во дворе. Звать особо никого не пришлось. На запах пюре, тушеного мяса и салатов народ начал выползать заранее.
Макс оказался напротив меня. Он ел с аппетитом, периодически поглядывая на меня. Мужчины дружно одобрили ужин. Нас с Глебом похвалили, меня больше, и я даже засмущалась. Мытьем посуды занялся Вадим, чай заварил Антон. Я была в отличном настроении. Если не считать похода по магазинам, это было единственное событие, которое не напоминало о нашем осадном положении. Макс был с нами еще какое-то время. Потом ушел в дом. Антон вскоре последовал за ним, дав задание Борису и Вадиму, которым те и занялись. Глеб тоже отошел. Леша проверял периметр. Мне опять стало скучно. Чем занять себя я не знала. Слоняться из угла в угол не хотелось, и я решила порыться в дисках. Может там есть интересные фильмы.
Устроившись в удобном мягком кресле с чашкой кофе, я смотрела старый добрый " Служебный роман". Новосельцев рассказывал про подопята, когда я вспомнила, как мы с Маринкой ездили за грибами. Точней, за грибами ездила хозяйственная подруженция, а я была как всегда бесплатным приложением. Я тогда достала Маринку вопросом съедобно- несъедобно. В грибах я совсем не разбираюсь. Напав на черничник, я почувствовала себя гораздо полезней. Правда, большая часть ягод осела у меня в желудке. Когда Маринка нашла меня, я сидела по уши в чернике и с честными глазами уверяла, что ягод было совсем мало. Она скептически хмыкнула и еще пару месяцев по доброму издевалась надо мной, предлагая пирожков с черникой, которую я в тот день собрала.
Эти воспоминания навели меня на мысль, что за последними событиями я совсем забыла позвонить подруге и узнать как она. Только вот вопрос, как позвонить? Ведь мой телефон таки разбился, когда Герман сбил сумку с моего плеча, мне так и не удалось его запустить. Надо у кого- нибудь попросить. Интересно, дадут ли они мне позвонить? Может это опять из разряда запрещенного? В этот момент ко мне подошел Леша. Я решила попросить телефон у него. Но как только я открыла рот, его позвал Паниковский. Я вздохнула и решила подождать следующего.
Фильм уже подходил к концу. За это время ко мне больше никто не подходил. Похоже, придется самой их отлавливать. Выключив DVD я отправилась на поиски того, кто даст мне позвонить. Как на зло никто мне не попался. Как будто теперь они играли со мной в прятки. Я начала злиться. Да, что же это такое?! То от них никуда не скроешься, а то разбегаются как тараканы! Тут я услышала тихие голоса и обернулась. Из кабинета виднелось пол Антона. Точнее, его плечо и локоть. Вот он- то мне точно не откажет. Я уже близко подошла к кабинету, когда услышала их разговор. Антон говорил о том, что кто- то предал нас. Я так и застыла, прислушиваясь. Рука непроизвольно нырнула в сумочку, где лежал камень. Он отозвался на мое прикосновение слабой пульсацией. Я вздохнула и сделала шаг к кабинету. Паниковский обернулся, увидел меня и кивнул. Макс сидел за столом перед открытым ноутбуком. Антон вышел, а я подошла к столу и встала рядом с Максом. Он был поглощен изучением того, что было у него на экране. Я рассмотрела, что это какие- то документы. Потом он рассматривал какие- то картинки. Вид у него был как у художника перед полотном.
- Так я себе это и представлял,- вдруг произнес он.
- Что представлял?- спросила я.
Он вздрогнул и обернулся. Я решила не говорить, что ищу телефон и соврала, что мне просто скучно. Впрочем, это было не такой уж и неправдой. Просто сейчас мне вдруг стало не до телефонов. Камень начал вибрировать. Я поняла, что происходящее касается его. Макс продолжил рассказывать мне историю камня. У меня голова шла кругом от имен людей, которые возможно держали в руках мой камень.
Я присела в кресло и перед моим взором прошла череда лиц, опутанных паутиной времени. Они были совсем не европейского типа. Люди облаченные в золото. Люди обладающие властью, которая читалась в их суровых лицах. Войны, мудрецы, цари исполненные величия. Я смотрела на них так будто они стояли рядом. Несколько раз мне показалось, что меня коснулись... О, камушек... Ты запомнил их, ты всех помнишь. Это тебя касались их пальцы. Это на тебя смотрели их глаза. Ты был до них, ты был при них и остался после них. Все касавшиеся тебя ушли в небытие, ты пережил столько тысячелетий, наполняясь силой и мощью. И теперь ты в моих руках и даришь мне то, что помнишь. Ты делишься со мной своей силой. Ты доверился мне...
Мне захотелось преклонить колени перед Камнем. Чем бы он не был, он был ЧУДОМ. Я открыла глаза. Макс теперь выглядел как черт на сковородке. Он ерзал на стуле, проводил рукой по лицу, ерошил волосы.
- Что- то случилось? - спросила я, а камень начал остывать.
Оказалось, что Макса так взбудоражила карта. Я подошла к нему. Он начал объяснять, что место, которое мы ищем, находится в гористой местности, где находится... Крик из холла оборвал его на полуслове. На пороге вновь стоял Паниковский. Его измученное лицо было взволновано, впрочем, его собранности волнение не помешало. Он бросил, что начались неприятности и выскочил из кабинета. Макс бросился за ним, потащив меня следом за собой. Я еле успевала за ним. Нас окружала суета. Электронный писк и мигание лампочек действовали на нервы.
Пока мужчины занимались своими делами, я вновь непроизвольно сжала камень. Он мерно жужжал под пальцами. Я впала в какую- то прострацию. Я ничего не видела и не слышала. Камень ничего мне не показывал и не говорил ни о чем. Однако, это было состояние единения. Я как будто слилась с камнем. Наши вибрации совпали, мы будто пели в унисон. Сейчас я признала свое новое звание. Да, я новый Главный Хранитель Камня. И я буду беречь его как свою душу. Пусть мальчики играют в свои игры, пусть они ставят датчики, пусть ловят хулиганов. Это их задача. Мне не за чем бояться и лезть им под руку, моя задача познать силу того, кто ждал меня восемьсот лет. Познать, сберечь и спрятать от чужих рук. Я не знаю сколько я была в трансе. Я не слышала и не видела, что происходило вокруг. Значит мне это было и не нужно. Я знала на двести восемьдесят процентов, что угрозы в данный момент нет. Иначе камень бы не выдернул меня из реального мира.
- Лада, ты в порядке?- голос Максима вернул меня обратно.
- А? Что, Макс?- я не сразу поняла, что он от меня хочет.
- Ты в порядке?- повторил он вопрос.
- Я? Да, более чем,- улыбнулась я ему.
- Ты была такая странная... Будто спала стоя.- Тут он обратил внимание, что моя рука в сумочке.- Камень что- то тебе сказал?
- Нет, сейчас он ничего не сказал.
Макс внимательно посмотрел на меня своими пронзительными голубыми глазами. Я вновь улыбнулась. В этот момент к воротам подъехал автомобиль. Это был Рома. Он сразу включился в работу. Максим усадил меня в кресло, задержав еще на ненадолго мою руку в своей. Не скажу, что сердце мое не дрогнуло. Я не хотела, чтобы он меня вообще отпускал, но я первая убрала руку. Этому было несколько причин. И главная была та, что я все еще считала, что это оскорбляет память моего любимого. И еще я была уверенна в том, что вся моя симпатия основана на его схожести с Раулем. Макс отошел, чтобы принять отчет о проделанных действиях. Я услышала, что версия насчет вируса подтвердилась. Антон и Макс решали стоит ли нам сейчас убраться отсюда или дождаться утра. Паниковский сделал предположение, что это как раз попытка выманить нас из дома. Пока они совещались к воротам подъехали еще две машины.
Борис пошел открывать. Из автомобилей вышло пять человек. Среди них был тот, который напугал меня сегодня днем. Он скользнул по мне взглядом и пожал руку Максу. Они отошли в сторону. Их разговор был совсем не слышен, но лицо Максима в свете уличного фонаря было напряжено. Когда он подошел ко мне, он был серьезен и собран.
- Собери вещи, мы уезжаем отсюда,- сказал он.
Я молча кивнула и пошла к себе в комнату. Собирать было немного. Я не распаковывала половину своих покупок. Только то, что мне пригодилось в эти два дня. Поэтому я так и спустилась вниз с магазинными пакетами. Высокий мужчина стоял возле своей машины. Он приподнял бровь, когда увидел меня. Я постаралась не обращать на него внимания, хотя почувствовала, что выгляжу нелепо. Четверо его спутников тоже смотрели на меня. Смотрели так же как Борис и Глеб днем. Мне стало совсем не по себе. Макс тут же подошел ко мне и прикрыл собой от их взглядов. Высокий мужчина приблизился к нам.
- Максим, ты представишь меня нашей гостье?- спросил он, как бы отделив меня от всего Ордена Хранителей. Ну, что же... Наверное, он прав.
- Да, конечно,- сказал Макс, но я заметила, что его задели слова высокого человека.- Познакомьтесь, это Лада. А это Георгий, командор и мой дядя.
- Очень приятно,- ответила я и подала руку.
Георгий взял мою руку и сжал ее. Достаточно сильно для рукопожатия с женщиной, но я не поморщилась. Это стоило усилий, но я смогла. Я внимательно всматривалась в лицо нового знакомого. Дядя... Я не видела между ними сходства. Георгий был худощавый, темноволосый с орлиным профилем.
- Лада, приглашаю вас прикатиться в моем авто,- Георгий изысканно улыбнулся и неприятное дневное впечатление вдруг пропало.
- Нет, спасибо. Мы поедем как обычно,- ответил за меня Макс. И эта фраза перечеркнула слова Георгия про гостью.- Антон,- крикнул он и открыл мне дверцу.
Георгий пожал плечами, слегка поклонился мне и пошел к своему автомобилю. Макс сел рядом со мной. Он был нахмурен. Впереди сел Антон. Дверца слева от меня открылась, и третьим к нам сел Вадим.
- Куда едем, шеф?- спросил Паниковский.
- Пока едем,- ответил Макс.
Антон кивнул и повернул ключ в замке зажигания.
- Георгий требует, чтобы мы ехали в командорство,- заговорил Максим.- Мне эта идея не нравится.
- Согласен,- сказал Антон.
Мы выехали. В доме остался Рома, чтобы привести его в порядок и закрыть. Убирать ему было недолго, в доме было чисто, поэтому он вскоре нас догнал. Наш кортеж двигался в сторону Питера.
- Макс, что ты не успел сказать мне в кабинете?- спросила я неожиданно даже для себя.
Кажется, все в машине посмотрели на меня. Макс потер лоб, пытаясь понять, о чем я спрашиваю.
- Я хотел сказать, что мы наконец нашли место, где находится храм и хранилище.
- Значит, мы туда скоро отправимся?
- Возможно,- уклончиво ответил он.
Больше я его ни о чем не спрашивала. Я сидела молча, поглаживая камень, и незаметно меня сморил сон.
Я стояла на каменной лестнице, выдолбленной прямо в скале. Казалось, лестница уходила в небеса. Вокруг были одни скалы. Я начала подниматься. Подъем длился бесконечно. Но все же ему настал конец. Я отдышалась немного и поднялась на небольшую площадку. Передо мной был вход в пещеру, а может и не в пещеру, слишком он был похож на арку, созданную руками человека. Я подняла голову и увидела, что над входом высечен крест. А под ним круг со скрещенными свитками. Храм, поняла я. Но почему тогда камень показал мне ход через водопад? Я шагнула к входу, но не стала входить. Остановилась на границе и провела по каменным стенам рукой. Они был теплыми. Так я и стояла, когда мне на плечи сзади легли чьи- то руки. Я обернулась и почувствовала, что теряю сознание. Я упала бы, если бы меня не держали руки... Рауля. Он нежно улыбался мне. Его глаза лучились чистым светом и покоем, которого он никогда не знал. Рауль не был синим как в предыдущем сне. Его грудь не была изуродована раной. Он не был мертвым. Но он не был и таким, каким был при жизни.
- Здравствуй, любимая,- сказал он, и я поняла каждую букву в его словах.
- Рауль,- простонала я, и он закрыл мне рот поцелуем. Его поцелуй был тоже другим... светлым что ли. И меня охватило такое чувство легкости, что казалось, будто я сейчас взлечу.
- Ты живой,- прошептала я.
Он с улыбкой покачал головой.
- Нет, любовь моя. С тех пор как родилась твоя прабабушка, я всегда был мертв. И когда родилась ее прабабушка, тоже. И много поколений твоих родичей до них. Ты сама это знаешь.
- Но мы были вместе!- воскликнула я, и тише добавила,- Я очень сильно люблю тебя...
- Я знаю, голубка, знаю. Ты стала единственной женщиной, которую я полюбил в своей жизни и продолжаю любить.
- Нас посчитали бы безумцами, если бы услышали наш разговор,- улыбнулась я и потянулась к нему. Он снова поцеловал меня. Потом отстранился и сказал:
- У меня мало времени. Я пришел не просто так. Ты должна кое- что увидеть.
В этот момент над горами прокатился рокот, скала под ногами начала вибрировать. Я еле удержалась на ногах. Потом скала задрожала сильней, рокот стал громче. Рауль схватил меня за руку, и мы побежали вниз. Скалы рушились. Камни летели нам вслед. Один царапнул меня по щеке. Потом Рауль остановился и повернулся в обратную сторону. " Смотри",- сказал он. Я тоже обернулась. Скала обрушилась. Вход в храм перестал существовать. Если бы не остатки лестницы, я бы не нашла, где он был. Я посмотрела на Рауля.
- Поэтому мы встречались под водопадом?
- Да, голубка. В храм остался только один вход, тайный.
- Любимый...
- Помни, что я люблю тебя. Знай, я всегда буду с тобой рядом. Только ты живи и будь счастлива,- его глаза светились невыразимой нежностью.
- Рауль...
Он поцеловал мою руку, и я... проснулась в машине.
Макс и Вадим смотрели на меня огромными глазами.
- Лада, что это было?- спросил хриплым голосом Максим.
- Что?- я не поняла, что он имеет ввиду.
- Ты уснула. А потом, я не знаю как объяснить... Ты говорила... Ты будто говорила с кем-то, потом чуть не упала с сиденья. И все бы ничего, если бы у нас на глазах у тебя не появилось вот это.
Он указал мне пальцем на щеку. Я поняла, что царапина пришла со мной из сна. Значит, не сон.
- Лада...
- Этого входа в храм больше нет,- сказала я.- Скала обрушилась. Только лестница осталась. Мне показали.
Максим задумался, а потом сказал Антону:
- Мы не едем в командорство...
Нам нужна была передышка, для оценки обстановки, принятия решений, ну и перекусить. Остановились в ближайшей парковой зоне , в черте города. Место , кажется, не людное, и просматривается хорошо.
Я не знал, куда нам теперь ехать, не знал, следят ли за нами. Я так же не знал, с какой стороны ожидать неприятностей, и кто за нас, а кто против. Это я записал в минусы нашего положения. Хуже всего было то, что по словам Паниковского, в его охранную систему нельзя проникнуть из сети. Запустить вирус можно было только, непосредственно в ноутбук, который находился в гостиной, рядом с пультом. А это значит, что кто то незаметно, на несколько секунд воткнул флэшку в юэсби порт. Вирус мгновенно влез в память жесткого диска и спрятался там, ожидая благоприятного момента порушить всю нашу охранную систему. Вот и получается, в разное время , в гостинной были, я , Лада, Паниковский, Леша с Вадимом, Рома, и Борис с Глебом, - ребята Георгия. Кто то из нас и запустил вирус. Себя, Ладу и Паниковского я вычеркнул из списка подозреваемых. Вадима, Лешу и Рому отодвинул в конец списка. Слишком маловероятна была версия перехода одного из них на сторону охотников. Ну и возглавили список Борис и Глеб. Самое противное было в том, что я их хорошо то и не знал. А наводить справки через Георгия, сейчас было как серпом по коленкам.
Мы с Паниковским сидели чуть поодаль , на старенькой скамейке. Лада устроилась на расстеленном посреди лужайки одеяле, и грелась на солнышке, подставив лицо и плечи. Я украдкой наблюдал за ней. Леша хлопотал , разливая по одноразовым стаканчикам кофе из термоса , Вадим достал еще одеяло и пару свернутых спальников. Рому сразу же отослали на добычу пищи. Ни дать, ни взять, - дурноватое семейство на отдыхе. Паниковский внимательно оглядывался и время от времени поеживался. Он до сих пор не восстановил свою охранную систему, и без своего коммуникатора и нужной информации чувствовал себя неуютно.
- Я не отрицаю возможность, что кто то из своих работает на шакалов. - говорил он тихо и задумчиво. - Но все же эти два командорских бройлера подозрительны мне гораздо больше. Мне бы их потрясти как следует.
- Георгий сразу на нас стрелки переведет. Поручиться то я за своих могу, но тщательной проверки нам не избежать. А в это время , тот кто среди нас шакалит, может натворить нам полное ведерко. А мы будем потом правы и обтекать.
- Так что делать будем?
- Надо Ладу с камнем спрятать от всех. Пока не сможем отсеять всех ненадежных и проверить. И кроме нас с тобой никто знать не должен . А там, и на поиски Хранилища отправимся. Пока охотники не хватились.
Подъехал Рома. Весь салон был завален коробочками , пакетиками. Это , конечно от души и с размахом, но кто же это все есть будет?
Леша с Вадимом оживились, быстро разложили и разобрали еду. Ладе привезли салат с курицей, типа "Цезаря" , нам с Паниковским выделили по два бутерброда с ветчиной, а сами вооружились огромными сооружениями, построенными между двумя булками с торчащими листьями салата, кружками резаных помидоров и еще чего то . Все это поливалось кетчупом и закусывалось чипсами.
Глядя на них, я понял, что вопрос, кто же это все съест, был не уместен.
Мы с Паниковским снова вернулись к своим проблемам
- Ты, Антон, поговори со всеми нашими. - я немного замялся, - Выясни кто что видел... Ну и заодно проверь каждого. Чем черт не шутит?
- Это ясно. Лучше сейчас, пока время есть.
Я воспользовался свободной минутой и присел рядом с Ладой. Хотелось, хоть как нибудь подбодрить ее.
- Ты держишься крепко. Не страшно?- спросил я. Вопрос вышел глупый, но ничего другого в голову не пришло.
- Сейчас уже нет.- она ответила, спокойно улыбаясь - Меня, будто успокаивает кто. Я чувсствую, что в нужную минуту, я буду знать, что делать. Мне помогает камень.
- У меня в этом даже сомнений не осталось.- Я старался говорить бодро, чтобы она не почувствовала беспокойства. - Камень и должен тебе помогать. Он может многое, и люди издревне, зная его возможности, пытаются как то использовать его.
- Макс, расскажи о людях, которые хотят забрать у нас камень. - Я, с улыбкой в душе, отметил это , легко сказанное " у нас". - Кто они? Откуда? Давно они пытаются завладеть камнем?
- Это длинная история. Еще с античных времен шел слух о Камне Давида. Даже, пожалуй, в те времена о нем было известно гораздо больше чем сейчас. Ходили легенды, рассказы, о нем писали в летописях и различных трудах древних писателей и историков. Ни одно из свидетельств того времени не дошло до нас но в начале христианской эры и в средние века еще остались документы, описания камня. Понятно, что те завоеватели, религия которых не предписывала почитать память Давида и его камня, интересовались только выгодой, которую можно извлечь из него. Возможно, камню приписывались и сверхмощные и волшебные свойства. Но еще язычники во времена Второго Храма пытались завладеть им, а уж в средние века, хоть большая часть информации о камне была утеряна, были искатели сокровищ и артефактов жаждущие только наживы, фанатики, ослепленные манией власти над миром, искатели философского камня. Кстати, легенда о философском камне вполне могла быть создана на основе легенд о Камне Давида....
Зазвонил мобильник, и я прервал свой рассказ. Голос магистра не был неожиданностью. Я ждал, что орден и командорство не дадут мне бегать по стране без присмотра.
- Максим, завтра к двум часам тебе вместе с Ладой необходимо прибыть на Совет. Ты знаешь, что сейчас многое зависит от того, что ты скажешь, и что сделаешь. Постарайся взвешивать каждое свое слово, и предоставить, как можно больше аргументов в свою пользу. Учти, Георгий под тебя копнул глубоко. Правда, все что он сможет предоставить, это домыслы . И если у тебя будут факты, то перевес будет на нашей стороне.
Я отвел Паниковского в сторону.
- Делать нечего, далеко убегать мы не можем, завтра нам с Ладой надо быть у магистра на Совете. Поэтому, я решил , что самое глухое место, где нас не найдут, это центр. Я знаю одно место на Лиговском, маленькая неприметная гостиница в обычном доме. Если незаметно туда проберемся, то нас и не вычислит никто. - я смотрел на реакцию Паниковского, он прикидывал, насколько мы рискуем.
- Хорошо, Макс, ты езжай с Вадимом и Лешей, а Рома поедет сзади. Я отстану, чтобы не светиться. Но буду там поблизости наготове. Как только устроитесь, я проверю, что нет наблюдения . Потом зайду тоже. Если заметишь, что то подозрительное, хватай Ладу, камень, и давайте деру оттуда. Я вас подберу.
- Спасибо, Антон. Надеюсь, что до этого не дойдет.
Вскоре мы двинулись в центр. Долго нарезали круги, разъезжались в разные стороны, останавливались, ждали, резко трогались с места. Вобщем, сделали все, чтобы выявить и сбросить с хвоста кого угодно. Хотя, скорее всего никого и не было.
По дороге я позвонил из автомата, и заказал два номера в гостинице. Затем мы припарковались у Московского вокзала, и проехали одну остановку на метро. После того, как мы смешались с толпой, затем прошли три- четыре квартала пешком, я зашел в обычный питерский подъезд, Лада с ребятами следом за мной. Третий этаж, и был маленькой и уютной гостиницей, на полтора десятка номеров, где останавливались туристы, и , располагающие бюджетом, командировочные.
Пока мы оформляли заселение у пожилой, бухгалтерского типа женщины, зашел Паниковский. Он знаком дал понять, что одобряет выбор, и все спокойно.
Конечно же, мы с Ладой были в номере вдвоем. Не то, чтобы я воспользовался положением, но с моими желаниями это совпадало полностью. Какое то время с нами сидели Рома с Вадимом. Паниковский беседовал с Лешей, затем Леша пришел, и ушел Вадим, минут через сорок, пришла очередь Ромы. Паниковский не столько хотел избавиться от подозрений, сколько пытался выстроить картину произошедшего. Ближе к вечеру мы остались на какое то время одни и Лада опять начала распрашивать о камне.
- А какие свойства у этого камня, что все так желали им завладеть? - спросила она, усаживаясь удобнее на кровати , поджав под себя ноги.
- Да тебе, пожалуй известно побольше, чем считали многие в древности. - Я усмехнулся, и продолжил. - Мало кто знал истинные свойства камня. Одни говорили, что он предсказывает судьбу, другие, - что останавливает время, третьи, что дает власть над миром, четвертые, что превращает металлы в золото. Кто знает, правы ли они, может, и правы, но основное свойство, из за которого камень и хранился в Храме, и ссылки на которое до шли до наших дней, это способность камня предвидеть и определить истинного пророка.
Дело в том, что в те времена не было уголовных, гражданских, процессуальных кодексов, не было единых правил поведения. И все решения , которые люди должны были принимать, должны были проходить высшую проверку. То есть, получить разрешение, или указания от Бога. Язычники через шаманов, жрецов и при помощи алкалоидов, получали какие то знаки и знамения. Толковали как хотели. Но верующие в единого Бога, не удовлетворялись этим. Они желали более точных и конкретных указаний. Но Бог не говорит со всеми. Он выбирает угодных ему пророков, и передает им все что надо. Следовательно слова пророка имеют очень большую силу, и оказывают влияние и на царей и на народы. Как и следовало ожидать, во все времена появлялись лжепророки, и это несмотря на то что лжепророчество и по земным и по небесным законам считалось особо тяжкин преступлением, и каралось исключительно смертью. Всегда находился какой нибудь вождь, предводитель, монарх или руководитель освободительного движения, который объявлял себя пророком, не имея на то основания. Вот и приходилось мудрейшим из первосвященников устраивать проверки пророкам, чтобы знать, можно ли верить ему, можно ли следовать за ним. Представляет ли он Бога, или преследует свои цели. И вот, этот камень и помогал столетиями определять пророков. Но после долгих войн, после вавилонского плена, множества распрей, и уничтожения династий священников и царей, знания о камне были забыты, и только единицы знали и придавали значение свойствам камня.
И вот, когда , мало кому известный прежде, человек из Назарета, из рода Давида, по имени Иисус въехал в Иерусалим, то многие священники и служители Храма принялись его осуждать , но почти никто из них не догадался проверить при помощи камня, тот ли это человек, призван спасти народ. И только одному человеку пришло в голову это сделать , и это был основатель первого христианского ордена, ордена Хранителей, который несколько раз уничтожался, но вскоре возрождался снова и снова. И неизвестно, сколько раз еще ему это предстоит сделать..
Я прервался, подошел к занавешенному окну, осторожно отодвинул занавеску и глянул на улицу. Начинало темнеть. Я задернул плотнее шторы и включил свет. Лада сидела все так же поджав под себя ноги. Только голова ее устало склонилась на высоко поднятые подушки. Глубокое ровное дыхание указывало на то, что она заснула.
Для меня прошло как в тумане все, что происходило после моего сна. Не знаю какие чувства я испытывала. Я видела Рауля, он вновь держал меня в своих объятьях, но радость где-то затерялась. Это было как голодному дать понюхать тарелку с борщом. То, что мы вновь были вместе, конечно, будоражило кровь, но его слова, чтобы жила и была счастлива, были как прощание. И почему-то душа рвалась на двое. Мой взгляд сам собой находил Макса, было печально и тоскливо. Не помню, как мы отделились от машин сопровождения его дяди. Куда и как ехали, я тоже толком не обратила внимания. Я была в своих мыслях. Любимый существовал и помнил меня, но теперь мне было еще тяжелей от своей симпатии к Максиму. Тем более, она усиливалась с каждым днем. Я не знала как мне быть, и что делать дальше. Нет, ничего не изменилось в основной задаче, но сейчас я не знала, как мне заставить себя больше не смотреть на Макса так, как я смотрела последнее время. Внутренний голос увещевал, что Рауль не просит хранить верность его памяти, и он сам отпустил меня, но какое-то гаденькое чувство, что я предаю его, не оставляло меня. Макс периодически смотрел на меня и ободряюще улыбался. От его улыбки сердце сжималось еще сильней. Я готова была заплакать. И так бы наверное и поступила, если бы мы не остановились рядом с каким-то небольшим парком, и я не вышла на свежий воздух. Утренняя роса коснулась щиколоток, когда я пошла по траве, и это меня встряхнуло. Я отпустила переживания, решив, как незабвенная Скарлетт О Хара, подумать об этом потом.
Меня усадили на одеяло, специально расстеленное для меня. Там я и сидела, наслаждаясь небольшим ветерком и ласковым утренним солнышком. Макс опять пытался меня подбодрить. Какой же он милый... Захотелось обнять его, но укол совести не заставил себя ждать. И я отогнала от себя мысли о милом Максиме.
До полудня мы снова ехали, снова куда-то заселялись. Я даже не хотела уже в это вникать. Напряженная ночь давала себя знать, и я находилась на грани сна и реальности. Поэтому я послушно шла туда, куда меня вели. В результате меня привели в небольшую гостиницу в обычном жилом доме. Было классно лечь наконец на мягкую большую кровать. Макс устроился у меня в ногах. Он снова рассказывал мне про камень. Оказывается, основная функция камня была определять пророков. Надо же, такого я и представить не могла. Я думала, он что-то вроде машины времени. Насколько же велика сила камня. Я прикрыла глаза, слушая спокойное течение слов Максима. Постепенно меня все-таки сморил сон.
Когда я проснулась, на улице было еще светло. В комнате не было никого, но до меня донесся звук льющейся воды. Я лежала, скользя взглядом по стене, когда плеск воды затих, и из душа вышел Макс. Я повернула к нему голову. На его молодом и красивом теле поблескивали капельки воды. Вокруг бедер было обернуто полотенце. Я не могла оторвать от него глаз. Максим засмущался и опустил взгляд. " Извини, я думал, ты еще спишь"- буркнул он и, быстро схватив одежду, снова ушел в душ. А я встала и отвернулась к окну, пытаясь отогнать от себя не очень чистые мысли, появившиеся при виде Макса. Когда за спиной скрипнула дверь, я поняла, что он снова вышел. Я не оборачивалась, но приближение Максима почувствовала. Ковровое покрытие гасило и без того почти неслышные шаги Макса. Сердце гулко ухало в груди. Его руки легли мне на плечи, и мое тело заколотило мелкой дрожью. Макс прижался щекой к моей макушке и сильней сжал плечи. Я замерла, не зная, что мне делать. Оттолкнуть? Мягко отстранить? Ответить? Но Макс решил все за меня. Он резко отстранился и охрипшим голосом начал извиняться.
- Прости, я не знаю, что на меня нашло.
- Макс,- перебила я его,- а где Антон и остальные ребята?
- Что?- он мгновение удивленно посмотрел на меня, и тут же благодарно улыбнулся.- Ребята разбираются с делами. Скоро подойдут.
- А когда они занимались чем-то иным,- хмыкнула я.- Пойду-ка и я приму душ.
- Давай. А я пока тоже поработаю.
Я взяла чистые вещи и ушла в душ. Думаю, не надо объяснять, что творилось в моей душе. Как только дверь за мной закрылась, непринужденный вид и явное спокойствие в один миг оставили меня. Ноги так сильно затряслись, что я была вынуждена сесть на край душевой кабинки. Голова шла кругом от раздиравших меня противоречий. Я до сих пор ощущала тепло его прикосновений. Я непроизвольно обняла себя за плечи там, где были руки Максима, и расплакалась. Если вникнуть в смысл происходящего, то мои переживания были полным бредом. Моя любовь, Рауль, он не существовал. Он был давно и безнадежно мертв. Он появлялся только в минуты, когда камень позволял ему появиться. Я понимала это, но беда была в том, что Рауль для меня был реальней кого бы то ни было. А Макс был так похож на него... и не похож одновременно. Он будил во мне эмоции сильней, чем мне бы того хотелось. Я надеялась, что после встречи с Раулем, то, что так крепко держало меня сейчас, больше не произойдет. Но нет. Я все так же смотрю на Максима голодными глазами. И кроме этого я испытываю к нему нежность. Может пора себе честно признаться, что Макс привлекает меня вовсе не своей схожестью с Раулем? Макс привлекает меня как Макс, и это уже неоспоримо. Но как же мне разделить сердце напополам? В конце концов я просто психанула на саму себя, включила холодную воду и встала под нее. Ледяные струи обожгли кожу, но привели в сознание. Я попробовала сделать воду теплей, но это слабо получилось. Я посмотрела на бойлер на стене. Похоже с горячей водой здесь проблемы. Тьфу, как же меня раздражают такие вещи! Я ополоснулась чуть теплой водой, вытерлась, натянула легкое коротенькое платье и вышла из душа.
Макс сидел со своим ноутбуком на полу скрестив ноги и что-то увлеченно читал.
- Там Царь-Кощей над златом чахнет, -продекламировала я.
- Что?- он вскинул голову, но по глазам было видно, он не здесь.
- Да, ничего. Что ты там все читаешь?
- А, это материалы, которые могут пригодиться завтра.
- А что у нас завтра?
- Я же тебе говорил,- он удивленно вскинул брови.
Я напрягла память и... ничего не вспомнила. Если он мне что-то и говорил, то я его не слушала.
- Завтра совет,- сказал Макс.- На нем будет рассматриваться вопрос о работе нашей группы и твоя связь с камнем.
- Ох,- я опустилась рядом с ним на пол.- Кто это придумал?
- Георгий. Мой неутомимый дядюшка. Он отличный парень и предан ордену, но он никак не хочет верить очевидному. Он не верит в тебя и считает, что я из-за своих фантазий небрежен с камнем.
Я молчала. Сразу вспомнился его взгляд, еще в Сестрорецке. Вот значит почему он так неприятно на меня смотрел. Он думает, что я самозванка.
- Максим, а почему в меня веришь ты? Может я действительно не та, за кого себя выдаю.
- Ты та,- он улыбнулся, взял меня за руку и слегка сжал ее.- Понимаешь, теория Главного Хранителя существует уже не одно столетие. Но так как никто не появлялся, в нее перестали верить. Это как сказки в детстве. Пока мы маленькие, мы верим в них и боимся Бабу Ягу, а когда вырастаем, то разочаровываемся, вера сказкам исчезает. Так и с Главным Хранителем. Когда-то его ждали, потом ждать перестали и стали забывать. Периодически кто-то находил упоминание о перстне и самом звании главного хранителя и начинал возрождать, уже как возможную теорию. Согласись, восемьсот лет большой срок для ожидания. Вот большинство и перестало верить этой теории. А мой отец верит. И я верю. А то, что я узнал с момента нашего знакомства и то, что увидел,- он слегка коснулся царапины на моей щеке,- меня окончательно убедило. Твое состояние было настоящим, ты не контролировала себя, когда приходила в сознание. И какое слово было первым, когда ты открыла глаза и увидела меня?- я пожала плечами, этот период я помнила плохо.- Ты назвала меня Раулем. Разве это могло быть совпадением? Разве это было сказкой или теорией? Нет, камень общается с тобой. Никому за восемьсот лет он не открылся. Его даже в руки нельзя было брать без крайней нужды. Влияние на человека он оказывает сильное. Но не такое как на тебя. Ты спокойно держишь его в руках. Можешь его гладить, перекладывать с руки на руку. А никто из нас не может.
- Почему?- я была удивлена, если честно. Нет, я помню, что поведал мне о себе камень, но я не думала, что его не могут касаться, особенно хранители.
- Мы не можем вступать с ним во взаимодействие, но его силу мы хорошо ощущаем. Это не ведет ни к чему хорошему. Были случаи, когда хранители увлекались силой камня и переходили на сторону охотников, если не получалось украсть камень. Или пытались себе его присвоить. Поэтому Главным Магистром может быть только сильный человек. Сильный духом и верой. Мой отец такой. Но и он никогда не злоупотреблял общением с камнем.
Я вспомнила, как Маринка однажды взяла камень в руки, но быстро его откинула. Значит она не почувствовала тогда то, что чувствую я. Но что-то заставило ее мне поверить после того, как она прикоснулась к нему.
- Наверное, поэтому я и не хочу забирать у тебя камень. Точней, это одна из причин. И потом ты Главный Хранитель, камень должен быть у тебя.
Я улыбнулась. Значит завтра нас ждет новый бой. Стало немного страшно, но я не показала виду.
- Прорвемся, Макс.
- Я тоже в это верю.
- Я хочу есть,- сказала я, чтобы сменить тему и поняла, что есть я хочу совершенно по настоящему.
- Подожди минутку, я позвоню ребятам. Нам принесут ужин.
- А сходить мы никуда не можем? Хочется пройтись.
- Лад, давай не будем рисковать, пожалуйста,- Макс был сама серьезность.
- Но мне хочется на улицу. Давай сходим в какое-нибудь кафе поблизости.
- Лада, это несерьезно.
- Согласна. А на улицу хочется очень по серьезному.
- Вредничаешь?- он прищурил один глаз.
- Да!- я радостно закивала.- Капельку.
Макс неопределенно хмыкнул и пообещал, что когда-нибудь меня накажет за капризы. А я, прям, так испугалась... Об этом я не забыла сообщить ему. Кажется, он хотел схватить меня за ухо, по крайней мере, в глазах его было похожее желание, но я погрозила ему пальцем и пошла к выходу. Макс, обреченно вздохнув, пошел следом за мной. Как только мы вышли из номера, тут же в коридоре показался Антон. Макс сказал, что мы хотим сходить перекусить. Паниковский выразил неудовольствие, но я не сдалась. В результате Антон и Макс обменялись взглядами. Взгляд Антона говорил: " Эй, ты что позволяешь собой командовать?!" Взгляд Макса обреченно ответил: " А что я могу поделать?.." Паниковский махнул рукой и вызвал Рому. Вадим и Леша спали. Так вчетвером: Рома впереди, я и Максим посередине, Антон сзади- мы и пошли в ближайшее кафе. Но там уже никто не жалел, что пришли сюда. Все с жадностью накинулись на еду. Похоже мальчики проголодались даже больше, чем я. В общем, ужин прошел без происшествий, и обратно мы вернулись без приключений и сытые.
Остаток дня мы провели почти в том же составе. Только Рому сменил проснувшийся Леша. А Рома пошел спать. К одиннадцати вечера все разошлись. Макс и я опять остались вдвоем.
- Надо ложиться,- сказал он.- Завтра тяжелый день.
Я не спорила. Усталость брала свое. Кровать в номере была одна, ну, как же, у нас же легенда... молодожены! Поэтому он лег на пол. Из вежливости я предложила ему занять половину кровати, но Макс отчаянно замотал головой. Я была этому рада. Лежать рядом с ним было бы невыносимо. Но я честный человек и потому постаралась помочь ему устроиться там поудобней. Одеяло мы свернули вместо матраса, я укрылась легким покрывалом. И поделилась подушкой. Так мы и легли. Я сверху, он снизу.
Сон не шел. Не знаю сколько я пролежала, уставясь в темный потолок, украшенный бликами и тенями от уличного фонаря. Макс похоже тоже не спал. Он ворочался с боку на бок. Наконец я не выдержала.
- Макс, ты не спишь?- спросила я.
- Нет, не спиться.- ответил он из-под кровати.
- Макс, расскажи про совет.
- Что рассказать?
- Что такое этот совет, кто там, что за люди.
- Хорошо,- кажется, он был даже рад поговорить.
Чтобы не разговаривать с пола, он сел на кровать, но тут же напрягся. Похоже, ему было очень неспокойно в такие моменты. И у нас это взаимно. Я перебралась на подоконник. Села в дальнем конце, подтянув коленки к груди. Макс облокотился на свободную часть подоконника. На улице еще ездили машины, но не так оживленно. Город потихоньку засыпал. Макс немного последил за замирающей жизнью ночного Питера, а потом начал рассказывать.
- Совет состоит из пяти человек. Главный Магистр и четыре старейшины. Это очень уважаемые люди в Ордене. Их избирают путем голосования. Они умны, беспристрастны, их суд всегда справедлив. Главный Магистр в этот раз будет только наблюдателем. Он мой отец и верит в Главного Хранителя. Скорее всего, он побоится быть пристрастным и будет просто следить за ходом совета, не вмешиваясь. И это правильно. Магистр не должен руководствоваться в первую очередь родственными связями или личным отношением к делу. Так что отец останется в стороне. Он итак помогал нам как мог. Георгий будет давить на нас. Это понятно. Мы должны быть очень убедительны, чтобы заставить совет, если не верить нам, то хотя бы колебаться между сомнениями. Скорее всего, у тебя попросят твой перстень на экспертизу.
- Я не отдам перстень! Ты что? Нет, как можно!- я даже задохнулась от такой идеи.
- Почему ты так не хочешь дать перстень на анализ? Как только все подтвердится, его вернут тебе, да еще и с признанием.
- Нет, Макс, забудь! А если перстень подпортят? Если внесут в его форму какие-то случайные изменения. Это же ключ! Нет, я отвечаю за его целостность.
- Это глупости, Лада, с перстнем ничего не сделают, его только проверят.
- Нет, нет и нет! На эту тему разговор окончен.
- Но чем тогда мы сможем подтвердить кроме слов наши показания?- Макс был раздосадован.
- Чем?- я задумалась и радостно просияла. Ну, конечно же!- Макс, нам нужно ко мне домой.
- Зачем?
- За доказательствами! У меня есть еще кое-что кроме перстня.
- Что? Скажи же!
- Сюрприз,- я смеялась довольная собой.
- До чего же ты несносна,- заворчал Макс.
- Именно такая...
Я подвинулась к нему и не удержалась. Я взяла его лицо в ладони и нежно поцеловала в губы. Прежде, чем он что-то смог сделать в ответ, я соскочила с подоконника и бросилась одеваться.
- Во сколько совет?- спросила я, причесываясь.
- В час дня.
- Хорошо, еще поспать успеем.
Он натянул джинсы и футболку. Потом позвонил Вадиму как самому выспавшемуся и Леше, как отдохнувшему более-менее. Остальных мы будить не стали. Вадим пошел заводить автомобиль. Леша стоял рядом с подъездом в ожидании нас. Мы с Максимом шли к ним, когда Макс остановил меня. Он некоторое время смотрел на меня, похоже что-то хотел сказать, но, так и не решившись, снова пошел вниз по лестнице. Дорога до моего дома заняла вдвое меньше времени, чем днем. Отсутствие пробок отличная штука.
Во дворе у меня было тихо и спокойно. Леша вернулся с осмотра. Никого рядом с домом не было. Конечно, кто же теперь ожидает меня увидеть здесь? Охотники знают, у кого я. А значит сюда я уже вряд ли приду. Когда мы вышли из машины, начал моросить дождик. Я подставила ладонь под капельки и улыбнулась. Это было как воспоминание из детства. Мой двор, мой дом, моя маленькая квартирка, все это было словно из далекого прошлого.
Мы поднялись на мой этаж. Соседи спали. Кое-где только был еле слышен телевизор. Я наслаждалась тем, что поднимаюсь по этим ступеням. Родная дверь матово поблескивала цифрой 35. Моя квартира... Я хихикнула и открыла замок.
- Добро пожаловать, гости дорогие,- пропела я и первая шагнула в квартиру. Тут же в нос ударил запах запущенного жилища. Как-то сразу упало настроение. Ребята почувствовали это. Кто-то из них слегка похлопал меня по плечу. Я кивнула и пошла в комнату. Я включила ночник. Все было так, как я оставила, отправляясь с Маринкой развлечься последний раз. Но главное, на кресле все так же висело то, зачем мы сюда приехали.
- Вот,- показала я рукой на кресло.
- Что это?- спросил Максим.
- А это, Макс,- я бережно сняла плащ Рауля со спинки кресла,- плащ, который носил твой предок, Рауль Монбар. Он накинул его на меня, когда я сильно замерзла.
- Не может быть...- прошептал Макс, благоговейно взяв у меня плащ.
Он подошел с ним к ночнику, желая рассмотреть получше. Когда он раскинул плащ, то увидел на нем вышитый герб рода Монбар.
- Невероятно... Можно я...
- Накинь,- улыбнулась я.
Макс осторожно одел плащ на плечи. Я посмотрела на него и сердце сжалось. Передо мной был почти Рауль. И уже немного не Макс.
- Сними,- попросила я,- пожалуйста, Максим.
- Хорошо, уже снимаю. Тебя что-то расстроило?
- Нет, уже все в порядке. Ты здорово в нем смотришься. Почти как он.
Лицо Максима слегка потемнело, но он ничего не сказал, и я не поняла почему он вдруг стал мрачным. Он направился к выходу, неся плащ в руке. Леша и Вадим двинулись за ним. А я вспомнила, что у меня еще есть одна из моих повязок с колен. Они были от рубашки Рауля. Правда, на них была моя кровь, но вдруг и это чем-то поможет.
- Почему ты задержалась?- спросил Макс, который ждал меня на лестнице.
- Я взяла еще вот это. Кусок рубашки Рауля и кровь с моего колена. Не слишком эстетично, но может будет иметь какую-то пользу.
Макс кивнул и пошел вниз. Я шла сзади и думала о том, что же ждет нас на совете. Но сначала надо поспать, кажется теперь я спокойно усну...
Ничем не отличимый от других жилых домов в центре, имел отдельный вход со двора. Жильцы верхних этажей заходили с улицы. Во двор мы с Ладой вошли, пройдя через узкую арку. Паниковский остался ждать в машине на соседней улице. На случай непредвиденных обстоятельств.
У входа со двора, рядом с мощной стальной дверью, была прибита табличка: "ОАО ПАЛЬМИРА". Я нажал на кнопки кодового замка и дверь открылась.
Секретарь магистра, Иннокентий Филиппович, сухой морщинистый старик, сохранивший легкость движений, и осанку, указал нам с Ладой на маленькие диванчики перед залом заседаний. Совет уже начался, но нас должны заслушивать чуть позже. Вероятно, сейчас Георгий толкает гневные речи, пытаясь склонить членов совета на свою сторону. Очень хотелось приложить ухо к двери и послушать, о чем говорят в зале, но строгий вид Иннокентия Филипповича, удержал меня в рамках приличия. Мы с Ладой молча присели на диванчики. Лада нервничала, и мне казалось, что у нее дрожат, сложенные на коленях руки. Захотелось обнять ее и успокоить, но вместо этого я ободряюще улыбнулся ей. Это не сработало.
Я сосредоточился на секретаре. Старик, здесь был, казалось , всегда, бесшумно двигаясь по офису, неожиданно исчезая и появляясь, когда в нем возникала необходимость. Он так же сидел здесь, когда меня утверждали на пятый уровень. Так же сидел, когда восемь лет назад совет избирал верховного магистра ордена. Тогда было два кандидата. Мой отец и Георгий. Два брата, претендовали на должность магистра. Точнее, претендовал только Георгий. Вся его жизнь была ступеньками к этой вершине. Он изучал все что можно, участвовал во всех исследованиях. Шаг за шагом он приближался к своей цели. Многие прочили ему эту должность. Отец же был выдвинут по просьбе старейшин, чтобы составить конкуренцию Георгию. Пять дней шел совет. И вердикт был неожиданным для обоих. Отца утвердили на должность верховного магистра , а Георгий так и остался командором. Конечно же отношения между отцом и Георгием стали более натянутыми. И только недавно я узнал главную причину, по которой совет не утвердил Георгия, и вынес решение в пользу отца. Старейшины пришли к выводу, что желание Георгия руководить орденом, продиктовано честолюбивыми, карьерными побуждениями, а не стремлением служить высшей цели ордена. Георгия подвело его рвение и честолюбие, которые раньше ему всячески помогали.
Из размышлений, меня вывел бесстрастный голос Инокентия Филипповича:
- Максим, заходи. - Он посмотрел на вопросительный взгляд Лады. - А Вы, барышня, сидите, ждите пока...
Я вошел в зал, просторную гостиную, с огромным круглым столом посередине. Напротив, расположились четверо членов совета и магистр. Чуть поодаль, слева сидел Георгий. Все члены совета, известные в ордене люди, занимали не последние должности в солидных мировых университетах и научных организациях. Так или иначе, они были наилучшими экспертами в вопросе происхождения и свойства камня.
Для начала, мне было предложено рассказать о всех действиях в хронологическом порядке, с момента начала операции по поиску камня. К этому я был готов, отчеты я помнил наизусть, добавил описание перстня, а так же сведения из источников, упоминающие о перстне Главного Хранителя. Кроме этого, воспроизвел рассказ о посещении Ладой пещеры. И привел несколько схожих описаний из древних источников.
Пока все шло как на защите диплома. Добродушные профессорские взгляды членов совета подбадривали, но так и не ввели в заблуждение. В любой момент, мне могли задать каверзный вопрос. Для убедительности, я закончил рассказ словами:
- Таким образом, я смею полагать, что Лада Князева и есть Главный Хранитель. И это подтверждают источники и сама теория Главного Хранителя, которая существует уже несколько веков.
- Ни в коем случае! - Георгий даже не дал мне малейшей паузы и сразу напал.- Максим может полагать что угодно, и это даже бывает интересно, но ради желания подогнать события под любимую теорию, не стоит спешить и делать поспешные выводы а тем более решения. Во первых, камень следовало немедленно вернуть под усиленную охрану, и ограничить контакт с ним, до тщательного расследования.
Один из членов комиссии перебил Георгия и задал мне вопрос:
- Кстати, Максим, а почему ты решил оставить камень у Лады?
- Сначала мы хотели выяснить, как и насколько камень повлиял на события, да и охотники шли за нами по пятам. - Я понимал, что звучит это очень неубедительно. Георгий тут же воспользовался этим:
- И ради этого стоило рисковать камнем? Была допущена грубая ошибка, в результате которой, Лада сама выкрала камень, и добровольно уехала с охотниками.
- Не добровольно. Охотники угрозами заставили ее выйти.
- Ну, и какой из нее Главный Хранитель? - не унимался Георгий? - Почему мы вообще должны ей верить? Она показала какой то перстень, рассказала истории про пещеру, Рауля Монбара, и мы должны принять все это на веру? Рисковать всем ради того, что Максим считает единственно правильной, теорию Главного Хранителя? А сама теория не доказана. , она может быть плодом богатого воображения наших предков. Видения Лады могут быть галлюцинациями, результатом воздействия наркотиков, наконец, просто обманом. Вы все готовы рисковать? Где гарантия, что Лада не работает на охотников?
- А у Вас, командор, есть сведения, о том, что Лада Князева подослана охотниками, или Ваши слова мы должны принимать на веру? - Спросил другой член совета. Я мысленно отметил, что есть кто то и на моей стороне.
- Нет, у меня таких сведений, но я предпочел бы, на время расследования, держать камень в надежном месте и не полагаться при решении вопросов на действия неуравновешенной девицы.
- Но, операцией руководит опытный хранитель пятого уровня. Вы считаете, что он руководствуется неверными выводами? Прежде вы говорили, что руководитель группы вел себя неадекватно. Потрудитесь объяснить. - Третий член совета был явно на стороне Георгия. Он как бы невзначай подвел его к возможности обгадить.
- Во первых, Максим начал использовать свои родственные отношения. - Георгий сразу ударил ниже пояса. - Я нисколько не умаляю его личных качеств, но возможность влияния на решения Верховного магистра у него была. И любой другой член ордена , давно бы получил отказ. Кроме того, всем известно, что теория Главного Хранителя, и поиски Хранилища, основная тема Максима, область, которую он знает очень хорошо, возможно, лучше многих. Но самоуверенность, с которой он принимает решения в пользу своей теории, не подпуская никого к камню, видимо, стала чрезмерной. Он самолично ставит на первое место, так называемого, Хранителя. Девицу, которая месяц назад даже не знала о существовании ордена, позволяет ей распоряжаться камнем, и ее безопасность ставит выше безопасности камня. - Георгий принципиально не называл Ладу по имени. - Я вынужден потребовать снять Максима с руководства группой, и передать камень под защиту командорства.
Воцарилась тишина . Георгий , поджав губы, сел с видом оскорбленного правдолюба. Такого я от него даже и в страшных вариантах, которые прокручивал накануне, не ожидал.
- Вообще то, Вы, командор, сами являетесь родственником магистра, и , соответственно, родственником Максима. - четвертый член совета немного остудил обстановку. - Пожалуй мы можем перейти к заслушиванию Лады Князевой.
Все вопросительно посмотрели на дверь.
К совету я готовилась тщательно. Одежду я приготовила еще ночью, когда мы вернулись обратно в гостиницу. Хотелось выглядеть просто, скромно и со вкусом. Как назло я набрала на последнем шопинге одежду совсем нескромную. Ну, или почти нескромную. Одно слишком яркое, другое слишком короткое. У этой кофточки декольте, а та вообще майка. На удачу я не выкинула свои старые вещи. Их тоже таскали за собой как и пакеты с обновками. В сумке я нашла сарафан чуть ниже колена и короткий жакет к нему. Все это было нежно-сиреневого цвета, который очень шел мне. Самое замечательное, что я приходила в форму. И теперь старые вещи на мне не висели. К одежде я присоединила новые белые туфельки на небольшой шпильке и, опять же, новую белую сумочку. Камешку в ней понравится. И с головой не буду мудрить. Сделаю простой хвост. Вроде ничего. Смотрится приятно... Не понравлюсь, ну и ладно. Лишь бы дали камень отнести домой. После этого я легла и сразу уснула. Макса на тот момент в номере не было. Он вышел, пока я металась между чемоданами. Не знаю, когда он вернулся, но, проснувшись, я снова не нашла его в номере.
Завтрак мне принес Антон. Выглядел он гораздо лучше, чем вчера. Я как раз вышла из душа, когда он принес поднос с горячим ароматным кофе и двумя свежими сладкими булочками. Я улыбнулась ему и поцеловала в щеку. Антон смущенно заулыбался, пожелал мне приятного аппетита и ретировался из номера. Но я тут же вскочила за ним.
- Антон,- позвала я.
- Что?- он удивленно обернулся.
- Антошенька, будь другом. Узнай, пожалуйста, как тут можно вещи погладить. Ладно?
- Хорошо,- кивнул он и пошел к администратору.
А я вернулась в номер и приступила к завтраку. Все- таки Паниковский молодец. Если он следит за питанием, значит все будет вкусно. Когда я закончила с завтраком, в номер постучала горничная. Я отдала ей свой костюмчик, и она ушла. Времени оставалось все меньше и нужно было не лентяйничать, а начинать заниматься собой. Я вывалила свою косметику и приступила к созданию красивого и неброского макияжа. Хорошо, что мы когда-то со Светкой прошли курсы визажа. Мы тогда только начинали охоту за ценными женихами и собирались много куда еще пойти. Денег не хватило. Вчерашним школьницам с финансами было сложновато. Маринка тогда над нами издевалась и отправляла на курсы кройки и шитья, предлагая стать " сам себе кутюрье". Я и Светка все равно взялись за это дело, но быстро поняли, что нас легче запустить в магазин готовой одежды, чем доверить пошив этой одежды. В конце концов мы успокоились и закончили метаться по курсам. Мы отучились в своих институтах и просто начали жить.
Когда я закончила с макияжем и прической, горничная принесла мой костюм. Я придирчиво осмотрела его, придраться было не к чему. Горничная, получив свои чаевые, ушла довольная. А я, не менее довольная, оделась, обулась, переложила камень и перстень в новую сумочку и еще раз посмотрела в зеркало. Отражение мне понравилось. Ой, парфюм! Так, совсем немножко за ушки и на запястья. Класс! Нежный аромат разлился по комнате. Кажется, я королева... Если дяденьки из совета не обалдеют от меня с первого взгляда, то они просто старые пни, а не старейшины, так-то вот.
- Лада,- дверь открылась и Макс стоял на пороге.
- Да?- я просто сияла улыбкой ему навстречу.
- Лад...да,- он поперхнулся и уставился на меня.- Ты великолепна,- выдохнул Макс.
- Спасибо, Макс,- я даже зарделась.- Произведу впечатление на совет?
- А, да, совет... - Макс прикрыл дверь и подошел ко мне. Его руки легли мне на талию,- На меня ты его уже произвела... давно... - Макс вновь смутился, потом слегка коснулся губами моей щеки и отступил.- Надо идти, можем опоздать.
- Да,- я просто онемела от этого поцелуя, но быстро взяла себя в руки.- Да, я готова. Пошли.
Я захватила пакет, в котором лежал плащ Рауля и повязка с колена. Макс тут же перехватил пакет. Я улыбнулась, и мы вышли из номера. Антон ждал нас в коридоре. Он внимательно осмотрел меня, как обычно одобрительно кивнул и пошел на лестницу. Нас провожал до машины Рома. Он шепнул мне: " Выглядишь супер". Я залилась румянцем.
Когда мы доехали до конечной цели, я почувствовала, что та легкая эйфория, которая кружила голову в гостинице, исчезла, и начался мандраж. Мне вдруг показалось, что вся эта суета с одеждой была глупой, и вырядилась я зря. И вообще не вырядилась, а напялила старые тряпки. Надо было натянуть джинсы и футболку. И зачем я здесь собственно говоря?! Пусть без меня советуются, я здесь причем?! Макс сразу уловил мое состояние и крепко сжал руку.
- Все будет хорошо, Ладушка,- тихо сказал он.
Ладушка... Это прозвучало как музыка. Как же нежно он произнес мое имя. Захотелось растрогаться и заплакать, но эту блажь я быстро ликвидировала. Вместо слез на сильном плече, я пожала в ответ его руку, кивнула и открыла дверцу машины. Макс быстро вышел и помог выйти мне.
Пройдя еще минут пять пешком, мы наконец оказались рядом с подъездом с домофоном и вывеской " ОАО ПАЛЬМИРА".
- Пальмира?- я удивленно посмотрела на Максима.
- Да,- он хмыкнул.- А почему бы и нет? Ордену нужно прикрытие.
- И чем занимается ваша Пальмира?
- Потом расскажу. Сейчас нет времени.
- Уговорил.
Макс нажал кнопку на домофоне, и мы вошли.
В холле нас встретил какой- то подвижный старичок. Он показал нам на небольшие кожаные диванчики. Макс сразу сосредоточил внимание на больших дверях прямо перед нами. Я вжалась в спинку дивана и попыталась отвлечься просмотром окружающей обстановки. Обычная офисная мебель, может чуть иначе, чем в тех фирмах и фирмачках, в которых я была по работе. Единственное, что отличало это " ОАО" от других, так это тишина. Такая тишина бывает только в библиотеке, когда малейшее шуршание улавливаешь как громкий всплеск. Захотелось крикнуть, чтобы нарушить эту оглушающую тишину. Но я этого не сделала.
Неожиданно перед нами появился тот же старичок, я даже не заметила, когда и куда он исчезал, и позвал Макса. Тот встал, сделал несколько шагов и повернулся ко мне. Макс подмигнул мне и как-то очень нежно улыбнулся. Я только еще сильней стиснула руки на коленях и опустила голову. Максим скрылся за дверью, и я почувствовала себя совсем сиротливо. Неожиданно передо мной вновь предстал старик. Он принес мне стакан воды.
- Выпейте,- тихо сказал он.
- Спасибо,- я с благодарностью взяла стакан чуть дрожащей рукой и почти залпом его осушила.
Старик забрал стакан и направился к маленькой боковой двери. Я ее сразу и не заметила.
- Подождите,- позвала я его.
- Да?-он вежливо улыбнулся.
- Как вас зовут?- даже не знаю зачем я это спросила, но мне не хотелось остаться опять одной.
- Иннокентий Филиппович,- ответил старичок.
- Очень приятно, а я Лада Игоревна... ой,- я осеклась, зачем я так представилась...- То есть, просто Лада. Игоревна это отчество, но вы меня по отчеству не называйте, потому что я еще такая молодая, а вы... Вот ведь,- я совсем запуталась и теперь себя тихо ненавидела,- простите...
В глазах старичка заплясали веселые чертики.
- А я уже значит Филиппович, потому что совсем старый хрыч?
- Нет, ну, что вы?- я попыталась загладить свою неловкость,- Вы еще очень даже в соку мужчина. В самом расцвете сил. Да, дай Бог, дожить до ваших лет...- да, что же это такое в конце концов,- Я совсем не то хотела сказать.
Иннокентий Филиппович развернулся и ушел за небольшую дверь. Через мгновение до меня донесся оттуда тихий смех. Как же я на себя злилась. Вот умею же я нести всякую глупость! Ну, что же за язык-то такой! Зачем дедушке нахамила? А извиняться страшно, вдруг еще добавлю что-нибудь.
Иннокентий Филиппович появился через пару минут. Лицо у него было серьезное, но в глазах по прежнему искрилось веселье. Он принес мне газету.
- Возьмите, Лада, не очень популярная газета, но время немного займет,- он дружелюбно улыбнулся.
- Спасибо,- я взяла газету и постаралась углубиться в чтение. Спросите меня, что я тогда прочитала, а я ответить-то и не смогу. Не помню.
Не знаю сколько времени прошло в этих попытках читать, но оно закончилось неожиданно. Иннокентий Филиппович снова оказался передо мной.
- Пора?- спросила я.
- Да,- он кивнул в ответ и добавил.- Лада Игоревна, вас приглашают пройти.
Я вспыхнула, накинула сумочку на плечо, взяла пакет, который Макс оставил на диване и пошла к дверям. В спину мне донеслось тихое хихиканье старичка.
На еле гнущихся ногах я вошла в просторное помещение. Чуть ли не треть этого помещения занимал огромнейший круглый стол. Я таких еще и не видела. За столом сидело четверо человек. Чуть дальше от них сидел пятый. По внешней схожести с Максимом я поняла, что это магистр и его отец. И он был один в один, как в моем сне о человеке без лица. В стороне от стола сидело еще двое. Георгий, который сверлил меня взглядом и Макс. Его взгляд был внимательным и слегка тревожным. И все-таки он мне ободряюще улыбнулся. Вообще все семь пар глаз были направлены на меня. И вдруг меня отпустило. Как-то разом. Я легко подошла к круглому столу и остановилась напротив членов совета.
- Здравствуйте, Лада, присаживайтесь,- сказал мне магистр.
- Здравствуйте,- ответила я всем разом и присела на стул, который был придвинут к столу.
- Как поживаете?- неожиданно спросила я и смутилась. Снова- здорово, но меня угнетало то, что я не знала, что они хотят от меня услышать.- Извините.
- Спасибо, хорошо поживаем,- заулыбался один из членов совета.- А вы как?
- И я вроде неплохо, только бегаю последнее время много. Утомляет немного,- сейчас тупить взгляд будет еще глупей. Значит надо выкручиваться из этого дурацкого положения с наглой миной.
- А вам бы хотелось не бегать?- спросил еще один.
- Ну, это было бы неплохо.
- Так может вы хотите отдать камень и уйти?
- Нет. Я хочу отнести камень туда, где ему должно находиться. До этого момента камню лучше быть у меня.
- Почему? Вы считаете, что Орден с этой задачей не справится?
- Справится, но вы не найдете хранилище.
- Почему?- в разговор включился третий.
- Вы не знаете дороги. Мне ее показали.
- У нас есть карта.
- Она более не имеет пользы. Входа в храм не существует. Его завалило обвалом.
- А куда же надо?
- Вы нашли место, ищите поблизости водопад. За ним тайный вход.
- Это там вы встретились с Раулем Монбаром?- насмешливый голос Георгия раздался из-за спины.
- Да, там. - я ответила, не поворачивая головы.- Там он отдал мне и вот это.
Я достала из сумки перстень и положила рядом на стол. Перстень до этого времени видел только Макс и еще ребята из его группы. Члены совета чуть подались вперед.
- Это ключ,- пояснила я.- Максим назвал это знаком Главного Хранителя. Но еще это ключ.
- От чего ключ?- вновь спросил первый.
- От хранилища.
- Любопытно. Мы можем его посмотреть поближе?
- Да, если обещаете его мне сразу вернуть.
- Мы согласны. Совет просто хочет ознакомиться с этим кольцом.
Я хотела отнести им перстень, но магистр жестом остановил меня. Тут же из ниоткуда материализовался Иннокентий Филиппович и отнес перстень на тот край стола, где заседал совет. Члены совета передавали друг другу перстень, внимательно рассматривали. Потом перстень вернули мне тем же путем, как и забрали. Старичок-тень вновь исчез.
- Хорошо. К перстню мы вернемся чуть позже, а сейчас давайте, Лада, начнем сначала,- вернулся все тот же первый член совета к прерванному разговору.- Наш разговор пошел как-то с конца.
- Давайте сначала,- я была не против.
- Как к вам попал камень?
- Он на меня упал.
- Объясните.
- Ну, не знаю. С неба, из окна, кто-то им запустил в меня, я не знаю. Но он упал на меня и очень хорошо упал. Потом такой синячище был на плече.
- И что дальше?
- Дальше?- не поняла я.
- Что вы сделали, когда на вас упал камень?
- Я забрала его домой.
- Вот так взяли и забрали домой камень, который, как вы говорите, упал на вас?- ехидство в голосе Георгия просто зашкаливало.
- Нет, не просто взяла и забрала.- ответила я, опять обращаюсь только к совету.- Можно мне не отвечать на этот вопрос, мне не очень удобно.
- Может вам просто нечего сказать?- кажется, Георгий решил меня достать.
- Есть. Мне отвечать?- спросила я совет.
- Да, Лада, расскажите,- мягко сказал мой собеседник из совета.
- Хорошо. Я его запинала,- в глазах всех, кто был передо мной, читалось недоумение.- Ну, я была в тот день в жутком настроении. Все пошло наперекосяк, а потом мне еще и в плечо прилетает какой-то булыжник. Я впала в такое состояние... В общем, я начала пинать его по улице. А потом подобрала. Если честно, у меня нет объяснения зачем я это сделала. Я этого даже не помнила, пока не нашла его случайно. После этого несколько раз хотела выкинуть.
- Но не выкинули, почему?
- Он удивил меня. Напугал. А потом я научилась с ним общаться.
- Хорошо...- все тот же первый задумчиво потер подбородок.- Почему вы сбежали после этого?
Я поняла, что от меня ждут более подробного рассказа, и я начала рассказывать. Историю видений и знакомства с Раулем я рассказала без лирических отступлений, сокращая свой рассказ до важных деталей. Меня слушали внимательно, не перебивая. Закончила я тем, что случилось, когда я была в Кронштадте. Дальше они все знали не хуже меня.
- Любопытно,- сейчас в разговор включился четвертый член совета, который до этого молчал.- Если то, что вы рассказали правда, то...- он многозначительно развел руками.- Скажите, почему вы, уже зная какое чудо у вас в руках, понесли его охотникам?
- У меня не было выбора. У них была моя подруга.
- Замечательно,- голос Георгия начал раздражать,- как можно доверять Камень человеку, который может продать его за шантаж? Как вы могли, Лада, рисковать Камнем?
Я первый раз за все время обернулась к нему.
- Судя по вашим словам, вам этого не понять. На кону была жизнь близкого мне человека. Как я могла оставить ее? Да, я знала, что мы обе окажемся под возможной угрозой, и камень могут просто забрать, не выполнив обещания. Но это был единственный шанс, и я его использовала. Как видите, все обошлось.
- Это невообразимо. Насколько помню, все обошлось только благодаря группе хранителей, которые хотя бы этим смогли прикрыть свое разгильдяйство, упустив вас.- Георгий даже встал.- И почему охотники отпустили вашу подругу, но оставили вас? Почему они не забрали у вас камень?
- Я должна на это отвечать?- я вновь повернулась к совету.
- А хотите я отвечу за вас?- в голосе Георгия появились торжественные нотки.- Вы сама охотница. Вы работаете на шакалов. Вы просто не успели им передать камень, вам помешали!
- Георгий, это переходит все границы!- Макс стоял рядом с ним. Его глаза пылали яростью.
- Максим прав, командор,- первый член совета встал со своего места.- Вы вмешиваетесь в допрос. Вы взяли на себя роль обвинителя, которая вам в данный момент не полагается. Позвольте совету выполнить свою работу, для которой вы сами нас созвали. Если вы продолжите в том же духе, мы будем вынуждены удалить вас.
- Я понял, простите меня,- Георгий метнул недобрый взгляд в меня, потом в Максима и сел на свое место. Максим тоже вернулся на свое место. Вновь водворилась тишина.
- Итак, Лада,- заговорил второй член совета,- все- таки ответьте на вопрос, почему у вас не забрали камень?
- Он хотел, чтобы я ему доверяла.
- Кто?
- Охотник, который звонил мне, и который отвез к моей подруге.
- А зачем ему нужно было ваше доверие?
- Потому...- я замялась. Объяснение было таким нелепым,- потому, что тот охотник ко мне неравнодушен. Простите, но для меня это тоже было неожиданно. Ему был нужен не только камень, ему еще была нужна я.
- Хм...- изумление опять отразилось на лицах присутствующих, а за спиной раздался громкий хохот Георгия.
- Теперь вы видите, уважаемый совет, в чьих руках все это время находился Камень! Еще не хватало, чтобы эти шуры- муры подвергли артефакт опасности.
- Командор!- первый член совета вновь встал,- мы ведь предупреждали вас. Покиньте зал заседаний совета, и позвольте совету самому делать выводы и заключения.
Георгий побогровел и стремительной походкой направился к выходу. Макс сидел с бледным лицом, плотно сжав губы и смотрел прямо на меня. Мне стало неуютно под этим взглядом.
- Лада, когда вы узнали о симпатии охотника?- спросил магистр.
- В тот момент, когда он вез меня к подруге.
- Раньше вы с ним встречались?
- Да. Но вспомнила я об этом только тогда, когда он признался мне. Он и еще один охотник подходили к нам с подругой в ночном клубе. Потом хранители помогли нам от них отвязаться.
- Да, был такой эпизод. - подтвердил магистр.
- На вас произвело впечатление его признание?- спросил первый.
- Да, отрицательное. Он напугал меня этим признанием. Я не знала как себя вести. Но он сказал, что не торопит.
Совет пару минут тихо переговаривался. Потом они вновь повернулись ко мне.
- Лада, позвольте нам взять ваш перстень на анализ. Это поможет в нашем небольшом расследовании.
- Простите меня, уважаемый совет, но перстень я вам дать не могу. Я не могу рисковать целостностью ключа. Но у меня есть то, что может вам помочь.
Я подняла пакет на стол, вытащила плащ и раскинула на столе.
- Что это?- спросил первый.
- Это плащ Рауля Монбара,- ответила я и вдруг почувствовала гордость.
Совет дружно встал и подошел ко мне. Они молча рассматривали плащ. Потом второй сказал вполголоса:
- Герб Монбаров. Сомнений нет.
- Вы отдаете плащ на экспертизу?- спросил магистр.
- Да, но я очень прошу, верните мне его, когда закончите его исследование.
- Хорошо,- магистр улыбнулся,- не сомневайтесь.
- На сегодня совет окончен,- провозгласил первый, когда все члены совета вернулись на свои места.- Лада и Максим, вы можете быть свободны. Камень пока остается под охраной группы Максима. О дальнейших действиях совет вынесет решение и огласит его.
Мы с Максом попрощались с советом и вышли из зала. Иннокентий Филиппович проводил нас до выхода.
- До свидания, Максим. До свидания, Лада Игоревна,- и дедушка подмигнул мне, я опять вспыхнула.
- Игоревна?- Макс удивленно посмотрел на меня.
- Это длинная история,- отмахнулась я.
Когда мы вернулись в гостиницу, Макс и Антон ушли в номер Антона. Я разделась и пошла в душ. Я была вымотана до предела. Психологически вымотана. После душа я легла, положив камень рядом с собой.
- Они нам поверят, камешек?- спросила я. Камень безмолвствовал...
Как только мы вернулись с заседания совета в гостиницу, я решил обсудить ситуацию с Паниковским. Ребята вышли покурить и заодно проверить, все ли тихо снаружи. Я изложил все плохие, и не самые плохие варианты исхода заседания. Самым плохим было то, что камень могли у нас забрать, а в этом случае, тот, кто внедрился в орден может завладеть камнем, информацией о хранилище. Да и вообще, я был против того, чтобы связь Лады с камнем прервалась. Я видел, что камень влияет на нее. Каким то непостижимым образом она под его влиянием принимает правильные решения, избегает ловушек и неприятностей. И я не хотел, чтобы это прекращалось. Наоборот, это должно было помочь нам в наших дальнейших поисках. Я склонялся к тому, что нужно немедленно исчезнуть из поля зрения и ордена и охотников. Улетать из страны, и приступать к поиску хранилища. Иначе, или охотники достанут нас, благодаря своему человеку в ордене, или сам орден тормознет нас надолго, и операция прервется, отложится и сойдет на нет.
На мой вопрос, что он думает о моих планах, Паниковский, недолго думая ответил:
- Надо уходить. Шансы на то, что Георгий уговорит совет, немалые. А учитывая то, что в ордене сидит крыса, и все наши действия могут быть известны шакалам, то и думать нечего. Я почти уверен, что вирус в систему закинули эти два братка из командорства, - Борис с Глебом. Никто из посторонних не имел возможности оставаться в гостиной и у пульта сигнализации, кроме них. Но подстраховаться все же не мешает, и Лешу, Вадима и Рому, надо оставить .
- Я так и думал, незачем им тащиться с нами. К тому же втроем нас труднее будет отследить.
- Ну, значит, решено. Я проинструктирую ребят , что и как говорить нашим, а вы с Ладой уходите прямо сейчас. Постарайтесь до вечера затеряться в городе, я проверю, что с билетами и рейсами. Через пару часов я выйду на связь, и договоримся о встрече.
Мы достали из запечатанных конвертов новые сим карты, обменялись новыми номерами. С этого момента, только мы двое знали номера, и могли связаться и отследить друг друга.
Затем я вернулся в номер. Лада задремала, сидя в кресле, зажав в руке камень. Какое то вре мя, я смотрел, на спящую девушку, ее спокойное милое лицо, прислушивался к ее ровному дыханию. Очень не хотелось ее будить, но все же пришлось.
Лада вовсе не удивилась нашим планам. Будто ожидала, что все так и случится.
На сборы ушло не более четверти часа. Чемодан с вещами мы оставили в номере, с собой взяли только документы и самые необходимые вещи, решив что багаж только задержит нас. За номер было уже уплачено, и тихонько пройдя по коридору мимо номера наших спутников, вышли на улицу.
Солнце еще не зашло, но разогретый за день город остывал. Спешить нам было некогда, тем более, мы пока не знали куда . Лада призналась, что очень давно не гуляла просто так, без особой цели по Питеру, да я и сам не мог припомнить такого случая, тем более, с девушкой, которая занимает мои мысли и трогает чувства. Дойдя до набережной Фонтанки, мы прошли немного стараясь не думать о том, что предстоит нам в ближайшее время, и свернули в сторону Театральной площади.
- Максим, а как получилось, что камень оказался здесь, в Питере? - этот вопрос, видно давно занимал Ладу, - Ведь это так далеко от нас.
- Это тоже интересная история, но ничего сверхъестественного в этом нет. Возрождение Ордена пришлось на конец эпохи крестовых походов, и гибели латинских государств Востока. Братья хранили свою принадлежность к ордену в тайне и многие из них состояли в других орденах, и большая часть из них входила в орден святого Иоанна, который известен, как орден Госпитальеров. После гибели Иерусалимского королевства, Госпитальеры завоевали себе остров Мальта, и укрепились на нем. Долгое время они существовали на острове, под защитой крепких стен, как маленькое государство. Почти пятьсот лет камень хранился в одной из тайных галерей мальтийской крепости. Хранители за это время организовали поиски документов и свидетельств, рассказывающих о камне. Поиски шли медленно, во всех направлениях. Были изучены библиотеки крупных религиозных центров. Хранители внедряли своих людей, в Ватикан, посылали исследовать редкие свитки в заброшенных монастырях, в разных частях света. По крупинкам собирали упоминания о камне, упоминания об упоминаниях. Хранители были во всех европейских университетах, путешествовали с торговцами и открывателями новых земель. Но к концу восемнадцатого века, очень многие европейские монархи посматривали на Мальту, как на стратегический опорный пункт в средиземном море. И мальтийские рыцари, чувствуя, что могут оказаться захваченными, каким нибудь государством, стали искать сильного покровителя, с интересами в Средиземноморье и согласному оставить рыцарям их суверинитет. Подходящим покровителем им показался российский император Павел Первый . Магистр ордена вел переговоры с представителями императора.
Время было непростое не только для рыцарей мальткского ордена. Хранители тоже почувствовали опасность. Французская революция всколыхнула всю Европу, и появилось огромное количество авантюристов. Бежавшие от репрессий, два предприимчивых французских дворянина, нашли на юге Италии человека, хранящего тайну людей, охотившихся когда то за древним артефактом, могущественным камнем. Авантюристы заключили с этим человеком союз, и используя свои связи и предприимчивость, в течении нескольких лет искали следы артефакта в Азии, на Востоке. Рисковали, пробираясь в недоступные европейцам земли, подкупом и угрозами добивались своей цели .
Камня они не нашли, но узнали, что им интересуется какая то тайная организация, и по видимому, камень хранится у нее. В скором времени они оказались на Мальте, но проникнуть в хранилище не смогли.
И вот, спустя много времени, они вернулись к человеку, который послал их на поиски. Скитания и лишения изменили их. Десятки отнятых жизней, сотни преступлений, сделали их опасными и беспринципными людьми. Они намеревались сами воспользоваться богатством и связями своего работодателя, но не рассчитали своих сил. У богатого генуэзского купца, была своя небольшая наемная армия средиземноморских пиратов и контрабандистов. Он узнал у французов все что ему было нужно, а затем французы исчезли. Как и многие другие, кто намеренно или случайно, узнавал что либо о камне. На хранителей была объявлена охота. Все, кого люди итальянского купца считали хранителем, выслеживались, пытаясь добраться до камня. Хранителей похищали, пытали, убивали, и вскоре, даже на Мальте, они не могли быть в безопасности.
К тому же, в 1798 году, Наполеон Бонапарт захватил Мальту по дороге в Египет. Рыцарям мальтийского ордена пришлось сдаться, и некоторые из них, в том числе и хранители, перешли на службу к новому покровителю, российскому императору. Так, камень, а так же штаб- квартира хранителей, оказались в Санкт- Петербурге. Хранители приняли присягу императору, а позже и православие. На какое то время им удалось запутать следы, и охотники не могли их достать.
Незаметно, мы миновали Мойку, и уже выходили на невскую набережную. Время пролетело незаметно, уже ощущался прохладный ветерок, и солнце почти зашло.
Из приятного состояния вывел звонок. Звонить мог только Паниковский.
- Макс, я достал билеты. Вылет в пять утра. Я в Пулково, в гостинице авиагородка. Подъезжайте ближе к полуночи, проверьте, что никто за вами не увязался.
Я записал улицу, дом, и номер в гостинице, и мы двинулись к ближайшей станции метро. Сменив несколько станций, мы вышли на станции метро Академическая, зашли в какой то торговый центр, купили два удобных рюкзачка, для самых необходимых вещей, да и чтобы вид багажа был. А то совсем без багажа и вещей, тоже внимание привлечь можно. Особенно сейчас, когда в аэропортах все, вплоть до желудочного сока ,проверяют.
Выйдя из торгового центра, мы поймали такси, и благополучно добрались до пулковской гостиницы. На втором этаже нашли нужную комнату, я постучался и услышал голос Паниковского: - Входи!
Это было нехорошо. Он должен был сам открыть дверь. Я успел подать знак Ладе, чтобы она остановилась и отошла назад, открыл дверь настежь, но не вошел, остановился на пороге. В номере горел приглушенный свет. Видимо ночник, или настольная лампа. Я заглянул в небольшую комнатку, и сразу оценил ситуацию, как напряженную, но не безнадежную. На стуле , перед небольшим столиком сидел Паниковский. Напротив него , в кресле сидел Борис, с пистолетом в руке. Правая рука Паниковского была пристегнута к ножке стола.
В следующую секунду , за мной вошла Лада. За ней шел Глеб. Оружие он не достал, но рука его была за бортом легкой куртки, и явно, не просто так.
- А вы, ребята, получили указания от Магистра, следить за нами, не говоря уже о более серьезных действиях?- Я решил, что лучше нападать, чем защищаться. Да и неплохо бы узнать, что у них на уме.
- Да уж не сами мы это придумали, - Борис ответил уверенно, но уклончиво.
- Значит, магистр распоряжений не давал. - я подытожил ситуацию. - Тогда, можете возвращаться домой, там вас ждут ордена и медали. Нам совершенно не нужны, ни спутники, ни эскорт.
- А вы раненько утречком улетите, и мы будем объяснять всем, почему мы такие недоделанные, и не смогли вас задержать? - Борис помахал билетами на самолет.
- С каких это пор, вы отвечаете за наше задержание? - я и не думал сдаваться, хотя и понимал, что кто то все же дал им полномочия. - Прекратите ваньку валять . Мы не подчиняемся командорству. Только Магистру, и совету.
- Ну, так прозвони Магистру или совету, объясни им ситуацию. А я посмотрю, что они тебе ответят.
- Надо будет, прозвоню. Вы понимаете, что мы в процессе проведения операции, а вы пытаетесь ее сорвать.
- Ну, да. Решил умотать подальше, пока совет не прибрал камень? Думаешь, я идиот, и не вижу, что ты задумал? Кто теперь тебе поверит? Ты уже неделю всех нас за нос водишь, теоретик липовый. Думаешь я тебе дам спокойно уйти и камень унести? Нет уж! До завтра, пока не начнется заседание совета, никто отсюда не выйдет.
- А как ты на нас вышел? - Паниковский наконец подал голос.
- Да не особо и напрягались. Я маячок на твою машину прицепил.
- Ну да, на машину маячок, в ноутбук флэшку...
- Ладно, хватит болтать. Глеб, забери у дамы камень. Так будет надежней.
Глеб протянул руку к рюкзаку Лады, я перехватил ее, потянул на себя, и когда Глеб дернулся назад высвобождая руку, сильно толкнул его обеими руками . Он ударился о косяк двери и я уложил его двумя короткими ударами.
- Макс, - голос Паниковского слился с криком Бориса , я почувствовал у затылка холодный ствол. И вслед за ним услышал приглушенный хлопок. Рядом рухнул Борис. Я обернулся к Паниковскому, тот так же удивленно смотрел на меня . Затем я посмотрел на Ладу. За ней стоял Георгий. В руке он держал пистолет с глушителем.
- Максим, - в голосе Георгия уже не было гневных и возмущенных ноток, какие я привык слышать последнее время. - я вынужден попросить прощения . Это я упустил, и не проверил Бориса раньше. Сегодня я подслушал его телефонный разговор, который показался мне подозрительным. Я проверил его звонки, маршруты движения, и понял, что он что то скрывает. Мне пришлось проверить его квартиру, и я нашел это, - Георгий достал из кармана пакетик, в котором лежала флэшка. - Хорошо, что у меня есть возможность определить его местонахождение, и , кажется, я вовремя.
- У меня уже были подозрения, что он действует самостоятельно. Хотя непохоже, что он собирался стрелять.- Я подошел к столу, и взял билеты.- Ты же не будешь нас задерживать?
- Нет, не буду. Совет заседал сегодня до вечера, и принято решение полагаться на твой опыт, знания и владение ситуацией. Ты понимаешь, что теперь на тебе лежит ответственность за судьбу ордена?
- Я все очень хорошо понимаю. И отдаю себе отчет, что может случиться в случае провала.- мне хотелось, чтобы Георгий доверял мне больше. - Мы справимся.
- А с тобой, мы еще поговорим, - Георгий повернулся к Глебу. - Сейчас нам надо здесь все почистить.
- До регистрации еще пара часов, я помогу, а Максим с Ладой пусть идут. Отсюда до терминала около километра пешком.
- Удачи, Максим. Всего хорошего, Лада. - Георгий выдавил из себя доброжелательную улыбку, когда обращался к ней.
Мы попрощались, проверили документы, билеты, и вышли из гостиницы.
Мы шли по городу с Максом. Я держала его под руку и слушала продолжение рассказа о приключениях моего камня. Сам камень лежал в моей сумочке, как всегда, и тихонько вибрировал. Что-то он хотел от меня, но сейчас не было места, чтобы послушать его. Поэтому я продолжала слушать Максима, тем более, его рассказ занимал меня достаточно сильно.
Когда мы спустились в метро, камень начал звать более настойчиво. В вагоне было много людей, и нам пришлось стоять. Я была плотно прижата к груди Максима, и мне это нравилось. Его рука обвивала меня вокруг талии, поддерживая и не давая упасть, когда вагон тормозил перед остановками. Я в ответ обнимала его. Наверное, мы напоминали любящую пару. Хотя, это было не так уж далеко от истины. Сердечко у меня билось чаще, когда Макс оказывался очень близко ко мне, а вид его тела вообще повергал в трепет. Да и он не оставался равнодушным, когда смотрел на меня. И сейчас его рука не была просто поддержкой. он, нет- нет, да и прижимал меня к себе сильней. Я уютней пристроила голову на его груди и прикрыла глаза. Состояние покоя окутало меня. Я тихо, почти счастливо, вздохнула и... камень наконец дозвался меня, я провалилась в короткий сон...
...Я шла по какому-то узкому коридору. Он был очень длинный и слабо освещен. Над головой раскачивалось всего несколько лампочек на проводах. Их неверный свет раздражал, но я продолжала идти. В руке я сжимала камень, который тихо урчал, как ласковый кот. Через какое-то время впереди замаячил поворот. Он был совсем темный и страшный. Очень не хотелось туда идти, но назад повернуть было невозможно. Ничто не преграждало мне обратного пути, но я сама не хотела возвращаться. И камень не хотел. Но перед поворотом даже камень потяжелел в руке, будто предупреждая о чем-то. С каждым шагом он все больше наливался тяжестью. Я уже держала его обеими руками, прижимая к груди. К повороту я подошла на цыпочках, не замечая, что уже не иду, а крадусь. Осторожно заглянув за угол, я ничего не увидела и не услышала. Было ясно, то коридор тянется дальше, только кусок этого коридора был погружен во тьму. Где- то впереди вновь раскачивалась лампа. Я вздохнула и свернула за этот неизбежный поворот. Пришлось опереться на стенку и продолжать движение, ориентируясь по ней. Камень жужжал как трансформаторная будка и становился все горячей и горячей. Вдруг где-то совсем рядом послышался шорох.
- Кто здесь?- тихо спросила я. Но ответа не было, как и шороха.
- Здесь есть кто-нибудь?- снова позвала я.
Молчание по прежнему было мне ответом. Я сделала еще несколько шагов и вскрикнула от боли в пальцах. Камень так нагрелся, что обжег меня. И тут же вновь послышался шорох и скользкие холодные руки схватили меня за плечи и сильно тряхнули.
- Отдай камень,- зашипела скользкая гадина,- он мой. Отдай! Камень МОЙ!
- Нет!- закричала я и...
...Открыла глаза. Макс крепко прижимал меня.
- Осторожно, куда ты, поезд сейчас остановится,- улыбнулся он, глядя на меня с легкой укоризной.- Еле удержал, так рванула.
- Прости,- ответила я,- поторопилась.
Камень перестал жужжать. Похоже, он показал мне то, что хотел. Но что? Как разгадать этот сон? Кто-то скользкий уже второй раз пытается отнять камень. Да, за камнем охотятся, но почему-то я была уверена, что эта мерзость из сна не охотник. Кто-то еще? Ну, да, конечно, я ведь слышала, что вирус нам запустил в компьютер кто-то из своих. Но кто же это существо из сна? И когда ждать опасности? Как же все-таки жаль, что я еще так плохо понимаю то чудо, которое доверено мне. И еще один вопрос встал передо мной, рассказать Максиму или нет? Ответ скорее да, чем нет, но не сейчас. Сначала сама разберусь в сей аллегории. Вагон остановился, и мы вышли.
Антон снял номер в гостинице при аэропорте и ждал нас. Когда мы добрались до гостиницы, Макс закончил свой рассказ о приключениях камня в России. Или почти закончил. Но говорили мы уже совершенно ни о чем. Я рассказывала, как мы с девчонками летали вместе в Турцию, еще будучи студентками. И Макс сказал, что как раз в Турции он не был ни разу. Я обозвала его двоечником и поведала наши небольшие приключения в этой стране. Максим хохотал от души, называя нас "сумасшедший дом на выезде", за что получил от меня подзатыльник, но не расстроился и продолжил смеяться. Как же было замечательно так идти рядом с ним, чувствуя себя совершенно беззаботно. Очень хотелось мороженого, Макс разделил мое желание и обещал, что в ближайшее время мы его купим.
- Спасибо, папочка,- хихикнула я.
Возле номера настроение Макса резко изменилось, когда он услышал приглашение Паниковского войти. Я недоуменно посмотрела на него, но Максим только молча указал мне рукой, чтобы я отошла в сторону. Внутри как-то нехорошо похолодело, что-то явно было не так. Максим вошел в номер, а я замерла, прислушиваясь.
- Привет, Лада,- вдруг раздался у меня за спиной тихий голос.
Я ахнула и резко обернулась. Рядом со мной стоял Глеб. Он мне подмигнул и подтолкнул у номеру.
Мне ничего не оставалось как подчиниться. Дальше начался какой-то кошмар. Я смотрела на всех мужчин, собравшихся в номере: Макс, Антон, Глеб и Борис- и не могла поверить, что еще несколько дней назад мы все дружно сидели за одним столом, ели чуть ли не из одной миски и смеялись одним и тем же шуткам. Сейчас здесь были враги. Даже воздух накалился. Я ощущала, как между Максимом и Борисом проскакивали опасные искры. Камень вдруг стал свинцовым. Я погрузилась в какой-то вакуум, как тогда, когда стояла одна среди охотников. Все это было рядом со мной, но все же я находилась вне разворачивавшихся событий. Я увидела, как в замедленной съемке, руку Глеба, тянущуюся ко мне. И я знала, что Макс сейчас ударит по этой руке, что он через мгновение и сделал. Действия людей растягивалось, слова звучали так, будто кто-то уменьшил количество оборотов грампластинки. Но то, что сейчас сделают или скажут, я знала за несколько мгновений до того, как это происходило. А потом раздался оглушительный гром, и я содрогнулась всем своим существом. У меня мелькнула мысль, что это выстрелила пушка. И тут меня отпустило. Время вновь ускорило бег, и я вынырнула из своего вакуума. Раздался тихий хлопок, и до меня дошло, что именно его я приняла за громовой раскат. Ощущение опасности пропало, и я бессильно оперлась о стену. Это был Георгий. Он выстрелил в Бориса.
Я слышала их разговор с Максом, но не вслушивалась. То, что со мной сейчас было, будто высосало из меня силы. Мои мысли вертелись только вокруг этого. Я предвидела, не могло быть никаких сомнений. Я предвидела каждое действие до того, как оно происходило. Этот фокус со мной камень пытался проделать и в той ситуации с охотниками, но я была или слишком слаба, или еще не так открыта взаимодействию с камнем. Интересно, вдруг подумалось мне, а смогла бы я действовать, опережая события, которые только должны произойти? Могу ли я двигаться в этом вакууме в своем обычном режиме, в то время как все остальные превращаются в героев замедленного кино? Наверное, это возможно, при случае надо будет попробовать. Иначе зачем эта способность, которая появляется в момент опасности?
- Лада?- Макс стоял передо мной.- Лада, ты в норме? Сильно испугалась?
- Я? Я, да, спасибо, у меня все хорошо,- ответила я, все еще находясь в состоянии сомнамбулы.
- Ты какая-то заторможенная. Не бойся,- он взял меня за руки,- все уже позади. Мы вне опасности.
- Я знаю,- ответила я и отлепилась от стены.
Позднее, когда мы шли на регистрацию, я решила рассказать свой сон. Его значение я поняла.
- Максим,- позвала я.
- Что?- Макс обернулся ко мне.
- Макс, я знала про то, что нас будут ждать.
- В смысле?
- Пока мы ехали в метро, мне приснился сон.
- Расскажи.- Макс превратился в одно сплошное внимание.
- Я это и собираюсь делать.
И я рассказала ему про оба сна. Максим слушал внимательно. Антон шел рядом и, казалось, что он наблюдает за обстановкой, но и он тоже прислушивался к нам.
- Так вот почему ты так дернулась в метро...- задумчиво произнес Макс.
- Да, это было во сне.
- Почему ты сразу не рассказала?
- Я хотела разобраться в том, что все это значит. И еще...- я на мгновение задумалась и рассказала еще и том состоянии, в котором я недавно прибывала.
- Обалдеть,- выдохнул Антон, обнаружив свое внимание к моему рассказу.
- Это уж точно,- ответил Макс и бросил на Паниковского косой взгляд.
Потом мы ждали, когда объявят посадку. Макс с Паниковским разговаривали о чем-то своем, я их не слышала. Я смотрела на людей, находящихся вокруг нас. Вдруг мне показалось, что я увидела Маринку. Но приглядевшись, я поняла, что это похожая на нее девушка. Мне стало не по себе. Даже больше, я почувствовала себя свиньей. Я ведь до сих пор ей так и не позвонила. Это было отвратительно. Я была сама себе противна, когда вспомнила глаза подруги, когда она уходила от охотников.
- Макс,- почти крикнула я.
- Что случилось?- он встревожено обернулся.
- Макс, мне нужен телефон. Мне срочно нужен телефон.
- Зачем?
- Я должна позвонить Маринке, обязательно!
- Лада, нельзя. Если у нее прослушка стоит, определитель номера, мы засветимся.
Я была непреклонна. Я не могла улететь и не попрощаться с ней. Я требовала телефон и обещала не двинуться с места, если мне не дадут позвонить. Антон включился в убеждения, но толка от этого не было. Они сейчас могли уговорит статую свободы отойти на шаг в сторону, но не меня. Если было надо, я умела быть настоящей ослицей. В конце концов мальчики сдались. Мне дали трубку, и я набрала домашний номер подруги. Антон укоризненно покачал головой, на улице была ночь, и все порядочные люди крепко спали. И разве это повод сейчас не звонить?! Я отвернулась от него и стала ждать. Ждать пришлось долго. Аж, два раза. Потому что с первого мне никто не ответил, но русские не сдаются. И я набрала снова.
- Алло,- сонно сказал Маринкин голос в трубку.
- Маришечка,- всхлипнула я счастливо,- это я, Лада.
Молчание воцарилось на наверное на минуту.
- Ладка, ты?- наконец переспросила подруга.
- Я, Мариш, я. Как ты?
- Князева, объявилась значит. И где ж ты, зараза такая, пропадала?- Марина была сурова.
- Марин, не ругайся... Я не могла позвонить. Мне так сразу все и не рассказать. Так много всего произошло. Я тебе потом все расскажу.
- Лучшего время для звонка ты не могла выбрать?- меня опять обдало холодом.
- Я не могу в другое время. Я скоро уезжаю. Как ты?
- Как я? Я отлично, просто замечательно! Мучаюсь кошмарами после посещения твоих друзей, и хотела уже панихиду по тебе заказывать. И сейчас ты наконец объявилась, чтобы сообщить, что опять исчезаешь. Да, скатертью дорога, дорогая. - выкрикнула Марина и бросила трубку.
- Я тебя тоже люблю, подруга,- сказала я замолчавшей трубке и улыбнулась.
Маринка отойдет, главное, она теперь знает, что я жива и здорова. Когда я вернусь, она будет уже спокойна, и мы тогда обо всем поговорим. Я протянула трубку Максиму. Он забрал ее и спросил:
- Как поговорили?
- Она наорала на меня и бросила трубку,- еще шире заулыбалась я.
- А чему ты радуешься?
- Глупый ты, Максимка, она же волновалась за меня. Теперь успокоится.
- Ну и хорошо. Есть еще какие-нибудь желания?
- Есть. Но в приличном обществе об этом не говорят. Мне б до ветру.
- Обожаю твой французский,- захохотал он.
- Тогда я пошла.
- Подожди, Антон проводит.
- Может еще и подержит?
- Надо будет и подержит,- отрезал Макс.
Паниковский встал рядом со мной. Я подмигнула ему:
- Пойдем, посторожишь,- и пошла в сторону туалетов.
Когда я уже почти подошла к цели своего маленького путешествия, Антон приотстал. Он пристроился невдалеке и имел совершенно скучающий вид. Я ухмыльнулась и пошла дальше.
После того, как я закончила со своими делами и вышла, в глаза мне бросилось зеркало, к которому я и подошла. Я достала расческу и начала поправлять волосы.
- Привет, малыш,- вдруг услышала я и замерла.- Продолжай, не надо дергаться. Я тебя не трону.
- Привет, Андрей,- наконец выдавила я.
- Рад видеть тебя, малыш, а слышать твой голосок еще больше. Ты знаешь, что у тебя красивый голос?
- Мне говорили. Что ты хочешь?
- Пока только посмотреть на тебя. Я соскучился, тебя хорошо прятали.
- Но вы быстро находили.
- У нас были подсказки, где искать. Мои еще не знают, что вы улетаете. Я здесь один. Считай, я даю вам фору. Мне нравится тебя искать.
- А ты откуда знаешь?
- Считай, сердце подсказало. Малыш... - он замялся.- Ты не вспоминала меня?
- У меня было столько событий... нет, не вспоминала, прости.
- Не извиняйся, дорогая. Мне хватает того, что я тебя забыть не могу.
- Лада,- голос Антона раздался почти за плечом.
Я обернулась на зов, и за спиной тихо прошелестело:
- Я тебя люблю, малыш...
И я поняла, что Андрей исчез. Антон подошел и встал рядом. Он как охотничий пес повел носом, по крайней мере, мне так показалось.
- Все в порядке?- спросил он.
- Да, пошли. Скоро же посадка.
Ппаниковский еще раз огляделся, и мы вернулись к ожидающему нас Максиму. Он уже был, что называется на чемоданах.
- Где пропали?- недовольно спросил он.
- Я хотела причесаться напоследок. Не могу же я Родину нечесаной покинуть.- усмехнулась я, про Андрея я не сказала пока ни слова.
- Ты итак красавца,- ответил Макс и подмигнул.
- Тогда рвем когти?
- И немедленно.
Мы направились на посадку. Я обернулась, и увидела Андрея. Он поднял руку и махнул мне. Что же, он дал нам фору. Это тоже очень неплохо. Я вновь пристроилась рядом с Максимом и продолжила путь к самолету...
Ровная поверхность моря вдруг оборвалась, и за окном сразу возник город. Самолет уже снизился настолько, что были видны волны , набегающие на прибрежную полосу пляжей, пока еще пустых в такой ранний час. Самолет с креном поворачивал вправо, и под нами оказались высотные дома, улицы, и многочисленные шоссейные развязки. Снижение шло очень быстро, и вскоре мягкий толчок, а затем голос капитана воздушного судна, оповестили нас о том, что мы совершили посадку в аэропорту Бен Гурион. Раздались жидкие хлопки, пассажиры начали просыпаться и готовиться к выходу.
Весь полет Лада проспала, укрывшись одеялом. Мне показалось, что это не просто усталость, а упадок сил, возможно, из за пережитого, во всяком случае я на это надеялся. Мысль о том, что это может быть воздействие камня, что камень вступая с Ладой контакт , пользуется ее силами, я считал утопией, но все равно, на ум приходили мифы и легенды, связанные с камнем, и другими артефактами, которые пользовались физическими и духовными силами хозяина, с которым были связаны.
Самолет, тем временем, наконец, остановился , и мы стали двигаться к выходу. Пока мы ехали в большом зеленом автобусе к терминалу, Лада сонно оглядывалась, словно искала кого то, и прижимала к себе сумку с камнем.
- Что случилось? - спросил я. - увидела что то?
- Да нет, просто не проснулась еще. - Она улыбнулась, но как то невесело.
Паниковский держался чуть в стороне, осматривался и делал вид, что не имеет к нам ни малейшего отношения.
Паспортный контроль мы прошли быстро. В зале выдачи багажа , с конвеерной ленты выловили полупустой чемодан, и быстро направились к выходу из зала встречающих. Только на стоянке такси, Паниковский подошел к нам, и сказал:
- Все чисто. За нами никто не наблюдает. Можем пока расслабиться.
- Порядок. - я взял на себя инициативу. - Берем такси, и едем в Иерусалим. Поиски нам все равно надо начинать оттуда.
Паниковский и Лада не возражали, и я воспользовался тем, что на стоянке не было массы прилетевших пассажиров, и выбрал первое такси из вереницы ожидающих машин.
Дорога в Иерусалим заняла минут двадцать. Шофер говорил, не умолкая. Он рассказал, что любит русских туристов за то , что они веселые, что у него была русская подруга лет пять тому назад. Он даже продемонстрировал знание десятка русских слов, восемь из которых при даме лучше было бы не употреблять, и перечислил множество мест, .которые нам, по его мнению стоило бы посетить.
Когда мы начали чувствовать, что от резкого подъема слегка заложило уши, шофер объявил, что въезжаем в Иерусалим. Я сказал водителю, что нам нужен отель Дан Панорама. И вскоре мы остановились у высокого здания отеля.
Отель был заполнен, и рыжая девчушка за столиком администратора, долго стучала по клавиатуре в поиске свободных номеров.
Мы с Ладой продолжили изображать пару, и сняли номер на пятом этаже. Паниковскому достался номер н седьмом этаже.
Девчушка вручила нам ключи карточки, и мы поднялись в свои номера.
Лада все еще пребывала в полусонном состоянии, и сразу пошла принять душ, а я разложил ноутбук. В номере был вай фай, и я быстро соединился с базой данных, открыл нужные мне файлы . Пошарил в ящике стола, нашел карту Иерусалима и несколько проспектов. В дверь постучали условным сигналом, пришел Паниковский.
- Вы неплохо устроились, - он подошел к окну и раздвинул шторы. - И вид у вас получше, и пожарная лестница здесь недалеко. Всегда уйти можно, в случае чего.
- Меняться не будем. А уходить лучше на лифте. Не хватало нам еще по пожарным лестницам шастать.
- Какие планы? Куда двинем сначала? Это твоя епархия, я тут не в курсе что и как...
- Погоди пару минут, Лада выйдет, и я все расскажу.
- А я уже готова,- Лада появилась в махровом гостиничном халате , встряхнула волосами, - Там фен в ванной, я быстро.
Я развернул ноутбук, чтобы всем было хорошо видно.
- У нас есть карта. Но карта не простая , а с секретом. Карту нарисовал брат Бернард, который был Главным хранителем в начале 13 века. Чтобы никто, кроме посвященных, не смог воспользоваться картой, он разделил ее на четыре части, и отдал на хранение четырем хранителям. Карта нарисована так, что не собрав все четыре части, невозможно найти нужное нам место. Со времен возрождения ордена, у нас хранилось три важных ключа, для разгадки и исполнения нашего предназначения.
Это камень, карта, и письмо Рауля Монбара. Исходя из данных письма, мы столетиями изучали документы, проводили исследования, и наконец, вышли на след последней, недостающей части карты
Когда же нам удалось достать четвертую часть, оказалось, что и здесь есть секрет. Каждая часть карты ориентирована по разному. Нужно на каждой части найти правильное направление, по определенным ориентирам. По моему предположению, последняя часть карты, это начало пути и начальные ориентиры. Часть , полученная Монбаром первой, - конечный пункт. Если я ошибусь в последовательности частей, нам придется возвращаться в исходную точку и начинать поиски снова. Понятно, что я сделаю все чтобы это не случилось, времени у нас для этого может не быть.
Первое, с чего мы начнем, - будем искать ориентиры начала и направление. Прежде всего, мы знаем одну обозначенную точку, на карте. Это начало пути. Затем, есть еще три точки, которые мы должны отыскать, чтобы правильно ориентировать карту. На наше счастье , Иерусалим, который знал брат Бернард, никуда не исчез. Старый город сохранил свои очертания и строения с 12-13 веков. На карте начальная точка путешествия расположена между тремя рисунками , изображающими дворцы. Один из них обозначен словом "храм" , остальные обозначения неясны или повреждены. Вероятно, что имеется ввиду Храм Соломона, но возможны и другие варианты. Если мы найдем эти ориентиры, то и узнаем направление, в котором нам надо двигаться.
- Смотри, Макс,- Паниковский показал на исходную точку. - Начало пути находится на одинаковом расстоянии от каждого обозначения, и похоже были проведены линии. Может если мы найдем это место, оно будет как то обозначено? То есть, там будет что то что подскажет нам что это верное место?
- Я на то и надеюсь. Но больше надеюсь на нее - Я повернулся к Ладе, она непонимающе вопросительно смотрела на меня. - Я надеюсь, что камень поможет нам, а ты у нас Главный хранитель. Без тебя он нам ничего не скажет.
Значит так. Собираемся, и идем искать . Через полчаса встречаемся внизу.
- Макс, ты пропустил кое что важное, - Паниковслх укоризненно покачал головой.
- Что?
- Завтрак.
- Совсем забыл, еще полчаса на завтрак, - и в путь.
Пока Лада собиралась, я принял душ, побрился, и через час с четвертью, мы как настоящие туристы, подошли к стенам старого города. Даже в утренние часы здесь было довольно людно. Значительная часть старых кварталов похожа на большой бесконечный рынок , с всевозможными товарами. Яркие ткани , медная посуда , сувениры, сладости, мясные лавки, футболки, иконки, крестики, открытки и постеры, все перемешалось на узеньких улочках. Арабская музыка, дымящийся ладан, крики торговцев, грохот тележек, в которых предприимчивые продавцы сока, перевозят фрукты. Монахи-францисканцы в коричневых сутанах, арабы, в куфиях и балахонах, армейские патрули, в бронежилетах, все смешалось в одном водовороте. Вскоре мы почувствовали, что потеряли способность ориентироваться, а после того, как я заметил, что уже третий раз мы прошли мимо сидящего на каменном тротуаре пожилого араба , было решено выбираться в более тихое место. Паниковский потянул нас вправо, в узкий проулок. Здесь никого не было, но мы постоянно сворачивали, поднимались и опускались по каменным ступенькам, несколько раз попадали в тупики, и наконец , вышли опять на улицу-рынок, а через пять минут мы снова про шли мимо сидящего араба. Паниковский плюнул, и предоставил мне выбирать путь. Я заметил на углу табличку со стрелкой с надписью Via dolorosa. Мы свернули по стрелке. Дорога резко ушла вниз, и влево. Навстречу нам попадались люди, и пройдя немного, мы оказались под старой аркой, за которой была небольшая площадь, заполненная людьми, входящими и выходящими из ворот в глубине площади.
- Где это мы?-спросила Лада, - что это за табличка?
Мы находимся сейчас в христианском квартале. На этом месте была пещера, где похоронили Иисуса, и откуда он и воскрес. А на табличке написано по латыни, "скорбный путь", это путь, по которому Иисуса вели на Голгофу... Во времена крестоносцев к базилике над Гробом пристроили неф, и так появился Храм Гроба Господня.
- Вот тебе еще храм. - Лада обратила мое внимание на то что было на поверхности, а я упустил.
- Точно! Это тоже храм. Теперь какой же из них нам нужен?- я с надеждой посмотрел на Ладу, но она развела руками.
- Я не знаю...
- И я не знаю. Бросим жребий? Или идем искать дальше? - Паниковский был рад, что вырвался из толчеи, и наслаждался минутами спокойствия.
- Пойдем. - я не собирался так быстро опускать руки. - Отсюда нам надо идти на восток, в мусульманский квартал. Это место, во времена Давида называлос гора Мория. Давид купил эту гору у иесейского вельможи, и решил, что на этой горе будет построен Храм. Что и претворил в жизнь его сын Соломон. Правда Храм Соломона был разрушен вавилонянами, а затем был Храм Зоровавеля, и после, Храм Ирода, который разрушили уже в начале нашей эры римляне, а на его месте мусульмане построили мечеть Аль-Акса. Во времена крестоносцев мечеть и называли Храмом Соломона, это была штаб-квартира тамплиеров, которых из за этого и называли рыцарями Храма.
Мы спустились по каменной террассе и прошли через полицейский пост. Перед нами открылась совсем иная картина. На большой площади десятки религиозных евреев, кто в шляпах и длиннополых кафтанах, кто в кипах, некоторые в сапогах и огромных меховых шапках, подходили к огромной стене и молились. От этого все сливалось в гудение , как от улья.
- Это западная стена Храма, которая уцелела. А сверху вы можете, как раз увидеть мечеть Аль Акса, которая и называлась Храмом Соломона во времена брата Бернарда. Вон тот медный , зеленый купол.
- А я, думала, что это тот красивый большой золотой.- Лада показала на сверкающий на солнце купол вдали.
- Многие так думают. Это купол Мечети Скалы. Его многие путают с Аль Аксой. Даже сами мусульмане. Мечеть скалы была построена в седьмом веке, на месте, где по преданию пророк Мухаммед вознесся на небо на своем коне. Крестоносцы тоже освятили мечеть и назвали его Храмом Го...
- Еще один Храм! - Лада радостно засмеялась..
- ...Господа... Да, все не так просто, как мне казалось...
- Так, дорогие искатели кладов и прилючений, - Паниковский решил внести свое предложение.- Я чувствую запах хорошего кофе. Может мы зайдем и взбодрим мозг?
- Я так бы точно от кофе не отказался.
- И я тоже. - Присоединилась Лада.
Мы пошли на запах. В узком проулке спустились в подвальчик, и оказались в средневековом каменном погребе. Вниз, еще глубже уходила винтовая лестница, а прямо перед нами за стойкой с витриной полной разных сладостей, стоял усатый седой араб. Мы сели за один из столиков, и к нам припорхал официант. Мы заказали по чашечке кофе и по какой то штуковине, которая состояла из выпечки, орехов, меда и еще чего то остро пахнущего, но вкусного. Официант бросился готовить кофе, порхая вокруг араба за стойкой, который даже не шелохнулся, и отдавал команды официанту короткими словами, или движением бровей.
На салфетке был изображен конь с крыльями, и надпись "Эль Бурак", так называлось кафе.
Кофе, оказался крепкий и сильно бодрящий, но решить задачу не помог. Мы шли не разбирая дороги, сворачивая в переулки, проходя через ворота, спускаясь и поднимаясь по ступенькам. Все идеи зашли в тупик, и мы тоже, в конце концов оказались в каком то тупике. Перед нами была яма. Похоже часть мостовой обвалилась, а затем аккуратно была очищена от земли. Внизу виднелись старые известняковые стены, перегородки. С одной стороны яма была выложена мешками с песком. По всему видно, здесь шли раскопки. В дальнем углу ямы ковырялся какой то дядька в шляпе, как у Индианы Джонса.
Мы постояли немного на краю ямы, посмотрели на еще один пласт истории, который открылся через две, а может и больше тысяч лет.
Вдруг, Лада вскрикнула:
- Ой , там какая то монетка! - легко спрыгнула на деревянный помост, и сунула руку в какую то расщелину.
- Вот! - она уже выбралась наружу и показывала нам свою находку. Монету неясным изображением и каракулями типа арамейских букв. Увидев наши обалдевшие лица она осеклась: - А что?...
- Ты как ее нашла?
- Увидела...
- Не могла ты ее увидеть! Не видно ее отсюда, а ты ее еще откуда то из за камней вытащила.
- Ну, то есть... Я как то узнала, что она там...- голос ее звучал растеряно.
- Дай ка сюда. - Я взял монетку, несколько раз сфотографировал ее с двух сторон, и окликнул Индиану Джонса.
Дядька увидел монету, затрясся, со слезами благодарности на глазах пожимал нам руки. Говорил, что благодаря этой находке, он сможет точнее установить, к какому времени относятся найденные предметы. Затем, услышав мой акцент, он заговорил с нами по русски. Мы узнали, что дядьку зовут Саша, он археолог, о чем мы и сами догадались, что все норовят что нибудь спереть, а мы молодцы, настоящие интеллигентные , порядочные люди. Я ответил, что я сам историк, и иначе поступить не мог. Саша предложил обращаться, если у нас возникнут какие то вопросы. Я спросил, в какую сторону ближайший выход из города, и мы с ним попрощались.
На сегодня впечатлений было достаточно. Теперь предстояло все обдумать...
Со мной творилось что-то странное. После того, как мы въехали в Иерусалим, я находилась в состоянии волнения, возбуждения, почти истерики, которую мне каким-то чудом удавалось прятать от моих спутников. Сначала я думала, что это из-за сна, который я видела в самолете. Все та же липкая гадина громко смеялась мне вслед и взвизгивала с шепелявым шипением: " Ш-шди меня, я ш-шкоро приду жа ш-швоим..." И, выйдя из самолета, я начала озираться по сторонам. Неужели гадиной был не Борис?... Или есть еще кто-то? Эти мысли мучили меня пока мы ехали в такси. Потом любопытство победило, и я начала жадно рассматривать все, что меня окружало. В Израиле я была первый раз. Если не считать моих видений... И потом возникло это чувство- я дома! Оно так будоражило меня, что даже ноги начало потряхивать, когда мы вошли в старую часть города. Мне показалось, что, если бы меня не дергали и дали сосредоточиться, я бы смогла пройти там, где был мой Рауль. Но эти мысли растаяли, когда мы оказались на раскопках. Я увидела яркий блик от монетки, которая блестела как новенькая. Не удержавшись, я спрыгнула в яму и достала ее. И была жутко удивлена, когда, разжав ладонь, обнаружила, что она древняя и уже давно не блестящая. Потом Макс отдал монетку археологу Саше, и я почувствовала настоящую детскую обиду, будто у меня отняли лучшую игрушку на свете. Впрочем, обида длилась недолго, меня вновь раздирало на части.
В отеле я впала в прострацию и все делала на автомате. Макс с Паниковским рассматривали карту, ворошили истории храмов и делали предположения. Я не участвовала в их разговоре, меня начинало съедать какое-то томление, ожидание чего-то очень важного. Потом мы заказали ужин в номер, но еда мне казалась пресной, в горло кусок не лез. Даже краски вокруг казалось поблекли. А когда Антон ушел к себе в номер, камень будто взбесился. Он жужжал и гудел, как очень большой шмель. И чем дальше я от него отходила, тем громче становилось гудение.
- Что ты мечешься, как зверь в клетке?- спросил Макс, оторвавшись от компьютера.
- А ты разве не слышишь?- закричала я, стараясь перекричать гудение.
- Нет, тихо... Камень?- Макс привстал со стула.
- Он так гудит!- снова крикнула я, зажимая уши руками. Но от этого стало еще хуже.
Я почти подбежала к своей сумочке и выхватила оттуда камень. Гудение стало на несколько порядков ниже. Это было более приемлемо. Но тут камень стал быстро нагреваться, и я снова положила его в сумку, а сумку повесила на плечо.
- Что-то происходит?- Максим стоял рядом. Его глаза светились алчным любопытством, так и хотелось заехать ему кулаком промеж этих жадных до открытий глаз.
- Нет, пока ничего...- я встала у окна, рассматривая улицу, на которую быстро наступала темнота.
- Я могу чем-нибудь помочь?- участливо спросил Макс.
- Стань главным хранителем,- невесело ухмыльнулась я, от мерного гудения у меня начинало ломить вески.
- Если б я мог,- грустно улыбнулся Макс.- Если честно, я тебе по доброму завидую. Ты можешь общаться с камнем, видеть то, что было сотни и тысячи лет назад. Я бы хотел это уметь...- его рука протянулась к сумке, погладила ее и тут же вернулась к своему хозяину,- но не могу...
Он замолчал. Я подчинялась камню, вливалась в его голос. Краски мира поблекли еще больше, превратившись в серую пелену. Я опустила руку в сумку, сжала камень. Руку обдало нестерпимым жаром и...
... Яркий солнечный свет ударил по глазам.
- Макс, -крикнула я,- ты это видишь?!- ответа не было.
Я смотрела из окна на утреннюю улицу, но там не было того, что скрыла темнота несколько минут назад. Там была дорога, по которой шли люди. Они шли в двух направлениях. По краям дороги сидели торговцы с фруктами, глиняной посудой и еще с чем-то. Недалеко остановилась повозка, с которой сошел невысокий человек в монашеской сутане. Он помахал рукой вознице, который тут же тронулся дальше. Человек, утер пот и поднял голову вверх. Несмотря на то, что я была достаточно высоко, я все же смогла разглядеть его. Человек был лет пятидесяти, может чуть меньше, и меня не покидало ощущение, что я видела это лицо, но несколько старше. Я напрягла память и вскрикнула. Ну, конечно же! Это же тот забавный маленький монах на ослике, спутник Рауля еще во Франции. Я сорвалась с места и бросилась вон из комнаты.
Я не помнила как спустилась вниз: на лифте или по лестнице, я неслась на автопилоте, боясь упустить маленького монаха. Но он все еще стоял там, разговаривая с продавцом воды. Монах дал ему монетку, и тот наполнил глиняную кружку, которую монах поднес к губам и с жадностью осушил. Потом он вернул кружку, кивнул и пошел дальше. Я пошла за ним. Солнце жгло кожу, во рту быстро пересохло. Пыль из-под ног людей кружилась в жарком воздухе, оседая на волосах и одежде. Я закашлялась, вдохнув это пыльное облако. Глаза тоже ело, я протерла их и почти бегом принялась догонять монаха, который отошел от меня достаточно далеко, пока я откашливалась. Догнав его, я наконец посмотрела вокруг. Мы приближались к высокой каменной крепостной стене. В стене были ворота, через которые входили и выходили люди. По левую руку от меня шел глубокий ров, я даже не рискнула заглядывать в него, да и мой спутник мог за это время исчезнуть из поля зрения. Мимо меня прошло два рыцаря в серых туниках с красным крестом. Тамплиеры прошли так близко, что я была вынуждена отскочить в сторону, почти наткнувшись на женщину, несшую корзину с фруктами. Ни тамплиеры, ни женщина на меня никак не отреагировали, и я поняла, что они меня не видят. Захотелось дотронуться до кого-нибудь и увидеть, что будет, но на баловство не было времени. Я снова перевела взгляд на ворота. Над ними, почти на самом верху стены парила каменная корона. Я восхищенно ахнула. Воистину, масштабы этих грандиозных стен потрясали. Над самими воротами реял флаг Иерусалимского королевства. Его-то я помнила хорошо по своим поискам в интернете. У ворот монах резко изменил направление и пошел к человеку в белой тунике с красным крестом, тоже тамплиер, но поважней, чем те двое, с которыми я чуть не столкнулась. Человек сделал шаг к монаху, и они тепло приветствовали друг друга. В ворота они вошли вместе. Войдя в город, мы окунулись в шум и гам городской жизни. Откуда-то доносился смех, где-то зазывно надрывался торговец. Жители представляли собой пеструю массу. Арабские одежды, доспехи рыцарей, одеяния людей богатых и попроще. У меня зарябило в глазах. Звучали разные языки. Недалеко от нас дрались собаки, распугивая прохожих, пока из небольшого дома, рядом с которым они устроили бои без правил, не выбежал полуголый человек и, ругаясь, облил их помоями, пнув ногой ту, что была ближе. Собака с визгом кинулась в сторону, вторая тоже не стала медлить. Я поняла, что это лавка и собаки отпугивали покупателей. Полуголый человек вернулся в дом, а на пороге появился сам хозяин. Одет он был пестро. Деловито оглядевшись, он начал зазывать прохожих. Я потеряла к нему интерес и поспешила за удалявшимися монахом и тамплиером. По сторонам я уже не смотрела, пейзаж мало менялся. Узкие улицы, забитые народом. И стены, стены, стены. Один раз мы проходили через небольшую площадь, где пороли какого-то несчастного, а может и нечестного. Жидкая толпа зевак лениво комментировала действие. Монах и тамплиер даже не повернули головы в ту сторону, что дало мне понять, что это рядовое событие. Дальше дорогу нам пересек крестный ход. Монах и тамплиер перекрестились на статую святого и двинулись дальше. Я практически наступала им на пятки, и наконец смогла расслышать их голоса за уличным гулом. Они говорили негромко. Сначала я слышала обрывочные фразы, а потом поняла, что смысл непонятных мне слов доходит до меня.
- Мы ждали вас еще третьего дня, брат Бернард,- говорил тамплиер.
- Господь посылает нам испытания и сам выбирает время пути, брат Жерар,- мягко ответил монах, и тамплиер с пониманием кивнул.
- Вас нашли, брат,- полувопросительно, полуутвердительно сказал он.
- Все, что находится, легко потерять снова,- хмыкнул Бернард.- Но это замедлило путь.
- Однако, Господь был вновь на вашей стороне, брат Бернард.
- Благодарение Господу,- произнес монах, и оба перекрестились.
- Госпитальеры ждут вас,- вновь заговорил тамплиер.
- Спасибо, брат Жерар. Вы смогли связаться с братом Вернером?
- Да, он прибыл вчера вечером в город и ждет, когда вы всех призовете.
- Скоро призову, очень скоро. Дело крайней важности и спешности.
- Что-то случилось, брат?- тревожно спросил брат Жерар.
- Нельзя проглотить хлеб раньше, чем его откусишь,- назидательно произнес монах,- очень скоро вы все узнаете, брат Жерар.
- Да, брат Бернард, простите, - тамплиер склонил голову в вежливом поклоне.
Потом мы все дружно снова вышли на площадь. На этой площади развернулся базар. Народа было много, и мне стало душно. Мы протискивались куда-то вперед. Точней, протискивались они, мне идти ничего не мешало. Хотя, временами мне начинало казаться, что меня толкают с разных сторон. Наконец толпа поредела, и перед нами появилась стена, в которой красовались округлые черные ворота. Тамплиер поклонился монаху и свернул в сторону, а монах стукнул в эти ворота. Приоткрылось окошко, на брата Бернарда посмотрели, он что-то сказал, и окошко закрылось. Но тут же в сторону отшла тяжелая створка ворот, и монах скользнул туда. Прежде, чем я успела последовать за ним, ворота вновь закрылись. Я топнула ногой и присела тут же, решив дождаться появления монаха.
Не знаю сколько прошло времени, пока я сидела в пыли перед воротами. Наблюдениями за жизнью горожан я быстро пресытилась. Пару раз меня развлекли склоки домовитых матрон. Недалеко от меня сидел нищий и жутко раздражал заунывным нытьем. Потом он сменил место дислокации, и я вздохнула с облегчением. Еще один раз поймали какого-то воришку и утащили его куда-то. Ворота открылись только раз, выпустив совсем юного мальчика, который умчался в неизвестном мне направлении. Я почувствовала, что начинаю клевать носом, когда ворота наконец снова скрипнули открываясь, и оттуда вышел монах с новым спутником. На его спутнике был черный плащ с белым крестом. Я напрягла память, вспоминая, что это может значить. Из закоулков памяти всплыло слово- госпитальер. Ну, конечно же! Тамплиер же говорил, что госпитальеры ждут монаха. Я растерла затекшие ноги и чуть не потеряла этих двоих из виду. Они пошли направо, огибая толчею. Я догнала их и пристроилась рядом.
- Брат Элиягу, все выполнит как велено?- спрашивал монах.
- Не сомневайтесь, брат Бернард, брат Элиягу отлично знает свое дело. Нас никто не побеспокоит в его доме. И все братья придут с разных улиц и входов.
- Это очень хорошо, - похвалил монах.- Какие новости принесли караваны брата Элиягу?
Дальше они обсуждали вещи, мало касающиеся меня, и я стала терять нить понимания их слов. Мы вновь шли узкими улицами. И вновь мы встретили крестный ход, но уже с другим святым. Монах и его спутник прижались к стене, пропуская процессию. Затем снова двинулись дальше. Через некоторое время мы подошли к калитке, которая открылась на условный стук. На пороге стоял благообразный мужчина, по внешности он был евреем. На нем были достаточно богатые одежды. Но на пальце тускло блеснуло знакомый перстень со свитками, когда он закрывал калитку. Он был хранителем и не бедным человеком. Все-таки старые хранители очень отличались от нынешних, этаких суперменов. За каменной стеной оказался большой двор с обширным жилищем. Во дворе никого не было.
- Мир вам, братья,- сказал хозяин дома.
- И тебе мир, брат Элиягу,- ответил маленький монах. Брат Элиягу поклонился ему приглашающим жестом указал на дом.
- Брат Конрад и брат Жерар уже ждут. Пойду встречу брата Вернера.
Он удалился, а я с двумя братьями хранителями направилась к дому. Из-за кустов нам стала видна терраса, на которой сидели два человека. Один уже знакомый тамплиер, а второй не принадлежал ни к одному из известных мне орденов. Одежда была странной смесью европейских и восточных мотивов. Он и внешностью больше напоминал грека. Вообще был очень и очень привлекателен. Да и по возрасту моложе собравшихся.
Те, что уже ждали на террасе поднялись с подушек навстречу двоим пришедшим. Оба почтительно поклонились брату Бернарду. Тот, что был моложе, спросил монаха:
- Как добрались до Иерусалима, брат Главный Хранитель?
Ого- го, да мы коллеги! Так вот почему ему так кланялись, а меня только подозревают и допрашивают. Я слегка обиделась на нынешних хранителей.
- Благодарю вас, брат Конрад,- ответил монах.- Дорога была длинной, но привела меня сюда в конце концов, чему я несказанно рад. Святая земля дает особенные силы.
Это точно, подумалось мне. Остальные были со мной согласны совершенно. Пока тек неспешный разговор хранителей, появился еще один рыцарь, и я по белому плащу и черному кресту признала в нем тевтонца. У него было грубоватое обветренное лицо, усталый взгляд скользнул по присутствующим. Брат Вернер, пожалуй, единственный был ближе по возрасту к монаху. Он поздоровался со всеми, поклонился брату Бернарду и опустился рядом со всеми на подушки, которые устилали пол террасы. Следом за ним шел брат Элиягу. В руках его был небольшой серебренный поднос, на котором стояло пять пиал и красивый ажурный сосуд с чаем, а может еще с чем. Он поставил поднос на небольшой столик посреди террасы и вновь удалился, но ненадолго. Вскоре принес еще поднос с фруктами и какими-то яствами. Похоже, все знали, что хлебосольный хозяин сразу не уйдет и не начинали разговор. Наконец брат Элиягу поклонился, заверил остальных в том, что их никто не побеспокоит столько, сколько братьям нужно и исчез. После этого брат Бернард приступил к цели своего путешествия. Он сел, скрестив ноги по- турецки и открыл свою котомку. Он достал свиток, который развернул и положил посреди террасы. Все присутствующие приподнялись и посмотрели на свиток. Это была карта. Та самая, которую собирали Рауль и Максим, только она была целой. Никто еще не делил ее. И выглядела она, конечно, намного лучше, чем через восемьсот лет.
- Это карта к Хранилищу, братья. Хранить ее у себя я более не могу, охотники Позалербо постоянно дышат мне в спину. Камень я пока укрыл в безопасном месте. Карту я поделю между вами. Не составив все части вместе, не найти дороги. Когда придет время, за частями придет человек, это будет новый Главный Хранитель. Самому мне карта не нужна, она у меня здесь,- он указал пальцем на лоб,- и здесь,- его рука легла на грудь. Если придет другой человек, значит меня уже нет в живых. Вы узнаете его по тем знакам, которые есть у Главного Хранителя. А пока,- монах взял небольшой нож с подноса и разрезал карту на четыре части, несколько неровные.
Потом он раздал части карты братьям.
- Найдите себе приемников на случай вашей смерти, пусть они сохранят карту до появления главного хранителя. И если будет угодно Богу, Камень вернется туда, где ему должно быть.
- Аминь,-ответили все четверо и убрали свои части карты.
Потом они опять разговаривали. Я сидела рядом просто наблюдая. Про карту никто не задавал вопросов, все поняли свою задачу. И я поняла, что еще не все увидела, раз я продолжаю находиться здесь. День клонился к закату. Гости поднялись, и тут же из ниоткуда возник хозяин дома. Гости направились к своим калиткам. Я шла за братом Бернардом и госпитальером, братом Августином.
Выйдя на улицы, где все еще суетился народ, монах сказал, что пройдется немного. От предложения своего спутника сопровождать его, брат Бернард вежливо отказался, обещав скоро быть в обители. Госпитальер ушел, а мы побрели не спеша дальше. На одной из улочек монах остановился перед ямой, которую копал какой-то человек. Он минуту смотрел на то, как комья земли вылетают из ямы и вдруг наклонился и что-то поднял. Когда он разжал ладонь, на ней лежала... монетка, как две капли воды похожая на ту, которую я нашла на раскопках сегодня днем. Он повертел монету, сказав что-то на латыни и пошел дальше, поигрывая монеткой в пальцах. Мы шли еще какое-то время. Потом остановились перед очередной стеной. Брат Бернард обогнул ее, и мы вышли еще на одну площадь. Это была старая площадь, которую устилали потрескавшиеся щербатые каменные плиты. Посреди площади находился источник, заключенный в такой же израненный временем мрамор, как и плиты под нашими ногами. У стен, окружавших площадь росли редкие чахлые пальмы. Народа здесь было гораздо меньше, чем на площади перед обителью, где я ждала монаха. Несколько торговцев, пара рыцарей и несколько человек покупателей. Мы подошли к источнику и встали так, что перед нами был другой выход с площади. Монах подкинул монетку в руке, поймал, еще раз взглянул на нее и кинул в источник. Монетка звякнула, покатилась и затихла. Я поискала ее глазами, но не нашла. Еще бы, столько трещин пересекали мраморную облицовку паутиной, что наша монетка легко могла провалиться в одну из них..
- Отсюда быть началу к концу,- произнес вслух монах.- Взятое из земли вернется в землю.
Вдруг краски померкли, мир покачнулся и я, взмахнув руками схватилась за кого-то.
- Лада!- позвал Макс.
Я обвела глазами место, где стояла, это были те самые раскопки. Солнечный свет пробивался над крышами домов. Макс поддерживал меня. В его глазах был священный ужас и восхищение.
- Отсюда быть началу к концу. Взятое из земли вернется в землю,- сказала я и рухнула ему на руки...
Я подхватил Ладу как раз вовремя. Она без сил, упала мне на руки. Сознание возвращалось к ней, но силы совсем оставили ее. Я усадил ее, на какой то каменный выступ, и попытался спросить воды, у проходящих мимо. Вокруг было немноголюдно, но вскоре несколько человек остановились, всматриваясь, что же происходит в такой ранний час. А когда к нам подбежали два обеспокоенных полицейских , нас окружили немногочисленные любопытные.
Мне пришлось объяснить полицейским, что моей спутнице стало плохо. Возможно, пищевое отравление, а может из за обезвоживания. Во всяком случае, ей уже лучше, и мы сейчас вернемся в отель.
Полицейские не соглашались отпускать нас, настоятельно советовали вызвать "скорую" , но Лада слабым голосом сказала, что все в порядке. И попыталась встать. Кто то принес бутылку с водой, и постепенно все начали успокаиваться и расходиться. Полицейские еще раз спросили не нужна ли помощь, и тоже ушли.
И тут, я почувствовал чей то взгляд. Точнее, не взгляд. Мне показалось, что все это время, в дальнем конце площади кто то стоял и смотрел на нас. Из за темноты, его было не видно, но я уловил движение. Сейчас я пристально вгляделся. Кто то шагнул назад и в сторону, и растворился в тьме, слился со стенами.
- Макс, - Голос Лады был слабым. - Я была там... С монахом. Я видела карту..
- Успокойся, отдохни. Ты совсем без сил. Сейчас вернемся в номер , и ты мне все расскажешь. Ты идти можешь?
- Кажется могу. Голова только кружится сильно, и в ушах гудит.
- Ну, давай, попробуй встать. Я тебе помогу.
- Я сама. - Она встала, немного прошла, сначала шатаясь, затем, справилась с головокружением. Мы стали выбираться из старого города.
- Ты себе не представляешь! Это было так реально. Люди , звуки, запахи. Мне даже казалось, что кто то толкал меня.
- Ну, вообще то толкал тебя я... Ты чуть не попала под автобус, и пару раз могла скатиться со ступенек.
- Нет, жаль, что ты этого не видел... Куда ты все оглядываешься?
- Да так... Показалось просто. Даже не знаю что... Около двух часов за тобой бегал . Так ты шла за монахом. Камень , явно что то нам хочет сообщить. Здесь явная подсказка. Я чувствую, что разгадка рядом... Но сначала спать! Ты на ногах еле держишься.
За стенами старого города, я поймал такси, несмотря на то, что до отеля было рукой подать. Через десять минут Лада дошла до кровати, и сразу же упав на нее заснула.
Я хотел, сходить к Паниковскому, рассказать что случилось, но побоялся оставлять Ладу одну. Раздеть ее я тоже не рискнул, только снял с нее босоножки, и укрыл на всякий случай простыней. Затем принял душ и лег на другую половину кровати. Сон не скоро пришел. В голове кружились отрывки из последних событий. Карта, монетка, улицы старого города, храмы... Да, храмы. Три храма, три точки. Это же и есть ответ!
Я вскочил, прыгнул к ноутбуку, нашел карту старого города, скопировал ее, обозначил точками Храм Гроба Господня, Храм Господа и стену второго Храма. Затем наложил эти три точки на четвертую часть карты, чуть увеличил масштаб, развернул... Они совпали. Я перенес точку начала пути, на карту города и отметил ее. Только после этого, лег и сразу заснул.
Звонок мобильника разбудил меня ровно в восемь.
- Вставайте, завтрак стынет. Я внизу. - голос Паниковского звучал бодро.
- Завтракай пока без нас, Лада еще спит. Мы будем минут через двадцать.
Я разбудил Ладу. На удивление, она встала быстро, и выглядела отдохнувшей. Пока она была в душе, я перекачал на мобильник карту города, с отмеченной точкой начала пути.
Приняв душ, я почувствовал себя гораздо лучше. Я закинул в рюкзак ноутбук и пару бутылок с водой, и ровно через двадцать минут мы вышли из лифта на первом этаже.
Паниковский стоял у стойки, и что то рассказывал рыжеволосой девчушке- администратору. Девчушка улыбалась, и иногда отвечала ему что то.
Увидев нас, Паниковский взял у девчушки какой то конверт, сказал ей еще что то, от чего она засмеялась, и подошел к нам.
- Что? - Спросил он глядя на наши вопросительные лица. - Ее, зовут Настя, учится на вечернем в университете , дала мне ключ от тренажерного зала, объяснила где сауна и массажный кабинет. Я, между прочим, уже в бассейне был. Не завтракал , вас ждал. Столовая на втором этаже.
В столовой стояла огромная стойка с салатами и закусками, и пока мы набирали в тарелки разные сыры, овощи и соленья, я рассказал Паниковскому о том, что произошло ночью. Он не удивился, похоже, что он уже перестал удивляться, только подробно расспросил, о том, как мне показалось, что кто то на нас смотрел.
Мне не терпелось проверить свою находку, и после кофе, я потащил своих спутников в старый город. Паниковский только попросил меня подняться в номер, и принять кое какие предосторожности.
Пройдя через ворота, я сразу же рарссказал, как совпали точки на карте монаха с храмами на карте города, и что я определил четвертую точку, - точку начала путешествия.
- И сейчас мы идем именно туда. - Я как заправский гид, шел впереди, и сверялся с картой.
- Максим, я кажется догадываюсь, что это за место. - тихо сказала Лада.
- Не говори, сюрприз будет. - меня охватило радостное возбуждение.
Мы прошли последнюю арку, и вышли на маленькую площадь, в центре которой проводились раскопки.
- Это здесь. - объявил я, и все замолчали, постепенно осознавая, что все это реально. И начало пути, и сила камня, и трехтысячелетняя история, которая обращается к нам, и то что мы сами становимся частью этой истории.
- Отсюда быть началу к концу. Взятое из земли вернется в землю. - прошептала Лада.
- Ребята, а с монеткой то вашей, лажа вышла. - Мы обернулись, сзади нас стоял Саша в шляпе Индианы Джонса. - Монетка старая , даже очень. Только по времени, никак не могла быть в этих развалинах внизу. Развалины, - это стены домов Иерусалима времени разрушения Второго Храма, а монетка византийская, двенадцатого века. Как она туда попала , ума не приложу. Вы уверены, что она была именно здесь?
Саша смотрел на нас с выражением полного сомнения .
Лада подбежала к деревянным ступенькам, по которым вчера спрыгнула вниз.
- Я уверена, - сказала она твердо. - Монетка была здесь. Вот в этой расщелине.
Саша, все еще недоверчиво смотрел на Ладу.
- А в двенадцатом веке, она попала в бассейн источника, и завалилась в трещину плиты, а затем , в шестнадцатом веке, после землетрясения провалилась вниз, в более старый уровень под землей.- выпалила скороговоркой Лада и сама удивилась тому , что произнесла.
Саша- Индиана Джонс, широко открыл рот, напрягся, затем рассмеялся:
- Ребята, вы меня разыгрываете. Кто вас подговорил это сделать? Сеня Берштанский? Вот, старый перец, никак не уймется.
Мы с серьезными лицами смотрели на Сашу, и я для убедительности отрицательно помотал головой.
- Да ну вас! - Саша обиженно махнул рукой. - И источник здесь был, и землетрясение... Только не могу же я такое утверждать , не зная наверняка. Меня же засмеют. Скажут , неаккуратно провел исследования, а затем притянул факты. Как доказать, что именно так монета туда и попала?
- Незнаю... Я просто предположила. - Лада постаралась смягчить свой неожиданный порыв.
- Да ладно. Держите. - Саша взял руку Лады и вложил в нее монету. - Все равно, я не смогу объяснить, как она туда попала.
Саша спустился вниз и пошел в дальний угол. Затем обернулся и крикнул:
- Если еще чего найдете, мне не несите . Отдайте Сене Берштанскому.
Мы пожелали ему удачи и переглянулись.
- Ну, а теперь что? - Спросил Паниковский.
- Теперь в путь. Но не сразу. Надо сориентировать карту , да и отдохнуть не мешает. Где ты там говорил сауна и массажный кабинет? - я подмигнул Паниковскому, и мы вышли с площади на узкую безлюдную улицу.
- Макс, может мы немного погуляем по городу? Здесь столько всего интересного, жаль будет уехать и не посмотреть.
- Хорошо, два часа на разграбление города, - согласился я.
Мы как раз зашли на площадь перед Храмом Гроба Господня, и решили начать с колыбели христианства. Мы спустились вниз, туда, где шестнадцать столетий назад была только одна пещера в скале, на которую указали первые христиане Елене, матери императора Константина. С этого момента начал строиться Иерусалим христианский.
Мы прошли один за другим все четыре квартала старого города, христианский, армянский, еврейский и мусульманский. Прошли еще раз по улице рынку, забрались на городскую стену, откуда осмотрели окрестности.
Закончили экскурсию, обедом в арабском ресторане, чтобы полнее ощутить восточный колорит.
Когда вернулись в отель, ноги гудели от долгой ходьбы.
Паниковский, все время держался в стороне, пытаясь определить, следит за нами кто то , или нет. Перед тем, как зайти в номер, он попросил нас не обсуждать ничего важного. Через четверть часа он показал нам два микрофона. Один в телефонной розетке, второй в пульте управления кондиционером. Пока Паниковский ходил к себе в номер, мы с Ладой спустились в гостиничный холл, заказали себе кофе. Через двадцать минут появился Паниковский.
- У меня все чисто, в городе за нами не следили, но уезжать нам надо отсюда , как можно быстрее.
- Завтра с утра мы уже будем готовы. Мы сможем от них оторваться?
- Сначала, неплохо бы узнать, от кого это , от них. - Паниковскому не нравилась ситуация, когда, что то не находилось под его контролем.
- Думаю, скоро мы это узнаем. Просто удивительно, как они так быстро на нас вышли. Я думал, у нас дня три-четыре в запасе будет.
Лада вдруг, сказала, что очень устала, и что разболелась голова. Она поднялась наверх, немного вздремнуть, а я не знал, что мне делать. И мешать ей не хотел, и оставлять одну не решался. В конце концов, я сел в дальнем углу холла с ноутбуком, определять дальнейший маршрут, решив каждые полчаса подниматься и проверять, все ли у нее в порядке.
Сказать, что я была вымотана, ничего не сказать. Камень высосал меня. Но я была счастлива, да- да, именно счастлива! Могла ли я когда- нибудь мечтать о том, чтобы увидеть древность своими глазами? До сих пор какая- то часть сознания находилась все еще ТАМ. Я вновь и вновь перебирала в памяти все мелочи и нюансы своего приключения. Я чувствовала эйфорию и неимоверный душевный взлет, которые сочетались с дикой усталостью и физическим бессилием. Но я была готова вновь пройти этот путь, даже в ущерб своему здоровью. Несмотря на небольшой сон и еду, я все равно была выжата как лимон, хотя пробуждение мне и далось легко. Прогулка по городу взбодрила морально, но добила физически, и весь организм просто кричал, что мне надо поспать. Спорить с организмом было глупо, и я пошла в наш номер. Макс не пошел со мной. Но сейчас я на это не обратила внимания, главное, душ и постель.
После прохладных тугих струй воды в душе я почувствовала, что мне гораздо лучше. Большая мягкая постель приняла меня очень радушно. Я раскинулась на ней и почти сразу начала проваливаться в сон. Мысли все больше путались, переплетались в причудливые фантазии, смешивая реальность и видения. Фантазии перешли в такие же непонятные и странные сны, которые потом невозможно было вспомнить...
Потом мне приснилась Маринка. Она насмешливо смотрела на меня и говорила:
- Ну, ты, Князева, и дрыхнуть. Проснись, соня, иначе проспишь все на свете.
- Мариш, отстань,- отмахивалась я, - дай человеку поспать, я заслужила.
- Вставай, говорю, а то служить будет нечему.
- Я еще пять минуточек, ладно? Марин, всего пять минуточек.
- А я тебе говорю вставай,- Маринка начала сердиться. Она толкнула меня в плечо и крикнула,- Ро-ота подъем!
- Вот зараза, -беззлобно огрызнулась я.- Дай поспать, сил нет.
- Сама напросилась,- хмыкнула подруга и вылила мне на голову ковш холодной воды.
- Совсем что ли!- пискнула я от неожиданности и проснулась.
Маринки в номере, конечно же, не было. Меня разбудил мой собственный сон. И только я собралась снова уснуть, тихо усмехаясь произошедшему, как поняла, что в комнате я не одна. Это была не Маринка, естественно, но это был и не Макс. Это я поняла практически интуитивно. Это был вообще не друг. Я замерла, стараясь дышать ровно, чтобы незваный гость думал, что я продолжаю спать. Но лежать к нему спиной было невыносимо. Я повернулась с сонным вздохом и бормотанием. Человек замер на несколько мгновений, а после продолжил свое занятие. Я приоткрыла глаза и посмотрела сквозь ресницы. Он был одет в облегающий костюм нейтральных тонов, лицо скрывала маска того же нейтрального цвета. Человек был высок. Двигался он бесшумно и с грацией кошки. Он очень аккуратно потрошил номер. Это был не вор, вряд ли бы вор полез в номер, где отдыхает постоялец, да еще в такой одежде. Значит искал он камень. Откуда ему было знать, что камень всегда при мне. Он и сейчас занимал свое законное место под моей подушкой. Я лихорадочно соображала, что мне делать, а человек продолжал свои поиски. Он обошел уже все, что могло быть тайником и не тайником тоже. На мгновение остановился, задумался, а потом взглянул на меня.
- Проснулась, куколка,- странно прохрипел он, и я поняла, что голос искажен механически.- Не притворяйся, я тебя насквозь вижу.
- Кто вы? - тихо спросила я, садясь на кровати.
- Я пришел за своим,- полу прохрипел, полу прошипел голос.
- Тварь...- неосознанно проговорила я.
- А вот обзываться не надо. Где он?
- Кто?
- Не прикидывайся дурой. Где камень?
- В сейфе отеля,- ответила я.
- Врешь,- произнес человек и прищурился, насколько я видела в прорезях для глаз.
- Чтоб мне жить на одну зарплату, - выпалила я и сплюнула на пол.
- Главное, куколка, чтоб тебе жить,- неприятно усмехнулся гость.
- Ой, дядечка, еще и правнуков своих увижу, - бойко ответила я и обалдела от собственной наглости.
Человек засмеялся. Искаженный смех звучал более, чем противно.
- Смелая и дура,- сказал он, все еще смеясь.
- А вот обзываться не надо, - повторила я его слова и обалдела от себя еще больше.
- Хм... И на язык бойкая. А скажи мне, куколка, ты хочешь сказать мне, где камень или показать своим славным маленьким пальчиком, потому что будешь без язычка?
- Я бы предпочла остаться при язычке, пальчиках и камешке.
- Вот ведь дура, - повторил он еще раз и больше не веселился. Почему-то я решила, что для меня это плохой знак.
Чтобы увести его от камня, я решила попробовать сбежать. По крайней мере, буду ближе к двери, смогу закричать, а там и услышит кто. Я оценила расстояние до двери, можно было рискнуть. Злодей не закрывал мне дорогу.
- А если я скажу, - вы меня не тронете? - спросила я.
- Скорее всего нет, чем, да. Ты мне не нужна, только камень.
- Хорошо, я скажу, а где гарантии?
- Мое честное пионерское слово,- снова засмеялся человек.
В этот момент я и рванула с места в карьер. Хохот оборвался в ту же секунду. Я уже была недалеко от двери и верила, что затея удалась, когда его рука вцепилась мне в волосы и резко дернула назад. Я закричала от боли и рухнула у его ног. Он резко поднял меня за грудки, сильно тряхнув. В какой-то момент я попрощалась со своей головой, так она дернулась. Зубы клацнули, и я прикусила губу. Кровь теплой струйкой потекла по подбородку.
- Видишь, что ты наделала! - взвыл человек, и я с ужасом поняла, что он не в себе. - Неужели надо быть такой тупой стервой, чтобы довести до такого?!
- Отстань, урод! - сквозь слезы боли и отчаяния крикнула я.
- Где камень? - в какой-то безумной ярости ревел пришелец.
- Да пошел ты, придурок, - прохрипела я, потому что его руки начали стискивать мне шею.
И тут дверь сотряс сильный удар, и она распахнулась. Человек откинул меня навстречу Максу, влетевшему в номер как ураган, и метнулся к балкону. Пара секунд и он исчез. Из- за спины Максима выскочил Паниковский и бросился к балкону, но вскоре вернуся, ударив кулаком в бессильной ярости по стене. Я судорожно глотала воздух, прижимаясь к Максу, который сосредоточил на мне все свое внимание. Он бережно взял меня на руки и отнес обратно на кровать.
- Как ты? - тихо спросил он.
- Хуже, чем утром, - сквозь всхлипы выдавила я.
- Он хотел камень?
- Нет, он хотел поиграть с куколкой, но чуть не сломал ее, - сипло усмехнулась я, - мальчик, что с него взять...
- Что? - Макс удивленно поднял брови.
- Да, так... Да, он искал камень.
- Он нашел его? - спросил Антон.
- А разве похоже, что нашел? - я шмыгнула носом и откинула подушку. - Какой нормальный человек будет хранить бесценный артефакт под подушкой? Он же не знал, что я ненормальная. Сюда он не сунулся.
Макс принес мне воды. Зубы выбили тарантеллу о край стакана, и я только сейчас поняла, как сильно я напугана. Слезы вновь хлынули из глаз.
- Пойду все осмотрю, - сказала Антон, и в его голосе послышалось бессилие и растерянность.
- Да, давай, - сказал Максим, не отрывая от меня взгляда.
Когда Паниковский спешно покинул наш номер, Максим подошел к двери, чтобы закрыть ее. На пороге стоял служащий отеля. Он что -то спросил по- английски. Макс вступил с ним в разговор, а я постаралась сдержать слезы. Спор длился не очень долго, и служащий ушел.
- Что он хотел? - спросила я.
- Спрашивал, что у нас тут происходит. Я сказал, что потерял ключ, ты спала, и я выбил дверь, но готов за нее заплатить. А если не будет шума, то и двойную цену.
- Дал взятку в общем? - улыбнулась я и поморщилась, губа болела.
- Больно? - спросил Макс, тут же забыв про служащего, дверь, взятку и прочее.- Он тебя бил? - в голосе звучал металл.
- Нет, дернул сильно, губу прикусила.
- Скотина, - кулак Макса сжался так, что побелели костяшки пальцев. - Найду, убью, - коротко сказал Максим, но я почувствовала, что он так и сделает, если найдет неизвестного пришельца.
- Макс, - я слегка дотронулась до его руки, и он накрыл мою руку своей ладонью.
- Что? - спросил он, с нежностью глядя мне на меня.
- Помоги мне привести себя в порядок, боюсь, не дойду до ванной. Трясет всю.
- Да, конечно, пойдем.
Он помог мне встать. Ноги тряслись и подгибались, идти я толком не могла. Макс не стал смотреть на мои героические попытки идти и снова взял на руки.
- А мне здесь нравится, - попыталась улыбнуться я и обняла его за шею.
- Располагайся, - ответил он.
В ванной комнате я посмотрелась в зеркало и ахнула. Прикушенная губа припухла, кровь размазалась по подбородку, лицо было красным от слез, волосы взлохмочены, Одним словом тихий ужас во плоти. Макс поддерживал меня, глядя с сочувствием на мое отражение.
- Не смотри на меня, - я прикрылась рукой, - я страшная.
Он отвел мою руку в сторону.
- Ты красавица, - тихо сказал он и нежно поцеловал в висок.
- Не успокаивай меня, я кошмарно выгляжу.
- Не говори ерунду, - Макс серьезно смотрел на меня через зеркальное отражение.
Он включил воду и начал аккуратно обмывать мне лицо. Холодная вода приятно стекла по лицу, а его рука... Я прикрыла глаза и наслаждалась его прикосновениями. Он смыл с моего лица слезы и кровь, тихонечко подсушил кожу полотенцем. Потом вновь поднял на руки, хотя я попыталась идти сама. Чем больше я успокаивалась, тем крепче стояла на ногах. Но Максим не слушал, он, по моему, решил не отпускать меня.
- Ты так и будешь носить меня на руках? - спросила я, улыбаясь краешком губ.
- Да, - ответил он. - Я уже сделал глупость, оставив тебя одну.
Он болезненно поморщился, и я поняла, что его угнетает то, что я была в номере одна. Он помог мне устроиться поудобней на кровати и сел рядом. Я привлекла Максима к себе, взяла его лицо в руки и внимательно посмотрела в глаза. Он постарался избежать моего взгляда.
- Макс, - я попыталась поймать его глаза, - все в порядке. Не казни себя, не надо. Я живая здоровая. Ну, кто же знал, что такое может получиться. Я на тебя ничуть не обижена. Камень цел. Я тоже. Ты успел во время.
- Живая, но не здоровая. - Максим попытался встать, но я его удержала. - Я все должен был просчитать, я должен был предвидеть. Это моя вина. Моя! Ты подверглась опасности по моей вине. Лада. Меня здесь не было! Я почти провалил свою миссию. Я оставил тебя без внимания. Ты, маленькая и хрупкая женщина, одна противостояла профессионалу, а я сидел внизу и боялся потревожить твой сон.
- Макс, Макс, остановись! - я с ужасом смотрела на его самобичевание. - Я под угрозой с момента как взяла камень в руки. Камень под угрозой многие столетия. Ты не мог предвидеть, что именно сегодня появится не званный гость.
- Значит должен был быть в десять раз предусмотрительней!
- Макс...
- Этого больше не повториться, я обещаю тебе. Я всегда буду рядом.
Я взглянула в эти чистые голубые глаза, и нежность заполнила мое сердце.
- Иди ко мне, - сказала я и потянула его к себе.
- Лада... - выдохнул он и прижался ко мне.
Наши губы встретились, но боль тут же напомнила о себе, и я непроизвольно отпрянула.
- Прости, - прошептал он, касаясь моих губ легчайшими поцелуями, легче теплого ветерка. - Моя бедная девочка, прости меня.
- Уже простила, и прощать не за что, - шептала я в ответ.
- Милая, - шелест его слов касался моего слуха, а губы порхали по моему лицу, - милая...
Мы не стали близки телесно, но наши души наконец вступили в то единение, которое соединяет и рождает фейерверк прекраснейших эмоций. Максим отошел от меня лишь однажды, чтобы принять доклад Паниковского. И как только за Антоном закрылась дверь, он вновь заключил меня в объятья и закружил в вихре своих нежнейших ласк. Это была чудесная чувственная ночь. Но грань так и осталась не перейденной. Впрочем, это ничуть не расстраивало. Я нежилась в его объятьях и чувствовала себя счастливейшей из женщин. Моя голова покоилась на его плече, его пальцы порхали по моей щеке. На душе было легко и спокойно. Веки начали опускаться, и я наконец провалилась в крепкий сон без сновидений...
Вскочил я одним махом, стряхивая с себя ощущение сладких грез, губ и объятий. Мы должны выехать еще до завтрака, необходимо еще собраться. Я взглянул на часы: пол шестого. Уже совсем рассвело, первые лучи солнца пробились сквозь шторы. Я принял душ оделся, и разбудил Ладу, поцеловал ее в щеку. Она сладко потянулась , улыбаясь, быстро вскочила, и убежала в ванную. Я собрал все необходимое в рюкзак, и прозвонил Паниковскому:
- Минут через пятнадцать будем готовы.
- Понял, буду. - коротко ответил он.
Из ванной вышла Лада. Я подошел, обнял ее. От волос пахло каким то шампунем из трав. Все ее тело, казалось, источало тепло и нежность. Я с сожалением отогнал, так не к месту нахлынувшие эмоции, и сказал виновато:
- Надо собираться.
Лада понимающе улыбнулась, быстро оделась, и через пятнадцать минут, мы вышли из отеля. Номера остались пока за нами, мы расчитывали, что поездка займет день- два. Отойдя примерно, квартал , я достал дорожную карту, и огласил дальнейший план действий:
- Вот , здесь , на карте я нанес основные точки- ориентиры с карты Бернарда. Когда я сориентировал и совместил его карту с нашей, то получилось, что его путь был намного извилистее, чем современные дороги, видимо, из за того , что в его времена не все места были проходимы. Путь, отмеченный на карте Бернарда , из Иерусалима идет , начала на запад, а затем, а затем на юг, к городу, который обозначен у него на карте, но названия нет. По видимому, это Хеврон. Сначала мы попробуем доехать до развязки в сторону Хеврона, а затем, осмотримся, и будем двигаться на юг. Когда окажемся южнее Хеврона, придется идти по горам. - Я посмотрел на туфли Лады и на свои. - Обувь надо сменить.
Решили не останавливаться из за экипировки, и приобрести все по дороге.
Но уже после разговора с несколькими таксистами, я понял, что все не так просто, как казалось. Таксисты, на просьбу отвезти в определенное место , мотали головой, кричали, что не поедут туда ни за что. Кое кто выражался более крепко, по поводу "сумашедших русских" , цена, здесь роли не играла. Не едут, и все.
Наконец, мы догадались спросить, куда же все таки нас смогут довезти, как можно ближе к месту назначения. Один из таксистов показал на карте развязку дорог, и мы не долго думая поехали в какую то деревушку, со сложным арабским названием.
Примерно, через двадцать минут езды, мы оказались на местности, почти лишенной растительности. Появлялись небольшие селения, в которых домики лепились один к одному, асфальт везде был побит, а на улицах лежали горы строительного мусора.
Затем мы выехали, на открытое место, где было что то вроде автобусной станции. Вокруг стояло несколько лотков с фруктами, и что то типа небольшого супермаркета. Водитель высадил нас на площади, возле автостанции, показал пальцем, "вам туда" и скрылся в клубах пыли.
Мы посмотрели в ту сторону, куда показал таксист, и увидели бетонное сооружение, шлагбаум, и прогуливающихся вдоль забора, вооруженных солдат.
- Приехали. - Я огляделся. Было немноголюдно. Может, от жары, а может, от того, что солнце загнало всех в помещения, под кондиционеры. - Сходи ка, узнай , можно ли здесь пройти, иначе заторчим в этом убитом месте. Неизвестно, как здесь автобусы ходят.
- Понял. Где встречаемся?
- Вот здесь, - я показал на супермаркет. - Мы пойдем купим обувь поудобнее, и наберем воды, сколько сможем.
Мы с Ладой вошли в магазин, и, пока она выбирала себе легкие спортивные тапки и легкие брюки. Я подобрал ей небольшой рюкзачок, затем вспомнил, что мы еще не завтракали, но решил подождать Паниковского, чтобы вместе перекусить.
Долго его ждать не пришлось, он забежал, жадно втягивая в себя холодный воздух кондиционера.
- Глухо. На ту сторону не пускают. Пост солидный, несколько пограничников , снайпера, камеры. Без специального разрешения нельзя, говорят.
- И что, нигде дырки в заборе нет? Или через поля, леса?
- Где ты тут видишь, леса, поля. Одни овраги.
- Ну , через овраги.
- А мы, что, завтрак уже отменили? Макс, давай поедим, а затем уже и овраги искать будем.
К нам подошла Лада, с пакетом .
- Я готова. Где можно переодеться?
- Там с другой стороны заправка есть, - Паниковский махнул рукой куда то в противоположную сторону от выхода. Там и туалеты, и забегаловка есть . Можно перекусить.
- А я мороженого хочу, - сказала Лада.
- Пошли, - сказал я поднимаясь, - Будет тебе мороженое, а тебе туалет и перекусить.
Через час , мы с ладой остались в кафе при заправке, а Паниковский помчался на разведку обходных путей.
Время тянулось медленно. Перегруженный кондиционер натужно гудел. Через дорогу было видно, как подходят и отходят автобусы.
Я снова засел сверять правильность маршрута, и проверять, чтобы не было неточностей. Карту Бернарда я знал уже наизусть. Все ее значки и рисуночки всплывали в голове, и пока не складывались в ясную картину.
Наконец то , через стеклянную витрину, я увидел быстро идущего Паниковского. С ним рядом вприпрыжку шагал невысокий, худощавый араб, неясного возраста.
- Нигде поблизости пройти нельзя. Весь поселок просматривается вдоль и поперек. Зато у нас есть Салах, - Паниковский показал на араба , и тот радостно закивал головой. - За совершенно скромную плату, он согласился провезти нас тайными тропами на территории. Он этим здесь промышляет. Возит на работы , провозит контрабанду.
- Делать нечего, придется довериться этому индейцу, - я показал Салаху место на карте, куда нам надо было приехать. Это еще был не конечная цель, но у Бернадда в том месте было нарисовано, что то типа колодца.
- О, кей , босс! - радостно выпалил Салах, показав два ряда кривых зубов.
Эту фразу, араб повторял постоянно. Причем, не только выражая этим согласие, но и удивление, радость, озабоченность, дружелюбие и прочие эмоции.
Выйдя из кафе, мы прошли заправочную станцию, подошли к стоянке, на которой стояли огромные фуры, тягачи, прицепы. Среди них стояла видавшие виды пипап "субару" ржавая и закрашенная в побитых местах. Салах забрался в какой то прицеп, вытащил из него какой то чемодан, и забросил в багажное отделение, накрыв его брезентом. Паниковский хотел было уже сесть рядом с водителем, как я удержал его.
- Слушай, я подумал, что нам лучше разделиться. Мы поедем вдвоем, а ты не будешь заезжать на территории. Если что пойдет не так, то ты сможешь нас вытащить. Да и следы запутаем , если кто то следит. Езжай на автобусе в этот район, - я показал ему на карте, - Будем на связи.
Паниковский понял, что возражать бесполезно. Мы попрощались, и Салах ,какими то кривыми улицами, выехал на окраину, по узкой тропинке спустился в балку, и через четверть часа, мы ехали по какой то пустынной дороге.
Я пытался выяснить где же мы едем, но так и не добился от Салаха внятного ответа. Только когда проезжали какую то деревушку, он сказал название, и я смог определить по карте, где мы находимся.
Еще через полчаса дорога стала петлять и уходить в гору. Салах напевал что то очень заунывное. Хотя эти песни ему , по видимому очень нравились, нас, в обычной обстановке, вогнали бы в депрессию.
Дорога пошла под уклон, и за очередным крутым поворотом, мы увидели машину, стоящую на обочине . Капот машины был открыт, двери заднего сиденья тоже. Вокруг бегал молодой араб, в панике, видимо не зная за что браться. Подъехав ближе, мы услышали женский крик. Так кричат ос сильной боли.
- Что там? - спросила Лада, - Останови его! Там что то случилось!
Я сказал Салаху остановиться напротив машины. Присмотрелся внимательно. Кроме снующего и причитающего мужчины, снаружи никого не было, а в глубине машины на заднем сиденье я разглядел женщину. Мы вышли. Салах спросил по арабски. Парень со слезами на глазах ответил.
- Жена рожает, - пояснил Салах.- А у него машина сломалась.
Женщина снова закричала. Я посмотрел на нее, и решил, что до больницы она не доедет. Ей было лет восемнадцать. Она нас не замечала, глаза смотрели в одну точку , а на сморщеном от боли лице виднелись крупные капли пота. Она уже не кричала, а только постанывала, выбившись из сил. Что то пошло не так.
- Сделайте что нибудь! - Лада дернула меня за рукав.
Я сказал Салаху, чтобы помог перенести ее в нашу машину, но тот наотрез отказывался, говоря, что нет места, а парню скоро приедут на помощь родственники.
Под конец, уступив крикам Лады и моим уговорам, Салах с мужем уложили женщину на сиденье. Лада и парень сели сзади. Я попытался откинуть сиденье, чтобы освободить больше места за счет багажного отделения. Сдвинул какие то вещи, с силой прижал их к задней двери. Чемодан расстегнулся, и из него посыпались разные мобильные телефоны. Салах выругался по арабски, накинул брезент на вещи, и зло посмотрел на меня. Я достал сотенную бумажку, сунул ему, и крикнул:
- Быстрее!
- О, кей , босс! - взгляд проводника снова потеплел, и он рванул вперед.
Я чувствовал , что надо торопиться, по всему было видно, что роды идут ненормально.
- Макс! - Лада не теряла самообладания, - воды отходят. Надо останавливаться!
- Мы не сможем помочь! Без врача не обойтись.
Я спросил у Салаха , далеко ли до больницы. Тот ответил, что еще километров десять-двенадцать. Тогда спросил, где ближайшее жилье. Он показал на высокий холм, наверху виднелись дома.
- Давай туда, бегом! - Салах молча замотал головой, - Сворачивай! Она не выдержит!- я крутанул руль влево, и Салаху пришлос свернуть на дорогу, ведущую наверх.
У въезда в селение стояла бетонная будка, и дорогу перекрывали решетчатые желтые ворота. Салах затормозил в тридцати метрах от ворот, и медленно открыл дверь.
- Что ты делаешь? Что за...
- Сиди , босс. - Салах медленно вышел из машины, и поднял вверх руки. Навстречу ему выбежали два солдата с автоматами, крича что то громкими отрывистыми голосами. За ними, у ворот стояли еще двое, держа на прицеле машину.
Салаха поставили на колени, обыскали и бегом подбежали к машине, осматривая, нас.
Я открыл дверь, показал руки и громко сказал , что мы туристы, с нами беременная женщина, она в тяжелом состоянии, и ей необходима помощь. К нам подошел, видимо старший группы, сказал всем выйти из машины. Затем заглянул внутрь, и быстро передал, что то по радио.
Секунд через десять ворота открылись, из нее выехал армейский джип, на полной скорости приблизился к нам. Из него выбежал парень в очках и с медицинской сумкой. Он быстро оценил ситуацию. Видимо , ребенок уже выходил. Паремь давал указания одному из солдат, тот держал сумку и подавал парню инструменты. Тот снял, мешавшие ему каску и бронежилет. Так он выглядел совсем пацаном. Через какое то время, парень повернулся к нам , держа на руках маленький неподвижный комочек. Он внимательно посмотрел на него, и шлепнул пару раз. Ребенок отхаркнул, вздохнул, и закричал в полный голос.
- Живой! - закричала Лада.
- Живая. - поправил очкастый фельдшер по русски. - Это она. Подержите, я должен мамашей заняться.
Лада аккуратно взяла ребенка , кто то подал ей кусок ткани, и она бережно завернула девочку.
Все облегченно вздохнули. Уже никто ни в кого не целился. Солдаты отошли в сторону, тихо переговариваясь.
Тут я заметил, у открытых ворот людей. Они стояли , глядя на нас. Кое кто переговаривался, но радостных и приветливых улыбок не было. Командир спросил у меня, кто мы, и откуда. Я объяснил, что мы туристы паломники, ехали, увидели сломаную машину, и роженицу. Сейчас едем дальше.
Из джипа достали носилки, перегрузили арабку в джип, туда же сел ее муж.
- Ну, все. Спасибо вам! - Парень в очках забрал девочку у Лады, - Если бы не вы, ни мама, ни ребенок не выжили. Голова была уже снаружи, и пуповина вокруг шеи... Хорошо, что успел обрезать. Я ведь никогда роды не принимал. Только месяц как из учебки. Но нас учили как надо действовать
- Я сама испугалась. Вокруг никого, куда ехать не знаем. А что у вас народ такой неприветливый?- У ворот собралось еще больше людей и слышался неодобрительнаый гул. - Они недовольны, что ребенок выжил?
- Видите, там дом с краю? - фельдшер показал на ближайший к воротам дом.- Там семья сидит шиву. Это поминки. Семь дней родственники сидят в доме, поминают умерших. Все приходят к ним и выражают соболезнования. Два дня назад, террористы пробрались и зарезали почти всю семью. Мать, отца, двух мальчиков семи и четырех лет, и двухмесячную девочку. Одного ребенка не нашли, он жив остался, и старшая дочка была у соседей. Так что, приветливыми им быть не с чего. Так что мы сегодня подарили им две жизни, а они забрали у нас пять... Но кто считает то?
Парень передал в машину ребенка, махнул рукой, джип поехал в селение. Он взял каску, бронежилет, винтовку, и пошел за своим отрядом, который уже скрылся за воротами. Толпа тоже расходилась. Вскоре мы остались одни.
Молча, ничего не говоря, мы сели в машину, и поехали дальше. Мне надо было продумать наши дальнейшие действия, Лада тоже думала о чем то забившись в угол на заднем сиденье. Только Салах беспрерывно нудил своими монотонными напевами.
Я сидела молча и больше не смотрела на окружающие пейзажи. Меньше всего мне хотелось увидеть Израиль с этой стороны. Слова русского фельдшера засели в мозгу. Как такое возможно... целую семью... Даже рождение малыша, увидевшего солнце благодаря нам, не приносило облегчения. Слезы навернулись на глаза. Я попыталась удержать их, но слезы продолжали сочиться. Я всхлипнула, и Макс обернулся.
- Что случилось?- с тревогой спросил он.
- Ничего...- ответила я и отвернулась.
- Без ничего слезы не льются, поделись.
- Макс, то, что сказал фельдшер, это правда? Такое могло быть?- сквозь всхлипы спросила я.
- Ладушка...- он привлек меня к себе,- думаю, что врать ему было не за чем.
- Но дети, Макс!- я уткнулась ему в плечо.
Макс гладил меня по волосам и молчал. Я тихо всхлипывала, думая о тех ужасах, что творят люди...
- Камень молчит?- спросил Макс, скорее для того, чтобы что-нибудь сказать.
- Да,- ответила я.- Пока молчит.
Я сунула руку в сумочку и коснулась камня. Тут же чувство покоя накрыло меня мягким куполом. Я улыбнулась Максиму.
- Иногда мне жалко расставаться с ним,- сказала я.
- Мне тоже, милая, столько всего в нем скрыто. Но мы должны, это наша миссия.
- Я знаю... - я немного помолчала.- Макс, что будет, когда мы вернем камень в хранилище?
- То есть?- Макс удивленно посмотрел на меня.
- Мы так и оставим его без надзора?
- Нет, конечно, Орден будет продолжать охранять его.
- А я?
- Ты теперь навсегда связана с камнем и с Орденом.
- Но что будет, когда мы вернем камень?
- Лад, давай сначала вернем. Мы еще даже до второго ориентира не доехали.
И тут, как бы в подтверждение его слов, старенький пикап Салаха чихнул и заглох. Салах попробовал завести машину, но она осталась глуха к попыткам хозяина. Араб пробормотал что-то по своему и вышел из машины. Макс проследил за ним взглядом.
- Я узнаю, что случилось,- сказал он и тоже вышел.
Я прикрыла глаза и постаралась ни о чем не думать. Так я просидела минут пять, пока не появился Макс.
- Двигатель приказал долго жить,- сказал он.- Дальше пойдем пешком, осталось немного.
- Совсем немного?
- Судя по карте, да.
Я вылезла из машины, помахала Салаху, который сейчас был похож на недоброго шайтана, и мы двинулись пешком. Перед нами виднелся город, хотя, скорей это был небольшой городок. За нашими спинами послышались гневные возгласы.
- Я б тоже расстроился, если бы на халтуре попал на бабки,- сказал Макс.
- Надо в городе сказать, что он здесь.- произнесла я, мне было жаль Салаха.
- Скажем обязательно, но, думаю, помощь он получит раньше. Слышишь, машина едет?
Я повернула голову. Действительно, к нашему водителю подъехал небольшой грузовичок. Салах махал руками, призывая водителя грузовичка обратить на него внимание. Грузовичок остановился. Я отвернулась и успокоилась за судьбу араба. Макс взял меня за руку, и мы пошли в город.
Первый раз я была в арабском городе, я глазела по сторонам, но ничего сказочного не увидела. В принципе, похожие пейзажи я уже видела в других местах. Но все равно было интересно. Поглядывали на нас без особого любопытства, и почему должно было быть иначе? Макс держал меня за руку и внимательно смотрел по сторонам. Мимо нас прошла женщина в черном платке. Рядом с ней семенил мальчуган лет пяти с черными как смоль кудряшками. Он посмотрел на нас своими темными глазами, в которых плясали чертики, и показал язык пока его мать смотрела в другую сторону. Я тихо засмеялась. Малыш расплылся в ответ. Но тут его потянули дальше, и он отвернулся.
- Что ты смеешься? - спросил Максим с улыбкой.
- Ты не видел? Тот забавный мальчишка показал нам язык.
- Какой мальчишка? - Макс обернулся, но мамы с ребенком уже не было видно.
Потом мы свернули на рыночную площадь. Макс обрадовался.
- Сейчас мы спросим кого-нибудь про колодец, - сказал он.
Максим подошел к торговцу пряностями. Тот расплылся в радостной улыбке и практически налетел на Макса. Он что-то уоворил на своем языке. Поняв, что тот его не понимает, торговец перешел на английский. Звучало это довольно забавно.
- Покупай, покупай, куркума покупай, тмин покупай, перец, перец. Дешево покупай.
- Вы знаете английский? - спросил Макс.
- Английский хорошо, английский покупай, куркума покупай, - еще больше радовался торговец. Мне показалось, что сейчас от его улыбки рассыплется фейерверк.
- Вы не подскажите, где колодец? - попробовал пробить заслон счастья продавца Макс.- Здесь есть колодец?
- Зачем колодец, перец покупай дешево...
- Макс, - тихо сказала я,- по моему, это дохлый номер.
- Мне тоже так кажется, - так же тихо ответил Максим.
Мы отошли от торговца пряностями и пошли дальше. Макс сделал еще несколько попыток спросить про колодец, но повторялась история с торговцем пряностями, почти один в один. Он пробовал спросить у покупателей, но они либо не понимали его, либо качали головами, говоря, что колодцев здесь нет.
- Может камень тебе подскажет? - с надеждой спросил Макс.
- Нет, камень молчит. Наверное, его помощь нам не нужна.
- Кстати, очень бы не помешала. - пробурчал Макс. - Ладно, давай выбираться отсюда.
Мы вышли с площади и побрели по улицам городка. Солнце нещадно пекло. Я мечтала о тени и холодной воде. А лучше искупаться и залпом выхлебать кувшин холодного зеленого чая со льдом.
- О, кафе, - сказал Максим. - Давай зайдем перекусим.
- У меня аппетита нет, - ответила я.
- Аппетит приходит во время еды, - изрек диктатор Максим и потащил меня в кафе.
Прохлада кафе показалась мне дыханием самой жизни. Все-таки кондиционер одно из величайших изобретений человечества. Обстановка была уютной. Пахло чем-то ароматным, а еще пахло кофе. Я втянула в себя этот запах поглубже и поняла, что есть я все-таки хочу. По тому, как Макс сглотнул, было понятно, что он тоже не остался равнодушным к дивному запаху. Мы направились к столику. Тут же к нам подошел молодой человек и предложил меню. Максим взялся за изучение. Он зачитывал мне названия блюд, которые мне ни о чем не говорили. Кроме нас в кафе был только один посетитель. Он пил кофе.
- Я хочу кофе, - сказала я.
- А кушать? - удивленно взглянул поверх меню на меня Максим.
- Вот его родимого я и буду кушать, - хихикнула я. - Макс, я не понимаю ничего в арабской кухне кроме кофе, что я еще могу заказать?
- Тогда я закажу, - ответил он. - На двоих.
- Рискни, но если мне не понравится, ты за это ответишь, - сказала я и нагло подмигнула.
Макс с нежностью посмотрел на меня.
- Тогда я буду тебе должен, - улыбнулся он.
- Миллион сладких поцелуйчиков!
- Не растолстеешь? - ехидно осведомился и он и тут же получил ногой под столом.
Все это время за нами наблюдал мужчина, стоявший в дверном проеме служебных помещений. Официант стоял чуть в стороне, не мешая нам. Наконец, мужчина отлипился от своего места и направился к нам. Он кивком головы показал официанту уйти, что тот и сделал с вежливым поклоном.
- Здравствуйте, гости дорогие, - произнес он практически на чистом русском языке с очень небольшим акцентом.
Мы с Максимом удивленно уставились на мужчину. Он расплылся в широкой улыбке:
- Как же давно я не видел русских, - сообщил он и тут же сел рядом с нами.
- Вы говорите по- русски? - жутко удивилась я.
- Я очень даже говорю по- русски, - похоже, что он искренне нам обрадовался. - Десять лет жизни в России, - гордо сообщил он и тут же стукнул себя по лбу. - Ах, я безмозглый ишак, говорю вместо того, чтобы кормить! Сейчас я вас так накормлю, как вы еще в жизни не ели.
Он вновь подозвал официанта и заговорил на родном языке. Тот поклонился и исчез.
- Абдалл - мой племянник, - гордо произнес мужчина.- Сын моего покойного брата. Хороший парень.
- А как вас зовут? - спросила я.
- Меня зовут Джабриль. А вас?
- Я Лада, а он Макс, - ответила я за двоих, и Макс недовольно хмыкнул.
- У меня был друг Макс, - улыбнулся Джабриль и пожал руку Максиму. - А вот имя Лада я слышал только один раз, - и он запел красивым голосом песню " Хмуриться не надо, Лада". Он спел припев на восточный манер.
- Здорово, - радостно захлопала я в ладоши.
- А как вас в Россию занесло? - спросил Макс.
- Я учился. Когда- то я был большим романтиком. И немножечко честолюбивым, - хитро прищурился наш новый знакомый.
В этот момент Абдалл принес поднос с аппетитно пахнувшей едой. Джабриль забрал у него поднос, и начал сам все расставлять. Он говорил названия каждого блюда, но я не запомнила их. Глаза разбегались. Единственное, что расстраивало, это то, что все это великолепие могло в желудок просто не влезть. Мы с Максимом принялись за еду, а наш хозяин сидел рядом, подперев подбородок рукой и с умилением смотрел на нас. Еда оказалось вкусной, хоть немного и острой. А пока мы отдавали должное арабской кухне, Джабриль рассказывал нам о своей жизни в России. Я иногда лезла с нетактичными вопросами, чем вызвала в конце концов возмущение Максима. Я на него обиделась, что плохого в женском любопытстве? Но неудобно мне стало за свой "длинный нос" перед гостеприимным хозяином. За это я еще больше обиделась на Макса. Пока он меня не одернул, неловкости я не чувствовала.
В гостях у гостеприимного Джабриля мы просидели не менее полутора часов. То, что мы из Питера, вызвало у него особую радость. Оказалось, что учился он в Ленинграде и теперь с интересом расспрашивал, что изменилось в городе после того, как он уехал на Родину. Потом хозяин ушел, чтобы сварить нам кофе. Это он хотел сделать лично. Макс накрыл мою руку своей, я осталась к этому холодна. Я же совсем недавно обиделась... Макс с удивлением посмотрел мне в глаза:
- Что-то случилось, солнышко?
- Ничего, - буркнула я.
- Ты за что-то обиделась на меня?
- Ты меня одернул.
- Я тебя не одернул, я тебя остановил, пока ты не попала в неловкую ситуацию. Не стоит так лезть под кожу человеку, которого видишь в первый раз в жизни, тем более здесь. Это было бы плохим ответом на такой радушный прием.
- Я не...
- А вот и настоящий арабский кофе, - прервал меня голос хозяина.
Я отвлеклась на кофе, как-то так получилось, что арабский кофе я еще не пробовала. Его вкус был необычным. Но этот легкий привкус хвои мне понравился. Тем временем Макс перешел к интересовавшему нас вопросу. Но про колодец Джабриль тоже ничего не знал. Макс был явно расстроен. Он достал старую карту и сложил ее части на столе. Хозяин кафе некоторое время смотрел на карту, а потом сказал:
- Кажется, я знаю, что это. И это не колодец.
- А что? - Максим оживился.
- Это древняя цистерна. Это в горах, недалеко отсюда. Я видел это место несколько раз.
- Как недалеко?
- Час ходьбы, на машине быстрей. Вам туда надо?
- Да, - ответил Макс. - Очень.
- Я могу отвезти вас, - предложил Джабриль.
- Это было бы замечательно, - поспешно сказала я, видя, что Макс готов отказаться, но час ходьбы по солнцепеку приводил меня в ужас.
- Если это вас не затруднит, Джабриль, - сдался Макс под моим взглядом.
- Тогда подождите немного, я дам распоряжения и поедем.
Через пятнадцать минут мы ехали в сторону гор. Макс сел рядом со мной. Я видела, что его угнетает та напряженность,что появилась между нами. Меня это угнетало не меньше, но дурацкий характер не давал показать это. Когда же мы подъехали туда, откуда начинался подъем на склон, за которым пряталось ущелье с цистерной, близость второго ориентира затмила прочие мысли. Джабриль остался ждать нас в машине, а мы отправились на склон. Макс начал подъем. Я хотела последовать за ним, но тут я вспомнила, как катилась вниз по похожему склону на своих коленках и передумала. Пусть это был сон, но боль и раны на коленях были настоящие.
- Ты идешь? - спросил Макс.
- Если там что-то есть, я поднимусь. Посмотри пока один.
- Лада, ты все еще...- начал Макс, но я перебила его:
- Просто у меня неприятные впечатления от лазанья по горам. Если там есть наш ориентир, я поднимусь.
- Хорошо, как скажешь, - Максим бросил на меня еще один взгляд и полез наверх.
Он поднялся наверх, осмотрелся, а потом махнул мне. Я полезла за ним. Макс легко спустился, чтобы помочь мне, и дальше мы двигались вместе. Когда мы оказалась наверху, Макс показал рукой на другую сторону холма. У меня закружилась голова, Спуск на ту сторону был круче и длинней. На дне ущелья находился резервуар, похожий на небольшой бассейн, выложенный камнем. Он почти сравнялся с поверхностью земли от времени, но все-таки очертания угадывались достаточно четко, по крайней мере с высоты. К резервуару, как лучи, тянулось шесть желобов с разных сторон. Они тоже были выложены камнем, и так же были разрушены.
- Это то, что мы ищем? - спросила я.
- Да, солнышко, - ответил Максим, - это точно оно.
Его рука лежала у меня на талии, губы коснулись макушки. В один момент чувство обиды растворилось как дым. Я повернулась к нему и встретилась с его губами.
- Что дальше? - спросила я, когда он наконец оторвался от моих губ.
- Дальше по плану,- ответил Макс и улыбнулся...
Если бы мы не знали, что мы ищем, то никогда бы не обратили внимания на сооружения. Вблизи, это совсем не было похоже на цистерну. Да и вообще ни на что. Только отсюда, сверху хорошо были видны очертания самого сборника и каналов, которые вели к нему. Я махнул рукой Ладе, но она так неловко поднималась наверх, что мне пришлось спуститься, и помочь ей . Перебравшись на другую сторону, мы спустились вниз . Что делать дальше, я пока не представлял совершенно. Поцелуй случился непроизвольно. Несколько секунд мы были где то далеко от наших проблем. Стало спокойно и безмятежно, на время . Но только на время, потому как весь мой план был расчитан на то , что мы здесь что то увидим, или же камень подскажет Ладе, что же дальше...
Я внимательно осматривал камни, на которых с трудом можно было заметить следы рук человеческих. С чего начать? С начала, пожалуй. Когда же было построено это сооружение? По всему видимо, задолго до того, как здесь был брат Бернард. И возможно до римских завоеваний. Когда то эта местность была населена людьми. Возможно, неподалеку был город. Переселения, междуусобные войны и нашествия чужеземцев, стерли с лица земли, и эти народы, и города., и единственное свидетельство их существования находится перед нами. Для жизни здесь нужна вода. Сейчас есть мощная сеть водопровода, забирающая воду из озера Кинерет, и подающая во все уголки этой сухой земли. А раньше вода была только в редких колодцах, пересыхающих ручьях. А воды надо было много. И для питья, и оросительная система, и помыться. Вот и додумались древние люди дождевую воду, и воду с гор собирать. Со временем люди ушли, сооружением , пока оно не развалилось, пользовались проходящие путники, и караваны. А затем, время, вода, солнце и ветер, сделали свое дело, и остались только одни очертания, которые мы и увидели. И Бернард видел...
Стоп. Очертания! Что Бернард мог видеть так же как и мы? Конечно , очертания!
- Я мигом, - сказал я присевшей на большой камень Ладе.
Наверх я забрался очень быстро. Вот он, бассейн, и шесть сточных каналов. Бернард нарисовал именно так. В виде эллипса. Два луча на одной дуге эллипса, а четыре на другой. И рядом стрелка, указывающая направление.
Я достал ноутбук , включил. Сеть есть. Быстро зашел на файлообменник, на котором хранилась карта. Так и есть. Направление ясно. Если на современной карте нанести стрелку в том направлении, в каком у Бернарда, относительно лучей каналов, то получается, что нам надо идти на восток. Ну не совсем на восток, а на восток, и чуть южнее. Осталось только прикинуть расстояние, примерно конечно. Пользуясь отношением расстояний Иерусалим- Наблус- Хеврон.
Я вдруг заметил , что к машине Джабриля подкатила пикап - Субару. Из нее вышли три или четыре человека. Рассмотреть я их не мог, и слышать о чем они говорили, тоже, но я почти был уверен, что один из подъехавших, был Салах. Да и машина , была вроде, его.
Я на всякий случай, пригнулся, хотя вряд ли кто смог различить меня на таком расстоянии. К счастью, машина скоро уехала, и я спустился за Ладой.
-Все, пора возвращаться. Все что нужно, мы уже увидели.
У машины стоял взволнованый Джабриль.
- Тут про вас люди спрашивали. Нехорошие люди.
- А, откуда было видно, что они нехорошие? - сразу спросил я.
- Я уж знаю. Здесь часто нехорошие ходят. Я им сказал, что высадил вас сразу за поселком , что вы пошли в сторону Хеврона, искать попутку.
- Спасибо, Джабриль. Я и не знаю , как благодарить..
- Да не за что. Помочь хорошему человеку, это доброе дело.
Мы попросили довезти нас до развилки, вышли, и пошли в сторону , противоположную от Хеврона. Джабриль пробовал нас остановить, предлагал переночевать у него, но мы отказались.
До заката было еще часа два. Если идти все время на юг, то через семь- восемь километров можно добраться до границы территорий. Я послал Паниковскому смску, в которой были толко координаты точки , в которую мы выйдем, и время.
Мы сошли с дороги, чтобы нас никто не увидел, и пошли вдоль безжизненной долины. Пить приходилось часто, потому что влага уходила из организма очень быстро. Лада держалась , и не показывала, что ей тяжело. А я уже стал волноваться, дойдем ли мы до темноты.
По моим расчетам, до границы территорий и ближайшего шоссе, на котором должен нас ждать Паниковский, было уже недалеко, но , кажется, мы взяли немного влево, и впереди не видно было ничего, кроме каменной равнины.
Уже заметно темнело, Лада стала слегка прихрамывать. Видно, натерла ногу. А шоссе все не появлялось.
Когда я уже решил, что нам придется провести ночь в скалистой пустыне, я увидал вдали мигание автомобильных фар. Через десять минут мы встретили Паниковского.
- Еле успел добраться. С трудом нашел в этой глуши агенство по аренде автомобилей. Куда едем?
- Туда, где нас не будут искать. За нами все время кто то идет по пятам, и пока мы не разберемся, как они нас выслеживают,
- Ты их видел? - Паниковский, усадил Ладу на заднее сидение арендованой "Мазды"
- Только издалека. Даже не скажу как выглядят. Их двое или трое.
- Тогда сначала будем сбивать их со следа.- мы тронулись. Дорога сначала освещалась редкими фонарями, а через двадцать минут мы выехали на широкое, освещенное шоссе.
Паниковский задал еще несколько вопросов , но так ничего конкретного и не выяснил.
-Макс, тогда мне нужны средства. Чтобы выяснить , как они нас находят, придется потратиться.
- Держи, - я протянул ему свою кредитную карточку.- Ни в чем себе не отказывай, в пределах разумного. И не забывай, что я все проверю.
- Понял, начальник. Завтра вам будут заказаны роскошные апартаменты, но жить вы там не будете.
- Чего так? - я изобразил недоумение.
- Будем проверять, как они вас находят. За мной , кстати никто не ходил, а вас вычисляют. Хочу проверить как. А, может, и поймать кого удастся.
Я оглянулся назад. Лада свернулась калачиком на заднем сиденье . Сон и усталость сморили ее совсем. Да и я сам еле держался , чтобы не заснуть.
В конце концов, я тоже не выдержал, и погрузился в сон.
Проснулся уже посреди ночи, возле входа в каую то хижину, посреди пальм, освещенных разноцветными светильниками.. В темноте слышался шум волн, а воздух был пропитан морской свежестью.
-Заходите, гости дорогие. - Паниковский открыл ключом хижину.
- Где мы? Далеко ты нас увез? - спросил я , не придя еще полностью в себя.
- Мог бы и дальше, да незачем. Все как мы и договаривались, в чрезвычайной ситуации. Заходите скорее , на вас смотреть больно.
Мы зашли внутрь. С виду убогая хижина, внутри была прекрасно оборудованным номером. Паниковский указал нам на кровать, а сам развернул спиной к нам диванчик и стал готовить себе место для ночлега. Мы с Ладой повалились на кровать и в считанные секунды провалились в глубокий сон.
Проснулся я от яркого солнца прямо в глаза. Лады рядом не было. Паниковского тоже. Я вскочил, и сразу увидел на столике записку Паниковского: "В навесном шкафчике чайник, кофе, сахар. Никуда не выходите, я скоро буду."
Где же Лада? Я выглянул в окно. Перед хижиной была ярко зеленая лужайка, за которой стояли такие же хижины. Я выбежал на улицу, обошел хижину и увидел Ладу. Она сидела на песке и смотрела на море...
Море играло солнечными бликами. Оно было таким красивым, что я завороженно смотрела на него, не отрывая глаз. Мысли растворились в этом великолепии. Голова была пустой и легкой. Блаженное чувство покоя воцарилось в душе.
Когда я проснулась, Антона уже не было в домике. Максим спал так сладко и его лицо было настолько милым, что я решила его не будить. Только нежно поцеловала, едва касаясь щеки и вышла на улицу. Я видела записку Паниковского, но что могло случиться сейчас? Да и уходить далеко я не собиралась. Я просто села на песок и залюбовалась морем. Не знаю сколько я так просидела, когда услышала шепот песка, и рядом со мной оказался Макс.
- Лада, ты нормальная?- голос его слегка дрожал от волнения. - Кто так делает? Я чуть с ума не сошел, когда не увидел тебя рядом.
- Ты так соскучился по мне, милый? - подмигнула я.
- Ну, что же ты за человек?! - Макс опустился рядом.
- Вот такой вот я смешной чудак, - ответила я и положила голову ему на плечо. - Максим, красота- то какая, смотри.
Максим повернул за подбородок мою голову к себе и заглянул в глаза. Я улыбалась. Мне было хорошо. Он тихо вздохнул, дотронулся пальцем до кончика моего носа и улыбнулся в ответ.
- Ты так мило морщишь носик, - сказал он и обнял за плечи. - Ты видела записку Паниковского?
- Видела. Но я никуда и не ушла. Я же рядом.
- Мне иногда хочется тебя задушить за твою простоту, - Макс так легко это сказал, что я решила ему не верить. - Ладушка, - произнес Максим и коснулся губами моих волос.
- Что? - спросила я и повернулась к нему.
- Ничего... Просто мне нравится твое имя.
- А я его ненавидела, когда была ребенком. Родители мои оригиналы, правда? Князева Лада Игоревна, - я хмыкнула. - Знаешь как меня дразнили в школе? Княжна.
- Так очень замечательное прозвище.
- Ага. Оно мне нравилось. А вот жигули и серии моделей нет.
- Жигули? - Макс хохотнул.
- Дурак, - обиделась я, но тут же сама усмехнулась. - Это до четвертого класса, потом стала княжной.
- Ну, дети мастера на прозвища.
- А как тебя дразнили? - спросила я.
- Не скажу, - ответил Макс.
- Что? - я была поражена. - Ну- ка говори! Я тебе свое сказала.
- Но я ведь не спрашивал, ты сама начала, - засмеялся наглый и вредный Макс.
- Максим, я сейчас с тобой дружить не буду! Скажи!
- Ни за что. Я не обещал, что скажу.
- Ты знаешь мою страшную тайну, я открылась тебе, доверилась, а в ответ значит вот что? - я была возмущена до глубины души. Теперь узнать его детское прозвище стало делом принципа. Но Макс не собирался сдаваться. В его глазах заплясали чертики.
- Я еще не знаю всех твоих тайн, чтобы открывать тебе мою тайну, еще более страшную, чем твоя.
Я ахнуть не успела, как оказалась лежащей на спине. Максим навис надо мной, и его рука очень откровенно блуждала по моему телу. Единственное желание, которое сейчас у меня было, это ответить ему. Я обвила его шею руками и впилась в губы...
- Кхм...- раздалось где-то над нами.
Макс в один момент вскочил на ноги и прикрыл меня собой. Но это оказался всего лишь Паниковский. Он с усмешкой смотрел на нас.
- Вот так и заботься о вашей безопасности, - сказал он с легкой укоризной. - Я для кого записки пишу?
- Это я, Антон, - сказала я. - Я решила посидеть рядом с домиком. Здесь ведь нам ничего не угрожает. И потом Макс быстро пришел ко мне. Он бы защитил нас.
- Видел я его защиту. Всем телом закрыл, - расплылся в скабрезной улыбке Паниковский. И я почувствовала, как мое лицо начинает гореть.
- Так, отставить, - на щеках Макса тоже играл румянец, но голос оставался твердым. - Все было под контролем. Лучше доложи о проделанной работе.
- Слушаюсь, герр Максимильян, - Антон залихватски щелкнул пятками кроссовок.
- Кажется, кто- то сегодня нарвался...
- Извини, Макс, - Антон миролюбиво улыбнулся. - Пойдемте в дом. Что- то мне подсказывает, что вы еще не позавтракали. Там все расскажу.
Он первым повернулся и пошел к дому. Максим приобнял меня, поцеловал и тихо шепнул:
- Ты такая красивая...
Я смущенно улыбнулась, и мы пошли за Антоном.
Антон занялся любимым делом, готовкой. Я сбежала в душ, мне все еще было стыдно. Но Антон больше не глумился. После душа я почувствовала себя гораздо лучше. Чувство неловкости почти исчезло и сладкое томление, разбуженное руками Максима, тоже.
Мужчины сидели за столом и обсуждали меры по обнаружению слежки, предпринятые Антоном. Когда Макс увидел, что я уже вышла, он попросил Антона остановиться ненадолго и ушел в душ. Я села за стол, не зная, что сказать. Антон сидел напротив и улыбался.
- Прости, - сказал он, - я не хотел вгонять тебя в краску.
- Ты прости, что я не послушалась.
- От тебя я этого ожидал. Ты у нас кошка, которая делает то, что ей вздумается. Ты и нас заставляешь делать то, что тебе вздумается, - Антон продолжал добродушно улыбаться.
- Я не специально, - мне стало стыдно.
- Я знаю. Лада, не переживай, я не ругаюсь, - Паниковский взял меня за руку.- Ты непосредственная, здесь уже ничего не поделаешь. Просто будь немного осторожней. Мы не знаем, кто за нами следит, и как он на нас так быстро выходит.
- Но ты же занимаешься проверкой...
- Да. Я снял номер в гостинице, установил там несколько штучек, которые покажут, был кто- нибудь в номере или нет. Но вполне возможно, что это не сработает. Будь осторожней, прошу тебя.
- Хорошо, Антон. Я буду очень осторожна.
- Вот и ладненько, - ответил он. - А знаешь, Макс от тебя без ума. Я первый раз вижу, чтобы он вел себя так непрофессионально. Настолько забыть об осторожности... Вас мог взять даже младенец.
- Антон... - я опять почувствовала, что краснею.
- Все, все, - весело засмеялся Паниковский, - больше не буду. Но ты так классно смущаешься. А про Максима правда. Он в тебя влюблен.
В этот момент вышел из душа Макс, и мы сели завтракать. Некоторое напряжение вновь появилось, но быстро исчезло. Разговор потянулся легко и непринужденно. Потом мужчины вновь заговорили о деле. Мне стало скучно, и я села к телевизору. Так день и двигался. Мы никуда не выходили. Один раз только я выпросила сходить искупаться. Сопровождал меня Антон, Максиму он не доверил это дело. Макс не стал спорить. Он залез в свой ноутбук.
После ужина Максим и Антон опять углубились в работу. Мне было скучно до невозможности. Я слонялась из угла в угол. Думала даже поспать, но сна не было. Меня начинало злить это вынужденное заточение. Я несколько раз пыталась отвлечь ребят, ничего не вышло. Макс только ласково погладил меня по руке, а Антон подмигнул. Вот и все мои успехи. Наконец, я обиделась на них окончательно и тихо вышла из дома, прихватив с собой камень. Он был теплым и тихо жужжал. Меня что- то ждет? Больше я не думала о том, что поступаю неправильно. Чем дальше я отходила от домика, тем больше реагировал камень. Меня захватило чувство ожидания. Я встала на том месте, где была утром и достала камень.
- Так, так, так, - раздался голос сзади, который показался мне знакомым. - А псы совсем забыли, что значит охранять объект.
Я резко обернулась. За моей спиной стоял Герман. Я отскочила назад. Герман усмехнулся и сделал шаг ко мне.
- Как ты нас нашел?
- Не я, но я решил не откладывать визит сюда в долгий ящик. Андрей хотел все сделать завтра. Как же он любит тянуть, когда дело касается тебя. Но я не дам ему вновь все завалить. Клан ему доверяет все меньше. И мне тошно, что мой друг становится предателем из- за бабы. Я помогу ему. Отдай мне камень.
- Нет, камень я не могу отдать. Я его главный хранитель.
- Не смеши. Это все сказки. Никогда не было главного хранителя.
- Был. Последний погиб восемьсот лет назад.
- Тебе откуда знать про этот камень?- Герман сделал еще шаг ко мне. - Он даст могущество моему клану. Он принадлежит нам по праву, а псы прячут его от нас. Верни камень, восстанови историческую справедливость.
- Камень никогда не принадлежал твоему клану. Вы просто воры и убийцы.
Камень начал оглушать меня, голос Германа тонул в жужжании. Руку жгло неимоверно, но я сжимала камень все сильней.
- Разговор не имеет смысла, - сказал Герман, - по хорошему ты не отдашь. Тогда я возьму его сам.
Я совсем потерялась, камень погружал меня в состояние прострации. Я не увидела, как Герман прыгнул на меня. Перед глазами мелькнула его рука, накрывающая мою руку с камнем. Нас озарила яркая вспышка...
- Что это? - крикнул Герман.
Нас окружали серые стены, освещенные светом факелов. Мы были в узком коридоре. Откуда- то неслись крики. Это было целое сплетение эмоций: ужас, боль, ярость. Кто- то бежал в нашу сторону. Это оказался монах. На нем были серые одежды, заляпанные красным. Кровь, да, это была кровь. Он истекал кровью. Следом за ним гнался другой человек. В руке он сжимал топорик. Когда эти двое оказались к нам спиной, мы увидели, что плащ убийцы украшал круг с крестом. Это был человек, принадлежавший клану Пазалербо. Он нагнал монаха, взмахнул топором, и крик жертвы оглушил нас. Рядом со мной раздался стон, я перевела взгляд на Германа. Он был белым как мел.
- Что это? Где мы? - повторял он.
- Это первые хранители камня. Это начало истории преследования. - спокойно ответила я. - Люди Пазалербо убивают беззащитных монахов. Они заберут камень, но он будет у них недолго. Вот она твоя историческая справедливость. Вот оно право клана на камень. Наслаждайся.
В коридор вбежало еще несколько монахов. За ними гналось трое, держа в руках мечи. Путь монахам преградил тот, что держал топор. Монахов кромсали на куски. Это была бойня. Жертвы взывали к своим палачам, но те их не слышали. Один громко смеялся, упиваясь видом страданий. Брызги крови летели во все стороны. Казалось, они долетали до нас. Герман кричал от ужаса. Его волосы поседели на висках за считанные секунды. Наконец, монахи были мертвы. В коридоре появился еще один человек. Он крикнул что- то убийцам, и они отправились за ним. Я вытащила камень из руки Герман и убрала в сумку...
Мы вновь стояли на берегу моря. Герман все еще кричал. Он озирался по сторонам, пока не остановил взгляд на мне.
- Ты, ты ведьма! Что ты со мной сделала? - крикнул он, отбежав в сторону.
- Я ничего с тобой не делала. Это камень показал тебе то, что ты должен был увидеть. Я всего лишь проводник. - ответила я.
- Это невозможно! Так не должно быть, нас другому учили!
- Ты видел правду, ты все сам видел.
- Нет! - Герман подбежал ко мне, - Ты все лжешь, и камень лжет. - потом его глаза сверкнули безумием. - Я убью тебя, ведьма, убью за твою ложь!
Он протянул ко мне руки, я зажмурилась, ожидая того, что он со мной сделает, но вместо этого он снова закричал. И в его голосе был ужас еще больший, чем в Хранилище.
- Кровь, - ревел он безумным голосом, - на мне кровь! На мне ИХ кровь.
Я всматривалась в него, но не видела того, что видел Герман. Он начал тереть руки, но от этого его глаза наполнились еще большим страхом.
- Кровь расползается, ее становится больше, - почти прошептал он, глядя на меня взглядом напуганного ребенка. - Мне нужна вода, мне нужно умыться.
Он бросился к морю. Вскрикивая, Герман шел все дальше от берега. Он ожесточенно черпал воду и мыл себя. На какое- то время я погрузилась в его видение и содрогнулась. Он был весь залит кровью. И чем больше безумец мыл себя, тем красней становился. Даже вода начала отливать красным.
- Кро- о- овь! - ревел нечеловеческим голосом Герман. - Она вокруг! О, Господи! Они здесь, ОНИ здесь!
В этом кровавом море стали мелькать тела. Их конечности высовывались наружу и цепляли Германа. Он уже не кричал, он верещал высоким голосом, увлекаемый мертвыми монахами. Я вскрикнула и закрыла глаза. Когда я их открыла, я не увидела крови, не увидела мертвецов, тянущих руки к Герману. Передо мной было обычное море. Звезды равнодушно смотрели на меня с неба, отражаясь в почти ровной поверхности воды. Откуда- то издали до меня донесся последний крик ужаса и все стихло.
- Боже, - прошептала я, оседая на песок и меня вырвало.
- Лада! - голос Максима донесся откуда- то издалека.
Когда они с Антоном подбежали ко мне, меня все еще выворачивало. Я содрогалась всем телом, стоя на четвереньках.
- Что случилось? Лада, милая, что произошло? - в его голосе была тревога.
Я села на песок, вытирая рот ладонью. Слезы застилали глаза. То, что произошло с Германом... это было страшно. Видение в Хранилище меня так не напугало, как сумасшествие охотника.
- Уведите меня, - простонала я. - Подальше отсюда, подальше от моря, я не хочу его больше видеть.
- Что тебя так напугало?
- Макс, - встрял Паниковский, - надо ее увести в дом. Пусть сначала успокоится, у нее истерика.
Макс помог мне подняться и довел до дома...
Мы с Паниковским сидели за друг напротив друга, и оба не знали, что сказать. Ситуация, и правда, была не простая. Лада лежала в глубоком забытье. Но это не было потерей сознания. Она просто спала крепким сном, который вырубил ее еще до того, как она добралась до кровати. Я долго наблюдал за ее дыханием, пытаясь понять, что же вызвало этот внезапный упадок сил. Нет сомнений,- причина, это камень. Не первый раз она засыпает обессилевшая, после воздействия камня. Видимо, он как то питается ее энергией. И, похоже, что с каждым разом, энергии ему требуется все больше. Что же на этот раз вызвало такую реакцию? Что же произошло ? Ответ мы получим только после ее пробуждения.
Паниковский продолжал сокрушаться по поводу того, что нам никак не удается оторваться от преследования.
- Самое противное то, что я не нахожу, каким образом они выходят на нас. Мы отрываемся от них, и, меньше чем через сутки, они снова где то рядом.
Хотя, есть во всем этом и полезная сторона. Следят именно за вами двоими, а не за мной. Я специально проверил, пока я был один, никто за мной не следил. А вас возле этого древнего бассейна вычислили. Я снял номер в гостинице неподалеку, и никто не повелся, а тут, только переночевали, и сразу с ней какой то странный случай. На берегу никого кроме Лады не было. Сознание она потеряла до нашего прихода, а следы на песке сорок третьего размера остались. Мало того, он же в своем сорок третьем прямо в море и утопал. Странно, или я преувеличиваю?
- Слушай, Антон, камень остался при ней. И насколько я разбираюсь во всем этом, произошло нечто, что было вызвано вмешательством камня. А камень действует, пользуясь энергией, силами Лады. Вот это меня и тревожит. С каждым разом она отключается на большее время, и приходит в себя с трудом.
- Тебя сейчас другое должно тревожить. Собери в кучу свои умные мысли, и попытайся объяснить , каким же образом, они нас отслеживают. Потому что мои умные мысли уже закончились, а из глупых, только хлебые крошки, которые разбрасывает маленький деревянный человечек, тайно внедренный в подошву твоего ботинка.
- Да я уже сам голову ломаю. Как то, шакалы находили камень через десятки, сотни лет, после того как его надежно прятали. Есть несколько теорий, как камень можно отыскать. Все они на основе древних легенд, и поэтому, проверить их невозможно. Но одна из них больше всех представляется мне реальной. Когда в 15-16 веках возникло учение о сигилах, - магических символах , демонах и печатях царя Соломона, то мало кто понимал корни этого учения. Были написаны сборники магических книг, где расписаны основные символы, заклинания и перечни злых . Основным сборником, под названием, "Лемегетон", до сих пор пользуются сторонники всяких магий. Но в Ордене, многие подозревают, что эти работы были созданы Кланом охотников, чтобы найти способы выслеживания Камня и его деятельности.
Ну, действительно, как получилось, что простой наследник Давида, по сути, обычный парень, хоть и способный, но вдруг стал черезвычайно мудрым, сверхпроницательным, и самым успешным правителем в то время? Вот и в Клане так же подумали. И решили: а не при помощи ли Камня , наследник Давида так хорошо преуспел? Ну и начали они искать в разных старинных свитках и манускриптах свидетельства деятельности Камня. И видно , искали очень настойчиво. Не зря были созданы трактаты о символах и печатях Соломона. А эти символы были заимствованы из переписки Соломона с царем Хирамом, с которым он состязался в мудрости . Два правителя загадывали друг другу загадки и задаваль хитроумные задачи, и Соломон всегда отгадывал . Пока Хирам не догадался о некой сверхсиле, которая помогала Соломону. Тогда он тоже прибег к магическим уловкам, чтобы разгадать секрет выигрышей Соломона. Именно, на основани этих состязаний, которые исследовались мудрецами Хирама, и пытались охотники найти способы вычислять Камень. Возможно, они добились большего, чем нам известно...
- Макс, все это интересно, но нам надо знать точно, они могут вычислять Камень, или их кто то наводит? - Паниковский вдруг прервался и подбежал к окну. Затем, прикрыл жалюзи и стал наблюдать.
- Что там? - я инстинктивно приблизился к Ладе. Ее дыхание из ровного стало учащенным, веки подрагивали. Кажется , она начала приходить в себя.
- Народ собрался на берегу. Скорая прикатила. - Паниковский стал быстро собирать вещи.- Не знаю, что там стряслось, но нам это ни к чему. Сматываемся, машина стоит на дорожке возле домика. Лада сама не дойдет. Придется нести. Я сейчас загружу вещи и подгоню ближе машину, чтобы не привлекать внимания. А ты выноси ее осторожней.
Я приподнял Ладу, она открыла глаза, но сознание еще полностью к ней не вернулось. Я вынес Ладу , Паниковский помог усадить ее на заднее сиденье. Она не совсем понимала, что происходит, и только сонно щурилась.
- Там какого то парня выловили из воды. Утопленника. - Паниковский сообщил все что удалось узнать. - Едем скорее, потому что сдается мне, у несчастного как раз сорок третий размер обуви, и отвечать на вопросы полиции, почему он пошел купаться в одежде напротив нашего домика, мне неохота.
Я пристегнул Ладу , и сел рядом с Паниковским.
- Едем. Курс на Иерусалим. Там нас ждут два прекрасных номера, ванна, хороший обед..
- И приветливая рыжая девушка на регистрации. - Паниковский довольно улыбнулся.
Лада вдруг сильно вдохнула воздух, как будто вынырнула из воды. Я оглянулся. Она уже осознанно глядела по сторонам, сознание вернулось.
- Где мы? Куда мы едем? Где камень? Где Герман?
- Мы в машине, - Я был удивлен и взволнован, но старался излучать спокойствие.- Едем в Иерусалим, в гостиницу, камень в сумочке, справа от тебя, и кто у нас Герман? Вы с ним познакомились, перед тем, как он пошел поплавать?
Лада быстро успокоилась и стала рассказывать, о том что произошло на берегу..
Мы сидели в гостинице в своем номере. Антон остался с нами. После всех последних событий, после того, как на нас так легко выходили, было принято решение, что ночевать мы будем все вместе. Я была подавлена. Осознание того, что камень может убивать, давило с тяжестью многотонной плиты. А проводником его силы была я. Я его аккумулятор, его передатчик и приемник. Первый раз за все время моего общения с камнем было по настоящему страшно от его могущества. Я взялась за сумку и понесла в другой конец комнаты, подальше от себя. Мужчины молча наблюдали за мной. За весь день говорили мало. Мой рассказ о событиях на берегу произвел впечатление. Но, наверное, больше их настораживала моя реакция. Я больше не билась в истерике, не рыдала и, вообще, не разговаривала. Такой они видеть меня не привыкли. На ласковые объятия Макса я не отреагировала, не могла. Меня будто заморозили. Камень тоже молчал. И это единственное, что меня радовало.
Когда я перенесла сумку подальше от себя и вернулась туда, где сидела, камень позвал меня. Я напряглась, превратилась в натянутую струну. Мне не хотелось слушать его. Но он звал. Спокойно и настойчиво. Я замотала головой. Макс и Паниковский не отрываясь следили за мной. А я не замечала их. Я изо всех сил старалась не слушать зов. Наконец я не выдержала, подбежала к сумке и выхватила камень.
- Что ты еще хочешь от меня?!- крикнула я ему. - Кого мы еще должны убить? Каких еще жертв тебе надо? Я не могу больше! Слышишь меня?! Не могу!
И тут вдруг на меня напало оцепенение. На меня хлынула волна искрящихся образов, уносящих в мир гармонии. Камень успокаивал меня. Осмысленно, настойчиво и... ласково. Он примирял меня саму с собой. Он лечил меня от той боли, что сам же и причинил. Я понимала все, что он мне говорил. Это было уже не то слабое влияние, которого я толком не осознавала, когда ехала к охотникам. Это было другое... С каждым новым явлением он все больше вливался в мое сознание, все больше настраивал меня на восприятие своего голоса и желаний. Я была с ним едина сейчас как никогда до этого. Злость и страх ушли так тихо, что я их даже не заметила. Не осознавая, что делаю, я вернулась к креслу, села и начала нежно поглаживать камень, как любимого кота, который довольно урчал на моих коленях. Я не знаю сколько мы так просидели с камнем. Времени не было. Был только он и его голос. Он вливал в меня потоки образов, которые были его историей, рассказывал о своих путешествиях. Некоторые его воспоминания вызвали у меня смех. Когда я засмеялась, камень последний раз вздрогнул и застыл, став вновь холодным и безжизненным. Я отнесла его в сумку, повесила ее себе на плечо и сказала двум одеревеневшим мужчинам, следящими за мной с открытыми ртами:
- Ну, что сидите как пни, я есть хочу,- и направилась к двери.
- Ничего не понял, - сказал Антон, когда они пошли за мной.
Это вывело их из транса.
- Стой, Лада, ты куда?- Макс схватил меня за руку.- В номер еду закажем. Нельзя нам мотаться по отелю.
Я повернулась к нему. Его глаза... ох, уж его глаза... смотрели на меня таким открытым взглядом. Я сделала шаг к нему.
- У тебя сумашедше красивые глаза, милый, ты знаешь об этом?
- Лада, - он почти простонал мое имя, и я поняла, что он выкинул белый флаг, но еще пытается уговорить меня. - Нельзя. Давай останемся в номере. Спокойно хоть один день проведем. Тебе надо отдохнуть.
- Я уже отдохнула. Теперь хочу есть. Я не убегу никуда, если мы пойдем поедим в ресторане или в кафе. Мне очень хочется пройтись.
- Лада, - тут вмешался Антон. - мы никуда не пойдем. Не делай обиженное личико, я более стойкий, чем Макс. Если ты будешь и дальше его морально разлагать, то я буду вынужден поднять бунт и занять место капитана. И тогда тебе придется стать послушной девочкой.
- Какой же ты нехороший, Антон,- фыркнула я и вернулась в номер. - Я тебя сейчас не люблю, чтоб ты знал.
- Я потом об этом поплачу,- ответил Паниковский, и его глаза засмеялись.
Макс посмотрел на нас, пожал плечами, как бы извиняясь и прошел в номер. Пока Антон делал заказ, Максим подошел ко мне и обнял. Я вновь посмотрела в его чистые голубые глаза и прижалась к нему.
- С тобой все в порядке, родная?
- Да, мне гораздо лучше.
- Лада...
- Что?- я подняла голову и улыбнулась.
- Я люблю тебя,- прошептал Макс, глядя мне в глаза, и я вдруг растерялась.
Первый раз он произнес вслух то, что было давно понятно, но признание вдруг обрушилось на меня. Я еще крепче прижалась к нему, пряча лицо на груди. Должно быть он по своему оценил это и счастливо вздохнул. Мне стало легче. Я вновь подняла голову к нему, и Макс меня поцеловал. Довольный Паниковский смотрел на нас без всякого стыда и совести. Наконец Антон кашлянул, и мы отпрянули друг от друга.
- Сейчас будет еда,- сказал он.
- Вот и замечательно,- отозвался Макс и, приобняв меня, направился к небольшому диванчику.
После ужина мужчины принялись за любимое дело, не обращать на меня внимание со своими размышлениями, и я осталась предоставлена самой себе. Раз из номера мне выйти не дают, то я выйду на балкон. И вышла. На улице было уже темно. Зной спал, и я подставила лицо теплому ветру. На душе было спокойно. Потом я опустила взгляд вниз и остолбенела. Внизу стоял Андрей и смотрел на меня. Поняв, что я его заметила, он махнул мне рукой. Я машинально ответила ответным взмахом. Он показал мне жестом, чтобы я спустилась. Я замотала головой, вот уж ни за что! Он молитвенно сложил руки. Потом обвел руками пространство вокруг себя и покачал головой, показывая, что вокруг никого нет, а потом опустился на колени и снова сложил молитвенно руки. Это меня рассмешило. И я кивнула.
Когда я вернулась в номер, то поняла, что выполнить обещание я не смогу, мне просто не дадут. Обе головы повернулись в мою сторону, когда я появилась в номере. Они были заняты своими делами, но меня из поля зрения не выпускали. Тогда я решила просто пойти к выходу.
- Ты куда?- тут же спросил Макс.
- Мне надо спуститься вниз.
- Зачем?
- Меня просили.
- Кто?- Антон и Макс подошли ко мне.
- Охотник,- вздохнула я обреченно, понимая, что сейчас начнется. И оно началось.
- Ты в своем уме? Какой охотник? Ты никуда не пойдешь,- голос Макса был спокойным и твердым.- Хватит с тебя охотников. Сейчас я сам спущусь.
- Макс, не надо. Он один. Он хочет поговорить. Камень я оставлю здесь, под вашим присмотром. Если переживаете, то можете наблюдать, только издалека. Он, правда, не сделает мне ничего плохого.
- Почему ты так решила?- спросил Паниковский.
- Это тот охотник, который... ну, который влюблен в меня.
- Ты никуда не пойдешь!- в глазах Максима застыло бешенство, я вздрогнула, но теперь я точно сдаваться не собиралась.
- Пойду!
- Зачем?! Зачем тебе встреча с влюбленным охотником?
На этот вопрос у меня не было ответа.
- Макс, я должна спуститься, я обещала!
- Да, что же ты за человек? Ты так же обещала вести себя благоразумно.
- Чем быстрее я схожу, тем быстрее я вернусь,- твердо сказала я и направилась к двери.
- Не пойдешь, я тебе сказал,- Максим рванул за мной и сильно схватил за руку.
- Может подеремся?- я уставилась ему в глаза, и он сник.
- Не надо, Лада, пожалуйста,- тихо сказал он.
- Милый,- я взяла его лицо в ладони и посмотрела как можно нежней,- он меня не обидит, честно. Я узнаю, что он хочет и вернусь. Пусть со мной пойдет Антон, просто постоит чуть подальше, а ты посмотри за камнем. Со мной ничего не случится и... он для меня ничего не значит.
Максим внимательно посмотрел мне в глаза, потом быстро сходил за моей сумочкой и сказал:
- Все вместе пойдем.
Антон в очередной раз покачал головой и пошел за нами.
Андрей ждал меня чуть в стороне от выхода. Он внимательно посмотрел на мое сопровождение, но не двинулся с места. Я еще раз попросила моих мужчин не переживать и подошла к охотнику.
- Привет,- сказала я ему,- что ты хотел?
- И ни капли радости от встречи,- грустно улыбнулся он.- Я буду радоваться за нас двоих. Привет, малыш. Ты отлично выглядишь, просто красавица.
- Спасибо,- ответила я и улыбнулась. Тут же спрятала улыбку и снова спросила.- Зачем ты меня позвал?
- Хорошо, давай по делу. Герман нашел вас? Он исчез куда-то.
- Да, мы... общались.
- Он не тронул тебя? С тобой все в порядке?- тревога в голосе Андрея была неподдельной.
- Как видишь, я здесь стою живая.
- А он?
Я опустила глаза и передернулась, вспоминать происшедшего мне не хотелось.
- Они?- Андрей кивнул в сторону хранителей, все поняв.
- Нет, камень,- коротко ответила я.
- Как это?- Андрей был удивлен.
- Мне бы не хотелось рассказывать все в подробностях, но убил его именно камень. Психика Германа не выдержала открытого ему, он утонул.
- Мне не понятно, но я не буду настаивать, если ты не хочешь рассказывать. Просто поясни, он сам утонул?
- Да, пошел в море и утонул.
Андрей замолчал на минуту, потом с горечью произнес:
- Дурак, какой же дурак... Он не должен был идти, но ему так хотелось помочь мне. Он не понимал, что это бессмысленно.
- Не понимаю,- я взглянула на Андрея.
- Понимаешь, дорогая, клан не верит мне, почти. Пытаясь продлить гонку, чтобы не навредить тебе, я зарекомендовал себя не с лучшей стороны. Старейшины связывались со мной, я обещал не тянуть и снова тянул. Ребята начали роптать после того, как я привез тебя, Герман вслух высказал то, что я доверил ему как своему лучшему другу. Он ревновал. До этого мы были едины. Везде вместе, чистая мужская дружба. И тут появилась ты, и я влюбился как мальчишка.
- Нас на бабу променял,- усмехнулась я.
- Точно. Так он и говорил. Все беседы прошли мимо. Да и камень со временем стал интересовать меня все меньше. А это дело клана, получается, что я предал свою семью. А если учесть, что я Пазалербо, то моя вина увеличивается стократно. Но как раз из-за моего родства со старейшинами, я еще жив.
- Ты Пазалербо?- я изумленно взглянула на него.
- Моя мать из рода Пазалербо. Мне прочили большое будущее, и я всегда был верен клану. Если бы меня отпустили с миром, я бы не стал предателем, но клан не отпускает. Если ты принадлежишь семье, ты не можешь ее покинуть. Я всегда гордился тем кто я, и что делаю. А вот сейчас мне все это стало безразлично. Наверное, я и правда предатель.
- Гордился? Чем? Тем, что вы воры и убийцы?- я не сдержалась и тут же прикусила язык.
- Мы не воры, мы ищем то, что принадлежит нам...
- По праву? Ты уверен. Герман тоже так думал, пока камень не показал ему, как Пазалербо с людьми кромсают на куски безоружных монахов.
- Не может быть!- Андрей впился в меня горящими глазами.- Нас другому учили.
- Он так же сказал перед тем, как бросится в море, но Герман увидел все сам.
- Камень может такое показывать?
- Камень может многое, но только со мной. Он меня восемьсот лет ждал, чтобы домой вернуться, а вы пытаетесь помешать.- я помолчала, чтобы успокоится.- А как вас учили?
- Камень отдали Луиджи монахи, потому что увидели, что он чист душой и может сделать мир лучше при помощи камня. А потом его убили те, кто не хотел перемен, кто хотел, чтобы зла на свете не стало меньше.
Я смотрела на него во все глаза. Что это он сказал? Из какой это детской сказки?
- Это бред, Андрей, это настоящий бред! Ты даже не представляешь насколько!
- Откуда ты можешь знать? Это было так давно, что уже невозможно отличить правду от вымысла.
- Я видела это, все видела. Своими глазами! Я видела смерть первых хранителей- монахов. Я видела хранителей, которые были были восемьсот лет назад. Я видела предпоследнего и последнего Главных Хранителей. Последний отдал мне сам отличительный знак Главного Хранителя. Да! Сам! Не веришь и не надо, но Камень- это не то, что вы думаете. Вы только чувствуете его силу и думаете, что им можно управлять, но ИМ управлять нельзя! Он уничтожит того, кто будет им пользоваться. Я почему- то могу воспринимать его силу так, как не сможет никто. Но и я теряю много сил в общении с ним. Чем больше он мне открывается, тем тяжелей мне после его воздействия. Андрей, вы должны оставить нас в покое и дать закончить начатое. Взятое из земли вернется в землю, этого не изменить! Ты не представляешь кто владел им когда-то. В чьих руках он был, и для чего его готовили. И только клану Пазалербо взбрело в голову владеть миром с его помощью. Камень не хочет этого, он хочет покинуть мир людей, он желает покоя. Дайте нам выполнить нашу миссию. Пожалуйста!
- Малыш,- произнес Андрей после недолгого молчания.- Я верю тебе, правда. Не знаю почему, но я верю, что ты права. Меня всегда смущали некоторые вещи, но я никогда не говорил это вслух. Ты первая, кому я это расскажу. - он еще немного помолчал,- Когда камень пропал из вида клана, это было как раз восемьсот лет назад, на род опустилась тьма и великая печаль. Идея владеть камнем была родовым делом. Луиджи возложил это на свою семью. Это стало делом чести. И семья искала, находила и снова теряла, но продолжала искать. Но тогда след затерялся. И тогда мой далекий предок из рода Пазалербо обратился к магии. Он познал много тайных учений, пока не узнал тайну знаков и печатей Соломона. Горацио Пазалербо увлек и других членов клана своими магическими изысканиями. Ты ведь знаешь, малыш, что это были за времена. Инквизиция свирепствовала, колдуны и ведьмы горели по всей Европе. Клан разделился. Кто- то стал священником, кто-то изучал колдовство. Священники были прикрытием семьи. Они охраняли тайну клана, не давая заподозрить в запретном. С тех времен так и повелось. В нашей семье есть священники, занимающие высокие посты в Ватикане. Есть банкиры, есть бизнесмены, но все они знают то, чем занимался Горацио. Он довел учение о знаках и печатей Соломона до совершенство, дав ему иное направление. Это- то и смущало меня всегда. Как можно ради высоких целей заниматься чернокнижием... Но я не позволял себе сомневаться в целях семьи. Это было свято. И только сейчас мне это стало безразлично. Я бы дал тебе дойти до твоей цели и вернуть артефакт туда, куда ты считаешь нужным, но я здесь ничего не решаю. Больше того, вчера из Рима прибыл один из старейшин. Теперь он руководит операцией. И... не только охотники ищут вас. У того, кто еще вас преследуют под рукой не магия, а последние новинки науки и техники. Они не менее действенны, чем знаки.
Я непроизвольно дотронулась до горла, вспомнив незваного гостя в гостинице.
- Кто он? Ты знаешь?
- Да, я знаю. Это... - и тут зазвонил телефон Андрея.- Алло,- произнес он в трубку.
Вдруг лицо охотника стало каменным. Он начал озираться по сторонам. Потом что-то произнес по- итальянски, ожесточенно и горячо. После отключился и посмотрел на меня. В его глазах была тоска.
- Они все, знают, малыш, все. Меня объявили предателем и вынесли приговор. Я должен исчезнуть, и ты беги. Не задерживайтесь. Скоро здесь будет клан.
- Кто еще нас преследует, Андрей?- меня начало лихорадить.
Вместо ответа он резко привлек меня к себе и впился в губы. Потом отстранил, еще раз посмотрел на меня.
- Не задерживайтесь здесь, бегите, я задержу их как смогу, но смогу немного. Будь осторожна и помни я рядом. Я никому не позволю тебя обидеть, любимая.
- Андрей, кто еще преследует нас,- крикнула я ему в спину, когда он оторвался от меня и быстрым шагом направился за угол, но он не обернулся.- Будь осторожней,- прошептала я и побежала к Максу с Антоном.
Глаза Максима пылали, Паниковский был напряжен.
- Что он сказал?- спросил Антон.
- В подробностях потом. Сейчас о главном, скоро здесь будут охотники.
- Конечно, он же их привел,- ядовито бросил Макс.
- Нет. Они объявили его предателем и вынесли приговор. Он больше не охотник, по крайней мере, за камнем. Но есть еще одно главное, за нами охотится не только клан. Кто еще Андрей не успел сказать, ему позвонили. Думаю, гость в гостинице это был этот кто-то.
- Я знал!- хлопнул себя по ноге Антон.- Не шакал это был, не их тактика.
- Согласен,- ответил Макс и быстрым шагом направился внутрь. Мы с Паниковским направились следом.
- Потом расскажешь все остальное,- кинул на ходу Максим, и я кивнула ему в спину...
Я даже не удивился, насколько мы уже привыкли к быстрым сборам и преследованию. Вещи были собраны , и осталось только сдать ключи администратору.
У Паниковского был готов план отхода. Он отвел нас в свой номер, затем спустился вниз, и через четверть часа вернулся.
- Эта Настя, - просто чудо! - Паниковский довольно улыбался.
- А чего радостный такой? - не удержался я.
- Да я всегда радуюсь, когда девушка сочетает в себе приятные и полезные качества.
- Ну, и чем она тебе так угодила?
- Не мне а нам. Во первых, она мне еще два дня назад рассказала про все входы и выходы, а во вторых, я расплатился, но в систему наши данные , до вечера, она не будет заносить. Любая проверка записей покажет, что мы еще здесь. А если спросят, она скажет, что вы в номере.
- Ты чем то ее запугал?
- Не запугал, а обаял...
- Мальчики, мы идти куда нибудь собираемся? - Лада не скрывая нетерпения, встала между нами. - Охотники уже могут быть здесь. Или вы на меня и на камень надеетесь?
- Вообще то я на это тоже надеюсь, но, в основном, полагаюсь на свою предусмотрительность. - Паниковский с видом заговорщика посмотрел в глазок, затем выглянул в коридор, осмотрелся, и махнул рукой . - Бегом за мной, не отставать!
Мы обогнули по извилистым коридорам этаж, затем спустились по лестнице до уровня, где слышался какой то шум. Прошли по коридору , и наткнулись на тележки с булками.
- Это кухня ? - я огляделся. Из за стеккянных дверей исходил запах еды и специй. - Куда ты завел нас, проклятый старик?
- Ты что , американских фильмов не смотрел? Там все нормальные герои уходят через кухню.
- Только там они обычно отстреливаются.
- Жаль, что мы не в американских фильмах... Нам сюда
Мы проскользнули через узкий коридор в кухоное помещение. На нас никто не обратил внимания, да людей там особо не было. Только парнишка и два то ли китайца, то ли корейца, в поварской униформе. Еще метров двадцать, и мы оказались на выходе к мусорным бакам и стоянке машин.
Паниковский безошибочно ориентировался в подземных переходах стоянки, но прежде, чем подойти к машине, он позвонил. Из разговора, я понял, что Настя сообщила ему что то неприятное, а фраза : "Сколько их было?" означала, что преследователи рядом.
- Дело скверное. - Паниковский поморщился, как от изжоги. - Настя сказала, что зашли как минимум пятеро, одеты, как европейцы, в костюмах, по такой жаре. В то же время кто то взломал сеть отеля и полностью вырубил доступ персонала.
- Проверяют списки, - Предположил я. - В любом случае, они подготовились основательно.
- Надо спешить. Наша машина стоит в двух рядах от нас. Сейчас мы спокойно, не торопясь и не привлекая внимания подойдем и сядем . И возможно уедем..
Но мы не подошли, не сели и конечно же не уехали. Как только Паниковский закончил фразу, на стоянку въехал фургон GMC, и стал медленно продвигаться между рядами машин . Мы отбежали за угол, ближе к входу на кухню. Паниковский решил не дожидаться, когда из фургона выйдут люди, и как только он поравнялся с нашей машиной, мы спешно вернулись на кухню.
Обратная дорога заняла больше времени. Мы опасались, что из за каждого угла могли появиться охотники. На этот раз нам предстояло встретиться с элитой этого клана, выращенных и подготовленных именно для этого случая, - последней схватки охотников и хранителей. Никогда я не чувствовал себя настолько беспомощным и незащищенным. Лада же, напротив, была спокойна и сосредоточена. Что то новое появилось в ее отношении к происходящему. От прежней отрешенности и пассивной готовности следовать за нами, не осталось и следа. Она то ли прислушивалась к чему то, то ли просчитывала варианты.
На нижнем этаже , перед поворотом к лифту, она схватила нас за рукава и с неожиданной силой оттащила назад.
- Стойте! Ни звука! - мы остановились и замерли.
За углом послышался звук открывающихся дверей лифта , а затем удаляющиеся шаги.
Я выждал немного, а затем выглянул из за угла.
В дальнем конце коридора, быстрым шагом шли трое в черных костюмах.
Толчок в спину заставил меня оглянуться. Лада молча, жестами показывала: " Ты идиот! Сказано тебе стоять, вот и стой!"
Мы с Паниковским изумленно уставились на Ладу. Паниковский молча изобразил губами: " И что теперь?"
Лада указала в сторону лестницы.
Будь что будет, решил я, и подчинился. Паниковский последовал моему примеру.
Мы поднялись по лестнице на два этажа выше гостиничного лобби, и быстро пошли в дальнее крыло. Там был еще один лифт, который использовали и жильцы и персонал. Лада, видимо, хорошо знала, куда нам нужно идти, но я все еще с опаской доверял ее новым способностям. Видимо и Паниковский тоже. Только мы дошли до стеклянной террассы в дальнем крыле, как он достал телефон, и позвонил , по видимому, Насте. Разговор получился короткий , Лада сначала замахала на него руками показывая, что звонить было нельзя, а затем набросилась на него:
- Антон, ты с ума сошел! Нельзя сейчас на связь выходить! Ни с кем. Нас могут найти в любой момент.
- Лада, я только обстановку выяснил.
- Ну, и что ты выяснил?
- Настя сказала, что в гостиницу зашли пятеро иностранцев , в черных костюмах , и сразу же гостиничная компьютерная сеть была взломана. Думаю, они уже знают, что в номерах нас нет.
- А теперь ты еще и Настю в это впутал. Звонок они уже перехватили. Надо срочно уходить.
- И ты знаешь куда? - этот вопрос меня интересовал больше всего.
- Конечно, - Лада даже ни секунды не сомневалась .
Следуя ее указаниям, мы вошли в лифт , и спустились в лобби. На мой взгляд, это был самый опасный вариант, потому что охотники могли быть еще здесь. Из лифта, Лада направилась прямо к администраторской стойке. За стойкой никого не было .
Спокойно, будто так и надо, Лада открыла дверцу , и зашла за стойку администратора. Мы последовали за ней. Я огляделся, похоже никто не обратил на нас внимания.
За стойкой, в углу была дверь. Мы вошли в небольшое помещение, служившее, видимо рабочей комнатой администраторов. В ней стояли шкафы с бумагами, бланками, какой то гостиничной утварью. Посередине стоял стол. 3а ним сидела Настя. Рыжие пряди закрывали половину лица, но по ее застывшей позе сразу стало ясно, что она мертва. Паниковский подбежал к ней, но Лада остановила его:
- Ты уже ничем ей не поможешь, Антон, а вот она нам уже помогла, и продолжает помогать.
Она подошла к ней , сняла у нее с шеи карточку сотрудника гостиницы. На мгновение мне показалось, что девушка, доброжелательно улыбнулась. Но она осталась сидеть откинувшись на спинку стула. Паниковский закрык ей глаза и поспешил за нами. Лада уже выходила в дверь , ведущую в коридор служебных помещений. Пройдя по коридору, мы остановились перед дверью с электроным замком. На панели двери горела желтая лампочка. Лада приложила карточку к панели, в ответ зажглась зеленая лампочка. Мы вошли в темную комнату, в которой стояли какие то чемоданы, сумки. Лада все так же безошибочно выбирая путь провела нас к выходу. Еще один замок открылся при помощи настиной карточки, и мы оказались на улице, в двух десятках метров от главного входа, как раз напротив стоящих в ряду такси. Мы быстро запрыгнули в первую машину и Лада устало откинулась на спинку сиденья.
- Ну, а теперь вы меня вывозите. И как можно подальше отсюда. Минут пятнадцать- двадцать мы выиграли.
В такси царила мертвая тишина. Антон сидел спереди и безучастно смотрел в окно. Он переживал, я это видела. Думаю, Макс тоже видел, потому что он протянул руку и потрепал друга по плечу. Антон отреагировал слабой улыбкой и прижался лбом к стеклу. Мне было его жаль. Очень жаль, но слез сочувствия не было. Что это? Я становлюсь черствой? Еще несколько дней назад я бы всплакнула от жалости к Антону и от страха за нас. Но мне не было страшно. Я знала, что мы сможет оторваться. Словно прочитав мои мысли, Максим взял меня за руку и спросил:
- Откуда ты знала, куда идти и что делать?
- Я видела,- коротко ответила я.
- Видения?- с пониманием вновь спросил Макс.
- Нет...- я немного замялась, пытаясь объяснить произошедшее.- Это не были видения и не чувство предвидения. И камень мной не управлял. Он только показал мне пути, что-то вроде вероятной реальности. Я видела пути, по которым мы можем идти, и к чему это приведет. Когда ты пытался выйти из- за угла, я увидела, что навстречу тебе выйдут два охотника. Один бы выстрелил раньше, чем ты выхватил пистолет. Антон побежал бы за тобой и вытащил тяжелораненого, но погиб бы от пули в спину. Со мной было бы кончено вскоре после вас. И похоже заканчивались большинство путей.
- Черт...- только и произнес Макс.
- А Настя? Лада, что было бы с Настей, если бы не мой звонок?- Антон повернулся к нам. В его глазах была горечь.
- Она бы осталась жива в половине путей вероятности. Прости,- я опустила глаза, потому что почти врала ему. Настя погибала только в трех случаях: его звонок ей, ее звонок ему и ее помощь нам на выходе. Жить она могла только при нашей гибели. А этих путей было в десять раз больше. Но я не стала об этом говорить Антону, ему бы от этого вряд ли стало легче, а угрызений совести прибавилось бы. Это же он втянул ее в нашу историю.
- А сколько было всего путей?- снова спросил Паниковский.
- Много, Антон, много.
Он опять отвернулся. Макс сочувственно поглядел ему в спину. Потом перевел взгляд на меня и тихо спросил:
- Они не оставляли тебя в живых?
- Нет. Я им не нужна. Ровно столько, чтобы вытрясти из меня камень.
Максим крепко прижал меня к себе. Я зарылась на его плече и забылась тревожным коротким сном, который не нес никакого значения и смысла. Я просто устала...
Очнулась я, когда мы выезжали из города, но тут же опять уснула. В следующий раз я открыла глаза, от того, что Макс аккуратно тряс меня за плечо.
- Просыпайся, солнышко,- ласково говорил он,- мы выходим.
Я послушно выползла из машины. Ноги занемели, и я чуть не упала от мгновенно воткнувшихся мне в ступни тысячи иголочек. Максим, как всегда, был рядом и его руки тоже. Он заботливо поддержал меня.
- Ты в порядке?- тихо спросил он.
- Да, ноги затекли,- улыбнулась я ему,- сейчас пройдет.
- Я подержу тебя, пока не пройдет,- улыбнулся он.
- А я не против, держи на здоровье,- ответила я.
Он поддерживал меня, а легче не становилось. Ноги отошли, но состояние мое было не лучшим. Слабость и головокружение становилось все сильней. В конце концов, ноги стали заплетаться. Я спотыкалась через шаг. Макс резко остановился.
- Ты вся бледная! Тебе плохо?
- Нет, я в порядке,- еле выдавила я геройски и тут же снова спотыкнулась.
- Краше в гроб кладут,- почти испугано ответил он и остановился, вынуждая остановиться и меня.- Паниковский, иди сюда,- позвал он Антона, который все так же отрешенно брел чуть впереди нас и на автомате осматривался.
Антон подошел и тревожно посмотрел на меня. А я была уже практически в прострации. Последнее, что я услышала, это вскрик Максима: " Лада!", и провалилась в небытие.
Пришла я в себя резко и, как-то сразу, почувствовала себя бодрой и отдохнувшей. Мы снова ехали. За рулем был Антон. Рядом с ним на переднем кресле сидел Макс. А мне отдали все заднее сиденье под спальное место. Я лежала тихо и слушала, о чем говорят мужчины, когда рядом нет женщины. Мои мужчины в своей закостенелой неисправимости говорили о деле. Обсуждали маршрут и все такое. Ничего интересного. Все это я слышала сто тысяч раз с половиной. Я прикрыла глаза, спать совсем не хотелось, но поваляться было приятно, даже в таком скрюченном состоянии. В этот момент видимо обернулся Макс, после чего тихо сказал:
- Еще не очнулась, но уже выглядит гораздо лучше.
- Думаешь, это все проделки камня?- спросил Паниковский.
- Уверен. Он пожирает ее, время на восстановление уходит все больше. Скорей бы уже добраться до места. Камень, конечно, чудо из чудес, но я не хочу, чтобы это чудо убило дорогую мне женщину.
Я улыбнулась: " Дорогую мне женщину...". Дорогую... Стало тепло и приятно на душе. Он хочет быстрей довести камень до места, потому что я для него важней. Как же это приятно, Господи! Как приятно быть для мужчины дорогой ему женщиной! Дороже самого большого чуда, которое он видит в своей жизни. Мне захотелось его срочно обнять и поцеловать. Но тут заговорил Антон:
- Смотри, полиция.
- Они хотят, чтобы мы остановились.- Отозвался Максим.
- Думаешь, это действительно полиция или шакалы?
Меня окутало облако картинок, но среди них не было ничего тревожного.
- Останавливайтесь,- сказала я,- зачем нам лишние проблемы с законом. Они просто хотят проверить документы.
Антон послушно подрулил к обочине, а Максим повернулся ко мне.
- Как ты, родная?- спросил он таким нежным голосом, что у меня тут же побежали по телу приятные мурашки.
- Живая, - бодро ответила я.- Правда, я как новенькая, хоть сейчас в космос.
- Не надо в космос,- ответил Макс и потерся щекой о мою руку, которую я положила на спинку его кресла.- Лучше побудь еще здесь.
- А куда я денусь с подводной лодки?- усмехнулась я и обняла его через спинку кресла.
Антон в это время вышел из машины и общался с полицией. Потом они заглянули в машину, посмотрели на нас, мы с готовностью протянули свои документы, и они нас отпустили.
- Куда мы едем?- спросила я.
- В горы, солнышко, в горы,- ответил Макс.
- А откуда у нас машина?- снова спросила я.
- Паниковский, старый боевой пес,- хохотнул Макс,- умудрился взять машину напрокат в самые короткие сроки.
- Работа наша такой,- отреагировал с полуулыбкой Антон, и я отметила, что он начал оттаивать.
Оставшуюся часть пути они опять обсуждали свои мужские дела, а я решила пообщаться с камнем. Мне хотелось знать, что происходит с главным хранителем, когда он контактирует с артефактом, и вообще как долго может длиться это сотрудничество. Я достала камень, поглядела на него немного, а потом почувствовала знакомую теплоту в пальцах, и канал связи был открыт...
Наша машина неспешно катилась по серпантину, поднимаясь все выше, я смотрела на окружающие пейзажи, камень покоился уже минут пять как на своем законном месте, в моей сумочке. Макс засел в своем ноуте и молча изучал то, что мне не было видно с заднего сиденья. Хотя, меня это не очень-то и расстраивало. Антон уже окончательно пришел в себя, это было очень хорошо. Сейчас он был привычно собран.
Вскоре мы въехали в небольшой городок. Паниковский нашел супер-маркет и подрулил к парковке.
- Ну, здесь мы и оставим машину,- констатировал он.
- А дальше пешком что ли?- расстроилась я на всякий случай.
- Ножками, мадам, ножками,- ответил в своей излюбленной манере наш старый боевой пес.
- Мадемуазель, чтоб вы знали, господин хороший,- фыркнула я и вышла из машины.
- У, ты кака- ая,- протянул насмешливо Антон, и я вывернулась, показывая ему язык.
- Дети,- хмыкнул Макс.
Потом мы мотались по большому магазину, отыскивая новые кроссовки, рюкзаки, удобную одежду, спальные мешки и провизию. Когда на меня водрузили мой рюкзак со свернутым спальником и еще какой-то ерундой, я обиделась на мужчин без всякого случая, а очень обстоятельно. Я засопела и отошла от них в сторону, бурча себе под нос про измельчавших мужиков и ломовых женщин.
- Что ты, родная?- спросил меня Макс.
- А мне-то зачем это напялили?
- Ну, должна же и ты нести посильную ношу в нашей экспедиции,- вмешался Антон.
- А чего она такая непосильная?!
- Давай меняться, бери мой рюкзак,- предложил Паниковский.
Я подозрительно посмотрела на его раздувшийся рюкзак, потом на свой дохленький и наотрез отказалась меняться. Паниковский удовлетворенно кивнул и снова напялил мне на спину мой рюкзак. Макс все это время смотрел на нас со стороны, прикрыв рот рукой. Когда я пристально посмотрела на него, он тихо смеялся. Вот ведь... Поняв, что я готова изменить повод для обиды, он быстро подавил смешок и резко привлек меня к себе:
- Я тебя обожаю, чудо ты мое!- сказал он, глядя мне в глаза своими безумно-красивыми глазами.
Я в очередной раз захлебнулась чистой синевой его глаз и порывисто прижалась к нему. Но тут же отстранилась и, чтобы не ронять марку все же выдала::
- Вы плохие хранители, очень плохие. Вот восемьсот лет назад главному хранителю руку целовали, преклонив колени, а вы из меня вьючного осла делаете, никакого почтения к старшему по званию.
И тут Макс захохотал. Я слегка ударила его и пошла вперед, пряча улыбку. Все-таки я его очень люблю... Люблю? Да! И мне вдруг стало так легко от осознания того, что я больше не мечусь между дымкой воспоминаний о том, кто умер задолго до моего рождения и этим реальным, красивым и очень даже сексуальным мужчиной.
Далее мы направились в горы, перекусив немного на дорогу. Не скажу, что это была приятная дорога. То вверх, то вниз, то вверх, то вниз. Крутые подъемы и не менее крутые спуски. Я устала после второго спуска, но геройски несла рюкзак и имела решительный вид... как же я сейчас не одобряла всю эту затею брата Бернарда! Неужели нельзя было найти место более удобное для прогулок современных изнеженных барышень?! Максим поглядывал на меня с сожалением, помогая везде и всюду. Несколько раз я нагло висела на нем. Он не возражал, только ласково смотрел на меня. Тогда мне становилось стыдно, и я вновь шла сама. Через несколько часов, год, вечность?... Антон посмотрел на нас и остановился. Макс был полон сил идти дальше, но я, наверное, представляла со стороны жалкое зрелище.
- Все, предлагаю остановиться на привал. Вон там очень неплохая пещерка, мы там можем спокойно заночевать,- он показал рукой на другой склон, который был уже сравнительно недалеко.
- Я не дойду,- честно призналась я. По моим прикидкам расстояние мы должны были преодолеть минут через сорок. Может для моих мужчин это было парой пустяков, а для меня адом кромешным.
- Я помогу тебе, милая. Потерпи немножко.- ответил Максим.
- И я помогу,- отозвался Антон.- Макс, делим поклажу. Тебе как обычно ценный груз, а я возьму этот тяжелый рюкзак,- вот не мог же не съязвить...
- Хитрый, да? Умный, да?- спросила я.- Максим, держи рюкзак, а я на этом юмористе поеду.
- Ась?- оторопел Антон, но я уже скинула свой рюкзак и повисла у Паниковского на плече.
Макс хотел запротестовать, но немного подумал и взял рюкзак.
- Вот и заботься о них после этого,- проворчал Антон, и мы продолжили путь.
Когда мы наконец добрались до указанной Паниковским пещеры, он уже взмок и тяжело дышал. Я приложила все силы, чтобы отравить ему жизнь на этот отрезок пути.
- Макс, как тебе может нравится этот монстр в женском обличье?- пропыхтел Антон, почти падая на каменный пол. Это же просто изверг, а не женщина.
- Вот за это и нравится,- засмеялся Макс, скидывая рюкзаки. Он тоже выглядел уставшим. Зато мне было хорошо. Я даже немного отдохнула, переключив внимание на свою жертву.
До заката было еще несколько часов. Но мы решили заночевать здесь. Теперь опасности быть не могло. Охотники не могли бы отыскать нас в этих горах. Никто не мог. Камень молчал, и я была спокойно. Когда стемнело, мужчины соорудили небольшой костерок из скудных растительных даров, что нам дала здесь природа. Дежурство разделили по очереди. Первым лег Антон. Он должен был сменить Макса через четыре часа.
Максим сидел рядом с костерком, я прижалась к нему, положив ему голову на плечо. В черном провале космоса тихо плыли яркие звезды. Мы молчали. Но мне хотелось поделиться с ним тем, что рассказал мне камень в машине.
- Макс,- тихо позвала я.
- Да, родная,- ответил он и поцеловал меня в висок.
- Я слышала, как вы с Антоном говорили, что камень пожирает меня.
- Да... Но скоро ты будешь свободна.
- Я знаю, милый, но я хотела тебе сказать...
- Что?
- Я спросила камень о том, что было с его главными хранителями.
- И что?- Максим повернулся ко мне.
- Никто из них не умер из-за камня. То есть, умирали, конечно, но не камень убивал их. Он пользуется моими силами, но без этой жертвы мы не смогли бы с ним общаться.
- Это понятно, но ты таешь на глазах...
- Подожди. Я восполняю запас потраченных сил после хорошего отдыха, просто нам не дают возможности отдохнуть. То, что другие хранители узнавали за годы общения с камнем, я узнала за несколько месяцев. Некоторые не знали и половины того, что он открыл мне. Им пользовались в разных целях. Но мне он открылся как артефакт времени. Другие его грани сейчас имеют мало значения. Чтобы дойти до своего последнего пристанища, ему нужно было окунать меня в толщу тысячелетий. Эта сторона его могущества требует огромных энергетических затрат, которые я оказалась способна ему дать. Он черпает меня по максимуму, но я не против. Так надо. Скоро все будет кончено, и я наконец отдохну.
- Я на это и надеюсь, Ладушка...
- Не ругай за меня камень... не надо.
- Что?- он удивленно посмотрел на меня.
- Я знаю, что ты злишься. Камень показал твою злость. Это черное облако. Ты сейчас в себе скрываешь противоречивые чувства. Ты должен отпустить все негативные эмоции. Мне могут понадобиться твои силы, если я иссякну раньше, чем закончим начатое
- Что?- Максим испуганно глянул на меня.- Что ты хочешь этим сказать?
- Ничего ужасного,- улыбнулась я.- Ты будешь моей батарейкой?
- Батарейкой? Буду... Но сначала меня надо подзарядить немного,- улыбнулся он в ответ и привлек меня к себе.
Антон крепко спал в своем спальнике. Костерок потрескивал и слабо освещал нашу пещерку. Макс взял мое лицо в руки и начал покрывать поцелуями. Моя голова кружилась. Я совсем потерялась, чувствуя, что нас охватывает безумие. В этот раз Максим был напорист, не собираясь размениваться только на объятия. Его руки скользили по всему моему телу, разжигая бешеное пламя, затмевавшее маленький огонек костерка. Я дарила ему ответные ласки и поцелуи. Мои стоны прилетели откуда-то со стороны, переплелись с прерывистым дыханием Максима и разбились о вечные скалы. Я не ощущала спиной неровности каменного пола, не думала о том, что кто-то есть с нами рядом, я просто утонула и растворилась в этом необыкновенном и страстном мужчине. И когда жаркая волна подняла меня на пик, я приоткрыла глаза и... увидела, как золотистые длинные локоны окутали мое лицо легким облаком. До боли знакомые черты были перекошены в сладострастной истоме. Где-то под моей обнаженной ногой я почувствовала прикосновение к металлическому клинку...
- О, да- а!- закричала я и провалилась в сладчайшее небытие.
Приходила я в себя медленно и неохотно. Не хотелось открывать глаза, не хотелось разрушать волшебство момента.
- Любимая,- шептал знакомый голос,- любимая моя, Ладушка... Безумная моя сладкая девочка...
- Макс,- прошептала я и улыбнулась
- Любимая... Голубка моя...
Я распахнула глаза, вспомнив то, что неожиданно увидела в тот момент, когда... Золотые локоны... голубка... Рауль? Я схватила голову мужчины, лежащего рядом со мной и начала пристально рассматривать. Это был Максим. Никаких локонов, никакого клинка, меча и прочих атрибутов средневекового рыцаря. Это был Макс. Его глаза лучились нежностью и любовью. Я откинулась назад и снова закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями. Меня вновь раздирало на части. Только теперь все было наоборот. Сумасшедшее удовольствие от миража, что со мной Рауль, пересекалось с чувством вины перед Максимом. Он-то уж точно никого во мне не видел кроме меня самой. Макс коснулся губами моей шеи. Я порывисто обняла его и задержала так, прислушиваясь к своим чувствам. И меня немного отпустило. Ведь до этого короткого мгновения мне никто не мерещился, все мои эмоции были направлены на Максима, и только на него. Я притянула его к себе и поцеловала.
Время близилось к пробуждению Антона... если он не проснулся раньше... Я посмотрела в его сторону, он все так же крепко спал. Максим проследил за моим взглядом и с сожалением вздохнул.
- Надо одеваться?- спросила я.
- Может поспим в одном спальнике?- спросил Макс, и его глаза хитро блеснули.
- Соблюдай хотя бы видимость приличия,- тихо засмеялась я и начала выбираться из-под крепкого загорелого мужского тела.
- Не так быстро,- вернул он меня на тоже место и снова сжал в объятьях.
- Нас будут снова дразнить и обзывать, если мы немедленно не оденемся,- со смехом воззвала я к инстинкту самосохранения. Но, кажется, инстинкт покинул тело Макса вместе с одеждой. Пришлось его щипнуть за мягкое место. Он дернулся, и я сумела вырваться из этого нежного плена.
Макс состроил рожицу обиженного ребенка, и я тихонько засмеялась, послав ему воздушный поцелуй.
- Так нечестно,- сказал он, - я требую контактного поцелуя, воздушный до меня не долетел.
- Сейчас встанет Паниковский, скажешь ему, что честно, а что нет. Он же нас подковырочками своими замучает!
- А я рассержусь, и он ничего не скажет,- попробовал настаивать Макс, но сам взялся за одежду.
Я позволила Максиму подойти к себе только тогда, когда мы были полностью одеты. Но только он снова дорвался до комиссарского тела, как сзади вежливо кашлянули. Мы обернулись и увидели глумливую физиономию Паниковского.
- О, смена караула встала,- констатировал Макс и закончил свой поцелуй.- Паниковский у нас умеет просыпаться без будильников ровно во столько, во сколько решил проснуться,- снова заговорил Макс, заметив мои заалевшие щеки и беспокойный взгляд.
- Почему у меня ощущение, что я пропустил что-то интересное?- задумчиво почесал затылок Антон и махнул рукой на свои ощущения.
Пока они разговаривали, занимались пересменкой, как выразился Антон, я воспользовалась моментом и выскользнула из пещеры. Я немного отошла в сторону, благо склон здесь был немного более пологий. Далеко я бы и не пошла. Да и темень была сильная. Я просто прислонилась спиной к выступу, который встретился нам практически на входе в пещеру. Мне надо было собраться с мыслями. Может я бы и не боялась пробуждение нашего друга, если бы мне не хотелось так сильно собрать себя воедино. Несмотря на то, что мне удалось немного успокоиться, все же отойти от Макса мне требовалось настоятельно. Меня раздирал вопрос: почему опять Рауль, когда я уже решила, что во мне больше нет противоречий? Да и просто хотелось отдышаться.
Пока я занималась любимым делом- самокопанием, мне на плечи легли руки.
- Макс,- тихо сказала я и... руки рванули меня куда-то вверх.- Макс!- заорала я что есть мочи, и тут же меня оглушили.
- Лада, где ты?- донесся откуда-то издалека крик Максима, но на ответ мне немного не хватило сознания.
Очнулась я оттого, что кто-то меня несильно бил по щекам. Я дернулась и тут же услышала удовлетворенное:
- Очнулась.- Голос был знакомый. Очень знакомый. В голове тут же всплыло- тварь, но это было не все. Теперь, когда голос не был искажен, я почти ухватила нить узнавания, потому что я уже слышала этот голос, и не один раз.
Голова шумела, но несильно. Я посмотрела в сторону, откуда доносился голос.
- Где камень, девочка?- спросил голос. Мои глаза стали привыкать к темноте, и силуэт стал более различим.
- Кто вы?- спросила я.
- Какая разница?- спросил силуэт,- лучше скажи, почему камень не при тебе?
- Какая разница?- в тон ему ответила я,- лучше представьтесь.
- Вот же дурная ты,- в голосе появилась насмешка, и я невольно потерла шею, понимая, кто передо мной, но знала его еще раньше.- Где камень?
И тут вспышка озарила меня, и я вспомнила, где и когда я слышала этот голос.
- Но почему, Георгий?- ошарашено произнесла я.- Почему?!
Наступила недолгая тишина, во время которой я лихорадочно думала, что я наделала, высказав догадку вслух.
- Узнала... Я же тебе говорил, что у тебя слишком длинный язык.- ответил командор Ордена Хранителей Камня, брат Главного Магистра и дядя Макса.
- Почему, Георгий? Вы же были преданы Ордену!
- Был когда-то. Но однажды я взял камень в руки и понял, что люди бывают полными идиотами. Обидно только, что идиотизм протянулся через столетия. Его не надо хранить. Надо пользоваться его силой! Он ведь дает такое могущество, а Орден занимался полным кретинизмом, не трогая камень веками.
- Он не даст вам могущество, он убьет вас,- сказала я.- Никто не может общаться с ним кроме меня, и вы это знаете. Вы давно признали, что я главный хранитель, но уже не можете сопротивляться искушению, потому так рьяно и отрицали это. Георгий, отпустите меня, я никому не скажу, что вы поддались этому искушению. Камень вернется в землю, и вы вновь обретете себя.
- Молчать,- вскрикнул он.- Он не вернется в землю! Где камень? Почему он не при тебе?
- Потому что мы никуда не шли. Я отошла на пару минут. Вы взяли меня без камня.
- Ты должна его носить все время с собой,- он приходил в бешенство, и я поняла, что он отравлен безвозвратно.
- Да, но вот именно сейчас я оставила камень там, откуда вы меня взяли.
- А зачем ты мне без камня?- голос поменял интонацию. Теперь Георгий рассуждал. От его рассуждений мороз пробежал у меня по коже.- Камень ты мне не принесешь добровольно. Когда ты окажешься рядом с Максом, ты сразу меня сдашь... Чего тянуть, в принципе... Пожалуй, это конец, девочка.
- Ну, хватит,- раздался второй голос, который до этого безмолвствовал.- Хватит уже этой комедии. Оставь девушку в покое, она моя, как ты помнишь.
- Но камня-то с ней нет,- возразил Георгий.- Сделка отменяется, она должна умереть.
- Она никому и ничего не должна,- ответил второй голос, и я была с ним полностью согласна. Тем более, я узнала и этот голос, его обволакивающие интонации, хоть в нем сейчас и звучал металл.
- Шакал, ты забылся, ты не в том положении, чтобы командовать. Ты предатель...
- Ты тоже,- спокойно ответил Андрей.- Ты, пес, предатель еще хуже. Я предал свой клан ради женщины, а ты многие и многие поколения твоих братьев, положивших голову за идею. От моего предательства никто не пострадал, кроме меня же. А вот ты пытаешься разрушить то, что создано было тысячу лет назад. Отдай мне Ладу, не пятнай себя убийством женщины.
- Она только что отдавалась моему племяннику как последняя шлюха, презрев всякую мораль.- Георгий решил сыграть на чувствах бывшего охотника.
- Что же ты не воспользовался ситуацией, моралист?- насмешливо спросил Андрей.- Испугался? Пожалел племянника? Они же были беззащитны.
Андрей еле заметно приближался к нам. Георгий вдруг захохотал и включил фонарь. Электрический луч вырвал из темноты фигуру Андрею с ножом в руке. В тот же момент грянул выстрел, и бывший охотник тяжело осел на землю.
- Не смей,- вскрикнул он,- не смей ее трогать!
- А что ты мне сделаешь, шакал?- вторая пуля разорвала плоть Андрея, и я закричала.
- Заткнись!- бешено заорал бывший командор.- Заткнись и сдохни!
Фонарь выпал из его руки, освещая молниеносно разворачивающиеся события. Георгий поднял пистолет., нацелив его на меня Но раньше, чем он успел нажать на курок, Слабеющая рука Андрея взметнулась, и нож таки нашел обещанную ему плоть. Георгий схватился одной рукой за горло, из которого торчал черная рукоять с замысловатым вензелем, а второй рефлекторно нажал несколько раз на курок. Но ствол пистолета отклонился, и пули, свистнув где-то рядом, улетели в ночь. Бывший командор, брат и дядя тяжелым мешком рухнул на землю, хрипя и содрогаясь в последних конвульсиях.
Я бросилась к Андрею. Он тяжело дышал.
- Андрей,- позвала я,- Андрей...-Он открыл глаза и посмотрел на меня
Слабая улыбка появилась на его губах.
- Здравствуй, малыш,- тихо произнес он.- Ты скучала? Я очень скучал...
Я почувствовала, что рыдания сдавили мне грудь. Я положила его голову себе на колени и взяла за руку. В этот момент из-за откоса выскочили Макс и Паниковский. Они молча уставились на развернувшуюся им панораму. Макс подошел ко мне, но нерешительно остановился рядом. Андрей скользнул по нему взглядом. Потом снова посмотрел на меня.
- Мы бы были красивой парой, малыш,- сказал он,- правда?
- Да,- сквозь рыдания выдавила я.- Мы были бы красивой парой.
- И счастливой,- добавил он.- Я бы все для тебя сделал. Жаль, что твое сердце уже занято...
- Не трать силы, Андрей,- всхлипывая прошептала я,- мы тебя вытащим.
- Нет, малыш, я пойду в другую сторону, тебе туда еще рано,- он немного помолчал,- Дорогая, я хочу тебя попросить...
- Я тебя слушаю.
- Скажи мне, что любишь меня... пожалуйста. Хочу узнать как ты это говоришь... если можно.
Я встала рядом с ним на колени, придерживая его голов у руками, и нагнулась к нему.
- Ты такая красивая,- прошептал он,- Я безумно тебя люблю...
- И я тебя люблю, Андрей,- ответила я, чувствуя сейчас именно то, о чем говорила.
Его рука зарылась мне в волосы, и я почувствовала как она слаба. Его губы открылись навстречу моим. Я поцеловала его в первый и в последний раз. Рука соскользнула и безжизненно затихла. Я оторвалась от Андрея и снова взглянула на него. На его лице был покой, и на губах застыла слабая улыбка. Кажется, он умер счастливым.
- Аминь,- тихо произнес за моей спиной Антон.
- Андрей,- позвала я, задохнувшись от слез.
- Он умер, Лада,- сказал Макс и потянул меня за руку.- Надо идти...
- Прости меня, дорогой,- тихо сказала я и коснулась лба Андрея губами.
Пока Макс уводил меня от тела бывшего охотника, Антон присел перед вторым телом.
- Макс,- позвал он,- глянь.
- Что там?
- Там... короче, смотри сам.
- Георгий?- Макс изумленно смотрел на тело дяди.- Как он тут и вообще...- и вдруг осекся, осознавая ответы на свои вопросы.- Он та самая крыса...
- Похоже на то,- ответил Паниковский.
- Он и есть крыса,- сказала я срывающимся от слез голосом.- И та тварь из моего сна, и тот, кто душил меня в гостинице. Это все он.
- Но почему?!- Макс беспомощно глядел то на меня, то на старого друга.
- Он держал камень,- ответила я.- Он был отравлен ложным понятием силы камня.
- Старая ловушка для тех, кто готов быть искушенным,- негромко сказал Антон.
- Но Борис,- сделал Макс последнюю попытку оправдать дядю, для себя самого.- Ведь тварью был Борис.
- Борис только выполнял приказы своего командора, которому верил безгранично. За что был предан своим начальником, когда тот зачищал хвосты.- сказал Антон и отошел от тела Георгия.
Макс схватился за голову. Ему было нелегко. И я, последний раз взглянув на тело Андрея и мысленно попрощавшись с ним, сосредоточила свое внимание на Максе. Я взяла его за руку и потянула за собой, повторив его слова:
- Надо идти...
Макс посмотрел на меня каким-то невидящим взглядом. Потом кивнул, сжал мою ладонь, и мы покинули это недоброе место. Неожиданно я рванула назад, вытащила нож из горла Георгия, стараясь не обращать внимания на то, что творю. Вытерла кровь об одежду командора и снова вернулась к хранителям?
- Зачем?- отрешенно спросил Макс.
- Заберем это с собой,- ответила я, сама слабо понимая зачем...
Ну, как же мне было не ругать себя. Я самым позорным и непрофессиональным образом пошел на поводу своих страстей и чувств, поддался соблазну, забыл о своей миссии, о том, что опастность поджидает нас за каждым углом. Как мальчишка, как безответственный субъект. Поставил под угрозу и общее дело, и жизни людей, которыми я так дорожил. Так что ругать себя я имел полное право и веские основания.
Но, как то не ругалось. Угрызения совести были, но очень слабые. Их заглушали приятные воспоминания этой ночи. Я последний раз закрыл глаза, пытаять удержать в памяти самые сладостные моменты, и наконец, стряхнул оцепенение.
Лада и Паниковский сидели рядом, уже собранные в путь, и ждали сигнала.
- Ну, в добрый путь. - я встал, подвигался, проверяя, не мешает ли поклажа . - Последний рывок. Мы уже недалеко.
Я посмотрел на Ладу, ожидая, что она подтвердит мои слова, но она только вопросительно смотрела на меня. Видимо насчет этого камень не дал ей никаких указаний. Придется вести самому нашу команду.
Мы двинулись в путь. Большого выбора у нас не было. Пригодная для пешего пути местность ограничивалась ложбиной между двух скалистых холмов, которые тянулись далеко. Кроме того, вскоре начался довольно крутой спуск, и мы тратили много усилий, чтобы не скатиться вниз.
Солнце было еще далеко от зенита, но в воздухе чувствовалась сухость. Горы нагрелись очень быстро, и от них тоже отражалось тепло. Иногда легкий ветер гнал горячий воздух.
Теперь я был сосредоточен на выполнении своих обязанностей. Я зорко осматривал пустынные холмы и горы, в ожидании предполагаемых преследователей, выбросил наши телефоны и навигаторы, хотя, в этих местах даже связь работала с перебоями, а может уже и совсем не работала. Лада снова шла молча, и отрешенно смотрела себе под ноги. Я старался подбодрить ее, говорил, что мы уже почти на месте. Она проявила слабый интерес:
- Уже скоро? А как мы узнаем, когда?
- Ну, мы увидим. Должна быть довольно высокая гора, с плоской вершиной, а на ней еще конусообразное продолжение. Может и не точно такая, как изобразил Бернард, но ориентир очень приметный.
- И далеко нам еще до этой горы?- Лада вздохнула и облизала высохшие губы.
- Пока не знаю. Может, рядом. Лада ты не пьешь совсем. - я достал .из рюкзака полуторалитровую бутылку воды и протянул ей.
- Не хочется что то, - она помотала головой.
- Нет, так не пойдет. Ты должна пить, хочешь , или нет. В сухом климате очень быстро происходит обезвоживание. Ты даже не заметишь, как почувствуешь недомогание, головную боль, и получишь тепловой удар. А нам сейчас это совсем не нужно. Пей каждые десять- пятнадцать минут.
Лада послушно взяла бутылку, а я приложился к биноклю и принялся осматривать местность
-Нам надо забраться повыше, из этой ложбины мы ничего как следует не увидим,- сказал я Паниковскому
- Так и нас тогда увидят, но другого выхода нет. Вероятность, что нас найдут , очень невелика. Следов мы не оставили, шли далеко от дорог и населенных пунктов, а на фоне этих гор, поди нас заметь.
- Все равно, будем соблюдать осторожность. Смотри в оба.
Я увлекся осмотром местности настолько, что не заметил, как Лада достала нож, которым убили Георгия, и внимательно рассматривала его. Что то сильно интересовало ее.
- Макс, что это за знаки на ноже? - она показала мне нож, и он, действительно оказался очень интересным.
- Во первых, это, скорее всего кинжал,- я пытался вспомнить , на что же похожи эти знаки. - Во вторых, это похоже, на магические знаки из гримуаров эпохи Возрождения, а то и более раннего времени. Клан существует давно, поэтому неудивительно, что у охотников могут быть такие вещички.
- А что это, за гримуары? - Ладу, похоже, это очень занимало. - У меня такое чувство, что я где то их видела. Или, что то похожее...
Я всмотрелся. На лезвии, тонкими линиями были высечены круги, а в них вписаны культовые фигуры. Восьмиконечная звезда, пентаграмма, двойной крест, и какие то стрелки. Кроме этого было много всяких значков. А на рукоятке, - что то, вроде табличек, с рядами знаков или букв.
Гримуар, Ладушка, это магические книги с разными заклинаниями, которые появились в 14 - 16 веках, а возможно и раньше, но до нас не дошли. Скорее всего, это было для того времени, как "Гарри Поттер" или " Чернокнижник" , хотя, кто знает, может и много больше. Во всяком случае, до сих пор, можно встретить амулеты с такими знаками , печатями, надписями...
- Не хочется прер ывать вашу лекцию, но у нас, кажется, непредвиденная ситуация. - Паниковский оттащил нас с тропинки, к отвесной скале, стал к ней вплотную и показал сделать то же и нам.
- Что случилось? - я опять разозлился на себя, за то что отвлекся. - Кого то увидел?
- Не кого, а чего. Сейчас покажу, только спрячемся получше.
Мы прошли вдоль скалы до огромного валуна, который образовал небольшой навес. Под этим навесом мы оставили Ладу, а сами вернулись на то место, где были вначале.
- Смотри сюда, - Паниковский указал наверх, выше кромки скалы. - Я не знаю, как долго и зачем, эта штука здесь, но вероятность того, что это не случайность очень высокая.
Я глянул вверх. Сначала солнце и яркое небо не давали мне рассмотреть блестящую точку в небе, но затем я разлечил серебристо-серый аппарат, который бесшумно и медленно совершал круг прямо над нами на высоте ста, а может и больше метров, определить было трудно. Беспилотник. Откуда он здесь? Следит за нами? За кем то еще? Если за кем то, то мы не одни? Вопросы проносились в голове с бешеной скоростью.
- Будем считать, что это следят за нами. Тогда они должны кого то наводить на нас. А это значит...
- ... Что кто то идет за нами, и возможно уже рядом, а мы его не видим. - закончил Паниковский.
- Бегом к Ладе, и не выпускай ее из вида! Я сейчас. Все равно они уже поняли, что мы их засекли.
Паниковский побежал назад, а я , стараясь не попадать под обзор камеры, начал карабкаться наверх, чтобы осмотреться получше. Я расчитывал на то, что преследователи, догадавшись , что мы их заметили, начнут спешить , и выдадут себя.
В любом случае, надо действовать быстро и осторожно.
Беспилотник медленно двигался, будто бы висел в воздухе, и когда я оказался на гребне горы, то уже не скрываясь осмотрелся.
Двоих, я заметил сразу же . Они быстро двигались с севера в нашу сторону. Они тоже решили не скрываться. Делали расчет, на скорость и внезапность. И конечно же, на численный перевес. Я был уверен, что есть и другие.
Прикинув, что преследователям надо преодолеть еще километра 3- 4, я буквально скатился вниз, и побежал к укрытию, где прятались Лада с Паниковским.
- Уходим на юго-восток. Двое движутся к нам с севера. Наверное, есть еще.
- Макс, мы не сможем уйти незамеченными, не можем же мы все время под камнями прятаться. А подземных переходов здесь еще не построили.
- Антон, выбора у нас нет. Иди впереди, и старайся не упустить , если появится еще кто нибудь. У нас минут сорок в запасе есть. А там может что сообразим.
Мы двинулись , стараясь держаться в тени скал, хотя даже визуально невидимые, мы могли быть открыты для инфракрасного излучения. Но не успели мы пройти и полкилометра, как послышался характерный звук вертолетного двигателя.
- Этого еще нехватало. Может на нас уже и танки и подводные лодки бросят? - Паниковский сплюнул, и стал вглядываться в небо.
- Сюда, вон, там какая то расщелина. - до сих пор молчавшая Лада, вдруг подала голос.
Мы бегом, стараясь не привлекать внимания забрались в выступ, размером с полкабины лифта. Как только звук вертолета стал чуть удаляться, я вылез из укрытия и отбежав подальше, чтобы не выдать спутников, снова стал искать возвышенность, чтобы оценить ситуацию.
Вскоре я увидел армейский Блэк Хок, который летел низко, лавируя в складках ущелий. Сразу было видно, что он кого то или что то ищет. Неужели нас?
Я осмотрелся, но преследователей нигде не было видно. То ли они двигались скрытно, то ли тоже спрятались от вертолета. Ситуация не прояснялась.
Я нашел в небе беспилотник. Он медленно приближался ко мне. Я стал карабкаться вниз по склону, пытаясь увести его как можно дальше от Лады.
Аппарат находился как раз надо мной, как вдруг из за вершины вынырнул вертолет, и сделал резкий вираж около беспилотника. Немного покачавшись , он неподвижно завис, медленно развернулся боком, и раздалась сухая короткая пулеметная очередь. Беспилотник разлетелся на куски, как бумажный самолетик. Я даже не видел каких то крупных кусков, которые падали сверху.
Вертолет завис надо мной и опустился до высоты 10-12 метров. Из боковой двери сбросили канат, и по нему спустился камуфлированный Рэмбо в каске и бронежилете.
Рэмбо подбежал и представился как капитан спецподразделения. Попросил вежливо документы и спросил о целях визита. Я сказал, что я турист, вышел в трехдневный поход, и в свою очередь спросил что случилось . Капитан сказал, что группа выполняет военную операцию и попросил меня держаться основных туристических маршрутов, в десяти километрах отсюда. Я ответил, что предпочитаю путешествовать вдали от туристических маршрутов.
Рэмбо отошел, и что то сказал по радиостанции. Вертолет взмыл вверх и удалился .
- Я сказал им, что остаюсь проводить вас до туристической зоны. Ну а на самом деле я прибыл вам помочь.
- В каком смысле ? - я не понял его фразы, хоть его английский был безупречен.
- Меня зовут Асаф, мои предки жили здесь сотни лет, и мне выпала честь учавствовать в миссии Ордена. Один из моих предков был Хранителем со времен Бернарда. И ваш отец связался со мной, когда понадобилась помощь.
- Я не совсем понимаю...- я не знал, что говорить. Ситуация явно выходила из под контроля.
- Ах, да. Простите, я должен был начать с этого. - Он достал из кармана куртки и протянул мне кольцо Хранителя, со скрещеными свитками. - Я знаю, что вас трое, и что вас преследуют. Раньше я не мог связаться с вами, но охотники сами выдали себя, перехватив управление армейским беспилотным самолетом, чтобы выследить вас. Так я вышел на них, а через них на вас.
И поскольку я еще не осознал, что передо мной стоит союзник, а не враг, он сказал условный код, который был известен только мне и отцу, и был предназначен именно для таких случаев. Я наконец, облегченно выдохнул, и пожал протянутую руку.
Я предупредил Асафа, что охотники где то поблизости. Он усмехнулся , показал на автоматическую винтовку и подсумок с гранатами, затем достал из кобуры пистолет, и протянул мне.
-Будем отбиваться.
Я улыбнулся в ответ, и мы вместе пошли к месту, где я оставил Ладу и Паниковского.
Но хорошие новости на этом не кончились. Когда мы перебирались на обратную сторону скалистого гребня, откуда я наблюдал за беспилотником, то на юге , вдалеке, мы увидели очертания, которые ни с чем спутать было невозможно. Высокая почти круглая гора, с плоской площадкой на вершине и каменистый выступ. Это был последний знак на карте Бернарда.
Мы стояли недалеко от ориентира. Наш новый и неожиданный союзник сразу принял на себя роль нашей охраны. Теперь меня окружали три орла с зорким взглядом. Я с любопытством посматривала на вооруженного и очень опасного Асафа. Судя по всему, он был потомком брата Элиягу, хотя, сходства не было никакого. Может были у другие братья Хранители. Впрочем, прошло уже столько столетий, что и потомок Элиягу мог себе позволить вовсе не походить на своего предка. Это с Максом природа сыграла странную шутку и сделала его двойником своего далекого двоюродного прадеда... или кем там они с Раулем приходятся друг другу... Сердце как-то сладко защемило, мы были уже совсем рядом с тем местом, где я была в объятьях рыцаря, я это чувствовала.
- Куда дальше, шеф?- спросил Антон, и я отвлеклась от своих мыслей.
- Храм должен быть рядом,- ответил Макс,- сейчас сверюсь с картой.
- Макс,- позвала я,- нам не нужен главный вход, его больше нет.
- Подожди, Ладушка,- ласково ответил он,- сейчас во всем разберемся.
Он достал карту и начал сверяться с местностью. Асаф поглядывал на меня. В его глазах было... почтение! Когда я это поняла, меня даже захлестнула волна нежности к нему. Это был первый хранитель, который принял меня сразу и безоговорочно. Я благодарно улыбнулась ему. Он склонил голову в поклоне... Классно!
- Судя по карте, нам туда,- сказал Макс, и все трое посмотрели в направлении, куда он указал.- Но я ничего не вижу.
- Еще бы,- проворчала я.- Как можно увидеть то, чего нет.
- Ты что-то сказала, милая?- повернулся ко мне Макс.
- Тяжело искать черную кошку в темной комнате, особенно, если ее там нет,- ответила я.
- Но сам Храм-то должен остаться, Лада. Мы поднимемся ко входу.
- Ты хочешь удостовериться, что входа больше не существует? Когда ты перестал верить Камню?
- Но ведь это был сон, а не видение,- возразил Макс.
- Хорошо, каких признаков ты ищешь?
- Карта говорит, что здесь должен быть утес, похожий на стрелу. Он и укажет направление к Храму. Но вот ничего похожего на стрелу я не вижу.
Я прикрыла глаза, вспоминая свой сон. Я тогда уже стояла на лестнице, мне не нужно было видеть этот утес- указатель, мне нужно было увидеть обвал. Но я так четко представила себе местность до обвала. Камень услужливо показал мне этот утес. Я открыла глаза и ткнула пальцем в кусок скалы.
- Вот он твой утес, точней, то, что от него осталось тогда. Землетрясение и обвал стерли все указатели и пути. Видишь, левее остатки ступеней? Если очень внимательно приглядишься, ты узнаешь очертания некоторых. Время добило то, что не добил обвал. Поднимись взглядом наверх, там только скалы. Там нет входа, Макс. Там больше ничего нет.
Максим проследил взглядом по описанному мной маршруту. Там не было и намека на наличие какого-либо входа.
- Ты уверена?- спросил он.
- Брат Максим, ты меня расстраиваешь. Что за недоверие?
Антон молчал. Асаф следил за нашими лицами. Не понимая слов, он пытался догадаться по лицам, что происходит. Когда я это поняла, мне стало неудобно. Английский не был никогда моим коньком, но изъясняться я могла на нем. Я перешла на английский, объясняя нашему новому другу, что входа в Храм больше нет, и нам надо найти другой ход. Он внимательно выслушал, посмотрел туда, куда минуту назад смотрели Макс и Антон, и кивнул.
- Вы знаете куда надо идти, сестра Главный Хранитель?- от такого обращения у нас троих глаза, наверное, вылезли из орбит. Асаф удивленно посмотрел в ответ на нас.- Я что-то не то сказал?
- Ко мне никто так еще не обращался,- ответила я с улыбкой.
- Простите, сестра Главный Хранитель, но мне с детства внушали почтение к носителю этого звания.
- В вашей семье звание хранителя передавалось по наследству?- спросил Макс.
- Да. Я потомок брата Элиягу. Брат Бернард дал ему личное наставление после того, как собрал совет братьев Хранителей в его доме. Он велел предку быть проводником и помощником того, кто придет, чтобы исполнить миссию. Велел быть верной опорой Главному Хранителю. И если при жизни прадеда никто не появится, он должен был найти приемника. Прадед не стал искать на стороне. Он воспитал его в своей семье. С того времени тайна и перстень передавались старшему сыну. Это настолько въелось в кровь нашей семье, что мы остались верны Ордену и до нынешнего времени. Хотя, признаюсь, вся эта история начинала уже казаться красивой сказкой. И когда Магистр позвонил мне, я даже сначала не поверил, что это случилось на самом деле. Он сказал, что пришло время исполнить завет. Что сейчас звание Главного Хранителя носит женщина. Я горд, что древнее предназначение выпало мне.
Асаф сделал шаг ко мне и преклонил колено.
- Встаньте, брат Асаф,- сказала я, мне было неловко, но я приняла его знак уважения.- Ваша преданность Камню и Главному Хранителю заслуживают уважения. Ваши предки могут вами гордиться. Но ко мне вы можете обращаться просто по имени. Как и остальные братья.
- Хорошо, я буду звать вас по имени. Куда нам следует идти?
- К Храму,- упрямо повторил Макс.
- Макс, это не смешно,- возмутилась я.- Нам надо искать водопад.
- Действительно, Максим,- вмешался Антон,- там же просвета не видно, мы не пройдем. И подъем слишком сложный.
- Отсюда мы и не увидим никакого просвета. Надо подняться и убедиться. К водопаду мы всегда успеем.- возразил Макс.
Я устало вздохнула. Упрямство Максима было крайне странным. Он тогда еще в машине принял, что нам нужно идти к водопаду. Почему сейчас он так стремился в тупик, я понять не могла. Пока мужчины спорили, камень подал признаки жизни. Я почувствовала опасность и влилась сознанием в настойчивый зов.
- Они близко,- сказала я, и слова дались мне с трудом. Язык будто заплетался. Мужчины обернулись ко мне.
- Они близко,- повторила я.- надо уходить.
Я направилась в сторону противоположную бывшему входу. Асаф тут же оказался рядом со мной, прикрывая с той стороны, с которой могли появиться преследователи.
- Откуда?- крикнул Макс.
Я подняла руку, указывая направление. Макс и Антон заняли оборону. Асаф прижимал меня к выступу, который должен был скрыть нас от охотников.
- Асаф, оставь меня, ты ребятам нужней. Мне сейчас не угрожает опасность.
- Я должен защищать,- возразил он.
- Я знаю, что говорю, иди к ним.- на споры сил не было, меня засасывало в омут знакомого мне состояния. - Идите, брат Асаф.
Он внимательно посмотрел на меня и вдруг послушался. Асаф побежал к Максу и Антону, а я привалилось спиной к скале... и меня выкинуло из настоящего времени. Я наблюдала со стороны, как охотники показались из-за скал. Я знала, что сейчас Макс выстрелит. Через несколько мгновений... веков... бахнуло. Я вышла из своего укрытия. Движения давались так легко, что мне казалось, будто я плыву по воздуху.
Со стороны охотников полетели тяжелые и ленивые мухи. Они летели с мерным жужжанием и очень медленно. Я вгляделась и поняла, что это пули. Я подняла руку и поймала одну. Когда я раскрыла ладонь, она была еще горячей. Я повертела в пальцах пулю и положила ее в карман своих спортивных брюк. Потом я проследила взглядом движение остальных пуль. Они уткнулись в камни и сплющились медленно, сползая на землю. Но две пули продолжали полет. Одна подлетала к Антону. Он почти не двигался. Я поняла, что эта пуля вопьется ему в плечо. Я сделала прыжок в ту сторону и поймала ее. Антон жал на курок. Я обернулась ко второй пуле. Она была рядом с Асафом. Почти настигла его голову, которую Асаф неосторожно высунул из укрытия. Я поспешила к нему и отловила эту смертоносную муху. Потом я направилась к охотникам. Их было четверо. Я взялась за руку одного из них и повернула ее в сторону другого охотника. Тут время начало ускоряться. Движения начали даваться тяжелей. Я подтолкнула еще одного охотника, который свесился из-за своего укрытия, он медленно покатился в сторону хранителей. Время еще ускорилось, и я почувствовала, что пора возвращаться к своим. Теперь пули летели гораздо быстрей, и я бы уже не рискнула ловить их. Я увернулась от двух из них, толкнула Макса, когда увидела, что он сейчас будет ранен и замерла у его ног. Силы меня покинули. Камень еще пытался меня поднять, но меня хватило лишь на то, чтобы отползти за небольшой валун и крикнуть:
- Их осталось двое. Один ранен, другой цел.
- Зачем ты здесь?- крикнул он мне в ответ . Его глаза пылали, мои же наоборот заволакивал туман.
Кто-то дернул меня и потащил в сторону. Я пригляделась, это был Асаф. Он прикрывал меня собой. Теперь я его уже не отгоняла.
- Один еще опасен, Асаф, один еще опасен,- повторяла я.
Он молча оттащил меня в сторону и занял оборону. До нас долетели крик и. Они сменили стрельбу, выстрелов больше не было. Я потянулась из-за плеча Асафа. Хранители и охотники перешли к рукопашной. Раненый охотник оказался еще очень подвижен. Он полоснул ножом Паниковского по плечу. Кровь быстро растеклась по рукаву футболки. Но Антон не собирался сдаваться. Несколько выпадов, и нож оказался в руке Паниковского. Он сделал обманное движение, повернул к себе спиной противника и провел ножом по его горлу. Я ахнула и откинулась назад, чтобы не видеть этого ужаса. Но там остался Макс, и его противник был силен и ловок. Я вновь потянулась через плечо своего охранника. Максиму приходилось нелегко, но он держал оборону. Паниковский двинулся было к ним, но Макс заорал, чтобы тот не вмешивался. Антон подошел к нам, но продолжал следить за двумя дерущимися. Асаф осмотрел его рану. Порез был не глубокий.
- Может помочь Максиму?- спросил он, перевязывая рану Антона.
- Нет. Он справится. Похоже, Макс выпускает пар, иначе бы уже был здесь.
- Не понимаю,- ответил Асаф.
- У Максима отличная техника, он превосходит противника. Тот держится за счет того, что Макс работает не в полную силу.
- У нас нет времени валять дурака,- сказала я.- Остальные уже на подходе. У нас не так много времени, чтобы уйти.
- Остальные?
- Их гораздо больше,- ответила я и прикрыла глаза, слабость была неимоверная.
- Макс,- крикнул Антон,- нам надо уходить.
Максим присел, уходя от удара. Его губы еле заметно сложились в слово- понял. Потом он крутанулся, и охотник упал с переломанной шеей. Максим подошел к нам. Он перевел дыхание и посмотрел на Антона.
- Сильно зацепил?- спросил он.
- Нет, просто большая царапина,- ответил Паниковский.
- Ты в порядке?- обратился он ко мне.
- Можно и так сказать,- ответила я.
- Поясни. Тебя что-то тревожит?
- Меня смущает только проволочка. Скоро здесь будет большой охотник со своей сворой. И еще меня тревожит твое желание идти туда, где нет ничего.
- Мы пойдем к водопаду.
- Когда?
- Прямо сейчас. Только мы не знаем, где он.
- Вы про какой водопад говорите?- спросил Асаф.
- Здесь где-то должен быть водопад. Нам нужно к нему.
- Я видел водопад в трех километрах отсюда.
- Боже, Асаф!- воскликнула я.- Тебя послало небо! У меня уже нет сил на поиск через камень, веди нас.
- Что случилось с твоим силами? Что происходило, пока мы отвлеклись?- спросил Максим.
- Об этом позже, сейчас надо уходить. Я по дороге расскажу.
- Хорошо.- Максим, не отрывая пытливого взгляда от меня, спросил Асафа.- Это единственный водопад, который здесь есть?
- Да. Единственный. Вот карта этого района. - он достал карту и развернул.
Мужчины тут же склонились над ней.
- Полностью поддерживаю Ладу,- сказал Паниковский.- Тебя нам послало небо.
- Тогда выдвигаемся,- подвел итог Макс.
Мужчины поднялись с земли. Я попробовала сделать тоже самое, но не получилось. Ноги не слушались. Я виновато посмотрела на Максима.
- Кажется, мне нужна помощь,- сказала я и снова попыталась встать.
Макс подхватил меня на руки. Паниковский взял мой рюкзак. Асаф тревожно посмотрел на нас.
- Что с Главным Хранителем?
- Похоже, Главный хранитель общалась с камнем.- ответил Антон.
- Ты что-нибудь видела?- спросил Макс.- Он показал тебе преследователей?
И я рассказала им, что происходило со мной, пока они отбивались от охотников. В конце рассказа я засунула руку в карман и вытащила три пули... а я даже не заметила, что те две тоже сунула в карман.
- Одну из них я поймала первой. А эти две ваши, Антон и Асаф,- сказала я и протянула им то, что к ним так и не долетело.
- Вот так тебе и дарят запросто твою несостоявшуюся смерть,- усмехнулся Антон и подкинул пулю в руке.
- Это твое ранение. Но свое ты все же получил, ножом.
- Сюда летела?- Паниковский кивнул на руку.
- Точнехонько.
- А мне куда?- спросил Асаф, в глазах его читалось недоверие.
- Береги голову, брат Асаф,- только ответила я.
Асаф недолго смотрел на меня, а потом кивнул. Я перевела взгляд на Макса. Его дыхание становилось все тяжелей. Я положила ему голову на плечо и тихо спросила:
- Устал, родной? Давай я попробую сама.
- Ничего, есть еще порох в пороховницах. Да и своя ноша не тянет,- ответил он.
- Какой же ты упорный,- улыбнулась я.
- Просто я несу сокровище,- почти шепотом проговорил он.
- Сокровище несу я, а ты нас с сокровищем,- весело уточнила я.
- Ты мое сокровище,- ответил он, и нежность наполнила меня.
Но через некоторое время его усталость стало невозможно не замечать. Асаф шел уже вплотную к нам и периодически делал попытки меня забрать. Макс усиленно жадничал мной. Наконец, мы в три голоса убедили его отдохнуть, приведя довод, что он начинает всех тормозить. Тогда меня торжественно передали Асафу.
Ближе к цели я почувствовала себя более-менее сносно и попросила меня отпустить. Пока Асаф тащил меня, он много спрашивал о возможностях камня. Камень молчал, а значит угрозы от этих расспросов не было, и я рассказывала. Когда я уставала говорить, Асаф терпеливо ждал. Дорога до водопада была достаточно пологой. И только когда мы подошли к отвесной скале, перед нами появилось серьезное препятствие. К этому времени я уже шла самостоятельно.
- Водопад там,- сказал Асаф, и меня охватило волнение.
Сейчас я увижу это озеро и пещеру... Осмотрев подъем, мужчины пришли к выводу, что подняться здесь невозможно. Асаф и Максим пошли искать более удобный подъем, а нас с Антоном оставили в маленькой пещерке ждать их возвращения. Антон был бледен, раненое плечо его беспокоило, но он держался достаточно бодро. Пока мы ждали, камень начал проявлять признаки беспокойства.
- Нам бы поторопиться,- сказала я, прислушиваясь к камню.
- Охотники близко?- спросил Паниковский.
- Очень близко. У нас почти не осталось времени.
В этот момент появились Максим и Асаф. Они нашли подходящее место для подъема. Мы почти бежали до него. Подъем занял времени больше, чем нам хотелось бы. Но это того стоило. Когда мы оказались наверху, перед нами открылся величественный вид. Водопад отвесной стеной падал в небольшое озеро. Вокруг громоздились глыбы древних скал. Первый раз я смотрела сверху на этот водопад. То, что это был именно он, я знала, как знала, что Земля вращается вокруг солнца.
- Нам надо вниз, мальчики, скорее вниз,- сказала я и первая начала спуск.
Колени заныли, будто вспомнив, что здесь я катилась на них вниз... Нет, не здесь, левее... Сейчас было двигаться гораздо легче, чем тогда, на мне ведь сейчас не было ни сарафана, ни шлепок. К концу спуска я все-таки скатилась вниз, но мне было все равно. Я вскочила и побежала к озеру, скидывая на ходу рюкзак, который одела, когда пошла своим ходом. Следом полетели кроссовки. В моей руке был зажат только камень. Я не останавливаясь бросилась в воду и поплыла, что было сил к водопаду. Я не слышала криков моих спутников, я не видела, что они делают, я рассекала обжигающую ледяным холодом воду, стремясь к водопаду. Я забыла обо всем, мне так было нужно ТУДА! Вот он знакомый каменный выступ, на который я взобралась и оказалась перед водопадом. Вот холодные струи обрушиваются своей массой мне на плечи. Шаг... еще шаг...
- Рауль!- закричала я, не осознавая что делаю.- Рауль, любимый, я пришла!
И тут я увидела его. Он стоял там, где стоял в первый раз, когда я попала сюда. Такой же высокий, такой же статный, такой же красивый. Он сделал шаг в мою сторону.
- Ты пришла, голубка,- сказал он и улыбнулся.
- Лада!- раздался вскрик за спиной.
Я обернулась назад и увидел троих мужчин, которые сопровождали меня. Антон держался за плечо, Асаф осматривался и только Максим глядел прямо на меня. В его глазах была боль и еще какое-то чувство, которое я никогда раньше не видела в этих глазах. Но я тут же отвернулась от них. Рауль стоял на том же месте. Я пошла к нему, но с каждым шагом расстояние между нами не уменьшалось.
- Куда ты? Подожди!- воскликнула я.
- Тебе надо спешить, голубка, время на исходе,- услышала я в ответ.
- Но я хочу подойти к тебе!
- Нельзя, любовь моя, это не сон. Я помогу тебе дойти, я буду указывать путь, когда это будет нужно. Поспеши...- и он исчез.
- Рауль...- горестно простонала я, поняв, что не смогу к нему прикоснуться и упала на колени.
- Лада,- снова позвали меня.
Я обернулась. Макс, Антон и Асаф стояли рядом.
- Достаньте фонари,- сказала я, смиряясь с реальностью,- нам туда...
Я стоял, словно оглушенный. Я не видел, с кем разговаривала Лада, но понял, - это Рауль. Нежность и тоска, звучавшие в ее голосе, пронзили меня где то глубоко. Боль растекалась и жгла внутри. Я набрал полные легкие воздуха, - не помогло... Я сообразил, что это не физическая боль. Это жгучее чувство, когда любимая женщина думает о ком то другом, желает быть с другим так сильно, что не может скрыть этого.
- Ну где же вы? Скорее сюда! - голос Лады звучал где то далеко . Я все еще стоял, не в силах двинуться с места. Паниковский сделал шаг вперед, но застыл глядя на меня. Только Асаф, беспрекословно следовал за Ладой, держа винтовку и фонарик перед собой.
Ладу я уже не видел в темноте , надо было двигаться, но я все еще медлил.
Чувства обострились до предела, и боковым зрением я уловил движение, резкий бросок. Я инстинктивно отпрыгнул назад, кто то тяжело пролетел мимо меня, и я что ест силы ударил его чуть ниже затылка, и даже не досмотрел как он упал . Развернулся, и тут же уклонился от удара чем то тяжелым. Удар все же скользнул по виску, но я ничего не чувствовал. Мгновенно вытащил пистолет, и разрядил в противника полобоймы. Одновременно Паниковский выстрелил мне за спину. Там кто то упал, и мы оба отбежали за каменный уступ.
Мы следили за проемом в скале, куда влетели два охотника и ожидали следующих.
Послышался шорох камней, и я выпустил еще пол обоймы и быстро перезарядил.
Мелькнула тень, и мы с Паниковским одновременно выстрелили. Сзади застучала автоматическая винтовка. Асаф все таки вернулся.
- Асаф, беги за Ладой. Уходите. Мы скоро будем! - я махнул ему, и он отошел назад.
Видимо, охотники решили прорываться несмотря ни на что , поэтому следующие несколько секунд град пуль заставил нас прижаться к камням. Только срельба чуть стихла, я перекатился по земле в проход, и из положения лежа выстрелил несколько раз. Паниковский поддержал меня, и два рухнувших тела обозначили попадание. Но и это не угасило внутреннюю боль.
Сколько противников осталось , мы не знали, а у каждого всего по обойме. Если начнем уходить, они двинутся за нами . Долго отстреливаться мы не сможем, и конец моим страданиям... Надо нападать самим.
Безумная мысль, способная родиться только в минуты душевного разногласия, засела в мозгу и отдавала приказы. Выманить врага на расстояние вытянутой руки и тут уже до них добраться.
Желание бить, крушить ребра и душить, усилилось. Эх, Лада, и чем же он настолько лучше меня? Старше? Опытнее? Маразм какой то..
-Прикрой меня - Паниковский недоумевающе посмотрел, но взял на прицел проем.
Я метнулся вперед, и в ту же секунду столкнулся лицом к лицу с парнем, который видимо, крался , пытаясь застать нас врасплох.
Я по инерции, всем телом толкнул его на камень, и изо всей силы ткнул лбом ему между глаз. Видно , он ударился затылком, поэтому сразу обмяк.
Сзади послышался выстрел Паниковского. Он отогнал еще одного охотника.
- Назад, Макс! Скорей назад! - голос Паниковского утонул в шуме его выстрелов и выстрелов охотников. Я рванул назад, и над головой засвистели пули. До спасительного уступа было метров пять, но мне казалось, что я бегу очень долго.
Когда до укрытия было рукой подать, я вдруг споткнулся и растянулся во весь рост. В ту же секунду , рука Паниковского схватила меня за рубашку. Я слышал, как он сделал еще выстрел, и дальше пошли щелчки - обойма пуста. Уже заползая за уступ, я достал свой пистолет, и выстрелил все что осталось в сторону охотников. Все. Приплыли. Сейчас нас размажут .
Я выглянул из за камня. В проеме показался один, второй, третий охотник. Я обернулся к Паниковскому, тот спокойно смотрел на охотников, словно считая их. Затем достал из кармана гранату, выдернул чеку, секунды две-три, подождал, и кинул под ноги наступавшим. Затем толкнул меня на землю, за камень, и сам упал, закрыв голову руками.
По ушам ударило волной. Внутри все сжалось от силы , звука, падания камней, в рот и нос забилась противная пыль.
Я сел , мотая головой. Паниковский был немного бодрее.
- Скорее, Макс! Поднимайся, даже если кто то остался, у нас есть немного времени. Уходим!
Я встал на ноги. Немного шатает, но идти можно. Зато боль от душевных переживаний притупилась. Или затаилась. Но и то хорошо.
- Откуда граната?
-Асаф дал, - Паниковский довольно улыбнулся- у меня еще есть.
- Ты нас так замуруешь в этих камнях.
- Да ладно, грохнули разок. Делов то... Хоть душу отвел. Давай сюда, они где то здесь прошли.
Мы подошли к сплошной стенке, и уперлись в нее, озадаченно оглядываясь, куда тут идти. Фонарик выхватывал только фрагменты сплошного камня, и все.
- Вот, здесь. Какая то расщелина. - Паниковский ткнул фонариком в еле видимую темноту.
- Уходит куда то за стену и вниз. Только я не уверен, что мы пролезем.
- Ну, Асаф то пролез, и мы должны. - Паниковский протиснулся в расщелину и начал двигаться, хотя и с трудом. Рюкзак ему пришлось снять, и он протискивал его за собой.
Я подождал, пока он удалился метра на три-четыре, и тоже, сняв рюкзак, полез за ним.
Расщелина была настолько узкой, что спиной и грудью ощущался камень. Казалось, если сильно вдохнуть , то можно застрять. Причем пол под ногами уходил резко вниз. Мы шли по крутому спуску. Ощущение , прямо скажем, не из приятных.
- О, а здесь уже посвободнее, - я услышал довольный голос Паниковского. - Тут даже какие то ступеньки есть. Кажется, мы на месте.
И правда, скоро спуск стал идти по вырубленным в скале ступенькам, а ширина хода позволила идти не боком, а лицом вперед.
- Макс иди сюда! Смотри! - я подошел , и увидел, что мы стоим на входе в огромную комнату. Так можно описать пещеру, явно вытесанную в скалах, правильной кубической формы.
- Лада, ты здесь? Асаф? - позвал я, но никто не ответил.
Я выбежал на середину комнаты, пытаясь выхватить из темноты выход, куда могли уйти Лада с Асафом. Но нигде не было видно ни двери, ни лаза, ничего.
Мы разошлись в разные стороны , обходя по периметру комнату, и осматривали все вокруг. В стенах, с разными промежутками выдолблены ниши в человеческий рост, и в каждой из них было выбит какой то знак. В одном из них я узнал знак, выгравированный на ноже, который забрала Лада. Или просто похожий. В центре комнаты стояли ряды каменных скамей. Сколько их там было, и сколько ниш, мы сосчитать не успели, послышался шум у входа. Мы быстро погасили фонарики и спрятались в нишах. Я в углу зала, а Паниковский прямо в центре.
Охотники остановились на входе, и стали шарить фонариками по стенам. Издали они не могли выхватить из тени Паниковского, это можно сделать только из центра зала. А до меня луч не доходил вообще.
- Господа, хранители. - резкий голос проскрипел в тишине зала. - Я хочу предотвратить бессмысленное кровопролитие. Использовать гранаты вы не сможете, иначе вы рискуете погибнуть, заваленные в скале. А преимущество в силе у нас. Я предлагаю единственный раз. Очень хорошие условия. И никто не пострадает.
Затем последовала долгая пауза, которая прервалась голосом Паниковского:
-А теперь следите за моими руками. - фонарики моментально высветили фигуру Паниковского, стоящего на одной из каменных скамеек с поднятыми руками.-
-В каждой руке у меня по гранате, и только начинается стрельба, они взрываются. Так что вам тоже нет смысла погибать зря. В этой комнате нет других выходов. Это тупик. И я предлагаю вам спокойно вернуться назад, если хотите вообще вернуться.
Я слушал , и понимал, что он тянет время. Но, к чему он клонит, и что делать, не имел понятия.
Вдруг на своем плече я почувствовал прохладную ладонь, и сразу же услышал шепот лады:
- Все будет хорошо, Макс. Теперь они на моей территории и я знаю что с ними делать.
- Лада! Это ты? Где ты была? Мы все проверили!
- Тише. Слушай меня. И делай, что я скажу. Успокой Антона. Сдайтесь им. Пусть убедятся, что кроме вас здесь никого нет, и что им ничего не грозит. Верь мне.
Последние два слова были сказаны так, что дрожь пробежала от макушки до пяток. Рука отпустила плечо. Я повернулся, но ничего, кроме стены за мной не было.
Я стояла перед ходом с перекрещенными свитками. Асаф словно тень пристроился за моей спиной. Что-то происходило. Камень наливался тяжестью в моей руке. Я уже держала его двумя руками, прилагая все силы, чтобы не уронить, но он продолжал тяжелеть. Я повернула голову к Асафу.
- Асаф,- обратилась я к нему,- посмотри не нужна ли помощь ребятам. Я буду ждать вас здесь.
Он мгновение смотрел на меня, а потом развернулся и пошел к расщелине. Я знала, что они его отправят назад, но мне нужно было остаться наедине с камнем. Он ждал этого и не хотел пускать дальше, пока не я не выполню его желания. Как только Асаф ушел, я положила камень на пол.
Белый свет разлился вокруг. Это не был свет от фонаря, это было что-то другое. Нет, даже не свет, мерцание. Я огляделась. Вокруг меня стояли люди, много людей. Это были мужчины. Одежды некоторых вышли из моды лет так тысячи три назад. Это были они, Главные Хранители Камня, а так же люди, которым камень открыл когда-то свою силу. Тогда, когда он был еще не так могущественен, когда он слушался, а не повелевал. Они смотрели на меня, я на них. Потом я поклонилась им, и они ответили тем же.
- Здравствуй, сестра,- заговорил седоволосый старец в белоснежной тоге.- Мы поможем тебе завершить начатое. Камень призвал нас, и мы пришли.
- Как помочь?- спросила я.
- Мы станем единым целым.
Я повернула голову и увидела маленького монаха, который улыбался своей неподражаемой загадочной улыбкой. Рядом с ним стоял мой рыцарь. Его глаза лучились. Он улыбался мне.
- Не бойся,- сказал он.- Я был избран проводником, чтобы отдать тебе Камень, потому я не могу стать с тобой одним целым, как остальные братья, Камень не открылся мне. Я не Главный Хранитель, но я буду сопровождать тебя до конца.
- А потом?- спросила я,- ты останешься потом?
- Женщина...- услышала я новый голос. Мужчина в латах качал головой.- Женщина всегда останется женщиной, всегда сначала чувства. Почему Камень выбрал женщину...
- Не надо, брат,- ответил ему мужчина с темной кожей,- Камень не ошибается. Благодаря чувствам она здесь. Она достойна быть ЕГО хранителем.
- Хватит, братья,- вновь заговорил первый старец,- время снаружи идет, мы должны приступить к делу.
- Она повелевает временем,- сказал брат Бернард,- она вернется в ту минуту, в которую пожелает,- и он хитро прищурился, так он делал при жизни.
- Это верно,- заговорил совсем молодой паренек,- я подарю ей возможность двигать предметы.
- Мы все оставим ей подарки,- закончил беседу старец.- Каждому из нас Камень оставил свою частичку дара.
Мужчины- призраки, мужчины- тени приблизились ко мне. Их круг все сужался и сужался. И когда я подумала, что они раздавят меня своими телами и закрыла глаза, началось нечто. Мне казалось, что я пылесос, всасывающий мусор с ковра, очень мощный пылесос. Или воронка, которая затягивает воду в водоворот. Меня наполняло и переполняло чувство небывалой силы. Мне открывались такие вещи, о которых я даже и не мечтала. Меня наполняли знания тысячелетий, древний опыт и мудрость вечности. Когда последний Хранитель слился со мной и сила воронки исчезла, я рухнула на пол как подкошенная. Рядом стоял Рауль и нежно смотрел на меня. Я поднялась и посмотрела на него. Та Лада, которая была здесь еще недавно, с любовью глядела на него, а та, что родилась в эту секунду заставила оторваться первую от ее рыцаря и двинуться к цели...
- Я им не нужен,- раздался голос Асафа у меня за спиной.- Мне велели возвращаться к тебе.
- Я знаю, Асаф,- ответила я и не узнала свой голос. Асаф похоже тоже его не узнал. Голос налился силой, наполнявшей меня. Он стал более властным. Мне показалось, что если я крикну, то обрушатся своды. Какая-то маленькая часть моего сознания поддакнула этой мысли.
Я вновь осмотрелась вокруг и начала... перекраивать пространство. Помещение изменилось, увеличивая размеры на глазах. Вход в библиотеку отъехал дальше, свитки с него исчезли, в стенах росли ниши, над которыми рисовались каменные знаки. Не знаю сколько сил я израсходовала, но я все еще чувствовала себя наполненной. Когда работа была закончена, я повернулась к Асафу. Он стоял в оцепинении и озирался вокруг шальным взглядом. Я взяла его за руку, и... мы прошли сквозь стену. Тут же мы вновь оказались в пещере с тремя входами, а то, что я создала, было перед нами, как кино на экране. Асаф молча взглянул на меня.
- Маленький фокус с восприятием пространства,- ответила я на невысказанный вопрос.
В этот момент в созданном мной ложном зале появились Максим и Антон. Они озирались вокруг. Они не видели нас, хоть мы и стояли всего в паре метров. Асаф указал на них, но я покачала головой, и он остался стоять рядом молча и неподвижно. Дальше события продолжали развиваться. Когда я поняла, что достаточно стоять и наблюдать, я подошла к Максу и положила ему руку на плечо. Он слышал меня, ощущал, но не видел. Я не могла позволить ему себя разглядеть, это разрушило бы всеобщее восприятие.
- Большой Охотник прибыл,- сказала я Асафу, когда вернулась к нему, и тот снова молча кивнул.
- Паниковский,- услышали мы голос Максима,- хватит, убери гранаты. Мы все равно не знаем, где сейчас Лада. Пусть сами поищут.- Потом он обратился к охотникам.- Ищите сами, мы не будем вам мешать. Но если вы захотите с нами покончить, будем вместе лежать под камнями.
- Принято,- ответил Пазалербо.
Антон перебрался к Максиму.
- Что это за бред, Макс? Что ты сейчас сделал, сдал им Ладу?
- Следи за языком,- холодно ответил Максим.- Она велела мне это сделать. Она где-то рядом.
Антон посмотрел вокруг, но ничего не увидел. Как же мне хотелось втащить их к себе, но это было невозможно. Они появились позже и были под тем же мороком, если можно так сказать, что и охотники. А наши преследователи начали свои поиски.
- Мессир,- здесь нет прохода,- сказал один из охотников, обследовавший западную стену. Сейчас он был рядом с той нишей, в которой прятался Паниковский. А так же рядом с ложным ходом в библиотеку, который прятался за этой нишей.
- Он есть, я чувствую,- ответил главный,- это ненастоящее пространство. Но я не пойму, как это было сделано. Но я разберусь.
Макс и Антон посмотрели на него. Я видела, что им стоило себя сдерживать в этом навязанном бездействии. Мне было их жаль, но чувства прежней Лады не могли взять верх над нынешней. И тут напротив ниши появился Рауль, он прошел сквозь нее, а потом повернулся ко мне. Я кивнула в ответ и отодвинула стену, сделав ее почти прозрачной. Большой Охотник тут же повернулся в ту сторону. Он прикрыл глаза, перебирая четки, и я вдруг почувствовала, что он от него идет черная сила, сила древних колдовских учений. Кажется, моя задача немного усложняется. Нельзя давать ему времени, иначе он все откроет. И я еще больше открыла проход.
- Вот он,- торжествующе провозгласил мессир Пазалербо.
Все ахнули, включая Максима и Антона. Они тревожно вглядывались в открывшийся проход, но меня там не было.
- Что-то не так,- тут же вновь заговорил главный охотник.- Я не чувствую там жизни.
- Вот гад,- тихо сказала, я и послала в проход маленький пучок тепла, еще одна капля своей силы.
- А, нет,- заговорил колдун,- там кто-то есть. И мы сейчас узнаем кто. Но вперед пусть идут хранители,- тихо усмехнулся он,- это их объект.
- Эй, эй, уважаемый,- тут же заговорил Антон,- это уже против уговора. У вас своя свадьба, у нас своя.
- Точно,- согласился мессир,- договор был другой. Но про девчонку вы ничего не говорили. Найдем мы, значит наша, как и камень.
Макс закусил губу в бессильной злости. Его раздирали сомнения. Он обещал довериться, но боялся, что все-таки я там, куда собирались идти охотники. Антон тревожно смотрел на него, не понимая, что же им делать.
- Макс, а если они действительно там?
- Что же ты молчишь, Ладушка?- прошептал Макс.
Я не могла им ответить, теперь я понимала, что из себя представляет мессир Пазалербо.
- Хорошо,- заговорил Макс,- мы идем.
- Важных людей вперед,- ухмыльнулся охотник, пропуская их первыми в открывшийся проход.
Асаф посмотрел на меня.
- Мерзкий колдун,- произнесла я и позволила охотникам пройти вперед.
- Куда ведет этот ход?- спросил Асаф.
- Ни к чему хорошему он не ведет,- ответила я и двинулась следом.
Никто не видел нас и не слышал, я по прежнему защищала себя и Асафа. Но как вытащить ребят от охотников раньше, чем они дойдут... Каменный коридор свернул . Когда мы зашли за поворот, там стоял Рауль, в глазах была тревога.
- Если ты это сделаешь, ты потеряешь еще часть своей силы,- сказал он, отвечая на мои не высказанные намерения. Ты ведь можешь идти к Хранилищу.
На мгновение новая Лада приостановилась, но тут же продолжала движение, как это сделала бы и прежняя Лада.
- Я их не брошу,- ответила я.- Ты сам знаешь, что я так не поступлю.
- Знаю,- ответил Рауль,- и за это тоже я тебя люблю.
Я с нежностью взглянула на него и пошла дальше. Я знала, что скоро они дойдут до конца пути, медлить было больше нельзя. Я так легко выскочила из реального времени, будто шагнула со ступеньки. И вновь я была так же легка, как недавно возле бывшего входа в Храм. Впереди показалась группа людей. Первыми шли Макс и Антон. Вся группа стояла, не шевелясь. Хотя, нет, это я двигалась так быстро. Я встала перед Максимом и начала отодвигать его назад. Как же тяжело было преодолевать этот временной стык между ним и мной. Он был будто тяжеленный шкаф, но в конце концов Макс оказался в хвосте процессии. Теперь настала очередь Паниковского. Когда я и его оттащила в хвост и повернула лицом в обратную сторону, меня покрывала испарина. Я вернулась к Асафу, шагнув в реальное время так же легко, как и выскочив из него. Асаф оказался на шаг впереди.
- Стой, - окрикнула я его.
- Но ведь там..
- Скоро они будут здесь,- ответила я и повернула обратно.
Мы сделали несколько шагов, и за нашими спинами послышался крик. Асаф обернулся, но я продолжала идти. Я знала, что произошло. Там сработала древняя ловушка. Дорога обрушивалась вниз, если на ней оказывался большой вес. Как минимум трое охотников сейчас лежали на дне этой ловушки. Они были мертвы. А еще мы услышали топот. Я улыбнулась. Это Макс и Паниковский бежали в нашу сторону сломя голову. Что ж, пора было себя обнаружить. В пещере мы встретились. Я стояла посреди наполовину разрушенного моего творения. Асаф был рядом, прикрывая меня собой. Когда в зал вбежали мои мужчины, то чуть не опрокинули нас. Сзади слышались крики. Их преследовали. Я прислушалась к себе, кажется, меня стало на треть меньше, чем было. Но все равно я чувствовала в себе могучую силу.
- Лада!- крикнул Макс и схватил меня в объятья.
- Потом, Макс, все потом,- ответила я, спеша уйти из этих объятий.
Лицо Максима исказилось, в глазах была боль, но у нас не было времени на объяснения. Чтобы он сейчас не думал, с этим мы разберемся позже. Сейчас я отстранилась, потому что надо было спешить, пока остались созданные мной стены. Я снова потратила немного подаренной силы, чтобы пройти сквозь этот мираж, не разрушив его остатки. Когда мы оказались в реальной пещере, то из соседней пещеры выскочили охотники. Они остановились посреди моего творения, не видя нас. Я молча потянула за собой своих спутников, и мы вошли в лабиринт ходов. Я начинала уставать. На какой-то момент я даже потеряла правильное направление, но тут же появился Рауль, и я пошла за ним, вновь приходя в себя.
- Они найдут нужный ход?- спросил Антон.
- Да, их колдун силен,- ответила я.- Но сначала его призовет знак власти.
- Тот, что был на ноже того охотника?- заговорил Макс.
- Да. Если нам повезет, то он первый окажется в следующей ловушке. Если нет, он вернется назад и найдет нужное направление.
- Разве он может сравнится с тобой?- Асаф был полон недоверия.
- Он обучался этому с детства, а мне даны знания, чтобы дойти до цели. Мне помогают.
- Камень?
- За мной легион,- усмехнулась я.
- То есть?
- Во мне знания всех главных хранителей. И я очень щедро их расходую.
- Значит, придется нам поработать,- сказал Паниковский.
- Хотелось бы узнать, что сейчас делают шакалы,- произнес Макс и обернулся.- Может мне постоять на входе и убрать оставшихся?
Я остановилась и посмотрела ему в глаза.
- Что с тобой происходит, Максим? Куда делись твои здравомыслие и профессионализм?- спросила я его.
- Ты меня об этом спрашиваешь?- Макс опустил голову, но тут же поднял ее и посмотрел мне прямо в глаза.- Он рядом?
- Кто?- я не поняла его вопроса.
- Рауль. Он рядом с тобой?
- Нет. Он не рядом. Почему ты о нем спрашиваешь?
- Лада... Черт,- Макс тряхнул головой и сказал будто себе.- Бред, маразм, глупость какая-то.
- Максим, ты о чем?- я совсем потерял смыл его слов.
- Макс, Лада, что вы застряли?- Антон и Асаф ушли немного вперед и теперь ждали нас.
- Ты не можешь вернуться назад,- снова заговорила я.- Ты должен быть рядом со мной.
Макс резко привлек меня к себе и впился в губы. Это был грубый и жесткий поцелуй, он даже слегка прикусил меня. Я ахнула и дернулась в сторону. Макс тряхнул головой и с ужасом взглянул на меня:
- Прости, прости меня! Я не понимаю, что со мной происходит.
- Пошли,- тихо ответила я.
Мы подошли к нашим спутникам, которые нетерпеливо ждали нас. Дальше мы шли молча. Я задумалась о случившемся. Поведения Максима было так несвойственно ему. Дело Ордена было всегда важно для него, а сейчас он готов все пустить под откос, а началось все у бывшего входа в Храм. Похоже я достаточно потеряла своих новых сил, потому что прежняя Лада начала брать верх. Я так погрузилась в свои размышления, что сбилась с пути. Я это поняла, когда уткнулась в тупик. Я озадаченно посмотрела на выросшую передо мной стену.
- Как это?...- спросила я ни к кому не обращаясь.
Я обернулась назад и начала осматриваться. И тут я поняла с ужасом, что мы свернули не туда, а я не могу вспомнить как мы здесь оказались. Я начала лихорадочно метаться по коридорам, не узнавая дорогу.
- Что случилось?- спросил Паниковский.
- Я завела нас,- прошептала я.- Кто помнит, как мы сюда прошли?
- Как ты могла ошибиться?- Макс стал более похож на себя, собранный и серьезный.
- Я задумалась...
- Успокойся,- снова заговорил Паниковский.- Сейчас найдем дорогу.
Он присел на корточки и начал осматривать пол, разглядывая следы в пыли. Асаф присоединился к нему. А я присела, опершись спиной о каменную стену. Мне надо было собраться с мыслями. Погрузившись в себя, я обнаружила, что моя батарейка на половину пуста. И еще угнетало, что я не знаю, что произошло в зале после нашего ухода. Меня очень тревожил большой охотник. У меня исчезло всезнание, которое говорило, что происходит сразу в нескольких местах. Но я могла отправить свое второе я, чтобы это увидеть. Внутреннее согласие подтвердило, что у меня есть такая возможность. Я колебалась. Если я сделаю это, то до Хранилища я доберусь практически пустой. Но колдун волновал меня. Я не могла оставить его без присмотра, и я решилась.
Глаза закрылись, тело расслабилось и сознание соткало вторую меня. Прозрачное тело, не обладающее разумом и чувствами, отделилось от меня и направилось в зал. За этим созданием тянулась нитка... я придумала вторую себя по принципу воздушного шарика. По этой нитке мне передавалось то, что видело это аморфное тело. Оно протиснулось сквозь камень, сокращая себе путь. Через несколько секунд я увидела то, что происходило в зале после того, как мы ушли. Может я и зря применила свою возможность прокрутки времени, но я должна была знать все.
Итак, они ворвались в зал и никого не нашли. Их осталось десять человек. Двое побежали к расщелине, но быстро вернулись. Колдун молча сел посреди зала и закрыл глаза. Сейчас я рассмотрела его. Это был пожилой мужчина среднего роста. Он был худощав. Седина покрывала большую часть некогда темной шевелюры. Был ли он похож на Андрея? Нет, совершенно не похож. Черный балахон ему бы очень подошел. Колдун что-то шептал, слегка раскачиваясь. Потом он открыл глаза, почему-то я ожидала, что они у него должны стать черными или красными, но они были обычного зеленого цвета. Пазалербо направил руку в сторону ниши со знаком власти.
- Вход там, - сказал он, и я подумала, что уловка сработала.
Охотники недоуменно уставились на каменную стену. Но колдун подошел к ней и коснулся камня, рука провалилась сквозь него. Он довольно рассмеялся.
- Кто бы ты не была, девочка, хочу отдать тебе должное, талантливо придумала. Когда мы тебя поймаем, ты расскажешь об этом. Я не против научится новому фокусу. Молодец!
- Что стоите, как стадо баранов?- обратился он к своим людям.- Нам туда,- и прошел сквозь стену, которая тут же исчезла. Но главный ход еще оставался запечатанным.
Остальные последовали за ним. Они шли по проходу, который вел их прямо. Колдун двигался одним из последних. Наконец, они достигли развилки. Перед ними вновь возникли три пещеры. Над ними не было знаков. Колдун остался стоять, а в каждую из пещер вошли по двое человек, чтобы осмотреть их.
- Ого,- раздалось из одной из пещер.- А монахи-то на золоте сидели, вот тебе и аскеты,- следом послышался веселый смех.
- Что там?- крикнул колдун.
- Здесь золото, мессир, сундук с золотом. Обалдеть!
- Не трогайте там ничего,- крикнул колдун, почувствовав неладное, но было поздно, золото тронули.
И вновь древняя ловушка сработала без сбоев , и вход в пещеру закрыла каменная глыба. Послышались глухие крики. И вскоре сквозь узкие щели начала просачиваться вода. Крики смолкли. Их стало на двоих меньше. В это время из второй пещеры тоже раздался крик. Одновременно с глыбой на входы в оставшиеся две пещеры опустились решетки. Во второй что-то заскрежетало.
- Что это, что происходит?- закричали те двое, что вошли в нее.
С потолка на них опускалась тяжелая плита. Они пытались вырваться, сломать решетку, но на их беду время не пожрало ее. Теперь охотников стало еще на двоих меньше. Хотя, нет, на всех шестерых. Последняя пара осталась замурованной в горной пещере. На них ничего не упало, их не затопило, но выбраться им было не суждено. Колдун зло сплюнул.
- Уходим, сказал он и пошел обратно.
- Мессир, но там же братья, надо их вытащить,- сказал один из оставшихся четырех охотников.
- Мы их заберем на обратном пути, сейчас нет времени. Псы и эта выскочка- девчонка все дальше.
- Мессир,- закричали невольные узники,- не оставляйте нас!
Колдун, не слушая их спешил обратно в бывший зал. Охотники двинулись за ним.
- А как же мы?- вновь закричали узники.
- Мы вернемся,- пообещал один из четырех.
Колдун влетел в остатки моей пространственной конструкции и начал озираться.
- Здесь есть еще один ход, я его чувствую, но не вижу. Маленькая стерва, тебе придется многое мне рассказать,- он был зол.
Однако, Пазалербо взял себя в руки и снова сел на пол, прикрыв глаза. Он начал чертить знаки в пыли, напевая что-то заунывное в пол голоса. Вскоре он открыл глаза, и я увидела, что последний барьер сломан. Пещера вернула себе свой первозданный вид. Колдун словно гончая втянул носом воздух и пошел по нашим следам, продолжая что-то напевать.
Я потянула тело за ниточку, и оно послушно направилось ко мне.
- Лада,- услышала я и почувствовала, что меня трясут за плечо,- очнись!
Я открыла глаза и уставилась непонимающим взглядом на того, кто так бесцеремонно со мной обращался. Это был Макс.
- Мы нашли дорогу назад,- сказал он,- надо идти.
- Да,- ответила я, приходя в себя.- Колдун скоро догонит нас. Он сумел найти вход. И он очень зол.
- А ловушки?
- Он их счастливо избежал, что не скажешь о шестерых охотниках.
- Сколько их теперь?
- Четверо. Поспешим. Я скоро буду слабее его.
Мы быстро вышли на нужный путь. Я больше не расслаблялась. Дорога вновь лежала передо мной яркой лентой. До библиотеки оставалось немного, но я резко свернула в сторону. Теперь я сделала это осознано. Тело продолжало лететь за мной, нас связывала нитка. Макс растолкал меня рано, я не успела соединиться с аморфным созданием воедино. И теперь я была рада, что так произошло. Наши преследователи были уже недалеко. Не знаю как, но колдун шел четко по нашим следам. Он ни разу не сбился с пути. Сейчас он стоял возле того места, где я сбилась с пути. Он разглядывал путаницу следов. Не так уж ему было нужно много времени, чтобы разобраться, что мы пошли дальше. Удручало то, что я уже не могла запутать их новой перестройкой пространства. Поэтому мне пришлось сейчас уводить охотников в другую сторону от Хранилища.
- Долго еще?- спросил Макс.
- Теперь дольше, чем было,- ответила я.- Мы идем в другую сторону.
- Почему? Ты снова сбилась?
- Нет, за нами хвост. Будем их уводить.
- Будьте готовы встретить гостей,- сказал Максим Асафу и Паниковскому.
- Есть, понял,- ответил Антон, и в его голосе послышался азарт.- Наконец-то, дорога перестает быть томной.
- Маньяк,- хмыкнул Макс. Асаф молча снял пистолет с предохранителя.
Я лихорадочно соображала, куда нам идти дальше, чтобы не заблудиться самим. В этот момент опять появился Рауль. Он стоял возле очередного поворота. Я вздохнула с облегчением. Уверенность вернулась ко мне. Я следовала за моим рыцарем, а то, что творилось сзади смотрел мой невидимый посланец.
Колдун уже разобрался со следами и вновь взял нужное направление. Я слабела быстро, поэтому мне пришлось вернуть невидимого двойника, чтобы сохранить остатки того, что мне подарили хранители. То, что мне понадобится эта сила, я даже не сомневалась. А еще у меня появились опасения, что я не смогу справиться с Пазалербо. Наш проводник остановился возле очередной развилки.
- Что случилось?- спросила я его.
- Что ты говоришь?- не понял меня Макс.
- Рауль, почему ты остановился здесь?- снова спросила я, не обращая внимания на вопрос Максима.
- А- а, Рауль...- протянул Макс, и в его голосе послышалась горькая усмешка.
- Вам надо разделиться,- сказал Рауль.
- Как это?- я была удивлена.- Ребята не знают дороги, они заблудятся.
- Нет. Если они будут идти только прямо, то они выберутся на дорогу к библиотеке. А тебе нужно свернуть сюда,- он указал направо.
- Почему?
- Так ты вернешься на дорогу к Хранилищу быстрей, чем если пойдешь там,- он указал налево.
- Поняла,- коротко ответила я.
Я повернулась к ребятам и сказала, что им кому-то из них надо пойти по второму коридору.
- Они тоже разделятся.
- Отлично,- сказал Макс,- я иду туда и буду ждать их.
- Эй, шеф, не спеши, а то успеешь,- заговорил Паниковский.- Я с тобой.
- Я справлюсь,- начал протестовать Максим.
- Макс, мы же банда.
- Пошли, бандит,- усмехнулся Макс.
- Только не сворачивайте в коридоры, идите только прямо, тогда вы выйдите к библиотеке,- напутствовала я их.
- Окей,- ответил Макс и повернулся, чтобы уйти.
- Макс,- окликнула я его.
- Что?- Макс нетерпеливо обернулся.
Я подошла к нему. Макс отвел глаза, но я взяла его лицо в ладони и вынудила посмотреть на меня.
- Не знаю, что творится с тобой, но я хочу, чтобы ты знал, ты мне дорог, и я не хочу потерять тебя.
- Дорог? А я тебя люблю до безумия.
- Поцелуй меня, Макс.
Он внимательно посмотрел на меня, а потом заключил в объятья, привлек к себе и поцеловал. Затем со стоном оторвался от меня, и я увидела, что его лицо искажено мукой. Но что за этим скрывалось, я опять не смогла понять. Что ж у нас еще будет время поговорить.
- Берегите себя, мальчики,- сказала я Максу и Антону.
- Бусьделано, шеф,- бодро отрапортовал Паниковский, а Макс как-то вымучено улыбнулся, потом на его лице отразилась решимость, и он вошел в коридор.
Я мгновение смотрела им в след, а потом пошла в другую сторону. Асаф последовал за мной.
- А мы куда?- спросил он.
- А мы к Хранилищу.
Мы действительно быстро добрались до библиотеки. Я с трепетом переступила порог этого огромного зала. Я прикрыла глаза и отправила вперед маленький пучок энергии, и в треножниках зажегся огонь. Я медленно шла по проходу, разглядывая каменные полки со свитками. И тут я увидела Рауля. Он встал возле одной из полок, протянул руку, и один из свитков упал на пол.
- Но у меня нет времени читать, милый,- сказала я.
- Возьми его, голубка, ты все поймешь.- ответил Рауль.
Я подняла свиток и бережно развернула его, боясь, что он обратиться в прах от своего возраста. Но свиток остался невредим. Язык был мне неизвестен, но я с легкостью начала читать.
Этот свиток писал Иоанн, когда вернулся сюда, чтобы испросить прощения за то, что привел сюда Пазалербо и его людей. Он рассказывал о том, как был убит Главный Хранитель. Он был рядом с Камнем. Он знал, что за ним идут и вооружился ножом, на котором был выгравирован символ защиты и силы. Главный Хранитель был смеренным человеком, но он не мог отдать Камень без боя. И потому нож, защищенный древним символом, был всегда при нем. Враги ворвались к нему. Хранитель обогрил нож кровью первых, кто попытался завладеть Камнем. Когда-то он был великим воином и теперь старое умение пригодилось ему. Потом он побежал к лабиринту, стремясь спрятать Камень, но путь ему преградил Пазалербо. Он вытащил меч, но маленький нож так ловко отбивал удары, будто это был большой меч. Тогда, поняв, что ему не победить монаха, итальянец призвал своих людей. Но и один против пятерых Главный Хранитель был непобедим. Он добрался до Пазалербо, выбил меч и приставил к его горлу нож. Пазалербо взмолился о пощаде. Он поклялся, что отпустит Главного Хранителя и оставшихся в живых монахов, а потом воины покинут обитель. Хранитель был человеком чести и ждал того же от других. Он опустил нож, но хитрый итальянец обманул. Он вывернул руку Хранителю и перерезал ему горло его собственным ножом. Так древний символ был отравлен клятвопреступлением и кровью своего хозяина. Пазалербо забрал Камень, но великое чудо тут же начало сводить его с ума. Итальянец схватился за голову, упав на тело монаха. Когда его рука оказалась на ноже, головная боль отступила, и он понял, что древнее колдовство может помочь сдержать Камень. Он забрал нож, все еще покрытый кровью Главного Хранителя.
Внизу был нарисован этот символ. Я внимательно взглянула на него, а потом достала нож Андрея, который был заткнут у меня за пояс спортивных брюк. Символ на ноже Андрея немного отличался от нарисованного в свитке. Всего несколько штрихов и символ защиты превратился в символ власти... Ну, конечно же! Охотники доработали его. Чтобы управлять камнем им нужна была помощь, и они искали ее в магии. У них было много веков на это. Но зачем Андрею дали этот клинок? А тут же поняла. Он был Пазалербо. Он был одним из клана. Не простой охотник, один из наследников. Его задача была привести Камень, конечно, ему дали нож, чтобы он смог сделать это. Нож из рук предателя, обагренный кровью другого предателя. Вновь назначение символа было изменено. Он больше не служил своим хозяевам.
- Очень полезный ножичек,- усмехнулась я и снова заткнула его за пояс брюк.
Мы продолжили наш путь. Уже стала заметна граница между сумрачным освещением масленых светильников и дневным светом, который проникал сюда неизвестно откуда. Еще немного и появится само Хранилище.
- О, вот это чудо!- раздался за спиной голос с хрипотцой, который нельзя уже было ни с чем спутать.
Я обернулась. Асаф бросился ко мне, за долю секунды вытащив пистолет. Он закрыл меня собой, одновременно оттесняя к полкам со свитками. Раздались выстрелы. С колдуном был один охотник, двое других, должно быть, свернули за Максимом и Паниковским. Охотник прикрывал собой колдуна. Дуэль телохранителей закончилась быстро. Асаф попал в голову своему противнику, но несколько пуль, попавшие в бронежилет моего защитника, откинули его на каменные полки, и он сильно приложился головой, потеряв сознание.
- До чего же грубый способ убийства,- поморщился колдун,- я предпочитаю более утонченные действия.
Я поняла, что стрелять в меня он не собирается. Тогда я вышла на середину прохода.
- Тебе здесь не место, колдун,- сказала я.- Это святилище, сюда убийцам ход закрыт.
- Я знаю все, что ты можешь сказать, Главная Хранительница,- усмехнулся он.- Кстати, ты тоже неплохо подкована в нашем деле. Так заморочила даже меня. Браво! Расскажешь, как ты это сделала?
- Не думаю, что тебе это пригодится.
- Смелая,- отметил колдун и снова усмехнулся.- И красивая. Но я все равно не понимаю, чем ты так вскружила голову Андреа. Жаль, мы возлагали на него большие надежды. Ну, что ж, предатель был наказан за свое предательство. Теперь здесь я и пора заканчивать эту гонку. Отдай мне камень, девочка.
- Нет.- твердо ответила я.
- Ты же понимаешь, что я все равно его возьму. Зачем затягивать?
- Пожалуй, я затяну. Не для того меня Камень ждал восемьсот лет, чтобы я его так легко отдала, дойдя до Хранилища.
- Это же глупо. Тебе со мной не справится. Я сильней.
- Посмотрим.
Скорее всего он был прав. Я была почти пуста, но все-таки во мне еще была сила. Камень пока молчал, значит, мне хватало того, что было во мне. А может просто Камень меня быстрей разрядит своей помощью. Я глубже вдохнула и сжала зубы.
- Значит, подеремся,- добродушно засмеялся колдун.
- Да, похоже на то,- ответила я.
Что было дальше? А дальше меня накрыла черная волна. Колдун послал в меня такой мощный заряд своей темной силы, что меня швырнуло на каменные полки. Я вскрикнула от боли, попыталась встать, зацепила свитки, и они накрыли меня. До помутневшего создания донеслись приближающиеся шаги. Надо вставать, и быстрей. Откуда-то изнутри пришла поддержка, чувство ободрение окутало меня. Они все еще были во мне. И я встала. За мгновение до того, как колдун настиг меня. Сейчас меня вновь наполняла сила, и я послала ответный поток в своего противника. Было любопытно наблюдать, как невидимые щупальца окутали его, лишили движения и откинули туда, где он стоял. Колдун катался по полу, пытаясь разорвать невидимые путы. Я вытянула руку и увидела, что щупальца тянутся из моих пальцев, как продолжение руки. Я пошевелила пальцами, и колдун подлетел в воздух. Движение рукой, и он ударился о стену, в другую сторону, и снова удар. Я играла им, а он кричал от боли.
Я доберусь до тебя, дрянь!- орал он.
Тут в библиотеке появился Макс. На его плече безвольно лежал Паниковский.
- О, Боже!- воскликнула я и тут же потерял контроль над щупальцами.
Колдун полетел на пол, невидимые путы исчезли. Ярость подстегивала его, и он быстро вскочил, превозмогая боль. Тут же меня скрутило. Его ответный удар был более изощренным, чем раньше. Он будто сунул руку внутрь меня и теперь наматывал на кулак мои внутренности.
- Лада!- закричал Макс и выстрелил в колдуна.
Тот развернулся в сторону Максима. Его хватка чуть ослабла, и я увидела, что Макс схватился рукой за горло. Он задыхался. Лицо становилось лиловым. Еще доля секунды, и мой милый Макс умрет.
- Не смей!- заорала я и вновь выпустила щупальца. Но теперь их сила была гораздо меньше. Они только отвлекли колдуна. Но этого хватило, чтобы он отпустил Макс. Тот упал на пол, с хрипом жадно втягивая воздух. А я с ужасом поняла, что я исчерпала свои ресурсы.
И тут изнутри послышался шепот. Он говорил, что я могу сделать, он учил, он внушал спокойную уверенность, что все будет в порядке.
- Да, да,- кивала я в ответ.
Колдун подошел ко мне. Он взял меня за грудки и на отмошь ударил по лицу. Я вскрикнула и почувствовала солоноватый привкус во рту. Кровь побежала по подбородку. Мой взгляд метнулся в сторону, и я увидела двух мужчин, которых я любила. Лицо Рауля искажала гримаса горя и бессилия. Он ничем не мог помочь мне. На лице Макса была ярость и отчаянное желание добраться до колдуна. Я попробовала сделать то, что мне подсказал шепот, но колдун встряхнул меня и с силой ударил о каменную полку...
Я увидела свое тело, оно лежало на каменном полу. Колдун обшаривал его, пытаясь найти камень. В этот момент на него прыгнул Макс.
- Очнись, голубка,- услышала я тихий голос моего рыцаря.
Я обернулась и увидела, что он стоит рядом со мной. Я протянула руку, и он сжал ее.
- Ты должна вернуться, милая,- сказал он.
- Я могу коснуться тебя,- ответила я, не обращая внимания на его слова.
- Сейчас да, но тебе надо вернуться.
- Зачем? Я хочу остаться с тобой!
- Ты не закончила то, что должна закончить. Тебе надо вернуться.
- Но, Рауль...
- Его сейчас убьют, голубка.
Я глянула вниз и увидела, что колдун вновь душит Максима. Жалость наполнила меня. Жалость и горе. Я вновь посмотрела на Рауля. Он нежно улыбался.
- Ты создана для жизни и для живых. Мы с тобой еще встретимся, но это произойдет нескоро, должно произойти нескоро. Я буду ждать тебя. А теперь возвращайся.
- Я люблю тебя,- сказала я.
- И я люблю тебя,- он поцеловал меня и подтолкнул к моему телу...
Макс извивался на полу, пытаясь разорвать хватку, но этого он был сделать не в силах.
- Глупец,- говорил колдун,- я победил, она мертва, а ты не можешь мне противостоять. Я дам тебе возможность встретиться с ней.
- Спасибо, конечно,- сказала я, поднимаясь с пола.- Но с нашими встречами мы разберемся сами.
- Что?- колдун потрясенно смотрел на меня. - Но это невозможно! Впрочем, придется добить наверняка.
Он достал пистолет. Но прежде, чем колдун спустил курок, я взметнула над головой нож. Пазалербо зачарованно уставился на него.
- Призываю тебя, первый хозяин этого клинка. Призываю того, кто был убит клятвоотступником! Предатель очистил тебя кровью другого предателя, ты свободен!
И тут руки мои налились теплом, что-то двигалось по ним, вытекая через нож. Сгусток света принимал осмысленные очертания, превращаясь в человеческую фигуру в серой одежде. Рядом со мной стоял монах, бывший Главный Хранитель и хозяин ножа. Горло его пересекала красная полоса. Он осмотрелся по сторонам, а потом остановил взгляд на колдуне. Тот побледнел, но попытался сопротивляться. Ни один его удар не достиг цели.
- Что можешь ты сделать мертвецу?- усмехнулся монах. А потом он вновь заговорил, и от его слов по моей спине побежали мурашки.
- Ко мне, мои братья. Ответьте на мой зов. Время искупления пришло.
И тут произошло невероятное. Со всех сторон к нам подходили монахи. Кто вошел через дверь, кто через стену, кто вылез из пола. Они были искромсаны, изуродованы. У кого-то голова находилась в руках, у кого-то отсутствовали конечности, у кого-то не было глаз. Они шли к нам. Мне захотелось зажмуриться, но я взяла себя в руки.
- Не бойся, сестра, - сказал бывший Главный Хранитель.
- Я не боюсь, брат,- ответила я и улыбнулась.
Колдун в ужасе пятился пока не споткнулся о лежавшего на полу Максима, который был в полубессознательном состоянии. Тогда колдун решил сделать последний ход. Он приставил пистолет к голове Макса.
- Я убью его,- закричал мессир Пазалербо.- Клянусь Богом, я убью его.
- У тебя нет Бога,- ответил монах.
Колдун нажал на курок, но пистолет только глухо щелкнул. Тогда он нажал еще раз, еще и еще, но выстрелов не было.
- Черт,- выругался он,- я всегда говорил, что это грубый способ убивать...
Он бросил пистолет и начал пятиться.
- Братья,- возвестил монах,- забирайте этого человека. Он искупит вину своего предка. Он плата за нашу смерть.
Тени повернулись к колдуну и в мгновение обступили его. Большой охотник упал на колени и закрыл глаза. Призрачные руки подхватили его и понесли. Он закричал. В его голосе был животный ужас, и мне вдруг стало жаль его. Он был с рождения заложником ложной идеи и сейчас погибал страшной смертью за грех своего предка. Слезы потекли из моих глаз.
- Не плачь, сестра,- сказал мне бывший Главный Хранитель почти с нежностью.- Спасибо тебе за наше освобождение. Нас не просто убили, нас проклял его дед, когда уходил из Храма с Камнем. И теперь наши души наконец свободны. Камень был прав, выбрав тебя. Спасибо и прощай.
И он исчез вслед за призраками монахов. Макс поднимался с пола. Его глаза были широко открыты. И я поняла, что он видел. Я улыбнулась ему и съехала на пол. Силы оставили меня. Макс подбежал ко мне.
- Что с тобой? Тебе плохо?- с тревогой спросил он.
- Кажется, я опустошена,- еле проговорила я.
- Я помогу тебе, милая, я отнесу тебя.
Он поднял меня на руки и покачнулся, едва не уронив. Он сам был обессилен. Но Максим удержался на ногах, не уронил меня и собравшись, двинулся дальше. Мне казалось, что душа в моем теле держится на ниточке, и если меня тряхнуть, она оторвется и улетит. Шаг за шагом Макс приближался к цели. Я попробовала поднять голову, которая безвольно свешивалась вниз, но мне это не удалось. А потом свет окончательно померк...
Пришла в себя я от мягких похлопываний по щекам.
- Лада,- донеслось до сознания,- Ладушка, любимая моя, очнись. Осталось совсем немного и ты отдохнешь.
Я с трудом повернула голову и увидела плиту со свитками.
- Да, родной,- я попробовала подняться,- я сейчас все сделаю.
Глаза Макса наполнились жалостью.
- Бедная моя девочка, сколько же тебе выпало...
Он помог мне подняться, но ноги не держали меня, и я снова упала. Тогда Максим снова взял меня на руки и понес к плите.
- Поставь меня,- попросила я,- только не отпускай.
- Не отпущу, любимая, ты мое сокровище, ты же знаешь,- улыбнулся он, но за улыбкой пряталась боль.
Он аккуратно поставил меня на ноги. Я сняла с шеи цепочку с перстнем и поднесла к маленькой выемке. Перстень четко вошел в нее. Я повернула его и раздался скрежет. Плита повернулась, открыв уже знакомую мне выемку под камень. Камень слабо пульсировал. Меня окутала волна благодарности. Я положила Камень в выемку, и плита опять повернулась к нам стороной со свитками.
- Ну, вот и все,- тихо сказала я.- Он вернулся домой. А салюты не бьют, никто не кричит "ура". Как-то пусто вдруг стало на душе...
- Ты молодец, голубка, вы все правильно сделали,- раздалось за спиной.
Я обернулась, и вместе со мной повернулся Максим. Он тоже услышал! Рауль стоял за нами. Он был прекрасен. Вокруг золотых волос струился свет. Чистейшие голубые глаза лучились теплом и светом. Я повернула голову и поняла, что Максим тоже видит его! Он рассматривал Рауля с какой-то жадностью, впитывая каждую его черточку. Как же они были похожи, и какие они были разные. Рауль сделал шаг к нам.
- Я ухожу, голубка,- сказал он.- Камень вернулся домой, и во мне больше нет нужды.
- Нет! Нет! Ты нужен мне!
- Нет,- покачал головой Рауль.- Тебе нужен живой человек, и он у тебя есть. А я буду наблюдать за тобой, не вмешиваясь в твою жизнь.
- Рауль,- простонала я.
- Максим,- обратился Рауль к Максу,- ты сильный, смелый и благородный мужчина. И я горжусь, что у меня такой потомок. Береги эту женщину.
- Я люблю эту женщину,- ответил Макс.
- Как и я,- улыбнулся Рауль.- Когда выйдите отсюда, уничтожьте вход.
- Да, мы это сделаем.
Рауль сделал еще шаг ко мне и приник к моим губам.
- Прощай, нежная моя голубка. Прощай, Максим,- он улыбнулся и исчез, оставив в моем сердце отголосок печали, боли и нежной грусти.
Мы стояли в библиотеке. Никого чужого здесь не было. Только...
- Макс,- воскликнула я,- что там с ребятами?
- Что?- он повернулся ко мне, и вид у него был оглушенный.- Ребятам нужна помощь, надо их вытаскивать.
Я оперлась ему на плечо, и мы направились к нашим верным друзьям, Антону и Асафу, о судьбе которых мы ничего не знали...
Бывает так, что события, которые происходят с тобой , так невероятны, так стремительны, и так непредсказуемы, что какое то время спустя, уже перестаешь верить в их реальность, и начинает казаться, что все это происходило, не со мной, а с кем то другим, а то и вовсе не происходило, или же не так, как казалось.
И только свидетельства этих событий назойливо напоминают о том, что они происходили, и происходили именно со мной, и воображение меня не подводит , воспроизводя в памяти то, чего не было.
Это ощущение не покидало все четыре дня, которые прошли, после наших приключений в пещере - храме. Я сидел в кресле на балконе небольшого номера старого тель-авивского отеля, расположенного в двух шагах от моря, смотрел на почти гладкую поверхность воды, с редкими волнами, на купающихся людей, треугольники парусов, толпы снующи, жующих и лежащих отдыхающих, но не видел их, а снова и снова пытался собрать мозаику из воспоминаний того, что произошло с нами совсем недавно.
Прорыв в библиотеку прошел крайне неудачно. Хотя нам противостояли только два охотника, преимущество было на их стороне. Они были вооружены. Зная это мы попытались захватить их врасплох. Я попытался отвлечь противников, уводя их в боковой проход, и Паниковский вырубил одного из них. К сожалению, сделать это бесшумно ему не удалось, и второй охотник успел выстрелить, перед тем, как я ему свернул шею. Пуля попала в верхнюю часть груди, и Паниковскин хрипя оседал на землю. Кажется , пуля задела легкое. Я подхватил его , и потащил в сторону библиотеки.
Когда же я увидел, что главный охотник уже набросился на Ладу, то забыл о Паниковском, и набросился на противника.
Дальше все происходило как в тумане. Я затруднялся воспроизвести в памяти сколько раз я бросался на Пазолербо, и сколько раз я терял сознание. Трудно было понять, наяву ли была картина смерти Пазолербо, увлекаемого страшными призраками, или это было в момент потери сознания. Даже Рауль которого я видел отчетливо, уже казался наваждением.
Я точно знал, что камень обрел покой и надежное убежище, потому что ушла тревога , и вместо нее теперь была пустота и горечь.
В дверь постучали. Я открыл. На пороге стоял отец. Он помогал Ладе собираться в дорогу. Сегодня вечером они улетают в Питер. Мне же предстоит еще уладить кое какие дела. Да и необходимо проследить за выздоровлением Паниковского, который хоть и потерял много крови, но ранение оказалось сквозное. Еще недельку полечится, и на волю.
- Иди попрощайся. Она уже собралась, через час мы выезжаем. - отец ни слова не сказал о том, что я последнее время упорно избегал общества Лады, особенно наедине. Но было заметно, что он не упустил из вида эту особенность.
- Да, конечно, - я напялил на себя довольно жалкую маску равнодушия. На самом деле, неформальное прощание уже состоялось. Два дня, после возвращения из пещеры, Лада пролежала в полубредовом состоянии. Слишком большие усилия потребовались от нее в последнее время, слишком много жизненных сил отнял у нее камень.
На третий день она пришла в себя, и у нас состоялся разговор. Лада, будто бы хотела скорее расставить все по местам в своей жизни. И вскоре я понял, что мое место в ней далеко не первое. А такой поворот событий меня как раз и не устраивал.
Отец, немного помедлил, и , словно не решался сказать что то очень важное, ходил по комнате. Затем сел на кресло и сказал:
- Максим, для всех нас , это большое событие. Многие поколения хранили тайну, делали все, что в их силах, чтобы выполнить свое предназначение. Теперь все это позади. Во многом нам придется еще разобраться, но самое главное, - это, и далее, сохранять в тайне все произошедшее. Ведь неизвестно, исчезли ли силы камня, или же просто они спрятаны от нас.
Пока я еще у власти, и никто не предлагал изменений, я хочу показать тебе один документ, о существовании которого ты знаешь, но содержание было доступно лишь магистрам.
Он достал из папки, которую держал в руке , листы, на одном была отпечатана копия древнего документа. Это было письмо, написанное по французски. На других были переводы на английский, русский языки.
- Письмо Рауля! - я взволнованно, пробежал по строкам завещания рыцаря. - Ты должен обязательно дать прочесть его Ладе!
- Я сомневаюсь, что стоит это делать сейчас, и не уверен, что стоит это делать вообще. - голос отца приобрел прежние строгие оттенки. - Груз этих знаний и переживания могут заставить совершить пагубные для нее действия. В лучшем случае, она всю жизнь будет чувствовать зависимость от своей судьбы.
- Но если кто то посторонний раскопает эту историю, то рано или поздно выйдет на нее. Она вправе знать, что это может произойти!
- Не уверен. Во всяком случае, пока я не решил , что делать.
Отец, забрал у меня листы, спрятал их в папку и направился к выходу.
- Поспеши, если хочешь проститься. Мы скоро выезжаем в аэропорт.
Я в нерешительности постоял посреди комнаты, и снова вышел на балкон.
Стараясь прогнать мысли о Ладе, о расставании с ней, я вернулся в памяти к тому дню, когда мы с трудом, но выбрались из пещеры. Асаф пришел в себя после нескольких попаданий в бронежилет, и сильного удара по голове. С трудом, но все же он вынес , истекающего кровью Паниковского. Я же нес, потерявшую сознание Ладу. Путь, по которому мы пришли, оказался закрыт. Сколько я не искал, вход в зал с нишами был закрыт. Храм надежно запечатал входы. Как же нам выбраться? Времени было мало, Паниковский мог потерять много крови. Асаф сделал ему повязку, и она медленно набухала .
Лада очнулась. Силы опять вернулись к ней, и она сказала: - Ищите воду. Следуйте за водой.
Я тут же помчался в соседние галереи, где, мне казалось я слышал шум воды. Вскоре, я обнаружил маленький ручеек, стекающий по желобу вниз. Вода за тысячи лет пробила небольшой тоннель, по которому мы смогли протиснуться в узенькую пещерку, в которой вода скапливалась, и через щель в скале выходила наружу. Выйдя наружу, мы оказались на уступе скалы, под которым был очень крутой спуск вниз. Речи , о том, чтобы нести по нему Паниковского, не было. Ему требовалась срочная госпитализация. Асаф решил, что нам с Ладой надо отойти подальше, чтобы скрыться от посторонних глаз, а он вызовет спасательный вертолет. Никому не надо знать , сколько нас было, и что именно произошло. По версии Асафа, на туриста напали неизвестные, предположительно террористы, и затем скрылись. Версия была сырая и не очень правдоподобная, но другой не было. Так мы и сделали.
Услышав шум вертолета мы с Ладой переждали в двухстах метрах от места эвакуации, а затем двинулись на северо-запад, к ближайшему шоссе...
С балкона своего номера я видел, как подъехало такси, как отец и Лада сели в него, и уехали в аэропорт. Я думал, что Лада будет оглядываться, ожидая, что я выйду проститься, но она просто села, и уехала.
Я еще несколько минут стоял неподвижно, затем метнулся к лифту, нетерпеливо нажал кнопку, и не дожидаясь , слетел по лестнице. Мигом втиснулся в первое такси, и сказал водителю:
- В аэропорт!
Я сидела в самолете и смотрела в иллюминатор. Израиль исчезал из поля моего зрения, таял как сон, как легкий дым. Но, если честно, я и не следила за его исчезновением. Мысли, воспоминания, тоска, вот, что сейчас заполняло меня...
Я плохо помнила дорогу до отеля, я ничего не помнила о первых днях в отеле, потому что я их попросту проспала. Снилось ли мне что-нибудь в эти два дня? Скорее нет, чем да. Проснулась я с легкой головой и отличным настроением. Я встала с постели, сладко потянулась и радостно рассмеялась. Так легко и хорошо я себя уже давно не чувствовала. Пропорхав на цыпочках к окну, я выглянула на улицу. Там стоял белый день, люди суетились и спешили по своим делам. Я снова потянулась и пошла в ванную. Да здравствует мыло душистое и полотенце пушистое! Я целиком и полностью подписывалась под этими умнейшими и справедливейшими словами. Я с таким удовольствием приняла душ, будто это лучшая вещь на свете. Подсушила волосы и вошла в комнату, не удосужившись накинуть халат или замотаться в полотенце. Мне и так нравилось.
В комнате был Макс. Он сидел на кресле и разглядывал узор на ковре под своими ногами.
- Привет,- пропела я, радостно улыбаясь.
- Привет,- он поднял голову и замер. Кажется, он еще никогда меня не видел вот такой: голой и нахальной.
- А я так шикарно выспалась,- улыбалась я.
- С добрым утром, любимая,- улыбнулся он, и его улыбка была все такой же вымученной, как в пещере.
Я подошла к нему, села на колени и поцеловала в щеку. Его руки тут же обвили меня, он поймал мои губы...
- Утренний секс, это классно,- сказала я.
- Вообще-то послеобеденный,- усмехнулся Макс и потерся щекой о мою макушку.
Мы лежали в постели. Я водила пальчиком по рельефным мышцам Максима. Он гладил меня по плечу, периодически крепко прижимая к себе. Было спокойно и хорошо.
- Я люблю тебя,- сказал он.
Я приподнялась на локте, посмотрела ему в глаза и ответила:
- И я тебя, Макс.
- Так же как и его или как его тень?- спросил он и его глаза вдруг сковал лед.
- Ты о чем?- от неожиданного вопроса я потерялась.
- О Рауле.
- Почему ты вдруг...- начала я.
- Я видел как ты на него смотрела!- перебил Макс.
- Максим, перестань! Зачем?!
- Ты просила его остаться! Я был рядом, а ты просила его остаться! - он вскочил с постели.
- Максим, не надо...- почти прошептала я, чувствуя, что сейчас оборвется что-то такое, что сделало сегодняшний день таким светлым и счастливым.- Остановись прямо сейчас...
- Ты ведь со мной, потому что я так сильно похож на него?
- Макс...- я вздохнула.- Сначала и я так думала, но потом поняла, что ты мне нравишься сам по себе, не за твою схожесть с ним.
- Черт,- Максим схватился за голову, но тут же опустил руки и посмотрел на меня. В его глазах была тоска.- С каким трепетом ты говоришь это- ОН.
- А как мне говорить?- я начинала заводиться.
- Не знаю,- он опять схватился за голову.
- В конце концов, Макс, у тебя ведь в жизни тоже были женщины! А Рауль был в моей жизни, мы квиты.
- Женщины были, а Рауль будет! Вот в чем разница между нами. Ты любила его до меня, ты любишь его сейчас и будешь любить дальше! Чем, чем он лучше меня?
- Остановись!- крикнула я и стиснула зубы.
- У вас даже секса не могло быть! Да, что там секс, ни объятий, не поцелуев, одни переглядывания! Он для тебя сказка, всего лишь красивая сказка...
- Был,- перебила я Максима и посмотрела ему в глаза.
- Что был?
- Секс был,- я по прежнему не отводила взгляд.- И поцелуи и объятья. Все было.
Максим мгновение смотрел на меня, а потом со всей силы ударил по прикроватному столику. Столик жалобно скрипнул и разлетелся в щепки.
- Что ж так больно-то!- почти прорычал Макс.
- Меньше мебель круши,- холодно ответила я.
- Здесь больно! Слышишь?! Здесь!- крикнул он, рванув на груди футболку, которую успел натянуть. Футболка повисла на груди клочьями.- То этот твой охотник, то мой предок. Но охотник хоть был из плоти и крови, и с ним можно было разобраться, если бы он решил влезть к нам. Но Рауль Монбар- это совсем другое, с ним не разберешься, его у тебя из сердца не вытравишь.
- Имей совесть, Макс, оставь мертвых в покое. Андрей мертв, Рауль тоже. Есть только ты и я. Зачем ты все портишь?- я видела перед собой совсем другого человека, чужого и незнакомого.
- Вот именно, Ладушка, мертвый. Он тень, он призрак. А я живой, теплый и любящий.
- Любящий так бы себя не вел,- ответила я и отвернулась.
Максим в секунду оказался рядом. Повернул меня к себе так резко, что я еле удержалась на ногах.
- Сомневаешься?- его глаза пылали.- Я помешался на тебе, понимаешь? Я сума схожу от ревности. Это такая боль любить тебя, но я не могу приказать себе не любить.- он уткнулся лбом мне в макушку.- Забудь его...
- Только я глаза закрою, предо мною ты встаешь. Только я глаза открою, над ресницами плывешь,- продекламировала я когда-то услышанные строки и отстранилась.
Макс ошарашенно посмотрел на меня. У него был вид ребенка, которого ударила любимая мама, никогда не поднимавшая на него руку. А мне вдруг отчаянно захотелось, чтобы он ушел. Любила ли я его в этот момент? Да, любила. Любила так же как час назад, как неделю назад, как месяц назад. Но хотелось ли мне быть с ним? На этот вопрос у меня не было ответа. Я не знала этого Максима. Ревнивого, бешеного, жесткого. Это был не мой Макс.
- Лада,- позвал он.- Ладушка...
- Уйди, пожалуйста, Максим,- произнесла я.
- Что?- его голос упал.- Ты меня прогоняешь?
- Я хочу, чтобы ты ушел,- ответила я.
- Но...
- Уйди!- крикнула я и почувствовала, что сейчас расплачусь. Но я смогла сдержаться.
Макс быстрым шагом направился к двери, взялся за ручку, замер и так же быстро подошел ко мне. В следующее мгновение я была стиснута в его объятьях железной хваткой.
- Нет, я не могу,- сказал он.- Я не смогу без тебя, не прогоняй... пожалуйста.
- Максим, оставь меня одну.- я задыхалась от силы его рук.
- Я не могу уйти, я люблю тебя,- Макс повторял это снова и снова.
Он целовал меня, но я уклонялась, не давая ему добраться до моих губ. Наконец, он сдался. Максим сел на край кровати и обхватил голову руками.
- Это из-за него, да? Это из-за того, что я оскорбил Рауля?- тихо спросил он, и мое сердце сжалось.
Я присела рядом с ним и взяла за руку.
- Нет, не из-за этого. Просто ты сейчас был такой... В общем, я поняла, мы друг друга не знаем. Я хочу подумать, осознать все произошедшее.
- Этот разговор?
- Нет, все с самого начала. Давай не будем спешить, у нас ведь вся жизнь впереди. Нам надо побыть врозь и разобраться в своих чувствах.
- Я уверен в своих чувствах.
- Ох, Макс...- я не знала, что сказать.
- Мы ведь будем каждый день видеться, сложно будет думать,- он слабо улыбнулся.
- Да, ты прав. Я вернусь домой. Пусть расстояние поможет понять, что мы друг для друга.
Он повернул ко мне голову, долго молча смотрел.
- Ты ведь уже не вернешься ко мне?
- Не торопи,- взмолилась я уже еле сдерживая слезы. - Дай разобраться в себе...
- Хорошо, милая,- смирился он и как-то очень трогательно добавил,- только ты не плачь, а то мое сердце разорвется совсем.
- Макс...- я на мгновение прижалась к нему, поцеловала в щеку и отстранилась.
Максим медленно пошел к двери, остановился, обернулся, и мне показалось, что его глаза влажно блеснули. Потом тряхнул головой и вышел. А я осталась сидеть оглушенная тем, что сейчас произошло.
Постепенно оцепенение начало сходить. Меня вдруг начало мутить, я еле успела добежать до ванной комнаты. Там меня вывернуло. Слезы хлынули мощным потоком. Когда тошнота прекратилась, я села на пол и попыталась успокоиться. В душе бушевал ураган из эмоций. Мне было так обидно, что все изменилось за каких-то пару- тройку часов. Еще так недавно в этой самой ванной я блаженствовала под теплыми струями, а потом была в объятьях дорогого мне мужчины. И вот теперь я рыдаю одинокая и несчастная. Как он мог это сделать? Как он смел так поступить со мной?! Эта ревность, откуда она взялась? Да и как можно ревновать к Раулю? Неожиданная догадка мелькнула передо мной. Ну, конечно! Вот они все странности его поведения в конце пути! Он не хотел идти к водопаду, потому что это место было связано с Раулем, вот откуда был его странный взгляд, когда мы вошли в пещеру. Он уже ревновал, ревновал и страдал так отчаянно, что даже готов был рискнуть и пойти к бывшему входу в пещеру, зная, что там ничего нет. Но почему? Разве я дала ему повод, ведь я же была готова остаться с ним... Даже готова была успокоиться и не думать о Рауле... А разве такое возможно? Разве я смогла бы забыть моего рыцаря? А может все-таки Макс прав, а я лишь придумала себе влюбленность в него, потому что он похож совсем на другого мужчину?
Такое количество вопросов вдруг возникло в моей голове, что мне снова стало плохо. Но я справилась с новым приступом тошноты. Потом я заставила себя встать с пола и вернуться в комнату. Там я открыла окно и подставила лицо теплому ветру, тут же ворвавшемуся в номер. Это немного привело мои мысли в порядок. Нет, Макса я не обманывала. Я была влюблена в него. И его схожесть с предком была всего лишь толчком к началу влюбленности, но не была основой моей симпатии. Я была честна с ним, но смог ли мне поверить Максим? Этого я не знала. Возможно он остался при своем мнении и значит, если я вернусь, он будет продолжать думать, о том, что он для меня слабая копия моего рыцаря... Я тряхнула головой, отгоняя все свои мысли и выводы. Я просила его не торопить меня, не буду торопиться и я сама. Надо все как следует прочувствовать и обдумать.
Вдруг в комнату раздался стук. Я подумала, что это вернулся Макс.
- Не надо, Макс, дай мне побыть одной,- крикнула я.
- Лада, это не Максим,- сказал голос, который был мне знаком, но кто это я не смогла понять.
Я окинула себя быстрым взглядом. На мне был одет халат, который я накинула, когда мы ругались.
- Подождите минутку,- отозвалась я.
- Хорошо.- донесся ответ.
Я в очередной раз пошла в ванную комнату и умыла лицо холодной водой. Потом переоделась и причесалась. Прошло больше минуты, но мой посетитель все еще ждал меня.
- Входите,- крикнула я, и дверь открылась.
- Здравствуйте, Лада,- на пороге стоял Магистр. Он подошел ко мне , встал на колено и поцеловал мне руку.- Я давно должен был это сделать, сестра Главный Хранитель.
- Я вроде как уже и не Главный Хранитель,- смущенно улыбнулась я.
- Это ваше предназначение. А предназначение временным не бывает,- улыбнулся Магистр.
Он встал. Похоже формальности были соблюдены.
- Я хотел узнать как вы.
- Со мной все в порядке. Я хорошо отдохнула.
- Я очень рад,- снова улыбнулся он.- Вы, наверное, очень голодны. Можно пригласить вас со мной поужинать?
Сначала я хотела отказаться, мне совсем не хотелось выходить. Но тут же мой желудок напомнил о себе, и я поняла как зверски голодна.
- Я принимаю ваше предложение, брат магистр,- попробовала пошутить я, вот только настроения для шуток не было. Впрочем, отец Максима серьезно кивнул. Для него такое обращение не было шуткой.
За ужином к нам никто не присоединился. Про Макса никто из нас не говорил. Я узнала, что с нашими спутниками. Магистр рассказал, что Антон сейчас в больнице и его состояние совсем неплохое, а Асаф вернулся домой. Ему крепко досталось, когда он приложился головой к каменной полке, но сотрясения нет, и он сейчас в полном порядке. Потом Виктор Леонидович, так звали отца Максима в миру, сказал, что завтра он вылетает в Россию. Я тут же встрепенулась и сказала, что полечу с ним. Он внимательно посмотрел на меня.
- Хорошо, Лада, я закажу и вам билет.
Макса я так в этот день больше и не увидела. Где-то в глубине души, я хотела, чтобы он пришел и не отпустил меня, но он не появился. Не выдела я его и на следующее утро, когда поехала в больницу к Антону, чтобы проведать его и попрощаться.
Антон лежал на своей комфортабельной койке и откровенно скучал. Он обрадовался моему появлению и даже хотел встать. Но, при виде вошедшего следом за мной Магистра, остался лежать с видом самого больного в мире Карлсона. Магистр добродушно усмехнулся.
- Отпуска не жди, он тебе пойдет в счет больничного,- сказал Виктор Леонидович.
- Но премию-то я выстрадал?- с видом умирающего спросил Паниковский.
- Надо узнать у бухгалтера,- засмеялся Магистр.- Ладно, вы пообщайтесь, а я пока с врачом поговорю.
- Привет, Ладка,- обрадовано сказал Антон и сел на кровати, притягивая меня к себе.
- Привет, старый лис,- ответила я, и мы тепло обнялись.- Как ты?
- Да хоть завтра в космос, но лекарь мой не пускает. А ты как?
- Я в норме. Завтра в Питер лечу с магистром.
- На Родину значит... А Макс? Он с тобой не полетит?
- Нет,- я отвернулась.- Он останется здесь.
- Ты как-то напряглась,- заметил Антон.- Что-то не так?
- Все в порядке, ты не переживай,- я снова повернулась к нему.
- Ну, ладно, это уже ваши отношения. Я когда вернусь в Питер, я тебя навещу, не против?
- Конечно, нет, о чем ты говоришь!- заулыбалась я.
- Надо будет отметить наше удачное дельце,- он подмигнул.
В этот момент вернулся Магистр, и Антон повалился на подушку, состряпав самое изможденное болезнью лицо, на которое только был способен.
- В отпуск мне надо,- простонал он.- И премию большую, чтоб здоровье на водах поправить. Так-то вот, Ладушка, совсем я старый и больной.
- Знаю я твои воды,- засмеялся Магистр. Потом он обратился ко мне.- Нам пора, Лада. Вам еще надо собрать вещи.
- Жив буду, свидимся,- простонал Антон и , сжав мою руку, подмигнул и шепотом добавил,- в Питере жди.
- Поправляйся,- ответила я с улыбкой и тоже подмигнула. Потом нагнулась и поцеловала Паниковского в его геройскую щеку.
Вернувшись в гостиницу, я сразу направилась в номер, чтобы собрать вещи. Их и было-то не так, чтобы много, но я долго перекладывала вещи, то так, то эдак. Потом раз пять причесалась, раз десять проверила комнату на предмет " а вдруг я что-нибудь забыла", заранее зная, что собрала все с первого раза. Потом просто села и посмотрела на дверь, повторяя про себя: " Приди, приди, приди..." . Но дверь так и не открылась, никто не пришел... Только однажды раздался вежливый стук, и Магистр позвал меня. Я тяжело вздохнула и пошла на выход. Если бы Макс сейчас ворвался в номер и сказал: " Останься", я бы осталась, честно. Но он не ворвался. Он даже не зашел попрощаться. Не было его и в коридоре, и в холле, и возле такси. Только его отец вежливо открыл передо мной дверь. Я села в машину, не оглянувшись, не останавливаясь, чтобы еще раз найти взглядом того, кто, кажется, принял решение вычеркнуть меня из своей жизни. Так быстро, так сразу... Одинокая слеза обиды и печали стекла по моей щеке. Машина тронулась, и мы поехали в аэропорт.
Мы подъехали перед самой посадкой, поэтому, сразу прошли контроль. Когда мы уже шли на посадку, я услышала крик:
- Лада! Лада, подожди!
Я обернулась. Макс бежал в нашу сторону. Я вдруг замерла, не зная, что мне делать. Сердце рвалось к нему, а ноги словно вросли в пол.
- Лада,- он вдруг тоже остановился и замялся. Он был в растерянности. Похоже, он не знал, что сказать.
- Да, Макс,- ответила, пытаясь улыбнуться, но и лицо мое превратилось в каменную маску.
- Лада... Я хотел сказать...
- Что?- почему у меня такой безразличный тон, почему я превратилась в изваяние?- Что ты хотел сказать?
- Я хотел...
" Ну, скажи это, скажи"- молила я в душе.
- Я хотел сказать- счастливого полета. В общем, пожелать счастливого пути и удачи, и...
- И?
- И до свидания.
- До свидания, Максим. И тебе удачи.
На мгновение черты его лица исказились, в глазах отразилась какая-то безумная тоска, но тут же он справился с собой и попробовал улыбнуться. А я резко отвернулась и поспешила прочь, стараясь не расплакаться от разочарования. Магистр печально посмотрел на меня, потом перевел взгляд мне за спину. Он смотрел на сына, а я спешила к самолету, больше не оборачиваясь. В какой-о момент мне показалось, что я услышала крик Максима: " Не уходи", но вряд ли он это действительно крикнул.
Полет подходил к концу. За все время мы с Магистром перекинулись, наверное, пятью словами. Чем ближе мы подлетали к Питеру, тем меньше я думала о том, что осталось за спиной и все больше о том, что ждет меня впереди. Наверное, я потеряла работу, да наверняка. Мой банковский счет был пуст. Вся хорошо отлаженная жизнь рухнула в тот момент, когда я нашла Камень. Как мне ее восстановить, я не имела понятия. Да и не хотелось ее восстанавливать. Теперь моя прежняя жизнь казалась мне пресной и скучной, но приключения закончились. Одно радовало, я наконец увижу свою любимую подружку Маринку и даже гламурную Светку. Но что будет со мной дальше, я не знала.
- Лада, я хотел вам сказать,- вдруг заговорил Магистр.- Вы теперь неразрывно связаны с Орденом, с нами. Чтобы там у вас не произошло с моим сыном, это никак не может повлиять на вас и ваше звание. Вы наш Главный Хранитель, и Орден никогда не оставит вас в беде или просто сложном положении. Я помогу вам решить проблемы, которые сейчас свалятся на вас по возвращении.
- Вы умеете читать мысли?- усмехнулась я.- Я как раз об этом думаю.
- Нет, такого дара у меня нет,- улыбнулся он,- просто это логично.
- Согласна,- снова усмехнулась я, теперь совершенно безрадостно.
Нас встречали. Леша приветливо мне улыбнулся. Он был за рулем автомобиля. Я ответила ему тем же. Меня довезли до дома. Когда я уже выходила из машины, Магистр остановил меня:
- Вы сейчас отдохните, а через несколько дней я буду ждать вас в "Пальмире".
- Хорошо,- ответила я, не зная, хочу ли я туда прийти или нет.
- Мы там тебе порядок навели и холодильник затарили,- сказал Леха.
- Спасибо,- поблагодарила я.
Машина выехала со двора, а я пошла домой. Первый этаж, второй, третий, вот моя дверь. А вот мой ключ. Я повернула ключ, замок щелкнул. Немного помедлив, я толкнула дверь и шагнула в квартиру. Надо было строить жизнь заново.