Новый год. Время мандаринов, шоколадных конфет и чуда. И каждый Новый год я была частью этого самого чуда. Снегурочка — веяние волшебства, морозной свежести и ожидания подарков. Снегурочка не требует стишков, она не такая страшная и пугающая,

как Дед Мороз, а ещё всегда защищает детей.

Вот этим на утренниках дети и пользовались. Как сейчас. Только я себе уже не Снегурочку, а клоуна напоминала. Десятки телефонов, возбуждённые лица родителей, желающих заполучить фотографию чадушка, обеспокоенная заведующая, следящая с жадностью маньяка за каждым моим шагом. Вишенкой на торте был Дед Мороз, который совершенно случайно забыл выучить слова. Или просто забыл.

Танец снежинок увлёк не только девочек, но и мальчиков. Весёлый пляс вокруг колючей красавицы был довольно неуклюжим. Но! Я же Снегурочка! Я повторяла движения, улыбалась и пыталась подсказать забытые слова Деду Морозу. Тот тоже приплясывал, хлопал в ладоши и смотрел мне в рот.

— Надо за руки нам взяться! — улыбаясь, пыталась прошептать слова.

— Надо за уроки взяться... — бубнил Дед Мороз, почёсывая колючую искусственную бороду и обливаясь потом.

— За руки взяться!

— Надо за руки нам взяться.

Похоже, что Дед Мороз был не только склеротиком, но и глухим. Хорошо, если немота вновь не нападёт. Я, конечно, и швец, и жнец, и на дуде игрец, но не настолько же! У меня ещё три утренника впереди.

— Крикнуть: «Ёлочка, гори!»

Дед Мороз прокашлялся, подошёл ко мне и начал добродушно басить:

— Надо за руки нам взяться! Крикнуть: «Ёлочка, гори!»

Я даже сказать ничего не успела, как Дед Мороз меня не только с толку сбил, но и оглушил чудовищный звоном. Украшенный мишурой посох едва не пробил паркет, с такой силой наш сторож решил ёлку зажечь. От такого воодушевления не только ёлка

заискрилась, но и глаза заведующей, которая рвала и метала. Молча. Потому что мы ещё не дотанцевали, и всё немножечко шло не по сценарию.

Окружающее пространство вспыхнуло разноцветными огнями. Время замерло. Дети застыли в странных позах, Дед Мороз пугал меня раскрытым ртом, которое напоминало дупло. Заведующая запустила руки в волосы и сверлила меня взглядом. Только я не стала невольной участницей детской игры «Раз, два, три, морская фигура замри!»

Я остановилась и помахала руками. С каких это пор Дед Морозам выдают магически заряженные посохи? Разве это не запрещено техникой безопасности?!

Странный женский голос ошарашил меня, он лился будто патока со всех сторон:

— Подходящая кандидатура найдена. Перемещение начнётся через пять, четыре, три, два... один!

Я рухнула в какую -то аэродинамическую трубу. Меня крутило и швыряло, расставив руки и ноги, летела вниз. Мягкие белые тапочки, которые чуть не стали последней моей обувью, слетели почти мгновенно. Я успела поймать только один. Он чуть не ударил меня в лоб.

— Эй! — возмущённо воскликнула, заходя на очередной вираж. — Эй!

Я обращалась к тому самому женскому голосу. Будто он мог меня услышать.

Подпрыгнув словно на кочке, ойкнула и лишилась кокошника. Он слетел с меня вместе с париком. Мои всклокоченные волосы развевались на ветру.

Мерцающее светлое пространство начало сужаться. Меня стали терзать смутные сомнения: я, конечно, девушка стройная, но не до такой же степени!

— Перемещение закончится через пять, четыре.

— Эй, эй, эй! Меня спросить забыли! Я никуда не хочу!

Но голос занудно продолжала:

-...три, два, один!

Зажмурившись, почувствовала то, что ожидала почувствовать: я застряла подобно Винни -Пуху. Мерцающая труба сузилась как воронка, ну а я стала пробкой.

— Не надо было столько пирожков с капустой есть! — упёрлась руками и пыталась выбраться. — Я не пролезу!

Тут я ощутила щекотку. Чьи-то холодные пальцы вцепились в мои щиколотки. Я лягнулсь пару раз, но незнакомца это не остановило. Меня потянули, и я с лёгким хлопком вылетела куда-то, как та самая пробка из бутылки.

Под руки попалось что-то металлическое и холодное. Я вцепилась пальцами в нечто резное и истошно закричала:

Мама!

Я видела белый потолок, лепнину, а держалась я за большую люстру. Она качалась под моим весом, а я вместе с ней, словно мартышка на пальме. Приятный холодок, скользнувший по ногам, смутил меня. Подняла взгляд и заметила, как в исчезающей мерцающей воронке торчал край моего платья Снегурочки.

Люстра хрустнула, накренилась, а затем и вовсе рухнула. А я вместе с ней. Зажмурившись, ждала, когда меня придавит всей этой конструкцией. Но боялась я зря, а вот стол моего вторжения не выдержал. Приземление было жёстким, и я размочила счёт по разгромам: два — ноль в мою пользу. Сложившись пополам, хлипкий стол теперь напоминал гамак, в котором я и оказалась. Меня осыпало бумагой, перьями, а затем и вовсе чернильница рухнула, и мои ноги стали напоминать лапы далматинца.

— Прелестно...

Плюясь и ругаясь про себя, отбрасывала волосы с лица.

Надо мной в окружении голубоватой дымки парила люстра. Я, развалившись подбитой Снегурочкой чуть ли не в чём мать родила, делала возлежание на чьем -то рабочем столе.

Вскоре к люстре присоединились двое мужчин. Они нависали и удивлённо разглядывали меня. Один из незнакомцев, щеголяя опрятной бородкой и короной на голове, тут же напомнил мне принца. Очень уж похож! Для короля слишком молод.

Второй мужчина ничем примечательным не отличался. Только вот на приятном лице удивление не было таким. неожиданным, а взгляд карих глаз и вовсе меня смутил. Просто мужчина перевёл его ниже.

— О! Я не думал, что ваша магия сработает так быстро, фэр Итан!

— Что вы, ваше величество, это не ваша. суженая.

Мужчина в короне выпрямился и тяжело вздохнул:

— Жаль, хорошенькая!

Незнакомец с красивыми карими глазами нагло вцепился в моё плечо и перевернул меня набок:

— Человек?!

— Эй! — в ход пошёл тапочек, который неимоверным чудом остался в моей руке. Шлепок был звонким и окрасил щеку наглеца в алый цвет. — Я на вас в суд подам! Это же похищение! Вы знаете, сколько законов нарушили?

Я прикрывалась руками и пунцовела как свежий мак. Жутко хотелось куда-нибудь убежать, но спина болела так, что я даже встать не могла.

— Мда, — мужчина тяжело вздохнул и потёр щеку. — Не такую. гостью я ждал! — исправившись, незнакомец улыбнулся и протянул мне руку: — Добро пожаловать в

Эрению, фэра! Я могу предложить вам работу, — за спиной мужчины появились крылья, полупрозрачные такие, похожие на крылья бабочки. — Вы будете моей няней?

Наверное, при падении я очень сильно ударилась головой, поэтому у меня начались слуховые и зрительные галлюцинации. Фэра? Эрения? Непонятные видения... Я уже молчу про те прелестные крылья, которые появились за спиной кареглазого незнакомца. С каких это пор люди такие летательные устройства отращивают?

Я даже пару раз глаза потёрла, но видения не исчезали. А когда попыталась дотронуться до полупрозрачных крыльев, меня ловко остановили одним лишь только взглядом.

Люстра продолжала парить под потолком, разгромленный стол вносил некоторое оживление в строгую обстановку явно рабочего кабинета. Коронованная особа удалилась, оставив меня и странного мужчину с крыльями наедине.

— Ай!

На меня сверху свалилось что -то тяжёлое. Удерживая в руках грубоватую ткань, с удивлением разглядывала вычурный парчовый халат. Я поспешила его накинуть на плечи и подпоясаться.

— Итак, фэра, как же мне к вам обращаться? — мужчина щелчком пальцев вернул люстру на своё законное место. Затем со вздохом повернулся к разрушенному столу и привёл и его в нормальный вид.

— Эм.

Я, застыв посреди просторной комнаты, оглядывалась и пыталась понять, что же всё-таки произошло. Кабинет. Оформление такое, будто я по мановению волшебной палочки, точнее, по стуку посоха, оказалась в девятнадцатом веке.

Высокие окна прятались за длинными тяжёлыми портьерами. Полки деревянных шкафов поражали меня удивительным порядком и ровным строем книг. В дальнем от меня углу стояло вычурное кресло с подставкой для ног, а рядом красовалось нечто, похожее на торшер.

Стол, вернувшийся к первоначальному виду, вновь был заставлен странными склянками, завален перьями и бумагами — единственное место, в котором царствовал хаос.

— Это же шутка, да? Ну, признайтесь: где тут видеокамера?

Крутила головой и с неуверенной улыбкой смотрела на мужчину. Мои глаза упорно лезли на лоб, потому что крылья за спиной незнакомца не стремились исчезнуть. Нет, они переливались всеми цветами радуги, подрагивали и вызывали у меня нервный смех: этот мужчина фея? Или фей? Мужчина — фея. Так, стоп! Фей не существует!

Попятилась назад, приближаясь к окну. Пока мужчина что -то тихо говорил, я добралась до портьер и одёрнула их.

Лучше бы этого не делала!

Пару раз моргнув, тут же задёрнула их. Покачала головой. Снова раздвинула портьеры.

— Если вы будете делать немного быстрее, то чудесно вытряхните всю пыль и облегчите жизнь моей горничной, — немного ехидный голос меня отрезвил. — Фэра, всё происходящее — реально.

Да?!

Окончательно раздвинув портьеры, я увидела... два солнца, повисших на ярко -голубом небе. Я щипала себя с жутким остервенением, пытаясь очнуться. Может, Сергей Иванович меня посохом задел? И я сейчас лежу в больнице с травмой головы. Логично ведь! А вот два солнца и мужчина-фей ни черта не логичны!

Я прижала ладони к щекам и выдохнула.

— Меня зовут Итан Тэнер, фэр Итан Тэнер. Вы оказались в моём поместье из -за. досадной ошибки. Я уверен, что смогу вам всё объяснить.

С диким выражением лица обернулась и вытаращилась на мужчину. Он, увидев мою реакцию, поперхнулся, хмыкнул и прервался. Поджал губы и вздохнул.

— Лара. Ларочка, ты просто стукнулась головой! Ты перетрудилась, неделя утренников, два праздника подряд, семь разных сценариев и обилие Дед Морозов со склерозом, — вдыхая и выдыхая, металась возле окна. Дошла до стула, стоявшего возле стола, и села, точнее, рухнула. Принялась массировать виски и бормотать: — Бред. Это всё бред!

Лёгкое покашливание напомнило мне о том, что я здесь не одна.

— Наверное, мой внешний вид вас смутил.

Я подняла взгляд на мужчину. Он поправил тёмно -синий бархатный пиджак, а крылья позади. исчезли. Теперь передо мной стоял молодой мужчина, брюнет, достаточно красивый и обаятельный. А ещё высокий, голову пришлось задрать.

— Да. Не каждый день видишь крылатого. мужчину.

— В вашем мире нет волшебства, я это знаю.

— В моём мире?! — икнув, захлопала глазами. — А сейчас.

— Сейчас вы в моём мире. Я кое-кого искал, но моё заклинание ошибочно выбрало вас, — мужчина улыбнулся и хитро прищурился. — Так что могу предложить вам только должность няни.

За-ме-ча-тель-но!

Мало мне воспитательского быта, так теперь ещё и в няньки записали!

— Нет, — улыбнулась и покачала головой. — Это всё плод моего больного воображения. А если не так, то вы. фэр Итан вернёте меня домой, правда? Вы же волшебник, я так поняла. Фей!

— Эм... — мужчина замялся и выпрямился, расправив плечи. — Да, я владею магией. Но не всё так просто.

— С чем? — я напряглась.

— Видите ли.

Что должно было последовать за «видите ли», я так и не узнала. Шуршание бумаги отвлекло моё внимание. Листики пришли в движение, а потом показались мохнатые лапки: фиолетовые, пушистые и. пугающие. С мелким дробным стуком на стол выполз большой паук. У меня даже дыхание перехватило, а потом я истошно завопила:

— А-а-а!

Под руки попалась какая-то папка. Забравшись на стул с ногами, стала бить плоским оружием по столу, пытаясь прихлопнуть юркую тварь. Та же уворачивалась и таращилась на меня десятком глаз.

— Ты чего кричишь? Чумная! — паук отскочил назад и повернулся к мужчине. — Кто это? Что за визгливое создание, фэр Итан? Очередная суженая?

— Нет, Базио, это наша новая няня, для Остина.

— О! — паук оживился и довёл меня до обморока своими жвалами, лапками и выпученными глазами. — Тогда долго она не продержится.

Дальше я уже не слушала. Меня охватила странная слабость, и я сползла по стулу. Слишком много необычного для обычной воспитательницы: фей, говорящий паук. Сергей Иванович, из чего ты свой посох сделал?

Мягкая постель. Такая уютная, тёплая, что даже глаза открывать не хотелось. Я уже слышала, как Таня, моя соседка по квартире, зовёт меня пить кофе и.

— Базио, ты уверял меня, что заклинание сработает!

Мужской голос, раздражённый и встревоженный меня удивил: откуда в нашей квартире вообще взялся мужчина и про какое заклинание он говорит?

Поморщилась и вцепилась пальцами в лёгкое покрывало.

— Фэр Итан, так оно и должно было быть. Я всего лишь книжным червём рыскал по всем этим древним свиткам и.

Теперь раздался немного писклявый и такой же недовольный, как и я, голос. Понять, чей он, у меня не получилось: ни мужчина, ни женщина.

— Это хорошая мысль! И правда, Базио, я обращу тебя именно в книжного червя! Маленького, сморщенного.

— Мой достопочтенный фэр, кто тогда будет присматривать за поместьем?

— А ты не иронизируй, Базио! Червяком тоже можно трудиться. Будешь меньше времени проводить на кухне. Элис постоянно жалуется, что ты объедаешь её.

— Я? Элис?! Фэр Итан! Как вы могли такому поверить?

— Базио, я помню, каким ты был при жизни...

Чем сильнее возмущались спорщики, тем глупее я себя чувствовала. Странные воспоминания и ощущения, например, ноющая боль в пояснице, стали пугать. Неужели вся та ерунда с падением, няней, мужчиной -феем и говорящим пауком - правда?

— Она не справится с Остином, фэр. Он и не таких до седых волос доводил. Дня не пройдёт, как эта. громкая и шумная дамочка, которая меня убить вашей папкой пыталась, захочет домой.

— Угу, Базио. Вся проблема в том, что домой она не попадёт! Даже если этого захочу я и приложу все силы. Никто в нашем мире не способен разорвать вязь этого заклинания!

Не выдержала и открыла глаза. Робко осмотрелась: балдахин, резные столбики, уютная обстановка. Приподнялась на локтях и поморщилась от напомнившей о себе пояснице.

Чуть поодаль от кровати, на которой я лежала, стоял знакомый уже мне фей. Лицо у него было каменным, просто непроницаемым. Наверное, потому, что над ухом мужчины на тонкой белёсой паутинке болтался паук. Он мерно раскачивался и бубнил:

— Мы ещё не пробовали! Отправьте эту дамочку домой, и проблем не будет!

— Я уже пробовал. — мужчина свёл брови на переносице и поджал губы. — А теперь она ещё и во всех списках!

От эпичного жеста, которым обычно ладонью все эмоции по лицу размазывают, мужчина удержался. Он будто очнулся и понял, что я молча пялюсь на их сладкую парочку и нагло подслушиваю разговор. Фей невообразимо переменился в лице. Теперь мужчина стал добродушным и улыбчивым.

— О! Это замечательно, фэра, что вы очнулись. Наверное, перемещение вас утомило, а падение. Сегодня отдыхайте, а завтра мы попробуем поговорить снова.

Зажмурилась, мотнула головой и, собравшись с мыслями, возразила:

— Ну, может спина у меня и болит, но на голову я ещё надеюсь. Фэр Итан, я правильно расслышала? Так вас зовут?

— Именно.

— Значит, я попала в другой мир, — осторожно завела прежний разговор, — вы — фей, рядом с вашим ухом висит отвратительная мохноногая тварь, к тому же ещё говорящая, и я должна принять ваше предложение и стать няней для какого -то. особенного ребёнка? И, если я всё верно поняла, отказаться я не могу.

Мужчина казался невозмутимым, но чем дольше я говорила, тем выше поднимались уголки его губ, пока на лице не расплылась лёгкая улыбка.

— Поверьте, фэра...

— Лариса, можно просто Лара.

— Фэра Лара, я скажу честно: мы оба оказались в щекотливой ситуации. Мне нужно время, чтобы всё исправить. Если вы мне поможете, то мы быстрее со всем справимся.

— Ага, выбора у меня нет. Чудненько! Без меня меня женили.

— Я выделил вам эту комнату. Вы будете здесь жить. Ужин уже прошёл, но я попросил Элис, чтобы она вам приготовила лёгкую закуску. Утром я расскажу вам всё подробнее и.

Чудовищный грохот сотряс дом. Я даже на кровати подпрыгнула, когда всё вокруг задрожало от пронизывающей ударной волны. Следом за ней последовала звуковая атака. Что-то среднее между помехами сломанной магнитолы, визгами застрявшей в водосточной трубе кошки и воплями соседа -алкоголика.

— Боги, это он!

Паук Базио с испуганным воскликом брякнулся на пол и куда -то торопливо засеменил. Я только и успела увидеть, как он скрылся за дверью, юрко прошмыгнув под ней. Мужчина-фей тоже было заспешил, но я его остановила:

— Неужели вы оставите меня здесь одну?

— Вам ничего не угрожает.

— Нет-нет! Я одна здесь не останусь. Особенно, когда монстры.

— Это не монстры, фэра, — мужчина смутился. Затем, поколебавшись с мгновение, подошёл к моей кровати. Протянул руку и очень заботливо взялся за мою ладонь, помогая мне встать на ноги. Я запахнула халат и, кряхтя, направилась вместе с мужчиной к двери.

— Это мой племянник, Остин.

— О! — у меня глаза сами собой на лоб полезли. — Чудо-мальчик, которому я теперь няней прихожусь?

— Я уже не в том возрасте.

Было непонятно, чего больше в голосе мужчины: сожаления или облегчения.

За дверью моей комнаты оказался широкий коридор. Он был светлым, просторным и уютным. Я явно попала не в дом Синей Бороды или графа Дракулы.

Мы быстрым шагом шли к лестнице, оттуда поднялись на второй этаж, завернули за угол и оказались перед массивной дверью. Мужчина под очередной душераздирающий вопль со вздохом открыл её:

— Лучше бы вы с утра сюда пришли, фэра!

Я со смесью ужаса и любопытства заглянула в комнату. У меня волосы дыбом встали.

О! Мой! Бог!

В комнате самого безумного субкультурного подростка и то было бы чище! Гибрид спальни и игровой, выделенной племяннику этого прекрасного мужчины-фея, был в очень печальном состоянии. И виной всему... тот самый Остин.

Увидев малыша, который истерично рыдал и парил в воздухе, у меня сердце сжалось. Господи, он тоже фей! Вон даже крылья торчат, при этом сам мальчик ничем не отличался от обычного ребёнка. Ему, наверное, было около года, не больше.

Колебалась я недолго, оттолкнув своего нового нерасторопного босса, кинулась к мальчику. Сделать это оказалось непросто.

Это стало моим первым. открытием. Мальчик не только своим визгом стекла разбивал, но и обладал таким же магическим талантом, как и его дядя. Я будто натолкнулась на невидимую мягкую стену. Плывя в воздухе, маленькими шагами приближалась к мальчику.

Да, натворил делов этот белокурый ангел! Игрушки и мебель висели в несуществующем киселе. Тут же плавали кусочки еды, капли жидкости. Похоже, что малыша пытались накормить, но безуспешно. Дядя малыша пытался окружить его заботой и самым лучшим, что у него было. Одежда, мебель. Да и сам ребёнок не выглядел замученной игрушкой, но всё равно было что-то не так, что-то, что его беспокоило. Вот малыш и транслировал своё недовольство на весь дом.

Странный толчок в спину придал мне ускорения. Пролетая мимо зеркала, краем глаза заметила, что у мужчины, оставшегося на пороге комнаты, между пальцев пробежала голубая искра.

Расставив руки, я ловко схватила малыша. Пухленький и довольно увесистый. Когда я работала в яслях, самому младшему было полтора года, с такими малютками почти не сталкивалась. Племянница не в счёт.

Белокурые волосы чуть отливали рыжим и вились крупными локонами. Карие глаза были единственным сходством с дядей. Заливаясь слезами и сжимая кулачки, мальчик продолжал надрываться.

— Тише, тише, маленький. Ну чего ты раскричался? — тихо бормоча, принялась инстинктивно укачивать ребёнка. — У тебя что-то болит? Или тебя обижает тот злой крылатый дядя?

Мальчик стал затихать и удивлённо поднял на меня взгляд. В больших глазах блестели слёзы, они сверкали едва ли не бриллиантами в мягком свете настенных ламп. Крылья неведомым образом исчезли, теперь у меня на руках был вполне обычный ребёнок.

— Так обижает? Да? И что он сделал? Меня вот из моего мира выдернул, спустил по какой-то трубе и почти голой уронил на стол, — не меняя интонации, разговаривала с мальчиком. — Игрушки плохие купил? Или кашей невкусной накормил? Остин, малыш, давай я встану на ноги.

Моё увещевание увенчалось успехом. Мальчик, всё ещё прислушиваясь, пихал пухлые пальчики в рот, слюнявил их и таращился на меня маленьким изумлённым совёнком. Прозрачный кисель стал исчезать. Едва мои ноги коснулись пола, как все с грохотом рухнуло вниз. Мебель, игрушки, остатки еды. Теперь кавардак стал совсем натуральным.

— Ну, чего ты плачешь? Тебе давно пора спать, а ты тут бузишь. А ты такой славный и хороший малыш, и зря на тебя твой дядя и его ручной мутант-паук наговаривали.

Я, позабыв о боли в спине, прижала мальчика к себе так, чтобы его щека оказалась на моём предплечье. Огляделась по сторонам и нашла чудом уцелевшую чашку воды, стоявшую на комоде, который уже лишился всех ножек от такой дикой пляски. Подошла, промыла пальцы и, выдохнув, сделала самое смешное лицо, на которое была способна.

— Давай-ка посмотрим, что тебя там беспокоит, — я стала так же таращить глаза и повторять всю мимику этого малыша. — Открой рот!

Наверное, проще руку в пасть акулы сунуть. Я же не знала о физиологии и анатомии этих... феев ничего! Вдруг они ядовитые? Или зубы у них в четыре ряда?

Чуть поморщилась и коснулась пальцев верхней десны малыша. Ну да, зубы лезут. Парочка уже прорезалась, но вот по соседству было что-то плотное и опухшее. Я помню, как моя сестра мучилась с Вероникой. Вечно мазала ей дёсны гелем, пихала ей прорезыватели и. делала массаж.

Что ж, ни первого, ни второго у меня не было, а вот третье — почему бы и нет? Я принялась массировать десну.

— Так лучше? Не так болит? Бедняжка. Зубы, это такая гадость! Из -за них весь этаж, на котором жила моя сестра, не спал. Конечно, Вероника не пыталась разбить силой голоса бокалы, но жаловалась на зубы она громко.

Я продолжала укачивать мальчика. Он уже затих и теперь только удивлённо разглядывал меня. Конечно, такую болтливую чудачку ещё поди отыщи! Но иногда вот таких вот капризуль можно только уболтать.

— Значит, зубы. Наверное, ты ещё и плохо ел, — я обернулась к мужчине и выразительно вытаращилась на него. Но намёком этот фей не понимал, он таращился в ответ и выглядел так, словно его пыльным мешком из-за угла стукнули. Да не раз. — Что ты любишь? Фруктовое пюре? Кашу? Мясо? Печенье? Молоко? Или вас нектаром и пыльцой из гигантских роз кормят? — не меняя интонации, обратилась к новоиспечённому боссу. — Раз, два, три, морская фигура отомри! Эй, как вас там, фэр или сэр, мистер? Было бы очень благородно с вашей стороны помочь мне. Например, подсказать, чем накормить вашего племянника.

Продолжая стоять на пороге, мужчина удивился лишь сильнее и сделал странный пасс с рукой. Глубокая плошка сама взмыла в воздух, затем появилась странная воронка, из которой, как из рога изобилия, полилась каша. Ложка плюхнулась в последний момент. Плошка приблизилась ко мне подобно летучему фрегату. Я ловко перехватила ложку и, прежде чем кормить мальчика, попробовала кашу сама.

— Нормально. — буркнула под нос. — Итак, Остин, давай я тебя посажу и.

Это стало фатальной ошибкой. С меня чуть скальп не сняло звуковой волной. Пришлось тут же прижать мальчика к себе и с утроенной силой начать его укачивать.

— Ага, значит, с рук ты уходить не хочешь... — влажный взгляд Остина послужил подтверждением. Поморщившись, перехватила ребёнка удобнее. — Послушай, гномыч, ты тяжёлый, а я не рестлер и даже не бодибилдер. И скоро мои руки станут как у орангутанга, то есть отвиснут до пола, если я тебя куда -нибудь не посажу. Поэтому.

Вторая попытка тоже не увенчалась успехом.

Что-то с силой подбило мои ноги. По коленям будто исподтишка стукнули. Я с воскликом упала на что-то удобное и мягкое: кресло-качалка, и снова спасибо мужчине-фею. Плошка, всё ещё подчиняясь его воле, подплыла ко мне. Я усадила мальчика к себе на колено, приобняла и сунула первую ложку каши в рот. Остин, недоумённо замерев, похлопал глазами и как-то подозрительно посмотрел на меня.

— Поверь мне, лучше тебе эту кашу съесть! — я негромко пропела, улыбаясь так, что любой маньяк нервно пританцовывал в стороне. — Она вкусная, а у тебя в животе урчит. Поешь, и я тебе опять десну помассирую. А потом. — зачерпнула очередную ложку каши, — потом я попытаюсь объяснить твоему дяде, что такое прорезыватель. Думаю, эта игрушка тебе поможет. И ты сможешь поспать. — Остин немного нахмурился и перевёл взгляд на дядю, а тот даже побледнел. Мда, теперь понятно, кто в доме хозяин. — Я не знаю, есть ли тут алхимия, зельеварение или нечто подобное, но. Если хорошо охладить твои дёсенки, то больше стеклить окна в доме не нужно будет. Ну, как тебе каша? Вкусно? Да? Я вот тоже есть хочу, но ты меня лишил какой -то вкусной закуски, но не беспокойся, на твою кашу претендовать не буду.

Пока малыш неуверенно жевал кашу и смотрел то на меня, то на своего дядю, я разглядывала Остина. Забавный костюмчик был весь перепачкан едой. Можно было составить меню по этим пятнам. Кашу я тоже здесь нашла, но, видимо, причина недовольства была именно в зубах. Плошка уже опустела. Я стала оглядываться в поисках чего-то, чем можно было утереть малыша. Салфетка появилась из ниоткуда — как удобно!

— Итак. ты поел, зубки не так беспокоят. Что скажешь насчёт поспать?

Я по взгляду Остина поняла, что если посмею снять его с колена, то точно лишусь волос на голове. Вымученно улыбнувшись, усадила мальчика удобнее. Мерно покачиваясь в кресле, сверлила недовольным взглядом фея, который так и стоял на пороге. Будто племянник ему грозил голову откусить, если мужчина сделает шаг вперёд.

— Хм. Тогда давай расскажу тебе сказку. Жил -был колобок, был он добрым и милым. Однажды его засосало в странную трубу, он вылетел в мир фей и бабочек. Катился этот колобок, катился. А в животе у него урчало, почти как у тебя! — выразительно посмотрела на мужчину. — Колобок есть хотел! Еды ему никто не дал. Вот и катился он дальше. И чем дальше катился, тем сильнее ему спать хотелось. Вокруг же летали только бабочки и феи.

— Закуска ждёт колобка, — мужчина вклинился в мою сказку и заслужил разгневанный взгляд, потому что Остин начал засыпать. — Как и мягкая постель.

— Колобка не отпускали!

— Ничем не могу помочь, — мужчина виновато улыбнулся и вновь вздохнул.

— Ох, бедный колобок! — покачала головой и посмотрела на вялого и сонного Остина. Он держался за мою руку и теперь грелся о мой живот. Малыш уже готовился впасть в объятия Морфея. — Бедный, бедный колобок...

Третья попытка ссадить Остина вновь провалилась. Едва он понял, что я собираюсь сделать, тут же открыл глаза.

— Колобок очень хотел спать! — приказным тоном возразила и прижала мальчика к груди.

К колыбели я пробиралась как сапёр по минному полю. И дело даже не в разбросанных вещах, а в том, что неосторожное движение могло его разбудить. В постель Остина я положила с мучительным боем. Пактом о перемирии выступило пожатие — я стояла над колыбелью и держала Остина за руку. Только так мальчик был согласен спать.

Согнувшись буквой «зю», выдохнула и посмотрела на мужчину:

— Колобок всё ещё хочет есть! И колобок не кусается, — выразительно подняла брови. — И колобок явно не хочет здесь стоять так всю ночь.

Мужчина нахмурился. Потоптавшись, нерешительно зашёл в комнату и замер. Кары небесной не последовало, Остин не проснулся. Мой босс облегчённо улыбнулся, а его глаза засияли от радости.

Рядом со мной материализовался небольшой поднос.

Ну что же, теперь меня с ложки кормить будут.

Романтика не состоялась. Но ужин был великолепным. Всё оказалось очень вкусным: что-то похожее на суп, но сливочный, тушёное мясо, нежное и ароматное, незнакомые мне овощи, корзинка с фруктами и прекрасный морс. С помощью хитрой манипуляции я поменяла руки и теперь спокойно ела правой рукой, а левой, протиснувшись мимо перекладин колыбели, сжимала пухленькую ладонь Остина. Тот спал и видел если не десятый, то третий сон точно.

— Ну, фэр Итан, я могу проявить кошачье любопытство? — я доела суп и переключилась на мясо. Голод оказался таким зверским, что на мясо я едва ли волком не набросилась. — Могу задать миллион глупых вопросов?

— До чего же она говорливая!

От переполоха и очередного визгливого цунами нас спас кусок мяса. Он был большим, и я его не успела прожевать, когда на плечо мужчины, сидевшего рядом со мной на простом стуле, забрался знакомый паучок.

— Базио, ты смущаешь нашу гостью, — мужчина ловко подставил ладонь и позволил пауку переползти на неё. — Прими более приличный облик.

— Но так я могу заползти в каждый угол! Если её пауки смущают, то это не мои проблемы, — неуёмное существо щурилось своим десятком глаз и смотрело на меня так, будто я ему смертельную обиду нанесла. — Я никому ничего плохого не сделал.

— Базио, — в голосе мужчины появились бархатные нотки. Фей склонил голову и внимательно посмотрел на паука, — не упрямься!

Паук фыркнул, спрыгнул с ладони мужчины к нему на колени, а затем и на пол. С лёгким хлопком Базио скрылся в розоватом облаке из пыльцы. Прошла секунда и я теперь смотрела на прекрасного фиолетового кролика. Тот встал на задние лапы, а передними упёрся в бока. Нервно отбивая ритм лапой, развесил уши.

— Так лучше?

Говорящий кролик... Это какое Кэррольство! Правда! Я стану Алисой, мой новоиспечённый начальник — безумным шляпником, кролик есть. А Остин. Остин был бы Червонной королевой, потому что его тут боялись все.

Я икнула и чуть не подавилась мясом, пришлось судорожно запивать всё морсом. Мужчина всё это воспринял несколько иначе:

— Базио, не думаю, что девушки в нашем мире и в том, откуда фэра Лара, одинаково любят пушистый мех. Я знаю это, так что.

— Ладно! Хорошо!

Кролик, закатывающий глаза, зрелище не для слабонервных. Я так впечатлилась, что выпила аж два стакана морса. Базио вновь растворился в розоватой дымке. Теперь я увидела кота. Большого такого, пушистого, с красивенным хвостом и откровенно наглой мордой. Точно, что Базио!

— Так лучше? — Базио обмахнулся хвостом и недовольно посмотрел на меня: — Я управляющий, а не домашняя животинка. Не думай, что дам чесать пузо или у меня возникнет желание забраться к кому-нибудь на колени.

Я кивнула.

— Вот что, Базио, оставь нас ненадолго. Нам нужно с фэрой поговорить наедине.

— Стоило котом оборачиваться, чтобы ждать под дверью.

— Я позову тебя чуть позже.

Но Базио уже не слушал. Преисполненный чувства собственного достоинства, он удалялся к двери, пока и вовсе не вышел из детской.

— Сварливый и вредный, будто ему сто лет. — отложила вилку, вытерла пальцы салфеткой и взяла странную ягоду, похожую на гигантскую чёрную смородину.

— Ему триста четыре, но это неважно! — мужчина махнул рукой и откинулся на спинку стула. Расстегнул пуговицы на своём бархатном пиджаке и впервые за весь день выглядел человеком: усталым, немного недовольным и сонным. — Важно то, что вы нашли общий язык с Остином, фэра, что очень и очень... странно!

— Ну, мне по роду деятельности это положено, — улыбнулась и пожала плечами. — В том мире, откуда вы меня наглым и бесцеремонным образом выдернули, я была воспитательницей. Моя жизнь связана с детьми.

— Здесь было столько профессиональных нянь, что это слабое объяснение.

— Значит, я просто понравилась этому малышу, — тяжело вздохнула и посмотрела на спящего Остина, который продолжал сжимать мою левую руку. — Зачем вы вообще меня сюда притащили? Дефицит нянь?

Мужчина немного смутился. Самую чуточку. Ослабил воротник кружевной рубашки, слегка покраснел и отвёл взгляд.

— Я начну с другого. Мой брат, Ричард, не так давно умер. Болезнь. А его жена, Джоан, исчезла сразу после родов. Мой старший брат был и отцом, и матерью для Остина. Поэтому с его смертью Остин потерял всё. У меня нет связи с мальчиком. я. я занимаюсь скучной работой, очень монотонной и однообразной. И места детям в ней нет. Но Остин мой племянник, я не могу его бросить. Поэтому я решил, что стоит найти мать Остина.

— Она их оставила? — я перебила мужчину. — Оставила собственного сына?

— Мой брат обладал таким же даром, как и я: он способен найти суженую или суженого, но вот себе он подобрал ужасную пару. Я её даже ни разу не видел! Она то уходила от Ричарда, то возвращалась. Как её угораздило ребёнка родить, так уму непостижимо!

— Да, родителей не выбирают, — посмотрела на Остина. — Бедный мальчик! Но я всё ещё не понимаю, почему я? Неужели у вас тут подходящих дам нет?

— Я решил, что какой бы мать не была, но она всё же мать. И если она узнает, что Ричард умер. Но я никогда не видел жену брата. Я не знал, кто она. Найти её мне должно было помочь заклинание, которое отыскал Базио в архивах. Но, видимо, что -то пошло не так. — мужчина пустился в пространные рассуждения. — Это просто невозможно! Иномирянка, без магии, обыкновенный человек.

Мда. весело мне будет! Похоже, что я тут стану самой настоящей белой вороной. А жаль! Было бы неплохо научиться летать или читать мысли, призывать себе поднос с едой, например. Удобно! Я же не знаю, где тут холодильник.

— Это плохо?

— Что вы, фэра, не обладаете магией? — в глазах мужчины появилась искра задора.

— Да, именно это.

— Нет, это делает бессмысленным заклинание. Возможно, со временем, я разберусь с заклинанием и смогу вас вернуть, но необходимо время.

— Почему бессмысленным? — я легонько оттолкнула поднос, и тот мягко поплыл по воздуху. Поджав ногу, присела в кресло -качалку и мельком осмотрела спящего Остина.

— Потому что вы человек!

Мужчина вскочил на ноги, удивлённо воскликнув. Затем и вовсе всплеснул руками и покачал головой. Будто озвученная мысль открывала тайну масонской ложи. Я же ощутила себя тупой пробкой, ничего не понимающей во всём происходящем.

— Что вы этом плохого? — нахмурилась и недовольно посмотрела на мужчину.

Внимательно его разглядывая, я сделала неутешительный вывод: мой босс чертовски хорош! И даже крылья его не портят.

— Это означает лишь одно! Вы не можете быть мамой Остина, потому что человек, но в тоже время... Я могу ошибаться, а заклинание - нет.

— Что?! Я? Мама?

— Да, — мужчина закивал как китайский болванчик. — Заклинание ведь призвало вас...

Нет! Что за ерунда? Как я могу быть мамой ребёнка, если он в одном мире, а я — в другом? И я вообще не рожала!

— Я. я не могу быть мамой Остина.

Красноречивый взгляд фея заставил меня сомневаться. Я посмотрела на спящего мальчика и тяжело вздохнула: только этого мне и не хватало!

Проснулась я с ощущением, что мне руку оторвали, а затем пришили задом наперёд. Если не закрутили узлом и не ткнули обратно. А всё потому, что я заснула, держа Остина за руку. Приподняв голову от подушки, сонно прищурилась и поняла, что лежу в той кровати, что мне так благосклонно выделили вчера. Странно. А почему я не в детской?

Покрутила головой и заметила, что колыбель Остина стояла сбоку от кровати. Златокудрый агнец ещё спал, да так сладко, что я пожалела, что проснулась. Пошевелила затёкшей рукой и поморщилась. Ужас! Если так каждую ночь будет, то я скоро ноги, точнее, руки протяну.

Интересно, который сейчас час? Очень рано? Или нет?

Дверь тихонько приоткрылась. С томным придыханием и кряхтением в комнату кто-то зашёл. Этот кто-то, чем-то позвякивая, осторожно крался к кровати. Резной бортик колыбели мешал мне толком разглядеть, кто же ко мне пришёл в гости.

Я сделала вид, что сплю. Шаги стали торопливее. Когда я услышала чьё -то дыхание, то резко открыла глаза и повернула голову до жуткого хруста в шее.

— Ауч! М-м-м... — со стоном схватилась правой рукой за шею. Похоже, что теперь я и голову протяну. — Старая развалина.

Грохот падающей посуды меня напугал. Я первым делом посмотрела на Остина, но тот даже руку мою отпустил и перевернулся набок, сладко причмокнув. Впервые за ночь я получила свободу! Крабом выползла из-под тонкого одеяла и, наконец, смогла разглядеть того, кто пришёл мне утром в гости.

Женщина. В простом старомодном платье тёмного цвета, с белым передником и очаровательным чепцом на голове. Светлые кудряшки выбивались из -под кружевного края головного убора, но почти не скрывали длинные уши, как у эльфов, и кончики острые. Округлое лицо было сплошь усеяно веснушками, перепуганные карие глаза занимали чуть ли не добрую его половину. Вздёрнутый нос. А рот незнакомка закрыла руками.

— Доброе утро! — тихо поприветствовала женщину.

— Доб-б-брое...

— Вы кто?

— Я Шивонн, горничная. Фэр Итан сказал, что пора бы вас проверить и принести вам еды. Время уже к полудню идёт.

— Полдень? Вот это да.

Закряхтев, села в кровати. Вчерашнее падение всё -таки дало о себе знать, как ночь с протянутой рукой и поздний ужин Остина. Всё сложилось одно к одному, почувствуй себя развалиной в двадцать пять.

— Мальчик давно так хорошо не спал, — женщина громко шептала и боязливо поглядывала на колыбель. — И не ел.

— Шивонн, меня зовут Лариса. Если я правильно поняла, то на полу — мой завтрак? Или обед? — мой живот присоединился к беседе своим громким урчанием. — Или так? На один зубок?

— О! — женщина всплеснула руками, что-то шепнула себе под нос и робко улыбнулась. Прошло мгновение и поднос с посудой и едой мягко опустился мне на кровать. — Это не страшно!

Я тяжело вздохнула: мда, печально, что я всего лишь человек. Урони я еду, то сейчас сосала бы лапу. Сидела голодной.

— Это просто невероятно, что мальчик спит! Что он кого -то послушался! — женщина торопливо шептала, расставляя тарелки, чашку. До моего носа стали доносится очень приятные ароматы. Каша, омлет, снова фрукты. — Это не ребёнок, а порождение геенны огненной! Демон! — Шивонн испуганно посмотрела на Остина. — Точно вам говорю: демон, а не вила!

— Вила? — повторив слово с ударением на второй слог, я поморщилась, нещадно кромсая вилкой омлет.

Да! Высшие существа, которые управляют судьбами!

У меня чуть кусок омлета изо рта не выпал. Это что, мужчина стал Вангой? Или он Нострадамус? Как же тогда в такую лужу сел со своим напыщенным индюком Базио? И плевать, что теперь он кот: индюк он и в Африке индюк!

— Ясно, а Базио?

— О, Базио, — женщина загадочно улыбнулась. — Он дух, хранитель этого поместья. Фэр Итан не первый его хозяин. Он один из самых лучших! Даже короли сюда захаживают, — Шивонн приподняла брови и кивнула. Стало ясно, что горничная любит языком почесать.

— Это честь работать с таким человеком. Но вот это создание отравляет жизнь всем!

— Это всего лишь маленький ребёнок! Который лишился и матери, и отца. А если у него ещё какая-то магическая сила... — опасливо понизила голос и вновь посмотрела на Остина, тот всё ещё спал, но изредка двигал ручками. — Ему нужны забота и уход, а не святая вода и обряды экзорцизма!

— Экзорцизм? — женщина подозрительно посмотрела на меня, поправив передник. — Вы что, тоже волшебница? Странные слова говорите.

— Да нет, я обычный человек.

— Фэр Итан приказал, чтобы я первое время помогала вам. Так что можете смело говорить, что делать, я готова, — женщина услужливо склонилась.

— Тогда нам нужна ванночка и чистая одежда. Он не дьяволёнок, а скорее свинёнок. Как от него ещё не пахнет!

В глазах горничной появился дикий ужас. Побледнев, она помотала головой и сделала шаг назад. А я улыбнулась в ответ и закивала.

Возможную экзекуцию по отношению к Остину прервал женский крик. Пронзительный и очень визгливый. Похоже, что все в этом доме обожают баньши и активно её изображают. Орут так, что барабанные перепонки лопаются. Остин проснулся мгновенно. Я только успела прихватить большую ложку каши, прежде чем взять мальчика на руки. Тот сонно зевнул, обхватил меня своими ручками и прижался щекой к моей груди.

На лице Шивонн было столько эмоций, она смотрела на меня так, будто я стала народной героиней.

Женский крик менял тональность. А ещё стал перемещаться. Я удобнее перехватила Остина, с трудом встала и, поправляя знакомый халат, направилась к двери. Шивонн торопливо шла за мной. За дверью нас ждала настоящая катастрофа.

В воздухе очень сильно пахло палёным, а ещё витал дым. Шивонн закашлялась, маша рукой перед лицом. Я покачивала Остина на автомате и пыталась понять, что происходит.

— Вы шарлатан! Мошенник! Вы обещали мне совершенно другое! А теперь. теперь. теперь.

Крики доносились со второго этажа. Не знаю как остальным, а мне уже очень хотелось прибить эту истеричную ду. даму. Палёным теперь откровенно воняло.

— Почему теперь меня нет в списках?! Как?

Мы с Шивонн выглянули за угол. Там по широкой лестнице со второго этажа спускалась юная особа. Волосы у неё дымились, а платье, напоминающее формой и расцветкой свадебный торт, кое-где полыхало. Дамочка пыталась потушить всё веером. Но с каждым новым её воплем, появлялся новый огонёк. Похоже, что её истерика была по -настоящему зажигательной.

— Я была первой в этом списке! Лорд Фаркс, самый завидный жених, вы сказали, что я буду его невестой, а теперь... Теперь в этом списке вместо меня какая -то другая женщина? Ну и кто вы после этого?! Мошенник! Всё королевство узнает!

Мой новый начальник с лицом каменным и невозмутимым спокойно спускался следом и ничем не выказывал своё беспокойство. Будто каждый раз дамочки во время истерик загораются. Вот каждый божий день! У меня даже челюсть отвисла.

Мужчина проводил женщину до выхода, услужливо открыл перед ней дверь, склонился, что-то сказал напоследок и. закатил глаза. Я заметила эту его слабость и улыбнулась. Нет, точно не статуя, живой человек.

— Всего доброго, фэра Ирра, хорошего вам дня!

Когда дверь закрылась, мы все выдохнули с облегчением. Мужчина одним щелчком пальцев открыл все окна. Потоки свежего воздуха стали выдувать не только дым, но и сладковатый аромат духов этой фэры Ирры.

Мой начальник посмотрел на меня, тоскливо улыбнулся и снова вздохнул. Будто теперь от моей истерики платья станут загораться вместе с волосами. Но я покачивала Остина и лишь выразительно приподняла бровь.

— Я уже второй раз слышу про списки. Что за списки? — я повернулась к Шивонн и задала вопрос ей.

— Списки суженых. Тех, кто может стать твоей половинкой. В этом их магия.

— Отлично! Моя начальник — сваха, — хохотнула и покачала головой. — Фей-сваха! Господи, это сюр какой -то!

Но фэр Итан уже подошёл к нам. На лице его появилась странная гримаса. Разглядывая меня, мужчина явно хотел что-то сказать, но сомневался. Остин улыбался своему дяде и выглядел обыкновенным ребёнком.

— Думаю, вам будет не до смеха, фэра Лара.

Оу! Отлично! Что ещё я должна узнать?

— Похоже, что вы только что заняли место фэры Ирры, — мужчина виновато улыбнулся и развёл руками. — Теперь у вас есть жених!

Список. Передо мной лежал список, самый настоящий. Если бы не плавающие по поверхности бумаги имена, то я не таращилась так удивлённо. Мужское имя висело особняком, а вокруг него, подобно бабочкам, плавали имена женские. И среди них действительно было моё. Как -то странно смотрелась Смирновская Лариса Сергеевна рядом с Луизами, Матильдами и прочими благородными дамами.

Да, это так. Я была в этом странном загадочном списке.

Свиток мне показал фэр Итан, а затем поспешил спрятать его в небольшом ларце. Я наблюдала за всеми этими манипуляциями спокойно. Меня больше беспокоил Остин, который успел дотянуться до неосторожно выбившейся пряди волос и теперь усиленно её дёргал.

— Гномыч, мои волосы — не игрушка, — выдрала остатки пряди из пухлой ладошки Остина и погрозила пальцем. — Ну, список. Я просто не понимаю трагизма всей ситуации. Я же не терзающийся сомнениями Гамлет, в чём проблема?

— В том, что... — мужчина замялся и встал со стула. — В том, что одно помешает другому!

Я вскинула брови и чуть не закатила глаза, как совсем недавно это делал мой босс, выпроваживая зажигательную дамочку за порог. Остин оттягивал мне руки, а ещё заметно радовался, что экзекуция с купанием немного откладывалась. Как и завтрак. Или обед? В общем, приём пищи тоже был бы необходим. Похоже, что в этом доме никто не слышал про режим. Всё подчинялось работе фэра Итана, теперь понятно, почему в ней не нашлось места племяннику. Было бы странно искать очередного мужа богатой вдовушке в испачканном кашей пиджаке и с истерично вопящим ребёнком на руках.

Да и дамочки не были бы рады, испачкай Остин их зефирные платья шоколадом, соплями или грязью. Мне на такие мелочи было начхать. Один мальчик в моей группе, будучи отроком трёх лет отроду, любил лакомиться улитками и слизнями. Проворонил момент — получай юного француза! Став немного старше, он начал и других угощать. До сих пор не могу забыть, как склонилась к мальчику нос вытереть, а он мне в рот сунул эту гадость!

Что мне сопли, что мне шоколад. Магия, конечно, в этот список не входила, но привыкать что ли?

Я с трудом уговорила Остина немного посидеть у меня на коленях, сунув ему в руки на растерзание пояс с кисточками от моего халата.

— Чем же это может мешать?

В кабинете сильно воняло палёной шерстью. И хотя Базио уже всё проветрил, едкий запах ещё витал в комнате. Толстый лиловый кот устроился на одном из подоконников и теперь обмахивался пушистым хвостом. Чувствуя подвох, он старался быть подальше от Остина.

— Тем, что одно исключает другое! — мужчина взмахнул руками и посмотрел на меня так, будто я не понимала непреложных истин. Что-то вроде: два плюс два — равно четыре. Поняв, что сморозил глупость, он осекся. Плеснул себе воды в стакан, сделал пару торопливых глотков и ослабил хватку пышной манишки. — У каждого из нас в этом мире есть свой дар, своя магия. Каждый владеет частичкой той силы, что оставили нам первые боги.

Пафос этой речи зашкаливал. Мужчина гордо вскинул подбородок и вещал, пускался в пространные объяснения и сыпал десятками неизвестных слов. Я мрачно разглядывала своего горе-босса.

— Кхм, — кашлянула, прерывая бесконечный словесный поток. — Простите, я могу слушать вас хоть до ночи: голос у вас очень приятный. Но вот Остин... Можно чуточку короче? — я подалась вперёд и показала маленькое расстояние двумя пальцами. — Вот так?

— Я могу найти вам того, кто предназначен самой судьбой! В этом мой дар. Я могу читать древние символы, понимать их смысл и сводить людей вместе так, будто этого требуют сами боги.

— Мда, про любовь в этом мире никто не слышал, похоже, — сердито пробурчала под нос и поджала губы.

— И я знаю человека, который вам подходит. Но по иронии и вы ему подходите! — фэр Итан свернулся в своей пафосной речи и вернулся с небес на землю. — Любовь есть и в нашем мире. Поэтому существуют списки! Есть выбор. Я только подсказываю путь, не более.

— Тогда тем более не понимаю трагизма! Мы можем друг другу не понравится.

— Меня волнует не это, — мужчина немного смутился и отвёл взгляд. Пафос из речи исчез, а вот поза осталась. величественной. Хоть сейчас натурщиком бери! — Заклинание.

— Заклинание? — недоумённо переспросила, не понимая, что ещё могло остаться за гранью моего понимания.

— Заклинание! — обречённо подытожил мужчина.

Йогурт свежий? Угу, грушОвый!

Скептицизм моих мыслей поддержал Остин. Он перестал мусолить кисточку пояса и теперь тянулся руками к бумагам и красивым перьям, которые лежали на столе.

— Это не просто заклинание, это настоящие магические силки!

— Кроликом, вроде бы, был Базио. — вновь буркнула невпопад и заслужила злобный взгляд упомянутого существа. Кот фыркнул и презрительно сузил глаза, сверля меня взглядом.

— Вы в силках. Нельзя прервать эту. — мужчина раздражённо махнул рукой и повернулся ко мне лицом, прекращая возмущать во мне эстетические чувства прекрасным греческим профилем, — связь.

— То есть о выходных можно не мечтать?

Мужчина не вытерпел, ударил ладонью по столу, а потом и вовсе оперся о него и одарил меня таким взглядом, что даже Остин отвернулся и спрятал своё лицо в полах моего халата.

Так, характер у начальника есть.

— Если лорд Фаркс выберет вас, то уйти вы сможете только с ребёнком! Только с Остином!

— А лорд Фаркс богат? — я нахмурилась и ошарашила глупым вопросом фэра Итана. У него даже глаза на лоб полезли от такого моего интереса.

— Неприлично богат!

— Вы почти осуществили мечту: богатый муж, ребёнок, — я перехватила Остина под животом одной рукой, а на второй принялась загибать пальцы, — машины нет, но карета тоже сойдёт.

— Мечту? — у мужчины даже голос сел. — Я не отдам своего племянника!

— Это был сарказм, — улыбка сползла с моего лица. Теперь я говорила абсолютно серьёзно. — Моя психика ещё может принять фея-сваху и ребёнка с волшебными силами, но вот мужа мне не нужно! Это не те дроиды, которых я ищу. Это совсем не моя мечта! И я не хочу становится чьей -то жёнушкой, чтобы потом ходить в зефирном платье и изрыгать вместе с огнём тонну проклятий!

Перевела дух. Выдохнула, улыбнулась Остину и встала.

— Можете быть спокойны, ни к какому лорду я не хочу. И не пойду!

— Это не вам решать...

Так, а теперь вот запахло трагедией. Что-то из разряда «Отелло», и я точно не буду играть роль Дездемоны.

— Список попросил лорд Фаркс, он и будет решать. И, — мужчина грустно улыбнулся, — ему вы точно понравитесь.

О! Всё-таки без меня меня женили...

Странный блеск в глазах фэра Итана меня насторожил. Отчаяние немного отступило, хотя, чего греха таить, меня обложили со всех сторон! Ребёнок, фей, заклинание. Теперь ещё и лорд. Так и хотелось крикнуть: горшочек, не вари!

— Вы. вы что-то хотите предложить?

— Фэра Ирра натолкнула меня на мысль, — мужчина улыбнулся и обезоружил меня этим.

— Очень озорную мысль.

Нет, фэр Итан не будет Безумным Шляпником, он будет Чеширским котом! Потому что улыбка у него сейчас была точь -в-точь такой. Приятной, загадочной, с чертовщинкой. А у меня, судя по всему, выбора не оставалось, кроме как поддержать эту самую озорную мысль. Потому что я хочу домой, а не замуж. Даже если этот лорд — первосортный красавчик.

Накормить Остина было невероятно сложно. Голод прошёл, и теперь мальчуган опять включил режим «великой нехочухи». Не помогал ни самолёт, ни игрушки, ни мои кривляния, ни волшебные ухищрения Шивонн. Она так вообще держалась как можно дальше от Остина, будто он был прокажённый. Причины её опасения я поняла позже, когда приступила к своим новым обязанностям.

Тарелка с кашей покоилась на моих коленях. Я же, усадив мальчика на высокий стул, пыталась успешно завершить не то завтрак, не то обед. Но Остин плевался, пихался, а потом и вовсе подключил свою силу.

Первым делом я получила маску из каши, очень питательную и полезную. Остин, видимо, переживал о моей красоте очень сильно, потому что следом я взлетела на своём стуле реактивной ракетой. Повисла в воздухе и, вытирая глаза, пыталась сообразить, что делать дальше. Остин зашёлся так, что даже кашлять стал.

— О, боги! Фэра Лара!

Шивонн накинула на меня магическое лассо и рывком вытащила в коридор. Там я шмякнулась на пол, сломала стул и едва снова не травмировала и без того больную спину. Остатки каши размазались по волосам, ковровой дорожке и строгому платью, которое я теперь должна носить.

— Вы живы? О! Это исчадие... — Шивонн стала бормотать странные, непонятные слова. Мне казалось, что это самые грязные ругательства. Потому что у женщины румянцем залило щёки, а кончики эльфийских ушей покраснели. — Как с ним можно управиться! Я, конечно, люблю и безмерно уважаю фэра Итана, но.

Я с кряхтением встала, отряхнулась, откинула вымазанные в каше волосы назад и раздражённо фыркнула. Ладно, не с такими справлялись! Закатала рукава и двинулась обратно в комнату.

— Молодой человек, советую вам прекратить свою истерику. Я не сторонница наказаний, но для тебя сделаю исключе.

Мимо меня пролетел стул. И снова благодаря реакции Шивонн я особо не пострадала, потому что магией впечатало в стену. Женщина снова затарахтела как старый карбюратор и тоже закатала рукава. Остин зашёлся в истерике, я, чтобы предотвратить натуральное смертоубийство, захлопнула дверь.

— Так, Шивонн! Я поняла, что обычные методы тут не работают. Давай зайдём с другой стороны.

— Через окно, что ли? — женщина вытаращилась на меня, отдуваясь так, будто марафон пробежала.

— Не так буквально. Что любит есть Остин?

— Сладости, фрукты, — Шивонн всплеснула руками. — Только это приходит на ум.

— Тогда мне нужна тарелка каши и тарелка любимых его фруктов.

Женщина не понимала, в чём подвох. Но ведь её приставили ко мне в помощь. Шивонн зажмурилась, замерла на мгновение, а потом сверху мне в руки плюхнулась новая тарелка с кашей, сама же женщина поймала поднос с фруктами.

— В голодные студенческие годы я бы не отказалась от такой магии! — завистливо присвистнула.

— Я всего лишь призвала еду с кухни. Создать её из ничего я не могу.

— Мда... Магия для ленивых, — буркнув под нос, схватилась свободной рукой за ручку двери. — Так, Шивонн, делаем всё быстро. Ты показываешь блюдо с фруктами, а я иду следом, прячу кашу за спиной. Главное, чтобы он увидел свою вкусняшку, дальше дело техники.

План был быстро приведён в исполнение. Шивонн зажмурилась, рывком открыла дверь и помахала подносом с фруктами. Остин заметил его сразу и немного затих, когда я заглянула в комнату, малыш уже требовательно тянул руки. Я подтолкнула Шивонн и умело спрятала тарелку с кашей за спиной.

Остин, едва добравшись до странного зеленоватого фрукта, нарезанного кусками, принялся его жадно есть. Я зашла с боку, завела тарелку с кашей за спинку высокого стула, взяла ложку и. Получилось с первого раза. В перерывах между фруктами он поначалу и не заметил, что ест он не только свою вкусняшку.

Шивонн замерла. Мне пришлось снова её подтолкнуть:

— Не отвлекайтесь. Будем чередовать: кусочек фрукта — каша, кусочек фрукта — каша.

Так мы и кормили Остина в две руки. Но зато не было больше магических всплесков и истерик.

— Шивонн, а почему жена фэра Итана не нянчится с ребёнком? Не по статусу?

— О, нет. Он не женат и никогда не был.

— Сапожник без сапог. — вновь принялась бормотать под нос, только и успевая, что заталкивать в Остина кашу.

— Нет, сапоги у фэра Итана самые лучшие!

Так, теперь понятно, почему Шивонн горничная. Иногда соображала она туго. Ну или была так настроена решительно, что воспринимала всё всерьёз.

— Почему не найдёт себе жену?

— Это. это его беда, фэра Лара. Список фэра Итана всегда пустой. Таких, как он, не так много. Большое чудо, что появился на свет Остин. Поэтому фэр Итан и не хочет отдавать мальчика, даже если он приносит сплошную головную боль и неприятности.

— А я думала, что он просто любит его.

— С братом у фэра Итана были напряжённые отношения. Но, может, и любит, просто скрывает и не показывает свои чувства.

— Мда... — тяжело вздохнула. — Такое ощущение, что любовь в вашем мире — вещь ругательная. Все верят спискам? — взяла салфетку и утёрла рот Остину. Теперь мальчик ел не спеша, поглядывал на меня с задором и ждал, чем же закончится наше кормление. — Неужели списки не ошибаются?

— До этого момента такого не случалось ни разу. Список — гарантия, а любовь. — женщина тяжко вздохнула. — Любовь — это удел бедных: повезёт или нет? Выбрал ты того или ошибся?

— Как-то... как-то это не весело.

— Брат фэра Итана женился по любви, не дождался списка. И что из этого вышло? — Шивонн недовольно поджала губы и положила в рот Остину последний кусок фрукта. У меня оставалось ещё пара ложек каши. Докармливать мальчика я не стала. — Неуправляемый, неконтролируемый ребёнок, который сводит с ума всё поместье! Жена сбежала, он умер. Не очень хороший итог.

— Как же выжили люди в нашем мире? Без списков и с верой в любовь?

Мой вопрос был риторическим. Я подняла Остина со стула и опасливо прижала мальчика к себе. Но тот наелся и теперь вновь вернулся к своей любимой игре: теребил мои волосы.

— У вас выбора не было, а у нас он есть. Вот и вся разница.

Может быть. Пусть всё сложилось не так удачно, но я не считала Остина наказанием. Думаю, брат фэра Итана был гораздо счастливее. И без списка. Как-то грустно быть одному и вечно устраивать другим жизнь.

Остин прервал мои меланхоличные мысли, сунув испачканную кашей прядь волос себе в рот.

— Э, нет, дружочек. Сейчас мы немного отдохнём, а потом помоемся. Горячий душ нужен не только мне. Мы же не будем с тобой уподобляться свинёнкам? А потом навестим твоего дядю.

— О! Это плохая идея. — Шивонн перебила меня, испуганно поджимая губы. — Вы разгромите всё поместье!

— Тогда мы все вместе подышим свежим воздухом. Выбора -то у меня нет.

Поздний подъём аукнулся почти сразу: о дневном сне можно было и не мечтать. Шивонн, удалившись по своим делам, оставила меня с Остином наедине. Каша в моих волосах высохла и теперь я напоминала какую -то женщину из африканской деревни. Волосы слиплись прядями и стояли колом. Но о душе можно было и не мечтать, потому что его тут не существовало, это раз, и потому что Остин буквально находился со мной всегда. Страшно подумать, что скажет Шивонн, попроси я её присмотреть за ребёнком пять минут. Можно было бы, точно устроила аутодафе несчастному мальчику. Думаю, поэтому он и был таким капризным и неуправляемым, потому что чувствовал, что никому не нужен.

Остин играл большими деревянными кубиками: сначала складывал невысокую башню, а потом с гиканьем и визгом её ломал. Ещё одна странность, которую я не сразу заметила — мальчик не говорил. Совсем.

Я сидела рядом с Остином на толстом ковре с цветочным узором и просто наблюдала за игрой необычного ребёнка. Игрушек было много и за редким исключением они мало чем отличались от тех, которыми играли дети в моём мире. Если только материалом, формой и цветом. Но это мелочи.

Подвинулась к мальчику и взяла один кубик. Остин замер, как -то подозрительно на меня посмотрел и насупился. Я взяла второй кубик и поставила на первый, начав строить башню. Остин немного подумал и громко бахнул следующим кубиком. Отлично! Хоть какой-то прогресс!

Так мы и сидели, строили башни и молчали, пока нашу такую игру не прервала Шивонн. Она тихонько открыла дверь и замерла от удивления.

Я же выразительно посмотрела на женщину и продолжила составлять кубики. Только теперь я решила показать Остину, что можно не только кубик на кубик ставить. Можно построить стену, дом или замок. Новые варианты привели в восторг мальчугана.

Шивонн едва ли не по-пластунски добралась до меня и торопливо зашептала:

— Фэр Итан сказал, что будет лучше, если вы покупаете Остина тут. Через двадцать минут приедут важные гости, и он не хотел бы, чтобы вы с ребёнком попались им на глаза. Но зато вечерний чай будет на террасе. Фэр Итан присоединится к вам.

— Отлично... — пробубнила себе под нос. — А как же я? Мне прямо в таком виде вкушать вечерний чай? — гневно показала на забрызганное кашей платье и свои волосы.

Шивонн замялась. Глаза её забегали, покусывая губы, она решилась предложить хоть какой-нибудь вариант:

— Могу проводить вас на кухню. Это недалеко отсюда. Думаю, там вы сможете привести себя в порядок. А вечером покажу вам туалетную комнату.

Надо же! Тут есть туалетная комната? Почему тогда мне достался тяжёлый ночной горшок с фиолетовыми цветами сплошь по пузатым бокам? Или очередная предосторожность, чтобы я ненароком не оставила Остина одного?

— Не думаю, что мыть Остина в этой комнате — разумное решение, — я скептически осмотрела стены с гобеленами, портьеры, старинную мебель, да тот же ковёр под ногами. Я прекрасно знала, как моются дети. Даже руки они умудряются мыть так, что после них в ванной потоп и разве только аллигаторы не плавают. Страшно представить, что может устроить ребёнок, обладающий магией. Неужели я и вправду аллигаторов увижу? Или пираний? — Вы потом эту комнату перестраивать будете. Давайте уже и его на кухне мыть.

— Элис будет против, — Шивонн испуганно округлила глаза. — Остина? Ни за что, она его даже на порог не пустит.

— Но мальчика нужно помыть! Сколько можно его влажной тряпочкой обтирать? Он же не китайская ваза...

— Я. я могу убрать всё отсюда, постараться. Мебель и. остальное. Чтобы комната Остина стала пустой.

— Ну, может сработать. Давайте попытаемся.

Шивонн поправила манжеты платья, отряхнула передник и со вздохом принялась за обстановку комнаты. С лёгкими хлопками стали исчезать гобелены, стулья, вазы. Я только хлопала ресницами и смотрела, как в комнате становится просторнее. Колыбель и ковёр растворились в воздухе последними. Сунув в руки Остина мягкую игрушку в виде какого-то странного невиданного зверя, взяла мальчика и отошла с ним к самой стене.

Наведя нужный порядок, Шивонн стала готовить всё к купанию. Дощатый крепкий стол, самый натуральный тазик — никаких тебе тут изысков — кувшин с большой удобной ручкой, стопка полотенец, пучок, напоминающий мочалку, брусок вкусно пахнущего мыла. Стандартный такой набор.

— Шивонн, а есть что-нибудь, что не тонет и не бьётся?

— Это ещё зачем?

— Остину, чтобы игрался.

Тут женщина задумалась. Обустроив нам место для купания, пыталась найти ответ на мой вопрос.

— Я могу сходить посмотреть, если хотите.

— Посмотреть? — улыбнулась, перехватив Остина удобнее. — А как же «вжух»? Трах-тиби-дох? Нет? Магия не работает?

— Я могу призвать лишь то, что видела и знаю, что точно сейчас могу заарканить магией. Вот и весь секрет моего волшебства, — Шивонн улыбнулась. — Поэтому мне нужно сходить и посмотреть, чтобы подошло. Посуда или какие игрушки.

— Как же тогда фэр Итан призвал меня? — недоумённо переспросила, перебив Шивонн.

— Я не принадлежу к древнему роду вила, моя магия простая и очень слабая. Я могу только прислуживать, — женщина по привычке сделала поклон и вышла из комнаты.

Я вздохнула и посмотрела на Остина. Он почему -то улыбался мне во все свои шесть зубов и выглядел жизнерадостным мальчуганом, но я -то знала, каким может быть этот малыш. Страшно представить, что было бы, будь все дети в моей группе такими же. Чую, что в этом мире практика дошкольных общеобразовательных учреждений точно не прижилась бы.

Посадив Остина на край дощатого стола, стала раздевать мальчугана. Пока он вёл себя спокойно и воспринимал происходящее как игру.

— Итак, молодой человек, — стягивала рубашку и внушительно увещевала Остина, — озвучиваю правила нашего водного рандеву: брызгаемся в меру, мыло не едим, волшебством не балуемся, потому что к твоему буке-дяде придут такие же буки -гости. Т ак что развлекаться будем тут.

Остин рассмеялся и радостно захлопал в ладоши, дрыгая ногами и мешая снять с него подобие странных ползунков и подгузник. Нет, это нечто нельзя было назвать именно подгузником. Снимая его, я ожидала увидеть там страх небесный, но нет, тот оказался идеально чистым. Тоже что ли магия какая?

Я вылила воду из кувшина, пощупала её, убедившись, что она тёплая, а не горячая или холодная, и опустила туда Остина. Расстегнула тугие манжеты платья и закатала их выше локтя.

— Ну что, поиграем в параходик? Или в подводную лодку? Или что тут у вас.

Остину моя затея понравилась. Он хлопал руками по воде, поднимал кучу брызг и хохотал безумно. Я же, пощупав мочалку, отложила её в сторону: такой кожу можно до кости отполировать. Даже себя не стала бы такой тереть, не то, что ребёнка.

Мыло оказалось приятным, пена с него вышла густой и пышной. Я зачерпнула её чуть-чуть и шапкой надела Остину на голову. Тот замер, посмотрел на меня, скривился, хотел уже зарыдать, как повернулся боком и увидел в начищенном боку таза металлического таза своё отражение. Эмоции переменились как по щелчку пальцев. Теперь вновь появилась улыбка, да такая широкая, что я испугалась: щёки у Остина были пухлыми, того и гляди лопнут.

— Смотри, можно ещё бороду сделать...

Лёгким движением прилепила пену к подбородку Остина. Тот вздрогнула и зашёлся таким смехом, что мне страшно стало. Наверное, такой хохот гиены издают. Остин брызгался, сучил ногами и смеялся. И тут стало происходить что -то странное.

Вода в тазике забурлила. Мыльные разводы вспенились и стали принимать чудные формы. Я с раскрытым ртом смотрела, как появляются большущие мыльные пузыри. Они были в виде каких-то фруктов, зверей. переливались всеми цветами радуги, а ещё не лопались. Дотронулась до одного пальцем, а он спружинил и улетел в другой угол. Пены становилось всё больше. Она заполонила весь тазик, стала свешиваться мохнатыми кусками с боков и падать на пол. Между тем под потолком было настоящее стадо мыльных пузырей.

— Остин, хватит, слышишь?

Но я уже перегнула палку. Остин был таким довольным, что увлёкся новой игрой с пеной. А её становилось всё больше и больше.

— Г оршочек не вари! Г оршочек не вари!

Я перетаптывалась на месте, не понимая, как остановить это безумие.

— Остин, пены слишком много! — я уже взмолилась, смотря мальчику в глаза. Тот будто задумался, хихикнул и нас вдруг подняла в воздух невидимая сила. Тазик, стол, кувшин, полотенца, похожие на расплющенных чаек и я, застывшая как муха в смоле. Вокруг нас вдруг выросла плотная стена, переливающаяся зелёным цветом. По виду как огромный мыльный пузырь.

— О, нет... — со стоном схватилась за голову. — Остин, прошу! Нас твой дядя... — я перебрала в голове все варианты возможной кары: от порки до расстрела, затем выдавила:

— Накажет! В угол поставит. На горох.

Пена бурлила, пузырилась и стремилась покинуть тесные рамки детской комнаты. Она так и лезла под дверь, завоёвывая поместье подобно инопланетным захватчикам.

— Боги! — пронзительный женский визг за дверью выдал Шивонн с потрохами. Она открыла дверь и тут же пала жертвой пены: женщину просто снесло. Шивонн попыталась магией усмирить это безобразие, но она в прямом смысле захлебнулась пеной. — Исчадие! Исча-а-адие-е-е! — Шивонн фыркала, плевалась и звала на помощь.

Первым, как ни странно, откликнулся Базио. Он примчался на шум достаточно быстро, но тут же поспешил обратно: видать и его магии маловато для такой шекспировской трагедии.

— Я зову фэра Итана!

Ой-ой! Сейчас нам точно влетит. Кажется, мы снова сорвали рабочий процесс: сначала я в экзотическом костюме взрослой Снегурочки свалилась, обрушив люстру. Потом влезла в какой-то список. Теперь вот раззадорила ребёнка донельзя! Мда, хороший я работник, добросовестный, исполнительный!

— Что здесь происходит?

О! Милого узнаю по походке, а босса — по раздражённому голосу.

Хлопнула оконная рама. Резкий порыв ветра выдул всю пену из комнаты. Наш защитный пузырь лопнул, и мы с Остином с ужасающим грохотом упали на пол. Хорошо успела подхватить ещё в полёте мальчика на руки.

Фэр Итан, злой, как черт, разорванный нашей шалостью на тысячу чертенят, стоял в дверном проёме и сверлил меня взглядом. Шивонн, вся мокрая, мыльная сидела на полу и плевалась: мыло хоть и ароматное, но явно невкусное. Базио, дрыгая лапами, ходил мокрой драной мочалкой и шипел:

— Вот, взяли кого попало! Теперь от поместья ничего не останется! Всю работу сорвёт! Бессовестная!

Тут уж я не выдержала. Наверное, Базио не слышал, что кота не стоит бить, в том числе мокрым полотенцем. Но сейчас мне под руку попался именно этот метательный снаряд. Поджав губы, со свистом кинула полотенце в наглую лохматую рожу.

Остин хихикнул, хлопнул в ладоши и. полотенце под удивлённые взгляды присутствующих с приятным прохладным «шмяк!» прилетело прямо в лицо фэра Итана. Тот даже зажмуриться не успел.

Тишина. Такая, что мне казалось, что я слышу шуршание одиноких мыслей в моей голове. Только Остин смеялся и ничего и никого не боялся. Даже Базио затих, перестал поминать горе-няню последними словами.

Мужчина двумя пальцами схватился за полотенце, отлепил его от лица и осмотрел изрядно подмоченный костюм: кружевной воротник и лацканы пиджака покрылись мокрыми мыльными пятнами. Поджав губы и сделав неимоверно зверское лицо, отшвырнул полотенце и предупреждающе поднял руку, грозя пальцем. Я закрыла собой Остина, громко тараторя:

— Это я виновата!

Мягкая сила развернула меня на мокром паркете. Мой босс-фей явно хотел говорить именно с Остином. Я не выдержала, прижала мальчика сильнее, даже не беспокоясь, что моё платье намокнет. Торопливо прикрыла Остина чудом уцелевшим сухим полотенцем и пробурчала:

— Это всего лишь ребёнок! Чего вы от него требуете? Он даже не говорит!

— О, нет! Этот сорванец всё прекрасно понимает! — фэр Итан ровным и спокойным голосом начал нас отчитывать. — Вы даже не представляете, кто сейчас в поместье! И чем нам всё это грозит! Это...

Договорить Остин дяде не дал. Кусок мыла сам влетел мужчине в рот. Следом, вишенкой на торте, на голову плюхнулась мокрая мочалка. Я покраснела как помидор, сдерживая смех. Базио, оставляя влажные следы на ковровой дорожке тут же трусливо сбежал. Шивонн прижала руки ко рту и зажмурилась.

Остин снова рассмеялся и задорно посмотрел на меня: мол, видела, как я дяде шею намылил?

Шекспировская трагедия обернулась комедией, но с криминальным итогом. Красноречивый взгляд мужчины говорил о том, что горохом мы с Остином не отделаемся.

Гости и впрямь были важными. Настолько, что я впервые увидела Базио в человеческом облике. Я ожидала увидеть какого-нибудь толстячка в парике и с метровым жабо. На деле получился высокий, худой и немного сутулый интеллигент. Полупрозрачный, недовольный, он раскланивался и извинялся перед каким-то мужчиной. И вновь я видела корону. Только в этот раз она была слишком вычурной, а венценосная особа — напыщенной и горделивой. В сопровождении свиты мужчина прохаживался в холле и морщил нос, будто пахло не цветочным мылом, а силосом или компостом. Вот бы тебя в детский сад горшки мыть! Сразу бы спесь слетела.

Я так думала только из зависти, конечно. Хоть и попала в другой мир, а ничего толком и не изменилось: разве что вместо визгливой и нервной заведующей, мешающей валокордин с коньяком, у меня в начальстве теперь был весьма красивый мужчина. Да, у него нервная система крепче. Но надолго ли? Остин любого до нервного тика доведёт. Меня не брало только из -за опыта и звенящего состояния «дзен», которое я успешно выработала в детском саду. Осталось только привыкнуть к магии, понять, почему Остин такой. истеричный.

Что-то много истеричных особ на мою бедную воспитательскую душу!

Остин, спокойный и невозмутимый, восседал у меня на руках с видом таким важным, что тот королёк, меряющий холл размашистыми шагами, казался обыкновенным плебеем.

Базио стелился перед мужчиной. Фэр Итан появился в холле неожиданно, будто из ниоткуда. Всё ещё отплёвываясь от мыла, он уже привёл в порядок и свою рубашку и пиджак. Только вот пена, возвышающаяся белой горой за окном, напоминала о произошедшем.

Фэр Итан подошёл к важной особе, как мог успокоил его и уговорил подняться обратно наверх. Свита в числе четырёх мужчин, казалось, обеспокоена происходящим. Я наблюдала всё со стороны, стоя в самом тёмном и дальнем углу. Шивонн теперь стала надсмотрщицей и контролировала каждый наш шаг.

— Я такой крутой король! Мне срочно нужна такая же крутая жена! Бла -бла-бла... Мы как два сваренных вкрутую яйца! — басила на ухо Остину и передразнивала манеру короля держаться. — Что же вы, такой крутой маг. Так, стоп, слишком много слова «крутой».

Выдохнула, поджала губы и перехватила Остина по-другому. Он уже был в чистой новой одежде, буквально с иголочки. А мне пришлось завесить себя полотенцем, чтобы не испачкать малыша.

— Конечно, ваше высочество! Сию минуту, ваше высочество! Только поставлю кастрюлю на плиту, ваше высочество! И найду подходящую курицу. — теперь уже передразнивала дядю Остина. Держалась спокойно, немного горделиво, но при этом обособленно и учтиво. Даже лицо похожее сделала. — Конечно, ваше высочество, я не о вашей будущей супруге! Она ведь не может быть. курицей.

Остин забавно гулил, снова тёр десну и будто поддерживал моё кривляние своей широкой улыбкой. Я чуть покачивала малыша и продолжала этот цирк. Если честно, мне уже хотелось многое высказать своему боссу. Он мне показался адекватным, но сейчас я уже в этом начала сомневаться.

— Курицей? О какой курице речь?

Фэр Итан появился перед нами как призрак. Я даже на месте подскочила и сильнее прижала к себе Остина. Слишком уж увлеклась забавным кривлянием и упустила момент, как король со свитой поднялся наверх, оставив в холле обозлённого Базио, взволнованную Шивонн и невозмутимого фэра Итана.

— Об обычной, которая яйца несёт, — парировала, гордо вскинув подбородок. — Нам нужно поговорить.

— Да, я такого же мнения, — мужчина сцепил руки в замок у себя за спиной и расправил плечи, внушительно возвышаясь надо мной на добрые полторы головы. — Нужно кое-что обсудить касательно Остина и дальнейшей жизни. Моя работа.

— Ваша работа может подождать! — не повышая голоса, спокойно перебила мужчину. Тот аж воздухом подавился от такой наглости. — Да-да, вы не ошиблись. Именно так! Потому что вы взрослый разумный человек и можете сами организовать свой день. Остин же ребёнок. И пока вы не наладите режим, придётся считаться с этим забавным мальчуганом.

— Забавным мальчуганом? — сделав невероятно строгое лицо, фэр Итан пытался таким образом на меня повлиять. Но, цитируя мою заведующую, его взгляды были мне как рыбке зонтик! — Так вы относитесь к Остину?

— Он не ядерная бомба! И будь вы в моём мире, я бы уже давно била тревогу! Режима нет, кормите чем попало, толком не ухаживаете. О воспитании вообще речи не идёт! — продолжала говорить замогильным голосом. Этому я научилась от детей. Крик бесполезен, а вот сталь и уверенность в голосе и тихий тон творят чудеса. — Ваш племянник не говорит и толком не ходит! Он... Он даже не умеет играть! И знаете о чём это говорит?

— О чём же? — мужчина сердито раздул крылья носа и свёл брови к переносице.

— О том, что вы не занимаетесь ребёнком. Он вам не нужен! Вы его боитесь, чураетесь и презираете! Все! Все жители этого поместья избегают Остина. Он платит вам той же монетой! И раз уж я его няня. — встала на цыпочки и бесстрашно приблизилась к мужчине. Ростом я не вышла, но это не помешало мне подлезть почти к самому лицу фэра Итана. — То теперь я буду за него отвечать. Для меня важен он, а не ваша работа! И вам советую тоже определиться: если вы хотите стать Остину отцом, то нужно правильно расставить приоритеты. И чтобы вы поняли всю серьёзность моих намерений. — поджала губы и вскинула бровь, — вот план на сегодняшний день: полдник и ужин. Сон в десять вечера, не позже. А это значит, что никаких посетителей, никаких плясок и диких вечеринок.

Остин, выступая определённым барьером между нами, удивлённо таращился то на меня, то на своего дядю.

— Режим, занятия, свежий воздух! — разгорячилась и уверенно вошла в роль диктатора. Фэр Итан хмурился, но продолжал слушать меня молча и очень внимательно. — И ещё.

— смягчилась и добавила спокойно, даже вкрадчиво, — ему нужна забота и любовь. Ваша любовь, фэр Итан.

Эти слова посеяли сомнение. Мужчина отстранился, стал каким -то задумчивым. Было видно, что мои слова его задели. И это хорошо, значит, не всё потеряно.

— А ты, Базио, ещё хоть раз скажешь про меня что-то плохое. — сощурилась и посмотрела на призрачного мужчину, — ты у меня точно получишь мокрым полотенцем!

Перевела дыхание, поджала губы и внимательным взглядом впилась в лицо фэра Итана. Думал мужчина недолго.

— Это всё, что вы хотели сказать?

— Это мои условия, фэр Итан. Мне кажется, что то заклинание, которым вы выдернули меня из моего мира, даёт некоторые привилегии. А теперь, я хотела бы привести себя в порядок, если вы не против. Вас же ждёт очередная благородная особа, не заставляйте её ждать слишком долго!

Я уже хотела уйти, как фэр Итан вдруг поймал меня за локоть и вынудил задержаться на мгновение:

— Я вас услышал, фэра Лара. Но чай всё-таки состоится, на террасе.

— Хорошо, — согласилась и пошла на компромисс. — Будет чай!

А про себя добавила: если Остин не решит иначе. Магия этого диктатора в пелёнках сильно зависела от его настроения и эмоций. Можно было сказать, что у мальчика врождённый ПМС, в котором обвиняют многих женщин. Только вот у нас гормоны шалят, а у Остина что-то другое. Ничего, с этим тоже разберёмся: Рим не сразу строился!

Путь к сердцу мужчины лежит через желудок. Так любила говорить моя мама, пока была жива. И хотя страстную любовь к готовке я не унаследовала, кулинарные гены изредка просыпались. Что ни говори, а от кухарки или повара многое зависит. Накорми фэра Итана пересоленным супом, он таких списков понасочиняет, уверена! А кормили тут вкусно, очень, полный пансион, так сказать!

Так что когда Шивонн повела меня на кухню избавляться от каши в волосах, я очень даже хотела познакомиться с таинственной Элис. В моём сознании она была пухлой, немного необъятной дамой, от которой вкусно пахло пирожками.

Кухня оказалась просторной, очень чистой. Пахло вовсе не пирожками и даже не едой, а сушёными травами. От пряного, пусть и приятного запаха, я чихнула и почесала нос. Остин вторил мне таким же чихом.

— Боги! Нет, нет и нет! Ни за что и никогда не будет этого... жука на моей кухне!

Я осматривала буфет, любопытно поглядывала на старинную железную плиту, с удивлением подмечала необычный набор блюд на длинном столе, застеленном простой и чистой светлой скатертью, а вот обладательницу голоса не видела. Лишь когда мне хорошо прилетело по ноге, опустила взгляд.

Казалось, что передо мной стоит трёхлетний ребёнок. Но нет, это была довольно пожилая женщина, сухонькая, в чепце, в знакомом тёмном платье — у меня и Шивонн были похожие — и в переднике, украшенном широкой лентой кружева по краю.

Гном? Полурослик? Лилипут?

В руке женщины угрожающе подрагивал половник. Размахивая им как шашкой, возмущалась она и ругалась похлеще Чапаева:

— Что здесь забыло это отродье! Мне хватило одного раза! Вы знаете сколько я разбирала тот погром? Сколько посуды перебили, сколько продуктов извели. Окна повыбивали. Я уже сказала фэру Итану, что, несмотря на все его заслуги, славу и регалии, его племянника на своей кухне видеть не хочу! И, духи меня раздери, это именно моя кухня!

Миф о росте Наполеона был мифом, но маленькие люди и впрямь обладали каким-то скандальным и склочным характером: что Остин, что эта Элис.

— Здравствуйте, меня зовут Лара...

— О! Да! Новая няня для этого чудовища! — половник с грохотом улетел в сторону стола. Женщина, всплеснув руками, направилась к плите. Ловко вытащила подставку, забралась на неё и, щеголяя на спине большим белым бантом из завязок фартука, проверяла булькающие кастрюльки. — Не завидую я вам! Впрочем, столько нянь уже выбегало с воплями через главный вход, а сколько молча сбегали через ту маленькую дверь, — женщина махнула рукой куда -то позади себя, — сколько просто растворилось в воздухе. И всё из-за одного ребёнка! Г оворили фэру Итану отдать его в приют.

Женщина всё бурчала, бурчала. А Остин. Я даже ощутила, как мурашки по коже поползли. Мальчик надулся, а я почуяла неладное. Развернула Остина лицом к себе и тихо заговорила:

— Остин, не слушай её! Никто тебя никуда не отдаст. Пожалуйста, не устраивай погром. Мне очень нужно помыться, посмотри на мои волосы! — склонив голову, потрясла засохшими дредами из каши. — Ну?

Остин одарил меня странным взглядом. Со стороны выглядело вот так: «хм, ну, так и быть, сделаю царское одолжение».

— Мы вам не помешаем, обещаю! Да и на кухне не задержимся надолго, — затем понизила голос и добавила. — А Остина лучше не злить и не расстраивать. Иначе второго погрома не миновать.

Женщина рывком повернулась ко мне, сощурилась, ощупала внимательным взглядом карих глаз. Молча поджала губы и хмыкнула. Шивонн расценила поведение Элис как заключение пакта о ненападении, подхватила меня за локоть и повела вглубь кухни. Мы прошли мимо невысокой резной ширмы и оказались возле знакомой мне конструкции: металлический рукомойник и таз. Закуток был явно для личных нужд, потому что, покрутив головой, я нашла и вполне себе большую бадью, а рядом с ней груду грязной посуды.

— Не злить эту маленькую бестию! Боги, дайте мне терпения. — Элис продолжала что-то бурчать. Хлопнув в ладоши, прикрикнула на бадью. Я от неожиданности даже подскочила. — И чего вы застыли? Отдельное приглашение нужно?

Тарелки и миски вместе с чашками зазвенели, потрёпанная мочалка вся в мыльной пене взлетела в воздух и принялась со скрипом натирать посуду. Прелесть! Никакая посудомойка не нужна.

Шивонн не торопилась забирать у меня Остина. Оно и понятно! Не ребёнок, а исчадие, слышала, знаю. Но на этот случай у меня была идея, и её я тут же поспешила реализовать.

— Давай тот фрукт, который Остин любит.

— Зеленицу?

— Да хоть красницу! Пусть жуёт. У него не хватает сил делать что -то одновременно. Пока он будет есть, у нас будет время. Мне нужно совсем немного. Думаю, тарелки хватит.

Бубнёж Элис к нам приблизился. Хмуро и недовольно осматривая нас троих, женщина молча протянула тарелку Шивонн.

— Что угодно за покой и мир! Мало будет, сама в сад за ней пойду. Только рискните разгромить мою кухню! Я из вас... — маленькая женщина сердито погрозила кулаком и поспешила снова к плите. — То рогалики им пеки, то похлёбку с рыбой, то чай завари такой, какой никогда в глаза не видел, да ещё под присмотром всяких дурацких особ. И всё потому, что здесь сам король! Можно подумать, что для него я буду готовить как -то иначе.

Мда... Базио и Элис точно должны быть парочкой: Семёном да Одарочкой. Идеально друг другу подходили! Они и сейчас выглядели старыми супругами, которые и минуты без споров прожить не могли.

Остин перекочевал к Шивонн. Я, чуть ослабив шнуровку, смогла стянуть лиф платья чуть вниз. Вытащила руки из рукавов и подошла к умывальнику. Внизу стоял ещё кувшин с водой. Взяла мыло и начала отмываться. Избавилась от остатков каши на лице и шее, распутала волосы и стала намыливать прядку за прядкой. Голову целиком, конечно, не мыла. Да и как? Волосы длинные, не получится.

— А у вас получается ладить с Остином.

— Остин один, пусть и обладает волшебной силой, а когда в группе таких пятнадцать?

— Боги! Это что за место-то такое?

— Сложно объяснить, но. Я старалась быть хорошим другом детям пять дней в неделю, иногда и по двенадцать часов в сутки. Это было моей работой. И она, как и многие вещи в моём мире, держалась на любви. Без любви мало что выходит: любви к детям, любви к жизни, любви к своему делу. Даже эта бурчащая Элис. — промыла прядки и теперь сушила их полотенцем, — любит готовить и любит свою кухню. А фэр Итан. Фэр Итан любит свою работу, но. если он любит Остина, то нужно найти компромисс.

— Остин почти доел, — Шивонн тихо ответила, молча выслушав тираду.

— И я почти всё! Платье бы ещё переодеть.

— Фэр Итан подыскал вам отличное платье для чая. Вполне возможно, что мне придётся кормить Остина и дальше.

Я непонимающе посмотрела на Шивонн: о чём это она? В смысле кормить?

— Фэр Итан хочет поговорить с вами наедине.

— Но. Разве мы не должны были пить чай всё вместе?

— Вы бы пили его втроём. Не пристало прислуге делить чай и еду с фэрами.

— А я разве не прислуга? Я же няня!

— Нет, фэра Лара, это не так. Думаю, все вопросы лучше задать фэру Итану, — Шивонн мягко улыбнулась и протянула мне Остина, ни на что не намекая.

Я влезла в мокрое и откровенно грязное платье, тяжело вздохнула и забрала мальчика. Тот дожёвывал кусочек зелёного фрукта и смотрел мне в глаза.

Что, вторая часть Марлезонского балета? Опять спорить будем об Остине и методах воспитания?

— Нет, они издеваются! Сегодня король, завтра лорд... Куда подевались другие благородные люди, пьющие обыкновенный чай? Перепёлок ему подавай! Обычный лорд, а туда же, — Элис всё бурчала и бурчала.

— Лорд? — я высунулась из-за ширмы и переспросила у Элис. — Какой лорд?

— Лорд Фаркс.

Остин внёс свои коррективы в предстоящее чаепитие. Зубы снова дали о себе знать. Капризное настроение, слёзы, сопли, крики — и это лишь малая толика того, что красноречиво пообещал мне Остин, пусть молчаливо, но конкретно.

Куда его отдавать Шивонн?

Поэтому я вышла к фэру Итану в весьма странном виде. Платье мне подобрали и впрямь красивое, нежно жёлтого цвета, с мягким, чуть блестящим кружевом. Юбка не такая пышная, лиф на хитроумных застёжках и без шнуровки, чему я оказалась очень рада. Комплектом к такому туалету шёл длинный и широкий обрез ткани, им я обмоталась от души, прижав к себе Остина.

Фэр Итан встретил меня фонтаном чая. Кашляя и фыркая, он утирался салфеткой и недоумённо разглядывал необычную конструкцию. Конечно, откуда ему тут слышать про такую вещь, как слинг? Спасибо сестрёнке, что мучила меня этой штуковиной: Вероника была чудо каким ручным ребёнком, совсем как Остин. Если честно, я уже устала таскать этого бутуза на руках. Слинг был спасением, правда, Шивонн я немного достала, объясняя, что мне нужно.

— Я просил без Остина.

— Зубам это скажите. Они не имеют привычку слушать всяких фэров и сэров, лезут тогда, когда им удобно. Остина бесполезно парламентёром выбирать, он скорее им подчинится, чем вам!

Я, расправив плечи, устало смотрела на мужчину. Сейчас он мне казался недалёкой феей -крестной, которая только и могла, что тыквы в кареты превращать. Палочки волшебной для полноты образа не хватало.

Терраса находилась с другой стороны, пряталась в пышном обрамлении цветущих кустов. Солнца всё ещё ярко светили и немного сводили меня с ума своим количеством. Небольшой круглый стол, застеленный кружевной скатертью, почти пустовал. Чайник, чашки, сахарница с щипчиками и пара вазочек со сладостями.

Фэр Итан сменил свой привычный синий костюм на более простой наряд: белая рубашка, жилетка, украшенная крупной брошью и строгие чёрные брюки. В таком виде, пожалуй, мужчина был мне более симпатичен.

Опуская все приветствия и этикеты, я придвинула к себе стул и села. Остин ещё капризничал, пытаясь засунуть себе в рот руку по самый локоть. Если бы это помогло, я бы и свою засунула! Массаж не помог, оставалось только терпеть и развлекать малыша, чтобы хоть как-то отвлечь его от неприятных, а то и болезненных ощущений.

— Итак, что вы хотели обсудить?

— Остина, — мужчина спокойно отвечал, наливая мне чай. Молчаливо указал на сахар, но я мотнула головой. — Я хотел поговорить о своём племяннике и о том, почему всё так сложно.

— С удовольствием послушаю! — улыбнулась Остину. — Давай поиграем? Обычно, правда, это вижу — не вижу, а мы будем играть слышу — не слышу! — улыбнулась ещё шире и закрыла руками уши Остина. — Только быстро! Надолго такой уловки не хватит. Я, конечно, не волшебница, но и то понимаю, что Остин всё прекрасно осознаёт и реагирует на ваши слова.

— Остина не должно было быть. Он не должен был родиться!

— Вы сейчас серьёзно говорите, что этот мальчик — ошибка? — звон моей челюсти мог перекрыть тарахтение ложки в чашке, которой фэр Итан сахар размешивал. — Я не ослышалась?

— Я не это хотел сказать, — мужчина торопливо исправился. — Списки — лишь малая часть нашей магии. И про себя мы знаем почти всё, даже точный день смерти.

— Как-то это невесело, — вздохнула и посмотрела на Остина: он ещё сидел спокойно, жмурясь и грызя палец. — Я бы не хотела такое знать.

— Остина не должно было быть. Мой брат нарушил главное правило, и... вот чем всё кончилось! И вы правы, я не знаю, как обращаться детьми, никогда дела с ними не имел. Я готов слушаться вас.

Оу! Я даже руку ко рту прижала, от такой ошеломительной новости. То есть мне дают полный карт-бланш? Я могу делать то, что хочу? Ну. почти, что хочу.

— Вы быстро нашли подход к мальчику, хотя у вас нет ни капли магической силы! Это просто поразительно. Но не стоит забывать, что Остин — необычный мальчик.

— Это я уже поняла! — руки у меня вспотели. Ещё пара минут и всё, игра в глухого надоест и Остину.

— Никто лучше меня не знает, как управлять той силой, что есть в этом маленьком и хрупком теле. И никто лучше меня не понимает, какие последствия нас ждут, если Остин не совладает со своей магией.

— Так в чём проблема? Научите Остина, помогите ему!

Это же логичное предположение: он — дядя, пусть и учит. Сам же фей! Откуда мне знать что-либо про эти фокусы? Я даже кролика из шляпы не вытащу. Могу показать фокус с исчезновением денег, например. Или вкусных пирожных, которые так и соблазняли меня своим вкусным взбитым кремом. Я даже насладиться ими не могла, потому что мои руки намертво приклеились к ушам Остина.

Фэр Итан улыбнулся, придвинул ко мне чашку с чаем и посмотрел мне в глаза. Так открыто и проникновенно, что я посмотрела. Теперь понятно, почему он самый лучший. С таким красивым лицом и гипнотическим взглядом любого или любую можно на брак уговорить и не только.

Я пожала плечами, отвела взгляд и, подняв голову Остина, улыбнулась мальчику. Минутка ещё есть для переговоров.

— Я не знаю как.

Он что, издевается надо мной? Кто тут из нас фей? У кого крылья за спиной? Кто тыквами заведует?

— Я могу объяснить что-либо Остину, когда он станет старше. Обычно такими вопросами занимаются... мамы. Остин не умеет говорить, он не слушается, как я могу что-либо ему объяснить?

— Словами, — глупо хихикнула и предложила логичный вариант. — А как я с Остином общаюсь? Не на языке жестов же? Да, он маленький, но не стоит обращаться с ним так, будто он болванка деревянная. Он очень хорошо всё понимает, каждое слово. Поэтому учиняет весь этот кавардак!

— Хм. — мужчина выдохнул, откинулся на спинку стула и в задумчивости соединил кончики пальцев, разглядывая то меня, то Остина.

— Мы. мы можем вместе попытаться помочь Остину. Вдвоём. Должно получиться.

— Думаю, что и вправду может выйти. Только вот времени у нас почти нет. Завтра приедет лорд Фаркс, и я не могу скрыть вас от него.

Я убрала руки от ушей Остина, вытерла вспотевшие ладони о салфетку и взялась за уже остывшую чашку чая. Пирожное тоже взяла, ела так, будто у меня времени было до полного сгорания обыкновенной спички. Кто знает, сколько Остин будет сидеть у меня так спокойно, изучая свой богатый мир пальцами?

— Я могу ему не понравиться.

— О, нет, вы в его вкусе. И этого мужчину даже ребёнок не остановит. Но в одном вы правы, — фэр Итан ехидно улыбнулся. Я подавилась пирожным и поспешила всё запить пусть вкусным, но уже холодным чаем. — Вы можете ему не понравиться. Я прекрасно знаю, что любит лорд. И. — мужчина придвинул мне вазочку с пирожными, намекая на то, что я могу не стесняться. Взяла ещё одну корзинку: пирожные нереально вкусными оказались, — также знаю, что он ненавидит.

Коварство плана меня поразило и восхитило! А с виду -то обычный фей-сваха. Откуда в нём такая страсть к интригам и мелким гадствам? Я, конечно, человек добрый, отзывчивый, но до определённого момента. И я всё ещё хотела вернуться домой. Так что не нужен мне никакой лорд!

— Вы же меня понимаете, вы же не Остин, значит, и научитесь легко.

Я улыбнулась так, что за ушами затрещало. Слизывая остатки крема с губы, продолжала несколько плотоядно улыбаться и смотреть мужчине в глаза: теперь понятно в кого пошёл Остин, в чей род. Вот тебе и фей, вот тебе и сваха. Все они хороши! А теперь и я стану занозой.

Впрочем... Мне ли привыкать?

Мне всегда было интересно знать, как скоро бы отправили на костёр современного человека, попавшего в прошлое? С какого неосторожного слова? С какого момента неправильного поведения?

Это только со стороны выглядело забавным — путешествие во времени или в другой мир. На самом деле я понимала, почему фэр Итан не спешил меня показывать кому-либо. Стоило посмотреть на дёргающийся глаз Шивонн, когда я трогала что-нибудь не то или на Базио, старательно напрашивающегося если не на мокрое полотенце, то на меткий удар тапком точно из-за своих скабрёзных словечек в мой адрес. Обычно выглядело это так: сделав милый вид, он кашлял или чихал, пряча за такой реакцией очередную гадость. Но и тут я всё понимала: одно дело разговор об Остине — в этом случае фиолетовый наглый кот тапком бы не отделался, другое же я . Никакой субординации, нужного обращения и вообще! Тут весь персонал чуть инфаркт не словил, когда я фэру Итану выговаривала всё в лицо. Даром что из другого мира, сделали поблажку. Многого я не понимала, многого не могла принять.

Так что когда фэр Итан сказал мне о том, что нужно немножко не понравиться лорду, то это не испугало. Мне стоит чуть -чуть забыть о манерах и приличиях в рамках моего мира. Ну. в носу поковырять, почавкать за столом или забросить ногу на ногу, обнажив свои щиколотки и голени. Фэр Итан к этому списку добавил парочку деталей, которые я бы и за грех не посчитала, но тут же почувствовала укол стыда: это какой же дикаркой, если не безумной обезьяной, я выгляжу не только в его глазах, но и в глазах других!

Встреча с лордом перенеслась на утро. Мне пришлось ждать его в кабинете фэра Итана почти при полном параде. Конечно, по всем правилам я должна была зайти позже, но. Это был бы первый ком в ряде комочков, которые должны довести лорда до состояния бешеной обезьяны. Хорошая вышла бы пара: безумная обезьяна и бешеная обезьяна. Почти полное соответствие по образу с моей заведующей из детского сада, когда она узнала, что будет либо прокурорская проверка, либо будут санитарное состояние инспектировать, либо все вместе.

Платье мне выбрали слишком откровенное — у него присутствовало декольте, а ещё рукава короткие. Закинув ногу на ногу, я не встала и не поприветствовала лорда должным образом. Фэр Итан пропустил лорда вперёд, ненадолго оказался за его спиной и незаметно кивнул мне, подарив ещё и широкую улыбку.

Лорд оказался. красивым. Да, он был красивым! Но красота эта отдавала приторной сладостью, от неё зубы сводило: идеальная причёска, лоск богатой одежды, даже выражение лица. Увидь я лорда в своём мире, одарила бы его как минимум титулом бабника-метросексуала.

— Фэр Фаркс, прошу, — мой босс учтиво склонился, пряча взгляд, — хочу представить вам фэру Лару...

— О! — я оживилась, перебила фэра Итана и повернулась корпусом к мужчинам. — Знаменитый лорд Фаркс! Я многое о вас слышала.

У лорда от удивления челюсть отвисла. Он натуральным образом открыл рот и даже пару раз моргнул, пытаясь меня развидеть. Наверное. Вот стоит этот лорд, весь такой с иголочки, весь такой приятный, и тут я!

Мужчина немного стушевался, провёл рукой по чёрным как смоль волосам и подозрительно сощурил глаза, отчего те стали напоминать два осколка льда. Неопределённо поведя плечом, я развалилась на стуле и задрала ногу, отчего юбка поползла к колену. Лорд чуть инфаркт не получил. Неуверенно посмотрев на фэра Итана, он поправил кружевной воротник и осторожно присел на стул по соседству. Фэр Итан же сел за стол с другой стороны и многозначительно хмыкнул. Как по команде, я потянулась к вазочке с конфетами, которая совершенно случайно оказалась тут. Хруст карамели и страстное причмокивание даже моего босса-фея поразили. Но я ела конфеты и совершенно не стеснялась.

— Кхм. вы говорили, что. — лорд робко вставил слово, привлекая к себе внимание.

— Да! Вы и мне многое говорили! Можно узнать подробности? — оглушённая хрустом конфет, продолжала их грызть, покачивать ногой и широко улыбаться лорду. От этого он вздрагивал, морщил нос и таращил глаза. — Что с деньгами?

Кажется, я перестаралась. Лорд Фаркс вцепился в предложенный стакан с водой. Делая жадные глотки, старался не смотреть на мои ноги.

— Мне нужно как-то ребёнка обеспечивать.

Мой босс заслужил бодрящий душ. Лорд Фаркс, подавившись водой, громко закашлялся. Фэр Итан, едва приподняв уголки губ, с мрачным и убийственным взглядом утёр лицо.

— Ну что вы! — привстала и похлопала лорда по спине.

Теперь инфаркт чуть не заработал фэр Итан. Кажется, я перешла все границы и пределы.

— У вас. кха-кха. есть ребёнок?

— Да, очаровательный мальчик! Ему год, — склонившись к лорду, обворожительно улыбнулась. — Прелестный ребёнок!

— Что же. — лорд, меняясь в лице, старался выглядеть невозмутимым. — Тогда нужно организовать общую встречу. Если вы станете моей женой, я должен познакомиться и с ребёнком.

Двойной звон челюстей был оглушительно громким. Мне так показалось. Фэр Итан, шумно сглотнув, едва удержался от удара лицом об стол. Я бы так сделала. У меня же ноги подкосились, и я чуть не завалилась на лорда.

Мы же... Как же... Но...

Что пошло не так? Я же полная противоположность его любимому образу! Или что, стала воплощением его страстных и влажных мечтаний?

— Как вы считаете, фэр Итан?

— Может, хотите посмотреть весь список.

— Давайте не будем спешить. Фэра Лара?

Лорд взял мою ладонь и коснулся губами кончиков моих пальцев. Я просто рухнула на стул. Взяла горсть конфет и сунула их себе в рот, лишь бы не брякнуть что -нибудь ещё. Вдруг его заводят женщины, которые ругаются как последний сапожник?

Громко похрустывая карамелью, мучительно улыбалась и смотрела на своего босса.

Ну? Что дальше?

Остин точно был настоящим магическим барометром. Погоду он не предсказывал, а вот настроение улавливал очень хорошо. Потому что от меня он заразился паникой, страхом и едкой злостью. Нет, конечно, в лицо фэру Итану я ничего не сказала, но по возвращении в свою комнату подушку отпинала от души. Да так, что перья в воздухе летали. Когда Шивонн с нескрываемой радостью в глазах и широченной улыбкой на лице принесла Остина, я напоминала чучело. Перья торчали в волосах, платье сползло, конкретно растрепалось, как и моя причёска. Вооружённая туфлей, я метелила несчастную подушку почём зря, потому что этой самой туфлей я не могла врезать ни этому слащавому лорду, ни тем более своему навязанному начальнику.

Шивонн под мой очень разгневанный взгляд осторожно положила Остина в запасную колыбельку так, будто он бомбой был, и как ошпаренная бросилась прочь.

Я продолжила бить подушку, нечленораздельно рыча, а Остин, поддавшись безумию, встал на ноги, вцепился пухленькими ручками в бортик и стал его трясти как яблоню с перезревшими плодами.

Как ни странно, но такое поведение Остина меня остудило. Нет, ну при чём тут этот малыш? Чем он заслужил такую неуравновешенную и психованную няню? Мало ему всех бед, так ещё тут такое.

Я, закрыв глаза, выдохнула и отбросила в сторону выпотрошенную подушку. Теперь она была мне не нужна. Как и нервные клетки, которых почти не осталось. Вдохнула, выдохнула и отбросила волосы с лица. Принялась стягивать с себя ненавистное платье, которое разве что девицам в борделе носить, и накинула на плечи уже ставший родным халат из тяжёлой парчовой ткани. Он точно не должен был принадлежать мне, но раз уж фэр Итан по доброте душевной его мне пожертвовал, обратно забирать не стал.

— Ох, Остин, ты бы знал, как... как это всё тяжело! На самом деле... Очень тяжело. До сих пор кажется, что я оказалась в каком -то безумном кошмаре, что вот-вот проснусь, — медленно подошла к кроватке малыша, присела, осторожно схватившись за бортик. Теперь Остин смотрел на меня сверху вниз. — А твой дядя. Честно, я теперь понимаю, почему ты такие истерики устраивал! Я бы и сама такой скандал сейчас устроила! Ведь по его вине я оказалась звездой это цирка.

Будь я чуток помладше, годков так на. в общем, младше своих нынешних двадцати шести, то точно разревелась. Но я не ревела, когда дети оставили меня без костюма Снегурочки на утреннике, когда наступили на подол и одним движением ноги превратили детский праздник в праздник для их пап. Я не ревела, когда у меня украли кошелёк с зарплатой, отпускными и всеми картами, когда я только приехала отдыхать на юг. Не ревела, когда мама умерла. Не ревела, когда свалилась этому обаятельному фею на голову!

И сейчас удержалась, хотя внутри что -то напрашивалось. Но недолго. Посмотрела на успокоившегося Остина и улыбнулась ему:

— Да, бросить тебя не могу. Разве. Разве могу тебя в беде оставить? Никогда не понимала тех людей, кто так поступает с детьми. Ничего, я ещё проведу лекцию с твоим дядей! Пусть даже снова нарушу все мыслимые и немыслимые правила в вашем дурацком мире.

Тяжело вздохнула и зажмурилась.

Как вот теперь избавляться от этого лорда? Что мне сделать, чтобы он отстал? Похоже, что у фэра Итана и вправду дар сводить людей, эта сила работает даже тогда, когда мужчина этого не хочет. Поэтому придётся самой придумывать, как выпутываться из всей этой передряги.

Подняв взгляд, с удивлением заметила, что Остин выглядел очень нормальным. Улыбался, смотрел на меня и. неожиданно нежно трогал мои волосы. Было что -то маниакальное в этом, в тяге Остина к моим волосам. Будто я стала няней юного фетишиста.

Пряди моих волос сами поднялись в воздух. Я скосила взгляд и непонимающе смотрела, как невидимая сила выдёргивала из моей причёски перья.

— О, Остин! — не удержалась и погладила малыша по голове. — Надеюсь, что у меня получится доказать всем, что ты просто прелестный ребёнок. И ты ребёнок! Даю слово, что так всё не оставлю!

Дверь в спальню отворилась без стука. На пороге стоял недавно упомянутый фэр Итан. Вид у него был. ошеломительный. Наверное, так и выглядят безумные люди. Внешне нормальные, но с огнём инквизиции в глазах. И я вот даже озадачилась, кого сейчас сжигать будут: меня, Остина или нас всех вместе? Или и лорду достанется? Хотя, судя по шуму в холле и коридоре, он уже покинул поместье.

Что. Вы. Наделали.

Чеканя каждое слово, мужчина едва дверь с петель не снял, с такой силой вцепился в ручку. Метая молнии глазами, с трудом удерживался от истерики, которую я недавно устроила с подушкой на пару.

— Я? — встала на ноги и, силой опустив волосы, удивлённо вытаращилась на мужчину. Возмущение душило меня со страшным упорством. — Я?! Что я наделала? Это что вы наделали! Нашли мне какого-то... женишка! Выдернули из моего мира, навязали несчастного ребёнка. Да. — скоро пальцев рук не хватит, чтобы перечислить все грешки фэра Итана. — И не думайте, что я вас боюсь! Это вы заинтересованы в том, чтобы я здесь осталась, а не наоборот!

-Вы должны были вызвать отвращение у лорда Фаркса! А не влюблять его в себя!

— О! — всплеснув руками, угрожающе двинулась в сторону мужчины. — Между прочим, это меня выдадут замуж за человека, которого я не люблю и который мне сдался, как хромому лыжи! Насильно выдадут! Потому что что-то мне подсказывает, не иначе моё шестое чувство, что отказать я не могу этому лорду!

— Я этого не хочу также, как и вы! Если не больше! — фэр Итан, оглушительно хлопнув дверью, зашёл внутрь. — Это мой племянник! Моя кровь! И никуда я его не отпущу! Значит, и вы останетесь здесь!

— Ваш племянник?

Я напоминала взбешённую курицу, которая кудахтала и пыталась как -то ущемить напыщенного индюка. Мне даже рост не позволял давить массой и авторитетом на мужчину. Выглядело просто смешно, как я, смотря снизу вверх, грозно отчитывала взрослого мужчину.

— Правда? Ваш племянник? Тот самый, которого вы боитесь как огня? Здесь десяток людей, который чурается бедного ребёнка. И никто, повторюсь, никто даже не попытался найти общий язык с Остином. Никто! И вы, его дядя, только и делали, что спихивали мальчика на кого-то другого. Я говорила это многим родителям, скажу и вам: кровь и родство не делает вас родителем! Мало родить, мало быть повязанным кровью! Мало! Этого мало, понимаете?

— Значит, вы не верите, что я люблю своего племянника?

— Не верю! Вы просто не хотите терять такую няню, как я!

— Да? — теперь мужчина просто нависал надо мной.

— Да! — встала на цыпочки и с вызовом задрала подбородок.

— Отлично!

— Да, отлично! — поддакнула, потеряв всякий страх и стыд.

— Тогда послезавтра я дам вам выходной. Вы вместе с Шивонн отправитесь прочь из поместья! И этот день я проведу с Остином.

— Вы не продержитесь и минуты, — с мрачным удовлетворением улыбнулась. — Ни минуты! Но желание похвально!

— Это даже не обсуждается! Лорд Фаркс ждёт вас к себе на следующих выходных, поэтому с Шивонн вы пойдёте к портнихе. Хватит носить обноски!

Мужчина развернулся на каблуках и буквально вылетел из моей комнаты, напоследок грохнув дверью. Я не вздрогнула, но глупо улыбнулась, повернулась к Остину и покачала головой:

— Малыш, пообещай мне, что не сожжёшь поместье и не убьёшь своего дядю. Мне ещё домой вернуться надо. Хорошо?

Остин рассмеялся в ответ, радостно топая ногами и тряся кроватку. Ну да, раскатала тётя Лара губу, раскатала. Ничего, губозакаточные машинки в этом мире тоже имеются, пусть и выглядят иначе. Я уверена.

Остин снова превратился в капризулю. До дневного сна было ещё полно времени, как и до обеда, но малыш уже был вялым и сонным. Пришлось изобретать велосипед, почти в буквальном смысле. Я взяла знакомые деревянные кубики, вооружилась кистью и чернилами, развела Шивонн на клей и бумагу. Сама женщина тоже сидела рядом и помогала мне. Остин, суровый, надутый и плаксивый, мучил плюшевую игрушку, грызя её ухо и увлечённо разглядывая нас с Шивонн. Мальчику было интересно, что же мы там делаем. Что-что... Соображаю развивающую игрушку.

На самом деле я не задумывалась, как понимаю фэра Остина и Шивонн, почему понимаю надписи на тех же баночках в туалетной комнате и вообще. Вряд ли в этом мире говорили по-русски, но я понимала людей и люди меня понимали.

Я мазала кистью густой клейстер на грань кубика, следом шлёпала аккуратно вырезанный квадрат бумаги, сушила и давала Шивонн, чтобы она написала нужную букву. Вот тут я и заметила проявление магии. Со стороны могло показаться, что у меня лёгкая степень умственной отсталости. Высунув язык и вытаращив глаза, я лезла под руку Шивонн и разглядывала то, что она писала.

Магия была в том, что Шивонн писала явно что-то другое, не на русском языке, но стоило мне посмотреть на букву, как она смазывалась, становилась нечёткой и тут же превращалась в букву русского алфавита. Удобно! Благодаря магии я мгновенно стала полиглотом. Просто вот по щелчку пальцев.

Так как рисовать мы были не мастаки, то ограничились буквами. Собрав вокруг себя самые простые предметы и отослав Шивонн, решила попробовать позаниматься с Остином. Мне казалось очень странным, что Остин в таком возрасте даже слога не пытался повторять и не гулил. Он просто молчал. Единственными звуками был плач и смех.

Шивонн достала мне портрет фэра Итана, весьма недурственный, кстати, я поставила его перед Остином и сложила из кубиков слово «дядя». Подманила к себе мальчика и принялась изображать попку-дурака. Остин и впрямь смотрел на меня как на дурочку. Надув губы, грустно переводил взгляд с кубика на меня, с меня на кубик.

— Дя-дя, — произносила по слогам, с лёгкой улыбкой на лице. — Остин, нужно как-то говорить. Ты же понимаешь, что я тебе говорю? Будешь молчать — тебя никто не поймёт. У тебя самыми важными словами должны быть «дядя» и «дай». Да?

Остин фыркнул и начал бить игрушкой по полу, явно игнорируя мои слова.

— Остин, у меня нет магии. Я могу только слышать тебя, если ты будешь говорить... Вот смотри, моё имя, — сложила из кубиков своё имя, — Лара. Меня зовут Лара. Я — твоя няня, — следом сложила и это слово.

Конечно, слова «мама» и «папа» были бы предпочтительнее, но ведь у Остина нет никого. Вряд ли он дядю готов папой называть. Он его видит раз в экстаз, я посмотрю, как он с ним целый день просидит. Кто первым с ума сойдёт: фэр Итан или Остин?

— Няня Лара, — повторяла без устали. — А тебя зовут Остин.

Остин фыркнул и разметал кубики.

Наверное, стоило бы плюнуть и махнуть рукой. Но я привыкла находить компромисс. С маленькими детьми всегда так. Чего приучение к горшку стоит! Когда ребёнок ходит в подгузнике, ты его на горшок, а родители снова в подгузник. Вот там да, головная боль.

Я подвинулась к Остину, взяла малыша на руки и легонько защекотала. Пощипывала его под рёбра, пока малыш не захихикал и по привычке не вцепился в мои волосы. Я уже подумывала, что стоит отрезать одну прядку и отдать её Остину вместо любимой игрушки.

— Смотри, это буква «А»! — я протяжно произнесла её и показала Остину. Акала до посинения и старалась заинтересовать малыша. — Знаешь, в моём мире любят вот эту фразочку: мама мыла раму.

Остин сунул прядь моих волос себе в рот, улыбнулся и как-то ехидно посмотрел мне в глаза. Лёгкий порыв ветра, не иначе магический, раскидал кубики по полу. Я поджала губы и погрозила пальцем.

— Не шали! Я тебе дело предлагаю. Понимаю, заниматься скучно, но если ты начнёшь говорить, всем станет только легче. Да и ты сможешь конкретно так, по-мужски сказать, что тебе не по нраву. Как там. — нахмурилась и грохнула кулаком по полу. — Покажи характер!

Остин засмеялся. Отпустил мои волосы, переполз ко мне на колени и требовательно застучал пухлыми кулачками по полу.

— Да! Вот так! И ты сможешь сказать: хочу есть! Хочу пить! Хочу спать! Представляешь, как здорово?

Остин задумался. Прищурился и затих.

— Ладно, мы попробовали, — прижала малыша к себе. — Но не думай, что я от тебя отстану! Я картинки соображу и разрисую кубики. Ты цветные картинки любишь? А книжки? Книжки с тобой читали? Показывали их?

Да-а... Придётся попотеть! Но и не таких обучали. Нужно как -то заинтересовать Остина, найти то, что ему точно понравится! Из -за его дара всё становится сложнее.

Я продолжала думать, покачивая мальчика на коленях.

Что-то с грохотом мне уткнулось в ногу. Я сначала даже не поняла, что это. Опустила взгляд и прочитала: «нянь Лаа». Даже глазам не поверила. Потёрла их, проморгалась, но мне не показалось. Растрепав светлые волосики Остина, потискала мальчика и поправила кубики:

— Няня Лара. А ты сообразительней, чем твои сверстники в моём мире. Значит, ты просто притворяешься? Ну-ну. — склонила голову и посмотрела мальчику в глаза. — Не бойся, я твой секрет пока не выдам. Интересно, что ты ещё умеешь?

Остин загадочно улыбнулся.

Фэр Итан плохо знает своего племянника. Если он способен на такое в одиннадцать месяцев. Хм, придётся ещё помучить Шивонн и создать с нуля не только раздаточный материал, но и пособия для занятий. Но прежде всего нужно покопаться в библиотеке. Стоит ли показывать Остину корову, если её нет в этом мире?

Когда я отвлеклась от своих мыслей, мальчик уже сполз с моих коленей и вовсю гремел кубиками. Склонившись к Остину, с удивлением прочитала: «папа Итан».

Библиотека фэра Итана поражала. своим разнообразием. Комната была высокой, стеллажи были заполнены разного вида книгами. Разделители и указатели читались легко, но вот моя идея с изучением мира провалилась на корню: информации море, а времени — чуть. Да и подборки у фэра Итана тоже были своеобразными, детских сказок или подобных книг не было. Конечно, зачем профессиональной свахе. сваху. в общем, своднику, детская макулатура?

Остин, по достоинству оценив наспех сотворённый мною слинг, опять грыз прядь моих волос. Но я уже привыкла ходить обмусоленной и обсмоктанной. Как говорится, чем бы дитя ни тешилось. В случае с Остином это было жуть как обосновано. Благо длина моих тёмных волос позволяла мусолить их и тащить в рот почти на любой удалённости от моей головы, почти любой.

Задрав голову, я поджала губы и вздохнула: ладно, начнём с какой-нибудь энциклопедии или словаря, должно же быть здесь что-то подобное?

Но не успела я подойти к ближайшему ко мне стеллажу, как в библиотеку просочился Базио.

— Уже и сюда добралась.

Опять это ворчание! Интересно, этот старый хранитель поместья хоть когда-нибудь бывает довольным? Или нет? Или это у него на меня такая стойкая аллергическая реакция?

— Базио! — громко воскликнула, обернулась к двери и застала эту пушистую хвостатую морду врасплох. — Мне бы пригодилась твоя помощь.

Теперь я увидела и впрямь пушистую морду вместо мохнатого зада, а ещё пару жёлтых глаз, сощуренных и недовольных. Сейчас меня мысленно такими эпитетами обкладывали, что даже великий и могучий русский язык мог отдыхать в сторонке. Это я поняла по своим горящим ушам.

— Это в чём же?

— Хочу найти какие-нибудь книги для Остина.

— Если только атлас домашних животных...

— О, Базио! Да ты знаешь толк в воспитании детей, — не поленилась и польстила духу.

— У меня когда-то своих было четверо. — Базио фыркнул, красиво обмахнулся хвостом и медленно побрёл ко мне. — Но у фэра Итана библиотека не рассчитана на детей, тут вообще детей не было какую сотню лет.

— Но атлас же поможешь найти?

— Можно подумать, у меня выбор есть.

Вот же ворчун! С трудом удержалась, чтобы не наподдать этому хвостатому. Меня даже не смущало, что он был дворецким и пользовался громадным уважением у фэра Итана. Базио был невозможным типом! Просто. невозможным! И то, что он уже мёртв, только усиливало эту невозможность. Нечего было надеяться на скорое освобождение.

— Ладно, достану вам атлас.

Базио с лёгким хлопком обернулся человеком и побрёл к какому -то стеллажу. Мы же с Остином с любопытством осматривали растущую перед нами гору книг — всё то, что мешало. Похоже, что Базио тоже не часто пользовался библиотекой.

— Магические пассы и врождённый дар. Руководство по домоводству. Как стать хорошей женой.

На последней фразе Базио ехидно хихикнул. Я же поджала губы и недовольно посмотрела в сторону мужчины: вот уж не надо меня замуж выдавать! Я туда не собираюсь.

— Что за странный набор книг?

— Здесь всё, что может понадобиться фэру Итану для работы.

— Хм. — пролистала книгу про хороших жён, пользовались ею очень часто. Я заметила десятки карандашных пометок разными почерками. — Фэр Итан знает свою работу.

— Это его дар.

— Был бы вундеркиндом, не требовались бы все эти книги, — ехидно подметила и улыбнулась Остину.

— Были бы умными все невесты, не понадобилась эта книга.

Один — один. Уел так уел, старый прохвост!

— Но я невестой быть не собираюсь!

— Скажите это спискам!

Один — два... Удручающая тенденция.

— Держите, вам это будет интересно! — Базио, прошмыгнув мимо меня, всучил тонкую книжку. — Изучайте!

— Самые примечательные женихи. — начала читать название. — Что? Это ещё зачем?

— Изучите своего будущего мужа.

У-у-у! Как же Базио повезло, что он мёртв! Он даже не подозревает, насколько!

Я отыскала кресло, села в него и принялась листать тонкую книжонку. Лорда Фаркса нашла на десятой странице. Пропустить эту лощёную. рожу сложно. Мужчине была посвящена целых три абзаца. В первом перечисляли титулы, во втором — земли и средства, в третьем — личные качества. Похоже, что у меня и вправду отменный жених! Хватай и беги, пока не утащили. А желающих должно быть много, даже несмотря на список.

Фэра Итана я нашла дальше. Ему посвящалось аж шесть абзацев. Вот уж кто достоин внимания! На этой статье я задержалась. Оказывается, мой начальник молод — тридцать один год, теперь понятно, откуда такая пылкость. Богатств тоже немало, как и прочих регалий, наград. Денег так тем более полно! И почему такой красавец один?

Базио, положив атлас мне на колени, фыркнул и обернулся хвостом. Потряс им, будто богато украшенной пуховкой и собрался уже уйти, как Остин вдруг оживился и схватился за него. От визга Базио уши заложило. Не зная, куда девать книги, я крутила головой и пыталась выдрать хвост волшебного дворецкого из рук необычного ребёнка.

— Караул!

— Да не ори ты так! Погоди!

Остин смеялся, мял хвост и даже не думал прекращать эту вакханалию. Я с трудом разжала пальцы мальчика и дала свободу Базио.

— Несносный ребёнок! — Базио обиженно потряс хвостом и одарил меня испепеляющим взглядом.

— Ещё одно слово, и я сама тебе хвост оторву!

— Все вы горазды.

— Угу, поэтому фэр Итан одинок при таких -то регалиях. Красавец мужчина в полном расцвете сил и один! Ну-ка, признавайся, ты всех невест отвадил?

— Вот ещё! Фэр Итан и сам прекрасно с этим справляется, его список давно полон... А недавнее изменение его и вовсе ужаснуло.

Внутри у меня даже что-то зазвенело. Остин тоже уловил тревожную нотку. Не сговариваясь, нахмурились и впились взглядом в Базио. Он понял, что ляпнул что -то лишнее и попытался улизнуть. Но не на ту напал!

Я ухватила кота за хвост под радостный смех Остина. Поджимая губы, покачивала головой.

— А ну колись, Базио! Не то отдам на откуп Остину, он быстро из тебя чучело сделает. Шкурка у тебя ничего, на муфточку хватит.

Базио проклял меня одним взглядом вплоть до десятого колена, не иначе. Как и себя за излишнюю болтливость.

— Ну? Что там со списком фэра Итана?

Экипаж потряхивало. Если честно, я даже была готова к тому, что его будет трясти. Дороги тут не ахти, экипаж самоходный — спасибо магии.

Утро началось с кормёжки Остина. Прошло всё как-то мирно и спокойно. Я была сонной мухой, зевала, поправляла халат и кормила с ложки суперулыбчивого и активного Остина. Тот, наслушавшись моих россказней и натаскавшись с вечера Базио за хвост, теперь был жутко послушным. Предвкушал! Как же, он очень даже хотел посидеть вместе с дядей, просто до жути хотел. Едва ли из своих штанишек, украшенных кружевом, не вылетал. Это было видно и по улыбчивой моське, по блестящим глазам. Я даже не завидовала фэру Итану.

Мне, всучив кошель с золотом, такую же сонную Шивонн, дав надеть простое платье, фэр Итан дал едва ли не пинка под зад, вытолкал взашей, даже не дал и слова сказать!

Вот теперь тряслись и ехали в какой -то Туинстон, за каким -то новым платьем. Я, поправив юбку, высыпала деньги и под округлившиеся глаза Шивонн принялась считать. Сумма была внушительная: двести три золотых монеты и три добрых сотни серебряных.

— Что? — огляделась, пожала плечами и всучила золотую монету Шивонн.

— Нет-нет! — женщина попыталась отделаться от меня, но ничего не вышло. Меня взяла злость, так что я сразу три монеты положила в ладонь Шивонн. — Фэру Итану это придётся не по нраву.

— Он дал деньги женщине, которой они всегда карман жгли! Раз дал. Знаешь, как говорят в моём мире? Барыня встала, место пропало. Вот мне кошель дал, может забыть о деньгах! — хихикнула. — Это же просто откуп, чтобы я не думала о нём и Остине! — стукнула себя кулаком по колену. — Я его насквозь вижу!

— Тут на десять платьев хватит, от самой дорогой швеи. — Шивонн благодарно кивнула, сунула деньги в небольшой кошелёк на поясе и торопливо затараторила: — Вы аккуратнее с ними! Держите при себе! Узнают, какое у вас богатство... Ох, с чего вдруг расщедрился фэр Итан?

— Откупился. — сцепив зубы, зло процедила.

Мне было не по себе. Нет бы радоваться, что убежала, что отпустили, что дали выходной, а я. я сижу и думаю об Остине! Как мне жалко было этого мальчика! Опять с ним будут обращаться как с одержимым. Может. Может и тут есть какие обряды экзорцизма? Вдруг меня за этим отослали? Г осподи! Что за идиотские мысли у меня в голове?

Высунулась в окно. Мимо проплывали вполне себе бодрые пейзажи. Зелёные деревья, цветущие поля, аккуратные домики, которые казались миниатюрными на проплывающем дальнем плане. Изредка пролетали бабочки и птички. Тишь да благодать, идиллия просто! А у меня кошки на душе скребли.

— Переживаете? — Шивонн протяжно выдохнула и поправила шляпку. Моя так и продолжала сиротливо лежать рядом. — Я тоже. Что там будет? Уцелеет ли поместье. Фэр Итан дал отгул даже Элис!

Теперь мне и вправду подурнело.

— И кто же остался?

— Базио. — Шивонн несмело протянула. — И всё.

Ой! Так, всё! Нужно срочно разворачивать экипаж и ехать обратно в поместье! Нет, нет и нет! Это же будет настоящее смертоубийство. Бедный, бедный Остин! Вот фэра Итана мне было ни разу не жаль! Вот ни капельки! Да, я злая, знаю. Но ребёнок тут ни при чём!

— Шивонн, мы вернёмся на пепелище.

— Да, — женщина кивнула, — но вам всё равно нужно надеть шляпку, а ещё вот эти лайковые перчатки, вы же фэра.

Я налепила шляпку так, будто блин на волосы поцепила. Натянула перчатки и вымученно улыбнулась.

— Да, так лучше! — женщина засияла. — Если фэр Итан выживет, он оценит ваш наряд! Как-то это прозвучало не очень жизнеутверждающе.

Хмыкнула и вновь повернулась к окну экипажа. Немного толстое стекло отлично отразило меня: уложенные кудри, плоская шляпка с короткой вуалью, платье ярко -лилового цвета было просто вырвиглазным, но зато закрытым, воротничок был глухо застёгнут под самой шеей. Длинные рукава -буфы торчали какими-то пирожными по бокам в отражении.

— Фэр Итан не только мой наряд оценит, я ещё с ним толком не говорила. Шивонн, а что ты знаешь о самых завидных женихах?

Вы о ежегодных бюллетенях?

— О них самых, — широко улыбнулась и кивнула.

— Ну... Просто... — экипаж подпрыгнул на кочке и Шивонн ойкнула, прижав руки к груди. — Просто перечисляют самых завидных женихов, тех, чьи списки пусты.

— Тогда что же там делает фэр Итан?

— Список фэра Итана всегда пуст, — Шивонн авторитетно кивнула. — В этом могу вас уверить! Базио, когда слишком устанет или когда слишком недоволен, начинает бубнить. Я от него это слышала!

— Да? — недоверчиво нахмурилась. — Вчера этот хвостатый друг рассказал мне занятную историю. Про то, что я есть и в его списке.

Шивонн покраснела, выпучила глаза и икнула.

— И о том. — я продолжала давить на любопытную и всезнающую особу, — что было множество невест, которых фэр Итан едва ли не пинками гнал из своего поместья.

— Он просто ответственно относится к работе! — обмахиваясь кружевным платком, Шивонн приходила в себя. — Поэтому и решил выбрать вам лучшее платье! У меня даже набросок есть.

Шивонн полезла в сумочку, поковырялась там и вытащила смятый кусок бумаги. На нём уверенной рукой было начиркано нечто, напоминающее платье. Едва посмотрев на этот грубый эскиз, я всё поняла и пришла в настоящий ужас.

— Это же. это же. свадебное платье!

— Что вы! Просто платье на выход! — Шивонн попыталась убедить меня в обратном, но вышло не очень уверенно.

— Да? А мне кажется, что у фэра Итана зуб на своих невест! Вот поэтому он изобретателен в таких вещах. А ещё племянником прикрывается! Не нужно мне было его слушать, он хочет, чтобы я ушла из поместья!

Топнула ногой и чуть не задела Шивонн. Сжав кулаки, сердито фыркнула. Вырвала эскиз из рук Шивонн и разорвала его в клочки. Женщина побледнела и обеспокоенно потёрла щеку.

— Нет, больше фэра Итана не слушаем. Раз он мне дал столько денег, — тряхнула кошельком, — то дал полную волю. Мы выберем то платье, которое понравится мне! И пусть фэр Итан только заикнётся. Остин ему разминкой покажется.

Экипаж остановился возле какого -то высокого и немного корявого дома. Выглядел тот так, будто его строили впопыхах, совсем как детские куличики: тяп -ляп и готово! Как этот дом ещё на ветру не покачивался, уму непостижимо.

Шивонн привычно закрыла дверцу экипажа, ловко поправила мою шляпку и улыбнулась. Я пару раз моргнула, потому что странно было видеть женщину-эльфийку в довольно знакомом платье. Диссонанс какой-то.

Впрочем, последующий когнитивный диссонанс я заработала, когда мимо меня прошёл мужчина. Он, уверенно опираясь на трость, неспешно прогуливался по брусчатой улочке. Фрак, цилиндр... А ещё кошачьи уши и хвост, который очень странно смотрелся сзади. Вытаращив глаза, я потёрла их не один раз, а потом чуть шею не свернула, когда принялась вглядываться в спину мужчины и то, что у него было ниже. Шивонн засуетилась, подхватила меня под локоть и попыталась увести. Я же выворачивала шею подобно сове и таращилась на диво-дивное, чудо-чудное.

— Шивонн. Это что? Ты видела? Что это было? Он на маскарад собрался?

— Обычный метаморф, — женщина раздражённо буркнула и всё -таки затолкала меня за калитку небольшого дворика возле тяп-ляпного дома.

— Да у него же хвост из. — мой восклик потонул в шуме проезжающего мимо экипажа.

— Хвост торчит!

— У него не только уши и хвост кошачьи. — Шивонн брякнула невпопад, погрузила меня в какой -то медитативный транс и сумела протолкнуть дальше по дорожке.

Уточнять я не стала. Моё богатое воображение рисовало такие картины, что впору было особые комиксы для взрослых выпускать. Отчаянно покраснев, я снова выцепила взглядом из потока прохожих обладателя хвоста и хмыкнула.

Туинстон напоминал мне настоящий сказочный городок. Здесь было немного тесно и шумно, полно людей. Дома казались игрушечными: с цветными черепичными крышами, разномастными окнами. Ну и экипажи, которые ездили сами по себе, тоже удивляли.

Когда потеряв из виду коточеловека, я наткнулась взглядом на полупрозрачного человека, едущего на лошади, решила, что, пожалуй, лучше ограничиться эльфами и феями, сшить себе платье и вернуться в поместье. Там моя психика будет целее.

— Скажи мне, Шивонн, а разве у вас нет обычных людей? Вот совсем обычных, без магии?

— Нет. У каждого есть магическая жилка, — женщина тяжко вздохнула. — Только кто-то может судьбу мира вершить, а кто-то только носки штопать, а у кого-то сил не хватит даже на то, чтобы бородавку вывести.

— Значит, я в самом низу иерархической лестницы? — скривилась и вопрошающе посмотрела на женщину. — Ниже падать некуда?

— Не совсем. Лорд Фаркс, по слухам, не такой уж сильный маг. Станете его женой и магия вас волновать вовсе не будет.

— Не хочу я его женой становиться! Я домой хочу, — буркнула под нос.

— Это уже не вам решать. Увы, — Шивонн посмотрела на меня с такой тоской, что впору было уподобиться Офелии и броситься в пучину вод. — Некоторые влиятельные люди не терпят отказов. В этом фэру Итану не позавидуешь, ему вечно приходится балансировать между этих чванливых персон, не знающих слова “нет”!

Похоже, что это задело Шивонн за живое. Наш дальнейший разговор был прерван появлением хозяйки дома. Тут я испытала повторный шок. Немолодая, очень высокая. Простое платье с короткими рукавами постоянно меняло цвет, правая рука женщины напоминала дикобраза, потому что иголки и булавки торчали прямо... из-под кожи. Но владелицу дома это не волновало. Видимо, это её магия.

— Ах, фэра Лара? Вы от фэра Итана... Проходите, — женщина приветливо улыбнулась, чуть не сшибла меня с ног удушливой волной сладковатых духов и пропустила нас внутрь. Проходя мимо, я заметила, что глаза и волосы у женщины также меняли свой цвет. Просто хамелеон какой -то, утыканный булавками и иголками. — Я подобрала уже ткань, осталось выбрать фасон.

— Фэр Итан. — Шивонн только открыла рот, но я тут же перебила её.

— Фэр Итан разрешил мне выбрать, — обворожительно улыбнулась. — И. у вас есть что-то вроде каталогов? Чего-то, где можно посмотреть платья.

— Конечно! — женщина улыбнулась в ответ. — Зовите меня фэра Рилла. Пойдёмте на второй этаж. У вас такая прелестная фигура, что мы сотворим невообразимую красоту!

Дом внутри был более обычным. Поднявшись по крутой винтовой лестнице, мы попали в настоящую мастерскую. Подручных тут не было, но едва фэра Рилла хлопнула в ладоши, как ко мне тут же подлетел толстый такой журнал в мягком бумажном переплёте. Страницы перелистывались сами собой, я едва успевала читать заголовки. Заметив то, что вызвало у меня коварную улыбку, я взяла журнал в руки и ткнула пальцем:

— Вот это!

— Это? — брови фэрра Риллы взметнулись вверх. — Вы уверены?

— Да, абсолютно, — кивнула и улыбнулась ещё шире. — Мы добавим туда ещё кое-чего.

Когда Шивонн поняла, что я захотела, то побледнела, а затем и вовсе покрылась тёмно -красными пятнами.

— Фэр Итан выставит меня вон!

— Не переживай, Шивонн, весь удар я приму на себя. — довольная как слон, я принялась выбирать ткань. — А потом мы потратим деньги и на Остина. Ты поможешь мне в этом? Хочу посмотреть мальчику книги и игрушки.

— Думаю, это возможно, — женщина тяжко вздохнула.

— Шивонн, расслабься! В конце концов это моя жизнь! И если фэр Итан не торопится возвращать меня обратно, нужно как -то самой выбираться. Быть может это подтолкнёт его к действию.

Если вы правы, то. у вас будут все шансы стать невестой фэра Итана.

— Ох, Шивонн... — попутно обмениваясь взглядами с фэрой Риллой, успели выбрать ткань и кружево. — Двум смертям не бывать, а одной не миновать. Поспешу тебя огорчить: выходить замуж я не собираюсь. Ни за фэра Итана, ни за лорда Фаркса. Надеюсь, это платье даст им чётко понять, что оба они. — проглотив обидные слова, пробормотала, — так и останутся заядлыми холостяками!

Жалко у меня фотоаппарата нет, не получится запечатлеть лица мужчин, когда они увидят такое моё платье. Он будет просто фееричным! Я стану настоящей звездой на званом ужине лорда Фаркса.

Держа дюжину свёртков, мы с Шивонн неспешно направлялись к поместью. После шумного, тесного и богатого на впечатления городка, поместье фэра Итана казалось мне землёй обетованной.

— О, нет.

Мы замерли возле пышных розовых кустов и, одновременно задрав головы, пришли в ужас. Из нескольких труб, торчавших посреди обычной черепичной крыши, шёл зеленоватый дым. Даже не дым, а нечто непонятное.

Окна на втором этаже были заляпаны какой -то гадостью, а внутри стоял жуткий грохот.

— Думаю, фэр Итан очень сильно жалеет, что отпустил меня.

— Главное, чтобы они на кухню не забрались, иначе Элис устроит им такое. — Шивонн, шумно сглотнув, торопливо забормотала. — Она и фэра Итана не побоится!

Я осторожно взялась за дверную ручку, перехватив часть свёртков под мышку, и потянула дверь на себя. Внутри творился настоящий ад, иначе и не скажешь.

Вокруг летали мыльные пузыри, внутри которых были. вещи. И это было самым странным! Я, например, не ожидала увидеть внутри такого шарика шкаф или пианино. Когда мимо нас проскользил пузырь с плитой, Шивонн не сдержалась и выругалась на странном языке.

Всё, мы все умрём!

Остин и фэр Итан разгромили кухню!

Господи. Закатив глаза, пыталась представить, что нужно было делать, чтобы разгромить весь дом! Ну вот что? Ребёнок и один взрослый!

— Где они могут быть?

Шивонн примостила все наши покупки на чудом уцелевший столик, поводила носом и, поджав губы, направилась в сторону кухни. Я пошла следом. Стоило только свернуть в узкий коридор, как я тут же обнаружила любопытную роспись в духе импрессионизма-авангардизма. Наверное, Остин рисовал ложкой тыквенным пюре, а дополнял всё штрихами спелой клубники или помидоров. Ну а зеленоватые кляксы чего -то смахивающего на брокколи добавляли цвета и освежали этот всплеск искусства. Шивонн слабо пискнула и принялась ругаться так, что у меня уши покраснели. Ничего не понятно, но очень интересно!

Конечно, всю эту гадость Шивонн оттирать, не мне... Хотя, может, меня в наказание тоже заставят взять губку и мыло. Но, если честно, я хотела предложить Шивонн свою помощь. Мне казалось, что даже с магией тут сложно было навести порядок.

Дверь на кухню открылась не сразу. Шивонн пришлось её дёрнуть да не один раз, прежде чем с протяжным скрипом она поддалась. Нас чуть не снесло потоком воды. Мы вскрикнули, подняли юбки и кинулись врассыпную. Мимо в мутном и пенном потоке плыла кухонная утварь, часть мебели. В широком тазу в компании большущего мыльного пузыря устроил судоходную компанию Базио. Он покачивался на лапах, пушил хвост и что-то истошно орал. Я не удержалась и злорадно захихикала.

Шивонн, выцепив проплывающую мимо метлу, взяла её и швырнула подобно копью. Пузырь лопнул, Базио получил мокрыми прутьями по голове и рассерженно зашипел:

— Безумие! Это просто безумие! Если бы я только мог, то ноги моей больше тут не было! Этот ребёнок. — Базио фыркнул, выпрыгнул из тазика и, дрыгая то передними лапами, то задними, поплёлся к сухому месту. — Этот ребёнок чудо.

Я не выдержала и, подняв метлу, от души треснула Базио ею по голове. Тот взвизгнул и кинулся наутёк.

— Ты прав, Базио! Этот ребёнок чудо! — пропела вслед, мечтая кинуть метлу следом, как это не так давно сделала Шивонн.

На кухне нас ждала другая картина маслом. Остин, повиснув в воздухе, заливисто хохотал и отказывался есть. Фэр Итан, напоминавший палитру, так сильно был испачкан, держал ложку с длинной ручкой и пытался накормить племянника. Тот, с очередным взрывом хохота, добавлял красок своему дяде. Он уже обладал ярко-розовыми волосами и кожистыми крыльями. Просто дракон -мутант какой -то! Очень эмоциональный дракон, не хватало пары чёрных прядок для контраста.

Мужчина сохранял ледяное спокойствие, не кричал, не топал ногами, только упрямо пытался выполнить задачу. Танки грязи не боятся!

— Остин! — не выдержала и вскрикнула. — Что ты тут устроил?

Фэр Итан обернулся ко мне. Кажется, в его тёмных глазах я заметила слёзы счастья. Или это остатки пудинга поблескивают на скулах?

Остин, услышав в моём голосе тревожные нотки, осторожно плюхнулся на свободный стул и затих, немного виновато на меня смотря. Ругать малыша я и не собиралась — бессмысленно это. Торопливо подошла к мальчику, попутно одарив его дядю многозначительным взглядом, и взяла Остина на руки.

— У мальчика специфический вкус. Но розовый цвет вас оживил, — широко улыбнувшись, добавила едкости в голос. — Нынче это модно!

— Мы просто читали книгу. Остин хотел видеть героев. — мужчина мрачно парировал, уперев руки в бока.

— О! Значит, теперь вы принцесса? И дракон? О, это мило. Только вот меча рыцаря я не вижу. Лицом не вышли?

Остин не выдержал и хрюкнул. Шивонн, двигаясь маленькими шажками в сторону коридора, поспешила скрыться. Просто подхватила юбки и бросилась наутёк, только и мелькнули белые кружева.

— Как прошёл ваш день? Успешно? — фэр Итан утирал со лба остатки каши. — Платье удалось на славу?

— О, да-а-а, — довольно оскалилась. — Платье вышло фееричным! Так и хочется его... выгулять.

— Отлично! Тогда будем готовиться к встрече, она должна пройти как по часам. И, — мужчина вздохнул, — я даже готов удвоить вам жалованье.

— Жалованье? Оно у меня есть?

— Конечно! — мужчина на меня так посмотрел, будто я с Луны свалилась. А я и свалилась, только с потолка. — Я вам выдал его авансом.

— О! Значит, ничего криминального я не сделала, правильно распорядившись деньгами.

— Что? Неужели все потратили? — глаза мужчины страшно округлились.

— На это бы ушло гораздо больше времени, чем один день, — я благодушно ухмыльнулась. — Нет, просто потратила чуть больше, чем вы рассчитывали.

— Купили ещё и туфли? — фэр Итан немного презрительно посмотрел на меня.

— Что вы. Всего лишь выдала компенсацию Шивонн, приобрела кое -что для Остина — он стал самым затратным пунктом. О вас тоже не забыла, — повернулась и пронзительно выкрикнула: — Шивонн! Можно отдать фэру Итану его подарок?

Плоский свёрток, перевязанный толстой бечёвкой чудом разминулся с мужским лицом. Лишь потому, что мой начальник успел его перехватить. Он повертел его в руках, подозрительно на меня посмотрел и разорвал коричневую бумагу упаковки. Увидел, что там, и поднял на меня изумлённый взгляд.

Теперь я сменила гнев на милость и добродушно улыбнулась.

— Это правда вам нужно. Почитайте, поможет.

— Лучшие сказки? — мужчина недоумённо переспросил.

— Иногда нужно немного вернуться в детство. Вы, кажется, забыли, каково это быть ребёнком. Если вы не можете смотреть на всё с профессиональной точки зрения, то. то стоит просто сменить угол зрения, — удобнее перехватила Остина и направилась к выходу. — Спасибо потом скажете, фэр Итан. А сейчас мне нужно заняться вашим племянником, — напоследок обернулась. — Если у вас будут вопросы по воспитанию вашего племянника, вы знаете, где меня найти, фэр Итан.

В детскую мы шли неспешно. Я смотрела на притихшего Остина, прижавшегося ко мне продрогшим котёнком, и бубнила:

— Это он моего второго подарка не видел! Но прибережём его на потом. Не нужно выкладывать все козыри сразу. Посмотрим, что скажет фэр Итан на то, что я знаю, что могу быть его невестой.

— И вот принц достал меч. Огнедышащий дракон взревел и опалил верхушки деревьев своим жгучим дыханием. Принц...

Я читала сказку, привычно держа Остина за ручку. Тот, намытый и накормленный, устало смотрел на меня и осоловело хлопал глазками. Ему так понравилась сказка про дракона, что я её уже третий раз читала. Чувствую, что скоро выучу её наизусть.

Медленно читая, подняла взгляд.

Мальчик, сжав плюшевую игрушку в одной руке, другой упрямо держался за мой палец. Только теперь Остин не устраивал скандал и магический дебош. Поэтому когда сон окончательно сморил малыша, он инстинктивно сжал свои пальчики, а потом их расслабил и отпустил меня.

Я закрыла книгу, положила её к себе на колени и выдохнула: ура! Теперь я могу спать спокойно, а ещё отдельно. И даже не знаю, что меня радовало больше.

Только смежила веки, как в дверь поскреблись. Я лениво повернула голову: в проёме торчала светло-розовая шевелюра. А, фэр Итан пожаловал! Выходит, магия Остина позабористей его будет?

— Не мешаю?

С чего вдруг такие мысли? Или мужчина просто боялся разбудить своего племянника?

Я прислушалась к мерному сопению, недовольно поджала губы и как бы меланхолично ответила:

— Нет, не мешаете.

— Он так быстро уснул? — фэр Итан выпрямился, зашёл в комнату и встал в привычную позу, сцепив руки за спиной и расправив плечи. Настоящий хозяин этого дома! Только розовые волосы сбивают с толка.

— Вы же его спать днём не уложили, конечно, он быстро уснёт. Я сама с ног валюсь, а вы так тем более. Что, можно вас поздравить с боевым крещением?

Мужчина неопределённо пожал плечами и отвёл взгляд.

— Я хотел бы поговорить не об Остине, а о лорде Фарксе и его приглашении. Вас он ждёт раньше, вместе с ребёнком. Хочет перед приёмом побыть с вами наедине.

Похоже, что сама мысль о подобном поступке доводила фэра Итана до бешенства. Он даже покраснел и теперь мило сочетался со своими короткими розовыми волосами. Весь такой... поросёночек. Фунтик, не иначе. Панамки только не хватает. А я буду злой госпожой Беладонной, которая мучает бедных и несчастных поросят.

Чуть в голос не засмеялась. Пришлось сдержанно фыркнуть.

— Мне показалось, что ребёнок его отпугнёт.

— Вы по всем параметрам не подходите ему, он. он не должен был выбрать вас. То, что происходит — настоящее сумасшествие! Вывозить куда -то Остина.

— Это нормально. Мальчик кроме четырёх стен и перепуганных насмерть лиц прислуги ничего не видит.

— Это опасно для окружающих!

Тут уж я в голос фыркнула.

— Думаю, что сейчас с ним можно сладить. Думаю, это пойдёт малышу на пользу. Он увидит другую магию, других людей. Ему нужно социализироваться.

Фэр Итан вытаращился на меня так, будто я выругалась. Очень грязно, очень громко и очень зло.

— Он также должен общаться с другими детьми.

Точно. Я злой дядька, точнее, тётка, которая ругается. И эта моя ругань всколыхнула что -то нежное и трепетное в душе фэра Итана. Едкая волна сарказма и внутренней злости толкнули меня на неожиданный шаг. Я просто выпалила всё, что у меня было на уме. Совсем как у пьяного.

— Не обманывайте меня опасностью Остина, как обманывали списком!

Теперь фэр Итан побледнел. Сердито раздувая ноздри, он сверлил меня взглядом и не знал, что сказать.

— Просто решили от меня избавиться! И от Остина! И чтобы это всё было правдоподобно и безболезненно, просто нагло обманули меня! — бубнила, как старая бабка, боясь разбудить Остина. — Мало вам было меня выдернуть из другого мира, так ещё и подставили по-крупному! Знаете, кто вы после этого?

— Кто?

— Вы не фей. вы. вы. — у меня слова закончились. Я вскочила на ноги, сжав кулаки и сверля ответным злым взглядом мужчину. — Вы злодей! — от переполнившей меня ярости я даже стихами заговорила.

— Да? Я часто это слышу! Увы, всем не угодишь, всегда остаются недовольные!

— Да вы мне жизнь сломали! Ещё и обманули! Вы ведь можете избавить меня от этой участи! — поджала губы. — Только не говорите, что в вашем мире не слышали про фиктивный брак! Но нет, проще меня с Остином сбагрить какому-то толстосуму!

— Здесь нет договорных браков, как и фальшивых. И я, увы, не тот, кто может тягаться с таким человеком, как лорд Фаркс! — фэр Итан угрожающе приблизился ко мне, метая взглядом молнии. — И уж вам-то точно не должно быть дела до моего списка!

— Скажите пожалуйста! — вспыхнула и всплеснула руками. Двинулась навстречу, угрожающе тыча пальцем в мужчину. — Я есть в этом списке! Значит, мне есть дело! Чтобы вы там не говорили. Я не собираюсь сидеть на месте, сложив ручки и томно вздыхая. Не на ту нарвались!

Мы оказались в угрожающей близости друг от друга. Настолько, что ещё чуть -чуть, и столкнёмся носами. От мужчины исходил странный аромат, очень вкусный и незнакомый. Я невольно повела носом, вдыхая запах и успокаиваясь.

— Я не сомневаюсь, что вы настроены биться до последнего. И я даже догадываюсь, кто проболтался... Базио просто мечтает, когда же я обзаведусь женой и детьми. Моими детьми, а не. — мужчина тяжко вздохнул. — Мой список, фэра Лара, никогда не пустовал.

— Тогда почему вы это скрываете, говоря, что он пуст? — недоверчиво сощурилась, уперев руки в бока.

— Потому что я воспитан также, как и мой брат. Мы подвержены опасной болезни, которую вы, фэра Лара, отлично знаете.

— Да? И какой же? — напряглась всем телом. Вот не хватало ещё какой-нибудь лишай подцепить!

— Любовь. Я не хочу женится на той, которую не люблю! — мужчина рубанул рукой воздух и чуть не оставил меня без носа. Я едва успела отстраниться. — Только вот опыт моего брата. Знаете, похоже, что. что не для всех существует любовь. А раз так, то лучше я останусь один.

Такая откровенность меня поразила. Вся злость улетучилась, и теперь я чувствовала себя немного виноватой. Желая разрядить ситуацию, ляпнула:

— От вас вкусно пахнет.

Фэр Итан, перестав угрожающе нависать надо мной, изумлённо выпрямился и осекся. Не такого признания он ждал, очевидно.

— Что? — мужчина хрипло переспросил и вытаращился на меня.

— Вкусно пахнет, говорю. Парфюм?

Мой начальник вдруг вцепился в свои волосы, взъерошил их и одарил меня таким взглядом, будто я блаженная.

— Нет, я пытался исправить это розовое безобразие, но так и не понял, что сделал Остин. Придётся пока так походить.

— М-м-м, — многозначительно протянула.

Посчитав наш конфликт исчерпанным, мужчина поторопился на выход. Я провожала фэра Итана взглядом и думала, как непросто устроен этот мир. И как сложно здесь жить.

Уже выйдя из комнаты, мужчина вдруг снова заглянул в комнату, поморщился и тихо спросил:

— Что? Так приятно пахнет?

— Ага, — кивнула и широко улыбнулась. — Очень приятно. Мне нравится...

Вспыхнув, фэр Итан немного презрительно вскинул бровь и окончательно покинул наше с Остином общество. Я слышала, как удаляются его шаги. Когда всё стихло, протяжно выдохнула и хлопнула себя ладонью по лбу:

— Приятно пахнет? Господи, Лара, о чём ты думала? И чем ты думала?

Но очень вкусный запах и опасная близость сбили меня с толку. Желая вернуть боевой настрой, саркастично про себя подумала, что розовые волосы фэра Итана прекрасно гармонируют с его крыльями, которые он теперь и не стремится показывать.

Сев обратно в кресло, поджала губы и нахмурилась. Моя задумка уже не казалась мне такой уж хорошей, как и тот подарок. Только вот если лорд Фаркс не одумается, придётся серьёзно поговорить с фэром Итаном.

Закрыв глаза, живо представила ту маленькую коробочку, перевязанную атласной лентой. Последний подарок, который остался тайным и который съел большую часть моего бюджета.

Ладно, разберёмся!

Может, зря я вешаю нос? Посмотрим, что будет на приёме. И чем удивит меня этот метросексуальный лорд.

Поместье лорда Фаркса располагалось очень даже далеко. Выехали мы сразу после завтрака, самодвижущийся экипаж меня уже не удивил. Прикрываясь длинной тёмной накидкой, я ловила своё отражение в стёклах окон и того же экипажа. Приглашённая леди, точнее, фэра сделала из меня настоящую красавицу. Лёгкий макияж, замысловатая причёска. Даже не думала, что могу выглядеть вот так! Ну а накидку я позаимствовала у Шивонн: не стоило разбрасываться своими козырями вот так и сразу.

Я думала, что отправлюсь одна, но внутри меня уже ждал фэр Итан в своём привычном бархатном пиджаке и строгих брюках с Остином на руках. Вскинув брови, я лишь хмыкнула и при помощи слуги забралась внутрь. Села напротив своего начальника, плотнее запахнула накидку и улыбнулась.

— Не думала, что моим спутником сегодня будете вы! Почему не Шивонн?

— Нельзя вас отпускать одну?

— Чтобы я опять деньги не потратила? Или не увлеклась шалостями? — хихикнула. — Лорд Фаркс и так с меня глаз не сведёт.

— Угу, вот это и подозрительно, — фэр Итан вполне спокойно держал Остина, даже не кривился. Я внимательно вглядывалась в лицо мужчины, пытаясь понять, в чём же подвох. — Очень подозрительно!

— Ну, может, я и вправду неотразима... — пожала плечами, пытаясь отвлечь фэра Итана от детального изучения моей персоны. Накидка пусть и плотная, но не могла скрыть абсолютно всё.

— Кроме вас были ещё две особы. Одна из них из очень древнего рода, грозилась проклясть меня: чтобы и внуки мои страдали. Другая — родственница короля, того самого, которого вы чуть не зашибли, падая с потолка.

— Скажите пожалуйста, какая цаца! — фыркнула и вскинула подбородок. — Нечего было меня из моего мира выдёргивать. Мне и там неплохо жилось!

Тут я, конечно, немного покривила душой. Мама умерла, отца не было. Сестра. У сестры своя семья, ей не до меня. Я жила работой, чужими детьми и редко когда спешила домой, потому что там было пусто. Да и с мужчинами у меня, откровенно говоря, не складывалось. Они будто бабочки порхали вокруг меня, а стоило лишь улыбнуться, как они во мне страшную паучиху видели и улетали, кто куда

— Я и не думал вас упрекать, — фэр Итан обворожительно улыбнулся. У меня даже руки зачесались. — Просто вы из всего списка самая. непривлекательная невеста. И я не понимаю, почему лорд Фаркс обратил внимание именно на вас.

— Спасибо большое! — вспыхнула, поморщив нос. — Специально меня заводите? Смотрите, сейчас как передам все свои эмоции Остину.

— Простите, — очередная улыбка, от которой только и смогла, что передёрнуться. — Я не про вашу красоту: тут вы самая первая, не спорю. Но лорд Фаркс не из тех, кто обращает внимание на глаза и губы.

— Г лаза и губы? — хитро прищурилась.

— Да, они у вас очень красивые, — мужчина сказал это вскользь и усадил Остина на другое колено. — Но красота мимолётна, а вот деньги, статус и земли всегда имеют вес, особенно в высшем обществе.

Значит, фэру Итану я понравилась? Так что ли?

Немного покраснев, перевела взгляд на Остина и задалась вполне закономерным вопросом. На самом деле он меня смутно беспокоил уже не первый день, но всё случай не подворачивался. А раз я уж решила играть роль не Мэри Поппинс, а миссис Эндрю, то почему бы уже не идти до конца?

— А почему это в город вы меня одну отправили, без Остина, а вот к лорду Фарксу едем в полном составе? А как же очень страшное заклинание, с которым вы обещали разобраться? Или оно не такое уж и страшное?

Фэр Итан, пусть и был феем, но нюх на всякие непонятные вещи имел отменный! Что, впрочем, не помешало ему взять в дворецкие, а заочно и в помощники, такого... такого вредного... такое вредное существо, как Базио!

Мужчина немного нахмурился и с каким -то дьявольским прищуром уставился на меня.

— Вы что, думаете, я вам вру?

— Да, есть подозрения. — честно ответила и пощекотала живот Остина. Мальчика сегодня разодели в пух и прах: кружева, оборочки, бархат. Ну да, мы же вдвоём сегодня будем впечатление производить. — Чувствую, что поступила опрометчиво, доверившись вам вот так!

— Я вам не врал. Сказал истинную правду. Заклинание в ваш мир вас не отпустит, да и этом мире оно накладывает определённые ограничения, — фэр Итан вновь улыбнулся. — Не советую вам проверять мощь этого заклинания.

— Значит, Остин тут.

— Не только из-за заклинания. Лорд Фаркс ждёт вас двоих.

— Так, и что же этот лорд обо мне знает? Что я Лариса из другого мира, живу в старенькой однушке и работаю в детском саду? Или что я некая фэра Лара, у которой свиньи в оборках ходят?

— Что? У вас ходят? — мужчина проявил любопытство.

Я покачала головой и вздохнула. Как -то фэр Итан всё буквально воспринимает. Нет, может, у кого на Рублёвке свиньи и полонез танцуют, но я это просто так сказала, что на ум пришло, то с языка и ушло.

— Нет, не ходят.

— Я почти ничего не рассказал о вас лорду, да он особо и не интересовался, ему нужна была личная встреча со всеми претендентками. Но после вас сразу же определился.

— То есть.

— То есть врите, но не завирайтесь, — фэр Итан благодушно улыбнулся. — Будет лучше, если создадите вокруг себя флёр загадочности и таинственности.

— Думаю, налёта скепсиса, жадности и наглости будет достаточно! Это слишком жирно создавать флёр для такого лорда. — вздохнула и пробормотала под нос: — Угораздило же меня!

— Ничего не рассказывайте про себя. Ссылайтесь на меня, что я вам запретил говорить. Пусть лорд Фаркс всё узнает через меня.

Ага! Вот прямо сейчас! Точно решил от меня избавиться!

Экипаж подпрыгнул на какой -то кочке. Я пошатнулась и неловко завалилась набок. Фэр Итан, перехватив племянника под мышку, ухватил меня за локоть и потянул на себя. Завязки накидки не выдержали, моё прикрытие скользнуло вниз.

Мужчина, начав говорить какие-то слова оправдания, замолк. Лицо его перекосилось. Хватая ртом воздух и страшно пуча глаза, таращился на меня. Мой наряд вызвал неописуемую реакцию у фэра Итана.

— Что, вам не нравится моя наряд? — кокетливо улыбнулась и повела плечом.

Фэр Итан, рассмотрев меня сверху донизу не один раз, начал стремительно краснеть. Скрежеща зубами, он прикрыл глаза рукой и едко выдал:

— Мы обречены.

Красивые платья я наблюдала только на витрине. Нет, не потому, что денег не было, просто мне было не до платьев, ещё их носить некуда было. Мои эксперименты с одеждой закончились тогда, когда в первый месяц работы кто-то из детей пролил на мою любимую кофточку борщ. Всё, жирное пятно я так и не вывела. А проработав полгода, начала ловить себя на странной мысли: стоило выйти из детского сада, как от меня сразу разило им. Я пахла детьми, садом, едой. И этот запах въедался так, что его ничем было не вывести. Поэтому любимые вещи прятались до выходных, на которых чаще всего мне никуда не хотелось идти, ну и до всяких «особых случаев». Но лордов и смотрин мне не подворачивалось, поэтому ходила в обычных платьях, простеньких и затрапезных — так их называла моя сменщица. Она наоборот была мерилом красоты: ресницы, волосы, ногти. От полёта в небеса её спасал только вес, так бы она своими хлопалками, точнее, ресницами, точно подняла бы пыльную бурю. Волосы напоминали мне куклу Барби из девяностых, не в лучшем смысле этого сравнения. А ногти... Фредди Крюгер обгрыз бы себе свои металлические когти, когда увидел прекрасный маникюр Юленьки. Я всё поражалась, как она себе глаз не выколола. Мне кажется, что на любом фуршете она могла бы спокойно нанизывать закуски прямо на свои ногти — лучшего канапе и не придумаешь!

Но отсутствие практики мне не помешало выбрать по-настоящему достойный наряд. Так как фэр Итан отправил меня к опытной портнихе, то я просто полистала каталог, нашла понравившееся мне платье, ещё и дополнила его красочными эпитетами и замысловатой характеристикой. Звучала она так: «представьте себе даму, которая похоронила нелюбимого мужа и очень хочет выйти замуж снова, но вынуждена носить траур, добавьте сюда полное отсутствие вкуса и такта, вычурность и наплевательское отношение к этикету».

Думаю, что фэр Итан прочёл эту характеристику и по фасону, и по рюшам, и по цвету, и по моим ногам, которые вполне себе торчали из-под неприлично короткой юбки. На самом деле было видно лишь щиколотки и только спереди, потому что сзади у меня был шлейф. А в районе пятой точки опоры было что-то намощено под юбку. Я честно позабыла, как называется эта штука, но выглядело это так, будто мне туда половинку арбуза засунули. Чёрная блестящая ткань искрилась разными цветами. Тонкое кружево, одновременно прикрывающее грудь и приковывающее к ней внимание, сияло множеством мелких пайеток. Когда я увидела сие творение, то напомнила себе сгоревшую новогоднюю ёлку.

Фэр Итан не знал, куда смотреть. Прижав свободную ладонь к щеке, вскинув брови и открыв рот, он осматривал это безобразие и пытался выдавить хоть звук. Я слышала только вздохи и сипение.

— Что? Вам не нравится?

— Вы опозорите меня на всю Эрению... — мужчина качнул головой.

— Ой, не сгущайте краски. Это всего лишь платье! — хихикнула, а сама подумала, что это он ещё шлейфа не видел и воротника, который сзади был украшен перьями.

— Вы понимаете, что там будет не только лорд?

— Ну и отлично же! Тогда он точно нос воротить будет! Представьте меня рядом с ним! Это же скандал, позор и вообще.

— И вообще, — мужчина вторил мне и снова покачал головой, затем прикрыл глаза ладонью. — Боги, за что мне всё это?

— Пф! Это я должна задаваться подобным вопросом!

Наш спор прервал Остин. Он хихикнул, задорно осмотрел меня и принялся методично доставать своего дядю, пытаясь встать на ноги и ощупать родственника. Я со вздохом взяла малыша на руки, даже позволила ему вытянуть прядь из причёски и привычным образом её мусолить.

Поместье лорда или его замок, ну или где он там жил, оказалось гигантским нечто. Сначала показался большущий парк. Мы проехали через него, а я всё выглядывала и рассматривала вековые деревья. Затем был сад, цветущие поляны, подвесной мост. Когда колёса экипажа застучали по камню, мы уже подъехали к высокому каменному дому, который и правда больше смахивал на замок. Встречали нас слуги с таким важным видом, будто мы к королю приехали, а не к лорду.

Первым из экипажа выбрался фэр Итан. Немного осмотрелся, с кем -то тихо переговорил, затем открыл дверь и помог мне выбраться. Прижав к себе Остина, я чуть не рухнула под колёса экипажа — платье было чудовищно громоздким, но фэр Итан ловко подхватил меня за локоть и помог уверенно встать.

Фырканье слуг не осталось незамеченным, по крайней мере, мною. Лорд Фаркс, весь сияющий как новая копейка, стоял возле дверей вместе с каким -то не менее напыщенным пижоном. Стоило лорду увидеть меня, как его лицо стало меняться со скоростью света. Приличия не позволяли ему выражать свои эмоции, наоборот, он старался быть сдержанным и вежливым. Я же просто лыбилась, нервно покачивала Остина и думала, что о приличиях в этом доме после моего визита больше говорить не будут, напрочь забудут об этом ругательном слове. О вредных привычках я знала почти всё, потому что выпустила две группы детей. И помимо этих маленьких человеков, вокруг меня были их родители, а ещё коллеги и начальство.

Фэр Итан поперхнулся и странно икнул — это я к нему спиной повернулась. Хорошо, не хрюкнул, и на том спасибо!

Чем ближе я подходила к лорду, тем сильнее мне хотелось захохотать с демоническим отливом и выкрикнуть: «беги, глупец!», я же домой хочу, а не замуж. У мужчины тоже читалось что-то подобное в глазах: желание бежать и как можно дальше. Но не давал тот напыщенный хмырь, который аккуратно так придерживал его под локоток.

Когда я поравнялась с мужчинами, то сделала не очень красивый реверанс и поприветствовала мужчин:

— Доброго дня!

Лорд было протянул ко мне руку, наверное, опять хотел облобызать мои пальцы, но тут очнулся Остин. Всю дорогу он жался ко мне, мусолил прядь. Тут же увидел какого -то соперника, который посягнул на его няню. Я ожидала чего угодно, но только не того, что произошло дальше. Видимо, Остина укачало. И он просто прекрасным фонтаном выдал на лорда свой завтрак. Да так мастерски, что на меня и капли не попало.

Шумел камыш, деревья гнулись... Стояла звенящая тишина. Все вытаращились на лорда: слуги, хмырь, я с Остином. Позади раздался звук очень громкого, пропитанного отчаяньем шлепка. Я обернулась и испуганно скривилась.

Фэр Итан, покрывшись серо-буро-малиновыми пятнами, держался за щеку и быстро моргал, при этом левый глаз странно дёргался. Похоже, мой начальник только что заработал себе нервный тик. Совсем как тогда, когда мальчик из моей группы, обидевшись на замечание заведующей в его адрес на репетиции утренника, назвал её жирной уткой, при этом заведующая в тот момент стояла позади него. Только тогда нервный тик чуть не заработала я.

Ситуация с Остином, которому стало плохо, затягивалась. На всех напал столбняк. Я, держа малыша на руках, не знала, что и делать. Посмотрела на заляпанного лорда, которому даже на лицо попало, на хмыря, которого перекосило. Вот у этого сопровождающего я и нашла прелестную манишку на шее. Рванула её и принялась с деловым видом обтирать лорда, приговаривая:

— Простите, малыша укачало. Такая долгая дорога!

Лорд вместо слов просто схватил меня за руку и потащил за собой, пытаясь скрыться в доме. Я же сжимала оторванную манишку одной ладонью, второй рукой придерживала Остина.

Напоследок фэр Итан знакомо икнул, я посчитала это благословением на любые действия. А что я? Я тут ни при чём! Это всё Остин. Кажется, что малыш и без меня любые планы на свадьбу расстроит. То ли ещё будет!

Дом лорда оказался. вполне себе богатым и предсказуемым. Как ни странно, но вот жилище фэра Итана было скромным. Я не видела там излишка позолоты, стройных рядов хрусталя и фарфора, дорогих вещей и прочих радостей жизни. Нет, всё выглядело достойно, но в то же время без лишней помпезности. Без труда можно было понять, что

дом принадлежит обеспеченному человеку, человеку с тонким и изящным вкусом. Лорд же напоминал взбесившуюся сороку. В доме буквально всё орало с порога, что здесь живёт просто нереально богатый человек.

Это отталкивало.

Моё детство было бедным, скромным и мало чем отличалось от детства моих сверстников. Пусть и зацепив девяностые годы почти на излёте, я застала в полном цвете начало нулевых. И так как моя мама не была такой уж старой, когда родила меня, то поневоле вкушала плоды восьмидесятых. Я помню всё. Сухое молоко, от которого покрывалась коркой диатеза, помню картонку на рынке и очереди в магазинах. Помню дешёвые и очень вонючие китайские кроссовки, тощие куриные окорочка, помню бум турецкого золота и дублёнок, сшитых из мелких квадратиков, которые, если были подделкой, весили как живая овца. Помню смешную рекламу по телевизору на грани фола. Расточительностью я не болела, хотя сейчас, будучи взрослой, могла бездумно потратить деньги, определённую сумму, конечно. Просто потому что хотелось. Потому что моя мама не могла, хотя ей тоже этого бы хотелось. Я отрывалась, пытаясь наверстать упущенное, прекрасно понимая, что это упущенное будет со мной до самого конца. Это в крови.

Помню наших соседей, которые поднялись на алкоголе, а потом перешли в торговлю шмотьём и стали «челноками» — летали в Турцию. Стоило зайти к ним в гости, как у меня дыхание перехватывало: дорогие обои, картины в багетных рамах, мебель из дермантина, типа под кожу, ковры и прочее. Всё было «дорохо -бохато». Чем старше я становилась, тем более сильное отвращение вызывало у меня это «бохатство». Оно воняло похлеще тех розовых китайских кроссовок, которые моя мама смогла урвать на рынке.

Так и у этого лорда, «дорохо-бохато». Начиная от напудренных париков слуг, заканчивая золотыми подпорками для дверей. Подавив рвотный рефлекс, я покрепче перехватила Остина и послушно шла за мужчиной. Хозяин этого богатого дома собственноручно завёл меня в какую -то комнату. На кабинет не похоже, скорее, библиотека. Извинившись и сказав, что будет через пару минут, оставил меня в одиночестве. Едва захлопнулась дверь, я выдохнула, прижала к себе Остина и заговорила с мальчиком:

— Ты мой спаситель! Ты видел, какой павлин? А дом у него? Тут аллергия на золото начнётся! Г осподи, как можно в таком жить... Тут чихнуть страшно!

На самом деле было страшно: вдруг, не дай бог, из носа что-нибудь вылетит и я безнадёжно испачкаю древний манускрипт?

Библиотека не была пыльной, но стиль «дорохо -бохато» присутствовал. Чего стоил один ковёр, который занимал почти весь пол в комнате. Я даже ноги под кресла убрала. Можно весь день чистить этот ковёр, пылинки с него сдувать.

Остин гукал, мусолил прядь моих волос, которая точно скоро в дред превратится, выражая полную солидарность со мной: к такому богатству он тоже относился презрительно. Удивительно, но моя бедность не воспитала во мне тяги к богатству, да и какое могло быть богатство у воспитательницы? Только дети. Это мой дар, наверное, с рождения. Я была мамкой и нянькой для всей малышни во дворе. Есть такие люди, к которым кошки с собаками тянутся, а есть такие, к которым дети липнут, как мухи к мёду.

Лорд Фаркс достаточно быстро вернулся, не позволив увязнуть мне в ностальгических воспоминаниях. Придвинув второе кресло, сел рядом и уставился на меня так, будто на мне какие-то узоры были или платье из старинных гобеленов. Остин от такого внимания даже затих, отпустил прядь волос и в духе ужастиков медленно повернул голову. Честно, даже у меня сердце ёкнуло. Лорд же вымученно улыбнулся, чуток отклонился назад и пробормотал:

— Фэра Лара, вы можете называть меня Бертоном. Досадное происшествие мы забудем,

— мужчина теперь щеголял вполне скромным тёмным костюмом, лишь какое-то подобие манишки с булавкой, да запонки на рукавах продолжали вопить о статусе своего владельца. — И я рад, что вы приняли моё предложение...

У меня внутри всё похолодело и оборвалось. Судорожно втянув воздух, нахмурилась:

— Какое предложение?

— Посетить мой скромный дом.

Да-да, скромный, видели. Скромный он, потому что у псов будки не двухэтажные!

Меня аж передёрнуло от такой. лести.

— Ах, это, — мило улыбнулась, прогоняя с лица плохие эмоции. — Разве я могла отказать?

— Вы могли не приехать.

Смотря лорду в глаза, проклинала последними словами фэра Итана. Чтоб ему икалось! Чтоб уши покраснели и отвалились!

— Я очень рад видеть вас здесь, надеюсь. что больше досадных происшествий не будет и я смогу полностью насладиться вашим обществом. — мужчина взял мою ладонь и учтиво её облобызал. С трудом удержалась от того, чтобы не скривиться. Продолжала улыбаться, отгоняя навязчивый образ слюнявого мопса, который прочно прилип к Бертону Фарксу. — Не расскажете ли о себе что-нибудь?

— Ох, я даже не знаю, — продолжила улыбаться. Хотя улыбка теперь на оскал походила.

— Что вы хотите обо мне узнать?

— Вы были замужем?

Опа! Вопрос на миллион. Указаний мне не дали, а лорд сразу зашёл с тыла. Знал, гад, на что давить. У! Он стал ещё более слащавым и противным, если это вообще возможно.

— Почему это вас так интересует? — включила свою подозрительность.

Мужчина вздохнул, провёл рукой по волосам, потом нехотя полез в нагрудный карман и достал оттуда что-то. Внутри меня всё вопило: «Лара, хватай Остина и беги!». Остин тоже был такого мнения, потому что ухватился за меня ручками, будто пытаясь защитить, и угрожающе насупился.

— Потому что я собираюсь сделать вам очень ценное предложение... — лорд протянул мне свою руку и разжал ладонь.

Майн гот! Он предложение сделал!

От вида кольца мне поплохело. Я даже за сердце схватилась. Кошмар!

Драгоценным кольцом, которое служило главным украшением, можно было голову пробить наверное. Нет, конечно, он не был размером с кирпич, но с фалангу моего пальца точно. Во рту пересохло, и я, гневно раздув ноздри, подняла взгляд и посмотрела мужчине в глаза. Он ни на секунду не сомневался, что я соглашусь и приму его предложение.

— Неужели вы хотите меня купить? — слабо улыбнулась и вцепилась пальцами в рюши на костюме Остина. Перебирая их, успокаивалась и возвращала себе самообладание.

— Мне казалось, что этого достаточно, — брови мужчины изумлённо взметнулись вверх.

— Или нет? Чего же вы хотите ещё? Поместье? Больше украшений? Или залог в золоте?

Такое ощущение, что меня хотели купить запчастями. Тут филей, тут грудинка, тут почки с печенью. Я что, мясной развал? Или что?

— Как дешёво вы меня оценили! — гневно воскликнув, вскочила на ноги. Обняла Остина, хмыкнула и повернулась спиной к мужчине.

— Очень недёшево! Поверьте!

Лорд тоже подскочил и вцепился в мой локоть, пытаясь усадить меня обратно в кресло. Вышло как-то неуклюже и нервно. Я грохнулась в кресло, запутавшись в собственной юбке. Ноги взметнулись вверх и приземлились на подлокотник. Каким -то чудом я сумела не выронить Остина, но стиснула его так, что мальчик начал проявлять недовольство, пытаясь вырваться из моего хвата.

— Боюсь, что вы ничего не можете мне предложить. Ничего из того, что нужно мне! — выкрикнула в сердцах, собираясь звать на помощь. — Ничего!

Бертон Фаркс едва касаясь моих ног очень осторожно опустил их на пол, помог мне сесть удобнее, придвинул своё кресло и принялся за прерванный разговор:

— Мне казалось, что вас интересуют только деньги. По крайней мере, вы очень убедительно играли охочую до денег даму. Теперь же ваши слова не вяжутся с тем образом, что вы мне демонстрировали. Но я не поверил в него ни на миг, — мужчина мягко улыбнулся. — Ваши глаза, ваши повадки. Скорее я поверю, что вы мать, желающая самого лучшего для своего ребёнка. Именно это я и предлагаю. Ваш сын ни в чём не будет нуждаться, более того, я готов сделать его частью семьи.

Так, где верблюды перепутали забой с водопоем? С чего вдруг такая щедрость? Усыновить мальчика без роду, без племени, дать ему всё. В чём подвох?

— Только не говорите, что делаете это из -за моих красивых глаз. — подозрительно нахмурившись, перевела взгляд на Остина. Тот вновь искал зубы, которые ещё не вылезли, слюнявил кулак и не менее подозрительным взглядом осматривал потенциального «папашу».

— Почему нет? Вы не верите, что очень понравились мне? Дайте шанс, и я докажу...

Всё понятно, тут пытаются играть на моих материнских чувствах, которых нет. Но зато есть воспитательская хватка, нюх и опыт. Фэр Итан казался более благонадёжным, чем этот смазливенький лордик. Уж не знаю, какой у него план, но раз уж он намёков и прочего не понимает, придётся сказать прямо и откровенно:

— Не верю, — улыбнулась и вскинула подбородок. — Мои глаза не такие уникальные, чтобы предлагать за них такое. И я не верю вам. Раз уж вы так ловко раскусили мою роль, то подумайте, почему я скрывалась за такой личиной? Не знаете? — расправила плечи и подмигнула Остину. — Мне не нужен брак, мне не нужен муж, мне не нужны все ваши богатства, титулы и власть.

— Это нужно всем... — глаза мужчины недобро блеснули.

— Продолжайте тешить себя этой мыслью, лорд Фаркс. Но я слеплена из другого теста. Меня не интересуют материальные ценности. И по вашему внешнему виду я могу понять, что дать любовь, ласку и заботу моему мальчику вы не в состоянии. Вас больше беспокоит собственная причёска и наряд. Найдите себе глупышку, которая будет восторгаться лепниной и позолотой, которая будет падка на каждую золотую монету, а про меня забудьте!

Маска добродушности слетела мигом. Мужчина переменился в лице, сразу вылезла его настоящая натура, которая уже не была такой слащавой. Скрипнув ножками кресла, лорд встал, чуть наклонился и жёсткой хваткой вцепился в мою руку.

— Достопочтенная фэра, отказов я не принимаю!

— И всё же я говорю вам нет!

Жжение на коже появилось внезапно. Похоже, что лорд решил воспользоваться магией, причинить мне вред. Яркий всполох откинул от меня и мужчину, и кресло. Лорд Фаркс, ахая и охая, лежал бесформенной кучей на дорогом ковре. Остину гугукнул и посмотрел мне в лицо.

— Примите мой отказ, лорд Фаркс, я никогда не соглашусь на брак с вами! Никогда и ни за что! — прижалась щекой к макушке Остина. — Малыш, нам пора! Тут всё с ног на голову.

Договорить я не успела, потому что кресло, в котором я сидела, взмыло ввысь. Испуганно прижав к себе Остина, не сразу поняла, что это его проделки. Всполохи, радужные, яркие. Вся библиотека была раскурочена в миг. Шкафы, стоявшие на полу, взметнулись к потолку и прочно к нему прилипли, как и все книги. Стол, утварь, мебель, статуи и вазы

— всё полетело в сторону потолка. Как и лорд Фаркс, которого очень даже не слабо приложило об потолок, а потом сверху прикрыло ковром. Когда мужчина попытался что -то выкрикнуть, Остин поручил паре увесистых книг служить выбивалкой. Лупцевали лорда они от всей души. Только пыль летела.

Моё кресло развернулось и двинулось в сторону коридора. Мы плавно летели к выходу, при этом всё вокруг нас в буквальном смысле становилось с ног на голову: слуги и обитатели дома. Драгоценный фарфор и хрусталь с ужасным хрустом бились о потолки, усыпая их крупными осколками. Мебель ломалась. Людей только Остин жалел.

— Ох, Остин, быть беде! Натворили мы делов!

На эти мои слова мальчик так выразительно на меня посмотрел, что я только сглотнула ком в горле и выдохнула. Похоже, что всё это безобразие — так, мелочь. Лорд Фаркс мог нарваться на Варфоломеевскую ночь и утро стрелецкой казни в одном флаконе, и что если после этого останки мужчины не придётся собирать в фарфоровую вазу, то ему очень повезёт.

Я покачала головой, а Остин вдруг прижался ко мне, обхватив своими ручками мою шею. Все мои плохие мысли и страхи улетучились. В конце концов, что они хотели от ребёнка?

Когда входная дверь с треском разлетелась на части, пропуская нас, фэр Итан лишь обречённо вздохнул. Мне показалось, что чего-то подобного он и ждал. Даже не удивился, что один из слуг держался за уцелевшую дверную петлю, стараясь не взмыть ввысь.

— Знаешь что, Остин? Хватит с них! И с нас. Едем домой, не будет никакого приёма! — эти слова я уже говорила фэру Итану, ловко спрыгивая с кресла, которое уже приземлилось совсем рядом с нашим экипажем.

Вопли, грохот, визги и ругань — Остин вернул всё, как и должно быть. Ну... почти так.

— Что стряслось? — фэр Итан не торопился уезжать. Наоборот, встал возле экипажа, преграждая дорогу.

— Вам кратко или нет? Кратко: мы очень сильно оскорбили лорда Фаркса своим отказом. И я, и Остин. А теперь давайте вернёмся в ваше поместье.

— Вы сказали ему это в лицо? — мужчина ужаснулся.

— Да, прямо в лицо. Не вынуждайте меня и с вами ссориться, фэр Итан, — я обошла мужчину, открыла дверь экипажа и, усадив на сиденье Остина, забралась сама и села рядом. — Я сказала ему нет.

Но фэр Итан и не собирался ссориться, нет. Он со странной смесью уважения, ужаса и удовольствия смотрел на меня. Похоже, я его сильно удивила.

Такая поездка не прошла даром, ни для кого. Конечно, всё это было весело и забавно, но.

Проблемы начались почти сразу же. Потому что едва мы вернулись, фэр Итан тут же стремительно куда-то убежал, даже толком со мной не поговорив. Судя по тому, как грохотало в доме, как тряслись стены и каким пришибленным носился по коридору Базио, мой начальник получил просто потрясающий разгром.

Странно, мне казалось, что фей сам себе начальник, оказывается, это не так?

Остина не только укачало, мальчику было нехорошо. Он весь обмяк, побледнел, а глазки и вовсе стали печальными. Как бы я его ни тормошила, как бы ни развлекала, ничто не помогало. Остин только жался ко мне и почти не капризничал, стоило мне только отдать его Шивонн, как он тут же болезненно расплакался, совсем как обычный ребёнок.

Всполошилась я не на шутку.

Неизвестно, есть тут врачи, какие лекарства, да и изобрели ли в этом лохматом магическом веке градусник? Я жалась лбом к лицу мальчика, прикладывала к щекам его ручки и пыталась понять, что же случилось с Остином.

Растолкав слуг и никого не слушая, коршуном кинулась в детскую. Шивонн хоть и ворчала, но помогала мне, не забывая о наказе фэра Итана. Похоже, что всех волновала только та головомойка, которую устроили фею. И в этом я понимала слуг: никто не хотел лишаться работы. Только мне было плевать на деньги, жалование и... да почти на всё, меня волновал лишь Остин. Наверное, всё потому, что я не из этого мира и ещё лелеяла надежду на возвращение домой.

Когда укладывала малыша в кроватку, он уже казался тряпочкой. У меня даже руки затряслись. В голове что-то щёлкнуло, на глаза упало забрало, и я включила режим злой воспитательницы.

Первым делом избавилась от идиотского платья, едва в клочки его не порвала. Оставила лишь нижнее платье, накинула свой уже любимый халат и со всклокоченной шевелюрой, мягко оттолкнув Шивонн, выскочила в коридор. Набрала воздуха в лёгкие и гаркнула:

— Базио!

Эта лохматая шкура появилась почти сразу же на горизонте. Покачивая пушистым хвостом и соблюдая невозмутимость, эта рыжая. нет, фиолетовая морда не понимала, что ей грозит.

Какой такт, какая вежливость?! Поймав кота за загривок, я подняла его в воздух и так тряхнула, что он, забыв, что может говорить, завизжал как резаный поросёнок.

— Врача, живо! Лекаря! Кто у вас тут такой тут? И пусть фэр Итан.

— Но он говорит с самим королём! — кот буркнул, облизнулся и косо на меня посмотрел.

— Да хоть с королевой, хоть с богом, хоть с чёртом! Остину плохо, ты меня понял, Базио?

Для пущей убедительности я так тряхнула кота, что тот поморщился, зашипел, а затем просто повис кулём.

— Не то я от поместья камня на камне не оставлю! И магия мне для этого не понадобится!

Отпустила Базио, тот тенью исчез почти сразу. Надеюсь, он решил прислушаться к моим словам. Шивонн, ошарашенная такой картиной, стала просто шелковой, даже не бубнила.

— Так, мне нужна вода. Остину попить, а ещё тазик, на всякий случай, и полотенца!

Я бросилась к малышу, начав его снова щупать. Мне показалось, что у него, всё же, жар. Стянуть одежду было делом техники и да, под ней он был словно кипяток.

Шивонн уже тащила мне тазик, а я, взяв полотенце, смочила его один край в воде и принялась обтирать Остина. Тот лежал, только смотрел на меня и совсем не понимал, что с ним происходит. И я не понимала! Был же здоровый ребёнок! Или... или тот казус с лордом был первым звоночком? Но потом Остин был очень даже активен и весел.

Заставив Шивонн найти ещё и ложку, пыталась посмотреть горло мальчика. То, что я увидела, меня не обрадовало: горло было вполне себе здоровым. Принялась отпаивать Остина. Жар поднялся, кожа даже немного побледнела.

Я подозревала, чем это может обернуться.

— Базио, кот ты. драный! Куда запропастился? — обтирала Остина полотенцем и ругалась. — И дядька твой хорош! Ребёнок болен, а он лясы точит с королём. Будто это подождать не может.

— Правда, не может, — Шивонн робко встряла и заслужила от меня такой гневный взгляд, что покраснела.

— Вот об этом я и говорила! Именно за это я и ненавидела одну соседку. За это! Когда болели её дети, она думала лишь о работе. Её волновали её отчёты, бумажки, уважение начальства. А дети. иногда начинало казаться, что дети ей просто мешали. Мешали строить карьеру, мешали налаживать личную жизнь, мешали. мешали просто жить.

— Но разве она не содержала детей?

— Если подсчитать дни, прожитые у соседей, бабушки, родственников, подсчитать затраченные деньги. Не сказала бы. Какой нормальной матери придёт в голову уехать на море со своим любовником, а детей оставить с тыщей рублей на комоде? Сколько раз я сидела с этими детьми, потому что не могла остаться в стороне? Дети — это не хомячки. Если не можешь. содержать, не можешь заботиться, не порть жизнь своим детям, найди тех, кто им поможет.

— Поэтому фэр Итан вас и нанял.

От такой фразы я вздрогнула. Поджав губы, приняла возражение Шивонн. Можно считать, что всё так, поэтому я здесь. Но сердце мне твердило, что этот красавчик-фей не такой уж плохой, и что. что он любит своего племянника, только очень неуклюже.

Остин тяжело дышал, взгляд его начал стекленеть. У меня внутри всё рухнуло. Я схватила раздетого мальчика на руки и в панике обернулась к Шивонн. Женщина, прижав руки ко рту, растерянно смотрела на меня и не знала, что делать.

— Ты же владеешь магией!

— Но не такой, фэра Лара, я не умею лечить!

— Ну, сделай же хоть что-нибудь! Хоть что-нибудь!

Дверь в комнату с треском ударилась об стену. Не успела я ничего сказать, не успела даже вскрикнуть, как у меня вырвали Остина из рук. Фэр Итан, белый как мел, осторожно держал племянника и смотрел на меня, будто это я виновата.

Может, так оно и было?

— Шивонн!

Одного взгляда фэра Итана хватило, чтобы женщина вынеслась из комнаты. Я, застыв каменным изваянием, сжимала и разжимала кулаки, смотрела на мужчину и боролась со своим поганым языком, который иногда становился неподконтрольным.

— Что с Остином? Что это? — размахивая мокрым полотенцем, удерживалась от крика.

— Не вашего ума дело...

Мужчина грубо огрызнулся, огляделся по сторонам и направился к столу, на котором ровным слоем лежали игрушки, скинул их одним движением руки и положил племянника на тонкую скатерть. Крылья за спиной фэра Итана, появившиеся как по мановению волшебной палочки меня поразили. Впервые я видела их так близко и так чётко. Большие, синевато-чёрные, с зелёным отливом. Они казались хрустальными, очень хрупкими. Отвлеклась на них на короткое мгновение и не поняла, что делал мужчина.

Тут его крылья дрогнули и. с них будто сияющая пыльца слетела. Она, закручиваясь вихрем, стремилась к Остину, окружала его блестящим коконом. Фэр Итан едва шевелил крыльями, усиливая поток пыльцы.

Я прижала полотенце ко рту, пытаясь не грызть собственные губы и осторожно обошла мужчину. Встала так, что мне было видно и Остина, и его дядю. Мужчина ласково гладил малыша по лбу и что-то шептал. Остин, схватившись одной рукой за свободный палец фэра Итана, сжимал его, я видела, как мальчик, раскрыв глаза, смотри на своего дядю.

Кокон из пыльцы становился всё толще и ярче, фэр Итан наоборот бледнел. Крылья его уже звенели, а от пыльцы вся комната сияла сильнее всех драгоценностей мира. Остин всхрипнул, стол задрожал так, будто его полтергейст тряс. Мужчина, тряхнув головой, оперся бедром о стол.

Я вдруг поняла, что фэр Итан делится чем-то с Остином и сам слабеет. Откинув полотенце и, плюнув на все предупреждения и многозначительные взгляды, поднырнула под левую руку мужчины, приобняла его и подставила своё плечо. Сначала он хотел что -то сказать, но я, отточив умение успокаивать три десятка детей одним взглядом, применила этот навык и на мужчине, ему хватило. Сжав правой рукой плотную ткань пиджака, левую положила поверх ладони фэра Итана на лбу Остина.

Что-то шло не так.

Хлебнув такой силы, Остин должен был вылечиться, но чем больше старался фэр Итан, тем хуже становилось мальчику.

— Я... я не понимаю... — на лбу мужчины выступила испарина, по вискам стекали крупные капли пота. — Не понимаю!

Хотела бы я сейчас помочь! Сделать хоть что-то, чтобы помочь Остину, помочь фэру Итану.

— Нужно было сразу.

— Вы были заняты королём, — сухо парировала.

— Знал бы, так и не занимался им! — мужчина в отчаянии воскликнул и чуть не рухнул на пол. Только моя поддержка и помогла.

Остин! Что же с тобой не так? Что случилось с тобой, малыш?

Я в панике вглядывалась в Остина, молилась про себя, заклинала все высшие силы, если бы это только помогло! Я бы сейчас сделала самое невозможное! Что угодно! Хоть душу бы продала!

Капелька чёрной вязкой жидкости капнула из уха Остина на стол. Сначала я её не заметила, приняв в мельтешении этой сияющей пыли, от которой я чуть в алмазную статую не превратилась, сложно было что-либо понять. Это вязкое нечто капало и капало. Я недоумённо посмотрела на фэра Итана, но он ничего не видел. Тогда я подставила ладонь.

Дети в саду часто притаскивали слаймов, такую липкую массу, вот и эта чёрная жижа напоминала мне этот слайм. Я схватилась за это нечто и просто начала тянуть гадость на себя. Фэр Итан окончательно ослабел, его крылья перестали звенеть, они стали почти прозрачными. Поняв, что сейчас я буду иметь два тела на руках, от всей души оттолкнула мужчину от племянника. Фэр Итан, испуганно на меня посмотрев, рухнул как подкошенный, ему не хватило сил даже встать с пола. Блестящий кокон из пыльцы рассеялся. Чёрная гадость, почувствовав это, стала более вязкой и устремилась обратно в ухо Остина.

— Ну уж нет!

Схватилась двумя руками за массу и, разъяренно взревев, рывком потянула на себя. Толчок в грудь напомнил о бурном детстве и игре в баскетбол. Закрутившись волчком, я шмякнулась на пятую точку прямо на пол, сжимая в руках бившееся и противно визжащее чёрное нечто. Оно, тяпнув меня за пальцы, выскользнуло на пол и устремилось обратно к Остину.

— Ах, ты дрянь!

Сняла с ноги туфель, прицелилась и метнула это орудие прямо в ту живучую гадость. Попала!

Дом содрогнулся от чудовищного грохота. Мебель задребезжала, стёкла зазвенели, слуги испуганно завопили. Стол с Остином подпрыгнул и малыш устремился к краю.

Нет!

Мы с фэром Итаном одновременно вскрикнули и кинулись к столу, подставили руки и поймали малыша. Щупая его, едва дыша, я с радостью поняла, что горячка отступила. Да и румянец на щёки вернулся. Фэр Итан, облегчённо выдохнув, прижался лбом к животу мальчика:

— Остин, я не мог потерять и тебя...

— Что. что это было? — я прервала трогательный момент, криво улыбаясь Остину и соображая, как же нам троим подняться с пола.

— У лорда Фаркса могущественные покровители. Поэтому ему нельзя отказывать. И. и это поразительно, что вы уничтожили заклинание, не обладая никакой магией.

— Чудной вы, фэр Итан, — улыбнулась и взяла Остина. С трудом встала, перехватила мальчика одной рукой, другую же протянула мужчине. — Разве вы не знаете, что человеческие чувства на многое способны? Вот и вы показали себя в полной красе.

— За кого же вы меня принимаете? Я, конечно, не идеальный дядя, и уж тем более не отец.

— Я и так испортила момент, не усугубляйте ситуацию. Лучше скажите, что нам делать дальше? Воевать?

— Нет, — мужчина отряхнулся и протянул руки к Остину. Я, поколебавшись, отдала мальчика его дяде. Тот его обнял, прикрыл глаза и вздохнул с таким облегчением, что даже мне стало дышаться легче. — Просто расскажите, что произошло в доме лорда Фаркса.

Дурной день подходил к концу. Очень плавному и спокойному.

Остин, просто утопленный в магии в буквальном смысле, вытянул из дяди всё: нервы, спокойствие и магию. Последнюю чуть ли не досуха выкачал. Теперь фэр Итан напоминал старика, очень дряхлого и немощного. Пришлось Шивонн размещать в детской софу, чтобы уложить мужчину на неё. Куда-либо тащить без его на то разрешение никто не осмелился.

Я же по настоянию Шивонн направилась на кухню к Элис за какой -то настойкой, пока женщина всё приводила в порядок. А там было над чем поработать. Ух! Что за денёк выдался.

Дом погрузился в сумрак, но я бесстрашно шла по слабо освещённому коридору, думая о том, что всё выглядит очень даже уютно в таком мрачном виде. Дверь на кухню была открыта, яркий квадрат света слепил глаза.

— Что же это такое творится? — недовольный голос Элис было сложно не узнать.

— Не знаю. Конечно, Итан ни за что бы не отказался от мальчика, но, Боги! В какую историю он нас втянул?

— Раз не собирался, зачем мать искал? — кухарка гремела посудой, разговаривая с Базио очень даже мило, тот отвечал тем же. Со стороны было похоже, что старые беседовали супруги. — Зачем было эту несчастную девушку выдёргивать?

— Несчастную? Что-то она не страдает...

— Ох, Базио, перестань! Ты, конечно, каждому новенькому трёпку устраиваешь, но в этот раз по загривку потрепали тебя...

Тихий кашель заставил меня улыбнуться: похоже, Базио подавился каким-то напитком. Ну-ну, об этом все знают!

— Можно подумать, что твои страдания кто -то видит и слышит. Кроме меня и господина, кто-нибудь знает о тебе хоть что-то. — Элис тяжело вздохнула. — В этом вы похоже. Два ореха. Никто и не догадывается, что скрывается за твёрдой скорлупой. Лара так долго не продержится!

— Я не страдаю.

Неловкая тишина меня смутила. Понимая, что я становлюсь невольной свидетельницей чужого разговора, смутилась. Но что-то внутри не давало мне сделать решительный шаг и войти в кухню.

— Базио, кроме меня и фэра Итана, никто не знает, почему ты остался в этом доме. И я понимаю, что ты хочешь найти убийц своей жены, но. Смирись, прошло столько лет, ты ничего не узнаешь.

— Узнаю! Итан разрешил мне изучать его библиотеку. Ты бы знала сколько там древних заклинаний! Лучшей возможности и не будет. Как и для Итана. Он ведь понимает, что мальчику без матери плохо, что всё, что вытворяет Остин — это из-за отсутствия женской руки. Удивительно, что какая-то. человечишка сумела обуздать этого безумного ребёнка.

— Может, и у неё есть магия?

— У неё нулевой магический потенциал, Итан проверял. Магии у неё нет ни капли. Что вообще удивительно! И ты знаешь, как к таким тут относятся.

— Да. — Элис скрипнула стулом. — Дальше что?

— Ничего. Буду изучать и дальше книги, искать в них то, что мог пропустить Итан. Он мне уже рассказал, что произошло в доме лорда. Если бы не Остин, нашей Ларе пришлось бы худо. Вот чего я не понимаю, так зачем роду Фарксов такая кровь? Что такого в этой девушке, что все как с ума посходили.

— Это ты про. — Элис хмыкнула.

— Ну а про кого ещё? Скажешь, что не заметила?

Тут я не вытерпела. Начала топать как слон, чтобы к моему приходу на кухню эта влюблённая парочка смогла замаскироваться. Так и вышло: едва я показалась на пороге, как мимо меня прошмыгнула упитанная тушка Базио. На этот раз я уступила ему дорогу и проводила его таким взглядом, что кот обернулся. Подозрительно на меня посмотрел, но ничего не сказал.

Элис убрала посуду и теперь занималась готовкой. Когда я попросила её дать настойку, то даже глазом не моргнула.

— Фэру Итану много не давайте, он если много выпьет, буйным становится.

— Пьянеет что ли? — я осторожно вынула пробку и принюхалась. Нет, алкоголя тут не было, совсем.

— Это травы, особый сбор, на некоторых магически одарённых они действуют по -особенному.

— М-м-м...

Элис вдруг повернулась ко мне, хмыкнула и скрылась за маской непроницаемости. Молча подошла ко мне и протянула ложку.

— Можете попробовать.

Я капнула тёмно-зелёной жидкости на кончик ложки, облизала его и поморщилась. Напоминало детскую микстуру от кашля, только очень ядрёную, с примесью мяты и имбиря.

— Ужас! Нет, на самом деле ничего, только я бы разбавила водой.

— Не больше трёх ложек. Шивонн знает, но лучше предупредить заранее, — Элис сурово нахмурилась. — Три ложки!

— Угу. — я развернулась, но решилась кое-что сказать Элис. — Базио меня слушать не будет, но передайте ему спасибо. За то что послушался и так быстро предупредил фэра Итана. Наверное, это спасло жизнь Остину.

— Вы так переживаете за мальчика?

— Да, переживаю.

— Часть вашей работы? — женщина прищурилась и понимающе кивнула.

— Нет, — улыбнулась и пожала плечами. — Часть меня скорее.

Обратно я шла в какой-то прострации. Столько вопросов, что голова пухла. Мне внутрь её будто улей засунули, растормошили его и всех злых пчёл заставили летать внутри моей черепной коробки.

Как-то моя сестра увлеклась вязанием — совсем ненадолго. Её нитки запутались, мы пытались справиться с узлами, но ничего не выходило. Тянули за одну нить, путалась другая. Потратили два часа, пока моя сестра не вспылила, не схватила ножницы и не покромсала это адское макраме едва ли не в пыль.

Вот сейчас и мне казалось, что всё можно исправить только гигантскими ножницами, которыми можно заодно и лорду голову отчикать. Нет, я не такая жестокая, но он напросился сам!

С Шивонн я столкнулась в коридоре, она направлялась к лестнице, вся погруженная в мысли и раздумья. Что-то буркнула мне разборчивое, утешающе улыбнулась и поспешила по своим делам, которые были очень срочными, потому что женщина от усердия облизывала кончиком языка губы, а юбки приподняла чуть ли не до колен — так спешила.

Я открыла дверь в детскую и замерла.

Всё было погружено в мягкий, чуть синеватый цвет. Фэр Итан настроил какую -то штуку, похожую на ночник, и теперь все стены пестрели тенями зверей и растений. Сам мужчина стоял возле кроватки. Облокотившись на неё, подпёр кулаком подбородок и смотрел на Остина. Мальчик спал, немного причмокивая во сне. Фэр Итан, увидев меня, поправил одеяло Остина и неожиданно улыбнулся.

— Выдали настойку?

— Сказали три ложки, не больше.

— Да, всё верно...

Я медленно подошла к мужчине, прижимая к груди бутылочку с настойкой и ложку. Фэр Итан даже в свете такого ночника был очень бледным. Глаза впали, губы пересохли и потрескались. Если бы я не знала, что произошло, решила бы, что мужчина явно болен.

— Вы сейчас ничуть не лучше Остина, — не выдержала и подошла вплотную к фэру Итану, дотронулась ладонью до его лба и поморщилась. — Похоже, у вас тоже жар.

— Просто сильная слабость. Всё пройдёт. Особенно если дать мне четыре ложки этого зелья.

— Нет, только три, — улыбнулась и покачала головой. — И не ложкой больше!

— Какая вы строгая няня! — мужчина фыркнул и улыбнулся.

— Уж какая есть. Остину нравлюсь. Похоже. Это ведь из-за меня всё случилось?

— Скорее уж из-за меня, — фэр Итан виновато опустил глаза.

— Как это понимать?

Я сжимала в руке ложку, готовая выдать мужчине всё, что ему полагается. Он же, поджав губы, развернулся и направился к софе. Со вздохом лёг на неё, но сделал это с таким видом, будто он смертельно болен.

— Мне нужно было быть осмотрительней. Слишком понадеялся на свои знания!

Ну вот, а я уж думала, что мне тайну великую раскроют, а тут очередной этап душевного излияния и самобичевания! Да что же это такое!

— Наверное, это было нужно вам, — встала на цыпочки и заглянула в кроватку Остина: фэр Итан уложил его очень удобно, одеялом накрыл как надо. Я подозрительно посмотрела на мужчину и прищурилась. Неужели мне голову пудрили? А на самом деле мой начальник умеет обращаться с детьми? — Самонадеянность — опасная вещь. Я тоже из-за неё хлебнула. Только вот достаться должно было мне, а пострадал Остин...

— Что? — фэр Итан привстал на локте. — И думать забудьте! Вы тут ни при чём! Ничего, пока я временно отойду от дел, чтобы уделить всё своё внимание лорду Фарксу.

— Прозвучало так, будто вы ему вендетту объявили.

— Вендетту?

— Кровная месть, — поправилась, поняв, что такого термина тут нет. — Когда плату за обиду берут кровью. В моём мире это типичная практика у людей с южной кровью. Была типичной практикой. Когда-то. Хотя русское «зуб за зуб и глаз за глаз»... Но это же не значит, что мы должны травить лорда Фаркса!

— И думать забудьте! — фэр Итан побледнел. — Остин выжил только потому, что у него мощная магия. Только и всего. Вы бы упали замертво, даже не дойдя до экипажа.

— Жаль, — вздохнула. — Платье пропадёт. А то я уже подумала, что, может, и вправду сыграть роль богатой вдовы?

Фей даже воздухом поперхнулся.

Что такого? Я не собиралась травить лорда Фаркса. Скорее думала о том, что жизнь с Остином, который его невзлюбил с первого взгляда, доведёт его до ручки. Было бы проще, разменяй лорд седьмой десяток. А так...

— Успокойтесь! — внезапно вспыхнула и стала серьёзной. — Пейте свою микстуру и идите к себе в спальню. Я, конечно, могу и тут спать, мне мои приличия этого не противят, но боюсь, что ваша репутация пострадает.

Мужчина вскинул брови и одарил меня многозначительным взглядом. Можно подумать я ему сейчас предложила невесть что.

— Признайтесь, лорд вам понравился. — фэр Итан налил себе ложку и, чуть поморщившись, выпил её.

— Есть одна поговорка, но она очень неприличная! Я бы с таким, как лорд Фаркс. Я бы к нему даже не подошла. Смазливый, слащавый, самовлюблённый тип!

— Который сделал вам предложение. — теперь фей выпил вторую ложку. — Между прочим, за такое все невесты из списка передрались бы!

— Значит, они глупые курицы! Дать бы метлой по хребту этому лорду, а потом по сопатке! У! — даже ногой топнула, так меня всё возмущало. — Он что думал, что я вещь? Что меня можно купить? Он мне дельное предложение делает! А не засунул бы он себе.

Продолжение я проглотила также, как и фэр Итан третью ложку. Румянец вернулся, но стал каким-то болезненным. Теперь мужчина и впрямь казался больным. Нездоровый блеск в глазах лишь усиливал эту картину.

— И Остина я ни на что не променяю! — выдохнув, печально продолжила. — Как жаль, что многие все сводят к деньгам. Будто нет другого мерила. Лишь деньги, деньги, деньги! Злато, над которым надо чахнуть. А... как же обычные человеческие чувства? Как же дружба, привязанность и любовь? Как же дружба? Почему всё оценивается звонкой монетой? Или я выгляжу такой дешёвкой?

— Что? — мужчина встрепенулся. — Нет, не выглядите. Даже в том ужасном платье вы были самой красивой.

— Самой красивой? — от удивления даже переспросила.

— Ну, я про красоту. эм. внешнюю.

— И вы туда же!

— Нет-нет! Внутренняя красота тоже нужна!

Так, теперь я поняла почему Элис сказала, что только три ложки. Фэр Итан уже порозовел, напоминая того, кто хорошенько хлебнул крепенького. Наверное, это всё равно, что дать коту валерьянки.

— То есть, вы считаете меня красивой? — подозрительно сощурилась.

Фэр Итан понял, в какую ловушку угодил. Отведя взгляд, вдруг схватился за бутылочку с настойкой и щедро от неё отпил. Затем и вовсе опустошил.

Ой, нет. Что теперь будет? Неужели я какую -то тонкую душевную струну задела? А с виду такой серьёзный и обстоятельный мужчина.

Муж моей сестры любил говаривать, что когда он пьян, он Джеки Чан. Вот похоже, что настойка так подействовала и на фэра Итана. Я думала, что он мебель будет ломать, буйствовать, а у него вон как все!

Вскочив с софы бодрым и весёлым, мужчина расправил свои крылья. Стянул жилетку, расстегнул рубашку, упёр руки в бока и выдохнул.

— Лара! Вы даже не представляете, насколько красивы! И как красиво это поместье! Должен был вам показать его ещё давно.

Господи, даже вскрикнуть не успела, как мужчина подхватил меня на руки и с грохотом вылетел в окно. С грохотом, потому что только магия помогла уцелеть оконным створкам.

На улице было темно. Луна еле пробивалась из-за кустистых туч, звёзды конопушками раскрашивали небо. Обстановка очень романтичная. Только в любви признаваться! Хотя вон фэру Итану, чтобы сказать, какая я красивая, пришлось опустошить бутылочку с настойкой. Кажется, я начинаю понимать, почему в этом мире помешаны на списках. Как же! Не нужно ухаживаний и комплиментов, не нужно романтики и прочей ерунды.

Просто заключаешь брак и всё... Правда, как жить дальше, без любви — это оставалось за рамками моего понимания.

Мы взлетали всё выше и выше. Тусклый свет, исходивший от крыльев фэра Итана, окутывал нас мягким туманом, как и пыльца. Фей хорошо дополнился допингом, магия теперь ключом била. Порыв ветра вытрепал рубашку и теперь я прижималась к обнажённой груди мужчины. Краснея и хмыкая, даже не пыталась образумить его.

— Смотрите. Это всё Лоунот, моё поместье. Всё, от того пролеска и до того ручья.

Я крутила головой. Да, владения фея и впрямь обширные. Оказывается неподалёку от дома есть большой пруд в окружении грустных плакучих ив, которые казались сделанными из серебра в редких лучах луны. Вдалеке же заметила яркое пятно города, Туинстон.

— Конечно, я не лорд Фаркс.

— Вы гораздо лучше!

Зря я это сказала. Вот зря! Сказала, что думала, из самых лучших побуждений и безо всякого двойного смысла. И теперь режим весёлого каратиста был переключён на другой. Ей-богу, я и вправду слышала Леонтьева в своей голове: «Я — одинокий бродяга любви Казанова, вечный любовник и вечный злодей-сердцеед».

Губы фэра Итана оказались в опасной близости от моих. Давать пощёчину фею я не собиралась, но как-то отрезвить его нужно было. Как там говорят? Что у трезвого на уме, у пьяного на языке!

Допинг выветрился. Я это поняла по тому, как погас свет и исчезла пыльца. И пусть лицо у мужчины оставалось ещё немного блаженным, крылья за его спиной тоже растворились.

— Мама!

Истошно завопив, попыталась вцепиться в фэра Итана, но не вышло. Мы рухнули вниз и первым же порывом ветра, меня выбило их хватки мужчины. Трепыхаясь и кувыркаясь в воздухе, путалась в юбке, которая теперь облепила моё тело.

Мы падали и падали прямо в тот романтичный пруд с серебряными ивами. Фэр Итан ругался и пытался вернуть магию, явно не понимая, с чего она вдруг исчезла.

— Мамочки!

Каким-то чудом я успела зацепиться руками за ветви ивы. Обдирая ладони, схватилась так, что теперь маятником раскачивалась и выдыхала.

— Слава.

Договорить не успела, потому что спортивным болидом меня сбил фэр Итан и мы вдвоём упали в воду. Холодная! Благо, что мелко. Выплыли почти сразу, кашляя и фыркая. Теперь фей был похож на водяного с приятной растительностью в виде ила и прилипших водорослей на голой груди.

В мире не хватило бы ромашкового чая, чтобы успокоить мои взвинченные нервы!

— Господи, что вам в голову пришло? — расстёгивая мокрое верхнее платье, дрожала от холода и снимала его, потому что оно весило, наверное, теперь тонну. — Неужели так сложно сделать обычный комплимент? Зачем цирк устраивать? Теперь я понимаю, в кого такой Остин! И понимаю жену вашего брата, которая из такого цирка сбежала! Да вы всё... Ненормальные! — взревела и ударила кулаками по воде. — Один насильно замуж берёт, магию подключает, другой романтикой очаровывает, а потом в пруд бросает. Да вы без своих списков вымерли бы как мамонты!

— Лара.

— Да что Лара? — расправилась наконец с платьем и, оставшись в одном нижнем, не выдержала и кинула его прямо в лицо ошалевшему фэру Итану, который восхищенных глаз с меня не сводил. — Казанова! — фыркнула и убрала мокрые пряди со лба. — Три ложки, говорили же тебе, три ложки. Сама, дура, виновата!

— Ты не дура, Лара, ты очень умная!

— Мамочки, — всхлипнув, чуть не разревелась, — когда у тебя уже мозги включатся?

— Ты хорошая, ты всем нравишься.

— Это просто проклятье какое-то! Как жаль, что у меня магии нет, я бы тебя сейчас лягушкой обернула! Надеюсь, что завтра вам будет очень стыдно, как мне теперь!

И стыдно мне было, потому что фэр Итан был совсем неплох! Вёл только себя как подросток-переросток.

— Лара!

Фэр Итан, глупо прижимал к груди моё платье и с отчаянием смотрел, как я уходила к дому. Я же чавкала водой в туфлях, вытаскивала длинные и узкие листья ивы из -под платья вместе с водорослями и тиной.

Базио, встретивший меня на пороге, лишь облизал усы и промолчал. Правильно сделал, потому что я бы ему сейчас кучку из тины на голову шмякнула.

— Вытаскивайте своего господина, он у вас в детство впал!

— Я там вам кое-что оставил, на столе. Почитайте. И подумайте.

Базио, качнув хвостом, растворился во тьме. Надеюсь, он не даст фэру Итану забыть об этом вечере!

На прикроватной тумбочке Базио оставил мне старую, почти истлевшую газету. Статья на главной странице звучала очень странно: «Весь Мансвит скорбит о кончине великой герцогини Уэзской. »

Му!

— Это корова. Она ест траву, даёт молоко и говорит. Му!

Я ощущала себя каким -то болванчиком глупым, который просто твердил ненужные вещи Остину. Но тот, на удивление, довольно гулил, заглядывал в большую книгу и радостно всматривался в картинки.

— Понимаю, Остин, ты силой своей магии можешь дом спалить одним чихом, а тут я с коровой и домашними животными...

— Му!

Остин прервал мои словесные терзания, ткнув пальцем в картинку с коровой и снова повторил:

— Му!

Могла бы, так со стула упала. Потёрла уши, чуть отодвинулась от стола и сипло переспросила:

— Остин, что ты сказал?

— Му!

— Кому сказать, не поверят, что первым словом стало простое «му»! Хотя это и не слово, технически говоря, так, слог. Но ты сказал! Господи, облегчение какое... Умеешь говорить!

Остин, сидя у меня на коленях, чуть привстал и стал возбуждённо перелистывать книгу, тыкал пальцем почти на каждую картинку и радостно мычал. Я же чувствовала себя Макаренко или Сухомлинским. Если Остин нормально заговорит, а потом и пойдёт на своих двоих, то. то. то это будет чудом!

В библиотеке было тихо. Наплевав на многие предосторожности, я начала понемногу выводить Остина в люди, то есть из детской. Мальчик должен был знать дом, слуг. Мир ведь не ограничивался четырьмя стенами!

— Му! — Остин закрыл книгу, потом открыл её, без труда нашёл корову и ткнул на неё пальцем. — Му!

Мол, няня Лара, неужели ты не понимаешь? Это корова, у неё есть рога и вымя, она ест траву и говорит «му»!

Я же лишь радостно кивала и косо поглядывала на книгу, которую выбрала себе: «Родословные великих семей». Не знаю, какую игру затеял Базио, но не просто так он мне дал ту статью о смерти старушки, которая была просто до неприличия богата. Это правда так, у неё точно куры денег не клевали. Ну и судя по рисункам, слабо напоминающих фотографии, дом фэра Итана был просто сараем рядом со скромным загородным поместьем герцогини. Уж не знаю, почему Базио говорит загадками, но я рассуждала логически: раз это естественная смерть — сомнений в этом не было, тогда остаётся только наследство.

Вот мне и стало интересно.

Библиотека нравилась Остину. Потому что тут можно было найти много интересного: все книги, которые я купила малышу, принесла сюда.

— Раз ты, Остин, делаешь такие успехи, я тебе кое -что покажу!

Одну книжку я приберегла, специально. Это были сказки с раскладными страничками. Открываешь, а там замок, лес или избушка ведьмы. Вот уж был малыш магией избалован, но от такого даже запищал от удовольствия. Уверенно встав на ноги, открывал и закрывал пухлую книжку, рассматривая декорации. Что ни говори, а Остин, в первую очередь, ребёнок.

— Будем читать такие сказки? М? На ночь?

Взгляд Остина был красноречивым: няня Лара, ты ещё сомневаешься?

Позади хлопнула дверь. По уверенным и размеренным шагам поняла, что это был фэр Итан. Мужчина с того полёта старался мне не показываться на глаза, создавал видимость того, что очень занят. Тем самым лордом, который теперь бомбил меня письмами, посылал их фэру Итану, то обвиняя во всех грехах, то рассыпаясь в комплиментах — я давно перестала сомневаться в его неадекватности. Он у меня ещё за Остина не ответил!

Фэр Итан лавировал между стеллажами, бубня себе под нос:

— Дурак! Выпил всю бутылку... Ещё и потащил её... Жаль, что настойка память не отбирает! — хлопнув какой-то книгой, мужчина тяжко вздохнул. — Просто позор!

— Абсолютно с вами согласна. — перехватив Остина под живот, взяла книгу-раскладушку и направилась к выходу.

Удивлённое лицо фэра Итана, показавшееся из-за стеллажа, нас позабавило. Остин так даже рассмеялся, радостно тыча пальцем в дядю. Я лишь покачала головой и сердито поджала губы: взрослый мужчина, а туда же! Иногда складывалось впечатление, что большинство мужчин не достигает нужно зрелости.

— Вы здесь.

— Мы занимались с Остином, но теперь не будет вам мешать.

— Вы изучали генеалогию?

— Нет, мы разбирались с коровами. Довольно забавное занятие. Лучше, чем купаться в холодном пруду!

Фэр Итан даже покраснел. Немного, но заметно, а ещё у него уши запунцовели.

— Даже не думайте, что я вам позволю это забыть!

Но мужчина уже отвлёкся от постыдных воспоминаний, его слишком заинтересовала книга в моих руках. Даже склонился, внимательно разглядывая её.

— Неужели Базио и вас надоумил заняться этой ерундистикой?

— Ничего и не ерундистика! Вы там, кажется, с лордом решили разобраться? Я слышала, как грозились ему... — сделав задумчивое лицо, подмигнула Остину. — Что сделать? Ой, там столько всего было...

Теперь фэр Итан стал цвета варёной свёклы. Базио и конюх его с трудом в дом затащили. Потому что фей решил закатать мокрые рукава рубашки и пойти разбираться с лордом, прямо вот так, на кулаках. И смех, и грех!

Настойка попустила мужчину, он теперь писал письма, да собирался жаловаться куда -то. Куда только вопрос. Да и что сделается этому лорду?

— Хотела вас ещё порадовать. Остин сегодня сделал невероятное: повторил за коровой. Умеет ваш племянник говорить, умеет. Ничего, скоро петь будет! А потом и бегать, всё освоим.

— Г оворить? — у фэра Итана даже глаза на лоб полезли.

— Ну-ка, Остин, как говорит корова?

Я поднесла сжатый кулак ко лбу и, оттопырив указательный палец и мизинец, изобразила рога. Остин просто зашёлся смехом. Вместе мы оглушительно замычали. Громко так, протяжно. А потом уже засмеялись оба.

— Вас, фэр Итан, ждут важные дела. Мне же надо растолковать Остину, что такие слова как есть, пить, хочу, дайте — очень важны для маленького человечка, — протиснувшись мимо мужчины, направилась к двери. Но фей опомнился и нежно схватил меня за локоть, заставив остановиться и повернуться к нему. — Что? Не стоит этого делать? Не стоит учить?

— Нет, я.

Что хотел сказать фэр Итан так и осталось тайной, потому что на пороге библиотеки, весь взъерошенный и взволнованный показался Базио: помяни чёрта не злым, тихим словом! Кот, тараща глаза и нервно облизывая усы, проворчал:

— У нас гости. Пожаловал лорд Фаркс, да не один.

— Не один?

Мы воскликнули в голос и изумлённо посмотрели на Базио.

— Он приехал с каким-то мужчиной. Из Совета.

Это слово подействовало на фэра Итана как красная тряпка на быка, глаза едва ли кровью не налились. Выпрямившись, сжав зубы, фей так хмыкнул, едва ли не огнём дыхнул.

— Нельзя, чтобы видели Лару и Остина, вы же понимаете? — Базио ходил вдоль порога и сверлил нас взглядом.

— Так, Базио. Вы сидите тут, я сам разберусь с этим. гостем! — фэр Итан одёрнул сюртук, хмыкнул и посмотрел на меня таким взглядом, что мне стало не по себе. — И даже не вздумайте отсюда выходить!

Фей вышел с таким видом, будто шёл с голыми руками на медведя, а дверью как жахнул! Чуть лепнина с потолка не посыпалась, даже стеллажи с книгами зашатались.

— Базио, что происходит?

— Всё очень просто, фэра Лара. Лорд Фаркс отправил жалобу на фэра Итана в претензионный Совет: плохо выполнил свою работу.

— Почему мне показываться нельзя?

— Потому что никто не знает, что вы — няня, да ещё и из чужого мира. А если узнают, — Базио фыркнул, — нам всем не сносить головы.

— Что? Неужели казнят?

Моя саркастическая шутка попала точно в цель. Базио мне об этом красноречиво промолчал, только усами пошевелил.

— Так всё же... я же...

— Никто не знает, что вы из чужого мира. Никто!

— А вы?

— Мы? — кот снова фыркнул и довольно зажмурился. — Мы семья, друг за дружку горой. Поэтому сидите фэра Лара тихо, читайте книжку с Остином. А я дам знать, когда всё уляжется. Если уляжется. Есть, видать, в вас что-то, раз такое творится! Впервые на моей памяти кто-то так отчаянно желает взять женщину в жены.

— А газета?

— Фэр Итан ищет не там, но меня он и слушать не желает! Вы же имеете влияние на него. — кот тихонько вышел за дверь, но я различила его дополнение. — Да и не только на него!

Остин уже оттягивал мне руку, но терпеливо молчал. Смотрел на меня и улыбался.

— Вот тебе и корова, вот тебе и му!

Любопытство кошку сгубило. Так что Базио просто соответствовал этой поговорке, а я же лишь поддалась дурному влиянию. Оказывается, в поместье есть тайные ходы! Одним из таких мы и пробрались на второй этаж. Видимо, Базио сам хотел услышать, о чём пойдёт речь.

Я и Базио прятались в соседней комнатке, которая явно была предназначена для слуг. Отсюда было все слышно всё, а ещё видно, если встать на колени и приложиться глазом к замочной скважине. Всё в духе детективных романов или каких-нибудь дешёвых историй о любви. Остина мы из-за предосторожности оставили Шивонн, которая развлекала малыша книгами, так что минут двадцать у нас было.

Я заняла место у замочной скважины, а Базио, обернувшись пауком, заполз в щель между дверью и полом.

Фэр Итан вошёл в кабинет так, будто тут сидел какой -то злодей, которого он хотел придушить собственными руками. Так оно и было. Фею стоило больших усилий сдержанно улыбнуться и застыть возле стола, возле которого стоял лорд Фаркс и какой-то невысокий пузатый мужчина, который то и дело посматривал на карманные часы.

— Фэр Итан, милорд... Мы получили жалобу, которую, к сожалению, не можем игнорировать. Фэр Итан вас обвиняют в утаивании информации, а также в подлоге.

— Подлоге?

— Да, в подлоге.

— Интересно, с чего вдруг такое рвение? — фэр Итан раздражённо зазвенел крыльями. — Тринадцать лет безупречной службы и.

— Именно поэтому мы говорим с вами здесь, фэр Итан, — мужчина-колобок мягко кашлянул. — Так сказать, пытаемся решить вопрос миром.

— Хм, могу я услышать претензию от самого лорда Фаркса? Чем я его оскорбил, что он состряпал такую кляузу?

— Вы сделали свою работу очень даже хорошо, та прекрасная фэра мне очень понравилась.

— Настолько, что вы решили силой взять её в жены? Без её согласия? Или об этом вы умолчали? Может, стоит этой фэре тоже жалобу написать на вас.

— Вы не сказали правды о ней! — лорд Фаркс гнул свою линию и прижимал к носу платочек с кружевным краем.

— Правды? Я сказал вам всё, что сам знал.

— Фэр Итан, — снова мягкое покашливание, — вы обязаны проверять кандидатов.

У! До чего же приставучий и вредный этот пузатый мужчина! Подкараулить бы его за углом и трахнуть кирпичом по голове! Чтобы не лез с дурацкими вопросами и претензиями к моему начальнику. У него и так жизнь тяжёлая: игрушки чугунные, кроватка без дна. Я ещё на голову свалилась. Про Остина и погибшего брата так вообще молчу.

Базио разделял мои чувства, потому что я слышала неразборчивое ворчание старика под дверью. Уж не знаю, выбрал бы тот кирпич или что-то другое, но этого колобка точно не отпустил бы без определённого членовредительства.

— Я сделал всё, что было в моих силах!

Не всё.

От мягкого покашливания у меня зубы свело. Пусть воды попьёт, леденец пососёт. Сколько можно?

— После жалобы лорда Фаркса мы проверили эту претендентку. Как оказалось, такая дама умерла несколько лет назад... Не могли бы вы пояснить эту ситуацию?

Вот это да! Попали так попали. Господи, порази молнией это. чудо, которое по недоразумению, не иначе, было названо лордом.

— Хорошо. — фэр Итан поджал губы и предложил мужчинам присесть, сам же обошёл стол и расположился в своём кресле. — Я готов дать некоторые разъяснения. Но прежде, хочу чтобы лорд Фаркс кое-что пояснил, если он согласен, конечно, — фей обратился к ненавистному мужчине. — Почему лорд Фаркс выбрал именно меня? И почему после моего отказа от нашего сотрудничества настоял и использовал все связи, чтобы именно я искал ему невесту.

— Милорд, фэр Итан говорит правду? — пузатый мужчина тоже достал платок, протёр свою блестящую лысину и с масляной улыбкой посмотрел на лорда.

— Да. — лорд Фаркс нехотя признал этот факт.

— Тогда я готов пояснить: фэра Лара — моя невестка, жена моего покойного брата. А тот прелестный малыш — мой племянник. Закон запрещает заниматься сводничеством, если кто-то из претендентов родственник. Я не хотел, чтобы кто -то знал о наших семейных делах, но лорд Фаркс вынудил меня продолжить работу и наотрез отказался встречаться с другими претендентками, что, согласитесь, очень странно.

— Это правда, милорд? Вы не встречались с другими претендентками?

— Нет, — лорд уже спал с лица, явно не ожидая такого поворота событий.

— Что же. — незнакомый мне мужчина встал со стула и, поскрипывая лакированными туфлями, принялся расхаживать из стороны в сторону. — Я вижу лишь один выход из этой ситуации. Предоставьте лорду Фарксу документы о своей невестке и племяннике. Те, что не опорочат молодую вдову. Вас же, милорд, я вынужден обязать к встречам с другими претендентками. Лишь после этого вы можете требовать чего -то.

Требовать? Я что, вещь? Пирожок? С какого рожна он меня требует? А если я потребую съездить ему по физиономии? Кто-нибудь удовлетворит мою просьбу?

— Надеюсь, что ваш конфликт полностью исчерпан. На этом мы раскланяемся, мне нужно успеть ещё на одну встречу, — пузатый мужчина деланно склонился лорду Фарксу, затем фэру Итану. — Господа, вынужден вас покинуть. Будем думать, что это наш первый и последний разговор.

Лорд Фаркс задержался на минуту дольше, но лишь потому, что фэр Итан успел перехватить его под локоть и зло процедить:

— Ещё раз тронете мою семью, я обещаю, ни один защитник, ни один покровитель не спасут вас от моего гнева!

На это лорд ответил озлобленным взглядом, вырвал руку и поспешил выйти вон.

Я чуть дверь не выломала, едва фэр Итан остался один. Забыв о том, что мы подслушивали, о том, что под дверью сидел Базио, которого я по счастливой случайности не раздавила, внеслась в кабинет. Я была готова рвать и метать.

— Вы тут что делаете? — фэр Итан, ещё не отошедший от разговора, устало тёр виски и смотрел на меня исподлобья.

— Подслушиваю! Разве не ясно?

— Это я уже понял... Но, боги! — фей обречённо вздохнул и устало опустился в кресло.

— Теперь я ваша невестка?

— Вы мать Остина.

— Божечки! Ежики-единорожики! Вы понимаете, что все только что усугубили? Сами же говорили, что не знаете, кто мать Остина! Что вы будете рассказывать лорду Фарксу и.

Подняв взгляд и уставившись на фэра Итана, осеклась. Достаточно одной таблетки, точнее, одного мгновения, и я поняла, я всё поняла!

— Неужели вы всё это время меня обманывали?

Фэр Итан, поняв, что я неправильно восприняла его взгляд, тяжело вздохнул, потянулся к выдвижному ящику стола и достал оттуда письмо. Молча протянул его мне и вновь уставился на меня так, будто на мне импрессионисты картины нарисовали.

— Это доставили утром.

Я развернула лист бумаги, пробежалась по первым строчкам и поняла, что вот теперь я попала. Нет, даже не так. Я попала!

— И что вы будете с этим делать? Как быть дальше?

Мужчина продолжал хранить молчание. Только снова на меня посмотрел, и мне это жуть как не понравилось.

Чтоб я сдохла.

Чтоб я сдохла сто раз подряд!

Остин спал. Дневной сон — это святое! Особенно, когда я худо-бедно наладила режим, и мальчик перестал творить, что хочет. Я покачивалась в кресле -качалке и листала книгу. Чтение выходило занимательным и в то же время обескураживающим, я понимала, почему в затею Базио фэр Итан не верил.

Тут все благородные дяди и тёти приходились друг другу родственниками, в той или иной степени. И у почившей герцогини, так как она была о-о-очень благородной, оказалась добрая сотня родственников. И когда я нашла имя лорда Фаркса, не удивилась — ведь кроме него было ещё сорок человек. Ну и что, что лорд приходился Матильде троюродным внучатым племянником? Были родственники и поближе.

Я вернулась к газете и принялась её перечитывать. Матильда умерла десятого числа последнего месяца весны. Эта дата прочно врезалась в мою память.

Задумавшись, вдруг поймала себя на мысли, а есть ли здесь подшивки более ранних газет?

Мне просто захотелось узнать побольше об этой Матильде Уэзской, что она за женщина. Да и вообще. Даже в моём мире газеты чаще всего были сборищами различных сплетен. Тут так тем более! Вот и ознакомлюсь с «новостями».

Пролистывая книгу, нашла страницу на которой упоминался фэр Итан. Оказалось, что феев не так уж и много. В роду моего начальника оказалось всего около тридцати человек. И на данный момент в живых была его тётка, троюродный брат и родная сестра, младшая, о которой, почему-то, фэр Итан ничего не говорил.

Старшего брата звали Ричард. Судя по портрету, мужчина был очень красивым, да и выглядел он благородным, в хорошем смысле этого смысла. С фэром Итаном они оказались очень похожи. Только Ричард был кареглазым, пожалуй, это единственное отличие. А ещё я узнала, что моему начальнику тридцать три года. Молодой! Я уж боялась, что выяснится, что ему три сотни лет, что он бессмертный и прочее. Но родители фэра Итана умерли довольно рано: отцу было шестьдесят семь, матери — семьдесят. Не похоже, что магия давала феям какое-то преимущество в виде здоровья и долголетия. Ричард умер, чуть-чуть не дожив до тридцати восьми лет. Что же подкосило такого молодого мужчину?

— Сара... — я разглядывала портрет младшей сестры фэра Итана. Рядом с ней был мужчина, но его имя выглядело блёкло, как и имена их детей. Будто.

— Она отказалась от дара и вышла замуж за безродного мужчину, плотника. А это значит, что она отказалась от всех привилегий, наследства и приданого. — Базио возник будто из ниоткуда, нагло облизнувшись, забрался ко мне на колени, вынудив поднять книгу. — Поэтому фэр Итан не поддерживает с ней никаких отношений.

— Что за дикость. — я вскинула брови и раздражённо посмотрела на пушистого кота.

— На самом деле каждый месяц он отсылает сестре денег, они даже обмениваются письмами, но об этом никто не знает. Узнают.

— Казнят? У вас тут все проблемы решаются отсечением головы? — прошлась пальцами по густой шерсти Базио, неожиданно для себя почесав его за ухом.

— А что? Самый верный способ! Все проблемы ведь от головы, только от неё.

— Ну да, дурная голова ногам покоя не даёт, пробурчала себе под нос и попыталась вернуться к чтению, но Базио решил иначе.

— В нашем мире самое главное, как ты выглядишь и как ведёшь себя. Один дурной слух может всё погубить. А фэр Итан. Он сестре помогает, теперь ещё и Остин. К сожалению, другим способом заработать на жизнь фэр Итан не сможет.

— А наследство? Неужели у него денег нет? Не поверю!

— Деньги имеют свойство заканчиваться. Содержание имущества и земель тоже требует звонкой монеты.

— То есть продать всё и уехать куда -нибудь на берег моря и жить в скромном домике...

— Это не входит в планы фэра Итана.

— Прелестно.

— Лара, — Базио посмотрел на меня так, будто спрашивал разрешения не использовать все эти титулы и приставки. — Бегство никогда ничего не решает, поверь старику. Рано или поздно каждому из нас придётся столкнуться с прошлым.

Я учтиво промолчала, вспоминая тот разговор Базио с Элис, не буду же я признаваться, что подслушала его?

— Да, наверное, это так и есть.

— Базио, я заметила странность.

— Странность?

— Да, в этой книге. Ну, точнее, на странице рода фэра Итана я не нашла жены его брата. Остин там есть, а её нет. Почему?

— Потому что покойный брат фэра Итана не был женат.

Я расхохоталась. Господи, я оказалась в мире, где каждый носит белое пальто! Каждый хочет быть розой, на крайний случай пахнуть фиалкой, а на самом деле.

— Ричард признал сына. А кто жена.

— Кто жена мы теперь знаем!

Утром фэр Итан получил письмо от женщины, которая назвалась матерью Остина. Нужды не верить ей не было никакой — к письму прилагалось кольцо покойного Ричарда. Только что ей резко понадобилось — оставалось тайной. В письме женщина требовала лишь личной встречи.

Джессика Харрис.

Как ни странно, но я её нашла в этой книге. К феям она не имела никакого отношения, но принадлежала к какому-то древнему, но обедневшему роду. Всё начинало напоминать какой-то сериал, очень дешёвый, драматичный, даже сопливый я бы сказала. Настоящая мыльная опера!

Внешне меня она нисколько не напоминала. Рыжая, большеглазая, с пухлыми губами. Остин унаследовал черты обоих родителей.

Теперь мне нужно изображать эту аристократку?

— Базио... Но ведь эта женщина из известного рода. Не возникнет ли вопросов?

— Известного, но очень бедного. Такую проблему может решить звонкая монета.

— Как-то звучит не очень хорошо.

Я закрыла книгу и посмотрела на спящего Остина. У меня стало на душе очень нехорошо. Кошки там не просто скреблись, они там все в клочья раздирали. Нет, я понимала, что с матерью, наверное, Остину будет лучше. Это ведь мама! И мы не знаем, что там стряслось, что случилось.

Но одна мысль, что Остина заберут, погружала меня в жуткое уныние.

Я не хотела расставаться с мальчиком.

— А что скажет сама Джессика? Что помешает лорду Фарксу найти её?

— Так никто не говорит, что вы должны стать Джессикой. Мало ли у них родственников? Непризнанных и очень бедных?

— Значит, имя Джессики останется тайной?

— Она ведь сама этого хотела.

— А если. Если она написала фэру Итану с одной целью: рассказать правду? Что тогда? Базио замолчал, прищурился и встал, уперевшись передними лапами в подлокотник.

— Тогда у нас будут большие проблемы, фэра Лара. Очень большие!

Я поджала губы и задумалась. Конечно, без боя никто из нас и не думал сдаваться. Я ещё хотела домой. Пусть этот мир и интересен, как и его обитатели, но вернутся назад — было моей целью. Так ведь?

Базио сложил лапки, зажмурился и задремал, мурча как настоящий кот. Я его гладила и с тревогой смотрела на спящего Остина. Одна колкая мысль не давала мне покоя: раз мать Остина жива и здорова, раз она не так уж далеко живёт, почему заклинание выбрало именно меня?

Карточки Остин категорически не хотел воспринимать, как и саму идею говорить. Оказалось, что одно «му» коровы — это так, чистое развлечение. Да и му сказать не так сложно: губы трубочкой вытянул и всё. В другом случае нужно напрягаться, стараться и пытаться сказать что-то членораздельное.

— Остин, смотри, это буква.

Договорить я не успела, потому что малыш со смехом поднял волну воздуха, скинул все карточки со стола, заливисто захохотал, коряво изобразил рога коровы, которые вдруг выросли где-то в районе груди, и замычал. Ну что ты будешь делать?

— Остин, пойми, эти слова они... Они важные! Пока ты не начнёшь говорить, толку не будет! Тебя никто не услышит. Даже магия твоя не поможет! Ну это же так здорово, протянуть руку и сказать «дай»!

Остин повторял за мной хватательное движение с блаженной улыбкой на лице и молчал. А когда я открыла рот и попыталась сказать что -то ещё, перебил меня своим мычанием. Чтоб тебе горя не было!

— Ты можешь попросить пить, есть, сказать, что ты чего-то хочешь.

На последнее слово малыш отреагировал ударом кулака по столу, да так, что игрушки подскочили и в детской всё задребезжало. Ну точно, сила есть, ума не надо! Магия, магия.

— А если ты без магии останешься? Что тогда?

Выразительный взгляд малыша заставил меня покраснеть. Такое ощущение, что меня приняли за недоразвитую, что я какую -то глупость сказала. Захихикав, Остин снова замычал.

Ах так! Да? Ну-ну!

И я решила, что не буду поддаваться на все эти магические трюки. Раньше было достаточно одного взмаха или колдовского движения, теперь же. Дуля ему с маслом! Постным!

Я аккуратно сложила карточки в стопку, с горестью понимая, что очередная ночь прошла впустую, когда я пыталась сделать из каки конфетку. Ну, может арбуз получился у меня и хорошим, а вот ёжик вышел кривоватым и страшненьким. И что? Главное есть стремление! И буквы хорошо видно. Вот с этим у меня проблем не было, почти каллиграфический.

Остин продолжал бузить и действовать мне на нервы, я же фыркнула себе под нос и поджала губы, сдерживая ехидную улыбку.

Когда мальчик понял, что что-то не так, я уже оставила его в покое, пересадив на ковёр, а сама устроилась в кресле-качалке. Вернувшись к изучению генеалогических веточек и листочков, не обращала никакого внимания на Остина. Сначала малыш решил, что ему неслыханно повезло. Ну а как же! Не будет никаких воплей: не трожь, выплюнь, перестань!

Остин пустился во все тяжкие. Первым делам пополз жевать бахрому на покрывале. Мне казалось, то это нервное, подобное энурезу. Ну и зубы в придачу, которые все никак пробиться не могут. Но иногда я ловила себя на мысли, что Остин себя так успокаивает.

Пожевав немножко бахрому, Остин напрягся: няня Лара не обращала внимания. Тогда малыш решил схитрить и повернул магией моё кресло. Я же хмыкнула, приподняла книгу и отгородилась от Остина.

Мягкая игрушка, напоминающая кота, взмыла в воздух и застыла возле меня. Я же, сдерживая улыбку, не смотрела на неё. А когда Остин попытался мне ею в лицо ткнуть, привстала и развернула кресло.

Пронзительный детский крик меня напряг, но и его я проигнорировала. Бурчала себе под нос, что Остин уже очень большой, чтобы плачем внимание привлекать. Когда меня вновь развернуло, я опустила книгу и недовольно воскликнула:

— Я не обладаю магией, Остин. Я понимаю только внятную речь! И летать я не умею, пользуюсь устаревшим методом, — ткнула пальцем вниз, — ногами! Научить тебя магическим штучкам я не могу. Раз так, зачем время терять? Иди и жуй бахрому, а я книжку почитаю.

Остин разревелся в голос, разве что только руками и ногами не сучил. Предметы вокруг начали подниматься вверх. Даже я в кресле взмыла, но сохраняла присутствие духа. Не паниковала и не обращала на мальчика никакого внимания. Такой наглости он не ожидал. Новый виток и взрыв магической истерики привлёк внимание Шивонн. Та открыла дверь в детскую и хотела заголосить, как я приказным и командирским тоном приказала:

— Закрой дверь с той стороны и даже не заходи!

Женщина вытянулась по струнке и с такой силой захлопнула дверь, что люстра закачалась. Я парила под потолком. Растянувшись в кресле, болтала ногами и делала вид, что читаю.

Под волосами что-то защекотало, будто кто-то ковырялся в моих волосах. Позже и в голове появилось странное ощущение. Похоже, что Остин пытался пробраться в мою голову. Ая_ Что я? У меня только перекати-поле не хватало перед глазами. Будешь воспитателем — и не такому научишься!

Остин вдруг затих и с обидой посмотрел на меня. Всё рухнуло вниз, только я плавно опустилась. Мальчик чуть подполз ко мне и требовательно протянул руку.

— Хочешь что-то? Попроси!

— А!

— Дай!

— А!

— Дай!

Остин просто выкрикивал первую букву алфавита, а я твердила как попка-дурак. С одной стороны это было очень непедагогично, с другой... Иногда нужно подходить с бубном, цыганами, песнями и плясками.

Мальчик хмурил брови, тянул ко мне руки и явно хотел, чтобы я его взяла. Но я игнорировала все эти невербальные знаки. Нужно говорить! Ведь фэр Итан, Шивонн и остальные, они же не азбукой Морзе общаются и не на языке жестов. Не думаю, что физиология феев сильно отличается от человеческой.

— Хочешь на руки?

А!

Хочу!

— А!

— Хочу! — невозмутимо твердила и смотрела на мальчика.

Остин надулся. Замолчал и сидел бобылём на ковре, прожигая его взглядом. Хорошо, образно говоря, а не натуральным образом. Я открыла книгу вверх тормашками и просто смотрела в неё, даже не читая. Делала вид, что занята.

— Атю!

Я подняла взгляд и посмотрела на Остина. Тот надул губы, а затем лениво повторил:

— Атю!

Я надула губы в ответ, нахмурилась, хмыкнула и закрыла книгу. Внутренне же ликовала. Посмотрим, на сколько хватит мальчика.

— Вот теперь я тебя понимаю. Словами. Давай и дальше так, словами.

Мальчик поднял голову и посмотрел на меня. Взгляд вышел немного обиженным и недовольным, но я в ответ лишь улыбнулась. Затем встала с кресла, подошла к малышу и взяла его на руки. Ласково прижимая к себе, думала, что скажет его мама, когда увидит такого взрослого мальчика? И как отнесётся? Чего она хочет?

И как она могла отказаться от Остина?

Прижавшись щекой к макушке мальчика, тяжело вздохнула и успокоилась. Почему -то Остин пах печеньем и немного молоком. Приятный запах, запах детства.

Как же так, почему ты остался без мамы, Остин?

Но я узнаю это, совсем скоро.

Прилипнув лбом к окну, я поджав губы и нахмурившись, смотрела, как к поместью подъезжает экипаж: приехала мать Остина. Не знаю почему, но у меня к ней было какое -то внутреннее неприятие, такое острое и жгучее, что ей могло достаться похлеще, чем лорду. Но самое страшное — я не знала, как будет реагировать Остин.

— Фэра Лара? — Шивонн окликнула меня. — Фэр Итан ждёт вас. Вместе с Остином.

Тяжело вздохнула и отошла от окна. Остин, пробуя на вкус резной бортик софы, ещё не подозревал, каким будет этот день.

Сегодня мне выдали платье, в котором ходит прислуга. Думаю, сделано это было умышленно. Небольшой белый чепец, из которого едва выбивались мои завитые волосы, добавлял мне немало лет. Взяв Остина на руки, выдохнула ещё раз и сделав как можно более приветливое лицо, направилась вслед за Шивонн. Едва мы оказались в холле, как застали мать Остина, поднимавшуюся по лестнице.

Невысокая, рыжеволосая, с очень красивой фигурой. Платье у неё было не очень и роскошное, но подобрано со вкусом. Внутри что-то ёкнуло и звякнуло. Сначала я не поняла, в чём дело, пока женщина не повернулась к нам боком, и я не увидела очень даже красивый профиль: Джессика рассматривала убранство поместья как... своё. Будто прикидывала, как и что она здесь изменит. Сглотнув ком в горле, мысленно себя осадила и приказала считать до десяти. Как хорошо, что в этом мире я не владею магией!

В кабинет мы зашли лишь после личного приглашения фэра Итана: мужчина несколько минут разговаривал с Джессикой наедине. Когда я увидела лицо фея, то приказала себе считать до двадцати. Мужчина был просто вне себя от бешенства, у него едва ли дым из ушей не валил, а глаза были такими красными, будто фэр Итан стал феем -альбиносом.

Джессика, поправляя шляпку и жеманно поджимая пухлые губки, сидела в кресле и думала о чём-то своём. Стоило ей увидеть Остина, как лицо женщины невообразимым образом изменилось. Она натянула улыбку так, как надевают грязные, вонючие носки. Сердито раздув ноздри, я метнула молнию в сторону фэра Итана и встала возле одного из шкафов, не решаясь подойти ближе. Остин, совершенно нахальным образом игнорируя свою мать, вытащил у меня из-под чепца прядь волос и принялся наматывать её на палец, чтобы потом помахать как поводьями.

— Остин, мальчик мой!

Отбросив сумочку и белоснежные перчатки, женщина вскочила с кресла, поправила тёмно-зелёное платье и мелкими шагами заспешила в мою сторону. Я же держала Остина и напевала про себя: эне, бене, раба.

— Как ты вырос! Какой ты большой! Солнышко моё!

Остин, на миг забыв о моих волосах, вдруг замер, вытаращил глаза и обернулся к своей матери с такой ужасающе медленной скоростью и диким выражением лица, что оператор фильма ужасов сгрыз бы себе локти от безысходности: пропущен такой момент!

Я кашлянула и продолжила напевать детскую считалку. Джессика принялась хватать меня за руки, чтобы забрать Остина. Тот же отпихивался, лез мне на шею, пока не начал истерично верещать. А я скрепя сердце, вынужденно отдала малыша женщине. Остин со слезами на глазах посмотрел на меня как на предательницу.

Эне, бене, раба, квинтер, финтер, жаба.

Спокойно, Лара, спокойно! Не надо прореживать шевелюру этой прекрасной мадам, не надо красить ей щёки красным звонкими оплеухами. Она мать, она заслуживает.

Остин криком заходился, вырывался из рук. Джессика, выпучив глаза и поджав губки, напоминала мне дохлую глупую рыбу, которую жахнули об камень и кинули на лёд. Женщина не понимала, почему её сын так себя ведёт. А я понимала: похоже, Остин впервые видит эту женщину и вовсе не считает её своей матерью.

В панике вцепившись в красивые локоны Джессики, Остин едва ли не повис на них. Я косо посмотрела на фэра Итана. Тот с мрачным удовлетворением смотрел на женщину и не думал помогать. Мне пришлось фыркнуть, сжать руки в кулаки и продолжить считать.

Эне, бене, раба, квинтер, финтер, жаба. Эне, бене, рес, квинтер, финтер, жес!

Детские крики резали уши. Джессика бледнела, зеленела, гневно на нас смотрела и держала Остина так, будто это не милый мальчик, а бомба замедленного действия. пожалуй, теперь я знала, как выглядит обезьяна с гранатой.

Всё произошло мгновенно. Остин выдрал клок волос, воя белугой. Джессика вскрикнула и выронила бы мальчика. Но тут уже никакие жабы с рабы не помогли! Я кинулась вперёд, выставляя руки. Остина я успела подхватить, как и хорошую оплеуху, от которой в ушах зазвенело: так Джессика решила отрезвить малыша.

Забрало упало.

Прижимая к себе Остина, я выпрямилась во весь свой рост, выпятила грудь и смело пошла на Джессику. Это она зря, очень зря. Я же жевала свой язык, угрожающе надвигалась на женщину, пока та, споткнувшись о складку на ковре, не рухнула в кресло.

Остин, стеная как от зубной боли, прижался к моей груди щекой и всхлипывал, да с таким присвистом, будто два часа кряду ревел. Больше такого издевательства я не могла терпеть.

— Простите, фэр Итан, я не оставлю мальчика рядом с этой женщиной ни на минуту.

Сейчас моё лицо полыхало не только от пощёчины, но и от праведного гнева. Мать Остина тут же вспыхнула, подскочила и, сжав кулачки, разъяренно выкрикнула:

— Я не отдам своего сына!

— Своего сына? — взревев так, что стёкла в окнах задрожали, крепко обняла Остина и опасно сузила глаза. — Да какая вы мать? Вы не мать! Вы... вы... вы... Ехидна! Кукушка! Не смейте называть себя матерью! У вас нет ничего общего с этим светлым, милым и добрым словом. Родить ребёнка — это не всё! — угрожающе тыча указательным пальцем, забыла обо всех приличиях. — Только попробуйте ещё раз замахнуться на Остина.

— И что тогда? — фыркая и отдуваясь, Джессика с вызовом смотрела почему -то на фэра Итана.

— О! Вы познаете весь мой гнев, — с ядовитой улыбкой тихо прошелестела.

Женщина испугалась, но виду не подала. Только хмыкнула, шумно сглотнула и демонстративно повернулась ко мне спиной, напоследок решив убить меня взглядом. Да на здоровье! Мне эти взгляды, что рыбке зонтик!

Пройдя мимо женщины, я зашуршала юбками, когда очень поспешно выходила из кабинета вместе с Остином. Утешая мальчика, прижимая его к себе, даже не чувствовала ничего. Лишь поравнявшись с зеркалом, разочарованно выдохнула: вся левая сторона моего лица была красной, а нижняя губа и вовсе припухла. Страшно подумать, что было бы с Остином. Поцеловав мальчика в лоб, пробормотала:

— Ну уж нет! Дырка ей от бублика! Всё, Остин, всё. Больше она тебя не коснётся. Костьми лягу! У! Мымра рыжая.

— Фэра Лара!

Голос фея вонзился в мою голову раскалённой шпилькой. Развернувшись на пятках, мрачно посмотрела на мужчину: будет уговаривать вернуться, покусаю. Но нет, фэр Итан торопливо подошёл к нам, взъерошил волосики Остина, вздохнул и покачал головой. Его сострадания заслужила моя пылающая щека. Когда холодные мужские пальцы коснулись её, я чуть язык от удивления не прикусила. Приятная прохлада разливалась по коже, унимая боль. Округлив глаза, смотрела фею в лицо: похоже, его и впрямь заботила я.

— Шивонн принесёт потом вам лёд. Идите...

— А Остин?

— Я сказал, идите. Всё, что нужно было, вы уже сделали.

— Значит, вы не собираетесь отдавать Остина матери? — напряжённо раздув ноздри, посмотрела в тёмно-синие глаза мужчины, которые сейчас напоминали буйное море.

— Такой матери — нет.

— Но она же не оставит нас в покое!

На это мужчина ничего не сказал. Лишь вновь погладил Остина по головке и поспешил обратно в кабинет. Подбирая отвисшую челюсть, я думала о том, что происходит. Господи, в какую мыльную оперу я попала? «Рабыня Изаура»? «Богатые тоже плачут»?

— Погодите! — я окликнула фэра Итана, решившись задать самый важный вопрос: — Что нужно Джессике?

— Ей нужен не Остин, успокойтесь, — фэр Итан зло блеснул глазами. — Её волнуют только деньги. Так что идите и отдыхайте.

Деньги.

Был бы у меня такой ребёнок, никакие деньги меня не волновали. Остин дороже любого золота. Удивительно, что у такой женщины родился такой ребёнок. Все же не все достойны называться таким сильным и таким важным словом, как мама.

Проснуться от удара в глаз так же приятно, как и оттого, что тебя душат.

Снилась мне какая-то ерунда, очевидно, что моя подкорка, то есть подсознание, включила на всю мощность режим кошмаров и ужасов.

Джессика, объединившись вместе с лордом Фарксом, успели вынудить меня выйти замуж, отказаться от Остина и увидеть фэра Итана в кандалах. Причём фей выглядел как граф Монте-Кристо, борода даже мужчине шла. Ну а полосатый костюмчик просто бежал моему начальнику. Лорд Фаркс, улыбаясь, если не скалясь, он целовал меня, наблюдая за реакцией фэра Итана. Почему-то в роли регистратора на нашей свадьбе был Базио. С чего-то решив, что фэра Итана, кот, избавившись от бабочки и странной книжки, принялся душить меня лапами, с противным визгом.

Душить меня душили, а проснулась от удара в глаз. Даже подскочила. Хватаясь за лицо, пыталась сообразить: это меня Джессика ударила, Базио или фэр Итан вырвался из пут и решил отомстить за что-то.

Разобравшись, что всё это мне снилось, а я сплю в детской на софе, которую так и не убрали. Рядом со мной ворочался и хныкал Остин.

Вспомнила!

После радушной встречи с мамой, мне чуть ли не святой водой пришлось отпаивать малыша. Он плакал, не мог успокоиться и постоянно хватался за меня, будто я могла куда -то исчезнуть. Остин никак не мог заснуть в своей кроватке, моя рука же давным-давно затекла. Поэтому я прихватила какую-то мягкую игрушку, взяла Остина на руки и легла с ним на софу. Зная об опасности, отодвинулась от малыша, свернувшись вокруг него калачиком. Мальчик плевать хотел на все предрассудки и заснул лишь тогда, когда уткнулся носом в мою подмышку и, вцепившись в меня руками и ногами, успокоился.

Я долго боролась со сном, пыталась выбраться из объятий Остина, но всё напрасно. Вот и заснула. Остин же, ворочаясь и мучаясь кошмаром, похоже, как и я, вскинул руку ну и ударил меня. Нет, глаз не выбил, даже фингал не оставил, только ноющую боль и небольшое покраснение. Оглянувшись, посмотрела в окно: глубокая ночь.

Встав с софы, поплевалась, перекрестилась и взяла Остина на руки так, будто это бомба. Не дыша, закрыв рот и надув щёки, несла мальчика в его кроватку. Операция попытайся -остаться-целой-и-не-разбудить-весь-дом прошла успешно. Правда я ещё минут десять нависала над кроваткой, разглядывала Остина и прислушивалась к каждому его вздоху: спит.

Приснится же такая... гадость!

Конечно, идти к себе в комнату было заманчиво, но и оставлять Остина не хотелось. Спать тоже желания не было, зато желание прогуляться, подышать и подумать появилось. Накинув на себя тонкое покрывало, подобно мумии вышла в коридор. Чуть пошатываясь от усталости и зевая, поймала себя на мысли, что сейчас в поместье я совсем одна. Ну, как одна. Конечно, все спали, но в эту минуту была без присмотра.

Поёжившись от слабого сквозняка, огляделась: магические светильники еле-еле работали, погружая меня в мягкий полумрак. Очертания мебели стали какими-то плавными, если не пушистыми. Зевая, я побрела в конец коридора. Сама не знаю, почему меня туда ноги понесли. Наверное, потому, что там был выход на террасу. А дышать свежим воздухом, в тишине, в аромате прекрасных цветов хотелось очень сильно.

На удивление такая мысль пришла не только мне.

Едва свернула за угол, как во что -то врезалась. Теперь пострадал другой глаз. Да что же это такое! Не хочу быть Крошкой Енотом!

— Ай!

На пол рухнули дружно, тихо, почти без шума и пыли. Только я в мумию практически превратилась, потому что сверху на меня что-то рухнуло, что-то похожее на ковёр или гобелен. Ворочаясь, сплёвывая волосы, которые нахально лезли в рот, я щурилась пострадавшим глазом и молилась, чтобы фингала не было.

Яркий свет меня ослепил. Чья-то прохладная ладонь прошлась по моему лицу. Сфокусировав взгляд, я вскинула брови, перестала морщиться и рассмотрела фэра Итана. Мужчина, встав на колени, навис надо мной и взволнованно рассматривал моё лицо. Увидев, что это я, что я в порядке, выпрямился, провёл рукой по волосам и тяжело вздохнул.

Сейчас на мужчине не было привычного костюма. Нет, выглядел каким -то... потрёпанным. Всё дело оказалось в очень свободной серой рубашке, мягких брюках и совсем без идеальной причёски. Эдакий небрежный романтический образ. Поймав себя на такой мысли, покраснела.

Фэр Итан, скрестив руки на груди, сдержал улыбку и спросил:

— Что вы тут забыли в такой поздний час, фэра Лара?

— Вышла воздухом подышать. Вот уж не думала, что за лёгкие глаза будут отвечать. Сначала ваш племянник меня чуть не ослепил, теперь вот вы побеспокоились о том, чтобы я дорогу в темноте нашла.

— Что?

— Фонарь под глазом, фингал, — смилостивилась и добродушно добавила. — Бланш!

Мужчина покачал головой и вдруг коснулся моего виска, а потом и щёки. От ощущения пальцев меня в дрожь кинуло. Если бы не стиснутое, тьфу, свёрнутое состояние, я точно возмутилась. А так воздухом поперхнулась и глаза вытаращила.

— Простите меня сердечно.

— Не могу. Ни почечно, ни лёгочно, ни тем более сердечно. Нечего прощать. Я же не знала, что вы тут. Можно задать неприличный вопрос: что вы тут делаете?

— Я первым спросил.

— Ну. — недовольно заёрзала, — если вы меня отпустите, можно будет и поговорить. Как-то не очень удобно лежать в ковре и покрывале.

Фэр Итан встрепенулся и понял, какую ошибку допустил. Встал, распутал меня, протянул руки и рывком поставил на ноги. Я поправила свободное нижнее платье, которое использовала в качестве ночной рубашки, а всё из-за того, что Остин ножницами побаловался — низ стал с бахромой.

Невольно скользнув по мне взглядом, мужчина смутился и как-то по-отечески накинул мне на плечи покрывало, которое перед этим встряхнул. Я в него закуталась и тяжело вздохнула.

— Неужели вам снятся кошмары?

— Кошмары? — фэр Итан покачал головой. — Нет, я ещё и не ложился. Много думал. Решил, что если подышу...

Я снова вздохнула, отделалась от желания взять мужчину под локоть и кивнула в сторону террасы. Туда мы побрели вместе.

— Станет легче?

— Да, — мужчина впервые казался мне обычным человеком. Очень усталым и измотанным. — Думал побыть в одиночестве.

— Хм, ну давайте, что ли, вместе побудем.

Фэр Итан покачал головой и одарил меня насмешливым взглядом. Я же, недовольно надула губы и промолчала: мы настолько разные, что одиночество всё равно будет где -то рядом.

Терраса не пустовала. Плетёные стулья, стол с полированной столешницей, диванчик с подушками и темнота: луна и звёзды не могли пробиться через крышу. Фэр Итан щелчком пальцев зажёг свет в одном из светильников, аккуратно придвинул мне стул и сел рядом. Я, нахохлившись, недовольной совой села, протяжно зевнула и тряхнула головой.

— Остин плохо спит?

— Да. Если честно, то после встречи с его матерью, я сама мучаюсь. несварением. Умственным.

— Понимаю. — фэр Итан тоже зевнул. — От неё у всех несварение.

— Тогда как вашего брата, Ричарда, угораздило вляпаться в такую. даму!

— Сердцу не прикажешь. Вот поэтому все так привязаны к спискам.

— Можно подумать, он что-то гарантирует! — недовольно пробурчала, прерывая короткую нотацию. — Разве такого не могло бы быть?

— Список — это договор, а раз договор.

— Понятно. Живете по цивильным меркам Запада.

— Что? — фэр Итан вцепился в подлокотники плетёного стула. — Какого Запада?

— Не обращайте внимание, это всего лишь фраза. Так, наследие моего мира, — торопливо успокоила мужчину. — Значит, всё дело в бумажках?

— Я не знаю. Ричард всегда был для меня идеалом, а потом. Потом просто совершил этот непонятный поступок.

Влюбился?

— Устроил это непотребство, которому и края не видно, — фэр Итан впервые разозленно буркнул и обречённо вздохнул. — Иногда я ему завидую.

— Что влюбился?

— Что мёртв. Теперь все заботы легли на мои плечи, а я... я был к этому не готов, признаюсь честно.

— Почему Джессика ушла от Ричарда?

Я задала вопрос, который меня очень беспокоил. Резонный, остро стоящий вопрос. Сейчас мы будто попали в лапы странного и жуткого макаронного монстра, который опутал нас своими варёными лапами и не хотел отпускать.

— Я, конечно, ни разу не сыщик, но не понимаю: почему Джессика не объявилась сразу после смерти Ричарда. Разве она не стала бы наследницей?

— Мой брат очень любил Джессику, но, видимо, видел в ней какие -то грешки и проявил благоразумие. Деньги всё получил Остин, распоряжаться ими может только опекун, но не более определённой суммы.

— Но это же деньги! А для бедной женщины.

— Лара, простите мне мою прямолинейность, но я скажу то, что думаю, то, что сказал брату и теперь очень об этом жалею. Джессика выбрала себе жертву, чтобы заполучить богатство. И она просчиталась, когда попыталась манипулировать моим братом через ребёнка. Поняв, что скорее последняя монета достанется мальчику, она разочаровалась и поспешила избавиться от лишнего груза. Поэтому ушла, поэтому. Я предупреждал Ричарда, что подобным закончится его авантюра. Даже не зная, кто та таинственная дама, я предполагал самое ужасное. И не ошибся, как видите.

— И с чего вы это взяли?

— У меня богатый опыт работы. Я сводник, Лара. И деньги — первое, что начинают обсуждать будущие супруги. Ричард думал, что любовь. избавит его от этого кошмара, а вышло вон как. Мне очень обидно понимать, что Ричард любил Джессику, а та любила лишь его деньги. Списки хотя бы не дарят эту глупую иллюзию чувств!

— Так завидуете или жалеете?

— Что? — мужчина недоумённо посмотрел на меня. Растрёпанные чёрные волосы тонкими прядками спадали на лоб и придавали вид эдакого ловеласа.

— Я слышу в вашем голосе обиду. И, если честно, прекрасно вас понимаю.

— Да?

Я вытянула ноги, ничуть не беспокоясь, что теперь показались мои голые коленки. Этот факт обеспокоил фэра Итана, потому что он тут же на них уставился. Пришлось поправить край покрывала.

— Моя сестра вышла замуж толком даже не отучившись. Я же закончила пединститут, устроилась в детский сад — не самая престижная работа, хочу вам сказать. Работала, работала и работала. И снова работала. С мужчинами не клеилось, они просто сбегали от такой ненормальной, как я. У меня ведь планы, конспекты уроков, утренники, открытые занятия... А Танька родила, жила припеваючи и купалась в любви, потому что муж у неё

— золото. Знаете, как я ей завидовала? И завидую. Но я нашла в себе силы просто порадоваться за неё.

— Я не успел. Ричард умер. И с Джессикой меня не познакомил.

— Наверное, потому что вы ему пытались навязать горькую правду?

— Горькая или нет, но. Теперь уже всё известно. А Джессика решила, что я такой же, как и мой брат.

— Что? Решила любовью охомутать?

— Нет, решила добиться признания себя как жены. Если ей это удастся, то она получит большие деньги и Остина.

— Но ведь мальчик ей не нужен!

— Я знаю. — фэр Итан, уперевшись локтями в колени, в отчаянии вцепился в свои волосы. — Знаю! Знаю! Знаю! Я бы отдал все деньги, лишь бы она оставила его в покое, но.

— Но аппетиты слишком велики?

— Да, — мужчина обречённо подытожил и посмотрел на меня. — Если не придумать что-то, то.

И что тут можно придумать? Дать деньги? Так запросы вырастут! Отдать Остина?! Об этом не может быть и речи! Так какой велосипед нужно изобрести? Мало этого вредного лорда, так теперь ещё и мамаша такая нарисовалась.

— Я впервые не знаю, что делать. Не знаю! И мне страшно, потому что терять племянника я не хочу.

Я нахмурилась. Подумав, встала со стула. Прохаживаясь по дощатому полу, кусала губы и перебирала варианты: один был хуже другого. Что-то ерунда всякая думалась. Только одна мысль оказалась очень навязчивой.

— Против лома. — повернулась лицом к фэру Итану. — Против лома нет приёма, кроме как другого лома!

— Что?

Мужчина встал на ноги и подошёл ко мне. Так мы и стояли на прохладной террасе и смотрели друг другу в глаза.

— Нужно найти что-то на Джессику. Что-то, что будет ей угрожать.

Фэр Итан, казалось, пришёл в ужас от самой мысли. Вот уж непонятно, что его так встревожило.

— Она же вас шантажирует. И вы попробуйте!

— Послушайте... — фэр Итан вдруг схватил меня за руку и крепко сжал мою ладонь. — Я могу лгать и хитрить, могу чуть обмануть. Но не шантажировать!

— Плохо! — топнула ногой и сердито посмотрела на мужчину. — Плохо! Вы сейчас за племянника должны бороться, а не бояться шантажа. И не сомневайтесь, я буду той, кто с удовольствием подаст вам патроны.

Такого сравнения фэр Итан не понял, но с воодушевлением принял такие мои слова. Конечно, ему тяжело. Столько всего навалилось, в том числе и я.

— Скажите, зачем вы решили найти мать Остина? Если предупреждали брата?

— Я. Я надеялся. Я надеялся, что ошибся, что всё не так, что. Но эта встреча меня добила: всё оказалось хуже, чем я даже мог предположить. И эта надежда погубила вас. Вы ведь не должны быть здесь.

Я сжала руку мужчины в ответ и благодушно улыбнулась:

— Но я здесь! Знаете, когда у меня на работе полный завал, я начинала с того дела, которое легче всего решить, чтобы заняться сложным с некоторым облегчением. Что сейчас по-вашему самое лёгкое? Что решить легче всего? Этим и займитесь. И.И я всегда вас поддержу. Помогу. Только прежде хотела бы посоветовать вам отдохнуть. Хотя бы денёк. Прийти в себя, забыться и. Вы устали. Из ваших мешков под глазами можно золото доставать. Уж не знаю, так ли сложна работа сводника.

— Идите спать, фэра Лара. Уже поздно.

— А вы?

— Я ещё подумаю .

Мужчина сел обратно на стул, прикрыл глаза рукой и выдохнул. Я, не спешила уходить. Стояла и смотрела на фея, поджимая губы и думая: кто бы знал, что работа няни такая интеллектуально изматывающая? И кто бы знал, что фей так искусно маскирует свою усталость.

Когда рука фэра Итана расслабленно упала на его же колено, я обернулась: мужчина заснул. Голова откинулась, тело вытянулось. Я подложила мужчине подушку под голову и накрыла своим покрывалом. Сама же зашла в дом, поёжилась и твёрдым шагом направилась в библиотеку. Закрывшись там, строгим голосом произнесла:

— Базио! Я знаю, что ты тут! Иди сюда и говори правду. Если фэр Итан не готов к ней, то мне всё равно. Фига сушёная этой Джессике, а не Остин!

— А лорд? — сонная морда кота меня порадовала. Базио показался на верху стеллажа.

— А ему тонна нецензурщины. Он тоже дождётся своего! Работы у нас невпроворот.

Термометра тут не было, но уверена, отметка на его столбике сейчас застыла бы в районе сорока градусов. Солнце палило так, что дурно становилось. В доме царила духота, напрасно я открывала окна и пыталась хоть как -то проветрить комнату. Остин, раздетый до коротких панталон, напоминал перезрелый помидор. Я только и делала, что обтирала его влажным полотенцем и давала пить.

— Тебе хорошо, ты, считай, в трусах, а я? Знаешь как душно в этом платье? Да с ума сойти можно!

Впрочем, не только я страдала в этом доме. И магия, увы, ничем не могла помочь. Оставалось только искать способы охладиться. Вот я и была не у дел.

Подумав, решила выловить Шивонн. Та, в компании других служанок, наводила порядок в доме. Бедные женщины, им ещё тяжелее! Ладно я с Остином, а они... Попробуй-ка побегать по такой жаре в душном платье, с тряпкой и метёлкой в руках.

— Шивонн!

— Да?

Женщина обернулась ко мне, на её щеках алел румянец. Волосы, мокрые от пота, липли ко лбу. Утираясь и фыркая, Шивонн несколько раздражённо на меня посмотрела.

— Шивонн, а можно тебя попросить вынести большую бадью? Что -то вроде тазика. С водой. Поставить во дворе и набрать туда воды, да побольше.

— Хорошо. Подождите несколько минут, будет вам и бадья, и вода!

Я хмыкнула, пожала плечами и пошла к Остину. Ослабив шнуровку на лифе, вздохнула поглубже и взяла малыша на руки, а затем направилась на улицу. Будем вносить смуту в умы местного народонаселения. Даёшь революцию!

Конечно, с нынешним уровнем развития общества никто и подумать не мог о бассейнах. А мне плевать! Мы вот сейчас спрячемся в кустах и будем плескаться. И пусть попробует кто-нибудь что-нибудь сказать!

Шивонн, несмотря на занятость, всё-таки помогла мне. Широкую круглую бадью поставили на небольшой полянке в окружении густых высоких кустов. Я же, прихватив женщину за руку, принялась ещё торопливо требовать:

— Полотенце, да не одно. Покрывало.

Всё это материализовалось у меня на глазах и падало на траву рядом с бадьёй. Не обращая внимание на озадаченную Шивонн, я принялась стягивать с себя платье. Я больше не могла расхаживать в этом орудии пытки. Нижнее платье показалось мне настоящим парео, не иначе. Остина я и вовсе лишила панталон и, склонившись над бадьёй, опустила мальчика туда. Воды было ему по грудь. Остин сразу оценил такое изобретение. Ну а я обмывала мальчика, смачивала его волосы и обдувала воздухом. В тени кустов, в компании прохладной воды было очень и очень хорошо. Остин, забавно хихикая, начал меня брызгать водой. А я и не против. Подключилась к такой игре. Визжа и хохоча, мы брызгались и творили невообразимое.

Томное покашливание меня ничуть не смутило. Я продолжала брызгать водой на Остина, косо посматривая на побеспокоившего нас фэра Итана. Он, щеголяя одной рубашкой и лёгкими брюками, несколько недовольно нас разглядывал. Но увидев весёлое лицо Остина, чуть смягчился.

— Вам нельзя быть в таком виде...

— Недавно я бродила по дому в одной ночной рубашке, вы что -то против не были.

— То дом, а тут. Вас могут увидеть.

— Могу вас опорочить? — обворожительно улыбнулась.

— Не забывайте, что мы сейчас под пристальным вниманием! Помните?

— Кто же нас увидит в кустах? Мы тут надёжно спрятались.

— Вы издаёте столько звуков, что найти вас не составляет труда.

Я неопределённо пожала плечами и продолжила развлекаться с Остином.

Подумаешь! Заметить. Какая разница? От меня и так все не в восторге. Чего переживать?

— Вы опять всю ночь просидели в библиотеке? Мне Базио рассказал.

— Да, просидела. И снова сидеть буду! У вас кладезь ценной информации под носом, а вы и не видите ничего. В моём мире библиотеки вышли из моды, все считают, что это бесполезные учреждения, покрытые пылью и паутиной. Но это не так! Вам бы стоило прислушаться к Базио.

— Я знаю, что лорд Фаркс — родственник Матильды.

— Да? А газеты вы читаете, фэр Итан? Или также просматриваете их наискосок и отправляете в топку? Скажите спасибо принципиальности Базио и его хозяйственности. Я, конечно, дошла только до второй пачки газет, но.

— Только не говорите, что что-то нашли, — фэр Итан с лёгкой издёвкой в голосе меня немного подразнил. — В газетах?

— Ну послушайте, это же просто сборник сплетен и разной ерунды! Там можно найти всё, что угодно. Стоит только поискать. Понимаю, ваша магия и связи поставляют вам другую информацию, но.

— Что вы там нашли, не томите.

Я, умыв лицо, брызнула напоследок водой в Остина и нехотя встала. Вскинув подбородок, снисходительно посмотрела мужчине в глаза. Сейчас они у него напоминали бархат ночного неба, просто завораживали. Я даже на секунду забыла, что хотела сказать, но, опомнившись, тонко улыбнулась.

— Матильда была заядлой театролюбкой, посещала все премьеры... И хотя в статьях скорее щедро описывали её украшения, роскошные комплекты драгоценностей и диковинные платья, я просто пролистывала статьи и как Остин вглядывалась лишь в рисунки, которые у вас успешно заменяют фотографии. Вы знали, что лорд Фаркс посещал эти мероприятия вместе с Матильдой? Только вот своё лицо, почему -то всегда скрывал. Как-то странно, что такой мужчина ходит хвостиком за богатой леди.

— Вы заразились безумством Базио. Нет, лорд Фаркс не имеет никакого отношения к наследству! Я проверял.

— Как вы проверяли? Завещание смотрели?

— Да кто же даст его мне посмотреть! — фэр Итан искренне возмутился.

— Тогда. Тогда мне стоит встретиться с ним вновь, у него в доме. А вместо изящной горжетки я возьму Базио. Как вы думаете, лиловый цвет мне пойдёт?

Такой дерзкий и нахальный план обескуражил фэра Итана. Я едва удержалась, чтобы не щёлкнуть мужчину по носу. Победоносно улыбнувшись, склонилась к Остину, тот наплескал столько воды, что трава была сплошь мокрая. Нога сама заскользила. Не удержавшись, я с пронзительным визгом нырнула в бадью под смешок фея. Остина не раздавила, но вот намокла знатно. Платье тут же облепило меня. Фэр Итан, наблюдая за всем этим безобразием только хмыкал и пунцовел.

— Ну что же вы! Дали бы даме руку.

Мужчина, проявляя своё благородство, так и сделал. Я же просто дёрнула руку на себя. Бадья с хрустом развалилась на части, вода вытекла. Остин сидел голышом на мокрых досках и смотрел на нас. Я безудержно хихикала, рассматривая мокрого фэра Итана. Вид у него был такой смешной и обескураженный, что я пожалела, что больше нет воды. Так бы и брызнула в лицо!

Появившийся из ниоткуда Базио, подобно Чеширскому Коту, улыбнулся и прошипел:

— За вами наблюдают!

Фэр Итан, чуть ли не икнув, продолжал лежать на моих ногах и остатках бадьи. Сурово посмотрел на Базио и нахмурил брови. Я же, повернув голову, недовольно пыхтела и щупала пухленькую ножку Остина, боясь, как бы он не пополз исследовать мир: жуки там, улитки, травка и прочее.

— Кто? — фей наконец решил сползти с моих ног. Встал на четвереньки и тряхнул головой, меня обдало волной брызг. — Кто наблюдает?

— Я! — Базио, гордо махнув хвостом, вылез из кустов.

— Ах, ты блохастая.

Договорить не успела, фэр Итан одним шлепком руки закрыл мне рот. Я глотала ругательства, понимая, что неугомонный Базио и тут сунул свой нос! Ну нигде от него покоя нет! Поймаю и на котлеты пущу... А я только начала испытывать к нему более нежные чувства!

— И не только я. Лорд Фаркс принял решение. Думает, что вы сменили гнев на милость. И ждёт!

— Неужели! — удивлённо воскликнула, убирая руку фэра Итана.

— Невероятно! Вы вдвоём провернули это за моей спиной?

— Да пока дождёшься. — сердито фыркнула, выбралась из-под мужчины, одёрнула мокрое платье и взяла Остина на руки. — Кстати, вы бы не могли восстановить наш маленький бассейн? Очень уж. жарко.

Осеклась и недоумённо посмотрела на Базио, вытаращившего глаза, а затем на фэра Итана, который часто моргая, пытался отвести взгляд и перестать пунцоветь.

— Чего вы так вылупились на меня? План не хорош? Так я хотя бы действую! А не прикрываюсь. всяким!

Моя разгневанная реплика ничем не помогла. Базио, внезапно опомнившись, задом, задом двинулся в кусты. Зашуршал листьями и умчался. Фэр Итан, повернувшись ко мне спиной, продолжил беззлобно спорить:

— Значит, уже все решили с Базио? Спелись?

— Лиловый мне и правда идёт! Из Базио выйдет чудесная горжетка, главное. — хмыкнула и добавила себе под нос, — натуральную горжетку из него не сделать. Соблазн очень уж велик!

— Опозоритесь только! Где вы видели горжетки из лиловых кошек сомнительной потрёпанности? — фэр Итан бросил через плечо. — Если так нужно, то стоит просто обратить Базио в жука или в того же паука и сунуть в карман. А на горжетку я вам деньги выделю .

— Из моего жалования?

Между прочим фэр Итан успевал колдовать. На этот раз перед нами оказалась очень большая бадья с плотными бортиками. Воды было больше, также фэр Итан наколдовал и игрушки. Появился складной стульчик, стопка полотенец. А ещё платье, такое, лёгкое, цветастое и размашистое. Внезапно сообразив, что произошло, я перехватила Остина и стала держать его на вытянутых руках. Осмотрела себя и покраснела так, что кожа, наверное, превратилась в варёную свёклу.

Платье перчаткой облепило меня, ничего не скрывая. И вот в таком виде я и щеголяла перед фэром Итаном и Базио. Стыдоба! И самое главное, что смотрели и ничего не сказали!

Остин, хихикая и болтыхая ногами в воздухе, стремился обратно в воду, но её в бадье было слишком много. Поэтому плюнув на всё, я просто залезла вместе с малышом в импровизированный бассейн. Вода была мне по самую грудь.

— Можете смотреть, больше не буду вас смущать.

— Да вы и не смущали... — фэр Итан тягуче пробормотал, заставив меня вспыхнуть ещё сильнее. — Даже наоборот.

Я повернула голову едва ли не на сто восемьдесят градусов, заставив мужчину удивлённо на меня вытаращиться.

— Лучше расскажите, что вы задумали? Заговорщики.

— Ничего особенного. Я отвлекаю внимание, а Базио рыщет в поисках завещания или чего-то подобного в бумагах лорда Фаркса. Узнаем, что там, будет легче.

— Это, конечно, всё прекрасно. — мужчина, заметив, что я больше не смущаю никого своим видом, он переложил полотенца на покрывало, расстеленном на траве, взяв себе самое верхнее, чтобы вытереть волосы и промакнуть рубашку. — Только вы кое-что не учли.

— Что же?

— Как что? Остина! — фэр Итан обворожительно улыбнулся.

Я не узнала фея. Мужчина вдруг чудным образом преобразился. Мокрые волосы, спадавшие на лицо тонкими прядками, казались угольно -чёрными. Глаза посветлели, теперь они напоминали спокойное море. А сам фэр Итан казался легкомысленным, романтичным и непринуждённым. Даже расслабленно уселся на стульчике.

Поняв, что слишком уж пристально разглядываю мужчину, перевела взгляд на Остина. Тот улыбался, да так загадочно.

— Что с Остином? Что с ним не так?

— Как что? Заклинание ещё действует, мы его не сняли. Это значит, что внимание вы будете отвлекать вместе с Остином.

— Нет-нет! Так не выйдет. Я должна быть одна, какой малыш?

— Ну, значит, ваш план — провальный! — фэр Итан улыбнулся ещё шире и склонился ко мне. Я едва удержалась, чтобы вновь не засунуть его в бадью. — Провальный.

— Нет, наш план хорош! Просто потребуется ваша помощь. Будете где-нибудь неподалёку, с племянником. Это же не сложно?

— Издеваетесь? — фей поперхнулся воздухом и вытаращился на меня. — Ни за что!

— У вас и крылья есть. Сядете где-нибудь на карнизе. — с каждой минутой мой голос становился всё тише и тише, я понимала, что хватила лишнего. — Фэр, Итан, давайте будем честными: по правилам нам не обыграть лорда Фаркса. Никак! Его можно взять только измором, либо... Против лома нет приёма, кроме как другого лома! Так что сначала разберёмся с лордом Фарксом, потом и до Джессики доберёмся.

— Откуда у вас эти наклонности?

— Почему сразу наклонности? Вы пробовали идти верным путём, что из этого вышло?

— Если будет провал.

— Обвиняйте во всём меня! Самый простой способ, я не против. Вы мне не верите, но лорд Фаркс явно что-то скрывает! Дело тут нечисто! Вот и всё, моё мнение.

— Опасное дело. Что-нибудь придумаем.

Деревянная уточка, очень лёгкая и плавучая, лениво ползала по воде, соблазняя Остина. Тот, качаясь на моих ногах, хватался за бортики и пытался поймать такую скользкую и неуловимую добычу.

— Атю!

Будто позабыв о магии, Остин вытянул руки и жалобно пропищал, пытаясь ухватить утку. Фэр Итан на это ответил падением со стула. Остин, переключив своё внимание на своего дядю, теперь жамкал воздух и пытался поймать его:

— Атю! Атю! Атю!

— Остин, ты говоришь?

Я довольно улыбнулась и посмотрела на малыша:

— Это только начало, фэр Итан. Самое начало!

— Как.

— Ну так что? Будет мне горжетка и летучий нянь на час?

— Будет!

На том и порешили.

Дубль два, на этот раз я буду совсем одна. Магией, конечно, я не обладаю, но вот интересно: а если просто стукну лорда Фаркса чем-нибудь тяжёлым, меня догонит магическая карма или нет?

Я бы душу продала черту, чтобы не ехать к лорду Фарксу, но выбора не было — сама же напросилась!

В экипаже я сидела одна, тоже ожидаемо. Ну, как одна. Базио прятался в сумочке и мне не докучал, мне вообще казалось, что он спал. Даже поболтать не с кем! А на нервах так хотелось почесать языком, но, увы!

Горжетку мне и правда фэр Итан выдал. Соболиную, очень красивую и даже тёплую, но томный вечер, неожиданно прохладный из-за налетевшего ветра, этому благоволил. Встреча должна была быть тет-а-тет.

Вреда от заклинания я не ощущала, так что фэр Итан тоже был где-то неподалёку. Наверное, порхал в воздухе с Остином на руках. Как иначе?

От такой картины тихо прыснула в кулак.

— Прекрати смеяться, у лорда Фаркса тебе будет не до смеха!

Из открытой сумочки, лежавшей на сиденье, показались тараканьи усики. Передёрнувшись от омерзения, поморщилась и склонилась к Базио:

— Вот когда обведу его вокруг пальца...

— Сначала обведи! — Базио, как и следовало дряхлому старикану, бурчал и бурчал.

— Зачем ты портишь мне настроение, Базио? Мне нужно улыбаться и светиться от счастья...

— Мало вероятно, ты же не светильник!

Как же хотелось взять тапок, да пристукнуть этого вредину! Но нельзя, нужен же. Зараза.

— Так что же, уподобиться тебе и натянуть похоронную маску? — изобразила кислую мину. — Почему ты обернулся тараканом? Где ты видел лиловых тараканов? Нет, ну, может, радиоактивный.

— Любой лиловый жук вызовет сомнения, просто тараканы очень быстрые и юркие. Захочу и комаром обернусь!

— А комар-то злится, злится — и впился комар как раз тётке прямо в правый глаз!

— Что? — Базио недоумённо переспросил меня, выползая уже наполовину из сумочки.

— Ничего, классиков цитирую. Поработаешь с моё с детьми, в голове и не такие фразочки найдутся.

Поместье лорда Фаркса нависало каким -то уродом. Мне даже физически было неприятно приближаться к этому дому, но пришлось натянуть липкую улыбку, вспомнить о заведующей, которую я любила поминать незлым тихим словом, чтобы глаза стали стеклянными и приобрели немного глуповатый вид, и вышла из экипажа. Теперь я не стала изображать невесть что, вела себя скромно и учтиво, изредка нервно поглаживала дорогую горжетку и проверяла сумочку, боясь её потерять.

В этот раз лорд Фаркс не вышел меня встречать, меня провели внутрь, распахивая бесконечное количество дверей передо мной и совсем не в ту комнату, в которой я общалась с мужчиной. Вовсе нет, наоборот, я оказалась в небольшой гостиной, очень светлой и помпезной. Круглый маленький столик щеголял подносом с хрустальными бокалами и графином с вином. Чаша, сплетённая будто из серебряной проволоки, красовалась спелым виноградом.

Я тяжело вздохнула и вцепилась в горжетку. Сама не знаю, зачем об этом попросила... Нет, знаю, я думала, что буду терзать пальцами тушку Базио, а не несчастную шкурку. Базио же можно было теперь смело называть Стасиком. Рыжий и усатый. Та-ра-кан! Так, это уже другой классик.

— Доброго дня. Вот уж не думал, что вы приедете.

Лорд Фаркс, щеголяя простым костюмом, открыл дверь и с обворожительной улыбкой зашёл внутрь. Едва раздался щелчок замка, как я нервно облизала губы и поспешила сесть в удобное кресло. Открыв сумочку, чтобы достать платок, позволила Базио выбежать незамеченным.

Храни тебя бог, храбрый Стасик! Тьфу! Базио! Пусть он убережёт тебя от вездесущего тапка или свёрнутой газеты!

— Ну, раз всё выяснилось, я решила поговорить с вами. — сделала глупый вид и посмотрела на мужчину, — более откровенно.

— Я же противен вам, — Бертон Фаркс уже гаденько улыбался. — Вы ответили отказом.

— Я не хочу проблем своему деверю. А вы их ему уже устроили!

Я дала мужчине то, чего он жаждал: внимание, своё унижение и благоговение перед ним, высоким лордом. Пусть и дальше так думает, мне нужно просто потянуть время, пока не вернётся Базио.

— Пришлось.

— Чем же вас заинтересовала моя персона? Небогатая вдова с ребёнком на руках? Незавидное приданое у меня.

— Вы просто обворожительны в своём гневе, фэра! Прошу вас, потушите его. Моё предложение было от всего сердца.

Ну вот не надо меня за дуру держать! В сказки о Золушке я не верю. Сейчас Базио все твои тыквы, лорд, перевернёт, всё вытянет на свет божий.

Будто задумавшись о чём-то, мужчина вытянул ключ из кармана брюк, чтобы переложить его в нагрудный кармашек изящного жилета. Я заворожённо смотрела за этим ключом, потому что по руке лорда бежал знакомый лиловый таракан.

У меня сердце в пятки упало, шмякнулось гнилым помидором. Вскочив на ноги, торопливо подошла к лорду, покусывая губы. Такой мой жест ошеломил мужчину, он смотрел на меня во все глаза, даже не почувствовал, что по руке уже прополз таракан и теперь уже он шевелил усами на ключе.

— Фэр Итан говорил, что вы просто хотите меня одурачить, обвести вокруг пальца. Поймите, моему сыну нужен настоящий отец, мужчина.

Потупив взгляд, положила руки на лацканы жилетки. Разгладила ткань, грязно ругаясь про себя на Базио: что он удумал?! Куда полез?

— Я беспокоюсь о своём мальчике, а не о себе.

-Я... я очень люблю детей, — с вымученной улыбкой ответил мне Бертон, — правда! Этим вы меня и пленили.

Я замерла, не ожидав такого откровения. Значит, Остин? В нём всё дело?

— Я должен быть уверен, что моя жена будет хорошей матерью, а вы. вы идеальная кандидатка! Поверьте, я обеспечу вашего сына до конца его дней! Он ни в чём нуждаться не будет. Я даже и не думал о таком счастье, как сын! Я бы с горячей радостью стал. отцом.

Я уставилась лорду в глаза, немного испуганно поджала губы и. ловким щелчком с мысленным «пиу!» отправила в полёт Базио. Увидела, как тот шмякнулся на пол и поспешил просочиться под дверь.

Значит, лорду Фарксу нужен. ребёнок? Но зачем? Неужели всё и вправду дело в смерти Матильды?

Эх, фэр Итан, зря вы Базио не повери.

Додумать не успела, потому что мужчина решился на поцелуй. Этого я никак не ожидала! Как и того, что в зеркале увижу отражение злобного лица фэра Итана и обескураженной моськи Остина, которые висели за окном.

Этого ещё не хватало!

Не знаю, что меня поразило и возмутило больше: наглый поцелуй лорда Фаркса, который был не так уж и плох, это про поцелуй, или висящий за окном фэр Итан с изумлённым Остином на руках? Нет, я, конечно, шутила про карниз, никто не убеждал фея быть Карлсоном, но, чёрт возьми, что он там делает?

Испугавшись, что лорд Фаркс откроет глаза и увидит это безобразие, я вцепилась в плечи мужчины и развернула его боком. Сама же косилась на окно, мечтая бросить в своего начальника чем-то тяжёлым и увесистым, чтоб уж наверняка!

— Фэра.

С аэродинамическими свойствами у фэра Итана плохо, вот совсем плохо. Ему мало было полётов над прудом, падений и прочих прелестей, он решил поиграть в лётчика истребителя! Взмыл вверх, а Остин, решив, что хватит с него, камнем рухнул вниз, вырвавшись из крепких мужских рук. Господи, у меня сердце вниз второй раз шмякнулось. Оно не то, что разбилось, оно ровным слоем растеклось! Если бы не наглые объятия лорда, сама бы рухнула на пол.

Криво покачиваясь на одном крыле, фэр Итан ободряюще улыбнулся мне, наверное, так улыбается патологоанатом трупу, и перехватил племянника за руки. Прошли тягучие секунды, прежде чем эти двое скрылись.

Я смогла спокойно выдохнуть, посчитать до десяти и только тогда деланно возмутиться и легонько стукнуть кулаком мужчину по плечу.

— Что вы делаете? — вполне искренне краснея, с негодованием смотрела на мужчину.

— Простите, вы были так очаровательны...

Точно бабник! Целовался неплохо, но чувство омерзения затмило всё. Сделав вид, что утираю капельку пота, сама незаметно утёрла рот и едва не передёрнулась, гадость какая!

— Я. я всё понимаю, но не торопитесь. Я не знаю, одобрит ли деверь наши отношения?

— О! Об этом не беспокойтесь.

Вот молодец! Брякнула!

Закатив глаза, я с трудом дошла до кресла и присела в него. Бокал с чем -то ароматным и вкусным сам напросился в руки. Я сделала шумный глоток, поправила узкий ворот платья и уже спокойно посмотрела на лорда Фаркса. Тот же с подозрением осматривал меня, его взгляд вдруг застыл на горжетке. Выругавшись про себя, подумала о том, что опять с чем -то переборщила, но мужчина будто убедился в своей правоте и вновь стал слащавым и довольным.

— Зачем вам муж, фэра Лара? Зачем он вам? Ведь фэр Итан до неприличия богат. Неужели он не может позаботиться о своём племяннике?

У меня челюсть отвисла. А этот гадёныш уже всё пронюхал. Всё! Вдруг и про Джессику знает? По спине потёк холодный пот.

— А кто будет заботиться обо мне? — отведя взгляд, поджала губы. Выдержала мхатовскую паузу и продолжила: — Я не могу тратить деньги сына на себя.

Это объяснение успокоило лорда. Настолько, что он подошёл ко мне, долил пряного напитка в мой бокал и будто не нарочно провёл рукой по моим волосам. Этот жест довёл меня до бешенства. У каждой женщины есть предел терпения и есть то, чего она не любит. Я так ненавидела, когда гнусные и липкие типы вторгались в моё пространство, позволяя себе непростительные вещи! Тогда я разгонялась от милашки до стервы за десятую долю секунду. Только фэру Итану посчастливилось избежать этой катастрофы и только потому, что он был мне. симпатичен. А Бертон Фаркс вызывал лишь два желания: помыть руки и взять бумажный пакетик для тех моментов, когда тебя мутит.

Широко раздув ноздри, я мило улыбнулась, вновь пригубила из бокала и, глядя прямо в слащавое лицо лорда, решилась спросить:

— А зачем такому мужчине женщина с таким обременением? Вокруг вас увиваются десятки прелестниц с очень большим приданым, но вам приглянулась дама с ребёнком. Простите, но я не верю в ваши искренние чувства, — выразительно посмотрев на мужчину, заметила, как на его лбу выступили бисеринки пота. — И если мы собираемся говорить искренне, то скажите, какую тайну скрываете вы?

Кокетливо повела плечом и снова отпила из бокала. Хмельной напиток заставил меня чуть покраснеть и расслабиться. Поняв, что достаточно, поставила хрустальный бокал обратно на поднос, выпрямилась и сложила руки на коленях.

— Неужели какая-нибудь богатая тётушка составила ужасное завещание?

Я сказала это наугад, но попала точно в цель. Потому что мужчина побледнел, собрался, широко улыбнулся мне и сел в пустующее кресло. Свой бокал он осушил почти сразу до половины. Выдохнул и исподлобья уставился на меня.

— Какой у вас острый и проницательный ум! — мужчина нервно рассмеялся. — Нет, никакого завещания нет. У меня... у меня есть свои интересы, но они благородны и чисты. Чего не скажешь о вашем девере. Вероятно, он решил, что вы подойдёте на роль его жены. Так все деньги останутся при нём. Но вы ведь и сами знаете, сколько денег завещано вашему сыну.

— Что? Это такая большая сумма?

— Миллион золотых ксантелей любого сведут с ума, фэра Лара.

— Вас они тоже беспокоят? — проглотив комок в горле, ужаснулась озвученной сумме.

— Что мне до этого миллиона? У меня свои есть. — лорд осушил бокал и внимательно посмотрел на меня. — Так что вы решили, фэра Лара?

— Я решила серьёзно поговорить со своим деверем, фэром Итаном. Но прошу вас не терять надежды и сказать мне, как я смогу с вами связаться, если вдруг. если вдруг он будет против.

Вышло так, будто я намекаю на влияние фэра Итана на меня. Кривовато, конечно, но лучше подкинуть дровишек в сомнения лорда Фаркса. К тому же мне казалось, что я почувствовала что-то. Нет, это не тот дурацкий аромат, что исходил от лорда, не фруктовые нотки напитка и вовсе не та гадость, которой Бертан смазывал свои волосы, отчего казалось, что на них яичницу можно жарить. Нет, это запах какого-то всемирного западла!

— Мой человек вас найдёт.

У меня даже глаз дёрнулся. Его человек? Что? В поместье есть кто -то, кто докладывает лорду Фарксу. всё? Нет, это глупость, тогда бы он и про меня всё знал.

— Ещё вина? — мужчина улыбнулся и склонился ко мне. — Вам ведь оно понравилось?

На это я промолчала. Потому что на подлокотнике кресла лорда Фаркса заметила знакомого лилового таракана. Он шевелил усиками и пытался убраться из -под смертельного локтя мужчины. Я взяла бокал и протянула руку, выразительно посмотрев на Базио. Со стороны показалось, что я просто стеснительно отвела взгляд. Базио, спрыгнув на стол, ловко забрался в кружево рукава. Было немного щекотно, когда он заполз внутрь и устроился возле моего запястья. Не знай я, что это Базио, то вопила бы дурниной.

— Не бойтесь, фэра Лара, теперь вы будете всегда под моим присмотром!

Ещё пригубив вина, зажмурилась якобы от удовольствия. На самом деле думала, что скажет импровизированный Карлсон, когда узнает, что в его поместье всё-таки могло завестись очень вредное привидение?

В голове немного шумело, вино всё-таки плохо на меня повлияло, но ясности ума не лишило. Едва я оказалась в своём экипаже, с подачи Лорда Фаркса, который даже вышел меня проводить, с трудом дождалась, пока скроется из виду кованая ограда и каменные столбики, чтобы рывком открыть сумочку и попытаться найти там Базио. Но тот ловко прятался в кружевах платочка, в сложенных бумажках и небрежно смятых перчатках.

— Базио? Выползай, Стасик! Я тебя всё равно достану...

Сунула руку поглубже и тут же застыла от неприятного ощущения. Что -то мохнатое, волосатое, со множеством лап ползло по моей ладони. Одёрнув руку, испуганно завизжала: Базио вновь обернулся пауком. Если таракана я ещё могла вытерпеть, то вот это. членистоногое создание ни за что!

Оттолкнув от себя сумочку, забралась с ногами на сиденье и прикусила губу. Хотелось визжать от страха и ругаться как бородатому строителю одновременно. Поёжившись от неприятной дрожи, мотнула головой.

— Базио, перестань!

— Это ты перестань меня хватать и визжать! У меня слишком нежный слух для такой высокой тональности.

Ты посмотри, какие мы чуткие и деликатные создания! Вино во мне забушевало. Сердито раздув ноздри, сделала глубокий вздох и опустила ноги. На обитом бархатом сидении лежал небольшой ридикюль на золотой цепочке. А на замочке, едва покачиваясь, вниз головой висел Базио на тонкой паутинке, смотрел на меня десятком глаз и посмеивался.

— Это же вы хотели пустить меня на горжетку!

— Ну! Не в прямом же смысле! Какой толк от такой мёртвой тушки? Вызвать отравление у лорда Фаркса? — мельком выглянув в окошко и не заметив никого рядом с нами, задёрнула шторки и торопливо заговорила: — Базио! Что ты выяснил? Не томи! Давай не будем ругаться.

Лёгким хлопком паук обернулся котом. Немного сияющей пыли осело на ридикюле, но затем всё исчезло. Кот, распушив свою длинную шерсть, довольно облизнулся и слез с сумочки, прошёлся по сидению и вальяжно развалился, обмахиваясь хвостом, словно он сейчас жирную мышь съел или крынку сметаны.

— У лорда занятная документация. Ох, сколько там всего! Всё -таки Итан — наивный добрячок. Он считает, что если он придерживается правил, то и все такие.

— Я не верю, что Бертон такой простачок и играет без мухлежа. Если он владеет миллионами... Что-то мне подсказывает, что вряд ли он такой душка.

Базио распирало от довольства. Он едва дал мне договорить, чтобы сесть, облизнуться и сверкнуть глазами. Я поймала себя на мысли, что расскажи я кому-нибудь, что беседую с лиловым котом, то точно угодила бы в дурку. Хотя происходящее вокруг тоже немножко напоминает сумасшедший дом. Или даже множко.

— Нет никаких миллионов у Фаркса!

— Как это нет? — удивившись, округлила глаза и вытаращилась на Базио.

— Вот так! Я нашёл расписки, заметки и письма с угрозами. Наш лорд задолжал очень многим, проигравшись в карты. Конечно, преферанс никого до могилы не доводил, но.

— Базио, мотнул головой и стал похож на наэлектризованный одуванчик, так пушилась его шерсть. — Проигрался до последней монеты! Живёт только за счёт родственников, но и те не готовы долго сдерживать его. аппетиты.

— Что же это получается?!

Я будто прозрела. Всплеснула руками, выдохнула и посмотрела на Базио испуганным взглядом:

— А меня могли отравить? Нет, конечно, нет. Ему невыгодно делать это сейчас, когда я ещё не его жена. Чувствую, я стану героиней очередной «Пёстрой ленты», — потёрла шею и шумно сглотнула. — Что-то мне расхотелось что-либо пить или есть в его доме!

— Что? Зачем ему травить тебя?

— Как же! А Остин? Он знает, что у мальчика просто баснословное наследство, — понизив голос, недовольно буркнула, — что-то фэр Итан не спешил мне про него рассказывать.

— Неужели ты думаешь, что Итан взял племянника только из-за денег? — Базио возмутился. И возмущение это было не деланным.

— Я бы могла так подумать, но. Чёрт возьми! Это вполне логично и совсем не отменяет чувств фэра Итана к племяннику.

— А мать ему зачем тогда искать? Зачем делиться наследством?

— Жениться!

Базио на меня так посмотрел, что мне стало стыдно. Но не из-за того, что сказала или что подозревала фэра Итана в грешках, а потому, что только что жирно, едва ли не алой помадой написала у себя на лбу: «ДУРА». И это читалось просто влёт. Базио даже не скрывал такой своей позиции.

— Успокойся, Базио, я ни в чём фэра Итана не обвиняю. Просто мне кажется, что это. было бы логично. Вот и всё. Но сейчас мы не розоволосых феев обсуждаем, а лорда Фаркса. Ты нашёл завещание?

— Нет, никакого намёка, — Базио вновь облизнулся и сощурился. — Ему не нужно наследство Остина. По крайней мере, жениться он надумал вовсе не из -за этого.

— А из-за чего?

— Ну... — кот распушил хвост и начал нервно расхаживать по сиденью, а я только провожала Базио взглядом, чувствуя, как похрустывает моя шея. — Ну, он написал в одной неосторожной записке, что скоро расплатится со всеми долгами, что нашёл выход.

— И?

— Это было ещё до твоего. гм. появления. До того, как ты свалилась самому лучшему фею королевства на голову. Значит, что -то другое.

— И что же? — я с подозрением смотрела на хитрую физиономию Базио.

— Ну, я был прав. Всё дело в Матильде. Потому что письмо написано через три дня после её смерти.

— Но прошло столько времени! Почему я?

— Не узнаем, пока не найдём завещание, — Базио резонно подытожил. — Придётся подобраться к лорду поближе.

О, нет! Такой намёк мне вовсе не понравился, совсем не понравился.

— Базио, может, ты притворишься мною?

Надежда умерла последней.

Фэр Итан уже ждал нас возле поместья. А Остин. Остин едва ли не выпрыгивал из своего прелестного костюмчика, вглядываясь в приближающийся экипаж. Я высунулась из окна и помахала рукой. Увидев меня, мальчик заулыбался и стал так неистово вырываться из рук, что фэр Итан скривился и едва удержал племянника на руках, ловко уворачиваясь от маленьких, но твёрдых кулачков.

Базио, всё ещё пребывающий в виде кота, тоже приподнялся. Упёрся передними лапками в раму окна и подставил лёгкому ветерку свою хитрую морду. Вино в моей голове почти выветрилось, осталось только послевкусие и послемыслие. Сейчас вот будет очередной виток рассуждений. Я так и видела, как мы втроём, склонившись над столом, смотрим на фотопортрет лорда Фаркса и размышляем как и с какой стороны его атаковать. Двигаем специальные фигурки, хмурим брови и многозначительно хмыкаем.

— Вы даже быстрее нас обернулись? — удивлённо воскликнула и поспешила к фэру Итану, чтобы взять Остина на руки. Тяжесть мальчика невероятным образом меня успокаивала. — Удивительно!

Фэр Итан вскинул брови, Остина мне отдавать он не спешил. Наоборот, отвёл в сторону и одарил таким взглядом, будто в карманы золотых монет насыпал. От души! Я недоумённо оглядывалась: слуги, высыпавшие к окнам, любопытно на нас посматривали. Видимо, сейчас будет фееричное шоу, а спонсором этого концерта выступит натуральный фей. Симпатичный. Сто восемьдесят пять сантиметров роста, примерно. Красивый на лицо. С прелестными крыльями бабочки за спиной. Весь такой очаровательный, неотразимый и невероятный. Нет, даже не так. Фееричный фей!

Это всё вино во мне говорило. Но я прогнала наваждение, перестала пялиться на фэра Итана, ища на нём картины Ван Г ога как минимум, и тоже вскинула брови:

— Что стряслось?

— Что там было? В той комнате?

Сверкающие гневом глаза фэра Итана меня удивили. Нет, правда, удивили. Обернувшись и посмотрев на Базио, я заметила, что и тот поражён реакцией фея.

— Лорд Фаркс меня поцеловал...

— Поцеловал?!

От такого окрика даже Остин притих. Он уставился на своего дядю так, будто тот с ума сошёл и у него пена изо рта идёт. Но на самом деле фэр Итан лишь громко воскликнул, поражённый таким ответом.

Я пыталась судорожно сообразить, за что меня будут ставить в угол на горох: за поцелуй? За то, что дала себя поцеловать? Или что -то другое?

— М-м-м... В вашем мире поцелуи тоже по спискам выдаются? Или по графику? Или по особому распоряжению какого-нибудь советника?

Фэр Итан сменил гнев на милость, только недовольно поджал губы и отдал мне Остина. Было видно, что мужчина спохватился, потому что продолжал буравить меня взглядом. Его тёмные глаза напоминали два буравчика, которые теперь пытались вгрызться в мою голову.

Прижав Остина к себе, вдохнула его запах и успокоилась. Мальчик в ответ обхватил меня ручками и расслабился, будто ждал этого весь день. Я улыбнулась, не удержалась и поцеловала мальчика в макушку.

— Что такого случилось?

На это фэр Итан ничего не ответил. Странным образом меня проигнорировав, он вдруг переключился на Базио и начал теперь его допытывать. Для полноты образа не хватало клещей, раскалённых углей и верёвки. Базио, обречённо вздохнув, принялся рассказывать новости фэру Итану.

— Наш богатый жених — нищий! У него нет ни монетки в кармане. Так что нужно обращаться в Совет и.

— Нет, никуда не нужно обращаться. Мы всё это узнали незаконным способом, доказательств никаких. Ведь те бумаги, что мне принёс лорд Фаркс — подлинные и сомнений не вызывают. Я опять себя дураком выставлю.

— А разве не это вы сделали, повиснув за окном? Вам только волшебной палочки со звездой-навершием и смешной короны на голове не хватало. Ещё и ребёнка уронили! Я всё видела, между прочим. Поэтому и дала лорду Фарксу себя поцеловать: не хватало, чтобы он увидел вас, висящим вверх тормашками с Остином в руках, — не выдержала и выдала гневную тираду. — Вы же сами сказали, что будете где-то неподалёку, но я и не подозревала, что всё окажется именно так!

— Это всё Остин, — внезапно начал оправдываться фэр Итан. — Он просто с ума сошёл, едва вы уехали. Чем дальше были, тем хуже ему становилось. В итоге я не выдержал и решил, что уж лучше рискнуть...

— Странно! — остановилась и крепче прижала к себе мальчика. — Я думала, что заклинание по мне ударит, а не по Остину. Получается, что это не так? — тяжело вздохнула. — Прости, Остин, больше так никогда не сделаю, слышишь? Не оставлю ни за что!

Мы уже зашли в дом. Базио, забежав вперёд, задрал хвост и нёс его как какой -то стяг, очень торжественно.

— Нужно Ларе втереться в доверие к лорду, а я.

— Так, даже думать об этом не смейте! — фэр Итан остановился и грозно посмотрел на нас. — Всё, хватит на этом. Не до этого сейчас. И вообще! Базио, ты кто? Дворецкий? Вот и занимайся домом! А вы, фэра Лара, — горячих плюшек отсыпали и мне, заодно сдобрили все очередным взглядом, — няня! Занимайтесь Остином. У вас это хорошо получается.

Прервав разговор, фэр Итан едва ли не на пятках развернулся и поспешил наверх, громко топая ногами. Мы с Базио переглянулись, я пожала плечами:

— Какая муха его укусила?

На это кот лишь загадочно улыбнулся и потрусил куда-то вглубь дома, оставив меня с Остином наедине.

— Мужчины! Вечно вы так! А ещё что-то про нас говорите, женщин. Запомни, Остин, — нажала пальцем на кончик носа малыша будто на кнопку звонка, — так себя вести не нужно! Иначе так и останешься богатым и холостым феем.

Толстый пушистый ковёр мне нравился. Я всё гладила его и гладила, можно подумать, что он мне эбонитовую палочку заменил и теперь буду статическое электричество вырабатывать. Остин, встав на колени, покачивался боевой коброй, разглядывая своё расплывчатое отражение в шкафу. Возмущённо фыркая, сжимал кулачки и кричал как берсеркер. От воплей у меня уже уши заложило.

— Остин, это хорошо, что ты решил голос разрабатывать, но у твоей няни скоро барабанные перепонки лопнут от такого угрожающего рёва!

Малыш и не думал обращать на меня внимания, а я не спешила брать его за руки. Остин очень неохотно передвигался. Нет, вот меня в кресле и с книгой в руках он был готов двигать хоть весь день своей магией, а вот сам. Лентяй, что с него взять. Если бы я могла левитировать, то ходить научилась бы к годам... дцать.

Перевернувшись на живот, подтянула к себе книгу и продолжила читать:

— И тогда медведь заревел, зарычал, затопал ногами.

Очередная сказка про оживших животных не особо интересовала Остина, но я читала. Это полезно. В конце концов, Остин, слыша мою речь, успокаивался.

— Выбежал. заяц. — замолкнув, испуганно икнула. — Базио?

На чуть желтоватый лист книги, совсем как в сказке, выбежал... таракан. Маленький такой, лиловый. Радиоактивный вобщем. Ещё очень шустрый. Просто до безобразия шустрый!

— Нам надо поговорить, пока Итан не сделал глупость!

— Г лупость? Какую глупость?

— Он собирается заплатить Джессике!

Выдохнув, с рыком опустила голову и с глухим стуком упёрлась лбом в книгу. Только этого нам не хватало! Неужели фэр Итан решил нарушить самое главное правило: никогда не плати шантажисту!

— Что ты предлагаешь? Теперь к ней в гости наведаться? Опять Стасиком будешь по коридорам бегать?

— Нет. Я. Я кое-что знаю, но некоторые. особенности мешают мне сказать правду. Говорить не могу, но могу подсказывать.

— И фэр Итан решил свалять дурачка?

Остин с оглушительным рёвом кинулся грудью на шкаф. Похоже, что его собственное отражение очень взволновало мальчика. Базио посмотрел на это, тряхнул усиками и вновь повернулся передом ко мне.

— Нет, просто. Он слишком правильный! Он хочет всё пройти самым безопасным путём!

— Конечно, Базио! У него ведь Остин. — снова посмотрела на мальчика. — Это мне ничего не грозит, потому что я свалилась с неба и горя не знаю. Поэтому влипаю во всякие авантюры.

Что-то тяжёлое плюхнулось мне на ноги. Обернувшись назад, увидела, что Остин перестал таранить шкаф и решил теперь оседлать меня, превратив в лошадку. Хорошо, что не настоящую! С него бы сталось!

— Это не оправдание.

— Тебе легко говорить, ты мёртв, — философски заметила я.

— Да, спасибо, что напомнила! — съязвил Базио и вернулся к нашим баранам, то есть проблемам. — Есть одна водичка, говорильная...

— Это что, сыворотка правды? Три капли и сдал всё с потрохами? Или как с никотином, хомячка на куски?

— Первый вариант. Нужно подлить это Джессике в бокал. Незаметно, а затем задать вопрос. Правильный вопрос, Лара. Так что будь внимательна!

Базио, выбежав на середину страницы, стал закрывать собой буквы по очереди. Не прошло и минуты, как я прочитала вслух странное слово:

— Феола... Феола? Это что такое? Пирожок? Цветок? Отрава? Имя любовницы фэра Итана?

Последняя шутка прошла мимо кассы. Вы когда-нибудь видели укоризненный взгляд таракана? Такой. Печальный, будто в ожидании тапка. Вот Базио смотрел именно так.

— Это шутка, Базио. Значит, мне нужно опоить Джессику и сказать вот это?

— Да, этого будет достаточно.

— А фэр...

— Иногда Итан — упрямый баран! Ему не хватает шеи, которая вовремя бы крутила его голову. Если ты понимаешь, о чём я.

Нет, я не понимала и понимать не хотела. И вообще, последние мысли вылетели из головы, когда Остин с визгом привстал и сел мне на лопатки. меня будто гирей придавили. Оттолкнув книгу и Базио вместе с ней, чтобы ненароком не раздавить лилового тараканчика, я ловко перевернулась на спину, успев подхватить Остина. Начала щекотать его, отчего тот заливисто хохотал, визжал, сучил ногами и трепыхался. Я же и не думала останавливаться. Когда перед моим лицом замаячил голый животик, я не выдержала и фыркнула в него. Остин аж задохнулся, а потом так завизжал, что стёкла в окнах задрожали.

Перевернулись вместе с ним набок, так щекотать было удобнее. Остин обнимал меня, смеялся и думать забыл о своей хвалёной магии. Сейчас он выглядел обычным счастливым ребёнком.

— Так вот почему он так визжит?

Фэр Итан мрачно нас разглядывал, явно вживаясь в роль Фрёкен Бок. Сейчас начнёт нас гонять, поставит в угол, чтобы потом спросить про уроки и вымытые руки.

— Ну, хотите, покажите мне свой живот. Также визжать будете, — я выдала эту фразу на полном серьёзе. Мужчина от этих слов стал свекольного цвета. — Что? Или вас просто пощекотать? Сказку почитать? Я же няня.

О, нет, я вовсе не злопамятная. Просто злая и память у меня хорошая.

Фей уже и язык себе прикусил, явно жалея о сказанном. Даже сделал шаг вперёд, чтобы извиниться — я так думала. Но именно в этот самый момент я решила перевернуться на живот. Подсечка вышла классной! Любой каратист обзавидовался. Фэр Итан рухнул как подкошенный, едва не задавив нас.

— Отлично! Вы теперь вошли с нами в одну параллель, фэр Итан! — довольно воскликнула, рассматривая мрачное лицо мужчины. Всем своим видом он выражал: меня с кровати подняли, а разбудить забыли. Так и здесь. Меня уронили, но на этом всё. — Какие новости? У меня следующие: Остин подружился с горшком, стал засыпать без меня, а к «атю» добавилось гордое «неть»! — подперев рукой подбородок, с ехидством рассматривала фея.

— Ничего хорошего или доброго.

— Да? — склонилась к мужчине. Остин, решив, что это тот самый момент, с визгом толкнул меня и я носом въехала в грудь фея. Тот аж воздухом подавился. — Простите...

Фэр Итан, нежно взяв меня за плечи, легонько подвинул меня, несколько взволнованно смотря мне в глаза.

Ну да, какая тут любовница. Боюсь даже спросить, целовался ли этот благочестивый фэр. Или мне нужно и для него уроки провести, на помидорах, уроки целования.

— Вы молодец, фэра Лара.

Ну вот никакой романтики! А взгляд как и тогда, на пруду, немного восхищённый со странным блеском. Поняв, что его раскусили, фэр Итан вдруг резко перевернулся на живот, притянул к себе Остина и деловитым тоном спросил:

— Про что сказка?

— Про влюблённого принца, — широко улыбнулась и подвинула к себе книгу.

Базио же будто прилип к страницам, даже и не думал никуда уходить. Пока фэр Итан не видел, я отправила таракана одним щелчком под кровать: нечего подслушивать и подсматривать.

— И в кого же принц влюбился?

— В прислугу, — я ехидно улыбнулась и перелистнула страницы. — Но это ведь сказка, так?

— Да. вы правы. — мужчина откликнулся с неохотой. Но его разочарование длилось буквально секунду, а потом неожиданно крепко обняв Остина, фей принялся читать: — Давным-давно...

Очередной выходной подкрался незаметно, по крайней мере, для меня. Я не ожидала, что фэр Итан снова отправит меня отдыхать. Сделал он как всегда учтиво, интеллигентно, но как-то прохладно. Но душу грело то, что жалованье мне выдали, да ещё и с премией, солидной между прочим.

Что отдельно порадовало, что иду я одна! Но эта радость была недолгой, потому что Базио, выловив меня за углом, поспешил мне сунуть какую -то бумажку в карман. Я так поняла, что это было «особо важное задание»

— Когда же мне вернуться? — поправила шляпку и едва удержалась, чтобы ехидно не улыбнуться.

— Возвращайтесь вечером, только не слишком поздно. Конечно, экипаж вас довезёт, но мне будет спокойнее. Мало ли что...

Да, судя по увесистому мешочку с деньгами, это «мало ли что» может иметь вполне угрожающие формы.

— Погуляйте по городу, отдохните. Этот день ваш.

— Почему вы меня опять отсылаете из дома? Может. Может я хочу просто полежать на кровати, почитать книгу, попариться в ванне.

— Вы это все можете сделать и там! — фэр Итан, недовольно хмурясь, желал поскорее выставить меня за дверь. — А здесь вы будете меня. отвлекать.

— Отвлекать? — упёрла руки в бока и ошарашенно посмотрела на мужчину. — Это ещё от чего?

— Я хочу провести время с Остином, — фей сказал это, чуть смутившись. — Я хочу провести весь день с племянником. Один.

От такого признания я чуть на пол не села. Такого от фэра Итана я не ожидала. Заглянув в глаза фею, поняла, что он не врал, говорил от души. Раз так. То я могу погулять по Туинстону, чем-нибудь себя развлечь. Пока ещё не знаю, как, но были бы деньги!

— А можно потом мне с вами провести день?

Глаза фэра Итана вспыхнули непонятным огнём. Он, видимо, понял меня не так, как нужно. Улыбнувшись, я поправилась:

— Вместе с вами и Остином. Втроём.

— Ах, вы об этом, — в голосе мужчины послышалось разочарование.

Я, скрыв улыбку, пожала плечами, взяла ридикюль и направилась к выходу, буркнув напоследок:

— Можно и вдвоём, вы только пригласите.

Дверь за мной закрылась быстрее, чем фэр Итан успел обдумать услышанное и что -то ответить. Я же поправила шляпку, отряхнула платье и направилась к экипажу. Мне предстоял очень насыщенный день.

До Туинстона я добралась без приключений. Оставив экипаж в каком -то специализированном месте, я оставила звонкую монету и вышла на широкую улицу. Теперь никто не мог мне помешать рассмотреть всё очень и очень внимательно. Звонко стуча каблуками по мостовой, крутила головой. Яркие освещённые витрины, забавные прохожие с невероятными ушами, крыльями, хвостами и зубами. Все спешили по своим делам и до несчастной няни им дела не было.

Первую золотую монету я потратила в кондитерской, купив себе вкусное пирожное и много сладких булочек домой. Приветливая хозяйка лавки с помощью магии отправила мои покупки в мой же экипаж.

Доедая на ходу песочную корзинку, наткнулась на алхимическую лавку. Дымящийся котелок вместо вывески откровенно намекал, что это именно такая лавка. Вспомнив, что фей пил какую-то настойку, я решила, что было бы неплохо иметь такую и при себе.

Сухонький старичок, напоминающий гоблина, снабдил меня целой бутылкой, литровой. А ещё я попросила сделать что-то вроде охлаждающей мази для дёсен. Бедный Остин ещё маялся зубами, ему такое снадобье пришлось бы по душе. А себе я попросила сонных капель, чтобы от каких-нибудь очередных переживаний снова не маялась бессонницей.

Потратив с пяток монет, я поняла, что фэр Итан платил мне очень щедрое жалованье. Настолько щедрое, что пройди я все лавки города, всю сумму не смогла бы потратить. Решила, что пока буду гулять по главной улице. Зашла в знакомый магазинчик, где купила новые игрушки Остину, а затем озадачилась. Мне вдруг захотелось привезти каждому хоть что-то.

Для Шивонн я нашла милую подвеску на тонкой цепочке. Ведь женщина была сорокой, как ни крути. А подвеска, украшенная россыпью мелких камней, ей бы точно пришлась по душе.

Элис оказалась твёрдым орешком, но вспомнив о её увлечённости кулинарией, решила подобрать ей что-нибудь из утвари. Ну и рост. Помню, как мама всегда мечтала о барном стуле на кухне, чтобы готовить можно было сидя. Похожий стульчик я тоже нашла, заодно прихватила там же столик и для Остина.

Для лилового кота я выбрала подушку. Большую, мягкую, с бахромой. Пусть хотя бы в таком облике Базио будет комфортно.

Оставался фэр Итан. Над ним я голову долго ломала, прежде чем не наткнулась на лавку с книгами и прочим. Там оказались очень красивые перья для письма, пресс для бумаги и чернильницы, одна была непроливайкой. А ещё... Ещё вспомнила о том подарке, что подобрала давно, но который был теперь неуместным. Чтобы и его в ход пустить, нашла красивый шейный мужской платок.

Выходя на улицу с изрядно опустевшим кошельком, я поняла, что снова хочу есть. Но не на ходу, а в каком-то спокойном и тихом месте. Такое нашлось возле большого и красивого фонтана. Каменное дерево с металлическими ветками, а струи воды напоминали самые мелкие веточки и листья, совсем как у плакучей ивы.

Вот возле этой красоты был ресторан. Свободный стол мне нашли возле окна. Изучая меню, я подняла взгляд и обмерла: через два столика от меня сидела. Джессика! И не одна, а с мужчиной. И мужчину я этого знала. Тот самый толстячок, что крыл последними словами фэра Итана, прикрывая красивый зад лорда Фаркса.

Пересев на стул напротив, прикрылась меню и навострила уши.

Не к добру все это!

До меня долетали лишь обрывки разговора. Парочка беседовала о чём -то... абстрактном, сыпала непонятными терминами, которые я даже не могла толком различить.

Придвинувшись на стуле чуть назад, я оказалась в приличной близости и теперь слышала беседу более отчётливо. Насколько я помнила, этот колобок работал в претензионном совете, именно он тогда душу из фэра Итана вынимал своими бесконечными расспросами. Так что он делает здесь в компании Джессики?

— Скажите, я должна регистрироваться?

— Как мать такого ребёнка? Обязательно! — мужчина скрипнул ножом по тарелке. — Это необходимая процедура.

— А если у ребёнка сейчас есть опекуны?

— Хм. На что вы намекаете, фэра?

За столом ненадолго стало тихо, а я жалела, что у меня нет глаз на затылке. Но, воспользовавшись ситуацией, заказала чаю, да побольше. Поэтому когда на столе оказался полированный металлический заварник, довольно высокий и изящный, я смогла видеть лица сидевших позади меня заговорщиков. Помешивая ложкой чай, продолжала разглядывать меню, точнее, делать вид, что разглядываю.

— Ну. Я не вступала в свои права, потому что. Я скажу вам правду, отец ребёнка отстранил меня от воспитания по навету. Теперь же я хочу исправить ситуацию. Но мой сын сейчас у родственников покойного мужа.

Тут не стоило говорить и про фэра Итана: всё и без этого стало ясно. Мужчина удивился, протёр лысину платком, кашлянул и тихо переспросил:

— Простите, мы говорим о.

— Да, именно о нём! — Джессика сухо кивнула. — Но мы же не будем упоминать имена, пока нет доказательств.

— Конечно, это разумно.

— Меня интересует и вопрос наставничества, обучения моего сына. Сможет ли он позже вести практику? И как это. как будет связано с родственниками.

— Если всё то, что вы рассказали мне — правда, то. Будет грандиозный скандал с тяжёлым разбирательством. И, боюсь, родственники мальчика останутся ни с чем. Если, конечно, всё сказанное вами — правда. Но пока я не увижу доказательств того, что. что некий фей нарушил законы и призвал кого-то из другого мира.

Я даже чаем подавилась. Вот это новость! Откуда они знают? Сначала лорд Фаркс, потом вот Джессика. Неужели и вправду среди слуг фэра Итана затесался предатель? Кто же это? И как теперь быть? Ох, быть большой беде.

Опомнившись, я принялась подслушивать дальше.

— А как же мой сын? Ведь эта женщина выдаёт себя за его мать! Понимаете? Она настраивает мальчика против меня! Он... Он не узнал меня, — Джессика деланно прижала кружевной платок к носу и мелко затряслась, как от рыданий. — Мой сын не узнает собственную мать! Она опаивает его, очаровывает. Прошу, его нужно вернуть как можно быстрее, пока. пока не произошло непоправимой вещи!

Непоправимой?! Непоправимое случится, если я возьму заварник и тресну тебя по лицу, сломаю нос. Вот это будет непоправимая вещь! Кукушка! Бросила ребёнка, а теперь.

Ух, как у меня всё внутри кипело и бурлило! Клокотало просто. Невероятно! Она оговорила не только меня, но и фэра Итана. Это что же получается, Джессика решила и с него денег поиметь, а потом вовсе подставить и забрать почти всё? Фей что, дойная корова?!

Ну, погоди! Придёт война, попросишь хлеба. Я тебе устрою!

— Не беспокойтесь, мы начнём проверку, как только поступит от вас жалоба с доказательствами нарушений. Поймите. Тот фей, о которым мы с вами говорим, у него незапятнанная репутация, и он очень дорог королю. Я. Я не могу просто так лишить его всего!

— Я принесу вам доказательства. Всё, что у меня есть. Прямо в совет. Я выведу его на чистую воду!

Парочка притихла, потом мужчина, доев свой кусок мяса и вовсе раскланялся. Едва он ушёл, Джессика перестала корчить из себя мирную овечку. Заказала бокал дорогого вина, лучший десерт. Достала маленькое зеркальце, утёрла слёзы и улыбнулась.

Как же у меня кулаки чесались! Никогда не дралась, не задиралась и никого не трогала, но тут я была готова сделать исключение. Но вместо членовредительства пришлось встать, оставить пару монет и поспешить на улицу. У меня ведь оставалась просьба Базио, а ещё адрес, где я могла всё достать.

Джессика, утолив свой голод, направилась к выходу. Я не смогла не сделать мелкую пакость. Аккуратно выставила ногу и женщина, громко вскрикнув, рухнула, как подкошенная. Да ещё вцепилась в скатерть моего столика. На неё не только деньги полетели, но и недопитый чай. Чашка приземлилась новой шапочкой на голову. Все засуетились, я же, деланно поахав, вышла из ресторанчика.

Пусть спасибо скажет! Что отделалась так легко.

Нужную мне лавку нашла быстро, потому что очень хотела вернуться домой. Настойку мне отдали, едва я показала записку от Базио. А чтобы фэр Итан не стал напоминать Розенбаума, вырвав все волосы от ярости, я взяла ему того волшебного чудо-средства. Не пустырник, но сойдёт. Самое то, чтобы услышать подобные новости.

Тяжело выдохнув, направилась к экипажу: у меня когда-нибудь будет спокойный день?

Несмотря на всё произошедшее рано приехать домой у меня не получилось. Самоходный экипаж, будто чувствуя моё настроение, лениво плёлся. Я же смотрела в окно и думала: кто может быть предателем? Кто мог пойти на такую подлость? Ведь Фэр Итан очень хороший чело... фей. Да что там! И человек тоже.

Нагруженная подарками, вышла из экипажа перед домом, когда уже первые звёзды яркими бисеринками высыпали на небе. Задрав голову, я всё разглядывала их, не зная, как «обрадовать» фэра Итана.

Встретила меня тишина и смущённый Базио, который шнырял под ногами и пытался затащить меня в какой -нибудь угол. Я же держала свёртки, балансировала на носочках и удивлялась тому, почему в доме так тихо.

— Базио? — замерев у лестницы, обратилась к коту. Меня уже даже не смущал сам факт разговора с котом, как и то, что кот тоже говорящий. — Что стряслось?

— Да ничего особенного.

Внутри меня всё напряглось. Удобнее перехватывая свёртки, сдержалась от желания наступить коту на хвост, чтобы припереть его к стенке и добиться правды. Потому что эта наглая рыжая. тьфу, лиловая морда явно что -то скрывала!

— Базио!

Бархатистые нотки в моём голосе немного отрезвили зарвавшегося духа. Тот перестал меня таранить и признался:

— Придётся вам спать сегодня в другой комнате.

— Это ещё почему?

Я уже привыкла к Остину, даже перебралась в его детскую. Зачем мне снова куда -то перебираться? Базио, фыркнув, побежал в сторону детской, а я, едва поспевая за ним, шагала следом. В голове были страшные мысли!

Неужели что-то случилось с Остином? Он ударился головой? Снова какой -нибудь приступ? Или что ещё похуже?!

Или фэр Итан? Неужели я ошиблась, решив оставить их двоих? Господи, а вдруг Остин зашиб своего дядю? Мог ведь!

— Боже! Я дура! Как я могла снова оставить их двоих? Как?

— Лара! Лара, не надо!

В детскую я внеслась с таким видом, будто за мной гналось стадо бешеных оленей. В дверях ещё столкнулась с бедным Базио, который пушистым ядром, отфутболившись от моих ног, полетел по красивой дуге с тихой руганью. В этот раз он решил проявить интеллигентность, ну или просто знал, что здесь, поэтому старался не шуметь.

Комната Остина напоминала тот самый стих «Разгром» Успенского: в детской был ураган, взорвался вулкан, был налёт и прошёл бегемот. Нет, не было никакого Серёжки, это Остин с дядей поиграл немножко.

На люстре висел платок, мягкая игрушка, которая зацепилась длинным хвостом за резной металл. Весь пол был сплошь усеян кубиками, прахом распотрошённых карточек и пособий, которые я делала с таким трудом. Моя софа напоминала какой -то дом на дереве. Закиданная подушками, укрытая одеялами она будто стала древним фортом. Полноту картины портили только босые ноги фэра Итана, которые торчали из-под одеяла.

Подавив в себе все эмоции, аккуратно и тихо подошла ближе и чуть не расплакалась от умиления. Фэр Итан, раскрашенный как какой -то вождь краснокожих, лежал на спине, раскинувшись усталой звёздочкой. У него под боком, в перепачканной одежде, спал Остин. Но вид у него был просто ангельский, а ещё довольный, едва ли не лоснился от удовольствия. Посапывая, то и дело сжимал край рубашки своего дяди, будто боялся, что тот куда -то сбежит.

Фей спал просто без задних ног, да и без передних тоже, потому что он настолько устал, что просто отключился. Видимо, день без меня прошёл очень весело и продуктивно. Ничего, завтра фэр Итан будет сам ножницами несчастных коров вырезать и приклеивать их к толстой бумаге!

А пока... пока пусть спит.

Я тихонько поправила подушки, накрыла мужчину лёгким одеялом, пощупала Остина. Поправила малышу волосики, убрав их со лба, и автоматом коснулась тёмных прядей на голове мужчины. Мягкие, и в то же время плотные и приятные на ощупь. Стёрла краску с носа фея, наклонилась ниже и застыла, потому что фэр Итан открыл глаза. Сделал он это сквозь сон, будто почувствовав угрозу себе и Остину, поймал мою руку и легонько её сжал.

Краснея быстрее рака, брошенного в кипяток, я стояла, не шелохнувшись и читала про себя мантру: спи, спи, спи! Спи!

Виноватая улыбка сама выползла на моё лицо. Застыв памятником самой себе, боялась даже дышать. Фэр Итан проморгался, устало закатил глаза, а руку мою не отпустил. Наоборот, прижал её к груди и провалился в дрему. Я оказалась в капкане.

Тихо выдохнув, осторожно потянула руку на себя, но фей тут же стиснул моё запястья сильнее, едва нахмурившись во сне.

Ну всё, теперь точно попала!

— Базио! — громким шёпотом позвала кота. — Базио!

Тот не отозвался но продефилировал мимо софы с поднятым вверх хвостом. Сев возле резной ножки, одарил меня недовольным взглядом.

— Базио, пощекочи нос фэру Итану!

А сама?

— Я только волос его дотронулась и тут же в капкан угодила, если ещё носа коснусь...

— Ладно, сейчас! — Базио запрыгнул на софу и невесомой пушинкой пробрался к спящему фею. Прошёлся хвостом по лицу, просто от души, пока фэр Итан не чихнул. Затем сделал контрольный почёс. — Отпустил?

— Да! — снова громко зашептала. — Почему сразу не сказал? Что у вас за дурная привычка прятаться, как нашкодившим котятам, а потом вот такое получается!

— Да меня не это волнует, а Элис, Элис заболела. Но она такая. такая гордая и своенравная, что никого и в жизни не пустит на свою кухню! А сама. Сама на ногах еле стоит.

Базио говорил с плохо скрываемым волнением. Ладно, намёк я поняла. Буду завтра с утра кухаркой подрабатывать, привыкать что ли?

Хотела было сказать про Джессику, но осеклась. Хоть и противно было так думать, но доносить мог и Базио. Единственный, кому сейчас можно верить — фэр Итан, а сейчас он спит сном младенца.

Я осторожно накрыла мужчину и Остина лёгким одеялом, поправила подушку, затем вспомнила про подарки, а ещё Элис. Вот тебе и выходной, вот тебе и отдых! И не отдохнула, и день поганый вышел, теперь ещё и тут выручать. Ладно, чего уж теперь.

— Пошли на кухню, Базио. Заберёшь свои капли, получишь презент от меня, заодно примиришь с Элис, чтобы она на кухню пустила. Утром побуду кухаркой, надеюсь, замену вы быстро найдёте.

Выходя из комнаты, оглянулась и посмотрела ещё раз на спящих фэра Итана и Остина. Уходить не очень хотелось. Даже сквозь сон фэр Итан очень странно на меня смотрел, так странно, что, вспоминая об этом, я снова начала краснеть.

Элис хорошо так приболела. Я поняла, что спать буду очень и очень мало. Бедная кухарка вся зелёного цвета лежала пластом на скамье: гордая!

Я чуть Базио не придушила. Какой из него управляющий и помощник, если он больную женщину отдыхать отправить не может!

— Уходи! Мне помощь не нужна.

— Да-да! Я вижу!

Переодевшись в домашнее, я осматривала фронт работ. Из разговора с Базио я поняла, что замену Элис найдут не раньше обеда. Видимо, у фэра Итана слишком серьёзные запросы. Ну или дело в чём-то другом, тонкостей этих я не знала. Но что я точно знала, так это то, что если на кухне пусто, магия ничем не поможет: Шивонн же говорила, что призвать можно лишь существующие предметы, те, что есть в доме. Сотворить пирожное из воздуха никто не может.

А Элис... Она упрямым бараном стояла на страже кухни. Спящий без задних и передних ног фэр Итан и тут не мог помочь. Пришлось уже мне барана включать.

— Вы идёте спать, это даже не обговаривается! Никаких возражений! — ледяным тоном я осадила сухонькую женщину. Подошла к ней, потрогала её горячий лоб, тяжело вздохнула и поднатужившись, взяла её на руки. На самом деле Элис была не намного тяжелее Остина. — Больной тут ходить! Пусть Базио вас лечит, вызывают доктора или кого там, я не знаю. Но лежать у плиты — плохая мысль. Дело даже не в том, что вы можете заразить других, а в том. Короче, Элис, у вас больничный. Всё! До утра вы точно будете в кровати. А пока. пока рассказывайте, что нужно делать.

— Ты не справишься, — женщина поджала губы и сурово на меня посмотрела. Никакая болезнь не могла сломить дух этой железной леди.

— А у меня выбор есть? Справлюсь!

Комната Элис оказалась рядом с кухней, точнее, стоило зайти за ширму, толкнуть маленькую дверь, как я оказалась крошечной комнате. Тут хватило места лишь для кровати, туалетного столика и комода. Но хозяйке этого жилища такого убранства было достаточно. Я уложила Элис в кровать, помогла ей снять платье. Принесла тёплого чая и строго-настрого наказала лежать.

— А так и не скажешь, что у тебя характер есть, — Элис буравила меня взглядом воспалённых глаз. — Не рохля, не размазня.

— Рохля и размазня в детском саду не выживет. Да и с Остином не справится, — улыбнувшись женщине, даже не обиделась на такое её замечание. — Не нужно быть суровой дамой с ледяной бронёй, чтобы показать свой стержень. Теперь отдыхайте! Даже слышать ничего не хочу. А Базио у меня ещё получит веником за то, что вам потакал. Где это видано? Они что, про трудовой кодекс не слышали? Тут что, все рабы?

— Лара. — Элис привстала на локте. — Спасибо и.

Было видно, что женщина хотела сказать что -то ещё, но тут в дверях появился Базио. Элис побледнела, качнула головой и легла обратно, накрывшись лоскутным одеялом.

— Не за что! — подхватила кота под мышку, прикрыла за собой дверь и направилась на кухню.

Да, дел было полно! Элис кормила всё наше поместье. А так как у меня магии не было от слова совсем, то помощи я решила просить все у того же Базио. Несмотря на болезнь, Элис уже сделала опару на хлеб, который стоило выпекать где -то около четырёх утра. Потому что кухарка кормила всех в несколько подходов: слуги разного ранга, потом и фэр Итан со своими приближёнными.

Конечно, я не кулинар высшего класса, но готовить умею.

Судя по тому списку, что огласила мне Элис, поспать я смогу часа три. Сотворить местные изыски мне не по плечу, поэтому я ориентировалась на свой любимый детский сад.

Спала мертвецким сном. Базио еле добудился меня, я даже не сразу поняла, почему так темно, почему я сплю на кухне и вообще, что от меня хотят. Когда же вспомнила, подскочила, быстро умылась прохладной водой, проверила спящую Элис, снова поворчала на нерасторопного Базио и принялась за готовку.

Я рассудила здраво: компот, каша и омлет — самый лучший вариант завтрака. Выбрать можно, наестся тоже. Найти что -то, похожее на овсянку труда не составило, самым сложным было рассчитать пропорции, закинуть всё в кастрюлю, напоминающую чан, помешать и сварить. Я напоминала себе ту ведьму из старого мультика, оставалось только кричать «вунш-пунш» и дико хохотать.

На компот пошли яблоки, которых было очень много. Базио же я припахала бытовой техникой: он мне заменял посудомойку и таймер. Пока подгоняемая магией посуда мылась и выстраивалась в ряд на стол, я металась между кастрюлями, доставала поддоны из духовки и ломала голову над омлетом. Решила готовить партиями. Теперь Базио был вместо миксера. Ошмётки яичной смеси разлетались по кухне со скоростью света, а швабра, ожившая на моих глазах, путалась под ногами и пыталась удалить всё это безобразие. Поэтому, отплясывая перед плитой, мне приходилось смотреть и под ноги, и на потолок, переступать через ожившую утварь и успокаивать оравшего дурниной Базио, потому что швабра ему по спине прошлась: подумаешь, аристократ нашёлся. Не под зад же дали!

Когда завтрак был окончен, я валилась с ног. А ведь предстоял же ещё и обед... От усталости закатила глаза и приложила мокрое полотенце ко лбу.

Появление фэра Итана было тоже незабываемым. Остин, обняв дядю за шею, хватал его за волосы и гигикал. Мужчина же, напоминавший Кащея, бледный и зелёный, недоумённо таращился на меня.

— Элис заболела.

Фей присел рядом со мной, забрал полотенце, прикрылся им и затих. Базио, поняв наше состояние иначе, распушил хвост и обрадовал:

— Пойду искать кухарку!

Мокрое полотенце чуть -чуть не долетело до кота. Фэр Итан спросонья не отличался меткостью. Забрав Остина, я прижала его к себе, вдохнула сладковатый аромат, напоминавший мне запах печенья, успокоилась и, повернувшись лицом к мужчине, пробормотала:

— Нам нужно поговорить. Наедине. Только быстро, мне ещё обед готовить.

— Это.

— Это не обязательно, но Элис в таком состоянии я не брошу. Если мне поможет Шивонн, я буду очень благодарна. Но сейчас я просто обязана вам кое-что рассказать.

Фэр Итан не обладал очень оживлённой мимикой. Скорее аристократическая сдержанность властвовала над ним. От этого выразительный взгляд или милая благодушная улыбка казались только ярче. Сейчас же я видела, что мужчина был очень даже эмоциональным. Испугавшись, подала стакан воды фею, даже Остин притих, хотя фэр Итан не сказал ни слова. Но то, что он услышал, его поразило до глубины души.

— Кто?

— Я. я не знаю, — честно ответила, пугливо понизив голос. — Правда. Джессика ничего не сказала, но кто-то.

— Кто-то!

Фэр Итан вспылил, вскочил на ноги и стал метаться по кухне. Сверкая глазами, он хмурился, что-то зло бормотал под нос, а вокруг мужчины будто появилась сизая дымка, которая с каждым мгновением темнела. Когда фей повернулся ко мне лицом, у меня сердце переспелм помидором в пятки шмякнулось. Не передать словами, каким был фэр Итан. Г лаза стали просто чёрными от гнева, побелевшее лицо напоминало лицо мертвеца, а плотно сжатые губы превратились в тонкую изогнутую нить. Прожигая всё вокруг тяжёлым взглядом, мужчина явно раздумывал, как поступить.

Конечно, Джессика не сказала прямым текстом, кто стал предателем. Но ведь Базио и фэр Итан сами говорили мне, что даже не все слуги знают, что я из другого мира.

— Это не кто-то! Я. После истории Базио я всегда очень тщательно подбирал прислугу, взять кого-то без проверки в свой дом даже не подумал бы! Каждый, кто сейчас трудится в поместье был проверен мною лично! И лучше я буду куст розы жевать, чем возьму на место Элис кого-то непонятного! Каждому. Каждому, кто живёт здесь, кто работает, я доверял! Каждому! Беспрекословно! Выходит, что зря.

Выдав тираду, мужчина тяжело вздохнул, подошёл к столу и едва сдержался, чтобы ничего с него не скинуть на пол. Вцепившись в столешницу так, что вены выступили на руках, а костяшки пальцев побелели, фэр Итан зажмурился, пытаясь выровнять дыхание.

Вот тебе и фей! Сводник с крылышками. Такой волшебной палочкой стукнет и совсем больной станешь. Кстати о крылышках: крылья мерцали светящимся контуром, но теперь не было привычных цветов. Будто эта часть мужчины была определённым эмоциональным индикатором, потому что крылья алели. Чем сильнее злился мужчина, тем краснее и страшнее становились его крылья.

— Кто знал, что я из другого мира?

— Шивонн, Базио и Элис.

Да уж! Теперь понятно, почему фэр Итан так бесится. Я сама злится начала, а ещё этим троим подарки привезла. Вот тебе и благодарность! Неужели. Неужели всё так плохо, что нельзя никому верить?

— Я никому, кроме вас, не рассказала, что встретила Джессику.

— Спасибо. Теперь стоит ждать проверки, пусть и тайной. Перевернут все!

— И чем это грозит? — обнимая Остина, я не забывала посматривать на плиту, на которой уже варился бульон на обед. — Мне и вам?

— Ничем хорошим. Совсем.

— Кажется, своим появлением я разрушила вашу жизнь, — горько усмехнулась и посмотрела на мужчину. — Да?

— Нет.

Фей тяжело вздохнул, набрал побольше воздуха, подумал и протяжно выдохнул. Лицо его сразу порозовело, а крылья, перелившись всеми цветами радуги, исчезли. Мужчина взял себя в руки.

— Нет, вы только все к лучшему обернули. Вы были правы, иногда нужно решать, что важнее, — фэр Итан посмотрел на Остина и улыбнулся. — Так что я даже рад, что вы свалились на меня сверху.

— Послушайте! А ведь меня видел тот мужчина. Ну, который был вместе с вами в кабинете.

— Король? — фэр Итан улыбнулся и покачал головой. — Нет, он не знал, что вы из другого мира.

— Почему?

— Потому что он сам меня расспрашивал о вас, решил, что просто сработало неправильно заклинание. Разубеждать его я не стал. Иначе вас вернули бы насильно в то же мгновение.

— Значит. Значит, это возможно? Вернуться?

— Не покалечив Остина? — фэр Итан отвёл взгляд. — Нет, невозможно.

— Вы обманываете меня? Не хотите говорить правду? — я осмелилась и задала вопрос, который меня беспокоил очень давно. — Да? Прошло столько времени, а вы. Вы же ничего не сказали мне. Я уже не верю в это заклинание, наоборот, мне думается, что вы просто обманом удерживаете меня.

Фэр Итан ждал чего-то подобного, потому что мои слова его не задели. Но вот ответный взгляд мужчины мне не понравился. В нём не было страха, злости или презрения. Нет, фей посмотрел на меня с какой -то затаённой тоской и сожалением. Словами мужчина мог меня обманывать сколько угодно, а вот глаза.

— Говорите как есть, — я встала и, придерживая Остина, взяла ложку на длинной ложке. Приоткрыла крышку на огромной кастрюле и стала проверять бульон. — Правду.

— Я не смогу снять заклинание. Оно не имеет обратной силы. Единственное, что я понял не так, так это влияние силы. Думал, что заклинание ударит по вам, а оно будет вредить Остину.

— Как?

Оно убьёт его, если вы вернётесь в свой мир.

Моя рука дрогнула. Испуганно посмотрев на Остина, который по привычке мусолил прядь моих волос, я сглотнула мерзкий ком в горле. Светлые волосики, лежавшие на голове кудрявыми волнами, всё ещё напоминали о локонах херувима, хотя Остин своими манерами и повадками иногда напоминал чертёнка, а не ангела. Даже если бы я не испытывала такой глубокой привязанности к мальчику, я не согласилась такой ценой вернуться в свой мир. А Остин... Чего греха таить, мальчика я успела полюбить. Нет, на такое я пойти не могу.

На глазах выступили слёзы, сморгнув их, я обернулась к фэру Итану. Тот будто боялся моего ответа, но увидев моё лицо, осёкся.

— Тогда. Тогда одной проблемой меньше. Если такова цена моего возвращения, то смиритесь с мыслью, что в вашем доме я буду до самой своей смерти. Остин мне дорог так же, как и вам, — выдохнув, украдкой вытерла слёзы и нарочито бодрым голосом продолжила: — Лучше давайте искать место утечки, выражаясь моим языком. Я не верю, что Элис, Шивонн или Базио могут быть доносчиками. Просто отказываюсь верить! Как и вы.

— Нужно поговорить со всеми ими. Может.

— Может, они кому-то проговорились? Могло быть такое?

— Могло, — неохотно согласился фэр Итан. Было видно, что даже эта мысль ему противна. — Надеюсь, что так оно и было.

— Вы хоть завтракали? — очнувшись, я вдруг вспомнила о еде. Ведь фэр Итан пришёл на кухню вместе с Остином. — Божечки! Это и ребёнок голодный? А мы тут лясы точим!

Фэр Итан немного покраснел, поняв, какую оплошность он совершил. Коря себя, я ругалась последними словами, но очень тихо. Выдав Остина его дяде, принялась накрывать на стол, точнее, на тот свободный от посуды и продуктов кусочек. Мальчику я насыпала каши, а фею выдала омлет, налила две кружки компота и вспомнила, что сама ничего не ела. Положив себе последний кусочек омлета, махнула рукой и пригласила мужчину к завтраку.

Остин уселся на стул, на котором были намощены подушки. Кашу он уплетал за обе щеки, я, едва ли не глотая омлет, косилась на фэра Итана, которой с некоторым подозрением смотрел на мою стряпню.

— Что? Ешьте и не бойтесь, стрихнин я туда не добавляла, — ухмыльнулась и добавила,

— слишком жирно выйдет.

Мужчина взял вилку и осторожно отломил себе кусочек пышного омлета. Придирчиво осмотрел его, а потом с видом мученика сунул в рот. Прошло несколько секунд, прежде чем довольная, но сдерживаемая улыбка расплылась на лице мужчины. Дальше омлет он ел спокойно и быстро.

Я хмыкнула и покачала головой, утёрла Остину рот и вернулась к своей порции.

— Вы хорошо готовите. Сколько же у вас талантов?

Хотела было сказать, что фэр Итан не знает, какое «счастье» ему свалилось на голову, но дожевав омлет, вспомнила, что остался ещё один человек в этом доме без завтрака — больная Элис, к которой так никто и не заходил со вчерашней ночи.

— Лучше вам этого не знать!

Приоткрыв дверь, я осторожно постучала по косяку и заглянула внутрь: Элис, всё ещё бледная и потная, лежала на кровати и тоскливо смотрела в потолок. Она могла быть железной леди сколько угодно, но вот изображать здоровую, когда тебе так откровенно плохо — сложно.

— Я принесла завтрак! Конечно, моя стряпня не идёт ни в какое сравнение с вашей, но...

— Ничего, спасибо!

Элис, всё ещё бледная и немного взволнованная косо на меня поглядывала. Я без задней мысли подошла к женщине ближе, поставила чашку с тарелкой на стул и присела на край кровати. На это заболевшая кухарка надвинула одеяло себе на нос, поморгала и всхлипнула.

— Что? Что-то болит? — всполошилась и взяла Элис за руку. — Голова? Горло? Или живот? Что болит?

— Лара. Лара, я.

Дверь негромко хлопнула. Обернувшись, я заметила, что Базио уже успел просочиться к нам. На этот раз он не был лиловым котом, это меня удивило. Впервые я видела Базио так близко в его человеческом виде. Высокий, худощавый, немного сутулый и полупрозрачный. Лицо было смутно знакомым, будто я мужчину уже где -то видела, такое дежавю, ощущение, что Базио я видела и знала очень давно. На Базио был старомодный костюм, а длинные седые волосы были перевязаны лентой. Мужчина казался мне смущённым и озабоченным.

— Лара, я слышал ваш разговор с Итаном. И.

Базио не успел договорить, его прервала Элис. Она, приподнявшись в кровати, испуганно выпалила, даже не дав Базио возможность продолжить признание:

— Это я.

— Что? — непонимающе переспросила, крутя головой и переводя взгляд с Базио на Элис и обратно. — М?

— Это я. я рассказала всё Джессике.

Тут уже мне поплохело. Честно, рухнула бы на пол, если получилось, но вместо этого обмякла и вцепилась в ноги Элис, накрытые одеялом. Женщина даже глазом не повела, а я поверить не могла.

— Элис, боги, я же просил тебя!

— Базио... — теперь Элис села, сжала кулаки и рассерженно фыркнула. — Я не могу смотреть на тебя! Ты будто узник этого дома, раб фэра Итана!

— О, Элис. — Базио, подойдя ближе, теперь выглядел очень и очень расстроенным. — Итан мой друг! Неужели ты этого не понимаешь?

— Я хотела, чтобы ты обрёл покой, заслуженный и такой долгожданный! Я. я устала, Базио! И больше не могла, у меня сердце на части разрывается. — Элис, сбросив маску железной леди, громко расплакалась. Прикрываясь руками, она покачивалась из стороны в сторону. Сбросив оцепенение, я придвинулась ближе и обняла Элис. — Разрывается.

Маленькое и хрупкое тело Элис напоминало мне тело ребёнка. Пытаясь понять, что же произошло, я смотрела на Базио, но на того от поведения дикарки напал настоящий столбняк. Мужчина схватился за голову и теперь не знал, что делать.

— Элис, это того не стоит! Как ты не понимаешь?

— Они знают, куда пропала твоя жена! Они знают, что случилось с Киарой! Базио, это дорогого стоит. Ты же.

— Но это не стоит твоей жизни, не стоит жизни Итана и Остина, не стоит жизни Лары! Как ты этого не понимаешь? Боги, что сказать Итану? Как теперь со всем разобраться? — Базио начал метаться в маленькой комнатке, наталкиваясь на различные вещи и предметы и проходя сквозь них. — Что же теперь делать?! Что?

— Успокоиться, — я тяжело выдохнула, погладила Элис по голове и продолжила, — успокоиться и подумать. Прежде всего не стоит ничего говорить фэру Итану: меньше знает, крепче спит. А теперь давайте разобраться с тем, что нужно Джессике и что она предлагала.

Элис успокоилась, немного. Поняв, что никто не будет кричать и топать ногами, она обхватила себя руками. Я же требовательно сунула ей под нос тарелку с кашей. Остывший компот уже не выглядел таким завлекательным. В общем, пришлось женщину кормить насильно, с ложечки. Роль няни для всех начинала меня утомлять.

— Итак. — я первой начала разговор.

— В один из выходных дней недалеко от поместья я встретилась со странным мужчиной. Он спросил, работаю ли я на фэра Итана. И, если работаю, то знаю ли я Базио. Я. Я сама не поняла, как всё вышло, но. Базио, они показали мне вашу семейную фотографию! Откуда она у них? И они знали, как и когда, при каких обстоятельствах пропала Киара.

— И ты поверила им?

— Боги, Базио! — Элис грохнула ложкой об тарелку. — Конечно, поверила! Ведь даже фэр Итан не знал тех подробностей, что мне рассказал ты! Мужчина попросил только одно: доказательства того, что Лара не из этого мира.

— Значит, ты даже не знала, что это люди от Джессики? — Базио возмутился.

— Нет. Мужчина просто пообещал встретиться со мной чуть позже, если. Я подтвердила на словах, что Лара не из этого мира. Вот и всё.

— Даже этого было достаточно, чтобы закрутить весь этот моток проблем. И что теперь делать? Господи, даже в голове не укладывается. И вашу доверчивость, Элис, и упрямство с глупостью Базио, который даже никому ничего не рассказал. Дурдом какой -то!

Базио, просочившись через меня, завис перед Элис. Я передёрнулась от неприятного ощущения, будто ведром ледяной воды обдали. Поёжилась и вытаращилась на обнаглевшего мужчину.

— Элис, ты же понимаешь, чем всё это обернётся?

— Я думала... Я думала, что Лара просто уйдёт. Ничего страшного не случится...

— Если бы я могла, то давно бы ушла, Элис, без обид. Но такой мой поступок убьёт Остина, в прямом смысле этого слова. Понимаете? — я снова вздохнула, наблюдая, за тем, как пустеет тарелка Элис. — Не всё так просто.

Повисла тишина. Мысли в голове крутились быстрее балерины в Мариинке. Морщась и переглядываясь с Базио и Элис, пыталась сообразить, как быть дальше.

— Нельзя говорить фэру Итану о том, что произошло. Нет! Мы сделаем не так. Лучше скажите, когда назначена следующая встреча, Элис. И что вы должны были сказать или принести.

— Это ещё зачем? — Базио снова возмутился, пожав плечами.

— Как зачем? — протянула чашку с компотом Элис. — Неужели ты никогда не слышал про саботаж?

Новая кухарка оказалась юной дамой, которая вторглась в поместье с видом настоящей герцогини. Моя персона, доваривающая борщ по рецепту любимой бабушки, не очень ее обрадовала. Но девушка ничего не сказала, только прошла со своими вещами в соседнюю комнатушку с Элис и расположилась там очень быстро и уютно. Я же, чувствуя себя негром на плантации, заканчивала с зажаркой и попутно проверяла капусту на хрусткость. Моя бабуля всегда говорила, что та должна быть свежей, чуть мягкой и издавать приятное “хрусь” под зубами, а не висеть вялой соплей. Уточнять, бывает ли сопля твердой я не хотела, потому что бабушка обладала очень странным чувством юмора вкупе с прекрасным умением готовить.

— Что это вы готовите? — дамочка, завязывая крупный бант фартука за спиной, подошла ко мне совсем близко и заглянула за плечо. — Что это за варево?

— Варево. — буркнула и помешала зажарку, затем взяла чистую ложку и протянула ее новой кухарке. — Попробуйте сначала, а потом бурчите!

Девушка с недовольным видом взялась за ложку, зачерпнула чуть бульона, подула и попробовала. Недовольство прошло очень быстро. Вынужденно ухмыльнувшись, кухарка выдала:

Неплохо.

Неплохо? Да это, черт возьми, почти настоящий украинский борщ! Мне только сала не хватило для полноты рецепта. И да, бабушка научила меня варить борщ так, как это делала сама, так, чтобы ложка торчала, а ароматная горка свежей сметаны и мелко нарезанный укроп и вовсе должны донести до кулинарного Олимпа. Базио не мог приобщиться к такой вакханалии вкуса в силу своей жалкой бестелесности, а вот фэр Итан довольно часто заглядывал на кухню, буквально после каждого гостя, чтобы подбодрить меня или... Вот это или меня и смущало, я чуть морковку не сожгла под таким напором.

— Итак, мой борщ это последняя ода кулинарному искусству. Я всего лишь няня, а не кухарка, поэтому вот. Обед! — тяжело вздохнула и утерла руки полотенцем. — Из трех блюд, еще и компот на десерт. Да, в этом я не оригинальна. Убиться можно, готовить для стольких людей сразу и столько блюд!

— Не сложнее, чем за ребенком приглядывать, — полуехидное, полунасмешливое обращение порадовало.

— Это точно!

Половина дня на кухне, а мне уже казалось, что прошло недели две. И так соскучилась по Остину, что хотелось прижать малыша к себе и потискать его. Но прежде чем идти к нему, я заглянула к Элис. Та, уже оправившись немного, сидела на кровати с потерянным видом.

— Элис?

Тяжелый взгляд, поджатые губы, заплаканные глаза. Элис и так было тяжело, а услышав наш разговор с фэром Итаном, ей стало лишь хуже. Она не ожидала, что фей относится к ней с таким пиететом, как и я. Да и видно было, что эта тайна ее давно глодала, как голодная собака кость. Вот и вся сказка.

— Элис, все в порядке?

— Да, спасибо, Лара. Я. я думаю над тем, что ты рассказала. Пытаюсь представить, как все это будет. И немного волнуюсь.

— Ты водила нас за нос столько времени, так в чем проблема? Все выйдет! Просто следуй плану.

— Я хочу признаться фэру Итану! — Элис почти выкрикнула это. — Не могу. Ужасное чувство.

— Признаешься, когда поймаем Джессику за. — подумав, проглотила плохое слово и сдержанно продолжила, — жабры. Пора привыкать ловить рыбку в мутной воде!

— Ты что, еще и рыбу ловить умеешь?

От удивленного взгляда Элис, подавилась воздухом. Господи, как хорошо жить в этом мире. Вот тебе кухня — работая кухаркой, вот тебе метелка — работай горничной, вот тебе лопата. Нет, последний вариант очень двойственный: тут разброс от могильщика до садовника. Конечно, бедные живут так же, как и я. Но ведь оказалась я в кругу очень богатых... ну, в кругу богатого человека. Впрочем, фэра Итана поражали мои умения! А ведь я ему еще крестиком не вышивала!

— Дедушка учил, но я поймала только карасика. Моя первая и последняя рыба. Это не мое.

Уже рассказав все, поняла, что тонкий сарказм Элис прошел мимо меня. Хмыкнув, сцепила руки перед собой. Решила, что пара верных установок женщину успокоят.

— Элис, одна ошибка ничего не значит. Любовь толкает нас на ужасные вещи, порой слишком безумные. И пускай я только босиком за автобусом бежала посреди ночи, это не мешает мне понимать твои. мотивы. И, — прикрыв дверь за собой, понизила голос, — я хочу узнать у тебя все про Базио. Мне, конечно, очень весело разгребать ваши треугольные отношения, но как -то хочется выйти к одной прямой. Нанизаем события на нить жизни. Что произошло в его жизни такого, что ты согласилась пойти на предательство. Все про Базио. Я. Я слышала часть вашего разговора, но давай немного подробнее. Потому что саботаж должен быть успешным, чтобы все выдохнули спокойно и вернулись к своим делам.

— Я не смогу.

— Рассказать?

— Вернуться, — Элис расстроенно ответила и потупила взгляд. — Не смогу смотреть фэру Итану в глаза, зная, что сделала. Я не догадывалась о том, как он относится к нам. Думала. думала, что мы для него всего лишь слуги.

— Вы все большая и дружная семья. И то, что кто-то всего лишь слуга, ничего не меняет. Отношения штука сложная, непредсказуемая. Например. — осторожно присела на край кровати, — например, можно влюбиться в призрака. Так что, почему бы и нет?

— Когда-то этот дом принадлежал Базио, он жил здесь со своей семьей, пока однажды его беременная жена не пропала. Бесследно. Она должна была вот -вот родить и. — Элис смотрела на меня обеспокоенным взглядом, а ее глаза напоминали серое дождливое небо.

— Никто и ничего не знал о ее пропаже. Прошло почти четыреста лет! Фэр Итан не замечает, как плохо Базио, как он устал. Я думала.

Наш разговор прервал восторженный крик. Даже не так, вопль. Вскоре дверь в комнатку распахнулась, и на пороге показался сияющий довольством фэр Итан. Рот у него еще был перепачкан борщем. Мужчина торопливо его утирал салфеткой и переводил взгляд с меня на Элис и обратно. Женщина, вытаращившись на фея, изумленно открыла рот, я же, изогнув бровь, непонимающе смотрела на фэра Итана.

— Великолепно! Элис, возьми рецепт у Лары. Ты должна это готовить!

Мужчина, согнувшись в три погибели, подошел ближе и с восторгом расцеловал мои руки, а затем, размахивая салфеткой, поспешил по своим делам.

Когда столбняк испарился, и мы смогли нормально дышать и моргать, Элис смогла выдавить:

— Что вы еще умеете? Что такого в вашем мире? Фэр Итан никогда так не говорил про мою стряпню.

— Любовь, — широко улыбнулась, но, поймав себя на таком широком слове, поправилась, — к готовке, к своему делу. Когда делаешь что -то с любовью, все получается лучше. Любовь — самая лучшая приправа.

— Как жаль, что Базио не ест... — Элис пространно возразила.

Тут уж я промолчала. Безумный день все-таки должен закончится. Бесконечно долгий и волнительный. Тем более, что Остин остался обделенный моей любовью. Нужно придумать что-нибудь веселое. И фэра Итана подключить: пока все ждет, а жизнь, обычная, уходит.

Вечернее солнце напоминало мне тёплое одеяло, очень мягкое и уютное. Лёжа на мягкой траве и подложив руки под голову, смотрела на небо и улыбалась. Фэр Итан так был восхищен борщом, что даже позже пришёл и попросил вторую порцию.

Остин, усиленно гуля и повторяя различные слоги, сидел рядом со мной на небольшом покрывале, стучал деревянными кубиками. Стоило мне только пошевелиться, как мальчик начинал нервничать, ёрзать и стремиться сесть ближе, чтобы точно убедиться, что я не сбегу.

— Вот так дела. Это же просто какая-то детективная история вырисовывается.

Шум гравия на дорожке прервал мои размышления. Встрепенувшись, я села, вытащила пару сухих листиков из головы и на коленях подползла к кустам.

К поместью подъехал экипаж. Из него вышла какая-то дамочка в очень красивом платье. Затаив дыхание, я впервые видела, как фэр Итан напрямую занимался своим делом. Выглядел мужчина просто великолепно. Вот что борщ животворящий делает!

Фей, очаровывая всех своими радужными крыльями, деловито поправлял синий рабочий костюм, приглаживал волосы и обворожительно улыбался.

— Знаешь, Остин, у твоего дяди прелестная улыбка. Удивительно, почему он себе ещё даму сердца не нашёл?

Остин на это ничего не сказал, только пролепетал какую -то несуразицу и вновь загремел кубиками. Появление красивой дамы и привычные хлопоты фэра Итана мальчика мало интересовали, а вот меня он пас, как пастух коров: шаг влево, шаг вправо.

— Он красивый, — со вздохом констатировала очевидный факт. — Очень даже. Почему же он такой одинокий?

— Потому что ждёт свою любовь.

Тихий шёпот Базио пробрал меня до дрожи. Вздрогнув, я вцепилась в ветки кустов, медленно обернулась, намереваясь прожечь взглядом несносного кота. Но на этот раз передо мной был призрачный мужчина. Он с какой -то тоской смотрел на Остина, печально вздыхая.

— Так и умереть можно!

— В ожидании любви? — Базио недоумённо переспросил.

— В ожидании инфаркта! От ваших этих... подкрадываний. Умереть просто! — я держалась за сердце и едва дышала, переводя дух. — Вот такой рубец!

— Прости, Лара, я не хотел тебя пугать. Если хочешь, я стану котом, если тебе так будет привычнее.

— Это мелочи. — понизив голос, удивлённо посмотрела на встревоженного Базио. — Что-то случилось?

— Я хотел сказать спасибо, — Базио присел рядом со мной. Трава просвечивала через прозрачную плоть мужчины. — За Элис, за то, что сохранила всё в секрете.

— Пустяк, — улыбнулась и, заметив, что фэр Итан уже скрылся в поместье вместе со своей гостьей, легла на живот. Захотелось поиграть в кубики вместе с Остином, заодно и повторить с ним слова и слоги. — Меня за это часто ценили на работе, ну и друзья. Я никогда никого не выдаю. Становлюсь последним звеном в цепочке сплетен. Когда -то я сама пострадала из-за такой истории, поэтому сама стараюсь быть. лучше, — виновато улыбнулась. — Элис оступилась, так бывает. Я не держу на неё зла. Как и на тебя Базио, хотя ты вредный до безобразия. И. И мне очень жаль, что с тобой так вышло.

— Ты сейчас говоришь почти то же самое, что и твердил Итан. Знаешь, он первый, кто за долгие годы одиночества не пытается использовать меня. Мы с ним нашли общий язык и цель. Помогаем друг другу. Это моя ошибка, что ты попала сюда. Я не очень внимательно прочитал заклинание, не понял его смысла.

— Да?

— Да. Хочешь узнать, что же случилось на самом деле? Почему ты оказалась здесь?

— Искали маму?

— Да, и заклинание её нашло. Ту, что может стать матерью для Остина. А это означает лишь одно.

— Его не снять? — эта мысль меня не сильно расстроила. Я уже как-то смирилась с этим, что не вернусь домой. — Да?

— Ты спокойно это выслушала, Лара. Неужели тебя это не расстраивает?

— Ну. — подняла взгляд и посмотрела на Остина. Глаза у мальчика были счастливыми, довольными. — Наверное, я буду оптимисткой. Или дурочкой, но лучше давайте разберёмся с другими проблемами.

— Лара, ты не сможешь вернуться домой!

— Я и так не смогла бы, Базио! Неужели ты этого не понимаешь? Я не могу причинить вред Остину, никак. Так что путь домой для меня закрыт. С этим я смирилась.

— Ты... Ты необычная, Лара. Очень!

— Как и ты, Базио. Так почему ты пришёл ко мне? И что тебя так мучает?

— Я никогда не верил, что моей Киары больше нет. Никогда! И это не надежда, это уверенность. Всё говорило о том, что она. — Базио тяжело выдохнул и признался, — что она, скорее всего, попала в другой мир. И я. Я бы хотел, чтобы ты мне помогла. Я.

— Даже так? А если этих миров множество? Что тогда?

— Ничего страшного, у меня есть кое-что. Элис призналась, что хотела мне помочь. Но она уже помогла, когда всё рассказала. Просто потому что это означает лишь одно: я был прав всё это время! Киара. Моя милая Киара не умерла в тот день, и.

— Но сейчас-то она мертва. Столько лет прошло.

— Это не так уж важно, я просто хочу знать правду, какой бы она ни была. — Базио снова вздохнул и будто из ниоткуда взял цепочку с небольшим кулоном. Т от покачивался, соблазняя меня своей красотой. — Это моя очередная маленькая победа. Оказавшись в нужном мире, эта вещь сможет найти тех, кто был бы моим потомком. Я был бы рад увидеть любого пра-пра-пра-пра! Ведь жены и ребёнка я уже никогда не верну. И, может быть, это пролило бы свет на то, что произошло в тот день, — Базио улыбнулся. — Этот кулон принадлежал Киаре. Единственно, что осталось мне после неё. Но это всё немного печально, но не так, чтобы уж сильно. Печальнее то, что я слышал. Тут, Лара, ты права. Итан теряет время, упуская из виду свои чувства. Он не хочет прислушиваться к ним. А ведь.

Базио хотел сказать что-то ещё, что-то очень мотивирующее, что-то про фэра Итана и про намёк на мою скромную персону, но тут я без спроса протянула руку и коснулась кулона. Внезапно тот озарился ярким синим светом. Ослепительным, таким ядовитым, что глаза заслезились.

— Лара? — Базио воскликнул и осёкся. — Это. это невозможно...

Библиотека. Я в ней пропадала вечерами, когда готовилась к экзаменам, когда писала курсовые и диплом. Запах книг, приятная тишина и ещё старые зелёные настольные лампы, наверное, живы ещё со времён Советского Союза. Вся эта атмосфера будто добавляла мозгов, умственной силы и усидчивости. Библиотека фэра Итана обладала таким же свойством, а ещё навевала сон и заражала аллергией, потому что Шивонн тут точно порядок не наводила.

Обложившись книгами, я едва не пускала слюну в кулак. Остин, довольно бодрый и весёлый, мял страницы, изучал какие-то старые подшивки и хихикал. Я же была готова душу дьяволу продать, чтобы получить хотя бы чуточку энергии от этого мальчугана.

— Остин, почему ты такой энергичный, а я как вялая тряпочка?

Это был риторический вопрос. Я протянула руку и взъерошила светлые волосики мальчика

— Ляла! — Остин грохнул кулачком по столу и улыбнулся.

Ну, да. Именно так меня Остин и называл: Ляла, такое ощущение, что я приобрела цыганские корни. Эх, Остин, Остин...

Я, кажется, решила спрятаться от всего в этой уютной библиотеке. Мне не хотелось ни с кем говорить, ничего решать и вообще. Хотелось только одного: лечь в кровать, закрыть глаза и попытаться уложить ту пирамиду Хеопса из проблем в логической плоскости. Хуже становилось с каждым моментом, если такое вообще было возможно. Ха! Вляпываться в различные переделки? Люблю, умею, практикую!

— Остин, вот скажи мне, в этих книгах возможно найти что -нибудь стоящее? Что-нибудь, что не относилось бы к истории, реликвиям и прочему? Почему только Базио может найти древнее заклинание, переврать меня и сунуть в такую. кашу! Тоже мне, прапрапрапрадедушка!

Я не была уверена, что не пропустила какое -нибудь «пра», но хотелось плакать. У меня кончился внутренний ресурс. И я запуталась так, что мухе в паутине более комфортно, чем мне сейчас.

Уткнувшись лбом в какую -то пыльную книгу, я косо поглядывала на Остина, который сейчас походил на настоящего херувима, пышущего таким здоровьем и довольством, что аж зависть берёт. Мне и правда было завидно.

Маленькая и пухлая ладошка коснулась моей руки. Мальчик мне улыбался и тискал мой палец, от этого тисканья я будто подзаряжалась, меня накрывали тёплые волны, но вместо бодрости я чувствовала зверскую усталость и желание отключиться прямо сейчас.

Остин, забравшись на стол, подполз ко мне. Я успела только обнять мальчика, прижаться к нему щекой, прежде чем меня накрыло окончательно и бесповоротно. Остин напоминал мне плюшевого медведя. Вдыхая его запах, жмурилась и улыбалась. Только рядом с этим неуправляемым мальчуганом я ощущала себя. живой и нужной, а Остин будто понимал всё. Я обняла мальчика ещё сильнее.

— Остин, малыш, как же я тебя люблю! Ты самый хороший мальчик! И ты не представляешь, как мне жаль, что у тебя нет настоящей мамы, что всё это время ты был один и никто тебя не понимал. Но теперь всё будет иначе. Я тебя не брошу.

Расслабленно откинувшись на спинку кресла, я прижала Остина к своей груди. Мне стало совсем хорошо.

Кажется, всё зашло в тупик. Мои громкие слова про саботаж остались тем самым возгласом в пустоту, потому что подсказка Базио не сработала, а мои уставшие мозги уже плохо соображали.

— Остин, ты лучшее снотворное, ты ведь знаешь это?

Но малыш, светясь мягким жёлтым светом, тихо спал на моей груди. Нужно было вставать, потому что если я последую примеру Остина, закончится всё плохо. Как назло в библиотеке не было ничего, на что можно было бы прилечь. Г лаза сами собой слипались.

Я проворонила посторонний шум, почему-то не удивилась тому, что чьи-то руки коснулись моих плеч, даже тот факт, что меня подняли со стула и куда -то понесли, тоже мало тревожил. Остин, обвив мою шею руками, мирно сопел, я почти вторила ему. А тот, кто нёс меня, был сильным и таким же тёплым, как Остин. Мне становилось всё жарче и жарче, а во рту появился странный цветочный привкус. Когда голова коснулась подушки, я едва поняла, что это именно подушка, что я в кровати. На автомате укрыла себя и Остина, свернулась калачиком вокруг мальчика и тяжело выдохнула.

Мысли в голове ползали улитками, даже сквозь дрему я продолжала пыхтеть над извечными проблемами: как быть и что делать? Кто виноват меня не интересовало, это и так известно.

Чья-то тяжёлая рука придавила меня к кровати, но вместо паники я ощущала что -то странное и давно забытое. Даже не стала убирать эту чью -то руку, только приоткрыла глаза и повернула голову. В полумраке было плохо видно, но я смогла разглядеть знакомые черты. Прямой нос, красивый высокий лоб и чёрные прямые волосы. Сердце ёкнуло: фэр Итан! Мужчина тоже казался сонным и усталым, а его рука, лежавшая на мне, светилась также, как светился до этого Остин. Мне от этого было очень хорошо: и от магии, и от того, что фэр Итан был рядом. Теперь казалось, что всё точно будет в порядке.

Устало положила голову на подушку, прикрыла глаза, прогоняя излишнюю красноту стыда со своего лица. Очень довольного и приятного стыда. Когда фэр Итан, думая, что я сплю, поправил мне волосы, а затем заботливо подоткнул одеяло, я и вовсе поплыла.

Мозги от этой ситуации почему-то включились сразу, я этого не ожидала.

Раз я родственница Базио, а он был магом, то... Меня, правда, проверяли на наличие таланта к колдовству и прочему, но ведь кровь у нас одна? Ну, его кровь есть во мне. Значит. Значит, есть шанс для саботажа!

Этого никто не ожидает.

Осталось только рассказать всё фэру Итану, потому что тут без него никак. И. И это будет непросто! А пока.

Пока фэр Итан положил руку чуть выше, погладил Остина по спинке и устроился удобнее, прижимая уже нас двоих к себе. Я не стала возражать.

Как говорила Скарлетт О’Хара: я подумаю об этом завтра. Все проблемы будут завтра, а пока нужно поспать. Мой запас сил на нуле. А настойку фея я пить не хочу.

Мало ли что?

Что такое неловкость? Когда оба ботинка — левые? Когда пришёл на работу без юбки или брюк? Когда оттоптал кому-то ноги в общественном транспорте? Или. Или проснуться рядом с прекрасным спящим феем с одного бока и спящим малышом с другой? При этом первый — не мой муж, а второй — не мой ребёнок? Так что я испытала настоящую неловкость, а ещё и оттого, что Базио, будто просочившись сквозь стену, хотя почему «будто», Базио ведь призрак, теперь сидел в образе лилового кота возле кровати и таращился глазами-блюдцами на меня.

— Что? — яростным шёпотом чуть всех не перебудила. — Теперь взыграют родственные связи? Родная кровь и прочее? Или что?

— Нет, просто впервые Итан спит так спокойно. Я пришёл его разбудить, потому что пришла очередная клиентка. Очень богатая и знатная, она ждать не будет. А вы уже проспали завтрак...

Ох! Вот это да! Только этого счастья не хватало. Нет, конечно, всё и так летит в трубу или коту под хвост, в данном случае — под хвост Базио, но не стоит усугублять. Поэтому я с трудом выползла из-под руки мужчины, взяла спящего Остина и переложила его в кроватку. Затем вытребовала у Базио свой халат и накинула его на свои плечи. Склонившись к фэру Итану, потрепала его волосы, затем легонько пошлёпала по щекам. Спящий красавец и не думал открывать глаза, только становился обаятельней и привлекательней. Неужели мне нужно будить его поцелуем? Со вздохом склонилась к мужчине. Рассматривая фэра Итана, удивлялась, почему же этот фей такой красивый? Или мне только теперь это кажется?

— Что? Я что-то пропустил? — мужчина открыл глаза и удивлённо на меня вытаращился. Явно ничего не понимая спросонья, фэр Итан моргал и как-то смущённо улыбнулся.

— Нет, — жалобно проблеяла, смущаясь ещё сильнее, переплюнув в этом даже своего горе-начальника. — Но можете! Базио говорит, что у вас там очень важная и капризная дама, которая себе валенком суженого хочет нагадать.

— Валенком?!

— Ой, не обращайте внимание, это всего лишь примета из моего мира. Берёшь валенок и бросаешь его за забор. Если попала в парня, то всё, крути ему руки и тащи за шиворот к себе в дом. Твой мужчина!

— М-м-м, какие интересные у вас способы ухаживания.

— Да! Это вы ещё про суженого-ряженого и про пирожки с секретом не знаете. Хотите расскажу? — улыбнулась ещё шире и протянула руку мужчине. — С добрым утром, фэр Итан!

Фей на это ничего не ответил. Только сонно потёр глаза, сел в кровати, а затем потянулся и лениво поплёлся прочь из детской. Мужчину я проводила очень любопытным взглядом.

— Лара.

— Цыц!

— Лара!

— Господи, Базио, не включай синдром дедушки. Неужели ты будешь сейчас устраивать допрос с пристрастием, что было этой ночью?

— А я должен? — Базио запрыгнул на софу, распушил хвост и довольно фыркнул.

— Мучайся! Я тебе ничего не скажу! — прикрыла ладонью глаза и покачала головой. — Было или нет, не твоего ума дело.

— Наплодите мне таких маленьких чудовищ, как Остин, что и потом мне делать? Как поместье спасать?

— Лучше подумай и ответь на такой вопрос, Базио, — распустив волосы, распушила их, взъерошила и громко зевнула, наплевав на приличия. — Ты же мой пра-пра-пра? Так ведь?

— Ну, допустим, — Базио своей ехидной улыбочкой теперь напоминал Чеширского Кота.

— И что с того?

— Раз я твоя родственница, то имею полное право считаться уроженкой этого мира. Разве нет? Разве это не доказательство, что я не попала сюда из другого мира? Это ведь многое объясняет. Может, у меня настолько мизерный запас магии, что я даже прыщ не могу вывести. Разве это такая редкость?

— И что ты предлагаешь?

— Как что? Пусть Элис подтверждает все эти вопросы с моим попаданством, пусть все считают, что знают правду. Но можно ведь проверить кровь и доказать наше родство? Никто твою жену не убивал, она сбежала, а я решила найти свою родню.

— Звучит правдоподобно. Очень правдоподобно!

— А ты, — запахнула халат и поёжилась, — ты кому-нибудь говорил о том, что я твоя... родственница?

— И что теперь тебе принадлежит это поместье?

А вот от этой новости я немножко удивилась. Настолько, что рухнула на софу и покачала головой.

— Или что теперь лорд Фаркс в тебя так вцепится, что тебе ничего не останется, как.

— Нет, нет и нет! Не напоминай мне об этом слащавом типе! Я слышать о нём не желаю!

— Но выбора-то нет!

— Ох! Выбор, как раз, у меня теперь есть! Я смогу поговорить с фэром Итаном откровенно и выложить все свои козыри на стол. Раз мы все оказались в этом водовороте неприятностей из-за. хвостатого призрака и симпатичного фея, то.

— Что ты задумала, Лара?

— Что? — довольно хмыкнула. — Ну, всё очень просто. Разберёмся с бедняжкой Элис и выведем из игры Джессику, решим судьбу Остина. Затем придёт очередь лорда, который костью поперёк горла стоит. А потом...

Последнюю мысль я оставила при себе. На самом деле я уже смутно представляла, как разберусь с лордом. Осталось только план озвучить фэру Итану. Что -то мне подсказывало, что он будет против. Но весомые аргументы в виде пушистой тушки Базио не оставят ему никаких шансов.

— Базио, давай обговорим весь план с Элис.

— План? У нас есть план? — кот возмущённо зашипел.

— Конечно! Неизвестно, какой ерунды наплела там Джессика, что она устроила в совете. Так что. Чем быстрее, тем лучше.

Элис пропала внезапно.

Я как раз занималась раздачей слонов, то бишь подарков. Шивонн, увидев подвеску, пришла в полный восторг. Бормоча и захлёбываясь от радости, женщина тут же решила примерить её. Своего пра -пра-пра-пра я наградила подушкой, которую он, в образе кота, тут же облюбовал. Конечно, слов благодарности я не услышала, но довольное фырканье меня успокоило. Подарки для фэра Итана я держала под мышкой, когда решила заглянуть на кухню.

Пока Элис болела. Я принесла ей подарки и оставила на столике в её маленькой комнате, надеясь, что когда Элис будет в состоянии, она всё осмотрит и выскажет своё одобрение. Вот я и решила проверить, распаковала мой подарок своенравная женщина или нет. Но вместо реакции, наткнулась на хладную постель. Впрочем, свой подарок я тоже нашла, а упаковка вся была залита чем-то мокрым и прозрачным. Слезами.

Как назло, Базио провалился как сквозь землю! Напрасно я звала этого хвостатого и усатого, тот не откликался. Напрасно я звала его.

— Базио! Базио, чтоб тебя! Где тебя черти носят на своих мелких лапках?! Ну, дедушка, угораздило же тебя оставить меня в такой. клоаке!

Метаясь по дому мелкой икоркой, я плохо понимала, что теперь делать.

Во-первых, Элис ничего толком не узнала про наш план. Так, только некоторые детали.

Во-вторых, непонятно, я зря ей доверилась или нет? Вдруг. Вдруг это не так, как выглядит? Что, если она и вправду предательница?

В-третьих. В-третьих, всё это пахнет хуже грязного детского горшка, полного до отказа!

— Базио! Я тебя на чебуреки пущу! Не постесняюсь, что ты мой пра -пра-пра! Поверь, я чебуреки тоже неплохие умею делать, не хуже борща!

Ругаясь и чертыхаясь, я чуть ли не заглядывала в каждую комнату, чтобы отыскать там хвостатого управляющего. Но находила кого угодно, но только не Базио. В конце концов, плюнула на всё, отдала сонного Остина ничего не понимающей Шивонн, строго наказав ей не давать малышу много сладкого, и направилась прямиком в кабинет к фэру Итану. Я там давненько не была. Почему -то самый яркий эпизод — это полёт в трубе и падение прямо на голову фею.

В этот раз там сидел какой -то мужчина. Я слышала, как фэр Итан ведёт неторопливую беседу со своим гостем: речь шла про какую -то девушку. Та оказалась не очень сговорчивой, и, видимо, всё дело оказалось в том, что мужчина девушке не понравился.

Осторожно постучав в дверь, приоткрыла её и заглянула внутрь.

Фэр Итан, в лёгком светлом костюме и широкой улыбкой на лице, восседал в своём кресле. Мужчина, нервно потирающий небольшую лысину, поправлял также свой тёмно -зелёный сюртук и недовольно причитал.

— Она... Ей нужен принц! А не я! Что я ей могу дать...

— Вы даже не говорили с ней? — фэр Итан пытался успокоить своего клиента. — Неужели не последовали моему совету?

— Ох! Тот шиньон слетел с моей головы испуганным попугаем, как только подул ветер!

Мда... Я попыталась себе представить это: грустный лохматый шиньон, машущий крылышками, улетает на все четыре стороны.

Мои размышления прервал взгляд фэра Итана. Меня готовы были пригвоздить к стене, причём не просто, а. Методично, по частям. Потому что я опять вмешиваюсь в его дела, но ждать мне не хотелось: волновалась не только за Элис, но и за нас всех.

— Лара.

— Ох! Простите великодушно! — я нагло втиснулась в кабинет, зашуршала юбками ставшего мне родным платья и поспешила прямо к столу. — Фэр Итан, нам нужно срочно поговорить.

— Лара! — фей чуть не уничтожил меня взглядом. — Я.

— Нет, нет и нет! — склонила голову и с участливой улыбкой посмотрела на клиента фэра Итана. — Скажите, как вас зовут?

— Роб-б-берт, — мужчина, чуть заикаясь, улыбнулся мне в ответ. — Меня зовут Роберт.

— Роберт, послушайте. Чаще всего женщинам не нужны красавцы-сердцееды, им нужны настоящие мужчины, которые готовы на поступок! Понимаете? Вы бы лучше не лысину свою прикрывали, а сделала что-нибудь особенное для дамы своего сердца. Что она любит?

Цветы . Музицировать .

— Найдите ей самый лучший инструмент и подарите. А если хотите поразить в самое сердце: научитесь играть на таком же инструменте, хотя бы простенькую мелодию, сыграйте для неё, чтобы показать свою заинтересованность, — улыбнулась так широко, что аж за ушами затрещало. — А если не боитесь руки замарать, то подстройте поломку инструмента и повторите пункт первый, сказанный ранее. Всё понятно? А теперь простите, фэру Итану нужно отойти по очень важному вопросу, — подхватила мужчину под локоть и повела его к двери. — И... Лысину можно спрятать под модной шляпой. Поверьте, вам она будет к лицу!

Дверь я закрыла прямо перед носом Роберта. С таким хлопком, что стены затряслись, а окрик фэра Итана потонул в этом шуме.

— Лара, что ты творишь? Что это за ерунда? Какой концерт ты решила устроить?

— О, ничего подобного! Никаких концертов, — подобрав юбки, подбежала к фэру Итану.

— Мне некогда объяснять всё по плану, но сейчас нам нужно найти Элис. Она ушла буквально недавно! Вы тогда славно меня покатали.

— Что?!

Фей задохнулся от возмущения. Привстав, он оперся кулаками о стол и нахмурил брови. Такая реакция вызвала у меня улыбку. Я едва сдержалась, чтобы не усмехнуться и не взъерошить тёмные волосы, к которым рука сама тянулась. Ну что за фамильярность!

— Ну, тогда, у пруда. Предлагаю взлетать прямо сейчас: мы ещё успеем найти Элис!

— Да при чём тут Элис?

Ох, как же нехорошо получается. Неужели мне придётся стать адвокатом дьявола?

— Это она всё рассказывала Джессике. И. И теперь это поместье больше вам не принадлежит, потому что я — пра-пра-пра-пра-пра. Тьфу! Короче, Базио — мой пра-пра-пра. А теперь, фэр Итан, если вы не против, я хочу пригласить вас на романтическую прогулку по воздуху в поисках сбежавшей кухарки. Если она та, кем я её считаю, то сейчас Элис наворотит таких делов, что я сама сдамся вашему совету для принудительной депортации!

Уральские. Тьфу! Фейские. Нет, не так. Авиалинии феев всея. Нет, Русь тоже не подходит.

В этот раз полёт был гораздо плавнее, мягче и приятнее, чем тогда ночью над прудом. Летели мы над широкой полосой дороги. Крылья фэра Итана звенели громче хрустальных бокалов, когда фей прибавлял и прибавлял скорости.

— Вон! Базио! — тыкнув пальцем, я держалась одной рукой за шею мужчины. Тот же вполне уверенно прижимал меня к груди обеими руками, очень крепко. — Базио там!

— Нет, ловить его не будем. Потом. Мы ищем сейчас только Элис, она важна!

— Только не говорите, что хотите.

От одной мысли, что фэр Итан способен устроить кровавую вендетту, ну или просто организовать жуткие неприятности, мне становилось плохо. Слабо верилось, что он способен на такое. Но в то же время, я прекрасно понимала, что за свою семью, а этот круг только Остином не ограничивался, фэр Итан мог на кусочки любого порвать. Очень деликатно, спокойно и без лишних телодвижений.

— Ничего я не хочу! Точнее, хочу, но не того! — мужчина недовольно бормотал себе под нос, искоса поглядывая на меня. — Лара, перестаньте делать из меня зверя!

— Да вы, вроде бы, озверин не пили, настойку свою тоже...

Ух! Не глаза, а два шила! Так и пришпилили меня. А ещё руки у фэра Итана оказались такие крепкие, сильные и горячие, что мне тут же стало слишком жарко, я даже покраснела. Увидев румянец на моих щеках, фей воспринял это совсем иначе, чем это было на самом деле.

— Вы злитесь?

Ветер трепал волосы, пахло цветами, скошенной травой, а ещё пылью. А ещё пахло таким приятным парфюмом, что голова кругом шла. Я даже не удержалась и принюхалась, поводила носом, чем смутила фэра Итана. Я до встречи с феем и не думала, что мужчины способны на какие-то романтические и сентиментальные реакции, но это не делало фэра Итана в моих глазах менее мужественным. Наоборот! Я видела в этом признаки человечности.

— Я?! В каком месте? Нет, просто от вас приятно пахнет, — признала очевидное. — И компания приятная, а вот Элис я внизу не вижу.

— Про поместье. Это серьёзно?

— Что я теперь заберу его? — мило улыбнулась. — Не беспокойтесь, должны же вы с Остином где-то жить. — увидев испуганные глаза фэра Итана, торопливо добавила: — Это шутка! Мне ваше поместье ни к чему.

— От вас тоже приятно пахнет.

Фей вклинился в разговор и обворожительно улыбнулся, нимба над головой только не хватало. Только пропавшая Элис не давала мне пуститься во все тяжкие. Паря в воздухе я будто оторвалась от всех проблем и попала в лёгкие объятия флирта.

— Спасибо! И чем же пахнет? Розами? Молоком? Конфетами?

— Детством и чем-то милым.

У меня даже сердце биться перестало. Господи, да фэр Итан безнадёжный романтик! Наверное, последний. Ну или это вполне типично для этого мира?

Зардевшись уже от удовольствия, прикусила губу и вновь перевела взгляд на дорогу.

Элис! Там Элис!

От возбуждения чуть из рук фэра Итана не вывалилась, тому пришлось стиснуть меня что было сил. Я даже воздух стала ртом хватать и трепыхаться, как рыба на берегу, болтая ногами.

Мы ринулись вниз едва ли не со скоростью истребителя. Крылья фэра Итана возмущённо звенели и осыпали нас пыльцой. Элис не понимала, что ей грозит, не знала, что мы ей сейчас рухнем на голову в буквальном смысле этого слова.

Фэр Итан ловко расслабил объятия, перехватил меня за ладони и, всё ещё паря, снизился настолько, что я, болтая ногами, стала задевать мягкую траву. Бесшумно спрыгнула и побежала в сторону Элис, но фей, спикировав коршуном, вцепился в Элис, закричавшую так, что кровь в жилах стыла, и поднял её в воздух. Затем прикрыл ей рот ладонью и через мгновение опустился рядом со мной.

— Господи, Элис! Успокойся! — я кинулась к женщине, принявшись её успокаивать. — Зачем ты сбежала? Зачем?!

— Лара... Фэр Итан... Я... Я больше так не могла! Я должна была всё исправить! — женщина запричитала и принялась рыдать. Мне пришлось встать на колени, чтобы утешить женщину. — Должна! Я расскажу им всё! И они. Они перестанут совать нос в ваши дела! Оставят вас и бедного мальчика в покое-е-е! — Элис повисла на мне и завыла.

Такая обескураживающая картина фэра Итана остудила. Он ожидал увидеть преступницу, а получил женщину, сходящую с ума от переживания. Нет, Элис не злодейка. Это и подтвердил Базио, догнавший нас и одним хлопком обернувшийся в человека, с тоскливым выкриком бросился к Элис.

— Элис, милая.

Эта фраза и вовсе вывела из равновесия переживательного фэра Итана. Тот просто таращился и ничего не понимал. Вот тебе и сводник! Дальше своего носа ничего не видит!

— Зачем ты ушла, я же говорил.

Отдав Элис в ласковые и любящие руки Базио, встала и осмотрелась. И хотя красота фэра Итана меня иногда отвлекала, я увидела, как впереди появилась чёрная точка: кто -то сюда направлялся.

— Элис, с кем ты должна была встретиться? — я прервала все душевные излияния собравшихся.

— С Альфредом, это. это помощник отца Джессики.

— Кажется, он сюда идёт. — я шумно вздохнула, собираясь с мыслями. А перед глазами как назло вставало лицо фэра Итана, да ещё ворот платья пах его парфюмом. Ну что за напасть? — Элис, тебе придётся с ним поговорить. Рассказать всё, как есть. Правду! Про меня. Что я попаданка, не из этого мира, что ты сама всё видела и. Самое главное, скажи, что фэр Итан собирается на мне женится.

Что?!

Хор удивлённых голосов меня рассмешил: эту мысль я даже Базио не озвучивала. Сюрприз!

— Так, вот тут доказательство — часть моей одежды... — вытащила тонкие остатки моего костюма Снегурочки из кармана передника. — А это. — пришлось показать и самый первый подарок фэру Итану. Всё-таки самый первый план оказался самым лучшим! Не можешь остановить безобразие: возглавь. — Это ещё одно доказательство.

Я держала в руке тяжёлое и очень крупное обручальное кольцо. На самом деле это было просто золотое кольцо, но я считала его обручальным, потому что покупала именно с этой целью такую дорогую вещицу.

— Духи! — фэр Итан был готов искать свою челюсть в траве, настолько неожиданным вышло моё признание. — Лара.

Ну, да. Простите! Услышать такое посреди поля у пыльной дороги — такое себе удовольствие. Но что поделать, не мы такие, жизнь такая.

— Вы уж простите, фэр Итан, что не встаю на одно колено и не делаю официальное предложение — не до этого сейчас, — фыркнула и порывисто подошла к Элис, сунула всё богатство к ней в руки и дала последнее наставление: — Молчи про Базио. Я попаданка, а фэр Итан нарушил закон. Пусть всё будет именно так!

— Но. Лара.

Пришлось склониться, обнять Элис для поддержки, а потом, прихватив удивлённых Базио и фэра Итана, удалиться в поле, чтобы спрятаться в густой траве. И, если мой пра -пра-пра уже не спорил, фей пытался показывать норов.

— Лара, это уже ни в какие ворота не лезет! Что это за маскарад? И для чего это кольцо?

— мужчина рассерженно шипел под укоризненный призрачный взгляд Базио.

— Как для чего? Я же в вашем списке, нужно было как -то от лорда отделаться. Вам же такая простая мысль в голову не пришла, да?

— Какая? — у фея даже голос сел. — Жениться?

— Ой, да ладно вам. Помню я все эти ваши возмущения: вы же без любви не можете. Я же предлагала только фикцию. Но сейчас не до этого! Лежим и молчим.

— Как Элис докажет, что это обручальное кольцо именно фэра Итана? — Базио вдруг заинтересовался этой мыслью.

— Всё просто: там внутри гравировка. Красивая такая, обошлась в три серебряных монеты. Дорогому Итану от Лары.

Фей не выдержал и упёрся лбом в траву. Базио, поспешил отвести взгляд. Я же, лёжа на животе, довольно фыркала и улыбалась.

Это всего лишь фикция. Ну. Может, частично?

Тайная встреча вышла не такой уж тайной. Мы, подобно трём морским котикам, лежали в траве и смотрели на таинственного Альфреда. Элис держалась молодцом, только глаз у неё сильно дёргался — наверное, нервничала.

Высокий сухощавый мужчина с седыми висками выглядел очень внушительным рядом с маленькой и невысокой Элис. Такое странное соотношение могло вызвать улыбку, если не знать всей подоплёки. Вглядываясь в лицо Альфреда, я не могла отделаться от мысли, что где-то видела мужчину.

— Лара? — фэр Итан, приблизившись ко мне, жарко зашептал. — Что случилось?

Я мельком прошлась взглядом мужской руке, с каким -то удовлетворением заметила золотое кольцо и выдохнула.

— Этот мужчина, я его уже где-то видела...

— Помощника? Этого Альфреда?

— Да! Его лицо мне знакомо.

Напрасно я напрягала лоб, хмурила брови и обращалась к своей памяти. Та сейчас напоминала дырявый башмак, через который утекало всё. Эх, ну что за напасть?

Но дело было не только в дырках, но и в том, что фэр Итан был слишком близко, да ещё ненароком коснулся моей руки. От такой заботы и ласки меня потом прошибло. Заметив, что совершил такую конфузную оплошность, фей застыл, а на его висках выступили бисеринки пота. Таращась на Альфреда и Элис, мирно беседующих о моей скромной персоне, он лишь изредка косился и смотрел на меня, будто проверял. Поджав губы, я посматривала в ответ и ждала, когда же фэр Итан уберёт руку, но он не стал этого делать. Тогда я сжала тёплую ладонь фея в ответ и широко улыбнулась.

Идиллия закончилась быстро: мужчина, забрав вещи у Элис, направился в сторону своего экипажа. Наша же кухарка так и осталась стоять и провожать взглядом Альфреда.

Мы дождались, когда уехал экипаж, и спустя пару минут сверху направились к Элис. Похоже, что операция «обмани Джессику» прошла успешно. Осталось лишь дождаться результатов. В том, что они будут очень скорыми, я не сомневалась.

— Мне кажется, что он мне не поверил. — Элис вновь была готова рыдать, но Базио вовремя подставил своё крепкое, пусть и призрачное плечо. Женщина восприняла это нужным образом. — Он.

— Он точно купился! Иначе зачем всё забирать? — я тоже решила поддержать Элис. Выразительно посмотрела на фэра Итана, но тот сохранял нейтралитет. — Всё прошло замечательно.

— Да, точно. Теперь же нам пора возвращаться, пока.

«Пока» наступило раньше, чем мы были готовы к этому. Пришлось снова бежать в траву, да побыстрее. Только Базио решил не бросать даму сердца, поэтому обернулся пауком и забрался в складки платья. Мы же с фэром Итаном отбежали в траву, спрятались и стали ждать, кого же это нелёгкая принесла.

Подъехали два экипажа, совсем не такие, как были до этого. На их бортах красовались красивые золочёные гербы. Увидев их, уже фэр Итан зацокал языком. Я же в геральдике оказалась не столь сильна, поэтому доверилась умному фею.

— Мы попались!

— Попались? — недоумённо переспросила.

— Да! Теперь всё встало на свои места. Почти всё... Нам нужно...

Договорить фэру Итану не дали. Из экипажей выскочили бодрые мужчины, которые живо подхватили Элис под руки, затащили внутрь, а затем самоходные кареты скрылись в куче пыли.

— Они забрали. Элис! — я вскочила на ноги, с изумлением и раскрытым ртом наблюдая за экипажами.

— С ней Базио, значит, не одна. Но этих двоих теперь нужно как -то выручать!

— А магия?

— Она тоже не всесильна, Лара. Не стоит забывать, что ещё есть Остин. И нельзя просто так кинуться в бой. — фэр Итан обеспокоенно посмотрел мне в глаза. — Остин твоего отсутствия не переживёт. В прямом смысле. Нам нужно возвращаться. И пока ты будешь беречь Остина, я нанесу визит лорду Фарксу.

— А этот хмырь каким боком.

— Это были его экипажи, Лара.

— Альфред! — в моей голове будто лампочка зажглась. Раскрыв глаза, я с такой силой вцепилась в руку фея, что тот даже поморщился. — Альфред, я видела его в замке Бертона Фаркса! Вот почему его лицо показалось мне знакомым. Он. Подождите-ка. Значит.

Мысли в моей голове крутились быстрее шестерёнок в сложном механизме. С ужасом смотря фэру Итану в глаза, представляла себе весь размах кошмара, в котором мы оказались. Что-то мне подсказывало, что не я была виновницей. Дело было в другом.

— Остин? Это всё. всё из-за него?

— Из-за наследства. И всё началось со смерти моего брата. Это масштабная война из -за денег.

— А Фаркс тут каким Макаром? Он ведь появился гораздо позже.

— Но не Джессика. Эти двое что-то задумали и обошли нас, поставив в очень сложное и глупое положение. Теперь даже вся эта ситуация с Базио и поместьем не поможет. Потому что эти двое знают куда больше, чем показывали нам.

Ох! Что же теперь делать? Как выпутаться из этой передряги? Ещё и Элис подставили, а Базио.

Наверное, мне теперь грозит депортация? А что же будет с Остином, как быть с заклинанием? Вот это переплёт: похлеще любого сокровища букинистического магазина.

Нежное прикосновение губ меня обескуражило, будто тёплый ветерок приласкал. Часто заморгав, зажмурилась и замерла. Зуд в руках я уняла, забыв про желание дать пощёчину. В конце концов кольцо я сама предложила, с чего вдруг мне возмущаться про поцелуй. Когда фэр Итан отстранился, я даже пожалела, что всё закончилось. Фей дотронулся пальцами до моей щеки и сдержанно улыбнулся:

— Мы со всем справимся. Всё будет хорошо. И Элис с Базио вернутся домой. Нам пора действовать! И начнём мы с...

— ...Джессики! Я хочу с ней поговорить. Раз уж на то пошло, я больше не буду хорошей няней! И фрёкен Бок покажется им милой дамой.

Но началось всё вовсе не с Джессики, а с того, что, вернувшись в поместье, мы увидели возле него несколько экипажей. Только если мне это показалось подозрительным, то фэр Итан сначала побледнел при их виде, а потом и вовсе покраснел, вспыхнув так, что стал напоминать варёную свёклу.

— Кто это?

— Это приехали из Совета.

У меня всё упало и превратилось в лепёшку, чуть за сердце не схватилась, но вместо этого впилась в плечо фея, заставив того возмущённо зашипеть.

— А я говорю вам, что фэра Итана тут нет и точка! Куда делась няня, я не знаю! И к мальчику вас не пущу, имею право!

Шивонн, принимая весь удар на себя, стояла до последнего. В прямом смысле. Она замерла в дверном проёме и мешала мужчинам в одинаковой тёмной форме попасть в дом. А когда те попытались силой это сделать, она применила магию.

— Чего они хотят? — встав на цыпочки и подобравшись к уху фея, продолжила сыпать вопросами. — Зачем они приехали?

— За Остином. И за мной, заодно и за вами.

— Но как. Почему так быстро? Они ведь.

— Здесь что-то не так! — фэр Итан сжал зубы и зло выдохнул. — Но я. я ничего не понимаю!

— Это точно проделки Джессики и лорда Фаркса!

— А вот и он, собственной персоной!

И действительно! Этот самодовольный тип вышел из кареты и почти по-хозяйски осмотрел поместье. Следом же из экипажа вышла Джессика. Такого поворота событий мы точно не ожидали. Я с трудом удержалась от непрошенного жеста, когда краем глаза заметила, как низко отвисла челюсть у фея. У меня на самом деле она тоже почти земли коснулась. Но был удивителен не сам факт появления этих двоих, а их поведение.

Парочка казалась смертельно влюблённой, неловко переглядываясь, хватая друг друга за локотки, они ворковали и возбуждённо осматривали поместье, будто это уже их собственность. Шивонн же, возмущённая этим порядком, уже кричала, усилив голос магией:

— Без хозяина не пущу! Только в его присутствии!

— У нас есть ордер...

— Без фэра Итана и на порог не пущу! Приходите вместе с ним!

Джессика злилась, недовольно смотрела на людей из Совета, на стражу. Те же отвечали немым укором, мол, эта женщина права: только в присутствии хозяина.

— Где же он, ваш хозяин? — Джессика сняла перчатки и взмахнула ими, будто этим движением могла что-то решить.

— Я не знаю, он уехал ещё утром. Мне не докладывался. Отсутствует также распорядитель и няня. Нет никого, кто мог бы разрешить вам войти. А раз вы не владелица.

— Пока ещё не владелица! — Джессика это надменно подчеркнула, вызвав у фея зубовный скрежет. Я даже обернулась: мне показалось, что сейчас пыль посыпется на землю. — Пока ещё! Это дело времени.

— Фэра, когда вы покажете мне купчую или документ с правом владения, я с удовольствием вас пущу, а пока. — Шивонн вскинула подбородок, сделала шаг назад и громко подчеркнула: — Всего хорошего!

Хлопок двери был оглушительный. Джессика даже отшатнулась, придерживая шляпку, которую чуть порывом ветра от захлопнутой двери не снесло. Громко возмущаясь, женщина напрасно искала поддержки у присутствующих. Даже лорд Фаркс своими поцелуями не мог успокоить Джессику.

— Элис они выманили для того, чтобы довести дело до конца! И теперь убедились, что всё в порядке.

— Только вот всё далеко не в порядке. На поместье Джессика зря зарится — его в завещании не было. Это наш договор с Базио и не более.

— Но она может отобрать всё остальное!

— Не может. Эта та причина, по которой мы с братом поссорились. Он хотел составить завещание таким образом, чтобы деньги отошли матери Остина. Я же настоял на том, чтобы сделать богатым мальчика. Вот из-за чего Джессика ушла. Я так думаю, — фэр Итан тяжело вздохнул. — Ей не нужен был ребёнок, ей нужно было родство.

— Так почему же она вернулась?

— Одно дело ждать смерти мужа и ребёнка, другое — уже иметь мёртвого мужчину. Только вот я был опекуном Остина. Наверное, она думала, что сможет меня околдовать, но не вышло. Оставался только мальчик... Тут заклинание Базио сыграло злую шутку. Да и ваше появление. Я ведь не открою страшной тайны, если скажу, что Остин сильно привязался к вам?

— Нет, не откроете. Но и я вам признаюсь, что привязалась к вашему странному обществу тоже достаточно сильно. А Остин.

— Вы. вы всё ещё хотите вернуться домой? — фэр Итан вдруг взял меня за руку, нежно обхватив запястье, и осторожно утянул вглубь кустов. Нам было видно поместье, но мы уже стояли гораздо дальше. — Туда? В свой мир?

Что я могла ответить на этот вопрос? Сначала меня всё раздражало, дико злило и выводило из себя: начиная от Остина и заканчивая снобом-дядей. Но. Теперь мне уже всё не казалось таким уж очевидным. В Остине я души не чаяла, а фэр Итан. Ох, фэр Итан. За толстым льдом брони оказалось человеческое сердце и большая душа. Не любо мужчина прислушался бы к словам женщины, чтобы найти общий язык с ребёнком. Такой поступок говорил красноречивее любых од.

Я посмотрела фею в лицо и улыбнулась. Мужчина был приятен мне со всех сторон, близок по настроению и вообще. Всё оказалось не так уж плохо.

— Я хотела туда, но не теперь. Вы бы могли убедить меня остаться.

— Как? — фэр Итан даже склонился ко мне, на мгновение забыв обо всём.

— Просто не снимайте мой подарок.

Наверное, я бы поцеловала фэра Итана, но остатки мозгов ещё остались. Я неопределённо хмыкнула и повернулась лицом к поместью: остался только один экипаж. Судя по всему, тот, на котором приехали Джессика и лорд Фаркс. И то, сладкая парочка собралась уезжать.

— Фэр Итан.

— Можно просто Итан, — мужчина вдруг вскинул руку с кольцом и посмотрел на него,

— Лара.

— Хорошо, Итан, — покраснела и хихикнула. — Вы, кажется, намеревались поговорить с лордом Фарксом, я же хотела побеседовать тет-а-тет с Джессикой, но эти голубки собрались улетать вместе. Думаю, что Базио с Элис именно там, куда они собрались. Пока нет этих жутких людей из Совета, думаю, нам нужно сесть на хвост этим двоим и поставить окончательную точку!

— Хороший план. Только нам следует взять Остина с собой.

— Проклятое заклинание! Вечно я о нём забываю!

— Ничего, зато я помню, Лара. И времени у нас почти не осталось.

Да, Итан был прав: Бонни и Клайд садились в экипаж.

Итану досталась тяжёлая ноша, но он не жаловался. Впрочем, гневный звон его крыльев уже начинал сводить меня с ума. Было невыносимо его слышать и понимать, насколько же сильно разозлён и раздражён фей в этот момент. Остин, воспринявший всё за очередную игру, хихикал, держался за меня и вовсе не собирался вырываться и противиться. Я с усилием удерживала малыша на руках, пока Итан нёс нас обоих. Мне вспоминался детский мультфильм, где Чебурашка предлагал Г ене понести чемодан, пока крокодил будет нести и Чебурашку и тяжёлую ношу.

Экипаж Джессики и лорда Фаркса не мог скрыться от нас в пыльном мареве грунтовой дороги, хотя очень этого желал. Прижимая обеими руками Остина к своей груди, я сжимала губы и пыталась сдержать рвущиеся наружу вопросы.

Что будет дальше? Меня вернут домой? Насильно?!

Мурашки по коже от таких предположений. Этого, на самом деле, не хотел никто. Я так думаю. Ни я, ни Итан, ни Остин. Базио, наверное, в свете последних событий, не желал бы этого ещё сильнее нас троих вместе взятых.

— Базио ведь защитит Элис?

— Думаю, ей не грозит опасность. Это лишь повод выманить нас, повод довольно удачный, раз мы мчимся выручать влюблённых...

— Да, влюблённых, — обречённо выдохнула. — Как-то жаль мне, Элис. Любить призрака.

— Зато она любит. По-моему, это прекрасное чувство. И Элис, и Базио его заслуживают.

— Значит, вы больше не считаете её предательницей?

— Я понимаю её мотивы, — Итан уклончиво ответил, тоном своего голоса дав понять, что эту тему лучше не продолжать.

Экипаж, вильнув влево, скрылся в аллее, скрытой густыми кронами деревьев. Теперь контролировать заговорщиков стало сложнее. Итан, заметно снизившись, с гулом настоящего гоночного болида мчался за экипажем, стараясь его не потерять.

— Вон они! Погодите. Они ведь.

Договорить я так и не смогла, потому что Итана занесло в каком-то завихрении и я вместе с Остином чуть не рухнула в мощные колючие кусты. Только свтелое облачко пара или пыли, наверное, магического происхождения, удержало нас в воздухе.

— Мы можем их потерять, — Итан обречённо подытожил.

Я это и сама поняла. Туинстон возвышался впереди, маячили красные черепичные крыши, блестели смешные разномастные флюгера в лучах солнца. Город казался игрушечным, особенно с такого расстояния. Но стоит этим двоим въехать в город.

И что делать? Магия?

— Здесь стоят такие щиты, что нас в пыль разметёт.

— Но на улицах мы не догоним экипаж! Он движется очень быстро!

— Есть один способ, но он не очень приятный, — Итан будто извинялся за единственную возможность догнать Джессику и лорда Фаркса. — Тебе он не понравится!

Ну, нравится — не нравится, а спи, моя красавица. Будто у меня выбор был! Да я готова за хвост лошади ухватится, ну или за какую -нибудь оглоблю, или что там позади экипажа, что зацепиться и удержаться.

Экипаж заговорщиков чуть замедлился, настолько, что плавный спуск на пыльную дорогу прошёл почти незаметным. Остин, устав быть придатком, попытался взбунтоваться, но я резко цыкнула и задрала голову, вглядываясь в лицо Итана. Тот бормотал какое -то заклинание, которое тут же окутало нас синеватой дымкой. Окружающее пространство скакнуло мне в лицо, будто блином масляным заехали. Дыхание перехватило, прижав Остина к груди, я почувствовала, как рука Итана, поддерживающая меня, впилась мне в лопатки. Теперь мы точно изображали гоночный болид.

— Разве магия не запрещена? — я выкрикнула, даже не расслышав собственные слова, которые тут же унесло ветром.

— Такую можно! — фей гаркнул мне на самое ухо, почти оглушив.

Да, ловить пыль и мошек лицом — то ещё удовольствие, но самую неприятную особенность это заклинания я поняла чуть позже. Нас не несло порывом ветра, мы не плыли по волшебной дорожке. Заклинание убыстрило наш шаг, поэтому ногами стоило перебирать очень быстро. Ни одна беговая дорожка не сожжёт столько калорий, как это заклинание. Мои щёки и губы расплющило от потока воздуха. Итан же будто набирал обороты.

Замаячила крепостная стена.

— Мама!

Но мы вовремя замедлились, с трудом вписавшись в поворот. Всё стало сложнее, потому что надо было от прохожих уворачиваться, которые не понимали, что стали стопочками шин на гоночной трассе. Итан ловко уклонялся, утягивая меня за собой. Я же, красная и мокрая от пота, едва дышала и стиснула бедного Остина так, тот едва глаза не выпучил. Держась за мою шею, он смешно делал «а -а-а-а» на каждой кочке. Бетховен отдыхает!

Я тоже была готова так делать, но лёгкие уже начало жечь от длительного бега. Экипаж же и не думал останавливаться, мчась куда -то в центр города. Чтоб его!

Мои ноги стали заплетаться. Да что мои ноги! Это не ноги, а варёные макаронины и вообще...

Вот последнее «вообще» действительно чуть не стало последним. Я запнулась о какой -то камушек, подвернула ногу в колдобине и, подгоняемая заклинанием, покатилась кубарем вперёд. Почти покатилась. Итан успел поймать меня за шкирку, легонько встряхнуть, перехватить поперёк пояса и продолжить погоню. Теперь я болталась мешком с картофелем под мышкой фея, в то время как Остин балансировал на моих руках, качаясь из стороны в сторону, будто котелок на телеге. Я болтала ногами в воздухе, намекая на самостоятельный бег, но Итану было не до этого.

Прохожие едва не разлетались от нас кеглями. Только мастерство и чувство баланса фея нас спасали.

— Я... больше... не... могу!

С трудом выкрикнула эти слова, в тон бесконечному тарахтящему «а -а-а-а» Остина. Я взвизгивала на каждой кочке и пыталась извиняться перед теми, кто не совсем успел отойти в сторону.

Торможение было экстренным. Итан проскочил поворот и увидел, что экипаж уже остановился.

— Ма-ма-а! — заорав благим матом, я взлетела в воздух вместе с Остином. Итан нас не удержал. — Ма-мо-чка-а -а!

Мальчика я успела подхватить буквально над своей головой, прежде чем рухнуть в бережные объятия Итана. Тот вытянул руки и чуть ли не в гигантском прыжке словил нас. Остин довольно хихикал, радый такому приключению. Я же не разделяла такого довольства, у меня сердце в районе пяток обосновалось.

Джессика и лорд Фаркс зашли в какой -то довольно скромный дом, пусть он и в центре был. Мы же бочком, бочком свернули с улицы во двор, а там уже спрятались под окнами. Нам повезло, тщательно закрывать их никто не думал, поэтому мы могли слышать всё, что происходило в доме.

— Ты говорила мне, что это решённое дело! Завтра — последний день, когда я могу получить наследство. А у меня нет ни жены, ни ребёнка! И я бы мог тебе это простить, будь ты богата! Мне не жалко громкого титула, но ты же. — лорд Фаркс оглушительно возмущался, громко стуча каблуками. Мужчина расхаживал по комнате, вернее, метался, выплёскивая всё своё недовольство. — Я готов был поделиться с тобой деньгами, но теперь же я останусь. нищим!

— О! Какая жалость, — Джессика язвительно парировала. — Мы все успеем. Эта глупая кухарка уже у нас, а я изучила эту семейку! Они за своё и в пекло полезут! Итан придёт, будь уверен.

— Завтра. Завтра срок!

— Перестань кудахтать! Все вы, мужчины, такие, не умеете зрить в корень, думать о будущем! Я потратила два года, чтобы вернуть своему роду благополучие и богатство! Два года. Родила ребёнка и осталась с носом!

— Ты поспешила убить отца ребёнка.

— Я его не убивала! Я. Я не успела, он умер слишком рано! А я и не догадывалась, что этот мерзкий фей уже успел изменить завещание! Это его братец, этот вредный Итан!

Могла бы остаться.

— Ты не знаешь всех тонкостей завещания, не обольщайся! Было бы это так просто, ты бы мне не понадобился, как и твоя доля от наследства.

— Я тоже охотился за ним слишком долго! — Бертон опасно понизил голос, будто угрожая Джессике.

— Твоё наследство — песчинка, по сравнению с тем, что получил по завещанию мой сын!

Итан, слушая этот разговор, бледнел и бледнел. Такие новости его обескуражили и явно выбили из колеи. Пожав плечо мужчины, я выдохнула.

Уж лучше бы Снегурочку изображала...

Итан ждать не стал. Дверь в дом он открыл чуть ли не с ноги, повезло, что она была открыта и хватило лёгкого, пусть и нервного, тычка. Я поспешила следом. Картина нарисовалась из серии «не ждали, а я припёрлась!». Мы и правда «припёрлись», да ещё с Остином, который вообще ничего не понимал. Взгляд малыша оказался красноречивым. Глядя в ответ, я читала там между строк: «няня Лара, где мой картонный тигр, почему мы не читаем книги и почему дядя Итан больше не лошадка?».

Джессика и Бертон явно не ожидали нас увидеть. Вытаращив глаза и замерев с открытыми ртами, пытались сообразить, что же делать.

Полупрозрачные крылья фея исчезли. Теперь мужчина напоминал какого -то дьявола, потому что некогда идеально приглаженные волосы торчали похлеще рогов, а в почерневших от праведного гнева глазах полыхал огонь. Это всё ерунда, что феи милые и пушистые. Достаточно вспомнить их прототипы из Ирландии. Те существа вполне себе питались мясом: путник, будь как дома!

Вот и сейчас Итан позабыл о хороших манерах, о сводничестве и о великой силе любви. Похрустывая кулаками, Итан дышал как разъярённый бык, переводя взгляд с одной потенциальной цели на другую.

Мы с Остином стояли в сторонке, будто ни при чём. Спусковым крючком стало появление Элис. Базио тоже попался, трепыхаясь в стеклянной банке с толстыми стенками, он лиловой мухой надсадно жужжал и напрасно пытался выбраться. Элис же, красуясь связанными руками, присоединилась к армии таращащих глаза.

— И как это понимать? — от сиплого голоса Итана буквально разило серой. Ещё мгновение и он разразится огненным столпом. — Забавный вышел разговор...

— Это всё равно ничего не значит, Итан, — Джессика мило улыбнулась, показав белоснежные зубы, напоминающие жемчуг. Прожигая фея взглядом, она сделала осторожный шажок назад. — Совет всё знает!

— Но Совет ничего не знает про вас! Про сговор и. Я знаю, что ваш брак.

— Ох, Итан, ну не будь таким наивным! Лишние золотые решают все! Достаточно найти сговорчивую сваху. С документами у нас полный порядок, можешь даже на это и не намекать.

— Как удачно! Значит, нужен Остин? — Итан перевёл взгляд с Джессики на Бертона. Тот высокомерно молчал, едва хмуря брови. — Получить всё? Только ты зря старалась, Джессика. Наследство, его нет.

Тут и у меня челюсть отвисла. А как же то космическое богатство? Деньги, золото, бриллианты? Разве у Остина не тонна сундуков с золотом.

— Всё, что было у Ричарда, он оставил не Остину. Точнее, Остин это получит, но гораздо позже, когда станет совершеннолетним и получит право распоряжаться деньгами.

— А как же богатство?! — Джессика от возмущения чуть не задохнулась.

Кажется, этот вопрос волновал всех и вся. Где же деньги, Карл? А были ли они? А были ли, собственно говоря, этот самый суслик...

— А как же любовь к Ричарду, Джоан? Почему ты называлась этим именем? Лорд Фаркс, вы хорошо проверили свою жену, прежде чем заключать брак? — фей ядовито улыбнулся, ещё мгновение и с мужчины потечёт яд. — Не трудитесь отвечать, с вас ведь ничего не взять. Вы банкрот, лорд Фаркс, любовь к картам, скачкам и другому букету азартных игр до добра не доводит. Да и богатые любовницы больше не хотят держать такой тяжкий груз.

Вот те раз! Похоже, что Базио оперативненько информацию Итану сливал, старательно причём. Потому что фей, как оказалось, знал больше меня. Теперь и меня заинтересовала персона Джессики. Вдруг, это аферистка покруче Бертона? Рыбак рыбака видит издалека?!

— Повторюсь, денег у Остина нет. Его богатство в другом, в семье. Вот чего так яростно желал мой брат, чтобы у его сына была настоящая семья. Иногда за скромным фасадом скрывается куда более интересное содержание. Теперь же я могу обвинить вас двоих в сговоре и попытке убийства, а ещё в похищении, мошенничестве!

— Но всё это перекроет иномирянка, которая не имеет права находиться здесь! Это тот самый козырь, Итан, с которым ты не можешь не считаться. Эта девушка перекроет всё! Если ты не хочешь, чтобы всё было очень плохо, то ты отдашь мне сына. Со всем его. наследством. А я уже сама решу, как найти деньги.

Прозвучало это кощунственно. Фэра Итана такой расклад не устраивал, поэтому он хотел сразу расставить все точки над всеми буквами, чтобы не было больше недомолвок. Но не вышло. Похоже, что я оказалась самым тяжёлым грузом, который перевешивал всё. С этим было сложно бороться. Тут я решилась выступить и вклиниться, уравновесив чашу весов:

— Не такая я уж иномирянка! Вы моего прадедушку в банке держите, наследство у меня тоже имеется. Очень приличное! Попробуйте доказать обратное!

Смешались в кучу кони, люди, и залпы тысячи орудий.

Смешались в кучу люди, феи, призраки, дети и иномирянки. Первым не выдержал лорд Фаркс. Выхлоп его магии был таким жалким, что впору было говорить о волшебной потенции, которой он был лишён. Тут сработал щит Итана, затрещавший миллионом разъярённых искр. Ослепительная вспышка и сухая острая волна прошила весь дом.

Вскрикнув. я успела пригнуться, заслонив собой Остина. Элис только пригнулась, а вот слуге, державшего Базио в банке, не поздоровилось. Стекло треснуло, и дух получил долгожданную свободу. Обернувшись тигром, Базио рыкнул и кинулся Бертону Фарксу на спину. Джессика, не проронив ни слова, кинулась бежать. И ей бы это удалось, но у Итана были другие планы. Магическое лассо опутало женщину, та взбунтовалась, дёрнулась всем телом и, дотянувшись пальцами до длинного кулона, сорвала его. Будто пыльник взорвался. Комнату окутало едким дымом, в котором не было ничего видно, даже кончика собственного носа. Кашляя и чихая, все присутствующие потерялись в небольшом пространстве.

Итан было немного видно, потому что контур его крыльев немного просвечивал. Руку с ножом я тоже разобрала. Бросилась к фею я по наитию. Повернувшись спиной к нападающему, я прикрывала Остина. Мой толчок плечом вышел сильным, мужчина пошатнулся, а острое лезвие клинка досталось мне. Едва не выронив малыша, я вскрикнула и, окончательно завалив Итана на пол, рухнула сверху.

Остин оглушительно плакал. Я же, застыв от боли, плохо понимала что происходило. Снова мелькнул клинок. Испуганно выставив руку вперёд, попыталась заслониться.

Мощный взрыв, сотрясший дом до основания выбил весь воздух. Остин, широко открыв глаза от страха, пронзительно заверещал. Ударная волна выбила стёкла, вынесла мебель и превратила двери в щепки. Дом задрожал снова.

Сверху посыпалась щепа и остатки перекрытий. Итан, резко вскрикнув, успел притянуть меня к себе, спрятать Остина в получившемся бутерброде и шепнуть заклинание, когда дом не выдержал и сложился пополам, хороня всех в своих обломках.

Звон в ушах уже порядком надоел. Снова тряхнув головой, я с трудом открыла глаза и с удивлением вытаращилась на светлый потолок. Когда же захотела почесать нос, то открыла для себя очередное новшество: мои руки были привязаны к чему -то.

Проморгалась и стала крутить головой. Светлая комната, с большими окнами. Пустые кровати рядком слева и справа, не задёрнутые ширмы, как в больнице. Даже пахло чем -то похожим. Больница... Больница?! Что я делаю в больнице? События последних дней вереницей ярких картинок пронеслись перед глазами. Я старательно всё укладывала в голове, пытаясь найти ту отправную точку, которая определила меня в лечащее учреждение.

Осмотревшись ещё раз, пришла к неутешительному выводу: что, если всё произошедшее мне только причудилось? Может, я на утреннике упала? Ударилась головой и всё, вот моё приключение?

Чуть не расплакалась от такой возможности, но когда дверь в просторную и большую комнату с высокими потолками отворилась, я облегчённо выдохнула. Зашла женщина в старомодном платье, с белым чепчиком-стоечкой. Незнакомка поправляла фартук, посматривала на какую-то бумажку в своей руки и преспокойно шла ко мне.

— О! Вы уже очнулись, фэра?

— Да. Я. Я долго спала?

— Вы уже здесь третий день. Иногда приходили в себя, но нам пришлось чарами вас успокоить, чтобы вылечить переломы. У вас же нет магии, у нас таких пациентов давно не было...

— Тогда, — облизав пересохшие губы, я привстала на локтях, — тогда развяжите меня! Меня больше успокаивать не нужно.

— Это не для успокоения, — миловидная блондинка улыбнулась и сцепила руки в замок.

— Решением Совета на вас наложен арест.

— Арест?! За что?

— Думаю, это вам лучше выяснить у представителя Совета, фэра Томаса. Он ждёт возле дверей. Третий день уже как ждёт, никак не дождётся.

Я легла в кровать, снова выдохнула. Затем вспомнила про остальных и, испуганно округлив глаза, вновь накинулась на женщину:

— А мужчина? Фэр Итан? И ребёнок? Остин? С ними всё в порядке?

— Они были здесь несколько часов, а потом их отпустили. Тут ещё был мужчина и две женщины. Но все они ушли.

Прекрасно! Значит, арестовали только меня? Почему? Что я такого сделала?

— Раз вы чувствуете себя прекрасно, — женщина дала мне попить и двинулась к двери, продолжая говорить безапелляционным тоном, — значит, я зову фэра Томаса.

Я ожидала увидеть того пухлого мужчину невыразительной наружности, но внутрь зашёл сухопарый дед. На самом деле дед! С длинными седыми усами, выцветшими глазами и лысиной, которую прикрывали несчастные три волосины. Немного сгорбленный, с непропорционально длинными руками и ногами, он нелюдимой каланчой приближался ко мне. Здороваться он не стал, только придвинул стул ближе к моей кровати, достал лист пергамента и перо, которое начало скакать само по себе. Я вытаращилась на это всё, икнула и покачала головой.

— Фэра Лара, вы готовы ответить на мои вопросы?

— У меня есть другой выбор?

— Тогда скажите, как оказались в нашем мире? — игнорируя мой сарказм, мужчина продолжил расспрашивать про меня. — Как попали сюда?

— Я. я не знаю?

Пока я не решилась говорить правду, этот Томас меня настораживал. С чего мне вдруг говорить ему всю свою правду?

— Вас призвали заклинанием?

Я даже воздухом поперхнулась. Вытаращив глаза, уставилась на этого представителя Совета, который не уставал пытать меня.

— Фэра Лара, эти вопросы лишь для подтверждения некоторых слов...

— Где фэр Итан?

— Он тоже под следствием.

Под следствием?! Ох! И это всё из -за того, что призвали меня? Вот это проблемы. Как же теперь быть? Что говорить?

— Простите, но когда я здесь оказалась, мне забыли рассказать, как же я сюда угодила.

— Значит.

— Я не знаю. Я ничего не знаю.

— Это правда, что почивший фэр Базио Равальский ваш предок? — фэр Томас пошевелил усами как заправский кот. — Да?

— Ну. Он что-то делал, брал мою кровь. Сказал, что предок.

— Фэра Лара, я буду с вами откровенен. Пока в проступке обвиняется фэр Базио. По свидетельским показаниям, он вызвал свою родственницу, желая найти пропавшую жену. Но, — мужчина, фыркнув на перо, многозначительно посмотрел на меня, — я не верю в это. Тогда вас не связывало бы заклинание, фэра Лара.

— Думаю, это вам лучше узнать у фэра Базио, а не у меня, — уклончиво парировала.

— В любом случае вас вышлют домой, в любом. Вам не место в нашем мире, пусть даже вы и родственница фэра Базио. Это ничего не меняет. Но вот для фэра Итана могут быть последствия.

— Фэр Итан тут ни при чём, как и Остин. Я ничего не знаю.

Закрыв глаза, отвернулась от мужчины. Что тут ещё можно было сказать? Я не желала зла Итану и Остину, как и Базио. Но Базио сам пошёл на этот шаг, сам вызвался. Поэтому я решилась указывать на него — с мёртвых взятки гладки.

— А что с Джессикой и лордом Фарксом?

— Хм, почему вас интересуют эти двое?

— Потому что они преступники. Их сговор чуть не погубил фэра Итана и его племянника, Остина. Кто-то ведь хотел вонзить нож.

— Лорд Фаркс оштрафован за незаконную женитьбу. Ревекка Якобс заключена под стражу, она попадёт в тюрьму. Это известная мошенница, которая обвиняется во многих преступлениях: от подлогов до. покушения на убийство, если вы подтвердите свои слова. Фэр Итан ничего не сказал про нож.

— Скажу я!

— Тогда возьмите моё перо и попробуйте это написать.

Я не стала противиться. Мужчина с лёгкостью освободил мою правую руку, я взяла перо как шариковую ручку и принялась писать. Я писала про то, как кто -то замахивался на фэра Итана, как я видела кружевной манжет платья, как сбила фэра Итана и заслонила его собой, как и Остина. Все подробности своего ножевого ранения.

— Всё? — закончив писать, посмотрела на фэра Томаса. Тот взял бумагу, посмотрел на неё, хмыкнул и закивал головой. — Вы верите мне?

— Верю. Вашим словам я верю.

— Скажите... Что будет с Остином?

— А что должно быть с мальчиком? — фэр Томас усмехнулся. — Что с ним не так?

— Ведь Джессика, или как её там. Ревекка? Она ведь его мать?

— Если её обвинят в убийстве, то опеку ей не получить. Мальчик останется со своим дядей. И ваши слова это подтверждают, что Ревекка пыталась убить фэра Итана. Моё перо не позволило бы вам солгать, вы бы просто ничего не написали.

Я выдохнула. Что же, хоть с одним делом легче!

— Завтра состоится слушание, вас вызовут туда и привезут. Для принудительной депортации.

Похоже, что мой сладкий сон подошёл к концу.

Зал заседаний был просторным и светлым, да ещё мало чем отличался от здания суда. По крайней мере, я его примерно так себе и представляла. Меня, как и подобает арестанту, ввели в зал под конвоем, наручников не был, но их с успехом заменило магическое нечто, которое не позволяло мне сбежать куда-либо. Невидимая нить опутывала мои руки и ноги.

Меня подвели к высокой кафедре. Адвоката, как видимо, мне не полагался. Обводя взглядом лица присутствующих, я наткнулась на Итана с Остином. Они сидели за специальной загородкой. Там же был и призрачный Базио, Элис. А вот лорд Фаркс и мать Остина, если та женщина действительно была его матерью, сидела возле мужчины. Со злорадством подметила, что их тоже охраняет стража. Замечательно!

Передо мной, за широким столом, крытым тёмной скатертью, сидело семеро: три женщины и четверо мужчин. Все они смотрели на меня с нескрываемым интересом.

— Смирновская Лариса Сергеевна? — мужчина, сидевший прямо по центру и облачённый в изумрудную мантию, хмуро посмотрел на меня из -под своих кустистых рыжих бровей.

— Так вас зовут, фэра?

— Да, это моё имя.

— И вас сюда призвало заклинание?

Мне так сказали.

— Знали ли вы, что обладаете долей наследства и магической крови?

— Нет. Это я узнала гораздо позже.

— Призвали ли вас с целью заменить мать ребёнка?

У меня даже сердце ёкнуло. Не моргнув и глазом, спокойно выдохнула и ответила:

— Нет, думаю, что нет. Я думаю, что Базио желал найти своих жену и потомков.

— Значит, вы утверждаете, что не фэр Итан призвал вас? Что он не предлагал вам золото и различные богатства, не желал устроить вашу жизнь в обмен на это?

— Нет, про это мне ничего не известно. Но... — вспомнив про заклинание, решилась на блеф, — я знаю, что, возможно, Остина могли использовать в этом ритуале.

— Интересно. — мужчина хмыкнул и уставился взглядом в бумаги. Перевернул пару листов и вновь хмуро на меня посмотрел. — Ваши сведения про убийство. про покушение на убийство подтвердились. И Совет вам благодарен, что с помощью ваших показаний мы поймали опасную преступницу. Её ждёт заслуженное наказание, и нам жаль, что такая женщина стала матерью Остина Гранта и состояла в связи с Ричардом Грантом. Это лишний раз доказывает, что самые благородные и достойные люди могут ошибаться.

— Но вы не оставите меня здесь.

— К сожалению, это невозможно. К Базио Барлоу будут применены особые меры наказания, несмотря на то, что он давно покинул этот мир и не обладает постоянной физической оболочкой. В виду ваших поступков мы даём вам право на последнее желание перед депортацией.

— Я. Я хочу попрощаться с мальчиком, с Остином. Могу я это сделать?

Те, кто меня судил, переглянулись. Такого они явно не ожидали. Натянуто улыбаясь, я молилась, чтобы мне разрешили это сделать.

— Что ж. Такая просьба не выглядит пугающей или опасной. Мы позволим вам сделать это.

На ватных негнущихся ногах я, испытывая наслаждение от свободы, направилась к заветной загородке. Итан, растолкав охрану, вышел мне навстречу. Я протянула руки и взяла Остина, прижала его к себе и с трудом сдержала слёзы.

— Прости меня, малыш, прости, что всё так вышло. Но ты не переживай, у тебя всё будет хорошо! И помни, что тебя все любят! Ты самый замечательный мальчик на свете, самый добрый, умный и хороший. Лучше тебя нет! И твой дядя, он искренне тебя любит. Слышишь? Дядя Итан тебя любит! Слышишь? Любит!

Я подняла взгляд и посмотрела на Итана. Как много я хотела сказать ему, признаться, но боялась, что лишние уши и лишние глаза навредят ему. Поэтому только проморгалась, прикусила губу и замотала головой.

Расставаться с Остином я не хотела, он почувствовал это и расплакался. Напрасно он тянул ко мне свои руки, напрасно кричал. Итан, пряча глаза, отвернулся, сунув напоследок мне что-то в ладонь.

Стража подхватила меня под локти и отвела обратно к кафедре. Уже подходя к ней, я заметила на полу под ней странный круг с затейливым узором, заклинанием, наверное.

— Просим прощения за беспокойство, Лариса, надеемся, что всё быстро забудется. Вас ждут дома.

— Но мой дом здесь, — еле слышно пробормотала, закрыв глаза.

Знакомый женский голос загрохотал в ушах, противный такой, гадкий. Решив напоследок взглянуть на тех, кто мне дорог, я наткнулась взглядом на бледное лицо Итана, без кровинки. Осунувшийся, он смотрел на меня во все глаза и что-то бормотал. Я почти сразу разобрала, что он мне сказал, но не поверила. А Итан всё твердил и твердил, смотрел мне в глаза и повторял как заведённый. Я смотрела на его губы и не знала, что сказать. На мгновение опустила глаза и посмотрела на кольцо, то самое, что я ему подарила. Надев его на палец, сжала кулак, чтобы уж точно не потерять. Итан ждал ответа, но я решила, что лучше не признаваться в ответ. Не стоит делать хуже, чем есть сейчас. Я видела, что на Итана смотрели как на безумного, но я ничего не слышала. Сияющий вихрь, окруживший меня, глушил всё. В ушах грохотал безжизненный женский голос, отмеряющий последние секунды моего сладкого сна:

— Перемещение начнётся через пять, четыре, три, два... один!

Так и не найдя сил ответить Итану, я просто расплакалась и громко прокричала:

— Прости!

Зима выдалась на редкость холодной. Снова новогодние праздники, снова утренники, только в этот раз я отказалась от любого участия в дурацком сумасшествии.

Я попала под машину. Бывает такое с людьми, когда те не смотрят под ноги, перебегают дорогу через красный свет. Только как я оказалась под колёсами, так и не поняла. «Упал, очнулся, гипс» — почти про меня, только с поправкой: больница.

И всё бы казалось ерундой, миражом и дурацким сном, если бы.

Разглядывая белый потолок, я сжимала кулаки и вспоминала то, что оказалось всего лишь с ном. Мне так думалось, пока я не набралась храбрости и не посмотрела на свою ладонь. Крупное золотое кольцо едва держалось на большом пальце, удивительно, как его не украли и как оно не слетело с него. Я аккуратно сняла, покрутила, даже посмотрела на просвет и.

Тонкая витиеватая надпись. Глазам не поверила и провела по ней пальцем, но нет, мне не чудилось. А когда одна из медсестёр зашла мне ставить капельницу, я пристала к женщине с глупой просьбой:

— У меня в глазах двоится. Что тут написано? — бесстрашно протянула кольцо медсестре. — Ведь тут есть надпись?

Женщина вытерла руки, стряхнула с них оставшиеся капельки воды и нахмурилась. Прокручивая кольцо, она бесшумно шевелила губами и непонимающе смотрела то на меня, то на ювелирное украшение.

— Белиберда какая-то! Тут явно что-то написано, но прочитать не могу. Наверное, это какая-нибудь шутка и надпись из «Властелина колец»?

— Может быть... — разочарованно забрала себе кольцо и прижала его к груди.

Когда медсестра сделала всё по назначению и ушла, я вновь посмотрела на кольцо. Надпись я смогла прочитать: «Дорогому Итану от Лары». Неужели дело в том, что это другой мир и другой язык, а я. Или это все выдумки моей больной фантазии?

Нет, ну я же чётко вижу, что это кольцо Итана и надпись та самая, какую я попросила сделать.

Из больницы я выписалась в полнейшем смятении. Жизнь, вроде бы, шла своим чередом, но я не могла привыкнуть, что еда не появляется из ниоткуда, что никто не использует магию и со мной не спорит ворчливый старый призрак в образе лилового кота. Что нет малыша Остина, который. Который со всеми своими шалостями был самым милым и самым хорошим ребёнком. И Итан.

Пожалуй, это воспоминание самым настоящим капканом впивалось в моё сердце. Итан тогда кричал, что. любит меня и найдёт, найдёт везде. А я не смогла ответить ему, потому что мои чувства могли его погубить. Возможно, его слова уже это сделали. Я смогла только извиниться, хотя в этой котовасии я виновата не была. Но иногда кому -то нужно сделать первый шаг. Надеялась лишь на то, что заклинание успешно сняли, как и было обещано, что Остин не пострадал. В конце концов, он очень мал и быстро забудет меня. А я. я не смогу.

Работа, дом, рутина.

Иногда общаясь с сестрой, меня так и подмывало ей сказать, мол, знаешь, кто наш пра -пра-пра? Что у нас есть большой дом и кое-какое богатство, Базио не был голодранцем. Но всего лишь односложно отвечала или молча нянчилась с племяшкой, пытаясь не сравнивать её с Остином. Получалось не всегда.

Год пролетел будто мгновение, вот пальцами щёлкнули и всё, очередной Новый год.

Спокойно убирая игрушки после очередного рабочего дня, я дышала полной грудью и наслаждалась тишиной: последнего ребёнка забрали двадцать минут назад. До семи часов почти сорок минут, уйти раньше всё равно не выйдет. Со второго этажа доносилась громкая музыка и грохот, будто бегемот лезгинку танцевал, а на самом деле просто воспитатели тренировались перед утренниками. Я согласилась на урезанную зарплату, слишком больно было проигрывать тот день.

— Лариса Сергеевна?

Увидеть Викторию Юрьевну в такое время, всё равно что воду в вино обратить. Опять -таки, всё дело в праздниках, утренниках. Наш методист до такого времени редко засиживалась. Тут же меня и вовсе решили удостоить личной беседой, да не на ковре в кабинете, а у меня в группе.

Внутри всё напряглось, чуйка подсказывала, что быть беде. Вцепившись в Чебурашку, который видал и лучшее время, я выпрямилась и вопросительно посмотрела на методиста.

— Я уже говорила, что Снегурочку больше играть не буду. Точка! Хоть всю надбавку уберите, все баллы.

— Хорошо, я поняла, — женщина обходительно улыбнулась и несколько нервно сцепила руки в замок перед собой. Карие глаза смотрели цепко и внимательно, а на темно -рыжих волосах ещё поблескивали следы искусственного снега. — Но я здесь не из-за утренника.

— Да? Что-то не так с документами? — я и вовсе напряглась. Не хватало ещё планы занятий, мониторинг прочую ерунду править перед какой-нибудь гипотетической проверкой.

— Нет, просто через десять минут к вам приведут ребёнка. Это новенький. Кто -то очень... обеспеченный, отец выглядел внушительно. Он намерен выбрать самый лучший сад для своего ребёнка.

О! Вот где собака порылась! Мало мне тридцати голов, бери тридцать первую. Отлично! Просто отлично! Замечательный подарок к Новому году!

Я обворожительно улыбнулась в ответ, едва не показав и зубы мудрости, повернулась спиной к методисту и принялась с утроенной энергией наводить порядок. Рассортировала игрушки, сложила пособия, даже успела полить цветы, прежде чем хлопнула дверь в коридорчике перед раздевалкой. Выдохнув, сделала самое милое лицо, на какое была способна и выглянула из группы.

Мир зашатался, закачался, сделал мне сокрушительную подножку и отправил в глубокий нокаут. Я со всхрипом схватилась за косяк и сползла вниз, тараща глаза и хватая ртом воздух.

Итан. Привычная интеллигентная причёска, невозмутимое выражение лица и весьма щегольской вид. Модные драные джинсы, свитер грубой вязки. Но это был. Итан! Руку готова была дать на отсечение. Да что руку! Голову!

— И. И. И. — дрожащим пальцем тыкала в мужчину, тот же повернулся ко мне, нахмурил брови, но сказать ничего не успел. — И!

Я всхлипнула и чуть не упала в обморок, окончательный и бесповоротный. Но тут Итана кто-то оттолкнул и ко мне в руки кинулось что-то. Ребёнок?

— Мама!

Остин! Боже мой, это же. Остин!

Мальчик вырос, личико его было уже на таким пухлым, но вот кудряшки и сияющие глаза остались прежними. Стиснув мою шею маленькими ручками, он как заведённый повторял:

— Мама! Мамочка!

Я сидела на грязном полу и безбожно ревела в голос. Тиская Остина, не верила своим глазам и ушам. Остин ревел в ответ и не собирался меня отпускать. Я гладила его по голове, путаясь пальцами в тонких, немного пушистых волосах. Внутри всё горело адским пламенем. Итан недолго наслаждался таким концертом, он позволил нам минуты две или три истерично повсхлипывать, трагично -радостно поплакать, а потом поднял нас с пола как пустой мешок из-под картошки. Остин оказался в бутерброде из объятий. Итан так меня стиснул, что я возмущённо пискнула и снова всхлипнула.

— Лара, ну что ты...

— Я. Я. Я.

— У-у-у! Водопад!

Появление Базио разрядило обстановку. Он выглядел как вполне интеллигентный дед, который пришёл за своим внуком. Опирался на палочку, въедливо ощупывал всё подозрительным взглядом и ухмылялся.

— Ну что, сразу сырость развели? Вот это слёзы! — Базио к нам подковылял, ухмыльнулся, оперся на палочку и покачал головой. — Итан, ты этот фонтан осушить не собираешься?

Поцелуй. Ещё один. И ещё один. Я жмурилась, шмыгала носом и не понимала, это всё наяву или только чудится? Гладила волосы Итана, щупала их. Опустила руку ниже и ухватилась за шею. Нет, всё реально, только. крыльев не хватало.

— А где же. Где твои крылья? — я утёрла слёзы и улыбнулась. — Где они?

— Вот! Солнце выглянуло. — Базио подошёл ещё ближе, забрал у меня Остина. — Воркуйте голубки, воркуйте.

— Где-где. Дома остались. Тут магия запрещена.

— Значит. Значит, вы тут не останетесь?

— Что? — Итан встрепенулся, почувствовав тревогу в моём голосе. — Остаться тут? Нет, если ты хочешь, то.

— Подожди-подожди. Вы пришли за мной?! — я даже на месте запрыгала. Обвила руками шею Итана и готова была вопить от радости. — Да? Мы. Мы вернёмся к вам?

— Срок наказания прошёл. Базио доказал своё родство, отделался полугодом лишения магии и. Да, я же забыл.

Итан, заметив своё кольцо у меня на цепочке, висящей на шее, аккуратно расстегнул замочек и забрал себе причитающееся. Спокойно надел кольцо на нужный палец, сунул руку в карман и достал другое. Оно будто было сплетено из дюжины золотых проволочек, да ещё украшено большим жёлтым камнем.

— Я тогда жутко сглупил, не приняв твоё предложение. Нужно было сразу... жениться. Не было бы всех этих волнений, но сейчас я уверен как никогда в жизни.

Итан не спрашивая моего разрешения просто надел это красивущее кольцо мне на палец, а затем подхватил на руки.

— Сейчас я всё делаю по любви!

Знакомая светящаяся воронка вызвала не только замешательство, но и волнение. Обернувшись на Базио, я поджала губы и спросила:

— А как же моя сестра?

— Она получит свою часть наследства, меня тоже в придачу, — Базио ухмыльнулся. — Теперь я точно найду всех своих. Так что, Лара, поместье. придётся поделить.

— Это неважно, — я посмотрела в глаза Итана, не удержалась и поцеловала фея. — Можешь хоть всё отдать другим!

— Ну-у-у. Я не так уж беден, Лара. Я подобрал нам дом немного поменьше, но тебе он понравится, просто уверен в этом!

На весь шум и гам прибежала Виктория Юрьевна. Мы, стоя в межпространственной воронке, посмотрели на неё как-то слишком благосклонно.

— Прощайте, Виктория Юрьевна! У вас новая вакансия!

А я. Кажется, я сменила свою квалификацию: с няни на жену и маму.

И нет ничего слаще этого!

В дверь настойчиво звонили. Поспешив её открыть, я улыбнулась новой гостье, которая пришла за своей судьбой. Прижимая кружевной платочек к носу, она волновалась и явно чувствовала себя не своей тарелке. Я же предложила ей пройти внутрь, сделала щедрый комплимент про изящную шляпку с пышным пером и предложила пройти в кабинет мужа.

Наш маленький домик, а он именно таким и был по сравнению с поместьем Базио, был окружён красивым яблоневым садом. А я ещё мы разбили клумбы с розами, сделали небольшой пруд, а за широкой живой изгородью прятался небольшой деревянный бассейн. Из слуг осталась только Элис, которая уже стала своеобразной роднёй. Закончив с готовкой, она сидела на веранде с Базио, который приходил каждый вечер проведать меня:

Должен же я увидеть своего пра -пра-пра. внука!

И пусть это случиться должно было ещё не скоро, месяцев так через пять, но Базио был уверен, что у меня будет мальчик. Остин, проводивший время за книгой, тоже любил побеседовать со старым призраком, которого считал своим дедом.

— Итан, к тебе пришли.

— Спасибо, Лара. Не откажешь мне в помощи? — Итан, всё такой же красавчик, привычно меня встречал, предлагал гостье чай и стул, а мне — кресло.

А я никогда не отказывала, я предлагала другие варианты, чтобы точно всё вышло. Пока Итан искал списки и кандидатов, я давала советы. Простые, житейские, но действенные. Правило съёма от попаданки!

Семейный бизнес процветал, пусть я и не обладала ни каплей магии. Это не было так важно. Семья, работа, дом — всё это засасывало в куда более интригующий водоворот.

— Лара, — Итан как бы между прочим, закончив разговор с посетительницей, обратился ко мне, — Базио нашёл тут одно интересное заклинание...

О, нет! Никаких больше заклинаний! Никаких призывов и прочего!

— Я решил им поделиться с тобой.

Положив руки на живот, я неспешно подошла к Итану, присела на резную ручку его кресло и, тяжело вздохнув, констатировала:

— Только через мой труп!

— Нет же, секрет семейного счастья! — Итан широко улыбался и смотрел на меня своими сияющими синими глазами.

— А разве мы его не открыли? — склонилась и нежно поцеловала мужа в губы. — Кстати, ты помнишь, что сегодня мы должны навестить одного очень влиятельного человека. У него с дамами не складывается. — склонилась к мужу и шепнула на ухо: — Возьми те духи и парик. Мне кажется, что всё дело в полированной лысине. Но мы все исправим!

— Что бы я делал без тебя?

— Хм, дай подумать. — встала, неспешно подошла к двери и ехидно посмотрела на мужа. — Ты был бы несчастным феем с несчастным племянником. Наверное.

— Я был бы несчастным мужчиной!

Я погрозила пальцем и вышла из кабинета:

— Ты можешь ещё передумать!

— Нет, я сделал свой выбор. Раз и навсегда.

— Тогда пойду, заварю чай, мой милый фей. Я люблю тебя!

Да, благодатная почва неудавшихся театральных подмостков и старых заклинаний. Но это не так уж важно: от перемены мест слагаемых сумма очень даже меняется. И мне до сих пор кажется, что это не заклинание, а Остин выбрал меня, чему я несказанно рада.

Становиться мамой во второй раз было не так страшно. У меня есть Остин, есть Итан. У меня есть... счастье!