Позади раздалось очередное «sorry!», и Яна поспешила освободить проход, заняв свое место. Это было такое зубодробительное «sorry», какое могла произнести только истинная британка в порыве праведного гнева. И вопреки тому, что вдалбливали нам на уроках английского бесконечные Марь Ивановны, означало оно вовсе не «извините», а все то же родное «чего встала?». Мимо протиснулись две пожилые женщины с улыбками на лицах, но раздражением во взгляде. Еще один британский миф трещал по швам.

Яна Игоревна Регина приехала в Англию в отпуск: расслабиться, насладиться обществом безукоризненно воспитанных людей и посетить места литературной славы острова — ничто из этого пока не было осуществлено в полной мере. Буквально в первый же день в Лондоне туристка осознала, что мужланов, кричавших на футбольных стадионах «Манчестер» с тем же неистовством, с каким у нас кричали «Спартак», в королевстве гораздо больше, чем истинно английских джентльменов, похожих на мистера Дарси из полюбившегося ей романа.

Это удручало.

Особенно если ты рассчитывала заменить родных Саньков и Арсенов на «газелях» обществом хоть одного благородного рыцаря на коне.

Но видно, не судьба.

Яна вздохнула и стала рассматривать заходивших в автобус туристов. Вернее, туристок. Тур по Остинским местам привлекал в основном женское общество. Да какое!

Уже на десятой входящей даме Регина окрестила их туристический автобус паровозиком старых дев.

«Смотри, Яныч, это твое недалекое будущее», — мысленно подтрунивала над собой она с той жесткой и едкой издевкой, которую могут подмешивать в голос только очень уверенные в себе личности.

Конечно же, наша героиня сильно кривила душой. Яна нисколько не напоминала стареющих викторианских барышень. Еще пять лет назад без лишних сантиментов она приняла волевое решение, отрезала волосы, сделала модную ассиметричную стрижку и купила абонемент в тренажерный зал. Правда, за неделю в Англии на местных убийственно калорийных фиш-энд-чипс накачанная до ореховой твердости попа немного подраздалась вширь… Но какой-то гений давным-давно придумал джинсы-стрейч, поэтому диверсия со стороны местной кухни нисколько не мешала Региной испытывать чувство превосходства и в данном конкретном автобусе, и в принципе по жизни.

Яна устроилась поудобнее, выбросила из головы все раздраженные мысли и стала предвкушать экскурсию на превосходном английском. Причин выбрать именно подобный вариант путешествия было две: первая — разумеется, практика языка; вторая — нежелание видеть такой же ищущий взгляд у соотечественников, каким осматриваешь достопримечательности сама. Почти все иностранцы приезжали на остров не за Англией реальной, а за ее старым добрым литературным двойником, и все они в той или иной мере обманывались. Туристам казалось, что достаточно пошарить рукой где-то между Гэмпширом и Дербиширом (или любым другим «широм»), чтобы вытащить на свет закатившийся в темный угол истории мир Лиззи Беннет, Шерлока Холмса, Берти Вустера и, чем черт не шутит, возможно, даже Робин Гуда. В результате слишком много шарящих рук лишь нелепо сталкивались друг с другом. Королевство не желало открывать свои тайные сокровища иноземцам, приехавшим на неделю-другую.

Ровно в назначенное время «паровозик старых дев» тронулся, но уже через полчаса был вынужден сделать первую остановку у заправочной станции — одну из поклонниц Остин укачало.

— Леди, остановка всего десять-пятнадцать минут, — бодро возвестила экскурсоводша.

— Не разбредайтесь! Кого не интересуют красоты местной дамской комнаты, могут дойти до развалин часовни на опушке леса, но не дальше! N-ширский лес хоть и маленький, но лидирует по количеству заблудившихся среди лесов всей Великобритании.

«Чудесно!» — Яна оценила своеобразный юмор гида и подхватилась с места, чтобы по привычке успеть к выходу раньше, чем все эти мисс Браун и мисс Смит в однотонных костюмах, словно вытащенных из гардероба королевы. Как можно заблудиться в стране, на территории которой поместятся всего лишь три Московских области (и то не целиком), наша туристка не могла себе даже представить.

Снаружи было, как и полагается, по-английски влажно и пасмурно, а где-то в затянутой белесой поволокой низинке наверняка бегала собака Баскервилей, светя своими противотуманными очами. Яна на секунду замешкалась: с одной стороны дороги располагались обещанные развалины и лес, с другой — весьма аутентичная английская деревушка, в любом из домиков которой вполне могла жить въедливая старушка мисс Марпл.

Сомнения решила женщина в твидовом костюме, появившаяся со стороны поселения. Англичанка держала за руку сына, но вместо того, чтобы следить за тем, как этот Питер Пэн тайком срывает листья растений со всех пройденных клумб и оград, почему-то очень пристально (даже для праздного любопытства) смотрела на Яну. Нет, конечно, русская туристка с выбритым виском и в тяжелых ботинках на вездеходной подошве не тешила себя надеждой, что может смешаться с местным населением, но и такого активного внимания удостоилась впервые.

«Ну ее, еще привяжется», — подумала Яна и развернулась к развалинам часовни, хотя, по правде говоря, за прошедшие две недели на ее личность еще не покусился ни один британец. Да-да, даже из тех, кто орал на улицах про свой Манчестер. Но может быть, они просто усыпляют ее бдительность?

Туристка пересекла дорогу и оглянулась. Женщина все еще смотрела ей вслед. Кого-то она неуловимо напоминала. Может, несмотря на твидовый костюм, мадам все же русская? Тогда такое пристальное внимание объяснимо.

Больше оглядываться Яна не стала. Зачем провоцировать аборигенов?

Часовенка, вероятно, когда-то была эдакой милой шкатулочкой с несколько нехарактерными для Англии растительными узорами, которые и по сей день увивали останки каменных стен. Странно, что никто и не думал ее восстанавливать. Может быть, потому, что достопримечательность находилась ближе к лесу, чем к деревне?

Яна сделала пару фото, чтобы подкормить свой инстаграм, и тут от созерцания прекрасного женщину отвлек знакомый звук, место которому было скорее в подворотнях ее родных Люберец, чем в этой английской пасторали.

Позвякивание и дребезжание сначала приближалось, а потом вдруг стало удаляться в сторону леса. Удивленная и заинтригованная туристка выглянула из-за ближайшей оставшейся в живых стены и увидела худую, почти подростковую фигуру в узких джинсах и разлетающемся балахоне с капюшоном. Парень тянул за собой чемодан размером с холодильник «Саратов», и чемодан этот, что тоже характерно скорее для холодильника, позвякивал на каждом пройденном ухабе.

При очередном подскоке догадки Яны подтвердились: из полурасстегнутого бокового кармана багажа лениво выполз стеклянный, дразнящий янтарной жидкостью бок, а затем на траве беззастенчиво осталась лежать бутылка «Джонни Уокера».

— Эй, мистер! — окликнула алкогольного контрабандиста Яна, но тот, видимо, не услышал ее из-за бодрого перезвона своей ноши.

«Чертовы островные алкоголики», — подумала женщина и, подхватив из травы увесистую бутылку, оглянулась на автобус. Английские «девы» в экипаж пока не грузились.

Незнакомец тем временем достиг края леса и стал спускаться в низинку.

— Да погоди ты! — уже на русском крикнула Яна и, добежав до края леса, стала спускаться следом, для равновесия отмахиваясь бутылкой скотча.

Парень в капюшоне почему-то присел на корточки рядом с камнем. Шнурки, что ли, завязывал? Мелькнул по-юношески острый профиль, и туристка на секунду задумалась, а есть ли ему восемнадцать? Или во сколько там разрешается пить в Великобритании? И стоило ли отдавать несовершеннолетнему еще одну бутылку незаконного алкоголя?

Именно на этих мыслях нога ее заскользила по влажной траве (сухой травы в Англии, похоже, не существовало вовсе). Удержать равновесие Яна не сумела и только что не покатилась с горки вниз. Последующее экстренное торможение вышло звучным и включало в себя финальный аккорд в виде встречи со злополучным чемоданом.

Похоже, парень действительно занимался чем-то незаконным. Заметив неотвратимую атаку русских в лице Яны, он вскочил на ноги и отчаянно замахал руками.

«От меня так просто не отмахнешься», — мрачно подумала женщина, только что пережившая встречу с чемоданом, и уже совсем другим тоном, подражая местному населению, воскликнула: «Hello!» — и продемонстрировала подобранного «Джонни Уокера».

Вместо того чтобы прийти в восторг и рассыпаться в благодарностях, незнакомец схватился за голову. Кажется, ему действительно еще не было восемнадцати. Яна хотела сказать, что сообщать о его массовых закупках в полицию не собирается, да и вообще ее автобус отправляется буквально через пять минут…

Но тут почва под ногами то ли сдвинулась, то ли ушла вниз, оставив в животе у Региной неприятное пустое чувство. И только все встало на место, как вдруг низинка осветилась красным светом, раздался громкий строгий голос, вещавший что-то на незнакомом языке, земля сдвинулась еще раз, а потом, наконец, все стихло.

— Это что, землетрясение? — осипшим голосом спросила Яна.

В ответ парень разразился мелодичной, но очень угрожающей речью на неизвестном языке. Было похоже на страстное чтение Шекспира — красиво и абсолютно непонятно. Через пару секунд своего выступления, осознав, что туристка не разумеет странного наречия, юнец в капюшоне перешел на английский.

— Зачем ты за мной увязалась?! — сильно преувеличивая трагичность ситуации, спросил он.

— Вот. — Яна еще раз продемонстрировала бутылку. — Что это был за свет и голос?

— Голос? Голос! — Юноша практически перешел на фальцет и схватился за голову. — Голос объявил, что я пронес незаконный предмет на территорию!

— Так, значит, все же нет восемнадцати, — укоризненно покачала головой Яна. — Алкоголь вреден, тем более в таких количествах.

Собеседник издал подвывающий звук.

— Да это не виски запрещенный предмет, а ты!

— Ну спасибо. — Яна встала на ноги и замерла. В голову пришла безрадостная мысль о том, что она по ошибке могла попасть на территорию какого-то закрытого военного объекта. Отсюда и красный сигнальный свет, и голосовое предупреждение, и отчаяние мальчишки.

— Я пойду, а то сейчас автобус уедет, — быстро сказала она и полезла наверх из оврага.

— Ты куда?! — еще больше ужаснулся парень.

— А… хочешь, чтобы я вернула бутылку? — Яна посмотрела на все еще зажатого в руке «Джонни Уокера» и сказала по-русски: — А вот фиг тебе, красная шапочка! Это за моральный ущерб.

— Да черт с ней, с бутылкой! — заверещал парень. — Мы должны сидеть тут и ждать стражу!

«Ну уж нет!» — Яна не собиралась сидеть и ждать, пока не уедет ее экскурсия. Слово «стража» она благополучно пропустила мимо ушей, списав на причуды английского языка.

Для надежности зацепившись одной рукой за какую-то удивительно эргономичную корягу, женщина стала карабкаться вверх, ловко переставляя вездеходные ботинки и отмахиваясь бутылкой виски в самые напряженные с точки зрения баланса моменты. Довольно скоро оказавшись наверху, Яна огляделась.

Вокруг был только лес. Там, где между кустарником и стволами деревьев раньше виднелись останки часовни и дорога с заправочной станцией на другой стороне, тоже стояли деревья.

Предположив, что с испугу вылезла не на ту сторону оврага, Яна оглянулась назад, но снова не обнаружила никаких признаков цивилизации, ни прошлой, ни настоящей. Добропорядочный английский лесок вдруг стал выглядеть как нехоженая чаща.

Испуганную туристку несмело дернули за рукав откуда-то снизу.

— Спускайся, там опасно.

«А в овраге с полным чемоданом выпивки, значит, тепло, светло и мухи не кусают? — подумала Яна. — Попросить, что ли, чтобы дыхнул? Хотя толку?»

Мысленно убедив себя в бесполезности алкотеста, женщина спросила:

— Где дорога?

— Нет больше никакой дороги! — в полном отчаянии прошипел парень.

Отреагировать на столь радикальное заявление Яна не успела — где-то вдали раздался дикий звериный вой, а затем довольный рык, уже гораздо ближе.

Воспользовавшись ее секундным замешательством, юный алконавт дернул туристку за руку, едва не опрокинув ее навзничь, и женщина поневоле заскользила по траве обратно в овраг. Возмущенно обернувшись к бесцеремонному незнакомцу, она вдруг замерла, увидев, что капюшон его парки откинут. Гневная тирада на смеси литературного английского и не совсем печатного русского замерла у нее на кончике языка, так и не явившись единственному слушателю во всей своей первозданной прелести.

— Я тебя знаю… — ошеломленно сказала Яна, — ты тот актер.

Действительно, теперь, с непокрытой головой, парня невозможно было не узнать. Это по-детски округлое лицо, ярко-синие широко распахнутые глаза и темные вьющиеся волосы составляли странноватый контраст с высокой худощавой фигурой. Яна не доставала юноше даже до плеча. Да и не юноше вовсе — во всех статьях об актере непременно упоминалось, что Руфусу Синклеру уже исполнилось двадцать восемь лет. Журналисты строили догадки, коллеги злорадствовали и завидовали, а приближающийся к тридцатилетнему рубежу талант продолжал играть роли подростков.

Разоблаченная знаменитость накинула капюшон на голову — как будто обратное облачение могло заставить Яну забыть о том, что она уже увидела.

— Не бойся, я не буду требовать с тебя фото и сливать эту историю в интернет. Просто скажи, в какой стороне дорога, и я оставлю вас в этом овраге наедине, тебя и «Джонни».

— Дура! — вовсе не по-английски вежливо заорал парень, не оценивший ироничного Яниного пассажа. — Сиди здесь и не высовывайся!

«Странно, — подумала умудренная опытом русская женщина, — вроде бы алкоголем от него не пахнет. С другой стороны, это актер, а в мире полно других веществ, которые лучше не употреблять внутрь».

Она ловко увернулась от вновь протянутых в ее сторону рук и все же выкарабкалась из оврага целиком. Пора было возвращаться в компанию к старым девам.

Именно в этот момент сбоку из-за кустов раздался рык.

Британцы любят изображать на своих гербах — и вообще везде где ни попадя — львов, хотя Яна никогда не слышала, чтобы животные водились в королевстве. Поэтому, увидев показавшуюся из-за кустов лохматую гриву, туристка сначала замерла, а потом выдала прочувствованное «черт». Но относительно этой неожиданной и безумной встречи слово показалось слабеньким и недостаточно эмоционально окрашенным. Вовремя опомнившись, наша женщина запустила в показавшуюся уже наполовину тварь не только матерной лексикой, но и бутылкой виски, все еще зажатой в руке.

Вышло удачно. Большинство клиентов Яниного работодателя оценили бы и крепость выражения, и уж тем более траекторию полета крепкого напитка. «Джонни Уокер» ударил прямо в цель — чем бы эта цель ни была. Регина до сих пор не могла поверить, что умудрилась встретить льва в спокойном английском пригороде. Но тварь была прямо перед ней и обескураженно мотала мордой, в середину которой только что угодила и разбилась тяжеленная бутылка виски. Туристке несказанно повезло: скорее всего, алкоголь попал в глаза чудищу и поэтому оно на секунду ослепло.

Яна Игоревна Регина никогда не стала бы руководителем офиса продаж одного из дилеров строительной техники и тяжелого оборудования, если бы позволяла себе пасовать в сложных ситуациях. Не позволила и теперь.

Женщина сделала стремительный шаг назад к оврагу, пригнулась и протянула руку вниз: — А ну, подай патроны!

— Что? — опешил парень, с побелевшим лицом разглядывавший зверя под прикрытием высокой травы.

— Бутылки, говорю, давай! — зашипела на непонятливого Яна, вовремя не сообразившая, что от напряжения первую фразу сказала по-русски.

— А! Сейчас!

Взвизгнула молния чемодана, и в руке у отважной воительницы оказалась вторая бутылка, а затем и третья.

Странная реакция на хищного зверя, скажет кто-то, сидя на своем уютном диване. Но куда было деваться? Убегать поздно, да и далеко ли убежишь от такой зверюги по лесу? Разве что на дерево залезешь… Но наблюдать с дерева, как лев харчит человека, оставшегося в овраге, Яне тоже не хотелось. Поэтому она выбрала нападение.

Уже через секунду в невесть откуда взявшегося хищника полетела вторая бутылка и снова метко попала в цель. Животное уже не зарычало, а заскулило. Правильно, либо оно сейчас испугается и отступит, либо. В кармане у Яны лежала зажигалка, а лев был облит горючим спиртом. В конце концов, курение вредит здоровью не меньше, чем крепкий алкоголь.

Далее произошло нечто еще более непредвиденное: лев мотнул головой, рыкнул, и вдруг из-за его мощной спины, покрытой ржавой шерстью, взвился хвост. Раньше Яна считала хвост самой безобидной частью льва, но это явно не относилось к английской их разновидности. Вместо милой кисточки на конце оказалось жало, которое по всем законам природы должно было принадлежать скорпиону, а не царю зверей, тот и без него не страдал скудным арсеналом орудий убийства.

Ошеломленная туристка опустила заготовленную для очередного броска бутылку, у нее мелькнуло совсем уж безумное предположение, что она каким-то образом умудрилась надышаться болотных испарений и теперь все это благополучно ей мерещится.

Странный лев очень вовремя издал рык, выведя Яну из ступора.

«Ну что ж, — моментально решила она. — Если это глюк, то с ним уж точно должен сработать голливудский прием».

Она достала из кармана сувенирную зажигалку, недавно купленную в Лондоне, откинула крышку, чиркнула колесиком, а затем кинула этот кусочек пламени льву прямо в морду: «Да простит меня "Гринпис"».

Странное животное (нет, Яна была достаточно начитанна, чтобы понимать, что ей мерещится мантикора, но даже в мыслях избегала этого невозможного слова) вдруг вспыхнуло как факел и, обезумев от боли, помчалось прямо на свою обидчицу. Туристка вовремя смекнула, что вряд ли объятый пламенем хищник видит ее теперь, и проворно отпрыгнула в сторону с его пути.

Не успела она поднять голову, чтобы проследить глазами бесславное бегство одного чудовища, как вдали раздался рык будто бы нескольких других.

«Не Англия, а Африка какая-то, — нервно подумала Яна, пригнулась к земле и стала озираться. — И на этом сафари охотник не я». Нереальность происходящего сделала ее спокойнее и несколько циничнее обычного.

Парень, сидевший все это время в овраге, почему-то решил, что многоголосый вой — это именно тот повод, который необходим, чтобы выползти на помощь даме.

Дама же меньше всего нуждалась в помощи и уже вовсю вертела головой в поисках подходящего дерева. В сознании Региной, за многие годы поднаторевшей в планировании, последовательность действий выстроилась четко и ясно: первое — залезть на дерево, второе — позвать на помощь. К счастью, телефон был при ней — Яна вытащила спасительный смартфон из рюкзака и сжала в руке, собираясь переложить его в более доступный карман джинсов.

Обнаружив достаточно раскидистый дуб, туристка безапелляционно указала на него спутнику:

— Лезь давай!

— И не подумаю, мы должны дождаться стражу, — ответил ей упрямец, скрестив несоразмерно длинные руки на своей цыплячьей груди.

Мысленно переведя для себя слово «стража» как «телохранители», Регина порадовалась, что кинозвезда была здесь не одна и их точно будут искать. Янин гид, конечно, профессионал и, скорее всего, не бросит потерявшуюся туристку, но вряд ли знание биографии Джейн Остин поможет ему одолеть тех тварей, что встречаются в этом лесу.

Словно в подтверждение ее мыслей, вой раздался ближе.

— Лезь! — заорала Яна, в ярости тыча телефоном в грудь звездного идиота. — Лезь, иначе сдохнешь!

Кусты неподалеку зашуршали, и парочку внезапно окружили странные белые звери, похожие на охотничьих собак, их жутковатые желтые глаза немедленно уставились на Яну — и, кажется, плевать они хотели на все ее способности к планированию.

— Положите оружие, человеческая леди! — раздался голос из-за спины Региной. Видеть говорящего она не могла, но его несуразный акцент задел слух даже русской туристки.

— Это не оружие! — попыталась вразумить голос женщина. — Это всего лишь телефон!

— Положите оружие! — упорствовал говоривший. — Если вы продолжите угрожать нашему соплеменнику, мы будем вынуждены пойти на ваше устранение.

— Что? — опешила Яна, с трудом продираясь через его ветвистые речи.

— Положи телефон, дура, — зашипел на нее гений подростковых ролей. Если бы не окружившие их белые твари с оскаленными мордами и висячими ушами, кончики которых будто бы побывали в женских румянах, туристка решила бы, что подоспела охрана актера. Но это недоразумение с мобильником… Каких бы твердолобых качков ни набирали в телохранители, уж отличить мобильник от пистолета они должны быть в состоянии.

Яна подняла руки вверх, медленно присела и положила телефон на землю. Одно из чудовищ тут же щелкнуло пастью, и ее почти что новенький гаджет оказался раскушен пополам.

«Кажется, о помощи можно забыть», — отрешенно подумала женщина.

Снова зазвучал непонятный певучий речитатив, который Регина слышала после короткого землетрясения. Но на этот раз за ним последовал второй голос, видимо переводивший сказанное:

— Вы нарушили пункт четвертый статьи третьей постановления о неприкосновенности границ…

— Скажи им, что ты сама за мной увязалась! — вдруг выкрикнул актер, молитвенно протягивая руки в сторону Яны.

— Нет, это ты им скажи, что я здесь случайно, — возразила та. — И вообще, кто они такие?

Голос, зачитывающий обвинения и нечто напоминающее права (как в фильмах про полицейских), неожиданно остановился и неуверенно уточнил:

— Она действительно не знает, кто мы такие и куда попала?

— Я же говорю, она за мной увязалась, а я не заметил! — закричал парнишка-алкоголик, в отчаянии вцепляясь в собственные волосы.

«Ах, вот почему он носит такую длинную стрижку, — неожиданно даже для самой себя подумала туристка. — Чтобы скрывать слишком крупные уши».

— Мисс, повернитесь к нам лицом. Медленно. не делая резких движений.

Женщина осторожно повернулась. Перед ней стояли двое в темно-зеленых плащах с капюшонами.

«Пограничники?» — была ее первая мысль.

Но потом пришлось отмести эту догадку как несостоятельную, по прилете Яна проходила паспортный контроль, и у британских пограничников на вооружении точно не было луков.

— Ребят, вы что, толкинисты? — нервно усмехнулась она. — Тогда я не в игре, забрела случайно, меня там автобус ждет.

«Очень надеюсь, что все еще ждет».

— Ни с места!

Неизвестно, что там у пограничников, но ни у одного толкиниста точно не было светящихся стрел, словно по мановению волшебной палочки возникающих на луке.

Яна замерла и более внимательно взглянула в полумрак под капюшонами этих людей.

— Да кто вы такие? Чего от меня хотите?

— Мисс, вы нарушили границы Эльфийского заповедника. — Говоривший откинул капюшон.

«Нет, все же толкинисты, — вернулась к предыдущей версии происходящего Яна. — Только не простые, а со счетами на Каймановых островах. Накладные уши не хуже, чем в кино Питера Джексона. Паренек этот тоже из них, только не успел переодеться и слить виски в какую-нибудь дубовую бочку».

— Отпустите меня, пожалуйста! Я же никого здесь не узнала, кроме него, — женщина ткнула пальцем в актера, — но я и никому не расскажу.

Двое в плащах недоуменно переглянулись.

— Мисс, вы сможете выйти только с разрешения короля и при соблюдении всех формальностей.

— Послушайте, мне некогда играть в ваши игры, у меня автобус уходит!

Толкинисты снова переглянулись, слегка пожали плечами и двинулись в сторону Яны.

Она попятилась, но сзади зарычали собаки.

— Мисс, вытяните руки вперед.

— Да вы что, с ума тут все посходили?!

Ситуация все больше начинала напоминать похищение. Запаниковавшая Яна на автомате выдала свою привычную реакцию «бей и беги»: пнула ближайшего ролевика по лодыжке и уже развернулась наутек, как была схвачена. Руки ей скрутили. Щелкнули наручники.

— Что ж вы не веревкой связываете? — прошипела разозленная женщина по-русски. — Недостоверно как-то…

Она присмотрелась к наручникам (они были из чего-то зеленоватого и слегка светились) и запнулась перед следующим обещанием жаловаться во все возможные инстанции.

— Не сопротивляйся, — посоветовал актер, воспользовавшись ее секундным замешательством. — Автобус все равно уже уехал. Тебя покажут королю и вернут — таков обычай.

Яна хотела продолжить изливать свое возмущение, но передумала. Эти трое не были похожи на людей, способных внять доводам рассудка, скорее на каких-то фанатиков. А с фанатиками лучше не делать резких движений.

Оставалось только надеяться, что на поиски пропавшей туристки скоро поднимут полицию. Лес прочешут — и тогда у нее будет шанс вернуться домой.

«Без паники. Без истерики. Наблюдай и соображай».

Подчиненные слушались руководителя офиса продаж Регину беспрекословно, но сейчас ей было некем руководить, кроме себя самой.

И еще, конечно…

— Ну, что ты на меня так смотришь? — обратилась Яна к собаке, которая не сводила с нее пристального взгляда. — Думаешь, пробью стену головой и сбегу? Конечно, есть женщины в русских селеньях… но, к сожалению, я не из их числа.

После того как вся компания, включая актера, тащившего за собой бренчащий чемодан, минут пять прошагала по лесу, один из ролевиков играючи перекинул Яну через свое не такое уж могучее плечо и заволок внутрь сооружения, которое казалось плодом запретной страсти между домиком на дереве и сторожевой вышкой. Там пленницу сгрузили на пол в какой-то чулан и оставили под надзором одной из собак.

Вот эта-то тварь, иного слова и не подберешь, смущала больше всего. Яна недолюбливала мелких собачек, которые выглядели так, будто готовы сдохнуть от первого же косого взгляда. Ей гораздо больше импонировали те, от взгляда которых готовы были сдохнуть все остальные. Существо относилось как раз ко второму типу, породу Регина определить так и не смогла. Белая шерсть, казалось, слегка серебрилась на свету, а уж эти розовые на кончиках уши вообще представляли собой нечто несусветное. «Точно олигархи развлекаются, — решила про себя женщина. — Кому еще придет в голову тащить собаку к парикмахеру, чтобы сделать ей на ушах такой градиент, который обычному мастеру не под силу?»

— Дашь номер колориста? — спросила она, чтобы хоть как-то отвлечься.

Псина каким-то странно птичьим движением склонила голову набок, и Яне впервые в жизни захотелось перекреститься.

«Надо отсюда бежать. Вот только куда?»

Пока туристку вели по лесу, она едва успевала смотреть себе под ноги, чтобы не споткнуться и не лишиться последнего шанса на побег. Ведь дураку ясно, что для того, чтобы совершить побег, надо быть в состоянии бегать. Бегала Яна хорошо — по семь километров почти каждое утро, и это еще за ней никто не гнался.

Дверь в чулан скрипнула, и в проеме появилась высокая фигура. Свет внутри был слабый и падал откуда-то из-под потолка только на тот пятачок, на котором, обняв колени руками, сидела пленница, поэтому лица вошедшего оказалось почти не видно.

— Добрый день! — Незнакомец выговаривал слова с акцентом и на какой-то свой особенный манер. — Я надеюсь, вам уже объяснили, где вы находитесь?

— Нет! Но я требую, чтобы меня отпустили и связались с российским посольством! — заявила Яна, щурясь в попытке рассмотреть вошедшего. Она не знала, чем ей может помочь родное посольство, но на всякий случай ввернула фразу, слышанную во многих фильмах. Правда, там чаще всего требовали связи с американским посольством.

— Вы находитесь на территории Эльфийского заповедника, и здесь нет ни российского, ни какого-либо другого посольства, — ответил вошедший, предвосхищая последующие вопросы.

«Эльфийский! Так я сразу и поверила!» — Туристка нервно хмыкнула, представив себе лицо какого-нибудь российского дипломата, получившего назначение к эльфам… Вот он перед самым отъездом бежит покупать собрание сочинений Толкина и записывается на двухчасовой мастер-класс по стрельбе из лука, а верная жена тем временем запихивает в его чемодан средство для роста волос и маникюрный набор.

— Мисс, если вы находитесь в нервном возбуждении, то я могу предложить вам успокоительное. — Фигура подошла ближе и протянула ей флягу.

— Не-е-ет, сп-пасибо, — спотыкаясь, залепетала пленница, хотя как раз успокоительное ей бы сейчас ой как не помешало.

Яна замерла и не отрываясь смотрела на приблизившееся лицо. Оно не могло принадлежать человеку. Гены людей перемешивались уже не одну тысячу лет и пока даже близко не подобрались к такому поразительному результату. Линия скул и надбровные дуги имели странную форму, противоречащую человеческой анатомии. Можно было бы приписать сей феномен вмешательству пластического хирурга, если бы не глаза вошедшего. Грустные, старые, глубокие. Они отражали совсем не то, на что смотрел их владелец. В них плясали синие отсветы лесной тени и шуршала листва, а зрачки были едва заметно вытянуты по вертикали, совсем чуть-чуть, но отчего-то именно этого чуть-чуть хватило Яне, чтобы понять: ни один хирург не притрагивался к лицу незнакомца. Перед ней стояло существо не то чтобы другой расы — другого биологического вида.

— Спасибо за столь пристальное внимание к моей внешности, — певуче проговорил незнакомец. — Но не стоит трогать меня руками. И пару секунд назад я спросил ваше имя.

Яна отпрянула, неожиданно осознав, что уже некоторое время едва ли не с открытым ртом пялится (приличного слова не подберешь) в лицо нечеловеку и даже протянула к нему руку — пощупать, настоящий ли. То, что при таком дикарском поведении он продолжал вежливо с ней разговаривать, было удивительным вдвойне.

Кажется, только теперь пленница действительно начала верить в фантастическое объяснение всех тех странных и опасных событий, которые с ней произошли. При виде этого лица она бы поверила во что угодно! Даже если бы ей сказали: «Яна, раз ты выжила после нападения мантикоры и у тебя под коленкой есть шрам в виде молнии, то теперь ты избранная. Держи волшебную палочку. и компас — Хогвартс на северо-востоке». Но ей не сказали. Возможно, только пока.

— Яна.

— Что, простите? — Существо склонилось чуть ниже, и туристка получила уникальную возможность рассмотреть заостренные раковины ушей.

«Без доплаты за экскурсию. м-да. о чем только думаю?»

— Меня зовут Яна, — медленно и членораздельно, будто на уроке английского, возвестила она.

— Простите, я давно не был снаружи, — у нечеловека была странная форма губ, их уголки слегка загибались вверх при разговоре, придавая лицу странное неуловимо кошачье выражение, — но мне всегда казалось, что человеческие имена несколько длиннее…

— Яна Игоревна Регина, так лучше?

— Да, Йа-на Иг-горевна, лучше, — согласился собеседник, правильно вычленив из незнакомых слов имя и отчество, но запнувшись на сложном сочетании букв. — А что оно означает?

— В смысле?

— Простите, я не представился.

«Даже эльфы здесь все время извиняются», — раздраженно отметила Яна.

— Мое имя Нильфхэ’льниль Эмлирш К’этуриэ, что означает «звук, скрывающийся в шелесте листьев». То, что ваша фамилия связана с королевским родом, я разобрал. А что означает имя?

Туристка дернула глазом и по старой привычке шутить в любой непонятной ситуации озвучила первое, что пришло ей в голову:

— По-вашему это, наверное, будет Яна — дочь Игоря, потомка короля.

Ниль-как-его-там принял все за чистую монету.

— Для меня это большая честь, мисс Йа-на Иг-горевна. — Он приложил руку к груди и слегка поклонился.

Она, конечно, не ждала, что после шутки странное существо упадет от хохота и отпустит ее домой, но было бы неплохо…

— Вроде того. Но можете звать меня Джейн, если русские имена даются вам тяжело, — проявила вежливость туристка с несомненным прицелом на то, что существо с непроизносимым именем ответит ей любезностью на любезность.

— И вы можете звать меня Нильфхэ’льниль.

Лицо Региной вытянулось, и эльф уловил ее разочарование.

— Впрочем, можете звать меня как вам будет угодно, наше знакомство продлится недолго.

«Они собираются меня убить!» — пронеслось в голове у Яны.

— Сейчас вы предстанете перед королем и после будете отправлены обратно в человеческий мир, — поспешно пояснил нелюдь. — Мы немного почистим вашу память, и вы свободны.

«Может, заодно сотрете воспоминание о моем выпускном в школе?» — нервно подумала туристка, не успев еще даже толком ужаснуться сути процедуры, которой ее собирались подвергнуть.

— Мы можем попробовать устроить и это, но дать определенного обещания я не могу, — отозвался эльф тоном хорошо вышколенного сотрудника спа-салона.

— Стоп! Вы сейчас прочитали мои мысли?!

— Да. Простите, в нашей культуре это абсолютно приемлемо…

— Вы читаете мои мысли! — еще громче повторила туристка, как будто все, что случилось с ней до этого, было вполне обыденным. Подумаешь, мантикора, подумаешь, эльфы, но вот чтение мыслей — это уже за гранью добра и зла! В ее голове чисто по-женски сразу промелькнули и первый парень, и последний мужчина, и пресловутый выпускной, и самый бабский комплект нижнего белья в гардеробе, и недозволенные мысли о тренере по йоге.

Глядя на то, как глаза эльфа перестали быть такими уж прекрасными и почти сошлись на переносице, Яна решительно сказала себе: «Стоп!»

— Я постараюсь больше этого не делать, — пробормотал благодарный нелюдь, когда чехарда мыслей в ее голове, наконец, осела.

— Постарайтесь, мистер Эльф, — сказала Регина тоном террориста, сжимающего в руке гранату.

— Нильфхэ’льниль.

«А ведь разрешил называть как угодно.»

— А впрочем, неважно. — поспешно добавил окончательно сраженный противник. — Если вы согласны проследовать со мной в наше поселение и обещаете не создавать проблем до того момента, как вас отпустят, то я могу снять с вас кандалы.

Так и сказал: «кандалы.» Яна даже на всякий случай бросила взгляд вниз, на наручники, чтобы убедиться, что от них к стене не тянется тяжелая цепь. Не читай туристка английской классики, ей ни за что бы было не разобрать этого слова.

— Хорошо, снимите. — Она протянула вперед руки с тонкими слегка светящимися полосками «кандалов».

Мистер Эльф поднес к ним свое запястье, на котором из-под манжеты выглядывал браслет, что-то вспыхнуло, и наручники раскрылись сами собой. Нелюдь тут же ловко снял их с пленницы.

Около домика на дереве мистера Эльфа ожидала лодка.

Эльфийская лодка… нет, не так… это была не просто плавно выструганная лодка с эльфийскими узорами по бокам, это была «бугатти» в мире лодок. Средство передвижения выглядело так, будто над ним корпела команда лучших современных дизайнеров. Да, наверное, не только дизайнеров, но и перекупленных у «Теслы» разработчиков тоже, потому что высокотехнологичное каноэ буквально парило в воздухе.

Яна шумно выдохнула.

— У вас тут все так перемещаются?

— Если есть необходимость.

Женщина тут же представила, как причаливает к крыльцу офиса не на своей выстраданной «сузуки», а на этом воздухоплавательном средстве. держа в руке правило. И тогда российские дороги не страшны, а вот российские погоды — может быть, но дилеры обязательно договорятся и где-нибудь на ГАЗе лодке быстренько приварят кабину, причем сразу тонированную, с немного заедающей дверцей. И ГИБДД мигом перестроится — появится особое подразделение. Яна прямо увидела гаишника (одного из тех редких экземпляров без живота), заползшего на фонарный столб и машущего на ее лодку полосатым жезлом.

Судя по оглушенному и несколько растерянному виду эльфа, приподнявшего брови, считывал он не только мысли, но и образы.

— Что это было? — ошеломленно спросил владелец «каноэ», до этого самого момента не ведавший о существовании таких умопомрачительных вещей, как ГИБДД и ГАЗ.

— Воображение.

«.больное», — хотела добавить Регина, но передумала, потому что было и так понятно.

— Да-да, я знаком с этой развитой способностью людей, — с умным видом покивал головой провожатый.

Задавать вопросов Яна не стала.

Под радостными от облегчения взглядами двух стражей, поймавших ее в лесу, туристка с опаской ступила на палубу лодки, в красках представив себе, как воздухоплавательное судно ухает вместе с ней вниз, не выдержав веса ее ботинок (вон у эльфа какие изящные сапожки на тонкой подошве, будто он и сам передвигается исключительно по воздуху), съеденных за предыдущую неделю фиш-энд-чипс и груза Яниного недоверия к чужеродному летающему объекту. Стоило ей перенести вторую ногу через борт — лодка действительно просела на ладонь, заставив женщину задохнуться от испуга, но тут же выровнялась. Эльф издал смешок и прыгнул через борт с весьма довольным видом, из чего Яна сделала вывод, что этот чопорный нелюдь (ну как его еще политкорректно назвать после происшествия?) не только вновь прочитал ее мысли, но еще и подшутил самым безобразным образом.

Подумав о возможности сердечного приступа после таких шуток, пленница на секунду схватилась за сердце и сделала судорожный вдох, чем привела ушастого в кратковременный испуг. А затем тоже усмехнулась и назидательно посмотрела на своего тюремщика: «То-то же, мистер "я постараюсь не читать ваши мысли"».

Собака прыгнула в лодку последней.

— Она поедет с нами? — удивилась Яна.

— Ная приставлена к вам на все время пребывания в Эльфийском заповеднике.

Теперь стало понятно, почему нелюдю не понравилось имя пленницы — уж больно походило на собачье. Но дочь Игоря, потомка короля, было не так-то легко смутить.

— Следить?

— Охранять.

— Кого от кого? — прищурилась Яна.

Мистер Эльф растерялся.

— А что это за порода такая? — тут же поинтересовалась туристка, потому что ответ на предыдущий вопрос был и так ясен. — Ни разу не видела.

— Гончие холмов. Такие собаки есть только в Эльфийском заповеднике.

Яна нисколько не расстроилась пополнению компании: до сих пор собака вела себя намного приличнее своих хозяев и даже пальцем… когтем не тронула пленницу. К тому же хоть на короткое время у нее будет собака! Целая собака! Ни работа туристки, ни ее однокомнатная квартирка в каменных джунглях до сих пор не позволяли обзавестись такой немыслимой роскошью.

Когда лодка бесшумно и плавно отчалила, Яна наконец-то получила несколько минут, чтобы поразмыслить. Ее надсмотрщик был слишком вежлив и предупредителен, а в среде, где она привыкла вращаться, это автоматически интерпретировалось как слабость. Годами вырабатывавшийся щучий рефлекс говорил ей, что ушастого можно продавить и, как минимум, получить больше информации.

— Мистер Шелест, — обратилась она к сопровождающему, вспомнив перевод его имени, но так и не вспомнив само имя.

— Нильфхэ’льниль. — тут же поправил эльф, но увидел хмурую складку между бровями своей пленницы и добавил: — Но если вам сложно.

— Мистер Эльф, — Яна согласно перешла на более простой вариант, убедившись, что нелюдь и впрямь легко идет на уступки. — Вы ведь лишили меня экскурсии, а я так ее ждала.

— Я очень сожалею, но уже ничего не исправить. — Сопровождающий приложил руку к груди в знак своей великой скорби.

— Вы можете сами провести мне экскурсию.

— Какую?

— По вашему заповеднику!

— Но вы же потом все равно все забудете.

— Как и большинство туристов после любой экскурсии. А вот ощущение приятно проведенного времени, может, и останется.

Мистер Эльф моргнул и посмотрел недоверчиво. Яна широко и белозубо улыбнулась, с благодарностью вспомнив своего протезиста.

— С чего мне начать?

— Ну, учитывая, что для меня вы сказка, начните с начала, с того момента, когда и для вас это еще было сказкой.

— Неожиданно романтично…

— Я сегодня как раз собиралась на очень романтичную экскурсию…

— Ну что ж, хорошо. — Нелюдь откашлялся. — Давным-давно, когда наши предки поняли, что численность человечества увеличивается настолько быстро, что скоро станет представлять угрозу их существованию, король и старейшины решили скрыть эльфийские поселения от мира людей. Тогда магия еще была сильна.

— В смысле, а сейчас? — не выдержала Яна, провожая глазами верхушки проплывающих мимо дубов: «Может, все же зацепиться за какую-то ветку и дать деру, пока не поздно?»

— Сейчас магии почти не осталось. — нехотя ответил мистер Эльф, легким движением рулевого весла на всякий случай уводя парящую лодку подальше от ближайших деревьев.

— Но тогда объединенными силами мой народ сумел создать карман пространства, защищенный от внешнего мира, в котором мог бы продолжить существование, не привлекая к себе ненужного внимания и не соперничая с людьми за территории.

— То есть вы просто спрятались, и все?

— Мы не спрятались, мы ушли, — с неудовольствием поправил нелюдь.

— Уходят куда-то, а если ты остался на том же месте, но тебя не видно — ты спрятался,

— пробурчала Яна. — Но получается, вы можете выходить наружу? А откуда здесь в лесу мантикора? Это же была мантикора?

— Вы встретились с мантикорой? — удивился мистер Эльф и даже осмотрел спутницу с ног до головы, будто ожидая обнаружить следы этой встречи, не замеченные ранее.

— Не только встретилась, но и победила! — гордо ответила русская туристка и немного приукрасила ситуацию: — Разве вы не чуете, как по лесу несет паленой шерстью?

— Вы победили мантикору?! — Миндалевидные глаза нелюдя стали круглыми, а кожа слегка побледнела.

— Она была чья-то? — осторожно спросила Яна, неправильно истолковав эмоции собеседника.

— О нет, что вы! Она… общественная… Если в заповедник случайно попадает человек, он оказывается не в городе, как все эльфы, а в полосе отчуждения, которая начинается сразу же после внешней границы, отделяющей нас от остального мира. Мы как раз пролетаем над ней. Здесь обитает много исчезающих хищных видов.

— Это затем, чтобы люди вас точно не нашли? — прищурилась пленница.

— Нет, это затем, чтобы сохранить редких животных, — неубедительно соврал эльф.

Яна фыркнула.

— А вот уже и внутренний периметр. — Нелюдь указал рукой на огромные кованые ворота из серебристого металла, представляющие собой невообразимое переплетение листьев и стеблей. — За этими воротами и находится Эльфийский заповедник.

Ворота, несомненно, были прекрасны, но Яне не давал покоя один вопрос.

— Разве к воротам не нужны стены. ну или хотя бы забор?

Мистер Эльф слегка улыбнулся, сорвал с ближайшего дуба связку желудей и ловко запустил ею в пространство около ворот. Импровизированный снаряд не долетел — отскочил, будто от стены, и в этом месте по воздуху пошла круговая рябь.

— Первый периметр поставлен тысячелетия назад — и он чистая магия, второй — это уже технология.

Ворота бесшумно, без скрипа и скрежета, стали раскрываться перед парящей лодкой. И чем больше становился зазор между створками, тем дальше брови Яны уползали под короткую стрижку, потому что в проеме стал виден город, которого при закрытом проходе вроде как и не существовало вовсе.

— Вы точно эльфы, а не инопланетяне? — засомневалась Яна, и ее можно было понять: вместо ажурной эльфийской архитектуры, которую она ожидала увидеть после таких-то ворот, перед ней предстал полукосмический город, словно бы из далекого будущего — а это кино уже совсем другого жанра.

— А что не так? — удивился сопровождающий.

— Я думала, ваша раса живет иначе.

— Вьет гнезда или роет норы? — обиделся мистер Эльф, видимо выловив какие-то кадры фантастических фильмов в ее голове.

— Ну. по крайней мере, не развешивает наружной рекламы на каждом дереве.

И действительно, все деревья переливались разноцветными огоньками, чуть более приглушенными, чем неоновые, но все же совершенно определенно складывающимися в завитушки надписей и бегущие строки.

— То есть то, что человечество все это время развивалось, это нормально, а эльфы, по вашему мнению, должны до сих пор бегать с тисовыми луками наперевес? — совсем уж разобиделся нелюдь.

— Еще утром вы были для меня сказкой, а сказки не развиваются, — парировала Яна, но все же решила немного сгладить неловкость, выбрала самую витиеватую вывеску и указала на нее своему невольному экскурсоводу:

— А что там написано?

Мистер Эльф открыл рот, набрал воздуха в грудь, запнулся, закашлялся и смущенно выдавил:

— Волосы…

— Парикмахерская?

— Нет, я не знаю такого слова на английском. — Сопровождающий слегка смутился и посмотрел на пленницу очень грустными глазами. — Это когда волосы

выдирают… везде…

Такого в сказках точно не было.

— Депиляция! — догадалась Яна и посмотрела на нелюдя очень удовлетворенно: значит, и их раса не рождалась такой гладкой и ровной, как им того хотелось бы. — А здесь что написано?

— Вот здесь как раз парикмахерская. а тут ногти.

— Маникюрный салон! — продолжала пополнять лексический запас своего гида туристка.

— Портной, сапожник, ювелир, мастер. по зубам.

— Стоматолог?

— Кхм, наверное. Мастер по ушам. — Мистер Эльф посмотрел на спутницу, ожидая узнать еще один новый термин, но был разочарован.

— Это еще зачем? — искренне удивилась Яна.

— Чтобы хорошо выглядеть, я так подозреваю. Эльфийки считают, что форма и состояние ушей очень важны. — пояснил гид.

— А эльфам, я так подозреваю, все равно? — усмехнулась женщина, найдя знакомые параллели со своим миром. — Ого, а это что такое?!

Над зданиями возвышалось очень большое и очень старое дерево. Оно было похоже на иву, вот только выросшую где-то на Луне. Голубовато-зеленая листва, перекрученный ствол, будто бы состоящий из сплошных жгутов, серебристо-серая кора и длинные-предлинные сережки, свисающие с ветвей чуть ли не до самой земли, кончик каждой немного поблескивал и светился, как крохотный фонарик.

— Это Говорящее древо…

— Растет только в заповеднике? Как гончие?

— Да, но в отличие от собак это последнее такое древо на всей Земле.

Королевский дворец был небольшой, а в сравнении с Говорящим древом так и вовсе казался игрушкой. Лодка плавно опустилась на ступени перед главным входом, мистер Эльф тут же перескочил через борт и подал руку Яне. Как только та выбралась наружу, воздухоплавательное средство снова поднялось в воздух и полетело прочь.

— Э-э-э, куда? — удивилась руководитель офиса продаж Регина, которая, конечно же, имела дело с парктрониками, но никогда с такими, которые отгоняют машину в гараж сами.

— Все нормально, — успокоил ее сопровождающий, — она просто встанет на привязь в порт.

— Припаркуется, что ли? — недоверчиво спросила Яна.

Но мистер Эльф просто отмахнулся от очередного незнакомого слова и повел ее вверх по ступеням ко входу во дворец.

Королевское обиталище в отличие от всего остального города как раз очень даже напоминало эльфийские постройки, воображаемые человеческими художниками. Дворец казался легким и воздушным, как сахарная вата, готовым вот-вот воспарить к облакам вслед за лодкой. Но самое удивительное, что исторгло у Яны возглас восхищения, — во дворце были теплые полы и стены. Полы она, конечно, не смогла оценить сразу, сквозь сантиметры подошв своих вездеходных ботинок, но вот стены потрогала при первой же возможности. А потом, когда поняла, в чем дело, потрогала еще и пол, так что мистеру Эльфу пришлось настойчиво отрывать ее от этого увлекательного занятия.

Уже попав внутрь и впервые в жизни увидев не только эльфиек, но и их платья, Яна сразу сообразила, зачем дворцу теплые полы и стены. Собственно, платьев почти и не было, так только, некие полупрозрачные одеяния, подхваченные чем-нибудь сверкающим под грудью. Ну что ж, логично: замерзла английской промозглой зимой — прижмись к теплой стеночке, не к этим же надменным придворным эльфам прижиматься.

А еще в высоком зале, архитектуре которого позавидовала бы любая готическая церковь, туристка впервые в жизни почувствовала себя неловко потому, что она человек, и, хуже того, человек женского пола в джинсах.

В помещении толпились эльфы, много странно одетых эльфов, которые показательно игнорировали появление Яны.

В отличие от ее сопровождающего, чей костюм, если не приглядываться к сапогам, вполне мог дать ему возможность затеряться в каком-нибудь бизнес-центре среди офисных служащих, все придворные были одеты так, будто составляли массовку фильма, снятого в далеком будущем. Режиссер картины сказал костюмерам: «Ребята, будем снимать начало девятнадцатого века». Костюмеры принесли смету. Режиссер почесал затылок, сверился с бюджетом и решил: «Так не пойдет. Выберите материю подешевле». И костюмеры выбрали. А поскольку дело происходило в далеком будущем, костюмы для массовки пошили из переливающихся и не уступающих пластику в своей натуральности тканей.

— Почему они так одеты? — шепотом спросила туристка, стараясь не смеяться над тем, сколько усилий уходит у придворных на то, чтобы так образцово ее не замечать, — ну точно пассажиры московского метро, старающиеся не глазеть на зашедшего в вагон эфиопа.

— Видите ли, молодым эльфам, пока они еще хоть немного похожи на людей, разрешается выходить в большой мир, чтобы познакомиться с жизнью за пределами заповедника.

— Что-то вроде «gap year[1]»? — понимающе кивнула Яна.

Мистер Эльф недоуменно поморщился — он явно не знал ни одного современного термина, и через минуту стало понятно почему.

— Возможно… Так вот, наш король предпринимал свои путешествия в то время, которое вы называете концом восемнадцатого и началом девятнадцатого века. И ему настолько понравилась мода, что он привил ее своему двору.

— Чем сильно усложнил ему жизнь?

— Почему же? — искренне удивился мистер Эльф. — Наоборот, и костюмы, и церемониал стали намного проще.

«Господи, что же у них было при дворе до этого?» — ужаснулась Яна, но тут же переключилась на другую, не менее ошеломляющую информацию.

— Погодите! Но ведь это было двести лет назад! Сколько же лет вашему королю?

— Чуть больше трехсот — наш повелитель еще очень молод, — не моргнув глазом, ответил сопровождающий.

— А сколько лет вам? — почему-то понизив голос, спросила женщина.

— У нас не принято задавать такие вопросы, возраст эльфа виден на его лице, — почти ласково ответил нелюдь, не имевший ни одной морщинки на чуть золотистой коже и ни одного седого волоска на голове. — Но в свой, как вы изволили выразиться, «gap year» я имел честь познакомиться с Уильямом Шекспиром.

Яна открыла рот, закрыла рот и взъерошила ладонью свою стриженую макушку. Так вот что ей напоминала манера общения мистера Эльфа — доброго, повидавшего жизнь, а оттого очень снисходительного к другим старичка. Подумать только, ему должно было быть больше пятисот лет!

— Можно я задам еще один бестактный вопрос? — уточнила она.

— После столь «тактичных» мыслей — сколько угодно. Но у вас одна минута, горнисты готовы возвестить о прибытии короля.

— Сколько живут эльфы?

— Учитывая достижения нашей науки — столько, сколько захотят, — ответил мистер Эльф, и снова в его необычных глазах промелькнула грусть.

В этот же момент под сводами зала зазвенели переливчатые звуки горнов.

К безмолвному удивлению Яны, король эльфов мог не только принять участие в конкурсе «Русская краса», но еще и всерьез побороться за победу. Длинные светлые волосы монарха были заплетены в толстую косу. Даже у королевы, шествовавшей об руку с ним, не было такого волосяного богатства. Только тут туристка поняла, что подавляющее большинство придворных тоже щеголяли длинными прическами, на их фоне ее сопровождающий, подстриженный на вполне современный манер, смотрелся практически лысым.

Король встал спиной к своему трону, простер руки с тонкими, как у пианиста, пальцами и разразился длинной речью, обращенной к подданным. Привыкшая к бесконечным и бессмысленным совещаниям Яна ничего не разбирала, но слушала безропотно, иногда перенося вес тела с одной ноги на другую. Немного нервировало то, что все сказанное могло касаться и ее тоже, а вклиниваться и требовать переводчика было уже поздно.

Когда обращение закончилось, подданные поклонились. Яна тоже. Как известно любому хорошему продажнику, сказали тебе «салам алейкум» — и ты будь паинькой, отвечай «алейкум ассалам», услышал «гамарджоба» — радостно кричи тоже самое. Жмут руку — жми в ответ (и плевать, что ты женщина, пусть сами волнуются, потому что ты каждый день жмешь не только руки, но еще и эспандер). Кланяются — и ты кланяйся, заодно поясницу разомнешь после офисной работы.

— Что сказал ваш король? — спросила она своего сопровождающего, когда разогнулась.

— Ничего, просто поприветствовал собравшихся.

— И это все? Но он говорил целых пять минут!

— Король поприветствовал собравшихся, — неумолимо повторил мистер Эльф, даже не поведя бровью.

Яна мысленно выругалась. Надо было заранее попроситься в туалет — теперь, похоже, терпеть придется долго. Вот учила же ее лучшая подруга, что на любой экскурсии нужно идти в кабинку с буквой «Ж» на двери, если предлагают, неважно, хочешь ты или нет. Если бы Яна с самого начала послушалась ее совета, а не поперлась смотреть часовню, то чувствовала бы сейчас себя не в пример комфортнее, главным образом потому, что ехала бы в экскурсионном автобусе, а не стояла в толпе нелюдей.

— Не бойтесь, мы уйдем сразу же, как только король вас расспросит, — наклонился к ней мистер Эльф.

Опять прочитал мысли! Да еще какие!

Яна ответила яростным взглядом и интенсивным потоком сознания, из которого нелюдь мог почерпнуть много интересных подробностей о своей персоне.

Сначала он отшатнулся, ошеломленный таким невербальным отпором, но потом взял себя в руки и сухо заметил:

— Ну что ж, если вы против, мы вполне можем остаться до конца аудиенции.

«И осквернить ваши теплые полы?» — подумала Яна.

Мистера Эльфа явно смутила столь физиологичная шутка, но отвечать он не стал, так как вслух пленница не сказала ни слова.

Король и королева тем временем церемонно сели на свои места, и по взмаху руки эльфа в сюртуке цвета майского жука двое стражей вывели вперед давешнего актера. Он единственный, кроме Яны, был в джинсах, но ростом и стройностью фигуры нисколько не уступал державшим его стражникам… и тут только до туристки дошло…

— Так он эльф?! — громко зашипела она, так что стоявшие рядом стали оборачиваться.

— И как раз молодой эльф, недавно получивший возможность путешествовать во внешнем мире.

«Ага, то-то он вез полный чемодан сувениров на родину!» — При воспоминании о бренчащем багаже с многолетним запасом виски внутри в Яне начало вскипать возмущение, но затем она припомнила кое-что еще.

— Недавно? Но он снимается в человеческих фильмах уже не меньше десяти лет!

— Десяти человеческих лет.

— Ах да! — Женщина сравнила цифру с возрастом собеседника и поняла, что, действительно, не так уж и давно. — Но как же он прятал уши?

— Молодые эльфы очень похожи на людей, и уши у них не сильно выражены, некоторым даже нет необходимости прибегать к гриму.

Тем временем обсуждаемый молодой эльф что-то возбужденно рассказывал всему королевскому двору и поминутно очень невежливо указывал пальцем на Яну.

— Что он говорит?

— Говорит, что вы подкрались к нему сзади незаметно и напали в момент перехода.

— Это я-то напала? Я незаметно кралась? Да я его несколько раз окликала, хотела вернуть это несчастное виски! — возмутилась туристка.

Виски? Тогда понятно.

В этот момент заговорил король, и мистер Эльф умолк на пару минут, а затем перевел:

— Вот и его величество сомневается, что человек способен незаметно подкрасться к эльфу.

По залу пронесся обидный смешок — двор явно был согласен с монархом.

Актер заговорил снова, и снова его палец затрясся, указуя в сторону Яны. «Действительно молодой», — отрешенно подумала женщина, потому что больше всего бессовестный нелюдь сейчас напоминал ребенка, жалующегося маме на обидевшего его хулигана.

Мистер Эльф усмехнулся:

— А сейчас в подтверждение своих слов он рассказывает, как вы затем напали на ничего не подозревавшую мантикору, гулявшую неподалеку, и, между прочим, истребили представителя исчезающего вида.

«Вот прямо пришла злая тетя мучить милых котяток…»

Вслух же Яна сказала:

— А я его еще спасала.

Но король отреагировал на рассказ неожиданно: вдруг подскочил на ноги и уставился на пленницу таким неистовым взором, что та с перепугу решила, что и впрямь спалила личного Барсика его эльфейшества.

— П-почему он на меня так смотрит? — пролепетала она.

Король заговорил, похоже обращаясь непосредственно к ней, но не думая при этом переходить на английский.

— Его величество интересуется, действительно ли вы победили мантикору?

Яна сглотнула комок, вдруг вставший в горле.

— Победила. но, если что, я не хотела. и вообще люблю животных.

«Но не люблю, когда они меня едят… а мантикора — это вам не комар.»

Король выслушал, сел на трон, покосился на королеву и тут же снова вскочил на ноги.

Судя по тону, ушастый монарх вновь затянул какую-то пафосную речь, и Яна уже приготовилась скучать в ожидании, когда ей позволят вновь вернуться к своему отпуску, но придворные начали реагировать как-то странно. Многие охали, не скрываясь, оглядывались на туристку, прижимали свои изящные руки ко ртам, и даже собранный мистер Эльф рядом с ней вдруг пробормотал нечто похожее на ругательство.

[1] Gap year — промежуточный год между окончанием школы и поступлением в вуз, в течение которого молодой человек обычно путешествует или работает (англ.).

Едва аудиенция закончилась, мистер Эльф резко схватил свою подопечную за руку и буквально выволок ее из зала.

— Что происходит? — задавала вопросы туристка. — Почему вы не перевели мне слова короля?

— Бежим, — бросил нелюдь вместо ответа и потянул женщину вниз по лестнице с такой скоростью, что она едва успевала переставлять ноги.

На горизонте тут же появилась их чудо-лодка…

— Мне, конечно, надо в дамскую комнату, но ситуация не настолько экстренная, — попробовала пошутить Яна.

Встречные эльфы шарахались с их пути. Кто-то кричал им вслед. Женщина понимала, что происходит нечто незапланированное, ведь вряд ли мистер Эльф так обрадовался возможности наконец-то выставить пленницу за границы заповедника, что потащил ее туда бегом. Приходилось доверять своему надсмотрщику за неимением других вариантов.

Лодка приземлилась прямо перед ними, и нелюдь, не сбавляя хода, буквально перекинул Яну через бортик, следом прыгнула гончая, не отстававшая от своей подопечной ни в тронном зале, ни в этом сумасшедшем забеге. Едва мистер Эльф оказался внутри сам, разумное средство передвижения взмыло в воздух и на скорости, от которой ветер свистел в ушах, ринулось прочь от дворца. Но куда бы ни торопились беглецы, они все равно опоздали. На пути их лодки внезапно выросли две другие — более хищные, более короткие, на каждой по стражу, закованному в сверкающие доспехи такого странного вида, будто их создал дизайнер, до этого рисовавший эскизы флаконов женских духов.

Яна вцепилась в борт и с замиранием сердца наблюдала за происходящим из первого ряда зрительного зала. В голове крутилась только одна мысль: неужели ее теперь казнят из-за мантикоры?

Оба стража направили в их сторону длинные алебарды, и, хотя оружие выглядело таким же бутафорским, как и латы, мистер Эльф не стал проверять его в действии — лодка с беглецами начала плавно возвращаться на выложенную плиткой дорожку перед дворцом. На ступенях уже стоял король с ближайшей свитой.

Стоило воздухоплавательному средству коснуться земли, как монарх бросил что-то резкое в их сторону, странным, почти женским движением перекинул косу за спину и, шурша краями длинной мантии, удалился.

Мистер Эльф сжал зубы, но смиренно поклонился, прижав руку к груди.

— Что это было? Да переводите уже наконец! — потребовала Яна.

— Король отдал вас под мою полную ответственность… Если вы сбежите, это будет стоить мне головы. — Нелюдь невесело усмехнулся. — Простите, мисс Джейн, но я сделал все, что мог.

— Либо вы сейчас объясните, что произошло, либо я за себя не ручаюсь! — пыхтела Яна, но, вопреки собственным словам, послушно шла вслед за мистером Эльфом по коридорам королевского дворца. Их сопровождали двое стражей и эльфийская гончая, поэтому фактически стражей было три.

— И что вы сделаете? — с нескрываемым любопытством поинтересовался нелюдь, видимо не найдя этой интригующей информации среди мыслей пленницы.

Собственно, потому, что такой информации там не было.

— Не знаю, — честно призналась Яна, — но обязательно придумаю, и тогда вы рискуете своей головой!

— Вряд ли. — Страшная угроза нисколько не смутила эльфа, он явно недооценивал способность руководителя офиса продаж Региной выпутываться из сложных ситуаций.

— Это еще почему?!

— Потому что вряд ли король станет убивать своего дядю и первого советника — у нас так просто родственниками не разбрасываются, особенно полезными.

— Дядю? Дядю?! — Яна не могла поверить: для того чтобы доставить ее скромную персону во дворец, эльфы отрядили члена королевской семьи!

— Почему это вас так удивляет?

Удивляло все: простой наряд эльфа, его короткие волосы и то, что он был занят выполнением весьма сомнительных поручений.

— Но вы не похожи на аристократа!

— Отчего же? — удивился мистер Эльф.

— Ну, во-первых, у вас короткие волосы.

— А на умной голове длинные не растут, — усмехнулся нелюдь.

«Волос длинный, ум короткий», — перевела для себя эльфийскую поговорку Яна.

— А во-вторых, ваша одежда не похожа на одежду придворных.

— Натуральные ткани — дорогое удовольствие, — улыбнулся советник короля. — Вы сами видели, насколько затруднено сообщение с человеческим миром.

— Стоп! — решительно сказала пленница, поняв, что этот нелюдь с улыбкой Чеширского Кота просто-напросто заговаривает ей зубы. — Сейчас же отвечайте коротко и ясно: что сказал король? Почему мы убегали?!

Регина скрестила руки на груди в знак непреклонности своего намерения стоять в этом самом коридоре до тех пор, пока не получит ответа. Ей недоставало роста, чтобы выглядеть достаточно внушительной, но, кажется, мистер Эльф вполне уловил посыл.

— Давайте хотя бы зайдем в помещение, укрытое от посторонних ушей, — примирительно предложил он.

— Говорите здесь и сейчас! — потребовала Яна. — Если уж король объявил это перед всеми подданными, то почему мы должны скрываться?

— Хорошо… Его величество объявил, что вы останетесь в качестве его фаворитки при дворе и.

— И? — с нажимом в голосе спросила Регина, подбираясь ближе к мистеру Эльфу и с трудом подавляя в себе желание взяться за отвороты его бесценного натурального жилета.

— и кандидатки на роль его будущей жены.

— Погодите, но у него же есть жена! Я видела ее на приеме!

— У нее истекает срок.

— Жена не йогурт, как у нее может истечь срок?!

Советник удивился, но быстро сориентировался, найдя в ее мыслях суть этого гастрономического сравнения.

— Видите ли, у нас брак считается расторгнутым, если в течение ста лет у пары не появилось детей.

— Жестоко, — только и сумела пробормотать в ответ Яна.

— Таковы реалии существования в заповеднике. Для королевской семьи закон особенно строг: супруга короля или супруг королевы не получают официального королевского статуса до появления наследника.

— И ваш король хочет, чтобы я. — У туристки даже голос пропал от возмущения.

Нелюдь только коротко кивнул и деликатно подтолкнул ее вперед по коридору, косясь на шелестевших мимо придворных.

— Да почему я-то? Он что, не мог найти себе другую женщину, а еще лучше эльфийку? Мне, на секундочку, скоро сорок два!

Мистер Эльф моргнул, ошеломленный этой новостью.

— Знаю, что по вашим меркам я, наверное, еще должна трясти погремушками, но по человеческим — я сама лет через тридцать стану погремушкой! Какие дети?! Вы что там, с дуба рухнули?

— Не понял, что значит «вы станете погремушкой»? Причем здесь падение с дуба?

Перевод русских фразеологизмов был делом неблагодарным — не справлялось даже чтение мыслей.

— Угр-р-рх. — Яна махнула на него рукой и вне себя от злости зашагала вперед по коридору, да так, что советник и стражники едва за ней поспевали. Только Ная знай себе бежала около ее ног.

«Офигительный карьерный взлет: из пленницы сразу в фаворитки короля с перспективой стать королевой! — думала Яна. — Прямо "Великолепный век" какой-то!»

Такими темпами туристка вполне могла в скором времени и его эльфейшество задвинуть куда-нибудь в пыльный уголок трона. А что? Какой-никакой управленческий опыт у нее имелся. Вряд ли эльфы бестолковее молодых менеджеров.

— Вы прошли мимо своих покоев!

— Я не мимо покоев, я мимо своей камеры прошла, — обернулась Регина.

Мистер Эльф открыл закругленную дверь и с поклоном предложил Яне войти. Судя по галантности тюремщиков, пленницу ждала камера класса люкс.

Понимая, что деваться некуда, туристка шагнула в проем, но тут же сдала обратно.

— Там занято, — сообщила она.

Действительно, в комнате, обставленной в лучших традициях восточных дворцов, с видом полноправной хозяйки сидела женщина… Вернее, эльфийка…

— Заходите, я вас представлю, — успокоил подопечную мистер Эльф.

«Только не говорите, что это местная горничная!» — с некоторой завистью к великолепию незнакомки подумала Яна и заметила, что кошачьи уголки губ ее тюремщика едва сдержали усмешку.

О том, что эльфийка все же не горничная, туристка догадалась сама. Внешность незнакомки была еще более странной, чем у советника короля: резче обозначенные скулы, раковины ушей, едва прикрытые серебристыми волосами, словно нарисованы изящным росчерком пера (ничего общего с человеческими), а глаза. Такими огромными радужки глаз казались разве что у маленьких детей. Это существо было намного старше любого нелюдя, которого Яна видела до сих пор.

Мистер Эльф пропустил в покои собаку — стражников оставил снаружи — и только после этого объявил:

— Перед вами королева эльфийского народа Нурания К’эльтфарх Т’ами, мать действующего короля и моя сестра.

Яна замерла на месте, обескураженная количеством персон королевской крови, проявляющих недюжинный интерес к ее персоне, но затем поспешно поклонилась, сообразив, что, вполне вероятно, найдет в лице матери его эльфейшества самого горячего союзника. Такую невестку разве что врагу пожелаешь!

— Ты очень быстро соображаешь, — одобрила королева, то ли прочитав, то ли догадавшись о ходе мыслей пленницы. — Так что, будь ты эльфийкой, я не имела бы ничего против.

«Все же прочитала», — буднично констатировала Яна и поклонилась вновь.

— Спасибо, ваше величество.

— Можешь звать меня Нурания, — улыбнулась царственная особа.

Тут туристка сдалась и признала, что ей все же придется начать запоминать эльфийские имена. Не могла же она после такого милостивого позволения обращаться к матери короля «миссис Эльф».

— Я все еще тешу себя надеждой, что вы будете столь же трепетно относиться и к моему имени тоже, — с дразнящей улыбкой проговорил мистер Эльф и указал Яне на небольшую кушетку. — Прошу, садитесь.

— Уверена, нашей гостье будет в первую очередь интересно осмотреть предоставленные ей покои, особенно соседнюю комнату, — прозрачно намекнула королева.

— Ах да, конечно. — Советник слегка поклонился, как бы извиняясь за свою забывчивость, и жестом указал Яне на небольшую резную дверцу в стене.

В первый момент после реплики Нурании туристка не поняла, что происходит, но, открыв указанную дверь и обнаружив там вполне соответствующую человеческим стандартам латрину, в гневе обернулась на не ведавшую никаких личных границ семейку.

Королева благосклонно улыбнулась, а мистер Эльф ободряюще сказал:

— Там есть все, что вам может понадобиться.

«Как мило с вашей стороны подсмотреть в моих мыслях все, что мне может понадобиться».

Яна раздраженно захлопнула за собой дверь.

Эльфийский туалет ничем не отличался от человеческого, разве что был теплый и после использования, журча водой и мигая огоньками, сказал пленнице на прощание нечто, напоминающее короткий стих.

«Вряд ли сочиненный в мою честь… Может, я что-то не то нажала?» — обеспокоенно подумала туристка, которой еще ни разу не приходилось иметь дело не то что с эльфийской, но даже с японской умной сантехникой.

Когда Яна вошла в комнату, эльфы оборвали свой разговор на полуслове и уставились на нее.

— Не беспокойтесь, я скажу дворецкому, он пришлет кого-нибудь перенастроить технику в этих покоях, — немедленно пообещал мистер Эльф, нисколько не озаботившись тем, что его совета по поводу унитаза никто не спрашивал.

— Это еще зачем?

— Умный помощник только что предупредил вас, что, если сливать внутрь продукты жизнедеятельности домашних животных, процесс очистки может пойти неправильно.

Выражение лица Яны стало как у кошки, познакомившейся с высокотехнологичным лотком. Чтобы справиться с гневом и смущением, она перешла сразу к делу:

— Я хочу знать, что здесь происходит. Зачем я понадобилась вашему королю?

— Вам покажется это странным… — начал мистер Эльф.

— Не за неземную же красоту! — оборвала его Яна, которая не переносила лишней болтовни, когда злилась. — Давайте прямо к делу.

— Давным-давно.

Регина одарила рассказчика взглядом, который имел ударную силу несущегося на полной скорости грузовика.

— Ну если совсем кратко. Сразу после создания Эльфийского заповедника одним из наших старейшин было сделано предсказание, что однажды в заповедной земле появится мать королей, победительница мантикоры и вернет эльфийскому народу нечто давно утерянное.

— Мой сын считает, что долг короля — хранить традиции, и слишком полагается на мудрость древних, — ласково пояснила Нурания. — Я не верю, что предсказание может быть буквальным, но все равно обязана спросить. Девочка, ты принесла сюда с собой что-то важное?

Яна молча покачала головой. Из важного у нее с собой был только загранпаспорт, но вряд ли в России его потеряли эльфы.

Странное предсказание.

Когда-то еще совсем юную Яну прозвали королевой бензоколонки за самые высокие продажи тяжелой техники в компании. Потом это прозвище сократилось до простенького и греющего душу «королева». Но Регина не успела как следует насладиться вполне заслуженными почестями, потому что с легкой руки одного из молодых продажников внезапно, без объявления войны или хотя бы соответствующего изменения семейного статуса, превратилась в «королеву-мать». Вот и трать силы и время на обучение новых сотрудников — после такой-то благодарности.

— Кажется, трудности перевода сыграли с пророчеством злую шутку, — горько сказала Нурания и обменялась взглядами с братом.

— Но зачем же объявлять меня фавориткой? Этого же нет в пророчестве! — возмутилась Яна, в первый раз оценив удобство чтения мыслей. Объяснять игру русских слов ей пришлось бы еще долго.

Королева виновато вздохнула.

— Боюсь, что мой сын предпочитает математику всем прочим наукам. Он просто сложил это предсказание с еще одной древней легендой, рассказывающей о том, что в самом начале времен дети от союза эльфа и человека становились королями. Это, конечно же, сказки. Ты, как женщина, должна безошибочно чуять, что мы принадлежим к разным видам — и такой союз невозможен чисто биологически. Но мой сын отчаянно хочет наследника.

«*Мысль героини вырезана цензурой*».

Яна посоветовала бы эльфийскому королю завести себе хорошего андролога вместо человеческой женщины, если бы знала, как вежливо сформулировать совет на языке Шекспира.

Яна с сомнением потыкала вилкой в ворох по большей части незнакомых ей листьев и нарыла во всем этом богатстве чуть зеленоватое мясо неизвестного происхождения.

— Не беспокойтесь, — сказал мистер Эльф, глядя на ее вполне обоснованные сомнения.

— Повара положили вам только то, что годится в пищу человеку.

— А как давно они последний раз видели человека?

Нелюдь явно замялся, это наводило на мысль, что количество лет может выражаться трехзначной цифрой.

Женщина еще раз с подозрением переворошила этот модный салат, понюхала — она любила гастрономический туризм, но первый раз в ее жизни программа была настолько экстремальной.

— Хотя во вкусовых предпочтениях мы можем сильно различаться, — счел необходимым предупредить советник, видя, как Яна удивленно морщится, попробовав блюдо.

— Я заметила… Вы действительно верите, что королева сможет мне помочь? — Этот вопрос интересовал Регину гораздо больше, чем кулинарные способности эльфийских шеф-поваров.

— Моя сестра умеет добиваться того, что ей нужно, правда, иногда весьма сомнительными методами, — ответил мистер Эльф, который любезно решил составить компанию Яне во время ее трапезы на широком балконе, выходящем в укрывшийся сумерками сад. — В любом случае других союзников у вас нет, а я связан обещанием королю.

— Вы меня не успокоили… Я хочу домой, — заявила Яна, продолжая расправу с подозрительным салатом. — Простите, возможно, я сейчас оскорблю ваши родственные и верноподданнические чувства, но не может же ваш король быть таким идиотом? Как он представляет процесс. кхм. смешения двух разных биологических видов для получения потомства?

— Не бойтесь, — как-то особенно вкрадчиво улыбнулся мистер Эльф, — вашей чести ничто не угрожает.

— Да я не об этом! Хотя, конечно, и об этом тоже. Но не думаю, что все тут настолько пренебрегали образованием своего монарха, чтобы он не понимал, что такое невозможно.

— Как раз наоборот, его величество слишком хорошо образован, потому допускает мысль, что при содействии нашей науки возможно многое.

— Пф-ф-ф! — В момент получения сего сообщения Яна пыталась отпить из бокала нечто напоминавшее фиолетовое вино, звук, ей изданный, мог в равной степени относиться и к информации, и ко вкусу напитка. — Вы говорите про искусственное оплодотворение и генную инженерию?!

— Да, это, конечно, не каберне, — заметил мистер Эльф, галантно протягивая ей салфетку.

— Так что же он с предыдущими женами не пользовался своим образованием?! — задала логичный вопрос пленница.

Нелюдь пил фиолетовую жидкость и даже не морщился.

— Нам пока что не удалось получить ни одного эльфийского эмбриона в лабораторных условиях.

— Почему?

— Ученые полагают, что всему виной магия, заключенная в наших телах. Без нее, без ее слабого фона, который дает чрево любой эльфийки, зарождение новой жизни невозможно.

«Да, ребят, вы попали», — неожиданно даже для самой себя посочувствовала своим похитителям пленница.

— Боюсь, что вместе с нами попали и вы. — Мистер Эльф не без некоторого сарказма отсалютовал ей бокалом. — А теперь я вас оставлю, отдыхайте и расслабляйтесь после трудного дня.

Яна пристально посмотрела в лицо нелюдя. «Неужели он серьезно? Меня! В лесу!

Украли! Эльфы! Эльфы, вас побери! Самое время, чтобы отдохнуть и расслабиться!»

Советник короля отступил на шаг к спасительной двери.

— Спокойной ночи, мистер Эльф, — невозмутимо напутствовала его Яна.

Оставшись одна, пленница решила, что самое время осмотреть место своего заточения. А оно, надо отметить, напоминало апартаменты класса люкс в пятизвездочном отеле. Вот только складывалось впечатление, что отель располагается где-то на востоке. Такой неожиданный колорит придавали покоям широкие полукруглые окна, выходящие на балкон, и мелкий лиственный рисунок на стенах, который, сколько ни присматривайся, был абсолютно ровен и симметричен, словно напечатан, а не выложен мозаикой.

«С чего вдруг такая роскошная камера? Компенсация за моральный ущерб? Или меня действительно собираются обеспечивать как фаворитку короля?»

Если бы раньше кто-то сказал Яне, что она окажется на содержании у богатого и влиятельного человека, Регина отправила бы обидчика в пешее путешествие по лесам Сибири. Реально оказаться птичкой в клетке у богатого и влиятельного нелюдя — вообще верх оскорбления!

Пленница обошла все покои по периметру, опробовала высокую кровать, которая оказалась настолько жесткой, словно ей пользовались не эльфы, а монахи, старательно умерщвлявшие бренную плоть. Балкон выходил прямо в сад, и с него легко было спрыгнуть на землю… вот только… за всеми перемещениями женщины с ленивым любопытством наблюдала гончая.

Но эта проблема решалась просто.

Закрыв прямо перед носом собаки дверь в ванную, Яна тут же бросилась к окну. Конечно, спускаться с широкого комнатного балкона было удобнее, но неизвестно, как на это отреагировал бы стороживший пленницу зверь. Лучше радоваться тому, что дворцовые уборные имеют окна.

Яна без особого труда распахнула створки, забралась на низкий подоконник — до земли было не так уж и далеко, да и прыгать придется в пышную клумбу, состоявшую из неизвестных растений. Никаких жертв не предвиделось. кроме клумбы, конечно.

Пленница развернулась, взялась руками за подоконник (вот не зря упорствовала в зале с нелюбимыми подтягиваниями) и, свесившись с него вниз, расцепила пальцы. Оставив характерный след двух тяжелых ботинок в ландшафтном дизайне дворцового парка, она слегка пригнулась и стала пробираться вдоль стены, скрытая густой ночной тенью.

По спине внезапно прокатилось настойчивое ощущение, что за ней пристально наблюдают. Яна медленно повернула голову и встретилась с желтоватыми глазами эльфийской гончей, которая в укор человеческой женщине воспитанно сидела рядом с пострадавшей клумбой и, по-птичьи склонив голову набок, наблюдала за перемещениями своей подопечной.

— Черт, как ты здесь оказалась?!

Собака назидательно молчала.

— И что теперь? Поднимешь тревогу?

Ная зевнула и улеглась на траву.

«Может, не такие уж они и умные?» — подумала Яна, решив, что, поскольку в ее ногу не воткнулось ни одного клыка или когтя, прерывать побег на середине будет малодушно.

Беглянка продолжила движение, прижавшись к стене дворца, но через какое-то время оглянулась и обнаружила, что собака лениво следует за ней через все зеленые изгороди и цветники. И в отличие от Яны, конечно же, даже не думает таиться. При таком раскладе прятаться и скользить по стеночке было совершенно бессмысленно — любой встречный эльф непременно заинтересуется, кого на королевской лужайке пасет гончая.

Плюнув на скрытность, пленница решила сменить тактику и припустила вдоль стены бегом. Добралась до угла, пересекла небольшое открытое пространство до арки, увитой розами, и дальше уже двигалась под прикрытием плотной зеленой изгороди, изредка огибая статуи из белого камня, которые у нее не было времени разглядывать. Внезапно изгородь оборвалась, и за ней потянулась какая-то неровная деревянная стена, то тут, то там затянутая голубовато светящимся мхом.

Сначала Яна не поняла, что за безобразное сооружение встретилось ей в королевском парке, но затем подняла голову и даже остановилась — загораживая небосвод, над ней возвышалось Говорящее древо.

Отлично! Под прикрытием корней этого исполина можно будет добраться до самой ограды.

— Ты, должно быть, очень любишь спорт, раз совершаешь пробежки даже в такой ситуации, — хихикнул мальчишеский голос откуда-то сверху.

Яна задрала голову и увидела фигурку дворцового стража, застывшую прямо около ствола. Но с чего бы незнакомому эльфу, да еще стражу, говорить ей такие возмутительно фамильярные вещи? Нелюдь поднес к лицу какой-то светильник, и она увидела в странном зеленоватом мерцании лицо, которое не раз смотрело на нее с экрана в кинотеатре.

Вместе с узнаванием нахлынуло накопленное возмущение.

— Эй ты, ябеда в костюме флакона туалетной воды, может, еще раз расскажешь, как я там на тебя, такого несчастного, напала и заставила притащить меня в этот зоопарк?! — крикнула Яна, в праведном гневе позабыв, что вообще-то пытается скрытно сбежать из дворца, а вовсе не перебудить всех его обитателей.

— Можешь не стараться с оскорблениями, — хмыкнул мальчишка (ведь по меркам эльфов он, несомненно, еще не достиг зрелости). — Я прекрасно знаю, что выгляжу так, будто удрал с показа Джона Гальяно… Обмундирование стражей не менялось веками. И вообще, тебя должны были выпустить отсюда, не причинив никакого вреда, так что я просто пытался спасти свою шкуру.

— И как, спас за мой счет?

— Слушай, ну что ты кипятишься? Если бы не я рассказал про мантикору, это сделали бы стражи. А свою шкуру действительно спас, вот в наказание сторожу древо, а мог бы зачищать зону отчуждения.

Яна выругалась, мысленно плюнула на юного алкоголика и повернулась, чтобы продолжить то, чем занималась, а именно — бежать.

— Ты же не рассчитываешь, что сможешь самостоятельно выбраться отсюда? — вопрос ударил ее уже в спину.

Пришлось вновь обратиться лицом к актеру.

— И что же мне помешает?

— Ну, для начала та самая зона отчуждения. — Эльф достал откуда-то из-за спины бутылку виски (значит, умудрился как-то сохранить контрабанду) и махнул ею Яне. — Поднимайся, буду искупать свою вину.

Беглянка на секунду задумалась. Что важнее — информация или представившийся шанс для побега? Учитывая, что никто не собирается казнить ее или жениться на ней прямо завтра, возможно, стоило сделать выбор в пользу информации. Если уж бежать — то наверняка.

Цепляясь за подходящие выступы корней, она начала свое восхождение.

— Зачем сторожить дерево? — с подозрением осведомилась она, когда приблизилась на достаточное расстояние к своему информатору. — Вряд ли были попытки его выкопать.

— На случай, если оно вдруг заговорит, — усмехнулся нелюдь. — Это же Говорящее древо.

Издевается.

Яна покосилась на виски — хотя, если все стражи коротают ночи подобным образом, не удивительно, если дерево и впрямь в какой-то момент начинает разговаривать.

— Зачем тебе понадобилось столько алкоголя? — спросила она, усаживаясь на плавный выступ коры гигантского дерева.

— А ты пробовала наш?

— О-о-о да-а-а!

— А еще ваш алкоголь расслабляет. — Эльф, который в человеческом мире называл себя Руфусом Синклером, прислонил к стволу бутафорское копье и сел рядом с Яной.

— Я в курсе, ты только не сильно расслабляйся, а то упадешь с дерева и будешь потом утверждать, что я пыталась устранить королевского стража во время попытки побега.

— Нет, ты просто не видела расслабленных эльфов…

— Ваш советник точно не особо напрягается.

— Смотри! — Он снова достал бутылку виски и сделал глоток прямо из горла.

— А стражам точно так можно?

Мы не пьянеем.

— Тогда не вижу смысла…

Актер не дал ей договорить, взмахнул рукой, из кончиков пальцев которой вдруг вылетели разноцветные светящиеся шарики, очень похожие на мыльные пузыри.

— Что это?!

— Остаточная магия. — Эльф еще раз пошевелил рукой, на этот раз создав уже стайку пестрых полупрозрачных птичек, которые, впрочем, почти моментально растаяли в воздухе.

— Хорошо, что пьяные люди такого не умеют. — Яна поспешила захлопнуть рот, раскрытый от удивления.

— Безобидные фокусы, к сожалению, ни на что большее у эльфов не осталось сил.

— Это все, конечно, очень познавательно, но на сегодня с меня хватит лекций о быте и нравах твоих соотечественников, скажи лучше, как мне добраться до границы. Как вы сами отсюда выходите? У вас же есть способ не пересекать зону отчуждения?

— Если ты думаешь, что достаточно добраться до врат и с твоим возвращением не будет проблем, то сильно заблуждаешься.

— Это еще почему? Вы же сами ездите к нам как на каникулы.

— Ты не поняла. Первый контур держится на волшебстве, он рассчитан на эльфов, не на людей.

— Да какая разница-то?

— Время в заповеднике течет иначе, оно искривлено, так же как и пространство. Когда через контур проходит человек, может произойти все что угодно. Мы следим за людьми, которых отсюда выпускаем, — они. они не всегда возвращаются.

— Но со мной же все в порядке! Если это можно так назвать. Я же здесь!

— Я говорю, мы так и не смогли понять, что происходит. Люди иногда просто пропадают. Так что подумай, может быть, вариант остаться не так уж плох.

— Да ты меня просто запугиваешь! Это тебе король приказал, да?

— Никто мне не приказывал! — вдруг взбеленился мальчишка. — Раз уж ты так хочешь, я придумаю, как переправить тебя обратно в мир людей. Но если пропадешь, потом не жалуйся!

— Кому мне жаловаться, если я пропаду? — усмехнулась Яна, которая не собиралась верить ни единому слову этого мелкого пройдохи. — И как это ты придумаешь, если королевский советник не смог?

— В заповеднике есть силы повлиятельнее, чем королевский советник, — напыщенно произнес Руфус. — Не всем у нас нравится текущее положение вещей.

— Ты в оппозиции, что ли? — Яне не интересовалась политикой, но нужное слово знала.

— Можно сказать и так…

— И какова же ваша политическая программа? — усмехнулась туристка.

— Жить открыто рядом с людьми.

— Но король против?

«Честно говоря, если бы я была эльфом, то тоже была бы против. Люди — те еще соседи»,

— подумала Регина.

— Король и старейшины считают, что всему свое время.

— Представляю, вы такие открываетесь внешнему миру, а все человечество уже давным-давно погрузилось на межзвездные корабли и переселилось на другие планеты.

— Вот именно! — с жаром воскликнул эльф и стукнул бутылкой виски по дереву. «Выходит, не такое уж оно у них и священное».

— Да что вы действительно как дети малые! — удивилась Яна. — Не нравится — собирайтесь и уходите. Это раньше на вас бы охотились или на кострах сжигали, а сейчас каких только фриков среди людей нет. Затеряетесь только так.

— За фриков отдельное спасибо. — Актер поправил свою каску, расписанную немыслимыми завитушками, делавшими ее похожей на половинку яйца Фаберже.

— Ну а что? Ты на одни свои гонорары уже можешь купить приличный клочок земли, а то и небольшой остров — живите сколько влезет.

— Может быть, вы все же пойдете и отдохнете как следует прежде, чем начнете переселять эльфов на какой-нибудь остров в Атлантическом океане? — раздался насмешливый голос снизу, заставивший Яну вцепиться в кору дерева, чтобы не свалиться вниз от неожиданности.

Прямо под ними стоял мистер Эльф.

— Как вы меня нашли? — удивилась женщина.

— Ная сообщила. — Советник кивнул на собаку, которая во время всей беседы пленницы и стража мирно дремала в корнях исполина.

Яна медленно повернулась к гончей, почти что ожидая увидеть, как умное животное подмигивает своему хозяину и прячет в густой шерсти телефон. бабушкофон, с большими кнопками — у собаки же лапы.

Мистер Эльф замахал руками, пытаясь остановить неумолимую человеческую фантазию.

— Я просто мысленно поинтересовался у нее, где вы и чем заняты, а она показала мне древо — вот и все.

— И все? — передразнила его туристка.

— Это же эльфийская собака! Они бы не были гончими холмов, если бы не умели воспринимать наши мысленные команды.

— Да-да, я поняла, что со мной всегда будет собака с ГЛОНАССом, как у Путина. — Яна поднялась, спустилась с корней дерева и направилась обратно ко дворцу.

— Что такое голонас и кто такой Путь’ин? — крикнул ей вслед мистер Эльф.

Женщина усмехнулась.

— Вам будет неинтересно.

Вернувшись в свои покои, первую половину ночи Яна пыталась понять, как нелюди умудряются спать на таких дубовых кроватях. Возможно, именно определение «дубовый» было ключевым словом. В конце концов пленница смирилась с тем, что сие тайное знание останется ей недоступным, села на своем пыточном ложе и решительно сказала гончей, которая спала вполглаза на соседней кушетке:

— Меняемся.

Ная, кажется, вовсе не возражала против того, чтобы провести остаток ночи под королевским балдахином. Так что, когда утром горничная королевы пришла будить пленницу, картина ей открылась престранная. Видимо, об этом было тут же донесено хозяйке, потому первым, что спросила Нурания, когда пришла в покои пленницы, было:

— Как тебе спалось, девочка?

— Спасибо, что интересуетесь. Вашей собаке спалось лучше.

— Странно, обычно гончие ведут себя очень воспитанно.

— Правильно, гораздо воспитаннее людей, — решила все же восстановить справедливость Яна. — Это я согнала Наю с ее места, а не она меня.

— Ах вот оно что. Дворецкий обязательно что-нибудь придумает, — с таким убеждением сказала Нурания, что Региной тоже захотелось завести себе это универсальное решение всех проблем в сюртуке и белых перчатках, а то все сама да сама…

Между тем в покои вошла молодая эльфийка, неся в руках нечто вроде прозрачной фаты…

«Ну вот, а говорят, что это женщины торопят события. Не успели познакомиться.»

— Мои фрейлины подобрали вам платье для утренней прогулки с королем, — поспешно пояснила королева.

«Если это платье, то я китайская летчица!»

— Зачем же так категорично?

— Вам не кажется, что платье должно оставлять больше загадок, чем ночная сорочка, а не наоборот? — многозначительно спросила Яна, глядя на невесомо-прозрачную ткань с резным краем, обработанным серебристой вышивкой.

— Но наряд сшит по последней моде… — мягко ответила королева.

— Я бы поверила охотнее, — возразила туристка, непреклонно скрестив руки на груди, — если бы вы сами сейчас сидели в этой, прости господи, занавеске.

И действительно, платье матери короля хоть и имело все тот же покрой времен Наполеона, но было сшито из ткани, не позволявшей даже догадываться о нижнем белье, скрывавшемся под ним.

И Яна, и Нурания чуть качнули головами, чтобы избавиться от видения бюстгальтера фасона «прощай, молодость», надетого на знатную эльфийку и просвечивающего сквозь материю ее наряда.

Королева рассмеялась.

— Но это же платье для дам в возрасте, вроде меня, — пояснила она, прикладывая безупречно гладкую руку к цветущей груди.

— Вот-вот, найдите мне платье для женщины в возрасте, мне ведь тоже, знаете, далеко не восемнадцать, — согласилась Яна, для которой подобное заявление в обычной жизни было немыслимым.

«И вы ведь, кажется, собирались помогать мне вернуться домой, а не соблазнить своего сына», — подумала пленница и спохватилась.

Королева укоризненно покачала головой, наверняка прочтя и эту мысль.

— Я прекрасно помню свое вчерашнее обещание, но такие вещи за одну ночь не решаются. Имейте терпение. — Она хлопнула в ладоши, подзывая фрейлин. — Принесите нашей гостье что-нибудь из моего гардероба.

Если Яна и могла терпеливо подождать, то вот ее обратный рейс домой — точно нет, но смысла сообщать об этом явно не было.

Платье королевы оказалось сантиметров на десять длиннее, чем нужно, узковато в груди и рукавах, но не это смущало Яну, стоявшую в нем перед зеркалом. Покрой определенно ей не шел. Попробуйте одеть женщину с так восхваляемым типом фигуры «песочные часы» в наряд эпохи ампир, и тут же получите не придворную даму, а придворную бабу. «На чайнике», — мысленно добавила Регина, пытаясь руками нащупать скрывшуюся в неизвестном направлении талию и хотя бы визуально объять вдруг ставший необъятным зад.

— Странно, — удивилась королева, — я всегда думала, что этот универсальный фасон идет всем, поэтому не сопротивлялась, когда сын начал насаждать человеческую моду.

«Конечно, — с досадой подумала туристка, — всем эльфийкам…»

— Его величеству стоит присмотреться к джинсам, они тоже идут всем, — заявила Яна уже вслух и начала спасаться бегством из неудачного наряда. — Думаю, они как нельзя лучше годятся для утренней прогулки.

Королева не стала ей перечить, лишь изящно развела руками и кивнула фрейлине, чтобы помогла несчастной обладательнице узкой талии разоблачиться.

— Мои портные что-нибудь придумают к вечеру.

— А что, у короля планы еще и на мой вечер? — ужаснулась пленница — таких настойчивых кавалеров у нее еще не было.

— Нет, сомневаюсь, что его величество сможет выкроить для вас время. Сегодня праздник Высокой Луны, и король с супругой будут заняты. Но не сидеть же вам во дворце, когда все вокруг веселятся.

Отчего же? Яна бы с большим удовольствием осталась во дворце, когда все вокруг веселятся, — лучшего шанса для очередной попытки побега могло и не представиться.

— Вы прелестно выглядите, мисс Джейн, — пробормотал первый советник короля, понимая, что никак не может скрыть своего недоумения от того, что на пленнице ее вчерашний наряд.

Сам нелюдь тоже не спешил переодеваться и все так же не сочетался с воздушным великолепием дворца в своих коричневых замшевых брюках, жилете и светлой рубашке.

— Не сомневаюсь, — мрачно улыбнулась женщина, которой после бессонной ночи и провального побега не надо было смотреться в зеркало, чтобы понимать, насколько именно прелестно она выглядит. — Лучше расскажите, что меня сейчас ждет. Было неловко спрашивать у королевы, как ее сын собирается со мной обращаться.

Мистер Эльф немного смущенно моргнул и поспешил успокоить пленницу:

— Видите ли, по нашим законам вы должны дать согласие на брак, поэтому сейчас он вас будет соблазнять.

«Меня царицей соблазняли.» — не к месту вспомнилось Яне.

— Примерно так, — серьезно согласился советник короля, — только не царицей, а царем. И в чисто материальном плане…

— В смысле?

— Уверен, что его величество прежде всего попытается указать вам на несомненные преимущества, которые вы сможете приобрести, став его супругой.

— То есть он попытается продать мне себя? — засмеялась женщина. — Не на ту напал, знаю я все эти маркетинговые приемы.

— Но не знаете нашего короля… Хотя можете попытаться противостоять его логике, мне будет интересно, — улыбнулся мистер Эльф.

— То есть я могу вести себя так, чтобы его величество позабыл о пророчестве и мечтал только о том, как побыстрее доставить меня за границу заповедника?

Яна задумалась — всю жизнь сомнительные доброжелатели учили ее, как привлечь мужчину, но никто ни разу не рассказывал, как его отпугнуть. А то, что придется отпугивать эльфа, жаждущего непременного размножения, не могло привидеться ей даже в самых страшных фантазиях.

— Не перестарайтесь, здесь человеческая жизнь не слишком ценится… Прошу. — Советник открыл витую дверь, выпуская свою спутницу в королевский сад.

— Как красиво! — не удержалась от возгласа восхищения туристка, разглядывая безупречно ровные дорожки и симметричные фигуры подстриженных кустарников и деревьев.

— Конечно, красиво, — охотно согласился советник. — Если бегать по саду сломя голову и впотьмах, еще и не такое можно пропустить.

Яна проигнорировала шпильку. В конце концов, разве узник должен извиняться за то, что стремится выбраться из своей темницы? Даже если в темнице туалет с подогревом.

— Только как-то все слишком ровно и геометрично, совсем не похоже на эльфов.

— Не похоже на придуманных вами эльфов.

— Но! Похоже на «змейку»!

Собеседник изобразил удивление всеми доступными ему мимическими средствами, и Яна поспешила как можно более подробно представить себе старенькую компьютерную игрушку, раз уж никто больше даже не пытается делать вид, что мысли здесь являются чем-то личным.

— Действительно похоже, — согласился мистер Эльф.

И не зря. В саду была даже та самая пресловутая «змейка» — между ровно подстриженных кустов двигалась и изгибалась длинная процессия придворных, возглавляемая самим королем.

— И что предполагается делать фаворитке? — задала вопрос Яна, когда мистер Эльф повел ее на перехват королевской «змейки».

— Развлекать короля. в силу своих возможностей.

— Думаю, это касается только тех, кто выбрал эту. гм. профессию добровольно. А что требуется от меня?

— Находиться рядом, когда король этого захочет.

— Ну, это легко, это я могу делать с таким усердием, что хотеть чего-либо он будет все реже.

— Я вас предупредил, осторожнее, не перестарайтесь.

— Обижаете, мистер Эльф, когда надо избавиться от сомнительного клиента, я сама тактичность.

Руководитель офиса продаж Регина не раз называла себя доморощенным психологом. Нащупать слабое место оппонента было для нее не так уж сложно, тем более что эти места у всех на редкость неоригинальны: мнение окружающих, статус, деньги, внимание противоположного пола, ну и прочая подобная дребедень. Туристка намеревалась основательно выслушать эльфийского монарха, а уже потом выбрать оружие, с помощью которого будет бороться за свою свободу.

Мистер Эльф лишь загадочно улыбался, подглядывая за ее коварными планами.

Наконец они оказались прямо на пути прогулочной процессии эльфов и остановились, почтительно ожидая, когда королевская «змейка» доберется до них и поглотит. Среди придворных даже издалека выделялись двое стражей в форме, очень похожей на ту, в которой вчера караулил дерево актер, но все же отличавшейся мелкими деталями и цветом узоров. Да и сами стражи были какого-то подозрительно низкого роста и доставали следовавшим за ними эльфам едва ли до плеча.

«Неужели здесь еще и хоббиты водятся?» — ужаснулась Яна.

— Нет, это личная гвардия короля, — тут же прошептал ей на ухо мистер Эльф. — В нее набирают только очень молодых эльфов.

Вконец испорченная репортажами современных СМИ Регина сразу же подумала о нехорошем.

— Священное древо с вами! — воскликнул советник короля и добавил нечто емкое на эльфийском. — Юные эльфы набираются в гвардию потому, что в этом возрасте они все еще способны к магии и смогут защитить короля от того, от чего он не сможет защититься сам.

Яне стало неловко и любопытно одновременно, но ни извиниться, ни расспросить подробнее про магию она не успела, потому что королевская процессия подошла уже вплотную.

Вблизи король оказался удивительно похож на человека… на немного отфотошопленного человека с заостренными ушами. Сегодня монарх был без косы, с распущенными по плечам волосами — видимо, утренний церемониал позволял такие вольности.

«Платиновый блонд, возможно даже натуральный», — отметила про себя Яна, чем заработала косой взгляд мистера Эльфа.

Также на короле не было парадной мантии, что позволяло оценить его весьма и весьма атлетичную фигуру.

«Ему бы еще десяток килограммов мышечной массы — и стал бы похож на киношного викинга. Но для трехсотлет вполне неплохо сохранился», — подумала Регина, желая поддразнить своего сопровождающего, но потом спохватилась. А как же король? Вдруг он тоже прочитает ее мысли и сочтет их зеленым светом для своих нелепых притязаний?

Но король был невозмутим, ни один мускул не дрогнул на его спокойном лице, как, впрочем, и на лицах придворных.

«Все, больше ни одной лишней мысли! Особенно о побеге! Ой… Если б я был султан, то б имел трех жен…» — Понимая, что попытки не думать проваливаются, Яна не нашла ничего лучше, чем завести в голове песенку.

Тем временем мистер Эльф уже шагнул навстречу королю, поклонился и затянул какую-то речь, широким жестом указывая на Яну, — вероятно, представлял. Конец его многословной тирады совпал со строками: «Но с другой стороны — тещи тоже три!» — и к тому моменту советника уже явно трясло, он поклонился глубже прежнего, пытаясь унять рвущийся наружу смех, и, с трудом сдерживаясь, зашипел на мысленно музицировавшую туристку:

— Поклонитесь.

«Что значит "поклонитесь"? — хмыкнула про себя Регина. — Разве так нужно приветствовать короля?»

Театральным жестом Яна взмахнула руками и, пугая и без того ошеломленных придворных, сделала размашистый реверанс — прямо как когда-то учили в детском саду, да еще с таким энтузиазмом, что любая воспитательница бы похвалила.

Вопреки всем ожиданиям, король не был даже удивлен упражнениями в исполнении своей предполагаемой королевы.

— Я очень рад, что вы демонстрируете такую хорошую форму и гибкость, — одобрительно склонил голову монарх.

— Надеюсь, ваше величество не будут смущены тем, что я иногда нарушаю эльфийский этикет, — с прицелом на совершенно обратное защебетала Регина, — ведь я всего лишь человек.

— Я никогда не испытывал предубеждения к людям, — пафосно сказал король и жестом указал ей на место рядом с собой.

А вот Яна, похоже, уже начинала сама испытывать некоторые предубеждения. Она никогда не была расисткой, но теперь фраза «ненавижу эльфов» все чаще просилась ей на язык.

Придворные без видимого удовольствия подвинулись, освобождая пространство для нее и мистера Эльфа.

— Я заметила по тому, как тепло меня приняли в вашем лесу.

Правитель с озабоченным видом повернул голову к своему советнику, и тот что-то быстро-быстро зашептал ему на ухо, периодически бросая неодобрительные взгляды на Яну.

Регина фыркнула.

«Угрожали оружием, связали, да еще мантикора эта. Не могу же я притвориться, что стражи расстелили красную дорожку при моем появлении! Хотя на руках меня несли… какое-то время, это да. Но только потому, что хотели запихнуть мою личность в будку на дереве».

Король замедлил шаг и остановился с таким видом, будто уже видит вдалеке берет художника, мчащегося писать его парадный портрет. Яна невольно залюбовалась, а потом краем глаза поймала саркастически-вопросительную гримасу на физиономии мистера Эльфа.

«Нет, я не передумала! Ой! Все могут короли, все могут короли.»

Даже если монарх уловил ее мысли, лицо его продолжало держать мину для портрета.

— Одно слово — и мы переоборудуем ваши покои, доставим необходимые продукты из внешнего мира, а также любые другие вещи, которые могут вам понадобиться.

«Может, еще и чемодан мой заберете из номера в отеле? Ведете себя так, будто купили экзотическую обезьянку с рук и заранее не позаботились узнать об условиях ее содержания», — подумала Яна и поняла, что, даже если исполнит все хиты советской эстрады, сдержать свои мысли ей не удастся. А раз так, есть ли в этом хоть какой-то смысл? Тем более что перед ней совершенно другая задача.

— Если бы я была пенсионеркой и выбирала дом престарелых, то ваше предложение. кхм. всех этих благ непременно заставило бы меня задуматься, но у меня своя жизнь в Москве!

— Так Москву восстановили? — буднично спросил его эльфейшество, возобновив неспешную прогулку.

— В смысле?

— После пожара.

— После какого пожа. вы что. имеете в виду пожар тысяча восемьсот двенадцатого года?! — Яна даже отстала на шаг.

— А были еще? — обернулся король.

— Таких вроде не было. Да не это важно! Там мой мир и моя жизнь!

— Позвольте полюбопытствовать, у вас есть человеческий муж?

— Нет.

Дети?

Нет.

— Это вот как раз прискорбно с точки зрения последующего размножения. Другие близкие родственники?

— Близких нет. Но у меня работа, квартира и машина!

Кажется, разговор шел совсем не по плану. Уж точно не по Яниному! Спрашивается, кто из них двоих собирался нащупывать слабые места собеседника? Мистер Эльф улыбался снисходительной улыбкой за спиной своего племянника и даже не думал скрываться.

— Я предлагаю вам дворец, любое средство передвижения и самую почетную работу в своем королевстве, после работы короля, конечно.

«Итак, официальное коммерческое предложение выслано», — тяжело вздохнула про себя Регина и решила зайти с другой стороны.

— А в случае успеха затеи вас не пугает перспектива провести со мной весь остаток жизни?

— Остаток вашей жизни, — невозмутимо поправил ее король. — По данным наших ученых, при использовании современных эльфийских достижений в медицине человеческая особь в среднем может дожить до ста пятнадцати лет. Учитывая вашу отличную физическую форму, возможен и максимум в сто пятьдесят лет. Вам сейчас сколько?

— Сорок один, — ошарашенно ответила Яна.

— Таким образом, максимальный срок нашего с вами брака не должен превысить сто девять лет, что всего лишь на девять лет дольше, чем сроки двух моих первых жен.

«Железная логика, — подумала пленница. — Эй, господа эльфы, вашего короля заменили на робота! На робота-калькулятора, если точнее…»

Король калькуляторов замолк на несколько минут, видимо, чтобы дать своей новоиспеченной фаворитке время на раздумья. Раздумий как таковых не получалось, и, оглядывая дворцовый сад, Яна наткнулась взглядом на группу эльфиек в замысловатых зеленых одеждах, упражняющихся в стрельбе из лука. Их оружие явно было деревянным и походило на те экземпляры, которыми стражники «приветствовали» туристку в лесу, только своей формой.

— Я думала, эльфы больше не используют старые луки, — удивилась Регина, вспомнив, как обиделся за свой народ мистер Эльф.

— Это традиционный стрелковый клуб, — пояснил советник из-за плеча своего коронованного племянника. — Его величество разрешил им тренироваться в королевском парке.

— Если они вас заинтересовали, мы можем подойти ближе и посмотреть, — вежливо предложил король.

— А пойдемте! — согласилась Яна, неспешная инспекция сада ей порядком надоела.

Процессия зазмеилась в сторону выхода из лабиринта подстриженных кустов. Возникшая пауза позволила пленнице присмотреться к статуям из светлого камня, которые изредка встречались на перекрестье дорожек.

Вот, к примеру, могучий воин-эльф, точно Георгий Победоносец, убивает копьем какую-то крылатую ящерицу.

Поравнявшись со скульптурой, Яна сбилась с шага. Это была не ящерица, это был самый натуральный птеродактиль! Вы когда-нибудь видели птеродактиля, изваянного из мрамора? И наша туристка тоже нет, поэтому она беззвучно раскрыла рот и в изумлении указала пальцем на экспонат.

— Вам нехорошо, мисс Джейн? — Король, очевидно, не понял ее пантомимы.

— Мисс Джейн таким красочным образом выражает свое безграничное восхищение нашим искусством, ваше величество, — поспешил вмешаться вездесущий мистер Эльф.

— В королевском саду находятся лишь копии, — уточнил его эльфейшество. — Если вам когда-нибудь захочется увидеть оригиналы, то я советую посетить королевскую галерею в центре города. Там собраны еще более древние памятники нашей цивилизации.

«Так это не больная фантазия скульптора?» — пронеслась мысль в голове у Яны, так и не успев оформиться в слова, потому что у самого выхода из лабиринта стояла еще одна скульптурная группа…

Гордый высокий эльф в отутюженной мраморной тоге снисходительно вручал лепесток пламени некоему волосатому существу в набедренной повязке. Волосатый был очень похож на рисунок неандертальца из школьного учебника.

Яна в очередном немом изумлении обернулась на мистера Эльфа. Тот лишь приподнял брови и кивнул.

Женщина тряхнула челкой (не лучшее время, чтобы изображать восторженного туриста) и вновь повернулась к королю калькуляторов, чтобы сделать еще одну попытку пробить его броню.

— А что же ваша жена?

— Моя жена? — переспросил король и резко стрельнул глазами на пленницу, впервые за время всей прогулки выйдя из образа.

— Почему она не с вами? — продолжила атаку Яна. — Она тоже собирается снова замуж?

Король смял в руке край своего камзола. И только Регина хотела закрепить победу, как из-за его плеча вмешался мистер Эльф:

— Мисс Джейн, а не хотите ли вы попробовать свои силы в стрельбе из наших традиционных луков?

Советник подхватил пленницу под локоть и поволок в сторону упражнявшихся на лужайке лучников, но и без того сигнал об опасности был недвусмыслен.

«Что же там такое с королевой?»

На приеме во дворце Яна и не разглядела ее толком, а, как оказалось, стоило. Вполне возможно, что именно жена короля окажется тем существом, которое искреннее всех желает выставить человеческую женщину за порог. Но вряд ли тут так просто можно попросить телефон второй эльфийки в заповеднике… Или можно?

Яна многозначительно посмотрела в стриженый затылок мистера Эльфа.

— Я бы не советовал, — моментально ответил тот на так и не озвученный вопрос.

Расспрашивать почему Яна не стала, на хвосте были монарх со свитой, а впереди юные и неуравновешенные эльфы, вооруженные луками. Молодые, так как их было невозможно отличить от людей. Вывод о неуравновешенности пленница сделала на основании более близкого знакомства с Руфусом Синклером.

Вся стреляющая по мишеням компания напоминала каст к какому-нибудь молодежному сериалу. И на этот раз, кажется, никто не ограничивал костюмеров в смете. Члены стрелкового клуба носили зеленые туники и кожаную экипировку, состоявшую из широкого, закрепленного множеством ремней пояса, краг и напальчников.

Яна скользнула взглядом по длинноволосым красавицам-эльфийкам (благо они были так увлечены тренировкой, что не обратили на появление посторонних никакого внимания) и только решила подольше задержаться на юношах, как тут же вернулась и присмотрелась внимательнее к одной из эльфо-девиц. И точно! Сомнений быть не могло! Лицо, конечно, чуть изменилось, более выпукло обозначились скулы, но эта внешность раньше действительно принадлежала топ-модели девяностых. Получается, не одному Руфусу захотелось славы в человеческом мире. А сколько еще таких скрытых эльфов прогуливается сейчас по планете?

Топ-модель откинула шелковистую прядь смоляных волос за спину, положила стрелу на тетиву и прицелилась. Видя звериную грацию ее движений, Яна сдала назад.

— Может, мне не стоит даже пробовать?

От звука человеческого голоса эльфийка вздрогнула, и стрела ушла на пол-ладони выше мишени.

— Вот, — указала на ее промах Яна, — одно мое присутствие плохо влияет на среднюю меткость по заповеднику!

Угольные брови эльфийки угрожающе сошлись на переносице, но тут же вернулись на свои места, придав ее лицу миловидное выражение.

— А мое, как уже было отмечено на многих соревнованиях, наоборот, ее повышает, — раздался голос короля из-за спины пленницы. — Так что общий уровень должен остаться неизменным.

Пока польщенные высочайшим вниманием лучники кланялись, король жестом приказал подать лук его новоиспеченной фаворитке.

«Нет, застрелить кого-нибудь из свиты — это будет перебор, — решила Яна. — Так и казнить могут. Но вот показать собственную косорукость в благородном спорте — самое оно. Даже стараться не придется».

Женщина самоуверенно приняла лук и стрелу из рук топ-модели, остановившись на ней взглядом дольше нужного (не удержалась — это же все равно что встретить в лесу живую Мэрилин Монро!), и стала прилаживаться к непривычному оружию.

Двое юношей помладше, стоявшие рядом с целями для того, чтобы вовремя освобождать их от вонзившихся стрел, поспешно отошли дальше. Видимо, человеческая меткость была здесь не в чести.

Натянуть тетиву сил Региной вполне хватало, но вот захват стрелы никак не давался…

Внезапно лицо короля оказалось совсем рядом с ее щекой, а его ладони легли на руки пленницы. Яна почувствовала пряный аромат, исходящий от платиновых волос, коснувшихся шеи.

— Не дергайтесь, стрела не любит даже слишком резкого дыхания. — Если бы не весь их предыдущий разговор, она подумала бы, что вопреки уверениям мистера Эльфа ее действительно соблазняют… В данную конкретную минуту, на глазах у всех!

— Мисс Джейн, вы знаете, почему люди никогда не бывают отменными лучниками? — подлил масла в огонь коварный голос мистера Эльфа. — Из-за слишком частого сердцебиения.

Назло обоим Яна отпустила тетиву, даже не взглянув на цель. Раздался глухой звук, а затем одобрительные возгласы придворных. Не веря своим глазам, туристка обнаружила свою стрелу воткнувшейся всего лишь на палец в стороне от центра мишени.

— Вы быстро учитесь, — похвалил король

«Нет, просто должно же мне когда-то начать везти. Конечно, попадание к эльфам не компенсируется попаданием в цель, но хоть что-то.»

— Или это вы отличный учитель, ваше величество, — ввернул мистер Эльф, который прежде был не склонен к подхалимству.

Региной подали вторую стрелу, и король отошел, предоставив туристке блистать меткостью самостоятельно.

Яна сделала второй выстрел, едва не уронив лук, но стрела как-то странно вильнула и опять закончила свой полет очень близко к центру мишени. Женщина раскрыла рот от удивления, хотела что-то сказать, но услужливая рука мистера Эльфа уже протягивала ей третью стрелу.

«Нет, ну так не пойдет!»

Туристка намеренно завела лук выше, так что никакое коварное дуновение ветерка не помешало бы ей благополучно промазать…

На этот раз сомнений не было абсолютно: в середине полета стрела внезапно сменила курс, чтобы поразить цель в самое яблочко.

Яна грозно обернулась и встретилась с пристальным взглядом молодого королевского стража. Над его верхней безусой, как у всех эльфов, губой выступили бисеринки пота. Похоже, что именно этот бедняга был истинной причиной ее незапланированной меткости.

Мистер Эльф, стоявший неподалеку, выразительно поднял брови. Дескать, а чего вы хотели? Король не может упасть своим светлым ликом в грязь на виду у подданных, и если он научил вас держать лук, то вы обязаны попадать в цель. Скольких бы усилий это ни стоило другим.

Было похоже, что если этот страж в конце концов выбьется из своих магических сил, направляя выстрелы человеческой женщины, то тем двум юнцам на другом конце площадки придется двигать цель, чтобы она каждый раз оказывалась на пути ее стрел.

Поняв, что саботаж не удался и вряд ли удастся, Яна со вздохом опустила лук. Тут же эхом до нее донесся вздох облегчения от вспотевшего стражника.

Гулять дальше было совершенно неинтересно — король методично обошел всю территорию парка, видимо демонстрируя Яне свои неоспоримые достоинства. Вот здесь жилище общей площадью двадцать тысяч квадратных метров, участок в триста гектаров. А вот мой счет в банке и две справки с гербами о родовитости семьи. Туристка на полном серьезе уже готовилась обозревать сокровищницу и портретную галерею с эльфийскими предками на стенах, но, видимо, на сегодня экскурсии по дворцу запланировано не было. Король мог позволить себе не торопиться с ухаживаниями, ведь срок его текущей жены заканчивался только через месяц, а за это время можно было облазить заповедник вдоль и поперек, было бы желание.

По завершении утреннего променада монарх бросил что-то короткое своему дяде, и мистер Эльф с неудовольствием поклонился в знак того, что исполнит приказание, как бы оно ему ни претило.

— Что он сказал? — спросила пленница, когда увидела, как его эльфейшество разворачивается с явным намерением лишить их своего драгоценного общества.

— Предложил мне отвести вас еще в одно интересное место.

— Так уж и предложил? — с сомнением переспросила Яна, глядя на хвост королевской «змейки», втягивающейся под арку с розами.

Ответа не последовало.

Хочется мистеру Эльфу секретничать — пусть. Если у короля даже попадание стрелы в цель не обсуждается, что уж говорить о милостиво высказанном предложении.

Покидая поляну лучников, Яна гадала, что хочет показать ей эльфийский король (свою яхту, банковскую ячейку или, может быть, бассейн?), но новая достопримечательность превзошла все самые смелые ожидания.

Немного попетляв по саду, мистер Эльф вывел ее в ту его часть, где из-под земли в хаотичном порядке торчали светлые глыбы скальных пород. Кажется, эльфийские садовники просто-напросто не знали об этом месте, так как никто не позаботился даже сделать вид, что здесь замышлялся дворцовый рокарий.

Лишь подойдя вплотную к одному из вздымавшихся из-под земли камней, Яна увидела, что вся его поверхность испещрена завитушками эльфийских букв.

— Это какое-то священное место? — спросила она у своего проводника.

— Да, здесь находится храм Древней Крови, — подтвердил тот. — Существует легенда, что когда-то тут произошла последняя битва между эльфами и гигантами, а камни — это снаряды, которые великаны бросали в наших предков, чьи тела до сих пор упокоены под некоторыми из них.

— И кто победил?

— Мне кажется, это очевидно, учитывая, что вами до сих пор не позавтракал ни один из гигантов…

— Ну знаете, день еще только начинается, — мрачно ответила Яна. — Вчера я тоже не планировала ужинать у эльфов и уж тем более благодетельствовать их наследником. Кто знает, где я проведу вечер сегодня.

Вдали между камней поблескивало нечто странное.

Туристка сделала несколько шагов вперед и пригляделась: объект был похож на гигантскую, размером с дом, друзу слипшихся кристаллов кроваво-розового цвета.

— Кажется, великаны бросали в ваших предков не только камни. Такую красивую штуку можно было бы и поймать, а не уворачиваться.

— Это и есть храм. По легенде он вырублен из окаменевшего сердца вождя побежденных гигантов.

— Я, конечно, подозревала, что эльфы кровожадные. Но чтобы настолько не знать жалости к врагам. — усмехнулась Яна.

— Да, мисс Джейн, мы потомки воинов и охотников, — нисколько не смутился мистер Эльф, приняв сомнительную шутку за комплимент, — и гордимся этим.

Вблизи гигантские кристаллы были гладкими и отшлифованными, а также имели с одной стороны вход, явно появившийся там не по прихоти природы.

— Прошу вас. — Советник короля указал Яне внутрь кристалла, где темнота имела не очень приятный бордовый оттенок.

— Что там такое? — осторожно спросила туристка.

— Храм Древней Крови, — повторил мистер Эльф и вошел в проход первым, видимо считав ее страх. — Эти кристаллы — хранилище информации обо всех эльфах, когда-либо живших в заповеднике, и их родственных связях.

Ная, до этого сопровождавшая пленницу молчаливой серебристой тенью, так что та даже успела позабыть о ее присутствии, воспитанно уселась у входа с явным намерением сторожить.

— Типа архива или ЗАГСа? — Женщина все же решила последовать за спутником и через несколько шагов в темноте увидела впереди розоватый свет, навевавший смутные ассоциации с материнской утробой.

— Архива, да. Только в древности информация записывалась магическим путем, а теперь мы используем технологии… А что такое «за-а-агс»? — последнее слово мистер Эльф произнес, судя по всему вынырнув в каком-то просторном помещении, потому что эхо еще долго гуляло по стенам.

— А это тоже. храм. древней статистики. — Яна вылезла вслед за ним и оказалась в круглом зале, свет в котором лился прямо из стен. — Я все забываю спросить, на какой энергии работают ваши технологии?

— Тепловой. Под заповедником находятся горячие источники. — Ее собеседник стоял почти в самом центре, где полукругом расположились несколько сидений правильной кубической формы, сделанных из того же материала, что и сам храм. — Садитесь.

Ровно посередине помещения в полу была неглубокая круглая выемка непонятного назначения.

Этот сомнительный резервуар напомнил Яне нечто виденное на пирамидах в Мексике.

— Король точно собирается сделать меня своей следующей женой? — с подозрением спросила она.

— Да, но зачем вы уточняете? Передумали? — Кошачьи уголки губ эльфа поползли вверх.

— Любите храмы?

— Нет, хочу убедиться, что не передумал он и вы сейчас не начнете приносить меня в жертву. Вон у вас и подходящий бассейн для крови имеется.

— Об этом можете не беспокоиться, эльфы никого не приносили в жертву. По крайней мере последние две тысячи лет.

«Ага, как любят пугать экскурсоводы, Везувий тоже извергается раз в две тысячи лет, и последнее извержение было две тысячи лет назад».

— И зачем же мы здесь? — спросила Яна, осторожно присев на одно из странных сидений. Странно, но на ощупь оно больше напоминало пластик, нежели кристаллы, к которым она только что прикасалась.

— Чтобы встретиться со мной, — раздался женский голос с другого конца зала, где тоже виднелся округлый вход.

Эхо слов еще не затихло, когда в храм вошла молодая эльфийка с волосами настолько насыщенного рыжего цвета, что они казались красными. Оттенок, хоть и был гораздо ярче, сильно напоминал стены кристалла, и Яне в голову закралась крамольная мысль, уж не покрасили ли девушку специально в масть. На эльфийке было надето белое платье (непрозрачное для разнообразия), заколотое крупной фибулой в виде полумесяца и оттого напоминающее древнеримскую тогу.

— Меня зовут К’виэль Пхалень’эт С’моэли, и я младшая жрица храма Древней Крови, — довольно гостеприимно сказала красноволосая.

Яна напряженно нахмурилась, пытаясь зацепиться хотя бы за несколько знакомых звуков непроизносимого имени…

«Может быть, она согласится на мисс Жрица?» — хихикнул внутренний голос, некстати вспомнивший шутку про холодильник и ночную жрицу, хотя стройная фигура девушки поводов к тому не давала.

— Вы ведь не запомните, да? — обреченно спросил мистер Эльф.

— Нет. ну, может быть, разве что сокращенную версию. и вообще я очень сильно надеюсь, что не пробуду здесь настолько долго, что мне понадобится запоминать эльфийские имена.

— Это не очень вежливо. Сокращенное имя может иметь не совсем приятный смысл.

— А держать меня здесь против воли — верх вежливости, вы тут все прямо экстремисты от гостеприимства!

Оба эльфа как по команде потупили глаза. Яна уже заметила, что у нелюдей было не принято повышать голос и, когда она начинала выходить из себя и лезть на амбразуру, ушастые выглядели как родители, которым стыдно за разбушевавшееся чадо, но ничего поделать с ним они не могут.

— Хорошо, — сбавила обороты пленница, вдруг пожалев своих невольных угнетателей.

— Можно я буду обращаться к вам как к индейцам? Типа вождь Большое Гнездо или шаман Осенний Мухомор? Вы только скажите переводы своих имен на английский, а уж я подхвачу.

Эльфы переглянулись, не уверенные, издеваются над ними или нет.

Жрица улыбнулась первой.

— Мое имя переводится как «поющая песни на закате». Никогда не думала, что мы так похожи на индейцев. — Она по-девчоночьи хихикнула. — Но лучше обойдемся тем вариантом, который я использовала в человеческом мире. Джой.

Эльфийка протянула Яне руку, и туристка оценила ее находчивость. «Джой» — радость. Поющая песни на закате непременно умеет найти повод для радости даже после трудного дня.

— Яна, или Джейн, если вам так привычнее. А чем занимаются жрицы в этом храме?

— Титул жрицы остался у нас еще с древности. На самом деле я врач-генетик. Его величество хочет, чтобы я взяла у вас пробу крови. — Она легонько стукнула по кубу сиденья рядом с Яной, его крышка вдруг откинулась, и изнутри выдвинулось нечто вроде мини-лаборатории очень футуристического вида.

— Я не собираюсь отдавать свою кровь добровольно! — Ошеломленная неожиданным поворотом событий, Яна спрятала руки за спиной. — Вам придется связать меня!

Мистер Эльф и Джой озабоченно переглянулись.

— Никто не собирается вас связывать, — заверил пленницу советник.

Докторша нажала что-то на своем браслете, открылся третий куб, из которого выехал маленький кругленький робот, словно украденный со съемок «Звездных войн», и направился к Яне.

— Даже не пытайтесь, — предупредила невольная пациентка, всем корпусом разворачиваясь к хитроумной машинке. — Я только испорчу вам дорогостоящее оборудование.

Робот, будто бы в ответ, замигал разноцветными лампочками, голова его закрутилась, а откуда-то изнутри послышалась веселая песенка на эльфийском. Яна уставилась на него, не в силах понять, что происходит и откуда ждать подвоха. Подвох был тут как тут. Робот мигнул особенно яркой лампочкой, и Регина едва не ослепла от вспышки. Одновременно с этим ее обдало дуновением воздуха от какого-то движения, а левую руку что-то кольнуло в плечо.

— Ну вот и все, — успокаивающе сказала Джой, похлопав пациентку по спине. — Ничего страшного.

— Что вы сделали?! — возмутилась Яна, пытаясь сквозь рыхлую вязку свитера рассмотреть место укола.

— Взяла образец вашей крови.

— Это игрушка. Ее используют, когда дети капризничают на приеме у врача, чтобы отвлечь их и дать возможность настоящему оборудованию получить образец, — с искренним удовольствием пояснил мистер Эльф и посмотрел вверх на механический щуп, прячущийся в потолке.

Тем временем развеселый робот-игрушка исполнил очередную песенку, покрутился вокруг своей оси, помигал огоньками, а затем круглая крышка на его голове вдруг откинулась, продемонстрировав расписную шкатулочку внутри. Советник подмигнул своей подопечной и потянулся рукой к пестрой коробке.

«ТОЛЬКО ПОПРОБУЙТЕ ДАТЬ МНЕ ЛЕДЕНЕЦ!» — Яна вложила в эту мысль столько энергии, что она должна была отпечататься в сознании нелюдя заглавными буквами.

Мистер Эльф вежливо улыбнулся, открыл шкатулку, достал оттуда нечто напоминающее мармеладку и сунул в рот.

— Зря. Говорят, помогает справиться с волнением.

— Я не волнуюсь, я злюсь!

— Совершенно напрасно, К’виэль сделает вам полную диагностику организма и, конечно же, генетический анализ. В этом нет ничего страшного, каждый эльф время от времени проходит такую процедуру, ведь именно здесь, в храме Древней Крови, устраиваются все браки в заповеднике, иногда даже до того, как жених и невеста узнают о предстоящем союзе.

— Что?!

— Мисс Джейн, ну вы же образованная женщина… Разве можно пустить процесс воспроизводства новых поколений на самотек в столь ограниченной популяции, как наша? Только наука и точный разбор генетического кода могут спасти нас от вырождения.

Пока Яна молчала и злилась (даже объяснения мистера Эльфа не разбудили в ее душе сочувствия к будущему остроухой популяции), Джой спокойно нажимала что-то в своей крошке-лаборатории, поминутно обмениваясь длинными фразами с советником короля. Иногда оба бросали загадочные взгляды на пленницу.

— У меня для вас хорошая новость, — закончив разговор с доктором, сообщил мистер Эльф.

— Неужели королю наконец-то скажут, что от осинки не родятся апельсинки?

— спросила по-русски Яна, вложив в свои слова немалую долю яда.

— Что? — сначала не понял советник, но затем, видимо, прочел ее мысли и ответил: — Нет. Но К’виэль говорит, что программа нашла еще одну идеальную пару для его величества, эта эльфийка недавно достигла брачного возраста. Так что, может быть, король пересмотрит свои планы на вас.

— Йу-ху! — саркастически сказала Яна и карикатурно подняла кулаки вверх.

— Ну а если нет, — из-за плеча мистера Эльфа вдруг выглянула докторша и подмигнула Яне, — то эта эльфийка хорошо подходит и вам, господин советник.

Туристка злорадно захихикала, опустила руки и панибратски толкнула своего надсмотрщика в плечо.

— Что-то я не вижу бурной радости на вашем лице.

Лицо нелюдя не только не выражало радости, но даже вытянулось самым несчастным образом. Пленница интерпретировала это по-своему:

— Постойте, значит, у вас тоже нет детей? Сколько раз вы уже были женаты?

Мистер Эльф смущенно кашлянул.

— Если вам лет пятьсот, то раза три? Ну тогда понятно.

Ни разу.

Что-о-о?!

— Ни разу.

— Вот прям серьезно? — Яна изумленно посмотрела на докторшу, ожидая хоть какого-то намека на то, что ее обманывают.

Эльфийка коротко кивнула и развела руками.

— А как же продолжение королевского рода? — удивилась туристка, которая, похоже, уже успела заразиться от эльфов их главной навязчивой идеей. — Ведь если у короля не будет детей, на престол взойдут ваши наследники…

В лаборатории повисла тишина, по которой Яна поняла, что залезла в какую-то совсем уж запретную тему и что подобную бестактность вряд ли простят даже неотесанной человеческой женщине. Поэтому она сменила ход разговора, попытавшись обратить все в шутку. В не слишком удачную шутку.

— И что, вы никогда. за все пятьсот с лишним лет. ну это. не были… с эльфийкой? Мистер Эльф патетически поднес руку к глазам.

— Все, это выше моих сил. Заканчивайте без меня. Я больше не могу слушать.

— Подождите снаружи, господин советник, — ответила докторша, в ее глазах стоял смех.

— Это не займет много времени.

Когда мистер Эльф вышел, Яна с любопытством обратилась к эльфийке:

— Что, серьезно? Я думала. просто пошутить.

— Вряд ли это правда, молодые эльфы встречаются, расстаются — как говорят у вас, «любовь живет всего три года», а эльфы в триста раз дольше, на наш период взросления приходится много таких влюбленностей.

— Я думала, вы вообще не знаете, что такое любовь, — удивилась Яна.

— Отчего же? У нас почти те же гормональные и химические реакции, что и у вас, просто мы понимаем, что такие чувства ненадолго, буквально минутное наваждение по сравнению с длиной нашей жизни.

— Вот оно как.

— С другой стороны, господин советник действительно ни разу не был женат и избегает брака всеми доступными ему средствами. Говорят, его величество даже пригрозил однажды, что прикажет ему обзавестись женой.

— Да нет, ну не может быть, — отмахнулась Яна.

Докторша пожала плечами и вновь погрузилась в свою крошечную лабораторию, иногда отмечая что-то на светящемся экранчике, затем вдруг вздохнула и удрученно, очень по-человечески покачала головой.

— Что там? — с беспокойством спросила туристка, у которой не хватало времени, чтобы пройти полное медицинское обследование. А тут все мигом и бесплатно — не заповедник, а санаторий, еще бы выпускали из него после окончания путевки, прекрасное было бы место.

— Да ничего особенного, все хорошо. Но мне не нравится, что ваш организм долгое время находился в состоянии стресса.

Стресса? Каково это — слышать подобное слово от существа с заостренными ушами?

Уже вторая фраза сообщала Яне о том, что докторша должна была выходить в человеческий мир совсем недавно.

— Меня уже второй день как выкрали чуть ли не из экскурсионного автобуса, было бы удивительно, если бы у меня не было стресса!

Эльфийка смутилась и опустила глаза.

— Под долгим временем я имела в виду годы, а не дни…

— А вы поработайте в Москве, еще и не такое заработаете! — хмыкнула Яна, вовсе не собиравшаяся винить докторшу в том, что творил ее полоумный король. Хотела бы она посмотреть на этих нелюдей после стояния в столичных пробках или восьми часов общения с клиентами и поставщиками. Они бы непременно выучили не только слово «стресс», но и полный перечень невротических расстройств.

— Хотите, я вам запущу процесс восстановления организма? — предложила Джой.

— А вы уверены, что мне подойдет эльфийское лечение? — засомневалась Яна.

— Не беспокойтесь, сыворотка делается для каждого пациента индивидуально на основе его крови, а я десять лет стажировалась в человеческом госпитале.

Регина улыбнулась, представив себе эльфийку работающей в какой-нибудь обшарпанной люберецкой больнице лет десять назад. Картинка выходила сюрреалистической. Нет, похоже, таким экзотическим сервисом могла похвастаться только система здравоохранения Великобритании. Туристка покосилась на Джой, по вкусу ли ей пришлась необычная фантазия, но лицо докторши было невозмутимым. И Яна решила развеять давно копившиеся подозрения:

— Скажите, а все эльфы умеют читать мысли?

Эльфийка удивилась внезапной смене темы, но не слишком.

— Нет, конечно. Эта способность открывается у нас только после достижения определенного возраста, и то не у всех. — Заметив обрадованное выражение на лице пациентки, она пояснила: — Не стоит беспокоиться по поводу господина советника, если он и использует свои способности, то всегда очень тактично.

«Ага, я в курсе», — ядовито подумала туристка, пользуясь отсутствием «тактичного» господина советника.

— Не ожидал, не ожидал… — задумчиво протянул мистер Эльф, когда Яна вышла из храма.

Женщина удивленно нахмурилась.

— То вы готовы оборонять каплю своей крови до последнего вздоха, а то вдруг добровольно даете вколоть себе непонятно что. — Нелюдь явно наслаждался моментом.

Туристка действительно пересмотрела отношение к эльфийской медицине. Собственное здоровье надо было поправить, ей ведь еще предстояло выбираться из этой экзотической западни.

— И я даже знаю, почему вы не ожидали, господин советник, — многозначительно протянула Яна. — Жены у вас никогда не было, жены. Поэтому о женской мотивации вы знаете не так уж много.

Как и ожидалось, мистер Эльф примолк, дабы ни в коем случае не спровоцировать развитие этой щекотливой темы.

— А теперь куда? — спросила пленница у своего сконфуженного охранника.

— Во дворец. Вы отдохнете и приготовитесь к вечернему празднеству. — На руке мистера Эльфа внезапно завибрировал браслет. Советник отодвинул рукав рубашки, которым он был прикрыт, что-то нажал на металлической поверхности и задал короткий вопрос на эльфийском.

«Аналог Эппл вотч?! — поразилась Регина. — Интересно, а Стив Джобс знал, что его продукты копируют не только китайцы, но и эльфы?»

Нелюдь бросил еще одну короткую фразу своему собеседнику, а затем повернулся к Яне:

— Между прочим, такой тип коммуникатора был разработан у нас раньше, чем у вас. И вполне возможно, кто-то из эльфов подсказал идею людям. Так что это мы должны жаловаться на нарушение авторских прав.

— Представляю, как удивились бы юристы «Apple», получив судебный иск от эльфов.

— Не ерничайте. Не все в нашем заповеднике являются сторонниками закрытого существования. — Советник нажал на браслет еще раз, и уже через минуту в поле их зрения появилась спешащая на зов чудо-лодка.

— Вы со мной, мисс Джейн? Или прогулка с королем вас утомила?

— С вами, с вами. — Туристка уже лезла в лодку, что делать целый день одной во дворце, она не представляла. — А куда я с вами?

— К Говорящему древу.

Яна уже была около местной достопримечательности прошлым вечером, но не вылезать же из лодки, в самом деле.

— Если что, там есть выход в город, вы можете прогуляться, — утешил ее мистер Эльф.

— Я могу гулять, где захочу? — поразилась пленница.

— Конечно. До тех пор, пока Ная с вами.

— Но я же могу сбежать!

— Это вам только кажется, — усмехнулся нелюдь и круто увел лодку вверх.

Около древа толпились стражники, штук пять, не меньше. И судя по виду эльфов, дело было плохо.

Регина на своем опыте знала: если подчиненные говорят одновременно и перебивают друг друга, случилось нечто экстраординарное, но вполне решаемое. Если же все молчат как рыбы, отводят глаза, да еще пытаются выпихнуть под око начальства какого-то несчастного, пришел зверек из отряда песцовых и справиться с ним будет не так-то просто.

Стражники, следуя второму сценарию, толкали локтями самого долговязого и лопоухого эльфа со все еще по-детски сложенными бантиком алыми губами.

«Гусениц они, что ли, на листве нашли? Или дятла где-то поблизости услышали?»

Видя, что беднягу трясет, советник успокаивающим жестом положил на его плечо руку и начал неспешный разговор. Яна тем временем оценивающе осматривала древо, пытаясь найти причину, вызвавшую переполох.

Наконец, переспросив что-то несколько раз, мистер Эльф нахмурился и тоже обратил свое внимание на дерево.

— Что у них стряслось? — полюбопытствовала туристка, присаживаясь на высокий выпуклый корень.

— Говорят, что древо ворчало, — рассеянно ответил ее сопровождающий.

«А может, просто один юный контрабандист поделился содержимым чемодана с товарищами?» — усмехнулась про себя пленница, подобралась ближе к стволу дерева, приложила ухо, прислушалась и тотчас же отпрянула с изумленным и благоговейным видом.

— Оно говорит! Говорит… отпустите человеческую женщину!

— Бросьте паясничать! — неожиданно резко отреагировал мистер Эльф, и Регина поняла, что на этот раз действительно перегнула палку. — Это священное место, объект поклонения и паломничества!

Неожиданно прямо над ухом Яны раздалось громкое «пф-ф!». Она завертела головой, пытаясь определить источник звука, но вокруг никого не было.

— На этот раз вам повезло, что вашего перфоманса не видел никто из старших. Извините за мою резкость, но постарайтесь больше не смеяться над нашими святынями.

А Яне уже было совсем не до религиозных предпочтений эльфов. Как сказал тот страж? «Древо ворчало». Она еще раз дотронулась до коры. Сказать мистеру Эльфу или не стоит? Вряд ли советник поверит ей после того, что сейчас произошло.

— Так вы действительно что-то слышали? — уже более спокойно спросил ее нелюдь, рассуждать про себя при нем было бессмысленно.

— Я не уверена… А оно действительно говорящее, это не просто название?

— Не просто. — Эльф любовно погладил кору. — Последний раз это древо говорило лет четыреста назад, тогда их было больше. А Нурания рассказывала, что давным-давно подобные деревья росли в каждом углу заповедника.

— И что же с ними случилось?

— Они начали умирать, перестали появляться новые ростки, и вместе с ними угасла наша магия. Возможно.

Советнику не дали договорить, снова требовательно запищал его браслет.

«Ну прямо не эльф, а бурундук, Чип и Дейл в одном лице».

Яна разочарованно насупилась — сказка про деревья ее заинтересовала.

Пока нелюдь разговаривал с невидимым собеседником, в голосе которого даже на эльфийском были слышны панические нотки, Регина с любопытством разглядывала стражников, а те в ответ не менее пристально разглядывали ее. Решив подразнить молодняк, она внезапно высунула язык, чем привела как минимум троих в крайнее смущение.

— Мне надо отлучиться, что-то не так с подготовкой к празднику. Подвезти вас до дворца или вы хотите показать еще какие-то мимические упражнения стражникам? — отвлекся мистер Эльф от браслета.

— Можно я немного погуляю, пока вы занимаетесь делами? — решилась напомнить Яна, проигнорировавшая замечание о стражниках.

До сих пор мистер Эльф довольно беспечно относился к вопросу надзора за ее действиями, возможно, если ей все же удастся осмотреть город, найдется способ и выбраться из него.

— Ах да, мы же прервали вашу экскурсию…

«Ну, кому будет экскурсия, а кому разведка.» — подумала Яна и тут же осеклась.

— Вот что я уважаю в людях, так это упорство, — одобрил нелюдь. — Идите, я найду вас, когда освобожусь.

Одной стороной дерево выходило в королевский парк, а второй на уютную аллею, причем отделены они были всего лишь небольшой зеленой изгородью. Его эльфейшество явно не прятался за семью замками от народа. Обнаружив, что выход в город был настолько легкодоступен, Яна мысленно послала пламенный привет актеру, вчера так некстати остановившему ее за шаг до цели. Это был первый случай, когда она пожалела, что не все эльфы умеют читать мысли, а те, кто умеет, не могут делать это на большом расстоянии.

Регина мерила аллею шагами и размышляла.

Итак, будем логичны… Какова вероятность того, что каждый раз, чтобы попасть во внешний мир, эльфам приходится пересекать полосу отчуждения? Достаточно вспомнить реакцию мелкого контрабандиста на встречу с мантикорой, чтобы понять, что очень и очень небольшая. Скорее всего, место перехода где-то в городе. Что-то вроде Киевского вокзала.

Вот только метод «язык до Киева доведет» здесь вряд ли поможет. И дело вовсе не в незнании эльфийского, просто подданные короля вряд ли настолько своевольны, чтобы взять и отпустить пленницу наперекор монарху.

Прямо за аллеей начинался город, но это был совсем не тот город, который Яна видела вчера с лодки мистера Эльфа. Да, конечно, где-то на горизонте высилась башня вполне футуристической конструкции, но район, раскинувшийся перед туристкой, представлял собой одно-двухэтажную застройку, причем весьма и весьма древнего вида. Здания сплошь светлые, изящные, со множеством резных наличников, балкончиков и башенок.

«Ну точно в историческом центре какого-то европейского города! Осталось только купить магнитик и мороженое».

Яна даже на секунду забыла, зачем вообще сюда пришла.

При мысли о мороженом она наткнулась взглядом на пеструю лавку, торговавшую чем-то напоминавшим разноцветное печенье в кульках, затейливо свернутых из широких листьев. Не удержавшись, туристка остановилась и принялась с интересом разглядывать витрину. Пусть эльфийская кухня и оказалась не на высоте, но, может, хоть сладости порадуют?

Регина подумала, что, скорее всего, фунты даже у нелюдей имеют какую-то цену, раз уж наружу эльфы нет-нет да выходят. В заднем кармане ее джинсов как раз лежало несколько купюр и паспорт на случай незапланированного побега.

Остроухий продавец, до этого смотревший на человеческую женщину едва ли не с открытым ртом, при виде продемонстрированной ему денежки и вовсе подался назад в полумрак своей лавки, да еще раскричался так, будто Яна не покупать пришла, а грабить.

«Так бы и сказал, что фунты не принимает. Интересно, какая у остроухих валюта?»

На крик из внутреннего помещения вышла эльфийка (вполне возможно, жена) и тоже уставилась на туристку. Выслушав панические вопли супруга, она вступила с ним в оживленную беседу, больше напоминавшую домашнюю ссору.

Только тут до Яны дошло, что происходит!

И она поспешила отказаться от покупки, так как спор явно шел не на жизнь, а на смерть, причем на ее жизнь и смерть.

«Вместо того чтобы спорить, лучше бы спросили, готова ли я рискнуть здоровьем и приобрести нечто несъедобное для себя».

Регина извинилась перед рассорившимися чуть ли не до развода, но так и не решившими, безопасен ли их продукт для человека, владельцами лавки и пошла дальше. Встречные эльфы оглядывались, высовывались из окон и даже звали приятелей посмотреть на такое чудо. Поведение городских жителей с лихвой компенсировало все те знаки невнимания, которые оказывали новоиспеченной фаворитке придворные.

«Не удивлюсь, что о моем появлении уже упомянули все газеты, каналы и радиостанции в городе… или откуда они там еще получают новости…»

Через десять-пятнадцать минут прогулки под таким количеством пристальных взглядов Яне захотелось начать махать рукой в ответ, словно новоиспеченному члену британской королевской семьи.

«Стоп! Даже не думай! Тьфу-тьфу-тьфу, не дай бог!»

При воспоминании о вполне реальном шансе стать членом королевской семьи эльфийской, пленница ускорила шаг, оглянулась. На улице позади было слишком много эльфов. Так и толпу остроухих собрать недолго.

«Тоже мне разведчица.»

Она юркнула в ближайший переулок, на который, к счастью, почти не выходило окон, сделала небольшую перебежку по светлым округлым камням мостовой и вынырнула на другой, чуть более спокойной улице.

Здесь можно было отдышаться. Яна остановилась, у ног ее села вездесущая Ная и, высунув язык, с хитрым прищуром задышала, будто передразнивая.

«Интересно, до какой степени все же разумна эта порода?» — покосилась туристка на гончую. Собака покосилась в ответ, будто бы желая знать, до какой степени разумны люди.

Регина поспешила прекратить эти сомнительные гляделки и зашагала вперед.

Но бродить по городу можно было бесконечно. Яна уже сомневалась, узнает ли место перехода во внешний мир, если его увидит. Маловероятно, что там стоят эльфы с чемоданами и билетами в руках.

В конце улицы под аркой друг за другом пробежали две маленькие фигурки, и пленницу осенила гениальная мысль. Если эльфы, побоявшись гнева короля, вряд ли укажут ей место перехода, то, может быть, это сделают их дети? Осталось только найти и разговорить хотя бы одного, что было не такой уж простой задачей. За все время своей прогулки на улицах города Яна заметила только этих двоих, пробежавших под аркой.

Странное выходило дело.

Раз эльфы живут неограниченное количество лет, то, как бы мало ни рождалось у них детей, вымирание им не грозило, скорее даже наоборот. Но в городе, насколько заметила Яна, было мало не только детей, но и стариков.

«Надо будет обязательно спросить об этом мистера Эльфа, когда он отойдет от дерева — в прямом и переносном смысле».

Выйдя из-под арки, она оказалась на небольшой площади, середину которой украшал старый фонтан, изображавший беззастенчиво нагих эльфов, плещущихся в компании русалок. Туристка постаралась не обращать на очередную достопримечательность внимания. Регину смутила вовсе не откровенная скульптурная группа, просто информацию о том, что где-то в Средиземном море точно так же, как Эльфийский заповедник, скрывается потерянная Атлантида, она бы уже не переварила.

Двое сорванцов затеяли играть в догонялки вокруг скамейки, стоявшей у фонтана. Яна шаг за шагом подходила ближе. Затем остановилась около небольшой лавки, торговавшей разного рода безделушками, и сделала вид, что рассматривает кулон, висевший на выставленной наружу стойке, сама же краем глаза следила за детьми, пытаясь заглушить последнюю здравую мысль в своей голове, уже давно верещавшую, что это самое идиотское прикрытие, которое только можно было придумать. И как оказалось, зря…

Позади вдруг раздался тонкий детский голосок, прокричавший нечто восторженное, и Регина вдруг поняла, что земля довольно резко ушла у нее из-под ног, а затем и вовсе поменялась местами с небом.

Женщина вскрикнула, попыталась ухватиться за стойку с украшениями, но не дотянулась, лишь порвала цепочку кулона, который держала в руках. Необъяснимая сила подняла ее выше, будто бы кто-то невидимый держал туристку за ноги, и безжалостно подвесила вверх тормашками над фонтаном, грозя сбросить несчастную прямо к каменным русалкам и эльфам.

«Я не хочу участвовать в этом фонтане "Дружба народов"!» — мысленно завопила Яна.

Под головой журчала вода, подошвы ботинок грело солнце.

— Помогите! — закричала Яна, не зная, что будет хуже — начать извиваться, проигнорировав возможность приложиться головой о мраморный фонтан, или замереть и покориться судьбе.

На зов подскочила только Ная, собака не лаяла и не прыгала, пытаясь ухватить подопечную зубами, а просто поставила лапы на бортик и сосредоточенно наблюдала за Региной.

«Правильно, моя хорошая! Звони мистеру Эльфу, пусть спасает меня, а заодно и себя!»

— Помогите!

«То дак толпами следом ходят, а то не дозовешься!»

Рядом послышался смех, и Яна скосила глаза в сторону звука. Из-за пышногрудой русалки, расположившейся прямо на краю фонтана, выглядывали три головенки, а три пары глаз восторженно наблюдали за тем, как лицо человеческой тетеньки становится красным не только от прилива крови, но и гнева.

Вот оно, оказывается, как… Руфус пускает цветные пузыри только в пьяном состоянии, королевские стражи обливаются потом, пытаясь изменить траекторию полета стрелы, а эти мелкие шкодники запросто подняли в воздух и перевернули вверх тормашками взрослую женщину!

— А ну-ка, сейчас же верните меня на землю! — страшным начальственным тоном потребовала Регина. — Вы меня слышите? Понимаете?

«Черт, когда там эльфы начинают учить своих детей английскому?!»

— Лет после двадцати, когда их отпрыски хотя бы сносно овладеют эльфийским, — раздался голос с другой стороны.

— Помогите! — закричала пленница еще раньше, чем исхитрилась вывернуть голову, чтобы увидеть говорившего.

Незнакомец не стал ее мучить и показался в поле зрения: очень высокий и очень старый эльф в светлых одеждах свободного покроя, с длинными волосами цвета начищенной меди. Яна уже наловчилась определять возраст нелюдей по тому, насколько сильно отличалась их внешность от человеческой, этот экземпляр был явно намного старше Нурании — так что при виде него уфологи обрадовались бы куда больше, нежели толкинисты.

Стоило только нежданному спасителю обратиться к детворе с какой-то спокойной, почти ленивой фразой, как Яна почувствовала, что падает.

«Вот сейчас ударюсь головой, а затем очнусь где-нибудь на кровати в госпитале как ни в чем не бывало, и никаких эльфов! Ну пожалуйста, пожалуйста!»

«Избавительного» сотрясения мозга, к счастью, не последовало. Женщина лишь немного провалилась вниз и вновь зависла в воздухе. Где-то слева голосила эльфийская ребятня и, судя по удаляющемуся звуку, бежала прочь, пока взрослые не вытянули сорванцам уши раньше времени.

«Кто тогда меня держит?» — едва успела подумать Яна, как начала медленно переворачиваться в воздухе, снова ногами вниз. Когда вертикальность жертвы детской магии была восстановлена, все та же невидимая сила поставила ее рядом с древним эльфом — так что вариантов ответа на вопрос было немного.

Нелюдь широко улыбнулся, демонстрируя небольшие клыки, и подмигнул очень по-человечески, тем самым добавив некоторые противоречивые штрихи к своей космической внешности.

— Только никому не говорите, иначе я буду не детишек учить, а сидеть подопытным в лаборатории. И учтите если расскажете или покажете, — он легонько постучал себя пальцем по виску, — я буду все отрицать. Как известно, у людей очень богатая фантазия.

— Не говорить о чем? — не сразу сообразила Яна, настолько обрадовавшаяся воссоединению с мостовой, что потеряла логику уже в самом начале беседы.

Эльф сделал паузу, видимо ожидая, когда кровь отхлынет от мозга женщины, чтобы можно было обойтись без объяснений.

— А-а-а-а! О-о-о! — Ждать понадобилось не так уж долго. — Но как? Как у вас это получилось? Вам же должно быть…

Яна так и не смогла представить достаточно большое число. При мысли о трех нулях на его окончании голос женщины пресекся.

— Нет, пожалуй, пока что немного меньше. — Эльф склонился к ней со все той же пугающей улыбкой на устах и, чуть понизив голос, сказал: — Я не знаю как, получается, и все. Если бы знал, поделился бы с соплеменниками. Но тс-с-с, больше ни слова, ибо эти соплеменники уже здесь.

Туристка отвлеклась от созерцания прелестных морщинок вокруг невообразимо огромных глаз нелюдя (она не знала, чему больше удивляться, морщинам или глазам) и обратила внимание на то, что ее, казалось бы, потерянная в подворотнях свита из любопытствующих начинает собираться вновь.

«Вот где они были раньше?!»

— Пойдемте, — скомандовал ее спаситель. — Я провожу вас. Куда вы направлялись?

— К месту перемещения во внешний мир, — не сильно раздумывая, ответила Яна. А вдруг?

— Это недалеко, — как ни в чем не бывало откликнулся эльф.

Оказалось, все просто: надо лишь спросить. Если только этот добродушный клыкастый «старичок» — не Иван Сусанин эльфийского разлива. Заведет человеческую вражину в лес, да там и оставит.

Стоило им покинуть площадь, как Яна неожиданно вспомнила про кулон, все еще зажатый в кулаке.

— Ой, я случайно украла это на той площади у фонтана. — Она продемонстрировала добычу спутнику. — Может быть, поможете вернуть и извиниться? Цепочка порвалась, когда меня утащило в воздух.

— Боюсь, что счет за эту вещь, скорее всего, уже был выслан в канцелярию его величества и даже оплачен.

— Черт! — искренне сказала новоиспеченная фаворитка, вовсе не намеревавшаяся принимать какие бы то ни было подарки от женатого мужика, пусть он хоть сто раз эльф и двести король.

— Не волнуйтесь, чтобы его величество заметил ваши траты, вам придется как минимум купить дом в старом городе.

— Я подумаю над вашим советом, — хмыкнула пленница и спрятала кулон в карман. — Недвижимость в центре — это всегда хорошо.

Будто в подтверждение ее слов, дома на идущей немного в горку улице оказались словно с картинки: светлые, немного игрушечные в деталях — но несомненно пропитанные духом волшебства и старины до последнего кирпича в своем фундаменте.

— Ох, я не представилась! — в очередной раз всполошилась туристка. — Я Яна.

— Я наслышан о вас, мисс Джейн. Весь город гудит со вчерашнего дня. — Древний эльф склонил голову таким величественным движением, для которого даже повелителю калькуляторов понадобилось бы еще лет пятьсот тренировок. — Можете звать меня Учитель, я осведомлен, что у вас есть некоторые проблемы с нашими именами… как, впрочем, и у нас с вашим.

— Учитель? — удивилась пленница

— Видите ли, я действительно учитель, главный учитель в нашей единственной школе, — чуть усмехнулся нелюдь. — Думаете, шалопаи, поднявшие вас в воздух, иначе послушались бы меня? О, вы просто еще не видели эльфийских детей.

«Ага, ваш монарх всеми правдами и неправдами пытается это исправить», — не удержалась от мысленного сарказма Яна, но вслух спросила совсем иное:

— А вы верите в пророчества?

Эльф был древний, да к тому же ученый, кому, как не ему, лучше знать, есть ли хоть какое-то здравое зерно в действиях короля.

— Верю, почему же нет? Но только в пророчества, сохранившиеся целиком и в грамотном переводе.

— В смысле?

— Пойдемте, я вам кое-что покажу. — Учитель развернулся и направился к одноэтажному зданию, которое они миновали всего несколько секунд назад.

В широких окнах со слегка зеленоватыми стеклами виднелись корешки книг в красивых обложках, какие-то свитки и тетради. Поднявшись по ступенькам вслед за своим провожатым, Яна обнаружила внутри что-то вроде букинистической лавки.

Учитель поздоровался с хозяином, задал какой-то вопрос, а затем прошел к одной из ближайших полок, на которой расположились самые разные книги, от пожелтевших фолиантов до странных брошюр в три пустых молочно-белых листа.

— Сдается мне, что все уже давно забыли про вот этот маленький символ в начале строк пророчества. — Эльф вытащил с полки ярко раскрашенную книгу (похоже, издание для детей), полистал страницы в середине и указал пальцем на строчки, явно выделенные как цитата.

— И что же он означает?

— О, это всего лишь один из древних знаков и означает он «когда».

— Когда? — переспросила Яна.

— Да, когда… Если более точно переводить с эльфийского на английский, оно гласит: «Когда в эльфийском заповеднике появится победительница мантикоры, мать королей и вернет нашему народу давно утерянное.»

— А дальше? Ведь если есть «когда», то должно быть и «тогда»!

— Именно! Текст неполный. То есть ваше появление — всего лишь событийная зарубка, после наступления которой начнутся некоторые перемены, только и всего. — Эльф вернул книгу на полку.

«Чертовы грамотеи! Их что, жизнь не научила читать текст, написанный мелким шрифтом?!»

— То есть меня зря оставили во дворце?

— Возможно, что и зря.

— А вы можете сказать об этом королю?

— Могу. Но разве вам это поможет? — На лице нелюдя вновь заиграла широченная улыбка.

В голове у Яны встал образ повелителя калькуляторов, и она поняла, что нет, не поможет.

— Вы знаете, я ведь учил Ар’амаиса. нашего короля, — пояснил эльф, видя недоумение на лице Яны, которой никто так и не удосужился сказать имя монарха. — Его величество хорошо успевал по математике, но грамматика и пунктуация эльфийского языка давались ему плохо.

«Типичный технарь».

— Именно! И мне ли не знать, что он обращается к древним традициям только тогда, когда это ему нужно.

— То есть вы хотите сказать, что ваш король давно планировал попробовать завести себе человеческую жену, да только вот все удачного повода не представлялось? — Такого коварства от повелителя калькуляторов пленница не ожидала.

— Конечно, а тут вы с этой мантикорой…

— И срок первой жены уже подошел. Как все удачно сложилось! Прямо урожайный год!

— Второй.

— Что «второй»?

— Вильть’ерния — вторая жена его величества.

— Ну да, конечно! И тройка — счастливое число! — Яна развернулась к выходу из лавки, но тут же остановилась, обратилась лицом к Учителю и с подозрением спросила: — А зачем вы мне все это рассказываете?

— Даю вам направление для более полезного приложения энергии. Пойдемте. — Эльф аккуратно взял ее за локоть, кивнул хозяину и заговорил, только выйдя обратно на улицу.

— Вы же не думаете, что сможете самостоятельно выбраться отсюда через врата перехода?

Яна уже слышала подобную фразу. Она не думала, просто хотела собственными глазами убедиться, что этот путь для нее закрыт.

— Но вы меня все равно к ним отведете?

— Да мы уже практически на месте, врата на площади за углом вон того дома. — Длинный палец Учителя указал в нужном направлении, и Яна прибавила шагу. — Но врата — это просто врата, для того чтобы открыть переход, нужен эльф, и к тому же знающий, что делать.

Регина обернулась и оценивающе оглядела своего «Сусанина». Даже мистер Эльф не улыбался так много и так широко.

«Может, этот экземпляр что-то курит? Ой…»

— А вы знаете? — поспешила она с вопросом.

— Конечно.

— Но не откроете?

— Нет.

— Тогда зачем вы меня туда ведете?

— Судя по вашим мыслям, вы не успокоитесь, пока не увидите сами, — чересчур честно ответил Учитель.

Яна не знала, плакать ей или смеяться, но этот выбор быстро отступил на второй план, стоило ей завернуть за угол дома.

Посреди площади располагался круглый пятачок зеленого газона, на котором друг напротив друга стояли двое врат. Черные и белые. ведущие из ниоткуда в никуда.

— Можно? — спросила она, прежде чем поставить ногу на газон. Рисунков о том, что этого делать нельзя, не было видно, но мало ли, может, где-то есть надпись на эльфийском.

— Конечно, — кивнул Учитель. — Кстати, такой надписи нет, но вон там висит просьба не оставлять на траве свои лодки.

«А может, у нас все же есть общие предки?» — подумала Яна, перешагивая через невысокий бордюр.

Туристка приблизилась к вратам и недоуменно обошла их по кругу несколько раз. Складывалось впечатление, что нелюдь решил подшутить над незадачливой человеческой женщиной: привел к древней спортивной площадке, на которой всего-навсего стояло два турника в очень своеобразном дизайне.

Регина прошла через один, через другой и с подозрением посмотрела на «Сусанина».

— Вы ведь меня не обманываете?

— Зачем мне это? Врата сейчас находятся в покое, держать их все время открытыми было бы опасно. Открывать при вас я их не стану, и не просите. — Изувер начал смеяться раньше, чем пленница даже задумалась о такой уловке.

— Но зачем их двое?

— Одни ведут во внешний мир, — нелюдь подошел к белым и положил на них ладонь, — а вторые предназначены для эльфов, которые решили завершить свое существование. Их называют Врата Исхода.

— Погодите… погодите… Вы хотите сказать, что все эльфы в итоге кончают жизнь самоубийством?! — Яна в ужасе уставилась на черный «турник».

— Нет, ну что вы. какое самоубийство, священное древо с вами. Это древний и благородный способ завершить одно затянувшееся существование и перейти к новому. Врата Исхода стоят здесь с незапамятных времен и открываются сами, без какого-либо воздействия со стороны, но только перед тем, кто полностью готов покинуть этот мир. — Учитель буднично прислонился к столбу белых врат, перешел на лекторский тон и продолжил: — Как правило, эльфы выбирают этот путь спустя некоторое время после появления способности читать чужие умы, есть здесь некоторая взаимосвязь, которую, к счастью или несчастью, я понять не в силах.

— А куда ведут черные врата? — перебила его Яна.

— Никто не знает. кроме тех, кто через них уже прошел, конечно.

— А. — Яна хотела спросить у «Сусанина», почему он до сих пор не прошел через эти ворота, раз такая традиция, но глупый вопрос так и застрял на кончике языка.

Мимо них по площади прокатилось что-то гигантское и круглое, заслоняющее дома. Следом восторженно бежали и гомонили трое давешних сорванцов, едва не окунувших Регину в фонтан. За ними, поотстав на приличное расстояние, неслись королевские стражи в своих нелепых доспехах. Весь этот парад догонял мистер Эльф на воздушной лодке.

— Дети. — философски изрек Учитель. — Даже не знаю, что бы мы без них делали. померли бы со скуки, и никакие врата не понадобились бы.

— Почему советник короля все время занимается какими-то странными делами? — Яна уже заменила свой вопрос на более приличный.

И действительно. В заповедник проникла человеческая женщина — мистер Эльф тут как тут. Дерево громко дышит? Зовите мистера Эльфа! Малышня угнала непонятную штуку? Кто бежит следом?

— Нет ничего плохого в том, чтобы помогать своему народу справляться с повседневными проблемами. Истинный хозяин заповедника не тот, кто сидит на троне в красивых одеждах, а тот, кто искренне печется об эльфах, его населяющих, — не совсем понятно ответил Учитель.

Между тем воздушная лодка обогнала огромную, круглую и явно не такую уж повседневную проблему и встала у нее на пути.

Яна не вполне понимала, как мистер Эльф собирается останавливать это гигантское катящееся нечто, но судя по его широко расставленным в лодке ногам, решительно скрещенным рукам и общей суровости бровей — своим взглядом.

— Его же сейчас раздавит! — испугалась туристка.

Но мистер Эльф выкрикнул всего пару резких слов, и круг остановился.

— Вот вам еще один из тех немногих, кого слушаются наши дети, — прокомментировал Учитель.

«Ага, это, видимо, потому, что он не сильно опередил их в развитии».

Судя по всему, круг был сделан из чего-то не слишком тяжелого, да еще обладал смещенным центром тяжести, поэтому устоять на ребре не сумел и под детский визг и ругань стражников вдруг повалился на бок, накрыв собой дом по одной из сторон площади.

Яна подбежала посмотреть, все ли в порядке с великим укротителем детей, но тот уже облетал странное сооружение с самым озадаченным видом.

— А, мисс Джейн! Как ваша экскурсия? Надеюсь, вы не пострадали?

— Нет, если психологические травмы не в счет. Что это вообще такое?

— Это помост. Вернее, то, что должно было им стать. Его установят в роще Говорящего древа к празднику Высокой Луны… если мы сумеем вовремя докатить его обратно…

Обратно помост к месту праздника катили дружно, в десяток стражей. Над наивным вопросом Яны, почему бы не заставить детей исправлять то, что они натворили, мистер Эльф и Учитель посмеялись в два голоса. Из чего туристка сделала вывод, что если заставить ушастую поросль прекратить безобразие еще можно, то просить заняться общественно полезной деятельностью не стоит и пытаться.

«Бедные, им бы хоть один томик Макаренко на заповедник», — думала Регина, возвращаясь в свои покои. Там ее уже ждал красивый и неаппетитный стол, накрытый к позднему обеду. Яна и поела, и будто не поела. Непонятная зерновая каша оставила после себя точно такое же неопределенное чувство в давно уже удивленном странным меню желудке.

«Что там говорил его эльфейшество? Любой каприз за вашу руку? Может, они мне выкрадут шеф-повара в соседнем городе? Хотя бы будет с кем объединиться и бежать.»

Где-то через час, скромно постучавшись, в покои вошли две эльфийские горничные (или придворные дамы — у нелюдей из свиты короля не разберешь). Одна принесла белье и платье, вторая держала под мышкой блестящий ящичек (уж не маникюрша ли?) и катила какую-то странную машинку, издали похожую на гироскутер. Разложив свои подношения, обе выразили горячее желание подготовить пленницу к предстоящему празднику.

Яна критически оглядела их прозрачные одеяния и уложенные в замысловатые прически из множества косичек волосы, кинула взгляд на свою короткую стрижку в зеркало и решительно выставила эльфиек за дверь.

Соблазн и на этот раз остаться в джинсах, не смущая его эльфейшество своей «красотой», был велик. С другой стороны, ее наряд путешествовал вместе с ней уже второй день, и что вчера, что сегодня не без приключений — очень хотелось переодеться в чистое.

«Может быть, прачечная включена в навязчивый эльфийский сервис?»

Яна сбегала в душ и, терзаемая нехорошими предчувствиями, уставилась на лиловую ткань платья, сочным бархатным водопадом стекавшего с ее постели. Радовала только плотность материи — тайком греться у стен дворца не придется.

— Отвернись, — шутливо скомандовала она гончей. — Ну что ты смотришь? А вдруг твой хозяин поинтересуется, чем я занята, тоже меня в неглиже транслировать будешь?

Собака отвернулась.

Яне в голову закралась настороженная мысль, что в этот момент кто-то из эльфов действительно подсматривал, как у нее дела, и Ная повернула голову вовсе не потому, что такая понятливая и деликатная, а потому, что хозяева приказали ей это сделать.

От таких предположений по коже поползли мурашки. Пленница подхватила с кровати платье и понесла его за ширму, установленную около стены.

Когда переодевание завершилось, зеркало отобразило недовольную сливу со скрещенными на груди руками. Наряд был почти впору (кто-то не только заботливо убрал длину, но и сделал вытачки на талии), лишь немного жал в груди, выставляя напоказ все нажитое богатство.

«Да чтоб вас! Уже и замуж выходите по приговору пробирки, а туда же!»

Яна порылась в карманах сброшенных джинсов и достала «украденный» утром кулон. Украшение изображало довольно крупный лист неизвестного происхождения, поблескивавший завитушками филиграни и капельками каких-то прозрачных камней. Цепочка была разорвана сбоку, но Регина при помощи упорства и железных пальцев кое-как согнула растянутое звено обратно, чтобы держалось. Кулон лег ровно туда, куда и предназначался, не оставив высоким эльфам ни единого шанса обозреть то, что для всеобщего обозрения не предназначалось.

Так у сливы появился листочек.

Яна еще раз покрутилась около зеркала.

Ботинки, выглядывавшие из-под платья, были чудо как хороши. Судя по всему, эльфийских горничных вполне устраивало такое смешение стилей, потому что никакой другой обуви пленнице они не оставили.

Зато в ее покои было прикачено некое устройство, напоминавшее машинку для чистки ботинок, установленную в Янином офисе продаж. Вряд ли это было сделано из расчета «не в модном, так в чистом».

Еще до конца не веря сверкнувшей в голове догадке, женщина сняла обувь вместе с носками, поставила одну ногу в аппарат и посмотрела на длинную ручку, на которой мигали кнопочки всех цветов радуги.

«М-да, будет эпично, если эта штуковина сейчас натрет мне ступню каким-нибудь цветным гуталином… — Она потянулась к фиолетовой кнопке, но сразу же передумала и нажала зеленую. — Раз уж слива, так на веточке».

Аппарат тихонечко запищал. Пальцам туристки стало сначала тепло, а потом мягко. Затем из различных отверстий чудо-машинки выскользнули эластичные ленты разных оттенков зеленого и быстро-быстро (словно внутри сидел невидимый паучок) начали оплетать конечность. Не прошло и минуты, как на ней уже красовался изящный сапожок приятного изумрудного цвета, не фигурально, а реально сшитый по ноге.

«Ох, господа эльфы, если вы когда-нибудь выпустите меня отсюда, я потребую это чудо с собой в качестве компенсации за моральный ущерб», — подумала Яна, подставляя вторую ногу.

Теперь из неосвоенных подношений остался только блестящий ящик. Немного повозившись с мудреной защелкой, пленница обнаружила то, что и ожидала, — некое подобие косметического набора. В комплекте были даже какие-то странные накладки для ушей. Вот мистер Эльф обхохочется, если она приклеит нечто подобное.

Яна по очереди с интересом пересмотрела все баночки и коробочки. Блестки, еще блестки, блестки крупнее, блестки меньше, в форме звездочек и листиков, разных цветов — не косметика, а набор для росписи новогодней игрушки.

«Останется только мишурой обмотаться.» — подумала Регина и, захлопнув ящик, подошла к зеркалу, пригладила челку — так сойдет.

Она уже собиралась отойти от трюмо, как заметила нечто необычное, пристальнее всмотрелась в свое отражение и не поверила своим глазам. Что бы ей там ни вкололи в эльфийской лаборатории, оно подействовало не хуже любых процедур, предлагаемых человеческими салонами! Разгладилась и исчезла извечная морщинка между бровями, прихватив с собой еще парочку товарок со лба и вокруг глаз. А такой цвет лица она в последнее время привозила только после отдыха на море!

«Вот это я понимаю — эльфийская косметика! К черту блестки.»

Яна даже подумала украдкой, что теперь будет хоть один положительный момент от этого приключения. Ведь не сотрут же ей память вместе со свежеприобретенным цветом лица. Если отпустят. Регина упрямо помотала головой и мысленно, уверенным тоном, которым разговаривала с клиентами, сказала себе: «Когда отпустят».

Больше делать было нечего. Пленница легла на кровати в позе звезды и, повернув голову вбок, стала смотреть, как на королевский парк наползают сумерки.

Нужно было срочно найти того, кто выпустит ее из этой передряги… взрослого эльфа, готового пойти против короля и не боящегося возможных последствий.

В сущности, нелюди не такие уж и плохие, почти каждый пытался помочь ей на свой манер, а вот с королем им не повезло. это да. И мистер Эльф, и королева, и даже Учитель хоть негласно и были на стороне пленницы, но действовать вразрез с прямым приказом своего повелителя опасались.

«Кому может хватить смелости наплевать на приказ короля? — Яна вперилась глазами в потолок, а потом резко перевернулась и села. — Его жене, которая на волоске от потери своего статуса!»

Регина подхватилась с кровати и направилась к выходу из комнаты. Похоже, что сегодня у руководителя отдела продаж намечались самые важные переговоры в ее жизни.

Распахнув дверь, Яна нос к носу столкнулась с мистером Эльфом.

— Мисс Джейн, неужели вас все время надо развлекать, чтобы вы не делали глупостей?

— Но как вы.

— Безумные мысли и внезапные озарения — самые громкие вещи в мире, а мои покои совсем близко.

Заметив, что советник немного сбился с дыхания, женщина усмехнулась:

— Видимо, не так уж близко. Вы что, действительно бежали меня развлекать?

— Представьте себе. Чего не сделаешь, чтобы спасти от неприятностей прекрасную даму. — Эльф поклонился, и только тут пленница обратила внимание, что пусть одет он, как всегда, в темный костюм и светлую рубашку, но камзол сшит из полуночно-синего бархата, пронизанного серебряной нитью, а пуговицы на рубашке похожи на жемчужины.

В сочетании с таким необычным внешним видом фраза, сказанная с полнейшей естественностью, произвела неожиданный эффект — руководитель отдела продаж тяжелой техники Регина растрогалась.

Дело в том, что после работы наша туристка часто отдыхала в книгах, герои которых скорее откусили бы себе язык, чем сказали даме: «Яна, какого нефритового стержня вы перепутали машины в двух сделках?» Был в ее душе маленький, спрятанный от посторонних глаз уголок, украшенный кружевом старых романов, и мистер Эльф со своей немного старомодной галантностью давно уже топтался на его пороге.

— Хорошо, спасайте меня, — легко согласилась пленница, стараясь не думать о том, что отыскать супругу короля можно и после праздника. Не станет же мистер Эльф ночевать в ее комнате, в самом деле?

Но пронырливый нелюдь лишь по-кошачьи улыбнулся и, полностью разрушив промелькнувшее вдруг волшебство, сказал:

— Ради вашей безопасности я готов на все…

Почти каждый куст и каждое дерево в парке были украшены слегка светящимися гирляндами, напоминающими экзотические цветы. Со стороны Говорящего древа доносилась музыка, настолько же нежная, насколько и чужеродная. Повсюду мелькали эльфы в воздушных одеждах. Праздничная иллюминация понравилась Яне, и она то и дело вертела головой, чтобы рассмотреть какой-нибудь особенно экзотичный образчик.

— Ой! — На очередном повороте головы порванная и наспех зажатая цепочка оцарапала ей шею.

— Что-то случилось? — участливо спросил мистер Эльф.

— Цепочка лопнула. — Женщина потерла рукой царапину.

Советник приблизил лицо к шее Яны, потрогал чуткими пальцами искривленные звенья, стараясь не касаться ее кожи, но она все равно почувствовала исходившее от них тепло и невольно замерла на выдохе.

— Отдайте ее мне после праздника.

— Вы сможете починить?

— Нет, но я найду того, кто сможет. Вы ведь знаете, что изображает ваш кулон?

— Если честно, в момент. приобретения это интересовало меня меньше всего.

— Это лист Иггдрасиля…

— Но это же мифическое дерево из германской или скандинавской мифологии!

— И эльфийской. У нас тоже есть легенды о гигантском ясене, соединяющем миры, поэтому эльфы, отправляющиеся в мир людей, берут с собой изображение его листа в качестве талисмана, чтобы легко найти дорогу домой.

Яна опустила глаза на кулон.

— Я думала, это лист какого-то конкретного дерева.

— Так и есть, очертания листа Иггдрасиля зарисованы в одной из наших древних книг, думаю, дерево с такими листьями действительно когда-то существовало.

— Боюсь даже представить, что еще когда-либо существовало.

— Я вам сейчас покажу! — с каким-то неадекватным энтузиазмом воскликнул мистер Эльф, рванул несчастный, ничего не подозревавший стебелек с ближайшей клумбы и протянул ей. — Знаете, что это?

— Петрушка? — Туристка взяла подношение и понюхала.

— Непенф.

— Что?

— Трава забвения. Из нее мы делаем напиток, который принимают люди, отправляясь назад.

— Очень познавательно…

— Не беспокойтесь, он совершенно безвреден.

— Я и не беспокоюсь, у меня есть поводы повнушительнее, чем зеленеющая в королевском парке амнезия, — усмехнулась Яна.

— А это сильфия. — Очередная трава оказалась в руках у туристки.

— А ее вы для чего используете?

Мистер Эльф чуть смутился и даже порозовел.

— Эльфы давно перестали ей пользоваться. А вот фиалка крийская, как мне сказали, полностью исчезла в мире людей (что вы делаете со своей экологией?). Очень подойдет вашему платью. — Нелюдь поспешно сунул Яне в руки кустик фиолетовых цветов, выдранный из земли вместе с корнями.

— Вы мне зубы не заговаривайте, — рассмеялась Яна, не сумевшая перебороть настойчивого желания вогнать своего галантного кавалера в еще большую краску. — Так эта ваша сильфия для чего?

— Да практически бесполезное растение, — неубедительно отмахнулся мистер Эльф, — исчезло в человеческом мире еще во времена древних римлян.

— Бесполезное? Почему же тогда исчезло? Может, вкусное? — лукаво протянула женщина и сделала вид, что собирается откусить листочек.

Нелюдь вскинулся так, будто его подопечная хотела поужинать беленой.

— Не надо! Ни в коем случае!

Яна закрыла рот в ожидании объяснений.

— Наши предки. да и ваши тоже. использовали его для контроля за рождаемостью.

— Так это природный контрацептив! — воскликнула Регина, наслаждаясь мучительным смущением древнего холостяка. — М-да, ну и букетик вы мне собрали. Прямо набор для первого и последнего свидания. Вот честно, если бы вы не были эльфом, я бы подумала, что вы за мной ухаживаете.

— Но это же прекрасно! — неожиданно объявил нелюдь.

— Да что вы говорите… — недоверчиво посмотрела на него Яна.

— Его величество поручил мне узнать, как сейчас ухаживают за человеческими женщинами.

— О, ну тогда вам не ко мне, спросите лучше ваших молодых эльфов, — отмахнулась Яна. — За мной уже сто лет никто не ухаживал!

— Не вижу ни одной причины для такого невнимания. — галантно откликнулся ее спутник.

— Боятся, — пояснила Регина. — А как вы обычно ухаживаете за эльфийками?

— Мы просто перестали тратить на это время. Для того чтобы начать ритуал ухаживания, наша система должна обнаружить для эльфийки сразу несколько одинаково подходящих партнеров. В последнее время это происходит крайне редко.

«Бедные ушастые дамы, неудивительно, что они не хотят рожать вам детей. Наверняка тайком щиплют эту травку с королевского газона».

— Слушайте, а давайте подразним короля! — Видимо, от рассматривания цветных фонариков и гирлянд в дворцовом парке Яне в голову пришла проказливая мысль. — Начинайте ухаживать за его возможной невестой, может, он взревнует и отстанет от меня?

Мистер Эльф смутился. Уже в который раз за этот вечер.

— Зачем давать девушке необоснованные надежды? Я не тот эльф, который должен оставлять потомство.

— Бросьте, вы лучший из всех знакомых мне эльфов. Кому еще размножаться, как не вам?

— Вы знаете не так уж много эльфов.

— Гораздо больше, чем среднестатистический человек! Вспомните, как благородно вы попытались вытащить меня из заповедника, когда узнали о замыслах своего правителя.

Мистер Эльф засмеялся.

— Вы, люди, можете позволить себе необыкновенную роскошь оценивать существо противоположного пола по его внутренним качествам, а не по степени генетической схожести. Ну хорошо, расскажите, как мне надо ухаживать за этой эльфийкой, чтобы потом было что передать его величеству.

Яна на секунду задумалась, но все же решила выполнить нелепую просьбу спутника — одно удовольствие наблюдать, как его эльфейшество в своей математически точной манере выполняет пункты ее инструкции, того стоило.

— Хм-м-м, — задумчиво протянула она, глядя на букет, зажатый в руках, — будем считать, что первый пункт обязательной программы вы уже выполнили и цветы подарили. Композиция, конечно, жидковата, но зато с каким смыслом. Да и второй тоже, мы с вами погуляли и поговорили. Признавайтесь, мистер Эльф, вы специально устроили мне репетицию первого свидания?

Дразнить неуклюжего в романтических делах спутника было для Яны сплошным удовольствием. Такое игривое настроение не посещало ее уже очень и очень давно.

Но на этот раз советник почему-то не поддался.

— Как долго вы еще собираетесь звать меня мистер Эльф?

— Вы правы, наше знакомство стало уже довольно близким, пора бы сократить дистанцию… Позволите называть вас мистер Э?

— Нильфхэ’льниль. Хотя давайте все же вернемся к предыдущей версии, пока вы не запомните мое имя. Могу записать его для вас на клочке бумаги.

— Вы мне еще татуировку предложите сделать, — рассмеялась Яна, которую спокойная реакция нелюдя лишь раззадорила. — Но до этой стадии отношений нам еще очень далеко.

— Хорошо, — не слишком смущенно усмехнулся мистер Эльф, не только не намеревавшийся прекращать эту странную игру, но и с явной готовностью ее поддерживающий. — Какие же еще шаги можно предпринять для покорения вашего прекрасного сердца?

— В другой ситуации я бы сказала — пригласить на ужин, но, учитывая вкусовые качества вашей пищи, этот пункт мы пропускаем, — грустно вздохнула Регина, которая многое бы сейчас отдала за тарелку борща и парочку котлет. — Хотя, воспользовавшись атмосферой праздника и играющей музыкой, вы можете пригласить меня танцевать.

— Наши танцы вас не устроят. — Уголки кошачьих губ советника снова поползли вверх.

— Это еще почему?

— Они не парные. Сложно исполнить представляемый вами ритуал обязательных прикосновений, находясь в разных линиях танцующих.

— А кто говорил, что будет легко? Ритуал наших ухаживаний иногда требует определенной ловкости, особенно когда девушка не слишком впечатлена кавалером.

— А вы не впечатлены?

— А вы какого кавалера имеете в виду?

Мистер Эльф состроил гримасу, никак не вяжущуюся с его почтенным возрастом.

— Конечно, первого на весь заповедник.

Яна хмыкнула и шутливо ударила его по плечу.

— Ну а в конце свидания человеческую особь женского пола желательно проводить до дома. Можете даже попробовать ее поцеловать на прощание, но это, конечно, опционально.

Советник неожиданно остановился и с очень серьезным видом заявил:

— Здесь тоже могут возникнуть проблемы.

— Обязательно, если женщина будет против!

— Проблемы несколько иного рода… Эльфы не целуются как люди, — пояснил мистер Эльф.

— А что же они тогда делают? — удивилась туристка.

— Прислоняются лбами и кончиками носов и заглядывают в глаза. — Ее спутник вдруг сделал шаг вперед и приблизил свой лоб к Яниному, кончики их носов соприкоснулись.

— Вот так.

Женщина увидела его глаза совсем близко, в их сине-зеленой радужке действительно будто бы шелестели листья, пробегали тени и солнечные отсветы.

— Но так совсем не интересно! — возмутилась она, отстранившись (что за хладнокровные создания эти эльфы!), а затем вдруг сообразила. — Постойте. вы что сейчас. меня поцеловали?!

Мистер Эльф рассмеялся и тут же испортил всю модель первого свидания.

— Точно так же, как поцеловал бы собаку.

Ну конечно! Нелюдь просто прочитал, что Яна его дразнит, и решил ответить тем же! Туристка не могла даже злиться на мистера Эльфа за такую находчивость. Про собаку, конечно, было обидно, но разве еще утром Регина сама не сравнивала себя с экзотической обезьянкой?

Яна посмотрела на Наю, Ная посмотрела на Яну, словно бы говоря: «Неправда, он меня так никогда не целовал».

— Охотно верю, что до этого момента вы целовали только собак, — фыркнула женщина, не поверив честным глазам гончей. — Так мы сегодня до праздника дойдем или прямо здесь организуем ускоренные курсы пикапа для ваших сородичей?

— Курсы чего? — не понял мистер Эльф. — Сбора растений?

— Я официально разрешаю вам смотреть все непонятные термины у меня в голове, — расхохоталась Яна.

«Объяснять долго, а иногда еще и очень неловко».

— Я бы с радостью выдал вам такое же разрешение, если бы мог, — галантно поклонился нелюдь.

— Как удачно вышло, что не можете.

— Я вовсе не шучу, это же так неудобно, когда окружающие не знают твоих реальных мыслей.

— Мне бы ваши проблемы!

Продолжая перекидываться репликами в подобном духе, они подошли к площади за древом, выходившей в город, все пространство которой оккупировали танцующие эльфы. Господин советник не соврал, исполняемый ими танец сложно было назвать парным. Жители заповедника создали несколько живых колец, расположившихся вокруг помоста (прикрепленного к земле скобами для надежности), и двигались под музыку, иногда сходясь в каких-нибудь замысловатых па, но каждый раз с разным партнером. Действительно, в таких условиях не только свою даму не приобнимешь, но и вряд ли потом вообще найдешь.

Яну занимали не столько танцующие, сколько лодки, кружащие над их головами. Транспортных средств было много, разных и очень непохожих внешним видом на то, которым пользовался мистер Эльф. Их словно только что сняли с ярмарочного аттракциона, всех расписных и в завитушках, но даже без карусели гондолы продолжали двигаться по кругу, лишь изредка меняя высоту полета.

— Что это такое? — удивленно ахнула Яна и как зачарованная задрала голову вверх.

— Лучшие места на празднике Высокой Луны, — усмехнулся мистер Эльф. — Полетаем или все же потанцуем?

— До тех пор, пока к вам не импортируют парные танцы, я не танцую, — категорично заявила туристка, понимая, что просто не вывезет эльфийского ритуального пляса. — Если это лучшие места, то они уже, наверное, заняты…

— Наоборот, сейчас как раз самое удачное время, чтобы туда попасть, — решительно заявил мистер Эльф и бесстрашно направился к внешнему кругу танцующих, рискуя быть вовлеченным в чье-нибудь слишком размашистое па. — Перед выходом короля большинство предпочитают оставаться на земле.

Он потыкал что-то на своем браслете (видимо, подключился к местным госуслугам), и изумрудно-зеленая лодка, вся в пестрых золотых виньетках, с изумительно мягкими на вид креслами, обитыми бежевым бархатом, нарушила вращающийся строй и спланировала вниз, чтобы подхватить новых гостей праздника.

— А откуда все эти лодки и почему они так выглядят?

— Из дворцового лодочного парка.

«Так, значит, его эльфейшество не шутил по поводу любого средства передвижения».

— Представляю, если бы у нас на День города мэр предложил жителям покататься на машинах из его автопарка, — хихикнула Яна, усаживаясь. — О боже! Можно я сегодня останусь спать здесь?! Это кресло в сто раз мягче моей кровати!

— Если вы будете сильно настаивать, вам разрешат, — обнадежил ее советник, устроившийся напротив, так что его длинные ноги, согнутые в коленях, почти касались Яниных. Для Наи места не нашлось вовсе, поэтому гончая всем своим видом демонстрировала, что подобные развлечения ее не интересуют. — Эта лодка, наверное, принадлежит кому-то из фрейлин жены его величества, поэтому такая тесная.

— Вы что, не могли выбрать другую?! — Туристка попыталась встать.

— Тут нельзя выбирать. — Мистер Эльф поднес к ее лицу свой браслет, на котором горело несколько символов, естественно непонятных для пленницы даже с близкого расстояния.

— Вряд ли она отнесется к моему вторжению так же спокойно, как и вы, — только и смогла угрюмо ответить Регина.

Со стороны, наверное, это будет смотреться верхом наглости: фаворитка короля на виду у всех оккупировала лодку, принадлежащую действующей жене.

«Зашибись! Сюрпризы и риски эльфийского каршеринга…»

Зеленое чудо в золотых завитушках плавно поднялось и встроилось в медленное круговое движение над площадью. Из соседних лодок им иногда махали, потом замечали Яну, останавливались и, немного поразмыслив, снова махали. Регина вяло шевелила ручкой в ответ до тех пор, пока не наткнулась взглядом на машущую ей с соседнего борта Нуранию. Матушка короля расположилась во внушительного размера транспортном средстве персон на шесть, но, отчего-то пренебрегши количеством пассажирских мест, указанных в заводской документации, взяла с собой компанию, превосходящую числом не только встроенные сиденья, но и заложенную грузоподъемность. Вследствие чего лодка то и дело проседала в воздухе, вызывая у своих пассажиров восторженные крики, смех, но почему-то ни одного вопля ужаса. Компанию царственной особе составляли, по беглым подсчетам, что-то около семи-восьми нелюдей, большинство из которых были молоды и, судя по всему, чем-то напоены до безобразия. Только один очень старый эльф сидел позади всех с таким видом, будто его уже укачало и последствия не заставят себя ждать.

— Что с ней? — спросила Яна, глядя на счастливо щебечущую Нуранию.

— А как освободилась около ста пятидесяти лет назад от трона, так все не нарадуется, — легко сообщил мистер Эльф.

Пленница попыталась уловить намек на иронию, но не смогла. Тяжела же должна быть королевская доля, если и сто пятьдесят лет спустя хочется с упоением праздновать передачу обязанностей. Может быть, поэтому его эльфейшество такой серьезный? А как сдаст корону отпрыску, так сразу уйдет в загул?

Яна представила ушастого монарха неровно подстриженным, в рубахе навыпуск, с бутылкой эльфийского горячительного в руке шатающимся по белоснежным улицам города и во все горло распевающим по направлению к луне что-то вроде:

«Нам дворцов заманчивые своды

Не заменят никогда свободы,

Не заменят никогда свободы,

Ла-ла ла-ла-ла-ла ла-ла ла-ла-ла-ла

Ла-ла-ла-ла-ла ла-ла-ла е ее — ее.»

Мистер Эльф тактично дождался последнего «ее» в ее мысленном театре и только потом спросил:

— Вам не мешает эта штука в голове?

— Какая?

— Воображение. Должно быть, ужасно неудобно все время представлять вещи, которых не существует в реальности, и события, которые никогда не произойдут.

— Они существуют, — с уверенностью сказала Яна, — но, возможно, не здесь и происходят не со мной. Могу поспорить, где-то уже есть писатель, который придумал женщину, попавшую к эльфам, и тоже считает это полной ерундой.

Издалека со стороны дворца раздались звуки горнов, моментально подхваченные оркестром, расположившимся в корнях древа.

Что тут началось внизу! Танцующие остановились как по команде, а затем вдруг бросились в разные стороны.

— Ого! — только и сказала Яна, глядя сверху вниз на это броуновское движение. Однако довольно быстро выяснилось, что сравнение в корне неверно: эльфы двигались с определенной целью и уже спустя минуту выстроились в несколько рядов с каждой стороны от дороги, ведущей к помосту, так что позавидовала бы любая регулярная армия.

Лодки тоже закончили изображать гигантскую карусель и, управляемые неизвестной рукой, точно так же шеренгами зависли прямо над головами нелюдей на земле.

К моменту появления королевской четы на выходе из парка площадь была больше похожа на плац, нежели на место празднества. Музыка стала торжественной, когда король с королевой чинно ступили на дорожку, тем самым начав обязательный ритуал из кивков и приветственных взмахов рук.

Лодка пленницы и мистера Эльфа находилась ближе к помосту, поэтому сначала они могли увидеть только то, что на повелителе мантия цвета штормового неба, а на королеве платье в оттенках алого заката. На плече у монарха снова лежала толстенная, увитая чем-то непонятным коса, казавшаяся почти белой на фоне грозовых одежд.

Его эльфейшество вряд ли удивил бы Яну, даже если бы заплел две косы. А вот к его спутнице по понятным причинам стоило приглядеться. Интересная это была пара: словно луна и солнце вдруг сошлись вместе. Холодный, чопорный король смотрел только вперед. Его жена с волосами цвета расплавленного золота, тяжелыми волнами спадающими едва ли не до колен, с теплой, будто бы покрытой легким загаром кожей вся состояла из чуть слишком порывистых движений, выдававших в ней натуру, во многом, если не совершенно, противоположную супругу.

Стоило монаршей паре подойти на достаточное расстояние к лодке, из которой Яна жадно рассматривала свою так называемую предшественницу, как жена короля подняла голову и бросила на женщину взгляд такой остроты и ненависти, что, останься у эльфийки к тому моменту хоть капля магии, этот своеобразный посыл обязательно превратился бы в клинок, брошенный недрогнувшей рукой.

Регина обрадовалась ее взгляду как родному. Наконец-то хоть одна чистая и понятная, прямо-таки человеческая эмоция, пусть даже это ненависть. Еще бы, появилась не пойми откуда молодая (лет на двести моложе как минимум) соперница с круглыми ушами, а благоверный уже выгуливает ее по саду.

— Именно поэтому я бы посоветовал вам не появляться рядом с королевой, — в лучших традициях хоррора неожиданно прошептал Яне на ухо мистер Эльф — та вздрогнула.

— Ну не прирежет же она меня в самом деле!

— Не могу дать таких гарантий…

Королевская пара тем временем дошла до помоста, чем вызвала очередную вспышку броуновского движения среди своих подданных.

— Что они собираются делать?

— Танцевать. Король должен исполнить как минимум один традиционный танец на празднике Высокой Луны.

Лодки тоже стали постепенно возвращаться к круговому движению, но эльфы по-прежнему не стремились занять места в них, каждый хотел потанцевать с королем, как бы странно это ни звучало.

Яна облокотилась на борт, подперев подбородок руками, и стала с удовольствием наблюдать за происходящим. Об эльфах можно было думать по-всякому, но, что ни говори, красивые праздники устраивать они умели. Говорящее древо со своими слегка посверкивающими на концах сережками, гирлянды, подсвеченный снизу круглый помост, вокруг которого вензелями необычно красивых движений плывут нарядные обитатели заповедника.

— А вы не будете участвовать? — спросила она своего спутника (советник ведь как-никак тоже не последний нелюдь при дворе).

— Нет уж, увольте. — Мистер Эльф не только не смотрел вниз на танцующих, а вообще расположился в своем кресле так, что обзор ему открывался лишь на звездное небо и Яну.

— Неужели вам не нравится праздник?

— Когда-то нравился. но праздник проводится в таком виде каждый год.

— У вас хотя бы был выбор — приходить или нет, — подначила его Яна. — У меня, между прочим, нет. Да и у вашего Говорящего древа тоже — хочешь не хочешь, праздник в любом случае несут к тебе.

— Я пришел исключительно ради того, чтобы взглянуть на все вашими глазами. — Эльф не отрывал от нее очень провокационного взгляда. — Картина вырисовывается неожиданно. романтичная.

— Неожиданно? Это все из-за того, как я выгляжу? — Туристка указала на свою короткую и, честно признаемся, довольно агрессивную стрижку, теперь откровенно не гармонировавшую ни с чем на этом празднике, начиная от Яниной одежды и заканчивая разливающейся вокруг музыкой. — У нас над девушками посмеиваются, если они только и могут, что думать о любви и романтике. Ну а над взрослыми женщинами будут смеяться тем более.

— Зря… Возможно, это важнейшее из ваших предназначений… Кто, если не вы? Это и делает вас такими.

— Человечными?

— Точнее и не скажешь, — по-кошачьи улыбнулся мистер Эльф. — Мне всегда нравились человеческие рыцарские романы. Восхищала сама возможность любить другое существо бескорыстно, не требовать ничего взамен, совершать подвиги ради кого-то.

— Вы думаете, это было на самом деле?

— Нурания рассказывала, что в то время, когда она была в большом мире, культ прекрасной дамы действительно существовал. Да что там рассказывала, иногда у меня такое ощущение, что сестра вернулась и принесла его дух с собой, потому что, скажу вам по секрету, и у нее есть верный рыцарь.

— Неужели?

— Найдите самого недовольного пассажира в ее лодке — это как раз будет он.

— Вообще-то, я уже. — рассмеялась Яна, вспомнив эльфа, катавшегося с несчастным лицом жертвы морской болезни. — Сложно заподозрить в нем романтика.

— Я расскажу эту историю чуть позже, сейчас начнется посвящение.

— Что начнется?

— Традиционно на празднике Высокой Луны отмечается совершеннолетие эльфов, достигших брачного возраста в этом году. Мы поздравляем их с началом взрослой жизни.

— Прямо выпускной.

— Именно. Раньше выпускников было, конечно, гораздо больше, в этом году их двое, и это уже большая удача. Видите лучницу, с которой встретились сегодня утром? — Советник наконец обратил свой взгляд вниз и указал на топ-модель, танцующую в непосредственной близости от короля.

— Вижу, особенно ее флуоресцентный купальник под платьем. Кажется, у ваших выпускников потом намечается пляжная вечеринка. — Яна с любопытством вытянула шею, а потом вспомнила. — Погодите. так это она?

— Лучшая пара для его величества. Да, именно так.

«А юная мисс времени зря не теряла, поджидала, когда его эльфейшество освободится от брачных уз, прямо у него во дворе, а то вдруг перехватят где-нибудь по пути…»

— О, тогда я с радостью ей его уступлю!

— Нельзя уступить то, что пока вам не принадлежит, — справедливо заметил мистер Эльф.

На помосте, воздев руки в приветственном жесте, стоял не король и даже не королева, а клыкастый медноволосый эльф, который еще днем представился Яне как Учитель.

— Что он там делает? — подскочила на своем мягком сиденье туристка.

— Церемонию всегда ведет один из старейшин.

— Вам не кажется странным, что я здесь всего второй день, а уже перезнакомилась со всем заповедником? С правящей верхушкой так точно!

— Ну уж не со всей, вы приукрашиваете свои социальные навыки, — снисходительно заметил мистер Эльф.

— Так и вечер еще не подошел к концу, — отшутилась Яна, и не подозревая, насколько пророческой окажется ее фраза. — Кстати, можно вас попросить улыбнуться?

— Вы находите мою улыбку настолько очаровательной?

«Вообще-то да, но…»

— Я просто хотела посмотреть, есть ли у вас клыки.

— Чисто научный интерес? — Мистер Эльф с готовностью продемонстрировал весь свой зубной ряд. — Видите, я еще не настолько стар.

— То есть клыки — это тоже признак возраста? У нас в старости зубы выпадают, а у вас растут? — возмутилась женщина. — И где в этом мире справедливость? Есть вообще какой-то предел изменениям вашего организма?

— Все пределы только здесь. — Советник притронулся к виску.

Яна несколько секунд вдумчиво пережевывала эту фразу, но затем все же отвлеклась на происходящее на помосте под лодкой.

— Что он говорит?

— Рассказывает историю посвящения.

— Тогда не оставляйте его усилия напрасными. — Туристка с удовольствием приготовилась слушать перевод.

— Издревле.

«Ох уж эти словечки. Гусли бы ему купить, да негде.»

Мистер Эльф запнулся и посмотрел на спутницу с укоризной.

— Я молчала, — лукаво склонила голову набок Яна, точно так же, как это любила делать гончая.

— Давным-давно… тьфу на вас, уж простите великодушно… Хотите, не расскажу, а доложу сухим официальным языком?

— Это что-то новенькое.

— Посвящение проводится по очень древней традиции, тянущейся еще с тех времен, когда у нас существовали касты и гильдии, поэтому каждый достигший совершеннолетия эльф должен выбрать для себя стезю.

— И каковы варианты? Огласите весь список, пожалуйста!

— Воин, ученый, ремесленник, целитель, землепашец, торговец, маг.

— И когда последний раз кто-то выбирал играть за мага?

— Вы будете удивлены, — усмехнулся мистер Эльф, так и не сумевший освоить искусство сухого доклада. Душа поэта просила красивых фраз, — но те, кто не нашел себя ни на одном пути, приписывают себе давно несуществующий.

«Как же несуществующий? А Учитель? — Яна бросила взгляд вниз на помост и осеклась. — Вот и отблагодарила своего спасителя!»

Она покосилась на мистера Эльфа — как тот отреагирует на подобное открытие, но господин советник продолжал спокойно следить за происходящим на помосте, где речь Учителя подхватил чуть менее старый, но, судя по тону, гораздо более нудный старейшина.

«Неужели в кои-то веки не услышал?»

Женщина незаметно выдохнула, тоже посмотрела вниз и наткнулась на укоризненный взгляд Учителя. Клыкастый нелюдь слегка покачал головой и не стесняясь погрозил ей пальцем.

«Вот черт!»

— А вы и мысли Учителя тоже можете прочесть? — навскидку спросила она.

— Скорее уж он мои, — усмехнулся ее спутник. — Мысли Учителя не может прочесть никто.

— Почему?

— Чем дольше эльф читает чужие умы, тем лучше защищает свой.

— А чужой тоже сможет защитить?

— Не знаю, не спрашивал. — Мистер Эльф придвинулся ближе к Яне и задушевным голосом сказал: — Я-то думал, что вам нравятся близкие и доверительные отношения, установившиеся между нами.

Но Регина уже поняла правила этой игры, тоже наклонилась к собеседнику, накрыла его руку ладонью и не менее нежно прошептала:

— Вы первый, с кем я оказалась НАСТОЛЬКО близка… Честный человек уже давно бы женился и вывел меня наружу.

— К сожалению, честный эльф так поступить не может… — Советник действительно был слишком близко, так что Яна вновь увидела далекие солнечные блики в его глазах и, вспомнив про недавний недопоцелуй, смущенно отстранилась.

В этот момент на помост поднялся Руфус Синклер собственной персоной, да еще в какой-то нелепой мантии, фасон которой пристал разве что королю, да и то с натяжкой.

— Он-то что тут забыл? — еще пуще, чем Учителю, удивилась Яна.

— А вы думаете, кто тот второй эльф, который празднует свое совершеннолетие сегодня?

— рассмеялся советник.

— И что он сейчас будет делать?

— Доказывать соответствие выбранной стезе.

— Это как?

— Воины сражаются. Ремесленники показывают творения своих рук. Об успехах ученых и лекарей рассказывают их учителя.

— А актеры?

— Такой гильдии у нас нет, — хитро прищурился мистер Эльф.

— Ну вы же как-то развлекаетесь. Должны же быть у вас театры, цирки, концертные залы, в конце концов! — возмутилась за своего знакомца Яна.

— Раньше были, конечно, и сейчас немного осталось. Только у нас всегда считалось зазорным заниматься такими вещами. — Словосочетание «такими вещами» нелюдь действительно произнес тоном благородной матери семейства, рассуждавшей о чем-то неприличном. — Поэтому скоморохов предпочитали нанимать из других земель, и других рас. Ни один король так и не разрешил основать подобную гильдию.

— Бедняжки. Это значит.

— А вы думали, он по своей воле влез в эту мантию? — еще пуще засмеялся мистер Эльф.

— Смотрите. Это должно быть интересно. Сегодня нам точно покажут магию.

Руфус встал посреди помоста, торжественно и немного нелепо выбросил свои длинные конечности вперед и обратился к зрителям с прочувствованной речью. Эльфы зашушукались, потом по толпе прокатилась волна возмущения, судя по всему вызванная скандальным, с их точки зрения, событием.

Яна тоже поняла, что случилось нечто из ряда вон выходящее.

— Зачем к нему идет королева?!

— Он попросил кого-нибудь добровольно подняться на помост. И Вильть’ерния вызвалась, — проговорил нелюдь, как бы сам до конца не веря своим словам.

А между тем кудрявый прохвост, явно позаимствовавший сценарий представления у человеческих фокусников, уже кланялся такой неожиданной доброволице, не скрывая собственного трепета. Даже с высоты лодки Яна видела, как подрагивали его колени.

Супруга короля во всем своем ослепительном великолепии стояла перед Руфусом и только что в нетерпении не постукивала ножкой. Актер, не терявшийся под прицелом множества камер, в этой ситуации явно пасовал. Пленница, вначале расценившая жест эльфийки как знак особого расположения, теперь начинала понимать, что больше всего это напоминало психологически изощренное наказание.

И уж не связано ли оно, случаем, с тем фактом, что именно благодаря ротозейству Руфуса русская туристка проходила сейчас культурную программу совсем не в том государстве, в котором собиралась?

Но вот будущий «член гильдии магов» сумел собраться с силами, и вокруг его царственной помощницы замахали крохотными крыльями несколько светящихся птичек. Это было очень похоже на демонстрацию, устроенную Яне вчера вечером, поэтому туристка, за два дня начавшая разбираться даже в уровнях магии, бросила скептический взгляд на мистера Эльфа.

— И этого будет достаточно?

— Странно, — тот хитро потер подбородок, — я думал, что с такой основательной подготовкой он собирался устроить нам какое-то фантастическое зрелище.

Советник оказался прав, нужно было только набраться терпения. Супруга короля, поначалу лишь лениво следившая за порхавшими вокруг нее пичужками, вдруг стремительно и резко цапнула одну, словно кошка лапой.

«Офигеть реакция», — ошеломленно подумала Яна, не ожидавшая такого поведения от местной правительницы.

А сама правительница, нисколько не смущаясь своих подданных, раскрыла ладонь, чтобы посмотреть, что за добыча ей попалась. Никакой птички внутри уже не было, вместо нее остался крохотный светящийся шарик, да и тот начал таять на глазах, растекаясь живым золотом по ладони эльфийки, сливаясь с ее кожей, отчего сперва тихим светом заискрилась ее кисть, затем рука по локоть, а следом свечение расползлось по всему телу.

Вот тут зрители стали придвигаться ближе. Яна даже перегнулась через борт, так что обеспокоенный спутник был вынужден положить руку на ее плечо, опасаясь, как бы его подопечная не свалилась вниз.

А представление только начиналось.

Неожиданно от кожи эльфийки стали отлетать какие-то светящиеся то ли полоски, то ли пушинки — туристка не могла понять, пока это нечто, кружась в вечернем воздухе, не достигло их лодки и не оказалось маленьким сверкающим перышком, которое тут же исчезло от легкого прикосновения пальцев.

За спиной правительницы расплылось яркое свечение, которое постепенно приобрело форму крыльев, блестящих и золотых, словно напитанных солнцем.

— Он что, делает из нее Нику, символ своей кинокомпании? — тихонько захихикала в кулак Яна. — Еще бы факел в руки дал. Подумать только, это сколько же надо было выпить, ради такой инсталляции!

— Не иначе как весь тот чемодан…

— В него бы не поместилось, — с сомнением сказала женщина, прикинувшая в уме, что русский литраж должен примерно соответствовать эльфийскому.

— Неуверенные в своих силах «маги» для таких целей обычно собирают компанию товарищей по несчастью, — просветил ее нелюдь.

— Так это слаженная работа группы поддержки? — Туристка подивилась такому способу мухлевать на этом своеобразном выпускном экзамене.

Из толпы эльфов, что предпочли остаться внизу, раздались восхищенные вздохи, так как в дополнение к остальным чудесам правительница взмыла в воздух, будто сама была не тяжелее перышка, и расправила только что приобретенные крылья.

Последовала яркая вспышка, эльфийка на миг пропала из виду, а затем оказалась на том самом месте, где была до полета, очень довольная и совершенно такая же, как перед представлением.

Глядя на растерянный вид Руфуса, можно было подумать, что к последнему фееричному взлету он не имел никакого отношения.

Тогда Яна с подозрением перевела взгляд на Учителя: трюк с поднятием тела в воздух и его благополучным возвращением на землю был ей хорошо знаком. Но старейшина, не подавая виду, уже улыбался своей клыкастой улыбкой и, судя по всему, поздравлял кинозвезду с успешно пройденным посвящением.

Королева приняла из рук старейшин небольшую, богато украшенную шкатулку.

— Только не говорите, что вы так пафосно вручаете паспорт. — Регина подняла одну бровь.

— Вы почти угадали: там внутри лежит коммуникатор, в котором уже зашит взрослый уровень доступа. В частности, теперь Руф’еуйль сможет голосовать.

Яна поморщилась как от зубной боли при звуке эльфийского имени звезды киноэкрана.

— Зачем вам голосовать? У вас же король и абсолютная монархия, насколько я поняла… кхм. по косвенным признакам. — Пленница не стала упоминать о практически раболепном подчинении эльфов своему правителю.

— Вы правы, мы не голосуем за, но мы можем проголосовать против какого-то решения короля и старейшин.

— Ого, кто бы мог предположить, что вам знакомо народное вето…

Тем временем правительница открыла шкатулку и продемонстрировала всем собравшимся лежащий внутри браслет из серебристого металла. Руфус протянул ей свое запястье, которое все еще заметно подрагивало, и эльфийка надела на него этот символ совершеннолетия.

Яна подумала о том, что браслет не так уж сильно отличается от тех «кандалов», которые на нее нацепили по прибытии в заповедник.

— Теперь он больше не сможет выходить наружу? А как же его актерская карьера в нашем мире? Его же будут искать!

— Почему не сможет? Мы можем выходить до тех пор, пока наша внешность не сильно отличается от человеческой. Он вернется… чтобы подготовить исчезновение, не вызывающее лишних подозрений.

— Неудивительно, что Руфус выглядит таким несчастным. Мне кажется, в человеческом мире ему живется куда интересней, чем в вашем.

— Не сомневаюсь, — не стал спорить с очевидным мистер Эльф.

Когда на помосте оказалась топ-модель в своем светящемся купальнике, безапелляционно проступавшем сквозь верхнее платье, церемония пошла по совершенно иному сценарию.

— Она выбрала стезю воина, — пояснил мистер Эльф, когда на помост с двух сторон вышло по рослому и практически голому эльфу. Яна снова перегнулась через борт лодки, но ее анатомическому любопытству мешали набедренные повязки. Нелюдь посмеиваясь вернул ее на место. — Понимаю ваш интерес, но это не зубы, чтобы демонстрировать.

— Такие мускулистые! — Яна уже настолько привыкла к подколам своего солодочника, что практически их не ощущала. — Из какого-то особого подразделения королевской стражи? Спецназ?

— Почти. Это егеря — воины, отвечающие за порядок в зоне отчуждения. Иногда, если наши так называемые исчезающие виды плодятся слишком сильно, егерям приходится делать зачистку. А вы сами знаете, каково это — столкнуться нос к носу с мантикорой.

— Но почему же двое на одну?! — возмутилась Яна.

— Погодите. Сейчас все сами увидите.

Натренированным движением топ-модель скинула с себя платье-накидку, не явив миру ничего нового по причине прозрачности одеяния. Так и осталась стоять в одном купальнике и сапожках, даром что на улице ранняя осень.

«Не эльфийский праздник, а показ Victoria's Secret какой-то», — подумала Яна и вслух спросила: — Почему она разделась?

— Во-первых, воин обязан показать не только навыки, но и тренированность своего тела, а во-вторых, в платье, наверное, неудобно.

— Ну да, неудобно щеголять перед королем…

— Вы ревнуете?

— Мне за жену вашего монарха почему-то обидно.

Поскольку в руках у одного воина было копье, а у второго что-то вроде алебарды, Яна предположила, что эльфийской выпускнице тоже положено нечто подобное. Но Учитель, обернувшись к своему коллеге-старейшине, принял у того из рук и передал топ-модели всего лишь два коротких кинжала.

— Бедную девушку здесь что, недолюбливают?

— Смотрите, — в очередной раз призвал ее не отвлекаться и помолчать спутник.

Туристка состроила скептическую мину, но притихла. Наверняка бой будет постановочным, никто же всерьез не ждет от этой хрупкой красотки двух здоровенных мужиков, нашинкованных при помощи перочинных ножичков.

Оба егеря двинулись на эльфийку одновременно, а та даже не изменила позы. Но стоило копью и алебарде рассечь воздух, как тоненькая фигурка крутанулась вокруг своей оси и сделала невероятный прыжок в сторону. Два ошеломленных эльфийских качка оказались лицом друг к другу и, вероятно только благодаря натренированной реакции, сумели остановить свое оружие, прежде чем наколоть на него напарника. Топ-модель тем временем легко скользнула назад (черной шелковой лентой мелькнул длинный хвост ее волос) и попыталась нанести удар своему противнику с алебардой. Тот непременно получил бы кинжал под ребро, если бы другой егерь не успел вовремя подставить под лезвие копье, защитив нерасторопного товарища.

Эльфийка вновь отпрыгнула, да так быстро, что Яна едва успела уловить это движение. Древко около наконечника копья противника шустрой воительницы треснуло, а сам наконечник отвалился. Егерь отбросил бесполезное оружие в сторону и тут же получил его дубликат откуда-то из толпы зрителей.

«Так же нечестно!» — хотела воскликнуть пленница, проявив женскую солидарность, но промолчала, увидев, как черноволосая бестия взвилась в воздух, приземлилась сапогами прямо на плечи чуть не заколотого только что воина и, без особого труда балансируя в этой позиции, выдрала у него из рук алебарду. Затем она соскочила на помост, чтобы с издевательской легкостью переломить древко трофейного оружия о колено.

— А что, гравитация на нее совсем не действует? — спросила Яна, глядя на то, как девушка расправляется со своими противниками аки героиня комиксов Marvel.

— Она еще молода и использует остаточную магию…

Так вот в чем дело! Ничего себе остаточки!

Милая выпускница смерчем пронеслась по помосту и второй раз выбила копье у одного из своих противников. Взять новое оружие бедные эльфийские мужики даже не успели, оказалось, что у каждого на руке уже красуется по длинной багровой царапине от кинжала. А это, судя по всему, означало конец поединка.

Зрители разразились каким-то странным цоканьем… Звук стоял такой, будто на площади собрался косяк дельфинов или табун моделей на звонких шпильках.

— Чего это они?! — испугалась Яна.

— Наш эквивалент аплодисментов, — смутился мистер Эльф. — Чтоб вы знали, мне тоже не нравится.

— А почему Руфусу цоканья не досталось? — как за родного обиделась Регина.

— Я же говорил, что актеров тут не уважают. тем более что он прошел испытание не без посторонней помощи.

— Сурово. Ваша правительница знает, что сейчас будет вручать браслет следующей идеальной паре для своего супруга? — полюбопытствовала туристка.

«Санта-Барбара какая-то, ей-богу».

— Каждый эльф может сам выбрать, кто вручит ему браслет, но да, чаще всего это король или королева.

На помосте Учитель как раз подошел к эльфийке, вышедшей победительницей из этого короткого, но красочного поединка, и что-то у нее спросил.

Топ-модель бросила отчетливый взгляд на лодку, в которой находились советник и Яна, и звонко ответила по-эльфийски.

— Похоже, она выбрала вас. — начала было пленница, но потом наткнулась на удивленный взгляд спутника и осеклась.

Зрители внизу тоже замолкли как по команде и обратили свои лица вверх.

Яна по собственному опыту уже знала, что, если все присутствующие эльфы оборачиваются к тебе, ничего хорошего не жди.

— Только не говорите мне, что она тоже хочет на мне жениться.

— Нет, она просит, чтобы браслет вручали вы.

— Можно я откажусь? — осторожно спросила Яна, селезенкой чувствовавшая подвох фантастического масштаба.

— Это будет оскорбление.

«Правильно, а кто захочет оскорблять девушку, только что разделавшую под орех двух опытных воинов?»

— Хорошо… Мне же надо только надеть на нее браслет и ничего больше?

— Больше ничего, — успокоил свою подопечную мистер Эльф, пока их лодка плавно спускалась на помост.

Регина немного неуклюже перелезла через борт (мешалось платье) и скрепя сердце в полнейшей тишине подошла к Учителю, державшему в руках вторую шкатулку с браслетом. В кои-то веки красноволосый эльф не улыбался. Стоило Яне подумать, что как ни парадоксально, но его клыкастая улыбка сейчас бы очень ее подбодрила, и старейшина немедленно оказал требовавшуюся поддержку, после чего вручил женщине шкатулку и тихонько шепнул:

— Ничего не бойтесь.

Это могло означать только одно: поводов, чтобы бояться, будет предостаточно.

Пленница оглянулась на мистера Эльфа и увидела на его лице сосредоточенноозабоченное выражение. Советник хмуро переводил взгляд со своей подопечной на топ-модель и обратно.

Сама же черноволосая воительница вытянула тонкое запястье вперед с таким видом, будто Яна должна была не браслет на него надевать, а целовать ей руку. Соблазн уронить шкатулку и как следует попинать символ совершеннолетия этой заносчивой девицы был очень велик. Регину останавливала лишь мысль о том, что кинжалы выпускница так и не сдала, а просто сунула их за голенища сапожек.

Осознавая всю нелепость ситуации, в которой существо, не наделенное абсолютно никакими правами в заповеднике, вынуждено награждать ими других, пленница как можно менее торжественно подошла к эльфийке, деловито откинула крышку шкатулки и с показным безразличием защелкнула на требовательно вытянутом запястье браслет.

Если «выпускница» ждала от нее проникновенных речей, то надо было предупреждать.

— Поздравляю, — буркнула Регина и даже одно слово показалось ей большим одолжением. Где это видано, чтобы пленники кого-то поздравляли?

Она уже хотела развернуться и направиться к лодке, которая так и осталась стоять на помосте с обеспокоенным мистером Эльфом внутри (выглядевшим так, будто это его чадо получает сейчас аттестат зрелости), но эльфийка схватила женщину за руку, мягко и требовательно удерживая подле себя.

Яна, не поняв, в чем дело, остановилась и получила в свой адрес довольно продолжительную, снабженную яркой жестикуляцией тираду.

— Да ладно, можешь не благодарить, — махнула в ответ рукой смущенная Регина и только подумала, что, может, стоило сказать чуть больше напутственных слов этой бойкой воительнице, как та вдруг выхватила «перочинный» кинжал из правого сапога, отрезала кончик одной из косичек, украшавших ее непростой хвост на голове, и бросила его под ноги Яны, пригвоздив сверху лезвием.

Только тут ошеломленная пленница обратила внимание, насколько неестественная тишина стоит вокруг.

— Что происходит? — недоуменно спросила она у топ-модели, но девица демонстративно повернулась к ней спиной, мазнув по плечу Региной уже несколько прореженным хвостом, и гордо пошла прочь с помоста.

Яна оглянулась на мистера Эльфа: советник стоял, приложив руку к виску и прикрыв глаза, будто видеть эту сцену было выше его сил.

«Выпускница» явно отколола нечто из ряда вон выходящее.

«Вот тебе и будущая королева! Надо будет узнать, до скольких лет у ушастых продолжается переходный возраст…»

— Мне кто-нибудь объяснит, что случилось? — раздраженно пробормотала туристка, поворачиваясь уже к Учителю.

— Вы получили приоритет на место будущей королевы, хотя следующая столетняя попытка стать матерью наследника престола должна принадлежать ей. — Клыкастый эльф подошел ближе и вытянул кинжал из помоста, оставив черную косичку лежать там, где была. — Поэтому, пройдя обряд посвящения и став полноправным членом нашего общества, девушка воспользовалась древним правом вызвать вас на поединок справедливости.

— Какой еще поединок?! — Яна смотрела на старейшину во все глаза. — Я не собираюсь ни с кем драться! Тем более с ней!

— О, тут очень тонкий момент. — Эльф произнес эту фразу тоном ценителя вина, почувствовавшего сложный букет. — Поскольку вы человек, у вас нет никаких прав в заповеднике, в том числе и права отказаться.

«Они собираются меня убить! Они собираются меня убить!» — кричал внутренний голос Яны, пока она возвращалась к лодке мистера Эльфа.

Регина всегда знала, что обычным женщинам стоит опасаться моделей, но никогда не думала, что опасаться надо за свою жизнь.

— Вы должны что-то с этим сделать! — с ходу потребовала она у советника, забираясь в лодку. — Не могу же я драться с этой полоумной претенденткой на ваш трон! Я жить хочу!

Нелюдь будто не слышал. Стоило пленнице оказаться внутри летательного средства, как оно взмыло в воздух, но не встроилось заново в общую карусель, а направилось к краю площади.

— Вы вообще меня слышите или вам в уши надуло?! — потребовала внимания к своей персоне Яна.

— Я сейчас вас тут высажу, — без тени эмоции сообщил ей мистер Эльф и прежде, чем спутница успела набрать в грудь объем воздуха, хотя бы примерно соответствующий объему ее возмущения, добавил: — Король требует меня к себе. Вы же тут одна не пропадете?

Регина выдохнула.

— Не больше, чем уже пропала.

«Правильно. Пусть идет и разбирается. Не допустит же его эльфейшество, чтобы свежевыкраденную фаворитку прирезали раньше времени? Пусть и во имя их эльфийской справедливости».

Выгрузив ее недалеко от Г оворящего древа, лодка тут же поднялась в воздух и направилась на другой конец площади.

Яна все еще стояла на одном месте, не в состоянии поверить, что это происходит именно с ней, как рядом появилась Нурания, сопровождаемая эльфом, не так давно очень красочно выражавшим на своем лице все, что он думает о шумных компаниях и переполненных лодках. Нелюдь был в каком-то полувоенном костюме и возрастом вполне соответствовал матери его эльфейшества.

— Ну вот видишь, я обо всем позаботилась, — явно довольная собой, сказала эльфийка.

— Королевой тебе не быть.

— Конечно, потому что для этого я буду слишком мертва! Вы видели, как она управляется с клинками?!

— Наши поединки никогда не ведутся до смерти, проигравшая сторона теряет то, что является причиной поединка. В данном случае приоритетную возможность стать будущей королевой. Все, что тебе будет нужно, так это продержаться достаточно долго, чтобы достойно преподнести свое поражение. Крельст’ен поможет тебе подготовиться. — Королева указала на воина рядом с собой, и тот слегка склонил голову.

— Постойте, к чему подготовиться? — удивилась Яна. — Сдаться я могу и без всякой подготовки.

— А разве я не сказала? — легкомысленно махнула рукой королева. — Чтобы иметь возможность сдаться, тебе надо будет еще выжить в зоне отчуждения, поэтому постарайся отнестись серьезно к тому, чему тебя будет учить начальник стражи.

— Но…

Нурания сделала знак, обозначавший, что она уже все сказала и пленница может не благодарить.

— Но.

— Первая тренировка завтра на рассвете, — перебил Регину хмурый сопровождающий ее величества, всем своим видом демонстрируя, что Яна нравится ему не больше, чем лодки, развернулся на каблуках и направился вслед за королевой.

«Вот уж медвежья… вернее, эльфийская услуга!»

Не успела Яна переварить полученную информацию, как рядом нарисовался Руфус, уже без мантии, но все еще на крыльях собственного успеха.

— Возрадуйся, о похищенная эльфами дева! — с театральным пафосом провозгласил он.

— Кажется, я придумал, как нам вытащить тебя отсюда!

— Я надеюсь, до поединка, а не после?

— Во время! — Актер сделал паузу, чтобы оценить произведенный на зрителя эффект. — Но об этом больше ни слова, у твоего тюремщика слишком длинные уши…

Руфус изобразил руками эти самые уши, из чего Регина сделала вывод, что он уже успел хлебнуть не только человеческого, но и эльфийского алкоголя.

— он слышит даже мысли. Просто убедись, что у тебя с собой во время поединка будет все нужное для возвращения.

— А можно меня посвятить хотя бы в общий план? И причину, по которой ты или вы (кто бы вы ни были) собираетесь мне помогать?

— С таким-то надсмотрщиком! Издеваешься?

Прохвост исчез так же неожиданно, как и появился: просто ввинтился в какую-то компанию празднично одетых эльфов — и нет его. Яна не успела даже слова сказать. Если уж одна оказанная эльфом услуга поставила пленницу в смертельно опасное положение, то чего ей будет стоить вторая?

«Ненавижу, ненавижу эльфов! — думала туристка, грозно бредя в сторону Говорящего древа, это был самый верный способ попасть во дворец, не заблудившись. — Ну почему из всех мифических тварей. да-да, именно тварей, существуют в реальности именно они? Наши фантасты зря обижают орков! У них же явно были вполне обоснованные причины не любить остроухих».

«Твари» рассыпались в стороны с ее пути так, будто слышали все нелестные эпитеты, которыми их награждала разъяренная пленница. Лишь одна группка молодых нелюдей была настолько увлечена своей беседой и смеялась с таким самозабвением, что не сразу заметила этот фиолетовый торнадо, готовый хоть сейчас начать свои тренировки к поединку.

А вот Регина заметила сразу. бутылки со знакомыми этикетками.

— Это я реквизирую, — решительным тоном заявила она, вырывая из рук крайнего юноши злополучное виски, — в пользу жертв эльфийского произвола!

— Э! — возмутился было обобранный, но сосед положил руку ему на плечо и что-то зашептал в ухо.

— Все верно, мне сейчас нужнее, — догадалась Яна. — Пусть и у меня будет праздник! Возможно, последний в жизни!

Она оставила площадь позади, обогнула древо, вскарабкалась на него повыше и уселась в корнях почти на том самом месте, на котором вчера вечером болтала с Руфусом.

Стражей на посту почему-то не было.

«Решили, что древо тоже празднует и поэтому вряд ли сможет связать два слова?» — усмехнулась Яна.

— Это все ты, ты виноват! — Регина поднесла бутылку плещущегося «Джонни» к глазам, затем откупорила и сделала глоток. — И вкус у тебя, кстати, премерзкий!

Не зная, как еще сильнее оскорбить напиток, ставший причиной всех ее злоключений, остатки пленница вылила не в себя, а на корни дерева.

Каждый проведенный в заповеднике день открывал все более безрадостные перспективы.

«Что еще за поединок справедливости такой? И за кого сражаться? За короля? А в рот вам не плюнуть вашей жеваной морковкой?! — Яна размахнулась и запустила бутылкой в ближайшую клумбу. — Вот вам будущая королева! Полюбуйтесь!»

Что ни говори, а в метании бутылок за прошедшие дни туристка поднаторела — снаряд перелетел клумбу и застрял в кусте позади. Парочка эльфов шарахнулась с простреливаемой территории. Ная, до того воспитанно не комментировавшая сложившуюся ситуацию, вдруг издала короткий странный лай.

— Нет, ну нормально, да? Он, значит, будет, как красна девица, сидеть в своей светелке — коса на улицу, а мы тут должны за него биться? — Яна вдруг поняла, что мир победившего феминизма ей совершенно не нравится.

— Пс-с, пс-с-с, мелкая! — раздалось где-то совсем рядом.

Пленница завертела головой в поисках ушастого недоразумения, позволившего себе такую фамильярность. Голос, несомненно, был женский, но эльфиек с похожим словарем в заповеднике она еще не встречала.

— Да тебе я, тебе, и сама ты фиолетовое недоразумение!

Туристка встала и сделала несколько неуверенных шагов, чтобы заглянуть за другую сторону выступа гигантского ствола. Голос был настолько близко, что с закрытыми глазами она бы подумала, будто кто-то шепчет ей в самое ухо.

На другой стороне ствола никого не оказалось. Женщина повернулась, чтобы пройти в обратном направлении, но замерла, наткнувшись на две длинные светящиеся сережки древа, почему-то вдруг неведомо как опустившиеся до уровня ее лица и мерно раскачивающиеся в воздухе.

— Во избежание дальнейшего непонимания — ты разговариваешь со мной… Тс-с-с, не вздумай кричать! И вообще привлекать к себе внимание! Видела, какой ажиотаж поднялся днем из-за одного-единственного вздоха?

Яна внимательно посмотрела вверх на крону древа, затем на сережки, недолго думая, схватилась за одну рукой и дернула. Невидимый шутник должен был либо отпустить отросток, либо свалиться вместе с ним.

— Ай! — Вторая сережка больно, будто плеть, хлестнула ее по руке, падать сверху никто не собирался. — Ты что, сдурела?! Себя за волосы подергай!

— Так ты действительно говорящее… — Пленница ошеломленно потерла пострадавшую руку.

Если Региной и приходилось раньше разговаривать с деревом, то разве что в лице менеджера, не сильно отличавшегося интеллектом от дуба.

— Да брось ты свои предрассудки, мелкая.

— Какие уж тут предрассудки. — протянула Яна, лихорадочно соображая, мог ли глоток виски стать причиной такой масштабной галлюцинации.

«Ладно, если эльфы называют его Говорящим древом, значит, по крайней мере я не схожу с ума. А если и схожу, то не одна.»

— За компанию и топиться веселее, да, мелкая? — посмеялся голос. — И не его, а ее.

— Что?

— Называют ее Говорящим древом. Видишь ли, я совершенно определенно позиционирую себя как существо женского пола.

— Подожди. ты тоже читаешь мои мысли?!

«Приехали. Что значит "тоже"? А как, ты думаешь, я с тобой разговаривала с самого начала? Ты где у дерева хотя бы рот видела, не говоря уже обо всем остальном? Ну ты даешь, мелкая! Даже эльфы не настолько медленные».

— Полегче с оскорблениями. — возмутилась Регина, которой сравнение с эльфами показалось крайне нелестным. — Между прочим, не я первая начала этот разговор!

«Ты знаешь, кто я?! Ты знаешь, что я такое?!»

Вопрос напомнил Региной сакраментальное: «Да ты знаешь, кто мой отец?» Возможно, заговори древо в более благоприятный момент, реакция была бы другой, но после вызова на поединок Яна отбросила остатки вежливости и решила дать отпор хотя бы обнаглевшему растению. Надо же с кого-то начинать!

— Конечно, нет, я и дома-то ботаникой не увлекалась.

«Сейчас я единственное говорящее древо на этой планете. Я питаюсь магией и любовью

— поэтому мои возможности уникальны. Многие бы отдали половину жизни, чтобы поговорить со мной».

— Так себе рацион. Особенно здесь, в заповеднике: ни магии, ни любви. Это ты такая наглая и заносчивая, потому что голодная?

«Ты сама как болотная ягода…»

— Что?!

«Кислая и колючая. Как тебя эльфы за порог не выплюнули?»

— Я тоже разочарована.

«Вы все ошибаетесь, здесь полным-полно магии. Любви да, почти нет, но магии по горло».

— Так почему ей могут пользоваться только дети да еще всякие пьяные обормоты? «Потому что магия только для безоглядно счастливых».

Яна так опешила, что от неожиданности даже сбавила тон:

— Зачем ты мне это рассказываешь, почему больше не говоришь с эльфами? Они вокруг тебя тут такие хороводы водят.

«Я слишком стара, чтобы интересоваться делами эльфов. У них все время одно и то же — это ужасно скучно. Молодежь, конечно, повеселее будет, но она проводит все свое время вне заповедника — так что и поговорить не с кем. Но с твоим приходом стало бодро. — Древо зашлось в беззвучном смехе, сережки начали раскачиваться, а внутри коры что-то заскрипело. — Я уже второй день жду, когда ты останешься одна, чтобы поговорить. Так что, если у тебя есть еще идеи, как навести шороху среди остроухих, обращайся, а то их жизнь еще менее подвижна, чем моя. За тобой хоть наблюдать интересно».

Иногда Яна соображала очень быстро, а чуяла выгоду еще быстрее:

— Я знаю, как сделать твое наблюдение совсем интересным.

«Ты хочешь, чтобы они не могли читать твои мысли?»

— Да, давай хоть немного уравняем шансы.

«Это не так просто. Мне придется постоянно следить за тобой, а я могу это делать только в тех местах, куда дотягиваются мои корни».

— Судя по всему, ты и так за мной следишь, — отметила прозорливая туристка. — И как далеко они тянутся?

«Территория дворца и еще несколько кварталов в городе».

— Думаю, мне хватит!

Разговор Яны с древом продлился недолго, пленницу довольно быстро спугнули внезапно ломанувшиеся большими компаниями в дворцовый сад эльфы. Судя по смеху и беготне (туристке еще не приходилось видеть бегающих для собственного удовольствия нелюдей), намечалась какая-то игра.

«Иди, иди, потом поговорим», — вдруг забеспокоилось древо.

— Да они же тебя все равно не слышат, — резонно заметила Яна.

«Зато тебя отлично услышат и увидят! Представь, сначала ты обнимаешься со мной, а потом у тебя вдруг появляется защита от чтения мыслей. Мелкая, ты точно хочешь быть еще избраннее, чем сейчас? Победительница мантикоры, говорящая с деревьями?»

Пленница здраво рассудила, что не хочет, спустилась с дерева и стала оглядываться, выискивая среди веселящихся мистера Эльфа или хотя бы Учителя, — ей не терпелось опробовать свою новую броню от этих навязчивых мыслекопателей. Но ни того ни другого не было видно.

Зато мимо с веселым хохотом пронеслась Нурания, за которой гналось несколько юных эльфов с какими-то разноцветными прутиками в руках. Регина мигнула от удивления, будто увидела играющую в салочки со своими гвардейцами Елизавету II. Но эльфийская королева ушла в отрыв, и ей, конечно, совсем не до мыслей пленницы.

Тогда Яна задумалась, куда деть так внезапно полученную свободу действий, и решилась на вторую попытку.

Путь до врат она помнила прекрасно: сначала лавка несъедобных сладостей, затем фонтан, ночью подсвеченный так, что казалось, будто фигуры эльфов движутся…

«А нет, действительно движутся. Ежегодные купания остроухого десанта?»

Букинистический магазинчик был все еще открыт, а от него до искомой площади с двумя «турниками» друг напротив друга рукой подать. Нелюдей, кроме тех, что плескались в фонтане, на своем пути пленница так и не встретила, поэтому на этот раз обошлось без парадной свиты. К счастью, большинство принимало участие в празднике.

Врата, естественно, были неактивны, и пленница присела на скамеечке, подкарауливая беспечных путешественников: увидеть, как кто-то выходит в большой мир, хорошо, увязаться следом — и вовсе бесценно. Но приближаться к воротам никто даже не думал. Только спустя где-то час белый турник вдруг затуманился, пространство между его «штангами» пошло рябью и оттуда чуть ли не вывалился высокий ярко-рыжий парень в красно-белой футболке «Арсенала», зажимавший коробку темного эля под мышкой.

— Черт! Опоздал! — выругался он по-английски, оглядывая площадь, на которой не было ни единой эльфийской души. Затем его взгляд наткнулся на Яну с ее четвероногой дуэньей, и пленница решила, что самое время действовать.

— Вы можете выпустить меня наружу? — требовательно схватила она «футболиста» за рукав. — Пожалуйста! Меня хотят убить!

— Не на того напала, крошка. — Молодой эльф фамильярно приобнял ее за плечи. — Я был вчера в заповеднике, а сегодня просто вышел посмотреть матч. Хотя, кажется, лучше бы остался. Что значит «убить»? Еще вчера же хотели замуж выдать?

Яна разочарованно фыркнула, скинула его руку со своего плеча и пошла прочь от врат — похоже, что именно сегодня караулить там было бессмысленно.

— Эй, не кисни! — закричал ей вслед футбольный фанат. — Пива хочешь? «Лучше бы жареной курицы принес», — подумала Регина.

Во дворце измученную событиями дня и разочарованную провалом засады пленницу ждал очередной ботанический сюрприз. В изножье ее кровати лежал самый натуральный стог травы. Яна недоуменно покосилась на Наю.

— Только не говори, что, кроме собаки, мне положена еще и коза…

Женщина подошла ближе, и оказалось, что трава вовсе не трава, а срезанные (судя по всему, в королевском парке) цветы. Она подняла парочку за стебелек и неожиданно чихнула так громко, что гончая прижала свои длинные, розовые на кончиках уши.

«Не может быть!»

Регина раскидала верхний слой растительности в «стогу» — точно! В середине упокоилось несколько лилий — королевских цветов, на которые у нее всю жизнь была прямо-таки пророческая аллергия. Рядом лежала записка, выведенный витиеватым почерком текст на английском гласил: «Надеюсь, досадное недоразумение на празднике не помешает вам обдумать мое предложение. Об остальном не беспокойтесь». Далее шла длинная подпись на эльфийском, но Региной не надо было разбирать незнакомые символы, чтобы понять, от кого исходило это заманчивое предложение руки и сена и кто стал консультантом по вопросам его романтического оформления.

Туристка еще раз посмотрела на собаку.

«ГЛОНАСС, говорите? А может, прямая связь с президентом?»

— Ная, дорогая, пошли сигнал своему хозяину, — сказала Яна, подбираясь к собаке и присаживаясь на корточки рядом с ней. — Спроси его. Что это, черт возьми, за букет класса люкс у моей постели?!

Гончая вздрогнула от громкого голоса и чуточку отодвинулась от разъяренной пленницы, соблюдая при этом полное достоинство.

Прошло пять минут, а советника все не было. Яна чихнула еще несколько раз и, решив, что ситуация абсолютно неприемлема, выскочила за дверь.

«Если гора не идет к Магомету. Мистер Эльф говорил, что его покои где-то рядом».

— Ная, веди, — обратилась пленница к собаке, но та лишь улеглась на пол, давая понять, что у нее свои авторитеты и человеческая женщина в их число не входит.

«Интересно, могло ли древо случайно заблокировать и твои мысли? В любой другой ситуации господин советник был бы уже здесь».

Яна пошла вперед по коридору: уж кто-то на пути да встретится и поможет ей разобраться со стогом в спальне. Рядом находилось еще несколько дверей, и мысль постучаться в них поначалу показалась пленнице здравой, пока из первой же на нее не выпрыгнул здоровенный эльф в полотенце, удивительно похожий на одного из егерей, принимавших участие в посвящении. Вон даже кровавая полоска на плече осталась. Хотя Яне сразу стало не до полоски: нелюдь от удивления выпустил из рук край полотенца и смачно выругался на эльфийском.

— Простите, — пискнула туристка, обогатившись не только чужеродной ненормативной лексикой, но и знанием, что в некоторых аспектах эльфы отличаются от людей не так уж сильно.

Она подобрала подол и припустила по коридору, будто школьница, случайно заглянувшая в мужскую раздевалку.

Нет, определенно стучать в двери не лучшая идея. Хорошо хоть, свидетелей не было, а то завтра бы весь двор обсуждал, что фаворитка короля по ночам домогается егерей. В таком случае лишиться жизни она может и до поединка — никакое пророчество не спасет.

Коридор вел в зал с развешанным по стенам оружием. Глядя на алебарды, луки, мечи и копья, как украшенные драгоценностями, так и очень простые по своей отделке, Яна начала подозревать, что ее поселили в мужское крыло дворца, принадлежащее королю и его свите. А раз так, то где-то рядом должны были располагаться не только покои мистера Эльфа, но и покои его эльфейшества. Что, если ей все же удастся поговорить с королем наедине и узнать-таки, к чему весь этот фарс с фавориткой и подвергшимися массовому геноциду цветами у нее в комнате?

Будто в ответ на ее мысли, за оружейным залом открылся широкий холл, в котором стояли замысловатые эльфийские доспехи, и, что примечательно, парочка даже содержала живых эльфов внутри. Оба нелюдя были взрослые, высокие и сжимали в руках по алебарде, вперив немигающий взор в противоположную стену. Между ними находилась богато украшенная дверь — более явного указателя на то, что за этой дверью обитала особа королевской крови, Яне не требовалось. Сейчас для разговора о вызове на поединок ей подошел бы любой член правящей семьи, поэтому Регина решительно направилась к стражникам. Но стоило подойти всего на несколько шагов, как алебарды скрестились прямо перед ее носом, точь-в-точь как в советской сказке, разве что без протяжного «Клю-у-уч!» над головой.

— Это ведь покои короля? — как ни в чем не бывало спросила пленница.

Ответа не последовало.

— Или королевы?

Тишина, взоры стражей все так же были устремлены в стену.

— Можно я хотя бы постучу? Или вы сообщите, что я прошу о встрече?

Алебарды остались скрещенными.

Яна не стала ломиться сквозь двух вооруженных нелюдей, а решила проверить звукоизоляцию во дворце.

— Ваше величество!!! — заорала она что было мочи.

И тут в конце холла показалось самое страшное, что вообще могло появиться здесь и сейчас, — разъяренная жена того мужчины, к которому Регина так бесцеремонно пыталась вломиться в комнату. На эльфийке был струящийся до самого пола халат с такими же длинными широкими рукавами на манер китайских и, кажется, больше ничего. Златовласой красавице хватило всего нескольких секунд, чтобы разобраться в происходящем, и, когда картинка в голове супруги короля сложилась, ее прищур совсем не понравился Яне.

— Ну нет так нет, — тихо сказала пленница стражам, повернулась к ним спиной и, стараясь сохранять полное спокойствие, направилась туда, откуда пришла.

Словно в хорошем фильме ужасов, ее сопровождал звук сандалий эльфийки, двинувшейся следом.

Яна вышла из холла с доспехами, не оглядываясь. Но, едва оказавшись в зале с оружием, она послушалась внезапно заоравших что есть мочи инстинктов и прибавила шагу, хотя мозг и твердил ей успокаивающим тоном: «Ну не убьет же она тебя, в самом деле».

На середине помещения Регина оглянулась и увидела эльфийку в полукруглом проходе.

«Она просто меня пугает… просто пугает. Может, стоит повести себя как взрослый человек, вернуться и нормально поговорить?»

Звук чего-то железного, снимаемого со стены, свидетельствовал о том, что есть ситуации, когда инстинкты надо слушать вперед головы.

Во второй раз Яна обернулась как раз вовремя, чтобы увидеть руку эльфийки, поудобнее перехватывающую копье, и последовавший за этим замах. Повинуясь первому порыву, Регина плашмя бросилась вниз и проехалась животом по натертым до блеска полам. Пролетевшее над целью копье с металлическим лязгом скользило далеко впереди нее.

Туристка быстро перекатилась на спину и отыскала глазами преследовательницу. Супруга короля, привстав на цыпочки, настойчиво снимала со стены висевший там арбалет — ну точно девочка, тянущаяся за сладостями. Яна собрала свои конечности, встала на четвереньки и глаза в глаза столкнулась с Наей.

— Веди! Веди к своему хозяину!

К счастью, на этот раз гончая не стала демонстрировать свое моральное превосходство, а понятливо отбежала к выходу из зала, там оглянулась, намекая, что для того, чтобы иметь шанс на спасение, пленница должна двигаться хоть как-то, пусть даже на карачках.

— Умница! — Яна вскочила, едва не запутавшись в подоле, и поспешила к выходу, попутно пнув валявшееся на дороге копье так, чтобы оно откатилось подальше.

Арбалетный болт ударил в косяк рядом с дверью, когда наша туристка уже успела выбраться из зала, — похоже, эльфийке тоже мешало длинное одеяние.

Того, как несостоявшаяся королева злорадно усмехнулась, с треском оторвала оба рукава своего халата и подобрала с пола копье, Регина уже не увидела. Она выбежала в коридор и, поминутно оглядываясь, припустила следом за собакой.

По иронии судьбы Ная встала на задние лапы и заскреблась в дверь, находившуюся всего в двух покоях от Яниной, но в направлении, обратном тому, которое выбрала туристка для своих ночных блужданий. Женщина тоже забарабанила по двери сначала кулаком, а затем и ногой. Она хотела крикнуть, но дыхание перехватило.

— Я думал, вы спи… — начал было удивленную фразу мистер Эльф, открывший на этот бешеный стук, но Регина не дала ему договорить: втолкнула внутрь, пропустила Наю, а затем захлопнула дверь и, тяжело дыша, привалилась к ней спиной. — А вы очень даже бодры.

Советник, обескураженный внезапным вторжением, стоял перед взлохмаченной туристкой босиком, в брюках и уже расстегнутой рубашке. Стоило взгляду женщины зафиксировать этот факт, как пальцы нелюдя стали взбираться по пуговицам вверх, будто проникновение в его комнату могло быть осуществлено с какой-то иной целью, кроме укрытия от разъяренной жены короля.

— Вообще-то, я думал, что и Ная спит. — Мистер Эльф перевел недоумевающий взгляд на гончую, которая совершенно невозмутимо улеглась на полу рядом с Яной и, кажется, решила не разочаровывать своего хозяина.

Тут до пленницы стал доходить смысл происходящего: похоже, древо собиралось не столько ей помогать, сколько развлекаться за ее счет.

— За мной гонится жена вашего короля, — просипела Яна.

— Зачем? — удивился мистер Эльф, без возможности читать мысли он стал раздражающе медленно соображать.

— Дела хочет передать, — съязвила Регина, только-только начавшая приходить в себя. — А вы как думаете? Она стреляла в меня из арбалета и разок запустила копьем.

Советник не успел высказаться по этому поводу, как в дверь требовательно застучали и женский голос из коридора произнес что-то резкое и непонятное. Мистер Эльф жестом показал Яне отойти в сторону.

— Только не вздумайте ей открывать, — предупредила женщина.

— Не беспокойтесь.

Яна отошла от двери и на всякий случай встала подальше, чтобы, если понадобится, успеть забаррикадироваться в ванной. Мистер Эльф прислонился к створке и что-то крикнул.

— Что вы ей сказали? — обеспокоилась Яна.

— Чтобы она положила оружие, и тогда я ее пущу.

— Она и без копья меня голыми руками удавит!

— Иногда приходится идти на риск.

— Благородный риск — это когда рискуешь собой, а не…

В дверь снова заколотили.

— Пока ты не успокоишься, я тебя не пущу! — мистер Эльф перешел на английский, чтобы было понятно всем.

— Что она делала у его покоев?! Что она делала у его покоев?! — раздавался рык эльфийки из-за двери тоже уже на понятном Яне языке.

Советник мигнул.

— Действительно, что вы там делали?

Яна сцепила руки в замок, чтобы не дрожали, и выдохнула:

— Скажите ей, что я хотела с ней поговорить.

Вблизи жена короля выглядела как диснеевская принцесса из «Спящей красавицы», сходство усугублял розовый цвет длинного халата с пострадавшими от ярости владелицы рукавами. Не запомнив имени эльфийки, про себя Яна решила так и называть ее Авророй.

Наша туристка и свежепоименованная Аврора сидели в креслах друг напротив друга. Между ними на низеньком пуфике примостился мистер Эльф, сжимавший реквизированное копье и готовый, несмотря на то что длинные ноги в таком положении доставали ему коленями едва ли не до ушей, при первом намеке на опасность броситься на защиту своей подопечной.

Регина отметила мельком, что такое ограниченное количество посадочных мест свидетельствует о не слишком уж большом числе друзей у господина советника.

— Что ты от меня хочешь, человеческая самка? — презрительно бросила супруга короля.

Сходство со сказочной принцессой было только внешним, внутри сидела вполне себе ведьма, с соответствующим словарным запасом.

— Ну раз уж мы не стесняемся в выражениях… — Яна хотела перебросить ногу на ногу и занять свою любимую позу для переговоров, но вовремя одумалась — из такой позиции с кресла быстро не вскочишь. — Я хочу, чтобы ты выпустила меня из этого чертова места.

Глаза эльфийки снова полыхнули пламенем, очевидно, предосторожность была не напрасной.

— Я не могу ослушаться своего повелителя! Мне проще тебя убить, этого мой супруг не запрещал. — Алые губки растянула мечтательная улыбка, и из них вылетела почти дословная цитата, которую говорившая вряд ли могла где-то прочитать: — Нет человека

— нет проблемы.

— Зато уже есть следующая претендентка на твое место.

— Она эльфийка! — Кровожадная красавица даже вскочила с кресла, заставив мистера Эльфа тоже подняться. — Я никогда не допущу, чтобы мой повелитель взял в жены человеческую девку!

— Когда ты выходила в человеческий мир, нацистов, наверное, еще не было?

Мистер Эльф кашлянул, и Яна поняла, что советник прав: она здесь не для того, чтобы соревноваться в изощренности оскорблений, хотя победить супругу короля было бы не так уж сложно, правительница оказалась простой как топор и в словесных баталиях нападала точно так же, как в реальности.

— Тогда мое второе предложение… — идея, буквально секунду назад пришедшая пленнице в голову, не успела даже вызреть, но Регина решила рискнуть, — вызови меня на поединок справедливости. Тоже.

Оба эльфа посмотрели на нее в полном недоумении.

— Зачем мне это?

— Нет, тут, скорее, вопрос, зачем это вам?! — воскликнул мистер Эльф.

— Как сторона, получившая вызов, я смогу поставить условие, чтобы оба поединка проводились одновременно? — уточнила Яна.

— Все зависит от того, примут ли ваши соперницы такое условие. но думаю, да.

— Тогда ее величество получит шанс не только самолично удостовериться, что я ни в коем случае не одержу победу, но и вступить в поединок с моей второй соперницей, если сначала встанет на мою защиту.

Эльфийка неуверенно кивнула, судя по выражению лица, мысли в ее голове сменялись с невероятной скоростью.

— Иного повода вызвать следующую претендентку в королевы на дуэль у тебя ведь нет? Победи ее, потом победи меня! Забери у нас возможность претендовать на трон! — сыпала доводами Яна, словившая почти тот же азарт, что и во время продажи какой-то особенно дорогой техники. — И глядишь. другую пару его величеству подберут не так скоро.

— Но это против традиций.

— Ты чуть не убила меня только за то, что я стояла около двери твоего мужа, неужели тебе помешает парочка традиций?

Эльфийка закусила губу, затем вдруг кивнула, видимо решив что-то для себя.

— Хорошо, что ты хочешь взамен?

— Я хочу выйти из этого поединка хоть и проигравшей, но живой. Чтобы меня не покалечили ни эльфы, ни те твари, которые обитают в зоне отчуждения. А после ты должна убедить короля выпустить меня отсюда.

— С превеликим удовольствием, — откликнулась Аврора. Мистер Эльф лишь в полном ошеломлении переводил взгляд с одной на другую, будто не понимая, как два существа, только что так сильно ненавидевшие друг друга, всего за пять минут смогли найти общий язык. — Но ты должна дать мне повод для вызова…

Яна немного растерялась и посмотрела на советника, надеясь, что тот исполнит возложенную на него должностью роль не только для короля, но и для его будущей бывшей супруги.

— Это должно быть какое-то публичное действие, достаточно оскорбительное, но при этом не карающееся по нашим законам. — ответил на ее взгляд нелюдь.

— Я очень надеюсь, что вы хорошо знаете законы, — с чувством сказала Яна.

— Мне кажется, есть решение. — протянул мистер Эльф, и обе женщины подались в его сторону. — Вы должны у всех на виду сделать в отношении короля нечто, что может позволить себе только супруга.

— Что конкретно? — настаивала Регина, которая вовсе не жаждала у всех на виду целоваться с этим надменным калькулятором.

— Погладьте его по ушам, — неожиданно предложила эльфийка, хотя фраза явно далась ей нелегко.

Яна на секунду задумалась, но затем расслабилась и решила, что могло быть и хуже.

— Я уже представляю не только его уши, но и глаза, — нервно хихикнула она и наклонилась вперед чуть дальше, решив сперва потренироваться на мистере Эльфе. —

Вот так?

Пальцы туристки нежно скользнули по кромке остроконечного уха сверху вниз до самой мочки. Как ни странно, подтверждение о правильно исполненном перформансе последовало вовсе не от Авроры, а от господина советника: по телу нелюдя прошла короткая дрожь, а затем мочка уха едва заметно порозовела.

Мистер Эльф галантно потащился не только провожать свою повелительницу, но и вешать обратно на стену копье с арбалетом, чтобы ликвидировать все следы ночной эскапады. Яне оставалось только гадать, что он будет делать с болтом, застрявшим в стене, но это была уже не ее забота.

Оставшись одна, туристка получила уникальную возможность осмотреться в покоях господина советника без его сковывающего присутствия. Если о человеке можно было узнать почти все, просто глядя на его вещи, то, вероятно, и об эльфе тоже, хотя именно эти комнаты сообщали много странного о своем владельце.

Если в других помещениях, включая покои пленницы, узоры на стенах иногда собирались столь густою толпой, что порой грозили превратить дворец в подобие турецкого хаммама, то стены личных комнат мистера Эльфа были выкрашены в нейтральные светлые тона. В некоторых местах прямо поверх этих надоедливых узоров. Регина вполне одобрила бы такой подход к дизайну интерьера, если бы место листьев, нарисованных и выложенных мозаикой, не заняли они же, но высохшие и засунутые в рамки со стеклом. Этим гербарием был увешан каждый свободный сантиметр на уровне глаз, как эльфийских, так и человеческих.

Туристка попробовала рассматривать экспонаты странной коллекции, но, на ее неискушенный взгляд, все они мало чем отличались от той растительности, которую можно было встретить и в человеческом мире. Из гостиной выходило четыре двери: в ванную, на балкон, в кабинет и в спальню — и везде история с гербарием повторялась, разве что за исключением балкона.

В кабинете стоял стол, заваленный какими-то записками. Видимо, мистеру Эльфу не так-то легко было отойти от старых привычек, в том числе привычки вести свои дела на бумаге, а не в электронном виде. Яна взяла с края стола раскрытую книгу и с удивлением обнаружила, что это томик сонетов Шекспира, причем довольно старое издание.

«Советник короля и заядлый ботаник, убежденный холостяк и одновременно последний романтик, кто еще, а, мистер Эльф?»

В спальне находилось ложе такого царственного вида, что Яна начала подозревать, будто только ей достались дубовые нары вместо кровати, а все остальные почивают с комфортом. Проверив матрас рукой и оставшись вполне довольна, пленница с размаху плюхнулась на него пятой точкой, но вместо ожидаемой пружинистости почувствовала нечто другое…

— Ч-че-орт… мой копчик… — простонала она и легла на бок, ухватившись за пострадавшее место. Ощущение было таким, будто она приземлилась не на кровать, а на деревянную скамью. — Эльфийская. ортопедическая. подлость!

И в чем-то Регина была права: матрасы в заповеднике создавались не для нежных человеческих существ и обладали свойствами, о которых она даже не подозревала.

Яна открыла глаза и встретилась со скептическим взглядом Наи.

— Только мистеру Эльфу не говори, хорошо?

Гончая подняла розовые уши, и Яна тоже прислушалась. А затем резко вскочила с кровати, уловив шаги по коридору. Хороша же она будет, если господин советник по возвращении застанет ее в собственной спальне, развалившейся на.

Она пулей вылетела в гостиную и встала около одной из стен, делая вид, что вдумчиво вглядывается в багрово-красные прожилки какого-то почившего за стеклом растения. Но русская туристка серьезно недооценила галантность господина советника.

Шаги затихли, последовала короткая пауза, а затем. стук в дверь.

— Мисс Джейн, могу я войти?

На секунду Яна опешила.

«Стучать в дверь собственных покоев — это какой-то новый уровень вежливости! Чем, по его мнению, я могу здесь заниматься?!»

— Конечно, это же ваши комнаты! — ответила она.

— Я подумал, что вы спите или…

«.. или валяюсь на вашей кровати?»

Яне совсем не хотелось знать, что еще он мог себе представить, поэтому она сразу спросила:

— Почему вам так нравится собирать листья?

Мистер Эльф приблизился к ней и смахнул невидимые пылинки с нескольких рамок на стене.

— Потому что они полны изъянов и при этом совершенны. Вы ведь заметили?

— Что?

— Наши орнаменты, наше искусство. даже лист, который висит у вас на шее, — все они абсолютно симметричны, словно выверены по линейке. Современные эльфы разучились видеть красоту и пластику природы.

«Вот оно что! — Яна посмотрела на свое украшение, а затем снова перевела взгляд на растение за стеклом. — Не потому ли, что нелюди стали почти бессмертны?»

Мистер Эльф долго и пристально рассматривал профиль своей гостьи, а затем вдруг бесцеремонно потрогал ее за плечо, будто затем, чтобы проверить, живая или нет.

— Я не слышу ваших мыслей, — пожаловался он, сделав такое несчастное лицо, что пленница чуть не пожалела беднягу.

— Может, так и должно быть? С чего вы взяли, что я о чем-то думаю? — состроила дурочку Яна, еще не успевшая решить, как будет объяснять мистеру Эльфу причину столь внезапного отказа его способностей.

— Признайтесь, вы попросили Учителя?

— Вас не проведешь! — обрадовалась Регина. Кто бы мог подумать, что нелюдь найдет отличную причину сам?

«Какой все-таки прекрасный у короля советник! — с немалой долей иронии подумала пленница. — Кстати, о короле.»

— Вы же не расскажете королю, о чем мы договорились с его женой? — вперила она взгляд в собеседника.

— Как можно! — иронично приподнял брови мистер Эльф. — Я не могу вмешиваться в их отношения. Если она захочет, то расскажет ему сама.

— А зачем вас вызывал король?

— Мы решали, как вам выиграть этот поединок.

— Я надеюсь, конкретно вы не очень усердствовали в принятии этого решения и приложили гораздо больше усилий к вопросу, как мне выжить во время всего этого безобразия?

— Конечно! Вы отдадите мне ваш кулон? — Советник протянул ладонь.

— Чтобы починить?

— Не только… Скорее всего, вам не разрешат оставить около себя Наю во время поединка, поэтому нам нужен способ отслеживать ваши перемещения.

— Вы собираетесь поставить на него маячок? — догадалась Регина, которая сама не раз и не два устанавливала на машины похожие на хоккейные шайбы устройства. — И что дальше?

— А дальше дело техники, — загадочно улыбнулся интриган, но затем все испортил: — Только мы еще не придумали какой.

Яна сняла кулон с шеи и передала ему: лучше уж знать, где будет маячок, чем не знать.

— Прекрасно, прекрасно, — пробормотал нелюдь, и у пленницы появилось подозрение, что слова относятся не столько к кулону, сколько к открывшемуся при отсутствии украшения полному обзору на ее декольте.

Высказывать свое подозрение вслух женщина не стала, чтобы не показаться смешной. Все же она имела дело с эльфом, а тут не всегда годились догадки, подсказанные человеческим тщеславием.

Но вернуться к тщеславию стоило.

— Вы имеете отношение к стогу травы, что лежит у меня в спальне? — не столько спросила, сколько выдвинула обвинение она.

— Вы имеете в виду букет от его величества? Да, но весьма опосредованное, — еще не понял масштаба проблемы мистер Эльф.

— Нет, я имею в виду стог травы от его величества.

— Стог? Это какой-то современный сленг?

— Нет, это древний способ заготовления корма для скотины, — ядовито ответила женщина. — Сходите и сами взгляните.

Советник действительно не поленился и сходил.

Когда он вернулся, на его лице боролись недоверие и улыбка.

— Я бы сказал, что у его величества серьезные намерения… и лысые клумбы. Теперь… Яна тоже не удержалась от смешка.

— Не беспокойтесь, завтра к вечеру его уберут. Но если сделать это теперь, все будет выглядеть так, будто вы оскорбили лучшие намерения короля. Некоторые придворные могут не простить такого человеческой женщине.

Пленница нахмурилась.

— Ох уж эти его лучшие намерения. У меня аллергия на лилии! Я не могу там спать! Советник призадумался, а затем бросил взгляд на открытую дверь спальни.

— Вы можете остаться здесь. Вижу, что мою кровать вы уже опробовали.

Туристка закусила губу, покосилась на ложе и мысленно выругалась, заметив смятое покрывало.

— Вы же не думаете.

— Нет, не думаю, — успокоил ее мистер Эльф. — Я переночую в ваших покоях.

Пока нелюдь собирал одежду у себя в спальне, Яна обходила его гостиную по периметру.

— Мне вот все интересно, а какую именно гильдию вы выбрали при посвящении, ведь не ботаников же?

— А у вас какие предположения? — Ее собеседник появился с весьма аскетичной стопкой белья в руках.

— Ну, в заповеднике вы что-то вроде исполнительной власти, в ответе за все. Но вряд ли у вас есть гильдия муниципального управления.

— Вы правы, — усмехнулся эльф. — Из чего следует вывод.

— Тоже маг! — догадалась Регина.

— До сих пор со стыдом вспоминаю день своего посвящения. Вам это должно быть знакомо. — Наглец ловко перевел тему, намекнув на тот калейдоскоп мыслей, который он считал при их первой встрече. И хотя она состоялось всего лишь вчера, обоим показалось, что с тех пор прошла целая вечность.

— Еще бы, — усмехнулась пленница, не собиравшаяся прощать эту отсылку к ее выпускному. — Знакомо гораздо больше, чем вам чувство такта.

— Все, не смею больше надоедать, — уже в дверях сказал мистер Эльф. — Спокойной ночи!

Яна придержала ему створку и внезапно снова провела пальцами по заостренному уху господина советника — теперь, благодаря супруге короля, и она знала о нем некоторые интимные подробности…

— Ради тренировки, — лукаво объяснила туристка смутившемуся словно девушка нелюдю. — Спокойной ночи, мистер Эльф!

Рано утром кто-то бесцеремонно схватил Яну за ногу и стал стаскивать с кушетки в кабинете мистера Эльфа, которая вчера почему-то показалась Региной в десять раз удобнее кровати. Туристка даже подумывала о том, чтобы выклянчить чудо-мебель у господина советника или на худой конец напроситься ночевать в этой комнате на постоянной основе. Думая, что явился хозяин заветного диванчика и сейчас будет требовать освободить помещение, Регина сквозь сон попыталась лягнуть его ногой — жутко тактичный нелюдь должен был уловить намек и пойти поработать где-нибудь в другом месте…

К несчастью, намек не дошел до адресата. «Тактичный» не просто увернулся, но еще и схватил ее за вторую ногу и потянул наружу из сладких объятий одеяла.

— Что вы делаете? Я не одета, — промычала Яна свой последний аргумент, прежде чем соскользнуть на пол.

Хорошо еще, до этого она успела руками вцепиться в тот валик, что служил нелюдям подушкой, благодаря чему дело обошлось без сломанной челюсти. Наконец-то осознав, что такой способ пробуждения вряд ли может быть плодом извращенной галантности господина советника, Яна разлепила глаза.

Как раз в этот момент в лицо ей прилетела охапка серо-зеленых тряпок.

— Надевай, — вместе с тряпками грубо бросил незнакомый голос.

Вот уж когда сон с пленницы слетел окончательно. Она резко села и едва не уткнулась носом в темно-коричневые грубые наколенники. Взгляд ее скользнул выше, охватывая все новые и новые детали военного костюма, пока не уперся в квадратный подбородок с ямочкой, а затем в янтарно-желтые глаза с откровенно вертикальными зрачками.

«Где я его видела?»

Тут лицо нелюдя приняло слегка брезгливое выражение, и Яна вспомнила.

— Вы же начальник стражи!

— Я знаю, — мрачно сообщил эльф, отсутствие интонации заставляло сомневаться, был ли в этой фразе хоть какой-то намек на сарказм. — Одевайтесь. У нас тренировка.

Пленница хотела сказать, что вчера у нее уже была тренировка, да не с кем-нибудь, а с супругой короля, но, вспомнив, как лишь по счастливой случайности увернулась от копья, передумала шутить на эту тему. Честно говоря, после той ночной «тренировки» про настоящую утреннюю она совсем забыла.

Яна растянула в руках то, во что ей предлагали переодеться, и с удовлетворением обнаружила нечто вроде спортивного трико, только из какой-то незнакомой гладкой, явно искусственной ткани.

«Не кринолин, и на том спасибо».

— Вы отворачиваться не планируете? — в лоб спросила она эльфа.

— Зачем? — то ли не понял, то ли откровенно издевался ушастый.

— Зачем-зачем, хочу посмотреть на вас сзади! — не выдержала Регина. — Дайте мне уже спокойно переодеться. Или вы за переодеванием королевы тоже наблюдаете?

Начальник стражи нахмурился.

— Нет, но вы не королева.

Первый раз за все пребывание в заповеднике Яна пожалела, что действительно нет.

Либо этот эльф был туп как пробка, либо туристке посчастливилось встретить еще более странного персонажа, чем король.

Нелюдь все же отвернулся, продемонстрировав длинный, стянутый кожаным шнурком хвост, достигавший ему почти до талии. Если вчера волосы охранника Нурании казались просто черными, то сейчас при слабом дневном свете Регина могла поклясться, что замечает в них какой-то странный зеленоватый отлив, будто бедняга неудачно покрасился.

Тренировочный костюм сел отлично, частью благодаря необычной тянущейся ткани, но в большей степени все же из-за двух дней жесткой эльфийской диеты.

При мысли о диете в животе у Яны недвусмысленно заурчало.

— Поесть бы, — прозрачно намекнула она своему неразговорчивому тренеру.

— Вот. — Тот вынул из кармана и сунул ей в руки какой-то брусок, завернутый в бумагу. Даже в заповеднике такого незамысловатого завтрака с ней еще не случалось.

Пленница развернула бумагу и увидела нечто, похожее на протеиновый батончик.

— Повар сегодня особенно постарался, — прокомментировала она.

— Это паек, который берут с собой егеря, когда отправляются в зону отчуждения, — пояснил стражник.

«Ну что ж, в этой жизни надо попробовать все». — Яна откусила.

И… на данный момент это была самая съедобная вещь, которую она пробовала в заповеднике.

Кажется, хоть чем-то мне эти тренировки понравятся. У вас есть еще?

— Позже, если будете себя хорошо вести. Идите за мной.

«Ну правильно, выполнила команду — молодец, вот тебе сухарик. Хорошая девочка, дай лапу!»

Стражник вел пленницу длинными переходами куда-то вглубь дворца. Судя по все уменьшающемуся количеству украшений в каждом последующем коридоре, впереди их ждали какие-то подсобные помещения.

Заметив сквозь окна очередной галереи темный силуэт Говорящего древа, выделяющийся на фоне розовато-сизого рассвета, Яна спросила: «А у нас потом будет перерыв?» — и грозно посмотрела в сторону дерева, у нее имелось несколько серьезных вопросов к этой бессовестной флоре.

— Вы еще не заслужили перерыв.

«Так и команды "служить" не было», — подумала Регина, но сказать ничего не успела, потому что они пришли.

Начальник королевской стражи толкнул простую дверь, за которой оказалось помещение с полом, почти полностью застеленным чем-то напоминающим маты. По стенам висело разнообразное оружие, но не парадное, как в зале рядом с покоями его эльфейшества.

Хотя все это Яна рассмотрела уже после, потому что внутри был и куда более примечательный экспонат. Посередине тренировочной комнаты, скрестив по-турецки ноги, прямо на матах сидела эльфийская королева. На Нурании тоже было обтягивающее трико, обрисовывающее гибкий и сильный силуэт. Туристка признала, что погорячилась, решив, будто хорошо выглядит в выданном спортивном костюме, — до матушки короля ей было далеко.

— Доброе утро! — радостно воскликнула Нурания. — Рада, что сегодня у меня будет такая интересная утренняя тренировка.

— Доброе… — осторожно ответила Яна. — Вы тренируетесь каждое утро?

— Стараюсь, но с Крельст’еном можно заниматься только военной подготовкой. Хоть бы раз к нам через барьер перебросило тренера по йоге! Мне столько интересного рассказывали про эти упражнения, но заниматься по видео — это совсем не то.

— Конечно, — ошарашенно ответила пленница, которая при всем желании не могла посочувствовать королевскому горю.

— Где ты успела раздобыть такую великолепную защиту? — удивилась Нурания, наконец сообразив, что не улавливает мыслей своей собеседницы.

— Подарили, — хитро ответила Яна.

— Передай этому саблезубому дарителю мое восхищение его возросшим мастерством.

Где мелкий? — тут же без перехода поинтересовалась эльфийка, обращаясь к телохранителю.

— Дрыхнет у нее в комнате, — кивнул на пленницу охранник.

Брови королевы приподнялись, и одного этого движения было достаточно, чтобы нелюдь пояснил:

— А ее я нашел в его покоях. — Свою повелительницу он понимал без слов.

Пленница была вынуждена объяснить причину столь странного обмена, и, когда Нурания вдоволь насмеялась над куртуазными успехами своего сына, Яна спросила про слово, которое так неожиданно царапнуло ей слух:

— Как вы назвали мистера Эльфа?

Буквально вчера она слышала это обращение много раз, да и сам стиль общения между королевой и ее телохранителем казался ей не просто слишком фамильярным, но еще и очень знакомым.

— Сложно поверить, что господин советник может быть для кого-то мелким? Так повелось с его детства. Долгое время он был самым младшим и самым маленьким во дворце. Вы, наверное, заметили, что и сейчас Ниль ниже большинства взрослых эльфов. Поэтому мы называли его мелким… ласково, конечно.

Яна не заметила — для нее все, кто выше ста восьмидесяти сантиметров, были достаточно высоки. Но совпадение показалось пленнице странным, поэтому она аккуратно уточнила:

— Мистер Эльф упоминал что в вашем детстве в заповеднике было несколько говорящих деревьев и они действительно разговаривали. Это правда? Вы когда-нибудь беседовали с древом?

— Конечно, — легкомысленно подтвердила королева. — Последнее говорящее древо родилось в год, когда я вышла замуж за отца Ар’амаиса, я видела, как оно росло. И поначалу оно, вернее, она была достаточно болтливой.

— А почему перестала разговаривать?

Нурания безразлично пожала плечами.

— Не знаю. Но на ее месте я бы тоже перестала. За последние сто лет до твоего появления ни один взрослый эльф не произнес ничего стоящего. С молодыми интереснее, но они большую часть времени проводят вне заповедника.

Яна взяла себя в руки, стараясь не выдать удивления, ведь и эту мысль она тоже уже слышала, почти в тех же выражениях. от древа.

Обещанная тренировка началась странно.

С потолка медленно выдвинулись две штанги, и между ними засветился непонятно откуда взявшийся экран. Яна недоуменно повернулась к Нурании. Порой, глядя на почти антикварную обстановку дворца, туристка начинала забывать, на какой стадии развития находится этот ушастый народец, а потом случалось что-то вроде этого выдвижного экрана и повергало пленницу в небольшой шок.

— Сейчас вы увидите короткий учебный фильм о традициях поединка справедливости, — пояснила королева.

— Учебный фильм? У вас что, так часто происходят поединки, что вы сняли видеоруководство для человеческих туристов? — полушутливо-полусерьезно спросила Регина.

— В том-то и дело, что редко. Это фильм из школьной программы по древнему эльфийскому наследию. Я буду вам переводить.

— Я предпочитаю смотреть с субтитрами, — проворчала себе под нос Яна. — Может быть, вы просто перескажете мне суть?

На плечо пленницы легла тяжелая лапища начальника охраны, отчего ее колени подогнулись сами собой, и женщина была вынуждена сесть на маты.

— Ее величество и перескажет. Этот фильм смонтировала она.

— После передачи престола сыну у меня появилось много свободного времени, — скромно развела руками Нурания. — Тише, начинается…

Яна вздохнула (похоже, попкорна в этом кинотеатре не дадут) и подобрала под себя ноги.

На голографическом экране появилась серия каких-то надписей завитушками, а потом записанный голос эльфийской королевы начал свое повествование, ему вторил живой голос на английском.

Постаравшись отбросить мысли о сюрреалистичности происходящего, Яна сосредоточилась на мелькавших перед ней образах. А там было на что посмотреть.

— С древних времен в нашем обществе был установлен порядок решения непримиримых разногласий путем поединка справедливости. — На экране проносились фотографии каких-то пожухших текстов, гравюр с изображением сражающихся эльфов и скульптур, увековечивших победителей. — В случае неразрешимого столкновения интересов двух сторон любая из них имеет право вызвать другую на поединок.

На экране появились два мультяшных угловато стилизованных эльфа и некое животное, то ли лошадь, то ли корова. Угловатые картинно заспорили, судя по всему, за право обладать безраздельным вниманием коровы, а потом один из них вдруг вспорол себе ладонь и оставил кровавый отпечаток на белой рубахе другого.

Яна порадовалась, что получила свой вызов иным способом.

— Первоначально поединки велись до смерти, — продолжила королева, когда на экране один рисованный эльф перерезал горло соперника, залив весь кадр красной краской.

— Это точно детская обучающая программа? — спросила пленница, слегка побледнев.

Никто не обратил на ее реплику внимания. Нурания с мудростью, доступной немногим творческим личностям, предпочитала не отвечать на критику.

— После перехода в заповедник смертельные дуэли оказались под запретом и правила поединков справедливости были изменены. Сражение проводилось до первой крови либо другого символического проигрыша одной из сторон.

Рисованный эльф вдруг ожил, хитро прищурился, достал из кармана длинную тонкую булавку и кольнул ею соперника. Увидев выступившую каплю крови, он победоносно поднял руки вверх, а затем, клыкасто улыбаясь, увел за собой «корову преткновения».

Яна представила, как топ-модель уводит на веревочке его эльфейшество, и всхлипнула от умиления, впервые пожалев, что ей не с кем поделиться столь красочным образом.

— Среди женщин стали популярны так называемые стригущие поединки, — продолжила королева, и Регина поморщилась: прилагательное «стригущий» вызывало у нее четкую ассоциацию с лишаем.

В мультике появились две длинноволосые эльфийки, и, что характерно, спорили они уже за эльфа… того, что остался с коровой. Наверняка завидный жених. Одна из дам тут же достала кинжал, отрезала себе прядь волос и пригвоздила ее у ног соперницы, а когда ушастые леди сошлись в поединке, победила та, что сумела откромсать половину косы у соперницы. Победительница гордо увела за собой и корову, и эльфа, причем корова из этих двоих ей явно нравилась больше.

«Так вот зачем модель отрезала себе волосы!» — дошло до Яны, и она тут же подняла за кончик самую длинную прядь у себя на голове.

— Как бы с такой стрижкой с меня не сняли скальп. отрезать-то, по сути, больше нечего.

Нурания поглядела сочувствующе и усмехнулась:

— Это решаемо, а беспокоиться тебе надо совсем о другом.

Прежде чем Яна попросила предоставить полный список вещей, достойных ее беспокойства, обучающее видео вывело на экран очень похожий перечень.

— Несмотря на то, что с течением времени условия проведения поединков справедливости менялись, правила, составляющие суть и смысл традиции, остаются незыблемыми и по сей день, — продолжила перевод королева. — Первое: выбор оружия ограничен для каждой из сторон только традиционными его видами. Второе: поединок должен проводиться в достаточно опасном месте, чтобы на его исход влияли не только боевые навыки противников, но и воля случая. Третье: противники впускаются на территорию проведения поединка вне зоны видимости и слышимости друг друга. И четвертое: если во время поединка любой из эльфов воспользуется помощью со стороны, то будет считаться проигравшим.

Закончился сей шедевр педагогической мысли оптимистичным призывом, достойным кота Леопольда: «Дети, решайте свои разногласия мирно!»

— И я так понимаю, самое опасное место в заповеднике — это зона отчуждения, — резюмировала Яна. Королева кивнула. — Поэтому свою соперницу мне стоит опасаться гораздо меньше, чем обитающих там тварей?

— Именно, она всего лишь попытается отрезать вам волосы…

— А не съесть…

— Я же говорила, что эта девочка схватывает очень быстро, — обратилась Нурания к своему телохранителю. — Отдай ей.

Стражник полез за пазуху, вынул оттуда коробочку, весьма напоминавшую колоду карт, и протянул пленнице.

— Что это? — спросила Яна, принимая вещь у него из рук.

— Подарок.

Внутри действительно оказались карты с нарисованными в весьма узнаваемом стиле животными на них.

— Покемоны?! — всерьез удивилась туристка.

— Нет, но это самый быстрый способ запомнить опасных животных, которые могут встретиться в зоне отчуждения. Мы напечатали для тебя английскую версию. Действительно похоже на покемонов? Не удивительно, должно быть, кто-то из наших утащил колоду во внешний мир, — с неожиданной гордостью сообщила Нурания. — Карточки разработали мы с главным учителем — детям очень нравится, и они запоминают всех животных еще до того, как соберут полную коллекцию. Просто находка, а не способ! Как ты считаешь?

А Яна считала. Яна считала карты, расправляя их веером, и после третьего десятка этих обманчиво милых и ярких картинок окончательно уверовала, что шансы выжить стремятся к нулю. В середине ей встретилась знакомая фигурка ярко-оранжевого льва, снабженного скорпионьим жалом. Наверху карты было крупно написано «Мантикора», а на обратной стороне перечень характеристик.

«Встречается: редко.

Уровень опасности: средний (нападает только на источники угрозы или помеху на своем пути).

Способ нападения: когти, клыки, жало.

Боится: огня и превосходящего массой противника.

Слабые места: глаза, нос, подвздошная область».

— Мне кирдык, — тихо пробормотала Яна, которой было уже не до эльфийских способов обучения. — Если у нее уровень опасности средний, то что там водится еще?

— У тебя есть сутки, чтобы все просмотреть и узнать, — оптимистично сообщила Нурания. — Сейчас мы не будем тратить на это время, у нас более важная задача — подобрать тебе оружие.

— А толку? Чтобы монстру потом было чем поковырять в зубах? — безнадежно спросила Регина и, кажется, накаркала…

Наша туристка оказалась удивительно бесталанным бойцом. Первым делом Яна едва не проткнула копьем ногу начальнику королевской стражи, но не потому, что так было надо, а потому, что безбожно промахнулась по выставленному для этих целей манекену.

Лук пленница не стала даже трогать, меч ей никто не предлагал, так как сложно было найти более бестолковое оружие для поединка в лесу. На испытаниях метательных ножей и топориков телохранитель благоразумно встал за спиной туристки, но дело все равно едва не закончилось проткнутой эльфийской ступней, когда при особо амплитудном замахе топорик выскользнул у Региной из руки и вошел в пол позади нее. Больше ни ножи, ни злосчастные «томагавки» ни во что втыкаться не хотели — знай себе бились ручками в цель или падали, так ее и не достигнув.

Не смогла Яна справиться и с секирой (просто не подняла), а также с булавой (тренер едва не остался без уха, когда та вырвалась у нее из рук).

— Я сдаюсь, — наконец не выдержал начальник королевской стражи. — Чему вас только обучают в человеческом мире?

— Уж точно не тому, как спасаться от кровожадных эльфов и мифических хищников, — не осталась в долгу уставшая и порядком поцарапанная Регина.

— Девочка, напрягись и вспомни, может, ты все же умеешь пользоваться чем-то похожим на оружие? — ласково спросила королева, которая единственная из всей троицы сохраняла оптимизм и веру в скрытые таланты Яны.

— Из рогатки в детстве стреляла, — усмехнулась пленница. — И еще неплохо метаю бутылки с виски, как недавно выяснилось.

Эльфы многозначительно переглянулись, словно и впрямь понимали друг друга без слов. Телохранитель пошел к дальней стене, где еще остались образчики неиспробованного оружия, а Нурания сказала:

— Ну что ж. будем надеяться, что на каждого Голиафа найдется свой Давид.

— Вы знаете, как этим пользоваться? — спросил королевский телохранитель, протягивая Яне приспособление, состоящее из двух жгутов с небольшой полоской кожи посередине.

— Откуда? Если бы вы не намекнули, я бы, может быть, и не поняла, что это праща.

— Смотрите. — Эльф отобрал у нее оружие обратно. — Снаряд помещается в ложе. К сожалению, свинцовая пуля у нас осталась только одна, так что вам придется пользоваться либо глиняными, либо каменными. Дальше беретесь вот за эти петли на концах и посылаете снаряд в цель. Это можно сделать как одним движением, если времени мало, так и предварительно раскрутив пращу — тогда сила удара и дальность полета значительно увеличатся.

— Что-то мне подсказывает, что времени у меня всегда будет мало… Может, мне просто камнями кидаться в ваших монстров? — скептически спросила Яна.

— Сейчас узнаем, — обнадежил ее нелюдь, снова протягивая пращу.

«Праща так праща, — подумала Регина, примеряя снаряд к предназначенному для него ложу. — А окна, если что, его эльфейшество уж как-нибудь вставит».

Туристка не ошиблась, одно стекло во дворце действительно понадобилось менять, но только потому, что матушка короля тоже захотела попробовать древнее оружие. А броски Яны пусть и не всегда попадали в самое яблочко, но ни разу не пролетели мимо цели.

— Ну вот, оружие пролетариата, — пошутила Яна после десятка вполне удачных попыток. — Кажется, ничего сложнее я уже освоить не смогу.

— Зря вы так. — Взгляд королевского телохранителя неуловимо изменился. Либо пленнице показалось, либо нелюдь теперь смотрел на нее с некоторой долей уважения. — Праща уступила место луку именно потому, что для ее использования нужны были более сложные умения и подготовка, лук же может держать каждый дурак.

— Ну не каждый. — пробормотала новоиспеченная фаворитка, вспомнив свои собственные упражнения. — Кстати, у вас что, все эльфы умеют пользоваться оружием? Зачем? От кого вы защищаетесь или на кого нападаете?

Королева и начальник стражи обеспокоенно переглянулись.

— Такая традиция. — неуверенно протянула Нурания.

— Тренируйтесь, — приказал охранник, — а я пойду посмотрю, что у нас с запасами пуль.

— А перекус? — оживилась пленница. — Я же делаю успехи?

— Делаете, — согласился эльф и выдал ей еще один батончик.

— Дорогой. — неожиданно и несколько угрожающе протянула королева, — ты не дал девочке позавтракать?

— Я совсем не против вашего пайка, — поспешно заявила Яна, опасаясь, что сейчас лучший местный завтрак заменят на традиционно эльфийский, и одновременно гадая, не послышалось ли ей, что Нурания назвала своего телохранителя «дорогим».

— Нет-нет, это не дело. — Мать короля уже тыкала пальцем в свой браслет. — Через двадцать минут тебе доставят завтрак.

Яна печально вздохнула, раскрутила пращу и с особой жестокостью запустила снаряд прямо в голову эльфийского манекена, разнеся ее на куски.

— Девочка, ты же помнишь, что смертельные поединки запрещены? — с беспокойством решила уточнить Нурания.

В покоях, отведенных Яне, уже не было не только мистера Эльфа, но, к ее величайшей радости, и «букета» от его щедрого на газон племянника. Зато были поздний завтрак и докторша-жрица из храма Древней Крови, нарезавшая около этого пиршества круги.

— Угощайся, — без колебаний предложила Яна.

Эльфийка не заставила просить дважды, а метко цапнула с тарелки нечто, напоминавшее закрученный хлебец неаппетитного зеленовато-синего цвета.

— Спасибо! Все же королевская кухня — это что-то! — с восторгом прокомментировала Джой.

— Не могу не согласиться, — мрачно ответила Яна, со вздохом приземляясь в ближайшее кресло. С непривычки мышцы шеи, рук и спины уже начинали заявлять свое удивление по поводу только что проделанных упражнений. — Но ты же не за завтраком моим сюда пришла?

— Все верно, — подтвердила девушка, не слишком элегантно пережевывая добычу. Такое поведение смотрелось бы странным, будь на ней то же платье, что и в прошлый раз, но сегодня эльфийка надела медный комбинезон с золотистой искрой, выгодно подчеркивающий стройную фигуру и красный оттенок волос, а также не имевший абсолютно никакого отношения к дворцовой моде. — Меня прислали подготовить тебя к поединку.

— Меня уже подготовили, спасибо. — Регина мрачно продемонстрировала колоду карт.

— Ничего себе! Полная? — Девушка подскочила как ужаленная и с восторгом вытянула карты из рук пленницы. — Да еще и на английском! Вот это да!

Яна со скептическим интересом смотрела на явный восторг докторши.

— Ты и правда коллекционировала их в детстве?

— Спрашиваешь! Знаешь, как я старалась в школе, чтобы наконец-то получить карту единорога! Вот, моя любимая! — Джой протянула туристке заветный кусочек пластика.

На нем было изображено нечто вроде мультяшного пони с цветной гривой и рогом-сосулькой посередине лба.

«Единорог.

Встречается: редко, но, как правило, сразу табуном в несколько десятков особей.

Уровень опасности: низкий (нападает только при приближении к детенышам).

Способ нападения: рог, копыта.

Боится:

Слабые места: —»

— До сих пор помню свой дикий восторг, когда мы во время экскурсии встретили небольшой табун. Мне даже удалось погладить одного старого самца! — продолжала докторша.

— Во время экскурсии? — удивилась Яна.

— Ну да, знаешь, иногда у нас в школе устраивали нечто вроде сафари в зону отчуждения.

— Странная у вас школьная программа… Детей действительно заставляют изучать боевые искусства? — поинтересовалась Яна. Вопрос об особенностях физкультуры у эльфов почему-то не давал ей покоя.

— Да, конечно. — Девушка все еще листала карты.

— Зачем?

— Ну не знаю. Традиция, наверное. И на всякий случай. — Джой подняла голову. — Вот пару лет назад заклинило ворота второго контура и в город забралась парочка виверн, тогда-то эти навыки много кому пригодились.

— Виверн? — удивилась незнакомому слову туристка.

— Ну знаешь, ящерицы типа драконов. Только у нас они выродились, размером с собаку стали, но покалечить могут знатно, особенно если несколько особей одновременно. Сейчас. — Она расправила колоду веером и вытащила оттуда карту с каким-то коричневато-бурым существом на ней.

«Виверна.

Встречается: часто.

Уровень опасности: средний (агрессивна, особенно в стаях).

Способ нападения: ядовитые зубы и жало.

Боится: яркого света, громких низких звуков.

Слабые места: глаза, уши, хрупкие передние лапы».

— Замечательно. И как часто к вам такие милашки залезают? — Яна протянула обе карты обратно.

— Ну. это единственный раз, о котором я знаю.

— Хм, — Регина призадумалась.

«Неужели они обучают своих детей бою просто так? Типа уроки карате для всех? Ну не настолько же они боятся людей, в самом деле!»

— Ты завтракать будешь? — с некоторой надеждой в голосе спросила Джой, подбирая с тарелки второй хлебец и уже пристраиваясь к бокалу с коричневой жидкостью, к сожалению, судя по запаху, не имеющей ничего общего с кофе.

— Оставляю его тебе на растерзание. Так зачем ты здесь? Очередные тесты?

— Сегодня я не твой доктор, сегодня я твой парикмахер.

Прикончив угощение, докторша дала Яне непонятную микстуру, чтобы та выпила, а затем попросила поудобнее расположиться в кресле и начала втирать пленнице в скальп нечто жидкое и приятно пахнущее.

— Прямо спа, — с удовольствием сообщила Регина, впрочем не особо веря в какой-либо заметный эффект от таких процедур. — Если ты еще помассируешь мне воротниковую зону, то будет вообще прекрасно.

— Не помассирую, но могу сказать дворецкому, чтобы прислал того, кто это сделает, — усмехнулась докторша.

— Я подумаю над этим предложением…

— Вот и все! — сообщила Джой, вытирая руки о полотенце.

Яна расслабленно поднялась, подошла к зеркалу и разочарованно пощупала прядь волос, не отросшую ни на сантиметр.

— И что? Где твои локоны? Только не говори мне, что поединок будет отложен на три года, пока мы ждем, когда отрастет моя шевелюра.

— А ты ничего странного не чувствуешь?

Пленница прислушалась к себе.

— Нет, ничего. Только зверский голод.

Джой виновато покосилась на стол, где еще недавно красовался съеденный в одно эльфийское лицо завтрак.

— Если ты переоденешься, можем пойти и вместе пообедать в старом городе.

— Я не в таком восторге от эльфийской кухни, как ты.

— Ты не в восторге от дворцовой кухни, но это не значит, что у нас не существует какой-то еще.

К своему удовольствию, Яна нашла около кровати собственную одежду, выстиранную и отглаженную. Не идти же в город в вечернем платье, тем более что, судя по виду ее новой «подружки», любовью к историческим реконструкциям страдали только при дворе.

Туристка радостно влезла в джинсы и уже через пять минут была готова отправиться в поход за едой.

Целью их вылазки стало одно из древних зданий старого города, которое чуть ли не на целый этаж ушло под землю, но все равно не сдавалось под натиском времени. Над входом был натянут яркий бело-красный тент, и в душе Яны внезапно забрезжил тоненький лучик надежды.

— Это кафе? — уточнила она.

— Более того, это кафе с человеческой кухней, — подтвердила ее счастливые предположения Джой. — Итальянской, если быть конкретнее.

— О боже! Я готова расцеловать и тебя, и порог этого заведения! Но откуда? Здесь есть еще люди?

— Главное, что здесь есть эльфы, разделяющие твою привязанность к человеческой еде. Не ко всей, но к некоторой ее части, — лукаво сообщила докторша и смело толкнула дверь в заведение, приглашая Яну войти.

Внутри оказался интерьер, вполне успешно копировавший обстановку итальянской траттории, а также компания из молодых эльфов, с большим интересом посмотревшая на вошедших. Запах здесь стоял обалденный, отчего желудок Региной закрутился так, что она едва не потеряла сознание на пороге. Все еще не веря своему счастью, туристка присела на выкрашенный в оливковый цвет стул и взяла в руки меню, ожидая увидеть уже поднадоевшие эльфийские завитушки вместо букв и положиться в заказе на добрую волю своей спутницы, но…

Меню было на итальянском! А это гораздо лучше, чем на эльфийском!

— Хозяин настолько влюблен в Италию, что всеми силами старается сохранить ее атмосферу! — пояснила докторша в ответ на изумленный взгляд Яны.

— Но откуда он берет продукты?!

— Большую часть выращивает сам. — Девушка тоже взялась за меню, хотя буквально полчаса назад умяла довольно объемный завтрак. — Видела бы ты его оранжереи, оборудованные по последнему слову техники. Но сыры, вино и некоторые другие ингредиенты приходится завозить из внешнего мира.

— Только не говори, что в чемоданах. — подняла бровь Регина.

— Наши предки были предусмотрительны и сделали еще один вход, через который может пройти не только человек. Ты будешь кофе?

«А тут можно жить!» — с восторгом подумала Яна и даже не испугалась этой мысли.

Возможно, пленнице стоило бы уточнить, сколько всего есть выходов в человеческий мир и где они находятся, но при слове «кофе» мозг женщины на секунду отключился, и все, что она смогла ответить, было:

— Конечно! А еще половину местного меню. Что тут готовится быстрее всего?

В ожидании заказа Яна времени зря не теряла и как заправская гадалка раскладывала карты на свободном конце стола, сортируя их по группам в зависимости от того, насколько важным было запомнить тех или иных животных. Первым делом она отделила опасных животных от неопасных, затем выбрала из опасных наиболее часто встречающихся — вот их надо было выучить наизусть.

К тому моменту, когда официант поставил перед ней тарелку с дымящейся и истекающей соусом лазаньей, колода была сгруппирована.

Но, выполнив свои профессиональные обязанности, молодой эльф с волосами насыщенного шоколадного цвета и не думал уходить, а поднял верхнюю карту в кучке редко встречающихся бестий и вполне дружелюбным тоном отметил:

— Мне всегда больше всего нравились грифоны.

— Это, наверное, потому, что вы с ними редко сталкивались, — парировала Яна, обжигая рот расплавленным сыром.

«Кажется, Нурания ненароком породила целое поколение сумасшедших коллекционеров».

— Химеры рулят! — заорали в два голоса эльфы с соседнего стола.

— Нет, гарпии! Когти видели? Размером с палец! — ответила им другая посетительница.

Регина только ниже наклонилась к своей лазанье, стараясь оказаться вне весьма оживленного спора, завязавшегося между нелюдями, но, судя по тому, что обмен репликами велся на английском, предназначался он в первую очередь для ее круглых ушей.

Наконец туристка не выдержала и, прикрыв рот рукой, шепотом спросила у Джой:

— Они что, обсуждают, какая из их ненаглядных тварей быстрее и качественнее меня убьет?

— Нет, я думаю, они искренне желают тебе успеха, — так же шепотом, передразнивая спутницу, ответила девушка.

— Мне?

— Да, тебе.

— С чего бы? — подозрительно покосилась на разгорячившихся эльфов Регина.

— Ты наш единственный шанс на быстрые и кардинальные изменения в устоявшемся укладе заповедника.

Не успела пленница даже мысленно примерить на себя навязанную роль революционерки, как дверной колокольчик брякнул и на пороге появился Учитель. При виде него спорщики с лицами учеников, застуканных за безобразиями в классе, умолкли и расселись по своим местам. Кто-то даже спину выпрямил под пронизывающим взглядом его гигантских глаз.

Одна докторша улыбнулась во все тридцать два (или сколько их там у эльфов) зуба и радостно замахала рукой.

— Привет! Пап, пообедаешь с нами?

— Папа? — Яна чуть не подавилась очередным куском.

— Да, а что? Разве ты не видишь наш фамильный цвет волос? — Джой продемонстрировала ей длинную красную прядь, которая хоть и была несколько ярче волос Учителя, но, несомненно, обладала тем же специфическим оттенком.

— Зашибись. — Туристка тут же припомнила, что и Нурания вместе с его эльфейшеством были словно выкрашены в пепельный блонд из одного флакона.

«А что же тогда мистер Эльф? Пошел в отца? Не повезло бедняге…» Более обыкновенного скучного русого цвета волос пленница в заповеднике еще не встречала.

Стоило подумать о господине советнике, как дверь звякнула еще раз, и нелюдь появился на пороге собственной персоной, лишь на пару шагов отстав от Учителя.

«Совпадение? Не думаю.» Не боясь показаться невежливой, Яна кивнула обоим и ускорила поглощение лазаньи, не без оснований опасаясь, что ее собираются оторвать от этого жизненно важного занятия.

Джой тоже заподозрила неладное, отложила свой жаренный с грушей камамбер и сказала:

— Ни за что в жизни не поверю, что вы вместе зашли сюда пообедать.

— Назначен день проведения поединка справедливости, — озабоченно сказал мистер Эльф, и у Яны кусок застрял в горле. — Старейшины утвердили его. на завтра.

Регина тоже отложила вилку и вместе с докторшей обратила свой суровый взгляд на единственного представителя совета старейшин в этом помещении.

Учитель благодушно и чуть смущенно улыбался.

— Не надо на меня так смотреть, я голосовал за послепослезавтра. — Он подвинул к себе стул, уселся на него так плавно, словно не имел ни одной кости в теле, и с любопытством наклонился к Яне. — Я вижу, вы нашли себе защитника посильнее, чем я!

Туристка сделала вид, что не понимает, о чем он. Возвращаться к вопросу о чтении мыслей ей не хотелось, поэтому женщина громко и понимающе фыркнула:

— Им так не терпится избавиться от меня, что, если бы не моя противоэльфная стрижка, мы бы сражались уже сейчас.

— В любом случае нам надо идти и готовиться, — несколько сконфуженно сказал мистер Эльф.

Пленница вполне понимала, какого рода подготовку он имел в виду, но все равно попыталась выиграть время, чтобы прикончить-таки свое блюдо.

— А на вас я вообще зла! — полушутливо заявила Яна.

— Ну так просветите меня, чем я успел провиниться, по дороге ко дворцу. — Советник даже не думал садиться, всем своим видом показывая, что задерживаться не собирается.

— Вы все время знали об этом кафе и продолжали пичкать меня несъедобной едой, я чуть с голоду не умерла! — Произнеся эти несерьезные обвинения, туристка вдруг обнаружила, что до сих пор чувствует тот самый голод, и остановилась в нерешительности. — Как думаете, а они с собой заворачивают? Вряд ли я смогу унести карбонару в ладошках, но, может быть, пиццу?

— Как вы можете есть в такой момент? — поразился мистер Эльф, глядя на Яну, жующую на ходу свои панцеротти, пирожки с сыром и помидорами, о существовании которых она по странной случайности узнала только в эльфийском заповеднике.

Все встреченные на улицах города нелюди смотрели на новую фаворитку короля примерно с таким же выражением, но той было решительно все равно.

— Может, это последняя вкусная еда в моей жизни, — мрачно ответила туристка. — Угостить, чтобы вы не завидовали?

— Спасибо, я воздержусь, у меня изжога от человеческой пищи.

— Надо же… у эльфов бывает изжога… Так куда мы идем? — Регина еще раз откусила от пирожка, попутно умудрившись испепелить взглядом двух эльфиек, оживленно сплетничавших на пороге дома и только что пальцем не показывавших на проходящую мимо человеческую женщину.

— Сейчас у вас будет прогулка с его величеством, на которой он пригласит вас на ужин.

— При свечах?

— Нет. но если надо, мы поставим.

Яна представила себе одну гигантскую свечу посреди стола (в щедром стиле короля калькуляторов) и поспешила отказаться.

— Во время одной из этих двух встреч вы должны умудриться спровоцировать вызов на поединок от Вильть’ернии. Завтра будет уже поздно.

— А почему вы так взволновались? Неужели его эльфейшество придумал способ, как мне победить его знойную поклонницу? Или даже двух? — Туристка отвлеклась, чтобы помахать рукой двум симпатичным эльфам, перевесившимся через старинный балкон дома, лишь бы получше разглядеть ее.

^{— Д}а ^и- И он вам не нравится?

— И он мне его не сказал… — Мистер Эльф сделал нетерпеливый жест рукой, чтобы новоявленные поклонники его спутницы втянулись обратно в дом.

— Как? Вы же читаете мысли!

— Никто не может прочесть мысли короля.

— Но.

— Его диадема — единственная вещь в заповеднике, которая может защитить мысли владельца от старых эльфов.

«Так уж и единственная? — ехидно подумала Яна и внезапно почувствовала легкое прикосновение руки своего спутника к плечу. — Странно, раньше он себе такого не позволял».

— Мне не нравится, когда я не могу заглянуть в чужие мысли, его величества или ваши.

— Я еще здесь, а вы уже скучаете по моим мыслям? — Яна состроила глазки искренне расстроенному нелюдю. — Или опасаетесь, что я все же решусь выйти замуж за короля?

— Не могу исключать и такой возможности. Мне кажется, между человеком и эльфом возможен брак только по расчету, а вы зарекомендовали себя как вполне практичная особа.

На «практичную особу» Регина даже немного обиделась, хотя из уст своих коллег приняла бы такой эпитет за комплимент.

— А мне кажется, что не возможен. Но я смотрю, вы много думали на эту тему, — обманчиво ласково протянула она.

— Да. задумался как-то на досуге, — немного сбился с шага эльф.

— И к каким пришли выводам?

— Такой союз причинит слишком много боли и разочарования. Один обязательно увидит смерть другого. И даже если у них появятся дети, что пока весьма сомнительно, человек будет вынужден принять тот факт, что он вряд ли увидит их взрослыми. и счастливыми. Вы заметили, как к вам относятся придворные? А я хорошо помню, как обращались со мной. Страшно представить, что будет с ребенком, который наполовину человек.

После такого серьезного и честного ответа очередной пирожок не полез туристке в горло, и она вернула его в бумажный пакет.

— Мне все не удается спросить, почему вы так отличаетесь от других эльфов? — рискнула копнуть глубже пленница, все еще пытаясь сохранять несерьезный тон. — Только не говорите, что тоже участвовали в «стригущем» поединке и проиграли.

— Если только себе самому. — невесело усмехнулся мистер Эльф. — Я стригу волосы коротко из-за их цвета.

— А что не так с их цветом? — искренне удивилась Яна, потому что до череды бесконечных окрашиваний у нее был почти такой же.

— Это человеческий цвет волос… признак вырождения вида.

— Что за чушь?! — От возмущения туристка так размахнулась оставшимся пирожком, что тот чуть не вылетел из пакета, и только чудом успела его подхватить.

— Вот именно чушь, не стоящая испорченного пирожка, — усмехнулся советник. — У нас с Нуранией разные отцы. Первый брак нашей матери-королевы был строго выверен по записям храма Древней Крови. После исхода своего первого мужа она послушалась веления сердца и, наплевав на все традиции, выбрала следующего супруга по собственной воле. В результате родился я. Меньше, чем положено, с волосами, не унаследовавшими окрас ни от одной из чистых эльфийских линий. Общественное давление и осуждение было так велико, что мои родители совершили исход, едва дождавшись моего совершеннолетия.

— Вот черт! — пробормотала Яна по-русски, поняв, какой муравейник умудрилась разворошить своими неосторожными разговорами о волосах.

Мистер Эльф оставил Яну в дворцовом парке с выражением крайнего удивления на лице и пирожком в руках, словно недалекую дурочку в ожидании принца. Вернее, в ее случае, короля. А венценосный суженый, еще не успевший избавиться от дурочки предыдущей, к тому же не особо торопился на свидание.

Справившись с бурей мыслей, вызванных сообщением советника, и строго-настрого запретив себе его жалеть, Регина обнаружила, что находится в зоне прямой видимости от древа, а потому вполне может пойти и выплеснуть накопившиеся эмоции на существо, которое уж точно их заслужило.

Приблизившись со стороны, где не было стражника, пленница бесцеремонно пнула ближайший корень, благо на ней снова были ее ботинки.

— Что за представление ты устроила вчера вечером?! Меня чуть не убили!

«Ну не убили же. Мелкая, ты сама хотела, чтобы никто тебя не отслеживал. Собачка — это бонус. первому клиенту, так сказать».

«Бонус», спокойно вылизывавшийся в двух шагах от них, внезапно поднял голову, будто услышал что-то странное.

— Засунь свои бонусы себе в. в дупло! Повеселиться захотелось?!

«Я одинока, и мне нужна компания». — Сверху спустилась одна из длинных сережек и словно успокаивающая рука легла Яне на плечо.

Регина раздраженно оттолкнула растительность, ведущую себя так, будто они лучшие друзья.

— У тебя целый двор компании!

«Компания такого же существа, как я…»

— Ну я же не виновата, что у вас тут больше деревья не растут! — Теперь пленница уже отбивалась от настойчивых попыток сережки погладить ее по спине. — Вместо того чтобы распускать свои тентакли и глушить собак, лучше бы желудь скинула, что ли.

«Мы так не размножаемся».

— А как вы размножаетесь?

«Если я тебе скажу, ты.» — Мысль древа внезапно оборвалась на полуслове, а назойливая сережка втянулась обратно в крону.

Яна оглянулась и увидела силуэт его эльфейшества, показавшийся на одной из дальних аллей. Король в кои-то веки был один, не только без своей свиты, но даже без охраны.

Регина плюнула на древо (к счастью для того, лишь в переносном смысле) и поспешила навстречу правителю, лихорадочно соображая, как совершить публичное покушение на его целомудрие в условиях полного отсутствия публики.

— Добрый день! — поприветствовала она монарха, решив, что он вполне перетопчется без пародии на реверанс.

— Добрый день, мисс Джейн, — ответил его эльфейшество в некотором изумлении. — Это для меня?

Вопрос относился к пирожку, все еще зажатому в руке Яны и потому невольно принявшему участие в ее неформальном приветствии.

— Если захотите, — скрепя сердце ответила женщина, потому что на эту еду у нее были свои планы, — но он уже остыл. Меня наконец-то накормили человеческой едой.

— Да? Как интересно. — пробормотал монарх, но было заметно, что мысли его витают где-то далеко.

— Давайте я покажу вам где это кафе?! — с преувеличенным энтузиазмом воскликнула пленница, надеясь таким образом заманить намеченную жертву на людные. вернее, эльфные улицы города.

— Не стоит. — Король одним взмахом руки расстроил все коварные женские планы. — Нам все могут доставить во дворец. И раз уж разговор зашел о еде, позвольте пригласить вас на ужин. Так, кажется, это делается у людей?

— Примерно, — пробормотала Яна, умолчав о том, что обычно у приглашаемого есть возможность отказаться.

— А сейчас я бы хотел прогуляться в ту часть парка, где нам никто не помешает. — Эльф галантно указал на одну из тропинок, ведущую в лабиринт из живых изгородей.

Регина неожиданно даже для самой себя запаниковала. Может статься, что не одна она готовила покушение на честь и достоинство собеседника.

Чем дальше они углублялись в лабиринт, тем крепче пленница сжимала пирожок и тем больше напоминала себе Красную Шапочку.

— Куда мы идем? — рискнула спросить она после нескольких минут полного молчания.

— Прогуляемся по гроту влюбленных.

«Да неужели?» — Более саркастически окрашенной реплики внутренний голос Яны еще не производил.

И действительно, тропинка вывела их к небольшому гроту, перед входом которого стояла статуя трогательной пары нелюдей. Пластика их движений была настолько достоверно передана скульптором, позы настолько естественны и нежны, что создавалось ощущение, будто юноша и девушка застыли лишь на краткий миг и вот-вот заключат друг друга в объятия.

— Так, значит, эльфы все же знают, что такое любовь? — больше про себя спросила Яна, проникшись красотой скульптуры. Такое произведение не могло быть создано силой одного только воображения.

— Странно, что вы спрашиваете. Любое общество проходит одни и те же этапы развития. От воспевания любви вечной к любви романтической. От живописания романтических чувств к превозношению плотских наслаждений. — Король подошел к статуе и аккуратно, почти как с живой, снял опавший листик с каменного плеча девушки. — В эпоху, к которой относится этот шедевр, мы жили меньше, почти как люди, и это такое же мимолетное чувство будто бы приближало нас к бессмертию, позволяло не бояться того, что будет после.

— А сейчас какой этап?

— Этап рациональных отношений. Самый правильный и спасительный для такой развитой внутренне и настолько ограниченной внешними условиями расы, как мы.

— Зачем вы меня сюда привели? — спросила Яна, внезапно осознав всю глупость своих недавних подозрений.

— Чтобы задать один-единственный вопрос. Что я могу сделать, чтобы настроить вас на победу в завтрашнем поединке?

— А разве у меня есть хоть один шанс на победу?

— Да, но только при вашем полном содействии. Так что я могу сделать?

Яна не медлила ни секунды.

— Рассказать мне правду. Зачем я вам нужна?

— И это вас убедит?

— Зависит от правды.

Его эльфейшество обдумывал ее предложение около минуты, а затем, видимо просчитав все последствия, взвесив за и против, скрестил руки на груди и заговорил чуть более скованным тоном.

— Ну что ж… Мне казалось, вы и сами уже догадались. — Он сделал жест в сторону грота, и Яна уже без тени прошлого страха ступила внутрь и пошла на свет выхода на другом конце, ее шагам вторил голос короля. — Не надо хорошо разбираться в математике, чтобы понять, что, учитывая текущий уровень рождаемости, в дальнейшем численность эльфов в заповеднике будет убывать в геометрической прогрессии. Мы умираем. Мой народ погибает. Окончательное исчезновение случится через многие столетия после моего правления, но именно я тот король, который еще может что-то изменить. Мои подданные кричат и спорят о том, открываться ли нам людям и как те нас примут. Но выход во внешний мир ничего не изменит. Какая разница, где умирать, здесь или снаружи? Проблема в том, что, так или иначе, мы будем чужеродным элементом для человечества, не сможем влиться в него.

Пленница поразмыслила пару секунд и даже остановилась.

— Так я вам была нужна, чтобы.

— Чтобы вывести новых эльфов, более похожих на людей, способных иметь потомство от людей, дабы наш выход из заповедника имел хоть какой-то смысл, а мы получили шанс на продолжение рода, пусть даже род этот будет далеко не тем, что прежде.

— Но.

— Это вполне возможно. Очень-очень давно, но у нас все же были общие предки. И теперь нам надо лишь подправить путь собственной эволюции.

— Тогда почему бы вам не отпустить меня и не найти человека, который согласится на все это добровольно? У одного Руфуса сотни фанаток, готовых многим пожертвовать, лишь бы быть со своим кумиром, не говоря уж о смене места жительства.

— Я пытался вести себя с вами так, чтобы решение остаться было добровольным.

— Боюсь, что стога сена на кровати для этого недостаточно, — резонно заметила Яна и продолжила идти вперед.

— Вы видели, как относится к людям двор — вся моя старая и трухлявая свита? Мне нужно заткнуть рты старшим эльфам так, чтобы они не осмелились противостоять новому курсу. — Царственный нелюдь с неожиданной силой и злостью стукнул по стене грота прямо перед самым выходом наружу, отчего из кладки посыпались мелкие камешки. — Именно поэтому я решился на отчаянный шаг — сделать своего наследника получеловеком. Вы с этой вашей мантикорой из пророчества, до которого никому не было дела многие столетия, как нельзя лучше вписываетесь в этот план.

После такой прогулки сжатый до формы хот-дога пирожок не стала есть даже Ная. Пленнице показалось, что собака брезгливо сморщила нос, когда ей поступило такое весьма и весьма сомнительное предложение.

О предложении же его эльфейшества Яна стала думать несколько по-иному, но, конечно же, не в том плане, чтобы принять его, расчетливый нелюдь зря распинался о знаковости ее роли для судьбы исчезающего народа. Но теперь король не казался ей таким уж сумасшедшим, хотя доля безумия в его решении все же присутствовала. Регина не собиралась играть роль спасительницы, тем более спасать ей предлагали вовсе не человечество.

«Ничего, найдут другую кандидатку, времени у них еще предостаточно, — думала пленница, расстегивая неопознанный длинный чехол, который горничные повесили у нее в покоях с вполне определенной целью. — Вот черт! Что еще за наряд испуганной нимфы?»

Судя по оставленному для нее платью, ужин предполагался очень даже романтический…

В чехле оказалось нечто нежно-голубое (спасибо хоть, что на непросвечивающей подкладке), расшитое мелким перламутровым бисером и сделанными вручную цветами из нежного тюля всех пастельных оттенков сиреневого и розового.

«И как прикажете провокационно гладить уши в условиях намечающегося тет-а-тет?»

Яна не сомневалась, что что-нибудь придумает, и в те несколько часов, которые остались у нее до намеченного свидания, занялась изучением карт, а когда пришло время одеваться, оказалось, к платью прилагался еще и веночек.

«Чего же не крылышки в блестках? Была бы я самой старой феечкой на утреннике в детском саду».

Яна уже хотела вернуть украшение на вешалку, но внезапно передумала.

«Аксессуар все-таки к наряду. только носить его буду не я!»

Заранее представив лица эльфов, она смеясь надела венок на гончую. Для головы собаки он, конечно же, был слишком велик, а потому легко опустился ниже, превратившись в экстравагантное боа.

— Смотри-ка, тебе идет! — И действительно, розовые и сиреневые цветы чудесно сочетались с ушами Наи.

Суровая надсмотрщица будто что-то поняла и вместо того, чтобы сорвать непрошеное украшение зубами, подошла к зеркалу и сперва скептически в него заглянула.

— Ну ладно, не выделывайся, будто тебя часто зовут на ужин с королем, — сказала Яна непонятно кому, себе или гончей, и со вздохом обреченного полезла в платье.

Наряд сел хорошо, был вполне удобен (пленница проверила на случай, если за ней опять будут гнаться ревнивые жены, настоящие или будущие, — чем черт не шутит), но выглядела она в нем еще нелепее, чем в предыдущем. Такое должны носить какие-нибудь восторженные принцессы.

Регина встала около зеркала, приложила руки к груди, примяв сразу несколько скоплений цветов, и голосом на несколько тонов выше обычного с придыханием произнесла: — Ваше величество, я согласна стать вашей супругой и посвятить свою жизнь благополучию эльфийского народа! Тьфу ты, бред сивого единорога!

Последняя фраза была сказана уже нормальным голосом, и Яна отвернулась от зеркала, чтобы найти сапоги. Той чудесной зеленой пары, что верно послужила ей и вчера вечером, и сегодня утром на тренировке, в комнате уже не было, зато аппарат по созданию обуви так и остался на своем месте.

«Одноразовые они у них, что ли?»

Уже поставив правую ногу внутрь чудесной машинки, Яна злорадно улыбнулась и нажала на красную кнопку.

«Должна же у женщины быть индивидуальность».

Пока аппарат педантично пеленал ее ступню красными эластичными лентами, в голову пленнице пришла мысль, что как раз это несоответствие цветов в одежде может стать поводом для более легкомысленного разговора с монархом и, возможно, даже похода в какое-нибудь публичное место, за покупками например. Фаворитке же позволительно немного покапризничать и выпросить себе обновку, соответствующую ее вкусу?

Когда в аппарате оказалась левая нога, Яна нажала желтую кнопку, чтобы наличие вкуса стало еще более явным.

«Пусть видят, что мать будущей нации — человек позитивный».

Когда этот позитивный человек во всей своей ошеломляющей красе предстал перед пажом, явившимся сопроводить пленницу на свидание с королем, у придворного эльфа, кажется, не только дернулся глаз, но и случился тик в левом ухе. Яна сохраняла полнейшее спокойствие и только с любопытством рассматривала нелюдя — ей и в голову не могло прийти, что ее захватчики способны стричь ушами словно зайцы.

«Надо будет попросить мистера Эльфа продемонстрировать этот трюк поближе».

Проходя длинными коридорами, Регина думала о том, как бы узнать, где сейчас самое оживленное место во дворце и куда ей тащить расщедрившегося на псевдоромантические ухаживания короля.

Но стоило открыться дверям парадной столовой, вопрос отпал сам собой. Потому что, судя по количеству собравшихся, самое оживленное место было именно здесь.

«Вот тебе и тет-а-тет, — подумала Яна, глядя на стол, протянувшийся из одного конца зала в другой и заполненный эльфами так, что человеку негде было присесть, — погорячился монарх со своим вымиранием. Те, кто вымирают, столько не едят и такими большими компаниями не собираются».

При ее появлении смолкли не только все придворные, но даже музыка, что до этого была слышна на заднем фоне — вероятно, где-то в засаде сидел настоящий, живой оркестр. Регина, конечно, не ожидала такой массовой встречи, но тушеваться было не в характере руководителя офиса продаж. Дабы и у самых близоруких не осталось ни тени сомнения в

ее особом колористическом даре, пленница еще и юбку подняла повыше, якобы чтобы не мешала идти.

«Будут спрашивать, скажу, что дальтоник, — решила она. — Пусть еще раз подумают, нужен ли им такой уникальный генофонд».

Уникальный генофонд посадили рядом с Нуранией, занимавшей почетное место по левую руку от короля, соседом с другой стороны оказался вездесущий мистер Эльф.

— Не знала, что у вас так сейчас носят, — вполне серьезно сказала королева, с искренним интересом косясь на ее ноги под столом. — Красный и желтый — обязательные цвета или можно придумать что-то свое?

За пленницу ответил мистер Эльф:

— Думаю, все зависит только от того, насколько осточертели тебе окружающие. Если не слишком, подойдут и синий с зеленым.

Яна фыркнула в кулак, давая понять, что он не так уж далек от истины.

Оглядевшись по сторонам, она вдруг осознала, что оказалась между единственными двумя существами за столом, которые смотрели на нее без тени неприкрытого презрения. На лицах всех придворных было такое выражение, будто король пригласил на ужин виверну, а не человеческую женщину и сейчас им понадобится вспомнить те приемы, которым их обучали на физкультуре в школе, чтобы вовремя удавить гадину.

— Как славно провести время в столь дружелюбной компании, — пробормотала Яна, пытаясь глазами найти на столе хоть что-нибудь съедобное, что скрасило бы ее вечер гораздо больше, чем все эти напыщенные эльфийские снобы, набившиеся в один зал. Желудок снова подвело от голода.

«Да что ж за жор-то такой?! Может, не стоило выкидывать тот пирожок?»

Безрезультатно пройдясь взглядом от одних эльфийских кушаний к другим, пленница внезапно наткнулась на такой же неистовый взгляд королевы, сидевшей по правую руку от его эльфейшества. Если красавица и искала, чем подзакусить, то Яна в этом плане явно устраивала ее больше всего.

Не подав виду, что испугалась этих янтарных глаз, Регина лишь подмигнула в ответ.

Внезапно на середину зала вышел нелюдь с тяжелым посохом и, жахнув им со всей силы об пол, видимо, потребовал внимания и к своей персоне, и к тому, что он сейчас собирается сказать. Туристка сразу же заподозрила в нем церемониймейстера.

Его сообщение явно понравилось всем присутствующим, потому что эльфы дружно зацокали языками, а затем все как по команде повернулись к своему королю.

«Тост?» — предположила Яна и оказалась практически права.

Его эльфейшество встал, держа в руке бокал, наполненный фиолетовой жидкостью, и без малейшего намека на улыбку произнес по-английски:

— Я хочу поприветствовать нашу гостью, словно дар посланную нам богами!

Никакого цоканья не было и в помине. Все мрачно перевели взгляд на Регину, желая, чтобы боги забрали дареное обратно.

— Да исполнится ее предназначение! — Сделав еще одну попытку пробудить в подданных если не гостеприимство, то хоть веру, король поднял свой бокал и сделал глоток.

Нестройный ряд голосов без энтузиазма повторил его пожелание, питье пригубили единицы. Яна в кои-то веки оказалась солидарна с большинством придворных.

«К черту предназначение!»

Но монарх был упорен в своем стремлении навести мосты между присутствующими. Видимо решив, что в таком безнадежном случае сгодится и натянутая веревка над пропастью, он торжественно провозгласил, что предлагает всем угоститься блюдами родной Яниной кухни.

В этот момент двери в столовую распахнулись и под звуки эльфийских инструментов, наигрывавших подобие вальса, в помещение друг за другом стали входить лакеи. Одни несли большие круглые подставки с пиццей, другие — глубокие миски с пастой различных видов и цветов.

Курьезность ситуации стала едва переносимой, но пленница стойко держалась, чтобы не зарыдать от смеха. Она готова была признать себя не только избранной, но и итальянкой, лишь бы удовлетворить свой вдруг ставший таким ненасытным желудок.

Лакеи тем временем обходили стол по кругу и предлагали угощение гостям. Попробовать решались немногие, и то в основном пиццу, паста игнорировалась с таким видом, будто Яна решила отравить всех нелюдей разом.

Видимо, чтобы исправить творящуюся несправедливость, его эльфейшество самоотверженно приказал положить себе порцию спагетти. Рядом с тарелкой короля тут же появились вилка и ложка, но монарх посмотрел на приборы с таким выражением, будто вместо них ему предложили циркуль и транспортир.

Яна хмыкнула, с нетерпением ожидая, как он будет выходить из ситуации, а пока начала уплетать угощение сама и следить краем глаза за неравной борьбой Нурании с тягучими ниточками сыра, тянущимися от куска пиццы королеве в рот. В отличие от остальных придворных эльфийке процесс явно доставлял удовольствие.

«А вечер оказался не так уж плох — и хлеба получила, и каких зрелищ!»

— На вашем месте я бы помог его величеству, — раздался у нее над ухом тихий голос мистера Эльфа, — удачнее момента, скорее всего, уже не будет.

Яна повернулась, встретилась с его глазами, в освещении столовой вдруг показавшимися синими, как лесная тьма, и поняла, что господин советник, как всегда, прав — нужно действовать.

— Ваше величество, разрешите вам помочь! — громче нужного воскликнула она, так чтобы даже самый древний, глухой на одно ухо эльф обратил внимание.

Уже вытянувший из тарелки целый канат спагетти король замер с вилкой в руке и обреченным выражением на обычно бесстрастном лице.

— Буду вам премного благодарен, если вы преподадите моему двору урок человеческого этикета, — ответил он, и Яне послышался небольшой вздох облегчения.

Жаль было расстраивать неофита итальянской кухни, но она собиралась преподать ему совсем другой урок.

Пленница встала с места и приблизилась к королю, искренне надеясь, что после всей неразберихи, которая сейчас начнется, у нее все же будет шанс закончить свой ужин.

— Возьмите ложку в левую руку, а вилку в правую. Хорошо. Теперь подцепите вилкой несколько спагетти и вытяните их до уровня груди. Не моей, а вашей! Начинайте потихоньку наматывать спагетти на вилку, придерживайте ложкой, чтобы соус не испортил платье вашей супруге. Все, готово! Вы справились!

Его эльфейшество действительно оказался способным учеником, и Яна вроде как в знак поощрения легонько провела рукой по его уху, а затем, чтобы уж наверняка, убрала с виска выбившуюся прядь светлых волос.

Король снова застыл, на этот раз уже с вилкой, так и не донесенной до рта, но не успел он повернуть свое изумленное лицо к распоясавшейся пленнице, как Регину буквально снес с ног золотой вихрь.

Туристка очнулась уже прижатой спиной к одной из стен столовой, а прямо в упор на нее смотрели бешеные глаза Авроры.

— Мы так не договаривались! — прошипела та и воткнула в стену прямо рядом с Яниным лицом нож, вокруг лезвия которого упругим завитком обвился золотой локон.

Регина уже мысленно приготовилась к тому, что сейчас придется отбиваться и уж лицо-то эта фурия ей расцарапает как пить дать, но супруга короля отпрянула так же резко, как и налетела.

Она стояла гордая, с развевающимися на внезапно подувшем сквозь окна сквозняке волосами, и произносила на эльфийском ритуальный текст вызова на поединок. А Яне на секунду вдруг показалось, что это был не только вызов, но одновременно еще и признание в любви, первое за сто лет королевской супружеской жизни.

— Прекрасно исполнено. Я даже немного заревновал, — прошептал на ухо Яне мистер Эльф, когда она ни жива ни мертва вернулась на свое место.

После того как вызов был произнесен, король молча отодвинул от себя тарелку со спагетти и, пугающе медленно приблизившись к своей супруге, взял ее чуть повыше локтя и вывел прочь из столовой. В закрывающиеся двери пленница скорее увидела, чем услышала, как они обмениваются репликами на повышенных тонах. Не надо было знать эльфийский, чтобы понять — назревала семейная ссора. Наконец-то нелюди стали похожи на людей!

Испуганные, а то и привыкшие к подобным сценам придворные выждали минут пять и тоже стали потихоньку просачиваться в дверь прочь из столовой, некоторые тайком уносили с собой треугольнички пиццы.

«Рекламная акция все же удалась, ай да его эльфейшество!»

Регина же не проявляла ни малейшего намерения эвакуироваться с места катастрофы. Как только позволила ситуация, она вновь углубилась в недра своей тарелки с пастой болоньезе.

— Девочка, судя по твоему абсолютному спокойствию, ты знала, что так произойдет, — сказала проницательная Нурания, которая, кажется, тоже никуда не спешила.

— Просто я отличаюсь необычайной стрессоустойчивостью, — мрачно пошутила Яна и обратилась к мистеру Эльфу: — Вы же доведете до его величества и старейшин мое желание провести оба поединка одновременно?

— Непременно, доводить старейшин и его величество — моя святая обязанность. — Советник поднялся с места и, отойдя в сторону от стола, стал наговаривать что-то в свой браслет. Поскольку обеденный зал уже почти опустел, в нем не осталось никого, кто счел бы такое поведение невежливым.

— Все правильно, — одобрила королева. — Две соперницы — это в два раза больше шансов, что моему сыну не удастся вмешаться в наш план. Вкусно?

Когда Яна подняла глаза от тарелки, эльфийка с интересом смотрела в ее пасту.

— Невероятно, — не слишком разборчиво ответила туристка.

Рядом с ними будто из воздуха возник начальник королевской охраны.

— Приятного аппетита, — чуть неодобрительно пожелал он своей утренней ученице и без перехода спросил: — Ваше величество, вы не хотите отправиться в свои покои? Или, может быть, прогуляться перед сном?

Пленница даже на миг перестала жевать. Не из-за пожелания, а просто было между этими двумя какое-то странное напряжение, схожее с тем, которое ощущалось между королем и его супругой.

— Милый, я бы с удовольствием, но мне хотелось еще попробовать вот это блюдо. — Нурания указала на Янину пасту, а затем оглянулась на остатки гостей своего сына.

— Возьмите с собой, — посоветовала пленница, которая и сама уже начинала подумывать о том, чтобы сделать запас для ночного перекуса.

— Это будет жутко неприлично для королевы, таскать еду со стола, — шепотом просветила ее эльфийка.

— Прошу меня извинить, — коротко бросил ее телохранитель, поискал глазами лакея с нужным блюдом в руках, а потом, недолго думая, отнял его у бедняги, не оказавшего ни малейшего сопротивления, и как ни в чем не бывало пошел с ним к выходу.

— И рыцарь бы не поступил благороднее, — со смешливым восхищением отметила Яна.

— В этом весь Крельст’ен, — не без гордости подтвердила королева.

— Он же не просто начальник охраны?

К столь бесцеремонному вопросу Нурания отнеслась на удивление спокойно.

— И да и нет. Мы провели все детство вместе, когда-то были влюблены друг в друга. В то время еще не было генной проверки, но по записям семейств мы оказались в слишком близком родстве. Когда я выходила замуж за выбранного старейшинами жениха, Крельст’ен сказал, что хоть и не может быть моим супругом, но станет вечно оберегать меня. Вот до сих пор и оберегает… — Старая эльфийка говорила с теплотой в голосе и все это время разглаживала невидимые складочки на скатерти. — Иногда мне кажется, что он последний романтик в заповеднике.

Яна таращилась на мать короля с нескрываемым удивлением, потом все же решилась высказать свое мнение, мысленно готовясь быть осмеянной за глупость.

— Но если вашего мужа уже нет в живых, детей от вас больше никто не ждет, почему тогда не выйти за него замуж теперь?

Старая королева замерла на полувдохе и в точно таком же удивлении посмотрела на Яну.

— Девочка, но я же до сих пор королева! Да и как, если мне никто не предлагал?

— Сами предложите, — пожала плечами Яна, искренне не понимавшая, почему сражаться на поединках эльфийкам можно, а позвать приглянувшегося эльфа в мужья нельзя.

Вернулся начальник стражи, и не подозревавший о том, что за время своего отсутствия стал предметом женской беседы. На этот раз уже Яна посмотрела на него более уважительно, почти так же, как он утром посмотрел на пленницу, вмиг освоившую пращу.

И именно пращу-то вместе с несколькими снарядами нелюдь и выложил перед ней на стол.

— Потренируйтесь сегодня вечером и завтра утром, — был лаконичный приказ.

И когда только успел и макароны отнести, и оружие забрать?

— Спокойной ночи, девочка, — поднялась со стула Нурания. — Надеюсь, что завтра все пойдет по плану, ничего не бойся.

«Да я и не боюсь, с самыми страшными существами в заповеднике я уже познакомилась, и это отнюдь не мантикоры», — подумала Яна, но вслух лишь пожелала королеве приятного вечера.

— Ваш выбор оружия, как всегда, поражает, — оценил лежащую на столе пращу вернувшийся мистер Эльф. — Вам стоит попрактиковаться.

— Мне уже сказали, — мрачно ответила Яна.

— Попрактиковаться сбивать движущиеся летающие объекты… — уточнил советник и взвесил на ладони глиняную пулю. — Думаю, сойдет.

— Против гарпий или грифонов? — Туристка попыталась вспомнить, кто еще из тварей, содержащихся в колоде, умел летать.

— Против дронов.

Карты с таким монстром у нее точно не было.

— Не поняла.

— А вы думали?! Все последние поединки снимались с дронов и транслировались на экраны перед зрителями. Так что, если вы захотите сдаться без боя, для начала надо будет как бы невзначай посшибать всех ближайших дронов. В этом плане я очень одобряю пращу. Пойдемте потренируемся? — Мистер Эльф жестом указал куда-то в сторону окон.

— В платье? В парк? Там же темно!

— Ну так я с вами. — Он приглашающим жестом протянул туристке руку.

Отказываться было глупо, поэтому Яна мысленно попрощалась со своей пастой, подхватила оружие и направилась за мистером Эльфом.

В парке действительно было уже темно. Странного света эльфийских фонарей вполне хватало, чтобы не терять дорожку под ногами, но о том, чтобы упражняться в меткости, не могло быть и речи.

— Почему мы не могли пойти в зал для тренировок? — раздраженно спросила пленница, в сотый раз наступив на подол собственного платья. — Поединок же не в темноте проводится?

— Все поединки начинаются днем. а заканчиваются тогда, когда заканчиваются. Случались у нас и затяжные, многодневные противостояния, так как стороны долго не могли найти друг друга.

— Очень обнадеживающе. Так куда мы идем? — спросила Яна, безжалостно наматывая подол на кулак.

— Разорять владения стрелкового клуба.

— А нам за это ничего не будет?

— Только парочка стрел под лопатку. — Мистер Эльф увидел выражение лица собеседницы и тут же добавил: — Да шучу я, шучу. Вас, если повезет, уже завтра отпустят, а я как-нибудь разберусь.

— Хорошо бы отпустили, — мечтательно протянула пленница.

— Как жаль, что вы не сможете потом меня… нас вспомнить, — вздохнул нелюдь.

— А вы будете по мне скучать? — лукаво развернулась к нему Яна.

— Я уже. — с невозможной серьезностью и трагизмом в голосе заявил мистер Эльф и театральным жестом закатил глаза, взывая о сострадании. — Как вы могли скрыть свои мысли от меня? О жестокое, жестокое создание!

— Не переигрывайте! — отмахнулась от него Регина.

— Я вполне серьезно. Вы знаете, насколько сильно отличаетесь внутри от того, что показываете снаружи? И кстати, это платье гораздо больше идет вашему внутреннему «я», чем внешнему.

— А обувь? — рассмеялась Яна. — Вы забыли сказать пару комплиментов моей обуви! Она ведь тоже идет моему внутреннему «я»?

— Без всяких сомнений! — тоже рассмеялся мистер Эльф.

Когда они достигли стрельбища, оказалось, что господин советник пошутил не только про стрелы в спину, но и про разорение. Рядом со стоящими в ряд мишенями оказался большой деревянный ящик без замка, а внутри, помимо прочих приспособлений, использовавшихся в качестве мишеней, нечто вроде фрисби. светящихся в темноте.

— А вы что думали, я ради тренировки притащу вам настоящий дрон? Королевский советник все же не настолько богат.

— Возможно, и я не настолько меткая, чтобы это хоть сколько-нибудь угрожало богатству господина советника, — парировала Яна.

— Ну все, приготовьтесь. Бейте только после команды. Да. и в Наю не попадите. — совершенно излишне перестраховался нелюдь. — Она, знаете ли, почти как человеческие собаки.

— Знает команду «апорт»?

— Обходится в этом деле без всякой команды.

Мистер Эльф запустил в воздух первую тарелочку, светившуюся зеленоватым светом, а оттого хорошо заметную на фоне ночного неба. Яна замахнулась и не попала. То же самое случилось со вторым «фрисби», но вот третье она все же умудрилась задеть за самый край, и летающая мишень сбилась с траектории полета, что заставило Наю немного понервничать, соображая, куда в результате приземлится игрушка.

Когда гончая сложила к ногам мистера Эльфа третью, слегка подбитую, тарелочку, Регина внезапно поняла, что ей-то снаряды обратно никто не принесет, а в руке остался последний из выделенных начальником охраны.

— У меня проблема!

— Пули? — догадался мистер Эльф.

— В такой темноте их не найти.

— Ная, будь добра, — попросил советник, и гончая тут же скрылась в ближайших кустах.

— Мне точно не разрешат взять ее с собой?

— Боюсь, что да.

— А я боюсь тогда представить вес своего снаряжения, если мне придется таскать с собой запас снарядов.

— Я думал, каждый камень под ногами — ваш снаряд.

— Вы плохо разбираетесь в оружии, — укоризненно сказала Яна, пытаясь погладить гончую, только что сложившую ей под ноги две из найденных пуль.

— Мы же уже выяснили, что я принадлежу к гильдии магов. Так чему удивляться?

— Тогда наколдуйте что-нибудь.

— Хорошо… сейчас я поколдую, и вы станете чаще попадать, — с этими словами мистер Эльф вновь подкинул тарелочку в воздух.

Магия или нет, но на этот раз счет Яны составил одно попадание из трех попыток.

— Вам надо практиковаться и чаще колдовать, — смеясь, заметила женщина.

— Вам тоже! — не остался в долгу нелюдь.

И только несчастная взмыленная Ная белой тенью носилась от одного куста к другому, не чая уже дождаться, когда эти двое наконец угомонятся.

Угомонились они, когда Яна сбила три тарелки из трех и торжественно объявила, что силы ПВО теперь находятся в полной боевой готовности. Мистер Эльф проводил туристку до дверей ее покоев и там, вместо того чтобы пожелать спокойной ночи и откланяться, вдруг странно улыбнулся и замялся.

— Вы чего-то ждете? — со свойственной ей прямотой спросила Регина.

— Конечно. Подобающего прощания, — вдруг повернулся к ней в профиль советник и подставил остроконечное ухо. — Меня вполне устроит его вчерашний вариант, тем более что сегодня вы тоже уже тренировались. С каждым днем должно получаться все лучше и лучше.

— Да вы, господин советник, тот еще нахал, — рассмеялась Яна и в шутку замахнулась на своего остроухого кавалера пращой.

— Ну, спокойной ночи так спокойной ночи, — быстро сдал свои позиции мистер Эльф. — Постарайтесь выспаться, мисс Джейн.

— Вы тоже, — уже без всяких шуток ответила женщина и, улыбнувшись, проскользнула в свои покои.

Но этой улыбке не суждено было просуществовать долго.

— Черт, дива-а-анчик! — простонала Яна, уже захлопнув дверь.

Вряд ли мистер Эльф правильно поймет, если после такого двусмысленного прощания она придет и попросится к нему переночевать.

Яна проснулась от раздражающего ощущения, будто кто-то щекочет кончик ее носа. Подумав, что это Ная, она попыталась отмахнуться и неожиданно зарылась руками в чью-то шерсть.

«Так… стоп… Откуда у гончей такая шуба?!»

Туристка подскочила на постели и с ужасом обнаружила, что лежит на чем-то пушистом и коричневом.

— Да что ж это такое!

Ей понадобилась минута, чтобы окончательно проснуться и понять: коричневое и пушистое — это ее собственные волосы, словно по волшебству. по эльфийскому волшебству из пробирки отросшие за одну ночь.

Она выкарабкалась из постели и бегом побежала к зеркалу, чтобы воочию оценить весь этот ужас. Вчера по своей наивности пленница предполагала, что шевелюра отрастет в лучшем случае на маленький хвостик, а тут, судя по объемам лохматости, можно было косу плести и мериться потом с его эльфейшеством на досуге.

В зеркале отражалась явно сумасшедшая женщина с космами, торчащими во все стороны и напоминавшими скорее мочалку, приделанную за ночь таинственным шутником к ее голове, нежели нечто, за что можно сражаться в серьезном поединке.

Яна покосилась на тонкий, костяной по виду гребешок, лежавший на туалетном столике, и поняла, что из кости какого бы животного тот ни был сделан, безвестно почивший ради красоты монстр и после смерти обломает зубы о такое богатство.

Оставалось одно средство — душ.

Шампуни эльфы явно умели делать лучше, чем расчески, поэтому хватило всего одного намыливания, и волосы из непонятной пакли превратились в гладкое полотно, темным мокрым шелком стекающее на дно ванны.

Такой поразительно длинной растительностью туристка никогда еще не обладала и справлялась с ней с большим трудом, поэтому в комнату вернулась изрядно промокшая и раздраженная. Пленница размотала тюрбан из полотенца на голове, навернутый не без мучений, и слегка просушила свежеприобретенную шевелюру. Затем она повернулась к зеркалу спиной и взглянула через плечо.

Теперь волосы заканчивались там же, где и попа.

«То-то я вчера жрала как не в себя. Ну, хорошо хоть, в волосы ушло, а не в… то, что сейчас ими прикрыто».

Яна решительно взялась за гребень, предвидя не менее получаса борьбы с этой гривой, но зубцы скользили по прядям на удивление легко, вот только рука очень скоро устала от такой широкой амплитуды движения.

«Сегодня будет поединок века — Рапунцель против Авроры», — усмехнулась про себя Регина, но тут, заметив некую странность, придвинулась поближе к зеркалу и присмотрелась.

— Мать моя женщина!

В ее новой прическе не проглядывало ни одного седого волоска!

«Вот это я понимаю восстановление организма!»

В свое время именно из-за начавшей появляться седины Яна стала краситься в цвет намного темнее ее собственного. И сейчас, мысленно перескочив от седины к краске, пленница сделала логичное предположение и, быстро-быстро перебрав руками по всей длине волос, дошла до их кончиков и убедилась в правильности оного. Даже на плохо просохшей шевелюре уже была видна темная граница от окрашивания.

«Зашибись корни отросли!» — подумала пленница, даже не пытаясь подавить нервный смех.

Кое-как расчесавшись и немного просохнув, она попробовала собрать волосы в хвост, но завязать его было нечем, да и как-то не особо хотелось, потому что прическа отдаленно напоминала хвост лисы чернобурки, только наоборот: длина светлая, а кончик темный.

— И что мне теперь делать с эдаким богатством? — покосилась на гончую пленница. — Была бы в своем мире, отрезала бы и на парик продала, но эльфам явно и своих волос достаточно.

Ножниц в ее покоях не было, поэтому откромсать этот несолидный кончик ей было абсолютно нечем, хоть за плату, хоть без. Ну не отгрызать же?

Ни горничные, ни кто-либо другой в ее покоях так и не появились, будто за ночь эльфы совершенно позабыли об оставленной без присмотра пленнице. И это в день поединка!

Поняв, что, если ждать помощи, можно не только отрастить волосы до колена естественным путем, но и тем же путем обратно поседеть, Яна вышла искать кого-нибудь, кто соизволит сыграть роль парикмахера.

В коридоре было непривычно шумно: хлопали двери, бегали всегда степенные эльфы и что-то кричали друг другу.

Удивленная суматохой пленница решила пока повременить с ножницами и последовать в общем направлении движения нелюдей.

«Горим?»

Идея с пожаром была бы не так уж плоха (все бежали наружу, прочь из дворца), если бы не полное отсутствие дыма и вообще малейшего намека на запах гари.

Следуя за одним из придворных, пленница вышла в парк и почти тут же увидела густую толпу дворцовых эльфов, образовавшуюся под окнами крыла, где жила она сама.

«С крыши, что ли, кто-то прыгнул?» — на секунду ужаснулась Яна, но нет…

Нелюди были сильно возбуждены, но возбуждение это казалось радостным. Кто-то смеялся, кто-то плакал, и все старались коснуться плеча друг друга, будто передавая какую-то добрую весть.

Стоило пленнице приблизиться, и задние ряды эльфов, как всегда, притихли, но, к удивлению Региной, не было ни показательного игнорирования, ни косых взглядов. Наоборот, перед ней вдруг начали расступаться, причем едва ли не с почтением.

Не уверенная, в чем подвох, пленница все же пошла вперед. Раз пропускают, грех не воспользоваться и не посмотреть, из-за чего весь сыр-бор. Она прорезала толпу как нож масло и оказалась перед небольшой клумбой, которую окружили знакомые ей персонажи: король со своей женой, матерью и дядей-советником — все четверо оглянулись при ее приближении.

— Какой дивный окрас, — пробормотала Нурания, наблюдая за тем, как подходит Яна.

— Ненадолго, — фыркнула Аврора и поджала губки.

— На все воля справедливости, — таинственно сказал его эльфейшество, чем заработал убийственный взгляд супруги и еще два подозрительных от ближайших родственников.

— Вам идет, мисс Джейн. — Мистер Эльф оказался единственным воспитанным существом в королевском семействе.

— Что случилось? — перешла сразу к делу Яна.

Все четверо, не сговариваясь, расступились и открыли обзор на ничем не примечательную клумбу правильной круглой формы. Судя по всему, это парковое сооружение недавно подверглось акту вандализма. Цветы, напоминавшие человеческие петунии, посередине были то ли подрыты, то ли выдернуты с корнями, и вместо них.

Яна присмотрелась к тому, что она поначалу приняла за странный саженец ивы, и охнула, прижав руки ко рту.

Ей не надо было объяснять, что это. Сложно было не догадаться, глядя на огоньки уже успевших образоваться зародышей сережек, на серебристо-белый стволик и голубоватые листья.

Все благоговейно смотрели на пока еще нежный, выросший всего лишь за ночь росток Говорящего древа — второго во всем заповеднике.

Бредя прочь от места паломничества всего дворца, Яна задала сопровождающему ее мистеру Эльфу тот самый вопрос, ответ на который вчера не успела узнать:

— А как размножаются говорящие деревья?

— Мы можем только догадываться. — Нелюдь походя сорвал листик с какого-то куста и посмотрел его на свет.

— Но вы же столько времени существовали с ними рядом.

Господин советник смутился так, будто это научное упущение принадлежит лично ему, и рассеянно сунул листик в рот.

— Когда их было много, никто об этом не задумывался, когда стало мало — изучать размножение без самого размножения не представлялось возможным. Все сходятся лишь на том, что не как обычные деревья.

— Но должны же вы знать о них хоть что-то!

— Только то, что это скорее магические создания, чем природные. Больше духи, чем растения. Ну и, пожалуй, еще, что новое древо мужского пола.

— А как вы это определили? Оно заговорило?

— Ему еще рано говорить, оно не выросло. По оттенку ствола.

Яна задумалась. Буквально вчера древо жаловалось, что хочет компанию из себе подобных и что это как-то связано с вечерними приключениями туристки во дворце, а уже сегодня пожалуйста — новый росток! Так что случилось? Что такого важного упускали все эльфы и, если уж на то пошло, она сама?

Во дворце продолжала царить какая-то неестественная суматоха, поэтому даже мистеру Эльфу с большим трудом удалось поймать за край юбки (отчаянная мера) какую-то горничную и попросить принести ножницы в покои пленницы.

— Может, поединок перенесут? — спросила Яна, видя, что вся королевская челядь взбудоражена до состояния невменяемости. Наверняка то же самое будет твориться в городе, когда новость дойдет и туда.

— Нет, теперь поединок однозначно состоится.

Регина вопросительно подняла брови.

— Все воспримут росток нового древа как знак — что бы мы сейчас ни делали, все делается верно.

Как раз этого пленница опасалась больше всего.

В покоях ее уже поджидал начальник королевской охраны — кажется, он единственный не поддался всеобщему сумасшествию. Крупный эльф тихонько сидел на кушетке, сгрузив рядом с собой принесенную для Яны амуницию, и пробовал ногтем лезвие небольшого кинжала с таким видом, будто в целом мире не было ничего интереснее.

— Время переодеваться и готовиться, — сообщил он Региной вместо приветствия.

— Уже? — удивилась она.

— Чем раньше вы все примерите и осмотрите, тем больше у нас останется времени, чтобы заменить вещь, если что-то будет не так.

В дверь постучали, и после разрешения войти в комнате появилась довольно взрослая эльфийка, скорее фрейлина, чем горничная, с ножницами в руках.

— Отлично! — обрадовалась Яна, которую из-за чисто человеческих предубеждений отросшие корни заботили гораздо сильнее, нежели примерка амуниции. — Подстригите меня, пожалуйста!

Эльфийка неожиданно замахала руками, затем вдруг спрятала ножницы за спиной и попятилась к двери, что-то быстро-быстро говоря на своем языке.

Мистер Эльф растерянно почесал за ухом и перевел:

— Она говорит, что в день поединка соперникам запрещено отрезать свои волосы.

— А отращивать их метрами, значит, можно?

— Когда составлялись правила, у нас еще не было таких технологий.

— И ножницы мне никто не даст? — возмутилась Яна.

— Похоже, нет.

Неожиданно начальник королевской стражи пробормотал что-то нечленораздельное, встал, взял фрейлину за плечи и, развернув к двери, бесцеремонно выставил наружу.

— Ножницы им нужны, — усмехнулся он, когда избавился от эльфийки, и протянул руку к Яне. — Давайте свои волосы сюда.

Яна собрала кончики в кулак и протянула их телохранителю с видом кошки, никому не доверяющей свой хвост.

Но эльф и не думал его брать, подхватил тот самый кинжал, которым только что любовался с таким упоением, и легко чиркнул им по протянутому пуку волос.

На пол тут же упали все окрашенные пряди.

Это какой же остроты должно было быть лезвие?! Туристка смотрела на нелюдя и на кинжал во все глаза.

— И никаких проблем, — резюмировал так называемый последний романтик. — Даже не придется объяснять вам, что с ритуальными кинжалами надо быть осторожней.

Дальше Регина почувствовала себя почти что гоночным болидом, проходящим последнюю проверку перед стартом. Туристку загнали за ширму надевать вчерашний тренировочный костюм. К нему в пару начальник охраны принес короткую куртку с капюшоном и перчатки, которые поединщица практически сразу отвергла, потому что сквозь них плохо ощущала пращу.

Пояс с пулями, закрепленными каждая в своем кармашке, тоже выглядел довольно странно и ощутимой тяжестью давил на бедра. Надев его, Яна почувствовала, что собирается не отбиваться от монстров, а танцевать перед ними арабские танцы, позвякивая монетками, но ничего более удобного эльфы предложить не могли.

— Если снаряды закончатся сбоку, просто перекручиваете пояс дальше, — пояснил начальник охраны, бесцеремонно прокручивая ремень вокруг Яны. — Пополняйте новыми, только когда останется меньше половины. Раньше лучше не тратить на это время. Вот здесь запас пуль, питьевая вода и сухой паек.

С этими словами нелюдь вручил туристке рюкзак камуфляжной расцветки, маленький и компактный, но весивший столько, будто свинцовые пули в оружейной все же нашлись.

— Понятно, — протянула женщина, прикидывая ношу в руке. — Слишком близко подобравшихся монстров можно сразу бить по мордасам этой штукой. Гораздо эффективнее пращи.

У эльфов вытянулись лица. Видимо, оба представили, как туристка лупцует какую-нибудь гарпию миниатюрным, но увесистым рюкзачком.

Регина же как ни в чем не бывало вдела руки в лямки и слегка подпрыгнула, проверяя, удобно ли сидит поклажа.

— Вас ничем не проймешь, — уважительно сказал мистер Эльф.

— В последнее время события происходят настолько быстро и непредсказуемо, что у меня нет времени на рефлексию, — ответила Яна, наблюдая, как начальник охраны прикрепляет ножны ритуального кинжала к специальной петле на ее созданных пять минут назад сапогах сдержанного коричневого цвета.

— Пройдитесь, — приказал телохранитель. — Мешают?

На удивление не мешали.

— Достаньте кинжал, — продолжал проводить тестирование экипировки эльф.

Яна легко вытянула лезвие из-за голенища.

— Отлично. Советую заплести волосы в косу и поесть. Через час вам надо быть около западных ворот. — С этими словами начальник охраны покинул помещение, сочтя свои обязанности выполненными и совершенно справедливо не ожидая за них никакой благодарности.

— Сурово, — заключила Яна, когда дверь за ним закрылась.

— У меня для вас тоже кое-что есть, — вдруг сказал мистер Эльф, до этого старавшийся не вмешиваться в процесс экипировки, и вытащил из нагрудного кармана «украденный» Яной кулон в форме листа. — Если понадобится помощь, пальцами раздавите вот этот кристалл в середине.

Женщина приняла вещицу из его рук и потрогала указанную хрустально-прозрачную бусину. Та оказалась теплой и совсем не похожей на камень.

— Надеюсь, что не понадобится, — вздохнула туристка, застегивая украшение на шее. — Разве что… Могу я вас кое о чем попросить?

— О чем? — с готовностью откликнулся мистер Эльф, еще не ведавший, какая злая ему уготована судьба.

— Вы умеете плести косы?

Плести косы господин советник на удивление умел, даром что сам стригся коротко. Только вот при прикосновении к женским волосам его руки отчего-то начинали дрожать, поэтому сносная коса вышла у эльфа только с третьей попытки и то довольно рыхлая, словно он боялся затянуть пряди потуже.

Туристка плюнула и не стала звать горничных или фрейлин: вряд ли взбудораженные эльфийки выдадут лучший результат, а косу все равно скоро отпиливать. Немного отдохнув и перекусив, они с мистером Эльфом погрузились в летающую лодку и отправились к нужным воротам.

Пролетая над городскими площадями, Яна заметила установленные экраны, на некоторых уже транслировались кадры с выходов в зону отчуждения. Эльфов перед ними практически не было, но туристка все равно покрылась мурашками при мысли, что через некоторое время на экранах появится ее изображение.

— Вы будете за мной наблюдать? — спросила она своего спутника, чтобы хоть как-то взбодриться.

— Наблюдать и переживать, — заверил ее мистер Эльф, и пленнице почему-то действительно стало легче. — Все будет хорошо, не бойтесь. Жертвы во время поединка не нужны никому.

Он кивнул на спешащий к их лодке маленький юркий дрон. Серебристо-серая машинка напоминала свои аналоги из человеческого мира, хотя была снабжена не только камерой, но и двумя стволами, крайне похожими на какое-то огнестрельное оружие.

У Яны отлегло от сердца. Мысль об эльфах, спокойно наблюдающих за ее съедением каким-нибудь лесным монстром, раньше не прибавляла уверенности в себе.

Пространство перед воротами (кажется, теми самыми, через которые Яна попала в заповедник) было заполнено нелюдями. Не успела туристка удивиться такому повышенному вниманию, как у нее буквально зарябило в глазах.

Почти половина эльфов была обута в разноцветные сапоги: один красный, другой желтый…

— Что здесь происходит? — с удивлением обратилась она к мистеру Эльфу.

— Познакомьтесь со своей группой поддержки, — немного грустно улыбнулся тот. — Новости по заповеднику распространяются быстро. Появившийся росток Говорящего древа уже заставил многих пересмотреть свой взгляд на выбор короля. Ну а ваш вчерашний наряд подсказал им способ выразить свое одобрение.

— Прекрасно, теперь хоть партию дальтоников создавай. — Саркастическая реплика Яны потонула в шуме аплодисментов и топота, которым приветствовали ее появление эльфы. Судя по всему, от фирменного цоканья ее группа поддержки тоже отказалась.

«Интересно, у Авроры и топ-модели такие же активные фанаты?» — Пленница кисло помахала нелюдям ручкой, но почти тут же замерла.

Перед воротами ее встречал не кто иной, как его эльфейшество.

Это было вполне ожидаемо, но Яна с досадой подумала, что лучше бы он так поддерживал свою супругу, которая не побоялась рискнуть последним месяцем своего брака ради призрачной попытки сохранить мужа.

Яна практически не слышала, что говорил король, обращавшийся одновременно и к ней, и ко всем собравшимся эльфам, а смотрела только на ворота и обманчиво необитаемую зелень по бокам от них.

«Это же что-то вроде голограммы? А за ней вполне может сидеть в рядок половина монстров из колоды в ожидании, когда к ним наконец-то выйдет обещанный обед».

— Никто там не сидит, — вдруг сказал мистер Эльф. — Звери не подходят близко к заповеднику — боятся стены.

— То, что они воспитанно ждут в пятидесяти шагах, меня сильно утешило, — скривилась пленница, но тут же осеклась. — Постойте. Вы снова читаете мои мысли?!

— Я удивлен не менее вашего, — шепотом ответил господин советник.

«Должно быть, корни древа сюда уже не достают», — подумала Яна и снова замерла, прикрыв руками рот, словно у нее вылетела не случайная мысль, а случайное слово.

— Что-о-о?! — вскинулся мистер Эльф.

— Что? — как можно невиннее пролепетала туристка, отчего-то чувствуя себя виноватой.

Его эльфейшество посмотрел на них укоризненно, даже пару раз неодобрительно откашлялся и, пока его дядя и фаворитка не просверлили друг друга взглядами, торжественно объявил:

— Так пусть поединок справедливости начнется!

Створки ворот поползли в стороны, и на экранах за спиной короля было видно, что то же самое происходит у проходов в зону отчуждения, напротив которых ожидали начала ритуала другие поединщицы.

Яна не заставила монарха повторять дважды и бодро зашагала к выходу из заповедника, только бы не объяснять мистеру Эльфу, при чем здесь корни Говорящего древа.

— Мисс Джейн!

Соблазн не оборачиваться был велик, но что-то в голосе советника все же заставило ее оглянуться.

— Удачи! — кивнул мистер Эльф.

Яна поднесла руку к губам и послала ему воздушный поцелуй… ему, а не его коронованному племяннику.

Как только ворота закрылись за спиной, запал Региной иссяк. Лес, хоть и выглядел вполне обычно и миролюбиво, представлялся ей скопищем разнокалиберных пар глаз, таращащихся на свою добычу из-за каждого листа.

Над головой тут же раздалось жужжание, и Яна вскинула руку с зажатым наготове снарядом (им можно неплохо запустить и без всякой пращи), но вовремя остановила замах, увидев серые очертания дрона. Над круглым отверстием его камеры горела маленькая голубая лампочка — судя по всему, знак, что идет съемка.

— Ладно, живи пока, — пробормотала туристка, внимательно рассматривая окрестности.

А ведь у эльфиек было преимущество: они в отличие от своей человеческой соперницы знали расположение всех ворот в заповеднике и могли хоть примерно сообразить, в какую сторону идти.

Туристка в красках представила, как триумфально сорвет поединок, вконец заблудившись в зоне отчуждения, но тут же отругала себя за глупое воображение. Конечно, эльфы не дураки. Зачем им наблюдать, как поединщицы неделями блуждают по лесу в поисках друг друга? Ворота расположены по периметру заповедника, конечно же, Яну выпустили в тот выход, который находится между двумя другими, открытыми для топ-модели и супруги короля. Так что, куда бы она ни пошла, направо или налево, обязательно столкнется с одной из соперниц. Эльфийки наверняка видели на экранах, где именно выходит пленница, поэтому точно представляют, в какой стороне ее искать.

«Итак, все, что от меня требуется, это выбрать право или лево и держаться поближе к защитной стене заповедника, раз уж около нее водится поменьше зверья».

О том, чтобы остаться на месте, не могло быть и речи — слишком велик шанс, что и на воротах есть камера, а ее не собьешь «нечаянно», как камеру дрона, чтобы скрыть предстоящие махинации.

Яна повернула направо — в ту сторону вилась небольшая тропинка, тогда как слева пришлось бы преодолевать заросли низкорослого кустарника. Дорожку, скорее всего, протоптали егеря, и существовала небольшая надежда, что монстры благоразумно избегают эльфийских маршрутов.

Туристка не прошла по тропе и нескольких метров, как та предательски раздвоилась у нее под ногами. Снова выбрав правую, через пять минут Регина наткнулась уже на полноценный перекресток, а через десять уперлась в поваленное дерево. Обойти его оказалось не так-то просто: толстый ствол упал настолько неудачно, что угодил верхней частью в развилку другого исполина напротив и завис в полуметре над дорожкой.

Подлезть под ним было сложно из-за мешавших ветвей, оставалось только обходить или карабкаться через верх.

Пока туристка размышляла, что будет проще и безопаснее, позади нее раздался легкий клекот и шуршание листвы, заставившие женщину вздрогнуть и резко обернуться.

Когда на ее глазах из ближайших кустов показалась первая напоминающая большую шишку голова, Яна, даже не успев толком сообразить, что делает, вскарабкалась на поваленный ствол и, поочередно перебирая то ногами, то руками, на четвереньках добралась до развилки живого дерева, на которое он опирался.

Обернувшись, туристка обнаружила, что из кустов уже вылезло три шишкоголовых существа, резким клекотом переговаривающихся между собой. У них были мощные задние ноги и немного деформированные передние лапы, прижатые груди. Словно древние динозавры или кенгуру, твари для равновесия опирались на толстые хвосты и передвигались небольшими подскоками, при этом едва ли достигая метра в холке.

«Виверны!» — с ходу определила Регина, хотя на картинке заочные знакомцы были гораздо милее и обладали маленькими розовыми крылышками. В первом испуге она не заметила, что между лопатками у них действительно сложены какие-то кожаные тряпочки грязно-бордового цвета, которые, видимо, и представляли собой атрофировавшиеся крылья.

Могли ли эти твари нарочно здесь караулить, зная, что природа устроила егерям на тропинке естественную западню? Яна лихорадочно вспоминала, что там было написано про них на карте. Кажется, эти ящерицы вели себя агрессивно только в стаях…

«Стая — это сколько?» — панически соображала туристка, поплотнее вжимаясь в ствол дерева у себя за спиной.

Судя по нагло скалящимся пастям, виверны считали, что три — это уже толпа, а раз численный перевес на их стороне, то они вполне справятся с такой крупной жертвой. Некоторое время твари неуклюже подпрыгивали под деревом, пытаясь зубами достать до кончиков сапог Яны, но, быстро убедившись в тщетности своих попыток, снова заклекотали, а затем, будто что-то обсудив и приняв решение, направились к той части поваленного ствола, которая была ближе всего к земле.

«Черт! Черт! Черт!» — Регина судорожно попыталась вставить снаряд в ложе пращи, но скоро поняла, что ее позиция вряд ли позволит сделать нужный замах, а если и позволит, то, вероятнее всего, сама она при этом свалится с дерева на радость древним ящерам.

Чешуйчатая троица тем временем уже вскарабкалась на ствол и, угрожающе клекоча, гуськом пробиралась к загнанной добыче.

«Ну, хорошо хоть, скопом не навалятся, — думала Яна. Запретив себе даже намек на панику, она пыталась снять с плеч рюкзак таким образом, чтобы не сверзнуться с дерева. — Как говорится, в каждой шутке есть только доля шутки. Что там за слабые места у этих виверн? Уши? Блин, да где же у этих гадов уши?!»

И действительно, на первый взгляд трудно было понять, что вон те багровые наросты в мелкую желтую крапинку на самом деле ушные раковины. Регина справедливо решила, что если посильнее ударить по голове, то и ушам перепадет.

Получив рюкзаком по морде, первая ползущая по стволу тварь, кажется, сильно удивилась, по крайней мере ее возмущенный клекот звучал именно в такой тональности. Яна терпеть не могла, когда ее не воспринимали всерьез с первого раза, поэтому очередной замах последовал незамедлительно и был на порядок сильнее предыдущего. Первую виверну смело со ствола, притом так удачно, что она утащила вниз слишком близко подобравшуюся вторую. Туристка едва удержалась на развилке дерева сама, но тут же приготовилась дать отпор третьей ящерице. Та удивленно и испуганно оглядывалась, словно не сразу сообразив, куда подевались ее товарки, но, услышав сдвоенный жалобный визг снизу, неожиданно попятилась и, наткнувшись хвостом на одну из веток, оказалась внизу уже благодаря собственной неуклюжести, а не боевым качествам Яны.

Регина посмотрела вниз: виверны втягивались в кусты, поджав свои нелепые толстые хвосты. Не успела туристка выдохнуть, как послышалось знакомое жужжание. Дрон завис совсем близко — хоть рукой хватай — и, по всей видимости, передавал изображение Яны крупным планом.

«Как же… ушастым хочется знать, с какими повреждениями я вышла из этой схватки».

Показав дрону неприличный знак, который, наверное, могли понять только молодые нелюди, женщина шикнула на него по-русски: «Пошел вон!» — и стала медленно спускаться по стволу вниз.

Спрыгнула она уже на другую сторону поваленного дерева. О том, чтобы идти в направлении, в котором спешно ретировались виверны, не могло быть и речи. Кто знает, надолго ли им хватит двух оплеух? С такой небольшой головой и память может быть очень короткая.

Вперед Яна шла уже с гораздо меньшей беспечностью, постоянно оглядываясь и прислушиваясь к малейшим движениям в листве. Но, кажется, преследовать ее ящерицы все же не собирались.

Пару раз в глубине леса что-то ухнуло, но недостаточно близко, чтобы пленница всерьез встревожилась. Когда тропинка сделала крутую петлю и коснулась краем небольшой поляны, туристке почудился силуэт белой лошади на другом конце. Если бы на ее месте была Джой, то непременно бы порадовалась очередной встрече с любимыми единорогами, но Регина поспешила убраться из поля зрения сказочной лошади. С ее везением недолго было наткнуться и на жеребят, объясняй потом их перепуганной мамаше, что у тебя тут поединок, а не охота на радужных пони.

Когда тропка подобралась к зарослям длинной осокообразной травы, Яна внезапно обнаружила, что оттуда на нее смотрит круглый желтый глаз в обрамлении мелких синих и зеленых перышек. Она замерла как вкопанная, пытаясь вспомнить, кому может принадлежать такой орган зрения. Но вся колода будто вылетела из головы. Оставалось только надеяться, что животное не агрессивно, и стараться не спровоцировать его по неосторожности.

Яна играла в гляделки с этим гигантским желтым глазом около пяти минут, прежде чем странная птица, похожая одновременно и на страуса, и на попугая, все же сочла, что никакой угрозы в туристке нет. Диковина осторожно вылезла из кустов (видимо, тоже чтобы не спровоцировать человеческую женщину), пересекла тропинку и потопала дальше, смешно повиливая широкой синей попой.

Регина выдохнула и мысленно пообещала себе, что, когда все это безумие закончится, обязательно найдет чудо в перьях в своей колоде. Отныне у нее тоже будут свои любимчики — те, кто ее не тронул.

Стоило туристке немного расслабиться, как сзади раздался знакомый клекот. Она выругалась и обернулась, вытягивая из пояса первый снаряд, — на этот раз место вполне подходило для броска.

Тварей было уже четыре — как оказалось, та троица сбежала не просто так, а за подкреплением.

Яна оценила расстояние, размахнулась пращой и пустила пулю в полет, но попала не по голове ящерицы, ведущей за собой чешуйчатую атаку, а всего лишь куда-то в плечевой сустав. Этого хватило, чтобы заставить виверну завизжать и остановиться на какое-то время, но три другие не обратили на потерю командира практически никакого внимания и продолжили свое наступление.

Поняв, что всех не перестреляешь, Регина развернулась и бросилась наутек. Монстры с радостным клекотом последовали за ней.

Сперва туристка бежала по тропинке, понимая, что на пересеченной местности шансы спастись будут гораздо меньше, но потом увидела чуть в стороне от эльфийского маршрута приличное раскидистое дерево и решила рискнуть: проломиться через кусты и попытаться забраться повыше.

Уже на стадии «проломиться» возникли непредвиденные трудности. Если сама Яна отлично справлялась с задачей, то ее новоприобретенная коса явно не желала никуда продираться и уж тем более воевать. Кое-как намотав на кулак бесполезную шевелюру, Регина с руганью выпала по ту сторону кустов на небольшую полянку, но забираться на дерево стало уже поздно.

Виверны выползли сразу за ней, ибо у этих красавиц строптивых косичек не было. Монстров снова осталось трое, но туристку это нисколько не радовало. Она сможет разобраться с одним, максимум с двумя, третий же вполне успеет вонзить в нее свои ядовитые зубы.

Внезапно раздался звук спущенной тетивы, и голову ближайшей твари пронзила навылет стрела с зеленым оперением. Две другие тут же повернулись бежать. Самая медленная получила стрелу в горло, но вторая все же успела ввинтиться в ближайший куст. Следующая стрела догнала ее там. Куда попала, было не понятно, хотя о том, что попала, сигнализировал короткий взвизг сбежавшей ящерицы.

Яне не надо было оборачиваться, чтобы догадаться, что ее нашла совсем не та эльфийка, которую она планировала встретить первой. Бежать было бессмысленно, отбиваться тоже, поэтому Регина спокойно дождалась, когда темноволосая лучница выйдет из своего укрытия.

На топ-модели не было ни царапинки, ни волоска не выбилось из длинной, заплетенной гребнем косы. Туристка же, растрепанная, с листвой в голове, больше напоминала болотную кикимору, чем серьезную соперницу для кого-либо.

Темно-серый дрон эльфийки сделал любопытствующий оборот вокруг Яны, а затем отчего-то полетел в кусты — догонять и снимать спасшуюся бегством виверну.

— Если ты собираешься сопротивляться, то делай это так, чтобы мне не пришлось тебя случайно порезать, — мелодично и тихо проговорила претендентка на трон подле короля и медленно достала из-за голенища свой ритуальный кинжал.

В этот момент серо-серебристый дрон Яны залетел за спину топ-модели, голубая лампочка трансляции мигнула и погасла, вместо нее загорелась красная над дулом левого орудия. Выстрел был бесшумным и стремительным, снаряд — невидимым глазу.

Эльфийка вздрогнула и схватилась рукой за основание шеи, оглянулась — дрон уже включил голубую лампочку и облетал поляну, готовящуюся стать местом поединка, делая вид, что снимает круговой обзор. Не нащупав на шее ничего подозрительного, девушка сделала еще несколько шагов навстречу Яне, занесла руку для замаха, готовясь срезать ей косу одним движением, но вдруг начала оседать на колени. Регина инстинктивно шагнула вперед, поймала бесчувственное тело соперницы, не давая напороться при падении на собственный же кинжал.

Эльфийка была без сознания. Огонек видеосъемки на серебристом дроне снова не горел.

Зато из кустов появился его темно-серый коллега, покружил вокруг картинно распростертой хозяйки, передавая это душераздирающее изображение на экраны в заповедник, а потом вдруг включил не только голубую лампочку, но и зеленую.

Из маленьких динамиков дрона раздалось громкое и отчетливое скандирование эльфийской толпы, видимо собравшейся вокруг одного из экранов:

— Режь! Режь! Режь!

Глиняный снаряд для пращи угодил прямо в камеру дрона. Видимо осознав, что его советам тут не рады, летающий робот тут же оборвал передачу звука. А может, и не осознал… потому что внутри его что-то заискрило, аппарат сделал пару пьяных петель и совершил аварийную посадку рядом с эльфийкой, за которой должен был вести наблюдение.

— То-то же, — пробормотала Яна, которая предпочитала сначала семь раз отмерить и не собиралась ничего резать, кто бы и что от нее ни требовал.

Девушка в ее руках дышала как спящая, но все попытки привести лучницу в чувство окончились ничем. В конце концов туристка аккуратно уложила ее на траву и, повернув голову соперницы, внимательно осмотрела шею. На первый взгляд кожа была чистой, но затем женщина заметила маленькое красное пятнышко с тонкой гибкой иголочкой посередине, напоминавшей то ли пчелиное жало, то ли занозу. Понадеявшись, что так эльфийка скорее придет в себя, Регина подцепила иголку ногтями и вытащила наружу.

Рядом снова раздалось жужжание. Второй дрон приблизился в ожидании, что же будет дальше. Индикатор съемки не горел, но Яна была уверена, что камера обязательно включится, едва она возьмется за нож, чтобы отрезать сопернице косу.

— И не стыдно вам, ваше величество? — обратилась пленница к роботу, зная, что на том конце ее наверняка слышат. — А еще король…

— Режьте, — раздалось в ответ из динамиков. Голос электронно дребезжал, так что понять, действительно ли машинкой управляет его величество собственной персоной или кто-то из очень доверенных приближенных монарха, не удалось.

Да Яне, собственно, это было и не нужно. Она сделала стремительный рывок, схватила дрон посередине и со всего размаху припечатала о землю, еще и сапогом сверху пару раз топнула, серьезно пожалев, что на ней не ее собственные ботинки. Впрочем, сложной технике и так хватило.

Пару секунд робот еще издавал квакающие звуки, будто кто-то пытался докричаться через микрофон, но потом в механизме что-то серьезно коротнуло, и летающий шпион затих. Регина удовлетворенно отпихнула его ногой в сторону. А то еще, чего доброго, коварный монарх таким же макаром избавится и от второй ее соперницы.

«Кто тогда мне косу отрезать будет? Ну не са. — Яна осеклась на середине мысли, вытащила из-за голенища кинжал и отмахала себе косу чуть пониже уха. — Чтоб уж наверняка!»

Голове сразу стало легко и свободно. Теперь можно лазить сквозь кусты сколько угодно, но лучше, конечно, не надо. Туристка стянула отрезанную косу узлом, чтобы не расплеталась. Осталось лишь дождаться Аврору и передать ей этот трофей.

Плохо только, что дожидаться придется именно тут, в окружении двух трупов виверн и одного бесчувственного эльфийского тела. Но не бросишь же лучницу прямо здесь! Если ее съедят дикие звери, все же будет жалко.

Поэтому Яна достала из рюкзака бутылку воды и сухой паек для перекуса (к несчастью, даже после этого коса в рюкзак все равно целиком не влезла) и попыталась сообразить, что делать дальше. Выходило только: караулить и ждать. И еще, пожалуй, надеяться, что у супруги короля все хорошо с ориентированием.

Как оказалось, не просто хорошо, а прекрасно. Золотоволосая эльфийка появилась минут через десять. Немного запыхавшаяся, в покрытой чем-то бурым одежде, она проломилась сквозь кустарник с таким видом, будто точно знала, где искать Яну. В одной руке супруга короля держала алебарду из вооружения дворцовой стражи, а в другой — голову синей чудо-птички, с которой туристка так долго и вдохновенно играла в гляделки.

— Чем тебе птичка не угодила? — ошеломленно спросила Регина, никак не ожидавшая ничем не оправданного живодерства от правительницы.

— Они нападают на эльфов и выклевывают им печень, — пояснила красавица, бросая свой трофей на землю.

Вот, оказывается, почему пернатая настолько пристально рассматривала человеческую женщину! Яна в очередной раз порадовалась, что она не эльф.

— Где твой дрон? — спросила туристка, заранее вытягивая из пояса снаряд и вкладывая его в ложе пращи.

— Избавилась от него почти сразу, решила, что лишние глаза нам ни к чему… Как оказалось, не зря. — Эльфийка кивнула в сторону своей бесчувственной соплеменницы и поморщилась. — Чем это ты ее так?

— Не зря… — согласилась Регина, — потому что это не я.

Договорить она не успела: где-то за спиной прозвучал глубокий, пробирающий до самых поджилок рык. Этот горловой звук Яна уже слышала, но мозг все равно отказывался верить, что подобная встреча может случиться дважды в жизни.

Полные ужаса глаза эльфийки говорили, что пленница не ошиблась. Не давая панике взять контроль над своим телом, Регина развернулась назад и одновременно сделала замах пращой. Только это спасло ее от немедленной смерти. Снаряд угодил в морду чудовища, и хвост, снабженный скорпионьим жалом, пролетел мимо цели. Перед женщиной стояла мантикора. та самая, с которой она повстречалась несколько дней назад. Стояла настолько близко, что Яна видела каждый оплавленный огнем сантиметр ее кожи, каждый не заживший рубец и пустую правую глазницу.

— Пригнись! — Если бы не этот крик, туристка так и застыла бы в оцепенении, но голос соперницы вывел ее из ступора, и она успела вовремя припасть к земле, чтобы не получить удар когтистой лапой.

Яна сжалась и перекатилась, ожидая второго удара в любой момент, но его не последовало. Вместо этого она услышала приглушенный, исполненный боли рык, закончившийся на какой-то странной визгливой ноте.

Открыв глаза, туристка обнаружила, что над ней стоит правительница эльфов, алебарда наизготовку, а с острого конца оружия уже капает кровь.

— Оттащи ее отсюда, — отдала очередную команду Аврора. В этот момент она нисколько не напоминала ту взбалмошную и импульсивную эльфийку, которой казалась при дворе.

Любой руководитель знает, что в кризисных ситуациях приказы может отдавать только один, а подчиняться надо беспрекословно. Поэтому Регина подхватила топ-модель под мышки и потянула в сторону от животного.

Когда она подняла глаза в первый раз, мантикора изготовилась к очередной атаке. Во второй — зверь взвился в гигантском прыжке, а Аврора, вместо того чтобы отшатнуться в сторону, побежала ему навстречу. Когтистым лапам осталось до нее всего ничего, только тогда эльфийка упала на бок и, пользуясь силой инерции, проскользила по земле прямо под брюхом у монстра. В отличие от молодых соплеменников никакой остаточной магией пользоваться она уже не могла, но все равно эта сцена выглядела фантастической и нереальной. Оказавшись позади мантикоры, правительница сделала замах секирой, и от снабженного жалом хвоста остался лишь короткий обрубок.

Зону отчуждения сотряс исступленный рев. Если эльфы еще не спешили к поединщицам на помощь, то после такого сигнала точно должны были подскочить.

На помощь!

Яна осознала, что это именно тот момент, когда помощью глупо пренебрегать. Она опустила тело лучницы на землю и, вытянув трясущимися руками из-за ворота свое украшение, словно леденец с хрустом раздавила центральную бусину между пальцев.

Мантикора тем временем вопреки логике не развернулась к своей обидчице, лишившей ее хвоста. Вместо этого, пригнувшись, как кошка на охоте, она изготовилась к прыжку в сторону Яны. И тут до туристки дошло, что зверь здесь совсем не случайно: все это время он выслеживал именно ее, желая поквитаться за нанесенные увечья.

У Региной оставалось время только на что-то одно: сделать пару шагов в сторону от тела топ-модели либо же запустить в монстра еще один снаряд. Она выбрала первое, метнувшись подальше от распростертой девушки. Вряд ли глиняная пуля могла остановить мифического льва.

Мантикора действительно дернулась за ней, но прыжок сделать не успела. На спину мстительного монстра с горловым кличем вскочила Аврора. В руке она сжимала уже не алебарду, а узкий и острый ритуальный кинжал. Правительница двумя руками обхватила его рукоять и вонзила лезвие в толстую холку чудовища целиком.

Мантикора замедлила шаг и тяжело задышала, но потом вдруг тряхнула всем телом, сбрасывая с себя хрупкую противницу. Эльфийка не смогла удержаться у нее на загривке, и Яна с ужасом увидела, как жена его эльфейшества скатывается к мощной твари под самое брюхо.

— Эй! — заорала Регина, пытаясь отвлечь монстра от неминуемого и, скорее всего, финального для несостоявшейся королевы удара лапой.

Мантикора подняла голову на звук.

На этот раз Яна потратила драгоценные секунды перед атакой не на бегство, а на то, чтобы вытащить из-за голенища сапога свой кинжал и швырнуть его прямо под ноги мифической твари. Видимо, соображения у той было не слишком много, потому что она лишь проводила взглядом сверкающий предмет и, не придав ему никакого значения, сделала шаг в сторону туристки.

Авроре хватило этого момента, чтобы подхватить кинжал и изо всех оставшихся сил ткнуть им в область под грудиной чудовища.

Мантикора вздрогнула и застыла. Ее глотка издала булькающий, хрипящий звук, не имевший ничего общего с рычанием, передние лапы вдруг подкосились, и вся туша стала оседать прямо на эльфийку. Правительница попыталась откатиться, но не успела — ее ноги все равно прижало издыхающим монстром.

Тело, покрытое пшеничной шерстью, дернулось еще пару раз и застыло так резко, что тишина, наступившая в лесу, показалась оглушительной.

Яна, пораженная внезапным озарением, смотрела на Аврору, всю грязную, в земле и крови, но живую и невредимую.

«Так вот же она, настоящая победительница мантикоры! Мать королей!»

Эльфийка, хоть и с трудом глотала ртом воздух, все равно умудрилась рассмеяться:

— Нет, все же зря я расправилась с дроном… хотелось бы видеть лицо мужа… просматривающего эту запись.

Она хохотала долго, и пусть в этом хохоте слышались нотки подкатывающей истерики, Яна не удержалась, чтобы к ней не присоединиться. Да, лицо его эльфейшества она не отказалась бы увидеть и сама.

Отсмеявшись, Аврора обратилась к своей сопернице:

— Ты собираешься меня вытаскивать? Или так и оставишь?

Регина на все еще неверных ногах пошла освобождать свою спасительницу, но тут что-то резко и остро ударило ее в руку. Женщина опустила недоуменный взгляд и увидела в своем плече дротик с коротким желтым оперением.

«Мы же убрали дронов.» — была ее последняя мысль. И без того нетвердые ноги стали ватными, колени ткнулись во взрытую недавней борьбой землю, мир вокруг внезапно посерел, а вскоре и вовсе померк.

Когда Яна ненадолго выныривала из забытья, перед глазами мелькала зелень, но картинка казалась какой-то перевернутой. Только потом до нее дошло, что, скорее всего, с ее бесчувственным телом не церемонились, а просто перекинули через плечо вниз головой. Окончательно она пришла в себя на кровати в простой незнакомой комнате и поначалу сильно обрадовалась, вообразив, что каким-то чудом оказалась в человеческом жилище, но увидела искусно вырезанный лиственный рисунок, покрывающий деревянные перекрытия помещения, и сникла. Даже в небольших английских поселениях дома так не украшали.

— Наконец-то! — Яна повернулась на знакомый голос и уставилась на прислонившегося к дверному проему Руфуса Синклера. Долговязый актер был одет в человеческую одежду и чему-то безмерно рад. — Я же говорил, что мы вытащим тебя оттуда. С моей помощью ты сюда попала, с ней же и выйдешь!

— Где я? — Пленница смогла сесть, но голова немного закружилась. — Что со мной случилось? Что вы сделали с моими соперницами?

— О них не беспокойся, девушки будут в безопасности, пока их не найдут, мы оставили скрытую охрану. А тебя пришлось ненадолго. отключить, чтобы доставить в Свободный город.

— Какой еще Свободный город?! — Регина спустила ноги с кровати на деревянный, гладко отшлифованный пол и попыталась встать.

— Пожалуй, лучше об этом расскажу я, — произнес кто-то второй, стоящий в полумраке за плечами молодого эльфа, — а вам стоит посидеть еще немного и прийти в себя. Руфус, найди пока какую-нибудь чистую одежду.

— Да, Люк. — Актер скрылся за пределами комнаты, и на его месте появился незнакомый мужчина в джинсах и простой серой футболке.

Яна замерла.

«Неужели человек?!»

Средний рост, среднее телосложение, темно-русые волосы и карие до черноты глаза говорили о том, что да.

— Я не человек, если вы именно поэтому так пристально меня рассматриваете, — сказал мужчина, отвел в сторону волосы, лежащие густой волной, и продемонстрировал аккуратное чуть остроконечное ухо.

Эта ушная раковина тоже вполне могла принадлежать человеку, мало ли на свете косметических дефектов.

— Вы тоже эльф? — недоверчиво протянула Яна.

— Да. Правитель Свободного города, — кивнул незнакомец, прислоняясь к стене в позе модели глянцевого журнала. — Меня зовут Лукас.

Такое картинное заигрывание со зрителем (вернее, с единственной зрительницей) почему-то убедило Регину гораздо больше, чем продемонстрированное ухо.

«Да черт вас разбери, как будто мне мало?! — подумала пленница. — Теперь меня еще и перевыкрали одни эльфы у других! Прямо переходящий приз!»

— А вас зовут Джейн?

— Яна, — бессознательно и раздраженно поправила туристка.

— Яна, — покатал ее имя на языке мужчина, будто смакуя. Как ни странно, произношение не доставило ему никаких видимых трудностей. — Красивое имя.

Замечание было совершенно лишним и абсолютно не соответствующим обстоятельствам. Хотя встреться ей такой мужчина на улице в любом человеческом городе, Яна бы обязательно оглянулась, но отнюдь не из-за нечеловеческой внешности (внешность как раз была нормальной, если не считать отклонением чрезмерную привлекательность), а из-за бешеной энергетики и маскулинности, которые испускала каждая клеточка его тела.

«Вот и все. Почувствуй себя героиней любовного романа с загорелым красавцем-дикарем на обложке», — иронично подумала Регина, отгоняя непрошеное наваждение, вслух же ядовито поинтересовалась:

— Надеюсь, уж вы-то не собираетесь на мне жениться?

— Вообще-то я собирался вернуть вас домой, но, если вы будете сильно настаивать, могу рассмотреть и такой вариант… — Лицо собеседника было настолько серьезным, что Яна не сразу поняла, что он шутит, поэтому нелюдю пришлось перейти от шуток к уверениям:

— Мы вас выпустим, я вам это гарантирую.

— Когда? — с похвальной подозрительностью спросила Регина, хорошо знавшая, что условия сделки надо выяснять «на берегу», до подписания договора.

— Скоро. Возможно, уже завтра.

— Почему не сейчас?

— Видите ли, мы пользуемся грузовым порталом, а его иногда занимают наши. кхм, соседи. Мы предпочитаем не пересекаться.

Довод показался Яне довольно убедительным.

— Не хотите пока осмотреть наш город?

— Я уже не в заповеднике? Что за Свободный город? Вы так и не ответили.

Лукас лениво отлип от стены, не отрывая от пленницы своего будто обжигающего взгляда, оседлал первый попавшийся стул и скрестил руки на его спинке.

— Вам же немного рассказывали об истории заповедника?

Регина кивнула и инстинктивно потянула покрывало с кровати на себя, хотя так называемый эльф не сделал даже попытки приблизиться.

— Ну конечно, не в подвале же они вас держали, — улыбнулся Лукас. — И вы знаете, что в какой-то момент после ухода из внешнего мира старейшины приняли решение о контроле над браками и размножением эльфов?

Яна снова кивнула.

— Скажите, вы бы согласились, чтобы кто-то стал указывать вам, с кем жить, с кем спать, от кого заводить детей? — тоном змея-искусителя спросил эльф. — О, только не надо снова кивать! Я слышал, вы прекрасно разговариваете. Зачем вести себя так, будто за каждое слово придется платить по сто долларов?

— Вряд ли, — коротко ответила Регина и невольно улыбнулась своей экономности.

— И эльфы тоже согласились не все. Некоторые покинули заповедник, вышли в зону отчуждения, чтобы основать новое поселение. Среди них были и мои предки.

— Но в заповеднике никто ни разу не упоминал о вашем существовании! — поразилась пленница, вспомнив, что поводов для такого рассказа было предостаточно.

— Знаете, как они нас называют? — иронично приподнял брови Лукас.

Яна покачала головой, но спохватилась и ответила:

— Нет.

— Дикими эльфами. В заповеднике уверены, что мы живем в самой зоне отчуждения и за прошедшие сотни лет настолько одичали, что мало чем отличаемся от древних лесных эльфов, живших на деревьях. Они бы истребили нас, если бы могли найти. Но пока лишь обучают своих детей боевым искусствам, на случай «похищения». — Рассказчик настолько по-человечески изобразил руками произнесенные кавычки, что пленница вновь засомневалась в его видовой принадлежности. — Им и невдомек, что все так называемые похищенные пришли в наш город добровольно.

— Но где он находится, что его не могут найти? — удивилась Яна.

И действительно, заповедник был настолько развит технически, что, прикажи эльфийский король, зона отчуждения была бы прочесана полностью. А город — это не логово мантикоры, так легко не спрячешь.

— Наши предки просто создали второй карман пространства, внутри первого, — гордо развел руками Лукас, и Регина поневоле завороженно проследила взглядом за его красивыми пальцами. Они были такими же длинными, как и у эльфов в заповеднике, но при этом более плотными и мускулистыми, с чуть квадратными пластинами ногтей вместо вытянутых овальных.

— Это как маленький кармашек для монет в кармане джинсов? — поделилась она возникшим образом.

— Мне нравится ваше сравнение! — восхитился мужчина, и Яна поймала себя на том, что чуть порозовела от удовольствия. — А вот и одежда, переоденьтесь, и я покажу вам наше поселение. Свободный город лучше увидеть собственными глазами.

В проеме стоял Руфус с каким-то свертком. Регина запоздало осознала, что ее костюм для тренировок, в котором она до сих пор находилась, после всех приключений выглядит безобразно, и безропотно приняла предлагаемое облачение.

Мужчины деликатно вышли и прикрыли за собой дверь.

В свертке оказались линялые, но вполне сносные джинсы. И только Яна успела обрадоваться тому факту, что ей не предлагают очередное бальное платье, как следом за ними достала розовый свитер.

Решив, что нельзя получить от жизни все и сразу, пленница безропотно надела и его.

Выйдя из комнаты, Яна оказалась у деревянной лестницы, ведущей вниз. Ни охраны, ни кого-либо другого не было заметно. Но с этим обманчивым видом свободы она уже успела познакомиться в заповеднике, поэтому иллюзий по поводу своего положения не питала. Спускаясь, она с невольным удовольствием провела рукой по резным перилам, а на середине пролета даже остановилась и присмотрелась: по дереву вилась кудрявая лоза, такая достоверная, что если ее еще и подкрасить — от настоящей не отличишь. Это

абсолютно не походило на будто напечатанные украшения дворца, и туристка окончательно убедилась, что ее утащили в какое-то совсем другое место.

Она спустилась в небольшой холл с деревянной вешалкой, так и не встретив ни единой живой души, а затем, решительно выдохнув, распахнула дверь на улицу. По глазам ударило еще не успевшее сесть солнце. Немного проморгавшись, Яна обнаружила перед собой широкое крыльцо и небольшой аккуратный дворик, застеленный мелкой зеленой травой.

Прямо около дома стояло два Говорящих древа, одно чуть поменьше, другое чуть побольше. Увидев их, женщина едва не споткнулась о порог, а потом заметила вдалеке еще много деревянных домов и то тут, то там силуэты серебристо-серых волшебных деревьев. Их было больше десятка, и, хотя ни одно даже близко не достигало размеров гигантского Говорящего древа в заповеднике, видеть их в таком количестве было само по себе удивительно.

— Подойдите к ним, если вам интересно, — поощрил ее удивление Лукас, на которого туристка поначалу даже не обратила внимания.

— А можно?

— Конечно, им будет любопытно не меньше вашего.

Яна аккуратно спустилась с крыльца и подошла к деревьям, прикоснулась к стволикам, кора на которых была гладкой и нежной, не в пример тому непробиваемому панцирю, наросшему на Говорящем древе в заповеднике.

«Кто ты?» — внезапно раздался у нее в голове голос, явно женский и очень молодой.

«Скорее всего, она из породы людей, о которой мы так часто слышим, Кассандра», — тут же откликнулся мужской голос.

— У них есть имена? — вслух удивилась Яна.

— Конечно, — ответил ей Лукас.

«Конечно, у нас есть имена, — обидчиво поддержало дерево-девушка. — Иначе как определить, к кому ты обращаешься?»

«Она видела одинокое древо без имени», — пояснил мужской голос.

«Бедняжка», — с некоторой нарочитостью расстроилось растение, которое звалось Кассандра.

И Яна не совсем поняла, к кому относился этот эпитет: к ней или к гиганту в заповеднике.

Внезапно она обнаружила, что сережка одного из волшебных растений аккуратно приподнимает прядь ее волос за неровно обрезанный кончик.

«Я бы не сказал, что вы сильно отличаетесь», — заметило дерево-мужчина.

«Смотря в чем, — педантично ответила его соседка по корням. — Магического в ней все же маловато…»

— Ну все, хватит, а то они вас так заболтают до темноты, — сказал Лукас, решительно беря Яну за запястье и вытаскивая из жадных лап. щупов деревьев.

— Они со всеми так разговаривают? — спросила ошеломленная женщина.

— Почти. Если вы им чем-то не угодите, будут довольно долго игнорировать. злопамятные они у нас.

— Ничего себе! — возглас туристки относился уже вовсе не к характеру деревьев, просто, отвлекшись от них, она пристальнее осмотрела пространство двора и заметила под брезентовым чехлом нечто, чего здесь не должно было быть. — Это «Харлей»?!

— Да, — снисходительно, как маленькой, ответил Лукас. — Мне кажется, вы пока еще даже близко не понимаете, где оказались. Пойдемте.

Эльф сделал приглашающий жест к калитке на улицу, и, последовав за ним, Яна обнаружила еще и примостившуюся у закрученного причудливыми спиральками забора газонокосилку.

Кажется, она действительно не понимала. Ничего.

Свободный город был скорее похож на большое село, чем на город. Здесь не было высоких домов, даже обиталище правителя, из которого они отправились на прогулку, возвышалось всего лишь на два этажа. Архитектура вполне соответствовала человеческой, лишь более плавные, а иногда замысловато крученные линии какого-нибудь подоконника или наличника выдавали эльфийскость построек.

Но удивили туристку вовсе не дома. Такие мелкие детали быта, как, например, прислоненный к забору велосипед, ставили с ног на голову все ее не так давно приобретенные представления об эльфах.

Чуть полноватая, с льняными волосами женщина в доме напротив развешивала на веревках белье, расправляя оказавшиеся рядом накидку, будто сплетенную из травы, и ярко-желтый купальник с кокетливыми бантиками на лифе. К карманам фартука стиральщицы были прицеплены разноцветные пластмассовые прищепки, которые можно купить в любом человеческом супермаркете. Увидев Лукаса с Яной, эльфийка с таким энтузиазмом махнула им рукой, что верхняя часть купальника слетела с веревки и обязательно оказалась бы на земле, если бы вдруг не зависла в воздухе. Шаловливо помахивая чашечками («Примерно D», — машинально определила Яна), лиф вернулся на свое место.

— У вас есть маги? — пораженно спросила Регина.

— Есть, — охотно откликнулся правитель Свободного города. — Две трети горожан обладают способностями к волшебству, но только четверть из них можно назвать реальными магами.

— И бассейн? — Яна кивнула на не соответствовавший сезону «летающий» купальник.

— Термальный источник. Если захотите, можете вечером посетить.

Туристка поймала себя на мысли, что этот «курорт» уже нравится ей гораздо больше предыдущего.

Из-за угла на улицу вдруг выехала стайка ребятишек на безбожно дребезжащих по булыжной мостовой самокатах, что, кажется, их нисколько не беспокоило. Все дети были в рубашках и расшитых бисером жилетках, и только один почему-то щеголял толстовкой с Микки Маусом. Малышня почти не отличалась от человеческой, разве что среди русых головенок мелькала одна огненно-красная.

Следом проехал мотороллер с эльфийской парочкой, и Яна так вывернула голову ему вслед, будто мимо пролетел НЛО. Парочка тоже остановилась и дружелюбно помахала ей рукой. Девушка щеголяла объемной туникой с многочисленными нитками бус поверх, хитро заплетенные в косы волосы растрепались и доставали всего лишь до середины плеча эльфийки. Парень был одет ей под стать, да к тому же украсил свою прическу цветными перышками и бусинками.

Они напоминали хиппи, но никак не эльфов.

И словно для того, чтобы специально усилить сюрреалистичность увиденного, из открытых окон следующего дома на улицу понеслась известная песенка «Битлз»:

All you need is love.

All you need is love.

All you need is love, love.

Love is all you need…[i]

— Сколько же вас тут? — поинтересовалась Яна, дослушав припев до конца.

— Много. И не все эльфы живут в городе, некоторые предпочитают оставаться в человеческом мире.

— И вы не против?

Собеседник замялся и впервые помрачнел:

— Может быть, и против… но это Свободный город, и каждый решает сам, где ему жить и с кем.

— Подождите. вы хотите сказать. эльфы живут с людьми. ну, в смысле парами? — опешила Яна.

— Да, а что вас так удивляет? — сначала не понял Лукас, но потом догадался. — Понятно, вы насмотрелись на эльфов в заповеднике. Вы так активно строили мне глазки с начала нашего знакомства, что я подумал, будто вы и без того заметили, что мы имеем гораздо больше общего с людьми, чем с нашими бедными сородичами.

Яна еще как заметила, только уж что-то, а глазки точно никому не строила.

Но стоило ей окончательно увериться в миролюбивости этих новых и таких необычных эльфов, как на улице появились трое…

Двое эльфов в темных, похожих на маскировочные костюмах вели третьего со связанными руками и каким-то мешком на голове.

— Так-так-так, — удовлетворенно протянул Лукас, шагая им навстречу и делая знак, чтобы с пленника сняли мешок. — Кажется, Руфус действительно был прав на ваш счет. Приятно познакомиться лично, господин советник.

[i] Пер. с англ.:

Все, что тебе нужно, — это любовь.

Все, что тебе нужно, — это любовь.

Все, что тебе нужно, — это любовь.

Любовь — это все, что тебе нужно…

Когда мешок был снят с головы пленника, пред Яной предстал взъерошенный и моргающий на свет мистер Эльф. Она инстинктивно сделала шаг вперед, но ей преградила путь вытянутая рука Лукаса.

— Не беспокойтесь. Ваш верный рыцарь всего лишь присоединится к нашей экскурсии. Очень вовремя, я бы сказал.

— С вами все в порядке? — все же обеспокоенно спросила женщина, пытаясь хотя бы визуально определить, насколько сильно помяли ее «рыцаря».

— За исключением связанных рук, да. — Мистер Эльф попытался выпрямиться и слегка улыбнуться. — А с вами?

— Мы не причиним вашей подопечной вреда, — заверил его Лукас. — Да и ваши веревки вовсе не обязательны. Вы же не сможете бросить здесь свою мисс Джейн, правда? А она, боюсь, теперь не захочет возвращаться в заповедник.

Господин советник вопросительно посмотрел на Яну, полностью игнорируя двух эльфов, начавших развязывать ему руки.

— Они обещали отправить меня домой, — пояснила Регина.

— И обязательно выполним свое обещание, — подтвердил правитель Свободного города.

— Насколько я понимаю, вы можете читать мои мысли, поэтому вам нетрудно будет определить, что все, сказанное мной, правда.

— Что вы от меня хотите? — сдержанно спросил пленник, потирая запястья, освобожденные от пут.

— Для начала ничего особенного, просто прогуляться и поговорить. Присоединяйтесь. — Лукас подчеркнуто вежливо указал на место подле себя и кивком головы отпустил двух эльфов, приведших пленника.

— Неужели нельзя было передать приглашение на разговор как-то иначе? — Мистер Эльф, кажется, обрел почву под ногами и спросил это почти с той же сдержанной иронией, которой щеголял в заповеднике.

— Вы слишком редко выходите наружу, господин советник. Вас можно выманить разве что на нечто очень ценное. — Правитель Свободного города подмигнул Яне. — А мы по понятным причинам не появляемся в заповеднике. Даже новых переселенцев ищем во время их выходов во внешний мир. Вы знаете почему? Знаете, кто мы, кто я?

— Дикие эльфы, — ответил пленник без каких-либо сомнений. — А вы, вероятно, их вождь, или как у вас называется главный титул?

— Я же говорил. — Лукас торжествующе обернулся к туристке, будто только что продемонстрировал некоторое доказательство своих предыдущих слов, а потом снова посмотрел на собеседника. — Мы не дикие, мы свободные. А дикость скорее уж творится у вас в заповеднике.

Яна разглядывала обоих нелюдей, до сих пор стоявших друг напротив друга, и не могла отделаться от мысли, что они чем-то похожи. Один был привлекателен как мужчина, другой, насколько странно бы это ни звучало, как человек. Лукас едва доставал пленнику до плеча, казался более плотно сложенным и мускулистым, его насмешливость иногда граничила с фиглярством, но все же… все же…

Правитель Свободного города очнулся первым, будто вспомнив о своих обязанностях хозяина.

— Вот на этой высокой ноте давайте продолжим нашу прогулку. — Он махнул вперед, предлагая возобновить движение вдоль по улице. — Господин советник, посмотрите направо, здесь вы увидите второе по старшинству Говорящее древо в Свободном городе, а вон там чуть дальше — самое младшее из них, неделю назад у нас был праздник — оно передало первую мысль.

Яна видела по заметавшимся зрачкам мистера Эльфа, что он поражен и только сейчас заметил, сколько еще виднеется на горизонте серебристо-голубых верхушек.

— Мы же подождем, пока новый участник нашей экскурсии тоже опробует аттракцион «поговори с деревом»? — Вопрос был обращен к Яне, но предназначался вовсе не для нее.

— Они станут со мной разговаривать? — Гость из заповедника не мог скрыть удивления в голосе, для него эта новость стала гораздо более шокирующей, чем для Яны.

— Вы себя недооцениваете. — Лукас помахал рукой хозяйке двора, на котором произрастали деревья. Высокая эльфийка в забавных шароварах и пестрой бандане давно уже с любопытством наблюдала за ними через забор. — Марина, пустишь моего гостя к себе ненадолго?

Женщина кивнула и звонко ответила:

— Да хоть навсегда!

— Навсегда нельзя, у него другая дама сердца!

Яна громко фыркнула.

Мистер Эльф не смог перебороть любопытство и покорно пошел на гостеприимный двор. И только в этот момент до Яны дошло:

— Почему вы разговариваете на английском?

И действительно… Ладно разговаривать на человеческом языке в присутствии туристки, но зачем обращаться на нем к эльфийке?

Задор будто схлынул с Лукаса, он внимательно посмотрел на Регину, и по одному этому взгляду пленница поняла, что эльф гораздо старше, чем казался на первый взгляд. Не так, как господин советник, и даже не так, как его эльфейшество, но старше самой Яны — это точно.

— А вы сообразительнее, чем я предполагал. Английский — язык Свободного города.

— Но как же эльфийский?

— Никак. То, что зародилось как протест, превратилось в необратимую потерю.

— Вы хотите вернуться в заповедник! — вдруг прозрела Яна, оправдав только что полученный комплимент. — Именно для этого вам понадобился королевский советник!

— Всему свое время, дорогая Яна. — У женщины что-то затрепетало внутри от того, как Лукас это произнес. — Пусть он сначала посмотрит.

Между тем смотрел не столько мистер Эльф, сколько смотрели его. Советник практически скрылся за занавесью из сережек, которые дружелюбное древо спустило к самой земле, чтобы оценить неожиданного визитера.

— Что вам сказали? — с любопытством спросила Регина, когда он вернулся.

Мистер Эльф выглядел несколько смущенным, но все же признался:

— Что я хорошенький.

— Да не хозяйка, а деревья!

— Я про деревья и говорю, вернее про одно. старшее.

— А вы знаете, как появляются Говорящие деревья? — с надеждой обернулась к Лукасу Яна.

— Мы догадываемся… Человеку, наверное, будет сложно поверить и осознать, но это единственная версия, которая пока у нас есть. Росток появляется при проявлении настоящей, безусловной любви.

От такой версии поморщилась не только Регина, но и господин советник, хотя высказывать явного недоверия никто не стал.

— Пойдемте, — не стал убеждать их хозяин Свободного города, — я хочу показать вам сокровища, гораздо более ценные, чем волшебные деревья.

Яна и мистер Эльф переглянулись, не в силах представить, что может быть ценнее для нелюдей, нежели священные деревья.

На полукруглом пустыре была разбита деревянная детская площадка с песочницами, качелями и некоторыми другими сооружениями для игры, названия которых Яна не знала. Но в глаза бросались отнюдь не успехи эльфов на ниве городского благоустройства, а количество детей: от совсем маленьких, едва научившихся ходить, с неотступно следовавшими за ними матерями, до бойких и горластых пострелят, сбивающихся в небольшие ватаги, чтобы отыгрывать одним им известный сюжет.

Поскольку экскурсанты наблюдали за представшей их глазам картиной молча, Лукас решил не дожидаться момента, когда его не совсем добровольные гости отомрут.

— Это не единственная площадка в городе. С момента переселения мы уже были вынуждены расширять пространство нашего кармана два раза.

Мистер Эльф медленно перевел на него застывший взгляд.

— Вы до сих пор владеете этой магией?

— Да, отчего нет?

— Действительно, отчего бы. — будто только для самого себя пробормотал господин советник, но тут Яна толкнула его локтем и указала на скамейку на краю площадки.

На ней сидел старик и вдумчиво разыгрывал с самим собой партию в шахматы на положенной рядом доске. Сначала Регина подумала, что каким-то образом здесь оказался человек, но седые волосы были подстрижены коротко, а острые кончики ушей видны слишком явно.

— Сколько ему лет? — ошеломленно спросила туристка.

— Сейчас узнаем, — с готовностью откликнулся Лукас и крикнул старику: — Эй, Том! Тут одна красотка интересуется, сколько тебе лет!

Яне в который раз захотелось удавить этого бесцеремонного хохмача, как бы симпатичен он ни был. От свободных эльфов не убудет — вон у них какая рождаемость.

Мистер Эльф тихо хмыкнул в знак поддержки.

Старик тем временем оглянулся и благодушно ответил:

— Вам придется попытать счастья с менее привлекательными мужчинами, милочка. Мне сто восемьдесят два года, из которых сто двадцать три я счастливо женат, чего и вам троим желаю.

Счастливый семьянин разглядывал экскурсантов еще несколько минут, а потом вернулся к своим шахматам, сочтя их более интересными.

— Какая теперь у вас продолжительность жизни? — поинтересовался мистер Эльф, едва отойдя от очередного потрясения.

— Около двухсот лет.

— А дальше… смерть?

— Ну а что же еще? Не думаю, что это намного страшнее, чем ваши Врата Исхода.

— А люди у вас здесь живут? — спросила Яна, только чтобы отвлечь эльфов от мрачных мыслей.

— Крайне редко. И только те, кто готов остаться навсегда. По понятным обстоятельствам. — Лукас бросил взгляд на мистера Эльфа, и тот кивнул.

Одной Яне остались непонятны их «понятные обстоятельства», но задать следующий вопрос она не успела. На этот раз экскурсия предназначалась вовсе не для нее.

— Теперь-то я готов услышать причину, по которой оказался здесь? — Советник посерьезнел и обратился лицом к их непредсказуемому «гиду».

— Пожалуй. Сядем? Разговор долгий. — Лукас указал на скамейку. Яна тоже села, хотя оба мужчины вели себя так, будто ее здесь не было. — Когда-то, сами о том не подозревая, мы поставили гигантский эксперимент — разделили нашу расу на две несообщающиеся части и пустили по противоположным путям развития. Настало время оценить результат.

— То есть признать, что ваш путь лучше?

— Признать, что оба имеют свои недостатки. — дипломатично отметил правитель Свободного города. — Господин советник, вам придется хотя бы на время нашего разговора простить мне ваше похищение, иначе никакого непредвзятого диалога у нас не выйдет.

— Ну что ж, если только на время. — усмехнулся мистер Эльф и мельком посмотрел на Яну, словно пытаясь прочесть, что обо всем этом думает она. — Положим, о недостатках заповедника я знаю лучше вашего, но вот что вас не устраивает в вашей части «эксперимента»? Потеря бессмертия?

— Ваши Врата Исхода ведь не стоят без дела, а это доказывает, что в итоге для эльфов бессмертие — ценность не слишком большая. Но вот потеря индивидуальности, самоопределения народа. Когда наши предки покидали заповедник, они смогли взять с собой не так уж много, не говоря о том, что все эльфийские реликвии остались на вашей территории. Боюсь, сейчас в нашей культуре гораздо больше человеческого, чем всем нам хотелось бы.

— И я не сомневаюсь, что вы бы не притащили меня сюда, если бы у вас не было сформированного плана на этот счет.

— Верно. История творится небезразличными, теми, кто видит хоть немного дальше своего носа. Когда-то мой предок собрал единомышленников и покинул заповедник, пришло время для эльфа, который снова объединит народ, — торжественно сказал Лукас.

— И это, конечно же, должен быть ты, — с кошачьей улыбкой поддакнул мистер Эльф, не потрудившийся даже скрыть своего отношения к собеседнику.

— Нет, это должны быть вы, господин советник, — ни на секунду не задумался правитель Свободного города и с удовлетворением посмотрел на ошарашенный вид собеседника, не сумевшего уловить в его мыслях такой простой истины. — Вы плод свободного выбора ваших родителей, в ваших жилах течет истинно благородная кровь. Вы управляете текущими делами во всем заповеднике. Вы тот, кого поддержит и кому поверит большинство, кто сможет отменить решение о контроле за чистотой крови и объединить два города… не ваш плывущий по течению племянник. Эльфийский король, вместо того чтобы раскрыть глаза и начать принимать решения по спасению своего народа, много гуляет, хорошо кушает и меняет жен. А его попытка взять в плен человеческую женщину и принудить ее к браку вообще попахивает безумием. Ему не место на троне, особенно в переломный момент истории.

Не совсем понимая, что ее подвигло на столь альтруистический поступок, Яна схватила мистера Эльфа за локоть и сжала с такой силой, что тот не мог не обернуться. Женщина зажмурила глаза, будто зрение могло помешать ей передать свои мысли, и, сформулировав краткую версию своего последнего разговора с королем, попыталась послать ее советнику.

Видимо, получилось, причем даже слишком хорошо, потому что эльф вздрогнул и схватился за виски.

— Понимаю, это неожиданно, — согласился Лукас.

— Мне надо подумать, — хрипло ответил мистер Эльф, и Яна действительно испугалась, что ему стало плохо.

— Мой рассказ вовсе не означает, что я немедленно начну бегать вокруг вас с криками «Да здравствует король!». Подумайте. Вы можете гостить у нас сколько угодно.

Гостеприимство в исполнении правителя Свободного города закончилось тем, что мистера Эльфа заперли на ночь под стражей где-то в другом доме. В этом Лукас не сильно отличался от своих оставленных в заповеднике родичей.

Яну по-прежнему не охранял никто. Свободные эльфы справедливо полагали, что надо быть полной идиоткой, чтобы упустить такой шанс вернуться домой.

И все же туристке было неспокойно. Едва попробовав свой весьма и весьма аппетитный ужин, который ей принесли прямо в комнату, она до поздней ночи мерила шагами коврик перед кроватью, периодически выглядывая в окно. Но огни в городе после наступления темноты погасили довольно быстро, и ничего, кроме силуэтов Говорящих древ, стало не видно.

Внезапно раздавшийся стук в стекло заставил туристку подпрыгнуть на месте. Кое-как успокоив собравшееся эмигрировать в пятки сердце, она осторожно подошла и приоткрыла створки. На покатой крыше словно кошка сидел мистер Эльф, растянувший губы в улыбке Чеширского кота.

— Но что за блеск я вижу на балконе? Там брезжит свет. Джульетта, ты как день! Стань у окна, убей луну соседством…

— Вы что, сдурели? — зашипела на него Яна, не оценившая романтического порыва, схватила за плечи и попыталась втянуть внутрь комнаты. Нелюдь втягивался плохо, но ровно до того момента, когда она его наконец-то отпустила и позволила влезать самому.

— Как вы умудрились сбежать? Я думала, уж вас-то охраняют!

— Извините, что расстроил, — иронично ответил советник и кивнул на окно, — но я здесь не один. Они не заметили и не поймали Наю.

Яна тоже не заметила, а потом всмотрелась в полутьму двора и хмыкнула: умная гончая нашла для себя лучший маскировочный фон — села у подножия серебристого ствола одного из Говорящих древ.

— И как же она вас выпустила?

— Украла ключ и подсунула под дверь, — как о само собой разумеющемся факте сообщил нелюдь.

— Но почему тогда вы здесь? — удивилась Яна. — Вам надо скорее выбираться отсюда!

— Вы должны пойти со мной.

— Что? Зачем? Нет, я не могу, это исключено, они наконец-то собираются меня выпустить, не то что этот ваш король.

— Совет признает победительницей поединка супругу короля, вам ничего больше не угрожает. Мисс Джейн, прошу вас, нам надо вернуться вместе. Его величество не должен потерять авторитет, особенно в такое время. Вы же сами показали мне, что мой племянник, может быть, и странный, но вовсе не сумасшедший.

— Не понимаю, при чем здесь я?

— Если я вернусь без вас, позволю вам остаться, король окажется перед заведомо проигрышным выбором: наказать меня за нарушенный приказ и вызвать недовольство одних эльфов или пощадить и спровоцировать других. Появление этих переселенцев может окончательно столкнуть его с трона. Мы должны принять изменения, но не так.

«Мне-то какое дело до ваших внутренних разборок? — злилась про себя Яна. — Что это за дикость такая — думать об интересах своих похитителей?»

Советник, несомненно, считал и это возмущение пленницы.

— Мисс Джейн, ради меня. Обещаю вам, я найду способ вернуть вас домой и при этом не развязать гражданской войны. Даю вам слово.

Яна посмотрела недоверчиво: слишком много встречалось в ее жизни людей, для которых данное слово было пустым звуком.

— Можете ли вы сказать то же самое обо мне? — немедленно откликнулся мистер Эльф.

Яна знала, что еще пожалеет, была просто уверена в этом.

«И возможно, раскаяние наступит гораздо раньше, чем кажется», — думала она, цепляясь одеревеневшими пальцами за покатую крышу.

— Осторожнее, — шептал мистер Эльф внизу. — Я вас держу.

— За что это вы там меня держите?! — шипением почти на уровне ультразвука отвечала Регина, уверенная, что если не слова, то возмущенная мысль обязательно достигнет адресата.

— За все доступные на данный момент части тела, — тут же отчитались снизу. — Разжимайте руки.

По поводу доступности Яна бы еще поспорила, но тут пальцы отпустили крышу сами.

— Поймал, — радостно сообщил нелюдь, задерживая ее в руках чуть дольше необходимого. — Вы можете отдышаться…

Туристка возмущенно выкарабкалась из его объятий, убеждая себя в том, что сердце колотится из-за опасного спуска.

— Нет времени, — коротко бросила она. — Нас с вами сейчас даже говорящие деревья могут сдать с потрохами.

Словно в ответ кроны серебристых растений слегка зашелестели и закачались на фоне звездного неба, хотя ночь стояла безветренная.

«Идите с миром, — раздалось в голове у Яны. — Никто в городе не проснется раньше времени».

«Мы не хотим конфликтов. Когда погибают эльфы, погибаем и мы».

— Вы и здесь успели переманить священных духов на свою сторону? — спросил пораженный мистер Эльф, который, похоже, не только услышал ответ деревьев, но и теперь знал чуточку больше о ее отношениях с Говорящим древом в заповеднике.

Яна лишь отмахнулась:

— Далеко до выхода из Свободного города?

— Не знаю, они не снимали мешка с моей головы, и мы не только шли пешком, но еще и ехали на чем-то… кажется, это называется «грузовик». Сейчас спрошу у Наи — она кралась следом и запоминала путь.

— Можете не спрашивать, — отрезала Регина и направилась в противоположную от выхода со двора сторону.

Если советника везли, то на своих двоих от отправившейся вслед погони точно не уйти. Ощущая себя немножечко фокусником, но стараясь сильно не шуметь, Яна сняла чехол со стоявшего у забора «Харлея».

И магия действительно свершилась — ключ был в замке зажигания.

Этого она и ожидала. Кто ж станет уводить средство передвижения у правителя своего города, да еще «на глазах» у стоящих на страже Говорящих древ?

— Вы сможете завести это чудовище? — с сомнением спросил нелюдь.

— Разве по мне не видно, что я могу завести кого угодно? — усмехнулась Яна и покатила мотоцикл к воротам. Деревья деревьями, а вот запускать железного зверя прямо во дворе будет не столько наглостью, сколько глупостью. — Лучше помогайте, я, конечно, сильная женщина, но отнюдь не Халк.

— Кто? — не понял мистер Эльф, но послушно начал толкать. — А. вы точно не такая зеленая.

— Как славно, что вы уловили различие только в этом, — пробормотала себе под нос Регина.

Яне вдруг отчетливо вспомнилось, как она, будучи на каблуках и в коротком платьице, однажды перегнала с места на место тяжелый экскаватор, и все это под взглядами насмешливо улыбавшихся бородатых покупателей, не ожидавших такой прыти от зеленой девчонки. По сравнению с этим угнать «Харлей» с ключами в замке прямо под носом у дрыхнущих эльфов — пара пустяков!

— Так чем кончилась та история про большую машину с ковшом? — вдруг спросил мистер Эльф, видимо все это время с интересом прислушивавшийся к ее мыслям.

— Любопытной Варваре уши на базаре оторвали! — отрезала сильная женщина, потому что история закончилась так себе.

Даже в двадцать три Регина прекрасно понимала, что являться на передачу техники на шпильках и в мини не лучшая идея, но в тот день важная встреча с клиентом совпала со свадьбой школьной подруги. Увидев перед собой напомаженную кралю, клиент заартачился и потребовал перегнать купленный экскаватор ровно на тот адрес, который указан в договоре. Яна снисходительно посмотрела в его наглую рожу и перегнала. Делов-то! Ее отец водил точно такой же. Окрыленная собственным триумфом девушка еще и зачем-то наплела обалдевшим мужикам, что сотрудники фирмы всегда являются при параде на передачу техники ценою свыше определенной суммы. Кто ж знал, что, пока она будет в отпуске, передачу следующей машины этому же клиенту поручат ее коллеге Наташке.

Та вернулась в офис со скандалом. Клиент орал и жаловался, что ему прислали… Некрасивую девушку, в общем. Наташка получила выговор за неопрятный внешний вид, хотя ничего необычного в ее джинсах и свитере для продажника не было, а за Яной с тех пор закрепилась репутация стервы. В общем, то, что в отпуск ей ездить противопоказано, Регина знала уже давно.

— У людей очень странная жизнь, — резюмировал мистер Эльф, которого, видимо, не особенно беспокоила судьба собственных ушей, и придержал створку ворот, чтобы не хлопнула.

— Сказал нелюдь, собирающийся удирать от своих соплеменников на человеческом мотоцикле.

Для верности прокатив «Харлей» до конца улицы и свернув за угол, туристка наконец оседлала его, затем уверенно повернула ключ в замке зажигания и, увидев загоревшуюся кнопку нейтрали, нажала на стартер. Мотоцикл зарычал, и пленники переполошились так, словно рычал он на них.

— Будем надеяться, что Лукас частенько гоняет по городу и все привыкли, — пробормотала Регина. — Садитесь быстрее!

Мистер Эльф занял место сзади и спросил:

— Мисс Джейн, надеюсь, вы не будете возражать, если я положу руки на вашу талию?

Яна усмехнулась:

— Я не буду возражать, я буду на этом настаивать! Ищи потом, в каких придорожных кустах вы остались валяться.

Она зажала рукой сцепление и переключила ногой передачу, надеясь, что ничего не напутала, ведь на мотоциклах ей приходилось ездить не в пример реже, чем на тех же тракторах и комбайнах. Молясь про себя всем человеческим и эльфийским богам, Яна добавила газу, отпустила сцепление, и они бодро покатили по сонным улицам.

Ная бледной тенью бежала впереди, не только не думая отставать от железного коня, но, кажется, при желании способная дать ему форы.

«Ничего себе скорость! — подумала туристка. — Их надо было называть не гончими, а гоночными собаками».

Беглецам пришлось ехать минут пятнадцать, прежде чем дорога расширилась и вывела на квадратную площадку, посреди которой стояло подобие футбольных ворот без сетки и раза в два выше обычных. Усмехнувшись очередной спортивной аналогии (два турника на площади в заповеднике так и не изгладились из ее памяти), Яна затормозила рядом с выходом из Свободного города.

— Вы сумеете их открыть?

— Думаю, да. — Мистер Эльф слез с мотоцикла и направился к воротам. — Такое ощущение, что это более позднее творение того же мастера…

— Продвинутая версия два ноль?

Нелюдь не ответил, он сосредоточенно что-то нащупывал на покрытой бугорками и извивами штанге.

— Готово! — Советник резко отдернул руку, и Яна заметила капельку крови, блеснувшую на его пальце.

«Так вот как открываются эльфийские порталы! Кровью нелюдей!»

Неудивительно, что у пленницы не было ни единого шанса попасть в свой мир самостоятельно.

Пространство между штангами подернулось полупрозрачной рябью, и мистер Эльф поспешил занять свое место позади Яны.

— Поехали!

Регина, доверявшая эльфийским порталам гораздо меньше, чем человеческим ракетам, на всякий случай переспросила своего «Гагарина»:

— Прямо так?

— Можем подождать, пока нас кто-нибудь заметит.

Ная с видом полного превосходства требовательно тявкнула на человеческую женщину, поддерживая хозяина, прыгнула в пространство ворот и бесследно исчезла.

Мотоцикл въехал в портал и в ту же секунду вынырнул на какой-то тупиковый заворот двухколейной дороги в лесу зоны отчуждения. Яна инстинктивно затормозила и, вздохнув с облегчением, стала оглядываться.

— А вы что, никогда не замечали, что у вас в самой чаще дорога? — несколько иронично спросила она.

— Это наша дорога.

— Что?! Хотите сказать, они поставили вход в свой город прямо на вашей дороге, а вы не в курсе? — Регина даже приоткрыла рот, на секунду онемев то ли от наглости свободных эльфов, то ли от ротозейства заповедных. — Стоп! Зачем вам дорога, когда у вас воздушные лодки?

— Мы же не можем завозить грузы из человеческого мира прямо на них.

— Ну да, верно. Значит, эта дорога не доведет нас до заповедника?

— Боюсь, что нет. Еще немного — и будет разворот.

Решив, что они проедут столько, сколько смогут, Яна снова завела мотоцикл и направила его следом за Наей. Колея действительно недолго оставалась прямой, очень скоро она, словно змея, свернулась петлей впереди.

Регина затормозила, но гончая нырнула через кочку между двух кустов, и беглецы обнаружили там довольно широкую тропу, неизвестно для каких целей предназначенную. По ней «Харлей» проехал еще минуть пять, прежде чем уткнулся в поваленное дерево, за которым тропка истончалась и становилась похожей на нитку. Даже если бы им удалось перетащить мотоцикл на другую сторону, вряд ли на нем можно будет ехать и дальше, поэтому усилия того не стоили.

Яна спешилась вслед за своим спутником и поневоле покрылась мурашками при мысли о том, какой сюрприз ей преподнесло предыдущее поваленное дерево.

— Вы душ принимали? — внезапно спросил ее мистер Эльф.

Регина подозрительно втянула воздух ноздрями, сообразив, что, должно быть, пахнет отнюдь не фиалками (но какое это сейчас имеет значение?), и осторожно протянула:

— А что?

— Бусина в вашем украшении…

Незадачливая поединщица вынула из-за ворота лист Иггдрасиля и уставилась на место, где от бусины осталась лишь державшая ее петелька.

— Разве там был не только sos-маячок?

— Не только. Внутри находилась летучая смесь, отпугивающая монстров, только благодаря ей Ная смогла взять ваш след, в Свободном городе маячок уже не работал.

Яна страшно выругалась и грозно ткнула в своего горе-рыцаря указательным пальцем:

— А раньше вы меня ей побрызгать не могли?! Мне бы не пришлось отбиваться от четырех голодных и одной мстительной твари!

— Все должно было быть по возможности честно. — Мистер Эльф развел руками, очевидно не чувствуя за собой никакой вины. — Я и эту бусину-то вам дал, так как опасался, что, если вы избавитесь от дронов раньше времени, вас некому будет защитить.

Регина шумно выдохнула, пытаясь успокоиться. Логика нелюдя была непостижима.

— А про душ я спросил потому, что эфир довольно устойчив, и если вы не воспользовались мылом, то опасаться нападения нам нечего. И не беспокойтесь, вы прекрасно пахнете, мисс Джейн.

Яна все равно принюхалась повнимательнее, пытаясь уловить так называемый эфир. Пахло чем-то резким, сладковатым и отталкивающим, но отнюдь не от украшения.

А это что за запах?

Советник отчего-то смутился, а следом за ним смутилась и женщина. Похоже, что так пах уже эльфийский пот.

— Пойдемте скорее, нам нельзя стоять на месте! — Туристка поспешила перебраться через поваленное дерево, чтобы мистер Эльф не заметил ее вспыхнувших, как у девочки, щек.

— Я не обиделся, — послышался сзади грустный, вопреки сказанному, голос советника.

— Природу не обманешь. Мы принадлежим к разным расам, мой запах не может быть вам приятен. Вы не должны находить меня привлекательным.

Яна обернулась, но увидела только коротко стриженную макушку эльфа, перелезающего через дерево. Когда нелюдь поднял глаза, радужки, отражавшие окружающую листву, показались женщине почти изумрудными.

— Тем интереснее тот факт, что вы нашли привлекательным правителя диких эльфов…

— Неправда! — Регина попыталась отрицать очевидное. — Да мне вообще без разницы, какой эльф, тот или этот, все вы одинаковые!

— Без разницы? — поднял бровь советник.

— Абсолютно! — гордо заявила Яна и решительно зашагала вслед за углублявшейся в самую чащу Наей, но через несколько минут остановилась и резко обернулась. — Постойте. Вы что, серьезно ревнуете?

— Аккуратно.

— Это просто предположение. — усмехнулась туристка и вдруг почувствовала, что что-то прилипло к ее волосам.

— Я же сказал, аккуратно, — безнадежно вздохнул мистер Эльф и пошел спасать свою незадачливую подопечную. Нелюдь встал к ней вплотную и поднял руки, пытаясь отодрать от Яниных волос нечто длинное, зеленое и мохнатое. Туристке вовсе не хотелось думать о том, что это могло быть, поэтому она замерла, лишь тихонько попискивая от ужаса.

— Вот опять вы влипли. в историю, — ворчал советник ей в самое ухо, высвобождая прядь за прядью.

— Я не влипаю в истории, обычно я как раз тот человек, который приходит и вытаскивает других из самой. из историй! — заявила Яна.

— Позвольте усомниться. — Эльф опустил руки и показал ей ворсистый листик. — Ловчая лиана. Еще немного — и вы бы остались с гораздо более скромной прической, нежели теперь.

— Волосы не зубы. — пробубнила Регина, все же бесконечно счастливая получить свою шевелюру обратно. — Можете сомневаться сколько влезет. Лучше признайте, что весь ваш заповедник влип в историю, а мое появление может его вытащить.

Эльф задумался и взглянул ей прямо в глаза.

— Наверное, вы правы…

Впереди нетерпеливо заворчала Ная.

— Мне кажется или ей не терпится сдать нас куда следует и больше не иметь с нами дела?

— фыркнула Яна, разворачиваясь к гончей и на ходу приглаживая спасенные волосы.

— Не уверен, но я бы не стал испытывать ее терпение, — тихо засмеялся позади советник.

Некоторое время они шли молча, сосредоточенно глядя под ноги на обманчиво ложащиеся ночные тени, но очень скоро Яне стало страшновато в полной тишине.

— А как вас называли в человеческом мире? — завела она разговор наугад.

— Нил.

— Можно мне вас звать так же? Все же лучше, чем мистер Эльф.

— Все что угодно лучше, чем мистер Эльф. — Судя по тону ответа, новоявленный Нил улыбался. — Хотя тогда уж почему не Нильфхэ’льниль? У вас есть вся обратная дорога для тренировок.

Яна честно попыталась, но сразу же подавилась парочкой чисто эльфийских звуков в середине имени.

— Ну, Нил так Нил, — довольно быстро сдался нелюдь. — Нурания иногда называет Ниль. когда забывает, что мы уже взрослые и серьезные представители королевской династии.

— То есть практически постоянно? — усмехнулась туристка.

— То есть практически постоянно, — подтвердил мистер Эльф.

Оба засмеялись, и туристка сделала опрометчивый шаг в сторону, чтобы увидеть лицо своего спутника.

Под ногой что-то хрустнуло, Яна едва успела заметить пятнистую скорлупу, как предательская конечность поехала вниз по небольшому склону от тропы. Женщина пискнула, взмахнула руками и зажмурила глаза, готовясь к неизбежному. но вдруг падение резко прекратилось.

Разлепив одно веко, Регина обнаружила, что зависла в полуметре над землей, как раз над чьим-то разоренным гнездом. Тогда она раскрыла оба глаза и ошарашенно перевела их на мистера Эльфа. Тот стоял, вытянув руку вперед, словно в последний момент пытался подхватить свою спутницу, и смотрел на туристку с точно таким же выражением лица.

— Это не я. — попробовал оправдаться нелюдь, опустил руку, и, словно в опровержение его слов, Яна тут же рухнула на землю, с хрустом додавив в гнезде все то, что было там еще не додавлено.

— Это магия! — потрясенно воскликнула Яна, не обращая внимания на боль в копчике и тот факт, что она сидит на куче чего-то склизкого и потенциально имеющего другую, более кровожадную наседку, которая может и отомстить за такое приземление.

— Но это невозможно… я… я слишком стар для магии… — Мистер Эльф растерянно разглядывал свои руки, вместо того чтобы предложить в помощь спутнице одну из них.

— А разве у вас магия всегда имела возрастные ограничения? — проницательно спросила туристка, пытаясь встать на ноги, не заляпавшись еще больше. Ее мысли тем временем вполне естественно перескочили на Учителя, но Регина не стала корить себя за нарушенное обещание. Древний эльф не мог не знать, что разум пленницы — открытая книга для некоторых его соплеменников, а значит, должен быть морально готов поделиться с ними своей тайной.

Мистер Эльф, наверное, так бы и стоял в глубоком оцепенении, если бы Яна не умудрилась поскользнуться еще разок, и уж тогда-то истинный рыцарь взял верх над потрясенным своим внезапным могуществом магом. Приведя свою подопечную в вертикальное положение, он внезапно выбросил правую руку вперед и направил ее на Наю, решив, видимо, что верное животное простит ему этот непредвиденный эксперимент.

Гончая скептически двинула ушами и зевнула, не собираясь покорять воздушное пространство даже по прихоти дорогого ее собачьему сердцу хозяина.

— А может, это все же не я? — почти с надеждой предположил советник.

— А кто тогда? — терпеливо спросила Яна. — Вы хотите сказать, что это у меня случился внезапный приступ левитации?

Мистер Эльф хмыкнул, немного приходя в себя:

— Да кто ж вас знает, женщин из пророчеств.

— Я не из пророчества, я просто мимо проходила. Какая полоумная птица будет делать гнездо у самой тропы? — вдруг резко сменила тему Яна, пытавшаяся листом лопуха (она очень надеялась, что это именно лопух) оттереть джинсы от зеленовато-желтой слизи.

— А это не гнездо, — как о само собой разумеющемся факте сказал мистер Эльф. — Это растение. Оно имитирует яичную кладку, чтобы затем отравить и съесть любого хищника, покусившегося на нее.

— О господи! — с чувством воскликнула женщина, которой было бы гораздо комфортнее думать о том, что она наступила на чье-то гнездо. — Зачем вы мне об этом рассказали?

— Просто вы всегда с таким любопытством относились к нашей флоре и фауне. — растерялся советник.

— Вовсе не потому, что я их фанат. — Регина с отвращением откинула лопух. — Все, надо идти.

Мистер Эльф за ее спиной наклонился и тайком отщипнул маленький листик от растения, с таким варварством и презрением раскуроченного Яной.

— Вы знаете, Говорящее древо в заповеднике сказало мне, что магия приходит к безусловно счастливым, — вдруг нарушила молчание Регина, решившая, что, раз поток мыслей все равно не удержать, почему бы не сказать вслух то, что сейчас роилось у нее в голове. — Я тогда приняла это за иносказание… Но что, если ваша магия действительно крепко связана с эмоциями?

Мистер Эльф долго не откликался, и Яна даже обернулась, чтобы убедиться, что они с Наей не потеряли спутника по дороге. Но нет, нелюдь шел следом, невероятно задумчивый и, кажется, чем-то слегка смущенный. Хотя в темноте леса нельзя было сказать наверняка.

Так и не дождавшись ответа, туристка продолжила развивать свою мысль:

— Это объясняет, почему магические способности сильно проявляются у ваших детей. Счастливое детство, чистые незамутненные эмоции. А потом эти дети вдруг обнаруживают мир вне заповедника и понимают, что в скором времени он будет для них закрыт, оказываются под давлением общества, которое принуждает их к выбору правильного партнера и замене его же при неудаче.

— Вы забыли о перспективе бесконечности такой жизни.

На этот раз Регина не стала оглядываться и уж тем более проявлять сочувствие, а просто спросила:

— Но почему же тогда магия есть у Учителя?

— Мне кажется, я знаю ответ. Хэйиль’хар — прирожденный наставник, это его призвание, радость и смысл жизни. Он всегда окружен детьми, и, даже повзрослев, мы все время от времени приходим к нему за советом. Следуя вашим рассуждениям, он попросту счастлив.

— Тогда почему магия сейчас проявилась в вас? — аккуратно поинтересовалась Яна, уже и сама начавшая догадываться.

Тишина длилась чуть дольше нужного, и туристка стала подозревать, что ответа не последует, но мистер Эльф вдруг сказал:

— В тот момент я был счастлив услышать от вас свое имя.

Яна резко развернулась, преградив ему дорогу, и, уперев руки в боки, провозгласила:

— Ниль? Ниль! Ниль! Ну давайте же, попробуйте! Для кого я стараюсь?

— Бросьте, сейчас это не сработает, — попытался отговориться окончательно смущенный нелюдь.

— Я жду! Нильфх. тьфу! Нил?

Мистер Эльф обреченно вытянул руку в сторону Яны, но, как он и предсказывал, ничего не случилось.

Туристка разочарованно вздохнула и снова зашагала вперед, выдвигая все новые предположения прямо на ходу.

— Может, надо владеть чем-то вроде медитации? Уметь поддерживать себя в хорошем настроении? Не хотите завезти в заповедник партию антидепрессантов? Хотя это не поможет. — Регина тут же отбросила бредовую идею. Глупо было полагать, что люди, сидящие на лекарствах, могут быть по-настоящему счастливы.

— Я думаю, со временем мы разберемся, — мягко сказал советник. — Спасибо вам…

— За что?

— За то, что беспокоитесь о своих похитителях.

— Очень сложно ненавидеть того, кто счастлив просто от звука своего имени, — с неожиданной теплотой в голосе ответила женщина, а затем на секунду задумалась и испортила момент: — Ну и еще того, кто бросился спасать тебя с одной собакой наперевес.

— Хорошего же вы обо мне мнения. — усмехнулся в темноте голос мистера Эльфа. — Оружие у меня отобрали, и я был не один.

— А что случилось в заповеднике после моего исчезновения?

— Когда прервалась передача от дрона Вильть’ернии, к ней сразу же послали еще одного, но он уже не смог найти жену моего племянника. Затем почти одновременно выключились два других дрона, и старейшины отправили в зону отчуждения команду егерей, с одной из них вышел я. Ваш сигнал о помощи застал нас уже вне города. Очень скоро мы обнаружили поляну с убитой мантикорой и двух ваших соперниц без сознания. Впрочем, Вильть’ерния довольно быстро пришла в себя и рассказала, что вас утащили дикие эльфы. К счастью, Ная легко взяла след.

— И как же вас схватили?

— Подозреваю, что так же, как и вас. но не помню. Наверняка это были смазанные транквилизаторами дротики.

— Так, значит, нас до сих пор ищут?

— Очень на это надеюсь. правда, не могу сказать наверняка, браслет у меня тоже отобрали.

Через несколько минут тропка сошла на нет, и беглецам стало уже не до разговоров. Они сосредоточились на том, чтобы не упасть и не поцарапаться, продираясь вслед за Наей через дикую растительность зоны отчуждения.

Только когда небо начало сереть, путники напали на еще одну тропинку, а шагов через сто до полусмерти напугали на ней двух егерей, уже отчаявшихся найти фаворитку короля или его дядю, но опасавшихся возвращаться в заповедник с пустыми руками. Яна и не думала, что когда-нибудь увидит на лицах эльфов столько счастья при своем появлении.

Егеря немедленно вызвали по браслетам лодку, и все четверо, безмерно довольные собой и друг другом, отправились обратно в заповедник.

Казалось, толпа на свободном пространстве перед воротами, из которых Яна вышла в зону отчуждения, так и не расходилась. Но даже самовлюбленная до крайности особа не смогла бы предположить, что встречают именно ее, потому что на этот раз толпа стояла к воротам задом.

Мистер Эльф что-то спросил у егерей на эльфийском, но те только вполне по-человечески пожали плечами.

Горожане заметили вернувшихся лишь тогда, когда ворота открылись на полную ширину и лодка неспешно вплыла внутрь заповедника. Толпа замерла как одно живое существо, причем застигнутое в момент вдумчивого разжевывания любимых тапок хозяина.

Советник нахмурился и махнул рукой егерям, приказывая сажать лодку. За время его отсутствия что-то явно произошло, и лучше было выяснить обстановку сразу же.

Собравшиеся послушно расступились перед воздушным судном, образуя площадку для посадки. В розовых лучах рассвета тонкие лица эльфов казались румяными и похожими на фарфоровые, глаза всех немыслимых цветов и оттенков восторженно блестели и то и дело останавливались на Яне.

«С тех пор как я попала в заповедник, такую радость у ушастых мне приходилось видеть всего один раз», — внезапно вспомнила Регина, уже перебираясь через борт.

Мистер Эльф тут же на нее оглянулся, пробормотал себе под нос нечто напоминавшее «Не может быть!» и едва не побежал сквозь толпу, благо соплеменники охотно его пропускали.

Не желая оставаться одна (особенно в окружении не совсем адекватных нелюдей), Яна припустила следом и чуть не впечаталась советнику в спину, когда тот вдруг решил остановиться. Выглянув из-за плеча мистера Эльфа, туристка убедилась, что была права в своем предположении.

Прямо посреди дороги мостовую пробивал нежный серебристый росток. Он был меньше того, что вырос под окнами дворца, но буквально на глазах набирал силу и толщину.

— Ничего себе! — чуть не присвистнула Яна. — Если он вырастет хотя бы вполовину таким большим, как древо в королевском парке, вам придется отказаться от этих ворот.

— Мне они никогда не нравились, — сказал мистер Эльф голосом, в котором каким-то немыслимым образом смешались и радость, и горечь одновременно. — Теперь у нас два женских древа в заповеднике!

В толпе раздался негромкий выкрик. Затем второй, уже сильнее. Советник повернулся к соплеменникам, но ничего не говорил, лишь бросал обеспокоенные взгляды на Яну. Через минуту разрозненные голоса превратились в дружное скандирование. Собравшиеся эльфы начали сжиматься вокруг новоприбывших.

— Что происходит? — испуганно спросила туристка. — Ой! Не трогайте меня! Не надо!

Не успев опомниться, Регина взмыла в воздух на руках окруживших ее нелюдей, продолжавших выкрикивать нечто непонятное.

— Не бойтесь! — перекрыл толпу голос мистера Эльфа. — Они говорят, что вы принесли им надежду!

«Да пусть говорят что угодно, лишь бы в воздух не подбрасывали!» — только и успела подумать Яна, прежде чем толпа торжественно понесла ее в направлении дворца.

Видимо, услуги «до двери» у такого бесплатного эльфийского такси не было предусмотрено, так как толпа внезапных поклонников доставила пленницу к границе дворцового сада и там вдруг засомневалась. Действительно, вдруг монарх воспримет этот стихийный митинг как начало переворота?

Воспользовавшись смятением несущих ее нелюдей, Регина включила командирский голос и безапелляционно потребовала поставить себя на землю. Хотя, как подозревала руководитель офиса продаж, прикажи она тем же тоном нести ее драгоценную персону прямиком в тронный зал, почитатели и тут бы повиновались.

Вовремя подоспевший мистер Эльф обвел соплеменников неодобрительным взглядом и, кажется, даже погрозил им пальцем, пока туристка с облегчением забиралась обратно в лодку.

Во дворце Яна мечтала только об одном: добраться до кровати и отключиться, впервые ее нисколько не беспокоило, что это будет именно эльфийская кровать, но, едва открыв дверь собственных покоев, пленница увидела фигуру жрицы храма Древней Крови.

— Не-е-ет, — протянула она и едва не отдавила ногу провожавшего ее мистера Эльфа при спешном отступлении. — Ну что еще вы от меня хотите? Крови? Волос? Или, может быть, мы уже переходим к ногтям и зубам?

— Перестаньте. — Советник успокаивающе взял ее за плечи и заставил перешагнуть порог комнаты. — Она всего лишь проверит ваше состояние после поединка, а потом можете отдыхать.

— Обещаете? — подозрительно спросила Яна.

— Обещаю, — ответил мистер Эльф и оставил ее так внезапно, что туристке стало неуютно.

— А я думала, тебе понравится и ты захочешь отрастить волосы снова, — с добродушной улыбкой сказала Джой, все это время терпеливо дожидавшаяся, пока милая сценка на пороге закончится. — Поздравляю с завершением поединка!

— Разве меня есть с чем поздравлять? — Яна вошла в комнату и со вздохом неимоверного облегчения упала на кушетку.

— Зависит от цели, — пожала плечами проницательная докторша. — Я тебя сейчас немного пощекочу, а потом можешь спать хоть до самого вечера.

— Щекочи, — сдалась пленница, — только, чур, без последствий в виде бурного роста любой из частей тела.

— Не доверяешь? — девушка достала из кармана своего комбинезона (на этот раз бензиново-синего) маленький чехольчик и, споро вынимая из него квадратики чего-то похожего на пластырь, стала наклеивать их на пациентку.

— Ну, мало ли, ваш монарх потребует своей фаворитке пятый размер груди… — фыркнула Яна, впрочем вполне добровольно подставляя под наклейки шею, виски и запястья. — Как я потом на работе в глаза подчиненным смотреть буду? Или, вернее, как они будут смотреть в глаза мне?

— Не потребует, — уверенно сказала Джой, извлекая из другого кармана тонюсенький наладонник и бодро кликая по нему пальцами.

Пленница вопросительно на нее уставилась.

— Среди врачей ходят слухи. — Девушка почему-то оглянулась сначала на дверь, а потом на Наю, но все же продолжила: — После поединка двум другим участницам тоже провели медицинский осмотр. Официальная версия, что все в порядке, но, возможно, супруга его величества была такой нервной и взвинченной не только из-за твоего появления… Некоторые гормональные перемены очень даже этому способствуют.

Яна медленно переварила полученную информацию и растеклась по кушетке еще более расслабленно.

— Я первая буду держать все пальцы на ногах и руках скрещенными, только бы это оказалось правдой, — с блаженной улыбкой сообщила она.

— Не понимаю, о чем ты, — улыбнулась в ответ докторша, снова стреляя глазами в гончую, которая мирно отдыхала на полу. — Но за свое здоровье точно можешь не опасаться. Рекомендую часов десять-двенадцать сна и расслабляющую ванну.

Ограничиться душем Яна решила сама, а вот то, что она обойдется без десятичасового сна, решил за уставшую пленницу его эльфейшество, пославший за ней одного из стражников. Юный эльф, слишком маленький для своей секиры, обманчиво тихим голосом потребовал, чтобы Регина явилась пред грозные очи монарха.

Но распоясавшаяся (в прямом и в переносном смысле) пленница накрыла голову подушкой и пожелала королю дальней и ухабистой дороги. Стражник хоть и не знал русского, тем более такого замысловатого, но заступился за честь своего правителя вполне достойно. Подушка с теплым пледом внезапно вырвались у Яны из рук и полетели куда-то в сторону балкона, на волю.

Осознав, что назревает реальная угроза слететь таким же образом с кровати самой, Регина со стоном, испугавшим мальчишку гораздо больше, нежели нецензурная русская речь, села, машинально пригладила волосы и тут же с горечью помянула свою короткую стрижку, потому что нынешняя недоприческа откровенно стояла дыбом.

— У-а-атвернись, — сквозь зевок запоздало скомандовала туристка и стала нашаривать джинсы, но скоро вспомнила, что их утащила служанка. Замену принести еще не успели, в шкафу висело несколько платьев, достойных если не первого бала Наташи Ростовой, то уж точно вечернего выхода ее матери. — Эй, солдатик, или как тебя там, плед верни…

Мелкий эльф недоверчиво скосил на нее через плечо поразительно голубой глаз.

— Иначе я пойду как есть. — Яна скептически расправила казенную ночную сорочку, которая хоть и была намного менее прозрачна, чем некоторые эльфийские платья, но почему-то подействовала на стражника вполне эффективно, возможно из-за перфорированных по подолу звезд.

Покрывало немедленно осознало свою вину и вернулось к хозяйке. Пленница тут же в него закуталась и выразила полную готовность предстать перед его эльфейшеством. Бессонная ночь придала ей решимости вконец эпатировать своим видом расчетливого монарха, если он и сейчас посмеет не отпустить ее домой.

«Хотел фаворитку? Вот, получай теплую со сна красотку в неглиже».

Причесываться Яна не стала принципиально, вид неприкаянного беженца в зеркале ее вполне устраивал.

Так она и прошлепала босыми ногами до самых покоев короля под выпученными взглядами редких придворных, застывавших на месте с выражением лица «что это сейчас было?».

«О, это ваша надежда!» — мрачно думала Регина, минуя очередного сраженного ее явлением эльфа.

На этот раз стражники у покоев короля беспрекословно пропустили туристку внутрь, но сохранить каменные мины не смогли.

У мистера Эльфа с его племянником выдержка оказалась чуть лучше, правда, после приветствия и затянувшейся паузы Яна не выдержала и спросила грубее, чем собиралась:

— Ну что вы смотрите? Лучше бы проследили, чтобы мне вернули джинсы, а то на следующее публичное мероприятие я явлюсь так же.

— Я напомню фрейлинам, — пообещал мистер Эльф, так задорно сверкнув глазами, что, не будь под ними явных следов усталости, пленница подумала бы, что он уже успел выспаться. На деле же оказалось, что, скорее всего, советник еще и не ложился. — Его величество хочет, чтобы вы рассказали нам, что видели в Свободном городе. В подробностях.

Яна упрямо свернула руки на груди бубликом.

— А его величество не хочет сначала дать обещание вернуть меня домой? — Взгляд пленницы на минуту скрестился с королевским, и кто знает, на сколько бы затянулась эта дуэль, если бы не вмешался мистер Эльф.

— Его величество обещал подумать над этим.

— Он вполне может подумать сейчас, я подожду, — благодушно разрешила женщина, поудобнее заворачиваясь в плед с таким видом, будто не против доспать прямо здесь.

Но король тоже не первый день сидел на троне.

— И почему же я должен отпустить вас сейчас?

Регина, уже успевшая разобраться, с какой математической точностью работает мозг ее оппонента, стала последовательно выкладывать аргументы на блюдечко чутких весов его сознания.

— Во-первых, теперь я уже не смогу стать вашей женой. — Она не стала уточнять, что не только из-за проигранного поединка, но и из-за возможного состояния Авроры, но мельком заметила, как взлетели брови мистера Эльфа. — Во-вторых, вы видели, как чествовали меня ваши подданные? Идея с пророчеством может теперь выйти боком. Зачем вам такой неподконтрольный персонаж в заповеднике? Диких эльфов и так более чем достаточно.

Поняв, что презентация Яны на этом закончена, советник поспешил внести и свою лепту тоже:

— И в-третьих, мисс Джейн добровольно согласилась вернуться в заповедник, поверив слову, данному членом королевской семьи.

Его эльфейшество ни единым мускулом не показал того, тронул ли его хоть один из представленных аргументов. Но пленница чувствовала, что за хрустальной голубизной глаз с компьютерной точностью проходят расчеты, которых ей никогда не уловить и не понять.

— Хорошо, — обронил всего лишь одно слово король.

— Хорошо? — в первую секунду не поверила услышанному Яна.

— Да, — подтвердил монарх, поднял свою руку с браслетом, нажал пару кнопок и проговорил: — Я отменяю свой запрет, касающийся пленницы. Нильфхэ’льниль, сейчас же назначь торжественные проводы и процедуру возврата на завтрашнее утро.

Мистер Эльф, видимо тоже не ожидавший, что король даст свое согласие с такой легкостью, немного вытянулся лицом, но торопливо застучал по своему браслету и стал отдавать распоряжения на эльфийском.

— А теперь, мисс Джейн, вы готовы поделиться впечатлениями о Свободном городе? — как ни в чем не бывало спросил его эльфейшество, жестом предлагая туристке разместить кокон своего пледа в одном из кресел с настолько густо декорированными ножками, что казалось кощунством ставить их даже на самый чистый и дорогой пол.

— Вряд ли я видела намного больше, чем господин советник, — тут же разочаровала его Яна и не думая садиться.

— И все же? — настаивал король.

Приведенная в благодушное состояние, наконец-то добившаяся своего, женщина пожала плечами и стала вспоминать:

— Они используют человеческую технику и человеческие вещи гораздо больше, чем вы в заповеднике. Не говорят на эльфийском, зато многие владеют магией.

Мистер Эльф кивнул, будто подтверждая ее слова, и Регина запоздало сообразила, что советник все это время смотрел в ее мысли, очевидно, вытягивая оттуда гораздо больше информации, чем та, которую она облекала в слова.

— Да, уровень развития технологий низкий. Мисс Джейн, вспоминайте еще, любые детали быта.

— Еще… еда у них тоже не как у вас, не эльфийская, а человеческая.

— Я бы предположил, что при текущем приросте населения у них проблема, обратная нашей, — недостаток ресурсов. Отсюда стремление восстановить давно оборванные связи. Жажда культурной самоидентификации — лишь благозвучный предлог.

Король кивнул, задумчиво провел рукой по подбородку, а затем посмотрел на свой браслет и снова что-то в нем отметил всего двумя касаниями.

— Так даже лучше. Нильфхэ’льниль, организуй этому Лукасу посещение заповедника. Приглашение должно быть неофициальным и ни к чему не обязывающим, если он захочет взять с собой кого-то еще, тем лучше. Никакой секретности, пусть все будет публично. Но встречи со мной не обещай. Они достаточно насмотрелись на нас, пришло время и нам посмотреть на них.

Задание показалось Яне трудновыполнимым, но советник только кивнул, хотел что-то уточнить, как вдруг его браслет пронзительно запищал. А затем, словно вторя ему, таким же звуком откликнулся браслет короля. Оба эльфа слаженно посмотрели на свои девайсы, да так и застыли.

— Что там? — не выдержала Яна.

— Вопрос о вашем выходе из заповедника вынесли на всеобщее голосование, — бесстрастно пояснил его эльфейшество.

— Как?! — вскрикнула пленница, переводя взгляд с одного нелюдя на другого. — Вы же отменили приказ!

— Да, но любой из наделенных особыми полномочиями граждан может вынести мое решение на дополнительное обсуждение и отменить его, если большинство окажется против.

«Вот тебе и абсолютная монархия!» — Регина выругалась.

— Девять процентов, — сказал мистер Эльф, на всегда гладком лбу которого вдруг залегли сосредоточенные складки.

— А чего вы ожидали, мисс Джейн? — Король позволил себе легкую полуулыбку. — Не вы ли назвали себя новой неподконтрольной силой в заповеднике? Вот и первый результат этой неподконтрольности.

— Пятнадцать, — мрачно констатировал советник.

Яна долго сверлила монарха взглядом, а затем вдруг прошипела:

— Это же вы… вы выставили отмену собственного приказа на обсуждение!

Мистер Эльф оторвался от своего браслета, удивленно посмотрел на племянника, а затем стремительно защелкал пальцами, проверяя инициатора голосования, и замер.

— Зачем? — спросил он, видимо найдя нечто, подтверждающее предположение Яны.

— Я король и в отличие от своего советника не могу позволить себе быть еще и рыцарем. Для меня на первом месте всегда будет долг, а уже потом честь и личные интересы.

— Но у вас же теперь есть ваша королева, ваша настоящая победительница мантикоры, будущая мать королей! Зачем я вам? Отпустите меня! — закричала Яна.

— Это верно, Вильть’ерния теперь будет королевой, судьба приготовила нам с ней неожиданный и приятный подарок. Но отпустить вас я все равно не могу. Народ против,

— он указал на свой браслет, — вы ему нужны. Сорок три процента.

— Зачем я сдалась вашему народу?

— После вашего появления пробились новые ростки Говорящих древ. Эльфы изначально с большим трепетом относятся ко всем мистическим совпадениям и предсказаниям, поэтому верят, что вы принесли с собой надежду, и не хотят эту надежду отпускать. Вы останетесь как залог нашего светлого будущего, гарант того, что правящий дом принимает правильные решения. Надежда не должна покидать заповедник. Особенно в такое время. — По лицу короля скользнула тень непонятной эмоции, и оно вновь разгладилось.

— Пятьдесят шесть. — Донельзя мрачный голос мистера Эльфа идеально подошел, чтобы похоронить последние шансы Яны на свободу.

Регина хлопнула дверью королевских покоев с такой силой, что в оружейном зале что-то упало со стены. Подхватив плед, пленница заспешила в сторону своей комнаты, на ходу утирая злые слезы, выступающие на глазах. Защитный бастион выдержки, который она возводила все последние дни, дал трещину.

Сзади послышались торопливые шаги.

— Мисс Джейн! — Ловкие руки поймали женщину за плечи и заставили остановиться.

— Надо было мне оставаться в Свободном городе! — с досадой воскликнула Яна, смахивая очередную слезу, прежде чем повернуться к мистеру Эльфу. — Этот беспринципный интриган уж точно справился бы с заповедником и без моей великодушной помощи!

Советник неожиданно обхватил ее руками и прижал к себе с такой силой, что пленница не могла пошевелиться не только от удивления.

— Тише… тише… Это совсем не та злость, которая мне в вас нравится.

Регина, не привыкшая к такому обращению и не уловившая сути странного комплимента, возмущенно дернулась. Но мистер Эльф продолжил говорить ей куда-то в макушку:

— Вы помогали мне, а не моему племяннику. И обещание тоже давал я. Поэтому успокойтесь и дайте мне пару дней, чтобы все устроить.

Объятия наконец-то стали легче, и Яна смогла отстраниться и посмотреть в лицо собеседника.

— Правда? — чуть наивно спросила она, пытаясь разглядеть в странных нечеловеческих глазах ответ, но в их радужках мелькали лишь лесные тени.

— Король просчитывает свои ходы на несколько шагов вперед, но из-за своей же рациональности не может учесть всего. Есть вещи, которых ему не понять. Надеюсь, когда-нибудь их объяснит ему его королева.

Яна проспала до самого вечера. Женщине снилась бесконечная сине-зеленая листва, сквозь которую она летела словно Алиса, упавшая в нору. После приземления к ней подскочил белый кролик и начал толкать своими сильными лапами.

Пленница резко проснулась и с испугом уставилась в огромные блестящие глаза белого существа, нависшего над ней.

— Прости, маленькая, что я не белый кролик, — усмехнулась Нурания, — но все равно предлагаю тебе следовать за мной. Сегодня вечером в тронном зале будет интересно, не хочу, чтобы ты пропустила.

Яне понадобилась где-то минута, чтобы прийти в себя.

— А что там будет? — спросила она, не столько из любопытства, сколько для того, чтобы и выиграть время, и окончательно разлепить заспанные веки.

— Это сюрприз, — протянула королева, счастливо щурясь. — Меня подтолкнул твой совет, поэтому я хочу, чтобы ты была там. Раз уж я больше не королева и могу себе кое-что позволить. Одевайся, через полчаса я пришлю за тобой фрейлину.

Эльфийка, словно проказливая девочка, соскочила с постели пленницы.

— Постойте. Что значит — не королева? Уже? — крикнула ей вслед Яна, но не успела

— Нурания покинула комнату. — Прекрасно.

Горничные, видимо, прониклись предыдущим дефиле пленницы по дворцу, потому что джинсы наконец-то почтили своим присутствием ее гардероб, причем сразу все: и те, в которых Яна попала в заповедник, и те, которыми с ней поделились в Свободном городе. Штаны были торжественно вывешены на изящных вешалках, словно продавались в дорогом бутике и только ждали своего часа, чтобы поразить воображение придирчивого покупателя.

Пленница собралась быстро, даже волосы на этот раз не доставили ей хлопот, а сразу после расчесывания послушно изобразили вполне приличную волну, из-за которой неровный край практически не бросался в глаза.

— Ну и как не оставить такую красоту в заповеднике? — голосом, пародирующим его эльфейшество, сказала Яна своему отражению в зеркале.

Войдя в тронный зал, она поначалу не заметила никого из знакомых эльфов. Зато все незнакомые вдруг проявили нешуточный интерес к ее персоне. Пленницу, поначалу решившую занять место в самом дальнем от трона конце зала, ненавязчиво стали проталкивать вперед. Кто-то галантно отходил в сторону и жестом показывал Региной, чтобы она продвигалась ближе, кто-то с видимой деликатностью, но оттого не менее настойчиво брал ее двумя пальцами за локоток и заставлял сделать еще несколько шагов, пока другие расступаются. Туристка не успела оглянуться, как оказалась в первом ряду перед троном.

«Ну хоть на сам трон не посадили, и то ладно», — мрачно подумала она, пытаясь взглядом нашарить в толпе фигуру королевского советника.

Мистер Эльф упорно не желал находиться.

«Раз мой рейтинг бьет все рекорды, могли бы и толмача выделить».

Настроение Яны стало еще мрачнее.

— Позвольте ему выделить себя самостоятельно. — Рядом с ней встала высокая фигура Учителя. — Я смотрю, вы отказались от услуг по защите разума.

— Подписку не продлила, — иронично пояснила Регина, тоже заметившая, что после возвращения в заповедник ее мысли стали открыты, как и раньше.

— Меня радует только то, что я угадал личность вашего могущественного защитника. — Старый эльф с удовлетворением переплел пальцы на поясе. — Но могу предположить, что это еще не самое интересное в вашей истории.

Яна не нашлась, как ответить на такой безрадостный прогноз мудрого собеседника.

«Куда уж еще интереснее…» — ворчливо подумала она, но тут ее отвлек трубный глас, возвестивший о прибытии короля.

Его эльфейшество явно постарался для этого выхода: синяя с серебром мантия выгодно обрисовывала его прямую фигуру на фоне белых стен зала. Аврора, напротив, была излишне скромна в светло-золотистом платье без украшений.

Яна знала, что вряд ли собьет самодовольство с короля калькуляторов, но все равно продолжала сверлить его взглядом на протяжении всего выхода, втайне желая ему споткнуться на глазах у подданных.

— Забавно, да? Капризный тиран для вас и заботливый правитель для своего народа, — вдруг сказал Учитель.

— Невероятно забавно, — подтвердила Регина, — особенно мне и особенно сейчас.

Король с супругой встали около своих тронов, но не думали садиться.

Раздался очередной звук труб, и на другом конце зала появилась Нурания. На ней было ярко-красное платье с царственной золотой отделкой, на голове в уложенных косами волосах сверкала золотая диадема.

Вопреки ожиданиям Яны, первым заговорил не король, а его мать, поравнявшаяся с ним.

Учитель наклонился к уху туристки, чтобы переводить, но Регина лишь подняла руку в знак того, что смысл этой речи ей и так понятен.

Когда Нурания величественным жестом сняла со своей головы диадему и водрузила ее на голову невестки, по звуку удивления, прокатившемуся по залу, стало ясно, что слухи в эльфийском королевстве распространяются не так уж быстро. Пришедшие в себя эльфы зацокали, приветствуя новую королеву, и, как ни странно, стали коситься на Яну еще больше, будто автором долгожданного зачатия была именно она, а не притихший король.

Но когда Нурания уже сама присела перед новоявленной королевой в некоем подобии реверанса и, склонив голову, начала что-то говорить, пленница не стала доверяться предположениям и требовательно схватила Учителя за рукав.

— Теперь госпожа разрешает мне переводить? — поддразнил ее тот.

— Госпожа требует, — строго сказала Яна, вытянувшаяся в струнку от любопытства.

— Если кратко, Нурания просит позволения вступить в брак по своему выбору.

— Yes! — сжала кулак угадавшая Регина, и, хотя в этот раз внимание к пленнице было бы полностью заслуженным, ни одно эльфийское лицо не повернулось в ее сторону.

Новая королева выслушала просьбу свекрови с благосклонной улыбкой, на лице ее супруга застыла такая маска, что любому было понятно: всегда собранная личность за ней впервые за долгое время выпала в осадок. Аврора склонила голову в знак согласия и приложила руку ко лбу Нурании.

— Я так понимаю, благословение получено? — Яна успела раньше Учителя.

— Не только благословение, но и просьба представить их величествам нового избранника.

— А избранник вообще в курсе? — Пленница поискала глазами начальника королевской стражи, нашла его слева от трона и поняла, что нет.

Бедный эльф был не в силах осознать свалившееся на него счастье и стоял с таким лицом, будто ждал, что Нурания вот-вот достанется кому-то другому. Сама же виновница переполоха если и смутилась неожиданной просьбе, то, как и подобает бывшей королеве, не подала виду. Она распрямилась и все с той же непоколебимой уверенностью направилась к мужчине, который оставался верен ей все эти годы. Перед Крельст’еном было не зазорно склониться на виду у всего двора, сложить свою судьбу к его ногам и, попросив принять ее, смиренно ждать ответа.

Ответ, конечно же, последовал незамедлительно. И если бы переполненная эмоциями Яна в тот момент не захлопала в ладоши, все остальные собравшиеся так и остались бы стоять истуканами и глазеть на счастливых жениха и невесту. Но раз уж предстоящему союзу аплодировала сама «надежда заповедника»…

Один за другим раздались другие хлопки, кто-то даже зацокал, и скоро зал искупал новую пару в самых настоящих овациях.

Когда по окончании аудиенции, приняв все положенные поздравления, король и королева торжественно покинули свой пьедестал, сквозь обступивших Яну придворных (бедолаги очень хотели пообщаться, но не знали как) протиснулся мистер Эльф.

— Мисс Джейн, у меня на вечер запланировано одно занимательное дело. Не хотите со мной? Уверен, вам понравится.

Пленница тоже была уверена, что, о каком бы деле ни шла речь, оно ей понравится гораздо больше, чем время, проведенное в плотно сжимающемся кольце эльфийских фанатов, поэтому, не тратя лишних слов, она сграбастала своего спасителя за руку и потянула к выходу.

— Мне показалось или некоторые из них пытались меня потрогать? — спросила Регина, когда им наконец удалось выбраться из зала.

— Пожалуй, у пары-тройки были и такие мысли, — высказал свое экспертное мнение советник.

— Зачем? Я думала, вы, эльфы, довольно трепетно относитесь к тактильному контакту, — удивилась Яна.

— Вообще-то да. — Мистер Эльф выразительно посмотрел на женскую руку, все еще сжимавшую его пальцы, но стоило раскаявшейся туристке ослабить захват, как спутник сам перехватил ее ладонь, да так крепко, что не вырвешься, и потянул к ближайшему выходу на опоясывающий дворец балкон. — Возможно, они хотели позаимствовать чуточку вашего волшебства.

— Это же не ветрянка, оно так не передается, — усмехнулась Регина.

Рядом с балконом их уже ждала лодка.

— Куда мы? — поинтересовалась Яна, запрыгивая на борт.

— Нам нужно передать приглашение на свадьбу, — туманно сообщил советник, направляя транспортное средство в другую сторону от древа и старого города. — Сразу хочу извиниться, что использовал ту информацию, которую подсмотрел сегодня в ваших мыслях.

— Что? А разве уже назначена дата? — поразилась такой скорости Яна, уже абсолютно свыкшись с мыслью, что мистер Эльф чувствует себя в ее голове как дома.

— Церемония состоится завтра.

От удивления туристка чуть не выпала из лодки, когда та совершила маневр, чтобы уклониться от встречного транспорта, стремящегося во дворец.

— Только не говорите, что ваша сестра тоже беременна…

— С чего вы взяли? А. — Мистер Эльф считал из разума спутницы схему, по которой происходят поспешные свадьбы у людей, и усмехнулся. — Да, дело в ребенке, но не в будущем, а в том, который уже достаточно вырос, чтобы сидеть на троне.

— Она боится, что сын ей помешает?

— Похоже на то.

— А почему вы не сказали ей, что после встречи с дикими эльфами это маловероятно?

— Потому что хочу погулять на долгожданной свадьбе сестры, — загадочно пояснил мистер Эльф.

Яна покачала головой, так и не поняв его ответ, но переспрашивать не стала, поскольку впереди показались башни нового района заповедника. Было тут даже что-то вроде небоскреба, почему-то напоминавшего гигантскую сосульку, воткнутую в землю. На фоне потемневшего вечернего неба здания самой причудливой архитектуры переливались разноцветными огоньками и блестели гладкими, четко выверенными гранями.

Туристке только и оставалось вертеть головой, стараясь ничего не упустить в этом практически инопланетном пейзаже. Регина подумала, что, раз уж она застряла в заповеднике, стоит напроситься на экскурсию и в этот район, и тут же отругала себя за такие пораженческие размышления.

«Побеждена, но не сломлена!» — сделала замечание своему сознанию женщина и заметила, что мистер Эльф поспешно отвернулся, скрывая улыбку.

Лодка остановилась и зависла рядом с многоэтажным зданием, испещренным белыми балкончиками, напоминавшими по форме соты. Советник соскочил на один из них, помог перебраться Яне, а затем приложил палец к губам и подошел к стеклу. В узкую открытую полоску между шторами была видна просторная комната, по которой суетливо бегала узнаваемая не только в заповеднике, но и за его пределами фигура.

Руфус Синклер спешно паковал вещи. В чемодан, с которым Яна уже имела честь познакомиться, летели брюки, книги, какая-то непонятная техника и даже парочка наградных статуэток из человеческого мира.

Мистер Эльф подмигнул удивленной спутнице, а затем отодвинул створку балконной двери и вошел внутрь.

Актер поднял на них настолько удивленное лицо, будто к нему в апартаменты внезапно вломился весь оскаровский комитет. У видев такую натуральную эмоцию на все еще мальчишеском лице, мистер Эльф начал явно не с того, с чего хотел:

— Разве ты не знаешь, что все ворота в заповеднике снабжены системой автоматической регистрации входящих и выходящих граждан?

Руфус сглотнул, посмотрел на Яну и сделал шаг назад — вот-вот кинется наутек. «Бесславный конец доблестной революции», — подумала Регина.

Кончики губ советника дрогнули, но улыбку он удержал.

— Тихо. — Мистер Эльф предостерегающе поднял руку. — У меня всего лишь поручение для тебя.

— К-какое? — Парень сделал еще один шаг назад, будто подозревал, что его хотят пытать и Яна держит за спиной паяльник.

— Если ты сейчас собираешься не в Свободный город, то тебе придется изменить свои планы и все же съездить туда.

— Зачем? — Третий шаг назад в сторону двери.

Туристка была уверена, что, если сейчас скажет «бу!», этого трусишку они поймают еще нескоро, поэтому старалась не шевелиться.

— Чтобы передать правителю Свободного города приглашение на свадьбу моей сестры. Мы ждем его, с сопровождающими или без, завтра днем. Уверен, Лукас не захочет пропустить первую за последние пятьсот с лишним лет свободную свадьбу в заповеднике…

— Это точно мне? — следующим утром спросила Яна, глядя на струящийся и пенящийся тюль снежно-белого платья, свисающий с вешалки до самого пола. — И вообще, разве вы не должны готовиться к свадьбе?

— Я к ней уже двести лет как готова, — с гордостью сообщила Нурания, в который раз любуясь принесенным нарядом. — А что до цвета, так на эльфийской свадьбе все, кроме невесты и жениха, должны быть в белом.

— А точно не наоборот? — Регина скептически приложила наряд к себе и встала перед зеркалом.

— С чего бы? Что за глупости? Все взгляды должны быть только на скрепляющей свои узы паре!

А в каком же цвете тогда должна быть невеста?

— Конечно же, в том, который ей идет больше всего, — сообщила прописную истину эльфийка.

Яна поджала губы.

— Ну хочешь, я позову своих фрейлин, чтобы ты убедилась, что все в белом?

— Не надо, — открестилась пленница. — В белом можно не только шикарно выдать замуж, но и принести кому-нибудь в жертву, так что это ничего не докажет…

Мать короля всплеснула руками, села на кушетку и расхохоталась:

— Ну кому мы тебя принесем в жертву? Священному богу брака?

«Кто же вас, нелюдей, знает», — подумала туристка, и эльфийка резко стала серьезной.

— Я понимаю, мы обошлись с тобой нехорошо. Даже больше чем нехорошо. И все же. ты права, я не просто так пришла сюда с платьем, я хотела попросить тебя стать одним из свидетелей.

— А сколько их всего и что надо будет делать? — уточнила туристка, пытаясь найти подвох.

— Ничего. Просто красиво стоять, пока с нас не снимут голограмму. А свидетелей всего шесть. Три женщины и трое мужчин.

— За красиво не ручаюсь, но постоять смогу. У вас голограммы вместо фотографий?

Ответить Нурания не успела, в дверь робко заглянула тоненькая эльфийка с букетом из расчесок и заколок в руках и робко поинтересовалась, желает ли госпожа сделать прическу.

Госпожа покосилась на невесту и вздохнула:

— Ну ладно, если уж надо красиво постоять.

К счастью, сотворить тот косичный беспредел, что носили большинство придворных эльфиек, на голове Яны не вышло. Поэтому горничная лишь подровняла срез, создала свободный каскад и закрепила его парочкой серебристых заколок и потом еще пять минут извинялась, что получилось так «бедненько».

С точки зрения Региной, такое «бедненько» мог обеспечить не каждый салонный мастер экстра-класса, о чем она поспешила сообщить эльфийке, пока лавину ее раскаяния еще можно было остановить.

Затем туристка влезла в платье, которое лет в двадцать вызвало бы у нее восторженный писк, а сейчас было вознаграждено лишь загадочным «хм», и задумалась над тем, куда деть себя дальше. Давно ушедшая Нурания не дала никаких четких распоряжений на этот счет, но Яна была уверена, что, как только понадобится невесте, вездесущие фрейлины достанут ее хоть из-под земли.

«Или закопают в нее же, если что-то пойдет не так…» — додумала пленница, почти серьезно взвешивая две эти перспективы, но в результате все же решилась выйти в парк.

Снаружи дворцовый персонал развернулся так быстро и оперативно, будто свадьбы тут справлялись каждую неделю. На деревья и кусты вернулись украшения, видимо оставшиеся еще с праздника Высокой Луны, в разных частях парка появилось множество крытых павильончиков и отдельно стоящих столиков. Яна подозревала, что в скором времени они заполнятся угощениями, но не сильно обольщалась по поводу свадебного пира, пока не увидела над одной из построек веселенький красно-белый тент, вероятно снятый с итальянского кафе в старом городе.

Незнакомый эльф с волосами черными до синевы и вполне себе средиземноморским загаром вдруг отвлекся от установки застекленной витрины и, подмигнув любопытствующей туристке, шепотом, как о большом секрете, сказал:

— У нас будет мороженое и тирамису.

Яна улыбнулась и подмигнула в ответ:

— Тогда и я у вас тоже непременно буду.

За полчаса пленница обошла парк почти целиком и, разочарованная, вновь остановилась перед дворцом. Она-то рассчитывала наткнуться здесь на королевского советника, наблюдающего за последними приготовлениями, но нигде не было и намека на его присутствие. Стоило Региной отказаться от дальнейших поисков, как вдруг она услышала знакомый голос. Пленница сделала несколько шагов вдоль фигурно подстриженной изгороди и выглянула в просвет между растением и белым пьедесталом очередного изваяния.

Мистер Эльф стоял на балконе, прислонившись спиной к парапету, и вел неспешный разговор с прекрасной черноволосой спутницей, уже одетой в белое, как и он сам. Стоило эльфийке отвести с лица шелковую прядь волос, как Яна с досадой узнала свою соперницу по поединку.

«О чем они могут разговаривать?»

Туристка притаилась за статуей, изображавшей эльфа, гордо водрузившего свой сапог на какой-то круглый валун, и потихоньку выглядывала из-под коленки изваяния, втайне надеясь, что с такого расстояния мистер Эльф не распознает присутствия гончей, все еще добросовестно пасущей вверенный ей объект и уж тем более не услышит мысли самого объекта.

А мысли были странными.

Пленнице внезапно вспомнилось, как докторша назвала топ-модель идеальной парой и для господина советника тоже, и теперь вид Ниля, склонившегося к черноволосой красавице, пробудил в ней какие-то доселе неведомые собственнические чувства. Действительно, как мог этот нелюдь уделять свое время другой, когда его подопечная не знала ни куда себя деть до церемонии, ни как себя вести во время нее?

Парочка разговаривала довольно долго, и, когда Яна уже начала прикидывать, как будет воспринято ее внезапное явление из-за статуи, мистер Эльф вдруг кивнул и поклонился своей собеседнице, а затем подозвал свою лодку и вместе с топ-моделью отправился в сторону города.

«С чего это он ей кланяется? — подозрительно подумала Регина, не сумевшая припомнить, когда в последний раз королевский советник кланялся женщинам, даже двум королевам, нынешней и бывшей. — И куда они направились?»

Не до конца осознавая причину свой досады, туристка выбралась из укрытия и долго смотрела вслед уже скрывшемуся транспортному средству.

— Нет, ну как это понимать? — требовательно обратилась она к каменному эльфу и тут же осеклась…

Остроносый сапог изваяния стоял вовсе не на большом валуне, а на гигантской голове человекообразного существа, выражение лица которого транслировало почти то же недоумение и обиду, что и Янино.

— Верно, все они такие! — выразила солидарность с убиенным великаном пленница. — Хоть на каждого по табличке вешай «Осторожно, эльф!». Но тебя по крайней мере под венец сначала не тащили. или.

— Вряд ли, я бы знал. — На дорожке, ведущей к дворцу, появился Учитель, его красные волосы казались особенно яркими на фоне белого (Нурания не обманула) ниспадающего одеяния. — Я подумал, что могу на некоторое время составить вам компанию, раз уж вы не нашли более словоохотливого собеседника.

— Нашла, но он предпочел другую, — пожаловалась Яна, зная, что от старого эльфа все равно ничего не скроешь.

— У господина советника много незавершенных дел, — мягко сказал Учитель и жестом предложил туристке пройтись дальше по дорожке. — Но еще никогда он не подводил тех, кто на него надеется.

— Таких людей не бывает, — уверенно заявила Регина.

— Ну а эльфы, может быть, еще остались.

— А как проходят свадьбы в заповеднике? — спросила Яна, когда после неспешной и молчаливой прогулки они приблизились к площадке для празднеств перед Говорящим древом. Здесь уже появилась длинная дорожка, обозначенная по краям белыми круглыми камнями и усеянная посередине лепестками цветов и зелеными листьями, от которых распространялся тонкий аромат дорогой парфюмерии.

— Достаточно просто. Жених и невеста приносят клятвы в присутствии самого старого эльфа в заповеднике и шести выбранных свидетелей.

— То есть вы гуляете на каждой свадьбе? — поразилась Яна. — А как же школа?

— К сожалению, у нас не так много свадеб, чтобы это отнимало у меня хоть какое-то значимое количество времени, — посетовал Учитель. — Но раньше ритуал проводился не так… и не требовал присутствия свидетелей вообще. Жених и невеста приходили к самому древнему древу в заповеднике и произносили клятву ему, тогда оно скрепляло их союз. Наше древо давно отказывается это делать.

В голове у Яны кто-то громко фыркнул, да так, что женщина с перепугу завертела головой и только потом догадалась, кому принадлежало это неудовольствие.

«Так и в клятвах тогда не было ни слова о столетнем испытательном сроке», — наконец сформулировало свои тайные претензии древо.

Резко остановившись, туристка решительно развернулась к своему спутнику и едва удержалась, чтобы не схватить того за белоснежную мантию.

— А вы знаете, как звучала клятва до введения контроля за генетической совместимостью?

— Конечно, вам зачитать? — кивнул эльф, вид у которого был такой, словно он услышал вдалеке эхо, но, как ни прислушивался, не мог разобрать слов. Что-то подсказывало Яне, что этим эхом были слова древа, прозвучавшие в ее голове.

— Не мне! Вы должны зачитать их жениху и невесте! — решительно заявила туристка. — И где бы вы ни собирались проводить церемонию, надо сдвинуть это место как можно ближе к Говорящему древу!

«А ты сечешь фишку, мелкая!» — усмехнулся голос говорливого растения.

Стоило Учителю скрыться в покоях матери короля, как оттуда испуганными белыми бабочками выпорхнули две фрейлины и, увидев Яну, стали недовольно переговариваться на эльфийском с видом двух рассерженных нянек, наконец-то обнаруживших удравшее от них великовозрастное дитятко.

Туристка недоуменно переводила взгляд с одной на другую. Та, что слева, причитая и охая, вынимала травинки и листики из подола человеческой женщины, та, что справа, норовила поправить прическу. Закончив свою работу (или смирившись с тем, что пленницу нельзя приблизить к идеалу), эльфийки подхватили Яну под локотки и потащили на второй этаж в сторону открытого балкона.

— Госпожа, пожалуйста, ожидайте здесь других свидетелей, — таков был их приказ, не слишком тщательно замаскированный под просьбу.

«Ожидайте. Интересно, кого?» — Яна вдруг сообразила, что так и не успела узнать у Нурании, кто остальные пятеро, выбранные красиво постоять для голографии.

Когда на балконе появились король и королева в белых одеяниях, повисло напряженное молчание. Яна хмуро разглядывала его эльфейшество, Аврора гипнотизировала на Яну, будто подозревая ее в каких-то злокозненных намерениях, монарх смотрел вдаль.

Казалось бы, ситуация уже не может быть хуже, но вот голубая даль ответила королю взаимностью и выпустила из своих просторов длинную воздухоплавательную лодку, спереди украшенную птичьей головой с раскрытым клювом. Яна насчитала в ней десять мест и подивилась тому, что эльфийский лодкопром, оказывается, производит еще и «маршрутки», но удивление довольно быстро сменилось изумлением, потому что на борту уже было три пассажира: мистер Эльф, топ-модель и… Лукас.

Таким подбором свидетелей Нурания будто намекала, что все действующие лица находятся в одной лодке не только буквально, но и фигурально.

На борту воздухоплавательного судна Яна оказалась отделена от Ниля королевской четой, рядом сидел Лукас, то ли изначально владевший, то ли где-то в авральном режиме раздобывший белые джинсы и такой же пиджак. Правитель Свободного города рассматривал Регину с усмешкой и в конце концов не выдержал:

— А могли бы быть уже дома.

И хотя мысли пленницы не слишком противоречили этому высказыванию, она быстро нашлась, как ответить на неприятную фразу:

— Мне предложили чувствовать себя как дома в заповеднике, а вам?

Лукас на секунду смешался и бросил быстрый взгляд на короля. От слуха его эльфейшества, конечно же, не укрылся этот короткий обмен репликами, но он лишь слегка повернул голову в сторону и вскинул подбородок. Посыл этой позы был таков, что Яна почувствовала себя ученицей, болтающей на задней парте в присутствии учителя.

Лодка оказалась лишь очередным свадебным реквизитом, предназначенным для того, чтобы с помпой выгрузить всю компанию перед площадкой с Говорящим древом. На месте предстоящей церемонии уже было полно эльфов, одетых в белое, так что Регина в первое мгновение вообразила себя на собрании какой-то секты. Но ощущение быстро прошло, потому что все наряды были разных фасонов, а собравшиеся нелюди приветствовали прибывших, размахивая белыми лентами, цветами и платками.

Первыми по откидывающейся лесенке рука об руку спустились король с королевой, и Яна покосилась на Лукаса, несмотря на всю внешнюю привлекательность правителя Свободного города, с ужасом предполагая, что именно его назначат к ней в пару.

Но нет, мистер Эльф поманил туристку к себе и, слегка поддерживая за талию, помог спуститься на землю.

— Чем вы все это время занимались? — спросила Яна, хотя знать ей хотелось совершенно другое: о чем он разговаривал с топ-моделью и с какой целью Лукас оказался в числе свидетелей Нурании?

Мистер Эльф лишь широко улыбнулся:

— Вы ревнуете, и я чувствую магию на кончиках пальцев. Не хотите полетать?

Яна не ответила. Впервые за этот день оказавшись так близко рядом с Нилем, она не могла не заметить осунувшегося лица и темных теней, залегших под его глазами. Эльфийские черты советника стали четче, было видно, что под этой вдруг истончившейся кожей вовсе не человеческий череп.

— Вам не удалось выспаться? — спросила туристка, но ответ ее спутника потонул в радостных криках зрителей, собравшихся на свадьбу.

Все три пары были вынуждены молча идти по проходу, ведущему к небольшому круглому пространству, которое, как заметила Яна, все же удалось передвинуть ближе к древу за такое короткое время.

Дойдя до конца прохода, король с королевой разняли руки и встали друг напротив друга, мистер Эльф тоже отпустил Янину ладонь и слегка подтолкнул спутницу на сторону Авроры.

«Прекрасно! — восхитилась пленница, когда рядом с ней встала топ-модель. — Теперь мы будем выглядеть так, словно решили довести свой поединок до конца. Надеюсь, Нурания не собирается в качестве развлечения для гостей снова выпустить нас через разные ворота в зону отчуждения?»

Королевский советник скорчил Яне скептическую гримасу, из чего она уяснила, что, к счастью, гостей будут занимать как-то иначе.

Учитель не прошел по проходу, а появился откуда-то из-за древа, встав ровно посередине между свидетелями.

Гомон толпы моментально стих, прекратилось даже все возрастающее шушуканье придворных эльфов, азартно выяснявших друг у друга, кто такой Лукас и что он делает среди свидетелей. Появление жениха и невесты сопровождалось благоговейной тишиной. Нурания и начальник королевской стражи прибыли с двух разных сторон на маленьких, украшенных цветами лодках.

На эльфийке было нежно-лиловое платье, тонкое, словно лепестки колокольчика, и воздушное, будто кисти сирени. Крельст’ен выбрал серо-зеленый и на первый взгляд излишне строгий костюм, но вместе пара напоминала диковинный цветок на надежном стебле.

Заиграла тихая музыка, состоявшая в основном из легкого звона, сделавшего воздух на площади хрустальным и чуточку подрагивающим, пока жених и невеста шли к древу по проходу, усыпанному цветами.

Чувствуя себя самым неромантичным существом на несколько квадратных километров вокруг, Яна переминалась с ноги на ногу, пытаясь выбрать удобное положение, чтобы ни мелкие камешки, ни корни не мешали ей достойно внимать предстоящим клятвам, ведь, зная любовь эльфов к пространным речам, внимать предстояло долго.

«Мелкая, да замри ты уже, не даешь сосредоточиться. Я, может, первый раз занимаюсь таким важным и ответственным делом. Если промахнусь и поженю тебя с пришлым эльфом, сама будешь виновата».

«Только попробуй! — Регина вложила в эту мысль достаточно усилий, чтобы поймать целых два недоуменных взгляда: от мистера Эльфа и Учителя. — И что значит — промахнешься? Ты же не Купидон, чтобы стрелять в них желудями».

«Тише!» — шикнуло на нее древо, потому что жених и невеста достигли круглой площадки и повернулись лицом к Учителю.

Красноволосый эльф чуть приподнял кисти рук и повернул их ладонями вверх, а затем обратился к паре, стоявшей перед ним.

Вопреки опасениям Яны говорил он недолго, а когда закончил, Нурания и Крельст’ен отозвались всего лишь короткими фразами и положили свои руки поверх ладоней Учителя.

Старейшина одобрительно кивнул и тоже завершил свою речь одним предложением, после которого жених с невестой одновременно завели то ли песнь, то ли какой-то речитатив, даже на неискушенный человеческий слух обладавший рифмой и тактом.

«Ай, молодцы!» — немедленно восхитилось древо.

Сверху опустились две лианообразные сережки и под слаженный тихий вздох всех нелюдей оплели запястья вступающих в брак эльфов.

Учитель аккуратно отпустил ладони жениха и невесты, оставляя их в бережных путах древа, и успокаивающе что-то сказал, видимо призывая пару продолжить произнесение клятв.

Нурания и Крельст’ен посмотрели друга на друга и заговорили дальше. С каждым новым прозвучавшим словом лианы притягивали их руки все ближе и ближе до тех пор, пока ладони эльфов не сомкнулись, и тогда уже третья сережка спустилась и оплелась вокруг.

Глаза жениха и невесты на секунду расширились от изумления, а затем их взгляд стал рассеянным, устремленным внутрь себя.

«Древо с ними заговорило!» — догадалась Яна, одновременно и радуясь, и огорчаясь, что это коварное, но не лишенное своеобразного обаяния растение теперь будет слышать кто-то, кроме нее.

Сережки втянулись обратно так же неожиданно, как и появились.

Церемония была закончена, брак совершен, и теперь, сомкнув кисти рук, перед всеми стояли муж и жена…

«Ну ладно, довольно приторной романтики! Сейчас я пощекочу вам нервы!» — радостно воскликнуло древо в голове у туристки.

Яна даже не успела сообразить, что оно имеет в виду, как сверху стремительно, а оттого действительно слегка пугающе свесились еще четыре сережки: две ловко обвились вокруг запястий собиравшихся высказать свои поздравления короля с королевой, а еще две таким же образом пленили мистера Эльфа и Яну.

Зрители в очередной раз ахнули, а Аврора, кажется, даже вскрикнула, и только его эльфейшество задумчиво и многозначительно посмотрел вверх на крону древа.

— Э нет, мы так не договаривались, — ворчливо сказала Регина, сколупывая гибкую лиану со своего запястья.

Ниль напротив нее с грустной улыбкой, но гораздо нежнее тоже снял светящийся отросток и даже исхитрился его погладить, прежде чем древо втянуло сережку обратно.

Король с королевой посмотрели друг на друга и не сделали даже попытки избавиться от древесных лиан.

«Они же не знают текста клятвы!» — как за родных испугалась Яна.

«Произнесенные вслух клятвы нужны лишь эльфам, мелкая. А я и без них все отлично читаю в сердцах», — прошептало древо, соединяя руки второй пары.

— Поздравляю! — воскликнула Нурания, сама только-только получившая передышку в бесконечной череде поздравлений и сумевшая улизнуть к павильону с мороженым.

Черноволосый эльф за стойкой тут же протянул ей креманку, на которой словно бы невзначай оказалось три шарика лакомства, почти совпадавших по цвету с платьем невесты.

— Меня-то с чем? — удивилась Яна, все это время под кофе и тирамису скучавшая в компании Наи.

— Насколько я знаю, в человеческом мире невеста бросает букет, чтобы он случайным образом указал на ту, которая выйдет замуж следующей. А у нас раньше это всегда делало древо, хватая за запястья и пугая понравившиеся пары. Правда, мне ни разу не говорили, что после такого выбора кто-то сразу решался жениться…

Женщины замолчали, наблюдая за тем, как по широкой дворцовой лестнице спускается Аврора, по случаю своей второй свадебной церемонии успевшая переодеться в розовое платье.

— А моя невестка своего не упустит, — без всякой злобы, но с густой иронией сказала мать короля.

— Вы бесподобны, — честно призналась Яна. — С таким трудом выцарапали у судьбы эту свадьбу и с таким спокойствием относитесь к тому, что и тут кто-то умудрился втиснуться в вашу церемонию.

Бывшая королева лишь пожала плечами.

— В конце концов, какой смысл для мужчины быть рыцарем и романтиком, если его дама ведет себя не как леди, а как служанка. — Регина бы восхитилась глубокомысленной фразой, если бы после произнесения Нурания снова не запустила ложку в мороженое. — Ох, и почему я раньше этого не пробовала?

— Попросите к нему еще кофе, — посоветовала туристка, довольная тем, что и сама может поделиться какой-никакой житейской мудростью.

— Это та жидкая грязь, которую пьешь ты? — с детской непосредственностью спросила эльфийка.

— Да, но только не говорите этого парню за стойкой, — посоветовала Яна. — У меня нервы железные, у него — не знаю. Не будем рисковать.

Нурания отсалютовала собеседнице ложечкой и пошла требовать свою «жидкую грязь».

Яна вздохнула, в очередной раз размышляя о том, куда подевался мистер Эльф, улизнувший с церемонии, едва позволили приличия.

«Ну не с топ-моделью же он гуляет? — подумала туристка, и ее передернуло от этой мысли. — Ну не-ет…»

И действительно, господин советник был верен своей даме сердца. К своему тайному облегчению, пленница скоро увидела лучницу, радостно щебечущую в компании все того же Лукаса.

«Не смогла поймать одного правителя, так вовремя подвернулся другой?» — тут же мелькнула недостойная мысль.

Если бы пленница чуть меньше увлекалась ядовитыми размышлениями, то вовремя заметила бы приближающегося короля, а так было уже поздно. Сбежать Регина не успела, его эльфейшество встал рядом с ней с таким видом, будто они регулярно вели душевные беседы за чашечкой кофе. Несколько секунд пленница колебалась, поздравлять ли монарха с новым бракосочетанием, но потом решила, что ушастый интриган обойдется, и мрачно молчала до тех пор, пока нелюдь не заговорил сам.

— На ваш взгляд, есть ли шанс, что правитель Свободного города подвержен тем же слабостям, что и я? — задал совсем уж неожиданный вопрос король.

Яна поперхнулась воздухом.

«Какие у короля калькуляторов могут быть слабости?!»

На удивление, его эльфейшество верно истолковал ее реакцию.

— Моя слабость — моя жена, — бесстрастно сообщил монарх. — Я думал, это очевидно.

— Ага, — поддакнула Регина, начавшая подозревать, что король хватанул лишку эльфийского вина. — Только слепой мог не заметить ваших романтических порывов. Но разве у Лукаса есть жена?

Яна действительно не знала ответа на этот вопрос, но по всему выходило, что король калькуляторов уже успел развернуть разведывательную операцию в отношении потенциальной угрозы.

— Пока нет, но мы над этим работаем.

— Что?! — Пленница чуть не выплюнула очередной глоток кофе и новыми глазами посмотрела на беседующую с Лукасом топ-модель. — Так это вы ее подослали?

— Альвья’та показала себя верноподданной эльфийкой, теперь у нее особое задание. Регина фыркнула.

— Жизнь вас ничему не учит.

— А вас? — неожиданно парировал король. — Мои жена и мать в общей сложности двенадцать раз за прошедшие сутки сказали мне о том, как несправедливо я с вами поступил. И пусть пойти против решения народа не может даже правитель, но я хочу предложить вам кое-что взамен…

— Что же? — саркастически спросила пленница, гадая, в какой эквивалент правитель калькуляторов пересчитал ее утерянную свободу.

— Я могу приказать своему дяде жениться на вас. Он не только не ослушается, но даже вряд ли будет сильно против. Вы получите статус равноправного жителя заповедника и почетное звание члена королевской семьи.

Яна долго и пристально рассматривала монарха, пытаясь понять, есть ли у него хоть единый шанс исправиться, а затем плюнула на эту бесполезную затею.

— Я смотрю, годы браков по расчету вас ничему не научили, — пожала плечами она, стукнула пустой чашкой о столик и пошла прочь.

Когда наконец-то Регина заметила мистера Эльфа, сидевшего у подножия Говорящего древа в одиночестве и что-то наговаривающего в свой браслет, негодование после беседы с королем все еще не успело успокоиться.

— Вы представляете, что мне предложил ваш племянник?! — начала она еще за десять шагов от советника.

— Уже да. Как и то, что вы ему ответили, — честно признался Ниль, отвлекаясь от своего занятия. — Вы же знаете, что решения в нашей семье порой поражают своей непостижимой логикой.

Яна присела рядом с ним на выступающий корень и на удивление почти моментально успокоилась. На мистере Эльфе был безупречный белый костюм, в чем-то очень близкий к современному человеческому покрою. Женщина оценила этот наряд еще на церемонии, но тогда у нее не было времени как следует его рассмотреть и сделать комплимент его владельцу хотя бы мысленно.

— Где вы пропадали весь день?

— Мне надо было закончить кое-какие дела. — Ниль со значением поправил манжеты, показывая, что похвала дошла до адресата.

— А теперь вы их закончили? — улыбнулась туристка.

— Думаю, да.

В этот момент на площадке перед древом заиграла музыка, и гости, выстроившиеся в своеобразно закрученные спиралью ряды, начали какой-то мудреный танец. Яна выглянула из-за мистера Эльфа и долго смотрела на необычно оживленных нелюдей.

— Это они еще в игры играть не начали, — предупредил ее советник. — Может, все же хотите потанцевать?

— Точно не так, — поспешила отказаться от предложения Яна.

— А как? — Ниль приглашающе протянул к ней руку. — Покажете, как сейчас танцуют люди?

Женщина секунду ее рассматривала, а потом решила: почему бы и нет?

— Большинство людей не умеет танцевать, и я в их числе. — Несмотря на свои слова, туристка поднялась с корня древа, увлекая за собой собеседника, и положила его ладонь себе на талию. — Они становятся вот так и потихоньку кружатся в такт музыке, просто чтобы хорошо провести время друг с другом.

Мистер Эльф сориентировался довольно быстро.

— Горячо одобряю такие танцы.

Яна разок шутливо стукнула его по плечу ради порядка, но представить, что Ниль воспользуется выгодой своего нового положения, было практически невозможно, его рука легче пушинки лежала на ее талии и вряд ли собиралась перемещаться куда-то еще.

— А что, можно и так? — несколько игриво спросил господин советник, вновь смутив пленницу, на секунду позабывшую следить за тем, что она думает.

— Только не благородным рыцарям, — кокетливо ответила Яна и надолго замолчала. Никогда ей еще не было так спокойно, надежно и уютно, как сейчас.

Свадьба Нурании была прекрасна. Жаль, что этот танец и этот вечер не продлятся долго. Впереди маячило безрадостное будущее, где ей была уготована судьба диковиной зверушки при королевском дворе.

— А какую бы вы хотели свадьбу? — спросил мистер Эльф, чтобы отвлечь свою даму от невеселых мыслей.

— Вы тоже впечатлились выходкой древа? — слегка заподозрила неладное Яна, но все же ответила: — Тихую, чтобы почти никто о ней не знал.

Видимо, вспоминать о древе не стоило вовсе, потому что из кроны на них вдруг снова, с такой стремительностью, что по ним непременно должна была спуститься группа захвата, упали две лианы, и перепуганные танцующие отскочили друг от друга.

«Эй, мелкая, смотри, что покажу! — Бестактное растение приблизило к лицу Яны сережку, покрытую белыми цветами. — Такого со мной еще не случалось! Я прямо вне себя от восторга!»

Мистер Эльф изумленно уставился на цветущий отросток и пробормотал:

— За всю свою жизнь я ни разу не видел, чтобы оно цвело…

— Ну все, теперь меня отсюда не выпустят никогда! — простонала пленница.

Ниль моргнул несколько раз и, серьезно посмотрев на свою подопечную, сказал:

Пойдемте…

— Куда? — удивилась Яна.

— К вратам. Сейчас идеальное время: все на свадьбе и рядом никого не будет. У вас с собой все что нужно?

Туристка на секунду замялась, вспомнив о паспорте и деньгах, надежно запрятанных в рюкзак еще до поединка. Что потом случилось с потерянной ношей, досталась она обитателям Свободного города или была унесена егерями в заповедник, выяснять сейчас не было времени. В конце концов, всегда можно обратиться в посольство, заявив об утере документов.

— Неважно, — решительно сказала Регина. — Только бы выбраться, а уж там я разберусь.

Мистер Эльф сосредоточенно кивнул и подхватил ее под руку, отведя немного в сторону от древа, чтобы там подозвать свою лодку.

— Оставайся здесь, — приказал он гончей, сунувшейся было за ними на борт.

Ная протяжно взвыла и легла на землю, уткнув нос в лапы.

«Эх, мелкая.» — сокрушенно сказало древо вслед улетающей паре.

Площадь с вратами действительно была пустынна. Белый и черный турники стояли на прежнем месте, матово поблескивая в свете уличных фонарей. Яна с трудом вылезла из лодки, путаясь в не предназначенном для путешествий объемном подоле, и с запозданием подумала, что можно было бы переодеться в свою одежду. Но стоило ли возвращаться во дворец ради такой мелочи?

Сейчас все это было неважно! У нее появился реальный шанс вернуться! Пленница не знала, как мистер Эльф собирался обставить ее исчезновение, но верила, что королевский советник уже что-то придумал.

В полном молчании они подошли к вратам и остановились между ними.

— Ну вот и все, — ласково улыбнулся Ниль, проводя рукой по штанге белых врат, отчего пространство внутри затуманилось и пошло рябью, — ваша затянувшаяся экскурсия окончена.

Яна, с надеждой рассматривавшая обозначившийся путь спасения, обернулась, подошла ближе к мистеру Эльфу и, повинуясь внезапному порыву, вдруг встала на цыпочки, положила руки ему на плечи и нежно прикоснулась губами к губам.

Поцелуй был мягким, практически невинным и длился лишь мгновение.

— Спасибо, — сказала женщина, отпуская своего рыцаря. — Спасибо за все.

— Вы меня сейчас поцеловали? — зачарованно спросил тот.

Яна кивнула, грустно улыбнувшись.

— Точно так же, как люди целуют своих собак, — но подумала она совсем о другом.

— Собаки — самые счастливые существа на свете… — улыбнулся Ниль и легонько погладил ее по щеке.

— Они могут целоваться с кем угодно, — поддержала пленница и вдруг застыла с недоумением на лице. Позади мистера Эльфа активировалось и пошло рябью пространство черных ворот. Врат Исхода. — Что проис. Что вы собираетесь делать?!

Женщина в ужасе смотрела на своего спутника, но тот лишь покачал головой.

— Я сильно виноват перед вами, мне надо было выпустить вас гораздо раньше. Но я тянул, надеясь, что все как-то образуется. — Ниль взял пленницу за плечи, не давая ей шевельнуться. — Теперь мне надо пойти не только против приказа короля, а против воли всего эльфийского народа.

— Нет, вы не можете. Я запрещаю! — вскричала Яна, пытаясь вырваться.

— Не так я хотел, чтобы вы посмотрели на меня в последний раз, — прошептал мистер Эльф, прислонив свою щеку к щеке Яны, а затем вдруг с силой вытолкнул женщину в белые врата. — Прощайте, мисс Джейн.

Яна больно ударилась о землю, попыталась схватить ртом воздух, но не получилось. В горле будто стоял ком, мешающий дышать. Она просидела в палой листве не меньше пяти минут, прежде чем смогла встать на ноги, а поднявшись, обнаружила, что по лицу сами собой текут слезы.

Как он мог с ней так поступить? Как ей теперь с этим жить?

Уж лучше бы избавил от всех воспоминаний, как и прочих людей, забредших в заповедник!

— Дурак! Идиот! Рыцарь, твою ж. Ну почему-у-у?!

Пытаясь успокоиться и взять себя в руки, Регина с силой стукнула кулаком по ближайшему дереву, но это нисколько не помогло. Тогда она ударила еще раз, и так до тех пор, пока не разодрала кожу до крови.

Острая боль немного привела ее в чувство, слезы остановились, но дыхание все равно перемежалось со всхлипами. Женщина наконец-то смогла оглядеться.

Лес тонул в последних сумерках, но это, несомненно, был человеческий лес, а не эльфийский. Воздух казался намного более холодным и влажным, чем в заповеднике, и Яна начала быстро замерзать в своем легком платье.

Впереди вдруг раздался шум мотора, и туристка увидела, как недалеко между деревьями промчался свет от фар.

Дорога!

В очередной раз вытерев глаза, Регина подобрала подол и, не обращая внимания на то, что ободранная рука оставляет на нем кровавые следы, стала пробираться к цивилизации.

Полицейский участок был небольшим и даже уютным. Женщину завернули в плед и посадили рядом со столом, поставив перед ней кружку чая. Регина тут же схватила эту чашку и сделала глоток, пытаясь успокоить нервную икоту после пролитых слез.

Опухшие, покрасневшие глаза туристки вдруг наткнулись на краешек газеты, лежавшей рядом… Сперва она не поверила и тут же притянула разворот к себе. Наверху стояла дата: 20 октября 2005 года. Издание было свежим и даже еще пахло типографской краской.

— Это сегодняшняя газета? — спросила она офицера.

— Да. Рад, что вы пришли в себя. Одну минуту.

Рация на поясе полицейского зашумела, и сквозь помехи раздался голос:

— Альберт, нашли еще одного. Мужчина средних лет, в состоянии шока, одет в белый костюм, никаких документов при себе.

— Вези его сюда, я позвоню в больницу. Еще одну секундочку, мисс, — сказал он Яне, которая до сих пор не могла осознать произошедшее.

Четырнадцать лет! До ее приезда в Англию оставалось еще целых четырнадцать лет! Где-то там, в России, она устраивалась на свою вторую работу и сильно переживала перед собеседованием.

«А ведь Руфус предупреждал.»

Полицейский вызывал по телефону скорую помощь, а Яна все никак не могла сообразить, что же ей делать. Ни паспорта, ни других документов. Да и разве помог бы ей паспорт нового образца с датой выдачи, которая еще не наступила, и с именем человека, который сейчас находится в другой стране?

Вошел второй полицейский и пропустил перед собой высокого растерянного мужчину, укутанного в клетчатый плед. Сначала Яна лишь скользнула по нему взглядом, ей было не до чужих проблем, но затем вернулась, повинуясь странному импульсу узнавания.

Короткие чуть волнистые волосы и губы, кончики которых по-кошачьи загибаются вверх, знакомые сине-зеленые глаза.

Но не было ни странно резких скул, ни заостренных кверху ушей. Это заставило туристку на секунду усомниться в трезвости своего рассудка, но затем она встретилась с мужчиной взглядом.

— Мистер? Мистер? — Толстый полицейский настойчиво требовал внимания. — Вы можете рассказать, что с вами случилось?

Ниль, к которому теперь действительно можно было обращаться просто «мистер», потому что «Эльф» мистическим образом испарился из его тела, ответил, глядя на Яну:

— Я уже собирался умереть…

У женщины на секунду потемнело в глазах, и она тяжело облокотилась на стол.

— Вам плохо? Может быть, воды? — тут же обернулся к ней офицер, положивший трубку телефона.

«Что же делать?»

Мысли метались бешено и беспорядочно. Она вновь зацепилась взглядом за Ниля, бедняга растерянно держался рукой за голову и не отрывал от Яны глаз.

Именно его беспомощность вдруг отрезвила Регину. Это был ее мир, пусть и не ее время! И совершенно определенно, очередь Яны выручать спасшего ее эль. человека.

— Нет, не надо, спасибо. Просто голова вдруг закружилась, — ответила она. Полицейский сел напротив и посмотрел на нее встревоженно.

— Как вас зовут, мисс?

— Я. я не помню. — растерянно пробормотала Яна и прикоснулась рукой к виску. — Все как в тумане.

— Постарайтесь, может быть, Эмили или Джейн?

— Да. Джейн кажется чем-то знакомым.

— Вы знаете этого человека? — Офицер кивнул на Ниля.

^— Да.

— Он ваш родственник?

— Нет.

Яна отчаянно искала способ помочь мистеру Эльфу, сделать так, чтобы их сейчас не разлучили.

— Друг или жених?

— Муж, — уверенно заявила она, глядя на укутанного в плед растерянного мужчину за соседним столом. Тот на секунду замер. а затем едва заметно кивнул, завершая самую тихую в мире церемонию.

Выдержки из английских СМИ, октябрь 2005 — декабрь 2005