<p>Ярослава Гаш</p> <p>Жених для ведьмы</p>

Пролог

Прохладный осенний ветер выстуживал ночи одну за другой. Скоро начнутся дожди, и опавшие листья превратятся в грязную хлябь. Старая Кальма сидела и курила длинную трубку на берегу небольшой, быстрой речки наслаждаясь последней в этом году погожей ночью. Лес, река, богатая усадьба на холме – всё кругом серебрилось в призрачном свете луны, а за луной, закрывая полнеба, медленно поворачивался вокруг своей оси Антис, планета-призрак. Кальма выпустила струю серого дыма в его сторону. Далеко над ней летел мигающий огонёк воздушного корабля.

-Тьфу! И тут разлетались! Учёные, тьфу.

Огонёк в небе через несколько минут исчез, и мир снова стал таким же безмятежным как прежде.

Шелест приближающихся шагов нарушил уединение старой ведьмы. Тихая тень скользнула по берегу реки в сторону моста. Человек был сгорблен и неуклюж, как будто совсем недавно оправился от страшной болезни. Он вышел на середину моста, и тут Кальма разглядела, что это женщина. Незнакомка порывисто размахнулась, зашвырнула небольшой шевелящийся свёрток в самую середину бурного потока. Раздался глухой всплеск. Женщина тут же развернулась и побрела прочь не оглядываясь.

Сначала ведьма подумала, что это возможно кошка, но потом страшная догадка блеснула в уме , и она, поглубже затянувшись терпким дымом курительной трубки, так что листья табака зашипели и заискрили в темноте, скинула с ног растоптанные башмаки, вошла в ледяную воду и, выловив свёрток, вернулась на берег. В окровавленные простыни был завёрнут крошечный младенец. Девочка. Кальма быстро, словно стараясь опередить время, похлопала младенца по спине для того, чтобы отошла вода из лёгких, но всё тщетно. Тени вокруг стали превращаться в бездонные провалы. Ещё одно чудовище жаждало увидеть мир глазами невинно убиенного. Старая ведьма чувствовала, как угасают последние золотые искорки обиженной души, как становится гуще мрак ночи. Шар Антиса на небе будто бы замер, вглядываясь во тьму вокруг старой ведьмы. И тогда в последней отчаянной попытке спасти маленького человека от преобразования и перелома ведьма погрузилась в Ничто, надеясь достать оттуда искорку умершей души.

Слова проклятия едва не вырвались из уст Кальмы. Матери-убийцы и так не найдут покоя, ведь они знают, что умерщвлённое дитя перевоплотится в чудовище, но никто из них не ведает того, что если успеть, если вернуть его душу в мир живущих, то ребёнок станет одарён потусторонней силой и в тот момент родится ещё одна ведьма.

Глава 1, в которой кто-то заново родился и получил пророчество

Тина помнила, что такое смерть в огне. Кипящий воздух сжигает лёгкие. Кожа пузырится и лопается, как в агонии горят мысли и душа.

Тина никогда не верила в Бога, перерождение и всякую другую чепуху дающую надежду на вечную жизнь любимого Я. Но после смерти она открыла глаза и тут же подумала, что очутилась в аду, так как лицо, маячившее перед глазами, ну никак не могло принадлежать ангелу. Уж слишком оно было страшное. Огромный нос, редкие острые зубы, лохматые брови, а под ними маленькие блестящие глазки. Ужасная вонь грязного белья и немытого тела довершали картину. Небольшой сквознячок доносил запах дыма и холодил обнажённую кожу.

Тина закричала не своим голосом, взмахнула не своей рукой и поняла, что смотрит на мир чужими глазами. Она перестала кричать и нелепо задёргала ручками и ножками. В этот момент она поверила и перерождение и в Бога, и во всё-всё-всё! Во что можно было поверить в такой неоднозначной ситуации.

Старуха что-то сказала, но Тина не разобрала ни слова. Язык ей был совершенно незнаком.

Пошли долгие месяцы глубокого младенчества. Беспомощность сводила с ума. Теперь она понимала, почему природой так задумано, что первый год жизни мало кто помнит. Ну что приятного в воспоминаниях о вечно мокрой заднице? Все процессы, происходившие в организме, нарушали её совсем недетскую психику.

В течение первых месяцев жизни Тины в новом мире по крыше и окну дома без остановки барабанил дождь.

Она настолько привыкла к его мерному стуку, что однажды проснулась от странной тишины, охватившей весь мир. В ту ночь выпал первый снег. Поутру старая ведьма, закутав Тину в одеяло из свалянной шерсти, впервые вынесла её наружу. Пушистые хлопья снега медленно падали с ослепительно яркого неба и тихо ложились на ветви деревьев, которые образовали купол у них над головой.

Старуха отошла подальше. Снег хрустел под её ногами, крепкий мороз окрашивал дыхание в белый цвет, искрился в воздухе. Лес, одетый помимо снега в ледяной панцирь застывших до весны дождей, еле слышно звенел. И тогда Тина впервые увидела дом, который с недавнего времени стал для неё родным.

Порой она была совершенно уверена в том, что в какой-то момент своей жизни сошла с ума.

Изо дня в день она лежала в огромной корзине и разглядывала потолок, обвешенный пучками травы, гирляндами из сушёных грибов и фруктов, кусками просоленного вяленого мяса и мерно покачивающейся паутиной. Иногда все эти запасы начинали раскачиваться так, как будто случилось землетрясение. Деревянный сруб, стены которого в такие моменты мелко дрожали, грозил развалиться. Тина думала, что их домик качает сильный ветер, но нет. В то зимнее утро её ожидало невероятное открытие: хижина никогда не оставалась на месте, так как отрастила себе восемь паучьих ног, каждая из которых заканчивалась цепкой птичьей лапой.

В камине висел котелок, в котелке беспрерывно что-то бурлило; ближе к ночи в хижине появлялись странные посетители. Старуха одаривала их снадобьями и брала небольшую плату.

В доме вполне можно было снять сказку о страшной Бабе Яге. Причём главную роль без зазрения совести, могла исполнить эта жуткая женщина, заботившаяся о Тине.

Старуха возилась с младенцем довольно самозабвенно. На плохое обращение Тина пожаловаться не могла. Она всегда была накормлена и вымыта. Каждое своё действие старуха проговаривала медленно и по несколько раз, давая Тине возможность хорошенько запомнить все слова. Со временем Тина стала нежно звать её бабушкой.

Именно во времена младенчества Тина заметила ещё одну странность: стоило дню уступить своё место ночи, как в некоторых самых тёмных провалах теней что-то зловещее начинало вихриться, стучать и царапать полы. Старушка брала ребёнка на руки и нараспев шептала странные стихи.

Это повторялось каждую ночь, пока Тине не исполнился год. К тому моменту она уже понимала речь своей бабушки.

Год со дня рождения — это знаменательная дата, в этом возрасте ведьмы празднуют своё совершеннолетие.

Тогда в преддверии осенних холодов в их дом пожаловали первые настоящие гости. Шумные женщины, обвешанные стеклянными бусами, в пёстрых одеждах больше напоминали темпераментный цыганский табор, и совсем не соответствовали таинственному образу, который сложился в голове Тины.

Женщины были всех мастей: рыжие, блондинки, брюнетки, они, казались, совершенно непохожими друг на друга. Но если присмотреться внимательнее, то можно было вывести одну объединяющую их всех черту. Все они были счастливыми обладательницами бородавок или достаточно крупных родинок на лице. Несмотря на это встречались среди ведьм женщины потрясающей красоты. Остальные же довольствовались внешностью дикой и отталкивающей. Нечёсаные космы, огромные носы, коренастые фигуры, облачённые в грязные лохмотья. Но стандарты красоты явно не заботили ни тех ни других. Ведьмы жили на грани миров и являлись хранительницами вселенского равновесия.

В первый свой день рождения маленькая ведьма проходила посвящение и в тот момент тёмные силы никогда больше не могли ей угрожать. Душа ее окончательно привязывалась к телу и ни один демон, живущий по ту сторону света, не мог больше претендовать на перерождение в этом мире.

Верховная ведьма приготовила травяной отвар, налила в чашу и пустила его по кругу. Каждая из присутствующих надрезала указательный палец правой руки и, уронив пару капель крови в дымящуюся жидкость, произносила:

Отныне ты моя сестра,

Да защитит моя кровь тебя.

И вот когда последняя капля крови упала в чашу, настало время маленькой имениннице отведать это угощение.

«Тортики теперь не в почёте», — с грустью подумала Тина и осушила чашу.

Всколыхнулись тени в углах, завизжали чудовища, таящиеся там, но не исчезли.

— Что такое? Почему ничего не вышло? — задумчиво спросила верховная ведьма.

— Она иномирянка, — промолвила в ответ Кальма. — Я вынула её душу из Ничто в последний миг. Чудовище, которое хотело явиться на свет в теле утопленницы, было очень сильно.

— Я полагаю, что оно и сейчас надеется получить своё, — сказала верховная ведьма. — Душа иномирянки чужая. Ей нет места под нашим солнцем.

— Что же делать? — спросила одна из ведьм.

— Нам нужен совет.

— Пророчество, — предложил голосок в толпе.

— Пророчество… пророчество, — тихо вторили остальные.

Верховная ведьма подняла скрюченный палец вверх.

— Тихо! — приказала она и стала читать заклинание.

Дым, над девочкой сгустись

И на землю опустись.

Покажи нам, не тая

Какая ждёт её судьба,

Но если плох будет исход,

Ты покажи нам наперёд

Как не пасть перед судьбой,

Остаться сильной и живой?

Дымок, уходивший в каминную трубу, медленно вполз в комнату и, закручиваясь спиралями, начал опутывать Тину. Скоро он обрёл её очертания и стал расти, превратившись в итоге в девушку. Но на этом метаморфозы не закончились. Зыбкая фигура закипела и уплотнилась. И сизый дым стал наполняться чёрной копотью. Наконец выросло огромное чудовище и на едва наметившемся лице его распахнулись, горящие красным пламенем, глаза.

По комнате прокатился судорожный вздох.

Наваждение длилось недолго. Дрова в камине затрещали, и небольшой сгусток дыма влетел в комнату, приняв облик маленького мальчика. Он прыгнул в лапы монстра и доверчиво прижался щекой к его груди. Чернота схлынула. Перед ведьмами вновь предстала призрачная девушка, но уже с младенцем на руках.

Кальма задумчиво посмотрела на огонь, разгоревшийся в камине. Из языков пламени появился мужской силуэт и поманил девушку с ребёнком к себе. На этом пророчество оборвалось.

— Насколько я поняла, нашей сестре придётся выйти замуж и родить ребёнка. Её душе нужна родственная связь.

— Но мы не выходим замуж! — воскликнула рыжая ведьма.

— И не можем родить детей, — задумчиво произнесла ведьма, стоявшая рядом с рыжей.

— Законы нашего мира на неё, скорее всего, не действуют. Будем на это надеяться, сёстры. Иначе она переродится в чудовище из высших.

Тина всё это время тихо сидела посреди комнаты, стараясь сложить хоть какое-то мнение из тех редких слов, что ей удалось понять.

— Тогда девочку надо вырастить среди людей, — объявила верховная ведьма. — Неподалёку есть небольшая деревня. Там наверняка сейчас бегает парочка женихов для нашей сестры.

— А ещё там всё до одного сплетники, которые любят совать нос в чужие дела. Они быстро раскусят, что мы, ведьмы, и будут советовать каждому встречному всякие гадости. И наверняка схлопочут настоящее проклятие. Дальше самой тёмной ночью схватят вилы, разожгут костры и устроят гонения на нас. И ведь не объяснишь этим увальням, что такие гонения удобнее устраивать днём, чтобы избежать роковых ошибок…

— Да-да! — перебили говорящую остальные ведьмы, — все мы помним вдову Денки-пивовара. Её перепутали с Кальмой и сожгли, а когда всё выяснилось, всё сделали вид, будто так и надо.

— Идиоты, — кивнула Кальма, затянулась трубкой и выпустила клуб дыма.

— Это всё от скуки, — сказала рыжая ведьма. — В захолустье никогда не происходит ничего интересного, вот люди и развлекаются как могут. Ну, так что сёстры? Где мы будем искать подходящего жениха?

— В большом городе, — высказалась одна из ведьм. — Там их целая куча. А ещё там живёт Мила Душечка. Она будет рада вас приютить, Кальма.

— Мила Душечка? Эта ужасная ворожея? — спросила рыжая ведьма. Её голоса вобрал в себя весь скепсис мира. — Не уверена в этом.

— Значит, решено, — сказала Кальма, проигнорировав замечание. — Через несколько лет мы поедем с ней в город!

Глава 2, в которой острова летают, ученые изобретают, а рыжие ведьмы безумно влюбляются

С ночного неба срывались редкие и крупные капли, падали на голову, быстро просачиваясь сквозь волосы, скользили и щекотали кожу. Дождь шелестел листьями деревьев.

— Проклятье! — Тиана вновь потеряла чувяки. Пришлось вытаскивать обувь из раскисшей земли. — Блин!

Ей нравилось ругаться на своём языке. Правда Кальма выучила все эти уродливые выражения и они, Тиана знала это наверняка, ей безумно нравились. В Подлунье ведьмам не принято ругаться — слова здесь имеют страшную силу. Всё это минусы магии, которая пронизывает этот мир вдоль и поперёк. Вот произнесёт ведьма сгоряча какое-нибудь проклятье и всё! Оно сбудется. Но крепкое словцо на чужеродном языке — это просто отдушина.

— Проклятье! Проклятье! — подхватили тени.

Они, конечно, пугающее явление, но Тиана к ним привыкла. Непроницаемая тьма — её спутница.

Погода, как и непроглядная ночь, к прогулкам не располагала.

— Вот угораздило этот камень сегодня свалиться! — бубнила она под нос. — Надеюсь, что я одна его увидела.

Но, как это часто бывает, Тиана была не одна. Неподалёку послышался металлический скрежет и из тьмы вынырнул синий огонёк, освещавший кабину машиниста. Тиана решила, что логично будет называть его именно машинистом, потому что он точно не был пилотом — это штука не летает; и не водителем — это штука ни разу не автомобиль. Это машина — железный паук, в брюшке которого холодный свет неохотно разгоняет ночную тьму. Человек, сидевший внутри, смотрелся тёмным пятном.

Она юркнула за ствол дерева.

Насколько Тина могла судить, освещения в кабине машиниста было ровно столько, сколько нужно, чтобы видеть многочисленные рычажки, и чтобы заметить мерцание камня, который запросто мог увязнуть грязи.

Да и обзор у машиниста был намного лучше, чем у девчушки — между брюшком паука и землёй было больше двух метров, тогда как Тиана не доросла и до полутора.

Машина замерла. Вода стекала по металлическим лапкам и по стеклянному куполу, мешая человеку высматривать добычу.

— Дворники нужно было изобрести! Дурень! — злорадствовала девочка. Глазеть на чудо-устройство было некогда. Они почти на месте. Тиана ощущала это по магнитным всплескам, похожим на статическое электричество.

Тиана закрыла глаза, позволяя миру теней расползтись вязкими щупальцами по округе. Недалеко от паука тени исходили рябью. Почти под одной из ножек. Тиана выдохнула и приготовилась к рывку. Пробежала под брюшком и нырнула в грязь, когда добралась до места. Камень был у неё в руках. В этот миг включился прожектор и выхватил её из темноты.

— Гадство! — пискнула она и пустилась наутёк.

Бежать пришлось зигзагами, так как паук передвигался довольно шустро и норовил подцепить ее остроконечной лапой. А петляя, она не давала машинисту возможности прицелиться.

Она поскользнулась и упала, и это спасло ей жизнь. Мимо просвистело железо.

— Чтоб тебя…

Чернота жадно всколыхнулась, и девочка захлопнула рот грязной рукой. Смертоносные проклятия караются смертью. Не хватало только от инквизиторов ноги уносить.

— …Покорёжило твой драндулет!.. Паука! — завершила она.

Одна из лапок надломилась, и паук завалился набок. Стеклянный купол разлетелся вдребезги, ударившись о дерево.

Из кабины, держась за голову, выбрался человек.

— Так тебе и надо! — тихо сказала Тиана, надеясь, что помощь этому злому гению не нужна. Он её не услышал и не заметил. Таинственный свет кабины медленно погас, будто умирая.

Погода днём стояла не менее пакостная, чем ночью. Тяжелые тучи низко летели над землёй. В них Тиана находила единственное утешение — они полностью закрыли чудесный вид на планету под названием Антис. Жуткая жуть, если честно. Она действовала девочке на нервы.

Атис-Призрак заполнял собой весь небосвод и странно влиял на местную гравитацию. Когда-то давно огромные куски земли зависли между двумя планетами, создав мостик похожий на цепочку ДНК, который, впрочем, никто ещё не смог перелететь. Но острова пользовались популярностью. На них строились Высокие города. Жить в таком городе было: безопасно, престижно и дорого. Поэтому народ называл властителей высоких городов Небожителями.

Каждый остров имел в своей сердцевине не хилую начинку из магнитума — летучего камня. Во время грозы такие камешки сваливались на голову простым смертным и стоили целое состояние. Тиане улыбнулась удача, но за камешком ей пришлось идти самостоятельно. Кальма наотрез отказалась охотиться за этой бесполезной штукой.

— Зачем он тебе? — спросила Кальма, подозрительно, рассматривая прозрачную неровную сферу, размером с грецкий орех.

— Хочу кое-что изобрести, — таинственно сказала Тиана, вскинув вверх исцарапанный палец.

— Ведьмы живут в потоке силы. Нам не нужны изобретения.

— Это вам не нужны, а мне эта ваша сила съест все мозги, если я ею буду злоупотреблять. Я, вообще-то, вчера и так подпортила себе здоровье, когда прокляла паука. До сих пор голова трещит. Та машина тоже работала на энергии такого вот камня, кстати. Только, я думаю, что он был намного больше.

Кальма посмотрела на тёмную вихрастую голову девочки. Что же там твориться, в её разуме? Дурная ведьма вышла из неё. Ни одной бородавки до сих пор нет на лице! А магия так и хлещет, готовая заполучить это тщедушное тело. Тиана подняла на неё голубые глаза.

— Как ты не понимаешь? Мне надо иметь свой собственный транспорт, — девочка взмахнула рукой, указывая на бегающий дом. — Кстати, этот изобретатель, взял за основу вашу идею с избушками. Его машина тоже бегала по лесу на паучьих ножках.

Кальма раскурила трубку и глубокомысленно выпустила дым через нос.

— Люди склонны прыгать через голову, когда лишены воображения. Мне интересно у кого ты позаимствовала идею своего «изобретения»?

— У сказок своего мира, — сказала Тиана.

Кальма смотрела на Тину-Тиану и недоверчиво качала головой. Табак в трубке шипел.

«В лесу могут валяться удивительные вещи!» — подумала одна прекрасная в своём диком рыжем великолепии ведьма по имени Арта, увидев разбитого железного паука. Она обошла его по кругу, дотронулась указательным пальцем до холодного металла, полюбовалась мерцанием стёклышек, рассыпанных по округе.

Из кустов вынырнул, держась за голову долговязый мужчина.

— Ой! Вы ранены! — прощебетала она, и её доброе сердце трепыхнулось в пышной груди.

Он с опаской на неё взглянул.

— Поможешь мне, ведьма?

— Конечно, милый человек.

Она провела рукой по его изрезанному осколками лицу. Мужчина дёрнулся, оттого что раны неприятно зашипели и затянулись. На их месте остались розовые рубцы.

— Так значит правильная в народе ходит молва, что ведьмам многое подвластно, — пробормотал он.

Глаза его фанатично блеснули. Арта поняла это по-своему. Польщено улыбнувшись, она спросила:

— Неужто ведьм никогда не встречал?

— Только в сказках, — незнакомец галантно поцеловал ей руку. — Не сочтите за наглость, прекрасная чаровница, но у меня есть еще одна просьба:

— Не могли бы вы помочь мне довезти эту машину до тракта, а дальше я как-нибудь справлюсь сам. И разрешите представиться: Маркус Вольдемар, естествоиспытатель, механик, деятель науки.

Пафосно изрёк он и горделиво выпятил подбородок.

— О, конечно, я вам помогу. Моё имя Арта, — сказала ведьма и хотела добавить что-нибудь впечатляющее к своему имени, но остановилась на полуслове, так ничего и не придумав.

Маленький домик Арты поскрипывал под тяжестью ноши свалившейся на него. Ведьма наивно улыбалась, когда Маркус заглядывал в самые потаённые углы её жилища, в надежде разгадать механизм, приводящий его ножки в действие. Бормотал при этом под нос:

— Это всё только силами магии? Скрытые стихии… Так, так. Энергия не берётся из ниоткуда, значит, эту субстанцию можно накапливать. Это будет великая мощь! Подскажите, прекрасная, а откуда берётся эта ваша сила? Признаюсь, я раньше думал, что вы, как и всё, используете магнитум.

— Так все думают, почему-то. Кроме инквизиции, разумеется. Уж они-то знают что по чем. Чувствуют тёмную материю, но не смогут её приручить.

Она сказала это несколько хвастливо.

— Я бы послушал поподробнее, несравненная.

Маркус пылко расцеловал её ручки, радуясь тому, что притворяться очарованным не составляет труда — ведьма была хороша и даже немного будоражила его низменные инстинкты.

— Это секрет, — игриво стукнула она его пальчиком по носу.

— Я с ума схожу от тайн!

Он припал к её устам. Она темпераментно ему ответила на поцелуй. Домик выползал из чащи леса поскрипывая.

Тиана нырнула под подоконник.

— Бабуля! Если что меня нет дома!

— Ведьме не к лицу прятаться от людей. Они ещё подумают, что мы их боимся!

— Я не прячусь, а опасаюсь за свой магнитум. Смотри, там изба Арты тащит вчерашнего паука. Сто процентов и его хозяина тоже. Я про него тебе говорила. Машинист едва меня не убил. Гад!

Кальма подошла к окну. И правда: к дому снизу был привязан разбитый механизм. Дом неуверенно шагал — механизм под ним блестел и раскачивался. В окнах ходунка Арты таинственно сгустилась темнота. Кальма вздохнула и прищурила один глаз.

Наблюдала за тем, как жилище сёстры примостилось рядом, как из трубы вырвался черный клуб дыма. Потом обернулась, оглядела комнату — девчонки и след простыл. Умеет она быстро прятаться. Дикая, даже для ведьмы.

Раскурив трубку, Кальма села на крылечке и стала ждать. Через некоторое время дверь Арты со скрипом отворилась. Рыжая ведьма полыхала счастьем под багряными лучами заката.

— Кальма! Не ожидала встретить вас в этих лесах!

Она кокетливо поправила платье.

— Отчего ж? Скоро зима, здесь травы созревают отменные. Интересная штука у тебя, — она указала трубкой на поблескивающий металл. — Только зачем она тебе?

Арта немного смутилась и зашептала доверительно:

— Я встретила мужчину своей мечты, Кальма, ты представляешь? Он настоящий учёный! Никогда не видела живых учёных!

Кальма закатила глаза. Ну, вот нашла Арта во что влюбляться. В учёность! Срамота!

— Если бы ты сказала «воин», а это его доспех, то я бы впечатлилась. Учёные — самые бесполезные создания на свете. А их изобретения? Они отравляют наш мир. Наука — зло, и ты таскаешь его в своем собственном доме. Тьфу! А у тебя настолько счастливый вид, что мне на миг показалось, что ты встретила не учёного, а обыкновенного жулика, который задурил тебе голову.

— Наука — это средство для достижения целей! И я не жулик! Меня зовут Вольдемар! — надменно сказал Маркус Вольдемар, выходя наружу. — Как и магия.

Кальму передёрнуло от вида напыщенного, слегка растрёпанного, индюка. В её представлении наука так и выглядит: долговязой, тщедушной, самодовольной и болезненно-бледной. Неживая, как тень, которая привязана солнцу и предмету.

Этот учёный мужик выглядел гадко, словно слизняк. В том, что он пытался убить сегодня ночью девчонку у Кальмы сомнений не осталось.

Старая ведьма выпустила дым через ноздри, глядя то на Арту, то на учёного.

— И когда этот славный муж покинет наши края? — спросила она.

— Нескоро. Я не нашёл то что искал, но приобрёл нечто большее, — сказал он и обвил длинной сухой рукой сочный бок Арты.

Кальма пошамкала губами. И что этому слизняку нужно от ведьмы. В том, что он преследует свой скрытый интерес, нет никаких сомнений. Так, так. Магия — способ для достижения цели? Только бы понять, какую такую цель этот человек себе поставил?

— Ты, Вольдемар, иди — погуляй. Мне с сестрой поговорить надо.

— Да как вы смеете мне приказывать! — лицо учёного исказила еле сдерживаемая злоба.

— Захлопни рот и шевели ножками! — сказала Кальма, и из её трубки вылетел сноп искр.

Губы Маркуса плотно сомкнулись. Едва на его бледном лице появился испуг, как длинные ноги, потоптавшись немного на месте, будто пробуя себя в деле, пустились в путь.

— Кальма! — возмущённо воззрилась на сестру Арта. — Верни его сейчас же! Нельзя применять магию против людей. Инквизиция… Тебя сожгут!

— Как и тебя, моя милая. Играешь с огнём. Чего он хочет от тебя?

— Ничего, ему просто нравится со мной разговаривать.

— Нравится разговаривать, — задумчиво пробубнила Кальма. — И о чём же вы говорите?

— О науке и о магии. Он хочет исследовать её и по-умному обосновать. Тёмная материя — совсем не изучена. Это будет прорыв! — воскликнула Арта.

— Брось этого человека здесь и беги. Я чую беду.

— Завидуешь, сестрица?

— Я немного стара, чтобы завидовать чужой дури. Ты не маленькая девочка, чтобы я тебя поучала, но…

— Тогда лучше помолчи. Я довезу его до тракта, и мы расстанемся, обещаю, — Арта отвела взгляд.

— Эх! Ты растеряла свои мозги, как я погляжу. Если нарушишь Кодекс… знаешь прекрасно, что с тобой будет. Не забывай об этом, — Кальма со значением вздёрнула крючковатый палец к вверх, удовлетворённо понаблюдала затем, как долговязый слизняк заканчивает круг, подбегая к ним. — Пусть все вернется на круги своя!

Маркус шлёпнулся на землю и застонал. Арта, пронизываемая проницательным взглядом, дёрнулась, но не решилась тут же кинуться к нему на помощь. Вид у неё был виноватый.

— На тракте бросишь его. Ты обещала мне, Арта, помни об этом, — Кальма зашла в дом-ходунок и хлопнула дверью.

Ещё долго Арта смотрела вслед уходящему домику сестры.

Глава 3, в которой один молодой инквизитор поймал свою первую ведьму

Маленький придорожный городок, расположенный в прибыльной близости от тракта, находился в тихой панике. Лето подходило к концу, но все еще было тепло. Люди, несмотря на благодатную погоду, предпочитали оставаться дома. Даже на полях, где обычно усиленно трудились селяне, не было никого. Ветер одиноко теребил колосья и шумел в садах. Иногда закручивал дорожную пыль в маленькие, лихие вихри.

Словно крысы разбежались по норам, равнодушно думал Ронан Харелл. Он вёл под уздцы навьюченную лошадь. Та тяжело и послушно шла за ним, лишь изредка пофыркивая.

Весь их небольшой отряд на подступах к этому месту стал молчалив. Даже Кудряш Джон не проронил ни одной бесящей шуточки. Сидел на лошади прямо, как копьё. Стройный и белокурый, он был любимцем женщин и как-то умудрился за время службы в инквизиции остаться без шрамов. Ронан скосил на него глаза – едет верхом, сосредоточено и хмуро осматривает округу. Сразу видно, что Джон в отряде больше года. И Малыш Стивен. Этот, наоборот, создавал впечатление мощной, лениво сметающей всё на своём пути, силы. Как камнепад. Капитан был похож на старого заматерелого медведя. Весь покрыт шрамами. Один только Ронан здесь новичок. Его первый выезд на ведьму.

- Это как потерять девственность, - сказал ему Джон, задорно подмигнув. – Только вспоминать потом такое не хочется. Если ты, конечно, не сумасшедший.

Ронан сумасшедшим не был, но к ведьмам относился однозначно – он их ненавидел. Исчадия зла.

Городок заметил их. Приоткрывались наглухо закрытые ставни. Некоторые, кто посмелее, опасливо выглядывали из дверей. Ронан не мог понять - рады они приходу отряда или нет. Люди опасаются инквизиции.

Навстречу отряду вышел низенький и толстый человек в просторной рубахе чуть выше колен.

- О, как я рад, что вы так быстро откликнулись на наш зов! Я староста Миккен.

Голос его был по-бабьи звонким. Ронан невольно поморщился.

- Приехали бы быстрее, но воздушные гавани далековато отсюда, - зачем-то пояснил капитан. – Два дня пешим ходом. Так у вас тут кикимора, говорите?

- Да. Ведьма воплотилась. Задрала двух коров и… - староста сглотнул. – У нас тут чужестранец с проклятием. Он в лазарете. Чудище каждую ночь туда прорывается. Служитель обессилен. Ест и спит весь день, а по ночам защищает нас как может. Мы думали, что сегодня конец!

- Если она хочет сожрать чужестранца, почему не отдали его? - насмешливо прищурившись, спросил Кудряш Джон.

- Во имя Антиса! Как же можно! Мы нашли его неподалёку от тракта. Он уже был проклят. Не знаю, как он спасся от кикиморы, но после всего отдавать его ей… помилуйте. Око Антиса всё видит и не прощает зла. Я отведу вас к нему.

В дверь лазарета стучали долго. Она распахнулась, и на них дохнуло спёртым воздухом давно непроветриваемого помещения. Пылинки плясали в воздухе в ярком солнечном свете, что просачивался из щелей в ставнях.

В полутьме мерцали по-звериному жёлтые глаза инквизиторов. Они смотрели на распростёртое на кушетке тело. Руки чужестранца видоизменились и перестали быть человеческими. Пальцы, несуразно длинные и тонкие, с узлами выпуклых суставов, заканчивались острыми чёрными когтями. Правый глаз заплыл и подёргивался. Мутация продолжалась. Мужчина часто и неглубоко дышал.

- Н-да, - потянул капитан. – Изменения нужно остановить, иначе мы получим ещё одно чудовище. Что ты видишь, Малыш?

- Он проклят, но не одержим.

- Правильно. А ты, Ронан? Что видишь?

- Проклятие необратимо. Я о таком не слышал. Обычно у любого проклятия бывает Условие.

- Да. Кудряш?

Джон пожал плечами и покачал головой.

- Нам никто не поверит, если мы не привезём его Артвинг, в гильдию, - сказал он.

- Тоже верно. Но! Или его убьет кикимора, или он потом попытается убить всех нас, если его разум тоже мутирует. Даже не знаю, что бы я предпочёл на его месте. Остаться в здравом уме или полностью перевоплотиться.

- Я бы предпочёл умереть, - просто сказал Ронан. – Нам нужно найти эту тварь.

- Днём мы её не отыщем. Можно даже не пробовать. Всё на боковую. Нужно поспать пару часов до заката, - сказал капитан, глядя на Ронана. Ночь нам предстоит долгая.

Они открыли дорожные сумки, достали небольшие, одинаковые деревянные шкатулки. Блеснули стеклянные пузыречки, плотно вставленные в ячейки.

- Настойка из чёрной папороти. Наберёмся сил и выспимся.

К каждой крышечке каждого пузырька была прикреплена мерная ложка. Чёрную папороть они капнули под язык всего один раз.

Мир понемногу начал мутнеть и вскоре совсем погас.

Ронан проснулся оттого, что кто-то его тряс. Капитан протянул меру из белой бутылочки.

- Быстро проснёшься. Нам принесли похлёбку, ешь. Солнце скоро уйдёт за горизонт пора выдвигаться. Малыш остаётся здесь. У всех заряжены краги?

Молодые инквизиторы проверили деления от локтя до запястья. На крагах Ронана светились даже пальцы.

- Это оттого, что они новые. Пальцы, обычно, быстро выходят из строя, толку от них никакого, - пояснил Кудряш.

- На учебных пальцев нет, - сказал Ронан.

- Угу. Там много чего нет, - поддакнул Малыш и пошёл проверять территорию. В следующий раз они встретятся другими людьми.

Их кони испуганно подёргивали ушами. Таращили глаза в густеющую черноту леса.

- Она приходит в город этим путём, - тихо сказал капитан.

Всё выглядело довольно мирно: пахло травой, стрекотали кузнечики, на небе зажигались звёзды, око Антиса понемногу выныривало из-за темнеющего горизонта.

Стоило им только углубиться в чащу, как тишину разорвал душераздирающий визг. Он вибрировал и шёл будто отовсюду, падал на них с неба, раздирал барабанные перепонки.

Кони испуганно заржали.

Ронан подлетел в седле. Вцепился в него, что было мочи, чтобы не свалиться на землю, но в следующий миг его конь перешёл в опасный галоп сквозь чащу.

Ветки хлестали по лицу. Ронан прижался к жёсткой гриве и закрыл глаза, опасаясь, что оставит их нанизанными острых ветвях. Пытался остановить коня, но ничего не вышло. Животное перепрыгнуло через овраг и всё-таки сбросило его.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Несколько раз небо и земля поменялись местами. Ронан едва успел сгруппироваться. От удара воздух выбило из лёгких. Он встал на четвереньки и раскашлялся, прижал руку к груди.

Неподалёку его конь отчаянно заржал. Тут же наступила оглушительная тишина. Лес словно вымер.

Ронан растерянно всматривался в заросли. Огляделся вокруг и похолодел от ужаса – он в её логове. Рядом развалины полуистлевшего домика. Из-под них торчал металлический прут – часть какого-то механизма.

Послышался хруст.

Сквозь листву деревьев просачивался призрачный свет Антиса, образуя небольшие островки. На один из них вышло чудовище.

Высокая и худая, она имела несуразно длинные конечности. Судя по платью, которое болталось на ней бесформенным мешком, раньше она могла похвастаться весьма пышными формами. Длинные, мокрые волосы отливали рыжиной. На губах и груди блестела свежая кровь.

В тишине оглушительно раздался жалобный всхлип. Ронан вздрогнул.

- А-а-а! – заплакало чудовище, раскачиваясь, будто пытаясь себя убаюкать. Оно прикрыло когтистыми ладонями лицо. Костлявые плечи сотрясались.

Ронан потрясённо смотрел на неё. То, что это не кикимора он понял сразу. Одержимые перевоплощаются в определённую форму. Им показывали в Академии чучела. Сильнейшие демоны могли оставаться в человеческом обличии. Это было нечто среднее.

Он неожиданно для себя почувствовал к ней жалость.

Инквизитор сделал шаг назад, отступая. В ответ на его движение чудище вскинуло голову. Защёлкали челюсти.

- Убей его, - прорычало оно. - Убей! Убей! Убей! Убить!

Оно прыгнуло вперёд. На руках Ронана вспыхнули краги, разряжаясь ослепительно белым светом, но слишком поздно. Перед глазами воздух рассекла когтистая рука и мир взорвался болью. Последнее, что он увидел и услышал – это пылающая в магическом огне ведьма и отчаянный девчачий крик:

- Арта!

***

До Пагоза, ближайшего города с воздушной гаванью, они добрались за несколько дней.

Слух о ходунке, доме ведьмы, разнёсся по округе, как саранча разлетается по посевным полям. Такое на памяти Тианы было впервые. Да их не любили, да, опасались, но чтобы люди впадали в панику, она не помнила.

- Не нравится мне всё это, - Кальма подозрительно косилась на местных, а те, в свою очередь, косились на неё. Вот только не подозрительно, а боязливо. Некоторые хмурились, ощупывая припрятанное оружие.

За ответом она хотела пойти к местному старосте. Тиана сомневалась в правильности этого решения.

- Кальма, как только ты сунешься туда – они взорвутся. Я не хочу, чтобы меня сожгли.

- Никогда не боялась людей! – Кальма была непоколебима.

Тиана вздохнула, глядя ей вслед. Глупо жить с человеком, который вообще не знает об инстинкте самосохранения. Хотя и об ответственности она имеет всего лишь относительное понятие. Если бы Тиана была настоящим ребёнком, из неё выросло бы черти что.

Далеко от дома Кальма уйти не успела. Мимо просвистел камень. Следующий угодил ей в плечо. Старуха вздрогнула и остановилась. Тиана сжала кулаки. Вот чего бабуля добилась? Люди, когда боятся – звереют.

Стоял солнечный день. Облака, проплывающие по небу, отбрасывали на землю огромные тени.

Мир стал пасмурным и серым в то мгновение, когда кто-то попал Кальме в голову. Тиана почувствовала, как волосы на её голове сами собой зашевелились, взметнулись вверх и опали тёмным пологом.

- Одержимая! – крикнул кто-то.

Тиана угрожающе подняла скрюченный палец.

- Если ещё один камень будет брошен в нашу сторону, то я обрушу ваш город в пропасть гавани вместе с жителями.

Тиана говорила и сама испугалась, того хриплого баса, вплетающегося в ее собственный голос. Эффект получился, как из фильмов ужасов, которые она смотрела в далёкой прошлой жизни.

Люди остолбенели. Даже Кальма в ужасе повернула в её сторону голову, забыв о боли.

Тиана сама была поражена не меньше. Она почувствовала, как нечто чужеродное и тёмное выходит из глубин её сознания, овладевает мыслями. Ей до безумия захотелось вкусить агонию чужой смерти.

Пытаясь успокоиться, она посмотрела на небо. На горизонте всплывал могучий бок Антиса. Вспомнила песню « Врагу не сдаётся наш гордый «Варяг» и на душе как-то сразу посветлело.

- Поди прочь, - мысленно сказала она кровожадному существу. Вздохнула пару раз и ласково продолжила своим нормальным голосом. – А теперь, добрые люди, когда вы немного пришли в себя, расскажите, что произошло в большом мире? Из-за чего вы так…ополоумели?

Люди, побелевшие от страха, рассказали, что пару дней назад в порту высадился отряд инквизиторов, который должен изловить ведьму-кикимору. Она держит в страхе город в долине. Там, где они недавно расстались с Артой.

Домик бежал по кромке леса. Иногда за окном мелькали небольшие озёрца, а иногда над горизонтом всплывали огромные тёмные глыбы летающих островов.

- Это ж надо быть такой дурой! – причитала Кальма. – Я ведь предупреждала её! Найду этого человека и превращу его в слизняка.

- Ага, а потом инквизиция превратит тебя в горстку пепла.

Кальма кинула на девочку беглый взгляд.

- Ты тоже испугалась меня?

- Ты не была проводником Тёмной материи, как мы, Тиана, ты – проводник для демона. Я бы с ним не справилась. Никто бы не справился, только если отрубить тебе голову до того, как ты полностью перевоплотишься.

- Значит, нужно мне поскорее вырасти, в кого-нибудь влюбиться и родить ребёнка. Но для начала мы спасём нашу сестру. Кальма, а если нам не удастся её вернуть?

Кальма с отсутствующим видом раскурила трубку. На вопрос она так и не ответила. По её виску тоненькой струйкой текла кровь.

Лес был очень густым. По обломанным деревьям они могли судить о том, что дом-ходунок Арты прошёл сквозь чащу тут. Он был намного меньше, чем у Кальмы.

- Дальше не пройдёт. Побежим сами.

И они побежали, пытаясь обогнать время. Кальма не отставала от Тианы. Удивительно, сколько в старой ведьме сил.

Крик кикиморы раздался неподалёку .Чуть дальше послышалось ответное ржание лошадей.

- Это они! Инквизиция! – задыхаясь от бега, воскликнула Тиана.

За чередой деревьев вспыхнул свет.

- Арта! Арта! – отчаянно закричала Тиана, уже ни на что не надеясь.

Арта осыпалась горсткой пепла.

Глава 4, в которой Кальма кого-то лечит

Кальма ткнула инквизитора носком туфли.

— Кровищи то сколько! Может, подох? — в голосе её не было надежды на благополучный исход, не верила она, что мужчина умер.

— Эм-м-м, — Тиана приблизилась к нему, потрогала пульс на шее. — Не подох. Кальма, ты видишь это? У него раны шевелятся.

Кальма нагнулась, чтобы посмотреть.

— Ничего не вижу.

Инквизитор судорожно вздохнул и из его раны на лице взметнулись вверх жгутики тьмы. Тиана в ужасе отскочила. Кальма глянула на неё удивлённо.

— Это омерзительно! Кальма, ты и сейчас ничего не видишь?

— Нет, и проклятия на нём не чувствую. Он истечёт кровью к утру. Оставим его тут или дотащим до ходунка?

— Инквизитор убил Арту, конечно, оставим его тут! — Тиана упрямо скрестила руки на груди, из-за чего получила увесистый подзатыльник.

Зыркнула на Кальму и устыдилась своей кровожадности. В прошлой жизни она бы не раздумывая помогла этому человеку, а сейчас всё изменилось. Инквизитор — враг! Берегись ведьма. Кальма научила её бояться их с колыбели, а немного повзрослев и поняв что к чему, Тиана возненавидела этих Воинов света.

— Он проклят. Арта мертва. Она не стала кикиморой — я бы почувствовала. Все сёстры почувствовали бы это. Надо найти слизняка Вольдемара и допросить, но прежде мы вылечим, — Кальма постучала носком туфли по бедру раненого, — его. И не криви нос. Давай бери его за ноги.

Инквизитор оказался неподъёмным.

— Тяжёлый скотина! — выдохнула Кальма через некоторое время, оно показалось Тиане вечностью. Хотелось упасть на землю и никаких тяжёлых мужиков не волочить через лес. Руки и ноги тряслись от перенапряжения.

Она услышала треск — ходунок совсем близко, но всё же очень далеко, когда тащишь такую ношу. С губ готово было вылететь проклятие. Тиана сжала их плотнее на всякий случай. Тиана изорвала платье, чтобы перевязать ему раны. Тряпки пропитались кровью, которая пузырилась в рассеянном ночном свете Антиса и далёкой, крошечной Луны. Кальма этого явно не замечала.

Как оказалось, дотащить инквизитора до дома и уложить его на кровать Тианы — это только полдела, остальная половина состояла из огромного числа поручений, которые старая ведьма выдумывала одно за другим: принеси воды — ручей недалеко; собери хворост — растопи печь; закипяти воду — свари настой; подай то, подай это!

Кальма орудовала как заправский хирург. Она аккуратно сняла с раненого странные кожаные доспехи и наручи с пальцами — Кальма называла их краги, — разрезала куртку и рубашку, стащила с него штаны, дала Тиане ещё один подзатыльник сказав:

— Негоже маленьким девочкам на мужское хозяйство пялиться.

— Чего я там не видела. Я, вообще-то, в 18 умерла!

Кальма осуждающе поцокала языком.

— Срамовница! Поболтай мне еще! Дай кусок ткани и попробуй увидеть что-нибудь полезное в лечении, а не… Нужно исцелить его.

Пока Кальма очищала раны, Тиана смотрела на жгутики тьмы. Протянула палец и, содрогаясь от омерзения, потрогала один щуп. Она ожидала, что палец пройдёт сквозь него, как сквозь воздух, но не тут-то было. Щуп обвился вокруг пальца, Тиана дёрнула рукой, пытаясь вырваться из хватки. Получилось это только с третьей попытки. Тиана по инерции упала на пол, вытянув странный сгусток тьмы. Он слепо шарил по полу в поисках своей жертвы. Безошибочно направился в сторону инквизитора, таща Тиану за собой — щуп так и не разжался. Тиана чувствовала, как палец начал отмирать. Ходунок содрогнулся от криков девочки и старухи.

Тень почти доползла до кровати, как вдруг Тиана стала воспринимать происходящее отстранённо, будто снова смотрит остросюжетный фильм. Чёрное спокойствие разлилось по ее телу. Она встала на ноги. Паразит, она теперь точно знала, что это такое, суетливо задёргался, пытаясь уползти от неё. Тиана схватила его обеими руками.

— Тьма от тьмы моей, — пророкотала она. — Рассейся в Хаосе.

Паразит задёргался и растаял, будто туман от света солнца.

— Тиана, это ты? — робко спросила Кальма.

— Да, — голос Тианы не изменился. — Подожди немного, я приду в себя.

— Ты можешь из себя уходить?

В ответ Тиана истерично рассмеялась и сказала:

— Пойди прочь! (говорит на русском)

Нечто неторопливое и вечное утекло на периферию сознания девочки и вновь затаилось там. Оно как тень, которая всю жизнь сопровождает человека, к ней привыкаешь и почти перестаёшь замечать. Проклятие Тианы.

Раны на теле инквизитора перестали кровоточить. Кальма зашила их и залепила какой-то зелёной дрянью, которую сначала растолкла, добавив вытяжку из плесневелого хлеба. Будем надеяться, что это всё-таки был пенициллин, думала Тиана, наблюдая за манипуляциями бабки.

— Кальма, ты уверена, что хочешь его спасти, а не убить? Выглядит это всё как-то не очень.

— Девочка моя, запомни, добрые дела всегда вознаграждаются. И потом, у меня предчувствие: он должен жить. Я никогда не ошибаюсь в своих догадках. Благодаря моей мази его раны быстро затянутся, а шрамы будут гладкими и мягкими. Ты лучше подумай, что за проклятие только что сняла.

— Паразит. Э-э-э… Ну, как блоха.

Кальма посмотрела на неё внимательно.

— Не нравится мне это. Приход Тьмы и одержимость чувствуем и мы, и инквизиторы. А этих паразитов только ты.

— Я его тоже не почувствовала. Я его увидела. А наш пациент — красавчик, — Тиана кивнула на раненого.

— Был, — констатировала Кальма.

— Да ладно. Мужчину шрамы украшают. Станет харизматичней. Самец.

Они придирчиво уставились на полуголого воина. Смуглый, темноволосый с тонкими, но мужественными чертами лица, он явно был любимцем женщин. Военное ремесло тоже пошло впрок — тело бугрилось мышцами.

Вот только свежие раны на груди и левой части лица портили картину. Одна рассекла нижнюю губу и подбородок. Ещё одна шла ровно вертикально, перекроив лицо ото лба до нижней челюсти.

— Надеюсь, что я хороший лекарь, и он не подурнеет. Великий Антис! О чём мы думаем! Старуха и маленькая девочка — ведьмы! — пускают слюни на инквизитора! До чего я докатилась из-за этой мелкой паскуды, — Кальма поражалась сама себе и отвесила Тиане последний на сегодня подзатыльник.

Ронан с трудом разлепил глаза. Один глаз. Второй не открывался. Свет резал, размазывая очертания комнаты.

Ронан хотел потрогать лицо, но рука дёрнулась и упала на одеяло. Ужасно хотелось пить. Кто-то, словно прочитав мысли, приподнял ему голову и понёс к растрескавшимся губам чашу.

— Попей, — прокаркал над ухом старушечий голос.

Вода тоненьким ручейком пробежала по языку. Ронан подавился и раскашлялся. Ему позволили отдышаться и снова приставили чашу к губам. Только допив воду до конца, он ощутил странный привкус трав. Мысли расплылись, так же как и силуэт старушки. Он вновь провалился в темноту.

— Это, скорее всего, магнитум, — задумчиво пробубнил девчачий голос.

Ронан осторожно повернул голову и открыл правый глаз. Левый так и остался закрытым. Комната понемногу приобретала чёткость.

За столом сидела девочка лет тринадцати и ковыряла ножом его краги. По наручам прошёл разряд и щёлкнул её по руке. Девочка вздрогнула.

— Чёрт! Были бы у меня перчатки резиновые. Хотя…не уверена, что это электричество.

Разговаривала она как зазнайка-механик. Много непонятных слов.

— Положи на место.

Неожиданно его голос прогремел по комнате хрипло и властно. Девчонка, на этот раз, подскочила на месте, опрокинув стул, на котором сидела.

— Го-о-осподи! — выдохнула она, тараща на него синие глазищи. — Бабуля! Он проснулся!

Ронан приподнялся на локтях. Голова кружилась, а сердце стучало в груди так, что отзывалось грохотом в ушах.

Света из маленьких окон было достаточно, чтобы разглядеть в чьём именно доме он находится. Бревенчатые стены, украшенные пучками трав, на полках поблескивали склянки с сомнительного вида жидкостями. Девочка, отмеченная тьмой, юная ведьма. Ронан не мог понять, но что-то с ней не так. Это бросалось в глаза, но оставалось скрытым, как ускользающая мысль.

Дверь со скрипом открылась. Вошла хозяйка этого места. Маленькая, сгорбленная старушка с пучком белоснежных волос на голове и выдающимся носом. Одета она была в слои тёмного тряпья. Настоящая ведьма.

Ронан с трудом сел на кровати, спустив босые ноги на холодный пол. Приложил ладонь к груди, стараясь отдышаться, и почувствовал странную шершавость под ней.

— Что это за дрянь? — спросил он, счищая с ран зеленую шелуху.

— Так это… лечебные травы, мессир. Вы бы прикрылись, тут юная девушка.

— Кальма, может, ему нравится сверкать голым…

— Помолчи! — ведьма отвесила девчонке подзатыльник, на что та звонко и весело рассмеялась. — Прости её, мессир, она ребёнок ещё, несмышлёныш.

— Ага, — девчонка саркастично подняла брови и глянула на Ронана. — Простите меня, мессир. Я больше не буду.

Издевательский тон не давал шансов поверить в её искренность. Он понял, что с ней не так. Она выглядела девочкой, но что-то выдавало в ней взрослого человека. Пронзительный взгляд. Будто она играла роль маленькой девочки.

— Кальма, глаза у них и вправду жуткие. Они, конечно, как надо — жёлтого цвета, но разве должны вот так светиться? — сказала девочка на странном языке. Ронан не понял ни слова, но догадывался, что разговор о нём.

Старуха в ответ пожала плечами. Девочка продолжила:

— Как вы себя чувствуете? Не слышите голоса в голове? Не одолевают ли вас потусторонние сущности?

— Угомони свою сестру, ведьма.

— Думаю, он уже поправился, Кальма.

— Что с моим глазом?

— Я, — старуха испуганно осеклась, а её сестра подбоченилась и с вызовом вскинула подбородок:

— Мы лечили его магией, мессир, чтобы вы не ослепли. Покараете нас за это?

Ронан смерил тщедушное тельце взглядом. До чего же ужасная ведьмочка растёт! Откуда она вообще взялась такая? Решил запомнить её. У него создалось стойкое ощущение, что они ещё встретятся.

Потрогал пострадавший глаз. Счистил с него высохшую кашицу из трав. Попытался открыть — мир расплылся радужными пятнами.

— Видите что-нибудь, мессир? — поинтересовалась старуха.

— Да.

— И, как и следовало ожидать, никакой благодарности, — снова промолвила девочка на своей тарабарщине.

— Помолчи, — шикнула на неё ведьма.

— Пойду, погуляю, — сказала девочка и скрылась за дверью.

— Где мы находимся, ведьма?

— В Озёрном крае.

— Вы похитили меня?

— Нет, мессир! Мы везём вас в Заверть. До Пагоза, где остановился ваш отряд, нам не дали пройти люди. Они хотели сжечь наш ходунок. Мы высадим вас в Заверти.

— Сколько я спал?

— Неделю, мессир. Мессир, вам нужно искупаться. Я помогу дойти до озера.

Ронан обернул простыню вокруг тела. От помощи старухи он с достоинством отказался.

Солнце прогрело озёрную воду. Она приятно подхватила тело, смывая с него болезненную усталость. Он вынырнул из воды и увидел, что его бесстыже рассматривает маленькая ведьма. Её губы скривились в ухмылке — она заметила, что смутила его.

Ветер играл длинными, тёмными кудрями ведьмочки, раздувал подол платья. Она сама была как ветер — свободная.

— Отвернись!

Если бы она была немного повзрослее, то он бы показал ей, какие последствия несут в себе такие откровенные взгляды.

— Её звали Арта! Я хочу, чтобы ты знал, кого сжёг!

Она повернулась и зашагала прочь.

— Я её и так не забуду, — сказал Ронан себе.

Ронан молился Антису, желая быстрее добраться до Заверти. Что может быть ужаснее путешествия с заклятыми врагами? Если старуха вела себя тихо, стараясь не привлекать внимание инквизитора, то девчонка прожигала в нём огромные дыры ледяными глазами.

А самое худшее заключалось в том то, что он спал в её постели. Сны ему снились такие, что он потом не мог смотреть ей в глаза, не покраснев как девица. Что эта ведьма навела на него? Порчу? Проклятие страсти? Любовное наваждение?

Он, инквизитор, не смог определить.

На подступах к Заверти ходунок сделал очередную остановку, Ронан выждал момент, когда старая ведьма раскурила трубку и вышла.

В то же самое мгновение, едва за старухой захлопнулась дверь, они скрестились взглядами. Ронану показалось, что он упал в ледяной омут, и холод, царящий там, обжёг его.

— Сними своё проклятие, ведьма, — угрожающе пробасил он.

— Я не понимаю о чём вы, мессир, — пренебрежительно фыркнула девчонка.

Он и сам не понял, как очутился рядом с ней, прижал её тщедушное тельце к стене. Пальцы сомкнулись на худенькой шее. Широко распахнутые глаза, побелевшие от страха губы. Нежные губы маленькой девочки. Она станет взрослой, и эти губы будут кого-то целовать. Отвратительная ведьма.

— Я не проклинала вас, мессир, — с трудом прохрипела она. — Отпустите!

Она пыталась разжать его руку. Он чувствовал, как бьётся жилка.

По нежной щеке скатилась слеза.

— Я не верю тебе, ведьма, — он разжал пальцы. Ведьма не устояв на ногах рухнула на пол.

— Тогда сожгите меня, мессир. Зачем же душить? Только я вас не проклинала, но проверьте, очень хочу.

Она поднялась, взяла краги и кинула ему.

— Ну, давайте, мессир. Вперёд! Но тогда и моё имя запомните — Тиана! Меня зовут Тиана!

Глава 5, в которой ведьмы отправили инквизитора на все четыре стороны и познакомились с госпожой Ветерок

Заверть расположилась на отвесных склонах Волчьих гор. Этот город оказался многоярусным, как огромные обросшие лозами винограда ступени в саду великана, подножье которых рухнуло в пропасть.

На краю крутого склона и расположилась самая большая в округе воздушная гавань. Воздушные корабли роились словно шмели, то присаживаясь на узкие металлические рельсы, то устремляясь ввысь, сверкая яркими разрядами магнитума, проходившими по эллиптическим сферам с еле слышным треском, располагавшихся над корпусом наподобие воздушных шаров.

Ходунок бежал по холму в сторону узкой дороги, что вилась рыжей, пыльной лентой до самого города.

— Суета, — осуждающе промолвила Кальма. — Мы не будем входить в порт, мессир. Высадим вас на подступах к нему и пойдём своим путём.

Тиана промолчала. Ей больше нравилось смотреть на роящиеся в воздухе корабли — прилипла к окну и, забыв обо всём на свете, любовалась вероятным зрелищем. Когда ей в руки попадёт ещё один магнитум, тогда и она сможет так летать!

— И как они не сталкиваются? Это потрясающе, бабуля!

— Загадили всё небо, мало им земли и моря, — проворчала в ответ Кальма.

— Айронависы удобны и быстры, — сказал Ронан и красноречиво обвёл взглядом их дом, трясущийся во время ходьбы.

Тиана повернулась к нему и хотела было спросить, каково это на них летать, но посмотрела инквизитора и передумала, вспомнив, что не разговаривает с убийцами невинных ведьм. Гад! Чуть не придушил её не понятно за что.

Она уже не раз пожалела о том, что согласилась с Кальмой и помогала ему. Неблагодарный… и смазливый до ужаса. Фу! Досадно ей стало даже за то, что свежий шрам, протянувшийся прямой аккуратной линией через глаз и щеку до края челюсти, его не портил, а, наоборот, стал украшением.

Тиана раздражённо, с шумом выдохнула и отвернулась к окну. Через несколько мгновений они отпустят гостя на все четыре стороны, и она забудет янтарные глаза инквизитора как страшный сон.

Домик, наконец, остановился.

— Отсюда до порта рукой подать, мессир, — сказала Кальма. — Пойдёте пешком.

— Ага, надеюсь, что ножки у него не отвалятся по дороге, — сказала Тиана не поворачиваясь. — Кальма, там кто-то бежит к нам навстречу. Ваши друзья, мессир?

Она внимательно на него посмотрела. Такие цепкие взгляды бросают в сторону людей, которым нельзя доверять, а приходится. И разговаривать с ними, отчего-то ужасно хочется, и в странные глаза смотреть.

— Как мои друзья могли узнать, что я тут?

Он тоже вгляделся на двух бегущих людей, потеснив Тиану от окна, стараясь понять, кто это. Его рука как бы невзначай скользнула по её спине, а в голове звучал вопрос, насмешливо уличающий нелогичную глупость девчонки. В ответ она пожала плечами, мол, кто вас инквизиторов знает, и отошла от него подальше.

В каждом движение бегунов считалась стремительная лёгкость. Они молоды. Даже слишком. Мальчики. И уж точно не инквизиторы. Незнакомцы были довольно странно одеты. Коричневые куртки, Кожаные шапки-пилоты с козырьком. У одного из мальчиков над козырьком блестели круглые очки.

— Лётчики! — восхищённо выдохнула Тиана, поймав злой взгляд инквизитора. Так и хотелось показать ему язык, но вместо этого она судорожно пригладила волосы.

— Кальма, как я выгляжу?

Старая ведьма ничего не ответила. Она задумчиво разглядывала их неприятного гостя и набивала трубку табаком. Инквизитор надел на себя непроницаемую маску, но Тиана знала, что ведьма что-то сокровенное успела понять. Интересно, что именно?

Тиана, изнывая от нетерпения, выскочила на улицу, вслед за ней вышла Кальма.

Мальчишки остановились, не решаясь подойти ближе. Им было лет по четырнадцать — шестнадцать. Оба немного чумазые и раскрасневшиеся от быстрого бега.

— Это…это ходунок уважаемой ведьмы? — заговорил тот, кто выглядел постарше. Голос его дал петуха — он удивлённо посмотрел на инквизитора, который вышел на крыльцо вслед за ведьмами.

Второй пытался отдышаться. Согнулся, опершись руками о колени.

— Да, это мой дом, — ответила Кальма.

— Э-э-э… — мальчишка не отводил испуганных глаз от инквизитора. — М-м-мы…

Второй поднял палец вверх, разогнулся, вздохнул глубоко и сказал:

— Наша тётушка, госпожа Верт, капитан воздушного судна «Ветерок», просит вас о помощи. Сестра…она…заболела, — мальчишка покосился на инквизитора и замолчал.

— Мы думаем, что это Тёмная материя убивает её, — продолжил первый.

— Значит, это дело инквизиции, а не ведьм, — непререкаемым тоном сказал Ронан.

— Она не проклята, мессир. Она больна. Мы обращались в Священный совет. Нам, как бэ… сказали искать ведьм. Прошу вас, — обратился он ко всем. — Ночью ей стало хуже. Когда мы подлетали к Заверти и увидели ваш ходунок, то не могли поверить своей удаче. Наш «Ветерок» пришвартовался к ближайшей пристани.

Ведьма обречённо взглянула на суету внизу.

— Мы поедем к ней всё вместе, — сказала Кальма. — Ходунок быстрее дойдёт. Мессир, мы и вас домчим до пристани. От судьбы не уйдёшь, как ни старайся.

Тиана проследила, как инквизитор вновь зашёл в дом. Вот же! Никак от него не избавиться. Неприятный человек! Почему все неприятные люди такие приставучие? Прямо сил нет. Полотняный мешок, который она ему сшила на днях, был худ и некрасивой бесформенной тряпкой висел на спине. На дно он сложил свои доспехи и волшебные краги. Эти вещи торчали сквозь ткань углами. Они с Кальмой положили ему немного еды в дорогу, и всё это смотрелось очень убого.

Тиане отчего-то стало стыдно, потом она вспомнила, как исколола себе пальцы пока шила мешок под гнётом немигающего взгляда, и разозлилась. Скоро они избавятся от нежелательного гостя и вздохнут свободно.

Ходунок добежал их до пристани за считаные мгновения. Тиана аж загордилась этой старой развалюхой и с удовольствием наблюдала, как мальчишки, не скрывая любопытства и восхищения, рассматривают их скромный дом. И не морщат носы, как этот. Чтоб ему пусто было!

Через несколько мгновений настала очередь Тианы разинуть рот от восхищения.

Белые аккуратные домики Заверти убегали вверх по склону горы, украшенные зеленью садов, а впереди, залитая золотым солнечным сиянием, распростёрлась зелёная долина перевязанная, как подарок, блестящей, серебряной рекой. Городок разделили узенькие водопады, стекавшие вниз, игриво шелестя.

Самым удивительным был корабль-айронавис. Это не самолёты — эмитировавшие птиц, из далёкой прошлой жизни.

Дерево и сталь составляли его покатое туловище. Маленькие квадратные окошки на обшивке расположенные в два ряда, говорили о том, что корабль имеет, по крайней мере, пару ярусов.

Посреди деревянной палубы разместился капитанский мостик под стеклянным куполом.

Мачты крепились к странной сфере, которая потрескивала электрическими разрядами. Воздух вокруг неё мелко дрожал.

Вдоль бортов сложены матерчатые крылья, которые трепал ветер.

— Они действительно могут летать? — спросила Тиана, не веря своим глазам. — Потрясающе! Это магнитум? Я правильно понимаю?

— Э-э-э…да, — ответил один из мальчишек.

— Значит, этот корабль летает на магнитной подушке… Вот бы мне добыть ещё один камешек. Лучше два. А где ваша сестра?

— В нижней каюте. Это сюда.

Они спустились по крутой и узкой лестнице вниз. Со скрипом открылась деревянная дверь. В тесной каюте у кровати сидела леди. Под приталенным жакетом из грубой ткани угадывался кожаный корсет, плечи расправлены взгляд открытый и умный. Кудрявые рыжие волосы, несмотря на аккуратную причёску, придавали ей бунтарский, даже несколько авантюрный, вид. Возможно, ей было лет сорок или сорок пять.

— Вы пришли, матушка, — сказал она приятным голосом, в котором чувствовались властные нотки. — Все зовут меня госпожой Ветерок.

— Кальма, — лаконично ответила ведьма. — Это моя внучка Тиана. А это…

Ведьма запнулась. Взгляд её скользнул по инквизитору, который зашёл вслед за Тианой. Они так и не удосужились узнать его имя.

— Неожиданно. Инквизитор? — руки госпожи Ветерок задрожали, и она, чтобы скрыть это от вошедших сложила их на животе.

— Да. Меня зовут Ронан Харелл.

— Ваши не смогли помочь, — госпожа Ветерок кивнула в сторону узкой кровати.

Девочка, лежавшая на ней, была до того тоненькая и бледная, что заметить её сразу можно было только благодаря рыжим, как у госпожи ветерок, кудрям. Яркие синие глаза ее остекленело уставились в низкий потолок.

Ронан взял Тиану за плечи и аккуратно отодвинул от прохода. Тиана нахмурилась, почувствовав это почти ласковое прикосновение. Он протиснулся мимо неё к больной девочке.

— Я не вижу проклятия, но…она, — он перевёл ошарашенный взгляд на Кальму.

— Пустая, — продолжила вместо него ведьма. — Ее лучше умертвить. Она не проклята насмерть своею матерью. Ведьма из неё не выйдет, но чудовище вполне. Нечисть любит живые тела, а это еще и не охраняется никем.

— Её нужно убить, пока непоздно, — согласился с Кальмой Ронан.

Тиана удивилась, насколько буднично прозвучало это предложение из их уст. В комнате повисла жуткая, обречённая тишина.

— Я прошу вас, матушка! — госпожа Ветерок изящно упала на колени и схватилась за грязный подол Кальмы длинными аристократичными пальцами. — Все, что у меня осталось от семьи, от моей жизни — это дети моего покойного брата! Я ему обещала… Элис всегда была хрупкой и ранимой. Она видела смерть своих родителей, замкнулась в себе и угасла за несколько лет. Верните мне её к жизни! Ведьмы это умеют, если тело не умерло. Прошу вас! Умоляю!

Кальма покачала головой.

— Её дух ушёл.

— Бабуля, а если ты возьмёшь душу из моего мира? Как меня? — спросила Тиана на родном языке.

— Мне надо подумать.

Кальма присела на кровать и раскурила трубку, выдохнула дым себе на руку, всмотрелась на расплывающееся облачко. Оно плыло по воздуху, закручиваясь в замысловатые спирали. Кивнула ему.

— Мессир, мне придётся попросить вас выйти. Если у меня не получится, тогда вы убьёте её.

Инквизитор коротко кивнул, и его широкая спина мелькнула в узком дверном проёме. Послышались голоса мальчишек:

— Мы вас проводим на палубу, мессир. Там удобнее ждать.

Когда топот ног по лестнице стих, Тиана робко спросила:

— Мне тоже уйти, Кальма?

— Нет, ты можешь понадобиться мне, — ведьма перевела взгляд на женщину, та так и не поднялась с колен. — Я помогу вам, встаньте. Но…вы должны знать, что это будет другая душа. Душа человека, который страстно хотел жить. Вам придётся многому его научить. Даже разговаривать. Эта девочка, сколько ей лет?

— Десять, матушка.

— Подумайте над этим. Мне удивительно, что инквизиторы не умертвили пустое тело, — пробормотала Кальма.

— Мы выкрали её у них. Я согласна, матушка. Я на всё согласна! В ней течёт кровь моего брата, а душу пусть определит судьба.

Кальма склонилась над девочкой и нырнула в Ничто. Мириады искр светились в вечной тьме. Кальма поманила одну, раскрыв ладонь. Вихрем закружились три огонька, нашедшие новый путь в мир живых. Старая ведунья попыталась отогнать лишние огоньки, но они закружились и прожгли в душе Кальмы путь в новый мир. Она не успела остановить их и упала побеждённая. Ничто скрылось от Кальмы.

— Кальма! — Тиана осторожно хлопала её щекам. — Кальма их было больше. Я их чувствую. Кто-то ещё возродился. Они будто родная кровь. Будто я больше не одинока.

— Да. Теперь вас четверо. Вот только где и в ком возродились остальные? Вот в чём вопрос.

Девочка застонала, заморгала и не смогла толком пошевелиться. Госпожа Ветерок схватила её за руку причитая:

— Девочка моя! Ты будешь жить!

— Воды, — прохрипела она.

Тиана осторожно напоила её.

— На каком языке она говорит?

— Это неважно, — сказала Кальма. — Её душа — дитя другого мира.

— Кальма, у неё такое же Условие. Я чувствую. Любовь. Госпожа Ветерок, ее Условие жизни здесь — найти настоящую любовь и родить от того мужчины детей. Я точно знаю, что её пара живёт в этом мире. Но, прошу вас, сохранить это в тайне.

— Да, — кивнула Кальма. — Никто, кроме присутствующих здесь, не должен об этом знать. Никто. Пусть вас настигнет моё проклятие, если вы проболтаетесь.

— Пусть настигнет меня ваше проклятие, если я не сохраню эту тайну, — кивнула госпожа Ветерок. — Спасибо вам! Я не знаю, как вам отплатить за добро.

— Увезите от нас инквизитора подальше, — предложила Тиана.

На что Кальма многозначительно ответила:

— От судьбы не убежишь.

— Ты это о чём?

— Да так. Размышления вслух, не обращай внимания на старушку. Помоги лучше новорождённой.

Элис таращилась испуганно на них.

— Я это не я? — спросила она срывающимся голосом.

— Эм-м-м…нет. Ты, как бы это сказать, умерла на Земле и возродилась в Подлунье. Я тоже когда-то таким образом сюда попала. Умерла в восемнадцать лет и вуаля — я тут. Стала недоделанной ведьмой. Кстати, Кальма, ты чувствуешь, в ней фонит магия.

Кальма присмотрелась, даже принюхалась к новому человеку.

— Да. Она навигатор, чувствует магнитные пути. Редкий дар. Неженский.

У Тианы удивлённо взметнулись брови. У госпожи Ветерок тоже.

— Ты мальчиком была в той жизни? Кальма! Что делать?

— Я была девочкой. Инна Ветрова. У…умерла в пятнадцать лет от рака, — по щеке девочки скатилась слеза. — Семь из которых провела в больнице. Мои родители…Я так хотела жить!

Она всхлипнула.

— Это, госпожа Ветерок, твоя тётя, вы почти однофамильцы. Выучи здешний язык. Я тебе алфавит напишу и пару сотен слов, для начала. Нам с бабулей пора, но мы ещё встретимся, обещаю. Ты ведь чувствуешь меня?

— Да. Как странно. Похоже на притяжение магнита. Но я ещё два таких же ощущаю.

— Бабуля случайно вместе с тобой ещё двоих прихватила, — Тиана рассмеялась. — Почти банда собралась. Только бы их найти. Ты пока просто живи.

Элис закрыла глаза и мгновенно забылась здоровым сном.

— Как мне вас отблагодарить, матушка? — шёпотом спросила госпожа Ветерок.

— Никак. Я не вернула вам вашу племянницу. Это не она.

— Это она, — убеждённо сказала госпожа Ветерок. — Элис жива. Это наша девочка живая и здоровая. Я помогу ей выполнить Условие.

Кальма в ответ кивнула.

— Эм-м-м, — госпожа Ветерок, вы ведь летаете на острова. Если бы вы смогли по-дружески добыть мне малюсенький магнитум, я была бы вам безмерно благодарна.

— Малюсенький магнитум у нас найдётся, — сказал один из мальчишек, просунув в дверь любопытное лицо. — Я щас.

Он убежал дальше по длинному, узкому коридору. Скрипнула дверь, а после задались торопливо приближающиеся шаги.

— Вот, — мальчишка разрыл ладонь.

Его камень был не таким гладким и ровным, как у Тианы, но оказался крупнее.

— Я его отковырял из цельной породы в рудниках. Теперь он твой. Спасибо за то, что вылечили Элис. Я тоже помогу ей с Условием.

Он задорно подмигнул Тиане и нежно посмотрел на спящую сестру.

День показался Тиане пронзительно солнечным, когда они вышли из сумрачного трюма. Она победно улыбнулась инквизитору и с удовольствием отметила его ошеломлённый взгляд. Хотел прибить хоть одну маленькую девочку? Маньяк! Не обломится тебе сегодня ничегошеньки. Ха-ха!

Карман приятно оттягивал магнитум, птички парили в бездонной синеве, и корабли замирали в воздушном пространстве. Жизнь прекрасна!

Кажется, провожающий их мальчишка полностью разделял настроение Тианы и сиял счастливой улыбкой.

— Меня зовут Альф, Альфред Верт. Твоё имя я уже знаю, — он протянул ей покрытую тёмными пятнами машинного масла руку.

— Приятно познакомиться, Альф, — улыбнулась Тиана. — Береги сестру. И дай мне писчую бумагу и грифель, я ей напишу очень длинное письмо.

Она сидела на ступенях капитанского мостика и быстро писала. Альф заинтересованно смотрел, положив руку ей на плечо.

Инквизитор, пожелавший лично проверить наличие у девочки настоящей души, спустился в каюту, но через некоторое время был тут как тут. Тиана напряжённо чувствовала его присутствие и недовольство. Она хотела исподтишка посмотреть на него, но не получилось. Её встретил открытый и полный лютой злобой взгляд.

— Я закончила, — Тиана свернула листки бумаги втрое и протянула их Альфу. — Отдашь Элис, когда она проснётся.

На палубе собралось всё семейство Верт во главе с тётушкой. У Альфреда, как оказалось, был ещё один брат примерно того же возраста, что и инквизитор. Звали его Сэмюэль. Он не очень понравился Тиане. Смотрел на ведьм неприязненно, разговаривать с гостями отказался.

Другого мальчишку звали Оскар. Стеснительный и робкий он вполне мог совершить героический поступок, Тиана была отчего-то в этом уверена.

Глядя на счастливые лица этого странного семейства, живущего между небом и землёй, Тиана поняла, сегодня у неё появились первые в жизни друзья.

Тиана шагнула на пристань и оглянулась. Помимо семейства Верт, провожать их вышел инквизитор. Он смотрел им вслед страшными янтарного цвета глазами — девочка так и не смогла к ним привыкнуть, — и хмурился, вцепившись в поручень.

Ходунок стоял поодаль. Лапки его подёргивались в нетерпении, а дверь приглашающе распахнулась.

— Уф! Я уж думала, что никогда не избавимся от него! Ты заметила, сколько раз нас поблагодарили авиаторы? А этот Ронан? Ни разу! — пропела Тиана. — Сейчас сменю постельное бельё и, наконец, нормально высплюсь!

Она подняла подушку и застыла. Улыбка медленно сползла с лица.

— Что это? — спросила Тиана.

Кальма подошла посмотреть. На белой простыне переливались мелкие, размером с горох камешки магнитума. Ровно десять штук.

— Он тебя всё-таки поблагодарил, — меланхолично ответила Кальма. — Я думаю, инквизитор вынул их из крагов. Надеюсь, что теперь ты успокоишься и займёшься, наконец, нормальным делом.

— Не поблагодарил, а откупился. Мы его спасли, а он нам ничего не должен. Ну и ладно. Теперь я смогу летать, бабуля. Но сначала мы поймаем молнию, чтобы зарядить мои камни. Иначе ничего не выйдет.

Кальма лишь тяжело вздохнула, глядя на неугомонную девчонку.

Тиана выскочила на крылечко. Ходунок бежал вниз по склону холма, отдаляясь от гавани. Там, далеко, корабль «Ветерок» отдал швартовые и собрался лететь в неведомые дали с инквизитором на борту.

— Прощай, — прошептала Тиана.

А ночью ей снились прекрасные янтарные глаза.

— Ронан, — прошептала она во сне.

Кальма сидела у печи и задумчиво курила трубку. Инквизитор и ведьма, почему судьба распорядилась так странно? А главное, что из этого выйдет?

Вопросы, на которые может ответить лишь время. Облако дыма вылетело через приоткрытое окошко и растворилось на фоне Великого Антиса.

Ронан сидел палубе и смотрел в звёздное небо и размышлял о своём приключении, которое подходило к концу. По воздуху плыла печальная мелодия, которую наигрывал мальчик на губной гармошке. Ронан грустил.

Ведьмы…если бы ему сказали, что заклятые враги инквизиции спасут ему жизнь после того, как он убил одну из них, он бы не поверил. Что-то странное творится в мире. Что-то…чего нет в академических учебниках. Например, девочка без души. Или ведьма Арта. Он сжёг её, но она не была кикиморой. Не перевоплотилась. Проклятий без Условий не существует. Так было сказано им. Инквизиторы видят, что за Условие и снять проклятие. Но тот мужчина в Пагозе.

Ветер дул Ронану в лицо и, казалось, шептал: «Перемены. Грядут перемены. Готовься, инквизитор».

А еще он донес одинокое «Прощай!», сказанное голосом Тианы. Ронан вздрогнул. Полная дурь, он, двадцатилетний мужчина, влюбился в маленькую ведьмочку. Ему было тошно от самого себя. Она даже не женщина вовсе.

— Я забуду тебя, Тиана, — сказал он в ночь, но сам не поверил в свои слова.

Во сне он снова смотрел в её глаза, похожие на зелёный лес Сумеречья небо.

Глава 6, в которой инквизиция сражается с ветром перемен

Пагоз вымер. Ронан вспоминал свою первую вылазку на ведьму восемь лет назад. Казалось, с тех пор прошла целая вечность. Он стал другим. И мир тоже стал другим.

Они вновь ехали той же дорогой, но теперь их было в отряде не четыре человека, а двадцать: четверо инквизиторов и шестнадцать воинов.

На этот раз их встречал не только ветер в поле, но и люди. Вот только они были мертвы.

Первый мертвец попался им выше по тракту. Он лежал на спине, раскинув руки. Его грудь вздымалась и опадала, широко раскрытые глаза неподвижно уставились вверх, отражая небо.

— Такого ещё не было, — сказал Ронан.

Обычно они находили людей в пастелях. Иногда за столом, но ещё никогда не находили их посреди поля.

Они осторожно подошли к телу, краги блёкло поблескивали при солнечном свете. Этот уже мог быть одержимым.

Им стало ясно, что странный мор опустошил и этот город. Мужчина не шелохнулся, когда они закололи его и сожгли. Это намного лучше, чем сражаться с демоном, который займёт пустующее тело.

Ронан каждый раз вспоминал старую ведьму, наполнившую племянницу леди Ветерок новой душой. Другие ведьмы в ответ разводили руками — они так не умели, а Кальма и её внучка пропали без следа. Ронан несколько месяцев искал их по приказу его Святейшества, но так и не нашёл.

Над безмолвным городом кружило вороньё. Ему показалось, будто чёрные птицы выкрикивают имя маленькой ведьмочки: «Тиана! Тиана!»

«Тиана! Тиана!» — шелестел ветер.

«Тиана! Тиана!» — скрипели ржавые петли открытых дверей осиротевших домов.

Ронан потряс головой, чтобы сбить с себя наваждение. Он так и не смог разобраться в своём проклятье. По ночам несносная ведьма снилась ему, а днём мерещилась всюду, куда бы он ни посмотрел.

Его братья ехали, настороженно осматривая округу.

— И здесь все мертвы, — пробормотал Малыш Стивен, сжимая поводья в руках.

— Только не обмочи портки, чистые нам тут не светят, — глумился над ним Кудряш Джон.

Ронан мельком взглянул на весельчака. Интересно, что должно случиться в этом мире, чтобы из Джона Каллена выбило спесь и веселье?

По всей улице лежали разбросанные тела. Мужчины, женщины и дети валялись на земле в нелепых позах, будто подкошенные чьей-то злой волей.

— Здесь есть живые!

Сначала Ронан даже не понял, что именно прокричал один из воинов. Они объехали множество маленьких деревень и посёлков. Нигде после мора им не встречались по-настоящему живые люди.

Кудряш Джон пришпорил коня. Ронан поехал следом

Маленький двор, а посреди низенький домик. Несколько человек испуганно жались друг к другу.

Их объединял не только испуг, но и широко распахнутый глаз, аккуратно нарисованный на лбу каждого человека. И метка Тёмной материи на ауре у всех. Ронан никогда раньше не видел таких проклятий. Не смог прочитать их Условие.

Джон Каллен взвёл краги, воины вытащили из ножен мечи.

— Без команды не нападать! Их следует расспросить, — рявкнул Ронан на инквизиторов, а после этого обратился к людям. — Мы, инквизиторы, служим богу Антису. Я буду задавать вопросы, а вы на них ответите. Иначе всех сожжём!

Ронан холодно обвёл их взглядом. Одна из женщин спрятала лицо своего малыша на груди. Они ему верили. Затравленно смотрели, ожидая своей участи. Знали: он и не врал им.

— Рассказываете с самого начала. Когда всё это случилось?

— Это проклятие принесла нам падчерица старосты. Все знают, что она немного того, — говорящий наглого вида пацанёнок покрутил у виска. — Чокнутая!

— Она ведьма?

— Ясное дело!

— Она не ведьма, мессир, — сказала женщина с ребёнком, покосившись на остальных. — Она благословенная.

— Ага! Как же! — раздались возгласы. — А это тогда что? Мы не можем оттереть эти глаза. Въелись напрочь! Что это кабы не проклятие?

Ронан заметил, что у многих действительно лбы были красными и растёртыми до волдырей.

— Она разбудила нас, мессир, а эти хотели её сжечь, как только в себя пришли. Я уверена, мессир, она бы всем помогла, если ей не мешали! Мира спасла бы моего мужа и сына!

Женщина разрыдалась, прижимая младенца к себе.

— И где она сейчас?

— Сбежала, мессир. Часа два назад. Она в ногу ранена, не могла далеко уйти. Вы найдёте её? Пусть она всех разбудит.

— Джон, возьми людей, прочешите местность. Ведьму желательно не убивать. Мне нужно её допросить. А вы сейчас быстро рассказываете мне подробно о том, что здесь произошло.

И они рассказали.

Под утро им всем приснился один и тот же сон, будто огромная тень накрыла весь город. Чёрная птица. Её перья опадали на город тихо как чёрный снег. Он просачивался сквозь щели в дома, пробирался к спящим. Они видели всё это во сне, но не могли проснуться, но потом в птицу ударил луч солнца и многие смогли хоть немного скинуть с себя оцепенение. Началась суета. Люди выскакивали из домов и бежали прочь, не разбирая дороги. Затем стали падать один за другим. Их поглотила тьма. Пустоту они почти не помнят, знают только, что она есть.

— Ведьмы эту пустоту называют Ничто? — спросил Малыш Стивен.

Ронан в ответ кивнул, вспоминая ответы старой Кальмы о новой душе Элис Верт.

Джон Каллен продирался сквозь лесную чащу, как кабан шумно и ломая всё на своём пути. Отчего-то он точно знал, в каком направлении ушла ведьма. Едва они с воинами разошлись, чтобы охватить большую территорию, как это ощущение настигло его. Сила ведьмы манила, лучше сказать, заманивала его в ловушку. Как там сказал этот бездушный кусок южного гранита Ронан? Ах да! Достань ведьму живой. Ага, сейчас! Он вспоминал свои прежние вылазки на воплотившихся ведьм. Всегда безжалостно их сжигал в пламени Антиса. Никаких переговоров — это правило вдалбливали им в академии.

Ронан тоже не раздумывал во время дела. Разряд огня хлестал из его крагов по одержимым демонами на поражение и Джон сомневался, что Ронан при этом был очень сентиментален.

За пять лет сражений с одержимыми они оба стали бесчувственными. Как механизмы для убийств.

Поймать ведьму, которая заманивает инквизитора в ловушку живьём невозможная задача.

Заросли неожиданно расступились и Джон едва не сорвался с невысокого отвесного обрыва. Взмахнув руками, он вцепился в ветку и отступил от зыбкого края на шаг. Внизу плескались волны небольшого озера.

И тут он заметил её. Девушка, прихрамывая, вышла на берег. Её обнажённое тело блестело от капель воды. Она была прекрасна. Его взгляд прошёлся по стройным ногам, плавном изгибе бёдер, задержался на высокой груди, которая покачивалась при ходьбе. Ведьма собрала длинные чёрные волосы и выжала из них воду, натянула на мокрое тело простое серое платье, испачканное кровью, и лишь тогда Джон догадался рассмотреть её лицо, но она повернулась к нему спиной. Перед девушкой стоял огромный медведь.

У Джона замерло сердце. Он направил на животное краг. Нужна одна точная вспышка. Медведь угрожающе раскрыл пасть, но рык инквизитор услышал за своей спиной. Он обернулся — стая волков скалила на него зубы.

— Не преследуй меня, воин! — раздался за спиной звонкий голос. — Лучше сожги тех невинных, кого мне не удалось вернуть в этот мир. Время упущено. Им не уже не помочь. И запомни: Око Солнца спасёт наш мир от затмения! Ворон боится его. Вырасти его в душе. Передай эти слова своим братьям по оружию. Волки проводят тебя до Пагоза, инквизитор.

Джон мельком увидел, что огромный медведь, как заправский скакун унёсся в чащу со всадницей на спине. Чтобы догнать их — сначала надо разделаться с волками, как-то спуститься к берегу и бежать сквозь чащу. Стая расступилась перед ним. Краги покрылись белыми искрами, готовые разрядиться в сторону хищников, если те набросятся. Атаки не последовало.

Волки хозяйски порыкивали на него, стоило ему хоть немного замедлиться. Едва показался Пагоз, как они остановились и оглушающе завыли. Вожак стаи щёлкнул зубами у ноги Джона.

— Уже ухожу, — сказал им Джон, не сомневаясь — они его понимают.

Ронан хмурился, слушая его рассказ.

— Око Солнца спасёт наш мир от затмения. Ворон боится его? Вырасти око в своей душе? Что за бред, Джон! Ты точно всё правильно запомнил?

— Рон, у меня до сих пор её голос в ушах звенит. Впервые красивая баба умудрилась меня напугать!

— Чистые портки нужны? — вернул ему шутку Малыш Стивен.

— Скоро понадобятся. Нам нужно сжечь тела, если не хотим провести бурную и страстную ночь с кучей одержимых.

Женщина безутешно рыдала.

— Вы виноваты в том, что Мила не спасла наших родных! — тыкала она пальцем в горожан. — Она хотела помочь! Она хотела им помочь…

Женщина кидалась на воинов, не давала им закалывать своих знакомых, семью. Пришлось запереть её в сарае.

Воины споро таскали умертвлённые тела на площадь и складывали их штабелями. Проверили округу и больше никого не нашли. Священный огонь Антиса сжёг их за считаные минуты.

Из сарая раздался истеричный визг.

— Что там ещё. Выпустите её кто-нибудь!

— Он там! Наш староста, — женщина выскочила из сарая как ошпаренная.

Труп валялся, спрятанный в стоге сена, распутно выставив напоказ чресла. Глаза закрыты, а нарисованное око на лбу будто в ужасе уставилось на вошедших.

— Он умер, редкой в наше время, естественной и насильственной смертью. Чудеса, — сказал Джон, глядя на рваные раны на шее.

— Кто ж его так покусал? — спросил Малыш Стивен.

— Волки.

Джон снял клок серой шерсти с перекладины. Ронан зло прищурил глаза.

— Ты упустил убийцу, Джон.

— Возможно, ты прав Ронан, но не кажется ли тебе, что наш труп слегка подпортил себе репутацию. У меня есть небольшое предположение…

— Оно очевидно. Наша таинственная ведьма могла это подстроить. Девка потрясла перед тобой сиськами, и ты раскис. Оглянись. Что, по-твоему, происходит? Только ведьмы стоят между Тьмой и Светом, могут прикоснуться к Тёмной материи. И если в мире стала происходить такая хрень, то догадайся, кто в ней виноват?

Кудряш Джон сделал ошарашенное лицо.

— Ого! Инквизиция древности проснулась? Ронан, да ты у нас фанатик. Боюсь тебя. И рад, что я не ведьма. Сжег бы меня на месте не раздумывая. И, да, сиськи у неё были что надо, но ходунок слишком клыкаст.

Джон в примирительном жесте поднял руки. На скулах Ронана вздулись желваки.

— На совете я предложу, чтобы ты отправился искать эту… — Ронан ткнул в Джона пальцем, пытаясь подобрать слово.

— Тварь? — меланхолично закончил Малыш Стивен.

Все посмотрели на него. Он в ответ сложил могучие руки на груди, поднял бровь, усмехнулся и сказал:

— Очевидно то, что эта Мила не ведьма. Но и не человек. Из этого и будем исходить, а не из сисек. А теперь поищем капитана и доложимся ему. Топай, Джон.

Капитан хмурил изрезанное шрамами лицо, слушая их.

— Мы пойдём за ней.

Решение, последствия которого они потом долго вспоминали. Всё началось с того, что деревья, росшие густо, вдруг ощерились на воинов острыми ветками. Джон готов был поклясться в том, что всего пару часов назад здесь можно было пройти.

Затем раздался предупредительный рык. Вместе с волками на пути злосчастного отряда встали и другие дикие хищники. Не только волки, но и медведи, рыси. Их было несколько десятков.

— Мои краги почти пусты, — сказал Малыш Стивен, доставая меч.

— Уходите, — прошелестел ветер в кронах деревьев.

— Только у меня такое чувство, что мы залезли в ж…?

— Не только, Кудряш, — капитан обеспокоенно озирался по сторонам.

Ронан оглянулся и похолодел. Он узнал это место. Логово Кикиморы.

— Здесь меня ранили.

Сруб давно покрылся мхом и зарос орешником, из-за чего они не сразу его заметили. Он подошёл к развалившемуся ходунку. Разворошил наст. И указал на покрытый ржавчиной прут.

Один из волков заскулил. Очень быстро звери начали окружать их. Припав к земле и перебирая лапами, они скалили зубы и утробно рычали. Оттеснили Ронана от сруба.

Воины встали в круг, оголив оружие. Джон так и не взял в руки оружие. Он спокойно стоял и смотрел на братьев по ремеслу. Лесная дева, прекрасная Мила, выставила против них своё войско. И тут не только животные не желали их присутствия, деревья и даже ветер, который шевелил листвой и не стронул ни одного волоска на его голове.

Звери предупреждающе рычали, но не собирались нападать, Джон был в этом уверен.

— Против медведя с мечом… А зубочистки не найдётся?

— У тебя есть другое предложение, Джон?

— О, да! Я предлагаю двинуться назад в Пагоз. Моя красотка явно на это намекает, вам не кажется? Звери нас обступают полукругом. И — о чудо! — там тропинка назад, и как мы её не заметили? Лес вроде рос гуще. И…слышите? А?

Ронан с шумом втянул воздух.

— Она околдовала тебя, Джон.

— Кудряша может околдовать любая баба, Рон. Я не вижу на нём проклятия или чар. Такой же, как и всегда.

— Хватит болтать. Выдвигаемся в Пагоз, а завтра с утра летим в Валею. Об этом, — командир ткнул мечом в сторону клыкастых. — Нужно доложить совету.

До Пагоза они добрались в сумерках, сопровождаемые диким лесным конвоем.

Устроились в доме на окраине.

— Эти лапы, уши и хвосты мне сегодня будут сниться.

— Малыш Стивен испугался милых пушистиков?

— Ты дежуришь первым Джон, и вы трое, — перебил его капитан и указал на воинов. — Смена караула после полуночи.

Караульные вяло тащились по улице, охраняя спокойствие практически вымершего города.

Джон оглянулся на них, пошёл в сторону леса. Может быть, прав Ронан, чувствовал он себя так, будто обрёл частичку солнца, когда увидел лесную деву. Это было наслаждением смотреть на неё. Голос, этот чарующий голос манил его в лес за ней. Наваждение. Колдовство.

Джон усмехнулся. Не увидеть лица за женскими прелестями. Это надо было умудриться.

Плывшие по небу облака скапливались над городом, предвещая дождь. Сумрачный голубой свет Аниса таял.

Рядом раздался шорох. Джон увидел ее. В этот миг ветер рванул её волосы, скрывая часть лица.

— Вы не всех убили, мессир, — прошептала она. — Несколько человек спряталось в погребах. Теперь я их чувствую.

— Расскажи про Ворона.

— Я не знаю, что это. Знает лишь тот, кто его создал. Он пришёл сюда за мной. Ему нужно то, чего я отдать не в силах. Закрой глаза, мессир, я покажу тебе.

Он послушно закрыл глаза. Услышал, как совсем рядом зашелестело её платье. Почувствовал, как нежные руки обвились вокруг шеи, заставив его немного наклониться. Она его поцеловала, и Джон распахнул глаза.

Но увидел перед собой не девушку, а Пагоз. У Джона перехватило дыхание. Он парил над городом и видел, как по тракту шёл некто, невидимый человек, отбрасывавший огромную крылатую тень. Та ползла за ним по ухабистой дороге. Силуэт её двигался и дрожал на неровной поверхности. Тень дёрнулась, собралась в комок и взлетела.

— Этоту птицу люди видели во сне, прежде чем она убила их. Но те, кому я не нарисовала Око, обречены.

— Как нам победить?

— Око солнца, воин. Вы, инквизиторы, привыкли черпать магию из предметов и Эфира. Например, эти краги — мысль, подобная натянутой тетиве, отпускаешь, и она летит, сжигая всё на своём пути. Но против Темной материи ваше оружие бессильно.

Джон моргнул, и видение исчезло. Он стоял в поле один. Антис полностью скрылся за облаками, и мир утонул в черноте ночи.

Вдалеке раздался одинокий протяжный крик, заглушивший все остальные звуки. Он повторился несколько раз, заставляя волосы на голове шевелиться от ужаса. Джон замер, оцепенев.

Крупная капля упала на плечо и стряхнула с него морок. Дождь зашелестел сначала несмело, пробуя сухую землю на вкус, а затем ускорился, стал пахнуть мокрой пылью.

— Вот дерьмо!

Джон побежал в сторону дома. Его ноги оскальзывались на влажной земле, не давая ускориться.

По телу пробежал импульс, переводя краги в боевой режим. Магнитум засветился в ночи голубым сиянием Антиса.

Сбоку шарахнулась тень.

— Кто там? Выходи! — предупреждающе крикнул в темноту Джон и выставил взведённую руку вперёд.

И оно вышло. Джон отступил на шаг. На него мелко щёлкая заострившимися зубами, шёл ребёнок.

Детей он ещё никогда сжигал. Секунда промедления и тварь уже летит на него в нечеловеческом прыжке, издавая рычание. Он замешкался, не смог выстрелить и уклониться. Джон проехался по грязи на спине. Маленькая тварь прокусила китель и вцепилась ему в плечо. Когтистые руки пытались добраться до глаз. Дождь ослеплял.

Краги бесполезны в ближнем бое, можно сжечь и себя. Джон саданул мальчика вбок. Раздался хруст и тварь взвыла, выпустив Джона. Он свернул ребёнку шею и скинул лёгкое тельце с себя. С трудом поднялся на ноги и сжёг труп и, пошатываясь, пошёл в сторону города.

Пагоз был охвачен огнём, на фоне которого метались тени.

Тварей было значительно больше чем воинов. Мимо пробежал Ронан с мечом в руках. Наручи его больше не светились огнём.

Скольких он сжёг за сегодня? Эта мысль промелькнула стремительно и пропала в коловороте боя.

Свой огонь Джон решил поберечь для тяжёлых случаев. Его меч очень скоро тоже окрасился кровью.

К утру искрились наручи только у капитана, но использовать их было уже некому. Капитан был мёртв.

Ронан подсчитывал потери и вёл разговоры с выжившими.

Джон понял только одно: многие нападавшие были не из Пагоза. Откуда и с кем они пришли, осталось тайной.

— Солдаты, которые жрут своих противников. Кто-то решил здорово сэкономить на провианте, — пробормотал Малыш Стивен, перевязывая изувеченную руку. — Никогда не забуду, как тварь проглотила мои пальцы.

Он посмотрел на Джона.

— Губу придётся зашить. Теперь ты тоже красавчик, Кудряш.

Глава 7, в которой ведьмы искали жуткую древность

— Что мы здесь забыли? — Тиана всматривалась в сумрачную даль.

На эту часть Подлунья практически всегда падала тень Антиса. Отсюда звёзды видны даже днём, так как на прозрачную голубизну неба сзади наступал бескрайнее чёрное пространство вселенной, мерцающее бисером звёзд.

Ходунок стоял, подрагивая лапками. Тиане безумно хотелось погладить его, разделись с ним страх. Они остановились у самой кромки Тени на освещённом холме. Отсюда Сумрачный лес был как на ладони, правда такую бяку вряд ли кто-нибудь хотел бы подержать в руках, если бы, конечно, смог.

Деревья росли на холмах и в глубоких впадинах, в глубокой тени. Их тёмно-зелёные стрельчатые верхушки торчали из клочьев тумана. Ветер доносил до Тианы промозглую сырость, странные клокочущие звуки дикого неизведанного края.

— Кальма, скоро стемнеет. Я кое-каким местом всегда отчетливо чую опасность. Здесь жутко.

— Здесь, — Кальма кинула на Сумрачный лес, — живёт древность и мне надо у неё кое-что попросить.

Тиана зябко обхватила плечи. Она видела, как ветер стремительной волной прошёлся по макушкам деревьев и, добравшись до них, окончательно растрепал её волосы.

Вдали между двумя планетами переплетающимися спиралями безмятежно зависли летающие острова.

— Здесь живёт жуть, — упрямо повторила Тиана. — И что же ты хочешь у неё попросить?

Кальма взглянула на нее, раскурила трубку и пошла вперёд.

— Подарок. Тебе понравится, если мне его дадут, — донёсся её ответ.

Как же она состарилась за последние годы, думала Тиана, топая следом за ведьмой. Седые волосы туманной рекой вились по ветру. Шерстяная шаль, побитая молью, норовила слететь с худых ссутуленных плеч старухи.

Кальма шла, тяжело опираясь на клюку.

— Бабуля, дай, хоть помогу тебе.

— Жди меня у ходунка, Тиана, — прокряхтела старуха. — Но не заходи в дом. Если вдруг я умру, он развалится. Вынеси оттуда свои вещи. Заранее. Ты уже взрослая. Госпожа Ветерок обещала позаботиться о тебе в случае чего.

Скрюченный палец взметнулся вверх, но Кальма так и не обернулась к Тиане, продолжала медленно и упрямо спускаться по склону.

— Бабуля, — растерянно прошептала Тиана. — Я с тобой!

Антис навис над таинственным миром, угрожающе накрыв его своей сумрачной тенью. Вот оно настоящее Подлунье! Могучая и живая сила тихо перекатывается в его недрах, тонет в серебряной тени Антиса, загадочно шелестит листвой и смотрит на ведьм колдовскими глазами поджидая.

Тиана чувствовала это.

Она догнала Кальму, поправила на старческих плечах шаль, услышала скрип ходунка, который плёлся за ними. Они дождались его, сели на порог и смотрели на приближающийся сумрак. Ходунок нёс их на встречу с неизвестностью.

Дом остановился у самой кромки леса, где под кронами деревьев густела тьма.

— Спасибо, родной, — сказала Кальма, похлопав ладонью ступеньку. — Раз уж ты увязалась за мной, Тиана, то знай: мы должны добыть для тебя семя Клети. Ведьма не может жить без ходунка.

— Клеть, но Кальма, ты же говорила, что мне ни за что не вырастить себе такой домик. Я не ведьма.

Раньше она мечтала о семени волшебного дерева. Посадить собственный дом и путешествовать по миру, прибегать на шабаш. Быть частью этого мира. Но это так и осталось мечтой, потому что Клеть нужно правильно проклясть. Вложить в проклятие душу. Но такие проклятия могут оказаться последними в её жизни. Уж лучше изобрести хорошую вещь, работающую на магнитуме. Ничем не хуже, наверное.

— Мы можем попросить Соула помочь нам.

Ладони Тианы вспотели, когда она услышала, к кому они идут. Соул — шестиглазый волк. Легендарный зверь из местных сказок, в которых герои обычно ходят к нему за советом, за помощью, за благословением. И всё это они получали, если не падали замертво перед чёрным ужасом — Соулом, хранителем Сумрачных земель.

— Э-э-э. Кальма, я думала, что это ты мне местные сказки рассказывала. Он, что, правда существует?

Кальма взглянула на неё с явным неодобрением.

— Соул так же реален, как я и ты. Ведьмы не рассказывают сказок.

Ага, думала Тиана, это потому, что вы и сами из сказки.

Воздух в Сумрачном лесу был влажным и прохладным. А ещё он был зелёным оттого, что пушистый мох рос везде: опутывал камни под ногами, стволы деревьев и, свисая неопрятными клочьями, колыхался на лёгком сквозняке. Поэтому лес казался невероятно косматым, как одичавший дед. Тиана такого ещё не видела. Хороший дом для мифических животных, решила она.

— Значит, и древнелюды существуют? Слушай, Кальма, я ценю твои старания и надежды, но буду летать, как госпожа Ветерок. Мне осталось совсем чуть-чуть. Вернёмся к ходунку? А?

— Ведьма не может быть такой трусихой, — проворчала Кальма. — Я тебя потому оставляла на той стороне, чтобы ты не мешала мне. Это последнее, что я сделаю для тебя.

Легко Кальме рассуждать о трусости. Ведьмы боятся только инквизиции, что держит их в узде. Они не боятся своего дома, своего мира. Но этот лес тихий, как полуночный шёпот, таинственный, как чужая мысль, опасный, как затаившийся зверь и совершенно злой, как приёмный родитель для нелюбимого ребёнка, лес наводил на неё жуткое беспокойство. Таким его чувствовала Тиана и боялась.

Сырой холод пронизывал, не обращая внимания на тёплую одежду, и скоро Тиана стала стучать зубами и эта дробь нарушала вековую тишину, стоявшую здесь.

Они всё дальше углублялись в лес. Шли долго. Тиане это время казалось вечностью. Ноги гудели от усталости. Очень хотелось жаловаться на жизнь, но она лишь сжала зубы и молилась о скором привале.

Ночевать пришлось под открытым небом. Кальма развела небольшой костёр, раскурила трубку и долго вглядывалась в танцующее пламя. Тиана сидела, тесно прижавшись к ней. Большая чёрная шаль укрывала обеих.

Их разбудил треск. Внезапный, нарушивший густую тишину звук мигом стянул с ведьм сонливость. Они подскочили.

В туманной дымке плавал огромный чёрный силуэт похожий на размытую в молоке кляксу, расцвеченную двумя красными огоньками глаз. Поодаль Тиана различила ещё несколько клякс, но те по форме больше напоминали людей. Очень высоких и очень худых.

Шорох повторился, и силуэт осторожно двинулся в сторону путниц.

— Что привело сюда Кальму, поцелованную Тьмой, и её дочь?

Голос этот не обратил внимания на то, что у ведьм есть уши и прозвучал сразу в их голове. Эффект получился зловещим.

— Соул, — прошептала Тиана и попятилась.

— Оставайся на месте, ведьма! — неожиданно мужественный и звонкий голос пригвоздил Тиану к земле.

Она рассудила, что лучше не злить тут того, кто умеет так красиво угрожать одной лишь хлёсткой интонацией. Кальма недовольно закряхтела.

— Доброе утро, Соул, хранитель Сумрачных земель. Благодарю, что так скоро откликнулся на мой зов. Я хотела выпросить у тебя семя клети для моей воспитанницы Тианы. Я видела, что для неё здесь зреет Дар.

— Ты права, ведьма. Мы принесли его с собой, но взамен я попрошу её об услуге.

— Ты права, ведьма. Мы принесли его с собой, но взамен я попрошу твою дочь об услуге.

Он обратил пронзительно сверкающий взгляд на Тиану. Она еле удержалась, чтобы не броситься наутёк. Понимала, что эта лохматая чёрная зверюга в один прыжок её догонит, да и со всех сторон их окружили древнелюды. Прорываться через такую блокаду удовольствие сомнительное и бесполезное. Если уж сильные мира сего решили порадовать вас подарком и обязательствами, то отказаться вы сможете только в том случае, если планировали в ближайшее время расстаться с жизнью. Тиана решила жить долго и по возможности счастливо, поэтому приготовилась слушать и не удивляться.

Соул стоял, чего-то ожидая. Один из древнелюдов вышел из тумана протянул Тиане раскрытую ладонь. Она не сразу сообразила, что ей нужно сделать и, раскрыв рот, изучала представителя другой расы.

Отличия были разительными, но не настолько, чтобы отпрянуть от него с диким криком. Он был лыс и явно не знал бритвы. Он был высок и худ, но назвать его хилым в лицо побоялся бы даже вооружённый до зубов громила. Кожа была тёмной и серой, как кора дуба, — вся покрыта выпуклыми узорами похожими на шрамы. И глаза жёлтые как у инквизиторов, но не человеческие, радужка не оставила мета для белков. И нос обошёлся без переносицы.

Одежда гармонично сочетала в себе кожу, мех, ткань из грубого зеленоватого волокна и огромное количество побрякушек.

Древнелюд пошевелил рукой, переключая её внимание на свою ладонь. Тиана увидела маленькую веточку. На одном её конце пробивалось несколько отростков. Метёлка в миниатюре.

— Что это? — спросила она недоумённо.

— Из семени клети вырос этот росток, — чарующий голос древнелюда обласкал её слух. — Ни нам, ни ведьмам он не подходит. Быть может, ты станешь его хозяйкой.

Он ближе протянул руку, и Тиана медленно поднесла палец. Веточка дрогнула и обвела его подобно кольцу в виде метёлки. Тиана погладила бархатистый ободок.

Древнелюд вернулся в туман и пропал из виду.

— Метла? — сказала она и почувствовала согласное дрожание.

— Зачем делать из клети метлу? — удивилась Кальма.

Тиана пожала плечами и уверенно ответила:

— Больше из неё ничего не вырастет.

Соул фыркнул, обращая внимание ведьм на себя.

— Ты, — прозвучало рычание, минуя уши, прямо в центре ее разума. — Попросишься на работу к инквизиторам и поможешь им найти Черную птицу.

— Я? Но как?

— Следуй за своей тенью. Она подскажет тебе.

Соул, мягко ступая по мху, ушёл. Вслед за ним один за другим пропали размытые силуэты древнелюдов.

— Пойдём, — ворчливо приказала Кальма. — Проделать такой путь из-за метлы. Мои седины не видели ничего бессмысленней.

— О, бабуля! Ты не представляешь, что это будет за метла!

— Ну, по крайней мере, твой дом будет всегда чист.

Тиана в ответ только рассмеялась. Больше ей веселиться в обществе любимой бабули не пришлось никогда.

Ходунок одиноко и печально скрипел на ветру. Кальма тяжело поднялась на крыльцо, не отказавшись на этот раз от помощи, доковыляла до кровати и произнесла:

— Я так устала, моя девочка, так устала.

Кальма спала, а Тиану постепенно накрывало предчувствие утраты. Очень уж надсадно скрипели стены ходунка, бегущего по склону холма.

Старая ведьма умерла в небольшой рощице в неделе пути до Заверти. Ходунок её не развалился, как дом Арты несколько лет назад — он стал толстым раскидистым дубом, под которым, оплакивая своё горе, провела несколько дней Тиана.

Глава 8, в которой Тиана встретила старого знакомого

Дорога до Заверти выдалась гадкой из-за тяжёлых туч и сыпавшейся на голову непрерывной мороси. Только метёлке было хорошо. Она росла, крепла и обзавелась двумя длинными, уродливыми и торчащими в разные стороны веточками, которые хитро складывались во время пути, сливаясь со стволом причудливым узором. Зачем они ей Тиана понять не могла. Прутики тоже заимели обыкновение переплетаться в форму яблочка и оставаться так до нового привала. Тиана сделала из метёлки что-то вроде трости: и идти легче, и палку нести не надо. Тащила вещи в заплечном мешке и порой хотела выбросить его куда подальше, но прижимистость бабули передалась ей по наследству, потому своё скромное богатство она, сжав зубы и сдвинув брови, несла до города. Ведьмы не боятся трудностей!

Повсюду зеленела листва мокрая листва, чавкала земля под ногами, под плащ задувал наглый ветер. Нет ни крыши, под которой можно укрыться и костёр из отсыревших веток не развести. Тиана впервые за всю жизнь вкушала тяготы пешего путешествия и отчаянно скучала по ходунку. По бабуле.

Эх! Вспоминала Тиана тёплые брёвна дома, бабушку Кальму, её родные шершавые руки, и на душе становилось тяжко, так же сыро и дождливо, как в мире вокруг. Тоска и одиночество поселились в груди. И встретить чужой ходунок, нет никакой надежды. Она последняя в Поднебесной империи ведьма. Остальные одна за другой отправились в Сумеречье, спасаясь от преследования охотников на ведьм, коих развелось в последние годы немало.

Чёрная птица уносила жизни всё новых и новых людей, делая их одержимыми Тьмой. Изменяя, превращая в чудовищ. Все увидели в ведьмах источник своих бед и разожгли костры.

Утром Тиана наткнулась на одного перерождённого в лесу. Ужасно перетрусила. Бывший человек слепо двигался в её сторону, жадно принюхиваюсь. Дождь капал с его редких волос, с носа. Глаза, покрытые плёнкой катаракты, жутко таращились на неё.

— ПОДИ ПРОЧЬ, — властно и спокойно произнёс басом её раздвоившийся голос.

Она ощутила чужое космическое спокойствие — бескрайнее, чёрное и холодное. Вечное. Дыхание её расползалось по воздуху морозными клубами.

Перерождённый дёрнулся, как будто его ударили, тихо заскулил и упал в грязь.

Тиане стало его жалко. Чудовище внутри неё разделило чувство. Оно ласково погладило несчастного по почти лысой голове и одним нечеловечески быстрым движением свернуло ему шею.

Тиана глупо смотрела на умертвлённую тварь у своих ног. Руки ее дрожали. Ужас охватил её.

— Бабуля! Как же я без тебя? — закричала она в небо и добавила тихо. — Одна.

Дни превратились длинную серую муть, перемежавшуюся с холодной чернотой ночи. Когда сил не осталось совсем, а ноги передвигались лишь благодаря ведьмовскому упрямству, Тиана неожиданно вышла на широкий хорошо утоптанный животными и людьми тракт.

Идти по ровной каменистой дороге было куда легче.

Скоро её нагнал обоз. На железных прутьях над кузовком, из которого торчали мешки, была натянута пропитанная воском парусина. Она колыхалась из стороны в сторону, стряхивая капли воды.

— Добрый день, уважаемый! — окрикнула круглолицего и седобородого возницу Тиана. — Далеко ли до Заверти?

— К вечеру доеду. А пешком… Только к утру можно дойти, — старик подозрительно на неё покосился.

Обоз прогромыхал мимо неё. Тиана проводила его завистливым взглядом, но тут послышалось: «Тпр-р-ру — у!», — и он остановился.

Старик выглянул из-за полога.

— Эй! Девица! Садись, подвезу!

Тиана резво, насколько позволяли уставшие ноги, дошла до обоза и забралась внутрь. Села рядом с возничим. Через пару мгновений по пологу забарабанил, сменив морось, равнодушный ливень.

— Спасибо тебе, добрый человек! Пусть Антис благословит твой путь!

— Антис нынче отвернулся от нас. Но сердечная благодарность всяко в такую погоду греет, да и после темноты на дорогах опасно. На, хлебни-ка. Самогон моей хозяйки на всю Заверть славится, — старик протянул ей флягу.

Едкий запах ударил в нос. Тиана хотела отказаться от напитка, но дед так искренне гордился талантом жены, что она постыдилась отказываться. Сделала маленький глоток и закашлялась.

— Хорошая сивуха, — оценила она.

Напиток действительно оказался хорош. Мягкий, как снадобье, но обжигающий, как огонь, он медленно спустился в желудок, согрев его, будто тлеющие угольки, согревают печь.

Перед носом появился кусок хлеба с сыром.

— Закусывай. Уж больно вид у тебя заморённый. Развезёт без еды.

Она сделала ещё несколько глотков, между которыми съела весь хлеб. Волшебное тепло побежало по телу. Тиану стало клонить в сон. Ее спутник это заметил.

— Перебирайся на мешки. Я разбужу тебя, как доедем до Заверти.

Тиана осторожно легла на указанное место. От мешков воняло мышами, пылью и зерном. Свою кладь положила под голову, обняла метёлку и уснула под мерное пение дождя.

Кто-то осторожно тряс её за плечо.

— Бабуля, дай мне ещё поспать, — пробормотала она в ответ, плотнее закутываясь в одеяло.

Старик посмотрел на неё, прицениваясь, и видно, решил, что с этой овцы клочка шести не состричь и потому сказал:

— Так, мы уже в харчевне. Я тоже в ней остановлюсь сегодня. Ох и зарядил сегодня дождь! Будь он неладен!

Он соскочил с обоза и кинул поводья молодому парню. По лицу того можно было догадаться, что любопытство его одолевает. Он, не стесняясь, заглядывал под тент и рассматривал растрёпанную девушку.

Тиана поспешила слезть с мешков и пойти вслед за стариком.

И они вошли в мощеный камнем небольшой двор, окружённый с трёх сторон домом выстроенным буквой «П».

В густых сумерках да под проливным дождём она мало чего различила. Сбитая с толку и одичавшая за несколько дней одиночества в лесу, Тиана хвостиком плелась за малознакомым человеком. И не доверяла ему толком, а поделать с собой ничего не могла, так хотелось ей прижаться к кому-то, чтобы хоть на мгновение забыть про тяготы случившейся теперь жизни. Почувствовать защиту.

Харчевня, как ей и полагалось, была уставлена столами разного размера, стульями и лавками. Каменный пол чисто выметен. Стены тоже каменные, но намного светлее пола. В прорезях окон уютно висели белые занавеси. Судя по пятнам, о них иногда постояльцы вытирали руки.

Людей оказалось немного. Тиана не обратила на них внимания, прошла на кухню, прячась за спиной старика.

— Вернулся, наконец! Я уж думала, дотемна не успеешь! — огромного роста женщина нависла над ними. — А это что за мокрый цыплёнок?

— Это постоялица, — равнодушно бросил её муж и прошёл к столу. — Проголодался с дороги. Накрой на стол.

Тиана топталась в дверях, не зная, как ей быть: уйти или, может быть, остаться. Покосилась на окно, за которым бушевала стихия. Решила про себя добиться места в этом тихом и уютном заведении. Решительно поправила лямки мешка и нежно прижала к себе Метёлку. Жест по отношению к неказистой палке не остался без внимания.

— Она сумасшедшая?

— Нет, — невежливо встряла Тиана, отдавая дань воспитанию хозяйки. — Я бы хотела остановиться у вас, если позволите.

— Н-да? А чем заплатишь?

— У меня есть несколько монет, но если не хватит, то могу отработать, — Тиана вздёрнула подбородок, ведьма она или кто?

Достала пару серебрушек и бросила на стол.

— Интересно… — хозяйка тоже посмотрела на окно. — Этих монет хватит на три дня. Маленькая комнат и две миски похлёбки? Или желаете чего-нибудь другого?

Прозвучало как угроза, но в устах такой мощной женщины все слова приобретали силу стального кулака.

Она накрыла старику на стол и сказала:

— Но до постели я подпущу тебя только после бани. Идём.

Тиана вновь пустилась в путь, но теперь вышли на деревянный сруб. Внутри было невыносимо жарко.

— Здесь только что парились постояльцы. Чистая вода, — указала на две бадьи. — Помоешься и постираешь своё тряпьё. Постой тут, я принесу тебе платье.

Тиана осталась одна ненадолго, в углу она заметила странную шевелящуюся кучу сажи. На потолке тускло мерцала стеклянная звёздочка: тут явно экономили энергию магнитума. Света было недостаточно. Тени в бане колыхались в такт шевелению сажи. Тиана подошла ближе, чувствуя, как вымораживается нутро.

Не успела она приглядеться, как услышала тяжёлые шаги хозяйки.

— Держи. Вещи развесишь вещи у печи, и они до утра высохнут. Это платье оставь себе, если хочешь. Оно ненамного лучше твоего. Мыло возьмёшь там. Вот так открывать и закрывать замок, — женщина щёлкнула замком. — Даю тебе час.

Тиана, оставшись одна, вновь бросила взгляд на тёмный угол, но тот оказался совершенно чист — никаких теней, сажи и следов черноты. Она скинула с себя бельё и залила его горячей мыльной водой. Решила выстирать побыстрей. Не забыла и про грязные вещи в заплечном мешке.

Жаркий воздух прогрел её нутро и теперь выходил вместе с потом. Голую спину щекотали скатывающиеся капельки. Губы стали солёными. Тиана взбила пену на волосах и с наслаждением смыла с них тяготы прошедших дней.

Среди чужих вещей помимо платья оказалась хлопковая рубаха и панталоны. Платье из мягкой шерсти выкрашенное в тусклый зелёный цвет оказалось великоватым и довольно поношенным. Тиане было всё равно. Главное — все эти вещи сухие и тёплые.

Баню после себя она начисто вымыла. Аккуратно расставила лавки и открыла дверь. Прохладный, сырой воздух прошёлся по щекам, забрался под платье. Очень приятно.

Не успела она пройти пары шагов, как появилась сама хозяйка. Оттеснив Тиану сторону, прошла в баню, осмотрелась там и осталась довольна.

— Ну вот теперь другое дело! — сказала она, поправляя на Тиане платье. — Подвяжем верёвочкой, и никто не заметит, что тебе оно велико.

Тиана в ответ вежливо кивнула.

— Спасибо вам!

— Сегодня помоешь посуду на кухне, а завтра будешь разносить гостям еду и питьё. Но с утра приберёшься в комнатах. Тогда за этот день я не возьму с тебя платы.

Гора тарелок и кастрюль привела её в уныние, но скоро руки выполняли работу сами, а Тиана предавалась раздумьям. Она решила, что сходит к гавани и поспрашивает людей о «Ветерке». Если его там не окажется, то придётся ждать и работать в харчевне пока не прилетят ее друзья.

— Как тебя зовут? — прозвучал зычный голос хозяйки.

— Эм-м-м…Анна.

Тиане вдруг захотелось оставить своё настоящее имя при себе.

— А ты шустрая девица, Анна. Сегодня каморка на втором этаже твоя. Присаживайся и ешь, больно вид у тебя заморённый.

Перед Тианой плюхнулась миска с наваристой мясной похлёбкой. Ароматный пар плясал над ней, обещая вкусный и сытный ужин. Рядом хозяйка положила корзину с хлебом. Под пытливым взглядом женщины Тиана ела медленно, стараясь сохранить достоинство. Но хотелось совсем иного. Подуть от души на ложку и прихлёбывая, и обжигаясь отправить её в рот. Съесть весь свежий хлеб, откинуться на спинку стула и с блаженным видом всё переваривать.

Видно, все эти желания отразились на её лице. Хозяйка довольно хмыкнула, довела сонную гостью до крошечной комнатки на втором этаже, вручила ей ключ и удалилась бросив:

— Да хранит твой сон Антис.

В комнатке всё было до того маленьким и тесным, что Тиана с непривычки начала задыхаться. Она открыла узенькое и длинное окошко, впустив мокрый от дождя воздух. Для этого ей понадобилось всего лишь сделать один маленький шажок к кровати и перегнуться через неё. У изголовья обнаружились приколоченные к стене узкие полки, рядом небольшой стол, а под ним табурет.

Свежая солома в матрасе зашелестела, когда Тиана отважилась прилечь. Простыни пахли мылом, а старенькое одеяло овечьей шерстью. За приоткрытым окном недовольно барабанил дождь и Тиану охватило по-детски злорадная радость — ни одна холодная и мокрая капля её тут недостанет!

Ночь выжала все тучи досуха и, наконец, после стольких серых дней сквозь тонкие облака на долину брызнул золотой и тёплый солнечный свет.

Шаловливые лучи проникли в каморку, щекотали веки спящей девушки, играли на двух тощих веточках Метёлки.

Тиана закрыла ладонью глаза и закряхтела, не желая просыпаться. Метелка подцепила лёгкое одеяло и пригвоздило его к низенькому потолку.

— Ах, какая же ты вредная! Я уже встаю!

Ведьма наскоро привела себя в порядок и спустилась. Метёлку несла в руках: та за ночь подросла и мало походила на трость, а до посоха ей ещё расти и расти.

— Доброе утро! — хозяйка прошла мимо, нагруженная подносами.

— Доброе…

Нормально поздороваться Тиана не успела — несмотря на свои габариты, женщина двигалась быстро и ловко. Нельзя сказать, что изящно, но Тиана отметила в ней мощную стать волевого человека.

Она села в небольшом закутке почти под лестницей и прислонила Метёлку, которая опять стала добропорядочной палкой, к стене. Не успела она оглядеться, как об стол звонко стукнула миска с кашей и чашка чая.

— Спасибо…

Хозяйка вновь не услышала ее. Она уже стояла у дальнего столика и со скоростью света обслуживала мужчину в потрёпанном военном мундире. У него был усталый и сосредоточенный вид человека, который в уме решает безумно сложную задачу и никак не придёт к нужному ответу. Он машинально зачерпывал кашу и ел, прерываясь только для того, чтобы сделать пометки на куске бумаги. Иногда бросал нетерпеливые взгляды на входную дверь, будто кого-то ждал.

Тиана как раз допила чай, когда дверь распахнулась, и в харчевню вошёл он. Метёлка со стуком рухнула под стол и Тиана быстро нагнулась вслед за ней, прикидываясь, будто хочет подобрать её. Сама же с замиранием сердца следила, как янтарные глаза внимательно прошлись по помещению. Мазнули и по ней.

Ронан прошёл к военному и сел к ней спиной. Тиана тихонько выдохнула. Перед носом остановились огромные, растоптанные башмаки. Трепыхнулось серое платье, закрывая их.

— Что-то потеряла?

— Нет. Я свою палку уронила, — Тиана старалась не коситься в сторону инквизитора.

— Твои вещи, Анна. Я всё собрала сюда.

На стул рядом хозяйка положила заплечный мешок.

— Благодарю. Я комнату пока оставляю за собой, если можно. Но уборку сделаю после обеда. Мне нужно кое-куда сбегать по делам.

Теперь уже Тиана не услышала слов хозяйки, так быстро она унеслась в свою комнату подальше от цепких глаз инквизитора. Лестница располагалась очень удобно — рядом с входом, через зал и не нужно идти, чтобы добраться до входной двери. Обратный путь Тиана проделывала как воришка, боящийся некстати вернувшихся хозяев.

Всё громче стучит сердце, всё ближе блестящая ручка двери. Вот рука тянется, пытаясь схватиться за неё, а дверь открывается сама, впуская ещё нескольких посетителей в мундирах инквизиции. Тиана встала на проходе как вкопанная. Белокурый инквизитор улыбнулся ей заигрывающе и мягко отодвинул с дороги.

— Не стоит так пугаться, милая барышня.

Тиана его флиртующий тон подхватила:

— Милая барышня вовсе не испугалась, а скорее… впечатлилась.

— Да?

— Да, — Тиана краем глаза заметила движение у дальнего стола. — Но прошу меня простить, я очень спешу.

— Кудряш, у нас нет времени волочиться за девками. Двигай вперёд, — подтолкнул его более крупный инквизитор.

Кудряш развёл руки и пожал плечами, как бы извиняясь. Она кивнула им, принимая извинения, выскочила на улицу и зашагала в сторону гавани, радуясь в душе, что почуять в ней ведьму не так-то просто: тёмная материя не окутывает её, она в ней живёт.

— Эх, Метёлочка, вот бы нам повезло и «Ветерок» был там.

Но им не повезло. Она ходила от дока к доку, расспрашивала рабочий люд. Все знали этот маленький корабль, но никто не знал, когда он прилетит. Возвращаться в харчевню не хотелось. Тиана жалела о том, что не взяла вещи с собой, опасаясь того, что встретится со старым знакомым нос к носу. Инквизитор мог забыть её, но от чего-то мало в это верилось. Тьма в груди волновалась при мысли о нём.

Гавань, будто муравейник, была переполнена людьми. Они суетились, толкались, сбивали с толку. Последний раз такое столпотворение Тиана видела в прошлой жизни. Кальма вечно кочевала с места на место и в большие города захаживала, только если без этого никак не обойтись, а последнее время они даже к мелким деревушкам боялись приближаться. Уж очень полюбили люди поджаривать ведьм на кострах.

Её обступали хитроглазые торговцы, носильщики, механики, пилоты, праздно шатающиеся мужчины и женщины. Из окна одного портового здания высунулись громко хихикая полуголые девицы. Тиану, человека, знавшего когда-то интернет, это привело в ступор. Девицы заметили её смущение и загоготали. Тиана перевела глаза на землю, и двинулась было вперёд, но уткнулась головой в чью-то спину. Человек обернулся, и ведьма поняла, что ей конец.

Яркие, на смуглом лице, глаза уставились на неё не мигая. Знакомый тонкий шрам на щеке дёрнулся. Тиана попыталась шагнуть назад, но инквизитор схватил её за локоть.

— Я тебя искал, ведьма, — сказал Ронан. — И вот ты сама пришла.

Лицо его удивлённое и напряжённое было близко. Тиану пробила паническая дрожь.

— Зачем? — дрогнувший голос выдал испуг. — Сжечь меня хотите?

Инквизитор явно не рассчитал свою силу и сжал её руку так, что Тиана ойкнула.

— Может быть, потом, но пока ты ответишь на мои вопросы и отведёшь к старухе Кальме.

Тиана сглотнула. В последние годы сильные мира сего вспомнили о пытках, хотя, скорее всего, никогда о них не забывали. Просто не использовали на ведьмах. Боли она страшно боялась.

Воображение понеслось вскачь и ей привиделись сырые подвалы, крысы и прочая пакость, но более жутко предстали разные железные штуки, которыми можно прицельно дробить мученикам косточки и всё такое. А этот наверняка умеет этим всех орудовать. Мясник!

— Я отвечу на все ваши вопросы, — трусливо проговорила она. — Вот только… Кальма умерла несколько дней назад, — замолчала на мгновение и закончила. — Но если бы она была жива, я бы вас к ней не отвела, мессир. Сейчас не то время, чтобы вести волков к бабушкам.

— Вот как… А кто в этом виноват?

Янтарные глаза полыхали, по крагам пробежал слабый заряд. Тиана дёрнулась. Ронан глубоко вздохнул и спросил:

— Что ты делаешь в Заверти, ведьма?

Скрывать бесполезно, этот псих расспросит людей и узнает, что она здесь делает. Тиана хотела мстительно промолчать, чтобы он побегал, но снова вспомнила о темницах.

— Я искала госпожу Ветерок.

— Зачем она тебе?

Ответить Тиана не успела — её толкнула вбок тележка.

— Чего встали посреди дороги? — проворчал кто-то.

Ронан оглянулся и недовольно нахмурился. Тиана тоже заметила, как люди начали к ним с любопытством приглядываться, ведь не каждый день инквизитор посреди улицы хватает девок на потеху публике.

— Пошли.

Он размашисто шагал, а Тиана, стараясь не отстать, почти бежала. Рука онемела.

— Отпустите меня, мессир. Я не сбегу.

В ответ никого внимания, только шагу прибавил. В одном из проулков он свернул в узкий тёмный проём между домами, утягивая Тиану за собой. Хорошее место для убийства средь бела дня, подумалось ей. Ноги отказались идти. Почувствовав сопротивление, Ронан остановился и развернул Тиану к себе лицом.

— Что за проклятие отнимает у людей души? И как его снять?

Тиана растерялась. Похоже, без пыток не обойдётся, но что она может рассказать, когда даже Верховная ведьма не смогла понять, почему Тёмная материя будто управляется кем-то ещё. Это существо явно не ведьма и не человек. И Соул не смог разгадать эту тайну. Куда уж ей!

Тиана подняла глаза на инквизитора, принимая свою участь.

— Можете сжечь меня. Я не знаю. Никто не знает. Мы с Кальмой ходили к самому Соулу. Он…

Лицо инквизитора стало совсем бешеное.

— Будешь сказками кормить меня ведьма…

Он стремительно терял ничтожную долю самообладания, которую Тиана заподозрила в нём с самого начала. Теперь ей точно конец. Он грубо схватил её за волосы. Приблизил своё лицо так, что они почти соприкасались носами.

— Соул — это страшилка для детей. Допустим, ты не знаешь об этом. Для начала сними с меня своё проклятие, ведьма, и мы поговорим дальше.

— Не представляю о чём вы.

Он подозрительно сощурился и сказал:

— Не представляешь? Я тебе покажу.

Ронан прижался к ее губам. От неожиданности Тиана выронила метёлку. Та звонко подпрыгнула на каменной кладке дороги, но на это никто не обратил внимания.

Тиана впервые за две короткие жизни поняла, что значит сгореть от страсти. Это чужеродное чувство затопило её, выжигая рассудок. Руки инквизитора прошлись по спине. Объятия, словно пыточные тиски, сжались. Сердце перестало биться. Тиану охватило влечение сродни одержимости, ей стало страшно от мысли, что этот прекрасный мужнина вдруг исчезнет, что она никогда больше не поцелует его. Не утонет в янтарных нечеловеческих глазах. Как же больно, что он не принадлежит ей!

Ронан прервал поцелуй.

— Теперь понимаешь, ведьма?

— Да, — выдохнула Тиана.

Она отошла от него подальше, не забыв прихватить метёлку.

— Да, понимаю. Вы сумасшедший. Я не виновата в том, что вы эм… что слегка вам нравлюсь. Знаете ли, такое бывает, мессир.

Смуглое лицо инквизитора будто стало ещё темнее. Глаза испепеляли не хуже крагов. Теперь она будет вспоминать жёлтый, исключительно как цвет тёмной ярости. Тиана захлопнула рот рукой и прижала метёлку к груди. Глупая! Надо же от поцелуя страх перед ним потерять! Сразу обнаглела. Этот сожжёт не моргнув.

— Я не то хотела сказать. Никто даже подумать не посмеет, что мессиру может понравиться ведьма. Простите, я не хотела…

Чем больше Тиана пыталась сгладить ситуацию, тем больше мрачнел инквизитор. Ну, всё! Это конец.

— Довольно! Тебя хочет видеть его Святейшество. Через три дня прибудет наш корабль, и ты полетишь с нами в Валею. А теперь пошли.

Красивые светлые улочки более не радовали. Солнце, отражаясь от белых стен, больно ослепляло глаза. Тиана семенила за инквизитором, будто собачка на привязи, и хмурилась, глядя ему в спину. Так и хотелось сказать: «Да чтоб тебя…» — и придумать проклятие позаковыристей, но ничего хорошего не получится. Во-первых, этот гад почувствует и снимет с себя любую магию. Инквизиторы на то и инквизиторы, чтобы сразу выполнить Условие. А во-вторых, Тиана тут же станет одержимой холодным вселенским демоном. Она для себя решила поступить в лучших традициях русской души: пустить всё на авось, и пускай будь что будет. А ещё она решила: больше перед этим мужланом лебезить она не станет. Грубить ему — дело гибельное, но в обиду себя не даст. Соул приказал помочь инквизиторам найти Чёрную птицу, значит встретить старого знакомого на этом пути — это судьба, а с судьбой принято мириться. Тиана горько вздохнула и зашагала быстрее.

Глава 9, в которой Тиана встретила родственные души

Хозяйка харчевни — большой души человек — решила здорово сэкономить на слугах. Чувствовался недостаток рабочих рук, ведь постояльцев оказалось много. Тиана, непривычная к такому напряжённому труду, к концу дня валилась с ног. Помимо неё в заведении работала молоденькая девушка и её брат. Подружиться с ними не получилось: девушка воротила от неё нос, а брат все время пытался познакомиться поближе. Слишком близко. Пришлось отлупить его метёлкой, настоящей метёлкой, которой Тиана вычищала двор.

Но самой большой неудачей ведьма считала слишком тесное соседство с инквизиторами — они оказались постояльцами. Сейчас ей пришлось их обслуживать.

— Прекрасная дева, будь добра, принеси пиво, — сказал инквизитор, которого все звали Куряшом.

Он был настолько обаятельным, что Тиана каждый раз польщено улыбалась в ответ на его кокетливые взгляды и старалась не смотреть в сторону Ронана. Противный тип.

— Вот, пожалуйста, — сказала она, расставляя кружки. — Еда будет готова совсем скоро.

— Благодарю, несравненная.

Сверкнули медовые очи Кудряша, и Тиана хотела было растаять, но верзила по имени Малыш Стивен недовольно закряхтел и неловко пнул Кудряша под столом так, что кружки подпрыгнули, и пена из них выплеснулась. Ронан испепелил взглядом Кудряша, а вслед за ним и Тиану.

Тиана поспешила обслужить другой столик. Да ну этих странных инквизиторов.

Бегала по залу туда-сюда весь вечер, ловко уворачиваясь от загребущих рук пьяных мужиков. Мессир Ронан остался сидеть за столом даже, когда его коллеги разошлись по комнатам. Его присутствие нервировало не только её, но и постояльцев. Они косились на инквизитора, который был явно не в духе и явно при оружии — краги порой вспыхивали голубыми и белыми искрами, а яркие жёлтые глаза обводили зал в поиске подходящего противника.

Бесстрашных воинов среди людей не нашлось.

Ночью её сменила девушка Марта.

Тиана с трудом поднялась по лестнице. Маленькая каморка купалась в голубом свете Антиса. Между двумя планетами медленно плыл шар Луны. Ее свет был не настолько сильный, но тени предметов в сиянии двух ночных спутников раздваивались. Чужое небо беззастенчиво заглядывало в узенькое окно. В полутьме раздался шорох — Метёлка вновь расправила ветви. В прутьях тускло поблескивали камешки магнитума. За день она доросла до нужной длины, стоя прутьями в ведре с землёй.

— Не расти больше, — прошептала Тиана, зевнув. — Осталось только зарядить магнитум и придумать, как его к тебе прикрепить. Но это уже завтра.

Утром кто-то барабанил в дверь. Тиана подскочила и сонно обвела комнату взглядом. Метёлка стояла в углу, притворяясь настоящей метлой. Получалось плохо. За ночь она приобрела несколько сказочный вид. Стала похожа на посох волшебника: тонкие ветви спирально обвили ствол. Прутья причудливо закрутились. Ствол почернел. Пришлось запихнуть красавицу под кровать.

— Сейчас открою!

Быстро натянула на себя платье и повернула ключ в замке.

— Уважаемые мессиры заждались тебя, — спускайся завтракать, — прогудела хозяйка.

— Меня?

— Да. Они заплатили за твою комнату на три дня вперёд, так что можешь больше не работать.

— Заплатили? — глупо переспросила Тиана.

Хозяйка лишь недовольно на неё взглянула и ушла. Тиана наскоро умылась и причесалась. Ей отчаянно хотелось выглядеть красиво, но она подозревала, что больше похожа на пугало в старой застиранной одежде с чужого плеча.

Завтрак на столе казался довольно привлекательным, но компания, сидевшая за столом, выглядела угрюмой. Кудряш, заметив ее встал и приветливо улыбнулся.

— Не знал, что у нас новая спутница. Ронан полон сюрпризов.

— Не нужно заигрывать с ведьмой, — сказал тот, бросив в Тиану неприязненный взгляд.

— Вы самая очаровательная ведьма в мире, — Кудряш поцеловал её руку и галантно усадил её за стол и, ухмыляясь, посмотрел на Ронана. — Не слушайте моего неотёсанного друга.

Неотёсанный друг явно нашёл того с кем можно подраться. Это было видно по лицу, по тяжёлому взгляду, напряжённой позе. Ещё немного и кулак прицельно полетит в говорливый рот Кудряша.

— Ну, давайте завтракать, — сказал Малыш Стивен, неловко пытаясь увести разговор в сторону. — Хорошо начинать утро с ароматного ягодного отвара.

— Вы совершенно правы, — поспешила поддержать его Тиана.

Малыш Стивен наградил её неприязненным взглядом человека, который смотрит на причину своих мелких и больших бед. Он взял ложку зачерпнул кашу и демонстративно отправил её в рот, призывая остальных следовать его примеру.

Тиана вздохнула и принялась есть, не обращая внимания на собравшихся за столом и размышляя о том, какие же эти инквизиторы неприятные люди.

Когда дело дошло до отвара, Тиана прочистила горло для того, чтобы привлечь к себе внимание и сказала:

— Мессиры, спасибо вам за оплату комнаты и завтрак, но сколько я вам должна?

Кудряш и Малыш Стивен недоумённо переглянулись. Кудряш ухмыльнулся и откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди.

— Ронан, скажи милой ведьмочке, — сколько она тебе должна.

Тот безучастно закончил завтрак.

— Я сам с ней разберусь, — Джон.

— Многообещающее высказывание. Я бы даже сказал, что оно звучит как угроза. Наша ведьмочка не доживет до старости, если ты решишь с ней разбираться.

Ронан неопределённо пожал плечами.

— В таком случае работы у нас станет меньше. А теперь вопросы…

Тиана поняла, что лучше не юлить и по возможности не отмалчиваться. Неожиданно для себя она ощутила запах опасности, витавший здесь с самого начала. Ладони стали холодными и влажными, лёгкий завтрак в желудке превратился в тяжёлый не перевариваемый ком. Три пары жёлтых глаз уставились на неё.

— Задавайте.

— Что ты знаешь о Чёрной птице?

— Я ведь говорила — ничего не знаю.

— Кто из ведьм мог сотворить её?

Тиана беспомощно посмотрела Джона. Тот не поменял позы, но улыбка больше не блуждала на его губах. Он сосредоточенно смотрел на неё, будто ждал чего-то.

Ронан продолжал:

— Отвечай!

Тиана вздрогнула, но постаралась взять себя в руки. Голос на этот раз твёрдо:

— Ни одна ведьма не сможет наслать такое проклятие. Тёмная материя ВСЕГДА требует Условие, иначе гармония будет нарушена, а ведьма вмиг станет одержимой. Вы это знаете. Эта Птица, её насылали много раз без условий… она будто… искусственный. По крайней мере я так ощущаю.

Кудряш подался вперёд.

— Ты знаешь Милу? — спросил он, уставившись ей в глаза.

Конец фразы рассеялся как далёкое эхо. Лица инквизиторов расплылись. Тиана моргнула, но открыв глаза, обнаружила себя в густом лесу. Перед Тианой расступились деревья. Лес закончился обрывом.

— Здравствуй, сестра, — прошептала Мила.

Она была похожа на прекрасного эльфа. Только заострённых ушек не хватало. Вся ее внешность, составленная из контрастов, выглядела немного неестественно: чёрные волосы и белоснежная кожа, большие тёмно-синие глаза, маленький нос и чересчур пухлые губы.

Она смотрела на Тиану и улыбалась. В груди будто вспыхнул огонёк. Впрочем, его быстро задула жуть, поселившаяся в потёмках её души. Мир стал выцветать. Дышать тяжело. От Милы это не ускользнуло.

— Занятно. Твой демон силён.

— Да, — сказали два голоса. — Ты тоже иномирянка.

— Угадали.

Её мягкий взгляд неприятно колол демоническую сущность. Тиана чувствовала это.

— Не боишься нас? — прошипел демон.

— А чего мне тебя бояться? Меня защитит Вездесущий. Он призвал меня в этот мир против таких как ты, а теперь сгинь.

Тьма уползла в свой закуток. Тиана, наконец, свободно вздохнула.

— Спасибо.

— Неприятно делить с такой пиявкой одно тело. Ко мне не прилепилась, но меня не убивала мать. Ты знаешь, она тебе ещё встретится, но я не об этом хотела с тобой поговорить. Люди, превращённые в стригоев. В первые часы их можно обратить. Инквизиторам подчиняется эфир. Они могут научиться с его помощью исцелять людей.

— И кто их научит, если никто не умеет?

— Умели раньше. В Валее есть храм Богини-Матери. Там находится библиотека с древними манускриптами. Тебе нужна деревянная доска. Добудь её передай Джону. Он сможет прочесть надписи. Я его научила, — Мила весело рассмеялась. — Правда он пока об этом не подозревает. Так ты сможешь отдать долг Соулу и помочь инквизиции. Но даже не пытайся найти Мага. Он убьёт тебя.

— В этом мире маги не существуют. И откуда ты знаешь о Соуле?

Мила улыбнулась, как наставник бы улыбнулся пытливому уму ученика.

— Ты ошибаешься. Один маг всё-таки тут есть. А Соул… Ты — ведьма, я — ведунья, поэтому знаю много, но не всё. Родилась здесь в противовес магу. Гармония не должна нарушаться.

Мир снова стал терять очертания. Тиана решила задать последний вопрос:

— Как мне найти «Ветерок»?

Вопрос отразился от белых неровных стен гостиничного номера. Тиана лежала на широко кровати. В углу валялся знакомый заплечный мешок, — сама его шила инквизитору.

— А сквозняка недостаточно? Я открыл окна, — Кудряш склонился над ней. — Не думал, что ведьмы умеют падать в обмороки.

— Зачем тебе «Ветерок»?

В вопросе Ронана звучало подозрение. Тинана промолчала.

— Учти, ведьма, не думай сбежать. Найду — сожгу. Ни шагу из этой комнаты. Ты поняла меня?

— Вы прекрасно умеете объяснять, мессир. Я буду самой послушной ведьмой в Подлунье. Только можно заточить меня в моей комнате? Не хочу вас стеснять.

Ронан слегка дёрнул головой, соглашаясь.

— Пошли, ведьма.

Он проводил её до двери, держа за локоть. У ведьмы сложилось двоякое впечатление: инквизитор ее грубо выпроваживает из своей комнаты и боится, что она опять упадет.

— Я слежу за тобой, — сказал он на прощание.

Его янтарные глаза слабо светились в полумраке коридора, будто подтверждая произнесенные слова. Очень хотелось крикнуть ему вслед: «Чтоб тебе ослепнуть». Но жить хотелось сильнее, и Тиана сдержала тёмное пожелание. Захлопнула дверь и чуть не завизжала от ужаса.

Сначала ей показалось, что на её кровати спит, свернувшись клубочком, чёрная пушистая кошка. Но клубочек сладко зевнул, раскрыв огромную пасть, и выпустил из-под себя восемь тонких лап. На кровати сидело нечто похожее на комок пыли и сажи.

— Это хорошо, что ты не визжишь, — сказало оно мягким басом. — Твой инквизитор примчался бы сюда и спалил бы всё к чертям.

— Ты кто?

— Хороший вопрос. Я и сам теперь не знаю. Был о-о-очень большим человеком, а теперь о-о-очень маленькое проклятие. Мне сказали, что я буду горелой грязью. Хотел узнать своё Условие у инквизиторов, но эти идиоты решили, что я хаосит! Тьма на их голову! Они подожгли меня. Но условие я всё-таки узнал: "Хочешь вид свой возвратить? Станешь с ведьмой ты дружить!" Вот я и решил, что ты будешь моим другом.

Наглый сгусток сажи довольно замер.

— О, какая великая честь! Спасибо!

Сажик с сарказмом явно не был знаком. Ведьма на миг представила себе соседство с зубастой тварью и мысленно поежилась.

— Не стоит благодарностей.

Тиана усмехнулась и приказала:

— Метёлка, вымети, пожалуйста, этот сор.

* * *

Свен зашёл в постоялый двор, намереваясь пить до тех пор, пока у него не отшибёт память.

У него выдался ужасный день. Собственно он сам по себе день не был ничем примечательным, но его портили ужасно назойливые воспоминания о минувшей ночи. Ничто не может испортить человеку солнечное завтра, как полная страшными событиями ночь. И, если хорошенько подумать, ему бы стоило радоваться — с ним-то всё в порядке, но, Свен посмотрел по сторонам, эти воспоминания… Он слышит их пришлёпывающий топоток за спиной. Клокочущее порыкивание.

Голова хмелела, а воспоминания не отпускали. Сначала он заметил, как сгустились за окном сумерки. Через некоторое, быстро прошмыгнувшее мимо Свена, время дошло до полуночи.

— Кровища, — тихо пробормотал он в стакан. — Море…целое море кровищи. А ведь я ей говорил!

Бормотание Свена сорвалось на крик, испугавшись своего голоса, он пьяно замахал руками, призывая себя к тишине. Посетители поворачивали головы, исподтишка посматривали на молодого пропойцу, продолжавшего невнятно бормотать.

— Бабы — дуры! Ду-у-уры. Я ведь предупреждал. Надо было сжечь дотла, а она…что сделала она?

Где-то вдалеке грянул гром.

— Во…это, как говорится, знамение, — он заметил, как в зал вошёл отряд инквизиторов. — А ведь это ваша работа! Вы…должны были её остановить! Я её вот эти руками, а она…

Свен поглядел на воинов. Поёжился от светящихся в полутьме глаз жёлтых глаз. Уроды… правильно. Они настоящие уроды. Ещё большая мерзость, чем его ночной кошмар. Он, настоящий мужчина. Он одолел Это.

Свен кинул на стол монеты и вышел под зарождающийся ливень. Огромные капли шлёпались на землю, а Свену все мерещились шажки маленьких ножек по каменной кладке дороги. Улица, подхваченная хмельным угаром, качалась перед глазами. Стены угрожали навалиться на Свена. Или Свен наваливался на них? Он отталкивал заборы, дома и стволы деревьев и шёл дальше. Вдруг одна из них придавила его сзади. Он перевернулся на спину и удивился.

— Я же убил тебя, маленькая тварь! Твоя мать не смогла…

Но тварь не слушала. Она облизнула крошечные зубки в розовых ошмётках дёсен.

Вокруг шипел дождь. По сточной канаве побежал ручеёк, который нёс через всю Заверть останки Свена.

* * *

Дождь за окном набирал силу. Вспышка молнии на миг осветила комнату. Тиана подошла к окну и коротко вздохнула. Хорошая погода для того чтобы зарядить магнитум. Когда ждать следующую грозу непонятно. Дождик может моросить долго, но вот молнии… с молниями беда. Ещё и перебить их у остальных людей, которые, как и Тиана, хотят зарядить свои камни.

Во дворе таверны торчал ловец молний. Инквизиторы, скорее всего, разместили там свои камни. Пристроить бы к нему Метёлку. Мерзкий Ронан запретил ей выходить из комнаты. Запереть ведьму!

Гнев начал вскипать, пробуждая в девушке непокорный характер. Надо решиться выйти. Дождь призывно стучал в окно, побуждая выйти и сделать дело. Сейчас или через много дней. Гроза и ловец молний манили, а она нерешительно топчется на месте и боится гнева нервного инквизитора.

Тиана осторожно выглянула в коридор. Снизу доносились выкрики пирующих постояльцев.

Ноги в руки и вперед, подумала Тиана, решительно схватила Метёлку и, тихо ступая, направилась к лестнице.

Никаких злобных инквизиторов по дороге она не встретила. В зале кто-то пел. Люди в такт хлопали и старались подпевать, явно не зная слов. Странно, но мелодия и песня отдалённо напомнили ей о той жизни, которая осталась там в другом мире. Голос был молодым, бархатным и задорным. У Тианы забилось сердце — в зале поёт человек из её мира. Тот, что проник сюда вместе с Элис и Милой. Мужчина.

Ведьма не стала сопротивляться искушению и мимоходом заглянула в зал. Там, стоя на столе, пел светловолосый парень. Ловко перебирал струны лютни, пританцовывал на месте и вдруг повернулся к ней, словно почуяв. Это его движение повторили многие гости таверны, интуитивно переведя свой интерес с певца на вход.

Тиана едва успела спрятаться и прошмыгнуть под дождь. Не обращая внимания на наглые капли, которые тут же промочили её платье и волосы насквозь, она дошла до середины двора.

Металлический шпиль ловца молний устремился в грозовое небо, призывно поблескивая. Метёлка обвила его тонкими прутиками, и тут же ветвистый разряд молнии ударил с такой силой, что Тиану ослепило и оглушило. Она пыталась проморгаться, но пятна света будто намертво прилипли к глазам и мешали видеть.

Метёлка упёрлась ей в руку.

— Эх! Мы с тобой всё время мокнем, милая. Хотя тебе-то наверное нравится дождь. Пошли пока этот, — Тиана кивнула в сторону окон, — не обнаружил нас тут. Испепелит, не моргнув глазом. Нелюдь!

Но она не ступила и шагу. Со стороны ворот повеяло тёмной сущностью.

Глава 10, в которой инквизитор спасает ведьму

Маленькое лысое существо проползло под воротами. По голому тельцу стекали капли воды.

Оно издавало злой клёкот и медленно подползало к онемевшей от страха Тиане. Сражаться с мавками она не умела. Тьма молчала в груди, будто и её оглушил разряд молнии. Тиана отступила на шаг, выставив перед собой Метёлку, и упёрлась спиной в ловца. Тиану прошиб озноб. Если сейчас снова ударит молния, то ей конец.

Неожиданно входная дверь распахнулась, и во двор вышел Ронан. Его взгляд скользнул по мокрой ведьме и маленькой мавке. Он выругался себе под нос и выхватил из ножен длинный кинжал. На нём не было кожаных доспехов, руки пусты. Тиана сейчас многое бы отдала, чтобы на руках инквизитора были краги, и по ним перекатывались голубые смертоносные разряды магнитума.

Мавка злобно зашипела и кинулась на Тиану. Она пересекла двор всего за два стремительных прыжка. Ведьма испуганно пискнула, откинула чудовище метёлкой. Мавка проворно приземлилась неподалёку. Едва она коснулась земли, как тут же повторила атаку. Но тут на помощь ведьме подоспел инквизитор. Вокруг него взметнулось мерцающее облако волшебного эфира. Кинжал рассёк воздух и гладко вошёл в костлявое тельце. Мавка дёрнулась. Эфир перетёк по руке инквизитора в клинок. Послышалось шипение и чудовище рассыпалось хлопьями чёрной сажи, которая плавно осела на мокрую землю.

Ронан пошатнулся. Тиане пришлось обхватить его за талию, чтобы он не упал. Она практически заключила его в крепкие благодарные объятия.

— Мессир…

— Ты ослушалась меня, ведьма.

Его голос звучал глухо, что не удивительно. Эфир неподкреплённый магнитумом черпает жизненные потоки. Инквизитор долго будет их восстанавливать. Хорошо хоть не помер, а ведь мог.

Тиана не верила. Воин света чуть не пожертвовал собой ради ведьмы. Ради неё!

— Мессир, — повторила она. — Я позову помощь?

— Нет, — он прижался лбом к её лбу. — Просто помоги мне дойти до комнаты.

Его рука медленно прошлась по её талии, поднялась по спине, вызывая волны мурашек, и тяжело опустилась на плечо. Он пошатнулся и чуть не упал навзничь. Тиане пришлось приложить немалое усилие, чтобы удержать здоровенного мужика, который на голову выше её. Она сунула ему в свободную руку древко метёлки, чтобы он и на неё оперся, что хоть немного облегчит им путь. Сияющие в прутьях Метёлки камни освещали дорогу.

Они медленно двинулись в сторону входа в таверну, ещё тяжело поднимались по лестнице. В полутьме коридора им встретились пьяные постояльцы. Они ободряюще восклицали, думая, что инквизитор решил провести весёлую ночь с ведьмой. Мужчина в ответ вымученно улыбнулся и даже нашёл в себе силы хлопнуть Тиану по попе, загоняя в комнату.

Когда дверь за ними закрылась, Ронан бессильно привалился к стене.

— Мессир, мне позвать кого-нибудь?

— Нет. Просто помоги мне раздеться.

Инквизитор был бледен. Она сняла с него мокрую одежду, довела до кровати и, когда он лёг, окутала шерстяным одеялом.

Потом спустилась и, закрывшись в натопленной бане, быстро всполоснулась и выстирала без особого старания их с инквизитором вещи.

Всё это время иномирский певец продолжал петь, развлекая толпу. Его приятный голос разносился по зданию чарующими вибрациями. Тиана безумно хотела на него взглянуть, но мавка словно и из неё выпила всю силу.

Глаза от усталости слипались. Тиана заставила себя вернуться в комнату инквизитора: надо забрать Метёлку и проверить, не помер ли он. Смуглый лоб был покрыт испариной. Тиана осторожно потрогала его. Холодный. Одеяло сползло вниз, и ведьма увидела, что на теле инквизитора появись новые шрамы.

— Тяжело тебе пришлось за эти годы, — она задумчиво провела пальцем по свежему рубцу на груди воина, прислушалась к мерному дыханию. Совесть беспокойно шевелилась внутри, не давая ведьме бросить его. Она осторожно прилегла рядом, и сама не поняла, как уснула. В темноте на миг сверкнули янтарные глаза инквизитора. Одеяло легло и на ведьму.

— Я и надеяться не смел, что наш Ронни потеряет девственность с ведьмой! Не верю своим глазам!

Это громкое восклицание грубо вырвало Тиану из спокойного мира сновидений. Она открыла глаза и увидела изумлённое лицо Кудряша Джона, распахнутую настежь дверь, в проёме которой стоял словно огромный медведь Малыш Стивен. У последнего был весьма ошарашенный вид. Он старался не смотреть в комнату с Тианой взглядом и густо краснел.

Спящий рядом человек жарко и щекотно дышал ей в шею. Его рука покоилась на её груди. Тиана попыталась скинуть её, но стало только хуже: рука инквизитора скользнула под одеяло и сжала бедро.

Ронан тоже проснулся. Взглянул на Тиану как на пустое место и спокойно произнёс:

— Джон, выйди.

Тут же нашёлся Малыш Стивен. Он неловко кашлянул, привлекая к себе внимание.

— Джон, пошли. Э-э-э… Ронан, мы ждём тебя внизу есть кое-какие новости, — он поманил за собой Джона, который продолжал стоять посреди комнаты и пялиться на Ронана и Тиану. — Джон! Я сказал: пошли!

Малыш Стивен отступил на шаг, приглашая Джона выйти в коридор.

— Я всегда знал, что Ронни неравнодушен к ведьмам! Ты видел то же, что и я?

Дверь захлопнулась, оставив Ронана и Тиану в неловкой тишине.

Инквизитор показался ей бледным. Даже смуглая кожа не могла этого скрыть. Он тяжело сел на кровати и опустил ноги на холодный деревянный пол. Не видно было его военной выправки. Могучая крепкая спина, украшенная шрамами, устало согнулась. Тиане показалось, что он едва сдержал стон. Ей захотелось участливо погладить его по плечу спросить о самочувствии, но помня о его ненависти к ней граничащей с помешательством, она не решилась проявить сочувствие.

Ронан сидел и массировал виски.

— Ты ещё здесь ведьма? — его голос звучал хрипло, едва скрывал страдание.

Тиана обречённо вздохнула.

— Да, мессир. Мне уйти?

Он медленно обернулся. Янтарные глаза инквизиторов всегда пугали её, и Тиана ловила себя на том, что практически никогда не сталкивалась ни с кем из них взглядом. Сейчас она смотрела в ответ открыто, даже немного вопросительно, и поражалась своей наглости.

На его лице отразилось нечто вроде брезгливости.

— Иди приведи себя в порядок, ведьма. Не хочу, чтобы моя любовница выглядела как пугало. У меня немного другой вкус.

Тиана вскочила и приняла самую самоуверенную позу — упёрла руки в бока и задрала подбородок, стараясь всем видом показать, что её гордость нисколько не пострадала.

— Я вам никакая не любовница!

Ронан поморщился и потёр переносицу.

— Да? Хочу посмотреть, как ты станешь бегать по постоялому двору, рассказывая всем и каждому, что ты не моя любовница. Что ты сегодня спала в моей постели самым невинным образом.

— Я!..

— Ты сейчас пойдёшь прямиком в свою комнату. Не хочешь ловить на себе любопытные взгляды? — Ронан замолчал, ожидая её ответ, но она молча скрестила руки на груди. — Можешь сидеть в своей комнате тихо, как мышка или же принять нормальный вид и спуститься на завтрак. Выбирай.

— Меня тошнит от вас, мессир. Спасибо, но завтракать в вашей компании я больше не буду.

Ронан усмехнулся, но не стал отвечать колкостью на колкость.

— И последнее. О том, что вчера произошло во дворе, знаем только ты и я. Проболтаешься кому-нибудь… Я обещаю тебе испепеляющие последствия.

— Я никому ничего не скажу. Но откуда вы знаете, что нас никто не видел?

Вместо ответа, Ронан кивком указал на дверь. Тиана вышла, прихватив с собой метлу. Он смотрел ей вслед и хотел остановить, оставить рядом с собой, будто от этого зависит его жизнь. И её жизнь тоже. Что ж это за проклятие? Проклятие без условия, похожее на мучительную агонию, когда её нет рядом.

У Ронана от слабости кружилась голова, но он не жалел о том, что выпустил эфир без помощи магнитума. Он был готов умереть ради неё в тот миг, а сейчас сидел и поражался чувствам, охватившим разум. Виски заломило с новой силой.

Он встал, медленно оделся. За столом его уже ждали. В это время в таверне почти не было народу. Все до позднего вечера слушали странствующего певца. Вставать с утра гости Заверти не спешили.

Малыш Стивен оглянулся по сторонам и, удостоверившись, что их никто не подслушает начал тихо выкладывать последние новости:

— Ронан, пришли вести из Валеи. Принц Аарон пропал. Это скрывали долгое время, чтобы не вызвать смуту. Мы на грани войны. Сновидцы ее величества уверяют, что Его Высочество где-то в Заверти.

— Ты думаешь, его похитили?

— Всё возможно. Ронан, сновидцы ищут ведьм. Вот только при чём здесь ведьмы?

Ронан посидел несколько мгновений и поднял на Малыша тяжелый взгляд.

— А ты не спросил у них? Ведьмы — наша ответственность. Ты не подумал, что скажет его Святейшество, если мы не доставим ему ведьму? Ты не заметил? Все ведьмы ушли в Сумеречье. Мы бы еще долго бегали по этим землям, пытаясь отыскать хоть одну. Нам очень повезло, она сама не прыгнула к нам в руки…

Джон издал смешок.

— И в постель. Прыткая ведьмочка…

Фразу он предпочел не заканчивать, наткнувшись на тяжелый взгляд Ронана.

— Никто здесь не знает, что она не человек. И это нам выгодно.

Малыш Стивен и Джон переглянулись. Над столом витала одна мысль, и Джон, откашлившись, решил ее озвучить:

— Это похоже на государственную измену.

— Это похоже на правильный выбор, — поддержал Ронана Малыш. — Мы не можем отдать ведьму сновидцам. Нам нужно понять Условие проклятия. Эта Птица вытягивает из людей души. Еще немного и начнутся беспорядки. Без ведьмы нам не справиться.

Джон поднял руки, оглядывая зал. Посетители начали потихоньку просыпаться. За столами рассаживались вчерашние гуляки.

— Куда все, туда и я. Что там у нас на завтрак? И, кстати, Ронан, твоя девушка зря время не теряет, — Джон кивнул в сторону.

Ронан обернулся. Рядом с входом стояла их подопечная и с безумно-восторженным блеском в глазах беседовала со вчерашним певцом.

Выражение лица незнакомца было таким же странным, будто он повстречал свою мечту. Ронан с трудом подавил желание разбить ему счастливую физиономию, а потом схватить эту ветреную ведьму и запереть ее в комнате, выбросить ключ, чтобы никто больше не смог подойти к ней, смотреть на нее так восторженно, будто только она воплощение самых смелых грез.

Рядом растерянно бормотал Малыш Стивен. Послышался глумливый смех Кудряша Джона.

— Ронан! Ты сломал ложку! Успокойся. Я уведу ее отсюда, а ты позавтракай. Плохо выглядишь, друг.

Малыш Стивен говорил, но его слова с трудом доходили до Ронана. Он хотел испепелить весь мир. Кровь в висках стучала, шумела в ушах, заглушая все остальные звуки. Ронан встал.

— Отстань от него, Стив. Наш Ронни решил набить морду сопернику. Ревнивец! В тебе так много скрытых талантов!

Малыш Стивен осуждающе посмотрел на Джона и преградил ему путь.

— Ронан нам нельзя привлекать внимания к ней! Ты же сам сказал, что мы не выдадим ее сновидцам. Приди в себя.

Ведьма звонко рассмеялась. Ронан моргнул.

— Я в порядке Стив. Я сам отведу ее наверх.

Он подошел к беспечно болтающей на каком-то странном языке ведьме и притянул ее к себе. Девушка напряглась и покраснела. Певец умолк и вопросительно вскинул бровь. Ронан отдал ему должное: испуганным тот не выглядел.

— Э-э-э. Мне пора, Люк, — ведьма вежливо и сконфужено улыбнулась.

— Я сейчас уезжаю. Жаль, что нам не удалось поговорить, Тиана.

Он протянул ей руку, она по-мужски пожала её в ответ. Ронан понял, что в их компании это действие показалось странным только ему.

— Мессир, — поклонился певец и бросил прощальный взгляд на Тиану и ушел.

Ронан потянул Тиану за собой наверх.

— Я, кажется, говорил тебе не высовывать нос из комнаты.

— Я проголодалась!

— Что ты сказала этому человеку?

Он стремительно шагал, уводя ее подальше от посторонних глаз. Ведьма едва успевала за ним.

— Ничего.

— Он знает кто ты?

— Нет! Хватит тащить меня! Я сама дойду.

Но Ронан упрямо тянул ее. Комнатка Тианы была до невозможности тесной и необжитой. Он прижал ее к себе и поцеловал, не замечая сопротивления слабой девушки. На миг она замерла, а потом с таким же пылом ответила на его поцелуй.

Узкая каморка вертелась, натыкалась на них шершавыми стенами и углами плохо сколоченной мебели. Соломенный матрац на кровати притягивал к себе. Ронан хотел уложить на него ведьму, как та, проявив неожиданную для хрупкой женщины силу, оттолкнула его.

На её милые черты набежала тень, сделав их глубже и резче. Она смотрела на него так, как может смотреть из адовой бездны вечность.

— Рас-с-пускаешь руки, инквизитор!

Её голос стал неузнаваем. Ронан оцепенел. В глубине его естества зашевелилась гадливость. Безотчетно вытер губы и, осознав это, немного устыдился.

Ему сейчас казалось, будто он только что самозабвенно целовал чудовище. Жабу из старых сказок, которая е превратилась в прекрасную девушку. Скорее наоборот.

Только вот он не мог понять, кто это на самом деле прячется за личиной ведьмы. Что это за нечисть. Странная девушка, в которой не чувствуется тьма материнского проклятия. В ней чувствуется… Ронан никак не мог понять своего ощущения, но точно знал, что обдумать его необходимо. Это что-то важное.

— Кто ты такая?

Лицо Тианы вновь преобразилось, разгладилось, посветлело. Ведьма устремила на него испуганные зелёные глаза, будто соображая, что бы такого правдоподобного ему наврать.

Он смотрел на её молчаливые потуги, бегающий взгляд, и сказал с жесткой усмешкой:

— Можешь не придумывать ничего, ведьма. У тебя все мысли написаны на лице, а у меня нет ни времени, ни желания разбираться в твоем вранье. Гильдия сама разберется с твоими секретами.

Она порывисто скрестила руки на груди.

— Предлагаете мне терпеливо ждать пыток?

— Предлагаю не юлить на допросе. А как именно тебя будут допрашивать… Думаю, ты это знаешь.

— Как-то глупо ждать от меня покладистости при таком подходе. Вы так не считаете?

Ронан шагнул к ней и схватил за волосы. Ему хотелось выместить на ней злобу, которая вскипела от неестественного желания быть с ней. Любить её. Даже после того, что он видел. Он чувствовал на себе клеймо приворота. Странного. Безусловного.

Он не смог причинить ей боль. Когда её будут пытать в подвалах гильдии, — он не будет на это смотреть, не сможет в этом участвовать.

Рука разжалась.

— Будь ты проклята, ведьма.

— Я уже проклята, мессир. Вы даже не представляете насколько велико мое проклятие.

— Я догадываюсь. Ключ от этой комнаты, — он протянул руку.

Ведьма поколебалась, с надеждой посмотрела на окно и вложила ключ в его раскрытую ладонь. Ронан усмехнулся — девчонка абсолютно не умеет скрывать свои мысли.

— Надеюсь, вы не забудете принести мне хлеб и воду.

— Надейся.

Ронан вышел, оставив Ведьму одну. Ему отчаянно не хотелось везти её в Валею. Из подвала инквизиции она не выйдет живой.

Долг. Он должен. Ведьма нужна инквизиции. А ему нужно избавиться от нее. Пока не поздно. Пока он не потерял разум.

Глава 11, в которой мелкий бес Сажик прицепился к Тиане как клещ

Утро выдалось просто ужасным. Если не сказать чудовищным. Это же надо было так себя подставить! Тиана спала с инквизитором! Что скажут сёстры, если узнают?

По постоялому двору эта новость распространилась быстро. Тиана даже из инквизиторской постели вылезти не успела. Бабуля сказала бы: «Срамота!»

А этого мужлана сплетни вообще никак не волнуют! Он ведь герой. Без усилий уложил ведьму на обе лопатки.

И спас её, рискуя своей жизнью. Тиану кольнула совесть. Вообще, странно получается, что человек, столь сильно ненавидевший её, использовал сырой эфир и чуть не сжег себя! Она никак не могла понять, зачем он это сделал. Может быть, то странное проклятие его заставило.

После недолгого раздумья Тиана решила, что, скорее всего, так оно и есть. Следовательно, она ему ничем не обязана. Да была бы его воля, он бы сжёг её при первой же возможности, не моргнув глазом. Ее мысли метались по тесной каморке, а тем временем желудок печально взывал к хозяйке. Хотелось есть. Но ещё больше не хотелось выходить из комнаты, чтобы не встречать похотливые и насмешливые взгляды.

Про неё Ронан удачно забыл и без зазрения совести завтракает. Тиана встала, запихнула Метёлку под кровать и, убедившись, что в коридоре никого нет, направилась вниз.

Деревянная лестница тихо поскрипывала и едва Тиана сошла с последней ступеньки, как дверь в харчевню отворилась и она встретилась с вчерашним певцом лицом к лицу. Она точно знала, что это он. Тёплая и родная душа находилась рядом. Будто встретила давно потерянного кровного брата и вдруг интуитивно угадала его среди толпы. Только сейчас Тиана обнаружила, что певец стоит не один. Парни чуть старше него тоже остановились и с любопытством взирали на двух застывших людей.

— Это любовь, — рассмеялся один из них и хлопнул певца по спине. — Хватит разбивать женские сердца, Люк.

Певец вздрогнул и натянуто улыбнулся друзьям.

— Я догоню вас, — он снова пристально взглянул на Тиану, будто не веря своим глазам.

Тиана робко улыбнулась. Он заговорил с ней по-русски:

— Я чувствовал, что я здесь не один!

Тиана кивнула:

— Нас тут четверо. Я, ты, и ещё две девушки. Меня зовут Тиана, кстати. В той жизни меня звали Тиной.

Открыл рот, чтобы представиться, но от чего-то густо покраснел. Через мгновение Тиана поняла почему.

— А меня, — он неловко почесал затылок. — Э-э-э… Люк Скайуокер. В той жизни Руслан.

Тиана не смогла сдержать смех. Люк тоже в ответ заулыбался. Только сейчас Тиана заметила, что её брат по перерождению настоящий красавец. Высокий, статный, гибкий юноша. У него были светлые вьющиеся волосы, голубые лукавые глаза. И потрясающая улыбка. Он действительно чем-то был похож на экранного Скайуокера.

— Не! Ну а что?! Я прямо чувствую себя избранным!

Тиана смотрела на него и женская суть её очень быстро пришла к выводу, что Люк чрезвычайно юный переселенец в чужое тело. Хотелось его опекать, но, к сожалению, это было невозможно. Она улыбалась впервые за много дней весело и непринуждённо. Чувствовала, будто вновь оказалась дома, в безопасности.

— Ты фильмов пересмотрел. Голливуд плохо влияет на неокрепшее сознание попаданцев.

— Точно! Я вчера тут зажигал. Ты видела? Я тебя почувствовал в какой-то момент.

— Слышала. Ты избран, чтобы покорить местную эстраду. Лучше бы ты назвался Филипом Киркоровым, — Тиана рассмеялась.

Но Люк-Руслан в ответ лишь грустно улыбнулся.

— На самом деле, я, — он запнулся, как будто не решаясь сказать, и внимательно посмотрел на неё. — А ты… тут проездом или как? У тебя есть семья? Девушкам в этом мире живется несладко, наверное.

— Я ведьма.

Люк вытаращил на неё глаза.

— Ты знаешь, что тут инквизиция поселилась? Они сожгут тебя. Прыгай в свой ходунок и уноси ноги, пока не поздно.

— Поздно, — Тиана вздохнула. — Они…

И тут она поняла, что Люк в ореоле своей избранности может натворить глупостей, чтобы защитить её и решила не делиться с ним своими проблемами.

— Я с инквизиторами по доброй воле, если можно так сказать. Я должна им помочь.

— Из-за проклятия? Чёрная птица?

— Да. Не волнуйся за меня. Мы отправляемся в Валею. Люди гибнут, а во всех смертных грехах обвиняют ведьм. Все ведьмы давно сбежали в Сумеречье. А ведь мы тут ни при чём. Люди ни в чём не повинных женщин сжигают на кострах.

— Я тоже иду в Валею, только пешим ходом. Вон, кстати, инквизитор идёт в нашу сторону. Кажется, за тобой. Они мощные чуваки! У тебя точно с ними проблем нет?

— Точно.

К ним подошёл Ронан и с видом полноправного хозяина обнял её. Тиана сконфуженно покосилась на Люка. Было видно, что он понял действия инквизитора так, как всё в этом постоялом дворе. Будто она любовница смуглого верзилы. Она попыталась отодвинуться, но силы были неравны.

Боясь, что её новый знакомый может затеять драку, если догадается о настоящем положении дел, Тиана решила быстро с ним распрощаться.

Ронан вёл себя, как ревнивый муж, вернул её в каморку и устроил скандал. А дальше провал в памяти. Чёрная бездна завладела сознанием, как только инквизитор поцеловал её. Она помнила, что вначале ею овладела нестерпимая страсть, такая, что хотелось ласк нежных и грубых, жарких. Хотелось быстрее скинуть одежду, которая так мешала его рукам прикасаться к ней. И в тот момент, когда она решила, что не остановится и Ронан сделает её женщиной, власть над телом перехватило то чудовище.

Первое, что она увидела, когда разум прояснился — это ошарашенное лицо инквизитора. Теперь он знает. Он видел то существо. Тиана впала в панику, пытаясь придумать, как выкрутиться из создавшейся ситуации. Её главный враг знает, что она опасна и без промедления может её убить. И никто его не осудит. Даже наоборот.

Он с такой ненавистью смотрел на неё, что Тиана испугалась физической расправы, когда Ронан схватил её за волосы. Его лицо было так близко. Нервное дыхание смешивалось с её испуганным.

Он запретил выходить из комнаты. Угрожал. И угрозы подействовали, — Тиана решила сбежать от них при первой же возможности. Она сама доберётся до Валеи и найдет эти древние письмена, как-нибудь передаст их Джону, а дальше отправится на поиски мужа. Родит ребёнка и станет нормальным человеком! Надо выдворить тёмного соседа из тела пока непоздно. Умереть еще раз в самом расцвете сил будут очень обидно. Тем более что после её смерти это существо будет убивать людей направо и налево. Она ощущала в нём такую страшную злобу, будто это непросто тёмная душа, а ожившее зло со своими стремлениями и волей.

Ей отчётливо вспомнилась вчерашняя мавка.

Только теперь Тиана в полной мере осознала, что битва за жизнь между ними началась. Тесная каморка давила. Хотелось вскочить и действовать. Лететь на всех парах в Валею, прихватив с собой Кудряша. Отвязаться от долга за Метёлку перед Соулом.

Время начало свой отсчёт, а она под надзором и ничего не может сделать, кроме как сбежать!

Тиана решительно кивнула своим мыслям. Она сбежит. Сегодня же!

Она вытащила походный мешок и сложила все вещи. Главное сейчас — это дождаться темноты. Она выглянула окно второй этаж — это не так высоко, как ей раньше казалось. Небо было пасмурным и Тиана надеялась улететь под прикрытием тёмной безлунной ночи, чтобы тусклый, но достаточно яркий в ночи не выдал её.

Окно было слишком узким, и Тиана радовалась, что была достаточно тощей, чтобы суметь протиснуться в его проём. Теперь надо стать воспитанной девочкой и постараться не привлекать к себе внимание инквизиторов.

Вскоре Ронан принёс ей еду. Сам. Она-то понадеялась, что он не захочет её видеть, но надежды тщетны.

— Ешь, ведьма.

Она украдкой взглянула на его перекошенное брезгливостью лицо и слова сорвались с губ быстрее, чем она успела их остановить.

— Меня зовут Тиана вообще-то. Спасибо, мессир, что не забыли меня покормить.

— Я помню, Тиана. А как зовут того, кто делит с тобой это тело?

— Я не знаю. Мне у него спросить? — Тиана ужалась тому, что, не смотря не своё решение, спровоцировала инквизитора на опасный разговор.

Какая-то часть её жаждала кокетливо болтать с ним на разные темы, отключив при этом мозг. Хотелось безудержного флирта и поцелуев. И много чего другого. Тиана покачала головой, чтобы наваждение схлынуло. Это было удивительно. Не передаются же проклятия через поцелуи. Она бы оставила радость изнывать от страстных желаний своему неадекватному врагу.

— Странно, что вы до сих пор не познакомились, ведьма, — на последнем слове он поставил акцент, как бы говоря этим: я своим привычкам не изменяю. — Этот певец… Твой новый знакомый уехал. Хотел попрощаться с тобой, но… ты сама понимаешь.

— Понимаю, — эхом повторила Тиана. — Мессир, вы не против, если я поем одна? Простите, но вы портите мне аппетит.

Ронан в ответ лишь усмехнулся:

— Ешь.

В корзине, которую он принёс, лежал свежий хлеб, сыр, бурдюк с вином и варёное мясо. Тиана отправила вино в мешок, как и половину хлеба и весь сыр. Экономить мясо было глупо, ведь оно быстро протухнет, поэтому она его с удовольствием съела и запила водой из кувшина.

После быстрого перекуса Тиана вытащила из-под кровати Метёлку. Она немного почернела. Древко стало широким и удобно ложилось в руку. Прутья переплелись так, что скрыли мерцающие голубым светом драгоценные и заряженные камешки магнитума. Их энергии хватит надолго.

Метёлка зависла над полом и по её коре едва заметно прокатывались молнии магнитума. Тиана поднесла палец, ожидая, что её может стукнуть разряд, но ничего не произошло. Тиана аккуратно отодвинула веточки по бокам. В них вросли самые мелкие камешки из Тианиной коллекции.

— Зачем они тебе нужны, — задумчиво пробормотала Тиана, разглядывая воздух между тонкими веточками, уплотнившийся и переливающийся голубым сиянием, если смотреть на странное явление под определенным углом.

Вместо ответа веточка дрогнула и вновь обвилась вокруг ствола. Тиана с удовольствием погладила прохладную гладкую поверхность рукоятки Метёлки, провела пальцем по узорам и смахнула одинокую слезу, скатившуюся по щеке. Метёлка, такой молодой росток волшебного дерева, а напоминала ей бабулю, её сморщенную задубевшую кожу, добрые руки. Тиане так долго удавалось оставаться ребёнком, пока была жива бабуля, что она забыла каково это — быть взрослым.

Ведьма сидела тихо, закрыв глаза, и представляла, что она вновь оказалась в ходунке старой Кальмы и потрясающей красоты пейзажи мелькают за крошечным окном под тихое поскрипывание его бегущих ног-корней.

За окном раздалась ругань хозяйки таверны и разрушила волшебное мгновение. Тиана легла на кровать и уставилась в потолок. По тесной комнате носились её мысли. В голове созревал план побега надо только дождаться ночи и тогда она мысленно пожелает инквизиторам удачи и улетит от них подальше.

Безделье очень быстро усыпило её и когда за окном солнце стало клониться к закату, в комнате раздался тревожный шорох.

— Эй! Ведьма! Ведь-ма! Спаси меня!

Тиана подскочила озираясь. Скупой свет заката еле освещал комнатку. По углам густели тени. Перед дверью дрожал от страха комок чёрной пыли.

— Ведьма, они пришли за мной! Спаси нас!

— Кто «они»? — Тиана сонно потёрла глаза.

— Сновидцы! Они ищут меня, чтобы убить! Я подслушал инквизиторов, притворился грязью в углу, сновидцы ищут мелкого беса, который знает где принц! Это я! Я уверен, что знаю, где он, но не могу вспомнить! Я думаю, что меня прокляли из-за этого принца. Я же говорю, что был очень большим человеком.

Тиана вскинула руку, останавливая истерический поток речи беса. Комок сжался и задрожал сильнее, но дал ведьме возможность вставить слово.

— Если всё, что ты говоришь, правда, то у меня возникает только один вопрос: почему ты решил, что можешь втянуть меня в сомнительную политическую авантюру? У меня и своих проблем выше крыши!

— Ты не поняла, ведьма, они идут и за тобой.

— За мной?!

Тиана опешила. Она то зачем понадобилась сновидцам? Её скромная персона нужна только инквизиторам, которые, в силу профессии, устраняют последствия тёмных сил. А зачем нужны были сновидцы? Они вроде как ищейки. Могут предсказывать туманное будущее и видеть, где спрятался преступник. Их природа сложна и Тиана не всегда её понимала. Она считала, что они примерно, как экстрасенсы Земли, могут что-то предвидеть, но это неточно.

Конечно, если пропал принц, то сновидцев, естественно, пошлют по его следу. Всё же наследник престола, но при чём тут мелкий домашний бес и Тиана? Она принцев никогда в глаза не видела.

Ведьма тяжко вздохнула. Сейчас во всех смертных грехах винят исключительно колдуний. Кто-то укокошил принца, а ей расхлёбывать! Жизнь неконтролируемо катится по наклонной и самое обидное без своего непосредственного участия Тиана умудряется вляпаться в истории, которые устрашают непредсказуемыми последствиями.

Тиана взглянула на беса, и разумные сомнения всё-таки пробрались в её сонное сознание.

— А с чего я вообще должна тебе верить?

Бес замер. В комнате было тихо, однако сквозь дверь и стены слышалось жизнерадостное гудение таверны, голоса гостей.

— Я твой друг!

За дверью послышались громкие шаги, бес шмыгнул в пустой тёмный угол и прикинулся клубком пыли. Щёлкнул замок, отворилась дверь. Тиана встала. Стало ясно: побега не будет.

Глава 12, в которой сновидцы чуют ведьму, а инквизитор сходит с ума

Сновидец Велет сидел за столом и спал, приоткрыв глаза. Его замутнённый дремой взгляд блуждал по расстеленному перед ним белому полотну.

Из окна в комнату сквозь тонкие шторы лился скудный дневной свет, но это ему нисколько не мешало, грезить наяву и видеть на поверхности стола недосягаемые для глаз простого человека образы. Он искал Его Высочество Принца Аарона и видел только ошмёток грязи. На лоскуте ткани плавали бледные чернильные пятна, складывались в странные формы. Он угадывал очертания Заверти, скромного трактира и маленькой растрёпанной ведьмы, но чаще на его желание увидеть принца и место, где он сейчас может быть, возникало всё тоже пятно грязи. Принц был жив. Велет это знал точно. И тем загадочнее было то, что ни один сновидец не мог почуять его местонахождение.

Тяжело вздохнув, он открыл глаза.

— Можете входить! — громко сказал он, чтобы стоящие за дверью помощники его услышали.

Два щуплых на вид неприметных парня. Люди с незапоминающейся внешностью. Такими и должны быть настоящие сновидцы. Безликими.

Велет дождался, пока они разместились на стульях напротив него.

— Я не вижу его в Заверти, — сказал он. — Я вообще нигде его не вижу, но есть небольшая зацепка.

Один из помощников кивнул и произнёс:

— Ведьма. Мы видели её в наших Летасах (блуждание мыслей — прим. автора). Один из инквизиторов только что сообщил нам, что они поймали одну ведьму, господин предиктор. Это та самая ведьма. Других сестер в людских землях больше нет. Сумеречье не для наших глаз. Они хотят везти её в Валею к его Святейшеству.

Плохо. Глава инквизиции быстро и изощрённо развяжет ей язык.

— Они не должны довести её, — сказал Велет. — Вы помните приказ. Если инквизиция доберётся до принца раньше, чем мы, королева…

Его помощники переглянулись. Им хотелось жить и здравствовать не меньше, чем ему. Велет был доволен тем, что их объединяла не только профессия и приказ Её Величества, но и общая цель: во что бы то ни стало этот приказ выполнить. Иначе смерть.

— Инквизитор сказал, что будет ждать нас в трактире. Думаю, нам не надо заставлять его ждать. Его Святейшество не получит ведьму, господин предиктор.

Второй коротко кивнул. Велет встал.

— Пускай сегодня наступит ночь!

— Да будут спокойными наши сны!

Закат успел окрасить пурпуром белые стены Заверти, когда трое сновидцев добрались до нужного им трактира. Они зашли внутрь озираясь по сторонам в поисках нужных им людей. Вскоре один из помощников кивнул на дальний угол.

— Это он.

За столом сидел человек. Его жёлтые звериные глаза мерцали в свете почти ушедшего дня. Он их тоже увидел и встал приветствуя. Велет оценил его огромный рост и явную недюжинную силу. Такими и должны быть инквизиторы: огромными, устрашающими и глупыми.

— Пусть эта ночь не будет последней, мессир, — тихо поприветствовал его Велет. — Мы идём по следу одного пропавшего человека. Отзвук его шагов привёл нас сюда.

— Это скорее я привёл вас сюда, — сказал громила.

Какой бесхитростный экземпляр, подумал Велет глядя на инквизитора, надеюсь его друзья такие же.

— Да, конечно, — согласился он. — Мы ищем ведьму, которая покусилась на человека и видели ее образ. Она находится здесь.

Верзила посмотрел на них, явно обдумывая сказанное. Туго соображает, заключил Велет, я лишь хочу донести ему, что и без него мы смогли бы ее найти. Правда с большим трудом, но все же.

— Завтра мы отправляемся в Валею на айронависе. До того момента вы можете с ней побеседовать, — инквизитор махнул огромной лапищей в сторону лестницы.

Велет решил, что хитрость — это, в сложившихся обстоятельствах, их главное оружие.

— Замечательно, — дружелюбно улыбнулся он. — Ведите нас к несравненной чаровнице. И пусть она прольет свет на наши грезы!

Велет с удовольствием заметил проблеск вины на, казалось бы, задубевшем лице инквизитора. Вина — сновидец посмаковал увиденное — прелестное переживание, когда оно принадлежит не тебе, а достаточно сильному человеку, который может что-то тебе противопоставить. Человеку, которого стоит опасаться. Вина — это слабое место, зазор в доспехах инквизитора. Велет начал мысленно подбирать подходящий «кинжал». Он ударит им инквизитора, если понадобится.

Деревянная лестница под их ногами едва слышно поскрипывала. Верзила шёл впереди, показывая дорогу к ведьме. У одной из дверей он остановился, постучал.

— Ронан, здесь господин предиктор с помощниками.

Послышались торопливые шаги, дверь распахнулась, и на пороге встал верзила поменьше, но отчего-то он показался Велету более внушительным. Даже грозным. Смуглый южанин, горячая кровь и трезвый разум. А ещё он неважно выглядит, как если бы перенёс тяжёлую болезнь или, Велет на одно короткое мгновение позволил себе прикрыть глаза и впасть в дрему. Вспышка озарила его видение. Так, так! Кто-то использовал сырой эфир. Интересно.

Открыв глаза, он встретился с цепким взглядом южанина. Тот явно понял, что Велет сейчас не просто моргнул, но, впрочем, это не так важно. Сновидцы тоже выполняют свою работу, как и инквизиторы.

Южанин шагнул вбок.

— Проходите.

Какой нелюбезный тон у его голоса. Он не очень-то рад их видеть. Интересно почему? Сновидцы и инквизиторы никогда не враждовали. Впрочем, у этого южанина могут быть свои причины недолюбливать или испытывать к ним обыкновенную личную неприязнь. Или необыкновенную. Велет решил понаблюдать и подумать.

В комнате обнаружился ещё один инквизитор. Он лежал на кровати, закинув руки за голову, и лишь весело кивнул вошедшим. Этого ровным счётом не интересует ничего.

— Какие люди! Мы о вас наслышаны. Как ваши поиски?

— Помолчи, кудряш, — попросил их проводник.

Законы гостеприимства инквизиторы позабыли: никто из них не предложил им присесть.

— Поиски привели нас сюда, в вашу скромную обитель, — смиренным и чуть заискивающим голосом произнёс Велет. — Мы видели ведьму и знаем, что в Подлунье она осталась одна, а все её сёстры сбежали в Сумеречье. Нам надо с ней поговорить.

— Вряд ли она знает, где искать Его Высочество.

— Вполне возможно. В Летасах мы не можем обнаружить его след, но он жив. Это мы видим ясно. Надмирный взгляд наш неспособен проникнуть только в Сумеречье. Ведьма будет нашим проводником, а если она как-то сопричастна к исчезновению принца, — Велет сделал паузу и считал с присутствующих реакцию: южанин нахмурил брови; чувство вины ярче проступило на лице верзилы-проводника, а тот, кого назвали Кудряшом, приподнялся на локтях.

— То мы её всё равно довезём до главы инквизиции, — с наглой ухмылкой сказал Кудряш и снова плюхнулся на кровать. — Мы выполняем приказ его Святейшества и никак не можем его нарушить. Очень жаль.

Кудряш демонстрировал характер человека чрезвычайно легкомысленного, но Велет нутром чувствовал, что он не так прост, как кажется.

— Я проявил уважение и объяснил вам причину нашего интереса к вашей пленной. Нам всего лишь надо с ней поговорить, — в примирительном жесте вскинул руки Велет.

— Ронан? — нерешительно пробасил верзила.

Велет мысленно ухмыльнулся. В компании инквизиторов южанин главный. Сновидец устремил на Ронана вопросительный взгляд. Тот на мгновение сжал кулаки.

— Я провожу вас к ней.

Они двинулись дальше по коридору, в самый тупик. Там инквизитор остановился, достал из кармана ключ и отпер очередную дверь. Широкая спина южанина закрывала весь обзор, послышалась возня, будто кто-то соскочил с кровати на пол.

— Мессир?

Голос у ведьмы оказался приятным и нежным. Молодым.

Велет терпеливо дождался того момента, когда инквизитор отошёл в сторону. Он никогда раньше не встречал ведьм и был в какой-то степени разочарован, увидев перед собой растрёпанную девчонку с заспанным испуганным лицом. Она была красива. Даже очень. Но красивых женщин Велет встречал немало. Встреть он эту девчонку где-нибудь на улицах Заверти, он прошёл бы мимо, лишь скользнув по смазливому личику взглядом.

Сейчас он думал о том, что ведьмы непозволительно похожи на людей. Если королеве удастся взять власть в свои руки, надо будет подать ей идею о том, чтобы всех ведьм обязательно клеймили. Воображение нарисовало изящную каллиграфически исполненную букву «В» выжженную на фарфоровой щеке девушки, стоящей перед ним.

Он снова прикрыл глаза, чтобы впасть в мгновенную дрему. Ведьма будто стояла в густом дыму так, что очертания её были едва заметны. Наконец, он удовлетворился увиденным. Обычные люди всегда видны ясно, даже инквизиторы.

— Я предиктор Её Величества, дитя. Проще говоря, сновидец. И я хочу задать тебе всего лишь один вопрос, — пропел Велет самым слащавым тоном.

Ведьма испуганно глянула на инквизитора, потом на сновидцев. Затравленный зверёк, совершенно незлобный. Скорее беззащитный. В душе Велета шевельнулась жалость, но он не дал ей пустить губительные корни.

— Я отвечу на ваши вопросы только с позволения мессира Ронана, — ведьма ловко переложила ответственность на плечи инквизитора. Умно и хитро. Велет не ожидал, что маленькая напуганная девчонка сделает такой ход.

— Мессир Ронан, может ли ваша пленница ответить на мой вопрос?

Инквизитор кивнул. Велет дождался, когда его помощники перейдут в сонливость, повернулся к ведьме и спросил:

— Кто из твоих сестёр проклял и похитил принца Аарона?

Ведьма вытаращилась на него.

— Э-э-э… Я не могу вам ответить, господин, потому что не знаю.

— Что тебя лично связывает с принцем?

— Меня? — удивлённо выдохнула ведьма. — Ничего. Я до этих пор даже не подозревала, что он существует.

Её ответ сновидца удивил. Не знать о членах королевской семьи! И это не было ложью!

— Живая грязь… может быть, про неё ты знаешь.

Взгляд ведьмы вильнул в сторону, потом она будто опомнилась и сосредоточенно уставилась на шею Велета. Инквизитор напрягся, значит, он тоже неплохо читает людей. Чует подвох.

— Я никогда о таком не слышала, господин, — она вздохнула.

— Я так не думаю, — сказал Велет, — но смею надеяться, что наша добрая инквизиция сможет вам внушить, что врать нехорошо. Я слышал, вы возвращаетесь в Валею. Если позволите, мы полетим с вами. У меня появилась просьба к его святейшеству.

Южанин лишь пожал плечами.

— Я не вправе вам отказать.

— Вот и хорошо, — Велет улыбнулся. — Мы ещё погорим, милая, но уже при других обстоятельствах. Встретимся на борту айронависа.

Выйдя на улицу, Велет с удовольствием вдохнул посвежевший вечерний воздух, в котором продолжали витать ароматы ушедшего дня. Под светом Антиса и Луны серебрились и даже, можно сказать, светились призрачным сиянием белые стены домов. Заверть ночью прекрасна, как наивная и доверчивая провинциалка.

По пути им встречались горожане, спешащие домой, или же, наоборот, те, кто вальяжно и без всякой цели гулял. Безликие человечишки.

— Заметили ли вы что-нибудь интересное, друзья мои? — обратился Велет к своим помощникам.

— У этой ведьмы два лица, — первый устремил на Велета вопросительный взгляд.

— Она будто одержима, но это невозможно, — дополнил второй.

Велет взглянул на помощника.

— О, нет! Нет! Мой друг. В наше время возможно всё. Проклятия без условий, одержимая ведьма, которая должна по всем правилам превратиться в кикимору, но… что-то пошло не так. Она опасна. Вчера я грезил и видел, что наш принц слегка проклят.

— Мы тоже это видим, господин предиктор.

— А эта ведьма — его условие. Мы ведь не допустим, чтобы оно сбылось?

— Нет.

Какой слаженый ответ! Конечно они этого не допустят!

— Ну тогда вы знаете, что мы будем делать.

— Да, — в голосе помощников звучало предвкушение.

— Да, — улыбнулся Велет. — И мы обезопасим этот мир, выполнив работу, которую должна была сделать задолго до нас инквизиция.

Помощники самодовольно улыбнулись.

На пристань они прибыли раньше инквизиторов. Айронавис, на котором они должны были отправиться в столицу, стоял пришвартованный: крылья притянуты к корпусу, магнитная сфера нависла над кораблём тёмной полупрозрачной сферой, в центре её тлел едва заметным голубоватым огнём магнитум.

Аэронавты деловито сновали по платформе, готовясь к отправке. Поглядывали на небо. Мимо Велета прошёл навигатор, хлопнула дверь капитанской рубки. Внутри зажёгся белый холодный свет. Навигатор включал и проверял приборы, разложил карту. Велет через приоткрытые веки смотрел на парня и видел, как переливаются вокруг него магнитные волны.

— Наша доблестная инквизиция опаздывает, — пробормотал помощник, вырвав Велета из мира грёз.

— Они придут. Им важно довезти ведьму до его святейшества как можно скорее, а следующий айронавис прибудет в гавань корабль только через несколько дней. О! Вот и они.

Велет поймал недовольный взгляд южанина и усмехнулся про себя. Весьма забавно быть в попутчиках у человека, который испытывает к тебе… неприязнь? Вряд ли. Слишком уж много злобы сновидец угадал в глазах Ронана. А что за причина взбудоражила такие враждебные чувства в душе этого милого инквизитора за столь короткое знакомство?

Ведьму вёл верзила. Велет так и не узнал его имя. Шествие замыкал улыбчивый Кудряш. Они поднялись по трапу. Вполне спокойные и самоуверенные на вид. Все. Кроме ведьмы. Взгляд у той был затравленный и даже немного обречённый. Мышка в птичьей клетке.

Оказалось, что вся команда аэронавтов только инквизиторов и ждала. Тут же раздались властные крики капитана. Затрещала, оживая, магнитная сфера — по ней прошли голубые всполохи энергии. Крепкие ребята откручивали огромные винты, которыми крепился корабль к причалу. Ведьму отвели в каюту. Сновидец усмехнулся. Сегодня им предстоит поработать на славу.

На горизонте показался Антис, а перед ним плыла крошечная Луна. Ночь прекрасна и тиха. Именно в этой завораживающей тишине одному из инквизиторов приснилось, будто он нежится в объятиях прекрасной лесной девы. Реальность и ведьма за закрытой дверью перестали для него существовать.

Спокойно щёлкнул замок и через мгновение мимо спящего инквизитора прошла слепо выставив руки вперёд юная ведьма. Её остекленевшие глаза таращились в пустоту. Она перешагнула через инквизитора, взобралась вверх по лестнице прямиком на палубу. Подошла к перилам и остановилась, будто в нерешительности. Тогда за её спиной из темноты прозвучал нежный голос кукловода-сновидца.

— А теперь — прыгай!

И тут волосы ведьмы взметнулись и стали похожи на жуткий чёрный дым колышущийся вокруг её головы. Она медленно обернулась.

— Человек, ты хочешь убить мой сосуд?

По телу Велета от звука её голоса пробежали мурашки. Ему показалось, будто из одного рта говорят два человека: мужчина и женщина.

Одежда ведьмы стала чернеть и разлетаться вокруг неё искрами и хлопьями пепла.

— Так шагни же в бездну сам…

Велет почувствовал как его ноги, повинуясь приказу, засеменили к краю, и в этот миг он услышал истошный крик. Собственный крик. Хлопнула дверь и краем глаза он заметил, как пролетел мимо ведьмы голубой всполох.

— Остановись! Иначе я тебя сожгу!

Велет узнал голос южанина.

Глава 13, в которой инквизитор сходит с ума

— Сновидцы все такие… с придурью? — спросил Курдряш ни к кому не обращаясь.

Он праздно закинул ноги в пыльных сапогах на стол, нисколько не заботясь о душевном спокойствии Малыша Стивена, который терпеть не мог эту его манеру наводить везде грязь.

На сей раз Стивен даже не взглянул на Джона, сидел, слепо уставившись в одну точку будто мысли и чувства в один миг покинули его глупую голову.

— Ронан, на Малыша этот Велет произвёл крайне удручающее впечатление. Успокойся Малыш, он не страшнее нашей прекрасной ведьмы.

Ронан взглянул на Стивена и нахмурился.

— Плохо выглядишь, дружище. Что тебя тревожит?

— Ничего.

Стивен поднял на него виноватый взгляд. На могучей шее пульсировала жилка. Потом он перевёл взгляд на ведьму. Она сидела в уголке, пытаясь слиться со скудной обстановкой комнаты. Нервно теребила подол, грозя порвать его. Невозможно догадаться, что она настоящая ведьма. Не похожа. Не чувствуется в ней проклятия, которое роднит её сестёр с Тёмной материей. Стивена это и удивляло, и вызывало в душе тревожные сомнения.

Стивен встал, взвалил поклажу на спину. Они ещё вчера собрали свои скромные пожитки в заплечные мешки.

— Нам пора выдвигаться. Можем опоздать на айронавис.

Его собратья по мечу похватали свои мешки. Ведьма, наконец, подала голос:

— Мои вещи остались в комнате…

— Джон, принеси ей мешок.

Кудряш, тяжко вздохнув, вышел и вскоре вернулся с видавшим виды мешком.

— Там остался мой посох…

Кудряш усмехнулся:

— Тебе не нужна палка, красавица. Я не заметил, чтобы ты хромала. А ещё я не нашёл ничего кроме этого, — он потряс мешком.

Ронан хлопнул кулаком по столу. Вид у него был усталый и сердитый.

— На выход! — рявкнул он.

— Но… мессир, прошу… мой посох, я не могу без него, — Тиана устремила на него растерянный взгляд.

— Джон, ты уверен, что больше ничего не забыл в комнате, ведьмы?

— Да, уверен. Так мы идём или нет?

И они двинулись по узкому коридору. Тиана оглянулась на свою дверь, мысленно умоляя Метёлку как-нибудь вывалиться из комнаты. Издать стук, чтобы инквизиторы услышали и забрали её с собой.

— Мессир, — она аккуратно тронула Ронана за рукав, он обернулся, — могу я заглянуть туда, чтобы найти свой посох? Пожалуйста. Я не задержу вас!

Видно, в её голосе послышалось такое неподдельное отчаяние, что инквизитор, подумав мгновение, кивнул. Тиана ринулась в заветной двери, залетела в комнату и обнаружила только пустую кровать и прибитые к стенам полки. Она упала на пол, заглянула под матрац, за матрац, но не нашла её. Взгляд обшарил даже потолок.

— Метёлка! Метёлочка! Ты… где? — сердце зашлось громким испуганным стуком от осознания потери. Инквизиторы ни за что не дадут ей возможности походить по трактиру и поискать дорогую Метёлку.

Не могли же её украсть! Или всё же могли? Тиана растерянно озиралась по сторонам, натыкалась взглядом на плохо пробелённые, голые стены. Кто! Кто же мог её украсть?

— Ты долго, ведьма, — послышался за спиной голос Ронана.

Она обернулась к нему и не смогла сдержать горьких слёз. Невольное лицо инквизитора приобрело растерянный вид.

— Её нет, мессир! — Тиана всхлипнула и разрыдалась, закрыв лицо руками.

Она почувствовала, как вокруг смыкаются неловкие объятия. Её голова опустилась на сильное плечо.

— Нам пора, — инквизитор провёл рукой по растрёпанным волосам, по спине ободряюще похлопал. — Мы сделаем тебе новый посох. Пойдём.

В его голосе звучало странное участие. Тиана одновременно ненавидела его за все свои злоключения, за то, что была сейчас вынуждена идти с малоприятными людьми на корабль, тогда как больше всего на свете хотела свободно бегать по закоулкам таверны и искать драгоценную Метёлку.

Рука Ронана властно сомкнулась на её предплечье. Не вырваться.

— Идём, с нажимом, но всё же сохраняя подобие сочувствия и мягкости повторил он. Тиана не помнила себя от горя. Механически передвигала ноги, села в повозку. За влажной пеленой слёз мелькали двери, заборы и размытые белые стены. Её больше никто не держал. Она почувствовала свободу.

Колёса стучали и подпрыгивали, катясь по каменной дороге. Тиана, сама от себя того не ожидая выпрыгнула из повозки на повороте. Не устояла на ногах и упала. Затем бросилась обратно в сторону таверны, на поиски родной Метёлочки.

Бежала так, словно находилась во сне: быстро переставляла тяжёлые ноги, а двигалась всё равно медленно, будто и не неслась в сторону таверны на всех парах, а топталась на месте. Какой-то гад сумел украсть родную Метёлочку, единственную память о бабуле, дар Соула, за который она ещё не отдала свой долг.

Вперёд и вперёд несли её ноги. А позади погоня. Тиана не стала оглядываться, чтобы узнать, сколько инквизиторов бежит за ней. Один, два или три — нет никакой разницы. Поймают — не отпустят!

— Тиана, стой! — прокричал ей вслед Ронан, но она не подумала выполнить его приказ.

Быстрый топот и знакомые руки схватили её за талию и приподняли над землёй. Тиана по инерции какое-то время продолжала бежать, дёргая ногами. А затем, опомнившись, попыталась вырваться из хватки — не получилось. Тогда она попыталась драться: безжалостно лягнула его по колену, но безуспешно. Смогла только развернуться и кулаком достать до глаза. Сумела его подбить.

На этом её слабые потуги и закончились. Инквизитору надоело отбиваться от взбесившейся ведьмы и он, недолго думая, закинул её на плечо и широко шагая, вернулся в повозку. Смахнул Тиану на её дно будто соринку со своего кителя.

— Хорошо бегаешь, — послышался насмешливый голос Кудряша, — а дерёшься ещё лучше. Молодец! Ронан, приложи к глазу примочку, распухнет.

Тиана с мстительно взглянула на Ронана, чтобы оценить какой ущерб смогла нанести врагу и своё воинское мастерство. Глаз инквизитора покраснел и явно начинал наливаться синяком. Потом до неё дошло, что инквизитор ей не отвечал во время драки. Да и не драка это была, а так. Человек неудачно дал ей спустить пар, а потом просто и играючи свёл её сопротивление на нет.

Вот и всё. Прощай, Метёлка. Тиана посмотрела на неподвижные звёзды. Все мысли разом исчезли из головы, чем привели её в горестное оцепенение. Лишь когда за ней закрылась дверь каюты, она немного пришла в себя. Плакать хотелось очень, но она решила сдержать слёзы. Хватит быть нюней! Ведьма она или кто? Что бы сказала бабуля, если бы увидела?

Тиана легла на кровать и стала рассматривать низкий, деревянный потолок, одну-единственную тонкую балку, которая его пересекала, паутину в углу. Сердце бешено стучало, будто она продолжала бежать на поиски Метёлки.

Вскоре послышался треск, айронавис начал чуть заметно вибрировать, потом дёрнулся отстыковываясь от швартов, желудок Тианы сделал кульбит, словно она ухнула в пропасть. Впрочем, так и было — айронавис полетел.

В лучшие времена Тиана с удовольствием вышла бы на палубу, чтобы увидеть, как взлетают эти удивительные механизмы. Как она трещит под натиском энергии магнитума сфера, как расправляются матерчатые крылья-паруса. Но дверь заперта, да и желания ловить какие-либо впечатления не было никакого.

Как жаль, что это не «Ветерок». Она снова захотела увидеть Элис Вёрт. Её дружную семейку отчаянных и весёлых авантюристов под предводительством госпожи Ветерок. Вот самая лучшая компания для ведьмы! Не то что эти мрачные, вечно всем недовольные инквизиторы, которым только дай повод — сожгут.

Сон к ней пришёл неожиданно и как-то странно. Будто кто-то разгонял тревожные мысли и внушил её возбуждённому разуму, что сейчас надо крепко спать…

На потолке каюты сияла всего одна стеклянная звёздочка размером орех. В её голубоватом свете три инквизитора позволили безделью расслабить тело и разум и вести бесцельную беседу.

— Только я не понял, зачем ведьме посох, который она называет метлой? Никогда не понимал этих ведьм, — Малыш Стивен проверял заряд на крагах.

— Ведьм? Ты и обычных женщин едва понимаешь! Как она тебя, а, Ронан! В этих ведьмах течёт горячая кровь. И в тебе тоже пыла не меньше, кстати. Эти искры между вами…

Договорить Кудряш не успел. Малыш Стивен недоумённо уставился на Ронана. Тот сидел, прижав мокрую тряпку к опухающему глазу.

— Какие искры? На тебе же не было крагов… или были. Она их повредила?

— Я не те искры имел в виду, — серьёзно сказал Кудряш и поймал вопросительный взгляд Стивена.

— А какие?

— Знаешь, Стив, я иногда убеждаюсь в том, что тебя не зря прозвали «Малыш». Я имел в виду те самые искры, которые пролетают между мужчиной и женщиной, когда между ними есть страсть. А страсть — это такое чувство… бывает между взрослыми, — Джон говорил таким тоном, будто и впрямь объясняет настоящему малышу элементарные вещи.

— Э-э-э… Ну я это… Знаю, что между ними есть страсть, они же спали друг с другом, но искры… Она же ведьма! Ронан, я ещё в таверне хотел намекнуть, что ты и ведьма… Вы немного не подходите друг другу.

Кудряш расхохотался.

— Ты просто мастер недомолвок, Малыш! Но думаю, Ронан не поймёт твой чересчур тонкий намёк. Он у нас прямой как палка. Ему нужны дружеские откровения в лоб. Эй! Ронни, мы с Малышом считаем, что ведьма убийственно прелестна. Но… ты явно не мужчина её мечты. И не судьба вам быть вместе и рожать детишек.

Ронан отнял от лица тряпку. Посмотрел на Кудряша без всякого выражения и решил избавиться от его навязчивой компании.

— Джон, хватай стул, на котором сидишь и иди охраняй её… дверь.

Такого поворота событий Кудряш явно не ожидал.

— Ронан, она заперта, мы в воздухе. Как она сможет сбежать. Ведьмы летать не умеют.

— Это приказ, Джон. И ещё: заходить к ней в каюту я запрещаю.

У Джона сделался глумливый вид. Он широко улыбнулся.

— Я же не самоубийца. Мы с Малышом отлично видели, что ты страшный ревнивец. Того певца из таверны чуть не поглотил сырой Эфир. И хватит на меня так смотреть! Твоя ведьма будет неприкосновенна. Ни один человек не зайдёт к ней! Клянусь торжественно!

— Джон!

— Я уже ушёл, — Джон помахал табуреткой в воздухе. — Мимо меня никто не пройдёт!

Краги Малыша Стивена вспыхнули и заискрились. Он, довольный результатом, отложил их в сторону.

— Зачем её охранять? Кудряш прав — ей некуда бежать с корабля.

Ронан устремил задумчивый взгляд в пространство. Потёр подбородок.

— У меня дурное предчувствие. Что-то с этим сновидцем не так. Я знаю, что ведьма никуда не денется с корабля, но мы будем охранять её от господина предиктора.

Малыш виновато отвёл взгляд медленно кивнул.

— Когда мне сменить Джона?

— Через пару часов.

— Ну, тогда разбудишь меня, — сказал Малыш Стивен и, скинув сапоги, с наслаждением вытянулся на узкой койке, привинченной к стене.

Вскоре послышался тяжёлый храп. Ронан взглянул на Малыша в который раз удивляясь и завидуя его способности засыпать беззаботным младенческим сном.

Он сел у крошечного окна и взглянул на небо. Рваные облака летели подгоняемые порывами ветра, будто пытались угнаться за айронависом. Кое-где в прорехах Ронану подмигивали звёзды. Он взял свои краги, проверил все ли камешки магнитума заряжены. Результат его удовлетворил. В прорехах между кожей и металлом магнитум светился рассеянными голубоватыми огоньками.

Он надел их на руки, чтобы удостовериться в исправности механизма. Сжал и разжал пальцы дал слабый импульс и вокруг ладоней засияла преобразованная энергия Эфира. Камешки послали искры по креплениям и металлическим вставкам. Он погасил краги и стал бездумно смотреть вдаль. Он чувствовал, что силы к нему так и не вернулись. Слишком мало времени прошло с момента той схватки с мавкой. Ранана мучила страшная сонливость. Голова Ронана коснулась стены, звёзды мигнули далеко, а краги погасли совсем.

Его разбудил отчаянный вопль. Ронан дёрнул головой и ударился виском о стену.

— Что это? — Малыш Стивен вскочил на ноги и одурело озирался по сторонам. — Ты тоже это слышал или мне показалось?

Ронан не ответил. Он помчался наверх, на палубу. Оттуда слышались мольба и всхлипы. Краги, оставшиеся на ругах, придавали уверенность — он не безоружен. Вслед за ним тяжело топал по лестнице Малыш Стивен.

Тусклый лунный свет едва просачивался сквозь редкие облака. Узкий бок Антиса едва сиял на горизонте. В сумеречной темноте ночи Ронан отчётливо увидел свою ведьму. Она в этот миг перестала быть человеком. Она будто плавала под водой, — волосы на её голове мерно колыхались и казались тёмными водорослями. И не было им никакого дела, что дул порывистый ветер. По воздуху вокруг неё плыли искры в ореоле чёрного пепла.

Недалеко от ведьмы беспомощно переваливался через ограждение сновидец. Он едва сопротивлялся натиску её ментальной силы. Ронан стукнул краги друг о друга, активируя их. Магнитум засиял.

Ронан выпустил разряд энергии в воздух и закричал, пытаясь остановить ведьму. Она обернулась. Взглянула на него тёмными провалами глаз. Сновидец тихо заскулил.

— И что ты сделаешь воин? Сожжёшь меня?

— Даже не сомневайся в этом! Отпусти этого человека! Иначе да! Я сожгу тебя! — краги на руках заискрились с новой силой, приходя в готовность. Будто веский и правдивый аргумент добавился к угрозам инквизитора.

Ведьма наклонила голову набок. Усмешка заиграла на её губах.

— Ронан! Убей её! — послышался голос Кудряша.

— Ронан! — вторил ему Малыш.

Ронан вмиг понял, что они безоружны.

— Мне тоже есть что тебе противопоставить, Ронан Харелл, — заговорила ведьма нечеловеческим голосом. — Меня ты убьёшь, но придётся и её. Смотри ей в глаза и стреляй. Ну же. Ты — условие нашего проклятия! Убей нас, как убивал других. И сгори сам!

Ветер будто разогнал тьму, витавшую вокруг ведьмы. Её лицо преобразилось и вновь стало нежным. Тиана моргнула и стала ошарашенно озираться, переводя взгляд со сновидца на инквизиторов. Засмотрелась на боевое сияние крагов на руках Ронана.

— Я…

— Ни слова, ведьма! — вперёд шагнул Малыш.

Девушка дёрнулась и повернула голову, будто прислушиваясь к шуму ветра за спиной.

Сновидец тихо застонал, оторвался от перил и осел на пол.

— Убейте её! Убейте пока не поздно! Она не человек… и даже не ведьма. Если бы вы только видели то, что видел я. Если вы только видели тень её души!

Вновь взметнулись волосы ведьмы, и раздвоился её голос, когда она произнесла:

— Ты умрёшь раньше.

Она взмахнула рукой, с кончиков её пальцев сорвался чёрный вихрь и понёсся в сторону инквизиторов. Ронан успел отскочить, неповоротливый Малыш едва не принял чудовищный удар на себя. Его грузное тело с грохотом упало. Ронан выпустил разряд, пытаясь напугать её. Ведьма перекинула через перила ногу.

— Стой! Ты упадёшь. Я тебе помогу разобраться с этой тенью. Тиана…

— Ты даже сам в это не веришь! Я хочу свободы!

Тиана на миг прикрыла глаза, сосредотачиваясь и решаясь. Ронан бросился к ней. Попытался схватить. Она оттолкнулась от перил. Испуганные глаза и бледное лицо мелькнули и исчезли во тьме. Он не успел.

— Тиана!

Внизу, в полной темноте не было даже эха. Ронан перегнулся через перила, но Малыш не дал ему совершить глупость.

— Хорошо, что ведьмы не умеют летать, — хихикнул сновидец.

Ронан только потом осознал, что с размаха разбил тому нос. Схватил его за грудки.

— Ты! Почему ты пытался её убить?

— Это не я. Ваша одержимая пыталась убить меня! Вы ведь видели это! Мои помощники подтвердят.

— Какие помощники? У тебя нет никаких помощников. Ты здесь один.

У сновидца было потрясённое лицо. Кровь с разбитого носа стекала вниз по подбородку, капала на грудь, пачкая одежду. Велет посмотрел немного вбок и явно нашёл взглядом кого-то невидимого. Он смотрел на то, что не видели другие и лицо его понемногу приобрело осознанное выражения. Он понял что-то очень важное и это его напугало. Ронан подмечал изменения в поведении сновидца. Лучше бы они имели дело с сотней мавок, чем с одним сумасшедшим.

— Ронан, с командой что-то не то. Они все спят, — Джон похлопал по щекам человека, лежащего поодаль.

— Они не спят, — нервно сказал сновидец.

Он как-то исподтишка глянул на инквизиторов, прижал рукав к разбитому носу и, выпрямив плечи, продолжил:

— Ведьма… она околдовала их. Разве этого не видно?

— Э-э-э… Нет, — лаконично произнёс Малыш Стивен. — На них нет проклятия. Их будто усыпили.

— Не находите это странным, господин предиктор? — спросил Кудряш. — А кто управляет кораблём?

Они с Малышом дружно обернулись на рубку навигатора. За стеклянными стенами стояла фигура в странной расслабленной позе.

— Они будут грезить до утра, — хихикнул сновидец. — Вы ничего мне не сможете сделать, если не хотите, чтобы я отключил навигатора. А я буду жаловаться Высшему Совету! Вы и ваш командир ещё ответите за это!

Он указал на свой нос и ушёл.

Ронан молча сверлил его спину взглядом. Его душа рвалась назад. Туда, где Тиана. Перед глазами то и дело появлялось его испуганное лицо, падающее во тьму. Ей нужна была его помощь.

Он оглянулся на своих друзей.

— Пошли.

У Малыша Стивена округлились глаза.

— Ронан, это я рассказал о ней сновидцу. Ты мой друг, но она… будто околдовала тебя. Теперь я понимаю, что ты её Условие. Вы были связаны. Прости меня, Ронан.

— Ронан, у тебя поседели волосы на виске, — сказал без обычной насмешки Джон. — Я не уследил за ней…

— Уследи хотя бы за навигатором, иначе мы можем присоединиться к Тиане в бездне.

Ронан повернулся и ушёл. В эту ночь поседела и состарилась его душа. Он не помнил, как дошёл до кровати. Силы покидали его стремительно. Он снял краги. Бросил их на пол. Завалился на узкую койку. В этот момент истощённое сознание померкло.

Глава 14, в которой Тиана встретила кого-то в лесу

Дно корабля плыло по воздуху прямо над Тианой. Тут, по словам Сажика, их сложнее всего обнаружить. Потемневшее дерево устало скрипело, порывы ветра, огибающие корпус, заменяли ему морскую влагу. В памяти Тианы нормальные деревянные корабли должны бороздить водную гладь, но айронависы, сохранившие обтекаемую форму предков — морских кораблей летали по небу, и совершенно не походили на самолёты. Тиана усмехнулась. Бабы на мётлах по небу тоже не похожи на самолёт. Даже здесь.

Она была рада, что идея с Метёлкой сработала. Но Тиана не учла одного: сидеть на тонкой палке очень больно, неудобно, опасно. И страшно. Руки задеревенели. Ветер, любовно обнимавший корабль, бил её в лицо, просачивался через тонкое платье, трепал волосы.

Высота была умопомрачительной. Она радовалась тому, что сейчас Антис ушёл за горизонт, а луна молодая. Внизу было темно и как будто пусто. Только узкая лента реки вилась по долине. Вот если бы пейзаж под ними просматривался хорошо… Тиана была уверена, что в таком случае, посмотрев вниз, она бы сорвалась. От одной мысли её затошнило.

— Как вы меня нашли? — спросила она, чтобы хоть немного отвлечься.

— Это всё твоя Метёлка. Она, как собака за тобой. Хозяйка таверны её заперла в чулане. Сначала хотела выбросить, но потом заметила магнитум в ветвях. Пыталась их отковырять. Я твою метлу выпустил, как только смог. И вот мы тут, — довольно произнёс Сажик, высунувшись из кармана Тианы.

— Вы вовремя.

Метёлка летела, раскинув ветви по бокам словно крылья летучей мыши, уж очень похожи были они по конструкции. На концах тонких и хрупких на вид веточек едва заметно поблескивали мелкие камешки, те самые, которые оставил ей в благодарность за своё спасение ненавистный инквизитор Ронан. Пять на ветвях слева и пять на ветвях справа. Между веточками образовалось уплотнение магнитного поля — своего рода перепонки. Оно немного светилось и переливалось под определённым углом зрения. Магия и наука. Почти.

Тем временем Сажик деловито продолжал:

— Мы под айронависом часа два летели, а потом услышали сновидца. Он визжал как девушка. Мог бы молча шагнуть за борт как настоящий мужик. Никто бы не расстроился.

— Хорошо, что не шагнул. Я чуть не убила человека.

Тиана постаралась крепче сжать древко метлы. Пальцы она перестала чувствовать. Зубы начинали стучать.

— А он хотел без всякого сожаления убить тебя. И был бы рад, поверь мне.

— Сажик, может быть, рискнём опуститься вниз? Ещё немного и я свалюсь от усталости. И потом… скоро рассвет. Утром наше снижение точно заметят.

— Ты права. Снижайся, — снисходительным тоном согласился Сажик.

Тиана была уверена, кем бы он ни был, в прошлой Сажик являлся жизни человеком капризным и любил раздавать приказы. А ещё она подумала, что, скорее всего, люди выполняли эти сумасбродные приказы беспрекословно. И скорее всего, Сажик посмел выказывать свой дурной нрав ведьме. За что и схлопотал проклятие.

— Боги Всех Миров! Как же холодно! — клацая зубами, сказала она.

— Возможно, — согласился Сажик безразличным к чужим горестям тоном. — Костёр разожжём. Ты видишь, мы с Метлой прихватили корзину. Там есть плащ. Он шерстяной, но тонкий. И хлеб, и мясо. Больше ничего не смогли собрать. Ну… или стащить.

Тиана опасливо глянула вниз и заметила, что действительно на древке что-то болтается.

Метла плавными кругами опускалась вниз, а желудок ведьмы подрыгивал вверх, кагда очередной порыв ветра подбрасывал их. Её начинало мутить. Скорее бы земля.

— Вы очень предусмотрительны, — обрадованно сказала она, проглатывая вязкую слюну. Есть она сейчас точно не сможет, а вот укутаться в тёплый походный плащ захотелось незамедлительно, но надо терпеть до земли.

— Конечно. Я подумал, что убегать от сновидца надо с максимальным комфортом. И потом, мы не сможем летать по небу днём, значит, тебе придётся топать пешком. До Сумеречья путь неблизкий.

Тиана недоумённо хмыкнула:

— С чего ты взял, что я направляюсь в Сумеречье? Вообще-то, я держу путь в Валею.

— Куда?! Нас там схватят и убьют. Сначала тебя, а потом меня. Валея ужасный город! Я оттуда сбежал от кучи сновидцев! А ты говоришь в Валею. Что ты там забыла, глупая ведьма?

Тиана не ответила, потому что Метёлка, наконец, замерла над землёй. Ведьма еле разжала заледеневшие руки и с трудом слезла с неё. Веточки-крылья тут же обвились вокруг ствола. В небольшой плетёной корзине Тиана нашла мягкий плащ. Какого он цвета она в темноте определить не смогла, но это и неважно. Непослушными руками накинула его на себя, застегнула у горла и поплотнее запахнула. Он оказался ей велик, но это даже радовало — ноги в тепле до самой земли.

Ткань была холодной, и Тиана решила немного размяться, чтобы разогнать кровь и согреться, тогда в плащ потеплеет изнутри, благодаря ей. И будет охранять её от холода.

Но не успела она и шагу ступить, как услышала удивлённый мужской голос.

* * *

— Красиво летаешь, ночная птица.

Тиана подпрыгнула от неожиданности и стала озираться по сторонам, пытаясь определить, откуда послышался голос. Сейчас она променяла бы драгоценный плащик на меч, хотя она совершенно не умела с ним управляться, или нож. В общем, что-нибудь острое, чем можно элементарно тыкнуть во врага. Или припугнуть. Тиана на мгновение представила себе эту картину: вот стоит она с ножом в руке, трясётся и… ничего она не сможет противопоставить противнику кроме… тени души. Сновидец прав. Это гадость так и называется — тень души. И она не труслива. Она умеет защищать их общее тело и вытеснит её совсем скоро. Она лучше любого ножа в экстремальных ситуациях спасала Тиану.

И в этот раз испугаться Тиана хотела, но не смогла.

— Выходите! — сказала она и удивилась командным ноткам в голосе.

От густой гряды деревьев отделилась тень. Под сапогом незнакомца хрустнула ветка. Он чиркнул огнивом, и свет разлетевшихся искр на миг озарил его улыбающееся лицо.

— Люк! Как ты здесь оказался? — Тиана не смогла скрыть облегчения в голосе.

— А ты?

— Я сбежала от инквизиции.

— А я от королевских ищеек.

В кармане началась недовольная возня.

— А я от сновидца, — судя по тону Сажик оскорбился, ведь о его важной персоне все забыли.

— Ты не одна? — в голосе Люка чувствовалась озадаченность.

— Я… со мной человек, которого превратили в грязь. Он помещается у меня в кармане. А как ты сумел добраться сюда так быстро? Практически опередил инквизиторский айронавис.

— Сложная история. Мои друзья решили лететь на военном корабле. Потом оказалось, что те летят в сторону Сумеречья вместе с ищейками. Точнее, ищейки внезапно изменили маршрут. Знаешь, что они охотятся за принцем? И пока они ничего не просекли, я решил расстаться с этой чудесной компанией. Я сказал, что мне нужно в Шахты. Меня вечером высадили. И вот я тут. Топаю через лес и, надеюсь, что меня никто не сожрёт. Всё-таки разнежила меня цивилизованная жизнь. Да странно тут как-то. Пошли не надо нам тут быть.

Он взял её за руку и потащил за собой.

— А я… сбежала от инквизиции, — зачем-то повторила Тиана, переваривая информацию. — Так ты принц Арон? Все обвиняют меня в твоей пропаже! А я в жизни никогда в Валее не была и не видела никаких принцев!

— Нет. Меня зовут Люк и я в жизни никогда не был принцем. Забудь, что я тебе сказал. Будешь целее. Я иду в Валею. Нам ведь по пути?

— Да! — буркнула Тиана. — Тебе-то туда зачем? Ты ведь вроде сбежал?

— Хочу вступить в королевскую армию. Если ты не заметила, кто-то уверенно плодит армию зомби. Инквизиция уже не справляется, — в словах Люка слышалась мальчишеская правда.

— А мне надо стащить древний монускипт из библиотеки, чтобы отдать долг.

А ещё выйти замуж по любви, но кто женится на ведьме? Тиана горестно вздохнула. Люк воспринял этот вздох по-своему.

— Да… дела. Я постараюсь тебе помочь. Всё-таки мы не чужие люди. Пришельцы. Знаешь, Тиана, я с первого взгляда влюбился в этот мир. Он как второй шанс! В той жизни я был беспризорником. Никому не нужным. Меня никто никогда не любил. Я даже не помню, как умер. Здесь я открыл глаза и первым делом увидел свою перепуганную мать. Я заново учился разговаривать и, как оказалось, был деревенским дурачком. Я так понимаю, что та другая душа была больна. Моя мать была счастлива.

— Ты же сказал, что ты принц, — Тиана ойкнув, споткнулась о корень.

— Нет. Это ты про меня так подумала. У меня был неказистый дом, мать. Мы были семьёй. Пару лет назад мама умерла. Через некоторое время за мной пришли ищейки. Теперь я всё время в бегах. А недавно у меня возникла гениальная идея: спрячусь-ка я в королевской армии. Я хочу защищать мир, который не отверг меня. В этом то моё предназначение!

— Довольно пафосно, — фыркнул Сажик и вновь залез поглубже в карман.

— Действительно, — поддержала его Тиана. — Вообще-то у нас с тобой схожие цели. Древний манускрипт поможет нам справиться с армией зомби, как ты выразился. Просто эти люди… это не ходячие мертвецы. Они… как это объяснить… они… из них вытянули души, а пустоту заполнили Тёмной материей. Ведьмы могут обращаться к ней как к магии. Они смертельно проклятые. Инквизиторы не могут определить условие проклятия. А ведьмы тут ни при чём. Мы боимся. Все ополчились против нас. Это ужасно жить и думать, что возможно тебя сегодня сожгут. А у меня свои проблемы есть.

Тиана повертела головой, оглядывая затаившийся в ночной тьме лес. Плащ, наконец, начал согревать и на плечи навалилась усталость. Люк будто почувствовал её замученность и предложил:

— Мы на месте. Там, на дереве устроил ночлег.

— На дереве? — не поняла Тиана.

— Да.

Тиана взяла Метёлочку прутьями вверх.

— Посвети мне.

Магнитум в прутиках дал скупой рассеянный свет. Но этого оказалось достаточно, чтобы видеть, куда наступить.

Перед ними раскинулся огромный старый дуб. В его кроне между толстых ветвей Люк свил себе гнёздышко. Точнее, раскинул рыболовную сеть. Получилось нечто навроде широкого батута.

— Ты как паук.

— Ага. Почему бы не воспользоваться шикарной идеей? Пауки гении. Я всегда об этом говорю. Лезь наверх. Я тебя подсажу.

— Спасибо, но я на Метёлке. Догоняй!

Идея подняться наверх на Метёлке оказалась пакостной. Тиана застряла в переплетении веток. Пришлось переползать на сеть, хватаясь за ветви покрепче. В темноте страшно лезть по дереву, даже несмотря на поддержку Метёлочки.

— Быстрее! Неуклюжая! И погаси, ради бога, этот факел!

Тиана поджала губы. Сплетение веток освещалось так, будто в крону дуба залетел усталый светлячок.

— Вообще-то, здесь не так много света. Я еле различаю твой силуэт.

— Не дуйся на меня. Я не успел тебе сказать, что в этом лесу не такая чарующая дикая природа, как мы привыкли. Вот прислушайся.

Тиана замерла. Люк тоже решил не шевелиться, чтобы не нарушить безмолвие, окружившее их. Ни уханья, ни тихих шорохов. Лишь листва неистово шуршала под порывами ветра.

— В лесу, конечно, тихо по ночам. Но тут какая-то неестественная тишина. Будто вся живность затаилась.

Тиана, проведшая вместе с бабулей всю жизнь в лесах, поёжилась. Люк прав. Этот лес будто трясётся от ужаса.

— Ты поэтому не стал спать на земле?

— Да. На самом деле я несколько раз успел пожалеть, что сошёл с корабля. Если подумать логически, никто про меня ничего не знает. Ищейки бы не догадались. Они разыскивают меня, но без входных данных.

Тут голос подал Сажик:

— Вы смогли меня напугать. Что тут происходит?

Тиана хлопнула по карману.

— Тише ты! Я думаю нам лучше немного поспать и не привлекать к себе внимания. Надеюсь, никто не заметил моего фееричного приземления.

— Я тоже на это надеюсь. Тиана, поспать надо именно тебе. Ты не выдержишь дорогу завтра, если не отдохнёшь. Я подежурю.

Несмотря на тревогу и решимость Люка охранить их сон, уснули они почти одновременно. Сажик покрутился вокруг них:

— Значит, охранять наш покой придётся мне. Вот ты скажи мне метла, отчего так беспечны люди? Эх!

Несколько часов он слушал шуршание листвы. Встретил рассвет и запретил ответственной Метёлочке будить людей. Он смотрел на их усталые даже во сне лица и решил, что лишний часик сна им не повредит, а даже, наоборот, поможет набрать толики сил на длинный дневной переход. Скоро Сажик пожалел о своей мягкосердечности.

Глава 15, в которой Тиана убегает от преследования и разбирается с аэродинамическими свойствами Метлы

Позднее утро было не таким тихим, как ночь.

Тиана ворчала на беспечных Люка и Сажика. Оба они уверились в том, что нет в этом мире никого хуже, чем вставшая не с той ноги Ведьма. Лагерь на дереве они свернули быстро и потопали в направлении Летающих островов. Путь до Валеи неблизкий. Тиана хотела предложить лететь на Метёлке, но передумала, вспомнив, что первый опыт полета на ней оказался невероятно страшным и промозглым. Чуть позже она придумает, как обезопасить себя и вероятных пассажиров. И надо где-то раздобыть теплые перчатки, шапку и очки-консервы. Она видела такие на братьях Элис и на членах команды корабля, с которого ночью сбежала.

Днем лететь по небу, не привлекая внимания, было не возможно, но ночью они часа два пролетят над лесом и хорошенько сократят себе путь.

Идти втроём Тиане нравилось. У нее создалось впечатление, что она, наконец, обрела семью. И солнце грело макушку, и прохладный ветер приятно шелестел листвой. Птички пели. Жизнь будто стала налаживаться.

Люк бросал на нее взгляды полные еле сдерживаемого любопытства, но Тиана из чистой вредности демонстративно их не замечала. Ибо нечего было терять время на сон. Если Сажик и Люк никуда не спешат, то Тиане позарез надо в Валею попасть.

— Н-да, — сказал Люк выразительно посмотрев на Метёлку. — Это типо ходунок у тебя?

— Ага. Полноценный я бы не вырастила. Силенки не равны. Соул дал мне это зерно. Мне кажется, они сочли его испорченным. Ходунок из него все равно бы не вырос.

— Соул? Волк из сказок?! Мне их мама… Он что существует?

Тиана гордо вскинула заострённый подбородок и голосом брюзжащего сноба промолвила:

— На этот вопрос я не буду отвечать.

Люк долго молчать не смог.

— Круто жить в избушке на курьих ножках? — поинтересовался он.

Тиана горестно вздохнула.

— Да. Уютно. Меня тоже разнежила цивилизация… только ведьмовская. На ходунке мы добрались бы до Валеи за пару дней. Чуть дольше, чем на айронависе, но как бы это сказать. Мы путешествовали, не выходя за порог дома. Не надо собирать вещи. Ходунок бабули был очень послушный и не раскачивался при перемещении. Я скучаю по ним.

Но Люк уже не слушал. Он остановился, приставил ладонь козырьком ко лбу, чтобы солнце не мешало. Тиана тоже остановилась и стала всматриваться в гряду деревьев. Лес здесь значительно поредел, где-то невдалеке шумел ручей. Рассмотреть что-то странное не получалось.

Люк осторожно двинулся вперед. Тиана пошла следом. Из густых зарослей папоротника торчали оленьи рога.

Тиана подошла ближе и увидела свежие обглоданные кости. Ночью этот олень попал в зубы хищникам.

— Здесь видимо водится волчья стая. Они никогда не нападают на ведьм.

— Да, — протянул Люк. — Очень многочисленная и голодная.

Он стал рассматривать землю в поисках следов и через мгновение ткнул пальцем под ноги.

— Смотри.

Тиана посмотрела, и по ее спине прошелся холодок. След был человеческий. И он был не один. Люк сорвал хворостину и принялся их измерять.

— Это сделали люди. Они его так и съели… эм-м… сырым. Я что-то не заметил здесь кострища. И скелет едва подсох. Ты говоришь, что эти проклятые не зомби?.. Я рад, что они сыты.

— Я тоже, но их это не остановит. Поверь мне. Я встречала их.

Люк вопросительно на нее посмотрел.

— И как ты спаслась? Надеюсь, они не нападают на ведьм.

— Нападают, но у меня несколько иная природа. Они думают, что я своя.

У Люка сделался ошарашенный вид. Даже Сажик вылез из заплечного мешка Люка, в котором прятался целый день.

— Это как так? Ты тоже проклята?

Тиана нахмурилась. Создавалась такое впечатление, что они оба вот-вот пустятся наутек. Тиана решила больше не быть такой откровенной. Говорить о том, что она слегка одержима Темной материей смерти подобно. Но объясниться как-то надо.

— Знаете ли в чем дело… Магия во мне живет сама по себя, а я сама по себе. Думаю, что эти несчастные тоже вроде того.

— Я понял, что ничего не понял, — сказал Люк.

Сажик согласно прошелестел и вновь скрылся в мешке со словами: Я спать, а вам приказываю уйти от этого места немедленно! Люк покосился через плечо.

— А он прав. Пошли. Будем надеяться, что наши проклятые друзья после сытного обеда тоже завалились спать. Привал ведь не будем делать?

— Нет. Я не устала.

— Вот и чудесно. Я прямо чувствую, как к моим ногам приливают свежие силы.

Свежие силы быстро закончились. Ноги стали гудеть от усталости. Но они не останавливались. В какой-то момент Тиана ощутила чей-то пристальный взгляд. Люк тоже начал передергивать плечами, будто силясь сбросить невидимую липкую паутину чужого интереса. Тиана даже понять не могла, какие чувства испытывало то существо, которое следило за ними.

Шли они молча. Светлый солнечный день теперь казался им тяжелым и изнуряющим, каким бывает жар из печи.

— У меня ощущение будто нас загоняют как диких зверей, — сказал Люк по-русски, в который раз тревожно оборачиваясь.

— И у меня. Но у нас есть план «Б», — Тиана кивнула на Метелку. — Просто я не представляю, как долго мы сможем на ней лететь вдвоем.

— Я не понимаю, на каком языке вы сейчас разговариваете, — встрял в разговор Сажик.

— На языке предков, — пробормотал Люк.

— Вечереет, — пискнул он и вновь скрылся.

Сумерки накатывались на лес волнами. Темная пелена ночи становилась все гуще и гуще. И тут Сажик смотревший на небо через дыру в ткани мешка пискнул еще раз. И в звуке этом сосредоточилась еле сдерживаемая паника.

В небе над ними парил чёрный ворон, выписывая круги. Вокруг него плясал вихрь из перьев сотканных из дыма. И в вихре этом рождались и стремительно умирали красные искры магии. Враг перешел в наступление.

Тиана ощутила, как над головой появилась чёрная тень хаоса. Слышались щелчки. Будто работает механическая игрушка.

Люк тоже озадаченно посмотрел на небо и, увидев странную птицу высоко в небе, на мгновение замер.

Закат казался путникам кровавым. И в его красных отсветах стрелами ринулись вниз вороньи перья.

— Бежим! — скомандовал Люк, но было поздно, на них обрушился чёрный град.

Тиана поняла, что они не успеют спрятаться и мольба вырвалась из её рта раньше, чем она поняла к кому взывает.

— Спаси нас!

И Тень её души услышала. Раскинула вокруг них полог защиты. Тьма поглотила тьму. Ворон на небе издал протяжный скрежещущий крик и теперь вокруг него яростно разметались красные искры. Полог Тени поглотил и их легко словно погасил, едва они до него долетели.

Люк, не выдержав напора Тёмной материи, без сил осел на землю. Ему оставалось только наблюдать, как его сестра по старому миру плавно разлетается по воздуху смоляным дымом, как размываются контуры её тела. Её бледное лицо иногда выныривало из густого марева. И он не узнавал её. Будто это не милая Тиана стоит перед ним, а исчадие ада. Истинная ведьма. Дочь Хаоса. В руке её голубым маяком горела Метёлочка. По её стволу, будто по жилам растекалась энергия магнитума. Тонкая игла молнии выстрелила вверх, раня птицу.

И когда Люку показалось, что ещё немного, и он отдаст свою душу разбушевавшейся Тёмной материи, в глубине его естества зародилась теплая сила. Она, похожая на солнечный свет вырвалась на свободу, и Люк закричал от боли. Ему показалось, что по жилам побежал огонь. Его крику вторил слабый писк Сажика. Всё кончилось.

Тиана устало обеими руками обхватила потускневшее древко Метёлки. Её волосы опали, скрыв лицо.

— Мы победили? — высунулся из мешка Сажик.

— Нет.

От звука её голоса у Люка пробежали мурашки, и он порадовался, что стоит с ведьмой на одной стороне. Такие голоса он слышал в той жизни, когда тайком от родителей смотрел ужасы. Если у этой ведьмы есть враги, то им явно не поздоровится.

Люк с трудом поднялся на ноги. После огня пришел холод. Его бил озноб.

— Тиана? С тобой всё в порядке?

— Пока да, но это ненадолго. Он отправил сюда их. Я чувствую перерождённых совсем близко. Он теперь хочет нас убить, потому что мы только что победили. Понимаешь? Он не проиграл ни одной битвы до этого.

— ОН… это кто? — спросил Люк.

— Человек, который изобрёл Проклятие без условия, — Тиана безразлично пожала костлявыми плечами. — Этот сосуд мой, — она провела рукой по телу.

Люк промолчал, но ему страшно хотелось спросить, с кем он сейчас разговаривает. Благоразумие было его отличительной чертой. Вопроса он не задал.

Тиана любовно провела рукой по Метёлке. Та расправила крылья. Ведьма села на неё верхом и в какой-то момент Люку показалось, что она бросит их с Сажиком на растерзание бесноватой толпе, но она кивнула Люку, приглашая его сесть сзади. Испугаться или задуматься о безопасности такого путешествия он не успел. Совсем рядом послышался утробный рык. Люк одним махом вскочил на Метлу и крепко обнял Тиану, которая держалась за древко обеими руками.

Метла рванула с места так стремительно, будто её запустили из лука. Люк оглянулся. На поляну выбежали первые перерождённые и понеслись, ловко перепрыгивая через преграды за летящими над макушками деревьев беглецами.

Эти несчастные и обесчеловеченные существа часто будут сниться Люку в кошмарах. Не оттого, что он их испугался, а оттого, что при их виде Люк осознал, что его ждала такая же участь: быть марионеткой в руках бездушного кукловода. В сознании Люка окрепла решимость помочь Тиане найти древний манускрипт. Мало выиграть один бой — надо сокрушить зло, расползающееся по планете.

Они летели сквозь молодую ночь, когда Антис рассеивает сгустившиеся сумерки призрачным сиянием. Ему вторил серебристый свет луны. Тиана начала приходить в себя. Впервые в жизни свет Антиса показался ей приятным, родным. Ещё более тёплые чувства в ней всколыхнулись по отношению к Тени. Они с Люком живы благодаря её непоколебимой и бескрайней, словно сама Вселенная мощи. Тень сегодня не забрала у неё память. Они действовали вместе. Объединили свои силы против могучего врага и победили. Но Тиана была уверена в том, что если Тень возьмёт верх и переродится, то не будет ей равных в этом мире, а сама Тиана умрёт… уже навсегда. Этого никак нельзя допустить.

А ещё у неё появился страшный враг, который изобрёл проклятие. Тиана решила называть его про себя Тёмный Властелин. Она усмехнулась этой идее — общение с Люком на неё явно дурно влияет.

Люк сидел плотно к ней прижавшись и стискивал её так, будто хочет выдавить из неё душу. Ему тоже лихой полёт на Метёлке казался страшным. Удерживать равновесие, управлять Метлой и не закоченеть — всё это ужасно трудные задачи.

Как управлять Метёлочкой Тиана не представляла. Она только сейчас поняла, что её верная подруга летит на… автопилоте — самое подходящее слово.

Она потянула руками немного вправо, и Метёлочка заложила крутой вираж. Их накренило, и они едва не влетели в дерево. За спиной раздался вскрик Люка, и он ещё тесней прижался к Тиане, которая пыталась выровнять полёт.

— Ладно, Метёлочка, лети в сторону Валеи сама, а мы будем сидеть тихо.

— В смысле сама?! — голос Люка дал петуха.

— Я пока не научилась ею управлять, но ничего страшного, мы как-нибудь долетим.

— Меня радует твой оптимизм, — безрадостно сказал Люк. — И, кстати, о «сидеть», я подарю тебе что-то типа велосипедных сидений, а то у меня ощущение, будто меня на кол посадили.

— И у меня.

Через пару часов полёта впереди показались горы, мерцающие в свете Луны и Антиса.

— Будем лететь до того горного хребта. Думаю, там можно будет переночевать, а в самые тёмные утренние часы, мы перемахнём через перевал, чтобы нас никто не заметил. А там до Летающих островов рукой подать, — раскомандовался Люк. — Согласна?

— Отличная идея! — согласилась Тиана.

Глава 16, в которой Тиана становится вором-неудачником

Днём они добирались до Валеи пешим ходом. От вида громадных островов в небе у Тианы перехватило дыхание. Покатые гигантские камни тяжело зависли в воздухе и отбрасывали на землю круглые тени, как забывшие упасть астероиды. И люди, недолго думая, выстроили на их поверхности великолепные города. Тиана смотрела на них снизу вверх. Между островами были протянуты канатные мосты так, будто их плёл паук-переросток.

— Впечатляет, — сказал Люк. — Футуристично так.

— Ага, — согласилась ним Тиана.

Они встретились взглядом. Тиана никак не могла привыкнуть к тому, что после встречи с загадочным и жутким злом в лесу у Люка глаза стали потихоньку менять свой цвет. И у Сажика тоже. (В предыдущей главе добавила кусок)

Теперь в свалявшейся куче пыли и грязи блестели две золотые бусинки.

Они оба открыты Эфиру. Люк был рад до полусмерти, когда Тиана, проснувшись пещере поутру, увидела, что на неё таращатся янтарные инквизиторские глаза. Спросонья это произвело устрашающее впечатление. Люк потом очень хотел посмотреть на себя в зеркало, но где же его найдёшь в горной пещере.

Но не только в глазах было дело. Его внешность изменилась целиком. Он стал выше плечистей, и светлые волосы его потемнели тона на два. На носу появилась горбинка— явно Люк в прошлом сломал свой нос.

Теперь он стал намного мужественней. Черты изменились не коренным образом, а так, будто этот человек перед ней родной брат старого доброго Люка.

Парень сильно расстроился, когда понял, что морок с него сошёл. Ведь с инквизиторов слетают чары как с гуся вода.

— Побочка, — кисло сказал он.

Они долго думали, почему тогда с Сажика проклятие не сошло, но ответ нашли только один: потому что он стал Сажиком задолго до того, как в нём открылся Эфир. Для сохранения равновесия Условие своего проклятия он должен выполнить.

Или же он станет прежним со временем, как только Эфир заполнит его душу.

Эти теории, решили они, вполне правдоподобные. В общем, жизнь подкорректировала их планы. Люк передумал идти в рекруты. Теперь по закону Поднебесной империи. Он должен идти в Академию Одарённых, чтобы учиться владеть Эфиром. Сажику тоже предстоит учиться в Академии, но прежде всего надо снять проклятие.

Тиане достался амулет, переставший действовать на Люка. Надев его, Тиана превратилась в вихрастого светловолосого мальчишку. Тощего и напуганного в девчачьем платье. Она потрогала короткие волосы, посмотрела на чуть увеличившиеся и погрубевшие руки и ужаснулась. Грудь исчезла, а то что, наоборот, появилось Тиана решила не трогать.

Она сняла амулет и вновь стала обычной девушкой.

— Забирай, — сказал Люк. — Тебе нужнее. Так даже лучше. Никто тебя не узнает. Это старинная вещица. Я… одолжил её у одного не очень хорошего человека.

— А тебя ведь узнают?

Он усмехнулся.

— Я под этой личной давно. Даже сам уже забыл, как выгляжу. А тебе надо прятаться от моих коллег.

Он вытащил свои старые штаны и рубашку и отдал Тиане. Хорошо, что плащ у неё был мужской.

На Метёлке они спустились с гор где-то за час, а дальше пошли пешком. Путь до Долины Арв-Уинг занял у них два дня. Под Парящими островами на просторах матушки-земли располагался город, не такой большой и красивый как Валея. На вид простенький и деловой, как провинциальный торговец. Все называли его просто: Нижний.

Они стояли, разинув рты, как два провинциальных дурня. С завёрнутой в мешковину Метёлкой в руках.

На улицах толкотня, крики, ругань туда-сюда сновали инквизиторы. Обращали они внимание только на Люка. Тот был без зелёного мундира. Инквизитор в гражданском в пределах Долины — зрелище редкое. Тиану же они будто не видели в упор.

— Так-с, нам нужны деньги. Постой-ка здесь, я поищу таверну или бордель.

— Бордель?! — басовитым мужским голосом пискнула Тиана.

— Да, бордель, — Люк хлопнул её по плечу. — Расслабься дружище. Будь мужиком! Там работают самые милые девочки на свете.

Люк весело хохотнул и растворился в толпе. И тут Тиана увидела его, и сердце испуганно пропустило удар. Ронан равнодушно мазнул по ней взглядом, приказал что-то городским сотрудникам в красных кителях и продолжил разговор с представительным пожилым господином. Но его золотистые глаза снова и снова возвращались к ней. Чёрные брови сомкнулись на переносице. На Тиане остановился его прищуренный подозрительно взгляд.

Первым порывом было — бежать! Но Тиана подавила его в себе. Скучающе стала выдёргивать из мешковины, обёрнутой вокруг Метёлки, нити исподтишка рассматривая своего врага. Вид у инквизитора был неважный. Будто он тяжело заболел. И когда он только успел поседеть? На виске его белела прядь волос. На фоне чёрной гривы смотрелась она очень эпично и стильно. Тиана отчего-то испытала к нему щемящую нежность. Ей до одури захотелось обнять Ронана, поцеловать уставшие глаза.

Она рассерженно одернула себя. Ну и дура ты! Он же убийца! Твой убийца!

Её мысли прервал Люк.

— Пошли, я договорился с одним парнем… Он доставит нас наверх за полцены.

Они пошли к аэродрому. Там не было взлётной полосы или чего-то наподобие. На высоких круглых платформах стояли странного вида летательные аппараты. Все их называли аэростатами. Это были вытянутые по форме стандартного корабля кабины с огромной, приплюснутой и полупрозрачной сферой прикреплённой сверху. Магнитум помещался внутрь этих сфер. Матерчатые крылья по-птичьи принимались к корпусу.

На боках аэростатов намалёваны цифры, те же самые цифры повторялись и на платформе, на которой стоял аэростат.

Некоторые из них использовались для подъёма грузов. Другие — для пассажиров. Были и комбинированные варианты.

Тиана озиралась по сторонам. Такое за много лет жизни здесь она видела впервые. Этот мир не перестаёт её удивлять.

— Я договорился, чтобы нас сразу доставили именно на главный остров. В Валею, — шепнул ей на ухо Люк.

— Мы сделаем это сегодня?! — поразилась Тиана шустрости Люка.

— Да нет. Сегодня мы помоемся, выспимся, я спою в одном заведении. Мы купим чёрную одежду, чтобы быть незаметными, как ниндзя и потом сходим в библиотеку… просто почитать. И только потом пойдём в бордель. Он находится на соседнем острове. Думаю, местным сластолюбцам понравится моя музыка.

— Откуда ты знаешь, что там есть… такое заведение.

— Я ему рассказал, — прошелестел Сажик. — Были времена, когда я… Э-э-э… уверен, что я хаживал туда.

Так и сделали. В таверне Люк пел и играл на крошечной лютне и вполне неплохо заработал. Всё прошло практически без инцидента, если не считать того, что его хотела прибить парочка инквизиторов — студентов Академии, за то, что он портит честь мундира. Но Люк мундир не носил и больше не горел желанием учиться и работать «среди этих снобов». Его спасла только что образовавшаяся толпа фанатов. Новоявленные меломаны выставили забияк наружу и продолжили наслаждаться музыкой.

Тиана тем временем отбивала ритм ложкой по столу так, как Люк научил. Сажик не высовывал носа из походного мешка. Боялся.

Люди здесь были весёлыми, подвыпившими и щедры — накидали люку денег полную шапку. Да уж! Это вам не провинциальная Заверть.

Утром они отравились в библиотеку. Сначала Тиана растерялась, увидев её масштаб и количество всевозможных книг.

Куда ни глянь — одни книги. И неприветливого вида хранители.

Она бродила между стеллажей и не могла понять, откуда начинать поиски манускрипта. Задавать вопросы местным библиотекарям означало выдать себя с головой.

Сажик в ее кармане не преставая трясся и говорил, что библиотека — самое жуткое место в мире. На вопрос «почему?» он ответа не знал. Это место его пугало. Впрочем, он с самого начала их пребывания в Валее был сам не свой.

Когда она прошла ещё один поворот, Сажик изумлённо воскликнул:

— Там! Сворачивай направо и ты увидишь резную дверь, а за ней башня Мудрости. Там хранятся самые ценные книги.

— Откуда ты знаешь?

— Я ведь жил в Валее, когда был большим человеком и в библиотеке был не раз!

Дверь обнаружилась сразу же. Низенькая деревянная она казалась очень тяжёлой из-за резьбы. На рельефе резчик изобразил сражение между людьми и жуткими тварями. Тиана провела пальцем по выпуклостям и удостоверившись в том, что её никто не видит, подёргала ручку.

Дверь оказалась заперта.

— Ключи у главного хранителя, — прошептал Сажик.

— Где он их хранит?

— На шее носит, конечно!

— Вот же блин!

Красть ключ у хранителя слишком трудоёмко, решили они. Поэтому план был такой: тихо и быстро долетят на Метёлке до нужного окна и попробуют стать ворами-форточниками.

В итоге получилось стать ворами-неудачниками.

Всё проходило в точности так, как они планировали. Даже лучше. Башню Мудрости найти было не так и сложно. Они нашли незапертое окно ближе к крыше. Но под этим окном спал хранитель, который припозднился за чтением жутко древней книги и решил остаться до утра.

Люк на него наступил. Тот спросонья не понял, что случилось и куда девался вор и заверещал как умалишённый, подняв на ноги всех стражников, охранявших это здание.

— Первый блин комом, — весело сказал Люк, когда они добрались до своей комнаты. — Я впервые в жизни граблю библиотеки. В двенадцать лет я разорил огород одного отвратительного фермера. После этого часто этим промышлял. Нам с мамой было, что кушать целую зиму. Завтра ночью мы будем пробовать ещё раз.

— Э-м… У тебя слишком гибкая система ценностей. Просто ужас какой-то, — Тиана иронично вздёрнула брови. — Нет, мы не будем завтра ничего пробовать. У меня есть идея получше. Удивительно, как я не додумалась до этого раньше! Эй! — она похлопала себя по карману. — Сажик, мы с Люком завтра отнесём тебя в библиотеку. И ты станешь самым крутым разорителем библиотек.

Сажик не впечатлился удостоенной честью.

Завтра ночью будет совершена кража века!

Глава 17, в которой Ронан несет бремя утраты

Валея парила над зелёными холмами, сверкая на солнце, словно искусно огранённый бриллиант. Белый город, как его называют жители Низин.

Вокруг нее застыли в невесомости другие острова — мелкие районы города. Их соединяла паутина подвесных мостов, которые пользовались успехом только у простого люда, ведь путешествие с острова на остров по ним было бесплатным.

Зажиточные горожане предпочитали айронависы-аэростаты, которые кружили по маршрутам между районами и развозили пассажиров и грузы.

Валея располагалась в центре и была построена так, чтобы поражать воображение гостей. Многоярусный дворец из белого мрамора с многочисленными башенками, острые конусы красных черепичных крыш тянулись высоко вверх.

Ронан смотрел на Валею из Инквизиторской башни, располагавшейся на острове Судьбы. Он ждал, когда его Святейшество закончит дела с советом и визитёрами.

Остров Судьбы со стороны выглядел более лаконично, как, впрочем, и все остальные парящие острова. Но даже по сравнению с другими, островСудьбы был похож на старого аскета: ни стрельчатых башен, ни резных окон. Все здания построены из кирпичей песочного цвета, из-за чего издалека остров Судьбы напоминал песчаную горку.

Дверь за спиной скрипнула, и Ронан отвёл взгляд от Валеи. Обернулся.

Перед ним стоял старик. По его выправке и властным движениям, не утратившим точность, любой человек мог догадаться, что перед ним жесткий вояка. На сухом лице морщины, застарелые шрамы и молодые пытливые глаза.

Он прищурился, заметив поседевшую прядь на виске Ронана.

— Мессир Валентайн, — Ронан прижал кулак к груди, официально приветствую его Святейшество.

— Мессир Ронан, — Валентайн слегка склонил голову. — Я выслушал сейчас доклад сновидца Велета. Весьма спорный я бы сказал. Одержимая Ведьма. Тень души… Мало похоже на правду. А ещё он сказал, что ты напал на него и пытался убить.

— Это всё действительно правда, кроме одного: я не пытался убить сновидца. Он спровоцировал ведьму, — сказал Ронан и положил перед его Святейшеством несколько исписанных листов.

Несколько минут Валентайн читал, нахмурив брови. Закончив, он поднял глаза на Ронана, вновь его взгляд задержался на седом виске.

У Ронана возникло чувство, будто он, каким-то образом, умудрился выдать в сухих формулировках своё необычное отношение к погибшей ведьме. Тиана… Её звали Тиана. Её больше нет.

Он попытался припомнить отчёт дословно.

— Сновидец сказал, что вы с ведьмой Тианой связаны. Ты Условие её проклятия. Невыполненное Условие.

— Мессир, я чувствую… проклятым себя. Я знал эту ведьму раньше. Это они меня спасли во время поимки кикиморы в Пагозе. Именно тогда я и почувствовал… что-то к этой ведьме. Я думал, что они как-то умудрились наложить на меня чары. Я знаю, мессир, что это невозможно, но я никак не мог себе объяснить, почему… Я чувствую себя неполноценным без неё.

— Невыполненное Условие — это тоже своего рода проклятие. Сочувствую тебе, мой мальчик, — во властном голосе его Святейшества ощущалось искреннее беспокойство. — На моей памяти ты первый, кого зацепила такая магия. Теперь к главному: вы упустили ведьму. Проклятие без Условия косит мир. Маленькие города опустели. Мы думаем, кто-то собирает себе армию из перерождённых. Вряд ли это ведьмы, но они — наш ключ к разгадке. Все сновидцы Империи ищут виновного, но видят лишь наших прекрасных Тёмных дев, которые сбежали в Сумеречье. Откуда их не достать. А вы умудрились упустить единственную ведьму! То, что она осталась в Низинах просто чудо. Правда теперь это больше не имеет значения.

Ронан молчал. Перед мысленным взором опять появилось бледное испуганное лицо Тианы исчезающее за бортом айронависа.

— Император решил, что традиционные гонки отменять не будут. Народ надо отвлечь, чтобы избежать паники. Слухи о пустеющих городах уже расползлись по миру. Люди боятся, Ронан. Совет назначил тебя одним из начальников безопасности.

Его Святейшество снова опустил глаза, выискивая что-то в отчёте Ронана. Нашёл.

— Что за "Солнце в душе инквизитора". Это явно о магии Эфира, но я о таком не слышал.

— Есть девушка, Мила. Я приказал Джону написать о ней отчёт. Мессир, пусть сновидцы поищут её. Она не ведьма, но Джон утверждает, что именно эта девушка нам может помочь.

Валентайн побарабанил пальцами по столу.

— Направь Джона к сновидцам. И иди, принимай свои обязанности.

Ронан прижал кулак к сердцу и наклонился. Окрик его Святейшества застал его у двери.

— Ронан, если станет совсем невмоготу… иди в храм. Не совершай глупостей.

Солнце в Долине Арв-Уинг всегда светило ласково, отражалось в пятнышках озер внизу, разливалось искристыми брызгами в волнах рек, зеленело в листве деревьев.

Сейчас каждый лучик касался смуглой кожи Ронана и говорил: "Тиана!"

Ветер доносил из-за гор ее голос. Ронан шёл через строгого вида улицы Острова Судьбы с каменным лицом, но в то время как ему хотелось упасть на мостовую, скорчиться в судорогах душевной боли и выть, заглушая шёпот мира, который твердил ему: "Тиана… Тиана!" А потом встать на ноги, разбежаться и сигануть вниз. Так же как сделала она.

Только сейчас Ронан понимал, какой одинокой она была. Доведенная до отчаяния девушка. И он не помог. Он хотел убить ее, желая избавиться от своего мнимого проклятия. Забывая о том, что инквизитора нельзя проклясть. Инквизитора всегда защищает Эфир.

Он шёл дальше. Ему надо выполнять призы. Но вместо этого хотелось вырвать из груди сердце и растоптать.

В Порту он нанял аэростат, чтобы не дожидаться айронависа. Долетел до Валеи и оформил все разрешения на охрану города и окрестностей.

И потекли дни. Мельтешили перед глазами бумаги, приказы, лица, улицы. Ронан умирал.

Сегодня он смотрел на хранителя Дворца книг и силился понять, что тот ему втолковывает.

Они сидели в одной из высочайших ярусов Дворца. Три башни и целое крыло здесь занимали блестящие, рыжего цвета, деревянные стеллажи. Книги были всюду. Книги и пыль.

У Ронана щекотало в носу. Хотелось громко и от души чихнуть.

— Вы понимаете. Ночью сюда проникли воры, — у хранителя был истеричный и скрежещущий голос, тщедушное тело и маленький рост. — Вы уполномочены следить за порядком! Никогда не верил, что инквизитор может выполнять работу ищеек.

У ищеек и так полно работы, подумал Ронан, поэтому вместо них я.

Хранитель не мог сидеть на месте и мельтешил перед глазами. Ронан готов был стукнуть его, чтобы тот угомонился наконец.

Ронан решил смотреть на большой клуб пыли в углу, в котором искрились две большие золотые пылинки. Его иногда трогал сквозняк, но от чего-то пыль не разлеталась.

— Эти воры что-нибудь украли? — спросил он устало.

— Нет, — как-то возмущённо ответил хранитель. — Но они могли!

— А что они хотели украсть?

— Древние письмена, — по тону Ронан понял, что бесит хранителя не меньше, чем тот его, — У нас есть комната с древними манускриптами. Они написаны на мёртвом языке. Никто не может их прочесть.

— Они дорогие?

Хранитель прикрыл глаза растопыренными пальцами в страдальческом жесте и посмотрел сквозь них на Ронана. Весь его вид выражал одно слово: недоумок.

— Бесценные.

Ронан усмехнулся про себя, действительно, бесценные и бесполезные куски бумаги. Но воры-неудачники явно знают, сколько за эти фолианты получат. Нет никаких сомнений.

— Они использовали какую-то магию, мессир. Они исчезли! Будто вылетели через окно! Вы видели какая здесь высоты?! Эти люди явно хотели украсть страницу из "Книги ведьм". В этом нет сомнения. Эту страницу не раз пытались украсть. Но она зачарована. Истинные ведьмы сами их тут оставили еще в те времена, когда Валеи не было.

Тут-то Ронан и встрепенулся.

— "Книга ведьм"?

— Вы не ослышались. Это бесценная реликвия. Нам нужна охрана. Они ведь могут вернуться. Если даже они не могут утащить ценный манускрипт, это не значит, что любому, кто вздумает это сделать, можно так безобразничать!

Ронан кивнул. Он прикажет Джону и Стивену остаться во Дворце, сам засядет на соседнем острове. Он выглянул в окно, обозначив для себя наиболее удобное место. Выход тут только один: через главные ворота, если только воры действительно не научились летать.

Долго искать друзей не пришлось. Эти пропойцы и любители женской ласки нашлись в борделе мадам Густав.

На пороге его встретила хозяйка заведения собственной коренастой персоной.

— Мессир Ронан! Какая честь! Мои пташки вас заждались. Вы так редко удостаиваете нас своим визитом. У меня есть парочка новеньких девушек, которые жаждут с вами познакомиться. Она поманила пальцем, и пара девушек в соблазнительных нарядах порхнули к нему. Та, что посмелее, взяла его ладонь и прижала к своей груди. В зале послышался звон разбитой посуды и еле слышное ругательство.

— О мессир! Я уверена, что вы выберете на эту ночь меня, — прощебетала девушка, как птичка.

— Или меня!

Другая рука его оказалась на губах второй девушки. Она соблазнительно втянула его палец в рот, обещающе глядя ему в глаза.

— Если захотите, то они обе ваши, мессир. Опытному воину должно понравиться.

От приторного голоса мадам Густав разило лестью. Ронан вежливо отказался знакомиться с девушками, убрав руки с их податливых тел.

Где-то в зале зазвенел хрусталь, а в ушах запело: Тиана!

— Прошу прощения, дамы, но в другой раз. Я ищу своих друзей.

— Они там, — раздосадовано махнула рукой мадам Густав.

Она едва качнула головой и ее пташки, бросив на него разочарованный взгляд, упорхнули к другим посетителям.

Завидев Ронана, Джон пьяно присвистнул.

— Ты решил больше не нести траур по своей ведьме? Присоединяйся!

Малыш Стивен неловко пнул Джона под столом так, что приборы подпрыгнули. Кудряш зашипел и сконфуженно заткнулся.

Ронан вспыхнул в глубине души, Джон умеет разбередить рану, которая и не думает заживать. Никогда.

— Вы мне нужны.

Стивен поднялся, не успел Ронан закончить фразу.

— Ронан, мы только начали…

— Это приказ, Джон. Пошли.

Но повернулся и зашагал в сторону выхода и лишь на одно мгновение остановился, увидев певца. Тут же вспомнилась Заверть и парень, с которым несколько дней назад разговаривала Тиана.

Певец безразлично взглянул на инквизиторов такими же золотистыми сверкающими глазами и стал настраивать маленькую лютню. Рядом с ним сидел щуплый мальчик в капюшоне. Ронану до безумия захотелось прикоснуться к нему. Он сжал зудевшую ладонь в кулак и решительно вышел из борделя на свежий вечерний воздух. Подождал, пока его догонят друзья.

— Случилось что-то, командир? — раздался голос Стивена.

— Конечно случилось. Мы сегодня будем спать одни. Ты видел, какая выдающиеся сиськи у той красотки? — Джон проводил рукой, будто взвешивал воображаемую грудь. — Сколько она, по-твоему, берет за ночь?

— Перестань думать о бабах, Джон!

— Моя судьба не выносима! — застонал Джон. — Угораздило же меня попасть в компанию девственников!

— Джон, эти девки никуда не убегут, — ухмыльнулся Ронан.

— Ага, — согласился Стивен. — Они будут хранить тебе верность целых пять минут.

— Да! Пока разогревают нового клиента, — хохотнул Ронан.

Джон с независимым видом застегнул китель и смахнул с него пылинку.

— Вам не удастся меня задеть. Ночь еще не настала. Сейчас мы разберёмся с твоими проблемами, Ронни, а потом вернёмся к моим незавершенным делам.

Ронан злорадно усмехнулся.

— Нет. Не вернёшься, — отчеканил он. — Сегодня мы будем в ночевать в библиотеке.

Кудряш споткнулся.

— Где?! Ты вместо борделя предлагаешь мне что?!

— Библиотеку, Джон. Там, где много книг.

— А зачем нам в библиотеку, Ронан? — непонимающе взглянул на него Стивен.

Ронан им пересказал все, что услышал от хранителя.

— Ты думаешь где-то поблизости ведьмы?

— Я пока ничего не думаю, Стив. Но эти воры как-то с ними связаны.

— Они просто хотят вернуть свою реликвию, чтобы творить чёрные дела.

— Куда уж чернее? — спросил Малыш Стивен. — Мир поглощает Проклятие без условия, а мы караулим библиотеки, чтобы поймать… кого-нибудь… Хочу свернуть этому Велету шею! Наша ведьма давно бы помогла разобраться с мором. Прости, дружище, что я тебе напомнил. Она теперь в лучшем мире.

Стивен потрепал Ронана по плечу.

До места они добрались при полных сумерках, когда Антис и Луна светят одинаково ярко.

В башне библиотеки их встретил особенно ворчливый хранитель. Передал им ключи от зала с манускриптами и сам остался охранять свои сокровища вместе с инквизиторами.

Все они приготовились бдеть всю ночь. Ронан перешел по канатному мосту на соседний остров, проверил краги и расположился на крыше здания, находящегося напротив библиотеки.

Глава 18, в которой Сажик раскрывается с настоящей стороны

Сажик проник в башню, где хранились ценные древние знания, на удивление легко — его туда совершенно случайно затянуло сквозняком. На месте он забился в угол и провёл весь день, слушая тихие перешёптывания хранителей. И трясся от нахлёстывающей паники. Вечно он попадает в рисковые ситуации. Хорошо хоть верная Метёлочка парит под узким окном. Ждёт его готовая вынести из пекла в любой момент, но до неё ещё надо добраться!

Ох уж эта ведьма. Отправила его на растерзание. Конечно! Ведь кусок грязи не жалко. Сажик закончил сокрушаться о своей нелёгкой судьбе лишь под конец дня. Его развлёк разговор старца и инквизитора. Последний смотрел на Сажика и ровным счётом ничего странного не заметил. Болван! Пока они болтали, Сажик сделал своё грязное дело: украл ветхий лист из «Книги ведьм».

Он переполз на стол и забился под стекло. У пыли и грязи есть замечательное свойство — они умеют проникать даже в самое закрытое и защищённое пространство. Люк должен завидовать, что у Сажика такая замечательная… как это… суперспособность. Страница была плотная, только края значительно обтрепались. Сажик ожидал увидеть прекрасные письмена, складывающиеся в древнюю нечитаемую вязь, но на самом деле это были картинки, странные, никак логически не связанные друг с другом. Они были выполнены разными цветами и техниками. У Сажика создалось впечатление, что человек когда-то в древние времена сидел, думал о горемычной жизни своей и сам того не замечая, заполнил лист каракулями.

Сажик, подгоняемый обстоятельствами, удивлялся своей решительности и смелости. Как всегда, на грани его сознания возникла мысль, что никогда в жизни не совершал храбрых поступков. В героизме не было нужды. Тем более ему никогда не приходилось рисковать жизнью, пусть даже такой неприглядной, ради кого-то.

Второй раз он выручает эту ведьмочку, но сейчас он преисполнился гордости за себя, ведь он непросто помогает одной девчонке, он, как пафосно выражается Люк, спасает целый мир, а это вам не шуточки.

Из-под стекла с бумагой наперевес вылезать было невероятно сложно. За дверью слышались голоса великих защитников древних реликвий от посягательств воров-недоучек. Они заступали на стражу. Сажик весь сжимался от страха, и ему казалось, что время в башне невероятно замедлилось, а за дверью, наоборот, ускорило свой бег.

Шаркающие шаги хранителя приближались к двери. Сажик стал тащить бумагу из-под стекла шустрее, боясь не успеть и попасться на глаза злобным людям. Объяснить им, что он тут нарушает закон исключительно с добрыми намерениями, не выйдет.

Медленно открылась дверь. В этот момент самый наглый и трусливый из всех начинающих воришек Империи залетел с реликвией под шкаф, но потом решил, что следует разместить в нише под стеклом что-то похожее, как только старец выйдет. Он хотел, чтобы как можно дольше люди не замечали пропажи.

Но ничего из задуманного сделать не успел. Инквизиторы как раз засели в засаде. Старец решил спать прямо возле стола, где под стеклом хранили древнюю рукопись ведьм. Он прошаркал столу, чтобы по привычке любовно погладить стекло, но едва занёс руку, как из его горла вырвался приглушённый панический крик. Спустя мгновение, он ринулся к узкому стрельчатому окну и увидел, что щеколда не тронута. Сегодня воры выбрали другой путь, чтобы довершить своё преступление.

— Они украли её! Украли!

Шаркающей походки как не бывало. Старик-хранитель побежал к инквизиторам, так шустро, будто был молод и полон сил. Сажик сидел в узком зазоре между шкафом и полом и надеялся, что сюда никто не додумается заглянуть. В его убежище скопилась настоящая вековая пыль. Сидел и думал о том, как он мог докатиться до такой жизни, когда он, великий человек в прошлом, стал грязным воришкой в настоящем. Какие превратности судьбы! Потом его вновь посетила ободряющая мысль: ведь всё-таки это не воровство, — он помогает своим друзьям спасти Низины и Высокие города. И ещё одна: у него никогда не было настоящих друзей, и сам он никогда не был никому другом! Но теперь он совершил нечто ради этих новых открытий. Едва эта искренняя мысль проскочила в его разуме, как Сажик почувствовал, что Эфир, проснувшийся в нём пару дней назад, всколыхнулся.

Он почувствовал, как медленно и неотвратимо начинает меняться. Из-под тяжёлого шкафа пришлось быстро выбираться пока не стало поздно.

С трудом контролируя тяжелеющее тело, Сажик пополз до двери и захлопнул её.

У него выросла кривая непослушная рука. Он, под крики бегущих в сторону входа людей, едва сдерживая панику, задвинул засов.

Тело из невесомого и податливого становилось тяжёлым и неуклюжим. Сажик аккуратно взял древний лист, боясь, что испортит его и пополз на четвереньках к окну.

Дверь по ту сторону задумалась и на ней прямо посередине появилась чёрная, медленно расползающаяся точка.

Сажик подцепил медный крючок и выдернул его из петельки. Дверь стали выбивать.

Окно было узким. Сажик высунулся из него по плечи, цеплясь за подоконник, и тут перед глазами появилась верная Метёлка. Сажик схватился за черенок. Метёлка аккуратно выдернула его из окна так, чтобы Сажик не потерял опору и смог на неё залезть.

Ветер холодил Сажика, игрался в волосах. Со стороны подвесного моста отделился бледно-голубой луч и жадно понёсся к голому вору. Метёлка вильнула в сторону, едва не сбросив своего седока. Второй луч тоже пролетел мимо. Лёгкие кожаные доспехи инквизитора на мосту покрылись всполохами, собирая энергию в крагах. Метёлка рванулась вниз, увлекая Сажика за собой.

Она полетела над крышами Нижнего города и, сделав крюк, приземлилась на окраине. На крыше низенького покосившегося сарая. Чердачное окно было открыто, и Сажик осторожно залез внутрь, надеясь, что его никто не заметил — час был не самый тёмный и люди по центральным улицам ходили толпами. Метёлка осталась с ним.

— Мне бы какой-нибудь одежды.

У Сажика зуб на зуб не попадал то ли от страха, то ли от холода. Он всё вспомнил и теперь не знал, как будет жить дальше. Впервые в жизни надеялся, что дружба между ним, Тианой и Люком — искренняя. Если нет, то ему не жить. Воспоминания вырвались наружу потоком слов и слёз. Из Метёлки вышел плохой собеседник, но очень хороший слушатель. Она сложила веточки, по её черенку в последний раз прошли ледяные искры, и погасла.

Сажик потрогал торчащие рёбра и скулы. Он помнил себя очень упитанным. Посмотрел на босые ноги. С такого ракурса он их видел только в детстве, когда мог ещё бегать. Ему сейчас казалось, что он состоит только из костей, обтянутых кожей. Это не удивительно ведь он несколько месяцев ничего не ел. Грязь не ест.

Вспомнил любовницу своего отца. Она оказалась злобной ведьмой. Но и он был не лучше. Сажику за прежнего себя стало мучительно стыдно, и он снова заплакал.

С трудом взял себя в руки. Люк считает себя избранным, но Сажик таковым точно является. Избранный с голым задом. Найти бы хоть какую-то одежду и еду. Желудок словно склеился за это время.

Пошатываясь, Сажик подошёл к маленькому окошку без стёкол и выглянул во двор. Тот оказался довольно неопрятным, но Сажик этого не заметил, потому что на натянутой посреди двора верёвке болтались выстиранные вещи.

— Эй! — шёпотом позвал он Метёлку. — Там вещи сушатся. Метёлочка, принеси мне штаны и рубаху.

По древку прокатились разряды, и Метла выпорхнула во двор.

Вещи оказались огромными, сухими и очень старыми. Видно, что хозяин носил их, только когда выполнял чёрную работу. Несмотря на то что пахли они терпким крестьянским мылом, пятна после недавней стирки не отошли. Но Сажику выбирать не приходилось.

В штанах, к счастью, обнаружился глубокий карман. Залатанный, но целый. Сажик сунул туда украденную страницу, нашёл верёвку и подпоясался, так как штаны вероломно пытались слететь с тощего тела.

— Метла, ты можешь принять вид обычной палки и не светить магнитумом? Нам надо идти, а ты слишком бросаешься в глаза.

Метёлка дёрнулась, и все камешки магнитума скрыла кора. Она словно вся сжалась и действительно стала походить на ничем не примечательный посох старый и потрескавшийся.

Осторожно оглядываясь сторонам и держась в тени построек, Сажик вышел на улицу и пошлепал, пошатываясь, вперёд в поисках борделя, в котором ждут его друзья. Сил едва оставалось, чтобы передвигать ноги. Хотелось пить и есть.

Люди отшатывались от него, потому что видели перед собой юного тощего инквизитора. Да и вид у него был довольно безумный.

Время шло медленно. Вот солнце нырнуло за горизонт и Антис на пару с молодой Луной опять устроили жидкие сумерки. Потом стемнело.

Тиана нетерпеливо барабанила по столу. Люк надрывался с лютней в руках, приговаривая в перерывах между песнями, что это самое крутое алиби. Мы тут зарабатываем деньги, пока Сажик с лёгкостью делает всю чёрную работу.

— Как ты можешь так легкомысленно к этому относится? Он же наш друг! А если с ним что-нибудь случится? — её тихое непривычно басовитое шипение периодически щекотало ухо Люка.

Он тоже волновался, но верил в Сажика, как в себя.

— А ещё он самый мелкий, гибкий и замаскированный. Ты классно придумала. Он действительно справится лучше нас с тобой.

Тиана пихнула его локтем в бок и перестала слушать. У Люка только ветер в голове! Избранный… идиот!

Тиана решила встать и пройти хотя бы к подвесному мосту, соединяющему Валею с библиотекой с их островом. Душа беспокойно рвалась к Сажику. Тиана чувствовала, что с ним что-то случилось.

Беспечность Люка её бесила.

На входе была какая-то возня. Охранники взашей вытолкали какого-то жутко грязного бродягу, который пытался пройти внутрь. Он что-то невнятно им говорил, но его решительно выбросили на мостовую. Один из верзил, уходя, участливо бросил ему:

— Парень, иди на остров Судьбы. Там всегда помогут таким, как ты. А здесь тебе ничего не светит.

Вслед за бродягой полетела длинная толстая палка и звонко застучала по булыжникам мостовой. Бродяга подполз к своей палке, почти перегородив Тиане путь. Она решила пройти мимо, не обращая внимания на сомнительных личностей, валяющихся на узкой дороге, но не получилось. Человек ухватил её за штанину, так цепко и неожиданно, что она едва не упала. Тиана вырвала ногу из захвата и лягнула незнакомца в бок. Тот застонал и завалился на спину, и Тиана встретилась с ним взглядом. В темноте блестели золотые глаза инквизитора. Такого истощённого, что, казалось, он ничего не ел как минимум год.

Но не это поразило её в его внешности. Инквизитор был страшно похож на Люка.

— Пить…

Хрипло произнёс он, свернувшись калачиком и прижимая к себе… Метёлку?

Тиана отпрыгнула от инквизитора. Страшная догадка пришла к ней на ум. Сажик! Он не смог! Она послала его на смерть. Тиана заозиралась по сторонам, подозревая, что в каждом тёмном углу затаились в засаде ее враги. Но почему тут не группа захвата, а этот оборванец?

— Пить! Пожалуйста…

Тиана подошла и хотела выхватить Метёлку из рук незнакомца, но её ударило разрядом, а его нет.

— Предательница.

Испуг начал проходить и вместе с этим её наконец осенило. Она села на корточки и тихо спросила:

— Сажик, это ты?

Незнакомец хрипло простонал:

— Да.

Тиана вскочила на ноги.

— Нам нужен Люк! Я сейчас, никуда не уходи.

Через несколько мгновений, когда забегала обратно внутрь здания, запоздало поняла, что последняя фраза прозвучала как издёвка.

— Люк нашёлся там же, где она его бросила. За столом в углу. Как раз дал последний аккорд. Раздались хлопки. В его шапку посыпалось щедрое вознаграждение.

За столом он был не один. Одна из девиц, решила, что Люк достаточно заработал, чтобы оплатить её услуги. Рядом примостилась ещё девушка, раньше предлагавшая себя Ронану. Тиана набрала в грудь побольше воздуха.

— Люк, — она подошла ближе. — Нам…

Вторая девица встала и положила руки на плечи Тиане, провела вниз, остановившись на её груди. Они были одного роста, и глаза девушки смотрели на неё прямо, с фирменным вожделением.

— Вам надо отдохнуть, господин.

Где-то на периферии сознания хохотнул Люк. В такой неловкой ситуации Тиана не оказывалась еще никогда. Она перевела ошарашенный взгляд на Люка, как бы прося поддержки. От их компании надо избавиться, ведь на улице мучается Сажик.

— Что-то не так? — томным голосом спросила девица.

— Мой друг ужасно боится женщин. Он девственник.

У девушки появился профессиональный азарт во взгляде. Она поскребла по груди Тианы длинными когтями и двинулась дальше к тому самом месту, которое трогать нельзя. Тиана перехватила её руки.

— Э! Лучше в другой раз, — она обещающе улыбнулась девушке. А сейчас мы с Люком очень заняты. К нему приехал брат.

Люк удивлённо вскинул брови и хотел что-то возразить, но Тиана его опередила:

— Люк! Поднимай своё бренное тело и тащи его к выходу! Быстро!

В голосе Тианы проявились угрожающие нотки. Люк смеяться перестал, а она повернулась к девушкам.

— Милые дамы, принесите, пожалуйста, нам бутыли с… водой и вином и какую-нибудь еду. Люк щедро вам заплатит. Да?

— Да, — обворожительно улыбнулся он, но в его поведении больше не было той расслабленной лёгкости.

— Заберёшь всё. Я буду ждать тебя на улице.

Тиана повернулась и стремительно вышла. Вслед за ней вышел тот самый охранник, посоветовавший Сажику идти на остров инквизиции. Сажик лежал на том же месте, не сменив положения. Метёлка снова стала похожа на облезлую палку. Тиана испугалась, что её друг умер. Она подбежала к нему. Потрогала ледяной лоб, проверила пульс на шее.

— Он умер? — спросил охранник.

— Нет.

— Это хорошо. Неприятности с инквизицией нам не нужны. Может позвать стражников?

Тиана прожгла его взглядом. Вряд ли он его увидел. Скорее почувствовал, что этот низкорослый малый способен и вправду его убить. Повисла тяжёлая тишина. Тиана выдохнула, когда в дверях появился Люк с котомкой в руках.

Он в два шага приблизился к ним и недоумевающе уставился на Сажика.

— Это кто? — спросил он ошарашено, глядя на своего худого двойника.

— Это, — Тиана помедлила и продолжила шёпотом, — Сажик. Дай воду.

Сажика пришлось приводить в чувство. Он долго и жадно пил. Тиана сжала его пальцы. Они были ледяными.

— Люк, его надо отвезти в постоялый двор и отогреть.

Они помогли Сажику встать и потащили его в сторону двора, где остановились все вместе.

Бадью с горячей водой служанки приготовили быстро и без вопросов — никто не хотел иметь серьёзных дел с инквизицией. Тиана тёрла Сажика жёсткой мочалкой, пока тот согревался, сидя в бадье. Люк споил ему немного вина и дал немного поесть. Сажик сбивчиво рассказал им о своих приключениях.

— Теперь нам осталось как-то передать эту страницу Джону, — сказала Тиана, смывая с Сажика пену. — Я думаю, нам надо заново знакомиться. Странно теперь тебя так называть. Может, скажешь нам своё имя?

Сажик сжал губы и опустил глаза, уставившись на свои руки.

— Я не могу вам этого сказать.

Люк, молчавший всё это время, зло обронил:

— Зато я могу сказать. Ты сын нашего императора. Наследник престола. Дай подумать… Принц Аарон? Не так ли? Так давай познакомимся. Меня зовут Эрик. Бастард твоего отца.

Глава 19, в которой ведьма вновь встречает родные души

Ронан многое повидал в своей жизни, но такого ещё никогда. Летающая метла со светящимися крыльями, а на ней абсолютно голый вор. Ронан не разглядел его лица, но почувствовал, что человеку страшно — он буквально прилип к странной летающей конструкции.

Покачивающийся на ветру мост не дал ему нормально прицелиться. Да и летающий вор оказался довольно прытким.

За окном суетливый день в самом разгаре и очередной доклад Его Святейшеству окончен. Валентайн сидел, рассматривая свои сцепленные сухие пальцы. Ронан, Джон и Стивен ожидали того, что скажет главный. Первым не выдержал Джон.

— Я прожёг дыру в двери. Едва не устроил пожар. Из-за этого меня чуть не убил хранитель, чтобы что?.. Чтобы в маленькую дырку, которая у меня получилась рассмотреть, как чей-то худой зад исчезает в проёме окна.

— Ещё мы говорили с механиками, — добавил Малыш Стивен. — Они утверждают, что такие летательные аппараты невозможны. Они противоречат природе.

Валетайн посмотрел на Ронана.

— Ты написал, что эта штука, на которой скрылся вор, была похожа на метлу.

— Да.

Ронан нахмурился. Ему всё это время вспоминалась Тиана в их последний день в Заверти и её крик: «Моя метёлка!»

Метла ведьмы. Такой странной и любознательной ведьмы как она. Когда-то он подарил ей десять маленьких камешков магнитума. И то памятное сражение с мавкой в постоялом дворе. Он так испугался за свою ведьмочку, что готов был сжечь себя потоком чистого Эфира, лишь бы спасти её. И тут его озарило. Тогда она стояла рядом с ловцом молний. Тогда она заряжала камни! Наука и магия! Почему бы и нет? Тиана сделала невозможное.

Человек, укравший метлу у ведьмы, и есть вор. Надо вновь лететь в Заверть, чтобы расспросить там всех, чтобы напасть на более ранний след вора.

О своих догадках он и сообщил Его Святейшеству.

— Я отправлю туда дознавателей из ищеек, — сказал Валентайн, выслушав его. — А ваши обязанности я не отменяю. Мне сейчас необходимы все мои люди, как никогда. Я стар и глубже вас ощущаю Тёмную материю. Её очень много вокруг Долины и это в преддверии соревнований. Император не желает знать ничего, ему не важны проблемы Низин. Его не заботит даже исчезновение родного сына.

Валентайн замолчал, чувствуя, что и так сказал очень много. Слишком откровенно. Слишком рискованно. И глупо. Он взглянул на своих людей и прочёл по их каменным лицам, что они понимают и разделяют его негодование.

— Вор всё ещё в городе. Я думаю, что он ещё проявит себя. Смотрите в оба, — на этих словах Валентайн махнул рукой, говоря, что визит окончен.

Джон последним вышел из кабинета Его Святейшества, аккуратно закрыл за собой дверь и тихо сказал:

— Смотрите в оба… что мы должны высмотреть? Чей-то костлявый зад в толпе?

Малыш пожал плечами, а Ронан предложил:

— Нам надо прогуляться по портам и Нижнему городу.

Через три дня Его Высочество принц пришёл в себя и даже перестал походить на скелет.

Люк каждый день приносил ему жирное козье молоко, сыр и фрукты, — оттаял после того как Тиана назвала его дебилом, потому что нельзя обвинять в своих бедах людей, которые совершенно к ним непричастны.

Они хотели доставить Аарона во Дворец, но тот весь затрясся от страха. Люк как будто понял в чём дело, но Тиане они выдавать свои секреты не стали. Только шептались по углам и злили её.

— Не хотите и не надо, — пожала она плечами и сделала вид, что ей не любопытно и она не обиделась.

Однажды Люк вернулся с чернилами специального назначения и маленькими с карточками, на которых был изображён герб летающих островов — круглый голубой магнитум в ореоле лучей будто солнышко. Он деловито порылся в своей котомке и выудил коробочку со странного вида печатью. Золотой корпус был покрыт чернильными пятнами. Тут и там торчали рычажки и колёсики.

Весь вечер Люк провёл за столом. Что-то писал, зачёркивал, потом заполнил карточки, поставил печати на каждой и раздал присутствующим.

— Теперь мы одна семья. Твоё высокомерие, будет носить новое имя: Энтони Скайуокер. Ты, — обратился он к Тиане. — Тим Скайуокер. Ну что? Ты же теперь мужик. А я Люк Скайуокер. Теперь осталось подбросить эти документы в Храм и в Орден. Заполнить журналы в Архиве и мы станем официальными гражданами Империи. Ни один ищейка не докопается до истины. Этим и займусь.

— А зачем? — недоумённо спросила Тиана.

— Затем, чтобы никто не смог раскрыть наши грязные секретики.

— Не знаю, какие у кого секретики, но принц должен вернуться во Дворец! Его ищут родители.

— Я не вернусь, — категорически отказался новоявленный Энтони Скайуокер.

— Он не вернётся. Милая, наивная ведьма, мы не можем вернуть моего брата в руки палачей.

— Его узнают, — не сдавалась Тиана.

— Нет… меня никто не узнает. Я и сам себя не узнаю… я всегда был толстым. С раннего детства. Я даже не знал, что моя шея такая… длинная. Её никогда не было видно.

Люк с довольной улыбкой вытащил чёрно-белый портрет принца Аарона из местной газеты. Принц, изображённый на клочке бумаги, был круглый и кудрявый и совершенно не походил на себя нынешнего.

— Это был ты?!

— Да. Именно таким я себя и помню. И никуда я больше не вернусь. Мы с Люком обязаны явиться на Остров Судьбы на замеры Эфира и дальнейшего обучения в Академии Одарённых. Мы станем инквизиторами. Это большая честь

— Ты не сможешь стать инквизитором. Ты будешь императором когда-нибудь, — Тиана упрямо скрестила руки на груди.

— Я же говорю: женщины. Они всегда мыслят другими категориями.

— Я прощаю тебе твою неосведомлённость, — царским движением махнул Энтони.

Тиана подумала, что будет скучать по Сажику. Она посмотрела на них и перестала спорить.

Ведь, понятное дело, они пытаются оградить её от какой-то страшной тайны.

Люк снова скользнул за дверь и пропал на весь день. Вернулся он глубокой ночью.

— Сделано, — торжественно объявил он.

— Видишь эти глаза, Тим? — он двумя пальцами указал на своё лицо. — Это не глаза, это золотой пропуск… и хорошая возможность видеть в темноте.

— Ага, хвастайся.

— Я же говорил, что я избранный. Ну и ты тоже. Остальных я пока не встречал, — Люк перешёл на русский.

— Я встречала. И хочу тебе сказать, что самая избранная из нас всех — Мила.

— Я раньше не слышал такого языка, — намекнул на их бестактность Энтони, бывший Сажик.

— А я знаю, как нам подкараулить Джона Кудряша. Он живёт в казарме на Острове Судьбы. Мой дорогой брат Энтони и ты… Тим. Мы завтра идём измерять уровень Эфира.

— Я туда не пойду…

— Пойдёшь. Именно тебе надо передать этот нечитаемый лист нашему общему приятелю. Метёлку оставим здесь. Она слишком смахивает на особую примету.

Пристанище инквизиции Тиану не впечатлило. Этот отрезок города был крайне аскетичным: строгие и прямые линии улиц, дома выстроены из камня песочного цвета, карликовые деревья росли на строго отведённых им местах. Часто на пути им попадались питьевые фонтанчики. На вопрос Тианы:

— Откуда здесь вода в таком количестве?

Энтони неопределённо пожал костлявыми плечами и ответил:

— Ловцы ветра. Влажный воздух оседает в пустотах внутри острова. Это все знают.

— Умник, — вместо спасибо пробормотала Тиана.

Иногда им встречались и женщины — жёны инквизиторов. По закону к тридцати годам каждый носитель Эфира в крови должен был жениться, что уникальный дар не выродился.

Она шла и тревожно озиралась по сторонам. Скорее всего, её старый знакомый Ронан тоже живёт на этом острове. Слишком велика вероятность того, что он может ей здесь повстречаться. Сердце заходилось гулким стуком, когда она видела хоть кого-то отдалённо похожего на Ронана. Инквизиторы в зелёных мундирах расхаживали по улицам, и в каждом из них Тиана видела его. Сумасшествие какое-то.

Она по привычке старалась не встречаться с ними взглядом, боясь, что кто-нибудь из этих бравых воинов учует в ней ведьму. Они с Энтони одновременно остановились как вкопанные, когда из-за очередного поворота появился сновидец Велет. Люк, поняв, что его спутники отстали, недоумённо оглянулся на них. Велет прошёл мимо, погруженный в свои раздумья едва на них взглянув. Завернул в сторону большого и единственного белого здания на этом острове. Оно дышало мощью и пафосом.

— Жаль, что ты не отправила его к праотцам, Тиана.

— Тш-ш. Привыкните вы, наконец, к своим именам или нет?! — яростно прошептал Люк. — Здесь нет никакой Тианы! Мы, кстати, пришли. Вот он, храм Эфира. Нам сюда.

Тиана сто раз пожалела, что сунулась на этот остров. Храм Эфира оказался самым страшным испытанием в её жизни.

Её захлестнула энергия обжигающая, яркая и абсолютно агрессивная. Тень в груди сжалась в тугой комок, готовясь защищаться от Эфира. Волосы на голове привычно зашевелились. Тиана поспешно пригладила их рукой и отступила назад.

— Я туда не пойду. Я не могу.

Лоб покрылся испариной. Люк посмотрел на неё понимающе и сказал:

— Ты можешь остаться здесь. Пока мы занимаемся делом.

Тиана отошла от храма, стараясь не привлекать к себе внимания. Перешла дорогу и обессиленно прислонилась к стене здания напротив. Озиралась по сторонам, в надежде, что инквизитор Джон появится где-нибудь поблизости, но на такое везение не приходилось рассчитывать.

Она прождала Люка и Энтони больше часа.

В храме ему стало легче. Эфир окутывает его, смывая все невзгоды. Но это ненадолго. Едва он выйдет за двери Святой обители, как невыполненное условие вновь обрушится на него.

— Ронан, тебя желает видеть Служитель.

Ронан обернулся и обнаружил за спиной одинокого брата-послушника. Старого лысого человека. Он с годами ссутулился и померк, но глаза оставались такими же яркими, как у всех инквизоторов.

Кабинет находился при выходе из храма. Он был таким тесным и душным, что каждый раз после пребывания в этом месте на Ронана закатывала страшная сонливость, и он с трудом воспринимал слова Служителя.

Сегодня здесь были гости. Неприятные гости.

В кресле сидел сновидец Велет и таращился на чистый белый, лежащий на столе, платок безумными глазами. Грезит, понял Ронан. Служитель приложил палец к губам, призывая к тишине и молчанию. Ронан решил, что подождёт, и не будет даже приближаться к столу, чтобы не нарушить покой сновидца. Не успел он заскучать, как Велет встрепенулся и перевёл взгляд на Служителя.

— Я не понимаю, — сказал он. — Вижу, что пропавший лист из "Книги ведьм" находится у инквизиции. Но это, возможно, случится в скором будущем или, — Велет мерзко хихикнул. — Или его украли представители вашего ордена, то есть это уже случилось.

— Представители моего ордена его защищали, господин предиктор, — прозвучал спокойный голос служителя.

— Вы в этом так уверены? — елейный голос Велета раздувал искры ненависти в душе Ронана, отчего, в до боли сжатом кулаке, захотелось пересчитать сновидцу зубы.

— В этом мире нельзя быть уверенным ни в чём, но страницу украли не инквизиторы. Как насчёт Его Высочества принца Арона? Вы увидели его?

— О! Я ждал, что вы меня спросите, — довольная ухмылка украсила губы Велета. — Да, я его увидел. Рядом с ним инквизиторы и ведьма без лица. Мои способности не позволяют мне узнать, в какой промежуток времени сбудется этот сон, но он весьма занятный. Не правда ли?

— Занятный, — задумчиво произнёс Служитель. — Вы что-нибудь конкретное по этому поводу можете сказать?

— Нет. Принц будто и не принц вовсе. Я всё так же полагаю, что он проклят. Надеюсь, это всё? У меня есть дела поинтересней, чем беседа с вами.

Служитель кивнул, отпуская сновидца. Когда за Велетом закрылась дверь, он едва слышно выдохнул.

— Ты слышал, Ронан.

Ронан кивнул, хоть Служитель и не задавал вопросы.

— Я не верю в совпадения, мой друг. Принц и инквизитор, пропавший лист древней книги и опять инквизитор. И ведьма. Всё это звенья одной цепи. Но я ума не приложу, как всё это соединить воедино. Ронан, теперь исчезнувший принц — тоже твоя забота. Но об этом будем знать только ты и я. Веди свое расследование. Да поможет тебе Забытый Бог.

— А что насчёт Проклятия без условия?

— Сновидцы, ищейки… мы все бессильны. Кто-то стоит за этим. Лучшие из лучших брошены на поиски разгадки. Пока всё тщетно. Люди иногда не возвращаются. Мы молча терпим поражение.

Ронан подошёл к окну и замер. На той стороне улицы сидел на парапете щуплый паренёк. Ронан захлестнуло желание броситься к нему и сжать в объятиях. Такие порывы у него возникали только тогда, когда он видел Тиану. Но сейчас его охраняла от Условия обитель.

Мысли в голове Ронана щёлкали, сменяя друг друга. Тиана, которая рвалась к своей метёлке. Вор, на странной летающей штуке. Худой. Совсем как этот парень. Отсюда Ронан не мог разглядеть его глаза, но был уверен, что они не золотые, а зелёные.

Из храма вышли двое молодых инквизиторов и зашагали вверх по улице, прихватив с собой паренька.

— Я… Вы позволите? Мне надо идти.

— Да, конечно. Не забудь, о чём я тебе говорил!

Но Ронан уже не слушал Служителя. Он спешил. Он боялся упустить из виду подозрительных незнакомцев.

Они вышли к подвесному мосту. Ронану пришлось выждать, когда трое приятелей добрались до середины. Бежал, стараясь аккуратно обходить людей, шедших к нему навстречу. Знакомые инквизиторы недоумённо кивали ему в знак приветствия, пока он бежал над пропастью между двумя парящими островами. Деревянные перекладины моста поскрипывали под сапогами. Ветер здесь был разгульный и шальной — высота его стихия, — он дул в лицо острыми порывами, мешал Ронану преследовать подозреваемых.

Троица прошла к докам, Здесь потерять их было проще простого. Народ со всего острова стекался сюда. Кто-то приходил по делам, кто-то собирался улетать и готовил айронавис к старту. Сновали попрошайки и прочие сомнительные личности. И среди всей этот кутерьмы Ронан выглядывал преследуемых.

И тут случилось то, отчего у инквизитора на мгновение замерло сердце. Щуплый паренёк на миг остановился и радостным криком бросился обнимать девчонку. Элис из команды айронависа «Ветерок». Девушка сначала отбивалась, но затем размякла и стала обнимать паренька в ответ. Потом радостно повисла на шее у… Ронан узнал его, певец из борделя. Третьего, самого худого из их компании Ронан видел впервые.

Юный инквизитор был непросто худ, он был истощён. Ему вспомнилась недавняя ночь, когда Ронан пытался сбить голого вора, похожего на полуживой скелет. Детали, развеивали последние сомнения.

Ронан понимал, что слишком выделяется даже среди пёстрой толпы и решил поискать самых отъявленных бандитов среди них, которые за малую плату, играючи проследят за всеми этими людьми одновременно.

И эти ловкачи заметили вопросительный и блуждающий взгляд инквизитора и сами пришли к нему, как Ронан и ожидал.

— Добрый день, мессир, — прозвучал детский наглый голосок, имитирующий взрослую хрипотцу. — Вы что-то ищете? Я бы мог вам помочь.

Беспризорник сидел на бочках и подбрасывал монетку.

— Мог бы. Мне нужны твои глаза.

— И мои уши. И ноги… И время, — он убрал монетку в карман и загибал короткие грязные пальцы. Взрослые дороже всего ценят время.

Ронан достал кошель с монетами, подбросил в воздух пару золотых.

— Э-э-э мессир. У меня много рук, ног, ушей. Плати за все.

Ронан усмехнулся. Торговаться с малышом он не мог и чувствовал, что тот прекрасно это знает. И пользуется слабостью старого доброго инквизитора.

— Ближе к делу. Я же вижу, что благородный мессир торопится.

Ронан ухмыльнулся.

— Смотри во-он туда. Видишь тех троих? Надо проследить за ними. Где бывают, с кем встречаются. Всё, что вы о них узнаете сразу докладывать мне. Ясно.

— Пф! Яснее сумерек!

— Ну? И чего ты сидишь?

— А чего я? Их уже пасут. Вон видите?

Ронан посмотрел в ту сторону, куда указывал мальчик. Рядом с компанией приятелей обосновались дети. Они будто играли в камешки. Периодически камешки отлетали и приземлялись прямиком у ног подозрительной троицы. Дети бродили вокруг подбирали свои камешки нарочито долго. Слушали разговоры.

— Ну? — передразнил Ронана беспризорник. — Всё на мази. Я найду вас вечером.

Он соскочил с бочек и исчез в толпе. А Ронан понял, что они будут следить и за ним, чтобы его легче было найти. Хорошо работают. Ронан решил, что надо этих малышей немного прикормить.

Глава 20, в которой ведьма ищет Джона

Элис выросла и стала такой красивой, что если бы Тиана была настоящим мужчиной, точно лишилась бы дара речи.

Рыжие кудри Элис задорно переливались на солнце. Ресницы и брови были темнее волос и на фоне бледной кожи смотрелись яркими всполохами. В наружности Элис не только цвет волос был задорным. В ней таковым являлось всё: взгляд, улыбка, манера держать себя. И всё это странным образом сочеталось с явной аристократичной женственностью. Только потом Тиана заметила, что Элис одета в мужскую рубашку и штаны, и что она с ног до головы заляпана машинным маслом.

Люк и Энтони поступили в точности так, как и следовало: они на мгновение лишились способности разговаривать. Элис по-мальчишески легко им улыбнулась, чем сняла неловкость.

- Я так долго вас искала, Элис! Ты себе представить не можешь.

- А мы вас. Почему ты в таком… э-э-э… странном виде? Я бы ни за что не узнала, что это ты.

- Маскировка. У меня миссия. А где «Ветерок»?

Элис тут же погрустнела.

- Он… Остался в Сумеречье. Тётя вызвалась помочь инквизиции найти ведьму, чтобы она помогла справиться с Проклятием без условия, но ничего не вышло. На нас напали. Из Сумеречья не возвращаются.

- Но ты же тут, - Тиана запнулась. – Тебя оставили тут, а они пропали, да?

Она хотела сказать «погибли», но не смогла. Язык не повернулся.

- Нет, я была со всеми. Мы живы и здоровы. Мы… нашли там навигатора. Землехода. Ну, или странника. Их по-разному называют.

Элис отвела взгляд, и щёки её стали пунцовыми. Тиана поняла, что давняя подруга чего-то недоговаривает, но не стала выпытывать. Все имеют право на секреты. Вон Люк и Энтони усиленно от неё что-то скрывают и ничего. Не померла ещё от любопытства.

- Из всего этого можно сделать вывод, что драконы ещё не вымерли, и напали на вас именно они? - высокомерно предположил Энтони.

- Я хотел взглянуть на драконов, - отмер, наконец, Люк. – Меня, кстати, зовут Люк Скайуокер.

- Как? – Элис заливисто расхохоталась.

- Ты не понимаешь, Элис. Посмотри на этих двоих. Они избранные, - Тиана закатила глаза. – У нас, у всех фамилия Скайуокер. Потому что Люк оригинал. А драконы умны и коварны, а ещё они хищные животные, так что радуйся, что ты их не видел. Мне бабуля рассказывала… Даже ведьмы стараются не иметь с ними дела.

- Тиана, они действительно настоящие животные. Я отказываюсь считать их разумными, - Элис сделала страшные глаза. – Огромные. Выдыхают чистый Эфир. Они чуть не спалили «Ветерок». Нам пришлось садиться в чаще леса. Я не видела места страшнее.

- Я там была вместе с бабулей. Несколько недель назад. Она умерла.

Тиана запнулась. Она не могла говорить о бабушке Кальме спокойно. Тут же поперёк горла вставал колючий ком.

- Мне очень жаль, - Элис тепло обняла Тиану за широкие мужские плечи. – Мы как-то можем помочь вам с миссией?

- Мы ищем инквизитора по имени Джон Кудряш. Нам надо его подкараулить и кое-что ему передать. Только я не знаю как.

- А с посыльным?

- Нет. Вещь слишком ценная. Мы не можем её отправить с посыльным.

- Я иду с вами! Сделаем вид, что гуляем. Я смогу вам помочь. Моя фамилия не Скайуокер, а Вёрт, но думаю, что я тоже избранная. Найду вам Джона, или как его там, довольно быстро. Но не сейчас. Мне надо набраться сил перед поиском. Итак, встречаемся здесь за два часа перед закатом

Оборвыш замолчал и уставился на Ронана хитрым взрослым взглядом.

- Значит, они сегодня пойдут искать инквизитора? Его имя?

- Джон, мессир.

Ронан побарабанил пальцами по столу.

- Продолжайте за ними следить. И за Джоном тоже.

В воздух взлетела монетка, мальчик ловко её поймал и она исчезла в складках его одежды. Ронан, после того как распрощался с мальчишкой, отправился на поиски Джона, гадая, как именно Кудряш связан с похищением древней реликвии. Обвинять его пока не было смысла. Да и не похоже, чтобы он знал об этом хоть что-то.

В казарме он разыскал Малыша Стивена и приказал ему явиться в доки во всеоружии.

Джона он нашёл спящим. Решил не будить. Даже если он непричастен, пусть ни о чём не знает, иначе воры могут заподозрить неладное. Джон плохой актёр.

Вечером в доках было особенно шумно. Люди толклись, спешили закончить дела до глубоких сумерек, когда Антис уйдёт за горизонт, и на небе останется только луна. Увидев Элис, Тиана опешила. Та надела простое, но очень элегантное зелёное платье, шляпку и жакет и сделалась страшно кокетливой девушкой. С ней был её брат Альфред. Они с Элис были почти одного роста. Рыжие и улыбчивые.

- Пойду с вами, - торжественно объявил Альф, предварительно расцеловав Тиану несмотря на то, что она сейчас выглядела как молодой паренёк.

Галантный Энтони предложил Элис локоть, но она замахала руками.

- Нет. Мне нужен человек, который знает Джона в лицо, - тихо шепнула она.

Вид у неё был таинственный и взволнованный. Тиана робко подняла руку. Все молчали, сбившись в небольшую кучку. Элис взяла Тиану за руку и глубоко вздохнула.

- А теперь представь его себе. Держи его лицо перед внутренним взором и не отпускай мою руку, прошептала Элис.

Её тихие слова раздавались у самого уха Тианы. Она закрыла глаза и сосредоточилась, вспоминая черты насмешливого инквизитора. Короткие вьющиеся волосы пшеничного цвета. Светлые глаза. Тонкий шрам на губе.

Тиана распахнула глаза и встретилась взглядом с подругой. Ей на мгновение показалось, что она видит глазами Элис. Мир вокруг стал совершенно другим. Вокруг потянулись нити золотого Эфира и, словно его отражение, – нити Тёмной материи. Их пронизывало магнитное поле планеты, искажённое Антисом. Одна тоненькая нить казалось живой и как стрела указывала путь.

- Я нашла его след, - выдохнула Элис.

- Что это было?!

- Эм… я немного перестаралась. И не могу говорить об этом. Наша цель в Нижнем городе, пошли.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Они спустились в город. Шли, петляя по улочкам, те становились всё грязнее и унылее.

- Кажется, мы вышли в неблагополучный район, - сказал Альф. – И направляемся в Яму. Элис, я тебе говорил, что не самое лучшее время ты выбрала для того , чтобы притворяться настоящей леди.

Элис растеряно на него посмотрела.

-Мы же… инквизиторы ведь приличные люди. Я хотела прогуляться по городу в нормальном виде. Откуда мне было знать, что Путь, - она со значением подняла палец вверх, - приведёт меня в какую-то Яму. Что это за место вообще?

- Здесь собирается отребье из всей империи, - высокопарно проинформировал всех Энтони.

- Откуда тебе об этом знать, братец? – с усмешкой спросил его Люк.

- Из Валеи видно всё.

Энтони отвернулся, заканчивая разговор.

- Этот Джон точно там? – спросил Люк.

- Точнее не бывает. Я… у меня к поиску Пути талант.

- Элис – навигатор, как и я, - похвастался Альф. – Но более сильный.

- Я встречусь с Джоном сама и передам ему послание Милы. Дальше он пусть решает, что с этими знаниями делать. Мой долг будет исполнен.

Яма оказалась подвальным помещением с высоким потолком. В центре располагался ринг, где мужики немилосердно мутузили друг друга под ликующие выкрики толпы. Здесь можно было встретить людей самых разных мастей от богатых лордов до маленьких и проворных беспризорников. Несколько раз к ним подходили проститутки, предлагая шикарно провести вечер. Они смиряли презрительным взглядом растерянную и пышущую жарким любопытством Элис и, получив отказ, шли дальше в поисках более сговорчивых клиентов.

Тиана несколько минут растерянно оглядывалась по сторонам, пытаясь в этом ужаснейшем столпотворении обнаружить Джона, но нет. Его тут не было. Они обошли Яму вдоль и поперёк. Элис горячо уверяла их, что объект тут. Уже отчаявшись и едва не признав неудачу, Тиана услышала имя Джона.

Тюки сена, выложенные по кругу, образовали импровизированный ринг. Представительный пожилой господин объявлял выход новых бойцов, стоя посреди круга.

- Сегодня, дамы и господа, перед вами схлестнутся в кровавой схватке инквизитор и ищейка! Нескоро ещё вы увидите таких соперников на одном ринге! Друг против друга! Встречайте! Асгерд Раввар – капитан ищеек и лютый зверь! Его соперник – инквизитор Джон по прозвищу Кудряш! Испепелит соперника одним взглядом!

Асгерд Раввар действительно был похож на животное в человеческом обличии. Точнее, что-то звериное проглядывало в его точёных чертах. Тиана помнила, что ищейки произошли от проклятых людей. Оборотней, которым так понравилось жить в волчьей шкуре, что они решили не выполнять условие проклятия. Их потомки не могут перевоплощаться, но черты хищного зверя сохранили. А ещё они очень сильны. А некоторые могут вызывать дух своего зверя.

Мужчина был высок и жилист. Тиане показалось, что их инквизитору конец. Их компания пролезла в первые ряды зрителей. Элис схватила Тиану за руку.

- Тиа, ваш объект сумасшедший! Полезть драться против этого чудовища!

Это чудовище как раз проходило мимо и кричало, подогревая зрителей, и, кажется, всё слышало. Они кричали в ответ. Тиана заметила, что он невероятно хорош собой. Ищейка остановился, предвкушающее посмотрел на Элис и оскалился. Та пискнула и спряталась за спину Тианы. Осторожно выглядывая из-за не очень надёжного укрытия.

Джон стоял, вальяжно прислонившись к столбу так, будто не ему сейчас выходить на бой. Потом он ловко перепрыгнул через барьер и стал аккуратно раздеваться. Снял китель, белую хлопковую рубашку и высокие сапоги. Остался в одних штанах. Бледнокожий по сравнению с загорелым и темноволосым ищейкой, который тоже небрежно стащил льняную рубаху через голову и кинул на солому. Он был крупнее Джона.

- Ужас! – скала Элис на ухо Тиане, глазея на ищейку.

- Самец, - усмехнулась та.

Элис только сморщила нос, выражая своё несогласие.

Бой начался. Они кружили, приноравливаясь, делая пробные выпады, обманные манёвры руками, провоцируя друг друга. Инквизитор рванул вперёд и молниеносно подсёк своего противника. Он был настолько быстр, что будто расплылся в воздухе. Тиана едва заметила его движение. Ищейка ловко перекувыркнулся и оказался за спиной противника.

Люди, болевшие за инквизитора, загомонили: Сзади! Зверь! Бей его!

Но больше народу просто выкрикивали подсказки своим фаворитам, но те явно их не слышали, сосредоточившись на главном.

Звериная ухмылка мелькнула на губах ищейки, когда он отвёл кулак Джона, метивший в бок. Джон пригнулся в развороте, но ищейка оказался проворнее. Первый скользящий удар пришёлся инквизитору в лицо. Из разбитого носа потекла кровь, но в пылу драки он этого не заметил, воспользовался моментом и его кулак обрушился на незащищённые рёбра соперника. Того немного отбросило назад, будто он отпрыгнул.

Ищейка двигался по-звериному грациозно. Он не потерял равновесие и едва коснувшись земли тут же пошёл в наступление.

Пользуясь моментом, Джон ушёл за руку соперника и левой рукой достал до челюсти ищейки. Ищейка не успел увернуться и теперь, отскочив от соперника, утёр разбитую губу тыльной стороной ладони. Сплюнул кровь.

Элис больно сжала руку Тианы. Тиана механически обернулась. Элис стояла, заворожённо наблюдая за боем, отпустила подругу и прижала ладонь ко рту.

Тиана отвлеклась и не увидела, как ищейка прижал животом к полу Джона - сжал в болевом захвате ему руку. В яме поднялся свист и аплодисменты. Джон умудрился вывернуться из сложного положения, но не успел встать. Ищейка резко пнул соперника ногой в грудь, вложив в удар всю мощь своего тела, вышибив воздух. У Джона расширились глаза, удивлённо и испуганно. Он дёрнулся и затих. Люди взревели, обозначая, что бой окончен. Элис шагнула к самому краю ринга, выкрикивая:

- Джон! Мессир! Вставайте!

Всё внимание Элис было приковано к инквизитору. Ликующего ищейку она заметила лишь тогда, когда он встал перед ней, перекрыв обзор.

- Поцелуй для победителя, - осторожно усмехнувшись, произнёс он.

Вся их компания ошарашенно наблюдала, как ищейка перетягивает Элис через барьер и целует в губы. Элис мелко забарабанила по его голой потной груди не в силах вырваться из захвата. Народ взревел, поощряя дикаря. Альф и Люк решили отбить Элис, но ищейка, просто толкнул её в их сторону, как ненужный трофей и подошёл к Джону, который начал приходить в себя. Он помог ему встать и даже посадил на табурет у края арены.

Альф хотел кинуться за ищейкой, но Элис остановила его.

ПРОДОЛЖЕНИЕ

- У нас есть занятие поважнее, - она кивнула на инквизитора. – Мы его сейчас заполучим. Видите? К нему никто не подходит. Значит, он здесь один.

Инквизитор сидел, прижимая мокрую тряпку к разбитому носу.

- Джон, мессир, - неловко начала Тиана. – Мы можем с вами поговорить?

Он поднял на них взгляд, удивлённо прошёлся по разношёрстной компании.

- Как видите, я немного занят, - невежливо отмахнулся от них.

Он встал и, пошатываясь, пошёл к столу.

- Кто нальёт несчастному инквизитору выпить? – громогласно произнёс он.

- Бестолковый! – крикнул кто-то. – Кто же лезет драться со зверолюдами?

- Храбрецы и некоторые инквизиторы, - произнёс бархатный хриплый голос рядом. – Держи друг.

Ищейка как ни в чем не бывало, подал Джону кружку. Потом пристально взглянул на Элис, заставил её щёки заалеть.

- У тебя на лице моя кровь, - сказал он и бесцеремонно утёр ей губы большим пальцем.

Элис отшатнулась.

- Не трогай мою сестру! – Альф встал между ними, явно намереваясь в любой момент устроить драку.

Ищейка примирительно поднял руки.

- Не буду, но тебе не кажется, что ты сам виноват, что твою сестру трогают? Хорошим девочкам здесь не место. Это Яма. а в Яме что ни женщина, то шлюха.

- И мы с вами полностью согласны, - вклинился в разговор Люк. – Позвольте нам поговорить мессиром Джоном, и мы уведём Элис домой, и она останется хорошей девочкой. А шлюхи останутся шлюхами.

- Вы уделите время Тиа… Тиму. Вы обязаны исполнять долг перед Империей, - дипломатично и пафосно произнёс Энтони, не обращая ни на кого внимания.

У Тианы, да и у всех присутствующих, создалось впечатление, что на данный момент Империей является сам Энтони. Тиана дёрнула его за рукав и отстранила.

Джон оторвался от вина, и хотел было вновь отказаться от разговора, но не успел.

- Надоело! Вот, - она достала из сапога лист. – Это вам от Милы. Она сказала, что вы сможете прочесть. И чему-то там научиться. Держите, мессир.

При упоминании о Миле у Джона вытянулось лицо. Он вскочил, взял бумагу и удивлённо пробежался по странным закорючкам. Его губы беззвучно шевелились, а золотые глаза светились всё ярче, пока радужка не слилась с белком, в конце поглотив и зрачок.

Видеть такие метаморфозы было страшно. Яркое золотое пламя окрасило сосуды на лице инквизитора, побежало вниз по голому телу, утекло за пояс штанов. Бумага в пальцах Джона стала чернеть и растворяться в воздухе чёрным пеплом.

Все звуки стихли. Глаза присутствующих были прикованы к инквизитору. Одни люди замерли как истуканы, другие – вытягивали шеи, пытаясь рассмотреть, что такое происходит в дальнем углу Ямы.

Ищейка задвинул Элис за спину и потянул Тиану к себе за шкирку. В этот момент инквизитор раскинул руки и закричал, как от невыносимой боли. В следующее мгновение из него хлынул ослепительный свет. Люди рефлекторно вскинули руки, чтобы спасти глаза и не ослепнуть.

Джон лежал на полу без сознания. Странных изменений на его теле больше не было, только следы после недавней драки.

- Что ты с ним сделал? – ищейка держал Тиану за грудки, в голосе его перекатывалось угрожающее рычание.

- Нам тоже это интересно.

Этот голос Тиана меньше всего ожидала услышать. Ронан скинул глубокий капюшон. Он был одет в неприметную серую тунику, которую носили жители пустынь. Тиана затравленно оглянулась. Их окружили. С десяток инквизиторов стояло в ожидании приказа.

- Я…

Глаза Ронана предупреждающе сощурились. Он поднял руку, останавливая своих людей. Один из них проверил Джона, кивнул, подтверждая, что с ним всё в порядке.

- Заберите Джона, - приказал он и вновь повернулся к Тиане. Его губы украсила подозрительная усмешка. Будто он их всех насквозь видит. – Предлагаю вам не шуметь и сдаться сразу. Это будет мудро.

Люк был не согласен сдаваться. Он рванул с места. Внезапная атака дала ему фору и пара инквизиторов оказалась повержена. Альф и Энтони тоже решили, что без боя не обойдётся, но их сопротивление было быстро подавлено. Люк же попал в цепкие лапы ищейки, который играючи скрутил драчуна и также играючи передал его инквизиции.

- Вы ведь не против, если я один займусь этой прекрасной леди, - ищейка нахально притянул к себе Элис совсем не как леди.

- Я против! – Элис попыталась вырваться.

Тиану изнутри начала нестерпимо жечь совесть. Она подставила своих друзей. Ничего хорошего для них инквизиция не сулила. Она медленно подняла руки и сняла с себя амулет. По плечам рассыпались чёрные волосы. Рубашка стала тесной в груди.

Послышался смешок ищейки. Лицо Ронана никак не переменилось, будто он этого и ждал. Он лишь протянул руку, чтобы забрать у Тианы амулет.

По залу разлетелись шепотки:

- Ведьма! Здесь ведьма!

Ещё один возглас издал по-русски Люк:

- Дура! Что ты делаешь?! Они же убьют тебя.

- Я, - Тиана затравленно оглянулась. – Эти люди не виноваты. Я… околдовала их.

Ронан едва заметно мотнул головой. Тиана покорно замолчала.

- Мы разберёмся, - сказал он. - На выход! А вы развлекайтесь, господа, инквизиция стоит на страже.

- Пафосный ублюдок! – выкрикнул Люк, когда его выволакивали на улицу.

Глава 21, в которой Тиана раздает долги

Темницы на острове Судьбы были не тёмными, а даже, наоборот, слишком светлыми. Находились они, как поняла Тиана, на нижнем ярусе острова. В помещении, где её оставили подумать над своим поведением, было тепло, сухо, а из окна открывался душераздирающий вид. Он бы был впечатляюще красивым, если бы было не так далеко лететь до земли.

На окне, кстати, была решётка, чтобы пленница не сбежала. Ещё ей нацепили на ноги колодки, прикованные длинной цепью к стене.

Но самым раздражающим фактом были инквизиторы, которые сменяли друг друга через каждые два часа. Сначала Тиане было неуютно под их пристальным взглядом, а потом она перестала обращать на них внимания.

Когда в очередной раз сменилась охрана, Тиана не выдержала:

- Можете мне сказать, что будет с моими, - она хотела сказать друзьями, но вовремя спохватилась, они как бы были её пленниками и на этом надо стоять до конца. – С теми людьми, которых я околдовала.

Инквизитор с интересом взглянул на неё. Он был совсем молоденький парнишка. Худенький и долговязый. Даже удивительно, что такого зелёного и тщедушного к ней приставили.

Видно было, что ему охота болтать, и он еле сдерживается.

- Их отвели к святейшеству. Чар и тёмной материи ни на ком нет, - он лукаво усмехнулся с лёгкостью, уличая её во лжи.

Тиана решила ещё в Яме, что будет утверждать обратное.

- Возможно, они просто испарились, как только перестали действовать.

- Возможно, - продолжил улыбаться инквизитор. – Мессир Ронан тоже так сказал.

При упоминании имени противного мессира, Тиана чуть не впала в бешенство. Если бы не он, то сейчас она и её друзья спокойно осуществляли свои планы на мирную жизнь. А ещё она боялась за Метёлочку. Люди могли сломать её или выковырять магнитум и просто выбросить.

День прошёл в тягостных раздумьях. Вслед за ним и ночь.

Утром дверь открылась, и Тиана не поверила своим глазам. Люк и Энтони предстали перед ней в серых камзолах рекрутов. Теперь они смотрелись совершенно одинаково.

- Нас отпустили ещё вчера, когда мессир Джон пришёл в себя и поговорил с Его Святейшеством, - сказал Люк.

- Твой благородный и глупый поступок нас не спас, - продолжил Энтони. – Инквизитор не может быть проклят. Это закон. И Элис с Альфом чисты. Мессир Ронан прислал нас, чтобы ты согласилась официально работать на инквизицию.

- У них весьма интересные методы, - Тиана махнула на колодки.

Люк согласно кивнул.

- С тебя их снимут. Тиана, это выход.

- Это ни разу не выход. Меня проклянут все ведьмы Сумеречья. Помочь – одно дело, а работать – совершенно другое. Инквизиция сжигала моих сестёр веками! Это война с недолгим перемирием. И кем я в ней буду? Кто из ваших станет мне доверять? И вы не понимаете… мне надо выйти замуж. И чем раньше, тем лучше.

- Интересное желание. И вполне осуществимое.

В светлую темницу вошёл человек, и Тиана тут же догадалась, что это и есть Его Святейшество. Тиана поняла это с первого взгляда. Как вести себя при таком высокопоставленном враге она не знала, поэму скрестила руки на груди и осталась молча стоять и глазеть на него.

- У нас есть человек, который является Условием вашего проклятия. Он и станет вашим мужем.

Тиану укололо недоброе предчувствие, и озарила страшная догадка.

- Если вы о мессире Ронане, то я… лучше умру.

Глаза Его Святейшества стали ярче, он будто заглянул ей в душу.

- Да, я о мессире Ронане. И вы не умрёте, вы перевоплотитесь и, возможно, убьёте многих людей до того, как мои подчинённые до вас доберутся. Я бы мог приказать сжечь вас прямо сейчас, но вы нужны нам. И мессиру Ронану тоже. Стать Условием проклятия для инквизитора, поверьте мне, хуже самого проклятия. Сейчас мне нужен ваш положительный ответ.

У него сделался нетерпеливый вид.

- Тиана, - Люк толкнул её в бок. – Это единственный выход.

- Я знаю!

- Так не выпендривайся. Ты испытываешь его терпение.

Тиана обречённо вздохнула.

- Я согласна сотрудничать с вами до тех пор, пока не будет побеждено зло. Но выходить замуж за мессира Ронана я отказываюсь.

Его Святейшество кивнул и сделал пас рукой, вокруг которой тут же замерцал чистый Эфир.

- Я понял вас Тиана. Пожмите мне руку, чтобы скрепить соглашение. Вот его условия: вы будете служить короне и инквизиции до тех пор, пока не будет побеждено зло, и станете женой Ронана только по собственному желанию.

Эта подковырка ей не понравилась, но Тиана протянула руку и получила ожог, который, впрочем, тут же затянулся.

- Вы приглашены сегодня во Дворец в составе наших офицеров. Так пожелал император. Это приказ и он не обсуждается.

Его Святейшество кивнул, и с Тианы сняли колодки. Люк и Энтони вызвались проводить её до комнаты. На улице ослепительно сияло солнце, и в его лучах стоял Ронан. Тиана поёжилась от взгляда, который она поймала на себе. Она была рада, что отказалась стать его женой. Ведь их взаимная ненависть никуда не делась.

Прода)))

- Я буду здесь жить? На этом острове? Чувствую себя так, будто собралась ночевать в берлоге с медведем.

Энтони взглянул на Тиану с любопытством.

- Что? – спросила она, поймав взгляд.

- Ты сегодня идёшь в императорский дворец и по идее должна думать о том, что тебе нечего надеть. Вид у тебя слегка неприличный.

- Нормальный у меня вид. Вообще, странно всё это. Зачем я во дворец иду?

Непривычно молчаливый Люк тяжко вздохнул и сказал:

- Это твой инквизитор постарался. Ронан. Я так понимаю, он превознёс твоё значение до небес. Теперь корона хочет взглянуть на ведьму, которая дала в руки инквизиции оружие против тёмных сил, - он хохотнул.

- А! Ну тогда проблема решена, я спокойно могу пойти туда как бомж. Им ведь, получается, неважно что на мне надето. Даже, наоборот, придворным будет о чём поговорить. Например, о неряшливых ведьмах. В принципе я такая и есть.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Тиана весело и бодро зашагала вперёд, скинув со своей женской совести груз в виде эфемерного бального платья, которого у неё не было. По всему было видно, что теперь её это вообще не смущает. Люк и Энтони переглянулись.

- Мне всегда говорили, что ведьмы не женщины. Но не до такой же степени! Все хотят выглядеть прилично при дворе, - сказал Энтони.

Люк в ответ пожал плечами и ускорил шаг, чтобы догнать подругу.

Приличное платье всё же нашлось в комнате Тианы. Оно было аккуратно разложено на кровати. Рядом стояли девушки-служанки, чинно сложив руки, а рядом обнаружилась милая Метёлочка. У Тианы отлегло от души.

- Это что? – спросила их Тиана, указывая на наряд.

- Платье, - пролепетала девушка. – Вам прислали его из императорского дворца.

Тиана вновь взглянула на платье. Оно было траурно-чёрным и, судя по всему, строгого кроя. По лифу и краю юбки тускло мерцал синий и чёрный бисер. Вот и все украшения.

- Эм-м-м… Выглядит очень мило, наверное.

Она оглянулась на своих спутников. Энтони предположил, что, скорее всего, императорские портные решили сделать её пикантной начинкой бала.

- Ага, чёрной дырой бала, - проворчала в ответ Тиана. – Надеюсь, вы меня не бросите там на произвол судьбы.

- Мы не приглашены. Смотри, - Люк показал на серый мундир и на чистые, без всяких знаков отличия погоны. – Нам надо закончить Академию и дослужиться до звания Инквизитор. Тогда только. Рекрутов во дворцы не приглашают.

Тиана окончательно сникла.

- Я пойду туда одна?

- Нет. Отряд Ронана Харелла будет тебя сопровождать. Джон будет показывать новую супер способность. Ту, которую мы видели в Яме.

- Нам пора приводить вас в порядок, госпожа.

Из-за обращения «госпожа» и страшно угодливого тона девушки, Тиана почувствовала себя рабовладельцем. Сразу же захотелось дать им вольную, и чтобы гуляли на все четыре стороны. Но с тяжкой участью экзотической зверюшки при расфуфыренных придворных, да ещё и с таким отвратительным сопровождением придётся смириться.

Вечер будет долгим и нервным.

Галантно протянутую руку Ронана Тиана проигнорировала. И его испепеляющий взгляд тоже. Взмахнув чёрной юбкой, она гордо упорхнула навстречу Джону.

- Вы выглядите очень живой, - сказал ей Джон, улыбнувшись собственной шутке.

- А вы выглядите немного побитым, - она повторила его улыбку.

- Н-да. Асгерд дерётся чуть лучше меня, - Джон потёр синяк на скуле.

- Ага, чуть лучше нас всех, - простодушно поддержал разговор Малыш Стивен. – Какое лихо вообще заставило тебя выйти с ним на ринг?

- О! Хотел поднабраться опыта боя против зверолюда.

- И как?

- Отлично! Против зверолюда лучше не идти врукопашную.

Малыш Стивен устало покачал головой.

- Это и так все знают.

Тиана мысленно с ним согласилась. Зверолюды охотники, следопыты, бойцы и прекрасно ориентировались в первом круге Сумеречья. И считались опасными врагами. И страстными любовниками, вспомнила Тиана бесстыдные россказни бабули.

Тиана грустно вздохнула. Они дошли до парадной лестницы. Ноги отказывались шагать вперёд. Вся эта имперская мишура наводила несказанную тоску. Сейчас она хотела оказаться в холмистых лесах в окрестностях Заверти или на бескрайних просторах Озёрного края. Сидеть на тёплом крылечке ходунка и ощущать терпкий аромат бабулиного табака. Где теперь всё это?

- Не волнуйся, - сказал Ронан.

Тиана посмотрела на него, ожидая подвоха, но на каменном лице невозможно было прочесть его намерения.

- Я всегда спокойна! – с вызовом сказала она и нарочито бодро зашагала вперёд, навстречу огонькам бального зала. Всё будет хорошо, успокаивала она себя.

ПРОДОЛЖЕНИЕ

На входе их попросили задержаться до объявления. Тиана отошла подальше от Ронана. Он кидал на неё страшные и одновременно горячие взгляды. Чувство самосохранения кричало: Беги от него подальше! Он же псих. Тиана согласно кивала этой мысли. И максимально увеличила расстояние между ними.

Наконец, стали объявлять их . Церемониймейстер выговаривал её имя с особым значением и пафосом, так, будто самую экзотическую зверушку в мире представлял. Дракона, например. И страшно, и посмотреть хочется.

Они вошли. Тиану ослепило яркое освещение в зале. Энергию магнитума здесь не экономили. Роскошь, ничего не скажешь. Люди перешёптывались, глядя на них. Ведьма идёт под руку с инквизитором. Такое не каждый день увидишь. Как она и подозревала, в чёрный цвет был только на ней. Это угнетало. Выделяться в этой пёстрой толпе в свете множества ламп не хотелось. Чёрная дыра на празднике жизни. Так она себя чувствовала.

На возвышении сидели император с императрицей. Люк и Энтони были молодыми копиями отца – темноволосого стройного человека с неприятным колючим взглядом.

Джона попросили показать то, как он научился распространять по своим жилам чистый Эфир. Ради этого зал погрузили в полумрак.

Джон прикрыл глаза и что-то зашептал. Вновь по его телу потекла первозданная энергия, заставляя инквизитора сиять во тьме зала.

Кто-то сказал, что намного лучше это всё смотрелось, если бы инквизитор разделся.

- А не продемонстрирует ли ведьма силу тьмы? – спросил император.

Тиана уловила в его голосе жадный и нездоровый фанатизм. Она в поисках поддержки растерянно посмотрела на Ронана. Тот выступил вперёд.

- Ваше Величество, ведьма Тиана не может демонстрировать Тёмную материю. Это небезопасно. Мне не хотелось бы убивать нашего… друга.

Император лишь разочаровано и вяло махнул рукой, и заиграла музыка. Вновь стало светло. И тут Тиану поджидал новый подвох – её стали приглашать на танцы. Она решила, что может себе позволить расслабиться и отдохнуть хорошенько. Впервые в жизни она посетила настоящий бал. И можно веселиться пока феи крёстные в лице инквизиторов не скажут, что пора и честь знать. Танцевать с незнакомцами Тиана не решилась. Поймав взгляд Кудряша, она кокетливо повела бровью и стрельнула глазами в толпу танцующих.

Позабавило его ошарашенное лицо. По всей видимости, здесь не принято, чтобы дама приглашала кавалера, даже если это происходит молча и благодаря выразительной мимике. Джон был по натуре весельчак и авантюрист, и быстро принял правила игры.

- Пойдёмте танцевать? – он протянул руку.

- С удовольствием. Только я не знаю движений, но кому это мешало?

Джону вопрос понравился. Он явно предвкушал большое веселье.

- Я тебе буду подсказывать.

- Договорились.

Тиана вспомнила более замысловатый и пошлый рисунок танцев далёкого земного прошлого. Поражать воображение местных жителей она не собиралась, а ходить туда-сюда и изящно взмахивать рукой она сможет без всяких проблем. Имитация танца. Тем более бабуля учила её танцевать по-здешнему. Правда эти крестьянские танцы были куда ритмичнее и веселее. Но многие движения совпадали, что хорошо.

Тиана тщательно следила за дамами и с небольшой заминкой повторяла за ними. Вскоре весь рисунок был ясен, и стало намного легче. Нельзя назвать её лучшей танцовщицей вечера, но благодаря природной грации и абсолютной беспечности она умело обходила самые сложные па.

Единственное, что могло сбить её с шага – это пристальный злой взгляд Ронана. И чего он от неё никак не отцепится?

Он смотрел, как она танцует с Кудряшом. Потом со Стивеном. Вновь и вновь она оказывалась в кольце рук сменяющих друг друга партнёров. Ронан хотел убить их всех, несмотря на то, что многие из них его друзья.

Пару раз она прошла мимо, нахмурив чёрные брови, опустив глаза. Весь вид ее говорил: даже не подходи ко мне. И каждый раз он хотел затащить её в какой-нибудь тёмный угол поцеловать, не обращая внимания ни на кого. Сам себе напоминал дикаря из пустынь, способного покалечить любого кто посмел дотронуться до его женщины. И не смел.

Руки невольно сжимались в кулаки. Это не любовь. Это проклятие. Они оба это знают, но Ронан сегодня решил, что ему всё равно. Решил, что просто будет любить её и тень её души.

Он снова почувствовал себя живым, когда узнал её в тщедушном мальчишке. Теперь будет всё будет по-другому. Ронан будет ухаживать за ней. Женщины любят героев в мундирах, цветы, внимание. Вот только что любят ведьмы?

Ведьмы не женщины. Даже не люди. Эту «истину» им внушали в Академии. Всё оказалось ложью.

Музыка стихла. В это мгновение Ронан решил, что сейчас Тиана будет танцевать с ним. Он пригласит её так, чтобы она не смогла отказаться. Желание сойтись с ней в едином ритме было почти болезненным. Он решительно зашагал её в сторону. Она вопросительно и с некоторым вызовом взглянула на него. Пригласить любимую ведьму на танец Ронан не успел. Едва он набрался решимости, как с балкона для музыкантов прокатился слегка нервное «Внимание!».

Все посмотрели наверх, где церемониймейстер дожидался полной тишины. «Внимание» - это не то слово, которое возможно при обращении к представителям высшего общества.

Церемониймейстер продолжил:

- Его Величество приказал всем жителям Валеи и Ближних островов отправиться по домам. В городе введён комендантский час. Запрещено спускаться в Нижний город. Бал окончен. Всем инквизиторам собраться на пристани острова Судьбы в течение часа!

Церемониймейстер поклонился и ушёл. В зале сначала раздались шепотки, а затем волнами стал нарастать гул голосов. В некоторых возгласах слышались панические нотки.

- Вот чем заканчивается бал во время чумы, - задумчиво произнесла Тиана.

Ронан взял её за локоть. Тиана попыталась вырваться, но он не дал. Люди стали бросать на ведьму взгляды полные страха и ненависти.

- Пошли. Нам пора.

На остров Судьбы они попали по навесному мосту. Ронан довёл Тиану до её комнаты. Там ведьму ждали друзья. Один из них заговорил на странном языке:

- Тиа, помнишь армию зомби в лесу за горами? Они здесь! Мы рассказали о них нашему главному.

Этим языком владела и Элис Вёрт. Ронан пристально взглянул на Люка. Он тоже из другого мира, как Тиана и Элис. Они здесь не просто так. Ронан решил для себя, что будет наблюдать за ними и помогать, если поймёт, что их предназначение в том, чтобы сыграть положительную роль в надвигающейся катастрофе.

- Ты должна остаться здесь, - сказал он непререкаемым тоном. – Вы с недавних пор состоите под командованием ректора Академии. Идите и получите его распоряжения на свой счёт.

Они вышли.

- Я могу помочь.

- Это исключено. Тебе не доверяют и боятся. Будь благоразумной. Хоть раз в жизни.

- В смысле?!

Ронан жестом прервал её рвущееся наружу негодование.

- Может случиться так, что какой-нибудь инквизитор в пылу битвы случайно промахнётся и попадёт не в перерождённого, а в ведьму.

Тиану заметно передёрнуло.

- Звучит как угроза, - тихо сказала она.

- Звучит как правда, - поправил её Ронан и вышел из комнаты, надеясь, что она не ослушается.

Глава 22, в которой Тиана всё-таки ослушалась

Антис скрылся за облаками. Яркое и ненавистное ночное светило исчезло в самый неподходящий момент. Тиана подошла к окну и всмотрелась в темноту внизу. Там сияли костры, призрачным светом вспыхивали искры магнитума. Нижний город не спал. Полным ходом шла эвакуация. Тускло освещённые айронависы поднимали людей на острова. Только Валея осталась без беженцев. Навесной мост, ведший к ней, был пуст.

Тиана понимала, что это бесполезно. Не перерождённых стоит бояться. Как только прилетит странная механическая птица всем конец.

Тиана поймала себя на том, что грызёт ногти. Никогда за ней не водилось такой привычки. Сидеть тут и даже не попытаться помочь она не могла. Ей было страшно за друзей, за инквизиторов, за весёлых проституток из борделя, которым пел Люк похабные песенки. Ей было страшно за Ронана.

Но больше всего она боялась встретить утро среди полчищ перерождённых. Валея не должна пасть. Это будет конец всему миру. Геноцид.

- Метёлка, надеюсь, что заряда нам хватит до утра.

Тиана, открыла окно, оседлала Метлу и выпорхнула в темноту. Когда ветер ударил в лицо, она порадовалась, что бальное платье сменила на удобные брюки Люка и его же рубашку, сверху надела старую добрую шерстяную накидку. На высоте ужасно холодно. Поняла, что на фоне угольно чёрного неба выделялась серым пятном. Так себе маскировка. Да и мерцающие крылья Метёлки выдавали их с головой. Тиана позволила себе выпустить небольшое облако тьмы. Оно надёжно скрыло их от посторонних глаз. Тень души всколыхнулась, зашевелилась после спячки. Тиана старалась сконцентрироваться на цели, чтобы не потерять разум.

Пролетая над одним из дворов, она заложила крутой вираж и, можно сказать, украла тонкий металлический прут, лежавший на накрытом брезентом столе.

- Ну хоть какое-то оружие, - сказала она, со свистом рассекая воздух прутом.

Поднялась выше, чтобы видеть, что происходит с Островами и низиной. Она помнила, что ворона не летает высоко. Значит, можно будет спикировать на неё сверху и изловить. Или сломать. Тут уж как повезёт.

На подступах к Нижнему городу шла битва. Вспышки зарядов магнитума находили своих жертв. По яркому свечению Тиана определила местонахождения отряда Ронана. Джон успешно применял новое знание на практике. Жаль, что он не успел научить остальных.

Тиана заметила, что все перерождённые рвутся именно туда, ближе к Джону.

Сначала послышались щелчки, а потом она увидела птицу. Как и рассчитывала ведьма, ворона летала ниже, вырисовывая в воздухе сложный узор из Тёмной материи. И никто её не видел. Никто не слышал.

Но простые люди чувствовали. Тиана поняла это по крикам. Дикий ор начавших перерождаться людей. Тиана, боясь свалиться с метлы, одной рукой схватилась за древко Метёлки, а второй крепче сжала прут. Желудок неприятно подкатил к горлу, когда она резко спикировала на птицу. Размахнулась и ударила. Неловко попала по крылу, прут вылетел из руки, но и этого оказалось достаточно, чтобы сбить дьявольскую машину. Тиана понадеялась, что её железная палка ни в кого не попадёт и не покалечит.

Взмахи крыльев перестали походить на настоящее движение живой вороны. Они больше напоминали дёрганье заклинившей механической игрушки. Птица медленно оседала на землю. Тиана не дала ей упасть. Схватила за здоровое крыло и крепко сжала. Перья, сотканные из Тёмной материи, начали распадаться. Вскоре у неё в руках остался металлический каркас.

Тиана полетела туда, где яркой звездой сиял Джон. Эту гадость надо доставить инквизиции.

Как только последнее пёрышко растворилось в воздухе, снизу до Тианы донёсся клёкот, а затем страшный многоголосый вой, перешедший в рык. Перерождённые атаковали с новой силой. Вслед за ним полетели ввысь крики простых сметных наполненные ужасом.

Насколько Тиана могла видеть, все чудища ринулись в сторону Джона. Тиана летела быстрее.

Джон направлял в переродившихся чистый Эфир, который, попав в них, начинал разрастаться и поглощать Тёмную материю. Переродившиеся падали, но не замертво, а вполне живыми. Они корчились от явной и невыносимой боли. Сердце Тианы сжималось от жалости к ним. Чудовища вновь становились людьми, но тут же погибали от рук своих бывших собратьев. В какой-то момент в Джона воткнулся арбалетный болт.

Тиана полетела в ту сторону, откуда предполагаемо произошёл выстрел. Пыталась найти убийцу и не поверила своим глазам. Там, скрытый за толпой перерождённых, стоял человек, который давно умер от страшного проклятия, из-за которого погибла Арта. Маркус Вальдемар собственной несколько изменившейся персоной. Черты лица его заострились. Белая кожа обтягивала череп. Он был похож на высохшего мертвеца с пустыми безумными глазами.

Вальдемар сидел на чём-то в виде трона, который был установлен на механической платформе, а вокруг него витала Тёмная материя. Камуфляж получился такой же, как у Тианы. Он вскинул голову и посмотрел на неё. Этот жест повторили все его чудовища. Тысячи мерцающих во тьме глаз уставилось на неё, забыв о сражении. Наступила тишина. Только шелест ветра и хриплое дыхание перерождённых задавали новый ритм для ночи.

Солдаты и инквизиторы пребывали в замешательстве.

- Подчинись мне, порождение Тьмы, и мы будем править вместе, - голос Вальдемара рокотал и двоился.

Жуткий звук, если он вырывается не из твоего горла, подумала Тиана, подавляя панику.

- Интересное правление у меня получится. Я не подчиняюсь одержимым.

- Тогда ты умрёшь, как тот инквизитор.

Вальдемар поднял трубку странно похожую на ружьё и направил на Тиану. Первый болт просвистел прямо над ухом. В последний момент Метёлка дёрнулась, унося Тиану из-под удара. Второй метил в бок и продырявил накидку. Перерождённые мелко защёлкали челюстями. От дробного звука по коже поползли предательские мурашки.

- Нет, это я убью тебя до того, как наступит рассвет! - самоуверенно заявила Тиана. – Я отомщу тебе за Арту! Для начала я уничтожила твою летающую курицу. Смотри.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Тиана показала сломанную механическую ворону.

- Я это переживу. Ты будешь мстить за предательницу рода ведьм. Она подарила мне вашу Тьму и магию! Никогда и никому из мужей не подчинялась Тёмная материя. Я стал первым магом этого мира! Я создал новых людей! Я сделаю новою птицу. А сегодня я убью тебя.

Платформа ожила, стала приближаться. Тиану это нисколько не испугало, она недосягаема для него, пока у неё есть Метла.

- Метёлочка, неси меня к Ронану. Я знаю, ты его найдёшь, - тихо прошептала Тиана. – У нас нет другого выхода. Просто нет. Прости меня, родная. Мы не доживем до утра, но убьет нас не эта гнида Вальдемар.

Ронан нашёлся рядом Джоном. Смотрел, как она приближается. Как ведёт чудовищную погоню за собой. Перерождённые вместе с Вальдемаром отстали от резвой Метёлочки почти сразу же, но Тиана понимала, что выиграла всего лишь пару минут.

Она спрыгнула с Метлы и, стараясь не смотреть Ронану в глаза, спросила:

- Он мёртв?

- Ранен. Что за чертовщина за тобой несётся?

- Его зовут Маркус Вальдемар. Он одержим Тьмой. И именно он создал вот это.

- Чистая Тьма! – воскликнул кто-то из инквизиторов, забирая ворона.

Ронан нахмурился, а затем его брови медленно поползли вверх. Он рассматривал механическую ворону, которую принесла Тиана.

- Я помню это имя… Вальдемар.

- Сейчас не время, мессир. Я убью его, но мне нужна ваша помощь, - Тиана подошла ближе и быстро зашептала ему на ухо. – Я прошу вас, полетите со мной. Мы уведём эту толпу подальше отсюда. Я выпущу свою Тьму и сражусь Вальдемаром, но… если… Если я тоже стану одержимой, то вы убьёте меня до того, как я успею переродиться в мавку. Я же знаю, что вы ненавидите меня. Вам это будет несложно. Прошу!

Тиана схватила его за руку. Ронан уставился на её ладонь. Она спохватилась и тут же отпустила его.

- Попробуем, - сказал он бесцветным голосом, - Я не дам тебе стать мавкой. Обещаю.

- Спасибо, мессир.

Метла легко подняла их обоих. Тина скрыла Ронана в облаке тьмы, и они понеслись прямо на Вальдемара, издевательски вильнув вбок в последний миг. Инквизитора тот не заметил.

- Веди их в сторону гор, - прокричал Ронан. – Там удобнее позиция.

- Хорошо!

Они выбрали наиболее подходящую скалистую местность и стали ждать. Тиана высадила Ронана на уступ, которого он мог стрелять, а впоследствии спуститься самостоятельно. Механическая платформа довольно скоро доковыляла до них.

- Пора. Не забывайте, мессир, вы обещали мне! Не промахнитесь.

Ронан моргнул и ударил краги друг об друга, активируя их. На миг появилась и погасла в голове ведьмы мысль о том, что инквизиторские доспехи очень красивы.

Тиана ринулась в бой верхом на верной Метёлке. Тень её души выползла наружу, завиваясь в спирали вокруг неё и искрясь. Мир будто выцвел до конца.

- Тьма против Тьмы, - пророкотал Вальдемар.

- Проклятье против Проклятого, - зашипела Тиана, её голос начал меняться, а сознание уходило на задворки мысли – Никто не смеет вредить моему сосуду.

ПРОДОЛЖЕНИЕ

В ответ Вальдемар всего лишь шевельнул пальцем и тьма, витавшая вокруг него, уплотнилась и стремительно полетела вперёд. Тиана вытянула заряд магнитума из Метёлки, закрыла себя щитом. Сияющая полусфера отразила проклятье Вальмара. Оно раскрошило огромную часть скальной породы недалеко от того места, где прятался в засаде Ронан. Тиана испугалась за него.

В сердце Тианы всю её жизнь в этом мире жила тоска по дому. По тому дому, где родилась ее душа, где всегда ясное и чистое небо не закрывает наполовину странный спутник Антис, где в ясные звёздные ночи на нём сияет только Луна.

Сейчас в её сердце горела любовь к этому чужому и волшебному миру, на нём чёрным пятном расплывалась магия женщин, которых прокляли в младенчестве собственные матери. Но Тёмная материя такая же часть всеобщего равновесия, как и Антис.

Когда она успела полюбить всё это? Может быть с самого начала, в те далёкие дни нового детства, когда бабуля собирала пахучие травы и рассказывала ей сказки. В морозные вечера, когда они сидели на крылечке ходунка и слушали, как звенит зимний лес? В тот день, когда умерла Арта и они нехотя спасли молодого инквизитора? Тиана подумала эту мысль и поняла, что ей до слёз жаль, что они с Ронаном никогда не будут вместе.

Тень её души стала разрастаться сопротивляясь напору магии Вальдемара. Краем глаза Тиана заметила голубую вспышку. Вальдемар отмахнулся от разряда Эфира как от надоедливой мухи. Недалеко взорвался ещё один пик скалы, когда в него угодил яркий разряд. Это последнее, что заметила Тиана прежде, чем её стала поглощать Тьма.

Ронан наблюдал за их боем, понимая, что практически не может помочь ведьме. Одержимый обладал ужасающей силой. Он пускал в ход не только Тёмную материю, но и механический ходунок, лапы которого периодически выстреливали вперёд, стоило Тиане приблизиться достаточно близко. Заряда в доспехах и крагах Ронана хватало только на пару выстрелов. Есть ещё меч, но сейчас он был бесполезен.

Тиана сидела на Метёлке, плотно обхватив древко ногами. Кружила над головой Вальдемара. Руки ее проделывали пасы. Тьма нападала и отступала не в силах совладать с мужчиной, который принял магию и стал её частью. Ронан видел, что и Тиана это поняла. Она судорожно вздохнула и Ронан попробовал достать мага испепеляющим разрядом. Ничего не вышло. В тот миг Тиана перестала на себя походить. Магия всколыхнула её волосы, превращая их в вихрь. Он кружился набирая обороты, расширяясь. В воздухе засияли алые и золотистые искры. Они прожигали дыры в Тёмной материи Вальдемара.

- Я рассею твою Тьму, и ты останешься лишь маленькой, жалкой букашкой в этой вселенной. Ни один муж не смеет прикасаться к тому, что чуждо его природе. Я забираю твою магию и твою жизнь.

Тиана наступала, а Вальдемар терял остатки своей магии. Вскоре его ходунок издал металлический скрежет и застыл. Когда последние язычки тьмы слились с ночью, Вальдемар наставил странное оружие на Тиану, но выстрелить не успел. Ронан выпустил разряд магнитума такой силы, что не только человек в один миг рассыпался в пепел, но и расплавилась верхняя часть ходунка.

Доспехи Ронана погасли. Магнитум в них выглядел безжизненным и серым.

Тёмная материя так и продолжала крутиться вокруг ведьмы. Метёлка, описывая круги, спускалась за землю, утягивая за собой обессилевшую наездницу. Ронан стал спешно спускаться со своего укрытия. Добраться до Тианы мешала её магия. Она отторгала инквизитора, не подпускала к своему сосуду. Ронан выпустил Эфир, дав ему свободно растечься по жилам. Идти стало легче.

Перерождение началось. Тьма поглощала Тиану. Сквозь бледную кожу просвечивали чёрные паутинки сосудов. Лицо скривила гримаса боли. Ронан опустился на колени и обнял её.

- Мессир, - прохрипела Тиана. – Убейте меня. Вы обещали.

Она дёрнулась, когти на тонких бледных пальцах прочертили борозду на его доспехах. Вместо ответа Ронан крепче сжал её в объятиях и поцеловал. Эфир заструился от его губ к ее губам, бежал дальше, наполняя ведьму огненной энергией. Тиана забилась в агонии, затем последовал медленный выдох. Её душа переродилась.

___

Дорогие читатели!

Следующая глава будет последней. После завершения книга пару дней повисит на сайте, а затем я её удалю.

Я обращалась к администрации сайта с просьбой сменить псевдоним. Они посоветовали удалить все книги и только после этого у меня откроется такая возможность. Будет перезалив этих двух книг, которые есть у меня на странице.

Эту книгу я перенесу на другой аккаунт (Эльф Скоморох), т.к. и дальше собираюсь работать в жанре тёмного романтического фэнтези.

На этом аккаунте я планирую писать романтические истории по типу «В горах моё сердце». Скоро тут появится лёгкое фэнтези. История про адвоката, который полюбил не ту девушку. Она дикая, темпераментная и любовь к ней похожа на безумие. Новинка стартует в середине лета. ))))

П.С. Если здесь есть поклонники книги «В горах моё сердце», то у меня для вас новость. Ко мне не раз обращались с просьбой расширить эту историю. Мне и самой хочется. Поэтому во время перезалива я буду постепенно добавлять дополнительные эпизоды.

Доспехи Ронана погасли. Магнитум в них выглядел безжизненным и серым.

- Мессир, - прохрипела Тиана. – Убейте меня. Вы обещали.

___

Дорогие читатели!

Следующая глава будет последней. После завершения книга пару дней повисит на сайте, а затем я её удалю.

Глава 23, в которой ведьма и инквизитор приняли соглашение

Стало тихо и темно. Даже ветер исчез. Ронан сидел и качал маленькую бледную ведьму, нежно сжимая её в своих объятиях. Гладил растрёпанные волосы. Она прерывисто вздохнула, и в этот миг Ронан поцеловал её ещё раз. Легко дотронулся до её губ. Усмехнулся, вспоминая сказки, в которых Условием проклятия всегда был поцелуй принца или принцессы. Он грязный уставший инквизитор ни разу не принц, а она маленькая растрёпанная ведьма – ни разу не принцесса. Поэтому он и не смог снять с неё проклятье. Влив в неё Эфир, он лишь уничтожил Тень её души. Но теперь он прекрасно видел, в чём заключается его предназначение. Почему именно он её Условие. Тела ведьм изувечены с младенчества. Душа Тианы не приживётся в нём до конца, если не создаст семью. Он – её семья.

Её ресницы дрогнули.

- Я умерла? – спросила Тиана.

Ронан усмехнулся.

- Пока нет. Придётся тебе пожить ещё немного. В качестве моей жены.

- Лучше бы я умерла, - произнесла она, но улыбка, мелькнувшая на губах, не ускользнула от Ронана.

- Нам надо лететь обратно. Битва ещё не окончена. Маг умер, но его армия никуда не денется. Сможешь управлять Метелкой?

- Да.

Он помог ей встать и оседлать Метлу. Видел, каких усилий ей это стоит. У Тианы от усталости дрожали руки и ноги. Побоялся, что она свалится с огромной высоты, на которую они взлетели. Ронан ухватился за рукоятку Метёлки так, что ведьма оказалась в кольце его рук.

Перерождённые встречались им на пути всё чаще. Они, пролетая над ними, видели, как те разбредались кто куда. Скорее всего, Верховный Совет прикажет отправить за ними отряды инквизиторов и обычных солдат.

Ронан решил, что будет требовать от Совета, чтобы Джон, если он выжил, сначала обучил всех инквизиторов обращать перерождённых вновь в людей. Они ни в чём не виноваты.

Ближе к Нижнему городу встречались очаги догорающих битв. Перерождённые бежали в сторону леса и гор.

- Куда именно мы летим? – спросила Тиана, обернувшись к нему, насколько это было возможно. Её вопрос защекотал ему шею.

- На остров Судьбы. Нам надо в Храм.

- Ты хочешь исповедоваться в грехах?

- Нет. Жениться на тебе.

- Сейчас?!

- Да. Я Условие твоего проклятия. Тьма будет преследовать тебя до тех пор, пока ты не станешь её частью. Ты не из нашего мира, Тиана. Тебе не стать обычным человеком, потому что твоя мать убила тебя. Девочки несут в себе эту Тьму. То материнское проклятие что делает ведьму ведьмой искажено из-за твоей иномирской души. Оно однажды убьёт нас обоих. Я теперь Вижу это Условие. Выхода нет. Или будем жить вместе или умрём.

- Надеюсь, ты расстроен, так же как и я?

- Даже больше, - Ронан не смог сдержать улыбку.

Они слезли с Метёлки у ворот Храма. Тиана не удержалась на ногах и упала, сбив колени. Ронан практически тащил на её себе. От слабости она не могла самостоятельно идти.

В Храме было тихо. Лишь Служитель сидел у белого алтаря из полупрозрачного камня, внутри которого пробегали золотые всполохи.

- А-а-а. Это она, - кивнул сам себе Служитель. – Условия проклятий надо выполнять даже таким оригинальным способом. Положите ладони на алтарь.

Тиана сделала так, как ей велели. Ронан накрыл её руку своей рукой, придерживал её за талию, боясь, что она вновь упадёт.

- Что ж начнём без длинных предисловий. Хотите ли вы инквизитор Ронан Харелл и ведьма…

- Тиана… Меня зовут, Тиана.

- И ведьма Тиана, - Служитель послал ей задумчивый взгляд. – Соединить свои сердца Узами Света?

- Да, хотим, - хором ответили они.

- Да будет так.

Служитель прикоснулся двумя руками к камню. Из каждой его ладони текло в алтарь немного сырого Эфира, образуя две сияющие дорожки, которые соединились ровно под руками Ронана и Тианы. Их кожа стала вбирать в себя преобразованный эфир. Он растворялся, делая инквизитора и ведьму единым целым.

- Теперь вы муж и жена, - сказал Служитель без всякой торжественности в голосе, скорее очень устало.

Тиана вновь обмякла. Глаза её закрылись. Ронан осторожно опустил её на пол.

- Позаботьтесь о ней. Мне надо вниз.

В ответ Служитель лишь кивнул.

Битва продолжалась до самого рассвета. Но это были скорее слабые попытки атаковать. Перерождённые напоминали Ронану зверя, который лишился головы, но всё равно пытается царапаться.

Джона он нашёл ближе к вечеру в одном из лазаретов. Тот лежал без сознания, над ним колдовал один из лекарей. Убедившись, что Джон будет жить, Ронан отправился наверх в Валею.

На Совет помимо командующих всеми подразделениями пришёл и сам император. Вертел механическую ворону в руках с весьма заинтересованным видом.

- Вы говорите, что именно эта игрушка стала виновницей бедствия?

- Не игрушка, а её изготовитель, Ваше Величество, - спокойно ответил его Святейшество, мессир Валентайн. – Позвольте рассказать о нём мессиру Ронану.

Император лениво махнул рукой. Ронан пересказал всё, что знал о Маркусе Вольдемаре, первой сожжённой им ведьме Арте. О бедствии в Пагозе.

- Занятно, - сказал император. – Остались ли какие-нибудь чертежи или записи этого Вальдемара?

- Мы не знаем, Ваше Величество.

- Приказываю узнать и донести все сведения мне, - император встал и, не обращая на раскланявшихся подданных, вышел.

- Мои ищейки могут этим заняться, – сказал главнокомандующий армией зверолюдов.

- Этим будут заниматься все, как я понял, - тихо пробормотал Его Святейшество. – Ронан, прогуляемся?

В ответ Ронан лишь кинул.

- Ты женился, мне уже доложили об этом. Тебя я никуда не отправлю. Твоё Условие проклятия не даст тебе нормально служить короне, а возить с собой ведьму не самое благоразумное решение. Когда Джон придёт в себя, ты научишься возвращать перерождённых и будешь обучать этому всех наших братьев в Академии. А Джон и Стивен отправятся по следу этого Вальдемара и… Эта девушка… Мила. Скажи Джону, чтобы нашёл её раньше остальных. Загадочные дела творятся в мире, Ронан. И это только начало. Постарайтесь сделать так, чтобы никакие губительные сведения не попали людям императора.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Ронан понятливо кивнул, уж больно странно вёл себя их правитель в последнее время.

- И далее. Друзья твоей ведьмы. Они поступили на обучение в Академию. Присмотри за ними. Чую, они ещё не раз себя проявят.

К вечеру Ронан валился с ног от усталости. Сделал над собой последнее усилие и забрал Тиану из Храма. Там ей помогли привести себя в порядок, и она покорно дожидалась его. От усталости не помнил, как они дошли до его комнат.

***

Тиана стояла в дверях, не решаясь войти. Прижимала к себе скудные пожитки и Метёлку. Ронан обернулся на застрявшую в проходе ведьму.

- Могу тебе помочь, - сказал он устало вздохнув.

- В чем?

- Набраться храбрости и войти.

Тиана вздёрнула подбородок и гордо переступила порог. По инквизитору было видно, что в напускную смелость ведьмы он не поверил.

Комнаты у него были так себе. Голые каменные стены, скудная мебель. В воздухе звенело слабое эхо.

К такой лаконичности в интерьере она была непривычна. У ведьм даже потолок занят всякими вещами и заготовками.

- Здесь, - Ронан указал на массивный шкаф. - Ты можешь сложить вещи. Здесь уборная, а там я сплю. И ты тоже.

Тиана хотела отказаться спать с ним в одной кровати, но потом вспомнила, что они женаты по-настоящему. Вздохнула.

- Ладно. А где ты ешь?

- В харчевне неподалёку.

Тиана осмотрела комнату ещё раз. О домашнем уюте не было и речи. Поймала себя на том, что хотела создать семью с ним. И готовить тоже любила ещё со времён жизни в том мире. Мечтала о детях, которые просыпаются по утрам от запаха горячей выпечки.

- Харчевня? Надеюсь, там вкусно готовят.

Ронан подошёл и взял её вещи и свалил их в кучу на столе.

- Что не так?

Тиана пожала плечами.

- Мне надо привыкнуть ко всему этому.

- Как и мне. Располагайся. Я пока схожу в парильню. Она в нижнем ярусе этого дома. Там в шкафу твои вещи, которые остались у нас после того, как ты спрыгнула с айронависа.

Тиана удивлённо взглянула на него.

- Там же были одни тряпки. Мог бы и выбросить их.

- Мог бы, - кивнул Ронан. – Но я их хранил.

Он вышел, оставив ошеломлённую Тиану одну. Она аккуратно разложила свои немногочисленные пожитки легла в кровать, вдыхая терпкий мужской запах, которым та была пропитана. Ронан вернулся довольно скоро. Тихо закрыл за собой дверь и двинулся в ту сторону, где спала Тиана.

Лёг рядом, стараясь не тревожить её.

- Я не сплю, - она повернулась к нему лицом. – Я ждала тебя.

- Зачем? – раздался в темноте голос Ронана.

- Эм-м… просто так.

Послышался смешок. Тиана была рада, что в темноте не видно, как алеют её щёки, и хотела было сконфуженно отвернуться, но он протянул руку и провёл по её плечу, волосам. Нашёл губами её губы. Тишину будоражили вздохи, шелест одежды, шёпот мужчины, который признавался в любви своей единственной и прекрасной ведьме, её краткие стоны.

Потом Тиана лежала в его объятиях, уткнувшись носом в обнажённую мужскую грудь.

- Я умею печь наивкуснейшие булочки, - сонно сказала она.

- Уверен, нашим детям понравится их есть, - он нежно гладил её по голове, вдыхал аромат её волос.

Она почувствовала, как Ронан улыбается и засыпает, слушала мерный стук его сердца и понимала, что, наконец, вновь обрела семью и дом. Вместе они, инквизитор и ведьма, смогут все. Теперь им есть, что хранить и защищать.

***

Император не спал. Его взгляд блуждал по миру, который распростёрся перед ним. Рядом стоял сновидец Велет.

- Ты нашёл моего сына?

- Да, Ваше Величество. Даже двоих ваших сыновей.

- Тогда убей их.

___

Дорогие читатели, через три дня я удалю эту книгу и начну заново загружать ее (все истории из этой серии) на своей второй странице Эльф Скоморох. Вы уже можете найти это аккаунт в поисковике сайта.

Конец